Детский сад

НАЧАЛО

Только вчера за стеклом этой витрины висели какие-то джинсовые шмотки. А сегодня снизу навалены лишь огромные картонные коробки, из-за чего пространство за стеклом кажется пустым и пыльным. Лена быстро глянула по сторонам и подошла к витрине, отражающей вечернюю улицу середины ноября. Нет. Себя не рассмотреть. Виден лишь силуэт. Может, и к лучшему. Длинная куртка, бесформенные джинсы; взлохмаченные на ветру, плохо собранные волосы; обвисшая сумка, с которой вышла за хлебом и которая привычно набита Бог знает чем, отчего в ней почти всегда килограмма два груза… За спиной деловито мельтешат люди — чуть искажёнными витриной силуэтами, время от времени проезжают машины… Домой не хочется. Если б не хлеб, который домашние так и не удосужились купить… Впрочем, что уж — не удосужились? Прекрасно знали — есть кому сходить… Подождут. Она же, прикрытая здесь от резкого ветра, может постоять, подумать.

О привычном. Никчемность. Нереализованность. Любимая жвачка дня. Даже думать не хочется о том, что могла бы… А вот проехали… А ведь было бы… А вот фиг…

В последнее время её улыбка, которую раньше называли шаловливой, плутовской, слишком быстро тает в гримасу горечи… После смерти матери продав неожиданно пустую квартиру и оставшись в семье брата, Лена часто думала: лучше бы не продавала. На каторгу надо было пойти, чтобы денег хватило на квартплату, но не продавала бы…

Под ногой хрустнул лёд асфальтовой лужицы.

Хватит нытья. Лучше посмотреть, что за серовато-белые мёрзлые точки на пыльной витрине. Машина проехала, грязью обдав?.. Сыграть, что ли? Как в детстве. Провести от точки линию к другой. А от этой — к третьей.

Лена замерла. Почему… Первые точки соединились легко. Но потом… Она же хотела провести линию к точке выше, а рука, как заведённая, опустила линию вниз. Странный узор получился… Хм. Пыталась руку опустить, а она продолжает выписывать корявые линии. И вдруг — точка. Лена отступила. И? Что получилось? Странные буквы. Странные письмена. Не прочитаешь… Разве что интуитивно, что эта корявость опасна…

Она снова шагнула к витрине… Точнее — только начала шаг… А витрина внезапно взорвалась — с таким грохочущим звоном, словно целую кучу камней в неё швырнули! За спиной визг и крики. Зажмурившись от страха и ссутулившись, Лена вскинула сумку защититься — и отвернулась бежать! И будто в мягкую, но неподатливую преграду упёрлась. Не пускают?! Но… Боли нет. Ни одного осколка по лицу или по рукам… Опустила сумку, опасливо обернулась… Точно — все осколки мимо. Но сколько их… И все летят в страшном, направленном взрыве, только странно как-то — медленно, каждый осколок разглядеть можно, а то и успеть потрогать…

А из рвано растущей — звеняще разлетающимися осколками под ноги! — стекольной дыры неожиданно вылетела когтистая лапа, вцепилась в куртку на груди и рывком подтащила Лену к витрине. Вскрикнув от страха и машинально отворачиваясь, чтобы не врезаться в стекло лицом, отчаянно морщась и жмурясь в ожидании режущей боли, ничего не понимая, девушка услышала из той же дыры шипение:

— Никчемная, говориш-шь?.. Тут такие и нуж-шны!

И её со страшной силой рванули к дыре, оскалившейся клыкастыми краями…

Она пронзительно закричала.

1

С невольным вскриком Лена грохнулась на колени и охнула от боли, падая дальше, между какими-то огромными плоскими камнями, почти чёрными — в сумерках. Пальцы соскользнули с тупого края камня рядом — не удержаться! А инстинктивно всё пыталась схватиться хоть за какой-то выступ, натыкаясь на шершавую поверхность, сдирая кожу, пока падала, потеряв равновесие!

… Пришла в себя. Перепуганная, дрожащая, спиной на чём-то твёрдом и остром. Левая нога застряла чуть не в капкане, горела от боли так, что нетрудно догадаться: синячище ожидается немеряный. Слава Богу, кажется, не сломала…

Потом Лена попробовала встать. Сначала осторожно вытянула ногу. Встала, всё ещё опираясь на камень за спиной. Отдышалась. Огляделась. Вечер. Как тот, из которого только что выпала сюда. Только вот сюда — это куда?

И не камни здесь. Искорёженные плиты асфальта, уродливо выломанные из дороги. Будто чудовищный трактор пропахал.

Отдышавшись, Лена встала — очень неловко, с опорой на одну ногу. Резинка с волос почти слетела, пришлось их снова собирать в "хвостик". Пока собирала — торопливо огляделась.

Сама она на дороге — сплошь в мусорных кучах, как будто свалка рядом. И кучи все оплетены травой. Словно свалка эта не только старая, но и забытая. В сумерках впереди угадывалось странное. Высились дома — серые на фоне вечереющего тёмно-синего неба и как будто вылезающие из чёрных лавовых скал. Приглядевшись, Лена поняла: каждое из зданий — обросло ползучими травами или кустарниками, а зелень ближе к ночи виднеется чёрной… Пригород? Лена неожиданно для себя, казалось бы, безо всякой связи с представшим пейзажем, вспомнила, что в сумке валяется складной, так называемый перочинный нож — где-то на дне. Одно время ходила в ближайший лесопарк — за грибами, а потом выложить… оружие… не удосужилась. Так что… Сунула руку в сумку, нашарила нож, переложила в карман куртки.

Только более-менее успокоилась, почувствовала себя если не уверенней, то уже не совсем, скажем так, уязвимой, как снова замерла.

Пока возилась, заглушая другие звуки шелестом одежды и лёгким стуком предметов в сумке, не сразу обратила внимание, что вокруг тоже довольно много негромких шорохов. Во-первых, с обеих сторон дороги, из-за высокого парапета, слышен ритмичный всплеск, который затем рассыпается в беспорядочно мелкий шумок. Во-вторых, оттуда же доносятся короткие равномерные звуки, явно издаваемые живыми существами. Лена почему-то сразу уверилась, что существ много… И запахи — терпкие запахи гниющей рыбы и водорослей, облепивших отсыревший бетон.

И только тут, сообразив всё, Лена поняла. Мост. Огромный. И снова испугалась. Место открытое, и бежать некуда, произойди что-нибудь…

Она подтянула к себе сумку. Первая мысль — снимают какую-нибудь дурацкую передачу, типа "Жизнь за стеклом". Сунули неподготовленного человека в глупую ситуацию и смотрят, как себя поведёт. Если сделает что-то неловкое, будет идиотский закадровый смех.

— Глупо, — шепнула она, лишь бы услышать звук своего голоса. И сразу вспомнила совсем не давнее, потрогала лицо. Ни царапины, ни крови. Значит, когда втаскивали сюда, о стекло не порезалась? Кровь, чуть-чуть, — только на ладони. Рассекла на асфальтовой глыбе, пока падала. Саднит теперь.

Втаскивали? Значит… Всё-таки это было?

Что ж… Пока звуки отдалённые, надо бы сообразить, что дальше. Неизвестно, где она оказалась (в воображении вспыхнуло злорадное шипение: "Тут такие и нужны!"), но время — к ночи. Надо бы побыстрей оглядеться и найти безопасное (если такое тут найдётся) место переночевать. А утром, когда будет светлей…

Она осторожно вытащила из асфальтового завала ногу и с трудом, всматриваясь в густые тени, начала переставлять ноги — из одного места в другое, медленно и с опаской, как бы не провалиться куда-нибудь.

Пару раз чуть не попала в ловушку — в асфальтовые трещины, спрятанные под переплетением трав и кустарников и плохо видимые вечером. Почему вечер, а не утро? Потому что становится всё темней. Очертания предметов ещё видны, но тени от них становятся плотней, сливаясь между собой. Лена взглянула на небо. Низкие тучи наполнялись ощутимо густой тьмой. Не попасть бы ещё под дождь. Эта мысль заставила поторопиться. Пусть дома и выглядят отсюда обезлюдевшими, но ливень лучше переждать под крышей.

Это только казалось, что дома неподалёку. Пришлось идти довольно долго — Лена взглянула на старенькие наручные часы, но увидеть, сколько именно сейчас времени, не удалось. Можно, конечно, посмотреть и при свете: в сумке валяется газовая зажигалка. Только вот на открытом пространстве как-то не хочется светиться — во всех смыслах. Вспомнив про сумку, Лена слегка встряхнула её, тяжёлую, и впервые с благодарностью вспомнила о родных: нет, они молодцы, что забыли купить хлеб!.. И передёрнула плечами. Здесь, кстати, не слишком жарко… Может, параллельный мир? Или будущее? А если прошлое?.. Про "Жизнь за стеклом" как-то уже не верилось. И снова в ушах зашипело: "Никчемная…"

Ближе к концу моста, по его центру, Лена зашагала быстрей: дорожное покрытие чище, травы почти нет, да и асфальт ровней. И тут она возблагодарила своё дурацкое для всех пристрастие к высоким ботинкам на твёрдой подошве. Брат с женой всё морщились — неженственно, а Лена возражала — практично. Зато как шагалось в них сейчас!.. Мягко, плавно. Повреждённая нога, в ссадинах и в синяках, почти не болела.

Прошла часть высокой, поднятой насыпью дороги. Уже медленней, остерегаясь неизвестно чего, но всё равно осторожно приблизилась к первому высотному дому явно начала улицы. Окна первого этажа, чаще с выбитыми стёклами (или что там было вместо них), зияли пустотой и кромешным мраком — бездонной пропастью вовнутрь.

Нерешительно остановившись, Лена некоторое время раздумывала, как идти: прижимаясь к стенам, чтобы её не сразу было видно с дороги, или наоборот — подальше от окон, из которых может внезапно кто-нибудь выпрыгнуть? Хотя выбор небольшой: ближе к стенам — мусору-у… И по большей части — битое стекло, строительный хлам. По нему идти — себя сразу обнаруживать: хруст, дребезжание… Машинально похлопав по карману — проверяя, на месте ли нож, сделала первый шаг.

Затаив дыхание, она проходила дом, наверное, минут двадцать — таким длинным оказался. Следующий не менее длинный. Зато подъездами — страшными чёрными провалами — сюда, на дорогу. И под окнами первого этажа, здесь тоже высокими, дорожка довольно чистая. Хоть идти можно не спотыкаясь.

Осторожно подошла к одному из подъездов, с полуоткрытой дверью. Постояла у чёрного проёма, изо всех сил напрягая слух. Тишина. И впечатление полной, всеобъемлющей пустоты. Показалось, что вообще внутренности у здания нет — только стены…

Она бы ещё долго раздумывала: попробовать войти и поискать себе место для ночлега? — ведь на улице стемнело так, что она уже почти не видела дома через дорогу. Но, уже привыкшая напряжённо вслушиваться, различила в тишине странный звук. Он-то и заставил её шмыгнуть (всего-то два шага) за дверь, в темноту. Здесь она застыла лицом к выходу: чувствительная пустота за спиной и нос к носу — чёрная дверь, в странную, резную ручку которой она вцепилась, поспешно нашарив её… Вцепиться-то вцепилась, а руки всё равно от страха ходуном ходят — дрожь не остановить.

Ровно нарастающий гул в три гудящие ноты постепенно накатывал на дорогу, которую она только что прошла. Накатывал из города. И в этом гудении она расслышала четвёртый, странно диссонирующий с первыми звук — подпрыгивающий, жалобный. Не глядя (даже попыталась усмехнуться: посмотришь тут!), она отставила сумку в сторону, стараясь примерно запомнить — куда.

А гудение приближалось — вместе с тем прыгающим тоненьким подвыванием. Приближалось оно, судя по эху, из переулка между домами — между тем, в котором она сейчас пряталась, и тем, который только что прошла. Сообразив это, Лена, сдвинув брови, пыталась вслушаться в гудение — моторов?

Теперь к гудению и еле слышному, подпрыгивающему подвыванию добавился шлёпающий стук по дороге, отдающийся в стены. Лена высунулась из-за двери, стараясь оставаться в её тени… Прижимаясь к стене дома, прихрамывая, в её сторону бежала низкая тоненькая фигурка. Она-то как раз и подвывала.

Сердце подпрыгнуло больно-больно, когда из-за угла дома вывернули мощные огни и шарахнули ослепляющим белым потоком по дому напротив, а затем, развернувшись, — шарахнули светом по дороге, и поехали по ней параллельно дому. Мотоциклы?! Но виделись они из-за мощных фар какими-то чёрными чудовищами… Фигурка бежала — и теперь Лена ясно расслышала детское хныканье. Бежал ребёнок, который задыхался от усталости и плакал от страха, что его вот-вот догонят.

Ничего не понимая, Лена приготовилась. Мотоциклисты приближались уже с такой скоростью, что до фигурки им оставалось совсем немного. Правда, та оставалась чуть в стороне от света их фар, бежала близко к дому. Пока пряталась в темноте. Но, если преследователи сообразят немного повернуть фары в сторону дома… В общем, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что неизвестные гонятся за ребёнком.

Белые полосы заливали дорогу, ослепляя, но Лена разглядела-таки, что мотоциклистам до её подъезда осталось немного. Зато ребёнок уже пробегал мимо.

В следующую секунду она стремительно шагнула вперёд, резко выбросила руку вперёд и, схватившись за плечо беглеца, под его дикий, почти звериный визг пойманного, рывком (хорошо — в мотоциклетном гудёже не слышно!) втянула его к себе, за дверь. Был миг — Лена испугалась, что ребёнок вылетит из собственной одёжки: так натянулась, потрескивая, непрочная ткань. Но всё-таки прижала его к себе:

— Тихо!

Но ребёнок снова взвизгнул, как пойманный зверёныш, и сильно дёрнулся сбежать. Лена резко шлёпнула по его губам ладонью — закрыть рот, обрывая крик. Стремительно наклонилась к уху:

— Тихо… Тихо… Я тебе ничего не сделаю.

Только секунды спустя до неё дошло, что он, наверное, и не понял её. Ведь, возможно, в этом мире говорят на неизвестном ей языке…

Тяжёлое дыхание. Дрожащие худенькие плечи под руками медленно опали, расслабляясь. Она почувствовала, как он повернулся взглянуть на неё. Убрала руку с его рта, погладила его по голове. Другую оставила на его плече, обнимающей и придерживающей… Какой маленький. Совсем ребёнок. Лет семь есть ли? Общения с детьми в её жизни было слишком мало. С племянниками отношения не задались с самого начала, как она переехала в семью брата. Слишком избалованными казались, слишком капризными… Она почувствовала под пальцами его лихорадочно трепещущий пульс. Господи, сердце от страха зашлось не только у неё…

На мгновение свет фар попал в подъезд — и у Лены перехватило дыхание, когда она увидела всё ещё запрокинутое к ней лицо. Да, детское. Но исполосованное страшными, вспухшими царапинами, словно из кожи пытались нарезать… Что?!

Свет уехал из подъезда, зато остановились мотоциклисты. И тут Лена ещё сильней прижала к себе уже послушного её движениям мальчика. Ведь преследователи остановились так близко к ним, между двумя подъездами, приглушив свет и явно пытаясь рассмотреть, куда же делся беглец.

Отвлёк её от мотоциклистов мальчик. Вцепившись руками в её поддерживающую руку, он что-то жалобно спросил — что-то неразборчивое на фоне гудения трёх машин.

— Да-да, — рассеянно ответила Лена, не спуская с мотоциклистов глаз.

И тут же чуть не закричала от ужасающей боли — мальчишка впился зубами в её руку, чуть выше кисти. После первого шока до неё дошло, что он не кусается, а раз прокусив ей кожу, высасывает из раны кровь… И она ничего не может с этим поделать, потому что, попытайся отодрать его от себя, движением привлечёт внимание с дороги: свет еле-еле, но проникал сюда. Преследователи ребёнка показались страшней, чем боль. Их больше, и они взрослые… И она собралась с силами — выдержать боль. Полная ненависти к подловившему её в ситуации-западне страшному мальчишке.

Наверное, часы спустя, как показалось, боль слегка притупилась. И, хотя пальцы прокушенной руки похолодели, Лена уже могла выдерживать ощущение, тянущее воспалённым зубным нервом. И могла соображать. Мальчишка — вампир?! И теперь вампиром (по многочисленным сведениям отовсюду) станет она сама?

Когда он вынул зубы из её плоти (она снова ощутила это, как будто из руки тупо тянут жилы или нервы), он, как ни странно, не облизал, а погладил место укуса и снова поднял к ней лицо. Лена, стараясь дышать спокойно, медленно опустила руку, которую дёргало от тупой боли. Кажется, теперь он не собирался сбегать. Успокоившись, она осторожно заглянула во вновь запрокинутое к ней лицо. И снова оцепенела. Ни одной царапины. Ровная кожа без единого рассечения… Это что? Он пил её кровь, чтобы… Чтобы излечиться?

Мельком она вспомнила: он спросил о чём-то, прежде чем укусить. Она ответила: "Да-да…" Значит… Он просил разрешить ему… вкусить крови, и она согласилась?

Потом разберёмся.

Но как больно до сих пор…

Тем временем на дороге зашевелились. Трое развернули угрожающе гудящие машины таким образом, чтобы пустить свет по всем направлениям. Опять мазнуло светом по подъезду, где прятались двое. Лена шагнула было назад, но теперь мальчишка вцепился в её куртку, останавливая с характерным, наверное, для всех народов: "Ш-ш…"

И опять мельком: а как говорить? На каком здесь говорят языке?

Мальчишка вдруг попятился — так внезапно и так явно забывшись, что наступил на ногу Лены, стоящей за ним. Не страшно. Она в ботинках, а мальчишка, как сейчас выяснилось, босиком. Но чего он испугался?.. Сообразив, куда он идёт — во тьму подъезда, мальчишка снова машинально шарахнулся к ней. Она обняла его. Он буквально влепился в неё спрятаться — лицом в её живот. А потом повернул голову, словно боялся не увидеть… Чего? Судя по подбородку, видимому в свете из-за двери, поднял голову. Лена взглянула. И оцепенела.

Мотоциклисты сидели на своих ревущих машинах уже лицом к "их" дому, кажется собираясь приблизиться к "их" подъезду, а может, обшарить все подъезды подряд… Но Лена застыла взглядом не на них.

С крыши дома напротив сползало нечто. Или стекало.

Прозрачное, оно тускло блестело каким-то не освещающим, а как-то вовнутрь уходящим сиянием. Такое сияние Лена видела, лишь когда зажигала газовые конфорки на плите. Туманно синий цвет, режущий глаза.

Дом напротив — в столько этажей, что по ночи и не видно, где в небо уходит последний. Что уж говорить о том, что и в длину он бесконечный. И ЭТО сползало, исчезая краями — и сверху, и с боков здания, продолжая равнодушно сиять холодным, убивающим глаза тусклым светом. А мотоциклисты негромко переговаривались и не подозревали, что у них за спиной…

Мальчишка всхлипнул. Лена пришла в себя. Плюнула на всё, повернула его к себе лицом, хотя трудно было оторвать от себя. И, подхватив под мышки, прижала его к себе так, чтобы он смог обнять её. Вампир не вампир, но он знает, что это такое… Знает и боится — страшно боится. Что значит лишь одно: ребёнок не должен видеть этого чудовища… А сама молилась: не знаю, что будет делать это прозрачное страшное покрывало, только — Господи помоги! — пусть оно до нас не долезет, не доползёт!

Её движение защитить мальчишка будто понял: крепко, чуть не до удушья обнял её за шею, ткнулся лицом, холодным носом, ей в ключицу. А весу-то в нём — подумалось с жалостью, косточки ж одни…

Нечто уже скользило, словно ломаясь углом или стекая ровным водопадом со стены на узкие газоны под окнами дома, а затем — на дорогу. Преследователи тем временем уже, кажется, договорились, что будут делать, но… Край нечто оказался в нескольких метрах от них… Один мотоциклист, наверное, что-то почувствовал — оглянулся. Край покрывала мгновенно взвился в воздух и опустился на всех троих.

Ни крика, ни какого другого звука, который бы свидетельствовал о том, что происходит под мерцающим покрывалом. Лишь ровное гудение моторов.

Лена, ничего не соображая, обняла мальчишку так, что он ойкнул. Но услышала она его придушенный стон как-то сторонне… Если эта дрянь сейчас полезет на них…

Нечто медленно сползло с троих. Мотоциклы валялись на дороге, продолжая гудеть и светить фарами в разные стороны. Людей на них не было. А покрывало продолжало медленно и не спеша убираться к дому, с которого сползло…

Двое за подъездной дверью затихли. Лена почти не дышала…

— Оно ушло? — жарко выдохнул в ухо мальчишка.

— Ушло, — следя, как уволакивается в темноту над домом светящийся край чудища и промаргиваясь от режущего глаза света, машинально ответила она. И через секунды сообразила: мальчишка сказал — она поняла. Какой-то несколько странный выговор у него. Но, может, это она по нескольким словам не так услышала. Главное — она его понимает… В общем, лучше разобраться с этим потом. — А что это было?

— Ночной Убийца, — сказал, как будто удивился (как это?! Ты не узнала этого зверя?!), мальчишка и разомкнул руки вокруг её шеи. — Ты отпустишь меня? А как ты здесь оказалась? Тебя выгнали? Куда ты пойдёшь? У тебя есть место, где переночевать? Возьмёшь меня с собой?

— Тихо-тихо, — сказала Лена, ошарашенная непрерывно падающими на неё вопросами, и спустила егозу на землю. Почему-то она ожидала, что он немедленно сбежит. Но он встал рядом, прижимаясь к ней, быстро и зорко оглядывая всё вокруг, и явно боялся отходить далеко. А потом вспомнила — босой! Господи, да как же он бегает босиком? Здесь! Среди стеклянных осколков! — Подожди. Где-то здесь была моя сумка. А ты кто?

— Я Мика. А ты? — Мальчишка до сих пор говорил почти шёпотом, не сводя глаз с дома напротив, хотя мерцающий голубым газовым огнём Ночной Убийца уже утянулся в темноту. И Лена отвечала шёпотом — всё-таки он местный, лучше соображает, как говорить в таких ситуациях.

— А меня — Елена.

— Селена? Красивое имя.

Именно из-за шёпота, кажется, мальчишка не расслышал, какое имя она произнесла. Но Лена вдруг решилась: новый мир — новое имя! Селена — так Селена! Интересно, а в этом мире есть луна?

Она выпрямилась уже с сумкой. Постояла, посмотрела в проём двери.

— Мика, я здесь пришлая. Чужая. Я не знаю ничего.

— Дома, значит, у тебя нет, — со вздохом заключил Мика. Тоже помолчал, глядя на улицу. — Ладно. Пошли, Селена. Есть одно местечко, где переночевать можно. Только идти придётся долго.

Она заколебалась, глядя на лохматую макушку мальчишки. А вдруг он приведёт её куда-нибудь, где их встретят его взрослые сородичи?!

Не отводя взгляда от дома напротив, Мика предупредил, словно услышав её беспокойные мысли:

— Только у меня есть нечего.

— Как это? Ты же…

— Я не чистокровный, — шёпотом объяснил Мика. — У меня папа человек был.

— А почему ты сейчас не с родителями? Сбежал?

— Папа умер. А мама ушла давно.

— То есть кровью… — Лена запнулась. — Кровь ты не пьёшь — ну, в смысле…

— Нет. Я ем всё, когда найду чего-нибудь. Ну, что? Бежим?

Они осторожно вышли из-за двери на неровный свет от мотоциклетных фар. Остановились. Мика сунул ладошку в ладонь Лены. Сначала она не сообразила: ей показалось — он хочет погреться, очень уж холодная ладошка оказалась. Но Мика стиснул пальцы и потянул её в сторону, ближе к стене, шёпотом предупредив:

— Ты на окна смотри, а я на дорогу.

Как ни странно, он повёл её обратной дорогой — причём именно к мосту, который в первое знакомство с ним показался опасным, а уж теперь, почти в полной тьме… Приглядываясь с той же опаской к мальчишке, Лена заметила, что он чуть ссутулился, когда они пошли в кромешном мраке.

— Мика, ты видишь, как мы идём?

— Вижу, — прошептал мальчишка. Кажется, он наконец обратил внимание, как она идёт — шаркая ногами. — А разве ты не видишь?

— Нет.

— Ты же ведьма! Почему ты не видишь?

Лена поперхнулась. Ведьма? Она? Кхм… Наверное, лучше промолчать. Или сказать что-нибудь такое… Только вот какое — такое? Что не вызовет подозрений? А подозрений в чём? Знать бы ещё…

— Я… болела.

— Отравилась, небось, — тоном специалиста по отравам сказал мальчик.

— Ага…

Лена замолчала, да и Мика явно не был расположен говорить, когда они начали путь по мосту. Он шёл чуть впереди, чутко прислушиваясь: Лена замечала, что он то и дело словно кивает головой. Она всё ещё не могла привыкнуть, что мальчишка идёт босиком, поэтому следила за ним, не укололся бы, и раздумывала: предложить ли взять его на руки? Но он шёл спокойно, будто не замечая, что босой. И она побоялась спрашивать: а вдруг скажет лишнее, выдавая собственную неосведомлённость.

Пару раз останавливались. Один раз — когда всплеск за перилами моста раздался слишком сильный. Пришлось вслед за мальчишкой присесть, притаиться. Второй раз оба чуть не споткнулись, когда буквально под ногами кто-то пронзительно заверещал, а потом крик резко оборвался, и некоторое время пришлось слушать удаляющееся чавканье явно громадной пасти.

"Если бы не темнота", — обмирая от страха, подумала Лена… Она уже пришла к выводу, что здесь будет делать — особенно в первые дни. Да, в этом мире страшно. Да, непонятно. Поэтому она вцепится в этого мальчишку, вампира-полукровку, и будет постоянно рядом с ним. Сделает всё, только бы он хоть чуть-чуть нуждался в ней. И, пока она будет держаться рядом с ним, она постепенно привыкнет к этому месту и узнает этот мир. И больше никто не будет воспринимать её чужачкой. А там, глядишь… Её передёрнуло, а когда снова начала нормально двигаться, сумела криво усмехнуться: только бы назад, домой, не отправляли…

2

Мост пройден. Здесь тьма оказалась не кромешной. Небо густо синело и поблёскивало острыми уколами звёзд. Не вынимая ладошки из её руки, Мика начал время от времени наклоняться и что-то брать с дороги, благо брели еле-еле. Правда, не совсем с дороги — шли по обочине, насколько смогла разглядеть Лена. Не выдержала, спросила:

— Что ты собираешь?

— Здесь кустов много было, — сказал мальчишка уже не шёпотом, а негромко. — Ветки обломанные везде валяются. Наберу, а когда придём — можно будет костёр разжечь.

— Ветки передавай мне. Ты будешь собирать, а я нести. А почему ветки валяются?

— Демоны передрались, — обыденно сказал Мика. Так обыденно, что Лена сначала и не поняла, о чём это он. — За мост пройти не смогли — вода всё-таки, не пускает, но здесь такая драка была — ух! Деревья так и летали!

Из её руки ладошка выскользнула, зато почти сразу что-то ткнулось в ладонь. Прутики. Те самые ветки — полуобморочно думала Лена, всё ещё слыша внутренним слухом поразившую её фразу: демоны передрались.

Там — ночные убийцы, здесь — демоны. Весело живут. Но ведь… живут. Значит, привыкнет и она? И Лена пообещала себе: привыкну! Точно привыкну. Домой — ни за что. После того как умерла мама, после того продала квартиру, в которой Лена пряталась от всего мира и жила привычно уединённо, в том мире она стала никому не нужной… И робко: а вдруг здесь придётся быть другой? Мир-то тоже непривычный. Хоть что-то сдвинет с привычного места её, отшельницу последних лет? Под лежачий камень вода не течёт. Но сейчас Лену забросило в неизвестное, так что поневоле придётся шевелиться. "Судьба, пожалуйста! Пусть всё изменится! Пусть меня заставят быть другой!"

Длинный ремень сумки Лена забросила на плечо. Раньше она не любила носить сумку так — через плечо. Но лямок-ремней не убирала, привыкла таскать, как носила и любой другой хлам. Зато теперь можно много чего с собой нести. И ручонку Мики не отпускать. Веток Мика набрал много, видимо, радуясь, что есть кому их нести. Потом они шли неопределённо долго, а в раздражающей и опасной тьме ещё и неопределённо тяжело. У Лены уже начинали побаливать ноги, которым и так недавно досталось… Мальчишка неожиданно, наверное забыв предупредить, свернул, и ещё пару минут они спускались в кромешную тьму. Это оказалось до жути страшно: идти слепой вниз — в глубокий мрак.

— Пришли, — с облегчением сказал Мика, и Лена почувствовала, что он, только что стоявший рядом, пропал.

— Мика… — выдохнула она.

Но никто не ответил.

Надеясь, что она правильно поняла ситуацию, она повернула свою сумку, болтающуюся на бедре, на живот и пошарила в ней. Нашла. Газовая зажигалка вспыхнула и осветила странную дыру — громадную, в человеческий рост. Наполовину закрытую — какой-то лохматой и грязной дерюгой. Она поднесла зажигалку ближе. Нет, не дерюга. Тонкий покорёженный лист металла. Вроде как большой холодильник "освежевали", а потом молотком "шкуру" распрямили.

Через минуту Лена поняла, что перед нею — бетонная труба гигантских размеров. Может, здесь мелиорацией народ занимался когда-то — с полей лишнюю воду после половодья спускал? Или по ней когда-то текла речка, а над нею мост. Или ещё что…

— Ты идёшь? — изнутри глухо спросил мальчишка, и Лена шагнула в дыру.

Она оказалась права. Труба. Внутри получилось довольно просторное округлое помещение — с утоптанным полом, с какой-то ветошью — возможно, для сна. А чуть дальше от ветоши — как раз чуть не светилось серое пятно. Наверное, здесь Мика жёг свои ветки. Костёр. Но ведь… Лена задрала голову. Круглый потолок.

— Там две дыры есть, на потолке, — объяснил мальчишка, забирая у неё охапку ветвей. — Дым туда и утягивает. Ну что? Зажигай давай.

— То есть — зажигай?

— Ну, ты же не настолько больная. Огонь-то можешь сотворить.

Лена молча прошла вперёд и, нагнувшись, сунула под сухие ветки огонёк зажигалки. Пока поджигала, заметила за кострищем ещё какую-то кучу. Приглядевшись, поняла только, что там небрежно навалены металлические детали. Наверное.

Сухие тонкие ветки, почти хворост, занялись быстро. Лена прикинула: кажется, принесённого хвороста на всю ночь не хватит, но однажды она в каком-то журнале читала, что одной свечи достаточно, чтобы согреть за ночь семиместную палатку… Мальчишка постоял за нею, следя, как разбегается по веткам пламя, и сказал, пожимая плечами:

— Тебя точно выгнали.

Он задвинул узкий вход в трубу каким-то толстым, в ошметьях грязи полотном, протянув его от металлического листа до крюка, вбитого изнутри, рядом со входом, а потом дошёл до костерка и присел, протянув к нему руки. Лена тоже присела на корточки напротив и положила перед собой сумку. Хлеб она прямо в магазине обычно засовывала в пакет, а потом — в сумку. Итак, что мы на сегодня имеем? Один чёрный круглый и два батона. Кроме того, ожидая вечера, Лена решила себя побаловать и купила пластиковую бутылку сладкого кефира. На пол перед костром она расстелила опустошённый пакет, наломала батон кусками и выставила кефир.

— Это у тебя… столько-о… — Кажется, у Мики, присевшего у костра, перехватило дыхание при виде того, что появилось на свет из её сумки. И, кажется, чисто на всякий случай он переполз с корточек поближе к сумке.

— А ты хлеб ешь? — спросила Лена и протянула ему кусок батона. Вечерний привоз. И батон до сих пор свежий, только-только с завода: пропечённая корочка твёрдая, что так вкусно хрустит и ломается на зубах, а внутри — мякоть, которую сожми — и она слипнется, такая свежая! А уж запах! Этот крепкий хлебный запах заставил Мику сглотнуть так, что он опомнился.

В протянутые ему полбатона он вцепился обеими руками. Но, даже вгрызшись, ел аккуратно, подставляя под крошки ладонь. И Лена спокойно сняла с бутылки крышечку и протянула ему кефир: уж этот-то голодный точно не прольёт ни капли.

Пока он ел, не обращая внимания ни на что, она осторожно и быстро потрогала ладонью пол в его убежище. Холодно, хотя бетон не чистый, а с нанесённой землёй. Что ж… Она сняла куртку, постелила и заставила мальчишку пересесть с пола на тёплое. И только тогда отщипнула от батона себе кусочек. Много она есть не собиралась. Не хочется пока. Видимо, адреналин ещё не улёгся.

Спустя минуту она улыбнулась: пригревшись, Мика подтянул на куртку и ноги. Рядом с костром была светло, и Лена наконец рассмотрела мальчишку. Наверное, светловолос. Но гря-язный!.. Отросшие волосы от грязи прямо-таки задубели: когда Мика поворачивается, они даже не шевелятся. Лена почувствовала, как вздрогнули её пальцы: отмыть бы ребёнка… Тощий — понятное дело. Глаза небольшие, зато под тёмными бровями. Как там у Лермонтова про Печорина — порода? Ну, когда сам светловолосый, а брови тёмные? Рот — большой. Как раз, чтобы запихать в него последний кусище и давиться им с выражением блаженства на лице. Носишко прямой, а главное — порезов на лице так и не видно. Неужели её кровь помогла? И нет ни одного признака, что мальчишка — вампир. Или этих признаков и не должно быть? Да и откуда Лене знать про это? Ну, какие признаки должны быть у вампиров…

Когда мальчишка наелся, она начала осторожно допрашивать его:

— Почему мы не остались в том доме? Это из-за Ночного Убийцы, да?

— Ты правда не знаешь? — спросил он, очевидно сонный от сытости.

А она обрадовалась этой его сонливости. Ребёнок же. Если она даже и задаст лишний вопрос — вдруг он завтра не вспомнит?

— Мика, я жила очень далеко отсюда. И долго путешествовала. Здешних порядков и жизни не знаю. Поэтому и спрашиваю.

— Середину города охраняют. Застав много, — медленно сказал Мика, приваливаясь удобней к ней и берясь за её руку — точно, потянулся к теплу! — А по краям всякие бывают. И ночные убийцы, и топтуны… Да и охотников много. Я быстро бегаю, а вот тебе вокруг города лучше не ходить.

— А кто такие были те, что за тобой гнались?

— Не знаю. Они меня пообещали накормить, если я дам лицо порезать. В прошлый раз — кормили. А сегодня не захотели.

— А… А зачем… кожу резать?

— Ну, посмотреть, как долго заживать будет. Только я не думал, что они по второму разу резать начнут… Ну и сбежал.

"Посмотреть, как заживать будет…" Перед глазами вспыхнула картинка: лето, племянники сидят на подоконнике распахнутого окна и что-то сосредоточенно разглядывают. Лена подходит, заинтересовавшись: по подоконнику ковыляют мухи, у которых оборваны крылья.

Её передёрнуло. Среди взрослых такие уроды тоже бывают… Она вспомнила огромные машины, мчавшиеся по ночной дороге, ослепляя фарами; с какой-то злорадной усмешкой вспомнила, как волна Ночного Убийцы упала на преследователей мальчишки. Жаль, нельзя их проучить по второму разу… Ишь, придумали забаву: бездомного сироту прикармливать, чтобы резать ему кожу — из праздного любопытства.

— Мика, а как ты догадался, что я… ведьма?

— Ты светишься, как ведьма… — прошептал мальчишка, уже не открывая глаз. — Очень сильная… Селена… Ты охранные обереги поставишь у двери? Или ты…

— Или, Мика, — вздохнула Лена.

Тот, с трудом разлепив глаза, недовольно завозился, с видимым сожалением вставая с пригретого местечка рядом с нею — Лене даже стыдно стало. Но вместо того чтобы пойти к входной дыре, вяло приблизился к костру, обошёл его и склонился к куче металлических предметов. Откуда устало и с заметным усилием вынул две какие-то странные штуки, похожие на длинные вытянутые свёклы или на огромные гранаты-лимонки, такие же ребристые, и понёс их к "двери".

Лене стало любопытно. Она поднялась с пола, прихватила куртку — надеть, чтобы не остыла, и последовала за мальчиком.

Их длинные корявые тени то застывали, то дёргались размазанными чёрными кляксами по круглым стенам.

Мика положил штуковины на землю, у выхода, покачал их, чтобы широким основанием они встали прочно, и велел:

— Сторожить!

Странно. Лена мгновенно поверила, что Мика сразу отойдёт, а штуковины так и останутся — и правда сторожить. Попытается кто-нибудь нехороший войти в трубу — и ка-ак подорвётся!.. Но мальчишка не уходил и как будто ожидал чего-то, сонно помаргивая на штуковины.

Ржаво-металлический скрежет заставил вздрогнуть.

Сначала одна, а затем и вторая штуковины, словно перерезанные пополам, подняли верхние половинки. Лена быстро поморгала — не веря глазам: обе "перерезанные" половинки оказались по краю усеянными острыми гвоздями! И обе же штуковины так выразительно повернулись этими чудовищно разинутыми пастями к мальчишке, что стало ясно: они ему напрямую угрожают!

Мика зевнул и безразлично, будто не впервые, сказал:

— Попробуйте только! Без меня — заржавеете! Кто вас смазывать будет?

Бронированные штуковины немедленно лязгнули, захлопнув ужасающие пасти, и будто притаились. Поскольку Мика всё не уходил, Лена, опасливо поглядывая то на него, то на "сторожей", тоже выжидала, что ещё будет.

Дальнейшее оказалось таким неожиданным, что она снова не поверила: штуковины медленно подросли сантиметров на десять — да они на ножки встали! Лапчатые! И быстро полезли на стенки выхода прятаться: одна — за металлический лист, другая — за толстое, напоминающее шинельное полотно.

Лена перевела дыхание.

А мальчишка обошёл её и побрёл к костру — Лена машинально за ним, постоянно оборачиваясь.

Словно сообразив, Мика посмотрел на неё (Лене показалось — в большей степени с сожалением на её куртку) и объяснил, поминутно зевая:

— У них память полетела. Приходится каждый вечер напоминать, что без меня им туго будет. — И снова зевнул.

У вороха ветоши — старой одежды, он постоял немного, скептически глядя на неё. Потом, не оглядываясь, нагнулся разбросать тряпки в стороны. Лена опомнилась, подошла к мальчишке, отодвинула его в сторону. Осторожно потрогала тряпки. Сухие. Ничего. Не помрём.

Куртку она когда-то купила на два размера больше. Не потому, что надеялась растолстеть, а потому, что эту отдавали за смешные деньги. А и тех у Лены было маловато. И она купила, уверив себя, что выглядит в свободной одежде довольно стильно. Поэтому… Сейчас она быстро расстегнула нагревшуюся куртку, уложила на кучу мягкого тряпья, легла сама и кивнула:

— Мика, иди сюда!

Мальчишка немедленно шмыгнул к ней чуть не под мышку. Она закрыла его краем куртки, вспоминая его быстрый вопросительный говорок совсем недавно: "У тебя есть место, где ты можешь переночевать? Возьмёшь меня с собой?" Возьмёшь меня с собой… Она обняла мальчишку, хотя сомнения всё ещё оставались: а вдруг он не просто полукровка, а вдруг ночью… Страшно же… Но хлеб-то он ел с удовольствием.

Она услышала сопение под подбородком, почувствовала под рукой тёплую тонкую кожу под тканью ветхой рубашки и отчётливо твёрдые тонкие косточки… Один… Сколько же времени этот ребёнок один? Странное ощущение. Никогда она раньше не обнимала ребёнка. Спала разве с кошкой в обнимку… Кажется, в этом мире ей придётся учиться жить заново. И начинать с основ, которые даёт только детский сад. Потому что только этот мальчишка может взять её за руку и познакомить с этим миром в меру своего понимания. Вряд ли пригодится всё то, что она оставила в своём мире и чему в нём научилась. Библиотечный техникум — это только начало. Поработала и в ВОХре, и продавщицей на рынке, и санитаркой в больнице… Интересно, хватятся ли в больнице её? А дома? Если и будут искать, то недолго…

Тихий треск сгорающих сучьев был таким мирным и уютным, что Лена… ммм… Селена постепенно задремала.

… Утро вообще оказалось весёлым. Мика давно проснулся, но вылезать из-под куртки не хотел. Он кутался в неё, нежась в тепле, благо что Селена встала и уже при свете утра обследовала маленькое убежище. Тогда она быстренько пригрозила, что остатки сладкого кефира выпьет сама, не дожидаясь некоторых сонь. Мальчишка вылетел из-под одёжки немедленно. Опять босой, но в какой-то большой для него рубашке, на которой не хватало пуговиц, и в штанах, о ткани которых трудно судить по причине их жуткой загрязнённости. Они позавтракали, причём во время завтрака Селена объяснила Мике своё положение в этом мире так:

— Понимаешь… Меня не выгнали. И я не совсем больна. Просто я упала на камни, а когда пришла в себя, поняла, что ничего не помню. Мне надо заново всё вспоминать.

— А такое бывает? — недоверчиво спросил мальчишка. — Чтобы упал — ничего не помнить?

— Со мной же так случилось, — пожала плечами Селена. — Поэтому я тебя попрошу: я у тебя много чего спрашивать буду, а ты мне помогай. Но, если тебе это не понравится…

Он, кажется думая — незаметно, покосился на её куртку, а потом на сумку.

— Помогу. Булка у тебя вкусная.

— А чем ты питаешься? Что ты обычно ешь?

— Тут речка недалеко, — уже деловито сказал мальчишка. — Я на большую реку не хожу, там бумбумы живут, сожрать могут. А в речке рыба есть.

Селена поёжилась: бумбумы — звучит жутковато.

— Мика, а почему ты живёшь здесь? Здесь вообще есть где-нибудь дома?

— Полно, — отмахнулся мальчишка. — И целые есть, и погромленные… Можно было бы вселиться. Бесхозных много. Только я не умею оберечь их. А вот ты… — Он вдруг внимательно оглядел её. — Селена, ты и правда колдовство забыла?

— Ага, — виновато сказала Селена. — Мне всему теперь надо учиться сначала. А ты? — осторожно спросила она. — Ты умеешь?

— Не-а. У нас соседка умела, но она меня не любила. Не показывала ничего.

— Тогда, Мика, вот что. Ты чем хотел заняться с утра?

— Хлеб есть. Рыбы надо наловить, — важно сказал мальчишка. — Пойдёшь со мной?

— Конечно. А по дороге будешь знакомить меня с местами.

Прежде чем выйти, мальчишка забрал с края бетонной трубы своих сторожей. Впечатление, что он ухватил их за шкирки. Оттащил к куче других металлических деталей и велел им сторожить дом дальше.

— А почему не у входа? — спросила Селена, приглядываясь к действиям Мики. У неё появилось какое-то странное впечатление, что сторожа-штуковины вздохнули с облегчением, отчего и повисли в руках мальчишки, как покорные котята.

— Если их из трубы вытащить, они забудут, что должны её охранять. А здесь им напомнят, — и Мика бросил гордый взгляд на кучу металлических штуковин. Судя по всему, он набрал не только сторожей, но и ещё каких-то чудес. Впрочем, Селена опять затаила дыхание: показалось или нет, что остальные штуковины как-то потеснились, чтобы сторожа хорошенько могли разместиться среди них?

Потом он простецки предложил Селене сходить "в кустики", пока сторожит её. Она вздохнула, но решила, что деваться некуда — пора привыкать к реалиям новой жизни.

Выйдя из трубы вместе с ним, Селена увидела вокруг огромные кусты, но не древесные. Росли так кучно, что ничего вокруг не разглядишь, кроме едва заметной тропки, наверное, натоптанной самим мальчишкой. Полное впечатление, что обычные травы выросли о-очень сильно. Даже опаска появилась: не радиация ли повлияла?

Вернувшись "из кустиков", она обнаружила, что мальчишка стоит с каким-то странным сооружением в руках. Он снова с гордостью представил ей рыболовные снасти.

— Мика, ты извини, но я никуда не пойду, если ты мне какую-нибудь дубинку не дашь, — заявила Селена, приглядываясь к той же дубинке, укреплённой на его поясе. Пояс этот был явно из ремня для взрослого человека, потому как конец торчал, слегка вихляясь на ходу мальчишки. И дубинка, мягко говоря, была странной: тонкий конец из металла, а дальше что-то тёмное, непонятное.

Мика уловил её взгляд и заявил в свою очередь:

— Такой больше нет! Да и не справишься с ней!

— Тогда придумай мне что-нибудь вроде обычной дубинки. Ну, чтобы стукнуть можно было на первый случай, если полезут!

— А ты им ножичек свой покажи! — засмеялся мальчишка.

Селена тоже засмеялась: успел залезть в карман куртки?

— Ладно. Давай так. По дороге к речке есть обычные деревья?

— Есть. Сломанные тоже, — добавил Мика, сообразив, куда она гнёт.

— И ещё один вопрос, Мика. Тебе не больно ходить босиком?

— Привык, — лихо сказал мальчишка.

Так лихо, что Селена решила обязательно уговорить его пойти в те дома, которые на "этой стороне", вне защиты города, оказались пустыми. Надо найти ему обувь. Нечего надеяться мальчишке, что, изрежь он ноги, она снова решится отдать ему свою кровь. Она, конечно, сделает это, но каждый раз… Лучше убрать причину, чем постоянно тревожить едва затянувшиеся следы его укусов.

И они пошли. Речка оказалась недалеко. Опять спустились, как вчера ночью спускались к убежищу Мики. И опять Селена пожалела, что вокруг ничего не видно. Правда, у самой речки, которая оказалась шириной метров в шесть, росли обыкновенные деревья. И здесь и правда нашлось дерево, из которого совместными усилиями выломали здоровенный сук. Мика пообещал, вернувшись к трубе, хорошенько его обтесать, а пока они содрали с сука всё, что смогли, и счастливая Селена потащила его за мальчишкой.

Местечко на речке у него оказалось очень удобным. Здесь, на небольшом холмике, вид на воду замечательный. А поскольку вода прозрачная, то рыбалка превращалась в азартное, чуть не с воплями и радостным визгом занятие.

Рыболовная снасть Мики представляла собой шест, пластиковый, складывающийся, на один конец которого нужно закручивать что-то вроде бидончика. Опускаешь этот бидончик в воду — он там распускается, словно пальцы из кулака. И сидишь, ждёшь. Подплывает рыбина, лезет посмотреть, что там, внутри, а "пальцы" — хап, и ловят!.. Посидев немного со снастью, Мика передал её Селене, показав, как нужно с ней обращаться, а сам пошёл готовить костёр, в которой собирался рыбу запечь.

Селена сидела, сосредоточившись только на рыбной ловле, лишь изредка оглядываясь назад. Мальчишка к приготовлению костра подошёл со всей серьёзностью: оттащил уже пойманные довольно крупные рыбины за спину Селены, туда же начал таскать сухие сучья.

Увлёкшись наблюдением за снастью и за происходящим в прозрачнейшей воде, Селена не сразу расслышала, что за спиной у неё творится нечто странное. Оглянулась лишь на придушенный вскрик и рычание — и вскочила.

У костра, потрескивавшего горящими сучьями, дрались трое.

Мика валялся на земле — точней, его валяла небольшая чёрная собака, а вторая собака, таких же размеров, наскакивала на обоих и рычала. Две рыбины уже уложенные на угольки, постепенно темнели, источая невообразимо сытный запах, а третья, растерзанная чуть не в клочья, лежала чуть дальше. Видимо, мальчишка отходил от костра, а вернувшись, обнаружил, что их с Селеной добычу пытаются стащить.

Селена схватила свою дубину, лежащую рядом, под рукой, и с воинственным криком бросилась защищать продукт.

3

Мальчишка, всё ещё лёжа на земле, изловчился и жёстко вцепился в шерсть на шее противника, не позволяя оскаленным зубищам дотянуться до его собственной шеи. Кажется, он старался перевернуть зверя, но тот крепко стоял на лапах, расставленных вокруг его тела, лишь изредка переступая передними, чтобы удержать Мику лежащим на земле.

Сообразив, что мальчишка некоторое время обойдётся без её помощи, Селена замахнулась суком на вторую собаку, помельче. В глубине души она надеялась, что убивать животное не придётся. Вдруг само испугается и убежит?

На её замах собака, вместо того чтобы убежать или залаять, резко прижала уши к башке и зарычала.

Буквально секундой спустя пёс, трепавший Мику, рванул с него так сильно, что мальчишка не удержал его за шерсть. Этот — прыгнул встать между рычащей собакой и Селеной, всё ещё угрожающе потрясавшей своим страшным суком. Встал молча — оскалившись и подняв дыбом жёсткую шерсть на холке. Защищает?!

Держа сук уже впереди себя, нацеленным на псов остриём, Селена, часто дыша, сосредоточилась на зверье так, чтобы мгновенно среагировать на любое агрессивное движение. Кажется, не взрослые особи. Молодые псы? Возможно, совсем желторотики. Взрослые щенки. Неизвестно, как их обозвать, но точно не взрослые. И — худые.

Тот, что слетел с мальчишки, продолжал предупреждающе скалиться на Селену, но, как ни странно, при этом же и пятился. Своим отступлением он заставлял пятиться и второго, хоть и продолжавшего рычать.

Внезапно зарычал и этот, покрупней, — явно глядя в сторону от Селены.

— А ну, пошли отсюда!

Рядом встал Мика — с демонстративно вытянутой вперёд той самой штукой, которая раньше висела у него на поясе. Быстро восстановив в памяти всю недавнюю картину, девушка снова увидела: собака над мальчишкой (ой, руки у него в крови — оцарапала она его когтями всё-таки!), а предмет, призванный защищать, как негласно показал Мика, валяется в стороне. Выбили в самом начале драки — самой внезапностью нападения?

Может, повлияло то, что теперь на них наступали сразу двое с оружием, может — то, что собаки узнали предмет, демонстрируемый Микой, но только обе мгновенно развернулись и пропали в густых зарослях.

Селена с мальчишкой постояли, всё ещё тяжело дыша, не отрывая взглядов от слегка покачнувшихся зарослей, а потом оба медленно опустили каждый своё оружие.

Мика шмыгнул носом и расстроенно сказал:

— Эх, такое место пропало!

Селена поняла его: теперь эти собаки сюда наверняка будут часто наведываться. Странно, если они потом мальчишку ещё и по следам не разыщут. Вместе с его временным домом.

Она вздохнула и предложила:

— Пойдём — ещё немного половим, а потом — сразу к тебе. Рыбу можно приготовить и дома. Только сидеть будем по очереди. Сторожить того, кто ловит. Ну-ка, покажи — сильно он тебя поцарапал?

— Нет! — отмахнулся мальчишка и взглянул на хмурое от туч небо. — Главное, чтобы солнца не было. На солнце долго заживает. А без него — скоро и следа не останется. Тем более — я поел, — добавил он радостно. И глаза засияли — кажется, от воспоминания, что в доме-трубе лежит бутылка, на донышке которой собираются со стенок остатки кефира — это девушка предложила так оставить. А ещё батон! И ещё чёрный хлеб! А с ним запечённая рыба ещё будет! Счастье…

Они вернулись на берег и сели так, как договорились: Селена продолжала ловлю, сняв с себя куртку — после стычки с собаками жарко стало, а Мика, севший спиной к её спине, сторожил её. Рыбу с костра убрали, а третью — совсем не пригодную к употреблению, пришлось выбросить.

Здесь, кстати, подумалось девушке, осень, или лето такое — холодное? Сухо, но чувствительно прохладно. Надо бы потом спросить Мику, когда в трубу вернутся. А то непонятно: вроде и зелени много, а в тёплой одежде комфортно себя чувствуешь.

Бродячих, бездомных собак в своём мире Селена сторонилась, да и сталкивалась с ними редко. Обычно они, собиравшиеся у мусорных ящиков, не обращали на неё внимания, но однажды напугали здорово.

Дело было утром, когда она шла на работу. Здание располагалось далековато от остановки, приходилось идти переулками. Она уже заворачивала за угол одного из домов, как неожиданно для себя очутилась в середине собачьей своры, деловито бегущей по пешеходной дорожке. Псов было где-то около двадцати — как показалось ей с испугу. Псы — видимо, тоже от неожиданности — гавкнули на неё, а одна, пробегая совсем близко, будто мимоходом куснула за кисть. В сущности, укуса не было. На коже остались лишь вмятины от зубов и слюна. Но Селена помнила странное тогдашнее состояние нереальности: почти в центре огромного города она попала в ужасающую ситуацию, которая заставила её почувствовать себя беспомощной и даже беззащитной!

… К бидончику подплыла рыба, ткнулась носом… Селена затаила дыхание: "Ну, ну, давай, рыба! Ещё немножко! Только нос свой засунь в…"

От пронзительного визга, оборвавшегося внезапно и страшно напомнившего ночную "прогулку" по мосту, девушка подпрыгнула.

Мика уже стоял на ногах и с ужасом смотрел на заросли. Ещё, казалось, эхо не перестало отдаваться в ушах, как совсем рядом новый вопль заставил их вздрогнуть, — детский пронзительный крик:

— Помогите! — и снова, срываясь на визг: — Помогите-е!!

Первое впечатление, что те две собаки напали на ребёнка.

Селена отшвырнула снасть на берег и мимо мальчишки, который ещё сомневался, понеслась в заросли на крик. На бегу оглянулась:

— Быстро со мной! Не отставай!

Ещё не хватало ребёнка оставлять здесь, в этих опасных местах, одного!

Снова оглянулась — бежит! Облегчённо повернулась и наддала бегу, всё же стараясь, чтобы Мика не слишком сильно отставал от неё. Он и не отставал — бежал вровень с нею так, что только голые пятки сверкали. Мимо каких-то высоких кустов, даже не кустов, а стеблей, подозрительно похожих на кукурузу, разве что початков не видно. Селена то и дело натыкалась взглядом на что ненужное, что, казалось, требовало её внимания. Кажется, душа требовала сосредоточиться только на постороннем, а не на том ужасном, что ожидало их в конце бега…

Они внезапно выскочили из стены высоких стеблей — и у девушки сердце заледенело при виде странной и жуткой картины.

Поляна не поляна, но открытое место. Посередине стоит, расставив лапы, огромный волчара — морда в крови, мало того — оскаленные клычища в крови. И выглядит это так тошнотворно, что Селена почувствовала, как её желудок начинает сворачиваться в нечто с болью. Сам такой огромный, что горбатой хребтиной словно бы даже в рост девушки будет. Чёрный, с проседью по кончикам шерсти. Глаза — злые и торжествующие. А между передними лапами как-то неловко, головой в сторону лежит одна из тех, недавних собак, только уже не просто чёрная, а поблёскивающая по плечу влажным багровым оттенком… Селена сжала руки: этот волчара поймал одного из псов?

И дёрнулась взглянуть — среагировала на движение и на негромкий звук. И снова обмерла: да что такое?! Метрах в трёх от волчары сидела на коленях девочка — голенькая! Вся в синяках, в крови, косматые волосы скрывают лицо, закрытое и ладонями. Плачет!

Рычание волчары, недовольное и злобное, заставило Селену снова поднять глаза. Господи, хорошо, что Мика подошёл и прильнул к её боку!..

Страшный грузный зверь вдруг поднялся на задние лапы — совершенно неустойчивое, как показалось Селене, незаметно для себя попятившейся, положение для волка. Переступив громадными задними лапами, он будто кивнул, и девушка поняла, что её сейчас стошнит: звериное тело мгновенно начало лысеть, а изломанное тело начало обретать человеческие черты. Секунды спустя на поляне стоял мосластый широкоплечий старик — мускулистое тело в жутких шрамах, еле-еле прикрытых остаточной шерстью. На ногах и на руках — чёрно-жёлтые когти, размер каждого из которых — равен смерти. Старик — потому что голова седая, но, судя по ли… ой — по злобной морде, стариком уж он-то себя точно не считает. И он был разъярён.

— Убир-райся!! — прорычал он, сверля девушку жёлтыми, в кровавых жилках глазами. — Это моя добыча! — И для наглядности небрежно пнул неподвижную собаку перед собой. — Убир-райся!

Но Селена начала понимать, хотя это понимание ломало всё представление о происходящем в реальности. Мальчишка, который оказался вампиром-полукровкой. Две собаки, одна из которых защищала другую, помельче, а теперь одна собака мертва под лапами волка-оборотня, а рядом плачет девочка…

Перед глазами вдруг мелькнула странная картинка: она, Селена, подпрыгивает на месте для разгона, затем прыгает на оборотня, бьёт его ботинками в грудь и вбивает своё "оружие" сломанным концом в глаз упавшего оборотня. Она даже головой помотала и быстро-быстро заморгала от странной картинки.

Оборотень тем временем взъярился ещё больше. Он переступил тело маленького оборотня и медленно, угрожающе пошёл на девушку. Она мельком увидела, как Мика ссутулился, приподняв своё оружие — такое жалкое, по сравнению с убийственными когтями чудовищного старика… а перед глазами снова плеснуло той же картинкой — поразительно, но в тех же подробностях! Только на этот раз, едва пропала картинка перед глазами, Селена чуть не подпрыгнула от знакомого шипения: "Блин, мало того ч-что никч-чемная — она ещ-щё и дура! Прыгай — говорю!!"

— … Убир-райся! — как заведённый, твердил старик-оборотень, приближаясь…

Она заворожённо следила, как из уголка его вывернутых наружу сморщенных губ тянется тускло поблёскивающая слюна. И не заметила, как машинально выставила ногу чуть вперёд. Упругая сила заставила её взвиться в воздух! Только ноги коснулись земли, как та же упругая сила заставила её снова подпрыгнуть. Старик шарахнулся, но полностью выйти из "зоны поражения" не успел. Нога в ботинке с твёрдой подошвой врезалась в его волосатую грудь — не столько опрокидывая, сколько отбрасывая назад. Пустить в дело сук, как ей предложили фиг знает откуда и фиг знает кто, она не сумела — не смогла переломить себя! Убить? Живое существо?! Пусть даже чудовище?! Но по морде второй ногой падающий оборотень получил знатно — у самой Селены аж сердце болезненно стиснуло, когда девушка услышала хруст челюсти, по которой пришёлся второй удар ботинком.

Оборотень рухнул на землю всем телом. Подбежавший мальчишка резко ударил его своей штуковиной в спину (вот уж кто ни капельки не сомневался!) — и оборотень страшно взвыл под серебристыми искрами. "Кажется, — удивлённо подумала Селена, — у мальчишки в руках шокер?"

С разбегу, сгоряча она хотела ещё раз пнуть лежащее перед нею тело, судорожно вздрагивающее от прикосновения шокера (если, конечно, это оружие мальчишки было именно им). Но собственное начальное движение ногой заставило её вздрогнуть: уподобляться тому, кто только что при ней ударил без особой надобности мёртвое тело маленького оборотня? Только для того чтобы показать своё превосходство?

Неужели этот страшный старик собирался съесть маленького оборотня?.. Себе подобного? "Людоед чёртов… Я не хочу быть похожей на него!"

— Мика, оставь… А ты… Пошёл отсюда!

Но постанывающий старик, после того как от него отошли, так и не поднялся. Всё-таки у Мики в руках, наверное, шокер. Неизвестно, как долго может продлиться его действие, но, видимо, старый оборотень-людоед больше не посмеет приблизиться к ним. Значит, надо заняться его жертвами.

Девочка уже сидела на корточках рядом с убитым волчонком, обнимая его голову. Завидев Селену с Микой, она оскалилась и зарычала. Правда, опасливо. Видела же, как девушка ударила старого оборотня. Значит… побаивается?

— Тихо! — велела ей Селена, не представляя даже, что делать дальше. Дома своего у неё нет, куда она могла бы привести девчонку. Сколько ей, кстати? Семь? Восемь? Стоп. А при чём тут свой дом? — Где вы живёте? Может, тебя проводить?

Девчонка с корточек бросилась на неё с распяленной в рыке пастью. Селена до того изумилась мгновенному преображению человека в волка, что не придумала ничего лучше, как на лету поймать пока ещё человеческое тело и обнять его. Мокрый нос ткнулся в её шею, исчез, лёгонькое тело дёрнулось разок и замерло, прильнув к ней. А девушка погладила маленькую (волчишку?) по жёстким длинным волосам и вздохнула. Вот ведь задачка попалась, решай теперь…

Гундосый от плача голос в ухо пролаял-прорыдал:

— Он живо-ой!..

— Что?!

Селена немедленно, не спуская девчонки с рук, подошла к телу маленького оборотня и присела перед ним. Подошёл серьёзный Мика, уважительно посмотрел на Селену (неужто после прыжка зауважал?), покосился на девчонку и негромко, почти по-взрослому сказал:

— Обернулась бы, что ли! Голая же…

Та насупилась, повозилась в руках девушки, чтобы выпустили… Селена рот закрыла почти сразу, начиная привыкать к несуразностям — точней, к реалиям новой жизни: девочка прогнулась всем телом и пропала — рядом сидела небольшая чёрная собака. Вот теперь можно заняться и вторым оборотнем. Судя по тому, как он защищал девочку, это мальчик. Девушка осторожно ощупала его, с грустной усмешкой жалея, что не закончила ни медицинского, ни ветеринарного. Потом перевернула вялое тело на другой бок и нашла рваную рану на плече. Вроде бы как ещё есть небольшой ушиб на голове, ниже уха. На этой припухлости — небольшая царапина, но это не страшно. Так — пульс есть. Слабый, но чувствуется. Так почему же он без сознания?

— У него рана не очень большая, — поделилась исследованиями девушка, — я не понимаю, почему он в обмороке. — И обернулась к волчишке. — С высоты не падал?

Та кивнула.

Ага, теперь, кажется, понятно. Во всяком случае — понятно с точки зрения человека, который мало что понимает в медицине. Наверное, головой ударился. С чего начать? Дома, так поняла Селена, у этих малолетних волков нет. Иначе бы девчонка не кидалась на неё в ответ на вопрос о нём. Бросить она их здесь не может. Оглянулась: старика и след простыл — сбежал. Но не факт, что, едва она и Мика уйдут, тут же не примчится, чтобы сожрать пусть не обоих оборотней, то хотя бы самого беспомощного. Если уже сейчас не прячется где-нибудь в кустах, следя за ними.

Маленькая волчишка смотрела на неё мокрыми глазами. Приручила на свою голову! Извечный вопрос: что делать?!

Селена молча сняла с себя джемпер, оставшись в футболке (привыкла в ней: джемпер шерстяной, "кусается") и осторожно переложила на него слабое тело маленького волка. Теперь его тащить можно, не причиняя боли, как в импровизированной поноске. Вопрос только в самом печальном: куда тащить?

Она мельком взглянула на Мику. И отвернулась. Мальчишка смотрел хмуро то на тело, лежащее на её джемпере, то скашивался на волчишку. Та тоже смотрела на него хмуро и исподлобья, а потом словно вынырнула из волчьей ипостаси на пару секунд и жалобно сказала — Мике:

— Колин знает место, где кроликов много!

И снова "ушла" в звериную форму.

У Мики заблестели глаза, и он непроизвольно облизнулся.

— Селена, а давай его ко мне отнесём, — предложил он так, словно эта мысль только что пришла ему в голову. — Он оклемается, и они уйдут. Только пусть поляну покажут.

Вот черти малолетние — политики и торгаши… Селена про себя покачала головой и взялась за отяжелевший джемпер, словно охапку дров наложила на руки.

— Сначала идём на то место, забираем рыбу (теперь заблестели глаза волчишки) и мою куртку, а потом к тебе. Как?

— Я тоже так думаю, — важно согласился мальчишка.

И они пошли. У воды Селена настояла промыть ранки Колина и обложить листьями подорожника, принесёнными волчишкой. И всё-таки левая рука девушки ощутимо намокла (Колин лежал головой сюда), пока они дошли до дома-трубы и пока Мика снимал своих сторожей.

Волчишка чуть не под ногами прошмыгнула в трубу, быстро огляделась и мгновенно сунулась было к сумке Селены — с хлебом. Девушка только успела заметить, как раздулись ноздри волчишки, как вдруг её отбросило от сумки — кувырком! Визг был не столько испуганным, сколько удивлённым. А Мика пренебрежительно сказал:

— Тебя пригласили сюда не для того, чтобы ты нос куда не надо совала! Ворьё!

Встав на лапы, волчишка встряхнулась и что-то проворчала — явно нелицеприятное для мальчишки. А потом села и вздохнула.

Селена прошла к костру и положила джемпер с пострадавшим на пол. Посмотрев на довольного мальчишку, девушка спросила:

— Я могу взять сумку?

— Ты хозяйка — тебя не тронет, — уже самодовольно сказал Мика.

Интересно, какой магической штучкой он обеспечил охрану её сумки? Селена взялась за сумку — и оттуда вылетел уже привычно странный предмет. Круглая металлическая лепёшка, похожая на старинный футляр к кассете, только вместо ряда постепенно уменьшающихся кругов на ней, будто выгравировали спираль — с постоянно убегающим к центру огоньком. Хм. Неужели эта штука отбросила волчишку? Селена с опаской открыла сумку и, нашарив, вынула из блокнота два листика бактерицидки.

— Положи на место, — кивнул девушке Мика на "лепёшку".

Когда Селена сделала всё, что могла для Колина, она, прихватив куртку (в одной футболке прохладно) кивнула Мике на выход. Оставив волчишку, чавкающую ломтём хлеба и куском запечённой рыбы, в трубе, они вышли.

— Мика, боюсь, у нас проблема.

— Не надо было ей хлеба давать.

— Я не про это. Тот старый оборотень — он ведь по следам может и сюда дойти.

Мальчишка, погрустневший, взглянул на трубу.

— Ну, я здесь вообще-то недавно. Буду искать новую нору. А ты? Ты теперь с ними? Я тебя первым нашёл!

Во как… Селена огляделась и присела на край обрыва, образованный осевшей в землю трубой. Мальчишка уселся рядышком, но не прижался к ней, как она ожидала. Это он что — ревнует? Ишь… Первым он её нашёл!

— Мика, а тебе не скучно одному?

— Я думал, теперь мы с тобой будем.

— Я про другое. Если бы мы могли жить вместе в одном доме, но просторном, где места хватило бы всем, тогда бы многих проблем не было. Ты научил бы меня делать охранные обереги, мы все вместе охотились бы и рыбачили. А потом, может, я бы потихоньку вспомнила все свои способности и тогда…

— Они знают про кроликов, а мы про рыбу, — задумчиво сказал Мика. — Ты думаешь, мы сможем жить в доме, который сумеем оберечь?

— Ну, у тебя же есть обереги.

— Их слишком мало для большого дома. Дом ведь ещё чистить надо. А у меня только охранные, — вздохнул мальчишка.

Селена посидела, посидела, вспоминая тот насмешливый голос, прошипевший инструкции по убиванию старого волка, и предложила:

— Мика, а давай прогуляемся к тем домам? А вдруг найдём там что-нибудь под себя? Ты же говорил — там давно никто не живёт. Если раньше там были заселённые дома, значит, должны быть и сады. Найдём что-нибудь рядом с речкой и переберёмся. Как?

— Только эту воровку с собой возьмём, — решительно сказал мальчишка. — Её оставлять в доме нельзя без присмотра. Никакие обереги не спасут. — И вдруг озорно ухмыльнулся: — Если только ей поводок не присобачить!

Они тихонько посмеялись, причём Селена понадеялась, что это всего лишь шутка. Потом вызвали волчишку познакомиться. Ирма — назвалась та. И согласилась на поход в близкое бывшее поселение, как ни странно предупредив, чтобы брата (Селена понимающе кивнула) обязательно привязали бы к чему-нибудь.

— Зачем? — спросил практичный Мика. — Превратится в человека — сорвёт.

— Колин… — Ирма запнулась. — Колин в последнее время слишком часто остаётся в волчьей форме. Ему всё трудней оборачиваться. А сейчас он слаб. Не обратится. Верёвку сорвать не сможет. Только вы ему хлебушка оставьте. И рыбки.

— Оставим, — согласился мальчишка после вопросительного взгляда Селены.

Колину, надёжно привязанному к крюку на стене, оставили еды. Ирме нашли в куче тряпья что-то вроде куртки, только без подклада, — её Селена взяла с собой на тот случай, если волчишке захочется или придётся обернуться в человека. Затем мальчишка настроил обереги дома-трубы, и вся компания быстро зашагала следом за волчишкой, которая сказала, что знает короткую дорогу к поселению.

Если бы девушка знала, что скрывается под словами Мики: "Дом ещё чистить надо", она бы ещё подумала, предлагать этот поход или нет.

4

Когда Ирма отбежала от них что-то понюхать под кустами, Мика тихо спросил:

— Селена, ты думаешь, они согласятся жить в одном доме с нами?

Девушка почувствовала, как потеплело в груди от этого "с нами".

— Честно? Не знаю. Но я всегда мечтала жить в своём доме. Ну, в отдельном от своей семьи.

— Почему?

— Были причины. А ещё — всегда мечтала жить на природе.

Чуть не проговорилась. Когда в том мире, где она была Леной, брат уговорил её продать квартиру матери и жить с его семьёй, она даже обрадовалась, не подумав хорошенько. У брата тоже была трёхкомнатная. Лена надеялась, что он добавит к её деньгам деньги от продажи своей квартиры и купит двухуровневую, где они будут жить большой и дружной семьёй. Мечтательница. Наивная. Деньги отдала все и сразу. Брат купил себе и жене машины, к ним гараж, а потом дачу в черте пригорода. Лена получила в своё полное пользование по ночам узкий диван на кухне и сомнительное удовольствие пять месяцев в году дышать свежим воздухом, горбясь на дачных грядках.

Она вздохнула. Хватит о том мире. Пора вживаться в этот.

Путём быстрого обследования по дороге Селена выяснила, что заросли высоких стеблей — и впрямь заброшенное кукурузное поле. А поскольку пока ещё плоские початки прятались в самом стебле, можно предполагать, что сейчас начало июня. Прекрасно. В смысле не то, что начало июня, а то, что кукурузной кашей на зиму, если зима здесь есть, обеспечены.

— Здесь всегда так прохладно?

— Нет. Только недавно было жарко, — откликнулся Мика. — Потом дождь был, а после него — холодно.

Чем дальше, тем трудней было идти — пробираться в зарослях кукурузы-самосейки. Из кукурузного леса Селена вышла с огромным облегчением. Но сделала всего несколько шагов и вдруг обнаружила, что детей рядом нет.

— Эй, вы где?

Две кукурузины раздвинулись — и обе мордашки, мальчишечья сверху и волчья снизу, подняли глаза к небу. Селена невольно проследила их взгляд. Серые тучи с редким просветом. Лучи невидимого солнца, изредка прозрачными столбами упёртые в землю…

Приглядевшись, она увидела дома того самого селения. До них оставалось пройти широкий луг — очень сильно напоминающий саванну: редкие кусты еле-еле выживающей без дождей травы, сухая земля, часто переходящая в каменистую. Затем отметила, судя по чёрным провалам, небольшую овражистую речку, за ней — не то новый луг, не то поле. Ничего особенного, в общем. Минут двадцать от силы ходу. Почему же дети не выходят?

— Мика, что случилось?

— Место открытое, — отозвался мальчишка. — А вдруг демоны налетят?

Селена невольно отступила. Ой… Забыла. И сразу вспомнились слова Мики о драке демонов, из-за которых деревья поломало здорово. Поёжилась, продолжая выглядывать из кукурузных зарослей.

— Ирма, а как вы с Колином ходили сюда?

— А мы не ходили, — отозвалась волчишка, предварительно перекинувшись, отчего Мика высокомерно отвернулся от неё. — Мы приходили сюда и видели, что здесь короче.

— То есть к самому поселению вы и не думали подходить?

— Конечно! — удивилась Ирма. — Под открытым небом — бегать туда опасно.

Кажется, Мика, отвернувшись в сторону, проворчал: "Бестолковая!"

Снова выступив из зарослей, Селена со вздохом пригляделась сначала к земле, затем к небу. Ну, ладно. Была бы одна — пошла бы сразу. Потому как за себя отвечать легче. Но ведь рядом дети. Страшно заранее: а случится с ними что-нибудь?

И тут вдруг Селену осенило. "Эй, ты! Перевозчик-перетасчик! — позвала она мысленно. — Притащил сюда никчемную, пару раз помог — помогай дальше! Успеем мы перейти это пространство до появления здешних демонов, как их называют дети?" И притаилась, нетерпеливо прислушиваясь к самой себе. Сначала — тихо. Девушка слышала только пересвист каких-то малых птах, шепоток ветра в кукурузных зарослях. А потом…

"Нехорош-шее слово придумала! — решительно прошипел тот же голос. — Что ещё это такое — перетас-счик?"

Девушка спрятала улыбку, не зная, наблюдают за нею или нет. "А как тебя ещё обозвать? Шипун? Шипелец?.."

Третье прозвище, придуманное на ходу, мысленно сказать не успела — голос резко перебил её. "Х-хватит!" — прошипел он так торопливо, что сразу стало ясно, как взбешён его владелец.

"Хватит?! — изумилась Селена. — По-моему, это я должна сказать — хватит! Ты меня забросил фиг знает куда! Но ведь молчу! А я всего лишь попыталась придумывать, как тебя называть! Чтобы, будучи воспитанным человеком, вежливо обращаться к тебе — как к человеку! Несоизмеримо — по поступкам! И тут же на меня гавкают — хватит? Нет, вы тут точно охр… ли со своими закидонами! Итак, сударь, извольте представиться, иначе начну называть не только перетасчиком!"

Голос сухо ответил: "Зови Координатором. Я тебя с-сюда перета… — поперхнулся и поправился: — Я тебя с-сюда не для того вытас-скивал, чтобы ты тут мне вс-сякие выкрутас-сы ус-страивала. — И солидно, видимо, чтобы девушка прониклась, добавил: — Для дела!"

Селена немного попереваривала последнее, а потом как можно более нейтральным тоном, чтобы Координатор не прочувствовал личной заинтересованности, спросила: "А потом — домой отправишь?"

Голос пренебрежительно ответствовал: "С-сюда-то тебя с огромными энергозатратами пере… вытащил, а ты домой хочеш-шь! Останеш-шься здес-сь. Выполниш-шь задание — найдём тебе мес-сто в этой жизни. Будеш-шь жить, ни в чём нужды не зная".

Немного подумав, девушка поинтересовалась: "Ты все мои мысли слышишь — или только те, которые проговариваю про себя?"

"Пос-следнее".

То есть пока она только думает, но не разговаривает мысленно, он не слышит её? А как тогда?.. Наверное, она начинает машинально разговаривать мысленно. Надо бы проследить за своей мысленной речью… Так, с чего болтовня пошла? Ага.

"Координатор! Мы сможем дойти до селения, не попав под… дерущихся демонов?" — с интересом спросила Селена.

"Разве ты не хочеш-шь знать о задании?!" — возмутился Координатор.

"Хочу! Только вот хотелось бы детишек пристроить в надёжное место, чтобы их там ни одна скотина, вроде того старого оборотня, не тронула! А как только успокоюсь насчёт их безопасности, так сразу мне задание в зубы — и я пошла!" — весело сказала девушка, чувствуя странный, необъяснимый азарт: ого, в какой я мир попала!

"Но…"

"Извините, что перебиваю, но вы можете представить, что ваше задание может выполнить человек нервный и постоянно думающий не о том?"

"Идите. Ничего с-с вами не с-случится", — недовольно сказал Координатор.

— Ребята, идём! Демонов не будет!

И она снова первой вышла из зарослей кукурузы. Прошла шагов десять, прежде чем услышала торопливый бег босых ног и лапок по суховатой земле. Бежал Мика, рядом с ним прыгала Ирма. "Саванну" прошли быстро и спокойно, хотя мальчишка время от времени и задирал голову посмотреть на небо, отчего Селене всё больше хотелось узнать, что же это такое за демоны, которые дерутся в небе. Ну, судя по сваленным и сломанным деревьям, не только в небе.

Затем дошли до речки.

С обрыва просмотрев её течение, девушка поняла, что она протекает по середине селения. В ширину примерно такая же, в которой она и Мика ловили рыбу.

"Нас в воде никто не тронет?" — предусмотрительно осведомилась она.

"Нет!" — раздражённо рявкнул Координатор.

Селена фыркнула. Ишь, не нравится!..

Они спустились к самой воде. Ирма подошла к краю и, принюхавшись, немного полакала. Мда… Вода и в самом деле прозрачная. Но чистая ли? Или Селена, как истинно городская жительница, должна привыкать ко многому? На даче-то время от времени бегала к ключу, и вода там была — ах… Но здесь целая речка… Ладно. Итак, вода прозрачная, значит… Глянув на мальчишку, растерянно озирающегося по сторонам — явно в поисках моста, на волчишку — та трясла лапой, на которую плеснула вода, девушка решительно нагнулась и сняла первый ботинок. Отставив обувь в сторону, она засучила штанины джинсов, после чего перевязала шнурками ботинки, повесила себе на шею.

— Ну, ребята, идите ко мне — буду паромом.

Мика забрался на подставленную спину, волчишку девушка подхватила под мышку. Вода оказалась не такой холодной, как думалось поначалу. Селена даже хмыкнула: хоть и прохладное, но лето же. Двенадцать шагов — и она вышла на другом берегу. Джинсы намокли только чуть-чуть — на коленях, а когда штанины спустила и надела обувь, влажной ткани можно было в упор не замечать.

Радостные детишки чуть не прыгали: прокатили!

— Да ладно, — снисходительно сказала Селена. — Ещё и на обратном пути прокатитесь!

Ирма взвизгнула от счастья. А девушка вдруг подумала: а почему маленькие оборотни одни? Ну ладно, про Мику она уже знает, что его папа умер, а мама давно ушла — кстати, почему она ушла? Почему не подумала о ребёнке? Пока не время выяснять. Но Колин и Ирма? Тоже сироты?

Пока думала — дошли до селения. Не приближаясь к изгороди, окружавшей дома, изгороди, в которой имелась приоткрытая калитка, словно кто-то недавно выходил и намеревался вот-вот снова зайти, девушка пригляделась. Похоже на старинную английскую деревню, какую видела в английских фильмах про мисс Марпл. Большие, порой двухэтажные, явно богатые дома перемежались со скромными, небольшими одноэтажками. Оглянулась на детей и вздохнула:

— Идём?

И медленно вошла в калитку. Постояла. Вроде всё хорошо. В деревне тихо, не шелохнётся нигде ничего. Садов много… Селена сглотнула. А вдруг и яблоки есть? Неужели здесь пусто? Почему?

"А правда — почему? Почему люди ушли отсюда?"

Странно, но Координатор промолчал. Или посчитал, что вопрос никчемный, или сам не знал? Она прошагала вперёд ещё несколько шагов.

— Селена-а!!

Резко обернулась — и удивилась: дети не заходят! Может, они увидели что-то опасное, чего она не видит? Девушка немедленно выскочила за калитку и снова обернулась к деревне. Та же застывшая тишина.

— Селена, нас не пускает! — возмущённо сказал мальчишка и показал: попытался войти — и наткнулся на что-то упругое.

"Где ты была?! — снова раздражённо рявкнул Координатор. — Почему я перес-стал тебя слыш-шать?!"

Ничего себе… Селена снова вошла за изгородь. Обернулась.

— Ничего не понимаю. Идите же!

Волчишка с разбегу попыталась вбежать в раскрытую калитку — и отлетела назад.

Девушка вернулась к детям задумчивая.

"Эй, Координатор! Почему дети пройти не могут?"

"Любопытно… Кажетс-ся, это мес-сто охраняетс-ся магией".

— Но я прохожу, — вслух уточнила девушка и пожала плечами. — Прекрасно. Дети, кажется, я сегодня по второму разу изображаю для вас лошадку.

Она снова нагнулась подсадить Мику на спину, а Ирму взять на руки. И спокойно вошла на территорию деревни. Злорадно усмехнулась: Координатору-то здесь до неё, похоже, не дотянуться! Ссадила детей на тропинку.

— Как себя чувствуете?

— Ничего, — молодецки откликнулся мальчишка и фыркнул: — Эй, Ирма, к ноге!

Волчишка зарычала на него, но видно было, что она не злится и что ей не терпится побыстрей всё обойти и обнюхать.

— Как будем обходить дома? — спросила Селена. — С первого же начнём?

— Наверное… — как-то рассеянно сказал мальчишка и взглянул на неё. — Селена, а ты что-нибудь чувствуешь, когда проходишь?

— Нет. Всё как обычно.

— Я же говорил, что ты очень сильная.

Дома оказались не все одинаково доступными даже для девушки. Прошли два дома, которые не пустили пришельцев, пока не наткнулись на богатый дом, в который Селена смогла войти, а детям — снова не удалось. Слегка посмеиваясь, девушка снова подхватила детей на себя — тем явно понравилось кататься на "лошадке". Дом двухэтажный, солидный и внутри таким же оказался. Первый этаж — Для Селены сплошное очарование: просторная комната со служебными помещениями и с выходом в сад. Второй этаж — несколько комнаток, в каждой из которых есть кровати или кушетки. Вещи все старые — вздохнула девушка. На первый случай для детей подойдёт, но надо немедленно искать новое постельное бельё. Потом бросила взгляд на Мику и Ирму, самозабвенно рыскающих по комнатам — с радостными воплями и весёлым визгом, и закончила мысль: а ещё немедленно надо искать одёжку.

— Ну что? — улыбнулась девушка. — Нравится вам здесь?

— Нравится-то нравится, — посерьёзнел Мика, только что скакавший на кровати с пружинным матрасом. Теперь он сидел на краю этой кровати, а сбоку сидела, высунув язык, уставшая Ирма. — Только как нам жить здесь, если в дом можно заходить только с тобой? Если и сможем, то только после того, как его от магии вычистим. Но ведь ты не помнишь, как чистить? Поэтому… Надо бы посмотреть такой дом, чтобы мы могли хотя бы по деревне бегать.

— Хорошо, пошли смотреть дальше.

Ирма недовольно взвыла. Кажется, несмотря на длинные лапы, волчишка успела здорово устать. Селена взяла её на руки и пошла к выходу, то и дело оглядываясь на дом. Ей он очень понравился. Дом — именно для большой дружной семьи.

На первом этаже с волчишкой на руках Селена подошла к напольному зеркалу. Поняв, что перед ней зеркало, Ирма немедленно перекинулась, а девушка надела на неё прихваченную куртку. Подошёл мальчишка, встал с другой стороны от Селены, тоже взял её за руку. Не зеркало, а фотография — вдруг подумалось грустно. Молодая мама и двое детишек, почти одного роста. Только мама — беженка от войны: настолько светлые, что когда-то почти белокурые, волосы потемнели, разлохматились, хотя она недавно их расчёсывала; небольшие, обычно вприщурку глаза отяжелели — из-за мешков под глазами. Небольшой рот сосредоточенный. Да и детки под стать: оба босоногие — правда, счастливые! Погулять вывели!

Когда они вышли во двор, перекинувшаяся Ирма (снова на руках девушки) вдруг дёрнула головой. Мика, уловивший это движение, быстро огляделся. Но даже Селена с высоты своего роста не разглядела ничего тревожащего. Она опустила насторожённую Ирму на землю, та кивнула мордочкой пару раз, внюхиваясь в воздух. И успокоилась. Но, когда пошли на выход со двора, на шелест за спиной обернулась даже Селена.

И ахнула.

У единственной ступеньки в дом стояли три малюсеньких человека. Головой как раз до этой ступеньки. Ирма коротко и азартно рыкнула и помчалась к ним. Человечки мгновенно пропали. Кажется не поверивший глазам, Мика тоже бросился к крылечку — исследовать место, где только что были странные малыши.

"Наверное, домовые?" — неуверенно подумала девушка. И чуть не подскочила, когда её вежливо подёргали за штанину снизу.

— Леди, дом ищете? — с огромной надеждой спросили снизу же. — Для жилья?

Пришлось присесть на корточки перед степенными малышами, с бородами и солидными и пышными бакенбардами, в каких-то чёрных сюртучках, и предварительно откашляться — от неожиданного появления новых существ голос осип.

— Ищем.

— Детишки — ваши? — спросил один бородатик.

— Мои. И это ещё не все.

— Дети, — мечтательно сказал второй. — Детишки…

Девушка даже насторожилась: а вдруг какие-нибудь людоеды? В этом мире с чем только не столкнёшься!

— Готовы показать дом, где не надо будет чистить магию, — суетливо сказал третий, с тревогой оглядываясь на бегущих к ним детей.

Хм… Вот о чём говорил Мика, когда сказал, что надо будет чистить дом. То, что охранная магия сбежавших отсюда хозяев их не пускала, — это Селена поняла. Но, значит, в деревне есть дома, чьи хозяева не защитили их? Или не успели — внезапно подумалось с печалью. Хоть у деревни ухоженный вид — точней не пострадавший, но запустение чувствовалось уже отчётливо. Селена, одно время в своём мире приглядывавшаяся к деревенским домам с мечтой о своём жилище, знала, что достаточно в доме не пожить нескольких недель, как он становится запущенным и очень быстро начинает разрушаться — без человека, без жильца. Не потому ли обрадовались здешние домовые человеку? Да ещё с детьми? Ведь кто, как не дети, быстро возвращает жизнь любому дому?

Встав и поймав Мику за руку, а Ирму за шкирку, Селена кивнула домовым.

— Мы готовы посмотреть то, что вы предложите нам.

Они прошли ещё два дома, прежде чем домовые показали дом, пригодный для многодетной семьи. Дети обрадовались, когда поняли, что охранная магия не сдерживает входящих, и влетели в дом на хорошей скорости. Селена быстро обошла комнаты и поняла, что это не дом, а мечта, в которую можно заселяться немедленно. Пока дети носились вокруг да около, она присела на ступеньку низенького крылечка и спросила пристроившихся тут же домовых:

— А здесь, в деревне, в самом деле людей совсем нет?

Домовые переглянулись и вздохнули.

— Есть тут один, — неуверенно сказал домовой, который первым заговорил с ней во дворе первого дома. Он носил в нагрудном кармашке маленькую веточку, и девушка про себя назвала его Веткиным. — Но вы, леди Селена, не бойтесь (девушка не удивилась, что её назвали по имени: пока шли к этому дому, Мика несколько раз обращался к ней). Он внешне страшноват, даже уродлив, но не злой. Вам придётся познакомиться с ним.

— Почему — придётся?

— На все руки мастер, — хвастливо сказал Рыжий: особенно яркими были его лохматые бакенбарды. — Добрый, отзывчивый, хозяйственный. А уж если что переносить придётся — звать немедля: силён, очень силён! И с техникой в ладах. Не был бы на морду страшен, всем хорош бы был. Мы вас сегодня же с ним познакомим. Будете переезжать — он вам уже сегодня пригодится.

— Подождите, а он входить в деревню и выходить может?

— Может, — охотно откликнулся Веткин. — На него охранная магия не действует.

Такое впечатление, что они, домовые, этим своим страшным мастером на все руки очень даже гордятся. Прибежали дети, узнали, что в деревне есть взрослый, с которым надо обязательно познакомиться, и сразу потянули девушку за домовыми. Вот уж кто был в полном восторге: столько впечатлений! Столько открытий!

Их процессия со стороны, наверное, выглядела потешно: впереди всех по тропинке, выложенной плитками, кое-где уже вылетающими из-за поднявшейся травы, топали три гнома-домовых — Селена пока не знала, как точно их называть; за ними — она сама с Микой за руку, а вокруг всех носилась взъерошенная Ирма, взвизгивая от радости.

Теперь пришлось идти почти до самого края деревни, прежде чем свернули следом за домовыми, которые уже освоились с детьми, к одному из одноэтажных домов.

— Кажется, он в саду, — прислушиваясь к стуку топора по дереву, сказал Рыжий.

И они всей гурьбой пошли за дом, в сад.

Домовые ещё шли по тропинке, но потрясённые пришельцы остановились. А Ирма от неожиданности жалобно взвыла.

Кряжистый детина, в кожаных штанах и в куртке, чей капюшон оказался надвинутым на лицо чуть не до подбородка, но имел прорези для глаз, обернулся, перехватив топор, как игрушку, — уже движением явно не для обрубания сухих сучьев. Толстоватые тяжёлые губы слегка и чуточку надменно скривились. Как приподнялся и подбородок, пока детина озирал с высоты своего немаленького роста незваных гостей.

Не замечая собственного движения, Мика было попятился — и остался на месте, лишь удерживаемый сжавшейся ладонью Селены.

Тролль? Если она попала в магический мир, то вот это жуткое и громадное может быть только троллем. Как там сказали домовые? Добрый и отзывчивый? Интересно, а такой не ест на завтрак или на обед девушек и детишек?

Стараясь выглядеть приветливой, девушка шагнула чуть вперёд, кажется, сама не замечая своего движения встать впереди детей и защитить их от невидимого, но страшного взгляда из капюшона, и сказала, пытаясь не заикаться:

— Привет. Меня зовут Селена.

5

Через час переговоров за садовым столом Селена поняла, что больше улыбаться не может. Вымоталась до предела. От обилия впечатлений. От обилия новых лиц за этот невыносимо длинный день. От степенной беседы домовых, которые так обрадовались новому человеку, что жаль было их расстраивать, напоминая о времени… Боль, поселившаяся в виске, ныла, вытягивая последние силы.

Дети тоже недолго продержались. Мика спал, прислонившись к её боку, под её рукой. Ирма, перекинувшаяся и завёрнутая в куртку, спала на её коленях.

А ещё они все были голодны. Гномы-домовые принесли компота и угостили их. Но этого мало даже для детей, которые, может, впервые сегодня столько набегались. А ещё в доме-трубе изнывал в неизвестности Колин, который наверняка не ожидал проснуться в таком месте, да ещё крепко привязанный.

А ещё этот тролль… Он следил за нею, за всеми её движениями поблёскивающими из прорезей капюшона глазами. Поблизости он оказался не слишком высок, но плотен так, что чудился чуть не округлым. Селена уже начала привыкать к его лицу, скрытому капюшоном. Примерно она уже представляла, что под этим капюшоном прячется довольно уродливый, судя по очертаниям, плоский, сплюснутый нос; кажется, низкий лоб и выпуклые надбровные дуги, нависающие над небольшими глазами. Иногда под краем капюшона мелькал его рот — тяжёлые тёмные губы. Говорил он мало. Голос его ей даже понравился — при всей спрятанной уродливости тролля. Низкий, хриплый. Уверенный.

Правда, несмотря на спокойную беседу и на рекомендации домовых, девушка его всё равно немного побаивалась. Мало ли. Вдруг он только здесь, в деревне, где его, по сути, домовые приютили, он такой хороший?..

Она ему сразу сказала:

— Учтите — мне пока платить за все ваши будущие работы нечем.

— Варить умеешь? — прохрипел Джарри — так его представили Селене домовые.

— Продукты будут — сварю, как варила в своём мире. Ели все. Никто не умер, — ответила девушка. Откуда она — на этот вопрос Селена ответила первым делом. И не стала скрывать, что издалека, из другого мира.

— Будешь кормить меня горячим, — подытожил тролль. — Это все твои дети?

— Нет, есть ещё один.

Больше он не говорил, зато домовые, будто забыв, что она должна не только вселяться, но и привести сюда ещё одного ребёнка, говорили слишком долго и степенно.

Они рассказали ей о странной войне, как её понимали: маги-экспериментаторы соседнего государства решили, что мощь страны возрастёт, если они начинят военные машины почти живой магией. А машины — получив псевдо-душу и псевдо-сознание, не могли понять, почему они должны подчиняться жалким в своей абсолютной уязвимости существам. И разразилась война: государство магов-экспериментаторов погибло в неравной схватке с машинами, а здешние, узнав о потенциальном нашествии невероятных врагов, еле успели понаставить везде охранных оберегов и выжить.

Город, который виден отсюда, из деревни, представляет собой довольно активное поселение, окружённое мёртвой зоной — краем города вкруговую и пригородом, в котором хозяйничают разнокалиберные представители армии магических машин. В центр их не пускают мощные заслоны боевых магов. Время от времени в закрытую зону выходят десанты тех же боевых магов, пытающихся проредить армию магических машин, которые давно разрозненно и беспорядочно мотаются там, где хотят, и убивают всё живое. Эта деревня — закрыта мощнейшими оберегами. Но глав семей забрали на войну, а с ними ушли и их семьи, для защиты пристроенные в столице. Обереги остались, не пропуская вовнутрь деревни никого. Но тоже есть проблема: их магическая сила постепенно теряет стойкость. Пока не появится сильный маг, деревенские обереги тоже уязвимы.

— То есть демоны, о которых говорил Мика, — это машины? — негромко спросила Селена, поглядывая на спящих детей.

— Они самые, — подтвердил Веткин.

Некоторое время она размышляла, а как же появился здесь Джарри? Или тролли, принадлежа к магическим (кажется?) существам, могут проходить везде?

— Уважаемые домовые, — обратилась затем Селена к сидящим за столом. — Мы, наверное, поговорим ещё немного вечером, а сейчас я должна идти, чтобы принести сюда Колина. Он, думаю, уже проснулся и испугался, увидев, что остался в одиночестве.

Домовые заахали, закивали и пообещали присмотреть за двумя детишками, которые останутся здесь, пока она ходит за третьим.

Селена осторожно покачала Ирму.

— Ирма, проснись…

И вскрикнула от боли. Да что ж такое! Слишком крепко уснувшая и внезапно разбуженная, волчишка немедленно тяпнула её за руку! Хорошо ещё, была в ипостаси девочки — прокусила не слишком много и не слишком сильно.

Девушка крепко обняла перепуганно вырывающуюся из её рук, взвизгивающую девчонку и начала укачивать:

— Ирма, Ирма, это я, Селена! Успокойся! Всё хорошо!

Девочка, наконец проснувшись, пришла в себя: огляделась и вспомнила, где она и у кого на руках заснула. Да ещё Мика поддал, выговорив — и снова высокомерно:

— Дура! Уснула, да?

Селена, глядя на него — благо не видит, не удержала улыбки: а сам-то!

И только улыбнулась, как Ирма теперь разревелась: испугалась, что девушка начнёт кричать на неё из-за укуса? Но Селена продолжала покачивать волчишку, шепча ей ласковые слова и гладя её по волосам. И перехватила блеснувший из-под капюшона взгляд тролля. И от этого взгляда ещё крепче обняла девочку.

Через пять минут вся довольно многочисленная компания стояла у выбранного дома, и тут дети узнали, что Селена возвращается в дом-трубу одна. То есть не одна: Джарри привёл к дому странный транспорт: что-то вроде мотоцикла, багажником которого являлась половина легковой машины на четыре места. Впрочем, на глазах всех присутствующих Джарри нажал на какую-то кнопку, и крыша машины надвинулась и на мотоцикл. Получилось что-то вроде узкой кабины, где могли бы уместиться два человека. Но при условии, что Джарри там не будет.

Он сказал, что примерно представляет, где находится труба Мики, и точно знает, где находится мост через речку, которую Селена перешла вброд.

У детей глаза стали искренне изумлёнными при известии, что девушка едет за Колином в компании с троллем.

— Ты не знаешь, что именно нужно перевезти сюда из моего дома! — заявил Мика. — Оставишь нужное, а как мы потом жить будем? У меня там много ценных вещей!

— Как ты думаешь уговорить моего брата переехать, если он не увидит меня? — вторила Ирма. — Он же драться будет! Кусаться!

Девушка беспомощно перевела взгляд на Джарри.

— Мы, наверное, сами дойдём до жилища Мики, — сказала она неуверенно, — вам ведь, наверное, с таким грузом неудобно будет.

— Вы сказали — мальчик ранен, — хрипло напомнил Джарри.

— Донесу, — беспечно отмахнулась Селена, вспомнив вес мальчишки-оборотня и то, как она тащила его на собственном джемпере. Двадцать-то минут ходу не страшно.

Тролль посмотрел на неё, на упрямо насупившихся детей и кивнул на половинку машины. Медвежий рык подтвердил его кивок:

— Садитесь!

Несколько секунд дети смотрели на тролля с опасливой подозрительностью, а потом шмыгнули в машину, откуда немедленно завопили:

— Селена! Селена! Иди к нам!

Девушка растерянно глянула на них, вопросительно — на Джарри. Тот громыхнул:

— Быстро!

И она уже успокоенно шагнула в "пассажирское" отделение этого странного средства передвижения. Здесь дети встретили её так, словно уже не чаяли в живых увидеть: она не села — поневоле грохнулась на сиденье, когда Ирма с писком прыгнула на неё, а Мика быстро свалился рядом — обнял за талию.

Дверца со стороны водителя открылась, и в салоне потемнело — это в открытое окошко со стороны водителя заглянул Джарри.

— Держитесь, — недовольно прорычал он. — Дорога плохая.

Естественно, дети поняли его предупреждение по-своему. Мальчишка обнял Селену уже двумя руками. А Ирма, немного полягавшись и всё-таки сумев втиснуть ногу в зазор между его рукой и боком девушки, прочно села на коленях Селены, лицом к ней, чуть не до удушья обняв её за шею. В общем, держаться пришлось самой девушке, благо обе руки свободны. Она вцепилась в ближайший поручень — вместо подлокотника сиденья.

Оглянулась на Джарри, всё ещё смотревшего на своих странных пассажиров. Он встретился с нею глазами и отвернулся. Но девушке показалось, что его тяжёлые губы разошлись в ухмылке.

Неизвестно, чего ожидали от поездки дети, но для девушки дорога оказалась очень спокойной. Так что нашлось время на подумать.

Война. Значит, надо постоянно быть начеку. Значит, придётся не просто жить, но и быть в любое время готовой к военным условиям. Честно говоря, Селена не знала, что это такое. Одно дело — смотреть фильмы о войне, другое — быть на самой войне. Ну, в первую очередь утреннюю зарядку придётся делать, чтобы мышцы не ныли так, как сегодня.

Ведьма. В своём мире Селена много чего читала. В том числе и об эзотерических методиках, не привычных для человека, а значит, называемых колдовскими. Придётся вспомнить и попробовать применить на практике. Если она ведьма, если она сильная ведьма, как утверждает Мика, значит, у неё должно получиться. Только вот с чего начать?

Задание. С этим туго. Если заниматься чем-то отдельным, как быть с детьми? Они ведь тоже требуют внимания… Девушка осторожно погладила Ирму по голове. Отмыть бы. Расчесать ей волосы. Одёжку бы и обувку — под все здешние погоды. Она вздохнула. Ирме и Колину, судя по всему одёжки много надо. Оборотни.

Начнём? "Эй, Координатор, в чём там моё задание, после которого вы оставите меня в покое?" И прислушалась к тишине. Странно. Впрочем, он, наверное, не обязан откликаться сразу.

"А, с-сама на связ-сь вышла, — проворчал Координатор. — Что ж… Мы убедились, что ты умеешь ладить с детьми. Задание у тебя такое: сбежал мальчишка. Очень ценный. Он нам нужен. Мы отслеживаем его перемещения в кольце вокруг города. Твоё задание — подружиться с ним и постараться вернуть его нам".

"Секунду. Не поняла, — удивилась Селена. — Город у вас огромный. Как я его искать-то буду?"

"С-с-с… — рассердился Координатор. — Чем ты слуш-шаешь? Ис-скать мальчиш-шку не надо! Мы его найдём! Твоё дело — подружиться с ним! И привес-сти к нам!"

"То есть прямо сейчас мне не надо бежать куда-то в город?" — уточнила Селена со вздохом облегчения.

"Нет, конечно. А теперь расскажи, что ты видела в этой деревне".

Девушка рассказала, что нашла место для детей. Поколебавшись, спросила: "Вы сказали, что найдёте мне место в вашем мире. А если этим местом будет дом в этой деревне?"

"Кому она нужна — эта деревня? — философски отозвался Координатор. — Нравитс-ся в земле возиться — возис-сь. Мы тебе её, деревню, дарим. При ус-словии, конечно, что мальчишку к нам приведёш-шь".

"Так легко", — с сомнением сказала девушка.

"Что деревню-то дарим? А что удивительного? Нам ещё с-с городом рас-схлёбывать с-сколько времени… Не до деревни пока. Ты запомнила? Как только мальчишку зас-сечём — ты выезжаеш-шь из с-своей деревни и любыми с-силами знакомиш-шься с ним и делаеш-шь вс-сё, чтобы он тебе доверял".

"Эй, подождите! А почему мальчишку надо привести? Почему вы сами его не поймаете? Он чем-то опасен?"

"Для тебя он опас-сным не будет, — уклончиво сказал Координатор. И уже сухо добавил: — До с-следующей вс-стречи, С-селена".

И внезапно девушка почувствовала — пустоту? Координатор ушёл? Откуда? Или она начинает быть чувствительной к той связи, с помощью которой он связывается с нею?.. Ой, надо бы спросить домовых, могут ли они чему-то её научить. Они-то точно магические существа. Хоть элементарному колдовству научиться. А то что-то страшновато стало: что там, с мальчишкой, который нужен этому Координатору так, что он готов отдать её в подарок целую деревню?

И тут же кто-то настроенный скептически возразил: а если он только пообещал? Если обещания не выполнит?

Вздохнув, девушка решилась. Пока плывём по течению событий, а потом — посмотрим, какая ситуация намечается и как из неё выйти.

Тем временем странная машина Джарри остановилась, а сам он прорычал:

— Приехали!

— Уже? — поразилась Селена, торопливо помогая Ирме встать на ноги.

Она думала, выйдя, увидеть трубу Мики. Но, оказывается, Джарри остановился на дороге. Девушка усмехнулась собственной наивности: откуда троллю знать место, где живёт мальчишка-вампир? Джарри сразу же сказал, что знает только примерное место.

Выскочивший из машины Мика повертел головой, определяясь с местом, и побежал с дороги вниз. Вспомнив вчерашний поход, Селена не торопясь последовала за ним, а Ирма, цепляясь за её руку, подпрыгивала рядом.

Уже внизу, почти скрывшись в зарослях кустов, в которых пряталась труба, Селена взглянула наверх. И поспешно отвернулась: Джарри будто ладонью огладил машину, не прикасаясь к последней, после чего неторопливо принялся спускаться за остальными.

В этом мире все умеют использовать магию? Или все знают какую-нибудь элементарную — ну, наподобие охранной? И не просто знают, а должны знать? Селена мысленно примерилась к этой мысли, но пришла к выводу, что лучше не спрашивать Джарри и вообще сделать вид, что она не видела его движения.

Пришлось немного подождать, пока Мика не отключит своих сторожей. За это время подоспел тролль, пригляделся, что он делает, и рычаще спросил:

— Ты используешь машинные обереги?

Мика исподлобья глянул на него, но, наверное, не услышал в его голосе угрозы, а только любопытство. Потому и ответил спокойно:

— Использую. Я слабый. Мне приходится.

Наконец он закончил с отключением и, взяв обереги, словно котят за шкирки, пошёл в трубу. Он успел ступить два шага, как из дома-трубы послышалось рычание, и Ирма мгновенно прыгнула вперёд.

— Колин, Колин, это я! Я здесь! Не бойся!

Девушка поспешила за детьми.

Привязанный к крюку в конце трубы, позади тлеющего костра, рядом с кучей металла, маленький волк бесновался, пытаясь вырваться. Но рвался с привязи слабо, часто падая сесть, а то и набок, — рана ещё давала о себе знать. Хорошо, что хоть в себя пришёл, — с облегчением подумала девушка. Верёвку он не перегрыз только по одной причине: она была укреплена сверху и не давалась ухватиться за неё зубами… При виде вошедших он было с угрозой пригнулся, но снова встал насторожённо, когда вперёд вырвалась Ирма.

— Если бы он перекинулся, он бы освободился, — сказала Селена, вглядываясь в Колина. — Почему?..

— Я же говорила, что Колин в последнее время с трудом перекидывается, — пожала плечами девочка, уже сидя рядом с лежащим братом и обнимая его за шею.

— А что будет, если он постоянно не будет перекидываться? — осторожно поинтересовалась Селена, поднимая с пола свой джемпер с кровью мальчика-оборотня.

— Он навсегда останется волком и станет опасен. — Тихий раскат грома обозначил вошедшего в трубу Джарри.

В доме Мики сразу стало тесно и темно.

— Колин не опасен, — обиделась Ирма, пытаясь остановить волчонка, вскочившего, зарычав, при виде нового вошедшего.

— Пока.

— Давайте об этом потом, — раздражённо сказала Селена. — Ирма, как его успокоить, чтобы он дался перенести себя в машину?

— Сейчас. Колин, на нас напал старый волк — помнишь? — обратилась девочка к брату. Тот, дрожа всем телом, стоял неподвижно, не сводя глаз с тролля. Хотя девушка заметила, что он дрожит уже не столько от ярости или страха, сколько от усталости. Поднял глаза на сестру. Всмотрелся в её глаза. — Это Селена, — показала Ирма на девушку. — Она нас спасла. Принесла тебя сюда закутанным в свой джемпер, на котором ты лежал только что (девушка, стоявшая у стены, заметила, как снова блеснули глаза Джарри, когда он сделал почти незаметное движение взглянуть на неё). С нею был Мика — это его дом. — Маленький волк снова лёг. — Мы ходили в деревню, а тебе оставили хлеба и рыбу. — Она огляделась и улыбнулась при виде рыбьих костей на полу. — А теперь мы нашли для нас дом, и Джарри нам помог приехать сюда, чтобы забрать нас в этот дом. Там безопасно и будет много еды. Ты позволишь Джарри взять тебя на руки?

Маленький волк, не поднимая морды от пола, тихо зарычал.

— Колин, — укоризненно обратилась к нему Ирма. — Правда-правда, ничего не будет! Тебя вылечат, и мы будем там жить все вместе. И еда всегда будет — представь!

Снова рык.

— Колин, утром я принесла тебя, — задумчиво сказала девушка, присевшая на корточки, чтобы маленькому волку не пришлось напрягаться, глядя на неё. — И ты не возражал, потому что был без сознания. Я попыталась вылечить укусы того старого оборотня, но то, что я сделала, очень мало. Рана на плече ужасная. Тебя надо обязательно лечить. Ты позволишь мне снова взять тебя на руки? Чтобы отнести в машину? Клянусь, я ничего плохого тебе не сделаю!

Волк вздохнул в пол, и девушка встала и уверенно подошла к нему. Он даже слегка приподнялся на лапы, чтобы ей удобней было взять его под живот. Селена машинально и жалеючи погладила мальчика-оборотня по жёсткой башке и приподняла, осторожно прижала его к себе.

— Мика, тебе помочь?

— У меня здесь мешок, — сказал мальчишка и сам помог ей накинуть на плечо длинный ремень её сумки с хлебом и с рыбой, завёрнутыми в какие-то тряпки. — Я сейчас насыплю все детали в него и вытащу. У тебя и так руки заняты. Эй, Ирма, поможешь?

Джарри посторонился, чтобы Селена с маленьким волком на руках смогла выйти. А она, выйдя наружу, на всякий случай остановилась рядом с выходом. Сообразила, что Колин будет спокойней, зная, что сестра рядом. И развернулась так, чтобы он без усилий видел вход в трубу. Почувствовала его вздох.

— Ничего, потерпи немного, маленький, скоро будем дома и в безопасности.

Мальчик-оборотень проворчал что-то короткое. Селена улыбнулась: кажется, ему не понравилось, что она назвала его маленьким. Вот ещё проблема. Не хотелось бы, чтобы маленький волк навсегда оставался волком. Не оттого, что договориться с ним, с человеком, было бы легче. Волчья суть его ограничивала как живое существо…

Додумать не дали. Из дома-трубы выбежали дети — налегке, а следом вышел Джарри, легко нёсший мешок, колюче раздутый от вместившихся в него предметов.

Когда начали подниматься к дороге, Селена оглянулась на Мику, шедшего последним. Тот поднимался медленно, то и дело оглядываясь на трубу. Присмотревшись, Селена обнаружила, что вход в неё закрыт не только металлическим листом, но и той самой рогожей, которой он закрыл вчера вечером остатки проёма.

Он надеется вернуться? Или жалеет недавнего своего жилища? Любопытно, оставил ли он здесь своих сторожей? Или решил, что необязательно это делать?

Проходя мимо, Джарри замедлил шаги.

— Тяжело?

— Нет, я ждала, чтобы вышла Ирма, — сказала Селена. — Мальчику так спокойней.

И пошла, торопясь к машине. Джарри всё-таки подошёл к машине первым. Диковато поблёскивая насторожёнными глазёнками и следя за его движениями, волк неподвижно лежал на руках Селены. Ни звука, когда взмахом руки тролль будто обмахнул машину. После чего открыл дверцу в машину и пропустил девушку в салон.

Дети влетели в машину уже привычно.

Следом влетел, металлически звякая по полу, мешок. Машина оказалась настолько крепкой, что даже не шелохнулась от броска. Мика подхватил мешок и бережно, пусть и волоком подтащил к себе, под ноги. Ирма с любопытством спросила:

— У тебя там только обереги? — и принюхалась.

— Не только, — кратко сказал мальчишка и покосился на водительское место.

Селена постаралась спрятать улыбку. Несмотря на насторожённость, Мика, кажется, уже пытался подражать могучему и солидному троллю — быть молчаливым или весьма кратким.

Она устроила мальчика-оборотня на коленях поудобней: хоть машина сюда шла и довольно ровно, но надо бы постараться, чтобы травмированное тело Колина не пострадало от резких движений и толчков. С одной стороны к ней прислонился Мика, с другой — Ирма. Дети — она видела — переглянулись над волчонком, но промолчали. Только Ирма плотнее запахнула на себе куртку без подклада, и Селена снова задумалась: помогут ли гномы-домовые с одёжкой для детей? А ещё интересно: если та речка, которую они переходили вброд, течёт по самой деревне, есть ли в ней рыба? И есть ли в деревне такие одичавшие места, где водятся кролики?

Поймав себя на мысли, что вот-вот нужно будет кормить детей остатками рыбы и немедленно искать другие продукты на ужин и на завтрашний день, она вздохнула. А забот-то навалилось… Ладно. Переживём. Будем решать, как говорится, по мере поступления.

6

Деревня выпускала, но не впускала. Если за Колином выехали спокойно, то на въезде в деревню пришлось выйти из машины. Селена прошла деревянные ворота, открытые специально для машины, с мальчиком-волком на руках, а Джарри подхватил под мышки Мику и Ирму. Затем тролль вернулся сесть в машину и уже на территории деревни снова забрал своих пассажиров — довезти до нужного дома.

Сначала Селена решила, что попала в сказку.

Гномы-домовые к их приезду позвали собратьев на помощь и переделали уйму дел: отмыли дом, принесли собранное из других пустующих домов постельное бельё и детскую одежду — всё это слегка пахло лежалостью и даже сыростью, но грех было бы ворчать на запахи: такое богатство! Ещё они разогрели воду для мытья. Они даже нашли в своих рядах домового, который раньше жил у мага-травника, и тот принёс скудный, но чистый материал для перевязок и несколько стеклянных баночек, в которых шуршала сушёная трава. Кроме всего прочего, домовые сварили постный суп из съедобных трав и слегка задичавших овощей из садов и огородов. Девушка с огромным облегчением поставила суп на плиту, начинённую сухими дровами из дровяного сарая, которые горели весело и с треском, снова до закипания, чтобы положить туда нарезанную кусками последнюю, печённую на костре рыбину.

Содержимое кастрюли, густое и аппетитное, было съедено мгновенно, причём не отставал от детей и тролль, который, казалось, и впрямь соскучился по горячему.

Прежде чем уехать, Джарри пообещал к вечеру привезти мяса: другой конец деревни утыкался в довольно густой лесок, где водились не только кролики, но и кабаны. Прикинув объёмы тролля, Селена содрогнулась, сообразив, кого и в каком размере Джарри принесёт.

К вечеру девушка выдохлась. Сказка превратилась в каторгу, конца-края которой не ожидалось.

Едва Джарри первым поднялся из-за стола, она проводила его и закрыла за ним дверь. Вернувшись, взяла Колина, которому пришлось поставить миску отдельно, не за столом, и отнесла его в ванную комнату, где вода в вёдрах была ещё тёплой. Он поворчал, но был слишком слабым, чтобы сопротивляться всерьёз. Она поставила волчонка прямо в таз и просто хорошенько промыла — увы, без каких-либо мыльных растворов. Во всяком случае, добилась, чтобы шерсть стала мягче. А вода-то после него в тазу какая чёрная… Позже, пока он стоял в пустом тазу и с него всё стекало — время от времени воду с шерсти приходилось и отжимать, девушка осторожно обстригла шерсть на его плече. Потом пришлось поработать под руководством домового-травника: насыпала на мокрую тряпку сушёную траву, положила тряпку на рану маленького оборотня и плотно забинтовала его плечо чистыми тряпками. Затем, обтерев Колина досуха, насколько смогла, отнесла его в комнату, определённую детской спальней. Тут его ждала миска с недоеденным ужином, так что он резво рванул к ней, а Селена тихонько вышла, тревожась лишь об одном: не болел бы тот старый оборотень бешенством…

Следующей была Ирма. Ну-у… Писку, воплей, жеманства, капризов! Девушка успела поразмышлять: а что будет, если волчишку вымыть шампунями? Мылом? Если последнее попадёт ей в глаза? Выйдет ли из ванной комнаты сама Селена живой или хотя бы невредимой?.. Сухую Ирму, одетую в чистую пижамку, мокрая Селена тоже ввела в спальню — к брату. Здесь быстро расчесала ей гривастые волосы, начиная снизу, с кончиков. И очень удивилась, когда под конец жуткой операции на расчёске обнаружила мало клочьев: Селене показалось, что волосы девочке-волчишке она рвала немилосердно — так та орала.

Мика высокомерно сказал, что трусов на время мытья снимать не будет. Девушка подтвердила, что он может мыться, как хочет, но после обязательно переоденется.

Вышел мальчишка из ванной комнаты с охапкой чистого белья и в новых трусах.

Девушка, грязная, мокрая от воды и пота, тяжело дыша, оглядела мокрую ванную, со стекающими со стен ручьями, с грязными лужами на полу. Минут пятнадцать ушло на то, чтобы привести комнату в комфортное для себя состояние. После чего со вздохами блаженства Селена вымылась сама… Но, уже вытираясь и приглядываясь, куда бы развесить мокрые полотенца, она вдруг насторожилась. До ванной комнаты донёсся странный звук. Какой-то тревожный, что ли? Она открыла дверь, прислушалась. Тихо… И внезапно — рычание, визг, вой, потявкивание, сочный треск, грохот упавшего тяжёлого предмета! Это на втором этаже, где находятся детские спальни!

Девушка быстро закуталась в большое полотенце и помчалась из ванной.

А когда она добежала до детской спальни, ко всем звукам прибавилось громкое шипение разъярённой кошки.

— Что здесь происходит?!

Недавно чистенькая и уютная, спальня сейчас походила на комнату, по которой прошли страшные, злобные бандиты. На всех трёх кроватях дыбилось, словно взбесившееся, постельное бельё, часть из которого лежала на полу. Посередине комнаты развалился мешок Мики — с россыпью из него по всему же полу совершенно непонятных металлических предметов. У окна валялся карниз с разорванной пополам шторой. Сам Мика каким-то чудом держался руками-ногами в углу комнаты, под потолком, и шипел на двух волчат, рычащих на него, подпрыгивая.

Слава Богу, свечей не уронили: две горели по стенам в небольших канделябрах.

При виде ворвавшейся в комнату Селены волчата пригнулись, но от угла не отошли. Девушка глубоко вздохнула и высказалась:

— Если сами не отойдёте, возьму за шкирки.

Отошли. Смотрят исподлобья.

— Ирма — быстро в человеческий вид. И спать. Колин, я тебе приготовила место — будь добр лечь. Мика, спускайся.

Но мальчишка, уже спрыгнув, стоял в углу и, насторожённо глядя на оборотней, то и дело скашивался на свой мешок. Левая щека — в четыре когтя кровоточит. Девушка решила помочь. Сухо сказала:

— Мика, собери свои вещи. Ты будешь спать в отдельной комнате.

Пока он собирал мешок, она поглядывала на Ирму, которая прыгнула на свою постель, а через секунды из-под одеяла высовывалась черноволосая голова с любопытными и ничуть не виноватыми тёмными глазёнками — задорный ротик аж приоткрылся от любопытства. Не выдержав, Селена подошла к ней — волчишка немедленно шмыгнула под одеяло, и девушка спокойно оправила постельное бельё на кровати… Только обернулась от кровати Ирмы, как успела уловить глазом быстрое движение у двери: домовые округлившимися глазами глянули на происходящее в комнате — и поспешно ретировались.

Присматривая за Микой, девушка подошла к его бывшей кровати и быстро оправила и её. Потом отодвинула ближе к окну упавший карниз со шторами и собрала уроненное постельное бельё. Наконец подошла к подстилке для Колина, уткнувшегося мордой в тряпку, но следившего за всеми сердитыми тёмными глазами, и посмотрела его плечо. Повязка держалась хорошо.

— Будь осторожен, — предупредила Селена. — Не трогай зря плечо и не тревожь его.

Подойдя к Мике, она помогла ему доволочь мешок к двери. В коридор мальчишка тащил сам. Девушка за это время задула свечи и строго сказала уже от двери:

— Штору поднимем завтра. А сейчас… Спокойной ночи!

В коридоре она взялась за мешок, довольно тяжёлый, и помогла оттащить его в соседнюю комнату, поменьше. Здесь, от порога приглядевшись к видимым в вечернем свете из окна предметам интерьера, девушка поставила мешок у стены и спросила:

— Тебе подойдёт эта комната в личное пользование?

Мика внимательно осмотрелся, особенно внимательно пригляделся к запору на двери, ручному, но крепкому, потрогал его и снисходительно кивнул:

— Подойдёт.

Закрыв за ним дверь, Селена поспешила в ванную комнату на первом этаже. Надо успеть одеться до прихода Джарри. А пока одевалась, переключилась на обещанное троллем и с некоторым испугом думала, что же она будет делать с тем мясом, которое он принесёт. Кабана же надо освежевать, выпотрошить, а потом ещё… Так, а вот что дальше — девушка просто не представляла. Нет, на улице, конечно, прохладно, но мяса точно свежим не сохранить. Коптить она не умеет. В углях запечь? Как рыбу? Но там тоже свои заморочки: одно дело — рыбу коптить, другое — мясо. А пока кабана разделаешь на кусочки, для копчения… Ой, мама…

Тролль оказался умницей. Он принёс кабана не просто освежёванным и выпотрошенным, но и зажаренным до хрусткой корочки и сам подвесил мясо на одной из тёмных веранд дома, куда детей можно было не пускать, потому что одновременно Джарри принёс и навесной замок.

Селена про себя млела от счастья и тихо радовалась, что не ей все эти жуткие операции делать надо было, и сопровождала тролля, держа горящую свечу и помогая ему хотя бы так. И закрыла за ним дверь — правда, не полностью: он сказал, что перенесёт вещи в здешний сад: есть где-то среди деревьев домик-сторожка — и будет сторожить сон обитателей дома.

"Что ж, сторож — это хорошо… Странно только, что я его ничуть не боюсь и доверяю ему… Может, из-за того что у него рекомендация от домовых есть?" — сонно усмехнулась девушка, свалившись на кровать и с трудом натягивая на себя одеяло… Напоследок, уже почти засыпая, она взмолилась: "Господи, пусть всю ночь будет тихо, пусть я засну глубоко-глубоко и крепко-крепко, чтобы хорошенько выспаться! Ведь завтра столько дел! И проснуться бы — рано утром, чтобы всё успеть!"

… Кажется, Господь прислушался к её молитвенной просьбе.

Дверь в её комнату за ночь открывалась — и не один раз, но бесшумно. В последний раз, перед рассветом, открыл её тролль, который только что обошёл оба этажа и лишь под конец решился заглянуть к девушке.

При взгляде в комнату новой хозяйки дома его обычно неподвижные, тяжёлые губы шевельнулись в непривычном для него желании удивлённо улыбнуться. Но не улыбнулся, а тихонько закрыл дверь и ушёл со второго этажа.

… Засыпала в прохладной постели, с трудом согреваясь, а проснулась — ноги пылают от горячечного тепла. А шею не повернуть посмотреть — что-то мешает. Голова жёстко задрана, как будто Селена пытается что-то рассмотреть за подушкой. Проморгалась — скосилась. Под её обнимающей рукой спал Мика — макушкой головы упершись почти в её горло. Спал хорошо, чуть посапывая. Она попыталась оттянуться вперёд, на подушку, чтобы потом осторожно встать, но ноги что-то не пускало. Какой-то солидный груз. Всё-таки слегка приподняв голову, Селена чуть не засвистела от изумления: в ногах дрыхли маленькие оборотни — двумя чёрными меховыми комочками, еле видными в предрассветной мгле. Точней — дрыхли, навалившись на её ноги.

Дети ночью замёрзли? Поэтому пришли к ней?

Она снова попробовала вытащить хотя бы одну ногу. Очень осторожно.

Кто-то из оборотней вздохнул и головой чуть съехал по одеялу. Так. Одна нога свободна. Теперь вытащить вторую. Получилось! Теперь как бы отодвинуть, не разбудив, Мику. С огромными предосторожностями, то и дело замирая, подоткнула мальчишку со всех сторон одеялом и, наконец, встала на ноги.

Прихватив по дороге со стула свои вещички, Селена выскользнула за дверь и в скоростном порядке оделась в коридоре. Здесь темно. Кажется, до солнца ещё рано. Девушка с огромной надеждой оглянулась на дверь в "свою" комнату: может, они до света дрыхнуть будут? Не передерутся за это время?

И, мягко ступая по деревянным половицам, пошла к лестнице, уже хозяйственно думая: неплохо бы в коридорах какие-нибудь "дорожки" постелить. Ну, на всякий случай. Типа сегодняшнего. Чтоб ходить тихо-тихо.

Она спустилась на первый этаж и в ванной комнате умылась и расчесалась при тусклом уличном свете в окошечко мутного стекла.

На подходе к кухне неожиданно уловила вкусные запахи и здорово удивилась. Как ни странно — первая мысль: не Джарри ли хозяйничает на кухне?

Но на кухне бегали домовые. Она не успела разглядеть, что именно они делают, как они остановились и велели присесть ей на табурет. Удивлённая, она послушалась.

Вперёд вышел Веткин и вздохнул:

— Леди Селена, мы тут поговорили и пришли к выводу, что вам лучше меньше заниматься хозяйством, а больше — воспитанием детей.

Девушка вспомнила округлившиеся глаза домовых, заглянувших вечером в разгромленную детскую спальню, и спрятала улыбку.

— Но ведь едоков довольно много!

— Ничего, управимся, — заверил её Веткин.

— Ну, я не возражаю. Спасибо, — откликнулась девушка и, немного поколебавшись, спросила: — Скажите, пожалуйста, есть ли среди вас кто-нибудь, кто разбирается хотя бы в… элементарной магии? Понимаете, мне кажется, я ведьма, но, попав сюда, всё забыла.

Неуклюжее враньё прошло незамеченным.

Домовые столпились перед девушкой и внимательно оглядели её. Тот же Веткин вздохнул и высказался:

— Леди Селена, ваши подозрения обоснованны. Проблема в том, что мы, домовые, можем использовать только мелкую магию, годную для ведения домашнего хозяйства. А вам, с вашей силой, этого явно маловато.

— А в деревне? — не отступала девушка. — Есть ли в деревне книги — какие-нибудь учебники или пособия по магии?

— Были. Но их беженцы увезли в первую очередь.

— Что ж… Извините, что потревожила. Вам точно помощь не нужна?

Домовые заверили, что уж на кухне они справятся со всем сами.

Улыбаясь про себя — Белоснежка и семь гномов! — Селена вышла из кухни. Так. Чем бы заняться? Посмотреть бельё и вообще тряпки? Темно ещё для этого, а свечей зря тратить не хочется. Или, пока есть свободное время, поразмышлять над вопросами, которые робко, но начали прорываться? Наверное, нужно разобраться с ними в первую очередь.

Надев куртку, так как предположила, что на улице прохладней, чем дома, она вышла. Двор оказался широким и незаметно переходящим в сад. В сером предрассветье она углядела скамеечку возле дома и присела на неё. Чувствовала себя выспавшейся и отдохнувшей, поэтому сразу решилась перевести в чёткие формулировки то, что подозрением постепенно начинало вскипать внутри неё.

Итак, начнём сначала.

Её перенесли сюда и испытали на умение общаться с детьми. Так утверждал Координатор. Почему он ни словом не обмолвился, что Селена — ведьма? Почему ничего не сказал, что у неё большие ведьминские силы, что она многое может? А если бы она по незнанию что-нибудь натворила?

Почему Координатор не велел ей выходить за пределы деревни, которая ему недоступна? Как он свяжется с нею, если того мальчика найдут?

Хм… А любопытно… Координатор такой сильный, что вытащил её сюда — из собственного мира. Но мирок деревни ему не доступен.

Да! Ещё. Почему он решил, что она сможет подружиться с мальчиком — и привести его к ним? К кому — к ним? Что этим "им" от мальчика нужно?

И вообще… По которую сторону этот Координатор? Что он координирует? Неужели это человек из самого города, который спасается от магических машин за магическими баррикадами и отрядами?

Селена не сразу среагировала, когда что-то большое и тёмное начало надвигаться на неё прямиком из сада. Только когда оно остановилось, девушка кулачками протёрла глаза и выговорила:

— Доброе утро, Джарри.

— Доброе! — прогудел хриплый голос.

— Джарри, посидите со мной, — предложила девушка. — У меня столько вопросов, а на них никто не может ответить. Может, вы?..

Скамья прогнулась под немаленьким весом тролля, но Селена его уже не боялась. Поскольку Джарри не собирался заниматься какими-то спешными делами, как домовые, Селена повторила для него вопрос о своих способностях.

Неожиданно для неё тролль ответил:

— Да, вы из рода ведьм, и силы у вас большие. Но ведь вы собираетесь жить здесь. Зачем вам знать о ведовстве?

— Раздражает, — грустно сказала девушка. — Я чувствую себя неполноценной. Как будто хромая. Или как будто отняли что-то, что мне принадлежит. Вроде и вещь ценная, а что это — вспомнить не могу. Но постоянно думаю об этом.

Тролль помолчал, глядя на постепенно светлеющий горизонт над вершинами садовых деревьев. Наконец он заговорил.

— Если вы и в самом деле ведьма, то вернуться к ведовству нетрудно. Берёте любой прут и ведёте его концом вокруг себя по земле — по часовой стрелке. И вспоминаете.

"Интересно, а почему по часовой? А если против? И я ведь не настоящая ведьма. Только человек с её задатками". Но любопытство пересилило. Селена встала и пошла к садовым деревьям. Тёмная куча, к которой она шла, оказалась именно тем, что о ней подумала девушка, — хворостом из сложенных сучьев и ветвей. Почти на ощупь Селена выбрала из хвороста более-менее прямой прут.

Оглянулась на скамью — Джарри нет. Хмыкнула: ему это неинтересно. Ну что ж…

Зато не так страшно. Девушка прошла к месту перед скамьёй — здесь пусто и просторно. Травы почти нет. Только словно втоптанные в землю плиты дорожки. Чуть нагнулась — и неуверенно провела прутом по земле, медленно поворачиваясь. Сделала полный круг — и остановилась, прислушалась к себе. Скептически усмехнулась: а ты чего хотела? Если не ведьма…

А так в самом деле хочется понять себя, познать. Может, она и впрямь — другая? Не какая-то незаметная, а что-то умеющая? "Хочу уметь", — расстроенно подумала девушка.

И вдруг… Кончик прута дрогнул и поехал в сторону, нажал на пальцы, держащие его. От неожиданности она не дала пруту двигаться, вцепившись в него очень крепко. А потом, когда поняла, что происходит, пальцы расслабила.

Прут снова поехал по часовой стрелке, заставляя Селену поворачиваться вокруг собственной оси. Полный оборот! А прут без паузы всё тащил её снова обернуться — следующий круг! Скоро девушка сбилась со счёта. Она всё смотрела на свою кисть, где пальцы — щепотью… Следующий круг. Она уже не замечает стены дома. И вдруг — ярко вспыхнуло воспоминание: она ведёт пальцем по витринному стеклу магазина, соединяя точки! Так кто это сделал — открыл вход в другой мир?.. Или как он называется — портал?

Координатор сказал, что он её перетащил. Но теперь она начинала сомневаться… Или это сомнение — гордыня? Она стала слишком высокого мнения о себе, уверившись, что силы у неё есть?

Пальцы внезапно разжались. Прут со свистом полетел куда-то в сторону!

Теперь Селена слегка пританцовывала на месте, продолжая кружиться. Потом она почувствовала, что руки её поднимаются — она ощутила это! Руки поднялись к волосам и сдёрнули резинку с "хвостика". Голова машинально покрутилась, распуская волосы посвободней. Селена с изумлением поняла, что остановиться не может. Но это не испугало, а заставило с любопытством прислушаться к себе. Да, есть впечатление, что её куда-то ведёт. Она подчинилась этому ведению, мысленно спросив себя — а почему это с ней происходит?

Ты сказала — хочу!

То ли ей сказали со стороны, то ли это она сама сказала себе.

Только сейчас девушка вдруг поняла одну истину: все движения строго согласованны между собой и подчиняются её "хочу!". Кружась, она постепенно углублялась в сад, постепенно светлеющий. И встала перед раскидистой яблоней, чьи цветы отцвели и ветки щеголяли ещё сморщенными зелёными яблочками-лампочками.

Встала солдатиком. Некоторое время смотрела на изогнутый ствол дерева, а потом снова сказала про себя: "Хочу!" и попыталась покружиться. А вместо этого вдруг села на колени. Пришлось снова присмотреться к тому, что же перед ней. Яблонька росла из небольшого, еле видного холма — насыпи, похожей на миниатюрную лужайку. Руки Селены потянулись к этому холмику. Уже уверенно она ухватилась за край почвы, погрузив пальцы в землю, и осторожно приподняла его. Трава здесь уже хорошо росла и своими корнями неплохо зацепилась за землю под пластом почвы, когда-то аккуратно вынутым под яблоней.

Селена почувствовала, как рвутся мелкие травяные корни, пока она поднимает этот земляной пласт. До конца она его не вынула. Сунулась рукой под него, нащупала явно искусственный предмет и вытащила его из земли. Пласт положила на место. Врастёт однажды — будет обычный слой земли. Будет дёрн.

Вытащенный предмет оказался металлическим сундучком. Или плоским ларцом. Девушка встряхнула с него землю и попыталась открыть. Нигде никакого замка. Она огладила поверхность ларца и снова ничего не нашла. Опустила руки вдоль тела — и упрямо сказала: "Хочу открыть!" Руки потянулись к ларцу и словно сыграли на клавиатуре пианино. Крышка подпрыгнула, неожиданно открывшись, — девушка даже испугаться не успела этого резкого движения.

Солнце бродило где-то на горизонте, но здесь, в саду, было светло, хотя чёрные тени под деревьями всё ещё были плотными. Селена смотрела на содержимое ларца и не скрывала счастливой улыбки: он был набит книгами!

7

Ага, обрадовалась — книги!

Селена открыла первую и разочарованно охнула: читать-то на здешнем не умеет! Единственное, что показалось знакомым, — эти письмена похожи на те самые закорючки, которые она вычертила на витринном стекле магазина. Пришлось закрыть ларец, подняться с коленей и понести бесполезные книги в дом, в свою комнату. У порога в дом, правда, остановилась. Ой, а в комнате-то…

Нерешительно постояла у порога и вернулась на скамью. Интересно, Джарри читать умеет? Или обратиться к домовым? А ещё интересно: это язык самого государства или язык, неведомый большинству его граждан? А вдруг здешние маги записывают свои учебники на своём, как это называется, цеховом языке? На заклинательном?

А если попробовать… Попробовать твёрдо сказать "хочу!"? Получится прочитать? Селена даже засмеялась. Глупо и думать об этом… Наверное, пора идти к детям, а то проснутся все вместе — опять передерутся. Но она всё сидела и задумчиво смотрела на встающее над садовыми деревьями солнце. И думать ни о чём не хотелось. Хотя забот… Ладно. Что у нас на сегодня? Поговорить с детьми, чтобы не дрались — и без неё, и в её присутствии. Интересно, кстати, с чего это они? Неужели виноват Мика, который ощутимо высокомерно смотрит на волчат? Значит, отдельно надо поговорить с ним, но сначала выяснить у домовых: если здесь есть и вампиры, и оборотни — как они друг к другу относятся? Неужели высокомерие Мики — это традиционное отношение вампиров к оборотням? Потом надо придумать, что сделать, чтобы Колин перекидывался — и часто — в человеческую форму. Есть подозрение, что надо чаще говорить и с ним, и при нём, чтобы он слушал человеческую речь. И опять… Где взять подтверждение этой догадке?

Девушка вздохнула и вошла в дом. Осторожно поднялась на второй этаж и заглянула в свою комнату. Кхм… В ногах укрытого одеялом Мики спят маленькие оборотни. Ничего себе…

Она тихонько закрыла дверь. Кажется, время есть.

"Я хитрая? Умная? Толком не знаю, но, наверное, попробую схитрить и заставить кое-кого рассказать мне некоторые сведения".

Вернувшись на первый этаж, Селена небрежно вошла на кухню и положила на ближайший стул свою добычу. Домовые покосились, но ничего не сказали.

— Можно мне водички попить? Чаю, например?

— Леди Селена, вы садитесь! — засуетились домовые. — А мы сейчас вам всё принесём и подадим.

Первым не выдержал Веткин.

— Леди Селена, а что это такое?

— Под яблоней нашла, — спокойно сказала девушка и встала со стула. — Посмотрите, какая красота! И сколько этих книг тут!

Домовые столпились вокруг стула с ларцом, охая и ахая, передавая друг другу книги. Напряжённо прислушиваясь, Селена поняла, что они читают друг другу названия, и обрадовалась: ага, можно домовых запрячь в обучение!

Правда, названия все такие — воинственные: "Пособие по боевой магии", "Как отразить ментальное или внепространственное нападение чёрного мага", "Как остановить боевое воздействие вампира"…

— Ничего себе, — не выдержала Селена, — от одних названий драться тянет!

Домовые вежливо посмеялись, а потом Веткин предложил:

— Леди, хотите — уговорим Джарри помочь вам?

— В каком смысле помочь? Он маг?

— Не универсальный. Слишком молод, — уточнил Веткин. — Джарри появился у нашей деревни после одного из боёв с магическими машинами. Некоторое время он прятался рядом, а потом сумел войти. У него есть основные навыки боевого мага, иначе бы его не послали драться с магическими машинами. Это как у нас: мы ведём домашнее хозяйство — знаем домашнюю магию. Он воин — знает боевую. А вы, леди Селена, какой бы хотели заниматься магией?

Девушка задумалась. Она как-то не сообразила раньше, что магия — понятие довольно обширное, а значит, нужна определённая специализация. Та-ак… Хозяйством вызвались заниматься гномы-домовые. Ей в скором времени придётся отправляться искать того мальчика, о котором говорил Координатор. И учебники она нашла — подтверждающие невольный выбор.

— Ничего не поделаешь — буду заниматься боевой. Скажите, пожалуйста, значит, среди горожан и тролли есть?

— А как же без них? Конечно, есть.

— А среди домовых есть умеющие читать? — Поколебавшись, Селена призналась: — Я однажды написала такие буквы, но прочитать не могу.

Домовые переглянулись.

— Леди Селена, ничего просто так не бывает, — задушевно сказал Веткин. — Вы не зря попали сюда, в эту деревню. Вы не зря нашли эти книги. И не зря эти книги — по боевой магии. А если вы ничего не знаете (девушка затаила дыхание), значит, и это тоже надо. Чтобы с нового, чистого листа. Вы все книги в руках держали?

— Только верхние.

— Покажите книги Джарри. Он ведь тоже не просто так здесь. Может, это магическое сплетение ваших судеб — для выполнения какого-нибудь предначертания? Но, прежде чем показать троллю магические книги, возьмите в руки каждую и немного подержите в руках. Не зря — ох, не зря они вам дались!

— Прямо сейчас? — улыбнулась девушка.

— Прямо сейчас, — серьёзно подтвердил домовой.

Что ж… Селена допила предложенный ей чай из трав, водрузила на стол ларец и по одной принялась вынимать книги. Каждую она держала с минуту в руках, стараясь прочувствовать её, так как поняла: именно этого добивался Веткин. Вскоре стопка тяжёлых книг — некоторые даже с замочком на обложке! — стала такой, что не уложи их Селена аккуратно, стопка давно бы развалилась. Увы. Ничего с нею не произошло, хотя со скрытой усмешкой она где-то даже ожидала, что вдруг либо начнёт читать неизвестные письмена, либо и без чтения станет знать наизусть всё, что в этих книгах написано.

Немного посидев, глядя на книги, девушка встала и задумчиво сложила книги в ларец. Ладно. Нет так нет. Значит, попросить Джарри? Сделаем.

Она подняла глаза на домовых сказать, что ничего не получилось… И застыла.

Куда делись степенные домовые с ухоженными бородами и тщательно расчёсанными бакенбардами? Она с трудом узнала Веткина — по глазам. Теперь его знакомая фигурка словно превратилась в прозрачный стакан, в который поместили нечто корявое и кривое. Домовой, до сих пор возившийся с резаными овощами, обернулся, и его уродливое морщинистое лицо исказилось в подобии улыбки.

— Леди видит суть?

Чуть не открыв рот, Селена медленно разглядывала недавних домовых — теперь её глазам предстали совершенно дикие существа, правда, очень дружелюбно настроенные к ней. Они, похожие на корявые сучья или корни, улыбались ей широкими ртами и радостно качали головами, словно радуясь именно этому — её умению видеть… уродство? Или это именно то, что Веткин назвал сутью?.. Веткин, кажется, что-то заподозрил, и его улыбка слегка поблёкла.

— Леди, если вам не нравится то, что вы видите, несколько секунд смотрите на любой простой предмет. А если снова захотите именно видеть, просто вспомните книги. Любую из них.

— Это теперь будет… всегда? — нерешительно спросила Селена, смущённая тем, что он разгадал её состояние. — Вы тоже так видите?

— Всегда, — сказал Веткин, успокоенный голосом девушки с извиняющимися нотками. — Мы так не видим. Но знаем, что многие магические книги помогают открыть внутреннее зрение.

— Спасибо, что подсказали. — Селена помешкала и решилась. — Пойду посмотрю, как там дети, а потом отнесу книги Джарри. Где он устроился?

— Справа от выхода из дома есть тропинка, ведущая в сад. Дойдёте до конца, увидите домик-сторожку, найдёте тролля там.

Стараясь не торопиться, она спокойно вышла из кухни и помчалась на второй этаж. Заглянув в свою комнату, на время превращённую в детскую спальню, она увидела детей всё ещё спящими. Правда, по некоторым признакам стало понятно, что они вот-вот проснутся. Ладно. Она успеет сбегать к Джарри. Хотя бы книги отдать и заодно спросить, можно ли показывать эти книги детям.

И, спустившись, она бегом (не дай Бог, пока её нет — снова передерутся!) кинулась по правой от входа тропинке. Ларец с книгами прижимала к себе — бережно и трепетно: вот это мир! Тут даже непрочитанные книги так могут действовать, что… В общем, ух…

Она добежала почти до конца и почти у самой сторожки заметила Джарри, который рубил огромное дерево — явно на дрова. Запыхавшись и пытаясь сдержать частящее дыхание, она уже не бежала, а шагала и готовила объяснения по поводу книг… В одно из мгновений, когда тролль выдирал колун из огромного бревна, оставшегося от дерева, после того как все сучья были обрублены, он, наверное, в наступившей тишине и расслышал её шаги, когда она оказалась совсем близко — метрах в пяти, семи ли. Оставив колун в бревне, он обернулся.

Селена будто споткнулась — встала на месте.

Некоторое время он с недоумением смотрел на неё. Потом словно осел, опустив плечи, — понял? Отвернулся, кажется спохватившись, но поздно: она уже разглядела его.

Он сел на бревно, ссутулившись, опустив голову.

Селена медленно подошла к нему.

— А вы… кто?

Джарри откинул капюшон, не глядя на неё, и вынул изо рта какую-то странную вещичку — Селена даже рассмотреть её не успела, как бывший тролль спрятал её в карман своей одежды — не то длинной куртки, не то короткого плаща.

Нормальным, чуть низковатым голосом ещё молодой, лет тридцати с лишним, мужчина спокойно ответил:

— Я боевой маг сопровождения. — Он коротко глянул на неё и снова опустил глаза. — По всей видимости, вы нашли книги?

— Да…

Прижимая к себе ларец, девушка подошла и присела рядом. Странно она себя чувствовала: раньше, зная, что перед нею тролль, который из-за уродства своей расы скрывает лицо, она ощущала себя гораздо свободней с ним. Теперь же, разглядев, кто перед ней, она страшно стеснялась. Этот светло-русый и светлоглазый, довольно симпатичный, несмотря на некоторую тяжеловатость черт, мужчина появился слишком неожиданно для неё. Теперь надо привыкать к новой манере поведения с ним. Впрочем, Селена отдавала отчёт, что она растеряна не из-за того, что слишком неожиданно увидела в недавнем тролле другого… Тролля она как мужчину не воспринимала. А этот Джарри (и Джарри ли?) слишком… мужчина… И, если рядом с троллем она не просто чувствовала себя комфортно, но даже уютно, то рядом с этим Джарри она поймала себя на мысли, что ей хочется немедленно переодеться: сменить привычные джинсы на что-нибудь более женственное — на платье хотя бы, например. И расчесаться так, чтобы не стыдно было бы распустить волосы, пусть они у неё и довольно короткие.

— Домовые сказали, вы поможете мне с обучением, — пролепетала она, хватаясь, как за соломинку, за подобие делового разговора.

— Покажите книги, — попросил он, не глядя на неё.

Девушка только приподняла ларец с коленей, как Джарри сам легко взял его переложить к себе.

— А вас действительно зовут Джарри? — неловко спросила Селена.

— Да.

"Наверное, злится, что я увидела его настоящего, — вздохнула про себя девушка. — Только бы не отказался обучить меня!"

— Вы не скажете детям? — всё так же не глядя, спросил Джарри.

— Нет, — поневоле подражая его манере говорить коротко, откликнулась Селена.

Он вынимал книги из ларца бережно. Глядя на его жёсткие длинные пальцы, девушка вдруг подумала, что, будь внимательней, она могла бы сообразить и раньше, что такие пальцы не могут принадлежать троллю. Хотя… Что она-то — и много ли знает о представителях этого мира? Совсем чуть-чуть… Впрочем, ведь и домовые не знают, кто на самом деле Джарри. Так что… Додумать не успела.

— Почему именно боевая магия?

— Кажется, мне придётся идти в пригород, — неохотно ответила девушка. Она ведь не знает, можно ли полностью довериться ему. Он сам-то вынужденно раскрылся перед ней, после того как понял, что скрываться смысла нет.

— В одиночку не пройдёте. Там, вокруг города, такое пространство, что даже боевой маг с трудом пройдёт несколько шагов.

— Знаю. С Ночным Убийцей уже встретилась. В том смысле, что мы его с Микой видели, а он нас нет. Когда вы сможете начать моё обучение?

— Зачем вам в пригород, вы не скажете?

— Меня сюда перенесли из моего мира, потому что только я могу найти одного человека. То есть не найти, конечно. Мне его найдут, а я должна буду уговорить его довериться тому, кто меня сюда перенёс. Пока его ищут, я и хочу научиться хотя бы элементарному.

— Странное объяснение: найдут человека, а ты должна его убедить.

Он замолк, а девушка вспыхнула от удовольствия: он сказал ей "ты"! Может, кому-то и смешно, но Селене стало приятно.

— Мне пообещали, что после успешных уговоров я смогу остаться в этом мире.

— Тебе так не хочется возвращаться в свой?

— Не хочется.

Возможно, он ожидал, что она расскажет обо всех бедах, из-за которых не хочет видеть родины. Но пока она его плохо знала, чтобы рассказать, что в своём мире она чувствовала никчемность, а здесь — почти с первых шагов — познала свою нужность.

Он наконец повернулся к ней и тяжело всмотрелся в её глаза. Селена взгляда не отвела. Что-то увидела и она в его глазах — такое же тяжёлое, как его внешность, как его взгляд. Что-то было там — неспокойное, тяготившее его.

— Так когда мы начнём? — напомнила девушка. — Может, как сегодня — рано утром? Ты… всегда просыпаешься так рано?

— Скорее — никогда не сплю, — угрюмо ответил он. — Согласен. Пусть — утром. Дети будут спать и мешать не будут… Что это?

Он поднял голову, всматриваясь в тропинку, по которой она прибежала сюда. Девушка встревожилась и немедленно встала. По тропинке бежала детская фигурка, изо всех сил размахивая руками. Вставшую — Селену фигурка заметила сразу.

— Селена-а!! Быстрей! Быстрей в дом!!

Без раздумий Селена рванула с места, а Ирма притормозила, чтобы развернуться и помчаться назад, к дому. Когда девушка догнала девчонку, она расслышала позади себя топот: Джарри не отставал. И ей сразу стало легче. Если в доме всего лишь передрались мальчишки, то вмешаться в эту драку удобней всё-таки мужчине… Где-то внутри мелькнула мысль: а подумала бы она так, если бы за спиной нёсся тролль? Вероятней — испугалась бы за мальчишек.

Но дело, как выяснилось, оказалось не в драке.

Колин лежал на полу в комнате Селены, придавленный коленом Мики. Но мальчишки не дрались. Перепрыгнув порог комнаты, Селена ахнула и чуть не упала при виде того, что происходило. Колин отчаянно выл и медленно и натужно шевелился под удерживающим его Микой. Тот вцепился в его плечи и давил его лицом к полу. Именно в плечи — волчонок начал процесс перекидывания и остановился на полпути: у него просто не получалось перекинуться ни в человеческую, ни в обратную, звериную форму. И, кажется, остановленный на полпути процесс причинял ему сильную боль. Лёжа щекой на полу, Колин плакал от усилий — тело, изуродованное незаконченным превращением, напряглось так, что Селена сама замерла от того напряжения, которое испытывал мальчик.

Через секунды она поняла, почему Мика прижимал маленького оборотня к полу. Кровоподтёки по всему телу — там, где оно не покрыто шерстью, подсказали, что у мальчика был почти приступ, когда он бился обо все предметы — может, даже не замечая их. Стараясь не глядеть на волчьи лапы, девушка бросилась к волчонку.

— Колин, Колин, успокойся!

Зарёванная Ирма бегала вокруг брата и тоже уговаривала его успокоиться, сама заикаясь от плача… Стало легче, когда к маленькому оборотню шагнул Джарри.

— Отпусти его! — прорычал он обычным голосом тролля. Кажется, ту штуку он снова положил в рот, чтобы изменить голос.

— Но он… — попытался возразить Мика.

— Отпусти!

Мальчишка вскочил с дёргающегося тела волчонка. Тот вскочить не успел, хотя следом рванулся немедленно. Сбежать? Сильные ладони Джарри, почти упавшего на колени, припечатали его тело к полу. Но оборотень, странно вывернув голову, завыл, глядя на Селену. Подбежала Ирма, схватила девушку за руку:

— Не смотри на него! Он не хочет!

— Колин, я не буду смотреть — честно!

Она осталась в комнате, но демонстративно отвернулась к двери. И затаила дыхание, заслышав ровный низкий звук — Джарри из-под вновь наброшенного на голову капюшона забормотал что-то почти неразборчивое. Хотя нет. Одно слово, которое он постоянно повторял через пару-другую слов, она разобрала. Трансформация. Затем, вслушавшись хорошенько, она сообразила, что маг, кажется, произносит над Колином какое-то заклинание: то, что он говорил монотонно, звучало ещё и ритмично и, кажется, даже в рифму.

И вдруг — тишина. Как будто Джарри не закончил заклинания, а прервал его на полуслове. Селена замерла: что у них там? Получилось у Колина трансформироваться в нужную форму? Рычащий голос тролля велел:

— Постарайся с час оставаться человеком. В следующий раз будет легче. Ответь мне. Ты можешь говорить?

— Мо-огу, — гундосо и тяжело прогудел Колин.

Со вздохом облегчения девушка повернулась к детям.

Джарри уже не стоял на коленях, а сидел на полу, спокойно закутывая в простыню, взятую с кровати Селены, мальчишку-оборотня. Колин оказался совсем не похожим на сестру. Девушка про себя улыбнулась, что она впервые его видит: маленький оборотень не черноволос, как Ирма, а тёмно-рыж, с конопушками по всему худому лицу, и зеленоглаз. Он всё ещё пошмыгивал носом после недавних слёз и насторожённо косился то на Джарри, то на Селену, а ещё — на Мику. Тот стоял чуть в стороне и тоже довольно странно приглядывался к маленькому волку — вроде и сердито, но в то же время с сочувствием. Зато Ирма, никого не стесняясь, вовсю заливалась радостными слезами.

Ребят отвели в их комнату, где в стареньком комоде нашли одежду для Колина и переодели его. Девушка, приглядываясь к мальчику, постоянно с трудом удерживалась от улыбки. Она привыкла к присутствию собаки — язык не поворачивался назвать Колина в его волчьем воплощении волком. А тут — ещё один ребёнок.

Пока Ирма и Мика старались разговорить Колина, спрашивая его в основном о самочувствии, Джарри вышел за дверь. Девушка немедленно вышла за ним. Но заговорила лишь возле спуска с лестницы, чтобы дети не услышали.

— Колин правда может остаться волком, если не будет возвращаться к человеческой форме?

— Правда. Чаще разговаривайте с ним. Заставляйте говорить и его. Тогда будет меньше опасности, что он забудет о своём человеческом теле.

— А ты знаешь заклинание (у неё чуть не вырвалось — экзорцизма), чтобы помочь оборотню вернуться в человеческое тело, — задумчиво констатировала Селена.

— Мои сослуживцы были из разных рас, — пожал плечами Джарри. — И оборотням трудно возвращаться к человеческой ипостаси не только потому, что они часто остаются в своей звериной форме. Иной раз бывает, что они увлекаются звериным внутри себя. И тогда приходится напоминать им, кто они. Двойственная природа, — как-то философски заключил он.

— Нам повезло, что ты оказался рядом, — с благодарностью сказала девушка и поразилась, хотя постаралась не подавать виду: Джарри скривил губы — теперь только их видела Селена из-под скрывающего его капюшона. Не понимая, что именно ему не понравилось в косвенно выраженной благодарности, она быстро замяла впечатление от своих последних слов: — Джарри, ты будешь с нами завтракать? Пожалуйста…

— Буду, — помедлив, ответил маг.

Поскольку он медлил и уходить, Селена неуверенно предложила:

— Джарри, а может, не стоит прятать лицо от домовых и от детей? Или есть какие-то причины, по которым тебе легче, когда капюшон на твоём лице?

— Это моё наказание, — глухо сказал Джарри. — Я сам наложил его на себя. И буду придерживаться его, пока не сочту, что смог искупить свою вину.

Он чуть обошёл девушку и стал спускаться по лестнице.

Селена озадаченно смотрела на него и только и могла гадать, что же такого натворил этот боевой маг, если сам придумал себе такое наказание.

8

Во время завтрака выяснилось, что Колин не заикается, а с трудом произносит слова: он их тянет с таким напряжённым усилием, что постоянно хочется его подталкивать или быстро сказать вместо него то, что он пытается выговорить. Чем и занималась Ирма. Она болтала от души. Пару раз Мика показал ей кулак, но волчишка предпочла не заметить этого. Пришлось вмешаться Селене.

— Ирма, ты мешаешь Колину.

— Я не мешаю, а помогаю, — заносчиво заявила девочка.

— Колин должен говорить сам, а ты мешаешь, — повторила девушка.

— Но он говорит слишком медленно!

— Ирма, нас за столом два взрослых человека, — терпеливо сказала Селена. — Мы сразу прибежали, когда Колину понадобилась помощь. Но сейчас мы сидим и молчим, потому что именно в этом сейчас заключается наша помощь. Будь терпеливей. Пусть Колин говорит сам.

Подбородок Джарри, квадратный и с небольшой ямочкой, отчётливо видимый из-под капюшона, чуть дрогнул. Хотел что-то сказать?

Волчишка всё-таки обиделась и уткнулась в свою тарелку. Ненадолго. Молчания она не выдерживала. Селена понимала — почему. Девочка живая, энергичная, уставшая от долгого молчания во время скитаний вдвоём с братом по лесу. Её хочется поделиться впечатлениями. Подружку бы ей.

Вторая проблема Колина оказалась тяжелей первой. Он с трудом сжимал и разжимал плохо тренированные, неразработанные пальцы. Мелкие предметы маленькому волку не поддавались. Он втихомолку злился, когда ложка выпадала из скрюченных пальцев, брызгая набранным в неё, но снова и снова пытался брать её. На этот раз вмешался Джарри, сидевший рядом. Он молча взялся за кисть мальчишки-волчонка и протянул перед ним другую руку. Перед глазами насторожившегося Колина он встряхнул свою кисть и показал расслабленные пальцы, а потом отвернулся от него и снова взялся за ложку. Колин попробовал встряхнуть кистью — и, как поняла Селена, он просто сбросил мышечное напряжение, и более-менее ловко тоже взялся за ложку.

После довольно позднего завтрака Селене пришлось лихорадочно вспоминать, чем занимаются в детских садах, после того как поедят. Идут на детскую площадку. Ну, ладно. Детскую площадку заменит двор между домом и садом. Но чем с детьми там заняться? Она с сомнением посмотрела на них: ну, предположим, Мике лет шесть-семь — хотя, возможно, так кажется, оттого что он очень уж маленького роста. Колин, кажется, ему ровесник — то есть тоже не пойми сколько ему. Ну, Ирма самая младшая — она-то поиграть рада. Значит, надо найти игры, которые понравятся всем. Но какие?

Не успела Селена опомниться, как Джарри мгновенно организовал всех на игру. Приглядевшись и прислушавшись к его объяснениям, она поняла, что эта игра похожа на напольный теннис, когда маленькая сетка посередине делит площадку для двух команд, в одной из которых очутилась и она сама — на пару с Ирмой. В руках игроков появились лёгкие деревянные лопатки, с помощью которых нужно было бить по мячику, который тоже неизвестно откуда принёс Джарри. Когда он только успел всё это придумать и организовать?.. Игра казалась бесконечной. Разгорячённые игроки бегали, азартно кричали, злились на неудачи, радовались, когда попадали по мячику. Лопатка то и дело выпадала из пальцев Колина, но он уже не злился на мелочь и бегал вместе с Микой, сосредоточившись на мячике. Девушка опасалась, что он захочет перекинуться в волчью форму, но, кажется, увлечённость в погоне за мячиком, да ещё с лопаткой в руке, помогала ему держаться в человеческой форме.

Сначала в азарте игры Селена не обращала внимания на Джарри, наблюдавшего за игроками чуть в сторонке, но потом насторожилась: он явно специально завёл именно эту энергичную игру, причём потакал желанию игроков играть не только поактивней, но и побольше и подольше… Девушка почти выдохлась с непривычки, набегавшись и напрыгавшись, когда домовые позвали обедать. Она даже удивилась: как? Уже? Обед?

Начало обеда было впечатляющим: игроки накинулись на еду так, словно не ели со вчерашнего дня. Но уже минут через пять выяснилось, что усталость берёт своё. Дети с трудом доели наложенное на их тарелки и спокойно дали увести себя на "тихий час".

Присмотрев, чтобы каждый разделся и лёг не в грязной одежде, Селена осторожно прикрыла двери в обе спальни, робко мечтая о том, как бы самой доползти до своей комнаты и хоть немного вздремнуть.

Но закрыла дверь спальни Мики и, обернувшись, увидела перед собой Джарри.

Неожиданно властно маг сказал:

— Я хочу показать тебе одну комнату в этом доме. Идём.

Удивление было притуплено сонливостью. Надеясь, что показ этой "одной комнаты" не затянется, она поспешила за магом на первый этаж. Далее немного удивлённая больше, Селена поняла, что Джарри ведёт её из дома. Кабинет вне дома? Странно. Но он достал ключ и открыл ту самую часть закрытой веранды, где вечером повесил кабанью тушу.

— Заходи.

Уже полностью проснувшаяся, она неуверенно зашла в тёмное, но аппетитно пахнущее жареным мясом пространство. Только собралась спросить — почему он привёл её именно сюда, как он закрыл за нею дверь.

— Идём.

Он, слегка прижимаясь к стене, прошёл мимо висящей туши куда-то дальше, в темноту. Его движение Селена увидела лишь как движение теней.

— Здесь темно, — сказала девушка. — Я не вижу, куда и как идти.

— Сейчас, — отозвался Джарри.

Несколько секунд шёпота — и за висящей тушей вспыхнул огонь, показалось — свечи. Девушка быстро проскочила мимо кабана. Джарри стоял, терпеливо дожидаясь её. От нового удивления она даже улыбнулась. Свеча… Но какая!.. Он держал раскрытой ладонь, на которой плясало весёлое пламя. Долго смотреть, как завораживающе то и дело вспархивает огонь на ладони, не пришлось: Джарри отвернулся, чуть отставив руку в сторону, чтобы не закрывать огня, и пошёл дальше.

Дальше? Недоумевающая Селена последовала за ним, хотя ей помнилось, что эта часть дома не очень длинная, если смотреть с улицы. Но вот огонь остановился, приплясывая на месте, и остановилась, выжидая, девушка.

Послышался звук металлического щелчка. Яркий свет хлынул в веранду.

— Заходи.

Ничего себе комната — огромный кабинет, залитый полуденным солнцем. Это первое, что поняла Селена. Но пустой. Одна стена — сплошное окно. По трём другим стенам — полки стеллажей. Тоже пустые. Даже бумажки не осталось. Два стола. Один — весь в чёрных ожогах и сухих сейчас следах луж. Другой — с одинокой чернильницей, сломанным гусиным пером и обыкновенной ручкой с насаженным позади наконечником. Ещё тут же, на столе, подставка — для книг? В одном из углов кабинета — камин из огромных каменных плит. Один стул — за столом с письменными принадлежностями. И низкое, обитое кожей кресло — между стеллажами напротив окна.

Джарри с облегчением снял капюшон, вынул изо рта ту штуку, превращающую обычный мужской голос в рычание, а затем принёс стул к креслу, стоящему в простенке стеллажей. Кивнул на кресло.

— Садись. Надо поговорить, пока не мешают.

Девушка с новым сомнением присела в кресло, но неожиданно в нём оказалось так уютно, что она села в него полностью. Джарри сел напротив.

— Что собой представляет тот мир, из которого ты пришла?

Сначала пришлось хорошенько подумать.

— Ну, наши города похожи на ваши. Есть высотные здания, есть мосты над реками, асфальтированные дороги. Есть машины, как у вас. Конечно, немного различаются по форме, если судить по той машине, на которой ты нас довёз до дома Мики. У вас я узнала даже мотоциклы — ну, те, на двух колёсах. Только у нас нет таких рас, как вампиры, оборотни. И живут у нас люди — не маги, а обычные. Бывают, конечно, некоторые со способностями, называют себя колдунами или экстрасенсами.

— То есть в твоём мире преобладает рациональное видение мира, — задумчиво сказал Джарри. — Что ж… Селена, этот дом принадлежал сильному магу. Правда, сейчас защита дома слабеет — всё-таки с начала войны, а значит, и с момента эвакуации отсюда жителей прошло уже два года. Поэтому этот кабинет открылся недавно, и я обнаружил его только вчера, когда принёс на веранду кабана. Книги он увёз. Почти все, кроме тех, которые внутреннее предвидение заставило его закопать для тебя под яблоней.

— Как это — внутреннее предвидение?

— Пророчества иногда можно увидеть почти наяву — и понять его целиком. Но иногда маг может сделать странные вещи, последствия которых сам не понимает. Хозяин дома увёз всю свою довольно обширную библиотеку, но спрятал под яблоней книги по боевой магии, не зная, кому оставляет и зачем. Он только знал, что это нужно сделать. Это и называется внутреннее предвидение. Ты готова начать обучение?

Селена хотела сказать, что, может, и не готова, но вынуждена заняться магией. Однако, прислушавшись к себе, поняла, что сейчас такой ответ будет выглядеть ненужным кокетством, и твёрдо сказала:

— Готова.

Джарри опустил глаза, словно тоже собираясь с мыслями, и взглянул на девушку.

— Магия — это сочетание твоих собственных сил и умения ими пользоваться. Боевая магия — это необязательно убийство противника при помощи невидимых сил. В большой степени это умение защищаться. Но в любом случае приходится часто копить силы в определённые предметы.

Он встал, подошёл к столу и вынул из него ящик. Принёс тоже к креслу. Поставил ящик к себе на колени — так близко к Селене, что она с любопытством уставилась в его содержимое. А там было на что посмотреть: какие-то кольца, браслеты, маленькие круглые штуки, похожие на металлические флакончики для духов; сбоку лежала хорошо отполированная деревяшка. Если бы не совершенно ровная поверхность, девушка решила бы, что это, возможно, ножка от шкафа.

Осторожно приподняв коробку, которая, как оказалось, занимала с этими предметами всю площадь ящика, Джарри вынул из-под неё что-то кожаное с металлическими вкраплениями.

— Это пояс для артефактов силы — вещей, которые здесь, в этом ящике, лежат. Они сейчас пусты. Но наполнить их нетрудно, потому что хозяин их оставил тоже для того, кто должен был их забрать. Для тебя.

Он положил пояс на подлокотник кресла, в котором сидела Селена. Девушка взглянула на ременные переплетения, а потом снова прикипела к вещичкам в ящике стола.

— А как наполнять их силой?

— Самое примитивное, чему могу научить, — это работа с эмоциями. Возьми кольцо, которое тебе сейчас очень захочется взять. — Он еле заметно скривил губы в подобии улыбки. — Как говорят, то, которое на тебя смотрит.

Девушка пригляделась к кольцам. Все одинаковые, невзрачные. Ни одно от другого не имеет ни единого отличия. Ровные серые поверхности — и все одного размера. Неужели её? И она машинально взяла кольцо, лежащее чуть сбоку. Не сказала бы, что именно оно смотрит на неё… Вот только почему взяла то, что именно сбоку? Селена хмыкнула и вопросительно посмотрела на Джарри, взявшегося за дело обучения.

Он смотрел только на кольцо. Так сосредоточенно, как будто пытался тоже разгадать, почему она взяла именно этот предмет.

— Надень на любой палец. — Выждав, пока она выполнит его приказ, Джарри сказал: — А теперь вспомни любое своё потрясение, когда ты испугалась. Вспомни эмоции, которые ты испытала в страхе. Если тебе удобней — закрой глаза.

Селена неуверенно улыбнулась и зажмурилась. Страх… Легко и быстро вспомнить — мгновение, когда ей показалось, что сейчас, вот-вот ударится лицом о разбитое стекло. Она даже почувствовала, как снова отлила кровь от лица, как похолодела кожа, едва она снова пережила потрясение при мысли, что осколки врежутся в лицо.

Выдохнув, она открыла глаза. Джарри смотрел не на неё, а на её руку.

Взглянув, Селена с трудом остановила возглас изумления. Недавно совершенно не отличающееся от других, однотипных, кольцо покрылось отчётливыми странными узорами. Они переплетались между собой в изысканном и причудливом рисунке зеленовато-золотистых линий, которые словно стремились к плоскому прозрачному камню чайно-коричневого цвета.

— Прекрасно, — сказал маг. — Больше ты не будешь сильно переживать, вспоминая когда-то напугавший тебя эпизод жизни. Страх, судя по его предметному отражению, был очень яркий. Теперь ты обладательница сильного оружия. Правда, им ещё надо уметь воспользоваться. Силу этого кольца можно использовать сразу — обрушив один-единственный удар на врага. А можно использовать довольно часто и мелкими порциями.

— И это всё? — недоверчиво спросила Селена, глядя на кольцо, играющее осенними цветами и оттенками. — Всего лишь вспомнить эмоции?

— Для тебя пока всё, — подтвердил Джарри. — Но с другими предметами эмоциональное наполнение у тебя не пройдет. Внутреннее предвидение заставило хозяина этого дома не просто оставить эти предметы для тебя, но и зарядить их заговором на силу. Но только на твою. Попробуй я проделать то же самое — моё кольцо, если я его выберу из этих, останется пустым, без силы. Оно не примет моей силы.

— А ты умеешь такие заговоры делать?

— В основном я только использую полуфабрикаты, которые мне дают, — заготовки, похожие на эти, но сделанные лично для меня. Я ведь боевой маг. Могу, конечно, сделать такую заготовку для сбора силы, но у меня это будет занимать слишком много времени. Профессионалы же их делают быстро. А сейчас… Наполни ещё шесть колец — и я покажу, как их использовать на практике.

— А кольца всегда наполняют именно страхом?

— Нет. Не всегда. Но ты выбрала то кольцо, которое и нужно было наполнить силой страха. Ты пока этого не видишь — поэтому я буду подсказывать. Бери следующее.

Теперь Селена склонилась над ящиком с артефактами с ещё более разыгравшимся любопытством: почти как подарок с изюминкой — что же она выберет? И вдруг странная мысль поразила её: а если это кольца выбирают очерёдность её выбора? Она слегка покачала головой и, почти не глядя, взяла следующее кольцо, которое "смотрело на неё".

— Тревога.

Ну, это тоже нетрудно: сильную тревогу она испытывала из-за раненого Колина, оставшегося в доме-трубе. Открыв глаза, разглядела, что кольцо из ровного серого стало ребристым — в мелкий квадратик, поверхность которого — голубого цвета, а нижние линии, которые делили ободок кольца на квадратики, отсвечивали коричневато-жёлтым. На этот раз камня не было.

— Джарри, а все эмоции, которые я испытывала и… отдала кольцам, для меня пропали? Мне как-то не хотелось бы, чтобы я перестала испытывать, например, радость.

— Хорошие останутся. Ими можно пополнять кольца бесконечно.

— Почему?

— Не знаю. Возможно, потому что плохие эпизоды просто перестают быть страшными, а хорошие никогда и не пугали. Возможно, потому, что от плохих эмоций хочется избавиться навсегда, а от хороших — нет.

Девушка обрадовалась: как-то не хотелось, чтобы в памяти не осталось радостных воспоминаний или остались бы, но она бы не почувствовала радости, думая о них.

Перед тем как взять следующее кольцо, она не выдержала и полюбопытствовала:

— А почему колец должно быть семь?

— Главное магическое число.

— Понятно. — Хотелось спросить ещё — почему именно семёрка, но вспомнила, что и в её мире это число экстрасенсы считают магическим.

Вскоре семь колец были наполнены. Джарри велел не снимать их, потому что девушка должна так привыкнуть к ним на пальцах, чтобы не замечать их. Затем предложил взять семь браслетов, а когда она, немного удивлённая — почему сразу семь, всё-таки выбрала их, сказал:

— Попробуем интуитивную магию. У нас есть время, пока дети спят. Выйдем в сад и посмотрим, что получится с наполнением их природными силами.

— А выходить опять через веранду?

— Пугает кабанья туша? — Он впервые улыбнулся по-настоящему. — Селена, этот дом оставлен для тебя. И он постепенно раскрывается именно для тебя. Особенно сейчас, когда ты набираешь упорядоченную магическую силу. Попробуй, открой дверь, через которую мы вошли.

Девушка, подозрительно глядя на мага, встала и подошла к двери. Постояв, осторожно толкнула её. И шёпотом ойкнула: в проёме показался сад! Дверь больше не выводила на веранду! Тихонько рассмеявшись, она шагнула на тропинку с уложенными резными плитками, между которыми прорастала трава. Оглянулась. Джарри, снова поместив ящик в стол, быстро подошёл к ней и кивнул:

— Закрой дверь.

И шагнул рядом с нею. Совершенно счастливая от ожидания чуда, Селена закрыла дверь, даже расслышав, как та щёлкнула запором. Убрала руку от дверной ручки. Джарри быстро взялся за ту же дверную ручку и подёргал дверь. Улыбка девушки немедленно сошла на нет. Пока ещё только удивлённая, она спросила:

— И что? Это было только на один раз?

Маг жёстко дёрнул дверь ещё раз, после чего отступил и предложил:

— Теперь ты.

Только что видевшая, с какой силой он пытается открыть дверь, Селена рванула её на себя — и ахнула от испуга. Дверь распахнулась так легко, что девушка чуть не упала!

— Вот видишь? Этот кабинет твой, — спокойно сказал Джарри. — А мне сюда придётся ходить или с тобой через эту дверь, или самому — через веранду.

В саду они просидели полчаса. Сначала Селена просто сидела на солнце и нежилась на нём, стараясь избавиться от мыслей о постороннем, затем любовалась небом — чистым голубым. Потом Джарри провёл её в середину сада — к воде, о которой тоже надо было думать долго и чувствовать её силу и пластичность. Потом была земля, потом травы, деревья, а закончили, "слушая" воздух.

— Всё. Семь браслетов и семь колец силы у тебя есть, — подытожил Джарри. — Это значит, что теперь ты вооружена силой, которую надо научиться использовать. Ты хочешь начать именно с утра?

— Нет. Вообще-то, мне бы хотелось начать прямо сейчас! — решительно заявила девушка. — И чем больше занятий, тем лучше. Я понимаю, что мне не просто надо научиться использовать силу, но использовать её в полной мере, то есть чисто машинально, не думая о процессе.

— Есть какие-то предчувствия?

— Предчувствий нет, — созналась Селена. И упрямо наклонила голову. — Только не смейся, Джарри. У меня есть одно желание. Возможно, ты скажешь, что оно безрассудное, но я твёрдо решила его выполнить.

— Какое же? — чуть жёстче обычного спросил Джарри. — Или это тайна?

— Я хочу обшарить пригород и попробовать найти таких, как Мика и Колин с Ирмой. Я хочу найти бездомных детей и привезти их сюда. Пока их не поймали такие же гады, как те мотоциклисты, которые поиздевались над Микой. Или не сожрали такие чудища, как Ночные Убийцы. Меня… убивает одна мысль, сколько там детей, которых можно спасти. Поэтому мне надо побыстрей научиться хотя бы самым простым приёмам боевой магии.

Джарри смотрел на неё непроницаемым взглядом. И она не понимала, считает ли он её слишком наивной для этого мира: защищаться не умеет, а туда же — в самое пекло; или думает о ней, как о самонадеянной дуре: замечталась, не зная мира!

Поэтому почти вздрогнула, когда услышала:

— Кроме незаученных навыков боевой магии, рядом с тобой есть я. Когда ты хочешь начать?

Селена почти с диким изумлением смотрела на него. Он согласен, что нужно искать детей? И не считает её дурой? Но практицизм победил.

— Ты сможешь взять у меня эту энергию, если я не смогу ею воспользоваться?

— Могу. Но сейчас у нас задача посложней. Если ты и в самом деле хочешь перевезти бездомных детей сюда, нужно укрепить защиту этого дома.

— С чего начнём? — взяв себя в руки, спросила Селена.

— Я покажу тебе, как вкачивать силу в слабеющую защиту этого поместья. Пошли.

Джарри провёл её к границе между территорией дома и улицы. Оглядев пустынную улицу, заброшенную дорогу, по которой теперь редко кто ездил — война же продолжалась! — девушка вздохнула. Но маг не дал ей долго размышлять о запустении в деревне. Он встал позади неё и сказал:

— Подними руку на уровне талии. Ладонью что-нибудь чувствуешь?

— Нет.

— Посмотри на этот вяз слева.

Девушка послушно посмотрела на дерево, которое грузно и разлаписто росло сбоку. Ничего особенного в нём не было. О чём она и сообщила Джарри. Тот усмехнулся.

— Ты внимательно его рассмотрела?

И только тут она поняла, что он имел в виду. Она должна забыть о книгах боевой магии. Хорошо. Она взглянула на вяз. Застыла взглядом на его мелких листьях. На его раздавшемся, толстом стволе. На его корявых сучьях… Всё. Она добилась нужного, что и подтвердилось, едва она взглянула на Джарри. Теперь его лица не видно за капюшоном.

— Теперь вспоминать книги?

— Да. Но вспоминай в следующем порядке: от самой большой — до самой тонкой. И только первые семь, какие вспомнишь.

Как он однажды и предложил, она закрыла глаза для лучшей сосредоточенности. Вспомнила, начиная от первой приметной, запавшей в память книги — до седьмой… Ещё не открыв глаз, почувствовала под пальцами протянутой вперёд руки что-то гладкое, металлическое, но тёплое. Открыла глаза — и невольно улыбнулась: она словно гладила серебристого дракона — так легко лежала её ладонь на его изогнутой шее.

9

А в следующую секунду испугалась — и отдёрнула ладонь: дракон?! Мало того — испугалась, так ещё и машинально попятилась, чуть не наступив на ногу Джарри. Вовремя переступила ногами и облегчённо выдохнула, когда поняла, что он стоит за спиной и поэтому можно ничего не бояться. Кажется, маг не возражал, чтобы она прижималась к нему, пусть и нечаянно оказавшись в такой близости с ним.

— Что это?

Теперь, успокоившись — под защитой Джарри (усмехнулась она невольно), Селена могла внимательней разглядеть существо, представшее глазам. Похоже, оно искусственное? Сделано из тонких металлических труб и прутьев, где-то больше, где-то меньше раздутых — кузнецом? Металл и впрямь серебристый, хотя на солнце не отсвечивает. Вот только как эта конструкция держится в воздухе, если под ней никакого основания? Селена задрала голову рассмотреть изогнувшуюся, словно обернувшись, фигурку выше неё где-то на метр. Тонкая, вытянутая мордочка слепо смотрела на неё сверху вниз. И ещё… Дракон этот немного странный: некоторые его части будто измазаны чёрной-чёрной грязью, с обеих сторон которой детали существа пропадают. Или они становятся настолько прозрачными, что исчезают в воздухе. Как будто дракон частями пропадает в пространстве.

— А что это? Ржавчина? — спросила девушка, нисколько не сомневаясь, что Джарри видит то же, что и она.

— Селена… — Странный голос у мага. Очень напряжённый. И, напряжённо и медленно выговорив её имя, Джарри замолк, будто собираясь с силами. — Селена… Не стой так близко ко мне. Я здесь уже полгода один.

Девушка послушно отступила, следуя его просьбе, хоть и не поняв последней фразы мага. И вдруг поняла — и вспыхнула. Хорошо, что машинально не обернулась переспросить, что он имеет в виду. Но… Что теперь… Как вести себя с ним? Спрашивать дальше — как ни в чём не бывало?.. Истерический смешок чуть не прорвался: эпизод из ситуации, когда один на острове, есть женщина — и ту нельзя?.. Отдышавшись, но чувствуя свою напряжённую спину, Селена лихорадочно пыталась сообразить, что теперь делать. Задать какой-нибудь вопрос?

— Положи руку на его шею и погладь до пропадающих мест, — уже свободней сказал Джарри за спиной.

Поколебавшись: странно ведь, что части дракона пропадают в пространстве, — девушка всё же последовала предложению мага и осторожно провела ладонью по тонкому хребту фигуры. Там, где начинались чёрные пятна, немного поколебалась, но продолжила движение, прислушиваясь к ощущениям. Странно, но то, что исчезло для глаза, прекрасно чувствовалось под пальцами. Селена специально провела несколько раз ладонью от одной пропадающей части к другой — и вдруг замерла: невидимая в пространстве часть дракона постепенно, как в старомодно проявляющейся фотографии, начала вырисовываться в воздухе, как в странном мультфильме соединяя разорванные прежде части.

Забыв о Джарри за спиной и своём внутреннем нервном смехе, Селена уже с любопытством погладила холодноватую поверхность драконьего хребта.

— И как я это делаю? Разряжаю кольца и браслеты с набранной силой?

— Процесс идёт в двух направлениях, — ответил маг. — Да, ты разряжаешь артефакты, но одновременно пополняешь их. Пополнение идёт за счёт… удовольствия: тебе нравится, что ты восстанавливаешь защиту дома.

— Это — защита? — удивилась девушка и замерла: под ладонью странно потеплело, и краем глаза она успела заметить, как по фигуре дракона по все стороны от её ладоней брызнули тонкие линии. Она только взглядывала на них, как они исчезали, но там, где они только что были, линии дракона оказывались целостными.

Она вдруг прикусила губу от потайного чувства. Прикусила, а потом начала покусывать побольней, чтобы скрыть оформившуюся проказливую, но счастливую мысль. Скрыть удалось только суть мысли. Последствия же её мгновенно вспыхнули на металлическом драконе таким ярким светом, что уже Джарри с невольным возгласом шагнул встать рядом с Селеной. И рядом с нею, такой же изумлённый, как недавно она, он наблюдал, как в стороны от уже восстановленной фигуры помчались по бесконечной ограде сияющие линии, проявляя все бреши защиты и наполняя их видимыми очертаниями.

— О чём ты подумала? — Он заглянул ей в глаза.

Она наклонила голову, чтобы он не увидел губ, разъезжающихся в улыбке.

— Так, о своём.

Маг не стал настаивать, чтобы она сказала, и напомнил, что время "тихого часа" заканчивается. Уходя от ворот, Селена заметила, что он обернулся к воротам-защите, одобрительно взглянув на них. И снова потупилась: "А если бы я сказала, что подумала о тебе? О том, что ты… симпатичный и, кажется, мне нравишься?"

К детям девушка пришла вовремя. Если Колин ещё сладко зевал, то неугомонная Ирма уже пыталась прорваться в комнату Мики. Она с таким грохотом колотила в дверь к мальчишке, что не услышала шагов Селены. Увлечённая штурмом, волчишка аж подпрыгнула, когда девушка ухватила её за шиворот.

— Ой!

— Почему ты стучишь?

— А почему он не открывает!

— Я бы тоже не открыла, — сказала девушка и отпустила волчишку.

— Почему? — немедленно спросила Ирма.

— Ну, мне не нравится, когда кто-то врывается тогда, когда я никого не хочу видеть.

— А… А… такое бывает? — озадачилась девочка. — Никого видеть не хочешь?

— Бывает.

Селена не стала добавлять, что такое бывает, когда человек привык жить в одиночку и ему трудно постоянно видеть рядом с собой довольно шумных товарищей.

Домовые пригласили на кухню — полдничать. Полдник не отличался своеобразием: то же мясо и высушенные лепёшки из вываренной молотой крупы к нему. Мясо детишки умяли за милую душу, а на лепёшки пофыркали. А Селена подумала: неплохо бы ещё присмотреть где-нибудь припасы нормальной муки — наверняка же в этом мире найдётся что-то на замену пшеничной. Надо порасспросить гномов-домовых, что у них тут вообще из продуктов есть. Потом же, когда она и Джарри соберутся на разведку в пригород, можно будет пошарить в поисках продуктов для детей. Неплохо бы найти ещё сахар — уж маленький народ наверняка варенье любит. А в саду как раз скоро яблоки пойдут, жаль, если зря пропадут. Правда, можно на зиму в ящики с соломой. Вот интересно, а где солому взять? Сено тоже подойдёт!..

Забо-от… Селена не заметила, как вздохнула, всё ещё сидя за столом. Зато уловила на себе пристальный взгляд и подняла голову. И немедленно покраснела. Джарри смотрел на неё очень спокойно. Она видела его лицо за завесой капюшона, привычно надвинутого на голову. И черты этого лица, ей показалось, изменились. Странно как-то. Она бы даже не смогла сказать, в чём именно…

— … А мы сейчас пойдём играть? — пронзительный голос Ирмы взрезал спокойное течение беседы за столом.

— Пойдём, — опустив глаза на свой стакан с компотом из сушёных яблок, подтвердила Селена.

— Опять с мячиком? — скривилась волчишка.

— А чего тебе не нравится? — вмешался Мика. — Хорошая игра.

— Да ну, гоняешься и гоняешься за мячиком — больше ничего.

— Мя-ачик! — тягуче протянул Колин, глядя на мага.

"И Ирме — куклу. Или игрушку какую-нибудь мягкую", — по инерции подумала девушка. Джарри блеснул в её сторону глазами из прорези капюшона, и девушке почему-то показалось, что на этот раз он услышал её мысли.

— Селена, у тебя колечки! — завизжала волчишка, внезапно и только что заметившая кучу украшений на пальцах девушки. — Я тоже хочу!!

— Ирма, как только я хорошенько рассмотрю, что в этом доме есть, мы с тобой будем учиться делать всяческие колечки и бусики, — пообещала девушка. — А уж если найдём цветную проволоку!..

Ирма рассиялась так, что даже брат не поверил — наклонился посмотреть ей в лицо.

Когда вышли во двор дома, выяснилось, что Джарри нашёл новую игру для детей. И не одну. И почему-то Селене снова подумалось, что все эти игры он нашёл в расчёте на неё, а не на детей. Как будто проверял её на что-то. Впрочем, войдя в азарт, она забыла о своих смешных подозрениях.

Сначала играли в игру, напомнившую девушке детство, — "в ножички".

Джарри начертил на свободной от травы земле круг, раздал детям и девушке небольшие ножи и предложил кидать их так, чтобы потом "отхватить" от круга ту часть, которая оставалась под лезвием ножа: просто тянуть нож сначала до одной границы круга, а потом до другой. Круг постепенно делился на дольки. Выигрывал, соответственно, тот, кто больше "отхряпает" себе площади.

Приглядываясь к магу, Селена сообразила, что он не просто играет с детьми, но и учит их держать нож и обращаться с ним. Из него вышел бы неплохой учитель.

Для второй игры Джарри неизвестно когда приготовил лунки в земле. Трава на лужайке перед домом была частично и довольно чисто скошена. Лунки виднелись отчётливо — и каждая уходила от дома на один метр дальше. А возле плиточной дорожки стояла корзина с камнями — более-менее одной формы и веса.

Сначала девушка решила, что детям после азартных "ножичков" эта игра на метание в лунки не очень понравится. И поразилась, когда гвалт поднялся чуть не до небес. Домовые выскочили посмотреть, что "на свете деется!", да так и застыли на крылечке, сами захваченные детским азартом.

Игра простая: кидали все по одному в лунку — с каждым разом всё дальше. Сначала все в одну. Затем в другую. Затем в третью. Камни заканчивались — бежали собирать — все вместе со смехом:

— Эх, ты! Пропустил! Вот же он!

— А сам-то! Проскочил мимо!

Пошли играть по второму кругу, разгорячённая азартом девушка не сразу поняла, что маг стоит у неё за спиной. Услышала тихое:

— Бросок неплохой. В следующий бросок представь, что ты бросаешь не просто камень, а концентрат силы.

— Как это?

— Прикидываешь вес камня, думаешь, что внутри него та же сила, что в кольцах и в браслетах — и бросаешь.

— Думать? И этого достаточно?

— Если поверишь, — ровно и насмешливо ответил Джарри, не боясь, что услышат вопящие дети.

И Селена швырнула камень, почти согретый в ладони за время разговора. Швырнула, метя в предпоследнюю лунку. И — присела от грохота, а дети шарахнулись к дому. Наученная опытом военных фильмов, которые любили смотреть родители, Селена нисколько не сомневалась, что взрыв произошёл, оттого что она попала камнем как минимум в мину. И затаилась, выжидая, когда вот-вот в воздух от взрыва поднимется земля!.. И в тишине рычащий голос "тролля" прокомментировал:

— Слишком хорошо поверила.

Вернулись притихшие — к ужину. А до появления детей на кухне Селена спросила:

— Джарри, а как ты предполагаешь искать детей в пригороде и городском кольце? Я даже примерно не представляю, как и с чего начать поиски.

— Попробуй за ужином разговорить Мику, — посоветовал маг.

Размеренное течение общей трапезы то и дело прерывалось воспоминаниями детей об играх и взрыве, который пока не закрепился за авторством Селены. Слушая детей и машинально наматывая на палец прядь волос, девушка раздумывала, с чего бы начать допрос мальчишки-вампира. И зацепилась за его фразу:

— А я однажды разбил окно — так, как хотел, а влезть не смог. А мне показалось, что там была почти нетронутая квартира. Но разбил я хорошо! Одним броском.

— А если бы кто-нибудь услышал? — спросила Селена. — Ты не боялся, что однажды тебя услышат?

— А чего бояться? — удивился мальчишка. — Я же маленький, подвалов не боюсь. Услышал что не так — раз, и в подвал.

— А если Ночные Убийцы?

— Ну, они же Ночные!

— А тебе не хотелось примкнуть к какой-нибудь… компании? Дети ведь тоже наверняка в том городском кольце есть?

— Есть. Я целых две банды знаю! — хвастливо сказал мальчишка. — И все — около того моста, который мы переходили. Но мне там не нравится.

— То есть ты был там? У них?

— Нет, я подсматривал. У тех, что слева от моста, командует взрослый. Он только командует — и ничего сам не делает. У него иногда ребята пропадали. Я слышал. Но зато он места знал, куда их посылать. У него было бы не голодно, но мне не понравилось, что он сам никуда…

— А ты убил бы его и сам бы бандой стал! — крикнула Ирма. Колин добродушно толкнул её в плечо.

— Не-ет. Не стал бы. Меня б за него самого убили. У него там ребят больше, чем двадцать. А я только до двадцати считаю.

— А вторая банда? — сама заинтересовалась девушка. — Почему ты туда не захотел?

— Они какие-то… странные: только-только были — а смотришь: уже нет.

— Как это?

— Ну… — Мика явно затруднялся объяснить виденное. — Они как птицы. Только что были на дороге — и смылись. С концами.

— И там точно взрослых нет?

— Нет.

— А кто ими руководит? Ведь если они сразу вместе пропадают, значит, их организовали! Или здесь тоже взрослый?

— Нет, какое там — взрослый. У них тут и маленькие есть, меньше меня даже. Даже видел, как на руках таскают. Но даже с ними смываются: раз — и нет их.

Селена почувствовала, как от волнения разгорелись её щёки. Захотят ли такие… организованные, попасть в защищённое место? Ведь если начинать собирать бездомных детей, то уж лучше, чем эта… банда, ничего не придумывается. И, если судить по времени, прошедшему с начала войны, — два года, то одиноких детишек, наподобие мальчишки-вампира, вряд ли много осталось в опасной зоне вокруг города… И она горячо захотела обернуться к Джарри — обсудить немедленно услышанное!

Но пришлось зевающих детей прогнать по постелям, причём Мике было предложено эту ночь снова попытаться поспать в комнате волчат, потому что девушка решила попробовать сегодняшним вечером в качестве снотворного сказку на ночь.

Мика признал, что это что-то необычное, и принёс свою постель из комнаты, в которой остался мешок с машинными деталями. Часом ранее девушка попросила Джарри проверить содержимое мальчишеского мешка, не опасно ли оно для окружающих. Маг, вернувшись, доложил, что ничего страшного в мешке нет. А то, что было страшным, мальчишка сумел примагичить с помощью примитивной магии. Когда Селена с сомнением спросила, как понимать такое, Джарри объяснил:

— Иногда душа техники притягивается эмоциями её обладателя. Бывает, что предмет может служить безупречно, а может — часто ломаться. Но, как ни странно, при появлении мастера, который к нему и не притронется, он мгновенно начинает работать. Это и называется примагичить эмоциями. У мальчишки в мешке — чужеродные нашему государству предметы. Те самые, которые были одушевлены. Но — это только детали. А они настолько примитивны, что привязываются к своему хозяину, если он о них всего лишь заботится. Не знаю, почему собрал такие детали Мика. Может, потому что он маленький и ему нравится таскать в дом игрушки серьёзные. Может, его что-то притягивает в них — глубинные пласты взаимоотношений этих деталей и их маленького хозяина я пока не проверял. Но один твёрдый факт есть: все эти детали воспринимают Мику, как кот воспринимает хозяина, который кормит его и лелеет.

— Примерно представляю, — задумчиво сказала девушка, вспоминая свой старенький компьютер, который глючил каждые два месяца, но бодро работал, когда из фирмы, в которой был куплен, приходил мастер. Обычно Селене приходилось ждать чуть не минуту, когда компьютер захочет загрузиться. Включал мастер — компьютер начинал работать на раз. И мастер каждый раз удивлённо говорил: "И зачем вы меня вызывали, если он работает у вас, как часы?" Хм. Мастер — технический маг? Любопытно.

— Волки не оборотни есть — знаете? — спросила девушка, усаживаясь в кресло, поставленное в детскую спальню.

— Знаем! — ответила (кто бы сомневался!) Ирма.

Дети не лежали — сидели на своих кроватях и с интересом смотрели на рассказчицу. А та, немного подумав, начала так:

— Есть такие леса, где можно заблудиться, если пройдёшь вовнутрь шагов двадцать. Если ты не волк (сделала она поправку, пока раскрывшая рот волчишка собиралась выпалить что-то), конечно. И вот в этом страшном лесу, который называется джунглями, жили волки — настоящие. И однажды в этом волчьем семействе появился человеческий детёныш. И назвали его Маугли. А появился он так.

Рассказывала Селена почти на автомате, потому что история была обдумана заранее, а значит, рассказывая и делая в некоторых напряжённых местах сказки нужные паузы, она размышляла о заинтересовавшей её мысли. Правда, эта мысль, высказанная, выглядела довольно сказочно. Но девушка уже поверила, что Джарри смеяться не будет и что в этом мире и впрямь многое основано на вере.

Рассказывала она всё тише — с умыслом, что дети заснут, но дети на этот её почти шёпот реагировали совсем наоборот, глядя на неё с открытыми от напряжённого слушания ртами. И под конец сказки Селена пришла к выводу, что она вспомнила сказку явно не усыпляющую. Правда, её немного приободрило появление Джарри. Он сначала пришёл просто оглядеть детей. Но, послушав немного, сел у стены, обняв колени, и тоже, как дети, стал с вдумчивым интересом вслушиваться в странную, но чарующую историю.

Они немного обсудили историю — по-своему, конечно, по-детски. И только потом Селена совершенно неожиданно для себя сумела убедить детей спать, обронив, что есть ещё одна история про Маугли, но рассказывать её она будет завтра.

Ирма немедленно свалилась с закрытыми глазами на подушку, испортив эффект сонного вида страшным криком:

— Я уже сплю-у!!

Мика фыркнул и просто лёг, тут же бесшумно задышал. Колин натянул на ухо одеяло и свалился на подушку ничком, наблюдая за Селеной и Джарри, как из тайника.

— Спокойной ночи! — негромко сказала Селена и затушила единственную свечу.

Дверь в коридор открылась. Первым вышел маг. За ним — девушка.

— Джарри, — обратилась к нему Селена. — Обещай не смеяться…

— Обещаю, — серьёзно откликнулся маг.

— Во мне есть сила, о которой я знать не знала, — задумчиво сказала девушка, шагая по коридору прочь от детской спальни. — Но она есть, и ты показал мне основы использования этой силы. А может быть такое, что я видела нечто и это нечто могу сделать? Ну, не сразу, а после некоторых тренировок хотя бы?

— Не совсем понял, — признался маг.

— В нашем мире есть так называемые фильмы — записи историй типа той, что я сегодня рассказывала детям. Мы смотрим эти картинки и называем их кино или фильмы. Если я посмотрела такие картинки, где, например, дерутся люди, умеющие драться, в вашем мире можно сделать увиденное практическим умением? Моим личным?

— Ты хочешь научиться драться, как дерутся в твоих картинках? Кстати, у нас тоже есть такие записи, когда мы экранизируем истории. Над твоим вопросом я подумаю.

— Хорошо. Тогда у меня ещё один вопрос: если мы с тобой собираемся в эту ночь в городское кольцо поискать детей, которых видел Мика, как я буду завтра выглядеть? Я же буду сонная и не смогу ничего делать.

Они оказались внизу, на первом этаже, и маг недоумённо спросил:

— Разве в вашем времени не умеют сворачивать личное время на сон?

— Как это?

— Ну, спишь час, а мозг отдыхает восемь часов.

— Ничего себе, — изумлённо пробормотала Селена. — Такое возможно?

— Конечно. Могу показать. — Джарри привычно это прорычал и вдруг осёкся. Быстрый взгляд из-под капюшона. И вдруг поднёс ладонь ко рту и снова спрятал предмет, который помогал ему рычать. После чего быстро осмотрелся и взглянул на девушку. — Я… хочу пригласить тебя в домик-сторожку. Ты… понимаешь? И я никогда никого не принуждал. Я умею себя сдерживать. Всё-таки я боевой маг. И нас этому учили, но…

— Джарри… — Он резко замолчал. — С тех пор как мы стояли у дракона-сторожа, я постоянно думаю о твоих словах. — Девушка выдохнула и сказала: — Джарри, я не просто понимаю. Я принимаю твоё предложение… Ну… В гости… В сторожку.

Он сдёрнул с головы капюшон, всмотрелся в её глаза. Она стояла немного напряжённая, хотя то и дело заливалась румянцем…

— Поэтому ты вспыхивала… — прошептал он.

В следующее мгновение она пискнула: маг подхватил её на руки и быстро вышел из дома, плечом небрежно толкнув дверь. Обернувшись на хлопнувшую дверь, она тихо засмеялась: он нетерпелив — этот боевой маг, замаскированный под злобного тролля!

10

Сначала она чувствовала себя самой желанной добычей какого-то самого настоящего пирата. Это когда Джарри пинком открыл плохо закрытую дверь в сторожку, пахнувшую на них застоялым ароматом сушёных трав, и спустя пару поспешных шагов быстрым и сильным движением опустил её на какие-то тряпки, небрежно брошенные поверх охапки сена.

Потом она почувствовала себя самым вкусным и самым последним на свете мандарином: маг нетерпеливо щёлкнул пальцами, после чего на дощатых стенах сторожки затеплились свечи, и под их подрагивающим пламенем Селена буквально две секунды спустя обнаружила, что полностью раздета. Мелькнула даже смешная мысль: а точно ли Джарри — боевой маг? А вдруг он маг из грабителей?

А потом… Мгновения она чувствовала себя сокровищем, которое похищено для самого скупого на свете богача, потому иначе его нельзя приобрести. И теперь этот богач жадно любуется им в самых тайных подвалах своей сокровищницы… Это Джарри, раздев её, встал над нею (чтобы не сбежала?) на коленях, сдирая с себя одежду и ни на миг не отрывая взгляда от её тела. И она смотрела — затаив дыхание от восторга и некоторого страха: его тело — великолепно! Тени и свет пламени сверху словно омывали широкие плечи, лаская очертания напряжённых мышц склонившегося над нею воина — в чём теперь сомнений не оставалось. Последнее, что она отчётливо ощутила: его ладони осторожно въехали под её плечи, обнимая их и приподнимая её; в его глазах полыхнул промельк оранжевого огня сверху, и его горячие сухие губы выдохнули ей в рот странные слова, которых она не поняла, но шелест которых пронизал всё её тело и заставил её застонать…

… Щепка в тёплом море, бушующем во время шторма…

… Щепка, у которой вдруг появились паруса…

… Нет, крылья…

… И тёплый ветер, несущий лёгкий, изящный кораблик к высотам грозных волн…

… И волны, подхватывающие кораблик, вздымая его к прекрасным небесам, блистательным от сверкающих молний…

… И яростно взорвавшееся солнце, чья сила превратила кораблик в громадный корабль!..

Когда она очнулась от взрыва сверхновой, когда почувствовала себя расслабленно придавленной его сильным, тяжёлым телом, она попыталась собрать остатки мозгового вещества и понять: почему? Почему она согласилась? Эта мысль постепенно выбиралась из трясины чувственного эха, которое всё ещё продолжало внутренне покачивать её тело. Выбираться трудно. Головой Джарри лежал чуть выше её плеча, и она, даже не пытаясь улыбаться — улыбаясь только внутренне, слушала и чувствовала его тёплое дыхание в её ухо.

Думай же — усмехнулась она.

Незнакомый мир. Хотя она и чувствовала себя в нём постепенно привыкающей к его реалиям, но внутреннее ощущение опасности оставалось. И страх — за детей, которые ей доверились. Наверное, сработало подспудное убеждение, что, как только она и он станут близки, он будет чувствовать ответственность за неё… А значит, за детей тоже? Это как животное, звериное убеждение: волчица с волчатами нашла одинокого волка, который вроде готов взять на себя не только отношения с ней, но и тяготы воспитания и выращивания волчьего выводка.

Господи, о чём она думает…

А вот думает! Он сильный. А она хоть не привыкла прятаться за чьей-то спиной, но чувствует себя уютней, если можно опереться на чью-то сильную руку. Особенно в трудный момент. А вся её жизнь здесь с появлением в этом мире — трудный момент и есть. И ещё повезло, что его потянуло к ней… Пусть и чисто физически.

"Нет, правда, о чём я думаю…"

"А ты не думай", — словно предложили со стороны.

А если не думать, то что делать?

"Что хочется", — железно ответили ей.

А что хочется? Она усмехнулась. Хочется… Она завозилась, вытаскивая руку, слегка придавленную его телом. Точней — завозилась, и Джарри среагировал на её желание вытащить: чуть приподнялся и снова лёг. Молча. Будто предупреждая: "Не выпущу". Ну и не надо. Она подняла руку — звякнули браслеты на кисти — нащупала его шею, горячую и сильную, потом голову и запустила в его густые волосы пальцы. Погладила. Она почувствовала, как сжался от внезапной ласки его живот, но сам он промолчал.

Мужчина. Она даже не знает, сколько ему. Но наверняка старше. Ей-то двадцать семь. Несколько лет назад был у неё, как она считала, роман. С парнем из соседнего двора. Они быстро сошлись. Его родители часто уезжали в заграничные командировки, а он учился. Так что было место, где можно часто встречаться. Тайно. И слава Богу, что тайно. Любовь… Смешно сказать, что любовь. Влюблённость — скорее. И прошла эта влюблённость как-то незаметно: ему некогда, ей тоже. Прошло полгода — и при встречах они кивали друг другу, как хорошие друзья. Ни обид, ни разочарований. Что ж… Было и было. Страницу перевернули — и стали жить дальше. Как будто дружили, а потом стало… постыло?

Но сейчас… Это не любовь. Наверное… Вот они лежат сейчас. А ей всё чудится, что стоят — и он не рядом, а чуть впереди, и она за его спиной, положив руку не на голову, а на плечо. Потому что так надёжней.

Её пальцы ласково скользнули по его голове, и Селена машинально отметила, что под пальцами ощущается что-то неровное — шрам? Его ударили по голове? Наверное, да. Маг-то боевой. Он сказал — маг сопровождения. У них тут и такое бывает? Интересно, а что это? Что-то вроде телохранителей? Тогда уж охрана. Раз боевой-то…

Она, сама от себя такого не ожидая, напряглась чуть поднять голову и тихонько потёрлась щекой о его щёку. "Мне этого тоже хочется…"

Он привстал над нею, опираясь на руки и снова вглядываясь в глаза.

— Не пожалела? — спросил глухо.

— Ни капельки, — легкомысленно ответила она и улыбнулась. — Если бы я заранее знала, что ты будешь так здорово учить меня часовому сну, который заменяет восемь часов… — Она тоже привстала осторожно — и сама легко коснулась губами его ждущего рта.

Джарри, сев на колени, снова положил ей на спину ладонь и некоторое время держался сам, пока она его целовала, но выдержки хватило ненадолго: он снова опрокинул её на примитивное ложе…

А потом снова лежали, и она думала о странном: он сильный и здешний. Она слабая женщина и чужестранка — по сути-то. Но… почему она его жалеет?

Когда они оделись и вышли, у Селены перехватило дыхание: вся деревня светилась от развешенных, казалось бы, в ночном воздухе новогодних фонариков!

— Что это?!

Джарри опустил было глаза, но довольного выражения лица скрыть не мог.

— Мы наполнили защиту такой силой, что она восстановилась полностью.

— Ничего себе, — прошептала девушка, осматриваясь и невольно улыбаясь. "Развешенные" фонарики светились мягким жёлтым сиянием.

— Времени мало, — сказал уже деловой и собранный маг. — Надо быстро приготовиться к поездке. В поездке же покажу, как спать этот час. И можешь поспать в машине, чтобы не терять времени. Мика сказал — те дети, без взрослого, справа от моста? Будем искать именно их.

— А как?

— У меня есть поисковик. — Он мягко улыбнулся. — Полностью заряженный.

— Интересно… — Селена взглянула на него, и с языка сорвалось: — Джарри, если ты так легко подъезжаешь к городу, почему ты не вернёшься туда? Я-то думала, что ты от деревни не можешь далеко отъезжать, а ты…

— Я… совершил преступление, — ровно сказал Джарри. — Я не могу вернуться.

"Потерял своего подопечного?" — Селена с трудом удержалась, чтобы не спросить его об этом. Но, подумав, решила, что не права. Он же сказал, что он маг сопровождения. А это наверняка значит, что он был не один. Но правда — что случилось? Жаль, что они мало знакомы. Может, тогда маг доверился бы в сокровенном.

Кстати, она перед самым выездом обнаружила, что жители этого мира пользуются и огнестрельным оружием: Джарри, привычно одетый в нечто, вроде короткого плаща, поверх него опоясался ремнями, в кобуры которых вложил два предмета, похожих на пистолеты. Патроны к ним рассовал по карманам. Ей же вручил хороший такой нож, правда пробормотав при этом, что надеется: всё обойдётся без оружия. Затем внимательно заглянул ей в глаза, кажется, беспокоясь, не напугал ли её.

Пока он выводил машину, Селена сбегала на кухню, к домовым: те быстро нарезали мясо короткими полосками и вложили во что-то пластиковое. Девушка быстро рассовала продукт по карманам. У самой двери Веткин торопливо окликнул её и дал с собой питьевую воду во фляжке. Всё. Дорожный провиант готов.

Потом сбегала за своей курткой и, надевая её на ходу, подумала, что нужно бы разобрать ту кучу вещей, которые принесли изо всех домов гномы-домовые. Может, там найдётся что-нибудь на смену её многострадальной куртке. Да и об обувке подумать надо. Много здесь в ней не побегаешь…

Прежде чем отъехать от дома, маг обошёл машину и будто огладил её ладонями, замкнув вокруг неё видимое теперь для Селены тёмно-зелёное свечение наговора безопасности. Фар не включил. Так — тёмной тенью в тёмной ночи — и поехали.

По дороге к мосту Джарри объяснил, как нужно спать, коротко, но высыпаясь.

— Поняла. Если завтра будет возможность, я лучше посплю в тихий час, а сейчас лучше буду бодрой — мало ли… Как-то раз я читала "Записки военного хирурга", — задумчиво сказала Селена. — Он рассказывал, что в затишьях между боями он спал семь-восемь минут — и этого ему хватало на активные сутки. Методики, как твоя, он не знал, но погружался в глубокий сон без сновидений.

— У вас тоже бывают войны?

— Есть.

— Селена, ты говорила, что за пределами деревни можешь связываться с тем, кто называет себя Координатором. Попробуешь сейчас?

— А что ему сказать?

— Ты женщина. — Она услышала в его голосе улыбку и пожалела, что не видит его сейчас в темноте. — Ты любопытна и нетерпелива. Спроси его, нашли ли они того человека, которого ты должна привести к ним.

— Я женщина, — согласилась она. — И любопытна. Зачем тебе это?

— Попробую засечь этого твоего Координатора и выяснить, с которой он стороны.

Вот тут Селена испугалась.

— Ты думаешь, он может быть магической машиной? Но, чтобы перетащить меня, в меня вцепилась звериная лапа!

— Это может быть иллюзия, — коротко сказал Джарри.

"Эй, Координатор! Твоя протеже требует с тобой связи! Ты появишься со мной поговорить? Нет?" И девушка с любопытством прислушалась к пространству. Но почти ровно гудел мотор машины, что-то изредка из-под колёс вылетало с треском, а то и слышался свист и шорох мелкого камня… На всякий случай Селена ещё раз повторила "запрос". Тишина.

— Нет. Не откликается.

Джарри промолчал, а она снова начала размышлять о том, что им предстоит. Ну ладно. Найдёт маг с помощью магического поисковика детей. А вдруг они улетучатся? Она сразу представила голубиную стаю, которая вдруг одновременно срывается с места… Нет, голуби не подойдут. Представить, что голуби — это дети, сложно. Скорее — воробьи. Она даже увидела это: вот воробьишки прыгают на дороге — и внезапно стаей срываются с места, едва их что-то напугает или насторожит!

— Почему Мика сказал, что они мгновенно исчезают?

Она не сказала, кто — они. Но, кажется, Джарри тоже думал об этом. Почти машинально он откликнулся:

— Мне кажется, Мика не разглядел среди них взрослого. Так бывает — ну, пропадает большое количество народа, когда рядом есть сильный маг — мастер иллюзий. Он отводит глаза любому со стороны, представляя дело таким образом, что дети исчезли. На деле же они, конечно, остаются на месте.

— А вампиры и оборотни — они маги? Не знаю, как точней выразиться…

— Нет, они сами по себе магические существа, но обладают только присущей их расе способностями — небольшими. Тем более с мальчиком, с Микой, вряд ли кто занимался, если он говорит правду, что жил с отцом-человеком. У нас тоже не все развивают способности. Селена, мы подъезжаем к мосту. Мне придётся оставить машину здесь, а дальше — пойти пешком. Не забывай о кольцах и браслетах. Но используй силу только тогда, когда я скажу.

— Почему? — немедленно спросила Селена, самой себе сразу напомнив Ирму.

— Я лучше вижу ситуацию.

Здесь она спорить с ним не могла. Он и правда лучше видит. Во всех смыслах.

Некоторое время они ехали молча. За всю дорогу Джарри только раз свернул на обочину, к горе сломанных деревьев. Селена даже услышала, как заскребли ветки по машине, когда он поставил её вплотную к стволу. А потом, когда мотор заглох, она расслышала, как сверху что-то пролетело, обдав зашелестевшие деревья и машину пылью и мелким камнем. Потом, выждав, Джарри снова свернул на дорогу.

Что это было? Демоны? Те самые магические машины?

Делать в дороге почти нечего, разве что смотреть в тёмное ничто невидимой дороги, наверное, поэтому постоянно возникали вопросы: почему он взял её с собой? Ведь теперь он от Мики знает, где именно, примерно, ютятся дети? И вообще… Зачем ему-то это именно нужно: ехать за детьми? И потом. Ночь ведь. Ну, ладно — поздний вечер. Не слишком ли позднее время для детей, чтобы искать их на улицах?

— Джарри, я примерно вижу в воображении, что собой представляют магические машины. У нас есть самолёты, вертолёты. Но откуда взялись Ночные Убийцы?

— Они — производное самих машин. Машины пытаются взять наш город измором и для осады создают своих чудовищ.

— Так они не живые?

— Это — магия. Ночные Убийцы, как и другие монстры, — живые, но искусственные.

Другие монстры… Она содрогнулась от ужаса непознаваемого, что ждёт их впереди, а потом вздохнула: не хотелось бы, чтобы Джарри заметил, как она испугалась.

Он остановился, предварительно спустившись на обочину, и снова обошёл машину, на всякий случай укрепляя защиту вокруг неё. И только после ритуала на маскировку и охрану разрешил выйти Селене. Он открыл дверцу и протянул ей руку. Она решила, что он галантен. Вот только когда она взялась за его ладонь, он крепко сжал ей руку и сильно дёрнул её к себе. Обнял и властно поцеловал. И сразу стало понятно, что она и в самом деле права: он будет всегда на шаг впереди. Потому что сильней. Потому что мужчина.

— Увидишь дорогу под ногами?

— Не знаю, — неуверенно сказала девушка.

Маг молча повернулся к ней и осторожно провёл кончиками пальцев по её глазам.

— Как?

— Вижу. Не очень, конечно, но пройти смогу.

— Запомни — это ненадолго. Когда ночное зрение ослабнет, скажи.

Не размыкая пальцев вокруг её кисти, Джарри повёл её к мосту.

На этот раз переходить мост было проще. Во-первых, она уже не боялась (почти), зная, что находится под защитой человека, который вооружён не только огнестрельным оружием. Во-вторых, она и сама неплохо вооружена — Селена усмехнулась. Да и видела теперь не в пример лучше, чем тогда, когда переходила мост вместе с мальчишкой-вампиром. Мост теперь как будто светился, а тени от предметов подсказывали их появление гораздо отчётливей.

Запахи сразу напомнили девушке её первое появление здесь. Даже нога заныла, хотя синяки быстро пропали ранее. Памятуя о тогдашней дороге, она спросила тихонько:

— А почему мы не поехали днём?

— Машинные демоны ночью летают меньше.

— Ясно.

Прислушиваясь к звукам под мостом, Селена невольно ожидала услышать тот предсмертный крик, который уже слышала, идя с Микой. И сама себе усмехалась: может, тогдашний охотник ещё спит? Или охотится в другом месте?

Поглядывая на высокие здания впереди, она думала о том, как странно идти к мёртвому городскому кольцу, внутри которого прячутся люди и шастают чудовища; где одни пытаются выжить, а другие прокормиться… Джарри чуть отодвинул её к перилам, заросшим оплетающей их травой, — почти на выходе с моста. Кивком и удерживая за рукав, показал ей остановиться.

— Что?

— Поисковик.

В его руках оказалась очередная странная для Селены штука. Шар, похожий на чищеный мандарин (она снова усмехнулась). Маг чем-то щёлкнул снизу, и лепестки "мандарина" медленно раскрылись, а из середины высунулась змеиная головка.

— Селена, вспомни детей в деревне.

Девушка мгновенно вспомнила детишек, игравших в теннис. Змеиная головка вопросительно уставилась на неё. Девушке даже показалось, блеснули призрачно-зелёные глазёнки. Джарри тихо сказал:

— Это — дети. Справа от моста должны быть такие маленькие люди. Ищи.

Змейка немедленно обернулась к берегу справа и зашипела. Затем медленно начала раскачиваться, равномерно водя узкой головой по сторонам.

— Есть. Селена, последнее. Дай мне твой волос.

Девушка сначала не поняла, потом выдернула волос из "хвостика", протянула ему. Джарри намотал волос на какую-то булавку и воткнул её под "лацкан" своего плаща.

— Теперь, что бы с тобой ни случилось, всегда буду знать, где ты. — Он взглянул на поисковик. Тот замер змеиной головой в одном направлении. — Пора.

"Ничего себе — компас на человека!" — успела подумать Селена, торопясь следом за магом. Взявшись за руки, они пробежали остатки моста и выбежали на дорогу. Она оказалась достаточно ровной, чтобы по ней бежать некоторое время. Затем Джарри приутишил бег и ещё минут через пять перешёл на ходьбу. Невольно стараясь идти рядом, совсем близко к нему, Селена насторожённо озиралась то на дома слева, то на разбегающиеся по сторонам дороги и дорожки. Слева город чувствовался лучше и опасней: хоть и немного, но по его стороне росли деревья и кусты, казалось, скрывающие всё на свете. В том числе и опасность. Во всяком случае, Джарри достаточно часто поглядывал именно туда.

Вскоре он в очередной раз глянул на поисковик и тихо проговорил:

— Теперь идём совсем тихо. Через улицу — движение.

Они обошли один дом, осторожно, чуть не на цыпочках, подошли к следующему.

Заглянув за угол, Селена увидела довольно чистую улицу. То есть дорога перед этим домом была расчищена от машинных завалов, да и травы на ней виднелось не очень. И — тени, лёгкие и быстрые, то и дело пробегающие перед домом, подсказали, что здесь и в самом деле бегают дети. Прислушавшись изо всех сил, девушка различила неясные голоса и даже тихий смех… Обернулась к Джарри: и что дальше? Если к ним подойти — вдруг исчезнут?.. Маг, почему-то очень встревоженный и напряжённый, вглядывался в происходящее на улочке перед домом и дышал ртом, как будто ему не хватало воздуха.

— Джарри, — почти прошелестела Селена.

— Распусти волосы и иди к ним, — прошептал в ответ маг.

Несколько секунд девушка переваривала его предложение. Сообразила: при виде одинокой женской фигуры дети вряд ли сильно испугаются. Если даже сбегут — потом выйдут снова, и она сможет с ними поговорить.

Селена сняла с "хвостика" резинку и помотала головой. Снова замерла, выглядывая из-за угла. Повернулась к магу. Джарри погладил её по волосам и легко поцеловал. Секунды… Вздохнул:

— Не бойся… Я — рядом.

Напомнив себе, что на ней кольца и браслеты и не стоит об этом забывать, Селена шагнула из-за угла.

Наблюдение Мики оказалось правильным: маленькие фигурки застыли на дороге при виде приближающегося незнакомого человека — и вдруг пропали. И воображаемая картинка самой Селены оказалась справедливой. Это и в самом деле походило на движение перепуганной воробьиной стайки… Девушка неуверенно остановилась, а потом пошла дальше, затаив дыхание — думая: неужели они и правда где-то здесь же, на дороге? Только спрятаны, благодаря чьей-то магии?

Она уже прошла пару подъездов, приближаясь к подъезду, перед которым бегали фигурки, как вздрогнула: они начали появляться! Джарри прав: среди них — маг с даром создавать иллюзии!

Они медленно зашагали к ней, видимо уже не боясь одинокой фигуры.

Внезапный пронзительный детский крик взвился к небу и оборвался. Селена схватилась за сердце, когда одна из близко идущих фигурок вдруг резко ушла под землю. Остальные застыли, словно не понимая, что происходит…

Сердце раскачалось тревожным колоколом…

Неожиданно асфальт под ногами дрогнул. Что-то железно обхватило ноги девушки — и она только раз успела вскрикнуть, как её дёрнули в землю.

11

Задирая до боли куртку к голове, почти стаскивая её с тела, нечто стремительно тащило Селену под землю. Ей оставалось только одно: крепко закрыв ладонями лицо, не давать разодрать и его, пока её тащат по осыпающейся земляной норе, бешено волоча боком и обдирая всеми подземными корнями и камнями. Сначала она кричала, потом мычала от животного ужаса, а потом, видимо, равномерное, пусть и быстрое движение привело её в себя. Она поняла, что её тащат всё ниже и ниже, и инстинктивно испугалась за дыхание, начала приводить его в порядок, чтобы успокоиться и дышать, не так полно хватая ртом воздух, которого, кажется, вот-вот не будет.

Руки, скрытые рукавами, почти не тронуло. Разодрало только ладони, потому что тащили, ухватив за ноги. И то лишь сначала. Как вывернутая куртка оказалась на голове — сразу легче стало. Лишь ладони горели на пальцах… Движение было сильным и монотонным, и она уже ничего не ожидала, когда вдруг её бросили в пустоту. Просто: железные тиски на ногах резко разжались. Снова вскрикнула, взмахнула руками и рухнула куда-то — в яму?

Не яма. Съехала немного по наклонной плоскости — явно искусственного происхождения, и с небольшого трамплина снова грохнулась ниже. Удержаться не смогла, проехалась кувырком и врезалась во что-то мягкое, что испуганно пискнуло.

Со страху сама попыталась зацепиться хоть за что-то — упёрлась пальцами в пол. Но тело уже остановилось. Больше ни покатых плоскостей, ни то, что тащило, вцепившись в ноги.

Головой всё ещё во что-то мягкое, тёплое. Живое — охнувшее, когда в него врезались. Осторожно приподняла голову, чтобы никого не задеть. Не задела, хотя рядом слышала сопение перепуганного существа. И это перепуганность постепенно успокоила. Села, прислушиваясь к темноте.

Не успела ничего сказать.

— Ух ты! — сказал кто-то — тот, в кого она врезалась. Сказал совсем рядом, и она вздрогнула, когда до её руки дотронулись. — Сколько у тебя всего!

— Чего — всего? — только и откликнулась Селена.

— Колечек и браслетов, — почти ласково сказал мальчишеский голос. Судя по интонациям и звуку — мальчишке где-то, примерно, как Мике — лет семь?

— Ты видишь? — изумилась девушка, пытаясь разглядеть свои руки — не то что пальцы или кольца на них.

— А ты нет? — ярко удивился мальчишка. — Ребята, представляете, у неё столько силы, а она не видит ничего!

— Коннор, ты бы лучше придумал, как нам отсюда выбраться, — всухую всхлипывая, сказал кто-то, сидящий чуть подальше.

— А чего придумывать? Вот же свалилась! — засмеялся мальчишка. — Зря, что ли? Сейчас и вытащит!

— Ты Коннор? — вздохнула девушка. — Я Селена. Прошу прощения, только я вытащить вас не смогу.

— Почему? — удивился Коннор. — Ты такая сильная с этими штучками!

— Знаешь, Коннор, такое впечатление, что ты посильней меня будешь. Я… Понимаешь, я начинающая и пока ничего не умею.

— Вызови того, с кем пришла, — снисходительно сказали из темноты, и Селена обмерла. — Пусть он тебе поможет. У вас же связь есть.

Очнувшись от шока, девушка выдохнула и спросила:

— А где мы?

— В машине. В магической.

— И ты так спокойно говоришь, что нас поймала магическая машина?

— А ты боишься?

— … Боюсь. Я в ваших краях недавно. Ещё… не привыкла. К такому.

— Да ничего страшного. Эта тупая дура ловит, а потом выбраться легко. Только порвать в одном месте. И чтобы она успела подняться ближе к поверхности.

И тут Селена сообразила: чтобы заручиться поддержкой и уговорить ребят поехать с нею и с Джарри, надо бы обратиться к этому весёлому и бесшабашному мальчишке. Кажется, его здесь слушают. Но как заставить его принять её помощь? А просто!

— Коннор, для меня набранная сила — бесполезна. Возьми, сколько надо, и вытащи нас отсюда, — тихо предложила девушка. — А то мой спутник, возможно, даже и не знает ещё, что меня машина утащила. Он за два дома был от меня. Пока дойдёт, пока поймёт, что случилось… Как? Возьмёшь?

— И тебе не жалко?

Девушка быстро поснимала кольца и браслеты. Так, судя по звукам близкого разговора, она сидит нос к носу с мальчишкой.

— Подставь ладони.

И — застыла: перед нею из темноты появились сияющие маленькие ладошки, сложенные горстью. Оправившись от изумления, Селена высыпала в подставленные ладони все кольца и браслеты.

— Хм… Теперь и ждать не надо, что эта дура поднимется, — весело сказал мальчишка и позвенел возле своего уха спрятанными в ладонях побрякушками. — Эй, народ! Глаза закрыли!

Почему-то Селена поверила. Поверила истово и яростно, что этот самоуверенный мальчишка не просто смеётся, а смеётся, как сильный человек, который может!

А Коннор навешал все её браслеты себе на руки, унизал все свои пальцы её кольцами и сжал кулачки. Всё это Селена разглядела, как будто его руки двигались во флуоресцентном цвете. Перед его лицом вдруг взвилось пламя — мальчишка держал его тремя пальцами, как мелкую вещичку. Девушка увидела широковатое улыбчивое лицо под копной тёмных волос, насмешливые глаза, а потом Коннор повернулся и отдал — легко! — огонь кому-то позади себя.

— Держи. Сейчас начнём выход наверх.

В засиявшем пламени девушка насчитала шестерых за спиной вставшего Коннора. И все не выше него. Господи, какие же они маленькие…

— Коннор, а тебе хватит её силы?

— Мне бы и своей хватило, — мальчишка с озорной улыбкой обернулся к Селене, — но раз предложили, не откажусь.

Он стоял, чуть пригнувшись: в этом "рукаве" — в длинном низком коридоре девушка могла только сидеть или передвигаться чуть не на коленях.

Некоторое время Коннор стоял, сжав кулачки перед грудью и не двигаясь, как будто набычившись, — так низко вынужденно опустил голову. Потом медленно поднял руки кверху. И стал до ужаса похожим на атланта, который поддерживает крышу какого-нибудь старинного здания. Селена опустила глаза и прикусила губу: босой. Ну да — лето, это она помнит, но лето холодное. Или она привыкла к слишком хорошо одетым городским детишкам? Ведь Мика тоже босой…

Звякнули браслеты. Девушка обратила внимание, как расположены ладони мальчишки: они и в самом деле пластались на "потолке" машины. И внезапно… Нет, это, наверное, только кажется! "Потолок" начал подниматься! И вскоре Коннор стоял вытянувшись — уже не поддерживая, по впечатлениям, а пытаясь дотянуться.

Под ногами дрогнул "пол".

Девушка покосилась на остальных шестерых. Те сидели так, словно готовы были в любой момент прыгнуть с пола. Неужели они и в самом деле не впервые попадают в эту машину? Неужели и впрямь этот мальчишка Коннор их не впервые выручает?

Теперь уже дрогнул не только пол. Стены заходили ходуном, будто мягкий гофрированный пластик. Мальчишки напружинились, а Коннор стоял жёсткой статуей. Чуть не раскрыв рот, Селена наблюдала, как мерцают на его пальцах кольца.

Это мерцание было очень активным. Сначала пошёл ровный, чисто белый цвет, режущий глаза, потому что постепенно переходил в монотонно голубой. Затем мерцание обрело разноцветье — и этот переход совпал со странными волнами по полу. И уж совсем Селена застыла, когда услышала нарастающее, на одной ноте гудение. Долго смотрела на мерцающие кольца и браслеты, прежде чем поверила, что гудят именно браслеты.

— Держись! — крикнул Коннор.

"Чрево" машины начало вздыматься. Если сначала девушка недоумевала, почему им надо держаться, то сейчас воочию увидела: стены "чрева" начали сближение. Мальчишки немедленно отползли к Селене — сесть вокруг неё, в середине "чрева". Собственно, даже не к ней, а рядом, потому что она сидела рядом со стоящим Коннором.

Мальчишка оглядел всех с улыбкой и внезапно снова сжал кулаки, словно собираясь грохнуть ими по потолку. Но не грохнул. Упёрся в него.

Кольца вспыхнули взрывом разноцветного огня, а одновременно с этой вспышкой Коннор вдруг заговорил. Селена не понимала ни слова. Как не понимали и мальчишки, сидевшие у ног Коннора. Она сообразила, что они не знают этого языка: они всё поглядывали наверх, на своего (так она поняла) предводителя.

А дальше… дальше их всех чуть не раздавило. Потолок и пол попытались соединиться. Мешал только Коннор, властно что-то говорящий на чуждом, как показалось Селене, языке… И — началось стремительное движение вверх, как и обещал мальчишка.

Потолок и пол больше не пробовали соединиться. Они только подрагивали, причём так, словно пол вообще не успевал за потолком, тянущимся кверху. По небольшому головокружению Селена поняла, что скорость машины довольно большая.

Коннор внезапно будто ударил кулаками по сторонам.

Тишина. Машина остановилась. Потолок даже словно осел.

Медленно выпрямились пальцы в кольцах. Мальчишка снова поднял пальцы "веером" а потом снова развёл руки в стороны. Треск сверху заставил девушку подпрыгнуть. Она подняла глаза вовремя, чтобы увидеть, как рвётся потолок: трещина превращается в дыру и расширяется.

Коннор подпрыгнул и вцепился в один более-менее свисающий край трещины. Новый треск — и край оказался довольно сильно расширен. Мальчишки повскакивали и тоже, подпрыгивая, начали вцепляться в край, отдирая его книзу. Немного испуганная Селена (а вдруг машина взбунтуется?!) поднялась с коленей и принялась помогать им: если уж они так уверены в своём Конноре…

— Подсади! — велел ей Коннор, протягивая к ней руки.

Она подсадила его на край потолка легко: за последние два дня натаскалась живой тяжести. Едва его ноги съехали на ту часть, внешнюю, он тут же протянул руки к остальным:

— Давайте, пошли!

— А машина… — робко начала девушка.

— Она мёртвая, — легко объяснил Коннор и вцепился в руки первого из компании.

— Давай сама, — вздохнула Селена. — Ты там принимай, а их к тебе поднимать буду.

— Давай.

Вскоре они все вместе стояли на улице. Девушка наконец смогла рассмотреть, что за машина их заглотала. Громадный пылесос. Больше, наверное, не с чем сравнить. Мягкий такой, пластиковый пылесос в два человеческих роста — теперь, когда его Коннор раскурочил. Только шлангов несколько штук. То есть к образу пылесоса можно добавить образ осьминога. И вот это втянуло их всех семерых под землю, пока Коннор всех не вытащил на поверхность? Уф… Жуть. Девушка передёрнула плечами.

— Наши вон там, — тихо сказал один из мальчиков, дёргая Коннора за рукав куртки и указывая вперёд.

— А где твой… спутник? — спросил мальчишка, с неохотой снимая кольца и браслеты Селены и пересыпая в подставленный карман куртки.

— Он был… — Она повертела головой и кивнула на соседние дома. — Там.

— Коннор, там что-то светится, — встревоженно сказал тот мальчишка, который дёргал его за рукав. — И светится синим. Может…

— Она нам помогла, — возразил Коннор. — Пошли. Хоть посмотрим, что там.

Селена подумала, что мальчишка слишком доверчив или легкомыслен: не быстро ли, не легко ли он согласился посмотреть на следующего незнакомца? Или он чувствует себя настолько сильным магом… Опа! Маг?! Неужели именно этот мальчишка Коннор и есть тот мастер иллюзий, который закрывает всю стайку мальчишек, когда они сбегают?!

За время размышлений о мальчике успели дойти до второго дома, откуда Джарри провожал Селену.

— Ну и где он?

— Был за этим домом, — сказала девушка, оглядываясь. — Если хотите вернуться к своим, возвращайтесь. Я сама его отыщу. Сейчас зайду за угол…

— Подожди, — теперь Коннор остановил её. — Ты сама сказала, что здесь недавно. Тут, в городском кольце надо быть осторожней. Знаешь про Ночного Убийцу?

— Знаю. Видела.

— И осталась жива?

— Мне помогли.

— Ладно. Вы стойте здесь, — обратился он к своим товарищам, — а я взгляну, что там, за домом. Если что — бегите отсюда. Пошли, Селена.

"Сначала мной командовал Мика, теперь — этот Коннор", — невольно улыбаясь, вспомнила Селена, хотя в душе червячок точил: где же Джарри?

В полной темноте, которой девушка теперь не боялась, они насторожённо обогнули угол дома — и замерли. С дома через дорогу сползал Ночной Убийца.

Агрессивный, газово-синий свет обволакивал здание почти полностью. Ночной Убийца уже сполз до самой земли. Но почему-то дальше не стекал.

Селена машинально сделала несколько шагов — и снова застыла.

— Он с ума сошёл, — почти движением губ прошелестел Коннор.

Ночной Убийца не спускался дальше, к дороге, потому что перед ним стоял Джарри. Вскинув руки в удерживающем жесте, он стоял так видимо напряжённо, что было понятно: именно маг не пускал чудовище к дороге.

И внезапно Селена сообразила: он ждал её и не заметил, как с дома за спиной начал сползать Ночной Убийца. А потом стало поздно убегать. Чудовище уже заметило его. И Джарри только и оставалось защищаться. Хотя бы с помощью магии.

— Что… — Коннор сделал несколько шагов вперёд, словно не понимая, что перед ним страшное чудовище, что это чудовище — людоед.

— Не ходи! — жарко шепнула Селена. — Убегай давай.

Мальчишка и побежал — вот только вперёд! К Джарри!

Девушка метнулась за ним — в попытке перехватить его и заставить уйти. Какое там! Мальчишка сам скользнул ночной тенью — и пропал бы в темноте, если бы не мрачное, угнетающе синее сияние от Ночного Убийцы. Он добежал до дороги между домами, на которой стоял Джарри, и встал рядом с ним. Джарри даже головы не мог повернуть — руки его дрожали от напряжения, с которым ему приходилось удерживать чудовище на месте.

Селена закрыла руками лицо, оставив только глаза. Случись что-нибудь с этими двумя, она окажется совершенно беспомощной. Не сможет сбежать от чудовища, а если и сбежит, не найдёт тех ребятишек, которыми командует Коннор. Темно. Место незнакомое… Господи, о чём она думает! Эти двое должны выжить и победить!

И она сжала кулачки — изо всех сил на счастье! На победу!

Было мгновение, когда ей показалось — Ночной Убийца всё-таки спустился до дороги. Но затем газово-синее покрывало откачнулось назад — и снова замерло, чувственно напряжённое, рвущееся — пусть и плохо видно глазу — к потенциальной добыче. Двое, высокий и широкоплечий — и маленький, не шелохнулись, оба в одинаковом жесте вытягивая руки к чудовищу.

И вдруг… Чудовище рванулось вверх — и упало! Упало так, как будто со стола слишком резко сдёрнули покрывало! И оно свалилось! Неожиданно!

Призрачно-синий пласт снова взлетел было кверху, к невидимому на высоте краю дома… Но даже добраться до него не смог: его снова словно сдёрнули. Неужели это сделали эти две чёрные фигуры на дороге?! Селена не могла поверить глазам! Нет, что Джарри — сильный маг, она уже имела представление. Но ещё и мальчик! Или она слишком боялась Ночного Убийцу? А не надо было?

Но вспомнила, как легко сожрало чудовище мотоциклистов. Как пряталась от него вместе с Микой, который и научил её бояться синее покрывало… И пришла к выводу: если всё будет хорошо, она будет очень активно заниматься магическими уроками, которые ей предлагал Джарри. И очень добросовестно.

Газово-синее покрывало медленно, но верно скукоживалось у стен дома напротив. А две фигуры, высокая и низкая, медленно шли — и получалось впечатление, что с каждым шагом мужчины и мальчишки Ночной Убийца мельчает и уменьшается в объёме.

Наконец угнетающее свечение погасло. Девушка ждала, затаив дыхание: неужели эти двое убили чудовище?

Не выдержала и побежала к ним. Оба резко развернулись на её быстрый бег.

— Вы оба сумасшедшие, — с трудом выговорила она, только-только понимая, как напряжена была все эти минуты. — Сумасшедшие!

— Селена! — со вздохом облегчения пошёл к ней Джарри и обнял её.

Но девушка быстро отстранилась. Странно. Мальчишка остался на месте. И стоит как-то полубоком. Судя по всему, посматривает на мага. Но почему он не приближается? Наконец задвигался — медленно, как-то сторожась… Но всё-таки пошёл к ним. Селена вывернулась из рук мага, который тоже довольно напряжённо всматривался в Коннора.

Мальчишка встал перед ним и будто чиркнул зажигалкой — снова пальцами намагичил огонёк. Джарри опустил руки, будто чему-то сильно поразился.

— Джарри? — чуть безразлично спросил мальчишка.

— Коннор!

Плевать хотел маг на огонёк на пальцах мальчишки! Он подхватил его на руки и сильно прижал к себе.

— Коннор… — выдохнул он и отстранил от себя мальчишку, снова и снова вглядываясь в его лицо.

А тот — смотрел странным дичком, будто пытался что-то понять для себя. И вдруг сам обвил руками шею мага и в голос заревел. И, заикаясь от бурного плача, лупил Джарри по плечам и кричал, несмотря на опасность на ночных улицах:

— Я думал — ты меня бросил!! Я думал — ты меня бросил!!

— Коннор, Коннор! — бормотал маг, обнимая его и гладя по спине. — Как я мог тебя бросить?! Я попал под Ночного Убийцу — сначала! Все наше сопровождение погибло! Я просто чудом жив остался, а потом, когда вышел из города, демоны налетели… Сам не понимаю, почему живой. Очнулся — деревня рядом. Дополз, видимо… Думал — ты погиб. Сколько выходил в город — искал. Всё надеялся… Хоть и думал, что тебя уже нет…

— Я не погиб! — вскрикнул мальчишка, снова отстранился, чтобы посмотреть в лицо мага. — Я тоже вас искал!.. Знаешь, как страшно было?!

Селена, изумлённая, оглянулась всё-таки на шорохи позади себя. Увидела тени. Что-то около десяти. Поняла, что это команда Коннора.

— Я не отпущу тебя! — насморочным голосом сказал мальчишка, всё сидя на руках мага. — Попробуй только сказать, что ты уйдёшь без меня!

— Попробуй только не согласиться уйти со мной! — в свою очередь властно сказал Джарри, прижимая его к себе и взглядывая на медленно окружающие их тени. — Ребята, сколько вас? Человек двенадцать?

— Да, — сказали снизу. — А вы всех нас заберёте с собой?

— У вас здесь есть дом, где вы можете жить?

— Нет. Каждую ночь меняем.

Полгода — подумала девушка. Они прячутся полгода. Тот срок, как Джарри живёт в деревне. Он сам так сказал. Это так страшно: менять каждый день место ночлега.

— Тогда перестаём реветь и идём к мосту, — сказал дрогнувшим голосом Джарри. — Мы живём в деревне. Вокруг неё сильная защита. Вам не понадобится искать ночлег на каждый день. Ребята, Коннор, вы согласны поехать с нами?

— Попробуй только без нас уехать, — шмыгая, проворчал Коннор. — Они все пойдут со мной, а значит, все поедут с нами. Зачем идти к мосту?

— Там у нас машина.

— Тогда спускай меня на землю и идём.

— Огонь потушить не забудь, — с доброй усмешкой напомнил Джарри.

Никто из команды Коннора ничего не сказал. Но по спокойному молчанию стало ясно, что мальчишки привыкли слушаться Коннора, хоть и были среди них двое повыше ростом и явно постарше. Кажется, сказалось, что, как маг, мальчишка был сильней остальных. И верховодил именно поэтому. А может, он был единственным среди них магом — подумала девушка. Ведь Джарри признался, что среди горожан есть и обычные люди.

Коннор вцепился в руку мага и, кажется, не собирался уступать места рядом с ним. Девушка решила не возражать. Как не возразила, когда две маленькие тени встали рядом с ней и взяли её за руки. Остальные пошли позади.

Больше Коннор не разговаривал. Селена ещё минут пять слышала, как он вздыхает от плача и шмыгает, а потом — лишь шаги и тяжёлое дыхание. Больше сочувствия ему, девушку теперь больше волновало другое: уместятся ли детишки в машине Джарри. Уместились. Чуть не друг на друге, но влезли в салон машины все. Маг вытащил огнестрельное оружие и отдал его Селене. Та сидела рядом с окошком. Насторожённые от неизвестности мальчишки притихли. Предстояло ещё добираться до деревни по открытой местности. И, если сначала девушка не очень страшилась нападения с воздуха, то теперь, когда к опасной поездке добавилась ответственность за малолетние жизни, она тревожилась.

12

До деревни повезло ехать спокойно. Почти. Остановились только раз. Из кабины водителя стукнули обе дверцы — и, по впечатлениям, с обеих же сторон одновременно и поспешно вылетели Джарри и Коннор. Секунду спустя снова стук — уже захлопнутых дверей. И быстрые шаги двоих, не по одному кругу обегающих машину. И только шёпот. Селена как-то стороной поняла, что они закутывают машину в магические заклинания. А ещё спустя минуты — оба влетели в кабину и замерли, не запуская мотора. По личным впечатлениям, машина пряталась на пустынной дороге…

Девушка, даже если б захотела, встать и выйти не могла. Едва все набились в машину, ей пришлось, кроме оружия, взяться ещё за один груз. Все мальчишки расселись по скамьям сбоку и напротив, а трое — на пол. Причём все трое оказались странно одеты — в какие-то не то халаты, не то балахоны — главным сходством была свобода одеяний. Селена пожалела самого маленького из сидящих на полу, пожалела, что он получает ногами от сидящих — ноги-то не у всех до пола не достают, и помогла залезть к себе на колени. А во время поездки, когда малыш заснул, он перекинулся. Так девушка выяснила, что среди мальчиков три оборотня. Правда, ещё чуть позже выяснилось, что среди этих трёх оборотней — две девочки… Селена немного испуганно подумала, как себя поведёт Ирма, а потом подумала, вспомнив обычное поведение волчишки: сейчас-то эти оборотни смирные и тихие. А что будет завтра? На свободе? Когда никто эту свободу не будет ограничивать — страхами перед чудовищами, перед голодом и бездомностью?.. И, обмирая от страха уже перед завтрашним днём, девушка твёрдо пообещала себе немедленно и вплотную начать заниматься магией. С этим маленьким и многорасовым народом магия — суровая необходимость.

Сколько длилась эта тишина, о которой детей даже предупреждать не надо: в кромешном мраке затаились все, — неизвестно, только внезапно, как будто резко включили на полную мощность радио, вокруг загрохотало. А потом грохот приблизился и превратился в самый настоящий рёв урагана.

Поневоле ссутулившись, Селена со страхом ждала чего-то ужасающего. Основания были: машину трясло всё больше и больше. Один раз она даже ощутимо повернулась, как будто вот-вот должна поехать, сворачивая с намеченного пути. Волчишка на коленях вздохнула после этого неожиданного, хоть и короткого движения, и уткнулась мордочкой в живот девушки. А через секунды после её вздоха — на ноги Селены словно навалили тяжести, мягкой и тёплой. Перекинулись остальные оборотни и облегли, обняв лапами, ноги девушки.

А рёв нарастал — и почему-то очень знакомый. Вскоре машина не просто дрожала — поскрипывая, она ещё и раскачивалась так, словно плыла по бушующему морю. Селена попыталась представить, как выглядит всё со стороны, и внезапно сообразила. Рёв. Он похож на звуковые записи торнадо, которые она смотрела по телевизору. Точно.

Грохочущий рёв скоро опустился на машину. Девушка оглохла: рук поднять не могла — держала дрожащую на коленях волчишку.

Ничего себе — у них тут демоны резвятся…

Она уже чувствовала себя растрясшейся на молекулы, когда грохот резко переместился и начал уходить. Кажется, Джарри и Коннор сумели хорошенько замаскировать машину, и демоны её не заметили… Прошло ещё минут пять, прежде чем пассажиры услышали рокот мотора, и машина двинулась с места. Правда, Селена всё ещё чувствовала, как её трясёт, как ноют зубы от мелкой дрожи…

Странно, но промелькнула мысль посреди всей этой катавасии: может, ещё раз попробовать связаться и поговорить с Координатором? И сама себе возразила: какой тебе Координатор? Сейчас бы с детьми посидеть спокойно, чтобы они не испугались, да подумать о том, что их всех ждёт дома, когда они заявятся среди ночи. Не напугались бы домовые. Хоть Веткин и предупреждён, но ведь он тоже вряд ли ожидает целой компании.

Крепко обнимая девочку-волчишку, которая всё ещё крупно дрожала, Селена быстро прикидывала: дом двухэтажный, на втором этаже из незанятых осталось три комнаты, но… Если среди двенадцати детей три оборотня — их надо в отдельную. Если среди оставшихся есть дети-вампиры или из других рас, то сколько же групп получается и на сколько комнат? Захочет ли Мика поделиться помещением, которое занял?..

Или… Придётся искать другой дом?

Ой… Если они приедут сейчас, среди глубокой ночи, помыть детей не удастся. Придётся их уложить грязными. А ведь они, наверное, ещё и есть хотят. Ну, ладно. Как поняла Селена, гномы-домовые не спят сутками — то есть вообще не спят. Детишек-то они накормят — кабана они всё равно съесть не смогут целиком, как бы ни старались… Но как же уложить их? В чистые постели не хочется, а положить детей на грязное — самой стыдно. И теперь ещё одна проблема. Для неё самой. Нет. Конечно, она уступит свою комнату, если понадобится… Но ведь теперь встречи с Джарри… Хотя есть его сторожка… Селена вздохнула. Не слишком ли много она думает о личном?

К деревне подъехали в глубокой темноте — Джарри фары так и не использовал. Сначала Селена удивилась: почему? Ведь деревня — вот она.

— Приехали, — сказал маг, заглянув в салон из кабины. — Выходите и ждите. Будем переносить по одному.

Вот оно что… Девушка забыла, что дети не могут сами войти в деревню, защищённую магией… Волчишка нетерпеливо шевельнулась на коленях Селены, и девушка спустила её на пол. Дети осторожно, с лёгким шорохом высыпали из машины. После чего Джарри завёл машину на территорию деревни и снова заглушил мотор.

Единственный, кого не понадобилось перетаскивать, был Коннор. Он оставался за деревенской оградой до тех пор, пока взрослый маг не взял на руки последнего. После чего мальчишка закрыл ворота, как будто не впервые это делал, и пошёл к машине.

Удивительно, но двенадцать детишек с предводителем оказались гораздо тише, чем трое старожилов. Гномы-домовые деловито показали коридор в столовую, и нежданные-негаданные гости немедленно отправились на позднюю, но сытную трапезу.

Правда, в самой столовой Селена пересчитала детишек по головам и убедилась, что одного нет. Не было Коннора. Наверное, он остался на время с Джарри — подумалось девушке. Она быстро вышла из столовой и направилась было в вестибюль дома. Ближе к повороту из коридора услышала голоса и остановилась в нерешительности. Что-то ей не понравилось в интонациях двоих спорщиков. Она неуверенно ступила ещё пару шагов и резко встала, услышав последнюю реплику.

— Попробуй только! — заносчиво сказал Коннор, кажется обернувшийся лицом к коридору, оттого и говоривший теперь отчётливей. В голосе уже не было того отчаяния, с которым он кричал недавно о брошенности. — Если только замечу — убью сразу. Даже предупреждать не буду.

— Ты — убьёшь? — с изрядной долей насмешки ответил Джарри.

После недолго паузы мальчишка ответил уже гораздо спокойней, но с каким-то превосходством:

— В конце концов, из меня делали именно убийцу. И, если начнёшь выполнять сказанное, ты спустишь его с поводка.

— Ты мне не оставляешь выбора, — уже жёстко сказал взрослый маг.

Снова пауза. Селена облизала пересохшие губы. Страшно. Страшный разговор, хоть и непонятный для неё. Снова спокойный голос Коннора:

— Ты мне — тоже.

— И что будем делать? Тупик?

— Пока поживём. Потом — посмотрим.

— Говоришь, как… — Джарри замолчал, но даже в первых словах прозвучала ощутимая печаль.

— Как человек, привыкший убивать.

— Человек? — серьёзно спросил Джарри. — Всё ещё человек?

От слов, равнодушно сказанных детским голосом, Селене проморозило сердце. На странные слова взрослого мага она уже не обратила внимания. Уже боясь услышать не только лишнее, но и опасное, она быстро затопала ногами и почти крикнула:

— Джарри! Коннор! Где вы?

— Мы здесь, — сказал Коннор, когда она вышла из коридора, вертя головой по сторонам, и пошёл ей навстречу, улыбаясь беспечной мальчишеской улыбкой. — А чего нас искала?

— Разве ты не голодный? Пошли. — Селена с облегчением протянула ему руку. Как-то машинально отметила, что он чуть задержался, подавая руку в ответ. — Надо поужинать, а потом спать. Домовые уже всё приготовили. Вы же устали! Надо выспаться. Поговорите завтра, хорошо?

Она сжала его горячую ладошку, чувствуя себя какой-то невыспавшейся.

Только что нечаянно подслушанный диалог выглядел абсолютно нереальным. Нелепым. Как из кошмарного сна. Может, поэтому она чувствует себя так.

Коннор улыбнулся ей снизу вверх и пошёл рядом по коридору.

Как припоздавших, их посадили у края длинного стола, за которым, негромко переговариваясь, ужинали дети. Теперь Селена, наконец, смогла рассмотреть Коннора, севшего напротив. Да, широковатое детское лицо, слегка прищуренные тёмные глазища. Лохматые, нечёсаные волосы. Ещё и курносый слегка. Дитя… Совсем ребёнок. Господи, но что же он говорил о себе в вестибюле?! Девушка с трудом проморгалась, чтобы прихлынувшие к глазам слёзы не прорвались наружу.

Перехватила какой-то предупреждающий взгляд Джарри — он присел в уголке кухни, рядом со столом, где домовые и ему поставили поднос с тарелками.

Почему они все такие странные и таинственные? Что с ними происходит? Кое-что Селена уже поняла. Но сначала она думала, что Джарри входил в охранное сопровождение Коннора, как сына какого-нибудь богатого рода. Ну, почти как в сказке. Сопровождал мальчика из пункта А в пункт Б. И в дороге что-то произошло, из-за чего Коннор потерялся, а сам Джарри, решивший, что мальчик умер, чуть не погиб. А теперь Коннор говорит… Говорит какие-то ужасы.

Домовые, непривычно деловые, подбежали к девушке.

— Леди Селена! Где нам спаленку для детей-то сделать? — спросил Веткин.

К ним нагнулся Коннор и кивнул.

— Привет, домашние. Вы нам на первом этаже какую-нибудь комнату выделите, настелите прямо на пол чего-нибудь. Эту ночь так и переночуем, а потом уже как хозяйка скажет. Только стелить будете — учтите, что мы все грязные, как сто чертей.

Домовые обернулись за подтверждением к девушке.

— Хорошо, пусть так будет, — согласилась она. А когда домовые убежали, она спросила активно жующего мальчишку: — А почему все вместе в одной комнате?

— Орать будут некоторые, — пожал тот плечами. — Нам ведь кошмары часто снятся.

И он снова взял с блюда перед ним кусок мяса и вцепился в него с наслаждением. А Селена снова заморгала, пытаясь прочистить зрение и понять: то, что она видит, существует? Или же у неё глюк такой? Кисти у мальчишки в тончайшей татуировке, изящные линии которой пропадают в рукавах. Но татуировка — это ещё не самое важное, что увидела Селена. Важным оказалось, что тату двигалась. Или это только чудилось?

— Коннор, — не выдержала она. — Извини за вопрос. Но татуировки у тебя какие-то странные. Они в самом деле двигаются?

В столовой застыла тишина. Дети прекратили есть и уставились на неё.

Мальчишка проницательно — чудовищно для выглядящего ребёнком — всмотрелся в её глаза, а потом обернулся к Джарри.

— Она в самом деле не отсюда?

— В самом. Появилась дня два назад, — отозвался маг.

— Значит, ты многого не знаешь? — задумчиво спросил Коннор. — Эти тату и в самом деле двигаются. Хочешь ещё что-нибудь узнать?

— Пока — нет, — заявила девушка. — Мне просто показалось, что у меня в глазах рябит от этих линий. И теперь я спокойна. Хотя, честно говоря, мне здесь придётся ко многим чудесам привыкать.

Дети зашевелились и вернулись к еде. А Селена, допивая компот, снова пыталась определиться с ними. Кроме двух волчишек, в команде Коннора оказались ещё три девочки в мальчишеской одежде. Обычные люди? Или будущие маги? Надо бы спросить у Джарри, как их различать. Интересно всё-таки, а кроме оборотней, кто ещё есть в команде?.. Прибежали домовые во главе с Веткиным, доложили, что спальные места для детей готовы. Насытившийся Коннор, чьи глаза закрывались от сонливости, тут же встал и скомандовал детям пойти следом за Веткиным. Изумлённый домовой, с опаской поглядывая на детей, покорных слову мальчишки, вывел всех из столовой.

Здесь остались только двое домовых, которые мыли посуду и тихонько разговаривали о своём, и Джарри с Селеной. Девушка подсела к магу и спросила:

— Джарри, а Коннор — очень сильный маг? В машине-ловушке я отдала ему свои кольца и браслеты — ничего? Можно было?

— Можно. Ему можно, — рассеянно ответил Джарри, явно думающий о чём-то своём. А потом его глаза словно ожили, и он вздохнул. — Наверное, тебе надо знать, что Коннор — сильный некромант. Ну, и вообще сильный маг.

— Я в этом не разбираюсь, — ответила девушка, — хотя смутное представление о некромантах имею. Сейчас меня больше беспокоит, что детей слишком много. Правда, они подчиняются Коннору, но что будет дальше?

— Дальше они тоже будут подчиняться ему.

— Почему? Потому что он некромант?

— И поэтому тоже. Не беспокойся за детей. Порядок будет. Селена, ты пробовала на обратном пути связаться с Координатором?

— Нет. Подумала, но из-за детей столько появилось вопросов, что быстро забылось про него. Думаешь, нужно было ещё раз позвать его?

— Сам не знаю, — задумчиво сказал Джарри. — Но завтра надо бы поговорить с Коннором об этом. Он очень сильный. Если ты сможешь связаться с этим Координатором, Коннор сможет понять, с кем ты говоришь.

— Джарри, последний вопрос о Конноре. Помнишь, Мика сказал, что эти дети исчезают? Это всё делает Коннор?

— Да. Я же говорил, что он сильный маг.

Они вышли из кухни и на лестнице обнаружили Мику с оборотнями. Дети, кажется только что проснувшиеся, раскрыв рты, смотрели на комнату, первую по коридору. Дверь её была открыта, и с лестницы хорошо просматривалась картина с детьми, которые укладываются спать.

— Мика, идите спать, — сказала Селена, — завтра познакомитесь.

Дети, изумлённо оглядываясь, ушли в свои комнаты.

— Ещё одна проблема, — сказала девушка. — Эти наши привыкли к вольнице. Думаешь, Коннор и ими будет командовать?

— Ничего не могу сказать, — задумчиво проговорил маг, крутя в руках какую-то цепочку с мелкими шариками. — Селена, иди-ка спать.

На лестнице она оглянулась. В гостевой комнате детей воцарилась темнота, потом из неё тихонько вышли домовые и закрыли дверь. Обернулся у входной двери Джарри, вздохнул, глядя на эту же комнату, и вышел. Наверное, к себе — в сторожку. Селена поиграла мыслью, не пойти ли за ним, но отказалась: она устала, а завтра, судя по всему, нелёгкий день. Надо и в самом деле выспаться.

Ха, день… Утро тоже вышло то ещё…

Проснулась от резкого прыжка Ирмы на постель. Первая реакция — девочка-волчишка шалит, хулиганит. Но Ирма выглядела бледной и перепуганной.

— Селена, проснись! На деревню демоны напали!

В дверях стояли обеспокоенные Мика и Колин. Причём Колин снова был в своей волчьей ипостаси. И первая мысль Селены была именно об этом: "Опять он будет с трудом возвращаться!"

Но тревога детей передалась и девушке. Быстро спрыгнув с постели, она накинула на себя привычные джинсы и джемпер, сунула ноги в ботинки и побежала (ворча про себя — неумытая, лохматая!) за детьми к выходу — и во двор. Там уже стояли ночные гости — незнакомые ещё для домашних дети, при виде которых Мика и оборотни мгновенно прижались к девушке. Селена же в первую очередь огляделась, где же Джарри и даже Коннор. Обоих не нашла. Тогда она быстро представила ночным гостям Мику и оборотней, брата с сестрой, и запрокинула голову к небу. Звука она сразу не расслышала. Поняла так, что магическая защита, установленная ранее, позволяет его приглушить. Но что творилось в небе, было видно отчётливо.

Демоны… Они и впрямь оказались похожи на торнадо.

Они ревели сейчас приглушённо, не так страшно, как ночью, над самой головой. Зато вид их потрясал. Они сметали всё на свете. Они кружились со скоростью немыслимой, время от времени сталкиваясь и взрываясь. И тогда из-под мощных вихревых воронок показывались металлические части, которые лишь и доказывали, что это не просто демоны, а машины.

Постепенно всё-таки испугавшаяся, Селена сделала несколько шагов от дома. Ей показалось, что между двумя хищно изгибающимися колоннами торнадо промелькнуло что-то маленькое и явно искусственное.

— "Лётка"! — сказал один из новых мальчиков. — Кто-то полетел им навстречу!

— "Лётка"? — повторила Селена. — А что это?

Объясняли ей наперебой, и у девушки осталось впечатление, что "лётка" — это всего лишь маленький, но очень маневренный самолёт. Сначала она испугалась, что это Джарри или Коннор взлетели в небо драться с этими ревущими ужасами, но кто-то из детей обмолвился, что эти двое недавно побежали к краю деревни, велев остальным дожидаться их здесь. Селена мельком подумала, смогут ли Мика и её оборотни ("её"!) подчиниться, если она им прикажет то же, что и Коннор. Но думать дальше не смогла — помчалась изо всех сил со двора, бросив лишь на ходу:

— Не выходите!

Она бежала изо всех сил, постоянно взглядывая на небо, где творилось смертельное шоу: три гигантских демона-торнадо гонялись за малюсеньким самолётиком. Как она втайне и предполагала, Джарри и Коннор вышли за пределы изгороди, защищающей от нападения демонов. Оба стояли так, что она невольно замедлила шаги, лишь бы не мешать им. Как вчерашней ночью, оба тянули руки к небу. Сообразив ситуацию, Селена догадалась, что они пытаются помочь человеку, взлетевшему в опасное небо и принявшему вызов машинных демонов.

Джарри сегодня был без капюшона, и Селена вздохнула с облегчением. Видеть его лицо — человека, который снял с себя собственноручно наложенное наказание, доставляло ей радость, несмотря на опасность с небес. Она подошла ближе. Сейчас, в дневном свете пусть и пасмурного дня, он выглядел гораздо уверенней, чем обычно.

Зато мальчишка оказался несколько иным. Глаза его не просто темнели — а синели странной, ясной и холодной синью. И широковатость лица, которая в темноте казалось лучшей отметиной детского возраста, теперь была какой-то грустной, словно мальчик снял с себя маску, а под ней прятался некто строгий и взрослый.

Демоны-торнадо, ревевшие над деревней, будто не обращали на двоих смельчаков внимания. Но только будто. Время от времени то один, то другой прокатывались по небу и, затемняя всё вокруг, боком проезжались перед деревенской изгородью.

Двоих осыпало камнями, сухой землёй, каким-то мусором.

Сжав кулаки, Селена следила за происходящим. Через некоторое время ей показалось — она поняла, что именно делают Джарри и мальчишка. Они не столько пытались сразиться с машинными демонами, сколько старались спасти "лётку".

Оба напряжённые, сосредоточенные… Хотя нет. Коннор вдруг резко выругался — так показалось Селене, хотя слов она не поняла. Выругался он, глядя на небо. Уже не один машинный демон мчался к ним с магом, а все трое — причём впереди них удирал самолётик, который летел, постепенно спускаясь — по направлению к стоящим у изгороди.

— Селена, — монотонно от сосредоточенности сказал Джарри (она поразилась: как он её заметил, если стоит к ней спиной?). — Раскрой изгородь на всю площадь. И отойди в сторону. Ни во что не вмешивайся. И не старайся делать то, что делаем мы.

Она сообразила: они пытаются вывести самолётик на курс в деревню и тем самым спасти пилота. Поэтому девушка быстро открыла ворота изгороди и отвела их до упора. Нашла верёвку, привязанную концом к верхней жерди, и примотала створу ворот, чтобы та не закрылась… И встала рядом, наблюдая за маневрами самолётика и магов — мужчины и мальчишки.

И только в этот миг поняла главное: ей уже хочется не столько учиться, сколько учиться на практике, чтобы можно было немедленно, прямо сейчас помочь хоть кому-то! Даже проскользнуло мгновение, что пожалела: и зачем час назад отдала Коннору кольца и браслеты с силой? Он же и без них был силён!.. Но внутри, наверное в душе, что-то спокойно заметило: а не истрать он твоей набранной силы, смог бы сегодня помочь другому живому существу? В этом мире девушка уже остерегалась употреблять слово "человек"… А потом она попятилась.

Самолётик уже уверенно летел по одной прямой линии, слегка скошенной — сверху вниз: с неба, где его вот-вот раздавит между двумя стремительно сходящимися машинными демонами, в единственный пространственный туннель — в открытую зону изгороди.

13

Она-то думала: сейчас самолётик влетит в деревню — и всё закончится. Но тут началась такая каша… такая ужасающая круговерть, что девушку стремительно завертело вместе с событиями. И не в последнюю очередь виной тому стал Коннор.

"Лётка" ещё только снижалась с ноющим рёвом, ещё за ней неслись несоразмерно страшные великаны-торнадо, а Селена успела за спиной не то услышать писк, не то почувствовать движение, после чего обернуться и увидеть уже неразлучную троицу — Мику, Ирму и Колина, так и не сумевшего или уже не успевшего перекинуться в человеческий вид.

Отшатнулись от открытого входа в деревню все разом. С обжигающим жаром в невидимый тоннель влетела "лётка". Самолётик ещё не начинал снижать скорость, как вслед за ним, шипя от боли в горячем потоке, за деревенскую изгородь скользнул Коннор — и сразу к девушке:

— Запомни!! — перекрикивая замирающий вой "лётки" и ревущий грохот приближающихся машинных демонов, завопил мальчишка. — Ты хозяйка здесь!! Поняла?! Ты хозяйка!! Только ты!! И в этом твоя сила!! А мы все — твои дети!! Все!! Запомнила?! И это не я, а ты помогала Джарри открыть сюда ход для "лётки"!! Ты!! Поняла?! Вытаскивай Джарри!! Он идти сам не сможет!!

Девушка мотнула головой: "Ага!" и помчалась за изгородь. На повороте обернулась на мгновения: Коннор вместе с её троицей поспешно отвязывали створу ворот от изгороди. Снова поворачиваясь к магу, она услышала еле слышное:

— Тебя как зовут? Мика? Ирма! Это кто? Колин? Я Коннор — и я с вами давно! И те ребята, которые со мной, — они тоже…

Зачем Коннору это нужно? Что он придумал?!

На уши будто положили два камня, а по рукам болезненно хлестнуло мелким камнем и колючей пылью. Селена метнула взгляд: один машинный демон вырвался вперёд, но не отставали и другие два — с рёвом неслись впритык к нему. Ну и, соответственно, все трое — к деревенской изгороди.

Движение, мощное и страшное, завораживало до смертельного восхищения!

Два шага — и девушка чуть не споткнулась: Джарри, вздрагивая и что-то делая с лицом, согнувшись сидел на коленях, словно и не замечая, как бушующая смерть несётся прямиком к нему! Селена совершенно машинально попыталась окликнуть его:

— Джа-арри-и!!

Собственного крика не услышала — подскочила к нему, шарахнулась: он судорожно шмыгал идущей носом кровью, сглатывал её — не успевая, задыхался ею, откашливался. Пытался оттереть с лица, а сколько сочилось сквозь пальцы — крови-то!

Зарычавшая: происходит невесть что устрашающее, но времени спрашивать нет! — Селена прыгнула к нему, обняла под мышками, потащила поднять на себя. Крикнула магу в самое ухо, сама глохнущая от грохота, от которого дрожала земля под ногами:

— Иди за мной! Переставляй ноги, чёрт бы тебя!..

И только почти таща на себя — глянула разок на его лицо и разглядела: глаза тоже в крови! Внутренним чутьём догадалась, что он бросил все силы на открытие входа для лётки в безопасную деревню. Кашляющего, сплёвывающего кровь слепого мага пришлось тащить почти на себе — точней направлять. Он подчинился ей — поняла девушка — только потому, что услышал её в нарастающем рёве торнадо. Они успели вовремя — пройти, чтобы за ними дети сразу захлопнули створу — и Коннор немедленно закрутил верёвку, чтобы не открылась.

Селена примерно поняла, почему Джарри в крови: скорее всего, подействовало напряжение, с которым он держал канал для "лётки". Но почему тогда Коннор?… Не хотелось бы думать о мальчишке плохо, но… Почему с ним всё в порядке? Неужели он сделал так, чтобы главное противодействие машинным демонам легло только на плечи мага? Или у Коннора самого не всё в порядке с силами?

С видимым недовольством и очень неохотно громадные многотонные машинные демоны начали уходить от деревни. Одного-двух рывков в попытке преодолеть защиту им хватило, чтобы понять — непробиваемо.

Дети окружили девушку с магом — Коннор всё ещё возился у изгороди, недовольно поглядывая то на верёвку, то на Джарри. И — замер, когда они заговорили.

— Ты не тролль? — поразился Мика, в одну секунду рассмотрев лицо мага, когда тот отвёл ладони от лица выплюнуть новый сгусток крови. — Джарри, ты не тролль?!

Джарри только покачал головой, с трудом дыша.

— А почему был как тролль? — с претензией возмутилась Ирма.

— Дети, всё потом! — железным тоном предупредила Селена. — Сейчас — молчать в тряпочку, иначе достанется!

— При чём тут тролль? — с силой спросил подошедший Коннор, будто не расслышав её предупреждения.

— Всё… нормально! — выдохнул Джарри. Он дышал ртом, потому что кровь всё ещё шла из носа. Но и ртом дышать ему было тяжело, потому он снова и снова сплёвывал кровь. И Селена сильно боялась за его лёгкие.

— Нет, ты мне скажи, почему они тебя троллем называют?

Взглянув вперёд, Селена поняла, что "лётка" наконец остановилась и время объясниться хоть в считанные секунды, но есть. Отёрла всё ещё задыхающемуся магу лицо, сунула ему под нос свой замызганный, но сухой носовой платок, велев: "Держи сам!", и бросила мальчишке:

— Он думал, что ты погиб. Думал, что виноват в твоей смерти. И закрыл лицо на полгода. Полгода существовал как тролль. Даже голос изменил.

— Ага, рычал! — подтвердила Ирма, с любопытством заглядывая в лицо магу.

А Мика вдруг отвернулся. Девушка успела заметить, как вздрогнули его чувствительные ноздри, и снова рассвирепела: да сколько можно — проблема за проблемой! И что теперь? Приказать Мике немедленно уйти, потому что ему наверняка захочется крови? Почему эти трое ночью не рассмотрели мага, когда выскочили на звук незнакомых голосов? И, сама же смиряя себя, напомнила: ночь, сонные дети…

— Селена! Не забудь, что я сказал! — резко напомнил Коннор, глядя куда-то вперёд. — Ты, Ирма которая, язык прикуси, а то всем нам плохо будет.

Девушка, стоявшая рядом с магом, чтобы поддержать его если что, оглянулась посмотреть, что вызвало беспокойство мальчишки. За нею с тревогой обернулись и дети.

От остановившейся "лётки" к ним шёл высокий подтянутый человек в форме. За ним следовал ещё один, чуть пониже, но такой же широкоплечий.

Почему Коннор так говорит? Что опасного в этих, наверное, людях? Не успев додумать, Селена вдруг выгнулась: что-то горячее потекло с шеи по позвоночнику кверху. Спрятавшийся за её спиной Коннор глухо предупредил:

— Не забудь, что ты сильная! Не забудь! — И отнял ладошку от её спины.

Да что происходит, чёрт бы всех их подрал, скрывающихся!!

Впереди идущий высоченный мужчина наконец начал вырисовываться полностью.

И девушка оторопела. Закованный чуть не в броню, но голова на свободе. Мама моя родная… Ой… Эльф? Если остроухий? А… За ним кто тогда?.. Оба в военной, кажется, форме.

Шага он не сбавлял.

Джарри, опустив руки и голову, всё ещё тяжело и прерывисто дыша, следил за его приближением — как-то странно. Поглядывая в его сторону, благо что рядом, Селена пыталась понять, что происходит или что произойдёт. Но, даже насторожившись, она не ожидала, что именно последует с приближением двоих незнакомцев.

Девушка вскрикнула.

Высокий эльф, с надменным тонким лицом, с белыми волосами, как и полагается — собранными сзади в длинный хвост, даже не замахиваясь, ударил Джарри по лицу, а затем под дых. Онемевшая от неожиданного ужаса, девушка сразу не среагировала… И тогда эльф пнул ногой упавшего мага в бок. Джарри не защищался. Свалился ничком, даже не собираясь сопротивляться. И неизвестно, что бы с ним было, если б не взвыл Колин, так и не перекинувшийся из волчонка. И мгновенно бросился на мага — встать над ним, широко расставив лапы. За братом с обиженным рёвом — Ирма, а Мика просто прыгнул рядом и обнял Джарри за шею. И, кажется, кровь его не волновала больше, чем избиение так хорошо теперь знакомого человека.

— Что вы делаете?!

Селена, бросившаяся было к эльфу остановить его, со всхлипом отлетела в сторону, еле удержавшись на ногах, и схватилась за болезненно взвывшее плечо.

Но и эльф, снова поднявший было ногу с явным намерением пнуть лежащего мага ещё раз, недовольно встал на месте — тем более последним аккордом к Джарри прыгнул и Коннор, сел между ним и эльфом.

Девушка глянула на лицо Коннора — и в очередной раз ахнула. Про себя, конечно. Кто это?! Дебильное лицо с разъезжающимися во все стороны косящими глазами, уже не тёмными, а с какими-то бельмами, толстогубый рот открыт — и подбородок блестит от слюны!! Что с ним?!

— Прочь отсюда, мелочь! — недовольно сказал эльф и шагнул так, чтобы ногой ударить всё-таки Джарри явно по голове.

Селена метнула взгляд на второго. Может, он… Мамочки!.. Вампир… С клыками. Хорошо видны, потому что в хищной ухмылке вампир оскалился на кровь лежащего мага.

Второй шаг эльфа. Селену в расчёт не принимают, судя по всему.

И она озверела.

Промелькнул в мыслях тот незаконченный разговор с Джарри о кинобоевиках.

Промелькнул и пропал.

Третий, длинный и какой-то надменный шаг эльфа — и он в идеальной позиции, чтобы ударить мага по голове — добить.

"И даже спрашивать не буду — за что!"

Совсем не изящно девушка, дрожащая от резкого прилива адреналина, рывком подтянула джинсы и, представив, как на подошве ботинок сконцентрировалась вся её сила, прочувствовав эту силу горячим, даже обжигающим кожу теплом, врезала эльфу сзади по бедру. Он вскрикнул от боли и неожиданности и почти сломался — падая. Селена неожиданно для себя мягко подпрыгнула и той же ногой ударила по торчащему уху эльфа — хорошая мишень!

Эльф ещё падал, схватившись за голову — кровищи-то! Кажется, она ему ухо не столько поранила, сколько порвала! — а вампир стремительной тенью бросился на неё. Как бросился — так и отпрыгнул, попятился. Не всякий смелый — на пистолеты, наставленные точно на него, лезть. Джарри-то ей ночью дал оружие, а Селена как сунула в карманы, так почти и забыла о них. Ну и… Пригодились!

— Какого чёрта происходит! Извольте объясниться! — И девушка с огромным удовольствием врезала ногой в бок скорченному на земле эльфу, как он недавно пытался бить лежащего мага, одновременно не выпуская из-под прицела двух пистолетов вампира. — Вы мне тут какого дьявола детей пугаете, а?! Отвечай, мудак! Молчать будешь — все зубы покрошу в песок!

Её уже трясло от адреналина и от ситуации. Нервный смешок пробивался тоже не хило. Это что она делает?! И ведь получилось!!

И стороной просочился исследовательский интерес: а они знают здесь, что такое черти и дьявол? Будет ли для них ругательством "мудак"?

Но эльф, кажется, пока говорить не мог — только стонать. Э-э… Вроде как в ушах даже человека много всяких точек, а уж у эльфов… Значит, пусть объясняется вампир.

— Ты, кровосос! Быстро сказал, какого чёрта тут происходит! Почему вы навалились на Джарри?

Она помнила по всем источникам, что они быстрые, поэтому смотрела ему в глаза — не мигая, чтобы не упустить движения. Хотя ещё что-то там такое помнила, что нельзя прямо в глаза ему смотреть. Но ощущала личную силу и давила ею: пересмотрю — в гляделки-то! Симпатичный парень, кстати. Если б губы не кривил. Нет, правда, симпатичный. Только вот губы пострашней глаз будут — тёмно-красные и, будто напомаженные, влажно блестят. Губы дёрнулись недовольно, но вампир соизволил, как она и предложила, ответить:

— Этот человек — дезертир и предатель. Мы предполагали, что он здесь, но только сейчас смогли прорваться сквозь демонов.

— А ничего, что именно этот человек помог вам прорваться сквозь них?! — прорычала девушка, мгновенно вспыхнув.

— Это его не оправдывает!

— А вас ваше поведение оправдывает?! Ведь вы, по сути, ворвались в мои владения и тут же начали распоряжаться так, как будто действуете в бандитском притоне! Вас оправдывает, что вы напугали моих детей?! — "Тихо, тихо, Селена, не фиг глотку рвать на этих", — уговаривала себя девушка.

— Вы здесь хозяйка? — удивился вампир.

"Хотите я его стукну — и он станет фиолетовым?" — услышала вдруг Селена жеманный голос дамочки из мультика. Снова надавила взглядом на вампира и тихо, чуть нажимая голосом, поинтересовалась:

— А давайте я вас стукну? Поверите тогда?

И с последним словом резко ударила ногой в тот же бок эльфа, который попытался встать и уже приподнялся, держась на руках, упёртых в землю. Эльф охнул и упал. Вампир поморщился. Боковое зрение (признала девушка) действует у неё неплохо.

— Мика, пока этот валяется, забери у него оружие.

Адреналин начал спадать.

Вместе с Микой (кто бы сомневался!) к эльфу подошёл Коннор. Всё так же пуская слюну и всё с теми же глазами-бельмами, тем не менее (Селена поняла его так: вампир со своей стороны не видит) он быстро обыскал эльфа и вытащил у него не только оружие, но и ещё какие-то финтифлюшки, после чего передал их Мике… Значительный взгляд Коннора на девушку, которого вампир тоже не видел. Артефакты с силой? Неплохо.

— Ну, хватит, — проворчал эльф, тяжело вставая. — Это наш солдат — и вы не имеете на него права. Отдайте всё, что вы взяли с меня.

— В моих владениях вы не имеете права вести себя, как последние… подонки! — последнее слово Селена буквально выплюнула, и оба поморщились. Да? Не нравится, когда действия названы своими именами? — Вы прекрасно видели, что Джарри не собирался сопротивляться вам, а вам надо было унизить его! Или вся армия состоит из гадов, получающих удовольствие от унижения других? Мне казалось, офицеры должны придерживаться какого-то, хотя бы минимального кодекса чести! Нравится быть подонками — идите в трущобы! Бейте там крыс, отрывайте им там хвосты и лапы, если вам так нравится мучить живых!

— Ещё какая-то будет нам про кодекс!.. — встрял было вампир.

— Я не какая-то, — ледяным тоном оборвала его Селена, вскинув подбородок. — Я хозяйка. Не нравится — идите к чёрту! — Она кивнула на территорию за изгородью. — Здесь вы точно не ко двору!

— Леди, мы уйдём, — вкрадчиво сказал эльф. — Но уйдём с человеком. Он преступил закон военного времени и будет осуждён.

— Документы, — высокомерно сказала девушка. — Бумаги — на его задержание. Я не поверю, чтобы вы искали именно его, пока вы мне не покажете документы.

А про себя молилась: пусть бы в их мире так было! Ну, что документы! А вдруг скажут: какие документы на задержание в военное время?!

Но вампир вынул из кармана военной куртки жёсткую даже на вид бумагу и бросил её на Джарри. Ирма быстро подняла её и передала Селене. Девушка поднесла бумагу к глазам, лихорадочно соображая: что же делать? Она не знает их письменного языка!

Бормоча что-то несвязное, у её ног уселся Коннор и, будто сам того не замечая, опёрся ладонью на её ботинок. "Смотри на бумагу как на картину". Это он что — держит связь так? Телепатически? Девушка прищурилась на ровные строки с корявыми буквами и стала "читать"-разглядывать медленно и в подробностях. "Да. Это приказ об аресте военного преступника, бывшего мага сопровождения, Джарри Кеттила, — сказал Коннор. — Этот документ истинный. Он имеет большую силу, чем твоё положение хозяйки. Что будем делать?"

Селена чуть вслух не спросила, изумлённая: "Это ты у меня спрашиваешь, что будем делать?! — Но, подумав, добавила: — У нас сейчас только одна фора".

— Вы хотите забрать его и улететь в город? — равнодушно спросила она.

— Да! — рявкнул эльф и осёкся, зашипел от боли, схватившись за порванное ухо.

— Забирайте, — сказала Селена и велела детям: — Мика, Ирма, Колин, Коннор, идёмте домой. Коннор, не отставай.

— Подождите!

— Я вас слушаю. — Она спокойно повернулась и увидела именно то, что и предполагала увидеть: оба, и вампир, и эльф, растерянно смотрели на мчащихся за пределами деревни машинных демонов.

— Но мы не можем…

— Это уже ваши проблемы! — отрезала девушка. — Я тоже ничем помочь не могу. До сих пор в нашей паре против демонов сильнейшим был Джарри. Мне одной с демонами не совладать! — И, вспомнив ехидную поговорку, ходившую среди дворовой "наглёжи", усмехнулась: — Вам надо — вы и выбирайтесь! Я — не в состоянии. Джарри вы довели до невменяемого состояния. Дети!..

— Да подождите же! Леди!

— Меня зовут Селена. Я вас слушаю.

Двое — насколько поняла Селена, военные полицейские, — переглянулись. Затем оба повернулись к ней. Сначала молодцевато попытался прищёлкнуть каблуками ботинок эльф — правда, держась за раненое ухо.

— Леди Селена, меня зовут Аэрон — хранитель закона. Это мой помощник — Траян. Вы позволите нам некоторое время здесь находиться, чтобы оценить обстановку?

— Мои домашние (она помнила, что так называют здесь домовых) приготовят вам дом, — бесстрастно сказала девушка. — Есть какие-то пожелания? Многого предложить не могу. Например, комфорта.

— Нам бы дом, вблизи которого есть строение наподобие сарая, — заторопился Аэрон. — Чтобы держать там арестованного до выяснения положения дел.

— Хорошо. Я объясню домашним, чего желают… гости. В сущности, уже сейчас могу показать один дом — рядом со своим.

— Леди Селена, вы забыли кое-что. Раз мы теперь придерживаемся дипломатических отношений, не могли бы вы вернуть мне… — Аэрон замялся. — Вернуть мне изъятые у меня вещи?

— Мика.

Мальчишка осторожно подошёл к эльфу и протянул сложенные горстью ладони, с которых Аэрон и взял оружие и артефакты. Причём, взяв, он нахмурился. Не сразу сообразив, в чём дело, девушка слегка улыбнулась: кажется, Коннор снял с артефактов силы… Траян тем временем подошёл к Джарри, который с трудом сел и довольно безразлично наблюдал за происходящим. Кажется, Траян хотел ударить его, но, словно вспомнив, оглянулся на острый взгляд Селены и только недовольно проворчал:

— Вставай!

Первым бросился к Джарри Коннор. За ним — остальные трое детей. А Селена бросила вампиру:

— Пусть они помогут ему подняться. Он был добр с детьми.

Пока Траян вежливо смотрел на неё, произносящую эту фразу, Коннор, насколько она успела заметить, на пару секунд приложил ладонь к спине мага — и тот поднялся сам.

Вскоре они пошли по деревне процессией: впереди — Селена с детьми, позади — военные полицейские, между которыми плёлся Джарри.

Девушка держала за руку покорно шедшего рядом с ней Коннора. Держала крепко.

"Но ведь ты жив! Значит, преступления не было!"

"Он всего лишь попадёт в тюрьму, потому что доказать, что из-за него я погиб, у них не получится!"

"Откуда ты знаешь, что нельзя доказать его вины?"

"Моего тела нет. Не найдено. А это очень важно. Джарри могут судить лишь потому, что из-за него я попал к машинам-демонам".

"А если он скажет про тебя?"

От неожиданности Коннор посмотрел ей в лицо.

"Джарри не такой. Он не скажет".

"И ты позволишь, чтобы он оставался в тюрьме? Чтобы с ним обращались так, как эти… эти… Даже не знаю, как их назвать!"

"Селена, ты многого не понимаешь, потому что не знаешь. Если я попаду к ним в руки, они сделают из меня… Джарри знает. Поэтому он молчит и будет молчать".

Но, мысленно высказав это, Коннор угрюмо насупился и стал смотреть вперёд.

Между тем они прошли "лётку", дошли до дома, откуда высунулись поглазеть на них двенадцать детей, которым Коннор велел не выходить — и они повиновались. Хоть что-то — вздохнула девушка. Если мальчишка будет помогать, с таким неожиданно большим количеством детей она справится. Наверное.

— Вот этот дом, — сухо сказала Селена, кивком показывая на соседний, через свой дом, тоже двухэтажный. — За ним есть небольшой пристрой в виде сарая. Довольно крепкий. Я пришлю домашних, чтобы они помогли привести дом в жилое состояние.

Через минуту они все смотрели, как Джарри втолкнули в сарай и заперли. После чего военные полицейские извинились перед хозяйкой деревни и вошли в дом — осмотреть его. А Селена с детьми, чувствуя больно вздрагивающее сердце, пошла к своему дому.

14

Гномы-домовые нагрели к их приходу несколько баков воды. Вновь прибывших детей Селене пришлось мыть собственноручно. Коннор и в самом деле помог. Он просто приказным тоном говорил:

— Мирт, быстро в ванную.

И Мирт спокойно входил к девушке и был покорным, как овечка. Выставив очередного отмытого и одетого в чистое, Селена снова слышала властный голос мальчишки — и в ванную комнату входил следующий или следующая.

Она как-то быстро потеряла им счёт и чисто машинально мыла каждого, вытирала и выставляла… И потом, когда пауза затянулась, она решила, что вымыла всех и что теперь есть время подумать о себе. Или о ком-то другом… Перед глазами мягко оформилась картинка: вампир вталкивает в сарай Джарри. Тот медлит на пороге — секунду, голова его чуть поворачивается… Дверь резко захлопывается… Селена вздрогнула от пригрезившегося звука, медленно закрыла дверь ванной комнаты и встала лицом к стене. Он хотел обернуться — увидеть её… Лицо мгновенно нагрелось, а к глазам подступили слёзы. Ткнувшись лбом в стену, девушка скривилась от плача. Уже вздрагивая всем телом, она напрасно хлопала ресницами, машинально пытаясь удержать слёзы, но не чувствуя их, уже льющихся, и твердила себе: "Успокойся! Ты должна быть железной леди, а не размазнёй! Кто же виноват, что такая ситуация? Тупик. Что будет хорошо для Джарри, будет плохо для Коннора. Что хорошо для Коннора…" А в памяти снова — другое: тёплые, сильные ладони Джарри на её плечах, он вглядывается в её глаза — улыбается… Шмыгая носом и чувствуя, как катятся слёзы, девушка думала только об одном: "Я настолько невезучая, что не смогла от этой невезучести избавиться даже здесь, в совершенно другом мире! Как будто перетащила её следом за собой сюда… Ну почему?! Почему я такая невезучая?!"

— Ты переживаешь из-за Джарри?

Девушка резко застыла, пытаясь немедленно привести в нормальное положение искривлённый плачем рот. Только вот губы не подчинялись… Вот как. Не сообразила, что только что командовавший детьми мальчишка придёт последним… Она сжала кулаки и надменно дёрнула подбородком. Он ребёнок. Не поймёт. Поэтому…

— Да. Переживаю. — Она сказала это стене — медленно. Вразбивку. И добавила: — Я привыкла к нему. — А про себя закончила: "И даже не подумала, что можно влюбиться за какие-то несколько часов. Влюбиться так, что, скажи: "Пойди и убей этих двоих!", сделаю сразу, если точно буду знать, что на пользу". — Коннор, почему Джарри придумал себе такое наказание — стать троллем?

— Ты правда не местная?

— Я из мира, где есть только люди. Там нет вампиров, нет оборотней или эльфов.

— Полгода… Тролль — самое презренное здесь существо после оборотней, — задумчиво сказал мальчик. — Эльфы и вампиры — господа. Люди — после них, ступенью ниже. Только маги, самые сильные, могут быть ближе к господам.

— Странная раскладка, — прошептала Селена и, наугад дотянувшись до полотенца, взяла его промокнуть лицо. — Иди сюда. Тебе повезло. Ещё два бака с тёплой водой есть.

Она ожидала, что и он безапелляционно скажет: "В трусах!", но мальчишка подошёл ближе и негромко сказал:

— Только не спрашивай ни о чём. Обещаешь?

— Обещаю.

Она сказала это спокойно, предполагая увидеть на его теле синяки или порезы, как у других детей из его команды.

Когда он начал раздеваться, сначала её удивило, что под той же, одинаковой для всех из его команды одёжкой: плотной лёгкой курточкой и штанами из той же ткани — оказался ещё и комбинезон, тоже довольно плотный, прилегающий к телу. Потом, ещё раз взглянув на неё, словно напоминая: "Ты обещала!", он вылез из этого комбинезона. И Селена некоторое время молча рассматривала его тело. Ступор. У неё ступор… Она повторяла это слово с паузами, потому что мыслей не осталось никаких. Ступор. Потому что такого на свете быть не может.

Коннор исподлобья смотрел на неё, а она — на него: на узкие мальчишеские плечи — в пятнах бронированной кожи, на предплечья — пронизанные странными венами, больше похожими на проволоку или проводами (и сознание снова кричало: "Этого быть не может!"). Он повернулся к ней спиной — и она увидела позвоночник в каких-то заклёпках-пластинах. Он снова повернулся к ней и сжал кулак, показывая: кожа на внешней части кулачишки натянулась — и провода под ней засияли-замерцали. Так, значит, это не татуировка? Она-то думала, что такая магическая татуировка — поэтому кажется бегучей. А это мерцали под кожей провода!

Когда Коннор понял, что девушка рассмотрела всё, он положил ей руку на плечо и заглянул в глаза. Его обычные тёмные глаза внезапно посветлели и на мгновение сверкнули металлическим отблеском.

— Поэтому я показал им идиота, — заключил мальчишка и шагнул в бак с водой.

Через минут пятнадцать она завернула его в полотенце. Голова болела от вороха сброшенной на неё информации, но девушка всё ещё пыталась что-нибудь сообразить. И всё-таки информации маловато.

— Коннор, я правильно поняла, что эти двое не могут справиться с демонами?

— Правильно, — вытираясь спереди концом полотенца и подставляя девушке спину, отозвался мальчишка.

— Что произошло у изгороди? Почему Джарри… (она не сумела сформулировать увиденное) Почему Джарри оказался в крови?

— Мы сначала не поняли, что за "лётка". Не думали, что там полицейские. Думали — обыкновенные облётчики из города, которые довольно часто проверяют примыкающие к городу территории. А когда увидели, что полицейские, Джарри велел мне бежать к тебе предупредить, как вести себя с ними. Мы же не думали, что "лётка" принадлежит армии.

— Не поняла. Ещё раз. Почему Джарри в крови?

— Мы держали вход в деревню на равных. А когда Джарри отослал меня, он полностью взял на себя поддержку входа.

— Секунды — и он в крови, — задумчиво сказала Селена.

— Но выстоял, — спокойно возразил Коннор.

— Ты считаешь, он в таком состоянии… называется "выстоял"? А смог бы он без тебя держать вход?

— Он сильный. Смог бы. Потом бы долго отлёживаться пришлось, но смог бы.

— А эти — двое? Смогли бы?

— Ты о полицейских? — пренебрежительно переспросил мальчишка. — Нет, — уверенно сказал он. — Они слишком много занимаются не тем, чем нужно. По ним видно сразу. Хотя обычно эльфы и вампиры очень сильные. Но эти давно не тренировались.

Селена не стала переспрашивать, в чём именно давно не тренировались Аэрон и Траян. Её волновало другое. Кое-что в голове начало складываться, появилась некая логическая цепочка, что начинало делать девушку и её мысли жёсткими и деловитыми. Поэтому она спросила о главном на сейчас:

— Если он сильней, почему так покорен этим?

— Он чувствует вину — из-за меня, — спокойно ответил Коннор. — А вина всегда ослабляет. И это не единственная вина. Ещё он чувствует вину из-за тебя. Я не успел рассмотреть, из-за чего именно. Он почувствовал, что я просматриваю его, и закрылся.

Неожиданно для себя Селена стукнула кулаком по стене и отвернулась, снова скривившись: чёрт, чёрт, чёрт!.. Коннор изумлённо спросил:

— Я тебя расстроил?

— А ты не видишь?! — крикнула девушка, снова стукнув в стену.

— Нет! — резко ответил Коннор. — Ты закрылась, как только заговорила о Джарри. Я ничего не понимаю. Я бы понял, если бы тебе было его жаль. Но то, что я вижу, я не понимаю! Скажи — чтобы я понял.

Его слова — ушатом холодной воды. Сжала зубы. И жёстко сказала:

— Пока сказать не могу. Я ещё не определилась.

— Я… открылся тебе, — угрюмо сказал мальчишка.

— Хочешь честно? Я не знаю, как сказать, чтобы ты понял. Это слишком сложно.

Она хотела добавить, что он, несмотря на то что выглядит взрослым, а его суждения отличаются вообще очень взрослыми интонациями, он не сможет понять, что такое любовь. Да и что говорить о любви, если, думая о ней, она уверена только в своих чувствах… Поэтому она отвернулась, судорожно вздохнув, и тёплая ладошка снова коснулась её спины:

— Не плачь. Лучше…

Но и Коннору пришлось прерваться.

В ванную комнату без стука и предупреждения влетели Мика, Ирма и Колин, который мгновенно затормозил и попытался выйти задом, будучи волком. Но Ирма то ли машинально, то ли специально захлопнула дверь, и Колин упёрся в неё задом и заскулил.

Даже Коннор растерялся, но Селена, помня, что он прячет, быстро накинула сползшее было с него полотенце на его плечи. Мальчишка схватился за концы и натянул большое полотенце чуть не на голову.

— Что случилось?

— Тебя не дождёшься, — недовольно сказала волчишка девушке и с любопытством заглянула в капюшон из полотенца, из которого виднелся только нос Коннора. — Селена, мы тут подумали… А почему Джарри заперли? Он же из деревни и так никуда?

— Селена, ты здесь много чего не знаешь, — вмешался Мика, — но, если эти двое здесь будут больше суток, этот Траян проголодается, а Джарри у него в сарае заперт.

— И, Селена, Джарри там голодный! — снова оборвала его волчишка, жалобно заглядывая в глаза девушки.

А Колин просто заскулил, глядя на них снизу вверх.

— На твой первый вопрос ответить легко, — сказал Коннор и потёрся носом о полотенце. — Джарри — очень сильный маг. Полицейские знают об этом и боятся, что он всё-таки сбежит из деревни. Но, пока он слаб, они сделают (если уже не сделали) вокруг сарая заклинание сторожевого круга. Ну… Ещё они точно знают, что сбегать он не будет, но им нужно, чтобы он сидел там.

Селена прикусила губу. Первая идея появилась. Наверное, на фоне напряжённой ситуации. Бывало у неё такое. Только вот с исполнением идейки будет туго. Если, конечно, дело дойдёт до исполнения. Оптимальный вариант: надо выманить полицейских из деревни — к демонам-машинам. Вопрос — как?

Сутки — сказал Мика. Сутки вампир не будет трогать Джарри. А потом? Потом, когда не будет Джарри, а эти двое не смогут выбраться из деревни, в которой собрано столько беззащитных детей?

Мозги откровенно кипели.

А ещё Координатор. Если он найдёт того человека, который ему нужен… Того мальчика, который ему…

Она уставилась на Коннора.

— Что? — насупившись, спросил мальчишка.

— Нам надо поговорить. — Она взглянула на насторожившихся Мику и волчат и уточнила: — Наедине.

Мальчишка-вампир молча вышел из ванной, за ним очень неохотно — оборотни.

Селена закрыла за ними дверь на крючок и села на пол, прислонившись к стене и закрыв глаза. Она ничего не сказала, но Коннор быстро оделся в свой комбинезон и присел напротив. Собираясь с мыслями, Селена высказалась:

— Коннор, примерно я твою историю представляю. Поправь, если что не так. Ты, наверное, с детства отличался огромной магической силой. Так? — Он кивнул. — Тебя изучали и пробовали сделать силу ещё громадней. Для чего тебе внедрили в тело всякие штучки, названия которых я не знаю. Ты и в самом деле стал очень сильным. И тебя решили вывезти из города. Зачем — не знаю. Но по дороге что-то случилось. И Джарри, один из твоих сопровождающих, решил, что погибли все, поскольку сам еле выжил в той аварии. Так? — Он снова кивнул. — Но ты выжил. Коннор, кто тебя нашёл в пригороде? И от кого ты потом сбежал?

— Откуда ты знаешь? — с трудом шевеля губами, шёпотом спросил мальчишка.

— Тебе что-нибудь говорит слово "координатор"?

— Нет.

— Так откуда ты сбежал?

Он посмотрел на неё неожиданно спокойно, а потом некоторое время водил пальцем по плиткам пола. Потом поднял глаза и абсолютно спокойно же сказал:

— Об этом я пока не готов рассказывать.

— У меня голова болит, — сообщила ему девушка и встала выйти из ванной комнаты.

В коридоре она постояла, бездумно глядя на детей, которые насторожённой стайкой стояли напротив двери в ванную комнату. Наконец, её взгляд сфокусировался, она машинально кивнула детям и пошла в свою комнату.

Переживать нельзя. Отдохнуть нельзя. Она снова машинально подняла руку к хвостику из волос. И отдёрнула. Волос. Её волос остался у Джарри!.. И что из этого? Она с ним всё равно связаться не может. Пока он не захочет… Некоторое время она смотрела и не видела. Ничего, кроме лица, которое слишком быстро стало родным…

Резкий стук привёл её в себя.

— Кто там?

— Селена! Скажи ему, пусть не командует! — завопила Ирма, ещё только распахивая дверь в её комнату.

"Не смей уходить от детей, дура, — жёстко велела себе девушка. — Они тебе доверились, так будь добра оставаться с ними до конца!" Она быстро подошла к волчишке, нетерпеливо переминающейся у двери, но не заходящей, и подняла её на руки. А Ирма быстро обхватила её за шею и крепко обняла.

— Он здесь новенький, а раскомандовался.

— Ничего и не раскомандовался, — сухо сказал появившийся в дверном проёме Коннор. — Я сделал ей замечание.

— Ирма, миленькая, выйди, я должна снова наедине поговорить с Коннором. Не обижайся, ладно? — Селена чмокнула волчишку в щёчку и поставила на ноги.

Проходя мимо Коннора, Ирма быстро показала ему язык. Мальчишка от неожиданности только рот раскрыл и не сразу опомнился.

Селена устало присела на кровать. Хочется спать. Хочется отдохнуть. Хочется посидеть в полной тишине и в полном одиночестве: не привыкла столь активно общаться даже со взрослыми людьми, что уж тут говорить о детях!..

— Скажи этому Мике и оборотням, что они должны меня слушаться!

— … А почему они должны тебя слушаться? — оправившись от изумления и глядя на него во все глаза, спросила Селена.

— Потому что здесь только одна группа — моя.

Девушка испытующе посмотрела на него, кашлянула и тихо сказала:

— А вот фиг тебе… Здесь только одна группа — моя.

Они замолчали, глядя друг другу в глаза. Мальчишка смотрел непроницаемо, но упрямо. Селена — спокойно, потому что вместо колючих тёмных глаз Коннора она наконец видела то, что нужно сделать в первую очередь.

— Скоро у нас обед и "тихий" час, — ровно сказала девушка. — И у меня к тебе есть просьба. Однажды Джарри сказал, что маг этого дома из-за внутреннего предвидения оставил мне свои колдовские или магические книги. То есть магу было дано неясное впечатление, что его книги понадобятся чужаку. Мне бы хотелось, чтобы ты с ребятами побродил по домам деревни. А если ты или кто-то из них тоже что-нибудь найдёте?

— Что такое "тихий" час?

— Время дневного сна. За ночь вы вряд ли выспались, так что, я думаю, сегодня дневной сон вам будет очень даже нужен. И у меня ещё одна просьба. Личная. У Колина трудности с оборотничеством. Он защищал сестру, пока они бегали вдвоём. Поэтому чаще был в личине зверя, чем человека. Джарри ему однажды помог, использовав заклинание трансформации. Если ты знаешь такого рода заклинание, помоги Колину.

— Помогу, — тоже ровно сказал Коннор. И внезапно спросил: — Ты меня отдашь этим — из-за Джарри?

— Нет.

— Почему?

— Они собираются убить Джарри. Если выдам тебя — убьют и тебя.

На этот раз мальчишка не смог сдержать своих чувств. Он удивился так, как удивился бы нормальный маленький человек.

— А с чего ты решила, что нас убьют? Они же сказали, что арестовали Джарри.

— Мне нужен последний штрих в эту картинку. Если ты мне ответишь, я объясню, почему я так решила. Помнишь, ты мне сказал, что Аэрон и Траян не выглядят тренированными? А какими они выглядят? Я так поняла, что они защищены каким-то полем, не дающим тебе рассмотреть всё в подробностях. Но что-то же ты увидел?

— Они кабинетные, — пожал плечами Коннор. — Они, конечно, по роду своему занимаются привычными для рас магическими тренировками, но в основном они технари, правда, военные технари. Я так вижу их силу… — И осёкся, глядя на неё испуганно. — Они не полицейские!

— Вот теперь я поняла всю картину, — задумчиво сказала Селена. — А то всё вспоминала и понять не могла, почему они себя так ведут. Помнишь, как Аэрон ударил Джарри? А потом вы все бросились к Джарри прикрыть его от эльфа?

— Помню. И что?

— Перед тем как я его ударила, он встал так, чтобы убить мага — ударом по голове. Вспомни. Вспомни его позицию. Эти двое ищут вас не для того, чтобы задержать, а чтобы убить. Впечатление, что они фанатики, которые, например, пытаются что-то сделать из смеси техники и магии. Впечатление такое, что они избавляются от вас, как от свидетелей. Вот только чего? Неудачного эксперимента?

— Это ты про меня — эксперимент? — тихо спросил Коннор, напрягшись.

Буквально слетев с кровати, Селена в несколько шагов очутилась рядом с ним и встала на колени, обняла его — ему-то отступать некуда, у самой двери стоит.

— Мальчишка! Попробуй ещё раз так о себе сказать!

Он вздрогнул — вырваться из её объятий, и замер. Девушка погладила его по плечам, по голове. И вздохнула, когда он неловко положил подбородок ей на плечо. "Не слишком ли много этого мне? — с горечью подумала она. — Мало того, что событий — рухнувшим водопадом, так теперь плакать над судьбой мальчишки-киборга!"

— Я собираюсь выкрасть Джарри, — сказала она наконец и не стала задерживать движение Коннора отпрянуть от неё.

— Как это — выкрасть?

— Ну, судя по всему, он тоже не догадывается, что его собираются убить. А он мне нужен очень сильно. Он мой учитель. Он мой помощник во всём. Поскольку, как ты сам говоришь, у него чувство вины во всём, он вряд ли захочет, чтобы его похищали. Так что мне остаётся только одно: выкрасть его и объяснить ситуацию так, как я её вижу.

— Я!.. — напористо начал мальчишка и осёкся, наткнувшись на её внимательный взгляд. Уже тоном спокойней он спросил: — Ты примешь мою помощь?

— Приму.

Он кивнул и ушёл.

А Селена позволила себе ещё минуты три поразмышлять, снова тяжело присев на кровать и облокотившись на колени.

В школе всю жизнь она училась на тройки. В выпускном классе, однако, был эпизод, который сейчас вспомнился очень ясно. Каждый урок математичка начинала с пятиминутки — с устного счёта. В одно прекрасное утро пятиминутка затянулась. Их десяти примеров все решили половину быстро. Застряли на шестом. Селена (тогда — Лена) сидела за последней партой и недоумевала. Предыдущие примеры она через раз решила — с грехом пополам. Но как решать этот — сообразила быстро. И теперь оглядывалась на одноклассников, не понимая, почему отличник-медалист и безупречные математики класса пребывали в явном тупике, давая довольно странные ответы. Математичка постепенно начинала злиться. А Селена всё не решалась поднять руку, хотя видела, что ответ легчайший. Наконец, когда один из математиков класса снова дал ошибочный ответ, она не выдержала и неуверенно, но подняла руку. Учительница назвала её фамилию раздражённо: мол, уж ты-то могла бы сидеть — молчать. Но Селена встала и назвала ответ. Минуту спустя математичка со вздохом облегчения сказала ей спасибо и велела садиться. Ни слова упрёка сильным ученикам. Но, уже взрослой вспоминая этот эпизод, Селена поняла: ребята из класса привыкли решать сложные примеры — и не увидели в примере простого решения. Его увидела она, плохо знавшая математику старших классов, но любившая устный счёт…

И вот теперь здесь, в неизвестном и даже неожиданном мире, Селена сидела и думала: "А что, если решение всех проблем простое? Но его не видят все те здешние, которые варятся в собственном соку дурацких перипетий собственной истории. Значит ли это, что я, которая и половины происходящего не понимает, может найти это простое решение?.. Верится с трудом. Но ведь попробовать можно — доискаться этого решения?"

Увы, сиюминутные дела тоже требовали её пригляда.

В дверь снова постучали — на этот раз робко.

— Иду-иду! — сказала девушка и, быстро поднявшись с кровати, открыла дверь.

— Леди Селена, — робко сказал Веткин. — У нас… — Он помялся. — Обед вскорости, а потом и ужин. И на завтра уже мяса нет. Чем деточек кормить будем? На одних овощах многих из них не продержишь.

Нетрудно сообразить, что гном-домовой имеет в виду оборотней.

Селена присела на корточки.

— Извини… Я до сих пор не знаю твоего имени.

— Веткин же! — удивился домовой.

— Что?!

— Леди Селена, имена домовых такие старинные, что не всякий маг их выговорит, — объяснил Веткин. — Потому взяли мы за правило: какое имя хозяйка даст, с тем жить и будешь. Вы, глядя на меня, дали мне таковое — Веткин. Мне по нраву — близко к моему изначальному "от древесного духа рождённый". А что я его услышал мыслимое, так все домовые слышат свои имена, когда их поминает хозяйка.

— Понятно, — смущённо улыбнулась Селена. — Пошли на кухню, посмотрим, что у нас с продуктами.

15

Из огня да в полымя…

Только Селена дверь перед Веткиным открыла, как он — голову в плечи и тишком-молчком вдоль стеночки прочь потопал. Селена же некоторое время смотрела на команду Коннора, в полном составе опять сидящую на коридорном полу, напротив двери её комнаты, и лихорадочно соображала, что же ещё приключилось. Только рот открыла спросить, поняла (и мысленно схватилась за голову) и успела окликнуть домового:

— Веткин, подожди, пожалуйста!

Тот послушно — по стеночке же, сторожась тихих и молчаливых детей, — притопал назад.

— Ты сказал — обед готов?

— Да, хозяйка.

— Коннор где? — обратилась девушка к детям.

— Он с Колином, — откликнулся светловолосый и голубоглазый Мирт, которого она запомнила, потому что Коннор прислал его к девушке мыться первым. Мирт был из тех двоих подростков, ростом повыше Коннора и, кажется, повзрослей его. Видимо, вытянулся он совсем недавно, из-за чего казался худущим и костлявым. Высоким. Правда, тем не менее, он подчинялся мальчишке абсолютно.

— Скажите ему, что пора на обед, и идите сами, — распорядилась девушка.

Дети поднялись и нестройной группой все, кроме Мирта, потянулись к лестнице со второго этажа. Мирт зашёл в комнату оборотней. Девушка же постояла, постояла у своей комнаты с притихшим Веткиным, вздохнула и сказала:

— Веткин, побудь некоторое время со мной. Без тебя внизу ведь справятся?

— Справятся, — мотнул головой гном-домовой.

Селена огляделась. Вроде пока вокруг никого. Присела у стены, чтобы глазами быть наравне с домовым, и быстро спросила:

— Веткин, почему так важно, что я хозяйка этой деревни?

— Сила вся здешняя — твоя, — спокойно ответил домовой, кажется привыкнув к её незнанию. — От земли, от воздуха, от воды, что середь деревни течёт. От древес тех же. Колечки-то и браслеты, Джарри показанные, легко ли набирались силы?

— Легко, — задумчиво подтвердила Селена. — Хорошо. Будет время — подумаю над этим. А пока, Веткин, пошли-ка к нашим в комнату. Ты мне нужен.

И они, постучавшись, вошли к Колину с Ирмой.

Оказалось, что Коннор только что закончил с преображением Колина, вернув ему человеческий вид. Причём, кажется, безболезненно: если в прошлый раз Колин плакал от боли, то теперь его глаза были сухи и только поблёскивали на всех. Ирма, диковато поглядывая на Коннора, одевала брата. Мирт помогал ей. Коннор же стоял в углу и рассматривал штуковины, наполовину высыпанные из мешка Мики. Тот сидел на полу и, кажется, здорово жалел, что вовремя не прибрал свои магические штучки в мешок.

Девушка нахмурилась. Мика перенёс свой драгоценный мешок с машинными деталями к оборотням? Минуты на соображения хватило. Вот оно что: маленькому вампиру-полукровке стало неуютно среди новеньких, и он решился снова перебраться к тем, от кого однажды сбежал из-за привычки жить в одиночку. Так, кажется, одна из проблем начинает постепенно решаться. Оставались три пустые комнаты — освободилась ещё одна. Селена огляделась. Точно: кровать Мики, до сих пор пустовавшая в комнате оборотней, уже не только застелена заново, но и забросана его вещами. Переехал. С оборотнями-то легче. Свои. Знакомые. И, судя по всему, оборотни тоже не возражали, раз спокойно отнеслись к вселению Мики.

Коннор, присмотревшись к деталям на полу, слегка разбросал их ногой и кивнул:

— Вот эти две можешь выбросить. Они совсем сломанные, никуда не годятся.

— Сам решу, что делать, — недовольно сказал Мика и быстро схватил те две детали, на которые кивал Коннор, чтобы сунуть их в мешок.

— Селена, — обратился Коннор к девушке, — ты бы оборотням балахоны дала. Они ведь тебе одежду будут постоянно рвать. Да и перекидываться легче в балахонах. Они свободные. Можешь хоть у моих ребят спросить.

— Спрошу, — пообещала девушка. — Но не сейчас. Ребята, если вы закончили со своими делами, марш в столовую. Обедать. Иначе остынет всё. Идите!

Коннор с Миртом, а Мика в окружении оборотней вышли из комнаты.

— А вы, леди Селена? — спросил домовой.

— А мы, Веткин, сейчас быстро сообразим, как разместить здесь ребят.

— Три комнаты, — покачал головой домовой.

— Пять, — возразила девушка. — Видишь мешок? Мика переехал к оборотням и, кажется, не собирается возвращаться. Это раз. Дальше. Пошли-ка в коридор. — Они вышли в коридор, и Селена быстро прошагала его до тупика. Тупик заканчивался небольшой дверью. — Веткин, что здесь?

— Кладовая для белья.

— Бельё придётся переместить на первый этаж. Здесь будет моя комната. А в ту мою, большую, определим трёх девочек из новеньких. Кровати придётся поискать по соседним домам. После "тихого" часа.

— Но кладовая совсем маленькая.

— Не всё сразу. Много мне не придётся сидеть в своей комнате. Достаточно, если в неё влезет кровать и найдётся шкафчик для личной одежды. Так, давай посчитаем. На этом этаже шесть комнат, не считая кладовой. У нас шестнадцать детей: трое наших, двенадцать плюс Коннор. Наши оборотни с Микой — одна комната. Комната для трёх девочек — два. Комната для оборотней Коннора (их тоже трое) — три. Нужна отдельная комната для Коннора — четыре. И шесть мальчиков из команды Коннора вселяем в две последние. Пока вроде получается? С мебелью выясним. Но о ней позже. Главное сейчас — вселить ребят, и пусть обживаются.

— Сделать-то это сделаем… — с сомнением заметил Веткин.

— Знаешь, основное можно сделать, пока они будут после "тихого" часа гулять. А погулять им придётся весьма увлекательно. А сейчас пошли в столовую и посмотрим, что у нас с продуктами.

Они спустились вниз, вошли в столовую. И поневоле заулыбались, заслышав ребячий весёлый гомон и смех. Домовые собрали столы со всего первого этажа, даже вынесли в столовую кухонный, как объяснил Веткин — нетрудно назад затащить, а пока хорошо. Ребят разделили на группы по четыре человека, и, кажется, это сыграло свою роль: не тесно, а значит — спокойно. Не передрались, как с тревогой ожидала Селена.

Она пожелала всем приятного аппетита, на что все посмеялись в ответ: уж чего-чего, а аппетита в достатке! После чего Селена вместе с Веткиным прошла на кухню.

— Скажите мне точно, сколько у нас мяса осталось. Это главное, что меня интересует. Хватит ли на завтра?

— На ужин хватит и на завтрак, — сказал Рыжий, многозначительно выпятив губы.

— Так. Так… — задумчиво повторила Селена. — Исключите из ужина и завтрака порции для меня. Я буду есть только салаты и бульон. Сегодня, кроме ужина на детей, приготовьте два блюда — я иду к нашим непрошеным гостям. И пусть эти блюда будут очень вкусными, просто — пальчики оближешь!

Домовые переглянулись и пообещали выполнить заказ хозяйки.

Затем Селена выглянула в столовую и предупредила ребят, что теперь у них собственные комнаты. С комнатами возня прошла быстро. Коннор прямо расцвёл, когда понял, что у него комната отдельная, — остальные, естественно, не возражали. И, судя по всему, пробовали бы ему возразить! А мальчишка радовался так, что было заметно невооружённым глазом. И Селена была рада за него — теперь он мог спать, раздевшись: остальные не увидят его необычного тела.

Свои вещи перенести в новую комнатушку оказалось легко: много ли их! Кровать для кладовой гномы-домовые нашли с высокой спинкой в изголовье — и низкой в изножье. На высокую спинку Селена повесила куртку, а под кровать, в картонную коробку, найденную домовыми, уложила свою сумку. Устроилась… Она улыбнулась. Неплохо. Главное — на эту комнатушку никто не покусится.

Наконец все устроились. Возбуждение, вызванное распределением комнат и их заселением, улеглось, и девушка велела всем — спать! Это было трудно — уложить желающих поболтать, обсудить перемещения. Пришлось подежурить в коридоре несколько минут, пока не убедилась: наконец-то — спят.

Чувствуя тяжёлую, гудящую голову, девушка спустилась на первый этаж и постояла в растерянности: что в первую очередь? Слишком многое запланировано…

Пришла в себя, услышала позвякивание. Домовые посуду моют. Так. Есть, как минимум, абсолютный час на себя. Значит… Селена с силой потёрла лоб и вышла из дома. Дошла до видимо глухой стены возле сада. "Как там сказал Веткин? Вспомнить книги?" Она представила, как вынимает магические книги из ящичка-ларца, разглядывает их, вспоминая обложки — некоторые просто толстые, некоторые жёсткие и на замочках… Секунды две спустя в сплошной стене дома нарисовалась дверь.

— Привет тебе, дверь, — тихо сказала Селена и потянула за ручку.

В "личном" кабинете она, нимало не колеблясь, подошла к письменному столу и вынула внутренний ящик. Колец и браслетов здесь лежало довольно много. Девушка вспомнила разряженные артефакты, отданные Коннору. Интересно, куда он их дел и можно ли было бы их заново наполнить? Или теперь, с разрешением Коннору пользоваться ими, они уже не могут принадлежать ей?

Но больше волновал вопрос: Джарри в тот раз помогал определить, какой эмоциональной силой можно наполнить каждый предмет, но, когда мага рядом нет, как определить это самостоятельно?

Она вздохнула — и нашла, с чего начать. Выложила ящик на стол, а рядом положила книги, которые в прошлый раз оставила здесь. Снова перебрала их, держа в руках каждую не меньше нескольких секунд. Отложила стопку и придвинула к себе ящик с кольцами и браслетами. Сначала высыпала на столешницу кольца и стала по одному складывать их в ящик, в своё отделение. Результат заставил её улыбнуться: на столе остались семь колец, которые ей не хотелось положить на место. То же сделала и с браслетами.

Итак, семь колец и семь браслетов. Будущие артефакты есть. Что дальше? Ну, хорошо. С браслетами понятно — набрать стихийной силы нетрудно, помедитировав. А что делать с кольцами? Напряжённая от попыток сообразить, Селена уставилась на горсть колец. Может, всё-таки спросить у Коннора, как это делается — набирается сила? Ну, в какое кольцо какая эмоция? Мозги снова вскипели, но никакого результата.

Словно мелкий сухой мусор, девушка смела ладошкой кольца со стола в другую, подставленную ладонь и задумалась. А что… Что, если вспомнить сегодняшний день — все события до обеда? Она пересела со стула в то самое кресло, в простенке между стеллажами, закрыла глаза, сложив ладони горстью.

Внезапное пробуждение. Сумасшедшая гонка к деревенской изгороди. Ужас и страх при виде машинных демонов. Облегчение, когда поняла, что гонку помогают выигрывать всё-таки Джарри и Коннор. Непонимание и растерянность, когда Коннор из умного мальчишки с проницательными не по-детски глазами вдруг превратился в идиота. Потрясение, когда один из спасённых накинулся с кулаками на мага, а тот не сопротивлялся… Чувство вины… "Я тебе сегодня этого чувства добавлю!" — мрачно пообещала девушка и открыла глаза… И вспомнила, для чего села в кресло. Неужели не получилось? Ведь о кольцах забыла напрочь, увлёкшись воспоминаниями! Вот только… Это только кажется, или ладонь с кольцами на самом деле чувствительно отяжелела? Открывать страшно…

Девушка робко приподняла одну ладонь.

От сердца отлегло: все кольца рассиялись блескучим разноцветьем камней! Наполнились! Она торопливо надела артефакты на пальцы, неожиданно радостная, оттого что кое-что выполнила самостоятельно, вслепую, а оно, неведомое ей, вдруг — да получилось.

Всё. Пора за работу с браслетами. Время поджимает. Она сграбастала браслеты кучей и бегом помчалась к двери в сад. Толкнулась — а дверь не открылась. Ошарашенная, Селена некоторое время торкалась в неё, но всё оказалось тщетно.

Идти через дверь веранды? Селена медленно пересекла кабинет и осторожно, уже с опаской торкнулась и в эту дверь. Проходить мимо остатков кабана, висящего на крюке, конечно, жутковато, сразу представился изогнутый скелет, но что делать… Дверь как каменная! Да что это?!

— Так, голубушка, — дрожащим голосом выговорила Селена и сама вздрогнула, услышав хрипловатость, на последних словах чуть не перешедшую в сип. Откашлялась. — Вспомни, что сказал Джарри. Это твой дом. Твой кабинет. Всё это оставили для тебя. Значит… Чёрт бы побрал все эти магические штучки… Значит… Значит, ты чего-то не сделала в кабинете, и он тебя не отпускает. Кабинет… — жалобно обратилась она к пустому пространству. — Что я должна сделать, а? Подскажи-и…

Кабинет подсказывать не захотел, зато подсказало воспоминание.

Прутик. Джарри сказал взять прутик — и по часовой стрелке вокруг себя прокрутиться с ним, касаясь земли. Правда, он сказал это, для того чтобы Селена прочувствовала себя ведьмой. Но ведь тот опыт привёл к найденным под землёй магическим книгам. А вдруг?

С большой долей неуверенности девушка огляделась, одновременно распуская волосы, — тоже по прошлому опыту вспомнила, что от неё это потребовалось. Что в комнате может заменить прут? Ага… Она подошла к камину. Кочерга. Тонкая, на металле какие-то узоры. Подойдёт? Нет?.. А, думать ещё. Времени и так в обрез.

Она встала посередине кабинета и, вдохнув и вытянув длинный металлический прут, медленно начала кружение по часовой стрелке.

Это оказалось сильней, чем с прутом! Возможно, узоры на металлической кочерге были не просто узорами, как всё непросто оказалось в самом доме. Но два круга спустя Селена почувствовала, что кочерга рвётся из рук, а отпустить её просто-напросто испугалась: а если разобьёт здесь всё?! И она не почувствовала головокружения, которое было в тот, первый раз.

Ха, больно кочерга её слушалась: она всё-таки вырвалась из рук! Один оборот в воздухе — и "прут" врезался в пустой стеллаж, разбив две полки и провалившись куда-то за ними, ближе к стене. Испуганная грохотом — не разбудить бы детей раньше времени! — девушка бросилась к стеллажу, сунула руку за сломанные полки. Пальцы наткнулись на что-то странное, что затем удобно легло в ладонь. Селена потащила на себя что-то металлическое. С трудом — за полками оно здорово застряло.

Вытянула, доломав полки — иначе никак. Вытянула и прикусила губу. Ух ты… Губы всё-таки невольно растянулись в улыбке. Меч. Настоящий. В ножнах. Несмотря на радость от находки — чисто эстетическую радость, потому что оружием не владела, внутренняя усмешка всё же оставалась. Хозяин дома слишком верит в того, кто поселится в его жилище. Оружие какое-то детское. Может, оно для ребёнка? Не для неё?

Эх, Джарри… Как не хватает твоих ответов на все вопросы.

— Я должна взять меч? — спросила она кого-то.

Заранее угаданная тишина в ответ. Отмолчались — усмехнулась девушка.

Селена снова вздохнула, вытащила из-за сломанных полок кочергу, повздыхав о полках, и оставила её у камина. Затем с мечом в руках направилась к двери из кабинета. Помедлив, девушка осторожно толкнула дверь. Помедлила — это побоялась, что та снова не откроется. Но дверь послушно открылась. Селена было шагнула за порог — и резко остановилась — из-за новой идеи. Постояла, глядя на пасмурное небо, в серовато-белёсых тучах-облаках, на тёмную зелень деревьев… И вернулась в кабинет.

Дошла до письменного стола, решительно положила меч на столешницу и снова приблизилась к двери. Толкнула. Даже не шелохнулась. Больше толкать девушка не стала. Вернулась к столу, посмотрела на меч, на ножны, в которых он то ли прятался, то ли отдыхал, и смешливо спросила:

— И как тебя зовут? Открывающий Двери?

И, задержавшись на минутку, подумала: а ведь Открывающий Двери — это очень даже неплохо, если она собирается выручать Джарри. Так что, прихватив меч, она уже спокойно, с полной уверенностью, что всё будет так, как она думает, направилась к выходу. Дверь спокойно, как и верилось, открылась, и Селена сразу пошла в сад — медитировать для сбора силы в браслеты.

Медитация успокоила и душевно. Перед заходом в дом Селена спрятала все артефакты и меч под куртку. Очень сильно боясь, как бы кто по пути ей не встретился — в первую очередь дети, конечно, — она быстро пробежала первый этаж, взлетела по лестнице и осторожно прошла коридор до тупика — до собственной комнатки. Здесь быстро освободилась от колец и браслетов и спрятала меч под сумкой, которая угнездилась в коробке, подаренной домовыми.

Вовремя. Время "тихого" часа закончилось. Кто-то из детей проснулся сам. Кто-то был разбужен соседями. Селена прошлась по комнатам и велела собраться в столовой.

— Дамы и господа! — обратилась она к собравшимся. — Сейчас мы сыграем с вами в интересную игру. Будем играть в пиратов. Разделимся на две группы, и к каждой группе будет приставлен домашний. Условия такие. Два дома рядом с нашим — это вражеские корабли. Вы начинающие пираты, а домовые — опытные. Они вам скажут, что именно нужно грабить. Всё понятно?

Дети зашумели. Некоторым не понравилось, что ими будут командовать какие-то духи — которые даже в иерархической лестнице здешних рас не рассматриваются как расы. Другие не совсем поняли, что это за игра.

— Поднимите руку, кто знает, что именно нужно награбить, — предложила Селена.

Дети переглядывались, пожимали плечами.

— Вот именно, — сказала спокойная, как танк (по её собственному впечатлению), девушка. — Объясняю для всех и надеюсь, что дураков среди вас нет: вы сюда попали в большом числе и внезапно. Вам всем нужны вещи, но вы не всегда знаете, какие именно. Вопрос: кто лучше домового знает, что именно вам нужно?

Дети притихли.

— Правильно. Знают только домовые. Вы принесёте из грабительского похода всякую мелочь, и только домовые скажут, что вам понадобится на каждый день. Все меня поняли?

Дети нестройным хором подтвердили, что все. Выглядывающие из кухни домовые, слышавшие речь хозяйки, перепуганно осмотрели детей и осторожно упрятались в кухню.

Наконец Селена определила в командиры Рыжего и Веткина, после чего проводила всех "на объекты". Сначала дети довольно скептически смотрели на испуганных домовых, но, сообразив задачу, с радостью начали грабёж. Селена ещё напомнила им прислушиваться к своим ощущениям: не оставлено ли для них хозяевами чего в домах. Это дополнительное задание подхлестнуло детей, заставив их всех буквально прочёсывать помещения в своеобразном обыске.

Всех, кроме одного.

Когда Селена вернулась в свою комнатушку, она даже вздрогнула. На кровати сидел, легкомысленно болтая ногами, Коннор. Он смотрел на неё насмешливо и, уже привычно, — проницательно. Честно говоря, под этим взглядом девушке стало неуютно.

— Ты куда-то собираешься?

— Почему ты не с ребятами?

— Потому что ты куда-то собираешься.

— Интересный у нас разговор получается, — пробормотала девушка, отчаянно размышляя, что делать. Если она при мальчишке начнёт собираться к эльфу с вампиром, он точно привяжется. Но ведь… Что-то внутри возразило: он сильный маг — раз, он лучше тебя сообразит, как действовать в той или иной ситуации.

— Возьми меня с собой, — сказал мальчишка.

С минуту Селена смотрела на него, покусывая губу.

— Ну ладно. Пойдёшь со мной. Но ведь ты спрячешься, да?

— В идиота, — подтвердил Коннор. Кажется, ему нравилось это дело — казаться кем-то другим. А может, он привык прятать собственное преимущество перед противником.

— Тогда помоги. — Селена нагнулась и нашарила под кроватью коробку с сумкой и мечом. — Покажи, как надевается эта амуниция.

Он не сказал ни слова, не спросил даже, откуда у неё меч с ножнами на ремне. Встал с кровати и, словно делал это не однажды, помог обтянуть ремни вокруг плеч и на поясе. И Селена, чуть-чуть посомневавшись, всё-таки решилась спросить:

— У этого меча есть имя?

— Есть.

— Открывающий Двери?

— Имени я не разглядел, — спокойно сказал мальчишка, — но то, что ты должна передать его кому-то, это есть.

— Не тебе ли?

— Нет. Не мне. Ты не боишься идти к ним?

— Надо? У тебя какие-нибудь предчувствия?

— Пока нет. Кроме меча, что у тебя есть?

— Кольца и браслеты.

— Это хорошо, — задумчиво сказал Коннор и помог её натянуть куртку.

Прежде чем пойти в саму деревню, Селена сказала, что ей почему-то очень хочется подойти к деревенской изгороди. Коннор ничего на это не сказал. Всё ещё не привыкшая к странностям нового места обитания, девушка долго, пока шли к околице, размышляла о том, что магическое зрение надо бы приобретать, но когда?

Постояв у изгороди и насмотревшись с тяжёлым сердцем на "гуляющих" вокруг деревни демонов-торнадо, они вернулись в деревню и, наконец, очутились у дома, где обосновались нежданные-негаданные (и нежеланные) гости.

16

Чего Селена сдержать не могла, так это дрожи собственных рук. Даже правая, с узелком — ужином для непрошеных гостей, тряслась так, что, как девушка ни стискивала кулак, дрожь продолжалась нехилая. Пока девушка не сообразила прижать узелок к себе, к животу. Селена боялась. Она отчаянно боялась, потому что не знала, как говорить с теми, кто презирает людей. И о чём говорить, чтобы они не сочли её противником себе. А ей нужно расположить к себе этих вражин, как выражалась когда-то бабушка, расположить, чтобы они не расценивали её как противника.

Недавняя идея, что она придёт и сразу сообразит, как действовать по ситуации, теперь казалась полнейшей глупостью.

Они стояли рядом с роскошным палисадником, так густо окружившим дом разросшейся без хозяев зеленью, что из окон их никто и не заметит. Тем более — стояли на углу. И девушка не могла заставить себя сдвинуться с места. Как говорить? Если она вообще вот-вот онемеет от страха?

Она выдохнула и только сейчас обратила внимание на Коннора. Он уже должен был принять личину слюнявого дебила, вроде и начал преображение, но лицо его не стало тупо расслабленным, и сейчас — такое впечатление — мальчишка словно прислушивался к чему-то, что слышно только ему. Да и глаза пока выдавали его, настоящего, — всё те же жёсткие и проницательные.

— Ты что-то слышишь? К чему ты прислушиваешься?

— В этой деревне жили сильные маги. Все умирали своей смертью, — сосредоточенно констатировал мальчик. — Кладбище хорошее. Могилы спокойные.

Только теперь Селена вспомнила, что Коннор — некромант. Но зачем ему сейчас мертвецы? Может, он хочет натравить их на непрошеных гостей? Вряд ли… Мальчишка-маг хоть и мал, но отнюдь не безрассуден.

— Нашёл… — пробормотал он. Коротко взглянул на Селену и предупреждающе поднял указательный палец, едва она открыла рот машинально спросить, что он нашёл.

Его лицо внезапно совсем потеряло маску идиота: не то похудело, не то вытянулось и стало строгим и повелительным. Взгляд, наоборот, стал рассеянным. Он словно смотрел в пространство, глядя на что-то невидимое.

— Иди… — монотонно сказал он этому призрачному в пространстве. — Ко мне…

Селена мгновенно собралась: некромант — кого он вызвал? Если она, конечно, правильно понимает, что происходит… Чуть позже она услышала странные щелчки — где-то снизу. И немного отодвинувшись, заметила нить, оплетающую кисть мальчишки, которая затем спускалась на пальцы и тоже оплетала их — путано, на первый взгляд. На нити виднелись мелкие шарики, которыми Коннор и отстукивал странный ритм, двигая пальцами. Селене даже показалось странным: шарики на вид не больше бисера, а стук слышен, как будто кто-то потряхивает тарелку с горстью сушёного гороха. Такую же нить с шариками девушка видела у Джарри. Только шарики там были крупней.

Больно вздрогнуло сердце. Но уже, кроме страха, девушка, как ни странно, чувствовала детский восторг: неужели он в самом деле вызвал какого-нибудь мертвеца?! Страшно! Но и страшно интересно! И Селена попыталась увидеть то, что видит мальчик.

Солнце выглянуло и снова пропало. Но этого мгновения оказалось достаточным, чтобы глазу уцепиться за тень, чуть темней обычных теней, которых было много не только в солнечный, но и пасмурный день. От неожиданности Селена заморгала, не понимая: видит она, или ей только мерещится нечто?

Коннор не шевелился. Только рука со странным украшением поднималась выше и выше — перед тенью. И его застывший на браслете взгляд следовал за пощёлкивающими шариками на нити. Затем мальчик замер — на секунды. Взгляд, только что бывший рассеянным, жёстко упёрся в нечто. Тонкая детская кисть встряхнула шарики — и Селена затаила дыхание: перед ними возникли очертания молодой женщины в военной форме. Её стремительно обозначившиеся глаза застыли на нити с шариками.

— Отвечай только на мои вопросы, — велел Коннор. — Кто ты: имя, профессия?

От внятного шёпота призрака девушка непроизвольно содрогнулась.

— Илия. Боевой лётчик-дракон.

— Что значит дракон?

— Бомбардировщик-истребитель.

— Почему ты оказалась на территории деревни?

— Меня сбили машинные демоны. Последнее желание умирающей — оказаться на территории своих — выполнили маги, которые в это время окружали деревню защитой.

— Ты маг?

— Нет. Обычный человек.

— Готова ли ты снова помочь тем, кто сам не может защищаться?

— Да.

— Возьми эту женщину за руку.

Прозрачное, еле видимое стекло, на которое только что плеснули воды, приподнялось — в текучей форме руки. Селена со страхом взглянула на спокойного мальчишку. Но он мельком глянул на неё и снова перевёл взгляд на призрака. И девушка решилась. К застывшей в воздухе призрачной руке она нерешительно протянула свою. И ощутила, как ледяные струйки переплелись с её пальцами. Призрак исчез. Ощущение холода на пальцах — тоже. Селена с недоумением перевернула ладонь.

— И что? — всё так же нерешительно спросила она.

— Посмотри — пальцы дрожат?

— Нет.

— Этот призрак — сама уверенность. Тебе её не хватает. Когда ты будешь в чём-то сомневаться, она тебе поможет. Ты не обретёшь её свойств. Просто будешь уверенной.

— Говорят, призраки остаются на земле, если у них что-то остаётся невыполненное, — полувопросительно сказала девушка.

— Она поссорилась со своим женихом перед вылетом. Тебе придётся найти его когда-нибудь и выпросить прощение — за неё. Ну что? Идём?

— Пошли, — вздохнула Селена. Но, немного поколебавшись, добавила: — Как-то слишком всё легко.

— Вот и меня удивило, как она быстро согласилась, — задумчиво сказал Коннор и "налепил" на лицо маску идиота.

Они обошли палисадник и приблизились к входной двери. Краем глаза Селена ухватила неясное движение за оконным стеклом неподалёку от двери. Кто-то из двоих подсматривал. Скорее всего — вампир. "Почему я так уверена, что именно вампир? — растерялась Селена. — А вдруг подглядывает эльф?" Мгновения спустя она уже пренебрежительно решила: "Ещё будет эльф подглядывать! Он слишком высокомерен для этого дела. А вампир всегда пронырливым был. Он — наверняка!"

Селена замедлила шаги. Кажется, Илия разговаривает в тон ей?

"А что мы вообще должны сделать?" — деловито спросилось изнутри.

Начинавшая привыкать и отличать голос призрака от собственного внутреннего, девушка всё же чуть не поперхнулась: "Это кто это — "мы"?" Но взяла себя в руки и уже спокойно объяснила: "Многого не требуется. Мы должны этим двоим отнести ужин и выпросить их разрешения накормить ещё одного — арестованного".

Призрак на это ничего не сказал, но Селена неожиданно для себя ярко ощутила разочарование: "Всего лишь? И ты боялась именно этого?"

Селена соча нужным объяснить: "Я нездешняя, но нельзя перед эльфом и вампиром раскрываться. Поэтому я и боялась, как бы чего не сказать лишнего или сделать что-то не то".

"Вон что, — рассеянно сказал призрак. И у девушки создалось впечатление, что Илия стоит между книжными рядами, забитыми довольно плотно, и жадно всматривается в корешки книг. Призрак — подтвердил: — А у тебя тут интересно! — После чего снова рассеянно, даже, скорее, для себя пробормотал: — Значит, я с тобой ненадолго?"

Прежде чем постучать, Селена тихо спросила:

— А твою маску не раскусят?

— Вокруг меня поле такого безумца, что уже при виде только границ хаоса они побоятся влезать в суть, — спокойно ответил мальчишка.

И она постучала.

Дверь открыли сразу — Траян словно мимо проходил и руку протянул.

— С чем пожаловали? — сухо спросил эльф, вышедший из коридора. Он был огромен в этой большой комнате, так что и помещение сразу как-то скукожилось.

Здесь, в этом тёмном помещении, было ещё и как-то сыровато. Отчего Селена сразу вспомнила, как пахло сыростью и в её только-только обживаемом доме. Всего несколько дней назад. Эти, вселившись, даже не подумали снять шторы с окон. Не любят света — оба? Помещение первого этажа, откуда выходить сразу во дворик маленького поместья, грязное и не просто тёмное, а какое-то безоглядно запущенное.

— С ужином, — спокойно откликнулась Селена и протянула узелок с двумя порциями мяса. — Там бифштексы — один с кровью, другой хорошо пропечённый.

Вампир мгновенно снял с её ладони натянувшуюся завязку с ужином.

— Чего вы хотите за это? — надменно спросил Аэрон.

— Разрешите отнести ужин и вашему арестованному, — ровно сказала Селена. И слегка улыбнулась. — Ему мы принесли отварных овощей.

Траян еле заметно скривился. Он выглядел очень напряжённым. Немного девушка понимала его: чего тянет эльф — жратву же принесли! Да ещё отдельно постарались — есть с кровью кусок! Пусть не человеческой, но хоть что-то (объяснили домовые)!

Аэрон покосился на вампира.

— Я провожу вас к нему.

— Вы так добры!

— Это не доброта, а практицизм, — с удовольствием сказал вампир. — Завтра утром мы сделаем попытку улететь из деревни. Главная надежда на этого мага. Так что неплохо было с вашей стороны подумать о нём. Аэрон, жду тебя в столовой комнате.

Он помахал эльфу узелком и быстро ушёл в коридор. Аэрон только поморщился — кажется, ему не понравилась болтливость вампира. Селена сейчас разглядела его и про себя вздохнула: эльф — просто поразительно красив. Ко всему прочему, отчётливо ощущается, что от него буквально веет чувственной силой мужской притягательности. Едва он только перевёл взгляд на девушку, она сразу сообразила, что он пытается её — околдовать? "Не дрейфь, — пренебрежительно сказал внутренний голос. — У него всё равно не получится. Он сейчас своё обаяние пытается распространить на одного человека, не зная, что нас — две личности. Не поддавайся. Он из любителей очаровать, чтобы получить больший смак, когда тебя бросит. От сильного человеческого чувства он балдеет по полной!"

— Так мы идём? — напомнила Селена о деле.

Эльф, оказавшийся очень близко к ней, улыбнулся. Уже не высокомерно, а как улыбается мужчина женщине, которая ему понравилась и от которой он ждёт отклика.

Кажется, Илия хотела ещё что-то сказать. Но Селена уже с трудом удержала улыбку на губах, вспомнив утренний эпизод: ничего не подозревающий Джарри откашливается от крови, а этот… этот… бьёт его с размаху!

"Ого… — тихо сказала Илия. — Вон тут что у нас!"

Отчуждение эльф, впрочем, уловил сразу. Презрительная улыбка вернулась. Но Селена спокойно развернулась, не выпуская руки покорного её движениям Коннора, и вышла из дома. Почему-то она была уверена, что эльф ничего ей не сделает. И вообще, кажется, благодаря присутствию Илии, она чувствовала себя и в самом деле уверенной. Как и обещал Коннор.

Уже во дворике она выждала, чтобы Аэрон оказался чуть впереди и пошла за ним — к тому самому сараю. Она-то ещё ничего… Но вот Коннор вдруг довольно шумно втянул воздух сквозь зубы. Что случилось? Он ведь идёт рядом, и она видит всё то, что видит он?

Или он увидел нечто магическим зрением? Стараясь не отставать от эльфа, Селена быстро вспомнила магические книги — быстро перебрала в памяти уже знакомые обложки.

Увидела. Но не поняла. Аэрон уже стоял рядом с сараем и деловито что-то снимал с двери. Впечатление — снимал прозрачно-синие полотнища с самого сарая. Очень плотные. Чем они не понравились Коннору? Это какая-то магия?

"Вижу твоими глазами, — сказала Илия, тоже встревоженная. — В магии не разбираюсь, но примерно знаю, что это такое: полная укупорка помещения от мира. Тот, кто находится в сарае, отлучён от любых стихий. Даже обычному человеку такое тяжело даётся, а уж если там, как ты видишь, маг…"

Коннор сжал руку девушки. Она взглянула на него. Но, вероятно, он это сделал не намеренно — а забывшись. Тем не менее, что-то было очень серьёзное в том происходящем, чего она пока не осознала: мальчишеская ладошка, которую она сжимала, резко вспотела.

— Ну, вот ваш маг — можете его накормить, — почти добродушно сказал Аэрон, но в сарай не зашёл, только распахнул дверь. — Я пока оставлю вас, — уже с издевательскими нотками в голосе сообщил он и пошёл к дому, натягивая за собой все эти синие полотнища.

Будто совершенно забывшись, Коннор сам потащил девушку за собой. Правда, со стороны его поспешность выглядела естественной: ребёнок увидел открытую дверь и хочет заглянуть в помещение. Селена вздрогнула и резко обернулась: дверь в дом хлопнула. Эльф зашёл, видимо, нисколько не сомневаясь, что узник не сбежит.

— Быстро… — прошептал Коннор, мгновенно сбросивший с себя личину идиота.

Они влетели в сарай.

Кажется, довольно просторное помещение было предназначено для хранения сельскохозяйственного инвентаря. Вокруг были полки, какие-то решётки, за которыми аккуратно расставлены эти самые инструменты… Пришлось пройти по сараю шагов семь-восемь, прежде чем нашёлся Джарри. Он лежал на полу — хорошо, тот был покрыт деревянным настилом.

— Джарри! — жарко шепнула Селена и бросилась к нему.

Маг медленно повернулся и попытался подняться.

— Лежи, — велел Коннор, садясь перед ним на колени.

— Что с ним сделали?

— Ничего — сами по себе. Они лишили его доступа силы — обычной силы, которую получает любое живое существо, — жёстко сказал мальчик. — То есть сейчас он в том же состоянии, в каком его сюда забросили. Единственное — заговор сделали, чтобы кровью совсем не истёк. Смотри, даже царапины не зажили. Если бы он не ранен был, он быстро порвал бы блокирующую магию…

Смотреть девушка не стала. Времени им дали явно мало. Поэтому она тоже встала рядом на колени, нагнулась к магу, быстро поцеловала его и обняла безвольное тело, бережно поддерживая голову. Больные глаза с трудом взглянули на неё и снова закрылись. Ругаясь про себя изо всех сил, Селена осторожно опустила голову Джарри на деревянный настил и принялась снимать с себя кольца и браслеты.

— Коннор, — вдруг вспомнила она, — а то синее покрытие, которое Аэрон потащил в дом, — это и есть… — Она затруднилась, как назвать виденное.

— Блок. Они именно этим заблокировали его, — сказал мальчишка, быстро надевая кольца на пальцы Джарри. — Сейчас получилась небольшая утечка, потому что хоть блок и остался на сарае, но его часть протянулась в дом, за Аэроном. Ко всему прочему я рву этот блок, да и ты внесла достаточно силы, чтобы подлечить Джарри.

— И они собираются использовать его, чтобы прорваться среди машинных демонов?! — поразилась девушка. — В таком состоянии?

— Если бы он им нужен был потом, они б на такое не пошли, — сказал мальчишка.

— Что я ещё могу сделать?

— Если не побоишься, возьми его за руки… Ну, как будто здороваешься.

— Почему "если не побоишься"?

— Он начнёт вытягивать из тебя и артефактов силу. Больше ему неоткуда её взять. Ощущение из неприятных.

— Нашёл о чём спрашивать, — проворчала девушка и немедленно ухватилась за руки Джарри. Холодные и влажные. Она даже испугалась. Вцепилась в них, скорее даже не держать, а согреть. Коннор между тем занимался её кольцами, то надевая их на одни пальцы Джарри, то снова снимая их и надевая уже на другие.

— Отойди чуть-чуть, — скомандовал мальчишка и быстро выложил браслеты Селены вокруг тела мага.

Кажется, девушка и сама сообразила, что он делает: браслеты-то она наполнила как раз силой стихий. Но и с браслетами Коннор действовал, примерно как с кольцами: он не давал им долго находиться на одном месте — каждый из браслетов не пробыл на месте и минуты. Полагая, что мальчишка-то видит, как работают магические артефакты, Селена старалась удержаться от вопросов…

— Пока одно хорошо, — тихо сказал Коннор, в очередной раз поменяв вокруг тела мага браслеты местами. — Если они надеются на него, значит, до утра доживёт. Джарри…

Маг тяжело открыл глаза — уже не мутные и больные, а постепенно очищающиеся, и сосредоточил взгляд на Селене. Девушка обняла ладонями его лицо.

— Ты меня слышишь, Джарри? — мальчишка всмотрелся в глаза мага и довольно кивнул. — Я сейчас тебе дыру сделаю в крыше — ты быстро за неё уцепись. Слышишь? Моргни!

Джарри медленно закрыл глаза и открыл. Моргнул.

Коннор торопливо встал и поднял руку — пальцы щепотью. Некоторое время ничего не происходило, а потом словно по сараю свежий ветер прошёл. Порывом обдуло застоявшееся пространство, и словно именно на эти порывы еле ощутимой свежести и откликнулся маг. Он застонал, пытаясь дышать полной грудью. И секунды спустя Селена уже помогла ему сесть. Джарри оживал с каждой секундой. Девушка глазам не поверила: смуглый цвет возвращался на побелевшее, почти бескровное лицо, а глаза становились всё ярче. Впервые ей был дан практический урок, каким становится человек, отрезанный от природных сил и лишённый малейшей подпитки стихий.

Вскоре он уже сидел, прислонившись к ножке стола, на котором валялись какие-то непонятные для девушки инструменты.

— Завтра… их здесь не будет, — слегка задыхаясь, сказал маг. — Они мне… сказали, что я должен вывести их отсюда. Я сказал… что сделаю.

Девушка немедленно похолодела. А потом разозлилась.

— Спасаешь нас? — сухо спросила она. — Это ты хочешь сказать? Вроде как увезёшь этих двоих отсюда — и нас от их присутствия освободишь? А вот не отпущу, понял?

— Селена, ты же…

— Закрой рот! — оборвала девушка. — Нет, вы только взгляните, как он хорошо думает! Геройствовать вздумал, да? А ты хоть иногда дальше своего носа смотришь? Ты хоть немного думаешь о том, что будет чуть позже? Увезёт он их! У меня пятнадцать человек детей! И мяса осталось только на завтрак! Хочешь сказать, что не понимаешь? Что это катастрофа тебя лично никак не задевает?! Жертвоприношение мне тут вздумал устраивать!

— Селена, не кричи, — предупредил Коннор.

— А мне наплевать! — крикнула девушка. — Ты что придумал, Джарри? Уведёшь этих, тебя убьют, а там — хоть потоп после, да? Геройский поступок он придумал!.. Подвиги решил совершать! Раз — и готово… И что? Хочешь сказать, что на кабана мне придётся идти? Да я… Да я… А вот на фиг всё! Пойду на кабана! Потому что, в отличие от тебя, я думаю о будущем! О том, что только на мне остаются эти пятнадцать ртов! Что мне их кормить придётся — они же живые, они маленькие — они есть просят! Я им обещала — дом! И я дам им этот дом, где они всегда будут сыты и не будут думать, что вот завтра придётся снова мотаться по этой страшной земле в поисках приюта! Они маленькие, Джарри! Они поверили в меня, они поверили в тебя — и ты так легко уходишь от нас?! Да лучше бы я сама тебя убила сразу!

— Селена, — предостерегающе сказал мальчишка.

— Что — Селена? Меня сюда забросили фиг знает зачем! Я, блин, в этого слабака!.. — она сама ахнула и оборвала негодующий вопль на полуслове.

Джарри поднял вздрагивающую руку — положить на её плечо. Она оказалась слишком близко. Только дёрнулась вырваться, как, застыв на единственное мгновение, прильнула к нему — снова обнять. Он опустил голову к ней, теперь совсем близкой, — на плечо. Медленно провёл колючей от щетины щекой по её щеке.

— Что… будем делать?

— После того как мы уйдём, — сказала она ему мимо него, прижавшегося к ней щекой, — тебе придётся притворяться таким же, каким ты был до нашего прихода. Я вернусь ночью. Ты должен меня ждать. Понял?

— А зачем… ты придёшь ночью?

— Выкрасть тебя, конечно, — сказала Селена и отстранилась, чтобы заглянуть в лицо мага. Он сидел уже достаточно уверенно. И она вздохнула: — Думаешь, зачем мы сюда вообще пришли? Чтобы проверить, готов ли ты к побегу.

— Селена, но ты… — начал мальчишка.

— Вы оба собираетесь меня переубеждать? — скептически спросила девушка.

"Здорово ты их! — восхищённо сказал Илия, которая до сих пор помалкивала. — Я уж думала — ты совсем мышка, тихая такая. А ты, оказывается, и прикрикнуть можешь".

Селена мысленно кивнула.

— Ладно. Мы оставляем тебе вот эти тарелки — в них всего лишь тушёные овощи. И вот два яблока — Веткин велел передать. Говорит, для магов силы набираться — самое то. Перед этими двумя притворяйся, не забудь. Жди меня в полночь или чуть дальше того.

— Нас, — поправил мальчишка, испытующе глядя то на неё, то на мага.

Селена внимательно посмотрела на Коннора. Несдержанность, с одной стороны, имеет свои плюсы, как и минусы. Зато впереди несколько часов на составление плана, как выкрасть мага. Может, это и к лучшему, что она сейчас устроила небольшую истерику.

17

Коннор быстро встал. Тёмные глаза показались слегка отстранёнными и напряжёнными, словно он вслушивался в нечто.

— Быстро! Уходим! Они там зашевелились — наверное, поели и в любой момент будут здесь! Селена, ты не забыла?

Девушка спохватилась: спасибо, что напомнил.

— Джарри, кажется, это тебе! — Она задрала на себе куртку — так быстрей, вместо того чтобы расстёгивать её, и мальчишка помог ей вынуть из ножен короткий меч. Селена мгновенно сунула его под стол, за спиной Джарри. — Я спрячу его здесь, а ты не забудь притворяться, что слабый.

— Но не так, каким был до сих пор, — торопливо подсказал мальчишка, то и дело оглядываясь на входную дверь сарая, одновременно делая какие-то странные движения руками, словно ловя что-то. — Они знают об ужине — во-первых, Аэрон снял часть блока вокруг тебя и знает, что ты возьмёшь кое-что от нас, — во-вторых. Так что будешь чуть живей — это нормально.

— Нашёл о чём спрашивать, — проворчала девушка и немедленно ухватилась за руки Джарри. Холодные и влажные. Она даже испугалась. Вцепилась в них, скорее даже не держать, а согреть. Коннор между тем занимался её кольцами, то надевая их на одни пальцы Джарри, то снова снимая их и надевая уже на другие.

— Открывающий, — будто не слыша их, маг, так и не вставший с пола, со слабой улыбкой загляделся на место, куда девушка спрятала меч.

Селена и Коннор понимающе переглянулись. Всё-таки — Открывающий!

Сарай сразу стал уютней, но…

— Выходим, — резко напомнил мальчишка. — Иначе они сейчас будут здесь.

Уходя, они оглянулись. Придерживая на коленях тарелку с овощами, Джарри всё так же сидел на полу и задумчиво смотрел им вслед. Постепенно тающая, и так неохотная, улыбка превращалась в гримасу горечи.

Девушка с мальчишкой проходили мимо двери в дом, когда та распахнулась. Эльф. Он вскинул брови при виде уходящих и ухмыльнулся. Селена тоже усмехнулась — в душе, не показывая внешне, и остановилась. "Сейчас ты у меня получишь!"

— Уважаемый Аэрон, — церемонно начала она, подпустив в голос заискивающих, медовых ноток, и эльф сразу расправил плечи. А насторожившийся Коннор, не забывая о маске дебила, сжал её ладонь. — Я бы хотела вас попросить о самой малости. О такой малости, что с нею даже стыдно было бы обращаться к такому сильному мужчине, как вы.

— Просите, — снисходительно кивнул эльф.

— Мы остались без мужчины, — просительно вглядываясь в глаза эльфа, синие и большие — последнее подчёркнуто длинными тёмными ресницами, мялась девушка. — Вы завтра всё равно улетаете утром. Может… — Она опустила глаза, прикусив губу. — Может, вы попробуете… — Она наивно вскинула на него глаза, словно решившись. — Мне и моим детям нужны продукты. Джарри принёс с охоты кабана, но мясо заканчивается. Не могли бы вы перед отъездом обеспечить нас мясом? Ведь это поистине мужское дело — охота! И такой сильный мужчина, как вы, с помощью вашего товарища, разумеется, легко и просто убьёт средней величины кабанчика.

— К сожалению, времени на сборы осталось мало, — уже сухо сказал Аэрон, за чьим плечом виднелась тёмная тень вампира. — Нам ещё нужно подготовить "лётку".

— Жа-аль, — разочарованно сказала Селена. — Ну что ж… Опять всё самой придётся делать, — проворчала она, таща за собой Коннора и делая вид, что бубнит про себя, но стараясь при том говорить так, чтобы до Аэрона донеслись её слова. — Мужчина, блин, тоже мне… На вид — сплошной герой, а как сунешься дела просить — ничего не допросишься. — Сворачивая к палисаднику, она заметила, как эльф вышел из дома и шагнул было за нею, но Траян остановил его. — Всё самой, всё самой! — закончила она сварливым тоном старой скандалистки. — Бедные мы, женщины, бедные!

Некоторое время девушка и мальчишка шли молча, изо всех сил стараясь не слишком спешить. Но, проходя мимо дома, из открытых окон которого доносились радостные вопли и смех малолетних грабителей, Селена спросила:

— Коннор, а что ты делал — вот такое? — и изобразила движения руками, как будто ловила или собирала что-то.

— Убирал следы присутствия магии. Мне приходится такое делать, потому что после меня остаточной силы много остаётся. Селена, а тебе не страшно было?

— Нет. У меня было впечатление: попробуй Аэрон или Траян хоть что-нибудь сделать, я бы их побила в лепёшку. Злая я — из-за Джарри. — Она остановилась. Взглянула на мальчишку. Тихо сказала: — Коннор, в своём мире я много читала, кое-что соображаю. Скажи, если я не так поняла, ладно? Эти Аэрон и Траян — из той шайки, которая тебя пыталась превратить в супероружие? Ну, соединив живую магию и машину?

— Из той, — непроницаемо сказал мальчишка.

— Когда тебя перевозили, Джарри знал, что это за компания?

— Нет. Он наёмник, боевой маг сопровождения. Кроме него, было ещё шестеро наёмников-магов.

— В пригороде вы не заметили Ночного Убийцу, — задумчиво сказала Селена. — Он напал на вас, и в живых остались только вы с Джарри. Только вас раскидало.

— Да.

— А потом полгода — ты один, а Джарри время от времени выбирался в пригород искать тебя. — Она замолчала, уже про себя чертыхнувшись: "Узнать бы, к кому же ты попал и от кого сбежал — и почему! И какого чёрта этому Координатору от тебя нужно! С тем, куда тебя вообще везли, — понятно. На полигон. Испытывать — скорее всего, в полевых условиях. Поэтому и вывозили из города".

Она, размышляя, снова зашагала к дому и невольно потащила Коннора за собой. Почувствовав сопротивление, оглянулась. Мальчишка смотрел на неё странно. Как будто чего-то не понимал. Наконец спросил:

— Ты больше не будешь спрашивать?

— Буду. Что мне делать с Илией? Мне не хочется теперь её куда-то отпускать, но и вместе со мной её нельзя оставлять. Иногда хочется, чтобы никто не знал личных мыслей. Можно с этим что-нибудь сделать?

"Хороший вопрос, — весело сказала Илия. — Мне бы тоже не хотелось постоянно сидеть в твоих мозгах, хотя здесь очень много интересного и любопытного".

— Придётся сходить к речке, — сказал Коннор. — Там растёт ива — из неё сплету браслет на руку и переведу Илию в него. Когда она тебе понадобится, можешь вызывать её, а если захочешь поговорить… — Он посмотрел через лужайку на маленький овраг, за краями которого скрывалась речка, сплошь укрытая под густыми кустарниками ивы.

— Пошли, — решительно сказала Селена. — Лучше сделать сразу, пока ребята заняты.

Они почти бегом спустились к речке, хотя, пересекая лужайку, девушка с сожалением подумала, что лучше бы прошла её медленней: она так густо поросла упругой зеленью с редкими пятнами мелких жёлтых цветов! Уже внизу, у самой реки, мальчишка предложил девушке выбрать куст и ветку. Селена, немного порассматривала ивняк и обломила небольшой гибкий прут.

— Вытяни руку, — велел Коннор.

— Джарри к тебе хорошо относился? — спросила Селена, приглядываясь, как Коннор сначала просто держит в руках её прутик, а потом неожиданно мягко начинает его скручивать прямо на её кисти. Вопрос она задала, вспомнив, как вчера мальчишка кричал магу: "Я думал — ты меня бросил!"

— Да. Мы всю дорогу играли с ним в магические пазлы.

Пока Коннор занимался плетением браслета, Селена оглядывалась: что ж, наверное, в начале лета было много дождей, трава вон какая густая, да и воды в речке явно больше обычного её русла. И сразу вспомнился сад, в котором она нашла магические книги. Сорняко-ов там повылезло… Попробовать заняться прополкой? Всё равно ведь надо будет выращивать овощи. Вот только когда? "Времени мне! Времени! Да побольше, побольше!" И, кстати, Селена ещё не спрашивала никого, есть ли здесь зима. А ещё интересно — будет ли снова жаркое лето, о котором говорил Мика.

— Всё, — сказал Коннор.

На руке девушки оказался и в самом деле туго плетённый браслет. Похоже на плетение корзины, только очень маленькой и даже изящной. Как коса в несколько прядей.

— И что дальше?

— Илия, переходи, — скомандовал маленький маг и что-то зашептал.

Его шёпот звучал отчётливо. Другое дело, что девушка не понимала странной речи, в которой не слышала ни одного знакомого словечка. Наверное, заклинание — решила она. В момент произнесения заклинания она держала руку слегка вытянутой. Коннор замолчал — и внезапно браслет ощутимо потяжелел.

— Илия? — неуверенно произнесла Селена.

Молчание. Перешла?

— Когда она тебе будет нужна, ты только позови. Она будет тебе подсказывать то, чего ты пока не знаешь в нашем мире, — предупредил мальчишка. — Запомнила? Просто позови… Ну что? Пошли к дому?

— Пошли, — откликнулась девушка — мыслями уже в доме, среди вернувшихся детей, и в попытках сообразить, что там сейчас делается.

— Ты уже придумала, как мы будем выкрадывать Джарри?

— Пока не совсем, — призналась девушка, с любопытством поглядывая на свою руку. Странно видеть на собственной руке плетёный прут, в котором прячется призрак.

— Не совсем — это как? — не отступал Коннор.

— Что-то вертится из смеси Открывающего меча и моего волоса. Но пока сложить воедино трудно.

— Попроси Илию, — посоветовал Коннор. — Она всё-таки военный лётчик.

В вестибюле дома оказалось шумно. Весь первый этаж завалили "награбленным". Дети с визгом и криками бегали между кучами вещей, сравнивая, кто больше принёс и чего именно. Некоторые уже играли в догонялки. Гномы-домовые исподтишка поглядывали на творящийся в вестибюле бедлам и из столовой не выходили.

Коннор огляделся и спокойно велел всем выйти из дома — погулять немного до ужина по саду. Кроме того, с подсказки домовых Селена всё-таки нашла выход из ситуации, когда можно обеспечить детишек хоть каким-то белком. По её просьбе, Коннор выбрал двоих из своих ребят и отправил их с одним из домовых на речку — тот знал места для рыбалки.

Полноценный завтрак домовые пообещали уверенно.

Девушка вздохнула с облегчением. Пока Коннор искал среди добровольцев рыболовов, она приметила кое-что: Мика уже вовсю болтал со светловолосым Миртом, а Ирма стеснительно подбиралась к двум девочкам-волчишкам, которые поглядывали на неё и снисходительно, и с любопытством. Их брат в это время с видимым сочувствием расспрашивал о чём-то Колина. Колин всё ещё говорил очень медленно, растягивая слова. Нужно обладать огромным терпением слушать его. Но мальчик-оборотень из новеньких не был так нетерпелив, как Ирма, и слушал его спокойно.

В сад все трое: Мика и Колин с Ирмой — вышли вместе с ребятами Коннора.

"Не обидели бы их только", — поёжилась Селена.

Она быстро, время от времени не замечая тенью шагающего за ней Коннора, предложила гномам-домовым разобрать награбленное из других домов добро, и все шестеро домовых буквально накинулись на вещи и предметы.

— Леди Селена, маг Коннор, — обратился Веткин к ним и суетливо протоптался на месте. — Как вы и предполагали, двое мальчиков нашли в разных домах магические предметы. Ещё нашла одна из девочек. Вот только не совсем понятно, что именно.

— Потом посмотрим, — пообещала девушка. — Вы мне вот что скажите: с той стороны ещё один дом не пробовали?

— Не пустил, — пожал плечами Веткин. — Там защита больно хорошая.

— Пусть. Нам, наверное, пока и этого добра хватит, — задумчиво сказала Селена, глядя на опустевший вестибюль. — Да, Веткин, ты говорил, что на огородах ещё есть задичавшие овощи. И в прошлый раз суп из них был очень хорош. Ты мне покажешь, какие тут у вас есть овощи, чтобы я знала в следующий раз, что искать?

— Покажу, леди Селена, — кланяясь, сказал довольный Веткин. Кажется, он был довольным, потому что новая хозяйка постоянно спрашивала у него совета.

Голова гудела. Тяжёлая, с неповоротливыми мыслями. Хотелось свалиться и спать. Уснуть так, как упасть в глубочайшую пропасть… Пока она разговаривала с домовыми, пропал Коннор.

— А где мальчик? — спросила она Рыжего, который торопливо чистил что-то похожее на картошку.

— А маг Коннор вышел в сад — видел я, как он подошёл к детишкам, которые магические вещички нашли.

— Ясно.

Она для начала подошла к окну и выглянула посмотреть, всё ли в порядке. Увидела, сидящую на скамейке Ирму, которой одна из девочек-волчишек расчёсывала волосы. Увидела, как Коннор, отведя в сторону двоих своих, о чём-то разговаривает с ними — очень серьёзно. И нужно быть очень внимательным, чтобы заметить, как он время от времени быстро обшаривает глазами всех, словно строгий учитель своих подопечных. Успокоившись за гуляющих, девушка немедленно вошла в столовую и села на стул.

— Веткин, дайте мне, пожалуйста, чаю горячего. Пусть даже просто горячей воды — и то хорошо будет.

— Обижаете, леди Селена, — обиделся домовой. — Сейчас вам такого чаю заварим, что будете бодрой и свежей.

Селена чуть не спросила, неужели она выглядит настолько откровенно измотанной, что видно, в каком чае нуждается? Но промолчала. Пусть домовой лучше чаю приготовит, чем отвечает впустую на пустой, в общем-то, вопрос.

Она получила большую чашку с ароматным, под мягко стелющимся парком чаем и, предупредив, что посидит немного в кладовке, поднялась к себе.

В узкой комнатушке без окон она огляделась — из мебели пока лишь кровать — и, пожав плечами, села на пол. Теперь она могла иногда ставить на деревянные половицы чашку. Отпила половину, не обращая внимания, что чай слишком горяч и обжигает, прежде чем решилась.

— Илия! — тихонько позвала она.

"Привет!" — сказали в голове.

— Разве вы так здороваетесь? — удивилась девушка.

"В твоей памяти нашла, — засмеялась Илия. — Что случилось? Что-то хочешь узнать?"

— Ты точно не маг?

"Точно. А тебе нужен маг?"

— Если честно, то я не совсем понимаю, кто мне нужен. Если Коннор говорит, что ты мне будешь помогать, то вот в чём дело. — И Селена рассказала ей о Координаторе, который требует привести к нему Коннора.

"Но ведь мальчика ещё не нашли? — переспросила Илия. — Так чего раньше времени волноваться?"

— Я хочу сегодня попытаться поговорить с этим Координатором. Если я ему нужна, почему бы ему не помочь мне с выдворением эльфа и вампира из деревни?

"Вон что-то… — протянула Илия. — Интересная комбинация. Думаешь, этого Координатора можно будет использовать в этом деле?"

— У меня огромное количество сомнений. Хочу одним выстрелом убить сразу двух зайцев. То есть здешних кроликов. Дело вот в чём. Возможно, я неправильно понимаю ситуацию. Но готова к тому, что Координатор резко откажет мне в помощи. И вот чего я от тебя хочу. Ты не могла бы послушать этого Координатора? Я не знаю возможностей призраков, но вдруг ты услышишь или увидишь его по-своему?

"Сомневаюсь, — озадаченно сказала Илия. — Что-то я не слышала, чтобы призраки могли хоть что-то сделать из предложенного тобой. Откуда вообще такая идея?"

— Эту идею как-то подарил мне Джарри. Он предложил мне связаться с Координатором, а сам в это время был готов проследить, откуда и кто со мной говорит. Вот я и подумала…

"Мне кажется, Селена, что с этим тебе лучше обратиться к Коннору".

— Знаю. Но я боюсь за него. А вдруг этот Координатор видит меня, когда говорит со мной? Если он увидит тебя, Джарри или кого-то другого, это полбеды. Другое дело, если он увидит Коннора.

"Ты так уверена, что этот Координатор ищет именно его?"

— Да, уверена.

"Попробовать вызвать этого типа и поговорить с ним — можно. Но не гарантирую, что произойдёт чудо и мы узнаем, кто же это и как он настроен к мальчику. В общем, я настроена послушать его и помочь тебе, чем смогу".

"Произойдёт чудо". Селена даже улыбнулась. С секунды, как она здесь очутилась, она всё вокруг себя считает чудом. Ходить с вечно открытым ртом на все чудеса этого мира мешает только одно: все события вокруг неё летят такой метелью, что только успевай выныривать из одного в другое.

Илия исчезла в ивовый браслет. Селена допила чай и с трудом встала: после чая ноги отяжелели, да и сама расслабилась. Взглянула на кровать. Отдохнуть бы… А тут ещё ночка весёлая ожидается. Сунула руки в карманы куртки. Пистолеты на месте. Чуть позже надо снова вызвать Илию, чтобы показала, как из них стрелять. А то мнимых полицейских пугать пугала оружием, а стрелять-то не умеет.

Итак, что осталось на сегодня? Накормить детей ужином, немного посидеть с ними, а потом отправить всех спать. После чего Селена будет свободной для своих дел.

Она ещё раз обдумала, как выйдет за деревенскую околицу-изгородь и вызовет Координатора. Если с ним не получится, она пойдёт к Джарри и вытащит его. И пусть придумывает, как от этих типов отделаться. Наверняка боевой маг сопровождения умеет что-нибудь… такое.

Во время ужина Селена запомнила имена ещё пятерых из команды Коннора. Кроме того она заметила, что её "домашние" трое теперь сидят за столом с четвёртым. С большим изумлением она увидела с ним Мирта. Он тихо и азартно спорил о чём-то с Микой и Ирмой и очень внимательно слушал медлительную речь Колина. Ещё большее изумление девушка испытала, когда в какой-то миг оживлённой беседы Мирт встряхнул белыми волосами, которые покрывали его голову чуть не лохматой шапкой — обросшая причёска "горшок", как сначала решила Селена. Итак, Мирт встряхнул волосами, чтобы не лезли в глаза, — и на свет Божий появились заострённые уши. Маленький эльф?!

Когда все занимались подготовкой ко сну, Селена вошла в комнату Коннора, выждав время, когда он остался в одиночестве.

Мальчишка сидел на кровати в позе йога — в "лотосе".

— Что? Уже идём за Джарри? — немедленно спросил он.

— Нет, Коннор. За Джарри пойдём чуть позже, когда вокруг всё будет спать. У меня вопрос. Что за предметы нашли твои ребята?

— Игрушки для начинающих магов, — чуть улыбнулся мальчишка. — Я-то думал, что в моей группе только обычные люди, а оказалось — есть и будущие маги.

— А разве раньше ты не мог определить?

— Обычно на обучение магии берут с детства, — объяснил Коннор. — Берут тех детей, которые рано проявляются как маги. А я своих ребят много раз спрашивал, как у них со способностями, и всегда они все были уверены, что они не маги.

— А как же Мирт?

— У Мирта своя магия. Она не проявляется сразу. И даже артефакты ему не нужны, чтобы начать заниматься ею. Нужно время, чтобы она проснулась. Он сейчас учится понемногу заклинаниям. Точней — вспоминает те заклинания, которые слышал в семье.

— Коннор, а все эти дети — сироты?

— Некоторые потерялись во время эвакуации, когда из пригорода всех поспешно увозили в городской центр. Мы много чего слышали о людях из центра, которые собирают бездомных детей. Ходят слухи, что таких детей потом не отправляют к родителям. Поэтому многие предпочитают оставаться на улице, пока не наступит время, пока родители сами не начнут их искать.

— Ты из такой семьи?

— Не знаю. Мне стёрли память, чтобы я не возвращался куда бы то ни было.

— Стёрли эти, которые ввели тебе имплантаты?

— Да.

— А куда они везли тебя? На полигон?

— Ага. — Мальчишка тихонько улыбнулся. — Если бы я показал, на что способен, меня бы продали правительству.

Селена не смогла сдержать себя — содрогнулась. Продать ребёнка? Неизвестно откуда взятого и напичканного приборами? Правительству? И… Это правительство…

— Ты думаешь, правительство тебя купило бы?

— Конечно.

Она не выдержала, присела на край его кровати и вгляделась в его спокойные глаза. Трудно представить… Очень трудно.

— А это нормально в вашем мире — продавать человека? Ну, у вас существует рабство? — медленно, подбирая слова, спросила Селена.

— Нет. О таком я не слышал.

— Но тогда…

— Я слишком много стою. В меня слишком много вложено. Меня не удивляет, что эти люди решили меня продать. Правительство много даст за меня. — Он сказал это монотонно, равнодушно.

— И ты бы согласился на это? Попасть в рабство — даже правительству?

— Если б я согласился, я бы давно уже сидел там, куда бы меня определили, — уже просто спокойно откликнулся мальчишка. — Но ты права. Я этого не хочу. — И замолчал.

18

Она предупредила, что будет на веранде — хочет посмотреть, насколько ещё хватает продуктов. Домовые одобрительно покачали головой: хорошее дело, хозяйственное. Коннор посмотрел подозрительно, но бдительность мальчишки удалось усыпить быстро: девушка лишь попросила его приглядеть за остальными, пока её нет.

Из своей комнаты-кладовки она прихватила свечку, а из сумки — зажигалку.

Ничего не боясь: посмотрела заранее, что от туши кабана почти ничего не осталось, — Селена прошла веранду и очутилась в своём кабинете.

— Илия!

"Я здесь".

— Ты мне сейчас понадобишься. Прежде чем идти к Джарри, я хочу зайти в один из закрытых для остальных домов.

"Хм… Зачем?"

— Если я хозяйка, как считается, он должен быть для меня открыт.

"Логично. Но зачем тебе этот дом? И что потребуется от меня?"

— Ты человек, но ты человек из военных. Помоги мне определить, где может быть оставлено оружие. У меня странное предчувствие, что оно в этом доме есть и мне понадобится.

"Попробую".

Несколько минут девушка посидела в кресле с новой горстью колец — для наполнения силой браслетов времени не оставалось. Наконец, заполненные при помощи её личного метода — воспоминанием о недавних событиях, — кольца отправились в карман куртки. И Селена, выскальзывая из кабинета сразу в сад, подумала, что неплохо бы ей ещё одёжку поменять: слишком уж эта куртка шелестит, да и громоздкая для ситуации, когда нужно будет быстро двигаться.

Слишком свежо на улице после тёплой комнаты. Сумеречный свет, длинные чёрные тени. Селена остановилась на секунды, подняв голову. Ага, какое-то ночное светило, вроде луны, тут тоже есть. Правда, скрывается за облаками. Но, наверное, в безоблачные ночи здесь всё-таки светло.

На дорогу посреди деревни девушка выходить не стала — решила добраться до намеченного дома садами. Дождавшись следующего появления из-за туч здешней луны, Селена по тропинке за домами быстро пробежала свой и "разграбленный" дом и добралась до того, защита которого не пустила детей, когда те хотели осмотреть и его.

Дверь. Девушка огляделась. Вокруг тихо. Она взялась за ручку и негромко сказала:

— Я хозяйка.

Потянула на себя. Дверь, легонько скрипнув, отворилась. Селена хмыкнула и вошла. Огляделась. Пусто и темно. Но пока ещё в окна светит луна, и лестницу на второй этаж можно разглядеть. Селена уже поняла, что постройки здесь довольно однотипные: на первом этаже хозяйственные помещения, на втором — спальни и открытые, не магические кабинеты… Прежде чем идти дальше, она вынула свечу и быстро затеплила её, стараясь недолго держать пламя зажигалки. Экономила.

Прошагала лестницу, непроизвольно вздрагивая при виде собственной, шатающейся из-за свечного огня громадной тени внизу.

"Дверь налево", — сказала Илия.

— Почему ты так решила? В нашем доме эта дверь — одна из спален.

"Вы её сделали спальней, потому что эта комната пустовала", — возразил призрак.

— Ладно, попробуем.

Она открыла дверь. Услышала довольное хмыканье Илии. Она разве что промолчала, не подтверждая словами: "Ага, я же говорила!" Что ж. Илия права. И впрямь кабинет. Только очень странный. Маленький. И полок маловато — пусть они и без книг, что уже привычно глазу в той деревне.

"Странно, — заметила Илия. — Мне казалось, он должен быть больше. Да и полок многовато".

— В моём кабинете их тоже много, — возразила Селена, но опять-таки вынуждена была согласиться: да, для кабинета это помещение, объёмом почти с её личную кладовку, маловато. Или здесь что-то не то? — Илия, как ты думаешь, здесь могут быть тайники?

"Запросто".

— И как мне теперь быть? Эй, сим-сим, откройся! — улыбаясь, сказала Селена.

Тишина. И ни одного движения.

"Почему сим-сим?" — с хорошо ощутимым любопытством спросила Илия.

— В моём мире есть сказка, где эти слова открывают волшебную пещеру. Попробую ещё раз. Может, надо сказать что-то другое?

"В моём мире, — уже с еле уловимой усмешкой сказал призрак, — достаточно нажать на пару полок, на которых есть определённые отметины — например, цифры".

Приглядевшись, Селена при свете подрагивающего от сквозняков огонька и в самом деле различила цифры по краям полок. Нашла от одной до семи, уже сама сообразила, что нужно нажимать в данной последовательности. С замиранием сердца ждала, что вот-вот полки поедут, открывая заставленную ими стену.

И подпрыгнула от шороха за спиной.

Стена вертикально разделилась чёрным провалом, который медленно рос, превращаясь в чёрное ничто, уходящее в бездну.

— Илия, мне кажется, или на самом деле внутри… ничего нет? — прошептала Селена, всматриваясь и ничего не видя, хотя свечу держала на вытянутой к разделившейся стене руке.

"Если стена разделилась, значит — нам туда, — откликнулась, правда, с небольшой заминкой Илия, как будто она тоже сначала попыталась что-то разглядеть в непроглядной тьме расходящейся "трещины". — И… Сама знаешь: пока не увидишь вблизи — не поймёшь… Но… Нам открыли — значит… Я бы вошла!"

Подхлёстнутая нетерпеливым возгласом призрака, девушка шагнула во тьму, чуть вздрогнув — а вдруг нога провалится! И — зажмурилась, а сердце больно и отчаянно забилось, когда со всех сторон во мраке вдруг замельтешило, засверкало, замелькало полуразмытыми фигурами и огнями!.. Селена чуть не попятилась, не сразу понимая, что происходит — и откуда что взялось. Задыхаясь от страха, она быстро оборачивалась и судорожно пыталась поймать движение вокруг себя, пока не замерла, стараясь определиться, что же происходит…

"Зеркала…" — прошептала Илия удивлённо.

Часто дыша, перепуганная странностью происходящего, девушка не сразу поняла её слова. Но пламя свечи в неподвижной руке успокоилось… Сначала Селена увидела себя — смутный, едва уловимо знакомый силуэт с дрожащим оранжевым огоньком чуть в стороне. Потом ещё один — чуть сдвинутый, рядом. Потом ещё один…

Уже сообразив, что ничего страшного в этих зеркалах нет, Селена всё-таки немного постояла, привыкая к странности этого помещения. Да. Точно. Зеркала. Как много их. Наверное, здесь жил маг, который что-то соображал в зеркальной магии (если такая существует), раз везде расставил зеркала так, что каждое меняло позу стоящего лишь чуть-чуть. Но — зачем? В чём магия этих зеркал? И почему Селену тянуло именно сюда?

Сумрачная тень в зеркалах, с плывущими силуэтными очертаниями и живым огнём в руке, в пальцах, облитых тяжёлым жёлтым светом, притягивала невероятно. Заворожённая колдовским, нереальным пространством, наполненным тенями-отражениями, Селена шагнула ближе — рассмотреть то, что видела, в общем-то, множество раз — и не однажды за день…

Шагнула — и подпрыгнула от резкого треска снова за спиной. Стремительно обернулась. Те же зеркала. Пропал проём в стене. Комната, размером где-то шагов десять на десять, полнилась лишь отражениями.

Только девушка додумалась успокоиться и попробовать отыскать выход, как новое потрясение заставило остановиться.

"Нет! Я не хочу! Нет!" — хрипло вскрикнула Илия. И — замолчала.

Выждав с минуту — досчитав до шестидесяти, Селена осторожно пошевелилась. На пальцы упала горячая восковая свеча — девушка вздрогнула. Медленно приподняла руку с ивовым браслетом. Кажется, или нет, что браслет стал легче?

— Илия… — неуверенно позвала Селена.

Тишина, в которой собственное лёгкое дыхание кажется тяжёлым сопением.

Что произошло или происходит?

Внезапно тело окатило странной волной, и кто-то тихо удивился: "Селена! Кажется, меня забросили в тебя!"

— Как… это?

"Не знаю, но если ты расслабишься, мне кажется, я смогу двигать твоими руками и ногами. Но пока это трудно сделать".

Рука со свечой, словно её еле заметно подтолкнули снизу, слегка поднялась выше.

— Не понимаю — зачем это, — прошептала девушка.

"Всё! Поняла! — со вздохом облегчения сказала Илия. — Я знаю, где находится оружие, про которое тебе только мерещилось. И знаю, как открыть стену! Ты стоишь между двумя зеркалами, которые надо отдавить в стороны. Да, эти".

Девушка осторожно надавила на два вертикальных зеркала, как Илия и объяснила. Уже в самом начале движения она почувствовала под ладонями будто тугую пружину и напряглась. Зеркала разошлись. Не совсем широко, но Селена так испугалась, что они снова захлопнутся, что проскочила мимо них боком. Остановилась в той же комнатке.

— Не понимаю.

"Я поняла, — сосредоточенно отозвалась Илия. — Тебе дали возможность получить навык боевой подготовки. Ведь ты, как понимаю, драться не умеешь?"

— Нет.

"Ну вот. А в твоём положении это необходимо. Теперь можешь идти за оружием. Я покажу, где оно находится. Только выйди в коридор".

Селена снова оглядела полки и сплошную стену, почему-то кивнула им и вышла. Если получится "достучаться" до Координатора, надо бы первым делом спросить, что это за деревня всё-таки. Остаётся смутное впечатление, что здесь жили не просто маги, а те, кого вежливо попросили из города, потому что они были слишком сильными — на взгляд тех, кто настоятельно просил этих магов поселиться подальше от города.

Илия и в самом деле "провела" девушку по коридору — к следующей комнате. Здесь, среди видимой запущенности, нашёлся шкафчик, внутри которого сиротливо лежали несколько свёртков. Вытащив их, Селена осторожно развернула все.

"Ого, красота какая! — весело сказала Илия, вместе с девушкой разглядывая явно огнестрельное оружие. — А ну-ка, посмотри вот эту коробку. Кажется, в ней твои вещи! Точно, все вещички твоего размера!"

Через несколько минут девушка поняла, что не прочь снова очутиться в той самой зеркальной комнате, чтобы посмотреть на себя. Хотя чего глядеть?.. Примерно она уже представляла, как выглядит. Она переоделась в форму, близкую к той, что была на Илии. Штаны и куртка из твёрдой плотной ткани. Ремень, перетянувший талию — не плотно, чтобы движений не стеснял. Обувки ей не оставили. Селена, усмехнувшись, представила, как маг, хозяин этого дома, долго гадал, какой же размер ноги будет у того, кто придёт за оружием, но так и не догадался.

"Ты эти ремни ещё не натянула, — напомнил призрак. — Давай быстрей, Коннор скоро забеспокоится, пойдёт искать нас".

— А куда эти ремни?

Селена озадаченно посмотрела на короткие, но широкие ремни, не представляя, куда она должна их застегнуть и для чего они вообще нужны.

"Обвей ими ноги выше колена, — сказала Илия. — Это ремни-поножи. В них удобно засунуть и пистолеты, и ножи".

— Но куда мне столько?! — поразилась девушка, когда поняла, что призрак всерьёз говорит, что она должна нацепить на себя целый арсенал.

"Ты же не думаешь, что только ты-я будем использовать оружие? — удивилась Илия. — Нам ещё надо будет Джарри вооружить, а то что у него? Всего лишь Открывающий. Он сможет его только для выхода из сарая использовать! Давай поторапливайся. Времени — в обрез!"

— А то я не знаю, — пробормотала Селена, лихорадочно впихивая последний нож в отделение для поножей и чуть не истерически смеясь: "Я — воительница?! Ужас!"

Но сбежала она с лестницы, чувствуя себя приятно отяжелевшей и защищённой. Время от времени ладони касались бёдер с рукоятями пистолетов и боевых ножей. Сбежала так, что чуть свечу не вовремя не затушила.

— Теперь куда?

"К изгороди, конечно, — деловито сказала Илия. — Пробуем ловить Координатора и спрашивать его обо всём, что нам необходимо".

— А он тебя не услышит?

"Мне кажется, нет. Он же, как я поняла, слышит только то, что ты мысленно произносишь. Так что со мной — молчок. Спрашивай его. Но со мной не говори".

На улице, перед домами, Селена оглянулась на "свой" дом. Света нет. Кажется, её пока никто не хватился. И она, уже не прячась, потому что опасные дома остаются позади, помчалась к околице. Когда только рванула с места, побоялась, что долго такой экипированной не пробежит. Но бежалось легко, как будто бежала в лёгких босоножках и в невесомом платье. И она додумалась спросить, чуть задыхаясь на бегу:

— Илия, а ты очень спортивная?

"Нормативы по физической подготовке в своём дивизионе неплохо сдавала, — откликнулся призрак. — Первой не была, но и в последних не ходила".

Они пробегали мимо "лётки", когда Илия попросила Селену остановиться и подойти к летательному аппарату.

"Буквально пару минут — хорошо?"

— А что ты хочешь посмотреть?

"Мелькнула тут идейка одна, как нам этих двоих выставить из деревни".

Руки Селены мгновенно открыли дверцу "лётки", а потом она впрыгнула в кабину — так легко, словно всю жизнь только и летала в таких самолётиках.

"Сядь в кресло и попробуй хорошенько расслабиться, — посоветовал призрак. — У тебя плечи сильно напряжены. Мне это мешает".

Девушка послушно села в кресло лётчика, прислушалась к своим ощущениям. Да. Плечи словно скованы. Она немного подвигала ими. Руки взлетели вперёд — и перед Селеной засветился пульт управления "лёткой". Пальцы пробежались по кнопкам и тумблерам, как по клавишам пианино, легко хватаясь за всё, как показалось девушке, что ни попадалось по дороге.

Наконец пальцы застыли, а потом руки улеглись по бокам, ладонями на сиденье.

Девушка услышала тихий смешок.

— Ты что?

"Мной руководят. Или тобой — через меня. Не разобралась пока".

— И чего хотят те, кто тобой или мной руководит? — насторожилась Селена.

"Вот здесь и здесь, — пальцы быстро отодрали от пульта управления самолётиком какие-то пластиковые квадраты, — тебе надо сунуть пару колец. Одно с указательного пальца левой руки, другое — с правой руки, с безымянного".

Поколебавшись, Селена скрупулёзно выполнила указания, сильно надеясь, что всё проделанное ею — во благо.

— Что дальше?

"Выходим из "лётки" и бежим звать Координатора".

Из "лётки" девушка так изящно выпрыгнула, что самой понравилось. Размышляя на тему: а неплохо бы, кроме магии, заняться ещё и физической подготовкой, девушка быстро добежала до изгороди и прислушалась. Едва только успокоила дыхание и сумела прослушивать ночное пространство, поняла, что машинные демоны, только что гулявшие где-то вдалеке, начинают поход к деревне. "А вот я вас — пистолетом-то! Ка-ак выстрелю — будете знать!" — со смешком подумала девушка. И вздохнула. Что делать? Как теперь добраться до Координатора?

"Ты ещё долго вздыхать будешь? — сердито спросила Илия. — Выходи давай!"

— Ты что?! — шёпотом поразилась Селена. — Там же…

"Если судить по их скорости, у нас фора в две-три минуты. И не забывай, что мы остаёмся у самой изгороди, а не идём куда-то в поле. Ну? Быстрей!"

Руки вцепились в верхнюю жердь, и Селена перепрыгнула изгородь. Нарастающий рёв не способствовал долгому привыканию к открытому пространству за деревней. Но здесь девушке повезло.

"Наконец-то! — громко проворчал Координатор. — Наконец-то соизволила появиться! Куда ты пропала и почему так долго не выходила на связь?"

— У меня две минуты, через которые здесь будут машинные демоны! — жёстко сказала Селена. — Поэтому на всё про всё — у меня одна проблема и два вопроса. Вопрос первый: вы нашли мальчишку?

"Нет, но у нас появились сведения, в каком районе пригорода его видели в последний раз. А что за второй вопрос у тебя?"

— У меня проблема. Я сейчас обихаживаю несколько детишек. И поняла про себя одну вещь: я не просто умею с ними находить общий язык. Я привязываюсь к ним. Поэтому… Если вы до сих пор думаете, что я должна привести к вам мальчишку, который проникнется ко мне доверием… Что вы собираетесь делать с ним?

"Не твоё дело, — твёрдо отозвался Координатор. — Его нужно привести к нам…"

— Вы не понимаете, — перебила Селена, с тревогой глядя, как в чёрно-синем воздухе появляются громадные ревущие колонны. — Я не смогу привести к вам ребёнка, потому что он почувствует во мне фальшь и не доверится мне. А почувствует фальшь, потому что я не смогу быть с ним предельно откровенной, зная, что я, возможно, посылаю его на… мягко говоря, нехорошее для него. Извините моё косноязычие, но, надеюсь, вы меня поняли. И побыстрей с ответом — сейчас здесь будут демоны!

"Мальчишка опасен, потому что в нём ещё и машинная магия, — неохотно ответил Координатор. — Если мы не снимем с него все устройства, которые в него вживили, он однажды станет опасен не только для окружающих, но и для себя!"

— Так. Я подумаю. Теперь о проблеме. В деревню мы пропустили "лётку" с бандитами. Думали, что это простые горожане, и помогли им оторваться от машинных демонов. Они нас терроризируют. Чем вы можете помочь?

"Попробуйте сунуть в "лётку" какое-нибудь устройство, которое взорвёт их, когда они взлетят, — предложил Координатор. — Это первое, что приходит в голову при таком цейтноте".

Селена неожиданно услышала внутренний смешок. И поняла, что рассмешило Илию. Тем не менее, у неё самой на смех не оставалось времени.

— Всё! Я ухожу! — перекрикивая рёв торнадо, бросила она Координатору. — Как только разберёмся с агрессорами, поговорим ещё раз!!

И, зажмурившись, перемахнула изгородь — с опорой на одну руку, потому что другой прикрыла лицо от летящего страшной жёсткой волной мусора из мелких камней и песка. Успела вовремя, хотя щёку обожгло основательно. Приземлившись на территории деревни, Селена хотела было немедленно убегать от изгороди, но, кажется, Илия на этот раз не торопилась. Она заставила Селену обернуться.

— Ты хотела, чтобы я это увидела? Спасибо, — прошептала девушка.

Грохот торнадо не смолкал. Но волна мусора, хлама и сломанных деревьев зряшно толкалась в невидимую стену над изгородью и только насыпала под нею кучи.

Уже быстро шагая по улице, Селена спросила:

— Илия, ты слышала Координатора. Не смогла узнать, кто он?

"Голос очень знакомый, — задумчиво сказал Илия. — Я точно его слышала и не раз".

— Как ты думаешь, он был искренен, когда говорил, что хочет избавить мальчишку от тех устройств, которые в Коннора имплантировали?

"Он торопился. Но мне показалось… Нет. Здесь такое дело, что нужно говорить только уверенно. Насчёт этого Координатора я не очень уверена. Вот когда я вспомню, кто это, вот тогда скажу. Что делаем сейчас?"

— Идём к Коннору и пробуем наладить связь с Джарри.

"Каким образом?"

— У него мой волос. Он сказал, что по этому волосу всегда будет знать, где я.

Девушка быстро и сильно пробежала старое расстояние до дома, мимоходом оглянувшись на тёмный силуэт "лётки". С улыбкой подумалось: чему тихонько смеялась Илия, когда Координатор предложил свой вариант спасения от бандитов? Не сделал ли тот маг, который соединил боевую лётчицу и гостью из другого мира, что-нибудь, что и в самом деле заставит этих двоих мерзавцев поторопиться вон из деревни, даже несмотря на опасность со стороны торнадо?

Коннор встретил "их" у дома. Он, видимо, сидел на скамейке — рядом со входом на территорию дома, но при виде бегущей девушки встал. Оказавшись рядом, даже при свете то и дело скрывающейся в облаках здешней луны, Селена разглядела, как он встревожен. Правда, сейчас он немного успокоился, но тем не менее спросил довольно враждебно:

— Где ты бы?.. — и осёкся.

Присмотревшись, девушка поняла, что он пристально вглядывается в неё. И не в одежду. Сообразила, что именно он увидел.

— Меня позвали в один дом, — спокойно сказала она, понимая, что он правильно воспримет странное вроде бы для такой ситуации слово "позвали". — Там мы попали в зеркальную комнату. И вот результат.

— Хорошее здесь место, — сдержанно улыбнулся мальчишка. — Отойдём немного от дома. Ребята могут нас услышать.

— Коннор, я уже говорила тебе, что у Джарри мой волос. Ты можешь позвать его по этой… нити? Предупредить, что мы сейчас явимся?

— Могу, — сказал Коннор и взял её за руку. — Закрой глаза. Вспомни лицо Джарри.

19

Показалось — только имя с губ слетело, а Джарри, похудевший и заросший щетиной, сидевший сгорбившись, уже поднял светло-русую голову. Секундой позже Илия сказала: "Селена, забудь обо мне. Я ушла".

— Джарри, ты сможешь порвать блок вокруг сарая?

"Не уверен. Всё, что вы мне оставили, я пустил на самолечение".

— Тогда жди — сейчас будем.

"Селена, стоит ли торопиться? Ну, выкрали вы меня… А что дальше? Эти двое всё равно остаются! А если они будут угрожать всем? Им ведь всё равно — кому грозить… Вампир ещё тут…"

— Тем более ты нужен. А если они и с тобой не вылетят? Если останутся здесь? Кто мне поможет защитить детей от вампира? Не смей сомневаться!

Вмешался мальчишка, вынужденно прислушивавшийся к разговору.

— До утра они не проснутся, а ты успеешь набрать сил для защиты, — жёстко сказал Коннор. — После чего мы явимся к ним с утренним визитом и вежливо попросим покинуть нашу территорию. Мне с ними говорить легче, если у них не будет тебя.

"Говорить — тебе? Ты не слишком самонадеян?"

— Нет. Если понадобится, пущу в ход всё, что я знаю и умею.

"Если ты это сделаешь — покажешься им, живыми их отсюда нельзя будет выпустить!"

— Именно это я и имел в виду, когда говорил, что пущу в ход всё, — холодно сказал мальчишка. — Я нашёл приютное место, где мне хорошо, и не собираюсь снова бродяжить.

"Не торопись".

У Селены осталось впечатление, что Джарри осторожно положил телефонную трубку. Она бросила взгляд на бегущего рядом мальчишку.

— В сущности, ты шантажировал его.

— Конечно.

— Коннор, ты знаешь, сколько тебе лет?

— Нет.

Он ответил слишком резко, и девушка не собиралась его злить далее. А что он озлился, стало понятно без слов. Не только по тону этого "Нет!", но и по возникшему не то упрямому, не то угрюмому молчанию.

Добежали до дома, где расположились эльф и вампир, дальше пошли на цыпочках. Замерли снова у палисадника, в его ночной густой тени.

— Подожди, — прошептал Коннор, хватая девушку за рукав. — Я сначала проверю, а вдруг они поставили что-нибудь из сигнализации.

Пока он проверял (она сразу поняла, что он говорит о магической сигнализации), Селена усиленно думала. Это усиленное размышление привело к некоторым результатам, которые она собиралась озвучить позже. И лучше дома. А пока ей хотелось спросить только об одном. И, когда мальчишка повернулся к ней, она не выдержала:

— Ничего не понимаю. Мы сильные. Нас больше. Почему мы не заставим этих типов уйти? Не выставим просто из деревни?

— Не получится, — скептически сказал Коннор.

— Но почему?

— Город пока в блокаде. Но, если этих двоих выкинуть силой, они расскажут про эту деревню, которая посмела сопротивляться учёным крысам-экспериментаторам. И тогда будет новая война. Не только города и магических машин. Но и внутри города.

— И всё… из-за тебя? — сомневаясь, спросила Селена.

Мальчишка необычно, с ноткой превосходства, ухмыльнулся и кивнул.

— Селена, я оружие. И не только потому, что я некромант. Я оружие, потому что могу пользоваться любым типом оружия. Я оружие, потому что могу прямо сейчас сказать тебе, где спрятал своё огнестрельное оружие хозяин любого дома, на который ты укажешь. И я оружие, потому что, пожелай ты или кто-то вынуди меня это сделать, я соберу оружие со всей деревни. Не пойду по домам, а всего лишь прикажу оружию собраться. И оно меня послушается. Проблема только в том, что, начни я собирать оружие, я не остановлюсь.

— Почему? — прошептала девушка, незаметно для себя вцепившись в рукав его куртки, как он недавно.

— Оружие просто так не собирают. Его собирают, чтобы использовать. Эти крысы забыли или не подумали поставить мне предельный уровень. А я своих пределов не знаю. Но на интуитивном уровне понимаю: сорвусь — человеком уже не буду. — Немного помолчав, Коннор как-то тоскливо сказал: — Запутанно всё…

— Ты… пугаешь меня.

Холодным бликом блеснули его глаза, когда луна снова выглянула ненадолго из-за облаков. Коннор отвернулся. Не ушёл, только потому что девушка пожала его ладонь.

— Пошли. Эти — спят и не услышат ничего.

Они, тая дыхание, пробрались во двор дома, благо забора здесь нет, и перебежками из одной ночной тени в другую переместились до сарая. А пока перебегали, Селена всё думала о том, что в этом мире и впрямь всё не просто. Неужели мальчишка попал в эту деревню тоже предопределённым образом? Что же, в самом деле, за маги здесь жили, если предусмотрели и такое развитие событий?

— Джарри… — шёпотом позвал Коннор.

Смутный силуэт показался в дверном проёме. Мальчишка кивнул и осторожно поднял руку. С трудом видимый в темноте, он медленно, с усилием опустил её, вытянув палец, — словно резал нечто упругое, плохо поддающееся грубо изображаемому ножу.

Из невидимого пореза магического блока маг выскользнул боком и пригнувшись. Мгновенно встал рядом и тоже прошептал:

— Уходим…

Так легко? Селена мысленно пожала плечами, но вспомнила, о чём только что говорили, и вздохнула. Итак, мальчишке под силу то, что для Джарри непреодолимо? Теперь, когда она знала чуть больше, уже не удивительно… Чёрт… Мага ведь теперь ещё и прятать надо — от этих "его полицейских". Где его спрятать? Где расположить Джарри так, чтобы ни вампир его не учуял, ни эльфийская магия не нашла?

До своего дома, который располагался через два от "гостевого", добрались не сразу. Джарри попросил идти хоть немного помедленней, чтобы "подышать пространством", как он выразился.

И пошли. Коннора маг взял за руку, а Селену обнял за плечи. Девушка невольно усмехнулась: слабый-слабый ещё, а хозяином себя уже чувствует. Странно, что мальчишка не противится… Хотя… Если Коннору стёрли память, а в его новой жизни был единственный маг — нет, единственный человек, который играл с ним в магический пазл, то его спокойное согласие идти рядом, как ребёнок, понять можно.

Под ногами невидимая, но упругая трава, уже натоптанная детьми тропинка. Травой пахнет так, как будто вскоре должен пойти дождь… Свежо, но почему-то совсем не холодно. Почему? — размышляла Селена. Разгорячилась от всех событий, которые наполняют напряжением?

Заходить в дом не стали.

Ничего не говоря, ни о чём не спрашивая, Джарри уверенно завернул в сад, к своей сторожке. Девушка лишь на минутку отстранилась от него и заглянула в дом кое-что стащить с развешенных на второй веранде верёвок, потом догнала мужчин. У сторожки, где компания полуночников не могла разбудить ребят в доме своими разговорами, и уселись на скамейку под низкими окнами.

— Что решили? — спросил Джарри, устало вытягивая ноги и прислоняясь к стене сторожки.

Мальчишка сел ближе к магу с одной стороны, девушка положила голову на плечо Джарри — с другой.

— У нас нарисовалось несколько событий, — задумчиво сказала Селена и раздала мужчинам по полукопчёной рыбке, которую гномы-домовые коптили на веранде напротив "кабаньей", как теперь называла эту веранду девушка. А когда мужчина и мальчишка с жадностью накинулись на угощение, она не торопясь рассказала им обо всех событиях вечера.

Помолчав, дожёвывая, Джарри принялся разбирать происшествия.

— Военная форма на тебе, Илия внутри тебя — это одно событие, которого надо ждать с утра, — начал очень внимательно слушавший маг. — "Лётка", в которой Илия намухлевала что-то явно под магическим воздействием предвидения здешних магов, — это второе событие. Оба они как-то связаны между собой. А "лётка" указывает на связь с мнимыми полицейскими. Но об этих событиях гадать не будем. Они предопределены — и произойдут. От них никуда не денешься. Это фатум, сделанный руками здешних магов. Чего уж они-то добивались — нам уже не понять. И остаётся лишь следить за происходящим. Дальше. То, что произошло у изгороди. Если честно, меня больше интересует не личность Координатора, хотя я тоже не отказался бы услышать его голос. Меня больше интересует, правду ли он говорит о Конноре. О том, что можно вытащить из него имплантаты. Коннор, а ты хотел бы освободиться от них?

Селена заметила, что Джарри выразился очень чётко: не вытащить имплантаты, а именно освободиться от них. Настоящая свобода для мальчишки — только отсутствие в его теле инородных предметов, которые делают его сильным, но опасным даже для самого себя. Что выберет Коннор? Он ведь ещё ребёнок. А если захочет оставить в себе эти цацки, приспособившись к ним, как к привычной силе?

Почти бесстрастно Коннор сказал:

— Я — хотел бы. Только кто даст гарантию, что этот Координатор желает именно освободить меня от них? А если это предлог?..

— Ты имеешь в виду, — медленно начала Селена, — что уже попадал в ситуацию… — Она замолчала, вспомнив, как заткнулся мальчишка, когда она пыталась расспросить его о том, к кому он попал в пригороде, оставшись без охраны. Заодно вспомнила фразу Координатора — о том, что мальчишку найдут одни, но входить к нему в доверие придётся ей. И привести его к кому-то неизвестному. Значит… Коннор уже испытал на себе такое? Что его поймали и пытались использовать в своих целях?

Мда… Положеньице. С одной стороны — обещание освободить мальчика от имплантатов. С другой — неизвестно, на кого напорешься…

— Давайте разберёмся с завтрашним днём, — предложил Джарри, — а потом уже посмотрим, что нам делать с этим Координатором. Чует моё сердце, — кривовато усмехнулся он, — ждут нас ещё чудеса.

Они устроились в его сторожке, на памятной Селене охапке сена под тряпками. Маг обнял обоих, прильнувших к нему в поисках тепла, и все трое уснули.

Проспали, конечно, недолго. Разбудил их, едва светать начало, Веткин.

Скрипнула дверь, открываясь на самую капельку, — и девушка сразу приподнялась посмотреть, кто там. Еле разглядела — и только по низенькой фигурке догадалась, что это домовой.

Оказалось, что мужчины тоже проснулись. Позёвывая, встали и поплелись в дом — сразу на кухню, где радостно сияющие домовые первым делом бросились обихаживать вернувшегося "своего" мага. Селена рассчитывала, что дети на втором этаже будут спать довольно долго, поэтому выгнала из кухни мужчин умываться перед завтраком. Как раз за это время домовые уже и накрыли на стол.

Пока суд да дело, поднялось здешнее солнце. Кажется, Мика был прав, и погода постепенно начинала устанавливаться по-летнему. Во всяком случае, солнце стало чаще и больше появляться из-за высоких серых облаков. И девушка впервые почувствовала себя довольно комфортно в лёгкой военной форме. Особенно когда вышла из тёплого, нагревшегося от кухни дома на улицу в прохладное утро.

Неясная тревога заставила её выйти из дома очень вовремя.

По улице, серовато-зелёной на рассвете, решительно шли двое — эльф и вампир. Траян не дошёл до дома Селены — залез в "лётку", а вот Аэрон, ни на секунду не сомневаясь, прошёл дальше и свернул к стоящей у крыльца девушке. Мало того — он и мимо неё хотел пройти — словно мимо столба! — возмутилась девушка.

— Вы куда? Не смейте заходить в дом — там дети ещё спят! — негромко, но с тем же ярким возмущением предупредила Селена.

— Дети? — саркастически ухмыльнулся Аэрон. — И что мне с тех детей? Мне плевать, кто там у вас спит. Мне нужен этот маг сопровождения, который не выполнил своих обязанностей. Отойдёшь в сторону — или мне тебя отодвинуть?

— Да как ты смеешь мне говорить такое?! — обозлилась Селена, уже привыкшая к мысли о том, что здесь, во всей деревне, хозяйка — именно она.

Высоченный эльф, уже ни слова не говоря, и в самом деле отодвинул её в сторону — одним движением руки.

И она ничего не могла сделать, потому что силищи он оказался невероятной. Только и могла обозлиться снова, ощутив себя беспомощной перед грубой силой.

"Расслабься, — сквозь зубы сказала Илия. — Шаг от него! Повернись к нему боком!"

Презрительно ухмыляющийся Аэрон медленно-медленно, как показалось Селене, начал отворачиваться к двери в дом. Ему всего-то надо было шагнуть раза два, чтобы очутиться у двери. Девушка мягко и скользяще развернулась, одновременно подпрыгнув, — и ботинок на твёрдой подошве врезался в челюсть эльфа. Боковой удар оказался так хорош, что, ничего не ожидавший от хрупкой девушки, Аэрон на ногах не удержался. Он, от неожиданного удара мотнув головой, крякнул и с силой врезался плечом в стену дома.

"Развернись!"

Эльф быстро вскочил с полусогнутых — и, мгновенно собравшись, бросился на Селену. Девушка себя облачком почувствовала, взлетев в воздух. И — ядром, разбивающим дома на снос, когда снова крепко ударила Аэрона ногой, проехавшейся от носа к подбородку, а потом девушка, словно скользнув в его объятия — в мечущиеся в попытках поймать её руки, ребром ладоней ударила чуть выше ключиц. Это место было слегка прикрыто одеждой эльфа, но, кажется, Илия знала, куда бить. Аэрон рухнул — и только мягкая земля под головой (плиточная дорожка оказалась в опасной близи, но всё же в стороне) не дала ему потерять сознание от мощного удара.

Она мгновенно отпрыгнула, когда эльф, раз только качнув головой и пару раз сбросив горстью с лица кровь, оправился от неожиданности — и с земли бросился на неё.

"Левой ногой упор — оттолкнулась и прыгнула!" — скомандовала Илия.

Девушка этот удар прочувствовала здорово. Аэрон чуть не сбил её на лету собственной массой. Повезло, что он держался не слишком уверенно после падения. Удар отдался резкой болью в ноге, но и эльф на полпути к маленькому бойцу рухнул повторно, снова получив по уже травмированному вчера уху.

— Ах ты ж… — сказали сквозь зубы от крыльца.

Подняв глаза, Селена чуть не выругалась: лучше б Джарри не выходил! Но, кажется, маг на этот раз не собирался сидеть сложа руки, как не собирался складывать их, покорно отдаваясь во власть пришедших за ним. Огромной горой, в весовой категории почти близкий к Аэрону, Джарри угрожающе шагнул к эльфу.

— Ты арестован! — еле шевеля разбитым ртом и гнусавя, судя по всему сломанным носом, заявил эльф, тем не менее ссутулившись в боевую стойку.

Джарри не стал отвечать — сразу ударил его так, что эльф непроизвольно всхлипнул и грохнулся плашмя на спину. В следующий миг маг тоже свалился — миниатюрная молния ударила в него с кольца на пальце эльфа.

В дверях застыл Коннор, во все глаза глядя на странную дуэль.

Селена испуганно сообразила, что мальчишка забылся — не "надел" личину слабоумного… Но эльфу было не до посторонних. Мальчишку он заметил мельком — и более не обращал на него внимания, сочтя безобидным для себя.

Джарри, не вставая на ноги, просто упал на него всем телом и принялся молотить кулаками… Вскоре избиение перешло в настоящую мужскую драку — эльф всё-таки пришёл в себя. И в эту драку Селена уже не решилась встревать. Единственное, что её беспокоило, как бы не подоспела помощь Аэрону со стороны вампира. А Коннора она вытеснила, несмотря на его недовольство, с крыльца в вестибюль дома.

Кажется, Джарри дрался просто от души! Он вкладывал в страшные удары такую страсть, что девушка побаивалась, как бы он своего мучителя вообще не убил. Но и Аэрон теперь не уступал. Селена подозревала, что эльфа взбесила дурацкая ситуация, когда сначала его измолотила обыкновенная девушка-маг, а теперь смертным боем бьёт маг, который совсем недавно был отлучён от всех сил стихий.

Мужчины рычали, перекатываясь по земле. И девушка только вздрагивала от ужаса, представляя силу ударов каждого из дуэлянтов.

"Пусть оторвётся!" — снова ощутимо сквозь зубы сказала Илия.

Кажется, она говорит о Джарри?

Наконец настал момент, когда мужчины всё-таки сумели оба вскочить на ноги. Оба в крови. Эльф-таки сумел разбить нос Джарри, а маг умудрился оставить кровоподтёк на скуле Аэрона… Мужчины вскочили, но теперь каждый не старался начинать драку по новой. Оба кружили, примериваясь к противнику. И эльф выглядел довольно встревоженным, когда вприщурку следил за человеком-магом.

Неизвестно, чем бы закончилось это кружение, если бы…

С улицы раздался такой всполошённый крик, что мужчины выпрямились и оглянулись. Мимо дома Селены с нарастающей скоростью ехала "лётка". Изумлённый эльф, видимо, хотел крикнуть вампиру, чтобы тот не игрался, но Траян суматошно заорал:

— Останови её! Останови!

Аэрон выглядел совершенно растерянным: остановить летательный аппарат — в нынешнем состоянии эльфа это выглядело по крайней мере странно! Тем не менее, он с трудом повернулся и побежал наперерез "лётке". Ещё оглянулся, будто надеялся, что им помогут… На почти полном ходу летательного аппарата он ввалился в "лётку" с другой стороны от водителя — кажется, рассчитывая, что под его немаленьким весом "лётка" остановится.

— Понял! — выдохнул Коннор, который на крики вампира сначала высунулся из дома, а потом выскочил к Селене. Девушка ещё мельком глянула на окна второго этажа: смутно видневшиеся лица за стеклом подсказали, что вопль Траяна разбудил детей.

— Что — понял!

— Понял, что сделала Илия с подсказки магов! Тормоза! Тормоза полетели!

Шмыгнул разбитым носом подошедший Джарри, словно омыл ладонями лицо, убирая не кровь, а усталость. И продолжал вглядываться туда же, ближе к околице.

— Неужели их вынесет за изгородь? — не столько спрашивая, сколько раздумывая, сказал маг и снова шмыгнул.

Несмотря на старания эльфа и вампира, "лётка" и в самом деле изо всех сил неслась в сторону деревенской изгороди.

— Но ведь там магическая защита! — сказал, словно не веря, Мика, внезапно очутившийся под рукой Селены.

— Как они едут! — завистливо сказал Ирма, вставшая перед девушкой.

— Они как будто увидели их… — уже задумчиво сказал Коннор, весь подавшийся в сторону убегающего летательного аппарата. — Неужели они не сообразят поднять её?

Селена не сразу поняла, что именно сказал мальчишка. Потом уже, разделив его фразу на части, сообразила: "они увидели" — это машинные демоны, резко помчавшиеся к деревенской околице, а вторые "они" — это эльф и вампир, которые не поняли, что их "лётку" выносит в опасное пространство, а потому не сообразившие подняться в воздух. Хотя что тут — воздух. Гигантские, широченные столбы, на первый взгляд медленно приближающиеся, неслись к деревне с громадной скоростью и нарастающим рёвом.

Высыпавшие из дома дети, окружившие двоих взрослых, ахнули, когда "лётка" пробила изгородь — и врезалась прямо в невероятно мощно вертевшуюся стену машинного демона. Одновременно со столкновением рёв торнадо словно взмыл к равнодушным небесам. Машинные демоны взревели — торжествующе?

Перепуганная Селена первой помчалась к пробитой изгороди.

— Не бойся! — закричал в спину Джарри. — Для них сломанная изгородь всё равно преграда! Они не смогут её преодолеть!!

Но почему-то тоже бросился за нею. А следом — Коннор и вся детская братия!

Потрясённая Селена встала у изгороди, молясь про себя: "Пожалуйста! Пожалуйста! Пусть эта изгородь будет крепкой, как броня! Пусть эти машинные демоны даже подойти к ней не посмеют!"

"Не бойся, — умиротворённо сказала Илия, — они точно не пробьют этой магической защиты! Маги её сделали на совесть! А ты помогла её восстановить, когда она начала разрушаться!"

Уже привычно девушка представила перед внутренним зрением магические книги, а потом обновлёнными глазами осмотрела изгородь. В том месте, где закрывались ворота, обрывая деревенскую дорогу, на невидимых обычному глазу жердях сидели два серебристых дракона — изящными мордами друг к другу. Они выглядели живыми и безразличными к происходящему всего лишь в нескольких метрах от них. И это бесстрастие помогло успокоиться и Селене. Если охрана спокойна, значит, должна быть спокойна и хозяйка деревни — усмехнулась она.

И теперь, глядя на машинных демонов, в чьей аморфной, но смертоносной толще исчезла "лётка" с двумя живыми существами, девушка поняла, что два события, вычисленных Джарри, и в самом деле произошли.

20

Добежавшие до пролома дети мгновенно облепили деревенскую изгородь, правда, предусмотрительно не выставляя наружу руки и даже пальцы. Хотя были и некоторые, самые легкомысленные, которые спохватились не сразу и чуть позже поотдёргивали руки от изгороди. Девочки, кажется, визжали, закрывая уши. Мальчишки, приоткрыв рты, с опасливым восторгом наблюдали за мощным движением всё тех же трёх ужасающих торнадо, которым, чудилось, нет предела как в ширине, так и в высоте. В любом случае, вершины их упирались в низкие облака, словно просверливая их или расплющивая… Оглядев всех прибежавших, Селена почувствовала собственное тяжёлое дыхание…

Но расслабляться рано.

Её рассеянный взгляд — взгляд человека, который начинает думать, что самое страшное, кажется, позади, внезапно замер на Конноре, не добежавшем до изгороди. Мальчишка стоял неподвижно; странно остановившиеся глаза не смаргивали, пока он смотрел на бешеную круговерть огромных машинных демонов. И девушке показалось, что глаза Коннора начинают светлеть и наливаться металлическим блеском.

Движение слева от Коннора: это Джарри поспешил было к Селене, но, уловив её встревоженный взгляд, шагнул перед мальчишкой и заглянул ему в лицо. После чего спокойно, как будто так и надо, положил ладонь на его глаза — и сильно развернул его в сторону деревни.

Девушка не слышала, что крикнул маг Коннору: торнадо глушило все звуки, но мальчишка дёрнулся из-под ладони Джарри, а потом кивнул (маг опустил руку) и быстро, не оборачиваясь, пошёл по деревенской улице назад, к дому.

Неужели на него так действует вид оружия? Ведь торнадо — это явно оружие!

По-настоящему девушке удалось успокоиться лишь в столовой, за завтраком. Коннор тоже пришёл в себя и выглядел обыкновенно. Он сидел с ребятами, которые нашли оставленные для них артефакты будущих магов, и тихонько о чём-то с ними говорил. Точней — он внимательно слушал каждого, лишь изредка или отвечая, или спрашивая о чём-то.

А впечатлений всем хватало. Разговор шёл в основном именно о машинных демонах. Селена и Джарри сидели отдельно, но так, чтобы вся столовая была перед ними как на ладони. И тоже перебирали события и ночи, и утра. Одновременно девушка следила за происходящим в помещении.

Столовая бурлила. Маленький народ обсуждал события, делился впечатлениями и размышлял на темы, прорвутся ли однажды машинные демоны на территорию деревни. Девушка не мешала. Она полагала, что дети должны подольше посидеть все вместе, обсуждая события и постепенно успокаиваясь.

Как специально, сегодня ещё солнце выглянуло и довольно ощутимо пригревало. Кто сидел у окон, часто (видела Селена) подставлял лицо солнечным лучам и блаженно жмурился. Лето, кажется, решило вернуться во всей красе.

Чаще всего Селена приглядывала за столиком, где сидела уже сложившаяся четвёрка: Мика, Мирт и Колин с Ирмой. Тая улыбку, девушка наблюдала, как Мирт пытается подружиться с Ирмой, которая пока не замечала расположения маленького эльфа, воспринимая его всего лишь как занимательного собеседника. Но Мирту, кажется, очень нравилось, как задорно смеётся волчишка, и он старательно смешил её: то сам что-то рассказывал, то о чём-то спрашивал её — и Ирма в ответ что-то рассказывала тоже что-то смешное.

— Как ты думаешь: что дальше? — спросила Селена, взглянув на Джарри.

— В каком смысле? Думаешь — что-то надо ещё? Кроме того, что детям нужно обживаться?

— Об этом я тоже думала. Но… Те дети — под руководством взрослого. Мне как-то не по себе, как вспомню, что говорил Мика — о том, что он посылает их в опасные места.

— Понял. — Чаще неподвижный, рот Джарри всё-таки, хоть и неохотно скривился в ухмылке. Маг вздохнул. — И когда ты думаешь за ними ехать?

— Это так заметно, что я хочу за ними ехать? — спросила Селена, но не ожидая ответа, а подтверждая собственные мысли.

— Это так понятно — с того мига, когда я начал понимать тебя. — Он снова попытался улыбнуться. Но быстро задумался о своём, уставившись в столешницу. И, кажется, задумался не о самом хорошем: тяжёлый рот быстро расслабился в угрюмой гримасе.

Девушка быстро всмотрелась в него, опустила руку и незаметно, скрытно за длинной скатёркой сунула пальцы в его ладонь. Маг удивлённо поднял брови и снова улыбнулся при виде лукавого выражения на лице Селены. Она открыла рот сказать, что у них сейчас будет немного свободного времени… Не успела.

В столовой раздался визг, а потом рычание и крики сразу нескольких человек.

Девушка вскочила первой — маг замешкался, пытаясь сообразить, что происходит.

Селена знала — что. Разговаривая с Джарри, она продолжала машинально следить за столиком с "домашними" детьми.

Их столик стоял рядом со столиком, за которым сидел Сильвестр — мальчик-оборотень и его сёстры. Одной из девочек-волчишек не понравилось, что Ирма легко и непринуждённо разговаривает с Миртом. Она, слегка развернувшись к Ирме, кажется, сказала колкость. Но Ирма, настроенная довольно миролюбиво, сама того не замечая купавшаяся в обожании маленького эльфа, ответила ей спокойно и снова заговорила с Миртом. Новенькая девочка-волчишка не отставала, хотя ей сделала замечание и сестра, и даже сам Сильвестр, который в начале беседы не хотел встревать в разговор.

В конце концов, новенькая (Селена ещё не запомнила её), наверное, сказала что-то обидное про Мирта, отчего мальчишка резко замкнулся, опустив взгляд на тарелку.

Девушка понадеялась, что дети сами разберутся в своих мелких дрязгах, что не надо бы вмешиваться по мелочам.

Ирма и решила разобраться. Она спрыгнула со своего стула и в два прыжка очутилась возле своей обидчицы. Обеими руками вцепилась в роскошную гриву сварливой волчишки — и дёрнула на себя! Девочка с визгом свалилась на пол и мгновенно перекинулась — Ирма, естественно, не отставала.

Испуганный Мирт вскочил из-за стола и бросился к Ирме. Но уже невозможно было разобраться, где Ирма, а где девочка, спровоцировавшая драку. Колин в секунды перекинулся тоже — привык защищать сестру. Чуть с опозданием перекинулся и Сильвестр, хотя бежавшая к ним Селена и надеялась, что именно он прекратит драку.

Рычание, вой, визг!.. Клочья шерсти во все стороны!

Перекрывая вопли и рык, раздался властный голос Коннора. Мальчишка выговорил буквально несколько абсолютно не понятных для Селены слов. Оборотни рухнули на пол и застыли. Общее молчание длилось недолго… Но… Только девушка вздохнула с облегчением, как и остальные дети, которые было заговорили тихонько; только к оборотням поспешил Джарри и сам Коннор, как вдруг на колени со всхлипом рухнул Мирт. Оцепеневшие от неожиданности дети снова смолкли, со страхом глядя уже на упавшего ничком мальчишку, который выл не хуже оборотней.

Господи, да что ж такое происходит?!

Селена рванулась к Мирту. Но на бегу её за руку поймал Джарри.

— Не подходи!

— Что с ним? У него припадок? — почти бессвязно спрашивала девушка, надеясь, что с маленьким эльфом не что-нибудь опасное.

— Быстро все из столовой! — скомандовал тем временем Коннор и, быстро подойдя к так и лежащим оборотням, взял за шкирки перекинувшихся двоих, Мика — ещё двоих, и оба — под приглядом неперекинувшейся девочки из новеньких — быстро выволокли из столовой изумлённо поглядывающих на них волчишек.

Остальные подчинились беспрекословно и быстро покинули помещение.

В столовой, рядом с Миртом, остались Джарри, Селена и быстро вернувшийся Коннор. Двери закрыли обе — и в коридор, и в кухню, в которой домовые и сами, как казалось, были готовы запереться.

— Слишком много впечатлений, — пробормотал Джарри, присев над маленьким эльфом на корточки.

Присевший на корточки напротив, Коннор крепко схватил Мирта за плечо, чтобы он не катался по полу, и обеспокоенно спросил:

— Что будем делать?

— А что с ним? — чуть дыша от страха, спросила девушка.

— Ничего не чувствуешь? — спросил Джарри, помогая Коннору удерживать Мирта.

Селена прислушалась к себе, к пространству вокруг. Она всё ещё была в военной форме, правда — рукава курточки засучила. И в самом деле становилось тепло. Сначала девушка почувствовала, как по недавно разогретой солнцем коже скользнуло прохладным порывом ветра. Потом, уже сосредоточенная, поняла, что именно заметили маг и мальчишка, поняла, что в столовой пахнет не съестным, а густыми ароматами цветов и трав — таким отчётливым запахом, словно их только что скосили.

Она осторожно подошла к маленькому эльфу, который лежал уже на спине и смотрел слепыми, хоть и широко раскрытыми глазами в потолок, не видя его, но всё ещё вздрагивая и всхлипывая.

— Почувствовала? — прошептал Коннор.

— Да…

Она не отводила испуганного взгляда от Мирта, поэтому увидела сразу: лицо оставалось тем же, застылым, но губы вдруг зашевелились — мальчик что-то зашептал, а по комнате снова повеяло ветром с запахами трав.

— Ты можешь что-нибудь сделать? — спросил Коннор мага.

— Я представления не имею, что нужно делать в таких случаях, — почти расстроенно сказал Джарри. — Разве что… Что ты сделал с оборотнями?

— Успокоил их.

— Мирт переволновался — сделай то же самое.

— Не получится. Моей магии не хватит успокоить эльфа.

— Коннор, он ещё маленький. Ты сильней. Пока. Давай быстрей, пока с ним ещё чего хуже не началось. Успокой его, а ещё лучше — усыпи на время.

— Но… — нерешительно сказал Коннор. Мирт дёрнулся под его рукой и снова зашептал что-то, глядя слепыми глазами в полоток. И мальчишка решился. Он снова сказал те же несколько слов на языке, которого напрочь не понимала Селена.

Мирт было приподнял голову — и внезапно лёг, закрыл глаза. Первое впечатление — уснул. Впечатление оказалось правильным. Джарри поводил над его лицом раскрытой ладонью, как будто что-то проверял, и вздохнул с облегчением. Улыбнулся Коннору.

— Ты молодец. Только в следующий раз не сомневайся.

— Джарри, — задумчиво сказал мальчишка. — Ты не представляешь, как я рад, что вы меня с ребятами нашли именно сейчас. Если бы с Миртом это произошло раньше, я бы не знал, что делать. — И обернулся к ничего не понимающей Селене. — Мирт просыпается как стихийный маг. Плохо, что просыпается, из-за того что переволновался, как говорит Джарри. Ты не бойся… Теперь, когда он успокоился, я буду следить за ним. И успокаивать, если надо, и дальше.

— А что он говорит?

— Мирт повторяет те заклинания, которые слышал когда-то, — попробовал объяснить Джарри. — Так случается, когда стихийный маг в эльфе начинает просыпаться неосознанно, без контроля со стороны взрослого эльфа. Сейчас пробуждение мага Мирта — реакция на тревоги сегодняшнего утра… — Маг посмотрел на спящего мальчика и вздохнул, почти как Коннор недавно. — Пока он произносит всё подряд, что когда-то слышал в своей семье, — и хорошо, что только самые безобидные заклинания. Придётся с ним заниматься, хотя я не представляю — как. Может, ты, Коннор?

От предположения мага, что он может кого-то чему-то научить, мальчишка передёрнул плечами и покачал головой.

— Придётся искать кого-то со стороны, — вздохнул Джарри и поднял Мирта на руки. — Ладно, Коннор, показывай, где его спальня. Пусть поспит, а потом будем думать…

Они вышли в вестибюль, где на них все уставились с испугом.

— Всё нормально, — сказала Селена. — Мирт уснул.

Джарри отнёс маленького эльфа в комнату, в которой затаились перекинувшиеся в человеческий вид оборотни и Мика.

— Что делать? — спросила Селена, насторожённо глядя на обитателей комнаты. — Здесь его оставлять, наверное, опасно. Проснётся, вспомнит — и начнётся с ним всё заново. Может, мне на время уступить свою кладовку? Пусть спит там, а к нему дежурных поставим, чтобы следить за его состоянием.

Ирма насупилась и вышла из комнаты. Опять обиделась — поняла девушка. А что делать-то? Обижайся — не обижайся, но если Мирт, очнувшись, увидит её, он сразу вспомнит ЧП в столовой. С волчишки всё началось, хоть она и не виновата.

Господи, ещё с той девочкой разговор предстоит!

"Мама… А я смогу всё это выдержать?.."

Временно решили всё-таки оставить мальчика в этой комнате. Рассудили, что, очнувшись в незнакомом месте, Мирт испугается. Первым вызвался дежурить Мика. Сказал, что гулять всё равно не может: солнце пока ещё плохо переносит, хоть и не боится его. С опаской глядя на белые волосы маленького эльфа, разметавшиеся на подушке, Селена даже обрадовалась добровольцу. Колин молча вышел.

Вскоре, посидев немного у кровати Мирта, вышли и остальные.

— Ребята, — обратилась Селена к детям, собравшимся в вестибюле, как она попросила ещё до начала завтрака. — Поднимите руки, кто сегодня хочет порыбачить?

Мальчики, кроме Колина, подняли руки все.

— Прекрасно, — сказала девушка. — Возьмите снасти у Веткина. Кто вчера рыбачил, покажите место. Колин, ты хочешь остаться в доме? (маленький оборотень кивнул) Хорошо. Всё, мальчики могут идти на рыбалку.

Мальчишки мгновенно побежали из дома — за одним из них, который пообещал сам показать, где снасти находятся. А Селена обратилась к девочкам.

— Девочки, мне бы хотелось, чтобы вы начали обживаться в деревне. Поэтому просто погуляйте по деревенской улице, запоминая расположение домов. Здесь только две улицы. Надеюсь, до обеда вы вернётесь. А где Ирма?

— Прячется где-то, — пренебрежительно сказала волчишка, спровоцировавшая Ирму на драку. — Обиделась.

Селена помолчала, собираясь с мыслями.

— А я бы тоже обиделась, — сказала она чуть не враждебно глядя на провинившуюся волчишку. — Я бы не просто обиделась. Ирма вон тебя за волосы дёрнула. А я бы тебя сразу со стула сбила! Честно. Ты мне объясни, почему ты её разозлила, а? Что ты такого сказала, что она на тебя налетела?

— Я про неё не говорила, — упрямо выпятив губы, произнесла девочка-волчишка и сразу набычилась. — Я сказала про Мирта, что он с ними сел.

— И что тебе не понравилось в том, что он сел с ними? — спросила девушка и поняла, что задала не самый лучший вопрос и что ответа на него точно не получит. — Пожалуйста, в следующий раз, будь добра, не лезь в чужие разговоры. Это невежливо. Итак, девочки, вы поняли, что за прогулка вам предстоит?

— Поняли! — нестройно отозвались девочки и поспешили за дверь.

— Может, надо было с нею построже? — улыбаясь, спросил Джарри, слушавший диалог издалека, от лестницы на второй этаж.

— Построже — это как? — подозрительно спросила Селена. — Пообещать отлупить в следующий раз? Джарри, я не умею общаться с детьми! Давай ты в следующий раз?

— Ни за что! — засмеялся маг. — У тебя лучше получается.

— Джарри, ты не мог бы проследить за мальчишками, которые пошли на рыбалку?

— И прослежу, и посижу с ними.

Он наклонился к ней и прикоснулся губами к щеке. И ушёл. Она посмотрела на хлопнувшую дверь и снова вздохнула, вспомнив, как думала о свободном времени после завтрака. Увы… Она тряхнула головой. Ладно. Пора и самой заняться кое-чем.

Девушка погладила браслет на руке.

— Илия, а ты выходить можешь?

"Могу. Только сейчас неинтересно, — отозвался призрак. — Если тебе не хочется, чтобы я постоянно была рядом, можешь оставить браслет в каком-нибудь надёжном месте. Мне в нём уютно, так что… Выйду, если захочется, но заклинание Коннора меня всегда вернёт на место".

Сбегав наверх, девушка оставила браслет в сумке — под кроватью. Она знала, что вход в её комнату Джарри успел защитить и теперь никто из детей не заглянет сюда.

Браслет она оставила с определённой целью — не хотелось его пачкать. Ибо Селена собиралась заняться самым хозяйственным делом на свете — прополкой, о которой много думала и раньше. Она сбежала по лестнице и вышла из дома. Веткин сказал ей, где примерно искать огородик с заросшими грядками. Кое-что из семян домовые сохранили. То, что на грядках, росло само по себе — например, цветущий каждый год укроп рассыпал вокруг себя множество семян, но постепенно дичал. Селена шла и размышляла, сможет ли она вернуть овощи к нормальному состоянию и получит ли из них потом хорошие семена.

Грядки она различила с трудом — под густыми сорняками. Лето было переменное: то солнце, то дождь — причём последнего очень много. Неудивительно, что на когда-то хорошо удобренной и культивированной земле сорняки росли богато. Многие из трав Селена узнала легко — сказалась практическая работа на даче брата. Некоторые она видела впервые. Зато сразу узнала грядки со слегка одичавшей морковью и с мелким луком. Правда, насчёт последнего засомневалась: а может, он таким изначально был?

И принялась за работу, теперь уже в основном размышляя о том, стоит ли привлекать к работе девочек. Всё-таки они маленькие. Или для такой работы это не помеха? Принуждать не хочется… А потом вспомнила соседку по даче: та своих двух дочерей гоняла по дачному участку немилосердно, а ведь девочки примерно того же возраста, что и Ирма. И ничего — девочки работали неплохо. Соседка, будучи учительницей, называла это дело трудовым воспитанием.

С трудом разогнувшись, Селена осмотрела пройденную грядку. Хм… Чистенько.

И обернулась на лёгкие шаги.

— Анитра?

Запомнить единственную девочку, нашедшую артефакт, было легко.

— Селена, тебе помочь?

— Помоги. Я хочу прополоть ещё и вот эту грядку — и до обеда хватит.

Они начали полоть грядку с двух сторон. Не прошло и минуты, как Анитра смущённо спросила:

— Селена, а вот у меня теперь колечко есть. А кто меня учить будет?

— Я ещё не думала об этом, — призналась девушка, — но, мне кажется, нам подскажет Джарри. Так что не беспокойся об этом. — "Беспокоиться и, кажется, очень сильно придётся мне", — со страхом подумала Селена.

Больше девочка к опасной теме не возвращалась. Она вовсю, успокоенная, болтала о своих впечатлениях от деревни, от дома, где теперь живёт… Закончив грядку, она отпросилась. И девушка, благодарная, что ей помогли, немедленно отпустила её, уже думая, где бы найти здесь кукол и есть ли такое вообще в этом мире.

А потом Селена огляделась, поняла, что у неё есть немного времени на одиночество, и села на колени. И задумалась. Что она делает здесь? Она ничего не умеет! А на неё смотрят с такой надеждой! И что теперь делать? Извечный вопрос.

Закрыв лицо руками, грязными, но сухими, девушка мучительно размышляла обо всём на свете, пока не вернулась к главному вопросу, который надо решить немедленно. Анитра хочет учиться. А и кто бы не захотел на её месте, узнав, что обладает магическими силами? Джарри вроде сказал, что у неё магия травницы? Ф-фу… Кажется, этот вопрос Селена всё-таки сможет решить. Надо попросить домового, который жил у здешнего мага-травника, может ли он хотя бы некоторое время заниматься с Анитрой. И точно — ф-фу… Как гора с плеч — хотя бы одна проблема решена. Кажется…

Снова встала и огляделась. Работы — непочатый край… Пока эти грядки в порядок привести — лето закончится. И хватит ли этих овощей-самосеек для детей? А ведь ещё на зиму надо заготовить. Или попробовать заставить девочек работать? И мальчиков? Тогда дом будет если не полная чаша, но хоть прокормиться смогут.

Селена ещё немного подвигала бёдрами в стороны, распрямляя позвоночник, и снова нагнулась к грядке… Поработать не удалось.

— Селена! Селена!!

От внезапного крика она подпрыгнула.

К ней бежали двое — Колин и Мика. Чуть запоздав — за ними Сильвестр.

— Мика? Ты бросил Мирта?! — поразилась девушка, снова держась за поясницу.

— Нет! Там Коннор сидит! Он меня сменил! Селена, Ирма пропала! — быстро сказал мальчишка-вампир.

— Что-о?!

— Девочки сказали, что нигде её не видели. Мы нашли её следы в конце дороги — в том лесу, где Джарри на кабана охотился! А дальше следов нет!

— Селена-а!! — уже взвыл Колин. — Селена!

Говорить мальчишка-оборотень не мог. Но в его вое прозвучали такие тоска и ужас, что девушка немедленно побежала к дому.

— Кому ещё сказали про Ирму?

— Джарри мы ещё не видели, — задыхаясь от бега, сказал Мика. — Коннору сказали, а он сказал, чтобы мы побежали сначала к тебе, а потом — к магу.

Девушка промолчала. В мыслях она уже сообразила: в любом случае — сначала к Джарри. Он охотник. Он знает здешние места. Скорее всего, обиженная и напуганная Ирма сбежала подальше от места, где её обидели. Значит, придётся брать с собой не только Колина, но и Сильвестра, который, кажется, чувствует себя виноватым из-за сестры.

21

По лесной тропинке быстро трусили перекинувшиеся Колин и Сильвестр — носами, естественно, в следы своевольной волчишки. Сразу за ними шёл Джарри, потом Селена. Замыкал цепочку Коннор. Уговаривать Мику ещё раз посидеть с Миртом не пришлось: согласился сразу.

В доме за главную осталась Анитра. Девочка не то чтобы согласилась — отказаться не успела: Селена велела — и сбежала, правда предупредив всё-таки девочек, кто остаётся ими верховодить. Для побега девушки основания были. Всё-таки времени мало.

Поисковая команда быстро прошла до другого конца деревни — того самого, который упирался в глухой лес. Пока шли по более-менее натоптанной тропке, девушка размышляла, правильно ли сделала, оставив за главную среди девочек Анитру. Коннору легко: когда прибежали на деревенскую речку за магом, мальчишка, окинув взглядом своих, жёстко сказал: "Чтоб тихо без меня было. Все поняли?" И мальчишки кивнули… Селена пришла к выводу, что Анитру оставила правильно: девочка хоть и ровесница остальным, но взрослей по мышлению. Сама пришла, сообразив, что магическое кольцо нашла не для пустой игрушки. Сама поняла, что необходимо учиться. Учиться… Этих детишек ещё и здешней грамоте учить надо. А где взять учителей?.. А вот интересно, есть ли в этом мире, довольно развитом, как поняла Селена, что-то вроде интернета? Тогда бы можно было организовать дистанционное обучение — хотя бы связавшись с блокированным городом.

— Селена…

Она кивнула Джарри: "Слышу тебя".

— Осторожно, сейчас болото проходить будем.

Говорят, кабаны в болото часто ходят. Но вроде только жарким летом? Или всегда? Девушка не помнила, где вычитала об этом… Тропинка впереди постепенно сужалась. Торопясь за Джарри, Селена, опасливо поглядывала по сторонам. Она, как и остальные, кроме оборотней, вооружена: награбленное с "лётки" оружие припрятали дома, а как ЧП началось, немедленно разобрали его. Селена и Коннор получили нечто вроде пистолета. Джарри предупредил, что в оружии девять патронов, что стрелять пистолет будет одиночными выстрелами. Сам взял какое-то длинное ружьё. Не из "лётки". Наверное, с этим ружьём он ходил на кабанов.

Бежавшие впереди оборотни внезапно остановились — почти одновременно. Носами повернули влево и кивали башками, вздрагивая носами по ветру.

— Нет, — спокойно и негромко сказал Джарри. — Кабанов пока оставим в покое.

И оборотни снова уткнулись носами в тропинку, ведущую вперёд.

Та бежала между высокими травами. Чувствовалась влажное место: пахло землёй, подгнившей травой и дохлой рыбой. Наконец, Джарри остановил всех и предупредил:

— Впереди — небольшая заводь. Там всё слышно очень хорошо. Так что потише. Не спугнуть бы Ирму. Убежит ещё дальше…

Оборотни остановились в кустах, окружавших заводь, и легли. Место за кустами оказалось просторным и спокойным: тёмно-зелёное зеркало воды вытянулось в обрамлении согнувшихся над ним могучих деревьев, высокой травы и низких кустов; кое-где в него с берега вдавались упавшие стволы деревьев, некоторые ещё зелёные от живых ветвей, некоторые — чёрно-рыхлые от гнили. Здесь оказалось очень тихо. Шелест травы и листьев отчётливо слышался под пробегающим ветерком, иной раз всплёскивала вода — рыба играет, вспомнила Селена старую присказку отца: брал он её с собой на рыбалку, пока маленькая была.

И обиженное нытьё маленькой фигурки, сидящей на полузатопленном дереве.

Ирма, оседлав сгнившее бревно, болтала ногами в воде и ныла, видимо, вспоминая недавнее происшествие. Ныла она, кажется, пытаясь себя растравить. Но обида, возможно, уже перегорела, и волчишка упрямо "плакала" лишь для проформы.

Колин, глядя на неё, тихонько взвыл — из солидарности, что ли?

Маг и Селена переглянулись с улыбкой.

Волчишка сидела где-то в ста метрах от них — в том самом месте, которое неплохо просматривалось с их потайного места наблюдения. За девочкой — крутой склон оврага, поросший зелёным травяным покрывалом и спускающийся к небольшой береговой полоске, чёрной, без зелени. Довольно открытое пространство. Оставалось дойти до Ирмы и уговорить её вернуться.

Колин насторожённо привстал и рыкнул.

Селена сначала улыбалась, сообразив, что волчишке ничего не грозит, но беспокойное движение Колина её встревожило. Она осторожно раздвинула ветви куста, за которым сидела, — под руку немедленно влез Коннор. Джарри, наоборот, пригнулся.

Наверху того самого крутого овражного склона, над Ирмой, кто-то появился. Кусты сверху пока не давали рассмотреть неизвестного. О нём пока предупреждали лёгкие комья земли, летевшие из-под чьих-то ног и подскакивавшие среди травы, чтобы упасть на береговую полоску.

Ирма пока ничего не замечала, увлеченная своей бедой и переживаниями.

Колин было нырнул мимо ног Джарри в сторону сестрёнки. Маг быстро поймал его за холку и прижал к ноге.

— Подожди, ничего пока страшного не происходит. А если что и будет…

Мальчишка-оборотень коротко рыкнул и дёрнулся. Но Джарри строго прошептал:

— Я — впереди.

— Подождите, — вмешалась Селена, пристально следившая то за Ирмой, которая виднелась отсюда, как единственная актриса на пустынной сцене; то за краем обрыва. — Это человек!

И все, немного удивлённые: "Ну и что — человек? Опасно же, пусть и человек!", снова затаились, вглядываясь и постепенно начиная понимать, почему девушка не боится за сбежавшую волчишку.

По овражной крути к берегу и в самом деле сбегал человек. Он спускался, явно с трудом удерживаясь на склоне, то и дело пытаясь удержаться боком, то и дело проезжаясь ногами вместе со слоями обрыва — вместе с пластами травы. Направление бега легко просчитывалось — он бежал к Ирме.

Колин что-то буркнул — с облегчением. Это Ирма обернулась на лёгкий шум шагов и съехала в воду с бревна, на котором сидела. Но постояла-постояла в воде по колено и медленно, приглядываясь, но не боясь, пошла на бережок.

Неизвестный остановился, не доходя до девочки. Может, чтобы не напугать. Ха, попробовал бы он Ирму напугать… Девочка медленно подошла к нему, запрокинула голову, глядя на него. Шага три между ними. Заговорили. Теперь можно было более подробно рассмотреть незнакомца: он был выше волчишки, но зато девочка рядом с ним казалась упитанной! Высокий мальчик — скорее, даже подросток, но какой просто ужасающе тощий! Но первым делом поразили Селену его волосы. Он стоял так, что солнце не освещало его фигурку, и краски в древесной тени виднелись чётко даже отсюда. Так вот… Волосы у него длинные — спускались ниже лопаток, и огненно-чёрные, собранные в "хвост", подвязанный, кажется, верёвкой. Одет был в какую-то хламиду, причём та обхватывала только его бёдра. Но, о Господи, кости выпирали так, словно вот-вот порвут натянутую кожу.

Чуть закрывавшая незнакомца Ирма шагнула в сторону, и Селена чуть не прослезилась при виде рёбер подростка.

Девушка чуть не подпрыгнула, когда Коннор резко схватил её за локоть!

— Джарри! — жарким шёпотом заговорил мальчишка. — Ты понял, кто это?!

— Понял-понял, — улыбаясь, прошептал не менее изумлённый маг. — Вот только… Думаешь, он здесь один? Хотя… Судя по худобе…

— Джарри, смотри! Кажется, наша Ирма зовёт его с собой! Думаешь, он согласится?

— Да кто это? — не выдержала Селена.

Она смотрела на восторженные лица мага и мальчишки, видела изумление даже на мордах малолетних оборотней, недоверчиво таращившихся на берег, — и завидовала всем, что они так быстро всё поняли. Хотя словам Коннора "наша" Ирма улыбнулась.

А Джарри и Коннор тем временем вдруг переглянулись и уставились на неё.

— А Селена ведь и вправду не знает, кто это, — задумчиво сказал Коннор.

— Что делаем? — спросил у него маг, снова вглядываясь в бережок, где девочка-волчишка подошла к неизвестному слишком близко — по мнению всё ещё насторожённой Селены и немедленно встревоженного Колина. — Если выйдем все вместе, он сбежит.

— Джарри, а не опасно — его к нам? — уже задумчиво спросил мальчишка. — Он ведь уже взрослый. Да и не любят они жить в компании. Хотя странно, что он вообще один остался. Они ж за своих горой. Или… Может, какой-то клан жил в этой деревне и их разбомбило? Смотри-ка, а он спокойно относится к тому, что Ирма его тащит за руку. Только идёт неохотно.

На береговой полоске и в самом деле разыгрывалась забавная сценка: упёртая волчишка с жаром что-то доказывала исхудалому подростку и тащила его за собой. А тот, словно в великом сомнении, упирался, но так, что чувствовалось: ему очень хочется, чтобы его уговорили.

— Селена, — позвал Джарри и кивнул ей. — Ты только не бойся. Мы пока тебе говорить не будем, кто это, иначе он с тебя считает, что ты здесь не одна, и сбежит. Пока ты его не знаешь, он плохо видит тебя. Давай так: мы втихаря уходим, а ты медленно идёшь по тропке, вдоль берега, и зовёшь Ирму. А там — будь, что будет. Не побоишься?

— А он меня не съест? — шёпотом пошутила девушка и замерла, услышав ответ:

— Э… Будем надеяться. Ирму-то он не съел.

Заглянув в честные глаза мага и сообразив, что он очень хочет заполучить этого неизвестного подростка в их странный детский сад, девушка кивнула:

— Ладно. Идите. Мне его до деревни довести?

— Желательно. Учти: нас рядом не будет. Но мы будем на расстоянии крика. И — в самом деле ничего не бойся.

И все четверо растворились в зарослях. Так бесшумно, что, как ни вслушивалась Селена, кроме шелеста ветра по верхушкам трав и кустов, ничего не расслышала.

После чего поднялась сама и медленно зашагала по тропинке, как ей и было сказано; время от времени выкликая — всё громче и громче:

— Ирма! И-ирма-а!!

В один из просветов в кустах она увидела: Ирма вдруг села на бережок, а подросток, быстро уходивший, остановился. Остановилась и Селена — и усмехнулась, услышав яростный рёв. Волчишка в своём репертуаре: не получила того, чего хотела, — отомщу громким плачем.

Подросток пока ещё не разбирался, видимо, в детских и женских хитростях. Он замедлил уходящий шаг, встал, обернулся. Волчишка орала вдохновенно — аж слезами захлёбывалась. Не знай бы, в чём дело, Селена убила бы каждого, кто посмел до такой степени обидеть Ирму. С другой стороны, если судить по характеру волчишки, вполне возможно, она ревела искренне: опять облом! И дома обидели! И здесь, что хотела, не получилось! А-а!!

— Ирма! Ты где?!

— Я зде-е-есь! — прорыдала волчишка.

Своего она всё-таки добилась. Подросток, невозможно надменный и до дрожи напряжённый, не сбежал. Но смотрел на поспешно, хоть и явно неуверенно подходившую к ним Селену с таким ужасом, словно впервые увидел живого человека и считает, что он опасен, что девушка только глянула на него и бросилась к Ирме… Девушка почти упала на колени, обняла протянувшую ей руки обрёванную волчишку и прижала к себе:

— Ирма, малышка моя, как же ты нас напугала!

Девочка уселась на её колени, ткнулась мокрым лицом ей в ключицу и снова разревелась. С облегчением: не ругают! Девушка гладила её по голове, чувствовала её всё ещё влажные холодные ноги, пытаясь согреть и их, и одновременно снизу вверх поспешно улыбалась подростку. Почему-то именно сейчас, вблизи, он не казался опасным, как это выглядело со стороны. Теперь Селена разглядела выпирающие скулы, запавшие от голода глаза… На тело она старалась не смотреть — от одного его вида саму на плач пробивало.

Наконец Ирма успокоилась и только остаточно заикалась.

— Извини, — сказала Селена, глядя на подростка, чтобы он понял: она обращается именно к нему. — Надо было бы сразу с тобой поздороваться, но вот Ирму утешить тоже надо. Она уже сказала, что сбежала? Дурёха-то маленькая наша…

Волчишка шмыгнула носом и вздохнула.

— Селена, я вот уговариваю его к нам пойти. Он здесь один — представляешь?

Селена — представляла. Мику вспомнила. Сердце сжалась, когда она снова взглянула на бедолагу. Сама вздохнула и поднялась, не выпуская Ирмы с рук.

— Не знаю, как тебя зовут… Но, если ты к нам не хочешь, ты можешь проводить нас и подождать меня у околицы. Я принесу тебе поесть. Как думаешь?

Подросток, едва она встала, чуть отступил. Он оказался самую малость ниже девушки. Лицо узкое не только из-за худобы. Глаза большие, какие-то призрачно-серые, но необычного, почти восточного разреза, — чуть не на пол-лица. Даже интересней: лицо узкое, из-за чего глаза словно выходят к вискам… Разомкнул сухие губы.

— Я — пойду.

Странно, что так легко согласился. Только вот голос его почему-то Селене показался очень знакомым. Может, из-за выговора — слегка свистящего?.. Она испытующе взглянула на насторожённого подростка.

— Меня зовут Селена. Я в этом мире недавно.

Косвенно она предложила этому худышке представиться. Ведь он уже знал, как её зовут: и Ирма наверняка рассказала, и сам слышал, как волчишка обращалась к девушке.

— Пока меня зовут Хельми.

Он сказал "Х-хельми"… Заикается? Или так выговаривает?.. Пока? В каком смысле? Он боится говорить своё настоящее имя? Или, по законам его семейства, это имя детское, а взрослое ему дадут то, которого он будет достоин?

И чёрт бы побрал Джарри и Коннора! Почему им так нужно, чтобы этот костлявый худышка попал в деревню?! Кто он такой?

Девушка опустила волчишку, которая пинаясь просилась на землю, взглянула на молчаливого подростка.

— Тебе не холодно? Хочешь куртку дам? У меня под нею ещё рубашка есть — не замёрзну, — предложила она.

— А я не мёрзну. Мне хорош-шо, — сказал Хельми, выговаривая слова так, как Колин, давно не говоривший по-человечески. Или так, как будто давно ни с кем разговаривавший.

Несмотря на ощутимую нерешительность Хельми, в нём самом тревога не чувствовалась ни на гран. Селена снова заглянула в его странные глаза, будто падая в бездонную пропасть, — и вдруг поняла, что лично для неё этот подросток не опасен. И, поняв это, она слегка склонилась к Ирме.

— Если честно, я не знаю, как дойти отсюда до деревни. Не помню, как шла.

— Ты пришла кружным путём! — заявила волчишка. — Я проведу вас напрямую. Пошли! — И девочка взялась за ладонь Селены.

Улыбаясь, Селена взглянула на Хельми, ожидая, что тот тоже улыбнётся детскости волчишки. Но подросток был всё так же бесстрастен. Разве что ледяной, по ощущениям, рот несколько расслабился.

Пока шли, девушка здорово понервничала. Кто этот подросток — уже не имело значения. Она была уверена, что он останется в деревне. Вопрос теперь её мучил такой: где его поселить. Коннор сказал, что он не любит компании. Значит, надо придумать ему отдельное жильё. Отдать свою комнату? Тогда где жить ей самой? Исходя из событий, которые попеременно происходят, и из поведения некоторых детей, они пока нуждаются в круглосуточной опёке. Селена просто обязана быть на втором этаже, среди детей.

С другой стороны, если Джарри и Коннор знают, кто… что… кхм… это за существо, они просто обязаны помочь ей с жильём для него.

У изгороди Хельми слегка замедлил шаг.

— Кто здес-сь живёт?

— Нас, взрослых, двое и целая куча детей, — сказала девушка. — Ты отвык от общения, Хельми?

— Я… отвык.

— Но ты пойдёшь с нами?

— Там громко и много детей.

— Зато весело, — вмешалась Ирма. — Я тебя с братом познакомлю — он тоже мало разговаривает. А ещё есть Мика — он говорит, но не особенно, зато у него целый мешок интересных железок. А ещё есть Мирт, но с ним сегодня было плохо. Селена, — обратилась она к девушке, разом встревожившись, — а что было с Миртом?

— Я не совсем поняла, но Джарри сказал, что в нём прорвался стихийный маг.

— Мирт — эльф? — спросил озадаченный Хельми.

— Ага! — рассиялась волчишка. — А Мика — вампир. Почти. А ещё у нас есть свои маги маленькие. Ну, то есть они не совсем маги, а только начинают, зато у них есть магические предметы, а ещё…

— Ирма, ты спешишь, — заметила Селена. — Хельми тяжело слушать тебя. Вспомни Колина. Ему тоже не сразу удавалось включаться в беседу.

— Колин говорит, что я болтушка, — доверительно сказала Ирма подростку, — а я не болтушка. Я говорю за него и за себя. Если я говорю за другого — это ведь не болтовня? Если разделить на двоих? — И сама взяла его за руку. — А какой у нас дом! А Джарри кабана убил — и мы его почти съели. А ещё у нас есть рыба. Ты любишь рыбу?

Девушка шла уже не впереди, а следом за странной парой. Хельми не вырывал руку из цепкой лапки волчишки и покорно шёл с нею, время от времени, правда, оглядываясь на Селену. Таким образом Ирма доставила Хельми к дому. На скамье, у дома, сидел Коннор, и Ирма всё ещё сияя, представила его:

— Это Коннор! Он вместе с Джарри убил Ночного Убийцу! Представляешь? Коннор, это Хельми. Я нашла его около речки.

Девушка с трудом задавила улыбку. Она нашла его? Это Хельми прибежал на жалобный вой волчишки! Но ничего не сказала, не поправила Ирму. И подросток спокойно воспринял слова девочки.

Коннор спокойно встал и кивнул Хельми.

— Привет, Хельми.

— Ты… странный для мага, — бесстрастно сказал Хельми, мгновенно окинув взглядом мальчишку — с ног до головы.

— Я знаю, что странный, — усмехнулся Коннор и сказал Селене: — Веткин сказал, что обед для всех будет готов где-то через полчаса по садовым часам, но, если Хельми голоден, он может пообедать прямо сейчас.

— Пошли — я тебе столовую покажу! — обрадовалась Ирма и потащила Хельми в дом. Девушке показалось странным, что Хельми вроде и не упирался, но девочка была вынуждена слегка поутишить свой задор, словно он сам удерживал её.

Едва они скрылись в доме, сбоку, от палисадника, появился Джарри. Он присел на скамейку так, чтобы между ним и Коннором осталось место. Селена пожала плечами и села между ними. Маг затаённо улыбался.

— Итак, он вошёл в дом и сейчас поест.

— Вы мне расскажете, что это за таинственный Хельми?

— Селена, помнишь, я говорил об иерархии в нашем городе-государстве?

— Помню. На первом месте эльфы, на втором…

— Вижу, что запомнила. — Не стесняясь Коннора, маг привлёк девушку к себе, обнять. — Но есть ещё одна раса, которая не входит ни в одни рамки. Эти существа, если захотят, могут стать единственными и неповторимыми в нашем мире. Но они, по своей философии, не хотят быть ответственными за мелкие дрязги на земле, как сами заявляют об этом. Они тоже оборотни — но настолько высшие существа, что им не может перечить ни эльф, ни тем более вампир. — Он говорил торжественно и даже раз переглянулся с очень довольным Коннором. Два заговорщика — да и только.

— Не медли. Ты прекрасно знаешь, что я изнываю от любопытства.

— Хельми — дракон. Если он останется в деревне, то мы, даже в блокаде машинных демонов, получим поддержку из города.

Некоторое время Селена размышляла о сказанном. Значит ли, что решение Хельми остаться или нет в их деревне повлияет и на состояние осиротелых детей? Что все они будут не только выбиваться из нужды, но появится реальный шанс дать детям нормальную жизнь? Селена вздохнула. Было бы здорово. Но что сейчас гадать об этом? Пока Хельми не примет решения, говорить и мечтать рановато…

— Рано говорить об этом, — повторила она мысль. — Меня сейчас гораздо больше интересует другое. Что с Миртом?

— Пришёл в себя, — доложил Коннор. — Чувствует себя хорошо. Сказал, что не помнит, что говорил во время рождения стихийной магии.

— Что с рыбой? — чувствуя себя полководцем перед боем, спросила девушка.

— Дня на три хватит, — уже самодовольно сказал мальчишка. — И ещё домашние обещали снова закоптить побольше — чтобы и на будущее хватило. Я сказал — пусть коптят. Мы ведь ещё на рыбалку не один раз сходим.

— Джарри, мне неудобно обращаться, но что там с кабаном? Будет у нас мясо? Глядя на Хельми, думаю, что ему и оборотням мяса много понадобится. — А сама улыбнулась, вспомнив "упитанную" волчишку рядом костлявым Хельми. Драконом она пока не могла его называть даже в мыслях.

— Встречный вопрос, — задумчиво сказал маг. — Когда ты собираешься за детьми с тем взрослым?

— Как только — так сразу.

— У меня предложение: трое суток мне нужно, чтобы набить кабанов для всей оравы, которая у нас получится, когда мы привезём остальных.

— Согласна. — Задумавшаяся Селена внезапно подняла голову. — Мальчики, хохму хотите?

— А что такое хохма?

— Шуточка — иногда очень зловредная. Так вот вам моя… шуточка. Хельми… Он говорит слегка шипяще, то есть с выговором моего Координатора.

22

Мальчик-дракон всё в той же странной манере нерешительной надменности бесстрастно объявил, что готов остаться в этом необычном месте.

Кажется, его "уговорили" домовые. Очарованные пониманием, что кормят голодного дракона — самогО дракона! — они выложили для него всё, что сумели сотворить за короткое время из кучи рыбы и остатков кабаньего мяса. Из этой очарованности гномов-домовых, кстати, девушка поняла, что драконов в этой деревне не было.

Из-за стола Хельми поднялся с заметно выпуклым животом (смешно и трогательно — улыбнулась Селена) — и сонной поволокой в глазищах. Чем Селена и воспользовалась — ну, сонной поволокой. Кроме того она воспользовалась своим незнанием законов и межвидового этикета в этом мире (что Хельми считал с неё сразу), напрямую заявила мальчику-дракону, что ему необходимо вымыться, и буквально уволокла его в ванную комнату. Он не сопротивлялся и без капризов дал себя отмыть, высушить и переодеть в домашнюю одежду подходящего размера. В это время Веткин и Рыжий лихорадочно меняли бельё на кровати Селены. Девушка сообразила, что после банно-моечных процедур, расслабившись, Хельми наверняка погрузится в ещё более сонное состояние. Поэтому она повела его на второй этаж — в свою, кажется, уже бывшую комнату — спать. Тем более настало время "тихого часа".

Хельми не возражал, но девушка на своём опыте почувствовала, как он исподтишка своеволен: она пыталась поторопить его, но сама подчинилась странной силе, с какой он ненавязчиво утихомирил её желание поспешить. Вроде ничего и не сделал, но она пошла рядом с ним спокойней. Сначала она даже и не поняла, что произошло, а потом вспомнила, что он сделал то же самое, когда Ирма пыталась тащить его за руку вперёд… Так и не поняла, как он это делает.

Когда они оказались на втором этаже, в коридоре, где дети готовились к "тихому часу", Хельми пошёл ещё медленней. Сонными, совсем не заинтересованными глазами он заглядывал во все открытые двери, где-то останавливался, словно сторонний зритель, наблюдая за происходящим. На него почти не обращали внимания, потому что он опять выглядел каким-то незаметным. Впрочем, Селена тоже не возражала, чтобы он постепенно ознакомился со всеми.

Последняя комната, в дверях которой Хельми застыл, принадлежала Мике, волчатам и Мирту. Мирт и Ирма весело болтали, сидя на одной кровати. Мика, прикусив губу, пытался присобачить какую-то деталь к уже собранной штуковине. Только Колин лежал у ножек своей кровати, неперекинувшийся, положив морду на лапы и неподвижно глядя в пространство… Селена, завидя Колина в волчьей ипостаси, встревожилась и взяла себе на заметку найти Джарри или Коннора, чтобы помогли мальчику перекинуться.

Мальчика-дракона обитатели комнаты сразу не заметили. Заметили только тогда, когда он прошёл комнату и присел перед волчонком.

— Колин?.. — почти безразлично сказал мальчик-дракон.

Тощая рука Хельми с невероятно длинными пальцами, похожая на птичью лапу с растопыренными когтями, опустилась над головой волчонка, дёрнувшегося посмотреть, кто приблизился к нему. А в следующее мгновение мальчишка-оборотень ничком скрючился на полу. И быстро сел, забившись в угол — обнимая колени и испуганно всматриваясь в сонные раскосые глазища Хельми. Остальные открыли рты, изумлённые тем, как быстро прошёл процесс перекидывания. Когда Колин наконец понял, что именно произошло, он неловко произнёс:

— С-спасибо.

Будто передразнивая его, но на полном серьёзе Хельми кивнул:

— Ах-ха… — Поднялся и вышел из комнаты, сопровождаемый радостным смехом Ирмы, спрыгнувшей к брату, чтобы обнять его.

Ещё пара шагов — и остановились перед последней дверью в коридоре.

— Вот здесь ты будешь жить, — сказала девушка, открыв дверь в бывшую кладовую, в бывшую свою комнату.

Хельми покачал головой.

— Чердак. Х-хельми будет жить на чердаке.

— Но… А почему? — только и смогла спросить Селена.

— Х-хельми маленький, — рассеянно сказал мальчик-дракон, склонив как-то по-птичьи голову и разглядывая комнатушку. — Не вс-сегда может контролировать… переход в ис-сходную форму. Может с-сломать крылья.

С трудом удержав улыбку: как забавно он сказал о себе — "Х-хельми маленький!", девушка подумала и сообразила.

— Хорошо. Давай так, Хельми. Ты сейчас отдохнёшь здесь, а мы за это время посмотрим, как тебя устроить на чердаке. Надеюсь, за это время у тебя, сонного, не возникнет желания перекинуться во сне. Согласен?

— Х-хельми с-согласен.

Два длинных шага — и мальчик-дракон лёг на кровать. Раскосые глаза закрылись сразу. И весь он сразу как-то опустился — расслабился? Постояв в нерешительности, Селена всё-таки укрыла его тонким покрывалом. Он сказал, что не мёрзнет, но мало ли. Может, он не мёрзнет, пока двигается.

Выскользнула из комнаты и осторожно прикрыла дверь. На цыпочках прошлась назад по коридору — и уже бегом по лестнице. Влетела на кухню.

— Веткин! Где Веткин?!

Уже с Веткиным помчались из дома — посмотреть на вход на чердак, а потом решили: а чего только смотреть? И полезли по лестнице наверх. Когда Веткин открыл чердачную дверь, Селена ахнула. Какой чердак?! Это же самая настоящая мансарда! Только бельевую сушилку убрать, которую здесь домовые устроили; выдраить всё, вычистить да поставить стены между стойками, которые поддерживают крышу. Девушка медленно прошлась по чердаку. Как минимум шесть комнат, если опять рассчитывать на три человека… ой… или три существа в каждую. А что — приемлемо!

Она пересказала свои видения Веткину. Тот выслушал серьёзно, оглядел помещение, видимо примериваясь к точке зрения хозяйки, и твёрдо обещал сделать необходимое уже к вечеру, чтобы вселить сюда мальчика-дракона.

— Подожди, Веткин, — остановила девушка повернувшегося было к выходу домового, — есть ещё проблема. Надо бы, чтобы лестница сюда была не с улицы, а из дома. Ведь если здесь будет отапливаемая часть дома, нам будет невыгодно запускать сюда холод с улицы. Нужен вход прямо из дома.

— Так он есть! — заулыбался Веткин, радуясь, что может успокоить хозяйку. — Его забили только лет сколько-то назад. Помните верх лестницы на второй этаж?..

И они побежали в дом, чтобы посмотреть, как это выглядит.

В общем, Селена набегалась довольно, прежде чем свалиться на кухне же, у стола, и некоторое время бездумно смотреть на стакан с компотом, который поставили перед ней сердобольные домовые. Но стакан увели из-под носа. Девушка только подумала, что ей и в самом деле хочется пить, как Коннор перехватил стакан с компотом — не успела она и пошевельнуться. Мальчишка одним духом выдул содержимое стакана и, задыхаясь от скорости поглощения, почти выпалил:

— Пошли быстрей в сторожку! Джарри ждёт!

— Ты почему не спишь? — возмутилась девушка и тут же чуть не засмеялась, сообразив, что её больше возмутило, как нахально Коннор лишил её вкусненького.

— Пошли-пошли, — нетерпеливо сказал мальчишка. — Нам кое-что обсудить надо, а времени мало. Я же говорю — Джарри ждёт!

Он выпалил это, как последний и неоспоримый аргумент, и девушка послушно побежала за ним, прислушиваясь к собственным, гудящим от усталости ногам.

Маг и правда ждал их в сторожке.

С порога девушка наткнулась на спокойные глаза Джарри и мгновенно пожалела, что Коннор пришёл вместе с нею. И устыдилась. Тут дел по горло, а она всё о личном. Эгоистка. Всё. Некогда. Может… Эх, может, когда-нибудь…

— Селена, надо поговорить.

— Я уже поняла, что надо, — пробурчала девушка и зевнула. — Только с большим удовольствием я сейчас хоть немного отдохнула.

— Всё понимаю, но с появлением Хельми у нас появились кое-какие надежды на будущее. Поэтому я и хотел поговорить.

— А почему здесь?

— Я заблокировал сторожку таким образом, чтобы Хельми, проснись он, не услышал нас.

— Ладно. Послушаем. — Девушка присела к Джарри и прислонилась к нему — с тайным намерением подремать. Благо что он словно ненароком обнял её.

— Селена, ты немного подожди со сном, — тоже серьёзно сказал Коннор и сам присел рядом с Джарри. — Понимаешь, в чём тут дело. Если Хельми не захочет жить по расписанию нашего дома — а он точно не захочет, потому что, как дракон, не любит компаний, можно предложить ему небольшую работу. Он согласится, потому что это дело связано с полётами, а ему нужно тренироваться. В общем, мы подумали, что неплохо бы ему облетать время от времени нашу деревню.

— А зачем? — удивилась Селена, с трудом разлепляя ресницы, которые смыкало чудовищным магнитом. — Зачем деревню облетать?

— Понимаешь, с одного конца — со стороны дороги в город, деревня у нас упирается в поле, на котором нас стерегут машинные демоны. С другого — она уходит в лес. Там демоны разыграться не могут, потому что деревья растут на овражных склонах. Местность — не полетаешь, как на поле, потому что сила здесь неровная, рваная, а они привыкли питаться ровно распределённой силой. Зато со стороны леса может появиться другая опасность. Мало ли кого занесёт в деревню из леса. Вот пусть Хельми и займётся делом. Ему-то оно по душе будет.

Наверное, с минуту девушка с пристальным скептицизмом всматривалась в пол сторожки, размышляя, как бы не обидеть Коннора с его идеей.

— Есть опасность, — наконец сказала она. — Его могут подстрелить. Это первое. Второе. У меня тоже есть идея, как использовать Хельми.

Коннор, сидевший напротив, высунулся из-за Джарри.

— И что это за идея? — недоверчиво спросил мальчишка. — Если думаешь использовать дракона в чисто практических целях, то вряд ли что получится. Джарри, подтверди — я ведь правду говорю?

— Правду, — подтвердил маг, еле заметно усмехаясь. — Но, может, выслушаем?

— Я скажу, — сказала Селена и совсем проснулась. Неохотно вылезла из-под тёплой и надёжной руки Джарри. — Только сначала, Коннор, скажи нам, Джарри и мне: ты доверяешь нам?

Мальчишка тоже вылез из-за Джарри и сел перед ними.

— А почему ты так спрашиваешь?

— Хочу знать. — Девушка понадеялась, что этого ответа хватит, чтобы мальчишка перестал увиливать от главного.

— Ну… Доверяю.

— Коннор, — после небольшой паузы сказала Селена. — К кому ты попал, когда спасся от Ночного Убийцы, от которого погибла всё твоё сопровождение?

Из насторожённого, лицо мальчишки стало сосредоточенным. Немного посидев, он слегка поднял брови и спросил:

— А вы? Доверяете мне — до такой степени, чтобы принять мой ответ?

— Я — да.

Помедлив, испытующе глядя на Коннора, Джарри всё-таки сказал:

— Да. Доверяю и приму любой твой ответ.

— Джарри знает, что мы ехали в бронированной машине, — начал Коннор, не глядя на них. — Когда Ночной Убийца упал на машину, я увидел, что он сразу высосал из неё троих. Джарри быстро открыл мне дверь и велел бежать. Пока тварь переваривает первые жертвы. Сказал, что потом найдёт меня. Только ты наврал, — спокойно сказал Коннор, глядя на мага. — Ты сказал, что будешь удерживать эту тварь, а я только недавно понял, что ты собирался, если что, подсунуть ему ещё порцию жратвы, чтобы я успел убежать подальше. (Маг неопределённо хмыкнул) А я поверил и побежал… А ведь на нас напали, когда мы пересекали пригород. Я не знал, что Ночные Убийцы могут ходить парами. Когда я пробежал два дома, на меня упал второй. Но до меня ему пришлось бы долго добираться: я со страху успел закутаться в такой кокон силы, что сам с трудом осознавал, насколько блокирован. Эта тварь катала меня и так и этак, но до мяса добраться не смогла. А когда она уползла, я понял, что заблудился. Я звал тебя, Джарри. — Он набрал воздуха для вздоха, но задержал дыхание. Отдышавшись, он сказал: — Когда до рассвета осталось совсем немного, я стоял в окружении трёх Ночных Убийц. Не надо было использовать прямой канал для зова. Они сразу сориентировались, что зов мог принадлежать только… дичи. А я тогда хотел спать. Очень хотел. И для меня всё было как сон. Я помню, что убил двоих, а третья тварь попыталась меня раскрыть. — Он взглянул на Селену и объяснил ей: — Хотел прорвать силовые слои вокруг меня. Третий Убийца упал сверху, а дальше я не помню, что именно случилось. Только когда пришёл в себя… — Он сглотнул. — Когда пришёл в себя, я увидел, что сижу в клетке.

— Что?! — не выдержал Джарри. Он мгновенно осунулся, глядя на мальчишку.

— Вот про это я не хотел рассказывать, — угрюмо сказал Коннор и чуть отвернулся. — Клетка та ещё была. По всем четырём сторонам — брусья. Свет только изнутри. И всегда две свечки. Я всё хотел рассмотреть, что там, за клеткой. И не мог. Только понял, что вокруг пустота. И такая тьма, что всех моих сил не хватило пробить её. Ощущения такие, будто вокруг клетки густой чёрный туман. Хуже, что в первый же раз, когда я пытался пробить его и собрал для этого все силы, этот туман просто сожрал их. А ещё хуже… В общем, так я выяснил что этот туман блокирует все возможности собирать силы. Как я тогда… — Он остановился, раздувая ноздри и явно стараясь успокоиться. — Я даже подняться не мог после первой же попытки прорваться…

— Но ты выбрался! — чуть не со слезами крикнула Селена и быстро села к нему — обнять. Она пыталась представить, каково это: тускло освещённая клетка, впечатление огромного, пустого, но непробиваемого пространства вокруг неё, а внутри клетки без сил лежит мальчишка.

— Выбрался, — глухо сказал Коннор в её плечо. — Я решил, что нужно быть терпеливым, хотя это было очень трудно. И стал ждать прихода хоть кого-нибудь. А никто не приходил. Это было долго, очень долго. А потом меня потянуло спать. Я понял, что это направленное внушение, но сопротивляться не мог. Слишком слабый стал. Уснул. А когда проснулся, увидел, что мне принесли поесть. Я сначала не сообразил. Съел всё. Правда, тяжело было есть. Сил-то почти не осталось, чуть не стошнило. Потом снова заснул. Потом с трудом припомнил, что не просто спал, а меня куда-то водили — чуть не на руках несли, потому что двигаться я не мог. Потом очнулся снова в клетке. И ничего не помнил, кроме того что водили куда-то. Пытался с самого себя информацию снять — сил нет. Как будто вообще без малейшего слоя остался. Потом снова уснул, а проснулся — снова рядом была еда. И тогда… Мозги плохо соображали, но я всё-таки смог понять, что меня боятся. И, когда я это понял, я стал думать. Съел не всё. Там были фрукты. Их я не ел, а перевёл в силу. Было тяжело. Но у меня получилось. Остатки я съел, чтобы никто ничего не подумал. Этих сил хватило, чтобы, перед тем как снова заснуть, перевести их в угол клетки, где мне устроили постель. И хватило, чтобы стереть следы о запасе. Когда я в следующий раз пришёл в себя, я проверил. Эти, кто бы это ни был, моего запаса не нашли. И я стал собирать его из еды. Сначала. Потом стал приворовывать силу из свечей. У них же живой огонь. А это — настоящая сила. Но много я брать не мог. И ещё. Было искушение сильное. Всё время казалось, что сил набрано достаточно, чтобы попробовать взять их и постараться всё-таки пробить туман. С трудом удерживался. Ещё страшно было, что один. Я считал. Кажется, я там месяц был. — Он взглянул на руку Селены, сжавшую ему ладонь. — Чтобы быть нормальным, я начал вспоминать. Я вспоминал, как меня в лаборатории нашпиговали всякими штучками, как учили ими пользоваться. Я вспоминал всех, кто имел ко мне хоть какое-то отношение. А потом однажды я понял, что кое-что помню всё-таки из того, что происходит со мной здесь. Может, эти просмотрели, которые меня в клетку сунули, может — ещё что. Но после одного из наведённых снов я вспомнил, что меня спрашивали про лабораторию.

Мальчишка рассказывал торопливо, будто боялся, что Джарри или Селена его перебьют. Кажется, он понимал, что рассказывает в ответ на вопрос слишком подробно. Но и девушка понимала, что он слишком долго держал в себе прошлое, что ему хочется рассказать обо всём, что испытал когда-то. Поэтому молчала и слушала. И знала про себя: если понадобится, она сама попросит Коннора рассказывать обо всём. Мальчишке надо освободиться от груза воспоминаний.

— Когда я понял, что сил набрал достаточно, что ещё немного — и их обнаружат, я решил начать не с тумана. Я взял припрятанные силы, добавил к ним силы только что сменённых свечей и первым делом отогнул брусья. Получилось. Хотя было трудно: только закончил, как понял, что на них тоже было заклятие охраны. Но и моих сил уже хватало. Я снял это заклятие и переработал в собственный запас. Клетка стояла на небольшом возвышении. Я обошёл его и выяснил, что возвышение — деревянное и в нём ещё сохранились силы. Хотел залезть на клетку и посмотреть, что есть на крыше, но побоялся, что вот-вот наведут сны, чтобы вести меня на новый допрос. Пришлось забыть об этом. Зато я забрал из клетки тарелку — она была металлической, ложку не взял — пластиковая, как и поднос. За два шага от чёрного тумана я запустил в него тарелку. Хотя опять было искушение снять с неё силы. В металле её много. Но я бросил тарелку в туман. И настроился на его анализ. Пока тарелка летела по краю тумана, я понял принцип извлечения силы и структуру тумана. В конце концов, меня учили этому. И настроил собственные структуры силовых слоёв идентично слоям чёрного тумана. — Коннор слабо улыбнулся, держась за руки Селены. — Я прошёл этот чёрный туман. И сейчас мне кажется, что я проходил его целые сутки. Погружение было полным. Я шёл как часть этого тумана и поэтому потерял чувство времени, хотя это одна из особенностей усовершенствованного меня. Так что… Как видите, я не знаю, у кого я был.

Они, все трое, посидели в молчании, переживая историю мальчишки…

— А потом я долго уходил от этого места, — снова начал Коннор. — Я отсиживался в подвалах днём и шёл только по ночам. Ночных Убийц к тому времени уже не боялся. Я набрал столько сил за короткое время, что мог убивать их десятками. Иногда мне казалось — я взорвусь от той силы. Но продолжал набирать. Всё ещё боялся, — виновато улыбнулся он. И спросил: — Селена, тебе это понадобится? То, что я рассказал?

— А ты не пробовал снова найти то место и выяснить, кто держал тебя… в клетке?

— Я… боялся их, — повторил мальчик, не глядя на неё.

— Теперь ты, Селена, — предложил маг. — Что ты придумала?

— Я выходила к Координатору. С Илией. Илия не поняла, кто такой Координатор, но сказала, что голос у него очень знакомый. И при неё Координатор сказал, что мальчик, которого нужно привести к нему, опасен, потому что он не только сильный маг, но и начинён машинной магией.

Джарри присвистнул.

— Когда ты заговорила о Координаторе, ты сказала, что ему нужен определённый человек. Но мальчик?.. И… Что дальше?

— Всё то же самое, — пожала плечами девушка. — Мы с тобой выходим за изгородь, я снова зову Координатора. Ты мне говоришь, дракон ли со мной разговаривает. И, если со мной в самом деле говорит дракон, я говорю ему, что мальчик найден. — Она вцепилась в рванувшегося от неё Коннора. — Тихо! Я не договорила!

— А что ты можешь ещё сказать?! Хочешь отдать меня им?! То и так понятно!

— Коннор, успокойся! И выслушай меня! Всё дело в Хельми!

Мальчишка застыл и снова сел рядом с удерживающей его девушкой. Маг внимательно смотрел на обоих. Он же первым и заговорил, поглядывая на пылающее от гнева лицо Коннора:

— Договаривай, Селена, что ты придумала.

— Я так поняла, что в вашем мире драконы редки, — торопливо заговорила девушка. — Что каждый из них драгоценен. Мне кажется, нам здорово повезло с Хельми. Мы можем поставить Координатору свои условия. Если он говорит, что имплантаты машинной магии можно снять, мы согласимся, но с условием. Рядом с Коннором будем мы — Джарри и я. Это во-первых. Во-вторых, мы рассказываем Координатору о Хельми…

— Ты хочешь его держать как заложника? — спросил Коннор, быстро сев уже на равных между магом и Селеной. — Но получится ли? Он хоть и мальчишка ещё, как и я, но гораздо сильней — даже необученный!

— Сильней тебя?

— Меня готовили убивать машинных демонов. Специализация другая. Против живых я тоже могу, но… — уже задумчиво сказал мальчишка. — Но другое дело, смогу ли я. Демоны получили искусственные души. Но Хельми — живой…

— А чем отличается дракон от мага?

— Маг — это человек, который умеет манипулировать силами, — ответил Джарри. — Дракон же — это сама магия. Только живая, — слабо улыбнулся он, глядя на Коннора.

Селена кусала губы… Вертелась одна слабая мысль, очень странная.

— Главное пока только в том, можно ли верить Координатору, — тоже задумавшись, сказал маг, сочувственно глядя на мальчишку.

— Вот! Вспомнила! — встрепенулась девушка. — Вспомнила, что сказал Координатор! Он сказал: "Если мы не снимем с него все устройства, которые в него вживили…" Все устройства — сказал он! Все! Значит… Коннор, а ты можешь прямо сейчас в самом себе посмотреть, снимали с тебя имплантаты или нет? Ведь тебя, по сути, не зря держали постоянно в наведённом сне! А вдруг в это время из тебя вынимали эти штучки — имплантаты? Вот тогда мы сможем сказать, можно ли доверять Координатору.

— Это займёт некоторое время, — заметил Джарри. — Давайте так: Коннор, ты согласен посмотреть на вживлённые предметы?

— Конечно, — пробормотал мальчишка. Кажется, он был удивлён, что сам не додумался до такой простой мысли.

— Прекрасно, — заключил Джарри. — Тогда начинай, а мы будем сторожить тебя и блокировать от любых воздействий со стороны. — И специально для Селены объяснил: — Когда маг просматривает себя, перебирая силовые слои, он уязвим.

23

Девушка вообще-то ожидала, что Коннор сядет примерно по-йоговски посреди сторожки Джарри и впадёт в состояние, близкое к трансу, но мальчишка сказал:

— Джарри, а зеркало в доме есть? Мне как-то ещё в лаборатории показали эти имплантаты по зеркалу — сейчас легче их именно так разглядеть. Глаз настроен.

— А ты знаешь, сколько их у тебя?

— Нет. Но места тех, которые вживлены впереди, помню. Они были ближе к поверхности, а значит, их могли снять первыми.

— Тогда подожди. Сейчас принесу, — сказал маг и вышел из сторожки.

В тишине, сидя на полу же, в метре друг от друга, они секунды слушали, как Джарри мягко уходит по тропинке, как его лёгкий шаг постепенно становится тихим, исчезающим шелестом… Девушка взглянула на Коннора.

— Ты правда решил, что я тебя вот так просто сдам Координатору?

— Да, решил, — с вызовом сказал мальчишка и упрямо взглянул на неё. — Меня постоянно сдают. Как предмет, не имеющий голоса. Захотели — лишили памяти. Захотели — начинили машинной магией. Я не просил. Ни того, ни другого. Даже в той клетке никто не спросил, чего хочу я. Решили, что они правы, — и сделали. Что — трудно было сказать: "Ты, как тебя там! Мы тебе сейчас все устройства уберём, а ты потерпи!" Неужели бы я отказался? Нет, почему, глядя на меня, все сразу решают, что я идиот?

— А почему ты, глядя на меня, сразу решил, что я идиотка? — буркнула Селена. — Я ещё не договорила, а ты уже — бежать!

Он посмотрел на неё неожиданным взглядом — не только умудрённого, но и битого жизнью старика. И спокойно сказал:

— В лаборатории тоже со мной ласково обращались. Когда был послушным. А как послушным не быть, если сразу сказали, что я уже наполовину машина и что мной легко управлять дистанционно? И главное — ничего исправить уже нельзя?.. После того как я из клетки сбежал, я по пригороду бегал долго, боялся к кому-то живому подойти: а вдруг опять поймают и начнут делать со мной неизвестно что?.. Что я оружие — мне сказали, но не говорили, какое именно. И я всё боялся, что вдруг начну убивать любого, кто ко мне подойдёт. Если б не пришлось выручать тех мальчиков и девочек, с которыми я пришёл сюда, я бы вообще к людям не подошёл ни на шаг. И не надо меня сейчас жалеть.

Селена встала с пола и шагнула к нему. Снова присела совсем рядом с ним.

— А я тебя жалеть не собираюсь, — тоже спокойно сказала она. — Я слишком сильно тобой восхищаюсь, чтобы оставить в этом чувстве место для жалости. — И взяла его за руку, больше ничего не сказав.

Мальчишка опустил глаза, и они так сидели, пока не появился маг.

Джарри, держащий в руках зеркало, величиной в собственный рост, подцепил ногой дверь, а когда они, смущённые, что сразу не догадались открыть ему, вскочили, он уже вошёл и успокаивающе сказал:

— Ничего, мне нетрудно.

Он поставил зеркало — наклонно у стены, и спросил Коннора:

— Ты сам справишься?

— Справлюсь.

Мальчишка поднялся с пола и встал у зеркала. Селена осторожно поднялась следом и посмотрела в зеркало сбоку. Мальчишка отражался в нём как обычно. Но один взгляд на нахмурившегося, прищурившись, Джарри — и Селена поняла, что он видит нечто иное, чем она. Уже привычно перебрала в воображении магические книги — и тоже увидела. С трудом подавила желание охнуть вслух. И облизала враз пересохшие губы, после чего тихонько вышла, благо Джарри дверь не закрыл.

Отражение Коннора, слегка окутанное дымкой, было совсем не отражением стоящего перед зеркалом мальчишки. Прозрачный манекен. Провода протянулись по всем конечностям взбухающими и опадающими артериями. Металлические устройства геометрически правильных очертаний. Но больше всего девушку испугали глаза Коннора. Однажды она уже видела, как они изменялись, обретая металлический блеск. Теперь она видела причину: за ними были какие-то круглые штуковины, которые, стоило Коннору сосредоточить на чём-то взгляд, мгновенно увеличивались, после чего округло закрывали его глаза, причём двигались как-то спиралью в центре этой защиты… Селена мгновенно вспомнила виденные когда-то фильмы своего мира, где снайперы надевали на головы оптические устройства…

Этого как раз она не смогла выдержать. Вышла.

Прислонившись к глухой стене сторожки, она чувствовала странную тошноту и понимала, отчего её тошнит — от непонимания, как можно в живое ввести искусственное. Хуже другое: она понимала ещё и то, что в её мире такое будет возможно, как только найдётся способ делать из человека киборга, необходимого государству.

— Испугалась? — прошептал Джарри, осторожно закрыв за собой дверь сторожки.

Она кивнула. Он подошёл и обнял её. А почувствовав непроизвольную дрожь прильнувшего к нему тела, сжал крепче.

Когда он заговорил, уху стало тепло. Он не шептал, но говорил так близко.

— Я тоже это увидел только сейчас. Когда мы его перевозили, он был закрыт щитом охранных заклинаний… Я… не ожидал, что такое возможно. Нам сказали — нас наняли только для того, чтобы отвезти мальчишку, который обладает определённой ценностью. В чём его ценность — естественно, не сказали. Мы же из рядовых магов. Кроме нас, нанятых в городском бюро, из лаборатории было всего двое. Наверное, есть какая-то справедливость в том, что они погибли первыми… Он сидел на сиденье и всё время молчал. Как… как кукла. Мне стало жутко, и я предложил ему поиграть со мной в магические пазлы, которыми развлекался, пока ехали. Как он вцепился в них… Как будто в жизни не играл. А ведь это игрушка всех здешних малолетних магов. Примитивная. А для него это было совершенным открытием.

— Что будем делать, если окажется, что с него этих устройств не снимали? — Девушка отстранилась от мага и со страхом заглянула в его сумрачные глаза. — Кто-нибудь может снять их, не навредив Коннору?

— Не знаю.

— Тогда… Ты лучше знаешь, что здесь происходит. Если Координатор — дракон, как ты думаешь, чего он добивается? Если учесть, что ваши драконы стараются не вмешиваться в дела людей?.. У меня смутное впечатление, что он возглавляет какую-то организацию. Может ли быть такое, чтобы он организатор какой-нибудь группировки, которая пытается решить задачу с блокадой города? Он же сам на это намекал.

— Не люблю думать на пустом месте. — Маг взглянул куда-то в сад и нахмурил брови. — Сможешь перед полдником занять чем-нибудь детей? Берём Коннора и идём за изгородь. Как?

— Согласна.

Скрипнула дверь. Вышел Коннор. Лицо немного озадаченное.

— Ну что? — поторопила его Селена.

— Кажется, мне повезло, что до сих пор не было ситуации, когда нужно стрелять, — обескураженно сказал мальчишка. — У меня пропал пулемёт из правой руки.

Девушка секунду дико смотрела на него, а потом развернулась и изо всех сил помчалась за сторожку — Джарри за нею. Она поспешно забежала за угол домика, где её всё-таки стошнило. Она только и успела согнуться над высокими травами — и опереться, почти упасть животом на сильную руку мага. Он молча выждал, пока у неё прекратятся спазмы, потом дождался, пока она вытрет рот, и они вышли к двери.

— Прости, Коннор, — выдавила Селена. — Это и в самом деле страшно.

— Ну, ты тоже меня прости. Я как-то не подумал, что ты так…

— Так, оставим пустое. Время поджимает, — сказал Джарри. — Итак, те, которые держали тебя в клетке, пытались снять с тебя вживлённое в тебя оружие. И это у них получилось. Теперь ты убедился в этом. Так?

— Да. Ещё сняли аккумулятор для выработки силы. В клетке я почувствовал это, только думал, что мне его заблокировали.

— Мы с Селеной сейчас обменялись парой слов. Есть мысль немедленно поговорить с Координатором. Если это дракон, он, конечно, может промолчать об истинных целях твоей передачи им. Но в любом случае, они тебя не получат, потому что между ними и нами — огромное пространство. Селене с детьми, как и тебе с твоими ребятами, повезло: вы успели перебраться сюда до блокады деревни машинными демонами. А вот что будут делать драконы, чтобы добраться до тебя? Хватит ли им сил, чтобы пробиться между машинами? Когда мы спасали "лётку", было легче: мы стояли на земле и в любой момент могли взять силы снизу. А вот крылатым не позавидуешь. Драконы не слишком поворотливы ближе к земле… Так что? Согласен?

— Только… — Мальчишка раздумчиво что-то прикинул и кивнул: — Только я восстановлю щит охранных заклинаний. Я умею его делать. Не хочу, чтобы тот Координатор меня сразу почувствовал рядом с вами. А как будем прятаться от ребят?

— Селена даст им какое-нибудь задание.

— Коннор, пока не забыла… — Девушка испытующе посмотрела на мальчишку. — Под твоим началом было двенадцать детей. Как ты с ними управлялся?

— А чего управляться? — пожал плечами Коннор. — Они знали, что рядом со мной безопасно: если что — я их сразу закрывал щитами безопасности, вот и слушались.

— Ладно, пошли в дом, а то нас, наверное, уже потеряли, — напомнил маг.

Едва они появились на виду у дома, к ним немедленно выскочила Анитра.

— Селена! Скажи девочкам, что ты поставила меня старшей!

Селена с трудом сохранила серьёзное выражение лица. Долговязая девочка с тревожными глазами, кажется, всерьёз восприняла задание Селены некоторое время побыть старшей среди остальных девочек. Но… Селена вдруг ярко вспомнила начальные классы, общественные назначения каждого из первоклашек. Да и вообще школу. А правда… Детям необходимо организовываться. Так. Что можно сделать в первую очередь для тех, кто собран в одном доме? Конечно, разработать систему дежурных и старших. Кто там, в классах, был? Дежурные на каждый день, санитары, ухаживающие за цветами, если Селена правильно помнит… Анитра подсказала неплохую идею.

— Пошли, — решительно сказала девушка и вместе с девочкой поднялась на второй этаж. Сначала она зашла в комнату для девочек, предварительно попросив зайти туда же остальных — волчишек в том числе.

Здесь она объявила, что Анитра назначается старшей на каждый день, практически заместителем её, Селены, что девочка скоро составит график дежурства по комнатам всех остальных девочек, а также получит от неё, от Селены, график работы в огороде. Девушка немного боялась: всё-таки дети привыкли к вольнице, а она быстро впрягала их в коллективную деятельность. Но девочки не возражали, а девушка про себя ещё подумала, что неплохо бы ещё что-нибудь организовать, чтобы жилось в доме и в деревне интересней. Для детей самое страшное — жизнь на выживание — пока закончилось. Эх, учёба… Может, и правда, спросить об этом у Координатора.

Мальчиков с помощью Коннора она выгнала на деревенскую речку. Впрочем, выгнала — это для проформы сказано. Чуть она выговорила насчёт рыбалки, мальчишки мигом собрались — и буквально смылись с рыболовными принадлежностями, которые, как выяснилось, оставили в своих комнатах.

— Теперь остался Хельми, — сказала Селена. — Может, его просто оставить в доме? Домовые на него не нарадуются — накормят, а то худенький такой, аж смотреть жалко.

— А может, для начала выясним его личные планы? — предложил маг.

Девушка подумала-подумала и спросила:

— Драконы откровенны?

— Любят воду помутить, — покачал головой Джарри.

— Для начала попробую сделать другое, — решительно сказала Селена и снова взлетела на второй этаж. Мужчины — за ней. Интересно же, что она придумала!

Дверь в её комнату-кладовку оказалась полуоткрыта. Поэтому Селена стукнула, предупреждая о своём появлении, и вошла. Дверь оставила вообще открытой.

Мальчик-дракон сидел на кровати, как будто только что вставал, а потом решил, что неплохо бы ещё посидеть. С некоторым облегчением девушка разглядела, как распушились его волосы, чистые после мытья. Но выглядел он безучастно задумчивым.

— Хельми, я бы хотела у тебя кое-что узнать, — начала Селена сразу, присев на другой конец кровати. — Это не простое любопытство. Необходимость. Как ты остался один? Я здесь, в этом мире, недавно. Но всё-таки понимаю, что просто так ничего не бывает. Что случилось с твоей семьёй? Где твои родители? Извини, если бестактна.

Он даже не шевельнулся. Сидел и смотрел в пол полузакрытыми глазами.

Но девушка была настроена решительно. Она устала ходить на цыпочках сначала рядом с Коннором, теперь — с Хельми. Поэтому она подсела близко к нему и сказала:

— Ты можешь ненавидеть меня, но я должна знать, что произошло.

— Х-хельми жил на границе, — безучастно сказал мальчик-дракон. — Когда маш-шинные демоны впервые напали, отец выброс-сил Х-хельми в подвал, из которого ес-сть подземный ход в лес-с. Х-хельми прош-шёл всего нес-сколько шагов. Дальш-ше не мог. Ход завалило. Х-хельми вернулся, а дома нет. Никого не нашёл. Никого: ни живых, ни мёртвых. Ни дома. Демонов тоже не было. Улетели. Х-хельми добирался до лес-са долго. Жил там. Потом Ирма заплакала. Вс-сё.

Она с трудом удержала руку, потянувшуюся к занывшему сердцу. "Когда машинные демоны впервые напали…" Это было три года назад. Он — три года один?!

— А родные у тебя есть? Кроме семьи?

— Не знаю. Х-хельми младш-ший. Мы жили изолированно.

— Ты хотел бы попасть в семью драконов?

Он впервые поднял голову, чтобы всмотреться в глаза девушки. Его собственные раскосые глаза были не то что удивлёнными, а какие-то недоумевающими.

— Нет.

Он не сказал, а отрезал, кажется, проявив эмоции, которых не чувствовалось, пока он говорил о трагедии с семьёй. Немного подумав, девушка решила не спрашивать, почему он так категорично отказывается жить с сородичами. В конце концов, Хельми здесь и суток не провёл, чтобы его, привыкшего к одиночеству допрашивать с пристрастием. И она предупредила:

— Хельми, ты понимаешь, что, если хочешь жить здесь, с нами, тебе придётся подчиняться тому порядку, которому подчиняются и остальные?

— Х-хельми… подчинится, — неохотно сказал мальчик-дракон.

— Прекрасно. Вот тебе первый приказ: иди на кухню, домовые тебя накормят.

И так раскосые, глаза Хельми стали ещё раскосей — от удивления, как поняла Селена, чему и улыбнулась. Но встал он сразу, и Селена — мимо посторонившихся Коннора и Джарри — отвела его в столовую. Здесь заранее предупреждённые гномы-домовые уже накрыли стол для мальчика, которому некоторое время придётся есть отдельно: Селена решила пока уважать отстранённость новенького, который слишком долгое время вынужденно жил один.

А наверху уже стучали молотками те из домовых, которые в готовке полдника не были заняты. И Селена напомнила встретившему их в столовой Веткину, чтобы мальчик-дракон взобрался на бывший чердак — нынешнюю мансарду, и присмотрел себе закуток между стойками. Естественно, присмотреть он должен самый большой закут — чтобы крыльям было где распахнуться, если Хельми начнёт непроизвольное перекидывание.

Оставив Хельми на кухне, девушка поспешила к мужчинам.

— Слышали?

— Слышали, — отозвался Джарри. — Будем иметь в виду его нежелание иметь дело с другими драконами. Но спросить бы Координатора надо, почему такое происходит.

Тишком-молчком они вышли из дома и по деревенской улице поспешили к околице. Сильного грохота не было слышно: машинные демоны гуляли себе по чисту полю — и очень далеко от деревни. Но Селена помнила их скорость.

Впрочем, сейчас её демоны не волновали. Её волновало другое.

Была недавно затаённая мысль: если её комната будет занята Хельми, она волей-неволей переберётся к Джарри в сторожку. Но… Увы… Во-первых, Хельми вот-вот получит новую, с иголочки комнату. Так что о личном придётся забыть на неопределённо долгое время. Хотя есть и ещё причина отказаться от личной жизни. Она просто не сможет жить отдельно от детей — не беспокоясь, всё ли у них в порядке.

— Смотри, они и правда далеко, — заметил Джарри, пристально вглядываясь в крутящиеся столбы. — Успеем поговорить. Коннор, закрывай себя и меня. Пусть этот Координатор думает, что Селена пришла одна.

— А как вы поймёте, дракон ли он?

— Подсоединимся к твоей связи, как только он появится, — ответил мальчишка.

— Да, и, кстати, давайте условимся, — предложил маг. — Селена, кивни, когда Координатор выйдет на связь с тобой, — так легче будет присоединиться к вашему разговору.

— Хорошо. Но вы придумайте и для меня знак, если угадаете, что со мной говорит дракон, — попросила девушка, быстро прошмыгнув в разбитый выход в изгороди.

Мужчины встали рядом.

— Я тоже просто кивну, — сказал Джарри. — Всё. Коннор?

— Завесу — сделал.

— Координатор, ты не мог бы выйти на связь со мной, пока демоны далеко?

"Ты появилас-сь?"

Селена невольно усмехнулась — теперь она точно уверилась, что с нею говорит дракон. И закивавшие мужчины подтвердили её догадку.

Глубоко вздохнув, она сказала:

— Уважаемый Координатор, мой детский сад увеличился на одного мальчика. И, я думаю, вам это знать необходимо.

"К тебе попал нужный нам мальчик?" — насторожился дракон.

— Как будто я знаю, какой вам мальчик нужен, — демонстративно проворчала девушка. — К нам попал мальчик-дракон!

"Ч-что?! Не может быть!" — заволновался Координатор.

— И вот что интересно, — задумчиво продолжила девушка. — Он говорит очень похоже на ваш выговор. Координатор, вы дракон? — Глядя на приближающихся демонов, Селена продолжила тем же задумчивым тоном: — Он точно так же растягивает слова с шипящими звуками, и он попросил себе большую комнату, потому что боится, как бы во время сна не перекинуться и не сломать крылья. Вы искали этого мальчика?

"Как зовут ваш-шего дракона?" — нетерпеливо спросил Координатор, не обратив внимания на вопрос о его видовой принадлежности.

— Хельми. Он повторяет имя, когда говорит о себе.

"Ты с-сможешь обес-спечить мальчику необходимые ему ус-словия для жизни?" — уже строго спросил Координатор.

— Нет, — отрезала Селена. — У меня нет никаких нормальных условий. Я еле-еле добываю пропитание для всех детей, не то что для дракона. Я смогла лишь обеспечить ему отдельную комнату, где ему будет уютно. И ещё: Хельми что-то не очень расположен присоединяться к собратьям-драконам. Может… — Она сделала паузу, пока ещё слыша себя в нарастающем гуле приближающихся торнадо. — Может, он отвык от общения совсем? Хотя с детьми здесь он общается. Правда, не очень активно.

"Нежелательно, — недовольно протянул Координатор. — Мальчик — дракон. Нежелательно, чтобы он общался с другими представителями…

— Зато ему нравится, — сказала девушка и зловредно добавила: — Особенно ему нравится общаться с Коннором. Правда, мальчик-дракон сказал, что Коннор странный для мага (мальчишка ухмыльнулся), но ведь это неудивительно, если учесть, что все устройства снять с него вы не успели.

"Коннор у вас-с-с-с…"

— Я ухожу! — закричала девушка, перебивая ошеломлённое шипение Координатора. — Здесь машинные демоны! Запомните, что Хельми жил на границе государства, и попробуйте всё-таки найти его родных!

— И — да! — крикнул мальчишка. — Коннор здесь!!

Джарри почти по-мальчишески засмеялся — и все трое нырнули под защиту изгороди. И не только нырнули, но и понеслись дальше по деревенской дороге, к дому. Слишком уж оглушительно ревели торнадо. Они добежали до дома, свалились на скамейку под окнами и засмеялись. Первым пришёл в себя Джарри.

— Мы слишком легкомысленно ведём себя, — сказал он, тем не менее усмехаясь.

— Это от облегчения, — откликнулась Селена. — Я, например, очень счастлива. Удалось выяснить, что с Коннором ничего плохого делать не будут, если он снова попадёт к драконам. Удалось досадить Координатору: сначала волновались мы, пусть теперь поволнуется он. Удалось выяснить, что Координатор — дракон, а значит, в городе намечается что-то серьёзное.

— Хотелось бы перелома в блокаде, — уже задумчиво сказал Джарри, — но, кажется, об этом думать ещё рано.

— Зато мы о себе заявили. И, мне кажется, Хельми нам здорово поможет именно в этом: ради него драконы расстараются помочь и нам. Особенно, если он и в самом деле захочет остаться здесь.

— Х-хельми захочет, — сказал мальчик-дракон. Оказывается, он стоял у забора вокруг палисадника, чуть позади скамейки, а потом присел на корточки. — Х-хельми здес-сь нравитс-ся.

Несмотря на неожиданность появления мальчика-дракона, Селена всё-таки с грустью вспомнила, что не успела спросить у Координатора, как быть в деревне, отрезанной от внешнего мира, с учёбой собранных здесь детей.

24

За три дня подготовки к появлению в доме новых жильцов произошло очень многое. Столько, что Селене показалось — время летит сумасшедшим вихрем. Когда она "оглянулась", ей стало страшно: неужели все события произошли лишь за три дня?

Мансарду благоустроили в тот же день — правда, убирать строительный мусор (в основном опилки и обрезки дерева) и отмывать её пришлось на следующий, поскольку закончили работы затемно. Утром следующего дня мальчишкам пришлось отказаться от уже привычной рыбалки. Но рыболовы об этом не пожалели: их ожидало пиратство крупных размеров — вынос из других домов предметов мебели.

Первую ночь Джарри и Селена были счастливы. Мансарда не готова — и девушка осталась у мага. Правда, утром выяснилось, что Хельми всё-таки побоялся оставаться в узкой кладовке. Ночью Ирма, выбежавшая "на двор", обнаружила его спящим на ковре в вестибюле дома. И, пока Селены не было, мальчика-дракона быстро переместили в комнату Мики, Мирта и волчат. Причём подал идею Колин. И где-то полчаса приглушённо хихикающие в ладошки жильцы комнаты таскали к себе коврики из коридора, брошенные затем посреди комнаты, а потом на цыпочках перенесли из кладовки матрас со спальными принадлежностями. Естественно — полночи не спали, болтая обо всём на свете. Молчали только Хельми и Колин, с большим интересом внимая болтовне Мирта, который рассказывал, как он попал в команду Коннора; Ирмы, которая рассказывала, как их нашла Селена и как она спасла Колина от старого оборотня; Мики, который повествовал жуткие вещи о Ночных Убийцах и о мотоциклистах, которые резали ему кожу, чтобы посмотреть, как долго она будет заживать, и за это кормили его. Потом все четверо с жаром рассказывали Хельми, как они здесь живут. С таким жаром, что, кажется, мальчик-дракон всё-таки поверил, что попал в настоящий рай.

Обнаружили, что комната занята уже пятью детьми, когда Анитра прибежала метать гром и молнии из-за опоздавших на завтрак, распахнула дверь к провинившимся и попятилась: посреди комнаты, на куче барахла, спал настоящий дракон — только очень маленьких размеров. Маленьких, естественно — в соотношении с комнатой. Хельми после сброшенной на него информации от волнения во сне всё-таки перекинулся. Причём крылья были раскинуты в стороны, единственно и свидетельствуя, что мальчик-дракон взбудоражен. Будь он спокоен — крылья бы собрал. А так… Под одним крылом, покоящимся на кровати Ирмы, сладко спала волчишка. Второе упиралось в подоконник.

Селена — не ругалась. Она сама постыдно опоздала на завтрак, поскольку сразу выбраться из тёплых объятий крепко спящего Джарри было трудно. Потому что жалко будить. А когда попыталась выскользнуть, была поймана за ногу и свалена назад — на сенное ложе мага. После чего её снова благополучно и страстно заставили забыть, куда именно ей нужно было бежать.

Итак, на мансарду затащили кровати и кое-что из мебели помельче, расставили и предложили Хельми выбрать одну из больших комнат. Потом девочки принялись за уборку и мытьё, а мальчики помогали тем, что выкидывали кучи мусора и таскали наверх воду. В общем, во время обеда говорить: "Приятного аппетита!" было явно лишним. Правда, мальчик-дракон, как всегда, смотрел на уборку (помогал, только если Ирма пыхтела с чем-нибудь) и на выбранную комнату несколько отстранённо, так что следующей ночью Селена, теперь уже обходившая комнаты детей сама (Джарри ушёл на охоту), нисколько не удивилась, когда снова увидела мальчика-дракона спящим в комнате Мики и других "домашних". Только решила поговорить утром с Джарри, не переселить ли теперь уже пятерых "домашних" в самую большую комнату мансарды.

Кстати, после обеда решилась проблема с начальным обучением выявленных магов. Сначала — была решена проблема Анитры. Домовой, который жил у мага-травника, узнав, что предназначение девочки — магия трав, сразу повёл её в заброшенный дом. Именно сейчас, после того как в её руках оказалось кольцо, подтверждающее статус начинающего мага-травника, запечатанный охранными заклинаниями дом открылся ей. Домовой, которого Селена так и называла — Травник (после лечения Колина, укушенного старым оборотнем), сам показал девочке кабинет, где хранятся книги его бывшего хозяина, и обстоятельно рассказал о последовательности их чтения. Селена узнала, что Травник стал настоящим библиотекарем при Анитре, поскольку книги вынести из дома мага невозможно. Девочке пришлось ходить в дом два раза в день. А Селена сообразила, что таким образом, получая информацию порциями, Анитра постепенно её запоминала.

Это оказалось кстати, ведь дети есть дети.

Кто-то из мальчиков решил, что его кровать стоит не совсем там, где ему хочется. Никому ни слова не сказав, приподнял её. Тяжесть оказалась не по зубам. Ножка выпавшего из рук довольно неподъёмного предмета мебели, слава Богу, на ногу не попала, а лишь скользнула по кости, содрав кожу. Воплей, в общем, было больше, чем самой раны. Глядя на перевязку, которую делала Анитра под руководством Травника, Селена подумала, что в доме, наверное, пригодится кабинет с травами и предметами для перевязок. Вечер подтвердил её мысль: Ирма, решив прокатиться на перилах, слетела с лестницы. Падая, она перекинулась — и разбила нос. Визжащую от боли волчишку на кухню принёс Мирт, так как ему сказали, что Анитра здесь.

Остальные две девочки не получили никаких признаков, что они будущие магини. Пока — считала девушка. Зато они со странным для Селены упорством занимались как домом, так и огородиком, который ими вычищался от сорняков и на глазах становился чуть не образцовым. Девушка понять не могла, почему им так нравится возиться и с уборкой, и с прополкой, пока не сообразила: Анитре стало некогда, а для девочек работа превратилась в игру — что-то наподобие "дочки-матери". Ведь работать их никто не заставлял. А им было интересно, что у них появилось хозяйство и что при случае можно покомандовать мальчишками, которые не отказывались им помочь.

К Мирту сам себя приставил Рыжий. Домовой заявил, что эльфийская магия была хорошо известна его хозяину, и повёл эльфа в следующий, ранее закрытый охранными заклинаниями дом. Теперь, когда магические способности Мирта проявились, мальчик-эльф спокойно прошёл все магические преграды дома и получил не только книги, но и заготовки для будущих силовых сборов.

А вскоре образовалась неразлучная троица. Сначала бочком-бочком к Хельми прибился Колин. Быть рядом с мальчиком-драконом, который даёт возможность легко, без боли перекинуться в человека, оказалось для волчонка очень важным. При Хельми Колин был незаметной тенью — просто следовал за ним повсюду. А мальчик-дракон, как ни странно, загорелся исследовательскими изысканиями Мики.

В один прекрасный час, когда мальчики остались одни — даже без присмотра Ирмы, которая витала, казалось, везде, как стремительный бесплотный дух, они вывалили содержимое мешка Мики на пол и занялись практическим осмотром… Практическим — это значит, что через час дом содрогнулся от взрыва, а чёрные от сажи мальчики вылетели из комнаты, переполненной дымом. Комнату спасти удалось, вещи — нет. Обитателям пришлось переезжать в мансарду — сбылись таким образом размышления Селены о переселении всех пятерых. Причём Селена успела уловить довольный взгляд Мики, которым тот обвёл новую, более просторную комнату, и строго сказала, что мешок — точнее, то рваньё, которое от него осталось, теперь будет вместе с опасными игрушками храниться вне дома. И мешок конфисковала.

Уже на второй день счастливые домовые часто выбегали из кухни на "кабанью" веранду созерцать огромную тушу, уже разделанную магом. Кабан был так огромен, что Джарри с трудом поднял его на крюк, вбитый в потолок. А ещё домовые частенько с довольными лицами поглядывали на угол "кабаньей" веранды, в громадном ларе которого хранилась прокопчённая рыба. Коптить теперь решили в саду, чтобы не провонять весь дом дымно-рыбным, весьма приставучим запахом, оседающим на любой предмет. И это тоже оказалось по-хозяйски, потому что очаг не нужно было убирать — так же, как не надо убирать все приспособления для копчения. Селена, например, ещё и порадовалась, что место получилось неизменным, потому что мальчики-рыболовы втягивались не только в рыбалку, но и в переработку пойманного продукта.

Из пятерых мальчиков-рыбаков двое со своими артефактами сначала были без наставников. Но к вечеру, после охоты, Джарри привёл во двор (в дом он не захотел идти) какого-то лешака. Селена про себя его так и назвала, решив потом выспросить у мага, кто же это на самом деле. У лешака было большое неуклюжее тело и тоненькие ножки-руки. Поверх тучного тела громоздилась огромная лысая голова, и липла к груди грязная, клочьями бородища, в которой застряли листья и какой-то мелкий лесной мусор. Но двоих мальчиков, потенциальных магов, он оглядел так, что они мгновенно перестали посмеиваться.

На плече у него, воткнутая в подходящую дырку старенького пиджачка — наверное, вместо лацкана, красовалась веточка с ягодами. И Селена, ничтоже сумняшась, по аналогии с тургеневским героем назвала лешака Малинычем. Лешак, только что грозно оглядывавший невольно примолкших мальчишек, вдруг заулыбался и поклонился девушке.

— Спасибо, — неожиданным басом пророкотал он. — За прозванье хорошее.

Тогда Селена обернулась к мальчишкам и познакомила их с незнакомцем.

— Мальчики, это Малиныч.

И лешак увёл мальчишек куда-то в другой конец деревни.

Оставшиеся три мальчика ничуть не завидовали друзьям, будущим магам… После обеда они так увлеклись рыбалкой, что забыли о полднике, и Селена пришла за ними. Тихонько, стараясь не распугать рыбу, она немного поболтала с мальчишками. Место, найденное для рыбаков домовыми и полюбившееся ребятам, было сказочным: маленькая, но глубокая заводь в овраге, с проточной водой, прозрачно чернела, уводя взгляд вниз, к лениво покачивающимся водорослям, а у берегов, под коричневато-зелёными стеблями с белыми зонтиками наверху, неподвижно стыла мелкая зелень, похожая на ряску.

Именно здесь один из троих мальчиков спокойно сказал девушке:

— Да ты не беспокойся, Селена. Мало ли что — у нас дара нет? А может, ему ещё рано появляться? Я всё равно верю, что мы сюда не зря попали. А вдруг — однажды?..

Вообще, как заметила девушка, здесь все или сильно верили в предопределение, или привыкли, что оно играет огромную роль в судьбах многих.

Мика, после того как у него забрали мешок с любимыми игрушками, немедленно нашёл замену своим магическим деталям. Он обошёл с друзьями деревню и отыскал, на радость девочкам, увлёкшимся сельскохозяйственными работами, несколько минитракторов. Быстро разобрал их чуть не на запчасти и быстро же сообразил, как на них работать. Быстро научил девочек управлять тракторами. Вообще, у него был явный талант к технике. Именно этот талант и навёл Селену на интересные мысли.

Больше всего девушка переживала за Коннора. Тот постоянно уходил в сторожку Джарри, когда того не было в деревне, и стоял перед зеркалом. Пару раз забежав в поисках взрослого мага и обнаружив на его месте мальчишку, Селена не выдержала и через день спросила:

— Коннор, а чего ты добиваешься? Ты же хороший маг, если умеешь так здорово делать защитные завесы. Ты мастер иллюзий. Чего ты добиваешься?

Немного поколебавшись, мальчишка ответил:

— Помнишь, я рассказал, как было со мной? Я боюсь, что однажды мне понадобится что-то сделать, а меня будут использовать дистанционно. Я хочу понять, каким образом это сделано. Изучаю себя и свои устройства, но пока не пойму, как отключать дистанционное управление… Я не хочу оставлять даже шанса тем, кто меня создал, для управления мной. Не хочу, чтобы меня дёргали, как куклу за верёвочки.

Он вздохнул и снова уставился в зеркало.

Селена вышла из сарая. Постояла немного, размышляя. Потом, тоже вздохнув про себя, прошептала:

— Прости, Коннор. Возможно, я только хочу сделать как лучше, но…

Она решительно вошла в дом и нашла Мику.

— Селена, отдай мне мой мешок, а? — просительно глядя в её глаза, протянул мальчишка-вампир. — Ну, мы осторожно будем — честно…

Селена снова вздохнула и спросила:

— Хельми где?

— Х-хельми здесь, — отозвался от двери мальчик-дракон. Кажется, он куда-то выходил и её вопрос услышал, чуть только подошёл к комнате.

— Ирмы нигде рядом нет? — бдительно спросила девушка.

Колин из-за спины Хельми покачал головой.

— Ребята, мне бы хотелось, чтобы вы помогли Коннору.

— Как? — удивился Мика. — Он такой сильный, и помогать ему… — пожал плечами.

— У него сложная ситуация. Он не разбирается в технике, а ему нужно освободиться от зависимости со стороны. Мика, ты же соображаешь, как и что. А Хельми очень хорошо видит связи (это она вспомнила, как легко мальчик-дракон помог Колину обратиться в человеческую форму — для чего (объяснил Джарри) надо видеть нити сообщающихся между собой заклинаний или событий). Коннор сильный. Но для него все эти механизмы… — Она беспомощно развела руками.

Мальчишка-вампир некоторое время сидел на своей кровати, скептически скривив рот, а потом встал и поднял брови:

— Если Коннор драться не будет, можно посмотреть. Даже интересно.

— А-а… Давайте я с вами пойду? — неуверенно предложила Селена.

— Не надо, — сказал Мика, — сами управимся. Хельми, идёшь?

— Х-хельми идёт, — тоже решительно сказал мальчик-дракон, быстро собирая свои длинные волосы в "хвост" и завязывая их тесёмкой.

А Колин только блеснул серьёзными глазищами. Куда без него…

Мальчишки ушли в сад, в сторожку. А Селена некоторое время чувствовала себя очень скованной. Вот прибежит сейчас Коннор, обольёт её своим гневом, что сама вмешалась, да ещё других вмешивает в его личное дело… Но никто не прибегал, не ругался. И она постепенно успокоилась. Хотя ждала появления Коннора — с тревогой.

А Коннор, кажется, ничего и не понял. Наверное, он решил, что мальчишки просто из любопытства заглянули в сторожку Джарри. Но так светился тихим солнышком, что девушка сама обрадовалась: ну, слава Богу, её вмешательство оказалось нужным. От сердца наконец-то отлегло.

Ближе к вечеру Джарри сказал Селене, прибежавшей к нему в сторожку — в надежде, что он один:

— Мы с Коннором идём в лес вдвоём. Постарайся никому из детей не говорить. Он собирается охотиться на кроликов, а потом со мной — на кабанов.

— Но зачем? Коннор-то зачем на охоту? — не поняла Селена.

— Ему надо подержать в руках обычное оружие. Поэтому мы идём не в ночь, а к вечеру. Кролики — это предлог, хотя ему пострелять их всё-таки придётся. Завтра нам в город. Поэтому…

— Ты думаешь взять его в город?

— Коннору легче будет уговорить тех детей довериться нам. Взрослого я возьму на себя. Ты будешь запасным вариантом в уговорах.

— В город, — повторила Селена. — Джарри, ты уверен, что мы сможем прорваться мимо машинных демонов?

Он наклонил голову, и она с любовью взглянула на его густые светло-русые волосы, скрывшие его лицо. Несмотря на его сомнения, на собственные, она была уверена — не в том, что они встретят — не встретят машинных демонов, а в том, что он что-нибудь придумает, — и тогда выкрутятся все. Она даже вздрогнула от желания дотронуться до его лица. И так захотелось, чтобы он взглянул на неё… Он молчал, видимо, размышляя, как ответить, а она вспоминала, как он притворялся троллем и как блестели его глаза, когда она болтала с детьми, когда спасала их или утешала.

— Прорваться… — повторил он и поднял глаза на неё. — Одна из причин быть в этом уверенными — как раз Коннор. Его присутствие. Я могу справиться с ними, но на грани смерти. Если мальчишка будет рядом — мы не только прорвёмся, но и порвём одного-двух демонов в клочья.

Он, не глядя, привлёк её к себе, и она, благодарная, прижалась к нему: если он рассеянно думает о чём-то другом, но машинально прижимает её к себе, она необходима ему. Это счастье — улыбнулась она.

Они ушли вечером, огородами, чтобы никто не видел. Дети поняли так, что Джарри снова ушёл на кабанов, а Коннор снова что-то делает в его сторожке. Никто ничего не заподозрил. И Селена со спокойной душой вернулась к своим основным делам.

Сегодня они заключались в том, что вместе с домовыми она сидела на кухне, копалась в куче одежды, принесённой детьми изо всех домов, которые их впустили, и пыталась рассортировать её. Ужин уже закончился, и дети получили свободное время перед сном. Селена знала, что рыболовы сидят в саду и коптят свежепринесённую рыбу. Остальные сидят по комнатам и болтают. Тихо, мирно, уютно…

Лучше б она этого не думала.

Визг со второго этажа раздался такой, что даже в закрытую кухню влетел. Домовые повскакивали, Селена потеряла иголку, которой пыталась заштопать неплохую рубашку, по размерам подходящую для Джарри, — тот давно свои вещи износил до лохматых швов.

Потеряла, отбросила рубашку и помчалась на второй этаж.

Драка в коридоре была насмерть!

Сначала девушка даже не разобралась, кто именно дерётся, — так быстро двигались драчуны. Потом сообразила, что видит перед собой одного из рыболовов и Сильвестра — мальчика-оборотня. И резко свистнула — в два пальца, как во времена юности, когда во дворе родного дома носилась в своё удовольствие с мальчишками.

Свист оглушил и заставил ребят отпрянуть друг от друга, шлёпнуться на задницы.

Ой, мамочки… Селена шагнула к мальчишкам и резко подняла обоих за воротники, в глубине души страшась, как бы те не порвались.

— Ну? И кто мне объяснит, что происходит?

Но мальчишки жгли друг друга разъярёнными глазами и ненавистно молчали. Когда девушка поняла, что молчание наполнено именно ненавистью, она спокойно сказала:

— Или вы говорите, в чём дело. Или я считаю, что вы сцепились по дури, и луплю вас по задницам, как последних дураков. На виду у всех. Предварительно сдёрнув с вас штаны, чтобы ваши голые задницы сверкали при всех.

— А чё он… — угрюмо сказал Сильвестр.

Селена, понимая, что мальчишки вот-вот расколются, поставила их на пол.

— Итак?

— Селена, — тихо сказал Анитра, — Каи (мальчик-рыболов) обозвал Сильвестра зверем и сделал вот так… — Она похлопала себя по бедру, изобразив движение, как поняла девушка, которым зовут к себе собаку.

Каи набычился. "Так, — тяжело подумала Селена, — у меня проблемы с национализмом? И как я должна о толерантности с ними обоими говорить? Отлупить обоих одинаково и объяснить таким образом, что виноваты оба? Не получится". Она машинально провела пальцами по лбу, убирая с лица волосы. Дети, вышедшие из комнат в коридор или стоящие в дверях, смотрели на неё выжидательно.

— И что мне теперь ждать в дальнейшем? — медленно спросила она, пытаясь хоть немного порассуждать и не сорваться. — Мика подойдёт к Каи и напомнит ему, что тот всего лишь еда, а не личность? А потом Мирт будет смотреть на Каи пренебрежительно и пинать его, потому что Мирт эльф и ему такое вроде как позволено? А потом кто-нибудь из них убьёт Каи и будет спокоен, потому что убил всего лишь человека? — "Господи, что я несу?!" — Каи, ты уверен, что ты поступил правильно?

Мальчишка сглотнул и осевшим голосом выговорил:

— Селена, я… я… Прости меня, я так больше…

— Не у меня прощения надо просить, — ровно сказала девушка, — а у Сильвестра. — Глядя, как он снова набычился, она вкрадчиво спросила: — Хватит ли у тебя сил, чтобы попросить прощения у него?

Мальчишка, всё ещё глядя в пол, повернулся к волчонку и выдавил:

— Сильвестр, я не буду больше так делать. Честно — не буду.

— Не будешь — и не будешь, — буркнул волчонок-оборотень, и внезапно по его лицу прошла судорога обиды. — Всё равно рано или поздно кто-нибудь снова это скажет.

— Не скажет, — с огромным трудом гася вздымающуюся внутри ярость, процедила сквозь зубы Селена. — Потому что… Вы все здесь, не так ли? Значит, услышат тоже все. Запомните. Это жестоко, но я скажу. Если здесь кто-нибудь начнёт драться из-за того, что кто-то из вас оборотень, а кто-то эльф, а ещё кто-то — всего лишь человек (как я), мы будем избавляться от таких. Если кто-то будет ссорить нас (она выделила голосом это "нас"), значит, ему здесь не нравится. Тогда зачем он здесь? — Она подошла к Сильвестру со спины и обняла его, положив руки ему на плечи. — Мне нравится Сильвестр. Он умеет дружить. До сих пор я думала, что и Каи умеет дружить. А он оказался всего лишь…

— Селена, не надо! — крикнул Каи на грани слёз. — Пожалуйста, не надо! Я тоже умею дружить! Тоже! Просто я как дурак… Ну, правда, Сильвестр, прости меня!

Девушка вспомнила далёкое детство. Подвела Сильвестра к Каи и велела:

— Пожмите друг другу руки. — Они взглянули на неё недоумённо, и она сообразила, что в этом мире такого жеста не знают. Но жёстко повторила: — Пожмите друг другу руки. — А когда они неуверенно выполнили её приказ, она добавила, тряся их ладони: — Мирись! Мирись! И больше не дерись! А теперь… Разошлись — и чтобы через полчаса все спали. Понятно?

— Понятно, — нестройно ответили дети и с видимым облегчением разошлись по комнатам. Она поняла их облегчение: напряжение в коридоре дрожало такое, что, ей показалось, его можно потрогать.

Опустив голову, в свою комнату вошёл Каи. Изнутри его приветствовали друзья — тихо, но слышно в коридоре:

— Ну ты и дурак…

Спокойно вошёл к себе Сильвестр, и его тут же облепили девочки — сёстры, взволнованно обнимая его и утешая. Селена взглянула на другую открытую дверь — её открыли недавно. Дверь на вторую лестницу — к мансарде. Там толпилась самая разномастная компания из всех, расселённых по комнатам. Мальчик-дракон, эльф, мальчик-оборотень с сестрёнкой и мальчик-вампир. Странно, что эти даже не помыслили, что могут унизить друг друга.

— Идите спать, — мягко сказала девушка и с трудом улыбнулась им. — Спокойной ночи.

25

Везде свечи в канделябрах, похожих на изысканные веточки, — где на две штуки, где на побольше. В коридорах — канделябры только на одну свечу… Домовые объяснили, что электричество в этом мире есть, только не в деревне магов. Лампочки существуют, но здесь, в присутствии мага, они взрываются мгновенно. Поэтому — старые, проверенные временем свечи… Через час Селена прошлась по полутёмному коридору, а потом поднялась в мансарду. Дети спали. Она ещё подумала, что завтра для них придётся сделать день потяжелей и поактивней, чтобы устали до следующей ночи и спали крепким сном. Чтобы не просыпались до утра.

Потом она вошла в неожиданно возвращённую ей кладовку. Села на кровать — и поняла, что отсюда не сможет услышать, когда вернутся охотники.

Вышла из дома и добрела до сторожки Джарри. Здесь тихо и спокойно, пахнет сухими травами и прохладным деревом стен… Только вот… Вдруг они зайдут сначала в дом? А ведь точно. Куда им ещё заходить, если они будут с добычей?.. Насчёт последнего Селена не сомневалась. Значит? Значит, надо сидеть в доме.

Она вернулась. И некоторое время стояла в вестибюле. Глупо. Здесь её могут увидеть дети, если вдруг кому захочется среди ночи "во двор". Постояв немного, Селена решилась пойти к домовым, на кухню.

На кухне, на краешке разделочного стола, сидел только Веткин, плёл что-то. Вскочил при виде хозяйки.

— Веткин, я только дождусь, когда наши охотники придут. Найди мне место посидеть, — тихо сказала девушка.

— А вот сюда, леди Селена, — засуетился домовой, спрыгивая всё-таки со стола и поспешая к одной из двух довольно больших печей — только всё равно меньше, чем обычная, русская. Скорее — похоже на финскую. Видела девушка такие в деревне своей бабушки. Много места не занимают, да и аккуратные.

Приглядевшись, Селена увидела, что эта печь, стоящая неподалёку от окна, отделена от стены небольшой лежанкой. Потрогала лежанку — похоже на сиденье кресла: плотный материал — и под ним что-то мягкое, вроде ватина, хотя и чуток слежавшееся. Узковато, но уместиться можно.

Снова прибежал Веткин, куда-то отлучавшийся, сунул подушечку — из "думок".

— Вы, леди Селена, спите, а я тут пригляжу. Как наши-то вернутся, да и скажу вам.

Она слабо улыбнулась — "наши". И прилегла, спиной упершись не в холодную печь, а в тонкую, но тёплую спинку лежанки. Дерево же — и даже, кажется, некрашеное. Веткин убежал, а девушка попыталась заснуть. Однако, впадая в дремоту, начала думать обо всём подряд, что в течение дня мелькало, но никак не собиралось в единую картину. Впрочем, единства не было и сейчас. Получилось только конкретней сформулировать то, что тревожило — и проходило мимо. Причина мимохождения одна — полная занятость с детьми и домом. А сейчас — впервые начала думать не о мелочах, а о том, о чём думала бы изначально, не дёргаясь время от времени на повседневность.

Домовые. Почему эти трое остались? Если их хозяева — маги, они должны были "видеть" своих "домашних" и не оставлять в блокированной деревне. Или маги понадеялись, что быстро вернутся, — а в таком случае домовых с собой не берут? Спросить бы Веткина, но почему-то о таких делах Селена побаивалась спрашивать его напрямую. А вдруг обидит домового?..

Книги. Где-то в каких-то домах их нет, как в этом. Правда, у этого дома есть одна отличка: хозяин специально для Селены закопал магические книги под деревом. Но почему книги остались в других домах? Почему они остались именно в тех домах, которые, по впечатлениям, ожидали её детей? Тоже внутреннее предположение магов? Ситуация, когда маг интуитивно чувствует, что его книги понадобятся кому-то другому?

Пробовала Селена читать оставленные ей книги. Забежала за сегодняшний день в кабинет пару раз. Ещё с утра, когда детям задания раздали, успела спросить Веткина: почему она здешний язык понимает и говорит на нём? Да ещё попросила, чтобы он ей буквы написал и сама напротив каждой его закорючки написала звучание каждой по-русски. На первый вопрос он ответить не смог, а с алфавитом помог. Первые предложения в предисловии первой магической книги Селена сегодня разобрать смогла.

Усмехнулась. Первые предложения рассказали, что эта книга — по боевой магии. А то до сих пор не знала. Ладно, проехали. Наверное, внутри будет занимательней.

Поворочавшись немного, обняла себя за плечи. Так теплей.

Уже начала уплывать в темноту не дремоты, а сна, как вдруг вспомнилось, что ещё волновало. Ворота-дракон. За три годы отсутствия деревенских магов они немного ослабели, но ведь не настолько, чтобы пропустить машинных демонов на свою территорию. Если местные маги такие сильные, почему они вообще уехали?

И медленно погрузилась на дно самой тьмы.

Откуда, из тьмы и простенка, ей показалось, её вынули через минуту. Вынули просто: сильные руки просунулись под затылок и под колени и приподняли так, чтобы безвольное тело прижалось к другому, прохладному и пропитанному лесными запахами.

Детский голос тихо спросил:

— Куда ты её?

— В сторожку. К себе, — ответил спокойный мужской голос.

А снизу знакомый, но сейчас, в дремоте, неопределимый голос позвал:

— Маг Коннор! Идите ужинать! Джарри ужин взял с собой.

Во сне, прижимаясь к нагревающемуся её теплом магу, Селена сонно улыбнулась — про себя: привыкшие к взрослому магу, домовые продолжали звать его имени, но мальчишка получил к своему имени дополнение — "маг". И обращение на "вы".

Движение — от тёплого света к уличной, холодной темноте. Потом в темноте — под густыми деревьями, тихим, плавным шагом по утоптанной тропе. Вход в садовую сторожку. Почти проснувшаяся, девушка ожидала, что Джарри сейчас опустит её на ложе, и приготовилась к холоду сенника. Но маг сам осторожно сел на ложе со своей ношей таким образом, что Селена очутилась на его коленях. Теперь она уже не скрывалась, что спит. Откинулась к его плечу, забрала из его рук узелок, приготовленный Веткиным.

Поужинав при шатающемся свете догорающего огарка, они обговорили расписание завтрашнего дня. Джарри сказал, что машину он ещё вечером отвёл к околице, чтобы не разбудить детей рокотом мотора.

— А теперь — спать, — вполголоса сказал он. — Я предупредил Веткина, чтобы Анитра с утра сама всех погнала по делам. Нам нужно выспаться перед походом.

— Хм… Я тоже предупредила, — сонно сказала Селена, и маг снял её с коленей, приподнявшись, и положил на нагретое место.

Некоторое время от смотрел на неё, ожидающую, когда он ляжет рядом, с заблудившейся улыбкой, от которой девушка, мгновенно проснувшись, выжидательно прикусила губу. Он понял всё сразу — маг же! И быстро сбросил с себя куртку, а потом и рубаху. После чего помог девушке снять с себя верхнюю одежду. Ещё пара секунд, пока они жадно всматривались друг в друга в колдовской темноте — свеча догорела… Маг мягко провёл ладонью по плечу Селены — и она потянулась ему навстречу — обнять, нежно погладить горячими пальцами его тёплую кожу на спине, отчего он судорожно выдохнул и склонился над нею…

… Намеревались проснуться поздним утром, а открыли глаза, как чуть позже выяснилось, в обед. Проснулись под многоголосый птичий щебет. Кого — кого, а мелких пташек в деревне хватало. Большинство из них — подозревала девушка — в безопасную деревню "эвакуировались" с лугов, на которых бесновались машинные демоны.

Проснулись. И понеслось.

Едва пробудившись, даже не позавтракав, Джарри ушёл обходить деревню: теперь надо не просто укрепить защиту на время, пока их, взрослых, не будет на месте, но и сделать так, чтобы теперь дети не смогли бы выйти за пределы изгороди, как было ранее.

Селена быстро обегала дом, разыскивая всех — начиная с домовых и заканчивая детьми. Выяснила, что домовые уговорили Анитру вскопать поле чуть дальше сада. Оказывается, лето и впрямь только начиналось. Тем более Веткин пророчествовал, что вот-вот пойдут тёплые дожди, а значит, можно успеть со вторым урожаем. Селена вспомнила кукурузное поле. Эх, как жаль, что от него до деревни — луга, по которым шляются машинные демоны. Может, попробовать работать по ночам? Впрочем, об этом чуть позже. Кукуруза всё равно ещё не дозрела. А пока Анитра сумела и вправду организовать детей на вскопку: девочки, наученные Микой, уселись на тракторы. Мальчики, сначала ворчавшие из-за нудной и тяжёлой работы — их обязали вскопать поле рядом с межой, где машина не пройдёт, хором возопили, что они тоже хотят на машины, — чуть не передрались. Обрадованные домовые успокоили взбудораженных детей, что огородов на всех хватит. В общем, к обеду, пока учились ездить и работать, вскопали втрое больше, чем хотели. Засеяли зерном, как поняла Селена, из которого потом, после помола, можно хлеб печь.

— А мельница есть? — не удержалась девушка.

— Механическая, конечно, но очень хорошая! — гордо сказал Веткин. — Мика обещал посмотреть, в хорошем ли она состоянии.

Компания детей, пообедав, немедленно рванула изучать, что ещё можно распахать в близлежащих окрестностях. Общему энтузиазму поддались даже мальчишки-рыболовы. Селена уже не вмешивалась, только напомнила Анитре следить за техникой безопасности. Трактора хоть и небольшие, но всё же не безобидная игрушка. Мика, стоящий тут же, пообещал присматривать за всеми. Пока дети готовились вспахать ещё одно поле, Селена, приглядевшись, чуть подправила ситуацию: к мальчишкам на второе место рядом с водителем предложила подсадить девочку — вроде как подсказывать, если что. На деле, как и догадывалась девушка, мальчишки стали за рулём аккуратней — в основном от нежелания слышать визг испуганных девчонок.

После чего она перекивнулась с Анитрой и ушла в дом — в кабинет. Отданные ей Джарри кольца и браслеты она решила дополнить другими. И полчаса ушло на сбор силы в магические предметы. Унизать пальцы и отяжелить кисти артефактами решила уже на выходе из деревни. Кстати, о птичках… Селена взглянула на браслеты. Она сидела в саду — под тем самым деревом, под которым нашла магические книги. Ей это только кажется, или она в самом деле начинает чувствовать силу? Во всяком случае то, как отяжелели браслеты, она прочувствовала сразу. Ещё и проверила себя: вот эти два браслета ещё "пустые", а эти, заполненные, пока смотрела на солнце, весомо тянут ладонь к земле.

К сожалению, было не до магии. Пришлось быстро закончить с предметами силы и помчаться дальше — готовиться к тайному от детей выезду. Да и поспать бы перед дорогой надо ещё немного. Всё-таки целая ночь впереди. И… Суета, в которой девушка застревала по мелочи, помогала отделываться от мыслей, что тех детей, за которыми Джарри и она собираются, возможно, уже и нет на свете.

Освобождённые от полевых работ домовые носились с нею по двум этажам дома, благо детей не было. Даже вездесущая Ирма не мешалась под ногами, суя везде свой любопытнейший носик.

— Веткин, что со спальнями?

И неслись на мансарду, где из пяти комнат была занята только одна — пятёркой "неразлучников", а остальные дожидались новых жильцов.

— Что принесли ночью Джарри и Коннор?

И скатывались по лестнице к веранде, где зажигали свечи и, разглядывая развешенные кабаньи туши и несколько уже закопчённых кроликов, подстреленных Коннором, прикидывали, насколько хватит продукта, чтобы прокормить детскую армию, примерно вдвое большую, чем сейчас. В расчёт брали, естественно, по максимуму.

Затем домовые начали готовить полоски мяса на дорогу, как в прошлый раз. Опять-таки имея в виду, что придётся кормить ещё и будущих пассажиров.

Селене уже казалось, что поспать перед дорогой уже не удастся. Но пришёл Джарри, молча походил за нею и домовыми, а потом сказал:

— Всё. Дальше без тебя. Иначе тебя на ночь не хватит.

— Думаешь, смогу заснуть? — скептически спросила девушка.

— Думаешь, я спрашивать буду, заснёшь — нет ли? — усмехнулся Джарри — и провёл перед её лицом полураскрытой ладонью, словно умывая на расстоянии. Подхватив на руки мгновенно уснувшую девушку, маг напомнил домовым: — Машина стоит у последнего дома при изгороди. Не забудьте украдкой от детишек положить туда провиант на дорогу.

Домовые обещались всё сделать.

А маг отнёс девушку на второй этаж, в её кладовку. Здесь кровать у неё узкая, зато в доме нет детей, которые могли бы криками разбудить её. Пока работа на поле ребятишкам в новинку, они ни за что не желали сидеть сиднем дома. С этим пришлось смириться даже лешаку Малинычу, зарекомендовавшему себя крайне дотошным и ворчливым учителем магии.

Опустив Селену на кровать, Джарри осторожно пристроился рядом и тоже уснул.

… После ужина оба занялись детьми, на этот раз вместо работы предложив им игры. Поиграли в догонялки, в прятки, в предложенных Селеной "казаков-разбойников". Потом у девушки вслух вырвалось сожаление, что нет мяча, с которым можно было бы побегать на ровной площадке двора в футбол или заняться волейболом. Её допросили, а через минут пятнадцать домовые торжественно принесли нечто лёгкое, круглое — и впрямь похожее на мяч. И помчались делать второй, потому что со слов Селены мальчики сразу поняли, что футбол — игра мужская, а девочки захотели попрыгать. Девушка некоторое время корила себя, что охарактеризовала футбол именно как мужскую игру, а потом махнула рукой… Правда, вскоре девочки всё-таки присоединились к "мужской" игре. Не выдержав просто созерцания азартной погони за мячом, первой сорвалась с места завизжавшая от восторга Ирма — за нею с таким же визгом бросились за мячом другие девочки. Растерявшиеся мальчишки сначала встали на месте, а потом пришлось делить маленький народ на команды.

Не играли только двое: Коннор на бегающих за несчастным пинаемым предметом смотрел снисходительно, а Хельми на то же действо удивлённо хлопал раскосыми глазами. Так ещё раз подтвердилось, что драконы — народ не командный.

Бегали до вечерней зари, а потом последние отблески солнца постепенно потухли, и по земле мягко поползли чёрно-синий сумрак и прохлада.

В общем, было сделано именно то, о чём мечтали маг и девушка: дети устали так, что падали с ног. Даже волчишка нисколько не возражала, когда Джарри подхватил её на руки и внёс в дом. Пока он донёс её до постели, она уже крепко спала.

Выждали ещё час. Первым спустился и пропал в позднем вечере Коннор. Затем вышла Селена, словно по хозяйству, — заглянула вроде как на "кабанью" веранду, а сама прошла её и оказалась в кабинете, откуда вышла в сад, где её уже ждал Джарри. Вместе садами-огородами пробежали до околицы, где их у машины, спрятанной во дворе последнего дома, ждал Коннор.

Мальчишка, вооружённый ружьём всё из той же "лётки", выглядел спокойным и уверенным. Взрослые кивнули ему — и Джарри сел за руль.

Только тронулись с места — и вляпались.

У самой изгороди, показалось, громадная птица распахнула крылья!

Маг резко затормозил.

— Что это?! — охнула Селена.

Коннор выскочил первым и первым же замер на месте, вглядываясь в смутное пока движение впереди — фар-то не включали…

Когда Джарри и Селена выбежали из машины, они с обречённым вздохом переглянулись. Вот почему ни маг, ни мальчишка ничего не заметили впереди.

Под огромными, сейчас распахнутыми крыльями, Хельми прятал Мику и Колина. Драконья магия не позволила обнаружить, что у изгороди есть кто-то живой… Хельми сложил крылья, а потом и в лопатки втянул их. Ничуть не сомневаясь в проделанном, мальчишки быстро подошли к трём путешественникам.

— Мы с вами, — заявил Мика, первым выступивший из-под защиты драконьего крыла и, кажется, взявший на себя трудность переговоров.

А Колин мотнул головой, подтверждая.

— Ни за что, — спокойно сказала Селена. — Нет ни малейшей необходимости брать вас. И вы бросили Ирму. А если она проснётся? Вас нет. Нас не найдут. Поднимется тревога — распугаем всех и заставим нервничать.

— Мирт согласился посидеть с Ирмой, если что, — сказал Мика. — А мы запихали подушки под одеяла. Ирма не заметит, что нас нет.

— Странно, что Мирт тоже не захотел поехать, — чуть насмешливо сказал Джарри.

— Мирт боится быть обузой. А вдруг новый порыв его пробуждающейся магии начнётся? — деловито объяснил Мика.

— Ну, хорошо, — снова встряла девушка. — Это ты рассказал и придумал очень хорошо. Так зачем ты нужен нам в дороге? Если ты докажешь свою необходимость, может, и нам легче будет?

— Докажу, — без хвастовства и решительно сказал мальчишка-вампир. — Вам поверят больше, если при вас будем мы. Там же дети.

— Как ты догадался, что мы едем за детьми? — на этот раз спросил Коннор и подозрительно глянул на Хельми. — Подслушивали?

— Неа, — сказал опять-таки Мика. — Я видел, как переживает Селена. Сразу понятно стало, что она вот-вот рванёт за теми детьми, которые живут где-то слева от моста и которые со взрослым. Я немного подсмотрел, как она носится, собираясь в дорогу. И "домашние" носились. И ещё, — он прямиком обратился к девушке, — ты сегодня здорово нервничала. Я сразу понял, что ночью поедете. Когда Коннор вышел из комнаты и пошёл садами, мы сразу побежали к машине по дороге. Ещё утром проверили, — расплылся он в самодовольной улыбке, — что машина уже около изгороди. Но мы понадобимся не только для того, чтобы вам поверили. У вас всего одна машина. Думаете — сумеете привезти всех, если их там будет больше, чем у Коннора? А я могу любую вести. Вот.

— Хельми, ты тоже едешь с нами? — ошеломлённо спросила Селена.

— Х-хельми едет, — почти равнодушно подтвердил мальчик-дракон, надевая на себя снятую для перекидывания курточку.

— Но почему?!

— Я восстановил функции огненного вос-спроизведения в организме. Хочу проверить на практике, насколько с-сильным будет выброс-с огня. Здес-сь, в деревне, опас-сно, а в пригороде… — Он пожал плечами: и так слишком болтлив вроде как. Так чего договаривать?..

Все помолчали, невольно прислушиваясь к далёкому гулу машинных демонов. Здесь, ближе к изгороди, он ощущался не только дальним громом, но и дрожанием земли под ногами. И здесь, уже у этого места не слышно, как перекликаются ночные птахи, которые обычно слегка подчирикивают по ночам.

Время бежало неумолимо. Пока есть надежда, что они смогут проскочить мимо торнадо, надо торопиться. Наверное, поэтому маг только слегка раздражённо велел:

— Быстро в машину!

Мальчишки мгновенно юркнули в салон (девушка за ними) и затаились — наверное, чтобы лишний раз не обращать внимания путешественников на себя.

— Слушаться беспрекословно! — жёстко сказал Джарри, захлопнув дверцу со своей стороны и оглянувшись на пару секунд к неожиданным пассажирам. — Кто будет своевольничать — в статую превращу! Без шуток. Всё. Поехали.

Машина понеслась тёмным пятном по высушенным землям бывших лугов. Селена, напряжённая до сжатой пружины, сидела, вцепившись в рукоять на окне. Мальчишки мотались на сиденьях, но терпели — хорошо есть низкие ручки на этих сиденьях. Хоть и неудобно за них держаться, но хоть что-то.

Когда подъехали к речке, обернулись. Машинные демоны вечно падающими столбами крутились возле самой деревни, будто патрулируя её.

Речку переехали вброд в известном месте и некоторое время с беспокойством поглядывали назад: заметили — не заметили живые торнадо подозрительного движения на занятой ими территории? Кажется, проскочили.

Затем машина с резким шелестом неслась по кукурузному полю. Дети, пригнувшись, вздрагивали от лупцовки сильных стеблей по несущейся вперёд машине. Потом будто взвились вверх — выезд на дорогу. Здесь поехали осторожней. Всё-таки открытое место. Наконец доехали до моста. Вышли.

— Оставляем машину здесь, — сказал Джарри, зорко приглядываясь к мосту. — Коннор, раздай ребятам охранные обереги. Я знаю, Хельми, что ты магическое существо, но для моего спокойствия всё-таки надень оберег.

Трое присоединившихся к экспедиции не возражали против цепочек с камнями, которые, надетые на шеи, вскоре спрятались под рубахами и куртками. Кроме того, Коннор со вздохом сожаления отдал Мике и Колину здешние пистолеты, предварительно осведомившись, держали ли они оружие хоть когда в руках.

Хорошо — темно. Селена расслышала снисходительность только в голосе Мики. Колин промолчал. А Джарри пробормотал что-то насчёт того, что неплохо бы проверить Микин мешок с магическими деталями подотошней… Уже осторожно и прислушиваясь пошли по мосту, когда Селена тихо спросила мага:

— Джарри, а кто такой бумбум? Мне про него Мика рассказывал.

— Бумбум? — задумчиво повторил маг, и Селена немедленно расстроилась: неужели Мика соврал? Но Джарри взял её за руку и кивнул: — Мика говорил? Ясно. Одно из порождений машинной магии: круглая металлическая штуковина на восьми ногах. Она как плавает, так и бегает по суше. Отличается тем, что взрывает противника на расстоянии, — видимо, поэтому мальчик назвал её бумбумом. Если Мика видел эту штуку где-то здесь, надо быть предельно осторожными. Настоящее название бумбума тоже не отличается оригинальностью. Во всяком случае, раньше наши называли его "крабом".

26

Остановил пешеходов поневоле (машине по мосту не проехать) Мика. Мальчишка довольно громко хмыкнул и замер на месте, явно присматриваясь к чему-то в стороне. Пришлось остановиться и остальным. Лишнего не говорили. Ждали, что он сам скажет. Напрягаться тоже не хотелось. Всё-таки глаза вампира лучше видят в темноте.

— Машина, — кратко объявил Мика, и все с облегчением вздохнули.

Он обогнул какую-то груду мусора и тихонько похлопал по дверце сразу за ней. Рядом с ним сразу очутились Хельми и Колин. Если первый просто стоял, глядя на руки мальчика-вампира, который пытался открыть дверцу, то Колин с любопытством заглядывал в окно машины. Коннор к машине не подошёл: он встал как-то сразу за всеми и насторожённо следил за направлениями с моста и с улицы, держа наготове оружие.

— Думаешь — на ходу? — с сомнением спросил Джарри, вставая рядом с Микой и тоже пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь грязное ветровое стекло.

— Смотри! Кажется, ключ висит, — радостно сказал мальчишка. — Джарри, сможешь дверь открыть?

Маг отодвинул мальчишку, велел всем отойти, взялся за ручку и, примерившись и несколько раз осторожно подёргав, рванул дверцу на себя.

Селена с трудом в темноте разглядела, что эта машина похожа на их — той же узкой кабиной, постепенно расширяющейся к салону. Наверное, такие здесь популярны. И только тут задумалась: а на каком же топливе ездят эти машины? Неужели, как в её мире, на бензине? Но тогда почему они не ломаются, как ломаются электрические лампочки от присутствия магов?

Между тем совершенно довольный Мика свалился на место водителя и что-то начал искать на приборной доске.

— Точно! — обрадовался он. — Ключ есть. Джарри, посмотри, полный ли?

"Ключ"? Полный? Ничего не понимающая девушка во все глаза смотрела на мага, который держал в руках, по впечатлению, палочку от эскимо и внимательно разглядывал её. Наконец, Джарри кивнул явно самому себе.

— Абсолютно полная. На несколько поездок хватит. Что с машиной?

Уже облазивший машину Мика отозвался из-под откинутого капота:

— Оставили нетронутой. Видимо, когда кутерьма началась, бросили сразу. Эй, давай ключ сюда. Может, когда вернёмся, машины и не будет, так хоть полный ключ останется.

И сунул в карман палочку эскимо — откровенно счастливый.

Когда пошли дальше, Селена всё-таки сообразила: палочка эскимо — наверное, какой-нибудь магический артефакт, который используют вместо топлива.

… Только проспотыкавшись треть моста, то и дело повисая на руке ведущего её Джарри, Селена вспомнила магические книги и до конца моста дошла уже уверенней. Правда, постепенно всё больше прижимаясь к магу. До мозгов, набитых разными проблемами, дошла наконец кое-какая истина.

Джарри остановился, как будто почуял. Мальчишки тут же оказались рядом, вынув оружие и оглядываясь.

— Что случилось? Что тебя тревожит?

— Джарри, — чувствуя себя глупой и страшно виноватой курицей, решилась всё-таки сказать девушка. — Я ведь из этого вашего оружия стрелять не умею. Да и в своём мире прежде не очень часто бралась за оружие. — "Разве что в парке, когда в тир ходили", — чуть не вырвалось у неё.

— Прости, — спокойно сказал Джарри. — Я что-то тоже не сообразил. Да и ночь — пока разберёшься. Стой здесь. Коннор, — он кивнул мальчишке. Тот прошагал мимо остальных, встал рядом. Маг обратился к троице: — Ребята, стережём Селену. Ясно?

— Ясно, — отозвался Мика и потряс своим ружьём.

Только девушка хотела пискнуть: "А вы куда?", как Джарри, а за ним Коннор быстро обошли парапет моста и скрылись за ним в темноте — кажется, спустились. Неужели к берегу? Почти шёпотом ошарашенная Селена спросила у ребят:

— Там же опасно… Куда они?

Трое переглянулись и пожали плечами.

Вцепившись в данное ей ранее ружьё, машинально глядя на иллюзорно близкие чёрные громады высотных домов, пятнами вставшие под тёмно-синим небом, Селена размышляла: попросить ребят сейчас же показать ей, как стрелять из него, или это ещё более несусветная глупость? Нет, лучше дождаться Джарри. Наверное, он что-то придумал. Даже не наверное, а скорее всего. И девушка, с ощутимо бьющимся от беспокойства сердцем, стала вглядываться в конец парапета. Подходить ближе не решалась: маг велел стоять на месте.

Две тёмные фигуры появились на мосту внезапно, будто выскочили из ямы, — сначала маленькая, потом большая. Причём большая замерла на какое-то мгновение, держась за перила парапета, а потом догнала маленькую.

— Всё. Уходим, — велел маг и, жёстко взяв девушку за руку, потащил её за собой. Она только и услышала, как за спиной Коннор шёпотом тоже подгоняет мальчишек:

— Быстро! Быстрей шевелите ногами!

Кажется, Мика пытался что-то спросить у него, но Коннор почти огрызнулся:

— Потом!

Уже на самой дороге, огибая застрявшую в смертельном поцелуе с грузовиком легковую машину — обе машины задушены зеленью, Селена чуть не подпрыгнула, услышав позади какой-то торопливый, поднимающийся с берега реки металлический стукоток по камню. И сама заспешила вперёд, куда тянул Джарри. Правда, маг быстро пропустил её вперёд, а потом она не смогла протестовать, потому что он пропустил и мальчишек, а сам обернулся и присел на колено. Последнее, что она успела заметить: Джарри ссутулился, как будто собирался стрелять.

Коннор шёпотом велел всем встать на месте и тоже оглянулся. Возникла пауза совершенной тишины. Только Селена собралась вздохнуть, как услышала сухой щелчок — и мгновением позже — постукивание по камню скатывающегося лёгкого металлического предмета. Сначала постукивание было отчётливым, а потом постепенно сошло на нет. То ли металлический предмет остановился, то ли соскользнул с покатой поверхности набережной… Ещё несколько секунд напряжённого ожидания — и послышались шаги.

— Идём, дальше, — сказал Джарри, появляясь из темноты и засовывая ружьё в ременные зажимы на плече.

— Бумбум, — заворожённо прошептал Мика, снова радостно блестя глазами, благо луна, хоть и неполная, но на небе показалась.

Оглянувшись на него, девушка подумала, что здорово понимает мальчишку: теперь, когда он не один, а в серьёзной компании, уже можно не просто перебегать с места на место, прячась от всяких техно-магических порождений, но и попытаться изучить их. А Мика, насколько все теперь это знали, самый настоящий исследователь по натуре.

От моста прошли немного, когда Джарри снова сделал знак остановиться. Он вынул из кармана уже знакомый девушке поисковик и показал змейке на детей.

— Ищи — в той стороне, — развернул он змеиную голову налево от моста. А сам обернулся к компании. — Селена, мы с Коннором набрали тебе камней. Помнишь, как играли на меткость? Помнишь, как ты бросила камешек, наполненный силой? Думаю, такого оружия тебе будет достаточно.

Он передал девушке полотняный мешочек, размером со стандартный продуктовый пакетик. Селена немедленно сунула туда руку и вытащила один камешек. Именно — камешек. С грецкий орех, но ощутимый довольно увесистым. Такой бросать можно на большое расстояние.

Селена торопливо ухватила сразу горсть и сунула в карман куртки, затем ещё горсточку — во второй. Руки свободные — остатки решила нести так, чтобы в случае чего можно было сразу открыть мешочек и вынуть своё маленькое, но действенное оружие.

Тем временем Мика, с интересом следивший за медленно поворачивающимся поисковиком и, сам того не замечая, придерживавший руку мага с поисковиком, потянул Джарри за рукав.

— Далековато, но есть.

— Зато по прямой, — медлительно сказал Хельми. — Колин, лучш-ше перекинься.

Маленький оборотень не стал препираться и послушно лёг на асфальт, вскочив с него небольшим чёрным волком.

Стараясь тоже хоть что-то предугадать, девушка вдруг вспомнила:

— А кто поведёт вторую машину?

В душе она была уверена, что немедленно откликнется Мика: "Я!"

Но Джарри спокойно сказал:

— Коннор, конечно. Его этому учили.

— Змея смотрит вниз, — напомнил о насущном мальчишка-вампир, нисколько не огорчённый, что машину вести не ему. — Они опять поменяли место. Это, наверное, подвал? Квартала два отсюда.

— Мы тоже меняли места, — рассеянно сказал Коннор. Правда, он тут же забыл о сказанном, приглядываясь вприщурку к дороге. — Джарри, посмотреть бы, что там… — уже шёпотом добавил он.

Странно, но этот шёпот заставил девушку немедленно вынуть несколько камешков и крепко зажать их в кулачке.

Маг сосредоточился, предупредив шёпотом — почти губами:

— Отойдите к обочине.

А сам остался стоять на дороге, разве чуть сбоку.

Девушка пыталась разглядеть то, что заметил Коннор, но даже игра с воображаемыми магическими книгами плохо помогала. Наконец она отказалась от попыток увидеть — и внезапно увидела. Дорога вдоль набережной прямой стрелой уходила во мрак, и на самой её середине обнаружилось нечто, что отличалось от серого асфальта (Селена точно не знала, чем покрывают здешние дороги, поэтому просто называла покрытие асфальтом). Это нечто лежало чуть более тёмное, чем основной, режущий глаза серый цвет дороги. Очень похоже на мокрое пятно, оставшееся после дождя. Но погода дождями пока не баловала: Веткин, во всяком случае, обещал дожди где-то только дня через два. Так что же это может быть?

Джарри мягко и не глядя шагнул назад.

— Придётся поджарить, — тихо сказал он. — Нам его не обойти.

— А что там? — спросил Мика.

— Ночной Убийца. Недавно, видимо, сделали.

— Огонь увидят, — напомнил Коннор. — Сюда тогда тварей сползётся…

— Ч-что такое Ночной Убийца? — вмешался мальчик-дракон.

— К сожалению, Хельми, это трудно объяснить, пока сам не увидишь.

— А кто видел? — настойчиво добивался ответа Хельми.

— Я видел, Селена, — сказал Мика. — И Коннор.

Мальчик-дракон, ничего не говоря, взял Коннора за руку и рывком заставил его, заинтересовавшегося самоуправством обычно нелюдимого подростка, встать ближе к Мике. Мальчика-вампира Хельми тоже взял за руку, оказавшись, таким образом, между ними. После чего своим обычным равнодушным голосом велел:

— Думайте о Ночном Убийце.

И закрыл глаза. Девушка почему-то мгновенно вспомнила, как Координатор легко говорил с нею на огромном расстоянии. Драконы — сильные телепаты?

— Х-хельми с-спалит, — открыв глаза, сказал мальчик-дракон. — Х-хельми хорош-шо поел. Огня мало будет.

— Этот малыш довольно здоровый, — заметил Мика. — Пока гореть будет, место засветится — и нас увидят.

— Х-хельми с-сделает быс-стро, — сухо сказал мальчик.

— Иди, — разрешил Джарри и вынул ружьё из зажимов на плече. — Прикрою.

И мальчик-дракон пошёл сначала на середину дороги, а потом повернул, чтобы идти по прямой — на Ночного Убийцу. Селена перестала дышать: он подошёл к самому хвосту, если, конечно, у Ночного Убийцы имеется хвост. И встал перед ним.

А может, они двусторонние. Этот — медленно поднялся, наполняясь синим газовым светом, сначала словно кобра — перед человеком. А потом кобра, у которой не только капюшон раскрывается, но и само тело постепенно распахивается в обе стороны, закрывая собой довольно широкую дорогу. Она уже высилась чуть над Хельми, явно готовая накрыть его собой, и девушка нисколько не удивилась, когда Джарри снова быстро сел на одно колено и приготовился стрелять.

Медленно, словно передразнивая "кобру", мальчик-дракон поднял руки. Ночной Убийца не напал сразу, как будто его забавляла ситуация: его ещё и передразнивают.

Вся компания ахнула!

По дороге стремительно выстрелила сильная волна огня — и тут же потухла.

Рядом с Селеной шумно выдохнул Джарри, встал и снова выдохнул. Она взяла его за рукав и заставила себя улыбнуться.

— Он обещал — быстро…

— Ну и вспышка! — восторгался Мика, вместе с Колином выбегая на дорогу, к Хельми, чтобы высказать ему своё восхищение. — Хельми, ты и правда быстро спалил его! Ну, здорово! Ты посмотри — ничего не осталось: ни этой гадины, ни огня!

— Хельми, — позвала мальчика Селена, — возьми. — Она сунула ему в протянутую ладонь кусочек копчёного мяса из тех, что приготовили им в дорогу домовые. Причём сунула кусочек побольше: от Джарри уже имела представление, что вместе с огнём драконы теряют много силы. А чтобы никого не обидеть, да и набегались уже здорово, навпечатлялись, она раздала полоски мяса и остальным. — Подкрепитесь, ребята.

Пока народ (в том числе и Джарри) с воодушевлением жевал, она сходила посмотреть почти по всей длине недавнего зверя. Тот оказался хоть и маленьким, как заверили её, но длинным — почти на двадцать её шагов. Мелькнуло воспоминание, как первый в её жизни Ночной Убийца бесшумно взвился и упал на троих мотоциклистов… Передёрнула плечами. Позади послышались шаги. На плечо опустилась тёплая ладонь.

— Страшно?

— Угу… Есть немножко.

Они немного постояли, а потом Джарри сказал:

— Не будем — на середине. Мало ли какие твари здесь ещё есть.

Но, уходя с ним к детям, которые шёпотом о чём-то спорили — даже Хельми! — с наслаждением доедая нежданный запоздалый ужин, девушка вдруг вспомнила свои сомнения из-за Джарри. Её удивило, что маг легко согласился поискать детей, о которых рассказывал Мика. А теперь она поняла, что Джарри не просто согласился искать детей, — он надеялся найти среди них потерянного Коннора.

— Хватит. Идём дальше, — сказал Джарри, прерывая её думы. — Я посмотрел — вон там, ниже обочины, есть пешеходная дорожка. Неплохо бы пойти по ней — не так будем видны, как с дороги.

И вся компания осторожно, по одному, спустилась к пешеходной дорожке. Легкомысленней не стали. Шли всё так же насторожённо. И неудивительно, если вспомнить, что те же Ночные Убийцы предпочитают лазить по зданиям, нападая внезапно. "А вот интересно, — думала Селена, — а бумбумы здесь, в городе, бывают? Или они только у реки бегают? Ведь не зря же они известны ещё как "крабы". Странно, я их почти не видела, но они для меня всё равно бумбумы, а не "крабы". Всё из-за того что первым мне о них рассказал Мика?"

У одного дома, второго по счёту, пошли спокойней: торец оказался без окон — сплошная стена. Хотя и здесь местность выглядела опасной: ближе к углу газон оказался заросшим высоким кустарником, в котором мог прятаться кто угодно.

Прятаться пришлось честной компании. Пока все в основном поглядывали по сторонам, Колин вдруг коротко, но злобно рыкнул на небо.

— Быстро в кусты! — бросил Джарри. — Но тихо!

Предупреждение оказалось кстати, поскольку кустарник зашуршал, показалось, весьма оглушительно от бросившихся под защиту его зелени. Застыли, взглянув вверх. И — вовремя. Никто ничего не понял. Но над кустом совсем низко проплыло тёмное нечто, закрывшее на время перелёта даже звёздное небо. Когда в кусте потемнело от внезапно появившегося над ним неизвестного существа, девушка затаила дыхание: как же оно близко! А вдруг услышит, как они все дышат?..

Но неведомое существо молчаливо проплыло дальше, и некоторое время все ожидали от Джарри решения, сидеть ли здесь дальше. Наконец маг прошептал:

— Выходим. — А когда снова оказались на пешеходной дорожке, задумчиво сказал: — Что-то мне не нравится активность этих тварей именно на нашем пути.

— Одно из двух, — тоже задумчивый, сказал Коннор. — Или мы просто попали на такой участок, или эти твари подбираются к нынешнему месту тех детей, которых видел Мика. Они всегда появляются там, где чувствуют поживу.

— Будем надеяться, что эта ситуация — всё-таки данность этого участка, — сказал маг.

Но девушка видела, что он встревожен.

Они шли, поглядывая время от времени на поисковик Джарри. Пришлось пройти ещё пару домов, прежде чем поисковик указал змеиной головой на переулок, который надо было пройти мимо длинного дома. Впрочем, узких здесь не было.

Кустарник, видимо, когда декоративный, разросся богато, и компания договорилась идти — прижимаясь к стенам дома. Тогда за кустами, со стороны дороги перед домом, их видно не будет.

Им повезло, что они так договорились. Сначала Колин что-то проворчал. Хельми, склонившись к своему другу, послушал его и сказал:

— Здес-сь вс-се с-следы с-свежие. И их-х много. Кажется, они ведут к подъезду с-следующему пос-сле этого.

— Ух ты! — шёпотом восхитился Мика. — Вы только посмотрите, какая машинка здесь стоит! Джарри, давай — заберём на обратном пути?

Как только Мика углядел эту машину! Ещё одна из тех, в которой они приехали. Только выглядит поновей. Так что неудивительно, что мальчик-вампир заметил её сразу — наверное, по бликам на гладких, вымытых явно недавно поверхностях.

— Заберём, — подтвердил маг. — Только дальше — чтоб ни словечка! Все поняли?

Все поняли и закивали.

К нужному подъезду приближались, затаив дыхание. Выяснилось, что именно вокруг этого подъезда зелени почти нет. Селене пришлось снова "перебрать" в воображении магические книги, чтобы услышать то, что слышала вся компания, кроме ней. И уже расслышав первые слова двоих спорящих, почувствовала нечто вроде дежа вю.

Может, в фильмах тысячи раз видела такие ситуации? Или в книгах читала про них? Только сейчас это было в реальности.

— … А я говорю — покажи всё! — говорил простуженный голос подростка.

— Нету у меня больше! — плакал тонкий голосишко.

— Врёшь ведь! Небось, себе всё захапал! Показывай — говорю!

— Нет больше у меня ничего! Ты всё уже взял!

— Останешься на улице — будешь знать! Я Стефану скажу — он же тебе голову оторвёт! Ведь сожрал же! Признайся!

— Я не ел! — продолжал плакать тоненький голосок. — Я не смог найти больше!

— Ну и оставайся на улице!

Хлопнула, словно по сердцам замершей компании, подъездная дверь.

Девушка так для себя перевела сценку: дежурный мальчишка повзрослей не пускает мальчишку помладше, потому что тот не смог разыскать нужное количество еды, продуктов. А у них здесь, видимо, закон: остаёшься среди своих, пока выполняешь нужную "норму". И теперь младший мальчишка — наблюдали они сквозь ветки последних кустов — тихонько плакал. Старался, очень старался плакать не слишком громко, а иной раз, когда прорывался надрывный плач, немедленно затыкал себе рот ладонями и испуганно оглядывался. Жалкая чёрная фигурка, еле видная в синем сиянии луны.

— Коннор… — прошелестел Джарри.

Мальчишка бесшумно попятился и пропал из кустов. Не совсем понимая, что они собираются сделать, девушка решилась только наблюдать.

Коннор снова появился — уже на дороге. Он шёл не скрываясь, а один раз даже подшаркнул ботинком.

Мальчишка у подъезда при звуках идущего метнулся к двери и только было размахнулся ударить по ней, как вдруг опустил руку и снова кинулся — на этот раз в сторону, в кусты подальше от двери. Кажется, он уже хорошо изучил обычаи своей группы и знал, что, даже запаниковавшего, его не пустят в укрытие.

Остановившись прямо напротив двери в подъезд, Коннор некоторое время смотрел на неё, потом перевёл взгляд на кусты. Сделал он это демонстративно — повернув голову.

— Эй, ты, плакса. Есть хочешь? — спросил негромко, но в темноте и в тишине этого было достаточно, чтобы прозвучало отчётливо.

Селене показалось, она на расстоянии расслышала, как сглотнул тот, прячущийся мальчишка. Но кусты, где он прятался, не шевельнулись.

— Меня зовут Коннор, — всё так же тихо сказал мальчишка. — Я с другой стороны реки.

Теперь девушка даже улыбнулась: звучит, как в древних сказаниях — из уст каких-нибудь странников. Выйдет ли на эти странные слова спрятавшийся мальчишка?

Куст нерешительно зашуршал — и на площадку перед домом мальчишка всё-таки вышел. Он некоторое время смотрел на Коннора, напряжённый так, словно в любой момент собирался сорваться с места, а потом спросил:

— Ты один?

— Нет. Нас несколько человек. И мы ищем группу ребят, у которых командует взрослый.

— И чего тебе, щенок, от нас нужно? — Дверь открылась неожиданно, в тусклом свете нарисовалась довольно солидная высокая фигура.

— Как чего? — наивно удивился Коннор. — Конечно, морду тебе набить!

27

Вообще-то Селена предполагала, что всё произойдёт так: они придут к этой группе, поговорят со взрослым, который хоть и использует ребят в опасных поисках съестного, но они всё-таки, благодаря ему, хоть живы и имеют убежище от всяких тварей. Поговорят, а потом будут думать, предлагать ли детям и взрослому абсолютно защищённые приют и убежище. Но это твёрдое убеждение, что всё произойдёт мирным путём, чуть не вдребезги разбил уже первый же маленький эпизод с двумя незнакомыми мальчишками, ярко показавший, какие нравы царят в этой группе…

И всё же девушку слегка покоробила последняя фраза Коннора, не просто вызывающая, но и глупая по отношению ко взрослому человеку. Ну разве можно так агрессивно разговаривать с незнакомым человеком?.. Думать она перестала потом, несколько ошалев, когда этот человек, шагнул за порог подъезда и оказался на свету. Её-то компания всё ещё пряталась сбоку, девушка сбоку и увидела…

Это был не просто крупный мужчина. Одно лишь слово завертелось на языке Селены — разъевшийся! Даже в темноте, слегка смягчённой тусклым светом из подъезда, видно было, как колышутся его телеса под обтянувшей их рубахой.

Он надвинулся на Коннора, по впечатлению затаившей дыхание Селены, громадным тучным мешком. Мальчишка стоял не шевелясь. Ещё пара шагов — и, судя по всему, тот самый Стефан, которым здесь пугают, просто-напросто задавит его. Вот только даже девушка расслышала странное гудение, а затем — дрожь под ногами. Мужчина отшатнулся к подъезду, споткнулся на внезапно ломающемся асфальте, едва удержавшись. Но вместо того, чтобы ругаться с Коннором, как ожидала Селена, он с трудом обернулся к детям, столпившимся на пороге, и визгливо закричал им:

— Видите?! Видите?! Я предупреждал, что они все такие! Они только и могут, что убивать и использовать магию, для того чтобы отнимать у нас всё! Сопротивляйтесь мальчишке! Он не сможет противостоять нам всем! Теперь вы понимаете, почему я хотел, чтобы среди нас были только нормальные люди?! Понимаете?! Никаких магов или других нелюдей!! Никаких!!

Коннор было сделал шаг к нему, но, словно опомнившись, вернулся на место, откуда только что устроил показательный номер с шевелящейся землёй. Селена, уже прекрасно понимавшая всё, что связано с мальчишкой, сообразила, что Коннор хотел, как и сказал, ударить толстяка ногой в лицо. И тёплое чувство плеснуло внутри — удержался!

Детей за его спиной, на удивление, было мало. Перепуганная воплями тучного мужчины, девушка всё-таки успела их пересчитать под его истеричные вопли — всего семеро, считая мальчишку, прятавшегося за спиной Коннора? — пока Стефан тяжело и плашмя не свалился на персонально вздыбившуюся под его ногами землю. Может, остальные в доме? И успела заметить ещё кое-что: после вопля о "нелюдях" один из подростков виновато опустил голову, а двое почти незаметно переглянулись. Та-ак…

А в это время затряслась уже вся асфальтовая площадка перед подъездом. Толстяк пытался встать, одновременно изрыгая проклятия. И опять Селена заметила, что никто из "его" детей не торопится ему на помощь. Он неуклюже ворочался, пытался схватиться хоть за какую-то опору, пока понял, что не сможет ничего сделать в этой ситуации. И тогда он закричал — злобно, но беспомощно:

— Прекрати! Чего ты хочешь?!

Резко поднявшаяся за его спиной земля врезала ему по заднице и заставила ткнуться носом в землю. На пороге подъезда кто-то не сумел подавить смешок. И — всё затихло. Коннор шевельнулся — коротко взглянуть направо.

— Мы хотим поговорить, — холодно сказал Коннор. — Если снова будешь орать, снова буду использовать магию. Понял?

Тучный Стефан, помогая себе руками, встал на четвереньки — задом кверху. Селена чуть вслух не ахнула: один из стоящих на пороге шатнулся к нему! Всего лишь еле уловимое движение — и девушка мгновенно его разгадала: подросток хотел пнуть толстяка по подставленному заду!

Ого, как у них тут…

Странно, но и сам Стефан не оглянулся за помощью. Знал, что не помогут?

Наконец он поднялся и несколько мгновений вытирал нос, откашливаясь и сморкаясь. И уже так же насморочно спросил:

— Мы-ы?

— Селена. — Мальчишка не позвал. Просто произнёс имя.

Девушка быстро подалась из кустов в сторону дороги. Едва только развернулась от наблюдательного пункта, чтобы идти к дороге, как почувствовала: ладонь Джарри ласково скользнула по её руке — ободряя? Селена от неожиданной ласки улыбнулась и успокоилась. И так и появилась перед толстяком, приглядываясь к преграде между ним и собой — к взрыхленной земле, почти перемолотой с кусками асфальта. Причём приглядывалась она, с трудом сдерживая улыбку: захочет ли Коннор помочь, если она попробует его уговорить вспахать ещё одно поле?

Мальчишка, которого оставили на улице, осторожно отступил, то ли давая ей место, то ли из боязни.

— Здравствуйте, — пролепетала девушка, совершенно не представляя, как говорить с этим Стефаном. Но Коннор мало того что стоял рядом, так ещё и взял её за руку. И все мысли от ощущения детских пальцев в ладони пришли к единому: она не будет говорить, упрашивая. Она сильнее — и с нею больше детей. Значит, только — формальность уговоров. Только "официальное" приглашение. — Вы Стефан? — ободрившись, осведомилась она.

— Какая собака!.. — взвился тучный толстяк.

На пороге опять еле заметное движение: одна из фигурок невольно шагнула назад.

— Мне нужна минута, чтобы высказать вам своё предложение, — сухо, как ни странно, подстраиваясь под тон Коннора, сказала Селена. — В часе езды от моста есть деревня. Мы собрали там детей всех рас и видов: среди них есть маги (будущие, конечно), оборотни, вампиры и драконы (на последнем дети на пороге зашевелились и что-то зашептали). Мы хотели предложить вам присоединиться к нам. Деревня магически защищена от машинных демонов. У детей есть кров и пища. Готова ответить на любые ваши вопросы.

Толстяк и ответил. Даже незнакомая со здешней руганью Селена поняла, что то, что он злобно выпалил, — грязная матерщина. В следующий миг он рухнул — так жёстко снова вздыбилась под его ногами земля. Рухнув, он уже не пытался встать, а всё так же ругаясь, пополз к подъезду на четвереньках. Дети, стоявшие на пороге, расступились, и он прополз между ними. "Звезда в шоке", — подумала о себе и в самом деле ошарашенная Селена. Как он живёт с ними рядом? Неужели они готовы мириться с этим жалким чудовищем, лишь из-за того что он их кормит?!

— И что дальше? — растерянно спросила она Коннора.

— Эй, вы! — высокомерно сказал мальчишка, обращаясь к детям на пороге подъезда. — Мы сейчас уходим — и больше не вернёмся. Но уйдём медленно. Кто захочет с нами — догонит. Идём, Селена.

Он развернулся — и чуть не наступил на выгнанного мальчишку, белоголового, но выстриженного так, что голова казалась уродливой из-за перекромсанных коротких лохм, торчащих воинственно и жалко. Тот смело смотрел на Коннора и чуть искоса на Селену.

— Ты обещал накормить меня, — тихо сказал мальчишка. — Не забыл?

Они: и Селена, и Коннор — одновременно сунулись в карманы курток. И засмеялись с каким-то облегчением. А беловолосый мальчишка снова посмотрел сначала на Коннора, потом на Селену — и внезапно вцепился в её руку.

— Возьмите меня с собой! Возьмите!

Ростом он был меньше Коннора, и девушка немедленно подхватила его на руки.

— Милый, конечно, возьмём!

— Держи, — сказал Коннор, усмехаясь и протягивая полоску мяса, которую тот сразу запихнул в рот и так торопливо зачавкал, будто боялся, как бы кусок не выдрали изо рта.

— Пошли? — предложила Селена, опасливо оглядываясь на застывших подростков. Толстяк уже исчез в доме.

— Не бойся, — тихо сказал Коннор. — Они побоятся нападать.

— После твоей-то демонстрации силы? Я бы тоже испугалась…

У следующего подъезда их ждала вся компания. При виде нескольких человек мальчишка на руках мгновенно прижался к девушке.

— Они не обидят. Это друзья, — торопливо сказала Селена.

— Что? Как прошли переговоры? — чуть насмешливо спросил Джарри и протянул руку мальчишке на руках Селены. — Меня зовут Джарри.

Мальчишка с трудом проглотил не до конца прожёванное мясо и ответил, подозрительно глядя на протянутую к нему руку:

— Берилл.

— Как камень? — Джарри всё-таки пожал ему ладошку, и беловолосый удивлённо посмотрел на него, когда маг, пожав, ещё и растёр её ему, озябшую.

— Берилл?

К Селене подошёл крайне удивлённый Мика. Сначала девушка решила, что он узнал этого Берилла, но Мика поднял руку дотронуться до ладони мальчишки. Тот, насторожившийся, отдёрнул её, но поздно: Мика расплылся в улыбке:

— А я полукровка! Меня Мика зовут.

Берилл, не сводя с Мики изумлённых глаз, задёргался в руках Селены, кажется стараясь спуститься. Девушка помогла ему — поставила на дорогу.

— Так, значит, это правда? — прошептал Берилл, таращась на Мику.

— Как ты узнал? — не поняла Селена.

— Многим из нас дают имя красного камня. Я не в счёт — меня папа называл, — сказал счастливый Мика и быстро схватил Берилла за руку. — Смотри. Это Хельми. Это — Колин. Коннора ты уже знаешь.

Он договаривал последнее слова, когда его прервал крик.

— Подождите!

Запыхавшись, к ним мчались трое. Берилл быстро спрятался за спину Мики. Но подбежавшие трое остановились на почтительном расстоянии, и только один нетерпеливо шагнул вперёд. Высокий темноволосый подросток — в руках какой-то металлический прут. Селена в душе усмехнулась: после демонстрации Коннором личной силы они ещё верят, что это оружие может спасти их?

— Вы сказали!.. — почти выкрикнул подросток и осёкся, огляделся, понизил голос: — Вы сказали, что среди детей есть всякие. Это правда? Это правда? — повторил он с отчаянием. — Что есть оборотни — и есть другие? Это правда? И вы разрешаете им перекидываться? Свободно? Разрешаете?

Колин, шагнув вперёд, проворчал что-то. А Селена радостно улыбнулась: нет, Мика и Хельми с Колином — молодцы, что заставили взять их с собой в дорогу!

— У нас, скорее, другие проблемы с перекидыванием, — сказал Джарри, который стоял позади всех и которого подростки сначала не заметили, почему сейчас и попятились при виде высокой фигуры, внезапно выступившей из теней. — Знакомьтесь — Колин! Колин, ты как — в состоянии сейчас перекинуться? Или попросить Хельми помочь?

— Он с-сейчас-с не х-хочет, — отозвался мальчик-дракон.

Темноволосый подросток, будто слепой, качнулся к Колину и сел перед ним на колени. Другие двое насторожённо зашептались.

— Ты… Ты такой же, как мы… — бессвязно заговорил он.

Его перебил Коннор.

— Мне не нравится, как меняется пространство, — сухо сказал он. — Или уходим, или быстро договариваемся, где можно спрятаться, если хотите поговорить.

— Я с вами! — сказал высокий подросток, быстро поднимаясь с коленей — и Селена вдруг ахнула про себя: это не мальчик — это девочка, одетая мальчиком! Тонкое лицо, огромные глаза, гибкая фигурка и мягкие движения!

Джарри оглядел двоих, так и не решившихся приблизиться.

— Ну что? Одна с магическими способностями, другой — оборотень? Вы как? Идёте с нами? Мы уходим, потому что здесь становится опасно.

— Подождите! — Та, на которую маг указал кивком, бросилась к ним и снова застыла, словно сомневаясь, правильно она делает. — У Стефана в подвале два человека! Они не дети, но один из них знает про все эти продуктовые склады. Вы не хотите забрать их с собой? Они тоже пригодятся!

Когда Селена поняла, что имеет в виду девочка-подросток, она даже обозлилась: даже в этой ситуации, когда пора спасать собственные шкуры, эта девчонка думает о еде. Потом поняла ещё глубже и устыдилась: девочка голодная. Что она ещё может предложить, как не прямую дорогу к еде? В смысле — выдрать из жадных ручонок толстяка этих двоих, а потом наслаждаться сытостью! Для неё это счастье!

— Откуда ты знаешь?

— Я однажды проследила за Стефаном, — чуть хвастливо сказала девочка, — а он не слышал. И я слышала, как он допрашивает этих, которые спрятаны.

— Взрослые, говоришь? — прищурился Коннор.

— Ага. Могу провести вас в то место.

— Время… — пробормотал Джарри, с беспокойством оглядываясь. То, что давно ощутил Коннор, начал чувствовать и он.

— Если что — хватаем их машину — и драпаем, — предложил Мика, и подростки уставились на него странным взглядом.

Селена оглянулась на подъезд. Там темно и тихо. Оставшиеся трое подростков вошли в дом — вслед за толстяком. Неужели их всего-то было семеро?

— Сколько вас вообще здесь — с этим Стефаном? — вспомнила девушка.

— Семеро. Вчера было девять, — затаённо вздохнула девочка-маг.

— Джарри? — позвал Коннор. — Что делаем с теми, кто в подвале?

— Просто так Стефан нам их не отдаст, — чуть насмешливо сказал маг. — Хельми, ты нашёл их?

— Х-хельми наш-шёл, — с привычной надменностью выговорил мальчик-дракон, который всё время разговора сонно осматривал дом. — Они в подвале. Один прикован к с-стене. И я не маг и не всевидящий, — уже с раздражением сказал он, глядя на попятившуюся девочку-мага, — я дракон.

Явно борющийся с собой и тоже раздражённый из-за странной ситуации, Коннор чуть не подпрыгивал от нетерпения и, кажется, разрывался от желания сделать несколько дел одновременно.

— Я не могу вас оставить здесь, на улице, — наконец резко сказал он. — Поэтому вы идёте со мной. Мы вытаскиваем этих двоих! — сказал он, тоже пристально глядя на девочку-мага — снизу вверх, но по ощутимому выражению превосходства — сверху вниз. — Но не потому, что они путь к еде, — чуть не плюнул он словами. — А потому что их там держат против их воли. Я прав, Джарри?

— Прав, Коннор, — серьёзно сказал маг, который уже вынул из зажимов своё оружие, а Селена, следуя его движению, сжала горсть камешков. — Хельми, показывай.

— Вы… не боитесь? Как вы пойдёте? — со страхом спросила девочка-маг. — Там же Стефан и другие. А они дерутся!

— Мы пойдём молча и напролом, — почти сквозь зубы сказал Коннор. — Хельми, иди за мной и показывай направление.

Селена, готовая к новым испытаниям, шагнула за всеми. Спиной она чувствовала, что мальчишка в самом деле учуял опасность, что к ним приближается нечто опасное. Хотя, как он пространства и не ощущала… Зато заметила, что Мика и Хельми с Колином инстинктивно прянули друг к другу, чувствуя защиту в этом тесном контакте. Остальные, особенно новички, кажется, колебались.

Мальчик-дракон встал за спиной Коннора. Даже в темноте все разглядели, как величественно распахнулись драконьи крылья над Коннором.

— С-смотри.

Коннор сжал кулаки и резко скрестил руки перед собой: часть первого и второго этажа рухнула, превратившись в огромный квадратный вход в образованную пещеру. Пыль, видимая в свете высунувшейся из-за туч луны, густым дымом нервно моталась перед домом, явно не собираясь оседать.

— Джарри! Машину на ту сторону! — велел какой-то отстранённый Коннор. — У меня предчувствие, что нам придётся удирать очень быстро — и с другой стороны дома. — Он резко оглянулся, мгновенно напомнив девушке, что, несмотря на отсутствие магических привязей, он всё-таки может стать одной из машин. Заглянув в глаза каждому, Коннор предупредил: — На улице оставаться не советую!

— Селена — проследи, чтобы он не увлёкся, — тихо бросил девушке маг и побежал к машине, беспокойно оглядываясь по сторонам.

Мика бросился за ним.

— Подожди, Джарри! Я с тобой!

— Берилл, ко мне! — скомандовала Селена, хватая за руку самого маленького в группе. — Колин, идёшь за нами и охраняешь! Остальные — не отставать!

Пыль осела быстро — строительная, тяжёлая. Вся компания быстро прошла уже комнату, другую, начали выходить в уже целёхонькую дверь, как вдруг Селена краем глаза ухватила: трусивший у ноги Колин внезапно обернулся. Она тоже остановилась — и оглянулась. И сильней сжала ладошку Берилла. В уже прозрачном оседающем пылевом облаке что-то металлически блеснуло, а потом раздался скрежет — отчётливое впечатление, что от металла же. И чёткий стук, как будто кто-то слегка бил металлической палкой по стенам.

— Коннор!

Мальчишка повернул голову — Хельми шёл не впритык за ним, поэтому Коннор увидел поблёскивающе мелькающий в пыли металл.

— Быстро ко мне — и за спину!

Не сомневаясь в приказе, все прыснули к нему, стоящему уже в коридоре. Едва последний оказался рядом с ним, Коннор махнул рукой — и стена вместе с открытой дверью, в которую все только что вошли, с грохотом рухнула, закрывая путь тем, кто преследовал всю компанию. Задыхаясь от бега и пыли, Селена взмолилась про себя: "Только бы с Джарри ничего не произошло! Только бы он и Мика успели отъехать от подъезда!"

Вскоре они бежали по длинному коридору, и девушка снова радовалась, что с ними — Хельми. Он время от времени бросал клочья жёлтого огня чуть впереди и по сторонам чернеющего коридора — так, как бросала бы камешки Селена. И было даже не так страшно, как если бы бежали в кромешной тьме.

Наконец Коннор остановился и "ударил" кулаком по полу, не дотрагиваясь до него. Тот взорвался, причём осколки отнесло в сторону от маленькой группы. Селена почему-то с тревогой подумала, что с другой стороны коридора бегут Джарри и Мика. Кажется, она тоже начинает предвидеть?.. Но пока только открылся ход в подвал со стороны их бегущей компании.

— Они недалеко, — предупредил Коннор.

Осторожно сходя по сломанным доскам, развалинам влепленного в бетон кирпича — или что там ещё в здешних землях используют? — Селена старалась удержаться на ногах сама и помочь Бериллу не свалиться на сломанных частях дома. И, переключившись на то, что сейчас увидит, всё думала: Мика сказал, что Стефан знает адреса нужных продуктовых складов, куда и посылает "своих" детей. А теперь выясняется, что он не постеснялся посылать детей и на "охоту" за любыми продуктами, которые те только смогут найти. Хуже, что выяснилось: он не знает, где находятся склады. Но он удерживает почти в плену двоих знающих.

— Они з-за этой дверью! — предупредил Хельми, неотступно сопровождающий Коннора и всё такой же обманчиво сонный.

Не доходя до двери шагов пяти, Коннор снова жёстко скрестил на груди руки с зажатыми кулаками. Дверь вышибло вовнутрь! Не успела она приземлиться, как из помещения раздался вскрик. Но никто из спасательной группы даже не подумал остановиться. Неведомая опасность, подгоняя плёткой адреналина, заставляла действовать и двигаться.

В помещение они вбежали.

Недоумённо глядя на странную комнату, больше похожую на настоящую пещеру, Селена не сразу разглядела воющего от боли Стефана, которому дверью влетело, кажется, очень даже неплохо. Он сидел на полу, оттолкнув от себя дверь, и выл — с ненавистью глядя на вбежавших.

У дальней стены висел на цепях исхудалый парень в одних штанах. Первое впечатление девушки именно это: здесь холодно! Как же он — в одних штанах-то?!

Рядом с той же стеной, но так, чтобы не дотянуться до парня, сидела прикованная за ногу девушка. Цепь от её ноги тянулась к какой-то металлической бочке — высотой в средний человеческий рост. Она сидела и тихонько раскачивалась. Селена сама чуть не застонала при виде уродливо иссечённых рук. Этот гад ещё и садистом оказался?! Плётка под ногами девушки как насмешка над всем тем, о чём думалось, когда собирались в этот поход. Мирное разрешение проблемы?!

Когда рядом с нею раздалось шипение, она решила, что это Хельми. Но нет. Это, глядя на прикованную к бочке девушку, Коннор втягивал воздух сквозь зубы. Он даже не обернулся, махнув рукой — и потолок со страшным грохотом обрушился на сопевшего, ругаясь, толстяка. И Селена ничего не смогла сделать, чтобы остановить мальчишку!

Все остолбенело смотрели на место, где только что яростно бормотал толстяк, как вдруг заговорил Хельми:

— Иди с-сюда! Мы здес-сь. На голос-с… — И, словно внимательно выслушав, ответил: — Х-хельми напугает их-х… Они пойдут на улицу через-с дом!

Будто очнувшись, Коннор быстро подошёл к парню, не подававшему признаков жизни, взялся за цепи, на которых тот безвольно висел. Девушка успела подбежать к мальчишке, чтобы поддержать выпавшее из порванных цепей тело.

— Кто постарше — быстро сюда! Помогите ему!

А сама бросилась к девушке, которую уже держал за плечи Коннор. Она всё качалась, как будто не замечая, что её ногу освободили.

Вздрогнули все, когда в дверном проёме показались трое ребят, оставшихся было с толстяком. Они почти ворвались в помещение и внезапно замерли, разглядывая и компанию, и пленников Стефана. Наконец один из троих выдавил:

— Мы думали — нас позвали…

— Х-хельми позвал, — согласился мальчик-дракон.

28

Он ещё договаривал, когда в темноте, за спинами троих, буквально остекленевших глазами на пленниках подвала, появился Джарри. Трое вздрогнули, отпрыгнув в стороны, но маг, не обращая внимания на их реакцию, стремительно прошёл между ними — Мика за ним — и повелительно сказал, обращаясь ко всем:

— Быстро! Парня беру на себя. Селена, отдай девушке пару браслетов — она на некоторое время придёт в себя. Достаточно, чтобы дойти до машины. Остальные — за мной. Коннор, Хельми — прикрывают. Живо!

— Но-о… — начал было один из троих только что пришедших.

— Сюда бегут "крабы", — бросил Джарри, очутившись возле парня, утяжелённого кандалами от цепей. Мика нырнул под его руки и быстро заковырял в замках кандалов тонким изогнутым предметом, вынутым из кармана. Тонкая проволока?

Больше магу ничего не понадобилось говорить. Все немедленно последовали его распоряжениям. Хотя у Селены промелькнуло опасение, что эти, из команды (хотя какая команда!) Стефана, так и будут спорить или плевать на приказы чужого — как стояли, не помогая упавшему Стефану. Она сама подхватила девушку, в панике поднимая её — тяжело: та постоянно заваливалась. Джарри уже легко поднял парня на плечо, благо пленник оказался тощ до ужаса, и взглянул на Селену. Та, наконец, успокоилась и быстро нанизала на тонкие кисти пленницы свои браслеты: хорошо ещё, артефакты не сплошной формы, их можно сжать для любого размера руки.

Все быстро вышли из подвальной пещеры — группа Стефана оказалась в середине. Правда, девочка-оборотень, которая впервые появилась с металлическим прутом в руках, старалась быть как можно ближе к Коннору и мальчику-дракону. Другие тоже держали в руках примитивное оружие (кажется, Стефан боялся, как бы в его группе не появилось нормальное оружие), но сбились в кучку.

Теперь Хельми, стараясь, чтобы было удобно идти, бросал огонь поверх низкого потолка — ближе к углам. Так что двигались довольно быстро.

Если сначала даже на перепуганных лицах подростков Селена заметила некоторый скептицизм после слов Джарри о "крабах", то сейчас можно было ничего не говорить: стоило лишь раз примолкнуть, как за спиной послышался торопливый и множественный сухой стукоток — лёгкого металла о бетон подвальных полов. Единственный плюс во всём этом: никого погонять не пришлось. Эти дети — знали, что именно за ними бежит.

Селена тащила — во всех смыслах — бывшую пленницу, которая пришла в себя лишь настолько, чтобы передвигать ногами. Девушка горько пожалела, что надела на руки незнакомки лишь два браслета, но ослушаться Джарри не осмелилась: он лучше знает, как надо. Не дай Бог, передоз какой-нибудь устроить. Тем более дети сразу сказали, что эти двое — простые люди.

Чтобы не зацикливаться на вялой тяжести, оттягивающей руки, Селена начала думать о тех, кого ей назвали "крабами". Счастье, что вся эта мерзость бежит с одного конца дома на другой — по всей его длине. Это значит — машина, примеченная Микой, пока в безопасности. Но влезут ли в неё все? Впрочем, в прошлый раз у Коннора было под началом двенадцать человек. В сущности, и сейчас та же ситуация.

Коридор представлял собой анфиладу с узкими комнатами по сторонам. Вспомнив протяжённость дома, Селена коротко вздохнула. Почти бежать — такое расстояние, да ещё с грузом… Ладно. Наверняка немного осталось…

Сзади сыпануло россыпью металлических щелчков, а в эту россыпь вмешались выстрелы — стрелял Коннор. Он и вскрикнул:

— Быстрей!

За спинами будто вспыхнул бесшумный ослепительный взрыв — инстинктивно оглянувшись, Селена увидела Хельми, воздевшего руки к потолку, и громадную реку огня, уходящего назад, в подвалы, которые они уже прошли.

— Быстро! Быстро! — крикнул Джарри. — Выход близко!

И, взбудораженная криками и огнём, Селена рванула вперёд, изо всех уже не заставляя ничего не соображающую девушку шагать, а волоча её за собой. Неожиданно стало легче — один из ребят Стефана подбежал к ней и подхватил недавнюю пленницу под руку. Отстававшая от мага Селена теперь бежала гораздо быстрей. Кажется, даже эти ребята поняли, что Джарри своих бросать не собирается, а значит, помогать придётся поневоле… Уже ни о чём не думая, Селена только тащила безвольное тело и старалась реже дышать в гари, остаточной от огня Хельми. Поэтому она не сразу увидела, что Джарри начал подниматься. Поняла, что выход близок, только потому что сама почуяла под ногами ступени лестницы.

Когда выскочили из подвала все, Селена обернулась. Как раз успела увидеть, что перед дверью остались только двое — Коннор и мальчик-дракон. Коннор мельком оглянулся на убегающих, подтолкнул к ним Хельми. Тот шагнул было и остановился, но Коннор снова толкнул его — уже серьёзней, да ещё, кажется, что-то крикнул. В грохоте из подвала мало что было слышно.

Хельми отбежал и снова остановился.

Коннор поднял руки и сделал движение, словно бросал в раскрытый подвальный дверной проём большой мяч. С ладоней сорвалась мощная комета белого огня и стремительно рванула в чёрную дыру под домом. Не дожидаясь результата, мальчишка бросился к застывшему от неожиданности Хельми (не думал, что огонь могут производить не только драконы?) и, схватив его за руку, побежал вместе с ним к машине.

В машину уже завалились все, когда с другой стороны дома в свете то и дело пропадающей луны показалось металлическое поблёскивание. Впечатление, будто текла быстрая решительная река с мелкими металлическими волнами.

Между тем из подвала грохнуло так, что дом дрогнул и медленно начал оседать.

Вскочившая в салон Селена, всё ещё державшая пленницу уже под мышки, потащила её на себя, благо теперь ей помогали все, и тяня безвольное тело за руки, и приподнимая ему ноги. Девушку, пока ещё находящуюся явно в полубессознательном состоянии, положили на пол, где уже лежал парень, уложенный сюда же Джарри. Дети быстро расселись по скамьям, мгновенно приникнув к окнам.

Джарри, севший было за руль, выскочил из кабины, хлопнув дверцей. Мика свалился на водительское место и, судя по звуку, включил мотор. На место рядом с ним прыгнул Колин. Селена немедленно сунулась взглянуть, куда пропал маг.

Машину вынужденно поставили подальше от подвальной двери. Слишком забита дорога к нему разросшимися кустарниками и осколками цивилизации — "сдохшим" личным транспортом и какими-то огромными металлическими деталями в виде ящиков и покорёженных корпусов непонятного назначения. Поэтому до торца дома легко дойти даже с грузом, но никак не проехать машиной.

Сидеть в машине, заполненной заполошным от бега и страха дыханием, тяжело. Легче найти причину, чтобы выйти хоть на секунды.

Джарри стоял, обернувшись не в сторону подвала, откуда они все прибежали и откуда мчались к нему Коннор и Хельми, а в сторону, откуда накатывала металлически блестящая волна. Сообразив, что ещё есть несколько секунд, пока мальчишки добегут до машины, Селена вылетела из салона и приготовила камни, взяв горсть боезапаса в левую руку, а один камешек — в правую.

Металлическая волна накатывала одновременно с приближением мальчишек с другой стороны. Звук мотора стал напряжённей. Коротко оглянувшись, Селена увидела, что Мика подал машину к дому, ближе к бегущим мальчишкам. Поняла, что Мика специально забирает бегунов на ходу, чтобы потом подобрать и Джарри с нею.

Дёрнулась от звенящих щелчков — стрелял из своего оружия Джарри. Он стрелял, словно снайпер — как их представляла себе Селена: одиночными, хоть и быстрыми выстрелами отстреливал по одному выскакивавших на небольшую площадку перед машиной "крабов". Ничего себе — "крабы"! Тонкие высокие ножки делали их высокими, в рост человеческий, а туловище похоже на блюдце НЛО и такие же глазастые, как они, по широкому ободку блюдца: фары источали дёрганый голубоватый свет, режущий глаза и сразу напоминающий мертвенный газовый цвет Ночных Убийц. Этакие гигантские мутанты-водомерки.

Машина за спиной Селены, подхватив мальчишек, начала ход к ним, но "крабы" были всё ближе, хотя маг отстреливал их нещадно — слишком много их, не успевал, да и пятился Джарри, чтобы сразу вскочить в машину.

Один камень запустить в них? Всего один? Этого мало!!

Селена быстро переложила всю горсть камешков и резко усмехнулась, сама того не замечая — почти кровожадно: "У меня в руке не камни! У меня в руке — "лимонки"!"

И она сделала то, что тысячи раз видела в фильмах: полуприсела, сделала движение, что выдёргивает чеку из всех камешков, и швырнула — не горсть маленьких круглых камней, а ребристых маленьких, но действенных гранат — по довольно ровной здесь дорожной поверхности в сторону набегающей волны "крабов", а потом вскочила, схватила Джарри за руку:

— Бежим!!

— Но!..

— Бежим!! Сейчас рванёт!!

Они чуть не упали в салон с разбегу.

— Мика, гони!!

Селена в жизни не видела настоящих "лимонок" — разве что в кино, представляла лишь примерно, как они должны сработать. Поэтому, всё ещё лёжа на полу — рядом с Джарри и с теми двумя несчастными из подвала, она вспомнила, как изобразила руками движение, которое должно устроить взрыв, а именно — "выдернула чеку", как это называется в фильмах. Всё. Она знала, что это должно сработать. Она верила в это!

Машина, развернувшись, помчалась так скоро, что Селену едва не выкинуло из-за незакрытой, мотающейся туда-сюда дверцы. Девушка быстро втянула ноги — а на повороте от неожиданности ринулась в салон: взвившийся к небесам огненный взрыв грянул такой — "лимонок"-то штук десять с лишним было! — что взрывной волной машину оттолкнуло в сторону. Ахнули в салоне дети. Селена успела заметить восторг на лицах Коннора и Хельми, с трудом держащихся за все поручни, какие только нашли…

Девушка от толчка рухнула на лежащих подвальных бедолаг, с которых её стянул совершенно ошалевший Джарри и прижал к себе.

— Что?! Что это было?!

— Гранаты!!

Хлопнула дверца, наконец-то освобождённая от их ног. Машина летела по дороге перед следующим домом, в конце которого надо свернуть, чтобы выехать на набережную.

Времени было достаточно, чтобы успеть встать на ноги и протолкнуться среди прилипших к окошку детей взглянуть на то, что оставалось за несущейся машиной.

Громадное пятно — из мелкого металлического лома и догорающих частей, которые только могли гореть, — вот всё, что оставалось на дороге. И ни одного "краба", который осмелился бы теперь бежать за машиной. Только шевелились некоторые части, вроде "ножек" магических машин. Маг стоял на полусогнутых, осторожно вцепившись в спинки сидений, а потом обернулся к Селене, которая наконец-то начала дышать.

— Потом расскажешь, что такое гранаты, ладно?

— Ага.

Джарри перелез через сиденье, отгораживавшее пассажирский салон от места водителя, и сел на сиденье рядом с Микой, взяв на колени всё ещё не обернувшегося в человеческую форму Колина. Мика покосился на Джарри, но маг промолчал, и успокоенный мальчик снова впился взглядом в дорогу. А девушка очутилась между Хельми и Коннором. Села между ними и начала приходить в себя, удивляясь: неужели сработало? Коннор, наверное, слышал, что сказал Джарри, видимо, поэтому сказал:

— Надеюсь, ты расскажешь не только ему.

— Не беспокойся — расскажу, — нервно улыбнулась девушка: адреналин бурлил в ней так, что усидеть было трудно. Хотелось или быстро и долго действовать, или смеяться почти в истерике. Но Селена, отдышавшись, совладала с собой, оглядела пассажиров, полностью дезориентированных происходящим и смотревших на неё чуть не с ужасом, и спросила о том, что давно её интересовало: — Мне казалось, вас у Стефана было много. Где же остальные?

— Стефан выбрасывал тех, кто не умел скрывать, что он не нормальный, не обычный человек, — поколебавшись, ответила девочка-оборотень. — Только вчера он оставил на улице двоих оборотней. Луна на небе — они не сумели совладать со своей второй сущностью. Маленькие были, — добавила она и опустила глаза.

— И вы так и оставили их? — потрясённо спросила девушка и нагнулась хоть немного поддержать тела девушки и парня, которые безвольно подпрыгивали у пассажиров под ногами. Потом сняла куртку, переложила остатки боезапаса по карманам джинсов, а куртку свернула и сунула под головы молодых людей. — Хотите сказать… Вы даже не подумали, чтобы куда-то их спрятать?

Шестеро, из них даже Берилл, опустили глаза. Но седьмой, один из троих последних, прибежавших в подвал на неясный для них спасительный зов мальчика-дракона, сплошь в чёрных космах волос, упрямо тряхнул головой, убирая волосы с глаз, и зло сказал:

— И как ты себе это представляешь? Нам, что ли, надо было оставаться на улице вместе с ними? Ещё чего! Чтобы вместе пропадать?

— Вместе, — подтвердила девушка. — Только не пропадать, а выживать. Вы точно не знаете, где они сейчас могут быть?

— Нет, — коротко сказал девочка-оборотень, а потом неуверенно добавила: — Мы не знаем, но сразу после них Стефан выставил девочку, которая могла видеть сквозь стены. Она проговорилась, что идёт кто-то из нас, хотя идущий ещё был за стеной. Может, она нашла их? Может, они сейчас все вместе?

Селена оглядела всех.

— Кто-нибудь из вас умеет определять, где находятся живые? Может, ребята ещё в этом микрорайоне? Кто-нибудь умеет (она сама заколебалась, как назвать это умение) видеть или чувствовать живых?

— Откуда? — пренебрежительно сказал тот же подросток, который оставался со Стефаном. — Мы же обычные люди.

— Говори за себя, — нагнув голову, тихо прорычала девочка-оборотень.

Подросток сжался на своём сиденье, диковато посматривая из-под снова опустившихся волос то на неё, то на остальных — не скажет ли кто-нибудь ещё чего. Селена с внезапной жалостью подумала, что этот длинноволосый уже принял правила игры на спасение собственной жизни — важной игры на выживание в этом страшном пригороде. Но говорить сейчас не имело смысла. Она вдруг вспомнила о припасах и быстро вытянула мешок с едой, которую раздала желающим. Смешно сказано — желающим. Едва дети подняли, что он протягивает, расхватали полоски мяса мгновенно. Да ещё некоторое время смотрели на её руки, завязывающие продуктовый мешок.

— Приедем домой — поужинаем, — вздохнула Селена, — а пока придётся удовольствоваться этим.

Коннор, выглядевший довольно мелким среди новичков, усмехнулся, как ни странно, снисходительно взглянув на замолчавшего — занятого едой длинноволосого, и, повернув голову в сторону водительской кабины, сказал:

— Джарри, ты слышал разговор?

— Слышал.

— Мика может где-нибудь остановить, чтобы я прослушал пространство, пока мы не проехали этот микрорайон?

— Сейчас проедем этот дом — и будет тебе хороший вид для прослушки.

— Х-хельми с-с тобой, — тихо сказал Хельми.

Коннор кивнул.

В салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием пассажиров. Теперь уже все семеро новичков насторожённо поглядывали на Коннора. Сейчас, почти незаметный и как-то притихший, разве что очень спокойный — в отличие от остальных, он ничем не напоминал того сильного мага, который утопил подвал дома в белом пламени, что видели все. Поэтому его слова о прослушке напомнили, что среди них сильный, несмотря на возраст, маг.

Машина остановилась, не доезжая до торца. Мика сразу повернул её так, чтобы потом можно было сразу напрямую выбраться на набережную. Коннор пробрался к выходу, осторожно ступая между ногами ребят и между телами на полу машины. Хельми, не отставая, — за ним. Сразу нетерпеливо завозился на коленях Джарри и Колин. Маг немедленно открыл дверцу со своей стороны и выпустил мальчишку-оборотня. Маленький чёрный волк быстро подошёл к двоим, и Хельми, почти не глядя, привычно помог ему перекинуться.

Все трое встали у боковой стенки машины — Коннор чуть впереди.

На всякий случай, поколебавшись, вышла и Селена. Она помнила слова Джарри, который просил её приглядеть за мальчишкой-магом. Ребята оглянулись на неё, но промолчали. Она чуть поёжилась, подойдя к ним ближе. Скорее всего, подумалось ей, она не продрогла без куртки. Это прохлада тела после спадающего адреналина. И напряжение, от которого не избавиться, пока они не окажутся все вместе в защищённом месте — в родной уже для них деревне.

Она никогда не считала себя слишком чувствительной, но напрягшееся пространство вокруг Коннора ощутила. Ощущение это создавалось странной дрожью, как будто неподалёку от них работала какая-то тяжёлая машина, отчего не только дорожное полотно под ногами, но и весь воздух гудел… Мальчишка стоял застыло, двигалась вкруговую лишь голова, словно он спокойно осматривал окрестности. Но выступившая чуть вперёд Селена видела, что глаза его закрыты.

Коннор замер.

— Есть, — чуть охрипшим голосом сказал он Селене. — В доме, следующем за этим, три фигуры — две маленькие и одна побольше. А между домами, где мы должны будем проехать, есть ещё что-то. Определить не могу. Домами закрыто.

— Что делаем? — встревоженно спросила девушка, оглянувшись на машину, рядом с которой стоял Джарри.

— Разделяться не хочется, — задумчиво сказал маг. — Мало ли здесь что бегает. Хельми, если мы подъедем к дому, ты сможешь вызвать их своим зовом? Ну, чтобы они не испугались и вышли к нам?

— Ес-сли Коннор покажет Х-хельми, — отозвался мальчик-дракон.

— Садитесь — едем, — велел маг и сел в кабину.

Все четверо (теперь и Колин с ними) забрались в салон. Машина медленно, будто крадучись, проехала перекрёсток между домами и остановилась возле первого подъезда.

На этот раз вышла не только троица мальчишек с Селеной, но и Джарри. В первую очередь он подошёл к девушке и тихо спросил:

— Сможешь, если что, повторить трюк с… гранатами?

— Теперь, когда поверила? Конечно, смогу.

— Второй этаж, — ровно сказал Коннор, вычислявший местоположение выгнанных Стефаном детей. — Они в комнате за двумя стенами.

Селена не совсем поняла, что значит — за двумя стенами. Подумав, решила, что здесь, наверное, планировка такая — возможно, есть внутренние комнаты — без окон.

— Хельми. Они здесь.

Мальчик-дракон подошёл к Коннору и сделал странную вещь: он заглянул в глаза мальчишки-мага, а потом медленно перевёл взгляд на дом. Полное впечатление, что от глаз Коннора к дому протянута верёвка, которую сейчас и отследил Хельми.

— Х-хельми видит. Х-хельми позовёт.

Мальчик-дракон полностью обернулся к дому и встал, чуть высокомерно подняв голову. Глаза полуприкрылись. Он словно ушёл в себя, в какие-то глубокие размышления.

Селена, затаив дыхание, присматривалась к нему.

Хельми зовёт. Странно — отстранённо подумала она. Очень странно видеть мальчика, который просто стоит, а на самом деле — зовёт кого-то, кто, возможно, спит глубоким сном. Время-то глубокой ночи. И всё-таки спящий должен услышать его.

На некоторое время девушка выпала из реальности, размышляя о себе. Как, оказывается, быстро можно привыкнуть к необычному…

Джарри схватил её за руку и сжал ладонь.

Под светом всё той же своенравной луны на пороге чёрного дверного проёма появились — сначала показалось — двое. Девушка испугаться не успела, как всё-таки разглядела, что у высокой фигуры на руках съёжилась фигурка поменьше. А вторая держалась за край одежды высокой же.

— Мы напугаем их, если пойдём к ним все вместе, — сказала девушка негромко. — Я пойду, а вы отступите к машине.

Она пошла навстречу детям, которые шли к ней всё замедленней, будто не понимая, куда идут и зачем. Селена шла и думала: "Ну, хорошо, этих мы сейчас заберём. А где искать остальных? И сможем ли искать их, рассеянных по пригороду в поисках убежища и еды? И все ли из них живы, если здесь на каждом шагу — бумбумы?"

Молча подошла к совсем остановившейся девочке.

— Привет. Это ты, которая видит сквозь стены?

— Я, — сипло пискнула девочка, растерянно глядя на неё. Маленький оборотень на её руках сонно хлопал на Селену с трудом открывающимися глазёнками. Второй смотрел снизу вверх, почти запрокинув голову, чтобы видеть девушку.

Сама растерянная, Селена лихорадочно размышляла: и что дальше? Но увидела раздувшиеся ноздри стоящего возле девочки маленького оборотня и спохватилась. Выгребла из карманов джинсов личный НЗ и, быстро развернув тряпочку, раздала в немедленно протянутые руки кусочки мяса.

— Пошли к машине, — единственное, что сказала она, и, к её удивлению, девочка сразу поплелась за нею. Оборотень постарше не отставал. Девушка открыла дверцу машины, и оттуда девочка-оборотень радостно позвала:

— Вильма!

— Быстро все в машину! — скомандовал Коннор, подталкивая Селену в салон. И обернулся на перекрёсток. — Нет, мне точно не нравится эта дорога, — вполголоса, словно самому себе, проговорил он.

29

Едва девочка, видящая сквозь стены, услышала своё имя из знакомых уст, как засияла и, не спуская младшего оборотня с рук, влезла в салон с обрадованным:

— Ринд!

Правда, Вильма ненадолго застыла на пороге, сгорбившись из-за низкого потолка и изумлёнными глазами рассматривая помещение, набитое пассажирами до тесноты: на полу — двое взрослых без сознания, на боковых скамейках — впритык сидят дети и подростки, а сзади подталкивают её сесть ещё несколько человек.

Мимо, в небольшую щель между девочкой и косяком дверцы, проскользнул второй маленький оборотень, огляделся. Видимо, он задел Вильму, потому что та поставила на пол младшего и неожиданно скомандовала:

— Оба — быстро перекинулись!

Селена чуть не рассмеялась: как же она сама не сообразила, что можно таким образом увеличить пространство в салоне машины? Новенькие оборотни по привычке же ещё боялись перекидываться при всех! Но уж она-то должна была понять, что только так можно уместиться здесь без тесноты! Кажется, эту девочку спокойно можно будет назначать старшей, когда они приедут в деревню.

Вслед за маленькими оборотнями, быстро и привычно скинувшими свои драные одёжки, перекинулись и трое подростков — и сразу легли на пол. Вильма спокойно прошла между ними и села на скамейку — причём секунды через две-три подняла глаза. Стоя на дороге, Селена, приглядывающаяся к тому, что происходит в салоне машины, внезапно заметила: Вильма смотрит на того самого подростка, который огрызался в ответ на упрёк о брошенных. В мгновение, когда девочка подняла глаза, он как раз смотрел на неё. Секунды двух взглядов в упор — спокойного и угрюмого. Он опустил глаза первым. А Вильма, как ни в чём не бывало, жадно принялась расспрашивать Ринд, пока не перекинувшуюся девочку-оборотня, что здесь происходит. И Селена осторожно отошла от машины. Кажется, тут личное.

Некоторое время она стояла возле дверцы в пассажирский салон, пытаясь привести мысли в подобие порядка и последовательности. Всё перебивало одно: как там, дома? Не проснулась ли малышка Ирма? Сможет ли её успокоить Мирт, если она начнёт плакать, поняв, что её оставили те, к кому она привыкла? И главная мысль: успеют ли они до рассвета приехать в деревню? Насколько она понимает, лучше мчаться к деревне немедленно, ведь только по ночи можно проехать расстояние от пригородной дороги до деревни, чтобы ускользнуть от внимания машинных демонов — торнадо.

Джарри что-то торопливо говорил своим мальчишкам. Хельми стоял неподвижно, слушая его. Колин, как обычно, затаился рядом с мальчиком-драконом. Если судить по понурой фигуре Коннора, он о чём-то задумался или не согласен с Джарри. Но выглядел мальчишка жёстким даже в своей понурости — и напрягшимся, готовым к мгновенному прыжку. Он ещё чувствует что-то не то?

А девушка, глядя на них, впервые задумалась, совершенно о необычном для неё. Она пыталась сопоставить представления о своём мире и здешнем. Размышления вылились в интересную мысль. Она прикинула эту мыслишку и так и эдак и поняла, что без информации со стороны ей не довести мысль до логического вывода. И она подошла к своим мужчинам и неуверенно выговорила:

— Джарри, я не понимаю… Идёт война. Пусть это и пригород. Но ведь хоть какие-то магические маячки должны быть везде проставлены? Почему же никто не приходит к нам на помощь, видя довольно большую группу спасающихся? Я, конечно, не совсем понимаю происходящего, но ведь… Объясни, пожалуйста, Джарри!

— Селена, нет и не может быть никаких маячков, — понимающе сказал маг. — Это сначала пытались выставлять. Но… Наши агрессоры — магические машины. Они сразу слетаются на магическое присутствие сил. Маячки, как ты их называешь, были. Другое дело — их уничтожали, едва только уловив.

— Господи… — прошептала девушка. — А у нас целая машина магов и магических существ!

Коннор резко поднял голову. Даже Хельми встрепенулся.

Джарри первым пришёл в себя.

— Быстро — блокируем магическое присутствие вокруг машины!

Он было рванулся к машине — и замер.

Дорога между домами, чьё состояние так не нравилось Коннору… Она осветилась двигающимися огнями явно искусственного происхождения.

Они ещё не успели дождаться появления существа или машины, как из открытой кабины машины раздался дикий визг Мики. Они бросились к нему. Оказывается, он уже стоял рядом с машиной и указывал на дорогу, в конце которой догорали редкие огни подбитых Селеной "крабов". Там шевелилось опять что-то пока не совсем видимое, которое стремительно приближалось к ним.

— Все в машину! — кинул маг, сам бросаясь на место водителя.

Мика успел прыгнуть на сиденье пассажира рядом. С другой стороны быстро сели остальные мальчики — Колин снова перекинулся, благо на его бёдрах была всего лишь тряпка, которую он привык носить с собой на всякий случай, — и его взяли к себе на колени Коннор и Хельми.

Селена влетела в салон, когда машина тронулась с места.

— Ребята, быстро приготовьтесь к длительной гонке, — стараясь говорить спокойней, предупредила она. — Неплохо бы, чтобы вы все держались покрепче. — И сама чуть не свалилась, когда машина круто развернулась. Удержалась лишь, упав спиной на косяк двери. Девушка на полу чуть не съехала к её ногам. Селена снова уложила её удобней, насколько возможно в такой обстановке и в ситуации. И огляделась.

Девочки, сообразившие, что хочет сделать Селена, подняли сброшенную одежду перекинувшихся оборотней и помогли закрепить тела девушки и парня, привязав их к ножкам сидений. Только Селена разогнулась, испуганно закричал Берилл, прилипший к заднему окошку.

Девушка шагнула к нему через встревоженно поднявших морды оборотней и тоже прильнула к маленькому стеклу на двери в салон.

Джарри гнал машину по дороге мимо того дома, где нашли Вильму с малышами-оборотнями.

Из опасного, по мнению Коннора, переулка между домами вышагнул монстр — ростом этажа до пятого! Он выглядел вставшей на ноги горой неопределённого металлолома: отчётливых очертаний у него не было! Как будто взяли сломанные легковые машины, сдавили их, как снежок, в уродливый шар, а потом из множества этих огромных шаров слепили нечто двуногое и четырёхрукое, а сверху водрузили громадный котёл с глазищами-прожекторами. И вот это — грохочущее ножищами и размахивающее, как мельница, ручищами, медленно шагало к перекрёстку… Ой, мамочки… Его снабдили не только прожекторами!!

Машина продолжала мчаться по прямой — дом длинный. Монстр, наконец, с грохотом, от которого подрагивала дорога, дошёл до развилки перед домами. Развернулся к машине, поднял уродливо громоздкие ручища — и мимо машины (кажется, Джарри успел заметить!), вильнувшей ближе к дому, пророкотала огненная река.

Он, этот монстр, показался Селене слишком неуклюжим, чтобы справиться с маленькой юркой машинкой, всё-таки развивающей довольно приличную скорость. Но в свете огня она уловила, что монстра обогнало нечто, издалека похожее на чудовищно огромный бумажный самолётик, только явно металлический. Нечто летело быстро — только в сравнении с Монстром, но палило чем-то из носовой части. И это, что-то опять-таки множественное, бросилось в погоню за машиной вместе с еле-еле, но целеустремлённо передвигающимся Монстром… Селена плеснула перед собственным внутренним взглядом магическими книгами и снова вгляделась в мелких преследователей.

Они летели странно угрожающими, правильными рядами — чуть не как на параде. Она с трудом различала, что эти небольшие, в рядах, очень похожи на консервные банки, только какие-то мохнатые. И ряды этих банок неумолимо приближались к машине.

— Берилл, в сторону!

Она сама отшатнулась — в момент, когда оконное стекло разлетелось вдребезги — и в салон прорвалось первое странное существо — та самая мохнатая консервная банка. Она шмякнулась на пол под пронзительный крик детей и рычание оборотней, замерла на мгновение, словно оглядываясь. Селена в полном ошеломлении просто смотрела на неё и ничего не делала. А — что делать-то?

Банка огляделась и нашла жертву — оборотня, который оказался слишком близко к ней. Она лениво подкатилась к нему — и взметнулась к морде, ударив его, успевшего отпрянуть. Удар пришёлся по открытой шее. Оборотень взвыл от боли, а Селена словно проснулась. Сжала кулак и почти выстрелила из магического кольца по банке. Та, упавшая после неудачного удара по оборотню, как раз собиралась повторить прыжок, но после "выстрела" ударилась, пролетев между двумя другими отпрянувшими оборотнями, в стойку, поддерживающую сиденья пассажиров. И, откатившись, замерла.

Всё произошло так стремительно, что все уставились на банку, и только Селена быстро прошагала к раненому, подвывающему от боли оборотню. Банка сорвала ему часть шкуры, и теперь кровь текла невыносимо быстро. Девушка подхватила с пола чью-то одёжку и прижала её к ране.

— Вильма, подержи!

— Селена, помоги мне!

С водительского места в салон через перегородку перебирался Коннор. Он свалился прямо в руки девушки и быстро встал на ноги.

— Откуда эта дрянь влетела?

— Окно!

Коннор немедленно встал у окна, глухо рыкнул что-то и, просунув дуло оружия в оконный проём принялся стрелять, как недавно Джарри — отстреливая банки по одной.

А Селена нагнулась за банкой, которая не подавала больше "признаков жизни", но ладонь перед тем обмотала тряпкой. Как оказалось — правильно сделала: мохнатой банку делали тонкие иглы, где-то в сантиметр. Правда, всё равно девушка зашипела, когда тончайшие иглы прокололи тряпку, но теперь Селена с большим состраданием смогла взглянуть на подвывающего оборотня. Но долго смотреть было некогда.

Сунула банку в опустевший мешок из-под продуктов, взятых в дорогу, и оглянулась: Коннор стрелял непрерывно. И, кажется, эффективно. Во всяком случае, пока ни одна баночная тварь больше не залетела в помещение.

Минуты две в машине происходило перемещение: сюда же, в салон, выбрались Хельми с Колином, а в кабину водителя помогли влезть девочкам — Вильме и девочке-магу, которая прибежала вместе с Ринд и оборотнем-подростком, и малышам — двум оборотням и Бериллу. Только они, все пятеро, успели уместиться рядом с магом, как по крыше машины неприятно застучало — да так сильно, что потолок внезапно вогнулся, с первыми трещинами вокруг будущей дыры.

— Надо остановиться! — не оборачиваясь, крикнул Коннор. — Так, из машины, их не перестрелять!

Темноволосый мальчишка, недавно враждебно переглядывавшийся с Вильмой, неожиданно нагнулся за металлическим прутом, оставленным девочкой-магом. И встал наготове, сжимая прут и пристально глядя на потолок. Но успел зло высказаться — сквозь зубы:

— Стефан был прав: не было бы вас с самого начала у нас — не было бы сейчас и всего этого!

— Жрать мы все горазды, Моди! — тоже сквозь зубы ответила Ринд, уже перекинувшаяся, чтобы тоже держать свой металлический прут, и надевшая на себя лишь штаны и майку. — Ты бы лучше вспомнил, кто больше жратвы приносил, когда Стефану надоедало нас кормить, и он отпускал нас на промысел. Правильно — именно мы! А почему? Потому что у оборотней нюх хороший, а Вильма видела сквозь стены! Именно тогда все ели от пуза! Забыл, да?

Моди упрямо насупился, но, кажется, аргументов против у него не нашлось. И то ли на его счастье, то ли совпало так, но дыра наконец в потолке была раззявлена, и в неё сунулась следующая банка. Совершенно обозлившийся Моди дождался, пока в дыру пролезет половина (и как стремительно она лезла!) и неожиданно метко ударил банку прутом, словно битой, — выбив её наружу. Причём с такой силой, что банка крякнула, вылетая, и даже Селена поняла, что банки этой они точно целёхонькой не увидят.

Но теперь другие игольчатые банки стучали по всей крыше. Кажется, мальчишки не успевали отстреливать их. А ещё дорога под колёсами машины равномерно содрогалась под грохочущими шагами Монстра, который время от времени устраивал огненную иллюминацию на улице. И лучше бы он этого не делал. Чисто из деловых соображений — всё равно не попадал: Джарри успевал повернуть. Из чисто эмоциональных — во вспышках видно было, сколько рядов игольчатых банок летит над машиной.

— Джарри! — крикнул Коннор. — Выпусти хотя бы меня! Я положу эту дуру одним взрывом!

— Пока ты взрываешь одно, другое насядет на нас! — отозвался маг. — Лучше оторваться от погони и попробовать убрать магические следы, по которым они нас нашли!

Селена хотела было вмешаться в обмен репликами, что ни то, ни другое не может помочь, потому что ситуация дурацкая, что, может, Коннор прав, но открыла рот — а машина резко затормозила. Так резко, что ребята повалились друг на друга, и поднялся крик. Что происходит?!

В момент торможения державшаяся за поручень сиденья, девушка не упала, хотя от рывка руку болезненно дёрнуло. По крыше мгновенно застучало металлическим дождём, в потолок так же мгновенно вспух во многих местах.

Оглянувшись на кабину, где подозрительно молчали, Селена на мгновения тоже онемела: дорогу им преградил Ночной Убийца. Тупик.

— Хельми, там Ночной Убийца! — крикнула она, не оборачиваясь. — Ты сможешь его спалить? Он побольше недавнего!

— Х-хельми спалит! — холодно отозвался мальчик-дракон.

Заглушая стук и скрипуче-ноющий звук ненормального штопора, с каким вворачивались игольчатые банки в крышу машины, Коннор крикнул:

— Хельми, Селена! На счёт три выбегаем из машины! Джарри, вы оставайтесь в кабине!

— Слышу! Но вы!..

— Нам главное — выскочить, а потом машину избавим от этих гадёнышей! Раз! Два! Три! — И Коннор, бросив оружие, первым выскочил из машины и немедленно скрестил руки. Рядом встал Хельми, у ног которого пригнулся перекинувшийся Колин.

Изо всех сил сжимая в руках камешки, Селена выждала, пока одним веерным ударом белого огня Коннор остановит летящих на них и над ними кровожадные игольчатые банки, а Хельми одновременно снесёт их же направленным невидимым ударом с крыши машины. В секунды напряжённого ожидания, пока на дорогу сыпались сгоревшие игольчатые банки, а с машины грохались такие же, сбитые направленной магией мальчика-дракона, она сама лихорадочно раздумывала, что бы такое взрывчатое вспомнить, кроме "лимонок". При виде приближающегося Монстра, под ногами которого содрогалась дорога, ей сильно захотелось представить, что в руках у неё не камешки, не "лимонки", а пульт с печально известной кнопкой. Только вот… А если термоядерный взрыв по её желанию окажется именно термоядерным? Пострадают все. Ладно, пока ничего не придумывается более смертоносного, надо бы опять использовать проверенные "лимонки".

Хельми быстро прошёл за машину — к Ночному Убийце, как поняла Селена. Сама она изготовилась бросать свои "лимонки". Слабый крик из машины заставил вышедших вздрогнуть. Рядом появился Джарри, жёсткий и собранный. Но выглядевший уже как загнанный зверь.

— Что… — хотела спросить Селена и прикусила язык.

Мальчик-дракон ещё только готовился сжечь Ночного Убийцу. А в это время к ним — от дома через дорогу подползал ещё один, и тоже довольно громадных размеров.

А ещё шёл Монстр, а ещё летел тот самый жуткий "бумажный самолётик", а ещё с другой стороны, только что перелетевший тот же дом напротив, с которого спускался второй Ночной Убийца, к ним слетал ещё один такой же "бумажный самолётик".

А ещё слышался тот же множественный металлический перестук тонких ножек, несущих блюдце НЛО, — появились "крабы".

Первая глупая мысль — на всех камней не хватит!!

За спиной загудел огонь, взвившийся до верхних этажей дома. Хельми сжигал Ночного Убийцу, ещё не видя, как их окружает нечто. Но вот он закончил и добежал до группы, огляделся. И потянул Селену за рукав — неожиданно для вечно безразличного:

— Коннор!

Селена заглянула в лицо мальчишке и отшатнулась: глаза металлически сияли! Господи, что делать? Мало того что вокруг машинные монстры, так теперь ещё немного — и Коннор превратится в законченного убийцу!

Мысль вторая: "У меня последний шанс! Последний камешек!"

Мысль третья: "Господи, кажется, я поняла, почему Координатор — дракон!"

Монстры приближались, Джарри тряс за грудки застывшего Коннора:

— Коннор, очнись! Очнись, Коннор!

— Хельми! — вскрикнула Селена, с размаху кинув камешек в подлетающий "бумажный самолётик", изрыгающий игольчатые банки.

— Да, С-селена!

— Ближе ко мне!

С "самолётиком" ничего не случилось, он всё так же продолжал нарезать вокруг них — кажется, бреющим полётом?

— Любят ли драконы своих птенцов?

— Да, — с недоумением сказал мальчик-дракон.

— Может ли птенец позвать на помощь?

— Да.

— Ты зовёшь тех, кто тебя не видит! Сможешь ли ты подключиться к моему невидимому разговору?! — Она с силой швырнула следующий камешек, с горечью понимая, что это всего лишь капля в море. — А потом закричать так, как птенец, которого вот-вот убьют?!

— Да.

"Координатор чёртов! Ответь никчемной!! Ты мне нужен!" — отчаянно позвала девушка.

"У тебя с-снова проблемы? С-странно… Ты так близ-ско слыш-шна!"

Селена схватила изумлённо прислушивающегося к разговору Хельми за руку и прошипела прямо в лицо:

— Кричи!!

Хельми наклонил голову, скривив лицо, как от сильной боли, и — "закричал". Мысленный болезненный вопль, ворвавшийся в разговор девушки и дракона, пронзил ей голову. Но главное, Селене послышался "ах" с другой стороны. А мальчик-дракон продолжал отчаянно "кричать", и старый дракон — сам умоляюще — откликнулся: "Держитесь! Пожалуйста, держитесь! Мы сейчас будем!"

Горсть камешков с "вырванной чекой" взвилась в воздух и рассыпалась под ногами неспешно шагающего Монстра.

— Ложись!!

Селена кинулась за машину и чуть не нос к носу столкнулась с ребятами, выбегающими из машины с грузом на руках — с той самой парой.

— Куда?! С ума сошли?!

— Он раздавит на!..

Камешки грохнули, как и хотела девушка: взрыв должен был быть потрясающе эффективным — и он таким и стал. Монстр постоял немного на месте — и обвалился всеми своими сжатыми металлическими шарами вдоль дома, то есть на саму дорогу. Селена немного не рассчитала — и… Дети оказались правы: машину задело так, будто её сильно подтолкнули. Но только задело. Она отлетела в сторону и даже умудрилась не упасть набок… Джарри снова огляделся и велел:

— Всем в подъезд! Быстро!

Они отступали с таким боем, что подъездную дверь в первую же минуту боя снесло. Зато, воспользовавшись замешательством врага, с чьего поля зрения исчезли жертвы, Селена накинулась на Коннора. Она схватила его за плечи, как недавно маг, и вперила свой взгляд в его металлические глаза.

— Коннор!

Сзади подошёл Хельми.

— Не пробьёш-шь.

Подошёл Джарри, снова заглянул в глаза мальчишки и быстро сказал:

— Он остановился на полпути. Сам себя заморозил. Не давайте ему участвовать в бою! Пусть отсидится. — И, словно куклу, оставил Коннора замеревшим, "глядя" в стену.

Селена перехватила неприязненный взгляд Моди и, неожиданно для себя, показала ему кулак. Мальчишка изумлённо вскинул брови.

А потом начался ад. Дрались все — даже малыши. Многие были ранены прорывающимися в подъезд игольчатыми банками. Один раз было, что второй Ночной Убийца попытался прорваться в подъезд, но одного огненного удара от Хельми было достаточно, чтобы он трусливо уполз обратно. Правда, Мика предупредил, что это чудовище может вернуться, вползя через какую-нибудь квартиру, с другого этажа.

И никто не поверил глазам, когда, сначала автоматной очередью залетавшие в подъезд, игольчатые банки так же вдруг резко вылетели назад, на улицу. Даже Селена, которая этого ожидала. Лишь когда она взглянула на Хельми, внезапно вскинувшегося, она поняла, что происходит.

Пробегая мимо мальчика-дракона, она крикнула:

— Если хочешь — оставайся с ними! Джарри! Всем — в машину!

— Я с-с вами! — услышала она брошенное в спину.

Она снова лихорадочно поднимала девушку с пола, а маг забрасывал на спину парня, когда дети быстро сбились в кучу и, сообразив, что монстры занимаются чем-то менее увлекательным, чем погоней за беззащитными (ну, почти) мирными жителями, вышли следом за взрослыми. При виде летающих вокруг дома драконов Джарри сразу понял, что имеет в виду Селена: надо и в самом деле быстро садиться в машину и гнать её к мосту, пока машинные твари защищаются от более сильных драконов.

И машина, покорёженная и в странных дырах, набитая детьми и взрослыми, рванула с места.

30

В небесах разворачивалась свирепая война. Несколько драконов кружили под дымными облаками над локальным местом боя — частью улицы, обстреливая её разной степени направленным огнём. Пространство наверху — сплошь огонь и дым вперемешку. Магические машины забыли про лёгкую добычу, вынужденные теперь защищаться сами.

Некоторые ещё пытались и нападать: "бумажные самолётики" выпустили следующую партию игольчатых банок, но не учли, что драконья шкура непробиваема, а нервная чесотка привела к тому, что драконы испепелили один из "бумажных самолётиков" вместе с его содержимым. Селена могла бы поклясться, что не просто с содержимым, но и с минизаводом по изготовлению игольчатых банок.

Второй Ночной Убийца пытался спрятаться внутри дома: два дракона, видимо, договорившись, облетели нужный этаж с обеих сторон дома и одновременно выпустили яростно-жёлтую реку по окнам. Девушка поняла это, когда увидела, что с той стороны дома тоже пролетело могучее пламя, разбивая окна одновременно с тем пламенем, которое осталось в доме от дракона, летевшего по стороне, видимой ей.

— Джарри, быстрей! Пожалуйста, быстрей!

Как она жалела, что не может сидеть рядом с ним!

Машина попятилась, врезавшись в обломки Монстра. Селена, стоящая у разбитого окна дверцы в салон, ахнула, когда гигантская ручища, в которую, буксуя, толкалась их машина, внезапно дрогнула, а пальцы, до сих пор растопыренные, сжались — почти поймав машину! Машина дёрнулась…

Шелестящий свист сверху опахнул дымом и горячим, обжигающим воздухом. Крепкие когти вцепились в ручищу Монстра и легко подняли её в воздух. Машинально поднимая глаза вслед ей, девушка с заледеневшим сердцем смотрела, как громадные, толстые пальцы Монстра сжимаются и разжимаются даже в воздухе. Дракон бросил свою добычу куда-то на газоны, где та с грохотом развалилась полностью — на детали, поблёскивающие в мелькающем огне вокруг. Затем дракон вернулся — и страшной лавиной огня сбросил с дороги остатки Монстра, мешающие машине проехать. Только скрежещущий металлический грохот и гудение яростного огня, хорошо ещё — за пределами машины, хотя и так чуть не оглохли. Будто попали в громадную, ссыпаемую каким-то великаном струю запчастей.

Джарри больше не сомневался. Он гнал машину так, словно за ним неслись все машинные демоны пригорода. Пара игольчатых банок столкнулась с машиной только раз. Селена, мимоходом пожалев, что нельзя закрыть окно чем-нибудь твёрдым, пробралась к перегородке между салоном и водительской кабиной.

— Джарри, только не останавливайся! Только не останавливайся!

Он кивнул, не глядя. Присмотревшись к его напряжённой, хищно согнутой спине, девушка уверилась, что он понимает — почему нельзя останавливаться, пока они не будут в деревне. Пусть им придётся доехать только до моста, а дальше пройти мост пешком, главное — всё-таки не останавливаться.

Она вернулась сесть на одну из скамей, рядом с безучастным, всё ещё не пришедшим в себя Коннором. Обняла мальчишку, прислонила к себе. Начала, пока бездействуя, разбираться, что происходит. Девочки-оборотни обернулись в человеческую форму и помогают малышам. Берилл тихонько плачет: игольчатые банки здорово порвали ему руку. Ему больно, но ему и плохо. В салоне машины у многих раны, он чувствует запах крови, он знает, что немного крови — и ему станет легче. Теперь-то Селена знала. Его пытается утешить Вильма, но она дать крови малышу Бериллу не может — сама слишком тощая. Другие девочки смотрят на него с опаской… Моди ожидаемо — с ненавистью… Но как раздуваются ноздри маленького вампира, нагнувшего голову, чтобы никого не видеть, как он горестно шмыгает носом: избавление от боли — вот оно, совсем рядом… И — недосягаемо…

— Берилл, подойди.

Цепляясь за всех, кто мог бы помочь шагнуть пару раз, Берилл оказался рядом. Селена уже засучила рукав джемпера, обнажив кисть незанятой руки.

— Пей.

Мальчик сглотнул, осторожно взялся обеими руками за её кисть. Селена постаралась не содрогнуться от острой боли и мельком перехватила новый брезгливый взгляд Моди. Вызывающе вскинула подбородок: попробуй только что-нибудь сказать! А потом усмехнулась: а ведь не выскочил, хотя была возможность остаться в городе!.. Она же предупредила, что повезёт их в деревню. Что же заставило его остаться? Желание оказаться в раю, где главная благодать — безопасность?

Подросток, кажется, удивился её усмешке. Но смотреть перестал, отвернулся.

Девочки тем временем, облегчённо вздохнув, принялись проверять, много ли пострадавших и в какой степени. Тряпок мало — в основном просто одними и тем же протирали кровь и оставляли их на ранах лишь до тех пор, пока кровь не подсыхала. На ходу было тяжеловато обиходить всех как надо — даже в этой малости: Джарри вёл машину на такой скорости, что удивительным казалось, как они до сих пор не перевернулись. Приглядевшись, девушка обнаружила, что они уже несутся по набережной. Поскольку от моста они, в общем-то, далеко не отходили, значит, вот-вот будут на месте, где самым трудным будет перевести через мост парня и девушку.

Девушка, кстати, уже приходит в себя. Пару раз она самостоятельно открывала глаза, полуслепые от непонимания, где она находится и что с нею. Селена тихонько вздохнула: надо бы спросить Джарри, можно ли этим двум отдать свои браслеты, чтобы они хоть на ногах держались, а уж довести нетрудно — даже дети доведут их до машин.

Рука начала неметь, а пальцы — холодеть. Девушка взглянула на Берилла. Его рука, покрытая пятнами его собственной крови, кажется, уже излечилась. Он словно почуял взгляд и осторожно оторвался от её кисти. Погладил, как Мика в первую встречу, да так и сел у неё в ногах, держась за её ботинок.

Сама же Селена осторожно приподняла подбородок Коннора заглянуть ему в лицо. Всё такое же, отрешённое, хотя глаза закрылись. Что уже хорошо. Видеть в его обычно таких живых глазах металлический блеск — аж плохо становится. Сколько времени будет продолжаться в нём этот странный процесс? Стоит ли всё-таки остановиться и обратиться за помощью к Координатору? Нет. За помощью можно будет обратиться уже в деревне, а иначе всё пойдёт наперекосяк — из того, что девушка задумала.

Она осторожно, чтобы никого не потревожить, слегка вытянулась кверху, выпрямив спину, посмотреть на водительскую кабину. Джарри сидел за рулём, привычно собранный. Только вот в зеркальце наверху отражалось такое сосредоточенное лицо, как будто он и не думает о дороге и об опасностях. Как будто напряжённо размышляет о чём-то ином, но только не о дороге. О чём же он думает?..

… Будто эхом — фраза Хельми: "Я с-с вами!" Почему мальчик-дракон не захотел остаться с драконами? Они же прилетели ради него… Быстрое движение рядом — раскосые глаза Хельми взглянули и снова опустились.

Резкий поворот и резкая остановка.

— Выходим! — скомандовал Джарри.

И все высыпали из машины.

Начало моста. Чёрная синь предрассветного неба. Прохладно…

— Селена, надень этим двоим браслеты. Хельми, быстро ко мне, — велел маг — с видом решившегося на заранее известное ему гиблое дело.

Джарри нервничал так, что заметила не только Селена, только что вытащившая девушку из машины и посадившая её на пласт асфальта. Дети мгновенно обернулись на его странный голос. Правда, оборотень подросток смотрел просто внимательно, а вот Моди, с приблизившимися к нему двумя друзьями, которые оставались, как и он, при Стефане, сразу насторожились.

— Х-хельми, — спокойно напомнил о себе мальчик-дракон, встав рядом с Джарри.

— Хельми, на тебя надежда, — обманчиво спокойно сказал маг. — Делаем следующую вещь. Я читаю заклинание, раскрывающее сознание человека. Ты идёшь по нити заклинания и зовёшь Коннора. Примерно то же самое, что вы с Селеной сделали недавно. На всё про всё у нас минуты две. Согласен ли ты, Хельми?

— Х-хельми согласен.

Маг положил ладони на плечи бесстрастно смотревшего сквозь него Коннора. Наклонился над ним. И быстро заговорил что-то странное, чего не понимала Селена. Это оказался не тот язык, к которому она уже привыкла, даже не понимая, как заговорила на нём. Чувствовался странный, возможно, старинный язык, внутри которого звучали лишь слабые отблески современного языка этого мира. Джарри говорил, отчётливо произнося все слова, несмотря на то что скорость проговаривания была почти стремительной. Прислушиваясь к загадочным, звучным и даже красивым словам, Селена поняла, что маг повторяет от силы три предложения. Она уже начала запоминать загадочные слова, как вдруг Джарри быстро встал за спиной мальчишки, но ладони с плеч Коннора не снял.

Шагнул Хельми, заглянул в глаза мальчишки-мага.

Заклинание маг теперь читал шёпотом — с надеждой глядя на мальчика-дракона.

Коннор вдруг быстро и тяжело задышал, словно просыпаясь от кошмарного сна, откинул назад голову. Джарри снова вслух заговорил всё те же слова.

— Х-хельми вызвал Коннора, — заметно насмешливо сказал мальчик-дракон, а Селена потрясённо подумала: "Какой-то экзорцизм, ей-Богу — из человека человека дозвались!"

Маг развернул мальчишку лицом к себе.

— Коннор, ты меня слышишь? Ты меня видишь?

— Слышу и вижу, — недовольно сказал Коннор, передёргивая плечами под его ладонями. — Что ещё?

— Ничего особенного, — сухо сказал маг. — Ты кое-что проспал. Так что соберись сейчас. Нам понадобится любая помощь, пока переходим мост.

На информацию, от которой — скажи ей кто такое, Селена бы, по крайней мере, в обморок бы грохнулась, мальчишка лишь удивлённо вздёрнул бровь: он только что был у дома, где кипела схватка с игольчатыми банками, а ему говорят о мосте!.. Коннор быстро пришёл в себя, заглянул в салон машины, которую теперь (он быстро сориентировался) придётся оставить, и вытащил оттуда своё оружие — ружьё. Из тех, что конфисковали у липовых полицейских. Селена с облегчением усмехнулась и взяла своё.

Молодую пару (если, конечно, эти двое были парой) повели старшие девочки — сейчас это стало возможным, благодаря браслетам. Они послушно перебирали ногами, но пока не совсем осознавали, куда их ведут, хотя и начинали робко интересоваться, поглядывая по сторонам и на детей. И то хлеб — вздохнула Селена. Для неё сейчас настоящим чудом было возвращение Коннора. И это возвращение перевешивало любые неурядицы… Рядом незаметно оказался Джарри.

— Нам придётся ехать в одной машине, — тихо сказал он, — если поедем в двух, драконы остановят ту, где едет Хельми.

— Так ты понял, что именно я сделала? — тоже тихо обрадовалась девушка, осторожно поглядывая вокруг, не подслушал бы кто.

— Ещё бы не понять, — пробормотал Джарри. — Но самое прекрасное на сейчас — это то, что понял и Хельми. А что важно — без слов согласился с тобой. Только когда доберёмся до места, не забудь, что ты хозяйка. Даже драконы не посмеют что-то сделать без твоего согласия.

— Пространство меняется — нехорошо как-то, — сказал Коннор, догнавший их. — Пойти бы побыстрей немного. Мы уже сколько плетёмся, а до середины моста ещё не дошли.

— Как себя чувствуешь? — спросил маг.

— Голова болит, но это так — ноет чуть-чуть. Переживу.

Коннор быстро прошёл вперёд: с одной стороны от него немедленно встал Мика, с другой — Хельми, рядом с которым как обычно незаметно и чуть в стороне оказался Колин. Все, кроме Колина, вооружены огнестрельным оружием.

— Пространство меняется, говоришь… — задумчиво, про себя сказал маг, насторожённо прислушиваясь к предутренней тишине. — Селена, помоги девочкам с этой девушкой, а я, пожалуй, снова возьму парня на закорки. Надо бы поторопиться. Чутью Коннора не доверять глупо.

Он в три шага догнал плетущегося парня, то и дело падающего — ноги подламывались — на руки девочек, ведущих его, и, ни слова не говоря, взвалил его себе на плечо. Тот не сопротивлялся. Насколько поняла Селена, сил не было на сопротивление или хотя бы на возмущение. Сама она встала с другой стороны от Ринд, почти тащившей падающую на неё девушку, и, подставив плечо бедолаге, приняла на себя почти весь её вес. Вздох со стороны девочки-оборотня заставил её усмехнуться. Сильным шагом шедший мимо, Джарри взглянул на Селену, и ей показалось — он улыбнулся ей. Она улыбнулась ему в ответ, не беспокоясь, увидит ли он её улыбку. Знала — почувствует.

На предостережение очнувшегося Коннора слишком мало обратили внимания. Усталость брала своё, были не слишком сообразительны. Только скорость передвижения увеличили. Поэтому, когда перед Селеной, шагах в семи, камень квадратной формы, метр на метр внезапно взорвался, она откачнулась так, что чуть не упала назад. В общем отчаянном визге детей она расслышала вопль Мики:

— Бумбумы!

Почти следом ему повелительный крик Коннора:

— Уходите! Мы догоним позже!

И послышались резкие выстрелы.

Вот уж когда Селена пожалела, что не взяла с собой браслет с Илией! Та всё-таки военный человек, может, что-то и посоветовала бы в любой из ситуаций, а особенно сейчас, когда устали так, что мозги работают плохо. Но что сейчас об этом жалеть…

Но, когда в очередной раз она в панике обернулась, увидела, как со стороны пригорода низко над землёй летят драконы. В груди потеплело, и даже сил прибавилось, хотя казалось, что ноги превратились в неуклюжие, раздутые усталостью столбы.

Выстрелы продолжались, как продолжалось металлическое прищёлкивание бегущих по мосту ножек "крабов". Каким долгим казался этот мост, который Селене пришлось пройти не один раз туда и обратно!

Мальчишки жёстко держали одну и ту же дистанцию между собой и "крабами", а то и успевали отстреливать на такой скорости, что расстояние между основной группой беглецов и машинными тварями увеличивалось.

Далее произошло два события в секундную разницу. На "крабов" налетели драконы, а освобождённые от обязанности отстреливать монстриков, мальчишки немедленно побежали к беглецам на помощь. А тут и конец моста. А вон и машина!

— Все в одну машину! — крикнул Джарри.

Селена оглянулась, боясь, что Мика будет напоминать, возражая, что есть и вторая машина. Что необязательно тесниться в одной всем вместе… Но Мика мчался, не сбавляя шага, к их собственной машине.

Селена быстро передала бывшую пленницу Вильме, чтобы быть настороже — с оставшимися тремя камешками-"лимонками" в кармане и с собственным ружьём. К Вильме, как ни странно, поспешил встать Моди. Ринд было оглянулась на них, но не подошла. Подростки смерили друг друга взглядами, но на разговоры времени не хватало. Оба подхватили слабую девушку под руки и быстро повели к машине.

Мика прыгнул в кабину, когда Коннор и Хельми выстрелили, сбив с парапета двух прорвавшихся "крабов", которые "думали" тишком пробраться к вожделенной добыче не по мосту, а сверху. С металлическим дребезгом оба монстрика свалились с парапета — раздался всплеск воды.

Бегущих изо всех сил Коннора и Хельми (Колин впрыгнул сам) втянули в пассажирский салон и крикнули Джарри, что ехать можно. Мальчишки немедленно встали у окна на входной дверце и подняли стекло. Оба всунули в образованную амбразуру дула ружей и сосредоточились.

Через минут пять стало понятно, что на ровной дороге "крабам" соревноваться в скорости с машиной нечего. Машина от моста уходила с большим отрывом. Ещё некоторое время мальчишка-маг и мальчик-дракон отслеживали тылы, а потом закрыли окно и сели с обеих сторон от дверцы.

— Кажется, сейчас начнётся самое веселье, — пробормотал Коннор, прислушиваясь к гудению, приближающемуся с двух сторон.

— Что ещё? — резко спросил Моди.

— Хочешь узнать — выгляни, — мирно предложил ему Коннор, но в спокойном голосе мальчишки Селене послышалось явное превосходство.

— А что? Сказать — трудно?

— Да нет, — уже снисходительно сказал Коннор. — Но, может, лучше тебе о том, что происходит, не знать? — Он уже вздёрнул в откровенной насмешке верхнюю губу, а потом добавил: — Спокойней спать будешь.

— Там всё равно ничего не видно, — примиряюще сказал Моди. Потом оглянулся и со вздохом сказал: — Я бы предпочёл, чтобы и здесь было бы чуть-чуть света, но…

Огоньки на ладонях вспыхнули сразу у обоих — у Коннора и у Хельми. Мальчишки переглянулись и засмеялись. Кажется, не только Моди устал всматриваться во тьму. И остальные потянулись посмотреть на огонь. Даже Селена, которая думала, что привыкла к действиям во тьме, сейчас с благодарностью смотрела на тёпло-жёлтое пламя на детских ладонях.

И именно сейчас, когда гудение машинных демонов-торнадо становилось всё более явственным, а драконий полёт с рассеканием воздуха крыльями постепенно исчезал в этом гудении, очнулась девушка. Она оглядела всех, сидящих в полумраке, потом застыла глазами на двух огнях, пляшущих на ладонях мальчишек, и сипло спросила:

— Что? Что происходит?

— Не бойтесь, — сказала Селена. — Рассказать сейчас, что происходит, довольно сложно. Поэтому я скажу, что произойдёт чуть позже. Где-то через полчаса мы окажемся в деревне, где вас всех накормят. Потом будет возможность умыться и залепить раны, если у кого они есть, целебными настоями и мазями. А потом мы покажем комнаты, где вы сможете выспаться. Комнаты будут с кроватями. Пока всё.

— Звучит удивительно хорошо, — сказала девушка тоненьким голосом.

— Меня зовут Селена.

— Асдис.

— А как зовут вашего друга? И кто вы? Как попали к Стефану?

— Викар здесь? — оживилась Асдис. Облизала сухие губы, дыша ртом, поискала глазами парня, увидела. Слабо улыбнулась. — Викар… Мы помощники военного интенданта. Нам было поручено просмотреть несколько складов в пригороде. У порога одного мы наткнулись на мародёров, среди которых был Стефан. Нас заперли в одном помещении, а потом Стефан пришёл без своих подельцев и вывел нас. Сказал, что хочет помочь, а сам запер в подвале.

Она рассказала явно половину истории и замолчала. Сначала Селена не поняла, а потом взглянула внимательней: девушка устала говорить. Слишком истощена. А тут ещё машина подпрыгнула, свернув с ровной дороги к полям. Селена еле успела придержать подпрыгнувшую девушку, чтобы она не стукнулась головой. Асдис была невысокой, лицо несколько кругловато, хотя и со впалыми от давнего голода щеками (Селена остро пожалела, что взяла в дорогу очень мало еды). Небольшие тёмные глаза постепенно наполнялись яркостью и оживлённостью. Всклокоченные тёмные волосы до плеч были невообразимо грязны, а в целом девушка, как ни странно, очень сильно была похожа на своего товарища, на Викара… Селена вдруг улыбнулась и нагнула голову, чтобы Асдис не заметила улыбки. Не поймёт ведь, обидится. А Селене подумалось, что Асдис и Викар — люди, вместе пережившие многие беды, а ещё плюс ко всему здорово похожи. Может, они станут настоящей парой? Говорят, что чаще сходятся люди именно даже внешне похожие… И, пока машина, слегка подпрыгивая на кочках, мчалась по кукурузному полю к реке, Селена, стараясь не прислушиваться к грохоту машинных демонов и свисту крыльев драконов, которые, казалось, устроили битву прямо над их головами, попыталась помечтать: а вдруг они поженятся? И останутся в деревне? Этим двоим в деревне должно понравится. Здесь сытно, безопасно. А ещё будет здорово, если они грамотные. Можно будет предложить им должности учителей, чтобы научили детей хотя бы самому элементарному… Машина подпрыгнула так, что подпрыгнули и сидящие на полу.

Асдис схватилась за Селену.

— Что это?

— Мы едем по полю.

— А что такое — громкое?

— Ничего особенного, — сказала Селена, с трудом удерживаясь от такой же снисходительной усмешки, как у Коннора. — Всего лишь машинные демоны разыгрались.

— И… вы не боитесь?

— Нас сопровождают драконы, — выговорила Селена и не выдержала — улыбнулась. Звучит-то как солидно!

От двери ей улыбнулся Хельми.

— Откуда здесь столько детей? — громко спросила девушка, кажется, таким образом надеясь перекричать грохот торнадо и мощный свист драконьих крыльев.

— Из пригорода. Разве вы никогда их не видели? — удивилась Селена.

— Нет. Стефан никого и никогда не впускал к нам.

— Их видела только я, — спокойно сказала Вильма, обнимавшая одного из малышей-оборотней. — Я — вижу. Иногда спускалась к подвалу. Дверь там всегда закрытая, но я видела их и так.

— Дамы, на секундочку притихли, пожалуйста! — крикнул Джарри. — Переезжаем реку! А там — до дома недалеко.

И Селена вздохнула от души — "до дома недалеко"!

31

Машина вырвалась из речного оврага и понеслась по открытому полю. Серое предрассветье — это, конечно же, не та чёрная ночь, когда Джарри и Селена везли в деревню команду Коннора. Тогда проскочили легко. А вот сейчас, утром… Неизвестно, где до поры до времени гуляло третье торнадо, но первые два машинных демона мгновенно заметили несущуюся по полю машину и начали вроде бы неспешную, на первый взгляд, прогулку к ней.

И если сначала Селена испытывала какое-то неудобство за свою придумку с драконами, то теперь уверилась в своей правоте. В машине дети. И они должны добраться до деревни живыми и невредимыми. Особенно когда есть такая возможность! Она права, что заставила драконов гнаться за Хельми!

Но и ей стало страшно, когда, оттеснив Хельми и Коннора от окошка с выбитыми стёклами, она в подробностях увидела, что происходит в небе. Две лениво (как выглядело издалека) шатающиеся колонны, бешено вращаясь, приближались так, как будто ими выстрелили из ужасающих размеров пушки. А им навстречу — ничуть не сомневаясь, мчались драконы. Селена, пытаясь уследить за нырками и виражами небольших, в сравнении с толстенными колоннами, фигурок в небе, сосчитала где-то около десяти драконов. Но что могут сделать драконы, если даже каждый из них (ну, по самым грубым прикидкам) размером с двухэтажный дом на два подъезда? Любой машинный демон один заглотает всех таких, да ещё скажет — мало!

Ребятня в пассажирском салоне снова прилипла к боковым окнам, затаив дыхание. Никто даже не шептался. На лицах, которые сбоку видела Селена, — восторг и ужас от происходящего в окрестностях деревни.

Она первой сообразила подойти и встать, согнувшись, у перегородки между салоном и кабиной, вглядываясь в ветровое стекло. Догадалась точно. Машинные демоны, как она и ожидала, внешне неторопливо проехались между деревней и мчащейся к ней машиной. Только вот Джарри нисколько не собирался сбавлять скорость. Значит, он тоже надеялся на драконов?

Появился третий машинный демон! Торнадо вылетело откуда-то слева из-за деревни — чёртиком из табакерки… Из гигантской такой табакерки. Да и сам чёртик, стремительно перемещающийся, не маленький — очертания верхушки уходят куда-то вверх, подпирая серые по-утреннему небеса. А уж объём…

Они что — сговорились прогуляться перед деревней именно сейчас?! Они же обычно гуляют где-то на подходе или вокруг неё! Обычно… А маг, не сбавляя скорости, продолжает гнать машину прямо на них… Рядом частящее дыхание — Коннор, а плечо задел — бесстрастный Хельми. Оба тоже прилипли к перегородке, вглядываясь в ветровое стекло со спектаклем из сонного кошмара.

— Прорвёмся? — прошептала девушка. — Что они делают?

— Драконы зовут дух-хов маш-шины, — тоже шёпотом откликнулся Хельми.

— То есть? Что ты видишь?

— Эти двое с-снимают с маш-шинного демона магию. Ос-стальные не дают демонам с-сосредоточиться на защ-щите.

Два дракона облетали машинного демона по пружинной спирали — навстречу друг другу: один поднимался, облетая торнадо, другой — спускался вокруг ревущей воронки. Затем, достигнув нужной точки, они меняли направление, и один летел вкруговую толстенного столба вверх, а второй — так же спускался. Даже смотреть на это страшно: казалось, вот-вот обоих втянет в жуткую круговерть гигантского столба. Остальные отвлекали от опасного облёта других двух машинных демонов, чуть не дразня их. Всё это действо было похоже на то, как собак дразнят быстрые и зловредные вороны.

Сжав руки, девушка невольно переживала за драконов: очень уж маленькими они выглядели на фоне даже одного машинного демона!

Первый столб осыпался прахом. Ну как — прахом: ливнем загрохотал на землю мусор из собранных торнадо мелких и крупных предметов. Мчащуюся по полю машину даже на полном ходу протрясло от падения наиболее частей, составляющих "тело" демона.

Сначала Селена сопереживала драконам, а потом обозлилась:

— Если они это делают так легко, то почему они не освободили таким образом свои земли от магической техники?!

— Х-хельми не знает, — сказал мальчик-дракон.

— Потому что драконы — одиночки по натуре. Собрать их, как сейчас они собрались, очень трудно. Для этого нужно что-то экстраординарное, — отозвался Джарри и резко направил машину между оставшимися двумя торнадо, которых драконы раздразнили с обеих сторон — и те кинулись за ними. От деревни.

А машина сильно затормозила у самой деревенской изгороди. Селена первой выскочила из пассажирского салона и, придерживая дверцу, начала погонять всех:

— Быстро выходим! Быстро!

— Почему — быстро? — с претензией спросил Моди. Остальные два подростка, остававшиеся с ним у Стефана и, не привлекая к себе внимания, всю дорогу державшиеся ближе к нему, тоже глянули вопросительно.

— Изгородь защищена охранной магией. Сами не пройдёте. Хотите проверить?

Асдис вышла одной из последних, опираясь на руки Хельми и Коннора. Викара те же двое вытащили волоком, а потом, держа его за подмышки и за ноги, сразу перенесли за изгородь. Скооперировавшись, эти же двое устроили для Асдис "переноску" из скрещённых рук, и она села, схватившись для поддержки за их плечи. Ладно, хоть худенькая, иначе бы Селена запретила бы мальчишкам делать такое. Возраст же!..

Пока мальчишки возились с этими двумя, Селена переносила самых маленьких — Берилла и оборотней-малышей, а Джарри, предварительно перегнав машину за изгородь, — тех, кто потяжелей. Легче было с оборотнями: Ринд и мальчик-оборотень быстро перекинулись, и их буквально забросили за границу деревни. Троих мальчиков, в том числе и Моди, всё-таки проверившего невидимую преграду на вход-выход, для него недоступные, перенёс тоже Джарри. Селена успела перенести Мику и двух девочек-магов — Вильму и девочку, в компании с Ринд и мальчиком-оборотнем догнавшую их.

Когда все двенадцать людей и существ, не считая Мики, оказались на территории деревни, Джарри скомандовал всем снова сесть в машину, после чего оглянулся, ища кого-то сощуренными глазами. Нашёл.

— Мика, за руль! Отвезёшь к дому — передай домашним, пусть накормят и спать уложат. Наверху, в мансарде, кроме вашей комнаты, четыре свободные. Пусть там и устраиваются. Только вот… Куда деть этих двоих взрослых?

— В кладовку, — быстро сказала Селена и улыбнулась. — Мика, передай Веткину — пусть взрослых поместят в мою кладовку. Всё понял и запомнил?

Джарри взглянул — вроде спокойно и сосредоточенно, но — взглянул, как поцеловал. Она снова улыбнулась. Он тоже понял!

— Всё, — выглянув из кабины, отозвался мальчишка на её вопрос. И резко захлопнул дверцу. Загудел мотор.

— Стойте! Мика, стой! — закричала изумлённая Селена, едва машина тронулась с места. — Не поняла. А вы?

Рядом с нею и Джарри оказались Коннор, Хельми и перекинувшийся в человеческую форму Колин.

Машина остановилась, Мика снова выглянул из кабины. Нетерпеливо приподнял брови, показывая, что он торопится.

— Поезжай! — повелительно сказал Коннор.

Мика пожал плечами и исчез в кабине. Машина, постепенно набирая скорость, рванула по деревенской улице.

— Почему вы остались? — жёстко спросил Джарри.

— Не бросать же вас на драконов одних, — по-взрослому ухмыльнулся Коннор.

— Ты не слишком самоуверен? — спросила Селена.

Только теперь, когда они все очутились на "своей" территории, она вдруг почувствовала, как сильно устала. Ей так хотелось прислониться к магу, чтобы он её обнял!.. А своевольные мальчишки, решившие всё сами, не дали ей ощутить капельку хотя бы мимолётного счастья.

Но взгляд поневоле задержался на осунувшемся лице Коннора, чья худоба невольно подчёркнута длинными тёмными лохмами; на узком лице Хельми, чьи скулы сейчас почти торчали, а раскосые глаза казались ввалившимися; на решительном, хотя и чуть сонном лице Колина, глаза которого с трудом держались открытыми… Нет, мальчишек она сейчас ругать не будет. Своевольничают — да, но они хотят помочь. Поругает их потом, а пока лучше молча ожидать своих спасителей, которые могут легко перейти в категорию врагов.

Джарри разрешил ситуацию по-своему. Он сзади шагнул к девушке и всё-таки обнял её. Селена было дёрнулась, а потом мысленно махнула рукой: тут все маги, всё видят. Чего стесняться? Ведь они двое просто встали близко друг к другу. И оперлась на сильного мужчину, который сегодня столько всего сделал — и всё, стараясь быть не слишком заметным… Господи, как хорошо, что он рядом.

Спине стало тепло. А когда Селена вспомнила, что её кладовка на сегодня занята… Улыбку трудно было удержать. Хорошо — мальчишки, обернувшись к изгороди, ничего не заметили. Впрочем, если бы заметили, наверное, не догадались бы, в чём дело, — уже робко понадеялась она… Кажется, в преддверии новых событий она как-то не о том думает…

Между тем бой за изгородью закончился. Почти одновременно осыпались последние два торнадо.

Селена с сожалением шагнула из объятий Джарри.

Драконы спустились с небес — и вскоре к деревенской изгороди шли двенадцать (Селена пересчитала дважды), а не десять человек. Ну, или — магических существ, выглядевших, как люди. Вход в деревню, закрытый охранной магией, они прошли, как будто не заметили его.

Она ещё гадала, сможет ли узнать Координатора и будет ли он вообще среди драконов, а взгляд, поневоле ищущий, уже прикипел к высокому седоволосому мужчине, шедшему впереди всех. Она ожидала по старым представлениям, что драконы будут с длинными волосами, какие-нибудь такие, такие… Но этот крепкий старик, с короткими волосами и жёстким узковатым лицом, в котором маловато было отличительных чёрточек, разве что несколько раскосые глаза, которые Селена "усвоила" по внешности Хельми, мог бы пройти в её мире с толпой мимо неё, и она бы не обратила на него внимания. Но здесь, когда она пригляделась к нему и увидела на лице не только жёсткость бойца, но и жестокость много повидавшего на свете существа, она внутренне сжалась: вместо благодарности — за спасение и за боевое сопровождение до деревни — она теперь ощущала самый настоящий страх. Пришлось вспомнить то, о чём подсказал ей Джарри: они, драконы, здесь — пришлые… ну, пусть будет гости. А она — хозяйка!

Все двенадцать были одеты в доспехи, бронированные мелкой чешуёй.

Молодые мужчины, следовавшие за старшим драконом на небольшом расстоянии, молчаливо замерли, едва он остановился. Дракон заговорил, и по этому голосу, со знакомыми безапелляционными интонациями, Селена сразу узнала "своего" Координатора. И по его надменному взгляду на мальчишек она сообразила, что за разговор сейчас состоится. Ноги задрожали со страху, и она кашлянула, чтобы голос не был хриплым, — в горле запершило сразу.

— Этих двоих мы забираем!

— Нет! — отрезала девушка.

— Наш-шему мальчику здес-сь не мес-сто!

— Кто вы такие, чтобы судить, кому где место?! — рассвирепела Селена.

— Х-хельми осс-станется здес-сь! — высокомерно сказал мальчик-дракон.

— И Коннор — тоже, — в тон поддержал его мальчишка-маг.

А Колин низко зарычал, оставаясь по правую руку Хельми. Джарри промолчал. Но Селена краем глаза заметила, как он перехватил ружьё поудобней. Координатор тоже заметил — и только поморщился.

— Вы не понимаете!..

— А вот и нет. Всё прекрасно понимаю, — заявила девушка. — Но вынимать из Коннора магическую технику будете здесь, в деревне. Под нашим присмотром. Вы хоть сами понимаете, что Коннор — ещё ребёнок? Вы понимаете, что своими методами так называемого спасения вы нанесли ему глубокую психологическую травму?

— Чего они мне нанесли? — шёпотом поразился Коннор.

Дракон-Координатор недовольно сказал (девушка поняла его недовольство: ему ещё и оправдываться приходится!):

— Здес-сь нет необх-ходимого оборудования!

— Привезёте! — снова отрезала Селена. — Небось, для Хельми (прости, Хельми!), случись с ним что, вы бы не только оборудование привезли, но и ещё что-нибудь! А человеческий детёныш стерпит любую боль, да? Любое обращение с ним? Так. На чём мы остановились? На оборудовании. Привезёте его как-нибудь потом. А сейчас мы пойдём спать. Дети устали. Им нужен отдых.

— Мы вс-сё-таки заберём мальчиков, — холодно сказал Координатор. — И разговаривать в таком тоне с-со мной не с-советую.

Хельми попятился, когда один из молодых мужчин обошёл Координатора и решительно направился к нему.

— Х-хельми не х-хочет!

Впервые в голосе мальчика-дракона Селена услышала самый настоящий страх. Мужчина не дошёл: путь ему преградили Коннор и Колин.

— Будешь драться с нами? — вкрадчиво спросил Коннор. — С мелюзгой?

Молодой дракон вопросительно оглянулся на Координатора. Пока они переглядывались, к мальчишкам, преградившим пришельцам путь к мальчику-дракону, подошли и Джарри с Селеной. Маг вскинул ружьё на драконов.

— А я говорю, что это вы не понимаете! — раздражённо сказал старый дракон. — Ваш-шего Коннора надо немедленно изолировать, пока он не с-сделал и себе, и окружающим его людям плохо. Он же в любую с-секунду может с-стать безмозглым ис-сполнителем тех, кто придумал нач-чинить мальчиш-шку магичес-ской техникой! Он ис-спортит жизнь и с-себе, и вс-сем тем, рядом с-с кем он живёт. Он запрограммированный убийца!

— Не смейте так при мальчике! — возмутилась девушка. — К тому же ваши сведения устарели! Коннор больше не связан с теми, кто сделал из него этот ужас! Он больше не марионетка в их руках. Связь с теми, кто мог бы его использовать, разорвана. Да, он, возможно, и опасен. Но это уже наша проблема. Мы справились с одной его проблемой — справимся и с этой!

— Отойдите, — обманчиво спокойно сказал Координатор.

Селена взглянула в его прозрачно-бездонные серые глаза и успокоилась сама.

— Нет. Я здесь хозяйка. Это моя земля. Моя вода, которая течёт в середине деревни. Мой воздух, которым вы дышите. Моё солнце, которое вот-вот взойдёт. Вы ничего не сделаете тем, за кого я ратую. На территории деревни вы мне не указ! Так что — спасибо, что помогли нам добраться домой в целости и сохранности. И — до свидания.

Молодой дракон снова попытался обогнуть преградивших ему путь. Селена, озлившись, не придумала ничего лучше — а, пропадай всё пропадом! — как бросить ему под ноги один из трёх последних камешков. Ммм… Она, конечно, чувствовала, что злая. Но до какой степени — увидела только сейчас, когда один-единственный камешек взорвался ошеломляюще сильно. Правда, резким взмахом руки одновременно со взрывом Координатор остановил это опасное для всех действо (о чём сначала Селена и не задумалась), и девушка, чуть не раскрыв рот, ошарашенно смотрела на застывшие высоко в воздухе комья земли, травы… Именно в этот миг она осознала, что в тупике. Как быть? Что сделать, чтобы эти страшные двенадцать драконов оставили их в покое?!

— Мы терпеливы, но не нас-столько, — сухо сказал Координатор.

Движение со стороны мага. Она скользнула только глазами.

Не глядя на неё, он встряхнул кистью. Как будто вымыл руки и сбрасывал лишние капли воды, перед тем как вытереть руки досуха полотенцем.

Кольца. У неё ещё есть заряжённые кольца. И она — по оставленным магическим книгам, боевая магиня. Вот только навыков у неё нет. Разве что попробовать подстрелить несколько драконов, как она недавно подстрелила игольчатую банку, залетевшую в пассажирский салон. Но такое вряд ли получится. Она не меткая на большом расстоянии. И не знает, сможет ли вообще выстрелить, если Джарри однажды предупредил, что драконы — сама магия. И она незаметно пожала плечами и лишь повторила жест Джарри.

— Мальчики, идите домой, — велела она, не оглядываясь, но в душе недовольная и этими упрямцами: ушли бы раньше — разговор с Координатором был бы коротким.

— Селена, — услышала она шёпот. Не поняла, кто говорит, — и обернулась.

Коннор стоял спиной к драконам, не обращая внимания на них, словно они ничего не значили. И стоял странно — явно присматриваясь изо всех сил к видимому только для него. И это видимое только ему — слишком рядом. Памятуя о том, что Коннор хорошо чувствует пространство, Селена приготовилась к явлению нового врага…

Из невидимого пространства, словно из воздуха, вышагнули три человека. Испуганная девушка первым делом проверила, не новые ли это драконы. Нет. Лица совершенно обычные, человеческие. Все трое одеты в длинные плащи, которые распахиваются при ходьбе, являя глазам присутствующих (Селена почувствовала, что таращится на это, но совладать с собой не могла) ножны с мечами! Маги? Шли интересно: впереди деловитой походкой — один, за ним — двое, то ли стража, то ли признавали за ним старшинство или главенство. Главное — руки обоих на рукоятях мечей.

И эти мужчины уверены не только внешне, но и ощутимо внутренне — насколько могут быть уверены сознающие свою силу люди.

Уже привычно пропустив перед глазами воображаемые магические книги, чтобы проверить, кто перед нею, Селена затаила дыхание: первый из них — тот, что шёл деловито, — просто сияет в ореоле от собранных сил! Сильный маг…

Девушка обернулась к драконам — знают ли они, кто это? Не их поддержка ли это?

Но и Координатор нахмурился, явно не узнавая этих людей.

— Кто вы такие?

После его вопроса, Селена немедленно шагнула к мальчишкам — на всякий случай, если придётся драться прямо сейчас. А мальчишки инстинктивно шагнули к ней и магу.

— Мы жители этой деревни, — ответил шедший впереди, слегка усмехаясь Селене. Кажется, его насмешило её движение защитить мальчишек. — Меня зовут Ривер. Вам, уважаемый Координатор, рекомендуется немедленно покинуть деревню. Без мальчиков.

— Объяснитесь!

Джарри быстро подошёл к девушке и мальчишкам, с изумлением и тревогой глядя на вновь прибывших. И встал так, чтобы пустить в ход не только оружие…

— Только что были произнесены слова, которые вызвали нас с полигона, — слегка объясняющим тоном сказал Ривер. — Только маг, сознающий себя хозяином этого места, мог позвать нас на помощь. Коротко о нас: когда пришла беда, мы некоторое время держались, защищая себя и своих родных. Когда поняли, что нужно искать средство для спасения, отправили родных в город, а сами устроили полигон вне пространства своего мира, чтобы попробовать сделать оружие против машинных демонов. Нам осталось немного времени на то, чтобы доработать заклинание, освобождающее наш мир от взбесившихся машин. Но нам мешает негатив, который приносят извне. Если драконы хотят вернуться к привычной жизни, последуйте нашему совету уйти из деревни. Тогда в будущем вам не придётся вылетать на отдельные участки стычек между машинными демонами и их жертвами. Подробней мы расскажем вам всё чуть позже. А пока, уважаемый Координатор, вы можете вернуться к исполнению ваших обычных обязанностей, тем более что возложили вы их на себя добровольно.

Слушавшая его насторожённо, Селена с тревогой спросила:

— Что это значит? Нам придётся освобождать дом, который мы заняли?

— Нет. Не придётся. Война началась неожиданно. Охрана деревни не была рассчитана на магические машины. Так что все дома, которые вам открыты, — остались без хозяев.

Он сказал это спокойно и даже мягко, но Селена уловила горечь и больше ни о чём не спрашивала. Кажется, сейчас будет уместен принцип: решаем проблемы по мере их поступления. Зато теперь она поняла, кто надоумил Илию испортить тормоза в "лётке" Аэрона и Траяна, а также — зачем были спрятаны магические книги под деревом в саду. А теперь этот Ривер ещё и подтвердил догадку, что, не выдержав положения в здешнем мира, драконы взвалили на себя обязанность хоть как-то изменить обстановку с вторжением магических машин.

Любопытно: а то, что девушка оказалась здесь, не подправленное этими же магами решение драконов? Не эти ли маги натолкнули Координатора на мысль вытащить в их мир "никчемную"?

Координатор смотрел на трёх магов свысока, невольно напоминая Селене, что драконы ни в грош не ставят людей, даже магов. Но и девушка устала от порядком давящей ситуации. И дело тупиковое, и этот давящий гнёт со стороны Координатора, который, кажется, тоже начал понимать, что его заставили делать что-то против его желания какие-то опять-таки "никчемные" людишки…

— Уважаемый Координатор, — сипло начала она и откашлялась. — Почему бы нам не попробовать решить все вопросы миром? Зачем вам Хельми там, в городе? Вы в любой момент можете прилететь сюда и проверить, жив ли мальчик, здоров ли. В конце концов, он три года был в одиночестве. Дайте Хельми привыкнуть к общению с другими детьми, а потом уже думайте, забирать ли его отсюда. Зачем ему сейчас в город? Сможете ли вы ему обеспечить комфорт общения с ровесниками? А с Коннором — так. Здесь ему тоже спокойней. И он не будет думать о личном превращении в машину для убийства. Ведь до сих пор он тоже довольно долго скитался по пригороду — и ничего страшного с ним не случилось. Мальчик научился держать себя в руках. Вы же видите — оба (она прижала к себе зевающего Колина) устали и хотят спать. Вы же драконы. Вы же умные. Дайте нам спокойно уйти и жить не огрызаясь. У мальчиков уже есть дом. Неужели вы хотите оставить в их душах рану, лишив их этого дома снова?

Старый дракон развернулся и первым пошёл к изгороди. За ним остальные.

Ривер доброжелательно улыбнулся девушке.

— Рад, что судьба… (он насмешливо опустил глаза, подтвердив догадку девушки) познакомила меня с вами, леди Селена. И прощайте. Дело, которым мы занимались полтора года, движется к завершению. Скоро мы вернёмся в деревню с семьями и тогда продолжим наше знакомство.

Трое шагнули в призрачное ничто и пропали.

Джарри, ничего не говоря, подхватил на руки засыпающего, падающего от усталости Колина, и все зашагали к дому.

32

Птицы орали на все голоса. И не подумаешь, что так голосить умеют совсем махонькие птахи. Но знакомого гудения не заглушали: на смену убитым драконами машинным демонам пришли другие.

Дощатые стены сторожки не спасали от неумолчного птичьего пересвиста. Проснувшаяся Селена, не открывая глаз и не двигаясь с места, озадаченно прислушивалась к пронзительному переклику и поражалась: и они в этом шуме крепко спали? То есть спала она?.. Джарри-то ещё не проснулся. Или проснулся?.. Она лежала, как и он, боком, плотно уткнувшись носом в его грудь — и не сбежишь, если что: подбородком он прижал её голову к себе, а его рука, на которой она лежала, крепко обнимала её за талию.

"Тёплый какой", — тихонько улыбнулась она, с удовольствием вдыхая горечно терпкий запах его кожи. Сначала они, вконец усталые, сразу свалились спать, а через несколько часов проснулись, чтобы снять куртки, в которых засыпали, и заснули снова — под ними. Кажется, лето наконец соблаговолило появиться в этих краях во всей красе. И начало с волны тёплого воздуха, густого от запаха трав и по-утреннему сладкого от одичавших садовых роз… Хотя какое уже утро…

Она открыла глаза — и почувствовала, как маг чуть дрогнул. Всё ещё не двигаясь, она спросила шёпотом:

— Ты чего вздрогнул?

— Щекотно. — Он тоже улыбался, тепло выдыхая в её волосы шепчущие слова, отчего по её телу мягкой волной прошла дрожь. — Твои ресницы… По коже…

Как она напряглась, он тоже почувствовал сразу.

— Что-то вспомнила?

— Забегут ведь — в сторожку, — прошептала, но не сделала ни малейшего движения подняться.

Он хмыкнул ей в волосы — снова тёплым выдохом.

— Зря, что ли, я выходил? Никто даже близко не появится, — прошептал он. — Я такое заклятие вокруг нас сделал, что, пока сами…

Она осторожно отодвинула голову — взглянуть на него. Смешной — с этой светлой щетиной, смягчившей упрямый подбородок. С этими взлохмаченными русыми волосами. С этими глазами, сонными, но уже испытующе вглядывающимися в неё. Не смешной только его тяжёлый рот, хоть сейчас не такой сосредоточенно сжатый, как обычно… Маг приподнялся — уже нависая над нею. А потом полностью повернулся к ней, съехавшей с его руки и с удобством занявшей нагретое им место на сенном тюфячке. Сел на бедро рядом, опершись на руку так, что Селена оказалась в плену: если освобождаться, то только вылезая вперёд или толкаясь ногами назад. И задумался. Да так крепко, что девушка покусала в нетерпении губы, а потом скромно спросила:

— Джарри, ты думаешь о чём-то серьёзном?

— Ну-у…

— Тогда я тебе мешать не буду.

Сказала — и принялась вылезать, помогая себе локтями, из уютной ловушки, пряча смеющиеся глаза.

— Это ты куда? — изумился маг и властно опрокинул её назад, на сенник. А потом, видимо, решил, что ей холодно без него, — и наклонился над нею, прикрыв своим телом. Селена с облегчением обняла его за шею, дотянулась, наконец, до его желанного рта, и последнее, что он прошептал: — Смеёшься, да?..

"Взлетаю… С тобой…"

Они лежали на спине — она головой на его плече, пальцы переплетены… Вставать не хотелось, хотя сердце порой замирало, когда она пыталась представить, что творится в доме без них обоих. Наконец, она вздохнула и спросила у высокого дощатого потолка:

— Как ты думаешь, в доме ещё кто-нибудь живой остался?

— Там же Коннор. Все живые. Разве что кто-нибудь не слишком послушный… скажем так, слегка парализован за попытки неповиновения. Но это нетрудно исправить.

— Для такого дома у нас не слишком много народу? — задумчиво спросила Селена. И прыснула: — Бедные домовые!

— Где ж много? — удивился Джарри и тоже задумался. — Ну, ты пришла с тремя. Так? Коннор привёл двенадцать человек. Уже шестнадцать с ним. Без тебя. Ночью мы привезли тоже двенадцать — причём двое из них взрослые и кричать, бегать, ссориться и драться точно не будут. По крайней мере — пока, — добавил он, смеясь. — Итого — двадцать восемь без нас. Не так уж и много. А если вспомнить, что дом рядом с нами — тоже пустой и открытый, то можем переселить туда тех, кто повзрослей, — и никаких проблем.

— А ты бы хотел? Переселиться?

— Хотел бы. Но понимаю, что тебе от этого дома никуда. Ну, пока во всяком случае. Селена, а в вашем мире семьи есть?

— Есть.

Он приподнялся на локте.

— Ты не семейная?

Несколько секунд она с недоумением смотрела на него. И вспыхнула. Он спрашивает, не замужем ли она! Наверное, так говорят в этом мире.

— Нет.

— Хочешь быть моей семьёй?

— Хочу! — выпалила она и замерла: а вдруг она неправильно поняла его?

Но он, очень довольный, снова склонился над нею — поцеловать. А потом снял с шеи цепочку с прозрачным красным камешком и надел ей.

— Это мой оберег для тебя.

— Ты же знаешь, что я ваших обычаев…

— Среди людей в паре решает всё мужчина, — спокойно сказал маг. — И этот оберег — моё решение. Больше к тебе никто не подойдёт с таким же предложением.

— Мужской шовинизм, да?

Он не ответил. Может, решил, что, судя по голосу, это шутка из её мира. А может, так оно и есть, да только в данной ситуации мужской шовинизм более чем уместен. Только она вздохнула от полноты чувств и снова потянулась к нему… Правда, нацеловаться вволю не дали. Стук в дверь заставил их отпрянуть друг от друга.

— Ты же сказал, что поставил вокруг сторожки заклятие! — насмешливо прошептала Селена, изо всех сил прислушиваясь к тому, кто стоит за дверью.

— Заклятие есть, да только пока поблизости бродят такие личности, как Коннор и Хельми, эти заклятия как травинка: каждый, кому не лень, сорвёт, — проворчал маг, покачиваясь на одной ноге и стараясь в спешке влезть в штаны. Селена мигом поднялась, и он смог опереться на неё.

Наконец они оба поспешно привели себя в относительный порядок (девушка ещё подумала, что надо бы сюда зеркало какое-нибудь притащить) и смогли выйти.

Напротив сторожки, на бревне, сидели, как и предугадал Джарри, Коннор и Хельми. Колин сидел чуть поодаль, явно определивший сам себя в телохранители мальчика-дракона… Слегка смущённая Селена подошла к ним.

— Веткин просил разбудить, — спокойно, без тени насмешки сказал Коннор. — Все уже пообедали. А вы всё спите. Он беспокоится.

Селена вздохнула — и, повторив вопрос, заданный ранее магу, окунулась в трудовые будни:

— Что в доме? Все живы?

— Я немного опоздаю, — в спину сказал Джарри. Она тихонько вздохнула, но обернулась и кивнула.

Мальчишки встали с бревна и пошли с обеих сторон от Селены, а Колин — позади.

Рассказывал Коннор. Хельми лишь изредка вставлял словечко-другое.

На завтрак, несмотря на бурную ночь, вышли все. "Старожилы" были очень удивлены, завидев новеньких, но ничего: насторожённо приглядываясь друг к другу, позавтракали более-менее спокойно. Даже Ирма притихла, с громадным интересом приглядываясь к малышам-оборотням, которые пока не отходили от Вильмы. На обед малышня пришла уже без Вильмы, зато с радостной волчишкой, которая вовсю верховодила в троице.

Анитра быстро осмотрела нуждавшихся в её помощи, как травницы. Везде сопровождавший её домовой Травник (по мнению Селены, внимательно слушавшей новости) принял у неё практику по оказанию первой помощи. Кажется, Асдис и Викар не только не отказались от помощи начинающей травницы, но были просто очарованы девочкой, умело обработавшей их раны. Завтрак им, кстати, подали в кладовку. И, кстати же, как выяснилось, они вовсе не собирались жить раздельно.

Мальчишки из команды Коннора заявили Моди, что здесь у каждого свои обязанности. Тот в ответ заявил, что ничего не будет делать, если только его не заставят. Мальчишки снисходительно пожали плечами и, вытащив свои рыболовные принадлежности, собрались на речку. При виде принадлежностей Моди поспешно сказал, что передумал и что тоже хочет попробовать выполнять такие обязанности. Его два друга, не отстававшие от него, потопали вместе со всей компанией рыбачить. Правда, на рыбалке, благо вокруг тихо и спокойно, троица новичков крепко уснула на травке. А рыбаки, войдя в их положение, будить не стали.

— Кстати, — задумчиво сказал Коннор, — этот Моди клеится к той девчонке, к Вильме. А она на него злая, что он её не защитил тогда, когда Стефан её выгнал. Как ты думаешь, Селена, она его простит? Дура будет, если простит.

— Х-хаук, — напоминающим тоном сказал Хельми.

— А, чуть не забыл: один из друзей этого Моди — скрытый маг. Ну, этот, который постоянно молчит. Его Хаук зовут. И он, кажется, сам про себя не знает. Мы — как? Дождёмся, пока он сам скоро раскроется, или скажем ему?

— Ты так уверен, что его магические способности раскроются скоро? — озадаченно спросила девушка. — Да, Коннор. Веткин не очень расстроился, что меня не было на завтраке и на обеде? Ну, что вы без меня приходили?

— Он же знал, что будет куча народу! — удивился мальчишка. — Приготовился основательно. А в столовой не больно там разговаривали или ещё чего там… Все ели. — И снисходительно добавил: — Им пока не до разборок. Они ещё не привыкли, что здесь спокойно и что можно поесть, сколько хочешь.

Потом Коннор рассказал, что начали образовываться группы по интересам. Вильма и девочка-магиня, чьего имени мальчишки пока не запомнили, а также, как ни странно, Ринд, девочка-оборотень, например, следуют по пятам за Анитрой и даже приняли участие в прополке — в компании с другими девочками, которые, конечно же, обрадовались такой помощи.

Маленький вампир Берилл и мальчик-оборотень прилипли к Мике и Мирту, с интересом продолжающим исследовать содержимое мешка Мики. Причём выяснилось, что Мика во время экстремального похода в пригород каким-то образом успел пополнить свои магически-механические сокровища. Среди его приобретений появилось такое достояние, как игольчатая банка, — та самая, которая влетела первой в салон через разбитое окно в машинной двери. Мика за пару минут сумел восстановить все функции маленького оружия. А в благодарность банка успела разгромить полкомнаты и напрокалывать иглами всех находившихся, прежде чем прибежавший на грохот и вопли Коннор сбил её снова. Коннору пришлось реквизировать оружие — на всякий случай. Правда, Мика не больно-то этим опечалился. Когда Коннор уходил, он оглянулся: все четверо исследователей сидели на коленях перед раскрытым мешком и что-то поочерёдно вынимали из него. Правда, пока шума и взрывов больше не было.

Слушая Коннора, Селена буквально наполнялась недоумением, пока не выдержала и не спросила:

— Они приехали поздно ночью, почти на рассвете, — и столько всего успели?!

— Ну, мы им на завтраке сказали, что после обеда будет "тихий час", так что — вот… Сильвестр, кстати, уже всем показал деревню и те дома, в которых мы были.

— Шустрые какие… — пробормотала Селена, входя в дом и сразу направляясь в столовую. — Добрый день, Веткин.

— Добрый, добрый, леди Селена, — задумчиво сказал домовой, созерцая принесённый с веранды таз с кабаньим окороком, громоздившийся на кухонном столе.

— Проблемы с продуктами? — спросила девушка.

— В некотором роде, — снова задумчиво сказал Веткин. — Мяса-то, что нам Джарри принёс, пока достаточно. А вот с чем его готовить, с каким гарниром? Детишки-то голодные. Мясо, конечно, хорошо, но быстро приестся.

— Ничего. У Анитры скоро на грядках много зелени будет, — подбодрила его Селена, — да и овощей по осени всё-таки наберём с полей. Мальчики же не зря старались с тракторами… А пока обойдёмся тем, что есть.

— Ох, леди Селена! — спохватился домовой. — Вы садитесь, пожалуйста. Совсем вас заболтал, а вы ведь не завтракали, не обедали! Вот тут вам я приготовил приборчик отдельный. Садитесь. Сейчас и Джарри подтянется.

Девушка села и чуть улыбнулась личному праздному любопытству: а если Веткин узнает, что леди Селена теперь семейная, как он будет обращаться к Джарри? Всё так же, по имени? Или изобретёт приставку — хотя бы "маг Джарри"?

Извертелась вся: где же Джарри?

Он появился минуты через две, за которые Селена получила полную информацию о том, как вели себя дети за столом и как благодарны домовые магу Коннору и дракону Хельми за присутствие как на завтраке, так и на обеде. Из последнего Селена заключила, что мальчишки ей не всё рассказали.

Хм… Джарри, не обращая внимания на домовых, подошёл к девушке и легонько поцеловал её в щёку (она с радостью ответила), после чего сел и спокойно огляделся. Веткин с открытым ртом вытаращился на бывшего тролля, а потом опять спохватился и принёс прибор и для мага.

С огромным аппетитом поев горячего, Селена, наблюдавшая, как Веткин носится по кухне, готовя полдник, не выдержала:

— Веткин, а домовые знали, что их хозяева готовят заклинание для прекращения войны? Что у них есть полигон для его испытания?

Домовой остановился и спокойно ответил:

— Конечно. Только нам туда вход заказан.

— Но почему же мне не сказали, что хозяева могут вернуться?

— Так война же, леди Селена! — искренне удивился Веткин. — А если не вернутся? — И снова побежал хлопотать по кухне.

Селена пожала плечами, а потом вздохнула и негромко сказала Джарри:

— Ты мне сейчас пригодишься. Я хочу зайти к Викару и Асдис. Может, мне понадобится грубая мужская сила.

— Что потом?

— Потом разогнать всех на "тихий час". А ещё потом — подумаю.

Они поднялись на второй этаж вместе и, постучав, после разрешения заглянули в кладовку.

— Доброго дня! — обрадовалась при виде пришедших в себя обоих молодых людей Селена. Викар лежал, а Асдис сидела на краешке кровати и, кажется, разговаривала с ним. — Извините, что устроили вас в таком тесном помещении, да ещё на одной кровати. Как-то не подумали, что с детьми можем привезти и взрослых.

— А мы вместе, — тихонько сказала Асдис и улыбнулась Викару.

И у Селены сразу от сердца отлегло. Поговорив немного об их самочувствии, девушка предложила обоим помыться. Она сразу предупредила, что Викара спустит в ванную комнату и поможет мыться Джарри, а она поможет Асдис. Спустя минуту Джарри вынес на руках Викара, а Селена начала помогать спускаться Асдис. Пока они дошли до ванной комнаты, Викар был вымыт, а на второй этаж успел взлететь Веткин, поменявший бельё на кровати. Спать-то укладывали грязными. Слишком устали. И опять от сердца отлегло: девушка очень боялась, как бы какой заразы не занести в дом с детьми.

Вот теперь можно было поговорить о серьёзном. Асдис села в изголовье лежащего Викара, а Селена на край кровати. Джарри остался в дверях.

— Что вы думаете о дальнейшем? Хотите вернуться в город?

Молодые люди быстро переглянулись. Викар слабо заговорил:

— Мы бы хотели остаться. Хотя бы на некоторое время. Я слышал, как здесь гудят машинные демоны. Дети сказали, что за границы деревни они пройти не могут. Значит, дорога не магам в город небезопасна. Мы почти год были у Стефана. Хотелось бы прийти в себя и пожить нормальной жизнью. Что ждёт нас в городе? Больница и нудное восстановление на работе. Но, если вы посчитаете нас лишними здесь, мы готовы вернуться в город.

— У меня встречное предложение, — сказала Селена. — Нам нужны учителя. Хотя бы на время, пока вы не сочтёте, что готовы вернуться. Учителя обычные — письма и математики. Если вы даже не учителя, то ведь письменную речь и математику знаете. Если согласны, мы приготовим для вас комнату в соседнем доме.

— Мы попробуем, — неуверенно сказала Асдис.

— Селена, а если переместить Коннора на мансарду? — вмешался от двери маг. — Теперь не страшно, что с ним может произойти что-нибудь. Он дружим с Хельми, а оба они смогут приглядеть за Микой и его мешком.

— Поговорим с ним после "тихого часа", — сказала девушка и всполошилась: — Ой, "тихий час" же! А дети всё бегают где-то!

— Не бегают, — усмехнулся Джарри. — Спят, как ни странно.

Но девушка всё-таки немедленно встала и быстро распрощалась с молодой парой, посоветовав и им поспать, после чего вышла в коридор и, сопровождаемая магом, начала обходить комнаты детей. Самыми интересными оказались комнаты в мансарде. Да, дети спали. Старожилы — уже по привычке спать после обеда. Новичков сморили бессонная ночь (часов раннего утра для сна оказалось маловато), непривычная сытость и покой защищённого места.

Итак, мансарда. Для начала Селена заглянула к новичкам, которые дрыхли без задних ног. И в одной из комнат, к громадному изумлению, обнаружила Ирму. Это оказалась комната Вильмы и двух оборотней-малышей. А потом девушка подумала-подумала и решила: логично, вообще-то… Последней была комната Мики, как её по привычке называли. И вот тут девушка обнаружила ещё одну логичность: Ирмы нет — появился Коннор. Видимо, мальчишки перед сном болтали, а потом, сообразив, что одна кровать теперь свободна, решили оставить здесь мальчишку-мага. Селена на цыпочках отошла к двери и кивком позвала Джарри. Когда он приблизился, она опять-таки кивнула на кровать, где спал мальчик. Маг улыбнулся так мягко, что сразу вспомнилось, как он переживал за мальчишку, наказав себя самым страшным, по здешним меркам, наказанием — добровольно превратившись в представителя самой приниженной расы этого мира.

Но сейчас в большей степени девушка думала о том, что проблема с расселением вновь прибывших решена: если Коннор решился переехать в комнату самой интересной для него компании, а Ирма не возражает, значит, в комнату Коннора можно переместить молодую пару. Ф-фу…

На всякий случай Селена заглянула под одеяло Мики и осторожно вынула из его рук, слабых в крепком сне, какую-то штуковину, напоминающую его механических сторожей в доме-трубе. Повертела, рассматривая, и сунула в мешок. Насколько она помнила, эти-то штуковины не слишком опасные, а иной раз и полезны. Если им память настроить, как утверждал Мика.

Так же осторожно она вышла в коридор, а потом следом за Джарри спустилась на первый этаж. Здесь они переглянулись.

— Осталось решить только нашу проблему с жильём, — задумчиво сказал маг. — Не вечно же нам в сторожке жить.

— А чем тебе не нравится сторожка? — насмешливо поддела его Селена. — Там тепло, уютно, никакой дурацкой мебели, кроме самого мягкого сенника на свете!

— Смеёшься? — усмехнулся и Джарри. — Жаль, что тебе нельзя пока уходить от детей, а то бы мы поселились в том доме, что сначала предложили Викару и Асдис.

— Ты забываешь, что у нас с тобой есть более роскошное жилище, — возразила Селена. — Причём замечательное тем, что ты тоже можешь туда входить, пусть даже через веранду. Осталось только наполнить его мебелью — и мы заживём комфортней всех!

— Боги… — прошептал маг. — Я забыл о кабинете!

— Пойдём — посмотрим, пока все спят, чем можно его обставить? — радостно предложила девушка.

Через минут десять, вдоволь наговорившись о том, как и чем заставить просторное помещение, оба сели в то самое низкое кресло и обнялись.

— Джарри, а твой поисковик может искать только группу детей? Одиночек он не ловит?

— Ты думаешь о том, чтобы ещё раз сходить в пригород?

— Осада города затягивается. Если здешние деревенские маги сотворят своё заклинание и всё-таки выдворят отсюда все магические машины, — это, конечно, здорово. Но, пока до применения заклинания дело дойдёт… — Девушка прислонилась к плечу Джарри, чувствуя себя под его рукой не только уютно, но и защищённой. — Дети сказали, что Стефан выкидывал тех, кто себя выдавал. Я понимаю, что на улицах пригорода они, скорее всего погибли. Но ведь надежда есть? И потом… Может, нам повезёт — и мы найдём и взрослых людей, которые нуждаются в помощи? Что ты думаешь?

Маг некоторое время молчал, спокойно глядя в точку в пространстве.

— Поисковик ищет тех, на кого его настроишь. С ним проблем не будет. Как ты думаешь, стоит ли на этот раз брать Мику и Коннора с Хельми? И плюс к ним — Колина?

— Дети поверили не нам, а им. Не хотелось бы брать с собой мальчиков, но…

— И когда ты собираешься в пригород?

— Мне нужна неделя: приготовить к приезду новеньких соседний дом и уговорить одного мага, чтобы помог мне с книгами по боевой магии.

Джарри чуть вдавился в угол кресла, чтобы взглянуть на неё с интересом.

— И как ты меня собираешься уговаривать?

— Как — как? — проворчала девушка. — Легко и просто.

И поцеловала его.

Конец истории. 21 декабря 2013 — 29 января 2014.

Content

Детский сад

НАЧАЛО

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32