Леонид Иванович Пузин

Падение дикого планетоида

Полутораметровый хвост Айка нервно дёрнулся и из горлового резонатора раздался скрипучий голос:

— Познаватели, через хвост вас за ногу! Великий Властитель Большого Гнезда вас дармоедов не просто кормит — дурахты для вас из кипящей смолы таскает! — а вы? Где ваш патриотизм, ваша беззаветная преданность Большому Гнезду? Что? Молчите, недовылупившиеся слязни? А, между прочим, я вас спрашиваю, Координатор Квааш? Когда, наконец, вы наведёте порядок в своём протухшем Узвалище?!

На одном дыхании выпалив сию многословную тираду, Генерал Айк замолчал и, набирая в горловой резонатор воздух для нового критического залпа, поправил ордена на опоясывающей его грузную тушу малиновой ленте. Толстый хвост Айка беспорядочно елозил по мраморным плитам пола — что являлось верным признаком сдерживаемого гнева — Квааш поспешил с оправданиями:

— Простите, Ваша Высокочтимая Прохладность, но все Познаватели нашего трижды орденоносного Узвалища работают сутки напролёт. До полного оцепенения. Не далее, как вчера, мы были вынуждены одного химика и двух биологов поместить в криогенную камеру на три полных цикла — у бедняг до того перегрелись головы, что стали скручиваться чешуйки у основания теменного гребня. Хорошо, хоть вовремя заметили, не то бы наше Узвалище могло потерять трёх ценных специалистов. Конечно, слава Великому Властителю, благодаря Его неустанным заботам наш Центр не испытывает недостатка в кадрах, но вы, Ваша Прохладность, не хуже меня знаете, пока из "кадра" образуется специалист, сменится не один сезон дождей. А финансирование… — спохватившись, что он едва не коснулся скользкой темы, опытный администратор Квааш ловко ушёл в сторону, — слава Великому Властителю, наше Узвалище финансируют по первому разряду! Наши Познаватели ни в чём не испытывают недостатка: ни в приборах, ни в реактивах, ни в оборудовании, ни в объектах опытов! Не говоря о лабораторных животных, Браковочные Комиссии нам регулярно поставляют отпавших от Большого Гнезда, недееспособных особей. Ведь, как знает Ваша Прохладность, исследованная основоположником генной вирусологии Великим Хиггашем двадцать семь тысяч лет назад Огненная Плесень способна размягчать кости только у представителей нашего вида — так что на лабораторных животных можно проводить весьма ограниченный круг экспериментов…

Суетливые оправдания Квааша настроили Айка на благодушный лад, тем более, что боевой Генерал испытывал симпатию к ловкому пройдохе-администратору, чему немало способствовали время от времени получаемые им презенты. Нет, осторожный Квааш никогда не предлагал проверяющим золота или драгоценностей — это могло стоить не только хвоста, но и обеих верхних конечностей — однако, кто же считает взяткой пару кувшинов настойки Золотого Хвоща или копчёный окорок молодого цератопса? Не говоря уже об обязательных для всякого официального застолья маринованных дурахтах? И что прикажете делать, если после приёма высоких гостей остаётся банка, другая этого скоропортящегося деликатеса? А расположенные в клювообразном носу Айка чувствительные рецепторы даже здесь, в отделённой от жилых помещений несколькими комнатами приёмной, улавливали восхитительный запах запекаемого в квашеных листьях папоротника детёныша игуанодона…

Так что, для сохранения имиджа Королевского Контролёра грозно пророкотав ещё две маловразумительные фразы, Айк отпустил сопровождающих Квааша начальников лабораторий:

— Свободны, бездельники! Благодарите Великого Властителя за его беспримерную доброту. Видит Святой Моар, будь моя воля, я бы наполовину укоротил ваши хвосты. Причём — медленно, путём тщательного пережёвывания.

Оставшись наедине с Кваашем, Айк добродушно осклабился, сверкнув белыми треугольниками передних зубов:

— Испугался, старый мошенник? Небось, подумал, что меня прислали по твои верхние лапы? И я их сейчас не спеша — по полпальца — начну откусывать? Ха-ха-ха! Ладно, Квааш, пошутили и будет. Знаю, знаю, ты на своём веку повидал столько всяческих Контролёров, сколько мне не довелось раздавить яиц в инкубаторах Врага. Да что — раздавить — даже заразить Огненной Плесенью. Короче, Квааш…

Как ни надеялся искушённый не только в науке, но и в политике Верховный Координатор, что визит Айка спровоцирован очередной придворной интригой и боевой Генерал, лишь для вида пройдясь по производственным, исследовательским и складским помещениям, поспешит к обильно накрытому столу — увы. На сей раз дело оказалось серьёзнее: до Великого Властителя дошли слухи о безумном Уагге — о его бредовой идее. Ах, ну зачем он ещё в прошлый сезон дождей не уложил этого беспокойного сумасшедшего в криогенную камеру?! Недооценил, профукал, через хвост его за ногу! Понимая, что на слуховые перепонки Генерала пиявок не навешаешь, Квааш решил рассказать всё, как есть, без утайки.

Однако, едва начав, — Ваша Прохладность… — Координатор был сразу же перебит Генералом: — Полно, Квааш, мы сейчас одни, так что — давай без чинов и званий. Думаешь подольститься — да? Не выйдет. Я хоть и солдафон, но в порученном деле достаточно разбираюсь, чтобы отличить белок от желтка. Тем более — от скорлупы. Ты мне прямо, не виляя теменным гребнем, вот что скажи: расчеты этого вашего Уагга — полный бред, или в них есть рациональное зерно? Учти — проверю. Не сам, конечно, но у Великого Властителя есть и другие Узвалища. И Познаватели в них — далеко не из последних.

— Понимаешь, Айк, — без чинов, так без чинов, и Квааш доверительно положил левую лапу на буйно разросшийся шейный ворот Генерала, — сами по себе идеи Уагга не содержат ничего нового. Ещё со времён Великого Кракка, чуть ли не сразу после того, как была построена Большая Катапульта, не только Военные, но и некоторые безответственные Познаватели предлагали для бомбардировки Врага использовать планетоиды значительно большей массы, чем те, которыми мы пользуемся сейчас. В сто, двести, пятьсот, тысячу и даже в миллион раз превосходящие по объёму ныне применяемые. Мол, если на головы ненавистных Скаррашей свалится камешек массой в сто миллионов, а ещё лучше в миллиард масс Гигантского Зубастика, то Верховный Властитель Тёмного Гнезда тут же примет позу спаривающейся Яйцекладуньи. Не просто свернёт, а по чешуйке выщиплет свой шейный ворот. И сказочно богатые болотно-лесные угодья Скаррашей обретут, наконец, истинного Хозяина.

— Погоди, Квааш, — Генерал в свой черёд положил правую лапу на обкусанный по последней моде шейный ворот Координатора, — а почему бы нам, в самом деле, не использовать планетоиды более крупных размеров? Конечно, не в миллион и даже не в тысячу, а, допустим, в сто раз крупнее тех, которыми мы пользуемся сейчас? Ведь, если честно, от тех пшикалок, которые нам удаётся раз в два-три сезона дождей уронить на территорию Врага, не много толку. Во-первых, они значительно обгорают в атмосфере, а во-вторых — рассеяние. Ведь почти за пять тысяч лет — за всё время наших бомбардировок — только три планетоида угодили в крупные поселения врага. Остальные — попадали в горы, леса и болота. А пятнадцать процентов — вообще, свалились на наши окраинные земли…

— Именно, Айк, поэтому, — со скрытым и, тем не менее, ощущаемым превосходством учёного динозавра ответил Квааш, — представляешь, что будет, если планетоид массой хотя бы в десять миллионов масс Гигантского Зубастика свалится на нашу Столицу? Ведь чем больше масса возмущённого планетоида, тем труднее задать ему нужную траекторию. Ведь, чтобы с помощью ионного реактивного ускорителя изменить орбиту самого скромного планетоида, требуется не меньше двадцати лет. Да и то — такой камешек почти целиком сгорит в атмосфере. А для изменения орбит тех планетоидов, которыми мы пользуемся в нашей Священной Войне с ненавистными Скаррашами, требуется от семидесяти до ста двадцати лет. Между нами, Айк, в девяносто восьмом году одиннадцатого цикла — две тысячи восемьсот двадцать четыре года назад — был-таки проведён соответствующий эксперимент. Безумный Генерал Жжвак убедил тогдашнего Великого Властителя своротить с орбиты камешек массой в один миллион двести восемьдесят тысяч масс Гигантского Зубастика. И когда после шестисот семидесяти лет ускорения Познаватели обнаружили, что его траектория слегка отклоняется от расчетной, должным образом скорректировать траекторию не удалось — для ионных двигателей инерция оказалась чересчур большой, а применить газовые, сам понимаешь, было нельзя. Это бы раскрыло Врагу все наши планы — телескопы Скаррашей наверняка бы зарегистрировали газовый факел.

— Погоди, Квааш, ты хочешь сказать, что печально знаменитая Гроахская катастрофа, уничтожившая тогдашнюю Столицу Большого Гнезда вместе с почти восьмьюстами тысячами взрослых полноценных мужских особей — не случайное падение "дикого" планетоида? А результат ошибки Познавателей? Но, Святой Моар меня побери, почему я, Старший Генерал Великого Властителя, ничего не знаю об этом вопиющем просчёте?! — Возмутился Айк. — Почему до сих пор никто не удосужился информировать меня о преступной беспечности наших Познавателей?!

— Именно, Айк, поэтому. — Иронически шевельнув аккуратно обкусанными роговыми пластинами шейного ворота, с почти незаметным ехидством ответил Квааш. — Потому что, будучи Старшим Генералом, ты привык пользоваться готовой, "процеженной" информацией. А кому из твоих Советников, скажи мне, Айк, пришло бы в голову посвящать тебя в подробности катастрофы, случившейся две тысячи лет назад? Это же совершенно неактуальная, интересная лишь для историков информация. Другое дело, если бы ты, получив чин Полковника, удосужился порыться в секретных архивах. Но, ведь, сознайся, Айк, история никогда не была твоим хобби?

— Вот ещё, — снисходительно проворчал Генерал, — как будто у меня есть время глотать архивную пыль! А жаль… — от пришедшей в голову саркастической мысли хвост Айка двусмысленно поелозил по полу, — знай я раньше об этом преступлении Познавателей, кое-кто из ваших сотрудников мог бы остаться без хвоста. А то и без верхней лапы. Ну, ничего, Квааш, спасибо за информацию, приму к сведению и, проводя следующую инспекцию…

Однако взятая Генералом многозначительная пауза не произвела должного впечатления на ушлого Координатора.

— Полно, Айк! Что было — быльём поросло. Если как следует покопаться в архивах, можно обнаружить куда более неприглядные факты. И Великий Властитель прекрасно об этом знает. А уж в случае Гроахской катастрофы… Инициатива-то исходила от Генерала Жжвака. А все ведущие Познаватели как раз были против… Нет, Айк, я бы не подставился, будь хоть малейшая опасность нашему Узвалищу. А вспомнил об этом давнем инциденте только в связи с сомнительными идеями Уагга. Вернее, из-за того, что его бред заинтересовал кое-кого из Ближнего Круга Великого Властителя. И я, кажется, догадываюсь — кого…

Выгораживая своего информанта, Генерал игнорировал ехидный намёк Координатора и поспешил перейти к сути дела:

— Действительно, Квааш, не имеет смысла высиживать варёные яйца. Кто когда кому что сказал — оставим эти пересуды старым яйцекладуньям. Ты лучше растолкуй тёмному вояке, почему все ведущие Познаватели сходу отвергли идею Уагга, в несколько раз увеличить интенсивность бомбардировок территории Врага без дополнительных материальных затрат? Ведь, насколько меня осведомили, Уаггу удалось почти в семьсот раз повысить скорость Больших Расчётчиков? Заменив в их нервных сетях ганглии муравьёв ганглиями пчёл?

— В семьсот раз?! — непритворно изумился Квааш, — я понимаю, в Ближнем Кругу Великого Властителя нет ни одного сколько-нибудь серьёзного Познавателя. Но ведь и совсем дремучих мужских особей в нём тоже нет! Насколько я знаю, все, допущенные во внутренние покои Большого Гнезда, имеют не только элементарное, но и высшее образование. Не говоря уже о Ближнем Круге — каковой состоит в основном из особей выдающихся. Или я отстал от жизни, и политику Большого Гнезда в настоящее время определяют любимые Яйцекладуньи Великого Властителя? Ворчу, ворчу, Айк, — спохватившись, что горловой резонатор может довести его до крупной неприятности, поспешил оговориться Квааш, — если сигнализируешь наверх, учти — отопрусь. Так вот, — спасши, по его мнению, свой хвост от смачно жующей пасти придворного экзекутора, Координатор заговорил менторским тоном, — скорость действия Большого Расчётчика зависит не столько от объёма памяти составляющих его ячеек, сколько от времени прохождения нервного импульса. И существенно сократить это время не может не только Уагг, но и сам Святой Моар — такова природа Живого. Да, нервный ганглий пчелы способен за то же время обработать в три раза больше информации, чем ганглий муравья, но и только. Короче, Айк, чтобы не перегревать твой теменной гребень, узнай я, что кому-нибудь удалось повысить скорость действия Большого Расчётчика в семь раз — я бы задумался. В семьдесят — рассмеялся. А в семьсот — не то что смеяться, но даже ругаться не хочется: очевидное шарлатанство. Ну, Уагг, ну, проныра! Вот уж никогда бы не подумал! Вроде бы весь из себя такой отрешённый — прямо-таки не от мира сего — и надо же! Мало того, что сумел найти при дворе высокого покровителя, так ухитрился навешать ему пиявок на слуховые перепонки! Нет, этот баламут просто напрашивается, чтобы ему хорошенечко пожевали хвост! До полного его отпадения! А пока будет отрастать новый, Уагг, глядишь, возьмётся за ум!

— А насчёт Планетоида-Мстителя, — понимая, что Генерал не успокоится пока не получит ответа на невысказанный больной вопрос, Квааш перешёл к сути дела, — я тебе, Айк, вот что скажу: на лету только стрекозы спариваются. Думаешь, мне не хочется, чтобы на территорию Врага планетоиды падали в несколько раз чаще? Ещё как хочется! И не только мне — всем Познавателям. И, скажу без притворной скромности, с самого основания наше Узвалище денно и нощно работает над этой проблемой. Вспомни, каких-нибудь пятьсот лет назад нам удавалось не чаще, чем раз в пятнадцать сезонов дождей направить планетоид на земли нечестивых Скаррашей. А сейчас? Будьте любезны! На головы мерзких слязней каждые два-три года с Неба валится эдакий симпатичный камешек! Массой от шести-семи до пятнадцати-двадцати тысяч масс Гигантского Зубастика!

Запах запекаемого детёныша игуанодона всё сильнее дразнил обонятельные рецепторы в носу Генерала, и, понимая, что на сей раз ему не удастся угодить Высокому Покровителю Уагга — пройдоху Квааша не объедешь на хромом Стегозавре! — Айк поторопился закончить официальную часть визита.

— Расхвастался-то, расхвастался, старый мошенник! Будто бомбардировка территории Врага — целиком заслуга вашего Узвалища! А группа Познавателей при Большой Катапульте? Ведь, насколько я помню, ни к проектированию, ни к строительству, ни к эксплуатации этого гигантского электромагнита ваше Узвалище не имеет никакого отношения?

— Как это — не имеет? — чувствуя, что официальный разговор заканчивается, Квааш не собирался перечить Айку, но последнее замечание Генерала задело его за живое, — а расчёты? А — главное! — подготовка экипажей? Ты хоть представляешь себе, что нам стоит из отбракованного Комиссиями, бросового материала вырастить полноценных, готовых к самопожертвованию особей? Ладно, не буду хвастаться, не совсем полноценных — отпадыша только откусывание головы исправит! — пригодных для многолетней работы в открытом космосе? Представляешь, Айк, монтируя и отлаживая ионные ускорители, десятилетиями вкалывать на диком планетоиде, как о высшей награде, мечтая о криогенной камере? Конечно, нейростимуляторы, вживлённые в ущербные головы этих условно полноценных особей, дают нам возможность контролировать их деятельность — соответствующими электромагнитными импульсами наказывая и поощряя на любом расстоянии — а кто разработал эти стимуляторы? Кто их внедрил? И кто, наконец, вживляет в ущербные головы отщепенцев? Между нами, Айк, неужели ты думаешь, что Скарраши не способны построить магнитный ускоритель, подобный нашей Большой Катапульте? Ещё как способны! А почему не строят? Почему, в свой черёд, на наши головы не сбрасывают камни с Неба? А потому, Айк! Двадцать тысяч лет назад основную ставку сделав на Огненную Плесень, они запустили многие важные отрасли биологии. Особенно в той сфере, где биология пересекается с психологией. Вот и отстали от нас, Святой Моар знает, на сколько тысячелетий! Вот и нет у них своей Большой Катапульты — зачем? Ведь без подготовленных соответствующим образом, готовых жить, работать и умереть в дальнем космосе экипажей выход на орбиту между четвёртой и пятой планетами — пшик. Сами по себе камни оттуда не полетят на территорию Врага. А если полетят…

Прогнав от себя тревожную, последние шестьдесят сезонов дождей часто его посещающую мысль, Квааш пригласил Генерала к столу.

Однако даже маринованные в смоле Слёзного Дерева дурахты не смогли отвлечь Квааша от назойливой мысли. Механически поглощая этот, восхитительно пахнущий болотной тиной драгоценный деликатес, Координатор против воли раз за разом проигрывал в голове кошмарный сценарий: а ведь ошибки-то накапливаются? Вернее — как ни мала вероятность того, что "приручаемый" планетоид столкнётся с "диким", но если пытать судьбу достаточно долго, то?.. А ведь за пять тысяч сезонов дождей они приручили и сбросили на головы Врага уже 665 планетоидов — и?.. Где гарантия что следующий — 666-ой — не столкнётся с каким-нибудь железо-никелевым чудовищем и так изменит его орбиту, что?.. Конечно, вероятность этого нежелательного события совершенно ничтожна — и, тем не менее?..

Да, подобные мысли некоторым, наиболее ответственным и осторожным Познавателям приходили с самого начала Священных Бомбардировок, однако все расчёты убеждали в том, что вероятность случайного изменения орбиты крупного планетоида неудержимо стремится к нулю, и, стало быть… а что — "стало быть"?! Стремится-то она стремится, но, как ни считай, а от нуля отличается! Пусть на ничтожную, совершенно теряющуюся в пределах ошибки величину, а отличается, через хвост её за ногу!

С другой стороны, открыв природу редкого, известного как "огненная плесень", вирусно-генетического заболевания и на основе своего гнусного открытия создав страшное биологическое оружие, Скарраши, несомненно, заслужили возмездие! Ведь поражающая сейчас каждого сорок первого полноценного гражданина Большого Гнезда Огненная Плесень — совсем не та "огненная плесень", которую знали предки! И это — сейчас! После двадцати тысяч лет упорной работы, открыв, испытав и широко внедрив в практику сотни чудодейственных медицинских препаратов! А поначалу — ужас! Заболевал каждый третий! И почти год молил о смерти, в то время, как все его кости мучительно размягчались — до полного растворения! И кто, скажите, на их месте не воспылал бы ненавистью к богопротивным Скаррашам?! Да, эти нечестивые слязни утверждали и до сих пор продолжают утверждать, что они не изобретали никакого биологического оружия — во всём, дескать, виновата случайная мутация! Ага! Так им и поверили! Подобными байками только яйцекладуньям можно навешать пиявок на слуховые перепонки, а никак не полноценным мужским особям! Вот теперь и расплачиваются, и получают камешки с Неба!

А что? Ну, падают иногда дикие планетоиды на земли Скаррашей — а причём здесь Большое Гнездо? Между прочим, их территория тоже страдает от этих посланцев бездны — увы, такова воля Неба… Ведь Большое Гнездо, начиная от Властителя и кончая последним Познавателем-Лаборантом, свято блюдёт заключённое тридцать тысяч сезонов дождей назад соглашение о полном запрете ракетно-ядерного оружия. Ах, Катапульта? Бред! Пусть Скарраши сами попробуют построить электромагнитный ускоритель, способный вывести в межпланетное пространство снаряд массой, хотя бы в массу одного Гигантского Зубастика! Что? Нет желания зря тратить время, силы, и средства — то-то же! И — всё-таки…

Только в конце обеда Кваашу удалось справиться с беспокойными мыслями и "незаметно" вложить в походный ранец Генерала три банки маринованных дурахтов — слава Святому Моару, инстинкт не подвёл Координатора! Мало того, что он не уважил пожелание Генерала, ни на ступеньку не продвинул вверх интригана Уагга, не хватало только, поддавшись дурным мыслям, отпустить Айка без презента! Можно представить, как в этом случае выглядело бы их Узвалище в отчёте Инспектора! Да Главный Экзекутор Великого Властителя, урча от удовольствия, целый день жевал бы его несчастный хвост! А он, пронзительно вереща и мучительно квакая, каялся бы в своих ошибках, обещая впредь учитывать все пожелания Старших Собратьев. Однако — слава Святому Моару! — обошлось. Довольный презентом, Генерал на прощание пошутил не смешной армейской шуточкой:

— Тебя, мошенника, хотя бы на один сезон дождей да мне под начало! Ох, и поползал бы ты по гнилым болотам, подкрадываясь к инкубаторам Врага! Представляешь, Квааш, на что стал бы похож твой ухоженный шейный ворот? Ведь у нас, старый развратник, нет юных Яйцекладуний, которые тебе бы его обкусывали по последней моде!

Отшутившись, — а тебя, бездельника, да ко мне в Узвалище! Узнал бы, Айк, что работать головой куда труднее, чем ползать по болотам, — Квааш с облегчением выпустил воздух из горлового резонатора, едва тяжёлая бронзовая дверь закрылась за Генералом. Слава Святому Моару, пронесло! Теперь в течение целого сезона дождей по ночам можно спокойно цепенеть в криогенной камере! Не опасаясь болезненной процедуры "отъедания хвоста". Можно-то можно, но…

…после суматошного дня, сладко цепенея в ароматной взвеси охлаждающего эфирно-смоляного тумана, Квааш не просто подумал о катастрофических последствиях возможной ошибки, но был неприятно смущён совершенно не свойственной динозаврам мыслью о своей личной ответственности перед потомками: Святой Моар! Да если, вопреки прогнозам Познавателей, укрощаемый планетоид неудачно свернёт с орбиты дикий "камешек" массой где-нибудь в миллиард масс Гигантского Зубастика и тот врежется в Землю, то он, Квааш, никогда уже не сможет цепенеть спокойно! Даже — если переживёт катастрофу. По счастью, прохладный эфирно-смоляной туман быстро подарил Координатору блаженное оцепенение, а утром Квааш напрочь забыл о вдруг пришедшей в голову мысли о своей личной ответственности в почти невероятной и всё-таки возможной катастрофе, в сущности, не испытав мук так и не пробудившейся у динозавров совести.

Более того: Квааш состарился и умер задолго до сотворённой Познавателями Большого Гнезда страшной катастрофы. Лишь через пять тысяч лет после смерти Координатора очередной приручаемый планетоид "взбрыкнул" и врезался в насыщенное иридием железо-никелевое небесное тело массой в 12,5 миллиардов масс Гигантского Зубастика. Однако само по себе падение этого чудовища не имело бы таких ужасных последствий, если бы в зоне действия взрыва не оказалась секретная лаборатория, экспериментирующая с уникальным штаммом вируса Огненной Плесени. Вырвавшись из разрушенного здания и мутировав в резко изменившейся после падения Дикого Планетоида среде, этот вирус обрёл способность поражать не только особей вида "Динозавр Разумный", но и всех динозавров вообще. А поскольку инфраструктура Большого Гнезда была разрушена чудовищным взрывом, то не нашлось силы, способной противостоять Болезни, 65 миллионов лет назад выкосившей процветавший на протяжении чуть ли не всей мезозойской эры отряд динозавров.

Март 2009 г.

Content

Леонид Иванович Пузин
Падение дикого планетоида