Екатерина Каблукова

Выйти замуж за некроманта

Глава 1

Элионора затаила дыхание, склоняясь над замочной скважиной. Она знала, что это было крайне неприлично — наблюдать за собственным гостем, но гость ведь был незваным, да и вряд ли от начальника Тайной канцелярии приходилось ожидать чего-то хорошего. Тем более для той, кого еще неделю назад этот самый начальник допрашивал в этой самой канцелярии.

Странно, что без пристрастия. Тайная канцелярия славилась умением получать необходимые ей сведения даже у мертвых. Что ожидать, если начальником Тайной канцелярии несколько лет назад был назначен лорд Уиллморт, один из самых могущественных некромантов королевства. О нем всегда ходила дурная слава. Поговаривали, что у некроманта нет сердца, а свою душу он давно продал в обмен на Тьму.

Еще до всех событий, Элионора видела лорда Уиллморта на светских раутах, несколько раз даже танцевала с ним, но это была скорее дань вежливости, слишком уж близко рядом с некромантом стояла Тьма. Тяжелая и вязкая, она плескала в изумрудно-зеленых глазах хозяина, заставляла отводить взгляд и лепетать что-то бессвязное о погоде. Не желая лицемерить, девушка стремилась найти предлог, чтобы избежать приглашений на танец.

Впрочем, предлогов и не требовалось. Начальник тайной канцелярии явно предпочитал юным девицам общение с замужними дамами. До Элионоры доходили рассказы о увлечениях начальника Тайной канцелярии — Альберт иногда, забывая о присутствии сестры, со смешком рассказывал за столом непристойные слухи. Тогда девушка предпочитала встать из-за стола или вообще не выходила к ужину.

Мать её ближайшей подруги по пансиону, леди Вендер, в начале сезона несколько раз намекала девушке на то, что лорд Уиллморт — весьма завидная партия, но Элионора лишь беспечно отмахивалась, веря, что богатое приданое позволит ей сделать выбор по велению сердца.

Она ошиблась. И вот теперь, согнувшись в три погибели, девушка внимательно рассматривала человека, от которого зависела её судьба.

Признаться, мужчина был хорош. Высокий, атлетически сложенный, темные волосы небрежными на первый взгляд прядями падали на плечи, а изумрудно-зеленые глаза ярко сверкали. Это было заметно даже в полумраке гостиной, куда единственный оставшийся в доме слуга проводил неожиданного визитера.

Ровно четверть часа тому назад Лорд Уиллморт вошел в дом и информировал, что желает переговорить с леди Элионорой Артли наедине. Вопреки всем правилам приличия.

Еще несколько месяцев назад леди Элионора Артли возмутилась подобным требованием и приказала бы прогнать нахала прочь, но сейчас… отказаться принять лорда Уиллморта было равносильно смертному приговору.

Мужчина прошелся по комнате, с презрительной усмешкой рассматривая накрытую чехлами мебель, затем резко повернулся и взглянул на дверь, словно поняв, что за ним следят.

Покраснев, будто была поймана с поличным, девушка резко выпрямилась и поспешила зайти в комнату.

— Лорд Уиллморт? Какая неожиданность, — едва заметно поколебавшись, Элионора протянула руку для приветствия.

— Вы не сказали «приятная неожиданность», — понимающе усмехнулся мужчина.

Он не стал склоняться над ладонью, лишь по-мужски сжал тонкие пальцы. Зеленые глаза хищно блеснули. Тьма, прятавшаяся в них, плеснула, обдавая вязким холодом. Элионора невольно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Не сказала, — дерзко подтвердила она. — Надеюсь, вы не утратили способность делать выводы?

— Нет, — визитер тоже улыбнулся.

Правда, глаза оставались ледяными, и улыбка вышла какой-то фальшивой. Девушка вздохнула и сделала знак лакею снять чехлы с кресел.

— Присаживайтесь, — сказала она, понимая, что гость приехал не просто так и не уйдет, пока не изложит свое дело. Сердце забилось еще сильнее. Неужели король…

— Благодарю, — лорд Уиллморт демонстративно выждал, когда слуга покинет комнату, и лишь тогда присел в кресло. — Вы очень любезны.

— Это все, что мне осталось — быть любезной, — Элионора несколько раз моргнула, старательно прогоняя так некстати навернувшиеся на глаза слезы. Не стоило жалеть себя именно сейчас. — Могу ли я спросить, с чем вы пожаловали?

— С приказом его величества, — показалось, или в голосе прозвучало сочувствие.

Девушка резко выдохнула и слегка побледнела. Как она ни готовилась к этому моменту, голова закружилась, а тело охватила дрожь.

Лист бумаги лег на стол, но Элионора даже не взглянула на него. Для сестры заговорщика, чья казнь совсем недавно состоялась на площади, все давно было предопределено.

Начальник Тайной канцелярии говорил еще что-то, но она его уже не слышала. Да и что еще ей мог сказать этот человек в черном, кроме как огласить судьбу единственной, оставшейся в живых, из некогда могучего рода.

Шииры Артли вели свой род от королевского бастарда, любимого сына короля Георга Пятого. Сам король, впав в безумие, не нашел ничего лучше, чем попытаться изменить порядок наследования престола и написать завещание в пользу любимого сына.

Опасаясь за свою семью, первый шиир Артли публично отказался от всех прав на трон и присягнул законному наследнику, за что и получил богатые владения. А завещание осталось…

— Мне будет позволено взять свои вещи? — девушка потянулась рукой к колокольчику.

— Это лишнее, — нарушая все правила приличия, Лорд Уиллморт перехватил ладонь. Отметил, что девичьи пальцы подрагивали, а кожа на них была просто ледяной, — Вы не слушали меня, верно?

Прикосновение обжигало. Элионора почти физически ощутила, как Тьма тянется к ней.

— Я… — она резко выдернула руку, встала и почти отбежала к окну, пытаясь сосредоточиться или хотя бы не потерять остатки разума.

В голове шумело, а очертания комнаты слегка подрагивали. Нет, Элионора не ждала милости после того, как её брат оказался вовлечен в заговор. Да что там вовлечен! Он был главой этого заговора, так стремительно разрушившего их жизни. В памяти всплыли лихорадочно горящие темные глаза, бледная кожа, усеянная капельками пота, и абсолютная уверенность в своих притязаниях.

Одержимый жаждой власти, Альберт всегда помнил о завещании полоумного короля. Брат легко нашел сторонников среди тех, кто был ущемлен ныне царствующим монархом. Желая обрести власть, Альберт щедро раздавал обещания. Элионора об этом не знала. Она вообще ни о чем не знала, предпочитая проводить время, как и положено юной и богатой невесте: светские рауты, визиты к друзьям, прогулки в парке, балы…

А тем временем заговорщики планировали убить его величество на охоте, но заговор был раскрыт. Балы и рауты сменили аресты и допросы. Тайная канцелярия не щадила никого.

В прошлом месяце Альберт был приговорен и казнен, а Элионора…

После двух месяцев заключения под стражей и множества допросов, подтвердивших её неведение, девушка была выслана в родовое имение, ожидать, пока его величество не решит её судьбу. Стало быть, решил. Элионора еще раз взглянула на начальника Тайной канцелярии.

Вспомнилось, как подчеркнуто спокойно лорд Уиллморт допрашивал её, словно беседовал о погоде. Откинувшись на спинку стула, он не сводил с девушки своего пристального взгляда, в котором была лишь Тьма. Впрочем, для начальника Тайной канцелярии допросы подозреваемых были обычным делом.

— Вы так и не выслушали меня! — упрек прозвучал как предостережение.

Девушка очнулась от раздумий и беспомощно посмотрела на визитера.

— Простите, я… куда мне приказано отправиться? — она все еще не решалась взять в руки приказ, точно это что-то могло изменить в её судьбе.

— В монастырь, в течение недели вы должны принять постриг и стать отшельницей. И никто не должен знать, где вы находитесь! — зеленые глаза смотрели, не моргая. Впрочем, Элионора уже почти привыкла к этому пристальному взгляду.

— Понятно, — горло перехватило спазмом.

Изо всех сил стараясь сдержать рыдания, девушка взглянула в окно, на зеленые луга, окружающие родовое имение. Из-за слез клены, окружавшие имение, виделись огромными оранжево-алыми пятнами.

Скоро Элионора будет видеть лишь белые монастырские стены. Девушка сожалела не о друзьях, которые моментально отвернулись, как только Альберт был арестован, но о той жизни, к которой она, как сначала дочь, а потом сестра шиира Артли привыкла.

Что станет с теми немногочисленными верными слугами, которые остались в имении, да и с самим домом, который вынужден будет приспосабливаться к новому хозяину, Элионора предпочитала даже не думать.

Девушка прикрыла глаза, пытаясь сохранить хотя бы остатки самообладания. Вряд ли начальника Тайной канцелярии разжалобят женские слезы.

— Возможно, нам стоит отложить разговор на потом? — в голосе некроманта слышалось что-то похожее на сочувствие.

Девушка мотнула головой.

— Не стоит. Ваш визит и так слишком затянулся… — она провела рукой по лбу, пытаясь вспомнить, что же еще упустила. — У Берти не было наследников… как я понимаю, все земли отходят короне?

— Не совсем, — теперь собеседник выглядел слегка сконфуженным. — Эти земли теперь принадлежат мне.

— Вот как? — Элионора опустила голову и поспешно отошла от окна, чтобы скрыть лицо в полумраке комнаты. Узор ковра под ногами почему-то расплывался. — Этого следовало ожидать… мне… я могу забрать несколько безделушек, которые бы напоминали мне о…

Она осеклась и прикусила губу, тонкие плечи содрогнулись. Белоснежный кружевной платок возник перед глазами. Вопреки моде, он не был щедро опрыскан тяжелыми сладкими духами, которыми так грешили при дворе заправские щеголи.

— Спасибо, — Элионора аккуратно промокнула глаза и протянула его владельцу. — Простите, мне до этого еще не приходилось покидать дом навсегда…

Лорд Уиллморт резко выдохнул:

— Об этом я и пытаюсь поговорить с вами! — он взял платок, задумчиво посмотрел на него и вернул собеседнице, — Оставьте его себе.

Слезы мгновенно высохли.

— Благодарю, — Элионора надменно посмотрела на начальника тайной канцелярии, намереваясь поставить наглеца на место. — Если вы не возражаете, то в качестве… воспоминаний я бы предпочла другие безделушки.

— Умная девочка, — промурлыкал некромант и добавил чуть громче. — Об этом я вам и говорю: при соблюдении определенных… формальностей? Да, назовем это формальностями, вы вполне можете остаться здесь. И даже вернуться в Уолтерфолл.

— Остаться? — девушка вскинула голову и с удивлением взглянула на некроманта. В янтарных глазах все еще стояли слезы. — Вернуться? В качестве кого?

— В качестве моей жены.

Слова прозвучали, словно гром среди ясного неба. Девушка несколько раз моргнула, пытаясь осмыслить услышанное.

— Ва… вашей жены? — переспросила она, чувствуя себя окончательно сбитой с толку. — Но… почему?

Лорд Уиллморт нетерпеливо отмахнулся. Было видно, что весь этот разговор утомляет его.

— Не думаю, чтобы вы сейчас находились в том состоянии, чтобы слушать мои аргументы. Да они и не важны. Сойдемся на том, что это — условие его величества, которое вы должны принять, если желаете оставаться на свободе и провести остаток жизни в достатке.

— Вы считаете замужество с вами свободой? — несколько резко отозвалась Элионора.

— В вашем положении — да, — отрезал начальник Тайной канцелярии. — Поверьте, в монастыре вы получите гораздо меньше преференций, чем став моей женой. Во всяком случае о красивых нарядах и украшениях вам придется забыть.

Почему-то упоминание о нарядах задело девушку больше всего.

— Вы полагаете, что я — пустоголовая кокетка, которая даже в этот момент думает лишь о нарядах? — вспыхнула она.

— Я считаю вас той, кто вы есть: наивной дурочкой, которая не создана для служения Триединому, — отпарировал лорд Уиллморт. — Поверьте, я уже достаточно изучил вас и прошу перестать устраивать здесь комедию!

Элионора почувствовала, что ее охватывает ярость. Словно почувствовав магический дар бывшей хозяйки, пламя в камине ярко вспыхнуло. Несколько секунд девушка и ее гость яростно смотрели друг на друга. Тьма и Огонь. Элионора отвела взгляд первая.

— Для меня это больше похоже на драму, — глухо сказала она.

— Вы можете называть весь этот фарс, как вам угодно, — некромант издевательски поклонился. — Так каков будет ваш ответ?

Девушка неопределенно махнула рукой:

— Я.… я не знаю… скажите, я могу подумать?

Лорд Уиллморт бросил взгляд на огромные напольные часы, мерно отсчитывающие время:

— У вас есть ровно полчаса.

Глава 2

«Это происходит не со мной… Это все происходит не со мной» — вертелось в голове у Элионоры, когда часом позже она переступила порог семейной часовни.

Высокие своды древнего здания. Цветные витражи, с которых на девушку со скорбными выражениями лиц взирали предки. Последняя из рода Артли…

Под ногами была пыль. Элионора не посещала часовню с момента ареста брата. Вернее, с того момента, когда они с братом несколько месяцев тому назад поехали в Уолтерфолл чтобы по традиции провести там сезон, заканчивающийся Большой королевской охотой.

Пикники, визиты к друзьям, театральные представления, балы — Элионора сполна наслаждалась всем. Это был ее четвёртый сезон, летом девушке исполнился двадцать один год, и все вокруг намекали, что пора бы определиться с мужем. Элионора лишь смеялась в ответ и уверяла, что не желает торопиться.

И вот теперь она выходит замуж за человека, который погубил её брата.

Девушка нерешительно посмотрела на темную фигуру жениха, стоявшего у алтаря с незнакомым девушке священником. Наверняка, лорд Уиллморт привез его с собой взамен старого викария, прекрасно знавшего всю семью Артли.

Элионора вновь вздохнула. Сколько еще судеб было поломано из-за неуемной гордыни брата. Избалованный с детства, Альберт был уверен, что мир принадлежит лишь ему одному.

Перед глазами вновь пронеслась беснующаяся толпа, брат, стоящий на коленях в одной рубахе смертника, палач в алом, поднимающий меч… Цепкие руки начальника Тайной канцелярии, лежащие на плечах девушки. Зловещий шепот «Даже не вздумайте отворачиваться!»

Элионора тряхнула головой, прогоняя неуместные воспоминания. Она сделал свой выбор, хотя многие сочли бы это трусостью. Но в монастырь уходят и жены, а свадьба с некромантом — шанс обрести хотя бы подобие прежней жизни, и потому девушка решительно направилась к алтарю.

Подойдя, девушка послушно вложила свою ладонь в протянутую женихом руку, взглянула на викария. Священнослужитель производил достаточно приятное впечатление, хотя лицо было каким-то незапоминающимся. В толпе увидишь и не узнаешь.

— Начинайте! — скомандовал лорд Уиллморт.

— Кто отвечает за эту женщину? — послушно начал священник и смутился, поняв, что в данной ситуации вопрос выглядел по меньшей мере глупым.

Элионора вздрогнула и тут же почувствовала ободряющее пожатие пальцев.

— Его величество Генрих Десятый, — ничуть не смутившись, ответил лорд Уиллморт. — К сожалению, он не мог присутствовать лично. Продолжайте!

— Как вам будет угодно, милорд! — викарий почтительно склонил голову.

Больше заминок не было.

Стоя у алтаря, Элионора все еще надеялась, что вот-вот проснется в своей спальне, и тогда выясниться, что и заговор, и казнь брата, и эта нелепая свадьба — окажется дурным сном.

Бормотание священника прекратилось, и Элионора поняла, что от нее что-то ждут. Конечно, она должна выразить согласие.

— Да, — от волнения голос сел, и напоминал воронье карканье. — Согласна.

— Карлайл Джон Уиллоби, лорд Уиллморт, шиир Артли согласны ли вы… — продолжил священник, но Элионора уже его не слышала.

Шиир Артли. Титул её брата. Отныне его будет носить этот человек, волею судьбы и его величества ставший её мужем. Ошарашенная этим фактом, девушка пропустила тот момент, когда что-то тяжелое вдруг скользнуло на палец.

Кольцо. Темно-синий, почти черный камень в массивной оправе из белого золота. Слишком большое, оно так и норовило соскочить с пальца.

— Можете поцеловать невесту…

Традиционные слова, сказанные священником по окончании церемонии, повергли Элионору в ужас. Измученная событиями последних месяцев, совершенно растерянная от предложения лорда Уиллморта, девушка и забыла об определенных обязанностях, которые налагает супружество, и вот сейчас, сказав «да», оказалась абсолютно беззащитна перед темной фигурой, стоявшей рядом. Некромант мог делать с женой все, что пожелает.

Побледнев, Элионора хотела закричать, сказать, что ошиблась, но не могла произнести ни звука. Чужая, темная магия окружила мягким, но таким удушающим коконом. Слова будто бы застряли в горле. Элионора с ужасом смотрела на начальника Тайной канцелярии, понимая, что тот применил магию в церкви. Удивительно, но гром не прогремел, и каменные своды не рухнули на нарушителя.

Тяжелая мужская ладонь легла на затылок, вторая обхватила тонкую талию девушки, препятствуя возможному побегу. Медленно, точно завороженная, Элионора смотрела, как лорд Уиллморт склоняется к ней. Зеленые глаза были совсем близко, в их уголках виднелись мелкие морщинки.

Девушка дернулась, но некромант крепко держал её. Покоряясь неизбежному, Элионора прикрыла глаза. Запах уходящего лета и горькой полыни, легкое прикосновение губ к губам, и лорд Уиллморт сразу же отстранился, но не выпустил девушку из объятий, давая время прийти в себя.

— Поставьте свои подписи в приходской книге, — викарий явно был недоволен происходящим в часовне, но не осмелился возражать первому лорду королевства.

— Где она? — некромант подхватил невесту под локоть, вынуждая пойти следом за ним и священнослужителем.

Как ни старалась Элионора выглядеть спокойной, рука, держащая перо, все равно подрагивала, и чернила смазались. В отличие от нее, лорд Уиллморт уверенно изобразил затейливую подпись, захлопнул книгу.

— На этом все формальности закончены? — по-деловому поинтересовался он.

— Да, милорд. Мои поздравления, — голос викария звучал сухо. Впервые Элионора поняла, что священнослужителю неприятно все, что сейчас происходит. Но жажда получить процветающий приход, а также благоразумие победили благородство.

Некромант кивнул и направился к выходу. Руку невесты он так и не выпустил, и Элионора вынуждена была идти рядом с ним.

От волнения все чувства обострились. Звуки шагов казались слишком гулкими, запах ладана и воска — просто тошнотворным. Ноги дрожали и каждый шаг давался с трудом.

Скрип дверных петель отозвался в душе скорбным криком.

После удушливого полумрака церкви яркое осеннее солнце ослепляло, и девушка невольно выставила руку вперед, словно защищаясь.

— Осторожно, тут ступени, — лорд Уиллморт нарушил затянувшееся молчание.

Элионора кивнула, она прекрасно помнила каждую выбоинку на этих давно истертых камнях, но сейчас ноги не держали её, и девушка была даже благодарна за помощь. Рука об руку, как и положено молодоженам, они направились к дому.

— Элионора, — лорд Уиллморт решил заговорить первым.

Девушка страдальчески посмотрела на него, и он, ругнувшись себе под нос, торопливо щелкнул пальцами, снимая заклятье.

— Простите…

— Зачем? — прохрипела Элионора, невольно хватаясь за шею.

После магии горло саднило, точно при простуде.

— Вы готовы были наделать глупостей, — некромант пожал плечами. — Поверьте, это — лучшее, что я мог сделать.

— Наделать глупостей? — ее возмутил беспечный тон.

— Конечно. Викарий и так был не в восторге от церемонии, и начни вы возражать, он бы просто отказался проводить её. Более того, этот священнослужитель был бы обязан известить архиепископа об отказе невесты. Тогда брак между нами стал бы невозможен, вы бы приняли постриг в монастыре, а бедняга лишился бы новоприобретенного прихода, — последние слова прозвучали почти весело, точно некромант готов был перевести все в шутку.

Элионора проигнорировала его намерения.

— Вы не упомянули свои интересы, — девушка вскинула свои огромные янтарные глаза на него. — Вам тоже необходим этот брак? Почему?

Мужчина криво улыбнулся:

— Прежде всего он необходим вам. Пойдемте!

Не дожидаясь невесты, некромант направился к дому. Понимая, что требовать ответа бесполезно, Элионора последовала за ним.

В столовой уже был накрыт ужин. Сидя во главе огромного дубового стола, девушка сквозь полуопущенные ресницы внимательно наблюдала за человеком, так внезапно ставшим её мужем.

Он так и не сказал, зачем ему был нужен этот брак. А ведь лорд Уиллморт, а сейчас и шиир Артли, по праву считался одним из самых завидных женихов Альбии.

Элионора слышала, что на балах за начальником Тайной канцелярии идет настоящая охота, а почтенные матроны спят и видят, как бы подсунуть некроманту одну из своих незамужних дочерей. Да и замужних тоже. Поговаривали, что некромант был щедрым покровителем. Элионора подозревала, что дело было не только в щедрости, но и еще в чем-то, о чем благопристойной девушке знать не следовало.

Но Альберт был несдержан на язык, потому Элионора понимала, что ждет ее сегодня ночью, и страшилась этого.

Дело было даже не в физическом контакте — в конце концов, это можно было перетерпеть, Элионору охватывал страх от самой мысли, что теперь она полностью принадлежит мужчине и должна подчиняться ему. Подчиняться во всем.

Еще совсем недавно девушка могла бы противопоставить мужу свою магию, но… не сейчас, когда Берти был мертв, а она сама…

Элионора так и не могла понять, правильно ли поступила, выйдя замуж вот так, без благословения, свадебного платья и прочих атрибутов, неизменно сопровождающих венчание. К тому же, за человека, которого совсем не знала. Девушка еще раз взглянула на некроманта, ставшего её мужем.

В последний раз она сидела так же напротив него на допросе, отвечая лишь: «Я не знаю». Только тогда их не разделял огромный обеденный стол, на полированной поверхности которого отражались огоньки свечей.

Слуги не постелили скатерть и воск стекал прямо на дерево. Элионора машинально отметила это. Впрочем, лакеи, сопровождавшие лорда Уиллморта, могли и не знать всего, собственные же слуги Элионоры почти полностью разбежались, остались лишь самые преданные: личная горничная, прислуживающая девушке почти всю жизнь, старый дворецкий, кухарка.

До ареста Альберта из соседних деревень постоянно приходили просители, намеревавшиеся устроиться на работу. Тогда Служить в имение почитали за большую удачу, но теперь никто не жаждал иметь отношение к опальному роду.

Слишком погруженная в свои мысли, Элионора не сразу поняла, что начальник Тайной канцелярии что-то говорит ей. Зеленые глаза пристально всматривались в лицо. Тьма клубилась в них, грозя вырваться наружу.

— Я не знаю… — вырвалось по привычке.

Тень улыбки мелькнула на красиво очерченных губах, и девушка пристыжено опустила голову, понимая, что выдала себя.

— Простите, — произнесла она, чувствуя себя совсем глупой. — Я задумалась.

— Я так и понял. Скажите своей горничной, чтобы собрала ваши вещи, мы выедем на рассвете, — спокойно повторил лорд Уиллморт.

Он хотел добавить еще что-то, но в последний момент передумал.

. — Да, конечно, — покорно согласилась девушка.

— Вы даже не поинтересуетесь, куда мы едем? — некромант прищурился.

Было видно, что отрешенность и нерешительность невесты его раздражают.

— А вы хотите, чтобы я спросила? — она вновь посмотрела в зеленые глаза.

На этот раз они потемнели. Запоздало Элионора заметила, что тонкие пальцы мужа слишком сильно сжимают ножку бокала. Лорд Уиллморт явно злился, и это напугало еще больше.

— Нет. Не хочу, — наконец отрывисто произнес он, выпив шампанское залпом.

Девушка лишь кивнула и вновь опустила голову, делая вид, что рассматривает еду на своей тарелке. К собственному бокалу она даже не притронулась.

Молчание вновь затягивалось. Есть совершенно не хотелось, и Элионоре оставалось лишь считать секунды до конца трапезы.

Незнакомый слуга, наверняка, один из тех, которых некромант привез с собой, поставил на стол поднос с портвейном. Девушка быстро поднялась, но была остановлена нетерпеливым жестом:

— Вам нет нужды уходить!

— Простите?

— Я не курю, а портвейн мы можем выпить и вместе!

Словно подтверждая слова своего господина, слуга плеснул в бокал Элионоры рубиново-красную жидкость. Несколько капель попали на стол.

Девушка понимала, что крепленое вино не лучший напиток, тем более на голодный желудок, и хотела возразить против такой вольности. Но натолкнулась на насмешливый взгляд зеленых глаз, и вместо благопристойного отказа приняла вызов, дерзко отсалютовав некроманту.

— Ваше здоровье!

Она выпила портвейн почти залпом, с глухим стуком поставила бокал на стол. Крепкий напиток сразу ударил в голову, и Элионора почувствовала, что напряжение, которое сковывало её в течение последних нескольких месяцев, отступает. Она выдохнула и взглянула на мужа.

Лорд Уиллморт все так же сидел во главе стола и внимательно рассматривал свое приобретение. Лицо начальника Тайной канцелярии было непроницаемо.

— Хотите еще? — вежливо осведомился он.

Девушка помотала головой.

— Спасибо, но не стоит.

— В таком случае, полагаю, вам лучше пойти в спальню, — лорд Уиллморт встал и подошел к Элионоре, протянул руку, намереваясь помочь подняться.

При упоминании о спальне, девушка побледнела.

— Пожалуй, я выпью еще вина, — пробормотала она.

— Как пожелаете, — на этот раз некромант не стал сдерживать усмешку.

Он лично налил портвейн в её бокал, но, вопреки ожиданиям, не стал возвращаться на свое место, а присел на край стола рядом. Длинные изящные пальцы почти неслышно выстукивали какую-то мелодию на полированном до блеска дереве.

— А вы не будете больше пить? — пробормотала Элионора, зачем-то очень внимательно рассматривая рубиново-красный напиток в бокале. Там отражалось золотистое пламя свечей.

— А вы бы этого хотели? — голос над головой вновь звучал вкрадчиво.

— Да… то есть… вам не нравится это вино?

— Нравится, а вам?

Избегая ответа, Элионора поднесла бокал к губам. Некромант снова усмехнулся.

— Элионора, — голос звучал очень мягко. — Посмотрите на меня.

Понимая, что упрямиться глупо, девушка задрала голову. Зеленые глаза смотрели на нее очень внимательно, где-то в глубине мелькнуло сочувствие и еще что-то, она не смогла разобрать, что именно.

— Вам нет нужды меня опасаться, — продолжал лорд Уиллморт.

— С чего вы взяли, что я…

Мужская ладонь накрыла тонкую девичью, и Элионора замолчала, с испугом смотря на собеседника.

Тот вновь улыбнулся, правда, улыбка вышла кривой.

— Вот видите, — он спокойно убрал руку и поднялся. Прошелся по комнате. Остановился у окна, зачем-то пристально всматриваясь в темноту ночи.

— Уже поздно. Думаю, вам лучше все-таки подняться к себе, — голос мужчины звучал очень ровно. — Что же касается ваших опасений, то… Я взял на себя смелость распорядиться, чтобы мне приготовили одну из гостевых спален. Надеюсь, вы не возражаете.

— Это — ваш дом, — у Элионоры хватило сил пожать плечами, хотя при этих словах сердце кольнуло.

В отличие от Альберта, она любила это имение, его высокие, прокопченные веками сводчатые потолки, рассохшиеся дубовые двери и серые, обвитые зеленым плющом стены.

— Он так же и ваш, — возразил некромант, даже не повернув головы.

Девушка прикусила губу. Она еще какое-то время сидела за столом, ожидая, что лорд Уиллморт продолжит разговор, но он молчал, старательно рассматривая что-то за стеклом.

Элионора даже вытянула шею, пытаясь увидеть то, что могло заинтересовать первого лорда королевства, но в окне отразилась лишь комната и сидящая за столом девушка с растерянным выражением на лице. Остальное скрывала высокая темная фигура некроманта.

Судя по тому, что плечи мужчины едва заметно вздрогнули, маневр Элионоры не остался незамеченным. Это разозлило её, и девушка решительно встала.

— Спокойной ночи, милорд, — подчеркнуто вежливо произнесла она, направляясь к дверям.

Вино оказалось крепче, чем она думала, и Элионоре оставалось лишь надеяться, что лорд Уиллморт слишком поглощен происходящим в ночи и не заметит её неуверенную походку.

Когда девушка уже была у дверей столовой, он все-таки обернулся.

— Спокойной ночи, — мягко пожелал он. — Леди Уиллморт…

Элионора в ответ кивнула и постаралась выйти как можно более уверенно.

Глава 3

— Ну, и что это все значит? — белесая полупрозрачная фигура женщины в старинном платье возникла в воздухе, как только дверь в столовую закрылась.

Начальник тайной канцелярии даже и бровью не повел. Призрак проплыл по комнате и остановился перед мужчиной, уперев руки в бока.

— Карлайл Джон Уиллморт! Я тебя спрашиваю!

— Тетушка, — лорд Уиллморт позволил себе слегка улыбнуться. — Я все думал, когда же ты появишься!

— И специально не отпускал эту милую девочку?

— Возможно, — некромант подошел к столу и вновь наполнил свой бокал. — Ну, что ты думаешь?

— Что ты — идиот! — призрак с сожалением покосился на графин.

Зеленые глаза озорно блеснули:

— Даже не предлагаю тебе налить.

— С твоей стороны это бы было просто оскорблением, — хмыкнула тетушка, нависая над столом. — Джон, что ты собираешься делать?

Она всегда звала его именно вторым именем, считая имя Карлайл слишком унылым. Некромант был полностью с ней согласен.

— Прежде всего — допить этот замечательный портвейн, — он вновь наполнил свой бокал.

— А потом? — взгляд призрака был полон беспокойства.

Джон вздохнул. Тетушка Альмерия была именно тем человеком, кому он, будучи еще совсем маленьким, доверял все свои тайны. Именно тетушка заподозрила в мальчике Тьму и настояла на обучении племянника. Сначала — с наставником, а потом и в академии.

Гибель родителей и младшего брата еще больше упрочили связь между лордом Уиллмортом и его тетей, полностью взявшей на себя заботу об угрюмом подростке, которого сверстники предпочитали избегать, совершенно справедливо опасаясь Тьмы, то и дело бушующей вокруг своего хозяина.

Будучи сама некромантом, Альмерия как никто другой понимала племянника, унаследовавшего её дар. Своих детей у тёти не было, мало кто мог вынести Тьму рядом с собой, и потому всю свою заботу Альмерия сосредоточила на Джоне. Сама она погибла пять лет тому назад, но забота о племяннике была столь велика, что душа так и не смогла обрести вечный покой.

Поэтому вот уже лет пять Карлайлу Джону Уиллоби, лорду Уиллморту, могущественному начальнику Тайной канцелярии приходилось терпеть явление призрака, который упрекал его в пренебрежении к продолжению рода.

Конечно, можно было попробовать упокоить мятежную душу несколькими обрядами, но лорд Уиллморт не хотел этого делать. Во-первых, из уважения к той, кто его воспитал, а во-вторых… а во-вторых было именно во-вторых, и начальник Тайной канцелярии не собирался никого посвящать в свои мысли.

— Успокой меня, — вдруг попросила призрак.

— Что? — некромант аж поперхнулся и закашлялся.

— Скажи, что Генрих знает обо всем.

— А, ты в этом смысле… — непочтительно хмыкнул племянник. — Вынужден тебя разочаровать, тетя, его величество пока что в неведении.

— Джон… — ахнула Альмерия. — Ты… ты дошел до того, что подделал подпись короля?

От волнения она взмыла под самый потолок и заметалась по комнате, точно огромная белая бабочка. Лорд Уиллморт с досадой стряхнул винные капли с сюртука.

— Этого не потребовалось. Разрешение на брак подписано архиепископом… Его секретарь был так ловок, что бедняга даже не понял, кому и что подписал. Что же касается остального, можешь не волноваться! У нас с Генрихом действительно были некоторые договоренности, и скажем так, сестра заговорщика его не интересовала, потому я получил карт бланш.

— И решил жениться?

— Тебе не понравилась Элионора?

— Как ты только что изволил заметить, она — сестра заговорщика, недавно казненного на площади Чести! Одно это заставит все общество подвергнуть вас остракизму!

— О, наконец-то я начну проводить вечера дома, а не на балах!

— Все вечера, как, впрочем, и остальное время, ты проводишь в застенках своего ведомства! — отпарировал призрак. Некромант довольно улыбнулся:

— Ты еще скажи, пытая несчастных заключенных!

— Для этого у тебя есть твои палачи!

Лорд Уиллморт картинно закатил глаза.

— Тетя, ты-то знаешь, что физическое воздействие…

— Заменено ментальным. Но это не отменяет самого факта пыток!

— Скажи об этом Генриху. Он будет счастлив обсудить с тобой этот вопрос, особенно после недавнего заговора, — отмахнулся некромант.

— И это возвращает нас к Элионоре Артли! — тетя вздохнула. — Я просто не понимаю, почему именно она?

— Чтобы не лишать общество возможности подвергнуть меня остракизму…

— Джон! Ты невозможен!

Некромант скользнул по полупрозрачной даме усталым взглядом. Призрак все еще парил над столом, смотря на племянника с укором. Значит, долго готовилась и просто так не отстанет.

— Ладно, давай, — лорд Уиллморт откинулся на спинку стула, запрокинул голову и прикрыл глаза.

В ответ тетушка лишь фыркнула.

— Думаешь, это меня остановит?

— Нет, но я успею подремать, пока ты будешь читать мне очередную нотацию. Я чертовски устал.

— Дорогой, ты пытаешься разжалобить меня?

— О, на это я и не надеюсь, — зеленые глаза вновь лукаво блеснули. Было видно, что некроманта забавляет эта перепалка.

— И правильно делаешь! — Альмерия вскинула голову. — Итак, ты не собираешься рассказывать мне, зачем тебе все это?

— Ты сама последние пять лет твердила, что мне надо жениться. Являлась среди ночи, читала нотации, пугая нежных и трепетных дев…

— Я являлась, как ты изволил выразиться «среди ночи» всего один раз в твое ведомство, и уж явно та девица, которая сидела у тебя в кабинете не была ни нежной, ни трепетной. Она даже не была девицей! Откуда она вообще там взялась?

— Клодиль прислала. Это одна из её девочек, которым я поручил следить за шииром Артли и его приятелями. После твоего эффектного появления мне пришлось отпаивать девицу бренди.

— Хоть кто-то получил то, что хотел.

— Ну, ты тоже получила: я внял твоим наставлениям и женился.

— И теперь проводишь брачную ночь в одиночестве, не считая призрака и графина с портвейном? Джон, тебе не кажется, что твоя жена тебя уже ненавидит?

— С чего ты взяла?

— Я была в часовне. Мне одной показалось, что девушка хотела остановить свадьбу?

— Тебе показалось, — непочтительно отозвался племянник. — Так всегда бывает, когда подглядываешь в щель, даже если эта щель и из другого мира.

Альмерия почти ощутимо заскрежетала зубами. Тьма вырвалась из угла, гася свечи.

— А твой дар? — голос призрака в темноте прозвучал зловеще. — Насколько мне известно, дар Артли почти угас… не думаю, что эта вздрагивающая от каждого шороха девочка сможет подарить тебе достойного наследника.

— Элионора всего лишь напугана, что не удивительно после того, что ей пришлось пережить, — продолжал некромант, которого совершенно не тронул гнев тетушки. Он щелкнул пальцами и свечи на ближайшем канделябре вспыхнули вновь. Правда, язычки пламени были слишком неровными, как всегда, когда приходилось применять чуждую магию. — Что же касается дара, то он угас у Альберта Артли, но не у его сестры. Элионора Артли обладает огненной магией. У меня было достаточно времени, чтобы убедиться в этом!

— Только не говори мне, что допрашивал её лично лишь затем, чтобы убедится в наличие дара!

— Что? — некромант нахмурился, а потом рассмеялся. — Нет, это было бы чересчур даже для меня! Но Генри просил взять дело о заговоре под личный контроль.

— Ты так спокойно говоришь об этом … — заметила Альмерия, слегка успокаиваясь.

— Поверь, я не в восторге от случившегося и предпочел бы обойтись без казней, но, увы, народ бы этого не понял… а с учетом того, что у Генриха нет наследника…

— И Изабелла не беременна?

— Насколько мне известно — нет.

— О чем они только думают! — Альмерия всплеснула руками. — Свадьба состоялась год назад.

— Всего год назад, — поправил ее некромант.

— Все равно! Для королей время — непростительная роскошь.

— А ты явись к ним посреди ночи в спальню, — радостно посоветовал лорд Уиллморт. — Наставь на путь истинный!

— Хочешь избавиться от меня навсегда?

— Разумеется нет. Но прости, я не буду передавать твои слова Генриху.

— Можешь и не передавать. И он и ты всегда отличались тем, что делали по-своему! — покружив, призрак грациозно опустился на стул и внимательно посмотрел на племянника. — Ты ведь не расскажешь мне, какую игру задумал на этот раз?

Начальник Тайной канцелярии улыбнулся и развел руками:

— Извини.

— Я так и знала! — Альмерия вздохнула. — Джон, послушай, можешь считать это все бреднями старой женщины, к тому же призрака, но я очень беспокоюсь. За последние пять лет ты очень изменился. Я понимаю, что должность, которую ты получил…

— Тетя, при чем тут моя должность? — возмутился тот.

— При том, что я сама — некромант, и прекрасно понимаю, сколько Тьмы каждый раз ты должен впускать в себя. Она выедает тебя, опустошает душу…

— О, только не надо этой патетики, — поморщился начальник Тайной канцелярии.

— Это — не патетика! — резко возразила Альмерия. — Ты и сам чувствуешь, что с тобой происходит! Ты теряешь душу. Ты давно уже перестал сочувствовать людям!

— Наверное потому, что они сами перестали сочувствовать мне, — в голосе племянника звучало предостережение.

Понимая, что продолжать разговор бесполезно, тетушка вздохнула.

— Джон, я хочу, чтобы ты пообещал мне одну вещь!

Тот не отозвался. И Альмерия, сочтя молчание племянника как согласие выслушать её, продолжила:

— Пообещай мне, что не причинишь этой девочке, ставшей сегодня твоей женой, вреда, что не будешь принуждать её, что…

— Дорогая тетя, не стоит делать из меня монстра! — слегка фальшиво рассмеялся лорд Уиллморт. Альмерия все-таки задела его. — Впрочем, если это тебя успокоит — клянусь тебе даром.

Тьма взволнованно заклубила вокруг, на секунду скрыв высокую фигуру хозяина.

— Спасибо.

Некромант в ответ дернул плечом, давая понять, что его раздражают эти женские глупости, и вновь наполнил бокал. Призрак вздохнул, пробормотав себе под нос что-то о многочисленных ослах и баранах в родословной великих предков.

***

Элионора с трудом поднялась к себе в спальню. Впервые за все время лестница показалась ей очень длинной, а ступени — слишком скользкими. Поднимаясь по ним, девушка то и дело оглядывалась, проверяя, не передумал ли лорд Уиллморт, но дверь в столовую оставалась закрытой.

В какой-то момент Элионоре показалось, что она слышит женский голос. Девушка замерла, но в доме царила оглушающая тишина. Скорее всего, дело было в воображении, разыгравшемся после выпитого портвейна.

Голова кружилась, и Элионора, понимая, что вот-вот просто упадет, поспешила добраться до своей спальни. Горничная ждала её.

Худая, невысокая Мери-Джейн прислуживала своей хозяйке с тех самых пор, когда та еще носила короткие платьица. Слишком привязавшись к своей госпоже, горничная так и не вышла замуж и являлась для Элионоры не только прислугой, но и кем-то вроде наперсницы, всегда свято хранившей доверенные ей тайны. Она добровольна разделяла с хозяйкой все тяготы ареста и готова была отправиться в любую ссылку.

Вот и сейчас, преданная служанка, обеспокоенная приездом начальника Тайной канцелярии, терпеливо ждала свою госпожу.

— Ты еще не спишь? — Элионора села к туалетному стоику и вгляделась в отражение. Растрепанная, растерянная, с встревоженным взглядом она мало напоминала ту красавицу, которая совсем недавно блистала на балах.

— Куда мне заснуть, коли в доме такое твориться! — проворчала горничная, привычно начиная распутывать локоны своей госпожи. — Эти лакеи, да и их хозяин… зачем вы ужинали с им наедине, миледи?

В голосе служанки был слышен укор. Как бы ни складывалась ситуация, Мери-Джейн всегда свято блюла приличия. Ее госпожа никогда не выходила в городе одна даже на прогулку, не говоря уже о том, чтобы оставить госпожу вечером наедине с мужчиной. Только опасение за жизнь и судьбу Элионоры смогло сегодня вечером удержать горничную от того, чтобы не ворваться в столовую, и вот теперь служанка имела право потребовать ответа на вопросы.

Девушка вздохнула. Днем она не стала посвящать Мери-Джейн в свои планы, опасаясь, что просто не выдержит расспросов. Сейчас скрывать все было просто глупо.

— Потому что он стал моим мужем, — просто сказала Элионора, старательно избегая взгляда преданной горничной.

Та ахнула. Расческа выпала из рук, но Мери-Джейн даже не подумала поднять её.

— Иди ты!.. — как служанка ни старалась, простонародные выражения то и дело проскальзывали в речи. Правда это случалось, лишь когда она была слишком удивлена происходящим. — Простите, миледи, но ведь это тот самый человек, который…

— Да, — Элионора выдохнула и все-таки взглянула в зеркало, встретившись взглядом с изумленным взглядом горничной. — Лорд Уиллморт — начальник Тайной канцелярии. Именно он…

Она не стала продолжать. Имя брата так и повисло в воздухе, но Мери-Джейн и не надо было называть имен. Служанка поджала губы, а ее глаза зло заблестели. Элионора знала, что её горничная никогда не жаловала Альберта Артли, считая его никчемным и напыщенным прожигателем жизни.

В ответ Элионора всегда пожимала плечами. Слишком большая разница в возрасте делала брата и сестру почти чужими друг другу людьми, вынужденными жить в одном доме. Официально после смерти родителей Альберт считался опекуном Элионоры, но всегда пренебрегал своими обязанностями, за что девушка испытывала к брату признательность. До недавнего времени.

— Мало вам брат зла причинил при жизни! — посетовала Мери-Джейн, — Так теперь еще и после смерти…

— Перестань! — оборвала её Элионора. Огонь в камине ярко вспыхнул, девушка поморщилась, понимая, что не смогла сдержать свой дар.

Но ей просто невыносимо было слышать эти причитания. Она хорошо сознавала, что невоздержанность Альберта, его постоянные попойки, на которых присутствовали и женщины — все это бросало тень и на безупречную репутацию сестры. Но у Элионоры было богатое приданое. Это искупало очень многое, и потому злопыхатели могли лишь шипеть по углам.

Это все было раньше. Теперь Альберт мертв, сложил голову на плахе, земли конфискованы, а сама Элионора…

Показалось, что кто-то поднимается по лестнице. Девушка с испугом взглянула на дверь. Даже если попросить горничную закрыть на засов, вряд ли подобная преграда остановит могущественного некроманта.

Огонь внутри с надеждой вспыхнул, но Элионора покачала головой. Не стоило применять магию, тем более по отношению к собственному мужу. Церковные обеты нерушимы, и строго карают клятвопреступников. Девушка задумчиво покрутила на пальце кольцо, которое лорд Уиллморт надел ей на палец в часовне.

Темный камень в замысловатой оправе из белого золота. Наверняка, артефакт. Элионора чувствовала легкое вмешательство чуждой ей магии. Эта магия была теперь повсюду: дом привыкал к новому владельцу.

Старинное имение, веками хранившее верность одному роду вынуждено было принимать чужака, поскольку, в этом Элионора не сомневалась, ритуал передачи имения новому роду был проведен его величеством Генрихом Десятым по всем правилам. Теперь старому дому оставалось лишь со скрипом подстраиваться под нового хозяина.

Генрих Десятый. Молодой король, вступивший на престол пять лет назад. Он тоже присутствовал при казни. Стоял на специальном помосте в окружении стражников и старательно избегал смотреть в ту сторону, где стояли семьи приговоренных. Впрочем, и семей-то не было. Две рыдающие матери, один убитый горем старик…

И Элионора, удерживаемая лордом Уиллмортом лично. «Даже не смейте отворачиваться!»

Девушка с тоской взглянула на стены, еще недавно бывшими ей родными. Отчаяние вновь охватило её. Теперь все здесь принадлежало некроманту, в том числе и она сама.

— Триединый, — девушка закрыла лицо руками, все еще стремясь сдержать слезы. — что я наделала!

Давно копившиеся слезы хлынули из глаз. Горничная с тяжелым вздохом неуклюже обняла хозяйку за плечи, прижала к себе, пытаясь хоть как-то утешить.

— Мери-Джейн, мне страшно, — призналась девушка чуть позже, когда рыдания утихли, и она смогла связно рассказать все события сегодняшнего дня.

Служанка лишь вздохнула в ответ.

— Не расстраивайтесь, миледи, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал рассудительно. — Вы сделали правильный выбор.

— Ты так думаешь?

— Конечно! — горничная постаралась вложить в слова всю уверенность, которую не испытывала сама. — Подумайте, что бы ждало вас в монастыре? Одинокая келья? Заточение? Молитвы? А так вы стали женой весьма уважаемого человека…

— Который является могущественным некромантом и начальником Тайной канцелярии.

— Ну… у всех есть свои недостатки… зато, говорят, он весьма щедр и не принуждает женщин…

— Он их покупает.

— Не всех… — Мери-Джейн слегка смутилась, но продолжила, зачем-то перейдя на шепот. — В столице ходили слухи, что лорд Уиллморт околдовывает женщин своей Тьмой, и те приходят к нему сами, чтобы отдаться.

— Что за глупости! — фыркнула Элионора скорее по привычке. Она вдруг вспомнила брачную церемонию и то, как не могла вымолвить ни слова, но упрямо продолжила. — Насколько я знаю, лорду Уиллморту нет нужды применять магию, женщины и так падают к его ногам.

— Тогда наверняка у милорда есть любовница, и стоит полагать, он не станет вам сильно докучать, — рассудительно продолжила горничная. — В любом случае, вам стоит радоваться этому союзу. Ну а коли невмоготу станет, монастырь и замужнюю примет, главное — одарить щедро!

— Да, возможно, ты и права, — устало отозвалась Элионора, не желая больше обсуждать эту тему. — Надо собрать вещи.

Она хотела помочь Мери-Джейн уложить немногочисленные вещи, но служанка решительно воспротивилась этому. Не помогли даже уверения, что лорд Уиллморт обещал не приходить сегодня ночью к жене.

— Тогда тем более, миледи, вам просто необходимо выспаться. Я слышала, что милорд приказывал подать экипаж на рассвете. Так что, ступайте в постель и предоставьте старой Мери-Джейн заняться своими обязанностями!

Чувствуя себя слишком усталой, чтобы возражать, девушка подчинилась. Мери-Джейн помогла хозяйке раздеться, долго расчесывала, а потом заплела огненные пряди в косу и принесла теплое молоко с травами. Элионора опасалась, что заснуть все равно не удастся, но усталость взяла свое, и девушка не заметила, как погрузилась в глубокий, вязкий сон.

Снилось ей все тоже: казнь. Некогда площадь Чести была главной площадью города. Тесная, вымощенная булыжниками, теперь она находилась на границе с трущобами. Именно там безумный король огласил свое завещание, именно там первый шиир Артли принес присягу, и именно там казнили Альберта. Символично.

Серые стены домов, плотным кольцом окружавших площадь, темные проемы окон, пестрая толпа. Элионора заметила, что многие пришли семьями и с детьми. В отличие от аристократов простолюдины не гнушались подобными кровавыми развлечениями.

Впрочем, аристократы тоже были. Генрих Десятый решил, что казнь дворянина, посмевшего поднять руку на своего сюзерена, должна послужить уроком остальным.

Представители всех знатных родов расположились на специальном балконе. Мужчины, в отличие от семей заговорщиков, женщин там не было. Слишком знакомые по прежней жизни, где Элионора Артли блистала, они теперь старательно отворачивались от сестры заговорщика.

Стоявшая в окружении стражников, Элионора то и дело ловила на себе их задумчивые, а иногда и жалостливые взгляды. Именно эти взгляды и заставляли девушку до боли выпрямлять спину и не отводить глаз от темного помоста, на котором стоял палач. Человек в красном.

Слишком напряженная, Элионора пропустила тот момент, когда народ на площади расступился, и к помосту подъехала телега. Сердце застучало.

С Альбертом они никогда не были близки. Упрямый, вздорный, своевольный, брат очень раздражал, но видеть его вот так, в белой рубахе смертника…

Приговоренный вдруг обернулся. Знакомые зеленые глаза некроманта блеснули из-под длинной челки… в них была Тьма.

— Миледи… — кто-то схватил и затряс девушку за плечо.

Она вскрикнула и проснулась. После тьмы во сне яркий свет ударил по глазам. Элионора сразу и не поняла, что это Мери-Джейн склоняется над ней со свечой в руках.

— Миледи, лорд Уиллморт настоял, чтобы я вас разбудила, — виновато произнесла она.

— Что? — выдохнула Элионора, все еще находясь во власти ночного кошмара. — Он… Что он хочет?

— Чтобы вы собрались. Экипаж будет подан через полчаса.

— Ах это, — девушка не смогла сдержать вздох облегчения.

Она послушно поднялась с кровати, едва притронулась к завтраку, принесенному горничной заблаговременно. От ночных кошмаров все еще трясло, и кусок не шел в горло.

Мери-Джейн посмотрела на хозяйку с укором, но ничего не сказала, лишь подала дорожное платье. При виде жакета, сшитого в стиле мундира королевского кавалерийского полка, девушка вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Мне позволено будет поехать с вами, миледи? — поинтересовалась верная служанка, расправляя черные кружева рукавов.

— Конечно. Почему ты спрашиваешь? — Элионора натянула перчатки и привычно взглянула в зеркало.

Глаза покраснели, а веки припухли, но это можно было списать на то, что девушка слишком рано встала. Ей не хотелось, чтобы некромант догадался, что она плакала. Хотя… он наверняка знал и об этом.

— Возможно лорд Уиллморт предпочтет, чтобы его жену обслуживала другая горничная.

— Вот как? — Элионора бросила на Мери-Джейн быстрый взгляд. — В таком случае его ждет разочарование.

Она решительно надела треуголку и заправила под нее золотисто-рыжие пряди, выбившиеся из тугого узла на затылке. Бросив взгляд на часы, и убедившись, что отведенное ей время на сборы вот-вот закончится, девушка поспешила выйти. Если она хотела спорить мужем в принципиальных моментах, не стоило злить некроманта по мелочам.

Лорд Уиллморт уже стоял у кареты, запряженной четверкой вороных. Огромные кони с пышными гривами и золотистыми глазами, как у змеи. Элионора ахнула, узнав моро. Эта порода лошадей, весьма капризная в уходе, но обладавшая способностью распознавать магию, ценилась на вес золота. Обладать четверкой таких коней было неслыханной роскошью. Девушка вновь невольно задумалась о причинах, толкнувших первого лорда королевства на брак с ней.

Словно почувствовав, что на него смотрят, некромант обернулся, окинул пристальным взглядом хрупкую фигуру жены, одобрительно кивнул и тут же нахмурился, заметив небольшой дорожный сундук, который вынесли лакеи.

— Это все ваши вещи? — поинтересовался некромант, подходя к жене.

— Вы ведь не сказали, куда мы едем… — Элионора побоялась, что ее слова будут восприняты как упрек, поэтому поспешно добавила. — К тому же большинство моих платьев осталось в городском доме, и я даже не знаю, что с ними…

— Ваш городской дом теперь тоже принадлежит мне. Я распоряжусь, чтобы ваши наряды привезли в мой особняк, — кивнул лорд Уиллморт, лично открывая дверцу кареты.

Элионора поставила ногу на ступеньку и повернулась к мужу, решаясь:

— Могу ли я взять с собой свою горничную?

— К сожалению, нет.

— Вот как? — в голосе девушки зазвучала сталь.

Некромант усмехнулся и миролюбиво пояснил:

— В карете нет места для нее, но я пришлю за вашей служанкой экипаж, как и за теми безделушками, которые вам так дороги. Желаете ли что-то еще?

Несмотря на то, что последняя фраза была сказана с издевкой, Элионора покачала головой.

— Вы и так слишком щедры ко мне.

— Хорошо. Тогда не будем терять время! — лорд Уиллморт терпеливо выждал, пока жена поднимется в карету и устроится на подушках, запрыгнул следом, небрежно развалился на сиденье и прикрыл глаза.

— Вы так и не сказали, куда мы едем, — напомнила Элионора.

— Да? — он даже не приоткрыл глаз. — Наверное. Конечно же, в Уолтерфолл. В особняк Уиллмортов.

— Конечно же, — эхом отозвалась девушка, досадуя на саму себя.

Куда еще ехать начальнику Тайной канцелярии, как не в столицу королевства. Сама Элионора не была уверена, что хочет появляться в высшем обществе так скоро.

Девушка не знала, сможет ли она вытерпеть любопытные, а зачастую и презрительные взгляды, злобный шепот за спиной: «Как, вы не знаете?.. сестра того самого… и ей хватило дерзости…»

Утешением было лишь то, что Элионора находилась в трауре по брату, и следовательно, не должна посещать светские мероприятия. Возможно, некромант, насладившись новизной брака, позволит жене вскоре вернутся в Артли. Девушка еще раз взглянула на мужа. Он дремал, скрестив руки на груди и откинув голову. Слегка успокоенная этим, а также мягким покачиванием кареты, Элионора все-таки задремала.

Проснулась девушка от толчка. Карета резко остановилась. Сквозь завывания невесть откуда взявшегося ветра было слышно тревожное ржание лошадей. Лорд Уиллморт встрепенулся и приоткрыл окошко.

— Реджи, что там?

— Прошу прощение, милорд, лошади волнуются и отказываются идти вперед!

Некромант помрачнел и внимательно посмотрел на Элионору.

— Вы хорошо знаете эти места. Здесь есть поблизости кладбище?

Девушка выглянула в окно. Поля заканчивались, а за невысокой каменной оградой, означавшей границу владений, виднелся алеющий осенний лес.

— В полумиле отсюда есть развалины часовни, — спокойно сказала Элионора.

— Около нее есть кладбище?

Девушка покачала головой.

— Кладбище находится у церкви. Но по преданию под часовней находятся могилы монахов…

Некромант забористо выругался и выскочил из кареты, даже не потрудившись закрыть дверцу. Элионоре ничего не оставалось делать, как последовать примеру мужа.

Форейторы уже распрягли лошадей, а сам лорд Уиллморт рисовал вокруг экипажа и людей огромный круг, попутно наполняя его рунами. Показалось, что над его головой мелькнуло что-то белесое.

— Что происходит? — спросила Элионора, даже не надеясь на ответ.

— Нападение мертвяков, миледи! — отозвался один из форейторов, стараясь успокоить лошадей. Моро то и дело били копытами и косились своими огненными глазами в сторону леса. — Похоже, кто-то поднял их из могил.

— Мертвяки? — растерянно переспросила девушка.

— Боб, Томас, вы будете следить за лошадьми, Реджи пойдешь со мной! — распорядился лорд Уиллморт, подходя к форейторам.

При виде жены, стоящей у карты, он недовольно поморщился:

— Элионора, вам лучше вернуться в экипаж. Не думаю, что вам понравиться это зрелище.

— Возможно, я смогу помочь? — тихо предложила девушка.

При мысли о том, что ей придется сидеть в карете, закрыв дверцы, и гадать, что происходит с остальными, становилось страшно.

— Пожалуйста, — прошептала она одними губами.

Но некромант все равно услышал. Он хищно прищурился, и как показалось Элионоре едва заметно улыбнулся:

— Вы знаете, как поддерживать защитный круг?

— Да.

— Займитесь этим. Мое кольцо у вас?

— Да, — Элионора продемонстрировала кольцо, уже подстроившееся под новую хозяйку и плотно сидевшее на пальце.

— Хорошо. Никогда не снимайте его, что бы ни случилось, — лорд Уиллморт отвернулся и широким шагом направился к границе нарисованного на земле круга. Выжидающе замер и оглянулся на жену:

— Быстрее!

Спохватившись, Элионора слегка торопливо произнесла заклинание, поднимая едва заметную магическую завесу, отсекающую тех, кто находился в круге, от остального мира.

Ветер стих. В наступившей тишине было слышно, как всхрапывают лошади. Один из жеребцов бил копытом, явно стремясь в бой с нежитью. Элионора опасливо покосилась на него.

— Вам нечего бояться этих лошадей, миледи, своих они не тронут, — прогнусавил высокий веснушчатый парень. Реджи. Судя по тому, как ловко он управлялся с лошадьми, парень был явным стихийником. Только если у Элионоры стихией был огонь, то у Реджи — воздух.

— Да, конечно, — спохватилась девушка, невольно оглядываясь по сторонам и желая, чтобы нежить вышла из лесу.

Элионору страшила не схватка, но ожидание. Воображение рисовало картину одну страшнее другой. Чтобы хоть как-то скрыть напряжение, девушка занялась магическими потоками, стараясь подобрать их все. Трудность заключалась в том, что сам круг рисовал лорд Уиллморт, а темная магия всегда отличалась от стихийной. Один из потоков выскользнул, и завеса полыхнула алым.

Кони всхрапнули. Мужская рука ободряюще сжала ладонь. Элионора и не заметила, как некромант вновь оказался за её спиной.

— Старайтесь не расходовать свои силы попусту, — посоветовал он. — В случае необходимости вас сменит кто-нибудь из моих людей, но мне бы хотелось, чтобы вы справились с этим сами.

— Хорошо, — все еще досадуя на себя, девушка подхватила магический поток и выровняла его.

Некромант одобрительно хмыкнул и вновь отошел к своим людям, отдавая последние распоряжения. Элионора видела, как меняется его лицо, как хищно раздуваются ноздри, предчувствуя схватку. Какая-то мысль мелькнула в голове, но девушка не успела ухватить её. Из леса вышли они.

Воины-монахи, умершие много веков назад. Пустые глазницы потрескавшихся черепов, полуистлевшие доспехи. Когда-то они воевали за своего бога в пустыне, а потом вернулись на родину.

Основав монастырь, они продолжили свое служение Триединому и были захоронены на краю леса. Теперь кто-то решил потревожить их вечный сон. Элионора перевела взгляд на лорда Уиллморта.

Он стоял у края завесы, заложив руки за спину, и внимательно рассматривал скелеты, бесцельно топтавшиеся на месте. Со стороны могло показаться, что некромант ведет с ними безмолвный диалог.

Слуги замерли чуть поодаль, не спуская глаз со своего господина. Время, казалось, остановилось. Лишь кони все еще всхрапывали и прижимали уши, желая уничтожить нечисть.

Наконец лорд Уиллморт скривил губы в подобие улыбки. Показалось, что что-то белое опять мелькнуло около его головы, но это мог быть и отблеск магической завесы.

— Это занятно, они не знают, кто их поднял, и желали бы обрести покой… — прошептал милорд себе под нос и добавил чуть громче, обращаясь к слуге, — Реджи, они — твои.

Тот старательно начертил в воздухе руну смерти, речитативом произнося на древнем языке заклинания упокоения. Мертвые вздрогнули, черепа завращались, щелкая поломанными челюстями. Миг — и скелеты рассыпались тонкими осколками. Наткнувшись на магическую преграду, они вспыхнули миллиардами искр, рассыпаясь в прах.

Некромант скривился.

— Грубая работа, — бросил он потупившемуся конюху.

— Да, милорд. Прошу прощения, милорд.

— В следующий раз будь внимательнее! Едем! — приказал лорд Уиллморт, подходя к Элионоре.

Стоящий рядом моро потянулся к хозяину, тот небрежно отмахнулся, но на секунду взгляд потеплел. Жеребец в ответ фыркнул и ткнулся носом в плечо. Остальные кони обиженно заржали. Некромант скупо улыбнулся и обратился к Элионоре:

— Можете опустить защитный контур.

Девушка поняла, что до сих пор удерживает магические потоки и начала осторожно распутывать их. Почему-то ей не хотелось получать выговор, точно слугам.

Лорд Уиллморт усмехнулся, перехватил энергетические нити и просто отшвырнул их. Завеса вспыхнула темный огнем и погасла. Элионора взглянула на некроманта.

— После того, что натворили эти остолопы, — он кивнул в сторону суетящихся слуг. — Смысла в осторожности уже нет. Но, признаю, я восхищен вашими талантами. Кто обучал вас?

— Магистр Эльс.

— Ректор академии Уоллтерфолла? — в голосе зазвучало уважение. — Похвально. Как долго?

— Не долго. Я вернулась из пансиона и начала занятия. Когда родители… погибли, — девушка невольно моргнула, стараясь не допустить сентиментальных воспоминаний. — Альберт счел невозможным продолжать мое обучение.

— Почему?

— Я не спрашивала. Брат отослал меня в имение, и я вернулась в столицу лишь по истечении траура, чтобы быть представленной ко двору. К тому времени магистр Эльс уже умер, да и меня на тот момент занимали уже другие заботы, — Элионора вспомнила то возбуждение, которое охватывало ее, семнадцатилетнюю девочку, в преддверие первого бального сезона. Возможно, им юная леди Артли и заслонила горечь потери. Тогда главным для нее являлось жить лишь мгновением, не думая ни о чем серьезном.

Красивые платья, украшения матери, разумеется, те, которые были позволены юной девушке, приглашения на рауты, присылаемые одно за другим. Теперь, стоял на поляне, девушка понимала, как это все мелочно и глупо. Но в тот момент это было единственным выходом. Элионора невольно опустила ресницы, словно опасаясь, что собеседник вновь прочтет её мысли.

Прикосновение буквально обожгло. Девушка вскинула глаза на некроманта. Не сводя с нее пристального взгляда, лорд Уиллморт заправил выбившуюся из прически прядь золотисто-рыжих волос ей за ухо и едва уловимым движением скользнул пальцами по изгибу шеи. Элеонора инстинктивно отпрянула и оказалась прижата спиной к карете.

Дверца все еще была распахнута, загораживая стоящих от остального мира. Некромант сделал шаг вперед, оказываясь непростительно близко к девушке. Элионора вдруг осознала, что ее муж очень высок. Чтобы взглянуть ему в глаза, пришлось почти запрокинуть голову.

— Милая Элионора, слишком желанная и слишком беспечная… — промурлыкал лорд Уиллморт, одной рукой опираясь на карету и тем самым преграждая все пути к отступлению. Зеленые глаза засверкали еще ярче. Как завороженная, Элионора смотрела, не в силах отвести взгляда от надвигающейся на нее Тьмы.

«Он околдовывает женщин, и те сами приходят к нему…» — мелькнуло в голове.

— Милорд, все готово! — раздалось где-то неподалеку.

Тьма отступила. Элионора выдохнула. Некромант криво улыбнулся.

— Еще один повод сделать слугам выговор, — он слегка отступил от девушки и подавая ей руку, чтобы помочь подняться в экипаж. — Впрочем, это и к лучшему… О, да у вас совсем ледяные пальцы!

Последнее замечание застало Элионору врасплох. Она невольно взглянула на свою руку, все еще удерживаемую некромантом. Его ладонь казалась обжигающе горячей.

— Да, так бывает… вы и сами знаете, — пробормотала девушка, понимая, что от страха использовала непростительно много сил.

— Разумеется, — лорд Уиллморт помог ей устроится поудобнее, затем из небольшого сундука достал флягу и протянул Элионоре:

— Держите.

— Что это? — девушка открутила крышку и осторожно принюхалась. Пахнуло алкоголем и еще чем-то, древесным.

— Бренди. Вам надо согреться, — некромант пожал плечами. — Для огненного мага это — лучший способ.

— Вы решили меня споить? — насторожилась Элионора.

В ответ её спутник лишь расхохотался.

— Право слово, такое мне и в голову не пришло! Хотя в чем-то вы правы!

— Простите, но я предпочитаю чай, — девушка протянула флягу обратно.

— Хорошая девочка, — едва слышно прошептал некромант, отпивая несколько глотков и откидываясь на сидение. Элионора вопросительно посмотрела на него, ожидая пояснения этих слов, но лорд Уиллморт демонстративно закрыл глаза.

Судя по тому, как он дышал, некромант вряд ли спал, но он явно не желал вести разговоры, потому Элионора, убаюканная плавным ходом кареты, все-таки заснула.

Заметив это, лорд Уиллморт выпрямился и, взглянув на свою спутницу, еще раз задумчиво отхлебнул из фляги, потом покачал головой и закрутил крышку. Даже с клятвой, данной тете, игра, которую он затеял, обещала быть весьма увлекательной.

Глава 4

Резиденция лорда Уиллморта располагалась в самом фешенебельном районе Уолтерфолла, неподалеку от нового королевского дворца.

Мода на особняки с небольшими парками для приватных прогулок привела к тому, что сначала отец нынешнего короля, а потом и придворные начали скупать дешевые земли, и некогда грязные окраины города теперь были застроены домами аристократов. Правда, ходили слухи, что между ними еще располагались переулки с заброшенными бараками — наследие трущоб. Но проезжая по широким, вымощенным булыжником улицам в это было слишком сложно поверить.

Элионора проснулась как раз в тот момент, когда карета начальника Тайной канцелярии миновала городские ворота. Четверка вороных моро была слишком приметной, потому экипаж пропустили без проволочек, а караульные вытянулись в струнку, отдавая честь начальнику Тайной канцелярии. Лорд Уиллморт не удостоил их даже взглядом.

Громыхая, карета проехалась по булыжным мостовым. Понимая, что кучер выбрал не самый короткий путь, Элионора слегка нахмурилась, но потом с благодарностью посмотрела на мужа, поскольку они объехали площадь Чести.

— Спасибо, — тихо сказала девушка.

Лорд Уиллморт лишь пожал плечами. Он никогда не любил эту площадь и Реджи прекрасно знал это.

Не прошло и десяти минут, как карета некроманта въехала в почтительно распахнутые чугунные, украшенные позолоченными вензелями ворота и остановилась у ступеней высокого крыльца, белоснежные мраморные колонны которого поддерживали крышу портика. Элионора вопросительно взглянула на хозяина дома, но тот даже не сделал попытки подняться.

— Милорд, — выскочивший из дома лакей в черной с красным ливрее сбежал по ступеням и распахнул дверцу кареты. — Рады вашему скорому возвращению!

— Это чувство взаимно, — лорд Уиллморт лениво ступил на землю. — Собери всех слуг в холле, чтобы поприветствовать леди Уиллморт.

Некромант протянул руку, помогая жене выйти из кареты.

— Леди Уиллморт? — растерянно повторил лакей, переводя взгляд с хозяина на выглянувшую из экипажа молодую женщину, показавшуюся ему смутно знакомой.

— Да, леди Уиллморт. Надеюсь, мне не придется повторять приказ дважды? — скептически поинтересовался некромант, едва заметно сдвинув брови.

— Да, милорд, как прикажете! — лакей поспешил в дом.

Стоящим на крыльце было слышно, как громко он кричит, передавая приказ хозяина.

— Распрягать лошадей, милорд? — негромко окликнул хозяина Реджи. Тот обернулся и скользнул по карете задумчивым взглядом.

— Да, пожалуй.

Конюх кивнул и прищелкнул кнутом.

— Скажите, а у вас все слуги… — Элионора наконец осмелилась задать вопрос, мучивший её всю дорогу.

— Обладают магическими способностями? — хмыкнул лорд Уиллморт. — Нет. Это было бы непозволительной роскошью даже для меня. Кроме сопровождавших нас форейторов остальные — обычные люди.

— А эти трое… Как их семьи относятся к тому, что они?..

— Всего лишь мои слуги? О, уверяю, их родители счастливы, что сыновья смогли покинуть родные деревни.

— Они — крестьяне? — ахнула Элионора.

— Ну, почему же? Реджи был сыном почтенной горожанки. Вдовы, — в голосе некроманта послышалась издевка. — Ребенок, правда, родился года через два после смерти мужа и со слабым даром Тьмы. Не иначе, как какой некромант или менталист помог…

— Но разве такое… — девушка знала, что магия — удел дворянства.

— Возможно? — подхватил лорд Уиллморт. — Разумеется. Не только графы Артли ведут свой род от бастарда, моя дорогая. А уж с тем, как молодые лорды в ожидании благородной невесты хм… увлекаются крестьянскими девушками…

Он вдруг оборвал себя на полуслове и внимательно посмотрел на стены особняка. Элионора почувствовала, как дом с радостью откликается на мысленный зов хозяина, рассказывая все свои тайны.

Некромант чуть прищурил глаза, а затем довольно улыбнулся.

— А, все готово, — он церемонно протянул руку. — Миледи?

Девушка покорно вложила пальцы в его ладонь. Вежливая улыбка застыла на губах, а страх и нерешительность ушли, уступив место любезной снисходительности. К этому моменту Элионору, дочь графа Артли, готовили всю ее жизнь: выйти замуж за уважаемого человека, стать хозяйкой собственного дома, повелевать слугами и угождать мужу. Последние мысли заставили ее вздрогнуть.

Девушка украдкой посмотрела на человека, идущего с ней рука об руку. Он выглядел… отстраненным? Да, пожалуй, именно это слово и описывало лучше всего состояние лорд Уиллморта.

Элионора в который раз задумалась над причинами, побудившими начальника Тайной канцелярии на столь экстравагантный поступок. Но подумать ей не дали. Двери распахнулись, приветствуя хозяина.

Внутри особняк мало напоминал жилище обладателя дара Тьмы. Мраморная мозаика пола, белоснежные колонны, поддерживающие высокие потолки, светлые стены, в нишах которых стояли статуи из розового мрамора.

Лорд Уиллморт на секунду замер на пороге, давая жене осмотреться, а затем уверенно повел ее между рядами слуг. Поклоны, книксены… Элионора чувствовала на себе удивленные взгляды, за спиной то и дело раздавался еле слышный шепот.

Старшие слуги стояли у ступеней лестницы. Лорд Уиллморт остановился и повернулся к Элионоре.

— Дорогая, позволь представить тебе нашего дворецкого, мистера Джойса, экономку, миссий Фейрфакс, и моего камердинера, Гарри.

Девушка заучено улыбнулась.

— Очень приятно, — вежливо произнесла она, слегка наклоняя голову в ответ на поклоны и реверанс.

— Милорд, — дворецкий шагнул вперед, — от имени всех слуг позвольте поздравить вас с бракосочетанием и пожелать счастья.

— Спасибо, — некромант оборвал слугу, явно намеревавшегося произнести витиеватую подходящую по случаю речь. — Думаю, формальности мы можем пропустить, миледи устала с дороги.

— Позвольте, миледи, я провожу вас в ваши комнаты, — отозвалась экономка. — Правда, мы не готовились к вашему приезду, и они еще не убраны.

Девушка заметила, что голос женщины звучал очень сухо. По всей видимости, она решила, что Элионора — одна из тех авантюристок, которые пойдут на все, чтобы получить богатого мужа.

— В таком случае, миссис Фейрфакс, я бы была признательна, если бы показали мне дом. Думаю, этого времени вполне хватит, чтобы приготовить мне спальню, остальными комнатами можно заняться и позже, — Элионора улыбнулась изумлению, промелькнувшему на лице экономки и дворецкого.

Камердинер уважительно посмотрел на девушку и перевел свой взгляд на хозяина, явно выражая одобрение. Уголок рта лорда Уиллморта едва заметно дернулся. Вся ситуация его лишь забавляла. Это задело Элионору еще больше.

— Идемте же! — слегка поторопила она экономку, сухо кивнув мужу на прощание. — И мистер Джойс, скажите слугам, чтобы они занялись своими прямыми обязанностями!

Не дожидаясь ответа, девушка направилась к лестнице. Миссис Фейрфакс изумленно моргнула, обменялась многозначительным взглядом с дворецким и поспешила за молодой хозяйкой, на ходу доставая из кармана связку ключей.

Дом оказался небольшим, но тщательно спланированным. Куда лучше претенциозного городского дома Артли, в котором Элионора жила вместе с братом, и хозяйством которого управляла свой изящной, но крепкой рукой. Альберт всегда уверял, что восхищен талантами сестры и давал ей карт бланш. Сама же девушка была уверена, что брату просто лень вникать во все дела, но он никогда не спорил и исправно оплачивал все счета. Во всяком случае, Элионора на это надеялась.

Теперь девушка шла чуть позади миссис Фейрфакс, осматривая дом и задавая вопросы.

Поначалу экономка лорда Уиллморта отнеслась к новой хозяйке насторожено, но несколько заслуженных похвал вызвали на губах миссис Фейрфакс довольную улыбку. А уж после уверения, что дом содержится в образцовом порядке, и новая хозяйка не будет менять заведенный уклад, почтенная домоправительница готова была признать, что леди Уиллморт — весьма здравомыслящая молодая леди, которая прекрасно знает основы ведения домашнего хозяйства.

Они как раз закончила осмотр кладовых, когда подбежавшая горничная известила, что спальня миледи готова. Элионора, у которой уже сводило лицо от постоянной вежливой улыбки, благодарно кивнула и, напоследок отдав распоряжения о меню на ужин, направилась вслед за служанкой.

Комната оказалась достаточно просторной. Впрочем, этого и следовало ожидать. Стены были затянуты бирюзовым шелком, отчего казалось, что в спальне всегда прохладно. Мраморный камин закрывал экран с вышитыми павлинами, такие же павлины были вышиты и на портьерах, и на балдахине огромной кровати. При виде нее Элеонора невольно покраснела и поспешила отвести взгляд, пока служанка не заметила смущение.

Впрочем, горничная увлеченно доставала вещи новой хозяйки из дорожного сундука, с явным любопытством рассматривая наряды леди Уиллморт.

Девушка поморщилась: она терпеть не могла не в меру любопытных слуг.

— Мои вещи прибудут чуть позже, — негромко, но очень веско произнесла она. — Как и моя личная горничная.

— О, — девушка слегка смутилась и поспешно положила платье обратно в сундук, — простите, миледи, я думала…

Элионора вновь улыбнулась, чувствуя, как сводит скулы и попросила:

— Подай мне платье. То, которое сверху!

Как на зло, домашнее платье было такого же бирюзового оттенка, что и стены комнаты. Настроение, и без того скверное, испортилось окончательно. Сама девушка предпочитала в отделке комнат теплые тона, которые позволяли ее огненному дару спокойно струится по телу. Здесь же отблеск шелка больше всего напоминал взгляд мужа. Такой же холодный, лишенный жизни, которым начальник Тайной канцелярии смотрел на все вокруг, включая собственную жену.

И все-таки зачем он женился?

— Миледи? — оказывается, горничная что-то спрашивала.

Даже не вникая, Элионора покачала головой, отослала служанку и рухнула в кресло, устало потирая виски.

Теперь, когда у девушки появилось время спокойно поразмыслить над происходящим, все в этом поспешном браке казалось странным. Лорд Уиллморт никогда не ухаживал за ней и не давал понять, что юная леди Артли интересует его больше других. Напротив, по его снисходительной усмешке Элионора понимала, что начальник Тайной канцелярии презирал шиира Артли, считая его ни на что не способным. Даже защитить свою сестру.

Элионора вспомнила свой арест, темную с зарешеченными окнами карету, мрачные казематы крепости, где держали опасных преступников, кабинет для допросов, куда доносились вопли из пыточной.

Наверняка, её специально привели именно в эту комнату. Глумливо ухмыляющийся следователь с маленькими, как у хорька глазками, задающий одни и те же вопросы, его вкрадчивое «вы же понимаете, что с вами может произойти… Молодая, красивая девушка в тюрьме с ворами и убийцами…», свой собственный страх, ледяную струйку пота стекающую по спине, и высокую фигуру в черном, внезапно возникшую на пороге. Зеленые глаза взглянули с холодным презрением. Следователь подскочил и вытянулся по стойке «смирно»:

— Милорд…

Элионора невольно напряглась, как натянутая струна. В застенках канцелярии от лорда Уиллморта еще больше веяло Тьмой. Вязкая, липкая магия потянулась к девушке, обволакивая плотным коконом. Её собственный дар был скован амулетами, и Элионора не могла поставить защиту. Девушка почувствовала, что задыхается. Захотелось вскочить со стула, убежать, спрятаться, по-детски закрыв лицо руками.

Дочь шиира Артли до боли стиснула кулаки, вынуждая себя оставаться неподвижной. Лишь еще больше выпрямила спину и гордо вздернула голову, с молчаливым вызовом смотря в ледяные глаза некроманта.

Кривая улыбка мелькнула на его красиво очерченных губах. Тьма пропала, схлынула, точно морские волны. Элионора наконец смогла вздохнуть. Спертый, пропахший плесенью, потом и табаком, воздух комнаты для допросов показался божественным. Следователя, похожего на хорька, в комнате уже не было.

— Леди Артли? — начальник Тайной канцелярии тем временем сел за стол, пробежался глазами по листам, исписанным корявым мелким почерком, покачал головой, тихо выругался и вновь холодно взглянул на сидящую напротив девушку. — Думаю, у нас с вами есть о чем поговорить, не так ли?

Тогда Элионоре действительно стало страшно.

Во время допросов лорд Уиллморт держался с отстраненной вежливостью, граничащей с ледяным безразличием.

— Вы действительно ничего не знали?

— Нет…

— Вы разочаровываете меня…

— О, уверяю, если бы я заранее знала, что вы разочаруетесь, наверняка попросила бы Альберта поделиться своими планами! — съязвила девушка.

— И тем самым подписали бы себе смертный приговор… — он усмехнулся.

Элионора отвела взгляд.

— Возможно, мне удалось бы остановить брата, — обронила она.

Начальник Тайной канцелярии рассмеялся:

— Прекрасная Элионора… не обольщайтесь. Не все мужчины Уолтерфолла очарованы вами.

В ответ девушка лишь повела плечом. Больше всего её задело то, что некромант упомянул прозвище, которое ходило в высшем свете. «Прекрасная Элионора»…

Что толку в её красоте? После того, что случилось, вряд ли вообще кто-то захочет иметь с ней дело. Даже торговцы, желающие получить титул в обмен на деньги, будут избегать сестру мятежника.

Задумавшись, девушка упустила момент, когда лорд Уиллморт подошел к дверям, чтобы вызвать стражников, и распорядился отвезти леди Артли в её особняк. Элионора изумленно распахнула глаза, не осмеливаясь поверить в услышанное.

— Вы не оставите меня в камере?

— А вам так хотелось бы там остаться?

— Нет, — она прикусила губу, слишком раздосадованная на свою несдержанность.

— Тогда мой вам совет: не задавайте лишних вопросов. Это уберегло вас теперь, убережет и дальше. Я пришлю вам приказ. Чуть позже. Всего доброго, миледи… — некромант поклонился так, будто они беседовали на светском рауте.

Все еще не веря, Элионора проследовала за стражниками, села все в ту же карету с решетками на окнах и отправилась домой. В тот момент утомленная допросами, с магически запечатанным даром, она была готова услышать даже смертный приговор, но вместо этого ее выслали в имение. И вот теперь…

Девушка задумчиво покусала губу, гадая, что же все-таки она должна будет сделать в обмен на свою свободу. Лорд Уиллморт был не из тех людей, которые, движимые рыцарскими порывами, кидаются спасать дев, попавших в беду. И уж явно у первого лорда королевства не было недостатка в невестах. Та же Эбигейл Вендер, бывшая подруга Элионоры.

О, Эбби, подстрекаемая матерью, была готова на все, лишь бы лорд Уиллморт заметил её. Но тот не обращал на бесхитростные уловки никакого внимания. К услугам первого лорда королевства, ближайшего друга его величества Генриха Десятого были готовы почти все женщины. К любым услугам…

Девушка вновь бросила задумчивый взгляд на кровать. Стоявшая на возвышении, она почему-то напомнила эшафот. Может быть, дело было в темных, слегка потрескавшихся от времени досках, или же алом с золотом балдахине, ярким пятном смотревшемся в этом царстве ледяного холода.

Некромант не торопился предъявить свои супружеские права, но Элионора прекрасно понимала, что рано или поздно это произойдет. Лорду Уиллморту будет нужен наследник. И достаточно скоро.

Девушка невольно поежилась и зачем-то обхватила себя руками, будто это могло защитить. Стены дома едва заметно зашелестели, где-то вдалеке с укором скрипнула дверь. Особняк, начавший подстраиваться под новую хозяйку, недоумевал, почему та боится.

— Все в порядке, — тихо произнесла девушка, успокаивая не то встревоженный дом, не то саму себя. — Все обязательно будет в порядке…

Ветер в печной трубе отозвался издевательским гулом.

Глава 5

Лорд Уиллморт подождал, пока жена удалиться в сопровождении экономки, после чего направился в свои комнаты, бросив через плечо камердинеру:

— Генри, мне нужно в королевский дворец!

— Да, милорд! — невысокий тщательно одетый мужчина со скрытым торжеством взглянул на дворецкого, тотчас же поджавшего губы.

Некромант заметил и усмехнулся. Он прекрасно был осведомлен о соперничестве этих двух «джентльменов при джентльмене» и всегда старался поддерживать между ними равновесие, но сейчас лорду Уиллморту было не до того, чтобы тешить тщеславие слуг.

Он стремительно прошел в свои комнаты, на ходу расстегивая редингот. Дверь закрывать не стал, ожидая, что камердинер войдет следом.

— Ты понял, кто поднял монахов? — требовательный голос призрака заставил вздрогнуть.

Некромант поморщился:

— Тебе не кажется, что мы стали слишком часто общаться?

— Тебе это не нравится?

— По правде сказать, нет! Я начинаю беспокоиться, что твои связи с этим миром слишком сильны!

— Разумеется, болван! Я беспокоюсь за тебя! Впрочем, если не хочешь, ты можешь со мной не разговаривать!

— И пропустить последние сплетни из твоего мира?

— Они не так уж и интересны. Монахи ушли давно, они не хотели возвращаться.

— Хоть у кого-то есть здравый смысл!

— Если это намек на меня, то поверь, я бы давно прекратила свое бесплотное существование, если бы не беспокоилась за тебя! А теперь я беспокоюсь вдвойне!

— Из-за монахов? Не беспокойся, их кости обратились в тлен.

— Из-за Элионоры Артли, болван!

— Не хочешь ли ты сказать мне, что это она подняла кладбище?

— Огненный маг? Вряд ли. В том состоянии, в котором она сейчас, она скорее спалила бы часовню… ну и тебя вместе с ней.

Племянник лишь выразительно хмыкнул, признавая правоту леди Альмерии.

— Джон, так что все это значит? — в голосе тетушки слышалось беспокойство.

— Что именно? — отбросив редингот в сторону, некромант начал разматывать галстук, уложенный затейливыми складками вокруг шеи^1.

— Твоя поспешная женитьба. Восставшие из могил монахи…

Галстук полетел вслед за рединготом, а лорд Уиллморт наконец посмотрел на тетю, решая, стоит ли ей рассказывать свой замысел. Леди Альмерия Уиллморт была одной из немногих, кто действительно беспокоился за него. Именно из-за племянника она не смогла полностью уйти из мира живых и вот уже пять лет следовала за некромантом, иногда до икоты пугая следователей Тайной канцелярии. Лорду Уиллморту пришлось даже устанавливать защиту и на ведомство, и на королевский дворец.

Впрочем, тете за ее действительно искреннее беспокойство некромант прощал все. Остальные предпочитали лебезить и втайне осенять себя знаком от сглаза. Даже слуги. Большинство из них прислуживало начальнику Тайной канцелярии лишь потому, что им хорошо платили. Лорд Уиллморт вспомнил вымершее поместье шиира Артли и усмехнулся.

— Скажи, ты успела переговорить с душами монахов? — переменил он тему, не желая обсуждать свои поступки даже с тётей.

— Откуда? Твой идиот-слуга развеял их прах быстрее, чем я успела хоть что-то спросить. Я вообще не понимаю, зачем тебе этот бастард!

— Потому что у него дар некроманта.

— Очень слабый!

— Да, но он есть и лучше держать его под контролем.

— Слава Триединому, я уж начала подозревать, что он — твой сын!

Некромант удивленно изогнул бровь:

— Ты разучилась считать? Мне тогда было в лучшем случае лет десять!

— Не дерзи мне, Джон! — белый полупрозрачный палец взметнулся вверх.

Дверь скрипнула, и в спальню вошел камердинер, торжественно неся свежую рубашку своему господину. Несколько галстуков висели на его согнутой руке.

Слуга тщательно закрыл дверь, повернулся и нелепо взмахнул руками, правда в самый последний момент сумел удержать галстуки.

— Триединый!

— Нет, но мне приятно, — отозвался призрак.

— Миледи, рад вас видеть в добром… — Гарри осекся и тут же закончил. — В добром расположении духа!

— Я зла, и, к тому же, у призраков нет здоровья! — язвительно заметила леди Альмерия.

— Как вам будет угодно, миледи, — камердинер еще раз поклонился и повернулся к своему господину. — Милорд, желаете надеть парадный мундир?

— Что? — некромант торопливо развязал галстук и небрежно бросил его на кровать. — Таскать на себе эту сбрую?

Признаться, он ненавидел этот камзол, расшитый золотом и ониксом.

— Зато все будут просто ослеплены твоим величием, — невинно заметил призрак. — А если вспомнить, что вышивка на мундире сделана так, что тебя просто невозможно проткнуть кинжалом.

— Не хочу тебя разочаровывать, но это и так почти невозможно, — уведомил тетю лорд Уиллморт.

— Джон, ты все-таки идешь к королю, — заметила тетушка.

— Генрих точно не ждет меня в парадном облачении!

— Он вообще тебя не ждет! — Альмерия бросила быстрый взгляд на Гарри, внимательно следившим за перепалкой хозяина с его давно почившей тетей.

— Хочешь сказать, ему уже доложили о моем отъезде? — отозвался лорд Уиллморт.

— Разумеется. Это же королевский дворец, мой милый!

— Ты сказала это так, словно это бордель! — некромант стянул с себя рубашку.

Камердинер осторожно повесил накрахмаленные галстуки на спинку стула, подхватил кувшин с водой и поспешил к своему господину.

— Фу, Джон, между прочим, в комнате дамы! — наигранно возмутилась Амалия.

— Не вижу ни одной, — отозвался племянник, энергично растирая торс полотенцем. — К тому же, здесь нет ничего, что ты не видела!

— Ты непочтителен!

— Возможно. Но, если ты не заметила, я тороплюсь.

— Рассказать своему другу о том, что ты женился на сестре бунтовщика?

Камердинер вздрогнул, и вода пролилась на пол.

— Гарри! — одернул его лорд Уиллморт.

— Прошу прощения, милорд! — тот схватил одно из полотенец, но замер, повинуясь взмаху руки хозяина.

— Потом! — некромант внимательно взглянул на слугу, словно решая что-то для себя. — Надеюсь, ты не собираешься рассказывать эти новости за ужином?

— Думаю, милорд, леди Уиллморт не заслуживает сплетен, — осторожно ответил камердинер.

— Именно.

— Но остальные слуги могут догадаться.

— Естественно. Нам ведь надо, чтобы они догадались, что леди Уиллморт в девичестве носила фамилию Артли, а, Гарри? — почти промурлыкал некромант.

— Как пожелаете, милорд! — камердинер протянул полотенце.

— Да, и я почти вынудил её выйти замуж…

— Даже так, милорд?

— Ты ведь не осуждаешь меня. Гарри?

— Леди Артли, вернее, леди Уиллморт очень красива…

— Джон, ты хочешь, чтобы твою жену преследовали слухи о её прошлом? — встревожилась Альмерия.

— Кому как тебе ни знать, чем быстрее слухи возникнут, тем быстрее они затихнут, — тщательно вытеревшись, некромант надел рубашку.

Он требовательно протяну руку, и камердинер почтительно подал ему один из галстуков.

— Джон, тебе должно быть стыдно! — воскликнула Альмерия, правда не слишком громко: как и все, она прекрасно знала, каких трудов племяннику стоило повязать галстук замысловатым узлом. — Зачем тебе эти слухи?

Лорд Уиллморт лишь криво усмехнулся, тщательно наматывая на шею накрахмаленный шелк. Завязал затейливый узел, методично расправил складки и всмотрелся в отражение.

— Потому что игра не закончена. Сапфир! — скомандовал он.

Камердинер незамедлительно подал темный необработанный сапфир в белом золоте. Затаив дыхание он смотрел, как его хозяин закалывает булавку и расправляет ткань вокруг камня.

— Теперь, когда ты закончил, — начал было призрак, но племянник остановил её взмахом руки.

— Прости, тетя, но не сейчас. Мне необходимо попасть к королю раньше, чем его ушей достигнут слухи. Генри, камзол!

Спохватившись, камердинер подал камзол из черного бархата, по краям которого были серебром вышиты руны смерти.

— Думаю, я задержусь до вечера!

— Вечера какого года, милый? — невинно поинтересовалась Альмерия.

Некромант усмехнулся:

— И не надейся!

— Жаль. Тюремное заключение могло бы пойти тебе на пользу.

Некромант улыбнулся и вышел. Призрак и камердинер переглянулись.

— Ну, Гарри, а что вы думаете по этому поводу?

— Что лорд Уиллморт никогда не ошибается, миледи, — чинно ответил камердинер, на всякий случай прикидывая, что из вещей может понадобиться его хозяину в тюрьме.

***

Королевский дворец находился неподалеку. Когда-то, отец нынешнего лорда Уиллморта заплатил огромную сумму, чтобы выкупить землю и построить особняк, достойный знатного и древнего рода. Начальнику Тайной канцелярии до сих пор ставили это в упрек, намекая, что деньги вполне можно было потратить на благотворительность. Тот соглашался и непременно просил укоряющих показать пример, даже готов был назвать приюты, нуждающиеся в пожертвованиях. Дальше рассуждений пока никто не заходил.

В королевский дворец лорд Уиллморт предпочел отправиться пешком. Вопреки моде, он шел по улицам достаточно быстрым шагом на ходу кивая тем, кто осмелился пожелать некроманту доброго дня.

При виде начальника Тайной канцелярии, караульные королевского дворца вытянулись в струнку, хотя двое стражников и сотворили украдкой знак от сглаза.

Лорд Уиллморт хмыкнул, заставил знаки засветиться голубым пламенем, чем знатно напугал солдат, и бодро направился по дорожкам сада ко дворцу. Безошибочно миновал модный лабиринт из зарослей мирта, некромант вошел во дворец, игнорируя подобострастные поклоны слуг и испуганный шепот за спиной.

Галерея, еще одна, лорд Уиллморт подчеркнуто любезно раскланивался с придворными, встречавшимися у него на пути.

— А, Уиллморт! — высокий, изящно одетый мужчина помахал рукой, приглашая присоединится к его компании.

— Блекки? Лорд Блеккедер! — некромант подошел и обменялся с бывшим соучеником крепким рукопожатием. Тот слегка поморщился не то при упоминании своего школьного прозвища, не то потому, что бывший одноклассник слишком сильно стиснул холеную ладонь.

— Мне говорили ты уехал.

— Я вернулся.

— Ездили по делам короны? — понимающе усмехнулся один из компании, мистер Лавл. Кажется, он был родственником Артли

— Можно сказать и так. Прошу прощения, мне надо идти, — лорд Уиллморт сдержанно поклонился.

— Можешь не торопиться, у его величества заседание с министрами, а поскольку четверть часа назад туда заходила ее величество, то речь идет о предстоящем бале.

— Какая осведомленность, — некромант даже не скрывал иронии. — Блекки, тебе серьезно стоит подумать о том, чтобы посетить мое ведомство!

Ему доставило удовольствие наблюдать, как бывший одноклассник бледнеет. А его друзья невольно отступают на несколько шагов назад. Выждав эффектную паузу, начальник Тайной канцелярии добавил самым невинным тоном:

— Если, конечно, хочешь перестать прожигать жизнь впустую и устроиться на службу.

Блеккедер нервно рассмеялся, достал белоснежный платок и промокнул внезапно вспотевший лоб.

— Черт! Ты предлагаешь мне…

— Служить на благо своего королевства, конечно, а ты что решил?

— Что невольно узнал государственную тайну, и ты посадишь меня в застенки своего ведомства.

— Ну… такой вариант развития событий тоже весьма вероятен. Скажу даже больше, это могут быть две стороны одной монеты… — протянул некромант и кивнул остальным. — Господа!

Он крутанулся на каблуках и направился в кабинет. Больше никто не осмелился задерживать начальника Тайной канцелярии.

При виде лорда Уиллморта королевский секретарь вскочил со своего места и лично распахнул тяжелые расписные двери кабинета.

— Прошу, милорд! Там совещание.

— Да. Я знаю, — улыбнулся лорд Уиллморт, еще раз подтверждая легенду о том, что некроманту известно все.

Четыре министра толпились перед его величеством, наперебой обсуждая расходы на Большой королевский бал. Судя по взгляду, король был готов потратить гораздо большую сумму на показательную казнь всей четверки, однако Генрих держался. При виде начальника Тайной канцелярии министры напряженно замолчали.

— Добрый день! Я что-то пропустил? — невинно осведомился он, подходя ближе.

Четыре пары глаз с неприязнью взглянула на начальника Тайной канцелярии. Министр финансов начал было чертить руну защиты, но заметив пристальный взгляд короля, сдержался.

Лорд-канцлер, напротив, заискивающе улыбнулся самому завидному жениху королевства, оно и понятно: у лорда подрастали четыре дочери. Такие же носатые, как и их отец.

Премьер-министр холодно кивнул некроманту. По всей видимости, глава правительства был не слишком доволен вторжением, но открыто возражать против начальника Тайной канцелярии не смел. К тому же у него тоже была дочь.

Последний, министр внутренних дел, герцог Лоудс демонстративно поджал губы. Его ненависть к лорду Уиллморту доходила до абсурда и произрастала, в основном, из-за назначения некроманта на пост, который герцог прочил своему единственному сыну.

Королевы в комнате не было. По всей видимости, Изабелла уже удалилась, наверняка сверкая огромными черными глазами. Как и все южанки, её величество обладала весьма вспыльчивым темпераментом, который старательно сдерживала. Начальник Тайной канцелярии даже пожалел о её уходе: тогда можно было бы рассказать новости обоим супругам сразу.

— А, Джон! — почти обрадовался Генрих. — Мне сказали, ты уехал!

— Неужели? И кто же посмел разгласить эту тайну? — некромант хищно улыбнулся, заставляя министров вздрогнуть.

— Твой заместитель. Мистер Торп.

— Похоже, мне придется поучить его держать язык за зубами, — зеленые глаза опасно сузились.

— Бросьте, Уиллморт, — пробасил премьер-министр, — будто ваше отсутствие могло остаться незамеченным!

— Нет, но я не предполагал, что это вызовет такой интерес!

— Вы себе льстите, — сквозь зубы процедил герцог Лоудс.

— Возможно, но тем не менее, его величество за сегодня — шестой, кто удивился моему появлению.

— И кто остальные пятеро? — поинтересовался Генрих.

— Мой закадычный друг Блекки, а также четверо министров, собравшихся в этой комнате.

— На что вы намекаете? — взвился премьер-министр.

Лорд-канцлер, напротив, смутился и с тоской взглянул на двери. Заметив это, некромант усмехнулся.

— Я ни на что не намекаю, — задумчиво произнес он, ни к кому не обращаясь. — Просто нахожу удивительным совпадение, что именно в тот момент, когда все считают, что меня нет в Уолтерфолле, вы находитесь здесь.

— Мы обсуждали важные дела, и они не касаются Тайной канцелярии! — отрезал министр финансов.

Лорд Уиллморт изогнул бровь:

— Вы действительно думаете, что в королевстве есть дела, которые не касаются Тайной канцелярии?

Тьма заклубилась у ног некроманта, готовая броситься на того, кого укажет хозяин. Министры невольно попятились. Король усмехнулся.

— Милорды, думаю, на сегодня мы закончили. Мое решение неизменно!

— Ваше величество, — те поспешили откланяться.

Генрих выдохнул и с признательностью посмотрел на друга:

— Ты меня спас!

— О, обращайся! Всегда рад изобразить злого колдуна! — некромант прошелся по кабинету, затем, присел в одно из кресел, взглянул на приятеля, с котором в детстве не раз попадал в переделки.

Тогда они и придумали эту игру: хороший и плохой. Юность давно ушла, а игра осталась. Лорд Уиллморт задумчиво рассматривал друга.

Удивительно, но именно король со своим даром ментальной магии был одним из тех, кого Тьма спокойно подпускала к хозяину. Второй была Элионора. Некромант заметил это еще четыре года назад, приглашая на танец очаровательную рыжеволосую дебютантку. Тогда Элионора вела себя с лордом Уиллмортом с холодной вежливостью, граничащей с безразличием, но все равно, Тьма приняла её.

Задумавшись, начальник Тайной канцелярии пропустил вопрос друга.

— Прости, что? — спохватился он.

— Ты не спросишь, что мы обсуждали? — Генрих устало потер виски.

Судя по всему, король использовал ситуацию, чтобы прочитать мысли министров. Наверняка, и Изабелла заходила не просто так. Гордая южанка целиком и полностью поддерживала своего мужа. Брак, изначально задуманный как политический союз двух государств обернулся удачей, и лорд Уиллморт был искренне рад за своего друга.

— Большой королевский бал, расходы на который обойдутся казне в значительную сумму, — ответил некромант, пожимая плечами.

— Ты подслушивал? — король иронично улыбнулся, показывая, что ни в грош не ставит сплетни, окружавшие друга.

— Нет, всего лишь мельком взглянул на бумаги на твоем столе, — лорд Уиллморт закинул ногу на ногу. — Куда еще можно закупать столько шампанского, при твоей любви к коньяку? Кстати, почему ты занимаешься этим сам, а не казначеи?

— Потому что иначе этот бал обойдется казне в четыре раза дороже, — раздраженно отозвался его величество.

— Это аргумент. Хотя в этом случае я бы просто отменил бал.

— Изабелла придерживается того же мнения! — раздраженно оборвал король. — Невыносимая женщина, она не хочет пышных празднеств, поскольку это означает дополнительные траты.

— Генри, твоя жена — святая! — совершенно искренне воскликнул некромант.

— Да, но министров выслушиваю я.

— Ну… Изабелла была здесь.

— Высказала все, что думает о казнокрадстве, пообещала организовать пару показательных судебных процессов и гордо ушла.

— Я тебе говорил, что восхищаюсь ею?

Король улыбнулся:

— Неоднократно. Возможно, это заставит тебя задуматься о пользе брака?

— Ну… — лорд Уиллморт ухмыльнулся. — Кстати, ты не поинтересуешься, куда я ездил?

— Думаю, ты и сам расскажешь мне, — в тон ему отозвался король.

— Верно. Я задумался о браке, и… Поздравь меня, Генри, я женился!

— Что? — Генрих обомлел и посмотрел на друга, пытаясь разгадать, шутит ли тот. — Ты серьезно?

— Серьезнее некуда.

— И кто же счастливица?

— Одна весьма достойная молодая леди.

— Я её знаю?

— Думаю, да, — некромант выдержал эффектную паузу, на самом деле собираясь с мыслями. — Это — леди Элионора Артли.

— Элионора Артли? — король вытаращил глаза, — Но ведь она…

— Родная сестра Альберта Артли, — почти весело кивнул начальник Тайной канцелярии. — Младшая.

Ему доставило удовольствие видеть, как его величество подскочил на своем кресле, затем вскочил и закружил по комнате. Наконец он остановился и обернулся к начальнику Тайной канцелярии:

— Джон, ты сошел с ума!

Тот расхохотался.

— Генри, ты только что просто настаивал, чтобы я задумался о женитьбе!

— Да, но… сестра заговорщика? Ты уверен, что этот брак примут в свете?

— Все зависит от тебя, мой друг! И от твоего бала…

— Где мамаши сожгут тебя заживо! — убежденно произнес король. — Из всех дебютанток, которые тебе так тщательно подсовывали, ты выбрал…

— Самую красивую?

— Ты действительно идиот! Только не говори мне, что ты влюбился в эту девицу!

— Не скажу, — покладисто согласился лорд Уиллморт. — Но уже завтра весь Уолтерфолл будет судачить именно об этом. А также о том, что происходило в застенках моего ведомства.

Генрих вновь выругался, коротко и емко сообщив другу все, что думает по поводу его женитьбы. Некромант в наигранном изумлении приподнял брови.

— Даже не думал, что ты знаешь такие слова!

— Ты еще многого обо мне не знаешь, — мрачно пообещал король. — Например, что я вот-вот прикажу поместить тебя в сумасшедший дом! Только так можно объяснить твой поступок.

— Генри, ты абсолютно лишен романтики!

— Зато во мне полно здравого смысла!

Лорд Уиллморт расхохотался:

— Ладно, признаю, ты прав! Со стороны это кажется безумием!

— А изнутри? — насторожился его величество.

— Ты и сам все знаешь, — некромант вновь стал серьезным. — Я не смог раскрыть заговор.

— Ты все еще считаешь, Альберт Артли действовал не один?

— Конечно. А ты?

— В свете последних новостей, я уже не уверен… — хмыкнул король. — Или ты полагаешь, что его сестра все-таки причастна?

— Элионора? — в памяти всплыла хрупкая женская фигура, золотисто-рыжие пряди волос, то и дело выбивающиеся из прически, широко распахнутые глаза в которых таился страх и… огонь? Да, пожалуй, именно огонь. Мятежные искорки, то и дело вспыхивающие в янтарном взгляде. — Нет, не думаю. Во всяком случае, я тщательно проверял её.

«— О, если бы я знала, что вы будете интересоваться, я бы непременно расспросила брата…

— Тогда бы вас казнили как соучастницу…»

— После чего, как честный человек, решил на ней жениться? — хмыкнул король.

— Мы говорим о моей жене, Генри, — ледяным тоном предупредил лорд Уиллморт. — И я не потерплю неуважения к ней даже от тебя!

С минуту друзья смотрели друг на друга, затем Генрих поднял руки.

— Хорошо. Как я понимаю, мотивы своего поступка ты не расскажешь даже мне?

Некромант вздохнул.

— Я и сам ни в чем пока не уверен, поэтому для тебя же будет лучше, если ты останешься в неведении.

Король помрачнел еще больше.

— Полагаешь, я останусь в стороне, если тебе будет угрожать опасность?

— Полагаю, ты сделаешь так, как выгодно твоей стране, — очень жестко ответил некромант. — Даже если ради этого надо будет пожертвовать нашей дружбой!

Его величество помрачнел еще больше, понимая, что друг прав.

— Черт бы побрал эту корону! — в сердцах произнес его величество. — Давай просто выпьем за тебя и твою жену!

Начальник Тайной канцелярии слегка наклонил голову, показывая, что полностью разделяет чувства своего сюзерена.

Глава 6

Когда Элионора открыла глаза, вокруг была тьма. От долгого пребывания в кресле тело затекло. Луч серебристого лунного света, просочившийся сквозь неплотно задернутые портьеры, показался очень ярким. Девушка с трудом поднялась, почти на ощупь подошла к окну и откинула тяжелый бархат. За оградой парка мерцали огни уличных фонарей, а над верхушками деревьев висела почти полная луна.

Элионора распахнула рамы. В комнате запахло осенью: прелые листья и золотистый закат. Где-то вдалеке проехала карета, громыхая колесами по мостовой, затем прошел уличный сторож, выкрикивая время. Два часа ночи. Девушка вздохнула.

Никто из слуг не разбудил молодую хозяйку к ужину. Либо боялись побеспокоить, либо презирали. Почему-то подумалось, что второе вернее. Сестра человека, недавно казненного на площади Чести, не заслуживала особого уважения. Даже если она по какой-то нелепой случайности стала женой всемогущего начальника Тайной канцелярии.

Снова прогрохотала карета. Потом раздались пьяные выкрики. Судя по всему, подвыпившие джентльмены шли домой из клуба, радостно горланя песни. Это вновь напомнило о брате, отозвавшись болью в груди. Элионора судорожно выдохнула. Не стоило мучить себя воспоминаниями. Альберта больше нет, а она сама сделала свой выбор.

Девушка подошла к туалетному столику, щелкнула пальцами, зажигая свечу. После заключения под стражей и блокирующих магию амулетов, дар все еще был нестабилен, и пламя взметнулось слишком высоко. Дом недовольно заскрипел.

— Извини, — выдохнула девушка, проводя рукой над огнем, точно успокаивая. Пламя опало, заметавшись по бирюзовым стенам золотистыми бликами. Шелк в отсветах переливался, точно морские волны, и Элионора ощутила себя в подводном царстве. Её собственный дар, огонь, сжигая все на своем пути, заметался, грозя не то потухнуть, не то выплеснуться наружу, и девушка сжала кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони.

— Это — всего лишь ткань на стенах, — прошептала она, успокаивая свою магию.

Ветер в каминной трубе издевательски завыл, влетел в комнату через открытое окно, принеся с собой холод. Свеча погасла, и ее пришлось зажигать вновь. На этот раз пламя было ровным.

Желудок возмущенно забурчал. Элионора спохватилась, что не ела ничего с самого утра. Не желая будить слуг, девушка взяла подсвечник и вышла из комнаты. Наверняка, на кухне найдется хлеб и головка сыра. Будить кого-то не хотелось.

При каждом её шаге особняк недовольно поскрипывал половицами. Элионора буквально кожей чувствовала недоверие дома, вынужденного приспосабливаться к новой хозяйке.

Стараясь не шуметь, девушка спустилась на первый этаж. У дверей библиотеки виднелась полоска света. Хозяин дома не спал. Не желая встречаться с человеком, ставшим её мужем, девушка попыталась прошмыгнуть мимо, но как раз в этот момент дверь распахнулась, и высокая фигура в черном возникла на пороге.

— Элионора? — некромант слегка изогнул бровь, выражая изумление. — Вы не спите?

— Нет я… — она оглянулась, словно ища оправдания. В голову ничего не приходило.

— Решили осмотреть дом уже без помощи экономки, — вкрадчиво подсказал лорд Уиллморт.

Девушка кивнула.

— Да. Точно. Осмотреть дом. Вы не возражаете?

— Как я могу? — некромант насмешливо посмотрел на жену.

Элионора вспомнила, что одета в домашнее платье и непроизвольно одернула тонкие кружева, стремясь прикрыть достаточно глубокий вырез на груди. В ответ на этот жест в ледяных глазах лорда Уиллморта заплясали искры веселья. Похоже, хозяина дома смущение девушки лишь забавляло.

— Надеюсь, вы сможете отложить осмотр дома до утра и составите мне компанию? — он отступил, пропуская Элионору в библиотеку.

Девушка нерешительно взглянула на некроманта, понимая, что возражения будут звучать глупо. Лорд Уиллморт — её муж, и она обязана подчиняться приказу, даже высказанному в столь мягкой форме.

Понимая, что лорд Уиллморт забавляется её нерешительностью, девушка шагнула за порог. Библиотека освещалась лишь пламенем огромного камина. Когда Элионора переступила порог, огонь загорелся чуть ярче. Показалось, что фолианты, стоявшие в массивных шкафах, загадочно блеснули золотом тиснения.

Дверь за спиной мягко закрылась. Элионора испуганно обернулась. Лорд Уиллморт хмыкнул:

— Вам не стоит переживать о приличиях. Все-таки мы — муж и жена!

— Да, верно, — скрывая смущение, девушка прошлась по комнате. — А почему вы…

— Так поздно сидел в библиотеке?

— Да.

— Ужинал. Составите компанию?

Только сейчас девушка заметила, что на массивном столе в окружении бумаг стояли тарелки.

— Вы всегда так поздно ужинаете? — изумилась она.

— Что? Нет. Часто я вообще не ужинаю дома, — лорд Уиллморт отодвинул стул.

Девушка заколебалась, но все же покачала головой, не желая вновь садиться, затекшие мышцы спины все еще давали о себе знать.

— Вам так неприятно мое общество? — поинтересовался некромант.

— Нет, что вы! — спешно уверила Элионора. — Просто я… — она не знала, что сказать и решила признаться, — я заснула в кресле…

— Заснули в кресле? Вам не подготовили комнаты? — лорд Уиллморт нахмурился. В голосе появились жесткие ноты.

— О, прошу, не надо никого будить! — Элионора заметила, что некромант потянулся к колокольчику, явно намереваясь вызвать слуг и отчитать их. — Все в порядке! Я сама виновата, что не стала ложиться в кровать…

Она осеклась. Понимающая улыбка мелькнула на лице начальника Тайной канцелярии. Девушка вновь поразилась, как быстро меняется его настроение.

— В этом все дело, верно? Вы боялись лечь в кровать?

— Я просто задремала в кресле, — упрямо повторила Элионора.

— Интересно, почему… Неужели вы боялись, что я приду к вам?

— С чего вы взяли? — Элионоре стоило большого труда смотреть прямо в зеленые глаза: несмотря на показное веселье, взгляд некроманта был ледяным.

Она пропустила тот момент, когда муж скользнул к ней, заставляя отступить и почти вжаться в стену. Он был близко, слишком близко.

Девушка чувствовала, как уже знакомая вязкая Тьма вновь обступает ее. Время точно замедлило свой бег. Тьма обволакивала, становясь все плотнее. Еще немного, и Элионора знала, что не сможет дышать. Никогда не сможет.

Непроизвольно девушка потянулась к своему свету. Яркая вспышка, изумленное восклицание, и тьма резко схлынула.

Девушка обнаружила, что все еще вжимается в стену, а лорд Уиллморт стоит так близко, что вышивка его камзола царапала кожу Элионоры сквозь тонкий шелк платья. Некромант крепко сжимал полыхающие огнем пальцы девушки. Дом испуганно стонал.

— Это — лишнее, — мягко сказал милорд. — мы все-таки в библиотеке.

Огонь скользнул с пальцев Элионоры в ладонь некроманта и искрами разошелся по коже, впитываясь. Девушка широко распахнула глаза. Раньше она слушала о том, что только некроманты могут впитать в себя дар другого, но видеть этого ей не приходилось.

— Согласитесь, что так гораздо лучше, — лорд Уиллморт отстранился и одернул камзол. Вид у него был весьма довольный.

— Вы специально это сделали? — ахнула девушка.

— Что именно? — невинно поинтересовался некромант.

— Напугали меня своей Тьмой! — янтарные глаза зло свернули. — Зачем?

— Возможно, чтобы вы стали такой, как сейчас? — вежливо предположил милорд, вновь подходя к камину. — И заодно убедились, что можете дать мне отпор.

— Но я не смогла.

— Потому что я не довел вас до крайности.

Элионора возмущенно фыркнула и прошлась по комнате. Ей не хотелось признаваться, что действительно стало лучше. Находясь под арестом, девушка не смела использовать магию, да и не могла бы из-за огромного числа амулетов, которыми были обвешены охранявшие её стражники. Сейчас же, когда запретов не было, она легко смогла дотянуться до своего огня. Страх ушел, сменившись злостью напополам с любопытством.

Элионора вновь взглянула на высокую темную фигуру. Делая вид, что он не замечает того взгляда, лорд Уиллморт подошел к столу, плеснул в бокал рубиновую жидкость из графина. Наверняка, портвейн. Пригубил и задумчиво посмотрел на девушку.

— Зачем? — тихо спросила она.

— Простите? — некромант сделал вид, что не понял вопрос.

— Зачем вы женились на мне? Ведь к вашим услугам были все невесты королевства, но вы выбрали именно меня: нищую, опозоренную… — впервые за долгое время при этих словах голос не стал дрожать, Элионора несколько раз удивленно моргнула и продолжила. — Такой поступок можно объяснить либо любовью, либо…

Она замолчала

— Либо? — сухо переспросил некромант. — Судя по вашим словам, любовь из списка вы уже исключили. Так зачем же, по-вашему, я на вас женился?

Зеленые глаза плескали таким холодом, что девушка невольно вздрогнула, но сразу же взяла себя в руки.

— Это я и хочу выяснить. Что же вам нужно от меня, лорд Уиллморт?

После этого вопроса в комнате повисла тишина. Некромант смотрел на Элионору, не моргая, и девушка уже тысячу раз пожалела, что завела этот разговор.

— Вы правы, — наконец произнес лорд Уиллморт, отходя к столу и разливая по бокалам рубиновую жидкость. — С моей стороны, впрочем, как и с вашей, это — брак по расчету. Но разве не к этому вас готовили всю вашу жизнь? Титул, положение в обществе, деньги…

Голос звучал все тише. Тьма вновь выглянула из углов, протягивая свои щупальца к хрупкой девушке, стоявшей у камина.

— Тогда мне были известны условия! — горячо возразила Элионора.

Пламя за её спиной взметнулось, желая вырваться из мраморного узилища. Тьма зашипела. Некромант криво усмехнулся.

— И каковы же были условия? — подчеркнуто вежливо поинтересовался он.

— Вы и сами прекрасно знаете! — все больше нервничая, девушка обхватила себя руками.

Ей всегда говорили, что она должна выйти замуж за достойного мужчину, почитать его, повиноваться ему, а, главное, подарить ему наследника. И сейчас Элионора понимала, что пытается избежать своей части сделки. Ей было очень неуютно под холодным проницательным взглядом мужа.

— Знаю, — подтвердил начальник Тайной канцелярии. — Как и то, что брат собирался отдать вас маркизу де Риволю.

— Что?! — Элионора вспомнила обрюзгшего маркиза, каждый раз пожиравшего её таким взглядом, что после хотелось умыться. — Но…

Она хотела найти слова, сказать, что все — неправда, но не могла.

— Маркиз богат и готов был поддержать новоявленного родственника в его притязаниях. Этого вашему брату было вполне достаточно, — лорд Уиллморт заботливо подал жене бокал.

Девушка машинально взяла, сделала большой глоток и, даже не заметив, что пила не вино, а портвейн, закружила по комнате.

— Вы… это невозможно! Альберт никогда бы не пошел на такое! — проговорила она с убеждением, которого внутренне не испытывала.

Некромант пожал плечами и залпом выпил вино.

— Думайте, что хотите, — небрежно произнес он, ставя бокал прямо на желтоватые листы, исписанные достаточно мелким почерком.

Элионора подавила в себе желание указать, что капли вина могут заляпать бумагу. Она так и стояла, все еще ожидая, что муж зло рассмеется и признается, все что он сказал — всего лишь неудачная шутка. Но некромант молчал, задумчиво вчитываясь в кривые строки. Казалось, что они полностью поглотили его.

Простояв какое-то время, Элионора наконец кашлянула. Лорд Уиллморт резко обернулся.

— Вы все еще здесь? — почти недовольно произнес он.

— Вы же сами просили составить вам компанию…

— Верно. Но теперь ступайте спать! — он сказал эти слова так, что Элионора ощутила себя ребенком.

Огонь в камине вновь взметнулся, яркие блики заплясали по корешкам книг. Некромант хмыкнул.

— Вам следует сдерживать свои порывы, моя дорогая, они могут вас выдать! — предупредил он.

— Выдать? — небрежно переспросила Элионора, досадуя на себя. — Кому?

— Всему высшему свету.

— Но я не собираюсь там появляться! — возмущенно воскликнула девушка.

Лорд Уиллморт холодно взглянул на нее:

— К сожалению, вам придется это сделать. Король потребовал представления леди Уиллморт на ближайшем балу.

— На ближайшем? — Элионора ахнула.

Сердце забилось часто-часто. Девушка слишком живо представила себе презрительные взгляды, перешептывания за спиной… «Сестра того самого шиира Артли», «говорят, он допрашивал её лично»… А ведь еще были те, кто рассчитывал на выгодный брак для своих дочерей…

Она поняла, что не вынесет всего этого.

— У вас есть какие-то возражения?

— Да. Мой брат… — Элионора не смогла выговорить слово «казнь». — Я ведь в трауре…

— Собираетесь носить траур по заговорщику? — начальник Тайной канцелярии слегка приподнял бровь. — Уверяю, это не слишком разумно в вашем положении.

— А что разумно? — как ни старалась Элионора, в голосе все равно прозвучала горечь.

— Делать то, что скажу я, — некромант вновь наполнил свой бокал и посмотрел сквозь него на девушку. — И не задавать лишних вопросов…

Элионора вскинула голову и хотела резко ответить, но заметила странные искры в зеленых глазах. Лорд Уиллморт был её мужем, и она обязана была подчиняться ему.

— Да, милорд, — она сделала безупречный реверанс.

Некромант с насмешкой смотрел на нее:

— Поверьте, это все в ваших интересах.

— Зная вашу репутацию, мне трудно поверить, что вы действуете лишь в моих интересах, — все-таки не сдержалась девушка.

Лорд Уиллморт улыбнулся и отсалютовал ей бокалом.

— Идите спать, Элионора, — мягко посоветовал он. — Ложитесь в кровать, я не намерен тревожить ваш покой.

Последние слова застали девушку врасплох.

— Что? — она решила, что ослышалась. — Но…

— Если вы о предназначении жены родить наследника, то пока в этом нет необходимости, — любезно пояснил лорд Уиллморт. — Впрочем, если вы настаиваете…

— Нет! — вырвалось у девушки.

Некромант улыбнулся.

— Я так и предполагал. Спокойной ночи, Элионора, — он демонстративно отвернулся и сделал вид, что поглощен бумагами.

Девушке ничего не оставалось, как пробормотать ответные пожелания доброй ночи и выйти.

Лишь войдя в спальню, Элионора вспомнила, что так и не поужинала. Впрочем, после разговора с мужем аппетит пропал. Не в силах успокоится, девушка покружила по комнате. Поступки начальника Тайной канцелярии не поддавались никакой логике.

И если поспешный брак можно было списать на плотские желания некроманта, опасавшегося, что девушка откажется быть его любовницей и предпочтет монастырь, но, тогда как объяснить его сегодняшнее поведение и обещание не тревожить.

«Впрочем, если вы настаиваете…» — пронеслось в мозгу. Неужели это просто часть игры, и начальник Тайной канцелярии желает, чтобы Элионора умоляла его о близости. От абсурдности таких мыслей девушка истерично рассмеялась. Если это и так, то лорду Уиллморту придется ждать всю его жизнь. С этими мыслями Элионора все-таки заснула.

***

— Джон, ты несносен и невоспитанн! — Альмерия проявилась, как только дверь за Элионорой закрылась.

— Что теперь по твоему мнению я сделал не так? — некромант отложил бумаги и взглянул на тётю, маячившую за спиной.

— Джон, скажи, положа руку туда, где у тебя должно быть сердце, зачем тебе эта девочка?

Племянник лишь скупо улыбнулся.

— Я не понимаю, почему ты так беспокоишься?

— Потому что прекрасно знаю тебя, — тетушка скрестила руки на груди. — Ты так привык играть чужими жизнями, что даже не задумываешься о том, что чувствуют другие люди!

— Ну… они ведь тоже не думают обо мне, — слегка извиняющимся тоном произнес некромант. — Даже Элионора Артли.

— Она хотя бы поинтересовалась, когда ты ужинаешь!

— Скорее для того, чтобы понимать, когда я прихожу домой, и старательно избегать со мной встреч.

— Прекрасная семейная жизнь, ты не находишь?

— Меня она вполне устроит, — некромант присел в свое кресло.

— Главное, не забудь, как выглядит твоя жена, а то начнешь ухаживать за ней на балу! — фыркнула Альмерия.

— Полагаю, сама Элионора мне этого не позволит.

— А как же наследник?

— Он мне пока не нужен. К тому же, дети — это всегда шум, крики и беспорядок…

— Джон, ты — эгоист! И самое ужасное, что именно я воспитала тебя таким!

— Не бери в голову, — бессердечно посоветовал лорд Уиллморт.

Он встал и потянулся, точно кот.

— Думаю, мне тоже пора отправиться в спальню. День был слишком… долгим.

— Ты не расскажешь мне, что тебе сказал король? — забеспокоился призрак.

Некромант усмехнулся:

— Тётя, неужели ты не подслушивала?

— Аудиенцию с королем? За кого ты меня принимаешь? — оскорбилась Альмерия. — Тем более во дворце полно магической защиты, в том числе и от меня.

— Я старался.

— Джон, если ты сейчас же не расскажешь мне, я лопну от любопытства.

Лорд Уиллморт хмыкнул.

— Пустая угроза, дорогая, ты тут же проявишься снова.

— И всю ночь буду читать тебе нотации.

— Ты не сможешь быть так жестока!

— Хочешь проверить?

— Нет, — племянник весело рассмеялся. — Так что ты хочешь узнать, помимо государственных тайн и моих замыслов?

— Что тебе сказал Генрих по поводу твоей женитьбы.

— Ругательства повторять?

— Не стоит.

— Тогда он деликатно промолчал, а когда молчание иссякло, то даже поздравил.

— Джон! — возмущенно воскликнула Альмерия.

— Хорошо, хорошо, — тот поднял руки, шутливо признавая свое поражение перед настойчивостью тёти. — Скажем так, он был очень удивлен моим выбором.

— Еще бы!

— И потребовал представить леди Уиллморт на балу.

— Ты напомнил ему, что брата твоей жены недавно казнили на площади Чести?

— У Генриха прекрасная память.

— Тогда почему он забыл, что после казни не пришло и месяца? Ты представляешь, что будет, когда твоя жена вместо того, чтобы носить траур, появиться на балу? Да сплетники её просто растерзают!

— Скорее почтенные матроны, у которых есть дочери на выданье, будут подговаривать своих сыновей устроить заговор в надежде заполучить меня, — хмыкнул некромант.

— Это — плохая шутка, Джон, — нахмурилась Альмерия.

— Извини, — тот виновато моргнул. — В любом случае, все уже решено, и Элионора предстанет перед королем как моя жена. Если ей так необходимо соблюсти приличия, она просто может не принимать приглашения на танцы.

— Не думаю, что они вообще будут, — отозвалась тётя.

Некромант лишь пожал плечами и вышел из комнаты, даже не потрудившись закрыть за собой дверь. Призрак укоризненно покачал головой. Особняк скрипнул ставнями, разделяя опасения бывшей хозяйки.

Глава 7

Все утро Элионора бесцельно пробродила по дому. По уверениям слуг лорд Уиллморт рано утром отбыл на службу. Девушка сомневалась, что её муж вернется к обеду, и потому ограничилась общими указаниями кухарке и экономке, чем окончательно расположила слуг к себе.

— Мне кажется, миссис Фейрфакс, миледи — весьма здравомыслящая особа, — поделилась своими наблюдениями седовласая кухарка, когда они с товаркой пили чай на кухне.

— Разумеется, миссис Хитчинс. Сразу видно, что она — настоящая леди.

— Только странно, что свадьба была столь поспешной, — заметила та, отпивая горячий напиток из кружки.

— Это верно, но возможно, у милорда были на то свои причины? — предположила экономка, хотя в ее глазах мелькнуло что-то.

— Думаете, милорд опозорил её? — кухарка округлила глаза, как всегда делала, когда хотела скрыть что-то неприличное.

— Не знаю, миссис Хитчинс, мне кажется, миледи не из тех вертихвосток, которые пойдут на все, чтобы заполучить себе богатого мужа…

— Это верно. Но все-таки все очень странно.

Экономка оглянулась и придвинулась ближе к товарке:

— Вообще-то я слышала, как камердинер лорда Уиллморта говорил мистеру Джойсу, что новая хозяйка из тех самых Артли…

— Не приведи Триединый! — ахнула миссис Хитчинс, рисуя в воздухе знак от сглаза. — Это ежели король узнает, хозяину не сносить головы!

— Милорд вчера ходил королю…

— И что?

— А кто ж знает. Нам такие вещи не рассказывают.

— Это верно. А ежели король знает, а милорд жив и здоров, то, стало быть, и нам нечего боятся. Ну, только если вдруг миледи решит изменить порядки…

— Миледи сказала, что всем довольна и ничего менять не будет. Наверняка, она хорошо понимает, что слишком юна и не имеет опыта управления таким домом, — подхватила экономка.

Если бы Элионора услышала последние слова экономки, она бы непременно расхохоталась, но разговор велся на кухне за закрытыми дверями, и девушка о нем так и не узнала.

Она бесцельно бродила по дому, делая вид, что желает рассмотреть парадные комнаты. Огромный бальный зал, стены которого были затейливо украшены лепниной, столовая с дубовыми панелями, несколько небольших комнат — по всей видимости для карточных игр и сплетен тех, кто не желает танцевать, картинная галерея с портретами лордов и леди Уиллморт.

Внимание привлек портрет молодой женщины с темными волосами и яркими зелеными глазами. Надпись под портретом гласила «леди Альмерия Уиллморт». Имя показалось знакомым, но девушка так и не смогла вспомнить, где она его слышала.

Так ничего не вспомнив, девушка перешла к следующей картине и вздрогнула: с полотна на нее насмешливо смотрели знакомые зеленые глаза.

Лорд Карлайл Джон Уиллморт. Начальник Тайной канцелярии. Мужчина, ставший мужем Элионоры. Девушка внимательно разглядывала портрет. Художнику удалось поймать надменное выражение лица и сардоническую ухмылку, с которой некромант смотрел на весь мир.

Веселые голоса горничных вывели девушку из задумчивости. Не желая ни с кем встречаться, она поспешно вышла в парк, располагавшийся за домом.

Дорожки были тщательно выметены, деревья — подстрижены, а на клумбах все еще цвели осенние искры — цветы, возвещавшие о скором приходе зимы.

Погода была достаточно теплой, и Элионора не заметила, как дошла до конюшен, построенных в глубине парка так, чтобы запах навоза не достигал особняка.

Элионора всегда любила лошадей, вдобавок она все-таки слегка замерзла и потому вошла внутрь. По щеке мазнула паутина. Воздух слегка сгустился, как бывало, если заходил в полумрак конюшни после яркого солнца.

Девушка неуверенно отмахнулась, сапфир блеснул на пальце. Впрочем, это тоже было игрой солнечных лучей, проникавших сквозь узкие окна. Посмеявшись над своей подозрительностью, Элионора направилась к лошадям.

Один из вороных, увидев её, приветственно заржал. Девушка моментально узнала его, как и остальных: те самые моро, которые были впряжены в экипаж некроманта.

Приветливо улыбнувшись, она протянула руку, бархатистый нос ткнулся в ладонь. Не найдя ничего вкусного, конь отошел, обиженно кося глазом.

— Извини, — Элионора виновато улыбнулась. — Я обязательно принесу что-нибудь в следующий раз.

— Эй, вы кто? — грубый голос за спиной заставил обернуться. Вихрастый парень, в котором Элионора узнала того самого кучера, развеявшего прах монахов, стоял в проходе и недовольно смотрел на девушку. Она приветливо улыбнулась:

— Добрый день, Реджи, я ведь правильно запомнила?

— Миледи, — парень слегка смутился и поспешно сдернул с головы картуз. — Простите, я…

— Думали, что в конюшни зашел кто-то посторонний?

— Ветер сообщил, — Реджи мотнул головой в сторону дверей. — Я недавно ставил защитные заклинания, а вчера не успел обновить. Но я не думал…

— Ничего страшного, — Элионора улыбнулась и еще раз провела пальцами по щеке, вспомнив прикосновение магии, напомнившее касание паутины. — Мне самой надо быть внимательнее.

Она вдруг заметила, что конюх как-то странно на нее смотрит, и слегка приподняла брови, выражая удивление.

— Простите, — Реджи отвел взгляд. — Я был уверен, что никто кроме тех, кого я указал, не смогут пройти на конюшню.

Элионора улыбнулась, но не стала откровенничать и рассказывать парню о кольце.

— Я — жена лорда Уиллморта, — только и напомнила она.

— Да, миледи, — парень склонил голову, а Элионора ощутила досаду. Со стороны могло показаться, что она бахвалится своим замужеством.

Стараясь сгладить неловкость, Элионора шагнула в глубь конюшни, делая вид, что рассматривает лошадей.

— Это — небольшая конюшня, — Реджи, тоже чувствуя неловкость, кинулся следом за хозяйкой, торопливо поясняя. — Здесь стоят только моро. Охотничьих лошадей милорд предпочитает держать в загородном имении.

— Это разумно, — кивнула Элионора.

Какое-то движение привлекло ее внимание. Девушка подошла к решетке и вгляделась в темноту денника.

— Осторожно! — предупреждение запоздало.

Черная лошадиная морда лязгнула зубами у кованой решетки. Девушка успела отпрянуть в сторону, и огненный шар, выдыхаемый моро на врага, пронесся мимо, ударил в противоположную стену, рассыпался искрами. Остальные лошади недовольно заржали. Реджи охнул, с трудом проглотил ругательства и быстро потушил соломинки, разбросанные на полу, которые начали тлеть.

— Кто это? — девушка уже с осторожностью приблизилась к решетке, буквально ощущая на себе пристальный взгляд.

— Это — лошадь леди Альмерии, — Реджи очень осторожно подошел к деннику.

Оттуда на него зло сверкнул янтарный глаз.

— Леди Альмерии — переспросила Элионора, вспомнив портрет в галерее. — Альмерии Уиллморт?

— Да, миледи.

— Вы ее знали?

— Мидели была тётей лорда Уиллморта и умерла несколько лет назад, — пояснил парень, опасливо косясь на вороную лошадь, стоявшую у стены.

Девушка лишь кивнула, наконец вспомнив, что именно Альмерия Уиллморт была одной из тех, кто остановил эпидемию Черной смерти.

Тогда люди гибли один за другим. Смертельная болезнь не щадила никого, целители выгорали один за другим, а город окутал смрадный запах горящих тел. Но самое страшное было после: если тело не сжечь, то ровно через три дня мертвяк поднимался из могилы, чтобы нести смерть всем, кого встретит на своем пути.

Эпидемию удалось остановить, лишь когда молодой талантливый некромант выследил преступника. Элионора запоздало сообразила, что этим некромантом как раз и был её муж — лорд Уиллморт, ныне глава Тайной канцелярии, и в который раз пожалела о глупости брата, затеявшего игру с таким человеком.

— Это была любимая лошадь миледи, — продолжал Реджи. — Она всегда требовала, чтобы Кьяра была рядом.

— Кьяра? — Элионора еще раз взглянула на злобное животное, заложившее уши. — Кьяра означает «любимая».

— Леди Альмерия любила её, — подтвердил Реджи.

— Как… ты знаешь, как она умерла? — вдруг спросила Элионора.

— Она погибла лет семь назад. Люди отказывались отдавать трупы родных, чтобы сжечь, хоронили украдкой, а потом… — Реджи вздрогнул от воспоминаний. — Леди Альмерия была среди тех, кто пытался остановит мертвяков… их было очень много… Миледи просто выгорела…

Он с изумлением посмотрел на жену хозяина, которая слушала рассказ, широко распахнув свои янтарные глаза. Выгореть для мага означало лишь одно: смерть. Трудно поверить, что кто-то решился на это добровольно.

— Неужели вы не слышали эту историю? — изумился конюх.

— Нет. Тогда я была слишком юной, — Элионора на секунду опустила голову. — Семь лет назад меня мало волновало то, что происходило в стране. Я лишь помню, что в тот год родители решили остаться в имении. Наверное, это было страшно.

— Да.

— А ты давно служишь у милорда?

— Лет с семи, — парень задумчиво почесал нос. — Мама тогда устроилась на работу, а я всегда хорошо находил общий язык с лошадьми, вот меня и взяли сюда.

— У тебя действительно неплохо получается, — девушка вновь подошла к деннику Кьяры, вглядываясь сквозь решетку. — Даже с ней.

— Не обольщайтесь, миледи! — предупредил Реджи. — Кьяра очень злобная и совершенно неуправляемая! Милорд хотел отправить ее в имение, но мы даже не можем перегнать этого монстра. После смерти хозяйки, она никого к себе не подпускает.

— Я слышала, моро очень привязаны к хозяевам? — Элионора задумчиво посмотрела на лошадь.

Чувствуя на себе пристальные взгляды, кобыла топнула ногой и с шумом втянула воздух.

— Осторожно! — Реджи торопливо отошел в сторону. — Она всегда так делает, когда собирается плюнуть огнем! Нам лучше уйти отсюда.

— Хорошо, — Элионора послушно отступила. Уже в дверях она, не выдержав, обернулась. Вороная лошадь злобно смотрела вслед сквозь решетку.

— Я вернусь, — прошептала девушка еле слышно, чтобы её сопровождающий не услышал.

Лошадь навострила уши и слегка удивленно фыркнула, словно насмехаясь над глупостью незнакомой рыжеволосой девушки.

Выйдя из конюшни Элионора с наслаждением подставила лицо под солнечные лучи, полюбовалась яркими огненными листьями. Огонь в душе вспыхнул, рассыпаясь по телу миллиардами искр. После ареста девушка научилась ценить именно такие короткие мгновения.

Реджи стоял рядом и с каким-то странным выражением лица смотрел на жену своего господина. Золотисто-рыжие волосы переливались на солнце огненной волно й, темные ресницы отбрасывали длинные тени на белоснежную кожу. Красивая, стоящая рядом и вместе с тем такая недоступная, леди Уиллморт заставляла сердце биться чаще. Реджи шумно выдохнул.

— Что? — Элионора обернулась к конюху. Тот вздрогнул и заозирался, точно был пойман с поличным. — Реджи, ты хотел что-то спросить?

— Да… — выдавил он и добавил уже смелее. — Охранное заклинание. Мне необходимо обновить его. Но это займет время…

Он хотел насладиться каждым мгновением, проведенным рядом с этой женщиной.

— Не думаю, что так уж и много, — Элионора вновь подошла к дверям и провела рукой, нащупывая тепло магических нитей.

Под удивленным взглядом девушка вплела в них частичку своего огня. Паутинка тонко зазвенела, перестраиваясь.

— Это невозможно… — изумленно выдохнул Реджи.

Элионора лишь улыбнулась в ответ и направилась к особняку. Парню не стоило знать о кольце лорда Уиллморта.

Когда девушка вошла в дом, там царила суета. Стоя на площадке, экономка сердито хмурилась, лакеи втаскивали на лестницу огромный сундук, а руководила всем этим невысокая женщина в коричневом плаще и такой же невзрачной шляпке, из-под которой торчал длинный нос.

— Мери-Джейн! — обрадовалась Элионора.

— Миледи, — та сделала положенный книксен.

С лестничной площадки раздалось одобрительное хмыканье. Миссис Фейрфакс строго блюла порядки в доме.

Элионора быстро взглянула на экономку и, подхватив юбки, направилась наверх.

— Пойдем, расскажешь мне, как дела в имении! — приказала она верной служанке.

— Да, миледи! — пропустив хозяйку, горничная начала подниматься следом.

— Мери-Джейн, я так рада, что ты приехала! — воскликнула Элионора, когда они скрылись от бдительного ока экономки за дверями спальни.

Улыбка преобразила некрасивое лицо служанки.

— Уж как я рада, миледи! — отозвалась она, снимая шляпку и плащ. — Вы представить себе не можете, как я переживала, что отпустила вас одну.

Аккуратно сложив свои вещи на стул, стоявший в самом темном углу, горничная внимательно посмотрела на хозяйку. От ее взгляда не укрылись темные круги под глазами и заострившиеся черты лица.

— Неужто так плохо? — напрямик спросила она.

Элионора отвела глаза.

— Нет. С чего ты взяла?

— Хотя бы вот с этой комнаты, — Мери — Джейн обвела рукой стены. — Вы словно в реке.

— Недавно я не могла надеяться и на это… — тихо заметила девушка.

Горничная лишь вздохнула и хотела еще что-то сказать, но ее прервал стук в дверь.

Покрасневшие от натуги лакеи все-таки втащили сундук по лестнице и затащили его в комнату.

— Миледи, — поклонившись, оба вышли.

— Все в порядке, миледи? — миссис Фейрфакс заглянула в комнату, пристально рассматривая новую горничную.

— Миссис Фейрфакс, это — моя личная горничная мисс Мери-Джейн Хилл.

Женщины холодно кивнули друг другу. Элионора закатила глаза, понимая, что незримая вражда за первенство началась.

— Миссис Фейрфакс, скажите, в котором часу лорд Уиллморт обычно обедает? — Элионора попыталась отвлечь экономку от молчаливого уничтожения соперницы. Впрочем, Мери-Джейн отвечала не менее ледяными взглядами.

— Милорд не обедает дома, — назидательно ответила экономка, — И я как раз хотела поинтересоваться, миледи, когда вам подавать обед, поскольку вчера вы не известили нас.

— Леди Уиллморт вчера не обедала? — ахнула горничная, включаясь в игру. — Вы решили уморить её голодом?

— По всей видимости, миледи спала. Мы несколько раз стучали, но она не ответила, и служанки не решились беспокоить, — слегка уязвлено пояснила экономка.

Элионора машинально отметила, что первый раунд поединка остался за её горничной.

— Разумеется! Тем более слугам тогда достанется больше!

Второй раунд тоже выиграла Мери-Джейн. От осознания этого миссис Фейрфакс вспыхнула еще больше.

— Если вы, мисс Хилл, так ратуете за свою хозяйку, что же вы не поехали с ней сразу?

Один-два. Мери-Джейн смерила соперницу взглядом.

— Мне необходимо было проследить, чтобы вещи миледи были уложены и заодно заехать в городской дом и забрать ее наряды.

— В городской дом? — перебила её Элионора. — Ты была там?

— Да, миледи.

Девушка прошлась по комнате. В ушах вновь зазвучал стук в дверь: «Именем короля… вы арестованы…» топот солдатских сапог по паркету, крики слуг.

— … дом не пострадал… — донеслось до Элионоры сквозь туман воспоминаний.

— А? Что? — очнулась девушка.

Только сейчас она заметила, что все свечи в комнате горят, а экономка смотрит на нее с благоговейным ужасом.

— Дом не пострадал, — повторила Мери-Джейн. — Я проверила.

— Да, спасибо, — Элионора потушила свечи и повернулась к экономке. — Спасибо, миссис Фейрфакс, можете идти.

Та кивнула и поспешно удалилась.

Элионора подошла к сундуку, который лакеи поставили у стены, и с грустью посмотрела на герб на крышке: орел, держащий в когтях змею и надпись «Честь выше всего».

— Да уж… — девушка задумчиво постучала пальцами по крышке сундука. — Честь… или бесчестье…

Она резко обернулась к горничной.

— Мне придется идти на королевский бал!

— Что? — ахнула та.

— Его величество приказал лорду Уиллморту представить свою жену на балу.

— Но ведь ваш брат…

— Я знаю, но я не могу носить траур по заговорщику, не так ли? — резко отозвалась Элионора.

Она подошла к окну и взглянула на парк, безошибочно определяя крышу конюшен, наполовину скрытую листвой. Вспомнила вороную лошадь и усмехнулась, а ведь у них с Кьярой много общего. Они обе потеряли все, что у них было, находятся в заточении, и выхода оттуда уже нет.

— Этот позор вам не простят, — голос горничной вывел девушку из тягостных размышлений. — кем бы ни был ваш брат, он умер, и потому вы должны блюсти траур.

— Да, но это невозможно. Моё появление на балу — приказ его величества.

— Как я понимаю, траурное платье вам тоже запретили надевать? — с горечью спросила горничная.

— Да. Хотя… — Элионора вдруг обернулась и почти весело взглянула на служанку. — Ты успеешь перешить черные ленты на мое платье? То, серо-лиловое с серебряной вышивкой? Надеюсь, ты захватила его?

— Но миледи, — Мери-Джейн попыталась возразить. — Ведь именно в этом платье вы были на балу в день…

— В день, когда Альберта арестовали. Верно, — Элионора нетерпеливо откинула крышку сундука, и сама начала перебирать вещи. — Его здесь нет?

— Я не стала брать его, побоялась…

— Так отправь кого-нибудь за ним! — резко воскликнула девушка и тут же устыдилась своего порыва. — Прости…

— Вы действительно хотите надеть именно это платье?

— Я уже не знаю, что я хочу, Мери-Джейн… — Элионора присела на край кровати и прикрыла лицо руками. — Больше всего я хочу проснуться и понять, что это всего лишь кошмарный сон…

— Наденьте вот это, золотистое. И если вы хотите, я поменяю алые ленты на черные, — предложила горничная, пытаясь отвлечь хозяйку.

Та безучастно взглянула на разложенное на кровати платье. Золотистые кружева напоминали паутину

— Да, ты права. Я надену золотистое, — послушно кивнула Элионора, вновь погружаясь в свои невеселые думы.

Остаток дня прошел так же невыносимо тоскливо. Слуги были заняты своей повседневной работой и не нуждались в указаниях, миссис Фейрфакс занималась инвентаризацией постельного белья, так что девушке оставалось лишь распорядиться насчет ужина для самой себя, по уверениям слуг лорд Уиллморт предпочитал ужинать на службе.

Элионора со смешком представила, как начальник Тайной канцелярии хлебает тюремную кашу, но тут же, поймав на себе удивленный взгляд лакея, прикусила губу. Не хватало еще, чтобы слуги решили, что она — сумасшедшая.

Попросив принести книг из библиотеки, сама девушка еще опасалась туда заходить, памятуя вчерашнее общение с Тьмой, девушка расположилась на кушетке в спальне.

Правда, чтение тоже не задалось. У себя в имении Элионора всегда находила чем заняться: дела требовали постоянного контроля, а в городском доме, стоило только слугам распахнуть ставни, визитеры шли толпой. Балы, рауты, театральные постановки… все это осталось в той, прежней жизни.

Девушка подняла взгляд от книги. Мери-Джейн была полностью поглощена содержимым сундуков, вытаскивая и перетряхивая небрежно сложенные платья. Элионора и забыла, что их так много. Доставая очередное, горничная с укором качала головой и бубнила что-то себе под нос.

Девушка с каким-то непонятным раздражением смотрела на все эти наряды. Свидетели прошлой жизни, они вызывали лишь раздражение. Золотистая вышивка блеснула, напоминая глаза Кьяры. Элионоре вновь захотелось увидеть лошадь. Недолго думая, девушка захлопнула книгу и встала:

— Я прогуляюсь в парке!

— Вас сопровождать?

— Не стоит, я не собираюсь выходить за ограду.

— Хорошо, — Мери-Джейн вернулась к прерванному занятию. Элионора вышла из бирюзовой спальни.

Как девушка и предполагала, на кухне никого не было. Ужин должны были подать лишь в восемь вечера, потому кухарка радостно ускользнула в свою каморку на чердаке дома.

Элионора набрала яблок из огромной плетеной корзины и поспешила на конюшню.

Там тоже никого не было. Стараясь держаться сбоку, девушка плавно подошла к решетке денника, откуда доносилось мерное хрупанье.

— Кьяра! — окликнула она лошадь.

Тишина была ей ответом. Элионора скорее представила, чем увидела, как лошадь подняла голову и втянула в себя воздух, опознавая человека. Огнем не плюнула, и то хорошо.

— Я принесла тебе яблоко. Вот, держи! — девушка осторожно поднесла к решетке угощение. Лошадь не шелохнулась.

— Не хочешь брать с руки? — хмыкнула Элионора. — Извини, просунуть через решетку я его не могу, так что тебе придется показаться.

Лошадь возмущенно фыркнула из темноты.

— Она больше любит морковь, — голос за спиной заставил Элионору подпрыгнуть. Яблоко в руках полыхнуло. Под возмущенное ржание лошади, девушка быстро обернулась и удивленно ахнула при виде белой полупрозрачной дамы, висящей посередине прохода.

Краем глаза Элионора заметила, что кобыла подскочила к решетке и вновь заржала.

— Бедная моя девочка, — вздохнула дама, с тоской смотря на лошадь.

— Вы — Альмерия Уиллморт? — догадалась Элионора. Дама весело рассмеялась:

— Удивительная проницательность. Конечно, кем еще я могу быть?

— Но… вы ум… — девушка прикусила язык. С её стороны было бы бестактностью напоминать душе о смерти тела. — Почему вы не обрели покой?

— Потому что меня слишком многое держит в этом мире, — спокойно пояснила Альмерия, подплывая ближе. — Кстати, яблоко уже сгорело.

— О, простите, — огонь, искрящий на ладони, погас, Элионора тряхнула рукой, сбрасывая пепел. — Я испугалась.

— Понимаю. Не каждый день, пытаясь накормить лошадь, встречаешь призрака хозяйки этой лошади.

— Вы против того, чтобы я подходила к Кьяре?

Альмерия задумчиво посмотрела на стоящую перед ней девушку.

— Я вас совсем не знаю, — заметила она. — С другой стороны, я — всего лишь призрак, а вы — жена моего несносного племянника и хозяйка этого дома. Как я могу запретить вам что-то?

— О, полагаю вы можете, — Элионора намеренно выделила последнее слово. Призрак рассмеялся:

— Вы мне льстите, я — всего лишь слабая душа, застрявшая между мирами!

Девушка невольно улыбнулась, понимая, что собеседница явно напрашивается на комплимент. Лошадь за спиной фыркнула, явно разделяя мысли Элионоры. Альмерия с тихой грустью посмотрела на вороную кобылу.

— В любом случае, с моей стороны было бы эгоистично удерживать вас. Кьяре давно нужен кто-то, кто бы любил её. А вы мне кажетесь весьма подходящей кандидатурой.

— Почему вы стали призраком? — вопрос вырвался сам собой. Понимая, что сказала бестактность, Элионора слегка покраснела. — Простите.

— Ничего страшного, — Альмерия грациозно взлетела под потолок и закружилась. — На самом деле я так и не поняла, почему не ушла… возможно, в этом мире у меня осталось слишком много привязанностей. Кьяра — одна из них. И потом, не могла же я оставить…

Призрак замолчал и махнул рукой. Невысказанное вслух имя хозяина дома повисло в воздухе.

— Он привязал вас к этому миру? — догадалась девушка. Она слышала, что иногда некроманты могут привязать душу к миру живых.

— Что? — Альмерия рассмеялась. — Конечно же, нет! Джон, напротив, сделал все, чтобы моя душа обрела покой. Он не учел лишь одного: что я сама некромант. Понимая, что вот-вот умру, я успела привязать себя к этому миру. И теперь радостно порчу жизнь своему племяннику!

— Неужели он не может разорвать вашу связь?

— Он даже не пытался! Наверное, слишком привык к тому, что я постоянно читаю ему нотации. Но должен же хоть кто-то говорить ему правду!

Элионора улыбнулась и протянула лошади новое яблоко. Кобыла принюхалась, внимательно посмотрела на девушку и осторожно взяла лакомство, отскочила в угол и радостно захрумкала.

— Она привыкнет к вам, — голос напоминал шелест листвы. — И он…

Девушка обернулась, но призрак уже исчез. Элионора вздохнула. Альмерия Уиллморт ей действительно понравилась, и с призраком девушка чувствовала себя не столь одиноко.

Лошадь дожевала яблоко и ткнула Элионору в плечо носом, все еще влажным от яблочного сока.

— Фу, Кьяра, это же мое любимое платье! — возмутилась та, безуспешно пытаясь отряхнуть белый муслин с бледно-розовыми цветами. Кобыла в ответ нетерпеливо притопнула ногой. Пришлось выдать ей еще одно яблоко. На третьем подношении Элионора осмелела настолько, что приоткрыла дверь денника и неуверенно шагнула внутрь.

Лошадь фыркнула, словно насмехаясь, и вновь потянулась за яблоками. Лишь когда все угощение было съедено, Кьяра вновь отошла в угол, делая вид, что совершенно не интересуется своей гостьей. Элионора знала, что кобыла следит за ней, потому не стала настаивать и пытаться погладить.

— Я вернусь завтра, если ты не против, — произнесла девушка.

Кьяра сделала вид, что не услышала, хотя девушка заметила, что кончики ушей лошади подрагивают.

Спокойно закрыв дверь, Элионора вышла из конюшни и направилась к дому.

Ужинать пришлось в одиночестве. Как и предупреждали слуги, лорд Уиллморт не появился к восьми часам. Не было его и к десяти. Все это время Элионора, одетая, как того требовали приличия, в вечернее платье, просидела в гостиной, невольно прислушиваясь к каждому шороху, но муж так и не пришел.

Чувствуя себя слегка уязвленной, девушка отложила очередную книгу и отправилась в бирюзовую комнату, так она нарекла спальню. Избегая недовольного взгляда горничной, Элионора разделась и отослала Мери-Джейн, наказав хорошенько выспаться.

Сама же девушка, потушив свечи, забралась на подоконник и по-детски обхватила колени руками. Стена приятно холодила спину. Дом начал признавать хозяйку, может быть, это была магия кольца, отданного некромантом. Элионора бросила на сапфир задумчивый взгляд. Поразительно, но теперь кольцо было впору, и девушка не ощущала его на пальце.

Откинув голову, Элионора прикрыла глаза, стараясь слиться со стеной воедино. Вскоре она ощутила тяжесть шагов, услышала, как скрипят половицы дома, почувствовала, как порывистый ветер холодит кирпичную кладку стен. Дом стал частью её, а она сама — частицей дома.

Теперь Элионора слышала и видела все, что происходило в доме. Горничные сновали по лестнице, торопясь после ужина попасть в свои каморки под крышей, два лакея спускались на кухню, обмениваясь короткими репликами по поводу боксерского поединка знаменитого Мендозы.

Дородная кухарка бряцала ключом, доставая из шкафа заветную бутылку из темного стекла, в которой что-то плескалось.

— Вот, миссис Фейрфакс, готово, — она водрузила бутыль на стол и полезла за стаканами. — Настоящее виски! Вряд ли здесь, в долине можно найти такой.

— Вы, миссис Хитчинс, говорите, словно окромя этого виски нет ничего в мире краше, — отозвалась экономка, вожделенно посматривая на стакан.

— Есть или нет, да только покойный мистер Хитчинс всегда говаривал, что мой батюшка гонит лучший виски в мире! А ему-то врать зачем?

Янтарная жидкость плеснула в стаканы, наполняя их до середины. Кухарка тщательно закрыла бутылку, вновь поставила на стол и протянула один из стаканов товарке,

— За ваше здоровье, Миссис Фейрфакс!

— За ваше здоровье, миссис Хитчинс, — подхватила та. Почтенные дамы сделали по основательному глотку и почти одновременно поставили стаканы.

— И как вам новая хозяйка, миссис Фейрфакс? — задала кухарка мучивший её вопрос.

— Не знаю, — та вновь задумчиво отхлебнула из стакана. — По повадкам вроде бы из благородных, но вся эта поспешность… — экономка придвинулась ближе к кухарке и зашептала. — Говорят, она — сестра того самого заговорщика, которого недавно казнили…

— Тогда получается…

— Именно. То-то хозяин не слишком рад своей свадьбе! Второй день дома не появляется.

Элионора скрежетнула зубами, но сдержалась, поскольку разговор был не закончен.

— Джошуа сказывал, что его вчера видели у этой Клодиль, — бутыль вновь откупорили.

— Ну знатным господам это положено — любовницу иметь. Вспомнить хотя бы того же старого лорда Блэкберри, у того, говорят, аж три было!

— Три у него дочери было, а вот полюбовниц — пять.

— Да ну, пять — это ж внуков…

Голоса становились все тише… Глаза слипались…

— Не дай ему принять антидот! Ты понял? — резкий с хрипотцой голос выдернул девушку из мирной дремы.

Элионора вновь обнаружила себя сидящей на подоконнике в спальне. Она вновь попыталась раствориться в стене, но особняк некроманта молчал, не желая более делиться своими тайнами.

Глава 8

Девушка не знала, сколько она прождала у окна, всматриваясь в темноту парка. Незнакомый хриплый голос все не шел из головы. Оставалось лишь гадать, кому и зачем понадобился чужой антидот — сильнейшее магическое снадобье, которое изготавливалось исключительно для заказчика и настраивалось на его магическую ауру. Для остальных это снадобье было практически бесполезно.

Звук хлопнувшей входной двери заставил Элионору вздрогнуть. Послышались нетвердые шаги. Судя по всему, лорд Уиллморт вернулся домой навеселе.

Девушка прикусила губу. Только мужа-выпивохи ей и не хватало. Вспомнились те многочисленные вечера, когда Альберт приходил домой после встреч с друзьями в клубе. Он шумно вваливался в холл, тяжело дыша поднимался по лестнице, пьяным голосом выкрикивая имя своего камердинера, потом чего-то бессвязно требовал и шел спать. Только Альберт не был её мужем. А что, если лорд Уиллморт, повинуясь винным парам, решит проявить внимание к молодой жене?

В который раз Элионора пожалела о своем опрометчивом решении предпочесть скоропалительный брак монашеской келье. Хотя, как правильно заметила Мери-Джейн, в монастырь можно было уйти и после замужества. Девушка вздохнула. Она не хотела хоронить себя заживо, отказываться от всего, что было ей привычно с рождения, но похоже, что у нее не было выбора.

— Гарри! — донесся до нее требовательный голос лорда Уиллморта. Эхо заметалось по комнате, отскакивая от стен. — Гарри!!!

Удивительно, но слуги не проснулись. Возможно, привыкли к шумным явлениям хозяина.

Стон. В холле что-то упало.

Элионора знала, что как послушная жена она не должна реагировать на подобное, но огонь в крови взыграл. Даже Альберт не позволял себе вламываться в дом, где находилась сестра, настолько пьяным, чтобы падать в дверях.

Послышался пьяный стон. Не помня себя от злости, девушка выскочила из комнаты, сбежала по лестнице и остановилась на последних ступенях, просто полыхая от возмущения.

Лорд Уиллморт упал прямо посередине холла. Странно, но запаха перегара не было, зато в воздухе тянуло чем-то солоноватым.

— Милорд, что вы себе позволяете… — Элионора потрясенно замолчала, вдруг заметив на мраморе темные пятна, тянущиеся от дверей к телу. Девушка щелкнула пальцами, зажигая свечи и ахнула: это была кровь.

— М-м-милорд? — она подбежала к мужу, попыталась перевернуть на спину, но безуспешно. Она заметила, что около плеча некроманта медленно расползается новое пятно. — Господи, да что же это…. Почему никто не спешит сюда? Они что, не слышат?

— Джон? — призрак появился над головой.

Элионора обернулась и встретилась взглядом с потрясенной леди Альмерией. Казалось, призрак побелел еще больше.

— Он?..

— Ранен.

Словно в подтверждение этих слов лорд Уиллморт еле слышно застонал. Элионора запоздало сообразила, что именно поэтому никто не слышал прихода хозяина — дом смог показать все лишь ей.

— Что мне делать? — прошептала девушка, обращаясь не то к дому, не то к призраку.

— Слуги спят, я позову Гарри, — не раздумывая отозвалась Альмерия. — А вы пока попытайтесь остановить кровь!

Призрак исчез. Элионора беспомощно посмотрела на лежащего перед ней в беспамятстве мужчину, гадая какое именно заклинание поможет. Тело было слишком тяжелым, и девушка не могла перевернуть его, чтобы увидеть, насколько глубоки раны, а значит, нельзя было правильно рассчитать силу огня. Пришлось действовать наугад.

С трудом вспомнив уроки целительства, Элионора дрожащими руками начала плести заклинание. Искры то и дело вспыхивали на пальцах, но девушка гасила их: в больших количествах огонь мог лишь обжечь. Наконец, все было готово. Элионора накинула получившееся магическое плетение на некроманта.

Через несколько мгновений, показавшихся девушке вечностью, лорд Уиллморт пошевелился и застонал. С трудом он приподнялся на руках, попытался встать, после чего вновь рухнул, на этот раз на бок. Девушка невольно вскрикнула: камзол некроманта был разодран, а лохмотья, некогда бывшие белоснежной рубашкой, успели пропитаться кровью.

— Вам лучше не двигаться, милорд, раны могут открыться, а вы и так потеряли много крови, — предупредила Элионора.

Некромант нахмурился, словно пытаясь вспомнить, кто же эта девушка, и что она делает в его доме. Затем взгляд прояснился.

— Элионора… мы… что вы… где Гарри?

— Ваша тётя отправилась за ним.

— Моя тётя?

— Да. Леди Альмерия Уиллморт.

— Что за чушь! Альмерия мертва… — лорд Уиллморт нахмурился. — Подождите, вы познакомились с призраком?

— Да.

Некромант вздохнул и закашлялся, на губах появилась розовая пена.

— Помогите мне подняться, — распорядился он. Элионора хотела возразить, но лорд Уиллморт одним взмахом руки пресек все доводы. — Поверьте, чем быстрее я доберусь до своего кабинета, тем лучше!

Он начал вставать. Девушка попыталась удержать его за плечи.

— Милорд! — Гарри в сопровождении Реджи появились в холле. Призрак обеспокоенно кружил над головами.

— Джон…

— Не сейчас, — отмахнулся он, опираясь на слуг и все-таки вставая. Увидев раны на груди племянника, Альмерия ахнула:

— Кто это был?

— Грим… выскочил на меня… почти у самого дома, — с трудом переставляя ноги, некромант направился в свой кабинет. Капли крови все падали на пол. Гарри побледнел, но мужественно поддерживал своего господина. Реджи шел с другой стороны. По лицу конюха было заметно, что он напуган.

Грим был очень опасным существом, охраняющим склепы. Богатые люди всегда заказывали его у некромантов. Огромный черный пес, порожденный Тьмой, редко покидал кладбища и нападал на живых лишь когда они намеревались ограбить могилу. Тем удивительнее было появление нежити рядом с королевским дворцом.

В кабинете начальник Тайной канцелярии оттолкнул слуг и, пошатываясь, подошел к секретеру, стоявшему у стены. Темное дерево было щедро инкрустировано серебром и перламутром. Лорд Уиллморт приложил ладонь к одной из панелей, и она бесшумно отодвинулась.

Некромант достал из тайника небольшую бутылку из темного стекла и мензурку, попытался открыть, но руки слишком сильно дрожали.

— Элионора, — подозвал он девушку. — Вы не могли бы мне помочь?

— Да, конечно, — она подошла и забрала бутылку. — Сколько делений надо отмерить?

— Налейте до краев.

— Джон! — предупреждающе воскликнула Альмерия, но тот лишь отмахнулся.

— Делайте, что вам говорят! — рявкнул он Элионоре.

Та торопливо открыла бутылку и начала наливать в мензурку тягучую темную жидкость, напоминающую патоку.

— Все, хватит! — когда мензурка наполнилась почти до краев, некромант выхватил ее и буквально опрокинул себе в рот. Поморщился. — Какая все-таки гадость!

— Что поделать, милый, — промурлыкал призрак, подлетая ближе к племяннику. — Ты же сам настаивал, чтобы лекарство помогало мгновенно…

— Да, но это не повод делать его таким, — некромант доковылял до кресла и буквально рухнул туда, с наслаждением откинулся на спинку.

Элионора заметила, что его голос звучит гораздо бодрее, а губы вновь порозовели. Судя по всему, антидот начал действовать. Все еще держа лекарство в руках, девушка вопросительно взглянула на хозяина кабинета.

— Положите все обратно в ящик, — распорядился начальник Тайной канцелярии.

Элионора задумчиво взглянула на него:

— Там есть какие-то ловушки?

— Есть, но не бойтесь, моя магия вас не тронет, — он многозначительно посмотрел на кольцо.

— Хорошо, — девушка спокойно выполнила распоряжение мужа. Легкое покалывание в пальцах известило, что ловушки все-таки были, но некромант оказался прав: Тьма признала кольцо. Панель с легким шелестом опустилась, надежно скрывая секреты хозяина.

Повернувшись, Элионора заметила, что Альмерия смотрит на нее с легким удивлением. Девушка ободряюще улыбнулась призраку и направилась к мужу, сидевшему в кресле. Судя по прикрытым глазам, некромант балансировал на грани сознания.

— Гарри, принесите теплую воду, бинты и одежду для лорда Уиллморта, — распорядилась Элионора. — Реджи, ступай на кухню и завари крепкий сладкий чай.

— Да, миледи, — оба выдохнули и поторопились покинуть кабинет, где явственно пахло кровью.

Элионоре казалось, что уже весь дом пропитался этим запахом. Тогда, на площади Чести, она хорошо запомнила именно его, а еще алые пятна на грубом помосте, и голову, которую палач продемонстрировал беснующейся толпе. От воспоминаний к горлу подкатила тошнота. Элионора задышала чаше, стараясь прогнать её. Сейчас было не место и не время.

— Надо снять… — девушка подняла голову, но призрака уже нигде не было.

Элионора бросила задумчивый взгляд на дремавшего в кресле начальника Тайной канцелярии. Его одежда пропиталась кровью, и ей оставалось лишь гадать, остановилась кровь или нет. Слегка поколебавшись, девушка подошла к столу. Нож для бумаг нашелся сразу, он лежал около пресс-папье из черного оникса.

Стараясь не вспоминать о казни брата, Элионора взяла нож и направилась к мужу. Она была уже совсем рядом, когда некромант все-таки открыл глаза и насмешливо взглянул на нее.

— Решили воспользоваться моментом и избавиться от неугодного мужа? — понимающе хмыкнул лорд Уиллморт.

— Рада, что вы обрели возможность иронизировать, значит вам лучше, — холодно отозвалась девушка, оскорбленная его предположением, что она может напасть на раненого. — Я всего лишь хочу срезать пуговицы, чтобы снять ваш сюртук.

— Кинжал лежит в верхнем ящике стола, — подсказал некромант. — Думаю, им будет удобнее.

— Да, милорд, — девушка послушно достала клинок, подошла к мужу. Молча склонилась над ним.

Чтобы вновь не впасть в забытье, некромант, слегка прикрыв глаза, внимательно наблюдал за женой.

Напряженное лицо, сурово сжатые губы, янтарные глаза, сверкающие огнем и оттого кажущиеся просто золотыми.

Пуговицы падали на пол одна за другой.

— Вы ненавидите меня, — вдруг сказал он.

Утверждение застало Элионору врасплох. Она была уверена, что лорд Уиллморт снова задремал.

— Простите? — девушка слегка приподняла голову и вдруг поняла, что их лица находятся слишком близко друг от друга.

— Вы ненавидите меня, верно? — слабая улыбка блуждала на губах лорда Уиллморта. И если бы не его ледяной взгляд, девушка решила бы, что он попросту бредит. Она пожала плечами:

— С чего вы взяли?

— Ну, как же… я ведь арестовал вашего брата… разрушил вашу жизнь… силой принудил к замужеству… что там еще из моих прегрешений?

Элионора покачала головой.

— Альберт сам виноват в том, что случилось, — спокойно сказала она, возвращаясь к своему занятию, — Было бы нечестно обвинять кого-то в том, что он… Он сам выбрал свою судьбу…

Девушка замолчала. Молчал и некромант. Прядь золотисто-рыжих волос давно выбилась из прически и теперь щекотала ему кожу, но лорд Уиллморт не стал поправлять ее, опасаясь спугнуть склонившуюся над ним Элионору. Огненный маг, она и не замечала, как делилась так необходимым ему живительным теплом.

— Почему вы просто не разрежете ткань, ведь камзол все равно испорчен? — поинтересовался он, когда Элионора принялась за жилет.

— Вашим кинжалом проще заколоть. Чтобы разрезать ткань, мне понадобились бы ножницы, — пояснила девушка. — Готово. Теперь, милорд, если вы хотя бы чуть-чуть приподниметесь, я смогу снять с вас одежду…

— Вам так хочется это сделать? — пробормотал некромант скорее по привычке. Его то и дело охватывала слабость, хотелось просто закрыть глаза и заснуть, но он послушно подался вперед.

Элионора вспыхнула.

— Больше всего мне хочется пойти спать, — зло отчеканила она, — но я не могу оставить вас здесь в таком виде!

Яростно сверкая глазами, девушка все-таки сняла с лорда Уиллморта сюртук и жилет. Быстро срезала тонкую ткань рубашки и сдавленно охнула, увидев рассеченную плоть. Четыре неровных полосы, следы огромных когтей, пересекали грудь. Кожа была разрезана до мяса. Из одной из ран, самой глубокой, все еще выплескивалась кровь.

— Милорд! — камердинер, как раз в этот момент вошедший в комнату, при виде своего хозяина обомлел и чуть не уронил таз с водой.

— Гарри, принесите иголку и нитки, раны надо зашить! — приказала девушка, уже придя в себя и отбирая у слуги все, что тот принес.

— Не стоит так пугаться, — слегка беспечно произнес лорд Уиллморт, вновь вынырнув из полузабытья. — Антидот уже начал действовать, и, уверяю вас, к утру я буду, как новенький!

— Не думаю, — отозвалась Элионора, аккуратно смачивая в воде ткань и протирая кожу вокруг раны. — По-моему лучше всего было бы вызвать целителя.

— Думаю, что вы справитесь ничуть не хуже. Вы же умеете шить?

— Разумеется, но я никогда не шила… — Элионора нервно сглотнула и отвела глаза, избегая смотреть на алое месиво. Она знала, что антидот блокировал чужую магию, и потому стянуть края раны было невозможно.

— В этом нет ничего сложного, — почти галантно уверил некромант. — Вам только нужно представить, что шьете кусок батиста.

Элионора бросила на него убийственный взгляд.

— Позвольте я сама решу, что и как мне представить, — тихо, но очень твердо сказала она.

— Милорд, ваш чай! — Реджи вошел в кабинет. Судя по его виду, парень не слишком смутился при виде ран своего господина.

Конюх поставил поднос на стол и вопросительно взглянул на Элионору, ожидая дальнейших указаний. Девушка на секунду отвернулась и прикрыла глаза, пытаясь собраться с силами.

— Принеси нитки, иголку и… бренди, — наконец сказала она.

— Но миледи, бренди… — попытался возразить Реджи.

— Делай, как говорит леди Уиллморт, — жестко приказал некромант. Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

— Да, милорд, — слуга вышел.

В кабинете вновь воцарилось молчание. Элионора с тревогой посматривала на часы, пытаясь хоть как-то скрыть волнение. Ей еще никогда не приходилось сшивать человеческую плоть, и девушка панически боялась делать это.

— Ну, где же они? — пробормотала Элионора.

— Возможно, ищут нитки, — виновато улыбнулся некромант. — Знаете, у меня в доме их как-то очень мало. А беспокоить миссий Фейрфакс ни Гарри, ни тем более Реджи не решаться.

— Странно, что ни она, ни остальные слуги еще не проснулись.

— О, это все дом! — беспечно отмахнулся лорд Уиллморт. — Он никогда не позволит никому, кроме меня услышать то, что знать не надо.

— И как он определил, что слугам не надо знать о вашем состоянии?

— Я просто попросил. По той же причине, по которой не обратился к целителю.

— Могу я узнать причину вашего упрямства? — Элионора с каким-то вызовом посмотрела на мужа. Тот улыбнулся:

— Вы узнаете. В свое время.

Девушка хотела сказать колкость, но вдруг поняла, что голос раненого звучит достаточно твердо.

Она невольно бросила взгляд на раны и с удивлением заметила, что кровотечение все-таки остановилось, а края начали стягиваться.

— Вот видите, — мягко улыбнулся лорд Уиллморт, — я же говорил, что лекарство быстро подействует. Вам остается лишь перевязать меня и пойти спать.

— О, стоит ли затруднять себя? — язвительно отозвалась Элионора. Последние слова некроманта её задели. Нехотя, она все же взяла бинты и подошла к раненому. Он уже достаточно легко подался вперед, чтобы девушке удобнее было накладывать повязку.

Элионора потянула конец бинта, закрепила, повела вдоль тела и за спиной некроманта перехватила второй рукой… прядь волос вновь выскользнула из прически. Девушка невольно проследила за ней взглядом и вдруг поняла, что практически обнимает полуодетого мужчину. Слегка ошеломленная, она подняла голову и встретилась взглядом с зелеными глазами, на этот раз показавшимися просто черными. Некромант смотрел на нее, не мигая. Элионора замерла, не в силах отвести взгляд.

— Милорд, вот бренди! — Реджи вбежал в кабинет.

Девушка вздрогнула и отпрянула. Бинт упал на пол, белой полосой разматываясь по темному паркету.

— Похоже, Реджи, бренди мне не понадобится, — лорд Уиллморт почти весело взглянул на покрасневшую Элионору. — Лекарство подействовало, и единственное, что мне необходимо — лечь в кровать и выспаться. Проводи меня в спальню.

— Да, милорд! — слуга подскочил и помог некроманту встать. Все еще скованно двигаясь, тот заковылял к дверям. У самого порога лорд Уиллморт обернулся.

— Думаю, миледи, для всех будет лучше, если и вы вернетесь к себе в постель. Надеюсь, мне не надо просить вас не рассказывать никому о том, что случилось этой ночью?

— О, милорд, можете не волноваться! — слегка язвительно отозвалась Элионора. Пламя свечей за ее спиной заволновалось, выдавая её гнев. — Не думаю, что кому-то это будет интересно!

— Благодарю, — некромант слегка наклонил голову и вышел. — А, Гарри, вот ты где! Проводи меня в спальню, а потом вместе с Реджи уберите все! Я не хочу, чтобы слуги сплетничали, будто я болен!

Услышав это, Элионора лишь стиснула зубы и с негодованием посмотрела на кинжал, словно клинок был во всем виноват.

Глава 9

Лорд Уиллморт спустился к завтраку, когда солнце уже было над верхушками деревьев парка. Все еще чувствуя предательскую слабость, милорд не стал садиться во главе стола, а предпочел занять ближайший к двери стул. Гарри настаивал принести завтрак в спальню, но некромант терпеть не мог есть в постели. Как бы горничные не встряхивали простыни, после еды всегда оставались крошки.

Если выбирать между ними и головокружением на лестнице, милорд предпочитал последнее.

Вчера ночью Реджи постарался на славу, и ничего в доме не напоминало о ночном происшествии. Лорд Уиллморт подумал, что в последнее время слишком мало занимался с парнем, и надо бы возобновить их тренировки. Правда, для этого необходимо разобраться с делами…

К столовой он дошел уже пошатываясь. Если слуги и заметили состояния хозяина, то наверняка, списали на бурно проведенную ночь. Впрочем, ночь действительно выдалась весьма бурной.

Некромант доковылял до ближайшего стула и буквально рухнул на него. Провел рукой по лбу, смахивая испарину. Наверное, придется вновь использовать антидот. При мысли об этом лорд Уиллморт поморщился: откат после использования снадобья был хуже самого жесткого похмелья, но ему необходимо было увидеть Генриха и сделать это надо было непременно сегодня.

Некромант бросил быстрый взгляд на лакея, замершего у дверей, жестом позволил налить кофе из серебряного пузатого кофейника и махнул рукой, приказывая выйти из столовой.

— Тебе не кажется, что лучше бы было остаться в постели? — голос тёти показался слишком громким.

— Ты же знаешь, я ненавижу крошки, — меланхолично отозвался племянник, подцепляя ветчину, нарезанную тонкими полупрозрачными ломтиками. — Интересно, они не могут резать её чуть толще? Все равно я беру несколько кусков сразу?

— Джон, я серьезно! — Альмерия скрестила руки на груди, что выражало высшую степень негодования. — Яд от когтей грима просто так не проходит!

Некромант лишь усмехнулся и лениво задвигал челюстями. Даже жевать было тяжело.

— Ты хоть понял, откуда он взялся? — продолжал призрак.

— Яд?

— Рада, что ты не потерял способность язвить, но я спрашивала о гриме.

— Не-а, — лорд Уиллморт покачал головой и поморщился: комната вновь закружилась. — Ни одной родовой метки.

— Уверен?

— Альмерия, я наизусть знаю их все! — возмутился некромант. — Более того, многие из них я их лично ставил!

Это было одной из обязанностей некроманта: запечатывание склепа так, чтобы мертвые не могли помешать живым.

— То есть ты хочешь сказать, что кто-то смог создать грима?

— Скорее, изловить и привезти в Уолтерфолл.

Альмерия замерла над столом, пристально глядя на племянника, вновь занявшегося ветчиной.

— Хочешь сказать, что…

— Я ничего не хочу сказать, — тот отложил приборы. — Лишь то, что неизвестный грим оказался вдруг в пяти минутах ходьбы от королевского дворца.

Альмерия хотела еще что-то спросить, но некромант вдруг поднял руку, призывая тетю к молчанию. Он повернулся к двери ровно за секунду до того, как та отворилась, и на пороге возникла хрупкая женская фигура.

— Элионора, — движения все еще причиняли боль, и лорду Уиллморту пришлось стиснуть зубы, чтобы встать и поклониться. — Доброе утро!

— Милорд, — девушка чопорно кивнула в ответ, потом подняла голову к потолку и радостно улыбнулась. — Леди Альмерия, рада видеть!

— Взаимно! — отозвалась та. — Как прошла ночь? Вернее, ее остаток?

— В глубоком сне, — уверила ее девушка, призраку не стоило знать, что остаток ночи Элионора лишь дремала, тревожно вслушиваясь в звенящую тишину дома.

— И потому у вас темные круги под глазами? — Альмерия улыбнулась, заметив смущение девушки.

— Нет, — Элионора не стала придумывать отговорки. — Вы правы, я плохо спала. Все думала, сколько человек успело растерзать это чудовище до того, как наткнулось на лорда Уиллморта.

— Хороший вопрос! — призрак посмотрел на племянника. Тот дернул плечом и сразу же поморщился.

— Насколько мне известно — ни одного, — прошипел он сквозь зубы.

— Может быть, вы о ком-то не знаете?

— Тогда бы о нем знала ты, — лорд Уиллморт выдержал паузу. — Или ты что-то скрываешь?

— Нет, но, Джон, я могу всего не знать! — резко возразила Альмерия.

— Это потому, что ты постоянно появляешься здесь! — непочтительно ответил племянник.

— Вот как? Ты желаешь, чтобы я ушла?

— Я желаю, чтобы ты выяснила, не пропустили ли что-то мои люди.

Элионора переводила взгляд с мужа на призрака, моментально ставшего серьезным.

— То есть ты допускаешь… — начала Альмерия.

— Я допускаю что угодно, — оборвал ее лорд Уиллморт, его пальцы, впивавшиеся в спинку стула, побелели. — Потому буду признателен, если ты займешься моей просьбой.

— Мне проверить вновь пришедших из мира живых?

— Если тебя это не затруднит, — некромант коротко поклонился.

Призрак усмехнулся и с сожалением взглянул на Элионору.

— В таком случае, мне пора, рада была повидаться…

И она растаяла в воздухе. Девушка проводила ее взглядом.

— Почему вы так грубы с тетей? — спросила она у мужа.

— Если вы наведете справки, то узнаете, что я груб со всеми, — ответил тот. — Особенно, если плохо провел ночь, а по городу бегает неприкаянный грим.

— Вы…

— Убил его, да. Но если подозрения подтвердятся, то эта бестия, сожрав нескольких людей, вполне могла раздвоиться.

— И что тогда? — Элионора невольно побледнела при мысли о чудовище, свободно шастающем по улицам столицы.

— Тогда мои люди получат выволочку. Вы присоединитесь к завтраку?

— Нет! — слишком поспешно заявила Элионора, понимая, что не проглотит ни кусочка.

Лорд Уиллморт вызывающе хмыкнул. Девушка смерила его взглядом:

— Хотя… Да… наверное…

— Дайте знать, когда определитесь!

Элонора слегка покраснела и собиралась сказать что-то язвительное, но вовремя спохватилась и промолчала. С видимым спокойствием она присела на один из свободных стульев, с вызовом смотря на мужа.

Тот вновь занял свое место и принялся за еду. Элионора напряжено следила за некромантом. Наконец он поднял голову и вопросительно взглянул на девушку.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась она.

— Спасибо, весьма сносно, — лорд Уиллморт почти не лукавил. После той дозы антидота, что он выпил вчера, откат должен был начаться ближе к вечеру.

Элионора вновь уставилась в тарелку. Чтобы хоть как-то занять руки, она начала намазывать булочку клубничным джемом.

— Вы любите клубничный джем? — вдруг спросил некромант.

Девушка подняла на него глаза.

— Что?

— Клубничный джем. Вы его любите?

— Я? — совершенно искренне воскликнула она. — Да я его ненавижу!

— Тогда зачем? — лорд Уиллморт выразительно посмотрел на булочку с краев которой стекали полупрозрачные розовые капли джема. Элионора смущенно улыбнулась:

— Просто занять руки. Я… я не ожидала увидеть вас здесь.

Некромант осторожно, чтобы не потревожить больное плечо, развел руками:

— К Генриху мне до полудня не попасть, все остальное я решил отложить на потом. Пытки могут и подождать, — в голосе звучала явная насмешка.

— К Генриху? — Элионора решила проигнорировать шутку дурного тона. — Вы говорите так о короле?

— Да. Но в узком кругу, — некромант отпил кофе. — Мы росли вместе. Моя тётя была любовницей его отца.

— Предатель, — раздалось шипение.

Лорд Уиллморт лишь хмыкнул, а Элионора не смогла сдержать улыбки. Альмерия с недовольным выражением на лице вновь возникла перед живыми.

— Мог бы и не упоминать это! — укорила она племянника.

— Как бы тогда я узнал, что ты подслушиваешь? — отпарировал он.

— Вы и правда были любовницей… — Элионора выразительно замолчала.

Призрак грустно улыбнулся:

— Правда. Ричард погиб, когда на столицу обрушилась Черная смерть. А я… — призрак махнул рукой. — Именно потому я и не смогла выжить… Прошу прощения…

Альмерия медленно растаяла в воздухе.

— Я сказала бестактность? — Элионора вопросительно взглянула на мужа. Тот покачал головой:

— Нет. Тетя никогда не скрывала этого. Странно лишь то, что вы не знали… впрочем, вам тогда было лет двенадцать?

— Четырнадцать, — Элионора внимательно посмотрела на мужа. — Только не говорите, что вы не знали, сколько мне лет!

— Никогда не придавал этому значения, но, если вы желаете проверить, что мне о вас известно, я прикажу доставить вашу папку, — равнодушно предложил лорд Уиллморт.

— Мою папку?

— Да. Она находится в архиве Канцелярии. Там все указано.

Элионора побледнела и, отшвырнув салфетку с колен, вскочила.

— Вы… вы… — голос срывался от гнева, мысли прыгали, и она не сразу смогла высказать все, что творилось у нее в душе. — Вы вынудили меня выйти за вас замуж, даже не потрудившись запомнить хотя бы элементарные вещи?

— Я не вынуждал, — вкрадчиво отозвался начальник Тайной канцелярии. Он спокойно встал и теперь с насмешкой смотрел на девушку, за спиной которой вспыхнул огонь в камине. — Вы сами решили, выбирая из двух зол меньшее…

— Как я ошиблась!

— В ваших силах все исправить…

— Что?

— Вы вольны принять монашество и сейчас. Если это — ваш выбор, кто я такой, чтобы соревноваться с Триединым? — некромант явно насмехался.

К его удивлению, его слова, призванные еще больше разозлить Элионору, возымели обратный эффект. Ярость погасла. Вместо нее в душу вползла усталость.

— Я действительно не знаю, кто вы такой, милорд, — тихо сказала девушка. — Но вы правы, тогда мне казалось, что вы — меньшее зло…

Она повернулась и направилась к выходу. Некромант долго смотрел девушке вслед, потом перевел взгляд на булочку, так и оставшуюся лежать на краю тарелки. Джем все еще медленно стекал с подрумяненных боков на белоснежный фарфор.

— Милорд, все готово, — Реджи заглянул в столовую.

Некромант кивнул.

— Иду!

Бросив последний взгляд на тарелку, он залпом допил кофе и вышел. Работать можно было не выходя из особняка, а начальнику Тайной канцелярии просто необходимо было знать, откуда появился грим.

***

Элионора не стала подниматься к себе в комнату. Не желая никого видеть, девушка вышла в парк и долго бродила по дорожкам, усыпанным рыжими листьями.

Слова мужа, его насмешливый тон все не шли из головы. Самое ужасное, что он действительно был прав: Элионора лишь выбирала меньшее из зол. Замужество, с его обязанностями по рождению мужу наследника тогда казалось более естественным и привычным, чем заточение в келье.

Сейчас Элионора не была уверена в правильности своего решения. Лорд Уиллморт предложил все изменить, и девушка всерьез обдумывала, не принять ли ей это щедрое предложение. Она даже начала вспоминать монастыри, куда можно было бы удалиться, но все они казались слишком неуютными.

Из тягостных раздумий Элионору вывел изумленный оклик:

— Нора!

Девушка подняла голову и встретилась взглядом с Абигайль Вендер с каким-то ужасом смотревшую на подругу сквозь кованую решетку ограды.

— Эбби? — Элионора замерла, не зная, как подруга отнесется к встрече.

— Что ты там делаешь?

— Гуляю.

— Но это же…

— Да. Дом лорда Уиллморта.

— Эбби, — леди Вендер величественно подплыла к дочери. — Тебе не говорили, что неприлично…

Она осеклась и выпучила глаза, рассматривая Элионору.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась та. — Как поживаете?

Леди Вендер смерила бывшую подругу дочери пристальным взглядом. От достопочтенной леди не укрылось, что сестра графа Артли была без шляпки и перчаток, что вкупе с недавними событиями наводило на определенные мысли. Во всяком случае почтенной леди стало понятно, почему сестру графа Артли не коснулись обвинения участия в заговоре.

Под пристальным взглядом Элионора слегка покраснела, что было расценено леди как признание в грехопадении. Конечно, девушка оказалась в той ситуации, когда потеря добродетели была бы меньшим злом, чем потеря жизни. Но этот поступок, а также проживание в доме своего любовника делало общение юной мисс Вендер с бывшей подругой неприемлемым.

Леди Вендер слегка усмехнулась и обернулась к дочери.

— Милая, пойдем, — проворковала она. — Приличной девушке не стоит поддерживать такие знакомства.

— Но, мама, ведь Нора… — робко возразила Абигайль.

— О ней теперь есть кому позаботиться, не так ли?

Подхватив дочь под руку, дама решительно направилась прочь, шагая так стремительно, что той приходилось почти бежать.

Элионора проводила их мрачным взглядом. Ей было противно. Девушка вспомнила, как леди Вендер поощряла дружбу своей дочери, в надежде, что Альберт обратит внимание на Абигайль.

— Мисс Элионора, вот вы где! — горничная показалась на тропинке. — Что вы забыли около ограды?

Девушка невольно улыбнулась. В суровом вопросе Мери-Джейн было столько заботы, что на душе мгновенно вновь стало тепло.

— Ничего, — она покачала головой. — Ничего важного.

— Тогда пойдемте! Негоже вам давать повод для сплетен!

Элионора бросила взгляд на противоположную сторону улицы, и заметила нескольких горничных, с нескрываемым любопытством рассматривающих её.

— Да, ты права, — нетрудно было понять, какие слухи скоро разойдутся по городу.

Женщина в доме отпетого холостяка, каким слыл лорд Уиллморт. А уж упоминание о золотисто-рыжих волосах этой женщины…

Элионора зло усмехнулась. Тем хуже для тех, кто поверит в слухи. Их ждет большое разочарование. Девушке вдруг действительно захотелось пойти на бал, чтобы увидеть ошеломленные лица бывших знакомых. Хотя бы одно это стоило того, чтобы выйти замуж.

Девушка надменно взглянула на смутившихся горничных и отвернулась.

— Пойдем в дом, — тихо сказала она.

Ужинать пришлось в одиночестве — муж предпочел оставаться в своей комнате. Элионора предполагала, что это желание вызвано тем, что антидот прекратил свое действие.

Но спрашивать о самочувствии некроманта девушка не стала, опасаясь прослыть не в меру любопытной. Смирившись со скукой, она поднялась к себе в спальню, куда Мери-Джен принесла перешитое бальное платье.

Золотистое, с черными бархатными драпировками на талии и лентами, поддерживающими пышные рукава, оно стало еще более элегантным

— Прекрасно! Пожалуй, это может даже войти в моду! — девушка невольно залюбовалась своим отражением в огромном зеркале. — Мери-Джейн, ты просто волшебница!

— Если бы… — вздохнула та, расправляя оборки. Покончив с этим, горничная отступила на несколько шагов, критически осматривая свою работу. — Не нравится мне все это!

— Платье? — Элионора еще раз расправила юбки, на этот раз очень тщательно.

— Брак ваш не нравится! — горничная, наконец, решилась. — Скажите на милость, что вдруг понадобилось этому лорду Уиллморту от вас?

— Откуда я знаю? — Элионора сказала это достаточно резко. — Возможно, ему нужен наследник?

— Он ведь не приходит к вам ночью, верно? — служанка чуть прищурила глаза.

— Нет, — девушка слегка покраснела, но понимала, что нет смысла отрицать очевидное. — Он не приходит.

— Вот видите! — Мери-Джейн вздохнула. — Не к добру это!

Элионора кивнула и вновь отвернулась к зеркалу. Верная служанка озвучила как раз те мысли, которые беспокоили саму девушку. Самый завидный жених королевства, тот, за кем вот уже много лет велась охота на всех балах, отнюдь не просто так выбрал себе в жены сестру заговорщика. Это можно было сделать либо от большой любви, либо… второе «либо» в голову не приходило.

— К тому же этот бал! — продолжала Мери-Джейн. — Все знают, что вы должны соблюдать траур…

— Траур по мятежнику? — невольно Элионора повторила слова мужа.

— Кем бы ни был Альберт, он был вашим братом, мисс! — строго указала горничная. — И вы должны блюсти траур, а не танцевать на балах!

— Да, Альберт был моим братом, — с горечью повторила девушка. — Из-за него меня арестовали, допрашивали, лишили всего…

Не в силах справиться с чувствами она закружила по комнате. Свечи полыхали все ярче и ярче, а огонь камина взметнулся почти до трубы.

— Да знаешь ли ты, что такое сидеть в темном кабинете, когда за стеной слышны стоны и вопли? Ждать, когда придет твой личный палач? А потом слушать то, что с тобой сделают, если ты не скажешь им правду? А ты просто не знаешь эту правду!!! — она закрыла лицо руками.

— Ох, мисс, — Мери-Джейн неловко обняла хозяйку, желая утешить, но тут же охнула и отстранилась, — милорд?

Элионора отняла руки от лица. Её муж стоял на пороге спальни, прислонившись к дверному косяку. Глаза некроманта недобро светились.

— Оставь нас, — он мотнул головой, приказывая горничной выйти.

К удивлению Элионоры, Мери-Джейн лишь скрестила руки на груди и подчеркнуто медленно перевела взгляд на свою хозяйку, демонстрируя, что будет исполнять лишь её распоряжения.

Лорд Уиллморт криво усмехнулся:

— Элионора?

Было заметно, что он едва сдерживается. Горничная сделала шаг вперед, закрывая свою госпожу, но некромант покачал головой.

— Это — лишнее!

— Мери-Джейн, пожалуйста, — тихо попросила девушка, понимая, что разговора с мужем не избежать.

— Да, миледи, — та сделала положенный книксен и неторопливо вышла.

— Прекрасный образец верной служанки, — заметил лорд Уиллморт, плотно закрывая дверь.

— Что вы хотите? — Элионора заметила, что Тьма вновь всколыхнулась в углах, и невольно обхватила себя руками за плечи.

— Я хочу знать — кто? — голос звучал жестко.

— Кто? — переспросила девушка.

— Кто позволил себе так обращаться с вами? — он подошел почти вплотную.

— Зачем вам это?

— Ответьте!

Она смело взглянула прямо в зеленые глаза, где плескала все та же Тьма.

— Нет!

— Могу я узнать, почему?

— Этот человек лишь выполнял свою работу. Не его вина, что… — девушка прикусила губу, обрывая себя на полуслове.

— Что я приказал ему? — мягко, слишком мягко произнес лорд Уиллморт. — Ведь именно это вы и хотели сказать, не так ли?

— Да.

Некромант вновь усмехнулся.

— И все же, Элионора, кто позволил себе такое? Уверяю, мне достаточно легко узнать это, запросив папку с вашим делом…

— Тогда зачем вы спрашиваете у меня?

— Может, мне хочется произвести на вас приятное впечатление?

— Вы не нуждаетесь в этом! — выпалила девушка.

Лорд Уиллморт расхохотался.

— Право, в который раз вы меня удивляете, — произнес он между двумя взрывами хохота.

Внезапно смех оборвался. Некромант шумно выдохнул и потер плечо.

— Вы позволите? — он кивнул на кресло. — Признаться, после вчерашних событий я слегка гм… не в форме.

— Да, конечно. Как вы себя чувствуете? — спохватилась Элионора.

— Сносно, — он опустился в кресло и закинул ногу на ногу. Затем вновь взглянул на девушку, все еще стоявшую посередине комнаты. — Вы — удивительная женщина. Ненавидите меня и в тоже время беспокоитесь о моем здоровье.

— Возможно, я пытаюсь понять, как скоро стану вдовой, — съязвила она, слегка уязвленная насмешливым тоном.

— Именно поэтому вчера вы полночи возились со мной? Наверняка, чтобы никто не заподозрил вас в корысти?

— Возможно, — Элионора внимательно посмотрела на мужа. — К чему весь этот разговор, милорд?

— К тому, что я никогда не отдавал своим людям распоряжений относительно вас. Особенно таких, — голос звучал достаточно резко. — Я прекрасно знал, что вы непричастны к глупым идеям вашего брата.

— Но тем не менее вы отдали приказ о моем аресте.

— Всего лишь о том, чтобы вы не покидали столицу. Мои люди слегка перестарались… — лорд Уиллморт вновь вздохнул. — И теперь мне приходится расхлебывать последствия.

— Вы хотите сказать, что этот брак… что вы расхлебываете последствия? — ужаснулась девушка.

— Отчасти, да.

Огонь вновь взметнулся, разгоняя Тьму.

— Убирайтесь! — Элионора решительным шагом пересекла комнату и распахнула дверь.

— Что?

— Я не нуждаюсь ни в вашей жалости, ни в вашем желании искупить свою вину! Поэтому — уходите!

— Как пожелаете, — некромант улыбался, хотя глаза просто заледенели.

Он с трудом поднялся и, слегка покачиваясь, направился к выходу. Уже в дверях он обернулся и смерил девушку насмешливым взглядом.

— Черные ленты прекрасны, миледи, но ваша горничная зря старалась: во время представления вы должны быть одеты в цвета Уиллмортов. Я распоряжусь, чтобы завтра вам прислали портниху. Доброй ночи.

— Спокойной ночи, милорд! — прошипела Элионора, еле сдерживаясь, чтобы не хлопнуть дверью. Каким бы ни был хозяин, дом не заслуживал грубого обращения.

Глава 10

— Он меня пожалел, Мери-Джейн! Он меня пожалел! — возмущалась Элионора, вынужденная на следующий день пересказать все служанке. Как бы ни унизителен был рассказ, верная горничная заслужила знать правду.

За окном мерно стучал дождь. Он начался уже под утро. Противный и по-осеннему промозглый, заставлявший кутаться в теплый плед и уныло посматривать на низкое серое небо. Даже деревья в парке и те поникли, осознавая неизбежность холодов.

Элионора, отвратительно спавшая уже которую ночь подряд, теперь сидела около зеркала, а Мери-Джейн терпеливо укладывала волосы в замысловатую прическу. Задача была не из легких: раздираемая эмоциями, девушка то и дело крутилась, и пряди выскальзывали из рук.

— Сидите смирно! — потеряв терпение, горничная одернула девушку. — Вы же не собираетесь весь день провести у зеркала!

— Не думаю, что кому-то в этом доме есть дело, как я провожу свое время, — тем не менее Элионора послушно замерла, давая служанке закончить работу.

— Вот уж не понимаю, что вас так задело, — произнесла Мери-Джейн, старательно закалывая пряди шпильками. — Вам все лучше быть замужем и жить здесь, чем оказаться в монастыре.

— А как же моя гордость? — Элионора даже подскочила и тут же ойкнула, поскольку горничная невольно дернула за прядь волос, которую держала в руке. — Моя гордость — вот что мне оставалось после того, как… и вот лорд Уиллморт разрушил и это. Пожелай он продолжить свой род, потребуй от меня супружеских обязательств, я бы все стерпела, но только не это…

Горничная опять дернула за прядь, на этот раз умышленно.

— Не говорите глупостей, мисс, — посоветовала она, заканчивая работу. — С вашим характером вы бы ничего не стали терпеть. Спалили бы дом, да и его хозяина заодно.

— Звучит заманчиво, — девушка невольно улыбнулась. Ветер недовольно зашумел в печной трубе и камин выплюнул сажу в комнату.

— Хотя дом я бы сжигать не стала, он мне нравится, — поспешно добавила Элионора.

В ответ ей раздался одобрительный скрип дверей.

— Все, готово! — Мери-Джейн отошла, чтобы полюбоваться результатом своих трудов.

Элионора достаточно резко встала.

— Ну и что мне теперь делать? — спросила она.

— На вашем месте я бы позавтракала, — отозвалась горничная. — А то вы вон вся бледная, и круги под глазами. А все ваш братец, будь он неладен!

— Альберт не… — Элионора осеклась и усмехнулась. — Да, ты права, именно он заварил всю эту кашу и расплатился сполна…

Она задумчиво покусала губы. Альберт, старший брат, наследник, которому отец никогда и ни в чем не отказывал. У него было все: деньги, земли, титул, но он все равно пожелал бо́льшего. И потерял все. Более того, потянул сестру за собой в пропасть.

В носу защипало. Элионора несколько раз моргнула, сдерживая слезы. Как бы эгоистично не звучало, она оплакивала не брата, которого никогда не любила, а свою прежнюю размеренную жизнь. Альберт отнял её. Уже за одно это можно было его возненавидеть, если бы он не поплатился за все своей жизнью.

Элионора вдруг поняла, что мечется по замкнутому кругу. Альберт мертв, а она стала женой лорда Уиллморта. И каковы бы ни были изначально намерения некроманта, став его женой, Элионора должна была вести себя, как и пристало знатной даме, а не рыночной торговке. И для начала надо было извиниться перед мужем за резкие слова, сказанные вчера ночью.

С этими мыслями Элионора спустилась в столовую. Как она и предполагала, завтракать пришлось в одиночестве. От сумбурных мыслей кусок не лез в горло, но девушка заставила себя проглотить хоть что-то.

После завтрака она решительно направилась в личные покои хозяина дома, но встретившийся на пути Гарри поведал, что милорд уже встал и находится в кабинете. В голосе камердинера слышалось неодобрение. Девушка вопросительно посмотрела на него, но слуга лишь пожал плечами, давая понять, что не станет ни с кем обсуждать своего господина. Элионоре пришлось вновь спуститься на первый этаж.

Она как раз поднесла руку, чтобы постучать, когда дверь распахнулась. Мужчина в форме следователя Тайной канцелярии буквально вылетел из комнаты, огромным платком вытирая пот с облысевшей головы. Несмотря на то, что платок закрывал половину лица, Элионора сразу его узнала. Именно этот человек торжествующе ворвался в её дом, чтобы арестовать сестру заговорщика.

Девушка невольно вздрогнула, вспомнив грубость и те многозначительные взгляды, которые следователь бросал на нее.

«— Вы же понимаете, моя дорогая…вы красивая девушка, невинная… но я люблю невинных… мы можем договориться…

— Я предпочитаю тюремное заключение.

— Вы просто не знаете, что с такими, как вы, делают в тюрьме…»

Сейчас от мнимого самодовольства не осталось и следа. Следователь был бледен, а его руки явно подрагивали.

— Миледи, — он почтительно склонился перед Элионорой, тщательно скрывая испуг. В том, что он узнал ее, девушка не сомневалась.

Холодно кивнув в ответ, Элионора устремила свой взгляд на мужа, который при виде жены вскочил и с каким-то мрачным удовольствием созерцал эту сцену. Тьма радостно клубилась в углах, получив свою дань. Страх. Элионора явственно ощутила страх, все еще витавший в комнате. Тем не менее она все-таки спросила:

— Вы позволите, милорд?

— Заходите!

Она заметила, что некромант рукой опирался на столешницу.

— Почему вы встали с постели? — вырвалось у Элионоры.

— Я рекомендую вам сначала закрыть дверь, а потом уже задавать вопросы! — достаточно резко отозвался лорд Уиллморт. Было видно, что он не в настроении. Тьма мгновенно затаилась, опасаясь гнева своего хозяина.

— Простите… — девушка послушно закрыла дверь и вновь повернулась к хозяину кабинета. — Возможно, мне стоит зайти позже?

— Зачем? Присаживайтесь! — он указал на одно из кресел, стоявших у камина. — Вас не затруднит разжечь огонь? Здесь прохладно.

Элионора с сомнением взглянула на лорда Уиллморта, понимая, что его, скорее всего знобит, но наставать на том, чтобы муж вернулся в свои покои, не решилась. Она неловко щелкнула пальцами, огонь вспыхнул и весело затрещал на отсыревших за ночь дровах.

— Итак, что вы хотели? — некромант подошел и рухнул во второе кресло.

— Извиниться, — желая как можно быстрее покинуть негостеприимную комнату, девушка не стала ходить вокруг да около. — Вчера вечером я вела себя непростительно грубо…

— О, вы вольны вести себя так и дальше! — отмахнулся лорд Уиллморт, — Поверьте, меня это ничуть не задевает!

Элионора впилась ногтями в ладонь, стараясь сдержать все резкие высказывания.

— Это задевает меня, — сухо отозвалась она.

В ответ некромант пожал плечами.

— Что-нибудь еще?

— Да, — поняв, что ее фактически выгоняют, девушка встала. — Я лишь хотела сказать, что вы — самый грубый человек, которого я когда-либо встречала в своей жизни!

К её удивлению, некроманта это лишь развеселило.

— А как же Гаррисон? — спросил он, тоже поднимаясь и опираясь на спинку кресла.

— Гаррисон?

— Следователь, который арестовал вас и потом пытался допросить…

— О… — Элионора невольно покраснела. — Я не запомнила его имени…

— Оно указано в вашем деле, — лорд Уиллморт неприятно усмехался. — Так как же, Элионора, кто более груб, я или Гаррисон, делавший вам непристойные предложения? Или, может быть, ваш брат, когда он возвращался домой после очередной бурной вечеринки с приятелями?

— Я почти не встречалась с Альбертом, когда он был в таком состоянии! — запальчиво возразила Элионора и прикусила язык, понимая, что почти выдала себя.

— Ну хоть в этом вам повезло, — отозвался некромант. — А поскольку, как вы заметили, я и сам не отличаюсь хорошими манерами, не берите в голову слова, которые у вас могут вырваться в гневе. Во всяком случае я сам не придаю им значения.

Пламя в камине взметнулось, но тут же почти погасло. Элионора холодно взглянула на мужа.

— Да, милорд. Как вам будет угодно.

Присев в безупречном реверансе, девушка вышла.

— Так ты никогда не завоюешь её расположение, Джон! — Альмерия появилась за спиной племянника, все еще задумчиво посматривающего на дверь. — Она скорее возненавидит тебя, чем полюбит.

— Возможно, — слишком спокойно отозвался тот. — Но, чем скорее это произойдет, тем больших разочарований Элионора избежит, живя со мной.

Глава 11

День бала приближался очень медленно и, между тем, очень быстро. Обещанная лордом Уиллмортом модистка приехала в тот же день, сняла мерки, посокрушалась, что времени совсем мало и пообещала прислать платье как можно скорее.

Предоставленная самой себе, Элионора гуляла по парку, общалась с Кьярой, которая все больше и больше привязывалась к девушке. Очень часто на конюшне она встречалась и с Реджи. При виде хозяйки парень бледнел и мялся. Элионора понимала, что конюх, скорее всего влюбился. Она даже намеревалась поговорить с Реджи, но по здравом размышлении отказалась от этого. Ведь это означало, что она предала значение поступкам слуги, которые леди Уиллморт просто не касались.

Мужа девушка не видела.

Как говорили слуги, он очень рано уходил на службу, и если возвращался, то уже глубокой ночью. Несколько раз Элионора просыпалась оттого, что слышала, как хлопала входная дверь, но вставать, а уж тем более встречаться с некромантом девушке не хотелось.

Теперь Элионора стояла в комнате, терпеливо ожидая, пока Мери-Джейн тщательно расправит складки на бальном платье. Признаться, портниха постаралась на славу. Пышные юбки из тафты шоколадного цвета, по которой пробегали огненные искры, золотистый лиф, расшитый черными бархатными розами и полупрозрачные рукава, оставлявшие плечи обнаженными — платье было прекрасно. Правда, насколько Элионора помнила, цвета Уиллмортов были белый, бирюзовый и золотой.

Волосы хозяйки Мери-Джейн сколола затейливым узлом на затылке, выпустив несколько локонов так, чтобы они падали на плечи, подчеркивая белизну кожи. Горничная уже почти закончила, когда дверь распахнулась, и лорд Уиллморт вошел в спальню жены. Он был одет в парадный белый мундир с золотыми эполетами, через плечо перекинута орденская лента, темные волосы собраны в аккуратный хвост и скреплены черной лентой, концы которой были усыпаны бриллиантовой пылью. Перчатки некромант держал в руке.

— Миледи, — чопорно поклонился он.

— Милорд, — холодно кивнула Элионора, память о последней ссоре все еще была свежа.

— Полагаю, мне стоит сказать, что вы прекрасно выглядите?

— Здесь нет никого, кроме моей горничной, так что не стоит попусту сотрясать воздух!

К её удивлению, лорд Уиллморт улыбнулся:

— Вы действительно прекрасны!

Пользуясь тем, что Элионора ошеломленно взирала на него, некромант с видом фокусника достал из рукава красную бархатную коробочку и открыл её. Драгоценные камни тускло блеснули в полумраке спальни.

Лорд Уиллморт достал колье и, игнорируя Мери-Джейн, лично застегнул его на шее жены. Золотые ажурные розы, усыпанные точно капельками росы бриллиантами и жемчужинами. На секунду камни вспыхнули, и Элионора с опозданием сообразила, что они пропитаны магией Тьмы. Где-то позади ахнула Мери-Джейн.

— Но… — прошептала девушка.

— Вас что-то смущает, моя дорогая? — некромант слегка изогнул бровь.

— Эти камни… — она хотела возразить, что ожерелье — слишком дорогой подарок, но муж лишь беспечно махнул рукой.

— Они подстроятся под вас, дайте им время, — лорд Уиллморт надел перчатки и протянул руку Элионоре. — Пойдемте! Не нужно, чтобы кони застаивались.

Четверка вороных моро, запряженная в карету из полированного черного дерева с золотыми гербами на дверцах, уже ждала у крыльца. Реджи, облаченный в парадную униформу, уже сидел на козлах.

— Все черное? — девушка повернулась к мужу.

— Надо же соответствовать слухам, — почти промурлыкал он так, чтобы никто кроме Элионоры не услышал.

Дворецкий лично подал плащ хозяйке дома.

Элионора неспешно поднялась в карету, расправила пышные юбки и лишь тогда взглянула на мужа.

— Почему вы изменили свое мнение по поводу платья? — напрямик спросила она.

— Простите?

— Вы заявили, что я должна быть одета в цвета Уиллмортов. Насколько я помню, это — бирюза, белый и золотой.

Некромант хмыкнул:

— А вы хотели, чтобы платье было непременно этих цветов?

— Нет, но…

— Тогда в чем же дело? — он стукнул два раза в стенку за головой, давая знак двигаться. — В конце концов, в ливрею этих цветов облачен Реджи. Так что приличия соблюдены.

— Удивительно, как вы умудряетесь унизить, даже не задумываясь! — прошипела Элионора.

— Унизить? Напротив, я привел вас в воинственное расположение духа! — воскликнул лорд Уиллморт. В эту минуту огонь фонаря в карете ярко вспыхнул, осветив лицо некроманта. Тьма зашипела и уползла прочь.

Ехать пришлось недолго. Вскоре экипаж остановился в ожидании своей очереди, чтобы подъехать к крыльцу королевского дворца.

Даже сквозь закрытые дверцы до Элионоры доносился шум: скрип колес, хлопанье дверец карет, оживленные разговоры людей. Понимая, что ей сейчас придется выйти и оказаться под пристальными взглядами, девушка невольно вжалась в сиденье, стремясь оставаться в тени так долго, как это возможно. Как она ни готовилась к этому, страх оказался сильнее.

Заметив это, лорд Уиллморт почти нежно сжал пальцы жены.

— Посмотрите на меня, — приказал он.

Элионора нехотя подняла голову. Зеленые глаза некроманта горели каким-то мрачным огнем. Сквозь кожу перчаток девушка чувствовала тепло пальцев некроманта.

— У вас все получится, Элионора, — тихо, но очень веско произнес он. — Покорите их! Заворожите своим огнем, и все эти люди вновь падут к вашим ногам!

— Мне это не нужно, — прошептала она, не в силах отвести взгляд.

— Это нужно мне. От этого зависит очень многое. Помогите же мне, прошу вас!

С каким-то странным волнением лорд Уиллморт всматривался в лицо девушки, словно от ее ответа зависела его жизнь. И Элионора кивнула, подчиняясь его просьбе.

В этот самый момент карета вновь тронулась, чтобы остановиться прямо напротив крыльца. Реджи, соскочив с козел, услужливо распахнул дверцу.

— Милорд, миледи…

— Накиньте капюшон! — распорядился лорд Уиллморт.

Он легко выскочил наружу, протянул руку жене. Выдохнув, Элионора беспомощно посмотрела на Реджи и вложила пальцы в ладонь мужа. Когда она вышла из кареты, огромный капюшон плаща шелковыми складками падал на плечи, скрывая лицо.

Поднимаясь по ступеням, девушка чувствовала на себе любопытные взгляды. Нога скользнула по камню, и Элионора оступилась. Тут же крепкая рука поддержала её.

— Ничего не бойтесь, — прошептал некромант еле слышно. — Я буду рядом.

Тьма на мгновение окружила, заботливо отгораживая от мира, и тут же рассеялась.

Огромный мраморный холл, украшенный колоннами, сотни свечей, отражающихся в хрустальных подвесках золоченых канделябров. Пестрые платья, темные вечерние костюмы, золото мундиров и запах нагоревшего воска, смешанный с запахом духов и лавандовой воды, от которой начинало ломить в висках. Гул голосов за спиной сменился удивленным: «Ах», когда Элионора плавно скинула плащ подскочившему к ней лакею.

Лорд Уиллморт криво улыбнулся, явно наслаждаясь всеобщим изумлением.

— Браво, моя дорогая, — прошептал он. — Думаю, сегодняшний бал запомнится многим.

Ослепительно улыбаясь, некромант повел жену к ажурной лестнице из белого мрамора.

Многозначительные оценивающие взгляды заставили девушку расправить плечи. Опираясь на руку мужа, она шла по ковровым дорожкам, стараясь не замечать ехидных перешептываний. Элионора прекрасно понимала, что все, кто видел её сейчас, гадали, какие же отношения связывают сестру мятежника и начальника Тайной канцелярии. Несколько мужчин, стоявших в углу, явно восхищались дерзостью лорда Уиллморта, осмелившегося открыто привести на королевский бал свою любовницу.

— Нет, вы поглядите, какая наглость! — зашипел в углу кто-то достаточно громко, чтобы Элионора наверняка услышала. В ответ девушка лишь еще больше выпрямила спину, про себя молясь, чтобы все это закончилось как можно скорее.

Они миновали несколько комнат и остановились у приветливо распахнутых дверей, откуда лилась музыка. Церемониймейстер короля, высокий седовласый мужчина, преградил дорогу.

— Простите, милорд…

Начальник Тайной канцелярии слегка склонился к нему и с довольно неприятной улыбкой что-то прошептал на ухо. Мужчина вздрогнул и еще раз поклонился.

— Прошу прощения, милорд, миледи… — он отступил в сторону, позволяя войти. Элионора бросила на мужа вопросительный взгляд, но тот сделал вид, что не заметил его, уверенно ведя девушку в центр зала.

Бой часов на дворцовой башне возвестил, что уже полночь. Музыка стихла, а церемониймейстер вышел вперед.

— Его величество король Генрих Десятый и её величество королева Изабелла! — громко возвестил он.

Лакеи распахнули двери и их величества вошли в зал. Шорох платьев, скрип туго затянутых корсетов, гулкий звук шагов… присев в реверансе, Элионора заученно опустила взгляд в пол, радуясь заслуженной передышке.

Король с королевой прошли между рядами склонившихся придворных и заняли свое место на троне.

— Рад приветствовать вас, — негромко сказал Генрих, давая сигнал собравшимся встать.

Тут же в зале возникла суета. Воспользовавшись этим, некромант вновь подхватил жену под руку и направился к ступеням трона.

— Ваши величества, — начал он достаточно громко, чтобы перекрыть шум. В зале моментально стало тихо.

— Нет, ну какова наглость! — воскликнул кто-то за спиной, на него тут же шикнули, призывая к порядку.

— Лорд Уиллморт! — Генрих махнул рукой, позволяя другу подняться на ступени.

Королева, достаточно миловидная женщина, приветливо улыбнулась, правда тут же слегка нахмурилась, глядя на Элионору. Некромант весело сверкнул глазами, явно наслаждаясь смущением жены друга.

— Позвольте представить вам свою жену, леди Уиллморт, — он сказал это так громко, чтобы услышали все.

После его слов в зале наступила абсолютная тишина. Лишь какая-то муха, непонятно откуда взявшаяся, громко жужжа билась о стекло, желая вылететь наружу.

— Леди Уиллморт, — король приветливо кивнул Элионоре. — Как поживаете?

— Благодарю, — она склонила голову. Вымолвить «прекрасно» было выше её сил. Впрочем, этого и не требовалось.

— Лорд Уиллморт! — королева поспешила поддержать друга мужа. — Я должна рассердиться на вас! Вы не сказали, что собираетесь жениться!

— О, все было слишком… внезапно, да, пожалуй, это самое верное слово! — очаровательно улыбнулся некромант, с благодарностью включаясь в игру. — Раз, и я уже в плену!

— Кто бы мог подумать, что вас так легко покорить, прежде вы славились своей неприступностью! — ехидно отозвался король и повернулся к Элионоре. — Леди Уиллморт, я очарован!

— Благодарю, ваше величество.

— Надеюсь в ближайшее время вы навестите меня, чтобы рассказать все подробности вашего бракосочетания! — подхватила королева, ободряюще улыбаясь.

Элионора невольно вздрогнула, а лорд Уиллморт шутливо воскликнул:

— Ваше величество, пощадите!

— Неужели вы проявили слабость, милорд?

— Это была абсолютно романтическая история, — глубокомысленно заметил он, подхватывая жену под руку и вновь кланяясь, чтобы уступить место другим.

— Зачем вы сказали, что это была романтическая история? — прошептала мужу Элионора, когда они, спустившись со ступеней, отошли к окну. — Если её величество спросит…

— Изабелла не спросит. Королева умна и прекрасно поняла, что я работаю на публику, — усмехнулся лорд Уиллморт, — но вам стоит принять её приглашение.

— Разумеется, я его приму! Я еще не вышла из ума, чтобы отказывать самой королеве! — возмущенно прошипела девушка.

— Хорошая девочка, — одобрительно промурлыкал некромант.

Элионора почувствовала, что ее вновь начинает трясти, на этот раз от гнева. Камни на ожерелье вспыхнули ярче, напитываясь магией огня.

— Я не нуждаюсь в вашей оценке, милорд! — сквозь зубы обронила девушка. — Вы можете идти, я в силах позаботиться о себе сама!

— Только не уходите из этого зала, — посоветовал начальник Тайной канцелярии. — Скоро его величество будет открывать бал, и, несомненно, пригласит вас. Я составлю пару королеве.

— Вижу, вы уже все предусмотрели, — язвительно бросила Элионора, — Что будет, если я откажусь танцевать?

Зеленые глаза заледенели.

— Вы этого не сделаете, Элионора, — обманчиво-мягко произнес некромант, крепко сжимая руку девушки, словно опасаясь, что она убежит. — Вы будете танцевать с королем.

Янтарные глаза встретились с изумрудно-зелеными. Мятежный огонь против ледяной Тьмы.

— Джон, вы уже битых полчаса смотрите друг на друга! — король подошел и хлопнул друга по плечу. — Вот уж не думал, что ты настолько романтик!

— Вы даже не представляете, насколько, — лорд Уиллморт слегка натянуто улыбнулся.

— Надеюсь, ты не будешь возражать, если я приглашу твою жену на танец?

— Я — нет, — некромант отступил. Король сделал шаг к Элионоре, протянул руку:

— Леди Уиллморт?

— Ваше величество, — та присела в заученном реверансе и с легкой заминкой вложила свои пальцы в раскрытую ладонь. Некромант выдохнул и повернулся к королеве:

— Ваше величество, вы позволите?

— Я просто не смею вам отказать, — рассмеялась та.

Вместе они составили первые две пары, за которыми выстроились остальные. Церемониймейстер взмахнул рукой, подавая сигнал музыкантам.

Элионора не любила полонез. Этот танец, по традиции открывающий бал, казался ей унылым и претенциозным, но сейчас она была даже рада торжественной и медленной музыке, льющейся со специальной галереи, где сидели музыканты.

Король оказался прекрасным партнером, и в любое другое время Элионора получила бы удовольствие, танцуя с ним, но не сейчас, когда за ней ревностно следили несколько десятков глаз. С видимым спокойствием она выполняла давно заученные фигуры, молясь лишь о том, чтобы не споткнуться.

Когда пары вновь выстаивались в два ряда, девушка невольно бросила взгляд на мужа, но тот, казалось, был увлечен своей партнершей. Во всяком случае, королева безмятежно улыбалась некроманту, как улыбаются хорошим друзьям. Элионора вдруг поняла, что дорого бы отдала, чтобы узнать, о чем они говорят, но музыка заглушала редкие фразы, которыми те обменивались.

— Думаю, Изабелла пытается выведать подробности вашей свадьбы, — его величество ободряюще улыбнулся. — Как и все женщины, её величество весьма любопытна.

Прежняя Элионора наверняка задорно рассмеялась, наслаждаясь всеобщим вниманием. Теперь же сестра мятежника, жена первого лорда и ближайшего друга короля лишь сдержанно улыбнулась.

— Вы считаете, любопытство женской слабостью, ваше величество? — спросила она, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Скорее, привилегией! Я, например, тоже сгораю от нетерпения услышать подробности этого брака, но, в отличие от Изабеллы, не могу позволить себе проявить излишнее любопытство.

— Что? — Элионора слегка нахмурилась, осознавая услышанное. От неожиданности она даже запнулась, и, если бы его величество оказался менее ловким, танец наверняка бы сбился.

— Вас удивляет, что я жажду услышать рассказ о столь внезапной свадьбе моего лучшего друга?

— Нет, — девушка бросила еще один задумчивый взгляд на мужа, а потом ослепительно улыбнулась и заговорила о прекрасной погоде, которой людей баловала осень.

— Да, зимой гораздо холоднее, а летом теплее, — слегка насмешливо отозвался король. — Предпочтете поговорить еще и о весенней слякоти?

— Нет, — Элионора вновь улыбнулась, на этот раз более искренне. — Простите, я просто…

— Не желаете вспоминать недавние события, — кивнул его величество. — Вполне разумно. Особенно в этом осином гнезде, именуемом королевским балом.

Элионора проглотила очередной смешок.

— Вам не нравятся балы?

— Мне не нравиться за них платить. Впрочем, это сборище тоже не вызывает особого восторга. А вы? Вы любите балы?

— Уже нет.

Музыка оборвалась. Партнеры раскланялись, его величество лично подвел Элионору к мужу.

— Лорд Уиллморт, ваша жена очаровательна! — заявил он достаточно громко, чтобы удовлетворить любопытство всех присутствующих. — Надеюсь, вы не будете прятать от нас такое сокровище!

— Разумеется, — некромант склонил голову. Элионора бросила тревожный взгляд на королеву, опасаясь, что ту заденут слова мужа, но Изабелла безмятежно улыбалась, как могут улыбаться женщины, уверенные, что их любят и ценят.

— Я буду счастлива видеть вас у себя, — уверила она девушку. — Заодно расскажите мне, как вам удалось завоевать сердце самого неприступного мужчины королевства, а то сам он говорил со мной лишь о погоде!

— Да, осень нынче выдалась очень теплой, — хмыкнул король, подхватывая жену под руку. — Джон, приятного вечера!

— Ваши величества! — лорд Уиллморт вновь поклонился.

— Я бы хотела поговорить с вами, милорд, — тихо, но очень твердо произнесла Элионора, как только король с королевой отошли в глубь зала.

— Я всегда к вашим услугам, — улыбнулся некромант. — Но не думаю, что сейчас это возможно…

Словно в подтверждение его слов к Элионоре подошел один из прежних поклонников и пригласил на танец. Девушка посмотрела на мужа, тот еле заметно пожал плечами, показывая, что ему в общем-то все равно, и он не станет препятствовать развлечениям жены.

Пришлось согласиться. Наверное, это был вечер её триумфа. Приглашения на танец следовали одно за другим, голова уже раскалывалась от бессмысленной болтовни, а скулы сводило от улыбки. Даже отказ Элионоры танцевать, ссылаясь на то, что она устала, не помог: партнер отвел девушку к диванчику, где ее обступили недавние подруги и их матери, стремясь узнать, как она поживает.

Элионора отвечала давно заученными фразами и выслушивала неискренние поздравления. Фальшивые улыбки быстро утомили, и девушка даже с признательностью приняла приглашение на очередной танец несмотря на то, что оно исходило от какого-то молодого человека, которого девушка совсем не знала.

Музыканты заиграли вальс. Элионора любила вальсировать, но в этот раз партнер то и дело наступал ей на ноги, и при этом краснел и бормотал извинения, то и дело сбиваясь с ритма, а уж после того, как споткнулся, юноша совсем остановился и рассыпался в извинениях.

— Перестаньте, — с досадой отмахнулась девушка, — лучше проводите меня в галерею.

— Но… танец не закончен! — кавалер вновь поднял руку, предлагая девушке занять позицию. Элионора беспомощно вздохнула.

— Вы позволите? — раздался за спиной знакомый голос. Девушка быстро обернулась:

— Джаред?

— Кузина, — мистер Джаред Лавл почтительно поклонился, весело посматривая на родственницу. — Повальсируете со мной?

— Но… — Элионора перевела взгляд на вновь покрасневшего юношу. Заметив сочувствие в её глазах, незадачливый партнер окончательно смутился и поспешил ретироваться.

— Конечно, — понимая, что на нее многие смотрят, девушка вложила свою руку в руку кузена. Тот легко подхватил ее за талию и закружил по залу.

Джаред не был высок, и Элеоноре не составило труда заглянуть ему в глаза. Показалось, или там она уловила печаль.

— Нора, я слышал, что вас можно поздравить? — с улыбкой произнес он.

— Наверное… — девушка все еще всматривалась в красивое лицо.

Точеные скулы, полные чувственные губы, прядь темных волос падает на лоб… Джаред всегда вызывал трепет в женских сердцах. Одно время Элионоре даже казалось, что ее чувства взаимны, но последние события перечеркнули всякую надежду.

Девушка полагала, что кузен уехал, опасаясь преследования со стороны короля, но вот он здесь, и она, как и прежде, кружится в его объятиях.

Блеск позолоты, звуки вальса, теплая ладонь, уверенно поддерживающая за талию… яркие платья, темные костюмы мужчин — все сливалось. Время остановилось.

Элионора не сразу заметила, что музыка стихла. Несколько секунд она все еще стояла, зачарованная чувственным взглядом партнера. Наконец, его ладонь соскользнула с талии.

— Я рад, что ты здесь, даже так… — совершенно искренне сказал он. Девушка грустно улыбнулась.

— Да, — она на мгновение отвернулась, чтобы скрыть слезы разочарования. — Извини, я… ты не принесешь мне лимонада?

— Как в старые добрые времена… Да, Нора?

— Да, Джаред.

— Пойдем! — кузен проводил Элионору к диванчику, убедился, что она удобно устроилась и отошел. Как только он скрылся в толпе, девушка вскочила и огляделась.

— Ищите кого-то? — лорд Уиллморт бесшумно возник за спиной, в руках он держал два бокала с шампанским. В зеленых глазах вновь была ледяная тьма.

— Нет, — Элионора невольно опустила глаза, понимая, что муж все знает о ней… и о ее чувствах к Джареду. — То есть да…

— Я могу помочь? — слишком вежливо поинтересовался он.

— Я просто устала, — тихо произнесла девушка.

К её удивлению, лорд Уиллморт лишь кивнул, соглашаясь.

— Хорошо, — он моментально подозвал лакея и вручил ему бокалы. — Идемте!

— Но…

— Элионора… — в голосе начальника Тайной канцелярии зазвучали стальные ноты.

— Да, милорд… конечно, — девушка послушно поднялась, оперлась о предложенную руку.

Молча супруги спустились на первый этаж. Еще один лакей незамедлительно принес плащи.

— Думаю, нам лучше пойти пешком, — предложил лорд Уиллморт. — Я приказал Реджи ехать домой и распрячь лошадей. Впрочем, мы можем подождать.

Элионора покачала головой:

— Нет. Я хочу уйти как можно скорее.

— Как вам будет угодно.

Ночь встретила их прохладой. Спустившись с крыльца, Элионора уже пожалела о своем опрометчивом решении идти пешком: камешки гравия впивались в подошву атласных бальных туфель.

— Что-то не так? — поразительно, как некроманту удавалось чувствовать её сомнения.

— Н-нет, — Элионора сказала это с легкой заминкой. В первую минуту она хотела попросить вернуться и дождаться кареты, но мысль о том, что придется вновь вернуться во дворец и встереться лицом к лицу с бывшим возлюбленным, ужасала. Стиснув зубы, девушка решительно направилась к воротам. Лорд Уиллморт хмыкнул.

Догнав жену, он подхватил её под руку, и тихо пробормотал что-то себе под нос. Тьма вновь заструилась вокруг, мягким ковром ложась под ноги.

— Спасибо, — Элионора вновь подняла глаза на некроманта.

— Не стоит благодарности, — промурлыкал он, — вы ведь — моя жена…

Последние слова он произнес слишком многозначительно. Они уже вышли за ворота дворца и теперь неспешно шли вдоль ограды дворца. Магические огоньки, освещавшие улицу, нововведение некого огненного мага, при виде тьмы дрожали и старались улететь повыше. Золотисты точки в темноте осенней ночи. Девушка задумчиво проследила за ними.

— Вас задело, что я танцевала с Джаредом? — внезапно спросила она, не желая оставлять межу собой и мужем недосказанность.

— С Джаредом? — некромант слегка приподнял бровь, выражая удивление.

— С мистером Лавлом, — пояснила Элионора, слегка досадуя на себя, что так легко проговорилась. — Он — мой кузен.

— А, с ним? — некромант слегка поморщился, словно упоминание о мистере Лавле было ему неприятно. — Танцуйте с кем угодно, моя дорогая, если дело ограничивается лишь танцами.

— Да, милорд, — Элионора отвернулась, не зная, что ее задело больше: намеки мужа или же его пренебрежение. В который раз она убедилась, что начальник Тайной канцелярии знал о ней все… и не испытывал к жене никаких чувств.

Больше за всю дорогу они не сказали друг другу ни слова.

Глава 12

Следующее утро явилось продолжением вечера. Уже с рассветом в дом начали приносить букеты и приглашения. С полудня дверной молоток просто не смолкал, а на крыльце образовалась очередь из визитеров. Весь высший свет желал засвидетельствовать свое почтение леди Уиллморт.

Одетая в утреннее платье небесно-голубого цвета, Элионора принимала их в гостиной. Поначалу явились те, кто считал себя близкими подругами. Юные девушки, в основном поддерживающие отношения с сестрой графа Артли в надежде, что Альберт обратит на одну из них свое внимание.

Одна за другой они входили в комнату, сопровождаемые матерями или тетушками и зло морщились, заметив остальных. Абигайль Вендер была среди них.

На удивление, бывшая подруга держалась очень скованно и то и дело недовольно посматривала на мать, рассыпавшуюся в комплиментах перед Элионорой.

— Вы прекрасно выглядели вчера на балу, моя дорогая. Это украшение из роз…

— Подарок моего мужа, — холодно кивнула та, невольно подчеркнув последнее слово. Леди Вендер снисходительно улыбнулась:

— Вы вспомнили нашу случайную встречу? Надеюсь, вы не держите на меня зла? Вы же понимаете, положение Абигайль обязывает…

— Да, верно…

— Но вы тоже хороши, милая, вчера не сказали нам ни слова!

— Вы же не спрашивали, — Элионора позволила себе эту маленькую месть. Ей доставило удовольствие наблюдать, как мать подруги смущенно опускает голову. Но леди Вендер слишком долго вращалась в высшем обществе, чтобы сразу признать свое поражение. Моментально справившись со своими чувствами, она фальшиво улыбнулась.

— Надеюсь, это недоразумение позабыто, и вы с Эбби останетесь подругами, как и раньше, верно, милая? — почтенная дама взглянула на дочь. Та пожала плечами:

— Это зависит от Элионоры, мама. Помнится, мы обошлись с ней не слишком вежливо, — отозвалась Абигайль, виновато смотря на хозяйку дома.

— Думаю, Эбби, твоя мама права и все можно забыть, — Элионора пришла на помощь бывшей подруге. Та усмехнулась:

— О, моя мама всегда права…

Договорить им не дали очередные визитеры. Виновато шепнув: «Пообщаемся позже», Элионора вынуждена была приветствовать очередных девиц, имена которых даже и не помнила.

Ведомые почтенными матерями и тетушками, они впархивали в гостиную и щебетали, поощряемые наставницами, будто бы и не было этих нескольких месяцев. Хозяйка дома вежливо улыбалась, машинально отвечала на глупые вопросы.

Да, это так романтично… Да, любовь с первого взгляда… Да, лорд Уиллморт, как рыцарь, приехал к ней…

Память все еще хранила те презрительные взгляды, которые бросали на Элионору дамы, теперь сидевшие в гостиной и заискивающе улыбавшиеся ей. Эти мысли постоянно приходили в голову, и девушке стоило большого труда сохранить выдержку и не выгнать всех взашей.

Терпения хватило лишь на два часа. После, Элионора, строго наказав слугам никого более не принимать, сбежала на конюшню.

Лошади встретили её радостным фырканьем. Кьяра и вовсе заржала, требуя очередную порцию угощения.

— Миледи, — Реджи, чистивший одного из вороных, почтительно поклонился.

— Добрый день, — Элионора искренне улыбнулась конюху. Они не виделись несколько дней, и девушка понадеялась, что внезапное увлечение парня прошло.

— Пришли повидать лошадь?

— Скорее, просто насладиться тишиной… — девушка подошла к кобыле. Та уже привычно ткнулась носом в плечо, выпрашивая морковку.

— Да, в доме полно народу… вы бы видели сколько цветов… — Реджи смущенно замолчал, запоздало сообразив, что букеты предназначались хозяйке дома. Девушка закатила глаза.

— По-моему, мы можем открыть цветочную лавку! — фыркнула она.

— О да, несомненно.

— Вы только представьте, я буду ходить вечером на бал, а утром переодеваться в простую цветочницу и выходить с корзинкой на улицу! — Элионора настолько живо изобразила это, что парень расхохотался. — Как вы думаете, Реджи, лорд Уиллморт одобрит такое занятие?

— Не знаю, миледи, — при упоминании о хозяине Реджи сразу же помрачнел и вернулся к своему занятию. — Думаю, вам лучше спросить у него самого.

Элионора недоуменно моргнула, гадая, как её слова могли задеть парня, но так и не поняла. Слишком уставшая, чтобы долго размышлять над этим, девушка скормила Кьяре угощение и, пообещав вскоре взять на прогулку, вернулась в дом.

Посыльные все еще прибывали, гости тоже обивали порог парадного крыльца, надеясь застать леди Уиллморт. Лакей вопросительно посмотрел на хозяйку дома, но девушка лишь покачала головой и начала подниматься к себе, когда входная дверь распахнулась.

— Что за глупости вы говорите! Я имею право видеть свою племянницу! — тучная фигура появилась в дверях. — Доложите леди Уиллморт, что прибыл лорд Боллинброк!

— Но милорд, — попытался возразить лакей, явно не привыкший к такому напору. Дом угрожающе заскрипел.

— Дядя, — Элеоноре пришлось вновь спуститься в холл.

— Здравствуй дорогая, давно не виделись! — тот подставил для поцелуя морщинистую щеку.

Корсет лорда Боллинброка угрожающе заскрипел. Девушка быстро чмокнула воздух около уха, стараясь не вдыхать запах слишком приторных духов, которыми старик обильно поливал себя, и с видимым спокойствием повернулась к кузену, сопровождавшему отца:

— Джаред.

— Кузина, — дружелюбно кивнул он. — Вы вчера так стремительно сбежали с бала.

— Я просто слишком устала…

— Вы? Или ваш муж?

— Должно быть, этот кровопийца весь день пытал кого-то — хохотнул лорд Боллинброк.

Камни дома возмущено заскрежетали, где-то хлопнула дверь, а с лестницы донеслось шипение. Наверняка, кто-то из слуг, спрятавшись на втором этаже, подслушивал. Мистер Лавл с досадой взглянул на отца:

— Простите, сэр, но мы говорим о муже Элионоры! — он вновь обернулся к кузине. — Извините. Вы же знаете, отец всегда несдержан…

Элионора лишь слегка наклонила голову, давая понять, что извинения приняты. Как ни крути, Боллинброки были хоть дальними, но родственниками, и девушке не хотелось ссориться с ними.

— Желаете чаю? — спросила она, чтобы хоть как-то заполнить затянувшуюся паузу.

— Лучше бы чего-то покрепче, — в своей шутливо-грубой манере откликнулся лорд Боллинброк. — Я слышал, у Уиллморта прекрасные погреба.

— Да, иногда он там пытает незваных гостей, — Элионора не удержалась от колкости.

Дом одобрительно скрипнул. Джаред сдержано улыбнулся, давая понять, что оценил шутку кузины, его отец вновь расхохотался:

— А ты всегда была шутницей! — он погрозил племяннице толстым пальцем. — Надеюсь, ты не станешь держать нас в холле? Не то, чтобы я против, но слуги имеют обыкновение подслушивать.

— Да, конечно… — Элионора невольно взглянула на лестничную площадку. Там никого не было, но девушке показалось, что за ней наблюдают.

— Нора, если мы пришли не вовремя, — начал Джаред.

Девушка покачала головой.

— Нет, все в порядке. Проходите, — как и положено хозяйке дома, девушка первой вошла в гостиную. — Присаживайтесь!

— Спасибо! — лорд Боллинброк развалился в кресле, с наслаждением вытянув ногу. — А то подагра вновь замучила! Джаред, сядь рядом, что ты вечно пытаешься расположиться за моей спиной!

— Не все любят быть на первых ролях, отец! — меланхолично отозвался тот. Лорд Боллинброк проворчал что-то под нос и выжидающе посмотрел на дверь.

— Так как насчет мадеры, дорогая?

Элионора вновь взглянула на кузена, тот поморщился, явно осуждая бестактность отца.

— Сожалею, но она как раз закончилась, — твердо сказала девушка, — даже в погребе.

— Что за бардак! Тебе непременно нужно сказать своему мужу, чтобы обновил запасы!

— Конечно. Может быть, все-таки чаю?

Лорд Боллинброк тяжело вздохнул, будто бы вместо чая племянница предлагала ему выпить яду. Расценив этот вздох как согласие, Элионора позвонила в колокольчик и отдала распоряжения слуге.

— Да, миледи, — лакей поклонился и вышел, едва не столкнувшись на пороге с хозяином дома, стремительно заходившим в комнату.

— Дорогая, у нас гости? — некромант холодно кивнул родственникам жены. — Джентльмены.

— Уиллморт, говорят, у вас закончилась мадера? — Боллинброк кряхтя встал, приветствуя хозяина дома.

— Неужели? — тот слегка приподнял брови, игнорируя протянутую руку. Боллинброк нахмурился, его сын неодобрительно поджал губы, осуждая такое поведение.

— Да, мне сказал об этом дворецкий, — вмешалась Элионора.

— Тогда — может быть, — лорд Уиллморт прислонился плечом к каминной полке и скрестил руки на груди, внимательно изучая незваных гостей. — Могу поинтересоваться, что сподвигло вас, милорд, невзирая на недуг, встать с кровати и отравиться к нам в гости?

— А, вы уже знаете про мою подагру?

— Это не сложно, — отмахнулся начальник Тайной канцелярии.

— С каких это пор вас интересует здоровье моего отца? — поинтересовался Джаред.

— С тех самых пор, как я женился на вашей кузине, — слишком добродушно отозвался некромант, — уверяю вас, меня интересуют все её дела.

Элионора невольно покраснела, Джаред зло взглянул на соперника.

— На что вы намекаете?

— Все лишь на то, что обеспокоен состоянием здоровья вашего отца.

— Это… это угроза?

— Лишь предупреждение. Вы же знаете, как коварна подагра! От нее даже иногда умирают…

Элионора заметила, что муж явно насмехается, и поспешила вмешаться.

— Лорд Боллинброк, кажется, вы хотели чай… — она разлила из пузатого чайника напиток по чашкам.

— Глупости! — отозвался тот. — Я хотел мадеру, но у Уиллморта её нет. Что толку быть первым лордом страны, если в твоих погребах нет мадеры?

— Я обязуюсь исправить это упущение, — заверил его хозяин дома.

Лорд Боллинброк торжествующе взглянул на сына.

— Видишь, Джаред, а ты беспокоился за брак своей кузины!

— Даже так, — лорд Уиллморт изогнул бровь. — Мне следует быть польщенным?

Элионора вздрогнула и посмотрела на мужа. Зеленые глаза были ледяными.

— Если вам будет так угодно, — в тон собеседнику ответил Джаред. — Не буду скрывать, в свое время я надеялся, что кузина испытывает ко мне некую привязанность, но сейчас вижу, что мои предположения были ошибочны. Посему, мне остается лишь поздравить Нору и пожелать ей счастья.

Элионоре хватило сил улыбнуться и кивнуть в ответ.

— О, благодарю, — небрежно отозвался лорд Уиллморт, подходя к дивану, где сидела его жена, и вставая позади. Теперь, чтобы посмотреть на мужа, девушке пришлось бы задирать голову. Наверняка, со стороны они смотрелись, будто позировали художнику для парадного портрета.

После такой демонстрации, Джаред явно стиснул зубы, пытаясь сдержаться и не наговорить глупостей, а вот лорд Боллинброк, казалось, не заметил все возрастающего напряжения в комнате. Он спокойно сидел в облюбованном кресле, разглагольствуя о своем недовольстве, которое было вызвано не сколько самим поспешным заключением брака, сколько отсутствием традиционного свадебного обеда.

Элионора все сильнее сжимала кулаки, пытаясь не потерять контроль. Огонь внутри полыхал. Тьма вновь мягко обхватила ее, словно удерживая, но сейчас девушка предпочла бы, чтобы ее не было.

— Отец, не думаю, что в свете эээ… некоторых недавних событий этот обед был бы уместен, — возразил Джаред, кидая сочувственный взгляд на кузину. Вместо того, чтобы ободрить, это разозлило еще больше.

— Ну почему же, — зло и потому очень тихо произнесла Элионора. — Как вы успели заметить, я не ношу траур: мой муж категорически против того, чтобы я оплакивала преступника и мятежника.

— Не стоит так сгущать краски, дорогая, — незамедлительно отозвался лорд Уиллморт. Даже не видя лица мужа, девушка знала, что он изогнул губы в самодовольной улыбке. — Я лишь выразил некоторые сомнения, что его величеству это понравится.

— Но приличия есть приличия, — веско произнес Джаред. — Репутация Элионоры…

— Насколько мне известно, не пострадала. И даже более того, ваша кузина пользуется успехом в свете, — некромант обвел взглядом букеты, расставленные по всей комнате. — Или я что-то пропустил, и остракизм теперь выражают, присылая цветы и приглашения?

— В любом случае, не стоит пренебрегать родственниками, — поучительно произнес лорд Боллинброк, с кряхтением вставая. — Надеюсь, Уиллморт вы исправитесь.

— Несомненно, — тот слегка склонил голову, скрывая насмешливый блеск глаз. — Вы же знаете, что вы — желанный гость в моем доме… и в моем ведомстве.

— Нора, милая, буду рад тебя видеть, — игнорируя последние слова начальника Тайной канцелярии, Боллинброк повернулся к племяннице, — сама знаешь, я не в том положении, чтобы давать приемы, но…как-нибудь можешь заскочить к старику на этот странный напиток — чай. Я даже его куплю для тебя. Джаред, ты идешь?

— Одну минуту, отец, — отозвался тот, подходя к кузине. Девушка уже поднялась, чтобы проводить гостей. Не обращая внимания на лорда Уиллморта, Джаред вместо рукопожатия взял ладонь кузины и поднес к губам.

— Прощайте, Нора… — тихо сказал он.

— Вы говорите так, будто мы больше не увидимся, — пробормотала она еще тише.

В ответ кузен лишь улыбнулся, холодно кивнул хозяину дома и направился к дверям. Лорд Боллинброк распрощался более сердечно, поцеловал племянницу в щеку и тоже вышел.

— Зачем? — Элионора почти выкрикнула это, наконец, повернувшись к мужу.

— Зачем что? — спокойно переспросил он, меланхолично рассматривая перстень-печатку с сапфиром. Таким же, как и в кольце, которое теперь носила его жена.

— Вы специально зашли в комнату именно когда здесь был Джаред!

— Возможно, — некромант все-таки оторвал взгляд от кольца и пристально посмотрел на жену. — Не каждому мужчине понравиться, что его жена встречается с возлюбленным. Тем более под крышей собственного дома.

— Вы намекаете, что специально устроила эту встречу?

— Нет. Но увидев мистера Лавла с этой трагической складкой у губ, точно он оплакивает свою потерянную любовь, вы не могли не поддаться порыву сердца.

— Я должна была отказаться принимать своих родственников? — возмутилась девушка.

— Почему бы и нет? — пожал плечами лорд Уиллморт. — Они не слишком вспоминали о вашем существовании, когда вы сидели под арестом. И уж точно ни один из них не пришел ко мне с прошением…

Элионора резко развернулась и прошлась по комнате, не желая признавать правоту его слов.

— Вы говорите так, словно это вмешательство могло бы изменить что-то

— По крайней мере вы бы знали, что вы не одна. И что ваш возлюбленный готов разделить с вами все тяготы…

— Мой возлюбленный? — она похолодела от осознания того, что лорд Уиллморт действительно знает о ней почти все.

— Вы ведь любили Джареда, Элионора? — голос мужа звучал насмешливо.

— Да! — она с вызовом посмотрела на мужа. — И, если вы хотите знать, я до сих пор питаю к нему привязанность!

— Какая смелость! Но советую вам не показывать эту привязанность столь открыто — могут пойти слухи, и тогда я буду вынужден убить мистера Лавла…

— Вы не посмеете! — ужаснулась Элионора.

— Желаете проверить? — лорд Уиллморт произнес это с ленцой, но глаза были холодны, как лед. Этот ледяной взгляд слегка остудил огонь, пылающий внутри.

— Нет, — девушка проглотила все те резкие слова, которые намеревалась сказать и просто покачала головой. — Не хочу.

— Рад, что к вам вернулось ваше обычное благоразумие.

Элионора прикрыла глаза и сосчитала до десяти, опасаясь, что иначе просто сорвется. Больше всего ей хотелось надавать некроманту пощечин, но девушка понимала, что в этом случае будет похожа на истеричную рыночную торговку. Лорд Уиллморт с интересом наблюдал за ней, явно ожидая продолжения скандала. Элионора не могла доставить ему такого удовольствия.

— Приношу свои извинения, милорд, — подчеркнуто спокойно произнесла девушка. — Вы правы, я по доброй воле дала свое согласие вам. Я — ваша жена, и вас не должно беспокоить то, что твориться в моей душе.

— По крайней мере у вас есть душа, — с какой-то грустью отозвался лорд Уиллморт. Он подошел вплотную и почти нежно поправил завиток, выбившийся из прически жены.

— Скоро все закончится, — пообещал он. — И вы будете вольны делать, что пожелаете.

— Думаете, я… — от такого оскорбления Элионора просто задохнулась. Дар внутри заполыхал, грозя вырваться из-под контроля. — Хорошего же вы мнения обо мне, милорд!

— Самого наилучшего, — заверил он. — Я ведь женился на вас!

Огонь все-таки вырвался, огненными струями полыхнул с рук и пропал в клубах тьмы, мгновенно вставшей на защиту хозяина. Дом угрожающе затрещал, осуждая подобную несдержанность.

— Я ненавижу вас, — прошептала девушка. — Если бы вы знали, как я вас ненавижу…

Не помня себя, она подхватила юбки и бросилась прочь, стремясь поскорее укрыться в спальне.

Некромант не стал препятствовать побегу, лишь задумчиво посмотрел вслед жене.

— Кажется, ты добился, чего хотел… — Альмерия возникла перед племянником. Тот ответил мрачным взглядом и прошел к камину, взглянул на огонь, все еще бушевавший внутри очага.

— Интересно, тебе стало легче от этого? — продолжала тетушка. — Джон, я с тобой разговариваю!

— По-моему, ты читаешь одну из своих нотаций и тебе лучше не мешать, — нехотя отозвался племянник.

— Ты слишком хорошо меня знаешь.

— Как и ты меня.

— Я думала, что знаю, но теперь… Милый, что происходит?

— Уверяю, если бы я знал, то обязательно сказал бы тебе, — некромант дернул за конец галстука, распуская узел. — В любом случае менять что либо уже поздно, и каждому из нас надлежит доиграть отведенную ему роль.

— Мне не нравиться, что ты рассматриваешь все, словно рыночное представление! — призрак скрестил руки на груди. — Полагаю, ты считаешь себя великим режиссером?

— Я считаю себя жертвой, — честно ответил лорд Уиллморт, глядя прямо в глаза тете. — Ведь убивать будут именно меня.

Альмерия фыркнула:

— Поэтому ты хочешь довести свою жену до того состояния, когда она возжелает твоей смерти?

Некромант расхохотался:

— Тетя, я завидую твоему воображению!

— Это всего лишь здравый смысл и опыт жизни с тобой в одном доме.

— Элионора не способна на убийство.

— Конечно. Ты хоть предполагаешь, кого искать?

— Того, кто стоял за Альбертом Артли, кто внушил ему мысли о величии рода и прочую дрянь… — некромант поморщился, невольно вспомнив все то, что прочел в мозгу молодого человека. Снова стало мерзко.

— Альберт Артли подвергся ментальному влиянию? Ты уверен?

— Да. Я достаточно долго копался в его голове, чтобы заметить следы ментального вмешательства.

— Тогда почему ты позволил казнить его?

Некромант скрестил руки на груди и плотно сжал губы. Показывая, что не станет отвечать на этот вопрос. Альмерии не следовало знать того, что узнал он сам. Именно поэтому лорд Уиллморт и ненавидел свой дар, Тьму, позволявшую показать хозяину все грязные тайны. Лорд Уиллморт взглянул на тетю. Она стояла, все еще ожидая ответа.

— Альберт Артли был отвратительным человеком, — наконец произнес некромант. — Он заслужил то, что с ним случилось.

— А его сестра?

— Она — другая, — лорд Уиллморт прошелся по комнате. — Не понимаю, почему, но она — другая.

— Ты же знаешь, что она — единственный ребенок от второго брака? Мать Альберта умерла, и шиир Артли женился во второй раз.

— Да, возможно дело именно в этом, — покорно согласился начальник Тайной канцелярии. — Это объясняет и то, как Альберт относился к сестре.

— И как же?

— Он ее почти продал, — некромант буквально выплюнул эту фразу.

Альмерия внимательно смотрела на племянника, отмечая, что он еще больше осунулся, а под глазами залегли темные круги. Нападение грима не прошло даром, но Джон — упрямец и будет отрицать все. Тем более, что в доме красивая женщина…

— Ты ведь влюбился, Джон? — спросила Альмерия напрямик.

— Что? — лорд Уиллморт даже подпрыгнул, а потом расхохотался. — Только женщина могла задать подобный вопрос!

— Ты влюбился, — убежденно произнесла она, — Или на грани того, чтобы влюбиться в собственную жену. И когда это произойдет, спаси Триединый твою грешную душу!

— Аминь! — послушно отозвался племянник, все еще посмеиваясь.

Глава 13

Не обращая внимания на удивленные взгляды слуг, Элионора вбежала на второй этаж, ворвалась в комнату, захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной и только тогда выдохнула. По щекам текли злые слезы.

Она не знала, что ее задевало больше — равнодушие мужа к ее чувствам или же его пренебрежение к ней самой. Элионора мрачно посмотрела на кровать. Воображение нарисовало ей лорда Уиллморта, лежащим на шелковых простынях, таким, каким она видела его в ночь нападения грима. Обнаженный торс, бугрящиеся под кожей мышцы, и сама кожа атласная на ощупь.

Дыхание вдруг перехватило, а слезы высохли. Элионора прижала ладони к пламенеющим щекам. Триединый, о чем она думает!

Даже Джаред никогда не вызывал у нее столь откровенных желаний. Но она никогда не видела кузена даже полураздетым. Образчик элегантности, он всегда проявлял должное уважение к кузине.

«Настолько должное, что не посмел навестить после казни Альберта», — шепнул внутренний голос. Элионора покачала головой. Да она сама отказалась бы видеться с Джаредом, если бы он приехал, но он не приехал…

Стук в дверь вывел девушку из раздумий. Элионора плеснула в лицо водой из кувшина для умывания и лишь после этого открыла дверь.

— Миледи, с вами все в порядке? — Мери-Джейн вошла в комнату.

— Да, — из-за недавних рыданий голос звучал глухо.

Верная служанка кинула на госпожу задумчивый взгляд:

— Мне сказали, что заходил мистер Лавл…

— Вместе с лордом Боллинброком, — Элионора не стала отрицать. — Хотели поздравить с бракосочетанием…

— Старик наверняка еще намеревался выпить, — пробурчала горничная, все еще не отводя взгляд от хозяйки.

— Верно, — та улыбнулась, вспомнив, как лорд Боллинброк все время упоминал мадеру.

— Интересно, на что рассчитывал мистер Лавл… — осмелела Мери-Джейн.

— Прости?

— Странно, что он пришел несмотря на то, что практически бросил вас, когда вы попали в беду, — горничная почти в точности повторила слова лорда Уиллморта.

— Мери-Джейн! Это тебя не касается! — вновь вспыхнула Элионора

— Конечно, но вот только от слез ваши глаза уже распухли, а мне вас прихорашивать к ужину.

— Я поужинаю у себя в комнате.

— Нет уж, мисс Элионора! — служанка уперла руки в бока. — Вы приведете себя в порядок и спуститесь к ужину в столовую, потому что ваш муж собирается ужинать дома!

— Поверь, мне нет дела до того, где он собирается ужинать, — отмахнулась девушка.

— Возможно, вам есть дело до того, что уже все в доме сплетничают, что вы не делите с ним постель! — выпалила горничная. — И что лорд Уиллморт просто пренебрегает вами!

Элионора с изумлением посмотрела на служанку. Под гневным взглядом та невольно отступила.

— Вот как? — холодно поинтересовалась девушка. — Возможно, мне стоит объяснить сплетникам, что это — не их дело?

— Объяснить вы можете, только рты это не закроет, — вздохнула Мери-Джейн. — Слуги, они ж как дети, коли между хозяевами разлад, так и в людской не слаще.

— Прошу, избавь меня от подробностей, что происходит в людской, — сквозь зубы прошипела Элионора, садясь к туалетному столику.

— Возможно, только слуги уже судачить начали, что вы много времени проводите на конюшнях…

— Мери-Джейн! — девушка подскочила и хлопнула рукой по столешнице. Свечи в канделябрах мгновенно вспыхнули. — Да что ты себе позволяешь!

— Простите, миледи, — горничная сказал это так, что Элионоре стало стыдно. — Но вы должны все знать.

Мери-Джейн осталось с ней даже тогда, когда остальные слуги постыдно сбежали, и даже сейчас горничная пыталась предостеречь юную госпожу от досадных ошибок. К тому же, ужин с мужем действительно мог заткнуть рты сплетникам в людской.

— Пожалуй, ты права, — задумчиво произнесла девушка, всматриваясь в зеркало. — Мне необходимо спуститься к ужину…

— Да, миледи.

Элионора, мучимая чувством вины по отношению к горничной, не стала даже протестовать, когда та выбрала самое откровенное платье. С глубоким вырезом, почти полностью открывающим высокую грудь. Нежное кружево прикрывало алебастрово-белую кожу, пенными волнами спускаясь с рукавов. Юбки из шоколадной тафты были расшиты золотом. Раньше Элионора надевала к этому платью украшения из сияющего янтаря, но все драгоценности остались в доме Артли и, наверняка, переданы в королевскую казну.

Мери-Джейн очень долго возилась с прической, стараясь скрыть отсутствие украшений. Наконец, горничная отступила. Элионора бросила последний взгляд в зеркало и вздохнула. Она не знала, что ей делать: попытаться соблазнить мужа или же просто поужинать. Так ничего и не решив, девушка спустилась в столовую.

Лорд Уиллморт уже был там. При виде жены он поднялся из-за стола и подошел к ней.

— Миледи…

— Милорд… — почему-то вспомнилось видение в спальне, дыхание вновь перехватило.

— Вы куда-то собираетесь? — взгляд заинтересованно скользнул по платью.

Элионора, подавив желание поддернуть ткань вверх, лишь дернула плечом, уже досадуя на то, что поддалась на уговоры Мери-Джейн.

— Нет.

— Замечательно.

— Вот как? — сердце испуганно забилось.

— Да. Потому что сегодня мы едем в театр.

— А… — выдохнула Элионора, чувствуя облегчение и еще что-то, больше всего напоминавшее разочарование. — Вот как…

— Вы не любите театр? — зеленые глаза смотрели в упор. Под этим взглядом к девушке вернулось обычное самообладание.

— Я любила его, — отозвалась она.

Лорд Уиллморт лично отодвинул ей стул, но не спешил отходить, вновь оказавшись за спиной. Элионоре пришлось повернуть голову, чтобы посмотреть на лицо мужа. Взгляд милорда был направлен через плечо девушки вниз, к её тарелке. Молчание затягивалось. Тьма потянулась к Элионоре, нежно лаская кожу, будто летний ветерок. Хотелось прикрыть глаза и просто наслаждаться этим теплом.

Покашливание лакея вывело девушку из блаженной полудремы. Некромант шумно выдохнул. Его зрачки расширились и глаза казались почти черными. Девушка нахмурилась, а потом запоздало сообразила, что привлекло взгляд мужа и невольно покраснела.

— Так что за представление? — спросила Элионора, пытаясь сделать вид, что ничего не случилось. Машинально она следила за слугой, торопливо раскладывавшим на тарелки крабовое суфле.

Мысль о том, что скоро все в людской будут обсуждать, что миледи выставляет напоказ свои прелести, чтобы соблазнить мужа, была крайне неприятна.

— А, представление! — лорд Уиллморт занял свое место. — Понятия не имею.

— Вы купили билеты в театр, не зная, что за премьера?

— Я снял ложу на весь сезон, — проинформировал некромант, жестом отсылая слуг.

— Какое расточительство! — раздалось над ухом. Белая фигура возникла над головами и, медленно покачиваясь, опустилась на стул.

— Леди Альмерия! — Элионора радостно улыбнулась. — Рада вас видеть!

— Спасибо, я тоже рада, — призрак улыбнулся в ответ и тут же повернулся к племяннику. — Ну а ты, Джон? Рад ли ты меня видеть?

— Ты прекрасно знаешь, что да, — отозвался тот, делая вид, что поглощен суфле.

— Он всегда был грубияном! — пожаловалась Альмерия.

Элионора прикусила губу, стараясь сдержать улыбку, но ямочки на щеках выдали её.

— Если ты хочешь услышать уверения в вечной любви, то это не ко мне, — предупредил некромант, разливая по бокалам вино.

— Кто бы сомневался! — язвительно отозвался призрак. — Ты скорее откусишь себе язык, чем произнесешь это слово!

Лорд Уиллморт скривил губы в вежливой улыбке.

— Если мы закончили обсуждение моей персоны, может, расскажешь, что сподвигло тебя материализоваться?

— Желание провести вечер в кругу семьи, что же еще! — фыркнула Альмерия. — А заодно предупредить тебя, что в потустороннем мире что-то происходит.

— Вот как? — некромант слегка прищурился.

— Да. Несколько неприкаянных душ… разорванных огромным зверем… Хочешь сказать, что твои люди до сих пор ничего не сказали?

— Нет, — начальник Тайной канцелярии помрачнел. — Они ничего не нашли, хотя два дня прочесывали весь квартал.

— Грим растерзал людей? — ужаснулась Элионора.

— Похоже на то, — некромант вновь принялся за еду.

— Но это значит…

— Да. Если жертв было достаточно, то он вполне мог раздвоиться.

Девушка вздрогнула и перевела взгляд на Альмерию. Та пожала плечами:

— Я не знаю. Те, кто навсегда ушел из этого мира, не слишком охотно делятся своим прошлым.

Лорд Уиллморт постучал пальцами по столу, размышляя.

— Пожалуй, мне стоит распорядиться запрячь моро…

— Всю четверку?

— Конечно, — лорд Уиллморт потянулся за колокольчиком и отдал короткие распоряжения слуге насчет кареты, после чего обернулся к Элионоре. — Надеюсь, миледи, вы не передумали по поводу театра?

— Нет. Но, если вы настаиваете, я поеду, — отозвалась девушка.

Некромант ошеломленно моргнул, а леди Альмерия расхохоталась:

— Поделом тебе! Кстати, Элионора, почему вы не надели украшения?

— У меня их нет, — девушка пожала печами, понимая, что глупо отрицать очевидное.

— Джон?

— Да, я забыл, — поморщился лорд Уиллморт, вставая и выходя из комнаты. Альмерия вздохнула:

— В этом весь мой племянник… Он забыл!

Призрак закатил глаза. Элионора лишь пожала плечами.

Некромант вскоре вернулся, неся в руках небольшой ларец из красного дерева с перламутровыми инкрустациями. Девушка узнала его сразу — именно в нем она хранила все свои украшения.

— Вот, — некромант поставил шкатулку на стол и положил рядом небольшой бархатный мешочек. — К сожалению, часть украшений оказались подделкой. Я попросил королевского ювелира отложить их отдельно.

— Что? — девушка развязала бархатную ленту и вынула бриллиантовое колье, вот уже несколько поколений переходившее жене главы рода. — Хотите сказать, что…

— Вашему брату были нужны деньги, и он продал бриллианты, — подтвердил лорд Уиллморт. — Впрочем, все равно это колье должно было достаться жене графа Артли, верно?

— Да, но… — Элионора вздохнула с грустью смотря на переливающиеся стекляшки.

— Если вы желаете… — начал лорд Уиллморт, но девушка выставила вперед руку, останавливая его.

— Поверьте, я знаю, что вы сейчас предложите, но нет… я не хочу! — она поспешно убрала колье обратно в мешочек и решительно затянула завязки. — Не возражаете, если я оставлю это… на память?

— Оно ваше.

— Спасибо, — Элионора открыла ларец, привычным движением выдвинула один из ящиков и достала ожерелье: нить полированного янтаря, перемежающегося с золотыми самородками. Руки дрожали, и ей все не удавалось застегнуть ожерелье.

— Вы позволите? — лорд Уиллморт вновь оказался за спиной.

Элионоре оставалось лишь беспомощно склонить голову, чувствуя легкие, почти невесомые касания пальцев на шее. Тьма вновь потянулась к огню, заставляя пламя разгораться все ярче.

Не в силах противится чувствам, охватившим её, девушка просто прикрыла глаза. Рука некроманта скользнула по шее вниз, пальцы пробежались по краю кружева, заставляя сердце затрепыхаться.

— Милорд, карета подана! — возвестил один из лакеев, входя в комнату. Лорд Уиллморт резко отошел от девушки. Понимая, что мог видеть слуга, Элионора слегка покраснела и беспомощно взглянула на мужа. Он смахнул невидимую пылинку с фрака и протянул руку жене:

— Вы готовы?

— Да, — тело все еще дрожало от сладостной истомы, и она вынуждена была опереться на руку мужа.

— Скажи, пусть миледи принесут плащ! — распорядился лорд Уиллморт.

Реджи встретил их у крыльца.

— Миледи, — он распахнул дверцу кареты. — Милорд…

Элионора обратила внимание, что экипаж был запряжен парой.

— Мне кажется, или я упоминал четверку, — голос лорда Уиллморта был ледяным.

— Громобой хромает, — коротко пояснил конюх.

Некромант неодобрительно нахмурился. Выждав, пока хозяева устроятся, кучер захлопнул дверцу и лихо вскочил на козлы.

Дорога не заняла много времени. Вскоре экипаж остановился у высоких ступеней театра.

— Добро пожаловать в царство Мельпомены! — скривился лорд Уиллморт, сам открывая дверцу и выходя из кареты. Он оглянулся и протянул руку жене, помогая спуститься.

Холодный воздух заставил Элионору поежиться. Заметив это, некромант коротко отдал распоряжения слугам и, подхватив девушку под руку начал подниматься по ступеням.

Спектакль уже начался, но это не мешало особо отчаянным сплетникам расхаживать в фойе, потому появление начальника Тайной канцелярии с молодой женой не могло остаться незамеченным.

Под их пристально-оживленными взглядами, Элионора невольно напряглась, ожидая, что муж будет раскланиваться со своими знакомыми. Но тот лишь холодно кивнул, кинул плащ на руки подоспевшему лакею и вновь подхватил девушку под руку.

Как только они появились в ложе, по залу пронесся шепот. Стараясь не замечать этого, Элионора присела на стул и с преувеличенным интересом посмотрела на сцену, где актер читал какой-то монолог.

Вопреки ожиданиям, муж не стал садиться рядом, а отодвинул свой стул в самый темный угол. Девушка осталась одна. Делая вид, что она увлечена спектаклем, Элионора кожей буквально ощущала на себе любопытные взгляды. Кто-то в партере даже обернулся, внимательно рассматривая жену первого лорда королевства.

Оставалось лишь делать вид, что ничего не происходит. Под пальцами что-то хрустнуло. Элионора с удивлением поняла, что сломала свой веер. Тяжелая ладонь легла поверх её. Девушка повернула голову и встретилась взглядом с зелеными глазами некроманта.

— Вы произвели фурор, — улыбнулся он.

— Разумеется. Вы ведь на это и рассчитывали?

— В том числе, — некромант взглянул на сцену и слегка нахмурился. — О, даже так?

Элионора впервые за все время действительно посмотрела на сцену, пытаясь понять, что там не так. Все артисты теперь играли вполоборота к залу, старательно разворачиваясь спиной к одной из лож, расположенных у самой сцены. Девушка попыталась разглядеть людей, сидящих в этой ложе, но занавеси мешали.

— Вот идиот! — ругнулся лорд Уиллморт. — Извините, мне необходимо…

Он поднялся и стремительно вышел, предоставив Элионору самой себе.

Той не оставалось ничего другого, кроме как вернуться к тому, что происходит на сцене. Героиня причитала о коварстве родителей, разлучивших её с возлюбленным и собиравшихся выдать замуж за чудовище.

Ужимки и трагически заломанные руки вызывали у Элионоры лишь раздражение. Веер вновь затрещал.

Дверь скрипнула.

— Вы уже вернулись? Я бы хотела уехать… — она прикусила губу, мгновенно узнав входящего.

— Я бы тоже хотел с вами уехать, кузина, — тихо, чтобы не услышали в соседних ложах, произнес Джаред. Элионора нервно улыбнулась.

— Не думаю, что это уместно, кузен.

— Это откровенно неприлично, — он улыбнулся, подходя и целуя ей руку. — Вы теперь — замужняя дама…

— Вы и раньше не предлагали мне… — тихо заметила девушка.

— Раньше я смел надеяться…

Шеки полыхнули алым. Показалось, что все в зале прислушиваются к этим опрометчивым словам.

— Прекратите! — потребовала Элионора, отбрасывая окончательно испорченный веер. — Вы не смеете так унижать меня!

— Как вам будет угодно, — Джаред поклонился.

— Да, мне так угодно! — кивнула девушка, резко поднимаясь с места. Нервы были на пределе, её то и дело охватывала дрожь. — И никогда не смейте говорить мне подобные вещи!

Кузен лишь улыбнулся в ответ. Он не стал удерживать её. Все еще дрожа, Элионора вышла в фойе и буквально сразу же столкнулась с мужем.

— Вам не понравилось разыгрываемое перед вами представление? — невинно поинтересовался он.

— Вы о спектакле? — не в силах больше сдерживаться, девушка с вызовом посмотрела прямо в зеленые глаза некроманта.

— Можно сказать и так, — судя по тому, как он улыбался, лорд Уиллморт прекрасно знал, что только что произошло в ложе. Элионора опустила взгляд.

— Отвезите меня домой, — тихо попросила она.

— Как вам будет угодно, — умышленно или нет, но лорд Уиллморт скопировал недавние слова Джареда. Девушка невольно вздрогнула, но промолчала, чувствуя себя слишком усталой.

Карета ожидала их у входа. Реджи соскочил с козел и распахнул дверцу. В его взгляде промелькнуло сочувствие.

Она устало откинулась на подушки и взглянула на мужа, ожидая подвоха, но некромант молчал, погруженный в свои мысли.

Внезапно цокот копыт о булыжники мостовой стих, карета остановилась. В окна были видны лишь неровные кирпичные стены, и Элионора поняла, что они находятся в одном из небольших переулков, которыми так славились старые районы Уолтерфолла. Находясь буквально в полушаге от ярко освещенных улиц, где бурлила жизнь, эти темные, мрачные переулки словно принадлежали другому миру, куда никогда не проникали солнечные лучи.

— Что там, Реджи? — лорд Уиллморт приоткрыл дверцу, выглядывая наружу. В ту же самую минуту кони заржали, перекрывая выкрики кучера, а мимо кареты пронеслось несколько огненных шаров, которые выдохнули моро.

— Что за?.. — милорд едва успел захлопнуть дверцу, чтобы дыхание лошадей не попало внутрь. Продолжить он не успел, с крыши экипажа вдруг свесился скелет, пустые глазницы которого полыхали зеленым светом.

Элионора закричала. Скелет загорелся, но огонь не причинил умертвию никакого вреда. Полыхая, точно факел, скелет яростно пытался выбить стекло и влезть в карету. Нижняя челюсть угрожающе щелкала.

Некромант забористо выругался и запустил в скелет заклинанием, тот рассыпался, но на его месте показались два новых.

— С другой стороны тоже… — в ужасе прошептала Элионора, кивком головы указывая на стекло, по которому ползли трещины. За ним мерцали зеленые огни пустых глазниц. Их свет напоминал свет гнилушек на болотах. Тьма грозно заклубилась вокруг.

— Похоже, кто-то поднял целое кладбище, — заметил лорд Уиллморт, развеивая и эти кости. Выждав момент, он бесцеремонно схватил жену за руку, распахнул дверцу, сбивая еще с пяток мертвяков и выскочил наружу, таща Элионору за собой.

Узкий переулок переливался зелеными огнями. Скелеты были повсюду, напирая друг на друга, они пытались протиснуться между стен абсолютно темных домов. Где-то высоко над полуразрушенными крышами светила полная луна.

— Их тут тысячи, — прошептала девушка, ошеломленно смотря на белеющие вокруг кости.

— Скорее, около сотни, — некромант ободряюще сжал руку жены. — Не волнуйтесь, это не займет много времени.

Подчиняясь приказу своего хозяина, Тьма вырвалась наружу. Густая и вязкая, она угрожающе вздымалась, точно волны в шторм, обрушиваясь на ряды скелетов. То и дело мимо проносились огненные всполохи: волшебные кони вступили в бой.

Тьма и дым наполнили пространство между домами, и теперь луны не было видно, лишь все еще мерцали зеленоватые огни глазниц.

Элионора с опаской взглянула на мужа. Со зловещей усмешкой на губах, он стоял посередине переулка и явно наслаждался происходящим.

— Скоро все закончится, — почти весело пообещал он, перехватив встревоженный взгляд жены. Она послушно кивнула и тут же вскрикнула.

— Смотрите, там! — девушка махнула рукой, указывая на два красных огня, неумолимо приближавшихся к ним.

— А вот это уже хуже, — пробормотал некромант, неуловимым движением выхватывая тонкий кинжал, спрятанный на запястье. Серебро тускло сверкнуло во тьме — грима нельзя было убить заклинанием.

Огромный черный пес вылетел к своей добыче и радостно оскалился. С его клыков стекала зеленая слизь. При виде желанной цели чудовище припало на передние лапы. Элионора замерла, опасаясь, что даже громкое дыхание может помешать. Она видела, как напряглась спина мужа, готовившегося к атаке монстра.

Пес бесшумно прыгнул, метя в горло, лорд Уиллморт отскочил, успев кинжалом напоследок зацепить противника. Темная слизь закапала на булыжники мостовой. Грим зарычал и вновь прыгнул, разворачиваясь уже в воздухе. Некромант выставил магический щит, но монстр легко проломил его и мягко приземлился, едва не задев противника. Тот снова уклонился, но вдруг неловко взмахнул руками, поскользнувшись на слизи. Грим вновь кинулся в атаку.

Элионора вскрикнула. Огонь сам вспыхнул в руке, и девушка кинула его, метя в глаза чудовищу. Морда пса запылала, он невольно остановился и затряс головой, пытаясь сбросить полыхавшее на глазах пламя.

Некромант не стал мешкать, а подскочил к чудовищу и несколько раз взмахнул кинжалом, перерезая горло. Алый блеск погас. Пес сделал еще один шаг, щелкнул огромными челюстями и упал, дергаясь в конвульсиях.

— Признаться, это было очень вовремя, — все еще тяжело дыша, лорд Уиллморт подошел к Элионоре.

— Вы убили его? — прошептала она, едва выговаривая слова непослушными губами.

От пережитого тело сотрясала дрожь, а ноги подкашивались. Девушке казалось, что она вот-вот упадет в обморок и лишь мысль том, что мостовая выпачкана в слизи кладбищенского грима удерживала её в сознании.

— Он уже был мертв, — некромант мягко притянул жену к себе. Она не стала противиться, лишь прижалась лбом к его плечу, словно ребенок, желающий спрятаться от мира. — Я просто освободил его душу.

— П-просто? — зубы клацали.

Лорд Уиллморт усмехнулся:

— Хорошо, это было непросто, и получилось лишь благодаря вам, моя дорогая, так что — я ваш должник!

— Перестаньте! — отмахнулась она, — Если бы не вы, этот монстр растерзал бы меня!

— Не думаю… Этот грим явно искал меня. — некромант покачал головой и прислушался. — Реджи, что там?

— Все в порядке, милорд! — отозвался верный слуга.

Тьма развеивалась, и вскоре в серебристом лунном свете Элионора смогла видеть стоящую неподалеку перекосившуюся карету и пару вороных, около которых суетился Реджи.

Кони, разгоряченные схваткой, все еще фыркали, выпуская из ноздрей струйки дыма. Судя по обрывкам ремней, валяющимся около кареты, их распрягали при помощи магии.

— Переулок слишком узкий, и моро могли пострадать, — торопливо пояснил конюх, виновато поглядывая на хозяина. Тот устало провел ладонью по лбу:

— Чего вдруг тебя вообще сюда понесло?

— Простите, милорд, мне показалось, что так можно срезать путь…

Лорд Уиллморт сурово сжал губы, оценивая ущерб, потом перевел взгляд на тело грима.

— Поговорим об этом потом, — распорядился он. — Сейчас проводишь миледи домой, пока я займусь этим переулком.

— Нет! — Элионора умоляюще посмотрела на мужа. Она уже не знала, что страшит ее больше: идти лишь в сопровождении слуги, мага-недоучки, или же то, что сам некромант останется один.

— Пожалуйста… — прошептала она одними губами. Лорд Уиллморт вздохнул, его взгляд слегка смягчился.

— Я собираюсь запечатать переулок и пойти в канцелярию, — предупредил он.

Элионора послушно кивнула. Сейчас она готова была идти с некромантом куда угодно.

— Реджи, отведи коней домой, — приказал некромант. — До утра ты мне не понадобишься. Надеюсь, это научит тебя выбирать дорогу!

— Но, милорд…

Тот взмахнул рукой, небрежно отметая все возражения, и направился к карете. Реджи обиженно засопел, но не посмел возражать своему господину.

Элионора проводила парня сочувственным взглядом. Уже разобравшись в характере мужа, она не сомневалась, что конюху с утра еще достанется за оплошность.

— Все готово, — лорд Уиллморт бесшумно подошел и стал рядом. — Теперь сюда могут попасть лишь люди из моего ведомства.

— Хорошо, — уже почти полностью придя в себя, Элионора обвела взглядом стены. — Странно, здесь нет ни одного окна…

— Эти дома давно уже заброшены, — пояснил ей муж, подхватывая под руку и направляясь вслед за Реджи к освещенной улице. — Какая-то судебная многолетняя тяжба…

— Думаете, владельцы этих домов…

— Ничего не знают о происшедшем, — он повернулся и окончательно запечатал переулок. — Вас я тоже попрошу хранить молчание, миледи.

— Мне не с кем болтать, — достаточно резко отозвалась Элионора, уязвленная мыслью о том, что она может обсуждать пережитый ужас с посторонними людьми.

— Вот и хорошо, — одобрил жену лорд Уиллморт.

Девушка с возмущением посмотрела на него и вдруг заметила улыбку, затаившуюся в уголках губ некроманта.

— Вы смеетесь надо мной?

— Скорее над ситуацией в целом, — ободрил он ее в своей слегка грубой манере. — Но рад, что вы пришли в себя. Идемте!

Глава 14

Они достаточно быстро дошли до здания, в котором находилась Тайная канцелярия. Много веков тому назад огромный замок был загородным поместьем герцогов Уолтерфолла, позже он несколько раз переходил от владельца к владельцу, пока, наконец, не был выкуплен в казну и не перестроен в тюрьму. Город стремительно расширялся, и тюрьма оказалась почти что в центре столицы, что не преминули отметить при создании Тайной канцелярии.

Когда-то юный Джон Уиллморт не слишком любил этот сооружение, считая его уродливым. Теперь же начальник Тайной канцелярии даже не задумывался о подобном.

Небрежно махнув часовым, он приложил ладонь к двери, снимая магические заслоны.

— Миледи, прошу вас, — под удивленными взглядами стражи, некромант провел жену внутрь.

В темноте ночи пустые темные коридоры выглядели еще мрачнее, чем когда Элионору вели по ним на допрос. Гулкое эхо шагов, отблеск факелов на стенах, пристальные взгляды тех, кто встречался на пути…

Девушка не сразу поняла, что лорд Уиллморт обращается к ней.

— Что? — совершенно по-глупому переспросила она, с трудом выныривая из тяжелых воспоминаний.

— Не могли бы вы осветить нам путь, — слегка извиняющимся тоном произнес лорд Уиллморт. — Видите ли я … гм… не совсем дружен с магией огня… К тому же я основательно исчерпал свой резерв.

— Да, конечно, — она взмахнула рукой, выпуская из пальцев икры.

Переливаясь, огненные светлячки облетели вокруг своей хозяйки и, образовав небольшой шар, повисли над головой.

— Ну вот, совсем другое дело, — пробормотал некромант. — Так гораздо приятнее.

Элионора вдруг поняла, что он специально заставил ее использовать магию в этих стенах, чтобы хоть чуть-чуть смягчить неприятные воспоминания. Поблагодарить мужа девушка не успела, тот уже зашагал по коридору. Девушка ничего не оставалось, как направиться следом.

Несколько поворотов, и они вошли в кабинет. Элионора прекрасно помнила эту мрачную роскошь: темные дубовые панели, тисненая серебром кожа, и массивная мебель. Даже камин был изготовлен из черного мрамора и очертаниями напоминал древний храм.

К удивлению девушки, лорд Уиллморт не стал садиться за стол, а прошел к одной из панелей и нажал на несколько завитушек, открывая проход в потайную комнату.

— Прошу!

Элионора недоверчиво шагнула через порог и оказалась в вполне современной гостиной с удобной мебелью, обитой модной полосатой тканью, и светлыми стенами.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, — начальник Тайной канцелярии зашел следом. Панель он задвигать не стал.

— Я и не думала… — девушка прошлась по комнате, с изумлением рассматривая обстановку, — А что за этой дверью?

— Спальня. Хотите посмотреть?

— Как-нибудь в другой раз, — под насмешливым взглядом зеленых глаз Элионора спешно отдернула руку и слегка смутилась.

— Как пожелаете, — явно наслаждаясь смущением жены, некромант подошел к небольшому шкафу-секретеру и распахнул дверцы. — Чая у меня нет, так что могу предложить лишь шерри или же бренди.

Он вопросительно взглянул на Элионору через плечо.

— Бренди! — с вызовом произнесла девушка, которой порядком надоело терпеть насмешки мужа.

— Хорошо, — он достал хрустальный графин и бокалы, поставил все на стол, разлил янтарную жидкость.

— Спасибо, — девушка взяла бокал и пригубила. Терпкий крепкий напиток оставлял дубовое вяжущее послевкусие.

— Лучше подержите бокал в ладонях, — посоветовал лорд Уиллморт. — Так вы сможете полностью оценить вкус.

— А вы гурман, — с удивлением заметила Элионора.

— Возможно, — некромант сделал несколько глотков и отставил бокал. — А теперь прошу меня простить, мне необходимо отдать распоряжения своим людям.

Не дожидаясь ответа, он вышел. Панель задвигать не стал, за что девушка была крайне признательна, она все еще боялась оставаться в одиночестве, даже под защитой мощных стен крепости.

Сейчас, сидя в кресле, Элионора могла видеть мужа. Он прошелся по кабинету, явно сосредотачиваясь, потом подошел к столу и сделал несколько пассов рукой. Черный голубь появился на столешнице.

Магический вестник, поняла Элионора. Затаив дыхание, она следила за нахохлившейся птицей, пока некромант едва слышно надиктовывал послание. До этого момента она никогда не видела подобного, слишком уж редкой была эта магия. Дослушав хозяина до конца, голубь распахнул крылья, а потом… раздвоился, и обе птицы вылетели прочь, темным туманом просочившись сквозь витраж окна.

Девушка ошеломленно смотрела вестникам вслед.

— Вижу, вас впечатлило?

Слишком зачарованная происходящим, Элионора пропустила момент, когда лорд Уиллморт вновь вернулся в гостиную. На этот раз он присел в кресло и закинул ногу на ногу.

— Это… это потрясающе, — выдохнула девушка.

Некромант сдержанно улыбнулся:

— Рад, что смог развлечь.

— Развлечь? Вы называете вестников развлечением?!

— А почему бы и нет?

Элионора возмущенно посмотрела на мужа и вдруг заметила огоньки озорства, притаившиеся в глубине его глаз.

— Вы смеетесь надо мной! — возмутилась она.

— Не без этого.

— Но зачем?

— Альмерия говорит, я дурно воспитан.

— О, в этом можете не сомневаться! — горячо уверила его Элионора и тут же прикусила язык. — Простите…

— Ничего страшного, тем более, что воспитывала меня она сама, — галантно уверил лорд Уиллморт и тут же прислушался. — А, вот и первые гости. Генрих, я здесь! Только не говори, что ты задержался, потому что решил досмотреть представление до конца!

Он встал и подошел к порогу кабинета как раз в тот момент, когда дверь, ведущая из коридора, открылась.

— Я — нет, — отрезал темноволосый мужчина в черном фраке. — Терпеть не могу, когда все актеры стоят спиной!

— Зато все смотрят на сцену, а не сворачивают головы, тыкая в тебя пальцем, — его спутница откинула капюшон на плечи. Бриллиантовая тиара в темных волосах засветилась, отражая пламя светлячков. Элионора сдавленно ахнула и вскочила, чтобы тут же присесть в реверансе:

— Ваши величества…

— Леди Уиллморт, прошу, оставьте эти формальности для официальных приемов, — поморщился король. — Джон, что произошло?

— С учетом того, что ты получил моего вестника, тебе не кажется, что вопрос звучит слегка глупо, — некромант достал еще два бокала, плеснул в один бренди и вопросительно взглянул на королеву. — Изабелла?

— Что и всем, — небрежно отмахнулась та.

Начальник Тайной канцелярии подал бокалы гостям.

— Элионора, вы вполне можете позволить себе присесть, — заметил он, оборачиваясь к жене. — Мы с Генрихом достаточно давно знакомы, чтобы соблюдать этикет.

— Я не имею чести знать его величество так близко, как вы, — отозвалась та.

Королева слегка приподняла бровь и почти весело взглянула на некроманта.

— О, Джон, неужели нашелся кто-то, кто осмеливается тебе возражать?

— Вижу, тебя это радует?

— Я в восторге! — Изабелла улыбнулась Элионоре, её темные глаза радостно сверкали. — Никогда не думала, что увижу женщину, способную возразить самому лорду Уиллморту!

— По-моему ты сама делаешь это регулярно, — возразил некромант.

— Я не в счет! Я ведь замужем за Генри!

— Хочешь сказать, что только это тебя и спасает? — хмыкнул король.

— Это спасает все королевство! А я, милый, спасаю тебя! — королева подошла к Элионоре и протянула руку. — Простите, наверное, я вас шокировала, но этот королевский протокол слишком утомителен, а ваш муж — один из немногих, с кем и я и Генрих можем позволить быть самими собой.

— Да, конечно, — все еще ошеломленная девушка постаралась улыбнуться. Вышло криво.

— Вы сердитесь? — темные глаза, опушенные огромными длинными ресницами, всматривались в лицо Элионоры.

Как и у всех южанок, волосы ее величества были иссиня-черными, а кожа — алебастрово-белой. Злые языки поговаривали, что Изабелла использует иллюзии, но стоя рядом, Элионора не могла уловить отголоски чар, только сам дар — чистый и свежий родниковый ручей. Маг воды.

— Огонь? — в свою очередь изучив жену друга, Изабелла лукаво посмотрела на начальника Тайной канцелярии. — Огонь прогоняет тьму, лорд Уиллморт.

— Или же разгорается ярче, — ответил он и повернулся к королю. — Я вызвал своих людей, они уже идут по коридору. Ты останешься здесь?

— Да, пожалуй, не хочу никого смущать.

— Хорошо. Я задвину панель.

— Только не забудь отодвинуть ее потом! — напутствовала его Изабелла. — В прошлый раз твое совещание заняло более двух часов!

— По-моему, вы с Генрихом тогда неплохо провели время!

Король усмехнулся, а королева мечтательно улыбнулась и бросила на мужа лукавый взгляд из-под ресниц. Элионора смущенно потупилась, в обществе было не принято, чтобы супруги так явно проявляли интерес друг к другу.

— Элионора, могу я просить вас развлечь наших гостей? — точно читая мысли, некромант подошел к жене.

— Разумеется, — кивнула она. — Правда, слуг нет, а сама я не знаю, где что находится…

— О, не волнуйтесь, Генриху не впервой! — лорд Уиллморт коварно улыбнулся и вышел. Панель зашуршала, становясь на место.

В комнате воцарилось молчание. Элионора судорожно придумывала фразы, с которыми она может обратиться к королевской чете. Изабелла её не смущала. Королева сама была слишком непосредственна, и с ней было очень легко. Даже сейчас она ободряюще улыбалась, но вот король… Скрепя сердце Элионора взглянула в лицо человека, который одним росчерком пера перечеркнул всю её прежнюю жизнь.

— Чертов некромант! Наверняка, он сделал все нарочно! — проворчал тот, отставляя бокал и подходя к жене друга. — Думаю, миледи, нам стоит прояснить все сразу.

Элионора внимательно смотрела на него. Генрих вздохнул.

— Не буду рассказывать вам, что сожалею по поводу… гибели вашего брата. Граф Артли заслужил свою смерть. Но, если вы, как преданная сестра, питали привязанность к нему…

Элионора покачала головой.

— Почти нет. У нас была слишком значительная разница в возрасте, и мы почти не знали друг друга. Я вынуждена была жить с Альбертом после гибели родителей…

— Возможно, мне следовало взять вас под свою опеку?

— Не думаю. Если бы это случилось, то я могла бы питать романтические иллюзии по отношению к брату и действительно винила бы вас в случившемся… а так…

— А так? — настаивал его величество.

Элионора вздохнула.

— Я прожила с ним слишком долго и понимаю, что своими поступками, своими непомерными амбициями он действительно заслужил смерть, — она все-таки сказала это и с неким вызовом посмотрела на короля, ожидая гнева или осуждения. В его серых глазах читалось сочувствие.

— Поверьте, мне все равно очень жаль, что так получилось, — тихо сказал он.

— Поверьте, мне тоже, — совершенно искренне отозвалась Элионора, впервые подумав, каково было этому мужчине подписать смертный приговор человеку.

— Могу ли я надеяться, что все осталось в прошлом? Поверьте, мне бы не хотелось, чтобы нашу с Джоном дружбу омрачали трагические воспоминания его жены.

— Разумеется, — Элионора сдержанно поклонилась, подумав про себя, что может простить почти все, кроме угрозы заточения её самой в монастырь. Впрочем, король прав, и для всех будет лучше начать все с чистого листа. Она хотела еще что-то добавить, но панель вновь отодвинулась, и в комнату шагнул начальник Тайной канцелярии. Взглянув на него, Элионора невольно вздрогнула: зеленые глаза вновь были наполнены холодом и тьмой.

— Я отправил своих людей в переулок, — сказал лорд Уиллморт ни к кому конкретно не обращаясь. — Думаю, все затянется до утра. Генри, окажи мне услугу.

— Я — весь внимание.

— Увези Элионору во дворец.

— Конечно.

— Я не поеду, — девушка сказала в унисон с королем и слегка смутилась. Но тут же вновь с вызовом взглянула на некроманта. — Не стоит беспокоить ваших друзей по пустякам, милорд!

— Нападение Грима — это не пустяки! — возразил тот, грозно смотря на непокорную жену. Этот взгляд распалил Элионору еще больше.

— Тогда мне тем более не следует оставлять вас! Вы еще не полностью оправились от прошлого нападения!

— Прошлого? — Генрих нахмурился. — Было еще одно? Ты мне ничего не говорил!

— Ну… — начальник Тайной канцелярии взял свой бокал, покрутил в руках, старательно избегая взгляда друга. — Я не был уверен, что это — нападение… так, одинокий Грим… неподалеку от моего дома…

— Что-то я не припомню, чтобы рядом с твоим домом было кладбище! — возразил король.

— Нет, лишь твой дворец! — некромант задумчиво взглянул на жену. Та прикусила губу, уже жалея о вырвавшихся словах.

— И как оказалось, у Грима была компания, — невинно заметила Изабелла. — Не иначе, как привел друга, показать столицу, а, Джон?

— Все хуже, — лорд Уиллморт скривился. — Ладно, все равно придется писать в официальном докладе. Грим успел раздвоиться.

Король хлопнул ладонью по столешнице так, что графин задрожал и выругался, правда, тут же извинился перед дамами.

— Ничего, дорогой, я уже привыкла, — безмятежно отозвалась Изабелла.

Казалось, что королеву не слишком беспокоит происходящее, если бы не чуть сузившиеся темные глаза и слишком внимательный взгляд, которым она следила за некромантом.

— Ты уверен, что это — именно тот Грим? — переспросил король. Начальник Тайной канцелярии пожал плечами:

— Насколько я успел прочесть дух пса — да. И Альмерия говорила о новых душах.

— Что означает… — Генрих мрачно посмотрел на друга.

— Что надо искать человеческие жертвы, — кивнул тот. — Я уже поднял ищеек по тревоге. Пусть роют.

— И где они будут рыть?

— На тюремном кладбище. Там проще всего спрятать тела. И именно его подняли против меня.

Элионора невольно отвернулась, стараясь скрыть выражение, мелькнувшее на лице. Мысль о том, что брат мог быть в числе мертвецов, напавших на нее и мужа, вызывала тошноту.

— Интересно, кто мог это сделать.

Лорд Уиллморт пожал плечами:

— Да кто угодно. Умертвия были подняты очень грубо, и сразу рассыпались.

— Думаешь, работал самоучка?

— Возможно. Поднята была лишь старая часть кладбища.

— На новую не хватило сил? — предположила Изабелла.

— Или чего-то побоялся, — некромант залпом допил коньяк и поставил бокал на стол. — Например, жертв Грима.

Король последовал его примеру и взглянул на жену.

— Думаю, нам пора, — улыбнулась она, вставая. — Элионора?

— Я предпочитаю остаться с мужем, — твердо ответила девушка. Генрих взглянул на друга, тот пожал плечами.

— В таком случае, доброй ночи! — подхватив жену под руку, король направился к выходу. — Джон, держи меня в курсе!

Лорд Уиллморт недовольно поморщился, уже представляя традиционный утренний доклад.

— Элионора, жду вас во дворце в любое время, — Изабелла еще раз улыбнулась, и супруги вышли.

Девушка виновато посмотрела на недовольно хмурящегося мужа.

— Вы сердитесь, что я осталась? — тихо спросила она.

— Что? Конечно нет! — некромант устало потер лоб рукой, взглянул на жену. — Идите спать. Кровать в соседней комнате. Горничной нет, но, если не сможете расстегнуть платье, зовите меня, я постараюсь справиться.

— О, я не сомневаюсь, что у вас весьма обширный опыт в раздевании женщин, — язвительно отозвалась Элионора. — Возможно именно наличием кровати объясняются ваши постоянные отлучки дома, милорд?

Она слишком устала и переволновалась за этот вечер, и теперь уже не могла сдерживаться. Лорд Уиллморт сделал несколько шагов, оказываясь прямо перед Элионорой, его глаза были наполнены Тьмой, и девушка невольно попятилась. Некромант невозмутимо шел за ней, пока Элионора не уперлась в стену.

— Я. Не. Вожу. Сюда. Женщин, — отчеканивая каждое слово, произнес начальник Тайной канцелярии. — Думаю, этот вопрос мы прояснили?

Не в силах сказать ни слова, девушка лишь кивнула. Некромант скользнул взглядом по ее лицу, задержавшись на приоткрытых губах. На какой-то миг Элионоре показалось, что сейчас муж её поцелует, но он резко отошел.

— Мне кажется, мы оба устали, — спокойно заметил он. — Спокойной ночи, миледи.

Короткий церемонный поклон сопровождал его слова.

— Спокойной ночи, милорд!

Девушка прошла в соседнюю комнату. Вдоль одной из стен, обитых алым атласом, стояла огромная кровать. Ярко-алый балдахин поддерживали четыре деревянных грифона с золочеными когтями и клювами. Пятый, раскинув крылья, восседал на верхушке. Все конструкция балдахина крепилась к его лапам.

Это не прибавило Элионоре настроения. Девушка щелкнула пальцами, зажигая свечи. Огненные блики заплясали на атласной вышивке. Только сейчас Элионора поняла, что окон в спальне не было.

Золотистое покрывало ярким пятном лежало на кровати. Девушка задумчиво провела по нему рукой. Когти грифонов загадочно переливались золотом в отблесках пламени свечей.

«Я не вожу сюда женщин» — пронеслось в мозгу. Сейчас, глядя на это мрачное великолепие, Элионора готова была поверить мужу. Она медленно опустилась прямо на покрывало, раскинула руки, глядя в темный купол балдахина. Едва уловимый запах осенних листьев и моря кружил голову, или это была просто усталость…

Девушке пришлось сделать над собой усилие, чтобы подняться и попытаться снять платье. Удалось с трудом. Благо, корсет был один из тех, что затягивается спереди, но вот с крючками на лифе пришлось повозиться. Несколько раз Элионора готова была сдаться и все-таки позвать мужа на помощь, но гордость не позволила.

Платье соскользнуло на пол. Быстро пригладив волосы щеткой, обнаруженной тут же, на туалетном столике, рядом с тазом для умывания, Элионора вновь легла в кровать, на этот раз уже откинув покрывало.

Запах листьев и моря усилился. Девушка долго лежала, задумчиво смотря на блестящие когти грифонов. В какой-то момент усталость все-таки взяла свое, и глаза закрылись сами собой. Уже засыпая, она слышала приглушенные звуки шагов в гостиной, заставивших сердце забиться в тревожном предвкушении, но некромант, верный своему слову так и не зашел в спальню, и Элионора с сожалением провалилась в сон.

Лорд Уиллморт немного постоял у дверей спальни, прислушиваясь к звукам. В комнате было тихо. По всей видимости, Элионора все-таки справилась с платьем и легла спать. Он не мог определить, что радует его это или же печалит.

Некромант вновь прошелся по комнате, плеснул в бокал бренди и растянулся на узком диванчике. Придется коротать ночь здесь. Он не стал заходить в кабинет. За́мок, давно подчинившийся воле лорда Уиллморта предупредит, когда вернутся ищейки. В другое время, начальник Тайной канцелярии с удовольствием растянулся бы на кровати, лениво рассматривая узор алых стен: при отблеске свечей он порождал причудливую игру воображения. Но сейчас в спальне находилась Элионора. Рыжеволосая красавица, столь бесстрашно сносившая все, что ей уготовала судьба.

В памяти проносились обрывки воспоминаний: подрагивающая рука в бальной перчатке, опирающаяся на его руку, бесстрашная светская улыбка, едва заметный наклон головы и взгляд, которым его жена смотрела на своего кузена…

Хрустальный бокал разлетелся в руках, бренди плеснуло на рубашку, оставляя некрасивые пятна. Некромант поморщился и медленно встал, стряхивая с себя осколки. Придется все-таки войти в спальню за сменной одеждой.

Лорд Уиллморт тяжело вздохнул. Мысль о том, что сейчас он увидит жену в своей кровати, показалась слишком соблазнительной. Некромант стиснул зубы и шумно втянул воздух. И когда это он стал думать об Элионоре, как о жене?

Он подошел к двери, решительно взялся за ручку и отступил, не зная, сможет ли сдержаться… Тьма недовольно зашелестела, осуждая подобную нерешительность. Она жаждала вновь прикоснуться к Огню.

Начальник Тайной канцелярии поспешно одернул руку и отошел. Если даже Тьма искушает своего господина, то не стоит входить в спальню.

— Альмерия, — негромко позвал лорд Уиллморт, снимая охранные заклинания и позволяя изнывающей от любопытства тетушке появиться в его кабинете.

— Доброй ночи, дорогой! — призрак медленно появился в воздухе и огляделся. — О, неужели я допущена в святая святых?

— Как видишь! — некромант вновь налил себе бренди.

— Что случилось с твоей рубашкой?

— Разбил бокал.

— А почему ты не переоделся?

— Элионора в спальне.

— Что? — Альмерия с наигранной тревогой посмотрела на племянника. — Джон, дорогой, я тебя не узнаю! У тебя в спальне находится красивая девушка, на которую ты имеешь все права, а ты вместо этого сидишь здесь и пьешь в одиночестве!

— Поэтому я и позвал тебя, — услужливо пояснил лорд Уиллморт и чуть спокойнее добавил. — Элионора очень устала. На нас напал грим.

— Да, весь потусторонний мир только и гудит, что об этом! — фыркнула тетушка. — Сплетня разошлась так быстро, что уже непонятно, откуда что взялось.

— И что говорят?

— Что подняты все кладбища города. Души переживают, что им вновь придется появиться в этом мире.

— Глупости.

— Я так и подумала, — Альмерия сделала вид, что присела в кресло. — Может расскажешь мне, что знаешь? Чтобы я знала, что именно искать ТАМ…

Она многозначительно закатила глаза и скрестила руки на груди, изображая покойницу. Лорд Уиллморт осуждающе взглянул на нее.

— Тебе обязательно так делать?

— Извини, все время забываю, что даже такой ты меня видел.

— Зрелище не из приятных.

— Нахал.

— Яблочко от яблони…

— Тебе напомнить, что яблоней был мой брат, а я росла в соседнем саду? — безмятежно отозвалась Альмерия. Некромант улыбнулся:

— И даже оттуда ты оказывала на меня влияние.

— Теперь ты безбожно льстишь!

— Кто-то же должен, — лорд Уиллморт невольно улыбнулся.

— Выходит, все еще серьезнее, чем я предполагала? — призрак пристально посмотрел на племянника.

— Грим был натравлен.

— Натравлен? Ты уверен? — Альмерия взметнулась вверх и заметалась под потолком, словно огромная ночная бабочка.

— Да. Все признаки на лицо: кроваво-красные глаза и он даже не заметил Элионору.

— Но ведь это означает… Джон, кто-то взял твою кровь?

— Похоже на то.

— Но… когда?

— Скорее всего, несколько дней назад, когда я был ранен. Гарри долго возился со мной и не сразу убрал корпию и бинты.

— Думаешь, то нападение было спланировано?

— Я почти уверен в этом, — лорд Уиллморт вновь присел в кресло, откинулся на спинку и все-таки развязал галстук. — Кто-то прекрасно знал, как и когда я возвращаюсь домой.

— Тогда… Джон, предатель в твоем доме? — ужаснулась Альмерия.

Некромант криво улыбнулся.

— Как неожиданно, верно? Я насильно тащу под венец сестру казненного мной заговорщика, и после этого моя жизнь оказывается под угрозой…

— Это не может быть Элионора! — горячо возразила тетя. — Ты и сам это неоднократно повторял!

— А ты утверждала, что я доведу до греха и святого.

— Но не её.

— Ты так доверяешь ей?

— Я доверяю Кьяре.

— Мнение лошади — прекрасный аргумент.

— Моро не ошибаются, когда выбирают хозяина, Джон! — Альмерия вновь присела в кресло и взглянула на племянника.

Тому подумалось, что все почти как в старые добрые времена, если бы не обивка кресла, просвечивающая сквозь бесплотное тело. При воспоминаниях о прошлом спорить расхотелось.

— На самом деле я не верю, что Элионора причастна к этому, — устало произнес Джон. — Она слишком… яркая для подобного.

— Тьма позволила тебе разглядеть её Огонь?

— С каких это пор Тьма повелевает мной, а не я ею? — зеленые глаза слегка прищурились.

— Не знаю. Мы все как-то пропустили этот момент, — Альмерия вздохнула. — Знаешь, Джон, мне уже давно хочется покоя, но я не могу оставить тебя таким…

— Каким?

— Холодным. Бесчувственным. Озлобленным на весь мир, — призрак внимательно взглянул на племянника. Тот с досадой передернул плечами, показывая, что нотации ему неприятны, и Альмерия не рискнула продолжать. — В любом случае, ты позвал меня сюда не просто так.

— Ты так хорошо меня знаешь!

— Я же тебя воспитывала.

— Да, — лорд Уиллморт с признательностью посмотрел на тетушку. — И признаться, у тебя неплохо получалось.

— Давай опустим лесть и перейдем к твоей просьбе, — предложила та.

Некромант усмехнулся:

— Только если ты настаиваешь! Я хотел тебя попросить разведать с той стороны. Подняли часть кладбища, и возможно, кто-то из неупокоившихся душ знает что-то…

— Ты кого-то подозреваешь?

— Да.

— И ты не скажешь кого?

— У меня нет доказательств, лишь предположения.

Альмерия задумчиво покусала ноготь.

— Я могу попробовать, — наконец сказала она, — но ты же знаешь, меня там не слишком жалуют…

— Просто будь начеку, — попросил племянник. — Если преступник тот, о ком я думаю, то он не некромант и не умеет договариваться с душами. Потому рано или поздно кто-нибудь проболтается.

Тетя улыбнулась, хотя в глазах таилась тревога.

— А сам-то ты что собираешься делать?

Племянник озорно усмехнулся, внезапно напомнив мальчишку, которым был много лет назад:

— Прямо сейчас, поскольку в моей спальне находится красивая женщина, я хочу вздремнуть на диване.

— Ты неисправим, Джон! — обреченно вздохнул призрак.

— Ты сама вынудила меня дат клятву, — напомнил он, с наслаждением вытягивая ноги.

Глава 15

Элионора не знала, сколько времени проспала. Свечи, которые она забыла потушить, почти догорели, и в комнате царил полумрак. Лишь когти и клювы грифонов все еще поблескивали, отсвечивая алым. Магическая позолота прекрасно впитывала в себя огонь. Платье все еще лежало на полу бесформенной грудой. Элионора подняла его, расправила, но надевать не стала, платье застегивалось на спине на множество маленьких пуговичек

Девушка растерянно оглянулась. Пламя свечей в углу вдруг стало ярче, высвечивая небольшой комод с небрежно брошенным сверху парчовым мужским халатом. Понимая, что выбора нет, Элионора накинула его поверх своей рубашки, стараясь не думать, как к этому отнесется её муж. Умывшись и быстро расчесав волосы, она, путаясь в длинных полах, вышла в гостиную.

В комнате пахло бренди, под ногой хрустнуло стекло. Присмотревшись, Элионора заметила, что пол усыпан осколками. Тусклый серый свет, льющийся из окна, подсказывал, что сейчас раннее утро.

Девушка оглянулась и, наконец, заметила лорда Уиллморта. Свесив ноги с одной стороны, и голову — с другой, он крепко спал на небольшом диване. Из одежды на нем остались лишь бриджи и рубашка, фрак и жилет небрежно валялись в соседнем кресле. Темные волосы, обычно стянутые в хвост, сейчас почти касались пола. Элионоре вдруг захотелось зарыться в них пальцами. Она выдохнула.

Некромант пробормотал что-то и открыл глаза. Несколько секунд он смотрел на расписной потолок, словно соображая, где очутился, потом перевел взгляд на девушку.

— А, вы уже проснулись! — он моментально поднялся и направился в спальню.

— Да. Я… мне пришлось позаимствовать ваш халат, надеюсь вы не возражаете? — Элионора зашла следом за мужем и невольно охнула.

Некромант как раз снял свою рубашку, чтобы сменить на свежую. Он стоял к двери спиной и в мерцании золотых когтей девушке было видно, как перекатываются мышцы спины под кожей.

Одним движением лорд Уиллморт надел рубашку и обернулся.

— Если я скажу, что возражаю, вы его снимите? — слишком вежливо осведомился он.

— Что? — под насмешливым взглядом Элионора невольно вцепилась в парчовые отвороты.

В ответ некромант негромко рассмеялся. В тишине смех прозвучал как издевка. Пламя догорающих свечей взметнулось вверх. Девушка выпрямилась, принимая вызов. Слегка прищурив глаза, она развязала пояс, распахивая полы. Смех оборвался. Показалось, или когти грифонов засверкали чуть ярче.

Не сводя взгляда с мужа, Элионора небрежно повела плечом скидывая халат на пол. Парчовая ткань соскользнула, открывая тонкую девичью фигуру, окутанную тончайшим шелком сорочки.

Дрожа от собственной смелости, девушка шагнула вперед.

— Вы удовлетворены? — спросила она срывающимся голосом.

Лорд Уиллморт пробормотал себе под нос что-то про идиотские клятвы, а потом шагнул к жене, сжал плечи, притянул к себе, буквально впиваясь поцелуем.

Тьма подхватила девушку, закружила ураганом, заставляя задыхаться от обуревавших чувств. Настойчивые губы призывали ответить, отдаться водовороту чувств и Тьме. Пытаясь устоять под этим натиском, Элионора невольно схватилась за ворот рубашки некроманта.

Пальцы задели атласную кожу. Мягкую и удивительно теплую. Не удержавшись, девушка скользнула ладонью под рубашку мужчины, провела по плечу, наслаждаясь твердостью мышц… Некромант шумно выдохнул и прикусил губу Элионоры. По телу пробежала легкая дрожь, а низ живота свело точно судорогой. Она вся выгнулась, устремляясь навстречу такой ласковой и нежной Тьме.

Теплая ладонь некроманта скользнула по плечу девушки к тонкой шее, небрежно обвела ключицу, под которой тревожно билась жилка, нырнула под вырез рубашки к упругой груди.

Обжигающе-горячие прикосновения пальцев заставили Элионору откинуть голову, тихий стон вырвался из её губ. Лорд Уиллморт вдруг вздрогнул всем телом и отшатнулся, тяжело дыша. На его лбу блестели капли пота.

Прислонившись к стене, девушка смотрела на мужа сквозь полуопущенные ресницы. Ноги подгибались, и Элионора не была уверена, что сможет сделать хотя бы шаг, чтобы не рухнуть к ногам некроманта.

Он опомнился первым.

— Миледи, — низко поклонившись, лорд Уиллморт вышел из комнаты, пересек гостиную и почти полностью задвинул панель, ведущую в кабинет.

Элионора медленно опустилась на пол, обхватила колени руками, спрятала пылающее лицо. Как она могла опуститься до такого! Соблазнять мужчину, стонать в его объятиях, словно какая-то портовая девка… Наверняка, лорд Уиллморт, ожидавший от нее более благопристойного поведения, был шокирован этим.

С другой стороны, он сам не должен был целовать ее так… Элионора судорожно вздохнула, вспомнив эти бесстыдно-манящие поцелуи, обещавшие что-то неизведанное, страшное и прекрасное одновременно.

Приглушенные голоса заставили её вынырнуть из сладостной дремы. Девушка поняла, что так и сидит у стены в одной полупрозрачной сорочке и охнула. Злополучный халат все еще лежал на полу, но девушка поостереглась его трогать.

С трудом застегнув пуговицы на талии, Элионора вышла в гостиную, поддерживая сползающий лиф платья. Она появилась в комнате как раз в тот момент, когда панель отодвинулась и вошел слуга, неся в руках поднос с завтраком. При виде полуодетой женщины, он выпучил глаза. Пузатый кофейник опасно накренился, грозя упасть на пол. Охнув, слуга выровнял поднос, все еще не сводя глаз с Элионоры.

— Чарли, можешь идти, — распорядился хозяин кабинета, заходя следом. Сам он уже был полностью одет, вплоть до галстука, завязанного замысловатым узлом. — Мы с леди Уиллморт вполне справимся сами.

Зеленые глаза вновь были наполнены холодом.

— Да, милорд, — окончательно смутившись, тот поспешил выйти.

Некромант спокойно зашел за спину к жене и принялся застегивать мелкие пуговички. На этот раз его движения были резкими. Случайное прикосновение к спине заставило девушку вздрогнуть.

— Прекратите, — в голосе лорда Уиллморта слышалось раздражение и злость. — У меня не слишком много времени, чтобы возится со всеми этими застежками.

— В таком случае — оставьте их, — попросила Элионора.

— Как вам будет угодно, — он подошел к столику, на котором слуга оставил поднос с завтраком. — Реджи скоро прибудет, чтобы отвезти вас домой. Хотите кофе?

— Нет, — девушка покачала головой.

— Как хотите. С вашего позволения, я все-таки позавтракаю, поскольку мне, похоже, придется пробыть здесь целое утро.

— Как вам будет угодно, — пожала плечами девушка, невольно копируя манеру общения. Стараясь избегать тяжелого взгляда мужа, она отошла к окну, делая вид, что рассматривает абсолютно пустой двор, вымощенный булыжниками.

— Там нет ничего интересного, — раздался за спиной насмешливый голос.

— Простите?

— Это — двор для прогулки заключенных. Особо опасных, — некромант чуть прищурился. — Ваш брат тоже гулял здесь.

— Вот как? — Элионора обернулась и холодно посмотрела на начальника Тайной канцелярии. — Полагаю, вы специально упомянули об этом?

— Верно. Я ведь тот, кто погубил вашего брата, Элионора… или вы забыли об этом?

— Альберт погубил себя сам. Что же касается вас, милорд, то уверяю, у меня прекрасная память… — голос срывался и девушке пришлось замолчать, чтобы перевести дух.

— Которая не позволит забыть вам, что недавно произошло в соседней комнате, — вкрадчиво произнес лорд Уиллморт, мрачно улыбаясь. — И сейчас вы, наверняка, ожидаете от меня извинений за мою несдержанность.

Элионора вновь вспыхнула.

— Я ничего не жду от вас, милорд! — почти зло отчеканила она. — И буду признательна вам, если вы, как истинный джентльмен, никогда не будете напоминать мне о том, что произошло сегодня утром!

Некромант хотел что-то возразить, но передумал.

— Как пожелаете, миледи, — он встал и холодно поклонился.

— Благодарю вас, милорд, — так же холодно кивнула в ответ Элионора.

Больше они не сказали друг другу ни слова.

Допив кофе, некромант распорядился отвезти жену домой. На этот раз Элионора не стала возражать.

Казенная карета оказалась достаточно удобной, и, самое главное, ничуть не напоминала роскошный экипаж лорда Уиллморта. Девушка откинулась на спинку сиденья и рассеянно наблюдала за просыпающимся городом.

Заспанные кутилы, вечно торопящиеся слуги, нищие мальчишки, готовые за медяк оказать любую услугу… на одной из улиц Элионора заметила двух вульгарно накрашенных женщин, чьи платья не оставляли сомнений в роде занятий. Они хохотали и перекидывались друг с другом фразами на малопонятном леди Уиллморт жаргоне.

Заметив, что за ними наблюдает леди из кареты, одна из женщин дерзко помахала рукой. Элионора покраснела и отвернулась, вызвав новый взрыв смеха.

Дорога не заняла много времени, и вскоре девушка уже входила на крыльцо дома. Ей даже не пришлось стучать, когда дверь распахнулась.

— Миледи, — миссис Фейрфакс, лично открывшая дверь присела в глубоком реверансе.

— Доброе утро! — Элионора вошла, привычно оглядывая холл, где сновали слуги, начинавшие привычную ежедневную уборку. Девушка невольно крепче сжала полы плаща, стараясь не показать, в какой беспорядке была её одежда.

Снова поклоны, на этот раз более почтительные, чем раньше, подобострастные улыбки и едва слышный шепот за спиной.

Слишком уставшая, чтобы задумываться, что это может значить, Элионора приказала принести лохань и наполнить её водой. Приказ был исполнен незамедлительно.

Подогрев воду при помощи заклинания, Элионора с наслаждением опустилась туда, предварительно добавив лавандового масла. Мери-Джейн стала сзади и начала расчесывать золотисто-рыжие волосы своей госпожи. Движения горничной действовали умиротворяюще, и девушка закрыла глаза, наслаждаясь видимостью покоя.

Она даже задремала, и потому вопрос горничной застал Элионору врасплох.

— Милорд рассчитывает посетить вас этой ночью, мисс?

— Что? — от неожиданности девушка дернулась, голова соскользнула с бортика и Элионора оказалась под водой. Она вынырнула, отплевываясь и откидывая мокрые пряди с лица. — Мери-Джейн! Что за вопросы?

— Ну мне надо знать, какую ночную рубашку вам готовить, — рассудительно произнесла та, слегка удивленная такой реакцией хозяйки.

— С чего ты вообще решила, что лорд Уиллморт?..

— Так это все в доме говорят.

— Что говорят? — тон Элионоры не сулил ничего хорошего.

— Что наконец-то вы с милордом достигли согласия и стали делить ложе, как и положено супругам, — Мери-Джейн преданно взглянула на госпожу своими круглыми, слегка выпученными глазами.

Элионора сжала и разжала кулаки, пытаясь успокоиться. В конце концов слуги всегда сплетничали о том, что происходит в доме, и ее не должно задевать то, о чем говорят на кухне. Теперь стали понятны эти подобострастные поклоны и таинственный шепот.

— Подай простыню! — нежиться в теплой воде расхотелось, а запах лаванды вызывал лишь головную боль. Элионора быстро выбралась и села у туалетного столика. Мери-Джейн вновь начала расчесывать волосы хозяйки, намереваясь просушить их.

— И о чем еще говорят на кухне? — как ни старалась девушка говорить спокойно, голос был полон гнева.

— Ну что Реджи, конюх, подвел милорда, — горничная пожала плечами. — Странно, что он вообще свернул в тот проулок, ведь дорога от королевского дворца к дому прямая. Не иначе, как задремал, да по старой памяти…

Горничная вдруг осеклась и слегка смутилась. Элионора внимательно смотрела на отражение в зеркало.

— По старой памяти? — холодно переспросила она.

— Ну… миледи, вам ведь известно, что джентльмены иногда позволяют себе… что они общаются с разными женщинами…Это не значит, что они не уважают жену, просто не желают лишний раз беспокоить…

Свечи в канделябре ярко вспыхнули.

— Как ее имя?

— Кого?

— Любовницы моего мужа, — это уже был не гнев, но ярость.

— Мисс Элионора, я не… — под полыхающим огнем взглядом горничная потупилась.

— Мери-Джейн!

— Клодиль. Мадам Клодиль.

— Кто она?

— Я не знаю, но говорят, лорд Уиллморт снял ей дом.

— Даже так? И где же находится этот дом?

— Мисс Элионора, вы не собираетесь ехать туда! — ужаснулась горничная. — Это просто неприлично!

Элионора хотела возразить, но тут же вспомнила увиденных утром женщин, вспомнила их дерзкий смех у себя за спиной…

— Да, ты права. Это ни к чему.

— Да, миледи, — с обманчивой покорностью согласилась горничная.

Тем не менее, как ни старалась Элионора выкинуть этот разговор из памяти, мысли постоянно возвращались к нему. И когда она бродила по ставшим уже ненавистными дорожкам парка, и когда вновь принимала визитеров, уже наслышанных о вчерашнем происшествии, и теперь жаждущих узнать подробности.

Когда лакей объявил о приезде леди Кроссби и леди Вендер, первым порывом было приказать слугам говорить, что леди Уиллморт сегодня не принимает, но Элионора тут же сообразила, что это было бы глупо. Настырные охотницы за сплетнями, они все равно приехали бы позже. Пришлось изобразить радушную хозяйку.

Да, она испугалась, нет, все хорошо, конечно, лорд Уиллморт со всем справился…

Джаред Лавл явился одним из последних, сопровождая своего отца.

— Нора, вы просто ужасно выглядите! — тихо произнес кузен, отводя девушку к окну. — Вы не пострадали?

— Нет, — вымученно улыбнулась она, невольно оглядываясь на остальных гостей, но заядлая сплетница леди Кроссби увлеклась разговором с леди Вендер. Абигайль с матерью не было, как сообщила почтенная дама: «Юной девушке ни к чему знать подобные ужасы».

Элионору безумно раздражала та покровительственная манера, с которой с ней держалась мать бывшей подруги, и девушка испытала даже некое злорадство, заметив сожаление, мелькнувшее во взгляде леди Вендер при виде Джаспера. Почтенная матрона явно пожалела о решении оставить дочь дома.

Кузен все еще держал Элионору за руку, и она поспешила выдернуть ладонь.

— Со мной все в порядке, — быстро сказала она.

— И все-таки. Мне кажется, что вы удручены чем-то.

— Нет, — Элионора вымучено рассмеялась, но под внимательным взглядом смех оборвался. — Скажите, вы знаете, кто такая Клодиль?

Вопрос вырвался сам по себе, и девушка тут же прикусила язык, но было поздно. Кузен слегка побледнел и буквально впился в Элионору взглядом.

— Откуда вы узнали?

— Неважно, — отмахнулась она, понимая, что совершила бестактность. Порядочной женщин не стоило знать о тех, кто развлекает мужчин за деньги. — Простите, я…

— Элионора…

Девушка быстро отошла от окна и вернулась к гостям, заведя разговор о вчерашней премьере. Джареду ничего не оставалось, как присоединиться к остальным.

Едва последние гости уехали, Элионора вбежала к себе в комнату, подхватила плащ и перчатки и поспешила в парк, где она совсем недавно заприметила калитку, через которую обычно входили слуги.

Надвинув капюшон плотнее на лоб, девушка торопливо прошла несколько улиц и лишь тогда окликнула извозчика.

— К мадам Клодиль, — приказала она, садясь в достаточно обшарпанный экипаж и давая кучеру золотой. Возница с сомнением посмотрел на хорошо одетую молодую пассажирку.

— Вы уверены, мисс? — осведомился он. — Дом Клодиль не слишком респектабельное место.

— О да! — вопрос извозчика развеял остатки сомнений.

Элионоре надо было увидеть тот дом, который оплачен из кармана мужа, и… саму женщину. Прежде всего женщину, которая смогла расположить к себе начальника Тайной канцелярии.

Кучер вздохнул и пожал плечами. Повидав на своем веку слишком многое, он не сомневался, что девушка еще пожалеет о своем решении, но кто он такой, чтобы возражать пассажирке и лишаться верного заработка. И наемный экипаж покатил по дороге.

Элионора сидела, как на иголках. С каждой минутой ее решительность таяла. Даже если она и войдет в дом этой Клодиль никем не узнанной, то что она может сказать? Потребовать, чтобы та оставила лорда Уиллморта? Да Клодиль рассмеется Элионоре в лицо и будет абсолютно права.

Экипаж остановился на одной из не слишком презентабельных улиц.

— Приехали, мисс, — возвестил извозчик. — Мадам Клодиль живет вот там…

Он хлыстом у казал на слегка вычурный дом, стоявший в конце узкой улицы. Два магических фонаря освещали крыльцо алым светом даже днем.

— Хорошо, — отозвалась Элионора, даже не делая попытки выйти из кареты. — Вы можете постоять здесь?

— Ну, коли вы платите, отчего ж и не постоять? — согласился извозчик, в глубине души довольный нерешительностью пассажирки.

Та задумчиво рассматривала дом, купленный на деньги её мужа. Больше всего сооружению подходил эпитет «слишком»: слишком вычурный, слишком роскошный для этой улицы…

— Добрый день, миледи! — знакомый голос заставил подскочить.

— Эй, вы куда? — возмутился кучер.

— Все в порядке, милейший, видишь же, что девушка не возражает, — спокойно отозвался лорд Уиллморт, садясь в экипаж к жене.

— Мисс? — переспросил извозчик, но Элионора молчала, в ужасе смотря на мужа широко раскрытыми глазами. Это молчание вкупе с золотым, протянутым лордом, убедило извозчика больше всего, и он вновь вернулся на козлы, не желая вмешиваться в отношения господ.

— Вижу, вы решили полюбоваться архитектурными изысками, — насмешливо поинтересовался некромант у жены. Та почувствовала, что краснеет.

— Откуда?.. — прошептала она.

— Откуда я узнал, что вы здесь? Поверьте, это было нетрудно. Неужели вы думали уйти так, чтобы я не узнал?

— Дом сообщил вам?

— Конечно. А когда я слегка пригрозил вашей горничной, то смог узнать и подробности, после чего мне оставалось лишь прогуляться сюда.

— О, я не сомневаюсь, что вы сделали это с большим удовольствием! — съязвила Элионора.

— Конечно.

— Вы так спокойно говорить об этом?!

— Желаете, чтобы я возмутился вашей нравственностью?

— Моей нравственностью, милорд? — Элионора даже задохнулась от возмущения.

— Ну… не каждая женщина может похвастаться тем, что муж застал её почти на пороге самого известного публичного дома в Уолтерфолле, — лорд Уиллморт тихо рассмеялся, наслаждаясь гаммой чувств, пронесшихся на лице Элионоры. — Только не говорите, что вы отправились сюда, даже не узнав, кто такая Клодиль!

— Я не хотела привлекать внимание лишними вопросами.

— Разумно. Ну а теперь, если вы уже удовлетворили свое любопытство, не пора ли вернуться домой? Или вы все-таки хотите войти?

Элионора задумчиво посмотрела на крыльцо вычурного дома. Как раз в эту минуту тяжелая дверь отворилась, выпуская мужчину.

— Джаред?! — ахнула Элионора, мгновенно узнав кузена. Она растерянно следила, как он пересекает улицу и скрывается за поворотом.

— О, мистер Лавл верен своим привычкам… — недобро усмехнулся некромант.

— Привычкам? — переспросила девушка.

Лорд Уиллморт снисходительно посмотрел на жену:

— Не думали же вы, дорогая, что ваш кузен только и делал, что вздыхал о вас?

— Хотите сказать, что Джаред…

— Он здесь частый гость.

— Она так красива? — как Элионора ни старалась казаться спокойной, голос дрожал, а в глазах стояли слезы.

— Кто? — не понял лорд Уиллморт.

— Эта… Клодиль…

— Нет, — он вновь рассмеялся и как-то странно посмотрел на расстроенную жену. — Не переживайте, моя дорогая, в конце концов, ничего страшного не произошло. Мужчинам свойственно развлекаться. Мистер Лавл останется вашим преданным поклонником, такие привязанности так быстро не проходят. Поэтому можете спокойно промокнуть слезы и ехать домой.

— А вы? — Элионора предпочла не обращать внимание на оскорбительные намеки о её привязанностях. В конце концов, лорд Уиллморт явно дал понять, что чувства жены его мало беспокоят.

— Раз уж я здесь оказался, навещу Клодиль…

Звук пощечины прозвучал очень громко. Элионора недоверчиво посмотрела на свою руку, потом на покрасневшую скулу некроманта. Зеленые глаза метали молнии, Тьма, недовольно шурша, вылезла из углов, готовая по первому же приказу растерзать того, кто поднял руку на её господина.

— Езжайте домой, Элионора! — приказал некромант сквозь зубы. — И я надеюсь, что впредь вы забудете дорогу к этому дому!

Не дожидаясь ответа, он вышел, отдал короткое распоряжение извозчику и, небрежно помахивая тростью, зашагал к причудливому особняку. Зашел он или нет, девушка уже не видела: карета развернулась и покатила обратно в респектабельную часть Уолтерфолла.

Глава 16

Экипаж остановился у калитки, через которую Элионора и выходила. В любое другое время девушка смогла бы оценить этот жест, позволявший ей вернуться в дом незамеченной, но сейчас она была слишком зла на лорда Уиллморта, распоряжавшегося женой, словно та была его собственностью.

Хотя Элионора действительно была его собственностью. Более того, она была обязана ему жизнью и свободой. При мыслях об этом, девушка вскочила и закружила по гостиной, где сидела уже битых полчаса, пытаясь совладать с собственным гневом.

Огонь в камине ярко вспыхнул. Дом уже привычно вздрогнул, с явным укором скрипнув дверью.

— Вы решили спалить этот мавзолей? — веселый голос заставил девушку вздрогнуть. Дом возмущенно хлопнул дверью. Элионора задрала голову.

— Леди Альмерия! Что вы здесь делаете?

— Скучаю, — призрак грациозно спустился и замер над полом. — Мой драгоценный племянник установил защиту и на свое ведомство, и на королевский дворец, а ходить даже к своим друзьям без приглашения я считаю неприличным. К тому же, увидев меня, кто-нибудь может упасть в обморок!

Элионора невольно улыбнулась, представив себе, как леди Альмерия пикирует с потолка во время бала.

— Ваше появление произвело бы фурор!

— Особенно у Клодиль. Вы ведь туда ездили, верно?

— Да. — Элионора недоверчиво посмотрела на леди Альмерию. — Это вы подслушали разговор, а потом сказали племяннику, где я?

— Сохрани меня Триединый от ваших семейных ссор! — призрак сделал оберегающий знак. — В отличие от вашей горничной я молчала, как рыба!

— Мери-Джейн? Она не могла предать меня.

— Она лишь рассказала лорду Уиллморту о вашем разговоре. Насколько я знаю, этот несносный мальчишка угрожал ей своим даром, не думаю, что он действительно собирался натравливать Тьму на бедную женщину, но этого было достаточно.

Элионора скрипнула зубами.

— Это переходит все границы, — прошипела она.

— О, у Джона их никогда не было! Иначе он не стал бы тем, кем стал! — Альмерия расправила оборки на платье и вновь подняла глаза на девушку. — Скажите, могу ли я быть с вами откровенной?

— Думаю, да.

— Хорошо, — призрак покусал губу. — Видите ли, мой племянник… Джон… он — неплохой человек, но… как бы это помягче выразится? За последние годы очерствел. Он столько раз оказывался прав, видел предательство, жадность, похоть… И совершенно перестал считаться с мнением других людей… и не только людей…

— Скажите проще: ваши советы он ни в грош не ставит, — слегка язвительно отозвалась Элионора.

— Верно. Но это не значит, что я не перестану советовать ему… и, если позволите, и вам.

— Мне? — девушка нервно усмехнулась. — Что же вы собираетесь посоветовать мне?

— Не хоронить себя здесь, — Альмерия многозначительно взглянула на нее, — особенно, если вы хотите покорить моего племянника.

— С чего вы решили, будто я собираюсь кого-то покорять? — Элионора даже задохнулась от возмущения.

— Он — ваш муж, не так ли? К тому же лорд Уиллморт — привлекательный мужчина, а вы — красивая молодая женщина, его жена.

— Которую он отправил домой, а сам пошел к любовнице, — не сдержалась девушка.

Леди Альмерия улыбнулась:

— Вас это задевает, верно?

Элионора хотела возразить, но под насмешливым взглядом опустила голову.

— Это задевает мою гордость, — призналась она.

— Да, Джон поступил некрасиво, — подтвердил призрак.

В ответ Элионора лишь пожала плечами:

— О, лорд Уиллморт волен поступать, как ему угодно! — камин за спиной вновь вспыхнул, а Элионора закружила по комнате, — Я понимаю, что обязана ему своей свободой и, может быть, даже жизнью, но ведь это не дает ему права вести себя со мной так… так…

Она всплеснула руками, поскольку не могла подобрать нужных слов.

— Отвратительно, — подсказала леди Альмерия, наблюдавшая за девушкой с улыбкой.

— Именно! — воскликнула Элионора и тут же осеклась. — Знаю, это просто неприлично, и я не должна говорить такое о собственном муже… но…

— Но он это заслужил, — кивнул призрак. — И мне кажется, дорогая, что настала пора проучить его.

— Интересно, как?

— Очень просто: начните вести себя так, как вели до всех этих событий. Выезжайте, встречайтесь с друзьями…

— У меня не осталось друзей, — Элионора сказала это очень резко. — Они… испарились.

— Тогда заведите новых! Наслаждайтесь жизнью, ведь она так коротка! — как Альмерия ни старалась говорить весело, в голосе слышались грустные нотки.

Элионора хотела возразить, но в памяти пронеслись казематы Тайной канцелярии, глумливая улыбка следователя и ледяной взгляд зеленых глаз начальника Тайной канцелярии. Под проницательным взглядом призрака Элионора опустила голову.

— Вы правы, — с горечью произнесла она. — Я должна довольствоваться тем, что мне предлагает муж…

— Что за глупости! — фыркнула леди Альмерия. — Дорогая, вы просто бросаетесь из крайности в крайность!

— А что мне еще остается делать?

— Да что угодно! — призрак пожал плечами. — Вы — красивая молодая женщина, у которой было много поклонников, вы вышли замуж за первого лорда империи, что заставляет вас сидеть целыми днями дома?

— Предлагаете мне стать одной из тех дам, которые бегут от суки, посещая все мероприятия?

— Скажем так, прогулка верхом в парке вам не повредит, как и общение с друзьями.

— А если я не желаю с ними общаться? — Элионора упрямо вскинула голову, вдруг напомнив Альмерии норовистую лошадь.

— Тогда вам стоит выехать на Кьяре! Согласитесь, немногие осмелятся подойти к моро…

Девушка кинула на призрака задумчивый взгляд. Мысль выехать верхом на вороной кобыле была слишком соблазнительной. К тому же, таким образом она могла, не нарушая приличий, выказать неповиновение мужу, приказавшему оставаться дома.

— Кьяра признала вас, — леди Альмерия уловила сомнения своей собеседницы. — Да и вам неплохо было бы прокатиться верхом. Подумайте, какой фурор вы произведете в парке.

— Вот уж чего бы мне меньше всего хотелось делать, — пробурчала девушка скорее из чувства противоречия. Истинная женщина, она уже предвкушала удивленно-восхищенные взгляды, которыми будут провождать её в парке. — Хотя вы правы, Кьяре вредно все время стоять в деннике.

Альмерия довольно хмыкнула.

— Но это не значит, что я собираюсь общаться хоть с кем-то! — предупредила Элионора.

— Вам и не надо. Жена лорда Уиллморта может себе позволить быть надменной, — кивнул призрак, растворяясь в воздухе.

Леди Альмерия оказалась права. Элионора поняла это, как только выехала на вороной моро. К удивлению Реджи, возражавшего против этой авантюры, Кьяра спокойно позволила себя оседлать и теперь горделиво изгибая шею, гарцевала по аллее, словно демонстрируя всем свою всадницу. Реджи настоял на том, чтобы сопровождать госпожу лично, и теперь ехал чуть позади на гнедом мерине.

Элионора заметила, что парень слегка нервничал, но отнесла это на то, что он беспокоился, хватил ли у хозяйки сил справится с норовистой лошадью. Сама Кьяра то и дело закладывала уши и пускала дым из ноздрей, отгоняя особо настырных людей, непременно желающих поприветствовать жену лорда Уиллморта.

Элионора прорысила пару кругов по парку и хотела уже возвращаться домой, когда в ворота в окружении шести гвардейцев въехало изящное ландо королевы.

Изабелла правила сама, её грум сидел на запятках и сурово следил за действиями своей подопечной. При виде Элионоры Изабелла расплылась в улыбке и приветливо помахала рукой. Пришлось подъехать.

— Ваше величество, — девушка грациозно склонила голову.

— Леди Уиллморт, — кивнула та. В темных глазах плясали огоньки смеха. — Вижу, вам покорны и моро?

— Лишь одна, — Элионора огладила лошадь. Кьяра довольно фыркнула, вновь выпуская из ноздрей дым.

— Она прекрасна, — искренне восхитилась Изабелла. — Надеюсь, вы уже оправились от событий вчерашней ночи?

Элионора внимательно посмотрела на королеву и лишь потом сообразила, что та говорит о нападении на карету.

— Да, благодарю вас…

— Не стоит, — Изабелла вновь улыбнулась. — А, вот и ваш муж!

Королева кивнула на ворота. Элионора обернулась, чтобы увидеть, как её муж подъезжает на своем вороном жеребце.

— Ваше величество, — некромант поклонился с изяществом, присущим лишь тем, кто часто общался с венценосными особами. — Рад встрече!

— Я тоже, лорд Уиллморт, — Изабелла передала вожжи груму. — Как прошла ночь?

— Незабываемо! — некромант пристально посмотрел на собесдницу, словно передавая послание. — Вы же в курсе происходящего?

— Да, Генрих передал мне вашу просьбу, — подтвердила королева. — Что ж, наверняка вы желаете проехаться с супругой, не смею вас больше задерживать!

Она умело взмахнула кнутом, и ландо покатило по аллее.

— Надеюсь, Элионора, вы не станете противиться приказу её величества? — поинтересовался лорд Уиллморт, провожая ландо взглядом.

Девушка лишь пожала плечами, направляя свою лошадь рядом с конем мужа. Часть дороги они ехали молча. Тропинка причудливо изгибалась, и Элионора вдруг поняла, что они с некромантом остались одни. Реджи, и тот отстал, повинуясь знаку своего господина.

Раньше она никогда не была в этой части парка, хотя девушка могла поклясться, что знала его весь. Но эти высокие кусты с темно-красными листьями, скрывавшие всадников от посторонних глаз, и кленовые аллеи, сейчас казавшиеся просто золотыми, были ей совершенно незнакомы. В воздухе пахло осенней сыростью, словно девушка очутилась в лесу.

Озираясь по сторонам, Элионора невольно натянула повод, заставляя лошадь перейти на шаг. Кьяра недовольно фыркнула, но подчинилась. Лорд Уиллморт остановился, поджидая, пока спутница догонит его.

— Здесь никого нет… — она вопросительно взглянула на мужа.

— Да, я заметил, — усмехнулся он. — Хотите пройтись галопом?

— Здесь? — ужаснулась девушка. Носиться сломя голову в королевском парке было сродни появиться в неглиже на оживленных улицах города. В свое время Элионора получила на этот счет строжайшие указания от опекавшей её в первый сезон одной из кузин матери.

— Только здесь и можно. Догоняйте, если осмелитесь! — лорд Уиллморт выслал своего коня вперед.

Элионоре оставалось лишь последовать примеру мужа, надеясь, что никто не заметит столь вопиющее нарушение приличий.

Кьяра легко догнала жеребца, буквально паря над землей. Следуя изгибам едва заметной тропинки, они достаточно долго мчались бок о бок, позволяя всадникам насладится скачкой. Наконец некромант перевел коня в шаг и посмотрел на жену. Она слегка запыхалась, золотисто-рыжие волосы выбились из-под шляпки, а янтарные глаза горели.

— Не устали?

Девушка покачала головой:

— Нет. Это было… чудесно.

— Я рад, — он тронул коня, чуть выдвигаясь вперед, чтобы указывать путь. — Надо дать лошадям отдохнуть.

— Да, конечно, — Элионора выпустила повод, предоставляя Кьяре самой идти следом за конем некроманта. Парк вокруг больше напоминал лес: высокие деревья, нескошенная трава на которой яркими пятнами выделялись опавшие листья.

— Странно, что здесь никого нет, — девушка удивилась, как гулко прозвучал ее голос.

— Ничуть, — некромант улыбнулся. — Эта часть парка скрыта магической завесой от остальных.

— Те кусты? — девушка невольно оглянулась, вспомнив как нежно коснулись ее ветки, когда она следовала по тропинке за мужем.

— Да.

— И кто знает об этой части парка?

— Генрих, Изабелла, я, — лорд Уиллморт помолчал и многозначительно добавил. — А теперь и вы можете пройти сюда. Только прошу вас соблюдать осторожность: Генрих специально создавал это место, чтобы иметь возможность побыть в одиночестве.

— Странно, что никто не заметил, что мы пропали.

— Все были заняты созерцанием ландо её величества, — отмахнулся некромант.

Догадка заставила Элионору ахнуть:

— Это вы попросили королеву…

Лорд Уиллморт широко, по-мальчишечьи улыбнулся:

— Не буду спорить.

— Но… зачем?

— Если я скажу, что хотел побыть с вами наедине, вы поверите?

— Нет!

Зеленые глаза озорно блеснули.

— Тогда не скажу.

Элионора невольно улыбнулась в ответ, но тут же подумала про Клодиль. Улыбка сползла с лица.

Лорд Уиллморт бросил на жену проницательный взгляд и покачал головой. Остановив коня, он спешился и подошел к жене, подхватил за талию, помогая спрыгнуть на землю. Теперь Элионора оказалась в ловушке между мужем и Кьярой, спокойно стоявшей за спиной. Чтобы не потерять равновесие, девушка вынуждена была положить ладони на плечи мужа. Сквозь ткань сюртука она чувствовала тепло его тела.

Элионора подняла голову и заметила, что некромант слишком пристально смотрит на нее. Его глаза потемнели.

От этого взгляда дыхание перехватило, а сердце забилось гораздо чаще. Время, казалось, остановилось.

— Мне кажется, я должен извиниться, — чуть хрипло произнес лорд Уиллморт. От этой хрипотцы по телу пробежали мурашки.

— Извиниться? — губы почему-то не слушались и слова давались с трудом. — За что?

— Вам виднее за что именно мне предстоит просить прощения, — он дерзко усмехнулся и все-таки разжал руки. Отступил на несколько шагов назад, позволяя Элионоре прийти в себя. Она задумчиво посмотрела на мужа.

— И все-таки, зачем вы привели меня сюда?

— Чтобы прояснить недоразумение, возникшее между нами сегодня утром, — он пожал плечами.

— По-моему, между нами все предельно ясно, милорд, — при упоминании об утренних событиях волшебство заброшенного парка рассеялось.

Элионора уже жалела, что поддалась соблазну и последовала за мужем.

— Вот как? — вкрадчиво произнес некромант. — И именно поэтому сегодня утром вы влепили мне пощечину?

Девушка опустила голову.

— Я не должна была…

Некромант отмахнулся:

— На самом деле, я ожидал чего-то подобного. Даже заготовил магический щит. Почему вы не воспользовались своим даром?

— Я совсем забыла про него, — Элионора робко улыбнулась.

— Кто бы мог подумать! — хмыкнул лорд Уиллморт. — Вы полны сюрпризов. Кстати, о сюрпризах: с чего вдруг вы поехали к Клодиль?

— Я… я не знаю… — чтобы лорд Уиллморт не заметил её полыхающих от стыда щек, девушка сделала вид, что хочет стянуть перчатку. — Просто услышала, что вы часто там бываете…

— И решили призвать владелицу борделя к ответу? Или сразу собирались спалить этот вертеп?

Возмущенная последним предположением, Элионора строго взглянула на мужа. Он улыбался. Заметив, что в янтарных глазах бушует пламя, некромант подошел к девушке вплотную, приподнял голову за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза.

— Согласитесь, визит туда был бы верхом глупости, — прошептал он, наклоняясь так близко, что дыхание опаляло кожу.

— Я… я не собиралась заходить, — словно зачарованная, девушка смотрела в глаза некроманта. Сейчас они казались почти черными.

— Тогда что?

— Не знаю…

Тьма кошкой ластилась у ног, плескалась вокруг, отсекая хозяина и его жертву от остального мира. Подчиняясь медленно разгорающемуся внутри огню, Элионора сама потянулась к губам мужчины.

— Элли, — выдохнул некромант, сжимая девушку в объятиях.

Поцелуй вскружил голову, заставляя забыть обо всем, кроме этих обманчиво-податливых губ, этих ладоней, нежно ласкавших спину, этого прерывистого шепота:

— Элли…

Лошадиное ржание заставило опомниться. Вспомнив, что она в королевском парке, Элионора с испугом взглянула на мужа. Тот криво улыбнулся.

— Моро всегда хранят хозяев от необдуманных поступков… — лорд Уиллморт нехотя разжал руки и отошел, давая девушке привести в порядок смявшуюся одежду. — Надеюсь, миледи, вы простите мне мою несдержанность.

— Мне не за что вас прощать, — пожала плечами Элионора. — Вы — мой муж и вправе…

Она смущенно потупилась, не решаясь продолжить. Некромант криво усмехнулся.

— Да, вы правы… — он подошел к Кьяре, намереваясь посадить жену в седло. — Необходимо возвращаться.

— Конечно, — Элионора почувствовала себя обманутым ребенком. Стараясь выглядеть спокойной, она позволила посадить себя в седло и разобрала поводья, тщательно избегая взгляда лорд Уиллморта.

— Элионора, — привлекая внимание, он положил свою руку поверх ладони жены. — Поверьте, так будет лучше для всех.

— Вы про свои визиты в бордель? — достаточно резко спросила девушка.

— И про них тоже, — заметив, как вспыхнули глаза жены, некромант невольно улыбнулся. — Не злитесь понапрасну, Клодиль я посещаю лишь по долгу службы.

— Рада за вас, — в отличие от взгляда голос Элионоры был ледяным. — Прекрасный пример, милорд, как можно получать удовольствие на службе королю и стране!

Не дожидаясь ответа, она тронула Кьяру, направив лошадь в сторону магической ограды. Лорд Уиллморт долго смотрел жене вслед, а потом выругался и в досаде ударил кулаком по дереву. Вороной жеребец с удивлением покосился на хозяина

Некромант подошел к коню, огладил по шее.

— Какой же я дурак, что все это затеял, — тихо прошептал он. — Она никогда не простит меня, если узнает…

Жеребец в ответ согласно фыркнул, выпустив из ноздрей тонкие струйки дыма.

Глава 17

Элионора направилась в особняк еще в бо́льшем смятении, чем раньше. Она окончательно запуталась в поступках лорда Уиллморта и, самое главное, в своих чувствах по отношению к мужу.

Выскочив на пустынную аллею, девушка промчалась по парку, не обращая внимания на удивленные взгляды прогуливающихся людей, едва разминулась с фаэтоном и чуть не сбила Реджи, терпеливо ожидающего хозяев у ворот парка.

— Мы возвращаемся! — предупредила парня Элионора. Тот радостно кивнул, но тут же спохватился:

— А милорд?

— Он не озвучил мне свои планы, — девушка тронула лошадь, направляясь к воротам. Реджи вздохнул и направился следом, здраво рассудив, что хозяин не одобрит, если его жена останется без сопровождения грума.

Элионора неспешно, как и предписывали правила, выехала за ворота парка и направилась вверх по улице. Свернув несколько раз, девушка поняла, что слишком задумалась и по привычке приехала к дому, где жила раньше.

Двухэтажный особняк стоял с закрытыми ставнями. Элионора помнила каждый камень кладки, каждую трещину на стенах. Сейчас белоснежные колонны крыльца казались мертвенно-серыми. Дом напоминал бродячего пса. Поколебавшись, Элионора отдала поводья конюху и направилась к закрытой двери.

— Миледи, — попытался возразить парень, но был остановлен свирепым взглядом.

Элионора взошла на крыльцо. Два каменных льва лежали на парапетах, скрестив лапы, и горделиво охраняли вход.

Девушка улыбнулась им и подошла к двери. Тщательно проверила. Печатей не было. Ни простых, ни магических. Стянув перчатку, Элионора приложила ладонь к дубовой створке

— Здравствуй…

Дом еле заметно вздрогнул, просыпаясь. Дверь скрипнула, где-то в холле пронесся тихий вздох:

— Хозяйка…

Подобрав подол винно-красной амазонки, Элионора шагнула через порог и огляделась. Здесь все оставалось именно так, как она помнила: огромный холл, казавшийся очень светлым и воздушным из-за двойного ряда окон, белоснежная полукруглая лестница с ажурными перилами, ведущая на второй этаж, где располагались жилые комнаты. Именно туда и ворвались стражники, чтобы арестовать Альберта… и её саму.

Элионора вновь вспомнила топот сапог по мраморным, натертым до блеска полам, вопли горничных, грохот переворачиваемой в спальнях мебели, недоуменные взгляды лакеев и капитана, зачитывающего приказ об аресте заговорщика.

В ответ на эти воспоминания дом виновато скрипнул, словно прося прощения, что не смог защитить хозяйку.

— Все в порядке, — уверила его Элионора. — Я не сержусь.

«Тогда почему не приходила? Я скучал…»

В ответ девушка с любовью провела по бледно-голубым стенам.

— Я тоже скучаю… — тихо произнесла она.

— И я… — донеслось в ответ.

Девушка вскрикнула и обернулась. Кузен стоял в дверях, ведущих из холла в столовую.

— Джаред, как вы здесь очутились?

— Вошел с черного хода.

— Зачем?

— Увидел, что ваш конюх прогуливает лошадей по улице и понял, что вы здесь. У меня не представится второго шанса поговорить с вами, Элионора! — он умоляюще посмотрел на девушку. — Прошу вас, это не займет много времени.

— И что вы мне хотите сказать? — в памяти невольно всплыла картина, увиденная сегодня утром: Джаспер покидает дом Клодиль.

— Я… — он шагнул вперед. — Я люблю вас!

Элионора побледнела.

— Я не стану это слушать, Джаспер! — она направилась к выходу, но тот мгновенно подскочил к ней и схватил за руку.

— Прошу, выслушайте меня!

Элионора внимательно взглянула в глаза кузену, потом перевела взгляд ну руку, удерживающую её. Удивительно, но эти прикосновения были неприятны.

— Хорошо, — выдохнула девушка, понимая, что лучше поставить точку раз и навсегда.

Голос звучал холодно.

— Нора… — он вновь попытался взять её за руку, но Элионора покачала головой.

— Я обещала лишь выслушать, — напомнила она.

— Я же сказал, что люблю вас!

— Вот как? — странно, но теперь пылкие взгляды Джареда её совершенно не трогали.

Кузен шумно выдохнул и закружил по холлу.

— Я полюбил вас с той самой минуты, как увидел. Помните, на балу у Маверингов? Вы стояли в белом платье с белоснежной розой в волосах. И тогда я понял, что пропал.

— Это было четыре года назад, — сухо отозвалась Элионора. Странно, но у нее будто спала пелена с глаз. Теперь она видела, что кузен почти жалок, и недоумевала, как могла восхищаться этим человеком раньше.

Словно чувствуя это, Джаред беспомощно оглянулся:

— Я… вы же знаете… знали Альберта! Он никогда бы не согласился на наш брак.

Девушка покачала головой:

— Вы говорите так, будто желали сделать мне предложение.

— Я желал, — Джаред взъерошил волосы ладонью, как делал в периоды сильного волнения. — О, я даже ходил к Альберту, но он отказал мне! Сказал, что у него на вас другие планы…

— Даже так? — Элионора внимательно посмотрела на кузена. — И вы отступили?

— Мой отец напомнил мне, что Альберт был вашим опекуном. В его власти было лишить вас наследства до совершеннолетия!

— Даже так? — хмыкнула Элионора. — Интересно, почему вы говорите мне об этом теперь?

— Я… я вижу, что вы несчастны, Нора! Не знаю, что пообещал вам лорд Уиллморт, и почему вы согласились выйти за него замуж, но вы не любите его, а он не любит вас!

— Вам не кажется, что уж это вас точно не касается!

— Меня касается все, что связано с вашим счастьем.

— Неужели? — процедила она сквозь зубы, вновь вспомнив довольное лицо кузена, спускающегося со ступеней публичного дома.

Насмешливый голос мужа зазвучал в памяти. Элионора вдруг поняла, что некромант точно знал, кто появится на крыльце и специально удержал её в карете.

— Нора, — Джаред вновь подошел и, невзирая на сопротивление, обнял девушку, пытаясь поцеловать.

Она забилась в этих отвратительных объятиях:

— Отпустите меня!

— Я не могу, Нора, прошу вас… мы еще можем быть счастливы вместе…

— Джаред, прекратите! Я вышла замуж.

— Многие выходят замуж по расчету, но это не мешает им быть счастливыми в любви. Я могу снять дом, чтобы никто не узнал…

— Что? — огонь сам полыхнул в ней, обжег удерживающее её ладони.

Джаспер отскочил и затряс руками. Дом вновь задрожал, возмущаясь фамильярностью чужака.

— Как вы смеете? — бушевала Элионора. — Как вы смеете предлагать мне такое!

— Уиллморт не любит вас!

— Так же, как и вы! — девушка сощурила глаза. — Где были вы, когда меня арестовали, когда допрашивали? Знаете ли вы, как мне было страшно тогда сидеть в кабинете и на все вопросы отвечать «я не знаю», и ждать, что меня…

Она задохнулась от душивших ее слез, решительно смахнула с глаз соленую влагу и продолжила:

— Вы не пришли Джаред, ни тогда, ни когда я ждала своего приговора в имении, а теперь вы предлагаете мне ради сиюминутных желаний предать того, кто протянул мне руку помощи?

— Он все равно вас не любит! Он использует вас, Элионора!

— Возможно. Но ведь и я использовала лорда Уиллморта, чтобы избежать заточения в монастыре. А вот вы…

— Я бы выкрал вас оттуда! Ни одни стены не остановили бы меня!

Элионора смотрела на Джареда и недоумевала, почему раньше она не видела, насколько её кузен выглядит нелепо. Напыщенные слова, за которыми ничего не было, глупые жесты, которые гораздо лучше смотрелись бы на сцене, нежели в реальной жизни.

— Я — жена лорда Уиллморта, Джаред! Мой муж — глава Тайной канцелярии! В его силах упрятать вас за решетку! И помните об этом, когда в очередной раз захотите оскорбить меня вашими непристойными предложениями! — не дожидаясь ответа, девушка направилась к выходу.

— Я то вспомню, а вот вспомнит ли он, когда в очередной раз пойдет к своей Клодиль! — зло выкрикнул мистер Лавл, понимая, что проиграл.

Элионора обернулась и холодно взглянула на того, кого еще недавно любила.

— Откуда вы знаете, куда он ходит? И, главное, к кому именно?

Он побледнел, понимая, что выдал себя. Девушка зло улыбнулась,

— Вы знаете это, потому что тоже там были, кузен, более того, вы считаетесь завсегдатаем тех мест.

— Нора…

— Не стоит, Джаред. Уж не знаю, к кому ходили вы, но я видела вас лично! — с этими словами она вышла, даже не потрудившись закрыть дверь.

Четвертью часа позже Элионора входила в особняк лорда Уиллморта, на ходу снимая перчатки. Благоразумно молчавший всю дорогу Реджи моментально скрылся, уводя за собой лошадей. Элионора знала, что правильнее было бы самой отвести Кьяру, но девушка все еще тряслась от гнева.

Войдя к себе в комнату, она долго мыла руки, пытаясь смыть с них прикосновения кузена. То, что предлагал Джаред было мерзко! Противно! Бесчестно!

Свечи в канделябре вспыхивали одна за другой. Мери-Джейн хмуро взглянула на них, но не стала спрашивать у хозяйки о случившемся. Выплеснув ярость, Элионора присела у туалетного столика. Медленно затушила огни и посмотрела на себя в зеркало.

— Мне надо переодеться к ужину.

Мари-Джейн, стоявшая за спиной у хозяйки, лишь вздохнула:

— Мисс Элионора, может лучше…

Девушка подняла руку, пресекая все возражения:

— Просто подай платье. Любое.

— Да, миледи.

Когда Элионора перед ужином спустилась в гостиную, лорд Уиллморт был уже там. Одетый в вечерний костюм, он сидел в одном из кресел, закинув ногу на ногу и задумчиво смотрел на огонь в камине. При виде жены, некромант поднялся.

— Миледи.

— Милорд… — все еще не зная, рассказывать ли мужу о дневной встрече, Элионора прошлась по комнате, взглянула на некроманта. Он так и стоял у камина, держа в руках бокал.

— Реджи сказал, что вы задержались, возвращаясь с прогулки в парке, — небрежно поинтересовался лорд Уиллморт.

— Я заезжала в дом… особняк, принадлежавший моей семье, — она побоялась упоминать о брате.

Некромант сухо кивнул, и Элионора поняла, что он знает все, что происходило в особняке. Она внутренне содрогнулась, представляя себе всю силу гнева, на которую был способен начальник Тайной канцелярии.

Тьма уже выползла из своего угла и теперь тихо подкрадывалась к девушке. Элионора беспомощно взглянула на мужа, но он молчал, предоставляя ей право заговорить первой.

— Я виделась с кузеном, — тихо начала девушка, понимая, что утаивать дальше бесполезно.

— Да, я знаю.

— Откуда? — спросила Элионора и тут же догадалась сама. — Мой дом сказал вам! Ну конечно! Вы же теперь его хозяин!

— Более того, у меня есть право узнавать секреты, которые хранят здания, — подтвердил некромант, — Правда, я редко пользуюсь этими привилегиями, но тут, каюсь, не удержался…

В голосе явно прозвучала насмешка. Элионора опустила голову, понимая, что как бы ни сложились обстоятельства, в глазах мужа она все равно будет виновна. Виновна в том, что поддерживала надежды Джареда, в том, что поехала в родительский дом без надлежащего сопровождения, что слушала непристойные предложения кузена.

— Признаться, я был даже слегка поражен наглостью мистера Лавла, — продолжал лорд Уиллморт, словно не замечая состояния жены. — Так оскорбить вас в вашем же доме!

Не веря услышанному, Элионора с изумлением взглянула на мужа:

— Вы не сердитесь?

— Я чертовски зол, — доверительно сообщил жене лорд Уиллморт.

— Да, я понимаю… — начала она, но муж поднял руку, прерывая её.

— Зол, прежде всего, что не стал сопровождать вас, и в результате вы вынуждены были терпеть домогательства своего кузена. Зачем вы отправились в особняк одна, Элионора?

Она слегка нервно дернула плечами:

— Не знаю. Наверное, по привычке. А оказавшись у крыльца, я не смогла удержаться.

Некромант кивнул.

— Да, понимаю… Если желаете, мы можем вдвоем посетить особняк Артли. Как и все остальное имущество вашего брата он достался мне, и надо бы решить, что с ним делать…

— Вы хотите продать мой дом? — ужаснулась девушка.

Некромант посмотрел на нее с укором:

— Ну почему вы всегда передергиваете мои слова, придавая им смысл, которого нет. Когда я сказал «решить», то имел в виду лишь ремонт. Впрочем, если не хотите ничего менять там, я прикажу дворецкому нанять слуг, которые будут приглядывать за домом.

— Не слишком ли это накладно, содержать целых два дома? — обеспокоилась Элионора.

— А что делать? Сдавать его означало бы обидеть вас, а переезжать туда было бы крайне неудобно для меня самого.

— Может быть… можно поселить туда кого-то из родственников? — спросила девушка и ошеломленно рассмеялась, осознав, что беседует с мужем так, будто они уже несколько лет живут вместе.

Лорд Уиллморт тоже улыбнулся. Правда, улыбка получилась грустной.

— Боюсь, у меня нет на примете достойной кандидатуры, а у вас?

— Вы же знаете, что нет, — она вновь подняла смеющиеся глаза на мужа. Встретилась с его взглядом и замерла. Отставив бокал, некромант шагнул к девушке:

— Элионора… — зеленые глаза были совсем черными. — Я…

— Кушать подано… — возвестил лакей, входя в гостиную.

Лорд Уиллморт пробормотал что-то неразборчивое о слишком исполнительных слугах и кисло улыбнулся.

— Впрочем, может все и к лучшему, — загадочно произнес он, предлагая жене опереться на его руку, чтобы проследовать в столовую. Больше этот вечер ничто не омрачало.

***

— Ты же не вызвал этого Лавла на дуэль, Джон? — Альмерия появилась в кабинете, когда некромант, проводив жену к дверям спальни, вернулся, чтобы проверить одну идею, пришедшую в голову.

— Что? — тот оторвался от карты и задумчиво посмотрел на призрака, пытаясь понять вопрос.

— Дуэль… — негромко подсказала Альмерия.

Лорд Уиллморт смерил тетю взглядом:

— Я не настолько выжил из ума, чтобы вставать с рассветом, мерзнуть на каком-нибудь пустыре, чтобы иметь удовольствие выстрелить человека.

— Ты можешь выбрать шпаги…

— Чтобы я не выбрал, единственный, кто действительно порадуется — Генрих, сажая меня в мою же тюрьму на недельку-другую. Бедняга искренне надеется, что так убережет меня.

— Он прав, в последнее время ты действительно играешь со смертью. Тюрьма может пойти тебе на пользу.

— И ты думаешь, я спокойно буду сидеть в камере, в то время, когда к моей жене будут приставать её кузены? Это не входит в мои планы, — некромант откинулся в кресле. — Ну, а теперь, когда мы поговорили о моих делах, давай займемся делами королевства. Что ты узнала?

— Что ты грубиян.

— Это не новость даже в мире духов!

— Грим… Он с земель графа Артли.

— Даже так? — лорд Уиллморт постучал пальцами по карте, разложенной на столе.

— Охранял тела храмовников. Потому на нем нет меток.

— Слишком давно он создан.

— Именно.

— И когда тела развеялись…

— Грим поспешил за теми, кто потревожил покой хозяев.

— Тебе не кажется это странным? Ты женишься на сестре шиира Артли, которого лично отправил на эшафот, и на следующий день на тебя нападают мертвяки…

Некромант внимательно посмотрел на тетю:

— Почему ты постоянно намекаешь на то, что Элионора хочет стать вдовой?

— Чтобы встряхнуть тебя, тупица.

— И только?

— На самом деле, ты дал достаточно поводов, чтобы желать твоей смерти, — Альмерия заметила, что глаза племянника все-таки яростно сверкнули, и весело улыбнулась своим мыслям. — Но моро не ошибаются. Твоя жена слишком благородна и потому позволит тебе и дальше портить жизнь окружающим.

— Рад, что ты оценила Элионору по достоинству.

— Главное, чтобы её оценил ты, мой милый.

— О, об этом не беспокойся! — в голосе некроманта слышалась издевка.

Альмерия бросила быстрый взгляд на племянника и довольно улыбнулась.

— Мы говорили о Гриме, — напомнила она. — И о том, кто мог поднять монахов.

— Полагаю, это тот, кто натравил на меня грима.

— То есть предатель, который живет в твоем доме? — Альмерия хотела продолжить, но племянник приложил палец к губам:

— А, вот и Гарри! — воскликнул он, поворачиваясь к дверям.

— Милорд, — камердинер появился в дверях с бутылкой бренди. — Миледи Альмерия, как э-э-э… существуете?

— Как видишь, Гарри. Полупрозрачно.

— Вы восхитительно выглядите, — слуга поставил бутылку на стол. — Как вы и просили, милорд.

Альмерия с укором посмотрела на племянника.

— Собираешься напиться, Джон?

— Почему бы и нет?

— Потому что теперь ты женат.

— Тетя! — некромант взглянул на слугу, мявшегося у дверей. — Можешь идти Гарри, ты мне сегодня не понадобишься.

— О, да, Гарри, ваш хозяин напьется и будет спать в кресле одетым, а потом жаловаться на боли в спине! — фыркнула Альмерия.

— Да, миледи, — машинально ответил камердинер и тут же спохватился — о прощу прощения, милорд, я не должен был…

— Все в порядке, Гарри, моя тетя выведет из себя и святого! — лорд Уиллморт зло посмотрел на призрака.

— Рада, что ты такого высоко мнения о своем камердинере. Впрочем, люди, которые терпят твою грубость, действительно могут быть причислены к лику святых!

— Если хочешь, я замолвлю за тебя словечко перед архиепископом, — слишком дружелюбно предложил некромант. — Ты точно можешь претендовать на его внимание!

При упоминании о вернейшем служителе Триединого, Гарри вздрогнул и поспешил выйти, чтобы не быть обвиненном в ереси. Тетя с племянником даже и не заметили этого, слишком поглощенные пикировкой.

— Этот зануда и при жизни меня не слишком жаловал! — с обидой воскликнула Альмерия.

— Можешь утешать себя тем, что меня он вообще не переваривает, — отпарировал некромант.

— Потому что ты никогда ему не улыбаешься.

— Знаешь, если я начну улыбаться архиепископу, боюсь, он начнет вообще от меня шарахаться, а уж в свете тесной дружбы с Генрихом, от сплетен в мужеложстве меня не спасет даже то, что я женился на первой красавице королевства!

— Зависит от того, как часто ты будешь улыбаться архиепископу в ее присутствии.

Племянник и тётя рассмеялись.

— Представляю, как икается бедному старику, — воскликнула Альмерия, отсмеявшись. — Впрочем, так ему и надо.

— Триединый с ним, с архиепископом, — отмахнулся некромант. — Пусть себе икает. Мне сейчас интересно как мертвяки с тюремного кладбища смогли пройти полгорода и их никто не заметил.

— Кто-то открыл портал?

— Тогда этот кто-то — очень сильный маг. Ты представляешь, сколько сил уйдет на то, чтобы сначала поднять мертвых, а потом порталом провести их?

— Ты легко бы смог это сделать.

— Верно. Я и, наверное, еще человек пять во всем королевстве. Даже Изабелле такое неподвластно, а она, между прочим, оттачивала свое мастерство у лучших!

— Маг воды, поднимающий мертвецов? — Альмерия скривилась.

— Как и некромант, открывающий порталы.

— Ты говорил, что заговорщик не один.

— Их как минимум двое, и я не понимаю, что их может связывать.

— Желание получить власть?

— Не только, — начальник Тайной канцелярии плеснул себе в бокал бренди и задумчиво глотнул, слегка скривился и продолжил. — Я же тебе рассказывал, что при допросах Альберта Артли стало понятно, что его мозг подвергся ментальному влиянию. Очень тонкому, и если бы мы не знали, что искать…

— Генрих? Ведь это он читал мысли?

— Конечно.

— И что же еще он прочитал? — Альмерия внимательно взглянула на племянника.

— Альберт Артли действительно хотел занять трон. Влияние, которое на него оказали, не изменило направление его мыслей, лишь слегка усилило их, позволяя тайным желаниям скорее выбраться наружу. Не устрой граф Артли заговор сейчас, через два года королевство могло бы погрязнуть в гражданской войте, поскольку Альберт хотел через брак сестры заручиться поддержкой крупного союзника. Именно этот предполагаемый брак и послужил тем, что на шиира Артли донесли.

Призрак замер:

— Хочешь сказать, что…

— Я не думаю, что угроза войны остановила нашего злодея. Отсюда вывод: кто-то очень хочет заполучить Элионору, изначально сделав ее последней из Артли.

— Завещание безумного короля распространялось на всех потомков бастарда, вне зависимости от их пола.

— О, ты начинаешь проявлять завидное здравомыслие.

— В отличие от тебя, я его и не теряла. Скажи, это может быть её кузен? Этот Лавл?

— Этот хлыщ без капли магии? Вряд ли. Сегодня я имел с ним не слишком приятный для него разговор и заодно прощупал, правда по верхам. Это не он.

— Тогда кто?

— Пока не знаю. Я составил список тех, кто сватался к сестре графа Артли… но сама понимаешь: богатая наследница с магическим даром…

— К тому же красивая, — ангельски заметила Альмерия.

Лорд Уиллморт улыбнулся:

— А еще умная, храбрая, превосходно воспитанная и преданная своему мужу несмотря ни на что.

— Не думаю, что именно эти качества были решающими для заговорщиков, — заметила Альмерия.

— Ты, как всегда, права! — некромант отсалютовал тетушке бокалом, после чего занялся изучением списка. Ночь обещала быть долгой.

Глава 18

Элионора спала плохо. Дом все скрипел и шелестел, не давая погрузиться в глубокий сон. Несколько раз девушка просыпалась и долго лежала с открытыми глазами, прислушиваясь, но все было тихо. Лишь ветер за окном надрывался, завывая в печные трубы.

Уже под утро она вновь увидела сон. Две фигуры, тихие голоса…

— Ты все сделал, как я сказал?

— Да, отец.

— Не называй меня так!

— Как вам будет угодно, — эти слова процедили сквозь зубы.

— Он выпил?

— Да.

— Ты в этом уверен?

— Я проверил.

— Хорошо. Тогда нам остается только ждать. На этот раз ошибки быть не должно!

— А… его женщина?

— Когда все завершится, она будет твоей…

Элионора открыла глаза и долго лежала, рассматривая узор балдахина. Почему-то девушка была уверена, что разговор шел именно о ней. Но кто были эти люди и что они подсыпали… Джон! Лорд Уиллморт!

При мысли, что муж мог подвергнуться опасности, Элионора подскочила, быстро накинула шаль и поспешила к некроманту.

Дверь была не заперта. Девушка бесшумно скользнула внутрь, прошла до средины комнаты и замерла, завороженная открывшимся зрелищем.

Лорд Уиллморт спал на огромной кровати. Рубашки на нем не было. Темный шелк простыней подчеркивал белоснежную кожу. На груди виднелись свежие шрамы — последствия встречи с гримом. Впрочем, они не портили их обладателя.

Элионора затаила дыхание, не в силах отвести взгляд от этого неприличного и, в то же время, притягательного зрелища. Она некстати вспомнила, как проводила пальцами по этой шелковистой коже, как под ее руками перекатывались мышцы… До дрожи захотелось вновь прикоснуться к обнаженной груди мужа, провести пальцами по розоватым рубцам.

Словно в ответ её мыслям, некромант вдруг вздрогнул и открыл глаза.

— Элли… — улыбнулся он, все еще находясь во власти дремы, потом зеленые глаза прояснились. — Что вы здесь делаете?

Абсолютно не стесняясь своего вида, лорд Уиллморт подался вперед, не сводя пристального взгляда с жены. Одеяло окончательно сползло, обнажая торс полностью.

— Я, — Элионора почувствовала, что краснеет. — Мне показалось… наверное это дурной сон…

— Что за сон? — насторожился некромант, садясь на кровати и потягиваясь. У Элионоры вдруг перехватило дыхание. Словно завороженная, она следила за обманчиво-медленными движениями некроманта.

— Не могли бы вы подать мне халат, — попросил он, кивая на кресло. Судя по улыбке, лорд Уиллморт заметил смущение жены и теперь по-мальчишечьи наслаждался произведенным впечатлением.

— Что? — встрепенулась девушка. — Да, конечно.

Она подошла к креслу и подхватила указанный предмет гардероба. Все ещё чувствуя неловкость, Элионора протянула халат мужу. Обжигающе-горячие пальцы некроманта скользнули по ладони девушки, от этого прикосновения по телу пробежали мурашки.

Элионора вздрогнула и отпрянула к окну. Халат почти упал на пол, но лорд Уиллморт успел подхватить его.

— Расскажите о своем сне, — приказал он, надевая халат, чтобы не смущать девушку еще больше.

— Я… мне кажется, я придала ему слишком большое значение, — понимая, что муж сейчас встанет, Элионора спешно отвернулась.

— Вряд ли. Ведь сон встревожил вас настолько, что вы пришли сюда… — лорд Уиллморт подошел к жене и стал за спиной. — Или вы пришли сюда по другой причине?

— Что? — выдохнула она.

Тихий смешок раздался прямо над ухом.

— Признайтесь, Элионора, — дыхание некроманта обжигало, мысли спутались. — Признайтесь, что вы пришли сюда, движимая любопытством…

— Нет, — пытаясь воспротивится соблазну, Элионора отшатнулась, стремясь вырваться из объятий.

Некромант не стал препятствовать, он так и остался стоять у окна, насмешливо смотря на жену.

— Тогда что случилось?

Элионора выдохнула, пытаясь привести в порядок мысли и сбивчиво пересказала свой сон. Опустила голову, ожидая насмешек или снисходительных уверений, что это — её фантазии, но этого не произошло.

— Вы уверены? — слова звучали отрывисто. Было видно, что лорд Уиллморт принял слова жены всерьез.

— Я уже ни в чем не уверенна, — призналась Элионора. — Даже в том, что мне стоило сюда приходить.

— Определенно стоило! — лукавая улыбка мелькнула на губах, впрочем, некромант сразу же стал серьезным.

Он прошелся по комнате, размышляя.

— Я давно подозреваю, что кто-то из моих слуг нечист на руку, — заметил он. — Но пока мне не удается поймать преступника.

— Вы знаете, кто он?

— Увы, — Лорд Уиллморт развел руками. — У меня есть подозрения, но нет доказательств. Возможно, теперь они появятся.

— Тот переулок… — при воспоминаниях об огненных глазах Грима, Элионора обхватила себя руками. — То, что мы там оказались…

— Да, я проверил Реджи. Ментальное воздействие. Легкое, еле ощутимое, если не знать, что искать…

— Но как это возможно? Ведь для воздействия нужен контакт.

— Реджи недавно ходил на петушиные бои, потом сидел в таверне с приятелями, к ним подошли двое, затеяли драку… потом все оказались в полицейском участке…

— Вы уволите его? — Элионора понимала, что это было единственно правильным решением, но ей искренне было жаль усердного конюха.

— На первый раз он отделался строгим выговором и парой оплеух. Парень и сам переживает. Он клялся, что больше ни за что не пойдет на подобные увеселения.

— Слава Триединому! — выдохнула девушка. Некромант озадаченно посмотрел на жену.

— Дорогая, мне кажется, или вы проявляете слишком уж большой интерес к моему конюху?

— Что?! — от возмущения дыхание перехватило, огонь внутри девушки взметнулся вверх, но она усмирила рвущийся наружу дар — не хватало еще поджигать спальню мужа.

Лорд Уиллморт довольно ухмыльнулся.

— Рад, что мои подозрения безосновательны.

Элионора прикусила губу, понимая, что некромант намеренно дразнит ее.

— Они оскорбительны, — сухо обронила она. — И, поскольку, милорд, я все вам рассказала, мне стоит вернуться к себе в комнату, пока слуги не проснулись и не увидели меня в таком виде.

— Вы можете остаться здесь, — великодушно предложил лорд Уиллморт. — Что может быть естественнее, чем жена в спальне у мужа.

— Это ваше пожелание? — девушка широко распахнула глаза. В них плескалось пламя.

Ослепленный им, некромант на секунду прикрыл глаза, пытаясь противостоять своей Тьме, так и рвущейся к Огню Элионоры. Элли, как он называл ее про себя.

— Это моя мечта, — лорд Уиллморт произнес это с улыбкой, но во взгляде была какая-то обречённость. — Я не смею распоряжаться вами, Элионора… Не смею причинить вам еще больший вред. Потому вам лучше уйти.

Он стремительно подошел к двери и распахнул её:

— Идите, пока я не передумал!

— Но… — девушка растерянно моргнула.

— Идите, — настойчиво повторил он. — И спите спокойно. Я сделаю так, что ваш сон сегодня ничто не потревожит.

Элионора с секунду смотрела на мужа, затем ее лицо словно окаменело.

— Как вам будет угодно, милорд, прошу извинить за беспокойство, — пламя в глазах погасло. Надменно кивнув, девушка выплыла из комнаты.

Лорд Уиллморт еще несколько секунд стоял, задумчиво смотря вслед Элионоре. Услышав, что дверь в её спальню скрипнула, он тихо вздохнул и направился в свой кабинет за антидотом.

Элионора прошла к себе, ложится уже не стала, а устроилась на подоконнике, невидящим взглядом наблюдая за осенним унылым рассветом.

К приходу горничной девушке все-таки удалось взять себя в руки и встретить Мери-Джейн подобием улыбки. И если горничная и понимала, что её хозяйка не в настроении, то списала все на ранний подъем.

Когда Элионора спустилась к завтраку, лорда Уиллморта уже не было. Записка, переданная лакеем, гласила, что милорд уехал на верховую прогулку, после которой отправиться прямиком к его величеству на ежедневный доклад, после которого будет счастлив сопроводить жену в особняк Артли.

К письму прилагалась короткая записка от её величества, приглашавшая леди Уиллморт на чай.

Подавив в себе непристойное желание немедленно поехать за лордом Уиллмортом, чтобы стать вдовой, девушка с наслаждением порвала письмо на мелкие кусочки, кинула обратно на поднос и чуть прищурила глаза, поджигая. Огонь вспыхнул сразу, заплясал оранжевыми бликами и погас, оставляя лишь горстку пепла. Девушка перевела взгляд на ошеломленного лакея и потребовала принести завтрак.

После, вспомнив напутствие леди Альмерии, Элионора решила все-таки нанести визит бывшим друзьям и приказала подать экипаж. Реджи уехал с лордом Уиллмортом, потому фаэтон был запряжен обычными гнедыми. Кучер, восседавший на козлах, был знаком, Элионора видела его в числе сопровождающих некроманта слуг, когда покидала имение.

Густые кустистые брови придавали его лицу угрюмое выражение.

— Миледи? — он вопросительно посмотрел на хозяйку.

Поколебавшись, та назвала дом леди Вендер, но уже на полпути остыла и, понимая, что глупо пренебрегать королевским приглашением, отправилась во дворец.

Изабелла находилась в своих личных покоях. В отличие от показной роскоши парадных апартаментов, здесь царили комфорт и уют. Королева сидела у окна и вышивала вместе с одной из фрейлин, вторая читала вслух книгу. Судя по всему, новомодный любовный роман.

Обеих девушек Элионора узнала почти сразу: дочери знатнейших родов королевства, одни из немногих, кто не посетил жену лорда Уиллморта, чтобы поздравить с бракосочетанием и уверить в дружбе. Возможно, их родители полагали, что положение дочерей при дворе не требует дополнительных преференций. Одно это уже заслуживало уважения.

При виде Элионоры королева улыбнулась и сделала знак фрейлине отложить книгу.

— Леди Уиллморт! — Изабелла поднялась, как и положено радушной хозяйке. Фрейлины тутже вскочили. — Рада вас видеть.

— Ваше величество, — девушка склонилась в безупречном реверансе.

— О, оставьте, — отмахнулась королева и с улыбкой повернулась к фрейлинам. — Благодарю, пока что вы свободны. Скажите, чтобы нам подали чай.

Обе девушки переглянулись, на их лицах было написано сожаление, что они лишены удовольствия стать свидетелями разговора королевы с женой начальника Тайной канцелярии.

— Я рада что вы приехали, — продолжила Изабелла, когда фрейлины вышли, — Люси и Долли — прекрасно воспитанные девушки, но они до безобразия юны и запуганы родителями до полуобморочного состояния!

— Даже так?

— Увы! В них нет вашего огня.

— Слава Триединому! — вырвалось у Элионоры, она слегка смутилась. — Простите, но поверьте, лучше так, чем кто-нибудь из них подожжет дворец.

— О, даже так? Хотя я вас понимаю, поскольку сама пару раз затапливала подвалы дворца, а один раз даже устроила наводнение в саду…

— И что его величество?

— Как что? Извинялся, конечно! — фыркнула королева. — Я же не виновата, что он меня разозлил!

Она рассмеялась, глядя на изумленное выражение лица собеседницы.

— Ладно, признаю, ему даже иногда нравится моя импульсивность, так что он намеренно выводит меня из себя, — она замолчала, выжидая, пока слуги поставят поднос с чайником и чашками на небольшой столик. — Прошу!

— Спасибо, — Элионора сдержанно улыбнулась.

— Знаете, у меня на родине в это время еще слишком жарко, и днем мы пьем лимонад… — королева села напротив гостьи и принялась разливать чай.

Элионора вспомнила, что Изабелла прибыла сюда в качестве невесты короля несколько лет назад из Альбигои.

— Вам, наверное, тяжело было здесь в первое время? — спросила она, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Непросто. Юная принцесса, слишком много знающая в теории об обычаях и нравах Румморийского королевства, но слишком мало искушенная в политических интригах… — Изабелла вздохнула, по всей видимости, вспоминая не самые приятные моменты свой жизни. — Но мне повезло… Генрих оказался прекрасным мужем.

Она произнесла это так просто, что было очевидно: монархов связывают самые искренние чувства. Элионора невольно позавидовала королева и, пытаясь скрыть это, поспешно отпила из чашки. Правда, следующий же вопрос заставил девушку закашляться.

— А вы? Почему вы вышли замуж за Джона? — заметив, как замялась собеседница, Изабелла охнула. — Простите, это конечно, не мое дело! Просто я так люблю слушать романтические истории!

— С чего вы решили, что эта история романтическая? — не сдержалась Элионора.

— Я же не слепая! Между вами просто искрит! Я заметила это еще тогда, после театра… К тому же, это так романтично: нарушить приказы короля, чтобы женится на вас! — Изабелла недоуменно смотрела, как девушка чересчур аккуратно ставит чашку на блюдце. Руки слегка подрагивали.

— Вы ошибаетесь, — слишком ровным тоном произнесла Элионора. — Этот брак был заключен по приказу вашего мужа, как альтернатива моему заточению в монастыре.

— Глупости! Если бы Генрих хотел заточить вас в монастырь, он бы это сделал. Беда в том, что он действительно не знал, как поступить, а Джон… лорд Уиллморт действовал на свой страх и риск, поскольку в гневе Генрих может быть весьма несдержан, — королева осеклась и пристально взглянула на все еще недоумевающую Элионору. — Неужели вы ничего не знали?

— Нет, — покачала головой та, понимая, что глупо отрицать очевидное. — Лорд Уиллморт просто предложил мне выбирать либо брак с ним, либо монастырь…

— Возможно, он боялся потерять вас?

— Мы говорим о лорде Уиллморте? Начальнике тайной канцелярии? — Элионора даже не потрудилась скрыть сарказм.

— Да, вы правы… — Изабелла закусила губу. — Но, может…

— Нет, — девушка зачем-то вспомнила эту ночь, обжигающие прикосновения и резкие слова, прозвучавшие следом. — Как бы вам ни хотелось видеть романтику, мой брак — всего лишь сделка. Свобода в обмен на то, что нужно начальнику Тайной канцелярии, а значит, и королевству.

Её величество лишь слегка приподняла брови, давая понять, что она не согласна, но возражать не стала.

Они еще немного поболтали о предстоящем праздновании во дворце. Отвечая на очередной ничего не значащий вопрос, Элионора вдруг ощутила легкое касание Тьмы к плечу. Она обернулась, но никого не было. Кольцо на пальце вдруг запульсировало, камень едва заметно сверкнул и тут же погас. Девушка внимательно посмотрела на руку, гадая, действительно ли это было, или же все — лишь игра воображения. Изабелла ничего не заметила, как раз смотря на часы. Было заметно, что королева чем-то недовольна.

— Думаю, мне пора, — Элионора поднялась, но её остановили.

— Нет, нет, не уходите! — воскликнула Изабелла.

— Но…

— Я просто гадаю, что могло задержать Генриха, который обещал появиться здесь вместе с вашим мужем.

— Откуда вы знаете, что его величество задержался?

— Потому что хорошо изучила его расписание. Четверть часа назад он должен был прийти сюда, чтобы выпить чаю! Это наша традиция!

— Возможно, что-то произошло, что требует их внимания? — предположила Элионора, все еще ощущая неясную тревогу.

— Думаю, да, — королева тоже поднялась, быстро расправила оборки шелкового платья. — Пойдемте!

Она решительно вышла из комнаты. Элионора последовала за ней. Фрейлины ждали в соседней комнате. Они вскочили, но королева сделала им знак оставаться на местах.

Стремительно, насколько позволяли приличия, Изабелла промчалась по расписным галереям, сухо кивая в ответ на приветствия придворных. Остановилась она лишь у огромных дверей, по обе стороны от которых стояли гвардейцы в красных мундирах и огромных меховых шапках.

— Ваше величество? — невысокий лысый человек вынырнул откуда-то сбоку. Элионора с трудом узнала королевского канцлера. Тревога все нарастала, и девушка с трудом сдерживалась, чтобы не кинуться бежать сломя голову из дворца.

— Его величество у себя? — Изабелла смерила канцлера надменным взглядом. — Мне необходимо срочно поговорить с ним.

— Его величество занят, и просил не беспокоить. Сожалею…

— Лорд Вилсон! — в голосе королевы слышались железные нотки, — Немедленно уйдите с дороги!

Неизвестно, чем бы закончилось противостояние, но в этот момент двери распахнулись, и король возник на пороге.

— Бель, дорогая, — он кивнул жене и перевел взгляд на Элионору, склонившуюся в реверансе. — Леди Уиллморт?

Девушке показалось, что его величество выглядит очень недовольным.

— Генрих, что случилось? — королева даже привстала на цыпочки, заглядывая за плечо мужа. — Где Джон?

Король с секунду колебался, затем отступил, давая жене войти в кабинет.

— Леди Уиллморт, вы тоже зайдите, — приказал он и, дождавшись, пока двери кабинета закроются, продолжил. — На лорда Уиллморта покушались.

Королева испуганно вскрикнула, а Элионора побледнела и взглянула на короля.

— Он жив?

— Да.

Девушка выдохнула, понимая, что слушала, затаив дыхание.

— Как это произошло?

— Пока не знаю. Я приказал отправить к нему целителя. Что же касается вас, миледи, то вам лучше отправиться домой. Я распоряжусь насчет охраны для вас.

— Вы думаете, это я? — от такого предположения Элионора даже задохнулась. Огонь в камине взметнулся вверх.

Король лишь пожал плечами.

— Генрих! — возмущенно воскликнула Изабелла. Тот повернулся к жене:

— Магия лорда Уиллморта была заблокирована связующим зельем. Антидот не помог, значит, тот, кто готовил зелье знал состав антидота. Согласись, что леди Уиллморт — одна из немногих, у кого действительно была возможность сделать все. А если вспомнить, что именно начальник Тайной канцелярии раскрыл недавний заговор…

— Тогда почему бы вам не посадить меня сразу в тюрьму, — предложила Элионора, полыхая от гнева. — Не стоит мелочиться, ваше величество!

Король задумчиво взглянул на девушку, затем перевел взгляд на полыхающий камин. Брови слегка поползли вверх.

— Даже так? — задумчиво произнес он. — Кто бы мог подумать.

Пламя вспыхнуло еще ярче, грозя вырваться наружу. Королева еле успела прошептать заклинание, заливая его водой. Огонь обиженно зашипел, но поумерил свой пыл.

— Генрих, если ты не хочешь, чтобы дворец сгорел, то поясни свои слова, — потребовала Изабелла.

— Я лишь проверял, причастна ли Элионора к покушению, — ответил король, все еще не сводя взгляда с жены друга.

— Ты мог просто спросить.

— Тогда эмоции видно не так ярко, — пояснил Генрих. — Приношу свои извинения, миледи, но мне было необходимо убедиться, в том числе, что вы не подвергались никакому воздействию.

Все еще дрожа о негодования, Элионора кивнула, давая понять, что принимает извинения. Как и все менталисты, король любил проверять на всплеске эмоций, когда, охваченный гневом человек, терял контроль и мог ослабить магические щиты.

Изабелла неодобрительно поджала губы, осуждая мужа, но вслух ничего говорить не стала.

— И каков вердикт? — резко поинтересовалась Элионора, досадуя, что попалась на такой старый трюк.

Король задумчиво взглянул на нее.

— Скажем так, вам пытались внушить некоторые мысли, к вашему мужу они не имеют никакого отношения, — достаточно деликатно ответил он. — Но я рад, что вы пересмотрели некоторые свои давние гм… привязанности.

Понимая, что его величество говорит о Джареде, Элионора покраснела и опустила голову.

— Но ведь Дж… — она прикусила язык, понимая, что выдала себя перед собеседниками. — Мистер Лавл не имеет магического дара.

— Возможно. Но у каждого человека есть друзья… и враги, — король провел рукой по лбу. — Езжайте домой, леди Уиллморт. Я отдам распоряжения об охране.

— А… мой муж? — она даже не поняла, почему спросила.

— Джона нельзя перевозить. Он пока останется… там, где находится.

От девушки не укрылась заминка короля.

— И где он находится? — холодно поинтересовалась она.

— В надежном месте. Я приказал охранять его.

— Надежное место? — девушка очень внимательно взглянула на монарха. — Что же это за место, которое вы не хотите называть?

— Лучше вам не знать. Поверьте, так будет лучше для всех, — твёрдо произнёс король.

— Генрих! Что за… — возмутилась Изабелла, но Элионора остановила её:

— Лучше для всех? Неужели это место — дом некой Клодиль?

Элионора и сама не поняла, почему это имя вдруг всплыло в памяти, но судя по реакции короля, двушка угадала.

— Генрих! — возмущенно прошипела Изабелла. Ваза с цветами, стоявшая у дверей печально дзынькнула, распадаясь на осколки, вода полилась по начищенному паркету.

Король закатил глаза:

— Изабелла! Сколько еще мне говорить, что Клодиль для нас — лишь источник информации!

— Неужели? — процедила королева сквозь зубы.

— Представь себе! — взвился король. — Бель, к моим услугам почти все дамы королевства! Стоит мне или Джону хотя бы шевельнуть пальцем! Думаешь, я унижу себя и тебя тем, что пойду в бордель? — он бросил взгляд, полный праведного негодования, на Элионору. — К вашему мужу, миледи, это тоже относится.

— Тем не менее, он сейчас там, — возразила Элионора.

— Ваш слуга доставил его туда.

— Реджи? Он тоже там?

— Не знаю. Как-то забыл поинтересоваться конюхом, — в голосе Генриха слышался сарказм. — Но, думаю, Клодиль проявит свое обычное гм… гостеприимство.

— Простите, — Элионора вдруг вспомнила, что разговаривает с королем. — В таком случае, я должна немедленно ехать.

— Позвольте полюбопытствовать, куда? — насторожился Генрих.

— К Клодиль, — янтарные глаза вспыхнули мятежным огнем.

— Леди Уиллморт! — король чуть повысил голос.

Обычно этого было достаточно, чтобы подданные начинали трепетать, опасаясь монаршего гнева, но Элионора лишь улыбнулась, понимая, что таким образом король пытается повлиять на нее. Она привычно выставила щит.

— Можете не растрачивать свои способности попусту, ваше величество, — спокойно произнесла она. — Лорд Уиллморт — мой муж, я давала клятвы перед алтарем, и не собираюсь отступать от них!

Генрих прошипел сквозь зубы что-то про упрямых женщин и нахмурился. Изабелла стремительно подошла и положила мужу руку на плечо.

— Генри…

Черты лица монарха мгновенно смягчились. Он с любовью взглянул на жену.

— Вечно ты вмешиваешься, — миролюбиво проворчал король, подходя к столу. Не садясь, он быстро написал несколько строк, присыпал песком, смахнул и поставил магическую печать.

— Держите, — он протянул исписанный лист Элионоре. — Это пропуск.

— Благодарю вас, ваше величество, — девушка попыталась присесть в реверансе, но король остановил её:

— Я уже говорил, что наедине прошу обходиться без церемоний, — заметил он.

— Как пожелаете, — Элионора взглянула на дверь.

Генрих кивнул:

— Идите. Я распоряжусь по поводу охраны.

— Думаю, это лишнее, — с улыбкой вмешалась Изабелла. — У Элионоры фамильное кольцо Уиллмортов. Это — лучшая защита.

— Даже так? — король хмыкнул. — Кто бы мог подумать… Но все-таки я настаиваю на охране. Иначе Джон сживет меня со свету. А потом воскресит и будет долго измываться. Возьмите мою карету, я распоряжусь.

— Как пожелаете, — Элионора хотела возразить, но тут же поняла, что прибыла во дворец на фаэтоне, а закрытый экипаж убережет её от слухов. Еще раз склонившись в реверансе, она торопливо вышла, оставив супругов наедине.

Глава 19

Карета была подана, как только девушка появилась на ступенях крыльца. Темная, без гербов на дверцах, с плотными занавесками, она идеально подходила для тех, кто желал скрыться от пристального внимания зевак.

Элионора невольно улыбнулась, прекрасно понимая, для чего королю именно такой экипаж. Она быстро поднялась в карету и откинулась на подушки. Дорога не была долгой. Вскоре цокот копыт стих, и экипаж остановился.

— Приехали, миледи, — в голосе незнакомого кучера звучало скрытое недовольство. Элионора достаточно быстро вышла из кареты и поднялась по уже знакомым ступеням. Путь ей преградили двое людей в черных одеждах. Если бы даже Элионора не встречалась с подобными людьми раньше, она все равно бы поняла, что это — служащие Тайной канцелярии.

— Прошу прощения… — мужчина, кто постарше, вопросительно взглянул на девушку. Спохватившись, она протянула пропуск, выписанный королем. Человек в черном вчитался в строки и слегка побледнел, увидев подпись.

— Миледи, проходите, — он подобострастно поклонился.

Элионора вошла внутрь. Возможно, в другое время она бы и поморщилась при виде откровенно кричащей о роскоши обстановки, сейчас же это обилие позолоты и непристойных росписей вызывало лишь раздражение.

Внимание привлекла немолодая, весьма вульгарно одетая женщина. Она сидела за столом и картинно всхлипывала в кружевной платок. Несколько девушек забились в угол, с призывным любопытством посматривая на людей в черных одеждах.

При виде Элионоры все замерли.

— Миледи… — один из шпиков направился к ней, но девушка остановила его взмахом руки и подошла к рыдающей женщине.

— Полагаю, мадам Клодиль?

— Да… миледи, — та моментально вытерла слезы, встала и с вызовом взглянула на даму, явно принадлежащую к высшему свету.

Элионора улыбнулась и протянула руку:

— В таком случае, благодарю вас за то, что помогли моему мужу, лорду Уиллморту…

Как и ожидала девушка, при упоминании начальника Тайной канцелярии в комнате воцарилась тишина.

— Миледи, — женщина недоверчиво посмотрела на протянутую ладонь и нерешительно пожала её.

— Вы проводите меня к нему?

— Простите, леди Уиллморт, — вмешался один из шпиков, — но у нас приказ короля…

— Да, конечно, — Элионора смерила мужчину ледяным взглядом и в очередной раз протянула свой пропуск. — Полагаю, это вас удовлетворит?

Мужчина кивнул:

— Следуйте за мной, миледи.

Девушка покорно пошла за провожатым. Деревянная лестница, на стенах развешаны фривольные картинки, длинный коридор с рядом дверей, ведущих в номера — комнаты для развлечений… сознание цепляло незначительные детали: стены, затянутые алым шелком, блики огней, играющие на позолоте.

По мере того как Элионора шагала по этому нескончаемому коридору, сердце билось все тревожнее. Наконец её провожатый подошел к двери и распахнул.

— Прошу.

Элионора легким наклоном головы поблагодарила его и вошла внутрь. Комната была такой же фривольно-безвкусной, как и все остальное. Позолота, картины, мебель, на которой проще лежать, чем сидеть, гордо выпрямив спину…

Не обращая внимание на обстановку, Элионора подошла к огромной кровати, на которой лежал ее муж. Глаза были закрыты и со стороны могло показаться, что некромант просто спит. Однако девушка заметила, как посерела его кожа, а щеки впали. Невысокий седовласый человек в сине-зеленой мантии целителя склонился над больным, шепча какие-то заклинания. Услышав звук шагов, он прервался, выпрямился и недовольно нахмурился:

— Я же говорил — не входить!

— Я — леди Уиллморт, — тоном, не терпящим возражений, перебила его Элионора. — Что с моим мужем?

Бесцветные глаза старика сверкнули, но он сдержался.

— Магическое истощение, миледи, — голос звучал отрывисто. Всем своим видом целитель показывал, что недоволен вторжением.

Не обращая внимание на эту демонстрацию, Элионора подошла к кровати и всмотрелась в лицо мужа. На лбу блестели капельки пота.

— Магическое истощение? От чего?

— Я не знаю, — старик развел руками. — Ощущение, что дара просто нет, словно милорд был иссушен изнутри. Искусная работа.

Девушка похолодела:

— И что теперь?

— Целительство бессильно. Вам остается лишь молиться… за его душу.

Старик виновато моргнул. Элионора нашла в себе силы кивнуть ему:

— Благодарю вас… за все.

— Простите, миледи… — целитель вышел, а девушка присела на край кровати.

Её муж умирал, скованная зельем Тьма раздирала хозяина изнутри, и никто не мог помочь. Элионоре оставалось лишь сидеть и ждать, когда наступит неизбежное.

— Он не должен умереть, — раздалось над головой. Девушка обернулась. Леди Альмерия проявилась в воздухе и теперь с тревогой всматривалась в лицо племянника. — Только не Джон… и не сейчас…

— Целитель сказал…

— Этот гадкий старикашка всегда недолюбливал моего племянника, — отмахнулся призрак. — Посудите сами, ну как целитель может распознать Тьму? Только как отголоски смерти!

— Вы уверены?

— Я ни в чем не уверена, — леди Альмерия повела плечами. — Но я чувствую дар Джона. Он не погас, а значит есть шанс…

— Возможно, — все еще сомневаясь, Элионора протянула руку, коснулась пальцами посеревшей кожи. Огонь моментально вспыхнул, искорками побежал по руке, но вместо привычных объятий тьмы, наткнулся на пустоту и погас.

— Попробуйте еще раз, — предложил призрак, внимательно следя за тем, что происходит. Элионора кивнула. Вновь пустота. Искры потухли.

За спиной послышался разочарованный вздох Альмерии.

Девушка положила ладонь на грудь мужа, пытаясь уловить сердцебиение. Рваный ритм, тяжелое дыхание и стена… стена, за которой бился дар некроманта. Его Тьма. Она молила о помощи, не в силах сама пробить эту стену. Огонь вновь вспыхнул, разгораясь ярким ровным пламенем.

Искры хлынули потоком, наполняя пустоту. Тьма радостно взревела и ударила в стену. Раз, другой…

Элионора перестала различать, что происходит вокруг. Перед глазами все полыхало, языки пламени метались перед стеной, уничтожая все на своем пути. Тьма шумела, плескала, тянулась навстречу. И магическая преграда, не выдержав этого напора, дрогнула, покрылась трещинами, чтобы через несколько мгновений рухнуть. Огонь взметнулся еще ярче, приветствуя вырвавшуюся на свободу Тьму.

Некромант вздрогнул и открыл глаза.

— Элли? — прошептал он, притягивая девушку к себе. — Моя Элли…

— Нет! — вспомнив о леди Альмерии, та испуганно забилась в объятиях мужа. — Пожалуйста, не надо, не сейчас!!!

Взгляд лорда Уиллморта прояснился. Приподнявшись на локте, он с насмешливым удивлением смотрел по сторонам.

— Даже так?

Элионора пожала печами:

— Как я понимаю, Реджи почему-то привез вас сюда.

— Реджи? — при упоминании имени слуги некромант нахмурился. — С чего вдруг…

— Вы не помните?

— Нет, — он покачал головой и откинул простыню, намереваясь встать.

Элионора смущенно отвела взгляд. За спиной раздалось хмыканье. Девушка закатила глаза и ахнула. На потолке вместо расписного плафона в огромной золоченой раме висело зеркало. В нем прекрасно отражалось все, что происходило на кровати.

— Да, это лучший номер Клодиль, — поведал некромант, морщась при виде смятого галстука. — Вот что мешало им раздевать меня осторожно?

— Возможно торопились подготовить вас к похоронам, — не удержалась Элионора. — королевский целитель вообще пошел сразу заказывать панихиду!

— А, так он был здесь?

— Как и половина вашей канцелярии. Вторая половина, по всей видимости, провинилась и была лишена этой сомнительной чести, — съязвила Элионора, не сдержавшись.

Лорд Уиллморт усмехнулся и принялся надевать сюртук.

— Я могу быть свободна, милорд? — поинтересовалась у мужа Элионора, настроение которой портилось с каждой минутой.

— Не так быстро, миледи, — в тон ей ответил некромант, застегивая пуговицы. Покончив с этим занятием, он стремительно подошел к жене. Та вопросительно изогнула брови.

— Я — ваш должник, Элионора, — просто сказал некромант.

Девушка покачала головой:

— Пустое.

— Уверены?

— Вы — мой муж, милорд.

Зеленые глаза внезапно стали ледяными:

— Скажите, а если бы я не был вашим мужем? Вы бы пришли ко мне?

— К чему весь этот разговор? — Элионора отвернулась и прошлась по комнате. Вопрос застал её врасплох. Она не понимала, что должна ответить. Не будь она женой лорда Уиллморта, вряд ли её даже бы известили о том, что произошло.

По всей видимости некромант ждал другого ответа. Во всяком случае, нахмурившись, он следил за Элионорой. Поняв, что жена так и будет молчать, он тихо вздохнул.

— По крайней мере, вы честны со мной, — тихо сказал он. Показалось, или в голосе слышалась грусть. — Наверное, это многого стоит.

Элионора хотела возразить, но лорд Уиллморт уже подошел к двери.

— Я распоряжусь, чтобы вас отвезли домой, Элионора, — он открыл дверь и шагнул наружу. — Да, да, Джобс, это я и не надо так пучить глаза!

Последнее относилось уже к людям, охранявшим комнату. Несколько короткий распоряжений, и лорд Уиллморт спустился на первый этаж, явно намереваясь поехать к королю. Элионора устало присела на край кровати, прислонилась лбом к холодному изголовью.

— Мидели, что с вами? — один из людей в черном вошел в комнату. Возможно, как раз тот самый Джобс. Девушка заставила себя улыбнуться.

— Не беспокойтесь, все в порядке. Это вы должны сопроводить меня домой?

— Это обязанность Стива, миледи, — шпик заискивающе улыбнулся. — Но, поверьте, я был бы рад, если бы подобную честь поручили мне.

— Да, спасибо, — девушка встала и привычно расправила юбки. — Пойдемте!

Все та же закрытая карета ждала у входа. На козлах помимо кучера восседал еще и очередной человек в черном, а на запятках стоял основательно побледневший Реджи.

Элионора кивнула ему и поспешила скрыться в экипаже. Сил на разговоры у нее не было.

Как только она зашла в дом, один из лакеев известил, что лорд Боллинброк находится в гостиной и не хочет уходить. Не желая ни с кем разговаривать, Элионора хотела улизнуть к себе, но неугомонный родственник как раз в ту самую минуту возник на пороге.

— Элионора! Я вас ждал! — в голосе слышался укор. — Я даже задремал в кресле. А ведь вы знаете, что мне нельзя дремать днем.

Девушка и понятия не имела, но согласно кивнула, решив, что чем меньше она будет спорить, тем быстрее уйдет шумный родственник. Она устало махнула рукой, предлагая ему вернуться в гостиную. Лорд Боллинброк радостно повиновался.

— Я вас слушаю… — девушка присела в кресло.

— Простите?

— Вы же приехали поговорить со мной? Или просто подремать в кресле? — слишком вымотанная и физически, и душевно, Элионора уже не могла до конца сдерживать свои порывы.

Лорд Боллинброк наигранно рассмеялся, показывая, что оценил шутку.

— О, мое дорогое дитя! Вы всегда отличались непривычной для женщин прямотой.

— Возможно. Но не желание сказать это привело вас ко мне?

— Нет, не думаю, что я стал бы утруждать себя этим.

— Тогда что?

— Нора, послушайте… — он вновь стал серьёзен. — Мой сын… Джаред. Он рассказал мне все.

— Вот как? — голос Элионоры стал просто ледяным.

— Увы! Поверьте, он не хотел оскорбить вас, лишь пришел ко мне, как к отцу, просить совета…

— Весьма похвальное решение, — процедила девушка сквозь зубы. Она знала, что должна подняться и прекратить весь этот разговор, но для этого нужны были силы.

— Элионора, послушайте, я понимаю, что Джаред повел себя не слишком достойно…

— Он оскорбил меня, — нетерпеливо перебила девушка.

— Единственным оправданием ему может служить лишь то, что он уже давно глубоко и безнадежно влюблен в вас! — голубые, чуть выпученные глаза уставились на девушку.

Она негромко рассмеялась:

— Влюблен?

— Да. Не скрою, я долгое время был против ваших отношений, именно поэтому Джаред и не сделал вам предложение, пока… пока не стало слишком поздно, и лишь отчаяние толкнуло его на столь недостойное поведение.

Голос звучал в голове набатом. Элионора устало потерла виски, гадая, возможно лорд Боллинброк прав, и Джаред действительно… вспомнились глаза кузена, жадно всматривающиеся в её лицо, его улыбка, заставлявшая её кокетливо опускать ресницы, ямочки на щеках…

Палец что-то обожгло. Девушка скосила взгляд. Кольцо некроманта буквально полыхало. Оправа раскалилась и неимоверно жгла руку. Набат в голове затих, а вместе с тишиной пришло и озарение.

— Прекратите! — Элионора вскочила и даже притопнула ногой.

— Вы о чем? — лорд Боллинброк недоуменно поднял брови. Но теперь девушка слишком явно видела, что это — лишь игра.

— О том, что вот уже несколько лет вы внушаете мне привязанность к вашему сыну! — голос звучал очень ровно.

— Элионора, послушайте, — он выставил вперед пухлую руку, унизанную кольцами.

Девушка покачала головой:

— Убирайтесь! Уходите, пока я не приказала слугам вышвырнуть вас прочь!

— Да как ты смеешь! — ленивая нега слетела с лорда Боллинброка, он в ярости смотрел на непокорную племянницу.

— Смею! И если еще раз вы позволите себе докучать мне, я все расскажу своему мужу!

Судя по лицу, угроза подействовала. Лорд Боллинброк яростно сверкнул глазами. У самых дверей он обернулся:

— Ты еще пожалеешь!

— Я уже жалею, — ответила Элионора.

Она долго думала, стоит ли рассказывать о происшедшем некроманту, и решила не тревожить его. Кольцо надежно защищало владелицу, а лорд Боллинброк был трусоват и к тому же никогда не отличался особо сильным даром. Оставалось лишь уговорить дом не сообщать о неприятном визите хозяину.

— Мы же не будем тревожить лорда Уиллморта по пустякам, верно? — прошептала девушка, касаясь стены рукой.

Особняк шумно вздохнул и скрипнул в ответ. Люди иногда были такими забавными.

Глава 20

Некромант вернулся домой уже поздно вечером. Элионора сидела в гостиной и читала. При виде мужа, входящего в комнату, девушка отложила книгу.

— Милорд, добрый вечер, — она старалась выглядеть спокойной, хотя сердце тревожно билось.

— Добрый, — лорд Уиллморт сел в кресло у камина и внимательно посмотрел на жену. — Вы остались дома?

— Как видите.

— Почему? У вас нет приглашений на этот вечер?

— У меня нет настроения, — она отвернулась к камину. Пламя вспыхнуло ярче, отбрасывая золотистые блики на белоснежную кожу.

Некромант молча любовался ей. Ему безумно хотелось, чтобы не было ни заговора, ни его опаснейшей игры со смертью. Лишь он и она… Он одернул себя.

— На самом деле, я даже рад, что вы никуда не поехали, — лорд Уиллморт постарался произнести это совершенно будничным тоном.

— Вот как?

— Да. Видите ли, единственное, что может заблокировать дар тьмы — это достаточно сложное зелье, известное как «солнечный ветер». Оно запирает дар, который разрушает хозяина изнутри. И подлить его мне мог лишь тот, кто находится в доме.

— Его величество уже проверил меня на благонадежность, — сухо проинформировала Элионора, оскорбленная словами мужа. Некромант фыркнул:

— Генрих не слишком церемониться, если дело касается безопасности.

— Да, я заметила. Это все, что вы хотели мне сказать?

— Не только. Мне кажется, сегодня ночью я проявил преступную небрежность по отношению к вашим снам.

— О, — Элионора слегка покраснела при воспоминаниях о ночи. — Мне и самой теперь кажется, что это — ерунда.

— Отнюдь. Вспомните этот сон.

Элионора слегка нахмурилась.

— Кажется, двое людей говорил что-то о третьем, который должен был выпить… — она широко распахнула глаза. — Вы считаете, что…

— Дом пытался сказать вам, что кто-то из слуг причастен к заговору.

Особняк одобрительно затрещал.

— Но почему мне, а не вам?

— Возможно, говоривший применил магию, запрещающую дому обратиться ко мне напрямую.

Вновь одобрительный скрип. Некромант улыбнулся.

— А женщина? — вдруг спросила Элионора.

— Что?

— Те двое говорили о женщине, что она будет принадлежать одному из них… Когда все закончится…

Тьма возмущенно заклубилась вокруг, зеленые глаза зло сверкнули.

— Это мы еще посмотрим, — сквозь зубы процедил некромант.

— Милорд, вы знаете, кто эта женщина? — ревность вновь ударила в сердце.

— Да.

Элионора закусила губу и отвернулась, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшей ревностью.

— И кто же она? — поинтересовалась девушка бесцветным тоном.

— Вы, — лорд Уиллморт криво усмехнулся, видя недоумение на лице у жены.

— Ч-что? — только и спросила она.

— Неужели вы так и не поняли, какую ценность представляете для тех, кто захочет заполучить власть? Последняя из рода Артли! Королевского бастарда, которому безумный король отдал власть.

— Мой предок отказался от нее, — возразила Элионора.

— Вашему брату это не помешало.

— Альберт… он был…

— Он был не одинок в стремлении заполучить власть, — достаточно резко прервал жену некромант. — И, уверяю вас, этот заговор был быстро раскрыт не просто так. Мне поступил анонимный донос. Обычно я весьма скептически отношусь к подобным пасквилям, но дело было достаточно серьезное.

Лорд Уиллморт замолчал, позволяя жене осмыслить услышанное.

— Я не понимаю, — наконец призналась она. — если был донос на Альберта, то…

Некромант вздохнул. Разговор тяготил его, но было необходимо сказать Элионоре хотя бы часть правды.

— Скажите, вы помните, как погибли ваши родители?

Девушка недоуменно моргнула, удивленная такому резкому переходу.

— Мои родители? — переспросила она.

— Да.

— Почему вы спрашиваете?

— Ответьте!

— Они… они возвращались с очередного бала в имение, — голос звучал тихо. — Знаете, сельские ассамблеи, куда отказаться ехать было бы оскорблением для устроителей… Был дождь, вода в реке поднялась очень высоко… Мост, по которому ехала карета, рухнул… вот и все.

Девушка и не заметила, что муж бережно взял ее ладони в свои.

— Простите, что заставил вас вспоминать об этом, — мягко сказал он.

— Вы думаете, их смерть не была случайной? — Элионора затаила дыхание, ожидая ответа на вопрос. Некромант покачала головой:

— Я почти уверен, что нет.

— Триединый, — выдохнула девушка.

— Более того, именно их смерть задержала ваше представление ко двору на год, верно?

— Да, — она вскочила и в волнении зашагала по комнате, затем повернулась к мужу. — Вы предполагаете, кто это может быть?

— Тот, кому выгодна богатая невеста.

— Тогда под подозрением откажется весь Уолтерфолл, или даже вся страна!

— Почему же? — протянул лорд Уиллморт. — Например, мне богатая жена не нужна. Его величеству — тоже.

— Но именно вы женились на мне!

— А разве вы были богатой невестой? — отпарировал некромант.

— Вы правы, в вашем случае это была чистая благотворительность, — съязвила Элионора.

Лорд Уиллморт криво усмехнулся и покачал головой:

— Поверьте, у меня на вас были свои планы.

— Вы сказали были, — больше всего Элионоре хотелось встать и хлопнуть дверью, но здравый смысл подсказывал, что лучше остаться и выслушать все до конца.

— Верно, — некромант задумчиво посмотрел на жену, точно размышляя, стоит ли ей доверять. — Они изменились.

— Могу я полюбопытствовать, что послужило причиной этих изменений?

Некромант улыбнулся и подошел к жене вплотную, нежно заправил за ухо выбившуюся из прически прядь.

— Вы.

— Я? Вы, верно, шутите!

— Я хотел бы, но нет. Элли… я… — вновь кривая усмешка. — Знали бы вы, что я собственными руками построил себе западню, из которой нет выхода…

Девушка не могла отвести взгляда от изумрудно-зеленых глаз.

— Почему вы так говорите? — прошептала она.

— Потому что это правда, — почудилось, что некромант вздохнул. Впрочем, он тут же отвернулся и закружил по комнате. — Вы даже поверить себе не можете, как бы я желал, чтобы все было по-другому…

— Вам так противен союз со мной?

— Что? — он остановился. — Нет, конечно же нет!

— Тогда… — девушка выдохнула, решаясь. — О чем вы сожалеете?

— Что втянул вас в эту игру. Опасную игру, ставки в которой слишком высоки.

— И какова же моя ставка?

— Рождение ребенка. Наследника, при котором можно стать регентом, — видя, что она не понимает, лорд Уиллморт пояснил. — Отец и брат Генриха умерли, а детей пока нет. Вы же знаете, что магам необходимо время, чтобы дар каждого принял другого. А в случае с королем все осложняется еще и тем, что он — менталист. Принять разумом иногда самое сложное.

— Хотите сказать, если я… — Элионора вновь запнулась, она не привыкла обсуждать с мужчинами столь деликатные темы.

— В случае гибели Генриха, ваш ребенок останется единственным претендентом на трон.

— Это и были ваши планы? — ужаснулась девушка. — Вы хотите свергнуть короля?

— Что? — некромант недоуменно моргнул, потом рассмеялся. — Хотя, в ваших словах есть смысл, но нет, я не желаю нести полное бремя власти, мне достаточно моего ведомства.

— Но тогда почему… что вы от меня хотели?

— Став вашим мужем я помешал планам заговорщиков. Теперь, чтобы заполучить вас, им необходимо убить меня, — некромант сказал это весьма будничным тоном.

— Убить вас?.. — прошептала девушка, смотря на мужа широко распахнутыми глазами.

— Конечно. Именно в этом и заключается мой план, — он ободряюще улыбнулся испугу жены.

— Все эти события: мертвецы, грим — все не случайность?

— Конечно. Я не учел лишь то, что чувства заслонят разум, и один из моих слуг может предать меня.

— Один из слуг? Вы знаете, кто это?

— У меня есть кое-какие предположения, — уклончиво ответил лорд Уиллморт. — Но пока еще рано утверждать что-то. Мне необходимо, чтобы этот человек совершил оплошность.

— И что вы будете делать?

— Поужинаю дома. Составите мне компанию?

— Что? — Элионоре показалось, что она ослышалась. Только что этот невыносимый человек говорил о заговорах, убийстве и предательстве и вот теперь он собирается ужинать, как ни в чем не бывало.

— Вас что-то смущает?

— И вы еще спрашиваете! Еще с утра вы действительно были при смерти. А только что вы совершенно спокойно рассуждали, что вас собираются убить!

— Да. И я не хочу облегчать врагам задачу, ослабев от голода! — лорд Уиллморт негромко рассмеялся. — Ну же, Элионора, вы составите мне компанию?

Она пожала плечами:

— Почему бы и нет? У меня ведь не было планов на сегодняшний вечер.

— Touch󠄃e^2! — некромант поднял руки, давая понять, что сдается. — Могу еще подсказать вам мысль, что если вы будете есть, то же, что и я, то меня не отравят.

— Яд можно помешать в бренди, — отозвалась девушка.

— Уже нет. После сегодняшнего покушения я лично опечатал погреб.

— Вы думаете…

— Мои люди проверили, зелье было подлито в графин.

— Вы так спокойно об этом говорите, — девушка невольно поёжилась и обхватила себя руками.

— Я слишком часто встречал смерть, чтобы бояться её… — лорд Уиллморт протянул руку. — Так что, Элионора, вы спасете мою жизнь еще раз?

Во тьме зеленых глаз девушка увидела золотистые искры и поняла, что это — отражение пламени, полыхающего в её взгляде.

— Да, — только и прошептала она, понимая, что речь идет не только об ужине.

Сильные пальцы сомкнулись на ладони. Лорд Уиллморт поднес руку жены к губам, еле ощутимо поцеловал запястье, где билась тонкая жилка. От этого прикосновения по телу побежали мурашки. Губы пересохли и Элионора невольно облизала их.

Зеленые глаза вспыхнули еще ярче. Рывком некромант притянул жену к себе, обхватил ладонями её лицо, словно боясь, что Элионора будет вырываться, склонился к манящим губам.

Она и не думала сопротивляться, напротив, сама потянулась к мужу, уже привычно обнимая его. Голова кружилась, хотелось прижаться к этому сильному телу, подчиниться, отдаться призыву страсти. Огонь внутри просто полыхал, Тьма окружала его, заставляя гореть все ярче и ярче.

— Милорд, ужин готов… — лакей ойкнул и поспешил выскочить из комнаты. Дверь хлопнула.

— Мне кажется, или в этом особняке слишком много слуг? — прошептал лорд Уиллморт, прислоняясь лбом ко лбу Элионоры.

— Наверное, — так же тихо ответила она, чувствуя разочарование от столь несвоевременного вмешательства.

Некромант понял это, улыбнулся и провел пальцем по губам девушки.

— Немного терпения, моя дорогая. Скоро я закончу эту игру.

— И что тогда?

— Тогда вы решите мою участь… — он вздохнул и отстранился. — Пойдемте ужинать. Мой повар и так недолюбливает женщин, и если он узнает причину, по которой ему пришлось подогревать все блюда, то уйдет к Генриху, и тогда мне придется обедать с королем гораздо чаще.

— Кто бы мог подумать, что всемогущий лорд Уиллморт трепещет перед гневом повара, — поддразнила Элионора, скрывая свою досаду.

— Увы, у всех нас есть свои слабости, — некромант галантно подхватил жену под руку и направился в столовую.

— Но ведь я даже не переоделась к ужину, — спохватилась Элионора. — Да и вы тоже…

Она взглянула на помятый костюм мужа.

— Тогда мы с вами будем на равных.

— Вы невыносимы! — рассмеялась Элионора. — По-моему, у вас в кармане всегда есть ответы на все вопросы!

— В конкретный момент там лежит до безобразия смятый галстук!

— Вот видите! Об этом я и говорю.

— Вам это не нравится?

— Я просто не знаю, чего от вас ожидать! — решилась Элионора.

— В этом я легко могу помочь. Ожидайте от меня всегда самого плохого, — некромант улыбался, но глаза были серьезными. — Тогда вы не будете разочарованы.

Элионора хотела возразить, но в этот момент они уже вошли в столовую, и она не стала спорить с мужем в присутствии слуг.

Усадив жену за стол, лорд Уиллморт занял свое место и, как ни в чем не бывало, начал рассказывать, как побледнели члены королевского совета при виде живого и невредимого начальника Тайной канцелярии, появившегося в дверях.

— Представляете, граф Джекил даже успел сотворить знак, защищающий от сглаза! — усмехнулся некромант.

— Бедняга, — посочувствовала Элионора, послушно подхватывая беспечный тон собеседника. — О вас будут слагать легенды, милорд.

— Это мне на руку. Больше будут бояться.

— Вам это нравится? Когда вас боятся?

— Я к этому привык, — некромант отложил приборы и задумчиво взглянул на жену. Несмотря ни на что, она уже дважды спасла ему жизнь, и заслуживала доверия. — Тогда, после эпидемии, у нас было слишком много потерь… добавьте сюда три года неурожаев и недовольный народ, ведь им даже не давали похоронить своих близких: чтобы эпидемия не распространилась, тела надо было сжечь… Генрих, едва оправившийся от болезни, унесшей жизни его отца и брата… и я… Альмерия рассказала вам, что она пожертвовала жизнью, чтобы остановить безумца, спровоцировавшего все это?

Он замолчал. Элионора нерешительно кивнула, и лорд Уиллморт продолжил:

— Достаточно было единственной спички, чтобы вся эта гремучая смесь вспыхнула пожаром революции… и тогда… сложно сказать, что было бы тогда, во всяком случае, мы бы с вами точно не сидели в этой комнате.

— Но вы справились.

— У нас не было выбора, — некромант пристально посмотрел на жену. — Я хочу, чтобы вы понимали, Элионора, я — отнюдь не мягкотелый придворный, обласканный монархом. Я пытал и убивал, оправдывая себя лишь тем, что действую в интересах государства и моего короля.

— Я понимаю, — она ответила ему таким же серьезным взглядом. — Я не забыла, кто удерживал меня, пока на площади Чести казнили моего брата.

Лорд Уиллморт невольно опустил взгляд, делая вид, что рассматривает содержимое тарелки.

— Вы ненавидите меня за это?

— Нет. Вы лишь исполняли свой долг, как и я свой, — она тоже отложила приборы.

— Ваш долг?

— Да. Я никогда не любила Альберта. Да и практически не знала его. Когда я родилась, он уехал в одну из закрытых школ и возвращался только на каникулы. Когда же он закончил обучение, меня отправили в пансион. Так что, для меня он был абсолютно чужим человеком, как, впрочем, и я для него.

— Тем не менее, после гибели ваших родителей именно он распоряжался вашей судьбой! — многозначительно произнес лорд Уиллморт.

Его жена грустно улыбнулась:

— Да, я помню, что вы говорили о маркизе де Риволе, но в моих силах было отказать, если бы маркиз сделал мне предложение.

— Он не собирался его делать, — проинформировал жену некромант. — Одна ночь, проведенная вместе с маркизом легко изменила бы ваше мнение. После этого позора брак с ним вы сочли бы за счастье.

— Альбер не мог так поступить! — воскликнула Элионора, чувствуя, что холодеет от ужаса. — Он просто не посмел бы так опозорить меня!

Широко распахнутыми глазами она смотрела на мужа, словно умоляя его сказать, что все это — дурная шутка. Уиллморт покачал головой.

— Увы, именно это ваш брат и собирался сделать — ему нужны были деньги и поддержка маркиза, и ради них он был готов жертвовать репутацией сестры. Полагаю, именно это и явилось причиной, по которой на шиира Артли был оправлен донос в Канцелярию.

— Хотите сказать, что кто-то из… приспешников Альберта возмутился подобной низостью?

— Хочу сказать, что кто-то рассчитывал получить вас, Элионора. И его не устраивал план вашего брата.

— Но… — ошеломленная тем, что узнала, девушка окончательно растерялась. — И вы знаете, кто это?

— Скажем так, я подозреваю, но у меня пока что нет доказательств.

— Вы арестуете этого человека?

— Это — мой долг, — некромант грустно улыбнулся. — Не переживайте так, Элли, даже если со мной что-нибудь случиться, Генрих позаботится о вас. Главное помните: никому, кроме него и Изабеллы нельзя доверять!

Девушка почувствовала, как сильнее забилось ее сердце. Элли…

— Почему вы говорите это? — едва слышно произнесла она.

— Потому что я втянул вас в эту игру. И я уже не в силах ничего изменить.

Элионора покачала головой:

— Вы лишь спасли меня. Не думаю, что в монастыре я бы была в бо́льшей безопасности.

Кривая усмешка была ей ответом.

— Прошу, не приписывайте мне благородные поступки! Любой скажет, что они мне не свойственны! — отмахнулся некромант.

— Как пожелаете, милорд, — сухо ответила девушка, вновь беря приборы.

Остаток ужина прошел в молчании. После того, как лакей внес запечатанную бутылку портвейна, Элионора встала и, пожелав лорду Уиллморту спокойной ночи, вышла из комнаты. Вопреки надеждам, некромант не стал просить, чтобы она осталась.

Глава 21

Заснуть Элионоре так и не удалось. Всю ночь она ворочалась, вспоминая разговор с мужем. Какая-то мысль все вертелась на краю сознания, и девушка понимала, что как только она уловит эту мысль, то поймет, кто стоит за этим заговором.

Пока что Элионора ощущала себя лишь марионеткой, которую дергают за веревочки. Оставалось лишь послушно кланяться, подчиняясь приказу кукловода.

В памяти постоянно всплывали обрывки фраз, надменно улыбающийся Альберт, обрюзгший маркиз, окидывающий девушку плотоядным взглядом. Представив, что именно маркиз мог обнимать её, Элионора содрогнулась. Он бы, наверняка, не пренебрегал бы ни одной из своих супружеских обязанностей.

Не в силах больше оставаться в постели, Элионора вскочила и подошла к окну, распахнула раму.

Ветер ворвался в комнату, надувая тяжелые портьеры, точно паруса. Подчиняясь ему, деревья в парке шумели и гнулись, сбрасывая золотисто-рыжую листву. Лишь магические огни фонарей спокойно светились за оградой.

Первые капли дождя стукнули по крыше. Подхваченные ветром, влетели в комнату. Дом обеспокоенно вздрогнул, рама со скрипом закрылась, отсекая хозяйку от непогоды. Элионора улыбнулась и погладила затянутую шелком стену.

Дом ответил негромким скрипом.

— Наверное, ты прав, — прошептала девушка. — И мне стоит, наконец, отпустить прошлое…

Она подошла к кровати, присела на край и стала переплетать растрепавшуюся косу. Элионора уже почти закончила, когда ночную тишину нарушил требовательный стук в дверь.

Девушка вскочила, с тревогой вслушиваясь в моментально оживший дом. Хлопанье дверей, чеканные шаги, негромкие голоса, а потом…

— Приказ короля…

Слова оживили недавние кошмары. Элионора вздрогнула, быстро накинула на себя домашнее платье, и, на ходу застегивая крючки, выскочила на лестницу.

Лорд Уиллморт, окруженный солдатами, стоял у дверей и хмуро смотрел на офицера, передающего какие-то бумаги. Голова закружилась.

— Нет! — Элионора вцепилась в перила.

Некромант слегка нахмурился и поднял голову.

— Элионора? Что случилось? Мы разбудили вас?

— Я не спала… — она с тревогой всматривалась в лицо мужа. — Что произошло? Почему здесь солдаты?

— Не беспокойтесь, они пришли за мной.

Девушка испуганно вскрикнула. В глазах потемнело, ноги подкосились. Она наверняка упала бы с лестницы, не удержи ее Тьма. Сквозь пелену, окутавшую ее, как младенца, голоса слышались, будто в густом тумане.

— Триединый! — лорд Уиллморт подхватил жену на руки. — Капитан, прошу прощения, но мне нужно еще пять минут. Подождите меня здесь.

— Да, милорд, — отозвался тот.

Лорд Уиллморт бережно внес жену в библиотеку, опустил в одно из кресел и щелкнул пальцами, зажигая огонь в камине. Уродливые тени заплясали под потолком. Пламя неохотно разгорелось, то и дело выпуская клубы темного дыма.

Тьма медленно отступала, и Элионора почувствовала, что дрожит. Она беспомощно взглянула на мужа, который с тревогой всматривался в её лицо.

— Как вы? — он присел на подлокотник и взял ее ладонь в свои.

— Эти солдаты… — произнесла Элионора одними губами. — Они вас арестовали?

— Что? — он улыбнулся. — Нет, конечно же, нет!

Дышать стало легче.

— Но тогда почему… зачем они пришли?

— За мной, — лорд Уиллморт вновь улыбнулся и заметив, что жена вновь задрожала, быстро добавил. — Вы же не забыли, что я — глава Тайной канцелярии?

— Действительно, — девушка прикусила губу и отвернулась.

Затем вспомнила, что одета лишь в домашнее платье и покраснела. Триединый, о чем она только думала, выскакивая на лестницу в столь неприглядном виде!

— Простите, я не должна была…

— Это я должен просить прощения, что невольно напугал вас! — покаянно произнес некромант, чуть сильнее сжимая пальцы жены. — Какие у вас холодные руки.

Он поднес её ладонь к губам, желая отогреть дыханием. Будто зачарованная Элионора наблюдала за мужем сквозь полуопущенные ресницы. Она пропустила момент, когда дыхание сменилось поцелуем. Губы скользнули по ладони, вычерчивая путь к жилке, бьющейся на запястье.

От этих прикосновений холод отступал, а сердце начинало биться часто-часто. Огонь внутри разгорался, уже привычно потянувшись к такой ласковой и желанной Тьме.

Некромант склонился к полураскрытым губам жены, нежно поцеловал и тут же выпрямился.

— Боюсь, еще чуть-чуть и я не смогу остановиться, — хрипло пробормотал он, все еще лаская пальцами затылок девушки, — А за дверью меня ждут.

— Да… — огорченно выдохнула Элионора. — Вам действительно надо идти?

— К несчастью, да. Произошло убийство и нужно допросить жертву.

— О, — только и сказала девушка, понимая, что муж собирается вызвать душу убитого. — И кто жертва.

Показалось, или некромант слегка смутился.

— Я и сам не знаю, — слишком быстро произнес Лорд Уиллморт. Он моментально поднялся и тщательно расправил складки слегка помявшегося галстука, потом вновь обернулся к жене, все еще сидящей в кресле.

— Не беспокойтесь обо мне, Элионора. Ложитесь спать, я скоро вернусь. Обещаю.

— Да, конечно, — отозвалась она. — Простите, что доставила столько хлопот…

Начальник Тайной канцелярии лишь грустно улыбнулся в ответ и вышел. Раздались голоса, хлопнула входная дверь, и дом вновь погрузился в тишину.

Элионора еще какое-то время сидела в кресле, смотря на золотистое пламя. Темные искры, плясавшие в нем, напоминали Тьму в зеленых глазах некроманта.

Погруженная в собственные мысли, Элионора и не заметила, как дверь открылась. Девушка очнулась, лишь когда на столик, стоящий рядом с креслом, с тихим звоном поставили серебряный поднос с чайником и чашкой.

Элионора повернула голову и встретилась взглядом с миссис Фейрфакс. Судя по слишком опрятному виду экономки, она еще даже не ложилась. Во всяком случае, темное форменное платье было полностью застегнуто, передник — как следует накрахмален и ни одна прядка, ни один волосок не выбивался из-под белоснежного чепца.

— Право, миссис Фейрфакс, это — лишнее, — пробормотала Элионора.

— Ну… — рассудительно произнесла экономка. — Все равно я не спала, а уж эти вояки вечно перебудят весь дом!

— Они часто здесь бывают?

— В последнее время — нет. А вот несколько месяцев назад… — экономка настороженно замолчала, но видя, что хозяйка спокойно слушает, махнула рукой. — Да вы и сами знаете, миледи.

Элионора кивнула. В те месяцы и она сама видела солдат гораздо больше, чем за всю свою жизнь. И вот теперь… девушка невольно поежилась, вспомнив ужасающее зрелище — муж в окружении стражников. Она чуть не сошла с ума от страха не за себя, нет, но за него… При этой мысли Элионора вздрогнула. И когда ее стал волновать лорд Уиллморт?

Кажется, экономка говорила еще что-то, но девушка не слушала, слишком погруженная в свои мысли. Сознание того, что она действительно беспокоится за мужа, стало откровением.

Элионора и сама не поняла, как это произошло, но этот достаточно резкий и грубый человек прочно захватил её сердце. Влюблена. Она была влюблена.

Девушка поняла это, как и то, что абсолютно не боится своего мужа. Даже Тьма, окружавшая его, теперь не пугала. Более того, эта Тьма была желанна, как никогда. Именно в ее присутствии Огонь Элионоры разгорался ярче.

Потрясенная, девушка взглянула на экономку, вещавшую что-то о лорде и леди Уиллморт. С трудом Элионора сообразила, что речь идет о родителях мужа и о том, что когда-то миссис Фейрфакс была личной горничной миледи.

— Вот как? — пробормотала девушка.

— Да, миледи, а потом и ее сын был весьма добр ко мне, — экономка явно решила поведать Элионоре свою жизнь. Возможно, это и было определенной формой доверия к новой хозяйке, но сейчас девушка слишком устала, чтобы вникать в речи прислуги.

После рассказов о службе у матери некроманта начались воспоминания о сестре экономки и о том, как Уиллморты приютили осиротевшего племянника миссис Фэйрфакс. Понимая, что экономка просто так не замолчит, Элионора вздохнула.

— Мы поговорим об этом завтра, я с удовольствием послушаю рассказы и про мать милорда и про вашу юность, — предложила девушка. — А сейчас уже поздно, и я очень устала.

— Конечно, миледи, — миссис Фейрфакс недовольно отступила, оставив хозяйку одну.

— Мне кажется, миссис Хитчинс, миледи находится в деликатном положении, — доверительно сообщила экономка чуть позже, попивая традиционный вечерний чай с кухаркой.

— Так давно пора! — отозвалась та. — Видимо поэтому милорд вновь спит в своей спальне — боится, чтоб ничего не случилось. Мужчины очень мнительные, когда дело касается вынашивания наследника.

За спиной женщин послышался грохот, заставивший обеих женщин вздрогнуть.

— Реджи! — воскликнула миссис Хитчинс, недовольно глядя на конюха, судорожно собиравшего дрова, которые рассыпались по всей кухне. — Гадкий мальчишка! Ты напугал нас.

— Простите, миссис Хитчинс, я просто споткнулся, — пробормотал парень, старательно отводя глаза.

— Надеюсь, этот грохот не потревожил миледи, ей нельзя волноваться, — экономка обеспокоенно прислушалась, но в доме было тихо, и почтенная женщина с облегчением выдохнула. — В следующий раз, Реджи, если уж пропадаешь на целый вечер, иди сразу к себе.

— Конечно, — согласился конюх, аккуратно складывая поленницу у печки и быстро выходя из кухни.

***

Элионора еще долго сидела в кресле, глядя на огонь. Тревога не отпускала. Пламя то и дело зловеще потрескивало, рассыпаясь темными искрами. Все-таки девушка, убаюканная тишиной дома, задремала, потому что проснулась от того, что кто-то очень осторожно потряс её за плечо.

— Миледи…

— Реджи? — она всмотрелась во встревоженное лицо конюха. — Что случилось?

— Ваш дядя… Лорд Боллинброк… — парень нервно сглотнул, его руки подрагивали, — он мертв.

— Что?

— Убит… ударом кинжала.

— Триединый, — выдохнула девушка.

Сон как рукой сняло. Элионора вскочила.

— А… лорд Уиллморт?

— Милорд пытался допросить душу… — парень опустил голову, избегая встревоженного взгляда хозяйки.

— Реджи, что с ним?

— После утреннего происшествия, ему не хватило сил… Тьма оказалась сильнее, и теперь… — конюх мялся и явно не договаривал.

— Он при смерти?

— Нет… да… наверное… я не знаю…

— Я еду к нему, — решение пришло сразу.

— Но, миледи! — слабо попытался возразить Реджи.

— Никаких «но»! — Элионора вихрем поднялась к себе в спальню. Понимая, что каждое мгновение на счету, девушка быстро переоделась в костюм для верховой езды, схватила плащ и устремилась в холл, где ее ожидал конюх.

— Карета подана, миледи.

Элионора нахмурилась, удивляясь, что лошадей так быстро запрягли, но потом поняла, что Реджи просто вернулся за ней из дома лорда Боллинброка,

На ходу натягивая перчатки, девушка сбежала с крыльца. Позади дом тревожно скрипнул дверью.

— Не переживай, — прошептала девушка, пытаясь убедить прежде всего себя. — Все будет хорошо. Я справлюсь.

Она торопливо забралась в экипаж, Реджи захлопнул дверцу, вскочил на козлы. Лошади помчались по опустевшим улицам города. Дом лорда Боллинброка оказался дальше, чем казалось девушке, возможно, в этом было виновато тревожное состояние, в котором она пребывала.

Не слишком жалуя престарелого родственника, девушка никогда не была у него дома. И теперь она с удивлением рассматривала обветшалый особняк. Потрескавшиеся стены, обвалившиеся ступени крыльца, темные окна. В рассветных сумерках дом казался мертвым.

— Пойдемте! — Реджи привязал вожжи к одной из колонн.

— Лорд Уиллморт здесь? — Элионора потянулась к дверному кольцу, чтобы постучать.

— Это бессмысленно, миледи, увидев хозяина в луже крови, слуги разбежались, — конюх распахнул дверь и отступил, давая хозяйке войти внутрь. — Он в дальней спальне.

Девушка кивнула и шагнула внутрь. Там была темнота. Из уважения к хозяину дома, пусть и мертвому, Элионора не стала зажигать свечи, впрочем, их и не было.

Толстый ковер заглушил звуки шагов. Девушка торопливо дошла до лестницы, ведущей на второй этаж и замерла: ступеней не было. Вместо них темнели провалы.

— Что все это значит, Реджи? — Элионора обернулась как раз в тот момент, когда конюх, зайдя следом, закрывал дверь. Только сейчас девушка поняла, что шла не по ковру, а всего лишь по толстому слою пыли.

— Простите? — конюх дерзко взглянул на девушку.

— Это не дом Боллинброков, верно?

— Да, — он не стал отрицать очевидное.

— Реджи, где мой муж?

— Боюсь, миледи, у вас нет мужа. И никогда не было.

— Что? — в глазах потемнело. При мысли о том, что некромант может быть мертв, к горлу подступила тошнота.

— Вы так и не поняли, что все это — фарс?

— Фарс?

— Ваша свадьба с лордом Уиллмортом, — охотно пояснил конюх. — Он не собирался жениться. Лишь использовал вас в своих планах.

— Это — ложь! Немедленно отвезите меня к моему мужу! — девушка подошла к двери и попыталась открыть.

Бесполезно. Нахмурившись, девушка потянулась к своему огню, но его не было. Вместо дара была пустота.

— И не пытайтесь, — предупредил Элионору конюх. — В Тайной канцелярии прекрасные амулеты и теперь они развешаны по этому дому. Ваша магия бессильна.

— Амулеты из Тайной канцелярии? Вы их украли?

— Всего лишь позаимствовал несколько из кабинета милорда.

— Зачем?

— Иначе вы не станете слушать меня.

Элионора шумно выдохнула. Реджи смотрел на нее взглядом безумца, и девушка понимала, что без магии она бессильна перед крепким парнем.

— Хорошо, — произнесла она самым ледяным тоном, на который была способна. — Если вы так настаиваете, я вас слушаю.

— Я… Элионора, я люблю вас!

— Что? — девушке показалось, что она ослышалась. — Да как вы смеете!

— О, я оскорбил вас? — Реджи усмехнулся. — А между тем, мои намерения гораздо честнее! Я хочу жениться на вас, дать вам и вашему ребенку свое имя, я хочу, чтобы наши дети правили этим королевством!

— Моему ребенку?

— Я знаю, что лорд Уиллморт использовал ситуацию и обесчестил вас, и что вы ждете от него ребенка, но уверяю, я готов принять это дитя, только потому что оно — ваше!

— Вы сошли с ума! — опасаясь оставаться с безумцем наедине, Элионора вновь дернула дверь. Руку обожгло холодом.

Элионора обернулась и холодно взглянула на конюха.

— Я не желаю более слушать ваши бредни! Немедленно выпустите меня отсюда! — потребовала она.

— Нет. Я и так слишком долго ждал.

Элионора вновь потянулась к Огню. Пустота.

— Не пытайтесь, — посоветовал ей конюх. — Ваша магия бессильна.

— Так же, как и ваша.

— Мне она не нужна, — Реджи подошел почти вплотную.

В рассветных сумерках его глаза светились безумием и вожделением. От него пахло дешевым табаком и по́том. Элионора невольно поморщилась. Конюх усмехнулся:

— Я вам противен?

— Да, — девушка не стала отрицать.

— Забавно. А Джаред вам нравился…

— При чем тут он? — при упоминании о кузене у Элионоры вырвался нервный смешок.

— Ну как же! Ведь именно он должен был стать вашим мужем по замыслу лорда Боллинброка. О, старикан все распланировал, чтобы стать регентом.

— Откуда вы знаете? — ошеломленно пробормотала Элионора.

— Он сам рассказывал мне об этом. Желал поделиться… — Реджи хмыкнул, заметив недоверие в глазах пленницы.

— Лорд Боллинброк снизошел до конюха? — девушка невольно рассмеялась. Она понимала, что этот смех может разозлить ее пленителя, но не могла сдержаться. — С чего вдруг ему откровенничать с прислугой?

— Он — мой отец, — выпалил конюх, уязвленный этим смехом.

— Ваш отец?

— Вы удивлены?

— Да, — первый шок прошел, и теперь Элионора судорожно соображала, что ей делать.

— Моя мать была горничной у Боллинброков… симпатичная служанка в доме распутного господина. разумеется, это могло закончиться лишь одним… а потом на свет появился я. Обычное дело, знаете ли…

Элионора молчала, и, ободренный этим молчанием, Реджи продолжил.

— Лорд Боллинброк нашел меня, уже когда я служил у лорда Уиллморта. Миссис Фейрфакс — кузина моей матери — пристроила меня конюхом. Меня, сына лорда!

— Незаконнорожденного сына, — машинально поправила девушка.

— Бросьте, вы ведь тоже ведете свой род от бастарда!

— Это ведь вы подняли монахов?

— Нет. Это как раз сделал лорд Боллинброк. Я это точно знаю, ведь это я развеивал прах.

— А Грим?

— Когда я понял, что прах охраняли, я предложил отцу использовать тварь.

— Ты специально завез нас в тот переулок?

— Да. Мертвяки с кладбища должны были отвлечь некроманта и вытянуть из него часть сил. Но кто мог предположить, что вы начнете защищать этого… — конюх грязно ругнулся.

Элионора поморщилась.

— Лорд Уиллморт — мой муж, — напомнила она.

— Муж? — настала очередь Реджи смеяться. — Он обманул вас, ему нужно было заполучить вас, покорной и послушной, и он… он подменил викария одним из своих людей.

— Ложь! Даже начальник Тайной канцелярии не способен на такое!

— Поезжайте в Артли и проверьте: в церковной книге нет записей о вашем браке. Вы никогда не были замужем, Элионора. И теперь, когда вы ждете ребенка, он родится бастардом.

— И поэтому вы решили меня похитить? — девушка решила проигнорировать слова о ребенке. Почему-то конюх был уверен, что она беременна, и Элионора не собиралась унижать себя объяснениями с челядью.

— Я лишь вырвал вас из рук растлителя! — пафосно заявил Реджи. — Я люблю вас, Элионора. Я полюбил вас, как только увидел. И, несмотря ни на что: ни на то, что вы были с другим мужчиной, ни на то, что вы ждете ребенка, я желаю, чтобы вы стали моей женой.

— Вы сошли с ума! — Элионора не могла не рассмеяться.

— Возможно, но ведь это ваша вина… — конюх с силой схватил девушку за руку. — Вы должны быть моей!

Его глаза полыхали безумием, и Элионора действительно испугалась.

— Отпустите меня! — потребовала она, пытаясь вырваться.

— Нет, — грубые пальцы, словно тиски, сжали плечи девушки. Реджи склонился, намереваясь поцеловать свою добычу. Элионора забилась, пытаясь избежать этого. Кольцо некроманта полыхнуло Тьмой. Конюх взвыл и разжал руки.

Девушка выскользнула и кинулась к окну. Грязно ругаясь, Реджи бросился за ней, намереваясь поймать беглянку. Сапфир в перстне загорелся ярким светом. Стены задрожали, а вокруг раздался мелодичный звон рассыпающихся амулетов. Огонь полыхнул на пальцах Элионоры, мутное стекло ближайшего окна разлетелось вдребезги.

— Все равно не уйдешь! — прошипел конюх.

В этот момент дверь распахнулась, впуская высокую фигуру, вокруг которой кружили клубы Тьмы.

— Доброй ночи, — поздоровался некромант, входя в холл. Зеленые глаза зло сверкали. — Мне кажется, я весьма вовремя?

— Джон… — почти выдохнула Элионора.

При виде хозяина Реджи зарычал.

— Ты все равно не получишь её! — он попытался кинуться к девушке.

Тьма сбила его с ног, заструилась по телу, не давая пошевелиться. Лорд Уиллморт тем временем подошел к жене.

— Я же предупреждал, что никому нельзя верить, — мягко укорил он, обнимая Элионору. — Вы не пострадали?

— Лишь испугалась, — она спрятала лицо в складках плаща некроманта. — Мне сказали, вы при смерти…

Руки сжали плечи девушки еще сильней, а губы нежно коснулись виска.

— Бедная моя девочка, все никак не можете поверить, что меня не так то просто сжить с этого света, — прошептал лорд Уиллморт, зарываясь лицом в ее волосы. — Пойдемте отсюда!

Он легко подхватил девушку на руки.

— А… Реджи? — тихо спросила она, стараясь не смотреть на конюха, все еще лежащего на грязном полу.

— Им займутся мои люди, — в голосе некроманта послышались стальные ноты. Он усадил жену в карету и отдал несколько коротких распоряжений. Потом вскочил в карету и захлопнул дверцу. Экипаж тронулся.

— Все в порядке? — некромант накрыл ладони жены своими.

— Да, — она задумчиво посмотрела на мужа. Он выглядел слишком напряженным. — Вы… что вы сделаете с Реджи?

— Скорее всего, его ждет каторга.

— За то, что он пытался… похитить меня?

— За убийство лорда Боллинброка. К сожалению, ваш дядя мертв, а кузен просит разрешения покинуть страну. Мне жаль, что приходится приносить вам такие вести, Элионора. Они ведь ваши родственники.

— Мы никогда не были близки с лордом Боллинброком, а что касается Джареда… все это было обманом… — девушка отвернулась к окну, задумчиво следя за магическими фонарями. Близился рассвет и их мерцание затухало. — Вы знали, что Реджи — сын лорд Боллинброка?

— Даже так?

— Он сам сказал мне.

— Это многое объясняет!

— Джон… — Элионора посмотрела на мужа. Почему-то ей казалось правильным обратиться к нему по имени. — Ваш слуга… Реджи… он сказал, что хочет жениться на мне…

Она с удивлением заметила, что плечи некроманта напряглись, а глаза стали ледяными.

— Вот как?

— Уверяю, я не давала ему повода думать так! — встревожилась Элионора. Она прекрасно знала, что в любом случае в обществе виновной будут считать женщину, не мужчину. — Вы мне верите?

— Конечно. Что еще говорил вам Реджи?

— Он… — девушка невольно покраснела. — Почему-то он утверждал, что я… что ребенок, который у нас может родиться будет бастардом…

От девушки не укрылось, что лорд Уиллморт напрягся.

— Элионора… — он вдруг почти до боли сжал ладони жены. — Как бы я хотел, чтобы этого разговора не было, но за поступки надо отвечать…, и я… я не знаю, как сказать вам по-другому…

Девушка слушала мужа все с возрастающим изумлением. Все эти слова, сбивчивая речь, горящие зеленые глаза были так не похожи на того лорда Уиллморта, которого она привыкла видеть.

— Вы… вы пугаете меня, — пробормотала Элионора.

— Если желаете, мы можем поговорить позже.

— Нет!!!

Некромант грустно улыбнулся.

— Предпочитаете знать все и сразу? Хорошо, — он отвернулся к окну, словно набираясь решимости, потом вновь посмотрел на девушку. — Реджи сказал вам правду, Элионора. Нашего венчания не было.

— Откуда вы… — пробормотала она, потом ее глаза широко раскрылись. — Что?

— Тогда… я… — лорд Уиллморт откинул голову на спинку сиденья и прикрыл глаза. — Триединый, как же тяжело признаваться в собственной подлости. Я обманул вас, Элионора! Еще тогда. Я знал, что заговор раскрыт не полностью, организатор ускользнул, и мне нужно было любой ценой разоблачить его.

— И тогда вы приехали ко мне… — догадка осенила её, но Элионора все еще боялась поверить.

— Да, — зеленые глаза вновь с волнением всматривались в лицо девушки, — я приехал, понимая, что вы в том положении, что не сможете отказаться…

— И вы решили не усложнять себе жизнь? Действительно, кому нужна сестра мятежника, так удобно: можно использовать ее, а потом… — Элионора покачала головой и продолжила — Мне интересно лишь одно, милорд: почему вы так и не воспользовались тем, что я действительно считала вас своим мужем?

— А вы бы этого хотели?

— Как вы уже дали мне понять, мои мысли и желания вас не волнуют. Так почему?

— Альмерия заставила меня поклясться, что я не причиню вам вреда.

— Даже так?

— Она не знала всего. Поверьте, что никто не знал, и еще можно все исправить…

Элионора выставила руку, словно желая защититься от жестоких слов. Лорд Уиллморт покорно замолчал.

Карета остановилась. Некромант вышел первым и протянул руку, чтобы помочь девушке выйти, но она покачала головой и спрыгнула с подножки сама.

Так же молча они вошли в особняк. У ступеней лестницы Элионора обернулась.

— И каковы же были ваши планы относительно меня в дальнейшем, милорд?

От ее тона, некромант вздрогнул, будто от удара.

— Элионора… — почти умоляюще произнес он.

— Ответьте!

Он тяжело вздохнул:

— Я планировал передать вам шиир Артли.

— Щедро, — девушка начала подниматься по лестнице.

— Элионора, выслушайте меня! — некромант кинулся за ней, но был остановлен взглядом.

— Я уже достаточно слушала вас, милорд. Никакие слова не смогут оправдать всю гнусность вашего поступка. Возможно, вы спасали страну и своего короля, но это не оправдывает вас по отношению ко мне.

— Позвольте мне все исправить!

— Как?

— Мы можем обвенчаться.

Элионора сокрушенно покачала головой:

— Обвенчаться? После того, как я жила в вашем доме, спала в вашей кровати? Чем вы тогда лучше всех этих Реджи, Альберта, лорда Боллинброка?

— Я люблю вас.

Настала её очередь вздрогнуть.

— Нет.

— Выслушайте же меня! — лорд Уиллморт торопливо поднялся, перепрыгивая через ступени. — Когда все начиналось, я… Я действительно хотел просто раскрыть заговор и покарать виновных, но потом…вы вошли в мою жизнь, и теперь… Я не знаю, как это вышло, но я люблю вас, Элионора, и я…

— Прекратите! — чувствуя, что сейчас просто впадет в истерику, девушка закрыла уши руками.

Лорд Уиллморт стиснул зубы.

— Вам так противны мои слова?

— Мне противны вы! — Элионора с презрением смотрела на того, кого еще недавно считала своим мужем. — Я не желаю видеть вас, милорд. Никогда, слышите, никогда более!

Некромант выдохнул.

— Я распоряжусь, чтобы вас отвезли в Артли, — глухо начал он, но девушка покачала головой:

— Мой дом теперь принадлежит вам. Как и многое другое, даже моя честь.

— Элионора…

Она покачала головой.

— Моя гордость, милорд, единственное, что у меня осталось, не лишайте меня хотя бы этого.

Зеленые глаза встретились с янтарными. Тьма потянулась к пламени, но Огонь вспыхнул, стремясь уничтожит все на своем пути. Понимая, что проиграл, некромант медленно опустил голову.

В каком-то оцепенении Элионора прошла в гардеробную, разбудила верную Мери-Джейн и приказала собрать вещи. Заспанная горничная попыталась выяснить причину, но взглянув на лицо хозяйки, благоразумно воздержалась от расспросов.

Сборы были недолгими и вскоре Элионора спустилась в холл. Лорд Уиллморт все еще был там. Он сидел на подоконнике, теребя в руках перчатки. При виде девушки он вскочил и сделал шаг:

— Элионора, прошу, выслушайте меня!

— Вы уже все сказали, милорд. Мне надо идти.

— Куда вы поедете?

— Подальше от вас.

— Позвольте хотя бы, чтобы мои люди сопроводили вас туда.

— Нет, я не желаю иметь с вами ничего общего! — она вышла на крыльцо, с удивлением заметив, что мир не рухнул, а солнце по-прежнему восходит над горизонтом.

Моргнув, чтобы смахнуть непрошеные слезы, девушка пешком направилась к вокзалу, откуда отправлялись дилижансы. Она знала, что лорд Уиллморт не будет преследовать её, и оттого на душе становилось еще горше.

Дорога оказалась весьма утомительной. Ехать пришлось с несколькими пересадками, в карете, полностью забитой пассажирами. Торговцы и торговки, мелкие буржуа — все они куда-то перемещались, ехали навестить родню или же заключить сделку. Шумные и говорливые, они, казалось, были повсюду.

Элионора забилась в самый темный угол, но все равно привлекала внимание, и лишь присутствие горничной оберегало ее от того, чтобы быть выдворенной из дилижанса. Впрочем, один из пассажиров все равно решил, что девушка сбежала из дому и долго приставал с расспросами. Элионоре даже пришлось выйти на две остановки раньше.

В результате в Нортхэм, небольшой северный городок, она приехала уже затемно. Они с Мери-Джейн вышли из дилижанса, кутаясь в плащи, но тонкая ткань была плохой защитой от пронзительного северного ветра. Сырой воздух заставил горничную недовольно поморщиться.

— И куда дальше, мисс? — сурово спросила она.

— На побережье. В трех милях отсюда есть коттедж.

— Развалюха, завещанная вам вашей тетушкой? — уточнила Мери-Джейн, презрительно кривясь.

— Ты же знаешь, что у меня больше ничего нет… — Элионора невольно вспомнила сумасшедшую старушку, жившую с двадцатью котами и отказывающуюся переезжать в более комфортабельный дом.

Девушка встречалась с этой эксцентричной леди всего лишь один раз, но тетушка почему-то завещала свой дом именно ей.

— Не знаю, — пробубнила горничная. — И не понимаю, почему вы сбежали от мужа в эту глушь!

— Потому что лорд Уиллморт мне не муж, — Элионора отвернулась, чтобы служанка не видела её лица. — Он обманул меня, как и всех…

— Иди ты, — опешила горничная. Шляпная картонка выпала из её рук и с глухим стуком ударилась о землю — Но викарий…

— Это ложь. Все было ложью…

— И как только у него хватило наглости! Ирод окаянный!

Она бы еще долго честила начальника Тайной канцелярии, но налетевший порыв ветра заставил обеих женщин вздрогнуть.

— Надо найти кого-нибудь, кто согласиться довезти нас до дома, — заметила Элионора, направляясь на постоялый двор, около которого как раз и останавливались дилижансы.

Хозяин, стоявший за барной стойкой, весьма удивился, когда хорошо одетая молодая леди вошла в его заведение. Еще больше мистер Бинкс удивился, когда узнал, что леди собирается жить в заброшенном коттедже на холме. Ему стоило большого труда уговорить эту леди, сопровождаемую лишь хмурой горничной, остановиться на ночь на постоялом дворе. Решающим аргументом было лишь то, что уже поздно, а коттедж давно не топился и основательно промерз.

Как ни хотелось девушке скрыться от всего мира как можно быстрее, пришлось согласиться с доводами и все-таки снять комнату на ночь. Вопреки опасениям, спальня оказалась достаточно чистой, белье — свежим, а камин, заблаговременно разожжённый в комнате, не дымил.

Элионора еще долго сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела на золотистое пламя, словно пытаясь в нем найти силы для того, чтобы просто жить дальше.

Утром хозяин лично отвез женщин к коттеджу. Одиноко стоящий на холме дом с прохудившейся крышей и потрескавшимися стенами производил удручающее впечатление.

Трактирщик отодрал прогнившие доски, закрывающие входную дверь. Элионора переступила порог и поморщилась. За спиной раздался удрученный вздох Мери-Джейн.

— Ежели хотите, мисс, могу прислать вам рабочих привести все это в порядок, — подал голос трактирщик.

— Может проще просто построить новый дом? — проворчала Мери-Джейн.

Элионора почувствовала угрызения совести за то, что вынудила служанку последовать за собой.

— Мери-Джейн, если ты хочешь, то можешь уехать, — начала она нелегкий разговор, когда трактирщик ушел, пообещав вскоре прислать работников со всем необходимым для ремонта.

— Вы что же, мисс, выгоняете меня? — изумилась горничная.

— Нет, но…

— Тогда никаких «но»! — служанка решительно скрестила руки на груди. — Хороша же я буду, коли брошу вас в этом доме одну-одинешеньку!

Элионора лишь вымученно улыбнулась в ответ и отвернулась к окну, за которым виднелось темно-синее бушующее море.

Глава 22

Лорд Карлайл Джон Уиллморт, шиир Артли сидел за столом у себя в кабинете и задумчиво рассматривал графин с бренди. Этому интеллектуальному занятию он посвящал уже вторую неделю. Десять дней после ухода Элионоры. И десять ночей, десять долгих, нескончаемых ночей, когда в камине разгорался огонь, так напоминавший огненные пряди его… жены? Любовницы?

Элионора не была ни той, не другой, и в то же время, рыжеволосая красавица стала для некроманта чем-то бо́льшим, без чего особняк казался пустым и безмолвным.

Впрочем, дом на самом деле молчал, оскорбленный гнусным поведением хозяина. Молчала и Альмерия. Она появилась после ухода Элионоры, в крайне резких выражениях высказала племяннику все, что она о нем думает и растворилась в воздухе, пообещав, что вернется лишь для того, чтобы поприветствовать Элионору.

Джон остался один. Он почти не выходил из кабинета, лишь иногда по привычке пролистывал доклады, присылаемые сотрудниками из ведомства.

Реджи сознался во всем: и в попытках отравить хозяина, и в убийстве лорда Боллинброка в припадке ревности к «некой рыжеволосой красавице». Дойдя до этих строк, написанных явно подрагивающей от страха рукой писаря, лорд Уиллморт криво усмехнулся и отшвырнул папку, листы рассыпались по столу, несколько упало на пол, но некромант не стал их подбирать. Все закончено. И это дело, и его отношения с некой рыжеволосой красавицей.

Элионора Артли. Воспоминания о ней отозвались уже привычной болью в груди. Слишком гордая, она никогда не простит того, кто сыграл с ней столь злую шутку. Потому не стоило и пытаться найти её. У начальника Тайной канцелярии не должно быт слабостей, иначе за эти слабости можно поплатиться собственной жизнью.

— Прошу, ваше величество! — голос камердинера вывел лорда Уиллморта из невеселых раздумий. Дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошел король.

— Сир? — некромант поднялся и склонил голову.

Генрих отмахнулся.

— Я здесь не с официальным визитом.

— Тогда присаживайся! — некромант махнул рукой на один из стульев.

При виде разбросанных по полу бумаг, Генрих поморщился и придвинул к кресло. Король сел, закинул ногу на ногу и пристально взглянул на графин с бренди.

— Вижу, ты не теряешь времени даром? — голос короля был пропитан иронией.

— Он не распечатан, — проинформировал друга лорд Уиллморт.

— Хочешь сказать, что вот уже вторую неделю ты сидишь в своем кабинете и смотришь на запечатанный графин с бренди?

— Ну, почему же? Я еще читаю доклады, размышляю… Это все, что ты хотел узнать?

— Что произошло между тобой и Элионорой? — король не стал ходить вокруг да около.

— А Гарри не сказал? — ехидно поинтересовался некромант, прекрасно понимая, что именно верный камердинер донес королю на хозяина.

— Лишь сказал, что она спешно уехала. Джон, что произошло? Почему ты отпустил её?

— Потому что у меня нет прав удерживать её.

— Что? — король озадаченно уставился на друга. Тот пожал плечами:

— Мы с Элионорой не женаты. И никогда не были.

— Ты хочешь сказать…

— Да, я сфальсифицировал венчание.

— Ты — идиот!

Некромант криво усмехнулся и все-таки распечатал графин, разлил по бокалам и протянул один королю:

— Твое здоровье!

Тот выпил залпом и приказал:

— Рассказывай!

***

Карета без опознавательных знаков остановилась у крыльца особняка лорда Уиллморта как раз тогда, когда фонарщики начинали зажигать фонари. Невысокая женщина, закутанная в темный плащ, вышла из экипажа, поднялась по ступеням и требовательно постучала.

Камердинер некроманта, стоящий в холле и прислушивающийся к пьяным голосам, доносящимся из кабинета, вздохнул и открыл дверь:

— Прошу прощения, миледи, милорд не принимает!

— Вот как! Надеюсь, ко мне это не относится? — женщина откинула капюшон, заставив камердинера отступить и почтительно поклониться:

— Ваше величество.

— Насколько мне известно, мой муж тоже здесь, и не смейте отрицать этого! — Изабелла вошла в холл и недоуменно огляделась. — Что у вас вообще происходит? Отчего так грязно?

— Экономка, миссис Фейрфакс, после ареста племянника уволилась, за ней ушла часть слуг… — камердинер замялся, не зная, что ему делать. С одной стороны выдворить царственную гостью было бы верхом дерзости, но с другой… Он оглянулся в сторону кабинета. Хозяин и его гость находились там с полудня и Гарри лично заносил им бутылку бренди. Третью по счету.

— Вот как? — продолжала королева. — А леди Уиллморт? Я давно не видела её!

— Миледи… — Генри запнулся, не уверенный, стоит ли рассказывать её величеству то, что он недавно подслушал. — Я не могу знать о самочувствии леди Элионоры, ваше величество.

— Почему?

— Она уехала.

— Уехала? Куда?

От необходимости отвечать камердинера избавил звон разбитого стекла, донесшийся из кабинета. Потом последовала ругань, окрик «Джон, ты с ума сошел!»» и абсолютно пьяный голос хозяина дома:

— Гарри, неси еще бренди!

— Что. Там. Происходит? — королева решительно отодвинула слугу, и направилась к дверям, из-за которых доносились пьяные голоса.

— Ваше величество! — камердинер предпринял последнюю попытку воспрепятствовать вторжению королевы. Изабелла лишь кинула на него один из тех взглядов, который вводил в трепет все её окружение, в том числе и мужа, и открыла дверь.

В кабинете витал сильный запах бренди. У одной из стен растекалась янтарная лужа, в ней поблескивали осколки стекла. Тьма скрючилась в дальней углу, боясь даже высунуться, чтобы не попасть на глаза пьяному хозяину.

— А, Гарри, — вальяжно развалившийся на стуле некромант поднял голову, — ты принес… Триединый, королева!

Король обернулся и при виде жены попытался встать, но ноги предательски подкосились, и он вновь рухнул на стул.

— Дорогая, а мы с Джоном…

— Что. Здесь. Происходит? — повторила Изабелла, переступая порог и захлопывая дверь перед носом камердинера. — Где Элионора?

— Она уехала, — сообщил некромант, озираясь в поисках бренди.

— Куда?

— Он не знает, — Генрих посмотрел на жену мутным взглядом и хихикнул — Представляешь, начальник Тайной канцелярии не знает…

— Как не знает? Джон, ты что, отпустил свою жену даже не поинтересовавшись, куда она поедет?

— Она ему не жена! — глубокомысленно изрек король.

— Что? — изумленно воскликнула Изабелла. — Что все это значит?

— Что все было фарсом: викарий, запись в книге, все… — повинуясь движению руки некроманта, бокал полетел в стену вслед за графином. — И теперь она ненавидит меня…

Королева повернулась к мужу, но тут лишь развел руками:

— Так… бывает…

— Ясно, — глаза Изабеллы слегка сузились, а голос не предвещал ничего хорошего.

Недолго думая, она щелкнула пальцами, и на обоих мужчин обрушился ледяной водопад. Тьма зашипела испуганной кошкой.

— Белла! — мгновенно протрезвев, король вскочил. Вода ручьями стекала с него, под сапогами образовалась лужа.

— Да, дорогой?

— Ваше величество! — некромант тоже поднялся. — Чему обязан?

— Вообще-то мы с Генри собирались в театр, — холодно сообщила королева, выискивая сухое кресло и садясь в него, — но я вижу, что сегодня здесь гораздо более интересное представление. Итак, господа, я слушаю!

Король виновато взглянул на друга. Лорд Уиллморт махнул рукой, разбрызгивая ледяные капли:

— Чего уж там! Рассказывай.

— Лучше ты сам, — Генрих поежился. Мокрая одежда неприятно липла к телу, зато в голове окончательно прояснялось.

— Что значит, что венчания не было? — нетерпеливо спросила королева, решив начать с самого главного.

— Белла, ты не хочешь возглавить мое ведомство? — усмехнулся некромант. — Мне кажется, по части допросов ты дашь фору всем моим людям.

— Нет, и не меняй, пожалуйста, тему разговора, это бесполезно.

Лорд Уиллморт вздохнул.

— Все это пришло мне в голову, когда я присутствовал на допросах Альберта Артли. Уже тогда я понял, что за этим самодовольным выскочкой стоит кто-то другой, — начал он слегка хриплым после попойки голосом. — Моя уверенность только возросла, когда я вспомнил, как погибли родители Элионоры.

— Хочешь сказать, что… — король подался вперед.

Лорд Уиллморт кивнул:

— Крушение моста было подстроено, дух Боллинброка при посмертном допросе подтвердил это.

— Но почему ты заподозрил это лишь сейчас? — поинтересовалась Изабелла.

— Тогда гибель шиира и леди Артли была признана несчастным случаем, и не коснулась Тайной канцелярии. Она имела еще одно важное последствие: дело в том, что именно в тот сезон Элионора должна была быть представлена ко двору. Представление отложили на год, и как раз в это время из своего путешествия по континенту вернулся сын Боллинброка, Джаред Лавл.

Генрих кивнул:

— Да, я видел, что кто-то воздействовал на твою… на Элионору ментально.

— Вот как? — некромант изогнул бровь. — Мог бы и сказать!

— Не видел смысла, я полагал, что это — лишь обычная попытка заполучить богатую невесту. К тому же привязанность была разрушена.

— Но почему Элионора не вышла замуж за этого Лавла? — поинтересовалась Изабелла.

— Альберт не позволил. Он собирался отдать сестру своему другу взамен на поддержку амбициозных планов.

— Отдать? — голос Изабеллы зазвучал очень жестко. — Как я понимаю, о замужестве речи не шло?

— Да. Именно это и натолкнуло меня на мысль, что этой девушке все равно уже нечего было терять… — лорд Уиллморт горько усмехнулся. — Кроме своей гордости.

Он резко замолчал, вспоминая последний разговор. Ледяной тон, взгляд, полный боли… «Мне ничего не нужно»

— Джон сфальсифицировал венчание, — сообщил король жене, видя, что та теряет терпение.

— Что?!! — королева вскочила, вынуждая мужчин подняться. — И ты позволил?

— Генрих ничего не знал. Никто ничего не знал, кроме меня и человека, изображавшего викария.

— И после этого ты жил с ней в этом доме, представляя всем, как свою жену? — бушевала королева. Стоящая в углу ваза с цветами задрожала.

— Да, — слова давались тяжело.

— Ты… ты… ты — чудовище! — ваза все-таки разлетелась, цветы рассыпались по полу. Вода хлынула на пол. Тьма возмущенно зашелестела, но некромант моментально успокоил её. Мысленно он уже попрощался с паркетом в этой комнате.

— Как ты мог, Джон, как ты мог так поступить с ней! — Изабелла повернулась к начальнику Тайной канцелярии. — Ты немедленно должен все исправить!

— Элионора мне отказала, — коротко проинформировал он. — Сказала, что я ничуть не лучшее её брата и прочих родственников.

Королева пристально всмотрелась в лицо друга.

— Только не говори, что ты не пытался разубедить её!

— Я хотел поговорить с ней…

— Поговорить? Хочешь сказать, после того, что ты наделал, ты не кинулся перед Элионорой на колени, умоляя о прощении?

— Белла, тебе не кажется… — попытался вмешаться Генрих, но его жена лишь отмахнулась:

— Да или нет, Джон?

Под требовательным взглядом королевы лорд Уиллморт опустил голову:

— Нет.

— Ты идиот!

— Я это давно говорю! — леди Альмерия появилась в воздухе.

По всей видимости, призрак просто не выдержал многодневного одиночества.

— Ваши величества, — она склонилась перед царственными особами в безупречном реверансе.

— Как э-э-э… существуете, миледи? — улыбнулся король.

Некромант бросил на друга внимательный взгляд. Он знал, что в глубине души Генрих сожалеет, что отказался от обряда привязки души отца, и теперь леди Альмерия напоминала королю о его решении.

— Благодарю, весьма сносно, — отозвался призрак. — Хотя бывали времена и получше.

— Возможно, тебе просто пора на покой? — заметил лорд Уиллморт.

Тетя смерила его строгим взглядом:

— И бросить тебя одного? Я, конечно, не разговариваю с тобой, мой милый, но не в моих привычках бросать родственников в беде.

— Тем не менее ты не появлялась здесь достаточно давно!

— Всего десять дней. И я понимаю, что ты не испытал особой радости от моего отсутствия?

— Вижу миледи, вы тоже не одобряете поведение племянника? — поинтересовалась королева.

— Разумеется! Как ты мог, Джон! Как мог так обойтись с бедной девочкой!

Зеленые глаза опасно сверкнули.

— Вам напомнить всем, что на кону стояла судьба государства? Что, если бы Боллинброк осуществил свой план, то мы все, находящиеся здесь, я подчеркиваю ВСЕ погибли! — некромант стукнул кулаком по столу. Вода под рукой испуганно чавкнула.

— Да, но ты мог действительно жениться, — заметила королева.

— О да, и портить друг другу жизнь? Не все браки такие, как твой, Изабелла, вы с Генрихом скорее исключение, чем правило.

Королева сдержанно улыбнулась. Было заметно, что слова некроманта пришлись ей по сердцу. Лорд Уиллморт вздохнул.

— Полагаю, мы все обсудили. Заговор раскрыт. Элионора ненавидит меня, а завтра я возвращаюсь к своим обязанностям. Генри, если ты не возражаешь, я бы заменил Реджи смертную казнь каторгой.

— Тебе так дорог этот конюх? — король едва заметно нахмурился.

— Я устал от крови. Думаю, ты тоже.

— Ты просто стареешь и становишься сентиментальным, — фыркнула Альмерия.

— Возможно. Так как? — последний вопрос адресовался королю.

Генрих кивнул:

— Пришли завтра документы. Ты же не хочешь открытый процесс?

— Нет. Для всех заговорщиком и изменником останется Альберт Артли. Джаред Лавл, теперь лорд Боллинброк, выслан из страны и вряд ли будет рассказывать хоть что-то о смерти отца.

— Хорошо, — Генрих протянул руку жене. — Дорогая, думаю, нам пора.

— Но… — попыталась возразить Изабелла, и сразу же осеклась, заметив пристальный взгляд мужа. — Всего доброго, леди Альмерия, Джон!

Королевская чета вышла из кабинета.

— Зачем ты меня увел? — спросила её величество у мужа, когда они сидели в карете.

— Во-первых, потому что я чертовски замерз в мокрой одежде, — король передернул плечами, — А, во-вторых, потому что Джону надо все осмыслить.

— Осмыслить?

— Милая, я ни разу за все годы нашей дружбы не видел его в таком состоянии. Элионора значит для него гораздо больше, чем он сам представляет. И потому я готов держать пари на свою парадную корону против твоего самого дешевого веера, что завтра документы на Реджи мне занесет заместитель лорда Уиллморта.

— А сам Джон продолжит пить? — Изабелла приподняла брови. Король усмехнулся:

— Думаю, любовь моя, завтра он будет далеко отсюда.

— Ты хочет отправить его в ссылку?

— Я? Упаси Триединый! С кем тогда я буду напиваться?

— Генри! — королева притопнула ногой.

Король улыбнулся:

— Думаю, Джон все-таки воспользуется твоим советом и помчится к Элионоре, чтобы рухнуть перед ней на колени. И тогда нам остается только молить небо, чтобы любовь к нему оказалась сильнее её гордости. Ну так как, любовь моя, ты принимаешь пари?

— У меня нет дешевых вееров, — отозвалась королева, после недолгого молчания. — И я надеюсь, что ты прав, Генрих. Иначе я действительно рассержусь и прикажу отрубить твоему другу голову, поскольку он все равно не умеет пользоваться ею!

***

Выждав, пока входная дверь захлопнется за королем, лорд Уиллморт направился к двери. Сапоги противно чавкали по мокром полу.

— Надеюсь, мой милый, переодевшись ты направишься в свое ведомство и прикажешь разыскать Элионору? — невинно поинтересовалась Альмерия, все еще кружа под потолком.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — мстительно отозвался племянник, выходя и закрывая за собой дверь.

Гарри едва успел отскочить и сделать вид, что он не подслушивал. Впрочем, это не обмануло некроманта.

— С тобой я разберусь позже, — пообещал он слуге.

— Да, милорд, — на лице камердинера не дрогнул ни один мускул. Он спокойно последовал за хозяином в его комнаты.

— Подать вам дорожный костюм, милорд? — поинтересовался Гарри, помогая хозяину избавиться от мокрой одежды.

Лорд Уиллморт бросил на него задумчивый взгляд.

— Ты тоже полагаешь, что я совершил глупость?

— Скажем так, вы не продумали всех последствий вашего поступка.

— Интересно, и о каких же, по-твоему, последствиях я не подумал? — разговор становился все более интересным.

— Мы все живые люди и нам свойственна привязанность к тем, кто часто оказывается рядом с нами, милорд, — осторожно начал камердинер. — К тому же леди Элионора очень красивая женщина.

— Вижу, она покорила и тебя, — в голосе некроманта звучал сарказм.

— Любой слуга будет гордится такой хозяйкой, милорд!

— Но не хозяином, ты ведь это хотел сказать, Гарри?

— Нет, милорд. Я уже давно горжусь, что служу вам. И в качестве доказательства своих слов… Вот, — он достал из кармана и протянул слегка смятый конверт, надписанный аккуратным почерком.

— Что это за письмо?

— Это письмо от одной особы… Мери-Джейн, личной горничной леди Элионоры, — под изумленным взглядом хозяина камердинер слегка покраснел. — Дело в том, что я… я питаю некие чувства к этой горничной и недавно мне дали понять, что мои чувства взаимны…

— И теперь ты хочешь, чтобы я пожелал тебе счастья?

— Думаю, милорд, мое счастье всецело в ваших руках и в руках леди Элионоры. Мери-Джейн не из тех, кто бросит свою госпожу в беде.

— Она в беде? — лорд Уиллморт буквально вырвал письмо из рук слуги, пробежался взглядом по строкам. — Триединый! Что взбрело ей в голову тащиться на север в такое время года?

— Полагаю, милорд, леди Элионора желала убежать как можно дальше от вас.

— Это не повод жить в обветшалом доме на краю света! Я же предлагал ей уехать в Артли! — лорд Уиллморт уже готов был в сердцах смять письмо, но в последний момент сдержался и протянул его обратно камердинеру. — Прости, Гарри.

— О, я понимаю. Женщины не всегда разумны, если речь идет об их чувствах.

— Или их гордости.

— Мне подать ваш дорожный костюм, милорд?

Некромант задумчиво покусал губу. С одной стороны Элионора ясно дала понять, что не желает его видеть, но с другой…

Образ полуразвалившейся лачуги, продуваемой всеми ветрами, стоял перед глазами, пока лорд Уиллморт спешно переодевался в дорожный костюм и попутно отдавал распоряжения Гарри выехать в карете рано утром и следовать в городок, указанный в письме.

Спустившись в кабинет, некромант написал несколько распоряжений своему заместителю, отослал их магическим курьером и, вскочив в седло, направился на север, почему-то чувствуя себя рыцарем, ехавшим освобождать свою принцессу.

Глава 23

Благодаря работникам, присланным хозяином постоялого двора, дом достаточно быстро привели в порядок, насколько это вообще было возможно.

— Проще разобрать эту лачугу, да построить новый дом, — напутствовал на прощание один из работников, коренастый мужчина с огромными мозолистыми руками. Остальные двое, по всей видимости, его сыновья закивали.

— Думаю, это пока что лишнее, — уклончиво ответила девушка, пряча кошелек, который опустел на несколько серебряных монет.

— Ну, как скажете, мисс, — мужчина явно недоумевал, почему такая хорошо одетая леди оказалась в такой глуши, но спрашивать не стал, испытывая, как и все, робость перед аристократами. — Ежели чего надо — зовите. Я живу в деревне вон за тем холмом… Меня Бринном кличут.

Он махнул рукой куда-то за вересковые пустоши. Девушка кивнула:

— Спасибо.

Она вошла в дом и прислонилась спиной к двери. Мери-Джейн, сурово поджав губы, распаковывала вещи. В убогой обстановке коттеджа самые простые платья леди Артли казались вызывающе роскошными. Почувствовав на себе взгляд хозяйки, горничная подняла голову, морщины на ее лбу разгладились.

— Не стойте в дверях, мисс, ветер такой, что обязательно продует! — строго сказала она.

Элионора послушно прошла в комнату и села за стол. Стульев не было, из заменили наскоро сколоченные Бринном лавки.

— Сейчас вода закипит, и я заварю вам чай, — пообещала Мери-Джейн.

— Я могу попробовать и сама, — робко возразила девушка, но горничная лишь отмахнулась.

Глядя на то, как суетится служанка, Элионора почувствовала угрызения совести. Ведомая своей гордостью, девушка не подумала ни о том, как она будет жить, ни о средствах на эту жизнь.

— Наверное, мне стоит поискать работу, — тихо произнесла девушка, когда чай был заварен, а горничная, вопреки всем приличиям села напротив хозяйки.

— Это не так уж и просто, мисс, — аккуратно заметила Мери-Джейн. — Для гувернантки вы слишком красивы, а для компаньонки одинокой пожилой леди — строптивы…

— При чем тут моя внешность?

— Ну как же? Как правило, в доме, где есть дети, есть и муж… — горничная вздохнула. — Уверяю вас, мисс, в отличие от лорда Уиллморта, он не будет миндальничать, а попросту зажмет в темном углу…

— Не говори мне про лорда Уиллморта! — вспыхнула Элионора. Огонь в печи запылал ярче, а ветер за закрытым ставнями окном отозвался издевательским эхом.

— Вот и я про то же, мисс, — спокойно заметила Мери-Джейн, отпивая чай из огромной глиняной кружки. Эти кружки, как и несколько тарелок были подарком хозяина постоялого двора.

Девушка слегка смутилась.

— А что мне еще остается делать? — с горечью воскликнула она. — Принять предложение, которое мне так щедро сделал Дж… лорд Уиллморт?

Оговорка еще больше разозлила её, Элионора вскочила и закружила по комнате.

— А он что-то предлагал? — словно невзначай поинтересовалась горничная.

— О, он был так щедр, что даже предложил мне Артли! Как будто после всего, что было, я могу спокойно появиться в имении и жить там, как ни в чем не бывало!

— Возможно, милорд просто не знал, как вас удержать? — предположила служанка. — Или хотел знать, что с вами все в порядке.

— Мери-Джейн, мы говорим о начальнике Тайной канцелярии! — отмахнулась Элионора, все еще злясь и на некроманта, и на горничную, затеявшую этот разговор, но больше всего — на саму себя.

— Мы говорим, прежде всего, о мужчине, мисс Элионора, — возразила горничная.

Элионора покачала головой и отвернулась, давая понять, что больше не намерена обсуждать эту тему. Мери-Джейн лишь тяжело вздохнула.

Ночью девушка долго лежала без сна. Стоило только задремать, как в памяти всплывало бледное лицо лорда Уиллморта, его изумрудно-зеленые глаза и шепот: «Я люблю вас!»

Девушка вздрагивала просыпалась, а потом долго лежала, бесцельно смотря в холодную темноту ночи. Ветер все шумел. Дом вздрагивал. Казалось, что еще чуть-чуть и стены просто рассыпятся на маленькие кусочки.

Под утро усталость все-таки взяла свое. Когда Элионора проснулась, темнота ночи сменилось серой мглой сумрачного дня. Девушка не сразу сообразила, что тяжелый рокот, доносящийся снаружи — шум прибоя.

От нечего делать Элионора долго гуляла вдоль побережья, то и дело смахивая с лица соленые брызги. Огромные волны накатывали на камни, рассыпаясь белоснежной пеной.

В какой-то момент, стоя у края обрыва, Элионоре вдруг захотелось упасть в обманчиво-мягкую пену, разбиться о камни и обрести покой.

— Думаешь, он там есть? — голос за спиной заставил девушку подпрыгнуть на месте. Она обернулась. Леди Альмерия стояла за спиной.

— Как? — выдохнула девушка.

Призрак усмехнулся:

— Как я нашла вас? Кольцо Уиллмортов, оно до сих пор у вас, моя дорогая.

Элионора ахнула и невольно перевела взгляд на руку. Черный сапфир в белом золоте. Она настолько привыкла к кольцу, что забыла снять, когда покидала дом некроманта.

— Вы пришли, чтобы забрать его? — девушка попыталась снять кольцо, но сапфир намертво сидел на пальце.

— Нет, — покачала головой Альмерия. — Я пришла, чтобы убедит вас не делать глупостей.

— Я не собираюсь покончить счеты с жизнью.

— По-моему, вы уже сделали это, — призрак многозначительно взглянул в сторону одиноко притулившегося коттеджа на холме.

— А что мне еще остается делать? — с горечью воскликнула Элионора. — Этот дом — единственное, что у меня осталось.

— Разве? — Альмерия улыбнулась.

— Намекаете на то, что я должна была принять предложение вашего племянника?

— Смотря какое, — призрак сделал вид, что размышляет. — Разумеется, вам не следовало соглашаться и возвращаться в Артли, но вы вполне могли бы выйти замуж за Джона и заставить его всю жизнь раскаиваться за его шутки дурного тона!

— Вы говорите так, будто его поступок — действительно всего лишь шутка! — возмутилась Элионора.

— А разве нет? Разве хоть раз мой племянник попытался воспользоваться правами мужа?

— Он… — Элионора вспомнила страстные поцелуи, обжигающие объятия и то, как лорд Уиллморт с явным сожалением прекращал все. «Вы еще возненавидите меня» … «Я люблю вас…» — Он ведь поклялся вам…

— Не причинять вам зла, не более.

— Он заставил меня пойти на королевский бал! — выпалила девушка первое, что пришло на ум.

— Каков негодяй! — возмущение призрака было настолько искренним, что Элионора невольно улыбнулась.

— Вы же знаете, что я обязана была соблюдать траур по брату, — мягко отозвалась она.

— По человеку, которого едва знали и который, пользуясь своим правом опекуна, принес вам огромные неприятности? — зачем-то уточнила Альмерия.

Элионора опустила голову.

— Вы правы. Но ведь это не оправдывает вашего племянника!

— Моя милая, его уже давно ничто не оправдывает! И я даже рада, что он получил по заслугам!

— Тогда зачем вы пришли ко мне?

— Всего лишь попросить не хоронить себя заживо. Жизнь дается лишь раз, помните об этом! — последние слова прозвучали в гулкой пустоте.

Призрак исчез. И тут же ветер швырнул в лицо соленые брызги. Элионора вздрогнула и поняла, что все еще стоит над обрывом.

Закутавшись плотнее в плащ, девушка поспешила вернуться в коттедж. Мери-Джейн суетилась у дымящей плиты.

— Я помогу тебе? — Элионора подошла, но горничная лишь махнула руками.

— Еще чего не хватало, сидите, мисс! Уж я-то знаю, как вы способны спалить любое блюдо!

Девушка послушно вернулась на свое место, чувствуя угрызения совести. Выросшая в огромном имении, она умела лишь отдать распоряжения слугам и следить за их исполнением. И вот теперь ее горничной приходилось полностью вести хозяйство.

Девушка взглянула на кольцо, которое так и не решилась снять с пальца. Показалось, или в глубине сапфира плясали огненные искры. Слова призрака не шли у нее из головы. Альмерия была права, и Элионоре не стоило хоронить себя заживо.

Это придало решимости, и после бурных препирательств со служанкой, девушка все-таки отправилась в Нортхэм купить газеты.

Необходимо было найти работу. Что будет потом, Элионора предпочитала не думать.

Нортхэм встретил их проливным дождем. Небеса словно разверзлись, и Элионоре с Мери-Джейн пришлось вновь укрыться на единственном в городе постоялом дворе.

Новые обитатели коттеджа на холме вызвали любопытство завсегдатаем, и девушке стоило огромного труда избежать зачастую бестактных вопросов. Как только дождь стих, она выскочила с постоялого двора, предпочитая мелкую морось запаху пива и лука.

Ночь вновь принесла лишь тревожное забытье, перемежаемое яркими вспышками снов-воспоминаний. Допросы следователей Тайной канцелярии, балы и изумрудно-зеленые глаза, которое, казалось, следили только за Элионорой. В них плескалась Тьма. Сейчас она вызывала не страх, но отчаяние, что все кончено.

Уснула Элионора лишь под утро, все еще вздрагивая от завываний ветра, раздававшихся за окнами.

Её разбудил шум дождя. Капли мерно стучали по крыше. Мери-Джейн в доме не было. По всей видимости, служанка опять ушла в Нортхэм за газетами, чтобы хоть как-то отвлечь госпожу от тягостных дум. Будто газеты могли помочь!

Угли в камине все еще тлели, Элионора подошла ближе, протянула озябшие руки. «Они просто ледяные…»

Девушка зло потерла глаза, смахивая мгновенно появившиеся слезы. Да что ж это такое! Почему вместо того, чтобы жить дальше, подчиняясь прихотям судьбы, она все время вспоминает лорда Уиллморта, его слова, его такие желанные прикосновения, его поцелуи… на какой-то момент показалось, что из угла к Элионоре потянулась такая знакомая Тьма. Кинулась под ноги, ластясь, точно кошка. Угли радостно вспыхнули, оранжевое пламя пробежалось по ним, развеивая иллюзии.

Сердце опять сжалось от боли и отчаяния. За спиной скрипнула дверь. Мери-Джейн вернулась.

— Положи газеты на стол, — попросила Элионора, все еще не решаясь обернуться, чтобы верная служанка по лицу не прочитала, что творится на душе у её госпожи.

Ответа не последовало. Горничная словно застыла у дверей. Чуть нахмурившись, Элионора обернулась и замерла, боясь даже вздохнуть.

У дверей стоял лорд Уиллморт. Его дорожный костюм промок, волосы растрепались, а зеленые глаза лихорадочно горели на бледном лице. Не мигая, некромант смотрел на Элионору, словно потрясенный тем, что видел перед собой.

«Он приехал за кольцом», — пронеслось в голове. Уцепившись за эту мысль, девушка сняла перстень, на этот раз сапфир легко соскользнул с пальца, и протянула некроманту.

Побледнев еще больше, он взглянул на фамильную драгоценность, затем перевел взгляд на девушку и вдруг опустился на колени. Склонил голову, точно преступник, ожидающий палача.

Дыхание перехватило, мир почему-то задрожал. Элионора готова была ко всему, кроме этого. Не стоило лукавить, в глубине души Элионора надеялась на чудо, что лорд Уиллморт все-таки приедет. В своих грезах она то снисходительно прощала его, то отвергала, указывая, что не желает больше слушать столь бесчестного человека, но даже в своих снах Элионора не могла представить, что этот гордец упадет перед ней на колени. Сквозь слезы, девушка всматривалась в темную фигуру, пытаясь понять, что же ей теперь делать.

Оглушающую тишину нарушало лишь мерное капанье воды, стекавшей с темных волос некроманта.

Кап.

Кап.

Кап.

Девушка знала, что, если сейчас она прогонит некроманта, он уйдет, на этот раз навсегда. Элионора молчала. Молчал и лорд Уиллморт. Тьма испуганно сжалась в углу, даже огонь притих, ожидая решения девушки.

Кап.

Кап.

Наконец некромант медленно поднял голову. Зеленые глаза были почти черными, губы исказила горькая усмешка.

— Вы правы, — очень тихо сказал он. — Такое нельзя простить…

Элионора поняла, что он сейчас встанет и уйдет, оставит ее одну. В его взгляде она прочла приговор самому себе.

— Джон… — уже не понимая, что делает, просто шагнула к некроманту, протянула руку, касаясь плеча.

— Элли… — лорд Уиллморт вскочил и прижал девушку к груди так крепко, словно боялся, что она вновь уйдет. — Моя Элли…

— Джон, — повторила Элионора. Кольцо упало на пол, но этого никто и не заметил. Некромант осыпал лицо девушки поцелуями.

— Пожалуйста, не плачь, не надо, — бормотал лорд Уиллморт. Только сейчас Элионора заметила, что по щекам все еще текут слезы.

— Я не думала, что ты приедешь сюда. Я решила, что ты оставишь меня одну, — всхлипнула она, прижимаясь щекой к такому надежному плечу. Одежда некроманта была насквозь мокрой. — Ты что, скакал под дождем?

— Наверное, — он пожал плечами. — Сказать по правде, я даже не помню этого.

— Одежда вымокла. Тебе надо снять все!

— Ты уверена? — хмыкнул он, зарываясь лицом в пушистые золотисто-рыжие пряди. — Это звучит очень заманчиво, миледи, но тогда, боюсь, викарий нас не дождется…

— В-в-викарий? — Элионора подняла голову.

— Я не намерен больше отпускать тебя, — лорд Уиллморт вздохнул и еще крепче сжал девушку в своих объятиях. — Никогда больше.

— Почему же ты вообще меня отпустил? — воскликнула Элионора в женской непоследовательности. — Уходя из твоего дома, я ведь ждала, что ты бросишься за мной и остановишь!

— Я растерялся. Услышав правду, ты буквально заледенела, и я… — он покачал головой. — Я был так виноват и действительно не знал, что делать.

— Я же сказала тогда, что ты ничем не отличаешься от Альберта! — с укором воскликнула Элионора.

— Да, Изабелла уже просветила меня по поводу этого, — хмыкнул начальник Тайной канцелярии. — Признаться, именно она сподвигла меня попытаться еще раз.

— Изабелла? Королева? Ты хочешь сказать, что…

— Она ворвалась в мой дом, словно фурия, обрушила на меня в буквальном смысле водопад и заявила, что я — идиот. Мне оставалось лишь согласиться с этим.

— А… король?

— Мок рядом со мной и терпеливо сносил упреки жены.

Элионора представила себе эту картину и, не выдержав, рассмеялась.

Некромант вдруг подхватил ее за талию, высоко поднял и закружил.

— Смейтесь, смейтесь, моя дорогая! Мне так не хватало этого смеха.

Элионоре действительно не оставалось делать ничего другого, как смеяться.

— Отпустите меня! — потребовала наконец девушка, чувствуя, что голова просто идет кругом.

Некромант моментально повиновался. Убедившись, что Элионора удержится на ногах, он разжал руки, опустился на этот раз на одно колено и подхватил с пола кольцо с сапфиром.

— Леди Элионора Артли, согласны ли вы стать моей женой?

Именно в этот момент стук дождя по крыше прекратился. Даже ветер стих, точно боялся пропустить ответ. Лишь море рокотало по-прежнему, стремясь поглотить высокие берега. Девушка смотрела в зеленые глаза некроманта и видела в них лишь любовь и обещание. Обещание быть с ней всегда.

— Да…

Лорд Уиллморт на секунду прикрыл глаза, выдыхая, и вновь надел кольцо на палец Элионоры.

Эта часовня мало была похожа на часовню шииров Артли. Сложенное из дикого камня небольшое здание поражало своей простотой. Элионора выбрала его сама, лорд Уиллморт категорически отказался участвовать в выборе церкви для венчания, мотивируя тем, что на этот раз его невеста должна быть уверена, что все делается правильно.

Викарий, высокий седовласый мужчина поначалу отказывался и лишь когда лорд Уиллморт назвал себя, священнослужитель испугался и поспешил приступить к венчанию. Так Элионора в присутствии нескольких зевак, случайно забредших в часовню, вновь стала леди Уиллморт. Только теперь, идя по проходу между пустыми скамейками, держа в руках букет из белого вереска и запоздало расцветших на дворе викария астр, она была действительно счастлива.

— Элионора Артли, желаешь ли ты…

— Да…

— Джон Уиллморт, желаешь ли ты…

— Да, — некромант сказал это настолько уверено, что викарий невольно улыбнулся, понимая, что этот брак действительно благословил сам Триединый.

— … Властью, данной мне Богом нашим, объявляю вас мужем и женой.

Единственный колокол возвестил, что церемония бракосочетания состоялась.

Рука об руку они вернулись в коттедж.

— Мисс Элионора, где вы пропадаете! Я тут с ума схожу! — воскликнула Мери-Джейн, как только дверь скрипнула, и замолчала, увидев за спиной хозяйки высокую фигуру лорда Уиллморта. — Вон оно что…

— Мери-Джейн, я не ошибаюсь? — милорд спокойно закрыл дверь. — Вы можете поздравить нас первой.

— Поздравляю, милорд, миледи… — улыбнулась горничная, на ее щеках появились ямочки, так украсившие женщину.

— Ты не сердишься на меня, Мери-Джейн? — тихо спросила Элионора.

— Нет, мисс, я лишь желаю вам двоим счастья.

— Как и я вам с Гарри, — лорд Уиллморт обменялся с горничной многозначительным взглядом. — И — спасибо…

— Рада служить вам, милорд, и вам, миледи, — Мери-Джейн старательно избегала вопросительного взгляда своей госпожи.

Ужинали они втроем. Лорд Уиллморт настоял, чтобы горничная сидела вместе с ними за одним столом, а не прислуживала, как намеревалась.

— Надеюсь, в дальнейшем вы не оставите нас? — лениво поинтересовался некромант у Мери-Джейн, когда ужин был закончен. — В моем доме освободилось место экономки.

— Сочту за честь, милорд, — ответила та и встала, чтобы уйти в свою комнатушку.

Оставшись наедине, Джон и Элионора еще долго сидели у огня, переплетя пальцы и просто наслаждаясь присутствием друг друга.

— У тебя все еще холодные руки, — тихо сказал он, поднося ее пальцы к губам.

— Тогда согрей меня, — прошептала девушка, смело заглядывая в зеленые глаза. Теперь она не боялась, но желала того, что должно было свершиться. Некромант усмехнулся и подхватил жену на руки, по древнему обычаю перенося через порог спальни.

Уже когда дверь за ними захлопнулась, в комнате появилась леди Альмерия.

— Слава Триединому, — пробормотала она, осеняя дверь святым знамением, после чего растаяла. На этот раз навсегда.

Эпилог

Имение Артли вновь было полно солнца и детского смеха. Услышав, что смех сменился воплями, Элионора, предпочитавшая проводить обеденное время в гостиной, выглянула из окна.

Очаровательная пятилетняя рыжеволосая девочка убегала от двух мальчишек постарше. Ее зеленые глаза сверкали, а локоны растрепались. Кружевное платье украшали цветные пятна. Леди Уиллморт вздохнула, понимая, что вновь придется выслушивать причитания прачки.

А ведь леди Уиллморт говорила няне не одевать девочку в белое, но та была непреклонна. Приезд их величеств вместе с наследным принцем должен быть торжественным праздником. Вот пусть няня теперь и отстирывает эти пятна от шоколада, травы и еще Триединый знает чего.

Один из мальчиков, темноволосый, на секунду остановился, взглянул на окно своими глазами цвета золотистого янтаря, махнул матери рукой и побежал вслед за сестрой и другом. Золотистые огненные искры закружились в воздухе, и леди Уиллморт торопливо погасила их, опасаясь, как бы огненный дар сына не поджег траву.

Эдуард. Глядя на первенца, Элионора всегда вспоминала заброшенный коттедж, стоящий посреди вересковых пустошей, и их с Джоном первую брачную ночь на узкой, скрипящей от малейшего движения кровати.

Поцелуи, долгие, томительно-прекрасные, от которых что-то скручивается в животе, а в душе начинают порхать бабочки. Объятия, обжигающе горячие руки, снимающие последние преграды и скользящие по шелковистой коже. Прерывистое дыхание и стон…

Эдуард был зачат в эту ночь, Элионора точно знала это.

— Как дети? — Изабелла подошла и стала рядом с подругой.

— Как всегда: шумно!

— Опять догонялки?

— Да, или же просто намереваются проучить Китти! Главное, чтобы, увлекшись играми, не подожгли теплицу, как в прошлый раз!

— Ричард ее потушит, — в голосе королевы слышалась материнская гордость за сына, унаследовавшего от родителей оба дара. Иногда Элионора даже жалела, что поторопилась, и не стала выжидать, пока огонь и Тьма окончательно примут друг друга. Хотя и Кэтрин, родившаяся через два года после Эдуарда, взяла лишь один дар. Дар Тьмы.

— Если Китти позволит подойти.

— Хуже, если она поднимет несколько погибших зимой белочек или ежиков! — вспомнив неприглядную картину, Изабелла содрогнулась.

— Для этого у нее есть отец, — успокоила подругу Элионора. Лорд Уиллморт всегда с пониманием относился к проявлению дара дочери, с какой-то скрытой гордостью уничтожая последствия нестабильного проявления детской магии.

— Кстати, а где мужчины? — спохватилась леди Уиллморт. — Все еще обсуждают дела королевской важности?

— По-моему, просто пьют. Во всяком случае, когда я проходила мимо кабинета, разговор шел о бренди… если это — дело государственной важности…

— Разумеется, — хозяин дома и его царственный гость вошли в комнату.

— Белла, ты же заешь, что необходимо поднять пошлины, — проворчал король.

— И поэтому вы решили продегустировать товар лично, чтобы понять, как высоко можно их поднимать? — поинтересовалась Элионора, подходя к мужу.

Поразительно, но даже по прошествии стольких лет, при виде некроманта сердце замирало. Лорд Уиллморт улыбнулся и обнял жену за талию.

— Только так и можно. Тем более, если мы с Генрихом гм… увлечемся, Изабелла всегда знает, как нас остановить!

Словно в подтверждение его слов, струя из бившего в саду фонтана вдруг ударила в окна, распахивая рамы и окатывая всех холодными брызгами. Все четверо переглянулись.

— Или это сделают наши дети. — произнесла королева, скептически оглядывая мокрый бархат платья. — Ну что, мы спрячемся здесь? Или наберемся смелости и пойдем смотреть, что еще они натворили?

— Конечно, пойдем! — Элионора потянула мужа за руку.

Детский смех вскоре слился со взрослым, заставляя слуг понимающе переглядываться и улыбаться друг другу.

Конец.

Август-сентябрь 2019

Content

Екатерина Каблукова
Выйти замуж за некроманта

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Эпилог