Игорь Вайсман

Дюжина гвоздей в крышку гроба либерализма

© Вайсман И.С., 2024

© ООО «Издательство Родина», 2024

Предисловие

Должен признаться, что либеральные ценности, которые с конца 80-х – начала 90-х годов прошлого века стали навязчиво пропагандироваться в нашей стране, с самого начала вызвали во мне инстинктивное неприятие. Его причины я тогда понять не смог, потому что новые порядки и рухнувший Советский Союз оказались настолько шокирующими, что погрузили многих в длительное состояние шока и идеологической неразберихи.

Первой книгой, что раскрыла мне глаза на сущность либерализма, стала «Кассандра» Михаила Веллера. Вскоре я пополнил отряд активных противников данной доктрины, поскольку понял: она ведёт к деградации человечества, которая в свою очередь угрожает существованию жизни на нашей планете. В течение последующих лет я написал и издал две антилиберальные книги и написал около сотни статей.

Следует отметить, что наверняка многое из мною написанного, в том числе в этой книге, гораздо раньше и лучше написали другие. Поэтому должен принести им свои извинения за возможное повторение их мыслей. Однако и мои статьи по сей день имеют читателей. Стало быть, не зря я этим занимаюсь.

Неизвестно, сколько времени ещё продлится борьба с либеральной идеологией. Апостолы прав и свобод, как в западных странах, так и в России чувствуют себя очень уверенно. Не исключено, что они навяжут свою идеологию и нашей стране, как навязали Украине и другим постсоветским республикам. Поэтому борьба продолжается, и я надеюсь, что эта книга также поможет сомневающимся разобраться в либеральных хитросплетениях.

Известно, что многие рядовые коммунисты СССР искренне верили в справедливость советской идеологии. Это были вполне честные и добропорядочные граждане, которые доверяли власти и не видели ничего плохого в пропагандируемых ценностях. В наше время подобных граждан можно встретить и среди приверженцев либерализма.

Чем же их подкупила эта доктрина? Главным образом двумя тезисами:

1. Обещанной заботой о каждом отдельном человеке, которого наделяют «неотчуждаемыми» правами и свободами, неприкосновенной частной собственностью и защитой от авторитаризма государства с его идеологическим давлением и полицейским аппаратом.

2. Мифом о правовом государстве, согласно которому до либералов никакого правового государства не было и в помине.

Неискушённому в идеологических подковёрных играх человеку подобное представляется неким откровением, лучом света в тёмном царстве. А тут ещё и «бонус» от пропагандистов прав и свобод в виде избирательно выдернутых из истории фактов и их необъективной подачи.

Так, утверждается что своим прогрессом и большим опережением России в экономическом развитии Западная Европа обязана именно либерализму. Но давайте вспомним Петра Первого. Тогда, в самом начале XVIII века Джон Локк и Шарль Монтескьё только заложили философские основы этого учения, оно не успело стать государственной идеологией, однако в научно-техническом отношении Европа опережала нашу страну на столетия. При чём же здесь либеральная идеология?

Утверждается также, на основе негативного опыта СССР, что авторитарная власть обязательно приведёт к пустым прилавкам, чудовищному идеологическому давлению, концлагерям и репрессиям. Позитивный опыт, о котором с восхищением отзывались даже в Западных странах, при этом замалчивается. Когда же в споре с либералами я приводил опыт Сингапура при Ли Куан Ю, где был авторитаризм, но и процветание, да такое, что либералам во сне не снилось, оппоненты старались поскорее уйти от неудобного примера.

Как известно, бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а распрекрасная страна только в книгах утопистов. Доказать лживость либеральных посулов не составляет большого труда. Что я и сделаю, перейдя от замечательной теории к печальной практике.

Во что в реальной жизни выливается заявленная свобода личности? Она сводится к внутривидовой борьбе в полном соответствии с идеями Чарльза Дарвина, но со своими видовыми особенностями. Если у остальных животных внутривидовая борьба, при всех её жестокостях, в результате приводит к совершенствованию вида в целом, то у людей побеждают не самые здоровые и умные, а самые бездушные, коварные и алчные. Это отмечал ещё Авраам Линкольн: «Овца и волк по-разному понимают слово «свобода», в этом сущность разногласий, господствующих в человеческом обществе». А наш современник Виктор Коклюшкин дополнил: «Стоит ли считать демократией, если волк и зайчик уравнены в правах? И зайчику оптимистично внушают, что он имеет полное право догнать волка и съесть. А если не хочет – это его личное дело!».

Таким образом, наверху социальной пирамиды в «свободном» обществе оказываются лишённые совести карьеристы и хапуги, а внизу – не только ленивые и глупые, как внушает пропаганда, но также честные и талантливые. Ограниченное же со всех сторон государство ничего не может поделать с такой вопиющей несправедливостью. А чаще не хочет, поскольку при такой системе во власть приходят те же карьеристы и хапуги.

Либеральные пропагандисты, когда их критикуешь, прибегают к спекуляциям своими посулами. «Ах, ты нас критикуешь, значит ты враг свободы, ты хочешь загнать всех людей в концлагерь, ты враг всего человечества, красно-коричневый, фашист и т. п». И неискушённые люди принимают их слова за чистую монету, хотя у критиков ничего подобного в голове не было.

Теперь перейдём к правовому государству, якобы впервые в истории изобретённому либералами.

В любом нормальном учебнике чёрным по белому написано, что неправового государства не может быть априори. Исследователь теории государства и права Г.Ф. Шершеневич утверждал, что идея правового государства не имеет теоретического обоснования и практического применения.

Классик правовой науки ХХ века Г.Кельзен считал, что понятие «правовое государство» в концептуальном плане избыточно, так как с юридической точки зрения любое государство является правовым: «Порядок Республики Советов следует понимать как правовой порядок точно так же, как порядок фашистской Италии или демократической капиталистической Франции». Кельзен подчёркивал: «всякое государство есть правовое государство». Да и саму юриспруденцию наиболее основательно разработали древние римляне, понятия не имевшие о либерализме.

Другой вопрос, а насколько справедливо право того или иного государства? Да, оно далеко не всегда бывает справедливым. Только либералы в этом смысле ничем не лучше других. К чему привело ту же Западную Европу двухсотлетнее господство либеральной идеологии мы можем сейчас наглядно наблюдать. Институт семьи почти разрушен; правозащитники борются за права асоциальных меньшинств и преступников, а не законопослушных граждан; мигранты могут в любом количестве вторгаться в суверенные страны и их принимают и выплачивают пособие по безработице; рождаемость упала до нельзя; европейская раса стремительно исчезает с лика земли, замещаясь азиатской и африканской.

Когда слышишь бесконечные разглагольствования о правовом государстве, невольно возникает вопрос, который почему-то остаётся без внимания у многих, если не большинства, философов и публицистов: почему ставится вопрос о правовом, а не нравственном государстве? Ведь согласно выводов самых великих мыслителей, как и ведущих богословов, нравственность – ценность более высокого порядка нежели право.

Древние мудрецы советовали во всём придерживаться золотой середины. Либералы от этого отказались, совершив сильный уклон в сторону интересов отдельной личности в ущерб обществу. Вот теперь за это расплачивается вся европейская цивилизация.

«Ну и что же ты предлагаешь взамен?» – непременно спросит оппонент в полной уверенности что предложить автору совершенно нечего. Ошибаетесь, господа! Если б нечего было предложить, то и нечего было браться за эту книгу.

Большая часть истории прошла в традиционном обществе, то есть при консерватизме. Все же попытки изобрести велосипед заканчивались либо полным провалом, либо тотальной деградацией.

Данная книга состоит из двух разных частей, в первой из которых дана критика либеральной идеологии по многим аспектам, а во второй изложены принципы глубинного консерватизма – наилучшей по моему убеждению альтернативы как существующим, так и ранее существовавшим политическим системам государственного устройства.

Часть 1

Минздрав предупреждает: либерализм опасен для здоровья

Как эгоизм и страх породили либерализм

«Либерализм – это на самом деле эгоизм меньшинства. Причем меньшинства не слабого, которое защищают демократические и социальные принципы, а меньшинства сильного. Оно всегда было либо с дубинкой, либо с крейсерами, либо с ядерным оружием. Либо – если взять чуточку в иной плоскости – со средствами производства, т. е. с правом на собственность и правом обобрать своего неимущего соседа».

Вступать в дискуссии с либералами – дело совершенно безнадёжное. В любом случае каждый останется при своём мнении. Да ещё тебе ярлыков навешают: красно-коричневый, фашист, тоталитарист, враг всего человечества и т. п. Но недавно я всё же сделал исключение и не пожалел. Оппонент, конечно, не был переубеждён, больше того, я вызвал у него негативное отношение. Однако эта дискуссия натолкнула на мысль, благодаря каким именно человеческим качествам либерализм утвердился в значительной части мира.

Сами либералы, конечно, скажут, что это стало результатом стремления лучших представителей человечества (к коим относят себя) к свободе, справедливости, законности, заботе о человеке и всё в таком духе. Однако результаты применения данной концепции на практике заставляют усомниться в истинности их слов.

Анализируя имеющиеся факты, приходишь к выводу, что либерализм породили два человеческих качества – эгоизм и страх. Нечто подобное, кстати, высказывал Эрих Фромм в книге с символическим названием: «Бегство от свободы».

В отношении эгоизма, даже не уверен, что этому нужны доказательства. В самом деле, если вся идеологическая конструкция построена на защите интересов отдельной личности, если её интересы провозглашаются выше интересов общества и государства, то о чём тут спорить?

Хотя, справедливости ради, следует отметить, что эгоизм (плюс карьеризм) лежит в основе всех революций. Историки и аналитики доказали, что отнюдь не самые угнетённые и обездоленные совершают революции. Их всегда делали те, кто стремился заменить собой действующую власть. И оправдания для этого находились самые разные, в том числе идеологические.

И, тем не менее, либерализм – квинтэссенция эгоизма, его апофеоз, доведение в конечной точке до полного абсурда. Никакому Кромвелю или Робеспьеру не пришло бы в голову именовать мужа и жену «родитель № 1» и «родитель № 2», как и право смены пола.

«Природа создала человечество как организм, основанный на взаимопомощи, – говорил кинорежиссер Джордж Лукас. – Эгоистичный человек в этом организме – как раковая клетка, которая живет лишь своими интересами и, в конечном счете, убивает организм, а затем погибает сама».

А какова роль страха в формировании либерализма? Её легко увидеть по реакции нынешних отечественных либералов на своих оппонентов. При малейших возражениях, они тут же начинают пугать тоталитаризмом, ГУЛАГом, разгулом репрессий и т. п. Страх не только перед тиранами и деспотами, которые «не дают развиваться свободной личности», а перед малейшими ограничениями личной свободы со стороны государства – вот двигатель либеральных революций и реформ.

Именно из-за страха они дробят власть на независимые ветви. Из-за страха создаётся «независимая» пресса, хотя, как показывает практика, даже самые независимые СМИ от чего-нибудь да зависит и нисколько не меньше тех, что независимыми себя не заявили.

Присутствует изначальное недоверие к честности власти. Оно продолжается в структурах так называемого «народного самоуправления», дублирующих государственные властные структуры и следящих за ними.

Создаются дополнительные лишние должности и институты. Например, мэр и префект. Зачем нужен префект? Чтобы контролировать мэра – а вдруг ворует или взятки берёт? Или Общественный Совет при президенте по культуре, призванный подсказывать главе, что Министерство культуры делает не так. А не проще ли перевести самых перспективных представителей этого Совета в Министерство культуры, а из него соответственно удалить самых никчёмных?

Такого рода страх порождает недоверие к людям (и это у главных защитников личности в истории!). Да и вся либеральная государственная система построена на тотальном недоверии людей друг к другу. Она основана на принципе «все люди – воры», по словам профессора Алексея Кавокина. Таким образом, антагонизм закладывается в структуру общества изначально.

Во Франции правительство находится в двойном подчинении. Его формирует и контролирует президент, но оно ответственно и перед национальным собранием (парламентом), которое может выразить правительству вотум недоверия. В свою очередь, президент имеет право роспуска Национального собрания.

Парламент США (конгресс) состоит из двух палат – палаты представителей и сената. Обе палаты образуют комитеты. Конгресс контролирует работу исполнительной власти. Законопроекты поступают из палаты представителей в сенат и наоборот, подвергаясь двойной проверке. А при разногласиях поступают в согласительные комиссии. Когда законопроект наконец принимают обе палаты он представляется на подпись президенту и становится законом.

Исполнительная власть в западных демократиях действует под контролем законодательной власти и нередко в противоборстве с ней. Кроме того, в законодательных органах то или иное количество мандатов находится в руках оппозиционных партий. Это называют системой противовесов.

Западные эксперты считают двух или многопартийную системы более прогрессивными в сравнении с однопартийной. Но несмотря на формальное равенство партий, малые партии не способны конкурировать с большими. Помимо финансовых возможностей большие партии обладают мощным лобби, способным влиять на правительство.

Управление обществом строится по принципу сдержек и противовесов, призванному «защитить и страну, и граждан от монополии какой-либо ветви власти» (тот же страх). Государство превращается в сверхсложный, неповоротливый конгломерат с замедленной реакцией. Массы трудовых ресурсов задействованы в совершенно ненужной работе кого-то контролировать, за кем-то следить, что-то подсказывать. А не проще ли совершить перестановку кадров – самых ответственных перевести в другую соответствующую структуру, самых безответственных – уволить?

Здесь непременно последует любимое возражение либералов: а судьи кто? Кто будет решать, кто ответственный, а кто нет, кого назначить, кого уволить? Они всегда убеждены, что этим вопросом поставят в тупик любого. Может, кого-то и поставят, да только не разумного человека.

Соответствующие эксперты должны решать подобные вопросы. Никому ведь не придёт в голову посадить в кресло судьи дилетанта без юридического образования. Да и судить футбольный матч не станет человек без необходимой подготовки.

В природе – нашей прародительнице и нашем главном учителе – ничего подобного либеральному конгломерату не бывает. Там всё строго и рационально. Там не бывает лишних кадров. И строится она не по принципу сдержек и противовесов, а по строгой вертикали и иерархии. В родовом человеческом обществе всё было точно так же. И в последующих традиционных общественно-экономических формациях – рабовладельческой, феодальной, социалистической и т. д. – всё обстояло именно так.

Либерализм, как никакая другая идеологическая теория, в наибольшей степени противоречит принципам природы. И одно лишь это обстоятельство позволяло изначально объявить данное направление развития общества нежизнеспособным. Что, кстати, было сразу замечено такими личностями, как Г.Д. Торо и А. Линкольн.

Государство – не структура по обслуживанию и защите покоя свободных граждан, а всего лишь способ существования человека как вида. И потому оно должно быть не конгломератом, где каждый следит за каждым, а единым организмом, что и доказывали Иммануил Кант, Георг Гегель и другие мыслители.

Не сдержки и противовесы нужны нормально организованному государству, а честные управленцы, профессионалы своего дела: Периклы, Траяны, Карлы Великие, Потёмкины, Столыпины, Де Голли, Дэн Сяо Пины, Ли Куан Ю…

И где же их взять? – последует реакция. А выращивать! Что и делалось в Советском Союзе, иногда совсем даже небезуспешно, и это при всех перегибах и ошибках той страны.

Построив свою концепцию на страхе и недоверии, либералы продолжают пугать людей ужасами тоталитарного государства. Утверждают, что якобы только при либерализме возможно «буйное цветение индивидуальных талантов». Их даже не убеждает практика 90-х годов в России, когда вместо расцвета творчества буйным цветом расцвёл бандитизм.

Любые свои проколы отечественные либералы списывают на «остатки коммунистического сознания» или ещё какие-то изъяны прошлого. Но дело совершенно в другом. Ещё в древнем мире заметили, что к творчеству и стремлению к высоким целям тяготеет абсолютное меньшинство, большинство же выбирает путь простого обывателя. В наше время это объяснила Теория пяти процентов: только 5 % людей занято познанием и творчеством, они и двигают прогресс. Станислав Лем справедливо и убедительно доказал, что большинство людей живут, выбирая то, что легче.

О каком же цветении талантов может идти речь? Тем более при всеобщей свободе и ограниченной роли власти. В таких условиях талантливого человека просто не заметят, и ему придётся самому пробиваться к достойному его способностей месту, что получается далеко не у всех. В правильно же устроенном авторитарном обществе ценного человека всегда заметят и продвинут. Практика это и доказывает – поле талантов либерального общество заметно посерело, буйное цветение наблюдалось в прошлые времена, несмотря на жёсткую власть и идеологическое давление, несмотря даже на ошибки и просчёты той власти.

Однако, хотя страх сыграл важнейшую роль в построении либеральной конструкции, один из видов страха у либералов начисто отсутствует. Они смертельно боятся властителя – тирана, а о многочисленных таранах из низов совсем не думают. Но какой из двух тиранов опасней – большой вопрос. Если властитель-тиран хотя бы располагает познаниями и интеллектом, а его воспитанием в детстве занимались лучшие учителя, то тиран из подворотни ничем таким не отягощён и может запросто «грохнуть» самого расталантливого человека только лишь за то, что не такой как все.

Предоставление всем людям без исключения широких прав и свобод с правом равного голоса на выборах и привело к тому, что либеральное общество постоянно сотрясают угоны самолётов, расстрелы в школах, и прочие теракты. Тираны из подворотни спокойны, им в самом худшем случае создадут прекрасные условия в тюрьме с трёхразовым питанием и полным пансионом. Статистика свидетельствует: при либерально-демократических порядках уровень преступности наиболее высок.

«Либеральная идеология говорит о том, что все должны быть свободны, – пишет Михаил Веллер. – Но когда сильный, жадный, подлый бандит свободен делать все, он начинает грабить тех, кто слабее, покупает присяжных, запугивает судей и подминает все под себя. Либералы говорят: «У каждого должно быть право выбора». И появляются однополые браки и семьи без детей, что оборачивается стремительной демографической катастрофой. Такое уже происходило в Римской империи, где с III века римлянки перестали рожать. И на их землях обосновались пришельцы с окраины некогда могущественнейшей Римской империи».

Вот и напрашивается вопрос: не слишком ли высокую цену общество платит за то, что некоторым господам захотелось много прав и свобод без обязанностей и ответственности?

Нет ни прав, ни свобод, ни Человека разумного, а Октябрьскую революцию совершили по незнанию

«Легче выявить ошибку, чем найти истину, поскольку первая всегда на поверхности и хорошо видна, в то время как вторая находится в глубине, и искать ее там охотников мало».

И.В.Гёте.

Владимир Познер однажды сказал, что человечество не становится умнее и всё время наступает на одни и те же грабли. Как выясняется, сказанное относится не только к недалёким простолюдинам, но и ко многим учёным и философам, в том числе очень известным, вошедшим в анналы истории.

Кабинетные мыслители, изучая сущность человека и пытаясь раскрыть законы общества, из года в год и от столетия к столетию совершают одну и ту же грубейшую ошибку: они ограничиваются изучением самих себя и своего окружения, то есть таких же кабинетных учёных. Им и в голову не приходит, что в обществе живут совершенно другие люди, с иным объёмом знаний, иными взглядами, мыслями, принципами, поступками и образом жизни. Больше того, учёных, философов, да и вообще всех представителей творческих профессий в обществе – жалкое количество. А именно пять процентов (согласно Теории пяти процентов). Именно эта кучка лучших представителей человечества творит цивилизацию, остальная же масса только ею пользуется.

Изучая себя и себе подобных, кабинетные учёные совершали «открытия», которые по их убеждению должны были улучшить нашу общую жизнь, но на поверку оказывалось наоборот.

Так, один из крупнейших философов XVII века Джон Локк «открыл» что все люди от природы равны; все имеют естественные неотчуждаемые права на жизнь, свободу и собственность; что государство создаётся на основе общественного договора и потому должно опираться на согласие людей; что власть должен избирать народ.

Единомышленник Локка, также яркий представитель эпохи Просвещения Шарль Монтескьё «открыл», что государственная власть должна непременно дробиться на независимые ветви: законодательную, исполнительную и судебную; что государство нужно отделить от гражданского общества; что индивидуальная свобода должна быть приоритетной.

Принципы этих философов стали основой либерализма. Однако выводы многих других мыслителей полностью их опровергают. Государство – форма существования человеческого общества, а не продукт общественного договора. Об этом твердили крупнейшие античные философы, мыслители Нового времени, в том числе эпохи Просвещения (Кант, Руссо, Гегель) и философы ХХ века. Поэтому, следуя тому же Канту, государство – единый организм и никакого дробления власти в нём быть не должно. Индивидуальные интересы никак не могут быть выше общественных. Выбрать власть способны далеко не все представители народа. Большинство вообще не интересует ничего, кроме личной жизни, поэтому оно не в состоянии выбрать достойных, ибо очень мало о них знает и неверно о многом судит. Всё это было известно ещё древнегреческим философам, труды которых дошли до нас и находятся в открытом доступе.

Далее из пыльного античного сундука была извлечена демократия в качестве прибавки к либерализму. Но её опровергали сами античные философы, крупнейшие представители которой – Пифагор, Гераклит, Демокрит, Сократ, Платон и Аристотель – убедительно доказали, что наиболее правильной формой правления является аристократия, а именно меритократия.

Как либерализм, так и демократия основаны на ложном представлении о сущности человека. Она кратко сформулирована во многих основополагающих либеральных документах. Так, во Всеобщей декларации прав человека, изданной ООН в 1948 году, написано: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства».

«Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения».

Но возможно ли в принципе родиться свободным в мире, связанном жесткими правилами природы и общества, где всё взаимосвязано и подчинено строгим и неукоснительным законам, где каждый объект и субъект входит в определенную систему и априори не может быть чем-то отдельным и независимым?

Родиться равными в своем достоинстве невозможно. Такого не было никогда даже у животных. Любой психолог, учитель и воспитатель детского сада скажет, что люди от рождения не одинаковы. Один смелый, другой трусливый, один настойчивый, другой безвольный, один умный, другой не очень… Одни вырастают рыцарями без страха и упрека, а другие подлецами и негодяями – это факт и с ним необходимо считаться. Так всегда было и будет. И совсем не обязательно привязывать это к отсутствию равноправия, в том виде, какой существует.

Разум свойственен далеко не всем. А вот отчего так – ученые почему-то не хотят выяснить. Поведение многих людей ставит под сомнение наличие у них разума – в подтверждение можно привести огромное количество случаев из прессы и еще больше из полицейских отчетов. Более того, разум всего человечества в совокупности вызывает вопросы. Человечествоо зачем-то без конца воюет, прекрасно зная, что это плохо, и копит оружие массового уничтожения. Оно беззастенчиво грабит природу, понимая, что это самим выйдет боком. Оно засоряет собственную планету опасными отходами, считая при этом, что интересы бизнеса важнее и т. д. Оно выработало весьма сомнительные истины, по которым живёт веками: «После нас хоть потоп»; «Своя рубашка ближе к телу»; «Моя хата с краю, я ничего не знаю» и т. п.

А уж про совесть и говорить нечего. Достаточно взглянуть на тех, кто на протяжении истории правил странами и народами – много среди них было совестливых? Низы же стараются подражать верхам (чем мы хуже!) Совесть по убеждению многих – это то, что мешает нормально жить.

То, что огромные массы людей не поступают в отношении друг друга в духе братства, как раз и доказывает правоту изложенного. «Братство – одна из лучших выдумок общественного лицемерия». (Гюстав Флобер)

Если посмотреть правде в глаза, нетрудно заметить, что ценность некоторых особей весьма сомнительна. Люди делятся на разные, часто непохожие, порой диаметрально противоположные индивиды. Только не по цвету кожи, вероисповеданию и материальному достатку, на чем любят заострять внимание как либералы, так и коммунисты. Подобные различия между людьми – просто громкие слова, так как любой цивилизованный человек возмутится, если права личности будут зависеть от чего-то из перечисленного. Принципиальные же отличия лежат в плоскости нравственности. И они настолько существенны, что дали повод Борису Диденко утверждать: нравственные и безнравственные люди принадлежат разным биологическим видам. Другие мыслители не столь категоричны, однако тоже делят людей по нравственному принципу. Все эти исследователи приводят доказательную базу своим умозаключениям. А вот авторы рассматриваемой декларации решили, что и так сойдет.

Возникает вопрос: не рискуем ли все мы, наделяя всевозможными правами и свободами, без какого бы то ни было различия, безнравственных людей?

«Государства погибают тогда, когда не могут более отличать хороших людей от дурных», – учил Антисфен. Западные либералы пошли ещё дальше – они до нельзя упростили себе задачу и вообще отказались от разбирательства в людях, объявив всех порядочными, честными и благородными.

Те же вышеперечисленные античные философы, Джонотан Свифт, Жозеф де Местр, Артур Шопенгауэр, Фридрих Ницше, Фёдор Достоевский, Ортега-и-Гассет, Эрих Фромм и многие другие мыслители более чем убедительно доказали, что сущность человека далеко не так благодушна, как нарисовали её кабинетные учёные, в том числе создатели Всеобщей декларации прав человека. Больше того, само название нашего вида «Человек разумный», данное представителем эпохи Просвещения Карлом Линнеем, вызывает большие вопросы. Психологами ХХ века доказано, что абсолютным большинством людей движет вовсе не разум, а желания и страсти, разум же лишь их обслуживает.

Так как же можно громоздить целые теории, а затем строить по ним структуру государства и жизнь общества, ломая курс развития цивилизации, загоняя её в тупик, коверкая миллионы судеб, имея в основе ложное представление о сущности человека? И стоит ли удивляться тому, к чему пришло Западное общество в наше время, провозгласив либеральную демократию столбовой дорогой всего человечества? А именно – крушению института семьи, превращению человека в жирного потребителя, расцвету ЛГБТ, поощрению смены пола и самоуничтожению в пользу «нецивилизованных» пришельцев из Азии и Африки.

Весьма далёким от истины является представление либеральных теоретиков об эволюции сознания и назначении государства. «В процессе формирования правового государства прослеживалась общая черта – движение человечества к свободе, осознанное стремление обуздать государство-Левиафана, заставив его уважать и защищать права, честь и достоинство личности как высшую ценность», – записано в одном из источников. Но движение общества к индивидуальным свободам – это ничто иное как превращение целостной системы в броуновское движение, раскачка энтропии сообщества, ведь по своей природе люди исключительно общественные существа. Обуздание же государственного аппарата есть стремление лишить систему управления, а такие системы нежизнеспособны. Да и далеко не все государства являются «Левиафанами», как это малюют либералы. А вот «чертей» и «демонов» среди свободных обывателей предостаточно и обществу совсем не поздоровится, если они снесут государственный аппарат, хотя пропагандисты свобод об этом ни-ни.

Перечисленные здесь выводы касательно кабинетных учёных относятся не только к возникновению и утверждению либерализма, но и ко многим другим произошедшим событиям. В том числе к Октябрьской революции в России. Вот что писал об этом Валерий Чалидзе в книге «Иерархический человек»: «Группа интеллигентов с полным незнанием человеческой природы спровоцировала революцию, от последствий которой страна не оправилась до сих пор. Разбудив нецивилизованные силы, эти интеллигенты сами пали их жертвой, подобно многим своим предшественникам во Франции».

Наверное, будь учёные разумнее, они бы, прежде чем строить умозрительные теории, тщательно взвешивали все возможные доводы «за» и «против», проводили испытания на практике с ограниченным кругом населения и только после многих проверок применяли свои теории на практике. Но так принято поступать с новыми техническими изобретениями, а с обществом решили можно и без этого. Люди, как говорится, и так «схавают».

Я интеллектуал и потому выбираю либеральную демократию

«Нет такого омерзительного политического течения, которое не нашло бы своих интеллектуалов».

Слободан Снайдер

Меня всегда удивляло, почему среди наших интеллектуалов так много приверженцев либерализма и демократии. Знакомишься иной раз с человеком, беседуешь и восхищаешься: какой же он умный, образованный, культурный, а потом выясняется, что он махровый либерал. После этого желание общаться с ним как-то пропадает.

Как же так, недоумевал я, как умный и образованный человек может быть либералом¸ да в придачу ещё и демократом, ведь оба эти направления приводят к деградации общества?

Известно, что либерализм рассчитан на эгоистические чувства, поэтому первым объяснением возникшей загадки стало то, что среди интеллектуалов преобладают эгоисты. Но это тоже как-то странно.

Тогда я решил, что интеллектуалы поддались на ложный либеральный тезис, гласящий что именно они впервые в истории изобрели правовое государство. Но и это не объясняло загадки, потому что неправового государства не может быть в принципе. Право разработали древние римляне, которым ничего не было известно о либерализме. Не могут ведь интеллектуалы этого не знать!

Затем подумалось, что интеллектуалы, уподобившись простолюдинам, поддались тезису о власти народа как высшем благе. При этом они посчитали за народ людей, подобных себе, а о том, что недалёких простолюдинов в десятки раз больше, не подумали. Видный теоретик ХХ века Г. Моска считал, что всеобщее избирательное право приводит к упадку правящего класса, поскольку на политическую сцену выходят малообразованные массы. Ещё более резок был Мопассан, заявивший, что «демократия – власть дураков, поскольку их всегда больше, чем умных».

«Если народ – лишь сумма индивидуумов, а индивидуум вполне может ошибаться, то сумма ошибочных мнений без всяких проблем ведет к общей ошибке», – заметил Сергей Кара-Мурза.

Аристотель считал, что при демократии страной управляют демагоги вместо лучших людей. Лучшие граждане подвергаются преследованиям. Подобная демократия напоминает тиранию. Что мы и наблюдаем в современном мире, и очень странно, что интеллектуалам так нравится «власть народа».

После всех этих безуспешных попыток понять загадку интеллектуалов в голову пришла мысль, что они, всецело отдавшиеся либеральной демократии, чего-то не додумали. Вероятно, ход их рассуждений таков: если мне от прав, свобод и демократии хорошо, то значит и всем хорошо. И эта мысль многое объясняет, возможно, она и убеждает человека принять либерализм в душу.

Однако если немного подумать, то сразу возникает два вопроса: 1) а всем ли хорошо, если мне хорошо? 2) а хорошо ли обществу, когда его отдельным членам хорошо?

На первый вопрос есть теоретический и практический отрицательный ответ. Начну со второго. По многочисленным социологическим опросам более половины населения нынешней России недовольны предоставленными правами и свободами, многие и вовсе хотят вернуться к социализму.

Тут, конечно, последует возражение, которое сразу уведёт нас в сторону: «А где ты видел в России права, свободы и демократию?» Поэтому не будем задерживаться на опросах и перейдём к мнению авторитетного теоретика.

Эрих Фромм, который, между прочим, был приверженцем и демократии, и либерализма, писал в книге «Бегство от свободы» следующее: «мы гордимся, что в своём образе жизни человек теперь не зависит от внешних властей, уже не диктующих ему что делать и чего не делать. Но не замечаем роли таких анонимных авторитетов, как общественное мнение и «здравый смысл», которые так сильны именно потому, что мы готовы вести себя в соответствии с ожиданиями остальных, что мы внутренне боимся как-то отличаться от них».

Что касается обозначенного выше второго вопроса, то и на него существует отрицательный ответ. Человеческое общество является открытой системой, подчиняющейся общей теории систем. Известно, что система – нечто большее, чем сумма её составных элементов. То есть в нашем случае, «всем хорошо» совсем не значит хорошо самой системе. А если системе не очень хорошо, она теряет устойчивость и распадается. Что мы на практике и наблюдаем в либерально-демократической Западной Европе, где хорошо всем – от законопослушных граждан до разного рода меньшинств, заключенных и мигрантов. Но государства гибнут, всё меньше коренных европейцев, всё больше народов других рас, которые вовсе не собираются развивать европейскую культуру и которым гораздо ближе месть за своё колониальное прошлое.

Эксперт сообщества на «Яндекс Кью» Александр С. подметил ещё одну причину приверженности интеллектуалов к либерализму: «право на свободу слова и свободу совести, причем под этими правами всегда понимается возможность противоречить власти в каких-то вопросах. Всё это ложится как бальзам на душу постсоветского интеллигента. Свобода поносить любую власть и не нести никакой ответственности за это. Свобода думать о себе как об источнике любой власти».

Интеллектуалы с самого детства замечают своё превосходство над сверстниками, что формирует в них высокомерие. Когда же они видят, что бездари и проходимцы опережают их в карьере и они ничего не могут с этим поделать, в них начинает скапливаться жажда мести. Но выход она может найти только в язвительных словоизвержениях на кухне, в СМИ, в интернете. И либеральная демократия этому как раз и способствует.

Люди прислушиваются к мнению интеллектуалов, дескать если такой умный человек считает демократию и либерализм прогрессивными явлениями, то так оно и есть. Но тут речь совсем о другом. О правильности личных свобод и мнения большинства интеллектуалы в данном случае и не думают, их привлекает исключительно возможность отомстить тем, кто, по их глубокому убеждению, несправедливо занял их место в социальной лестнице.

«Многие интеллектуалы считают себя незаслуженно оттеснёнными от влияния на дела общества», – в этой связи писал Валерий Чалидзе, поэтому они настроены критически к истеблишменту.

Однако, став приверженцами либеральной демократии, интеллектуалы стали копать под самих себя, ведь такому порядку они не нужны. «В современном обществе умные люди становятся отщепенцами, – говорит профессор НИИ морфологии человека РАМН Сергей Савельев. – Чтобы посредственность чувствовала себя более успешной (а посредственностей всегда большинство), наиболее умных изгоняют из любых коллективов. Мы становимся все более глупыми, зато более социализированными».

Итак, либеральная формула «Если мне от прав и свобод хорошо, значит и всем хорошо» неверна в принципе. Она не работает, иначе не разрушались бы семьи и мигранты не замещали европейцев в их же странах. А не работает потому, что ложен изначальный либеральный посыл, зафиксированный во Всеобщей декларации прав человека: «Все люди рождаются честными и порядочными, но общество их портит». Обращение «Все» может иметь отношение к общественным животным, но только не к людям, потому что первые живут по заведённым правилам, а вторые стараются их обойти. Среди людей преобладают те, для кого «своя рубашка ближе к телу», поэтому в любом обществе нет всех. Большевистский лозунг «Всем! Всем! Всем!» рассчитан исключительно на стадный инстинкт, никакого научного обоснования у него нет.

Если опять же вспомнить о том, что мы живём в системе, то в ней принцип «мне хорошо, значит хорошо всем» также не действует и, подозреваю, тому должно быть математическое подтверждение (законы системы достаточно точны). Системе в первую очередь требуется устойчивость и стабильность, а либеральный подход дробления целого на отдельные не связанные между собой атомы никак не может этому способствовать.

Согласно принципу бритвы Уильяма Оккама, не нужно усложнять то, что можно объяснить просто; не нужно вводить дополнительные понятия и категории, если для доказательства какой-либо истины можно обойтись без них. Этот принцип великий философ придумал как будто специально про либеральную демократию. В самом деле, зачем городить огороды, разделяя власть на независимые ветви, создавая многочисленные конкурирующие между собой политические партии, зачем устраивать сложные и дорогостоящие всеобщие выборы и ещё десяток подобных «зачем»? Всё можно и нужно сделать гораздо проще и эффективнее. Современному миру очень не достаёт Оккама. Представляю, как бы он искромсал своей бритвой либеральную доктрину!

.

«Свободный» и «несвободный» мир на глобусе и в перспективе

«Идти скоро, идти вперед – не значит непременно к высшему и лучшему… Идти все вперед и все быстрее можно к старости и смерти, к бездне».

Константин Леонтьев

Комментаторы прошедшего в 2022 году саммита Большой двадцатки на острове Бали отметили, что страны участники разделились на две равные части: одну половину составил «свободный» мир, другую – «несвободный». Они как бы сразу дали понять, что первые – положительные, передовые, прогрессивные, а вторые отстали в развитии, придерживаются принципов, которым место на свалке истории.

Однако далеко не все представители «несвободного» мира согласны с такой трактовкой, есть и прямо противоположное мнение. И, наверное, стоит разобраться, кто прав.

Начать, очевидно, следует с терминологии. Что подразумевается под словом «свободный»? Это означает не авторитарный, то есть либерально-демократический. Либералы, как известно, пуще самого чёрта боятся авторитарной власти. Она, по их глубочайшему убеждению, может быть только и исключительно деспотической и несправедливой.

Надо признать, что нередко так и бывает, только это отнюдь не означает, что не следует бороться за справедливую авторитарную власть, что её не может быть в принципе. Была справедливая власть и в империях, и в современных государствах (в Сингапуре, например). Либералы же видят путь только в дроблении и ограничении власти, в её максимальном ужатии.

Думаю, что вопрос, какое государство более правильно – авторитарное или либерально-демократическое – можно легко разрешить, если поразмышлять о перспективах развития.

Начну всё же с небольшого экскурса в историю. Мир был авторитарным тысячи лет. При этом его не сотрясали великие войны, революции и чудовищные экологические катастрофы.

Но стоило некоторым известным мудрецам XVII–XIX веков раскачать лодку своими, идущими вразрез с общепринятыми, установками, как мир со всё возрастающим ускорением стремительно полетел в пропасть. Две самые страшные войны в истории, ужасы концлагерей, кровопролитные революции, небывалый размах наркомании, невиданное количество суицидов, истребление всего живого на планете и превращение её в гигантскую помойку.

Всё это сделала так называемая «свобода личности», когда всякому человеку (в том числе такому, кого к людям можно отнести только по анатомическим признакам) дозволено жить как вздумается, в соответствии с наличием или отсутствием внутреннего стержня, морали, совести и т. д. Единственное ограничение – не мешать другим так же жить. А это есть ни много ни мало – формула самоуничтожения общества.

Если называть вещи своими именами, то «свободный» мир правильнее назвать «миром эгоистов», ведь им всё отдаётся в угоду. Эгоист (обыватель, собственник, потребитель) объявлен высшей ценностью – когда такое было?! И как церковь это терпит? Да и чем обычный обыватель такое заслужил?

«Вселенная в обществе потребления должна вертеться вокруг индивида, повинуясь любым его прихотям и желаниям, – пишет Владимир Легойда. – Мир вокруг воспринимается как большой бутик, в котором клиент всегда прав. Единственное, что тебя ограничивает, – это твои финансовые возможности; единственные, кому ты уступаешь, – это те, у кого эти самые возможности выше твоих».

Глашатаи либерализма бессовестным образом проталкивают мысль, что только свободный человек может самосовершенствоваться и достигать чего-то высокого. Но это совершенная ложь, поскольку к высокому стремится весьма небольшой процент населения – это давно доказано социологическими исследованиями. Да и известно об этом с древних времён. Основная же масса только потребляет и живёт исключительно ради удовлетворения запросов собственного тела.

«Для того чтобы познать свойства государства, необходимо предварительно изучить склонности, аффекты и нравы людей», – учил Томас Гоббс.

По словам Константина Леонтьева, либерализм «одинаково враждебен для любой страны, стремящейся сохранить свои исторические начала». В статье «Панславизм» он пишет: «Одни успехи и одни неудобства; схожие уставы – одинаковый быт; сходные вкусы – сходное искусство; сходная философия жизни – одни и те же требования, одни и те же качества и пороки, однородные наслаждения и однородные страдания… Везде суд присяжных, везде конституции, везде пар и телеграфы, везде аграрный вопрос и стачки рабочих, везде открытая борьба капитала и труда, везде французская мелодрама, итальянская опера и английский роман».

К чему приведёт нашу планету «свободный» мир? Только к всеобщему концу и это видно уже сейчас. «Свободный» мир горит от натиска людей из «несвободного» мира.

«Зачем мне работать?» – решили граждане «свободного» мира. Лучше я приглашу нищих жителей «несвободного» мира, которые выполнят за меня любую работу.

«Свободной» расы и вовсе скоро не останется, потому что её представители свободно решили не обременять себя рождением детей. Так, мол, легче прожить. Для этого они так же свободно меняют ориентацию и пол. 75 % населения Западной Европы живут внебрачно.

«Можно ли считать процветающими западные страны, население которых вымирает, а их исконные земли захватываются пришлыми народами, остановить которые люди Запада уже не способны?» – задаётся вопросом Валерий Слёзин.

Русский философ Константин Леонтьев любое развитие разделял на три цикла. Первый цикл: полная дифференциация – неравенство видов в природе, людей, классов и т. д. Благодаря неравенству, различию происходит пышное развитие и цветение всего бытия. Второй этап – начинающееся смешение, уравнивание. И третий, самый худший этап – наступление полного равенства. Появление застойного болота, когда все цвета и краски смешиваются в единый серый фон, где нет ни ярких личностей, ни смелых поступков, ни героев, есть только серый будничный быт.

Противоречия либеральной доктрины углубились с возникновением постмодернистского либерализма, когда стало происходить размывание понятий добра и зла. В этом Русская Православная Церковь видит проявление апокалипсиса.

«Деградация европейского населения приводит к постепенному вытеснению его более полноценным иммигрантским контингентом», – справедливо заметил Валерий Слёзин.

«Усредненный западный социум превратился в аморфную массу и становится абсолютно беззащитен против архаичного общества», – пишет Михаил Веллер. – Потому что архаичное общество – это система жесточайших императивов и табу. И, когда тысяча чеченцев переселяется в Берлин, они делают с Берлином всё, что хотят. Потому что они храбрые, наглые и сплочённые. И у них жёсткие представления о том, что можно и чего нельзя. А западные гуманисты лишь разводят руками».

Почему же «несвободный» мир побеждает «свободный» и скоро заменит его вовсе? Может быть, всё же он более правильный?

Именно так и наилучшим тому подтверждением является окружающая нас Природа, Вселенная, Мироздание, устроенные как раз по авторитарному принципу. В соответствии со строгими и неизменными законами, иерархией и порядком.

Об этом блестяще высказалась Кимма на сайте «Проза. ру» в эссе «Свобода, Демократия и Лезвие Бритвы»: «Разумность и красота – это есть нечто жёстко связанное, «несвободное». Атомы графита не так жёстко связаны, как атомы алмаза. Но именно алмаз сияет великой ценностью и поражает своей силой. Силой, в которой скрывается вечность».

Преимуществу авторитаризма перед либеральной демократией посвящена масса книг. Но они не убеждают эгоистов, которым хочется побольше материальных благ и лёгкой приятной жизни. К сожалению, эгоистов в человеческой массе слишком много и это вселяет тревогу. Что ещё хуже: эту тревогу разделяют далеко не все. И совсем плохо: тех, кто о ней предупреждает, пренебрежительно называют упёртыми пессимистами, алармистами и т. п.

Либерализм как форма религии

«Я действительно ненавистник тоталитарной секты либералов, потому что не просто убедился на опыте, но и теоретически доказал, что основной догмат этой секты – вера в благотворность неограниченной свободы личности без оглядки на общество».

Анатолий Вассерман

В наше время некоторые политологи причисляют идеологию Советского Союза к своеобразной форме религии. В качестве доказательств приводят такие доводы: как и в традиционных религиях человеку предлагалось просто верить в непогрешимость и вечность марксистко-ленинского учения, в ведущую роль коммунистической партии, в неизбежность краха капитализма и его последующей заменой на социализм, в светлое коммунистическое будущее и т. п. Эти политологи, как правило, являются либералами.

Однако даже самого поверхностного взгляда на либеральную доктрину достаточно, чтобы сделать аналогичный вывод. Многие важные либеральные документы преподносят в качестве аксиом весьма странные выводы без малейшей попытки их доказать. В качестве наглядного примера разберём известную всему миру «Всеобщую декларацию прав человека», принятую Генеральной Ассамблеей ООН в 1948 году. Либералы считают, что в тексте этой декларации зафиксированы общепризнанные права, ставшие международными стандартами, на которые равняются многие конституции мира.

Статья 1

Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства.

Да, люди должны поступать по-братски в отношении друг к другу, но на практике это происходит отнюдь не часто, в отличие, например, от волков.

Далее. Можно ли родиться свободным в мире, где всё и вся взаимосвязано, другими словами, зависят друг от друга? Разве мы может быть свободны от закона всемирного тяготения? Нет. И точно так же мы не можем быть свободны от законов государства, морали, правил общежития, правил поведения на дорогах, распорядка в учреждениях и коллективах, от собственной совести и т. д. Во Вселенной не существует изначально свободных объектов и субъектов.

Люди никогда не были равны друг другу в известной нам истории. И это – норма. Одни рождаются высокими, другие низкими, одни умными, другие глупыми, одни талантливыми, другие бездарными – список можно долго продолжать. Так же и с равенством достоинств: неравнодушный человек не может быть равен бездушному пофигисту, как сейчас выражаются; целеустремлённый не может иметь равные достоинства с прожигателем жизни; совестливый человек – с потерявшим совесть и т. д.

Наличие совести проявляется далеко не во всех. Да и с разумом у многих большие проблемы. Чаще всего людьми в жизни движут страсти и эмоции, а разум их обслуживает.

Таким образом, данная статья насквозь ложна и абсолютно ненаучна.

Статья 2

Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения.

Кроме того, не должно проводиться никакого различия на основе политического, правового или международного статуса страны или территории, к которой человек принадлежит, независимо от того, является ли эта территория независимой, подопечной, несамоуправляющейся или как-либо иначе ограниченной в своем суверенитете.

Данная статья либо такая же глупость, как и первая, либо плод коварного замысла, ибо в ней взяты явно не те качества человека, на которые в подобном случае следует обратить внимание. Разумеется, права и свободы человека не могут по этическим соображениям зависеть от цвета кожи, разреза глаз, социального происхождения и страны проживания. Но они не могут не зависеть от нравственного облика, образа жизни и поведения. Если преступник и морально разложившаяся личность будут иметь равные права и свободы с добропорядочными людьми, мы получим общество, в котором не захочется жить.

Статья 3

Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность.

Все с этим согласны – педофилы, наркоторговцы, маньяки, убийцы, садисты, грабители имеют право на перечисленное?

Статья 7

Все люди равны перед законом и имеют право, без всякого различия, на равную защиту закона. Все люди имеют право на равную защиту от какой бы то ни было дискриминации, нарушающей настоящую Декларацию, и от какого бы то ни было подстрекательства к такой дискриминации.

Все люди равны перед законом – с этим трудно спорить. Вопрос только в самом законе. Если он склонен меняться в угоду правителю, правящей верхушке или даже большинству населения, то это не закон, а профанация. А кроме того странно почему преступник и пострадавший от его действий имеют право на равную защиту, если факт преступления твёрдо доказан.

Статья 18

Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных и ритуальных обрядов.

В этой статье тоже не всё понятно. Что значит свобода мысли? А если она не просто крамольна, а откровенно аморальна или преступна?

Выражение же «свобода совести» какое-то изуверское. Быть свободным от совести означает быть недочеловеком. Почему бы не написать чётко и понятно: «свобода поменять религию»? Кто додумался до такого абсурда как «свобода совести»?

Статья 21

3. Воля народа должна быть основой власти правительства; эта воля должна находить себе выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, которые должны проводиться при всеобщем и равном избирательном праве путем тайного голосования или же посредством других равнозначных форм, обеспечивающих свободу голосования.

Воля народа не может быть основой власти правительства по той простой причине, что у народа отсутствует единый головной мозг, думающий одинаково и правильно. У народа нет единой воли, как нет единых представлений и убеждений. Особенно при либеральной демократии с ее плюрализмом мнений.

Историческая практика показала, что значительная масса населения голосует на выборах вслепую, т. к. совершенно не знает кандидатов. Это позволяет манипулировать электоратом, в результате чего побеждают самые богатые и влиятельные кандидаты. А что самое ужасное – голоса большинства напрочь забивают правильный выбор абсолютного меньшинства осведомлённых думающих и неравнодушных граждан. Вывод: всеобщее и равное избирательное право – весьма сомнительная ценность.

Статья 29

2. При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

Список ограничений страдает неполнотой. Человек живет не только в обществе и государстве, но также в биосфере и на планете Земля. Отсюда следуют дополнительные ограничения, которые международные законодатели не торопятся вводить, отчего страдают не только биосфера и планета, но и сами люди (изменение климата, отравленная среда, исчерпанность ресурсов, природные катаклизмы, вспышки эпидемий – то ли еще будет!).

Подобные, мягко выражаясь, непродуманные выводы можно найти в любом либеральном документе. Также ненаучны и главные либеральные ценности, самонадеянно названные «универсальными».

Свобода, как уже говорилось, не имеет существенного значения в жёстко связанном мире. Можно говорить только о различных степенях свободы. Свобода не может быть оторвана от необходимости, но либералы могут себе такое позволить.

Права точно так же не могут существовать отдельно от обязанностей. При том, обязанности есть нечто высшее относительно прав, так же как общество выше и значимее отдельного человека.

Независимость совершенно бессмысленное понятие. Пресса, депутаты, партии, называющие себя независимыми, на самом деле зависят от тех. кто их финансирует. Они не могут быть независимыми и от собственных ошибок, заблуждений, несовершенств и пороков.

Частное не может быть выше общего. В природе это обязательный принцип. Но либералы посчитали себя умнее природы.

Отдельный человек никак не может быть важнее государства. Государство – форма существования человека как социального существа. Многочисленные жизненные примеры доказывают: одиночество превращает человека в нечто качественно иное. Кроме того, попытка ограничить роль государства означает лишить общество управления, что совершенно недопустимо в сложных системах.

Плюрализм мнений не может подменить монизм. Когда консилиум врачей решает, как провести сложную операцию, у каждого может быть своё мнение, но в итоге побеждает одно – а иначе операцию провести было бы невозможно. Плюрализм мнений делает невозможной всякую деятельность, он возможен только в дискуссии, которая приводит к монизму, то есть возможности произвести действие.

Что касается тезиса о правовом государстве, впервые в истории созданном либералами, то это откровенная ложь. Неправовых государств никогда не было. Тезис главенства закона, а не человека был провозглашён ещё Аристотелем.

Многие либеральные документы заканчиваются примерно такими словами: «Мы хотим подтвердить веру в высшее предназначение человека». Но почему сей благой порыв остаётся одной лишь верой? И почему государства либеральной демократии ничего не делают для того, чтобы люди стали стремиться к высокому, пустив всё на самотёк?

Можно сделать общий вывод: либеральная доктрина абсолютно ненаучна. Она подобно религии предлагает просто верить в предлагаемые тезисы. Но если религиозные тексты наука не может опровергнуть (как и доказать), то ненаучность либеральных «истин» на лицо, поэтому данную доктрину можно квалифицировать как псевдорелигию.

Если традиционные религии многие века стояли на охране нравственных и духовных ценностей, то данная псевдорелигия их разрушает. Некоторые дальновидные мыслители предсказывали такой оборот событий ещё в первой половине XIX века, в наше же время мы можем воочию это наблюдать. Родина либерализма – Западная Европа ныне являет печальное зрелище: институт семьи почти разрушен, вместо мужа и жены – родители № 1 и № 2; коренных европейцев всё меньше и меньше; детей всегда могут отнять от родителей; люди разобщены и превратились в потребителей; официальный гуманизм требует проявлять в первую очередь заботу об оступившихся, нарушивших закон и асоциальных элементах в ущерб законопослушным гражданам; законы государства позволяют принимать и ставить на денежное пособие толпы наглых мигрантов из других регионов. «Свободный мир» ничего не может противопоставить архаичному обществу, придерживающемуся традиционных ценностей. И если в Западной Европе будут продолжать в этом упорствовать, она скоро рухнет.

От Бога к Дьяволу в четыре клика

«Бес – это вообще-то испорченная жизненная программа.

Вот она вкладывается в нас, и мы живем согласно ей. Уродливо живем».

Отец Симеон (Александр Кувайцев, настоятель Никольского кафедрального собора в Стерлитамаке)

По мнению многих авторитетных футурологов, наша цивилизация вступила в предапокалиптическую, совсем не долгую (по прогнозам до середины XXI века), эпоху. За ней – только всеобщий коллапс, или, как по традиции его называют, – конец света.

«Час пробил! Геополитика апокалипсиса властно стучится в наши двери. Древние пророки, православные духовидцы и современные учёные-политологи сходятся в том, что глобальная смута уже на пороге, – такими словами начинает Константин Душенов свою статью «Геополитика апокалипсиса». – Многие детали как нынешних, так и грядущих событий давно известны нам, православным, по бесчисленным пророчествам святых угодников Божиих, из века в век вопиявших об ужасах, соблазнах и искушениях «последних времён».

Апостол Иоанн, автор бессмертного Апокалипсиса, предсказывал признаки, по которым люди далекого будущего (получается, что мы и наши дети) смогут определить наступление этой эпохи. Творение Иоанна повествует о кончине мира, а происходящее в реальной жизни иногда даже оптимистов заставляет задуматься о конечности бытия: бесконечные войны, землетрясения, цунами, борьба с традициями, клонирование, эпидемии, изменение климата. Всё вышеперечисленное заставляет многих искать параллели с современностью в Откровении.

Большое брожение умов было связано с катастрофой на Чернобыльской АЭС в 1986 году. Причиной его послужили строфы 10 и 11 восьмой главы Откровения Иоанна, в которых сказано: «Третий Ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде «полынь»; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки».

Параллель была проведена достаточно однозначная, так как «чернобыль» как раз и переводится как «полынь». То же, что стало происходить после катастрофы на ядерном реакторе, вполне подходило под описание последствий падения звезды, описанных Иоанном.

О библейском пророчестве заговорили и тогда, когда произошла террористическая атака на нью-йоркские Башни-Близнецы в сентябре 2001 года. Сразу после этих событий появились люди, которые говорили о том, что перед нами воплощение 18-й главы Апокалипсиса, в которой описывается падение Вавилона (в данном случае название имеет символическое, а не фактическое значение).

У Иоанна описывается, как «возрыдали» все в мире, имеющие отношение к торговле, наблюдая, как гибнет город, фактически подчинивший себе весь остальной мир за счет того, что в нем сконцентрировались основные финансовые потоки. После этого Богослов перечисляет потери, нанесенные торговле товарами, номенклатура которых подозрительным образом совпадает со списком фьючерсов, торгующихся на Нью-Йоркской товарной бирже. При этом там же говорится о том, что кара постигла город за то, что: «купцы твои были вельможи земли, и волшебством твоим введены в заблуждение все народы».

Пандемия Covid-19 заставила не только целые страны закрыть своих граждан по домам, но и вспомнить о страшных библейских пророчествах.

Подводя итоги пути нашей цивилизации (пора, как бы не опоздать с итогами!), можно сделать общий вывод: она двигалась от Бога к Дьяволу. (За то, кстати, и пострадает!) Этот путь отмечен четырьмя основными этапами. А читатели, соответственно могут сделать четыре клика в Википедии, чтобы убедиться, что я не лгу, не преувеличиваю и получить более подробную информацию. Итак:

Клик первый: Эпоха Ренессанса.

Помню, в советских школах, да и в ВУЗах, эпоха Ренессанса характеризовалась как исключительно положительная во всех отношениях, как настоящий прорыв от «мрачного средневековья» к высотам мысли и духовности.

Однако всё большее число исследователей склоняется к тому, что на самом деле «мрачное средневековье» было самой светлой страницей в истории Европы. Это был наиболее мирный период и согласия промеж людей было больше всего.

Тому есть объяснение. Так было только потому, что в средние века люди были наиболее набожными. Католицизм и православие царили в Европе и не было более сильной идеологии.

Но вот пришел Ренессанс. И принес он не только расцвет наук и искусств. Но и такие не слишком благие явления, как индивидуализм и скептицизм. Стало модно критиковать священнослужителей, а с этим стал падать авторитет самой христианской религии. Люди, пока не очень быстро, но стали отдаляться от Бога. Ренессанс стал первым шагом к свободе. Свободе от чего? От религии, от личной ответственности за общество и планету в угоду эгоистическим интересам. То был ещё далеко не кодекс свободного либерала, но решительные шаги к нему.

Философское мышление этого периода можно охарактеризовать как антропоцентристское. Оно должно было изменить господствующее теоцентристское представление о значении, возможностях, достоинстве человека. Антропоцентризм ярко проявлен в трактатах философов – гуманистов Ренессанса, переосмысливающих проблему человека и его взаимоотношений с окружающий миром по сравнению со средневековыми установками. Вместо традиционного принижения человека его объявили высшей ценностью. С того времени антропоцентризм стал значимой идеологией и проник во все сферы жизни общества.

В ту эпоху происходило прямое обожествление человека, абсолютизация человеческой личности со всей ее материальной телесностью. Человек должен творить так, как Бог творил мир, и даже совершеннее того. Творческий человек тот, кто творит по своим собственным законам.

Эрих Фромм заметил, что «с эпохи Возрождения и до наших дней люди преисполнены пылким стремлением к славе». Самооценка человека попадает в зависимость от достижения успеха в соревновании с другими. Успех приобретает безусловный вес, от него зависит как социальная ценность человека, так и его уважение к самому себе. Так зарождается навязчивое стремление к успеху в социальном соревновании, свойственное и нашим современникам.

Далее приведу выдержку из статьи «Гуманизм Ренессанса. Становление индивидуализма» на сайте «Студопедия», в которой дается правдивая оценка данной эпохи:

«Средневековье изживало себя. Всё большее значение получали города и городские ремесленные коммуны, которые нацеливались на частное предпринимательство. Шло первоначальное накопление капитала. Для этого требовалась ломка всех коренных основ феодализма. Нужны были весьма сильные люди – титаны земного самоутверждения человека. Но в отличие от других эпох титанизм эпохи Возрождения связывался с принципиальным индивидуализмом, со стремлением к безграничному самоутверждению и, следовательно, к самооправданию в безудержных страстях, пороках, преступлениях.

Было бы односторонне четырёхвековую философию Ренессанса сводить только на гуманистически-платоновские пути мысли. Красивый Ренессанс имел свою обратную сторону, игнорировать которую нельзя во имя справедливого определения места Ренессанса в человеческой цивилизации.

В этой эпохе была ещё и другого рода философия и культура, противоположная гуманизму. Она была аморальной в своём предметном содержании. В прошлые эпохи люди грешили против своей совести и после совершения греха каялись в нём. В эпоху Ренессанса совершая самые дикие преступления, люди ни в коей мере в них не каялись. И поступали они так потому, что последним критерием для человеческого поведения считалась тогда сама же изолированно чувствовавшая себя личность. Красиво мысливший поэт Ренессанса, бесконечно человечный и бесконечно гуманный, мало отдавал себе отчет в том, что какой-нибудь кровавый преступник или бесстыдный насильник тоже чувствовал за собой право на свое поведение, тоже находил в нём свое самодовлеющее наслаждение и тоже был своего рода свободной личностью.

Возрождение прославилось бытовыми типами коварства, вероломства, убийства из-за угла, невероятной мстительности и жестокости, авантюризма и всякого рода страстей, недостойных человека, так как реальная человеческая личность стала аморальной, ибо в своем бесконечном самоутверждении и в своей ничем не сдерживаемой стихийности страстей, аффектов и капризов она дошла до самолюбования и дикости.

Разгул страстей, своеволие и распущенность достигают в странах Европы невероятных размеров. Священнослужители содержат игорные и публичные дома, так что приходится издавать декреты, запрещающие им «ради денег делаться сводниками проституток», но все напрасно. Монахини читают «Декамерон», а в грязных стоках находят детские тела как результат монашеских оргий. В церквах пьянствуют и пируют. Папа Александр IV и его сын собирают на свои ночные оргии до 50 куртизанок… В Италии этой эпохи нет никакой разницы между честными женщинами и куртизанками, между законными и незаконными детьми, которых имели и гуманисты, и папы, и князья, и бездомные. Имели незаконных детей папа Пий III, Иннокентий VIII, Юлий II, Павел III. Но… все они – гуманисты, известные покровители возрожденческих искусств и наук.

Широкое распространение получают порнографическая литература и живопись. Такая нравственно сомнительная книга, как «Гермафродит» была с восторгом принята всеми гуманистами. В Ватикане при папе Льве Х ставятся непристойные комедии Чиско, Ариосто, причем декорации к ним нередко готовил Рафаэль, а при представлении папа стоял в дверях зала, и входящие гости подходили к нему под благословление. Художники наперебой соревнуются в откровенности и неприличии в изображении вакханалий. Причем нередко картины подобного толка выставляются в церквах рядом с ликом Христа и апостолов…

К области обратной стороны Ренессанса следует отнести учреждение инквизиции, относительно которой у историков часто слабеет память, и они относят ее к средневековью, а ведь это детище исключительно эпохи Ренессанса».

Упомянутые многочисленные негативные факты должны были побудить задуматься о том, так ли хороша свобода личности, если понимать ее в масштабах общества, как и задуматься о природе человека вообще. Но не задумались, процесс пошел дальше.

Клик второй: Эпоха Реформации.

Именно эпоха Ренессанса породила Реформацию. В её идеологической подготовке важную роль сыграли гуманизм с его рационалистической критикой средневекового миросозерцания и утверждением принципов буржуазного индивидуализма.

Устоялся взгляд, что якобы эпоха Ренессанса двинула прогресс цивилизации далеко вперед, а католическая церковь стала главным тормозом на этом светлом пути. Потому-то сама эволюция общества потребовали реформировать заскорузлую католическую церковь. Согласно распространенной точке зрения, протестантская Реформация была прогрессивным явлением. На самом деле она выступила с лозунгом не исправления католицизма, а борьбы с ним.

Как известно, теоретиками Реформации были М. Лютер, У.Цвингли, Ж.Кальвин и Т.Мюнцер. Считается, что именно они «уложили на обе лопатки» всемогущую католическую церковь. Но так в жизни не бывает, невозможно в одиночку победить большую и влиятельную организацию. В истории было много бунтовщиков-одиночек, о них сейчас мало кто помнит.

В действительности причина победы реформаторов чисто политическая. История вершится политиками, а не теоретиками. Политиками же движут интересы. В данном случае – интересы буржуазии, которая завидовала возможностям аристократов и задалась вопросом: а чем мы хуже? В теоретических положениях реформаторов молодой, энергично рвущийся к покорению мира класс буржуазии увидел теоретическое обоснование своих претензий. Реформаторы развязали им руки и теперь никакие религиозные страхи буржуазию не сдерживали. Согласно К.Марксу и Ф.Энгельсу, настоящие «Причины Реформации связаны с развитием буржуазных отношений и обострением классовой антифеодальной борьбы буржуазии и крестьянства, направленной в первую очередь против католической церкви – наиболее общего синтеза и наиболее общей санкции существующего феодального строя».

Отец основатель протестантизма Мартин Лютер изначально исходил из ложного посыла, согласно которому все христиане принципиально равны перед Богом, способны общаться с ним напрямую и самостоятельно толковать Священное Писание. Видимо Лютер очень плохо знал людей, либо знал, но сознательно обманывал всех.

По мнению идеологов Реформации, спасение достигается не «добрыми делами», а чистосердечным раскаянием и верой. Церковь не способна приблизить человека к Богу и не должна стремиться опосредовать и нивелировать их отношения. Теоретики Реформации развивают учение о всеобщем священстве. Нет принципиальной разницы между мирянами и духовенством. Церковь – это община верующих, союз братьев во Христе, а не вселенская иерархия, мистически связывающая небо и землю. Поэтому церковная организация должна строиться на началах общинного самоуправления, а не иерархического подчинения.

«Я не возношусь и не считаю себя лучше докторов и соборов, но я ставлю моего Христа выше всякой догмы и собора», – объявил Мартин Лютер. И вот какой комментарий этому дал профессор А.И.Осипов:

«…провозгласив основным принципом веры Церкви «только Писание», протестантизм лишил себя объективного критерия истинности в понимании как самого Писания, так и любой христианской истины веры и жизни. Ибо Библия, предоставленная произвольному толкованию любого отдельного человека или отдельной общины, теряет свою идентичность. Этот субъективизм и стал самоубийственным оружием протестантизма. Отвергнув Священное Предание Церкви, то есть учение святых отцов, утверждаясь исключительно на личном понимании Писания, протестантизм с самого своего возникновения и до настоящего времени непрерывно распадается на десятки и сотни различных ветвей, каждое из которых ставит своего Христа выше всякой догмы и собора и в результате нередко доходит до полного отрицания основополагающих истин христианства».

По мнению А.И.Осипова, «это учение, исключив основную мысль Благовестия Христова, что Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие обретают его (Матфея, 11:12), полностью упразднило духовную жизнь христианина».

Реформация привела к религиозным войнам за свободу совести, в результате которых в ряде европейских государств утвердились буржуазная религия и политические свободы. Свобода совести понималась прежде всего как свобода от авторитета церкви, и её ближайшим результатом была замена авторитета церкви авторитетом государства. Реформация отвергла принципы католического теократизма и централизма, государства были освобождены от церковной опеки, а сама религия стала орудием государственной власти.

Кальвинизм стал идеологией первых буржуазных революций – в Нидерландах 16 века и Англии 17 века. Он дал религиозное оправдание нормам буржуазной морали.

Таким образом, протестантизм стал религиозно-идеологическим обоснованием претензий буржуазии на господство в мире. По словам Андрея Фурсова, «протестантизм есть максимально иудаизированная версия христианства в плане ориентации на деньги, на успех, на селективную избранность».

Официальная точка зрения, характерная даже для советской школы, гласит: приход буржуазии к власти, победа над феодализмом, стали прогрессивным явлением. Именно буржуазия двинула развитие производства, промышленности, науки, техники и т. д.

Отвлечемся от общепринятой точки зрения и задумаемся над таким вопросом: перед капиталистами в самом деле стояла задача развивать научно-технический прогресс? Здравый смысл и знание психологии бизнесмена подсказывает, что их интересовали в первую очередь деньги и власть. Производство же, наука и техника развивались постольку, поскольку способствовали наращиванию капитала буржуазии. Если развитие капитализма сопровождается некоторым расцветом наук и искусств, то вовсе не потому, что капиталисты такие передовые. Здесь нет прямой зависимости. Капиталисты могут делать заказы творческим людям, но главным образом для дальнейшего обогащения или чтобы потешить свое самолюбие.

Само же по себе предоставление больших возможностей людям, чья главная цель богатство, ни в коей мере не может быть прогрессивным. Более того, оно опасно для всей цивилизации и, как показывает наше время, опасно для всей нашей планеты и её дальнейшего существования.

Клик третий: Эпоха Просвещения

Просвещение явилось логическим продолжением Ренессанса и Реформации. «Эпоха Просвещения, – сообщается в Википедии, – одна из ключевых эпох в истории европейской культуры, связанная с развитием научной, философской и общественной мысли. В основе этого интеллектуального движения лежали рационализм, свободомыслие и критика существовавших в то время традиционных институтов, обычаев и морали». Отрицалось всякое божественное откровение, в особенности христианство, которое считалось первоисточником ошибок и суеверий.

Просвещение оказало большое влияние на последовавшие изменения в этике и социальной жизни Европы и Америки, оно поколебало авторитет аристократии и влияние церкви на социальную и культурную жизнь. Происходил отказ от религиозного миропонимания и обращение к разуму как к единственному критерию познания человека и общества.

Деятели Просвещения поставили под сомнение традиционные ценности и выдвинули идею о том, что общество может быть улучшено с помощью рациональных преобразований.

Джон Локк обосновал основные права человека: свобода, равенство, неприкосновенность личности и собственности, которые назвал естественными, вечными и неотъемлемыми. Людям, считал Локк, необходимо добровольно заключить общественный договор, на основе которого создается орган (государство), обеспечивающий охрану их прав.

В трудах Шарля Монтескьё получило дальнейшее развитие учение Локка о правовом государстве. Им был сформулирован принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную.

Просвещение стало веком упадка веры и заката влияния церкви. Джон Локк вместе с французским мыслителем Пьером Бейлем всецело отдался идее отделения последней от государства.

Эта эпоха стала и временем расцвета тайных обществ. Франкмасоны, розенкрейцеры, иллюминаты, преследуя цель – «перевернуть мировую духовную систему», предлагали своим членам новую систему морали, общение в братской среде, эзотерические обряды и церемонии.

Именно в эпоху Просвещения антропоцентризм стал одной из главных идеологий, что вылилось в уничтожение природы.

Под влиянием идей Просвещения были предприняты реформы, которые должны были перестроить всю общественную жизнь. Но наиболее значительным последствием идей этой эпохи стали Американская революция и Великая французская революция. Принципы Просвещения были положены в основу американской Декларации независимости и французской Декларации прав человека и гражданина.

Великая французская революция, начавшаяся в 1789 году, стала кульминацией Позднего Просвещения. Проходившая под девизом «Свобода, равенство, братство», она привела не только к смене старого порядка новым, но и к массовому террору, который показал всю несовершенность идей Просвещения. Не зря Кант противополагал просвещению просветительство.

Современный либерализм во многом берёт свои основания из эпохи Просвещения, он обязан Просвещению своей философской базой. Идеи Просвещения лежат в основе политических свобод, прав человека и демократии как базовых ценностей современного западного общества, а также организации государства как самоуправляемой республики, религиозной толерантности, рыночных механизмов, капитализма.

Многим наверняка не понравится ход мысли данной главы. Дескать, обхаял великие эпохи Ренессанса и Просвещения, которые дали колоссальный толчок развитию наук и искусств.

В отношении последних спорить никто не собирается. Многих не убедят приведенные здесь доводы в том, что Ренессанс и Просвещение оставили больше негатива, чем позитива. Подумаешь индивидуализм и безбожие, которые они пропагандировали, зато как прогресс рванул, каких великих людей эти эпохи породили! Но тех великих людей давно нет, достижениями науки и техники воспользовались алчные капиталисты и хитрые политики, а вот идеология индивидуализма, антропоцентризма и безбожия по сию пору подобно ржавчине разъедает души людей. Науками и искусствами занимается ничтожный процент человечества. А разлагающие идеи индивидуализма, прав, свобод и частной собственности доходят до каждого и каждый вносит свою лепту в разрушение нашего общего дома.

Проблема в том, что социологи не проводят соответствующих исследований, не взвешивают на весах истории, что перевесит – позитив от великих достижений отдельных выдающихся личностей или негатив от тлетворного влияния идеологии на массовое сознание. Поэтому основная масса людей представляет эпоху Возрождения в виде Леонардо до Винчи, Микеланджело и им подобных, а эпоху Просвещения в виде Вольтера, Дидро и Руссо. Но если бы нас окунуть в те эпохи, боюсь, они предстали бы совершенно в ином свете. Разве не доказывает эту мысль море крови, пролитое во время Великой Французской революции людьми, вооруженными знаниями великих просветителей про свободу, личные права, частную собственность, всеобщее равенство и братство до гроба?

Клик четвертый: Эпоха либерализма.

С появлением либерализма идеология индивидуализма, антропоцентризма, и прочего эгоизма окончательно восторжествовала. Либерализм отверг многие положения, бывшие основой предшествующих теорий государства.

Права и свободы каждого человека объявляются высшей ценностью и становятся правовой основой общественного и экономического порядка. При этом возможности государства и церкви влиять на жизнь общества ограничиваются конституцией. Согласно либерализму, государственная власть существует только для работы во благо граждан, и политическое руководство государством может осуществляться только на основе общественного консенсуса.

Отдельные личности являются основой закона и общества, общественные институты существуют для того, чтобы способствовать наделению индивидуумов реальной властью. В основе лежит представление, что каждый человек лучше всего знает, что для него лучше. Современный политический либерализм также включает в себя условие всеобщего избирательного права, независимо от пола, расы или имущественного положения. О моральном облике ничего не сказано, что, очевидно, следует понимать так, что самые аморальные типы имеют полное право быть избранными во власть. При этом только собственники формируют гражданское общество, участвуют в общественном договоре и дают правительству согласие на то, чтобы оно правило. То есть собственность представляет большую ценность нежели мораль и нравственность.

В экономическом отношении принципами либерализма являются неприкосновенность частной собственности, свобода торговли и предпринимательства. Классический либерализм выступает за индивидуальные права на собственность и свободу контракта. Его девизом является «свободное частное предприятие». Предпочтение отдаётся капиталистическому хозяйствованию. Либералы полагают, что рынок не нуждается в государственном регулировании. Стоимость товаров и услуг должны определяться свободным выбором индивидуумов, то есть рыночными системами. Экономическое неравенство, которое возникает из-за неравных позиций при заключении контрактов, рассматривается как естественный результат конкуренции, при условии отсутствия принуждения.

«Экономические законы, – с иронией отмечает Красный критик в соцсетях – это что-то сродни законам природы и какое-либо вмешательство в них недопустимо».

В юридическом отношении принципами либерализма являются верховенство закона над волей правителей и равенство всех граждан перед законом вне зависимости от их богатства, положения и влияния (но, обратите внимание, не вне зависимости от морального облика!).

Культурный либерализм фокусирует внимание на правах личности, относящихся к сознанию и образу жизни, включая такие вопросы, как сексуальная, религиозная, академическая свобода, защита от вмешательства государства в личную жизнь. Культурный либерализм в той или иной степени возражает против государственного регулирования таких областей как литература и искусство, а также таких вопросов как деятельность научных кругов, азартные игры, проституция, возраст добровольного согласия для вступления в половые отношения, прерывание беременности, использование противозачаточных средств, эвтаназия, употребление алкоголя или других психоактивных веществ и наркотиков.

В настоящее время наиболее соответствующей либеральным принципам политической системой является либеральная демократия.

Критики обвиняют либеральные режимы в лицемерии: что они выступают за ограничение вмешательства государства в жизнь своей страны, но при этом вмешиваются во внутренние вопросы других стран. В том, что наличие проигравших и появление неравенства в результате конкуренции наносит существенный вред всему обществу. В частности, возникает неравенство между регионами внутри страны. Левые также указывают, что исторически политические режимы, основанные на классическом либерализме в чистом виде, оказывались нестабильными. С их точки зрения, либеральная экономическая и социальная политика создаёт предпосылки для экономических кризисов. А плановая экономика способна защитить от нищеты, безработицы, а также этнических и классовых различий в уровне здоровья и образования.

«Сейчас капитализм умирает, и либерализм умирает вместе с ним, – делает вывод Красный критик в соцсетях. – Равенство перед законом существует лишь номинальное. На деле, человек имеющий деньги или связи легко может на вполне законных основаниях ограбить или даже убить того, кто не имеет ничего из вышеперечисленного. Пырнет ножом какой-нибудь сын депутата или крупного бизнесмена какого-нибудь человека по тем или иным причинам, а в суде это признают «необходимой самообороной».

Либерализм под видом заботы о человеке подает то, что разрушает человека и общество в целом. Результат такой отеческой заботы мы сейчас наблюдаем во всей красе в Западной Европе. Браки распадаются или вовсе не заключаются. Или вместо них – однополые браки (свобода!). Детей рождается все меньше, отцов многие не знают, а то и матерей. Закон бессилен защитить собственное население от стихийного наплыва мигрантов. И все идет к тому, что разложившихся от продолжительного воздействия либеральной идеологии европейцев скоро заменят афро-азиатские этносы».

Ещё никогда в истории нашей цивилизации человечество не было так разделено. Древний принцип «Разделяй и властвуй!» достиг небывалой высоты. И возникает естественный вопрос: для кого же либералы так стараются, кому расчищают дорогу, кто будет властвовать над разделённым, ослабевшим и оболваненным человечеством? И не менее важный вопрос: откуда растут ноги либерализма, для чего в наши черепные коробки была вброшена эта идеология? Ответы на эти вопросы я оставлю читателям – будет над чем подумать на досуге.

Чем дальше, тем откровеннее либерализм сбрасывает свою маску. Уже не стесняясь обнажить свою истинную сущность. Непосредственные исполнители этой злой воли посчитали, что массы одурачены по полной, а духовно и интеллектуально разложились настолько, что можно больше не стесняться говорить правду. И оттого сатанинские сцены сегодня можно наблюдать не только в кино, но и на театральной сцене и прочих храмах искусства. А также в жизни.

Выводы

Обсуждаемые эпохи расчистили путь буржуазии к полной и абсолютной власти на земле. «Буржуазия приступила к истолкованию в своих интересах лозунгов равенства и свободы, которые переполняли собою трактаты XVIII века, – пишет М. М. Рассолов. – Она перешла к разъяснению всех конкретных особенностей обещанного революцией царства разума и справедливости, которое на деле должно было стать и стало «царством буржуазии».

Многих вводит в заблуждение научно-технический прогресс, состоявшийся в эпоху капитализма. Но техническая эволюция, подменившая человеческую, которая в итоге получилась, по мнению многих современных экспертов, исказила всю нашу цивилизацию, завела её в лабиринт, из которого совсем не просто выбраться. Научно-технические достижения при капитализме идут главным образом на личное обогащение буржуазии, более эффективный грабеж природы и создание всё нового и всё более страшного оружия. А также разорение не только отдельных людей, но целых народов и государств.

Может ли буржуазия в принципе быть прогрессивным классом, если её единственная цель – стяжание богатств? И ради этого она не посчитается ни с чем. Капиталистов ни в малейшей степени не волнует, что их бизнес приносит вред обществу и природе. Когда на Земле возникнет дефицит питьевой воды, они примутся делать деньги на воде. Когда образуется дефицит чистого воздуха, – начнут торговать воздухом.

Разве после всего перечисленного капиталистов нельзя назвать сатанистами? Это отнюдь не праздный вопрос. Обсуждаемый же либерализм по факту стал главной идеологией буржуазии.

Происходит так, что всё, что работает на индивидуализм, антропоцентризм, личные права и свободы в ущерб общественным интересам – ведёт к Дьяволу.

Читателей, разделяющих либеральные взгляды, наверняка возмутит такой вывод, как и заголовок этой статьи. «При чем тут Дьявол? Уж не намекает ли автор на то, что либерализм ближе к нему, нежели к Богу?»

И вообще, что плохого в том, чтобы иметь на все своё мнение и жить так, как сам считаешь правильным? «Я не хочу подчиняться ни старейшинам, ни царям, ни генсекам!».

Плохо потому, что правила мира, в котором мы живем, не являясь при этом его хозяевами, иные. Свободу животных ограничивают инстинкты и табу. Значит, это зачем-то нужно. У человека инстинкты ослаблены, табу отсутствует – в результате он стал неуправляемым и опасным для всей планетарной системы. Это противоречит законам Вселенной, общей теории систем, ибо как система может существовать, если каждый её элемент живет и действует сам по себе?

Для сомневающихся и для наглядности сравним либерализм и сатанизм. В массовом сознании сатанизм представляется очень узко, как набор массовых оргий и кровавых ритуалов. Но помимо них в нём есть и философия, недаром сатанизм считают религией.

Клик пятый (дополнительный). Сатанизм

«Примечательно, что ценности либерализма очень уж напоминают те, что известны с далекой древности и исходили, ни много ни мало, от самого Дьявола. – Отмечает Красный критик в соцсетях. – Тогда поддаться им считалось великим грехом. А теперь под названием «либеральные ценности» люди их охотно принимают, да ещё считают себя при этом современными и продвинутыми». Согласно определения Александра Дугина, неолиберализм – это новая религия Сатаны.

Обратите внимание, сколько общего между сатанизмом и рассмотренными выше идеологиями трех эпох, особенно с либерализмом. Сатанизм отличает от либерализма прямота, в нём откровенно говорится то, что либералы выражают завуалированными и красивыми словами, но суть примерно та же. Если первый провозглашает свои ценности открыто и прямо, то второй преподносит то же самое под соусом заботы о человеке. Человек, не привыкший утруждать свой мозг рассуждениями и анализом (а таких большинство), воспринимает всё за чистую монету и охотно голосует за либералов.

По мнению настоящих сатанистов, ни одна религия в мире не должна «обожествляться» и никакое суждение не должно приниматься за правило, – это то, что либералы называют плюрализмом мнений и свободой совести. «Принцип, который дьявол использует в своей деятельности, – это принцип плюрализма», – пишет священник Олег Стеняев в книге «Человек перед лицом соблазнов».

Одной из основных идей современного сатанизма утверждается факт, что человек должен опираться не на религии, а на самого себя, – как тут не вспомнить идеологов Просвещения!

Каждый сам себе хозяин и повелитель. Сатанизм признаёт принцип: «сильные должны вершить судьбу, а слабых в рабство». Либералы так ни за что не скажут, но по факту разве получается не так? То есть главная отличительная черта сатанизма, что сильные могут не поступать морально, а силой при желании заставить слабых подчиняться. Что мы и наблюдаем сегодня практически во всём современном обществе потребления.

Основной принцип сатанизма раскрывается в том, что сама жизнь уже является величайшей милостью, а смерть – это немилость. А потому нужно жить «здесь и сейчас». Не признаются ни реинкарнации, ни последующие жизни, ни рай, ни ад – как говориться живи и наслаждайся прямо сейчас, – ну, и где разница с рекламой современного буржуазного общества? Уж не из сатанинских ли трактатов она заимствована?

Согласно Священного писания, от соблазнов всегда было горе миру (Матфея, 18,7). Либеральная идеология – это целая доктрина соблазнов, цель которой – полное уничтожение человечества. А поскольку нынешняя цивилизация стала мощным экологическим фактором, вместе с её гибелью погибнет и жизнь на Земле. Появление сатанизма как религии оправдывают тем, что якобы обычная религия не успевает за потребностями и возможностями человека, а потому нужна какая-то «независимая» религия, основанная на естественных потребностях и природных инстинктах обычного человека, – читайте об этом выше в характеристике Реформации и других упомянутых эпох.

Вот к примеру, секс ведь дает человеку не только рождение ребенка, но и делает счастливым его самого. И здесь нет никакого греха. Это естественно для человека. Сатана против воздержания (в еде, сексе и т. д.). Грехов нет, а есть просто физическое и умственное удовольствие.

Сатанисты полагают, что деньги и власть, есть счастье и своими лучшими адептами считают президентов, диктаторов, олигархов, участников тайных организаций и лож по всему миру, а также прочих известных и не очень личностей, обладающих высоким материальным положением и использующих эти средства для своего блага, а не для помощи обществу.

Главная же суть сатанизма в том, что настоящий сатанист не верит в Бога, потому как история планеты Земля говорит, что именно человек создал образ Бога, а не Бог создал человека. Тут кто-то возразит: «Такого в либерализме нет». Ну, так будет ещё, когда маски будут сброшены!

Кандидат культурологии Е.В. Белоусова считает, что, «по сути, сатанизм – это крайнее выражение материализма и гедонизма современной западной цивилизации». Основатель «Церкви Сатаны» и автор «Сатанинской Библии» Антон Ла-Вей совершенно чётко связывает возрождение сатанизма в наше время с культом телесных желаний, снисхождением к плотским вожделениям, характерным для массовой культуры».

«По сути, сатанизм – это делать всё то, чем занимаются практически все современные бизнесмены, политики и даже большинство людей, которые считают себя якобы религиозными, но на самом деле живут для себя, а не во имя какой-то более глобальной идеи, – делает вывод автор статьи в Интернете. – Это и отличает данное верование от большинства остальных религий, где данная логика считается неразумной и ведущей к страданиям, невежеству, деградации и подобному. То есть быть сатанистом, значит быть зацикленным на материальных благах».

Не странно ли, что многочисленные Церкви Сатаны и сатанинские секты стали появляться в разных странах именно с конца ХХ века и создаются по сей день? Они защищены законом о свободе вероисповедания. Организаторы сект поняли, что пришло их время. А вот многие пропагандисты либеральных ценностей на полном серьезе считают их самыми гуманными и передовыми в истории.

По словам председателя комиссии Госдумы по здравоохранению и охране общественного здоровья Людмилы Стебенковой, сейчас только в Москве насчитывается около 30 сатанистских групп, членами которых являются более 2 тысяч человек. Основной контингент российских сатанистов составляют подростки и молодёжь. Причины, толкнувшие их к этому, приземленного свойства: жажда денег, власти, заботливо переданная им взрослыми, невозможность воплотить её в жизнь из-за отсутствия условий – всё это подталкивает их к поиску других способов самореализации. Для них очень важен быстрый и точный результат. В своей деятельности российские сатанисты часто сотрудничают с неонацистскими, экстремистскими и преступными организациями и сообществами.

«Свободные» и «зависимые» граждане

«Когда перед свободой преклоняются, когда свободу воспринимают как нечто высшее и мистическое, а не как просто необходимое условие человеческого существования, она превращается в рабство».

Джеймс Фулбрайт

«В нужде люди закаляются и живут мечтой о свободе. Но вот приходит свобода, и люди не знают, что с ней делать».

М. Пришвин

За многолетнюю публицистическую деятельность мне множество раз приходилось терпеть негативные выпады «свободных» личностей. Они порядком надоели своим однообразием и неприкрытой агрессивностью. «Свободномыслящим» невыносимо наличие авторов, думающих иначе и придерживающихся других ценностей. Потребно, чтобы все думали как они, хотя этим они противоречат принципу своей же идеологии: «Я с тобой не согласен, но уважаю твоё мнение». Отечественные либералы оказались довольно зубастыми ребятами.

«Свободные» граждане называют покушением на права человека попытки напомнить, что все мы живём в социуме и, стало быть, должны с ним считаться. А вот то, что из-за пропагандируемого ими индивидуализма с эгоизмом страдает всё общество, почему-то покушением на него не считается. Хотя должно быть понятно, что когда все требуют для себя только прав, а про обязанности ничего не знают, такое общество долго не протянет. И это соответственно ударит по каждой «свободной» личности в отдельности.

Сторонники прав и свобод самых «передовых» стран требуют гуманного отношения к заключённым в тюрьмах, а про законопослушных гражданах часто забывают – это, по их убеждениям, и есть подлинный гуманизм. Они считают проявлением милосердия дать гражданство и денежное пособие незаконно вторгшимся в их страну мигрантам, а то что их коренное население страдает от этих мигрантов, а города теряют свой облик, остаётся без внимания. «Свободные» граждане зачем-то принялись крушить институт семьи и уравнивать мужчин и женщин в том, что противоречит природе.

Чем больше смотришь на «свободных» граждан, тем больше ужасаешься: а что же дальше-то будет?! «Свободные» граждане стали самым тяжёлым поколением в истории – никогда на Земле одновременно не проживало такое количество людей с лишним весом. «Свободные» граждане заполонили планету своими автомобилями так, что дышать скоро станет возможно только выхлопными газами. «Свободные» граждане превратили интернет в помойную яму и водопад взаимных оскорблений, а кино, литературу, телевидение, эстраду – в пошлятину и разврат. «Свободные» граждане превратили природу в места пикников и свалку мусора, они каждый год жгут леса, они сожрали почти всю рыбу в океане, а на её место запустили целые острова из пластиковых отходов.

Неудивительно, что большого желания общаться со «свободными» гражданами не возникает. «Зависимые» граждане вызывают куда больше симпатий. В данном контексте к «зависимым» я отношу тех, кто в своих мыслях, целях и образе жизни зависит от собственной совести, обладает развитыми чувствами долга и ответственности, кто никогда не забывает о своих обязанностях. «Зависимые» граждане меньше всего думают о своих личных правах и свободах, их такие пустяки не беспокоят. А вот проблемы общества и природы – это для таких граждан – постоянная заноза в сердце.

«Свободные» граждане воспитали целое поколение ещё более «свободных» граждан, в добавок ещё и «продвинутых». Всё, что я тут пишу, эти яркие представители нашего будущего обзовут «бреднями старой рухляди» и «полным отстоем». Ибо на вопрос о чувстве долга они отвечают: «Я никому ничего не должен». Мораль у них – вывод из басни. А совесть – рудимент, мешающий жить «нормальному пацану».

Либералы в соцсетях, когда читают критику их любимого учения, бранятся и обзываются, напрочь позабыв про толерантность. «Ты, мол, дурак, ни черта не смыслишь и суёшься со своей дебильной критикой. Свобода как раз и предполагает ответственность».

Но я сужу не по тому, что проповедовали отцы-основатели либерализма XVII–XIX веков, а по результатам практической жизнедеятельности. А они полностью подтверждают всё выше сказанное: леса горят, дышать воздухом опасно для здоровья, океаны обезрыбили, подростки стали невменяемыми – к старшим обращаются на «ты» и место в общественном транспорте не уступают.

В головах теоретиков, может, и было всё распрекрасно и гуманно, а на практике – наоборот. Произошло в точности как в физическом эксперименте: на входе запустили в общество личные права и свободы – на выходе получили деградировавшее общество и полуразрушенную планету. И вывод из этого эксперимента протяжённостью в три столетия напрашивается один: если теория не соответствует практике, значит, она неверна.

Тут оппоненты непременно взорвутся: «Как, ты считаешь себя умнее великих мыслителей – благодетелей всего человечества?!» И опять это неправда; известно, что человек не автомат и может ошибаться. Отцы-основатели коммунизма ведь тоже совершили эксперимент с первым в мире государством трудящихся, и либералы признают его экспериментом, неудачным до безобразия. А свой неудавшийся опыт, невзирая на результаты, упорно полагают столбовой дорогой цивилизации.

Лично у меня не вызывают антипатии ни Джон Локк, ни Шарль Монтескьё, ни Алексис де Токвиль. Что же привело их к неправильным выводам? Полагаю, они допустили весьма распространённую ошибку многих кабинетных мыслителей – думая о благе человечества, применили свою теорию к самим себе и своему окружению. Об основной же народной массе, имеющей мало с ними общего, при этом не думали или вообще плохо её представляли, поскольку с ней не общались.

А вот те мыслители, что имели хорошие представления о людях и соотношении в обществе порядочных к непорядочным, нравственных к безнравственным ни за что бы не додумались до «универсальных» ценностей.

Валерий Чалидзе в книге «Иерархический человек» подчёркивал, что метод самонаблюдения при познании человека приводит к искажённым результатам. Учёные отличаются от среднего человека объёмом знаний, тренированным интеллектом и высокой культурой, поэтому отождествляя себя со средним человеком они создают идеализированную картину общества.

«Идеализация человека интеллектуалами известна давно, – писал В,Чалидзе, – интеллектуалы распространяют на всё человечество модель, которую они придумали для себя в своём самолюбовании. …они не в состоянии понимать остальное человечество. Не в этом ли причина столь плачевного состояния общественных наук в мире по сравнению с науками естественными?»

Но как же так получилось, что либеральное учение восприняли многие страны и народы? Разве это не лучшее подтверждение его истинности? – воскликнут оппоненты.

Не лучшее. Ведь совершенно понятно, что построив идеологию и законодательство применительно к эгоистическим чувствам человека (свобода, права, частная собственность, ограниченная роль государства, свобода предпринимательства), эгоисты, коих большинство, проголосуют за либерализм всеми своими конечностями. Но лучше от этого не станут, останутся такими же эгоистами. Однако для общества это станет законодательно закреплённой программой самоуничтожения. Отсюда следует вывод: не хотите всеобщей смерти, не изобретайте теорий, рассчитанных на эгоистов и облегчающих им жизнь.

Для либеральных пропагандистов характерно обхаивание всех противоположных идеологий, в первую очередь консерватизма и социализма с коммунизмом. Они выдёргивают из истории самые грубые ошибки, совершённые властями при авторитарном правлении, и пугают народ возвратом к концлагерям, пустым прилавкам и жестоком идеологическом давлении на личность.

Тем не менее, традиционные общества сопротивляются нашествию либерализма, а они составляют основную массу населения нашей планеты. Сопротивляются потому, что веками и тысячелетиями из поколения в поколение передавались совсем другие ценности, цели и смыслы, с позиций которых хорошо видна истинная суть философии прав и свобод. И российский опыт опьянения свободой 90-х и последующего отрезвления начала нулевых – наилучшее тому подтверждение.

Серая чума страшнее коричневой

«Сейчас не время великих. Нет величия во всех сферах человеческой деятельности».

Евгений Гришковец, драматург, актер

Сторонники либеральной идеологии называют всякое желание навести в обществе порядок, сделать нашу жизнь разумной и справедливой, предпринятое на не либеральной основе, с «вопиющим» нарушением так называемых «универсальных» ценностей, тоталитаризмом, большевизмом, коммунизмом или фашизмом. Все перечисленные понятия «самые свободные граждане в истории» превратили в ругательства. А вот мне (да, уверен, и многим другим) самым большим ругательством представляется слово «либерал».

Доказать, что эта идеология махровых эгоистов гораздо страшнее фашизма совсем не сложно. Что я и сделаю. Правда, для самих либералов мои доказательства – пустое место. Но я и не намерен вступать с ними в бессмысленные дискуссии. Думаю, что нормальные и здравомыслящие люди меня поймут и, надеюсь, согласятся.

Итак, не размениваясь на мелочи, начнём с главного. Что говорили и говорят миру фашисты? Они откровенно и громко заявляют то, что думают: «Слушайте все! Мы хотим переделать этот гнилой мир по своим лекалам. Вы считаете нас плохими ребятами? А давайте подерёмся! И посмотрим кто кого!»

Их позиция, наверное, не самая лучшая. Но она, по крайней мере, честная. Фашисты выходят против оппонентов с открытым забралом и высоко поднятым флагом.

А что либералы? Вы никогда не узнаете, что у них на самом деле на уме. Но говорить они всегда будут о том, что являются спасителями человечества, что это именно они дали всем людям свободу, равноправие, частную собственность, неотъемлемые права, демократию и прочие блага. Что они такие великие гуманисты, каких не знала история. И что их либеральная демократия – столбовая дорога цивилизации, последнее её достижение. Дальше будет только рай на всей Земле.

Однако возникают вопросы.

Если вы такие замечательные, то зачем навязываете инакомыслящим странам и народам свою идеологию силой вооруженного вторжения? Как в случаях с Ираком, Ливией и Сирией. Или навязываете её угрозами экономических санкций, как произошло в отношении ряда других стран?

Отличительной чертой либерализма является агрессивное стремление навязать его всему человечеству. «Это – идеология, претендующая на универсализм и утверждающая, что все народы и все культуры проходят один и тот же путь и отличаются друг от друга лишь стадией развития», – пишет Сергей Кара-Мурза.

Далее. Зачем либеральным властям в их внутренней политике понадобилось постоянно прибегать к манипуляции массовым сознанием? Они неустанно повторяют, как это ужасно – насильно принуждать население к определенным ценностям, взглядам и миропорядку. А постоянно промывать людям мозги, одурачивая их, разрабатывать для этого целые технологии – это нормально?

По мысли Александра Зиновьева, жители западных стран находятся под гораздо большим идеологическим давлением, чем граждане СССР. А давление западных СМИ в разы превосходит таковое Ватикана в годы его наибольшего влияния.

Возникает простой, даже детский вопрос: коли вы такие распрекрасные, то почему навязываете свою идеологию? Если вы во всем правы, то не надо ничего доказывать и внушать. Люди к вам сами придут.

Теперь поговорим о результатах деятельности либералов и фашистов.

На совести фашистов Вторая Мировая война. Хотя ряд экспертов уверен, что тут не обошлось без главных планетарных либералов, но опустим этот момент за отсутствием соответствующей официальной точки зрения.

На совести либералов Первая Мировая война и множество локальных войн, продолжающихся по сию пору.

Урон от фашизма измеряется неким конкретным числом погибших и искалеченных. К этому можно добавить более сложно добываемые цифры сломанных судеб, материальный ущерб и ущерб, нанесенный природе. Но даже с учетом этих добавлений, урон от господства либеральной идеологии несопоставимо выше. Он почти в поголовном уничтожении духовной сути человека путем морального и духовного гниения изнутри. Этому могут сопротивляться только самые стойкие, коих в самом лучшем случае около 10 %. Что касается вреда природе, то от неё просто ничего не остаётся. Почти все виды, населяющие Землю в Красной книге, а скоро их не будет и там. Люди ведь свободны, отчего б не пограбить природу?

Каково влияние двух рассматриваемых идеологий на сознание человека?

Фашисты, придя к власти в известный период, жёстко установили свои порядки. Но они были для населения чисто внешней силой. Кому такие порядки не нравились, те эмигрировали, либо затаились. Простые граждане в душе фашистами не стали. Свергли режимы в Италии и Германии, ну и где же фашисты?! Кое где сохранились, но в качестве изгоев.

Совсем не так при либеральной власти. Никто как бы не принуждает принимать господствующую идеологию. Но тебя незаметно ею отравляют. Ты можешь даже не обнаружить, как будешь одурачен по полной программе. Как постепенно превратишься из человека с внутренним стержнем в простого обывателя, потребителя и частного собственника. Глашатаи свободы и прав личности всеми возможными и вновь изобретенными способами будут постоянно нашептывать тебе: «Ты свободен жить как тебе нравится – худеть или толстеть, набираться ума, к чему-то стремиться или прожигать жизнь попусту, читать книги или ничего не читать. Не хочешь работать? И не надо! Не желаешь заводить семью, рожать и воспитывать детей? Да ради Бога! А может, хочешь сменить сексуальную ориентацию или даже пол? Какие проблемы! Запомни: на свете нет ничего дороже твоего выбора. Ты главное другим не мешай жить, как они хотят, и будешь достойным членом общества. И законы не нарушай, а уж мы постараемся сделать их максимально удобными для тебя. Но даже если и нарушишь закон – убьёшь кого или изнасилуешь – так не расстраивайся, мы тебе и адвоката найдем, и в тюрьме создадим наилучшие условия».

Фашистская идеология в отношении простых граждан проявлялась как насилие. Но «где насилие, там и сопротивление, – мудро замечает патриарх Русской Православной Церкви Кирилл. – А там, где тебя мягко обволакивают привлекательными идеями и ценностями, ты даже не заметишь, как дойдешь до полного умопомрачения».

Либералы купили массы обывателей тем, что посулили им лёгкую и приятную жизнь без давления тиранов-властителей, со свободой, правами, собственностью и прочими пряниками. Что в результате произойдет с людьми и обществом они не думали, а может и думали, но неправильно. В основе их философии лежит совершенно ничем не обоснованное, абсолютно ненаучное и далекое от реальной действительности представление о человеке. Якобы человек изначально высоконравственен, честен, ответственен, а превращается в течении жизни в свою противоположность исключительно от дурного влияния авторитарной власти. Но поскольку данные многочисленных исследователей сущности человека говорят совсем о другом, он, выражаясь словами Михаила Веллера, «вам наворотит».

Красной нитью через всю философию либерализма проходит мысль: «Человек – высшая ценность». Какой человек – не уточняется. Между тем, факты говорят о том, что жизнь огромной массы людей не представляет никакой общественной ценности и, как сказал герой фильма «Доживем до понедельника», «от большинства людей остается только тире между датами жизни». А по меткому выражению Фаины Раневской, «В некоторых людях живет Бог, в некоторых – Дьявол, а в некоторых – только глисты».

Психологически большинство людей в жизни предпочитают наиболее лёгкие пути. А тут сама власть дала им на это зелёный свет! Ну, какой дурак станет упираться и идти против течения! Зачем? Ради чего?

Согласно Священного писания, от соблазнов всегда было горе миру (Матфея, 18.7) Либерализм же представляет целую доктрину соблазнов.

Здесь мы наблюдаем тот золотой ключик, которым либеральные идеологи, отперли замки и проникли в души простых людей. Сделав ставку на самые дремучие и низкие инстинкты, они завладели их душами, купили их, как конкистадоры золото индейцев, – за побрякушки.

Если простолюдинов либеральная власть покупает красивыми обещаниями того, что понятно и желательно их любимому телу, то на интеллектуальную часть общества магически действует словосочетание «правовое государство». Либералам удалось успешно внушить интеллектуалам, что правовое государство возможно только и исключительно при либерализме.

Но это, во-первых, отнюдь не факт. Во-вторых, здесь определяющее значение имеет система ценностей, на основе которой создаются законы и право. Если она изначально ошибочна, то такому правовому государству грош цена.

Либералы обожают указывать коммунистам на их ложные ценности: пролетариат как ведущий слой общества, полное исключение частной собственности, обязательную ведущую роль коммунистической партии и т. д. Но свои ценности выставляют истинными, хотя они не менее ложны.

Исходя из того, что либеральная система ценностей насквозь обманчива, можно утверждать, что и правовое государство, основанное на них, ложно. Либералы заявляют, кивая на СССР, что альтернативой созданному ими «земному раю» может быть только жестокий тоталитаризм. Дескать, вот они тоже пытались создать справедливое общество и что из этого получилось! Только это совсем не означает, что справедливое государство нельзя создать на нелиберальной основе.

Если с уходом фашизма, его носителей среди населения не остаётся, то либералы оставят после себя зомбированную, несамостоятельную, безответственную серую массу. Исправить такую будет очень непросто.

И вот всё цивилизованное человечество начинает деградировать, разлагаться изнутри. Браки распадаются, едва успев заключиться. Детей рождается все меньше и меньше. Многие из них никогда не видели своих отцов. Нецивилизованные этносы начинают замещать цивилизованные в их же странах. Уровень культуры сразил бы наповал любого гения прошлого, Здоровье и генофонд населения стремительно ухудшаются, увеличивается бесплодие. Мужчины превращаются в слабаков, способных лишь нажимать на компьютерную мышку. Женщины начинают забывать о материнстве, ибо теперь они нимфоманки и стервы, а не хранительницы домашнего очага. Человечество превращается в откормленных, всем довольных, тупых потребителей.

Нацисты и фашисты в ходе войны уничтожили десятки миллионов жизней. Но их остановили – кто ж такое потерпит! А либералы не мелочатся. Уничтожать, так уничтожать! На кону всё человечество. И уничтожено оно будет изысканно эффектно – мирным путём, изнутри, методом духовного гниения. При этом либералов, в отличие от нацистов, никто не останавливает от этого поистине планетарного злодеяния, ведь они хорошие ребята! Они для людей стараются – дают именно то, что людям приятно!

Здесь уместно вспомнить народный фольклор. Помните образ хитрой Лисы, которая всегда срамила могучих Волка и Медведя в искусстве овладения добычей. Она ни на кого не нападала, никого не пугала, а всего лишь красиво и ласково разговаривала. Внушала добыче то, что та хотела услышать. Вспомните еще и Тетю Кошку из «Сказки о глупом мышонке» Самуила Маршака. А еще на память приходит Господин Змей, друг Евы, из Книги Бытия.

Вот и делайте выводы, уважаемые граждане, какая чума опасней для человечества – коричневая или серая?

Либералы, как известно, запретили фашистскую идеологию. Но не все знают, кто фашизм породил. Послушаем Михаила Веллера: «А понимает ли современный либерализм, что это он порождает фашизм, потому что люди всё больше звереют от прекраснодушного краснобайства либералов среди всеобщего наглого воровства и насилия? Понимает. Но не хочет понимать. Ибо мир для него – это либеральный миф о прекрасной сущности всех людей-братьев».

Ещё жёстче выразился Михаил Делягин: «Либерализм – это сегодняшняя реинкарнация фашизма. Он отличается от классического фашизма точно так же, как информационные технологии отличаются от индустриальных. В информационную эпоху либерализм решает те же самые задачи и выражает те же самые интересы, которые в эпоху индустриальную представлял фашизм. Так что здесь никаких иллюзий быть не должно. Когда наши сограждане говорят: «либеральные реформы более разрушительны для России, чем гитлеровское нашествие»– они правы».

Свобода или необходимость движут людьми?

«Человек может быть свободен только внутри себя. Вся его свобода, о которой говорят постулаты религии, состоит в том, что он может выбрать между добром и злом. И ничего иного».

С.С. Сулакшин, доктор политических наук

«Мы свободны только в своем падении».

Веселин Георгиев (Из афоризмов газеты «Аргументы и факты»)

Один человек в Интернете изрёк такую мысль: наука ничего не стоит, ибо не смогла сделать людей свободными. Посетители социальных сетей ставят «лайки», охотно делятся этой «истиной», тиражируя её и тем самым вводя друг друга в заблуждение.

А не лучше ли разобраться, о чём идет речь? Очевидно, чтобы предъявить подобное обвинение всей науке, нужно исходить из посыла, что учёные, посвятив ей свою жизнь, ставили перед собой цель именно сделать всех людей свободными. Однако, сохранившиеся высказывания, письма, дневники, воспоминания известных деятелей науки говорят о том, что очень мало кто из них ставил перед собой такую цель. Наукой они, как правило, занимались потому, что считали её делом своей жизни, иначе говоря самореализовывались. Да и вообще разве в глобальных масштабах перед наукой ставилась задача сделать всех людей свободными?

Автор приведённой цитаты сказал глупость и она благополучно, подобно истине в последней инстанции, расходится по свету. Почему это произошло? Потому, что свобода с подачи либеральных глашатаев подается как едва ли не величайшая ценность из всех существующих, а задуматься, так ли это, люди не желают.

Либеральные проповедники трактуют, что свобода является главным двигателем истории человечества, да и жизни отдельного человека тоже. Однако отнюдь не глубокие размышления приводят к выводу, что вовсе не свобода движет людьми и народами, ими движет её полная противоположность – необходимость. Такой вывод нисколько не противоречит мнению многих учителей человечества, не подверженных либерализму.

Для его доказательства совершим беглый обзор жизни отдельно взятого человека начиная с детсадовского возраста.

Ребенка родители ежедневно заставляют мыть руки и чистить зубы, хотя ему этого чаще всего не хочется, рано вставать (если он посещает детский сад), слушать во всём их и воспитателей, не есть много сладкого, а вместо этого – кашу.

Далее – школа. Это 11 лет жизни, полной ограничений и запретов. Надо каждый день ходить на уроки, выполнять домашнее задание, хотя хочется поиграть на улице, писать контрольные, сдавать экзамены.

Став взрослым, молодой человек сталкивается с необходимостью зарабатывать деньги, создать семью, воспитывать и обеспечивать детей. И так до самой пенсии, а то и дольше.

Необходимостей огромное количество, они на каждом шагу: нужно соблюдать нормы приличия на людях, нужно аккуратно выглядеть, нужно обдумывать свои слова, сдерживать себя, ограничивать, поступаться своими интересами…

Чтобы наглядно представить, сколь жалкое место занимает свобода в жизни человека, нужно сесть за руль автомобиля и проехать по городу. Вы только тронулись и тут же увидели перед собой массу ограничивающих и запрещающих знаков. Они будут поедать вашу свободу на протяжении всего пути. Они вам надоели и захотелось их нарушить, но тут как тут бдительный сотрудник ГИБДД – будьте добры оплатить штраф. Вот такая свобода! Слушайте больше либеральных проповедников!

Теперь перейдём к заявленной теме. Что же движет человеком – свобода или необходимость?

Тут оппоненты сразу вспомнят свободу выбора, которой наделён человек. Да, она имеет место, только, обратите внимание, при этом НЕОБХОДИМО делать правильный выбор. Иначе сам не рад будешь своему выбору. Не говорит ли это о том, что необходимость стоит выше свободы?

Хотя, конечно, можно и не соблюдать заведённых правил, что нередко и происходит. Но много ли добьешься такой свободой и не сделаешь ли самому себе хуже?

Спиноза учил, что свобода существует только в пределах необходимости и это доказывает, что необходимость более высокое понятие.

Можно вспомнить «свободных» и нечистых на руку карьеристов и политиков, которым все их художества сходят с рук. Но я не думаю, что это удачный пример, так как таких людей в процентном отношении не слишком много. Большей же части нарушителей законов и порядков приходится расплачиваться за пренебрежение необходимостью в пользу свободы. Если бы было наоборот, общество давно бы рассыпалось. Оно держится на существующем порядке, порядок же – это необходимость.

Есть и такие поборники свободы, что ссылаются на природу. Дескать, в ней тоже торжествует свобода. А в качестве примера приводят свободные электроны в металлах, благодаря которым существует электричество.

Однако случайности в природе не являются определяющим фактором. И если возникло электричество, значит а нём есть необходимость. В частности, оно играет заметную роль (даже несколько ролей) в живых организмах. Что же касается металлов, то свободные электроны их не разрушают. А само электричество в свою очередь подчиняется строгим законам.

Природа – это торжество порядка и закона, а стало быть, необходимости. Определенные степени свободы в ней имеют место, но они связаны необходимостью. И только у господ либералов одно существует без другого. Но либералы не умнее Господа Бога, это абсолютно точно.

«Принцип самореализации – преодоление, – отмечает Игорь Лященко. – А потому мир устроен таким образом, что всё сущее в нём имеет своего антипода: Бог – дьявол; Рай – ад; Добро – зло; Любовь – ненависть, и так вплоть до: частица – античастица, торсионное поле с правым спином – торсионное поле с левым спином. И только благодаря тому, что любые из пар качеств и антикачеств тренируют друг друга, попеременно занимая ведущую роль, мир развивается. Этот фундаментальный Закон Мироздания не обошёл стороной и человека, который для своего выживания вынужден преодолевать сопротивление окружающей среды (природной и социальной), а для своего самосовершенствования – свои вредные привычки и наклонности, своё ЭГО».

Много говорят о свободе творчества. Действительно, без определенной свободы творчество невозможно. Но стоит обратить внимание и на то, сколько ограничений в творческом процессе. Если литератор, композитор или художник станут что-то сочинять, пренебрегая принятыми в сфере их деятельности закономерностями и правилами, их сочинения никому не будут нужны. Любому представителю творческих профессий приходится осваивать секреты мастерства в избранной области, преодолевать недостатки, оттачивать свои способности, а это уже необходимость. По глубокому убеждению классиков, чего-то добиться в искусстве можно лишь упорным каждодневным трудом. Многие известные деятели делились впечатлением о своей работе, о том, сколько сил она отнимает.

Виктор Гюго никак не мог закончить один из своих романов. В один прекрасный день он приказал себе не выходить из дома до тех пор, пока не поставит точку. И целую неделю корпел над рукописью. Какая уж тут свобода! И подобных примеров можно привести достаточно много.

Можно ли назвать свободным человека, приговорившего себя к ежедневному изнурительному труду, который кажется лёгким только непосвященным людям? Творчество больше похоже не служение. Характерно что и сами творческие личности часто понимают своё ремесло как служение. Поэт служит самому себе, своему роду, обществу, а возможно и всему человечеству, и истории именно тем, что сочиняет стихи. Пекарь служит тем, что печёт хлеб, водитель автобуса – тем, что перевозит людей. Служат все нормальные люди, хотя масштабы служения могут отличаться. Всё это называется «осознанной необходимостью», либералам же нравится называть это «свободой выбора».

В выборе главных ценностей важнейшее значение имеет то, какой эффект они произведут в обществе. А тут в свою очередь возникает вопрос: кому, каким социальным слоям и группам принадлежит данное общество? Если бы оно принадлежало философам, учёным и деятелям искусства, тогда возможно некоторые либеральные ценности имели бы смысл. Но такого общества никогда не было в известной нам истории. Реальное общество принадлежит тем, для кого свобода – синоним вседозволенности либо возможность манипулировать в своих небескорыстных целях всеми остальными. Интеллектуалы и творческие люди – изгои этого мира, для первых они «с приветом», юродивые, для вторых – заноза, которая очень мешает, да и манипулировать ей не получается.

Поэтому ценности интеллектуальной элиты, если сделать их общегосударственными, принесут больше вреда, чем пользы. Для реального, а не воображаемого общества необходимость является значительно более важной ценностью нежели свобода. Необходимость порождает ответственность, свобода же – погружает в хаос, либо вызывает желание манипулировать с её помощью безответственной массой.

Свобода или самостоятельность?

«Человек, думающий, что он свободен, подобен брошенному камню, который думает, что он летит».

Бенедикт Спиноза

«Свобода скована не властью, а культурой. Каждый народ имеет столько свободы, сколько он в состоянии «переварить». Мудрость правителя не в том, чтобы дать народу свободу, а в том, чтобы правильно её дозировать, соизмеряясь с уровнем и характером культуры».

Андрей Кончаловский, Владимир Пастухов. «На трибуне реакционера»

Слово «свобода» в наше время затаскано, пожалуй, даже поболее чем слово «любовь» в долиберальные эпохи. Его суют куда надо и не надо, им объясняют чуть ли не самые фундаментальные основы бытия. Создаётся впечатление, что бездари, закончившие философский факультет, которым совершенно нечего сказать миру, нашли себе прекрасную возможность штамповать научные статьи и писать кандидатские диссертации, раздувая «мыльные пузыри» из модного понятия. Недавно вычитал у одного философа такое, что хоть стой, хоть падай: органы и клетки человеческого организма работают «свободно и целестремительно» (!) Продолжая эту мысль, можно сказать, что и планеты вращаются вокруг Солнца свободно, и электроны вокруг ядер атомов. Свободно, то есть хотят, вращаются, не хотят и не надо – они ведь свободны и ничто им не указ!

Свобода, по определению одного из мудрецов означает отсутствие препятствий. В норме ни планеты, ни электроны препятствий на своем пути не встречают, хотя всякое может случиться. Но вправе ли мы называть их свободными, если первые капитально привязаны к звезде, а вторые к атомному ядру? И те, и другие вынуждены вращаться, при чем тут свобода? Так же и органы нашего тела вместе с клетками вынуждены выполнять свою функцию.

Другое дело, что выполняют свою роль они самостоятельно. И представляется, пропагандисты свободы по поводу и без повода частенько путают самостоятельность и свободу. Но это совсем разные понятия. Самостоятельность подразумевает умение что-либо выполнить без посторонней помощи. И для этого вовсе не обязательно быть свободным.

Допустим, хозяин приказал рабу сделать стул. Раб выполнил работу, не встречая препятствий, то есть, по понятиям либералов, свободно. Но при чем тут свобода, если он выполнял приказ? На самом деле он соорудил стул самостоятельно, а не свободно.

Предположим, раб оказался человеком с фантазией и не просто сделал стул так, чтоб побыстрее сделать, а проявил не требуемый от него творческий подход и нанес на ножки стула изящный узор. Хозяин его за это поблагодарил и отметил про себя: «это хороший раб».

Либералы в подобном случае непременно заявят: человек свободен в своем творчестве. И это тоже не верно. Творчество, несомненно, обладает большими степенями свободы, но оно не свободно полностью. Так, стул должен быть устойчивым, крепким, пропорциональным, а это всё ограничения свободы творчества. Если бы изобретатель стула был полностью свободен в своём творчестве, он бы соорудил стул с ножками разной длины и сидеть на нё м было бы невозможно. Или соорудил бы стул с ножками разной толщины, за что не только хозяин его бы отругал, но и всякий случайный прохожий.

Точно так же очень относительна свобода любого другого творчества. Если писатель напишет роман без соблюдения законов жанра, его никто не станет читать, а сам автор приобретет славу дилетанта. Композитора, сочинившего произведение с несоблюдением элементарных требований теории музыки никто не станет слушать и т. д.

Понятие «свобода» занимает куда более скромное место в нашем мире, чем трактуют либералы. Оно вовсе не является главной ценностью бытия. Историки неоднократно отмечали, что народ получивший свободу, часто не знает что с ней делать. Человек, вышедший из заключения, как и вернувшийся из армии солдат сверхсрочник, некоторое (иногда довольно длительное) время не знают чем заняться и ведут бессмысленный образ жизни. Как отдельный человек, так и народ в целом гораздо лучше чувствуют себя встроенными в определенный порядок, а если этот порядок соответствует их убеждениям, то чувствуют они себя совсем неплохо.

Либералы в своей практике активно используют подмену ценностей и «забывчивость». Так, говоря о свободе, они забывают о необходимости, говоря о правах, забывают об обязанностях, хотя одно без другого не бывает. Такие важнейшие ценности, как долг, ответственность, совесть, сопричастность, солидарность ими подчас полностью предаются забвению.

Точно так же понятие «самостоятельность» часто подменяется понятием «свобода». Но если второе понятие ценность весьма спорная, то первое, безусловно, ценность абсолютная. Несамостоятельный человек остается человеком только с анатомо-физиологической точки зрения. В природе несамостоятельных единиц не существует. Если они и встречаются в виде исключения, то всегда обречены на гибель.

Что, безусловно, имеет ценность, так это свобода творчества. Вот только творчеством занимаются жалкие несколько процентов от всего человечества. Либеральные же идеологи старательно распространяют свою свободу на всех представителей нашего вида.

Всегда существовало правильное и чёткое понятие «степень свободы». Оно есть даже в математике. Но либералам этого показалось мало, им подавай свободу во всей необъятной шири. Практический результат от такой свободы довольно печален.

Казалось бы, ну и Бог с ними, пусть называют необходимость свободой, нам-то что, словоблудие и не более. Однако практика показала, что свобода, вознесённая в культ и оторванная от необходимости, становится мощной разрушительной силой. Мы, россияне, её особенно хорошо почувствовали в роковые девяностые. Жители же «благополучного Запада», у которых поначалу всё складывалось хорошо, в этом смысле поотстали, но в последние годы начинают приходить в себя и совсем очнутся, когда, как говорится, «припрёт».

Это опасное слово «свобода»

«Из всех вин самое пьянящее – это свобода».

Максим Горький

«Если ты даёшь людям свободу, подумай о том, как они ей распорядятся».

Виталий Третьяков

Слово «свобода» часто награждают положительными эпитетами: желанная, сладкая и т. д. В представлении подавляющего большинства свобода – безусловная ценность, не подверженная никаким сомнениям, к которой нужно стремиться, за которую нужно сражаться, добиваться, желать, мечтать….

Однако согласно христианских представлений, время безделья (то есть свободное время) заполнят грехи, беды и обиды. Христианская позиция в отношении внешних свобод заключается в утверждении, что эти свободы могут рассматриваться лишь как некоторые условия для лучшего осознания человеком себя перед лицом добра и зла. для искания истинного смысла жизни.

Аврелий Августин рассматривал свободу как изначальную обречённость жизни во грехе. Стоит задуматься и над тем, что столь горячо любимое либералами слово «свобода» отсутствует в словарях многих народов. А в языке ряда азиатских народов, ведущих традиционный образ жизни, это слово – синоним выражения «сорвавшийся с цепи».

«На первый взгляд это понятие имеет вполне положительный смысл, однако в действительности это меч обоюдоострый, – предупреждает профессор А.И.Осипов. – Свобода – это такая вещь, с которой играть небезопасно». Он приводит слова святого Исаака Сирина: «Невежественная свобода есть матерь страстей».

Профессор А. И.Осипов называет идеи свободы, равенства и братства лукавыми:

«Господствующий в современном цивилизованном мире принцип «свобода ради свободы» оказывается для человека сильнейшим наркотиком. «Свободы» сами по себе не ориентируют личность на нравственное и духовное развитие. Но так и будет продолжаться, если человечество не опомнится, и тогда конец его истории очевиден: оно уничтожит само себя. Такая свобода приводит к идейному анархизму, духовной опустошённости, антикультуре и нравственной развращённости и общества в целом, и отдельной личности. Подмена идеи свободы от господства в душе человека всякого зла противоположной идеей свободы страстей – вот смертельная угроза, нависшая над человечеством, как домоклов меч. Сами по себе внешние свободы не могут рассматриваться как цель. Поэтому важнейшей задачей общества должно являться создание такой нравственной и правовой атмосферы, в которой внешние, социальные свободы способствовали бы духовному исцелению человека, а не стимулировали его духовную деградацию. Человека исцеляет, возвышает, совершенствует не свобода говорить, писать, показывать, творить и вообще делать всё, что он хочет, а свобода духовная: свобода от насилия греха, живущего в душе, приобретаемая на пути борьбы со своим эго, с самим собой. Внешние свободы не начало и даже не необходимое условие духовной жизни человека. Ибо они без исцеления от страстей могут вместо разумного пользования этими свободами привести его к гибели».

Для свободы вполне подходит эпитет «опасная». Основан он на том психологическом воздействии, которое данное слово производит в массовом человеке.

Психологи почему-то не проводят соответствующих исследований, хотя возможно мне о них не известно (значит, исследования недостаточно освещены в СМИ). Но если изучить то влияние, которое ощущение свободы производит с психикой большинства, я почти уверен, что эпитет «опасная» выйдет на первый план.

Попытаемся описать это воздействие.

Итак, когда среднестатистическому человеку говорят, что отныне он свободен, это производит в его сознании эффект, аналогичный алкогольному опьянению, что-то резко бьёт в мозг и нападает некая бесовская энергия. В наше время это ощущение хорошо передаёт выражение «крышу снесло». То есть можно говорить о состоянии изменённого сознания. Человек чувствует повышенную бодрость, но совершенно не понимает, что ему предпринять.

Тут многое зависит от обстоятельств. Если подвернутся под руку любители горячительного, он с удовольствием напьётся с ними, а чего бы не напиться, если он свободен! А если после распития компаньонов потянет на сомнительные подвиги, то совсем не исключено, что и одаренный свободой к ним присоединится. Такой человек становится лишенным ориентиров, попросту растерянным человеком. Для общества он представляет как минимум бесполезный, а как максимум непредсказуемый и подчас даже опасный элемент.

Иван Бунин в одной статье писал про орловского мужика, сказавшего следующее: «Мы, батюшка, не можем себе волю дать. Я хорош, добер, пока мне воли не дашь. А то я первым разбойником, первым грабителем, первым вором, первым пьяницей окажусь».

«Каждый из нас, основательно исследовав человеческую природу в своем собственном сердце, поймет, что когда свобода принадлежит всем, тогда не остается средств управлять людьми как народом, – писал Жозеф де Местр.

С древних времён известно, что подавляющее большинство людей всегда предпочтёт лёгкий путь сложному. Сложный путь – это путь достижения поставленной цели, совершенствования, работы над собой. Лёгкий – наоборот, он подразумевает желание обходить не только трудности, но и нормы морали вместе с Кодексом государства.

Естественно, что массовый человек, одарённый свободой, по лёгкому пути и пойдёт. Путь совершенствования выберут единицы. Так что же хорошего для общества в свободе и не прав ли я, назвав её опасной?

Валерий Чалидзе в книге «Иерархический человек» отметил, что большинству особей в стаде социальных животных, в том числе людям, присущ инстинкт покорности и без него никакое общество не состоялось бы. «Об этом следует помнить тем обделённым инстинктом покорности свободолюбцам, – писал он, – которые, считая себя образцом творения, презирают покорную массу и часто пытаются освободить её, не спрашивая на то её согласия».

Тут невольно вспоминается одно из обязательных положительных понятий христианства – кротость.

В нашу эпоху, когда тотальная деградация шествует по планете, свобода большинства стала ещё более опасной. «Резко изменилось само понятие свободы, – пишет Валерий Слёзин. – Раньше свобода связывалась с возможностью духовного роста, выработки собственного мировоззрения, личностного восприятия действительности. Теперь свобода для большинства населения – это выбор марки пива или водки, выбор общепитовского или питейного заведения. Таков прогресс, от которого надо как-то спасаться».

Свобода – ценность весьма сомнительная. В СССР о ней много не говорили, но жизнь от этого хуже не становилась. Люди сами её строили – выбирали ВУЗ или техникум, работу, отдых и т. д. Но с приходом к власти либералов оказалось, что, выбирая работу, костюм в магазине, программу телевидения, что приготовить на ужин и т. д. мы совершаем все эти действия благодаря личной свободе, которую они, великие благодетели, нам пожаловали.

Человек в своей жизни может вовсе обходиться без понятия «свободы». Если он представляет цельную личность, с внутренним стержнем и системой ценностей он будет жить так, как считает правильным, ему даже в голову не придёт вопрос, свободен он или нет.

Но как же быть с теми известными мыслителями, что докопались до весьма глубоких смыслов, исследуя свободу? Полагаю, что их наследие имеет ценность лишь для таких же, как они. Среднестатистический человек, составляющий основную массу общества, даже не станет разбираться в лабиринтах их мысли. Обществу нужны те ценности, от которых оно станет устойчивее и благополучнее. И, как правило, эти ценности понятны каждому.

Свобода выбора – дар Небес или дорога в ад?

«Свобода выбора человека – это достаточно сложная вещь в жизни каждого из нас. Иногда лучше, чтобы его не было. Но глава 2 конституции РФ его предусматривает».

Сосед-Домосед (из Интернета)

Тот факт, что человеку дарована свобода выбора, что это выгодно отличает его от животных, издавна преподносится как наше неоспоримое высокое достоинство. Не вдаваясь в подробности и нисколько не вникая в суть этого дара, люди бахвалятся свободой выбора, говоря о ней к месту и не к месту. Но всегда ли мы делаем правильный выбор? По логике воспевающих свободу выбора важен сам факт её наличия, а не результат. Не правда ли, довольно странный вывод?

Между тем, задуматься над этим давно пора. И вот к каким неутешительным заключениям можно прийти, если проанализировать исторические и современные случаи из нашей жизни.

Начнем с бытовых эпизодов. Есть у меня знакомый, который несколько раз круто менял область приложения своих сил, выбирая, так сказать, дело всей жизни. В школе он интересовался биологией, отчего родители, довольные, что сын определился с будущим, помогли ему поступить в университет. Однако вскоре этот интерес прошёл и ему, вдруг, захотелось заняться культурно-массовой деятельностью. Он посчитал, что в этом его настоящее призвание. Закончив ВУЗ, он хотел тут же поискать место во Дворце культуры. Но родители посчитали такое решение крайне несерьёзным, они видели сына в науке. Со скандалом они устроили его в один НИИ, потом в другой. Но отпрыск там откровенно бил баклуши. Наконец, родители смирились, и сын рванул в культурно-массовый досуг. К тому времени ему было уже за тридцать. Первые лет восемь дела у него шли хорошо. А затем ему стало надоедать развлекать праздную публику, как он сам выражался. Энтузиазм иссяк, наступила полоса очередного поиска себя. К 45 года моего знакомого неожиданно потянуло в философию. А когда ему было под 50 – еще и в литературу. Но с последним у него ничего не вышло, как философ он тоже не блещет. Завидует тем, кто всю жизнь занимается одним делом. Считает, что полностью растратил себя, бросаясь из одной области в другую.

Этот человек совершил четыре свободных выбора в поисках своего призвания. Но я знаю людей, совершавших подобные зигзаги до 10 и более раз. Некоторые закончили несколько ВУЗов, каждый раз надеясь, что наконец-то нашли себя. В итоге работают либо охранниками, либо сиделками или пытаются выжить в сетевом маркетинге.

Но это все обычные люди, каких много. Я знаю одного очень талантливого поэта и пародиста, который предпочел своему божьему дару работу курьера и сожительство с особой весьма далекой от творчества и интеллектуальной жизни. Свой дар он практически зарыл. И таких случаев тоже предостаточно.

Можно привести много примеров, когда люди делали неправильный выбор в личной жизни и вместо желаемого спокойствия и благополучия получали букет пожизненных проблем, нервотрепку и прочие «удовольствия». А сколько дров наломали некоторые родители в отношении своих детей. И наоборот.

«Свобода выбора – одна из высших ценностей. Как ни парадоксально звучит, но далеко не все рады этому, – пишет генетик и философ Игорь Лядский. – Ведь за любым выбором стоят определенные последствия, которые ложатся на плечи того, кто принял решение. Вот и выходит так, что большинство людей не спешит брать ответственность на себя. Им проще делегировать это другому, даже рискуя быть ущемленным в своей свободе».

«Знаешь, чего сейчас больше всего боится наш человек? – спрашивает герой рассказа Сергея Фроловнина «Кошка на рельсах». – Необходимости выбора. Ему нужны одни штаны, один писатель, один сорт колбасы, один вождь, одна партия. В противном случае придется шевелить мозгами, а он от этого отвык, точнее, у него и привычки-то к этому не было».

Английский философ эпохи Просвещения Энтони Шефтсбери не признавал свободной воли. «Ибо, – писал он, – как бы воля ни была свободна, мы видим, что настроение и каприз управляют ею».

Один человек в Интернете собрал много мыслей о свободе выбора философов ХХ века: Ж. – П.Сартра, Э.Фромма, Т. де Шардена и вот к какому выводу пришел: «Нет однозначных и «правильных ответов» на вопросы свободы выбора. Каждый человек должен сам искать и выбирать эти ответы для себя». Что называется, приехали!

Если обратиться к историческим случаям, то на память приходит решение отца Джузеппе Верди заставить его работать в забегаловке, которую он держал. Только настойчивость малознакомого человека, разглядевшего талант будущего композитора, спасла мировую музыку от отсутствия целого ряда гениальных опер в репертуаре мировых театров.

Подобных случаев в истории предостаточно, но мало известно о противоположных. Когда родители или сам человек ошиблись с выбором, уничтожив на корню талант, а с ним открытия, изобретения и шедевры искусства. Представляется, что если бы всем этим неудачникам ничто не мешало посвятить себя врожденному дару, окружающий нас мир сейчас выглядел бы несколько иначе, возможно совсем иначе.

«Чтобы иметь свободу выбора, требуется недюжинный интеллект, железная сила воли, и большой объем знаний, а такими могут похвастаться хорошо если один из миллиона, – сказал писатель Александр Михельман (сайт «Проза. ру»). – Остальные и не выбирают, а скорее реагируют на раздражители».

Человечество явно переоценило свою свободу выбора. И совсем уронило возможности животных. Многие убеждены, что животные живут одними инстинктами и это, мол, очень низко их характеризует. Но, во-первых, это не так, во-вторых, инстинкты не такая примитивная вещь, как принято думать.

«Инстинкты – мощное оружие животного, – пишет профессор И. В. Бестужев-Лада. – Они срабатывают автоматически, мгновенно. Ещё до того, как мозг успеет полностью «переработать» полученный сигнал, подкорковые части мозга уже приводят в действие инстинкты. Автоматически меняется химический состав крови, деятельность желёз внутренней секреции, ритм дыхания, кровообращения. Миг – и животное уже бросилось на добычу, или, наоборот, бежит прочь от опасности, или замерло, притворившись мёртвым».

Здесь уместно вспомнить прародителей человечества, про которых известно, что они совершили первородный грех. Но ведь он был ничем иным, как первым в истории свободным выбором. В самом деле, разве Змей-искуситель заставил Еву съесть запретный плод? Или как-то шантажировал её? Ничего подобного: он просто дал ей совет, а решение она приняла сама. Это замечание ещё больше относится к Адаму, ведь Ева в тот период и вовсе была неспособна к коварству. Таким образом, первый свободный выбор человека стал роковым. И о чем же это говорит?

Можно только подивиться святым отцам, которые считают свободный выбор важным человеческим достоинством. Вот и старец Никодим Святогорец настойчиво указывал на то, что первоисточник дурных поступков находится в свободной воле человека. А философ Н.О. Лосский писал об этом следующее: «благодаря свободе воли перед каждым существом открыта возможность преодоления себя. Но, с другой стороны, именно благодаря свободе эта возможность не необходимо становится действительностью».

Вот и возникает вопрос: что же такого великого в свободе выбора, если многие из нас (скорее – подавляющее большинство) не могут сделать правильный выбор? И не имеют ли животные, у которых отсутствует свобода выбора, перед нами преимущество? Такая мысль приходит в голову, когда от частных случаев переходишь к общим и задумываешься о роковых ошибках совершённых нашей цивилизацией. Она совершила по меньшей мере четыре грубейших выбора, которые в результате, согласно заключения многих экспертов, поставили её на грань полного исчезновения и не когда-нибудь, а именно в ХХI веке.

Всё началось с хваленой и перехваленной эпохи Возрождения, когда самые известные мыслители той поры провозгласили величие человека, индивидуализм, антропоцентризм и борьбу с католической церковью.

В последующие века эти направления только усилились. В эпоху Просвещения церковь вывели из системы государства, возник атеизм. Человека объявили светочем разума и центром Вселенной, которому дозволено устраивать порядки на планете по своему произволу. Наделили всех кучей прав и свобод, а роль государства стали ущемлять. Монарха низвели до ничего не значащей фигуры или вовсе отказались от него.

Параллельно шло стремительное развитие техники. Решили, что прогресс человечества заключается именно в развитии техники, а не самого человека. Был сделан соответствующий ложный выбор.

Наконец, высшей целью цивилизации посчитали создание максимально комфортного быта, что за какую-то неполную сотню лет привело к моральной и физической деградации человека как вида, к отрицательному естественному отбору взамен положительного, имеющего место в дикой природе.

Что мы имеем в результате всех этих свободных выборов цивилизованного человечества? Картина не просто печальна, она откровенна тревожна. Всемирный клубок проблем – экологических, демографических, социальных, экономических – растёт с каждым годом, но расслабленное, привыкшее не перетруждать свою нервную и мышечную систему человечество никак на это не реагирует. Расчеты специалистов, которые в старые добрые времена заставили бы тут же взяться за ум, не трогают даже глав государств. Люди ведут себя откровенно неадекватно и это лишнее свидетельство вывода ряда мыслителей, что человек – ошибка природы.

Да и сам факт наличия свободы выбора, который чаще всего делается неправильно, разве не говорит о том же?

«Именно свободный выбор первых людей, а не замысел Бога, вызвал катастрофу, поразившую весь мир и опрокинувшую человечество в то состояние, которое мы сейчас так тяжело переживаем», – пишет Александр Ткаченко на сайте «foma. Ru».

Тут возникает интересная тема для размышлений: может ли в принципе в мире, где всё подчинено строгим законам и порядку, один единственный субъект обладать свободой выбора? Может ли она быть от Бога? И не Змей ли искуситель даровал свободу выбора нашим прародителям?

Существует ли какой-нибудь выход из описанной ситуации? Что делать со свободой выбора, которая идёт во вред? Йоги скажут, что давно знают ответ, он в том, что необходимо при помощи их системы развивать интуицию, тогда и выбор будет безошибочным. Возможно это так, вот только не заметно массового стремления в йоги. Обывателя не то что заняться йогой, порой с постели не поднимешь на полчаса раньше. Основная масса человечества, что не раз отмечалось, предпочитает самые лёгкие пути в жизни, «не хочет париться», как сейчас выражаются.

Человек свободен делать выбор, но следует научиться не ошибаться при этом. А поскольку массы учиться не желают, только жёсткая власть в состоянии заставить народ правильно жить (в соответствии с законами и порядками природы). Да и это, как показала история, получается не блестяще. Но иного выхода, похоже, нет.

Может ли совесть быть свободной?

«Не думай, что, сделавши что-либо нехорошее, ты можешь скрыться, так как, скрывшись от других, ты не скроешься от своей совести».

Исократ

«Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести».

Василий Ключевский

Недавно с большим опозданием, к своему стыду, задумался над распространённым понятием «свобода совести».

Впрочем, стыдиться, очевидно, стоит не мне одному. Многие люди принимают существующие выражения, не задумываясь над их смыслом.

Так вот, что касается смысла словосочетания «свобода совести», то это полная чушь. Совесть априори несвободна. Она часто бывает забытой, особенно в наше время. Бывает угнетаемой, проклятой, оплёванной… Но свободной – извините! Некоторым «экземплярам», похоже, удаётся освободиться от неё и то не уверен, что полностью. На смертном одре совесть заставит о себе вспомнить.

В общем-то под свободой совести понимают свободу вероисповедания. По поводу последнего никто спорить и не собирается. Речь лишь о том, зачем было придумывать такой абсурдный синоним. С того, с чьей лёгкой руки пошло гулять по миру выражение «свобода совести», следовало бы как следует спросить.

Подозреваю, это кто-то из либералов придумал. Ведь у этих господ всё на свете свободно. Луна – в том, вращаться ей вокруг Земли или не надо. Человек – в том, падать ему в пропасть или лучше полететь аки птица. И желудок человека свободен в том, переваривать ему пищу или не стоит. Да и сердцу не мешало бы задуматься: а ради чего я вкалываю сутки напролёт! Свобода, по либералам, есть абсолютная категория. Вот и совесть с их лёгкой руки стала свободной.

А теперь разберёмся, почему это невозможно.

Совесть, как ничто другое в человеке, однозначно указывает на своё нематериальное происхождение. Если кто-то в этом сомневается, то пусть укажет, где она находится. И вообще, пусть скажет: в чём её суть?

По существу совесть играет роль компаса по жизни. Человек в чём-то оказался перед развилкой двух (или более) дорог и не знает, куда пойти. Что он делает, если не у кого спросить? Он заглядывает в свою совесть, и она подсказывает. Но в таком случае она не может в полном смысле слова принадлежать одному этому человеку. По той простой причине, что у него нет достаточных знаний и жизненного опыта, чтобы сразу получить правильный ответ, как это сделала совесть.

Люди, отчасти знакомые с эзотерикой, возразят: ответ человек извлёк из своего подсознания. Но тогда и подсознание выходит за рамки человека, которому как бы принадлежит.

Можно предположить, что совесть – одна из составных частей человеческой души, изначально в неё заложенная. Судя по всему, по замыслу Высших сил о человеке, совести отводилась роль весов Фемиды в каждом индивиде, безошибочно указывающих ему на правильность его мыслей, желаний и поступков. Без этих весов ни человек, ни общество просто не смогут существовать.

В.Т.Лободин в книге «Путь к единству» определяет смысл этого слова так: «Совесть» – Высшие силы, посылающие человеку весть». Согласно патриарху Русской Православной Церкви Кириллу, «совесть – сигнальная система, вложенная Богом в человека».

«То, что называют совестью, – писал Виктор Франкл, – погружено в глубины бессознательного, коренится в подсознательной основе…она алогична или, еще точнее, дологична…совесть предстает как интуитивная по своей сущности функция… задача совести – открыть человеку «то, что надо». Только совесть может как бы согласовать «вечный», всеобщий моральный закон с конкретной ситуацией конкретного человека».

Всё говорит о том, что совесть – это канал, связывающий сознание человека с неким информационным полем (сущностью, духом). Следовательно, она в полной зависимости от этой нематериальной субстанции. И потому никак не может быть свободной. Это верёвка, которой человек привязан к Небу. И которая, в этой связи, не даёт человеку быть полностью свободным.

Нет никаких сомнений, что совесть связывает нас с субстанцией добра, потому что всегда нацелена на добро. Поэтому для всех, кто задумал что-то недоброе, она становится помехой.

Совесть играет в жизни человека гораздо большую роль, чем только лишь компас. Она – небесная защита каждого из нас. Об этом говорит башкирский писатель Камиль Зиганшин: «Сейчас многое предаётся забвению, даже такое главное качество человека, как совесть. Я уже много лет не слышу, чтобы люди говорили друг другу: «Где твоя совесть! Как тебе не стыдно!» Складывается ощущение, что само это понятие умышленно выводится из употребления. А ведь именно совесть – самый мощный фильтр и защита от неправедных поступков. Если провести аналогию с компьютерной сетью, совесть – всё равно что программа Касперского, защищающая компьютеры от вирусов».

Совесть – это также и некий закон. «Закон, живущий в нас, называется совестью», – писал Иммануил Кант. По Ламартину, «совесть есть закон законов», а по Виктору Гюго, совесть – это высшее правосудие. Лидер бывшей Концептуальной партии «Единение» Константин Петров высказывал следующую мысль: «Человек лишь тогда состоится в качестве человека, когда он руководствуется разумом и совестью».

Давно замечено: если бы все люди руководствовались в своей жизни голосом совести, мы бы сейчас жили в совершенно другом мире. Этот мир был бы тем самым светлым будущем, которое обещали лидеры Советского государства или раем на Земле, о котором еще раньше говорили христианские иерархи. Все проблемы, возникающие у отдельного человека, в семье, в коллективе, в любом сообществе, как и проблемы между сообществами и государствами вызваны дисбалансом между желаниями с одной стороны и совестью с другой.

Совесть уникальна и заменить её нечем. Так может ли она быть свободной?

Независимость как пример бессмысленности

«Независимость! Это кощунственная выдумка буржуазии. Мы все зависим друг от друга, все живые люди».

Бернард Шоу

С тех пор, как новоявленные оракулы «нового и передового» с начала 90-х годов принялись активно внедрять в массовое сознание свои «универсальные» ценности, независимость стала ассоциироваться с честностью, принципиальностью, смелостью, чуть ли не с героизмом. Однако стоит немного подумать, как она оборачивается полной бессмыслицей с большими претензиями, подобно многим другим либеральным ценностям.

В самом деле, со времен Монтескьё независимый суд почитается единственно правильным судом. Но суд априори зависим от закона, которому служит. А государственные законы, как показала историческая практика, имеют склонность меняться. Причем изменения вносят не судьи, а другие государственные служащие, мнения которых может с мнением судей и не совпадать.

Деление государственной власти на независимые ветви – антисистемный и антиприродный принцип. Ничего независимого в природе не существует, сам Творец Мироздания вынужден подчиняться изобретённым им же законам Вселенной.

Возьмём средства массовой информации. Известно, как гордится своей независимостью «Новая газета». Но она не может быть независимой от читателей, спонсоров, рекламодателей. Рядовые журналисты этой газеты в прямой зависимости от «отцов-основателей», и если их мнение не совпадёт с мнением начальства, у них будут те же проблемы, что и в «зависимых» СМИ. Самое же главное – «Новая газета» в полной зависимости от либеральной идеологии, по сути являясь её рупором на российских просторах, и потому несёт не правду, а правду в преломлении кривого либерального зеркала.

Тем же грешило и радио «Эхо Москвы». Но у его руководства хватило здравого смысла осознать, что навязывая слушателям «универсальные» ценности, они тем самым теряют значительную их часть.

Председатель Синодального информационного отдела Московского Патриархата Русской Православной Церкви Владимир Легойда в своей книге «Декларация зависимости» на целом ряде примеров показал, что независимым в существующем мире быть совершенно невозможно. Хотя он не отрицает того факта, что стремление освободиться от какой-либо зависимости нередко служило «двигателем материально-технического прогресса и источником социальных перемен».

«Научно-технический прогресс значительно снизил нашу зависимость от природных условий и катаклизмов, – пишет Легойда. – Но он же предопределяет техногенные катастрофы. Достижения в области медицины позволяют нам чувствовать себя в безопасности (то есть быть независимыми) перед лицом многих болезней, которые в прошлом грозили человеку неминуемой смертью. Правда, выявляются новые, с которыми даже современная медицина справляется с трудом либо не справляется вовсе. А уровень развития техники приводит к тому, что в начале ХХI века она все чаще показывает человеку, кто в доме хозяин. Вряд ли кто-то будет не согласен с тезисом о том, что деньги дают независимость. Чем больше денег, тем больше возможностей и тем меньше ты зависишь от обстоятельств. Вместе с тем большие деньги непременно означают новую зависимость. Для кого-то это пресловутая страсть наживы, для кого-то – пристальное внимание криминала или государственных органов «финансовой опеки». Большие деньги начинают диктовать человеку образ жизни, круг знакомых и т. д.».

Владимир Легойда делает общий вывод: «человек всегда стремится к независимости, более или менее успешно находит способы её обретения и как правило попадает в новую зависимость». А вот христианская церковь, как он подчеркивает, напротив, абсолютно зависима. И главным образом, от Иисуса Христа. Христиане ценят свою зависимость и стремятся к ней. «Парадоксально – или, напротив, закономерно, – пишет Легойда, – именно такая зависимость делает нас совершенно свободными от любых иных видов порабощения».

Этот вывод я бы дополнил применительно к атеистам, да и религиозным людям от этого хуже не станет. Поскольку быть независимым бессмысленно, нужно выбрать для себя такие зависимости, от которых выиграешь не только ты сам, но и окружающий мир. Зависимость от справедливости, правды, добра, здравого смысла, жизненной цели, внутреннего морального стержня, личной ответственности. А самое главное – зависимость от собственной совести. Такого «зависимого» человека и можно назвать настоящим человеком.

Несправедливость равенства

«Неравенство есть условие развития культуры, и всякое бытие связано с неравенством».

Николай Бердяев

Русский учёный и философ Петр Кропоткин утверждал, что основным свойством человеческого разума и главным правилом оценки человеческих поступков является понятие о справедливости. Но справедливостью он считал равноправие, а равенство всех граждан полагал основой этики.

Согласно заключения Прудона, «вне равенства нет справедливости». Декларация Великой Французской революции 1789 года провозгласила, что «природа сделала всех людей свободными и равноправными». Многие считают единственной формой социальной справедливости всеобщее равенство.

Противоположного мнения придерживался советско-американский учёный Валерий Чалидзе: «многие нормы о равенстве несправедливы, ибо не учитывают индивидуальных различий людей и социальных слоёв». Согласно его заключения, статическое равновесие между равенством и справедливостью не будет достигнуто никогда.

Не менее категорична немецкая пословица: «Единственное место, где все действительно равны, – это кладбище».

Можно привести не один пример, показывающий, что иногда равенство и равноправие и есть несправедливость. Это наилучшим образом демонстрирует демократия. Так, во время выборов у всех избирателей голоса равны, что у почетных граждан города, что у безнравственных асоциальных элементов, которые хороши лишь тем, что не успели преступить закон. Поскольку вторых, как и обывателей, во многие разы больше, голоса лучших людей теряются в массе избирателей и выборы выигрывают те, кто просто больше других пропиарил себя.

Другой пример – российское телевидение. В интересах большинства оно в самое удобное эфирное время показывает низкопробные передачи и сериалы для широких масс. Это привело к тому, что культурное меньшинство телевизор вообще перестало смотреть.

Факты недвусмысленно говорят о том, что в человеческой популяции преобладают люди, не обладающие интеллектом, достаточным для оправдания названия самого разумного вида на Земле. Кроме того у простолюдинов нередки проблемы и с другими немаловажными для человека качествами, такими как нравственность, совесть, чувство справедливости (которое они понимают только в отношении себя), долг, ответственность и т. д.

В своё время Аристотель сделал вывод, что существуют не только юридические рабы, но и рабы по сути, то есть такие люди, которые не обладают способностью иметь своё мнение, лишены внутреннего стержня, не способны анализировать и представляют из себя толпу ведомых. В трактате «Политика» философ писал: «необходимо признать, что есть люди, которые везде – рабы, и люди, которые нигде не бывают рабами».

Согласно принципов довольно странного гуманизма нашего времени, великий философ, таким образом, оправдывал рабство. Но, как показывают исследования и выводы экспертов последующих эпох, в том числе наших современников, это не так.

Н.О. Лосский так пояснял мысль Аристотеля: «бывают люди, высшая задача которых состоит только в применении их телесной силы, и разуму они причастны лишь настолько, чтобы понимать приказания, но сами не имеют его; такие люди по природе рабы; для них самих лучше, если они находятся в подчинении; польза, приносимая ими, мало отличается от пользы домашних животных, так как и те и другие помогают своим телом приобрести необходимое для жизни».

Сен-Симон вывел такую формулу социальной справедливости: «каждому по его способностям, каждой способности, смотря по её делам», которая является полным отрицанием равенства на деле и в правах.

Современный философ Х.А. Барлыбаев в книге «Истина и справедливость как системообразующие ценности» поддержал Сен-Симона. Он называет справедливость главной духовной ценностью и в качестве одного из её свойств приводит соответствие «роли различных социальных слоёв, групп и индивидов в жизни общества и их социального положения в нём».

Согласитесь, довольно трудно спорить с данным выводом. В самом деле, разве общество и государство, да и человечество в целом, выигрывают от того, что высокие должности занимают, мягко говоря, не очень умные и порядочные чиновники и начальники, занявшие своё место благодаря связям или взяткам? Разве можно назвать нормальным явлением, когда умному и талантливому работнику приходится терпеть бездарного недалёкого начальника? И разве, если бы было наоборот, наша цивилизация не продвинулась бы гораздо дальше вперёд?

Здравый смысл подсказывает, что гораздо разумнее, чтобы самые умные и талантливые люди занимали высокие места в социальной лестнице. А те, что не наделены большим умом и способностями были у них в подчинении. Но в подобных выводах сторонники современного гуманизма усматривают ни много, ни мало, фашизм, запрещённый международным законодательством. Они подчеркивают, что те, кто высказывает такие мысли, выступают против равенства, являющегося одной из неотъемлемых человеческих ценностей.

Совершенно верно, речь идёт о неравенстве. У нас стало модно обвинять некоторых авторов в том, что они, де, пытаются поделить общество на людей «разного сорта». Но если разобраться в сути вопроса, то любой психолог, учитель и даже воспитатель детского сада скажет, что люди от рождения не одинаковы. Один смелый, другой трусливый, один настойчивый, другой безвольный, один умный, другой не очень, один скромный, другой наглый… Способности и склонности у всех тоже разные. Так всегда было и будет. И фашизм не имеет к этому никакого отношения. Та же картина существует и среди животных. Поэтому равенство между не равными не может быть справедливостью. И совсем не обязательно привязывать всё это к отсутствию социального равноправия. Вот его-то в существующем далёком от справедливости виде как раз искусственно устроили.

Известно что В.И. Ленин после Октябрьской революции пытался создать безиерархическое общество всеобщего равенства и для этого было уничтожено большое количество представителей «правящих классов». Но скоро выяснилось, что идея провалилась – в СССР была построена структура с гораздо большей иерархичностью.

Справедливое неравенство признавали все самые великие древнегреческие философы. В понимании Пифагора, нельзя пользоваться одной мерой при определении равенства неодинаковых явлений и отношений.

По Гераклиту, люди не равноценны друг другу. Большинство неразумны, не понимают смысла того, с чем сталкиваются. Но полагают, что понимают. Согласно Демокриту, высшая добродетель и справедливость политического деятеля состоит в том, чтобы распределять почести между гражданами в соответствии с их неравными достоинствами, а не всем одинаково.

Аристотель считал, что государство должно распределять блага по достоинству, пропорционально вкладу каждого члена общества. То есть он, как и Платон, обосновывал справедливость неравенства. Справедливое неравенство по Платону и Аристотелю – совершенно необходимое условие правильной организации политико-правовой жизни. Аристотель утверждал: равенство в отношении неравных, как и неравенство в отношении равных, противоестественно и противоречит справедливости и праву.

Конфуций обосновывал необходимость общественного неравенства и противопоставлял «высших» «низшим». Высшие – это умные, просвещённые люди, достигшие «знания при помощи учения». Они великодушны, милостивы, добродетельны и справедливы, имеют правильные представления о добре и зле. Добродетельное поведение высших, по Конфуцию, обусловливает соответствующее поведение низших.

Гегель считал людей неравными от природы, особенности личностей неизбежно вызывают неравенство между ними и уравнять их означает, по Гегелю, отрезать им головы, так как именно в них таятся неравенства дарований, знаний, образа мыслей, настроений и т. д. Ницше называл формулу равенства опасной для жизни, которая, по его мнению, есть само неравенство.

Неравенство является природным качеством, равенство же – искусственная уравниловка.

Можно говорить только о равенстве перед законом и равенстве возможностей. Социального же равенства быть не может, но не по причине знатного происхождения, разницы в доходах или угнетения одних другими, а по причине врождённого неравенства. И это является справедливым положением.

Здесь можно привести высказывание философа Н.О. Лосского: «Социальные перевороты, устранившие сначала родовую аристократию, а теперь имеющие целью уничтожить деление на хозяев и рабочих, обусловлены не только экономическими отношениями и не только справедливым стремлением оградить достоинство человека, но и притязаниями гордыни и самолюбия, не терпящих чужого превосходства и чужой власти и там и в тех отношениях, в которых неравенство морально и технически правомерно».

Революционеры всех времён во главу угла ставили социальное и имущественное (экономическое) неравенство, видя именно в нём первопричину несправедливости. В обществе, устроенном не на основе здравого смысла и справедливости, так часто и бывает. Но по большому счету в основе неравенства лежит нравственность, интеллект, способности, трудолюбие и другие личностные качества. Если свести их в один знаменатель, то преимуществом в обществе должен пользоваться тот, отдача от которого обществу (биосфере, истории и т. д.) больше. Если один человек живет общественными интересами, трудится, не щадя сил на общее благо, а другой живет только для себя, то разве можно назвать справедливым равенство их в доходах, положении в социуме и т. д.?

Таким образом, экономическое, социальное, политическое и т. д. неравенство в справедливом обществе – это результат личностного неравенства. Но поскольку справедливого общества в реальном мире мы не наблюдаем, то имеем извращённое неравенство.

В современном Китае придумана очень хорошая практика, получившая название «Система социального рейтинга» (или Кредитного счёта). Каждый житель страны зарабатывает баллы своим поведением, отношением к людям, обществу, природе, работе и т. д. И получает разного рода льготы, возможность совершить карьеру и прочие блага, которые распределяются соответственно набранным баллам. Этот метод позволяет осуществлять справедливое распределение благ. Общество же, а с ним и государство, получают толчок в развитии. Происходит совпадение эффективности развития общества с социальной справедливостью на основе природного неравенства. И при чём же здесь фашизм?

Общее или частное?

«Не умирает нация со смертью одного человека, как бы велик он ни был: иные законы определяют рождение и упадок государств».

Морис Дрюон

Либералы вывернули наизнанку традиционные прописные истины. Так, общее всегда считалось важнее частного: целый атом важнее электрона, Солнечная система – отдельно взятой планеты, стадо антилоп – одной антилопы и т. п. У либералов же всё наоборот – один среднестатистический обыватель важнее всего общества и государства.

Вопросом частного и общего задавались и древнейшие мыслители, и философы-богословы Средневековья, и философы Нового времени. Рассмотрение взаимоотношений общего и частного становится одной из важных проблем философии, независимо от конкретной специфики. В конечном итоге эта тема восходит к взаимоотношениям Абсолюта и отдельных частных элементов мира, Бога и материальной субстанции. Эта тема продолжает волновать и современных философов.

Человеческое общество в своём развитии также сталкивается с проблемой общего и частного, пытается решить, что из них важнее. Публицист и философ Игорь Лебедев считает, что «на Западе проблема решается просто: примат частного над общим. В критических ситуациях общее доминирует над частным но, опять же, во имя процветания частного. На Востоке также ситуация проста: примат общего над частным. В критических ситуациях общее доминирует над частным во имя выживания общего. Возможно, схема в самом общем виде может выглядеть так: в повседневной жизни примат частного над общим. В критических ситуациях общее доминирует над частным, но не для процветания частного, как на Западе, но во имя Высших Ценностей».

Считаю, что на последнюю мысль следует обратить внимание, так как именно потому общее предпочтительнее частного, что представляет в сравнении с ним высшую ценность. И в том, что это так, а не как принято на Западе (то бишь у либералов) убеждают примеры из природы.

Можно привести множество фактов, подтверждающих что в природе общее всегда важнее частного. «Для выживания вида требуется статистическая правильность решений, – писал Валерий Чалидзе, – природа не печётся о том, что отдельные особи делают ошибки и погибают».

Логика и гуманизм природы всегда на стороне общего. Это можно наглядно видеть, наблюдая жизнь животных. Так, стадо антилоп, вынужденных переплывать реку с поджидающими их крокодилами, непременно будет атаковано и несколько особей лишатся жизни. Но стадо сохранится.

Еще убедительнее пример из жизни термитов. Когда на термитник нападают, термиты-воины выскакивают навстречу для защиты сообщества. Но термиты-строители тут же заделывают за ними все проходы, да так, что вернуться воины уже не смогут. Их обрекают на гибель.

С точки зрения человеческого традиционного гуманизма, это просто чудовищно. Но с точки зрения сохранения целого, это абсолютно оправдано, поскольку дает определенную гарантию сбережения термитника. А в том, что воины вернутся с победой, гарантии нет.

Железный природный принцип главенства общего над частным был усвоен и людьми. Сначала род и племя, позднее государство всегда значили несравнимо больше, чем отдельные граждане. Государство издавало законы и указы, которым все должны подчиняться. Оно могло призвать в армию и отправить на войну, и граждане традиционно считали это само собой разумеющимся.

Но вот пришли очень умные господа либералы, которые посчитали, что знают и понимают мир лучше его самого, и заявили, что всё обстоит с точностью до наоборот. Отдельный человек, не важно что он из себя представляет, пусть даже последнего тупицу и бессовестного лентяя, всегда в приоритете над обществом и государством. Поэтому все государственные законы должны защищать отдельного человека и ущемлять роль государства. Отдельного человека наделили массой прав и свобод, а роль государства свели к нескольким функциям, без которых уже никак не обойтись.

Конечно, массе обывателей и эгоистов подобные порядки жутко понравились, и они не преминули воспользоваться открывшимися возможностями. Результат такой политики сначала был заметен не всем, а лишь наиболее прозорливым. Но чем дальше, тем «прелести» свободы толпы без различий в моральном облике стали проявляться всё отчетливее, а в наше время они уже откровенно пугают. Свобода частной предпринимательской инициативы изменила климат на всей планете, превратила её в свалку всевозможных отходов, увеличила число природных и техногенных катастроф, угробила здоровье всех живых организмов, включая людей вместе с самими частными предпринимателями.

Цитируемый выше Красный критик в интернете по этому поводу заметил: «Или совершенно абсурдный принцип примата частного над общим. Как можно соблюдать интересы одной личности и не соблюдать интересы, допустим, десяти точно таких же личностей? С логической точки зрения это полнейший идиотизм. Однако это, как нельзя, лучше подходит для капитализма. Узаконенное угнетение, замаскированное красивыми словами. Когда интересы одного олигарха идут прямо в ущерб миллионам людей».

Б.П. Шулындин определяет позицию, при которой индивид считается более высокой ценностью нежели общество, как антиобщественную и антидуховную. А позицию, когда надличностное или сверхличностное выше – соответственно как общественную и духовную. «Способность к выходу за рамки собственной жизни к деятельности ради сверхличностных целей и целей общества неизбежно приводит к стремлению индивида объединить свои усилия для достижения этих целей с усилиями других индивидов, то есть к коллективизму, – писал Б.П. Шулындин. – И наоборот, признание улучшения условий собственного существования высшей целью каждого отдельного индивида неизбежно связано со сведением общества к простой сумме индивидов и индивидуализмом. Поэтому можно выделить два противоположных типа культур: культуры типа «духовность – общественность – коллективизм» и культуры типа «антидуховность – антиобщественность – индивидуализм». Культуры первого типа можно назвать традиционными, поскольку присущие именно им черты характеризуют ранние ступени развития общества и более того – культуру как таковую, которая предполагает ограничения эгоизма отдельной личности. Культуры второго типа (нетрадиционные) характеризуются формальностью системы ценностей, лежащей в их основе, поскольку ограничивают они деятельность людей формально, лишь в той мере, в какой это необходимо для достижения индивидуальных целей».

Обилие личных прав и свобод, наряду с подменой основополагающих человеческих моральных ценностей, привели к повальной деградации человека как вида. Наши современники в основной массе выглядят очень бледно рядом с предками. Это легко проследить по лицам на портретах и фотографиях, в связи с чем обозреватель еженедельника «Аргументы и факты» Вячеслав Костиков настоятельно рекомендует почаще посещать Третьяковскую галерею и всматриваться в портреты. Лица наших современников не то что утратили благородство, в них нередко даже не просматривается наличие какой-либо мысли.

Жители нашего времени мало что умеют в сравнении с предками. Многие мужчины никогда не держали в руках молоток, многие женщины – иголку и нитки. От того-то нынешние предприятия мучаются в поисках слесарей, фрезеровщиков, токарей, швей и т. д. И выход из положения находят чаще всего приглашая гастарбайтеров из регионов с сохранившейся традиционной культурой. А это в свою очередь порождает клубок других проблем: расовых, социальных, криминальных и прочих.

Как видим, казалось бы чисто теоретический вопрос «что важнее – общее или частное» при его неправильном применении на практике способен не просто вызвать тотальную деградацию, но и в дальнейшей перспективе вовсе угробить цивилизацию.

Кто защитит наши обязанности?

«Среди современных альянсов не найдётся ни одного, который не исходил бы из убеждения, что за ним числятся все права и ни единой обязанности».

Ортега-и-Гассет

«Скоро, очень скоро отчаянный вопль охватит Землю и, как вой бездомных собак, достигнет неба, моля, чтобы кто-то или что-то явились и стали править, вернув людям заботы и обязанности».

Ортега-и-Гассет

«О необходимости защищать наши права слышал, а это что за невидаль?» – воскликнет некоторый читатель, прочитав заголовок.

Я же не меньше удивлён и даже возмущён тем, что в современной России до сих пор не сложилось общественное движение защитников обязанностей. Правда, ими в значительной степени являются представители Русской Православной Церкви, занявшие принципиальную позицию в вопросе массового нарушения обязанностей всеми слоями нашего общества. Но методы их воздействия на умы не всем бывают близки и понятны. Возникла настоятельная необходимость именно светского общественного движения обязанностезащитников. Хотя, если быть точным, возникла она не сейчас, а после провозглашения в нашей стране великой ценностью прав граждан (без обязанностей!).

Творцы буржуазно-олигархического и морально-идеологического переворота 1991 года, сами, как известно, мало что придумали. Они примитивно скопировали основополагающие моменты с известных западных источников. А в них тоже не всё слава Богу.

Возьмем Всеобщую декларацию прав человека, принятую Генеральной Ассамблеей ООН в 1948 году. Сам по себе документ имеет право быть, но одно обстоятельство, на которое почему-то мало кто обращает внимание, вызывает вопросы. В традиционном (долиберальном) обществе понятие «права» никогда не отделялось от понятия «обязанности». Так же, как свобода от необходимости, частное от общего, материальное от духовного. И именно поэтому в традиционном обществе порядка было гораздо больше, чем сейчас.

Либералы же как-то незаметно, как бы невзначай запамятовали про обязанности, долг, ответственность, необходимость, самоограничения, духовные интересы – все то, на чем человеческое общество всегда и держалось. А это уже настораживает и, извините, смахивает на сатанизм.

Здесь имеет место принципиальное и грубейшее нарушение одного из фундаментальных законов бытия – закона единства и борьбы противоположностей. Сознательно выделив одни ценности и оторвав их от альтернативных, либеральные идеологи заложили бомбу под всё здание человечества.

По правилам, не нами придуманным, и по справедливости, если вы издали декларацию прав, то одновременно с ней должны издать и декларацию обязанностей. Но либералам это не нужно. Не зря многие передовые личности называют либерализм идеологией саморазрушения.

О том, что обязанности в иерархии ценностей стоят выше прав, говорит то что они направлены на сохранение системы, в то время как права нередко её расшатывают. И крушение либерально-демократического общества с каждым годом просматривается всё отчётливее.

А. Н. Радищев считал, что никакая власть и никакой закон не могут ни умалить, ни истребить естественных, дарованных самой природой прав человека. Но откуда известно, что природа одарила людей правами? И почему не обязанностями? Во всяком случае, если наблюдать за животными в дикой природе, у них обязанности присутствуют в полной мере в виде необходимости ежедневно заботиться о добывании пищи, о безопасности, о здоровье, о рождении и воспитании потомства.

Огюст Конт не признавал никаких прав, кроме права исполнять свой долг. Люди рождаются с обязанностями и с обязанностями проводят всю жизнь. Все права по Конту должны быть уничтожены.

«В наше время модно говорить о неких правах человека, а то и недочеловека, – пишет Валерий Слёзин, – но всегда забывают говорить об основном праве человека – праве на нормальную человеческую жизнь, жизнь не по придуманным правилам, а по своей природе».

«Сегодня в практическом осуществлении «права человека» слишком часто превращаются в «права эгоиста», – писал академик Б.В.Раушенбах. – Сегодня, опираясь на права человека, ничего не стоит не считаться с интересами родной страны, и эгоист не преминет воспользоваться такой возможностью».

В нынешней России существует несколько институтов, занимающихся защитой прав человека. Совет по правам человека при Президенте России, уполномоченный по правам человека со штатом сотрудников в регионах, Экспертный совет по правам при вышеупомянутом уполномоченном, общественное движение «За права человека», многочисленные общественные организации и частные правозащитники. Последних в одной только Башкирии – около 300 человек. Всего этого показалось мало, и ввели особую единицу – «гражданский омбудсмен». Это такой особенный правозащитник, который вхож в кабинет любого высокопоставленного чиновника.

Но нет ни одной организации, ни одного представителя или уполномоченного, озабоченного соблюдением обязанностей граждан.

Мне могут возразить, что обязанностями, точнее их несоблюдением, занимается судебно-правовая система. Но эта система существует для крайних случаев – когда свободные граждане слишком превысили свои права. Она призвана защищать то, что практически не озвучивается, чему системно даже не учат в современной школе. Неудивительно, что в условиях такого педагогического и нравственного беспредела, деятельность правоохранителей столь неэффективна. И стоит ли удивляться тому, что многие осуждённые, особенно из тех, что выросли уже в капиталистической России, нередко не понимают в чём их обвиняют, что они такого плохого сделали. Совершив грабёж, насилие, убийство(!)

Толкователи мудреной либеральной философии, отвечая на вопросы граждан, говорят что обязанности, как и долг, и ответственность, хоть и не прописаны в документах, но как бы подразумеваются. Никто их как бы не отменял. Но в таком случае напрашивается вопрос: почему они лишь подразумеваются, тогда как права и прочие либеральные ценности тщательно прописываются?

Лет десять назад я написал миниатюру «Обязанностезащитник» и, сознавая, что плыву против течения, придал ей ироническую форму. Редакция еженедельника «Истоки» опубликовала её, а меня похвалили «за оригинальный юмор». Хотя юморить не было никакого желания. Но у одного коллеги по цеху эта миниатюра вызвала резкую неприязнь. «Права людей без конца нарушают, а ты хочешь нас вообще в рабов превратить!» – возмущался он.

А я думаю, что потому-то права и не соблюдаются, что вопрос об обязанностях даже не стоит. «Если я никому ничего не обязан, то зачем мне думать о чьих-то правах? У меня есть права, про свои обязанности я ничего не слышал, поэтому я и буду отстаивать свои права. А другие пусть отстаивают свои». Вот такое руководство к действию вытекает из внутренней государственной политики! Недаром среди нашей молодежи имеет хождение «максима»: «Я никому ничего не должен!»

«Сейчас много говорят о защите прав ребёнка, – рассказывает председатель ассоциации психологов Башкирии Евгения Крашенинникова. – Большинство детей сейчас свои права знает, а обязанности – нет. У меня был на приеме 10-летний мальчик. У него родители в разводе. Как только мама начинает что-то требовать, он сразу звонит папе: «Приезжай, нарушаются права ребёнка». В школе доводит учительницу до слёз. А она даже прикрикнуть на него не может, так как в ответ услышит: «А вы не имеете права повышать на меня голос».

В былые же времена так усердно защищать права, создавая целые институты правозащиты, и не требовалось, поскольку люди попросту выполняли свои обязанности.

Статистическими данными я, к сожалению, не располагаю, но уверен: в современной России права нарушаются значительно чаще, чем в Советском Союзе и царской России. И лишь потому, что официально, на государственном уровне, граждане наделены кучей прав, а то, что у них есть ещё и обязанности, лишь подразумевается.

Когда повсюду только и разговоров, что о правах, массы проникаются убеждением, что наделены ими в избытке. Понятие же «обязанности», похоже, скоро вообще отомрет. Если никто так и не озаботится защитой обязанностей и не возникнет движение обязанностезащитников.

«Среди современных альянсов не найдётся ни одного, который не исходил бы из убеждения, что за ним числятся все права и ни единой обязанности», – писал Ортега-и-Гассет. – Все от мала до велика подались в «молодые», прослышав, что у молодых больше прав, чем обязанностей, поскольку последние можно отложить в долгий ящик и приберечь для зрелости. Молодость как таковую всегда освобождали от тяжести свершений. Она жила в долг. И надо же было настолько одурманить её, что она и впрямь сочла это своим заслуженным правом, за которым должны последовать и все прочие заслуженные права».

Вот что думает о правах личности наш замечательный кинорежиссёр и глубокий мыслитель Андрей Кончаловский: «Права человека – это химера и ложные движения европейской цивилизации. Это огромная диктатура лжи. Права человека нигде не соблюдаются. Все великие цивилизации строятся на обязанностях, нельзя права человека ставить над его обязанностями. Те, кто не исполняет обязанности, не может иметь права.

Посмотрите на китайскую цивилизацию, на христианскую цивилизацию – там прежде всего обязанности. Когда человек получает все права, он, грубо говоря, теряет человеческий облик.

Что такое обязанности? Это культура! На мой взгляд, либеральная европейская мысль ведет к пропасти только потому, что она фетишизировала права. Это путь в ад».

В заключении приведу мысли Иммануила Канта по данному вопросу. Он считал, что политические права следует дать не всем людям подряд, а только активным гражданам. При этом к пассивным он относил всех тех, кто должен искать себе средства к пропитанию, выполняя лишь распоряжения других.

Надо сказать, что великий философ не учёл многочисленную категорию обывателей, среди которых немало инициативных предпринимателей, но вся их активность направлена исключительно на собственные нужды и личное обогащение. Поэтому круг социально активных граждан существенно меньше. И их права непременно должны быть самыми широкими.

Является ли частная собственность одной из главных ценностей?

«Стыдно перед ликом Космоса думать о мелком»

Виктор Коклюшкин

Русский философ Константин Леонтьев считал, что главной опасностью для России и других православных стран является «либеральный космополитизм» с его «омещаниванием» быта и культом всеобщего благополучия.

Либеральная доктрина, как известно, изначально придавала большое значение частной собственности и материальному положению человека. Частная собственность входит в обязательный перечень главных либеральных ценностей. Основой социума объявляется человек, который обладает частной собственностью и стремится её защищать. Подразумевается, что только собственники формируют гражданское общество, участвуют в общественном договоре и дают правительству согласие на то, чтобы оно правило.

Ведущей прослойкой социума считается так называемый «средний класс», определяемый исключительно на основе материальных доходов – это достаточно зажиточные люди, прочно стоящие на ногах. (У либералов, в основе всего лежит уровень доходов!) Именно средний класс якобы цементирует всё общество.

Нынешние хозяева мира утверждают, что энергия частного капитала является преобразующей силой цивилизации. И с удовольствием добавляют, что даже Карл Маркс разделял это мнение. В своём запале они забывают о том, что капитализму всего несколько столетий, а что же раньше двигало цивилизацию? Или она стояла на месте?

«Одним из главных постулатов либерализма является удовлетворение первого компонента инстинктивно-гормонального фактора – пищи/материального благосостояния посредством свободы предпринимательства, при условии выноса индивидуума за рамки общества и государства, – отмечает Олег Финодеев на сайте «Проза. ру».

Либеральная пропаганда не о получении знаний людьми печётся, не об их нравственном и интеллектуальном уровне развития, а всё больше о приобретении недвижимости, автомобилей и прочих материальных благ. Она нашёптывает обывателю: приобретай, потребляй, отдыхай, веселись, главное – другому не мешай делать то же самое. И как же такое может не понравиться недалёкому человеку! «Потребители вольны получить именно то, что они хотят, 24 часа в сутки и 365 дней в году», – сообщает один участник Интернет-сообщества.

Духовное существо, человека, либералы превратили в потребителя с большой буквы. Никаких ограничений в потреблении материальных благ и развлечений не существует. Деньги и обладание ими стали культом и смыслом существования всей цивилизации. «Замещение интеллектуальных задатков материальными выхолащивает сугубо человеческие качества», – заметил публицист Шамиль Абдурашитов.

«Если человек ставит целью исключительно зарабатывание денег, он прямо противоречит призыву Христа не собирать себе сокровищ на земле, – отмечает священник Стефан Домусчи. – Относиться к деньгам как к высшему благу, менять мировоззрение ради достижения богатства – это значит служить мамоне, а не Христу».

Цель либеральных демократов – так называемое общество всеобщего благоденствия – искажает природу человека, так как под благоденствием понимается лишь материальное благополучие, когда человек, не испытывая ни в чём дискомфорта, превращает свою жизнь в обслуживание своего тела. Но для природы человека гораздо важнее интересы духа, о котором апологеты либерализма предпочитают умалчивать.

Здесь, как и в других положениях либерализма, опять же нарушается основной закон философии о единстве и борьбе противоположностей. Если принимаются законы о частной собственности, тут же следует принять законы об общественной собственности. А также о духовных интересах в противоположность материальным.

Опасность возвеличенной в одну из главных ценностей частной собственности в том, что она сосредотачивает внимание и жизненные цели человека на материальном и индивидуальном. Убивает в нём духовное и творческое. Своё, личное превозносит над общим. Человек превращается в некоего грызуна, главная задача которого заключается в том, чтобы нести и нести побольше зерна в свою норку. Конкурировать с другими грызунами, отстаивать свои запасы. Ничего другого по большому счёту от человека и не требуется.

Концентрация на индивидуальном и материальном вредит и обществу в целом. «Когда конкурирующие между собой предприятия думают только о частной выгоде, никакой пользы для общества, государства от этого нет, – писал академик Евгений Велихов. – Посмотрите, даже муравьи вынуждены действовать согласованно. Если бы они только соревновались друг с другом, то никогда муравейник бы не построили».

Конкурентная борьба, официально признанная либеральным законодательством, преподносится как двигатель прогресса. Но она часто приводит к размежеванию, взаимным обвинениям и угрозам, попыткам выдать свою инициативу и мнение за единственно правильные, к стремлению навязать их обществу, к бойкотам интересов и аргументов другой стороны. Конкурентную борьбу чаще всего выигрывают самые наглые и беспринципные, а отнюдь не самые знающие и талантливые.

Извращено само понятие о прогрессе и цели человеческого существования. Люди искренне верят, что в изобилии материальных благ и заключаются достижения цивилизации. Но как писал Р. У. Эмерсон: «Истинный показатель цивилизации – не уровень богатства и образования, не величина городов, не обилие урожая, а облик человека, воспитываемого страной».

«Путь к рынку не совпадает с дорогой к храму, как может показаться нашим неофитам, открывающим для себя рынок с энтузиазмом открывателей Америки», – писал Геннадий Герасимов в статье «Рынок и совесть». Согласно другому известному высказыванию, «Если дорога не ведёт к храму, она вообще не нужна».

Цивилизация всегда, при любом политическом строе, держалась на людях, наделённых честью, совестью, ответственностью (независимо от уровня дохода). И до сих пор она не распалась только потому, что такие люди, к счастью, ещё сохранились.

«Мир устал от этих фондовых рынков, от насаждения прав человека, за которыми следуют крылатые ракеты и бомбардировщики, чтобы утверждать эти права с помощью взрывов и казней национальных лидеров, – говорит писатель Александр Проханов. – Всех достал золотой телец с его гегемонией денег, с приматом мерзкой банковской математики. Люди хотят взлёта, хотят чуда…»

Принцип капиталистического хозяйствования с невмешательством государства в экономическую деятельность, закрепленный в Конституциях ведущих государств, привёл к тому, что за каких-то полтора столетия из нашей планеты высосали все соки и превратили её в свалку отходов. Ведь общеизвестно, что для капиталиста существует только одна святыня – деньги.

Всё большее число экспертов и просто думающих людей приходят к заключению, что существующая система нежизнеспособна и рано или поздно самоликвидируется.

«Западная система, построенная на культе наживы и безудержном потреблении, зашла в тупик», – уверен политический аналитик Михаил Леонтьев.

«Наступит полный коллапс, – предупреждает народный артист России Алексей Серебряков. – Экономика потребления давно зашла в тупик».

По словам нейрофизиолога Валерия Слёзана, население стран Западной Европы перестанет вымирать, если живучесть нации, её качество жизни будет оцениваться не только и не столько по материальному достатку, но и по различным иррациональным параметрам, тесно связанным с биологией человека, культурой и верой данного народа».

Пределы терпимости

«Терпимость неизбежно ведет к равнодушию».

Дени Дидро

«Терпимость – другое название для безразличия».

Сомерсет Моэм

Терпимость всегда имела свои пределы и не только среди людей. Так, загнанная в угол крыса, неожиданно бросается в атаку, даже при том, что нападающий в разы превосходит её в размерах. А кабан, защищая свою территорию, может обратить в бегство и медведя.

Если перейти к людям, то и здесь примеров не счесть. Известно достаточно случаев, когда учитель, не выдержав выходки нерадивого ученика, ударял его указкой, за что потом имел проблемы. Ещё больше подобных случаев между родителями и детьми или в отношениях между супругами.

Перейдём к международным отношениям. Известно, что, если какая-то страна не соблюдает международные нормы, её облагают санкциями. А бывает и похуже – в страну с неугодным режимом вторгаются вооружённые силы НАТО, чтобы свергнуть режим и установить порядки, которые соответствуют принятым международным нормам.

И вот тут мы замечаем явное противоречие: государства, обложившие неугодную страну санкциями или вторгшиеся на её суверенную территорию, иначе говоря, проявившие нетерпимость, без устали, десятилетиями пропагандируют эту самую терпимость, называя её толерантностью.

Детей с малолетства учат толерантности: надо всегда уважать чужое мнение, даже если оно откровенно глупо, ошибочно или аморально.

Но зачем, с какой великой целью? «Надо проявлять толерантность!» потому что это наше великое завоевание – всё объяснение.

Ни в коем случае нельзя препятствовать или просто осуждать гей-парады, демонстрационные выходки нудистов, трансвеститов или феминисток. Недопустимо, когда в художественном фильме все актёры европейской расы и нет актёров с африканскими корнями, даже если фильм снят по роману, где ни одного представителя африканских народов не было или это исторический фильм из прошлого Европы. Всё равно в подобных случаях должны участвовать актёры с африканскими корнями, а иначе нетолерантно получается.

Пределов терпимости не существует – такова генеральная установка либерального общества. И если так, то следует ожидать африканских актёров в роли Александра Македонского, Наполеона и им подобных личностей.

Пределов терпимости нет и потому мигранты из Азии и Африки могут нагло и бесцеремонно вторгаться в Западную Европу в любом количестве. Превращать музеи под открытым небом в отхожие места, портить жизнь коренному населению, уничтожать местную культуру, издеваться над общепринятыми порядками, воровать, грабить, насиловать… И им всё сойдёт с рук, потому что толерантность превыше всего.

«…терпимость не может быть беспредельна. Беспредельное терпение является рабством, а рабство – путь к гибели, – убеждён Валерий Слёзин. – Всё своё надо защищать, так устроена природа: кто терпим, тот вымирает; кто нетерпим, тот живёт на своей территории. Терпимые европейцы вымирают, менее терпимые жители других континентов осваивают Европу. Западная цивилизация воспитывала индивидуализм среди своих адептов, что и вызвало то тяжёлое положение, которое мы сейчас наблюдаем. Побеждают те, кто сохранил национальную, религиозную и культурную солидарность».

«Если толерантность трактуется как «я так думаю, а вы – совсем иначе, ну и славно», то для такой терпимости есть другое, более правильное название – безразличие, – утверждает Владимир Легойда. – Такая толерантность имеет все шансы превратиться в свою противоположность, в нетерпимость, – и именно потому что в основании её лежит безразличие – к идее, к человеку, к Богу».

И далее пишет В. Легойда: «большинство религиозных традиций исходят из существования одной абсолютной Истины, а это по определению нетолерантно. Вот и получается, что толерантное отношение к религии в современном мире в своей перспективе исключает и саму религию, и диалог о ценностях как таковой. Как только вы начинаете говорить что-то об истинности (упаси Боже, об абсолютной истинности!) своих ценностей, вас тут же записывают в категорию «нетерпимых», осмелившихся покуситься на чьё-то святое (почему-то покушение на ваше святое – не в счёт). А когда это происходит, толерантность превращается в свою противоположность».

Православные священники трактуют толерантность как терпимость к греху. Она, по их мнению, «приучает принимать патологию как норму, поощряя зло и развращая общество».

Если от пределов терпимости отказались, то даже человеку со средними аналитическими способностями ясно что такой мир ждёт в будущем. Будущего у него просто нет.

Мировоззренческий плюрализм, или Взорванное сознание

«Утверждается, что истина – это нечто совершенно субъективное, чуть ли не дело вкуса…»

Эрих Фромм

«Плюральность мировоззрения это основа демократии», – полагал один из теоретиков плюрализма Карл Ясперс. В так называемых «ведущих» странах принято считать, что каждый человек свободен иметь собственное мнение на все явления Мироздания. У каждого должна быть своя правда, своя истина, своё добро и зло. Любое мнение следует уважать, даже непрофессиональное, ошибочное и весьма сомнительное с моральной точки зрения, поскольку различные знания равноправны, независимы и несводимы друг к другу. При этом считается, что содержимое головы дилетанта и откровенного невежды – это тоже знания!

«Плюрализм покоится на представлении о практически бесконечном количестве качественно однотипных, «равноправных» детерминант всякого события, что выступает основанием для вывода о неопределённости всех процессов, невозможности познать «полную причину» того или иного события», – отмечает профессор В.П.Огородников.

Не может быть и единой мировоззренческой концепции: каждый смотрит на мир в ракурсе своих доморощенных взглядов, среди которых отсутствуют главные и второстепенные, поскольку здесь нет субординации, – все взгляды равноценны.

«Плюрализму противостоит логика научного мышления, нетерпимо и основательно провозглашающая: «дважды два – четыре», – отмечает автор остроумной статьи в Интернете, назвавшийся kramolnik – А толерантность с плюрализмом «лепечут: дважды два и четыре, и пять, и двадцать пять – ведь всё это мнения, и они равноправны. Уважайте их, чтобы никого не обидеть!

Как подходит к фактам наука и классическая философия, сложившаяся до эпохи «постмодерна и толерантности»? Факты фиксируются, проверяются на устойчивую воспроизводимость, а пройдя такую проверку заносятся в разряд подтверждённых. Коперник наблюдает в телескоп движение небесных светил, и делает на опыте вывод: «Земля вращается вокруг Солнца».

Как подходят к тем же фактам толерантные либералы? «Земля вращается вокруг Солнца? Утверждать это – ваше право. Как право астролога Паши рассказывать о вращении Земли вокруг планеты Нибиру, а право отшельника Стерлигова – пропагандировать идею о Земле на трёх китах. Плюрализм, и никаких гвоздей. Что? Вы утверждаете исключительную правоту Вашей идеологемы? Да вы экстремист! И Коперник, в награду за настойчивость, плетется в кутузку. Факты никого не волнуют – он оскорбил чувства верующих в трех китов, и должен быть наказан».

Что всё это означает, по сути? А то, что истины нет, не существует ни правды, ни лжи, ни добра, ни зла, ни белого, ни чёрного – только разные оттенки серого. С этой точки зрения в обществе не может быть общности, ибо каждый имеет своё индивидуальное мнение; не может быть никакого единого мировоззрения. Это значит, что всех людей кинули в пустоту, без ориентиров, компаса, опоры и фундамента под ногами, который тысячелетиями давала система вечных человеческих ценностей. Даже за советом не к кому обратиться – тебе ответят: «Имей своё мнение, как все». Человек оказался предоставленным самому себе, попросту брошенным. Его окружают одни конкуренты, друзья и товарищи не в чести. И что ему остаётся делать с конкурентами? Только бороться за место под солнцем. Но при этом соблюдая толерантность, политкорректность и уважая чужое мнение.

Теперь родителям не на что опереться в воспитании своих детей; и потому дети из благополучных семей становятся жертвами сект, наркоманами или накладывают на себя руки. Протоиерей Дмитрий Смирнов так прокомментировал это положение: «До тех пор, пока у каждого будет своя точка зрения, никакого воспитания быть не может, кроме силового давления».

«Современное человечество живет по самопровозглашенному закону автономии. Что хорошо, что плохо, как следует жить, а как не следует, каждый определяет сам. Но по какому критерию?» – спрашивает патриарх Русской Православной Церкви Кирилл.

В самом деле, если каждому человеку дано право самому решать, как жить, а критерий, ориентир и базовые ценности не даны, то в таком обществе возможен только один результат. Он описан в классической басне Ивана Крылова «Лебедь, рак и щука».

Либеральные философы не только не предоставили никакого критерия, но не предложили никаких доказательств и другим своим откровенно бредовым измышлениям. Зато распространили их всеми мыслимыми и немыслимыми способами, да так, что эти псевдоценности стали повторять журналисты, публицисты и лица, ответственные за просвещение.

Читаю у одного публициста: «У каждого есть свои предпочтения и запреты. Глупо было бы предлагать некий универсальный житейский набор». В отношении универсального набора спорить не буду, а вот обязательный набор должен иметь место, и он всегда был в долиберальную эпоху, как в государстве и обществе, так и в отдельных семьях.

А вот выдержка из резолюции ХI Всемирного Русского Народного Собора: «…ХI Всемирный Русский Народный Собор выражает надежду, что планируемая Министерством образования и науки России реформа государственного образовательного стандарта… не разрушит приверженности школы «мировоззренческому плюрализму», не лишит родителей права на выбор мировоззрения, преподаваемого в школе их детям… В противном случае будет иметь место дискриминация, которая открыто нарушит основные права и свободы человека…»

Либеральные теоретики утверждают, что плюрализм – необходимый элемент в нормальном справедливом обществе и объясняют это созданием благоприятных условий для творческого поиска альтернативных путей развития. Но ни в одном нормальном государстве, какой бы общественно политический строй в нём ни был, не станут препятствовать интересным идеям, от кого бы они не исходили. И нет никакой необходимости на уровне закона утверждать тотальный плюрализм, размывающий фундаментальные установки, на которых общество и держится.

Плюрализм постулирует абсолютное равенство всех начал в развитии мира, общества, человеческого мышления или познания. Он не приемлет системной соподчиненности, иерархизированности ни в чём. Монизм же, напротив, утверждает, что многообразие начал, причин, оснований всякого развития представляет собой системный синтез, в котором системообразующим центром является одно такое основание, причина и т. п.

Представляется вполне естественным, что у Вселенского генератора информации плюрализм мнений не в почёте. С этим соглашался и Жан-Жак Руссо, писавший: «Тысячи путей ведут к заблуждению, к истине – только один». «Ввиду единственности Объективной реальности, единственно полезной философией может быть только переработка плюрализма разрозненных частных фактов в единое мнение о течении любого процесса во Вселенной, включая и развитие человеческого общества», – отмечается в Концепции общественной безопасности.

Либералы поставили перед собой очень неблагородную цель – вывернуть все традиционные истины, по которым человечество существовало тысячелетиями, наизнанку. Плюрализм мнений – наиболее опасная часть их идеологии, ведь разруха начинается в головах. Нет единого мнения, истина отсутствует как таковая – вот конечный вывод. Каждый волен думать, а, следовательно, и поступать, как ему заблагорассудится.

К счастью, не все люди подвержены конъюнктуре и конформизму. Некоторые смело высказывают свое крайнее несогласие с господствующей в современном мире позицией. «Если произвести подсчёт популярности монистического подхода и плюрализма в познании, то несомненный перевес будет на стороне первого, – писал Валерий Чалидзе, – несмотря на то, что многообразие наблюдаемых явлений, казалось бы, с большей вероятностью должно было бы привести к предпочтению философского плюрализма».

«В условиях широкого использования современных информационных технологий, нынешнего уровня развития средств массовой коммуникации и наличии серьёзных и организованных сил, заинтересованных в коррекции массового сознания, идеи плюралистичности истин (а значит, практически их отсутствия) могут содействовать такому воздействию на массовое сознание, которое обеспечивает распространение заблуждений и лжи», – отмечал Б.П. Шулындин.

«В вопросах истины, определяемой наукой, всё делается радикально, поскольку у научного видения нет альтернатив. Если наука говорит, что дважды два четыре, то это именно четыре, а не пять и не три с половиной. С этих позиций наука самая радикальная вещь, ведь она ничего не приемлет, кроме истины», – говорит теолог, имам-хатыб мечети «Ихлас» в Уфе Мухамет Галлямов.

«Только одна мысль о сущности конкретного явления из великого множества может быть истинной, значит, наличие разности представлений говорит о господстве заблуждений, – пишет М. Фэнни в Интернет-газете «Прорывист». – Необходимо установить научное единомыслие, такое же, как в математике, механике, химии, хотя бы по всем основным вопросам общественного бытия».

«Единство действий предполагает системное их согласование – субординацию и координацию усилий, – отмечает автор обстоятельной статьи «Порядок из хаоса или хаос вместо порядка» на сайте libelli.ru. – Единство действий возможно только на основе единства цели, что с необходимостью предполагает единство идеологии – монизм, а не «плюрализм мнений».

«Разномыслие разделяет людей», – обращает наше внимание Патриарх РПЦ Кирилл.

«Правда отдельных людей должна соответствовать какой-то одной, большой правде, их правды этим соответствием и проверяются, – писал Александр Чаковский в своей повести «Свет далёкой звезды». – И никак ты не сможешь остаться в пределах только своей личной, персональной правды, своего, так сказать, частного, натурального хозяйства».

Но если плюрализм не соответствует науке, то как получилось, что он господствует в политике стран западного мира? – спросит иной неосведомлённый читатель. На этот вопрос еще в XVII веке дал замечательный ответ Томас Гоббс: «Если аксиомы геометрии затронут чьи-то интересы, они будут безапелляционно опровергнуты».

«Приобретя статус общемировоззренческой доктрины, плюрализм начал оказывать заметное влияние на теоретические разработки буржуазных политологов, нашёл отражение в программах многих социал-демократических и буржуазных партий, – отмечает профессор В.П.Огородников. – Результатом такого подхода является нечёткость программно-уставных требований к членам партии, туманность в определении стратегических целей. Но, как верно отметил французский политолог Ж. Френд, «анархия, к которой ведёт политический плюрализм, несовместима с единством и иерархией, без которых не может существовать ни одно государство». Не отражая реальной структуры социальной детерминации, идея плюрализма не может быть обращена на действительность в качестве метода её изменения. В связи с этим плюрализм остаётся лишь пустой абстракцией, выполняющей апологетическую роль в отношении капиталистического строя».

У неискушённого человека может возникнуть вопрос: «А зачем буржуазным властям и их идеологам вообще понадобилось изобретать какой-то плюрализм, туманить людям головы, если они его на деле не соблюдают? На него даёт ответ М. Фэнни: «Массовое невежество автоматически порождает массовую доверчивость. Сегодня для максимального использования доверчивости применяется концепция плюрализма, фетишизируется так называемое «собственное мнение», особенно когда оно неопасно для политических пастухов. Разобщёнными людьми куда легче управлять, каждого по отдельности куда легче прижать, нежели сплочённую организованную силу».

Профессор В.П. Огородников в статье «Деструктивность теории и метода плюрализма» подробно разобрал, какую роль плюрализм играет в обществе.

– Политическая дезориентация, оправдание беспринципности;

– «Примирение» науки, религии и мистики с целью опустить массы в пучину мракобесия;

– Отождествление монизма с политическим и идеологическим тоталитаризмом, а плюрализма – соответственно с демократией;

– Оправдание индивидуализма и эгоизма в общественной жизни и практике;

– Оправдание идеи равноправия истин относительно одного и того же явления.

Давно замечено, что целый ряд тезисов либерализма весьма сильно напоминает соответствующие положения сатанизма. По мнению настоящих сатанистов, ни одна религия в мире не должна «обожествляться» и никакое суждение не должно приниматься за правило, – это то, что либералы называют плюрализмом мнений и свободой совести. «Принцип, который дьявол использует в своей деятельности, – это принцип плюрализма», – пишет священник Олег Стеняев в книге «Человек перед лицом соблазнов».

Вечные и универсальные ценности. Отличить зёрна от плевел

«Меня волнует, что происходит вокруг и что будет с нашим земным шаром. Особенно страшно, когда наши ценности, то, что мы наработали веками, на что жизнь положили, ставятся уже даже не под сомнение, а под угрозу уничтожения».

Юрий Григорович

«Люди делятся на тех, кто верит в универсальные ценности и на тех, кто их отрицает, – пишет Виктор Ерофеев в заметке об Адаме Михнике. – Последние утверждают национальные, классовые, конфессиональные, расовые приоритеты. Последних на свете, видимо, больше, чем первых. Есть, впрочем, и такие, третьи силы, которым все ценности по фигу, кроме пива с воблой».

Относительно «третьей силы» я полностью солидарен с писателем. Но вот почему он не упомянул вечные ценности, перечисляя «вторую силу», это как-то даже странно. Однако, как бы то ни было, Ерофеев прав в том, что таких в мире больше, чем первых.

Поскольку человек всё же природное явление, инстинкт самосохранения в нём работает, поэтому духовно здоровые люди, не подверженные разного рода вредным идеологическим воздействиям, изначально являются консерваторами. И никакими манипуляциями массовым сознанием, никакими 25-ми кадрами и отупляющими телепередачами так называемые «универсальные ценности» им не навяжешь. Таким, с позволения сказать, ценностям подвержены те, у кого-либо совсем слабовато с умишком, либо те, у кого от личных прав и свобод «крышу снесло».

Известно, что вечные ценности лежат в основе человеческой цивилизации. Благодаря им она проделала большой исторический путь, имела огромные достижения в науке, искусстве, культуре, технике. Они всегда служили важным мерилом, нравственным стержнем, компасом по жизни. Но самое главное, они держали людей в строгих рамках морали и нравственности, не позволяя скатиться до уровня жующих гамбургеры потребителей с излишним весом и полным отсутствием хоть одной стоящей мысли в голове.

Откуда к нам пришли вечные ценности достоверно не известно, так же как неизвестно происхождение человека – тут явная взаимосвязь. Никто не знает автора так называемого «Золотого правила»: «Поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой». Не известен Экклезиаст, был ли это один мудрец или несколько под условным именем. Но то, что осталось от Экклезиаста в сотни раз значимее всех универсальных ценностей вместе взятых.

Платон доказывал, что всё видимое нами, весь материальный мир – не столько реальность, сколько её отражение. Подлинной реальностью обладает только мир идей или форм, порождающий тот материальный мир, который мы видим. Воспринимаемый нами с помощью органов чувств физический мир находится в постоянном изменении. А универсальный мир идей неизменен и вечен.

Отсюда становится понятно, почему главные моральные ценности вечны и неизменны – потому, что они из того, вечного мира, а не из нашего, переменчивого.

«Универсальным» же, а если называть вещи своими именами, – либеральным ценностям всего пара-тройка сотен лет. И появились они на свет благодаря нескольким мыслителям, плохо представлявшим, куда следование подобным ценностям заведёт человечество. Однако, по глубочайшему убеждению либералов, люди, исповедующие вечные ценности, потому их придерживаются, что у них архаичное мышление, у либералов же – прогрессивное. Подобно убеждённым атеистам они отрицают надчеловеческое происхождение вечных ценностей и уверяют, что древние люди сами их придумали, но по прошествии веков мудрые либеральные теоретики изобрели передовые «универсальные» ценности взамен устаревших и по ним должно жить всё человечество.

«Западная интеллектуальная элита, породившая эти идеи и прочно утвердившая их в своем сознании как обязательные для всех, связывает с ними понятия всеобщего прогресса и цивилизации, – пишет Андрей Кончаловский. – Но скептически мыслящие люди понимают, что эти постулаты не соответствуют реальности и не являются универсальными».

Определить, чьи ценности значат больше, очень легко, обратив внимание на то, к чему приведёт следование тем и другим.

Если вечные ценности служат высшим идеалам – справедливости, правде, добру, долгу, призывают людей быть ответственными, жить в первую очередь духовными, а не материальными интересами, думать об окружающих, а не об одном себе, то либеральные ценности напротив – центр тяжести переносят на отдельного человека, по большей части на его телесные, а не духовные интересы.

Что делают либеральные ценности с людьми? Во-первых, они сбивают все ориентиры, превращая человека во всеми покинутое, зомбированное, растерянное существо. Во-вторых, люди от пропаганды жизни в своё удовольствие жиреют. Об этом красноречиво говорят данные статистики. Ещё никогда в истории в мире не было такого числа людей с лишним весом (в США – более 60 процентов всего населения!). В-третьих, они глупеют. Классике, заставляющей думать, предпочитают всевозможную развлекуху, щекочущие нервы книги и фильмы. Походы в музей им заменяют шопинги. Будучи взрослыми, они играют в игры. В-четвертых, люди становятся равнодушными не только к проблемам общества и чужой беде, но и ко всему, что не касается лично их.

А что делают либеральные ценности с обществом? Они сводят его в могилу, ибо какое общество возможно с отъевшимися, отупевшими эгоистами? Наша цивилизация именно благодаря господству данной философии подходит к своему бесславному завершению – об этом передовые ученые трубят со второй половины прошлого века. Но мозги людей, живущих по «универсальным ценностям», уже не в состоянии адекватно отреагировать на тревожные звоночки. Они не в состоянии перестроиться, перенаправить своё мышление в сторону активной деятельности по противостоянию надвигающейся катастрофе. На Земле людей не остаётся, их заменили ходячие зомби-потребители.

Либеральные идеологи стремятся вытравить из массового сознания вечные ценности, подменив их своими «аналогами». Так, им чем-то не угодили такие понятия, как «честность» и «объективность» и они взамен предложили «независимость». Они говорят о независимой прессе, независимом суде и т. д. Но что значит быть независимым? Разве независимость предполагает честность? Нет, можно ни от кого не зависеть и при этом быть насквозь лживым. Независимость можно понять и как независимость от собственной совести.

Или взять так называемый плюрализм мнений. У каждого человека, согласно навязчивой пропаганде должно быть своё мнение, своя правда, своя истина, своё добро и зло. Но ведь это означает полную разруху человеческого общества.

Слово «совесть» в системе «универсальных» ценностей вообще отсутствует. А ведь это важнейшее понятие и главная связующая нить человека с Небом.

Но почему же универсальные ценности побеждают вечные? – спросит иная неокрепшая душа, наслушавшаяся лекций проплаченных пропагандистов.

Так ведь тут всё очень просто. Что выберет среднестатистический обыватель: умную книгу или комедию, поход в горы или лежание на пляже, преодоление трудностей ради высокой цели или расслабленное движение по течению? А если этому обывателю, вдобавок, с первого класса внушают, что он свободен в выборе, никто ему не указ и подвигов от него никто не требует? Ну, разве не ясно, что он выберет и на что таким образом обречёт и самого себя и всё общество таких же обывателей.

Святые отцы всегда учили: «Человек слаб». И Достоевский предупреждал: «Зло таится в человеке глубже, чем полагают лекаря-социалисты». Но, как видим, социалисты ещё не самые плохие лекаря.

Противостоять сладкоречивой пропаганде способен только человек с твёрдыми убеждениями, с внутренним стержнем и «царём в голове». Ему внутреннее чутьё подсказывает, что всё, что ему внушают самоуверенные пропагандисты, вступает в коренное противоречие с фундаментальными основами бытия. Но как показывает историческая практика, таких людей – абсолютное меньшинство. И вот чтобы лишить это лучшее меньшинство влияния на массовое сознание, из пыльного античного сундука извлекается демократия, от которой отказались ещё в древнем Риме. Её новоявленные гуру трактуют как власть народа, хотя в действительности это власть большинства.

Самая просвещенная часть россиян нашего времени (меньшинство) на собственной шкуре испытала все прелести демократии, когда всё решает большинство и потому на него работает реклама, телевидение, пресса, кино и прочие виды искусства. Когда с театральной сцены Иисус не нагорную проповедь произносит, а развлекается с наложницами. А телевизор становится опасно смотреть, так как недолго в дурдом угодить.

Либеральные «лекаря» взяли за основу концепции, по которой обязано жить всё человечество, «аксиому», что добро и чувство справедливости есть врождённые качества человека. Приводить тому доказательства не хотят. Только откуда же человек добр и справедлив, если истребил почти всё живое на планете? Откуда он добр, если на протяжении всей истории вёл братоубийственные войны? А согласно статистики МВД, основной массив преступлений приходится отнюдь не на уголовников, а на бытовые разборки обычных людей – всё от большой доброты со справедливостью!

«Либералы отказываются делить людей на умных и глупых, талантливых и бездарных, красивых и уродливых, – пишет Виктор Ерофеев. – Для них главное гуманистическое сознание, утверждающее веру в человека».

Но гуманизм не должен быть безголовым. Если мы от рождения разные, то ты хоть как верь, от этого лучше не станем. А если хочешь сделать людей лучше, то занимайся ими, воспитывай, просвещай. Но от такой обязанности либералы себя освободили – отделаться одной пропагандой оно как-то легче. Однако объявить себя великими гуманистами совсем не означает быть ими. Гуманизм, как известно, проявляется в делах, а не на словах.

«Объявление жизни любого человека Высшей Ценностью – свидетельство кризиса и гибели цивилизации, – утверждает Михаил Веллер. – Ибо тем самым отрицаются все надличностные ценности – то, что всегда почиталось выше и дороже жизни и придавало ей смысл: героизм, патриотизм, самосожжение в труде и творчестве, верность любви, дружбе, идеалам – все, что от века составляло смысл и гордость человеческого существования. Человек отличается от животного тем, что ему есть за что отдавать жизнь. Идеал справедливости выше жизни убийцы».

Взяв за основу своей доктрины ложный тезис о благодушной сути человека, либералы создали столь же ложное учение. Оно является антинаучным хотя бы потому, что научные теории не строятся на недоказанных положениях.

Либеральная философия – это ярчайший образец гордыни и антропоцентризма. Человеческий ум вообще не в состоянии придумать универсальные ценности для общества, как не способен придумать ничего абсолютного и универсального. Что же касается вечных ценностей, то о них скромно сказано: они переданы человечеству Свыше.

Как бы человек не тужился, соревнуясь с природой, он создаёт лишь жалкие пародии на неё. Но если в технике и генной инженерии с ней пытаются тягаться образованные и опытные профессионалы и получается у них всё равно очень плохо, то в вопросах целеполагания и идеологии дело обстоит на несколько порядков хуже, ибо такой антинаучный волюнтаризм, на котором построена либеральная доктрина, серьёзные ученые допустить не могут.

Исходя из сказанного, становится понятно, почему роль государства изначально заключалась в том, чтобы держать народ в рамках морали и закона. И если свести её к функции ночного сторожа, охраняющего покой свободных граждан, чего настойчиво добиваются либералы, то не будет ни государства, ни человечества.

Правда, нынешние государства справляется с положенной задачей неважно, потому мир и катится в пропасть. Спастись возможно только вернув систему вечных ценностей на положенное ей место и выметя «универсальные ценности» поганой метлой.

А судьи кто?

«Любой человеческий суд – предпоследний».

Вадим Синявский

Теперь о самом любимом вопросе к оппонентам либералов всех мастей. О чём бы ни шёл спор, при конкретном ответе на непростой вопрос либерал тут же спросит: «И кто же это так решил? Кто это такой умный? Кто всё знает? Уж не ты ли?»

При этом лицо либерала расплывается в победной улыбке, он уверен, что оппонент впал в полное замешательство и не найдёт, что ответить.

К сожалению, нередко так и происходит, поскольку оппоненты оказываются неподготовленными. Либералы торжествуют и продолжают самоутверждаться, задавая при всяком удобном случае свой фирменный вопрос «А судьи кто?»

Позвольте, но как же нет судей, если с древних времён существует такая профессия? Они есть и были и в других областях, не только в юриспруденции. О качестве спектакля, к примеру, судит театральный критик. О качестве романа – литературный критик. О качестве футбола – соответствующий эксперт.

В любой области деятельности существуют эксперты, которые знают её лучше других и потому вполне могут судить. Вы же, заболев, обращаетесь к врачу, а не к сантехнику. Так же и нуждаясь в юридической помощи обращаетесь к юристу, при размене квартиры – к риелтеру и т. д.

Но либералам захотелось посеять хаос в нашем сознании, им потребно доказать, что никто не вправе ни о чём судить. И это, прямо скажем, антиобщественное стремление, выбивает ориентиры из-под ног нормальных граждан, делает их растерянными и запутавшимися.

Между тем для верного суждения существуют давно зарекомендовавшие себя приёмы. Эксперты судят о чём-либо на основании принятых законов, правил, норм. А также сравнивая свои заключения с неким эталоном. Так, для определения веса мы прибегаем к эталонам веса – грамму, килограмму, тонне. Для определения длинны – к соответствующему эталону – метру, километру, сантиметру.

Без эталона, законов, норм и правил судить о чём-то довольно сложно. Отсюда вывод: эталоны должны быть во всём.

Значительную сложность представляет оценка поведения человека в общении с другими людьми. Чтобы получить нужный ответ, следует взять за основу некий эталон образцового человека. Представить его несложно: добропорядочный семьянин, любящий муж и отец, ответственный работник, законопослушный налогоплательщик, честный, справедливый, уравновешенный, неравнодушный, культурный, образованный. Рассуждая о поведении конкретного человека, мы задаёмся вопросом: а как бы в таких обстоятельствах поступил образцовый человек? После чего можно выносить суждение о поступке обсуждаемого человека.

Спрашивается: почему же нельзя судить о чьём-то поведении? И почему судящего обвиняют в слишком большой роли, что взял на себя? Но он же всего лишь сравнил поведение обсуждаемого человека с эталоном, а вовсе не с собой как эталоном.

Тут, конечно, кто-то вспомнит библейское «не суди, да не судим будешь». Однако мне представляется, в данном случае речь идёт о разных вещах. В библейском случае о тех, кто не судит, а осуждает, будучи сам не на высоте. Не являясь образцом для подражания, такой осуждающий всегда будет неубедителен. Но если сравнивать с эталоном, можно всегда дать верную оценку поступку человека. А если этого не делать, то как мы сможем ориентироваться в жизни, видя как кто-то поступает не правильно, в противоречии с замыслом Природы о человеке, в противоречии с нормами морали и правилами приличия? Мы что же, должны отвернуться, сказав себе: «Я не в праве его судить!» Если мы сделаем такому человеку замечание, мы тем самым совершим не своё личное осуждение, а позицию эталонного человека.

Известно, что никто не может дать более квалифицированной оценки чего-либо, как эксперт. Поэтому, если по всем сложным вопросам будут давать заключения эксперты, а не дилетанты, то ошибок станет в десятки раз меньше.

В современной же России к решению важнейших и нередко очень специфических вопросов нередко привлекают кого угодно. Социологи проводят на улице массовые опросы общественного мнения: «Как вы считаете, надо переходить на летнее (зимнее) время или не надо?», «Надо сохранить ЕГЭ или вернуться к прежней схеме проверки знаний?», «Должна ли наша страна двигаться демократическим курсом или вернуться к социализму? А может к монархии?»

Собранный букет дилетантской глупости социологи тщательно обрабатывают и таким образом определяют «мнение народа». Оно имеет вес – у нас же демократическая страна! Но вес чисто виртуальный, поскольку ответы на все подобные вопросы знают только специалисты, которых, к слову, подчас даже забывают спросить. Или просто пренебрегают их мнением в угоду «народному». У нас ведь власть принадлежит народу! Как народ скажет, так и будет!

О либеральных и традиционных принципах воспитания

«Целью всякого воспитания должно быть создание деятельной личности в лучших идеалах общественной жизни, в идеалах истины, добра и красоты».

В.М. Бехтерев

Веками, тысячелетиями было известно, как нужно воспитывать детей. Миру являлись великие педагоги, сложились педагогические школы, библиотеки заполнили классические труды, воспитывались поколения законопослушных граждан. И всё было более-менее благополучно, но вот явились господа либералы и захотели поставить многие достижения человеческой мысли с ног на голову. Ребёнок де свободен, у него должны быть права как у взрослого, независимость и частная собственность, видимо, тоже скоро появится. Ну и всё в таком духе.

Итак, должен ли ребёнок расти свободным? Сразу возникает вопрос: свободным от кого и от чего? Имеет он право расти свободным от: родителей, школы, воспитания, родины, ответственности, нравственности, совести? Отвечаю: не имеет.

Ребёнок, как и любой другой объект в природе, даже неживой, обладает определённой степенью свободы, а не свободой вообще. Но это понятие существовало в науке и до либералов и оспаривать его глупо.

«От борьбы за свободу до одержимости – один шаг, – утверждает журналист Илья Переседов. – Шаг к одержимости ума бесами вседозволенности и безусловной правоты».

Имеет ли ребёнок равные права со взрослыми?

Если дети равны взрослым, то чему последние могут их научить? И зачем вообще их учить? Педагоги добавляют: «Если взрослый говорит ребёнку: мы с тобой равны, то ребёнок понимает это так, что взрослый – такой же слабый и беспомощный, как и он, и точно так же ничего не знает».

Словом, если есть желание лишить ребёнка авторитета, примера и опоры в собственной семье, самое лучшее средство – уравнять его права с родителями. Если понадобилось опустить учителя до уровня ученика, то вот вам, пользуйтесь! Если захотелось предоставить ребёнка самому себе и оставить в полном одиночестве и растерянности, – надо издать закон о равенстве прав взрослых и детей.

«Родители сегодня, если доводить до абсурда либеральные стандарты современности, – это случайно оказавшиеся рядом с ребёнком субъекты, которые должны обеспечить ему права и свободы, – говорит председатель Синоидального информационного отдела Русской Православной Церкви Владимир Легойда. – А если не справятся, то их всегда можно заменить более свободолюбивыми. Например, нетрадиционной сексуальной ориентации. Они-то уж точно ночью на дискотеку отпустят».

Либералы часто путают понятия: жёсткость воспитания видится им жестокостью, твёрдость – насилием. Чтобы прослыть великими гуманистами, они стараются держаться подальше от подобной тактики и воспитывают детей в тепличных условиях. В результате в стране выросло целое поколение мужчин, никогда не державших в руках ничего тяжелее смартфона. Будучи школьниками, они успевают нажить целый букет болезней. Из доходяг-призывников еле-еле набирают солдат в армию. А кто будет защищать страну в случае большой войны? И как такие «рыцари» собираются защищать своих девушек от хулиганов?

Глашатаям свобод незнакомо понятие «золотая середина». Насилие и жестокость в воспитании – плохо. Но и воспитывать в тепличных условиях нисколько не лучше. Кто были лучшими воинами в Древней Греции? Спартанцы. А в каких условиях они воспитывались? Что важнее: результат воспитания или процесс? Для либералов, судя по всему, – процесс.

Мне могут возразить: спартанцы были жестокими и нецивилизованными людьми. Однако многие их методы воспитания были заимствованы в последующие эпохи. И не кем-нибудь, а даже венценосными особами.

Киевская княгиня Ольга круглый год купала малолетнего сына Святослава в Днепре. Он спал на голом полу. Она воспитывала в нём непобедимого воина, и он им стал.

Одного из наследников китайского престола в детстве оставили одного в лесу на целый месяц – проверяли, выживет или нет? Выжил. Когда вырос, стал императором.

Англичанин Чарльз Сидней Гиббс 10 лет преподавал английский язык детям последнего русского императора Николая II. Он был поражен аскетизмом классной комнаты: стол, стулья, доска, стеллажи с книгами и множество икон на стенах. Над классом, этажом выше, располагалась детская, где великие княжны спали на жестких кроватях, умывались холодной водой. В семье была принята простая пища. Цесаревичу Алексею каждый день приносили щи и кашу с солдатской кухни Сводного полка. Младшие девочки часто донашивали платья и обувь старших. Сам император спустя десятилетие после свадьбы носил гражданские костюмы времен жениховства. А также обходился без личного секретаря, сам изучал всю пришедшую почту и сам отвечал.

Есть аналогичные примеры и в наше время. В Англии существует элитный лицей, где к ученикам применяют жёсткие полувоенные методы воспитания. Представьте себе, там обучаются члены королевской семьи, в частности принц Чарльз (нынешний король Великобритании). Не думаю, что их родители желали им зла.

Да, детей надо любить и заботиться о них. И дети должны это видеть. Но при этом они должны постоянно чувствовать, что их готовят к суровой взрослой жизни, которая не имеет ничего общего с увеселительной прогулкой. И они должны понимать: по-другому не бывает.

«Может, прозвучит непедагогично, но учить нужно насильно», – вот мнение бывшего президента Академии наук Башкирии Рамиля Бахтизина.

Рассуждая о правах, свободах, гуманизме либералы почему-то оставляют за скобками самое главное, что есть в воспитании. То, что в первую очередь нужно воспитывать в детях: самостоятельность, ответственность и высокую нравственность.

Многим родителям неплохо бы поучиться воспитанию у животных. К чему и классики призывают. Очень полезно, к примеру, прочитать рассказ Соколова-Микитова «Кайры». Как только птенцы этих морских птиц подросли, мамаши освобождаются от них. И те не пропадают, потому что сами уже всё умеют, готовы к самостоятельной жизни.

А что происходит с отпрысками мягкотелых и недальновидных родителей? Они в состоянии без них обойтись? Я знаю примеры, когда они сидят на шее своих родителей чуть ли не до собственной пенсии. Играют в компьютерные игры или что похуже.

«Воспитательная работа на нуле и в семье, и вне её, – говорит Евгения Крашенинникова. – Ребёнок ест хорошо, спит спокойно, прививки получил, даст Бог вирус не подхватит – и родители спокойны. Да у него в душе вирус!»

По мнению многих неравнодушных людей, мы живём в эпоху, когда одно нравственно, духовно и эстетически неразвитое поколение «воспитывает» другое.

Говорят, нет более верного способа погубить кого-то, чем выполнять все его желания.

«Все труднее становится не допускать плохое в детские души, культивировать в них добро, – пишет Любовь Царькова. – Давно известно, что если в невежестве своём полностью предоставить дитя вседозволенности, то получится чудовище. Зло, как сорняки, которые и сажать-то не нужно, сами вырастут, быстро заполнит пустоту в душе».

Ребенка с детства нужно приучать к труду, к участию в семейных делах и к ответственному отношению за каждый свой поступок – так говорят все ведущие педагоги, в том числе из либеральных Соединенных штатов.

Ничего нового в традиционную, проверенную веками практику воспитания либерализм не внес. Он лишь сбил с толку многих воспитателей и испортил целое поколение нашей молодежи.

Воспитанный ребёнок должен знать, что он обладает не только правами, но и обязанностями. Не только свободой, но и необходимостью. Он должен уметь самостоятельно делать выбор во всём, с чем сталкивается в жизни. И всему этому его нужно успеть научить прежде, чем он станет взрослым.

«Необходимо преподавание в учебных заведениях религиозных норм нравственности и морали, – убеждён В. Слёзин. – Причём именно религиозных норм, которые воспринимаются не как поучение какого-то человека, а как данные свыше, то есть как аксиомы, и не подлежат обсуждению».

К этому замечанию я бы добавил: ещё более необходимо научно доказать нравственные религиозные выводы, лучше всего математически. Это будут уже абсолютно доказанные аксиомы. Увы, учёные этим заниматься не хотят.

Нужны ли герои обществу потребления?

«Наш героизм спотыкается не в подвигах военной доблести, а только в подвигах мужества гражданского».

Николай Васильевич Шелгунов

Апостолы либерализма поменяли содержание и смысл многих общечеловеческих понятий. Так, слово «герой» имело очень большой вес в обществе на протяжении столетий и даже тысячелетий. Героям слагали поэмы и песни. Они становились кумирами поколений. Но в наше время под героем чаще всего подразумевается участник скандальных хроник, артист (не обязательно талантливый, но распиаренный) или очень богатый человек.

Чем же объясняется такой слом в человеческих представлениях и ценностях?

Либеральная идеология, взятая на вооружение заправилами современного мира, по словам Валерия Губина, пытается «усыпить человека» и «с помощью средств массовой информации, рекламы, образования стремится вывести такую породу человека, который бы ни над чем серьёзно не задумывался, был послушным винтиком в отлаженной системе общественных связей». Всё, что выходит за границы этого, либеральная власть выметает. В обществе не должно быть ни ярких личностей, ни героев, ни гениев. Допускается лишь одна точка зрения: люди должны быть однообразными, средненькими, унифицированными, серенькими, что с природой никак не согласуется. Природа требует максимального разнообразия.

Подобные люди, писал Мартин Хайдеггер, ведут стадное существование: говорят и читают то, что говорят и читают все, поступают так, как поступают все, живут чужой жизнью, руководствуются не ими изобретенными стандартами и шаблонами мышления и поведения.

Либеральная идеология ни к чему не побуждает человека, кроме потребления и развлечения. Единственное ограничение – не мешай жить другим. Поэтому, если у кого-то возникают благородные побуждения изменить мир к лучшему, в голову приходят идеи преобразования нашей жизни, они, как правило, в нём и умирают. «Не парься! – говорят ему окружающие. – Живи, как все, и радуйся!»

Человек понимает: чтобы осуществить свои замыслы, нужно много труда и времени, а то и больших денежных вливаний. Что в одиночку ему будет чрезвычайно сложно осуществить задуманное. «Браться или не браться?» – думает наш современный Гамлет. Нередко он начинает, пытается что-то делать, преодолевает какие-то препятствия и убеждается насколько всё тяжело. Тогда в его сознании всё чаще поселяется мысль: «Но ведь я никому и не обязан делать эту работу! Никто ничего такого от меня и не ждёт! Всем наплевать на мои идеи!» И в подавляющем большинстве случаев он сдается. «Слаб человек!» – объясняют его решение отцы православия.

Примечательно, что наибольшая часть главных достижений человечества произошла при авторитарной форме правления. Служение идее, героизм и подвиг никак не увязываются с философией потребительства и жизни в удовольствие. Пастухи человеческой массы взращивают сытых и всем довольных особей. А зачем таким совершать открытия и рисковать? Ну, разве что, если хорошо заплатят.

«Французы полагают, что самое большое препятствие на пути к любви – это отсутствие всяких препятствий, – пишет Валерий Слёзин. – Вводится запрет на употребление цензуры. Запрет цензуры привёл к снятию тормозных реакций у писателя. Произошло то же, что и с любовью: литература жила, пока были препятствия, и заболела от слишком больших возможностей. Цензура способствовала сохранению культуры, отбрасывая всё ей противоречашее, позволяла сохранить направление, стиль. Царская цензура немало сделала для появления Пушкина и Льва Толстого, Лермонтова и Достоевского, Тургенева и Гоголя всех великих писателей того «мрачного рабского времени» не перечислишь. Теперь такой литературы нет и быть не может, так как исчезли те ограничения. которые природа всегда предусматривала относительно поведения животных».

«Развитый художественный инстинкт становится сегодня величайшей редкостью, а часто проходит незамеченным и исчезает невостребованным, – пишет В.А.Фортунатова. – Уникальность вытесняется стереотипностью и массовостью. Тирания массовости подавляет интуицию, тонкость восприятия и другие необходимые качества в человеке, то есть понижает и трансформирует общий культурный уровень. На этих новых основаниях создаётся новый, параллельный мир культуры, рождающий своих героев, формирующий свой тип личности». Современный «глобализированный» и «интегрированный» человек «часто испытывает чувство агрессии и неудовлетворённости, тревоги и общего дискомфорта, несмотря на цивилизованный сервис».

Либеральному миру не нужны самоотверженные герои. Он не нуждается ни в каких преобразователях. Герои нашего времени шлют друг другу смайлики и лайки. Поэтому на месте разрушенных небоскребов-близнецов в Нью-Йорке, построенных в другую эпоху, ничего подобного не возводится. Поэтому никто не пишет ни «Илиаду», ни «Божественную комедию», ни «Войну и мир». Поэтому нет в мире ни Микеланджело, ни Баха, ни Канта, ни Ньютона.

«Во времена усреднённой пошлости яркие личности вне стада оказываются не нужны, перестают быть ориентиром, разрушая общий серый фон», – говорил актер Игорь Костолевский. Ему вторит кинорежиссер Сергей Соловьев: «Вот если бы сегодня объявился Леонардо да Винчи: кому он был бы нужен? Даже в каком-нибудь ЖЭКе ему бы сказали: «Уймись, дед, со своими идеями, мы тут капитализм строим!»

Мир погрузился в непролазную серость. Но, поскольку по своей природе человек не плесневый гриб, время от времени возникают стихийные бунты. Чаще они проявляются в разного рода антиобщественных выходках и примитивном терроризме. Террористы, обратите внимание, не выбирают, кого убивать – палят во всех подряд. Но протестуют они против вот такого жизненного уклада, превратившего нашу цивилизацию в посмешище. Многочисленные суициды в наиболее благополучных странах – явление из той же оперы. Люди сами не осознают, против чего они протестуют столь ужасным способом. Да они просто не хотят быть плесенью!

Несовместимый бизнес

«Надо быть откровенным вредителем, что бы пустить частника в медицину, образование, допустить к природным ресурсам. Капитал уничтожит кого угодно и что угодно ради наживы».

Борис Кедров (сайт «Публицист. ру»)

«Бизнесмены – это наихудшие члены общества с необратимо повреждённой психикой и окончательно искалеченным моральным обликом. Результат их тридцатилетней разрушительной деятельности налицо: народ в нищете и вымирает в мирное время, как во время ведения великой войны».

Андрей Громадский (сайт «Публицист. ру»)

С самого своего появления на идеологической карте мира либерализм проповедовал свободу частной предпринимательской инициативы. Это привело к тому, что за два последних столетия Земля изменилась до неузнаваемости. Когда-то зелёная планета превратилась в загазованную, отравленную территорию, на которой небезопасно жить. Изменился климат, исчезла большая часть диких животных, а сами люди всё больше теряют человеческий облик. И всем этим процессам мы обязаны в первую очередь представителям бизнеса.

Зададимся вопросом: неужели частный бизнес, обогащающий лишь жалкую кучку предпринимателей, настолько важен, что ради него стоит угробить всё вокруг? Вот что говорят об этом эксперты.

«Наши молодые реформаторы всё ввергли в рынок – в том числе и культуру, – отмечает режиссер Николай Бурляев. – Но лично для меня, человека, отдавшего искусству 60 лет, понятия «культура» и «рынок» несовместимы. Это разнонаправленные векторы. Задача культуры – поднимать дух нации, просветлять, гармонизировать и возвышать. Задача рынка – делать деньги на всём, что приносит прибыль».

«Мы сегодня живём в эпоху всепобедившего капитализма. А капитализм с культурой несовместим совершенно, – вторит кинорежиссёр Карен Шахназаров. – Этот социально-экономический строй не может рождать шедевров. Капитализм всё превращает в товар – и книгу, и фильм, и картину. А искусство – настоящее искусство! – не может быть товаром! Это не плохо и не хорошо. Это просто факт».

В своей предвыборной газете партия «Справедливая Россия» провела такую мысль: «Здравоохранение и коммерция – несовместимые вещи! Прямой конфликт интересов: тот, кто зарабатывает на лечении, не заинтересован в укреплении здоровья пациента. Коммерсанту выгодно, чтобы клиент болел часто и регулярно, а не выздоровел раз и навсегда». Вот и получается, что в государственной поликлинике, к которой люди приписаны, им приходится платить за многие анализы и исследования. И то, что многие врачи работают на фармбизнес, выписывая пациентам выгодные фармацевтам лекарства за вознаграждение. Вопросы же здоровья населения, которые они по долгу службы обязаны защищать, им по боку, дополнительный доход важнее.

Возникает естественный вопрос: а с чем вообще совместим бизнес?

Может, с образованием? Тут сразу вспоминается вал все новых и новых школьных учебников, что ни год – новинка от «нужного» автора. Путаница, неразбериха среди учителей и родителей школьников, зато кто-то обогатился. И как не вспомнить практику получения платного высшего образования. Платным студентам завсегда рады в ВУЗАх страны. Специалисты из них, как правило, получаются никакие, но это разве так важно, когда речь идет о деньгах?

«Рыночный подход активно внедряется в сферу бесплатного образования, – пишет учитель истории Андрей Рудой из Нижегородской области. – Поэтому учитель порой воспринимается уже не как наставник, а как обслуживающий персонал, предоставляющий образовательные услуги».

Совместим ли бизнес со здоровым питанием? Начнём с рекламы «Вискас» и «Китикет» – ветеринары не советуют кормить ими своих питомцев и называют данный корм «пищевым наркотиком». Перейдем к человеческой пище. Что предлагает реклама? Кока-кола, пепси-кола, прочие сладкие напитки, биг-мак, чипсы, доширак, фаст-фуд… Во всех списках самых вредных продуктов перечисленные занимают ведущие позиции. А чтобы так же пропагандировалась здоровая пища – этого у нас не увидишь.

А вот что говорят эксперты о совместимости бизнеса и спорта. По словам Ирека Сафарова, бывшего капитана футбольных команд Уфы и Октябрьского, «проблема футбола в том, что в руководстве клубов – бизнесмены, у которых всё направлено на зарабатывание денег, а не на развитие футбола. Российский чемпионат превратился в соревнование бюджетов». То же самое происходит и в мире. Мировым футболом завладел десяток самых богатых клубов, которые за баснословные деньги скупают лучших футболистов со всех континентов и ведущих тренеров. Эти клубы и выигрывают все главные турниры. Остальные же лишены перспектив. Аналогичная ситуация в хоккее, баскетболе и т. д.

О совместимости бизнеса с развитием детского туризма несколько лет назад шумела вся наша страна. Как в погоне за барышами руководство детского лагеря в Карелии превратило его в концлагерь. И процветал бы он ещё очень долго, если б однажды 14 детей не утонуло в озере.

Может, бизнес совместим с экологией? Но тут вообще полный швах. Главные легкие планеты – леса Амазонии и Сибири – стремительно тают на глазах. Проплешины достигли таких размеров, что видны из космоса. А во что превратил бизнес водоемы, воздух, почву, на которой местами уже ничто не способно расти? Бизнес протянул свои жадные руки даже в Арктику – арктические страны спешно пилят Северный ледовитый океан, доказывая друг другу, что они и только они имеют приоритетное право на использование природных богатств северных вод. В перспективе «Лунная программа», то бишь, говоря простым языком, грабёж Луны.

А как бизнес соотносится с моралью, нравственностью, духовностью и вечными человеческими ценностями? Да, похоже, вообще никак. Он им мешает. Но, с учётом нынешних приоритетов, – они ему мешают. Бизнес существенно обогатил 10 библейских заповедей и наставления Иисуса Христа. Вот лишь несколько перлов: «Побеждает самый сильный», «Прав тот, у кого больше денег», «Кто платит, тот и заказывает музыку», «Деньги правят миром», «Деньги – главное оружие в современной войне», «Деньги – это власть».

«Вот с чем бизнес действительно совместим, так с экономикой!» – убежденно скажут некоторые. Но я бы не стал торопиться с таким выводом. Правильнее было бы сказать: он совместим с собственной экономикой. А вот в отношении экономики конкурентов часто всё обстоит с точностью до наоборот. Бизнес способен и подорвать экономику, даже целой страны. И опыт России, где в 90-е годы высокоразвитая промышленность была порушена ради нефтяной и газовой трубы, яркое тому подтверждение. Я даю голову на отсечение, что, если кто-то придумает, как делать деньги из воздуха – легко и быстро – никакой экономики вообще не будет.

Люди много веков страдали от войн, но бизнес в дополнение к ним изобрёл ещё и экономические войны. В них тоже убивают, гибнут, а нередко сами накладывая на себя руки от безысходности.

Как видим, к какой области мы бы не обратились, бизнес с ней несовместим. Интересы бизнеса и общества не совпадают. Это порождает вопрос: что важнее? Неужели бизнес?! Иначе, почему в руки частных предпринимателей отдают чуть ли не всё – целые отрасли промышленности, земли, озера, леса… Объясняют, что якобы они, будучи рачительными хозяевами, всё облагородят. Да только на практике выходит по-другому.

«В 91 году выпустили страшного «джина из бутылки», в которой его держали 70 лет, – сообщает Борис Кедров. – Безудержная жадность и нажива за счёт всего. И нет никаких границ. Отдали в частные руки всё, даже детей».

Какой же вывод сделаем о всемирном значении бизнеса в истории цивилизации и жизни планеты? Пожалуй, самое разумное – запретить его на международном уровне, пока всех не угробил.

Липовая демократия

«Мы воюем в конечном счёте во имя наших демократических ценностей и нашего образа жизни».

Из документов США

«…демократия – это наше всё: мир рухнет, но закон соблюдён. Так сказали римляне – и рухнули».

Михаил Веллер. «Кассандра»

Как утверждают конспирологи, все принятые в Европе идеологические нововведения, начиная с гуманистов эпохи Ренессанса, далее реформаторов-протестантов, новаторов эпохи Просвещения и, наконец, либералов брали на вооружение политики (которые всегда используют учения философов себе на пользу) с единственной целью – утверждения полной и окончательной власти буржуазии. И с этой же целью либерализм был «обручён» с демократией.

До середины ХIX века либерализм и демократия находились в некотором противоречии друг с другом. Отцы-основатели «чистого» классического либерализма не признавали демократию по ряду причин. Так, либерализм требует ограничения всякой власти, в том числе и власти большинства. Для демократии же мнение большинства стало единственным критерием законности правления. У либералов в общественном договоре участвуют только собственники, у демократов власть формирует большинство, в которое входят и неимущие.

Алексис де Токвиль соединил оба течения таким образом, что воля большинства и власть избранных представителей ограничены во имя защиты прав и свобод меньшинства и отдельных граждан.

Так возникла либеральная демократия. И тут коварные политиканы сообразили, что именно с её помощью можно постоянно добиваться побед нужных кандидатов, партий и глав государств на выборах. Большинство простолюдинов невежественно, кандидатов, как правило, совершенно не знает, поэтому используя политтехнологии его можно всегда склонить проголосовать за «нужных» людей.

Отсюда вывод: либеральная демократия, как бы её не расхваливали пропагандисты, в сущности липовая. Настоящая демократия возможна только тогда, когда избиратели хорошо знают тех, за кого голосуют. А это практически осуществимо лишь при избирательном цензе. Именно так и было в Древних Греции и Риме, откуда демократию и заимствовали.

Но когда высокое право голоса великодушно пожаловано всем, и что очень важно (а точнее социально опасно), голос любого невежды приравнивается к голосу учёного эксперта, результаты выборов оказываются катастрофическими. Волеизъявление уважаемых членов общества обречено быть похороненным несознательными массами, которые и на выборы-то пошли лишь из опасения, что о них окружающие могут плохо подумать.

Так побеждает не самый достойный, а тот, кто вложил наибольшие средства в пиар-компанию или обладает рычагами влияния.

В слове «демократия» людей сбивает с толку её буквальный перевод: власть народа. Но в действительности демократия – это власть большинства и если придерживаться такого понимания, забыв о власти народа, можно легко разобраться во всех её хитросплетениях. «Сведение общественной морали к воле большинства приведет к тому, что меньшинство остается на положении дискриминированных», – предупреждал Пол Стретерн.

В своё время Монтескьё отмечал, что республика не застрахована от перерождения в тиранию, поскольку народ, которому принадлежит вся полнота власти, не всегда разумен в своих решениях и легко может стать жертвой политических демагогов и манипуляторов.

Почему-то самые великие древнегреческие философы считали демократию одним из худших видов политического устройства. Нынешние же интеллектуальные пигмеи считают её самым прогрессивным строем. Гераклит назвал демократию правлением неразумных и худших. Аристотель считал, что при демократии страной управляют демагоги вместо лучших людей. Лучшие граждане подвергаются преследованиям. Подобная демократия напоминает тиранию. Согласно Платону, в демократии, из-за господства присущих толпе ложных мнений происходит потеря нравственных ориентиров.

Либеральная демократия стала последним кирпичом в здании окончательной победы буржуазной власти в мире. Капиталисты стали полновластными хозяевами нашей планеты. В наше время они решают все главнейшие вопросы человечества: фактически назначают глав государств, превращая выборы в пустую формальность, устраняют неудобные (для них) политические режимы, управляют основными финансовыми потоками… Главные вопросы решаются на заседаниях Бильдербергского клуба, а не Большой Семёрки или Двадцатки. В этой связи вспоминается знаменитая фраза Амшеля Ротшильда: «Дайте мне контроль над деньгами государства, и меня не будет интересовать, кто в этом государстве пишет законы».

Массам же вбросили в головы мысль, что все недостатки демократии, которые постоянно дают о себе знать, происходят от её недостаточного развития. Быстро, мол, только кролики плодятся, а демократию нужно выращивать и лелеять и процесс этот длительный. Массы верят и продолжают ждать и надеяться на лучшее.

Оправданы ли эти надежды? Однозначно нет, ведь для торжества той демократии, которую рисует пропаганда, необходимо чтобы все избиратели стали образованными, культурными, способными размышлять и разбираться во всех подковёрных играх правящей верхушки богатеев. Но такого никогда не было в истории. И судя по тому, чем потчуют наши умы и души СМИ, Голливуд и прочая массовая культура, такое не предвидится и в перспективе. А это означает, что либеральная демократия была и останется липовой. Не случайно Генри Менкен заметил: «Демократия – это лишь мечта: она стоит в одном ряду со сказочной Аркадией, Санта-Клаусом и райским садом».

На самом деле не демократию нужно взращивать и лелеять, а людей, наполняя их черепные коробки знаниями и умными мыслями, и эту простую истину упорно не желают понять ни в нашей стране, ни в так называемых цивилизованных государствах.

Демократия признаётся самым прогрессивным порядком на том основании, что якобы создаёт условия «для подлинной свободы личности, её творчества и самовыражения во всех сферах деятельности». Этот вывод кочует из документа в документ, из статьи в статью, он превратился в непререкаемую истину. Но задумаемся, теория пяти процентов утверждает, что творческих людей всего пять процентов от числа человечества. Основная масса о творчестве не помышляет. Выходит, демократия принята ради этого абсолютного меньшинства? Не дождётесь, однако! Она как раз для большинства, во всяком случае, по определению. Хотя в действительности, как говорят конспирологи, она для меньшинства, но совсем другого, которое к творчеству не имеет ни малейшего отношения.

Современные либералы и демократы верят в свои теоретические постулаты как в Отче наш и совершенно не думают о том, что практика их не подтверждает. Практика говорит о совершенно обратном – успехи великих творцов авторитарного прошлого значительно превосходят достижения свободных граждан нашего времени. Достаточно припомнить имена учёных, изобретателей, философов, писателей и мастеров искусства прошлого и сравнить их с нынешними, чтобы убедиться в справедливости таких выводов. И это вполне объяснимо, так как сытого и всем довольного человека свободного общества ничто не принуждает к творчеству, а авторитарное государство ставит перед гражданами высокие цели.

Буквальный перевод слова «демократия» как власть народа действует на массы магнетически. «Что же может быть лучше власти народа?» – думают массы и ловятся на эту удочку всегда и неизменно.

А всё потому, что каждый уверен, что другие хотят того же, что и он, и рай земной со счастьем через край представляют себе точно так же. Среднестатистический избиратель совершенно не думает о том, что сосед за стенкой иначе видит рай на земле. А сосед сверху – так и вовсе противоположным образом. Каждый считает свою точку зрения единственно правильной. В результате итог голосования получается совсем не таким, как рассчитывали эти три соседа.

В античной демократии выборы по существу становились сходом осведомленных и неравнодушных граждан. В современном её воплощении никакого схода нет и в помине.

Учитывая, что народ совершенно не знает себя, никогда не узнает и не способен узнать, тезис «демократия – это власть народа» становится величайшей идеологической дуриловкой всех времён.

Те коварные злодеи, что внедрили всеобщие выборы с равным правом голоса, обозвав сие «властью народа», были гениями и никак не меньше. Думаю, ещё никому в истории не удавалось так эффектно одурачить население всей Европы, Северной Америки, Австралии, Новой Зеландии и ещё ряда стран. Эти «благодетели» не только «одарили» народ «властью», но и придумали для него грамотных народных депутатов – защитников их чаяний и интересов, которых сам же народ и изберёт. «Народные защитники» с удовольствием надевают себе на шею этот хомут, набивают карманы баблом и ржут над народом – «господином».

«Господин» же на всех выборах голосует в полном соответствии с басней про лебедя, щуку и рака, а потом недоумевает: «Что за ерунда опять получилась?» Вышло прямо-таки по Черномырдину: «Хотели как лучше, получилось как всегда». Как тут не вспомнить Ги де Мопассана, давшего самое точное определение демократии из всех, что мне когда-либо попадались: «Демократия – это власть дураков, потому что их всегда больше, чем умных».

Тут, как у нас принято, кто-то вспомнит один из самых извечных российских вопросов: «Кто во всём этом виноват? На кого повесить всех собак?» Отвечу, пока не убили: виноваты те, кто не хочет шевелить мозгами.

Станислав Лем совершил важнейшее открытие, нашёл глубинный порок человека, которым можно объяснить едва ли не все наши неудачи и проблемы: «Мир не справедлив, ибо: В нём легче уничтожать, чем творить; Легче мучить, чем осчастливить; Легче погубить, чем спасти; Легче убить, чем оживить».

Продолжим мысль Лема. Почему подавляющее большинство людей:

Предпочитает плыть по течению, а не наоборот?

Старается избегать трудностей, которые способствуют личностному росту?

Стремится прожигать жизнь в удовольствиях, красиво отдыхать, а не созидать?

Живёт исключительно личными интересами, не интересуясь жизнью общества?

Всю жизнь занимается накопительством денег и материальных благ, а не мудрости?

Получает образование для диплома и карьеры, а не ради знаний?

Не делает выводов из своих просчетов, бесконечно наступает на одни и те же грабли?

На все эти и многие подобные вопросы ответ один: ПОТОМУ, ЧТО ТАК ЛЕГЧЕ.

Не думать легче, чем думать; не разбираться в политике легче, чем разбираться; смотреть боевики по телевизору легче, чем читать умные книги…

Если люди не желают умнеть, то никто за них этого делать не будет. Капиталистическим хозяевам планеты и вовсе не нужны умные народные массы. Им легче управлять стадом баранов, нежели стаей волков.

По словам многих мудрецов, с самых древних времён до наших дней, правильно то, что соответствует природе. Соответствует ли ей демократия? Её ли это изобретение? Отнюдь! Стадами и стаями всегда управляют вожаки, демократии там никогда не было. То же и в Небесной канцелярии. «Ни в одной религии нет демократии, – говорит протоиерей Виктор Иванов. – Только строгая иерархия». О роли демократии в искусстве хорошо высказался Николай Цискаридзе: «Демократии в искусстве не может быть вообще – только абсолютная монархия».

Нежизнеспособное общество

«Сегодняшняя европейская либеральная идеология – это отраженное в коллективном сознании стремление системы (нации, этноса, цивилизации) к самоуничтожению».

Михаил Веллер

«Революционеры», совершившие буржуазный переворот в России в 1991 году убеждали соотечественников, что жизнь, построенная в Западной Европе, – это самое лучшее что вообще может быть. Но спустя годы многие разочаровались в хвалёной западной либеральной демократии. Российское общество за годы «прав и свобод» существенно изменилось и далеко не в лучшую сторону.

«Общество стало более разобщённым, – отмечает психолог Сергей Ениколопов. – Каждый хочет быть индивидуалистом, проповедуется культ независимости от всех и всего – по сути, принцип «я делаю только то, что интересует меня».

«Потребительское отношение ко всему и вся, погоня за наживой, попрание всех моральных ценностей – все это стало нормой нашей жизни, – говорит актёр Сергей Безруков. – Мы все время опасаемся какой-то угрозы извне, боимся, что нас кто-то может разрушить, и не понимаем, что разложение, разрушение происходит внутри страны. Мы сами это делаем!»

«Что такое Воланд по сравнению с чёрными силами, которые сегодня вокруг нас?! – восклицает его коллега Валентин Гафт. – Какая беспощадность людей друг к другу! Сколько убийств! Сколько подлогов! Сколько людей, потерявших совесть! И сколько мудрых, живущих в ужасающих условиях!»

Только после «шоковой терапии» 90-х россияне начали приходить в себя, и тогда обнаружилось, что либеральная доктрина полна противоречий. С одной стороны это идеология тотального недоверия. Я не доверяю власти, потому делю её на независимые ветви. А также меняю власть каждые четыре года, даже в том случае, если ей в данное время нет равноценной замены. И создаю многочисленные структуры, дублирующие и следящие друг за другом. Я не доверяю людям, потому ставлю металлическую дверь, хотя в советские времена моя дверь вовсе не закрывалась.

Но с другой стороны теоретики и пропагандисты одновременно объявляют полное доверие отдельному человеку, который якобы всегда честен, добр и справедлив, а свою жизнь строит в согласии со справедливостью и ответственностью, хотя весь ход истории свидетельствует об обратном. Поэтому они объявляют отдельного человека наивысшей ценностью и максимально освобождают его от «тлетворного влияния государства».

Согласно либеральной доктрины, интересы индивида значимее интересов государства. Это абсолютно разрушительный принцип. Он означает лишение системы управления, уничтожение упорядоченности, распад единого целого на отдельные, не связанные между собой атомы. Ни одна система не способна существовать будучи лишенной управления. Управление существует в любой системе: в природе, на предприятиях, в армии, в спорте, в театре, в оркестре. Его не должно быть только в государстве! Ну, не абсурд?

«Западная цивилизация воспитывала индивидуализм среди своих адептов, что и вызвало то тяжёлое положение, которое мы сейчас наблюдаем, – пишет Валерий Слёзин. – А для выживания чрезвычайно важно групповое единство. Побеждают те, кто сохранил национальную, религиозную и культурную солидарность».

«Права отдельной личности не должны быть разрушительными для уникального уклада жизни и традиций семьи, а также различных религиозных, национальных и социальных сообществ, – говорится в «Основах учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека». – В человеческую природу Богом заложено стремление индивида к общинному существованию (см. Быт. 2, 18). На пути к исполнению воли Божией о единстве человеческого рода важную роль играют различные виды общинной жизни, осуществляемой в национальных, государственных и социальных объединениях».

«Поставив права личности выше всех институтов, мы объявили человека Богом на земле, – писал Михаил Веллер. – А поскольку на самом деле он не Бог – он вам наворотит».

Либералы поставили задачу полностью извратить природу человека. Известно, что все обезьяны являются социальными животными и человек никак не может быть исключением. Больше того, именно социальная природа позволила в ходе эволюции выработать человеческую речь, то есть именно то, что и сделало наш вид наиболее разумным.

Высоко ценимые в традиционном обществе понятия «коллективизм», «общность», «солидарность» в наше время почти не употребляются, а представителям молодого поколения ни о чём не говорят. Каждый сам за себя, у каждого свои представления о добре и зле, поэтому «черт знает, что может учудить сосед или прохожий. Лучше превращу свой дом в крепость и без газового баллончика на улицу ни-ни».

«Либерализм под видом заботы о человеке подает то, что разрушает человека и общество в целом. И всё идет к тому, что разложившихся от продолжительного воздействия либеральной идеологии европейцев скоро заменят афро-азиатские этносы, – констатирует Андрей Фурсов. – Расовый и этнокультурный состав Запада меняется. Собственно, Запада в привычном смысле уже и нет. Есть постзападное постхристианское общество, стремительно закатывающееся в «лунку Истории».

«Забота о человеке переросла в развращение человека, – продолжает М. Веллер, – в подталкивании человека к паразитизму, в социальную и экономическую деградацию». По словам бывшего патриарха Русской Православной Церкви Алексия II, правами человека стали оправдывать безнравственность и грех.

Либеральное право всегда направлено против нормальных законопослушных граждан и защищает интересы разного рода меньшинств, асоциальных элементов и преступников. Гуманизмом считается создание комфортных условий в тюрьмах и отмена смертной казни за любое преступление, а не забота о достойных гражданах и их защищенности от насильников.

Представления о гуманизме у либералов, мягко говоря, весьма своеобразны. Провозгласив в эпоху своего становления заботу о человеке приоритетной задачей, либеральные идеологи в последующем преобразовали её в заботу о самых бедных, слабых, больных, беспомощных и общественно совершенно бесполезных. Проявлять постоянную опеку и тащить наверх тех, кто этого сам не хочет, считается безусловным благом. Больше того, либеральное общество обязано взять на себя заботу о социально вредных и опасных людях. Обеспечить благоприятные условия заключённым преступникам. Ни в коем случае не допустить расправы потерпевших над педофилом, насильником, наркоторговцем. Поставить на государственное обеспечение всех понаехавших мигрантов, которые принципиально не желают работать, считаться с принятыми нормами поведения и даже учить язык. Проявлять отеческую заботу о людях нетрадиционной ориентации и разного рода меньшинствах, от которых вреда больше чем пользы.

«Мы идем по пути гуманизации, но она порой убеждает мошенника в его безнаказанности», – сообщает одна из российских газет. Полагаю, автор цитаты выразился неточно. Точнее следовало сказать: мы идем по пути гуманизации отношения к преступникам. Это убеждает их в безнаказанности. Но разве в отношении к законопослушным гражданам это можно назвать гуманизацией? Так по какому же пути мы идем?

Если вы такие великие гуманисты, то проявляйте заботу о всех перечисленных, но только после того, как будет оказана необходимая помощь: а) наиболее социально полезным личностям; б) нормальным, здоровым, трудоспособным, работающим, законопослушным гражданам.

Ещё одним «странным» явлением западного мира стал так называемый мультикультурализм. По мнению Валерия Слёзина это антиприродное явление. Животный мир устроен так, что «все стремятся защитить и сохранить свою культуру, свой облик, свою неповторимость. Мир может существовать только в своём культурном многообразии, но это не значит, что внутри одной культуры надо методом призывов к терпимости (телерантности) выращивать другие культуры, которые, в конечном счёте, приведут или к ликвидации всех культур, или к победе одной из них. В Западной Европе, как видно, побеждает пришлая культура. И это не мудрено, так как былые европейские культуры сильно подорваны борьбой за терпимость, христианская культура высмеяна, многие французы и немцы переходят в ислам. Такой итог закономерен, так как смешение культур невозможно в живом мире. Всё живое стремится жить «среди своих», а не в каком-то расплывчатом мире толерантности. События в Европе показали, что политика смешения культур не приносит мира, так как она биологически несостоятельна».

Предыдущим эпохам было не знакомо такое распространённое ныне явление как феминизм, когда женщины вопреки своей биологической сущности пытаются во всём стать такими как мужчины. Появление феминизма в «свободном» мире, утверждает В. Слёзин, – «это воистину торжество сатаны. Самая страшная война – это война против самой своей сути. Это когда человеку не нравится, что он человек».

Описанные процессы сопровождается такими нововведениями в законодательство, которые ещё больше усугубляют ситуацию. Правозащитники борются за права закоренелых преступников и отмену смертной казни за любое преступление, парламенты узаконивают однополые браки. «Мир подошел к той черте, за которой начинается безумие, – говорил поэт Андрей Дементьев. – Европа, Америка легализуют однополые браки, забывая о том, что на свете существует любовь. И что высшим проявлением, земным воплощением этой любви становятся дети, которых однополые браки никогда не произведут. То есть назначение человека продлить свой род – попирается. Таким образом, будущее семьи, страны, всего мира ставится под угрозу».

«Сегодня мы находимся в фазе, когда благой гуманный порыв достиг степени абсурда и обратился в свою противоположность – тупую, бездумную и жестокую», – пишет М. Веллер.

Придумали так называемую «ювенальную юстицию», названную «институтом защиты детей». На самом деле она стала стратегией уничтожения семьи. По словам координатора международного движения по защите прав родителей Ирины Бергсет, в западных странах «разработаны технологии по отчуждению детей от родителей и по вбрасыванию их на частный рынок опекунства. А также пошаговая тактика превращения ребёнка в товар. Кровных родителей объявляют «врагами номер один» для своего же ребёнка. Их обвиняют в жестокости, сверхтребовательности, строгости… Посему государство тут же объявило, что у детей есть «права» защищаться от родителей, и что отныне именно государство и будет защищать права детей, встав между чадом – и отцом с матерью. Создали армию отбирателей детей, частный рынок опекунства. Счёт отобранных детей в Норвегии, Финляндии, Германии идет на тысячи в год. Родительство на Западе почти сломлено. Рождаемость остановлена».

«Теперь, видите ли, нужны партнёрские отношения между детьми и родителями, – отмечает В. Слёзин. – Это противоречит самой природе. Где вы видели партнёрские отношения между щенками и взрослыми животными? Везде в природе есть иерархия, это образ жизни всего живого, и в этом заложен глубокий смысл. Родители, нарушая биологические законы жизни, издеваются и над собой, и над ребёнком».

Самым отпетым преступникам, вместо высшей меры наказания, дают такие сроки заключения, которые люди даже не живут! И всю оставшуюся жизнь их кормят честные налогоплательщики! Правозащитники борются за то, чтобы этих извергов содержали в камерах с комфортными условиями! А при задержании преступников, полицейские в первую очередь обязаны зачитать им их права(!) Думаю, что тот, кто изначально всё это придумал, отличался качественным чёрным юмором и очень доволен своей работой.

«… законодатели понимают, что что-то с Законом не то происходит, – пишет Михаил Веллер. – Подобного идиотизма не знала ещё мировая история: жизнь одна, а пожизненных заключений несколько, и никто не смеётся, и все это всерьёз. …сегодня наша цивилизация имеет законы, способствующие её исчезновению, самоуничтожению. Бессильные против убийц, мафий, наркоторговцев и высокопоставленных воров. Поощряющие бездельников и извращенцев».

«Я выступал на международной конференции и коснулся темы сомалийских пиратов, – рассказывал чемпион мира, шахматист Анатолий Карпов. – Было смешно и грустно, когда представители разных стран говорили: у нас, мол, нет законов, которые бы позволяли захваченных пиратов судить. Нельзя, что ли, эти законы быстро издать?»

«В Европе возведённая в культ толерантность привела к тому, что благополучные прежде страны оказались перенабиты мигрантами; ассимилироваться и работать они не хотят, а денег, чтобы прокормить всех, кто ломится в сказочный теремок, уже не хватает», – отмечает Наталья Барабаш.

Не работает и хвалёный плюрализм мнений. «Плюрализм в теории дополняется самой «экстремистской» определенностью на практике, отрицая в теории любой уверенный определенный выбор как «экстремизм», власть в каждой сфере на практике делает именно уверенный определенный выбор, который для граждан приобретает силу закона», – отмечает цитируемый выше kramolnik.

Конкурентная борьба часто приводит к размежеванию, взаимным обвинениям и угрозам, попыткам выдать свою инициативу и мнение за единственно правильные, к стремлению навязать их обществу, к бойкотам интересов и аргументов другой стороны.

Неравнодушные современные мыслители зафиксировали мощнейший обвал нравственных ценностей. «Происходит тотальная релятивизация нравственных представлений и принципов, обесценивание фундаментальных смыслов, значимых для человеческой жизни», – пишет И.А. Белая. Поэтому «необходимо понимание и осознание такого рода кардинальных изменений, необходимо уяснение своих собственных духовных, культурных истоков, тех вопросов, которые связаны с бытийствованием человеческого сознания, с пониманием происходящих в нём процессов и переориентаций». Происходит деформация общественного сознания и норм поведения.

«В западном мире понятие разврата исчезло, – утверждает Михаил Веллер. – Как и понятие добродетели. Такое разрушение морали – отсроченное разрушение государства».

Патриарх Русской Православной Церкви Кирилл считает размывание понятий добра и зла в современном мире прямым следствием постмодернистского либерализма. В исчезновении различий между добром и злом он видит апокалипсис.

«Либералы за то, чтобы вы вообще не оценивали других людей при вступлении в какие-либо отношения с ними. Это пример искусственного отбора – создать общество, в котором самые бредовые и извращённые идеи не отторгались бы на уровне мировоззрения индивидуума, – пишет Олег Финодеев на сайте «Проза. ру». – То, что принималось аморальным и антисоциальным, сегодня становится нормой. Если вы высказываете свое мнение в отношении однополых «браков», педофилии или других прекрасных феноменов, противоречащих веками выработанным моральным принципам, то, первое, вы рискуете «ранить» чувства своего собеседника, что будет проявлением «не-толерантности» и, второе, вы нарушите принцип «инклюзивности», морально-этический вопрос «это правильно» или «это позорно» исчез вместе с незаметным исчезновением такого феномена как «чувство собственного достоинства. Происходит систематическое уничтожение способности к критическому мышлению у большинства популяции в «цивилизованном» западном мире».

А что говорят умные люди про хвалёную либеральную демократию? Эдмунд Берк называл демократию, при которой большинство народа имеет непосредственный доступ к политической власти, самым постыдным явлением на земле.

Гаэтано Моска считал, что всеобщее избирательное право приводит к упадку правящего класса, поскольку на политическую сцену выходят малообразованные массы.

Демократические порядки бьют не только по карману рядового налогоплательщика. «Все деспотические режимы успешно боролись с преступностью, – отмечает Валерий Губин, – поскольку сводили до минимума человеческую свободу, любое нарушение закона жестоко каралось. В демократических странах уровень преступности всегда довольно высок: злые люди пользуются предоставленными всем – им в том числе – свободами, потому что в демократическом государстве человека нельзя просто так арестовать, а надо долго и тщательно готовить и обосновывать обвинение, чтобы, не дай Бог, не ущемить свободу человека, даже если это человек, подозреваемый в преступлении».

Помимо очевидного вреда от внедрения либеральной идеологии в массы, она доказала и свою полную неэффективность. По мнению Роберта Михельса, любая внешне демократическая структура перерождается в тиранию функционеров. Это происходит потому, что политические институты демократии невозможны без управленческого аппарата и лидерства вождей-харизматиков, что неизбежно ведёт к закреплению постов и привилегий и превращению руководства в замкнутую группу со своими интересами. Правящая верхушка всегда будет стремиться сохранить свои посты, оттесняя идейных лидеров.

«В рамках либеральной демократии различия в имущественном и социальном положении граждан могут достигать гигантских величин, – отмечает Михаил Лунин. – В результате равные права фактически превращаются в фикцию, так как равные права должны подкрепляться равными возможностями, а этого как раз и нет».

Что совсем уже интересно, «самая гуманная в истории» идеология вылилась в «одемокрачивание» традиционных режимов других стран с помощью санкций и вооруженного вторжения.

Идеи либерализма объявляются утопией, которую принципиально невозможно реализовать, невыгодными и надуманными правилами игры, которые страны Запада (в первую очередь, США), пытаются навязать всему миру.

Идеологи либеральной демократии придумали общественное устройство, альтернативное природному. Хотя давно известно: мудрую природу не обмануть и всё, что делается не по её законам, обречено на провал. Поэтому можно утверждать, что либеральная демократия изначально заложила в себя повышенную дозу энтропии.

Почему именно права и свободы индивида, как внушают либералы, – высшая ценность? А не обязанности, долг, ответственность? Или почему не совесть – высшая ценность? Или творчество, созидание? Теоретики думали, что каждый ведь озабочен только собой, значит, всем их идеи понравится, все с радостью примут их «истины» за аксиому. Они не подумали: общество на таких принципах долго не протянет.

Общество, построенное по либерально-демократической модели, нежизнеспособно. Здание без фундамента не стоит. Основательный, природный фундамент, на котором базировалось человеческое общество, либералы выбили и заменили своим – надуманным, искусственным. Но долго такое здание простоять не сможет, и многочисленные проблемы, в которых увязло современное западное общество, – наилучшее тому подтверждение.

Либеральное учение можно сравнить с катализаторами – ускорителями химических реакций. Его принципы могут привести к ещё более скорому уничтожению цивилизации, что потянет за собой и конец высокоорганизованной жизни на нашей планете.

Суицид Европы? А может уничтожение?

«Уверен, что сегодня идет умышленный развал не только нашей страны, но и всего мира. Деградация человечества колоссальная!»

Валентин Дикуль

Ещё никогда в истории Европы население не было так разделено. Древний принцип «Разделяй и властвуй!» достиг небывалой величины. И возникает естественный вопрос: для кого же воротилы либерального мира так стараются, кому расчищают дорогу, кто будет властвовать над разделённым, ослабевшим и оболваненным человечеством? И не менее важный вопрос: откуда растут ноги либерализма, для чего в наши черепные коробки была вброшена эта идеология?

Может быть, первые изобретатели этой доктрины и хотели как лучше, да оказались плохими провидцами. Но ведь за истекшие два века вполне можно было сделать правильные выводы. Однако этого не делается, поборники либерализма продолжают свою пропаганду, идут ещё дальше: узаконивают ювенильную юстицию, однополые браки, вплотную подбираются к признанию сожительства с детьми…

Закрадывается мысль: не преследуют ли либералы цель уничтожить наш мир? Его разрушение идёт полным ходом и по этому поводу мало кто бьёт тревогу. Как правило, те, кто элементарно не в силах достучаться до сознания масс. Влиятельным же людям гораздо важнее интересы сегодняшнего дня. Древнее выражение «После нас хоть потоп» показало свою живучесть.

Сто лет назад Освальд Шпенглер, Эдмунд Гуссерль, Альберт Швейцер, Ортега-и-Гассет, Эрих Фромм, Николай Бердяев и другие аргументировано заговорили о сгущающихся над Европой тучах. Однако после победы над нацизмом и наступившего впоследствии так называемого западного «экономического чуда» многие теоретики объявили приход общества всеобщего благоденствия.

Но в последнюю четверть ХХ века ситуация стала заметно ухудшаться, а в наше время не заметить кризисные явления в части света, создавшей современную цивилизацию, может только совсем невнимательный человек. Европейцы деградируют по всем направлениям: в идеологии, политике, демографии, культуре, морали, духовном и физическом здоровье, генетике, психологии.

Если верить конспирологам, то сегодняшние процессы начались в 70е годы прошлого века, когда был запущен пакет программ по сворачиванию развития цивилизации. Сегодня мы наблюдаем завершающую стадию. Так называемые страны развитой демократии или метрополии будут опущены до уровня их колоний. Китай уже полностью управляем социальным рейтингом и тотальным доносительством. В Индии же сохраняется кастовая система, и достаточно управлять сотней высших каст, чтобы они транслировали управление вниз.

В 70-е годы ХХ века в США возникло движение чайлдфри (детоотступничество) и с тех пор шествует по миру. И без того неважная демография представителей европейской расы ушла в полный минус.

С трудом сдерживаемый наплыв мигрантов с юга и юго-востока реально угрожает замещением коренного населения на чуждых культуре европейских стран народов, которые не собираются ассимилироваться в местную культуру и даже не желают изучать язык. Ситуацию обостряет та же демография, когда на одного рождённого европейца рождается 3–4 и больше азиатов и африканцев.

В наше время, отмечает Валерий Слёзин, «пропагандируется смешение рас и народов. Однако, если такие идеи о смешении осуществятся, тогда общество станет однородным, возрастёт его энтропия, снизится информативность, что неизбежно приведёт к его вырождению. Мир может существовать только в разнообразии. На стыке двух культур появляется новая культура, но в однородном обществе уже ничего не появится. Скорее всего, цель этой пропаганды – не смешение как таковое, а просто уничтожение европеоидной расы. Всё живое стремится жить среди своих, а не в каком-то расплывчатом мире толерантности. События в Европе показали, что политика смешения культур не приносит мира, так как она биологически несостоятельна».

Нынешние российские эксперты делают вывод: западная цивилизация выработала свой ресурс, она слишком стара и пора уступить лидерство такой молодой и пассионарной стране, как Россия, которой, вне всякого сомнения, принадлежит будущее.

Однако если вспомнить школьный курс истории, то совершенно очевиден факт, что наиболее пассионарные западноевропейские нации – англичане и французы – уж никак не старше русских. Норманы влились в английский национальный «плавильный котёл» только в ХI веке, когда Русское государство насчитывало уже несколько столетий. Да и образование Королевства франков опередило появление Киевской Руси лишь на несколько веков.

Последнее время российская пропаганда с нескрываемым пафосом всё чаще стала применять в отношении западных европейцев понятие «суицид». И в самом деле, на первый взгляд кажется, что они вздумали самоликвидироваться. За это говорит целый ряд фактов. С теми же мигрантами: зачем в европейских странах внедрена идея мультикультурализма, а закон гарантирует нагло вторгшимся в страну иноземцам защиту и пособие по безработице? Почему в законодательстве законопослушное коренное население менее защищено, чем чуждые не работающие мигранты? Откуда такая небывалая в цивилизованном мире пропаганда гомосексуализма? Почему официально разрешают однополые браки и воспитывают соответствующую «толерантность» с детского возраста? Откуда взялась волна трансвеститов? Зачем появилась ювенильная юстиция, при которой у родителей стало очень легко отнять детей? Почему разразился небывалый кризис в культуре и искусстве?

Антизападная пропаганда, энергично и регулярно проводимая в нашей стране привела к тому, что масса россиян, включая интеллектуалов и известных официальных лиц на полном серьёзе верит, что жители западных стран свихнулись и решили сами себя уничтожить. В соцсетях глумятся и называют Европу «Гейропой».

Но если всё-таки включить голову и разобраться во всех перечисленных странных явлениях? Тогда просматривается весьма логичная цепочка, в которой две мировые войны на территории Европы, расцвет ЛГБТ, ювенильная юстиция, духовный кризис и даже так называемая «спецоперация» в Украине – звенья одной цепи.

Разруха, как известно, начинается в голове. И вот, что наводит на размышления: именно за головы европейцев некие тёмные силы ведут многовековую войну. Все новые идеологии рождались не где-нибудь, а в Европе: гуманизм Ренессанса, Реформация, Просвещение, либерализм, социал-демократия, коммунизм, социализм, анархизм, фашизм, нацизм, и др. Сознание европейцев расшатывали с тайной целью, которая начинает проясняться только сейчас, когда происки тёмных сил становятся слишком очевидными.

Известно, что Средние века были самым спокойным периодом в европейской истории. Это связывают с традиционным жизненным укладом и главенством Католической церкви над всеми странами и народами.

Но вдруг появляются так называемые «гуманисты», которые начинают развенчивать священнослужителей и параллельно возвеличивать человека. Эпоха Ренессанса стала началом индивидуализма и богоборчества. И привело это главным образом, не столько к рывку наук и искусств (что только и отмечают учебники и энциклопедии), сколько к чудовищному падению нравов и неслыханному разгулу преступности. Что называется, джина выпустили из бутылки, и он задал жару.

Тем не менее, с католической церковью покончено не было и тут, как по заказу, возникло движение Реформации, призванное довершить начатое. Реформаторы произвели на свет религию рвущейся к власти буржуазии – протестантизм. Это привело к религиозным войнам и существенным сдвигам в массовом сознании европейцев.

Борьба с Католической церковью продлилась в эпоху Просвещения. Тогда были изобретены атеизм и антропоцентризм, а также начал формироваться либерализм. Характерно, что закончилась эта эпоха кровавой Великой французской буржуазной революцией, проходившей под лозунгами именно деятелей Просвещения.

Все последующие идеологии продолжали расшатывать сознание европейцев, и граждане России исключением не стали. Известно, какого разгула достиг терроризм в нашей стране в ХIХ и начале ХХ века. Да и учение К.Маркса практически осуществилось именно в России.

Естественно, возникает вопрос: зачем Мировой закулисе, в которую наверняка входят представители европейской же расы, уничтожать единокровных соплеменников? Во-первых, нравственность – это явно не про данную засекреченную группировку. Во-вторых, тут есть простой холодный расчёт.

Европейцы меньше всех народов нужны «золотому» миллиарду, так как слишком грамотны, ими сложно управлять, они могут разгадать тайные намерения сильных мира сего. Поэтому сначала их развратили правами, свободами и потребительством, затем толерантностью и мультикультурализмом.

«В западных странах работает мощная индустрия растления, – говорил бывший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. – Мы не видим, чтобы кто-либо, кроме Церкви, всерьёз противостоял этой смертельной угрозе».

«Хозяева мировой игры», – пишет А.И.Фурсов, – лихо крушат образование и науку, уводя первое и вторую в закрытые структуры, стремясь превратить население в вечных подростков, которым культуру заменяют комфорт и чувство глубокого физического удовлетворения. Превращение взрослых людей в недоразвитых подростков, живущих не интеллектом, а гормонально-инстинктивными программами, попросту говоря, дебилизация, преследует простую цель: воспитать абсолютно несамостоятельную личность, которую будет легко подключить к глобальной коммуникационной сети в качестве полностью управляемой «клетки».

Мигранты из бедных стран Азии и Африки не отличаются грамотностью. Вот их и нагнали для замещения, как более внушаемых. Заодно стали уничтожать европейцев пропагандой ЛГБТ (чтобы не размножались), смены пола, ювенильной юстицией и эвтаназией.

Предвижу возражение: европейцы сами виноваты. Своей внешней политикой они разорили страны третьего мира и вот теперь пожинают плоды. Никто и не говорит, что европейцы агнцы непорочные и всё же представляется, что все описываемые события проходили под управлением Мировой закулисы, поскольку сквозь века ясно просматривается последовательная линия.

По словам писателя Игоря Шнуренко, 60 лет назад автор «Дивного Нового мира» Олдос Хаксли рассказал об истинных планах мировой элиты в отношении человечества.

Как утверждает Шнуренко, Хаксли тогда сказал, что верхи задумали осуществить на планете окончательную революцию. Ликвидировать средний класс. Оставить только низы. Впоследствии установить тотальный контроль над их сознанием.

«… Так, чтобы они делали всё, что им предписано делать, и были при этом счастливы», – пояснил Шнуренко. В этом, по его словам, и заключается суть IV промышленной революции и Швабовской повестки, в русле которой, уверен он, следует сейчас и Россия.

Российская пропаганда называет главными врагами нашей страны Англию и США. Косвенным подтверждением того, что сильные мира сего сосредоточены именно в этих государствах, является лояльность их властей к бунтарям и революционерам всех мастей из других стран.

Настоящая волна «политических» из России захлестнула Лондон в девятнадцатом веке. Среди живших в Англии годами были и националисты (польские, украинские, русские), и анархисты, и социалисты.

Именно в Лондоне обосновалась русская интеллигенция, оппозиционная царскому режиму. Правительство не выдавало царским властям политических эмигрантов, никто не мешал готовить революцию и обсуждать антиправительственные планы. Англия всегда готова была приютить инакомыслящих русских, уставших от гонений на родине.

С 1849 года в Англии жил Карл Маркс, там же был и похоронен на Хайгейтском кладбище на севере Лондона. В Англии обосновался и Фридрих Энгельс.

В 1852 году в британскую столицу приехал Александр Герцен. Он основал «Вольную русскую типографию», чтобы всегда быть на связи со своими товарищами-революционерами. С 1857 года здесь стала выходить первая русская революционная газета «Колокол». А позднее «Хлеб и воля», «Народоволец», «Накануне».

В Англию перебрался Петр Лавров, ставший главой нового революционного кружка, который активно сотрудничал с революционными эмигрантами из других стран – К. Марксом, Ф. Энгельсом, П.О. Лиссагре, В. Врублевским. В 1870-х годах по инициативе Энгельса и Лиссагре было основано интернациональное общество лондонских эмигрантов, в которое вошли французы, немцы, поляки, русские и другие.

Среди самых известных «русских англичан» того времени: Николай Огарёв, Сергей Степняк-Кравчинский и Пётр Кропоткин.

Именно в Лондон в 1902 году переехала редакция газеты «Искра», а вслед за ней и сам вождь мирового пролетариата В.И. Ленин.

В 1903 году в Лондоне прошел II съезд РСДРП, на который приехали Лев Троцкий, Георгий Плеханов, Юлий Мартов и другие социал-демократы. Затем III съезд социал-демократической партии, который посетили 38 депутатов.

Возбудители смуты в массовых умах почему-то находили покровительство у британских, а позднее и американских властей. В США, как известно, нашёл своих покровителей и даже спонсоров Лев Троцкий. Да и Гитлер был выращен и проспонсирован специалистами из-за океана.

«О том, что Третий рейх был проектом англо-американских и сионистских финансовых кругов, написано немало исследований, авторы которых подробно описали механизмы обеспечения прихода нацистов к власти. Так что в научном плане это положение опровергнуть невозможно», – сообщают ВикиЧтения.

По словам Ольги Четвериковой, «Важнейшая стратегическая цель состояла в использовании Третьего рейха в качестве экспериментального поля для обкатки «новейших» методов управления обществом, связанных с тотальным контролем за человеческим разумом и человеческим поведением, улучшением «человеческой породы», сокращением численности ненужного населения и прочими эффективными социальными инструментами, позволяющими обеспечивать стабильность власти элит. После прихода нацистов к власти английские и немецкие учёные продолжали тесное сотрудничество в сфере изучения нейропсихологии, парапсихологии и евгеники, занимавшейся «улучшением» человеческого рода. Однако наиболее активны здесь были американцы».

Эта успешная селекция продолжается по сей день. Некоторым выращенным национальным лидерам даже кажется, что они достигли масштаба Гитлера. Во всяком случае, в проведении военных парадов с демонстрацией военной мощи трясущемуся от страха миру.

Основной же массе населения мощнейшая пропаганда внушает принципы «золотого миллиарда»: власть золотого тельца, безудержное потребление, извращённая свобода до вседозволенности, развенчание вечных ценностей и подмена их «универсальными», индивидуализм до одичания, разрушение института семьи.

А теперь о роли нынешней властной российской верхушки в планах сильных мира сего.

Разве не странно, что с 2014 года целых 10 лет центральные каналы отечественного телевидения по нескольку часов в день ежедневно разоблачают власти Украины и участие американских политиков в жизни этой страны? Как будто ничего более важного для россиян не существует. Пропаганда использует мощный приём повторения информации, о котором большинство россиян ничего не знает. Между тем от него не всегда может защитить даже наличие реальных знаний.

Нас явно к чему-то готовили. К чему, стало известно в феврале 2022 года. Вот вам и ещё одна война на территории Европы между европейскими народами!

И хотя власти нашей страны обвиняют во всём агрессию Запада, очень похоже на то, что им свыше дан карт-бланш на военную спецоперацию. Для чего? Всё для того же – уничтожения европейской расы. Тому же служит тщательно и весьма успешно возбуждаемая в россиянах ненависть к «коллективному» Западу и к «укропам».

Конечная цель Мировой закулисы – оставить на перенаселённой планете только «золотой» миллиард. Просвещённые европейцы – явная помеха этим планам. Вот их и взялись сокращать и замещать на невежественных азиатов и африканцев. А россияне по своему менталитету отличаются большой терпимостью, готовностью сносить невзгоды ради «светлого» будущего, которое «обязательно» наступит. Поэтому, почему бы им не остаться в качестве удобных представителей расы. Отсюда и карт-бланш на войну и не только.

Не исключено, что наша власть пошла на сделку с «Дьяволом» даже из патриотических побуждений. Тут можно вспомнить громкий лозунг, произнесённый с высокой трибуны: «Европа от Лиссабона до Владивостока!» А что если имелось в виду, что вся эта территория будет принадлежать России?

Однако подобный каиновский патриотизм придётся не по душе честным и совестливым россиянам. Русским, как неоднократно отмечалось, свойственно обострённое чувство справедливости, а здесь справедливость весьма спорная.

Приведённые соображения во многом подтверждает теория «Великого замещения», согласно которой геноцид европейской расы является следствием целенаправленной политики, осуществляемой глобалистскими и либеральными элитами. Подтверждает и теория заговора, согласно которой отдельные общественно значимые события, определённые исторические явления или даже ход истории в целом являются результатом заговора со стороны мировой элиты. Далее приведу выдержки из некоторых интернет-источников.

«В 2011 г. эксперты Цюрихского университета, проведя скрупулёзный математический анализ связей ведущих компаний мира, обнаружили, что всеми процессами на планете, связанными с экономикой, руководит, по сути, одна гигантская корпорация. То есть можно смело вести речь о существовании теневого правительства, в которое входят хорошо известные всем компании.

Занимая должности в корпорациях или в советах директоров корпораций, а также влияя на политиков посредством финансовой поддержки фондов или должностей в аналитических центрах или дискуссионных группах по вопросам политики, члены «элиты» оказывают значительное влияние на корпоративные и правительственные решения.

На виду у широкой публики мировые проблемы решают в ООН, на совещаниях Большой семерки, Большой двадцатки и на других международных форумах. Но реальная политика вырабатывается и направляется совсем в других структурах».

«В современных условиях глобализации значительный вес приобрели такие организации, как «Бильдербергский клуб» и «Трехсторонняя комиссия», созданные Д. Рокфеллером.

По мнению редактора консервативной газеты «Америкен фри пресс» Джима Такера, члены Бильдербергской группы, кроме всех прочих мировых перипетий, устраивают войны, а также выбирают и смещают политических лидеров».

«Актив Бильдербергского клуба объединяет 383 человека, из них 128, – американцы, представители аппарата Президента США, Госдепартамента, крупнейших корпораций, банков и деловых кругов, а остальные – европейцы и азиаты (японцы, корейцы, сингапурцы и представители Тайваня). Считается, что «бильдерберги» владеют 30 процентами суммарного капитала богатств, созданных человечеством.

Бильдербергский клуб построен по принципу масонской ложи, его структура включает в себя три круга. «Внешний круг» достаточно широк и объединяет до 80 % участников собраний. Члены этого круга знают только часть реальной стратегии и истинных целей организации. Второй круг, намного более закрытый, – Комитет управления, состоящий из 35 человек, знакомых с задачами группы примерно на 90 %. Самый узкий круг – Консультативный комитет, состоящий примерно из десяти человек, досконально знающих подлинные цели и стратегию организации и обладающих всеми полномочиями по делам группы в период между её ежегодными заседаниями. Как писал итальянский журнал «Эуропео», «несмотря на пестроту своего состава, в целом бильдербержцы – это некое суперправительство, на свой фасон перекраивающее правительства стран Запада».

Все обсуждения ведутся при закрытых дверях, допускаются туда только «свои» журналисты. Никакая информация наружу не выходит: на собраниях «бильдербергов» запрещено что-либо записывать; запрещено делать заявления для прессы и разглашать дискуссии, происходящие на этих встречах.

На протяжении половины столетия ни одна повестка дня ежегодной встречи бильдербергов не стала достоянием общественности и не освещалась в прессе».

Спасём Европу от европейских ценностей!

«Над чиновниками, которые сейчас руководят ЕС, надо устроить Нюрнбергский суд за то, что они разрушили старую Европу. Сейчас товарищи африканцы терроризируют французов. Но до сих пор ходят разговоры, что они бедные, несчастные и достойны сострадания и помощи. А самим-то европейцам кто поможет?»

Анатолий Гладилин, писатель

«…какой истинный русский не думает прежде всего о Европе.…назначение русского человека есть бесспорно всеевропейское и всемирное».

Федор Достоевский

Автору словосочетания «европейские ценности» следовало бы вручить Шнобелевскую премию, которую, как известно, присуждают за самые нелепые придумки.

Существует вполне себя зарекомендовавшее и точное понятие «либеральные ценности». Но кому-то зачем-то захотелось обозвать их по-другому. На самом деле под европейскими ценностями всегда понимались: здравый смысл, трудолюбие, ответственность, рыцарство, донкихотство, джентльменство, милосердие, благотворительность. Этот список можно продолжить.

Почему именно либеральные ценности стали именовать европейскими, а, скажем, не ценности социализма, коммунизма, фашизма или нацизма? Ведь все перечисленные политические учения возникли тоже в Европе. Только потому, что либерализм всех их победил? Но не рано ли праздновать победу? Не загнал ли либерализм сам себя в тупик и не доживает ли он отпущенное ему время?

Сто лет назад Освальд Шпенглер предсказал закат Европы. И что мы сейчас видим? Ничем не сдерживаемые, неуправляемые волны агрессивных мигрантов вот-вот разнесут Европу в клочья. Лидеры Евросоюза никак не могут найти решение возникшей проблемы, даже не видят, в чём её корень.

А корень проблемы ясен, как дважды два. Отмените выплату пособий такого рода мигрантам и законы, которые дают им возможность вот так нагло вторгаться в чужие страны.

Но нет, зомбированные либеральными ценностями мозги европейских политиков не в силах понять и принять подобные предложения. Зато им понятно другое: что можно отнимать детей у законных родителей за то, что те повысили на них голос; что необходимо создавать комфортные условия заключённым преступникам; что можно узаконить однополые браки и разрешить гей-парады; менять пол и выращивать суррогатных детей; убивать в зоопарке молодого здорового жирафа за то, что ему не нашли пару и т. п.

Либералы любят разглагольствовать о том, что фашисты, нацисты и коммунисты в своё время одурачили свои народы, а они, благодетели, открыли людям глаза на всеобщее счастье. Но так как они сами одурачили не отдельные народы, а целые континенты, в этом они ни за что не признаются. К тому же их идеологические противники в открытую провозглашали свои цели, либералы же стараются тайком манипулировать массовым сознанием, изобретая для этого специальные технологии.

По мысли Александра Зиновьева, жители Западных стран находятся под гораздо большим идеологическим давлением, чем граждане бывшего СССР. А давлением западных СМИ в разы превосходит таковое Ватикана в годы его наибольшего влияния.

Как глобальная разрушительная сила либерализм оказался гораздо эффективнее самого что ни на есть тоталитарного общества. То, чего не смогли осуществить германские нацисты, с успехом делают либералы. Традиционные ценности вывернуты наизнанку, люди превращены в атомизированных собственников и потребителей, ограниченных и слабых, но сытых и довольных. Законодательство добивает остатки былого, что пока ещё сохранились.

«Коллективный психоз всё больше охватывает планету, – говорит хореограф Борис Эйфман. – И есть опасность, что однажды чей-то неуправляемый агрессивный двойник может привести человечество к катастрофе. Где найти такого психоаналитика, который бы вылечил мир?»

А почему бы в качестве такого психоаналитика не выступить России, многие политические ораторы которой позиционируют её, как спасительницу мира?

С каким настроением российские политические головы смотрят на проблемы Европы? Как сторонние наблюдатели. С намерением учесть европейский урок, чтобы самим не угодить в такой же переплёт.

Нормальна ли такая позиция для страны, крайне заинтересованной в своей геополитической миссии? Считающей себя великой и самой справедливой? Которая всегда помогала самым далёким государствам, не имеющим с нашим ничего общего? Списывала в ущерб себе огромные долги, доставляла гуманитарную помощь и т. д. Бескорыстная помощь беднейшим странам стала традицией России, практически её брендом. Подозреваю, что в российский бюджет на эти цели постоянно закладывается особая статья расходов.

Однако, что касается помощи странам Западной Европы, как в случае с агрессивным вторжением мигрантов, тут полная тишина. Откуда такая непоследовательность? Полагаю, не от самых лучших чувств. От зависти, которая порой доходит до ненависти.

Мы всегда отставали от стран Западной Европы и это породило столь нелицеприятное отношение. Вместо того, чтобы спокойно разобраться, в чём причина отставания и ликвидировать его (по примеру Китая), мы объявили Запад врагом номер один и главным виновником всех своих неудач.

Тут непременно последует взрыв негодования от ура-патриотов. «Запад сам проявляет агрессию, а мы только защищаемся, – убеждены они. Но зачем же отвечать тем же, даже если бы это так и было? И зачем подогревать склоку, длящуюся без малого целый век, вопреки здравому смыслу?

Не к нам ли были обращены слова профессора Юрия Лотмана: «…все мы сидим в одной лодке, и если потонем, то все вместе»?

Мы способны понять, что не народ Германии в 1941 году оказался нашим врагом, а одурачившая его нацистская партия. А вот в отношении современной Западной Европы мы оказались слабоваты умом, хотя тут на лицо аналогичная картина. Либеральная власть наш враг, а не Англия и Франция! Ибо Англия и Франция – это не только международная политика. Это ещё и великая культура, внёсшая наиболее весомый вклад во всю нашу цивилизацию.

И вообще, можно ли назвать нормальным и здоровым такое отношение к представителям своей же расы, близким нам генетически, исторически, ментально, культурно и интеллектуально?

Да и Богу мы, как известно, поклоняемся одному. И в школе изучаем не культуру Зимбабве и островов Фиджи, а стран Европы. Не по-христиански как-то всё это.

Мы сами в 1991 году попались на либеральную удочку. И до сих пор от неё не освободились. Но, по крайней мере, наблюдая, что либерализм сотворил с соседями, начинаем приходить в себя. Опьянение свободой постепенно сходит, голова проясняется, а вот желание помочь братьям по крови, которые, возможно, уже не в состоянии помочь себе сами, не наступает.

Но это всё эмоции. Если же от них перейти к холодному расчёту, то картина становится совсем ясной – Западу мы должны помогать, а не Югу и Востоку!

В самом деле, какая выгода России от списания огромных долгов Кубе и другим странам третьего мира? В лучшем случае – самая мизерная. А помощь Западной Европе – это совсем другое. Это снятие санкций, инвестиции, экономическое партнёрство, взаимовыгодные совместные проекты и прочее.

Поскольку участие в геополитике – генетическая особенность нашей страны, нам следует направить её в Европу. Таким образом, наша страна превратится в крупнейшего геополитического игрока.

В своё время дискутируя с Ф.М. Достоевским, В.С. Соловьев отмечал следующее: «Высшей целью России, Федор Михайлович, является совсем не то, что вы считаете – смещение Европы с исторической арены при доведения до мира новых идей и слов, а в служении и помощи для европейского возрождения, путём вливания туда свежих славянских сил, способствуя, тем самым формированию там новых, более полных, чем сейчас, жизненных форм – вот в чём состоит подлинная Российская миссия, поскольку для себя она может лишь оставаться в прозябании».

«У России в мире своя, особая миссия, – утверждает академик РАЕН Владимир Лавров. – Смысл существования России в том, чтобы решать проблемы, которые ни одна другая страна решить не в силах».

Каким же путём мы можем спасти экономически более развитую и богатую Европу? Думаю, что в первую очередь новой идеологией, новым образом мыслей и жизни, иным целеполаганием. А для этого всё перечисленное следует внедрить сначала у себя, доказав на практике полное превосходство над либерализмом.

Нашей стране надлежит очистить планету от либеральных ценностей, грозящих уничтожить не только человечество, но и всю высокоорганизованную жизнь на земле.

На молодежном форуме на Селигере протоиерей Всеволод Чаплин сказал: «У России есть особая миссия, но она лежит не в сфере экономики или политики. Миссия России заключается в том, что она знает единственный путь, ведущий к Богу».

«Запад – это принцип организации, Восток – принцип духовности, – отмечает В.Т. Лободин в книге «Путь к единству», – а Россия – та страна, которая должна совместить эти два понятия и создать в себе принцип духовной организации. В этом её исключительная роль на планете Земля».

Тут наверняка последует возражение. Дескать, у нас самих с идеологией полный швах. Что же мы сможем предложить миру!

Уточню: такое положение имеет место в представлении большинства населения, по той причине, что наша власть долгие годы упорно не желала провозгласить государственную идеологию. Но у тех, кто находится внутри идеологических представлений, никаких вопросов нет. Следовательно, всё упирается в российскую власть, которая должна понять, что стране становится невыгодно двигаться дальше втёмную.

«Власть должна предложить обществу не лукавые разговоры о модернизации, а настоящий образ будущего – проект развития страны, который поднимет не только экономику, но и дух нации», – говорит Александр Проханов.

По глубокому убеждению Проханова, Россия может совершить настоящий прорыв благодаря глобальному мобилизационному проекту, способному объединить значительные силы общества. Спасение Европы и далее всего мира от разлагающего влияния либерализма – как раз такой проект. И он сулит нам, как и другим странам, возврат в русло традиционных человеческих ценностей на новом этапе развития цивилизации. Россия же, как ей и предсказывали мудрецы прошлого, реально станет спасительницей мира.

Василий Розанов считал, что всемирно-историческая роль России заключается в завершении строительства европейского дома. По мнению философа, именно русские станут тем народом, который позволит совершить синтез всех европейских культур в какое-то новое духовное начало.

Аналогичную мысль высказывал Фёдор Достоевский в своей знаменитой речи «Пушкин»: «Стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и всесоединяющей, вместить в неё с братскою любовью всех наших братьев, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии, братского окончательного согласия всех племён по Христову евангельскому закону».

В заключении приведу высказывание психотерапевта Валерия Синельникова, наиболее точно передавшего основную идею данной книги:

«Человек, как клетка, живёт в едином организме Вселенной. Главное предназначение человека – здоровье и процветание этого организма. Мы, люди, связаны между собой общей идеей Жизни, идеей Сотворения. Эта идея нас объединяет, а не разделяет. Мы все должны превратиться из потребителей в созидателей и творцов. Но пока мы делим мир на друзей и врагов, мы будем бороться за выживание в этом мире. Человек, живущий в старой модели, приносит боль себе и окружающим. Постепенно он изолирует себя от Природы, людей, племени, общества, от Родины и превращается в «опухоль». Не потому ли раковые заболевания столь распространены в мире?»

Часть 2

Консерватизм forever!

Разумный аскетизм – главное требование нашей эпохи

«Всякое излишество превращается в порок».

Аристофан

«Никогда еще человечество не было таким слабым против искушений. Общество, в котором господствует потребительская философия, нежизнеспособно».

Патриарх Русской Православной Церкви Кирилл

Одной из бросающихся в глаза ошибок внутренней политики почившей Советской империи был всеобщий дефицит товаров народного потребления. И это при том, что многих советских граждан 70-х—80-х годов отличала неуёмная страсть к лучшей жизни. А под лучшей жизнью понималась не просвещённость, не высокая культура, не пребывание в полном согласии и с миром и окружающими, а исключительно и только материальное благополучие. С ним могло конкурировать в шкале ценностей только здоровье. Но опять-таки лишь физическое. О духовном здоровье речи не шло.

«Старшее поколение оказалось в обществе недопотребившем, недовкусившем цивилизационных благ. Естественно, людям хочется комфорта, путешествий и прочего», – объясняет киносценарист Александр Миндадзе.

И вот однажды приличных размеров социальный слой населения достаточно энергичных людей, так затосковал по колбасе, импортному сыру и шмоткам, что едва представился подходящий случай, под это дело «грохнул» страну. И заполучив, таким образом, всё желаемое, до сих пор в содеянном не раскаивается. Хуже того, лидеры тех, что уничтожили империю, без зазрения совести объявили себя новоявленными мессиями и принялись энергично насаждать всему населению идеологию потребления.

Пагубная потребительская философия, ранее навязанная всей Европе и Северной Америке, стала бальзамом для душ многих наших соотечественников. Мечта всей их жизни исполнилась, и они всецело предались шопингу, накопительству, развлечениям и аналогичным жизненным смыслам.

О том, как скромно теперь живут наши сограждане, лучше всего повествуют январские газеты. Вот выдержка из одной из них: «Праздники продолжаются. И страшно подумать, сколько за эти дни съедено и выпито спиртного. Некоторые честно говорят о самом настоящем обжорстве, а лекарства принимают даже здоровые люди».

«Конечно, лучшее средство в новогодние праздники – умеренность, пытается вразумить граждан доктор медицинских наук Алексей Буеверов, сомневаясь, что его поймут. – Понимаю, что многим это не по силам. Поэтому при избыточном потреблении пищи можно принимать ферментные препараты».

Неудивительно, что в стране выросло новое поколение, которое жаждет исключительно потреблять, развлекаться и «не париться».

Аналитики отмечают, что современное российское общество в целом активно транслирует потребительство и безответственность. Наблюдается общее снижение культурного уровня, разъединённость и пассивность граждан, уход от реальности в интернет. Классическое требование «panem et circenses» («хлеба и зрелищ») у нас опустили еще ниже: «жрачки и ржачки!».

«Кругом масса соблазнов, которые толкают людей к неблаговидным действиям», – делает вывод протоиерей Геннадий Андриянов.

«Мёртвое, инертное, сиюминутное мы возводим на пьедестал, а для вечного, непреходящего у нас не находится ни места, ни слов, ни времени, – говорил Сатья Саи Баба. – Когда воспеваются лишь потребности тела, при этом искусственно подогреваемые, когда дух помещён в темницу, тогда до беды недалеко».

Философия получения удовольствия от каждой покупки стара как мир, хотя её носителей прозвали «новыми русскими», пришедшими на смену всему обветшавшему. Но если в предыдущие эпохи она, хоть и вызывала неприятие религиозных деятелей и моралистов, то, по крайней мере, не представляла серьёзной опасности. Сейчас же всё гораздо хуже.

«Сегодня облик Земли искажается в планетарных масштабах, – говорится в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви. – Окружающая нас природа практически полностью вовлечена в жизнеобеспечение человека, который уже не довольствуется многообразием её даров, но безудержно эксплуатирует целые экосистемы. Всё это происходит на фоне невиданного и неоправданного роста общественного потребления в высокоразвитых странах, где стремление к изобилию и роскоши стало нормой жизни».

В эпоху многомиллиардного человечества, заканчивающихся ресурсов планеты, истощения почв, истребления всего живого, когда по прогнозам футурологов скоро в целом ряде регионов начнётся массовый голод и войны за питьевую воду, данная жизненная установка крайне опасна для всей цивилизации и нашей планеты.

«Мы живем так, как если бы в нашем распоряжении была еще одна планета, – говорит представитель Фонда дикой природы (WWF) Виктория Элиас. – Мы используем в полтора раза больше ресурсов, чем может производить Земля. И если не предпринять немедленных и решительных действий, то к 2030 году нам не хватит даже двух планет. Поэтому для того, чтобы сохранить планету живой, да и просто выжить, следует пересмотреть свои подходы к взаимоотношениям общества и природы, смягчить негативное воздействие на биосферу, обеспечить возможности для её восстановления».

Согласно выводов многих экспертов, Земля доведена до такой степени истощения, что спасти жизнь на ней можно только в одном случае – если всё человечество перейдёт к жизни в режиме разумного аскетизма.

Но тут мы встречаемся с воинственным неприятием данной установки солидным числом граждан, в том числе очень влиятельных. Они готовы зубами отстаивать свой земной рай. Да и общепринятая в «свободном» мире идеология не призывает к ограничениям в потреблении.

«Мир, окружающий нового человека с самого рождения, – писал Ортега-и-Гассет, – ни в чём его не стесняет, не ставит никаких запретов, никаких «вето»; наоборот, он сам будит в нём вожделения, которые теоретически могут расти бесконечно. …мир внушает нам полную уверенность в том, что завтра он будет ещё богаче, ещё обильнее, еще совершеннее, как если бы он обладал неиссякаемой силой развития».

Чем занимаются и к чему призывают людей заправилы потребительского образа жизни, при том, что над всеми нами нависла угроза гибели в связи с заканчивающимися ресурсами? К экономии? К разумному потреблению? Не дождетесь! К ещё большей их эксплуатации! Мир заполнен их призывами: «Красиво жить не запретишь!», «Успей урвать!», «Оторвись по полной!»

Потребительская истерия помутила в людях даже инстинкт самосохранения.

«С одной стороны правительства стран сознают грозящую опасность, а с другой стороны не проявляют к этому готовность», – заявил патриарх Русской Православной Церкви Кирилл. – Они продолжают, как ни в чём не бывало, «повышать ВВП, улучшать уровень жизни населения, а отсюда побудительный мотив – увеличивать экспансию природы. Рано или поздно человечество придёт к выводу, что нужно или изменить свой образ жизни, или погибнуть. Если сознание людей не изменится, если они не откажутся от безудержного потребления, то катастрофа неизбежна».

Однако факты говорят о том, что сознание масс не желает меняться. Главными вызовами международных саммитов становятся в основном вопросы о том, как стимулировать затухающую мировую экономику.

Нисколько не лучше дело обстоит и в России. «Как поднять материальное благополучие россиян до уровня шведов, как в пять раз увеличить ВВП на душу населения?» – вот чем обеспокоены лидеры нации. Им и в голову не приходит вопрос: а какова надобность в таком роскошестве, когда планета гибнет? Чем она вызвана? Завистью?

«В советское время пуританская мораль ограничивала общество в потреблении, – отмечает писатель Татьяна Устинова. – Сейчас маятник качнулся в другую сторону, поэтому нам интересны темы порочные. Надеюсь, скоро он качнётся к ясным и понятным правилам и непреходящим ценностям. Иначе, если потреблять исключительно острое, жирное и солёное, очень быстро помрёшь от цирроза печени».

Согласно выводов Концепции общественной безопасности, причина современного глобального кризиса «в несообразности Мирозданию нравственности и логики социального поведения общества, в котором господствует стремление большинства подняться вверх по пирамиде стяжания и потребления материальных и нематериальных благ, невзирая на ущерб, наносимый гонкой потребления другим членам общества и биосфере планеты».

«Теперь человек оказался перед необходимостью радикально пересмотреть традиционные взгляды на самого себя, на своих собратьев, на семью, общество и жизнь в целом и пересмотреть в масштабах всей планеты», – писал Аурелио Печчеи.

Не берусь предсказывать, случится ли мировая война между аскетами и жирующими потребителями, но с точки зрения учения о естественном отборе, вторые должны вымереть как вид, не приспособившийся к изменившимся условиям жизни.

Факты говорят и о том, что умеренный образ жизни сам по себе полезнее для здоровья, самочувствия и продлевает жизнь.

«Результаты недавнего мирового исследования показали, что самая здоровая еда – на столе у жителей беднейших стран (Чада, Туниса, Сомали), – сообщает пресса. – А больше всего «мусорной еды» потребляют в благополучных государствах (Бельгии, Исландии, США, Чехии). Эксперты авторитетного журнала «Science» считают, что к 2030 году смертность от сердечно-сосудистых заболеваний в богатых странах будет выше, чем в развивающихся».

«Диетологи уже не первый год призывают нас следить за количеством съедаемой пищи. За последние двадцать лет размеры порций увеличились в 2–3 раза, и это очень вредная тенденция. Она искажает представление о том, сколько надо есть, и стимулирует переедание».

Создатель популярной белковой диеты Пьер Дюкан сообщает, что согласно последнего всемирного опроса, 2 млрд 300 млн человек на земле имеют избыточный вес.

«Заметьте, насколько в мире увеличилось число полных людей. Отчего это? – вопрошает кинорежиссёр Кшиштоф Занусси, – Да оттого, что современный человек не умеет сказать себе слово «нет»!

О том, как сытая, комфортная жизнь губит творческое начало в человеке рассказал певец и композитор Юрий Антонов: «Я сижу в жюри телеконкурса «Главная сцена», где 80 % песен на английском языке. Возмущаюсь и спрашиваю: «Это же российский конкурс, почему поют не на русском? А мне говорят: «Песен нет». Время такое. Много соблазнов. Вместо того чтобы сидеть и придумывать песню, человек лучше пойдёт в клуб, выпьет, закусит, потанцует, с кем-то познакомится. Включил телевизор – сплошные соблазны. Люди сутками сидят в Интернете. А чтобы стать композитором, нужно лишить себя многих человеческих радостей. Сидеть и сочинять».

«Москва богатеет, чуть ли не в каждом дворе спортивные тренажёры, но стоят они одиноко, как кресты на кладбище, – пишет Виктор Коклюшкин. – Парни же, преисполненные гордости, дуют пиво, и впечатление – будто они и родились с банками в руках. Если какое-то количество жидкости заставляет людей чувствовать себя гордыми и независимыми, то получается, что их гордость и независимость – имеют цену пива».

И пока жирующие массы продолжают свой бессовестный пир во «время чумы», приканчивая планету, самые передовые люди уже вступили на путь разумно-аскетичного образа жизни.

«Общество массового потребления породило своих антиподов в лице так называемых фриганов, – сообщает Олег Дорофеев. – Это движение охватило многие страны Америки и Европы. Стиль жизни фриганов отрицает принципы потребительства. Они сознательно ограничивают свои потребности едой и одеждой, выброшенными на помойку. В массе своей фриганы запросто могут купить себе и продукты, и одежду, но протестуют против системы глобального потребления, когда в одних странах люди мрут от голода, а в других не успевают справиться с продуктовым изобилием».

В современной Финляндии ширится общественное движение за то, чтобы потреблять только необходимые для жизни продукты и товары. Таковых финны насчитали 100 – от зубной щетки до автомобиля. Все прочее изобилие, от которого ломятся прилавки и на которое без устали трудится реклама, совсем не обязательно для полноценной жизни нормального человека. Такой вызов бросили передовые граждане соседней с нами страны «веку потребления».

В календаре появился Международный день отказа от покупок. Ежегодно в конце ноября люди во многих странах мира на сутки отказываются от любых покупок, напоминая себе о том, что чрезмерное потребление – опасная общественная тенденция. Дата установлена в первую пятницу после американского Дня благодарения, то есть в традиционное время начала рождественских распродаж по всему миру.

В некоторых странах даже возникло движение отказа от рождения детей. Его участники добровольно отказались от счастья иметь своих детей ради защиты нашей планеты от перенаселения.

А что говорят об аскетизме и роскоши мудрецы – учителя человечества? Оказывается, в какой стране и в какую эпоху они бы не жили, их взгляды очень похожи.

Один древний философ дал чудодейственный рецепт: не прибавлять денег, а убавлять желания.

«Большинство предметов роскоши и так называемых жизненных удобств не только не являются необходимыми, но и определенно служат препятствиями к развитию человечества», – утверждал Генри Дэвид Торо.

В своё время аббат Г.Б. де Мабли, автор трактата «О правах и обязанностях гражданина», разрабатывал проект законов против роскоши, которые должны распространяться на мебель, жильё, стол, одежду.

«Человек даже по своему физическому устроению не может обладать всем, – пишет священник Олег Стеняев. – Некоторые люди собирают себе такие сокровища, такие богатства, что можно подумать, будто они собираются жить не одну, не две, а несколько десятков жизней. Где-то я прочитал, что жена Рокфеллера, когда умирала, попросила принести свое любимое платье и так вцепилась в него руками, что после её смерти пришлось ножницами вырезать его по кускам. Женщина, имевшая огромное состояние, уносит с собой из этой жизни только маленький кусочек материи! Воистину, человек приходит в этот мир нагим, нагим и уходит. Вот фундаментальная истина – всё принадлежит Богу!»

«Жизнь – это дефицит. Изобилие – это смерть, – пишет кинорежиссёр Андрей Кончаловский. – Как только вы видите потухший взгляд и отсутствие всяких желаний, то всё, жизнь закончена. Надо пестовать свои желания, пока они у тебя есть, и всё будет. И творчество, и всё остальное.

Голодание продлевает жизнь. Сытость ближе к смерти. Дефицит рождает удивительное ощущение удовольствия. Когда я голодаю или держу диету, возникает совершенно иное отношение к еде и куску хлеба. Дефицит очень важен во всём. В свободе, и то дефицит нужен, даже необходим. Как только человек имеет всю свободу на свете, он теряет человеческий облик».

«Именно аскетика предлагает идею личностного развития в её подлинной перспективе», – утверждает Юрий Виноградов на сайте Православие. фм.

Рассказывают, что Н.С.Хрущёв на дебатах с вице-президентом США Никсоном на выставке в «Сокольниках», где американцы показали новинки своей бытовой техники, саркастически спросил: «А нет ли у вас такой машины, которая бы клала в рот еду и её проталкивала?» Он считал, что без посудомоечных машин и прочих «буржуйских штучек» можно прожить.

По воспоминаниям сына генсека Сергея, на той же выставке Никсон показал электрический лимоновыжиматель. Хрущёв отреагировал так: «Кому вообще нужно выжимать лимон с помощью машины, когда можно сделать это руками?»

А вот мнение актрисы Ренаты Литвиновой: «Кризис? Я обожаю кризисы. В холодильнике пусто, и ты худой сразу… Когда у тебя нет вообще денег, ты начинаешь жить с нуля. Поэтому я считаю, что кризис – питательный, он омолаживает. У тебя появляется концентрация на чём-то действительно важном, ты не отвлекаешься на какую-то чепуху, суету…»

Жизнь по нормам разумного аскетизма по существу означает жизнь в полном согласии со своей природой. И это именно то, что, по словам Валерия Слёзина, «сохранит род людской на планете. Здоровый образ жизни должен включать в себя не только физкультуру, но и биологически целесообразное поведение, то есть поведение, согласующееся с самой сутью человеческого бытия».

Последние полтораста столетий сложился устойчивый миф, что все болезни и прочие напасти победит научно-технический прогресс. «Жизнь показала, что это не так, – пишет В. Слёзин. – Наши болезни возникают в основном от социальных причин, которые не могут устранить даже лучшие лекарства. Социальные причины болезней основываются на наших поведенческих отклонениях от биологической нормы…»

Разработчики Концепции общественной безопасности выделяют демографически обусловленные потребности и биосферно недопустимые деградационно-паразитические потребности. Очевидно, от устаревшей и не оправдавшей себя практики удовлетворения постоянно растущих, а по сути неограниченных, потребностей пора переходить к демографически обусловленным потребностям, а деградационно-паразитические запретить на законодательном уровне. «Потребности демографически обусловленного спектра, – подчеркивают авторы данной концепции, – ограничены нормальной физиологией организмов людей и этикой общества, в которой выражается неприятие угнетения развития других людей и биосферы собственной вседозволенностью, и в частности, потребительской вседозволенностью».

Согласно С.С. Новикова, автора книги «Всеобщая (космическая) политэкономия», потребление бывает рациональным и нерациональным, а именно: расточительным, излишнем, неразумным и извращённым. «Рациональное потребление – это потребление с учётом соблюдения законов Космоса. Нерациональное потребление – это потребление, направленное на эксплуатацию Космоса. К нерациональному потреблению относятся, к примеру… создание запасов одежды, обуви, головных уборов, посуды и фармацевтических изделий нескольких десятков наименований, хотя минимально необходимым является не более двух наименований…»

«Разумная потребность предполагает обеспечение лишь простого воспроизводства человека, потребление минимального количества благ Космоса, – отмечает С.С.Новиков. – Эксплуатация человечеством остальной части Космоса проявляется не только в виде присвоения человеком благ Космоса сверх необходимого количества, но и в противопоставлении себя остальной части Космоса, в стремлении человека подчинить Космос, являющегося Родиной, Матерью человечества. Любой прибавочный продукт, использованный для удовлетворения материальных потребностей человека, является результатом эксплуатации Космоса и усиливает противоречия между человечеством и остальной частью Космоса».

«Сейчас происходят цивилизационные изменения, – говорит телеведущий Александр Гордон. – Если раньше кнутом, влияющим на умонастроения граждан, являлся страх перед завтрашним днём, а пряником – растущее потребление, то сегодня ситуация изменилась. Стало понятно, что при ограниченных ресурсах планеты обеспечить всем «пряник потребления» невозможно ни в одной точке мира».

«Возникшие глобальные проблемы требуют глубокого критического пересмотра системы базовых ценностей и коренных изменений в мировоззрении, – писал И.В. Бестужев-Лада. – Имеется в виду разработка концепции новой ценностной ориентации человечества и нового мировосприятия».

Ещё раньше подобную мысль высказал Альберт Швейцер: «Если мы хотим выпутаться из безрадостного положения, в котором очутились, то люди и народы должны научиться мыслить по-новому».

Сама обстановка в современном мире подсказывает, что место господствующего потребительского эгоистического мировоззрения должно занять разумно-аскетическое, экологическое мировоззрение. Земля – наш общий дом, а в своём доме нужно поддерживать чистоту и порядок. Нужно также всегда помнить, что в нашем доме живут не только люди, что прочие жильцы имеют не меньше прав на нормальное и не стеснённое существование. В своём доме не нужно бесконечно браниться, выяснять отношения и драться. Ведь наш дом – единственный на огромном космическом пространстве. Забывать эти очевидные вещи – чистое безумие.

С.С. Новиков в книге «Всеобщая (космическая) политэкономия» рисует такие перспективы человечеству. «Материальные богатства будут разрушаться, привыкшие к цивилизации (богатству, комфорту) люди погибнут, останется в живых незначительная часть, соблюдающая законы Космоса. Если испорченные люди не погибнут сами, не уничтожат друг друга, то их уничтожит сам Космос».

Возникла настоятельная необходимость выработки на уровне ООН Международной Программы выхода из глобального планетарного кризиса и жёсткого её выполнения всеми государствами. Предотвратить всемирную катастрофу можно только действуя сообща, в одном направлении. Каждый должен осознать свою причастность к единой семье человечества и общему дому. Максиму нашего времени выразила Наталья Неуймина в книге «Природа и мы»: «сегодня каждый в ответе за всё и всех».

Но, зададимся вопросом: возможно ли это в мире, где правит жажда наживы и идеология потребления? Ответ очевиден. Поэтому следует озвучить то, на что многие поборники аскетизма не решаются: существует только один путь спасения цивилизации и нашей планеты – капитализм и либеральную идеологию необходимо признать чрезвычайно опасными и законодательно запретить, подобно нацизму.

Капитализм обречён. Что дальше?

«Капитализм – это удивительная вера в то, что худшие поступки худших людей тем или иным образом служат общему благу».

Д. Кейнси

«Что такое «буржуазность»? Это – не социальная и не экономическая категория, и это более, чем атегория психологическая и этическая…»

Николай Бердяев

Либеральная идеология стала идейной и законодательной основой капитализма. Именно либерализм полностью развязал руки самой алчной части человечества, и он же связал руки государственной власти в её попытках отстоять традиционное общество. А нанятые пропагандисты внушают всему человечеству, что лучше капитализма ничего нет и быть не может.

С достопамятного буржуазного переворота 1991 года в России и по сей день мы то и дело слышим и читаем, что социализм потерпел фиаско, не выдержал соревнования с рыночной экономикой, что капитализм – столбовая дорога цивилизации, её последняя стадия, дальше – только рай на земле.

«Прогрессивные» журналисты удивляются сторонникам коммунистической идеи, которые всё надеются вернуть потерянное. Считают их дремучими людьми с закостенелыми мозгами, неспособными понять, что поворот назад невозможен.

«Чем же социализм привлекает вас до сих пор? – в своё время спросил корреспондент еженедельника «Аргументы и факты» у бывшего президента Государственного музея изобразительных искусств им. Пушкина Ирины Антоновой.

«Я считаю, что социализм – это разумное ограничение человека в его потребностях с обязательным предоставлением достойных форм жизни», – ответила Ирина Александровна.

Надо сказать, она выделила то самое главное, что отсутствует в капиталистической модели и что порождает негативное к ней отношение людей, не зацикленных на материальных благах, независимо от того, консерваторы они или коммунисты.

Капитализм тем и отличается, что убрал ограничения, налагаемые раньше на граждан религией или идеологией. А достойные образцы жизни, героику и высокие устремления, заменил на низменное потребительство и жизнь в собственное удовольствие.

Именно в этом и заключается основная причина победы капиталистического строя. Не только над социализмом. Высвободив самые примитивные желания в человеке и сняв моральные табу, капитализм сделал все прочие формы государственного устройства практически неконкурентоспособными, поскольку массовый человек, обыватель никогда не стремился к благородным духовным целям, ему куда милей и понятней жизнь простого безответственного потребителя.

Вот массы и приняли либеральные идеи в душу. А немногочисленный идейный слой, возмущаясь, всё надеется повернуть их обратно. «Не той дорогой пошли!» – кричат моралисты, монархисты, коммунисты, священники и представители культуры. «А вам-то что?!» – отвечают массы. – Мы теперь свободные граждане. Красиво жить не запретишь». Или так: «Вам нравится жить аскетами, вот и живите! А мы будем пировать и веселиться».

«При капитализме экономическая деятельность, успех и материальная выгода стали самоцелью, – писал Эрих Фромм. – Судьба человека состоит в том, чтобы способствовать росту экономической системы, умножать капитал – и не для целей собственного счастья, а ради самого капитала. Человек превратился в деталь гигантской экономической машины».

Причём «Чем развитее капиталистический способ производства, чем больше эксплуатация Космоса (природы – И.В.), тем больше увеличивается потребление всего человечества, а также роскошь и расточительность капиталистов (предпринимателей)», – отмечает С.С. Новиков.

«…рыночные отношения направлены на нарушение законов Космоса, способствуют усилению эксплуатации Космоса, и отказ от них будет первейшей задачей будущего человечества. Космос допускает функционирование рынка лишь с целью воспитания и обучения людей, имеющих недостаточный интеллект, на собственных ошибках», – пишет С.С. Новиков.

Возможно, ничего страшного в потребительском образе жизни не было бы, если б мы жили не на небольшой планете, а в сказке про скатерть-самобранку. Сколько не прикажешь той скатерти, она всегда накормит. Да на беду в реальном мире всё не так.

Планета наша имеет вполне определённые размеры и соответственно им исчерпаемые природные запасы. Довольно скоро она не сможет вмещать всех жильцов. А ещё раньше возникнет дефицит пищи, питьевой воды и прочих необходимых ресурсов.

Согласно данным Всемирного фонда природы (WWF), уже в августе каждого года (а не в конце декабря) человечество съедает годовые ресурсы Земли. При таких аппетитах нам уже сейчас потребна ещё одна планета, равная нашей. Но её, как видим, нет, а потребители своими изнеженными, заплывшими жиром мозгами, понять этого не могут. И продолжают потреблять и плодить себе подобных.

«Зачастую капитал – паразит на теле Отечества», – заявил писатель Юрий Поляков. Но следует взять выше: паразит на теле всей планеты и даже ближнего космоса, который основательно загажен частями от ракет и прочим мусором. Капитализм – главный враг жизни на Земле. Именно буржуазия в бесконечной погоне за прибылью уничтожила большую часть животных на нашей планете, повырубила леса, истощила недра и обезрыбила океаны.

«Капитализм является экономической системой богопротивного мира, – сообщает источник в Интернете. – Золотой телец и символизирует эту систему, которая с конца XX века претерпевает существенный кризис. В конце 2019 года данный финансовый пузырь стал лопаться. Причины грядущего краха – в самой аварийности системы мироустройства, где более 90 % всех богатств мира приватизированы (присвоены) несколькими процентами людей с паразитическим душевным укладом. Они подобны патологии, опухоли, которая уничтожает всё. Главное для них – доход. По этой причине леса вырубаются, а на их месте не высаживаются новые. По этой причине мусор не перерабатывается, а вывозится тоннами в нищие и неразвитые страны на полигоны, либо на танкерах в океан».

Мы имеем перед собой наглядный пример величайшей империи древности – Римской, которая погибла по той же причине – люди слишком расслабились и заелись. Но он не настораживает, не заставляет задуматься. И не только ограниченных простолюдинов, но и многих носителей учёных степеней. Да и власть по-прежнему заявляет свою главную задачу в богатстве страны и её граждан (материальном богатстве, а не духовном).

Римский сценарий – это наше недалёкое будущее. Только осуществится он в масштабах всей цивилизации и будет гораздо ужаснее. Точнее, он уже начал осуществляться, но пока не набрал больших оборотов.

Либеральный принцип главенствования «частной собственности, свободы торговли и предпринимательства» и неприятия вмешательства общества и государства в эти «свободы», привел к более чем плачевному результату. Сам «цивилизованный» либеральный Запад открыто признает, что капитализм достиг своего предела, – отмечает Олег Финодеев в статье «Фундамент Будущего. Либерализм или Консерватизм?» на сайте «Проза. ру».

Сегодня многим экспертам конец нашей цивилизации представляется неизбежным. И благодарить за это нужно капитализм с его либеральной идеологией, которые грубо нарушили законы Вселенной. Не может во Вселенной существовать такое существо – человек, – который может себе позволить всё, что сочтёт нужным, не считаясь с существующим порядком – брать, ничего не давая взамен.

По планам Мироздания, у человека совсем другое предназначение. Он создан с целью предотвращать энтропийные процессы, а не ускорять их. Поэтому человек, если продолжит упорствовать в своём поведении (что и происходит), должен быть уничтожен, как ошибочный проект.

Однако неисправимые оптимисты твердят: из любого положения есть выход. Если так, то он может заключаться только в обуздании потребительских аппетитов, полном отказе от капитализма и переходе к жизнеустройству по разумному аскетизму.

Сталин добивался этого жестокими репрессиями. Современные коммунисты, как и прочая официальная оппозиция, ничего нового не предлагают. Концепция общественной безопасности, которую у нас не хотят пропагандировать, в качестве спасения предлагает просвещение. Но ведь уже был целый век Просвещения и чем он закончился? – кровавой Великой Французской буржуазной революцией!

Некоторые с чего-то взяли, что люди сами за себя возьмутся, как это сделали они. Но если большинство до сих пор этого не сделало, то где гарантия, что сделает завтра?

Массы, и это было бы совсем смешно, если б не так грустно, словно сговорившись, повторяют как мантру: «Надо ждать. Я верю – лучшие времена придут». То есть сами по себе возьмут и придут! Как тут опять не вспомнить любимые в народе сказки: и про скатерть-самобранку, и про чудо-печь, на которой сидел Емеля, и про Жар-птицу, и про волшебную Щуку с Золотой рыбкой.

«Капитализм погубит все человечество», – убежден историк Евгений Спицын. Но капиталисты предпочтут уничтожить весь мир, но остаться при своем бизнесе. Они будут стоять одной ногой в могиле и всё равно продолжать извлекать деньги из всего: из воды, из воздуха, из трупов… Реальность, увы, такова, что в мире по сей день нет силы, способной победить капитализм. А если так, то будь он хоть трижды обречён, но уничтожит скорее он нас, а не мы его.

Некоторые верят во Второе пришествие и наказание проклятых буржуев Высшими силами на Страшном суде. И эта вера убаюкивает, как сказка на ночь малых детей. Капиталисты же в это время продолжают дербанить Землю, выжимая последние соки и приближая всеобщий конец.

Мы не знаем и, скорее всего, никогда не узнаем, что имели в виду апостолы под Вторым пришествием и Страшным судом. Вполне возможно то, что ждёт всех нас на том свете, после смерти. Потому что анализ исторического процесса свидетельствует, что для любых серьёзных изменений в обществе требуется человеческая воля и соответствующие усилия. Высшие силы, если как-то и вмешиваются в нашу жизнь, то исключительно через людей. От того в известной восточной притче и сказано: «У Бога нет других рук, кроме твоих».

Социализм – не самое лучшее государственное устройство

«Социализм, конечно, построить можно, но для этого выбрать страну, которую не жалко».

Отто фон Бисмарк

Многие неравнодушные люди в нашей стране последнее время яростно критикуют капитализм. Когда же речь заходит о том, что можно ему противопоставить, большинство предлагает социализм. Со времён перестройки принято говорить о социализме с «человеческим лицом». Он сводится к освобождению от недостатков опыта СССР (идеологическое давление, атеизм, тоталитаризм, неуважение к человеческой личности, низкая производительность, всеобщий дефицит, уравниловка, бесхозяйственность и т. д.)

Вокруг понятия «социализм» в нашей стране ведётся острая полемика, и спектр мнений чрезвычайно широк: от абсолютного отрицания возможности перехода к нему до полной уверенности в неизбежности победы социализма. Распространена идея, что ничего лучшего социализма не только не было, но и в принципе невозможно придумать.

Хотелось бы последним возразить. Но, в отличие от либеральных критиков, я принципиально не буду припоминать жуткие примеры из советской истории. У либералов теория – дутый пузырь, поэтому им нечего не остаётся, как пугать страшилками советского прошлого. Один знакомый литератор, назвал этот метод «сванидзевщиной».

Также не буду здесь выяснять, какая экономика лучше – рыночная или плановая. Есть куда более важные и принципиальные вещи, на них и сосредоточимся. Речь о сущностных особенностях и основополагающих ценностях и целях. Итак, по пунктам.

Теория социализма построена на нескольких догматах, изначально ненаучных.

1. Между людьми должно быть равенство.

Но равенства в природе нет, не только между людьми, но и между животными. Владельцы кошек и собак подтвердят, что их питомцев отличает не одна лишь внешность, но и характер, привычки, темперамент и т. д. Люди точно так же не равны от рождения и это приводит к тому, что из одного вырастает профессор, а из другого – грузчик. Карьеризм, хитрость и беспринципность – отнюдь не единственные факторы успешной карьеры.

Допустим, теоретики социализма ошиблись, хотели написать «равноправие», а получилось «равенство». Но и равноправие между людьми вызывает вопросы. Как могут быть равноправными заслуженный академик, почетный гражданин города и пропойца, обворовавший собственную семью, искалечивший жизнь супруге и детям? Следует признать, что подобное равноправие считается нормой во многих странах, но по справедливости это не есть норма.

2. Всё в человеческом обществе определяет борьба классов.

Далеко не всё. А как на счет борьбы внутри одного и того же класса? Иногда случаются такие внутриклассовые разборки (в том числе между пролетариями – ведущим классом по К.Марксу), что лучше убежать поскорей. Кто в этом сомневается, предлагаю почитать криминальные сводки.

3. Частной собственности не должно быть, только общественная.

Но в этом мире действует принцип: раз есть общее, должно быть и частное. И наоборот.

4. Идейным вдохновителем общества является коммунистическая партия – «ум, честь и совесть эпохи». Идейным (и моральным) компасом, учителем и вдохновителем могут быть только: Естественный порядок вещей, Законы Вселенной, Вечные цености и Космическая мораль. Ни в каких политических партиях общество не нуждается.

5. Принципиальной ошибкой теории социализма (как и либерализма) является убеждение, что всё общественное зло происходит от неправильного и несправедливого государственного устройства, что стоит лишь утвердить социализм, ликвидировать частную собственность, как люди моментально станут ангелами во плоти. Ничего подобного! Зло имеет и индивидуальную природу. И что является её причиной учёными до сих пор исследовано плохо. Но без знания человеческой сути построить правильное общество невозможно.

«Отсутствие частной собственности отнюдь не спасает человечество от межнациональной розни и вражды, не спасает отдельных людей от разных пороков, – утверждает Лев Балашов в статье «Критика идей социализма и коммунизма». – Причины человеческой розни и вражды гораздо глубже – они коренятся в биологической природе человека, в многообразных условиях его жизни. Мы знаем, что люди изначально, генетически весьма различны и даже противоположны. Различие их индивидуальностей порождает различие их интересов. А различие интересов порождает столкновения между людьми, их взаимную борьбу. Попытки искоренить столкновения, конфликты, конфронтацию, борьбу между людьми заранее обречены на неудачу. Они утопичны в своей основе. Самое большее, чего могут добиться гуманистически ориентированные политики, это чтобы столкновения и борьба между людьми принимали цивилизованные формы».

6. Государство должно управлять всеми сферами общества.

С этим спорить не будем – для того государство и существует. Однако социалисты ввели в это положение свою даже не изюминку, а целый арбуз, провозгласив самым передовым классом общества пролетариат и объявив его диктатуру в качестве нормы. Но предоставленные этому доказательства очень неубедительны. Талантливые государственные деятели могут иметь самые разные социальные корни.

7. Положительная черта теории социализма и коммунизма в том, что они надличностные ценности ставят выше личностных. Но и здесь (как и фашисты) не доходят до конца, остановившись на государстве, как на потолке, выше которого ничего нет. Есть однако. Целая безбрежная Вселенная! И целый свод законов, куда более глобальных, чем придумали все коммунисты и социалисты вместе взятые.

8. Теоретики и защитники социализма объявляют его самым справедливым политическим строем на том основании, что при нём материальные блага распределяются поровну.

Однако справедливость – понятие более широкое. На распределении материальных благ она заканчивается, а не начинается. О начале же социалисты забыли. А оно состоит в таком положении: Если хочешь справедливого к себе отношения, сам будь во всем справедливым. Иначе говоря, это золотое правило глубокой древности: «Относись к другим так же, как хочешь, чтобы относились к тебе». И тут сразу встает вопрос об отношении людей (социалистов и коммунистов в том числе) к природе, животным и собственной планете. Их бессовестно грабят, истребляют и всячески используют в своих корыстных интересах. Каким же нахалом надо быть, чтобы требовать к себе справедливого отношения, обворовывая и уничтожая природу – свою мать-прародительницу!

9. Главной ценностью при социализме (полное единение с либерализмом) объявляется человек, причём любой, как добропорядочный гражданин, так и аморальный нелюдь, и это подается как предмет гордости.

Вопрос: можно ли в принципе считать человека главной ценностью, если именно на его совести лежат бесчисленные войны, уничтожение большинства животных на земле и превращение всей планеты в отравленную помойную яму? И причиной тому не только алчный капитализм, хотя, безусловно, главная вина лежит на нём. Социализм также представляет одно из направлений антропоцентризма – об этом четко говорят провозглашенные социализмом ценности и цели. Антропоцентризм же – не просто ошибочное, но крайне вредное и опасное учение.

По мнению академика Академии медицинских наук В.П.Казначеева, в популярных в нашей стране лозунгах «Человек – в центре внимания» и «Все – ради блага человека» «звучит категоричная антропоцентристская нота. Хотя отказ от эгоистичного антропоцентризма вовсе не означает отказа от внимания к человеку. Более того: только освободясь от антропоцентристских предрассудков, можно познавать человека во всей сложности взаимосвязей, как часть природы, и совершенствовать его».

В этом пункте социалисты с коммунистами совпадают с либералами. Те в своих основополагающих документах копают еще глубже, бездоказательно провозгласив: «Люди априори рождаются хорошими, добрыми, справедливыми, морально устойчивыми, ответственными. Плохими их делает государство».

Уж если мнение коммунистов совпало с мнением либералов, тут что-то не чисто. Представляется, они совпали, чтобы понравиться массам.

«Социализм, в опыте осуществления своего, будет совсем не тем, к чему социалисты стремятся. Он вскроет новые внутренние противоречия человеческой жизни, – писал Н. Бердяев, – он никогда не осуществит того освобождения человеческого труда, которого Маркс хотел достигнуть связыванием труда, никогда не приведет человека к богатству, не осуществит равенства, а создаст лишь новую вражду между людьми, новую разобщенность и новые неслыханные формы гнета».

Ф.М. Достоевский смотрел в самый корень вопроса, когда заявил: «Зло таится в человеке глубже, чем полагают лекаря социалисты…» Происхождение человека и его глубинная суть – белое пятно в науке. Ни либералы, ни социалисты, ни коммунисты не знают, что такое человек и потому не имеют никакого права делать свои громкие заявления, а по ним составлять долгосрочные программы, ломая положенный курс развития цивилизации, обрекая массы людей на страдания, а природу на истребление. На практике мы имеем факт: человек – главное зло на своей планете. Ученые же, вместо того, чтобы выяснить причины столь неприятного явления, озабочены вопросом: как пролить человеческую жизнь до 150 и более лет. Это, очевидно, следует понимать так: съели родную планету, показалось мало. Надо съесть и всю Вселенную с пульсарами, квазарами, черными дырами и Господом Богом в качестве десерта.

Социализм – такой же человеческий междусобойчик, как и прочие политические учения, придуманный без всякой мысли об окружающем мире и необходимости считаться с его законами. Антропоцентризма в социализме нисколько не меньше, чем в либерализме, фашизме, нацизме и т. д. Коммунисты что Советского Союза, что нынешнего Китая или Вьетнама не менее беззастенчиво грабили и продолжают грабить природу.

Только такое политическое учение может претендовать называться правильным, которое основывается на законах природы, выводя из них законы общества, а не высасывая последние из пальца. Такое учение провозглашает главной ценностью всю нашу уникальную планету со всеми населяющими ее живыми существами, а не одно лишь человечество, существенная часть которого вообще не представляет никакой ценности, принося своим существованием больше вреда, чем пользы.

Представляется, что ценность человеческой жизни прямо пропорциональна её общественной пользе. Согласно теории 5 процентов, соответственно 5 процентов от массы населения двигают прогресс, совершают открытия, делают изобретения, создают произведения искусства. Ещё есть общественники, подвижники, просветители, волонтеры, святые, герои. Существуют и просто порядочные люди, не приносящие социального вреда и всегда готовые прийти на помощь. Никакого спора не может быть в отношении того, что перечисленные категории людей представляют ценность и должны поощряться государством, служить примером для других. Все же прочие – равнодушные и негативные – по определению не могут быть ценностью и не должны занимать в государстве высоких мест в социальной лестнице, чтобы не создавать обществу и биосфере проблем.

Какую же политическую теорию следует предпочесть социализму? – спросят читатели. Говоря в целом – консерватизм, как учение, в основе которого лежит идея Бога и вечных ценностей. К сожалению, его изрядно испортили различные нововведения вроде неоконсерватизма, либерального консерватизма и т. п. Поэтому пришлось предложить альтернативу в виде глубинного консерватизма, принципы которого будут изложены ниже.

Запрос на консерватизм

«Чтобы строить мосты в будущее, нужны опоры».

Вячеслав Костиков

Бывший министр культуры Российской Федерации Владимир Мединский однажды озвучил идею, согласно которой в нынешнем российском обществе наметился запрос на консерватизм. Будучи последовательным консерватором, я принялся искать Манифест Мединского. Увы, ничего не нашёл. Судя по всему, он ограничился вбросом словосочетания «запрос на консерватизм», но развивать мысль не стал.

Как бы то ни было, идея Мединского показалась мне привлекательной, а поскольку вброс сделан, что нам, простым публицистам, остаётся, как не двигать мысль дальше.

И первое, что приходит в голову, можно выразить такими словами: запрос на консерватизм любого человеческого общества (совсем не обязательно нынешнего российского) естественен и закономерен. Об этом, к примеру, говорит невероятный успех в «сгнившей», по мнению наших суперпатриотов, Англии телесериала «Аббатство Даунтаун»: три «Золотых глобуса» и 25 премий «Эмми». Эксперты нашли, что консервативная идеология сериала обладает терапевтическим эффектом. И это не преувеличение – консерватизм идёт от самой природы, ибо соответствует её порядку и ценностям. Человек, как известно, природный субъект, поэтому рано или поздно глубинные гены, отравленные либерализмом, коммунизмом, фашизмом и т. д., возьмут своё.

«За «метаморфозами бытия и небытия» выявляется шокирующая неизменность, основанная на вечных смыслах, определяющих человеческую подлинность, осознать которые в условиях стремительно меняющегося мира очень трудно, – пишет В.А. Фортунатова.

Валерий Чалидзе в книге «Иерархический человек» отметил, что консерватизм свойственен и животным, поскольку они, как и люди, стремятся к стабильности. Это ещё больше убеждает в том, что у консерватизма такие глубокие корни, что вряд ли стоит искать что-то другое, как гласит пословица «От добра добра не ищут».

В основе консерватизма лежат вечные ценности, образующие фундамент человеческого общества: десять библейских заповедей, древнее золотое правило, священные писания и наследие великих мудрецов. Поэтому неудивительно, что большая часть истории протекала при консервативном устройстве государства, несмотря на то, что сама политическая концепция оформилась только в XIX веке.

Однако эпохи Ренессанса, Реформации, Просвещения, а главным образом рвущиеся к власти капиталисты, породили своих громкоголосых идеологов, которые энергично принялись раскачивать корабль цивилизации, выворачивая привычные истины наизнанку и подменяя их своими измышлениями. В Голландии, Англии, Франции, а позже других странах Европы и Северной Америки вброшенные в головы населения либеральные идеи привели к тому, что власть захватили алчные стяжатели, которые в короткие сроки перекроили мир по своим лекалам. Новые просветители – певцы личных прав и свобод с частной собственностью, – играя на примитивных чувствах обывателей, принялись выбивать идеологический и нравственный фундамент из-под здания человечества и им сопутствовал успех, поскольку массовому человеку трудно устоять против выпущенных на свободу соблазнов.

Результатом победного шествия разлагающей идеологии по планете стало то, что современный мир всё больше напоминает Содом и Гоморру. Духовная и нравственная грязь, которой веками стыдились, беззастенчиво вылезла наружу и заняла почетное место на экранах телевизоров, на страницах газет и книг.

Возникновение новых идеологий и государственных конструкций в виде социализма, коммунизма, фашизма, нацизма и нынешнего исламского фундаментализма можно рассматривать как попытки противопоставления либерализму чего-то принципиально иного.

Когда либеральную демократию внедрили в нашу страну, многим поначалу она показалась привлекательной. Сладкие песни о пожалованных всем без разбора правах и свободах дурманили головы. Одновременно из всех лоханей полились обильные помои на уничтоженный Советский Союз, его идеологию и его лидеров. Но то, что наблюдали в реальной жизни простые россияне было в сотни раз хуже и это породило глобальную неразбериху в умах.

Идеологическая и смысловая растерянность среднего российского человека во многом схожа с таковой европейского жителя Средневековья при переходе к капитализму. Об этом написал прекрасную книгу Эрих Фромм, с очень характерным названием: «Бегство от свободы». В ней он дал ответы на многие вопросы, по сей день мучающие наших соотечественников.

Э. Фромм так описал психологию человека при переходе от коллективистского Средневековья к индивидуализированному Новому времени: Человек приобретает свободу «вместе с активной и независимой ролью, какую ему приходится играть в новой системе, – но при этом освобождается от связей, дававших ему чувство уверенности и принадлежности к какой-то общности. Он уже не может прожить всю жизнь в тесном мирке, центром которого был он сам, мир стал безграничным и угрожающим. Потеряв своё определённое место в этом мире, человек потерял и ответ на вопрос о смысле его жизни, и на него обрушились сомнения: кто он, что он, зачем он живёт? Ему угрожают мощные силы, стоящие над личностью, – капитал и рынок. Его отношения с собратьями, в каждом из которых он видит возможного конкурента, приобрели характер отчуждённости и враждебности; он свободен – это значит, что он одинок, изолирован, ему угрожают со всех сторон. Не имея богатства и власти, потеряв чувство общности с людьми и миром, человек подавлен ощущением своей ничтожности и беспомощности. Рай утрачен навсегда, индивид стоит один, лицом к лицу со всем миром, безграничным и угрожающим. Новая свобода неизбежно вызывает ощущение неуверенности и бессилия, сомнения, одиночества и тревоги».

Свою книгу Э. Фромм написал в 1941 году, в нашей же стране лишь единицы додумались до такого ясного и глубокого понимания состояния человека, которого ни с того, ни с сего одарили свободой, и который понятия не имеет, что с ней делать.

Российские же власти в 90-х годах были уверены на «все сто», что стали величайшими благодетелями в отечественной истории. Видя недопонимание со стороны граждан, пропагандисты принялись им разъяснять, что свобода не означает вседозволенность, что она заканчивается там, где начинается свобода другого человека, что есть свобода «от» и свобода «для»…

Но слишком уж мудрёными оказались эти смысловые изыски для ума среднего россиянина. Да и нужны ли они ему вообще? Среднему человеку нужна спокойная жизнь без тревог и уверенность в завтрашнем дне. Нам потребовалось больше десяти лет, чтобы прийти в себя и сравнить ту страну, в которой жили, с нынешней. Как показывают социологические опросы, большинству прежняя страна видится лучше. Больше того, согласно тем же опросам, немалое число россиян предпочли бы поменьше свобод для себя, но побольше порядка в стране. И это говорит не о ностальгии по молодости, когда жизнь представлялась в розовом цвете, как это живописуют новоявленные идеологи. Это говорит о человеческих корнях, о том глубинном в человеческой душе, что уходит в саму природу. На самом деле люди хотят не социализма и коммунизма, им потребно консервативное общество с его понятными, неоспоримыми и вечными ценностями и идеалами. Всё же, как отмечалось многими авторами, у социализма гораздо больше общего с консерватизмом, чем с нынешними порядками.

Людям потребна ясная и чёткая картина мира, согласная с их совестью и понятием о справедливости, а не расплывчатая мораль, когда размывается грань между добром и злом, скромностью и бесстыдством, добродетелью и пороком.

Как видно из отчётов политологов, в современном российском обществе наметилась тенденция перехода от демократических рельсов к консерватизму, которым наша страна жила веками.

«А почему не к социализму?» – спросит иная наивная душа, которой социализм знаком лучше. Потому что идею продвигает элита, а что такое нынешняя российская элита? Это «богатенькие буратины», которым важно сохранить свои богатства. Ведь ежу понятно, что при социализме их богатства конфискуют.

Однако этим я вовсе не хочу навести тень на консерватизм, который в наибольшей степени соответствует природе человека. Дело упирается в то, кто продвигает идею перехода к консерватизму. Если «богатенькие буратины», то всё и будет по их желаниям. Если же честные и благородные люди, то и консерватизм будет честным и благородным. А из этого вытекает очень интересный вопрос: почему же только верхи проявляют политическую активность и думают о будущем, а вся активность честных и благородных сводится к ругательствам в их адрес?

С.Ф. Вититнев в статье «Современный российский консерватизм и политический процесс» назвал положение консерватизма в рамках действующей отечественной политической системы достаточно устойчивым, «что определяется поддержкой со стороны значительной части правящего класса. Первые десятилетия XXI века в российской политической жизни были ознаменованы укреплением позиций партий, движений, кругов, заявлявших о своей приверженности к консервативным ценностям. Рост политического влияния консерватизма определялся как разочарованием подавляющего большинства населения в политике либеральных реформаторов, так и неспособностью коммунистов, потерявших статус правящей партии, вновь привлечь на свою сторону необходимое для возвращения к власти числа сторонников».

Андрей Кончаловский и Владимир Пастухов в предисловии к книге «На трибуне реакционера» отмечают, что либералы понимают общественно-политический выбор как выбор между желательным и нежелательным. А консерваторы – как между возможным и невозможным. И возможным является только тот выбор, который опирается на национальную культуру и исторические предпосылки, а не на «универсальные» ценности, якобы свойственные всему человечеству.

В этих словах, казалось бы, заключено главное принципиальное различие либеральной и консервативной концепций. Однако есть и третий выбор, продиктованный Высшей необходимостью. Это говорится совсем не в пику очень уважаемым кинорежиссеру и публицисту, чьи взгляды я во многом разделяю. Данным упущением, к сожалению, страдают и другие консерваторы.

Что такое Высшая необходимость? Вот наиболее простой пример: началась Отечественная война и одновременно организуется всеобщая мобилизация, поскольку защищать страну – священный долг гражданина.

Некоторые полагают, что война – случай исключительный, а в мирное время никакой Высшей необходимости у обычного человека нет и быть не может. Это большое заблуждение, которое сомневающимся всегда развеют священнослужители. Советское государство, к чести для него, имело чёткие представления о Высшей необходимости и доводило их до всего населения. Либеральное же государство в этом отношении являет отрицательный пример.

К Высшей необходимости нас обязывает то, что все мы живём на одной планете, имеющей весьма ограниченные размеры и ресурсы, подобной которой в обозримом пространстве нет; то, что мы живём в определенной стране, обществе, городе и, наверное, не должны быть ко всему этому равнодушными; наши обязанности по отношению к близким людям и самому себе также являются высокой необходимостью.

Высшая необходимость обязывает каждого человека жить по совести, быть справедливым, добрым, ответственным, нести правду, выполнять своё предназначение в обществе и на планете. Обо всём этом много говорилось и писалось, но в наше время стали так основательно забывать, что приходится напоминать.

Консерватизм как новация

«…материя изменчива и преходяща – а управляющие её существованием законы вечны и неизменны».

Михаил Веллер

Либералы, по выражению «Новой газеты» обладают «прогрессивным» мышлением, консерваторы же – «архаичным». В одной анкете был задан такой вопрос: «Вы новатор или консерватор? Вы защищаете традиции или ищете новые пути?»

Вопрос вызвал недоумение, даже возмутил. Всегда считал себя новатором, ищущим новые пути, но при этом я убежденный консерватор.

Немного остынув, припомнил: а ведь консерваторов и в самом деле принято считать этакими закостеневшими поборниками старых обветшавших устоев, в штыки воспринимающими всё новое. А поскольку здоровой человеческой психике свойственно стремиться к обновлению, свежим ощущениям, взгляду на привычное с другого ракурса, консерваторы в массовом сознании воспринимаются как упёртые ортодоксы с выпрямленными мозговыми извилинами. Поскольку у слов «консерватизм» и «законсервированный» один корень, некоторые «продвинутые» люди называют данное политическое учение законсервированным на все времена, попросту мёртвым.

Такая точка зрения, несмотря на большое распространение, – не более чем миф в длинном ряду прочих мифов, которых люди зачем-то придерживаются, хотя и не считают свои мозговые извилины выпрямленными. Консерватизм почему-то путают с обскурантизмом, который характеризуется стремлением вспять и враждебностью к нововведениям.

Либералы любят увязывать свою философию с прогрессом цивилизации. Якобы консерваторы держатся за дряхлое и замшелое и не способны мыслить прогрессивно. Однако и либеральные идеи не слишком молоды.

Самые общие представления о законах философии и окружающего мира однозначно утверждают: в природе не существует ничего закостенелого, она никогда не стоит на месте, остановка означает смерть. Но при этом неизменными остаются законы, которым подчиняется всё во Вселенной. На лицо одно из проявлений важнейшего философского закона о единстве и борьбе противоположностей.

Поэтому ни одно учение, пережившее века, априори не может не меняться, так как всегда пополняется новыми знаниями и мыслями. Но вечные ценности, на которых консерватизм базируется, из соображений безопасности не стоит менять. Хотя не исключено, что и они со временем будут пополняться (но не меняться по сути!).

Консерватизм как наиболее устоявшаяся, проверенная временем идеология как нельзя лучше соответствует упомянутому закону философии. Он базируется на основополагающих человеческих ценностях, являющихся фундаментом общества, которые не подлежат изменениям, как не подлежит изменениям фундамент стоящего здания. Только это совсем не означает, что то, что строится на фундаменте – само здание – не должно претерпевать никаких изменений.

Здесь аналогия со зданием весьма показательна. В течении эпох архитектурные стили претерпели значительные изменения, но фундаментов это не коснулось. Разве что в каких-то строительных материалах, но не в сути.

То же происходит и с консервативной идеологией. Она всегда меняется, отвечая на новые знания и вызовы времени. Не об этом ли говорят возникающие в консерватизме течения – неоконсерватизм, либеральный консерватизм и прочие? По мнению ряда экспертов, коммунизм, социализм и фашизм – всего лишь радикальные направления консерватизма, возникшие на злобу дня.

А вот либерализм к направлению консерватизма никак не отнесёшь. Это нечто прямо противоположное, фигурально выражаясь, здание под которым выбили фундамент, заменив его какой-то недолговечной конструкцией. Разве не о том говорят громко провозглашённые «универсальные» ценности: интересы личности выше интересов государства; свобода личности и её права – наивысшая ценность; государство – не более чем сторож, охраняющий своих граждан; разрешено всё, что не запрещено? Разве не о подкопе под здание всего человечества говорят данные принципы? И разве мы в настоящее время не наблюдаем начало краха европейской цивилизации, взявшей за основу либеральную идеологию? И не замечаем некоторое оздоровление России, сделавшей пару шагов от либерализма к консерватизму?

Однако либералы не видят ни кризиса, ни приближающего краха. Они продолжают утверждать, что представляют самое передовое учение в истории, к которому придёт всё человечество без исключения. Они провозгласили свои ценности «общечеловеческими». Но ведь разработаны они были с 17-го по 19-й века, что же получается, раньше общечеловеческих ценностей не было. Человечество жило в дикости и варварстве?

В статье «О либерализме вообще» Константин Леонтьев противопоставляет русский консерватизм («охранение») и либерализм. Если первое способствует созданию нового, при этом охраняя старое, то второе «всегда бесцветно, общеразрушительно, бессодержательно в том смысле, что оно одинаково возможно везде». По его мнению, только консерватизм способен отделить одну нацию от другой, не нарушая её уникальные черты. Природа, животные, люди консервативны по своей сути. Что не мешает им развиваться.

С.Неретина и А.Огурцов в книге «Время культуры» подчёркивают: «Фундамент структуры векового и многовекового порядка не есть застывшие, стагнационные структуры, а есть интеллектуальная способность представить беспрерывно меняющуюся сумму объектов в формулах вечного порядка».

Хорошо известно изречение В.И. Ленина «Марксизм не догма, а руководство к действию». Догм в вечно движущемся и изменяющемся мире не должно быть по определению. Неизменны только законы, на которых наш мир и стоит. Наука не стоит на месте, новые знания дополняют и углубляют старые учения, адаптируют их современным реалиям.

Консерватизм – такое же живое учение, как и другие правильные учения. И об этом красноречиво говорят работы современных авторов. В частности, концепция глубинного консерватизма, изложенная ниже.

Человеческий муравейник

«Тот, кто в силу своей природы живет вне государства, либо животное, либо божество».

Аристотель

Что общего у человеческого общества и муравейника?

«Ну и вопрос!» – последует реакция. У нас, как известно, считается унизительным, когда человека сравнивают даже с ближайшими родственниками обезьянами, а тут вообще муравьи! Однако судите сами.

Имеется достаточное количество фактов, говорящих о том, что «Маугли» (люди, воспитанные животными) и «Робинзоны» (люди, выросшие среди себе подобных, но долгие годы прожившие в полном одиночестве) теряют способность общаться с людьми, вспомнить свой язык и стать полноценными членами общества.

Известно, что все виды обезьян являются социальными животными. Но у человека социальность достигла такой точки, когда вне общества индивид утрачивает те признаки, которые выделяют его среди животного мира.

Тут может возникнуть возражение: «А как же монахи и прочие отшельники? Но, во-первых, они выросли и были воспитаны в человеческом обществе. Во-вторых, они представляют из себя высокодуховные личности, коих крайне мало. И в-третьих, их уединение не носит абсолютного характера.

Всё это наводит на мысль, что наш вид, подобно общественным насекомым (муравьям, пчёлам и термитам) характеризуется не только индивидуальным, но и коллективным сознанием. Одного первого недостаточно для полноценной жизни. Разница же в том, что насекомые, оказавшись вне своего сообщества, умирают очень быстро, а люди постепенно расчеловечиваются и утрачивают способность жить.

Тому служат и другие подтверждения.

Так, одной из самых страшных пыток для заключённых является одиночная камера. А почему?

Далее. Служители церкви, когда не кривят душой, признаются, что подавляющее большинство их прихожан ходят в церковь, молятся, соблюдают посты и прочие обряды отнюдь не ради приобщения к Божественной Истине, а исключительно для испрошения помощи у Высших сил. Они неустанно просят Бога, Иисуса Христа, Деву Марию, апостолов и святых помочь им, чаще всего, в бытовых или личных проблемах. А разве это не доказательство несамостоятельности представителей нашего вида? Ведь для животных характерно полагаться только на свои силы. Едва молодое поколение подросло, родители избавляются от него, потому что оно уже получило необходимое воспитание и теперь должно жить самостоятельно – в этом состоит обязательный заведённый порядок. У нас же и, особенно в нашей стране, родители нередко опекают своих детей до тех пор, пока не сойдут в могилу.

Высшие силы дают всё необходимое для жизни с самого рождения и просить у них что-то сверх того является нарушением нормы. Но большинство людей не в состоянии этого понять. В том числе сами церковнослужители, распространяющие установку: «Просите и будет вам дано».

Эволюция человека привела к возникновению государства. Оно и представляет человеческий муравейник. То есть государство – коллективный разум человека. Следовательно, как и утверждали многие мыслители (Конфуций, Платон, Аристотель, Н. Макиавелли, Т. Гоббс, И. Кант, Г. Гегель, Н. Карамзин, И. Ильин, наш современник М. Веллер), без государства люди существовать не могут. Поэтому либералы, уже несколько столетий призывающие резко ограничить роль государства, практически копают могилу всей нашей цивилизации. Тому же служит и их философия индивидуализма.

Человечество не нужно освобождать от «тлетворного влияния государства». Свобода для несамостоятельных индивидов – опасное явление. Они не знают, что с ней делать и элементарно теряют ориентиры в жизни, будучи предоставленными сами себе. Много вреда нанесла пропаганда свободы выбора, которую распространяют как великое благо, дарованное Небесами. Но в большинстве случаев она приводит к ошибочным выборам и об этом почему-то стараются не говорить.

Свобода нужна творческим личностям, но только свобода творчества, а не социальная свобода.

Человек в подавляющем числе представителей – существо несамостоятельное, уязвимое, слабое, нуждающееся в поводыре. Разрушение нынешнего западного мира, где благодаря многолетней обработке либералами, каждый предоставлен сам себе, эту мысль как раз и доказывает.

Её доказывает и многое другое. Так, давно подмечено, что простолюдины в жизни руководствуются больше мифами, нежели истиной. Ими очень легко манипулировать, чем активно пользуются политики. Лучшие сыны человечества накопили целые библиотеки знаний, которые позволяют каждому прожить полноценную правильную жизнь. Да только пользуются ими лишь учёные и студенты. Причём последним это, как правило, нужно лишь для сдачи экзамена или написания курсовой и дипломной работы. Основная масса обывателей остаётся бездарями, знающими только то, что им непосредственно помогает в быту и не стремящимися к целям, выходящим за пределы мелкого личного благополучия.

Если животные используют имеющийся у них потенциал на все сто процентов, то среднестатистический человек – по самому минимуму, что также доказывает его беспомощность и потребность в руководителе (коллективном разуме).

В своё время Аристотель поделил рабов на юридических и сущностных. Рабы по сути всегда нуждаются в том, чтобы ими руководили, сами они не способны ни организовать свою жизнь, ни поставить перед собой цели и их добиваться, ни размышлять, ни анализировать. В наше время считается аморальным называть людей рабами (даже по сути). Потому предлагаю назвать их несамостоятельными, нуждающимися в коллективном разуме. И таковых, по разным источникам, не менее 80 процентов от всего человечества.

За своё выделение из природы мы заплатили слишком большую цену, став самыми несамостоятельными животными на земле. Поэтому те, кто убеждает, что каждый человек сам лучше всех знает, что ему нужно и как ему жить, работают на уничтожение человечества.

Если приведённые здесь выводы правильны, то у нас нет никакого иного пути, кроме как укреплять наш коллективный разум – государство.

Но тут возникает парадокс: государство-то, что наше, что чужое, свою роль выполняет не лучшим образом. Гораздо хуже, чем коллективный разум муравьёв, пчёл и термитов. И здесь, как и во многом другом, человек уступил презираемым им животным, да ещё далеко не самым высокоорганизованным.

Видимо свою гордыню придётся усмирить и самым серьёзным образом подумать, как добиться того, чтобы государство выполняло свою функцию надлежащим образом. То есть было справедливым и честным, а не лживым, коварным, преследующим лишь цели властной элиты. Если коллективный разум поражён тяжёлыми моральными заболеваниями, то ни о каком нормальном человеческом обществе речи быть не может.

В теоретических разработках справедливого государства недостатка нет, в частности могу предложить и свой проект. Вот только кто возьмётся реализовать его практически?..

В чём самая большая ценность государства?

«Государство нужно для того, чтобы заставить людей быть людьми».

Андрей Кончаловский

Трактовка многих важных понятий у либералов и консерваторов часто разительно отличается. В частности, самые «свободные» теоретики в истории существенно пересмотрели традиционный взгляд на назначение государства, внеся тем самым путаницу в умы. Посему неудивительно, что на сайте «Яндекс Кью» был задан вопрос из серии «для первоклассников»: в чём состоит самая большая ценность государства?

Казалось бы, о чём тут думать? Тем не менее, среди отвечающих развернулась настоящая дискуссия.

Я ответил: ценность как отдельного человека, так и всего народа, и государства в том и только в том, какой вклад они внесли в общество, мировую цивилизацию. Отдельные личности общеизвестны: Гомер, Софокл. Аристотель, Цицерон. Вергилий, Леонардо да Винчи, Ньютон, Моцарт, Эйнштейн и т. д. Так же и государства: Древняя Греция, Древний Рим, Англия, Франция, потом другие. Государство теряет значимость, когда от него цивилизации нет никакого толка.

Подобную мысль о ценности государства озвучивал и Михаил Веллер, приведя отличный пример с Древним Египтом. Нашим современникам всё равно, какую политику и экономику проводили власти той далёкой страны, как соблюдались права человека и т. д. Для нас эта страна ассоциируется только с сохранившимися памятниками и другим мировым культурным наследием.

По мнению кинорежиссёра Александра Сокурова «государство нужно для того, чтобы сохранять людей в человеческом облике». «Обязанность правительства – создать такие условия, чтобы людям было трудно совершать дурное и легко поступать правильно», – утверждал Уильям Гладстон. Аналогично высказался И.В. Гете: «Лучшее правительство – то, которое учит нас править самими собой».

Но участники дискуссии оставили мнение известных личностей без внимания. Им гораздо существеннее было высказать своё.

«Главный вопрос государства – соотношение частной собственности и коллективной», – заключил один из оппонентов, похоже, сильно уважающий теорию Карла Маркса.

«Главный вопрос государства – это человек, – не согласился третий. – И главный памятник – это человек. Памятники стоят, а цивилизации меняются», – это мнение выразил, судя по всему, горячий поклонник всемирного гуманизма.

Да, но памятники-то устанавливают за что-то, а не просто так кому попало, лишь потому, что это был человек.

«Государство перестаёт быть таковым, когда оно правду не несёт. Что должно происходить с государством, когда оно начинает откровенно врать?» – ещё одно мнение.

Тут и другой оппонент не заставил себя ждать: «Америка очень часто нагло лжёт, государство стоит. Почему? Это эффект банкротства. Опростоволосилась одна партия пришла другая, всего делов-то. Они могут проводить ту же самую политику вранья, обзываться только будут по-разному».

«Государство – это сборник идей и направлений развития людей и самого государства и связывание всех направлений в нём, – написал ещё один участник дискуссии. – Было такое время, когда короли говорили государство – это я. И никто особо не перечил, потому что в народе существует мнение с государством спорить себе дороже будет. Человек с удовольствием должен бежать к государству со своими частными идеями. А не прятать их или клеить свои патенты в туалете. Задача придти к такой системе».

Самым же популярным мнением на вопрос о главном в государстве, по заведённой в нашей стране традиции, стало «стопудовое» заверение, что нет и не может быть ничего важнее заботы государства о простом народе. Если провести массовый опрос населения по теме: «В чём главная задача государства?» процентов 80, а то и больше, не задумываясь, ответят: «В заботе о народе». Если власть много даёт людям – значит власть хорошая, мало даёт – плохая.

И это иждивенческое понимание почему-то никого не возмущает, стало быть, все с этим согласны. Не хочу сказать, что имею что-то против заботы власти о своём народе, только это далеко не первый пункт в программе государства. Несмотря на распространённость подобной точки зрения, она бесперспективна. В вопросе кому и что не додали, всегда найдутся обиженные, сколь бы щедрой ни была государственная власть. Потому примитив ничему хорошему не научит, только введёт в заблуждение и посеет раздоры.

Надо заметить, что данная точка зрения в России уходит вглубь веков. Так, декабрист П.И. Пестель считал, что «правительство существует для блага народа», а «народ существует для собственного своего блага». Мне кажется, эта формулировка изначально содержит несправедливость, причём почему-то по отношению к правительству.

По мнению Аврелия Августина, государство, ставящее себе задачей только удовлетворение земных целей, лишено правды.

«Один из самых идиотских лозунгов – это: «Цель государства – благо народа», – пишет Михаил Веллер.

В наше время роль государства однобоко трактуют не только участники дискуссий в соцсетях. Так, газета «Аргументы и факты» объясняет несведущим: «В современном мире роль и значение любого государства будут зависеть от уровня развития экономики той или иной страны. От того, насколько эта экономика современная, устремленная в будущее, насколько она основана на новейших технологиях».

Газета свято проводит линию «партии и правительства» о «вселенском» значении экономики, однако истины ради напомню, что и дореволюционная Россия, и Советский Союз приобрели мировой авторитет не столько уровнем развития экономики, а в первую очередь благодаря выдающимся представителям культуры. Первое социалистическое государство, кроме того, уважали за достижения в социальной политике и образовании. Известно, что многие советские новшества (отнюдь не экономические) были успешно заимствованы западными странами.

Википедия приводит такой перечень признаков государства:

• Разделение и организация населения по территориальному принципу.

• Суверенитет, то есть наличие на территории государства единой власти, независимой от других государств. Суверенитет определяет публичный характер власти.

• Наличие группы людей, специализирующихся на управлении государством, а также органов и учреждений государственной власти, которые обеспечивают принуждение к исполнению её решений (в том числе армия, полиция, тюрьма)

• Налоги, пошлины и прочие сборы, получаемые от которых средства идут на исполнение государством его функций, включая обеспечение работы государственного аппарата.

• Исключительное право принимать законы и другие нормативные правовые акты, обязательные к исполнению для всего населения на всей территории.

Перечень получился, мягко сказать, неполный. Никакой креативности его автор от государства не ждёт, всё сухо и дежурно. Таким образом, нынешние трактователи сущности государства принижают его предназначение (очевидно сознательно) до уровня чиновника с плеткой.

Между тем, в истории были и великие государства. Чем же объяснялось их величие? Уж не экономикой ли? Или новейшими технологиями? А может военной мощью? Ничего подобного – всё перечисленное всего лишь следствия. Их величие – результат усилий незаурядных личностей, управлявших этими государствами, их духа, идей и целей, которые они перед собой ставили и выполняли.

Какие цели должна ставить перед страной государственная власть в первую очередь? Отнюдь не бесконечный подъём материального благосостояния населения! И не стремление к росту потребностей людей, опять же материальному. И не к возданию каждому по потребности.

В СССР так и не добились перечисленных задач. А вот в странах Запада как бы добились. Ну и что хорошего мы там наблюдаем? То, что количество людей с излишним весом достигло небывалой во всей истории величины? (Свыше 60 % населения США страдают лишним весом. Ожирение в стране убивает 112 тысяч человек ежегодно). То, что люди превратились в равнодушных потребителей, то что стремительно падает культура, а низменные пороки подаются в качестве нормы? То, что люди деградируют, теряя человеческий облик?

Человек – существо духовное, если духовные интересы в нём подменить материальными, он начинает деградировать. Поэтому государство должно поощрять в людях именно духовные интересы, быть наставником, учителем, просветителем и вдохновителем.

Кто же будет направлять людей на путь истинный, искоренять в них пороки, если не государство? У нас распространили слух, что всё это вопросы церкви. Да, церковь тоже этим занимается, но со своей религиозной точки зрения. Государство же – с научной и практической точек зрения. Воспитать достойных граждан – задача сверхсложная, одной церкви не справиться, тем более что у нас полно неверующих, а ещё больше верующих лишь на словах.

По Аристотелю природа людей достигает своего завершения только в государстве. «природа государства стоит впереди природы семьи и индивида». Только в рамках государства индивид и семья являются функционирующими составными частями целостного политического организма. Этот тезис нашёл дальнейшее развитие у Руссо и Гегеля.

Аристотель считал, что у государства должна быть единая цель, а поскольку каждый гражданин является частицей государства, воспитание граждан становится общегосударственной заботой.

Суть государственного управления заключается в первую очередь в определении целей развития общества. Государство строит внутреннюю (моральную, национальную, экономическую, экологическую, культурную и социальную) и внешнюю политику.

«Основная функция государства – передать наследие человеческого Разума без потерь, и с пополнением грядущим потомкам. Сделать так, чтобы достижения мысли росли – но не утрачивались», – убеждён писатель Александр Леонидов.

По словам Александра Проханова, «Власть должна предложить обществу не лукавые разговоры о модернизации, а настоящий образ будущего – проект развития страны, который поднимет не только экономику, но и дух нации»,

Думаю, можно привести ещё с десяток мнений о главной ценности государства, но вряд ли они перевесят сказанное Веллером и Прохановым. Почему-то произведения культуры и искусства стран и народов хранят в музеях, а если хранить там заветы о форме собственности и документы о заботе власти о народе, то никто в такой музей не пойдёт. Да и в страну, в которой нечего посмотреть, туристы не поедут. И в учебниках о такой стране не напишут.

Государство – не проект всенародного счастья

«Государство существует не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад».

Николай Бердяев

Прочитал у одного публициста: «Сколько жив человек, столько он бьётся за правду и справедливость. В истории было множество соискателей всенародного счастья. Только вот ни у кого из «гениев» человечества тотального счастья для народа не получилось».

Люди всё же намного сложнее, чем представляется некоторым «спасителям» человечества и вряд ли возможно создать такие условия в стране, которые устроят всех без исключения. «Для реализации подобной идеи следовало бы, как минимум, всех людей «усреднить», – замечает Шамиль Абдурашитов.

В нашей стране столько разговоров о том, что государство существует для народа, что подавляющее большинство людей уже не помнит его подлинное назначение, прописанное давным-давно во всех учебниках и энциклопедиях. Придется его напомнить:

«Государство – политическая форма организации общества на определённой территории, политико-территориальная суверенная организация публичной власти, обладающая аппаратом управления и принуждения, которому подчиняется всё население страны».

В.И. Ленин считал государство орудием угнетения трудящегося большинства нетрудящимся меньшинством. Коммунизм, подчёркивал он, создаст ненадобность в государстве, так как подавлять будет некого.

Однако взгляды Ленина идут в разрез выводам великих мыслителей. Государство в первую очередь является механизмом управления обществом, а без управления общество не существует.

Согласно Солону, государство прежде всего нуждается в законном порядке; беззаконие и междоусобицы – наибольшее зло.

Пифагор считал безначалие наихудшим злом для всякого общества. А его последователи – пифагорейцы утверждали, что человек по своей природе не может обойтись без руководства. Власть необходима, чтобы привести всю пестроту человеческой природы в надлежащий порядок.

Нельзя позволять человеку делать всё, что угодно. Мудрые, лучшие люди в концепции Гераклита образуют один социальный полюс, который резко противопоставляется другому полюсу – невежественной толпе. Гераклит, писал В.С. Нерсесянц, «резко нападал на большинство, толпу, её мнение, образ жизни, нравы, религию, политическое правление».

Демокрит считал, что применительно к большинству государственный закон выступает как необходимое средство насильственного обуздания неразумного и вредного своеволия. Умственно же и нравственно лучшие вправе жить как бы вне общего закона.

У античных стоиков государство – естественное объединение, а не искусственное договорное образование.

В древнем мире государственная власть считалась божественной. Однако, согласно Фоме Аквинскому, божественное происхождение власти относится лишь к её сущности. Но приобретение и пользование ею может быть противным божественной воле.

Подобной позиции в Новое и Новейшее время отличались Ф.Ницше, Константин Леонтьев и Ортега-и-Гассет.

Христиан Вольф считал, что государство должно вмешиваться во все сферы общественной и частной жизни: заботиться о том, чтобы численность населения соответствовала наличию средств существования, чтобы подданные тщательно воспитывали своих детей, бороться с праздностью и расточительством, заботиться о нравственном уровне граждан.

Гегель утверждал, что государство вовсе не создано для обеспечения охраны свободы личности и собственности, государство не средство, служащее интересам отдельных лиц. Такое понимание существа государства снижает его действительное значение. Государство не служит, а господствует, государство не средство, а цель.

Последнюю мысль Гегеля я бы несколько видоизменил: государство служит, но его служение заключается в применении законов Небес к населению, в указании направления общего развития; государство не господствует, а управляет и направляет; цель не государство само по себе, а то, к чему оно ведёт свой народ.

Однако в России активно действуют «новые учителя всего человечества», новоявленные «гуру» и «пророки», которые трактуют роль власти совсем не по учебникам. И деятельность их настолько назойлива, что спроси любого среднестатистического человека, особенно из числа молодых, в чём назначение государства, он скорее повторит их определение, чем хрестоматийное.

Согласно либерализму, государственная власть существует только для работы во благо граждан. Либертарианцы считают, что роль государства в жизни общества должна быть минимизирована, а некоторые из них допускают, что его существование и вовсе необязательно. Так, Павел Усанов в работе «Наука о богатстве» пишет буквально следующее:

«Для того чтобы общество могло существовать, нам несомненно нужны определённые нормы, но их источниками совсем не обязательно должно быть государство. Вполне возможно использование частных норм, которые в процессе конкуренции будут развиваться гораздо более эффективно, чем нормы, которые устанавливаются централизованно».

Для нынешних гуру важнейшей задачей является ущемление роли государства во всех сферах жизни общества. Власть непременно должна быть разделена, в бизнес и производство государство ни в коем случае не должно вмешиваться – всё должно быть передано в частные руки, за совершенные преступления государство не имеет права жёстко наказывать, создав преступникам хорошие условия в тюрьмах и прочее.

А вот по мнению Аристотеля, человек – существо политическое, а государство имеет свою основу в природном влечении людей к общежитию. Это влечение приводит сначала к образованию семьи, из семей образуются селения, из селений – государства. Аристотель считал государство необходимой, совершеннейшей и вечной формой общежития, без которой люди ни при каких условиях обойтись не смогут.

«Государство есть плод общественного компромисса населяющих его людей», – вещают либеральные проповедники. Возражу: государство – это система, строящаяся по природному принципу, по законам общей теорией систем. И абсолютно прав был Иммануил Кант, назвавший государство единым организмом.

«Люди могут жить только в форме сообщества, по законам сообщества и в целях сообщества, решая задачи сообщества, – пишет Михаил Веллер. – Государство – это форма существования людей. Они существуют так не для того, чтобы им было получше. Они существуют так потому, что иначе не могут».

Если это так, то роль государства в обществе должна быть весьма и весьма веской. Стало быть, её необходимо укреплять, а не ослаблять, как это пытаются сделать либеральные идеологи.

Но известные «учителя всего человечества», услышав подобные высказывания, обязательно припомнят времена тоталитаризма и приведут отобранные для таких случаев страшные примеры, запамятовав положительные. Однако ошибки допускают все, в том числе и сами либералы.

То, что во власть не всегда попадают ангелы, давно известно. Это значит, что задача общества – добиться того, чтобы нечестные люди в неё не попадали. Либералы же делают очень странный (а на самом деле коварный и опасный) вывод: коли во власть проникают нечистые на руку люди (которые есть во всех социальных слоях, а не только во власти), её нужно до предела сузить. И тут возникает естественный вопрос, который почему-то никто не задаёт: раз права государственной власти урезают по причине её нечестности, то разве не следует урезать права и всех остальных социальных слоёв, да и отдельных граждан, по той же самой причине? Иначе получается какая-то дискриминация власти.

Должно ли государство заниматься экономикой, о чём нам все уши прожужжали? Должно, и в гораздо большем объёме, именно оно должно управлять ею в масштабах страны, а не отдельные владельцы крупного бизнеса. Планировать, определять приоритетные направления, просчитывать риски и т. д.

Мы стали свидетелями того, что бывает, когда в частные руки отдается слишком много самостоятельности. Это привело к господству и произволу олигархов в нашей стране, с которыми ничего не могут поделать больше 30 лет, На Западе же эволюция в данном направлении ушла ещё дальше. Там транснациональные корпорации по существу правят всем миром, диктуя свою волю правителям разных стран.

Может ли государство вмешиваться в дела религии? По большому счёту противоречий между государством и религией быть не должно, поскольку в идеале они базируются на почти одинаковой системе нравственных ценностей.

Церковь должна быть отделена от государства? Представляется, что они должны действовать в одном направлении при полном доверии и взаимопонимании.

По заключению Михаила Веллера, государство – высшая ступень эволюции общества. Объясню почему. Человек – существо общественное, по одиночке, вне общества, он не живёт. Можно вспомнить общественных животных. В стадах и стаях существует управление в виде вожака и его помощников. Естественно, и человеческое общество не может существовать без управления. И поскольку город, область и тем более страна – это не отдельное стадо, в котором все на виду, для управления требуется целый аппарат. Он сложен и многочисленен ещё и потому, что животные по своей природе законопослушны, они никогда не переступают через табу, придерживаются принятых правил. Для большинства же людей табу практически не существует, они нередко стремятся обойти моральные нормы и принятые законы, уклониться от выполнения своих обязанностей, словчить, обмануть. Отсюда вытекает необходимость в репрессивном аппарате и обвинять в этом мы можем только самих себя.

Согласно выводам И.Канта, люди злоупотребляют своей свободой и потому нуждаются в «повелителе», в качестве которого выступает человеческий род в целом и институт государства.

Хрестоматийная истина гласит: государство, помимо прочего, является системой подавления и привлечения к установленному порядку. «Государство есть ничто иное, – пишет Андрей Кончаловский, – как аппарат репрессии, который, удерживая своих граждан от антиобщественных и бесчеловечных поступков, использует не только социальный, но и физиологический страх (тюремное заключение, физическое наказание, смертная казнь). Именно репрессивный аппарат государства не дает отдельным личностям потерять человеческий облик».

Очевидно есть необходимость разъяснить непонятливым гражданам наиболее приоритетные направления деятельности государственной власти. Итак, по степени важности:

1. Охранительная функция (сохранение заветов).

Включает обеспечение выполнения населением страны порядка, законов и принципов Мироздания, общечеловеческой морали, этно-исторических особенностей народов данного государства.

2. Управленческая функция.

Государство – это аппарат управления, без него ни одна система существовать не может. Сюда входит управление всеми сферами: идеология, мораль, просвещение, наука, образование, экология, экономика, здравоохранение, культура, спорт, туризм.

3. Международная функция.

Все направления международной деятельности.

4. Природоохранная функция.

Понятно, что ею в первую очередь должно заниматься государство, а не частные лица и общественные организации.

5. Оборонная функция.

Армия страны и военно-промышленный комплекс.

6. Социальная функция.

На языке просторечия это и есть забота о народе. В нормальном государстве ей уделено лишь шестое место и в нормальном государстве власть говорит об этом открыто.

«А кто же будет заниматься всенародным счастьем?» – разочарованно спросят некоторые обыватели. Полагаю, что поскольку счастье все понимают по-разному, то им могут заниматься только сами граждане. Государство же, если оно правильно устроено, создаёт для этого необходимые условия.

Должна ли воля народа быть основой государственной политики?

«Если бы элиты всегда поступали так, как хочет общество, мы бы до сих пор сидели на деревьях».

Михаил Барщевский. адвокат

Согласно либеральной доктрины, должно быть именно так, как в заголовке этой главы: народ заключает договор с государственной властью, поручая ей управлять им, но если она будет плохо исполнять договор, общество заменит её на другую. Об этом написано в главных либеральных документах, в частности во Всеобщей декларации прав человека ООН: «Воля народа должна быть основой власти правительства».

Основной закон ФРГ открывает статья 1: «Человеческое достоинство нерушимо. Уважать и защищать его – обязанность всякой государственной власти». В преамбуле Конституции Японии говорится: «Государственная власть основывается на непоколебимом доверии народа, её авторитет исходит от народа, её полномочия осуществляются посредством народа, а благами её пользуется народ». Статья 2 Конституции СССР 1977 года гласила: «Вся власть в СССР принадлежит народу».

Похожий взгляд сложился и в российском обществе после революции 1917 года и продолжается по сей день. Хотя надо отметить, что этому взгляду в немалой степени способствовали разного рода дореволюционные демократы, начиная с Радищева. То, что на практике это далеко не всегда выполняется, вопрос другой и ему уделяется повышенное внимание в российских СМИ, повторять которые слишком скучно. Здесь же речь пойдет о правильности или неправильности самого принципа.

Удовлетворение чаяний народа считается первостепенной задачей справедливого государства. В чём же заключаются эти чаяния, коли им уделяется столь большое внимание?

Социологические исследования показывают, что сводятся они главным образом к сугубо приземлённым материальным интересам. И тут возникает вопрос: если человек провозгласил себя высшим существом, которого оскорбительно даже сравнивать с животными, то чем же он отличается от них, если его главные желания сводятся к тому же самому?

Представляется, что если все задачи государства свести к удовлетворению самых примитивных потребностей населения, то развитие человечества прекратится.

На самом деле у государства иные задачи. Государство – это мозг общества. Поэтому во власти должны находиться люди способные лучше других анализировать, планировать и управлять. Уровень понимания государственного человека и среднестатистического обывателя существенно отличаются.

Государство не может руководствоваться желаниями масс, ибо они по большей части представляют толпу ведомых. Главная цель нормального государства – обязать вверенное население жить по законам Мироздания, проще говоря – по совести и справедливости.

В христианстве на роль государства взгляд совершенно другой. Процитирую выдержку из «Основ учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека»: «Общество, устрояя земную жизнь, должно учитывать не только человеческие интересы и желания, но и данный Творцом вечный нравственный закон, действующий в мире вне зависимости от того, согласна ли с ним воля отдельных людей или человеческих сообществ».

Удивительно, при том что россияне считают себя христианами, как в их сознании одновременно умещаются два столь противоположных взгляда. Поскольку такое явление нормальным, соответствующим здоровой логике, признать сложно, следует принять одну из противоположных точек зрения. И лично я, даже не будучи примерным христианином, безоговорочно склоняюсь к христианской.

Интересно, какая реакция последует за этими словами? С одной стороны: «Какой ужас! Автор против народа!» Но с другой: «Но ведь он не за какую-то там непонятную точку зрения, а за христианскую, и даже православную!» Вот уж действительно парадокс!

Но никакого парадокса на самом деле нет. Во-первых, как я ранее писал в статье «Who is народ», у народа нет единой воли, как нет единого мозга с едиными мыслями. Статистические исследования не раз показывали какой большой разброс мнений имеет место в обществе. Чьё же мнение государственной власти взять за основу своих решений, какой группы? Самой многочисленной? Но вся беда в том, что цвет общества – интеллектуалы, творческие и социально активные люди как раз и представляют меньшинство. Это подтверждает и теория 5 процентов, согласно которой это меньшинство составляет 5 процентов от всего населения. И на этом проблема не заканчивается – в этих 5 процентах тоже отсутствует единое мнение.

Во-вторых, анализ человеческих предпочтений показывает, что даже многие интеллектуалы рассуждают как обыватели – судят о государственных решениях с позиций: а что они мне лично дают. Обратите внимание хотя бы на споры в соцсетях о том, когда лучше жилось – в СССР или в нынешней России. Доводы, как правило, сводятся к тому, была колбаса в магазинах или нет, надо ли было ехать за ней в Москву и выстаивать длинные очереди. И наоборот: хватало ли зарплаты и пенсии на то чтобы регулярно ездить в отпуск на море, давало ли государство бесплатное жилье и т. п.?

Общеизвестно, что любое дело должен делать профессионал, тот, у кого оно лучше всего получается. Люди во власти должны обладать определенным набором личностных качеств: хорошим образованием, широтой взглядов, глобальным стилем мышления, силой воли, выдержкой и многими другими. Среднестатистический человек большинством подобных качеств не обладает и потому не может диктовать власти, как следует управлять страной. Он видит лишь несправедливое отношение к нему и той социальной прослойке, к которой принадлежит. И только по этому критерию судит о руководстве страны.

Пифагорейцы с недоверием относились к «мнению толпы». Правильно думать свойственно немногим, поэтому эта способность не распространяется на большинство.

Демокрит главной причиной появления государственных законов полагал взаимную вражду людей.

Платон и Аристотель считали, что деятельность государства по удовлетворению насущных потребностей подчинена высоким идеальным началам государства.

«Большинство голосов не есть неопровержимое свидетельство в пользу истин, нелегко поддающихся открытию, по той причине, что на такие истины натолкнется скорее отдельный человек, чем целый народ», справедливо полагал Рене Декарт.

«масса, по определению, не должна и не способна управлять собой. А тем более обществом», – писал Ортега-и-Гассет.

Согласно Гегеля, государственная власть не должна выражать интересы народа, поскольку тот сам не знает чего хочет.

«… государство – система более высокого, следующего уровня относительно человека, – утверждает Михаил Веллер. – И отношения человека с государством – это отношения подсистемы с системой. Но провозглашать права подсистемы выше прав системы – это благоглупость».

Политика государства в нормальной стране должна основывается на высших человеческих ценностях и высших смыслах. Но многим представителям «самых простых людей» высшие ценности и смыслы ни о чём не говорят, так как их интеллектуально-духовное развитие не позволяет в нужной мере оценить их значение. Поэтому ориентироваться на мнение таких народных представителей означает опуститься до уровня самых примитивных мозгов, будущее у такого государства попросту отсутствует.

О том же, что власти Советского Союза ставили перед страной высокие задачи, устремляли к их решению общество, воспитывали население, показывали ему достойные идеалы, а нынешняя российская власть от всего подобного самоустранилась – обо всем этом говорят единицы. И честно сказать как-то не хочется разделять точку зрения обывателей. Как-то становится стыдно за Человека разумного.

В нынешней России, как уже не раз отмечалось, процветает дилетантизм, в том числе и в высших эшелонах власти. Наши лидеры, похоже, запутались в понятиях: то укрепляют вертикаль власти, то разъясняют с телеэкрана всему населению либеральные ценности; объявляют особый курс развития страны, отличный от западного, но в чём он состоит, не говорят; заявляют с того же телеэкрана, что государственной идеологии следует опасаться, но затем под давлением возмущенных деятелей культуры, меняют своё решение и заявляют, что наша государственная идеология – патриотизм и другой идеологии у России нет и быть не может.

Между прочим профессионалы из производства, искусства, спорта давным-давно вывели все формулы для внутренней политики государства – бери и пользуйся! Но нынешние наши власти в упор не понимают, что их выводы имеют к ним самое прямое отношение.

Приведу несколько примеров.

«Театры часто идут на поводу у зрителя, невольно опуская профессиональную планку, – отмечает Радик Нурлыгаянов, врач высшей категории и по совместительству драматург. – В своё время Башкирский драмтеатр начал воспитывать зрителя и сейчас продолжает эту политику. Серьёзные пьесы воспитывают и актёра, поднимают его творчество на более высокий уровень. Недаром заветное желание каждого артиста – сыграть в пьесах Чехова, Шекспира…»

Директору НПФ «Пакер» Марату Нагуманову принадлежат такие максимы:

«Сначала надо быть человеком, а потом строить бизнес».

«Создать великую компанию просто: надо найти нужных людей и удалить ненужных».

В этих двух коротких фразах нужно только заменить слова «бизнес» и «компанию» на «государство», ан нет высокопоставленные господа правители этого не понимают!

«Люди в стране должны быть одной командой, объединённой общей идеей», – убеждена тренер по фигурному катанию Татьяна Тарасова. И разве в этих словах не заключено руководство к действию для нашей власти?

«Социум устроен так, что нормы поведения копируются сверху вниз и никогда не наоборот. Это закон природы. Нижестоящие перенимают образ действий вышестоящих», – сказал Михаил Веллер. И это ли не доходчивое объяснение, что власть во всём должна являть пример для народа? В чем же проблема?

«Я считаю, что баскетболист, который не способен играть на максимуме своих возможностей, не должен выступать за команду, – утверждает бывший игрок сборной России по баскетболу Виталий Фридзон. – Зачем занимать чье-то место?» И это тоже очень хороший совет для действующей власти!

Вопрос заголовка этой главы не вызывал бы ни малейших затруднений у наших древних предков. Тогда было принято, что все самые важные вопросы решают старейшины – наиболее мудрые и опытные члены социума. Но в наше время об этой славной и абсолютно правильной традиции напрочь забыли. Только некоторые (далеко не самые цивилизованные) народы, приверженные традиционному складу жизни, по-прежнему прислушиваются к старейшинам. Но на государственном и мировом уровне это никак не отражается.

И поскольку институт старейшин возрождать никто не собирается (общественные советы при главах республик – лишь слабая их копия), остаётся рассчитывать только на самостоятельную волю власти, которая зависит ☺от нравственного и интеллектуального уровня глав, а он нередко оставляет желать лучшего.

Что до мнения народа, то в нормальном государстве каждый человек имеет возможность вносить свои предложения, но отфильтровывать из них заслуживающие внимания должны как минимум эксперты.

Наиболее ярые сторонники воли народа в государственной политике обязательно припомнят традиционную русскую соборность и приведут пример Великого Новгорода, в котором до Ивана Грозного многое решалось на вече – народном сходе.

В данном возражении нет противоречий с вышестоящими рассуждениями. Оппоненты ведь не подсчитывали какой процент народной массы ходил на вече решать общие вопросы. И даже если б и подсчитали! Нужно всегда учитывать данные психологов и социологов. А они говорят, что активистов-общественников, радеющих за общее дело, всегда в любые времена небольшое количество. Их мнение важно и объективная мудрая власть всегда его учитывала. Но по ходу движения активистов к месту вече, к ним присоединялась толпа зевак, которая могла быть в десятки и сотни раз больше, чем имелось активистов. Зеваки ничегошеньки не понимали в происходящем, а просто шли поглазеть. Они всегда так поступают, поскольку своей полноценной жизни не имеют и им интересна чужая.

Однозначно новгородское вече не было собранием всего городского населения, где каждый знал, что следует делать правителю, лучше его самого. Такого умного и просвещенного общества в человеческой истории не было нигде и никогда.

Обобщая сказанное, можно сделать вывод, как в идеальном случае должно быть в государстве:

1. Воля всего народа не может быть указанием к политике государства. Да и не существует такая воля.

2. Государственная власть руководствуется в первую очередь Высшими идеалами и ценностями, а также национальными традициями. Её задача увязывать Высшие ценности и идеалы с текущими конкретными задачами.

3. Активная и неравнодушная часть населения имеет полное право реализовывать свои мысли и желания на благо общества. И в идеальном государстве власть должна наладить постоянные плодотворные взаимоотношения с народными активистами.

Порядок как важнейшее условие бытия

«Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет…»

Из «Повести временных лет»

«Порядок – первый закон небес».

Александр Поп, английский поэт

Во времена СССР люди свято верили в научно-технический прогресс. С 1991 года его место в душах заняла экономика. Многие убеждены, что именно с её помощью можно решить не только все проблемы общества, но и все проблемы вообще. Экономика в глазах наших современников стала чем-то вроде философского камня для средневековых алхимиков.

Однако стоит обратить внимание на такой факт. Наука установила, что пример самых совершенных сообществ на нашей планете демонстрируют общественные насекомые – пчёлы, муравьи и термиты, у которых, как известно, нет ни экономики, ни передовой техники и технологий. Почему же они посрамили человека – «светоча разума», «созданного по образу и подобию»? Исключительно за счёт идеальной расстановки сил членов своего сообщества, безупречного руководства и неукоснительного исполнения каждым своих обязанностей.

Вот какое неоценимое значение имеют данные факторы.

На основании каких критериев учёные сделали такой вывод? Думаю, вполне достаточно одного – устойчивости сообщества во времени. Муравьи, термиты и пчёлы существуют миллионы лет. А человеческие государства? Где великие империи? Куда подевались страны, управлявшие чуть ли не всем миром?

Очевидно, стоит задуматься над тем, благодаря какому качеству общественным насекомым удалось добиться такого совершенства.

Качество это называется простым и известным всем словом «порядок». Какой смысл в него вкладывается в данном случае? Тот, что каждый член сообщества строго занимает своё место подобно химическим элементам таблицы Менделеева. И так же строго каждый выполняет свою роль. Вот так предельно просто всё устроено в природе.

Но что просто в природе, для нашего брата не то что сложно, а, похоже, вообще невыполнимо. Попробуйте-ка расставить всех членов общества по порядку (то есть по способностям и степени ответственности, а не по блату) и заставить неукоснительно выполнять свои обязанности. Даже у Ивана Грозного, Петра Первого и Сталина это не слишком хорошо получалось.

Некоторые возразят: «О чём речь! В любой стране существует порядок – имеется глава, министры, губернаторы, суды, полиция, армия. Конечно, какой-то относительный порядок существует, иначе на карте мира не было бы ни одного государства. Только он очень далёк от совершенства в отличие от тех же сообществ насекомых. А отсюда недолговечность великих империй, да и невеликих тоже. Отсюда и царящая несправедливость, и коррупция, и вражда, и преступность, и самоубийства, и прочие драмы с трагедиями.

Многим отечественным ветеранам едва ли не образцовым представляется порядок, что был в Советском Союзе. Но если бы он был таким, СССР существовал бы по сей день.

Что же произошло? Деградировала верховная элита. До такой степени, что вся страна смеялась над первыми лицами.

Такое возможно в муравейнике? Да и в любой стае или стаде животных вожака, ставшего плохим управленцем, тут же сместят.

А разве можно сказать, что в советской стране каждый гражданин занимал место в социальной иерархии по способностям, трудолюбию и степени ответственности? Отнюдь. Нередко ловкие карьеристы обставляли честных людей и, занимая их места, им не соответствовали.

В природе не бывает такого явления. Особь, не выполняющая своих функций или плохо их выполняющая, в сообществах животных обречена.

60-е годы ХХ века были эпохой наивысшего процветания стран Западной Европы. Многим тогда показалось, что миру явлен образец совершенного устройства общества. Но в наше время за столь благополучные в недалёком прошлом страны становится тревожно. Рушится институт семьи, коренное население, создавшее этот «рай на земле», со всё большим ускорением замещается чуждыми этносами.

И к таким последствиям привели не страшные враги с Марса, а собственные идеология и законодательство. Стало быть, не всё было столь замечательно в Западной Европе в благословенные 60-е годы.

В природе не бывает демократии. Вместо неё авторитаризм и жёсткая иерархия. Во многих людях, в ком природная сущность сохранилась вопреки идеологическому давлению, это понимание имеет место. Социологические опросы в России показали, что как минимум половина населения страны предпочла бы поменьше свобод, но побольше порядка. «Народ (при возможности выбора) выбирает стабильность. И готов ради этой стабильности сократить рацион питания», – отмечает В.Костиков.

Профессиональные коллективы убедительно подтверждают силу данного природного принципа. Кто-нибудь видел демократию в симфоническом оркестре или футбольной команде? В них всё как в природных сообществах – распределение ролей, авторитаризм и беспрекословное подчинение. Не бывает такого, чтобы по собственной воле скрипач взялся исполнять роль пианиста, а вратарь – центрального нападающего при отсутствии необходимых навыков.

В обществе же, особенно нашем, российском, такое сплошь и рядом. Учитель работает дворником, кандидат наук – охранником, бездарь сидит в городской администрации, вор – в кресле директора. Что ж после этого удивляться, что так плохо живём!

Только тогда станем хорошо жить, когда начнём следовать природе. Когда каждый человек будет занимать то место в обществе, где будет наиболее полезен. А управлять станут самые подготовленные, честные и ответственные люди, переживающие за общее дело.

Казалось бы, это же совсем не сложно: самых лучших – в руководство, специалистов – по местам, преступников – за решётку. Увы, простое до очевидности оказалось не по зубам. И не только одной стране, а и целой цивилизации с её многовековой историей.

При том, что известно всё вышеизложенное с глубокой древности. Об этом ещё Пифагор говорил. А позднее неоднократно напоминали: Гераклит, Сократ, Платон, Конфуций, Сюнь Цзы, Карамзин, Гегель, Питирим Сорокин, Иван Ильин и другие.

Но мало ли что они говорили! У нас больше слушают тех, кто по телевизору часто выступает.

Для воззрений древних народов характерно целостное мифологическое мировоззрение. Согласно им, земные порядки – неразрывная часть общемировых (космических) порядков, имеющих надчеловеческое (божественное) происхождение и смысл. Земные порядки – часть мировых, поэтому можно говорить, что законодательство в целом выходит из божественного первоисточника.

«Земной правопорядок, по мифическим представлениям, – составная часть мирового, космического порядка, – отмечает В.С. Нерсесянц. – и всякого рода нарушения правил, обрядов и законов со стороны отдельных лиц могут нанести ущерб небесной и земной гармонии и чреваты мировыми катастрофами. Поскольку существующие порядки и законы божественны и священны, их нарушение расценивается как вызов богам».

Античным представлениям на человеческую жизнь в целом была характерна неразрывная связь и единство с глобальными космическими процессами, – писал В.С. Нерсесянц. – «Отсюда и трактовка полисного порядка как отражения космического порядка, поиски космических истоков полисных норм и установлений. Политическое знание – часть знания о природе вообще, о космосе». Так, для Гераклита космос означал «упорядоченный мир», «мировой порядок». Законы государства Гераклит считал отражением вечных законов миропорядка.

Древнегреческий философ софист Гиппий противопоставлял справедливое по природе справедливому по закону и обращал внимание на произвольность государственных законов. Согласно другому софисту Антифону, предписания закона произвольны, веления же природы необходимы. Многое из того, что признаётся справедливым по закону, говорил он, враждебно природе человека.

В мире царят необходимость и закономерность (всеобщий логос), – утверждал Гераклит. Все человеческие дела он мерил высокой мерой – мерой логоса. По Гераклиту человеческие законы питаются единым божественным, который довлеет над всем. Человеческая жизнь, в том числе государственная, должна быть согласована с велениями логоса. Космос даёт разумный масштаб и меру человеческим делам, законам, отношениям. Без этого у человечества не было бы самого представления о справедливости. Главное в государственных законах – их соответствие всеобщему логосу, а вовсе не формальная процедура их принятия народным собранием. Гераклит находил огромную пропасть между мировым логосом и неразумной, суетной жизнью людей.

«Применительно к сфере человеческих поступков и отношений, – писал В.С. Нерсесянц, – само наличие в мире единого всеуправляющего логоса означает этическую обязанность следовать ему».

Несмотря на то, что всё течёт и всё изменяется, во Вселенной существует раз и навсегда установленный порядок, независимый от человека. Будем называть его «Естественный порядок вещей». Он является одной из важнейших мировых ценностей. Наблюдая жизнь дикой природы или племена, по сей день живущие родовым строем (точнее – сознательно отказавшиеся от цивилизации), мы всегда сможем в этом удостовериться. Порядок там не меняется тысячелетиями, десятками, сотнями тысяч, миллионами лет. Нам необходимо это осознать и прийти к подобному порядку в условиях созданной цивилизации.

Что очень важно, порядок в человеческом обществе не должен быть искусственно кем-то придуманным, как либеральная демократия. Он должен основываться на Естественном порядке вещей и ни в чём ему не противоречить.

Естественный порядок вещей, если говорить очень популярным языком, – это когда весь мир движется согласно всеобщим законам, когда солнце встает утром и заходит вечером, когда пчёлы собирают мёд, медведь на зиму впадает в спячку, лосось плывёт на нерест, лето сменяет весну, а не наоборот и т. д.

Естественный порядок вещей является провиденциальным порядком. Его можно постигать, наблюдая природу и ставя эксперименты. Признаком, по которому узнают Естественный порядок вещей, является очевидность.

Согласно заключения Кенэ, законы Естественного порядка вещей нужно преподавать и это является основным мотивом, оправдывающим существование образования, и одной из существенных функций государства.

По здравому рассуждению, Естественный порядок вещей априори должен быть основой порядка в человеческом обществе. Человек же не испытывает желания ему подчиняться и придумывает свой порядок, каждый раз разный, целиком зависящий от правящей верхушки.

Однако нельзя построить общество и даже нормальную частную жизнь, если не считаешься с предустановленным порядком. Почему-то у нас принято верить в Бога, пусть даже формально, это считается нормой морали. А в предустановленный Им порядок верить не принято. Но раз Бог создал человека, Он сделал это с определённой целью и, конечно, не для того, чтобы человек жил, как ему вздумается, не считаясь с существующими нормами.

Мир существовал и существует именно благодаря наличию в нём порядка. Согласно Аристотеля, «порядок и есть своего рода закон». Слово «космос» в переводе с греческого означает «порядок», и это само по себе говорит о многом. Социологический энциклопедический словарь под редакцией академика Г.В.Осипова трактует порядок, как «упорядоченность, организованность, состояние и условие, при которых всё находится на своем месте и соответственно функционирует». Согласно Википедии, «порядок – гармоничное, ожидаемое, предсказуемое состояние или расположение чего-либо». В другом определении порядок – это «состояние налаженности, организованности, благоустроенности; правильность, систематичность чего-либо; установленная норма для чего-либо». По определению Константина Крылова, «Порядок – подчинение своего поведения неким правилам». Тут следует уточнить: под «некими» следует понимать только правила Природы. Порядок – качество нашего мира, и человеческое общество не может быть исключением.

Публицист М.С. Тартаковский, автор научно-популярных книг, утверждает, что «упорядочение идентично повышению информативности, тогда как хаос представляет собой ноль информации… Чем сложнее и упорядоченнее структура, тем она информативнее. Иначе говоря, рассыпанные буквы не содержат никакой информации; их надо по меньшей мере упорядочить в слова. Суждение, составленное из этих слов, ещё информативнее, тогда как книга, составленная из суждений, содержит сложнейшую информацию. Накопление информации и есть искомый механизм эволюции, генеральное свойство живой материи».

Судьба человечества, если оно и впредь не намерено следовать Естественному порядку вещей, весьма печальна. Так и мучиться ему дальше до самой преисподней.

Применима ли таблица Д.И. Менделеева к человеческому обществу?

«У птиц матерью-природой строго определено, кому и что, а у людей? Иногда смотришь на лица наших чиновников и думаешь: «И это всё, что способна предложить Россия?!»

Виктор Коклюшкин

«Вот так вопросец! – воскликнут некоторые, прочитав заголовок. – И как только такое в голову может прийти?!»

Так вот, представьте себе, применима таблица Менделеева к обществу! Конечно, в определённой степени, но весьма немалой.

В старые добрые времена человека, как и семью, называли «ячейкой общества». Что такое ячейка? Это определённое место в системе, закреплённое за данным человеком или семьёй. Так же как у химических элементов!

Из общей теории систем известно, что когда каждый отдельный элемент занимает определённое (причём своё) место в ней, система в целом пребывает в устойчивом балансе, стабильности, порядке или, выражаясь социальным языком, – в благополучии. Если же рассуждать о человеческом обществе, про такое говорят: оно надёжно, а люди в нём живут с твёрдой опорой под ногами и с чувством уверенности в завтрашнем дне.

Думаю, здравомыслящие читатели со мной согласятся. Но у тех, кто основательно отравлен либеральным ядом, сказанное вызовет бурю негодования. Они тут же окрестят меня фашистом. «Как же, автор посмел посягнуть на самое святое – свободу и независимость личности! Человека (господина!) пытаются втиснуть в какую-то систему, да ещё определить для него ячейку! Это ГУЛАГ, концлагерь, это чёрт знает что!»

Надеюсь всё же, что для людей, сохранивших здоровое восприятие, сравнение человека с ячейкой не выглядит обидным, ибо до либералов никогда не считалось зазорным быть частью общества. Только у этих великих манипуляторов массовым сознанием права личности (без обязанностей!) и её свобода (без необходимости!) оказались весомее целого общества. Однако природа устроена иначе. «Космический разум установил, что каждый атом во Вселенной должен быть связан с Мирозданием, – писал О.М. Айванхов. – Тогда как это может быть, чтобы то, что истинно для одного атома, не было бы истинно для всего человека, который состоит из миллиардов и миллиардов атомов?»

Элементы системы всегда подчиняются самой системе. Если будет наоборот, мир рассыплется (чего либералы и добиваются!). Кто в этом сомневается, может почитать школьные учебники по естествознанию или обратиться к общей теории систем.

Какую же систему лучше всего построить в человеческом обществе, чтобы она была наиболее устойчивой и стабильной?

Вспомним исторический пример генерального сражения армии Юлия Цезаря с галлами. Вторые превосходили числом римлян в разы, но были наголову разбиты. Почему? По той же причине. Правильная расстановка сил, порядок, дисциплина и грамотное командование сделали своё дело.

Обратимся к производству. Какие предприятия добиваются успеха, где сотрудникам вольготнее всего, куда архи сложно устроиться на работу? Это предприятия с грамотным, профессиональным и честным руководством и строгой дисциплиной. Только и исключительно такие качества определяют успех. Разговоры о том, что причина удач предприятия в новейших технологиях и богатой материальной базе неубедительны. Если командуют непрофессионалы, воры и проходимцы, а дисциплина отсутствует, никакие новации и инвестиции не спасут.

Ещё нагляднее пример с футбольной командой. Это очень жёсткая система, в которой каждому игроку отведена совершенно конкретная роль. Можно сказать: каждый встроен в свою ячейку. Когда все игроки находятся на своём месте, безупречно выполняют свои обязанности, а руководит грамотный тренер, команда добивается успеха. И обратите внимание на кадровую политику футбольной команды – тут есть чему поучиться государственным деятелям. Едва кто-то из игроков сдаёт, его переводят в дубль. А его место занимает тот, кто в данный момент играет лучше. Если сдавший станет совсем плохо играть, от него по-быстрому избавятся. Его место займёт более достойный. И никакие заслуги прошлого в расчёт не берутся. Команда должна представлять единый и боеспособный организм, нацеленный на достижения и прогресс – такова установка, которой подчинено всё.

В принципе в этом заключается формула наиболее совершенного государства. Хорошо справляется со своими обязанностями дворник, тракторист, учитель, хирург, главный врач больницы, начальник цеха, глава городской администрации, премьер-министр, глава государства – пусть работает и дальше. К чему устанавливать сроки? Сдал – тебя переведут в «дубль», а твоё место займёт более достойный. Ну, а если украл, смошенничал, – навсегда отстранят от должности. Это как минимум. Каждый специалист должен занимать именно то место в обществе, где он может принести максимум пользы, а заодно самореализоваться.

Только такая организация социума способна долгие годы решать самые сложные задачи. И только таким образом организованное государство в состоянии стать образцовым. Помните у Сталина: «Кадры решают всё»? В данном случае речь идёт о целой стране кадров. Лишних людей не должно быть. Даже инвалидам при желании можно найти занятие.

А как сами граждане будут чувствовать себя в такой стране? Не почувствуют ли они себя угнетёнными, бесправными винтиками в механизме?

На этот счёт есть профессиональное мнение известного психотерапевта Андрея Курпатова, который подводит под авторитарное устройство общества биологическую основу. «Иерархический инстинкт в нас есть биологически – и не важно, в какую эпоху мы появились на свет, – утверждает известный психотерапевт Андрей Курпатов. – Нам комфортно, когда существует понятная иерархия – кто сверху, кто снизу, кто справа, кто слева. Некоторый дискомфорт, конечно, возникает, потому как кто-то на тебя «давит», но этот минус компенсируется наличием определённости, ощущением стабильности, надёжности. Ты занял своё место в системе, и тебя элегантно со всех сторон подпирают. Да, в какие-то моменты, может, чуть давят, но зато не упадешь. Это в любом здоровом обществе есть. Есть общество, должна быть структура».

Заключение Курпатова подтверждают и данные социологических опросов. Более половины россиян предпочли бы поменьше свобод, но побольше порядка.

Огюст Конт предлагал рассматривать общество как единое органическое целое, в котором все части должны составлять гармоническое единство, и где каждый индивид как составная часть целого должен выполнять свою определённую функцию. Он считал индивида, взятого как «отдельное существо», – абстракцией.

В образцовом обществе, как в муравейнике и футбольной команде, каждый должен занимать своё место: фермер – место фермера, математик – место математика, военный – место военного. Человек занимает то место в социальной системе, где может максимально самореализоваться и принести наибольшую пользу обществу. В этом заинтересованы как сам человек, так и социум.

Точно так же обстоит дело с управленцами. Чем выше категория управленца, тем выше его положение в иерархии. Как уже говорилось, нечестность руководителя может свести на нет его профессиональные достоинства. Поэтому нечестных управленцев не должно быть в принципе.

А как обстоят дела в том обществе, которое мы имеем? Общеизвестно: математик подчас метёт тротуар, врач торгует с лотка, писатель работает грузчиком, философ вовсе безработный… Начальник нередко карьерист, вор или дилетант. Депутат часто бездельник и прохиндей. У нас всё сделано с точностью до наоборот. Стоит ли удивляться тому, что столько лет живём в хаосе!

«Можно ли вообразить, что на международные бои без правил отбирают не по спортивным показателям, а по родственным связям? – вопрошает Виктор Коклюшкин. – На хоккейный чемпионат защищать честь страны приезжают не лучшие хоккеисты, а верные партийцы? Иному козу пасти доверить нельзя, а ему – район! Регион! Руководи! Веди население в светлое будущее».

Есть ли какие-то рецепты, как с головы встать на ноги? И не просто встать, а припустить вперёд, подобно Китаю. Есть. Весь вопрос в героях, которые возьмутся это осуществить.

Как возродить коллектив, предприятие, город, страну

«Надо, наконец, понять, что из всех капиталов, имеющихся в мире, самым ценным и самым решающим капиталом являются люди, кадры. Кадры решают всё».

И.В. Сталин

Вы не знаете ответ на вопрос заголовка? А он, между прочим, очень простой. Его подсказал некто Марат Нагуманов, директор НПФ «Пакер», с которым я, правда, никогда не встречался, но где-то вычитал его просто-таки гениальные слова: «Сначала надо быть человеком, а потом строить бизнес. Создать великую компанию просто: надо найти нужных людей и удалить ненужных».

Предположим, на повестке дня возрождение захиревшего коллектива, предприятия, села, города, страны – не важно – принцип универсален. Что руководству следует сделать? Нужно создать экспертную комиссию из очень известных, уважаемых граждан, в честности и объективности которых мало кто сомневается. Ибо только на таких людей и можно полагаться в любом деле.

Далее эта комиссия проводит объёмную и детальную исследовательскую работу о кадрах, которые имеются – в коллективе, предприятии, городе и т. д. После чего они заменяют в коллективе, городе, стране нечестных на честных, безответственных на ответственных, лентяев на трудолюбивых, эгоистов на альтруистов, бессовестных на совестливых, бесстыжих на стыдящихся… И это всё! Больше ничего делать не надо. Не нужны никакие научно-технические прорывы, никакие сверхгениальные экономические теории, никакие сумасшедшие денежные вливания, так как они в таком случае непременно появятся.

Правда, одно всё же сделать нужно – создать силовую структуру при вышеупомянутой экспертной комиссии, которая будет отслеживать дальнейшую работу обновлённых коллективов, предприятий и т. д., а иначе весь труд экспертов быстро пойдёт насмарку. Антиподы без всяких комиссий спихнут честных и благородных с их мест и сами их займут. Таким образом, всё вернётся на круги своя, а это нам надо?

То, что всё здесь изложенное не бред сумасшедшего легко доказать с помощью эксперимента. Для этого берётся отстающее предприятие, которое никак не могут поднять длительное время, а дальше – по представленной здесь «инструкции».

«Богатство и мощь государства, – отмечал священник Виктор Грозовский, – зависят от духовного потенциала, духовной просвещённости и духовно-нравственной силы народа». «Россия – страна огромного количества одарённых людей, – вторит ему знаменитый дирижер Валерий Гергиев. – Это и есть то главное богатство, которым располагает держава».

У читателей может возникнуть вполне резонный вопрос: «Если всё здесь изложенное правда, то почему ей до сих пор никто не воспользовался?»

Тут можно вспомнить слова Михаила Веллера: «Нужно изменить налоговую систему – и ясно как. Нужно изменить политическую систему – и ясно как. Нужно изменить систему внешнеполитических отношений – и ясно как. И всё будет прекрасно!»

Я пришёл к печальному выводу, что причина этого логически странного явления в том, что такая идея никому не нужна. Верхам – потому что их больше всего устраивает существующий порядок, при котором они находятся наверху, а при другом порядке могут и потерять власть. Низам – а вот тут гораздо сложнее: вроде бы низы постоянно недовольны жизнью, но другой почему-то не хотят, потому что ничего для этого не делают. Больше того, авторов подобных предложений постоянно норовят побольнее укусить в комментариях соцсетей. «Вот так устроен мир!» – сказал бы Тимофей Баженов с РенТВ. Но нет, мир устроен совсем не так, исключение составляет лишь человеческий мир, особенно российский.

Образцовое государство

«Если человеческое общество правильно устроено, оно космоподобно».

П.А. Кропоткин

Мыслители и писатели разных эпох, будучи неудовлетворёнными существующими социальными порядками, создавали всевозможные утопии об идеальном государственном устройстве. Но, как известно, достичь идеала и совершенства не в силах человека, совершенству вообще нет предела, поэтому более правильным представляется определение «образцовое государство». В наше время тотальной деградации человечества оно из мечты превратилось в настоятельную необходимость, в возможно единственный путь спасения нашей цивилизации.

«Сегодня нам нужны не просто утопические мечты и маленькие горизонтальные проекты, – пишет экономист Пол Мейсон. – Нам нужен проект, основанный на разуме, доказательствах и проверяемых разработках, который встроится в ход истории и который сможет выдержать планета. И он должен начать работать».

«Мы можем и должны предложить миру социальную модель, проект общественного устройства, который разрешал бы неразрешимые и несовместимые с жизнью противоречия нынешней модели, – говорит политолог Михаил Леонтьев. – Это и политическое устройство, и социальное, и устройство экономики. Причём это будет именно новое устройство, мы не можем эту модель вытащить из прошлого: её там нет…»

Для начала необходимо определиться с тем, какое государство следует считать образцовым. Полагаю, оно должно в первую очередь соответствовать главным Мировым ценностям и принципам, быть стабильным и устойчивым во времени. Это основное, остальное – следствия.

В рамках данной книги предлагаются общие представления о Диктатуре естественного закона, подробно изложенные в соответствующей работе. Под естественным законом человеческого мироустройства понимается единство разума и совести (см. главу «Общечеловеческая идеология»).

В первую очередь следует сказать, что государство должно напоминать природные системы, которые существуют за счёт внутренних резервов и не паразитируют на других системах. Нашим внутренним резервом являются люди, «человеческий фактор», а вовсе не природные ресурсы, которые относятся к совершенно другим системам.

Второй момент. Механизм государственного управления должен быть простым и рациональным, как всё в природе. «Простота – это признак истины», – говорили в античном мире. И наоборот: «Многочисленность законов в государстве, – утверждал Вольтер, – есть то же, что большое число лекарей: признак болезни и бессилия».

Ещё в Древнем мире было придумано, кто должен руководить странами и народами. Все крупнейшие древнегреческие философы, а также Конфуций и Сюнь Цзы в Древнем Китае развивали идею управления страной лучшими людьми. Ещё раньше в Древнем Израиле (до эпохи царей) государством управляли «судьи» – самые умные и самые честные граждане, бывшие к тому же проводниками вселенских порядков. Высшим политическим органом Древней Спарты была так называемая «Герусия», представляющая собой Совет старейшин. Подобное политическое устройство получило название «миритократия».

Конфуций учил, что в идеале обществом должна управлять аристократия добродетели и знания, которая не имеет ничего общего с родовой знатью и зажиточными людьми. Согласно его учению, соблюдение правящим классом требований добродетели играет решающую роль и предопределяет господство норм нравственности в поведении подданных. Конфуций говорил: «Если вы будете стремиться к добру, то и народ будет добрым. Мораль благородного мужа подобна ветру, мораль низкого человека подобна траве. Трава наклоняется туда, куда дует ветер». Наш современник Михаил Веллер повторил ту же мысль своими словами: «Поведение верхушки копируется всеми нижними слоями социальной пирамиды. Еще это называется «Каков поп, таков и приход».

Согласно учения Пифагора, правители – это лучшие люди по своим нравственным и интеллектуальным качествам, по доблести и уму.

По Демокриту для граждан должна соблюдаться интеллектуальная иерархия и субординация по умственным достоинствам. «Приличие требует подчинения закону, власти и умственному превосходству». «По самой природе, – подчёркивал Демокрит, – управлять свойственно лучшему». К лучшим он относил тех, кто обладает высшими умственными и нравственными достоинствами. «Глупцам лучше повиноваться, чем повелевать», «Тяжело находиться в повиновении у худшего» – учил Демокрит. К управлению государством нужно допускать только людей, обладающих соответствующими знаниями и достоинствами.

«Дурные граждане», получая почётные должности, которых они недостойны, ведут государственные дела небрежно, глупо и нагло. Они падки на лесть и угодничество, приносящие вред «общему делу» и благополучию полиса.

Демокрит считал, что применительно к большинству закон выступает как необходимое средство насильственного обуздания неразумного и вредного своеволия. Умственно же и нравственно лучшие вправе жить как бы вне общего закона.

По Сократу править должны знающие люди, подготовленные к делу государственного управления и приобщившиеся к подлинному знанию. Сократ считал странным распространённое мнение, «будто искусство государственного управления, величайшее из занятий, даётся человеку само собой, тогда как в прочих маловажных занятиях люди достигают успеха лишь после соответствующей учёбы и подготовки», – отметил В.С. Нерсесянц.

Идеальное государство Платона – справедливое правление лучших. Как и Сократ он считал, что законное и справедливое – одно и то же. Поскольку в их основе лежит божественное. При реализации законов необходимо сочетать убеждения и принуждение. Платон вообще призывал к открытой диктатуре лучших людей над народными массами.

«Платоновская «аристократия» как лучшая форма правления – это идеальная конструкция, – пишет В.С. Нерсесянц, – институциональное воплощение идеи правления умственно и нравственно лучших людей. К прогрессивному смыслу этого принципа обращались мыслители различных эпох (особенно французские просветители). И сегодня в разного рода требованиях компетентного руководства, научно обоснованного управления и т. п. внятно звучит дальнее эхо данного принципа».

Идея меритократии получила продолжение и в более близкие нам времена. Её отстаивали Николай Карамзин и Георг Гегель в начале ХIХ века, религиозный философ Иван Ильин и социолог Питирим Сорокин в середине ХХ века. Последний выдвигал требование заменить «правительства политиканов» правительствами «учёных, святых и мудрецов».

При монархе, как правило, были мудрецы-советники. И в современной России при президенте существует общественный совет из авторитетных граждан. Глядя на такую закономерность, возникает детский вопрос: а зачем вообще нужен монарх и президент? Чтобы мешать мудрецам проводить в жизнь мудрые решения? Чтобы искажать ценные мысли в соответствии со своими примитивными представлениями? Может быть, это совершенно лишняя единица – такой глава страны?

Оппоненты скажут, что главное качество главы государства вовсе не ум, а способность держать народ и страну в руках. Но разве исполнительная власть с силовыми структурами с этим не справится? Что толку в главе государства, который умеет держать население в ежовых рукавицах, но при этом не знает, куда страну вести? В живом организме, в том числе человеческом, мозг командует мышцами. В обществе же почему-то наоборот.

Диктатура естественного закона полагает, что Советы старейшин – главная и единственная законодательная власть в государстве, республиках, краях, областях, городах, районах и т. д. И повсюду они составляются из наилучших и авторитетных граждан. «Известные, выдающиеся и великие призваны быть опорой и гордостью нации», – писал в «Литературной газете» Алексей Бурыкин.

Старейшины могут пребывать во власти неограниченное время. Полной смены одного Совета на другой не происходит в том виде, как это случается в современных демократических государствах, когда со сменой главы, уходят все его сотрудники, независимо от того, как они работали и даже от того, что им в данном обществе вообще нет замены. Смена старейшин в Советах осуществляется постепенно, в связи со старостью, болезнью или другими личными мотивами, а также в связи с появлением более достойных кандидатов. Осуществляться это должно на добровольной основе совместным решением старейшин. Замена старейшин может происходить в любое время. Чтобы Советы старейшин не превращались в закрытую касту неприкасаемых, свои предложения может вносить любой гражданин страны, коллектива и объединения.

Старейшины не только решают важнейшие вопросы внешней и внутренней политики, но и одновременно являются главными хранителями заветов, морали и вечных ценностей. Их задача – добиваться того, чтобы общество не отходило от них в своей повседневной жизни и деятельности, жило по естественному закону человеческого мироустройства. Каждый конкретный Совет старейшин должен применять общечеловеческие правила и законы к условиям своего социума, учитывая местные особенности.

Советам старейшин подчиняется исполнительная власть в виде городских, республиканских, краевых, областных и районных администраций и министерств по отраслям. А страной руководит – правительство во главе с премьер-министром. В состав исполнительной власти любого уровня должны входить профессиональные управленцы, доказавшие свою честность и желание служить обществу.

Образцовое государство должно быть защищено от воспроизводства в нём негативных пережитков прошлого. Одним из важнейших условий для этого является устранение от возможности влиять на социум личностей, лишённых чести и совести. Чтобы навсегда сломать существующую порочную практику, при которой эти люди оказываются наверху общества, необходимо создать особый государственный механизм, позволяющий душить карьеру беспринципных людей в самом зародыше. Такой механизм, который позволяет быстро определять подобных людей и ставить им заслон в карьере. Одновременно этот же механизм определяет и выдвигает на высшие должности лучших из лучших в данное время, в данном месте.

Всё это может обеспечить такой важнейший элемент Диктатуры естественного закона, во многом определяющий её реальную жизнеспособность, как Служба социального лифта. Задачей этой службы является распределение по социальной лестнице всех граждан, проживающих в зоне ответственности данной службы.

Поскольку богатство и сила страны заключены в её людях, необходимо хорошо знать своих людей. А это возможно только при индивидуальном подходе к каждому человеку. Популярная отечественная практика обращения к народу вообще, в целом, при Диктатуре естественного закона невозможна. Человек человеку – рознь. Нет среди людей «всех», есть индивидуальности, которых необходимо объединить в общество.

Благо страны, как и личное благо каждого, напрямую зависит от того, насколько будут реализованы знания, умения и способности каждого отдельного гражданина. Преимущества в продвижении по службе, в зарплате, в премиях и прочих поощрениях и льготах может иметь только тот, кого отличает высокие профессионализм и моральные качества. Еще Цицерон писал, что «законы должны искоренять пороки и насаждать добродетели».

Это достигается с помощью банка данных, хранящихся в Службах социального лифта. Ежегодно каждый гражданин обязан отчитаться в Службе социального лифта своего района о том, как провёл год и чего добился. По этому отчету и характеристике с места работы судят о нравственном и профессиональном росте или, напротив, об их отсутствии. Это и служит материалом для продвижения по службе, прочих поощрений или наоборот. При необходимости данные отчётов проверяет полиция нравов. Ложные сведения должны караться законом.

Службы социального лифта выполняют роль некоего социального сита, которое перемещает в верхнюю часть общества высоконравственных, высокопрофессиональных, талантливых и социально активных граждан, а в нижнюю часть – ленивых и порочных. При этом каждый человек сам, а вовсе не государственная служба, определяет свою судьбу, ведь только от его собственного выбора зависит, где ему быть и как жить.

Таким образом, при Диктатуре естественного закона быть бесполезным и аморальным экономически и социально невыгодно. Службы социального лифта дают возможность великим людям совершать великие дела, творческим личностям – творить и созидать, людей не очень способных к творчеству они ставят на то место, где они смогут принести свою посильную помощь обществу, внести свой вклад. Эти службы цементируют и активизируют всё общество, усиливают потенциал тех элементов, которые двигают систему вперед, и ослабляют потенциал тех, которые её разрушают или приводят к застою. Данные о последних передаются в полицию, что значительно облегчает её работу.

Экономика Диктатуры естественного закона не является чем-то супер важным, как в нынешней России. Её задача создать материальную базу для духовно богатой жизни цивилизованного в высшем понимании человека. Без дефицита, как это было в Советском Союзе, но и без излишеств, как наблюдается в современном либерально-демократическом мире. Экономика должна быть разумной и социально и экологически ответственной.

Реальная нужда в том сверхизобилии товаров, которое имеет место при капитализме, отсутствует. А вред от него, прежде всего экологии, да и нравственности, колоссален. Экономика должна работать с оглядкой на экологию, моральные, духовные и социальные задачи общества, а не подменять их, как это происходит в наше время.

Народное хозяйство, по мнению авторов Концепции общественной безопасности, должно носить характер систематического долгосрочного планирования. «Цели промышленного производства должны быть подчинены целям общественного развития, нашим духовным идеалам и ценностям», – говорил и академик В.П. Казначеев.

С позиций изложенного, иметь доходы, явно превышающие биологические и социальные потребности человека, аморально. Избыточность развращает, и такие доходы портят самих обладателей, а еще больше членов их семей, которые частенько растранжиривают свою жизнь на бессмысленные занятия, показывают окружающим пример, как не следует жить.

Элита, согласно Концепции общественной безопасности, «делает себе честь и воспитывает остальное общество, когда не претендует на преимущественное потребление материальных благ, произведённых другими, пусть даже и под их высококвалифицированным руководством. Именно эта непритязательность власти порождает у неё моральное право требовать от подчинённых добросовестного исполнения ими возложенных на них обязанностей. Появление такого морального права у начальства есть повышение ответственности за свою деятельность у подчинённых и нематериальное стимулирование их труда».

Помимо жёстких социально-экономических методов, Диктатура естественного закона предполагает широкую программу по воспитанию населения в духе высокой нравственности и просвещённости. От советской системы воспитания она должна отличаться отсутствием непреодолимой стены между властью и простыми гражданами; какого бы то ни было культа личности; полной открытостью и прозрачностью власти на всех уровнях; узаконенным запретом на искажение или сокрытие информации; а самое главное, сама власть и любой руководитель будут учить население честному служению своим личным примером. Власть не должна кичиться своими достоинствами. Она таковой обязана быть.

Предполагается ли в данной политической системе свобода слова и свобода критики? Предполагается. Только вряд ли в этом будет большая необходимость. Диктатура естественного закона не разделяет общество на верхи и низы, непременно противостоящие друг другу, как не делит власть на независимые друг от друга ветви. Она мыслит государство как единый организм, в котором все органы работают согласованно.

Нечто подобное в своё время высказывал Иммануил Кант. Его оппонент, философ Гердер называл государство машиной, которую со временем придётся сломать. Кант возразил: без государства нельзя, оно не механизм, а организм, некое целое. Механическое вмешательство в жизнь органического целого недопустимо.

Основная масса населения не должна роптать против Диктатуры естественного закона, потому что неудобно выступать против таких понятий, как справедливость, долг, ответственность, честь, служение, совесть. А власть именно этого и будет требовать от народа и именно это демонстрировать собственным примером.

«Высокообразованный и самоосознающий себя человек, сам склонен идти по предписанному пути, ибо отклонение от него претит ему самому, он осознаёт, что это дурно скажется на нём самом, на его детях, его семье и на всём обществе, – пишет Ленский-Быков в работе «Государство нового типа». – Таким образом, постепенно отпадает система законов, которая насильственно насаждает человеку его поведение. И постепенно в обществе добровольно возникает осознанный высший порядок».

Авторитаризм Диктатуры естественного закона предполагает единство всех иерархических социальных ступеней общества на основе общих идеалов, а не подчинение высшим иерархам только потому, что они высшие.

Понятие «диктатура», как заметил М. Веллер, скомпрометировано. По мнению писателя, «Диктатура – это возможность всю сумму людских энергий направить в единое русло – без потерь этих энергий на взаимные противоречия и компромиссы. Диктатура подчиняет главному не главное, в то время как в традиционном и бюрократическом государстве главным становятся средства, то есть органы и законы управления, а не главными – то, ради чего они были созданы…»

Сказанное в этой главе не является каким-то откровением и представляется чем-то само собой разумеющимся, как в природе. Диктатура естественного закона способна развернуть отрицательный ход естественного отбора в человеческом обществе в правильную сторону как ни один из известных видов государственного устройства. Отдельные периоды истории могут это подтвердить. «При внимательном изучении истории становится ясно, что цивилизация шла кругами, в каждом из которых развитие личности либо поощрялось, либо игнорировалось, – писал Вэйсунь Ляо. – В тех циклах, когда развитие поощрялось, возникала сильная, творческая цивилизация, дававшая толчок к прогрессу общества и новому взлету человеческого духа».

Когда в обществе появляется новая концепция государственного устройства, у неё тут же находятся оппоненты и их главным доводом, как правило, становится утверждение, что общество якобы не готово к предложенному проекту. Но реально ли дождаться, когда оно будет готово, особенно учитывая что никто его к этому и не готовит? К тому же Диктатура естественного закона не требует каких-либо экономических и научных прорывов, как и непосильных финансовых вливаний. Ей нужна лишь политическая воля. Установить её можно хоть сейчас, это можно было сделать и вчера, и позавчера. А вот завтра наверняка будет поздно. Происходящие в современном мире события подсказывают, что может наступить куда более жёсткая диктатура и гораздо менее гуманная.

Что значит жить по законам природы?

«Мир, отвергающий законы природы, в итоге обречен на гибель».

Владимир Хотиненко

«Человек совершил огромную ошибку, когда возомнил, что может отделить себя от природы и не считаться с её законами».

В.И. Вернадский

В массовом сознании, да и в сознании некоторых учёных, распространено убеждение, что человеческие решения имеют преимущество перед природой по той простой причине, что она не имеет головного мозга подобного нашему. Однако это в корне не верно. Бесчисленное количество фактов говорит о том, что природа обладает значительно более мощным сознанием, чем человек, хотя как она этого добивается и где расположен её мозговой центр науке не известно.

В своих публикациях, продолжая единственно правильную традицию целеполагания, я постоянно призываю следовать в жизни законам и принципам природы. Однако это вызывает недопонимание у некоторых читателей: «Что сие означает? Я ведь закон всемирного тяготения не нарушаю, да и прочие законы физики, химии и биологии мой организм тщательно соблюдает».

Должен заметить недостаточно осведомлённым людям, что законы и принципы природы не сводятся только лишь к открытиям естественных наук, их значительно больше. Есть и такие, что объединяют в себе целые комплексы других законов. Законы Вселенной точны, неизменны и неоспоримы. Их авторство находится за пределами человеческого сознания. Но учителя всего человечества, украшавшие землю с древнейших времен, число которых в наше время, увы, сильно сократилось, смогли узреть эти великие законы и передать людям.

Демокрит рассматривал соответствие природе как критерий справедливости в этике, политике, законодательстве. Несправедливо то, что противно природе. Демокрит пытался привести искусственные сферы человеческой жизни в соответствии с естественными – природной правдой и истиной.

Согласно этике стоиков, человеческая природа – часть общей природы и мироздания в целом. Отсюда вытекает требование жить в согласии с природой, с естественным законом, то есть вести честную, добродетельную жизнь.

Сократ учил, что существуют неписанные божественные законы, установленные не людьми, а богами, и имеющие силу повсеместно, независимо от воли людей. Эти законы составляют нравственную основу действующего в государстве права.

«Человечество ставит перед собой чисто социальные, оторванные от своей биологической сути цели, – пишет Валерий Слёзин – Преследуя социальную цель, надо соотносить её со своей биологией, иначе мы зайдём в эволюционный тупик, что отчасти уже произошло и в Западной Европе, и у нас в России. Население вымирает, а политики проводят реформы, способствующие ускорению этого вымирания».

Для нас особо важное значение имеют те из законов природы, что относятся к этике, потому что именно от этики зависит поведение человека. Как раз в этой области и заключаются вопиющие нарушения, что люди веками и тысячелетиями совершали и продолжают совершать. «Законы духовной жизни, с которыми человек соприкасается ежечасно и ежеминутно, остаются совсем непознанными, хотя нарушение их имеет неизмеримо более серьёзные последствия, нежели всех других, – пишет профессор А.И.Осипов. – Это парадокс: духовные законы, без знания которых счастья не достигнешь, почти неизвестны!»

Мы не в силах не подчиняться законам естествознания, а вот что касается морали – это запросто. Причём сказанное относится только к цивилизованному человеку, племена из джунглей Африки, Новой Гвинеи и Амазонии здесь ни при чём. В связи с чем и возникает вопрос: кого же считать дикарями?

Приведу несколько, на мой взгляд, наиболее важных этических законов.

1. В первую очередь следует подчеркнуть неизменность природных законов и принципов. И это главное, чему не следуют люди. Известно, как меняется законодательство от страны к стране и от эпохи к эпохе, в какой степени оно зависит от правящей верхушки и национальной элиты. Многие к этому привыкли и считают чем-то само собой разумеющимся. Но на самом деле здесь наблюдается грубейшее нарушение природных принципов: закон подразумевает неизменность, это что-то сродни эталону.

2. Мир устроен в соответствии со строгой иерархией, согласно которой частный закон всегда подчиняется общему, а вторичный – первичному. Общеизвестно, что природа существовала задолго до человека. Её законы точно так же действовали и до появления человека, следовательно, они первичны по отношению к человеческим. Но где и кто сей факт признаёт? Был, скажем, в России консервативный строй, кому-то он не понравился, устроили революцию, объявили социализм, спустя 70 лет и он кому-то не понравился, сменили его капитализмом. Соответствуют ли подобные идеологические метания природным законам – об этом задумываться не принято.

Среди Мировых ценностей также существует строгая иерархия. В частности, необходимость всегда выше свободы, обязанности выше прав и т. д. Но людям захотелось лёгкой жизни, и они перевернули Мировые принципы с ног на голову.

3. В мире устоялся Естественный порядок вещей. Его проявления в том и состоят, что открывают учёные и исследователи. В том, что материальные объекты в норме состоят из молекул, а те из атомов. Что атомы в сою очередь состоят из элементарных частиц. Что планеты обращаются вокруг звёзд, а звёзды вокруг центра галактики. Естественный порядок вещей распространяется и на живые объекты и вообще на всё, что существует во Вселенной. Но люди не то что не желают жить в соответствии с естественным порядком вещей, а даже не задумываются об этом, устанавливая свои порядки в соответствии со своими домыслами, и даже не домыслами, а желаниями и страстями.

4. В мире социальных животных степень ответственности всегда пропорциональна степени развития сознания. Так в стаях и стадах вожаком всегда становится тот, кто обладает качествами, позволяющими взять на себя ответственность за всех. А что же люди? Главы государств всегда берут на себя ответственность за вверенное население? Или им другие интересы важнее?

Если же говорить обо всём человечестве, то тут полный швах. По Книге Бытия, перволюдям, Адаму и Еве, Создатель поручил охранять и возделывать Эдем (планету Земля). Но что люди с этим сделали? Они объявили себя Хозяевами планеты с полномочиями делать с ней и населяющими её другими видами всё, что заблагорассудится. Это, если мягко выражаться, называется произволом, но, если выразиться более точно, на ум приходят понятия: видовая дискриминация, геноцид и зоофашизм.

5. Широко известно, что в мире всё пребывает в постоянном движении, остановка означает смерть. Так, электроны, прекратив движение, упадут на атомное ядро. То же произойдёт с планетами, они упадут на звезду. Если в стаде антилоп, спасающихся от преследования гиеновидных собак, одна антилопа не захочет бежать со всеми, она будет съедена. Если остановится сердце, человек умрёт. Природа не терпит бездеятельности, праздности, лени, излишеств, невежества.

Но следуют ли люди в своём поведении этому вечному принципу? Совсем не обязательно! Массы народа не хотят напрягаться, предпочитая отдых, развлечения и удовольствия. Цивилизация взяла такое направление развития, когда всё делается для максимального комфорта, на это работает наука, техника, экономика. Поэтому человек как вид остановился в своей эволюции, естественный отбор, по свидетельству экспертов, принял отрицательное значение, люди массово деградируют по всем направлениям – физиологически, психологически, генетически, духовно, интеллектуально, нравственно и т. д.

6. Со времён Гераклита известно, что «всё течёт, всё изменяется». В норме изменения, согласно действующего вселенского закона, происходят в сторону совершенствования. Это привело к тому, что многие виды растений и животных существуют миллионы лет. Но люди решили, что совершенствоваться слишком сложно, ведь для этого нужно преодолевать себя, много трудиться, ставить высокие цели и их добиваться. Гораздо проще и приятней жить по течению, тем более когда государственная власть этому не препятствует. Вместо самих себя люди принялись совершенствовать технику и технологии. Школьников в подобных случаях оставляют на второй год, а что делать со всем человечеством?

7. Со времён Древнего мира известно, что природа – это царство гармонии. Всё в ней стремится к устойчивому балансу. Красота – неизменная природная данность и ценность.

А что у людей? Можно ли назвать гармонией отношения низов и верхов в обществе? А межгосударственные отношения? А личные отношения между отдельными людьми? Очень часто они характеризуются завистью, корыстью, коварством, ненавистью – а это всё дисгармоничные чувства. Гармонии у человечества не было никогда и, очевидно, никогда не будет.

Красота тоже исчезает из нашего мира, вместо грациозных и стройных представителей вида, мы всё больше наблюдаем ожиревших человеко (скорее свино) подобных существ, без живого чувства и хоть какой-то стоящей мысли в глазах. Красота у нас теперь достигается применением качественной косметики и работой пластических хирургов, а не самосовершенствованием.

Все проблемы людей происходят от нежелания следовать мудрой природе, от постоянных нарушений её законов и невероятного самомнения. Гордыня неспроста считается в религии тягчайшим грехом. Это именно то, что не прощается Мирозданием. Многочисленные вековые пророчества, ныне подкреплённые исследованиями экспертов, сбываются. Конец цивилизации будет уже при жизни нынешнего молодого поколения, которое вместо того, чтобы этому воспрепятствовать, объединив усилия, предпочитает «не париться», «оттягиваться по полной» и «колбаситься». Да и как молодым может в голову прийти идея спасения планеты, если им этого не разъяснили ни родители, ни учителя? Но и родителям с учителями никто этого не разъяснил, так как государственные власти, вместо того, чтобы учить народ мудрому и вечному, заняты исключительно междуусобными разборками на уровне «кто виноват – свекровь или тёща»? В таких условиях остаётся лишь пожелать всем того, к чему мы так успешно стремимся: До скорой встречи в аду!

Мораль советская, либеральная и космическая

«Мораль есть учение не о том, как мы должны сделать себя счастливыми, а о том, как мы должны стать достойными счастья».

Иммануил Кант

«Государственные границы важны, но куда как важнее границы нравственности и морали. Соблюдая их (какой же я наивный!), будут нерушимы и все другие».

Виктор Коклюшкин

Интересную оценку дал мне один молодой литературный критик. Он назвал мораль, которую я исповедую, советской. Но моё удивление несколько ослабло, когда я вспомнил, что ранее другой критик вообще назвал меня советским человеком по своим убеждениям. И это даже несмотря на присутствие в соцсетях моих статей: «Социализм – не самое правильное учение» и «Почему я не стану коммунистом». Поэтому возникло желание остановиться поподробнее на моём понимании морали, тем более что она имеет первостепенное значение в человеческом обществе.

Начну всё же с более разрекламированной в наше время и оттого многим более понятной либеральной морали, которую, правда, некоторые понимают не как именно либеральную, а как современную и «цивильную», противопоставляя её «обветшавшей морали предков», которой до сих пор придерживаются «отсталые питекантропы».

Либеральная мораль, как известно, это нечто непостоянное, амёбообразное. Она зависит от эпохи, народа, страны и даже личности. Постоянным в ней является только обязательный приоритет интересов личности над государственными и общественными интересами. Либеральная мораль защищает отдельного человека, не вникая в его сущность и даже если он вовсе преступник. Государство – это монстр, оно всегда против личности, всегда хочет её поглотить, навязать что-то противное свободе, посягнуть на её неотъемлемые права. Личность же почему-то всегда и неизменно права. Об обязанностях же либеральная мораль упоминает лишь иногда и вскользь.

Либерализм прославился своеобразной гуманностью, которая почему-то проявляется в первую очередь к разного рода меньшинствам, а не добропорядочным гражданам. Наивысшим проявлением добра и милосердия считается помощь безнадёжно больным, психически неполноценным и что совсем уже странно – заключённым преступникам.

Чего добилось человечество благодаря либеральной морали можно наблюдать в странах Западной Европы, подвергшихся нашествию мигрантов из стран Азии и Африки, которые лезут в неё ради благополучной жизни на пособии. В европейских странах идёт стремительное замещение коренных народов и их культуры на пришлых, которые не хотят считаться ни с культурой, ни с народом, и даже не желают изучать местный язык.

Параллельно наблюдается демографическая проблема – детей рождается всё меньше и меньше. Тому способствует и расцвет гомосексуальных связей, поощряемый и рекламируемый сильными мира сего, заинтересованными в том, чтобы на планете остался только «золотой миллиард».

Либеральная мораль является чисто договорной, то есть лишённой кого-то фундаментального обоснования. Люди договариваются между собой, что считать приемлемым, а что неприемлемым. И это считается единственно правильной нормой. Но по справедливому замечанию Владимира Легойды, договорные основания «сами провоцируют нарушать условия этого договора. В самом деле, когда человек боится нарушить условие? Когда ему может за это «прилететь». Почему человек нарушает «конвенцию»? Видимо, он испытывает в этом острую нужду и надеется, что не будет за это отвечать, что ничего не «прилетит».

В отличие от либеральной, советская мораль была более традиционной, то есть консервативной. Известно, что даже имевшийся в СССР документ под названием «Моральный Кодекс строителя коммунизма» в немалой степени был списан с Библии.

Но в традиционную мораль были внесены свои «изюминки», основанные на «всепобеждающем» учении классиков марксизма-ленинизма. Истиной провозгласили материализм и атеизм, церкви же объявили войну. Рабочий класс назвали самым передовым в обществе, гегемоном и т. п. Коммунистическую партию, соответственно, рулевым всего народа, «умом, честью и совестью общества».

Все эти искусственные нововведения значительно сузили потенциал народа и страны и привели к искажениям в политике и идеологии. Тем не менее, Советский Союз добился огромных успехов, правда, ценой страшных потерь. Это было связано с мобилизующей силой идеологии и авторитарного управления с одной стороны, и самой постановкой высоких задач с другой. Последнее было самым ценным в СССР вообще, ибо нет ничего выше государства, мобилизующего всё общество к высоким целям и идеалам. Самые великие государства в истории тем и отличались, потому и стали предметом изучения, что ставили великие цели и добивались их.

Напрашивается мысль: если сохранить в государстве как важнейшую составляющую устремлённость к высоким целям и идеалам, при этом освободившись от неправильных выводов теоретиков коммунистической идеи, поменяв искажённую идеологию и мораль на более истинные, можно реально построить образцовое общество, какого в известной нам истории не было.

Представляется что основой как идеологии, так и морали в таком государстве, а соответственно и его законодательства, внутренней и внешней политики может быть только и исключительно всеохватная Природа, Мироздание, Вселенная с их вечными и неизменными законами и порядками. Как идеология, так и мораль в обществе только тогда будут истинными, когда станут базироваться на космических истинах, а не на умозаключениях отдельных теоретиков, пусть даже самых гениальных.

Космическая мораль полностью противоположна либеральной. Если у либералов «основу консенсуса составляет признание чужих интересов как гарантии для осуществления собственных интересов», то согласно глубинному консерватизму основу консенсуса, как и морали, идеологии, гуманизма, политики и т. д. составляют законы, принципы и порядок Вселенной.

Целый ряд философов, начиная с древних времён по сей день утверждали, что мораль, нравственность и вечные ценности отнюдь не человеческое изобретение. Они всегда существовали в мире и в частности нашли выражение у животных.

По мнению Платона, идеи добра и справедливости существуют в самой природе. Основы нравственности – в Идее, заложенной в устройстве мировой жизни. Эта Идея проницает весь мир, в том числе человека.

Древнегреческие стоики также считали, что сама природа содержит в себе правила и образцы нравственного. То, что люди называют нравственным законом, вытекает из мировых законов, управляющих жизнью природы. Разум, согласно стоикам, проникает весь мир как Всеобщий Мировой Разум. Только живя сообразно Мировому Разуму, человек найдет мудрость, добродетель и счастье, сама природа внушает нам здоровые нравственные инстинкты. Нравственное чувство, проявляющееся в человеке, представляет часть чего-то, что заложено в жизни целого. Если бы этого не было в самой природе, оно не проявилось бы и в человеке.

В эпоху арабского возрождения, арабские мыслители считали познание нравственности частью познания природы. В Новое время эту линию продолжили: Фрэнсис Бэкон, Кедворс, Спиноза, Кант, Пьер Бэйль, Гегель, Огюст Конт, Марк Гюйо и другие.

Согласно учения И.Канта, нравственность не зависит от каких-либо внешних причин, чувств и авторитета. Мораль обладает вечными правилами, общими для всех времён и народов. Нравственный закон представляет собой веление долга ради самого долга. Веление нравственного закона выражается в так называемом категорическом императиве – безусловном и общеобязательном требовании воли.

Фома Аквинский вообще не отличал право от нравственности и искал их основание в законах мироздания.

Теоретик правоведения П.И. Новгородцев считал, что мораль столь же неизменна, сколь постоянна сущность человека; что нравственно для одного человека, не должно быть этически безразличным для другого; право не должно выходить за пределы моральных критериев; правотворчество должно соответствовать этическим идеалам.

Другой русский теоретик права Б.А. Кистяковский утверждал, что право является проявлением нравственности и в его основе лежит принцип этического долженствования.

Но ближе всех подошли к вопросу сущности нравственного чувства шотландские философы Фрэнсис Хатчесон и Адам Смит: Человека побуждает совершать добрые поступки благостное ощущение от содеянного и неприятные чувства в душе от совершённых неблаговидных поступков.

Если попытаться углубиться в размышления последних, на ум приходит христианское понятие «благодать». Реакция Космоса на нравственный поступок заключается именно в очень приятном внутреннем чувстве. Эзотерики объясняют это чувство нашим вбросом положительной энергии в пространство при совершении доброго поступка.

Эту «благодать» испытывали многие, когда совершали добрые бескорыстные поступки. Я даже написал эссе об этом явлении: https://proza.ru/2014/10/10/1787. Считаю что данный факт – хороший щелчок по носу упёртых и высокомерных атеистов-материалистов. Любопытно как они объяснят его с материалистических позиций.

Сказанное относится и к красоте, очень распространённой в природе. Какая практическая надобность в красоте? Допустим, у птиц и бабочек она выполняет определённую роль. А у деревьев, у других животных? И кому в природе (без человека) нужны красивые наземные и подводные пейзажи, облака, кристаллы, космические виды и т. д.?

Ещё одним обоснованием наличия морали во Вселенной служит то, что мораль защищает существующий порядок. Её отсутствие расшатывает порядок и усиливает энтропию. То есть мораль – одно из необходимых условий устойчивости природных систем.

Многочисленные наблюдения за жизнью животных, начиная с Чарльза Дарвина до нашего времени, подтвердили приведённые выводы. Пётр Кропоткин подкрепил их сведениями, полученными от исследователей племён, по сию пору живущих родовым строем, и пришёл к выводу, что первобытные люди позаимствовали нравственные принципы у животных, то есть у природы (или Бога – кому что ближе).

Нравственные инстинкты «вырабатывались уже в животном мире гораздо ранее появления на земле человека, – писал Кропоткин, – нравственное в человеке проявляется не из страха наказания в этой или в загробной жизни, а как естественное развитие самых основных свойств человеческой природы». Первобытные люди «брали уроки добра» у общественных животных. Об этом ещё раньше упоминали Гуго Гроций и Спиноза.

Исходя из сказанного, можно сделать вывод: мораль – не «вывод из басни», как считают многие молодые люди в нынешней России. Это непременное и обязательное качество Вселенной. И мы обязаны его постигать и применять к обществу и каждому его члену. Судить о конкретных поступках конкретных людей или государств можно только примеряя их к Вселенскому уровню. Все обязаны жить в соответствии с Мировыми эталонами. В своё время Конфуций объявил моральное совершенствование всеобщей обязанностью и настаивал на святости нравственного закона.

«Человек обязан использовать информацию, получаемую из Космоса, которая формирует его совесть, доброту и интуицию. Он должен чувствовать себя частью Космоса (Природы, Мира, Вселенной, Бога), как это делали народы в начале и середине первобытнообщинного строя», – пишет С.С. Новиков.

«…действие закона должно опираться на мораль, – утверждает В.Слёзин, – усвоенную человеком с детства, закрепившуюся в качестве доминанты и ставшую непреложным правилом поведения. Моральный прогресс не менее, а может быть, и более важен, чем технический. Но ему, к сожалению, не уделяют должного внимания».

Но следуют ли поколения так называемых «цивилизованных» людей этим принципам? Увы! Не помогают даже Священные книги, институт церкви и обширное наследие великих сынов человечества.

Принципы глубинного консерватизма

«Человек может развиваться только в контакте с природой, а не вопреки ей».

Виталий Бианки

Большая часть известной нам истории человечества проходила при бесконечных конфликтах, вопиющей несправедливости, взаимных упрёках, ущемлениях, бунтах, войнах. С чем это связано? Полагаю с отсутствием единой ценностно-идеологической и как следствие единой законодательной платформы. В самом деле, в обществе постоянно меняется мораль, идеология, законы, нормы и правила поведения. О порядке и стабильности порой говорить не приходится.

А вот в животном мире такого не наблюдается, там царит стабильность и порядок, и даже не самый лучший принцип поедания одних видов другими уравновешивается. В результате виды существуют миллионы лет, не деградируют, а напротив совершенствуются. В чём причина? Очевидно в том, что в животном мире всё основано на едином морально-дисциплинарном фундаменте, который создала сама природа. Что характерно и в человеческих обществах, по сей день живущих родо-племенным строем, мы видим то же самое.

Не указывает ли это на то, что основой человеческого сообщества могут быть только и исключительно законы, принципы, правила, ценности и порядок, установленные природой? Но никак не самими людьми в отрыве от природы.

Эта мысль легла в основу глубинного консерватизма, определения позаимствованного у Арне Нейса, который ввёл понятие «глубинная экология». Необходимость в реформировании консерватизма состоит ещё и в том, что со времён классиков – Эдмунда Бёрка и Жозефа де Местра эта идеология претерпела изменения и не самые лучшие, распавшись на ряд течений.

Выделяют четыре основных типа консерватизма: традиционализм (фундаментальный консерватизм), либеральный консерватизм, социал-консерватизм и «революционный консерватизм». Причём данная типология не исчерпывает всего многообразия консервативных идей, течений и направлений. «Можно уверенно утверждать, что различия между современным консерватизмом и современном либерализмом, во многом, чисто косметические», – отмечает Олег Финодеев на сайте «Проза. ру».

Википедия отмечает, что «не существует чётко выверенного идеологического консервативного базиса с определёнными политическими и идеологическими идеалами, специфически подходящими под определение самого консерватизма».

Этот очевидный недостаток предстоит исправить глубинному консерватизму.

В целом консервативную идеологию отличает приверженность традиционным порядкам. В её основе лежит сохранение существующих традиций и наработанных ценностей.

И здесь имеет место принципиальное отличие традиционно трактуемого и глубинного консерватизма. Последний полагает приверженность космическим (Всемирным) порядкам и Вселенским ценностям и законам, а не человеческим наработкам.

Перечислю основные принципы глубинного консерватизма.

1. Главный принцип глубинного консерватизма – природный принцип

Природа выше и значимее человека. Человек – часть природы и потому всецело подчиняется её законам, порядкам и принципам. Природа является и главным источником знаний. Все законы и правила общежития, что устанавливают люди, исходят из законов и правил природы, являясь их приложением к конкретному обществу и государству.

Признание человеческим сообществом своей независимости и автономии от природы является грубейшим нарушением целеполагания и морали.

Такие антиприродные идеологии и жизнеустройства как антропоцентризм, видовая дискриминация, либерализм, капитализм, демократия, охлократия, олигархия должны быть запрещены на международном уровне. Расизм, фашизм и нацизм не называю, поскольку они уже запрещены.

Недопустимо грубо вмешиваться в жизнь природы без оглядки на неё саму, беззастенчиво грабить её. У природы можно только брать в долг. Такие виды бизнеса как ловля и торговля дикими животными, убийство животных ради рогов, бивней и т. д., передвижные зверинцы, откровенное обращение животных в рабов, организация всевозможных боёв между животными, организация притравочных станций и т. п. должны быть причислены к тяжким уголовным преступлениям.

Все формы жизни на нашей планете имеют равное право на существование с человеком и необходимую для нормального существования среду.

2. Принцип исполнения предназначения

Богословы утверждают: всё сущее и видимое в мире – имеет причину. Все природные объекты и субъекты появились и существуют для выполнения своей определённой роли и человек не может быть исключением. Практика же показывает, что подавляющее большинство населения об этом никогда не задумывается. Те же, кто по долгу службы должны разъяснять народу важнейшие смыслы, распространяют безответственную и вредную глупость, что смысл жизни непознаваем либо его вовсе нет и даже что он у каждого свой.

Между тем в Книге Бытия кратко и чётко (понятно даже неучу) написано, что человек помещён в Эдем (планету Земля – другого Эдема в Солнечной системе нет) с целью его сохранения и возделывания. Другими словами человек – хранитель Земли со всем, что в ней есть. И это требование относится как к государствам, обществам, народам, так и отдельным индивидам.

3. Принцип общей цели

Иммануил Кант считал, что развитие человеческого общества не может быть постигнуто без понятия цели нашего вида. Отсюда исходит принцип общей цели: как и всё в природе человечество не может существовать без цели. Она имеет место как у всей нашей популяции, так и у отдельных народов и стран и так же у отдельных индивидуумов. При этом цель отдельных личностей является частным случаем общей цели народа и страны, а цель последних – частным случаем общечеловеческой цели.

Общая цель всего человечества, как об этом коротко и общепонятно было записано в Книге Бытия, заключается в глобальной ответственности за вверенную нам планету (а также весь достижимый космос – И.В.); за благополучие всех населяющих её видов живых организмов и биосферу в целом; в предотвращении энтропийных процессов и со-творчестве с Высшими силами Вселенной. Страны, народы и отдельные индивидуумы выполняют свою цель в рамках единой цели в соответствии с имеющимися ресурсами, возможностями, знаниями, склонностями и способностями.

4. Принцип всеобщей обязанности трудиться

Этот принцип является естественным продолжением предыдущего. В своё время Гракх Бабёф провозгласил принцип обязательности труда: труд должен быть обязательным для всех, «Природа возложила на каждого человека обязанность трудиться; никто не может уклониться от труда, не совершив тем самым преступления». Бабёф понимал равенство как общий для всех труд.

5. Принцип глобальной ответственности

Когда говорят о стадах и стаях животных, неизменно утверждается что вожаками являются самые физически сильные. Но то, что вожаки являются в первую очередь самыми ответственными – это никогда не упоминается. Тем не менее это так.

Сила человека по общему мнению – в разуме. Благодаря разуму наш вид подмял под себя все прочие виды животных и растений, лишив среды обитания и истребив большую их часть. Но по законам природы преимущество в разуме (силе) означает только одно: человек – главное ответственное лицо за всю планету со всем её биоразнообразием. Природа Земли – приоритетная ценность перед человеком. Поэтому придётся вернуть ей многие насильно захваченные территории, за счёт разумной экологической и экономической политики и восстановить виды находящиеся на грани исчезновения. Мировое сообщество обязано восстановить многие биоценозы, популяции и отдельные виды, а также привести численность человеческого населения к разумному пределу путём ответственной демографической политики.

6. Принцип нравственного абсолютизма

Данный принцип соответствует классическому консерватизму, согласно которому существуют вечные и незыблемые нравственные идеалы и ценности. Только происходят они не в ходе исторического развития, а из природы.

Аристотель первым предпринял попытку сделать из политики науку. Научное понимание политики связано у него с этикой. Этика по Аристотелю – начало политики. Поэтому последняя основана на определённых этических началах. Цель политики – сделать граждан добродетельными.

Мораль и нравственность являются фундаментом человеческого общества и основой законодательства. Вечные ценности занимают в иерархии всех существующих ценностей самые высшие места. Так называемые «универсальные» (либеральные) ценности находятся в хвосте списка, либо вовсе ценностями не являются.

7. Принцип неравенства

Глубинный консерватизм полагает грубейшим нарушением социальной справедливости демократический принцип всеобщего равенства. Ни в коей мере не могут быть равными добропорядочные граждане и никчёмные прожигатели жизни. Признаётся только одно равенство между людьми – равенство возможностей, которое позволяет любому достойному члену общества достичь самых больших высот в общественном положении.

По Демокриту для граждан должна соблюдаться интеллектуальная иерархия и субординация по умственным достоинствам. «Приличие требует подчинения закону, власти и умственному превосходству».

Следует признать либерально-коммунистический принцип поголовного равенства ошибочным, ненаучным и вредным.

8. Принцип иерархии

Природа построена по принципу иерархии. Это можно пронаблюдать на примере стад и стай социальных животных, племён живущих родовым строем, традиционных человеческих обществ. Будучи вселенским принципом иерархия складывается естественным путём в любых группах и объединениях (армии, тюрьмах, детских лагерях, школьных классах и т. д.) Этому посвящена культовая повесть Уильяма Голдинга «Повелитель мух».

Иерархический инстинкт присущ человеку, как и другим высокоорганизованным животным. «Иерархичность общественного устройства несомненно связана с существованием в нашем мозгу структур, ответственных за наблюдение иерархических отношений», – писал Валерий Чалидзе. – Устойчивые иерархические структуры в обществе показывают, что мы унаследовали от наших предков статистическое распределение врождённых параметров. Например, структура армейских подразделений на протяжении тысячелетий основывается на разделении армейской массы на группы в 10–15 человек, что приблизительно соответствует численности групп многих приматов».

9. Принцип лучших из лучших (принцип меритократии)

Данный принцип был разработан независимо в Древней Греции и Древнем Китае и лёг в основу меритократии. Его суть кратко выразил Сюнь-Цзы: «Мудрых и способных людей надо выдвигать на должности независимо от их положения; ленивых и неспособных людей нужно немедленно отстранять от должности; главных злодеев нужно казнить, не дожидаясь их перевоспитания; обычных средних людей нужно воспитывать, не дожидаясь, когда к ним придется применять меры наказания».

«По самой природе, – подчёркивал Демокрит, – управлять свойственно лучшему». К лучшим он относил тех, кто обладает высшими умственными и нравственными достоинствами. «Глупцам лучше повиноваться, чем повелевать».

Глубинный консерватизм признаёт меритократию наивысшей формой государства.

10. Принцип индивидуального подхода

Учитывая исторический и современный опыт, необходимо признать наш зоологический вид недостаточно разумным и во всём проявлять подход к каждому человеку, исходя из его идейно-нравственной сущности. А именно оказывать всемерную поддержку высоконравственным и социально активным людям: в образовании, карьере, зарплате, пенсии, различных пособиях и т. д… В поддержке же обывателей сделать упор на их воспитание.

Таким же образом решается демографический вопрос. Демографическая политика напрямую связана с идейно-нравственным обликом граждан. Высоконравственные, ответственные и социально активные люди должны иметь максимум возможностей и рожать детей столько, сколько в состоянии выходить и воспитать. Обычные люди могут иметь детей не больше, чем требуется для экологии и экономики, то есть 1–2 ребёнка в семье. Аморальные люди могут иметь в лучшем случае 1 ребёнка и только при специальном разрешении соответствующей комиссии.

11. Принцип каждому по заслугам.

Ценность любого государства, народа, общества, отдельной личности определяется только и исключительно общественной пользой, которую они внесли, вкладом в развитие цивилизации и пользой окружающей природе.

В любом государстве необходим механизм, взвешивающий вклад каждого индивида в общее дело. Только на основании этого вклада можно судить о месте человека в обществе. Достойные должны быть наверху социальной лестницы, недостойные – в самом низу.

12. Принцип разумного аскетизма.

Природа не признаёт излишеств, ей чужды праздность и бесцельное существование. Подобные явления, имеющие место только среди людей, уничтожают человеческую сущность. Лица, нарушающие данный принцип, на законодательном уровне должны быть подвергнуты экономическим санкциям, а излишние богатства конфискованы в пользу государства. Человек, главной жизненной целью которого является стяжание богатств ради них самих, не может называться достойным гражданином и не может занимать почётное место в социальной лестнице.

13. Принцип разумного гуманизма

Современное общество проповедует извращённую форму гуманизма – при прочих равных обстоятельствах оказывает помощь больным и увечным, а не самым общественно полезным. Считается, что активные граждане сами способны добиться всего, потому помогать им незачем. Однако есть существенная разница от помощи первым и вторым – помогая слабым, общество и государство не получает никакой отдачи – вся помощь уходит в «песок», а вот поддерживая общественников и творческих личностей общество и государство только выигрывает. Поэтому должна быть на законодательном уровне закреплена приоритетная помощь наиболее значимым гражданам, затем законопослушным и добропорядочным, и в последнюю очередь всем прочим.

14. Принцип естественного отбора

«Для достижения гармонических отношений с Космосом человечество должно было остановить не только рост вооружённости техникой, но и рост своего количества и упитанности, – утверждает С.С.Новиков, – отказаться от излишнего потребления, включиться в процесс борьбы за выживание и естественного отбора».

Как убедительно доказали творцы эволюционного учения Чарльз Дарвин и Альфред Уоллес, естественный отбор служит совершенствованию видов. Но он предполагает отсев (гибель) слабых, неприспособленных, ущербных, невнимательных, безответственных, ленивых и т. д.

Однако люди объявили данный природный принцип антигуманным, хотя он успешно служил обществу Древней Спарты и всему человечеству при родовом строе. Цивилизация стала развиваться в направлении максимальной изоляции от природы и создания искусственной среды для жизни. Это привело к тому, что естественный отбор в человеческой популяции принял отрицательное значение, а наш вид вырождается со всё более заметным ускорением.

Отсюда следует непопулярный в нынешнем обществе вывод, за который у нас могут и побить: чтобы остановить видовое вырождение и постепенно прийти к совершенствованию нашего вида, со всеми вытекающими последствиями, следует развернуть естественный отбор от отрицательного к положительному. Как это сделать наиболее гуманно – вот эта задача для учёных будет гораздо важнее продления человеческой жизни всем без разницы (и в первую очередь тем. у кого средства имеются).

Согласно заключению многих учёных и футурологов, человечество своими неуёмными аппетитами и раздутой до вселенских масштабов личной свободой приближает глобальную экологическую катастрофу. Целый ряд аналитиков сходится во мнении, что нынешний век нам не пережить, и рукотворный апокалипсис произойдёт наиболее вероятно в 40-50-е годы нашего столетия.

По единодушному мнению экспертов, спасение возможно лишь в случае перехода всей цивилизации к жизнеустройству в полном согласии с природой и разумным аскетизмом. Полагаю, что глубинный консерватизм подходит для этого в наибольшей степени. Он способен также предотвратить тотальную деградацию человечества, которая происходит на наших глазах. Поэтому за глубинным консерватизмом не просто будущее, а единственно возможное будущее.

Однополярный мир

«Истина едина – для всех стран и времен, – оттого-то она и зовется истиной».

Сюсаку Эндо. «Молчание»

Последние годы российские власти и СМИ много говорят о так называемом многополярном мире, который якобы должен иметь место на земле. По их мнению, однополярного мира быть не должно. При этом всё сводится к гегемонии какой-то одной страны (непременно нам враждебной) над другими странами. И в этом наши лидеры показывают себя более последовательными либералами, чем их западные оппоненты. Многополярный мир – это частный случай плюрализма мнений – непременной либеральной ценности.

Однако многополярность означает разделение на своих и чужих, это дополнительный способ поссорить человечество. Данная «ценность» вступает и в прямое противоречие с религиозными ценностями, где Бог один, Истина одна и т. д. Многополярность по сути означает ничто иное, как признание многобожия и совершенно разных мировоззрений и целеполаганий. Другими словами – постоянное недопонимание, разобщённость, а то и вражду с ненавистью между народами.

«Если истин много, то у каждого она своя, – пишет публицист Александр Леонидов. – А раз у каждого она своя, то какой же из них служить руководству к действиям? Получается, кто сильнее – тот и прав».

«У нас своя цивилизация и мы её строим так, как хотим, как сами считаем правильным», – вот, что часто обрушивается на головы россиян с телеэкранов. Конечно, недружественные выпады в современном мире исходят не из одной точки планеты. Но это отнюдь не значит, что в ответ нужно раздувать пожар еще сильнее, его следует тушить.

В свете вышесказанного, такой подход абсолютно недопустим, является античеловечным, противоприродным и аморальным, Пора изживать комплекс видеть вокруг врагов, живя, по сути, в одном доме, да в придачу выдавать это за патриотизм.

Разумеется, однополярность не следует понимать как мир устроенный под диктовку какой-то одной страны в силу её экономического, финансового и военного превосходства над другими. Однополярность установили силы, создавшие наш мир. Она означает подчинение единым общечеловеческим законам, морали и идеологии, основанным, в свою очередь, на законах Вселенной и Естественном порядке вещей. Всякий другой порядок будет искусственным и обязательно, рано или поздно, рухнет.

Если бы мир был многополярен, то многополярным был бы и Бог, и Абсолют, и Истина, а во всём мироздании царил бы полный плюразизм.

Идея единого человечества высказывалась давно, в том числе в нашей стране. Но в современной России её пытаются похоронить так называемые «патриоты», которые, к сожалению, проникли во все, в том числе самые высокие, слои общества. Их «патриотизм» замешан на ненависти к внешнему врагу и ничего другого кроме борьбы с врагом и криков о собственном величии не несёт. Иначе, как вопиющим эгоизмом, дремучестью и деградацией в морали и целеполагании это не назовешь.

У народов и стран нашей планеты существует только один путь развития – путь к общему дому. Этот путь предполагает отказ от некоторых удобств, коими слишком избалован современный человек, но иначе выжить нам не удастся.

Приведу выдержку из статьи «Всемирная Единая цивилизация», опубликованной на сайте «Цивилизациум»:

«Основные проблемы эпохи ставят перед человечеством задачу немедленного объединения всех интеллектуальных сил для выработки обоснованной Мировой Стратегии и Созидательной Программы выживания и развития человеческого общества в интересах всех народов, государств, регионов и самой планеты Земля.

Глобальные проблемы и сам характер Системного Кризиса требуют для их оптимального решения концентрации научных ресурсов на уровне глобального (ноосферного) мышления.

Основным путём формирования качества жизни в новом веке будет закономерный, по спиральному закону развития, возврат к целостному мировоззрению, характерному для древней мудрости и школы русского космизма, которые рассматривали Вселенную, биосферу и человека как единую систему с прямыми и обратными связями механизмов взаимосвязи и регуляции человека и космоса.

Важнейшим инструментом реализации ноосферного мышления является понимание этики взаимосвязи Человека и Природы. Средством её практического внедрения могут стать правовые механизмы нового международного законодательства, опирающиеся на природообусловленные факторы, формирующие жизнедеятельность Человечества и всего живого мира, в том числе энергоинформационного благополучия Человечества».

Хотя у разных народов разная история, отличаются культура и менталитет, в главном все человечество едино. У всех народов примерно совпадают представления о добре и зле, справедливости, жизни по совести. Будучи жителями одной планеты мы не можем не считаться с этим фактом. Человечество объединяет и роль на планете (к сожалению основательно подзабытая) – быть хранителями Земли, преобразовывать её, возделывать, быть со-творцами с Создателем всего сущего. Стало быть, в принципе мы можем жить в единстве. А по-другому уже и не получится.

Единый цивилизационный путь всех народов

«Человечество потеряло истинный путь, и было бы лучше вернуться назад и найти правильный путь жизни».

Лев Толстой

«Я не перестаю повторять: нет единого цивилизационного пути для всех народов на Земле, поскольку у всех разная история и разные представления о будущем», – заявил режиссер и телеведущий Александр Гордон.

Судя по всему, известный интеллектуал плохо подумал, прежде чем произнести своё умозаключение. Единый цивилизационный путь не только существует, он настоятельно необходим, без него человечество просто не выживет. И я нисколько не сомневаюсь, что он давно известен, предположительно с Золотого века. Просто наши современники, сверх всякой меры увлечённые собственной жизнью, потеряли историческую (и не только) память.

«Почему же в таком случае об этом едином пути мы ничего не слышим? – спросит кто-то. – Почему о нём забыли? И почему ты вдруг об этом заговорил?» Думаю, главная причина в том, что в прошлые века цивилизация не была «прижата к стенке», как сейчас. Природных ресурсов было много и они казались неисчерпаемыми, а численность населения не столь велика, да и промышленность не была до такой степени развитой, не оказывала столь мощного негативного влияния на природу и климат.

«Планетарная цивилизация преобразована ходом истории в мощную биогеологическую силу, способную нарушить равновесие всех основных циклов и структур биосферы и вмещающей космической среды, поэтому возникла настоятельная необходимость гармонизации отношений и форм деятельности Человечества, Природы и Космоса», – отмечается в статье «Всемирная Единая цивилизация», опубликованной на сайте «Цивилизациум».

Люди, как известно, начинают шевелиться только тогда, когда «жареный петух» клюнет. Раньше он не клевал, потому все государственные перевороты были просто борьбой за власть – окрепла буржуазия и ей захотелось убрать с дороги феодалов, затем появились коммунисты, фашисты, нацисты и т. д., которым тоже захотелось властвовать. Сейчас же наша цивилизация приближается к полному и безоговорочному тупику, скоро будет совсем не до борьбы за власть, нужно будет срочно спасать мир.

«Нужно видеть пропасть, для того чтобы соображать, как строить мост», – заметил Михиал Веллер. И эта пропасть стала хорошо просматриваться именно в наше время.

Как известно, западные политологи, а за ними просвещенное ими общество, глубоко убеждены в том, что господствующая в их странах либеральная демократия – закономерный и окончательный этап развития цивилизации, совершеннее которого априори ничего создать нельзя.

Либералы российского розлива подхватили эту «аксиому», а в бесконечных спорах с оппонентами ссылаются исключительно на недавний исторический опыт. Дескать, социализм рухнул потому, что его идея несостоятельна в сравнении с идеей либерализма.

Представляется, что для определения наиболее правильного пути развития, нужно не только анализировать ошибки прошлого, но и видеть свои ошибки, а также заглядывать в будущее. То есть заняться прогнозированием дальнейшего развития цивилизации на основе существующих тенденций и вызовов.

Тенденции и вызовы нашего времени однозначно свидетельствуют о закате либеральной демократии и её идеологии. Важнейшим понятием либерализма, как известно, являются личные свободы граждан. Но если 200 лет назад, когда данная идеология была свежим учением, они воспринимались многими исключительно прогрессивными, то в ХХI веке, с позиций накопленного опыта, преувеличенные личные свободы представляются неоправданными и даже рискованными для общества.

За прошедшие два века население Земли, развитие промышленности, техники и бизнеса возросли настолько, что воздействие человеческого фактора на биосферу стало откровенно опасным. Всё больше людей начинают задумываться о том, что мы существуем в условиях весьма ограниченного пространства с вполне определённым, а вовсе не бесконечным количеством кислорода, пресной воды и прочих ресурсов. Поэтому совершенно очевидно, что раздутые сверх нормы личные свободы ускоряют планетарный коллапс.

Согласно выводов современных ученых, мы живем в предапокалиптическую эпоху, когда биосфера планеты стремительно уничтожается и в перспективе маячит глобальная необратимая экологическая катастрофа. Эксперты видят выход только в сознательном самоограничении всего населения Земли (и в первую очередь самых богатых стран) в потреблении материальных благ и ограничении бизнеса.

Но самоограничение, разумный аскетизм совершенно не укладываются в либеральную модель, исповедующую прямо противоположные цели и смыслы. Так называемые преуспевающие страны и те, что следуют их курсу, продолжают увеличивать ВВП, экономику и личные доходы. Поэтому либеральная идеология в наше время превратилась в домоклов меч для всей планеты и она вполне заслужила, чтобы её законодательно запретили на уровне мирового сообщества.

Выдающийся теоретик истории ХХ века Арнольд Тойнби утверждал, что развитие цивилизации обуславливается способностью людей найти адекватный ответ на вызовы исторической ситуации. Любая цивилизация должна соответствующим образом реагировать на вызовы как природной, так и социальной среды. Как видим, либерально-демократическая модель на это не способна.

Русский философ Константин Леонтьев любое развитие разделял на три цикла. Первый цикл: полная дифференциация – неравенство видов в природе, людей, классов и т. д. Благодаря неравенству, различию происходит пышное развитие и цветение всего бытия. Второй этап – начинающееся смешение, уравнивание. И третий, самый худший этап – наступление полного равенства. Появление застойного болота, когда все цвета и краски смешиваются в единый серый фон, где нет ни ярких личностей, ни смелых поступков, ни героев, есть только серый будничный быт.

Современное человечество, как нетрудно догадаться, находится на третьем этапе, за которым не просматривается ничего кроме деградации и разрушения. Пессимисты считают, что ничего нового придумать уже нельзя и человечество обречено. Но теоретически оно может возродиться и обрести второе дыхание, если совершит перезагрузку в сознании и перейдет на принципиально иную идеологию и жизнеустройство.

Пытаясь ответить на вопрос «Что должно прийти на смену хвалёной либеральной демократии» нынешние политологи и публицисты начинают поиски в прошлом. В России большинство из них склоняется к идее социализма «с человеческим лицом».

Однако представляется, что в условиях, когда над всей планетой нависла смертельная опасность, единственно правильной может быть установка «Земля – наш общий дом», а вовсе не «Пролетарии всех стран соединяйтесь» или «Долой частную собственность». Именно всеобщая ответственность за планету, возведённая в строгие законы, налагающая серьёзные наказания за нарушения, способна сохранить наш мир. Мы подошли к той черте, когда страны и народы далее не имеют права жить и развиваться разобщённо, кто как захочет.

«Само существование человечества ныне повсеместно стоит под угрозой, – отмечает В.П.Эфроимсон. – Необходим новый общественный договор, который возведет требования этики, требования гуманизма в категорический императив, нарушение которого при всех обстоятельствах явится преступлением по отношению и к обществу, и к собственно личности».

Время требует обобщить моральные принципы, разработать и утвердить Общечеловеческую идеологию, разработать Единое Международное законодательство и выбрать Мировое правительство из самых уважаемых граждан планеты.

Тут предвижу возражения. Дескать, нельзя нивелировать всё многообразие культур и традиций разных народов. Но об этом речь не идёт. Я вовсе не думал покушаться на национальные особенности разных народов. Однако стоит обратить внимание, что у жителей самых разных уголков Земли главные нравственные понятия весьма схожи. И это говорит о том, что общего у разных народов в целеполагании и главных нравственных ценностях уж никак не меньше, чем отличного.

В этой связи ряд аналитиков допускают мысль о возможности единой универсальной идеи для всего человечества, основанной на таких ценностях, как «преобладание коллективных ценностей над индивидуальными», «сохранение национальной культурной самобытности», «верховенство закона», а также «стабильность и мир как условие человеческого развития», – отмечает Азамат Сеитов в статье «Единая человеческая цивилизация утопия или реальность».

Эту мысль можно рассматривать как попытку двигаться в правильном направлении. Насущно же необходимой представляется более обстоятельно нарисованная картина такого пути развития.

Общечеловеческая идеология

«Людям нужны ясные идеалы, им нужен образ действия, образ жизни, с которого можно лепить себя».

Михаил Веллер

«Миру безумно нужна новая идеология. Современная капиталистическая модель себя исчерпала. Должно появиться что-то новое, что даст людям шанс стать человечеством, а не отдельными рыночными группками».

Сергей Лукьяненко

Почему-то в обществе очень мало тех. кто задаёт себе вопрос: отчего все виды животных, населяющие Землю, пребывают в постоянном состоянии баланса между собой и биосферой и только человек, называющий себя «вершиной эволюции», тысячелетиями пребывает в конфликте с собой и природой, деградирует, разрушает собственную планету и упорно не желает делать правильные выводы? Очевидно, ответ состоит в том, что жить по собственному произволу, не считаясь с законами Вселенной, недопустимо. Как говорится, не умеешь, – учись.

И тот факт, что в разных частях Земли законы, ценности и нормы отличаются, начинает не соответствовать требованиям времени. Думается, что в нашу эпоху, соединившую самые отдалённые уголки планеты в единое информационное пространство, всё человечество должно жить по единой морали, идеологии и законам, а некий надзорный орган, например мировое правительство, следит за их соблюдением.

По Демокриту, единомыслие скрепляет граждан в коллектив друзей и упрочивает государство. «Только при единомыслии возможно совершение великих дел». Единомыслие у Демокрита – синоним моральной, духовной и социально-политической солидарности, важнейшая и необходимая черта благоустроенного государства.

Сократ под единомыслием понимал преданность и повиновение гражданами законам, но не унификацию вкусов, мнений и взглядов. Без единомыслия ни дом, ни государство не могут управляться. Единомыслие – величайшее благо для государства, часто советы старейшин и лучшие мужи внушают его гражданам.

В идеальном государстве Платона, описанном в диалогах «Государство» и «Законы», насаждалось единомыслие и коллективизм.

Согласно вывода философа Н.О.Лосского, всё человечество должно стремиться к «соборному» сплочению на единых началах. «Творчество всех существ, «живущих в Боге», должно быть соборным. Такой «соборный мир» есть наилучший из всех возможных миров», – утверждает и Александр Титаренко.

Лосский придерживался нормативной теономной этики, которая, «несмотря на различие обычаев и нравов, отвергает относительность нравственности и утверждает этический абсолютизм, т. е. наличие единого абсолютного нравственного идеала».

«Множественность кодексов морали считается нередко доказательством правильности этического релятивизма, т. е. учения, что абсолютного нравственного добра нет и абсолютный масштаб нравственности не существует, – писал Н.О.Лосский. – Иными словами, сторонник этического релятивизма утверждает, что различие и даже противоположность нравственной оценки одного и того же поступка с точки зрения разных народов, эпох, сословий, классов и т. п. вполне правомерны, так как нет и не может быть точки зрения, поднимающейся над ограниченным кругозором этих групп людей». Однако «нравственность человечества всё же остается единою. Несмотря на множественность кодексов морали, этика может установить единство цели поведения всех существ в единую систему ценностей».

Патриарх РПЦ Кирилл подчеркнул, что для всего человечества нравственная природа едина: «при всей разности культур, народов, учреждений мы все имеем нравственное чувство, у каждого из нас есть голос совести». По его словам, «именно эта нравственная природа должна охраняться и религией, и культурой, и образованием, и законодательством».

Писатель Евгений Водолазкин также солидарен с этой точкой зрения: «Несмотря на все различия эпох и политических устройств, добро всегда можно отличить от зла».

Проповедь вечных и неизменных нравственных ценностей характерна для всех религий мира. Все традиционные религии оказываются по основным сущностным основаниям достаточно близки друг к другу, – отмечал Б.П.Шулындин. – Для них характерны вера в высшие, выходящие за рамки индивидуальной человеческой жизни ценности, требование подчинения деятельности человека служению этим высшим ценностям».

«Нашей эпохе должна соответствовать более универсальная нравственная концепция, ибо мы теперь намного теснее связаны друг с другом», – говорится в Докладе независимой комиссии по международным гуманитарным вопросам «Сохранит ли человечество человечность?»

«…одних благих пожеланий недостаточно, – отмечает В.Слёзин, – нужен движитель, то есть идеал. Без идеологии нет движения, люди пойдут вперёд, когда поверят, что их ведут к идеалу».

Необходимость общечеловеческой идеологии становится одним из самых актуальных вопросов нашей цивилизации. При этом она может проистекать только из главных мировых ценностей и законов Мироздания, являясь их приложением к человеческому обществу. Она не может зависеть от интересов сильных мира сего, различных политических течений и даже от воли большинства населения, так как большинство, как показывает практика, личные интересы предпочитает общественным.

Но, можем ли мы знать доподлинно законы Вселенной и существующий в ней естественный порядок? Известно ли современной науке, откуда и как появился человек? В чем его роль на собственной планете? Увы, в перечисленных вопросах тумана гораздо больше, чем знаний. Однако означает ли это, что мы в принципе не способны понять Мироздание и своё место в нём?

Не означает. Никто из нас не в силах постичь атом так, как он выглядит на самом деле. Никто не в силах представить бесконечность Вселенной. Тем не менее, это не мешает нам создавать атомные электростанции и запускать космические корабли. Практика показывает: в ряде вопросов достаточно иметь общие представления о каком-либо предмете, чтобы использовать их в своей жизнедеятельности. Это, однако, не значит, что предмет не следует изучать дальше. Напротив, копилка знаний должна пополняться постоянно, расширяя наши возможности в теории и на практике.

Помимо прочего, общечеловеческая идеология должна представлять свод всех наилучшие наставлений, какие выработала наша цивилизация: древнее золотое правило «Поступай с другими так, как хочешь чтобы поступали с тобой»; многие выводы буддизма; 10 заповедей Моисея; поучения Корана; категорические императивы Канта; квинтэссенцию высказываний мудрецов всех времён и народов; выборочные пословицы разных народов и т. д. Она должна отвечать на важнейшие вопросы, которые встают перед каждым человеком и всем человечеством.

Государственные идеологии разных стран могут быть лишь частным случаем общечеловеческой, адаптированным под конкретную страну и народ. С целью недопущения искажений общечеловеческой идеологии отдельными государствами, необходим всемирный надзорный орган.

Объективная и фундаментальная идеология для всего человечества начинается с ответа на вопрос: «Что в человеке самое главное? Чем он отличается от прочих живых существ Земли?» Не вдаваясь в длительные полемики, выделим самое основное: главным в человеке являются две по сию пору малоизученные составляющие – разум и совесть. Разум выполняет роль созидающего творческого начала. Совесть играет роль компаса, дающего направление пути, и одновременно духовного подсказчика. Совесть уравновешивает разум, личную свободу, эмоции и страсти.

В полноценном человеке обе составляющие непременно присутствуют. Лишение одной из них делает его неполноценным. Личность, лишенная совести опасна для общества, причём степень опасности прямо пропорциональна уровню интеллекта. Личность с одной лишь совестью, но без разума, не способна к целенаправленным действиям.

Согласно определения П.С.Гуревича, разум слеп и не может обходиться без поводыря. По словам Патриарха Русской Православной Церкви Кирилла, «совесть – сигнальная система, вложенная Богом в человека». А по Виктору Франклу, «…совесть аппелирует к чему-то, что больше и выше человека». «То, что называют совестью, – писал В.Франкл, – погружено в глубины бессознательного, коренится в подсознательной основе…она алогична или, еще точнее, дологична…совесть предстает как интуитивная по своей сущности функция… задача совести – открыть человеку «то, что надо». Только совесть может как бы согласовать «вечный», всеобщий моральный закон с конкретной ситуацией конкретного человека».

Единство разума и совести настолько весомо, что непременно должно обрести силу закона для всего человечества. Назовем его Естественный закон человеческого мироустройства, поскольку происхождение его чисто природное, естественное, внечеловеческое, наукой плохо изученное.

Лидер бывшей Концептуальной партии «Единение» Константин Петров высказывал следующую мысль: «Человек лишь тогда состоится в качестве человека, когда он руководствуется разумом и совестью». Немного изменив и расширив её можно так сформулировать Естественный закон человеческого мироустройства: Отдельный человек и общество в целом лишь тогда могут нормально жить и развиваться, когда желания и разум находятся в постоянном единстве с совестью.

Общечеловеческая идеология должна соответствовать замыслу о человеке. Бытует мнение, что он известен только Господу Богу. Но это неправда, так как в Книге Бытия чёрным по белому написано, что человек помещён в Эдем (на планету Земля) с целью её сохранять и возделывать. Другими словами, мы являемся хранителями Земли, чего на практике, правда, не видим, наблюдаем обратное. Человека часто называют «хозяином Земли». Но смысл в слово «хозяин» вкладывают такой: что хочу, то ворочу. Однако хозяин прежде всего – главное ответственное лицо. В сообществах животных обстоит именно так.

В культовой повести Джерома Сэлинджера «Над пропастью во ржи» приводится образное решение того же смысла человеческой жизни: стоять на краю пропасти и следить, чтобы в неё не свалились играющие дети. Иными словами, человек, в силу данных ему способностей, должен искусственно предотвращать энтропийные процессы на планете и за её пределами, сохранять уникальность Земли – таково его базовое предназначение.

В приведённых примерах отражено экологическое сознание и экологическая мораль, о которых стали говорить только в последнее столетие. Антуан де Сент-Экзюпери выразил это двумя, ставшими хрестоматийными, фразами: «Все мы пассажиры одного корабля по имени Земля, – значит, пересесть нам из него просто некуда» и «Встал поутру, умылся, привел себя в порядок – и сразу же приведи в порядок свою планету».

При разработке общечеловеческой идеологии необходимо также опираться на общую теорию систем. Все существующие в мире системы подчиняются схожим закономерностям, и человеческое общество не исключение. Система должна быть устойчивой, самодостаточной, самовозобновляемой и самовоспроизводящей. Таковы все существующие системы в природе Земли. Но человек вообразил, что ему всё позволено и законы не писаны. Поэтому вся известная нам история свелась к паразитированию на теле собственной планеты. Оно по инерции продолжается и внутри человеческого общества, вызывая бесконечные нарекания, стоны, бунты, войны и т. д. Всё это делает человеческое общество крайне ненадежной, неустойчивой системой, крах которой приближается с каждым десятилетием.

Общечеловеческую идеологию коротко можно сформулировать так: наша планета – уникальное явление не только в Солнечной системе, но и далеко за её пределами; главное предназначение человека как вида – сохранение уникальности Земли во всём её разнообразии; человеческое сообщество и каждый человек в отдельности обязаны существовать в гармонии со всем окружающим миром и друг другом; в своей жизнедеятельности общество и отдельная личность должны жить по законам природы и государства, ставить общий интерес выше личного, выполнять своё личное предназначение в рамках общего, соблюдать нормы морали, вести духовно и физически здоровый образ жизни, ни в чём и никогда не злоупотреблять. Совершенно недопустимыми, противными природе, считаются такие явления, как роскошь, излишества, безделье, бесцельное существование, аморальное поведение.

Общечеловеческая идеология с течением времени может претерпевать изменения в плане дополнений, связанных с научными открытиями и креативными предложениями активных граждан.

Главные принципы общечеловеческой идеологии представляются такими:

1. Важнейшая максима человечества: «Земля – наш общий дом». Под словом «общий» подразумеваются все населяющие планету виды живых существ со средой обитания.

2. Люди должны жить в гармонии между собой и всем окружающим миром. По-другому невозможно построить не только нормальное, здоровое общество, но даже частную жизнь.

3. Жизнь, как отдельного человека, так и сообществ и целых народов должна всецело подчиняться законам Мироздания, Мировой морали и Естественному порядку вещей, которые были и будут, независимо от желания человека, а также общечеловеческим и государственным законам, написанным в полном соответствии с Мировыми законами.

4. В основе главных жизненных ориентиров каждого человека, коллективов и целых народов лежат вечные ценности (правда, справедливость, добро, долг, честь и ответственность) и Естественный закон человеческого мироустройства о единстве разума и совести.

5. Каждый человек, независимо от социального положения, должен воспринимать свою жизнь как служение – семье, обществу, государству, человечеству и планете. Обязанность каждого найти то место в социуме, в котором возможно максимальное проявление его природных задатков. Государство обязано всецело этому помогать. Одновременно каждый человек таким путём самореализуется и самым наилучшим образом.

6. Люди, ставящие своё «я» выше общечеловеческих и Вселенских принципов должны быть подвержены экономическим и социальным санкциям с запретом занимать высокие должности. Безнравственные и асоциальные элементы не имеют права жить среди добропорядочных граждан и должны проживать в специальных охлос-поселениях с нормальными условиями существования, но под надзором полиции нравов, чтобы не причинять вред природе и людям.

Мировое правительство неизбежно

«…все мы сидим в одной лодке, и если потонем, то все вместе».

Юрий Лотман, профессор

В наше время даже неспециалисты замечают, как быстро, с нарастающим ускорением меняется мир. С точки зрения либеральных демократов, он становится непредсказуемым. Они всеми силами пытаются вернуть его в привычные для них рамки, но с каждым годом сделать это становится всё труднее.

На самом деле происходящие изменения очень предсказуемы. Более того, их предвидели ещё библейские пророки. А современные футурологи вот уже без малого пять десятилетий предупреждают: скоро на планете начнутся необратимые процессы, которые приведут к глобальной планетарной катастрофе. И, пока они не начались, нужно срочно объединить усилия и навести порядок.

Увы, ни футурологов, ни тем более древних пророков почти никто не слышит. Власти государств обеспокоены исключительно текущими вопросами, не видя реальной тревожной перспективы. Общество же разрознено, голоса отдельных активистов не слышны, будучи похоронены пустыми пиарщиками.

Согласно заключения целого ряда современных учёных, эпоха, когда человечество могло жить по законам «относительно свободного развития» закончилась. От катастрофы можно спастись только если мы начнём развиваться совместно с окружающей средой, как единый организм, в котором любимая либералами конкуренция входящих в него элементов теряет всякий смысл.

Современный мир характеризуется схожестью проблем и вызовов в разных его частях. Они относятся к экологии, заканчивающимся природным ресурсам, демографии, экономике, морали, целеполагании, национальным конфликтам, социальным проблемам. И их решение чаще всего выходит за пределы отдельно взятых стран.

Так значительно более высокая рождаемость в странах Южной Азии и Африки по сравнению с Европой и большая разница в уровне благосостояния привела к массовой неуправляемой миграции азиатов и африканцев в европейские страны.

Техногенные катастрофы, происходящие в отдельных государствах, непременно сказываются и на других странах. То же относится и к экономическим и финансовым кризисам.

Подобные явления требуют единого мирового управления, которое наиболее эффективно решало бы многочисленные проблемы, всё чаще возникающие на планете. Правительства же отдельных государств часто действуют не только не согласованно, но и препятствуют друг другу, что наносит непоправимый вред цивилизации и биосфере.

Классик юриспруденции Х.Кельзен считал, что международное право стоит над внутригосударственным, и государственный правопорядок должен быть частью мирового правопорядка. Все правовые нормы должны быть выведены из одной основной нормы.

«Мне хотелось бы видеть вместо существующей Организации Объединенных Наций более эффективное мировое правительство, – говорил профессор И.В.Бестужев-Лада. – Я полагаю, что жизнь заставит нас перед страхом смерти пойти на этот путь».

«Единое мировое правительство было бы оптимальным для реализации глобальных задач, – признавал и астрофизик Стивен Хокинг. – Его не может контролировать национальный или узкогрупповой эгоизм. Кроме того, оно лучше справилось бы с новыми угрозами – загрязнением окружающей среды, быстро прогрессирующим искусственным интеллектом и прочими».

Шаги в направлении создания единого планетарного центра уже предпринимались. В их числе образование ООН, которая всё же не приняла на себя обязательств мирового правительства.

«В условиях объективно необходимой и неизбежной всё большей доступности научных и технологических достижений всё более широким слоям населения (без чего не может нормально развиваться современное общественное производство), – отмечал Б.П.Шулындин, – при продолжающемся процессе «выхода» человеческой деятельности за рамки обыденного опыта и овладения всё более мощными природными силами всё настоятельнее встаёт вопрос о необходимости сближения интересов разных стран, народов. Социальных групп. Ведь если будет продолжаться процесс социального расслоения и вызываемый им процесс расхождения интересов разных социальных групп, то объективно у значительной части населения Земли будут возрастать побудительные мотивы к использованию достижений науки и техники в крайних формах – с риском гибели собственной и всего человечества».

Мировое правительство – закономерный этап развития цивилизации. Если в Древнем мире и в Средние века многие страны мира пребывали в разной степени изоляции друг от друга, то в последующие эпохи эволюция шла по пути всё большего сближения стран и целых континентов.

В наше время заговорили о процессах глобализации, которая соответственно требует глобального управления. В спорте это давно стало нормой и никто не оспаривает справедливость такого положения. Футбол в разных странах мира существует по единым правилам ФИФА, шахматы – по правилам ФИДЕ и т. д. Но разве спорт более серьёзное дело, чем наше жизнеустройство? Однако стоит заговорить, что и люди, и страны, и народы, живя на одной планете, должны соблюдать единые требования общежития, либералы и прочие эгоисты заявляют протест. Тех, кто это предлагает (ради общей же пользы!) обвиняют в том, что они хотят построить всё человечество в одну шеренгу.

Единые требования для всего населения Земли – закономерный и неизбежный этап развития цивилизации. В противном случае её просто не будет.

Здесь стоит упомянуть попытки ряда стран взять в свои руки мировое управление. Этим отличалась Римская империя в Древнем мире, Англия и США в Новую и Новейшую историю. Но назвать их руководство мировым правительством вряд ли возможно, поскольку в первую очередь они преследовали свои, а не всемирные интересы.

У мирового правительства, о котором идет речь, задачи совсем другие. Оно должно заботиться о сохранении здорового баланса и порядка на планете. Поясню эту мысль на ряде примеров.

Известно, что в США ведется очень неэкономная политика относительно потребления природных ресурсов. «Житель США потребляет ресурсов с 7,2 га, всё население США – с 2192 млн га, – сообщается в докладе Всемирного фонда природы. – Но биоёмкость страны в 2 раза меньше этой площади – 1177 млн га. То есть США – крупный экодолжник природы. И если бы у всех землян был уровень потребления, как у американцев, потребовалось бы 4 таких планеты, как Земля».

Протесты международных организаций и экологов руководство США игнорирует. Вот мировое правительство и должно заставить США умерить аппетиты.

Страны, занимающиеся космосом, ведут себя там не лучшим образом. А именно – захламляют орбиту Земли обломками своих аппаратов и прочим мусором. Здесь абсолютный лидер Россия.

Мировое правительство должно принудить все космические державы не только прекратить свою пагубную деятельность, но и ликвидировать имеющийся мусор. В противном случае обложить крупными штрафами.

В наше время прирост населения почти на 100 % дают народы Африки и Южной Азии, вследствие чего увеличивается и без того большая разница между экономически развитыми государствами и странами третьего мира. В бедных странах рождается в 10 раз больше детей, чем в богатых. А к 2025 году, по прогнозам ООН, это соотношение будет уже 20 к 1.

Задача мирового правительства заключается в том, чтобы ликвидировать этот дисбаланс с помощью разумной политики деторождения.

Но это лишь частные случаи, а мировое правительство в первую очередь должно заниматься общечеловеческими проблемами. Оно должно стать хранителем вечных ценностей, ориентиром и вектором развития, общей совестью и мудростью, эталоном, по которому страны, народы и отдельные люди сверяют свою жизнь. Поэтому мировое правительство должно руководствоваться общечеловеческой идеологией и моралью, которые в свою очередь исходят из мировых религий и опираются на законы Вселенной и наиболее ценные достижения человеческого опыта.

«В связи с появлением международного рынка, участникам рынка потребуется создание единого (мирового) государства, в начале своего развития регулирующего перераспределение прибавочной стоимости, на втором (конечном) этапе своего развития использующего прибавочную стоимость на устранение вреда, нанесённого Космосу», – считает С.С.Новиков.

«Давайте действовать по одинаковым лекалам и рассматривать ценности с одной точки зрения!» – призывает Юрий Лоза. К слову сказать, такая единая шкала ценностей с их строгой иерархией была разработана несколько десятилетий назад новосибирским учёным Мамонтовым в книге «ЕИС-следование».

Настало время, когда требуется осознать: мы живём на одной планете, запасной у нас нет. И если мы сейчас не остановим идущие полным ходом процессы разрушения экосистем, атмосферы, вод, почвы, а также тотальные разрушения в самом человеческом обществе, проявляющиеся в потере целей и смыслов, аморализме, распаде института семьи, неприязни друг к другу, катастрофы не избежать.

Именно мировое правительство должно утвердить единые для всех мировоззренческие и моральные нормы и обязать власти всех стран строго им подчиняться. Оно должно принудить все государства отказаться от либеральной демократии как самой разрушительной идеологии в истории. Невозможно в переполненном автобусе, который всё больше напоминает наша планета, обеспечить каждому пассажиру прав и свобод столько, сколько он сам пожелает. Лозунг «Права и свободы» пора заменить на «Единство, порядок и ответственность».

Либеральная демократия – это очередная попытка стать умнее природы. Но все подобные попытки провалились. Пора уже смирить свою гордыню и просто следовать природе, не пытаясь с ней соревноваться и тем более подменять.

Либерально-демократический «рай», созданный в странах Запада в 60-е годы прошлого века, многим вскружил головы, да так, что они до сих пор не могут прийти в себя. Но крах его был изначально неизбежен, поскольку сама доктрина ошибочна.

Природными сообществами управляют не карьеристы, не коварные хитрецы, не пиарщики и не особи, наделенные способностью делать карьеру ради карьеры. Там нет понятия «власть ради самой власти». Сообществами животных управляют те, кто делает это лучше других.

Именно так должно обстоять дело и в человеческом обществе. В состав мирового правительства должны входить известные, авторитетные и уважаемые люди, заслужившие признание своей деятельностью. А также представители всех мировых религий.

О такого рода власти писал Эрих Фромм в работе «Иметь или быть?». Он разделил власть на две формы: рациональную и иррациональную. «Рациональная власть основана на компетентности; такая власть способствует росту человека, который на неё опирается. Иррациональная власть зиждется на силе и служит для эксплуатации того, кто ей подчиняется… Власть по принципу бытия основывается не только на том, что какой-то индивид компетентен выполнять определенные социальные функции, но в равной мере и на самой сущности личности, достигшей высокой ступени развития и интеграции. Такие личности «излучают» власть, и им не нужно приказывать, угрожать или подкупать. Это высокоразвитые индивиды, самый облик которых – гораздо больше, чем их слова и дела, – говорит о том, чем может стать человек. Именно такими были великие Учителя человечества».

Совсем не обязательно, чтобы в состав мирового правительства входили представители всех государств – это будет слишком неповоротливое образование. Лучше сделать ООН совещательным органом при мировом правительстве.

Если человеческое сообщество всё же не желает превратить планету в мировое кладбище, необходимо осознать: мировое правительство неизбежно и чем скорее его создадим, тем будет лучше для всех.

Цитируемая литература

1. В.С.Нерсесянц. Политические учения Древней Греции. М, «Наука», 1979.

2. История политических и правовых учений. Под ред. В.С.Нерсесянца. М., 1998.

3. Ортега-и-Гассет. Восстание масс. М, 2016.

4. Эрих Фромм. Бегство от свободы. М., АСТ, 2022.

5. Н.О.Лосский. Условия абсолютного добра. М., Изд. Политической литературы, 1991.

6. П.А.Кропоткин. Этика. М., Изд. Политической литературы, 1991.

7. П. С. Гуревич. Куда идешь человек? М., «Знание», 1991.

8. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви

9. А.В. Горский, Ю.А Лисовский, А.Н. Самарин, Л.К. Фионова. Деградация человека как фактор мировой политики. (в Интернете)

10. Михаил Веллер. Кассандра. Санкт-Петербург, 2002.

11. Борис Диденко. Цивилизация каннибалов. М., 1999.

12. Андрей Кончаловский, Владимир Пастухов. На трибуне реакционера. М., «Эксмо», 2007.

13. Валерий Слёзин. Геноцид белой расы. Кризис Европы. М., «Астрель-СПб», 2009.

14. Валерий Чалидзе. Иерархический человек. М., «Терра», 1991.

15. Ш.Р.Абдурашитов. Вправду ли разумен Homo sapiens?!

16. Доклад независимой комиссии по международным гуманитарным вопросам «Сохранит ли человечество человечность?». М., «Международные отношения», 1989.

17. Священник Олег Стеняев. Человек перед лицом соблазнов. Изд. Московского Подворья Свято-Троицкой Лавры, Москва, 1999

18. Монографии и статьи Концепции общественной безопасности

19. Новиков С.С. Всеобщая (космическая) политэкономия. Изд. «Информреклама», Уфа, 2003.

20. Тимофей Решетов. Время. Пространство. Космос. Введение в гелиоцентрику (в Интернете)

Content

Игорь Вайсман
Дюжина гвоздей в крышку гроба либерализма

Предисловие

Часть 1 Минздрав предупреждает: либерализм опасен для здоровья

Как эгоизм и страх породили либерализм

Нет ни прав, ни свобод, ни Человека разумного, а Октябрьскую революцию совершили по незнанию

Я интеллектуал и потому выбираю либеральную демократию

«Свободный» и «несвободный» мир на глобусе и в перспективе

Либерализм как форма религии

От Бога к Дьяволу в четыре клика

«Свободные» и «зависимые» граждане

Серая чума страшнее коричневой

Свобода или необходимость движут людьми?

Свобода или самостоятельность?

Это опасное слово «свобода»

Свобода выбора – дар Небес или дорога в ад?

Может ли совесть быть свободной?

Независимость как пример бессмысленности

Несправедливость равенства

Общее или частное?

Кто защитит наши обязанности?

Является ли частная собственность одной из главных ценностей?

Пределы терпимости

Мировоззренческий плюрализм, или Взорванное сознание

Вечные и универсальные ценности. Отличить зёрна от плевел

А судьи кто?

О либеральных и традиционных принципах воспитания

Нужны ли герои обществу потребления?

Несовместимый бизнес

Липовая демократия

Нежизнеспособное общество

Суицид Европы? А может уничтожение?

Спасём Европу от европейских ценностей!

Часть 2 Консерватизм forever!

Разумный аскетизм – главное требование нашей эпохи

Капитализм обречён. Что дальше?

Социализм – не самое лучшее государственное устройство

Запрос на консерватизм

Консерватизм как новация

Человеческий муравейник

В чём самая большая ценность государства?

Государство – не проект всенародного счастья

Должна ли воля народа быть основой государственной политики?

Порядок как важнейшее условие бытия

Применима ли таблица Д.И. Менделеева к человеческому обществу?

Как возродить коллектив, предприятие, город, страну

Образцовое государство

Что значит жить по законам природы?

Мораль советская, либеральная и космическая

Принципы глубинного консерватизма

Однополярный мир

Единый цивилизационный путь всех народов

Общечеловеческая идеология

Мировое правительство неизбежно

Цитируемая литература