Маккензи Мирна

Страсти по Шекспиру

Маккензи Мирна Страсти по Шекспиру

Myrna Mackenzie Much Ado About Matchmaking, 2005

Роман / Пер. с англ. Е. Гонцовой.

ОАО Издательство «Радуга», 2007.

Серия «Любовный роман»

ISBN 978-0-373-19786-1

ISBN 978-5-05-006536-0

ПРОЛОГ

Гилберт Мессмер в который раз перечитал любимую пьесу Шекспира «Много шума из ничего». Отложив книгу, он задумчиво посмотрел в окно — его племянница возилась с цветами в саду. Подумать только, завтра исполнится ровно двадцать пять лет с тех пор, как сестра, Даниела, лежа при смерти, умоляла его позаботиться об Эммалин, как о собственной дочери.

В этом году племяннице исполнилось двадцать девять, и в последнее время Гилберт все чаще и чаще сомневался в том, что выполнил обещание, данное сестре много лет назад.

Конечно же, ты сделал все, что мог. Ты кормил Эмму, одевал ее, дал ей крышу над головой. Ты заботился о ней,

Гилберт нахмурился. Заботился ли? Много лет его не волновало ничего, кроме собственной компании, а ту часть нежности, которая все же оставалась в его сердце, он отдавал своей родной дочери, Холли. Что же осталось для Эммы? И почему это так взволновало его сейчас?

Ты знаешь почему, — прошептал он. Потому что Холли влюбилась и собиралась замуж за его нового делового партнера. Она была счастлива, и ее эйфория напомнила Гилберту его собственную молодость. Боже, когда-то он тоже безумно любил свою жену. А потом она ушла и оставила его одного.

Холли ликовала, смеялась без причины, в то время как Эммалин была постоянно в делах. Вот и сейчас она возится в саду вместо того, чтобы развлекаться и проводить время с поклонниками. Интересно, ей на самом деле так нравится ухаживать за цветами?

Гилберт никогда не спрашивал ее об этом. Он просто позволил ей взвалить на свои хрупкие плечи всю заботу о доме и о гостинице. Казалось, работа стала главным ее развлечением. Наверняка она ни разу в жизни не испытывала такую радость, какую сейчас испытывала Холли. И если бы сегодня его посетил дух Даниелы, смог бы он сказать, что сделал все для ее дочери?

Нет. Он не смог сдержать данное сестре обещание.

Гилберт опустил взгляд на книгу.

- Может быть, у Шекспира найдется ответ, что должен сделать невнимательный дядюшка для счастья своей племянницы, — пробормотал Гилберт, уставившись на позолоченные буквы, украшавшие обложку, затем снова посмотрел в окно.

В этот момент Эммалин подняла взгляд и наградила дядю лучезарной улыбкой.

Эта девушка так похожа на свою мать: те же темные волосы и грустные серые глаза.

— Двадцать пять лет, — прошептал он. — Ну и эгоист же ты, Гилберт. Да к тому же слеп, как крот!

Но, слава Богу, пелена спала с его глаз. Он постарается исправить ошибку, если еще не слишком поздно. Все, что ему нужно, — это толковый план. Необходимо хотя бы раз в жизни поставить интересы племянницы выше интересов бизнеса.

Но с чего начать? Что сделает Эммалин счастливой?

Гилберт снова взял книгу в руки и с нежностью провел пальцами по темно-зеленой кожаной обложке. Пролистывая страницы, он вдыхал запах страниц и вспоминал судьбы персонажей. Сватовство...

— Нет. Это лишь фантазия, — твердил он себе.

Но Эммалин так похожа на героиню этой комедии. Она так же одинока. А с уходом Холли ее жизнь станет еще более безрадостной. Гилберт тяжело вздохнул.

— Если бы я только мог найти нужного мужчину... В мире ведь должен быть мужчина, созданный для Эммалин.

Вдруг ему в голову пришла идея, которая вселила в его сердце надежду. Гилберту вдруг захотелось рассмеяться и подпрыгнуть до небес. Он почувствовал себя лет на двадцать моложе.

Если на свете есть мужчина для Эммалин, то он обязательно отыщет его. Возможно, он даже знает такого человека. И Эмма однажды уже встречалась с ним. Бывший военный, как две капли воды похожий на персонажа пьесы...

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— С тобой все в порядке, Эмма? Ты не слишком хорошо выглядишь.

— Да, все в порядке. — Эммалин крепко прижала книгу к груди, надеясь, что двоюродная сестра не заметит, как новость взволновала ее. - Ты уверена, что Крис пригласил Райена Бенедикта погостить у нас?

Глаза Холли заблестели, стоило Эммалин произнести имя Кристофера.

— Абсолютно, — подтвердила Холли, смеясь. - Райен и Крис партнеры по бизнесу и лучшие друзья. Вполне естественно, что он остановится в нашем доме.

Но что будет со мной? — подумала Эммалин. Когда мы встречались в последний раз, он поцеловал меня, и я даже думать не хочу о своей реакции на этого мужчину.

Вспомнив Райена Бенедикта, Эмма покраснела. Слава богу, сестра уверена, что она не хочет замуж. Иначе Холли могла бы подумать, что ей не безразличен Райен.

— Да, но я полагала, что приезд мистера Бенедикта связан с делами дяди Гилберта. Почему бы ему не остановиться в гостинице?

Холли удивленно посмотрела на кузину.

— Не говори глупости, Эм. Райен лучший друг Криса, и поэтому вполне естественно, что папа попросил его погостить у нас. Но в чем дело? Он тебе не нравится?

Осторожно, Эм, — одернула себя Эммалин и улыбнулась двоюродной сестре.

— Как он может нравиться мне или не нравиться? Я ведь едва знаю этого человека.

Холли нахмурилась.

— А я хорошо знаю тебя, Эм, и мне кажется, что здесь что-то не так. Я права?

Эммалин невольно вспомнила последнюю встречу с этим мужчиной. Они отмечали сделку, которую заключил дядя Гилберт с компанией Криса и Райена. Первый человек, которого она увидела, когда вошла в гостиную, был Райен. Этакий красавец, сошедший с обложки глянцевого журнала: густые темные волосы, атлетическая фигура, военная выправка, которая оставалась у него даже спустя годы, после того как он оставил службу в армии. Стоило ему задержать на ней голубые бездонные глаза, как ее сердце замерло.

В тот вечер Холли и Крис объявили о помолвке, ставшей результатом двухмесячных отношений. После того как Крис и дядя Гилберт обменялись крепким рукопожатием, все стали обниматься и целоваться. Непонятно как Эммалин вдруг оказалась рядом с Райеном. Он окинул ее проницательным взглядом и усмехнулся.

— Вы не возражаете, мисс Карстэрс? — спросил он хрипловатым голосом и, не дожидаясь ответа, слегка прикоснулся губами к ее щеке. Эммалин резко повернулась, и на секунду его губы прикоснулись к ее губам.

В тот же миг весь мир перестал существовать для нее. Ее щеки залились густым румянцем. Ей захотелось... О боже, ей захотелось запустить пальцы в его густые волосы и как можно крепче прижаться к его груди...

Черт возьми, о чем она думала?! Неужели она забыла, что несколько лет назад с ней уже происходило нечто подобное? Тогда она влюбилась в мужчину, который утверждал, что любит ее, а на самом деле встречался с ней только ради собственной выгоды. Эмма не собиралась снова наступать па те же грабли.

- Эм?

Эмма обнаружила, что ее кулачки крепко сжаты, а зубы стиснуты. Должно быть, она слишком увлеклась своими мыслями и потеряла нить разговора.

- Прости, Холли. Что ты сказала? — спросила она как можно более непринужденно.

- С тобой действительно все в порядке? Стоило мне предположить, что тебе не нравится Райен, как ты тут же разволновалась. Это все из-за того поцелуя, правда?

Эммалин отрицательно покачала головой.

- Ничего такого не было. Ты же знаешь, что я давным-давно прекратила поиски подходящего мужчины. Так что не волнуйся из-за этого, договорились?

- Ты говоришь как старуха.

Эмма напряженно рассмеялась.

- Может быть. Но сейчас для меня на первом месте стоит работа. Нам так много предстоит сделать. Можно сказать, я являюсь вдохновителем идей, связанных с реконструкцией гостиницы, - оправдывалась Эмма.

На самом деле она лукавила. Новость о помолвке Холли заставила Эмму пересмотреть свои жизненные установки. Последнее время она все чаще и чаще думала о том, чтобы завести ребенка. Да, как только Холли выйдет замуж, она всерьез приступит к реализации своей давней мечты об усыновлении малыша.

— Эм, могу я попросить тебя об одолжении? — робко спросила Холли, прерывая ход ее мыслей.

Эмма подняла удивленный взгляд.

— Крис относится к Райену как к брату. Если в нем есть что-то, что раздражает тебя... ну...

Черт возьми, что она делает?! Неужели она не видит, что ее растерянность вызывает у Холли беспокойство?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Не волнуйся, милая. Я просто не привыкла общаться с такими раскрепощенными людьми, как Райен Бенедикт. Но вот увидишь, я справлюсь.

Однако у Эммы все еще остались опасения. Ей просто на роду написано влюбляться не в тех мужчин. Наверно, это наследственное. Ее мать потакала мужу во всем, но он все-таки бросил ее с ребенком на руках. А что, если Райен окажется точно таким же?

— О боже! — воскликнула Холли, взглянув на часы. — Крис ведь сообщил мне по телефону, что поездка в Сент-Льюис не заняла много времени. Скоро они будут здесь, а я еще не готова. Ладно, побегу переодеваться. Не хочу, чтобы Крис видел меня в таком виде.

Холли так быстро вылетела из комнаты, что даже не заметила шокированное выражение, застывшее на лице кузины.

— В любой момент? — прошептала Эммалин. Значит, у нее почти не осталось времени, чтобы настроиться на встречу с Райеном?!

Девушка нервно вздохнула и посмотрела на книгу, лежавшую на столе. «Шекспир и его мир». Странно, но у нее было ощущение, что великого англичанина позабавила бы эта ситуация.

Черт, нужно просто заставить себя относиться к этому проще, уверяла себя Эммалин. Почему бы не притвориться актрисой, играющей роль в комедии Шекспира? Нельзя давать Райену Бенедикту повод думать, что она помнит их мимолетный поцелуй.

С этим намерением Эмма принялась искать черное платье, которое помогло бы ей лучше войти в роль.

Я здесь исключительно по делу, напомнил себе Райен, повернув на извилистую дорогу, ведущую к особняку Мессмера.

Нежные розовые губы Эммалин Карстэрс не изменят его намерения держать ситуацию под контролем.

— Черт, — выругался он.

Крис бросил на него удивленный взгляд.

— Что случилось?

Райей еще крепче сжал руль.

— Ничего, просто вспомнил кое-что.

Черт возьми, его совсем не интересовала Эммалин Карстэрс. Он привык встречаться с женщинами, которые не требовали от него никаких обязательств. И его это устраивало. Именно так всегда поступали мужчины в роду Бенедиктов. Вероятно оттого, что вместо сердца у них были амбиции, хитрость и дерзость, и это позволяло им всегда получать желаемое.

Когда в дело вмешиваются чувства, все идет кувырком. Бизнес есть бизнес. Любви в нем не место. Она может принести только боль и разочарование.

Особенно нужно избегать таких женщин, как Эммалин. У них буквально на лбу написано, что они ждут от мужчины только серьезных отношений.

Тогда какого черта он снова и снова вспоминает тот мимолетный поцелуй?

— Эй, Райен, проснись! Мы почти приехали! - снова отвлек его Крис. — Не могу дождаться, когда увижу Холли. Я чувствовал себя чертовски одиноким без нее.

Райен улыбнулся.

— Ты говоришь как мужчина, который окончательно потерял голову из-за женской юбки.

Крис рассмеялся.

— Только не притворяйся, что с тобой этого никогда не случалось.

— Никогда. Но это вовсе не означает, что я не рад за тебя, дружище.

— Знаю, и благодарен тебе за это. Ведь тебе придется работать за двоих, в то время как я буду готовиться к свадьбе.

Райен покачал головой.

— Нет проблем. Ты ведь знаешь, что работа доставляет мне удовольствие. — Действительно,

армия и работа стояли на первом месте в его жизни. Он жил, не зная пи сна, пи отдыха, когда они с Крисом решили основать компанию.

Но уже в следующее мгновение Райен забыл о своих благих намерениях — он увидел Эммалин, вышедшую поприветствовать гостей вместе с Гилбертом и Холли. Она приветливо улыбнулась Крису, приковав взгляд к своим нежным губам. Удостоив Райена лишь сдержанным «Здравствуйте», девушка поспешила отвести взгляд.

Райен получил ответ на давно мучивший его вопрос: Эммалин не забыла их поцелуй. Кроме того, ей явно не доставляло ни малейшего удовольствия видеть его снова.

Разве это не причина, чтобы выбрать верную тактику, то есть попросту не обращать на нее внимания?

Но после того, что произошло, Райен не мог так поступить. Черт возьми, ну почему запретный плод всегда так сладок?!

— Поэтому остается одно, — пробормотал он.

Эммалин бросила на него вопросительный взгляд.

— Что вы сказали, мистер Бенедикт?

Относись к этому несерьезно. Разумеется, у нее есть чувство юмора.

— Я сказал, что это очень нежный цвет помады, Эммалин, — ответил Райен с улыбкой. — Как он называется? «Поцелуй меня»?

В какую-то секунду ему показалось, что она едва не задохнулась. В ее прекрасных глазах вспыхнуло негодование.

- К сожалению, вы ошибаетесь, — резко ответила Эммалин. — Просто «Дерзко розовый».

- Это лишний раз доказывает, что мы с вами почти не знаем друг друга. А ведь нам придется стоять рядом на церемонии, — проговорил Райен.

Вот это новость!

- Холли?

Холли пожала плечами.

- Ты ведь не откажешься быть подружкой невесты, правда, Эм?

- Я еще не думала об этом, — пробормотала Эммалин. — Но.., все равно я благодарю тебя, Холли. Это для меня большая честь.

- Ну вот и отлично, — вмешался Гилберт, повернувшись лицом к Райену. — Теперь у вас будет достаточно времени, чтобы лучше узнать друг друга. Кроме того, вам ведь придется много работать вместе.

Работать вместе?! Много?! Райен устремил взгляд на Эммалин и увидел, что она шокирована не меньше его.

- Мы будем работать вместе? Что ты этим хочешь сказать? взволнованно спросила девушка.

Райен решил поддержать се и выяснить все с самого начала:

— Да, что конкретно нам с мисс Карстэрс придется делать вместе, мистер Мессмер?

- Прошу тебя, называй меня Гилберт. К чему такие формальности, когда твой лучший друг женится на моей дочери? Кроме того, мы с тобой деловые партнеры. А что касается Эммы, то она будет помогать тебе в гостинице.

- В чем помогать? — не удержалась Эммалин.

Какого черта она задала этот вопрос?! Его взгляд тут же устремился на тонкую изящную шею, закрытую нелепым воротником. Он с легкость представил себе, как расстегивает пуговицы этого ужасного черного платья, спускает бретельки бюстгальтера...

Черт, не думай об этом, приказал он себе.

- Сейчас «C&R Технолоджи», — начал Гилберт, - компания, которая изменяет старые гостиницы путем введения новых технологий. Крис — генератор идей, а Райен — человек, который претворяет их в жизнь. Именно ему предстоит преобразить наш отель. — С этими словами Гилберт повернулся к Райену. — А так как Эмма управляет «Техасскими Огнями», она единственная, кто знает отель как свои пять пальцев. Ты сможешь обращаться к ней по любым вопросам, правда, Эмма?

Райену стало почти жаль ее. Он повернулся к ней лицом, надеясь, что голос не выдаст его мыслей.

- Мне определенно понадобится ваша помощь. «Техасские Огни» - памятник архитектуры, который нужно по возможности сохранить. И тем не менее нам бы хотелось представить в отеле самые современные технологии. Как, по-вашему, нам удастся реализовать этот грандиозный замысел?

Эммалин устремила на него пронзительный взгляд, который буквально кричал о ее нежелании работать с ним рука об руку.

- Я видела временные сроки. Это займет несколько недель, верно? — спросила она, взяв себя в руки.

- Три или четыре... А как долго вы занимаетесь «Техасскими Огнями»? — поинтересовался Райен.

- Я - приблизительно двадцать пять лет, — выпалила Эмма.

Райен недоверчиво сощурился. Холли оторвала влюбленный взгляд от жениха и улыбнулась.

- Эммалин не врет, Райен. Ее мать умерла, когда Эмме было всего четыре года, и с тех пор отец всегда брал ее с собой в отель. Мы обе здесь выросли, но так, как Эмма, «Техасские Огни» не любит никто.

- Значит, отель имеет для вас особое значение, — отметил Райен.

Девушка пожала плечами.

- Я руковожу отелем, — уточнила она. — И менее всего хочу, чтобы из-за реконструкции «Техасские Огни» потеряли свою индивидуальность. Этот отель особенный. — Девушка бросила на Райена суровый взгляд, свидетельствовавший о том, что она ни капельки не доверяет ему.

Разочарование сжало грудь Райена. Разумеется, не все женщины мира были у его ног. Но Эмма была первой, которая почувствовала к нему неприязнь с первого взгляда. И это раздражало его. Одновременно это пробуждало в нем азарт и какое-то нелепое желание покорить ее. Черт возьми, если бы только она не была сестрой жены его лучшего друга!

Вот и сейчас, глядя, как она закусила нижнюю губу маленькими белоснежными зубками, Райен с

трудом поборол в себе желание прикоснуться к ее мягким губам.

— Мы обсудим все тщательнейшим образом, — сказал он, прилагая максимум усилий, чтобы сохранить деловой тон.

Гилберт улыбнулся.

— Да, у вас двоих будет много времени, чтобы сделать это. Эммалин, тебе нужно рассказать Райену обо всем, что тебя беспокоит.

- С нетерпением буду ждать ужина, — сказал ей Райен.

- Я тоже, — вежливо ответила девушка. Но в ее прекрасных глазах вспыхнуло раздражение, и Райен мог бы поклясться, что она скорее хочет дождаться момента, когда сможет проткнуть его вилкой.

Да, по крайней мере здесь скучать ему не придется...

ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда Эммалин вошла в столовую, она с ужасом обнаружила, что Холли решила усадить ее рядом с Райеном.

- Я подумала, что вам есть о чем поговорить, - с невинным видом объяснила Холли.

Эмме не нашла что возразить. Не могла же она сказать, что в последний раз, когда она сидела с этим мужчиной за столом, он поцеловал ее и пробудил внутри нее бурю страстей.

Уже в следующий момент в дверях появился Райен. Он выглядел, как всегда, сногсшибательно: высокий, импозантный, в черном костюме и белоснежной рубашке. Судя по безмятежному взгляду, его совсем не удивил тот факт, что им придется снова сидеть рядом. Неужели он решил бросить ей вызов?

Увидев, что Эмма пытается отодвинуть стул, Райен тут же оказался около нее, чтобы помочь. Мимолетное прикосновение его руки заставило девушку отпрянуть. Она почувствовала у себя за спиной теплоту его сильного тела, и от этого у нее закружилась голова, а на щеках вспыхнул яркий румянец. Удивительно, что почти незнакомому мужчине удается вытворять с ней такое. Это не могло не раздражать Эмму.

Надо вспомнить, что дядя Гилберт рассказывал ей о нем? Кажется, Райен когда-то служил в армии...

Сидя за столом, Эмма изо всех сил старалась сохранять безразличный вид. Но, судя по усмешке Ранена, ей это плохо удавалось.

- Можешь расслабиться, Эммалин, — наконец не выдержал он. — Обещаю, что не съем тебя за ужином. И тебе не стоит беспокоиться по поводу моих манер — я умею вести себя за столом.

Эммалин не смогла сдержать улыбки.

— Слава богу, а то я уже думал я, что ты будешь есть жаркое прямо с лезвия ножа, — парировала она, замечая, какими сексуальными кажутся его темно-голубые глаза на фоне загорелой кожи. -Ладно, Райен. Пошутили, и хватит. Я уверена, ты знаешь, как обращаться ножом. Просто... меня

беспокоит этот проект. — Вот так. Пусть думает, что ее волнение связано только с гостиницей. Райен пристально посмотрел на нее.

— Позволь мне говорить откровенно, Эммалин, — произнес он почти шепотом. — Я думаю, что отель не единственная причина твоего волнения. По-моему, оно связано со случаем, который произошел вдень нашей первой встречи, верно?

Эмма затаила дыхание.

— Я... не понимаю, о чем ты говоришь. В тот день не произошло ничего особенного.

Он недоверчиво поднял бровь, словно хотел возразить, но потом, словно одумавшись, утвердительно кивнул головой.

— Ладно, забудем об этом. Расскажи мне о своих переживаниях по поводу проекта.

Эмма была благодарна за то, что Райен позволил ей так легко соскользнуть с крючка.

— Вы занимаетесь модернизацией гостиниц, - мягко начала она. — Это необходимо, но вместе с тем и рискованно. Боюсь, нам не удастся прийти к согласию. Новатор и консерватор никогда не поймут друг друга. Мы слишком разные, Райен.

- Я бы не стал говорить так категорично, - возразил он. — Судя по словам Холли, карьера всегда стояла для тебя на первом месте. То же самое могу сказать и о себе. Кроме того, мы оба не спешим связывать себя узами брака и заводить семью, детей...

Его соблазнительный голос угрожал смести все преграды, которые она возводила вокруг своего сердца.

— Ты прав, я не стремлюсь выскочить замуж, но это вовсе не означает, что я не хочу иметь ребенка, — неожиданно заявила она. Зачем она это сказала? Разве можно делиться такой информацией с посторонним человеком?!

Можно. Особенно если это поможет укрепить барьер между ними. Пусть знает, что у них разные взгляды на жизнь, разные ценности и желания.

Райен пристально посмотрел на нее и пожал плечами.

— Ладно. Хорошо, что хотя бы в одном наши взгляды совпадают. А раз так, то и в другом мы найдем точки соприкосновения. Можешь не сомневаться, что мы превратим «Техасские Огни» в райский уголок.

— Хорошо, — выдавила она, стараясь не обращать внимания на тот факт, что его мягкий уверенный голос заставлял ее трепетать. — Я приложу максимум усилий, чтобы «Техасские Огни» выжили.

— Ну вот и отлично. А теперь расскажи мне, что тебя привлекает в «Техасских Огнях».

Последнюю фразу он произнес довольно громко, привлекая к их разговору внимание остальных.

— Да, Эммалин, ты лучше всех знаешь «Техасские Огни», — вмешался Гилберт. — Даже лучше меня. Интересно, с чего бы это?

Дядя Гилберт довольно улыбался, ожидая ответа. Эммалин на секунду задумалась. Она действительно любила «Техасские Огни». Еще ребенком она любила убегать туда, когда чувствовала себя одиноко. Тогда ей казалось, что Холли всегда будет стоять на первом месте, а ей уготована роль сиротки, которую из жалости приютил дядя Гилберт. Она стала принадлежать этому месту, вложила в него душу, искренне полагая, что ее душа больше никому не нужна. Но она не могла поделиться этими мыслями, не причинив боль людям, которых любила больше всего на свете.

- Я не собирался ставить тебя в затруднительное положение, — прервал Райен молчание, и Эммалин поняла, что слишком затянула с ответом.

- Мне нравится, что это старая и спокойная гостиница, — начала Эмма. Ее голос наполнился гордостью, которую она не могла скрыть. — Мне нравятся треснувшие полы, которые были настланы почти столетие назад, — они стали свидетелями многих жизненных историй. Разумеется, у «Техасских Огней» есть свои недостатки. Но мне, как ни странно, они тоже нравятся. По-моему, вся прелесть гостиницы заключается как раз в ее старине...

Ее слова были встречены полным молчанием. - Ты никогда не говорила об этом, Эм, - наконец произнесла Холли.

Эммалин пожала плечами, надеясь, что никого не смутила своей чувствительностью.

- Я с каждым днем узнаю о тебе что-то новое, — с нежностью добавил дядя Гилберт. — Жаль, что раньше у нас было так мало времени, чтобы поговорить об этом.

- Я уверен, что эта гостиница — особенная, - отметил Крис. — Именно такой она и должна остаться. Ведь в ней выросли две такие красавицы. — Произнося эти слова, он с мечтательной улыбкой посмотрел на Холли.

Когда все принялись за еду, Эмма вдруг осознала, что Райен был единственным, кто никак не отреагировал на ее комментарий.

- Ну давай, скажи! — вдруг выпалила она, поворачиваясь к нему.

— Что именно? — удивился Райен. Его взгляд внимательно изучал лицо девушки.

— Что я идиотка. Что если мы немедленно не уберем из «Огней» все, что я так люблю, они камнем пойдут ко дну.

— Я бы не стал так говорить.

— Неужели?

Райен вскинул голову, и Эмма, увидев квадратный, мужественный подбородок, тут же представила, как прикасается к нему губами...

Черт возьми, опять ее воображение разыгралось!

— Почему нет? — переспросила она.

- Тебе нравится уникальность гостиницы, я тоже хочу ее сохранить. По-моему, это и есть в нашем случае отправная точка.

— Отправная точка?! — Эммалин с трудом сглотнула. Мысль о том, что ей предстоит куда-то отправиться с этим привлекательным мужчиной, приводила ее в ужас.

Видя на лице девушки испуг, Райен наградил ее одной из своих самых сексуальных улыбок.

— Не беспокойся, Эммалин. Я не сделаю ничего против твоего желания.

Она посмотрела на него и слегка кивнула.

— Ладно, — пробормотала Эмма. Но проблема заключалась в том, что девушка опасалась: а вдруг она захочет, чтобы он снова поцеловал ее?

После ужина, когда Эммалин и Райен разошлись по своим комнатам, Гилберт отправился в библиотеку, где обнаружил Холли и Криса. Гилберт давно убедился, что молодой парень боготворит его дочь, но все же предпочел в этот раз поговорить с Холли наедине.

— Не возражаешь, если я ненадолго украду у тебя невесту? — спросил он.

— Вы ее отец, сэр, и в праве требовать ее внимания, — без возражений согласился Крис.

Гилберт усмехнулся.

— Обещаю, скоро она вернется к тебе в целости и сохранности.

— Что-нибудь случилось, папа? — встревожен-но спросила Холли, как только они остались одни.

— Да нет. Просто мне захотелось узнать твое мнение о Райене.

Холли сощурилась.

— О Райене? Что ты имеешь в виду?

Гилберт потер подбородок.

— Как ты думаешь, он подходит Эммалин?

— Никак не возьму в толк, к чему ты клонишь?

Пожилой мужчина улыбнулся.

— Знаешь, ты так похожа на свою мать. Жаль, что она не видит, как ты счастлива, выходя замуж. Наверняка ей бы удалось гораздо лучше воспитать тебя. А я... я так редко бывал дома, что и не заметил, как ты выросла.

- Пап... — перебила Холли, — ты занятой человек. Но несмотря на это ты всегда был хорошим отцом. Я знаю, что, когда тебе приходилось уезжать по делам, сердцем ты оставался с нами. Гилберт слегка кивнул.

— Ты думаешь, Эммалин знает, что я люблю и ее?

Холли в недоумении протянула руки к отцу.

— Почему ты завел этот странный разговор?

Гилберт тотчас же посвятил Холли в свои планы.

— Теперь-то ты понимаешь, почему я попросил Эммалин помогать Райену? Я хочу, чтобы Эммалин испытала те же чувства, которые пережили мы с твоей матерью и которые заставляют сейчас тебя парить на небесах.

— Пап... ты ведь не хочешь сказать...

Гилберт потупил взгляд. И только сейчас Холли заметила у него на столе книгу.

— Именно так, — наконец признался он.

— Я знаю, ты любишь эту пьесу, но ты ведь не станешь заниматься сводничеством? Эмме это не понравится.

— Ей вовсе не обязательно знать об этом.

— А если узнает?

— Нет. Кроме того, если она в конце концов найдет свое счастье...

— Только не проси меня...

— Я и не собираюсь. По крайней мере не сейчас. Я просто прошу дать мне возможность хотя бы попытаться. Она будет еще более одинока после того, как ты выйдешь замуж.

Девушка вздохнула.

— Но допустим, ты прав. Итак, ты хочешь знать, что я думаю о Райене Бенедикте?

— Именно. Холли усмехнулась.

— Я думаю, в нем есть все, что может свести с ума Эмму. Он роскошен и силен, у него военная выправка, и он непревзойден в общении с женщинами. И, несмотря на мое отрицательное отношение к сводничеству, я всегда считала, что Эмме нужно расслабиться и перестать быть такой серьезной. Думаю, Райен может очень сильно помочь ей в этом.

Гилберт рассмеялся.

- Итак, я могу рассчитывать на твое содействие?

- Я этого не сказала. Но, по крайней мере, могу обещать, что не буду стоять у тебя на пути. Мне и самой хочется, чтобы Эмма немного развлеклась.

— Спасибо, милая.

— Ты и вправду считаешь, что она сможет влюбиться?

- Постараюсь поспособствовать этому. Как знать, а вдруг у меня получится...

Когда Эмма вошла в комнату, Гилберт, Крис и Райен вели оживленный разговор. Девушка смерила присутствующих пристальным взглядом.

Эти милые умные глаза... Райен увидел в них беспокойство, злость и вспышку желания, которое она тут же подавила. Похожее желание он видел на лице Эммы, когда она говорила о ребенке.

Как здорово, что она сказала ему об этом! Райен никогда не хотел ребенка. Бенедикты были эгоистами. Но однажды... В его жизни был маленький мальчик, ради которого он почти готов был нарушить свое правило. Однако, несмотря на то что расставание причинило крохе огромную боль, Райен нашел в себе силы уйти. С тех пор он очень осторожно общался с детьми, стараясь не допускать слишком большой привязанности. Таким образом, есть еще один надежный барьер между ним и этой очень соблазнительной женщиной с грустными серыми глазами.

— Эмма, посмотри, — подозвал ее Гилберт, указывая на макет. — Эта модель... просто замечательна.

Это были новые «Техасские Огни» с просторным холлом, оборудованным суперсовременной компьютеризированной системой безопасности, с новыми зеркальными лифтами и осветительными приборами, с новыми... О боже, трудно было сказать, что здесь осталось от старой гостиницы.

— Безусловно, эта модель очень впечатляет, - наконец-то произнесла Эмма, а потом добавила, обращаясь к Крису: — Меня не зря уверяли, что ты гений.

— О, кто же это мог сказать тебе такое?

— Холли.

Гилберт рассмеялся.

— Даже если Крис построит домик из кубиков, моя дочь назовет это гениальным.

- В любом случае это всего лишь макет, - вмешался Райен.

В этот момент в дверях появилась Холли, и Крис бросился ей навстречу.

- Пойдем погуляем в саду, - предложила девушка. — Я не видела тебя почти полчаса и за это время уже успела соскучиться.

Крис посмотрел на Гилберта и Райена.

- Иди, — сказали они в один голос.

Гилберт рассмеялся.

- К сожалению, у меня тоже полно дел, — сообщил Гилберт немного погодя. — Эммалин, мне кажется, у тебя возникли вопросы по поводу гостиницы. Поэтому оставляю вас, чтобы вы все смогли обсудить. — Он улыбнулся племяннице и неуклюже похлопал ее по плечу, а потом направился к двери.

Эммалин посмотрела ему вслед, ее красивые глаза озабоченно сощурились.

— Эмма, с тобой все в порядке? — спросил Райен.

— Он кажется мне таким грустным последнее время. Я думаю, это связано с замужеством Холли. Ты ведь знаешь, она его единственный ребенок.

Райен собирался напомнить Эммалин, что Гилберт не так уж и одинок, ведь у него есть она, его заботливая племянница. Но кто он такой, чтобы давать ей советы в семейных делах? Разве у него когда-нибудь была настоящая семья? Нет. Только эгоистичный отец и его бесчисленные не менее эгоистичные жены.

В комнате воцарилась мертвая тишина. И вдруг Райен осознал, что впервые оказался наедине с Эммой. Он почувствовал запах фиалок, и ему тут же захотелось подойти ближе, может быть, даже прикоснуться к ней...

Что, черт возьми, с ним происходит?! Разве он не убедил себя, что эта женщина не для него?

— Может быть, мы... — Он указал на модель. — Сейчас мы одни. Ты можешь сказать, что ты на самом деле думаешь.

Эмма глубоко вздохнула, и от этого тонкий материал платья стал еще больше облегать ее маленькую, но чертовски соблазнительную грудь. Сегодня она где-то откопала еще одно ужасно старомодное темно-коричневое платье...

- Тебе нравится коричневый цвет? — неожиданно спросил он.

Ее ресницы удивленно взлетели вверх, и она быстро прижала руку к груди. Только тогда Райен понял, что слишком пристально смотрел в то место, где платье обтягивало ее грудь.

- А ты имеешь что-то против него? — задала она встречный вопрос.

Он снова заметил, какие у нее выразительные глаза. Даже ужасное платье не могло затмить их красоту.

- Прости меня, Эмма. Коричневый — очень приятный цвет. Просто порой я бываю слишком прямолинейным.

К его немалому удивлению, когда она снова подняла на него глаза, ее лицо озарила улыбка. Едва заметная, но все же улыбка.

- Это действительно ужасное платье, — признала Эмма. — Мне подарила его на Рождество сестра дяди Гилберта. По-моему, она считает меня бедной и несчастной сиротой вроде Джейн Эйр. И, несмотря на то что я никогда не нуждалась в деньгах, тятя Элен дарит мне платье на каждое Рождество. В моем гардеробе их столько, что можно уже открывать магазин.

- Ты хранишь их, несмотря на то что они тебе совсем не нравятся?

Эмма опустила взгляд.

- Если бы я выкинула их, то, возможно, причинила бы ей боль... Впрочем, нам пора обсудить гостиницу. Знаешь, мне понадобится какое-то время, чтобы как следует во всем разобраться. Не хочу торопиться и принимать скоропалительных решений.

- Эмма? — позвал Райен.

Она подняла на него огромные серые глаза.

- Пойми, изменения неизбежны. Когда мы реализуем проект, гостиница будет другой.

Эмма кивнула.

- Знаю. Но я хочу, чтобы изменения пошли во благо. Если мы будем торопиться...

- Не будем.

- Если я сделаю ошибку, или ты сделаешь ошибку...

- Я постараюсь не допустить этого.

- Для меня «Техасские Огни» — самое дорогое место на земле.

Райену стало любопытно, с чего бы это? Почему она любит гостиницу больше чем дом, в котором прошла вся ее жизнь? Он пристально посмотрел на нее, желая угадать ее мысли, но взгляд Эммы остался непроницаемым.

- Обещаю, что учту все твои пожелания по поводу «Техасских Огней», Эмма. Вместе у нас нес получится. — Он подошел ближе к девушке и почувствовал, как воздух между ними накалился до предела.

— Хорошо. Я в самое ближайшее время займусь изучением проекта, — сказала она слегка напряженным голосом. — Но сейчас мне нужно пойти на кухню и поговорить с Мэри Бэт, нашей поварихой. Я обещала Холли, что лично прослежу, чтобы в сегодняшнем меню были все любимые блюда Криса.

Райен покачал головой. Почему Эмма занимается тем, чем следовало бы заниматься самой Холли?

Словно прочитав его мысли, девушка решительно вскинула подбородок.

— Просто я лучше умею находить общий язык с Мэри Бэт.

— Ладно, меня это совершенно не касается. Я просто хочу, чтобы ты поняла: если мы хотим преобразить гостиницу, нам придется поработать над этим... вместе. Без этого нам не обойтись.

Эмма довольно долго смотрела на него.

— Я всегда делаю то, что необходимо, Райен.

Он улыбнулся.

— Даже если тебе хочется, чтобы я убрался ко всем чертям?

Она рассматривала его своими огромными грустными глазами.

— С чего ты взял? У меня нет причин не любить тебя.

— Но у тебя нет причин и любить меня. Хотел бы я знать, что заставляет тебя так смотреть па меня.

-Как?

- Словно ты думаешь, меня интересует, что спрятано у тебя под подолом.

Она побледнела, поворачиваясь к нему лицом.

- Я никогда не думала, что тебя может интересовать такое.

- Ошибаешься. Но поверь, я никогда не позволю своим мыслям помешать делу. Твоя гостиница будет стоять для меня на первом месте до тех пор, пока...

— Пока что?

— Пока работа не будет сделана.

— А потом?

— А потом, я надеюсь, появится следующий проект. И я снова окунусь в него с головой. Работа всегда стояла для меня на первом месте. Ради нее стоит жить.

На этот раз Эмма посмотрела на него с широкой искренней улыбкой, от которой у Райена перехватило дыхание.

- Не могу не согласиться. Для меня работа тоже имеет большое значение. Поэтому я постараюсь как можно быстрее изучить модель Криса, а потом сообщу тебе свое мнение.

— Скажи мне его сейчас. Порой первые впечатления важнее, чем тщательное изучение. Скажи, что ты чувствуешь, глядя на модель?

Эмма задумалась, закусив верхнюю губу. Интересно, догадывается ли Эмма о сексуальности своих губ? — подумал Райен.

— Эмма, — произнес Райен, стараясь отвлечься от опасных мыслей.

— Я думаю... — начала она.

— Не думай. Говори.

- Ладно, - ответила Эмма со вздохом, указывая на модель Криса. - Это красиво, впечатляюще, но это не «Техасские Огни». Слишком современно и функционально.

— А что в этом плохого? Людям нравится, когда все функционально, — объяснил Райен.

- Знаю. Но люди приезжают сюда за атмосферой, а не за удобствами.

- Но они больше не приезжают сюда слишком часто, Эммалин, — возразил Райен.

Взгляд девушки тут же помрачнел.

- Ты прав, по и я права.. Я сердцем это чувствую. И неудивительно, что такому продвинутому парню, как ты, ничего не нравится в нашем маленьком городишке.

- Продвинутому парню? - Райен удивленно поднял бровь.

- А разве нет? Тебе совершенно чужд наш образ жизни,

- Возможно. Но тем не менее у нас с тобой много общего, Эммалин.

- Что именно? — Она ждала, вскинув голову.

Райен слегка усмехнулся.

- Мы оба стараемся прислушиваться к голосу рассудка, — сказал он, указывая на макет. — Кроме того, мне известно, что у тебя изысканный вкус.

Эммалин даже открыла рот от удивления. Райен и сам от себя этого не ожидал. Стараясь как можно быстрее сгладить ситуацию, он непринужденно добавил:

- Первые впечатления имеют большое значение. Я помню все, что ты сказала мне, и поверь, это очень важно.

Девушка отрицательно покачала головой. Ее темные кудри рассыпались по хрупким плечам.

- А вот я считала и продолжаю считать, что первые впечатления часто бывают ошибочными.

- Это правда, но когда они попадают в цель, получаешь истинное удовлетворение.

Эммалин больше не хотелось спорить. Она вежливо попрощалась с гостем и вышла из комнаты.

Райену вдруг до боли захотелось побежать за ней, схватить и поцеловать... Уже несколько дней ему не давали покоя воспоминания о сладком вкусе ее нежных губ. Вот и сейчас ему стоило стольких усилий подавить в себе это желание.

Черт возьми, хоть бы у нее оказалось как можно больше ужасных платьев! Может быть, с их помощью ему удастся избавиться от этого наваждения. Хотя вряд ли...

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Всю ночь Эмму преследовали беспокойные сны, в которых Райен играл главную роль. Это не могло не сказаться на настроении девушки. Новый день она встретила в ужасном расположении духа.

Когда в дверь позвонили, она с хмурым видом поплелась открывать.

Довольно упитанный незнакомец лет двадцати с небольшим предстал перед ней. На его лице была заискивающая улыбка, которая выдавала в нем продавца.

- Прошу прощения, но нам ничего не нужно, - сказала Эмма и попыталась закрыть дверь.

Толстяк вытянул руку, чтобы помешать ей.

- Эй, не так быстро. Я ничего не продаю. Я родственник.

- Кто?..

- Родственник.

Нахмурившись, Эмма отрицательно покачала головой.

- Этого не может быть. Я живу здесь почти двадцать лет и никогда не видела вас. — Она снова попыталась закрыть дверь.

Незнакомец вставил ногу в дверной проем, а потом и сам вошел внутрь. Девушку охватила паника. Она уже открыла рот, чтобы закричать.

- Я сводный брат Райена Бенедикта, Франклин, — заявил толстяк, повышая голос. — Позовите его.

Как раз в этот момент в комнату вошли Гилберт, Крис и Райен.

- Привет, большой брат! — крикнул Франклин.

Райен немного помедлил, но потом все же пошел ему навстречу.

- Франклин, что ты здесь делаешь? — В его голосе сквозило напряжение.

- Подумал, что тебе может понадобиться моя помощь.

- А как же твоя работа в Густаго?

Франклин пожал плечами.

- Я знаю, что это прозвучит странно, но она снова не подошла мне.

Выражение лица Райена оставалось непроницаемым.

— Ладно, поговорим об этом позже. Я закажу для тебя номер в местной гостинице.

Вдруг Гилберт, до этого спокойно наблюдавший за всем происходящим, отрицательно покачал головой.

— Что за ерунда. У нас ведь есть комната для гостей. Твой брат может сколько угодно жить в ней.

Очевидно, что у Райена это предложение не вызвало бурю восторга, чего нельзя было сказать о его брате.

— Мистер Мессмер, вы оказываете мне честь своим приглашением. Я уверен, вы понимаете, как мне важно быть рядом с братом.

Глядя на напряженную позу Райена, Эмма поняла, он не горит желанием жить с братом под одной крышей. Но потом, очевидно взвесив все «за» и «против», Райен улыбнулся и слегка кивнул головой.

— Спасибо за приглашение, Гилберт, — поблагодарил он.

— Райен, ты ведь знаешь, как для меня важна семья. Моя дочь скоро выйдет замуж за Криса. Если с «Техасскими Огнями» все получится, я уверен, моя племянница будет на седьмом небе от счастья. Разве все это не повод для радости и веселья? Твой брат будет желанным гостем на нашем празднике.

— Праздник? Похоже, я приехал как раз вовремя, — усмехнулся толстяк, потирая ладони.

Эммалин снова обратила внимание, что настроение у Райена было отнюдь не праздничное. В какой-то момент ей стало любопытно, что же произошло между братьями, но она в сотый раз напомнила себе, что это ее совершенно не касается.

- Что случилось, Франклин? Почему ты здесь? — спросил Райен, когда сводные братья наконец-то остались одни.

— Ах, Райен, Райен, и почему ты всегда такой подозрительный? Разве человек не может навестить своего единственного родственника?

Что правда, то правда. Франклин был единственный человек, с которым Райена связывали узы родства. Свою мать он почти не помнил. Она умерла вскоре после развода с его отцом. А несколько лет назад в автомобильной катастрофе погибли старший Бенедикт и мать Франклина.

Райен, будучи на семь лет старше Франклина, чувствовал ответственность за судьбу сводного брата. Он всячески старался убедить парня заняться делом. Но до сих пор ни одна из его попыток не увенчалась успехом.

— Ты ведь знаешь, что моя дверь всегда открыта для тебя, Франклин. Но я по-прежнему надеюсь, что ты начнешь работать, чтобы зарабатывать себе па жизнь.

Улыбка Франклина тут же исчезла.

— Не похоже, что ты нуждаешься в деньгах, братец.

- Ты прав. Но все, что у меня есть, я заработал своим трудом.

Франклин решил сменить тему.

- Милое местечко, — заметил он, проводя рукой по антикварному столику из красного дерева.

— Не уходи от ответа, Франклин. Я, кажется, поинтересовался, зачем ты здесь.

— Понимаешь, мне в очередной раз не повезло с работой. И я решил обратиться за помощью к своему добренькому братцу.

Райен глубоко вздохнул.

— Могу я узнать о твоих планах?

- Я полистал журналы и почитал статьи о работе «C&R Технолоджи». Мне кажется, что я мог бы тебе пригодиться, Райен.

- Каким образом? — удивился Райен.

Франклин никогда не проявлял интереса к строительству.

- Я еще пока точно не знаю. Но поверь, к двадцати трем годам у меня появились кое-какие знания.

Что ж, люди могут измениться с годами. Райен был рад, что его сводный брат наконец-то решил взяться за ум.

— Хорошо, — сказал он с неким подобием улыбки. — Я дам тебе кое-какие брошюры о деятельности компании, чтобы ты решил, с чего бы тебе хотелось начать.

Франклин кивнул.

— Думаю, у меня все получится.

Но стоило Райену исчезнуть за дверью, как Франклин отбросил в сторону глянцевый буклет.

— Помогать в компании? Даже не рассчитывай, братец, — пробормотал толстяк. — Я бы не

помог тебе перейти улицу, если бы ты сломал обе ноги.

А с какой стати ему вести себя иначе? Райену всегда все давалось легко и просто. Женщины, деньги, успех, карьера, даже восхищение родителей. Его же, наоборот, постоянно критиковали.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения Франклина, стало расставание с очередной подружкой. Когда Анжела увидела в газете фотографию улыбающегося Райена, она от него чуть с ума не сошла. Ее отношение к Франклину тут же стало более холодным и даже пренебрежительным. А спустя пару недель они и вовсе расстались.

Такого удара Франклин не мог простить. Злоба все больше и больше наполняла душу молодого человека. Ему хотелось, чтобы Райен хотя бы раз в жизни почувствовал себя в его, Франклина, шкуре.

Итак, сделка с компанией Гилберта Мессмера уже завершена. Но ее можно и расторгнуть. А мне нет равных в плетении интриг, подумал Франклин. Как насчет того, чтобы для начала немного подмочить репутацию этого зазнайки?

- Если я буду молча ко всему присматриваться и прислушиваться, то наверняка найду способ свергнуть Райена с пьедестала. Мне только нужно узнать слабые стороны своего братца и Гилберта Мессмера и использовать их в своих интересах. В следующий раз фото Райена появится в газете в связи с информацией о том, что сделка расторгнута. А потом посмотрим, как ему снова удастся подняться наверх, — пробубнил Франклин. — Как знать, может, мне даже достанется эта девчонка, Эмма Карстэрс, на которую с таким желанием смотрел старший братец...

На следующее утро Райен уже собирался направиться в «Техасские Огни», когда к нему подошел Крис.

— Ну, и что ты думаешь? — спросил Крис.

— Напрашиваешься на комплименты? Твоя работа всегда блестяща, — поддразнил Райен.

Крис рассмеялся и слегка кивнул головой.

— Ах да, я действительно гений. Но я не это имел в виду.

— А что? — удивленно поднял бровь Райен.

— Я хочу знать, что ты думаешь об Эммалин? Тебе ведь придется работать с ней рука об руку... Знай, она на самом деле не такая строгая, как может показаться на первый взгляд. Я видел, как ты на нее смотришь, и...

— Не вмешивайся в это, Крис. Между мной и Эммалин ничего нет, — отрезал Райен, стараясь не думать о ее бездонных глазах. — И ничего не будет. Ты ведь знаешь мою историю.

Да, действительно, Райен как-то поведал Крису об отношениях в собственной семье и о своем нежелании когда-либо связывать себя брачными узами.

— Я вижу, что Гилберт очень любит свою племянницу, и он никогда не позволит, чтобы кто-то причинил ей боль, — продолжал Райен. — Ведь совершенно очевидно, что такой девушке, как Эммалин Карстэрс, нужны серьезные отношения. А это возводит непреодолимую пропасть между нами. Поэтому не беспокойся, она в полной безопасности.

— А я и не говорил о том, что ты намеренно станешь причинять ей боль. Но я также знаю, что женщины имеют свойство влюбляться в тебя.

— Да, но нам с Эммалин не так уж часто придется бывать вместе. Разве что в гостинице. Кстати, как раз туда я сейчас и направляюсь.

— Эммалин тоже. Вон она уже спускается. Это старинный и романтичный отель, Райен, в котором не будет никого, кроме вас двоих...

Соблазнительная перспектива заставила Райена стиснуть зубы.

— Поверь, Крис, между мной и Эммалин будут чисто деловые отношения. Проблем не будет, обещаю.

Но, увидев Эммалин несколько минут спустя, Райен тут же позабыл о своем обещании. Как он ни старался, ему так и не удалось отвести взгляд от ее каштановых волос, переливающихся на солнце. Слава Богу, сегодня она отказалась от ужасного платья, сменив его на джинсовую юбку, которая соблазнительно облегала бедра, и элегантную шелковую блузку. Райен вдохнул запах фиалок. Странно, почему он никогда раньше не замечал, что у фиалок такой приятный аромат?

— Гостиница, — пробормотал он себе под нос. — Это все, что нас связывает.

Эммалин бросила на него испуганный взгляд.

— Ты что-то сказал? — Стоило ей немного развернуться, как его взору открылись изгибы ее груди и тонкая талия. Его обдало жаром.

— Я спросил, есть ли в отеле кондиционер, - ответил Райен слегка хрипловатым голосом.

Девушка дерзко улыбнулась.

— Можешь успокоиться, в «Техасских Огнях» есть кондиционеры... и еще много полезных вещей.

Вот она какая, Эммалин Карстэрс, подумал Райен, следуя за ней, в то время как палящее солнце распаляло его и без того горячую голову.

Подходя к гостинице, Эмма изо всех сил старалась не обращать внимания на мужчину, который шел рядом с ней. Но это было почти невозможно. Вдобавок слова дяди Гилберта никак не шли у нее из головы.

— Этот мужчина смотрит на тебя, как на сочный персик, а он знает в них толк, Эмма, — сказал пожилой мужчина с усмешкой.

Как странно! Дядя Гилберт никогда раньше не проявлял столь повышенного интереса к ее личной жизни. И как это глупо и смешно. Райен не тот мужчина, который станет связываться с такими скучными женщинами, как она.

— Здесь так жарко. Может, зайдем внутрь? - предложил Райен, прерывая ход ее мыслей, и тут же взял ее за руку.

По коже Эммалин пробежали тысячи мурашек, а сердце едва не выпрыгнуло из груди. Боже, а что, если он заметил, что ее грудь вздымается и опускается слишком быстро?! До чего же порой может разыграться воображение! Подумать только, она представляла, как он расстегивает пуговицы на ее блузке! Потом срывает с себя рубашку, бросает ее в сторону...

— Да, жара невыносимая, — дрожащим голосом произнесла она.

Как только они вошли внутрь, Эммалин включила свет. Холл отеля предстал во всей своей красе. Старомодные люстры освещали перила, поднимающиеся к верхнему балкону. Дерево было таким темным, что производило почти магический эффект.

Райен присвистнул.

— Ну, ты была абсолютно права. «Техасские Огни» отличаются от всех остальных гостиниц.

— Я воспринимаю это как комплимент. — Эмма все еще чувствовала смущение из-за присутствия этого мужчины.

Райен усмехнулся.

— Да, похоже, ты и впрямь обожаешь это место.

Эмма выдавила напряженную улыбку.

— Может быть, я порой бываю чересчур чувствительной. Но знаешь, меня и впрямь беспокоит то, что люди уезжают из «Техасских Огней», предпочитая более современные гостиницы. Я понимаю, перемены необходимы. Мы хотим, чтобы люди вернулись сюда. Ты думаешь, такое возможно?

Райен протянул ей руку.

— Наша первостепенная задача — сохранить все хорошее, что есть в гостинице, и добавить все то, чего ей до сих пор не хватало. А теперь, может быть, пойдем посмотрим и решим, с чего начать? —Его голос стал ниже, и на какой-то момент Эмме показалось, что он говорит не о гостинице, а о чем-то другом.

Девушка глубоко вздохнула.

- Мне бы не хотелось утомлять тебя.

Его усмешка была электризующей. Она заставила вес ее тело вспыхнуть, а сердце забиться с бешеной скоростью.

- Ты любишь это место. Когда ты говоришь о нем, твои чувства отражаются в твоем голосе и твоих глазах. Разве это может утомить?

Эмма слегка кивнула головой, желая знать, что еще увидел Райен в ее глазах.

- Хорошо, — начала она. — Прежде всего, основателем гостиницы был человек по имени Роджер Медлен. Его интересовала история штата Техас, и он, как и дядя Гилберт, был без ума от Шекспира. А вот и портрет самого Вилла. С какой любовью он смотрит на карту местного региона! — Эммалин не сдержала улыбки.

- Да, у Уильяма был характер, — согласился Райен. — А что это за светящиеся места на карте?

Девушка снова улыбнулась.

- Первоначально так обозначались все местные таверны и... публичные дома. Роджер очевидно находил это забавным. Но потом их сменили театры штата Техас.

- Как?! И ты позволила?! Ты ведь терпеть не можешь всякие перемены.

Эмма вскинула голову и в упор посмотрела на него, словно принимая вызов.

- По правде сказать, однажды у нас дядей Гилбертом возник серьезный спор по этому поводу. Дело в том, что мне нравилась первоначальная карта. Не сомневаюсь, что Шекспиру она бы тоже понравилась. Но дядя Гилберт боялся, что она может обидеть наших постояльцев.

Райен усмехнулся.

- Вилл на самом деле выглядит обескураженным. Как же теперь ему узнать, где можно выпить кружечку эля и развлечься в компании какой-нибудь красотки?

Усмешка Райена была так дьявольски сексуальна, что Эмме вдруг захотелось оказаться молодой девушкой из времен Шекспира, которая могла бы просто подойти к нему и предложить свои губы для поцелуя. И неизвестно, чем бы это все закончилось.

Старясь выкинуть из головы опасные мысли, Эммалин продолжила экскурсию по отелю.

Она показала ему ресторан и гобелены, оформляющие западную комнату для отдыха, на которых были изображены сцены из произведений Шекспира. Роскошь и величие исторических костюмов и вибрирующие тона придавали теплоту отделке диванов в унылой гостиной.

- А вот и восточный холл, - продолжила Эмма. — Как видишь, здесь сделай акцент на техасских исторических фигурах.

Действительно, Стивен Остин стоял напротив Лоренцо де Завала, певца Декларации Независимости штата Техас от Мексики. Был здесь и Скот Джоплин, композитор, известный как Король Негритянской Музыки. Сама история маршировала по цветным половицам. Старое и новое смешалось в единый коллаж.

- Человек, придумавший это, знал, как создать нужный эффект, — воскликнул Райен, указывая на огромное окно, которое озаряло комнату и наполняло все золотистым цветом.

- Подожди, ты еще не видел комнаты, — сказала она, прикасаясь к огромному деревянному комоду. — Те, что в западной части здания, оформлены в стиле эпохи Шекспира, а по восточным вполне можно изучать историю Техаса, — с гордостью сообщила она.

- Тебе дорог каждый дюйм гостиницы, правда? — спросил Райен.

Эмма вскинула подбородок и сощурилась.

- Да. Мне кажется, она очаровательна.

- Очаровательна, — повторил он, не сводя с нее взгляда. — И необычна. Очень необычна. — Произнося эти слова, Райен смотрел вовсе не на гобелены и мебель, он смотрел на нее. Эммалин почувствовала, что голова закружилась, а сердце едва не выпрыгнуло из груди.

- Но совсем скоро от нее ничего не останется. Ведь именно для этого ты здесь, — напомнила Эмма не столько ему, сколько себе.

- Ты ошибаешься. Наша цель состоит в том, чтобы сделать ее достоинства более выразительными, — возразил Райен.

Да, именно к этому привык такой мужчина, как Райен Бенедикт. Он наверняка выбирает себе в партнерши женщин выразительных, красивых, страстных...

Такой неуклюжей клуше, как она, далеко до них.

- Эммалин, — обратился Райен. — Я не стану нарушать очарование твоей гостиницы. Но мне понадобится твоя помощь. Только тебе известно, чего ждут ваши клиенты.

— А ты сам как думаешь, чего они ждут? - поинтересовалась Эммалин.

Райен на мгновение задумался.

— По крайней мере, современное оборудование. Пусть его даже не будет видно.

— А такое возможно?

— Мы постараемся, идет?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Что-то здесь не так. Как только они переступили порог дома, Гилберт уставился на них, словно искал подтверждение своим догадкам.

Райен с трудом подавил в себе желание прокричать, что он не прикоснулся к Эммалин. И одному Богу известно, чего ему это стоило. Когда она говорила о гостинице, ее глаза искрились, грусть куда-то ушла, а все ее существо наполнилось жизнью и радостью. Ему до боли захотелось прикоснуться к ней, прижать к себе и никогда не отпускать.

Слава Богу, он понимал, что она этого не хочет.

- Привет, Райен. Как прошло утро? — поинтересовался Гилберт.

— Отлично. Эммалин прекрасный гид, — ответил Райен и тут же почувствовал, как ее взгляд устремился в его сторону. И что особенного в этих серьезных глазах? Его никогда не привлекали серьезные женщины. Они рассчитывают на то, что он никогда не сможет им дать. Но Эммалин?

Ей от него ничего не нужно. Черт, ей даже не хотелось, чтобы он был рядом.

— Да, Эмма всегда любила показывать гостям «Техасские Огни». Она даже стала посещать занятия по истории Техаса.

Эмма улыбнулась, но ничего не ответила.

— Я рад, что все прошло хорошо, — продолжал Гилберт. — Но не расслабляйтесь. У меня для вас еще одно поручение. На этой неделе Холли и Крис устраивают вечеринку по поводу своей помолвки. Так вот, вам придется помочь с ее организацией.

Эмма сощурилась.

- Вечеринку? О... боюсь, что это не по моей части.

Райен поддержал ее.

- Мне тоже никогда не приходилось заниматься этим.

Гилберт замахал рукой.

— Хватит говорить глупости. Ничего особенного. Большая часть работы уже проделана. Остались только кое-какие мелочи.

Ну что они могли на это возразить?

— Если это необходимо... — пробубнил Райен.

— Конечно же, дядя Гилберт. Я буду рада помочь, — согласилась девушка. Однако выражение ее лица было такое, словно Гилберт предложил ей провести день с драконом, который только и жаждет проглотить ее. — Но только не сейчас, — продолжила Эмма, взяв себя в руки. — Я обещала Холли нарвать цветов к ужину, — с этими словами девушка поспешила прочь.

После ее ухода только тиканье часов в холле нарушало тишину.

— Такова наша Эмма. Ей постоянно приходится быть то здесь, то там, — прервал молчание Гилберт. — Но не беспокойся, она скоро вернется и вы сможете приступить к работе.

Несмотря на то что Гилберт произнес эти слова с любовью, Райен едва не выругался. Организация вечеринок, постоянная помощь Холли, управление гостиницей и еще куча всего. Не слишком ли много для хрупкой девушки?

Но ведь это тебя совершенно не касается, Бенедикт, напомнил он себе. Не вмешивайся в ее жизнь. Занимайся своим делом и уезжай отсюда как можно быстрее.

Эмма ставила цветы в вазу, когда Райен вошел в комнату.

— У тебя здорово получается, — заметил он.

Девушка пожала плечами.

— Ничего особенного. Мне нравится возиться с цветами.

— Но ведь это не ты устраиваешь вечеринку.

Она воткнула в вазу очередную лилию.

— Не важно. Холли утомляет это занятие, а я рада, что могу помочь ей. Она ведь тоже мне во многом помогает.

Его голубые глаза гипнотизировали, заставляя кровь бежать по жилам с бешеной скоростью.

— В чем, если не секрет? — спросил он почти шепотом.

Этот вопрос так обескуражил Эмму, что она едва не сломала стебель цветка.

— В выборе одежды. В том, что, когда мне бывает плохо, только она может вывести меня из депрессии.

- Если это Холли помогла выбрать тебе сегодняшний наряд, то должен признать, что у нее неплохой вкус. Голубой тебе очень к лицу, — с улыбкой заметил Райен.

Что это значит? Неужели он флиртует с ней?

Эммалин уронила цветок. И не успела она нагнуться, чтобы поднять его, как Райен оказался рядом и опередил ее.

О боже! Дрожащими руками она взяла цветок.

- Ты, наверно, думаешь, что я всегда такая неуклюжая, — пробормотала Эмма, не зная, как скрыть смущение.

— Расслабься, Эмма, не произошло ничего страшного. Со мной ты в полной безопасности, — сказал он почти шепотом.

— А почему должно быть иначе?

— Потому что ты привлекательная женщина, а я мужчина, которому трудно сдерживать свои желания.

— Но ведь я не принадлежу к тому типу женщин, которые способны пробудить в тебе желание.

Райен разразился громким смехом.

— А какие женщины, по-твоему, могут пробудить во мне желание?

Глаза Эммы вспыхнули, как только она поняла, что он смеется над ней. От нервозности тут же не осталось и следа.

— Мне кажется, тебе нравятся длинноногие, пышногрудые блондинки, веселые в жизни и страстные в постели. Именно таких предпочитают большинство мужчин.

Райен поднялся и посмотрел на нее. Эммалин старалась не думать о том, какой он высокий, какие у него широкие плечи.

- Ты всегда это делаешь? — вдруг спросил он.

-Что?

- Анализируешь каждого мужчину, который говорит тебе, что ты привлекательна. Если я тебе не нравлюсь, Эмма, просто скажи. Я уйду.

Эмма открыла рот, но слова никак не хотели слетать с ее губ. Черт бы побрал ее честность!

- Ты мне не... не нравишься, — наконец произнесла она. — Кроме того, мы действительно не подходим друг другу.

— Неправда. Просто мы не подходим для брака. Скажи, Эмма, я заставляю тебя чувствовать себя неловко?

Она кивнула.

— Почему?

Эмма не знала, что ответить, поэтому она просто сказала первое, что пришло ей в голову.

— Ты слишком.,, мужественный.

Он удивленно поднял бровь.

— А разве это плохо?

— В моем случае да.

— Тебе не нравятся мужчины вообще?

- Нет, я понимаю, что мужчины... необходимы.

Его улыбка превратилась в усмешку.

— Для забивания гвоздей?

Она бросила на него надменный взгляд.

— Не говори глупостей. Я и сама могу забить гвоздь. Мужчины нужны... ну... чтобы делать детей.

- Ах да, ты ведь хочешь усыновить ребенка.

- А что в этом плохого? В мире столько брошенных детей. Что плохого в том, что я хочу подарить им свою любовь, внести радость в их жизнь?

Его усмешка исчезла.

- Ничего плохого. Это восхитительно.

- Прости, с моей стороны не совсем тактично говорить с тобой об этом. Ты ведь говорил, что не хочешь иметь детей.

- Все в порядке. Ты имеешь право на собственное мнение. И дело не в том, что я не люблю детей. Просто у меня самого было не слишком счастливое детство. Не хочу, чтобы история повторилась. — Райен опустил взгляд, и в какой-то момент Эммалин показалось, что он собирается приоткрыть завесу своей жизни. Но что-то мешало ему сделать это.

Она кивнула.

- Прости, что затронула болезненную тему.

- Я тоже прошу прощения за свою дерзость. Ты сказала, что чувствуешь себя неловко в моем присутствии. Это имеет какое-то отношение к тому поцелую в день нашей первой встречи?

- Имеет.

- Я, кажется, уже извинялся за него, — сказал Райен, беря в руки розу.

В какой-то момент Эммалин показалось, что за дверью кто-то стоит. Но когда она резко повернулась, то никого там не увидела. Очевидно, нервы снова шалят. А что в этом странного? Так всегда было, когда она находилась в присутствии этого мужчины.

— Возможно, у нас с тобой мало общего, но это вовсе не означает, что меня не влечет к тебе, — прошептал Райен, проводя розой по ее щеке. — Я тоже помню тот поцелуй, Эмма, и должен признаться, что хочу поцеловать тебя снова. Поэтому будет лучше, если мы продолжим этот разговор завтра.

Он положил розу на стол и вышел из комнаты.

Эмма обхватила себя руками. Во что втянули ее Холли и дядя Гилберт и как, черт возьми, ей выпутаться из этого?

Эмма направлялась в кабинет профессора Вилла Стрэтфорда, курсы которого она посещала. Некоторые считали его немного странным, но для Эммы он всегда был другом и наставником.

— Ладно, выкладывай, — приказал профессор Вилл, продолжая копаться в бумагах, разбросанных на столе.

— Партнеры дяди Гилберта приехали в наш город.

— Ах да, жених твоей двоюродной сестры.

— И его друг — Райен. Мы вынуждены работать вместе в гостинице. Но хуже всего то, что вчера дядя Гилберт попросил нас двоих помочь организовать вечеринку, устраиваемую в честь помолвки Холли и Криса. — Эммалин вдруг поняла, что говорит, словно обиженный ребенок.

Профессор Вилл оторвал взгляд от своих бумаг и, достав из кармана очки, ловким движением набросил их себе на нос.

— Тебе не нравится этот Райен.

— Он слишком мужественный.

Профессор улыбнулся.

— Так он все-таки тебе нравится?

— Да. То есть нет. Я не принадлежу к числу таких женщин...

— Каким нравятся мужчины? — Профессор бросил на нее взгляд, который свидетельствовал о том, что он видит ее насквозь.

— Нет, какие привлекают мужчин.

— А ты его привлекаешь?

— Он сказал, что да. Но у него нет серьезных намерений.

Профессор нахмурился, и Эмма поспешила добавить:

- О нет, не подумайте. Райен не предлагал мне ничего непристойного. Просто мы слишком разные. Единственное, что объединяет нас, — это то, что ни он, ни я не ищем любви.

— Мужчина, который не верит в любовь?! — воскликнул старичок. — Держись от него подальше — это единственное, что я могу сказать тебе. Любовь — это все. Это то, что заставляет человека писать сонеты. Это то, что заставляет наши сердца выпрыгивать из груди, а наши души замирать при виде прекрасного цветка или улыбающегося ребенка. Мужчина, который не хочет любви?! Беги от него прочь, Эмма. Беги, не оглядываясь!

Девушка улыбнулась и погладила руку старика. Но профессор уже снова погрузился в свои записи, что-то бормоча себе под нос.

— Так я и сделаю, — пообещала она и тут же вспомнила, как Райен провел цветком по ее щеке. Он прислушивался к ее замечаниям по поводу «Техасских Огней». Он заметил, что она делает столько вещей по дому, в то время как раньше на это никто не обращал внимания. И он сказал, что ему хочется снова поцеловать ее...

Эммалин действительно хотела убежать от этого мужчины, но она также мечтала увидеть его снова. Раздираемая противоречивыми чувствами, она вышла из кабинета профессора Стрэтфорда и поспешила домой.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Эмма старается убежать от него. А чего еще он хотел? Особенно после того, как нахально заявил, что хочет поцеловать ее. Кроме того, она наверняка раскаивается, что обнажила перед ним душу, говоря о желании усыновить ребенка.

Сама мысль о ребенке пугала Райена до смерти. Дети в его семье всегда полностью предоставлялись самим себе, и какими они вырастут, зависело лишь от воли случая. А потом был Арни... Его первая и последняя попытка стать отцом, которая едва ли не привела к настоящей трагедии.

Но Эммалин? Все в ней говорило о том, что она станет прекрасной матерью. Боже, как светились ее глаза, когда речь заходила о ребенке!

Именно поэтому ему следует держаться подальше от этой женщины. Но как это сделать, если она постоянно вертится у него перед глазами, стараясь лично проследить за ходом вечеринки? Усталость пронизывала все ее хрупкое тело, но, несмотря на это, она не позволяла себе ни минуты отдыха.

Отправив прислугу мыть посуду, Эммалин поспешила к розовощекому парню, который почему-то выглядел усталым и одиноким. Очевидно, считая себя обязанной развлекать гостей, она стала болтать с ним, стараясь развеселить, а потом повела к группе молодых людей.

Горничная поранила руку разбитым бокалом и тут же устремилась к Эмме. Она, как сестра милосердия, была просто обязана уделить бедняжке хоть каплю своего внимания и обработать рану.

— Неужели Эмма — единственная, кто знает, что нужно делать в критических ситуациях? -пробормотал Райен и отправился разыскивать Эммалин.

Он обнаружил ее на кухне: девушка хотела лично удостовериться, что все идет по плану.

— Ну все, достаточно, — в сердцах воскликнул он.

— Ты о чем? — с недоумением спросила Эмма.

— Хватит суетиться. Вечеринка удалась на славу. Холли и Крис должны быть довольны. Кстати, ты не знаешь, где они?

— Наверное, воркуют, как голубки в саду. Холли просила меня устроить все так, чтобы гости даже не заметили исчезновения главных героев торжества. Они с Крисом устали от всего этого.

— А ты не устала?

— Я? — удивленно переспросила Эмма.

— Да, ты. Я видел, как несколько минут назад ты собирала пустые бокалы. Разве Гилберт не нанял для этого специальный персонал?

— Да, но я обещала Холли, что сама за всем прослежу.

Вдруг на губах Ранена появилась улыбка.

— Давай тоже пойдем в сад.

Эммалин посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Я не могу уйти.

— Можешь. Я прошу тебя. Неужели ты до сих пор чувствуешь себя неловко в моем присутствии?

На ее щеках вспыхнул легкий румянец.

— Разумеется, нет. Я просто очень занята.

Райен мог держать пари, что это только отговорка, и не собирался сдаваться так быстро.

— Ну раз так, то давай поручим кому-нибудь из обслуги проследить за всем, а сами ускользнем, — предложил он, беря ее под руку.

Как раз в это время на кухню заскочил официант за очередной порцией напитков. Райен не мог упустить такую возможность. Он тут же пообещал официанту двойной оклад, если тот согласится взять на себя чуть больше обязанностей. Эмма удивленно подняла брови, но не проронила ни слова.

— Ну как, здорово у меня получилось? — воскликнул Райен, стоило им выйти в сад.

— Да уж. Вот только дядя Гилберт обратился за помощью именно к нам.

— А мы и так помогли, — невозмутимо парировал он. — Я лично проследил за тем, чтобы Крис надел носки, которые сочетались с его костюмом. Я улыбался и жал руки гостям до тех пор, пока у меня не заныли зубы и кисти. О тебе и говорить не стоит. Могу держать пари, что мы им больше не нужны.

— А чем... чем мы будем заниматься? — поинтересовалась Эмма.

— Просто погуляем, идет?

— Идет. Это все?

Райен усмехнулся.

— Нет, — признался он. — Мы поговорим о «Техасских Огнях», а может быть, о чем-нибудь еще. Так как нам предстоит довольно долго работать вместе, нужно избавиться от напряжения, которое все еще чувствуется между нами. Надеюсь, что к концу сегодняшнего вечера мы станем коллегами, которые уважают друг друга, а все, что хоть как-то сковывает нас, останется в прошлом.

Эмма пристально посмотрела ему в глаза, словно стараясь найти там подтверждение его слов, а потом кивнула головой.

— Давай попробуем, — согласилась она, выдавив едва заметную улыбку.

Стоило им выйти за порог, как они тут же натолкнулись на Франклина.

— Привет, Франклин, — поздоровалась Эммалин.

Взгляд толстяка упал на их скрещенные руки.

— Эй, привет, большой брат. У тебя все в порядке?

Райен нахмурился. Ему бы хотелось задать тот же самый вопрос Франклину. За все дни пребывания в доме Гилберта Франклин не сделал ничего из того, что поручил ему Райен. Однако сейчас было не время обсуждать это.

- Да, — ответил Райен холодным тоном, желая как можно скорее закончить разговор.

Толстяк зловеще усмехнулся, словно ему было известно, что Райен только и ждет момента остаться с Эммой наедине.

- Потрясающая вечеринка, — неожиданно заметил он. — Держу пари, Гилберт отвалил за нее кучу бабок.

Райен почувствовал, как Эмма слегка вздрогнула.

- Тебя это совершенно не касается, — оборвал Райен, давая понять, что разговор окончен. Он чувствовал стыд за тот вздор, который нес его сводный брат.

— Прости. Франклину не следовало говорить такое о твоем дяде, — начал Райен, как только они оказались в саду.

— Все в порядке. У дяди Гилберта действительно много денег, — спокойно ответила Эмма.

— Не беспокойся. Скоро мы с Франклином уедем, и тогда твоя жизнь снова войдет в привычную колею.

— Твоя тоже?

— Наверное. А какой образ жизни нравится тебе, Эммалин?

— Спокойный, — ответила девушка, выдержав минутную паузу.

Райен усмехнулся.

— Наверняка в нем нет места мужчинам.

— Просто мне не всегда удается выстроить с ними правильные взаимоотношения.

— Такое часто бывает. Я и сам не стремлюсь к серьезным отношениям с женщинами. Это означает, что хоть в чем-то мы похожи. А значит, и с гостиницей у нас все получится. Давай договоримся, что сначала я поделюсь с тобой своими идеями по поводу «Техасских Огней», а потом ты все хорошенько взвесишь и предъявишь мне свои претензии. Я допускаю, что ты согласишься не со всем, поэтому нам придется спорить, обсуждать, одним словом искать точки соприкосновения.

— Хорошо, — не раздумывая, ответила Эмма. — Нам на самом деле нужно достичь соглашения, потому что в противном случае с контрактом возникнут проблемы. А это не нужно ни Холли, ни Крису.

— Я тоже так думаю, — согласился он. Эммалин улыбнулась.

— Я рада, что у нас наконец-то появились правила игры. Мне не нравится пребывать в неизвестности. Итак, каков следующий шаг?

— Мы скрепим нашу сделку печатью. — Он отодвинул ее волосы и поцеловал в щеку.

Эммалин тут же отпрянула.

Райена тоже словно током ударило. Мысли о бизнесе тут же вылетели из головы. Ему вдруг стало интересно, какова на вкус ее кожа, если к ней прикоснуться языком. Черт возьми, невинный поцелуй в щеку пробудил в нем такое желание, которое он не испытывал ни разу в жизни! Придется использовать всю свою волю, чтобы держать его под контролем.

— Ладно, полагаю, мы договорились. — Ее голос слегка дрожал.

— Я провожу тебя до дома.

— Не стоит. Я знаю дорогу.

— Доставь мне удовольствие.

— Неужели деловым партнерам свойственно доставлять друг другу подобного рода удовольствия?

— А почему бы нет? — парировал Райен, предлагая ей руку. Он изо всех сил старался не смотреть на ее длинные тонкие пальцы.

Как только они подошли к дому, их встретил Гилберт.

— Решили прогуляться немного? Ну что ж, отлично. Наконец-то у вас появилась возможность получше узнать друг друга.

— Мы говорили о делах, дядя Гилберт, — уточнила Эмма.

— О, как скучно!

В любой другой ситуации Райен бы согласился с этим, но только не в случае с Эммой. С ней ему ничто не казалось скучным.

— Я получил много полезной информации, — заявил он. — Эмма настоящий подарок для «Техасских Огней».

Гилберт закивал головой.

— Я знал, что ты увидишь ее сильные стороны.

— Дядя Гилберт! — запротестовала Эмма.

- Ладно-ладно. Иногда бывает полезно послушать похвалу. Но я ждал вас не для этого. У меня к вам еще одна просьба.

Что на этот раз придумал дядя Гилберт?

— В чем дело, Гилберт? — спросил Райен.

— Просматривая историю вашей компании, я увидел, что вы однажды уже работали с одним старым отелем. Мне бы хотелось, чтобы Эмма увидела, что можно сделать с «Огнями» и другими нашими гостиницами. Я заказал частный самолет. Не беспокойтесь, ваша поездка не займет много времени. Уже завтра к вечеру вы будете дома.

Воцарилась напряженная тишина.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты сделала это для меня, Эмма, — вновь заговорил Гилберт. — Ты единственная, кто может извлечь максимальную выгоду из информации. Кроме того, у меня совсем нет времени, а Холли... ну...

Эмма тяжело вздохнула.

— Я уверена, что поездка будет очень интересной.

— Ты ведь тоже не возражаешь, правда, Райен? Я бы мог попросить Криса показать все Эмме, но ведь здесь Холли...

- Я все понимаю, — сказал Райен. Однако мысль о том, чтобы провести целый день с Эммой, была...

Волнующей. Соблазнительной. Ему придется сильно постараться, чтобы держать свои чувства под контролем.

Да, судя по всему, завтра будет... трудный день.

О, было так легко выяснить, в чем заключалась слабость Райена, усмехнулся Франклин. После того как он узнал, что его сводный брат увлечен маленькой брюнеткой по имени Эммалин, ему стало еще интереснее шпионить за Райеном.

- По-моему, я смогу использовать эту информацию в своих интересах, — пробурчал он себе под нос. — Особенно принимая во внимание тот факт, что дорогой дядюшка Гилберт принадлежит к числу старомодных, опекающих людей. Интересно, что он почувствует, когда узнает, что Райен спутался с его племянницей? И что еще более важно, приведет ли это к осуществлению моего плана? — Франклин слышал о том, что Эммалин не хочет выходить замуж. Но в то же время он не встречал женщину, которая не мечтала бы оказаться в постели Райена.

Воспоминание об Анджи, вздыхающей над фотографией Райена, заставила толстяка нахмуриться. Продажная шлюха! Черт возьми, она еще пожалеет о том, что бросила его! Было бы забавно посмотреть, как она взвоет от злости, когда увидит, что он, Франклин, оказался на пьедестале. Но сейчас это не главное. Сначала он должен разобраться с Райеном. Ведь он ненавидит своего сводного брата больше всех на свете.

И когда он нанесет удар по Райену, ничто не сможет омрачить его счастье.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Эмме еще ни разу в жизни не приходилось испытывать столь сильного напряжения. Сидеть рядом с Райеном в самолете было жуткой пыткой. При каждом движении ее нога или рука прикасались к его телу. На ее щеках тут же вспыхивал яркий румянец, и она ужасно боялась, что Райен заметит это.

Примерно через час они оказались в «Вотер-фолл», маленькой гостинице, которая находилась неподалеку от чистейшего водопада. Эмма подошла к окну, откуда открывался прекрасный вид.

— Потрясающе! — воскликнула она, любуясь пейзажем. — Неужели ваша компания поработала и здесь?

Райей рассмеялся.

- Как видишь, ни роботов, ни мерцающих огней, ни гула компьютеров.

- Я никогда не думала, что ты установишь в «Огнях» роботов. Просто я не люблю сюрпризы.

— Даже хорошие?

На секунду она вспомнила, как удивилась, когда его губы прикоснулись к ее губам, как удивил ее их вкус, их дерзость.

Она пристально посмотрела на него.

— Что ты замышляешь?

Райен усмехнулся, и его лицо стало еще прекраснее.

— Обещаю, что не сделаю ничего ужасного. Можешь расслабиться.

О, это вряд ли. Эмма ни на секунду не могла расслабиться в его присутствии.

- Ладно, признавайся, что ты сделал с этой гостиницей?

Райен снова усмехнулся.

— Здесь полностью автоматизировано освещение. В дождливые дни число и направление лампочек меняется, чтобы избежать впечатления унылого или неестественно яркого света. Но это не главное. Вся фишка заключается в стенах.

Эмма нахмурилась. Она посмотрела на теплые дубовые стены.

— Что ты имеешь в виду?

Райен улыбнулся и подошел к столу.

— Пенни, ты не против, если мы покажем эффект комнаты мистера Портера?

Девушка посмотрела на Эмму.

— Мистер Портер — это владелец гостиницы, — пояснила она. — Не сомневаюсь, вам понравится. Это самая потрясающая вещь. — С этими словами она нажала какую-то кнопку на столе.

В следующее мгновение одна шестидюймовая панель стены медленно повернулась, потом другая, а затем еще и еще до тех пор, пока вся облицовка не превратилась в пышную сосну.

Глаза Эммы широко распахнулись.

— Как ты это сделал?

— Дополнительные стены размещаются за основной стеной. Мистер Портер хотел иметь возможность перенести своих гостей в прошлое. Панели размещены в виде пирамид, и если Пенни нажмет другую кнопку, у тебя возникнет представление о грубом неотесанном дереве, свидетельствующем о том периоде, когда был впервые построен этот отель. А сейчас, Пенни, ты не дашь мне ключ от парочки пустых комнат?

— Ну разве можно хоть в чем-либо отказать такому потрясающему мужчине, как ты?

— Ты настоящий ангел, Пенни, — сказал он, - но сейчас мне нужны только ключи.

— Ладно, но разве девушке запрещено мечтать о большем? — спросила она, обращаясь к Эмме.

Эмма не хотела думать о мечтах. Они и так постоянно преследовали ее. И главным в них был мужчина, который стоял сейчас рядом с ней.

Райен не дал ей ответить. Ему не терпелось показать ей плоды своих усилий. Пока он шел, женщины в холле поворачивались, чтобы проводить его взглядом.

— Ну вот мы и пришли. Мне бы хотелось, чтобы ты увидела это, — объявил Райен.

В этой части здания изменения были менее заметны, но это не делало их менее важными. Ключи от номера на брелке с тяжелым медным кольцом напоминали антикварную вещь, но даже в них были встроены специальные чипы. Специальные панели, спрятанные внутри шкафов, позволяли постояльцам наслаждаться приятной музыкой, которая буквально обволакивала их со всех сторон. В одной из комнат на столе лежала очень редкая книга, в которой был встроен маленький компьютерный экран и клавиатура.

Беспроводное соединение, пояснил Райен. — Мистеру Портеру не хотелось, чтобы, живя здесь, люди теряли всякую связь с внешним миром.

- Должно быть, тебе пришлось приложить много усилий, чтобы создать такое, — пробормотала Эмма.

- Мне нравится ваять что-нибудь па скорую руку. Оригинал книги находится в столике на случай, если клиенту захочется прочитать само произведение.

Эмма подошла к столику и стала рассматривать книгу в богатой кожаной обложке, а потом снова посмотрела на компьютер, спрятанный в книге-копии.

- Просто потрясающе! — воскликнула она.

Райен подошел к ней ближе и провел пальцами по руке. Его голубые глаза гипнотизировали, заставляя забыть обо всем на свете.

— Вес очень просто, — сказал он хрипловатым голосом. — Немного воображения и желания.

Эммалин с трудом сглотнула. Ее кожа горела в том месте, где он касался ее. Еще ни разу в жизни она не испытывала подобных ощущений. Желание попросить его прикоснуться к ней снова сводило с ума. Казалось, еще немного и она окончательно потеряет рассудок. А тогда произойдет нечто непоправимое...

— Похоже, я увидела здесь все, что нужно, - наконец-то пробормотала она. — Думаю, теперь мы можем вернуться домой.

Райен кивнул,

— Если тебе так хочется.

— Да. — Эммалин больше ни минуты не могла оставаться наедине с этим мужчиной. Если бы он еще раз прикоснулся к ней, одному Богу известно, что бы произошло. И, что самое главное, она могла забыть о том, что истинный интерес Райена состоит лишь в успехе сделки.

Меньше чем через час они снова оказались в ее родном городе. Гилберт прислал машину, которая доставила их в особняк Мессмеров. Райен остановился перед домом.

— Итак, ты увидела, что я делаю. Как думаешь, мы сможем сработаться? — спросил он, пристально глядя на нее.

— Да, — не задумываясь, ответила Эмма. Теперь у нее действительно не оставалось сомнений в том, что Райен является профессионалом в своем деле.

Но от этого ее жизнь не стала легче. Черт возьми, этот мужчина не только сексуален и дерзок, он еще и талантлив. А значит, устоять перед его обаянием будет еще труднее.

Черт возьми, о чем ты думал, когда так прикасался к ней?! Ты, должно быть, совсем потерял рассудок! — упрекал себя Райен. Но она выглядела такой радостной, когда смотрела на книгу. Ее глаза светились, а улыбка озаряла все вокруг. Подумать только, такой пустяк заставил ее ликовать.

Он тут же представил себе маленькую девочку, тихонько бродящую по «Техасским Огням».

Гилберт владел отелем формально, а в действительности он принадлежал Эммалин. Она любила его как никто другой. Она дорожила его историей, его декорациями, полированной мебелью, гобеленами с изображением как вымышленных, так и реальных персонажей.

Когда-нибудь она привьет эту огромную любовь к «Техасским Огням» своему ребенку.

Воспоминание о другой женщине, другом ребенке тут же вкралось в его сознание. Сердце Ранена сжалось от резкой боли.

Черт возьми, не станет же он сейчас впускать в свою жизнь настоящие чувства!

— Слишком большой риск, — прошептал Райен. Однажды он рискнул и проиграл. — Поэтому держи себя в руках, Бенедикт. Сделай эту работу, и сделай ее хорошо. Иначе Эмма потеряет то, что любит больше всего на свете. А тебя не будет рядом, чтобы помочь ей. История повторится.

Пока гостиница была закрыта на ремонт, Эмма решила лично пройтись по «Техасским Огням» и посмотреть, что нужно заменить, чтобы вернуть им былую популярность.

В этот день Райен тоже был здесь. Поэтому обычный осмотр угрожал превратиться в настоящую пытку. Эммалин все время ощущала его присутствие, и это мешало ей сосредоточиться.

— Что с тобой происходит? Нужно взять себя в руки, — прошептала она, входя в кладовую, чтобы проверить состояние покрывал и подушек. Может быть, больше цвета, подумала она. Что-то более богатое.

Это совсем не похоже на нее. Не она ли еще недавно настаивала на нейтральных тонах, которые казались такими утонченными и нежными? Почему же сейчас ей вдруг захотелось перемен?

— Даже не отвечай. Ты знаешь почему. Все дело в этом проклятом мужчине, — пробормотала Эмма.

— Мм, надеюсь, ты говоришь о дизайнере этих угрюмых покрывал, а не обо мне, — сказал веселый голос у нее за спиной.

Эммалин резко повернулась.

— Эти покрывала составляют историю «Техасских Огней». — Она увидела, что он усмехается. -Решил поиздеваться надо мной?

Райен медленно покачал головой. - Вовсе нет. Просто мне интересно, почему ты закрылась в этой душной пыльной комнате, когда пришло время ланча.

Она посмотрела на часы. Действительно, было уже довольно поздно.

— Но у меня еще куча дел. Нужно осмотреть каждую комнату. Хоть как-то разнообразить меню ресторана. Лично проверить, не возникло ли у кого из сотрудников проблем с выплатой страхового пособия и медицинской страховкой. — Эмма загибала пальцы, пока перечисляла.

— И ты занимаешься всем этим сама?

— Разумеется. Кто же еще?

— Я думал, Холли берет на себя часть обязанностей.

— Да. Она встречает гостей. Иногда водит женщин по магазинам и следит за тем, чтобы все были счастливы и довольны.

— Забавные у нее обязанности.

Эммалин едва не задохнулась от возмущения.

— Может быть, тебе и кажется, что Холли занимается пустяками, но она хорошо справляется, и без нее мы все умерли бы со скуки.

— Я уверен, что у тебя бы тоже неплохо получилось встречать гостей.

— Да, но у Холли это получается лучше.

Райен улыбнулся.

— Сейчас проверим. Тебя хочет видеть какая-то женщина. Я сказал ей, что гостиница закрыта на ремонт, но она настаивает на встрече с тобой.

— О боже! — Эммалин немедленно отложила блокнот и поспешила в холл.

— Эмма! — бросилась к ней незнакомка. — Я так рада видеть тебя. И кто этот потрясающе привлекательный мужчина, который встретил меня? Ты мне о нем ничего не говорила.

Эмма уставилась на свою университетскую подругу. Высокая и стройная Марси Джекоп была ее полной противоположностью. Она всегда знала в мужчинах толк. Эмма украдкой взглянула на Райена. Он с любопытством рассматривал маленького мальчика с грустными карими глазами, который стоял рядом с Марси.

— Познакомьтесь, это Чарли, мой сын, — представила Марси. — Чарли, а это моя подруга Эмма и ее друг...

— Райен Бенедикт, — сказала Эмма. — Он работает с дядей Гилбертом над ремонтом гостиницы.

— Отлично. «Техасским Огням» давно уже пора дать глоток свежего воздуха, а то они скоро совсем зачахнут.

Эмма молча пожала плечами.

— И она позволяет вам говорить такое о своем детище? — спросил Райен у Марси.

Марси захихикала.

— А что ей остается? Я ее подруга и знаю все, что она вытворяла в колледже. У нас с ней много общих секретов.

Райен заметно оживился, когда Марси упомянула о секретах Эммы. Ему явно хотелось расспросить нежданную гостью обо всем, что было хоть как-то связано с его новой компаньонкой. Но Эмма не дала ему этой возможности.

— Чарли? — обратилась она к мальчику, беря его за руку.

Он улыбнулся, и сердце девушки наполнилось нежностью.

— Привет, — пробормотал Чарли.

Эмма подняла взгляд на Райена и увидела в его глазах что-то похожее на боль. Чарли тоже с опаской посмотрел в его сторону. И неудивительно, по сравнению с ним Райен был просто великаном.

— Чарли проводит слишком много времени в женском обществе. Поэтому с мужчинами чувствует себя не слишком уверенно, — объяснила Марси.

— Все в порядке, у меня полно дел, — ответил Райен, торопясь уйти. В его взгляде по-прежнему отражалось страдание.

Марси кивнула.

- Чарли, посиди здесь, пока я поговорю с тетей Эммой, хорошо?

Мальчик направился к стулу и взгромоздился на него, засовывая в рот большой пальчик. Он оглядел комнату, словно готовясь к тому, что ему предстоит провести здесь целый день в полном одиночестве.

Сердце Эммы едва не разорвалось. Она хорошо понимала, что такое детское одиночество.

Словно прочитав ее мысли, Райен вдруг остановился и посмотрел на малыша. Не в силах сдержать некий порыв, он вернулся и протянул руку, улыбаясь мальчугану.

— Привет, Чарли.

Чарли дотронулся до его руки большим пальчиком, но ничего не сказал.

— У тебя все хорошо? — не унимался Райен.

Чарли молча кивнул головой.

— Похоже, твоей маме и Эмме нужно немного поболтать. Как насчет того, чтобы пойти поесть мороженого и немного поиграть в саду?

Чарли еще несколько секунд раздумывал, а потом соскочил со стула и закивал головой. Райен вопросительно посмотрел на Марси.

— Лучший друг Райена помолвлен с Холли, и дядя Гилберт полностью доверяет Райену, — вмешалась Эмма. Однако она все еще сомневалась, сможет ли Райен выдержать это. Ведь в его глазах была такая боль. — Ты уверен, что тебе это действительно надо? — тихонько спросила она его.

Райен выдавил слабую улыбку.

— Эй, нас, парней, водой не разольешь, правда, Чарли? Мы обожаем мороженое, прогулки и разговоры о женщинах.

- Да, - согласился Чарли. Он осторожно положил свою маленькую ручонку в широкую ладонь Райена.

— Эмма, этот мужчина слишком хорош, чтобы существовать на самом деле, — со вздохом заключила Марси после того, как они ушли.

Эмме не оставалось ничего, кроме как признать правоту подруги.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

За разговором время летит быстро. Не успела Эмма и глазом моргнуть, как вернулись Райен и Чарли. Несмотря на то что лицо мальчика было перепачкано мороженым, он выглядел ужасно довольным.

— Нам, кажется, нора. Была рада повидать тебя, Эмма. Да, кстати, мистер Бенедикт, если у вас когда-нибудь возникнет желание посидеть с детьми, смело обращайтесь к нам. Мы с удовольствием доверим вам Чарли.

Мужчина пожал плечами.

— Он отличный парень, — сказал Райен, вытирая носовым платком лицо Чарли.

Лицо мальчика засияло еще больше. Он обхватил своими маленькими ручонками ногу Райена.

- Пока, Рай, — сказал Чарли.

Казалось, он не заметил, как содрогнулся Райен при этом прикосновении.

Сердце Эммы сжалось. Она вспомнила его слова о том, что он не хочет иметь детей. Да, в мире полно людей, которые очень хорошо ладят с детьми и при этом не хотят иметь собственных. Райен, очевидно, принадлежит к их числу.

— Эй, что с тобой, Эмма? — с беспокойством спросила Марси.

- Да так, ничего, просто задумалась, — пробормотала Эмма.

- Ну ладно. Надеюсь, наша следующая встреча не закончится так быстро, и мы сможем совершить те безумства, которые привыкли совершать в колледже.

- Что касается меня, то я всегда «за», — ответила Эмма. — Было приятно поболтать с тобой.

— Я тоже была рада нашей встрече, — сказала Марси, напоследок обнимая подругу.

После их ухода комната погрузилась в тишину.

— Спасибо, — наконец произнесла Эмма.

— За то, что я увел Чарли? Не стоит меня благодарить. Он милый ребенок.

- Но ты вовсе не обязан был это делать.

Райен отвел взгляд и глубоко вздохнул.

- Я же говорил тебе, что дело не в моей нелюбви к детям, Эмма. Я просто... — Он покачал головой, а потом пристально посмотрел ей прямо в глаза. — Правда заключается в том, Эмма, что я люблю детей. Просто мой мир слишком эгоистичен. В нем нет места привязанности и обязательствам.

— Понимаю.

— Нет, не понимаешь, — возразил он, не сводя с нее пристального взгляда. — Эмма, все думают, что я повредил колено во время службы в армии. Но это произошло при других обстоятельствах.

Девушка закусила губу.

- Тебе необязательно рассказывать мне об этом.

— Знаю, но мне хочется рассказать. Я всегда мечтал о службе в армии, отчасти из-за того, что жизнь дома казалась мне бессмысленной, отчасти из-за того, что хотел сделать в жизни что-то значащее, что-то полезное, что-то благородное. После окончания школы я сразу же записался добровольцем. Все шло как по маслу. Меня направили на базу в Германию, и там началась бурная жизнь: карьера, выпивка, женщины.

Но однажды в моей жизни появилась женщина, у которой был ребенок. Я с самого начала знал об этом. Лейзел сразу представила нас друг другу. До сих пор не могу понять, почему меня не напугало это обстоятельство. Арни казался мне самым замечательным малышом на свете. Ему было всего шесть лет, и он не понимал, что я лишь временно с его матерью. Сначала он присматривался ко мне, а потом привязался и с нетерпением ждал каждой нашей встречи. Не знаю, о чем думала Лейзел. Я с самого начала дал ей понять, что о свадьбе не может быть и речи. И когда нашим отношениям пришел конец, Арни...

Голос Райена стал хриплым. Эмма положила руку ему на плечо.

- Не жалей меня, Эмма. Я этого не заслуживаю. Когда я решил все бросить, то сделал это неумело, даже жестоко. Думал, будет достаточно нескольких слов и все забудется. Хотя в глубине души понимал, что причиняю этому крохе огромную боль. Я быстро обнял его на прощанье и перешел через дорогу, чтобы вернуться на базу. Вдруг Лейзел выкрикнула его имя. Малыш бежал ко мне, плача, умоляя меня остаться. Слезы потоком текли из его голубых глазенок. Он бросился прямо под колеса автомобиля.

Эмма замерла. Она боялась спросить, что произошло потом.

- Я со всех ног бросился к нему и оттолкнул в сторону. Мы оба упали. Вот тогда-то я и повредил колено. Арни тоже досталось. Он был весь в царапинах и без сознания. И ты знаешь, что я сделал? — Райен так сильно потер рукой колено, словно хотел стереть с него все воспоминания.

Эммалин отрицательно покачала головой.

- Я сказал ему... сказал, что мне очень жаль. И все. А потом ушел. Оставил его плачущим на плече у матери, которая выкрикивала мне вслед проклятия.

- Ты спас ему жизнь.

- Черт возьми, Эмма, не будь меня, он вообще не оказался бы в опасности. По крайней мере, мне следовало настоять, чтобы Лейзел не вмешивала ребенка в наши отношения. А я этого не сделал. Поэтому не надо меня благодарить за то, что я угостил Чарли мороженым. Благодарности заслуживают мужчины, которые остаются. Ни мой прадед, ни дед, ни отец, ни уж тем более я не принадлежим к их числу. Мужчины из рода Бенедиктов делают хорошо только три вещи: выживают, добиваются успеха и уходят.

Эммалин кивнула. Казалось, ему нужно было подтверждение того, что она его понимает.

— Спасибо, что рассказал. Теперь я знаю, что ты не какой-нибудь бесчувственный мужлан. Итак... какое мороженое вы ели? — спросила Эмма, меняя тему. Это была неуклюжая попытка разрядить ситуацию.

Райен потер подбородок.

— Мороженое?

Эмма кивнула.

— Да, судя по перепачканному лицу Чарли, он получил порцию шоколадного, а как насчет тебя?

Райен пристально посмотрел на нее.

— Ну и ну... Я обнажил перед тобой душу, рассказав о самых ужасных секретах своей жизни, а ты хочешь говорить о мороженом? — Кроме недоверия в его голосе сквозила усмешка.

— Это моя больная тема, — настаивала Эмма. — Я просто обожаю смесь клубничного мороженого с миндальными орехами и горячей карамелью.

— Я запомню, — пообещал Райен.

— Да-да, запомни. — Эмма подняла взгляд и обнаружила, что он пристально смотрит на нее.

— Спасибо, — сказал Райен. Его голос снова звучал серьезно. — Ты удивительная женщина.

Ее сердце едва не выпрыгнуло из груди.

— Я... — Она не знала, что сказать.

Райен покачал головой.

— Я бы сказал даже экзотичная женщина, способная во многом удивлять. Ты на самом деле совершала безумства во время учебы в колледже? — Его голос вдруг зазвучал низко, хрипловато, а глаза смотрели так пристально, словно пытались увидеть ответ в ее душе.

Эммалин с трудом выдавила усмешку.

— Мне было далеко до Марси. Я всего лишь следовала за ней в ее безумствах.

— Трудно представить тебя безрассудной девчонкой. Ты всегда такая серьезная. Если не секрет, что именно вы вытворяли? — поинтересовался Райен.

Девушка покачала головой.

— Ничего особенного. Просто однажды мы организовали вечеринку в три часа утра прямо под окнами директора колледжа, а после этого решили искупаться нагишом.

— Нагишом?! — Взгляд, который Райен бросил на нее, заставил ее сердце сначала замереть, а потом забиться с бешеной скоростью.

— Да. Тогда я была совсем девчонкой.

— Да ты и сейчас не слишком стара.

Эммалин пожала плечами.

— Ты прав, но теперь у меня появилось чувство меры и здравый смысл, и он подсказывает, что пора вернуться к работе.

Райен кивнул головой.

— Спасибо, Эмма. За то, что ты такая, какая есть. За то, что выслушала. Но прежде чем ты уйдешь, мне бы хотелось кое-что показать тебе.

-Что?

— «Техасские Огни».

Тон Райена заинтриговал девушку. Она положила руку в его широкую ладонь, и они направились к лифту.

— Куда мы идем? — не утерпела она.

— Скоро увидишь. — Он ввел ее в тесную кабинку, и двери лифта закрылись за ними. На какое-то мгновение мир перестал существовать. Она видела только мужчину, который сейчас стоял рядом с ней.

Райен опустил на нее взгляд.

— Я знаю, у тебя нет причин доверять мне. Особенно после моего признания. Но поверь, я не причиню тебе вреда, — прошептал он. Эммалин была уверена, что он догадывается о ее страхе и... о ее расцветающем желании.

— Хорошо, — пробормотала она. Райен покорил сердце маленького ребенка, он был честен, говоря о своих неудачах и ограничениях. Сейчас она верила, что он не причинит ей вреда.

Райен поднял руку и коснулся стены за спиной у Эммы.

Девушка затаила дыхание, когда мягкий женский голос с четким британским акцентом прошептал ей на ухо: «Моя искренность не знает границ, моя любовь глубока как океан, чем больше я даю, тем больше получаю. Да будет так всегда».

Она медленно повернулась и увидела маленький экран, встроенный в стену лифта. Ромео и Джульетта смотрели друг на друга. Джульетта произносила эти часто цитируемые слова.

- Наверняка тебе это покажется слишком современным, но... я подумал, что это вполне соответствует тем требованиям, которые предъявлял твой мистер Медлен, когда открывал свой отель.

- Как тебе удалось сотворить такое? — спросила она, наблюдая за тем, как разыгрывается сцена.

- Студент колледжа захотел подработать и предложил мне свои услуги. Есть и другие сцены. Ты сможешь менять их, когда захочешь. Это программируется. Шекспир для западного крыла гостиницы, Стивен Остин и другие исторические персонажи для восточного.

- Ты запомнил, кто где находится?!

- Я внимательно слушал тебя. Ну и как тебе это? Не слишком наворочено?

- Может быть, — ответила Эммалин, улыбаясь. — Но все-таки забавно. Я думаю, что Роджер Медлен одобрил бы это.

— А ну его к черту, этого Роджера Медлена. - С этими словами Райен наклонился и поцеловал ее.

Эммалин ничего больше не видела, ничего не понимала. Кровь стучала у нее в висках, заглушая все звуки. Страшным усилием воли она взяла себя в руки.

— Это было... Ты поцеловал меня, чтобы отметить наше соглашение?

Он отрицательно покачал головой.

— Я поцеловал тебя, потому что не смог справиться с желанием, потому что твои губы сводят меня с ума вот уже несколько дней. Мне нужно было знать, сохранился ли тот волшебный вкус, который я попробовал в день нашей первой встречи.

- Ну и как? — Черт возьми, что за странная реплика?! Удивляясь своей смелости, Эмма закрыла лицо руками.

Губы Райена растянулись в усмешке.

- Должен признать, что ошибся. У них еще более желанный и соблазнительный вкус. Это означает, что мне лучше уйти, а не то я не удержусь и поцелую тебя снова. И неизвестно, куда это нас заведет.

Он открыл двери лифта и вышел, оставляя ее наедине со своими мыслями.

Эмма тупо смотрела ему вслед, не понимая, что же произошло. Она все еще не могла унять неистово колотившееся сердце.

Черт бы их всех побрал! — выругался про себя Франклин, слушая, как Крис, Райен и Эммалин обсуждают изменения в гостинице. Было понятно, что сделка продвигается. И это означает, что Райен снова окажется на коне.

Но сделает ли он хоть что-нибудь для своего сводного брата?

Разумеется, нет. Подумать только, вчера вечером Райен даже осмелился спросить Франклина, ознакомился ли тот с деятельностью компании и готов ли он взять па себя хоть какие-то обязательства. Неужели этот кретин и вправду надеется, что Франклин будет пахать с утра до вечера, в то время как его сводный братец будет грести деньги лопатой?

- Не до конца, — ответил Франклин, стараясь выиграть время. Слава богу, Райен не стал его торопить.

- Ну как тебе нравится план реконструкции гостиницы, Эмма? — спросил Гилберт.

Эмма повернулась лицом к дяде.

- То, что я увидела, произвело на меня сильное впечатление. Райен с большим вниманием отнесся к моим замечаниям. - Девушка старалась не смотреть на Райена, но ее рука все равно дрожала, когда она говорила о нем. Это могло означать только одно.

Хотя Франклин делал вид, что полностью поглощен едой, он краем глаза наблюдал за всем происходящим. От него не укрылось, что Райен то и дело бросает на Эмму пристальные взгляды.

Потому что от ее согласия зависит исход сделки?

Может быть. Но возможно, у него к ней совсем другой интерес. Франклин следил за Райеном весь вчерашний день в гостинице. Ему даже удалось подслушать странную историю о ребенке и какой-то Лейзел. Он узнал бы гораздо больше, если бы не привлек внимание Эммы. Страх все испортить заставил его ускользнуть и пропустить что-то интересное. Может быть, что-то важное. Было ли это как-то связано с теми пылкими взглядами, которые Райен бросал на Эмму?

Гнев и негодование закипали внутри Франклина. Неужели Эмма и Райен нравятся друг другу? Такому опытному игроку, как Райен, ничего не стоит одурачить эту недотрогу. А если это случится и он причинит ей боль..

Зловещая ухмылка застыла на лице толстяка. Гилберт никому не позволит причинить боль любимой племяннице. Да, скорее всего Райена в ближайшем будущем ждут серьезные проблемы.

— Райен, не могли бы вы с Эммалин оказать мне услугу? — спросил Гилберт.

Эмма тут же почувствовала что-то неладное. Похоже, ее относительному спокойствию пришел конец. А ведь ей так хорошо удавалось избегать встреч с ним последние несколько дней.

— Я почти закончил с лифтами и начинаю автоматизировать входные контрольно-пропускные пункты. А что случилось? — Райен изо всех сил старался выкинуть из головы мысли о том, чтобы снова прикоснуться к Эммалин.

Стоило ему посмотреть в ее сторону, как девушка тут же отвернулась. Отчаянные попытки не замечать его вызвали на губах Райена легкую усмешку. В то же время это ужасно злило его. Почему она так боится притяжения, которое возникло между ними?

— Я хочу, чтобы вы оба подумали, куда разместить скрытые камеры наблюдения, — объяснил Гилберт, возвращая внимание Райена к разговору. — В «Техасских Огнях» их никогда не было, но сейчас они необходимы.

— Что касается меня, то я всегда рад работать с Эммой, — сказал Райен, наблюдая за девушкой.

Эммалин глубоко вздохнула и нехотя кивнула головой.

- Хорошо, давай займемся этим.

На этот раз Райен даже не стал прятать улыбку.

- Что? — нахмурившись, спросила Эмма.

- У тебя такой озабоченный вид, словно ты разрабатываешь план сражения. Это задание вряд ли имеет такую важность.

- Я знаю. — Она отчаянно пыталась успокоиться.

Райен не удержался и взял ее руку.

- Предлагаю перемирие, — сказал он.

- А мы разве ссорились?

- Эмма, ты избегаешь меня с того самого дня, как я поцеловал тебя. Извини, если хоть чем-то тебя обидел.

— Тебе не за что извиняться.

Он усмехнулся.

— Ты могла бы солгать и потешить мое самолюбие.

— Я просто... У меня не слишком хорошо получается целоваться.

Райен недоверчиво посмотрел на нее. Он помнил ее вкус, запах фиалок, который буквально сводил его с ума. Ах, какими щедрыми были ее мягкие губы!

— О леди, вы сильно ошибаетесь, — возразил он. Мгновение Эмма смотрела на него так, словно ей безумно хотелось прикоснуться к нему.

Может быть, ему это только показалось. Тем не менее эта мысль заставила его ликовать от радости.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Эмма и Райен шли по «Техасским Огням», выбирая места для камер наблюдения. Странно, но раньше она никогда не замечала, какие узкие коридоры в гостинице.

— Извини, — пробормотала она, в сотый раз задевая Райена рукой.

— Эммалин, — начал он хриплым голосом, прикасаясь к ее руке, — хватит все время извиняться. Вполне естественно, что за работой нам приходится иногда прикасаться друг к другу.

— Я знаю.

— Но тебе это неприятно, — заметил он, нахмурившись.

Как раз наоборот. Ей это нравилось. Это сводило ее с ума. Но Райену вовсе не обязательно знать об этом.

Эммалин хотела начать свои глупые оправдания, как услышала какой-то звук, доносившийся из ресторана. Она тут же направилась туда.

— Кто бы это мог быть? — спросил Райен.

— Именно это я и собираюсь выяснить, — бросила Эмма.

Распахнув двери ресторана, Эммалин увидела Джойслин, горничную, которая уже много лет работала в «Техасских Огнях». По щекам женщины ручьем текли слезы.

Эммалин тут же бросилась к ней.

— Джойслин, что ты здесь делаешь? — заботливо спросила она.

Женщина повернула к ней заплаканное лицо.

— Мисс Карстэрс. Я пришла сюда в надежде встретить вас. Я... мне неловко просить, но не могли бы вы дать мне какую-нибудь работу, пока гостиница закрыта? Моя дочка заболела, а парень, с которым я жила, стащил у меня все деньги. И теперь мне не на что даже купить ей лекарства. Знаю, что сейчас я вам не нужна, но... может быть, найдется для меня хоть какая-нибудь работа? Все что угодно. Какой бы грязной и тяжелой она ни была. Мне нужно хоть немного денег на лекарство для моей девочки. - Отчаяние и нестерпимая боль отразились в глазах Джойслин. Не раздумывая, Эмма обняла ее.

— Джойслин, ты получишь пособие в течение двух дней. Кроме того, страховая компания обеспечит вас необходимыми лекарствами. И я дам тебе денег на первое время, но при одном условии: ты на время забудешь о работе и вернешься к своей дочке, чтобы хорошенько позаботиться о ней. Она наверняка уже соскучилась по своей мамочке.

— Да, но... — Джойслин закусила нижнюю губу.

— Джойслин, когда гостиница снова откроется, ты сможешь отработать свой долг, если захочешь. Думаешь, что дядя Гилберт сможет спать спокойно, зная, что маленькая девочка больна и скучает по своей мамочке?

Джойслин отрицательно покачала головой.

— Мистер Мессмер очень добрый человек.

— Да. Поэтому иди домой и позаботься о Месси. — Эмма достала из кошелька все деньги, что у нее были, и протянула их Джойслин. — И еще, Джойслин...

Джойслин кивнула, словно прочитав ее мысли.

— Можете не волноваться, мисс Карстэрс. Я больше не пущу Арона в свой дом. Подлец, он обокрал мою малышку! За исключением мистера Мессмера все мужчины негодяи, — выпалила она, бросив на Райена гневный взгляд, и вышла из комнаты.

Плечи Эммы слегка вздрогнули, когда за Джойслин закрылась дверь. Райен, словно почувствовав ее напряжение, встал перед ней и провел пальцем по подбородку, заставляя посмотреть ему в глаза.

— С тобой все в порядке? — нежно спросил он.

Эммалин кивнула.

— Да, но я беспокоюсь о них. Дядя Гилберт согласился платить всем служащим, пока гостиница на ремонте, но все же... Новость о приятеле Джойслин оказалась скверной. Ей давным-давно следовало избавиться от него.

— Я могу встретиться с ним и поговорить по-мужски.

Эта фраза заставила ее улыбнуться.

-Что?!

Райен гордо вскинул голову.

— А разве ты не знала, что я повсюду защищаю права обиженных и оскорбленных?

— Мне приятно это слышать. Но, боюсь, если ты поколотишь его, он отыграется на Джойслин.

Райен на секунду задумался.

- Ты была очень добра с ней. Стоило тебе заговорить, как бедняжка тут же успокоилась.

Эмма пожала плечами.

— У дяди Гилберта это получается гораздо лучше.

- Не надо умалять свои достоинства, Эмма. Именно ты помогла ей в трудную минуту.

Эмма подняла на него взгляд и обнаружила, что его напряженные глаза разглядывают ее. Время, казалось, остановилось. Прикосновение его руки было таким теплым! Если бы она только поднялась на цыпочки, то могла бы прикоснуться к его губам и почувствовать волшебство, которое обволакивало ее всякий раз, когда их губы сливались в поцелуе.

Тогда она бы примкнула к числу многочисленных женщин, сходящих с ума по Райену Бенедикту. Так же как и их, он наградит ее несколькими поцелуями, а потом навсегда исчезнет из ее жизни.

Эммалин глубоко вздохнула. Ее взгляд вдруг упал на часы.

- Боже, я и не подозревала, что уже так поздно. Мне нужно идти, — воскликнула она, направляясь к выходу.

Райен снова устремился за ней.

- Куда?

- На занятия. Они начинаются через час.

- Эмма, но тебе нужно поесть. За несколько часов работы мы ни разу не сделали перерыв.

Мысль о том, чтобы сидеть за столиком с Райеном, показалась слишком интимной.

- Не беспокойся, я не голодна.

Он недоверчиво поднял бровь.

- Вы совсем не умеете врать, мисс Карстэрс.

Эммалин не сдержала усмешку.

— Ладно, ты поймал меня.

Райен рассмеялся.

— Эмма, я правда беспокоюсь, что ты уйдешь, даже не поев. Наверняка Гилберту это тоже не понравится.

Она вздохнула.

— С твоей стороны нечестно использовать дядю Гилберта как дополнительный аргумент в свою пользу.

— А кто сказал, что я собираюсь быть честным?

Эмма больше не стала ломаться и позволила Райену отвести ее в шикарный ресторан. Когда ужин подошел к концу, она протянула руку.

— Спасибо. Райен улыбнулся.

— Не волнуйся, ты скоро от меня избавишься. Вот только позволь проводить тебя до машины.

— Райен, не стоит, я знаю дорогу.

Но Райен был неумолим. Открыв дверцу автомобиля, он развернул девушку к себе.

— Спасибо, — едва слышно произнес он.

— За то, что позволила поухаживать за собой?

— Да, и за то, что ты такая отзывчивая к людям, с которыми тебя сводит жизнь. — Он прикоснулся к ее губам подушечками пальцев.

Девушка едва не задохнулась от его прикосновения. Не успела она открыть рот, чтобы запротестовать, как губы Райена оказались на ее губах.

На мгновение Эмма забыла об обещании никогда не впускать в свою жизнь мужчин. Особенно таких непостоянных, как Райен Бенедикт. Она просто погрузилась в волну приятных ощущений, запустив пальцы в мягкие волосы Райена, полностью отдаваясь поцелую.

Где-то вдалеке раздался гул автомобиля. Эмма отскочила от Райена. На ее щеках вспыхнул яркий румянец. Она перевела дыхание, отчаянно стараясь придумать хоть что-нибудь, чтобы объяснить свое желание.

Внезапно новая мысль озарила ее рассудок. С какой стати ей давать объяснения? Райен целовал многих женщин. Наверняка он уже привык к такой реакции.

Она должна всегда помнить об этом.

— Эмма...

- Мне действительно пора ехать, - резко оборвала она его.

Жаль, что она не могла так же легко уехать от своих желаний. Сегодняшняя лекция будет просто потерей времени. Все исторические личности, о которых она собиралась узнать, предстанут перед ней с лицом Райена Бенедикта. Интересно, был ли в истории Техаса хоть один мужчина, который мог целоваться, как он?

Вероятно это не тот вопрос, который она сможет задать профессору.

На следующее утро Райен проснулся со вкусом губ Эммы на своих губах и с сильным желанием снова заключить ее в объятия.

Когда он целовал ее, она ответила на его поцелуй, а потом пожалела об этом. Вот и сегодня она весь день пряталась от него. И он не мог винить ее за это.

Кроме того, эта страсть не сулит ничего хорошего и ему самому. В действительности это грозит стать профессиональным самоубийством. Больше всего на свете он любит свою работу. Рискуя своими отношениями с Гилбертом, он ставил под удар компанию. Не говоря уже о дружбе с Крисом.

Лучше всего забыть ее сейчас, убеждал себя Райен. Но никакие убеждения не помогали ему выкинуть Эмму из головы.

Повернув за угол особняка, он увидел Франклина. Разочарование тут же отразилось на его лице.

— Кого-нибудь ищешь? — спросил Франклин, улыбаясь.

— Да. Ты не видел Эмму?

Толстяк снова улыбнулся.

— Несколько минут назад я видел, как она болтала в саду с Крисом. Похоже, им многое нужно было обсудить.

- Ничего удивительного. Крис женится на кузине Эммы. Холли ей почти как родная сестра.

— Ну да, разумеется.

На что намекает этот придурок? Очевидно, глупости у него в голове никогда не иссякнут. Но Франклину не удастся втянуть его в этот разговор.

— Ладно, если увидишь ее, передай, что мне нужно обсудить с ней несколько новых проектов.

Улыбка застыла на лице толстяка.

— Я не нанимался к тебе в слуги, Райен.

Райен нахмурился.

— Ты прав. Я сам найду Эмму.

В какое-то мгновение ему показалось, что он слышал, как Франклин выругался, но это не имело значения.

- Будь с ним поосторожней, — промурлыкал Франклин.

Эмма подняла на него удивленные глаза.

- Что ты сказал? — переспросила она. Толстяк протянул руку, на пальцах которой было несколько колец.

- Я говорю о Райене, — сказал он.

Эмма нахмурилась.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

- Неудивительно. Ты ведь не росла рядом с ним. Райен обожает свою компанию, но в то же время он не понимает, что его имидж может нанести вред бизнесу. Вероятно, ему бы следовало жениться... но вряд ли найдется женщина, которая не побоится связать с ним свою судьбу.

- Я так не думаю. Наверняка большинство знакомых девушек Райена сочтут такую перспективу очень заманчивой. - Какого черта она обсуждает Райена за его спиной?!

— Ты говоришь о себе, Эмма? — предположил Франклин. Неужели он смеется над ней?

Эммалин постаралась побороть неприязнь.

— Франклин, ты такой забавный. Я всего лишь имела в виду, что Райен привлекательный и умный мужчина, который однажды достанется в подарок какой-нибудь женщине. - Вероятно, лучше не принимать во внимание тот факт, что этот мужчина совсем не горит желанием жениться.

Толстяк отрицательно покачал головой.

- Мне бы хотелось, чтобы это было так, но, кажется, он не в состоянии контролировать себя. Он портит все, к чему прикасается.

Эмме захотелось по-детски вскинуть подбородок и заявить, что это не так. Ведь он не испортил ее. Единственное, что он сделал, — всего лишь поцеловал несколько раз, и она получала удовольствие от его поцелуев.

Ну хватит сплетничать о Райене за его спиной!

- Франклин, прости, но мне неприятно говорить о Райене. Если тебя волнует его бизнес, то могу тебя заверить, что дядя Гилберт тщательнейшим образом проверяет каждую компанию, с которой имеет дело, и он решил, что Крис и Райен — лучшие люди для этой работы. Получится ли из Райена хороший муж или нет, не имеет к проекту никакого отношения, поэтому тебе не о чем волноваться. Единственная вещь, которая имеет значение, — это то, что Райен настоящий профессионал в своем деле. — С этими словами Эмма встала и пошла прочь, стараясь не думать о том, в чем еще Райен является профессионалом.

На сегодня вся работа по «Техасским Огням» была сделана. Райен изо всех сил старался больше не думать ни об Эмме, ни о ее гостинице.

Сделай что-нибудь еще, — приказал он себе. Разве это трудно? У тебя под рукой всегда куча проектов, которые, возможно, придется когда-нибудь воплотить в жизнь.

Но и тут ему не повезло. Стоило ему немного сосредоточиться, как в комнату вошла Эмма.

- Прости, что помешала, но Холли оставила здесь список приглашенных на свадьбу. — Прежде чем он смог ответить, она замахала рукой. — И не надо упрекать меня в том, что я слишком много помогаю Холли. Если бы я выходила замуж, она бы сделала для меня то же самое.

— Я не видел здесь никакого списка, — сказал Райен, поднимая со стола рисунки.

— Что это? — спросила Эмма. — Они ведь не относятся к «Огням»?

— Это отель, который я когда-нибудь построю. Все будет управляться одним голосом, а для тех, кто не может говорить, — легким прикосновением пальцев. Здание будет спроектировано так, что каждый гость, включая людей с ограниченными физическими возможностями, будет чувствовать, что отель построен специально для него.

— Это... удивительно! — воскликнула Эмма, изучая наброски.

Райен рассмеялся.

— Я не художник. На мне лежит скорее техническая сторона. И вес это пока что только мечты.

— Но ты воплотишь их в жизнь, правда? — В ее глазах горели задорные огоньки, которые лишали его дара речи.

— Думаю, что да, — наконец-то удалось произнести ему.

- Это очень важно. Такие проекты делают жизнь лучше.

Райен словно находился под ее гипнозом. Он всегда считал Эмму привлекательной. Но эти широко раскрытые от удивления глаза поразили его сегодня как никогда.

Он взял ее за руку.

— Ты самая удивительная женщина.

Ее пальцы дрожали.

— Почему ты так говоришь?

— Ты с самого начала относилась ко мне с недоверием, опасаясь, что я могу причинить вред гостинице. Но тем не менее доверилась мне... И даже проявила интерес к моим новым проектам вместо того, чтобы просто уйти. — Он поднес ее руку к своим губам.

- Признаюсь, ты заставил меня понервничать. Но, работая с тобой, я убедилась, что ты почти что гений. Люди будут приезжать со всех концов света, чтобы посмотреть на «Техасские Огни».

Райен улыбнулся, прикасаясь губами к ее запястью. Вдруг ему показалось, что какая-то тень мелькнула в соседней комнате, но когда он поднял взгляд, там никого не было. Вероятно, просто птица пролетела мимо окна.

Эммалин, должно быть, тоже увидела ее. Она резко одернула руку и посмотрела на часы.

— О боже, я снова опаздываю на занятие.

— Снова занятие по истории?

Эмма кивнула.

— Да. Женщины в истории Техаса.

— Ну разве можно устоять перед этим? — поддразнил он. — Как ты думаешь, твой профессор не станет возражать, если сегодня я присоединюсь к вам?

Несколько секунд она раздумывала. Райен сделал шаг назад и выпустил ее руку.

— Забудь об этом. Я веду себя слишком нагло.

— Нет. — Эмма отрицательно покачала головой. Ее роскошные каштановые волосы рассыпались по плечам. — Луис будет поражен. Мы ему порядком поднадоели, а ты внесешь разнообразие в наш традиционный семинар.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Чего только не случается в жизни, думала Эмма, слушая, как Райен ведет умную беседу с преподавателем.

- Итак, несмотря на то что мы привыкли слышать о знаменитых мужчинах, которые стали первооткрывателями этой земли, в ее истории было немало выдающихся женщин, правда?

- Совершенно верно. Возможно, о женщинах не написано так много, как о мужчинах, но без них стране пришлось бы худо. Они готовили еду, выращивали пшеницу и даже тушили пожары. Как раньше, так и по сей день, нам нужны сильные женщины.

- Не могу не согласиться с вами. Перед сильной женщиной трудно устоять, — подтвердил Райен, обводя взглядом женскую аудиторию. — Леди, благодарю, что позволили мне провести это время с вами. Это было незабываемо.

Он улыбнулся, и одна из женщин схватилась за сердце.

- Эмма, береги этого красавчика, иначе я не сдержусь и украду его, — заявила она.

- Только если я не сделаю это первой, — выкрикнула другая.

Эмма не знала, смеяться ли ей или честно признаться, что у нее нет никаких прав на Ранена. Но Луис спас ее от ответа.

— Вместо того чтобы нести всякий вздор, лучше бы просмотрели задание на следующий раз, — предложил он.

И тут произошло то, чего Эмма боялась больше всего. Несколько однокурсниц устремили на нее ожидающий взгляд.

— Эмма, мы бы хотели, чтобы именно ты представила нам следующую тему, — завопили все в один голос.

— О, я даже не знаю, — засомневалась Эмма, бросая застенчивый взгляд на Райена. Она привыкла привносить что-то свое в истории, которые были написаны таким сухим языком. Но рассказывать их перед Райеном — это совсем другое дело.

— Мое присутствие смущает тебя? — догадался он. — Если хочешь, я могу уйти.

— О, нет. Это было бы несправедливо.

— Несправедливо, если ради меня ты лишишь своих коллег удовольствия слушать тебя.

Луис рассмеялся.

— Насколько я могу судить, у Эммы просто дар проникать в сердца женщин, которых мы изучаем. Такое впечатление создается всякий раз, когда она рассказывает их истории. Ну давай же, Эмма. До конца занятия еще осталось несколько минут.

Эмма сделала глубокий вздох и начала.

Потрясающая женщина, подумал Райен, наблюдая за тем, как Эмма погрузилась в мир Сьюзан Ньюкомб, молодой женщины из середины восемнадцатого века. В те далекие времена женщины вели одинокую жизнь. И казалось, Эмма понимала это одиночество так, как не мог понять ни один мужчина.

Ее голос дрожал, но она стояла прямо и продолжала рассказ.

И женщины судорожно записывали, забрасывали ее вопросами.

Когда она закончила, ее глаза блестели, а на щеках пылал румянец.

— У меня за этот материал точно будет отличная оценка, — заявила одна из слушательниц. — Эмма, если у нас возникнут вопросы...

— Можете смело задавать их, — одобрила Эмма.

Высокая брюнетка подошла к Эмме и обняла ее.

- Тебе следует платить зарплату, — заявила она, посмотрев на преподавателя.

- Я пытался заманить ее в наш колледж, - стал оправдываться Луис, — но она сказала, что у нее нет времени преподавать и управлять «Техасскими Огнями». А администрация...

— Возможно, уволит его, если наймет Эмму, - прошептала одна из женщин. Рядом с ней стояла детская коляска, в которой мирно посапывал ребенок. Незнакомка подняла взгляд и увидела, что Райен наблюдает за ней. Она улыбнулась.

— Хотите его подержать? — спросила она.

Эмма сразу заметила, что Бриджит принесла с собой ребенка. Ее не удивило, что Райен сел в другом конце аудитории. Очевидно, ему не хотелось видеть малыша. Он боялся болезненных воспоминаний, связанных с Арни.

И вот Бриджит протягивает ему ребенка, гордая, как все матери. Сердце Эммы сжалось. Она знала, что Райен возьмет ребенка на руки и прижмет к груди, даже если ему снова придется испытать боль.

Эмма тут же направилась к нему.

— Райен слегка простудился, - вмешалась она. — Но, надеюсь, ты не станешь возражать, если я подержу этого прекрасного карапуза?

Бриджит, не раздумывая, дала малыша Эмме. Эмма прижала его к груди. Сладкий запах, исходящий от его крошечного мягкого тельца, наполнил сердце девушки огромной нежностью.

Мало-помалу комната начала пустеть. Эмма с неохотой отдала ребенка Бриджит.

— Спасибо. Он просто замечательный, — сказала она молодой матери.

— Когда-нибудь у тебя тоже будут дети, — ответила Бриджит с улыбкой.

В комнате не осталось никого, кроме Райена и Эммы.

— Это было волшебно, — прошептал он, подойдя к ней ближе.

Эмма уткнулась в книгу.

— Просто мне очень нравится история, — сказала она, выбирая самую безопасную тему.

— Нет, это гораздо больше. Ты живешь историей. Эмма, у тебя так здорово получается оживлять прошлое.

Она открыла рот, чтобы возразить. И Райену ничего не оставалось, как закрыть ей рот поцелуем.

Эмма простонала и собрала все силы, чтобы оттолкнуть его.

- Райен, не обманывай меня, — запыхавшись, пробормотала она.

- Я и не собирался. Я могу весь день слушать тебя. Я могу целовать тебя всю ночь. — Он снова поцеловал ее.

На этот раз она подняла руки и запустила пальцы в его волосы. Жаркая волна поднялась со дна ее души, заставляя забыть обо всем на свете. Она почувствовала, как слабеет в его руках, а эти руки были так успокоительно надежны!

Все тело Райена охватила нервная дрожь. С каждой секундой ему становилось все труднее и труднее сдерживать свое желание. Легкими поцелуями он прошелся по ее подбородку и прикоснулся к ямочке у основания шеи. Его рука обнаружила мягкие изгибы ее груди. Сосок тут же стал твердым, стоило его пальцам прикоснуться к нему.

- Райен, — простонала Эмма.

Он знал, что следует остановиться. Еще секунда, и они окончательно потеряют контроль над собой.

- Райен, — повторила она более нетерпеливо.

Он тут же отпустил ее и отошел в сторону, стараясь взять себя в руки.

- Прости меня, — произнес он, глядя в ее затуманенные глаза.

- Я сама виновата. Мне хотелось, чтобы ты поцеловал меня.

Черт возьми, она снова берет всю вину на себя!

— Перестань, ты ведь не принуждала меня!

— Да, но все же... в этот раз...

В этот раз поцелуй действительно был особенным. Он был страстным, горячим, даже диким. И такого больше не должно повториться.

— На этот раз я перешел черту, — пробормотал Райен. — Обещаю, что этого больше не случится.

Эмма подняла на него взгляду и на секунду Райену показалось, что он увидел в ее глазах боль и отчаяние.

— Ты знаешь, что я хочу тебя. — быстро добавил он. Черт, он не просто хотел ее. Он сгорал от желания вдохнуть ее запах, проникнуть в ее разум и тело, узнать о ней все. — Но ты и я...

— Ты прав. Нам больше не следует прикасаться друг к другу. Давай поскорее вернемся домой и постараемся забыть о том, что произошло. Нам ведь предстоит еще многое сделать.

Точно, и самое главное - это разработать план, как держать руки и губы подальше от Эммы.

Эмма изо всех сил старалась не думать о том, что произошло в опустевшем лекционном зале. Но ее мысли снова и снова возвращались к тому поцелую.

Райен и раньше целовал ее, но еще ни разу она не отвечала на его поцелуи с таким желанием. В те волшебные мгновения она полностью потеряла контроль над собой. Ей хотелось совершать безрассудные поступки: расстегнуть пуговицы на его рубашке, скользить руками но его обнаженной груди, умолять о том, чтобы он не прекращал свои ласки. В эти моменты слепой страсти она была готова последовать за Райеном хоть на край света.

Но с этим мужчиной у нее не могло быть никакого будущего.

— Поэтому перестань думать о нем, — приказала она себе.

— Разговариваешь сама с собой, Эммалин?

Это был Франклин. Эмма узнала его голос.

Взгляд этого парня был таким пронизывающим, что Эмме захотелось схватить свитер и прикрыться, словно она была раздета.

Почему ей никак не удается избавиться от неприязни к Франклину? Он же сводный брат Райена. Возможно, ей просто нужно получше узнать его.

Эмма пожала плечами.

— Иногда лучше поговорить с собой, чем надоедать кому-то.

— Тебя что-то беспокоит?

Она отрицательно покачала головой, надеясь, что Франклин поверит ее блефу.

— Со мной все в порядке.

— Я видел, что ты приехала с Райеном. Он выглядел немного угрюмым.

— Неудивительно. У него ведь столько дел по реконструкции гостиницы.

— А я подумал, что это может быть связано с чем-то, вернее, с кем-то еще.

Эмма не стала спрашивать, что он имел в виду. Дела Райена ее совершенно не касались.

- Знаешь, Райен получает много писем от женщин. Они порой могут быть такими надоедливыми.

— Писем?

— Да. Он не любит говорить об этом. Но знаешь, однажды Райен все-таки проболтался о том, что встречался несколько лет с одной очень красивой женщиной.

Слова Франклина поставили Эмму в тупик.

— Это меня совершенно не касается, — наконец произнесла она.

- Прости. Я и не думал, что ты проявишь любопытство, но...

— Я профессионал, Франклин.

— Да, знаю. И ты не похожа на других. Большинство женщин, общаясь с Райеном, не понимают, что как только дело будет завершено, все остальное тоже закончится. Я говорю об этом на случай, если ты обнаружишь что-то странное...

— Странное?

На секунду Эмме показалось, что она увидела недобрый огонек в глазах толстяка, но, должно быть, это была всего лишь игра света.

— О да. Видишь? — Он направился к столу, за которым работал Райен. На нем лежала стопка журналов. Франклин пролистал один из них. — Вот, Майя Дрейк, владелица сети отелей. Райен работал с ней над проектом в прошлом году. А вот еще одна. — Толстяк открыл другой журнал на слегка потертой странице. — Эмми Гарднер управляет маленькой сетью гостиниц, над которыми работал Райей восемнадцать месяцев назад. И здесь же, разумеется, Мари. Она управляла корпоративным проектом, который Райен только что закончил.

Франклин оставил журнал открытым. Эмма не удержалась и взглянула на фотографии. Красивые женщины... И все инвестировали в проекты Ранена?

Девушка не смогла скрыть недоумения.

— Ты хочешь сказать, что все эти женщины открывали для Райена как кошельки, так и сердца?

Франклин вытаращил на нее испуганные глаза.

- Что ты! Я совсем не это имел в виду. Мне только известно, что женщины, с которыми работал Райен, иногда хотели продолжить отношения.

Эмма, нахмурившись, посмотрела на Франклина. Неужели он намекает на то, что и она переступила черту с Райеном, что она не сможет провести грань между бизнесом и удовольствием?

У нее на душе вдруг стало ужасно скверно.

- Нам не следовало заводить этот разговор, — резко сказала Эмма. — Личная жизнь мистера Бенедикта меня совершенно не касается.

Взгляд Франклина наполнился беспокойством.

- Прости, Эммалин, я не собирался втягивать тебя в проблемы нашей семьи. Просто я хотел предупредить тебя, чтобы ты была начеку, если одна из этих женщин...

Что задумал этот наглец? Зачем он обсуждает с ней эту сторону жизни своего брата? Она и без него знала, что женщины табунами вьются вокруг Райена. Так зачем же Франклину понадобилось сообщать ей все подробности?

— Я благодарна тебе за заботу, но уверена, что Райен сам разберется со своей личной жизнью, — резко оборвала Эммалин. — А теперь извини, мне пора идти.

Эмма изо всех сил пыталась выкинуть из головы слова Франклина. Но у нее перед глазами снова и снова вставал образ Майи Дрейк. Эта женщина выглядела очень довольной. Она держала чью-то руку. Мужскую руку. Может быть, руку Райена?

- Ну и что с того? — прошептала она. — Это не твое дело.

Все, о чем ей нужно волноваться, — это работа... и то, как держать свои губы подальше от губ Райена. Не имеет значения, прав ли Франклин насчет Майи и остальных. Она не сомневалась, что в мире найдет немало женщин, сердца которых были разбиты после того, как Райен сказал им «прощай».

Эммалин не собиралась пополнять их список.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Два последующих дня Райен старался держаться подальше от Эммы. Он не доверял себе, находясь рядом с ней.

И все же когда Райен увидел, что Эмма идет на занятия, он пожалел о том, что не сможет сопровождать ее на этот раз. Желание последовать за ней, поговорить, прикоснуться причиняло ему почти физическую боль. Он скучал по времени, проведенному с ней, по их спорам из-за «Техасских Огней», по всему, что было связано с ней.

Эмма Карстэрс очень энергичная женщина, очень умная и талантливая. А когда она рассказывала свои истории, то становилась просто восхитительной. И только немногие знают, что скрывается внутри этой женщины.

- Потому что это ее вполне устраивает, — напомнил себе Райен. Поэтому и ему следует держать рот на замке и самому держаться подальше. Эммалин не хочет впускать мужчину в свою жизнь.

Но, черт возьми, он хочет ее. И с каждым днем все больше и больше.

Эммалин вышла из машины и направилась к зданию университета. Вряд ли она сможет сегодня рассказать историю Франклина Уорфа с таким же энтузиазмом и запалом, как в прошлый раз. Постоянные мысли о Райене помешают ей в этом.

Нужно взять себя в руки, а иначе... Может случиться такое, что однажды Франклин подсунет ей фотографию другой женщины и расскажет о ней как об очередной жертве Райена Бенедикта.

— Ах! — вздохнула она.

- Эммалин, что-то случилось?

Девушка подняла взгляд и обнаружила, что стоит перед кабинетом профессора Стрэтфорда.

Черт возьми, неужели она будет приходить к нему всякий раз, когда у нее возникнут проблемы?!

— Нет, со мной все в порядке, — пробормотала она, выдавливая улыбку.

Мистер Стрэтфорд пошарил в карманах.

— Можешь считать меня странным, Эммалин, но у меня за спиной целая жизнь. Я понимаю, такие люди, как ты, часто говорят одно, а имеют в виду совсем другое. Интересно, куда я подевал свои очки?

— Вы правы, я совсем запуталась. — Она сняла очки у него с макушки и протянула их ему.

— Все дело в твоем молодом человеке, я угадал?

— У меня нет молодого человека, профессор.

Он фыркнул и надел очки.

— Разве? А я был уверен, что мы говорили о нем.

Она глубоко вздохнула.

— Да, говорили, но Райен деловой партнер моего дяди. Он не мой молодой человек.

— Но ведь тебе хочется, чтобы он им стал, правда?

— Нет! У нас все равно ничего бы не получилось. Мы слишком разные, у нас разные цели в жизни, мы...

— Эммалин, — прервал доктор Стрэтфорд, — попробуй хотя бы раз в жизни прислушаться к своему сердцу и забыть о здравом смысле.

Девушка потупила взор.

— Для такого человека, как я, это очень трудно.

Он похлопал ее по плечу. И когда Эмма подняла глаза, то обнаружила на себе его пристальный взгляд.

— Будь смелой и решительной, Эммалин. Эмили Дикинсон говорила: «Я не живу, если не люблю». Возможно, пришло время отбросить все сомнения и довериться судьбе. Она может преподнести тебе удивительные сюрпризы.

Блеклые глаза пожилого человека на миг оживились, и Эммалин стало интересно, была ли у профессора Стрэтфорда когда-нибудь большая любовь, был ли шанс отбросить сомнения и довериться судьбе.

Она вздохнула.

- Боюсь, что все не так просто. Но все равно, спасибо. Разговор с вами очень помог мне.

Старик пожал плечами.

- Мне говорили, что он смотрит на тебя, как на бокал хорошего вина. А в мире нет ничего лучше бокала хорошего вина.

Эмма широко раскрыла глаза.

- Кто мог сказать вам такое?

Профессор Стрэтфорд усмехнулся и принялся теребить свой галстук.

- Наш корпус не так уж велик, Эммалин. Слухи разлетаются в мгновение ока. Но ты не должна обращать на них внимания. Прислушивайся только к своему сердцу.

Старик повернулся и пошел прочь. Эммалин еще долго смотрела ему вслед.

Прислушаться к своему сердцу?

А что, если оно велит ей совершить глупость?

- О чем ты думаешь? — спросил Гилберт дочь.

- О твоем плане. Ты заметил, что последние дни Эмма и Райен едва смотрят друг на друга? Если так и дальше будет продолжаться, то твоя затея со сватовством вряд ли сработает.

- Может быть, они на самом деле равнодушны друг к другу, — предположил Крис.

Холли округлила глаза.

- Крис, ты рассуждаешь, как все мужчины. Конечно же, их влечет друг к другу. Именно поэтому они и ведут себя так.

Гилберт кивнул.

- Мне тоже кажется, что Райен и Эммалин симпатизируют друг другу. Но они оба думают, что из этого ничего не получится. Они не хотят рисковать, боясь столкнуться с болью и разочарованием.

- А может быть, боятся поставить друг друга в неловкое положение, — добавила Холли.

- Почему ты так думаешь? — скептически спросил Крис.

Холли вскинула голову.

- Мы ведь с Эммой выросли вместе. Ах, сколько бессонных ночей мы провели за разговорами! Однажды ей уже причинили боль. И теперь мысль о том, чтобы снова отдать свое сердце мужчине, до смерти пугает ее.

- Райену тоже приходится бороться с призраками прошлого. Именно поэтому он будет всячески избегать привязанности к женщине, — признался Крис.

- Итак, похоже, они бегут друг от друга, — подытожил Гилберт. — Думаю, что нам нужно указать им правильное направление и помочь преодолеть препятствия.

Холли сморщила свой маленький носик.

— На что ты намекаешь, пап?

— Нам нужно сделать так, чтобы они сами поняли, что созданы друг для друга. И здесь мне не обойтись без твоей помощи, Холли.

— Ты хочешь, чтобы я сказала Эмме, что Райен неравнодушен к ней?

Гилберт бросил на дочь недовольный взгляд.

— Ты прав, — признала она. — Эмма никогда не поверит мне. Она подумает, что я хочу сделать ей приятное, вселить в нее надежду.

— Что касается Райена, — вмешался Крис, - возможно, он и поверит, что Эмму влечет к нему, по в то, что она влюблена в него — никогда. Мужчины в семействе Бенедикт по-настоящему никогда не дорожили отношениями с женщинами, поэтому Райен всегда делал все возможное, чтобы избежать каких-либо обязательств. Тем более он знает о негативном отношении Эммы к браку.

Холли поцеловала жениха в щеку.

— Ты прав. Но если он все же поверит, что моя сестричка, хоть и неохотно, но все же влюбилась в него, то, возможно, и сам проанализирует свои чувства к ней, да, пап?

— Твоя невеста гениальна, — объявил Гилберт будущему зятю. — Хотя я могу быть пристрастным.

— Я тоже так считаю, — согласился Крис. - Итак, что мы будем делать?

Гилберт потер подбородок.

— У меня есть план. Конечно, он немного нечестный, но думаю, сработает. Нам понадобятся еще люди.

— Надеюсь, ты не имеешь в виду Франклина, — сказал Крис, обеспокоенно нахмурив брови.

- Нет, конечно же. Думаю, что будет лучше, если мы посвятим в наши планы только тех людей, которым можем полностью доверять. Боюсь, что я еще не до конца разобрался, что за человек сводный брат Ранена.

Крис понимающе кивнул.

- Я являюсь партнером Райена вот уже несколько лет, но и мне за все это время не удалось раскусить этого Франклина. Ты прав, что не хочешь вмешивать его в столь деликатное дело.

Все трое скрепили договор рукопожатием.

Что, черт возьми, происходит? - спросила себя Эмма, заметив, что Крис и Холли взволнованно перешептываются в столовой. Гилберт зачем-то попросил всех присутствовать за ужином, да к тому же при полном параде. Возможно, он собирался сделать какое-то заявление.

Как только Холли увидела приближающуюся Эммалин, она тут же прекратила разговор, словно ее застали врасплох.

- Эм, садись рядом со мной, — приказала девушка. — Мы давно не болтали. Столько всего произошло за это время.

Как раз в этот момент в столовую вошли Райен и Гилберт, непринужденно болтая о чем-то своем.

Не успела Эмма опомниться, как все уселись за стол. К своему ужасу она обнаружила, что сидит прямо напротив Райена. Черт возьми, а ведь ей так хорошо удавалось избегать встреч с ним последнее время. Казалось, он тоже не горел желанием видеть ее.

Странно, но эта мысль как стрела пронзила ее сердце. Она боялась признаться себе, что все это время скучала по нему.

И вот сейчас он здесь. Пронзительные голубые глаза рассматривали ее, поэтому становилось трудно думать, а еще сложнее — дышать. Эмма положила ладонь на стол, чтобы остановить дрожь в пальцах. Слава богу, в этот момент дядя Гилберт встал и поднял бокал с вином, желая произнести речь.

- Мы все здорово потрудились, — начал он. - Этот проект начинался просто как деловое соглашение. Единственной моей целью было вдохнуть в «Техасские Огни» новую жизнь, но... - он посмотрел на людей, сидящих за столом, — этот проект дал мне намного больше, чем просто надежду на успех. Он принес радость и новых друзей в мою семью. Сегодня мне бы хотелось сказать вам, как я счастлив, что мы все собрались и так славно поработали. Надеюсь, что впереди нас ждут еще лучшие времена. Так выпьем же за это. — Глаза Гилберта наполнились теплотой и счастьем, и он стал чокаться со всеми собравшимися.

Эммалин повернулась к Холли.

- Он так рад за тебя. И я тоже, — сказала она кузине.

Холли улыбнулась.

- Я знаю. Ты сотни раз доказывала мне это. Мне даже начинает казаться, что я избалована вашим вниманием и любовью.

Эммалин рассмеялась.

— Да уж, тебе грех жаловаться.

— Не стану спорить, но, по-моему, и ты заслуживаешь, чтобы тебя тоже немного побаловали.

Я хочу сказать, что ты для меня не просто кузина. Ты моя подруга, моя родная сестра.

- Спасибо. Я тоже люблю тебя как родную сестру,- едва слышно произнесла Эммалин и обняла Холли.

Эммалин старалась не замечать Райена, но это было почти невозможно. Стоило ему повернуться, как она тут же вспоминала, как кончики ее пальцев прикасались к этим темным мягким волосам. Он взял вилку, и ее память устремилась к тем мгновениям, когда эти длинные прямые пальцы прикасались к ее коже. А когда Райен рассмеялся над какой-то фразой Криса, она вспомнила, как он, не раздумывая, взял под свое крыло маленького Чарли, как поборол свои страхи, чтобы сделать приятное малышу. Она просто не могла не обращать внимания па такого мужчину.

Эммалин так погрузилась в свои воспоминания, что совсем забыла о том, что смотрит на Райена уже несколько минут. Она слегка вздрогнула, когда Холли неожиданно толкнула ее и усмехнулась, словно прочитав ее мысли.

О, черт! Почему вдруг все уставились на нее?

- Эм, проснись, — сказала Холли, смеясь. - Ты спишь с открытыми глазами или увидела дырку на пиджаке Райена. Кстати, как тебе его пиджак? По-моему, он прекрасно сидит на Райене, а?

Девушка увидела в глазах Райена слабую усмешку.

- Действительно, пиджак очень идет Райену, — сдержанно ответила она.

Холли захихикала.

— Может быть, это потому, что у него ужасно широкие плечи, тебе так не кажется?

Эммалин сглотнула. На ее щеках вспыхнул яркий румянец.

— Я думаю, ты права, — согласилась она. Черт возьми, похоже, Холли доставляет удовольствие смущать ее.

— В этом вся Эммалин, — заключил Крис. - Ну давай, разозлись. Моя Холли вывела тебя из себя. Посмотри на глаза Эммы, Райен. Когда она злится, ее глаза становятся такими выразительными, тебе не кажется?

Терпение Эммалин было на исходе. Она посмотрела на Райена. Его взгляд был таким напряженным, что, казалось, приковывал ее к стулу.

— У Эммы самые удивительные, самые потрясающие глаза, которые мне когда-либо приходилось видеть, — признался Райен.

Это уж слишком. Райена заставили сказать это. Нужно найти в себе силы, чтобы встать и уйти, а иначе этот разговор может привести к самым неожиданным последствиям.

Выдавив самую любезную улыбку, на которую только была способна, Эммалин приняла комплимент.

— Надеюсь, вы извините меня, — начала она, — но завтра мне предстоит переделать кучу дел. Поэтому я хочу сегодня лечь спать пораньше.

— С тобой все в порядке, Эммалин? — озабоченно спросил Гилберт.

— Да, все в полном порядке, — ответила девушка и вышла из столовой. Разумеется, в своей комнате она не сможет избавиться от непристойных мыслей, но, по крайней мере, это лучше, чем оставаться здесь и подвергаться дальнейшим пыткам.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

- Ну раз Эмма ушла, то и мне пора откланяться, — заявила Холли. Она бросила мимолетный взгляд на Райена и обнаружила, что тот не на шутку озабочен.

Вместо того чтобы отправиться к себе в комнату, Холли поспешила к своей помощнице, Дженелл.

- Ну как, готова? — спросила она.

- Я даже не знаю. Мне никогда не приходилось участвовать в подобных инсценировках, — неуверенно пробормотала девушка.

- Но ведь ты любишь Эммалин?

Дженелл улыбнулась.

- А разве можно не любить Эмму?

Как раз в этот момент вошли Гилберт с Крисом.

- Все готово? — спросил Крис. Холли кивнула.

- С Райеном все в порядке? — поинтересовалась она.

- Думаю, что да, — ответил Крис. — Он просто беспокоится о том, что Эммалин так неожиданно ушла.

- Я тоже за нее волнуюсь, — признался Гилберт. — Но в этом есть и положительный момент. Мы сможем застать их с Райеном поодиночке и привести свой план в действие.

Оказавшись в своей комнате, Эмма попыталась расслабиться за чтением очередного исторического романа. Но единственное, о чем она могла думать, — это то, как Райен смотрел на нее, когда говорил Крису, что ее глаза удивительны.

Книга скользнула на пол. Девушка встала, чтобы поднять ее, и услышала голоса, доносившиеся через открытое, окно.

- Я не знаю, что мне сказать Эммалин, Дженелл, — произнес голос Холли.

- Может быть, ничего не следует говорить. Это может расстроить Эмму. Она ведь убеждена, что романтические отношения не для нее.

— Знаю. Но Райен лучший друг Криса, и он влюблен в Эмму. Мне не хочется, чтобы он страдал. Если есть хотя бы один шанс, что она полюбит его...

- Вы ведь знаете, что это невозможно, - мягко возразила Дженелл. - Эмма наверняка уже догадалась, что Райен влюблен в нее. Это же очевидно.

— Итак, ты думаешь, что мне не стоит говорить ей об этом?

— Да. Поверьте, она уже знает. Если вы сообщите ей, то она может испугаться своих собственных чувств и тогда все еще больше усложнится.

На мгновение голоса смолкли, свидетельствуя о том, что Холли размышляет над словами Дженелл.

— Полагаю, ты права. Буду держать это при себе, — наконец согласилась она.

Снова воцарилась тишина. Эмма присела на кровать, прижимая книгу к груди. Райен любит ее? Откуда это известно Холли? Неужели ей сказал Крис?

Она вспомнила взгляд, который бросил на нее Райен, прежде чем она вышла из столовой. Неужели это был взгляд влюбленного мужчины?

Ее сердце забилось с бешеной скоростью, а голова пошла кругом. Неужели Райен питает к ней нежные чувства?

Так сказала Холли. А Дженелл еще подчеркнула, что это заметили все, но... Эмма нахмурилась. Что-то здесь не так.

Райен не принадлежал к числу робких мужчин, которые боятся высказывать свое мнение и проявлять чувства.

Напротив, Райен решителен и дерзок. Если бы он полюбил женщину...

- Он бы сказал ей об этом, — прошептала Эмма.

А если он любит ее, но решил промолчать? Это значит, что он боится своих чувств или, еще хуже, не хочет испытывать их вовсе. Может быть, Райен изо всех сил старается не влюбляться в нее, так же как она бежит от своих чувств к нему?

Эмма легла на кровать. Тяжесть снова сдавила ее сердце. Райен любит ее и страдает от этого.

А она? Может быть, пора признаться самой себе, что она втрескалась в него по уши. Эмма закусила губу, чтобы не расплакаться от боли, которая острой стрелой пронзила ее сердце.

Райен старался сконцентрироваться на работе, но ничего не получалось. Он никак не мог выкинуть Эмму из головы. Она заметно нервничала за ужином, особенно после его комментария по поводу ее прекрасных глаз. Но это не был комплимент, он всего лишь сказал правду.

Райен в сотый раз прокручивал в памяти события сегодняшнего вечера, когда услышал за дверью голоса Криса и Гилберта.

- Говорю тебе, Крис, меня на самом деле беспокоит состояние Эммы, — признался Гилберт. Райен похолодел. — Ты думаешь, Райен знает?

— Что Эмма влюблена в него? Он ничего не говорил. И не скажет. Райен не принадлежит к числу людей, которые любят распространяться о личной жизни.

- А ты сам не заметил ничего необычного? Может быть, он все-таки разделяет ее чувства?

- Прости, Гилберт, но я сомневаюсь. Райен всегда ясно давал понять, что романтика не для него.

— Черт возьми, именно этого я и боялся. Эммалин тоже не верит в романтику. Но это не помешало ей влюбиться в Райена. Надеюсь, он не причинит ей боль.

— Ты хочешь, чтобы я поговорил с ним?

- Нет. Эмма не потерпит вмешательства в свою личную жизнь. Но, может быть, тебе следует намекнуть Райену, чтобы он заинтересовался моей племянницей. Она замечательная девушка. Ему повезет, если он добьется ее расположения.

С каждой секундой голоса Криса и Гилберта становились все менее и менее слышны. Райен провел рукой по подбородку, Гилберт прав. Любой мужчина был бы счастлив, если бы Эмма влюбилась в него.

Но Гилберт прав и в другом. Такие мужчины, как он, способны причинить боль Эмме. Нужно забыть о тех чувствах, которые он к ней испытывает, даже если они очень похожи на любовь. Он не может рисковать се сердцем. Если бы она влюбилась в мужчину, а он предал ее, то она наверняка разочаровалась бы и потеряла веру в любовь.

Гилберт сказал, что Эмма любит его. Но совершенно очевидно, что она бежит от этого чувства. Она не хочет быть влюбленной в него.

- Тогда ты должен уважать ее решение, — прошептал Райен. — Ты не можешь рисковать ее сердцем.

Даже если его собственное сердце будет разрываться от боли.

Удивительно, что можно чувствовать себя такой несчастной, узнав, что в тебя влюблен мужчина, размышляла Эмма несколько дней спустя. Особенно если ты сама без ума от него.

После того как Эмма услышала разговор Холли и Дженелл, она стала избегать Райена еще больше, чем раньше. Но, несмотря на все ее усилия, ей никак не удавалось выкинуть его из головы, и тем более из сердца.

Кроме того, за все это время она узнала другого Райена — чуткого, терпеливого и отзывчивого Однажды она увидела, как Райен, чтобы помочь водителю ее дяди — Бену, залез под капот автомобиля. Проковырявшись там несколько минут, он вылез и как ни в чем не бывало спросил у нее гаечный ключ. Его щека была испачкана моторным маслом, и это делало его дьявольски привлекательным.

- Надеюсь, ничего серьезного? — поинтересовалась она.

Райен пожал плечами.

- Нет, еще пара минут, и все будет в полном порядке. Обожаю возиться с машинами. — Но Эммалин почему-то сомневалась, что дело здесь только в любви к автомобилям. Похоже, Райен заметил, что у пожилого мужчины побаливает спина, и решил прийти ему на выручку.

Сейчас же прекрати! — приказала она себе. Перестань замечать его и занимайся своим делом.

И Эмме действительно было чем заняться. Холли попросила ее слазить на чердак и разобрать старые вещи.

- Мне бы не хотелось, чтобы этим занимался посторонний человек. А если поручить это папе, то ему наверняка станет грустно, — с вздохом пролепетала Холли. — Это станет лишним напоминанием о том, что его малышка уже выросла и совсем скоро выходит замуж.

Эмма с радостью принялась за дело. Ведь это поручение должно было отвлечь ее мысли от Райена.

Она взобралась на пыльный чердак и отыскала коробки с бальными платьями Холли. Вдруг послышались шаги — кто-то поднимался по лестнице.

— Эмма, — окликнул ее Райен.

Ее имя звучало так соблазнительно из его уст.

Эмма уронила коробку, и все содержимое вывалилось на пол.

— О, только не это. — Она опустилась на колени и принялась собирать всякие мелочи.

Райен тут же оказался рядом. Он поднял фотографию с изображением Эммы и Холли. Эмма сидела на большом кресле и держала на коленях ребенка, который был не намного младше ее самой.

— Ты восхитительна, — прошептал он, протягивая ей фотографию. — Видно, что даже в детстве ты обожала детей. Холли повезло, что у нее такая старшая сестра.

- Я люблю Холли, - прошептала она, а потом, словно очнувшись, добавила: — Райен, а что ты здесь делаешь?

— Холли попросила меня помочь тебе.

Эмма напрасно пыталась побороть в себе радость от известия, что ей предстоит провести с ним еще немного времени. Ее сердце ликовало.

— В этом нет необходимости. Я просто разбирала вещи Холли. Я бы давно закончила, но, к сожалению, здесь оказалось очень много коробок.

— И некоторые из них довольно тяжелые, — заметил Райен.

Эмма снова хотела возразить, но, поразмыслив, решила принять помощь Райена.

Работа была в полном разгаре, когда вдруг Райен поставил очередную коробку и, нахмурившись, посмотрел на девушку.

- Что такое? — удивилась она.

- Почему у Холли намного больше вещей, чем у тебя?

Девушка глубоко вздохнула.

- Просто я не слишком сентиментальная. К тому же Холли дочь дяди Гилберта, — ответила она, поняв его намек. Да, были времена, когда она ревновала. Но она смогла справиться с этим.

Райен открыл рот, чтобы что-то добавить, но Эмма не дала ему это сделать. Она наклонилась ближе и положила кончики пальцев ему на губы.

— Дядя Гилберт любит меня, Райен, — произнесла она и только после этого поняла, что ей не стоило прикасаться к нему. Эмма чувствовала, как горят его губы под ее пальцами, и это обезоруживало девушку. Ее сердце билось в сумасшедшем ритме. Напряженный взгляд Райена словно завораживал ее.

Здравый смысл подсказывал Эмме, что нужно бежать от него как можно дальше. Но девушка никак не могла найти в себе сил сделать это.

А потом она почувствовала его руки на своей талии, ощутила твердые мускулы его бедер. Желание нахлынуло на нес, словно безудержная река.

— Я вся пыльная, — с трудом произнесла Эмма.

— Ты прекрасна, — возразил Райен, притянув ее к себе. В следующее мгновение его губы оказались на ее губах.

Руки Эммы скользнули по его плечам. Желание растопило лед ее самозащиты, спалило здравый смысл. Этот поцелуй наполнил все ее существо.

- Райен, — прошептала она ему в губы, когда он слегка отстранился.

- Скажи мне, — приказал он хриплым и слегка грубоватым голосом.

Она посмотрела ему в глаза. Я люблю тебя, звучало у нее в голове, в сердце, но... что. если она ошибалась? Что, если Дженелл и Холли ошибались?

А что, если она повторит судьбу своей матери? Что, если Райен будет относиться к ней как к одной из тех женщин, которые были частью его бизнеса? Разве не так поступил с ней Джон?

Эмма понимала, что ей следует остановиться, но она была так влюблена! Она так многого хотела!

Что же ей нужно было сказать? Или сделать?

Что он делал? О чем думал? — спрашивал себя Райен, когда держал Эмму в своих объятиях, борясь с желанием снова поцеловать ее.

Он изо всех сил старался держаться от нее подальше после того, как услышал разговор Криса и Гилберта. Но когда Холли сказала ему, что Эмме нужна его помощь, что-то похожее на радость наполнило его сердце. Он схватился за возможность снова побыть с ней наедине.

Потом, неожиданно, Эмма прикоснулась к нему. Желание, пронзившее его, было настолько сильным, что он не знал, как с ним справиться. И он поцеловал ее, но в ее глазах увидел растерянность, сомнение, может быть, даже страх.

Страшным усилием воли Райен заставил себя отпустить Эмму. Он видел, что от волнения девушка едва держится на ногах.

- Мне не следовало прикасаться к тебе, - признал он, стараясь не выдавать голосом переполнявшие его чувства. — Поверь, Эмма, я пришел сюда не для того, чтобы пользоваться твоей слабостью. Но, несмотря на то что я безумно хочу тебя, я... Надеюсь, ты простишь меня... Это все? -Он указал на кучу коробок.

Эмма кивнула.

— Да, — прошептала она. — Все.

- Тогда я отнесу это Холли.

Спустившись вниз, девушка даже не заметила наблюдавшего за ней Франклина.

Интересно, губы Эммы на самом деле пылают, а волосы растрепались. И этот растерянный взгляд...

Вскоре появился Райен. Его волосы тоже были растрепаны, а глаза... Безусловно, он очень похож на влюбленного мужчину. И именно это делает его таким несчастным.

— Так это же здорово, — промурлыкал Франклин, прибежав к себе в комнату. Теперь он знал, как причинить боль Райену. Вопрос состоял лишь в том, каким методом следует воспользоваться и когда. Конечно, ему пришлось потратить немного времени, чтобы покопаться в чужом белье и узнать кое-какие подробности. Вместо того чтобы вникать вдела компании, Франклин принялся за изучение Райена и Эммы Карстэрс. Он обыскал комнаты обоих, обнаружив письма Эммы, дневники ее матери... И теперь он мог воспользоваться этими секретами. Нужно просто выждать время. Пока еще слишком рано разыгрывать козырную карту.

Но завтра или послезавтра...

— О, это будет превосходно, — пробормотал толстяк. — Интересно, какой цвет чернил предпочтет Райен?

Неважно. Эммалин, скорее всего, не станет обращать на это внимание.

Ну и веселье ждет его впереди!

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Два дня спустя Эмма сидела у себя в комнате и мечтала о том, чтобы дела с гостиницей наконец-то закончились и Райен уехал. Но в то же время она понимала, что даже с его отъездом ее проблемы не решатся.

— Ты сходишь по нему с ума и поэтому ведешь себя глупо, — вслух размышляла Эмма. — Вспомни, разве не ты прикоснулась к нему первой там, на чердаке? Ну, давай же, сделай что-нибудь. Все что угодно, лишь бы не думать о нем, — приказала она себе.

Какая-то бумажка попалась ей на глаза. Нет, не бумажка, конверт, который кто-то просунул под дверь. Как странно!

Девушка наклонилась и увидела, что на лицевой стороне написано ее имя. Она обратила внимание на размашистый почерк. Мужской почерк.

Она аккуратно вскрыла конверт и развернула листок дрожащими руками.

Дорогая Эммалин,

Боюсь, после того, что произошло на чердаке, ты пребываешь в растерянности. Не желая смущать тебя еще больше, я решил написать тебе это письмо. Речь идет о поцелуе в тот день. С моей стороны было непростительно воспользоваться ситуацией. Ты привлекательная женщина, способная пробудить в мужчине желание. Но, совершив в жизни много глупостей, я понял, как опасно смешивать бизнес с удовольствием. Верю, ты поймешь, что я не могу рисковать будущим своей компании ради того, что в конечном счете обернется лишь приятной интрижкой. Пожалуйста, прими мои извинения, если я перешел черту или ввел тебя в заблуждение. Надеюсь, что ни один из нас нe станет впредь затрагивать эту тему.

Твой Райен.

Эммалин тупо уставилась на листок бумаги. Она была не в силах ни дышать, ни говорить, ни даже пошевелиться. Невыносимая боль пронзила ее сердце, разрывая его на части.

Очевидно, женщинам в семействе Карстэрс на роду написано влюбляться не в тех мужчин. Снова письмо. Снова унижение и боль. А ведь ей так хотелось верить, что Райен лучше... В конце концов он оказался таким же, как все мужчины. А она, дуреха, влюбилась в него до безумия.

Райен разбирался у себя на рабочем столе, когда обнаружил среди бумаг конверт со своим именем. Запах фиалок, запах Эммы вдруг проник к нему в ноздри.

Его наполнила радость. Он схватил письмо, вскрыл конверт и вынул бледно-розовый листок бумаги.

Дорогой Райен,

Я не уверена, что письмо — лучший способ поговорить на эту тему, но я поступаю так, потому что вопрос слишком деликатный. Меня беспокоит, что ты можешь неправильно истолковать произошедшее между нами в тот день.

Ты наверняка уже понял, что я далеко не так опытна, как ты. Однако, как и большинству женщин, мне свойственно любопытство. Я признаю, что меня влекло к тебе, но я бы никогда не позволила себе поддаться искушению. Мы слишком разные. Прости, если я хоть чем-то поощряла твои надежды. На самом деле мне никогда не хотелось, чтобы наши отношения зашли слишком далеко. Надеюсь, что ты с уважением отнесешься к моей просьбе больше не говорить на эту тему.

Искренне твоя, Эммалин.

Райен резко выругался. Неужели для Эммы это всего лишь праздное любопытство? Но почему?

Он знал ответ. За все то время, что они пропели вместе, Райен достаточно хорошо изучил Эмму. И теперь у него не осталось сомнений, что она старается отдалить его всеми возможными способами. А как же иначе? Ведь он постоянно прикасался к ней, хотя прекрасно понимал: это не то, что ей нужно.

- Ну что ж, теперь это сказано просто и ясно, идиот, — снова выругался Райен. Прикоснуться к ней, заговорить с ней об этом — означает причинить ей новые страдания. Несмотря на деловой тон письма, Райен не сомневался, что ей было непросто, а может быть, даже больно написать его.

А сейчас настала его очередь поберечь ее чувства и избавить от унижения говорить ему снова «нет».

- Я не подойду к тебе, Эмма, — пообещал он. Боль с новой силой пронзила его сердце. Наверное, он первый из Бенедиктов, кому разбили сердце. Но какое это имеет значение? Важно лишь то, что он любит Эммалин и никогда ее не получит.

О боже, эти последние несколько дней превратятся для него в настоящую пытку.

Что-то не так, подумала Эммалин, наблюдая за тем, как Франклин вошел в комнату.

- Эмма, дорогая, — помурлыкал он. — Почему у тебя такой грустный вид? Что-то случилось? - В голосе толстяка сквозила озабоченность, а его взгляд устремился на письмо. Что за жуткое выражение было в глазах Франклина?

Перестань сейчас же, приказала себе Эмма. Неужели ты будешь видеть негодяя в каждом мужчине?

— Ничего. У меня просто много дел, — выдавив улыбку, солгала она. Слава богу, с каждым днем ей все лучше и лучше удавалось скрывать свои чувства.

Франклин кивнул.

— Ты не видела моего братца?

- Видела. Он поехал в гостиницу. Если хочешь, я позвоню ему, — любезно предложила она.

Толстяк покачал головой.

— Нет, не надо. Кстати, он был один?

— Да, если не ошибаюсь.

Франклин усмехнулся и пошел прочь.

Эммалин наконец-то позволила себе нахмуриться. Ей не нравился этот мужчина. Что-то в нем напоминало ей о... Она отрицательно покачала головой и опустила взгляд на письмо.

Удивительно, но за короткое время, что она знала Райена, он всегда был таким добрым и заботливым. А для того, чтобы написать это проклятое письмо, нужно быть по меньшей мере жестоким. Поэтому она никак не могла избавиться от впечатления, что письмо написал кто-то другой, а не Райен.

Уставившись на дверь, девушка закусила губу. Так или иначе, это больше не имеет значения. Эти несколько строк заставили ее прийти в себя и напомнили об очень важных вещах.

Пришло время разобраться в ситуации и постараться выкинуть Райена Бенедикта если уж не из сердца, то, по крайней мере, из головы.

Решение пришло само собой. Несколько минут спустя Эмма вошла в библиотеку, где и застала дядю Гилберта. Она знала, что ее решение покажется ему странным, даже непрофессиональным, но она ни за что на свете не собиралась менять его.

- Дядя Гилберт, мне бы не хотелось расстраивать тебя. Я знаю, что еще много всего предстоит сделать, но я... я решила на пару недель уехать из дома и погостить у своей подруги Марси.

Гилберт похолодел. Его рука застыла в воздухе, так и не дотянувшись до стакана с водой.

- Ты хочешь уехать? Сейчас?

Эмма сжала кулаки.

- Позавчера мы с Марси встретились и поняли, что у нас есть незаконченные дела...

Гилберт медленно покачал головой.

- Эммалин... — начал он.

- Прости, — перебила девушка, — но мне нужно уехать. — Она знала, что ее голое звучит напряженно. Все ее чувства лежали почти на поверхности. — Прошу тебя, - повторила она почти шепотом.

В глазах Гилберта застыло беспокойство.

- Что-то случилось, да? Не хочешь мне рассказать?

Девушка отрицательно покачала головой.

- Нет. Мне просто нужно уехать. Прости, что оставляю тебя.

- Нет, это мне нужно просить прощения, - вдруг заявил он. — Боюсь, что это моя вина.

Эмма сощурилась.

- Что ты имеешь в виду? При чем здесь ты?

Он пожал плечами.

- Я заметил, что за последние пару дней отношения между тобой и Райеном стали напряженными. Мне не следовало пытаться свести вас вместе.

— О чем ты говоришь, дядя Гилберт? Ты не... - И тут она вспомнила его просьбу о том, чтобы они вместе с Райеном помогли организовать вечеринку для Холли и Криса, а потом совместную поездку в отель «Ватерфол» и еще много всего... Как же она раньше не догадалась?! Девушка прижала руку к груди и с трудом сглотнула. — Все это время? — спросила она.

Он кивнул.

- Я не понимал тебя все эти годы, поэтому мне не стоило пытаться и на этот раз. Я просто... - Он протянул руку. — На этот раз мне просто хотелось помочь тебе обрести счастье.

Эммалин едва не задохнулась. У нее голова шла кругом, а сознание словно заволокло туманом.

- А Райен знает, что вы включили в план и его?

Гилберт отрицательно покачал головой.

- Разумеется, нет. Обещаю, он никогда не узнает. Поверь, у меня были благие намерения. Мне не хотелось, чтобы ты чувствовала себя одинокой. Эмма...

Она поднесла руки к пылающим щекам.

- Не надо. Прошу тебя, не надо больше ничего говорить. — Уходя, она бросила на него прощальный взгляд. В ее глазах стояли слезы. — Я всегда любила тебя. Мне и в голову не могло прийти, что ты поставишь меня в столь унизительное положение.

Плечи Гилберта содрогнулись. Он вдруг словно постарел лет на десять.

— Мне очень жаль, — с надрывом произнес он.

— Мне тоже. — Ее голос звучал необыкновенно резко. Она вышла из комнаты, стараясь держать спину прямо, а голову высоко поднятой.

Эмма бросилась к себе в комнату. Кровь стучала у нее в висках, заглушая все звуки. Но на рыданья не было времени. Через пятнадцать минут она уже садилась в такси, которое увозило ее подальше от особняка Мессмеров, единственного дома, который у нее был.

Райен пробыл в гостинице не долго. Первый раз в жизни он не мог работать. Его мысли постоянно возвращались к Эмме. Впервые в жизни он испытывал столь сильное чувство и страдал оттого, что она не может ответить на его любовь.

Черт возьми, он ведь постоянно твердил себе, что между ними ничего не может быть. Так почему же ему так больно?

Потому что в глубине души ты надеялся, что окажешься не прав, идиот, горько усмехнулся он. Это проклятое письмо застало тебя врасплох. Однако кто бы мог подумать, что Эмма предпочтет изложить все в письменной форме вместо того, чтобы высказать свое мнение ему в лицо?!

— Но она поступила именно так, поэтому тебе придется принять это, — пробормотал он, входя в дом.

Из библиотеки доносились голоса. Громкие голоса.

— Что? Не может быть! Даже не попрощавшись? — громко возмущалась Холли.

— Ш-ш, милая, твой отец пытается объяснить, — прервал Крис, стараясь сохранять спокойствие.

Сердце Райена мощными толчками ударяло ему в грудь. Они говорили об Эмме. Что-то произошло.

Он без стука вошел в библиотеку и пристально посмотрел на Гилберта.

— Где она? — резко спросил он.

— Сказала, что поедет к своей подруге, Марси. Думаю, тебе не следует искать ее.

— Но все это произошло из-за меня.

Взгляд Гилберта потемнел.

— Что ты сделал?

— Я поцеловал ее. И очевидно, ей это не понравилось. Она написала мне письмо, в котором попросила держаться от нее подальше. — Его рука полезла в карман.

- Этого не может быть, — воскликнула Холли. — Эмма ненавидит письма. Ее отец написал короткую записку, когда бросил ее мать. Точно так же поступил мужчина, за которого она надеялась выйти замуж. Я уверена, что если Эмма хотела тебе что-то сказать, ты бы услышал это из ее собственных уст.

Райен закрыл глаза. Лучик надежды закрадывался в его душу, согревая ее.

- Тем не менее я получил письмо, — настаивал он, протянув Холли листок сложенной бумаги.

Холли развернула его и пробежала глазами, а потом состроила презрительную гримасу.

- Эмма не ставит такие жирные точки над буквой «i» с тех пор, как ей исполнилось пятнадцать. Почерк, конечно же, очень похож. Но она писала так, когда была подростком. Неужели ты и правда поверил, что Эмма могла написать такое?

Когда Райен читал письмо, у него не было в этом сомнений, ведь от него исходил аромат фиалок. Но слова Холли заставили его задуматься.

- Кто же мог причинить ей такую боль? - спросил Гилберт.

- Я знаю только одного человека, способного на это, — спокойно ответил Райен. — Не беспокойся, Гилберт, я сам разберусь с ним. А потом привезу Эмму домой, если ты дашь мне адрес Марси.

- Я поищу, — пообещала Холли. — И поторопись. Мне не хочется, чтобы она долго оставалась наедине со своими страданиями.

Но Райен даже не дослушал. Его ждали более важные дела.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Райен с силой распахнул дверь в комнату Франклина. Толстяк поднял на него испуганный взгляд.

— Ну и ну, братец, похоже, у тебя ко мне серьезное дело?

- Верно, — ответил Райен, медленно приближаясь к сводному брату. — Мне бы хотелось кое-что узнать, прежде чем я вытрясу из тебя душу.

Франклин тут же вскочил на ноги и подлетел к двери. Райен схватил его за рубашку и отбросил к ближайшей стенке.

- Почему ты меня так ненавидишь, сводный братец? — спросил Райен сквозь зубы.

Франклин нервно сглотнул.

- Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

- Отлично. Мы поступим иначе. Я окончу допрос и просто сделаю то, что мне ужасно хочется сделать: изобью тебя.

- Нет! — Толстяк поднял обе руки, и Райен выпустил его. На самом деле он вряд ли смог бы ударить сводного брата.

- Ты написал письмо и заставил думать, что оно от Эммы, — бросил он обвинение.

Франклин не стал отрицать очевидное. Он даже посмел ухмыльнуться.

- И ты клюнул. Как, впрочем, и она.

- Что ты сказал? — Райен снова стиснул в кулаке рубашку Франклина.

- Я сказал, что написал письмо и Эмме. Она поверила каждому слову и теперь ненавидит тебя. Конечно, ей больно, и все это из-за тебя.

До Райена начинал доходить смысл его слов. Райен не стал спрашивать, о чем говорилось в письме. Наверняка Франклин приложил максимум усилий, чтобы очернить его в глазах Эммы. И судя по всему, ему это удалось.

- Какой же ты подлец! — процедил Райен сквозь зубы, припирая Франклина к стене.

- Отлично. Раз ты так говоришь, значит, мне удалось уязвить тебя. Наконец-то. - Толстяк ухмыльнулся, не сводя глаз с Райена. - Не всегда же тебе быть баловнем судьбы.

- Я старался стать тебе другом, когда ты переехал к нам, — напомнил Райен.

- Ты бросал мне лишь жалкие подачки. По сути дела, у меня никогда ничего не было.

- У тебя было все, что ты хотел. Мы все ждали, что ты выучишься и начнешь работать, а ты так и не оправдал наших надежд.

- А с какой стати? Твой отец получил мою мать. Она любила его, а обо мне и думать забыла. Кроме того, у него были деньги, а потом эти деньги перешли к тебе. Что же осталось мне?

Райен уставился на эгоистичного мужчину, у которого не было ни чести, ни уважения к жизни. В армии его приучили давать отпор тому, кто причиняет ему боль, кто нападает на него с оружием. Но его не учили иметь дело с людьми, которые используют в качестве оружия хитрость и жестокость.

- По крайней мере, честь и преданность. Ты мог бы стать, кем хотел, — парировал Райен. — Я протянул тебе руку, когда ты переехал к нам, а ты отвернулся. Я всегда старался быть тебе братом. Я любил тебя как члена собственной семьи, и теперь мне больно видеть, что ты стал таким негодяем. Ты можешь презирать меня сколько угодно, но предупреждаю: если ты еще раз подойдешь ко мне или к Эмме, я разорву тебя на части, понял?

Он отшвырнул Франклина и направился к двери.

- Слишком поздно, — крикнул толстяк ему вслед. — Она ненавидит тебя. Я наговорил ей о тебе всяких гадостей, и она поверила. Теперь, в глазах Эммы, ты просто мерзавец, который ей совсем не нужен.

Острая боль, словно стрела, пронзила сердце Райена.

Эмма уставилась на телефон. Странно, но ей казалось, что аппарат почти умоляет о том, чтобы им воспользовались. Не выдержав, она схватила трубку и стала крутить диск.

- Вилл Стрэтфорд у телефона, — раздался голос на другом конце провода.

Эмма затаила дыхание.

— Профессор Стрэтфорд, — произнесла она дрожащим голосом.

— Эмма, что у тебя с голосом? Что-то случилось?

Она закрыла глаза.

— Я просто... хотела сообщить вам, что сегодня не приду на занятие.

— Все дело в твоем молодом человеке, верно?

Девушка отрицательно покачала головой, но потом поняла, что собеседник не видит ее.

— Он не мой молодой человек, — резко заявила Эмма. — И не хочет им стать.

— Ну, тогда он невероятно глуп.

Несмотря на переполнявшую обиду, Эмма бросилась на защиту Райена.

— Нет, нет, он не такой. Райен просто не хочет заводить семью. По крайней мере, он написал это в своем письме.

— А значит, он не может вслух высказать снос мнение. Подумать только, отправляет ПИСЬМО, живя с тобой под одной крышей.

При других обстоятельствах она рассмеялась бы. Но не на этот раз.

- Точнее он подсунул его под дверь.

- Как школьник?

Эммалин сощурилась.

- Райен совсем не похож на школьника. Он образованный, умный, заботливый и нежный.

- Так значит, ты любишь его?

- Нет!

- Эмма, — не унимался профессор Вилл, — не отказывайся от своих чувств.

- Я не люблю его. По крайней мере... я не хочу этого. Поэтому и сделала все возможное, чтобы забыть о его существовании. Старалась держаться от него подальше, но вместо того, чтобы разлюбить, я...

- Ты полюбила его еще больше, — закончил за нее профессор Вилл. — Может быть, тебе больше не следует убегать. Ларошфуко сказал: «Разлука гасит маленькую любовь и усиливает большую, словно ветер раздувает свечку и превращает ее в пожар». Может быть, этот мужчина и есть любовь всей твоей жизни и, как бы ты ни старалась, тебе не убежать от нее. Так будь же смелой, Эммалин.

- А это поможет?

- Точно не знаю, но думаю, что именно так и нужно поступать. Ты никогда не принадлежала к числу женщин, привыкших спасаться бегством, и всегда смотрела в лицо проблемам. По крайней мере, если ты посмотришь в лицо своим чувствам, то, возможно, тебе удастся вновь обрести контроль над собственной жизнью. Понимаешь?

- Вы думаете, я веду себя как трусиха?

- Вовсе нет. Мне вполне понятны твои страхи. Но мне кажется, что ты почувствуешь себя лучше, если предпримешь попытку изменить что-то. Кто-то сказал однажды: «Наши судьбы не в руках Господа бога, а в наших собственных».

— Шекспир, — спокойно сообщила Эмма.

— Конечно же. Он был очень мудрым человеком.

- Как и вы, профессор Вилл. Может быть, вы правы. Спасибо. Я вам стольким обязана.

— Ничем ты мне не обязана. Ты просто выслушала болтовню старого человека. А теперь иди и постарайся найти собственное счастье.

Хорошо, подумала Эмма, вешая трубку. Если она не найдет счастья, то, по крайней мере, может быть, ей удастся обрести хоть чуточку покоя.

Подумать только, профессору тоже показалось странным, что Райен подсунул письмо под дверь.

Однако сейчас это не имеет значения. Эмма приняла решение. Она больше не будет вести себя как напуганная жертва, а постарается разобраться в сложившейся ситуации.

Девушка не могла дождаться, когда снова окажется дома и поговорит с Райеном.

Скорее, скорее, скорее — звучало в голове Эммы, хотя она и так уже ехала на максимальной скорости.

Она не знала, что именно скажет. Наверно, просто выложит все как есть, и будь ч.....

Нажав на педаль газа, Эмма прибавили скорость. Она почти миновала перекресток, когда услышала, как кто-то прокричал ее имя.

- Райен. - Ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. Она свернула на обочину. — Райен, — повторила она, выскакивая из машины. Она побежала к перекрестку. Он бежал ей навстречу. -Райен, я...

- Эмма. — Он схватил ее и крепко прижал к себе. — Эмма, не надо, не плачь. — Он вытер большим пальцем слезу, которая катилась по ее щеке, и только тогда девушка поняла, что слезы ручьем текут у нее из глаз.

Она слегка отстранилась, чтобы посмотреть в его темно-голубые глаза.

- Райен, я получила письмо...

- Это не я написал его. Ты тоже не писала мне никакого письма.

Эмма похолодела.

- Кто-то дал тебе письмо и сказал, что оно от меня?

Он взял в ладони ее лицо.

- Не кто-то, а Франклин. Мой сводный брат.

- Но почему?

- Потому что он ненавидит меня. И не хочет, чтобы мы были вместе.

Райен сначала очень пристально посмотрел на нее, а потом поцеловал в губы. Его поцелуй был нежным, неспешным. Его горячие губы медлили, прильнув к ее губам, словно впереди у них была целая вечность.

- О чем... о чем говорилось в письме? — прошептала она.

— В нем говорилось, что я тебе никогда не был нужен, что ты меня никогда не полюбишь.

Эмма уставилась на Райена, лишившись дара речи.

— В глубине души я и сам так думал. Но читать эти слова, в то время как я думал, что они написаны тобой, было невыносимо больно.

Неужели ее отказ на самом деле мог причинить Райену боль? Что это значит?

— Ты нужен мне, — прошептала она, собравшись с духом.

Его словно током ударило. Он отступил назад, чтобы посмотреть в ее глаза.

— Посмотри на меня, Эмма, и повтори то, что ты только что сказала.

— Ты нужен мне, — повторила она. — Франклин ошибся.

Он не сводил с нее пристального взгляда.

- Ты тоже получила письмо. Что в нем было написано?

- Что ты скоро забудешь меня.

- Только не в этой жизни, Эмма. Я люблю тебя. Ты должна знать это. Я понял это со дня нашей первой встречи. Меня поразили твоя рассудительность, одержимость и нежная забота о людях, которых ты любишь. Ну разве можно не влюбиться в такое сокровище?

Она молча смотрела на него.

- Мое признание в любви шокировало тебя? Наверное, я... я вконец запутал тебя?

У нее на душе вдруг стало легко и радостно. Она улыбнулась, глядя ему в глаза.

- Вовсе нет. Ведь я тоже безумно люблю тебя.

Райен с облегчением выдохнул, а потом схватил девушку на руки и закружил.

- Райен! — прокричала она.

- Что, испугалась? — остановился он.

- Нет. Просто у меня нет возможности поцеловать тебя, — прошептала она, дотягиваясь до его губ.

- Похоже, мы устроили настоящее представление, — заметил Райен, с трудом отрываясь от нее.

Эмма огляделась и обнаружила, что вокруг начала собираться толпа. Люди улыбались, глядя па них.

— Кто бы мог подумать, что я буду вести себя так безрассудно. По-моему, нам действительно лучше поехать домой, пока кто-нибудь не попал из-за нас в аварию.

Райен взял ее за руку, и Эмма подняла на него взгляд.

- Мне нужно сказать тебе кое-что... Это касается дяди Гилберта, Ты знаешь, что его любимая пьеса «Много шума из ничего»?

Он улыбнулся и чмокнул ее в кончик носа.

- Я знаю о его планах касательно сватовства. И благодарен ему за это. Мы назовем в честь него нашего первенца.

— Райен?

— Мне хочется иметь детей, — признался он. — Много детей. Ты изменила мою жизнь. И теперь я хочу всегда быть рядом с тобой.

- Ты уверен? — дрожащим голосом спросила она.

- На все сто, — заявил Райен, еще крепче сжимая ее в объятиях. — А теперь пойдем домой и скажем Гилберту, что он гений и его план сработал. Я нашел женщину своей мечты.

Она игриво посмотрела на него.

- Франклин сказал, что у тебя было много женщин.

- Франклин самый большой лжец на свете. Я не говорил ни одной другой женщине, что люблю ее. Ты для меня единственная.

- Профессор Вилл одобрит это. Ты ему нравишься. Он посоветовал мне разыскать тебя и рассказать о своих чувствах.

- Отлично. Он станет свидетелем на нашей свадьбе. И мы назовем в честь него нашего второго сына.

- Сколько же детей ты хочешь? Он снова поцеловал ее.

- Пока точно не знаю. Нам вместе предстоит серьезно обдумать этот вопрос.

- Вместе? Какая замечательная идея, — промурлыкала Эмма.

ЭПИЛОГ

Церемония прошла прекрасно, подумала Эмма. По крайней мере, так сказал профессор Вилл. Она не видела ничего, кроме глаз Райена. О чем еще может мечтать женщина, кроме как стоять и смотреть в глаза мужчине, которого безумно любит и который любит ее ничуть не меньше?

— Эмма, тебя ищет дядя, — сказал Райен, еще крепче прижимая ее к себе.

- Боже, от твоих поцелуев у меня кружится голова, — призналась она.

Он с любовью посмотрел на нее.

- Как только я отпускаю тебя, мне тут же хочется поцеловать тебя снова. Должно быть, это шокирует тебя?

Эммалин рассмеялась.

- Возможно. Но сейчас это не имеет значения. Шокируй меня снова, мистер Бенедикт! - приказала она, подставляя ему свои губы.

Он, не раздумывая, накрыл их своими губами.

- У тебя удивительные губы, — признался он.

У нее за спиной раздался кашель.

- Боюсь, что придется попросить вас остановиться, хотя бы на несколько минут. У меня для вас небольшой подарок.

Эмма улыбнулась, когда Гилберт протянул ей сверток.

- Возможно, тебе не понравится, но...

Она развязала голубой бант и принялась распаковывать сверток. В нем оказалась книга.

- Я знаю, что она не новая... — начал Гилберт.

- «Много шума из ничего», — прошептала Эмма.

- Это наша книга, - добавил Райен слегка хрипловатым голосом. — Именно с нее все началось.

— Мне кажется, у вас было правильное начало. Я видел, как ты поцеловал Эмму в тот день. Это натолкнуло меня на мысль соединить вас.

— Ты был единственным, кто поверил, что у нас есть будущее, — сказала Эмма, поднимая на дядю влажные от слез глаза. — Спасибо, дядя Гилберт. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю.

Гилберт сощурился,

— Я тоже тебя люблю. И всегда любил. Надеюсь... ты больше на меня не злишься?

— Злиться? Ты ведь подарил мне Райена, — с нежностью ответила Эмма и обняла дядю. - Райен, тебе не кажется, что нужно попросить дядю Гилберта помочь нам спланировать дальнейшие шаги?

Гилберт улыбнулся.

— Ну, у меня есть полное собрание сочинений Шекспира. Может быть, я смогу помочь вам с именами для ваших детишек. Джульетта, например, очень милое имя.

— Мм, дядя Гилберт, у нас пока еще нет детей, — напомнила Эмма.

— Так чего же вы ждете? — удивился Гилберт. - Неужели мне и здесь нужно помогать?

— Нет, Гилберт, с этого момента я беру все в свои руки, — заявил Райен, улыбаясь.

Он поднял Эмму на руки и направился к лестнице.

— Думаю, ты двигаешься в правильном направлении, — прошептала девушка. — Не могу дождаться следующей части.

— Она будет драматичной и романтичной одновременно, а еще забавной... и абсолютно невероятной, любовь моя, — пообещал Райен.

И он сдержал свое обещание.

Content

Маккензи Мирна Страсти по Шекспиру