Дмитрий ВОЛОДИХИН

Королева виноградной долины

Сказка

Когда-то, в давние времена, жил храбрый народ воинов и земледельцев. Он много сражался, много строил, много выращивал хлеба и производил вина. Из его лона вышла семья, которая, по Божьему изволению, стала править всеми остальными. Ей во всех делах следовала удача, земли стелились ей под ноги, словно ковры, люди покорялись ей. Казалось, даже ветер, дождь и солнце — на ее стороне. Род правителей когда-нибудь должен был сделаться родом королей, династией. В конце концов так и произошло.

Основатель династии был человеком могучим и мудрым. Он не знал поражений в битвах, прославился как справедливый судья, на старости лет мог сшибить с ног молодого человека одним ударом кулака, ведал книжное слово и умел угодить супруге. Он первым в роду надел корону, и никто не посмел бы сказать, что монарх из него вышел никудышный. Он был сказочно богат золотом и детьми: жена родила ему четверых мальчиков.

Когда сыновья спрашивали отца: «Какое правило следует нам исполнять, чтобы править столь же счастливо, как и ты?» — монарх отвечал им: «Берегите воинов, любите жен, будьте верны Богу; остальное сделается само собой».

Его замок стоял на склоне Солнечной горы, возвышаясь над равниной. С другой стороны отвесно обрывалась круча, а далеко внизу билась о скалы и валуны неистовая река. Через речную долину был переброшен мост. За ним, на той стороне, выросла столица: широкие улицы, шумные площади, богатые лавки, могучие стены, царство купцов и мытарей. Королевским детям нравилось ездить туда: им пришлась по душе веселая городская суета, в которой время проходит так быстро. Сам же король не любил посещать столицу и детям своим говаривал: «Там жизнь тратится на бессмыслицу. И там слишком много золота, а оно — лукавый металл. Вот ты его держишь в ладони, а вот оно тебя держит в своей ладони». Но они, почтительно выслушав монаршее ворчание, скоро находили предлог, чтобы покинуть замок и как следует повеселиться в городских кабаках.

Однажды к столице явился грозный враг. Столь сильный, что никто из военачальников короля не мог с ним совладать. А сам правитель к тому времени впал в дряхлость. Он отправил сыновей с последним войском против неприятеля, а сам укрыл где-то свое золото, не желая, чтобы оно, в случае поражения, досталось чужакам. Сыновья его убоялись сражаться с врагом и без боя уступили столицу. Тогда старый король сам вышел против него и вывел дружину хоть и малую, но сильную. В ней были самые опытные бойцы. Целый день шла битва за мост, ведущий к замку. Вечером король одолел противника и отбросил его с позором. Однако сам он был смертельно ранен. Его успели доставить в замок, но когда ложе умирающего обступили наследники и принялись выпытывать, куда делось золото, монарх потребовал священника. Ему хватило времени отдать исповедь в последний раз и вслед за тем причаститься. Сразу после этого старый король испустил дух, оставив детей в недоумении.

Его сыновья по очереди правили страной, но никто из них не имел такого успеха в делах, как отец. Никто не получил столь же громкой славы. Никто не прослыл мудрым или справедливым. И даже с потомством им не везло: один за другим умирали они бездетными. Должно быть, слишком много сил потратили наследники старого короля, отыскивая его сокровище в окрестностях замка. Днем и ночью копали они землю, забыв обо всём прочем. Впрочем, и в поисках клада не преуспели: золото не шло к ним в руки.

Зато соседи расхрабрились и стали откусывать от королевства кусок за куском. Один из сыновей старого короля потерял равнину. Другой — столицу. Третий — мост. Четвертый едва не отдал жадным ростовщикам отцов замок, но вовремя опомнился. Не осталось у него почти ничего. Был его род богат, и всё богатство потерял. Был его род славен, и слава отлетела от него. Каждому шагу горных воинов сопутствовал страх, леденивший сердца ближайших народов, но теперь страха не было и в помине — над королем Солнечной горы смеялись. Оставался у младшего сына обветшалый замок, да склон горы с виноградником, да память о призрачном золоте. Подумав об этом как следует, он махнул рукою на золото, нашел себе женщину по душе и женился на ней.

Супруги пребывали в любви и согласии. Казалось, счастливые времена вернулись на Солнечную гору. А когда королева оказалось в тягости, вместе с ее мужем радовался весь горный народ, ставший теперь совсем маленьким. Ему так надоели бездетные короли!

Но, как видно, слишком долго шла королевская семья непрямыми путями. Последнему мужчине из этого рода радости осталось ровно столько, сколько капель вина остается на дне чаши, когда осушат ее на пиру.

Супруге младшего сына пришло время рожать. Женщина произвела на свет здоровую девочку, истратив на нее все силы и всё здоровье. Вскоре она умерла. И над ее могилой за семь лет исчах молодой король. Он предпочел отправиться за своей любовью, чтобы встретиться с нею там, куда земная жизнь не простирается, и, разменяв восьмой год скорби, покинул дочь на верных слуг.

От всего крепкого рода осталась одна девочка. Она-то и стала королевой Солнечной горы.

Девочке нравилось жить в замке, принадлежавшем ей одной. Она печалилась без родителей, но слуги любили ее, холили и лелеяли. Всякий каприз ее исполнялся. Воли она имела, сколько хотела.

Девочке нравилось совершать дальние путешествия, она облазила ближние и дальние пещеры, забиралась на самую вершину Солнечной горы и вытаскивала там яйца из птичьих гнезд. На норовистом коне преодолевала она вброд горные реки, спускалась на лыжах по крутым склонам, в одиночку бродила по лесным дебрям и возвращалась покусанная пчелами, но счастливая, когда ей удавалось добыть дикий мед…

Согревали ее сердце старинные вещи: костяные гребни с хитрыми знаками давно умерших мастеров, неподъемное оружие деда, тяжелые платья из сундуков. Особенно хрустальная ваза, подаренная матери отцом в день свадьбы. Два вензеля, проросших тонкими травами и цветами, переплелись на ней воедино.

Но самой большой радостью для нее стали прогулки по винограднику. В летний день, когда солнце просвечивало сквозь виноградины, будто их плоть состояла из едва сгущенного тумана, юная королева срывала ягоды, смотрела через них на светило, катала их на ладони, а потом отправляла в рот. Солнце растворялось в ней, счастье наполняло ее. В такие дни она становилась улыбчива и добра.

Шли годы. Слуги старели и умирали, а королева, последняя надежда горного народа, расцветала. Заезжие художники обожали писать ее портреты. Подданные любовались ею, когда она проезжала по своим владениям. Ученые мужи, выписанные издалека в королевский замок, чтобы она могла говорить на языках равнины, знала благородные танцы и разбиралась в истории знатных родов, соревновались между собой, создавая стихи, посвященные правительнице.

Но вот среди верных старых слуг остался всего один, ведавший всеми делами, связанными с доходами и расходами. Заболев и чувствуя, что душа едва держится в теле, он передал королеве просьбу: посетить его на смертном одре. А когда она явилась с утешениями, заплакал. Оказывается, доход, который приносили замку виноградник и немногочисленные бедные села, оставшиеся под властью королевского рода, был слишком мал, чтобы его хватало на содержание государыни, ее помощников и уплату процентов по старым долгам семьи. Всё было бы ничего, но дядья, покуда правили в свой черед королевством, спустили всю казну и еще много сверх того в любимых столичных кабаках. Замок, как выяснилось, давно был заложен, а виноградник заложен и перезаложен. Умирая, старый слуга молил королеву сократить все расходы до самой малой цифры, иначе ей будет нечего платить по закладным.

Проводив верного слугу за последний порог, молодая королева призадумалась. Уж очень велик был долг!

Ей пришлось оставить в замке одну только кухарку и трех стражников — всё, что осталось от великой армии горного народа. Она хотела уменьшить плату виноградарям, но это были добрые люди, все знали ее, а она знала всех. И еще это были ее подданные, и королеве не хотелось обижать их, поскольку она, хоть и не вышла из юных лет, чувствовала себя их матерью.

Но как же платить им, когда всё, до последней серебряной монетки, уходило в жадные руки ростовщиков! Королева билась год, другой, третий, пытаясь побороть беду. Она питалась очень скромно, донашивала старые платья, продала любимого коня, но петля долга всё беспощаднее стягивалась на шее.

Наконец, она уже не могла платить жалование виноградарям: у нее почти не осталось денег. Тогда королева стала отдавать им старинные вещи, стоившие намного больше, чем она была должна за работу. Но люди отнюдь не выражали ей благодарность за это. Хуже того, пошли разговоры о том, что замок полон сокровищ, вон какие вещи королева отдает за бесценок! — а честной платы от нее не дождешься. Стали поговаривать, что она обманывает работников, и нет в ее душе справедливости.

Королева терпела. Она ждала нового урожая, который, по словам знатоков, должен был стать невиданно богатым. Неужто не избавит ее это от докучливых кредиторов? Неужто не вернет ей прежние счастливые дни?

Один хитрый человек скупил все королевские долги и явился к правительнице с дерзким лукавством. Разложив бумаги перед нею на столе, он сказал: либо вы отдадите мне сразу весь виноградник, и тогда ваш долг я буду считать уплаченным сполна и даже оставлю вам немного денег на жизнь в замке, либо за три года я заберу у вас и виноградник, и замок, не оставив ничего за упрямство.

Королева опечалилась. Что за времена явились в ее дом незваными гостями?! Отчего ей, правительнице благородной крови, приходится иметь дело с людьми низкими и наглыми, считать каждый грош и ловить намеки на несправедливость, когда по роду своему она должна бы править страной, устраивать балы и награждать храбрейших рыцарей за искусство, явленное ими на турнирах? Время как будто прохудилось, жизнь, яркая и красивая, вытекла из него, будто из дырявой фляги.

Зная, что на свете хотя бы одно остается неизменным, никогда не ослабнет, никогда не станет безобразным, королева отперла замковую часовню и два дня стояла на коленях перед ликом Богородицы, моля о помощи.

Рано утром она вышла к виноградным лозам и гуляла там в течение стражи. Покой вернулся к ней.

Королева собрала виноградарей и сообщила им, что виноградник могут отобрать за долги; но урожай винограда в этом году чрезвычайно хорош, и если они будут работать как следует, то, собрав его до конца, а потом продав, они получат всё жалование, долг же удастся выплатить сполна.

Когда королева ушла, виноградари готовы были согласиться с нею. Но среди них была женщина тощая, злая, неукротимого нрава. Она обратилась к остальным с недобрыми речами. «Неужели вы думаете, что с нами расплатятся? — вопрошала она. — А по-моему, ясно, что нас хотят оставить без гроша. Да хотя бы и расплатились, разве наша работа не стоит в три раза дороже? У королевы полно золота и серебра в замке, а она платит нам, будто нищим подает! Надо требовать большего».

Эти слова многих зацепили за сердце. Некоторые сбежали с виноградников и попытались отыскать более выгодную работу в городе. Некоторые сидели дома и не выходили к лозам, или же выходили на самое краткое время, поскольку не могли решиться уйти совсем, но боялись, что оставшись, крупно прогадают. Некоторые шли в замок и просили у королевы большей платы, чем было уговорено. Не получая ее, досадовали и не делали вообще ничего. Лишь немногие продолжали честно работать.

Так подошел последний день перед выплатой долга. Виноградари работали у лоз хуже обычного, поэтому королева не набрала нужной суммы. Назавтра ей пришлось бы отдать виноградник, ибо другого выхода не было.

В вечернюю пору виноградари пришли к воротам замка и потребовали платы за труды. Тут были и те, кто работал честно, и те, кто работал кое-как, и те, кто давно забросил работу. Явились жены тех, кто давным-давно ушел в город. Но королева любила свой народ таким, какой он ей достался. Трудное время ожесточает сердца, и тогда правителю следует показать пример милосердия. Она не выдала своей печали и своего гнева. Она честно расплатилась со всеми, как обещала. Последним двум или трем виноградарям королева отдала те вещи, которые еще оставались у нее после смерти родни.

Женщина с неукротимым нравом стояла у ворот, когда остальные разошлись, получив свое. Она подступила к королеве и потребовала дать ей две доли, ибо это, по ее мнению, было только справедливо. У правительницы не оставалось ничего, кроме свадебной хрустальной вазы. Она очень любила эту вещь, к тому же ваза была поистине драгоценна. За нее королеве предлагали столько золота, сколько удастся туда насыпать. Но государыня хладнокровно рассталась с вазой, сообщив недовольной женщине, что ей нетрудно будет получить не вдвое, а в десять раз больше положенного, когда она продаст вазу.

Та покрутила в руках вазу с недоумением. Простецкий ум ее никак не соглашался с тем, что за тонкую и красивую вещь можно получить столь большие деньги. Она спросила у королевы, не пытается ли та ее обмануть, и получила ответ, исполненный покоя и достоинства: Бог столь же строго спрашивает с королей за ложь, сколь и с людей простого звания. Тем не менее крестьянка не верила королеве. Ворча, она разглядывала вазу со всех сторон. В конце концов женщина поставила вазу на землю и голосом невежи сказала, что ей не нужны стекляшки, ей причитается серебро. Тогда королева ответствовала: было бы серебро, она бы дала его; но денег нет, и кроме хрустальной вазы, дать нечего.

Крестьянка с проклятием пнула вазу ногой и удалилась. Ваза ударилась о порог королевского дома, разбилась на полдюжины кусков.

Тогда королева склонилась над осколками и принялась поливать их слезами. Во дворе к позднему часу не осталось ни одного человека, и ей некого было стыдиться. А слезы печали катились из глаз, и откуда было ей взять силы, чтобы остановить их?

Плача, королева принялась собирать куски хрусталя, вознамерившись склеить их воедино.

Вдруг она заметила у самого крыльца золотую монету, выкатившуюся из трещинки. А вот еще одна и еще… Королева оторвала непрочно пригнанный кирпич, и за ним увидела разбитый горшок со старинными золотыми монетами. За ним виднелись округлые бока других горшков.

Государыня Солнечной горы встала на колени и возблагодарила Бога за Его милость. Клад ее деда, оказывается, всё время лежал под ногами семьи, совсем рядом, и когда пришло трудное время, Господь вновь отдал его роду — последней, кто остался от рода…

Наутро кредитор явился к замку, приведя с собой отряд городской стражи, нотариуса и помощника судьи. Он нетерпеливо потребовал отдать деньги. Королева тотчас вынесла ему один из горшков. Не веря своим глазам, ее обидчик вскричал: «Но я хочу получить виноградник!» Правительница с кротостью отвечала ему, что не всякому желанию суждено исполниться. Может быть, силы небесные утешат его иным способом, а сейчас ему следует немедленно покинуть королевскую землю. Помощник судьи подтвердил правоту женщины. А стражники, заметив на стене трех лучников, почли за благо не спорить с властями, хотя кредитор и обещал им немалую плату за помощь в деле с виноградником.

Королева, торжествуя, тотчас же разорвала все грамоты, свидетельствовавшие о долге ее семьи. На следующий год она выкупила многие земли, потерянные ее народом, расширила виноградник, посадила сады, велела засеять поля пшеницей и восстановить старые дома. Теперь она могла вести образ жизни, достойный королевского звания. Старинная слава начала возвращаться к горной стране.

А на винограднике с тех пор трудились только честные и добрые люди.

В доме было тепло. Очень тепло. Изразцы на печке накалились от жара.

Папа потом сказал, что кто-то, Бог весть кто, ночью привез им дрова и выгрузил прямо во дворе. На всю зиму хватит! Нашелся же добрый человек…

Content

Дмитрий ВОЛОДИХИН
Королева виноградной долины