Авиация и космонавтика 2014 10

Авиация и Космонавтика Вчера, сегодня, завтра

Октябрь 2014 г.

Научно-популярный журнал

Дмитрий Пичугин

Посадка на шоссе.

4 сентября 2014 г. в рамках специального учения по материально- техническому обеспечению войск в Восточном военном округе впервые в истории российских ВВС штурмовик Су-25 приземлился на участок автомобильной трассы. Посадку на 622-м км Федеральной дороги М-60 «Уссури» произвел командир 18-го штурмового авиационного полка, базирующегося в Черниговке (Приморский край), полковника. Зарипов.

Перед началом учения большая работа была проведена силами МТО и службами авиационного полка. На участке автотрассы заранее были организованы стоянка средств аэродромно-технического обеспечения и средств наземного обеспечения полетов, места для размещения личного состава, полевой пункт питания, фильтровальная станция, полевой медицинский и помывочный пункты, склад ГСМ и подвижная автомобильная ремонтная мастерская.

По легенде учения полк был выведен из под удара с аэродрома Черниговка, который впоследствии был выведен из строя авиацией противника. В связи с этим было принято решение сажать штурмовики на специально подготовленный участок автомобильной дороги. К месту проведения посадки отправилась авиационная комендатура в составе сводной автомобильной колонны с целью подготовки к приему и обеспечению самолетов. Во время работы комендатуры поступила информация о группе диверсантов, выдвигающейся в район размещения аэродромного участка. Через оперативного дежурного 18-го ШАП для уничтожения противника была вызвана тактическая группа, прибывшая на место на 4 вертолетах Ми-8. После десантирования группа сразу же вступила в бой. После уничтожения противника над автотрассой появилась четверка Су-25 и после прохода поочередно зашла на посадку. Первые три самолета коснулись ВПП и снова взмыли в небо, а четвертый произвел посадку. Во время руления и обслуживания севшего самолета прикрытие с воздуха обеспечивали штурмовик Су-25 и пара вертолетов Ка-52 3-го Командования ВВС и ПВО Восточного военного округа. После посадки полковник А. Зарипов доложил о выполнении поставленной задачи руководителю учения – заместителю министра обороны РФ генералу армии Д. Булгакову.

После технического обслуживания и заправки на самолет были подвешены две управляемые ракеты класса «воздух-воздух» после чего был произведен вылет.

Сейчас авиационные части фронтовой авиации успешно осваивают ведение боевых действий с использованием автострад, а также посадку на аэродромные участки дороги. Это существенно расширяет возможности авиации, в том числе по практической дальности полета.

Автор выражает благодарность начальнику пресс-службы Восточного военного округа полковнику А.Ю. Гордееву.

Е.С. Черников

Пассажирские и транспортные самолеты ОКБ С. В. Ильюшина

Увидевшие небо и оставшиеся в чертежах

К 120-летию со дня рождения С. В. Ильюшина

К концу 1920-х гг. на Западе получила широкое развитие гражданская авиация, щедро финансируемая правительствами ведущих стран. Повсюду открывались новые воздушные линии, на которых использовались специально предназначенные для гражданских перевозок самолеты. Быстро возраставший пассажиропоток заставлял конструкторов постоянно совершенствовать конструкции своих машин и увеличивать их энерговооруженность за счет увеличения количества двигателей. Это позволяло обеспечивать более высокую степень надежности и предоставлять пассажирам больший комфорт. В результате в 1929 г. услугами воздушного транспорта за рубежом воспользовалось 434 тысячи пассажиров. Совершенно иная картина сложилась в СССР. Гражданская война и последовавшая за ней разруха задержали развитие авиации. Первая регулярная пассажирская авиалиния между Москвой и Нижним Новгородом заработала только в 1923 г., а воздушными путешественниками к 1929 г. могли себя считать только 28 тысяч человек. Тем не менее, появлявшиеся новые пассажирские машины Н.Н. Поликарпова, А.А. Семенова, К.А. Калинина и А.Н. Туполева не хуже западных образцов предоставляли пассажирам возможность в полной мере насладиться комфортом воздушного полета.

По планам первой пятилетки, призванной на базе индустриализации страны перевооружить и реорганизовать все сферы народного хозяйства, авиационной промышленности предстояло полностью обеспечить потребности воздушного флота в самолетах и моторах, способных успешно конкурировать с техникой наших вероятных противников. Для решения этой ответственной задачи еще весной 1926 г. принимается решение о необходимости объединения всех существующих в стране разрозненных конструкторских групп в единый центр, связав их общей тематикой. Состав созданного в Авиатресте Центрального конструкторского бюро (ЦКБ) после ряда структурных и организационных перемещений состоял из отдела опытного сухопутного самолетостроения (ОПО-1) во главе с Н.Н. Поликарповым, отдела опытного моторостроения (ОПО-2) под руководством А.Д. Швецова и отдела опытного морского самолетостроения (ОПО-3), возглавляемого Д.П. Григоровичем, Успешно начатые в этих отделах работы по созданию новейших истребителей и морских самолетов были в конце 1920-х гг. не менее «успешно» прерваны начавшейся первой волной репрессий в авиапроме.

В результате продолжавшегося в стране под давлением военных процесса концентрации инженерно-конструкторских и научных кадров в 1931 г. на базе Глававиапрома были объединены коллективы ЦАГИ, ЦКБ и недавно созданного Центрального института авиационного моторостроения (ЦИАМ). Заместителем начальника ЦАГИ и начальником ЦКБ был назначен С.В. Ильюшин, направленный из ВВС на работу в промышленность. Непродуманность подобного объединения и поспешность его осуществления быстро выявили недееспособность созданного новообразования и уже через год привели к необходимости новой реорганизации. 13 января 1933 г. недавно назначенный руководителем ГУ авиапрома П.И. Баранов, признав ранее допущенную ошибку, подписал приказ о выделении ЦКБ в самостоятельную единицу. Этим же приказом начальником нового конструкторского бюро назначался С.В. Ильюшин. Перед коллективом ставилась задача организовать в системе завода №39 замкнутый цикл опытного самолетостроения по легким машинам. Основу вновь созданной организации составили пришедшие из ЦАГИ опытные конструкторы, среди которых были и уже выпущенные из заключения высококвалифицированные специалисты, в том числе Н.Н. Поликарпов, Д.П. Григорович и другие.

Основной и важнейшей задачей закончившейся в 1932 г. первой пятилетки являлось укрепление обороноспособности страны в условиях ограниченных производственных возможностей авиационной промышленности. Это позволило Главному управлению военно-воздушных сил страны в течение последних нескольких лет оставаться основным заказчиком и потребителем ее продукции. Достаточно напомнить, что за прошедшее пятилетие из 6125 выпущенных промышленностью самолетов только 481 летательный аппарат предназначался для использования в гражданской авиации, что составляло всего 7,8%. Новый план развития гражданского воздушного флота (ГВФ) во второй пятилетке (1933-1937 гг.) уже предусматривал дальнейшую реконструкцию его организационной структуры, создание собственных научной и производственно-ремонтной баз и ряда учебных заведений для подготовки квалифицированных кадров. Планировалось осуществлять более глубокое изучение новой авиационной техники для успешного освоения эксплуатации в ГВФ военных типов самолетов ввиду необходимости содержания резервов самолетного парка ВВС в мирное время. Наряду с повышением эффективности транспортной авиации предполагалось и дальнейшее развитие авиации специального назначения. Перечисленные задачи определили основные направления предстоящего совершенствования гражданской авиации, одним из которых стало расширение существующей сети магистральных воздушных линий до 100000 км.

Одновременно планировалось значительно увеличить до 40000 км общую протяженность местных воздушных линий, развитие которых намечалось осуществить за счет создания, так называемой,"исполкомовской" и санитарной авиации при одновременном дальнейшем совершенствовании местных почтово-пассажирских перевозок. Все эти мероприятия требовали существенного изменения имеющегося самолетного парка не только в количественном, но и в качественном отношении. Тактико-технические требования (ТТТ), разрабатываемые для вновь выпускаемых самолетов гражданской авиации, уже должны были учитывать все особенности их эксплуатации. Однако эти требования,наряду с аналогичными документами для боевых машин, пока еще рождались в первой секции Научно- технического комитета ВВС при непосредственном участии ее руководителя С.В. Ильюшина. "Ему приходилось составлять требования к самолетам, а их проектированием и постройкой в соответствии с этими требованиями занимались конструктора. Но все эти годы Ильюшин мечтал сам конструировать самолеты. Годы работы в НТК ВВС не прошли даром для будущего авиаконструктора, Он приобрел новые теоретические знания, значительно расширил свой инженерный кругозор, изучил конструктивные особенности зарубежных самолетов различных типов", – таким вспоминал С.В. Ильюшина его коллега по службе в ВВС генерал-полковник А.Н. Пономарев.

Служба в военно-воздушных силах позволила С.В. Ильюшину приобрести опыт работы с коллективом и досконально изучить существующие в нем особенности внутренних взаимоотношений. Оказавшись на руководящих должностях в авиационной промышленности, он на базе ЦКБ организует группу конструкторов из семи человек, нацелив своих сотрудников на решение одной поставленной задачи – создать в дальнейшем сплоченный творческий коллектив единомышленников для проектирования собственных летательных аппаратов. Но, как известно, от мечты проектировать самолеты до ее практического воплощения лежит дистанция огромного размера, и основной причиной этого являлось полное отсутствие опыта самостоятельных разработок в области самолетостроения. Понимая это, С.В. Ильюшин активно участвует в работах отделов ЦКБ, возглавляемых опытными высококвалифицированными инженерами Н.Н. Поликарповым, В.А. Чижевским, С-А. Кочеригиным, Г.М. Бериевым и другими, осуществляющими разработку и проектирование новых образцов летательных аппаратов. Вместе с В.А. Чижевским он принимает участие в создании сверхвысотного самолета, предлагая свой собственный проект. Эта работа в конце апреля 1933 г. следующим образом была отмечена в постановлении СТО;"Придавая большое военное и научное значение вопросу полета в стратосферу, признать работы, ведущиеся в ЦКБ завода №39 по высотным самолетам, особо важными". Проект боевого самолета выходит за рамки темы данной статьи, поэтому мы остановимся на другой совместной работе С.В. Ильюшина.

Летом того же года совместно с Н.Н. Поликарповым был разработан проект пассажирского самолета местных воздушных линий ЦКБ-6 с мотором М-49 мощностью 300 л.с. Расчетная максимальная скорость на высоте 1000 м составляла 240 км/ч (крейсерская – 190 км/ч), практический потолок равнялся 4300 м, а дальность полета приближалась к 600 км. Стоит привести несколько выдержек из объяснительной записки к эскизному проекту, подписанной Н.Н. Поликарповым и С.В. Ильюшиным, дающими представление о взглядах того времени на проектирование пассажирских машин (текст и знаки препинания даны по оригиналу).

Компоновочная схема проектируемого самолета ЦКБ-6

"Самолет проектируется под 4-е пассажирских места, под пилота и кроме того дается еще одно приставное сиденье для шестого человека, расположенное рядом с пилотом. Для возможного багажа пассажиров в центроплане устроен специальный багажник, открывающийся в кабину пассажиров. Кабина пассажиров выбрана такого размера, каковой допускает комфортабельное размещение пассажиров в течение 4-5 часов непрерывного полета. Для удобства входа и выхода пассажиров из кабины особенно в случае аварии, или при необходимости выбрасывания экипажа и пассажиров на парашютах, нами в кабине предусмотрено две двери с разных сторон фюзеляжа, передняя для пилота и двух передних пассажиров, задняя для двух задних пассажиров. Подобное расположение гарантирует удобный вход и выход из кабины. Как самолет местных сообщений ЦКБ-6, естественно, должен быть самолетом дешевым и простым в эксплуатации. С этой точки зрения он делается целиком из дерева. Мы полагаем, что такой выбор материала, вместе с дешевизною его, обеспечивает простоту и дешевизну производства, а в конечном счете дешевый самолет". ЦКБ-6 был включен в план опытного строительства самолетов на 1934 г., но его дальнейшую судьбу выяснить не удалось.

В 1934 г. конструкторская группа №3 С.В. Ильюшина приступила к выполнению предварительных расчетов и схем нового самолета – ближнего бомбардировщика ББ-2, известного в дальнейшем как экспериментальный самолет ЦКБ-26, а на заключительном этапе своей биографии уэре как дальний бомбардировщик ДБ-3. При разработке проекта военного самолета ББ-2 конструкторам пришлось учитывать требования Положения УНИИ ВВС "О государственных испытаниях опытных самолетов", в котором указывалось, что всемерное развитие и поощрение конструирования новых образцов военных и гражданских самолетов, вместе с тем, не должно приводить к увеличению минимального количества их типов, одновременно находящихся в серийном производстве. Для этого при проектировании каждого военного или гражданского летательного аппарата предлагалось одновременно руководствоваться требованиями УВВС и ГУ ГВФ к самолетам одного из основных видов авиации, установленных РВС Союза ССР, что позволяло максимально унифицировать их конструкции. Уже разработанный проект ближнего бомбардировщика давал возможность предложить на его базе пассажирский самолет.

В 1935 г. С.В. Ильюшин направил в УВВС и ГУАП эскизный проект пассажирского варианта самолета ББ-2 и объяснительную записку к нему, в которой он писал: "Компоновка и конструкция военного самолета ББ-2 задумана так, чтобы без переделок самолет мог быть переоборудован (а не перестроен) из военного варианта в пассажирский. Вся конструкция самолета при переходе из военного варианта в гражданский и наоборот, из гражданского в военный, остается неизменной. Таким образом, производственный процесс остается для обоих вариантов идентичным". Документ включал в себя и краткое техническое описание машины ББ-2, на базе которой предлагался вышеуказанный эскизный проект. Он предусматривал установку двух двигателей Гном-Рон К-14 мощностью 725 л.с. или Райт-Циклон F-3 с мощностью 625 л.с.

Максимальная расчетная скорость с двигателем Гном-Рон на высоте 4000 м достигала 385-410 км/ч, а с двигателем Райт-Циклон на высоте 3000 м – 350-375 км/ч. Практический потолок полета самолета определялся в 8000 м. На пассажирском варианте самолета предполагалось перевозить 12 человек на дальность 850 км. Экипаж из двух человек включал в себя пилота и штурмана, сидящего в пассажирской кабине. Однако вызывает вопросы отсутствие в имеющихся документах каких либо упоминаний о предоставляемом пассажирам комфорте. Нет данных о конструкции используемых кресел, ширине прохода между ними и информации о наличии внутренней отделки пассажирской кабины.

ЦКБ-6

ББ-2 (пассажирский вариант)

При рассмотрении имеющегося оригинала компоновочной схемы этой машины видно, что нарисованные кресла с боковыми подлокотниками вряд ли могли быть установлены внутри кабины из-за слишком малых ее габаритов, ведь наружные размеры ее эллипсовидного сечения составляли всего 1200x1750 мм. Проходящий сквозь фюзеляж задний лонжерон крыла перекрывал проход к двум передним рядам пассажирских мест, отрезая их от входной двери перегородкой; вызывает сомнение предлагаемая схема входа и выхода пассажиров в двухместной кабине передней части фюзеляжа, которые предполагались снизу через люк в полу, расположенный прямо под креслами. Все это дает основание предположить, что этот проект был для группы С.В. Ильюшина формальным поводом выполнить требование вышеупомянутого Положения УНИИ ВВС, в то время как основные усилия и внимание коллектива были направлены на создание боевого бомбардировщика.

В дальнейшем этот проект все же был частично реализован, хотя и в несколько другом варианте исполнения. В самом конце 1937 г. на заводе №39 было заказано несколько самолетов ДБ-3 в транспортно-грузовом варианте для дальних перелетов, которые предназначались для доставки военных советников, необходимого оборудования и запасных частей для советских истребителей и бомбардировщиков, переданных Китаю для отражения развязанной там в 1937 г. японской агрессии.

Только в 1939 г. на линиях гражданской авиации СССР стали появляться новые пассажирские самолеты ПС-84, выпуск которых был освоен после покупки лицензии на производство американского транспортного самолета Дуглас DC-3, разработанного еще в 1935 г. Его экономическая эффективность почти в два раза превосходила аналогичный показатель у советских пассажирских машин предвоенного периода. Однако сложная международная обстановка и начавшаяся в 1939 г. вторая мировая война не позволили отечественным конструкторским коллективам заняться вопросами модернизации своих гражданских машин, полностью переключив их усилия на проектирование новых боевых самолетов, а существующие мощности советского авиапрома на их производство. С началом Великой Отечественной войны существующий парк пассажирских машин с успехом использовался для выполнения многочисленных боевых задач. С обозначением Ли-2 модернизированные самолеты ПС-84 и получаемые по ленд-лизу их американские прототипы С-47 применялись как ночные бомбардировщики или для выброски парашютных десантов, осуществляли грузовые и транспортные перевозки техники и военнослужащих, доставляли в тыл противника продовольствие и вооружение для партизанских отрядов. За годы войны они перевезли 2,5 миллиона человек и около 280 тысяч т различных грузов.

12 апреля 1944 г., за год до окончания войны, С.В. Ильюшин направил в НКАП, НИИ ВВС и ГУ ГВФ предложение о создании нового транспортного самолета, пока еще имевшего обозначение Ил-АЧ-31. Предлагаемая машина имела герметичную кабину на 27 пассажирских мест. На ней было установлено два дизельных двигателя с водяным охлаждением АЧ-31 конструкции А. Д. Чаромского с номинальной мощностью 1500 л.с. на высоте 6000 м. Масса пустого самолета в транспортном варианте была 10930 кг, а в пассажирском – 11550 кг.

Полетная масса соответственно составляла 16500 кг и 16000 кг. Перевозимая коммерческая нагрузка равнялась 3500 кг или в пассажирском варианте 27 человек. Самолет мог у земли развивать максимальную скорость 390 км/ч а на высоте 6000 м – 470 км/ч. Его путевая скорость соответственно была 325 км/ч и 400 км/ч. При полете на высоте 6000 м самолет мог преодолеть 1400 км, а у земли – 1250 км. Его потолок равнялся 9000 м. Срок передачи на производство рабочих чертежей первого опытного самолета без герметической кабины гарантировался 1 июля 1944 г., а рабочих чертежей с герметичной кабиной — 1 августа того же года.

В пояснительной записке главный конструктор сообщал, что нет необходимости доказывать, что в послевоенный период транспортная авиация приобретет огромное народнохозяйственное значение. Совершенно очевидно, что наличие массовой транспортной авиации – это, с одной стороны, наличие массовой бомбардировочной авиации и, с другой, наличие производственной базы для всех остальных видов авиации. Касаясь вопроса о выборе самолета, необходимого для послевоенной гражданской авиации страны, главный конструктор высказал следующее: "За период войны мы особенно сильно ощутили значение транспортной авиации как для фронта, так и, в не меньшей степени, для тыла. Все это время нашей основной транспортной машиной был и пока остается двухмоторный самолет "Дуглас DC-З". Какие бы типы транспортных самолетов ни находились у нас на снабжении в послевоенный период, при всех условиях тип двухмоторного транспортного самолета будет одним из основных. Это бесспорно и не требует доказательств".

В заключительной части записки С.В. Ильюшин высказал свое мнение о необходимости модернизации существующего самолета DC-3: "Самолет "Дуглас DC-3 – хороший самолет, но лишь для определенного временного промежутка развития гражданской авиации. Уже теперь весьма ощущается необходимость увеличения его крейсерской скорости у земли до 300 км/ч. Наличие у нашей авиационной промышленности дизельного двигателя может решить вторую очень важную для транспортной авиации задачу – повысить экономичность в расходовании топлива, при этом топлива низкосортного. И, наконец, третья важная задача – увеличение массы коммерческой нагрузки, составляющей у самолета DC-3 – 2000 кг, до 3000-3500 кг. Исходя из указанных предпосылок представляется проект транспортного самолета, вполне отвечающего современным требованиям¦>. В этой же записке представлены расчетные летно-технические характеристики самолета в сравнении с DC-3, сравнительная экономическая целесообразность использования этих машин и расчет эффективности воздушного путешествия на предлагаемом транспортном самолете в сравнении с проездом по железной дороге или на автомобильном транспорте на то же расстояние.

Представляют интерес находящиеся в пояснительной записке комментарии Главного конструктора к Таблице №3. "Если взять для примера по автомобильному транспорту автомобиль ЗИС-101, а по железнодорожному транспорту пассажирский поезд в составе паровоза с тендером, вагона- ресторана и десяти классных вагонов, в которых находится 400 пассажиров (масса такого состава будет равна 600 т), расход топлива паровозом, везуфм такой состав на расстояние 100 км, составляет 3500 кг угля. Из приведенной таблицы следует, что по двум из основных экономических показателей авиационный транспорт является наиболее дешевым видом транспорта, хотя распространенным является мнение, что авиационный пассажирский транспорт является одним из самых дорогих. При сравнении экономичности авиационного и железнодорожного пассажирского транспорта необходимо учесть еще одну очень важную деталь. Предположим, что из Москвы в Иркутск отправляются одновременно пассажирский поезд в указанном составе и 15 транспортных самолетов с тем же суммарным количеством пассажиров (400 чел.). Пассажирский поезд прибудет в Иркутск по истечении пяти суток, пассажирские транспортные самолеты прибудут в Иркутск по истечении одних суток. Таким образом, 400 пассажиров пассажирского поезда непроизводительно потратят 12800 рабочих часов. А один самолет, перевезя 27 пассажиров, сэкономит 864 рабочих часа, что составляет 1/20 затрат рабочего времени на постройку самолета с моторами и со всем оборудованием. Десять таких рейсов Москва – Иркутск и обратно полностью окупают затрату рабочих часов на постройку одного самолета". Неожиданный и, вместе с тем, соответствующий духу времени вывод.

В заключение документа С.В. Ильюшин гарантировал, что "Рабочие чертежи первого опытного самолета без герметической кабины будут готовы к сдаче на производство 1-го июля 1944 г., чертежи с герметической кабиной будут готовы 1 августа 1944 г.". Необходимо отметить, что в период предварительных проработок по выбору конфигурации и основных размерностей самолета рассматривалось несколько его различных вариантов, в том числе с герметичной кабиной; с высокорасположенным крылом; с двумя и четырьмя различными силовыми установками. Однако, только один из этих вариантов, а именно, двухмоторный транспортный самолет Ил-АЧ-31 был 4 января 1944 г. утвержден главным конструктором, и в этом же месяце получил положительную оценку И.В. Сталина, о чем в своей книге "Цель жизни" упоминает А.С. Яковлев. Немало хлопот конструкторскому коллективу доставила работа над эскизным проектом самолета. Позднее С.В. Ильюшин, вспоминая о том периоде, говорил: "Тщательно разработанных требований к транспортному самолету тогда не было и в помине. Конструкторам приходилось проектировать самолет на свой страх и риск. Когда мы начали работать над проектом, многого из того, что требуется для оснащения современного воздушного корабля не было. Однако это нас не обескуражило. Мы знали, что как только кончится война, у нас будут все возможности для оснащения гражданских самолетов самым современным оборудованием".

Макетная комиссия, состоявшаяся в августе, одобрила представленные материалы и высказалась за необходимость постройки самолета, которая и была полностью завершена в июне 1945 г. В процессе работы в конструкцию самолета были внесены изменения по замечаниям макетной комиссии, одно из которых касалось замены существующей воздушной системы уборки и выпуска шасси на гидравлическую. Было высказано и предложение о замене дизельных двигателей на обычные бензиновые, имеющие меньшую массу и большую надежность, В июне 1945 г. самолет, уже получивший наименование Ил-12, с двигателями АЧ-31 был передан на центральный аэродром для выполнения предполетных проверок, во время которых уже возникли проблемы, связанные с ненадежной работой установленных на нем двигателей. Поэтому с целью дублирования винтомоторной установки приказом наркома авиапрома С.В. Ильюшину предписывалось установить на транспортном самолете Ил-12 моторы АШ-82ФН к 1 ноября 1945 г. Тем не менее, самолет с дизельными двигателями успел выполнить несколько полетов, подтвердивших правильность принятого решения. Менее трех месяцев потребовалось для того, чтобы выполнить рабочее проектирование, изготовить новые мотогондолы и смонтировать их на машине. Одновременно были установлены сдвоенные колеса на стойках основных опор для улучшения проходимости на грунтовых аэродромах.

Ил-12 (21 и 27 человек)

Вариант компоновки Ил-12 на 32 пассажира

9 января 1946 г. самолет Ил-12 с двумя двигателями воздушного охлаждения АШ-82ФН со взлетной мощностью по 1850 л.с. совершил свой первый полет, в котором экипажу пришлось столкнуться с сильнейшей тряской опытных воздушных винтов, установленных на новых двигателях. Дефект удалось ликвидировать подбором винтов с более жесткими лопастями. Компоновка самолета позволяла брать на борт 27 пассажиров и 5 членов экипажа в составе двух пилотов, бортмеханика, радиста и стюардессы. Кресла в пассажирской кабине располагались по три в ряд – с правого борта одно и с левого два. Наклон сидений кресел регулировался от нормального до полулежащего положения. Бортовые ряды кресел были снабжены индивидуальной , вентиляцией, освещением и пепельницами. По обоим бортам над окнами находились полки для мелких вещей пассажиров. Особый интерес представляет теплозвукоизоляция кабины, выполненная из комбинации шинельного сукна и войлока с воздушной прослойкой между ними, которая со стороны кабины закрывалась натянутой тканью с ее последующей покраской нитроэмалями. Поверхность бортов ниже окон была закрыта серым сукном типа "Корд", над окнами – было полотно, окрашенное в светло-вишневые тона, на потолке – полотно светло-голубого цвета. В хвостовой части фюзеляжа находились туалет с умывальником по типу самолета ЛИ-2 и багажник обьемом 5 м3 с люком для погрузки багажа. Гардероб и буфет на опытном самолете отсутствовали. В ночное время пассажирская кабина могла освещаться тремя потолочными плафонами.

Источниками тепла в системе отопления кабины в полете и на земле являлись два бензиновых обогревателя типа "Дженитрол", установленные на левом борту кабины радиста и бортмеханика и способные работать одновременно или раздельно. Их работа в полете обеспечивалась подачей бензина из самолетной топливной системы, а на земле из дополнительного бензобака на правом борту кабины радиста. Для вентиляции кабины в носовой части самолета имелся воздухозаборник с дроссельной заслонкой, управляемой из кабины пилотов. Забортный воздух проходил по двум каналам, расположенным по бортам пассажирской кабины над багажными полками. Над каждым рядом кресел каналы имели выдвижные патрубки индивидуальной вентиляции. В просторной кабине пилотов с хорошим обзором вперед были установлены два регулируемых кресла. Имеющийся состав приборного оборудования обеспечивал уверенное выполнение дневных и ночных полетов в различных атмосферных условиях. Для предупреждения обледенения передние стекла кабины снаружи омывались спиртом, изнутри на них подавался теплый воздух. Однако принятое Главным конструктором ошибочное решение использовать горячие и химически агрессивные выхлопные газы двигателей для обогрева передних кромок крыла привело в дальнейшем к многочисленным и длительным переделкам противообледенительной системы.

Ил-12Д

Ил-12

Закончившиеся заводские летные испытания и полученные на них высокие летные характеристики позволили уже летом 1946 г. передать самолет на государственные испытания, перед началом которых ОКБ С.В. Ильюшина посетили специалисты летного и технического персонала НИИ ГВФ для детального ознакомления с имеющимися материалами по его наземной и летной эксплуатации. Переданный на испытания опытный образец имел полетную массу 16380 кг, его коммерческая нагрузка равнялась 2565 кг, нормальная дальность полета составляла 900 км (при суммарном расходе топлива 472 кг/ч), а максимальная скорость – 407 км/ч на границе высотности первой скорости нагнетателя (2000 м). Продолжавшиеся до середины сентября государственные испытания позволили всесторонне проверить все особенности поведения новой машины на трассах Аэрофлота при полетах над горными хребтами, в условиях высоких или низких температур. Пилоты дали высокую оценку летных возможностей самолета; вместе с тем, были выявлены и многочисленные дефекты, требующие немедленного устранения. Тем не менее, в заключительном акте государственных испытаний было записано: "По своим летным и технико-экономическим показателям, полученным на государственных испытаниях, самолет Ил-12 может быть рекомендован, как транспортно-пассажирский самолет для эксплуатации на линиях ГВФ". В письме на имя И.В. Сталина, направленном ГУ ГВФ 1 ноября 1946 г., в частности, сообщалось: "По Вашему указанию НИИ ГВФ провел государственные испытания транспортнопассажирского самолета Ил-12, предъявленного с полетным весом 16380 кг. Однако в ходе испытаний была выявлена возможность этот вес увеличить до 17500 кг без дополнительных конструктивных изменений. В результате т. Ильюшин принял нормальный вес самолета 16800 кг и в перегрузочном варианте 17500 кг. Использование самолета в перегрузочном варианте дает возможность увеличить дальность полета до 1600-1700 км при 27 пассажирах, а в варианте "Люкс" – при 10 пассажирах до 2800-3000 км. При дальности полета 1250 км можно перевозить 32 пассажира или 3040 кг груза. В ходе испытаний проверена возможность продолжительного полета с одним работающим двигателем в случае отказа другого, что создает уверенность в безопасности полета. Однако наряду с общей положительной оценкой испытания выявили и серьезные недостатки. В их числе большой расход горючего (до 530 кг в час на оба мотора), который необходимо снизить до 400 кг. Гарантированный заводом №19 срок службы моторов в 200 часов очень мал. Практически это означает, что придется менять моторы через каждые 1,5-2 месяца. Желательно довести срок службы моторов до 600-650 часов. Воздушный запуск моторов необходимо заменить электроинерционным самопуском. Это увеличит автономность самолета и несколько снизит вес конструкции. Установленное радиооборудование по дальности действия не обеспечивает нормальной эксплуатации пассажирского самолета. Желательно установить оборудование не уступающее по своим качествам имеющемуся на самолете С-47". Это пожелание было немедленно выполнено. С имеющихся ленд-лизовских самолетов С-47 сняли связную SCR-287, командную SCR-274 радиостанции и радиополукомпас SCR-269, установив их на первые серийные Ил-12.

В письме упоминается и о противообледенительных устройствах самолета, которые: "не доведены и к испытаниям не предъявлялись. В настоящее время при производстве опытной серии на самолеты устанавливаются тепловые антиобледенители крыла и электротепловые на хвостовом оперении. В ходе эксплуатационных испытаний эти устройства будут проверены. По устранении указанных недостатков самолет Ил-12 может быть поставлен в ряд с современными заграничными образцами этого класса, а для ГВФ стать надежным средством перевозок пассажиров. Представляя отчет о государственных испытаниях самолета, прошу Вас товарищ Сталин дать указание министру авиационной промышленности т. Хруничеву при производстве опытной серии устранить недостатки, выявленные при испытаниях". В целом успешно закончившиеся государственные испытания самолета позволили рассмотреть вопрос о немедленном выпуске малой опытной серии самолетов, о которой говорится выше, для проведения эксплуатационных испытаний на линиях ГВФ. Это и было узаконено постановлением СМ от 5 октября 1946 г., в котором МАП предлагалось построить на заводе №30 25 самолетов, в том числе – 15 на 27 пассажиров, 5 на 10 пассажиров и 5 в транспортно-грузовом варианте, причем первые десять машин должны были быть переданы в ГВФ до конца 1946 г. Этим же постановлением ГВФ предписывалось провести эксплуатационные испытания первых пяти самолетов до 1 февраля 1947 г.

Ил-12Д

Ил-12 в музее ВВС в Монино

Имеющиеся в архивах документы, относящиеся к периоду конца 1946 г. и всего 1947 г., свидетельствуют о значительных трудностях, сопровождавших развертывание производства первых серийных машин. Причиной этого, по всей видимости, стало вялое реагирование промышленности на полученные после окончания государственных испытаний замечания эксплуатанта. В письме начальника НИИ ГВФ, направленном 13 января 1947 г. Председателю Совета Министров К.Е. Ворошилову, сообщается: "б соответствии с постановлением СМ СССР МАП обязан изготовить для ГВФ опытную партию самолетов Ил-12 с поставкой первых 10 машин в 1946 году и 15 самолетов в 1 квартале 1947 года, а НИИ ГВФ обязан провести эксплуатационные испытания первых машин до 1 февраля 1947 года. До настоящего времени завод №30 не предъявил и не сдал ни одного самолета и, таким образом, не выполнил постановление Совета Министров". В межведомственной переписке вышеуказанного периода повсеместно отмечается отсутствие на самолетах работоспособных и выдержавших государственные испытания важнейших систем, в числе которых постоянно упоминаются "противообледенительные устройства крыла и оперения, противопожарное оборудование мотоустановок, отопление кабин и многое другое.

В результате, письмо начальника ГУ ГВФ Ф.А. Астахова, направленное в Совет министров 25 декабря 1947 г., в котором перечисляются не выполненные промышленностью важнейшие совместные с ГВФ решения, направленные на обеспечение эксплуатации самолетов Ил-12, заканчивалось фразой: "Учитывая вышеизложенное, мною принято решение приостановить приемку самолетов для ГВФ от завода №30 до решения в МАП вопросов, относящихся к безопасности и регулярности полетов". Постановлением СМ промышленность обязали передавать Заказчику самолеты, оборудование которых успешно прошло государственные испытания. Только в 1948 г. на Ил-12 появились эффективно работающие противообледенительные устройства, обогревательные печи и пожарное оборудование, были установлены электродистанционные стартеры для запуска двигателей с повышенным ресурсом и обеспечена надежная герметизация кабины пилотов. Новая конструкция киля, пружинный сервокомпенсатор руля направления и закрытые створки отсеков шасси при выпущенных опорах позволили упростить пилотирование и увеличить скороподъемность машины. И все же на серийно выпускаемых машинах еще продолжали оставаться отдельные элементы конструкции и оборудования, модернизация которых так и не была полностью осуществлена. Серийное производство самолетов Ил-12 продолжалось до 1949 г. За этот период, включая появившиеся модификации, было выпущено 663 машины.

Помимо основной компоновки на 27 пассажиров выпускаемые самолеты могли иметь различную пассажировместимость до 32 человек включительно. Кроме пассажирских вариантов в ОКБ были разработаны транспортногрузовой Ил-12Т (1947 г.) для транспортировки грузов массой до 3000 кг и многоцелевой десантный Ил-12Д (1948 г.), позволяющий брать на борт 38 десантников с вооружением, перевозить 27 раненых на носилках и одного медработника, транспортировать легкую малогабаритную военную технику или осуществлять буксировку десантных планеров. Грузовые кабины этих машин, имеющие габариты 10,8x2,65x1,95 м, в отличие от пассажирских, имели металлический пол, на котором вдоль фюзеляжа устанавливались направляющие профили для перемещения грузов. Двухстворчатые грузовые двери размером 2400x1600 мм, расположенные с левого борта в дальнем конце кабины, в задних створках имели дополнительную дверь, открывающуюся внутрь фюзеляжа. Для подьема и опускания грузов использовалось бортовое подъемное устройство, размещенное внутри фюзеляжа. Загружаемые в самолет грузы перемещались по направляющим профилям вдоль кабины лебедкой, установленной в ее передней части. Вдоль бортов самолета Ил-12Д находились откидные сиденья для десантников, быстрое десантирование которых в два потока обеспечивали входная дверь справа и дополнительная слева. Сверху фюзеляжа было предусмотрено место для установки пулеметной турели. В полу грузовой кабины имелись люки для сбрасывания грузов, подвешиваемых на кассетных держателях внутри фюзеляжа, а крупногабаритные грузы могли сбрасываться с трех балочных держателей под центропланом.

Ил-18

Самолет Ил-12 стал первооткрывателем нового подхода к проектированию отечественных транспортных машин, в основе которого лежало достижение высокой степени экономичности при наиболее полном обеспечении безопасности и комфорта для пассажиров. Одним из недостатков этой машины, так и не нашедшим своего разрешения, стала невозможность продолжения полета при отказе одного двигателя в пределах взлетной дистанции. Эта проблема была решена при создании уже нового пассажирского самолета Ил-14. Однако, прежде чем рассмотреть его особенности, необходимо упомянуть еще один транспортный самолет ОКБ С.В. Ильюшина, получивший наименование Ил-18. Его проектирование началось еще в 1945 г., почти одновременно с постройкой и испытаниями опытного Ил-12 с дизельными двигателями. Поэтому первый вариант проекта тоже предусматривал применение на нем четырех новых и пока еще опытных дизельных двигателей АЧ-32, замененных в ходе дальнейшей проработки на бензиновые АШ-73ТК, на каждом из которых предполагалась установка приводного центробежного нагнетателя и двух турбокомпрессоров ТК-19. Это давало возможность сделать пассажирскую кабину машины герметичной, получив при этом высокие летные характеристики. Эти характеристики должны были соответствовать только что утвержденным новым требованиям ГУ ГВФ к перспективным гражданским самолетам, предусматривавших, в числе других, создание четырехмоторного пассажирского самолета с герметичной кабиной на 60 пассажиров, перевозимых с крейсерской скоростью 490 км/ч на расстояние до 3000 км. Максимальная коммерческая нагрузка такого самолета должна была составлять 8000 кг, а его практический потолок 10000 м.

Проектирование Ил-18 было закончено в феврале 1946 г. Предварительные исследования свидетельствовали о соответствии расчетных данных вышеперечисленным требованиям ГВФ. В процессе разработки было предусмотрено несколько возможных компоновок самолета, в числе которых были специальные и транспортные варианты. Герметичная пассажирская кабина, с двух сторон ограниченная полусферическими поверхностями, позволяла разместить на опытной машине 60 пассажиров в условиях первого класса (в случае перегрузки – 66 человек), а выбранный диаметр фюзеляжа (3,5 м) обеспечил установку пяти кресел в ряду с шириной прохода 440 мм. Для длительных полетов в ночное время был предусмотрен спальный вариант на 28 пассажиров и вариант повышенного комфорта для сорока человек. Обращала на себя внимание отделка пассажирской кабины, выполненная с подкупающей простотой и большим вкусом. В герметичной кабине, имеющей две входные двери, кроме пассажирских мест находились буфет-кухня, гардероб и туалеты. В ее передней части была оборудована кабина экипажа, а в подпольном пространстве два грузовых отсека с нижними люками для погрузки и выгрузки багажа. Кроме пассажирских были разработаны и специальные компоновки самолета, предназначенные для использования в ВВС. К ним относились десантный вариант, позволяющий брать на борт 90 бойцов с личным оружием, и транспортно-санитарный, предназначенный для перевозки 90 раненых на носилках и четырех медицинских работников. В грузовом варианте самолет мог перевозить до 8000 кг различных грузов. Летом 1946 г. постройка самолета была завершена, и на Центральном аэродроме началась предполетная подготовка и проверка работоспособности систем.

Кабина экипажа и пассажирский салон самолета Ил-18

В конструкции планера и системах самолета было заложено значительное количество новых решений, требовавших тщательной проверки перед первыми полетами. Особое внимание уделялось новым противообледенительным электротепловым устройствам носков крыла и хвостового оперения, работоспособности систем защиты воздушных винтов спирто-глицериновой смесью, а передних стекол кабины экипажа – антифризом, обеспечивавшие безопасность полетов в сложных атмосферных условиях. Надежная работа этих устройств оказывалась весьма важной, так как к моменту начала летных испытаний выяснилось, что состояние турбокомпрессоров ТК-19, предназначенных для установки на двигатели АШ-73, пока не отвечает заданным параметрам и требует длительной доводки. Поэтому С.В. Ильюшин принял решение начать летные испытания опытной машины с двигателями АШ-73 без ТК-19, высотность которых при этом не превышала 2000 м. Создавшееся положение сделало неработоспособной и имеющуюся на самолете вентиляционную систему, надцув которой осуществлялся от турбокомпрессоров. Не менее важным было наличие на борту надежно работающего радиосвязного и радионавигационного оборудования. Из-за отсутствия отечественных образцов на самолете, как и на первых серийных Ил-12, было установлено оборудование, снятое с американских самолетов С-47.

Первый полет опытный самолет совершил 17 августа 1946 г. Несмотря на положительные отзывы экипажа о поведении самолета в воздухе, на его способность продолжать полет при отказе даже двух двигателей, продолжавшиеся до осени 1947 г. заводские летные испытания из-за отсутствия полноценных двигателей так и не позволили получить истинные значения летных данных этого самолета. В справке НИИ ГВФ от 1 апреля 1947 г. записано: "б настоящее время закончен первый этап заводских испытаний, в процессе которого проведены работы по проверке в воздухе и доводке основных агрегатов и систем самолета. Заводские испытания проводились в не высотном режиме из-за отсутствия на самолете турбокомпрессоров мотора, кабинных нагнетателей и автоматов-клапанов герметичной кабины. За время первого этапа самолет налетал около 43 часов. Сейчас самолет Ил-18 подготавливается ко второму этапу заводских испытаний, направленному на определение основных ЛТХ самолета и на проверку всех агрегатов и систем в длительных рейсовых полетах. Ввиду задержки поступления от промышленности указанных выше агрегатов, обеспечивающих высотное использование самолета, Гпавный конструктор намерен передать самолет на государственные испытания в не высотном варианте". В России существует поговорка, что "благими намерениями вымощена дорога в ад". Вместо государственных испытаний самолет по распоряжению МАП в 1948 г. переоборудовали в буксировщик тяжелых десантно-транспортных планеров Ил-32, а с закрытием программы их постройки, он окончательно оказался не нужным.

Тем не менее, появление в первые послевоенные годы отечественных самолетов Ил-12 и Ил-18 заложило основы нового подхода к проектированию и эксплуатации пассажирских и транспортных машин. Появившиеся одновременно и предназначенные для полетов на дальних магистральных линиях и линиях средней, или малой протяженности эти самолеты позволяли успешно решать целый комплекс задач, стоящих в тот период перед гражданской авиацией, по развертыванию надежного и бесперебойного авиационного пассажирского и грузового сообщения на огромных просторах страны. Но, как видно, для окончательной реализации этого предвидения Главного конструктора, еще не настало время. В своей статье "Пассажирские поршневые и турбовинтовые самолеты" С.В. Ильюшин писал: "Следует заметить, что создать совершенный, признанный временем пассажирский самолет нисколько не легче, а, пожалуй, сложнее, чем самолеты других назначений. Это становится ясным, если вспомнить, что к пассажирскому самолету предъявляются во многих отношениях повышенные требования и число их все время возрастает. Конструктору приходится думать о безопасности полета и экономичности эксплуатации, о том, как получить наибольшую крейсерскую скорость и наименьший расход топлива. При этом не следует забывать и о таких требованиях, как долговечность и надежность, всепогодность и регулярность полетов, комфорт для пассажиров и удобства для работы экипажа".

Ил-18 на 66 мест

Ил-18

Ил-32

Ил-34

Во второй половине 1940-х гг. тематика работ весьма малочисленного в тот период коллектива специалистов конструкторского бюро С.В. Ильюшина, до предела перегруженного проектированием новых различных по своему назначению и типу боевых самолетов, испытаниями и доводкой своих первых отечественных транспортных и пассажирских машин, пополнилась совершенно не свойственным ему заданием от ВВС – спроектировать и построить тяжелый десантно-грузовой планер Ил- 32. Летательные аппараты подобного типа применялись в боевых операциях второй мировой войны как западными, так и советскими военно-воздушными силами. Наличие некоторых преимуществ перед использованием обычного парашютного десанта, в том числе бесшумный подход в заданную точку и максимальная концентрация прибывшей группы военнослужащих, пока еще не утратили к себе интереса военных. Работа над эскизным проектом началась в 1947 г., а в марте 1948 г. закончилось рабочее проектирование. Значительные размеры планера и нехватка свободных производственных площадей для установки сборочных стапелей несколько задержали начало работ, которые проводились в неприспособленном для этого помещении и были завершены только в июне этого же года. В августе начались заводские летные испытания, которые на первом этапе из-за отсутствия необходимого по грузоподъемности самолета-буксировщика проводились с самолетом Ил-12Д, способным буксировать планер с полетной массой не более 8400 кг. Именно в это время по приказу министра началось переоборудование Ил-18 в самолет-буксировщик.

Эскизный проект самолета Ил-14

Кабина Ил-14

Ил-14

Планер Ил-32 предназначался для транспортировки военнослужащих с личным оружием в количестве 60 человек, различной военной техники с боезапасом и расчетами или крупногабаритных грузов массой до 7000 кг. Грузовая кабина с высотой 2,6 м, шириной 2,8 м и длиной 11,25 м имела металлический пол и две входные двери по правому борту. Для удобной и быстрой погрузки-выгрузки перевозимой техники передняя и задняя части фюзеляжа откидывались в сторону. Не убирающееся в полете шасси обеспечивало возможность опускания фюзеляжа до достижения грузовым полом расстояния от поверхности земли равным 650 мм, а два трапа в передней и задней частях грузовой кабины позволяли самоходной военной технике беспрепятственно въезжать и выезжать из нее. Полетная масса планера в 16600 кг допускала его буксировку тяжелыми самолетами типа Ил-18 или ТУ-4. Необходимо отметить, что во время разработки эскизного проекта рассматривался еще один вариант планера Ил-32, имеющего несколько другую конструкцию. Кроме того, был разработан эскизный проект его дальнейшего развития в виде десантно-грузового мотопланера Ил-34 с двумя двигателями воздушного охлаждения АШ-82ФН, предназначенными для улучшения его летных характеристик и маневренности на этапе выполнения посадки. Успешно закончив заводские испытания планер Ил-32 в октябре был передан на государственные испытания, которые и проходил с переоборудованным самолетом Ил-18. После их успешного окончания на Таганрогском авиационном заводе №86 началось его серийное производство, прерванное изменившимися взглядами военного Заказчика на способы транспортировки военной техники и десантников в пользу использования военнотранспортных самолетов.

Наряду с дальнейшим совершенствованием уже находящихся в эксплуатации пассажирских самолетов Ил-12, Главный конструктор принял решение спроектировать новую машину. На этом самолете предполагалось реализовать оставшуюся не решенной на Ил-12 проблему – выполнение уверенного и безопасного взлета при отказе одного из двигателей на любом участке взлетной дистанции, включая момент отрыва самолета от земли. Имеющийся мировой опыт показывал, что эту сложнейшую задачу можно было успешно решить, применяя значительно более мощные двигатели, Однако их использование вело к увеличению взлетной массы и снижению экономической эффективности эксплуатации. Предварительно выполненные расчеты показывали, что увеличение пассажировместимости до 48 человек позволяло получить экономический эффект, одинаковый с самолетом Ил-12. В начале 1947 г. эскизный проект самолета Ил-14 с двумя двигателями АШ-73 мощностью по 2400 л.с. был утвержден. Однако, его дальнейшая проработка привела к отказу от его реализации, из-за появления слишком большого разворачивающего момента, действующего на самолет при отказе мощного двигателя, и возникающих больших нагрузках на органы управления при его парировании. Опыт, полученный при разработке этого варианта самолета и целый ряд исследований, совместно проведенных с научными институтами, показал, что успешное решение проблемы в гораздо большей степени зависит от эффективности системы управления самолета, его устойчивости и управляемости на малых скоростях полета, чем от повышения энерговооруженности. Эти идеи и были воплощены в новом эскизном проекте самолета Ил-14 с двигателями АШ-82Т мощностью по 1900 л.с. А весной 1950 г. была закончена постройка первого опытного экземпляра, поднявшегося в воздух 13 июля.

Ил-12Б -Аэрофлот", начало 1950-х гг.

Ил-14М. Управление Полярной авиации. Билибино, 1960-е гг.

Первые же полеты позволили выявить ряд дефектов, касающихся безопасности полетов, в числе которых была низкая эффективность противообледенительной системы и недостаточность принятых мер для повышения путевой устойчивости и управляемости самолета на малых скоростях полета. Мероприятия по устранению этих недостатков были выполнены на втором опытном самолете, имеющим новое крыло и увеличенную площадь вертикального оперения, оборудованным новой комплексной воздушно-тепловой противообледенительной и отопительной системами. Второй опытный самолет, получивший обозначение Ил-14П и предназначенный для пассажирских и грузовых перевозок на линиях средней и малой протяженности, позволял осуществлять эксплуатацию в различных климатических зонах, в любое время суток и в сложных метеорологических условиях. Главной особенностью этого многоцелевого самолета стала впервые появившаяся возможность уверенно продолжать взлет при отказе одного из двигателей на любом участке взлетной дистанции, включая точку отрыва. Неизбежный разворот самолета при внезапной остановке двигателя теперь легко парировался летчиком, Большое внимание было уделено противопожарной безопасности, с этой целью все топливные баки были сняты из центроплана и размещены в консолях крыла, зоны двигателей были отделены противопожарными перегородками, а их выхлопные газы выводились за заднюю кромку крыла. Установленное пилотажное и радионавигационное оборудование обеспечивало безопасное самолетовождение, а радиосвязное – позволяло в режимах телефонной и телеграфной связи вести переговоры на больших расстояниях.

Рассчитанный на летчиков средней квалификации, Ил-14П в полете был устойчив во всем диапазоне скоростей и высот, обладая при этом хорошей управляемостью. Основная компоновка самолета предусматривала размещение 18 пассажиров и пяти членов экипажа. Одновременно на борт можно было загрузить 270 кг личного багажа. Крейсерская скорость составляла 350 км/ч при очень низком расходе топлива (1 кг топлива на 1 км пути). Государственные а затем и эксплуатационные испытания в ГВФ и ВВС самолет Ил-14П завершил в конце 1952 г. с положительными оценками и был признан годным для применения в гражданской авиации и военно-воздушных силах.

Одновременно была получена рекомендация для его запуска в серийное производство, которое началось весной 1953 г. на Ташкентском авиационном заводе. К середине 1950-х гг. самолет Ил-14П стал основным пассажирским самолетом ГВФ, выполняя полеты по всем существующим трассам Аэрофлота. Взлетная масса была увеличена с 16500 до 17000 кг, а количество пассажирских мест до 24 человек. Это привело к уменьшению существующих объемов багажных отсеков и вызвало необходимость создания новой модификации самолета, получившей наименование Ил-14М, с увеличенной на один метр носовой частью фюзеляжа. Однако, с выходом на воздушные линии пассажирских машин с газотурбинными двигателями, самолеты Ил-14 начинают постепенно переводить на обслуживание местных линий малой протяженности, что в свою очередь, для снижения себестоимости перевозок потребовало увеличить пассажировместимость Ил-14П до 32 человек, а Ил-14М до 36. Массовая и длительная эксплуатация Ил-14 в СССР и других странах подтвердила его отличные летные и экономические качества, а высокая степень надежности позволила использовать эти машины для правительственных перевозок.

Ил-14

Ил-14Т

ИЛ-14Д

Кроме пассажирских в ОКБ было спроектировано несколько транспортных, грузовых и десантных вариантов Ил-14. По постановлению Правительства от 26 июня 1954 г. на базе самолета Ил-14М была создана многоцелевая модификация Ил-14Т, предназначенная для: транспортировки различных грузов с массой до 2700 кг; транспортировки и сбрасывания на парашютах десанта в количестве 21 человека; транспортировки 18 раненых на носилках и одного медработника и, наконец, для буксировки планеров с полетной массой не более 7000 кг. В грузовой кабине этого самолета находился электромеханический конвейер для передвижения десантируемых грузов к входной двери. Под центропланом были установлены два балочных держателя для крупногабаритных грузов. Этот вариант со снятым десантным оборудованием широко использовался в гражданской авиации для выполнения полетов в условиях Арктики и Антарктиды. В 1955 г. на базе самолета Ил-14П был выпущена десантная модификация самолета Ил-14-30Д, рассчитанная на десантирование 30 военнослужащих с личным оружием. И, наконец, в 1956 г. появилась еще одна модификация Ил-14Гр, созданная на базе самолета Ил-14М и предназначавшаяся для перевозки различных грузов на линиях ГВФ. Самолеты Ил-14 находились в серийном производстве с 1953 г. по 1957 г. За этот период было выпущено 839 машин различных модификаций. Несмотря на массовость использования и огромную популярность этих машин, к середине 1950-х гг. уже потребовались новые, более совершенные самолеты, обладающие значительно большей пассажировместимостью и скоростью полета. Такую возможность мог предоставить только реактивный двигатель, уже полностью освоенный в военной авиации. В конструкторских бюро А.Н. Туполева, O.K. Антонова и С.В. Ильюшина по заданиям Правительства развернулись проектные работы по определению основных параметров будущих реактивных машин, а вот направление этих работ к общей заданной цели оказалось различным.

Первые два из этих коллективов, стараясь выиграть время, пошли по пути переделки своих уже серийно выпускавшихся военных самолетов ТУ-16 и АН-8 в транспортные машины, предназначенные для перевозки пассажиров и грузов на линиях Аэрофлота. И только ОКБ С.В. Ильюшина твердо отстаивало концепцию специализированного пассажирского самолета, способного предоставить пассажирам максимум безопасности и комфорта в полете, а ГВФ приемлемую экономическую эффективность его использования. В самом конце 1954 г. начинаются проработки конструкции такого пассажирского самолета, получившего обозначение Ил-16. Не надо путать наименование этой машины с построенным в 1945 г. опытным скоростным штурмовиком Ил-16. В ОКБ С.В. Ильюшина вновь проектируемым самолетам довольно часто присваивались номера созданных ранее и не строившихся в серии предшественников. На новой машине предусматривалось использование четырех турбореактивных двигателей конструкции А.А. Микулина АМ-11, имеющих взлетную тягу по 3750 кг и расположенных в корневой части крыла рядом с фюзеляжем. Задание предусматривало перевозку 80-85 пассажиров на дальность 3000 км со скоростью до 800 км/ч с высокой степенью надежности и безопасности полета. После выхода в апреле 1955 г. постановления Правительства о создании скоростного магистрального пассажирского самолета Ил-16 в ОКБ развернулись работы по выпуску конструкторской документации. Однако первые успешные полеты пассажирского самолета ТУ-104, на разработку которого было затрачено гораздо меньше времени, заставили ГВФ отказаться от сделанного заказа. Последнюю точку 30 ноября поставило новое решение Правительства о прекращении всех работ по этой машине, несмотря на то, что к этому моменту было готово 80% всех чертежей. Надо отметить, что и в ОКБ А.Н. Туполева был создан подобный самолет ТУ-110 с четырьмя двигателями АЛ-5, тоже не вызвавший интереса у Заказчика. По всей ридимости, одной из причин отказов ГВФ была низкая экономическая эффективность этих машин.

Ил-16

Вячеслав Артемьев

Генеральный директор ОАО "Авиаремонт"

Сервисное обслуживание авиационной техники – новые технологии управления

Придание нового облика Вооруженным Силам Российской Федерации – важнейшая задача, стоящая перед Министерством обороны РФ и предприятиями российского военно- промышленного комплекса. Повышение численности современной техники и вооружения в войсках до уровня в 70 и более процентов, как это предусмотрено Государственной программой вооружений на 2011-2020 гг., требует интенсивной работы промышленности по ее производству и поддержанию в исправном состоянии.

Поддержание вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ) в исправном состоянии осуществляется системой ее сервисного обслуживания.

В недавнем прошлом работы по сервисному обслуживанию ВВСТ ВС РФ осуществляли специализированные структуры холдинга "Оборонсервис". Единственным исполнителем работ по ремонту ВВСТ ВВС России в рамках государственных контрактов 2011 — 2013 гг. являлось ОАО "Авиаремонт".

Потребность в повышении уровня исправности ВВСТ, невозможность обеспечения такого повышения в рамках сложившейся системы сервисного обслуживания, привели к необходимости ее реформирования. Сервисное обслуживание техники, выполняемое на ремонтных заводах – один из этапов жизненного цикла продукции. Для обеспечения надлежащего уровня исправности, управление качеством продукции должно охватывать все этапы жизненного цикла. Поэтому сервисное обслуживание ВВСТ поручено выполнять тем, кто их производит. Обязанности выполнения обслуживания в настоящее время возложены на вертикально-интегрированные структуры промышленности.

Для повышения эффективности функционирования системы сервисного обслуживания ВВСТ ВВС интегрированным структурам промышленности переданы функции единоличного исполнительного органа дочерних зависимых обществ ОАО "Авиаремонт". Передача функций единоличного исполнительного органа упрощает организацию взаимодействия между авиаремонтными заводами, предприятиями и организациями промышленности в плане обеспечения технического взаимодействия, поставки комплектующих изделий, повышается оперативность принятия решений. По состоянию на июль 2014 г., функции единоличного исполнительного органа 33 из 39 предприятий и организаций, входящих в ОАО "Авиаремонт", переданы интегрированным структурам: ОАО -Объединенная авиастроительная корпорация", ОАО "Вертолеты России", ОАО "Объединенная двигателестроительная корпорация", ОАО "Концерн ПВО "Алмаз-Антей", ОАО "Корпорация "Тактическое ракетное вооружение". Владельцем акций предприятий продолжает оставаться ОАО "Авиаремонт".

Важным результатом деятельности ОАО -Авиаремонт" по выполнению государственных контрактов являются отработанные методы их выполнения, накопленный опыт взаимодействия с органами военного управления и предприятиями промышленности. На настоящий момент -Авиаремонт" – единственная управляющая компания, прошедшая все стадии выполнения работ по гособоронзаказу на сервисное обслуживание вооружения, военной и специальной техники Военно-воздушных сил Российской Федерации, имеющая высококвалифицированных специалистов и функционирующую систему деятельности.

Опыт выполнения государственных контрактов на сервисное обслуживание вооружения и военной техники ВВС показал необходимость реформирования и ОАО "Авиаремонт", как управляющей организации. Применявшийся при выполнении контрактов структурно-функциональный метод управления компанией не обеспечивал необходимой эффективности управления работами. Об этом свидетельствуют задолженности предприятий промышленности и дочерних зависимых обществ компании по поставке техники заказчику и несвоевременное предоставление отчетных документов за период плановых работ 2011-2013 гг. Структурно-функциональный метод управления относится к традиционно используемым. Специфика деятельности ОАО -Авиаремонт" состоит в том, что управление выполнением работ по госконтрактам является "разовым" проектом, протекающим длительное время – 3 года. Этот проект имеет свои этапы и не может быть сведен к повторяющимся процессам. К недостаткам структурно-функционального метода управления относятся, и в том числе неочевидность ответственного за конечный результат, значительные затраты времени и ресурсов на передачу результатов работ из одного подразделения в другое.

В настоящее время в ОАО "Авиаремонт" внедряется структура управления, построенная в соответствии с проектным методом. Содержание проекта определяется объектами контракта на сервисное обслуживание, например: военно-транспортная авиация, фронтовая авиация и т.п. Весь проект ведется группой специалистов. При этом не происходит задержек передачи материалов от одного подразделения к другому, обеспечивается поддержание информации о состоянии процесса обслуживания в актуальном состоянии, сокращается время на внесение, если требуется, изменений в проект по ходу выполнения работ.

Указанный подход обеспечивает высокую гибкость системы, сокращение численности управляющего аппарата, позволяет повысить эффективность управления. Внедрение проектного метода управления требует наличия нормативных документов, регламентирующих работу с проектом. В этом плане ОАО "Авиаремонт" уже имеет соответствующие наработки. Сложность реализации проектного метода управления при ведении нескольких сходных процессов состоит в необходимости создания структур со сходной комплектацией специалистами, что затруднительно реализовать при небольшой численности коллектива компании.

Дополнительным аргументом к внедрению проектного управления при организации сервисного обслуживания ВВСТ является ситуация с обслуживанием новой авиатехники, поступающей в войска. Освоение новой техники это "разовый" процесс, по сути – проект. И такой проект необходимо реализовать как можно скорее, поскольку авиаремонтные предприятия сервисным обслуживанием новой техники не занимаются, а подготовка к освоению ее обслуживания не проводится. Затягивать сложившуюся ситуацию далее нельзя.

ОАО "Авиаремонт" имеет опыт образования временных структур с проектным методом управления. Это рабочие группы, создаваемые для решения задач, возникавших при выполнении трехлетних государственных контрактов. Такие группы комплектуются представителями ОАО "Авиаремонт", дочерних зависимых обществ компании, предприятий и организаций промышленности. Опыт деятельности рабочих групп доказал их эффективность при решении задач сервисного обслуживания ВВСТ.

Реформирование системы сервисного обслуживания, применение новых методов управления в сочетании с накопленным опытом выполнения государственных контрактов позволят решить поставленную задачу – обеспечить требуемый уровень исправности вооружения, военной и специальной техники Вооруженных Сил Российской Федерации, государственной авиации в целом.

История "Черной Акулы" глазами создателей

"Акула" в девяностые

Девяностые, как известно, были временем большого передела собственности. Именно такая беда приключилась в начале 1990-х гг. с Арсеньевским авиационным комплексом, получившим к тому времени имя одного из своих прославленных директоров – Сазыкина. В 1994 г. завод лихо приватизировали, распределив акции "по справедливости". На что рассчитывали новые собственники? Им, как и многим в нашей стране, казалось, что рынок является универсальным регулятором всего. Если у тебя есть продукт – то ты сразу же найдешь потребителя и станешь богатым.

Действительность оказалась намного суровее. Гособоронзаказ, который в годы советской власти, позволял спокойно жить и работать предприятию, да и всему городу, резко сократился. Флот перестал приобретать ракеты "Москит", армейская авиация – вертолеты. Топменежмент "Прогресса" бросился искать новые заказы.

Видимо, в надежде на бурный рост числа богатых граждан, решили освоить серийное производство легкого вертолета Ми-34, спроектированного в конце 1980-х гг. по заказу ДОСААФ. Этой некогда могущественной организации требовалась новая машина для набиравшего популярность вертолетного спорта, добиться побед в котором на древних Ми-1 и устаревающих Ми-2 было невозможно. Первоначально Ми-34 должен был стать винтокрылым первенцем авиапромышленности Украинской ССР – для его серийного производства был выбран Закарпатский машиностроительный завод в г. Дубовое. Но "западенцы" не смогли освоить абсолютно новую для них технологию, и выпуск Ми-34 ограничился одной машиной.

Арсеньевский авиационный комплекс "Прогресс" им. Н.И. Сазыкина

Начало производства вертолетов Ка-50

Однако на "Миле" полагали, что в новой России, скупавшей "Робинсоны" и "Энстремы", Ми-34 найдет своего покупателя. В 1993 г. в Арсеньеве был собран первый аппарат этого типа. Поначалу вертолет вроде как оправдывал надежды акционеров – несколько машин купили частники, одну даже удалось продать в Боснию, а одну взяли в отечественное МВД для патрулирования над Москвой. Но дальше дело пошло туго.

Постройка серийных Ка-50 также остановилась. Грачев и Уринсон были глухи к призывам с Дальнего Востока. Павлу Сергеевичу было просто не до того – разворачивалась -Первая Чеченская", а Яков Моисеевич, похоже, вообще полагал оборонно-промышленный комплекс чуждым и лишним для экономики новой России.

В середине 1990-х гг. к руководству "Прогрессом" пришел новый директор В. Печенкин, также надеявшийся как на собственную предприимчивость, так и на чудо. В определенном смысле, чудо свершилось – завод был спасен благодаря контракту, заключенному ГК "Росвооружение" с КНР на поставку эсминцев проекта 956Э. В рамках договора Россия должна была поставить крупную партию противокорабельных крылатых ракет, которые вновь начал собирать "Прогресс".

Это соглашение, кстати, принесло существенную пользу и ОАО "Камов", испытывавшему в то время не меньшие трудности – китайцы к кораблям заказали еще и вертолеты, которыми в силу особенностей конструкции эсминцев могли быть только Ка-27 или его модификации.

Завод удалось спасти, но ситуация оставалась близкой к катастрофе. Печенкин с коллегами умудрился продать 9 Ми-34С в Нигерию, где их предполагалось использовать в качестве учебных машин для пилотов, летающих на Ми-35П. Но в ходе эксплуатации обнаружился низкий ресурс редуктора несущего винта (300 ч вместо заявленных при продаже 1500) и по выработке ресурса эксплуатация была прекращена. Впрочем, в силу ряда причин, в Лагосе претензий предъявлять не стали, а в 2013 г. несколько расконсервированных вертолетов перепродали в Новую Зеландию. Еще пару Ми-34С менеджеры "Прогресса" "пристроили" в Казахстан для авиаслужбы ГУВД Алма-Аты. Но и тут оказалось, что ЛТХ машины не соответствуют условиям применения.

К концу 1990-х гг. в наполовину обезлюдевшем сборочном цеху "Прогресса" находилось 6 недоукомплектованных Ми-34С и 13 Ка-50, судьба которых становилась все туманнее и туманнее. Долги по зарплате росли, люди уходили в тайгу собирать кедровые орехи. На некоторые здания завода был наложен арест.

Приостановка производства Ка-50. На переднем плане – вертолеты Ми-34С

Ка-50 перед полетом в Словакию

Ка-50 в Словакии

Новой России было явно не до "Черной Акулы". Генералы и министры с азартом строили дворцы вместо дач, делили еще неразграбленное наследие СССР. Финансирование армии сократилось до минимума – врагов-то не осталось, вокруг одни друзья. Правда, друзья почему-то резко засобирались в НАТО. Но НАТО, по мнению тогдашнего Кремля, – это клуб наших друзей.

В этой ситуации спасение утопающих стало делом самих утопающих. Благо нашей авиационной техникой заинтересовались в странах, которые располагали средствами для ее закупки. В середине 1990-х гг. мы еще не представляли с какими сложностями связано продвижение военной техники на экспорт в изменившихся условиях. Но энтузиазм был.

Первым государством, которое реально могло получить на вооружение Ка-50, была Словакия. Поводом к тому послужил приличный государственный долг России перед этой не самой богатой в Европе страной. Образовался этот долг в конце 1980-х – начале 1990-х гг. в результате попыток М. Горбачева насытить потребительский рынок страны импортными товарами, а также получить кредиты для стабилизации экономической ситуации. Кроме того, весьма неудачно сказался для нас переход на расчеты в свободно конвертируемой валюте. Так или иначе, но Братислава ожидала 1,7 млрд. долл., которых у Москвы не было.

Но у России была весьма и весьма совершенная продукция военного назначения, которую с удовольствием брали и ранее, а теперь могли взять еще и фактически бесплатно – в счет долга. Так появилась идея покрыть наши обязательства перед словаками в форме поставок Ка-50. Для фирмы "Камов", как и для завода "Прогресс", это было бы решением многих проблем. Кроме того, выход "Черной Акулы" на внешний рынок дал бы толчок новым экспортным заказам. В определенном смысле для оптимизма были основания. Так, вертолеты Ка-32 начали поставляться в Южную Корею именно в счет госдолга. Потом эти машины местным эксплуатантам понравились, и сейчас Сеул владеет более 60 летательными аппаратами этого типа – чуть менее трети выпущенных Ка-32 различных модификаций.

• Юридическим обоснованием планов стало Соглашение между правительством РФ и правительством Словацкой республики об урегулировании задолженности бывшего СССР и РФ от 24 июня 1994 г., статья 4 которого гарантировала, что возврат долга будет произведен в период 1994-1995 гг. поставками товаров, согласованных обеими Сторонами.

Как и положено в драме,сначала все шло как по маслу. Уже в 1994 г. было подписано межправительственное соглашение о поставках в Словакию оружия на сумму 176 млн. долл., в том числе 6 истребителей МиГ-29 и 24 авиационные ракеты. В 1995 г. Братислава согласилась зачесть 87 млн, долл. за ПЗРК "Игла". 11 октября 1996 г. премьер-министр Словакии Владимир Мечьяр направил письмо Президенту Б.Н. Ельцину, по изучению которого началась подготовка к еще более крупным сделкам.

В 1996 г. ГК "Росвооружение" подготовило на утверждение Председателю Правительства B.C. Черномырдину проект, согласно которому в 1997 г. словакам были бы переданы МиГ-29 и новые штурмовики Су-39, а с 1998 г. начались бы поставки Ка-50. Для того, что бы убедить Братиславу в целесообразности такой сделки, было принято решение направить "Черную Акулу" на тамошние полигоны, чтобы местные военные стали главными лоббистами нашей машины.

В октябре 1996 г. в Словакию собралась экспедиция. "Черная Акула" должна была впервые преодолеть своим ходом границы бывшего Союза. Для обеспечения безопасности перелета Генеральный конструктор С.В. Михеев приказал выделить Ка-32Т, тогда имевшийся в собственности фирмы. Эту машину пилотировал О.Р. Кривошеин, справа находился старший штурман-испытатель П.Н. Калинин. Кстати, о Павле Николаевиче Калинине. В отличие от большинства своих коллег Калинин закончил Рижское летное училище гражданской авиации. В 1986 г. Павел оказался в ВНТК имени Камова на должности руководителя полетов. В 1989 г. его откомандировали в ШЛИ имени Федотова и с этого момента началась биография штурмана-испытателя Калинина. Вдобавок к штурманской специальности у Павла Николаевича обнаружилась склонность к английскому языку. Так что кроме основной работы Калинин занимался и организаторской деятельностью при планировании перелетов.

П.Н.Калинин

Ю.К. Грузевич иА.В. Клунный знакомят словацкого летчика с очками ночного видения

Конструктор пушечного вооружения Ка-50 Г.М. Данилочкин

Ка-50 в небе над Словакией

Для демонстрации Ка-50 из Торжка откомандировали С. Золотова, который блестяще овладел техникой пилотирования и мог показать машину во всей красе. Боеприпасы с собой не везли – их оформление требовало дополнительных усилий и еще одно воздушное судно. Но Генеральный справедливо полагал, что ракеты С-8 можно найти в любой стране Восточной Европы, как и снаряды к пушке 2А42.

Старт с ЛИКа в Жулебино состоялся 17 октября. К вечеру добрались до Бреста. На следующий день пересекли границу Польши и пошли на Краков, где застряли аж до 20 октября – настигла ненастная погода. Но уже 21 октября камовцев приветствовала словацкая земля. Везде у аэродромной братии "Черная Акула" вызывала естественный интерес. Но летный состав комментариями, естественно, не разбрасывался.

Основную делегацию возглавил лично С.В. Михеев. От фирмы в Братиславу направились также ведущий конструктор Г.М. Данилочкин, автор конструкции орудийной установки, ведущий инженер Е. Ямщиков. По инициативе словацкой стороны, которую представлял бывший финансовый директор ААК "Прогресс" А.В. Клунный, неожиданно для себя ставший местным гражданином, к камовцам присоединился заместитель директора НПО "Геофизика-НВ" Ю.К. Грузевич, везший первые в нашей стране пилотажные очки ночного видения.

Прием в Братиславе был действительно теплым. Братья-славяне с воодушевлением изучали уникальный вертолет, искренне надеясь получить его в состав национальных ВВС. Как и ожидалось, вопрос с боеприпасами разрешился легко – Минобороны Словакии выделило снаряды и ракеты из своих арсеналов. 21 октября экипажи парой облетали полигон, находившийся в 30 км от аэродрома Песчаны. За дни пребывания на этой земле С. Золотов неоднократно демонстрировал пилотажные характеристики "Черной Акулы", а 22-23 октября трижды слетал на применение оружие на полигон. В воздухе Ка-50 сопровождал Ка-32Т, с которого велась фото- и видеосъемка. К восторгу словаков и гордости наших все снаряды легли в цель.

Успех был грандиозный. Словацкие летчики уже практически сроднились с мыслью, что основу национальных ВВС составят новейшие российские вертолеты. Но, как всегда, вмешались неучтенные факторы в форме давления будущих западных союзников, а также внутрироссийского раздрая. Компенсировать долг Братиславе поставками Ка-50 не удалось. В зачет пошел ЗРК С-300ПМУ. А окончательный взаиморасчет завершился только весной 2013 г.

Впрочем, ничто не проходит бесследно. Кроме опыта трансграничного перелета на память камовцам остались шикарные фотографии "Черной Акулы" на фоне словацких Татр. Словацким же летчиком остались воспоминания о нереализованной возможности стать самыми мощными ВВС в Восточной Европе.

Групповой снимок со словацкими пилотами

Работа продолжается

В 344-м ЦБП и ПЛС тем временем продолжалась исследовательская работа по освоению "Черной Акулы". Интересно, что испытания проходил не только Ка-50, но и уже отвергнутый военными Ми-28А. Так, НИР "Арсенал" предполагала сравнительную оценку боевой эффективности В-80Ш1 и Ми-28А. В частности, уточнялось время штурманской подготовки после получения задания на вылет, рассчитывалась вероятность поражения одиночной и групповой наземной цели, ожидаемые потери от огня средств ПВО противника. В ходе 140 одиночных и 20 парных полетов с общим временем 180 ч отрабатывалась атака типовой бронецели НАРами, ПТУР, пушкой, а также всеми видами бортового оружия. Большую часть работы выполнил ведущий летчик С. Золотов. Научным руководителем программы был полковник В. Рудых.

С января 1995 г. торжковцы начали разработку тактики боевого применения Ка-50. В ходе 60 полетов с общим временем 100 ч летчики Золотов, Ханыков и Севрюгин готовили методические пособия для строевых пилотов, которые, как ожидалось, должны были, наконец, получить вертолеты нового поколения. Однако командующий армейской авиации В.Е. Павлов не спешил. По его мнению, коли Ми-28А не смог выиграть конкурс, то условия конкурса были изначально неверными. По его приказу "специалисты" легко доказали, что в случае установки на Ми-24 тепловизионного прицела, модернизированной ПТУР "Атака", отказа от убирающегося шасси, а также внедрения ряда конструктивных решений с Ми-28, можно получить машину со сравнимой боевой эффективностью. Модернизированная "двадцать четверка" должна была заполнить вынужденную паузу, пока МВЗ имени Миля не разработает Ми-28Н.

Награды – Героям

Успешный ход войсковых испытаний, освоение машины в серийном производстве и значительный резонанс, полученный Ка-50 в ходе международных выставок, не оставил руководству Министерства обороны Российской Федерации иных вариантов, как зафиксировать появление в стране боевого вертолета нового поколения. Указом Президента России от 25 августа 1995 г. и приказом министра обороны от 10 декабря 1995 г. вертолет Ка-50 был принят на вооружение.

Долгожданное решение, да еще в столь сложное время, требовало поощрения создателей новой техники. Тем более, что в середине 1990-х гг. многие предприятия переживали не самые лучшие времена. Акции МВЗ имени Миля оказались в руках различных авантюристов и даже фирмы "Сикорский". На этом фоне в 1996 г. естественной стала новость, что за создание вертолета Ка-50 С.В. Михееву, Н.Н. Емельянову, Ю.А. Лазаренко и Г.В. Якеменко была присуждена Государственная премия Российской Федерации. В том же году государственными наградами за эту работу было отмечено около 80 специалистов ОКБ имени Н.И. Камова.

А потом состоялся знаменитый МАКС-1997. С.В. Михеев рассказывал:

"По традиции, перед началом выставки у центрального входа сделали небольшую экспозицию из наиболее примечательных экспонатов, которые должен был осмотреть президент Б.Н. Ельцин. В нее были включены истребители Су, МиГ, последним в ряду стоял Ка-50. В первый день выставки, когда ее должен был посетить Б.Н. Ельцин, я выехал из дома с изрядным запасом по времени. Однако перед самым въездом в город Жуковский движение практически остановилось. Первые минуты я еще не осознавал всю трагедию момента, а потом всерьез начал волноваться. И здесь меня буквально спас проезжавший мимо С.А. Стефанов, один из руководителей ЛИИ имени Громова. Увидев меня и оценив ситуацию, он предложил пересесть в его машину, имевшую все возможные пропуска. Благодаря им Сергей Андреевич сумел быстро проехать через все посты и кордоны практически до самой стоянки самолетов и вертолетов. Мне оставалось только перебежать через поле, чтобы оказаться около Ка-50. Что я и сделал. Добравшись до своего вертолета, я открыл его кабину, снял чехол с пушки и начал готовиться к приходу гостей. Оказалось, что я успел как нельзя вовремя. Буквально в этот момент, осмотрев очередной истребитель, Б.Н. Ельцин вместе с шедшими рядом с ним И. С. Силаевым и заместителем Министра обороны А. М. Московским направился к Ка-50".

Первый Президент, как обычно широко шагая, оторвался от толпы сопровождающих на несколько метров. Сергей Викторович сделал несколько шагов навстречу Ельцину, представился и вместе с ним направился к "Акуле", по дороге начав вдохновенный доклад о своей машине. Для начала Михеев обратил внимание собеседника на любимую пушку – 30-мм 2А42. Вдвоем обошли носовую часть и подошли к открытой дверце кабины. Здесь Президента и Генерального настигла толпа сопровождающих. И в присутствии многочисленных свидетелей Сергей Викторович завершает фразой, что Ка-50 в воздухе продемонстрирует Герой России генерал-майор Воробьев. Ельцин задумчиво посмотрел на Генерального и неожиданно произнес: "Летчик – Герой, а конструктор – не Герой?". После паузы торжественным голосом сказал, обращаясь к Михееву: "Я вам присваиваю звание Героя России!" Пожал руку и отправился дальше. Первым ошалевшего Генерального конструктора поздравил А.М. Московский.

С.В. Михеев через 20 лет расскажет: "После этого состоялись демонстрационные полеты, во время которых Борис Воробьев действительно показал, на что способна "Черная акула-. А потом состоялся небольшой прием в шале, где Б.Н. Ельцин, подняв бокал и поблагодарив всех за организацию столь масштабной выставки, повторно во всеуслышание объявил: – Я принял решение о присвоении звания Героя России Петру Степановичу Дейнекину и Сергею Викторовичу Михееву…".

Надо сказать, что первый Президент отличался импульсивностью в принятии решений. И с окружением советовался далеко не всегда, что бы потом ни говорили про Семью, Чубайса и прочих лиц из его близкого окружения. Если бы у аппарата было время, Ельцину бы без сомнения донесли, что С.В. Михеев, как депутат Верховного Совета, в октябрьских событиях 1993 г. находился в Белом Доме. Только случайность (Сергею Викторовичу было нужно вылететь за рубеж для переговоров с потенциальными заказчиками новых машин, и Верховный Совет рекомендовал ему покинуть здание) уберегла Генерального от обстрела, возможного ареста или даже гибели.

Тем не менее, Указ Президента РФ от 22 августа 1997 г. гласил: "За выдающиеся заслуги перед государством, мужество и героизм, проявленные при создании и испытании уникальной авиационной техники, присвоить звание Героя Российской Федерации Михееву Сергею Викторовичу". Правда, Золотую Звезду вручили, как это у нас водится, спустя почти полгода…

Рассказывая об этих событиях, Генеральный неоднократно говорил, что только спустя несколько лет, он неожиданно осознал, что действительно награжден за мужество и героизм в борьбе за Идею с одним из самых сложных периодов в истории Родины. Можно добавить, в борьбе против косности, жадности, коррупции и кумовства.

Президент Российской Федерации Б.Н. Ельцин вручает С.В. Михееву Золотую Звезду Героя

Гибель Воробьева

Но вскоре после торжества случилась трагедия, которая оборвала жизнь не только действительно Великого летчика, но и позволила недругам нанести почти смертельный удар по "Черной акуле".

Григорий Васильевич Якеменко, руководившей камовскими специалистами в Торжке, в начале 2000-х гг. написал в статье для фирменного сборника: "В Центре боевой подготовки в Торжке, вдохновленном успехом проведенных полетов на Ка-50, в кратчайшие сроки создали специальную программу подготовки летного состава авиации сухопутных войск к выполнению демонстрационных полетов на вертолете Ка-50. В соответствии с ней все основные фигуры пилотажа разрешалось выполнять с углами тангажа и крена до 90'. Программа предусматривала выполнение петли, упоминалась и бочка, где ограничения отсутствовали, поскольку в этих фигурах углы находятся в пределах ±180'. В конце программы была предусмотрена подпись ОАО "Камов-, но с этой программой к нам не обратились – Б.А. Воробьев понимал, что в таком виде ее не подпишут, а в другом виде она была ему не нужна. Неясно, как и почему ее подписал командующий армейской авиацией В. Е. Павлов.

Полеты по демонстрационному профилю проводились до конца августа 1997 г. и были освоены так, что Воробьев выполнил этот профиль и ночью. Используя обычную логику, понять, для чего это было сделано, невозможно. Вечером 17 июня 1998 г., выполняя на Ка-50 полет в рамках программы подготовки к демонстрационным полетам, Борис Алексеевич Воробьев погиб.

В акте комиссии, расследовавшей причины катастрофы Ка-50, указано сухо: "Причиной явилось непреднамеренное попадание вертолета Ка-50 на неэксплуатационный малоисследованный режим полета при выполнении фигуры сложного пилотажа за пределами ограничений РЛЭ и за пределами ограничений для демонстрационных полетов. Следствием явилось соударение и разрушение лопастей и падение вертолета".

По официальным данным, генерал Воробьев имел значительный перерыв в полетах на Ка-50 с сентября 1997 г. до 15 мая 1998 г. Полет 17 мая стал вторым. Обстоятельства трагедии оказались тщательно задокументированы. Начало полета – в 21.55, при заходе солнца. В тот день Воробьев вылетал на Ми-24, затем отъехал на дачу и вернулся в часть ко второй летной смене. При предполетном осмотре врач отметил повышенный пульс (75) и сердечное давление (90) генерала. Бортовые регистраторы остались целы. Записи были полностью расшифрованы. Но этоникак не объяснило действия Б.С. Воробьева, приведшие к трагедии.

По словам С.В. Михеева, Борис Сергеевич Воробьев был влюблен в Ка-50.

Боевой летчик "до мозга костей", он как бы нашел в нем то, что искал в жизни: легко управляемую боевую машину. В своей решимости дойти до предела ее возможностей он был неукротим. Говорить с ним об осторожности, как вспоминали сослуживцы, было бесполезно. Летом 2001 г., став свидетелем гибели высококлассного летчика Тимура Апакидзе, я невольно вспомнил о Борисе Воробьеве. И в том и другом случае ни машины, ни летчики не были виноваты. Каждый из них повторил судьбу Валерия Чкалова. Размышляя над этим, я вспомнил информацию, которую я впервые узнал из книги Ю.А. Остапенко -Петр Дементьев: преодоление невозможного". Возможно, при подготовке этой книги кто-то из близких Петра Васильевича поделился воспоминаниями о том, как он, тогда еще главный инженер завода №1, оказался днем 15 декабря 1938 г. одним из первых на месте катастрофы самолета Валерия Чкалова и сумел услышать его последние слова: "Летчик не виноват… Летчик не виноват…-. Да, даже если летчик сделал что-то не так… Не судите, да не судимы будете. Летчик действительно не виноват в таких случаях".

Приехав в Торжок проститься с Борисом Воробьевым, С.В. Михеев услышал за своей спиной брошенную фразу: "Ну, теперь мы этот вертолет закроем". Голос говорившего был ему хорошо знаком, но он не стал оборачиваться.

Спустя полтора года после гибели Воробьева, 19 декабря 1999 г., в прошедшей по одному из телеканалов программе "Катастрофы недели", был показан фрагмент того полета Ка-50 и его падение на землю, которые были сняты оператором, "пожелавшим остаться неизвестным", из-за забора Торжокского центра. Все это время об этих кадрах не знали в комиссии, расследовавшей катастрофу вертолета. Но время для их появления в телевизионном эфире было подобрано чрезвычайно точно: как раз в те дни в России было принято решение об отправке вертолетов Ка-50 в зону боевых действий, в Чечню.

Б.А. Воробьев

Ночь, вторая попытка

К середине 1990-х гг. Уральский оптико-механический завод, ранее – серийное предприятие ЦКБ "Геофизика", освободился от "родительской опеки" и стал полностью самостоятельным. Однако к тому моменту спрос на продукцию УОМЗ снизился – ВВС заказывали все меньше истребителей, а, значит, меньше соответствующих оптико-электонных приборов для них.

В этой ситуации генеральный директор предприятия Э.С. Яламов сделал ставку на освоение выпуска "шариков" – гиростабилизированных оптикоэлектронных систем (ГОЭС), аналогов продукции всемирно известной FLIR Systems. Подтолкнул Яламова к этой идее С.В. Михеев во время знаменательной поездки в Фарнборо, где дебютировала "Акула". В один из дней работы выставки Сергей Викторович и Эдуард Спиридонович встретились на перроне, чтобы отправиться на электропоезде непосредственно в Фарнборо. По дороге завязалась беседа о будущем оптико-электроники для вертолетов. Яламов попросил у Генерального конструктора совета, чем заняться ставшему самостоятельным предприятию. Михеев и предложил обратить внимание на конструкцию, предложенную американской FUR Systems. Воспользовавшись этим советом, свердловчане (после переименования, екатеринбуржцы), не прогадали – потребность в ГОЭСах для вертолетов с годами все возрастала и возрастала.

С концепцией развития линейки ГОЭС уральцы обратились к С.В. Михееву, у которого тогда не было денег, но зато его подпись многое значила для Заказчика. А от Заказчика зависело открытие карточки новых НИОКР. Сергей Викторович поддержал идею, сразу же увидев перспективы для машин различных классов. Собрав необходимые подписи, УОМЗ начал работу над линейкой ГОЭС. Конструктивно такая система была выполнена в виде подвижного шара одного из нескольких типоразмеров (диаметр оптико-механического блока 720,640,460 или 360 мм), внутри которого могли размещаться от одного до 4-5 оптико-электронных модулей, выполняющих функции информационных каналов(дневной или низкоуровневый телевизионные каналы), тепловизор, лазерный дальномер-целеуказатель, пеленгатор лазерного подсвета, лазерно-лучевая система управления ПТУР. Правда, не следует считать, что все эти приборы могут одновременно быть установленными в "шарик". Заказчику приходится выбирать.

Одной из первых ГОЭС, выпущенных в Екатеринбурге, стала система "Самшит-50" именно для Ка-50 и вертолета-разведчика Ка-бОР. Станция была выполнена в виде шара диаметром 640 мм с четырьмя оптическими окнами, вмещающего четыре основных канала: лазерный дальномер-целеуказатель, телевизионный канал, лазерно-лучевую систему управления ПТУР "Вихрь" и тепловизор Victor французской фирмы "Томсон". Ночное оборудование вертолета обеспечивало обнаружение малоразмерной цели типа "танк" на расстоянии не менее 7 км и точное прицеливание на дальности 4,5-5 км.

Встреча С.В. Михеева с директором УОМЗ Э.С. Яламовым (второй справа) и его коллегами

Ка-50Ш, первый вариант размещения ГОЭС-640

Этот же вертолет на выставке в Абу-Даби

О.P. Кривошеин

Уже в начале 1997 г. "Самшит" установили на пятом экземпляре вертолета, выпущенном в Арсеньеве и признанным эталонным для серийного производства – том самом, что летал в Словакию (борт 018). Шарик разместили над входным окном комплекса "Шквал-В", в виде своеобразной бородавки. Эта модификация машины получила собственное обозначение Ка-50Ш. 4 марта того же года летчик-испытатель О.Р. Кривошеин поднял Ка-50Ш в воздух. Немного об Олеге Реджинальдовиче Кривошеине. Закончив в 1982 г. Сызранское высшее военно-воздушное училище летчиков, 21-летний лейтенант попал в армейскую авиацию, а оттуда – в состав ВВС 40-й армии, которая, как известно, тогда скромно именовалась Ограниченным контингентом Советских войск в Афганистане. Отвоевав положенный срок, вернулся на Родину. А в 1989 г. после Школы летчиков-испытателей пришел на ВНТК имени Камова, где и где летает до сегодняшнего дня.

Фактически без промедления этот вариант "Акулы" был продемонстрирован потенциальным покупателям – в конце марта два Ка-50, в том числе один с индексом "Ш", участвовали в выставке IDEX-97 в Абу-Даби. Правда, летала там "дневная" машина из Торжка. Стреляла из пушки, пускала НАР и ПТУР. А "ночная" "Акула" красовалась на стоянке.

На Ка-50Ш отрабатывались и другие новинки. В частности, была предпринята первая попытка оснастить вертолет бортовой РЛС. Для этого над втулкой несущих винтов установили в обтекателе антенный пост радара "Арбалет", разработанный корпорацией "Фазотрон-НИИР". Такое решение, по всей видимости, было попыткой создать противовес американскому AH-64D Apache Longbow с одноименным локатором. Но средств, чтобы довести эту конструкцию "до ума" тогда не хватило.

Зато на Ка-50Ш был впервые в российской практике заменен автоматический планшет ПА-4-3 с бумажной картой на цифровую карту, сопряженную с приемником спутниковой навигационной системы. Комплекс КАБРИС был не просто "навигатором", в понимании автолюбителей, а действительно элементом прицельно-поискового навигационного комплекса, интегрированного в систему управления машины. Пилот мог нанести перед вылетом маршрутные точки прямо на цифровую карту, а автопилот отрабатывал команды для следования по данному маршруту. Летавший с КАБРИСом А.С. Папай высоко оценивал возможности этой системы, созданной тогда совсем молодым частным предприятием "Транзас".

В конце 1990-х гг. родное Минобороны на НИОКР выделяло камовцам какие-то крохи и обязательно – ближе к концу года. Средства надо было осваивать, и на Ка-50Ш появлялись все новые системы. В частности, именно он получил новый комплекс с открытой архитектурой на основе мультиплексных каналов информационного обмена. Комплекс был разработан Раменским приборостроительным конструкторским бюро под руководством Г.И. Джанджгавы. Основу информационно-управляющего поля кабины летчика стали составлять три многофункциональных цветных жидкокристаллических индикатора и модифицированный ИЛС. Одновременно системы "Шквал" и "Самшит-50" поменяли местами: шар ГОЭС переместили вниз, а окно комплекса "Шквал", наоборот, приподняли вверх

Кэ-50Ш в полете

С.В. Михеев и руководитель Раменского ПКБ Г.И. Джанджгава

Новое положение "Самшит-50" на вертолете Ка-50Ш

В состав модифицированной ГОЭС "Самшит-50" был включен тепловизор французской фирмы SAGEM (вместо "Томсон"), Арсенал Ка-50Ш должен быть пополнен управляемыми ракетами "воздух-поверхность" Х-25МЛ с полуактивной лазерной системой наведения. Обновленный Ка-50Ш был подготовлен в июне 1999 г. и показывался на выставке в Нижнем Тагиле, а затем на МАКС-99. На пилонах были также подвешены ракеты "воздух-воздух" типа Р-73 и 9М39 "Игла-В", однако реальных испытаний по поражению воздушных целей тогда не проводилось.

В 1999 г. камовцы переоборудовали четвертый экземпляр Ка-50, оснастив его двумя "шариками". Сняв комплекс "Шквал", сверху разместили турельную оптико-электронную систему ТОЭС-520 с диаметром оптико-механического блока 360 мм и двумя каналами обзора – телевизионным для дня и тепловизионным – для ночи. Внизу был установлен ГОЭС-ЗЗО диаметром 460 мм с телекамерой, тепловизором и лазерным дальномером-каналом управления ракетой. Потом его заменили на ГОЭС-640. Но у страны, с трудом завершавшей первую чеченскую кампанию, средств на такую технику уже не было.

Параллельно с 1997 г. начались работы по адаптации бортового оборудования Ка-50 к применению очков ночного видения. Этому предшествовало событие, которое никто на Западе от русских не ожидал, – создание оптико-электронных преобразователей 3-го поколения.

Дело в том, что попытки оснастить вертолет очками ночного видения (ОНВ) предпринимались и ранее. Еще в ходе Афганской войны совместными усилиями НИИЭПР и Лыткаринского завода оптического стекла были изготовлены пилотажные ОНВ. Но испытания показали, что полеты с очками, основу которых составляют освоенные в производстве ЭОП 2-го поколения, кстати, вполне подходившие для танкистов и снайперов, не обеспечивают необходимого уровня безопасности из-за недостаточного соотношения "сигнал/шум".

Ка-50Ш

К тому времени американские компании ITT и Litton создали и уже наладили серийный выпуск ЭОП 3-го поколения без ионно-барьерной пленки, что сразу же создало преимущество для западных вертолетов. "Апачи" и "Кобры" могли летать, искать цели и подбирать площадки с воздуха в условиях безлунной ночи, а наши машины должны были сидеть на земле.

К тому же шоковая терапия по-гайдаровски и прочее "умелое" руководство страной резко подкосили радиоэлектронную промышленность страны. Закрылся НИЭПР, на грани банкротства оказалась "Геофизика". В цехах точной механики и оптики зимой росли сосульки. Казалось бы, целую отрасль можно считать уничтоженной. Но сторонники деиндустриализации страны просчитались. Группа, фактически энтузиастов, во главе с бывшим главным технологом "Большой Геофизики" В.А. Солдатенковым создали небольшую компанию "НПО Геофизика-НВ". В коллектив влились разработчики ЭОПов и разработчиков оптических систем, в том числе В.Н. Беликова, перешедшая в Сокольники из Лыткарино, а также профессор МВТУ имени Баумана Ю.К. Грузевич.

Ценой серьезных затрат энергии, ресурсов и денег "Геофизике-НВ" удалось разработать собственную технологию нанесения ионно-барьерной пленки и наладить производство ЭОП 3-го поколения с катодом из сплава КРТ. На нескольких уцелевших от разгрома "гайдаровцами" НИЭПРа и радикально модернизированных вакуумных установках был освоен выпуск самых передовых на тот момент усилителей света, на базе которых В.Н. Великова разработала новые очки ночного видения "Гео-ОНВ-1". Изделие прошло совместные испытания на Ми-8 и было принято на снабжение.

Естественно, такая техника не могла пройти мимо С.В. Михеева. 29 ноября 1997 г. им было подписано "Решение Генерального конструктора ОАО "Камов" по оборудованию вертолетов Ка-50 ночными системами". Этот документ официально подвел итог реализации принятой еще в декабре 1996 г. программы, предназначенной для координации работ в ОАО "Камов" с ведущими НИИ Заказчика по технике ночного видения и с основными соисполнителями работ в интересах создания вертолета Ка-50 с высокими характеристиками эффективности, надежности и безопасности. Основным исполнителем работ стало, естественно, ОАО "Камов", которое должно было обеспечить согласование всех участников проекта, выпустить новую конструкторскую документацию, руководство по летной эксплуатации, методикам и программам по машине. От Заказчика участвовало НИИ АО, обеспечивавшее методическое и метрологическое сопровождение и поставки светоизмерительной аппаратуры. ГосНИИИ МО РФ (Институт авиационной и космической медицины) должен был составить инженерно-психологические обоснования и дать инженерно-психологической оценки. "НПО Геофизика-НВ" выделяла очки "ГЕО-ОНВ" и проводила контроль светотехнических характеристики внутрикабинного освещения Ка-50.

Для проведения испытаний был выбран 4-й экземпляр Ка-50. Группу камовцев, занимавшеуюсяся данной темой, возглавили главный конструктор Г.В. Якеменко и заместитель главного конструктора Н.Н. Емельянов. Военные выделили опытных пилотов Н.В. Колпакова и Н.Н. Наумова. Со стороны "НПО Геофизика-НВ" работами руководил Ю.К. Грузевич. Срок ОКР предполагались крайне сжатым – "Камов" должен был за две недели выпустить техническое задание для соисполнителей, а к концу января 1997 г. – утвердить конструкторскую документацию. Еще через месяц предполагалось завершить переоборудование кабины.

Четвертый опытный Ка-50, дооборудованный в ночной вариант

"Борт 018" в ходе дальнейшей модернизации был оборудован системами "Самшит-50" и ТОЭС-520.

Впрочем, заданные темпы выдержать не удалось. Основная трудность, с которой столкнулись разработчики, состояла в том, что на Ка-50 предполагалось в аварийной ситуации обеспечивать катапультирование пилота. А конструкция ОНВ, как "НПО Геофизика-НВ", так и их конкурентов из Лыткаринского завода оптического стекла, не предусматривала мгновенного их сброса с крепления на шлеме ЗШ-7В. Кроме того, по требованию военных, собственный источник питания ОНВ дублировался через адаптер, подключенный к бортовой сети. В момент отстрела катапульты такие решения могли крайне негативно сказаться на судьбе летчика. Поэтому в июне 1997 г. Г.В. Якеменко обратился к В.А. Солдатенкову с просьбой разработать ОНВ для применения в летательном аппарате, оснащенном катапультируемым креслом.

Принципиальное решение было найдено, но требовало финансирования для проведения ОКР и полного цикла испытаний. А средств, выделенных Минобороны, едва хватало на выполнение более насущных задач. Забегая вперед, можно констатировать, что окончательно очки "ГЕО-ОНВ" (правда, уже в другой модификации) "прописались" только на Ка-52. К тому моменту удалось найти быстроразрывной контакт для экстренного разрыва шнура питания очков от борта, а также убедиться в безопасности покидания машины при катапультировании в очках.

А в конце 1990-х гг. пришлось пойти на определенные отклонения от требований безопасности. Четвертая "Акула" все же летала ночью. Как в Подмосковье, так и в Астраханской области. В Ахтубе, в частности, А.С. Папай осуществлял не только пилотаж в ОНВ, но и выполнял стрельбу всем штатным вооружением машины. Но об этом речь еще впереди…

Продолжение следует

Материал выходит под редакцией Михаила Лисова

Михаил МАСЛОВ

Самолеты Дмитрия Григоровича

Дмитрий Павлович Григорович в рабочем кабинете. 1936 г.

Штурмовики-разведчики с двигателем М-34

В начале 1936 г. Управление ВВС предложило ряду конструкторских бюро приступить к проектированию боевых скоростных монопланов, определяемых как штурмовики-разведчики или войсковой самолет (ВС). На самом деле ставилась задача создания многоцелевого самолета, способного совместить функции штурмовика, дальнего разведчика и легкого бомбардировщика. В качестве силовой установки использовался двигатель АМ-34ФРН, взлетной мощностью 1200 л.с. – он представлялся на тот момент наиболее приемлемым для осуществления подобной задачи, так как являлся реальным продуктом отечественной авиапромышленности. Для подготовки проектов назывались следующие тактико-технические требования:

1. Скорость 450-470 км/ч.

2. Дальность нормальная 2000 км, с перегрузкой – 4000 км.

3. Экипаж – 2 человека.

4. Для варианта бомбардировщика бомбовая нагрузка должна была составлять 400-500 кг, максимальная, при перегрузке – 1000 кг.

В течение означенного года конструкторские коллективы Григоровича, Поликарпова, Немана, Кочеригина, Сухого и Ильюшина предоставили свои предложения на уровне эскизных проектов.

20 декабря 1936 г. начальник НКОП М.М. Каганович в своей докладной записке в правительство "О штурмовиках- разведчиках большой дальности и скорости" подтверждал факт подготовки большинства проектов этих многоцелевых самолетов. В отношении проектов Григоровича указывалось, что в его КБ разработали два варианта: низкоплана и высокоплана.

Проект высокоплана Григоровича с установкой двигателя высоко над крылом изначально проектировался с последующей его переработкой в гидросамолет. В отношении него указывалось, что этот вариант дает хороший обзор и обстрел в передней полусфере для наблюдателя. Отрицательной его стороной называлась сложность монтажа и эксплуатации двигателя, снижение значения максимальной скорости и непривычная для сухопутных аппаратов техника пилотирования.

Впрочем, до детальной разработки обоих проектов – высокоплана и низкоплана – дело не дошло. В начале 1937 г. сама идея создания многоцелевого самолета заметно трансформировалась и получила продолжение в виде проекта -Иванов", теперь ориентированного на двигатель М-62. Конструктор Григорович в этой программе уже не участвовал.

Продувочная модель ЛК-3 (ДГ-56)

Основные расчетные характеристики ЛК-3 (ДГ-56)

Размах крыла, м. 20,0

Длина в линии полета, м 13,0

Высота на стоянке, м 4,9

Площадь крыла, м2 53,0

Вес конструкции, кг 1940

Полная нагрузка, кг 2220

Полетный вес, кг 5675

Нагрузка на крыло, кг/м2 111,0

Бомбы, кг… 200 (в перегрузку)

Скорость максимальная

на 5000 м, км/ч.. 428

Дальность полета, км 1900

Легкий крейсер ЛК-3 (ДГ-56)

Точной даты появления этого проекта или отказа от продолжения его разработки не обнаружено. Вероятно, проектирование самолета велось в течение всего 1935 г. Именно в это время в руководстве ВВС Красной Армии отмечался интерес к скоростным двухмоторным самолетам, для которых использовалось определение "Легкий крейсер" (ЛК). Задачами для таких самолетов назывались охрана своих бомбардировщиков и уничтожение неприятельских самолетов, летящих в составе крупных подразделений. Проект "легкого крейсера" Григоровича получил наименование ЛК-3 (ДГ-56). Самолет предполагался под два двигателя "Испано Сюиза" 12Ybrs с заявленной максимальной мощностью по 860 л.с. ДГ-56 отличался изящными очертаниями, имел убираемое шасси, гладкую обшивку. Экипаж состоял из двух-трех человек. Вооружение предполагалось из двух динамореактивных пушек АПК-4 калибра 76 мм или 2-х пушек ШВАК калибра 20 мм.

Средний бомбардировщик (ДГ-57)

В конце 1936 года Григорович работал над проектом среднего бомбардировщика БС с двумя двигателями "Гном Рон" К-14 (М-85) мощностью по 800 л.с. Экипаж самолета – 4 человека. Внутри фюзеляжа предусматривалась подвеска 900 кг бомб. Еще 400 кг бомб в перегрузку подвешивались под крыльями. По расчету максимальная скорость должна была составлять 410 км/ч. Проект не реализовывался из-за отсутствия производственной базы. Почти одновременно на основе бомбардировщика предполагалось создать 10-12-местный пассажирский самолет.

Основные проектные характеристики ПБ-1 (ДГ-58)

Размах крыла, м. 12,5

Длина в линии полета, м 8,76

Высота на стоянке, м 3,46

Площадь крыла, м! 24.0

Вес пустого, кг. 1507

Полетный вес, кг 2439

Бомбы, кг…….. 500

Скорость максимальная, км/ч 400-450

Дальность техническая, км ..Д800

Схема легкого крейсера ДГ-56

Макет основной стойки убираемого шасси разведывательного варианта ДГ-58Р

Пикирующий бомбардировщик ПБ-1 (ДГ-58)

Разработка этого самолета, получившего обозначение ДГ-58, началась первоначально в рамках задания на скоростной разведчик (СР) в 1935 г. В качестве силовой установки использовался двигатель "Гном Рон" К-14 (М-85) мощностью 800 л.с. Практически сразу, предполагая затруднения с реализацией разведчика по причине нескольких конкурирующих проектов (Неман, Кочеригин, Гиммельфарб, Путилов), Григорович основной упор сделал на специализации его в качестве пикирующего бомбардировщика (ПБ-1).

Проект ПБ-1 с двигателем М-85 рассматривался в Управлении ВВС РККА и 19 сентября 1935 г. был утвержден к последующей реализации как перспективный. Было сделано заключение: "Ввиду ожидаемых хороших данных предложить заводу № 1 всемерно форсировать предъявление макета и постройку машины".

Самолет предполагался также как легкий бомбардировщик и разведчик (ДГ-58Р). Он представлял собой двухместный моноплан полностью металлической конструкции. Двухлонжеронное крыло с гладкой дюралевой обшивкой в плане имело эллиптическую форму, на виде спереди центроплан крыла был слегка изогнут в виде обратной "чайки". Убираемое шасси повторяло конструкцию, использованную в истребителе ИП-1. В пояснительной записке указывалось, что колеса убираются наполовину с целью установки убираемых лыж.

Пикирующий бомбардировщик Григоровича действительно создавался ускоренными темпами. Однако его история была прервана в июне 1936 г., а дальнейшие следы существования буквально затерялись во времени.

11 декабря 1936 г. член КСК Хахньян направил письмо в ЦК ВКП(б) Сталину, в СНК Молотову, в КСК Антипову, в котором прояснялись многие моменты, происходящие в советской авиапромышленности. В разделе, посвященном Григоровичу, было написано буквально следующее: "Анализ причин неудовлетворительных темпов внедрения в производство новых самолетов показывает, что одной из главных причин является совершенно недопустимое неприязненное отношение главного инженера ГУАПа Туполева к внедрению машин не его конструкций.

…Григорович безусловно является одним из опытнейших конструкторов и в этом отношении солидным конкурентом Туполева. Многие задания Гоигоровичу не могли быть реализованы им из-за того, что ему препятствовали всячески. Сначала Григоровича загнали в кустарные мастерские (ныне утильцех завода №1), где он все-таки построил самолет ИП-1 и заложил ИП-2. Затем перекинули на завод № 1 в качестве главного конструктора. Гпавным конструктором этого завода он так и не был, так как его таковым фактически не признавали ни Шекунов, ни Беленкович.

Работы Гоигоровича над пикирующим бомбардировщиком и ИП-2 на заводе №1 вовсе не продвигались. Ныне же Григорович фактически отстранен от конструкторской работы над этими машинами и детали его машин на заводе № 1 упакованы в ящики для отправки неизвестно куда".

Дополним историю самолета ПБ-1 (ДГ-58) фрагментом справки по состоянию опытного самолетостроения, составленной 11 февраля 1938 г: "В связи с переводом Григоровича на морское самолетостроение, самолет передан для постройки заводу №135 (Неман). Ввиду необходимости внесения изменений в самолет и перегруженности конструкторского бюро завода №135 самолетами ИП, СР-М25, " Иванов", работы по ПБ были прекращены-.

Модель ПБ-1 (ДГ-58) предназначалась для проведения исследований в аэродинамической трубе

Варианты бомбовой подвески и макет основной стойки бомбардировочного варианта самолета ДГ-58 (ПБ-1)

Уход Д.П. Григоровича

Долгие годы напряженной работы в крайне неблагоприятных условиях, тюрьма, непрекращающееся противостояние с чиновниками от авиапрома и с чинами из ГПУ заметно пошатнули здоровье Григоровича. В начале 1937 г. самочувствие Дмитрия Павловича заметно ухудшилось. Какое то время он сопротивляется недугу, однако болезнь активизировалась, поэтому однажды наступил момент, когда пришлось принять решение об отходе от активной деятельности. 3 июня 1937 г. Григорович направляет письмо на имя начальника НКОП М.М. Кагановича: "Ввиду нового ухудшения состояния здоровья и невозможности в связи с этим нести какую-либо ответственную и регулярную работу, прошу Вас о предоставлении мне длительного отпуска от 4-х до 6-ти месяцев, до полного восстановления работоспособности."

Впрочем, даже прикованный к постели, он продолжает генерировать новые идеи и предложения, касающиеся совершенствования авиационной техники. Конечно, в большинстве своем эти предложения носили общий характер, они не претендовали на эпохальные открытия, в чем-то являлись даже наивными. Тем не менее, неустанное стремление к поиску новых решений в области конструирования и технологии авиастроительства оставалось с Григоровичем.

15 сентября 1937 г. Дмитрий Павлович обращается на имя Кагановича с предложением максимально механизировать посадочные средства гидросамолетов, вводить убираемые реданы, подводные крылья. Он называет это новым принципом гидросамолетостроения: "Техническая сущность этого решения заключается в полном подчинении гидродинамической части аэродинамической, вследствие чего аэродинамическая часть получает предельно совершенные формы и габариты, ничем, почти не отличающиеся от форм и габаритов сухопутных самолетов.

Взлет такого гидросамолета осуществляется благодаря механизации, не только не ухудшающей, но могущей значительно улучшить картину взлета при улучшении посадки и придания гидросамолету еще дополнительных преимуществ зимней эксплуатации".

Затем он обращает внимание на расширившиеся возможности авиапромышленности и выступает ни много, ни мало с проектом "цельноштампованного самолета". В своем письме, направленном в бюро изобретений НКАП и датированном 10 ноября 1937 г. Григорович пишет: "Для быстрой реализации ресурсов авиапромышленности, для мобилизации ее на создание наиболее совершенных, новейших типов самолетов решающее значение будут иметь конструкция самолета и его технология". Далее конструктор подробно описывает свое предложение – он предполагает собирать самолеты из крупных конструктивных блоков, выполненных в виде штампованных панелей с силовой диагональной сеткой. Хотя суть его предложений была вполне понятна, однако их практическое разрешение являлось трудноосуществимым, поэтому отзывы в большинстве своем не являлись положительными.

Не только совершенствование конструкций самолетов интересуют в этот период Григоровича. Он искренне интересуется дальними перелетами, осуществленными летом 1937 г. экипажами В.П. Чкалова и М.М. Громова через Северный полюс в Америку. Понимая, что эти перелеты могут дать толчок для последующего регулярного авиасообщения в Арктике, конструктор рассчитывает варианты маршрутов через Северный полюс. Он предполагает, что на воздушных трассах из Москвы в Сан- Франциско и Нью-Йорк экономически целесообразными могут стать десятиместные пассажирские самолеты с экипажем из 3 человек.

Макетный вариант компоновки пилотской кабины

Макет кормовой оборонительной турели с прозрачным экраном

Полноразмерный макет ПБ-1 (ДГ-58)

Эскизные проекты такого самолета в двух вариантах были разработаны конструктором еще в 1936 г. Первый вариант представлял собой свободнонесущий моноплан с двумя двигателями в крыле мощностью по 850-960 л.с., которые могли обеспечить крейсерскую скорость полета 400-420 км/ч. Второй проектный вариант предполагал разместить двигатели в фюзеляже друг за другом по тандемной схеме. Вращать они должны были соосные воздушные винты.

Для разрешения вопроса дальности полета Дмитрий Павлович предлагал использовать систему дозаправки в воздухе со специальных самолетов-заправщиков. В обоснование такого подхода он писал в наброске своего предполагаемого доклада: "Второе решение представляется наиболее простым и выгодным, потому что не связано с посадкой при крайне неустойчивой полярной погоде с риском обледенения и прочее. Этот второй путь открывает очень большие возможности, не связан с потерей времени и высоты, позволяет решить вопрос о скором и очень надежном воздушном сообщении с крейсерской скоростью около 400 км/ч. Преимущество этого метода заключается в том, что самолет производит взлет в нормальных условиях, нисколько не перегруженным, что делает взлет и быстрым, и надежным… не будет стесненным расходом горючего…, может точно выдерживать график, прибавляя скорость в случае встречного ветра".

Кроме монтажа систем по дозаправке в воздухе пассажирский самолет предполагалось оборудовать гермокабиной и системой антиобледенения. Этот же тип аппарата должен был стать основой для самолета-заправщика, а также и для самолета-бомбардировщика.

23 января 1938 г. Дмитрий Павлович направляет письмо в ВКП (б), где с огорчением сообщает, что все его предыдущие послания "не имеют хода, а могли выдать много пользы. …В течение почти года я обречен на беспомощность, а в последнее время прикован к постели, а под "лежачий камень и вода не течет". Все попытки внести какое- либо улучшение в состояние моего здоровья приводят лишь к отрицательным результатам…

Поэтому обращаюсь к Центральному Комитету Партии с просьбой поручить какой-либо лечебной организации, если не восстановить мою работоспособность, что может быть невозможно, но хотя бы поддержать в такой мере, чтобы я мог закончить работу по этому ведущему к силе и славе Советского Союза предложению по раскрытию его технической сущности и военно-политического значения.

23.1.38 г.

Москва, Шведовский переулок д. 3, кв.20."

Из всех главных конструкторов в этот тяжелый период только Поликарпов навещал больного Григоровича. Два человека, столь разные по характеру и по творческому почерку, всегда корректно относились друг к другу.

Между тем, болезнь прогрессировала. В.Б. Шавров в своей книге "История конструкций самолетов в СССР" записал: "Летом 1936 г. Д.П. Григорович работал в аппарате ГУАП в качестве начальника морского отдела, а в конце года был назначен главным конструктором нового завода. Практически он там не работал из-за болезни (белокровие), которая быстро развивалась, и 26 июля 1938 г. на 56 году жизни он скончался".

Злоключения конструктора продолжились и после его смерти. В больнице, где делали вскрытие, морг оказался переполненным. Тело Григоровича перевезли в морг другого лечебного учреждения, не сделав никаких отметок в документах. Когда родственники, приехав в больницу, стали оформлять документы на похороны, им никто внятно не мог сказать, где тело. Они обратились за помощью в наркомат. Из конструкторов, хорошо знавших Дмитрия Павловича, в то время в Москве находился только И.В. Четвериков. Ему и поручил начальник главка найти тело и помочь организовать похороны. Игорь Вячеславович вспоминал: "Мы объехали несколько моргов, прежде чем в одном санитар провел нас в подвал, наполовину заполненный кусками льда (морозильных камер в то время не было). На глыбах льда лежал припухший Григорович. На теле дегтем написан какой-то номер…".

Похороны были скромными. Скромен и памятник, установленный на его могиле на Новодевичьем кладбище.

Дмитрий Павлович Григорович внес свой вклад в развитие отечественной авиации, вписав в ее историю множество ярких страниц.

Схема самолета ПБ-1 (ДГ-58)

На этом мы завершаем публикацию серии материалов о жизни и творчестве выдающегося советского авиаконструктора Д.П. Григоровича.

Автор выражает благодарность за помощь при подготовке материала В.П. Иванову, А.П. Красильщикову, Г.Ф. Петрову, М.В. Орлову.

При подготовке издания использовались материалы Российского Государственного архива экономики, Российского Государственного Военного архива, Центрального Военно- Морского архива, Центрального Государственного архива научно-технической документации, Российского Государственного архива Московской области, материалы Научно-мемориального музея Н.Е. Жуковского.

Использованы фотографии Российского Государственного архива кинофотодокументов, Научно-мемориального музея Н.Е. Жуковского, Центрального музея Вооруженных сил России, Российского Государственного Военного архива. А также фотографии из личных собраний Г.Ф. Петрова, М.В. Орлова, Г.О. Слуцкого и М.А. Маслова.

Схемы самолетов Д.П. Григоровича выполнены М.А. Масловым, М.В. Орловым, Г.Ф. Петровым, В. Егоровым, А. Юргенсоном.

Цветные проекции самолетов выполнены А. Юргенсоном.

Владислав Морозов

Авиация в боевых действиях на Юго-Востоке Украины, весна-лето 2014 г.

Если умами изрядной части населения какой-либо крупной страны однажды вдруг овладевают внедряемые извне ложные идеи и непомерные амбиции, основанные на право-националистическом чванстве гитлеровского толка, переходящем в самообман, на которые наслаивается полное бесстыдство правящей элиты, помноженное на перманентный экономический разврат, то ничем хорошим подобное кончиться не может. К сожалению, именно такой горький катаклизм мы сегодня наблюдаем в соседней, не чужой нам Украине.

Согласно данным, приводимых в украинском журнале -Авиация и время", ВВС Украины унаследовали от СССР более чем серьезную группировку авиатехники, куда, помимо прочего входили 16-19 (по разным данным) Ту-160, 25 Ту-95, 115 Ту-22М, 76-81 Су-25, 231-240 Миг-29, 53-65 Су-27, 288 Су-24 всех модификаций, 397 Ми-8, 229-306 Ми-24. Однако, как отмечают сами же украинские авторы, за двадцать "постсоветских" лет мощнейший авиапарк Вооруженных Сил Украины (ВСУ) попросту "растаял". Из доставшихся Украине от СССР 44 авиаполков через два десятилетия в изрядно "кастрированном" виде сохранилось всего 12 авиачастей, а из 2150 пилотируемых летательных аппаратов – 435 машин всех типов (т.е. всего 20%), из которых 150 (т.е. более трети) "находились на консервации".

К середине 2012 г. у Украины имелось 16 Су-27 (еще около полусотни якобы находились "на консервации"), 80 Миг-29, 25 Су-24М ("на консервации" еще якобы 95), 23 Су-24МР, 36 Су-25, 3 Ан-24, 21 Ан-26, 3 Ан-30, 2 Ту-134, 20 Ил-76 и Ил-78, 39 L-39, 53 Ми-8, 139 Ми-24, 2 Ми-9,12-16 Ка-27,3 Ка-29, 4 Бе-12 , 3 Ми-14. При этом украинскими же источниками отмечалось, что в последние годы в боеготовом и летнопригодном состоянии находилось не более 30% этой техники.

Модернизированный L-39C

Правда, и эти данные оказались излишне оптимистичными и явно завышенными. Причина проста – после подписания в 1997 г. соглашения "НАТО-Украина" произошла полная переориентация развития Вооруженных сил Украины на "Североатлантическую основу". В отличие от России, где необходимость наличия и модернизации сильной армии особому сомнению никогда не подвергалась, Украина положилась на гарантии "новых друзей". На протяжении последних лет в тамошнее массовое сознание буквально вдалбливалась нехитрая мысль о том, что, в случае любого посягательства на территориальную целостность Украины "имперских захватчиков с востока", НАТО тут же вмешается и не остановится даже перед применением для защиты своих украинских друзей стратегических средств (т.е. по данной логике НАТО было готово развязать из-за Украины Третью мировую войну!). Это заблуждение сейчас очень дорого обходиться украинцам. Соответственно, ВС переориентировались на совместные с НАТО "миротворческие" и иные подобные операции, по итогам которых рекомендовалось избавиться от любого наследия "оккупантов", как организационно-тактического, так и технического (по итогам действий частей в Ираке признано что, к примеру, БРДМ-2 и БТР-80 плохие машины, поскольку "не имеют кондиционеров и биотуалетов" (!?!), вертолет Ми-24 плох, потому что "не соответствует натовским стандартам" и т.д. и т.п.). Соответственно, все последние реформы ВС Украины были направлены на сокращение численности личного состава и техники (технику советского производства было запланировано постепенно списать с заменой на любые западные образцы).

По состоянию на начало 2012 г. ВВС Украины насчитывали 11 авиабригад:

– 15-я транспортная авиабригада (ТрАбр) на самолетах Ан-24/26/30, Ту- 134, Ми-8 (аэродром Борисполь);

– 25-я ТрАбр (Ил-76, Ил-78, Ан-26, а. Мелитополь);

– 456-я ТрАбр (Ан-24/26, Ил-22, Ми- 8/9, а. Винница);

– 203-я учебная авиабригада ( L-39C, Ан-26, Ми-8, а. Чугуев);

– 40-я бригада тактической авиации (БрТа) (Миг-29, L-39C, а. Васильков);

– 831-я БрТа (Су-27, а. Миргород);

– 9-я БрТа (Миг-29, Су-27, а. Озерное);

– 299-я БрТа (Су-25, L-39C, а. Кульбакино);

– 204-я БрТа (Миг-29, L-39, а. Бельбек, тактическая группа -Крым");

– 7-я БрТа (Су-24М, Су-24МР, а. Староконстантинов);

– 114-я БрТа (Миг-29, L-39C, а. Ивано-Франковск);

– 1 отдельный полк ДПЛА (383-й ОПДПЛА, а. Хмельницкий).

Армейская авиация по состоянию на 2010 г. насчитывала 3 полка – 7-й (Ми-8, Ми-24, а. Калинов), 11-й (Ми-24, Ми-8, а. Херсон) и 3-й (Ми-24, Ми-8, а. Броды), а вся морская авиация была сведена в 10-ю морскую авиабригаду (Ка-27/29, Ми-14, Ми-8, Бе-12, Ан-24/26, Ан-2, а. Новофедоровка (Саки), Крым).

МиГ-29 и Су-27 ВВС Украины Фото 2013 г.

После 2012 г. планами реформирования ВС Украины было предусмотрено сократить 5 авиабригад, оставив по две истребительные и транспортные, а также по одной штурмовой и смешанной авиабригаде. В боевом составе должно было остаться не более 165 боевых самолетов (35 Су-27, 70 Миг-29, 24 Су-24М, 12 Су-24МР, 24 Су-25), 20 транспортных и 40 учебных (надо полагать, L-39C) самолетов. Часть этих планов на начало 2014 г. была выполнена. Среднегодовой налет на одного командира экипажа ВВС ВСУ, вследствие дороговизны топлива и малого количества исправной техники в 2012 г. составлял не более 47 часов. Подготовка летного состава долгое время практически не велась – в 2011 г. боевые самолеты освоили 4 молодых пилота, в 2012 г. – 17. Кроме того, в 2013 г. ВС окончательно отменили призыв и начали перекройку армейской инфраструктуры под полностью контрактную систему комплектования по натовским стандартам.

Именно в таком виде ВС Украины вступили в разрушительную полосу "майданных страстей", 8 конечном итоге приведших Украину к полномасштабным боевым действиям на собственной территории (т.е. по факту – к гражданской войне). Прежде чем перейти непосредственно к описанию боевых действий, следует напомнить читателям, что ни правящая в Киеве политическая верхушка, ни молчаливо-равнодушное большинство населения Центральной и Западной Украины по сей день не изволят признавать даже сам факт гражданской войны на своей территории. В соответствии с тамошней маргинально-националистической трактовкой событий (которая, увы, является для Запада и Киева официальной) во всех бедах украинского государства виноваты, разумеется, "москали", которые "оккупировали Крым". А на Юго-Востоке Украины ВС якобы отражают "агрессию террористов, которых послал на Украину Путин". Соответственно надо очень осторожно и критически относиться к тому, что пишут о боевых действиях в СМИ и социальных сетях Украины а также их европейских и американских хозяев. Двадцать три года тотального промывания мозгов – это, увы, не шутки…

Как показали события начала 2014 г., украинские военные (и ВВС в частности) похоже, до последнего времени пребывали во власти "прекрасных грез". Когда дело дошло до необходимости применения вооруженной силы, оказалось, что даже официальные цифры о 24-30% исправности авиапарка излишне оптимистичны, а количество авиатехники (и исправной, и списочного состава в целом) несколько отличается от опубликованных ранее данных.

Так, при осмотре матчасти 204-й БрТа имени А.И. Покрышкина на аэродроме Бельбек в конце марта 2014 г. выяснилось, что из имеющихся в составе части 45 МиГ-29 (по другим данным 46, что составляет между прочим более 50% всего наличного парка Миг-29 ВВС Украины) и 4 L-39C в относительно летнопригодном состоянии находятся всего 3 МиГ-29, 1 МиГ-29УБ и 1 L-39C, да и те, якобы, поддерживались в этом состоянии исключительно "благодаря усилиям личного состава и лично командира бригады", а остальная матчасть оценивалась как "металлолом". То есть реальная боеготовность данной части составляла менее 10%, а по наличию и состоянию средств поражения (прежде всего ракет "воздух-воздух") вероятно была вообще нулевой. Разумеется, позднее, при передаче самолетов (их начиная с 11 апреля 2014 г., вывозили наземным транспортом, на трейлерах, в разобранном виде) украинская сторона привычно заявила, что это "москали" испортили истребители.

В пригодном для полетов состоянии находились всего 15-17 Су-27 и Су-27УБ, 8-10 из которых были капитально отремонтированы или модернизированы. Еще 1 Су-27УБ находился на АРЗ в Запорожье, а еще порядка 28-30 Су-27 (в т.ч. 4 Су-27УБ) якобы находятся "на консервации" на а. Миргород. Реальное состояние "законсервированных" Су-27 явно далеко не идеальное, к тому же большая часть из них разукомплектована – в СМИ неоднократно проходила информация о массовых контрабандных поставках запчастей (прежде всего для силовых установок) для Су-27 с Украины в КНР в 1990-2000-е гг. Учитывая, что от СССР Украине, как уже указывалось выше, досталось максимум 65 Су-27, при этом 8 машин этого типа украинцы продали (1 в Англию, 3 в Эфиопию, 2 в Эритрею и 2 в США), а еще, минимум 2 потеряли в катастрофах, у них осталось максимум 55 Су-27, из которых 15-17 в летном состоянии, а остальные, видимо, годятся только на запчасти.

Не блестяща ситуация и с другими типами летательных аппаратов.

Так, по состоянию на конец 2013 г. в летном состоянии было не более 20 МиГ-29 и МиГ-29УБ. Реально боеспособны, видимо, значительно меньше истребителей этого типа. Скорее всего, 8 машин, капитально отремонтированных и модернизированных на Львовском АРЗ в 2007-2013 гг. А ведь от ВВС СССР Украине досталось до 240 МиГ-29, из них на середину 2012 г. в боевом составе числилось 80. 16 модернизированных Миг-29М-1 Украина продала Азербайджану, еще 4 было потеряно в катастрофах. Куда за 20 лет делось еще до 140 МиГ-29 – непонятно, скорее всего разбазарено путем распродажи на запчасти.

МиГ-29 из бывшей 204-й БрТа ВВС Украины в процессе разборки перед отправкой на Украину.

Из числившихся в списках 36 штурмовиков Су-25 боеспособны к началу 2014 г. были не более двух десятков, в числе которых было 10 самолетов, прошедших капремонт и модернизацию на АРЗ в Николаеве.

Из 30 L-39C было отремонтировано и модернизировано до стандарта L-39M1 на АРЗ в Одессе всего 6 машин (в т.ч. 2 в 2011 г. и 4 в 2012 г.).

Большинство модернизированных или капитально отремонтированных самолетов ВВС Украины легко отличить но наносимому на них на АРЗ новому "пиксельно-цифровому" камуфляжу, повторяющему стандарт ВВС некоторых стран НАТО, например Словакии. Впрочем, модернизация самолетного парка происходила медленно и неритмично (главная причина – нецелевое расходование средств из военного бюджета). Так в 2011 г. в строй вступило только 6 модернизированных самолетов из 55 запланированных на этот год. В 2012-2017 гг. Министерство Обороны Украины оптимистично предполагало модернизировать 86 самолетов и вертолетов и еще 85 капитально отремонтировать. В новых условиях осуществить эти планы будет вряд ли возможно. Некоторых типов авиатехники ВСУ модернизация вообще не коснулась. Так, в 2013 г. на Конотопском АРЗ проходил модернизацию всего один Ми-24 (со сроком сдачи в сентябре 2013 г.), а обширный парк Су-24М и Су-24МР с 1992 г. практически не ремонтировался. Модернизировать Су-24 планировали на АРЗ в Николаеве (где до этого ремонтировали Ил-76), но по состоянию на 2014 г. эти работы начаты не были, в итоге боеготовность Су-24 оказалась минимальна.

Отдельного разговора заслуживают экспортные поставки авиатехники с Украины. Как недавно выяснилось, многие из них производились по "серым" коррупционным схемам – капитально отремонтированные, а иногда и модернизированные машины реализовывались по ценам, много ниже рыночных и совершенно непонятно в чьи карманы пошли вырученные средства. О многих таких поставках до сих пор мало что известно, но кое-что все-таки просочилось в прессу. Например, в 2001 г. Украина продала в Македонию 3 Су-25, 1Су-25УБ, 12 Ми-24 разных модификаций и 4 Ми-8МТ. Демократической Республике Конго было продано 2 МиГ-23УБ. 4 Су-25, 6 Ми-24, 1 Ми-26 и несколько Ми-8. Экваториальная Гвинея получила с Украины 1 Су-25, 1Су-25УБ, 3 Ми-24В, 3 Ми-24П, 3 L-39C , 1 Ка-29, 1Ан-72П и 1 Ми-26 (вообще весь украинский парк из 24 Ми-26 к 2012 г. был поставлен "на консервацию" и постепенно распродавался). Всего, по оценкам западных экспертов, с 1995 по 2012 г. Украина продала за рубеж более 500 самолетов и вертолетов (цифра явно сильно занижена, поскольку по украинским данным только за 7 лет, с 2005 г. по 2012 г. было экспортировано 232 самолета и вертолета), 96% которых были взяты из состава ВС (специально на экспорт строились только транспортные самолеты семейства Ан-72/74). Кроме того, уже в июне 2014 г. источники в правительстве Украины сообщили о том, что не менее 26 вертолетов (главным образом Ми-8) были в последнее время "сданы в аренду частным зарубежным фирмам" и не вернуть эти машины обратно в страну, ни получить за них полную рыночную стоимость возможным не представляется.

Так или иначе, воевать ВВС Украины пришлось тем, что имелось в наличии. Возможности получить от промышленности новую технику (на Украине не производят никакой авиатехники, кроме транспортных Анов, да и те, в основном, на экспорт) нет, а уверенность в ритмичной работе авиаремонтных предприятий в условиях войны, энергетического кризиса и развала экономики тоже отсутствует.

Штурмовик Су-25 во время боевого вылета

Штурмовики Су-25 и Су-25УБ ВВС Украины. Фото 2013 г.

Горячее лето 2014 г. По характерной законцовке крыла можно однозначно сказать, что эти обломки принадлежат одному из сбитых штурмовиков Су-25.

Крымский референдум вызвал у Запада и новых киевских "майданных" властей истерику. Было официально заявлено, что возвращения Крыма в состав РФ Киев "не признает и не потерпит" (США и основные страны НАТО эту позицию полностью поддержали). Более того, было декларировано, что "незаконно оккупированный Крым будет отвоеван силой", да еще с "последующим парадом освободителей в освобожденном Севастополе". Эти заявления пока остались пустыми словами. Но, начиная с апреля 2014 г., подготовка к референдуму, аналогичному Крымскому, началась в Донецке и Луганске. 11-12 мая 2014 г. данный референдум был проведен. На нем (при явке до 74% населения) было объявлено о суверенитете Донецкой и Луганской Народной Республик, объединении их в Новороссию и желании последней вступить в состав РФ (за эти решения проголосовало, по разным данным до 89% пришедших на референдум). В сущности, граждане Новороссии требовали не так уж и много – федерализации Украины, придания ДНР и ЛНР статуса автономий в составе единого украинского государства и сохранения русского языка в качестве второго государственного.

Об отделении или начале боевых действий речи поначалу не было.

Но в Киеве закусили удила. Вместо проведения переговоров (что представлялось самым разумным) заявили о не признании самого факта референдума в ДНР и ЛНР, а затем бросили на Юго- Восток армейские подразделения.

Киев очень быстро интернационализировал боевые действия, поскольку части ВС с самого начала были разбавлены наемными "добровольческими батальонами" состоящими, главным образом, из ультраправых и неонацистов всех мастей (где помимо европейцев и скандинавов, увы, встречаются и русские с белорусами), профессиональными "солдатами удачи" из "частных охранных фирм" а также спецназом и "военными советниками" из натовских армий. Армия Новороссии (АНР) позднее также усилилась многочисленными добровольцами, в т.ч. и иностранными (в частности сербами, испанцами, французами и т.д.). Напомним, что доброволец отличается от наемника тем, что не получает за свое участие в войне денежного вознаграждения.

В силу ограниченных возможностей ВС Украины, все боевые действия на Юго-Востоке страны велись вдоль дорог и, при отсутствии сплошной линии фронта, сводились к некоей перманентной и не имеющей четкого плана "зачистке". При этом применять тяжелое вооружение, в том числе и авиацию, ВС Украины начали с самого начала — когда у АНР не имелось в должном количестве даже стрелкового оружия и боеприпасов к нему.

Уже в конце апреля 2014 г. истребители Су-27 и МиГ-29, а также боевые вертолеты начали выполнять "психологические" (пока без применения оружия) вылеты над дорогами и населенными пунктами Юго-Востока. Интересно, что истребители в этих вылетах часто несли полный комплект ракет "воздух-воздух" – похоже, украинские военные были убеждены в том, что "русские вот- вот начнут вторжение".

Однако одной демонстрации силы оказалось явно недостаточно, психологическое давление быстро сменилось стрельбой на поражение, после чего ВС украины уже всерьез начали применять бронетехнику, тяжелые артсистемы, РСЗО, тактические ракеты, авиацию и запрещенные всеми международными договорами кассетные и фосфорные боеприпасы.

В ходе ATO многие вертолеты (как и наземная техника) получили идентификационные белые полосы на хвостовой части фюзеляжа.

Этот снимок обошел все средства массовой информации. МиГ-29 (в цветной окраске расформированной еще в 2002 г. пилотажной группы "Украинские Соколы") проходит над колонной техники одной из аэромобильных бригад ВСУ, выдвигающейся "для усмирения ДНР и ЛНР". Интересно, что МиГ несет полный комплект ракет "воздух-воздух", словно на колонну ожидается нападение воздушного противника. Апрель-май 2014 г.

Изначально командование ВС явно ориентировалось на опыт своих "учителей" из НАТО, как-то забыв при этом, что в Ираке, Сербии, Ливии или Афганистане американцы сначала доводили выбранную в качестве жертвы страну до полного убожества многомесячной или многолетней военно-экономической блокадой, а уже потом приступали к своему излюбленному"безнаказанному расстрелу безоружного противника с безопасного расстояния", применяя для этого стратегическую и палубную авиацию, беспилотники, крылатые ракеты и большое количество крайне дорогостоящих'управляемых боеприпасов. Командование ВСУ забыло что они не США (кстати, над странами с неподавленной системой ПВО, вроде Сирии, натовская авиация летать не стремится) и что у них нет и не может быть ни такого вооружения, ни подготовленных пилотов, а уж тем более времени и денег. Если бы украинская авиация была хоть немного подготовлена к поражению малоразмерных целей на реальном поле боя и имела хоть какой-то нормальный боевой опыт, а наземные войска умели бы вести элементарный ближний бой, то частям АНР пришлось бы туго. Но в итоге все получилось "как всегда". Оказалось, что у ВВС Украины нет даже необходимого минимума подготовленных к боевым действиям летчиков. В итоге, к боевым действиям на Юго-Востоке, на штурмовиках Су-25 и истребителях МиГ-29 добровольно-принудительно привлекли личный состав бывшей 204-й БрТа, а также пилотов Су-27 831-й БрТа из Миргорода (в СМИ даже называли фамилии летчиков их этой части, активно участвующих в так называемой "АТО" (анти-террористической операции на Юго-востоке). С мая 2014 г. на ряде украинских авиабаз отмечается лихорадочная активность (интенсивные вылеты "спарок" и т.д.), явно направленная на увеличение количества подготовленного летного состава. Но подготовить пилота для современного боевого самолета менее чем за год, как показывает мировая практика, совершенно нереально. В итоге, в августе 2014 г. было отмечено, что пилоты украинских самолетов во время боевых вылетов перестали вести радиообмен с наземными КП. Кроме того, разведка АНР неоднократно отмечала радиопереговоры пилотов с землей на английском и польском языках. Есть мнение, что с конца лета 2014 г. в боевых вылетах начали участвовать наемники.

Официальный Киев объявил, что намерен привлечь к так называемой "АТО" 24 Су-24, 35 Су-25, 45 Су-27, 20 Ан-26,140 МиГ-29 и несколько десятков боевых и транспортных вертолетов.

Однако эти цифры быстро разошлись с реальностью. Возможно, данное заявление отражает наличие потенциально исправных самолетов -на бумаге", т.е. попросту взято с потолка.

Так, с самого начала было озвучено, что количество исправных Ми-24 и Ми-8 в ВС Украины не превышает 25-30 единиц. В итоге, ВСУ пришлось задействовать даже вертолеты в белой ООНовской окраске, видимо, из числа ранее участвовавших в различных -миротворческих миссиях".

Затем было объявлено о намерении -отремонтировать и ввести в строй 68 самолетов", в числе которых почему- то оказались и L-39C, и оставшиеся от СССР БПЛА типа Ту-143. Кроме того, в исправном состоянии оказалось лишь несколько (по 5-8 машин, не более) Ан-26 и Ил-76.

Что касается боевых самолетов, то применять по наземным целям Су-27 с самого начала было бессмысленно. Эти истребители рассматриваются ВСУ в качестве -последнего резерва" на случай -вторжения РФ" – основная масса из 15-17 исправных Су-27 сосредоточена в 831-й БрТа в Миргороде, а несколько машин рассредоточены в качестве -средства усиления ПВО" на ближайших к театру военных действий аэродромах – пары и звенья Су-27 летом 2014 г. в разное время были замечены в Кульбакино (Николаев), Харькове и Днепропетровске.

Количество исправных МиГ-29 на момент начала широкомасштабных боевых действий вряд ли превышало 10 машин (включая МиГ-29УБ). Применять имеющиеся у украинцев варианты МиГ-29 против наземных целей изначально было проблематично – бомбовая нагрузка в данном случае невелика, а точность поражения целей, в большинстве случаев, вообще никакая, поскольку украинские -двадцать девятые" не имеют соответствующего прицельно- навигационного оборудования. Но, тем не менее, ВС Украины были вынуждены применять МиГ-29 при бомбоштурмовых ударах, о чем подробнее ниже. По идее, хорошо подходил для ударов по наземным целям бомбардировщик Су-24М, но количество исправных самолетов этого типа вряд ли превышало и превышает десяток, поэтому их применение носило эпизодический характер и не обошлось без потерь. По-видимому, к 2014 г. в ВВС Украины не осталось и исправных разведчиков Су-24МР – боевых вылетов самолетов этого типа практически не зафиксировано, что вынудило командование ВС широко применять фоторазведчики Ан-30.

Покидание экипажем горящего самолета-разведчика Ан-30

Главной "ударной силой" ВС Украины, таким образом, оказались штурмовики Су-25. По состоянию на март- апрель 2014 г. в составе 299-й БрТа на а. Кульбакино (Николаев) имелось всего 19 машин этого типа. Среди них 9 модернизированных Су-25М1, 1 модернизированный Су-25 УБМ-1 и 3 Су-25УБ (бортовые номера одноместных машин синие -01", "02", "03", "04", "05", -06", "07", -08", "10", "24", "25", "27", "38", -40", "41". Номера -спарок" – синие "60", "61", "62", "65"). Кроме того, еще один, снятый с хранения Су-25УБ (б/н желтый "07") находился по соседству, на Николаевском АРЗ. При этом часть перечисленных Су-25 была явно небоеспособна – по разным данным, не менее 5-6 одноместных Су-25 и 2 Су-25УБ находились к весне 2013 г. в ремонте или "предназначались для модернизации". Утверждалось, что модернизированные украинские Су-25М-1 и Су-25УБМ-1 (с установленными на них новыми приборами, прицелами и GPS) способны применять вооружение с высот до 5000 м и имеют "повышенную боевую живучесть", но последующие бои и потери подобного не подтвердили. Что же касается "высокоточного оружия", то хотя в 2011-2013 гг. неоднократно демонстрировались снимки Су-25 из 299-й БрТа с подвешенными ракетами Х-29, сделанные во время учений, данных о реальном боевом применении подобных ракет против ДНР и ЛНР не имеется. Наоборот, Су-25 "отличились", работая без особого разбора и точности обычными бомбами и НАР по жилым кварталам городов на Юго-Востоке Украины. Согласно имеющейся информации, на базе 299-й БрТа была создана "резервная авиационная штурмовая группа" из 8-10 Су-25, с мая 2014 г. приступившая к боевым вылетам с аэродромов Чугуев и Днепропетровск (в частности, в Днепропетровске в июне-июле 2014 г. было замечено 4 Су-25).

Поврежденный 5 мая огнем ПВО АНР и севший в заболоченной пойме реки в р-не Славянска украинский Ми-24.

Первые боевые вылеты отмечены в конце апреля 2014 г., участвовали в них главным образом вертолеты, доставлявшие личный состав и предметы снабжения на "Восточный фронт", 8 частности, в район Славянска и Краматорска. В этот момент ополченцы еще практически не имели средств ПВО, однако уже в мае в их руки попали кое-какие, видимо, оставшиеся еще от СССР мобзапасы и арсеналы ряда расквартированных на территории ДНР и ЛНР частей, благодаря чему у бойцов армии Новороссии (АНР) появились в больших количествах ПЗРК "Игла" и ЭУ-23-2, что не замедлило сказаться на потерях авиации ВС Украины.

22 апреля 2014 г. над Славянском огнем с земли был поврежден фоторазведчик Ан-ЗОБ (б/н "80" желтый). А первую потерю авиатехники ВС понесли спустя три дня, 25 апреля 2014 г., когда’на а. Краматорска выстрелом из РПГ был уничтожен вертолет Ми-8 (б/н "55" желтый). Находившийся на борту пилот успел убежать из горящей машины.

2 мая 2014 г. в районе Славянска средствами ПВО АНР были сбиты сразу 2 Ми-24 (б/н "02" и "14", желтые), 3 члена экипажа одного из вертолетов погибли, в другом экипаже погибло двое, а один был пленен. В этот же день в том же район был поврежден огнем стрелкового оружия транспортный Ми-8МТ.

5 мая 2014 г. в районе Славянска (Райгородок) огнем ЗУ или пулеметов был подбит Ми-24 (б/н "29" красный), вынужденно севший на заболоченный луг в пойме реки. Экипаж уцелел и сумел сбежать до появления бойцов АНР. Поскольку эвакуировать вертолет было невозможно, для его полного уничтожения был послан Су-25 – после попадания НУРС Ми-24 сгорел. Это был первый официально зафиксированный боевой вылет украинских Су-25 в этой войне.

Снимок, опубликованный рядом СМИ. Утверждается, что на нем сгоревший после посадки подбитый ПВО АНР 2 июля Су-24М ВВС Украины. Если это действительно снимок того самого самолета, можно констатировать, что от машины мало что осталось.

Аэродром Николаевскго АРЗ 2013 г. На заднем плане виден украинский Ил-76МД №76777, впоследствии сбитый под Луганском 14 июня.

Обломки того самого Ил-76МД

26 мая в ходе боев вокруг Донецкого аэропорта ВС Украины впервые применили авиацию массировано. Были зафиксированы удары 3 Ми-24 и 2 МиГ-29 по нескольким грузовикам АНР, при этом 22 раненых, находившиеся в одном из подбитых Камазов, были позднее добиты наземными подразделениями. Один МиГ-29 был поврежден огнем с земли. Вечером того же дня один или два Су-25 впервые нанесли удар НУРСами по Донецку. Позднее такие удары стали постоянными.

29 мая в районе Славянска (д. Андреевка) ПЗРК был сбит Ми-8МТ (б/н "16" желтый), принадлежавший Нацгвардии Украины. На его борту погибло 12 человек (экипаж и десант), еще один был тяжело ранен.

3 июня в районе Славянска ПВО АНР был поврежден Ми-24 (б/н "10" желтый). Экипаж сумел посадить вертолет. Позже он был эвакуирован.

4 июня в районе Славянска был сбит из ПЗРК Ми-24 (б/н "91" желтый). Экипаж уцелел и успел сбежать с места падения, а сам вертолет был расстрелян ополченцами АНР из 30-мм пушки БМД-2, после чего окончательно сгорел и восстановлению не подлежал. В тот же день, в том же районе Ми-24 (б/н "25" красный) ВСУ был подбит ПВО АНР и сгорел после вынужденной посадки. также был сбит Ми-24 (б/н "15" желтый, по другим данным этот вертолет был серьезно поврежден).

События 3-4 июня 2014 г. ополченцы АНР окрестили "вертопадом", а штаб ВС Украины лицемерно заявил , что все сбитые и поврежденные вертолеты " были санитарными и перевозили гуманитарный груз". Разведка АНР в этой связи отмечала, что ВСУ внаглую наносят на любые свои вертолеты (включая оснащенные подвесками Ми-8МТ и боевые Ми-24) санитарную символику в виде красных крестов, что позволяет им считать эту технику чуть ли не "гражданской"…

6 июня над Славянском из ПЗРК был сбит фоторазведчик Ан-ЗОБ (б/н "80" желтый), на его борту погибло 5 человек, еще 3 спаслись на парашютах и были пленены. Киев поначалу привычно объявил, что был сбит "транспортный Ан-26 с гуманитарным грузом".

Ночью 14 июня 2014 г. при заходе на посадку в аэропорту Луганска "комбинированным огнем" ПВО АНР (т.е. надо понимать, огонь вели и ЭУ-23-2 и ПЗРК) был сбит транспортный Ил-76МД (б/н 76777 черный). Вместе со сбитым бортом погибло 49 чел (9 – экипаж, остальные – десантники), груз боеприпасов и перевозившаяся самолетом БМД.

В тот же день ПВО АНР повредила Су-24 М.

21 июня 2014 г. в Харьковской области разбился поврежденный огнем ПВО АНР Ми-8Т МЧС Украины "привлекавшийся к АТО". Погибли 3 члена экипажа.

24 июня в районе Славянска был сбит ПЗРК Ми-8, принадлежавший ВС или Нацгвардии. На борту погибло 9 человек. В тот же день Су-25 нанес печально знаменитый удар НАРами по зданию Администрации г. Луганска, в результате которого погибли 8 мирных жителей, в т.ч. несколько женщин. Последствия этого удара командование ВС Украины пыталось свалить на бойцов АНР (якобы "запущенная ракета ПЗРК навелась на работающий кондиционер" и т.д. и т.п.), но лгало , как обычно не талантливо и не убедительно.

2 июля под огонь ПВО попал один из немногочисленных, привлеченных к боевым действиям Су-24М. По бомбардировщику было произведено 4 пуска ПЗРК, одна ракета попала в один из двигателей- , после чего экипаж тянул на одном двигателе более 300 км и сумел с трудом посадить подбитую машину. После посадки Су-24М снова загорелся и, якобы "был потушен наземными службами". Военные эксперты подивились живучести самолета, а командование ВС поначалу не посчитало этот Су-24М уничтоженным, хотя после таких повреждений ему требовался как минимум капремонт (если бомбардировщик вообще подлежал восстановлению). В тот же день в Днепропетровске, якобы "в результате потери управления", разбился при посадке Су-25 (б/н "06" синий), поврежденный ПВО АНР, пилот которого благополучно катапультировался.

6 июля поврежденный Су-25 совершил вынужденную посадку на одном из аэродромов на территории ДНР, контролируемом бойцами АНР. С этим эпизодом нет полной ясности (неизвестен номер самолета, нет информации и о пилоте), но указывалось, что штурмовик приземлился после того, как нанес удар по поселку Металлист в районе Луганска, соответственно дезертирство пилота маловероятно. Сообщалось, что 14 июля 2014 г. этот уже трофейный Су-25 нанес удар по частям ВС Украины-в районе Алексанровск-Металлист, уничтожив несколько единиц украинской бронетехники – фактически это был первый боевой вылет ВВС АНР. Про какое-либо дальнейшее использование этого Су-25 силами АНР информации нет. Видимо, в условиях отсутствия ремонтной базы, квалифицированного техперсонала, топлива,запчастей и авиационных боеприпасов, штурмовик явно берегут для каких-то "больших дел". К тому же, в условиях, когда любые самолеты и вертолеты считаются вражескими и обстреливаются ПВО АНР, есть большой риск потери этого трофея от "дружественного огня".

11 июля 2014 г. Минобороны Украины официально сообщило, что "у украинской армии осталось всего 10 исправных вертолетов".

На следующий день в районе Горловки был сбит (по другим данным – серьезно поврежден) штурмовик Су-25 ВСУ.

14 июля в Луганской обл. был сбит из ПЗРК Ан-26 (б/н "19" синий), доставлявший грузы для блокированных в "Южном котле" наземных войск. На борту погибло 2 человека, 1 был пленен ополченцами, 4 воспользовались парашютами и приземлились на территории, контролируемой частями ВС Украины. В тот же день ПВО АНР повредила МиГ-29УБ (некоторые источники указывали что это был Су-27УБ, но последнее маловероятно). По одним данным этот самолет разбился после того, как оба пилота катапультировались, по другим произвел вынужденную посадку на одном из ближайших аэродромов.

16 июля в районе Амвросиевки (Донецкая область) был сбит Су-25М-1 (б/н пока неизвестен), пилот уцелел. Интересно, что Минобороны Украины сначала объявило о том, что этот штурмовик был "сбит вторгшимися в воздушное пространство Украины истребителями ВВС РФ".

Взлетают МиГ-29 из 114-й БрТа. Фото 2013 г. Все еще целы

МиГ-29 (б/н "53" белый). Сбит 17 августа в районе Луганска

МиГ-29 (б/н "02" синий). Сбит под Енакиево 7 августа

17 июля 2014 г. произошло трагическое, но неизбежное для любой подобной войны событие. В районе деревни Грабово в Донецкой области разбился пассажирский Boeing 777-2000ER (№9M-MR), малазийской авиакомпании "Malaysia Airlines", выполнявший рейс над районом боевых действий (отменить полеты в опасном районе или поменять маршрут авиакомпания почему-то не догадалась). Погибли 283 пассажира и 15 членов экипажа. Сейчас еще рано говорить (расследование, похоже, будет очень долгим) о том, что стало причиной гибели авиалайнера. С одной стороны, Запад и Киев сразу же бездоказательно обвинили в гибели самолета ПВО АНР и Россию, которые якобы сбили "Боинг" из ЗРК "Бук-М", чуть ли не специально для этой акции доставленного на территорию ДНР из РФ. С другой стороны, рейс "Боинга" совпал с тренировкой дивизионов ПВО ВС Украины, оснащенного теми самыми "Буками" и активностью в районе пролета лайнера украинских штурмовиков Су-25. Поэтому, скорее всего, мы имеем дело или с топорно исполненной украинскими военными провокацией или с совершенной ими же ошибкой (имеющиеся у ПВО АНР трофейные ПЗРК "Стрела" и "Игла", а также устаревшие ЗРК "Стрела-10" не способны достать до высоты, на которой шел погибший "Боинг"), Поскольку явных доказательств вины РФ и АНР в данном происшествии нет, а причастность к этому военных Украины обнародована скорее всего не будет, дело, вероятно, кончится тем, что расследование "спустят на тормозах", а затем США и Евросоюз признают данный инцидент "трагической ошибкой", ограничившись запоздалыми соболезнованиями родственникам погибших.

Спустя неделю, 23 июля, в Донецкой обл. в р-не Саур-Могилы расчеты ПЗРК ПВО АНР сбили сразу 2 Су-25 (б/н "04" и "10", синие). Один пилот уцелел, второй по сей день числится "пропавшим без вести".

На этом фоне 29 июля 2014 г. администрация президента Украины официально признала потерю во время так называемой "АТО" 14 самолетов и вертолетов, в т.ч. Ан-ЗОБ, Ил-76МД, Су-24, 2 Су-25, 3 Ми-8, 5 Ми-24. Число потерянной техники было, как обычно, явно занижено. Тем более, что 2 августа 2014 г. Министр Обороны Украины В. Гелетей, вне всякой связи с этими данными объявил, что "только при попытках снабжения окруженных частей 72-й и 79-й бригад, ВВС Украины потеряли 7 самолетов". Похоже, командование ВСУ с самого начала ведет "двойную" или даже "тройную" бухгалтерию в отношении собственных потерь.

С этого момента отмечено снижение интенсивности полетов Су-25 (не менее 5 или 6 самолетов этого типа было сбито или тяжело повреждено, а 1 захвачен АНР). Теперь командование ВСУ стало посылать в боевые вылеты МиГ-29. Ничего хорошего из этого, разумеется, не вышло.

7 августа 2014 г. над Енакиево (Донецкая обл.) был сбит из ПЗРК МиГ-29 (б/н "02" синий), пилот катапультировался.

17 августа в районе Луганска был сбит еще один МиГ-29 (б/н "53" белый). Оба сбитых модернизированных *МиГа" принадлежали 114 БрТа из Ивано-Франковска). В тот же день были сбиты 2 вертолета Ми-24 (по другим данным вертолеты получили тяжелые повреждения). А чуть раньше, 1 августа в районе Снежное ополчением АНР был подбит БПЛАТу-143, который затем упал рядом с их позициями.

20 августа в Луганской области в районе Суходольска был сбит бомбардировщик Су-24М (номер пока неизвестен) из 7-й БрТа. Оба пилота успели катапультироваться. В тот же день в районе п. Георгиевка Луганской области был сбит из ПЗРК Ми-24, пилоты погибли.

Подбитый ополченцами и упавший на их территории беспилотный разведчик Ту-143

Эвакуация подбитого Ми-8

27 августа АНР сообщила об еще одном сбитом вертолете, на сей раз Ми-8МТ.

29 августа части АНР отчитались сразу о 4 сбитых из ПЗРК Су-25 ВСУ. Согласно данным штаба АНР 2 Су-25 были сбиты в районе Новокатериновки (Старобешский район) и еще по одному в районе н.п. Войково (район Амвросиевки) и н.п. Мережки (район Харцизска). Командование ВСУ признало потерю только одного "Грача", пилот которого после катапультирования вышел на контролируемую украинской армией территорию. При этом Киев с обычным цинизмом объявил, что этот штурмовик "был сбит ЗРК ВС РФ, чья ракета была запущена с территории России". Другие источники по состоянию на 1 сентября 2014 г. считают подтвержденной потерю 29 августа 2014 г. минимум 2 Су-25 – в некоторых СМИ прошла информация о том, что один из пилотов сбитых штурмовиков после катапультирования попал в плен к частям АНР.

Появление у АНР большого количества техники и реорганизация ее частей по образцу регулярной армии заставила ВС Украины несколько снизить интенсивность применения авиации, больше уповая на артиллерию, минометы, РСЗО и тактические ракеты. Тем не менее удары авиации по населенным пунктам ДНР и ЛНР продолжались регулярно, в некоторых налетах участвовало по 2-3 самолета одновременно.

Большие потери лета 2014 г. (Киевом на конец августа признана потеря не менее 19 самолетов и вертолетов, командование АНР и независимые эксперты называют цифру в не менее 24-28 летательных аппаратов, не считая поврежденных) заставили ВСУ искать источники пополнения поредевшего самолетного парка. Сообщается, что Венгрия, в июле-августе 2014 г. "слившая" Украине за 10% реальной стоимости несколько десятков танков Т-72М из старых запасов Венгерской Народной Армии, намерена на аналогичных условиях передать украинцам 24 истребителя МиГ-29 и не менее 8 вертолетов Ми-8. Похоже, не останется в стороне от военной помощи Украине и Польша (в чьих ВВС имеется 26 МиГ-29, 6 МиГ-29УБ, до 30 Су-22М-4 и Су-22УМ-4 и до 23 Ми-8/17), уже поставляющая танки, БМП и САУ, а также другие страны НАТО. Так, в частности, ВВС Болгарии – последние в Европе, располагающие 14 еще летающими Су-25, а также 12 МиГ-21бис/УМ, 12 МиГ-29, 3 МиГ-29УБ, 20 Ми-8/17 и 18 Ми-24. В Молдове имеются 6 "изрядно подержанных" МиГ-29 и 6 Ми-8, Румыния имеет 36 модернизированных МиГ-21.

Скорее всего, поставляться будет, в основном, устаревшее оружие советских образцов – поставки чего-то современного и западного не могут производиться за символические деньги или в кредит, даже при наличии чуть ли не ежедневных заявлений Киева о том, что "Украина уже находится в состоянии войны с РФ" а также просьб "ввести на Украину войска НАТО" и "обеспечить ВСУ высокотехнологичными образцами вооружения".

При этом специфика боевых действий на территории ДНР и ЛНР такова, что любой, самый современный танк, самолет или вертолет так или иначе, будет рано или поздно подбит или уничтожен, а его экипаж погибнет или попадет в плен. А подобное развитие событий нанесет поставщикам этого самого "высокотехнологичного вооружения" чудовищный репутационный ущерб, который нельзя будет оправдать никакими локальными военными успехами. Поэтому пока подобные поставки остаются только обещаниями. Так, просочившиеся в СМИ сведения о намерении США отправить воевать на Юго-Восток Украины несколько вертолетов АН-64 "Апач", оказались исходящей от Киева пропагандистской "уткой".

Сейчас на Юго-Востоке Украины наступило перемирие. Но каждый день приносит новые людские потери. И ставить точку в этой печальной бухгалтерии кажется, пока еще рано. Когда и чем именно закончиться эта гражданская война пока неясно, но всем уже, похоже, понятно, что Украина никогда не будет такой, какой была еще год-полтора назад.

Владимир Ильин

Истребитель F-22A "Рэптор"

Служба F-22A: десять лет в строю

Американские военно-воздушные силы располагают сегодня парком из 186 истребителей типа F-22A: 127 "Рэпторов" несут службу в строевых частях, 27 – используются в учебнотренировочных целях, 16 – эксплуатируются в испытательных подразделениях и 20 – находятся в резерве. Кроме того, четыре самолета списано по различным причинам.

Столь незначительная численность F-22A, по мнению ряда экспертов, является "критической", т.к. эти истребители завоевания превосходства в воздухе должны, в перспективе, обеспечивать прикрытие значительно более многочисленных ударных истребителей F-35A, имеющих, по всей видимости, ограниченные возможности по ведению самостоятельного воздушного боя против истребителей поколений "4+" и "5".

В 2013 г, самолеты F-22A имелись в ограниченном числе подразделений ВВС США:

– 1-е истребительное авиационное крыло, авиабаза Лэнгли (Langley), штат Вирджиния (на F-22 летают 27-я истребительная авиаэскадрилья, являющаяся первой строевой эскадрильей ВВС США, перевооруженной на самолеты F-22, и 94-я истребительная авиаэскадрилья).

– 149-я истребительная авиаэскадрилья 192-го истребительного авиационного крыла национальной гвардии, авиабаза Лэнгли.

– 43-я истребительная авиационная эскадрилья. Подразделение, обеспечивающее переучивание летчиков на самолеты F-22A. Известно под именем "Шершни" ("Hornets"). Входит в состав 325-го истребительного авиакрыла, авиабаза Тиндалл (Tyndall), штат Флорида (центр переучивания летного состава ВВС).

– 49-е истребительное авиационное крыло, авиабаза Холломэн (Holloman), штат Нью-Мехико. В его составе на F-22 7-я и 8-я истребительные авиаэскадрильи.

– 301-я истребительная авиаэскадрилья 44-й группы истребителей командования резерва ВВС (AFRC), Холломэн (Holloman), штат Нью-Мехико.

– 422-я летно-испытательная эскадрилья. Это подразделение, носящее экстравагантное название "Зеленые летучие мыши" ("Green Bats"), ответственно за войсковые и эксплуатационные испытания самолетов типа F-22 на авиабазе ВВС Неллис (Nellis) в штате Невада. Входит в состав 53-го авиационного крыла, авиабаза Эглин (Eglin), штат Флорида:

– 433-я эскадрилья из состава 57-го авиационного крыла (авиабаза Неллис, штат Невада), специализирующаяся на отработке боевого применения F-22A.

– 411-я испытательная авиационная эскадрилья (412-е испытательное авиационное крыло, авиабаза Эдвардс (Edwards), штат Калифорния). В этом подразделении проходили сравнительные испытания самолеты YF-22 и and YF-22 (1989-1991 гг.). В настоящее время там проводятся испытания различного вооружения для самолетов F-22A.

– 3-е авиационное крыло, авиабаза Элмецдорф (Elmendorf), штат Аляска (90-я и 525-я истребительные авиационные эскадрильи)

– 302-я истребительная авиационная эскадрилья 477-й группы истребителей командования резерва ВВС (AFRC), авиабаза Элмендорф (Elmendorf), штат Аляска:

– 19-я истребительная авиационная эскадрилья 15-го авиационного крыла, авиабаза Хиккем (Hickam), штат Гавайи:

– 199-я истребительная авиационная эскадрилья 154-го авиакрыла национальной гвардии, авиабаза Хиккем, штат Гавайи.

В строевые части ВВС США истребители F-22A начали поступать весной 2005 г. 15 декабря 2005 г. на авиабазе Лэнгли (Вирджиния), где базируется 27-я эскадрилья 1 -го истребительного авиакрыла, состоялась официальная церемония принятия истребителей "Рэптор" на вооружение ВВС США. В тот день самолеты F-22A достигли т.н. первоначальной оперативной готовности (Initial Operational Capability – ЮС). Истребители были признаны "готовыми к немедленной отправке на заморские театры военных действий и к выполнению задач по обеспечению ПВО территории США".

Хотя состояния ЮС достигло лишь 12 самолетов F-22A Block 30, штатный состав эскадрильи составлял 24 истребителя (плюс еще два в резерве). Для полетов на "Рэпторах" к 15 декабря 2005 г. было подготовлено 20 строевых летчиков, а еще шесть проходили курс переподготовки на авиабазе Тиндалл (штат Флорида). Следует сказать, что в эскадрилье полного состава должно было насчитываться 30 летчиков, командир эскадрильи и начальник штаба (также летчики). Пилоты для "Рэпторов" отбирались из частей, эксплуатирующих самолеты F-15C, F-15E и F-16, с налетом более 500 ч на машинах этих типов. Ожидалось также прибытие шестерых летчиков из Национальной гвардии.

К приему самолетов 5-го поколения хорошо подготовились и наземные службы авиабазы Лэнгли. Специально для эксплуатации F-22A на авиабазе было отстроено несколько новых зданий, в частности – специальный цех, где разместилась мастерская по ремонту РПМ и конструкций из композиционных материалов, а также три эксплуатационных ангара (каждый на шесть стояночных мест), оборудованных помещениями для предполетной подготовки личного состава эскадрилий. Кроме того, на авиабазе был создан тренажерный комплекс, оборудованный четырьмя тренажерами боевого применения F-22A и имеющий классные комнаты. Кроме того на Лэнгли в рамках подготовки к приему "Рэпторов" было построено еще несколько сооружений, в том числе – новый пищеблок.

В январе 2007 г. 27-я и 94-я эскадрильи 1-го истребительного авиакрыла были практически полностью укомплектованы истребителями F-22A (40 единиц), которые пришли на смену самолетам F-15C.

С осени 2007 г. "Рэпторы" вошли в состав 3-го авиакрыла, базирующегося на приполярной авиабазе Элмендорф (Аляска). Здесь оснащение двух эскадрилий 36 истребителями F-22A было завершено к началу 2009 г.

30 августа 2007 г. военно-воздушным силам США был передан 100-й "Рэптор" (который поступил в 90-ю эскадрилью). Общая численность боеготовых самолетов (т.е. машин, находящихся в боевых частях) составляла к тому времени около 60 единиц. А 17 декабря 2007 г. Командование ВВС США объявило о достижении самолетами F-22A полной оперативной готовности (Full Operational Capability – FOC). Это означало, что завершены процессы слаживания, летной и тактической подготовки эскадрилий. Теперь истребители F-22A могли развертываться на любом театре военных действий и применяться совместно с другими авиационными комплексами всех родов войск США.

В качестве одного из сценариев боевого применения "Рзптора" предполагалось, что самолеты F-22A и В-2А будут задействованы в рамках единой группировки GSTF (Global Strike Task Force), которая в короткое время сможет развернуться в любом районе Земного шара. При этом роль "Рэпторов" должна была сводиться не только к защите своих (также малозаметных) бомбардировщиков от воздушного противника, но и к подавлению наземных средств ПВО при помощи КАБ типа JDAM, а в перспективе – и УПАБ SBD. В качестве источников получения информации о неприятельских РЛС планировалось использовать бортовую систему радиоэлектронной разведки AN/ALR-94, способную обнаруживать источники радиолокационного излучения на большой дальности и с высокой точностью, а также другие летательные аппараты, наземные и космические системы.

Однако появившаяся позже информация об истинных характеристиках дальности F-22A поставила под сомнение способность этого самолета длительное время (соизмеримое с В-2А) находиться в зоне действия современных зенитных средств, прикрываясь радиолокационной малозаметностью. В то же время использование ПТБ (пусть даже выполненных с учетом требований технологии steals) и самолетов-заправщиков перемещало "Рэптор" в один ряд с обычными, не малозаметными боевыми самолетами. Все это делало весьма затруднительным саму выполнимость миссии GSTF (разумеется, если речь шла не о локальных операциях, по своему пространственному размаху подобных иракской или югославской).

После оснащения модернизированной БРЛС AN/APG-77(V)1 "Рэптор" сегодня является, пожалуй, единственным американским истребителем, способным относительно эффективно бороться со стратегическими маловысотными крылатыми ракетами. Как известно, и США, и Россия уже более 20 лет имеют на вооружение КР авиационного базирования большой дальности. Создание подобного оружия завершено и в Китае. Наиболее современные типы крылатых ракет имеют сверхмалую радиолокационную заметность (сообщалось об ЭПР порядка 0,01 м2 ), маловысотный профиль полета со следованием рельефу местности и высокую (измеряемую десятками метров и даже отдельными метрами) точность. До последнего времени единственным в мире истребителем, на практике продемонстрировавшим способность эффективно бороться с подобным оружием нападения, был МиГ-31 с радиолокационным комплексом "Заслон".

Как уже говорилось, в роли перехватчика ПВО самолеты F-22A дебютировали в 2008 г., когда они выполнили несколько перехватов и сопровождений советских стратегических бомбардировщиков Ту-95МС в небе Арктики.

БРЛС AN/APG-77 первых серий, установленные на F-22A, имели ограниченные возможности по обнаружению малозаметных КР, совершающих полет на предельно малых высотах, поэтому проводившиеся с середины прошлого десятилетия доработки этого комплекса были направлены, в том числе, и на увеличение его "противоракетного" потенциала. Следует сказать, что МО США, несмотря на рассчитанные на американского обывателя заявления некоторых высокопоставленных должностных лиц, характеризующих российскую дальнюю авиацию не иначе как "архаичную" и "быстро стареющую", весьма серьезно относятся к угрозе применения по территории своей страны стратегических крылатых ракет, запускаемых с борта самолетов Ту-95МС и Ту-160. Для отражения удара даже 400-500 не самых новых КР типа Х-55, выпущенных в одном "залпе" с борта "архаичных" Ту-95МС, требуется мощная Группировка перехватчиков типа F-22A'h ЗРК типа "Патриот", а также усовершенствованная единая система управления силами ПВО на американском континенте, которую США лишь только предстоит создать (и такая работа велась несколько лет тому назад). В то же время, по данным МО США, Россия располагает сегодня 63 боеготовыми бомбардировщиками-ракетоносцами Ту-95МС и 13 Ту-160, а также 850 стратегическими КР.

Так как F-22A не имеет сколько-нибудь заметных преимуществ в характеристиках дальности по сравнению с истребителем F-15C, он вынужден, как и его предшественник, выполнять длительные полеты над Арктикой и Аляской с подвесными топливными баками (штатный вариант – два ПТБ по 2500 л). В результате "Рэптор" теряет свои преимущества в малозаметности и в крейсерском "сверхзвуке". Однако его боевой потенциал в роли истребителя ПВО все же значительно превышает аналогичный потенциал F-15C за счет гораздо более совершенного, мощного и помехозащищенного радиолокационного комплекса, способного обнаруживать цели типа Ту-95 на расстоянии более 300 км.

В конце лета 2006 г. на авиабазе Тиндалл (штат Флорида) прошла первая публичная демонстрация маневренных возможностей "Рэптора", организованная для узкого круга представителей американских СМИ. А спустя полгода прошла еще одна "PR-акция" с участием F-22A. На этот раз для большей наглядности наблюдение за "орлом-могильником в его родной среде" было организовано для одного из журналистов (корреспондента Aviation Week М. Фэби) из кабины двухместного истребителя F-15D, выступавшего в качестве машины сопровождения. Причем F-22A пилотировал не летчик-испытатель фирмы "Локхид Мартин", а один из строевых пилотов 27-й эскадрильи, прибывший с авиабазы Лэнгли, майор Ш. Энгер.

Из попавших в открытую печать впечатлений участников этого мероприятия известно, что пилотажные возможности F-22A были продемонстрированы на примере дозвукового разгона, а также классических фигур высшего пилотажа. "Рэптор", взлетев с полностью заправленными внутренними баками и достигнув высоты 4000 м, разогнался со скорости 460 км/ч до 935 км/ч за 20 с (при этом F-15D за это же время достиг скорости 926 км/ч). После этого истребитель выполнил "мертвую петлю", форсированную петлю с использованием УВТ и с установившейся перегрузкой в три единицы, а также классическую "кобру Пугачева".

Согласно комментариям, сделанным после этого полета командиром 27-й эскадрильи, к тому времени полностью укомплектованной истребителями F-22A, маневр "Кобра Пугачева", имеет, безусловно, зрелищный эффект. Однако он не задействовался летчиками "Рэпторов" при ведении маневренного боя. Хотя, по мнению американского пилота, применение этой фигуры высшего пилотажа "все же может быть полезным во время полета на малой высоте над пересеченной местностью, где может возникать необходимость резкого торможения самолета при возникновении препятствий по курсу движения".

По словам пилота F-15D, капитана Джейкоба, -успех (F-15) в ближнем бою с F-22 – в основном, дело везения. Я едва ли могу представить себе тот комплекс тактических приемов, который мог бы принести мне победу в таком бою. Такой вещи, как тактика сбивания "Рэптора" в ближнем бою, просто не существует-…

В СМИ, по опыту освоения "Рэпторов" в строевых частях, неоднократно отмечалось, что тяговооруженность этого истребителя при нормальной взлетной массе значительно превышающая единицу, обеспечивает F-22A "рекордно высокие разгонные характеристики". Утверждалось, что даже на максимальном режиме работы двигателей самолет F-22A превосходит по скорости истребитель F-15С, двигатели которого работают на режиме "полный форсаж" в том случае, когда оба самолета имеют на борту по восемь ракет класса "воздух-воздух" (у F-22A все ракеты располагаются в фюзеляже и фактически не влияют на его аэродинамику, тогда как у F-15 только половина УР размещается на "тангенциальных" подфюзеляжных узлах подвески, а остальные – подвешиваются под крыло).

F-22 в совместном полете с F-15

При этом форсажные камеры истребителей F-22A в ходе учебных "воздушных боев" задействовались, в основном, для обеспечения энергичного маневрирования.

Во время выполнения типовых упражнений F-22A, как правило, поддерживали скорость, соответствующую М=1,1 – 1,2, иногда увеличивая ее до соответствующей М=1,5 и более в течение всего полета над территорией "противника". По продолжительности сверхзвукового полета "Рэптор" в 3-6 раз превосходил любой американский истребитель четвертого поколения (т.е. мог летать с М>1 в течение более получаса).

Сверхзвуковая крейсерская скорость обеспечила F-22A существенные тактические преимущества. Более быстрый самолет обладал инициативой в бою, он мог по своему усмотрению выбирать дистанцию, направление и время нанесения удара по более медлительному противнику.

Подвижность "Рэптора" дополнялась его скрытностью, что значительно усиливало общий боевой потенциал этого истребителя. Малая величина ЭПР F-22A способствовала значительному уменьшению дальности его обнаружения радиолокационными станциями американских истребителей 4-го поколения (вплоть до величины, не позволявшей "противнику" осуществлять перехват внезапно "возникшей" быстролетящей цели). Низкая радиолокационная заметность F-22A (особенно в передней полусфере) в сочетании с его мощными средствами обеспечения ситуационной осведомленности, гарантировала летчику "Рэптора" возможность первым увидеть противника и первым нанести удар по самолету, не обладающему свойствами малозаметности.

По мере освоения F-22A строевыми летчиками ВВС США, самолеты этого типа стали все чаще выполнять дальние перелеты. Разумеется, не обходилось без летных происшествий. В частности, сбои в работе GPS и инерциальной навигационной системы стали причиной инцидента 10 февраля 2007 г., когда самолеты F-22A выполняли перелет с авиабазы Хикем (Гавайские острова) на базу ВВС США Кадена на о. Окинава (Япония). В перелете участвовали шесть самолетов типа "Рэптор". После пересечения 180-го меридиана (международной линии перемены дат) истребители неожиданно полностью лишились навигации и частично – связи. На базу ВВС США на Гавайях F-22A смогли благополучно вернуться, лишь визуально следуя за самолетами-заправщиками (имевшими более "консервативные" средства навигации). По итогам расследования этого происшествия выяснилось, что пересечение линии смены дат вызвало сбой в работе бортовых компьютеров F-22A.

18 февраля "Рэпторы" в ходе повторного 12-часового полета над океаном, все же достигли Окинавы. Этот перелет позже вдохновил ряд отечественных "специалистов" на смелые умозаключения о том, что коварные американцы скрывают истинную топливную эффективность истребителя F-22A, которая, в действительности, по всей видимости, превосходит соответствующий показатель специализированных самолетов-заправщиков. Огромные емкости для топлива, якобы, сформированные в планере "Рэптора", позволяют ему без посадок и дозаправок в воздухе преодолевать 6600 км, отделяющих Гавайи от Окинавы.

Однако в действительности все обстоит гораздо проще: американские тактически самолеты традиционно (еще с времен войны во Вьетнаме) совершают дальние трансокеанские перелеты в сопровождении летающих танкеров, которые и дозаправляют истребители керосином по мере надобности. В случае с перелетом "Рэпторов" в Японию, когда они потеряли ориентировку над просторами Тихого океана, сопровождавшие группировку истребителей самолеты-заправщики практически спасли шестерку F-22A, бортовые компьютеры которых постигло "массовое помешательство".

Первые крупномасштабные учения "Норзерн Эдж" (Northern Edge) с участием "Рэпторов" состоялись в мае- июне 2006 г. на Аляске. В них приняли участие 12 самолетов F-22A из состава 27-й эскадрильи 1-го истребительного авиационного крыла с авиабазы Лэнгли (штат Вирджиния), переброшенные на авиабазу Элмендорф (Аляска). В качестве противников "южан из Вирджинии" выступали истребители ВВС F-15C, а также "флотские" самолеты F/A-18C и F/E-18E/F. Это был первый прецедент длительного базирования подразделения F-22A на "чужом", недостаточно подготовленном северном аэродроме.

Следует сказать, что "Норзерн Эдж" – крупнейшие ежегодные учения, в которых принимают участие авиационные подразделения США. В ходе этих учений отрабатывается взаимодействие родов войск, осуществляется разработка совместных планов и обеспечивается координация действий. В 2006 г. в "Норзерн Эдж" приняло участие более 5000 военнослужащих, национальных гвардейцев и резервистов из ВВС. ВМС, корпуса морской пехоты и армии США, а также около 120 ЛА, в том числе F-15C/E, F/A-18C/E, ЕА-6В, F-16, В-2А, КС-135, Е-2 и Е-3 AWACS. В Аляскинском заливе военно-морская составляющая учений была представлена двумя крейсерами УРО и несколькими менее крупными боевыми кораблями.

Подготовка к перелету 12 самолетов 27-й эскадрильи на Аляску заняла два дня, а сам перелет на расстояние 5930 км длился 8 ч. Его обеспечивали два самолета-заправщика КС-10, на которых следовало 218 человек наземного персонала. Предварительно на авиабазу Элмендорф была переброшена специально подготовительная команда в составе 15 человек. Кроме того, грузовым автотранспортом и паромом на Аляску были доставлены 63 грузовых поддона с оборудованием и предметами материального снабжения эскадрильи, в том числе два запасных двигателя F119-PW-100. Как отметил командир 27-й эскадрильи подполковник У. Толливер, "это – нормальный объем перевозок при перебазировании 12-15 самолетов типа F-15. Он соответствует пяти рейсам тяжелых военно-транспортных самолетов типа С-17". Тогда же было объявлено, что к 2010 г., после отладки системы материального снабжения парка F-22A, перебазирование 24 самолетов этого типа на удаленный ТВД потребует всего семи рейсов "Глоубмастеров" III. Достигнут ли на практике этот уровень сегодня – неизвестно.

Уже на следующий день после прибытия на Аляску 10 самолетами 27-й эскадрильей было выполнено 13 боевых вылетов. Этот факт лишний раз подтвердил, что для боевого развертывания на удаленном ТВД "Рэпторам" требуется сравнительно небольшое время.

Противную ("красную") сторону на учениях представляли истребители F-15C и F-16C американских ВВС, а также F/A-18C ВМС США. Одновременно в "боях" участвовало до 40 самолетов "красных", которые имитировали самолеты российского производства МиГ-29, Су-22, Су-24, Су-27 и Су-30. Кроме того, "красная" сторона условно использовала в воздушных боях ракеты Р-73 различных модификаций, Р-77 и китайские PL-12. Наземная составляющая систем ПВО была условно представлена ракетными системами российского производства малой и средней дальности. Имелись и самолеты РЭБ ЕА-6В "Праулер". В самый напряженный день учений авиация "красных" совершила (с учетом "регенерации" условно сбитых) 103 самолето-вылета.

Самолеты "противника" использовали различную тактику: подходы как на сверхмалых высотах с огибанием рельефа местности, так и на очень больших высотах на сверхзвуковой скорости. Они старались "сбить" F-22A, застав их врасплох. Однако "красным" это не удавалось, равно как не удавались и массированные атаки большим числом самолетов единовременно.

Летчики F-22A отмечали, что наиболее выигрышная позиция для них в тактическом плане – нахождение на больших высотах (около 20 км, или на 4,5 км выше обычной зоны полетов истребителей типа F-15), где "Рэпторы" могут использовать все преимущества сверхзвукового режима полета, сканируя воздушное пространство и подстилающую местность своими БРЛС и задействуя пассивные датчии. Таким образом, достигался эффективный контроль за тактической обстановкой в районе, где находились охраняемые воздушные объекты – самолеты ДРЛО, ВКП и заправщики.

Сверхзвуковая крейсерская скорость помогала F-22A адекватно и своевременно реагировать на возникавшие на границах охраняемого воздушного пространства угрозы. Снижение на меньшие высоты с реализацией кинетического преимущества (разгон на пикировании) допускалось лишь в экстренных случаях – при обнаружении "неприятеля", пытающегося прорваться на малых высотах, при израсходовании всех ракет средней дальности типа AMRAAM (когда для атак "использовались" УР типа "Сайдуиндер"), для визуальной идентификации цели, и т.п. Атаки не видящих угрозы самолетов "красных" выполнялась внезапно и быстро, без втягивания в ближний маневренный бой, чем, по всей видимости, и объяснялся столь "разгромный" счет в воздушных "боях" в пользу "Рэпторов".

В ходе учений единовременно в воздухе находилось не более восьми F-22A, четыре из которых несли боевое дежурство и прикрывали вторую четверку, которая производила в это время дозаправку от танкеров, крейсировавших в 220 км от зоны активных боевых действий. Благодаря сверхзвуковой крейсерской скорости ротация звеньев происходила очень быстро. "Рэпторы" успевали нанести удар в любой точке зоны учений, размеры которой составляли примерно 200x230 км (зона располагалась над Аляскинским военным полигоном и Аляскинским заливом).

Возможность приближаться к противнику, не будучи обнаруженным, давала возможность F-22A "работать" в зонах, где истребителю 4-го поколения, как считалось, невозможно было "выжить". Это, в свою очередь, отодвигало рубеж перехвата от обороняемого объекта или территории, повышая безопасность последних.

F-22A продемонстрировали и возможность отслеживать ход спасательных операций с участием авиации. Они "видели" вертолеты, летящие на задание в глубоких распадках, и, при необходимости, могли предупредить их об угрозе со стороны самолетов "противника". Самолеты ДРЛО Е-3 с удаления в 250 км сделать этого не могли. Если авиационный комплекс Е-3 лишь выявлял наличие в отстоящем от него на 60 км районе "компактной группы самолетов проивника", то F-22A был способен четко определить на том же удалении ее точный состав.

Общий результат первого воздушного боя между "синими" (27-я ИАЭ) и "красными" (F-15 и F/A-18), по словам командира 27-й эскадрильи подполковника У. Толливера, составил 83:1 в пользу F-22 (один из "Рэпторов" был условно сбит самолетом F-15). Таким образом, относительно немногочисленная группа истребителей 5-го поколения смогла "наголову разгромить" одну из самых многочисленных авиационных группировок "красных", применявших современные и эффективные тактические приемы.

"Условно сбитые" самолеты выходили из зоны боя и "регенерировали", дозаправляясь топливом от самолета-заправщика. Продолжительность воздушного боя составила 2.5 часа. А всего за первую неделю учений F-22A условно сбили 144 ЛА противника. Составляя всего 33% от общего числа истребительных сил "синих", "рэпторы" смогли нейтрализовать 66% общего числа воздушных угроз со стороны "красных" в течение одного боя. А за все время учений ими была нейтрализована почти половина воздушных угроз со стороны "красных".

Правда, независимые авиационные эксперты поставили под сомнение сверхвысокую эффективность бортового комплекса вооружения F-22A, склоняясь к мнению, что в правилах ведения боя был принят коэффициент попадания ракет в цель, равный 100%, что не соответствует реальности.

Сообщалось, что в ходе учебных боев "Рэпторы" ни разу не прибегали к использованию доступных им элементов сверхманевренности, известных, как "J-разворот" и "Кобра Пугачева", а также к атакам целей на малой дистанции с большим удалением от продольной оси атакующего самолета (характерным при использовании сверхманевренных ракет малой дальности AIM-9X). Основной причиной этого наблюдатели и участники боев называли тот факт, что вплоть до своего условного уничтожения жертвы атак "просто не знали о том, что их атакуют".

В ходе одной из миссий "красные" предприняли массированную атаку на самолет-заправщик и дозаправляемые им истребители F-22A. При этом "противнику" удалось условно сбить один "Рэптор". Однако среднее количество "уничтоженных" при этом "красных" на одного "синего" летчика 27-й ИАЭ составило тогда 5,5 самолетов.

Официальные американское источники называли максимальную дистанцию обнаружения цели класса "истребитель" (очевидно, F-16) при помощи БРЛС, установленной на F-22A, равную 165 км. Однако ранее сообщалось, что подобные цели могут обнаруживаться станциями типа AN/APG-77 на значительно большей дальности. Впрочем, можно предположить, что в ходу учений "противник" широко применял активные радиоэлектронные помехи (об этом говорит и присутствие в составе сил "красных" самолетов РЭБ ЕА-6 "Праулер"). В этой связи нужно сказать, что у самолетов F-15C, задействованных в "Норзерн Эдж", дальность обнаружения истребителей составляла 92 км.

Кроме того, взаимодействуя с наземными авиационными наводчиками, F-22A применили в ходе учений 26 КАБ типа JDAM, добившись 100%-го попадания в назначенные цели. При этом следует учесть, что летчики 27-й истребительной эскадрильи ранее, якобы, не практиковались в нанесении ударов по наземным целям.

Особо следует отметить нетребовательность радиопоглощающего покрытия "Рэптора" к условиям базирования, продемонстрированную в ходе учений. В отличие от тактических ударных самолетов F-117A и стратегических бомбардировщиков В-2А, "Рэпторы" на практике доказали, что не нуждаются при повседневной эксплуатации в ангарах с системой климатического контроля. Все работы по обслуживанию РПМ (для чего на авиабазе Лэнгли было построено специальное сооружение), на Аляске проводилось либо в обычном ангаре, либо вообще на открытой стоянке. Для определения необходимости локального ремонта покрытия использовалась мобильная система контроля ЭПР, определяющая степень влияния того или иного повреждения РПМ на общую величину радиолокационной заметности самолета.

Из запланированных 105 боевых вылетов в течение двух недель учений было выполнено 102 – беспрецедентный факт для малоосвоенного типа боевого самолета. Исходя из этих цифр, был сделан вывод, что в течение месяца один "Рэптор" может выполнить 21,8 боевых вылетов.

По результатам использования F- 22А в составе разнотипных истребительных формирований в ходе учений "Норзерн Эдж" были сделаны соответствующие выводы и разработаны тактические схемы, позволяющие более полно реализовать уникальные возможности интегрированного БРЭО истребителей 5-го поколения.

В феврале 2007 г. состоялось традиционное воздушное учение Red Flag, в котором вновь приняли участие F-22A из 94-й эскадрильи (на этот раз их было 14). "Рэпторам" противостояли "агрессоры" – F-15C и F-16C, которые и на этот раз "потерпели сокрушительное поражение". При этом эскадрилья F-22A была развернута "на абсолютно неподготовленном аэродроме" (место нахождения этого аэродрома не указывалось).

В апреле 2008 г. истребители F-22A из состава 1-го и 192-го авиакрыльев (с авиабазы Ленгли) приняли участие в очередных исследовательских учениях, целью которых была отработка поведения "Рэпторов" при решении задачи завоевания превосходства в воздухе. "Красные" силы (т.е. "неприятельская" группировка, противостоящая своим – "синим") имели значительный численный перевес и были представлены самолетами F-15C, Т-38 (оказавшимися очень трудными противниками для F-22A в ближнем маневренном воздушном бою) и F/A-18 из состава ВМС США.

Разумеется, победили "Рэпторы" с разгромным счетом (называлось соотношение побед и поражений, равное 220:0). В этой связи на ум невольно приходит фраза, приписываемая одному популярному историческому деятелю: "Не важно, как голосуют на выборах, важно, кто потом считает голоса"…

Эти, а так же "другие яркие" победы F-22A в учебных "схватках", дали основание аналитикам из ВВС США "спрогнозировать" и результаты реальных воздушных боев с участием этого самолета. По их оценкам, при встрече с машинами потенциального противника, относящимся к четвертому поколению (очевидно, подразумевались истребители Су-27 и МиГ-29) "счет" должен был составить 1:1 для F-15, 1:3 для F-35 и 1:30 для F-22. Следует сказать, что аналогичное моделирование боев с F-22A в других странах, имеющих на вооружение самолеты семейства "Су-27", также показало преимущество "Рэптора" (правда, далеко не столь "разгромное", как в американских моделях).

В 2010-х гг. (хотя завеса секретности над "Рэптором" и не спала) ВВС США начали практиковать учебные воздушные бои F-22A с новейшими истребителями НАТО, относящимися к поколению "4++" – французскими самолетами "Рафаль" и "общеевропейскими" EF2000 "Тайфун". Эти учения отличались более "спортивным" характером и, как следствие, их результаты отличались от того, что было зарегистрировано ранее.

Продолжение следует

Знаменательные даты октября в истории авиации

2 октября. 75 лет легендарному штурмовику Ил-2 (в этот день 1939 г. в воздух поднялся опытный самолет ЦКБ-55 – прототип будущего штурмовика).

8 октября – 80 лет со дня первого полета бомбардировщика S.79.

12 октября – 60 лет со дня первого полета УТС Т-37.

14 октября – 50 лет со дня первого полета вертолета S-65.

17 октября – 40 лет со дня первого полета вертолета S-70.

18 октября – 85 лет со дня первого полета самолета К-5.

18 октября – 35 лет со дня первого полета пассажирского лайнера MD-80.

20 октября – 55 лет со дня первого полета пассажирского самолета Ан-24.

23 октября – 75 лет со дня первого полета бомбардировщика G4M.

25 октября – 75 лет со дня первого полета бомбардировщика -Галифакс".

28 октября – 55 лет со дня первого полета самолета М-50.

31 октября – 40 лет со дня первого полета истребителя-бомбардировщика "Орао".

Дмитрий Пичугин

Авиашоу в Карупе

22 июня 2014 г. на авиабазе Королевских ВВС Дании Каруп, расположенной в Центральной Ютландии, состоялось авиационное шоу (Danish Air Show). Главной целью мероприятия датских вооруженных сил было показать и рассказать широкой общественности о задачах, которые выполняет авиация и армия, а также продемонстрировать технику. Данное мероприятие является регулярным и проводится раз в два года на различных авиационных базах Дании.

Впервые "день открытых дверей" в Королевских датских ВВС был организован еще в 1959 г., а с 1961 г. это мероприятие стало проводиться регулярно. Исключение составили 1989, 1990 и 1991 гг. когда после трагических событий на американской авиабазе Рамштейн в Германии все авиационные праздники были отменены. В тот период в Европе разрабатывались новые международные правила авиационных показов при стечении большого количества людей.

С 2005 г. в целях улучшения международного имиджа и придания более важного статуса мероприятию, название "день открытых дверей" было изменено на Air Show.

В настоящее время Каруп является основной авиабазой ВВС Дании и важным элементом в военной инфраструктуре НАТО. Авиабаза размещается на огромной площади, охватывающей 300 га земли.

Сам аэродром был построен во время немецкой оккупации в 1940 г. и назывался тогда Флихерхорст Грув. С началом Второй мировой войны Германия использовала его для поддержки операций в Норвегии и обеспечения воздушных операций против Англии. Чуть позже здесь базировались немецкие истребители-перехватчики.

В мае 1945 г. наступающие британские войска обнаружили на аэродроме 9 немейших реактивных бомбардировщиков Ar 234В "Блитц", которые позднее были переправлены в Англию на аэродром Фарнборо.

В декабре 1945 г. аэродром заняли силы гражданской обороны Дании. В то же время здесь (вплоть до 1949 г.) располагался лагерь, размещавший 22000 немецких беженцев.

Полностью контроль над этим районом был передан датской армии в январе 1946 г.

В 1947 г. на аэродроме силами воздушного корпуса датской армии была основана летная школа, центр материально-технического обеспечения, а также было организовано техническое обслуживание истребителей -Метеор" и "Спитфайр".

В 1950 г. были основаны Королевские военно-воздушные силы Дании, а аэродром официально стал называться Каруп.

В течение послевоенного времени аэродром стал важной частью обороны Дании в составе североатлантического альянса. В 1955 г. здесь было размещено Тактическое Авиационное Командование НАТО.

В период 1950-1960 гг. В Карупе базировались истребители американского производства F-84, RF-84F и F-100. В 1970 г. в Швеции для королевских датских ВВС были закуплены две эскадрильи истребителей-бомбардировщиков "Дракен", получившие здесь постоянную прописку.

В течение 1980-1990 гг. в ВВС прошла реорганизация, в ходе которой были закрыты авиабазы Ваерлосе (Копенгаген) и Вандел (Южная Ютландия). Оставшиеся подразделения были перебазированы в Каруп. С 1993 г. здесь размещается оперативное командование армии. В интересах блока НАТО аэродром постоянно расширяется, а военные объекты модернизируются и находятся в идеальном состоянии. До сих пор используются многочисленные германские объекты, включая гигантский бункер. Отсюда ведется контроль и управление за всеми полетами военной авиации над датской воздушной зоной.

В настоящее время в Карупе размещаются вертолетное авиакрыло, летная школа ВВС, школа подготовки авиационных специалистов, учебный центр ВВС, авиакрыло управления, авиакрыло боевой поддержки.

Кроме военных в Карупе размещается ряд гражданский компаний, действующих в интересах вооруженных сил.

В ноябре 1965 г. здесь был открыт региональный аэропорт и из Карупы начали выполняться регулярные пассажирские рейсы. В настоящее время отсюда ежедневно выполняются 14 рейсов, а ежегодный пассажиропоток достигает 200000 человек.

Организатором нынешнего авиашоу стало вертолетное крыло Каруп. В состав крыла сейчас входят: 722-я, 723-я и 724-я эскадрильи.

В составе 722-й эскадрильи находятся новые многоцелевые вертолеты ЕН-101 "Мерлин", выполняющие поисково-спасательные операции и транспортные перевозки. В круг задач эскадрильи входят поиск и спасение людей на море, оказание помощи кораблям, терпящим бедствие, медицинская эвакуация пациентов с многочисленных островных территорий. Для этих целей 3 вертолета находятся на постоянном дежурстве на различных аэродромах. Эскадрилья также используется как VIP-транспорт для членов королевской семьи, выполняет переброску тактического десанта и перевозку небольших грузов.

На вооружении 723-й эскадрильи состоят вертолеты "Линкc" Мк.30В, использующиеся для морского наблюдения, инспекции рыбного хозяйства и спасательных работ в Северной Атлантике. Вертолеты данного типа также выполняют задачи по охране гражданского судоходства у берегов Африки. На оперативной службе в вооруженных силах Дании вертолеты находятся с 1980 г. (тогда были сняты с эксплуатации устаревшие французские вертолеты "Аллуэт" III). Вплоть до 2000 г. эскадрилья входила в состав ВМС и базировалась на кораблях.

724-я эскадрилья имеет на вооружении французские легкие вертолеты AS-550 С2. В настоящее время они используются в интересах сухопутных войск для наблюдения и разведки, а также выполняют различные задачи совместно с полицией (управление движением на автомагистралях, поиск угнанных автомобилей и злоумышленников). Спецназ использует вертолет как платформу, откуда может вести стрельбу снайпер.

Солнечный воскресный день 22 июня 2014 г. собрал огромное количество людей (приблизительно 120000 человек), съехавшихся со всей Дании и соседних стран, пожелавших увидеть авиационный праздник. Главными участниками авиашоу, безусловно, были вооруженные силы и силовые структуры датского королевства. Кроме того, в Danish Air Show участвовали ВВС, различные производственные и авиационные компании из 14 стран мира, среди которых такие гиганты как "Боинг", "Локхид Мартин", "Еврофайтер" и СААБ.

Парк статической экспозиции размещался на небольшой территории и представлял из себя довольно интересное сочетание самолетов различной эпохи, начиная от польского МиГ-15 и заканчивая современными истребителями EF 2000.

Треть экспозиции занимали датчане. Широко были представлены истребители F-16, которые сейчас составляют основу Королевских ВВС, с многочисленным вооружением, способным применяться с этого самолета, начиная с УР класса "воздух-воздух" и заканчивая различными видами УАБ. Особого внимания заслуживала площадка с самолетами "Дракен", на которой публике были представлены самолеты в вариантах разведчика RF-35 и двухместного учебно-боевого истребителя TF-35D. Все машины находятся в идеальном состоянии, которое поддерживает специальная аэродромная команда "Draken Team Karup". В планах авиашоу была скоростная пробежка по впп двух "Дракенов", но, к огромному сожалению зрителей, организаторы от этого отказались.

Также широко были представлены различные типы вертолетов, состоящих на вооружении, большинство из которых было отрыто, а любой желающий мог побывать в кабине боевой машины. Сухопутные войска полностью представили свою технику, начиная с танков и бронетранспортеров и заканчивая различными боевыми машинами. У всех образцов боевой техники можно было пообщаться с военнослужащими, которые могли подробно рассказать о военной службе и ответить на многочисленные вопросы гостей выставки. В отдельном шале все желающие могли ознакомиться с различными видами стрелкового оружия и экипировкой вооруженных сил Дании.

Естественно, без США сейчас не обходится ни одно авиационное событие. Компания "Локхид Мартин" представила макет своего новейшего самолета F-35 "Лайтнинг" II. Любой желающий мог подробно изучить кабину экипажа, а шеф-пилот компании охотно общался со всеми, не забывая раздавать рекламные плакаты с F-35. Сейчас уже понятно, что не за горами то время, когда придется заменять в ВВС многих стран Европы основные истребители F-16. И надо отдать должное американцам, не жалеющим огромных средств на рекламу своей техники: в Карупе был целый павильон, оборудованный ЖК-экранами, на которых демонстрировались красочные ролики с F-35, а представители "Локхид Мартин" щедро раздавали различную сувенирную продукцию с символикой новейшего самолета. В течение этого дня на аэродроме можно было наблюдать тысячи людей в красных бейсболках, подаренных американцами.

Американская компания "Омега", осуществляющая дозаправку в воздухе самолетов стран, с которыми был заключен соответствующий контракт, представила самолет-заправщик КС-10-401. По соседству также находились транспортные самолеты ВВС Польши CASA С-295М, ВВС Сербии Ан-26 и датские C-130J и "Челленджер-604". На отдельной площадке разместились самолеты пилотажных групп, выступавших на шоу.

Публике также широко был представлен истребитель EF 2000 и на земле, и в воздухе. В статической экспозиции участвовали несколько английских и один итальянский самолет, а вот Германия свой "Еврофайтер" продемонстрировала в небе.

Особо надо отметить "массовое" участие на авиашоу ВВС Эстонии. На земле были показаны вертолет R-44 "Клипер" и экзотический для местных зрителей самолет Ан-2Т, а в воздухе крутил пилотаж Л-39. По видимому это был дружеский ответ датчанам, охранявшим в тот момент небо Балтики на своих F-16 в рамках натовской операции "Baltic Air Policing".

Воздушный показ был самой зрелищной частью, длившейся почти весь день. Открыли программу ВВС Дании. В совместном строю над аэродромом пролетело 5 учебно-тренировочных самолетов Т-17 из состава летной школы авиабазы, а также 6 вертолетов: три AS-550C-2, "Линке" и пара ЕН-101 "Мерлин". Один из AS-550 нес государственный флаг Дании. Далее в небе блистала малая авиация, слетевшаяся накануне со всех уголков датского королевства, а также различные ретро-самолеты из соседних стран.

Величественно прошел в небе над Карупом самолет E-3D "Сентри" ВВС Великобритании, а затем перед зрителями блистали современные истребители. Американцы продемонстрировали высший пилотаж на палубном F/A-18E "Супер Хорнет", который, судя по лицам зрителей, не особо их впечатлил. Гораздо с большим наслаждением все наблюдали за выступлением F-18 ВВС Финляндии и шведским JAS-39 "Грипен". Здесь особо хочется отметить фантастический пилотаж финского летчика, который буквально выворачивал свой самолет наизнанку, показав все, что только возможно.

Датчане в рамках шоу показали свою мини программу "RDAF Air Power" (Мощь королевских ВВС Дании). Главным действующим лицом было вертолетное авиакрыло Каруп, продемонстрировавшее зрителям повседневные служебные будни – эвакуацию людей, пострадавших в ДТП, а также проведение поисково-спасательных работ с помощью вертолетов ЕН-101. Другая пара "Мерлинов" показала пилотаж. Пара вертолетов "Линке" и AS-550C продемонстрировали задержание автоугонщика, несшегося по ВПП на огромной скорости. Программу продолжили силы специального назначения датской армии, высадившиеся с вертолетов и продемонстрировавшие задержание условных террористов, незаконно проникших на аэродром.

Во всей красе показал себя транспортный самолет С-130 "Геркулес". Круто взмыв в воздух, он выполнял эффектные виражи и крутые развороты. А в конце выступления произвел массовый отстрел ИК ловушек, украсив синее небо невиданным узором.

После него на полном форсаже в небо взлетел истребитель F-16AM, от пилотажа которого также невозможно было оторвать взгляда. Далее F-16 в составе двух пар провели имитацию нанесения бомбового удара по наземным целям с различных направлений. В заключение программы в небе в плотном строю прошла группа из девяти истребителей F-16, изобразив форму "бриллианта".

Свое мастерство в тот день зрителям показали три пилотажные группы – английская "Ред Эрроуз", польская "Искра" и бельгийская "Красные дьяволы". Англичане, на мой взгляд, немного затянули программу, но на фоне их блистательного показа это трудно было почувствовать. "Красные стрелы" в очередной раз доказали, что их команда – одна из лучших в мире.

В общем, мероприятие Danish Air Show оставило массу положительных впечатлений. Интересная статическая экспозиция и эффектный воздушный показ никого не оставили равнодушными. Весьма интересно было поближе познакомиться с вооруженными силами Дании. Конечно, такому событию очень далеко до всемирно известных авиасалонов Фарнборо, Ле Бурже и ИЛА, но поверьте, и здесь было на что посмотреть.

В рамках организации все выглядело весьма достойно за исключением массовой пробки на выезде с аэродрома, в которой было потеряно более двух часов. Также очень удивило, что на входе на авиашоу не проводилось никакого досмотра. Вот уж действительно тихая и спокойная Дания.

Дмитрий Пичугин

Учения в Сольцах

Этим летом на аэродроме Сольцы, расположенном в Новгородской области, снова был слышен шум реактивных двигателей, а в небе вновь появились самолеты. Активность на аэродроме обьясняется проведением летно-тактических учений Дальней Авиации.

Экипажи ракетоносцев Ту-22МЗ из Шайковки с 22 по 26 июля 2014 г. провели учения по плану боевой подготовки в составе авиагруппы на тему подготовки и нанесения удара авиагруппой по морским целям противника. Также в это время в Сольцах учения в составе эскадрильи проводили экипажи авиабазы Белая, расположенной в Иркутской области.

Данные учения не являются отдельным эпизодом, так как боевая подготовка в российских ВВС ведется планомерно на протяжении всего года. Главной целью является повышение боевой выучки летного состава и недопущение снижения боевой готовности.

Экипажи авиагруппы ракетоносцев Ту-22МЗ на протяжении трех дней взлетали с аэродрома Сольцы на практическое применение ракет Х-22 на одном из полигонов в Казахстане. Помимо пусков экипажам также предстояло выполнить сложный полет на максимальный радиус и вернуться на аэродром базирования. Работа с оперативного аэродрома накладывает особый отпечаток на работу. В настоящее время на аэродроме Шайковка ведется капитальный ремонт, и авиагруппа временно перебазирована в Сольцы. После расформирования 840-го тбап в 2009 г., здесь находится лишь военная комендатура. Надо отметить, что ее силами все эти годы поддерживается пригодное состояние взлетно-посадочной полосы, рулежных дорожек, радиотехнических и вспомогательных систем аэродрома.

В течение небольшого перерыва между полетами мне удалось немного побеседовать с командиром авиагруппы Шайковка гвардии полковником В.М. Алексеенко, который рассказал о текущих учениях и о новостях из жизни шайковского гарнизона.

Одним из главных событий в жизни авиагруппы можно считать поступление модернизированных самолетов Ту-22М3М, оснащенных прицельно-навигационными комплексами СВП-24. На момент подготовки репортажа в Шайковку уже было передано три таких самолета, четвертый находился на испытании комплекса на заводе и ожидается в ближайшее время. Из личного состава авиагруппы 70% уже переучено на новые самолеты. Командир очень доволен новой техникой и отметил, что с оснащением новым комплексом заметно поднялся боевой потенциал машины: "Простое вооружение с помощью "Гефеста" переходит в разряд почти высокоточного". Между тем, как отметил Алексеенко, положительные сдвиги с модернизацией начались после достигнутого полного взаимопонимания между ЗАО "Гефест и Т" и ОАО "Туполев" (последнее предлагало свою модернизацию самолетов Ту-22, включающую много новшеств, начиная с замены авионики и заканчивая новыми типами ракет). В настоящее время ОАО "Туполев" и ЗАО "Гефест и Т" работают параллельно в плане переоснащения Ту-22 новыми ракетами Х-32.

Сейчас самый больной вопрос для Ту-22 – это нехватка двигателей в строевых частях. Новые не выпускаются, а чтобы снова наладить производство, нет нужных технологий и не хватает специалистов. Но не все так плохо. Сейчас в КАПО после института приходят молодые специалисты, получающие хорошую зарплату, а самое главное, имеющие достаточные знания. Это очень положительная тенденция, показывающая что обучение в вузах изменилось в лучшую сторону.

Командир авиагруппы Шайковка гвардии полковник В.М. Алексеенко

Еще одна деталь, на которую стоит обратить внимание, это продолжение традиции в Дальней Авиации – присвоение самолетам имен собственных. Помимо Ту-160 и Ту-95, имена получают и Ту-22. Сейчас в Шайковке летают три таких самолета: борт 25 "Юрий Дейнеко" – памяти заместителя командира 121-го гв ТБАП, погибшего в катастрофе самолета Ту-160 в сентябре 2003 г.; борт 30 "Владимр Безбоков" – памяти Героя Советского Союза, генерал-полковника, командовавшего 30-й Воздушной Армией ВГК; борт 49 "Александр Березняк" – памяти советского конструктора в области самолета- и ракетостроения. На момент подготовки материала с завода ожидался четвертый именной самолет.

Кроме плановых мероприятий, авиагруппа из Шайковки по-прежнему выполняет полеты на боевое патрулирования по плану ГШ. Задачи решаются на трех направлениях – черноморском, балтийском и северном. После известных событий на Украине, южному направлению сейчас уделяется особое внимание.

Content

Авиация и космонавтика 2014 10

Посадка на шоссе.

Пассажирские и транспортные самолеты ОКБ С. В. Ильюшина

Сервисное обслуживание авиационной техники – новые технологии управления

История "Черной Акулы" глазами создателей

Самолеты Дмитрия Григоровича

Авиация в боевых действиях на Юго-Востоке Украины, весна-лето 2014 г.

Истребитель F-22A "Рэптор"

Знаменательные даты октября в истории авиации

Авиашоу в Карупе

Учения в Сольцах