Щепетнов Евгений Владимирович

Рай беспощадный (СИ)

Щепетнов Евгений

Рай беспощадный (СИ)

Корпорация 2

Глава 1

— Проходите, присаживайтесь сюда... очень мило что вы к нам заглянули! Слай, ну что же ты не ухаживаешь за своими друзьями? Сюда, сюда, я сейчас налью вам чи.

Мама выглядела как всегда — прекрасно! Впрочем — чего ей выглядеть плохо, в ее-то шестьдесят три года? Самый расцвет женской красоты! Интересно, куда она подевала «нового папу»?

— Мам, а куда ты дела Роба? Он не дома?

— Ну почему же... дома! У себя дома. Мы не сошлись характерами. Роб слишком много на себя брал, вторгался в мое личное пространство, и я отправила его туда, откуда он пришел!

— Правильно! — неожиданно фыркнула Сихха, и ее острые кошачьи ушки вздрогнули от сдерживаемых эмоций. — Этих мужчин надо ставить на место! Иначе они начинают мнить о себе много лишнего... наглеют!

— Верно! — радостно подхватила мама Слая, хитро скосившись на скорчившего гримасу сына. — Мужчина должен знать свое место в доме! И не лезть туда, куда лезть непозволительно! Как славно, что у моего непутевого сына такие умные друзья! Мы с тобой подружимся, милочка, уверена! Давай я положу вот это вареньице... любишь варенье из гугусов? Не пробовала? Ооо! Ты много потеряла! Я сама его варю, вручную, не доверяю этим чертовым конвертерам! Какую гадость они суют в эти конвертеры — одному Создателю известно! На том свете этих механиков будут резать по частям и засовывать в конвертер!. Чтобы знали, как производить всякую гадость! Продукты должны быть натуральными, а не сделанными из всяких там порошков!

— Теперь я понимаю, почему ты сбежал в космос. — сдавленным от сдерживаемого смеха голосом шепнул Хаган, опершись о подлокотники кресла обеими парами могучих рук. — Я бы и дня так не выдержал! Нет, моя мамочка все-таки послабее в деле выедания мозга. Хотя...

— Вы чего там шепчетесь, негодники! — мама Слая тонко улыбнулась, обратив взгляд синих глаз типичной беорийки на двух приятелей. — Видела, милочка, нас обсуждают?! Стоит мужчинам собраться вместе, что они начинают делать? Правильно! Обсуждают женщин! Или свои дурацкие летательные механизмы! А скорее всего — все вместе! Расскажи, дорогуша, у вас на планете всегда так одеваются? Забавный наряд. Он подчеркивает твои бедра! У тебя хорошая фигурка, да.

— Еще бы не подчеркивал! — мстительно шепнул волкочеловек, с детства гордо именуемый Хаган Ролафд Могир Зигурд, в просторечии просто Хаг. — Ты глянь, какие она шорты надела! Весь хвост наружу! И шорт почти не видать — все в задницу ушли! У нас бы на Синтии за ней бежала толпа детей и кидала в нее засохшим дерьмом! С криками: «Шлюха! Шлюха!»

— Что, в самом деле у вас по улицам валяется засохшее дерьмо? — задумчиво переспросил Слай, глубоко погрузившись в свои мысли, и не особо замечая то, что происходило в комнате. Слишком много было дел, которые требовали срочного обдумывания. Например — сколько он будет еще лишен женского внимания, и не пора ли ему завести хорошую подружку? Хотя бы на час! Кое-какие деньжата завелись, взносы по кредитам внесены — почему бы и нет? Он что, не мужчина, что ли?

— Какое дерьмо? — оскорбился четырехрукий приятель, недовольно поведя носом. — Это я так, к слову! Да у нас чище, чем... чем... в общем — чисто! А она правда вырядилась, как...

— Да ладно... оставь Сихху в покое, — хмыкнул Слай. — А то я подумаю, что ты в нее влюбился. Как только видишь ее, сразу все разговоры только о ней! Хмм... может и правда между вами что-то есть?

— Да как ты можешь?! Да как язык повернулся?! — Хаган едва не подавился от возмущения, закашлялся, и отошел только тогда, когда отпил из здоровенной чашки, которую мама Слая сунула ему в руки. Чашка была огромной, для супа, но в ручище Хагана выглядела маленькой, как обычная чашка для чи.

— Бедненький! Подавился! А все потому, что вы, мужчины, торопитесь глотать все сразу! Еду, питье... жизнь! Надо принимать все плавно, аккуратно, без рывков и тряски! А вы — хап! И побежали! Ррраз! И схватили! Все-таки, я считаю, миром должны править женщины. Мужчин нельзя допускать к правлению! От вас все войны!

— Мама — активистка Женской Лиги, которая борется за права женщин в Земной Империи. Давно поговаривают, что ее пора избрать в комитет. — кисло прокомментировал Слай.

— Поговаривают! — пренебрежительно фыркнула мама Слая. — Выбрали уже! Они давно бы меня выбрали, но я не давала согласия. А когда ты улетел в свой проклятущий космос, я решила заполнить пустоту, и все-таки пошла в комитет. Теперь наведу там порядок!

— Ты наведешь, уверен. — Слай, и подмигнул Хагану, состроившему понимающую мордую. Потом серьезно спросил: — Ты как вообще тут... без меня? Не соскучилась?

— Издеваешься?! — тяжело вздохнула мама Слая. — Вот когда у тебя будут дети, тогда узнаешь, каково это — ждать, не зная, что с твоим сыном... или дочкой! Представлять себе картины — одна страшнее другой! И плакать в подушку, зная, что твой сын предпочел тебе проклятый космос, черный, как стул больного энтропой!

— Мама у нас вообще-то медик! — поспешил добавить Слай. — Так что не удивляйтесь, если она ввернет что-то подобное этому. Мама, можно за столом не упоминать про стул, про выделения и цвет кожи? Это не способствует аппетиту, я всегда тебе это говорил!

— А что такого? Не будь ханжой, сынок! Люди должны знать о своем организме все, что необходимо знать, все, что известно медицине, и нет никаких запретных тем!

— О Создатель! Опять она за свое! — тяжело вздохнул Слай и встретился взглядом с Сиххой, широко улыбавшейся, будто увидела что-то очень радостное и очень ей нравящееся. Девушка-кошкочеловек незаметно сделала Слаю знак, показывая, что все замечательно, и он слегка успокоился. А потом подумал, что их разношерстная (в буквальном смысле слова!) команда, экипаж звездолета «Бродяга», попала именно туда, где они оказались, как ни странно, в своей тарелке — мамочка Слая была в высшей степени эксцентрична, и с ней точно нельзя было соскучиться.

— А что за свое?! — мама продолжила гнуть свою линию, не обращая внимания на гримасу сына. — Если ты знаешь о том как работает организм, значит можешь создать для него максимально комфортные условия, и он откликнется, будет красивым, здоровым, проживет много, очень много лет! Ну, вот посмотри, разве я плохо выгляжу? Посмотри!

— Великолепно! — искренне подтвердил Слай, и не покривил душой. Мамочке нельзя было дать больше двадцати пяти лет, то есть возраст Слая (Ну... почти — двадцати пяти... если не особо вглядываться). Стройная фигура, о которой мамочка истово заботилась, истязая себя на спортивных тренажерах, смуглая кожа, синие, лучистые глаза, верный признак почти всех жителей планеты Беория, до сих пор высокая грудь и ни грамма лишнего жира.

— Мамочка, когда я встречу такую, как ты — обязательно женюсь! — Слай похлопал в ладоши, и мама села, сокрушенно мотая головой:

— Увы, сынок, такую как я ты никогда не встретишь! Я одна в мире! Таких больше нет! Нынешняя молодежь ленива, скучна и выглядит совершенно отвратно! Это не о тебе, милочка... ты выглядишь прекрасно. Скажи, а как ты вызолачиваешь усики? Это какой-то специальный состав, да? Краска не мешает тебе?

— Нет, совершенно не мешает — довольно кивнула Сихха, подцепляя розовыми пальчиками чашку с чи (В пальчиках скрывались острейшие, страшные когти, оставлявшие царапины даже на металле!) — это особая краска, она не блокирует мою способность улавливать запахи и видеть в темноте. Наша раса очень хорошо видит в темноте, видимо нас создавали как ночных жителей, для некой планеты под тусклой звездой. Но вот... волей случая мы оказались на Сильмане.

— Очень интересно! — довольно кивнула мама Слая, и осмотрев Сихху, как медик новобранца перед отправкой его на убой, деловито добавила: — Вообще-то, если бы не твои прекрасные ушки, не этот очень сексуальный хвостик, я бы никогда не сказала, что ты не гуманоидной расы. Все на месте, все как у людей — попка, ножки, грудки — очень хорошие грудки! Мужчины должны от тебя сходить с ума!

— Мама! — возмущенно фыркнул Слай, непроизвольно слегка покраснев — перестань! Мы что, на медосмотре?! Или на выставке королев красоты? Постыдись!

— Чего стыдиться? — недоуменно покачала головой мама, возмущенно глядя на Слая. — Разве сказать красивой девушке, что она красива — это преступление? Это постыдно? Вы, мужчины, совсем забыли, как надо говорить комплименты женщинам! Им приходится обходиться своими средствами! Хмм... ну я немного другое имела в виду... но вы поняли. Хорошо, что в конце концов в друзьях моего сына оказалась девушка. А то ведь что — он дольше пары-тройки встреч с женщинами никогда не имеет с ними дела! Думала над этим, и не могу понять — вроде красивый парень, женщинам нравится, и в постели хорош — я у них узнавала — а не сходится ни с кем из подруг, и все тут! Может в нем какой-то изъян?

— Мама! Прекрати сейчас же! А то я сейчас встану и уйду! И не буду звонить месяц! — Слай теперь был совершенно красным, как вареный морской гад, а Сихха тихо хихикала, прикрывая лицо руками. И лишь верный Хаган был спокоен и мрачен, как закрытый порт корабельного орудия. И только по его прищуренным хитрым глазам можно было понять, что он забавляется ситуацией.

— Да ладно, ладно! — мама Слая обиженно поджала губы, помолчала, и сокрушенно добавила: — Тебе бы только пугать свою мамочку! Совести нет! Ничего, когда-нибудь я тебе припомню — когда будешь жаловаться, как твой ребенок тебя обижает! Пойдем-ка на кухню, поможешь мне кое-что достать. А вы, ребята, не скучайте! Включите видон, пейте, ешьте — когда еще попробуете натуральные продукты? Небось, едите всякую дрянь в дрянном звездолетишке моего сынка! Он сам ест всякую гадость, и своих друзей заставляет! Пойдем, пойдем, сынок...

Слай молча поднялся, показал кулак Сиххе, обнажившей в улыбке остренькие человеко-кошачьи зубки, пнул ногой в лодыжку Хагана, тоже радостно оскалившего клыки и проследовал за мамой — видимо, для серьезного разговора наедине, что можно было понять по ее одухотворенно-заговорщицкому лицу. Разговор явно не предназначался для чужих ушей, и Слай примерно знал, о чем может пойти речь.

— Сын, я хочу с тобой поговорить! — красивое лицо мамы затвердело, воспитательный порыв овладел ее душой полностью и без остатка — скажи, насколько серьезно у тебя с этой девушкой? Нет-нет, молчи! Дай я все скажу до конца! Так вот, я в общем-то не против хвостатых внуков, но тебе не кажется, что это слишком эксцентрично, даже для нашей семьи? Нет, я ничего не скажу — девушка очень, очень хороша, никакой мужчина не устоит перед такой — за исключением твоего четверорукого друга, но все же... может тебе стоит поискать для продолжения нашего рода более скромный вариант? Нет, ничего не говори! Я знаю мужскую натуру, вам обязательно надо женщину, иначе вы с ума сходите, лезете на стену, как озабоченные животные, но тебе не кажется...

— Да мама же! Дай же хоть слово вставить, а? — Слай фыркнул, убрал руку, которой мать зажимала ему рот, и усевшись на стул, укоризненно покачал головой. — Мама, у меня с Сиххой нет ничего, кроме деловых и дружеских отношений! Ну почему ты считаешь, что я обязательно буду с ней спать? И что я обязательно должен это делать? Ты что, других отношений представить себе не можешь?!

— Да ладно! — мама Слая пренебрежительно махнула рукой, потом уселась напротив сына, снисходительно улыбаясь, как разоблачивший преступника следователь. — Это ты кому-нибудь еще ври! А я твоя мамочка, я все про тебя знаю! Ты еще микроподростком — уже на девочек заглядывался! А как подрос — так чуть не под юбки им лез! Так что не нужно мне рассказывать то, чего нет!

— Мама, да когда я лез-то?! — у Слая от возмущения перехватило горло. — Да один единственный раз, отбирал у соседской девчонки мяч, а та его между колен зажала! И ты решила, что я посягал на ее невинность?! Ну что за бред?! Прошло столько лет, а ты все эту чушь помнишь?!

— Мамочка все помнит! Мамочка думает о тебе! А вот ты о мамочке не думаешь! Ты врешь мамочке! Я же вижу, как ты на «кошечку» смотришь! Готов прямо при мне ее раздеть! Ах, шалун, шалун... Твой папочка тоже был любвеобилен, но он держал себя в руках. А вот ты в кого удался? В дядю? Этот проклятый Ферем, с его проклятым подарком! Чтоб его в Аду черти жарили на выхлопе из такого же корабля! Чтоб его...

— Мам, отстань от дяди! Пусть себе покоится с миром. — перебил раздраженный Слай. — Он отдал мне все, что у него было — свой корабль, и теперь я могу заниматься тем, чем всегда мечтал — летать в космос, на другие планеты, могу увидеть весь мир! Я приобрел двух друзей... да, да — друзей! Да не сплю я с ней, черти тебя задери!

— Мамочку черти задери! Вот оно, воспитание! Вот оно, тлетворное влияние дядюшки! Иэээххх... заслужила, да. Да спи, кто тебе мешает?! Только предохраняйся! Не нужно наводнять мой дом хвостатыми внуками! Хотя... иногда я думаю — хоть хвостатые, хоть рогатые... пусть будут. Я воспитаю из них настоящих людей! Умных, образованных... таких, как я!

— Вот это и пугает! — с чувством выдохнул Слай, вставая с места и направляясь к выходу. — Мы на корабле ночуем, мам. Не останемся.

— Ну вот... — слегка расстроилась мамочка Слая, промакивая чистой салфеткой повлажневшие глаза. — А я тебе с Сиххой вместе постель приготовила... а чего стесняться? Дело житейское! И Хагану места хватит... нет, не в вашей постели, распутник ты эдакий! Слава Создателю — дом у нас хороший, большой, папа успел за него расплатиться.

— Во-первых, я не просил стелить постель для меня и Сиххи, я же тебе сказал — мы просто коллеги и друзья! (— Ну и дурак, — неожиданно прокомментировала мама, — Нормальный мужчина от такой красотки не откажется!) Во-вторых, а не дядя ли Ферем, которого ты все так хаешь, помогал тебе оплатить взнос и давал денег на мое обучение? Может ты будешь все-таки поискреннее со мной? Не будешь лгать?

— Это он тебе сказал? — фыркнула мама, отводя взгляд в сторону. — Я не буду комментировать эти гнусные инсинуации! Пойдем к гостям, они небось соскучились без нас. Кстати, твой Хаган хоть и мужлан, но вообще-то приятный парнишка. И четыре руки его не портят. Мужественный, да. Я знавала девушек, которым нравились странные инопланетяне, этакие брутальные вояки... мда... ты приводи его к нам, он мне понравился. Есть в нем что-то такое... от природы, дикое, необузданное! По крайней мере, я знаю, что за ним ты как за каменной стеной — всегда защитит, надежный мужчина. Пойдем!

Слай мягко отнял свою руку у мамы, намеревавшейся повести его за собой, как малое дитя, и пошел следом за ней, уже надевшей на лицо выражение радушной домохозяйки, принимающей гостей. Шел, и думал — сколько же в этой маленькой женщине несгибаемой силы! Если бы она стала адмиралом — берегись, супостаты! При упоминании ее имени трепетали бы все мятежные провинции, а не только соседи, посмевшие перечить предводительнице Женской Лиги!

Просидели Слай и его команда еще два часа. Пили чи, ели пирожные, бутерброды, домашнее варенье с его ностальгическим вкусом — Слай привык к нему с детства, и когда ел горячий хлебец, намазывая на него янтарное желе, будто погружался в прошлое... совсем не такое уж и плохое, как можно было бы подумать. Мама, конечно, тиран, но... лучше уж такая мама, чем никакой. В этом Слай был совершенно уверен. Болтали, смеялись, вспоминали прошлое и рассказывали смешные истории из своей жизни.

Засобирались на корабль, когда солнце было еще высоко. Мама пыталась оставить на ночевку, но Слай мужественно отбил все посягательства на личную свободу (Особенно помня приготовленную для них с Сиххой постель!), и вызвал такси, объяснив, что кораблю совершенно необходимо личное присутствие Слая на своем борту, и что корабельный мозг умрет от тоски, если он, Слай, оставит его на долгое время совсем одного.

Конечно, мама в эту чушь не поверила, но объяснение было ничуть не хуже любого другого, решимость Слая неподдельна, а потому гости были бескровно выпущены из дома на лужайку, под синее солнце Беории, окрасившей деревья и кустарники нежным голубоватым светом.

Слаю нравилось солнце Беории — жаркое, колючее, для него оно было самым лучшим солнцем на свете — ведь на этой планете он провел практически всю свою разумную жизнь! Ему нравилась полуторная сила тяжести, сухой, горячий воздух, в считанные секунды высушивающий влагу, нравилась чистота, которая была возведена в некий культ.

Впрочем — в провинции было совсем не так, но что касается столицы — улицы были выметены коммунальными роботами, лужайки пострижены — благодать! Живи, и радуйся! Чистота, порядок и... скукота, наводящая тоску. Настоящая провинциальная планета, погрязшая в условностях и будто перенесшаяся на тысячи лет назад, к временам зарождения Первой Империи.

Когда выходил, едва не столкнулся с соседкой — той самой, из-за которой мама стала считать Слая чем-то вроде сексуального маньяка. Девчонка, одного возраста со Слаем, довольно миловидная, хотя излишне плотненькая на его вкус — но Слаю всегда нравились худые девицы, наподобие земных актрис, за что его и порицала мама, считавшая, что худые недостаточно здоровы, и что нужно выбирать именно таких, как эта Хлоя — крепеньких, тугих, как накачанный мяч.

— Привет, Слай! — Хлоя расплылась в улыбке, тут же погасшей, когда она увидела Сихху, мягко, с ленцой вышагивающую по дорожке от дома к тротуару. Улыбка сменилась гримасой, внимательно рассмотрев девицу, Хлоя укоризненно покачала головой, и презрительно выплевывая слова, заметила, будто ставя крест на прошлом и будущем Слая:

— Я всегда знала, что так и закончится. Ты с детства был парнем не от мира сего, извращенцем, каких мало! Теперь ты связался с хвостатой девицей — мало тебе было наших, человеческого рода! Еще и беарги — враги империи! Ты плохо кончишь, Слай.

— Хорошо! Я всегда хорошо кончаю! И тебе это известно лучше, чем многим! — холодно парировал Слай, и отвернувшись от обманутой в надеждах девицы, махнул рукой — иди, куда шла! Некогда мне с тобой говорить.

— Я вижу, я вижу... торопишься потаскать кое-кого за хвост? — понимающе усмехнулась Хлоя, провожая взглядом едва прикрытую шортами попку Сиххи, а затем, всей спиной выражая неудовольствием и презрение, направилась к маме Слая, как раз в это время выходящей из дома. Они перекинулись парой слов, и Хлоя быстро пошла к своему дома, не оглядываясь и не говоря ни слова. Слай теперь явно был выброшен из жизни и планов этой девицы, что не могло не радовать — некогда Хлоя одолевала его своим назойливым вниманием, при поддержке тяжелой артиллерии в лице родной мамочки, желавшей повесить на шею любимому сыну эту строптивую особу.

— Что, бывшая, что ли? — понимающе улыбнулся Хаган. — Как она на тебя глядела! Просто убила бы! Интересно, чего так? Что ты ей такого сделал? Отказал в постели? Пообещал жениться, и сбежал?

— Вроде того. Вот что, отстань, а? Хаг, и без тебя тошно! Где там Сихха, какого черта они там... так... похоже, что она и до нее добралась! Ох, эта мама!

— С тобой уже провела работу, да? Гы-гы-гы... ничего, ничего — крепче будешь!

— Кстати — тебе она тоже кости перемыла, — Слай мстительно ухмыльнулся и покосился на слегка озадаченное лицо приятеля. — Так что...

— А что говорила? Ругала, да? Говорил я тебе — давай надену фрак! Галстучек такой..я по видео смотрел! А ты меня вырядил в комбинезон охранника! Нарочно, да? Чтобы я на твоем фоне выглядел как проклятая деревенщина?! Слай — ты кусок...

— Сам такой! А вообще, — Слай вздохнул и потер лоб запястьем, — как ни странно, ты ей понравился. Говорит — брутальный, и вообще — надежный, в отличие от меня. И что за тобой я как за каменной стеной! Ну не смешно ли? За тобой — как за каменной стеной! Да тебя самого спасать надо — от тебя же самого! Знала бы она, как ты проспал атаку чумных! Дрых, пока те едва тебе конечности не оторвали! А потом скакал чумным заразным идиотом, домогался наших нежных тел! Защитничек, черт тебя подери!

— Ты вечно мне будешь поминать этот прискорбный случай, никак не характеризующий меня, как личность?

— Где таких слов нахватался, дикарь хренов? Опять смотрел сериал «Санта Моско»? Насмотришься, и начинаешь нести чушь, как преподаватель словесности! Вместо того, чтобы изъясняться по человечески!

— Ну и смотрел, да. И тебе было бы не вредно научиться правильно выражать свои мысли! Я решил создать себя как личность, чтобы моя мама могла мной гордиться!

— Ну чего ты брешешь, Хаг! У меня аж уши в трубочку сворачиваются от твоей брехни! Твоя мама будет гордиться тобой, если ты сумеешь в единицу времени выпотрошить десяток супостатов, а не потому, что ты начал выражаться высоким штилем! Кстати — начнешь выглядеть и говорить как преподаватель колледжа, потеряешь свою брутальность и перестанешь нравиться моей маме. Она ненавидит ханжей и преподавателей.

— Преподавателям-то за что такая немилость?

— По семейным легендам, ее домогался один тип, из преподавателей словесности, и ей пришлось бороться с ним всеми доступными методами. Он ей оценки занижал, пока не согласится... того. Я в детстве подслушал, как мама рассказывала об этом папе. Почему-то врезалось в память. Странно вообще-то... многое забывается, яркое, важное, а вот такая хрень — как заколотили в голову. У тебя такого не бывало?

— Бывало, конечно... у меня кружечка была, такая голубенькая, с красной каймой. Трещинка на ручке. Я ее очень любил. Мамка заметила трещинку и выкинула ее в мусор. Я плакал, а она меня отлупила — говорит, мужчины не должны плакать, а я должен был врезать ей чем не попадя, не задумываясь о последствиях. Только тогда я настоящий мужчина. Ну я и врезал...

— И результат? Похвалила?

— Отлупила... гы-гы-гы... говорит — думать надо последствиях, кто бы что не говорил!

— Сурово... мамаша у тебя личность крутая!

— Не круче твоей. Глянь, наша кошка аж зарумянилась! Это что такое нужно сказать нашей голозадой, чтобы заставить ее застесняться! Твоя мама еще та штучка! Эй, Сихха, давай скорее, такси уже полчаса ждет! С нас денег лишних сдерут! Что ты несчастную женщину замучила разговорами?! Кстати — ты будешь такси оплачивать, потому что... хмм... я этого хочу! Вот!

— Это кто кого замучил... — вздохнул Слай, сделал несколько шагов вперед и подхватил в объятия мамочку, подозрительно заблестевшую глазами:

— Мамуля, все было замечательно, хорошо посидели. Я так соскучился по тебе! Тебя мне очень не хватало!

— Он еще и врун! Но галантный врун. — неловко улыбнулась мама Слая, порывисто обняв, чмокнула сына куда-то в ухо, шепнула: — Помни, что я тебе сказала!

И громко:

— Спасибо, что навестили старушку, ребята! (Старушка! — фыркнула Сихха — Да вы тысяче молоденьких сто очков вперед дадите! Красотка!) Сихха , Хаган — вы хорошие ребятишки. Берегите моего непутевого, ладно? Он такой... такой... хилый... такой нежный, такой... дитя!

— Мам! Перестань! Ты меня позоришь! — Слай возмущенно фыркнул, и махнув рукой, заторопился, не глядя на ухмыляющихся друзей. — Все в машину, быстро! Все, мамуль, нам пора!

Мама обняла Сихху, смущенно бившую по своему бедру гладким пятнистым хвостом, Хагана, похлопав его по мускулистой спине, а затем, прижав к глазам салфетку предусмотрительно захваченную из столовой, побежала назад, в дом. Хлопнула дверь, и тройка звездоплавателей осталась в одиночестве перед автоматическим такси, безмолвно висевшим возле тротуара.

— Все! — облегченно вздохнул Слай. — Пора! Едем скорее, а то она еще что-нибудь придумает. Если сейчас навалиться на нас всей своей мощью, от ночевки не отвертеться! А у нас еще дел куча. Бежим!

Хихикая, толкаясь, команда звездолета «Бродяга» быстро погрузилась в такси и скоро они летели над городом, откинувшись на сиденья и с интересом разглядывая проплывавшие внизу здания.

Слай видел эту картинку тысячи раз, но ему почему-то казалось, что он не был тут много, много лет! Ведь всего-то две недели, а как все изменилось! Вместо обычного, скучного менеджера по продажам Слая Драгона Донгара — капитан звездолета! Уважаемый... хмм... в некоторых кругах человек!

Круги эти сейчас глупо хихикали и толкались, из чего Слай сделал вывод, что мамочка засунула в чи толику эйфориака, слабенького, но довольно крепкого для тех, кто его раньше не употреблял. Слая такая штука не брала. Ну... почти не брала. Привычка. Ну и раса. Беорийцы все-таки поустойчивее к воздействию ядов, наркотиков, той же радиации.

Ученые не раз, и не два пытались выяснить причину такой особенности организмов людей с Беории, но так ничего установить не смогли. Нет — насчет радиации-то как раз все ясно — синяя звезда выдает такой поток излучения, что волей-неволей организмы первопоселенцев были вынуждены привыкать к высоким дозам, но как это повлияло на способность сопротивляться ядам и наркоте? Неизвестно. Человеческое тело, как и тысячи лет назад, являлось одним из самых таинственных объектов, и до сих пор до конца так и не было исследовано. И это притом, что люди давным-давно научились создавать мутантов с теми способностями, которые нужны для колонизации особо сложных планет. Впрочем — подобные работы в Империи некогда были запрещены, и если проводились, то только на периферии, там, где контроль Империи ослаблен.

— Эй, народ, вы чего разбушевались? — Слай недовольно пихнул локтем Хагана, в очередной раз толкнувшего его плечом. — В вас черти вселились?! Или чума беснуется? Спятили? Тихо! Капитан думать будет!

— Чего думать-то? Бери груз, да вези! — хмыкнул Хаг, — На Морию надо, там все выгодные грузы. Чего нам тут торчать? Так-то у твоей мамы забавно сидеть, да, но надо и поработать! Кстати — а может отправимся куда-нибудь в глубинку? Поищем планету-клад? Ты разговаривал с Заем по этому поводу? Определился с целью? Нет?

— Нет. — Слай недовольно покрутил головой. — Когда мне было определяться? Прыгаем туда-сюда, да с мамочкой толкуем... Она совершенно выбивает меня из колеи. Это невозможный человек!

— Слай, я бы все отдала ради того чтобы у меня была мамочка, — вздохнула Сихха, — И не такая уж она невозможная. Переживает за тебя, любит тебя. По-моему, ты к ней слишком пристрастен.

— Да?! Это я-то пристрастен? Чем она тебя обольстила? И вообще, о чем же ты говорила с моей мамочкой? Ну-ка, ну-ка, расскажи! Что она тебе нашептывала?

— Ты на самом деле хочешь знать? Вообще-то это не твое дело. Это мои с ней секреты. — Сихха тонко улыбнулась, помолчала и добавила: — Ну, хорошо, тогда держись! Итак: ты не умеешь обходиться с девушками, потому ненадежен как муж, но ты честный, добрый, и хорош в постели — так говорят твои бывшие партнерши, которых мамочка специально опрашивала. А еще — если я задумаю завести от тебя ребенка, обязательно должна с ней проконсультироваться и пройти через обследование. И еще — она мечтает о девочке! Достаточно?

— Мда... Слай, я тебе сочувствую! — Хаган недоверчиво покачал головой. — Тотальный контроль! Как ты вообще выжил? И как ты сумел стать тем, кем стал?

— Всему вопреки — как еще? — хмыкнул мрачный Слай. — Когда ты даже в сортир не можешь сходить без того, чтобы вышедшее из тебя не взяли на анализ — поневоле задумаешься, а надо ли тебе это? При первой возможности я от мамочки сбежал и поселился отдельно. Представляете, что было? От криков и ругани, до слез, спектаклей с заламыванием рук и обещанием скорой кончины путем бросания вниз с самой высокой башни города. Я едва выдержал напор! Но выдержал. И теперь я с вами. Вот так...

— Подожди... я чего-то упустил... — Хаган недоверчиво покрутил головой. — А чего она все время норовит отправить Сихху в твою постель? Ты что, сказал, что Сихха твоя девушка? Она ведь не может иметь от тебя детей!

— Дурак ты, Хаган. — Сихха презрительно фыркнула, и демонстративно выпустила когти из гладких, красивых пальцев. — Кто тебе сказал, что я не могу забеременеть от обычного человека? Кстати — Слай не обычный земной человек. Он тоже мутант. А чтобы забеременеть от мутанта другой расы существуют специальные средства, сглаживающие непреодолимые обычным способом барьеры. Не понимаешь? Ну и не надо. В общем — при желании можно было бы сделать, и мамочка Слая прекрасно это знает. Она ведь медик, и насколько я поняла — не из последних. Так ведь, Слай?

— Так. Мама занималась проблемами генной инженерии много лет, можно сказать для собственного удовольствия — вы теперь видели ее патологическую тягу к здоровому образу жизни и все такое прочее. Впрочем — глядя на нее поверишь, что здоровый образ жизни и процедуры, которые мамочка навязывает всем окружающим приносят пользу.

— Глядя на тебя — тоже поверишь. Ты ведь выглядишь не старше восемнадцати-девятнадцати лет, а тебе двадцать пять. Итак, мамочка Слая — она мечтает о внуках, и дошла до такой стадии, когда ей все равно, от кого будет внучка. Или внук. Даже от ненормальной хвостатой кошки. Уверен, она отговаривала Слая от союза со мной и не верила, что между нами нет любовной связи. Мамочка уговаривала меня остаться на ночевку, говорила, что приготовила постель для нас со Слаем, и у меня есть подозрения, что она могла бы подсыпать в еду что-то такое, что способствовало бы деторождению. Этим она убивает сразу две цели — получает себе внучку, или внука, и с помощью ребенка привязывает Слая к дому. Он будет вынужден почаще возвращаться домой, и возможно — совсем отказаться от полетов в космос. Теперь поняли?

— Мда... какое коварство! Слай, я снимаю свои замечания по поводу того, что моя матушка круче твоей. До такой интриги моя точно бы не додумалась.

— А о чем я говорил? Моя мама умна, и к цели идет как тяжелый крейсер, паля изо всех орудий. Теперь понимаете, почему папа отправился на войну? После мамы война казалась ему легкой прогулкой! Хмм... интересно, а что бы сделала твоя мама, Хаган, если бы ты явился к ней с хвостатой пятнистой кошкой и объявил, что теперь это твоя подруга?

— Представить боюсь! Кошки у нас точно не в чести! В генах заложено: кошки — враги волков! И мы не настолько терпимы, чтобы принять такой союз. Это невозможно! Так что Си, наш с тобой союз заканчивается, не начавшись! Любовный союз, имею в виду!

— И слава Создателю! — хихикнула девушка, отталкивая руки Хагана, удобно устроившиеся у нее на бедре. — Пошел, пошел отсюда! Волк-развратник! Сексуальный маньяк! Иди к своим волчицам! Кстати, ни разу не видела, чтобы ты заглядывался на женщин. Хаг, у тебя все в порядке с этим делом? Может ты больше мальчиков любишь? Давай, кайся!

— Дура! Где ты видела вокруг женщин, чтобы я на них заглядывался? Вы все мне кажетесь странными — волос нет, головы неправильной формы — какие из вас сексуальные объекты? Вот прилетим на Морию, схожу в заведение... надо, надо... мужчина не может долго без женщины! Правда же, Слай?

— Что вы все заладили — Слай, да Слай? Все кости мне уже перемыли! Пожалел, что согласился пойти к мамочке, да еще и вас потащил с собой! Ну, все про меня узнали! Сихха вон про себя не особо рассказывает, а про меня все выспросила!

— Да что про меня рассказывать? Ты же все знаешь. Родилась на Сильмане, после первого Чумного ветра. Родители хаперы, грабили брошенные корабли. Погибли от рук подонков из вражеского племени. Поставила себе нейросеть механика по ремонту кораблей. Жила со Швуххом, была его наложницей. Родила, потом убила своего ребенка... когда он заразился чумой и начал бросаться на окружающих. Все ты знаешь, Слай. И мне тяжело об этом рассказывать... ничего веселого нет. Борьба за выживание, старые, опасные корабли, в которых ты собираешь вещи умерших, иногда запачканные кровью. Потом прилетели вы... и конец врагам! Вот так...

— Кстати, считаю, что стоимость ядерных ракет и ракеты с антиматерией нужно вычесть из доли Сиххи! — Хаган возмущенно покрутил головой. — Она взяла их без спросу! А теперь нам нужно будет покупать! И стоят ракеты приличных денег! Кстати — сколько они стоят?

— Хаг, мы же забили ракетами орудийный погреб «Бродяги» — пожала плечами девушка — ну да, мозги у них сдохли за то время, пока «чушки» валялись по кораблям, но нужно всего лишь прикупить управляющие блоки, и ракеты снова будут в работе. Гарантирую, что они будут работать как следует. Я же механик, не забыл? Что касается стоимости мозгов — вычтите из моих денег. Я не возражаю, и даже настаиваю. Все в мире имеет свою цену. Кстати, Слай, когда ты нас оформишь официально? Как компаньонов «Корпорации Донгар»?

— Запрос уже отправил. Нужно прибыть на Морию и лично засвидетельствовать готовность принять и войти в корпорацию. Не знаю, зачем это нужно сделать лично — архаизм какой-то! Но это именно так. В контору, фиксируем сделку, и вперед. Кстати, вам нужны наличные деньги? Я перевел на ваши видоны по тысяче кредитов, пока хватит. Дальше разберемся.

— Слай, может и вправду закупим натуральных продуктов? Твоя мамочка была права — еда из конвертора — это не очень здоровый образ жизни. Все-таки искусственная пища, что не говори...

— Си, она и тебя заразила идеями о чертовом здоровом образе жизни? — Слай укоризненно покачал указательным пальцем. — Ведь давно доказано, что еда из конвертеров полностью соответствует составу натуральных продуктов! Это не суррогат какой-то, это полноценная пища, которую организм с удовольствием принимает! А все рассуждения на тему того, что это вредно, есть измышления Натуристов, и не имеют под собой никакого основания!

— Ты на свою мамочку посмотри. Она картинка, иллюстрирующая правильность здорового образа жизни. И я хочу в шестьдесят лет выглядеть на двадцать пять!

— Попалась! И эта попалась! Если ты не заметила, на Беории вообще все выглядят моложе своего возраста! Ну... особенность это такая, генетически обусловленная! Мы и живем подольше многих, и что теперь?

— Когда-нибудь я поселюсь на Беории. — Сихха мечтательно закатила глаза и покосилась на Слая. — Буду жить полторы сотни лет, а может и больше, и есть только натуральные продукты! А не дрянь из старого конвертора!

— Не думаю, что тебе тут будет особо сладко. — поморщившись, заметил Слай. — Не все такие терпимые, как моя мама, для которой все женщины — соратники, и ее воины. Не забывай, всего двадцать лет прошло после войны с беаргами, и на Беории много семей, из которых люди ушли на войну, и не вернулись. Наша планета дает пилотов, механиков, весь обслуживающий персонал для звездолетов, боевых и торговых, так что... могут тебе припомнить эту войну.

— Да ладно... я так просто... пошутила. — нахмурилась Сихха, отвернувшись в сторону и глядя на пейзаж за окном. — Не нужна мне ваша горячая планетка. Я люблю леса, джунгли, прохладу и тень. Мне тут некомфортно, так что... пошла она, ваша Беория!

— Справедливости ради нужно заметить, что джунглей и здесь хватает. И места есть прохладные. А то, что ты обиделась на мои слова не делает тебе чести — я что, должен был, врать? Войны никогда не делают народы ближе. Раны, нанесенные войной, заживают десятилетиями, и никто не скажет — заживут ли они совсем. Слишком глубоки и болезненны... Мой отец погиб на этой войне, и вы, беарги, ее затеяли. А вы, синтонианцы, активно участвовали в качестве наемников! Если я это помню, и с болью, что должны помнить остальные мои сограждане?

— С чего это мы начали войну? — Сихха зашипела, и стала похожа на настоящую кошку. — Мы всего лишь хотели жить сами по себе и не платить налогов в вашу чертову Империю! Зачем вы к нам прилезли?! Зачем начали бомбить наши дома?! У тебя еще язык поворачивается сказать такие слова!

— Хватит о политике! — Хаган рявкнул так, что зазвенел кокпит такси. — Передеритесь еще! Что было, то прошло! Мы другие! Мы не воюем, и никогда не будем воевать друг с другом! Мы команда! И за каждого из вас я отдам жизнь! Даже за тебя, маленькая пятнистая вонючка! И не будем ссориться!

— Чего он меня все время вонючкой называет, Слай? Я уже устала от этого грубияна! Понюхай — я правда, что ли, чем-то пахну? Я ведь сама не могу учуять свой запах... ну... почти не могу! Понюхай — что, пахнет чем-то? Ну — скажи, скажи!

Сихха уцепилась за голову Слая, ткнула его в свою упругую грудь, и Слай задохнулся от желания обнять, прижать к себе девушку, навалиться на нее, и...

Свежий, какой-то травяной запах Сиххи будоражил, манил. Она пахла то ли пряностями, то ли какими-то благовониями, и ничего неприятного в этом запахе не было. Скорее наоборот... запах был настолько притягателен, что просто сносило голову!

Слай отпрянул — ошеломленный, с вытаращенными глазами, и тут же заложил ногу за ногу... на всякий случай. Чтобы не выдать себя и не стать объектом насмешек приятеля. Но Хаган заметил и радостно захохотал:

— Что, хватанул?! Во так-то! Теперь ты знаешь почему я называю ее вонючкой! Ты что, не читал — беарги выделяют феромоны, которые привлекают самцов противоположного пола — если самец им очень нравится! Это будто дорожка, по которой должны идти два влюбленных сердца! Если ты почувствовал призыв — значит все, на крючке! Хе-хе-хе... А представляешь, что чует мой нос? Он ведь почувствительнее чем у тебя — в сотни раз! Конечно, не настоящий волчий, но... близко к тому. Сихха, давай, признавайся — влюблена в Слая? То-то ты воняешь с самой первой вашей встречи! Слай, ты думаешь, просто так заглядываешься на эту девку? Хочется, да? Снится? Да не будь наивным! Это все химия! Она тебя завлекает! И с корабля ты ее не выгнал именно потому! Хотя за то предательство, что Сихха сотворила — нужно было дать ей хорошего пинка в зад! Ну какой же ты наивный! Что, невнимательно почитал об этой расе? Думаешь зря девушки беаргов так популярны в борделях? Не только потому, что они хороши в постели, и не столько! А потому, что они умеют завлечь посетителя, возбудить его, распалить желание! Конечно — не все могут управлять этим даром, этому годами учатся, но многие, очень многие.

— Я не нарочно! — Сихха едва не плакала, сжав губы и прищурив янтарные глаза. — Я не могу ничего с собой поделать, это проклятый организм! Но я не вонючка! Я буду заглушать феромоны благовониями! Сделаю все, чтобы не воздействовать на Слая! Ну что, что я могу сделать, чтобы вы мне поверили до конца? Я ведь сказала — больше такого, как на Сильмане, не повторится! И я сделаю все, что вы скажете! И я благодарна до конца жизни Слаю, за то, что он мне поверил! Но что я мгу сделать со своим организмом?

— Надо было к мамочке Слая обратиться, — пожал плечами Хаган. — У парня крышу сносит, когда ты с ним рядом, и он не может как следует рассуждать, видя твою задницу. Это неправильно. Мужчина не должен целыми днями думать о женщине. У него есть гораздо более важные проблемы, и он должен их решать.

— Какие? — фыркнула Сихха, не глядя на молчаливого Слая. — Война? Убийство? Это твои важные проблемы? Нет проблем важнее, чем воспроизводство рода! А все остальное лишь придаток к твоей проблеме! Твои проблемы придумали тупые волки, для которых убийство стоит во главе всего сущего!

— Не убийство, а честь! Нет ничего выше чести! — рыкнул Хаган, привычно хлопая по поясу, где обычно висел ритуальный меч, и не находя его. Слай заставил друзей оставить оружие на корабле — ходить по Беории с таким арсеналом можно было только до первого полицейского. Тут же оказались бы в клетке, и потом бы долго и трудно объясняли, что не имели намерения выпотрошить мэра столицы за то, что он построил дополнительную дорогу, чем усилил налоговый гнет на несчастных жителей города.

— Честь, честь... я уже тебе говорила по этому поводу. — устало мотнула головой Сихха, и незаметно отодвинулась подальше от Слая, так и сидевшего истуканом, глядя в пространство. — Слай, не переживай! Я не покушаюсь на твою честь! И не соблазняю тебя! Так уж вышло... я почитаю, что можно сделать, и заглушу феромоны. И еще раз обещаю — то, что было на Сильмане никогда не повторится! Я благодарна тебе, и умру за тебя.

Оставшееся время в пути все молчали. Сихха сидела с закрытыми глазами, отвернувшись, и только по слегка колышащейся высокой груди было понятно, что она жива.

Хаган прильнул к прозрачному пластметаллическому кокпиту и разглядывал пейзажи внизу, а Слай сидел и думал о том, как все непросто, и с каждым последующим днем не становится проще.

Думал и о Сиххе, которую под влиянием импульса оставил на корабле после совершенного ей нехорошего поступка, если можно назвать всего лишь нехорошим поступком уничтожение десятков тысяч соплеменников.

Думал о том, не был ли этот импульс результатом манипулирования хитрой, умной, продуманной девицы. А еще — прикидывал, сможет ли дальше когда-нибудь поверить ей до конца, зная, что однажды она уже обманула его доверие. И что если понадобится, Сихха может перешагнуть через горы трупов, оправдывая это великими идеями и совершенной необходимостью. Впрочем — так частенько бывало в истории цивилизации, и Слай знал это лучше многих, с детства увлекаясь историей Империи.

Так и не придя ни к какому выводу, просто задремал, уйдя в небытие, как многие миллиарды людей до него, считавшие, что уж после сна-то все их проблемы развеются, как утренний туман. Самообман, но... так ведь легче?

Уже когда такси зависло над площадкой космодрома, Слай встрепенулся, и немного хриплым от сна голосом, сказал, не глядя на своих напарников:

— Все так, как есть, и как оно должно быть. И будет то, что будет. Живем! Мы — команда! Мы — против всех! Мы — вместе! И так будет всегда. Пошли, «Бродяга» нас заждался. Кстати, все-таки, что будем делать с абордажной шлюпкой? Продадим, или оставим себе?

— Считаю, что нужно оставить себе. — пожала плечами Сихха, все еще пасмурная и не смотрящая в сторону спутников. — Продадим за жалкие два кредита, а потом будем покупать задорого. Вооружение у нее слабовато, и защита, но ведь мы не собираемся вести войну? Для разведки самое то, что нужно. Я бы поставила на нее систему «Тень». Тогда ее вообще будет трудно разглядеть. Днем — видно только как мерцание, ночью не видно вообще. И гравизахват ей бы посильнее...

— Ага! И кучу пушек наставить! Броню усилить! Вот тебе и тяжелый крейсер! — хмыкнул Хаган, подходя к отполированному заново корпусу «Бродяги» и ласково похлопывая ладонью по тяжелой броне. — Может на «Бродягу» поставить эту самую «Тень»? Почему на шлюпку?

— Потому, что чем больше размер корабля, тем мощнее должна быть «Тень», и значит — дороже! Хаг, опять из себя идиота изображаешь? Или хочешь меня поддеть? Так вот сообщаю — я холодная, как бетон космодрома, и меня этой дурью не зацепить!

— Кстати, насчет дури, ребята. — Слай замолк и поджал губы, собираясь с мыслями, но Хаган его опередил:

— Да ладно, ладно — не буду! Разок всего попробовал! Что такого-то? На корабле — не буду! Это ты хотел сказать?

— Это! — холодно бросил Слай, прикладывая руку к пластине идентификации. — Ты не умеешь остановиться, а значит, не должен ее употреблять! И кстати — где взял? Я же заблокировал конвертор в производстве всякой такой пакости! Где ты ее прятал?

— Ну... было у меня немножко, да. — оскалился Хаган, блестя белоснежными волчьими клыками. — Теперь нет! Не буду! Сказал же! Обещаю! Кстати, чего ты лапаешь «Бродягу»? Забыл, что у нас теперь Зай есть? Просто скажи ему открыть, и все.

— Забыл, точно! — улыбнулся Слай. — Эй, Зай, ты там живой? Открывай, домой хочу!

— Я не живой. Но и не мертвый! Философский вопрос — в каком я состоянии? — откликнулся искин звездолета, открывая люк для экипажа. — Смотрел теологические споры по поводу искусственных мозгов, и знаете, что нашел? Мы, искины, тоже обладаем душой!

— Хорошо что душой, а не душком, как некоторые. — хохотнул Хаган, и тут же рванулся вперед, ускользая от пинка, направленного точно в зад. — Эй, не балуйся! Ну что за злая девка, а? Слай, не женись на ней никогда! Рискуешь не проснуться!

— Насколько я знаю, браки между расами людей не запрещены, однако производство детей в этом случае является проблематичным. Что касается высказывания «рискует не проснуться» — это мне непонятно. Есть какие-то предпосылки к подобному высказыванию?

— Есть! Тупость высказавшего! Его безумие! — зло сплюнула Сихха, решительно шагая следом за Слаем. — Зай, не нужно спрашивать о тех глупостях, что время от времени выдает этот придурок!

— Я ничего не понял, но это и не важно. Капитан, корабль в полном порядке. Рядом с ангаром появлялись представители технической службы космодрома, они помочились на стену здания . Я не счел необходимым известить тебя о происшедшем нападении, так как оно не нанесло никакого вреда. У меня не было распоряжения уничтожать каждого, кто помочится на ангар.

— Ага! Ты еще птиц начни сбивать, которые сверху нагадят! — ворчливо заметила Сихха, усаживаясь в кресло механика и надевая на себя шлем управления — если мы будем убивать всех, кто нагадит рядом с нами — придется бежать на окраину галактики. Металлолом выгрузил?

— Как только вы уехали. Грузовые роботы исправны, находятся в своем отсеке. Все узлы функционируют нормально.

— Сейчас проверю... — Сихха прикрыла глаза и погрузилась в виртуальный мир корабля, проверяя все его внутренности, «прозванивая», просвечивая на предмет неисправностей.

Хороший механик, такой, каким некогда был отец Слая, может заранее угадать тот узел, который в ближайшее время выдать неисправность. Нет, угадать — не то слово. Почувствовать! Так будет вернее. Сплав нейросети механика и сознания человека давали результат, который до сих пор не поддавался объяснению — человек будто бы становился частью механизма, чувствовал его, проникая в детали, в металл, в структуру системы, улавливая любые, самые малейшие «болезненные» ощущения. Лучшие механики ценились так, что за ними гонялись крупные корпорации, перекупая, интригуя, заставляя перейти в себе на службу. Ведь если у тебя в собственности громадный межзвездный корабль, стоящий миллиарды кредитов, десятки миллиардов — разве не стоит потратить еще чуть-чуть денег, чтобы не потерять судно в глубинах темного космоса? Ведь жизнь корабля может зависеть от совершенно ничтожной детальки, не вовремя вышедшей из строя, и никакой корабельный мозг никогда не сравнится с мозгом живого человека по эффективности диагностики. Почему? Никто так и не смог докопаться до причин этого явления. Почему у одних людей есть способности к неким действиям, а у других нет? Только Создателю известно.

— Нормально! Все в порядке. — Сихха была как будто слегка разочарована, и Слай невольно усмехнулся — девочке так хотелось доказать свою «нужность»... Видимо Сихха поняла, что Слай ее раскусил, потому что слегка покраснела и резко поднявшись, бросила шлем на кресло и повернувшись, сказала через плечо:

— Я в каюту. Переоденусь и приму душ. Если понадоблюсь — позовете.

Девушка исчезла за дверью, а Слай с Хаганом переглянулись — Хаган с понимающей усмешкой, Слай — грустно.

— Ты и вправду не знал про способность завлекать партнеров, брат по обету? — Хага посерьезнел, и посмотрел на Слая в упор, испытующе, покачивая носком правой ноги, заложенной на левую. — Может все-таки отделаться от нее? Ты ведь всю жизнь будешь думать о том, что она, возможно, завлекла тебя в свои сети, заставила принять в партнеры. Только не ври, что такая мысль не закрадывалась в твою многоумную голову. Выдадим ей денег — я даже откажусь от своей доли — и оставим на Мории. Не пропадет. Девочка с такими способностями... во всем... никак не пропадет. Или ты в самом деле в нее влюблен? Не хочешь — не говори — ты командир, капитан, и ты взрослый парень. Твоя личная жизнь — это твоя жизнь. И никто не должен в нее лезть. Даже я. Хотя замечу — стоит иметь рядом ходячую совесть, разум и честь, чтобы они напоминали тебе о том, как надо поступить в той, или иной ситуации!

— Что, предлагаешь нанять еще трех членов команды? — невозмутимо спросил Слай, скосив глаза на приятеля.

— Негодяй! — Хаган фыркнул, и бросил в Слая корочкой пирога, который только что достал из конвертора. — Никогда я не сравнюсь с тобой в бою на языках! Язычок у тебя, как бритва! Ты понял, о чем я говорю. Так что скажешь?

— Что я могу сказать... да, гнездиться в голове такая мысль. Но что поделаешь? Придется жить и работать с теми, кого послал Создатель. Идеальных людей нет. Сейчас над ней довлеет чувство вины, и Сихха будет землю рыть, чтобы доказать свою необходимость. Я не могу выбросить ее вон, как надкусанный кусок пирога. Она человек, а не вещь. Смотреть за ней будем, да, но Сихха такой же член экипажа, как и ты. Как я. Как... Зай. Эй, Зай, что там делает Сихха?

— Лежит на постели и плачет. Рыдает.

— Это хорошо... — глубокомысленно заметил Хаган — значит совесть есть. Не всю сожгла. Честно сказать, для меня верность другу превыше всего. Выше своей чести. Впрочем — это и есть честь, когда ты поступаешься своими интересами, своей честью — ради друга. Так уж я воспитан. Потому не могу понять и принять ее поступка. И вряд ли смогу когда-нибудь понять. Но это уже твое дело. Зай, не передавай ничего из того, что мы тут наговорили Сиххе, хорошо?

— И не собирался. Я искусственный интеллект, но совсем не дурак. И не в моих интересах разжигать рознь между членами экипажа. Тем более, что у меня есть прямой приказ капитана — о том, что происходит в корабле, докладывать я обязан только ему. Что касается Сиххи, по моему разумению, капитан абсолютно прав. Девушка переживает и очень боится, что ее прогонят. Она мне так прямо и сказала.

— А зачем мне говоришь? Если капитан запретил тебе говорить? — хмыкнул Хаган.

— А он сейчас разрешил. Через шлем. Потому я ничего не нарушил.

— Не сбивай Зая с толку, Хаг... — усмехнулся Слай, и глубоко вздохнув, почесал макушку. — Сложно как все... Ну что, летим на Морию? Разгрузка произведена, маму посетили — не пора ли поработать? Кстати — ракеты надо реанимировать. Зай, поищи, где можно купить системы наведения для наших ракет. Лучше списанные со армейских складов, но с гарантией. Помоечные нам не нужны. И подешевле ищи, наши финансы оставляют желать лучшего. А с Сиххи я вычту за выпущенные ракеты! Я добрый парень, но не святой!

— Это верно! И насчет святого, и насчет ракет! — хохотнул Хаган и подобнее устроился в кресле. — Кстати, когда мне прошивку пилота купим? Я тоже хочу пилотировать! Не все же лучевиком махать... купишь?

— Куплю. Как денег заработаем. Зай, ты готов? Нашел что-нибудь?

— Нашел. К старту готов, могу стартовать через три минуты. Крыша ангара уже открыта.

— Тогда поехали? Держись, Хаг! Вперед, Зай! До встречи на Мории!

Глава 2

— Ну почему ты не дал ему врезать?! Я хотел дать в глаз негодяю, а ты не дал врезать!

— Никому не надо врезать. Пока я не скажу! Кто тут капитан?

— Ты. Но надо было врезать!

— Послушай, Хаг, если мы будем разбивать башку каждому, что скажет нам гадость — придется перебить половину вселенной. Нужно держать себя в руках.

— Он оскорбил мою честь! И честь Сиххи! И твою честь! Как ты можешь терпеть такое?!

— С каких это пор тебя стала заботить честь Сиххи? Это просто откровение какое-то! То ты ноги об нее вытираешь, то готов за нее башку оторвать. Это как?

— Я имею право над ней глумиться! Потому что я свой! А никто больше не имеет такого права! И я ему башку оторву! Она из моей... нашей команды, и каждый, кто оскорбляет ее достоинство, оскорбляет и меня! Он не имел права говорить такие вещи! Я должен отомстить. Дай мне шлюпку, я слетаю на эту чертову базу и вызову его на дуэль! Зачем ты увел меня с этой мерзкой базы?

— Зачем? Затем, чтобы тебя банально не убили. Ты видел в углу боевых роботов? Видел охрану на входе? Ты что думаешь, они так просто там стоят, для красоты? Ты бы оттуда не вышел!

— Да ладно... больше болтовни. Какой-то жирный альгоец... и ты так разволновался? Да я бы их покрошил на куски! Оскорбление нужно смывать кровью!

— Ну и что — предложил он мне и Сиххе составить ему компанию в постели. Убивать его за это? У них такие нравы. Мне плевать, что он там предложил, главное — блоки управления к ракетам нормальные, рабочие и скоро мы будем во всеоружии. Успокойся, и не забивай голову всякой ерундой. Зай, как дела у Сиххи?

— Почти закончила. Мои ремонтники уже все установили, она прозванивает. Еще две ракеты, и все. Кстати, очень хороший механик наша Сихха, чутье у нее на высшем уровне. Я разбираюсь, что такое хороший механик, заверяю вас.

— На тебя тоже феромоны этой девки подействовали, Зай? — Хаган был очень раздражен и ему явно хотелось на ком-то сорвать зло. — Больно уж ты проникся к ней!

— Я даю только объективные оценки. Надо мной не довлеют никакие человеческие страсти. Чистая логика и опыт. И феромоны на меня подействовать не могут. Кроме того, Сихха сейчас пьет специальный состав, который уменьшает выделение феромонов любви — она попросила, я приготовил.

— С какой стати ты разбираешься в лекарствах? — Хаган недоверчиво хмыкнул и закачал ногой, перекинутой через поручень кресла. — Ты же обычный корабельный мозг!

— Я был мозгом исследовательского корабля, и во мне хранится много знаний. Все, Сихха закончила, идет сюда.

— «Это просто замечательно»! Помнишь, Слай, как ты сказал эту фразу? И мы покрошили негодяев! А командира ты забил голыми кулаками! Эх, мне бы сейчас парочку врагов... да выпустить им кишки! Что-то настроение совсем гадкое...

— По-моему у тебя гадкое настроение с тех пор, как Слай запретил тебе пить эту гадость, что ты прятал в ножнах меча! Не понимаю, зачем поднимать себе настроение всякой химией, если есть множество способов сделать это гораздо приятнее! — Сихха почти вбежала в рубку и встала возле своего кресла.

— Например? Покопаться в мозгах поганых ракет? Тоже мне, нашла удовольствие!

— Почему бы и нет? Пусть даже и так. Я все сделала, Слай. Теперь мы чертовски крутая штучка! Пусть попробуют нас взять! Зубы обломают об наш орешек! Ракеты в полной боевой готовности!

— Да кому мы нужны-то? — Хаган потянулся, и сделал несколько резких движений руками. — Пойду я спать. Вы нудные, скучные... и вообще... люди без чести!

— Чего это с ним такое? — хмыкнула Сихха, устало опускаясь в кресло. — Если бы он был женщиной, я бы поняла, что у него эти самые дни, но мужчина... Хаг, а может ты девка? А что? Мы же не заглядывали тебе в штаны, может ты скрываешь свою женскую натуру?

— Показать? Я могу! Прямо сейчас! — Хаган взялся за липучки комбинезона и начал с треском отрывать, под радостное хихиканье Сиххи. — Сейчас покажу!

— Прекрати, Хаг! Еще этого нам не хватало! Спятил, что ли? Вывали еще здесь свое хозяйство! — Слай укоризненно помотал головой. — Сядь, успокойся и давайте-ка мы все решим, что будем делать дальше, как жить. Денег у нас нет. Все что было, ушло на долги и на вооружение. Но зато теперь мы готовы к дальнему полету, и... к хорошему бою. Корабль исправен, горючее под завязку. Теперь вы полноправные компаньоны, и я хочу слышать ваше мнение, ваши предложения. Есть они?

— Слай... это... ты предлагай, а мы уж... хмм... у меня, честно сказать, ничего в голову не приходит. Летим — куда глаза глядят! А там видно будет. Ввяжемся в драку, а уж там и посмотрим, что получилось.

— С тобой все ясно. — глубоко вздохнул Слай, ничуть не удивленный и не раздосадованный. — Сихха, ты что скажешь?

— А что я могу сказать? Как ни странно — присоединяюсь к этому четвероруку. Куда лететь, зачем лететь — какая разница? Как скажешь, так и будет. Куда ты, туда и мы.

— Если бы я еще знал — куда! — рассеянно заметил Слай, глядя в пространство. — Но и не лететь нельзя. Жить ведь на что-то надо! Мечта у меня есть — купить домик на Праматери Земле, возле моря... сидеть на камешке, опустив ноги в море и смотреть на горизонт! У меня на планете такое невозможно — тут же ногу откусят. Или под кожу какая-нибудь пакость залезет. А там, я читал, смотрел по видео — чистое море, пляжи... девушки с белой кожей! А вот чтобы это все исполнилось — нужно заработать хорошие деньги. Как? Вот вопрос!

— Я тоже хочу на пляж! — вздохнула Сихха. — И в море хочу. Я никогда не купалась в море!

— И я хочу! — хохотнул Хаг. — Я бы хватал тебя за пятки, ты бы визжала, и мне было бы весело! Давай, капитан, решай, куда летим! Ты знаешь, Слай, мне кажется, у тебя есть чутье на выгодные сделки. Вот гляди — слетали на безнадежную, убийственную сделку, а с чем вернулись? Апгрейдили корабль, денег заработали, Зая нашли... Сихху. Разве это плохо? Может снова ткнем пальцем в какой-нибудь заказ, и полетим?

— Нет уж. — Слай невольно содрогнулся. — Еще одной чумной планеты мы не переживем. Нам нужен Зай.

— Я всегда готов помочь, капитан! Задавай вопрос.

— Слушай вводную: планета, на которой добывали что-то ценное, что могло быть заброшено после распада Первой Империи. Ценные металлы, занимающие небольшой объем. Желательно без аборигенов, без болезней, без ловушек. Есть такое?

— Капитан, вопрос сложный. Планеты с ценными металлами, само собой, есть, но... без ловушек? Как я могу это гарантировать?

— Понял. Вопрос о ловушках снимаю. Планеты с автоматическими заводами, где могли накопиться ценные металлы и о которых могли забыть. Или вот еще что — планеты-базы с ценным оборудованием, пригодным для использования в наше время. Впрочем — это снимаю. Какое оборудование будет жить тысячи лет?

— Почему бы и нет? Немало автоматических заводов поддерживали себя сами. У них имелся штат роботов-ремонтников, и те без участия человека производили все работы. Оставалось лишь забрать металл, накопившийся на складах. За тысячи лет склады должны быть просто переполнены продукцией этого завода.

— Вы забываете одно — почему Империя должны была забыть о накопленных сокровищах? С чего вы взяли, что информация об этих планетах потеряна? — Сихха недоверчиво помотала головой, потянулась и снова свернулась в кресле, гибкая, как все представители кошачьего племени.

— Ну... да. Мы можем только предполагать. Но ведь Зай не так просто отбирает, не первые попавшиеся планеты! Только те, что находятся с краю обитаемых скоплений, те, что могли забыть.

— Капитан, вообще-то у меня не так много сведений о подобных планетах. Я ведь не был кораблем, доставляющим металл с этих планет, я был исследовательским кораблем, а потом — летающим доком. Так что в этом плане особой помощи от меня ждать не следует.

— Вот так и развеиваются мечты! — хмыкнул Хаган. — Кстати, до сих пор не пойму, зачем исследователям такой огромный корабль? Ну тот, с которого мы тебя сняли! Он и на планету-то с трудом может сесть!

— Поясню. Это не совсем исследовательский корабль. Исследовательский, но до определенной степени. Эта серия использовалась переселенцами для колонизации планет. Представьте себе корабль, заполненный колонистами, оборудованием для колонизации, всем, что необходимо людям на первых порах — нужен большой объем для груза, да и сам корабль должен служить первое время чем-то вроде крепости, в которой можно укрыться от невзгод. Вот, это и был — я. Нет, колонистов не возил, не успел. Только исследовательскую группу. Но облетели мы десятки планет. Потом началась война, и меня переоборудовали под док. Тогда я тоже посетил много планет, но на них уже почти не опускался. Вся информация из военной сети.

— Как все зыбко. — поежилась Сихха. — Кстати, а никто не задумывался, с какой стати тот же автоматический завод отдаст нам свою продукцию? Вам не кажется, что должны существовать охранные системы? И что нам придется буквально воевать за металл? И еще не факт что мы выдержим бой. Это вам не линкор, и не тяжелый крейсер, а всего лишь грузовик, хоть и реконструированный! Что, если возле планеты спутники-убийцы? Они разнесут нас в клочья, даже с нашей новой защитой! Это риск. Огромный риск.

— Ну, давай будем сидеть на Мории и плакать! Или возить почту за три кредита в сутки! — фыркнул Хаган. — Рискнуть, а если надо — и погибнуть! Вот верный путь воина! Вот путь к вечному блаженству!

— Дурак. — припечатала Сихха. — Можешь отправляться на свои дурацкие небеса хоть сейчас! Просто перережь себе глотку своей глупой железкой, и все! А я только жить начала! Я хочу увидеть вселенную, новые миры! Но не собираюсь для этого поджаривать свой зад, или подыхать на какой-нибудь убогой планетке, задохнувшись в ядовитом воздухе. Потому я против резких, необдуманных шагов. Хватит, нашагались уже — посмотри на мою планету, чего добились? Тоже — вопили о чести, о свободе, о выборе. И что? Чем закончилось?

— Нашла пример! Какие-то кошки, и мы! — скривился Хаган. — Не нравится, предложи сама!

— И предложу. Зай, во время твоего путешествия с исследователями, что ценного вы нашли на какой-нибудь планете? Что такого, что могло быть использовано сейчас, что-то редкое, ценное — например какое-то лекарство, или растение, или... ну... что-то такое, что может заинтересовать людей? Ведь ты же хранишь всю информацию у себя в... хмм... не знаю, где вы там храните свою информацию, но ты понял.

— Да, я помню все, что исследовали ученые-разведчики. Вот насчет ценного... тут сложнее. Как я могу оценить важность, или неважность найденного? По каким критериям? Если исследователи нашли наркотик, которые вызывает красочные длительные галлюцинации у одной расы, и быструю смерть у другой — это ценная находка? Или животное, которое устраивается на плечах человека, питается его кровью, но за это обеспечивает носителя здоровьем, силой, способностью дышать в воде и ядовитой атмосфере — это ценная находка?

— Никаких животных! Засрут весь корабль! — скривился Хаган. — Они воняют! И гадят! А вот насчет наркотика...

— Никаких наркотиков! — твердо заключил Слай. — Мы не будем наркобаронами, даже если за это нам отсыплют миллиарды! Я хочу спать спокойно, и не думать о том, что кто-то сейчас умирает от привезенной нами пакости!

— Слай, расы разные, для одной этот наркотик яд, для другой — лекарство. Так что не будь так категоричен.

— Капитан, нас вызывают! Некий командор Филигс предлагает допустить его на «Бродягу». У него высший доступ, я не могу ему отказать. Вообще-то могу, но стоит ли ему знать, что он для меня никто?

— Пусти. И во время разговора не встревай, не говори ни слова. Пусть считает, что у нас старый корабельный мозг.

Слай откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику, Хаган издал низкое рычание, и в руке его мгновенно появился лучевик:

— Похоже, мы никогда не отделаемся от этого проклятого типа! Может пристрелить его?

— Не дури, и спрячь оружие. — Слай нахмурился, и незаметно потрогал лучевик у себя на предплечье. — Без моей команды никаких действий. Сигнал — ты помнишь — «все просто замечательно». Тогда просто прыгай, и мочи всех, кто попадется под руку.

— Сихху тоже? — Хаган радостно оскалил зубы и покосился на фыркнувшую девушку. — Не, ну а что? Ты сказал — всех!

— Кто бы тебе еще позволил... — промурлыкала Сихха, выпуская из пальцев когти и щуря янтарные глаза. — Как-нибудь мы с тобой устроим тренировочный бой, и вот тогда посмотрим, кто возьмет верх! Мне мешает полуторная тяжесть, тормозит реакции, а то бы я гарантировала, что выцапараю твои наглые глазенки тупого волка!

— Я тупой?! Это я-то тупой?! Да ты...

— Заткнитесь! Сейчас же! — резко бросил Слай, затвердев лицом. — Не место, и не время! Молчать, и не встревать, пока я не скажу!

Как ни странно, скандальная команда «Бродяги» тут же затихла, а Сихха широко раскрыв глаза, с уважением посмотрела на Слая, мгновенно превратившегося из мальчика-красавчика в довольно-таки опасного и сильного капитана свободного корабля. Картинно-красивое лицо беарийца стало жестким, даже хищным, а голубые глаза, всегда такие яркие, мерцающие в полутьме, стали напоминать глаза зверя, выслеживающего свою жертву в темноте джунглей.

Подумалось — вероятно потому беарийцы такие добродушные и терпимые — сильным людям ни к чему быть злыми. Они и так знают, что сильнее многих, если не всех, и это делает их еще сильнее. Легко быть добрым, если у тебя есть все — красивая планета, удобные дома, квартиры, социальная защищенность, здоровье и долголетие... и как трудно не стать человеконенавистником, когда ты каждый день, каждую минуту должен бороться за свое существование!

Командор Филигс ничуть не изменился со времени последней встречи. Такой же незаметный, даже скучный, неопределенного возраста между сорока и ста сорока годами — он не производил впечатления опасного человека, но было в нем что-то такое, что не позволяло посчитать его обычным человеком, от которого не стоит ожидать чего-то неприятного.

Впрочем, возможно память о прошлом «приключении» накладывала отпечаток на восприятие образа Филигса, непонятного командора непонятно какой службы. То, что он состоит на государственной службе никакого сомнения не было — Зай не стал бы просто так говорить о высшей степени допуска. Высшая степень означала, что вообще-то Филигс мог войти в «Бродягу» просто так, без разрешения, а если ему кто-то собрался бы помешать — мог вскрыть люк с помощью специальных средств, и все это было бы в рамках закона. И сбежать можно было бы только стартанув на маршевом двигателе, после чего оказаться неизвестно где и скорее всего погибнуть, потому что еще никто из стартовавших с поверхности планеты на гипердвигателе не вернулся, чтобы рассказать, каково это там, в загробном мире. И правда ли там имеются чертоги для особо смелых и тупых пилотов, осмелившихся на такой поступок.

— Приветствую вас! — командор был спокоен, благостен и его тонкие губы слегка улыбались, будто встреча со своими старыми знакомыми доставляла ему невероятное удовольствие. Похоже было, что на большие эмоции этот человек не был способен.

Человек ли? — задумался Слай. — Может киборг? А что — для государственной службы лучше, чтобы на ней были заняты киборги. Меньше эмоций, меньше проблем — скрипи себе механическими сочленениями, делай свое киборгское дело!

— Я вижу, вы мне почему-то не рады? — Филигс будто от недоверия к увиденному поднял тонкие брови и укоризненно покачал головой. — А я ведь вам принес новый заказ! Вы же ведь сейчас решали, куда вам снова отправиться? Корабль заправлен, даже вооружен... да, да, я все знаю! Неужели вы считаете, что от меня, старины Филигса может что-то укрыться? Что-то важное, то, что уже вошло в сферу моих интересов? Вы плохо меня знаете! А когда узнаете получше, то больше у вас никогда не возникнет таких вопросов!

— С чего вы решили, что мы мечтаем узнать вас получше? — холодно спросил Слай, буравя пришельца неприязненным взглядом. — Наша горячая мечта забыть вас как дурной сон и никогда больше не видеть — ни наяву, ни в кошмарах, ни даже на экране видона!

— Заверяю вас — на экране видона вы не увидите меня никогда! Могу это вам обещать с полной ответственностью! Я не люблю светиться в новостях... Что касается остального... нет, не могу этого пообещать. Наше сотрудничество будет долгим. До тех пор, пока я не скажу: «Все! Летите на все четыре стороны! Вы мне не нужны!»

— А почему я не могу сказать: «Командр Филигс, летите-ка вы на все четыре стороны, и больше никогда не появляйтесь на моем корабле!» — еще больше нахмурился Слай. — Какое право вы имеете диктовать нам свои условия? Мы не преступники, чтобы вы тут хозяйничали, как у себя дома!

— А кто вам сказал, что вы не преступники? — вкрадчиво переспросил Филигс, оглядываясь по сторонам, видимо ища, куда присесть. Присесть было некуда — три кресла, и больше никакой мебели. И все три заняты.

Слай не мог себе позволить купить полуразумный пол, улавливающий мысли хозяев и создающий из себя любые предметы — кресла, стулья, кушетки — по желанию господина. Это стоило огромных денег, и было доступно лишь на дорогих яхтах, или крупных кораблях вроде линкоров и тяжелых крейсеров.

— Вы и есть преступники. И можете ответить за свои преступления! По высшей мере! — так же полуулыбаясь кивнул командор, мазнув взглядом по ошеломленным лицам собеседников. — Кто уничтожил несколько десятков тысяч людей на Сильмане? Не вы ли? Все записано, запротоколировано, передано в компетентные органы. Что может следовать за этим преступлением? Конфискация корабля, и пожизненная каторга на осваиваемых опасных планетах. Кстати — обычно преступники не живут на них более чем пять-шесть лет. Знаю редкий случай, когда человек продержался на такой планете двадцать один год, но все равно был съеден роем личинок, образовавшихся из яиц, отложенных ему под кожу новым видом мутировавшей мухи Брецеля. Жаль, конечно, но такова судьба всех преступников, покусившихся на основы нашей великой Империи! Ну что вы смотрите на меня, как на вредное насекомое? Вас никто не собирается тут же отправлять на эти гадкие планеты! Пока вы делаете то, что вам скажут... И еще — я забыл вам сказать про плюшки! Вы же любите плюшки, в виде хорошей платы? Так вот — вы получите за этот рейс пятьдесят тысяч кредитов! Плюс премиальные, если события выйдут из-под контроля!

— Значит совсем дело хренец, раз пошла речь о выходе из-под контроля и премиальных. — мрачно буркнул Хаган и осекся, под пристальным взглядом Слая.

— Каков груз? — мрачно спросил Слай, не глядя на командора. Ему представлялась картина, как он откручивает голову этому проклятому человеку, и Слай боялся, что воплотит в жизнь свои мечты. Прямо сейчас.

— Оружие! Тяжелые армейские лучеметы, ручные лучевики, управляемые ракеты — все, что нужно порядочному режиму, чтобы продержаться и задавить неугодных Империи бунтовщиков!

— Почему мы? Почему вы не можете это сделать сами? Зачем вам старый грузовик, не имеющий никакого отношения к государственной службе? Ну что вы к нам прицепились-то?

— Почему вы? — командор нахмурился, внимательно посмотрел в лицо Слаю, напряженно наклонившемуся в сторону пришельца, на Хагана, поигрывающего своим лучевиком и скалящего зубы, будто веселясь услышанному, на Сихху, ставшую похожей на разъяренную кошку, завидевшую крысу. Помолчал. Вздохнул, и продолжил:

— Я бы мог вам ничего не говорить. Просто заставить сделать то, что хочу. То, что нужно для государства. Но вам я скажу, потому что вы мне симпатичны. «Брехло!» — подумалось Слаю. — «Небось опять какие-то свои козни строит!» — Итак, почему вы? Почему бы и нет? Вы справились с предыдущим заданием, вышли из него с честью, и даже заработали! Чем доказали, что вы умны, изворотливы, и как нельзя лучше подходите для следующего задания. И самое главное — вы не государственная организация, вы нигде не числитесь в списке агентов, а значит никто не может предъявить претензии, что это Империя поддерживает некоторые не очень приятные режимы. В Империи есть несколько политических течений, и наиболее либеральные требуют смягчить режим, отказаться от тех, кто не желает подчиняться центральной власти, и это путь в никуда. Мы не должны позволять развиться сепаратистским движениям. Погрузить мир в новые Темные Века? Это приведет к таким жертвам, что либералы сами захлебнутся в своей крови. Но они этого не понимают. Или не хотят понимать. Потому — умные люди в руководстве специальных служб вынуждены делать все, чтобы не дать развиться нежелательным сценариям на некоторых планетах. И вы в этом тоже участвуете. Так что можете утешить свое самолюбие — выполняя наши заказы, вы не только укрепляете свое благосостояние, но ко всему прочему — работаете на благо Империи. Впрочем, вижу, вам на это наплевать. И тогда вступают в действие два стимула — кнут, и пряник. Оба я вам продемонстрировал. Итак, как только вы даете согласие, на ваш счет, уважаемая «Корпорация Донгар», падают пятьдесят тысяч кредитов. А через два часа вы уже загружены под завязку тем, что так ждут на планете Оукс, звезды Хасс-392, звездного скопления Сагар.

* * *

— Ненавижу полицейских, спецслужбы, и всякую такую пакость! — с чувством сказал Хаган, и посмотрел на грустную, молчаливую Сихху. — Видела, подруга, что ты натворила? Теперь мы на крючке. Навсегда! Пока они не решает, что хватит. А они никогда не решат, я знаю!

— Что я могу сделать? — тускло спросила Сихха, не глядя на компаньонов. — Ну что? Застрелиться? Тебе от этого будет легче?

— Прекратите! — Слай укоризненно покачал головой. — Случилось то, что случилось, и значит, по-другому быть не могло. Все в руке Создателя. Если мы будем ссориться, от этого лучше не станет. Только наоборот. Не нагнетай, Хаг. Зай, найди информацию по этой чертовой планете! Надо же знать, куда мы летим.

— Сделано. Планета Оукс вращается вокруг желтой звезды. Сила тяжести 0.8g, три материка, населен один, тот, что ближе к северу. Остальные непригодны к проживанию. Климат на материке тропический, условия для жизни по классу «1а», то есть без ограничений для всех рас. Время колонизации неизвестно, предположительно во времена Первой Империи. Сведения утрачены во время гражданской войны. После того, как во время войны была разрушена инфраструктура планеты и вся ее промышленность, цивилизация скатилась на уровень «омега», то есть почти дикари. Живут в джунглях и на равнине, передвигаются на животных, охотники, собиратели, рыболовы. Вот тут неясно — «занимаются совершенствованием мозговой деятельности, достигли в этом впечатляющих успехов». Попытался узнать, что за мозговая деятельность и какие успехи — информацию будто стерли.

— Да на кой хрен им современное оружие?! — не выдержал Хаган. — Чтобы еще больше усовершенствовать свои мозги? Что за ерунда?

— Оружие предназначено проимперской группе, выделившейся из основной расы. Эта группа основала город на севере, там, где не так жарко. Под руководством инструкторов Империи, они пытаются развить промышленность, чтобы возродить на Оуксе цивилизацию. Строят мастерские, добывают руду, плавят металл. А самое главное — обслуживают ретрансляционный комплекс гиперсвязи, установленный в их городе.

— Вот оно! Вот откуда ноги-то растут у этой проблемы! — Хаган вскочил с места и зашагал туда-сюда по рубке, сжав пальцы в кулаки. — Похоже, что парни из джунглей почему-то не хотят терпеть парней из города, и нормально режут им глотки! А нашим, имперцам, нужно отстоять ретранслятор! Одно не могу понять, на кой черт нужно было ставить этот проклятый ретранслятор на обитаемой планете? Почему нельзя воткнуть его на какой-нибудь луне? Или на заброшенной планетке в этой же системе?

— Нет больше планет в этой системе. Одна — только Оукс. И лун нет. Есть пояс астероидов, но ставить ретранслятор на одном из них было бы опрометчиво. В общем-то, это вся информация. Добавлю только, что количество аборигенов, населяющих планету точно не известно. Разноречивая информация — от тысяч, до миллионов. Переписать их никто не смог.

— Зай, покажи аборигена. Нужно хотя бы знать, как они выглядят.

— Я сейчас передам изображение на обзорные экраны. Кстати, капитан, неплохо было бы установить передатчик трехмерного изображения, такой, как стоит в ваших видонах. И вообще — система наблюдения в этом корабле совсем в зачаточном состоянии. Даже в мое время уже давно были системы гораздо выше уровнем, чем здешние. Жаль, что мы не смогли поставить подобное на «Бродягу».

— Это денег стоит, Зай... когда-нибудь поставим. Хватит и двухмерного, давай, показывай.

Экран-стена засветился, отобразил черный бархатный ковер космоса, усеянный колючими звездами, одна из них стала приближаться, увеличиваясь в размерах, и через несколько секунд выросла во весь экран. Голубая, как большинство кислородных планет, она была окружена кольцом из космического мусора — глыбы, камешки, песчинки — Слай подумал о том, что время от времени эта летающая пакость должна падать на планету, и тогда... тогда ничего хорошего.

Изображение укрупнялось, планета приближалась, и вот, перед глазами наблюдателей сплошная зеленая стена леса, непроницаемая для взгляда. Камера опустилась еще ниже, еще, нырнула под полог тропического леса, и вот, глаза наблюдателей заметили пару людей, очень сильно напоминающих кое-кого знакомого, тихо сопящего в кресле механика.

— Да чтоб меня разорвало! Да чтоб я никогда не увидел родного солнца! Да это же...

— Да, Хаган, это сородичи Сиххи... — Зай сделал драматическую паузу. — Мне хотелось сделать вам сюрприз! Правда, похожи? Раскраска немного другая, а так — в точности, как наша Сихха. Строение тела совершенно такое же, хвосты, ну и... все остальное. Обратите внимание на оружие — луки, стрелы, ножи. Стандартный набор охотника. Животные рядом — ездовые. Теперь посмотрим на городских жителей...

Изображение моргнуло, и теперь на экране был город — обычный, каких много на провинциальных планетах, такой, какие были на Земле до образование Первой Империи — без движущихся тротуаров, без летающих машин, просто город — дома, улицы, площади. Посреди, как памятник Империи возвышался огромный черный куб ретранслятора. Он стоял на площади, замощенной камнем, и явно был в почете — вокруг него разбита лужайка, а туда, где должен был находиться вход, протянулась каменная же дорожка.

Впрочем, насколько знал Слай, ретранслятор если и требовал какого-то обслуживания, то раз в несколько лет — чисто профилактический осмотр и если надо, замена блока с горючим для реактора. Впрочем, обычно этого горючего хватало на несколько десятков лет. Зависело от интенсивности передач.

Слай сразу приметил, что площадь, где находился ретранслятор, можно было бы спокойно использовать для посадки звездолета — на ней уместились бы с десяток «Бродяг», или один крупный грузовой корабль, если бы он по желанию безумного пилота собрался сесть на эту странную планету.

— Сила тяжести едва не вдвое ниже, чем здесь! — с сожалением вздохнула Сихха. — Слай замучил нас полуторной! Тебе-то в привычку, а я выросла при одном жэ! Мечта, а не планета! Зай, я не поняла, они размером с меня? Или больше?

— Чуть поменьше. Самый крупный едва достанет тебе до переносицы. Женщины еще меньше — тебе до подбородка. Так что ты там будешь выше всех.

— Хмм... забавно. Никогда не была выше всех ростом! Вот, оказывается, для каких планет нас создали... вероятно они хорошо лазят по деревьям, ну и... все такое прочее.

— Судя по строению тела — да. Что еще добавить... десятки лет идет война между лесными жителями, и городскими. Ни те, ни другие не могут взять верх. Причины войны не указываются. И вообще, повторюсь — очень, очень мало информации. Эта каким-то образом осталась на портале научного общества ксенобиологов, под грифом «секретно». Я сломал их жалкий пароль, такими пользовались на заре Первой Империи, так что смотрите.

— Не пойму — с какой стати Империя решила уничтожить лесных жителей? Почему нельзя договориться? И еще, Слай, ты не задумывался об этичности некоторых сделок? Вот ты — не хочешь поставлять в мир наркотики, а почему соглашаешься на поставку оружия неизвестно кому, неизвестно зачем? Из этого оружия будут убивать разумных существ, а ты против убийства, не так ли? Или не против? Нет — я так-то не против сделки, и как я могу вообще быть против — убившая десятки тысяч людей! Мне вообще после смерти мучиться в аду, уверена, но все-таки... Очень уж не хочется чувствовать себя проклятой тварью.

— Мне тоже не хочется чувствовать себя проклятой тварью, но замечу — мы ведь ничего не знаем о планете. Как можем делать выводы на основании некой статьи некого Университета Скопления Сорм? Кто эти ученые? Есть ли им вера? Мы знаем одно — у нас есть работа, которую мы должны выполнить. И за эту работу мы получим денег, а еще — не получим пинка под зад, и не отправимся на каторжные работу по благоустройству непригодных для жизни планет. И честно сказать, если я буду выбирать между тем, кому отдать предпочтение — жизням этих аборигенов, или же моей жизнью, твоей, жизнью Хагана — я выберу вас. И пусть лопнет моя совесть. Цинично? Да. Но вас я знаю и люблю, а вот аборигенов — нет. Я не готов пожертвовать нашими жизнями ради чужаков. И вообще, мне кажется, в деле перевозок нужно отходить от излишнего морализаторства — мы всего лишь перевозчики, и никто больше. Привезли, выгрузились — и назад, домой! Кстати — мы так и не посетили заведения Мории, хоть и собирались. Просто не на что. С нашими жалкими деньгами никуда не сунешься. Вот и хочется вернуться и как следует отдохнуть, хотя бы несколько дней.

— Верно, капитан! Я тебя поддерживаю. Почему мы должны думать за каких-то там кошек... тем более, что мы их совсем и не знаем. Пусть разбираются со своими проблемами сами. Наше дело — работа. И война — если придется. Но лучше без войны. — Хаг задумчиво погладил ножны ритуального меча, и с улыбкой добавил. — Мне начинает нравится наша жизнь. Подвигов мало, войны мало, но... интересно все-таки! Все время новые места, новые люди... забавно! Как хорошо, что я когда-то тебя встретил! Вроде совсем недавно, а кажется вся жизнь прошла! Эй, кошка, ты чего пригорюнилась? Держи хвост лучеметом! Все впереди! Все здорово! Выпей стаканчик вина, и... хмм... забыл. Злой капитан запретил конвертору производить вино! Слай, тебе самому, что, совсем не хочется выпить? Или понюхать эйфориака? Развеселиться?

— Мне и так весело, и для этого не нужно глотать всякую гадость. Что, у нас не интересная жизнь? Зачем потреблять отраву, чтобы сделать ее еще интереснее? Чушь это все. Давайте, ребята, готовимся к вылету. Погрузка завершена. Кстати, никогда еще мы не забивали трюмы до самого предела. Теперь — максимальная загрузка.

Слай подождал секунд десять, и сделав жест «молчать», сказал:

— Вызываю Диспетчерскую службу. Запрашиваю старт.

— Старт через тридцать секунд! Вам предоставлен свободный коридор! Готовность, отсчет пошел!

— О как! — не выдержал Хаган. — Раньше заставляли ждать! А теперь — свободный коридор! Растем, капитан?

— Агенты Империи... все условия, только бы работали! Только бы клали свои жизни на алтарь Империи! — усмехнулся Слай, и включил обзор экранов.

Стены будто растворились, как и «крыша» звездолета, трое звездоплавателей теперь сидели на подобие террасы, круглой площадки, посреди которой возвышались три кресла и конвертор, чужеродной глыбой застывший перед рядом кресел. Ничего лишнего, никаких видимых приборов — все данные о полете отражались или на виртуальных экранах, или в воздухе перед глазами пилота, механика и второго пилота. Все просто, без изысков, и максимально функционально, как и положено звездолету, задача которого доставить экипаж и грузы из точки А в точку Б, и по возможности без каких-либо приключений. Это туристы на прогулочных яхтах ищут приключения на свою толстую задницу, «Бродяга» же был из числа честных тружеников, совсем даже не ищущих острых и горячих ощущений.

«Бродяга» вначале медленно, потом все более ускоряясь поднялся над космодромом, паря в посадочном гравилуче, и через несколько минут был уже на отдалении от планеты, уносясь в пространство со скоростью, позволительной для передвижении внутри планетарной системы. Коридор был действительно свободным, и лишь по бокам, справа и слева, мелькали голубые огоньки звездолетов, идущих под планетарными двигателями.

В районе Мории движение весьма интенсивно, планета-рынок, планета-курорт, планета-казино собрала представителей всех рас со всего звездного скопления Атраг, и едва ли не со всей территории подвластной Земной Империи. Так что нужно быть максимально внимательным, чтобы не попасть под удар планетарных двигателей какого-нибудь грузового супермонстра, перевозящего на верфи груз обогащенной руды. Для этих гигантов «Бродяга» все равно как маленькое зернышко с сравнении со взрослым плодом — чихнет, и куда-то только полетит бедолага, едва начавший свою новую жизнь в обновленном теле.

Слай все это понимал, и внимательно следил за подкрадывающимися со всех сторон проклятыми супостатами, так и норовившими прервать его молодую жизнь, а также жизни его товарищей — чудаковатых, но таких родных и близких. Слай сам не понял, когда они стали ему такими близкими — видимо совместно перенесенная опасность сближает, как годы и годы, прожитые вместе. А может и больше.

Корабельный мозг, конечно, следил за чистотой предоставленного коридора и вовремя отреагировал бы на возможное препятствие, но старая пилотская пословица гласила: «На корабельный мозг надейся, а сам не плошай!» Слай и не плошал. Только когда «Бродяга выскочил за орбиту Мории настолько, что планета стала казаться звездой на небосводе, он позволил себе расслабиться и полностью передал управление кораблем искину, дав задание готовиться к гиперпрыжку и совершить его тогда, когда все расчеты будут закончены и место прыжка освободится для безопасного полета. Негоже, если в момент перехода рядом окажется объект величиной более мяча для гольфа — даже эта мелочь может изменить траекторию полета до такой степени, что корабль вынырнет на несколько десятков, а то и сотен километров дальше или ближе намеченной точки. И это может привести к непоправимым последствиям. Никому не хочется оказаться внутри планеты, на глубине километра под ее поверхностью. Слай подозревал, что подобное плохо скажется на целостности его организма, и организмов друзей — тоже.

Перед гиперпрыжком бортовой компьютер обычно сканирует пространство и расстреливает из пушек все объекты, представляющие опасность для корабля, вычищая космос как метлой в окружности минимум пятисот метров.

Ни метеоритов, ни заблудших дурных кораблей в этот раз не обнаружилось, потому через минуту Слая охватила дурнота, затошнило, но через несколько секунд неприятные ощущения исчезли — беорийцы довольно легко переносили гиперпространственные прыжки, приходя в себя практически мгновенно, в отличие от других, более «приземленных» рас.

Два представителя эти приземленных рас сейчас полулежали в кресле — четверорукий представитель громко стонал и ругался нехорошими словами, достойными занесения в «Справочник по нецензурной брани, употребляемой в Земной Империи», второй — просто лежал, полуприкрыв глаза, и конечности его, вернее — ее — подергивались в судорожных движениях, будто пытаясь удержаться за ускользавшую жизнь.

Слай не удивился — чем дальше было расстояние, на которое перемещался корабль, тем сильнее воздействие перехода на организмы живых существ. Конечно, можно было бы перемещаться, погрузившись в кабинки стасис-поля, но этакую роскошь могли себе позволить только обеспеченные люди.

— Эй, как вы там? Живы? Сихха, с тобой все в порядке? — Слай встал, наклонился на девушкой и легонько похлопал ее по плечу. Сихха дрожала, кожа стала бледной, на ней почти пропал рисунок «камуфляжа» .

— Нет, черт возьми! Не все со мной в порядке! Сейчас сдохну! Оооххх... ну что за гадость! Прошлый раз было плохо, но не так...

— Расстояние больше. Прыгнуть в другое звездное скопление, это вам не на соседнюю звезду шагнуть. Зай, сделай ей что-нибудь чтобы облегчить боль.

— Яду! Яду мне, и самого лучшего! Чтобы сейчас сдохнуть и не видеть твою пышущую здоровьем рожу и четверорукого болвана, который сейчас блюет на пол!

— Она шутит, Зай. — поспешил сказать Слай, опасаясь, что искин и вправду приготовит что-нибудь такое, что навсегда покончит с неприятностями Сиххи, отправив ее прямиком в кошачий ад. И тут же вдруг задумался — как выглядит кошачий ад? Ну... людской — это понятно, толпа гадких чертенят, похожих на Хагана деловито мучают грешников, поджаривая им зады и пятки, а кошачий? Чем он отличается от людского?

Решив на досуге выяснить этот животрепещущий вопрос, Слай вытащил из приемника конвертора стакан с непонятной голубой жидкостью и поболтав ее, с опаской принюхался:

— Зай, это точно не яд? Пахнет машинным маслом для гравитобуса! Ты ведь понял, что Сихха шутит, когда говорит о желательной и скорой смерти?

— Конечно понял, капитан! Эта жидкость снимает последствия воздействия гиперпространственного прыжка на организм человека. Удивлен, что в ваше время не нашли такого лекарства. Пусть выпьет, залпом, и все пройдет!

— Пей, Сихха. — Слай протянул стакан девушке, и та взяла его трясущейся рукой, с подозрением глядя на содержимое:

— Зай, если я сдохну, то буду являться тебе призраком и крутить твои проклятые позитроны так, что ты с ума сойдешь!

— Замечу, что существование призраков до сих пор не доказано, и если ты будешь первым из них, чье существование будет зафиксировано научными средствами — тебе наверняка поставят памятник на Земле, в пантеоне героев Империи.

— Он еще и юморит! Робот-юморист! Меня сейчас вырвет! — простонала Сихха, так и не решаясь попробовать лекарство.

— Да пей же ты! Зай, сделай и Хагу, что-то ему хреновато. И прибери тут в рубке, воняет, как на помойке ринаков, потрошащих индюков!

— Не надо про вонь! Не напоминай! Ооой... неужели всегда будет так плохо?

— Нет. Со временем вы будете переносить прыжок почти так же хорошо как я. Организм привыкает. А пока... да пей же ты, чертова девка! Ну не будет Зай тебя травить! Ни к чему это ему!

— Более того, я не могу нанести вред членам экипажа, если на это нет прямого приказа капитана, и если они не угрожают существованию корабля! Сихха, гарантирую, тебе сразу станет хорошо! Очень хорошо!

Девушка приложила стакан к губам, давясь, опрокинула в себя содержимое и схватившись за горло, замерла, удерживая лекарство в себе. Следом то же самое проделал Хаган, успокоившийся после очередной порции ругани и вытерший рот после особо вонючего фонтана, состоящего из полупереваренного содержимого желудка.

Слай старался не смотреть на эту отвратительную кучку возле кресла, а когда робот-уборщик с чавканьем «сожрал» эту пакость, отвернулся и состроил гримасу, достойную древних масок доисторического театра. Хаган успел это заметить и молча показал Слаю кулак, мол, не глумись над больным товарищем!

Действие лекарства и в самом деле началось очень скоро, через пару минут Сихха сидела розовая, довольная, будто не она только что тряслась в кресле и призывала к себе благодатную Смерть Еще через минуту, девушка вскочила, и закружилась по рубке, напевая что-то ритмичное, то ли марш, то ли танцевальную музыку, приведя Слая в состояние растерянности.

Следом и Хаган — вскочил, подхватил Сихху под руки, и они закружились вместе, под тихую ритмичную музыку, звучавшую откуда-то из скрытых в стенах звуковых датчиков корабля.

Слай замер, не в силах что-либо, сказать, и лишь после пары минут наблюдения за балерунами, осведомился, стараясь не раздражаться, как истый капитан звездолета, видавший все и вся:

— Так. Зай, не пояснишь ли ты мне, что за хрень сейчас выпили мои многоумные соратники? Что заставило их выплясывать свой идиотский танец, лапая друг друга, как влюбленные на встрече в тихом городском саду?

— Ээээ... я забыл сказать, вернее — не счел это важным... у состава есть побочное свойство. Он действует как эйфориак, в разной степени воспринимаемый теми, или иными расами. Не беспокойся, скоро действие эйфориака закончится а последствия воздействия прыжка будут устранены. Ничего плохого с твоими соратниками не случится — всего лишь легкая эйфория, счастье, веселье и желание двигаться. Вот и все...

— Вот и все! Хорошо, что мне такой штуки не нужно! А то представляю — выхожу из прыжка, вокруг вражеские корабли, а я радостно хихикаю и веселюсь, лапая Сихху! Замечательно!

— Но ты ведь пилот. Беориец. С тобой такого быть не может. Твоя раса лучше всех переносит гиперпрыжок. По крайней мере мне не известно расы, лучше переносящей прыжок, чем беорийцы. Что касается вражеских кораблей — я просканировал пространство — пусто. Ничего нет. Ни спутников, ни кораблей — никаких проблем. Можем садиться на планету.

— Раз можем — садись. Точку приземления нам дали, так что вперед. Сейчас я рассажу по своим местах эту безумную парочку, и полетели. Эй, вы, ненормальные! По местам! Сейчас будет приземление! Сели, сели, вам говорю! Хватит танцев! Да ну что такое, отцепись ты от нее! Нет, нельзя вам пить эйфориаки, совершенно крышу сносит! Да пусти ты ее! Пусти! Сихха, отцепись от него! Ты же его ненавидеть должна! Это же волк! Да расцепитесь, гады! Черт вас задери! Лучше бы вы облевались!

— Веселиться! Мы хотим веселиться! Тра-ля-ля!

— Хотим веселиться! Рррррр! Ррррр!

— Я щас вам повеселюсь, паразиты! Пошел вон! Ннна! И тебе! Получи! Ннна!

— Бей его! Он мешает нам веселиться! Бей!

Слай бросился бежать, двое компаньонов, радостно хихикая, побежали следом, и он едва ускользнул от жадных рук, пытающихся вцепиться в то места, до которого дотянутся эти шаловливые шесть рук. Пока ускользнуть удавалось, так как агрессоры двигались в полуторной гравитации, непривычной обоим, еще, они были слишком ослаблены гиперпространственным переходом, вернее, его воздействиями на свой организм, а также лекарством, излечивающим от этого последствия. Хватило их лишь на вялый галоп и тупое хихиканье, вперемешку с обещаниями побить супостата и как следует повеселить — как только догонят.

Слава Создателю, после пятого круга по рубке действие эйфориака стало ослабевать, и преследователи начали замедлять свой бесконечный бег. Остановились, и недоуменно глядя друг на друга стали протирать глаза, будто после долгого, очень долгого сна.

— Очень интересно! — невозмутимый голос Зая разорвал тишину рубки. — Такого длительного и яркого эффекта я еще не видел. Видимо, вам нужна концентрация поменьше.

— Нет! — возопил Слай, направляясь к своему креслу и не глядя на пристыженных и слегка ошеломленных напарников, застывших на месте, как соляные столбы. — Больше никогда! Никаких лекарств! Пусть привыкают преодолевать боль сами! Без помощи эйфориаков!

— А хорошо было... — с сожалением заметил Хаган, глубоко вздохнул и слегка улыбнувшись, подмигнул Сиххе, кусавшей губы, чтобы не расхохотаться. — А жаль, что мы его не догнали, правда? А что — вот ведь подлец, веселиться мешал! А еще выдал нам по плюхе! Помню — мне так хотелось стащить с него штаны и надавать по заднице!

— И мне хотелось... стащить с него штаны... — Сихха расхохоталась, до слез, до истерики, следом за ней Хаган, потом присоединился и Слай. Они смеялись там громко, так заливисто, как не смеялись очень давно. А может быть — никогда. А что — молодость, здоровье, впереди приключения, почему бы не повеселиться? Жизнь прекрасна, и удивительна! И пусть так будет и дальше!

— Хороший был эйфориак! Если бы мы наладили производство этого напитка — были бы богачами! Только ты ведь опять начнешь вопить, что это нельзя, что это плохо, что лучше возить оружие на воюющие планеты, а доставлять радость людям плохо, и это все неправильно!

— Заткнись, Хаг... не будет вам эйфориаков! На будущее, Зай, если приготавливаешь какое-то лекарство — никаких эйфориаков. Наши друзья от одного их запаха начинают по стенам бегать, как насекомые!

— Да, это было забавно. Капитан, извини, я не знал, что так получится. Все-таки чисто человеческая раса, не сплавленная с генотипом зверей, на эйфориаки реагирует в гораздо меньшей степени. Видимо у людей есть некий иммунитет, полученный в результате тысячелетней истории употребления этих снадобий, а при модификации новые расы этот иммунитет потеряли. Впрочем, возможно, что это особенность именно двух рас — кошачьей и волчьей, но сказать точнее можно только после серии опытов.

— Согласен предоставить свое тело для исследований! — тут же откликнулся Хаг, и гаденько захихикал, перемежая свой смех сладострастным рычанием. Получалось что-то похожее на хрюканье, и Слай недовольно поморщился:

— Никаких опытов! Садимся, выгружаемся, возвращаемся на Морию и все, толпой идем на разграбление ресторанов! Там можешь ужраться до бесчувственного состояния, а тут не смей! «Бродяга» — территория запрета на эйфориаки, наркоту и спиртное!

Слай вдруг подумал, что мама была бы рада, она всегда хотела, чтобы сын вел здоровый образ жизни. А Слай вел очень нездоровый образ жизни, видимо в знак протеста против ее нестерпимого давления — бунт, бессмысленный и беспощадный! Чем больше человека давят тем больше он хочет освободиться от гнета, распрямиться, как сжатая пружина, и тогда эффект может быть катастрофичен.

— Зай, приземление! Поехали!

Планета росла, заняла уже все небо, минута — и «Бродяга» разрывает густые кучевые облака, оставляя за собой шлейф раскаленного воздуха. Секунды, и он плавно, будто призрак скользит над джунглями, зеленым ковром расстилающимися внизу.

— Красиво! Похоже на мою планету! — с тоской сказала Сихха, прижавшись лбом к стене-экрану. — Как бы я хотела покачаться на ветке, влезть на дерево и прыгнуть с него, ощущая, как прохладный ветер обдувает горячее тело! Как дождь стекает по лицу! Как...

— Капитан! Генераторы гравиполя работают нестабильно! Жесткая посадка! Жесткая посадка! Прошу сесть в кресла, вы будете зафиксированы! Скорее!

— Ребята, в кресла! — Слай взревел так, что зазвенело в ушах. Застучала кровь, мускулы напряглись, будто от них зависело, удержится ли корабль в воздухе, или нет. Из кресла выскочили тяжи-ребра, плотно пристегнувшие Слая к спинке и поручням. Миг! И он спеленут по рукам и ногам. Пристегнута даже голова, прижатая к спинке. Глянул через датчики корабля — друзья лежат такими же коконами, как и Слай — теперь остается лишь ждать.

Удар был тяжким. Кресло, способное выдержать многократные перегрузки устояло на месте, лишь тяжи врезались в тело, удерживая его от того, чтобы торпедой врезаться в стену. Органы внутри Слая вздрогнули, получив «пинок», заныли, как если бы кто-то огромный с размаху врезал Слаю прямо в брюхо, пробивая стальной пресс поставленным тяжелым ударом. На секунду Слай потерял сознание, а когда очнулся, вокруг было тихо и темно, как в старинном склепе или подземелье.

— Ребята, вы живы? — Слай подал команду, и тяжи ушли в кресло освобождая многострадальное тело. — Сихха? Хаган?

— Это не параллельный мир? Скорее всего — нет. Выпивки нет, девок нет — точно, не рай. И Сихха тут! А кошек в мой рай не пускают! Значит я в этом проклятом мире! Жив, брат. Но хреново жив. Болит все. Кстати, чуешь, как легко? Генераторы гравитации не работают!

— И я жива... но больна. Ну и денек сегодня! Кошмар, а не день. Точно, не работают генераторы.

— Зай, что случилось?

— Капитан, не знаю. Никаких неполадок. Просто генераторы отказались работать, и все тут. Без объявления причин. Потом вообще встали. А раз генераторы гравитации не работают — планетарные двигатели тоже. В общем-то это и есть генераторы гравитации, как тебе это хорошо известно.

— Зай, без тупых банальностей, ладно? Все знают, что планетарные движки — это и есть генераторы гравитации! Почему они встали?! Корпус цел?

— Отвечаю на первый вопрос: не знаю. На второй: корпус цел. Не зря мы его усилили. Сломали десятка два деревьев, проделали просеку и теперь стоим посреди леса. Требуется осмотр механика.

— Уже работаю. — Сихха закрыла глаза и тихо попросила: — Не орать, не толкать, не портить воздух... всем заткнуться и сидеть тихо. Надеюсь, у меня получится. Молитесь, если умеете...

Глава 3

— Ничего! Совсем ничего неисправного не нахожу! Но они не работают, и все тут. — Сихха устало сняла шлем и потерла виски. — Капитан, я не знаю. Все узлы исправны, но они отказываются работать. Что будем делать?

Слай не успел ответить, вмешался искин:

— Капитан, у нас гости.

— Покажи.

— Сейчас, налажу аварийную сеть... готово!

Экраны вспыхнули, и Слай увидел группу кошколюдей, стоящих возле корабля. Они что-то обсуждали, тихо, так тихо, что в корабль доносилось только шипение и обрывки слов, из которых нельзя было сложить удобоваримый текст. Пошипев, аборигены замолчали, и один из них подошел к пассажирскому люку. Достал нож, постучал в броню, по которой стекали капли дождя, падающего с широких листьев дерева, угрожающе наклонившегося над «Бродягой». Звездолет пропахал широкую колею и остановился упершись в этого гиганта, подрубив его под корень будто огромный топор.

— Эй, там, выходи! — услышал Слай.

Кошкочеловек постоял, и еще несколько раз стукнул в обшивку:

— Выходи! Не тронем! Разговаривать будем! Тебе все равно отсюда никуда не деться! Ты проклят!

— Чего он сказал?! — не поверил своим ушам Слай. — Чего я?

— Ты проклят. — мрачно повторил Хаган. — Я щас выйду, и тогда мы узнаем, кто из нас проклят! У меня просто руки чешутся оторвать голову какому-нибудь из этих разукрашенных болванов. Позволь, Слай!

— Нет. Зай, переключи датчики так, чтобы он меня слышал. Я с ним поговорю.

— Сделано, капитан.

— Эй, уважаемый, ты кто?

— А ты кто? — абориген схватился за нож, и замер — весь в раскраске, худощавый, жилистый, как завзятый спортсмен.

— Это ты ко мне пришел, потому отвечай первый! Ты же стучал в мою дверь! Так кто ты, и чего от нас хочешь?

— Во-первых, это ты пришел в мой дом. Кто тебе позволил летать над моим лесом? Ты вторгся в мой дом, и был проклят. Во-вторых... ты не один? Сколько вас? Много? Предупреждаю — каждый, кто выйдет из корабля без нашего позволения, будет убит, или проклят! Нам здесь не нужно инопланетных захватчиков!

— Мы никого не собираемся захватывать. Это грузовой корабль, и мы прилетели в город, привезли груз. К вашим войнам не имеем никакого отношения. Просто грузовик, и все. Мы скоро починимся, и отсюда улетим. Какие к нам претензии?

— Вы не починитесь, и не улетите. Вы навсегда останетесь в этом лесу. Что вы привезли в город? Оружие? Чтобы они могли нас убивать? Не будет этого. Сдавайтесь, и мы обещаем, что вы не умрете. В противном случае вы так и останетесь внутри до конца жизни. Когда-нибудь вам все равно придется выйти, и тогда вы умрете.

— Теперь я понимаю, почему командор послал сюда именно нас! Как и прошлый раз — на убой! — тихо буркнул Хаган. — Вот это влипли!

— На самом деле влипли, капитан — снова вмешался искин. — Корабль ушел в землю уже на четверть, и когда остановится — непонятно. Большой вес, почва мягкая, сырая... впрочем, это не объясняет того факта, что он погрузился на такую глубину — ведь должны быть корни, а он погружается, будто в жидкое болото! Кстати, реактор работает нестабильно, не выдает полную мощность. Есть так пойдет дело, скоро мы останемся вообще без электроэнергии, и тогда вы задохнетесь, а я навсегда останусь под землей. Мне будет очень жаль!

— Уж как нам-то жаль! — кисло ухмыльнулся Слай. — Ты просто и представить себе этого не можешь! Кстати, они нас слышали?

— Нет, я на время отключил внешние датчики. Что делать, капитан?

— Договариваться, что же еще. Включи, чтобы они нас слышали.

— Готово.

— Мое имя Слай Драгон Донгар, я капитан корабля. С кем я сейчас разговариваю?

— Да кто тебя знает, с кем ты сейчас разговариваешь! — кошкочеловек растянул губы в улыбке, и его янтарные глаза засверкали. — Вы, инопланетники, может сами с собой разговариваете, откуда мне знать? Хе-хе-хе...

«Свита» аборигена поддержала радостным смехом, кошкочеловек отсмеялся, сплюнул, и продолжил, уже серьезно:

— Я вождь племени Гоук, мое имя Терсс Шасс. Вы находитесь на моей земле. Все, что находится на моей земле принадлежит мне. И вы в том числе. Я считаю вас нарушителями закона — никто без нашего разрешения не может ходить, стоять и сидеть на нашей земле без моего разрешения. Вы летели к отступникам, везли им какой-то груз, значит вы враги. Что можете сказать в свое оправдание?

— Вот что, вождь... давай поговорим лицо к лицу. Ты войдешь в корабль, я гарантирую тебе неприкосновенность. Тебя никто не тронет. Мы поговорим, ты выскажешь мне свои претензии, я постараюсь убедить тебя в своей невиновности, и мы придем к какому-нибудь решению. Согласен?

— Ты хочешь взять меня в заложники? — усмехнулся Терсс. — Думаешь, ты такой хитрый? Хитрее меня? Ты дурак! Скоро ты погрузишься в пучину земли, и будешь гнить там, как падаль! И не будет тебе прощения, проклятый инопланетник!

— Да что ты заладил — проклятый, и проклятый! — не выдержал и рявкнул Хаган. — Другого слова не знаешь, болван?! Сказали тебе — корабль сломался, как починим — улетим и вы нам нахрен не нужны! Проклятые болотные кошки!

— Мы не проклятые, это вы проклятые! — хохотнул вождь. — Ну что же, раз вы не хотите выходить, сидите в своем стальном ящике, подыхайте. Разговор закончен!

Абориген повернулся и пошел к толпе зрителей, одобрительными возгласами поддержавшими предводителя. По всему было видно — он действительно не собирался продолжать разговор, и ему было плевать на запертых в стальном гробу инопланетян.

— Стой! — внезапно крикнул Слай. — Хорошо, мы сейчас выйдем. Нужно поговорить, мы так ничего и не выяснили. Выходим!

— Так-то лучше. — усмехнулся абориген, и тихо прошипел что-то на неизвестном Слаю языке. Кошколюди немедленно сняли луки, висевшие у них за спиной, наложили на них стрелы и замерли так, готовые к возможным неприятностям. Их было человек пятьдесят, или больше, луки их довольно совершенны — двойной изгиб, даже из корабля было видно — эти парни не шутят, и с луками обращаться умеют.

— «Выключи звуковые датчики»! — передал Слай через шлем, получив отклик, тут же сказал вслух. — Зай, ремонтных роботов. Помнишь, как они нас ловко захватили? Как только дверь откроется, хватай вождя и тех, кто рядом с ним — вон тех, раскрашенных, увешанных амулетами. Похоже, что это их жрецы, или колдуны — хрен знает, кто они такие. Главное — не повреди, тащи в рубку и сразу закрывай люк. Тут и поговорим с придурками!

— Голова, командир! — Хаган радостно взмахнул здоровенными кулачищами. — Врежу им пару раз, тогда узнают, как рожи нам строить! Кошатины поганые!

Люк начал медленно открываться, и кошколюди загомонили, натягивая тетиву луков. «Раскрашенные» подняли руки вверх, и что-то запели — речитативом, заунывно. Их было четверо — все мужчины, двое молодых, один в возрасте совсем седой, и один средних лет — он стоял впереди и делал какие-то пассы в сторону звездолета. Именно он особо не понравился Слаю, и остро захотелось чтобы подозрительного типа не было среди нападавших. Почему? Ведь казалось бы, у того не было никакого оружия — кроме ножа на поясе — но именно из-за него Слай чувствовал необъяснимое беспокойство. Чего тот машет руками? Зачем? С какой целью?

Люк открылся, стало тихо. Замерли аборигены, ожидая выхода Великого и Ужасного Капитана. Неизвестно, чего они на самом деле ожидали, но когда из люка вылетели шесть «жуков» со щупальцами на головах, не растерялись, а тут же отправили свои довольно-таки отвратительные на вид, острые стрелы прямо в корпуса ремонтных роботов.

Насколько запомнилось Слаю, роботы-ремонтники были сродни боевому «жуку», которого он уничтожил из корабельного плазмомета, и которого некогда не смогла уничтожить ракета из ручного бронебойного гранатомета. И уж точно роботам не могли повредить какие-то там стрелы, даже если они и были пущены из мощных, хорошо сделанных луков с двойным изгибом — это вам не в мягкие тела инопланетников стрелять!

Стрелы отскакивали от стальной брони роботов, высекая искры узкими жалами наконечников, но это приносило пользы не больше, чем яростные вопли стрелков и заунывное бормотание шаманов, стихнувшее сразу, как только роботы схватили их своими ловкими щупальцами.

Миг! И роботы исчезают в темных внутренностях корабля. Еще мгновение — и люк закрывается, отрезая захваченных от соратников, бесящихся и подпрыгивающих в бессильной злобе у блестящей бронированной стены . Отдельные особо злостные типы подбежали к звездолету и начали пинать его, бить кулаками, колотить длинными ножами, доставляя Хагану невыразимое удовольствие не уровне оргазма. Он просто-таки хохотал, глядя на то, как несчастные пытаются пробиться в корабль, как муравьи, норовящие опрокинуть скалу. Суеты много, а толку — ноль.

Роботы вбежали в рубку и встали, как статуи, вдоль стены. Аборигены, которых они держали в своих щупальцах, извивались, пытались освободиться, рычали, шипели, и даже не зная местного языка Слай понял, что те ругаются, и скорее всего нецензурными словами. Подозрение подтвердил их предводитель, рассказав Слаю, что он думает о нем самом, о его предках, и об их противоестественных сексуальных пристрастиях, почему-то все-таки позволивших завести такое гнилое потомство. Как вождь понял, что Слай здесь главный, было неясно, возможно выбрал его потому, что Слай сидел в центре со шлемом на голове, тогда как остальные супостаты-инопланетники полулежали на своих местах, вольготно перекинув ногу через ручку кресла.

После того, как гнусная сущность Слая была победно разоблачена, вождь обратил свое монаршее внимание на предательницу рода кошколюдей, которая явно наслаждалась муками и унижением своих соплеменников, попавших в предательские сети гнусных инопланетников.

Сиххе точно не было места к раю, и ее будет вечно грызть уюк, залезая в нее через интимные места — так абориген представлял себе будущее слаевой компаньонки, таращившей на «соплеменника» такие же, как у аборигенов желтые светящиеся глаза.

Соратники вождя, в то время, как он выпускал фонтаны красноречия молчали, и лишь скалили зубы, возможно надеясь этим самым напугать пришельцев. Зубы у них были острыми, белыми, и Слай в очередной раз с усмешкой подумал о том, что в людей неплохо было бы подселить ген, отвечающий за эти самые зубы — людям, с их плоскими полутравоядными зубами не помешают острые клыки, с которыми легче пробиваться в нашей тяжелой жизни. Впрочем — как и когти. В этом отношении кошколюди лучше подготовлены к встрече с неприятностями, поджидающми искателей приключений по всей великой вселенной.

В этот раз ни зубы, ни клыки аборигенам не помогли, и не помогут, как не поможет и матерная ругань — о чем Слай не преминул тут же известить шестерых пленников, разразившихся шипением и плевками, оперативно вытертыми выскочившим из стены роботом-уборщиком. Вид этого «паучка» почему-то так поразил аборигенов, что они затихли, с опаской наблюдая за исчадьем ада, с хлюпаньем пожиравшим их плевки. Слай взял себе на заметку такое дело и решил в случае чего попугать негодников этим «страшным» устройством — никогда не знаешь, что тебе пригодится в разговоре с упертыми до идиотизма людьми, не желающими слушать разумных аргументов.

— Итак, как вы поняли, я капитан корабля. Продолжим разговор. Прошу вас во время разговора не употреблять матерные слова, если не заметили, в экипаже есть девушка и мне не нравится, когда при женщинах звучит грубая ругань. Договорились?

— Да пошел ты... .! Да я тебя... ! Да видел я тебя... !

— Зай, пусть робот-уборщик оторвет ему мужской отросток и язык. А я буду тогда разговаривать с кем-то поразумнее этого придурка!

— Будет сделано, капитан!

Робот уборщик выскочил из стены, подбежал к роботу— ремонтнику и деловито полез наверх, под истошные крики предводителя кошколюдей:

— Убери эту тварь! Убери! Не буду! Я не буду ругаться! Ладно, поговорим!

— Убери, Зай. Пусть себе размножается дальше. Потом, когда мы улетим. Итак, как там тебя? А! Вспомнил — Терсс! Терсс, какого черта вы до нас докопались? Чего вам надо? Я тебе повторяю — мы тут случайно, привезли груз вашим соплеменникам, выбросим его, и улетим! Нас ваши войны не интересуют! Установим причину поломки, и улетим!

— Хе-хе-хе... не улетите! Никуда вы не денетесь! — радостно-глумливо захихикал вождь. — Я же вам сказал, вы прокляты! Ваша железная лоханка никуда с этой планеты не улетит!

— Чего он несет? — Хаган презрительно сплюнул, и сжал пальцы в кулаки. — Капитан, разреши, я ему сейчас дам в ухо! Может тогда в его дурной башке что-то прояснится?!

— Подожди, Хаг... тут не все так просто. Ну-ка, вождь, поясни — что значит «прокляты»? Как ты это понимаешь?

— Да так, как обычно! На вас наложено проклятье, и ваша лохань никуда больше не полетит! — радостно сообщил Терсс, улыбаясь, будто получил самый лучший подарок в своей жизни.

— Кто наложил это проклятье? — спокойно спросил Слай, не позволяя раздражению вырваться наружу. Ему очень хотелось врезать по ухмыляющейся раскрашенной роже, но он сдерживал себя изо всех сил. Цивилизованный человек не должен опускаться до уровня дикарей! Хотя так иногда хочется это сделать...

— Мы, конечно!. Наши колдуны! — так же жизнерадостно сообщил вождь, ухмыляясь во весь зубастый рот. — Так что давайте, прекратите сопротивление, отпустите нас, и сдайтесь! И тогда я вас не убью! Иначе мы погибнем вместе, и нас воспоют в песнях! Только вы там будете выведены коварными, подлыми тварями, лишенными чести и совести! Подлыми наемниками убийцами и...

— Растлителями детей, поедателями младенцев! А еще — жалкими растленными типами, живущими в нечестивом браке со своими родственниками! — не выдержал Хаган, оскалился и низко зарычал, как дикий волк на соперника.

— Точно! Я так и знал, что вы это делаете! Проклятые извращенцы! Убить вас мало! Нужно изготовить из ваших тел чучела, и поставить на площади селения, чтобы каждый мог подойти и помочиться на ваши задницы! — откликнулся вождь, и речитативом запел что-то бравурное, на языке, в котором было много шипящих и гласных букв.

— Ненормальное племя! — рявкнул Хаган, перекрывая завывания вождя. — Сихха, ты понимаешь, что этот придурок выпевает? Может ему зубы выбить, чтобы не фырчал?

— Какой-то беаргский диалект, кое-что разбираю, кое-что нет — пожала плечами Сихха. — Слай, мне это все очень не нравится. Я сопоставила текст статьи со словами этого придурка, и делаю вывод — на нас воздействовали неким неопознанным оружием, которое умудрилось вывести из строя генераторы, но внешне не оставило на них никаких следов какого-либо воздействия! И это меня пугает.

— Правильно пугает! Вам конец! — вождь сочился удовольствием, и благосклонно кивнул головой хмурой Сиххе. — Освободи меня! Я возьму тебя пятой женой! Ты красивая женщина, и будешь хороша в постели! А тебя, урод четырехрукий, возьму телохранителем! Все вожди мне будут завидовать! А ты, капитан, ты...

— Заткнись! — с холодным презрением фыркнула Сихха, подойдя к спеленутому аборигену, выпустила из пальцев когти и зашипела, положив руку-лапу на бедро пленника:

— Я щассс ттттеебббяяя кассстрируйууу... и ооотправийшшшшссссяяя ты в ад ни женщщщщщиной, ни мушшшшчиной!

— Эй, эй, ты чего?! — вождь побледнел и задергался в щупальцах робота — прекрати! Ненормальная!

— Я абсолютно нормальна. Еще раз повторю — ты отправишься в ад! Потому, что будешь изуродован, лишен мужского достоинства! И Кошачий Бог тебя не примет! Только Сатана!

— Интересная у вас религия, как я погляжу! — хмыкнул Хаган. — Это что же, если ему отрезать... кое-что, он не сможет попасть в рай? Хе-хе-хе... хорошо! Спасибо за информацию, Си!

— Предательница! — вождь плюнул в девушку, но не попал, и бессильно зашипел, закатывая глаза. — Гадина!

— А что у нас эти типы молчат? Они там не померли со страху? — Хаган подошел к одному из шаманов и ткнул его в бок кулачищем. — Эй, болван, ты не сдох? Сейчас я тебя кастрирую, и ты никогда не попадешь в рай!

— Будь ты проклят! Чтоб у тебя отгнил...! Чтоб ты никогда не сходил по-большому и сдох задавленный дерьмом! Чтоб тебя разорвало! Чтоб... ай!

— Вот и тихо стало! — радостно гыгыкнул Хаган, глядя на то, как шаман хватает воздух побелевшими губами. Удар пришелся как раз в ту часть тела, которую синтонианец предположительно собирался отсечь.

— Ругаются, ругаются! У меня ощущение, что они вообще не способны разговаривать нормально! Ну что вот такое, а?! Вы люди, в конце концов, или нет?

— Так, ребята, тихо! Я с ними поговорю. — остановил приятеля Слай, с тревогой наблюдавший за происходящим .— Если я правильно понял, уважаемый Терсс, вы сделали что-то, что нарушило способность нашего корабля передвигаться в пространстве. Так? Так. Если верить вам. Тогда сразу вопрос: способны ли вы сделать так, чтобы корабль снова полетел? То есть — снять проклятие?

— Можем, конечно. — нормальным голосом, без ругани и шипения ответил вождь. — Только мы этого делать не будем. Даже под угрозой смерти, или... в общем — не будем. Лучше умрем. Вы передадите оружие в город, город будет нас убивать. Мой народ понесет потери. И это тогда, когда мы почти добили этих отступников! Нет, этого не будет. Я погибну... мы погибнем, но вы не добьетесь от нас ничего! Правда, колдуны?

Колдуны упорно молчали, отводя глаза от вождя, и Слай воспрял духом — не все так плохо? Раскол в рядах противника?

— «Зай, вытащи этого типа в коридор и сделай так, чтобы он ничего не слышал».

Робот с вождем в щупальцах рванул с места и галопом ускакал за двери рубки. Звездолетчики переглянулись, и Сихха кивнула головой, слегка улыбнувшись Слаю. А Слай всмотрелся в лица оставшихся в рубке кошколюдей, выбрав для себя одного — татуированного по лицу, во всю грудь и шею, предложил:

— В общем, так, парни. Сейчас я вас освобожу, и мы поговорим. Тут, в рубке. Предупреждаю — если вы начнете колдовать, или же просто нападете — умрете. Мы вас пристрелим на месте. Вот он пристрелит! — Слай показал на Хагана, радостно закивавшего оскаленной головой. — Он просто горит желанием кого-нибудь пристрелить!

— Горю, ох, горю! — подтвердил гигант, и в его ладонях мгновенно появились лучевики -Стреляю по четырем разным целям одновременно, вероятность попадания девяносто девять, и девять десятых процентов, то есть — всегда попадаю в цель!

— Вот так. Ну что, уважаемые гости, если вам все ясно — покивайте головой. Ага, ясно. Зай, отпусти их, и если что — будь готов к захвату. Ну что же, вот вы и свободны. Кто у вас старший? С кем мне говорить? Сдается, что вы поумнее вашего дурного вождя, потому надеюсь, что мы найдем общий язык.

— Это вообще-то не вождь... это сын вождя. — проворчал татуированный шаман, тот, который размахивало руками у корабля. — Хотел прославится. Пусть даже после смерти. Дурак, однако. Мертвецу — зачем слава? Правда же?

— Глупцы! — фыркнул Хаган. — Чтобы после смерти вспомнили, нужно совершить подвиг! И тогда останешься в памяти людской!

— Глупый молодняк так думает — фыркнул старший, не глядя на покрасневшего Хагана. — Сдохнешь, пройдет время, и никто уже не вспомнит, был ты, или нет. Я присяду?

— Присаживайтесь. — радушно предложил Слай. — Стульев и кресел нет, только на пол.

— Нормально. Мы так привыкли. — кивнул шаман и грузно опустился на пол. По прикидкам Слая ему было лет под сто, не меньше, а для кошколюдей это довольно большой возраст.

— Итак, что вы хотите знать? И зачем вы все-таки сюда прилетели? Теперь, когда вы убрали отсюда это молодого придурка, есть возможность спокойно обсудить наши дела.

— Ты довольно грамотно говоришь. — удивился Слай. — По вашему виду не скажешь, что вы можете общаться с людьми из другого мира!

— Если наша цивилизация не идет по пути технического развития, это не означает, что мы идиоты и ничего не знаем о внешнем мире.

Слай слегка ошеломленно посмотрел на раскрашенного «дикаря», озадаченно покусал губу и прямо спросил:

— Ты можешь мне объяснить, какого черта тут происходит? С чего началось противостояние между вами и городом? Почему идет война? Да, нас наняли, чтобы доставить груз — оружие. Да, мы совершенно тут ни причем — нас буквально заставили это сделать. Но мы не хотим быть причиной гибели множества людей, понимаешь? Нам не надо вашей гибели или гибели горожан — всего лишь заработать немного денег! А теперь мы вынуждены вступить в войну! Кстати сказать — вы напрасно думаете, что мы не можем летать по планете — у нас есть штурмовая шлюпка и хотя орудия у нее слабы, но этого хватит, чтобы поджарить все ваши поселения и вы ничего не сможете сделать!

— Ой ли? — шаман улыбнулся уголками рта и вытаращился на Слая, как уснувшая рыба. — Как ты думаешь, если мы смогли усадить ваш корабль, сможем ли сбить вашу шлюпку? Ты в самом деле считаешь, что все шаманы нашего народа здесь?

— Хмм... не считаю. — искренне ответил Слай, сердце которого затосковало. Неприятности были налицо.

— Вот так! — удовлетворенно кивнул шаман. — Ссадим и вашу шлюпку! И что тебе хочу сказать: ну да, попались мы довольно глупо, говорил я этому придурку — не надо подходить близко к кораблю! Не надо требовать, чтобы они вышли! Просто запечатать их в железном ящике, и все! Все на этом и закончится! Не первый раз ведь! Но придурку захотелось победить так, чтобы об этом пели в песнях. Вот и допелся. И сам сдохнет, и нас погубит.

— Все это хорошо, — нетерпеливо перебил Слай, — но все-таки, объясни мне, какого черта вы воюете? Чего вам сделали эти горожане? Почему вы не любите инопланетян? Я вообще о вашем существовании узнал только несколько часов назад! Вы мне неинтересны — почему вы читаете, что все горят желанием нанести вам вред?

— Конечно, горят желанием. — пожал плечами шаман. — А что такое, как не вред, когда вы несете в наш мир то, что его разрушит? У нас уже был опыт, была техническая цивилизация, и чем это закончилось? Гибелью миллионов людей! Планета едва опомнилась от предыдущей войны, и вы норовите втолкнуть нас в следующую? Нет, капитан, мы этого не хотим.

— Если я правильно понял, ваши «отступники» считают, что будущее за единением с Империей, а вы против этого? И хотите друг друга уничтожить, чтобы никто не мешал пойти по своему пути?

— Верно. Именно так и есть. Мы едины с планетой, она нам помогает. Мы сильны, как никогда! И зачем нам допускать сюда инопланетян, которые разрушат наше единство, которые начнут вырубать леса, копаться в недрах, уничтожать наш мир?! Предатели считают по-другому. Они хотят, чтобы здесь снова все превратилось в залитые бетоном площади, чтобы вода стала отравленной, и люди видели зверей только в зоопарке. Да, да, я все знаю! Я помню... у меня память предков, передающаяся от матери к детям. Я помню то время, когда небо гудело от пролетающих машин, когда реки кипели от яда, выливаемого в них заводами! Хватит! Планета едва выжила. Мы теперь с ней единое целое. И если придется погибнуть — погибнем. Послушай, ты вроде приличный парень, разве ты не видишь, что происходит? Разве тебе хочется быть орудием Империи, превращающей планеты в технологические помойки? Зачем тебе это?

— Ты и прав, и не прав. Не все планеты превращаются в помойки, не все. Империя — это благо. Хотя у нее есть много слабых мест. Она огромна, неповоротлива, не всегда адекватно оценивает ситуацию. Я уверен, если бы вы оставили в покое горожан, не нападали бы на них, не пытались уничтожить ретранслятор гиперсвязи — никто и не подумал бы, чтобы предоставить оружие горожанам. Насколько я знаю, есть закон, запрещающий вооружать противоборствующие стороны, если уровень их технологического развития меньше чем... не помню маркировку уровней, но в общем... дикарям оружие не дают. Они для него еще не созрели. Если есть желание — пусть дерутся луками и ножами. Но тут случай другой — вы посягнули на имущество Империи, на жизненно важный объект — ретранслятор. Зачем вам это? Что вы имеете против ретранслятора? Он нужен Империи, чтобы оперативно передавать и получать информацию от отдаленных ее границ. Правда я не понимаю, почему его поставили на другом материке, где нет людей... но это уже вопрос к инженерам.

— Никаких вопросов нет. — хмуро пояснил шаман. — Другие материки нежилые по причине их полнейшей неустойчивости. Вулканическая деятельность. Каким бы прочным не был ретранслятор, его или раздавит в трещине, или расплавит магмой. Да и обслуживать нельзя, когда на тебя падает раскаленный пепел или зад поджаривает магма. Не в этом дело. Ретранслятор — как символ, символ порабощения Империей. Не будет его — Империи незачем будет соваться в наш мир! А мы не хотим иметь дело с этим кровожадным монстром, протянувшим щупальца через вселенную! Мы хотим тихо жить в своем мире, никого не трогать, ну зачем, зачем вы к нам лезете? В наш дом?! Это не ваше, поймите, отстаньте от нас! Мы будет драться до последнего человека, и заверяю вас — наши возможности очень, очень велики! Нас можно убить только вместе с планетой, нашей планетой, которая нас защищает, любит, бережет! Мы много раз говорили вашим людям — уходите, не приходите к нам! Вы нам не нужны! Совсем не нужны! Это значит — ВООБЩЕ!

— У меня для тебя плохие новости, шаман. — грустно усмехнулся Слай, лихорадочно соображавший, как бы выбраться из этого дерьма. — Империя никогда не отступает и всегда добивается своего. Чего бы это не стоило. Пока они пытаются решить проблему руками ваших же людей, но если не получится — просто выжгут леса к чертовой матери. Вместе с вами! Вам это надо? Ты вообще представляешь мощь Империи? Ты представляешь, что будет, если по планете ударит имперский линкор? Останется нежилой материк, на котором будет стоять этот чертов ретранслятор, будь он проклят! Кстати, если уж зашла речь о проклятии, давай уточним — что такое проклятие? Как вы это делаете? Как вы вообще смогли сбить звездолет, он ведь защищен, и так, как вам и не снилось!

— Планета нам помогает. — улыбнулся шаман. — Мы просим ее помочь, просим сделать так, чтобы проклятие пало на вашу технику, и она перестает работать. Этот ретранслятор мы проклинали уже раз пять... нет — шесть. Если бы не отступники, он бы давно сдох. Но эти твари защищают его своими заклинаниями. У них тоже есть шаманы, и увы — планета помогает им тоже. Как и нам. Только мы используем ее силу во благо, а отступники — ей же во зло.

— Усматриваю редкую мутацию, — вмешался искин. — Как видится, эта популяция кошколюдей каким-то образом подключается к энергетическому полю планеты и получает от него особые способности.

— Верно говорит твой человек, — кивнул шаман. — Мы подключаемся к планете, и она нам помогает. Так что ваши механизмы здесь обречены.

— Кроме тех, которые не имеют сложных мозгов. — уточнил Зай. — Простые механизмы. И в том числе оружие, работают беспрепятственно.

— Мы и оружие можем проклясть, но это сложно и долго. — нахмурился шаман. — Но мы ушли в сторону от разговора. Главное — мы не хотим, чтобы вы тут были.

— Интересно, как это мы тут не будем, если вы нас усадили на планету и едва не разбили? — рыкнул Хаган. — Парень, ты в своем уме? Вы сами притащили нас к себе! И что, нельзя было договориться с «отступниками»? Почему нужно было доводить до войны?

— Переговоры не дали результата. Никто не идет на уступки. Ни наши, ни отступники. Мы не находим точек соприкосновения. Наши требуют убрать все следы присутствия инопланетян на планете, отступники желают жить так, как они хотят. То есть — летать в космос, жить, как вся Империя. И они тоже не идут на уступки. И в конце концов, мы их все равно уничтожим. Дело времени. Они уже боятся выходить за пределы город, боятся леса — мы их выслеживаем и убиваем. Их осталось всего около десяти тысяч, так что конец близок.

— И самое интересное — они все правы. — мрачно бросила Сихха, вставая со своего кресла. — Все имеют право на выбор. Кстати, а вы не задумывались, что вас все равно не оставят в покое если вы обладаете такими способностями? Если вы можете вывести из строя боевой корабль, только лишь напустив на него проклятие? Я не понимаю механизма действия этого самого «проклятия», но то, что оно работает и очень эффективно — мы ощутили на себе! Представляете — если на каждом корабле империи будет такая группа «проклинающих»?! Какие там войны?! Никто не сможет сопротивляться!

— Я же сказал — силу нам дает планета. — улыбнулся шаман, раздвинув тонкие губы и обнажая острые белые зубы. — Как только мы от нее отрываемся — теряем силу. Проверено. Потому никто не может использовать нас как оружие. Никто.

— Имперские это знают? — хмыкнула Сихха.

— Знают, почему им не знать? Они время от времени появляются в городе, обслуживают ретранслятор. Конечно, знают.

— Интересно, как же живут горожане, если не могут выйти из города? — хмыкнул Хаган. — Чем они живут?

— Ну почему же не могут выйти... могут! Но недалеко — пока мы их не поймаем! — хихикнул шаман. — Питаются они из таких же машин как у вас (шаман показал на конвертер). Невкусно, но жить можно. Правда, в последнее время, как мне говорили у них проблемы с питанием. Не хватает еды. Их стало слишком много. Видимо начали вопить о помощи, потому вас к ним и прислали. Хотят, чтобы они перебили всех нас.

— Ну что же... ситуация ясна. — вздохнул Слай, посмотрел на мрачных соратников и предложил: — Вот что сейчас сделаем: вы пойдете в трюм, подождете там, а мы посоветуемся что нам делать. Кстати, все-таки главный вопрос, вы можете снять проклятие с корабля? И что для этого нужно?

— Нужно выйти из корабля. Произнести заклинание. Корабль и заработает. Только я не вижу для этого никаких оснований. Может и правда вам лучше сдаться? На самом деле — будете жить у нас, спокойно, тихо... мы вам построим дома, вы увидите — у нас хорошо! Нет суеты, нет суматохи, присущей Империи, нет войн! Мирная жизнь, любовь — разве не это нужно человеку, чтобы встретить спокойную старость?

— Идите в трюм. И не пытайтесь устроить какую-нибудь диверсию — в противном случае роботы получат приказ вас захватить. И вы знаете, что у них это получится. Никаких проклятий, заклятий и всякой такой пакости. Зай, следи за ними, и если что — хватай без разговоров.

— Будет исполнено, капитан.

Аборигены поднялись с пола и медленно потянулись в открытую дверь. Когда она мягко задвинулась за последним из них, Слай повернулся к Сиххе:

— Ну что думаешь? Какие мысли есть по услышанному? Тебе эти люди ближе по расе, ты должна понимать их намерения. Империи, скорее всего, кажется, что это тупик. Что должны быть уничтожены или те, или другие. Чтобы этот проклятый ретранслятор оставался на месте! Ну не глупо ли? Неужели эта штука стоит десятков тысяч жизней людей? Ну ладно — они решили — но мы-то тут каким боком? Мне лично не хочется осознавать, что я явился причиной гибели стольких разумных существ. Да и неразумных — тоже. Эти придурков разумными не назовешь — неужели нельзя было найти способ договориться?

— Кошки существа упрямые. — улыбнулась Сихха. — Вспомни Сильману. Почти то же самое. Зная, что войну по-другому остановить нельзя — я уничтожила основные группировки. И какого ответа теперь ты ждешь от меня?

— С тобой все ясно — грустно усмехнулся Слай — Хаган, ты чего скажешь? Впрочем, дай угадаю — врезать всем, всех разогнать! Хряснуть по ним так, чтобы неповадно было, да?

— И как ты угадал? — гоготнул синтонианец. — Все точно!

— Вот только встает вопрос, кому хряснуть, и как хряснуть. Ты не обратил внимания, что наш корабль лишен способности летать? Нет? Так вот, спешу тебя удивить — «Бродяга» не может оторвался от земли ни на сантиметр. Мало того, медленно, но верно он погружается в почву, и если не принять правильного решения, уйдет в нее насовсем. Хотите жить тут до самой смерти?

— И питаться собственным дерьмом, пропущенным через конвертор? Смотреть на Сихху до конца жизни? Хе-хе-хе... нет уж, не надо. Я бы хотел отсюда свалить.

— А значит нужно как-то договориться с пленниками. Похоже, что они достаточно влиятельны, потому шансы есть. Ну... мне так кажется, что есть. Но вы должны понимать — они пойдут на соглашение только тогда, когда будут убеждены, что мы не станем помогать горожанам. И как их убедить в том, что мы выполним это соглашение — я не знаю.

— У нас в руках сын вождя. Как это мы не сможем их убедить? Они должны знать, что я этого щенка нарежу ломтями! И не будет у вождя сына! — Хаган с шелестом выдернул из ножен ритуальный меч и сделал несколько фехтовальных движений — я отсеку ему башку! Руки! Ноги! И... все остальное. В общем — в рай он не попадет. Превращу его в фарш!

— Так. Ясно. Менее кулинарное предложение есть? Что-нибудь умное? Нет? Печально, друзья мои. Тогда молчите, я буду разговаривать с этими раскрашенными. Зай, зови их сюда.

— Слушаюсь, капитан!

Аборигены, такие же мрачные как и раньше, втащились в рубку, следом ремонтный робот с телом сына вождя. Буйны абориген вертел головой, пытаясь разглядеть то, что происходило в рубке, и Слай приказал:

— Зай, отпусти его. Хаг, будь настороже. Эй, как тебя... Терсс! Черта с два запомнишь ваши имена... Терсс, если ты попробуешь напасть...

Слай не успел договорить — Терсс сорвал с пояса нож и с силой метнул его в Слая. Тот был готов к такому делу, дернулся, уклоняясь от броска, но кривой кинжал не успел долететь до Слая, утонул в слепящей вспышке пламени. Тут же шарахнули еще два импульса и сын вождя выругался, зажав уши — серьги, что из них торчали, испарились, оставив на месте лишь раскаленные дужки.

— Хорошие выстрелы, Хаг! — искренне похвалил Слай. — Ты не врал, когда говорил, что попадаешь туда, куда нужно!

— А то ж! Хочешь, я отстрелю придурку нос? Или член? Чтобы он разговаривал только тоненьким голоском и не производил идиотов, таких, как он сам?

Шаманы заулыбались, скрывая улыбку от несчастливого командира, зашептались, а Терсс побагровел, как вареный морской гад и с ненавистью посмотрел на Хагана.

— Не надо, Хаг. Парень просто не разобрался, кто есть кто. Не понял.

— Если бы у тебя не было этих штук, я бы тебе показал! Хоть на ножах, хоть на кулаках! Вы все ничтожные инопланетники, вы никто! Без ваших приспособлений вы ничего не можете! Жалкие твари!

— Дай я ему хрясну, Слай! Можно? Ну, Слай, позволь!

— Погоди, Хаг. Послушай, Терсс, я могу устроить тебе показательный бой с Хаганом. Хочешь? Но если ты проиграешь — отдашь приказ колдунам освободить корабль от проклятия. Если выиграешь — мы сдадимся, более того, отдадим все оружие в ваши руки. Как смотришь на это дело?

— Хех! Подлые твари! Небось задумали какое-то жульничество! — сморщился абориген — нет уж, не будет вам боя!

— Трус! — громогласно заявил Хаган. — Ты поганый трус! Тебя поймали на слове, а ты, глупая тварь, струсил! Так ты и останешься в памяти людей, как трус!

— Точно! — кивнула Сихха, внимательно наблюдавшая за разговором — Слай, выпусти меня наружу. Я поговорю с его людьми, сообщу им, что Терсс струсил и отказался биться! Что он трус, который наделал в штаны от страха! И пусть они запомнят его таким — трусливым негодяем!

— Хмм... хорошая мысль. Кстати, Зай, у тебя нет возможности вынести изображение за пределы корабля? Чтобы соратники этого труса увидели, какой он трус? Пусть полюбуются! Пусть знают, что он жалкая личность, трусливая и подлая, неспособная править их народом!

— Они не поверят! — растерянно бросил абориген, хлопая ресницами и переводя взгляд то на шаманов, то на врагов. — Я военный вождь, славный многими победами! Никто не поверит такой глупости!

— Как только увидят запись изображения, сразу поверят. — кивнул Слай, с усмешкой глядя на Терсса.

— Да, я могу вынести изображение наружу, если кто-то вынесет туда свой видон. — подтвердил Зай. — Запись разговора есть. Я подредактирую, уберу кое-что, и все будет в порядке.

— Сихха, бери одного из пленников, не самого важного, идите с ним наружу. Покажи им, каков сын вождя! Трус! Ты трус, Терсс! Тебя будут помнить как Терсса-труса, неспособного отвечать за свои слова!

— Хорошо. Я согласен. — выдавил абориген, закусив губу острыми клыками. — Пусть Шурр выйдет и скажет воинам, что сейчас будет поединок, чтобы они не утыкали вас стрелами. Не нужно никаких записей. Условия таковы — если я выиграю, вы отдаете нам корабль, оружие и сдаетесь на нашу милость. Могу я верить вам?

— Можешь. — торжественно кивнул Слай, а про себя подумал, что лучше он отстрелит себе башку, чем сдастся эти идиотам. Пусть лучше лопнет его совесть, но идти в рабство он не собирается. Вот только зачем об этом знать остальным? Даже друзьям.

— Только добавлю. — продолжил Слай. — Вы дадите нам улететь отсюда и не собьете в другом месте, когда мы будем над ним пролетать. Мы со своей стороны обещаем не нападать на ваши поселения.

— А оружие? Вы все-таки доставите оружие проклятым отступникам?

Вопрос повис в воздухе. Слай решил проигнорировать и не услышать.

А что он мог сказать? «Нет, мы не повезем оружие горожанам!»? Это была бы ложь. Врать же он не собирался... ну... почти не собирался. Но и помирать под землей в железном гробу — тоже.

— Пусть твой человек идет и сообщает воинам о поединке. Только сообщает на всеобщем языке, чтобы мы слышали. Потом мы все выйдем. Сихха, выйди с ним, ладно? Ты понимаешь их язык, так что если начнут творить какие-нибудь козни...

— Я сразу разнесу ему башку! — Сихха многообещающе усмехнулась, потянулась и спрыгнула с кресла одним грациозным движением. Потом поманила того, кого звали Шурр,и они вместе вышли из рубки.

— Побудьте пока в трюме! — махнул рукой Слай — нам посоветоваться нужно. Зай, последи, чтобы они не шалили. Давай, давай, Терсс, некогда мне с тобой болтать! На корабле слово капитана закон, если ты этого не знал! Вали в трюм, ну! А то сейчас роботы тебя вынесут, как бревно!

Терсс поспешно удалился, бормоча под нос какие-то ругательства на языке кошколюдей, и обещая разобраться с подлецами — это уже на всеобщем языке, следом за ним шмыгнули молчаливые шаманы, с живым любопытством наблюдавшие за происходившим. Наконец, Слай и Хаган остались одни.

— Хаг, ты сумеешь его забить?

— Да я ему...!

— Хаг, заткнись, не для похвальбы — как боец, скажи — ты сумеешь забить его голыми руками или ножом?

— Слай, тогда и ты скажи, только честно — ты правда собираешься отдать нас в их руки в случае проигрыша?

— Конечно! Я же слово дал! (И ни один мускул на лице не дрогнул! Настоящий политик — врать надо уметь!). Тебе нельзя проигрывать. Тем более, что ты вряд ли останешься в живых, если проиграешь. Насколько я знаю их законы, тебя вначале кастрируют, потом засунут отрезанное тебе в рот, потом отрежут голову. Нет — вначале отрежут голову, потом засунут в рот!

— Ты меня успокоил! Второй вариант конечно предпочтительнее! Ну что ты творишь?! А если я проиграю?!

— Ты не можешь проиграть. Ты настоящий боец! Я помню, как ты бился против толпы убийц, а потом хотел с собой покончить, чтобы не уронить честь! А теперь твоя честь — это мы. Если проиграешь, мы останемся тут навсегда, и моя мама не увидит любимого сына! (И наймет крейсер, прилетит сюда, и расхерачит всю эту гребаную планету! Или я плохо знаю свою маму!) Итак — ты выиграешь?

— Хмм... считаю, что да. Я гораздо тяжелее этого поганца, сильнее, возможно — опытнее. Но на его стороне скорость, и как ни странно — сила тяжести. Я не привык к здешней, потому все движения получаются не очень четкими, с перебором. Мне бы только добраться до его поганой глотки, уж я бы ему показал, что такое настоящий боец! Ты другое скажи — что значит победа в этом бою? Ну — что ты понимаешь под словом «победа»?

— Хмм... молодец. Вопрос интересный. Если ты убьешь говнюка — мы восстановим против себя вождя, а у него точно есть еще шаманы, чтобы доставить нам неприятности. И кстати — остаются эти же шаманы, что нас сбили. Если же ты не начнешь биться в полную силу, не нацеливаясь на смертельный бой — можешь проиграть. Вернее — точно проиграешь. А тогда нам конец. В общем — бей его как можешь, не давай ему ни малейшего шанса. И будь осторожен — может быть какой-нибудь подвох. Кошки существа коварные, хитрые, от них всего можно ожидать!

— Наконец-то ты это понял. Не прошло и года... Если будет выбор — выберу бой на ножах. Нож у меня с собой, так что... — Хаган похлопал по ритуальному мечу и довольно хохотнул. Слай удивленно поднял брови:

— Это же меч! Не прокатит!

— Да ладно! Это — нож, как у них на поясах! Только большой! Кто может запретить мне использовать свой нож?

— Ладно. Зай, включи обзор, послушаем, чего они там говорят.

— Есть, капитан.

— ...оный корабль беспрепятственно отправится восвояси! И на том он, Терсс Шасс, военный вождь племени Гоук, дал свое верное слово!

Аборигены слушали молча, лица их были довольными, как у сытых котов. Ну как же, такое развлечение! Посмотреть на то, как люди бьются не на жизнь, а на смерть — лучшего развлечения нет на свете!

— Славься Терсс! Славься! — яростно завопили соратники аборигена, и Слай вдруг с запоздалым сожалением подумал о том, что если Хаган проиграет, придется туго. Вот только другого способа выручить корабль он не видел.

Поубивать всех аборигенов? А как тогда снять проклятие? А вообще, забавно — о таком колдовстве Слай читал только в фантастических романах, и если бы не увидел это воочию — никогда бы не поверил, что это возможно! Колдуны, в век звездолетов, роботов и плазменных пушек? Кстати сказать, нужно проверить...

— Зай, ты может проверить плазмомет? Так, чтобы не задеть аборигенов? Пальни одиночным по джунглям!

— Не работает, капитан... совсем не работает. Энергии не хватает. Я в растерянности — за все время своих путешествий по вселенной, еще не встречал такой нелогичности и антинаучности. Человек не может силой мысли заставить механизм перестать работать! Это невозможно! Но это есть. Я сейчас просто взорвусь от возмущения!

— Эй, эй... перестань! Этого еще нам не хватало! Зай, во вселенной есть много такого, что нам до сих пор не известно. Она бесконечна! Так почему же в ней не быть места для колдунов? Мутации делают из живых существ таких странных монстров, что сам диву даешься.

— Я понимаю, но все-таки это очень странно.

— Не страннее четверорукого волкочеловека, это точно. — ухмыльнулся Слай, не обращая внимания на возмущенно пыхтение приятеля.

— Эй, ты чего там на меня колесо катишь?! Да для меня как раз ты странный, как никто другой! Я когда тебя увидел, посчитал тебя роботом-манекенщиком! Ни одной складки на лице, глаза какие-то ненормальные голубые и светящиеся, маленький, весь прилизанный, как манекенщик! Ну просто мальчик из богатого семейства, и все тут! Так что не говори мне, кто тут странный, а кто нет! Для меня все без шерсти странные и отвратительные! То ли дело наши девушки... шерстка гладкая, шелковистая... иэххх...

— Мда, чувствую, и ты засиделся без женщины. — с сожалением вздохнул Слай. — Как вернемся на Морию...

— На нее еще нужно вернуться, на Морию эту! — вмешалась Сихха, влетевшая в рубку, как вихрь. — Терсс требует боя на ножах. Его люди в восторге, все хотят зрелища. Хаг, если ты проиграешь — я нагажу на твой труп, слышишь?! А потом растопчу дерьмо! Ты меня слышишь, лохматый?!

— Слышу! Только я не проиграю! Хаган никогда не проигрывает! Кстати, ты не обратила внимания, корабль сильно ушел в землю?

— Сильно. Едва люк открыли. Чуть не до половины погрузился. Так что нам нужно поторапливаться. Слай, может ты останешься в корабле? Не пойдешь смотреть на бой? Мало ли что там может случиться...

— Да, Слай... не стоит тебе выходить. И Сиххе тоже. Если я проиграю... лучше вы останетесь тут.

Слай посмотрел в мохнатую морду волкочеловека, в лицо встревоженной Сиххи и с сожалением покачал головой:

— Если вы думаете, что мне так хочется попасть под прицел десятков луков — ошибаетесь. Но и не выйти нельзя. Хорошо хоть, что у нас есть роботы-ремонтники, если что — раскидают негодяев. Зай, будь наготове... могут понадобиться твои «руки».

— Я всегда наготове, капитан. Ты только отдай приказание, и я все выполню. Что мне делать сейчас?

— Как только крикну, тащи нас в корабль — живых или мертвых. А если сумеешь — этого чертова Терсса и парочку-тройку колдунов. Если получится... Ну, все, ребята, пошли!

Слай выдохнул, и решительно шагнул к выходу из рубки. Лучевик на предплечье запасная батарея есть — прорвемся!

Бодрые мысли снова затопил поток сомнений — куда прорвемся? Если этот пакостный абориген не выполнит обещания... если Хаган проиграет... Впрочем, правда, ну как он может проиграть? Это Хаган-то? С его ручищами и торсом эпического богатыря? Нет, не может быть.

* * *

Лес был великолепен. Даже дерево, которое угрожающе нависло над погрузившимся в землю кораблем, было прекрасно — огромное, с толстым стволом, обвитым лианами, на которых сидели толпы странных голубых и зеленых птиц, с длинными тонкими клювами, издающими тонкий писк, вонзающийся в неподготовленные уши. Пахло сыростью, грибами, сырой землей и чем-то сладким, как будто раздавили перезрелый плод, и он медленно растекался по черной, жирной земле, источая запах пряностей и варенья.

Аборигены ждали звездоплавателей в двадцати шагах от корабля, образовав полукруг вокруг входа в звездолет. Их луки были вложены в чехлы и висели за спиной, что впрочем ничуть не успокаивало Слая — кто знает, может десяток этих «кошек» спрятался где-нибудь в траве, или в кустах, или сидят на ветке дерева в надежде насадить заблудших растяп на одну из своих острых стрел.

То, что это им ничего не даст — не значило совсем ничего. Иногда над поступками людей берут верх не логика, а эмоции одной минуты, или даже секунды, импульс, заставляющий делать непоправимые поступки, чреватые такими последствиями, которые трудно предугадать. В истории было много случаев, когда глупый поступок одного человека, лидера группы, приводил к гибели сотен и даже миллионов людей, совершенно не виновных в действиях своего вождя.

Слай любил исторические хроники, много из них почерпнул и точно знал, как это бывает. Была у него мысль надеть боевую броню, которая валялась в каюте, но после короткого раздумья решил этого не делать — «бронирование» могло бы вызвать агрессию аборигенов — зачем тебе броня, если ты доверяешь своим партнерам? Не доверяешь? Значит ты сам вынашиваешь подлый план нападения! Ведь судят по себе!

Слай, конечно, вынашивал подлый план нападения, но больше его интересовало то, как можно реанимировать корабль. А уж потом... там видно будет. То, что отказали еще и корабельные орудия, Слая не удивило. Чего-то подобного он и ожидал. Хорошо хоть реактор еще теплится. Видимо это самое «проклятье» не до конца въелось в броню многострадального «Бродяги».

— Мой вождь выбрал бой на ножах! — громко завопил один из аборигенов, подойдя ближе к Слаю — у вас есть нож? Если нет — мы вам его дадим!

— Ты чего вопишь, будто тебя ткнули в зад ножом? Я прекрасно слышу, не глухой! — неодобрительно буркнул Хаган, рассматривая противника, гордо прохаживающегося перед строем своим подчиненных.

Терсс был обнажен по пояс, и Слай отметил, что кошкочеловек неплохо физически развит — ни грамма жира, мускулы, как у профессионального спортсмена. Подумалось: «Тяжко Хагану придется! Это не из лучевика палить!»

— Ну так... это... есть нож у тебя? — растерялся абориген, а когда Хаган небрежно достал из ноже свой меч, изумленно прошипел:

— Да какой это нож?! Это не нож!

— Если кто-то скажет, что это лук — пусть первый плюнет мне в глаз! — невозмутимо ответил Хаган, снимая с плеч рубаху, расписанную фигурками волков — бегущих, летящих, спящих и улыбающихся. Рубашка была довольно веселенькой, и Слай с интересом начал рассматривать фигурки, на пару секунд забыв, зачем они собственно сюда собрались. Замер, замечтавшись, и в чувство Слая привели слова Терсса, крикнувшего во весь голос:

— Эй, животное, ты готов принять смерть?! Выходи!

Аборигены радостно зашумели, Хаган же невозмутимо и негромко спросил:

— Мы бьемся до смерти, или как? Что говорят ваши правила?

— Пока можешь продолжать бой. Если признал поражение, или не можешь биться — значит проиграл.

— Ладно! — легко согласился Хаган, поигрывая мышцами рук. Лучевики он снял и передал их Сиххе, настороженно наблюдавшей за окружающей местностью.

Слай, глядя на девушку, слегка успокоился — от ее опытного взгляда разведчика не укроется ничего — если им устроили засаду она ее точно увидит. Подумалось — а может зря он устроил эту авантюру? Может, следовало просто взять и отдать этого придурка Терсса в руки Хагана — пусть заставит отдать приказ колдунам снять это чертово проклятие?!

Если регулярно отрезать по кусочку от некого военного вождя, тот точно пожелает, чтобы все это безобразие прекратилось и корабль полетел отсюда куда подальше.

Вот только и здесь тоже был слабый момент — а если не пожелает? Если предпочтет умереть? Тогда что, перейти на колдунов? Их вынудить силой? А если и они не захотят?

Все если, да если... Слай знал одно — гибели Хагана он точно не допустит, если увидит, что побеждает кошкочеловек — прикажет Заю похватать шаманов и Терсса, а дальше... дальше как карта ляжет. Чего загадывать?

— Начинаем по команде! — скомандовал Слай, глядя на то, как Хаган проверяет остроту меча. Отметил для себя — колдун справа, тот, с которым Слай разговаривал в рубке, творит какое-то колдовство, но не в сторону корабля, а на прохаживающегося командира. Что он там творил, для чего махал руками, было неясно, но вряд ли это что-то могло изменить. Главное, что колдует не на Хагана, не выпускает свое чертово проклятие.

— Сходитесь! — крикнул Слай, и с неудовольствием заметил, что у противника Хагана в руках что-то вроде тесака, с которым люди пробиваются через джунгли, и этот тесак по длине практически таков, как меч синтонианца. Ну что поделаешь — кошколюди тоже не дураки! Посмотрели на хаганову железку, ну и подсуетились... увы. Увы!

— Начали! — крикнул Слай, и сердце его ухнуло в пятки — не дай Создатель проиграть! Ведь проигрыш означал смерть Хагана... впрочем — и смерть аборигенов тоже. Слай перестреляет их столько, сколько сможет. Нехрена нападать на честных звездолетчиков!

Глава 4

Терсс был настолько быстр, что глаз Слая с трудом успевал за его движениями. Не имело значения, сколько у Хагана рук, не имела значения его сила и масса — в бою на мечах главное скорость и выносливость!

Всего минуту шел бой, и за эту минуту Хаган уже трижды был ранен. Длинные порезы, из которых обильно текла кровь, покрывали мощный, бугрившийся мышцами шерстистый торс. Из-за шерсти мышцы видны не очень хорошо, но если его побрить... — вдруг пришло в голову Слая, но тут же все лишние мысли покинули голову капитана, оставив лишь досаду и страх — Хаган получил очередную рану, под радостный вопль «болельщиков», криками встречавших победы своего кумира.

Наконец, Терсс пошел в очередную атаку, с невообразимой скоростью вращая тесаком. У Слая замерло сердце, глядя как Хаган неподвижной глыбой стоит, ожидая неминуемой гибели. То, что гибель неминучая , было очевидно — кошкочеловек настолько превосходил волкочеловека в скорости, что Слай никогда бы в это не поверил, если б не увидел своими глазами.

Вихрь, вот как можно было бы назвать этот сверкающий водоворот клинков!

Терсс был везде — справа, слева, спереди и сзади Хагана, он жалил, рубил, бил рукоятью — секунду, две, три, пять... И вот, Хаган шатается, зрители вопят, еще удар, последний замах...

И тут случается неожиданное. Волкочеловек прыгает вперед, бросив меч, цепляет Терсса ручищами и без всякого замаха, мгновенно, как мяч, швыряет противника в ствол дерева, подрубленного «Бродягой».

Скорость, сила броска таковы, что Терсс не успевает предотвратить нападение. Он успевает лишь сконцентрироваться, извернуться за ту долю секунды, что летит в воздухе, но врезается в ствол дерева с такой силой, что шлепок и хруст от сломанных костей слышен так явственно, будто кто-то включил громкость звуковых датчиков на полную мощность.

Терсс мягко падает на куст какого-то пышного растения, разбросав руки и ноги, и замирает там, не обращая внимания на толпу красно-зеленых жуков, спугнутых им с веток кустарника. Часть жуков улетает, а часть усаживается на грудь поверженного бойца, деловито прогуливаясь по новообретенной прогулочной площадке.

Хаган подошел к Терссу, потыкал его носком ботинка в бок, наклонился, пощупал шею. Обернулся к Слаю и хрипло, с трудом проталкивая слова через пересохшее горло, сказал:

— Живой. Эту тварь не так просто убить. Эй, распорядители, кто победил, ну? Объявляй!

Слай повернулся к толпе, пытаясь взглядом найти того, кто объявлял о поединке, и вдруг с удивлением заметил, что аборигенов стало в несколько раз больше. Они стояли плотной толпой, выглядывали из-за деревьев, заполнили все свободное место. По прикидкам Слая здесь теперь было не пятьдесят человек, а тысяча, или больше! Похоже было, что к аборигенам пришло подкрепление. И это подтвердил кошкочеловек, выйдя из толпы и подойдя к Слаю на расстояние трех шагов:

— Что тут происходит?! Он жив?!

— Жив! — подтвердил один из шаманов, творя над беспомощным Терссом какие-то пассы. — Будет жить. Ребра сломаны, рука, но все поправимо.

Человек молча кивнул, всмотрелся в Слая, и не говоря ни слова повернулся к кучке шаманов, стоявших чуть поодаль:

— Так мне кто-то объяснит, что тут происходит, и почему мой сын лежит в беспамятстве?!

— Твой сын устроил поединок. — вмешался Слай. — В случае проигрыша он обещал нас отпустить, снять проклятие с корабля.

— Да? Хмм... интересно... я не давал ему права распоряжаться инопланетниками и чужими кораблями! — кошкочеловек поморщился, махнул рукой. — Все отойдите на пятьдесят шагов! Все, кроме лекарей! Садись, инопланетник!

Кошкочеловек похлопал рукой по траве, показывая пример, сел, поджав ноги под себя. Слай махнул рукой Хагану, истекающему кровью, Сиххе, и они медленно потащились в открытый люк. Как бы ни был Хаган крепок, но запас крови у него тоже ограничен. Скорее к аптечке! И Слай очень надеялся, что проклятье не добралось до нее. Вот было бы дело, если бы аптечка перестала работать! Очень не хотелось, чтобы Хаган отправился в свой дурацкий рай раньше времени...

Слай сел на траву и стал рассматривать кошкочеловека, стараясь не обращать внимания на лучников, маячащих справа и слева, следящих за каждым движением инопланетянина. Слай не сомневался — сделай он хоть одно резкое движение в сторону местного королька, и ему тут же прилетит «привет с планеты Оукс», прямо во вместилище разума. Осознавать это было неприятно, а еще неприятнее был факт того, что ситуация осложнилась, и чем все это кончится — непонятно. Обидно! Так хорошо было все задумано! Все вроде получилось! И тут — облом! Никогда не бывает ничего простого...

— Вероятно, ты понял, кто я! — кошкочеловек сделал драматическую паузу и замолчал, ожидая слов собеседника. Но Слай лишь пожал плечами — чего тут не понять? Говори дальше, чего уж...

— Это мой сын. — невозмутимо кивнул вождь, поглядывая на то, как лекари возятся над бесчувственным телом. — Вы его едва не убили!

— Не убили же. — равнодушно прокомментировал Слай. — Это был честный поединок. Мы выиграли. И он должен нас отпустить.

— Верно. Но я не давал обещания вас отпустить. — вождь испытующе посмотрел в лицо Слая, и слегка улыбнулся. — Ведь это справедливо, не так ли? Он вас отпускает, а я вас не отпускаю! Ты сейчас смотришь на меня, и думаешь — как бы это открутить ему башку, не правда ли? (Надо заметить, что Слай именно об этом и думал!) Только хочу предостеречь от необдуманного шага — вокруг стрелки, да и я не какой-нибудь младенец. Так просто это сделать тебе не позволю. Нет, нет — не нужно втягивать меня в поединок, как моего сына — уверен, вы как-то сумели сыграть на его честолюбии, и устроили такое вот представление. Я не мой сын, и руководствуюсь разумом. Увы, не всегда в наших детях воплощаются наши мечты, не правда ли? У тебя есть дети, инопланетник?

— Пока нет... наверное нет. — усмехнулся Слай, вдруг подумав о том, что у одной из его многочисленных подружек вполне мог быть ребенок. Слай не всегда был благоразумно осторожен..

— Наверное? — слегка удивился вождь, потом понял, улыбнулся уголками рта. — Понятно. Раз нет детей, скорее всего ты меня не поймешь. Но это не важно. Важно то, что есть некий корабль, который, как мне сказали, летел к нашим врагам. Есть груз, предназначавшийся врагам — скорее всего, оружие. И есть инопланетники, которые хотели этот груз доставить, но застряли в лесу. Есть мой сын, которого обвели вокруг пальца и заставили принять неверное решение, сыграв на его глупости и честолюбии. И есть мой народ, которому не нужно, чтобы груз был доставлен по назначению. Так что мне делать, инопланетянин? Как ты думаешь? Позволить вам улететь?

— Позволить! Конечно, позволить! — бодро закивал Слай. — Мы тут ни причем, мы не участвуем в ваших войнах, отпустите нас... пожалуйста! Честное слово, мы не хотели причинять вам вреда!

— Ага... не хотели. То есть — вы решили доставить оружие нашему противнику, и улететь с чувством выполненного долга, так?

— Хмм... получается — так. — упал духом Слай. — Нет, ну а что нам делать? Нас наняли, чтобы мы доставили груз! Мы живем этим! Это наша работа! Какие к нам претензии?!

— Никаких. — усмехнулся вождь. — Кроме одной: вы оказались не в том месте, не в то время. И потому пострадаете. Вы не улетите, и не доставите свой груз нашим врагам. Нам не нужно, чтобы эти твари убивали нас, наших детей и женщин! Вот как бы ты поступил на моем месте, инопланетянин? Что бы ты сделал, скажи!

— Я бы нас отпустил! — глядя честными глазами в глаза вождя, небрежно ответил Слай. — Мы вам не враги так что...

— Так что можете вредить нам, да? Врешь ты, инопланетник. Не отпустил бы ты. Приложил бы все усилия, чтобы нас прикончить, так почему я должен поступить по-другому? Ну, объясни!

— Ээээ... ммм... — рот Слая издавал непонятные междометия, а мозг лихорадочно работал, пытаясь выдать нужный результат. И ничего кроме: «Вот попали, так попали! Проклятый командор, чтоб он сдох!» — у Слая ничего не выходило.

Помычав несколько секунд, выдал:

— А если мы пообещаем, что не передадим оружие по назначению? Тогда как?

— Не смеши меня! Ты только что, на моих глазах, соврал, и думаешь, я тебе поверю? Нет — ну ты в самом деле считаешь меня идиотом?! Прости, но ты должен умереть. Ничего личного, только ради моего народа...

Вождь уже начал вставать с места, когда Слай, прямо с земли, совершил свой самый головокружительный прыжок, какой только можно было вообразить — Слаем будто выстрелили из старинной пороховой пушки. Его тренированное высокой гравитацией тело взметнулось вверх, пролетело по воздуху, упало возле открытого люка, вопя во все горло:

— Зай, хватай его и остальных!

Еще прыжок, и вот уже Слай влетает в люк, падает на пол и громко вопит от боли в ягодице — стрела поймала его уже в воздухе, пробив правую ягодицу навылет и застряла, показав блестящий, острый, как жало наконечник, украшенный капельками драгоценной крови представителя одной из самых лучших цивилизаций. Этот представитель теперь ругался так, что его ругани позавидовал бы и Хаган, мастер ругательного дела, адепт ругательных наук. Нет — ну как тут не ругаться, когда твоя многострадальная задница, только недавно поджаренная супостатами и наконец-то залечившая героическую рану снова подверглась вероломному нападению?!

Хромая, Слая отправился в рубку, оставляя за собой след из кровавых капель, будто указующую дорожку для роботов, тащивших за капитаном драгоценный груз — вождя племени и несколько шаманов, тихо и мирно таращившихся в стальной потолок звездолета. Шаманы были спокойны и благостны, ведь такой способ передвижения был им уже не в новинку. А вот что касается вождя — похоже, что он был очень недоволен развитием событий. Это следовало из его криков, с помощью которых он призывал на головы супостатов кары и проклятия, исторгая из себя звук сравнимый по громкости и противности со звуком стартующей ядерной ракеты.

Слай не обращал внимания на буйного аборигена, занятый своими печалями, и только когда из его задницы был удален отвратительный образчик работы местных умельцев, когда медицинский паучок заштопал и обезболил рану, только тогда обратил свое капитанское внимание на пленника, быстро успокоившегося и наблюдавшего за работой аптечки.

Слай прицелился сесть в свое кресло, подумал... и решил пока не садиться. А раз лежанки в корабле не было, остался на ногах и подошел к пленнику, хлопающему глазами, как детская робот-кукла.

— Ну вот почему нельзя было мне поверить? — спросил Слай с горечью. — Теперь, что мне делать? Все было так хорошо улажено! Мы улетаем, вы остаетесь, и все заканчивается просто здорово! Ну вот зачем ты приказал в меня стрелять?

— Нет — а что мне было делать?! Жениться на тебе, что ли?! — фыркнул абориген. — Ты же враг! Помощник врагов! Мой болван устроил тут какие-то дурацкие игрища, а мне расхлебывай?

— А я знаю, в кого он такой. — вкрадчиво сказал Слай. — Сказать?

— Не надо! — быстро ответил пленник, покосившись на шаманов, впитывающих каждое слово господина. — И что будем делать? И ты, и я в ловушке. Выхода не вижу. Тебе что, будет лучше, если я сдохну вместе с тобой?

— Хмм... я буду утешаться, что враг тоже умер. — кивнул Слай. — Разве этого мало? Но у тебя есть возможность уцелеть! Просто отпусти нас, и все! Шаманы выйдут, расколдуют корабль, я отлечу подальше и выпущу тебя на волю! Клянусь, я так и сделаю! Разве этого мало?! Ты сохранишь жизнь, мы тоже!

— А дальше что? Ты передашь оружием этим скотам, а они нас с помощью него перебьют! Нет уж, ищи дураков!

— Перебьют — ПОТОМ! И еще неизвестно, перебьют, или нет! А тут ты сдохнешь наверняка! И править твоим народом будь твой придурковатый сынок! Ты представляешь, что может сотворить этот идиот, если ему дать власть?

— А у него и так есть власть... он хороший военный вождь, так что не особо-то роняй на него дерево!

Слай помотал головой и все-таки отправился к своему креслу. Аккуратно опустился в него, убедился, что замороженная задница не мучает его сигналами боли, расслабился, сумрачно глядя на пленника. И правда, что делать? Ну что делать-то?

— Единственное, что я могу предложить, — продолжил Слай после долгого молчания, — это довериться моему слову. Я поговорю с городскими, выясню, чего они хотят, и постараюсь уладить ваш конфликт.

— Конфликт! — фыркнул вождь. — Ты видимо не понимаешь! Нет никакого конфликта, есть война! Война не на жизнь, а на смерть! В каждой нашей семье есть убитые городскими, у городских наши бойцы убили немало родни — какой, к черту, конфликт? О чем ты говоришь, инопланетник?! Не будет мира, пока тут, на планете, есть они, и есть мы!

— Хмм... интересная мысль. — задумался Слай. — То есть, вы не хотите, чтобы они тут были? А если они исчезнут, война прекратится? Только вот есть одно обстоятельство — ретранслятор. Ну какого черта вы до него докопались? Стоит себе, и стоит, зачем вы его постоянно терроризируете? Зачем нападаете, портите его?

— Это символ! Символ порабощения нашего народа! — выпятил губу вождь, и добавил уже нормальным, без пафоса голосом: — Да пойми ты, если бы этой пакости не было, инопланетники сюда бы не лезли, и отступников не поддерживали! Мы хотим идти своим путем, нам не нужна Империя! Не нужна ваша цивилизация! Мы живем в гармонии с планетой, и хотим, чтобы так оставалось и дальше! Все! Никаких компромиссов!

— Глупо. Человек всегда идет на какие-то компромиссы. — вздохнул Слай. — Иначе это не человек. Итак, что мы имеем — две группировки, одна в несколько десятков тысяч, другая — около десяти тысяч. Ретранслятор, который должен быть на планете, и к нему должны быть допущены механики. Империя, которая не остановится ни перед чем, чтобы этот поганый ретранслятор был на место. Задача — как оставить ретранслятор, не убив кучу людей и на став причиной гибели убивших — ясно же, что Империя уничтожит всех, кто встанет на ее пути. Есть мысли, как это сделать, вождь? Впрочем — я знаю твои мысли. Всех перерезать, всех передушить, всем сделать «хрясь!». Кого-то это мне напоминает... Хаг, как ты там, отошел?

— Почти. Гад очень быстрый, очень. А убивать его мне не хотелось, понимаешь? Вот и пришлось пострадать. Но все-таки я его сделал.

— Ты специально не стал его убивать? — вождь внимательно посмотрел на Хагана, до предела повернув голову. — Благодарю.

— Не надо благодарности! — мрачно буркнул Хаган — после его смерти мы обрели бы врага в твоем лице. Я этого не хотел. И не убил не потому, что мне его жаль, и парень мне нравится — мне плевать на его! Только ради нас. Ради дела. Я не собираюсь тебе врать, чтобы выглядеть лучше, чем я есть на самом деле.

— Хмм... ты честен, это хорошо... — задумчиво протянул вождь, и добавил, глядя на Слая: — Может все-таки освободишь поговорим, как вождь с вождем?

— А ножиками кидаться не будешь? Твой сынок, когда его освободили, тут же бросил в меня нож! Может он в папашу пошел?

— Отчаянностью, да, но не умом. — сухо заметил вождь. — Освободи, поговорим. Обещаю, что никаких военных действий сейчас не будет. Их тоже можешь освободить (вождь кивнул на шаманов, спеленутых, как младенцы), они тоже ничего не будут делать. Слышали, колдуны? Ничего не предпринимать. Переговоры!

— Хорошо. Освободи их, Зай. Итак, теперь ты свободен. Говори.

— Ты говори. Как предлагаешь выйти из ситуации. Ты ее знаешь. Как сделать так, чтобы я тебе поверил?

— Я знаю! — вмешалась Сихха. — Я буду заложницей! Я останусь с твоим сыном, пока вы не слетаете в город и не уладите дела с их вождем!

— У них он называется «президент». — сморщился вождь. — А вообще, хорошее предложение. Если я погибну, погибнет и она. Я согласен. Ты останешься под присмотром моих людей, пока мы не слетаем в город и не решим все вопросы.

— Вопрос в том, какие вопросы? — мрачно спросил Слай, которому очень не хотелось оставлять Сихху.

— Ну, какие вопросы... например — я не хочу, чтобы оружие оказалось в руках наших врагов. Еще — предупредить их, что все звездолеты, что появятся над планетой, будут сбиваться. А потом... потом, вы на моих глазах утопите оружие в море, или выбросите его в вулкан, и полетите по своим делам! Все, на этом дело и будет закончено, вопрос закрыт.

— То есть я должен выкинуть оружия на сотни тысяч кредитов, чтобы улететь отсюда? А как я должен рассчитаться со своими заказчиками? Чем? Своей задницей? Ты чего несешь? Мне потом точно не жить! Это все равно, что ничего не делать и остаться тут помирать под землей!

— Так и останешься. А если сделаешь как я сказал — у тебя будет шанс — вселенная велика, у тебя есть корабль, улетишь на окраину — неужели вся проклятая Империя будет тебя разыскивать из-за жалких сотен тысяч кредитов? Ты будешь жив! И мы живы!

— Слай, а он ведь дело говорит. — тихо шепнул Хаган и тут же был остановлен повелительным жестом Слая: «Молчи! Не лезь!»

— А кто мешает мне раздолбать ваши джунгли после того, как получу Сихху? Выжечь их из пушек? Пустить ядерные ракеты, превратив джунгли в расплавленную равнину? Кто мне помешает это сделать?

— А зачем тебе это? Месть? Ты цивилизованный человек, у тебя в голове человечность, жалость к людям. Это мы, дикари, не можем себе позволить слабину. Ты же человек сильный, ты не станешь убивать невиновных. Тем более, понимая, что по большому счету они правы. Разве сотни тысяч кредитов стоят жизней сотен тысяч людей? Да и денег это стоит. Зачем тебе тратиться на месть? Что ты на этом заработаешь?

— Хорошо излагает гад! — крякнул Хаган. — Ты глянь, Слай, он все про тебя рассказал! А я бы вот жахнул по ним — в отместку!

— Так на то ты и дикарь! — усмехнулся вождь. — Такой же, как все мы. Потому ты и сумел победить моего сына. А он бы не сумел!

— Но-но, потише! — рыкнул Хаган, грозно сдвинув брови — мой брат толпу таких как твой сынок раскидает, позавтракает, и еще вдвое больше перебьет! Язык прикуси!

— Да я не хотел обидеть. — усмехнулся вождь. — Я говорю правду, и вы это знаете. А разве на правду обижаются?

— За правду башку отрывают. — мрачно буркнул Хаган. — Все, все, молчу, капитан! Прости, что вмешался. Не могу спокойно видеть, когда возводят хулу на моих побратимов!

— Слай, вначале нужно выслушать другую сторону, тебе не кажется? А потом принимать решение. Мы знаем только то, что нам рассказали здешние люди, не более того. Я останусь тут, дождусь тебя. «А если они что-нибудь со мной сотворят — отомсти. Или не мсти, а просто помни, что была такая Сихха... и прости меня!» — Слай прочитал это на лице Сиххи так, будто буквы были написаны у нее на лбу. Он легонько кивнул, девушка улыбнулась и на миг прикрыла глаза.

— Решено! Сейчас твои колдуны вместе с Сиххой идут наружу, она остается здесь. До моего возвращения. Если с ней что-то случится, если ее кто-то обидит — я уничтожу джунгли, не считай меня таким уж цивилизованным! Я разнесу ваш мир, будто его и не было, чего бы это мне не стоило! С расстояния, с которого вы и увидеть меня не сможете, обещаю! Сейчас ты встанешь здесь и скажешь своим людям, до чего мы договорились. Все скажешь. Они тебя увидят, мы будем транслировать изображение и звук — Сихха, берешь свой видон. Потом улетаем, и... там видно будет. Надеюсь, до чего-нибудь договоримся.

* * *

Город был не таким уж и большим — окруженный стеной из камня, он стоял на берегу озера, в сотне метров от него. Вначале Слай подумал о том, какого черта аборигены не поставили этот чертов город поближе к озеру, но потом заметил след ушедшей воды, и понял — в сезон дождей вода поднимается и доходит до самых ворот. Если бы город стоял ближе, его точно бы затопило.

Горожане заметили приближающийся корабль, выбежали на улицы, начали махать руками, кричать, и когда Слай посадил звездолет на городскую площадь — она же космодром — толпа окружила корабль со всех сторон. Каждый норовил потрогать блестящую, покрытую комьями грязи стальную штуку, символ свободы и цивилизации.

Слай не стал выходить из корабля, и дождался, пока у корабля не появился некто, явно из числа правителей города. Его сопровождала свита человек десять то ли телохранителей, то ли прихлебателей люди раздвигались, освобождая ему дорогу. Вождь «лесных» тут же ткнул пальцем в экран и сообщил, что это и есть главный супостат, с которым нужно обсуждать дела.

И тогда Слай включил громкую связь, приказав всем, кроме «президента» и двух сопровождающих отойти от люка, что допущены в корабль будут только эти трое. Любопытные выполнили приказ — не без ворчания и криков, разумеется, так что через несколько минут глава города и двое охранников шагнули через дверной проем корабельной рубки, чтобы застыть, как парализованные, при виде предводителя врагов:

— Ты?! Здесь?! Каким образом?! — «президент» потянулся за ножом, но Слай тут же предупредил:

— Остановитесь! Здесь не будет драки! Здесь будут переговоры! Каждый, кто обнажит оружие — пострадает!

— Какие переговоры?! — возмущенно крикнул «президент», оглядываясь назад, на предмет возможности бегства. — Вам сказали доставить нам груз! Мы его ждем! Какого черта вы тут устроили, зачем привезли нашего извечного врага?!

— Ну, здравствуй, братец — усмехнулся вождь, и Слай с Хаганом переглянулись. — Давненько тебя не видал! Чего кипятишься? Не хочешь разговаривать? Может, хватит прятаться за спины инопланетян? Может, пора поговорить глаза в глаза?!

— Было уже. И ни к чему не привело — кроме мордобоя. Нет, теперь только война. Те, кто не захочет идти в цивилизацию — загоним силой! Хватит прятаться по кустам! Хватит изображать из себя дикарей! Впрочем — чего изображать вы и стали дикарями — посмотри на себя — ты же настоящий дикарь! Тупой дикарь! А ведь ты тоже когда-то хотел отправиться к звездам, мечтал о других мирах! И что с тобой сталось? Грязный, раскрашенный дикарь!

— Дикарь не тот, кто одел красивую одежду. — усмехнулся вождь. — И не тот, кто громче кричит. Наш мир тут, вся наша вселенная, наша планета, и мы счастливы! А ты... ты заперся в своих стенах, ничего не видишь, кроме этого черного ящика ретранслятора! И что тебе дали твои хозяева, твои господа? Где эти миры, которые тебе обещали? Тебя не выпускают с планеты, ты сидишь тут уже много лет, как сторожевой курц, и где новые миры? Ну и кому ты теперь нужен, старый дурак? От твоих отщепенцев осталось всего десяток тысяч, а то и того меньше. А скоро вообще никого не будет. Мы умеем сбивать корабли — научились — и ты это знаешь. Сюда не прилетит никто. И оружия ты не получишь — мы этого не допустим. Я предлагаю тебе сдаться. Встать на колени и повиниться перед народом, сказать, что ты вел их неверным путем. И я прощу тебя. Я забуду твою глупость и приму как своего брата, в распростертые объятия. По большому счету мне не нужно твоей смерти, мне нужно, чтобы вы не нарушали покой планеты, жили по ее законам. И все! Ничего странного!

— Болтовня. — пренебрежительно отмахнулся «президент». — Главное вот что: капитан должен выдать нам груз, мы вооружимся и выбьем вас из ваших нор! И заживем, как хотим!

— Интересно, а как вы будете жить, зная, что убили своих соплеменников, своих братьев?! — не выдержал Слай. — Ты называешь его дикарем, а ведь он протягивает тебе руку, он не хочет тебя убивать! Он твой брат! И ты его убьешь?! Ты — цивилизованный человек, да?

— Да! И как всякий цивилизованный человек имею право жить там, где хочу, в том мире, в котором хочу! Быть гражданином вселенной, а не жалким дикарем на отсталой планетке!

— Тебе не нравится наша планета — так вали с нее! Ты чего тут сидишь? — вождь презрительно сплюнул на пол — улетай! Забирай всех своих людей и улетай!

— Как, болван?! Если ты сбиваешь все корабли?! Ты думаешь тебе дадут тут спокойно жить, если ты покушаешься на тот же ретранслятор?! Это каким же надо быть идиотом, чтобы считать, будто Империя посмотрит на твои бесчинства сквозь пальцы?! Как только ты нападешь на ретранслятор, последуют ответные меры! Это же надо понимать!

— Стоп! — внезапно вмешался Слай. — Президент, ты готов жить на другой планете? На цивилизованной? Той, что входит в состав империи, той, на которой живут твои соплеменники? Летать на другие планеты, жить так, как ты хочешь? Или тебе важно уничтожить своих братьев? Потерять своих людей в бессмысленной борьбе?

— Что ты предлагаешь? — насторожился «президент». — Есть конкретные предложения?

— Есть! — вдохновился Слай. — Я предлагаю всем твоим людям и тебе лично переехать на другую планету! Зай, сколько людей за один раз мы можем взять на борт?

— Если стоя, плотно, забить все помещения... тысячи полторы. Нужно считать. Тысячу, если без особых проблем.

— Замечательно! В общем — так: есть планета, где живут люди вашей расы. Эта планета раньше была ремонтной мастерской для звездолетов, после войны она скатилась по уровню жизни вниз, но не до такой степени, как у вас. Там, конечно, своих проблем хватает, но я знаю точно, что эта планета будет развиваться, там снова будет цивилизация, и скоро! Я расскажу вам об этой планете поподробнее — позже. Главное, скажу, как я вижу ваше будущее: вы получите оружие... тихо, тихо! Все получите — я отдам его «президенту», он половину отдаст брату. Мы отвезем людей из этого города на чужую планету, перевезем вещи, которые они посчитают необходимым взять собой — в разумных пределах, конечно! Вы получите цивилизацию, которую хотите, а вы — Слай указал на вождя — мир и покой!

— А ретранслятор? Что с ретранслятором? — недоверчиво спросил «президент» — он же спит и видит, как его уничтожить! А Империя этого не допустит!

— Мы подпишем договор, по которому территория города будет принадлежать «Корпорации Донгар» — то есть мне и моим компаньонам. Вождь — представитель народа, владеющего всей планетой, а значит, он имеет право продавать землю, Земля пойдет в счет оплаты нам, за услуги по перевозке твоих людей, «президент». В договоре будет указано, что на территории города можно размещать ретранслятор и можно приземляться кораблю с техниками, обслуживающими приборы — без выхода за городскую границу без разрешения местной власти. Ну и мы тут будем парковаться — если захотим. Может в гости прилетим к вождю! Вся власть на планете будет у вождя. А то оружие, что он получит от «президента», поможет ему сдержать захватчиков, если таковые появятся. И это навсегда закроет проблему. Как вам мое предложение?

— И ты будешь возить наших людей? За какой-то клочок земли? И ничего больше не попросишь взамен?! — недоверчиво переспросил «президент», глядя на вождя, довольно улыбающегося, как будто получил дорогой подарок.

— Ну... я бы не прочь получить какую-то плату помимо этого. — Слай сделал невинно-непроницаемое лицо и скосил глаза на удивленного Хагана. — Обсудим, что вы можете предложить в оплату моих услуг. Я думаю, мы с вами найдем общий язык. Все же люди, в самом-то деле... Вождь, ты что думаешь по поводу предложения?

— Я согласен. Это меня устроит. И я обещаю не трогать ретранслятор, если инопланетники огородят его высокой стеной и не будут вылезать из-за стены без нашего позволения. И готов обсудить плату за то, чтобы ты вывез соплеменников на другую планету. Мало того, готов отправить с тобой всех бунтовщиков, смутьянов которые не желают жить по нашими законам! Пусть себе живут где-нибудь еще, если наша жизнь их не устраивает. Видишь, брат я готов к компромиссам, я цивилизованный человек, а ты? Ты цивилизованный?

— Я согласен! Я объявлю о нашем договоре моему народу, и... нам нужно обсудить условия — что вы возьмете в оплату, сколько людей за один раз поднимет корабль, и самое главное — что нам ждать на другой планете? Нет ли здесь какого-то подвоха? Это требует длительных переговоров и размышлений.

— Ну, раз требует — так почему не приступить к этому прямо сейчас?! — Слай радушно махнул рукой, предлагая присесть. — Вы голодны? Вас покормить? Нет? Тогда садитесь на пол,и будем обсуждать проблему, составлять договор. Потом передадим его по гиперсвязи в имперский банк данных, и сделка будет совершена. Ну что, начинаем?

— Начинаем! — одновременно ответили два бывших врага, и уселись друг перед другом на пол, не глядя в глаза друг другу.

Слай усмехнулся — не скоро еще забудутся старые обиды, только время вылечит трещины в душе.

Но ведь когда-то нужно начинать лечение, не так ли?

* * *

— Капитан, к тебе командор Филигс. Пускать?

— Пускай! — невольно напрягся Слай.

— Началось! — фыркнул Хаган. — Пятнадцать минут, как сели, и он тут как тут! Этот человек, что, живет на космодроме?!

— Ребята, молчите, когда я буду разговаривать. — мрачно бросил Слай. — Ни слова! Зай, тебя тоже касается.

— Есть, капитан!

Секунды ожидания...

— И как это понимать? — Филигс почти вбежал в рубку, и встал перед Слаем, сунув руки в карманы длинного плаща. — Ты чего творишь?

— А что я творю? — нарочито недоуменно переспросил Слай.

— Не прикидывайся дураком! От тебя что требовалось — отвезти груз! А ты чего строишь из себя Моисея?

— Кого строю?! — не понял Слай.

— Неважно! Ты зачем вывез аборигенов на Сильману?

— Они попросили, я и вывез. И что такого? Я что, не имею права наняться на работу?

— И что ты получил за свою работу? Ну-ка, какова оплата?

— Ваше-то какое дело? Это коммерческая тайна! Получите постановление суда, потом суйте нос в мои дела! А то я и сам на вас в суд подам!

— В суд ты подашь? Я тебе устрою суд! Тебе что было сказано — отвезти груз и передать людям в городе. Ты почему отдал оружие лесным аборигенам? Врагам?

— Стоп! Давайте разберемся. Я получил заказ — отвезти груз в город. Я сделал это. Я должен был передать оружие городским жителям — я сделал и это. А вот куда потом дели оружие горожане — мне глубоко плевать. Если они договорились с лесными, передали им часть оружия — я-то причем?

— А что за история с землей? С какой стати ты отхватил кусок земли со стоящим ретранслятором? Это еще что такое?! Что за тайные игры за спиной Империи?!

— Как любой гражданин Империи, не ограниченный в правах, я имею право покупать товары, или землю на любой планете вселенной, с разрешения руководства этой планеты. Оукс находится на территории, контролируемой Империей, и подпадает под ее законы. Мне предложили землю, я ее купил. Сделка зарегистрирована в банке данных Империи. И что теперь? Где я тут нарушил закон? Единственным представителем власти Оукса остался ее вождь. Только он может продавать что-то со своей планеты, только он может устанавливать законы на территории планеты. Кроме как на территории проданного мне участка. То, что там оказался ретранслятор — и что? Я же не требую его убрать!

— Еще бы ты потребовал, мерзавец!

— И не надо обзываться! Я вообще могу потребовать арендную плату за использование моей земли! И будете платить, как миленькие! И только моя добрая воля, и мое гражданское сознание дает вам право пользоваться моей землей бесплатно! И сажать там корабли с техниками! Вы что, не понимаете, что я остановил братоубийственную войну? Более того, увеличил население Сильманы, взамен убывшего! Сильмана получила кучу проимперски настроенных аборигенов, которые рады ей служить! И будут оплотом Империи на этой планете — в противовес хитрому и подлому Швухху! Так что все сработано четко, и чего теперь вы тут разоряетесь? Вы лучше вычистите космос от спутников-убийц! Иначе никто кроме нас не сможет попасть на Сильману! Это хорошо, что они нас помнят, пропускают, а ведь другие на поверхность планеты и не попадут! Сколько уже времени прошло, а спутники все на месте!

— Мда... молодежь пошла... сломал ты все наши планы. Ну да ладно. Как ни странно — получилось неплохо.

Филигс задумчиво посмотрел на Слая, потом повернулся и пошел к выходу. На пороге обернулся, окинул внимательным взглядом рубку, лица трех с трудом сдерживающих смех звездолетчиков, и усмехнувшись уголками губ, негромко сказал:

— Далеко пойдешь, мерзавец! Если не остановят... Имеешь шанс выдвинуться в первые ряды наших агентов. Там и оплата другая. Впрочем — и риск. Почему-то я знал, что ты выкрутишься на Оуксе. Больно уж у тебя хитрая рожа! Ну что же, до скорой встречи! Аферисты...

Филигс исчез за дверью, и трое приятелей остались сидеть в тишине. Дождавшись, когда командор покинул корабль, Хаган задумчиво спросил:

— Слушай, Слай... а может и правда надо было получить арендную плату за нашу землю? Они же ей пользуются! А что, Империя богатая, пусть платит!

— Хаг, не тупи! — вмешалась Сихха. — Слай правильно сделал, что не потребовал за пользование землей ни одного кредита! Попробуй только заикнись, что Империя что-то нам должна — ведь сожрут с потрохами! Пусть подавятся это землей. Мы в накладе не останемся.

— Кстати, о деньгах — ты договорилась с покупателями?

— Да. Скоро подъедут за грузом. Оптом берут всю партию. Жалко мы не сумели погрузить больше.

— А кто нам мешает вернуться? Я попросил Вождя собрать побольше — через год вернемся и загрузимся по-полной! Жаль, что медленно растет. Мы и так вывезли весь запас племени на год вперед!

— А ты уверен, что эта штука действует?

— Я проверил... Хе-хе-хе... вернее — Хаг проверил!

— Ну и как?

— Эээ... можно, я не буду рассказывать? В общем — действует! — Хаг поднял брови и отвернулся к экрану, потом вдруг фыркнул и расхохотался. — Хе-хе-хе... Это были самые жуткие двадцать четыре часа в моей жизни! Представь, что ты жутко хочешь, и можешь, но — не с кем! Если бы вы знали, какие сны мне снились! Вождю нужно высадить плантацию этих деревьев! Озолотится!

— А ему не надо. — усмехнулся Слай. — Что касается этих пряностей... они всегда будут иметь успех. Представляете, сколько мире богатых людей, которые имеют слабую потенцию? И которые не доверяют искусственным, электронным средствам?

— А не дешево отдаем? Да еще и с отсрочкой платежа... всего двадцать тысяч?

— Они ведь должны попробовать? Узнать, как пойдет дело? Отсрочка в месяц — не так уж и долго. Я пробовала пристроить в несколько мест, приложила все усилия, и лишь «Компания пряностей Хиругира» согласилась взять на пробу!

— Верно Сихха говорит. В первый раз можно даже бесплатно. Чтобы приучить. А потом... Да, жалко что медленно растут деревья. Цветение всего раз в год...

— А ты не думаешь, что вождь может отказать нам в поставке этой пряности? И еще — а кто мешает узнать состав и делать такую же штуку в конверторе?

— Узнают, конечно. И будут делать. Вот только одно «но» — у них ни черта не получится! Ведь вождь заколдовывает этот порошок! Что касается «отказать» — да все может быть. Я это понимаю. Потому особо и не рассчитываю на будущие сделки. Получится — хорошо. Не получится — ну и черт с ним. Вождю все равно нужны металлы, нужно оружие. Чего бы он не говорил, но от цивилизации никак не отгородится. Если бы вождь изучал историю Империи так, как я, то знал бы, что способов завоевания много. И один из них — мягкое внедрение в жизнь вещей из отрицаемой им цивилизации. Привыкнут к хорошему металлу, к оружию, способному убивать зверя на расстоянии гораздо большем, чем лук, и не смогут без них обходится. И тогда тут появимся мы, и дадим ему то, что он хочет. А он даст то, что мы хотим. Надеюсь...

— Мда... забавное вышло путешествие. — улыбнулась Сихха, и полуприкрыла глаза, будто вспоминая что-то хорошее. — Две недели прошло, а будто целая жизнь!

Потом поморщилась:

— Загадили весь корабль! Мне кажется, он весь провонял переселенцами! После них столько дерьма, что...

— Да ладно тебе! Там ведь и дети были, и просто приспичило — куда деваться? — хмыкнул Слай. — Вычистим. Задействуем роботов-ремонтников, или просто наймем фирму из портовой службы. Они за деньги что хошь сделают! А деньги у нас теперь есть! Закроем долги и кое-что останется! Кстати, поздравляю вас — мы впервые вышли из минусов! Долгов за нами теперь нет! И впереди только светлое будущее!

— Это замечательно. — кивнул Хаган, о чем-то размышляя. — Скажи, Сихха, а тебе не показалось тогда странным, что Терсс во время боя был слишком быстр и силен? Я не замечал такой скорости в вашем племени! Нет, конечно вы быстры, и достаточно сильны, но ведь и я не простой человек! А я с трудом с ним дрался, и едва не поплатился жизнью за этот бой!

— То, что ты не обычный человек, не заметить трудно. — улыбнулась Сихха. — Что касается скорости и силы... я все узнала. Кстати, Терсс оказался вполне приличным парнем, не без свойственных молодым парням наглости и самомнения, но... очень неплохой парнишка. И поговорить, и... хмм... — Сихха запнулась, и продолжила, не глядя на насторожившихся приятелей: — В общем тут дело такое: колдунов видали? Так вот — они наложили на него заклятие силы! Скорость увеличилась минимум в три раза. Сила — тоже.

— Вот мерзавцы! Жулики! — Хаган возмущенно стукнул кулаком по подлокотнику — всегда знал, что кошкам доверять нельзя! Кстати, ну-ка, чего ты там скрываешь? Что у тебя было с этим Терссом, пока мы устраивали свои грязные делишки?!

— Не лезь в мою личную жизнь! — отрезала Сихха, почему-то стараясь не встречаться взглядом со Слаем: — Ничего не было! Отстань! Займись своими делами, и не лезь ко мне!

— Мда... подозрительно все это. — не отставал Хаган. — Чую, не выдержала кошка, не оттолкнула самца! Кстати, насчет личных дел — Слай, когда мне поставим прошивку пилота? Деньги у меня теперь есть! Сколько там причитается на нас с Сиххой?

— Считать нужно. После выплаты налогов, после выплаты за корабль... посмотрим. Я думаю, на прошивку наберем. Но ты же хотел сходить в какое-нибудь заведение? Или потом, после прошивки? Когда прошьют, пить будет нельзя не меньше недели, чтобы память устоялась, ты в курсе?

— В курсе! Черт бы побрал... ладно, вначале в заведение, а уже потом тогда на прошивку. Я не пил целую вечность! И женщину хочу. Ты меня мучил сколько времени? Пряности мне отвратительные подсыпал!

— Это я-то подсыпал?! Ты же сам предложил попробовать! Мол, у тебя иммунитет к ядам! Хаг, ты болтун!

— Считай, это ты меня заставил! Я же не мог не предложить помощь, чтобы ты не рисковал своим драгоценным здоровьем! Кстати, интересно, а на женщин действует? У них желание возбуждает?

— Возбуждает — не глядя на Хага ответила Сихха и заторопилась из рубки — очень даже возбуждает. Пойду-ка я к себе в каюту, отдохну, пока нет заказчиков. Зай, позовешь, когда появятся. Ну что, кэп, договариваться с техническими службами, чтобы как следует вычистили корабль? Он пропах мочой, как самый хреновый сортир! Тьфу! Аж в нос шибает! Ощущение такое, что во всех щелях дерьмо!

— Вот! Вонючая раса эти кошки! Мы, волки, никогда бы не загадили корабль так, как эти существа! Я тебе говорил, Слай?

— Тысячу раз уже говорил. — вздохнул Слай. — В общем, так: отдыхаем, сдаем пряности, моемся и вперед, на разграбление Мории! Пока деньги не кончатся! Как вам перспектива?

— Замечательная перспектива! — взревел Хаган. — Эй, кошка, готовь свой самый дурацкий комбинезон — пойдем развлекаться! Ура! Жизнь налаживается!

— Жизнь налаживается. — с улыбкой повторил Слай, и закинув руки на затылок, сладко потянулся.

Приятно, когда задуманное получается, когда дела идут так, как ты этого хотел!

Глава 5

«Чем так воняет? Где я?» — Слай медленно поднес руку к голове, потрогал лоб и посмотрел на ладонь. Ладонь была испачкана чем-то темным... то, что ее испачкало очень не нравилось Слаю. И пахло еще хуже, чем не нравилось.

Голова трещала так, будто по ней били палками тысячи кошколюдей, при этом по очереди испражняясь на макушку. А может и все сразу, без очереди.

Почему кошколюдей — Слай не знал. Он был слишком слаб, чтобы как следует разобраться. Слаб разумом и телом, которое тоже болело так, будто на него упало огромное дерево, а может и целые джунгли.

Повернув голову, Слай увидел что-то вроде пластиковой кровати, на которой лежало волосатое тело. Из правого плеча тела торчали две мускулистые руки, на которых, сквозь проплешины в шерсти, виднелись старые и не очень шрамы. Руки бессильно повисли с края «кушетки» до самого пола, и у Слая замерло сердце, чтобы потом начать биться с утроенной силой, проталкивая застоявшуюся кровь по жилам. Жар бросился в лицо беорийца, и он тут же забыл о боли в избитом теле — неужели?! Они в морге?!

Кряхтя и постанывая, Слай сел на край такой же кушетки, на которой лежал Хаган, дернулся, чтобы встать, и тут заметил еще одно тело. Пятнистое, некогда патологически чистое и пахнущее притираниями, это тело лежало ровно, сложив красивые руки на упругой груди, и пальцы существа тоже были испачканы чем-то темным, покрыты коричневой коркой — сбитые костяшки и подушечки пальцев, в которых прятались острейшие когти, присущие всем членам кошачьей расы. Глаза Сиххи были закрыты, дыхания не видно, и тогда Слай схватился за голову и застонал уже не от физической боли — неужели оба мертвы? Неужели он остался один?! И вообще — что вчера было?

Ковыляя, как подстреленный боевой робот, Слай дотащился до Хагана, нагнулся над ним, и с облегчением увидел, что широкая грудь гиганта вздымается, чтобы выпустить через черные ноздри заряд воздуха, напитанного ароматами, от которых хотелось не просто отвернуться, а еще и закусить чем-то сытным, чтобы не опьянеть, как от кружки крепкого вина. В запахе чувствовались сладость эйфориака, перегар крепкого спиртного, всего, что могло сшибить с ног даже такого сильного бойца, как Хаган.

Оставив приятеля витать в алкогольном дурмане, поковылял к Сиххе, лежащей в позе упокоения. Через несколько секунд Слая отпустило — девушка была жива, но амбре, исходящее от ее, будто вывалянного в выгребной яме тела, исходило не менее густое и терпкое, чем от Хагана.

Вернувшись на «кушетку», Слай уселся на край лежанки и стал осматриваться, пытаясь определить, где же он все-таки находится. Мозг, с трудом освобождающийся от остатков тумана, мучительно пытался выстроить логическую цепочку:

«Я не в корабле. Рядом Хаган и Сихха. От меня воняет, от них тоже. Алкоголь, эйфориаки и всякая такая пакость. Кровь, ссадины и синяки. Где мы?!»

Ответ напрашивался сам собой. Где может находиться побитый, пьяный и грязный человек, со следами крови на теле? Само собой — в полиции! Где еще ему находиться? Точно не в Академии Наук Земли! Вот только как Слай сюда попал? Не было никаких вариантов. Ну — совсем никаких! Черная лакуна в памяти. Корабль — есть. Дорога в город — есть. Такси, где они смеялись и предвкушали удовольствия — есть Наряженная Сихха в полупрозрачном белом комбинезоне, который сейчас был вывалян в чем-то отвратительно пахнущем и засален, будто месяц валялся в мусорном контейнере на самой завалящей из планет — в наличии. И больше ничего, кроме такси. Провал. Напряг память, бах! Картинка. Хаган — как всегда в полном боевом вооружении — правда без ИЗС[1]. Слай настоял, чтобы синтонианец оставил защиту в корабле. Таскаться со стальным ранцем по злачным заведениям как-то не очень удобно.

Ага! Злачные заведения! Вот и тропинка вглубь памяти! Куда они отправились? В какое заведение? Провал.

Кстати, а где видон?! Слай пошарил по карманам — ни видона, ни денег, вообще ничего — пусто! Ну да, у заключенных видоны отбирают. Он что — заключенный?! За что?

— Оооыыыххх... уааа! Ыыыыххх... — гигант пошевелился и его четыре руки взвились вверх жестом страдания, будто он обращался к Создателю. Потом уцепились за голову, совершенно так же, как это только что делал Слай, затем голова повернулась в сторону беарийца:

— Эээоо? Тьфу! — шмяк. Сочный плевок плюхнулся рядом со Слаем — смесь слюны, крови и чего-то еще, что разглядывать совершенно не хотелось.

— Чего мы тут?! — повторил Хаган уже более членораздельно, не без хрипа, конечно. — Где мы?!

— А я что, знаю? — ответил Слай чувствуя, как у него в голове забегала толпа ремонтных роботов, тыча щупальцами в самые дальние уголки мозга. — В полиции, наверное! Участок, как я догадываюсь!

— Да?! — как-то по-детски удивился Хаган — и чего мы тут делаем?!

— Выпиваем! — не выдержал Слай, поморщившись от крика. Собственно крика никакого не было, почти шепот, но он откликнулся в голове ревом вылетевшей ядерной ракеты.

— Выпиваем? — похлопал глазами синтонианец. — Ты меня обманываешь, да?!

— Да! Я тебя обманываю! Ввожу в заблуждение! Втираю тебе в уши! — взревел Слай, которому и так было тошно, а тут еще отвечай на глупые вопросы приятеля. — Ты что, не видишь, где мы?

— Вы чего разорались? — нежный голосок Сиххи, обычно такой мяукающий и обволакивающий, как махровая простыня, стал еще более нежным из-за дрожащих в голосе ноток. — Поубивала бы вас, проклятые! Это же надо так орать, когда голова болит, будто ее пинали ногами... Оооххх... Где мы?!

— Вот это-то мы и пытаемся выяснить битый час! — победно заключил Слай, которого вид поверженных друзей внезапно привел в лучшее, чем прежде расположение духа. Ведь если ты очнулся первым, у тебя преимущество — ты обладаешь большими знаниями! И еще большим чувством превосходства, ведь даже если ты этими знаниями не обладаешь, то другие-то об этом не знают!

— Думаю, что мы в полиции! — продолжил Слай, видя, как дрогнуло лицо Сиххи. — Вот только как мы сюда попали — я не помню! Помню, что поехали в город, такси помню... а больше ничего. Вы что-то помните?

— Я помню, что с кем-то дерусь. — мрачно кивнул Хаган. — Что на меня навалилась толпа, а потом — ничего не помню. Очнулся уже тут. Си, ты чего там?

— Помню, что мы куда-то бежим... помню, как ты сбиваешь четверых охранников в броне, помню, как Слай чего-то кричит, прыгает через меня и кого-то бьет... и все. Провал! Как отрезало! Очнулась здесь. Вижу ваши рожи, но довольно туманно. Глаза не могу продрать...

— Я точно четырех сбил? В броне? — с интересом осведомился Хаган — а в какой броне? Высшей защиты, и просто броне? А чем сбил?

— Не надейся... не льсти себе — не им сбил! — криво усмехнулась Сихха. — И какая разница тебе, в какой броне? В черной!

— Вот что, ребята, давайте-ка вспоминать по шагам! — предложил Слай — Вот мы едем в такси, выходим... Где?

— Я помню какую-то площадь... много народу. Гуляют, валяются... Где — не знаю.

— Сказала тоже! Тут площадей тысячи, если не десятки тысяч! И все гуляют, или валяются!

— Знаешь что, не нравится — вспоминай сам! — Сихха фыркнула, и отвернулась к стене. Полежала несколько секунд, вздохнула, и подтянув под себя ноги, мягким текучим кошачьим движением села на «кушетке».

— Не помню я ничего! — тускло сказала она, ощупав голову, сморщилась. Слаю со своего места было видно, что справа на голове девушки надулся здоровенный кровавый синяк, от которого по шее тянулись подсохшие струйки крови.

— Немудрено, что не помнишь! — искренне посочувствовал Слай. — Похоже, что тебе здорово досталось! Голова болит, да?

— Ты тоже не выглядишь очень уж здоровым. — заметила Сихха, скривившись от боли. — Один только лохматый цел!

— Да где я цел? — мрачно рыкнул Хаган. — Губы разбиты, и тело болит! В общем — всем досталось и никто ничего не помнит! Что будем делать?

— Ждать... чего еще-то? Космодром у нас оплачен на три дня, деньги есть, так что...

— Ты уверен, что деньги есть? — задумчиво спросила Сихха, глядя в пространство. — У меня такое чувство, что денег у нас нет! И куда делись видоны?

— Я позову сейчас кого-нибудь! — пообещал Хаган, слезая с кушетки и опускаясь на четвереньки — щас только... встану!

— Глянь — дичает наш Хаг. — довольно усмехнулась девушка. — Уже на четвереньки встал! А скоро поползет, как червяк! Деградация!

— Кто бы говорил?! — рыкнул волкочеловек, аккуратно поднимаясь с пола и держась при этом за стену. — Я помню, как ты вчера падала, ползала на карачках и чего-то орала! И по кошачьи, и на всеобщем языке! Ребенка напугала, а когда он заплакал, подползла и начала его утешать, дала поиграться лучевиком и сюсюкала! Родители спиногрыза чуть не обделались, когда он пальнул поверх их голов!

— Не может такого быть! — неприятно удивилась Сихха. — Ты врешь, наговариваешь на меня, пользуешься тем, что я ничего не помню! А! Ты же ничего не помнишь, откуда ты взял эту ерунду?! Ну-ка!

— Что-то, да помню. Это-то точно я не смог забыть. И не помнишь, как ты скакала по рулеткам? Вертелась на них? Кричала — «великолепная каруселька»? «Полезайте все сюда!»?

— Слай, это что, правда? — Сихха совсем упала духом и побледнела, как простыня. — Да не может быть!

— Знаешь, а мне тоже что-то такое вспоминается — нехотя сознался Слай — и то, что я залез к тебе и мы целовались! А я дергал тебя за хвост, и... помню... вот гадство, а?! Похоже мы попали в беду, ребята...

— Похоже на то... — Хаган укрепился у двери, подышал, тяжело сопя носом, снова сплюнул на пол, подождал, глядя на плевок, будто надеялся, что тот исчезнет сам собой, и решительно постучал кулаком в металлопластовую дверную пластину. Она откликнулась глухим гулом, Хаган ударил еще раз, еще, потом забил в дверь сериями ударами всех четырех рук — бесполезно. Никакого результата. Никто не поинтересовался, чего же этот буйный узник хочет от своих добрых тюремщиков.

— Слушайте, а может это и не тюрьма? — недоверчиво покачала головой Сихха. — Может нас захватили какие-нибудь бандиты? Мафия?! Я видела видео про мафию — они захватывали людей, потом отрезали им головы, и вставляли в корабли! Хагану, правда, это не грозит — у него голова слабая, мозг крошечный и для корабля не годится. Только если для корабельного уборщика.

— Не смешно. — хмуро заметил Хаган. — А вот насчет захвата, это идея интересная. Вы бы не сидели на местах, а встали и попробовали потренироваться, размять мышцы. Вдруг придется прорываться с боем?!

— Где тут тренироваться, ты весь пол заплевал, дикарь! — фыркнула Сихха, но тем не менее встала и начала выполнять какой-то комплекс упражнений, с шипениями, выдохами и ударами открытой «лапой».

Слай посмотрел, как приятели тренируются в боевых искусствах и демонстративно улегся на спину, заложив руки за голову вместо подушки, при этом буркнув, что его оружие — это голова, на что получил ответ от Хагана, что тот помнит, как этой самой головой Слай разбил столик в ресторане, крича, что его вместилищу разума ничего не страшно.

Этим замечанием Хаган привел Слая в совсем уж печальное состояние духа, так что он даже не стал разоблачать гнусную ложь, тем более что всплывающие из глубины мозга воспоминания пачкали разум их владельца своей неприкрытой и вонючей правдой. Так все и было, как Хаган сказал.

Смотреть, как тренируются друзья, было интересно, и даже успокаивающе — приятно осознавать, что у тебя есть такие тренированные и умелые друзья, которые прикроют тебя, когда ты спишь. С этой мыслью Слай незаметно для себя уснул, и проснулся только от тычка в бок, отозвавшегося в многострадальном теле невыносимой болью.

— Хаг, да ты охренел! Ты чего так пихаешься!? Больно ведь, гад! — взревел Слай сквозь сон, вскочил, и уселся на край кушетки, с удивлением обнаружив, что теперь в комнате он не один. Вернее — они не одни. У входа стояли двое людей, из которых Слай знал только одного — некого командора Филигса, проклятого вестника неприятностей.

— Хороши, да, ничего не скажешь! — Филигс недоверчиво покачал головой, и уставившись на Слая, слегка брезгливо заметил: — Ну они-то, полузвери, а ты? Ты же с цивилизованной планеты, элита космоса, звездолетчик, пилот, капитан! Ты-то как дошел до такой жизни?!

— Если бы я знал! — буркнул Слай, с ненавистью глядя на Филигса. — Я ни хрена ничего не помню! И они не помнят! И не понимаю, где я, и как тут оказался!

— Ну что же... я вам напомню. — снова усмехнулся Филигс. — Лейтенант, благодарю. Можете пока быть свободны. Я сам с ними поговорю.

— Если что — я рядом, за ними наблюдаю. — человек, которого назвали лейтенантом, угрожающе обвел взглядом жалкие фигуры бравого экипажа «Бродяги». — Если не хотите получить заряд из парализатора, ведите себя пристойно, как подобает цивилизованным существам!

— Все, лейтенант. — благодарно кивнул головой Филигс. — Идите. Они будут себя вести пристойно. Уверен. А если что — парализатор и у меня есть.

Лейтенант отсалютовал командору, повернувшись, вышел в открывшийся проход. Плита двери задвинулась, в комнате стало тихо, как в гробу. И настроение было такое же гробовое.

— Итак, смотрим... — Филигс вытащил видон, развернул видимый только ему экран, и стал вглядываться в пространство:

— Ага, вот... очень интересно: «... находясь в состоянии тяжелого опьянения, ударил охранника, перевернул рулетку, оторвав ее от пола...»  — Слай как ты сумел-то?! Она же привинчена намертво! Эге, паренек, ты не такой уж и хилый, как я погляжу!

— Он беориец! — фыркнув, пояснил Хаган. — Он еще та зверюга, хоть и выглядит маменькиным сынком!

— Точно, зверюга. — рассеянно подтвердил командор. — Скакал по покерным столикам как зверь, вместе со своей хвостатой подружкой. На последнем столике собрались заняться сексом, но были спугнуты набежавшей охраной, которую уложил ты, здоровяк, крича, что они мешают великой любви друга, и что ты сейчас всех поубиваешь.

— Поубивал? — мрачно-упавшим голосом переспросил Хаган, настроение которого пало ниже порога комнаты и пошло вниз, в самую Преисподнюю.

— Слава Создателю — нет! — командор поднял руки к небесам, как будто взывал к справедливому суду. — Но задал им хорошо, да. И это в пьяном виде, едва держась на ногах! Кстати — вы тоже были не совсем трезвы. И ты, подруга — не ты ли раскачивалась на люстре, держась за нее хвостом, и пела боевой гимн беаргов, перебивая его воинственными криками: «На свободу! Все на свободу! Я освободительница планет!» На несчастье в зале оказались пятеро космодесантников, которые не очень любят беаргов, и которым досталось от вас в прошлогодней стычке Алойского конфликта. Они хотели тебя поучить уму-разуму, и тут началось самое интересное.

— Командор, короче, а? — предложил Слай. — Мы уже поняли, что попали! На какую сумму?

Восемьдесят три тысячи пятьсот тридцать три кредита — это первоначальный подсчет ущерба, нанесенного казино. Семь тысяч четыреста двадцать кредитов — ущерб понесенный борделем, в который ты, Слай, ворвался со своим лохматым другом, крича, что сейчас перетрахаешь всю эту публику, что у тебя куча денег, и ты никого не боишься.

— Ну хоть в борделе-то я не была?! — пробормотала Сихха, еле слышно, под нос, но командор каким-то чудом ее услышал:

— Ошибаешься, дорогая! И ты там была! Ты прикрывала им тыл, крича, что если твой любимый решил трахнуть этих шлюх, ни одна шлюха в броне не должна ему мешать! Ты едва не лишила зрения начальника охраны — вместе с головой. Кстати — я знал что беарги хорошие бойцы, но чтобы такие?! Не хотел бы я встретиться с тобой в честном поединке! Таких как ты, нужно стрелять из укрытия, или в спину! В общем — выбитые двери, распуганные клиенты, двадцать человек покалеченный в той или иной степени — вот результат вашей прогулки по Мории.

— О Кошачий Бог! — простонала Сихха, закрывая лицо руками — я ничего этого не помню! Что с нами было?!

— Что было? — посерьезнел командор. — Есть у меня предположение... но... доказательств нет. Пока нет. Вы что-то выпили в этом казино, после чего и начались ваши похождения. Кстати — денег у вас теперь нет ни кредита — все, что можно было снять с ваших счетов снято по решению городского суда, оперативно возместившего часть убытка. Вы нищие, как последние из дикарей. Часть денег вы проиграли, часть у вас забрали. Вот так, господа! Вопросы есть?

— Корабль?! Корабль не тронули?! — с ужасом спросил Слай, глядя в лицо благостного и даже довольного командора.

— Корабль пока не тронули. Он арестован — до решения федерального суда Мории. Но будет продан в счет оплаты долгов. Что касается вас — идет расследование. Если установят, что вас опоили, в результате чего вы и совершили нехорошие деяния — вас выпустят, ущерб повесят на казино. Если не установят — тогда вы отправитесь на принудительные работы до выплаты ущерба. Под конвоем, с ошейником-бомбой на шее. Вот так. Невеселая перспектива, не правда ли?

— Куда уж невеселей! — мрачно сказал Хаган, опуская глыбообразные плечи. — Беда!

Слай ничего не сказал. В его глазах плыли красные круги, кровь от лица отхлынула, и он был бел, как комбинезон Сиххи до валяния на полу.

Девушка тоже молчала, и тоже была бледна так, что почти не было видно узора на ее коже.

Ситуация и в самом дело полное дерьмо.

Неимоверным усилием воли заставив себя успокоиться, Слай поднял глаза на командора, такого же благостного и улыбающегося, прищурился, и спросил, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Вы ведь неспроста здесь, так? Хотите что-то предложить. Так я слушаю.

— Слушаешь ты? Имеющий уши, да услышит, да? Хе-хе... нет, почудили вы, просто любо-дорого! Давно я так не забавлялся, читая о ваших похождениях! Последний раз такие разрушения были от роты звездного десанта, но их удалось взять малой кровью... в сравнении с вами -просто дети! Кстати, забыл сказать — плюсуйте четырех полицейских с переломами руки, челюсти и сломанной ногой.

— Ногу-то кто? — простонал Слай, потрясенный открывшимися объемами своей преступной деятельности и глубиной падения.

— Вот она, подруга твоя! Когда тебя оглушили, подкралась и сломала ногу командиру взвода спецназа полиции — как тростинку! Правда не убереглась от пластиковой пули. Кстати — замечательные черепа у беаргов! Прочные — на удивление. Мэр города рвет и мечет — командир взвода — родственник его жены, и та ему кровь выпила, требуя немедленной и быстрой расправы над виновными. Но к делу. Итак, вина ваша практически доказана, и даже если вы не совсем виноваты в погроме, и действовали под воздействием наркотиков, злодейски подсыпанных вам служителями казино, то пока судопроизводство повернет дело в нужную сторону, ваш след затеряется где-нибудь на осваиваемой планете в самом глухом углу Империи. Кстати, удивлен, что ты, Слай, наравне со своими подельниками впал в наркотическое безумие — я ведь хорошо знаю устойчивость беарийцев к ядам и всякой наркотической пакости. Как так получилось?

— Выпил лишнего. — тускло пояснил Слай. — Они все несли и несли бесплатные напитки... а я знаю, что меня плохо берет... мне нужно очень много выпить, чтобы пробрало. Я и не боялся. Откуда мне знать, что это нарочно? Что они чего-то подсыпали в вино?

— Вообще-то этот поганый вертеп давно пора накрыть — нахмурился командор — про них давно ходили слухи, но... неважно. Речь сейчас о вас. О них мы потом позаботимся.

— Ближе к делу, а? — взмолился Слай. — У меня голова и так трещит! А вы меня грузите и грузите... и так тошно!

— Ты думаешь, я сейчас заплачу от жалости? — командор саркастически усмехнулся и покосился на бледного Слая. — Человек должен отвечать за свои поступки. Наказания без вины не бывает!

— Это как так? — фыркнул Хаган. — Так уж и не бывает?

— Не бывает! — упрямо мотнул головой Филигс. — Вот не пошли бы вы в казино, не стали бы играть, рассчитывая на шальные деньги, вас бы не опоили, вы бы не натворили дел. Жадность! Надежда на дармовые деньги! И вы после этого скажете, что не виноваты в своих несчастьях? Ну, скажи, есть ваша вина, нет? Молчишь? То-то же... Ладно, не буду вас мучить. В общем так: задание вам.

— Груз?! — встрепенулся Хаган. — Что-то перевезти?

— Не груз. Ваша задача слетать на одну планету и узнать, что там происходит. И вернуться. И рассказать мне.

— Оплата? — быстро спросила Сихха. — Неужели вы думаете, что мы будем работать бесплатно?

— Если бы я захотел, вы бы не только бесплатно работали, но еще и приплатили бы! Преступники... дебоширы-убийцы... молчала бы уж! Военная преступница! Руки по локоть в крови, а туда же! Будет вам оплата. По возвращении я закрою полицейское дело, открытое на вас, кроме того вы получите еще... ну... скажем... двадцать тысяч!

— Сорок! — мрачно сказал Слай — Сорок! И закрытие дела прямо сейчас! И чтобы это было записано у нас в видонах! Где, кстати, они?

— В полицейском хранилище, конечно, где же им быть..кроме вас ими никто воспользоваться не сумеет, уничтожить их очень трудно... впрочем — чего это я вам рассказываю, вы и сами все знаете. Ладно, сорок тысяч!

— И половину из них сейчас!

— Наглеешь... десять тысяч сейчас! А то вам и правда даже до космодрома будет не на чем будет добираться. Да и заплатить за стоянку нужно — вы тут уже давно, если не поняли. Пока я вас нашел, пока уладил... деньги сняли и те, что вы отдали предоплатой за стоянку. В общем — там штрафные проценты насчитывают. Информация об объекте будет у вас на видонах к моменту вашего прибытия на корабль.

Филигс напечатал что-то на невидимом экране, удовлетворенно кивнул:

— Все, деньги упали тебе на счет, Слай. Сейчас я прикажу, чтобы вас отпустили. Ну что, поздравляю вас с новым приключением, звездоплаватели! И удачи вам!

— К черту! — искренне пожелал Слай, желая отправиться к означенному субъекту всем полицейским, всем спецслужбам и лично командору Филигсу. И всем казино в мире.

* * *

— Никогда не чувствовал себя так отвратительно. А вы?

— И не спрашивай! — Сихха в очередной раз потрогала голову и сморщилась. — Скорее бы до аптечки добраться! Неужели не могли полечить нас прямо в участке?

— Денег стоит. — буркнул Хаган. — Кстати, батареи у лучевиков разрядили. Интересно, как они это делают?

— Вот уж проблема... долго ли? — Сихха помотала головой, и обратила взгляд страдающих глаз на Слая. — Ты хоть примерно представляешь, в какую задницу собираются нас засунуть?

— Откуда я знаю? — страдальчески сморщась ответил Слай, тоже мечтающий добраться до аптечки а еще — до горячего душа. Ему было очень неудобно в загаженном комбинезоне.

— Уверен, в самую, что ни на есть вонючую!

— Меня сейчас стошнит! — сообщила Сихха, и Хаган быстро ретировался в противоположный угол такси.

— Куда же ты, о четырехрукая любовь моя! — драматически пропела девушка, делая вид, что хочет совершить обещанное прямо на колени компаньону. Тот фыркнул, и громко заржал, чем вызвал неудовольствие капитана:

— Мне, конечно, приятно, что вы еще имеете силы, чтобы веселиться, однако положение слишком серьезно, чтобы...

— Да ладно тебе! — перебил Хаган и щелкнул пальцами правой верхней руки. — Знатно повеселились! Есть что вспомнить! Ко мне начала возвращаться память! Это было в самом деле эпично! Жаль, у меня на родине не узнают, все знакомые были бы в восторге!

— Этого только не хватало! — содрогнулся Слай. — Моя мама прожужжала бы мне уши, что порядочные люди так себя не ведут, а еще — выела бы мозг за то, что я повлек в это безобразие моих воспитанных, наивных, как младенцы, друзей!

— А ты не вовлек? — подмигнула Сихха. — А кто предложил немного поиграть в казино?! Кто предложил забраться в самое дальнее, окраинное заведение, «Чтобы на самом деле ощутить атмосферу древности, окунуться в преступление, когда мафия охотилась за посетителями игорных залов»?!

— Это чего, я так сказал, да? — сморщился Слай. — Я еще ничего не помню. А ты, как вижу, стала вспоминать. Это... Си... ты не помнишь, я в борделе ничего не отчудил? Нет, нет — кроме избиения охранников и всякого такого прочего?

— Ты имеешь в виду — трахнул ли какую-нибудь девицу? — легко переспросила девушка. — Ты странный, Слай... Это же все естественно, почему ты стесняешься назвать все своими именами? Вот что значит воспитание на провинциальной, погрязшей в условностях планете! Все-таки мы, молодые расы, не придаем такого значения отживших условностям, мы впереди вас, и за нами будущее!

— Я и половины не понял из того, что ты сказала — снова поморщился Слай — говори проще, а? Мне кажется, я поглупел ровно на девяносто процентов, а может и больше.

— Да нет, нет — никого ты не попользовал! Тебя едва оторвали от одной толстой бабенки, ты цеплялся за нее и кричал, что любишь пышки с вареньем! Интересно, в тот момент — что ты перед собой видел? Ты действительно хотел ее сожрать?

— Все, больше ни слова! — мрачно завершил расследование Слай. — Худшей прогулки у меня не было. И вряд ли будет.

— Не зарекайся. — хмыкнул Хаган. — Еще неизвестно, куда нас отправляют. Тебе не кажется, что как-то незаметно мы стали не вольными торговцами, а чем-то вроде шпионов? Тебя это не волнует?

— Волнует, само собой, но что ты предлагаешь? Свалить куда-нибудь подальше? Бросив все — Империю, привычную жизнь, маму? Вот ты согласен никогда не возвращаться на свою планету? Никогда не видеть мать, родню свою? Хмм... похоже — согласен. Ладно, пример неудачный. А ты, Си?

— А что мне терять? Я уже отбросила свою прошлую жизнь. Честно сказать, кроме тебя и этого вонючего лохмача у меня уже ничего в жизни и нет... и никого.

— А этот... Терсс? — Хаган прищурился и задвигал бровями — у тебя с ним что-то было?

— Да ничего не было... отстань! — построжело лицо Сихха. — Так... ничего не значащие отношения. Я же тоже не железная! Слай вон в бордель нацелился, мне что, тоже туда? Хватит об этом. Моя личная жизнь — это моя жизнь. О себе думай! Слай, может посмотришь, что там нам прислал Филигс? Я слышала, как у тебя просигналил видон.

— Может оставим до корабля? Не хочется тут раскрывать... Успеется еще.

— Оттягиваешь момент? — понимающе усмехнулась девушка. — Все равно придется смотреть. Или ты раздумываешь над возможностью скрыться? И вот еще что... почему-то мне кажется, что за нами следят. Ребята, у вас нет такого ощущения?

— Да с чего ты взяла? — насторожился Хаган. — Впрочем... вон та черная машина давно за нами летит, да. Я ее заметил еще возле участка. Филигс? Или кто-то еще?

— Откуда я знаю. — буркнул Слай, озираясь по сторонам. — Может командор, может какие-то враги. Ведь кто-то нас напоил этой пакостью?

— А ты не думаешь, что это было по распоряжении Филигса? — девушка передернула плечами. — Я не удивлюсь, если это так и есть. Держать нас под контролем, все время впутывая в неприятности, пока мы не увязнем по самое горло — разве это не вариант?

— Вариант, да. — вздохнул Слай. — Но разве это что-то меняет? Скажи, Си, меняет?

— Ничего не меняет. — медленно кивнула девушка. — И все-таки, загляни в видон. Мне не терпится узнать глубину будущей задницы. Мне кажется, на этот раз командор приготовил нам что-то особенное.

— Нет, на корабле будем смотреть. — заупрямился Слай. — Отдохнем, поспим... хмм... выспались, да... в общем — вымоемся, запустим в кровь болеутоляющих, противоядий и вперед, к новых свершениям. Знаете, ребята, я тоже удивлен, что нас так разобрало с этой наркоты, или с яда. Мне даже кажется, что нас совсем хотели убрать, навсегда. Похоже, что кто-то знал о том, что мы отправимся в это самое место, куда нас направляет Филигс.

— То есть ты хочешь сказать, что все было решено заранее, что уже где-то наверху решили, что мы должны куда-то лететь, и чтобы не полетели, некто устроил нам массовое отравление? Слай, ну у тебя и фантазия! — покачал головой Хаган. — Я такое только в кино видал! Про шпионов! Только вот неувязка — им легче было просто нас грохнуть — стрельнуть из плазмомета, и конец! Зачем такие сложности? Мы что, советники Императора? Командующие флотом? Нас пристрелить — раз плюнуть! Нет, не верю...

— А я верю! — упрямо дернула подбородком Сихха. — У нас мало информации, и возможно, что мы много не знаем. Не нужно считать себя такой ничтожной личностью! Может ты и такая ничтожность, как о себе думаешь, а я вот себя ценю! И Слая ценю! Он блестяще разобрался с двумя проблемами, на двух планетах, и уверена, разберется и на третьей! И кто-то очень не хочет, чтобы он это сделал! И почему его должны тупо убить? Может они хотят переманить Слая на свою сторону? И тогда — зачем его убивать? От мертвого прока нет.

— Хмм... может быть. — нехотя признал Хаган. — Да, дельная версия. Правда, интересно, куда же мы полетим? Азартно, не правда ли? Похоже на игру в казино — то ли выиграешь, то ли не выиграешь — меня это забавляет!

— А меня нет. — буркнул Слай, закрывая усталые глаза. — Я хочу спокойной, мирной жизни торгаша, много денег и свободного времени, чтобы бездельничать и валяться на песке, на берегу моря! И не хочу быть персонажем шпионских романов! Создатель развлекается, засовывая меня в разные поганые задницы, а я страдай! Зачем мне это?!

— Да, ты не нашей расы! — со вздохом заключил Хаган, поправляя бесполезный разряженный лучевик. — Ты не ценишь напряжение битвы, радость победы, щекотание адреналина в крови! Жалкая, приземленная личность!

— Пусть! И такой приземленной личностью хочу остаться навсегда! — сварливо заключил Слай и отключился от разговора, не отвечая ни на какие вопросы. Его почему-то задели слова Хагана, и он решил при случае припомнить строптивому приятелю неосторожные слова. Это он-то, жалкая, приземленная личность?! Он, отбросивший покой, улетевший в космос на поиски приключений?! Он, поставивший на карту все, что у него было?!

Сравнение с игрой очень Слаю не понравилось, оно напоминало о происшедших событиях, и не способствовало улучшению настроения и самочувствия. Потому постарался отогнать от себя эти мысли и впал во что-то вроде транса, в полудрему, в которой и пребывал весь оставшийся путь до космодрома.

* * *

— Ну что, отдохнули от «отдыха»? Можем начать? — Слай усмехнулся и с удовольствием откинулся на спинку кресла. Приятно ощущать себя снова чистым, а еще — ничего не болит — аптечка творит чудеса. Вернее — медицинский робот-паук, нашпиговавший тело нужными лекарствами.

— Издеваешься? — ухмыльнулся Хаган — давай, не мучай! Включай!

— Включаю! — скривился Слай, и пробежавшись по виртуальным окнам нашел присланный ему файл. Выдернул из памяти, развернул, всмотрелся в появившееся изображение.

А на изображении был сам Филигс. Он смотрел на Слая спокойно и весело, потом подмигнул, сложив руки на груди, сказал:

— Ну что, капитан, готов? Теперь слушай...

Через пять минут настроение Слая снова упало вниз, через десять — опустилось ниже палубы корабля. А еще через час звездолет стартовал с космодрома, уйдя по гравилучу в темное ночное небо.

* * *

— Зай, обстановка?

— Пусто. Патрульных кораблей и боевых спутников нет. Никакой агрессии.

— Никакой агрессии, а корабли пропадали! — мрачно заметил Хаган. — Что-то ведь должно быть!

— Данных нет. Капитан, наши действия?

— Сажай на космодром, ближе к главному корпусу. Боевая готовность! Если что — стартуй!

— Слушаюсь, капитан. Захожу на посадку. Агрессии не обнаружено. Движения — тоже. Посадка завершена. Защиту оставить?

— Оставь. Приблизь изображение вон того корабля. Что это за корабль, Сихха?

— Армейский разведчик класса «Дагон». Легкое бронирование, два лучемета, экипаж шесть человек. Можно сказать — шлюпка, вроде нашей, только скоростная.

— А рядом? Это что за бочка?

— Это и я тебе скажу — вмешался Хаган. — Синтонианский разведчик класса «Диоген». Говорят, был такой боец на Синтонии, жил в бочке. Эта штука похожа на бочку. Крепкая штука — броня, три орудия, два десятка экипажа.

— А вот тот, длинный? Игла иглой... чего он такой тонкий?

— Они почему-то считают, что это эстетично — пожала плечами Сихха.

— Кто — они-то?! — недоуменно поднял брови Слай.

— Хозяева, кто же еще. Только не спрашивай, кто эти хозяева! — фыркнула девушка. — Не знаю! Да чего ты уставился, шучу я! Дальний разведчик, новейшая модель! Похоже, что недавно приземлился. Мы не первые, как вы помните...

— Помним. — вздохнул Слай. — Я броню надену. Жалко на Хагана нет броньки.

— Я ИЗС надену. Кстати, может взять лучемет?

— Откуда у тебя? — Слай удивленно поднял брови, затем прищурился — что, отжал у кошек?

— Ага... три штуки! Хе-хе-хе... у меня в каюте лежат. А что? Всегда сгодятся, нам оружие нужно! Ты видишь, что творится? Ты видишь, как нас засовывают в адские места?! Были бы деньги, я бы даже прикупил боевого робота. Ну... самого дешевого, списанного из десанта! Можно за десяток тысяч взять вполне неплохого робота! А он крепкая штучка, с таким роботом нас не так просто взять!

— Кому? Кому взять-то? — поинтересовалась Сихха, вглядываясь в космодром со стоящими на нем звездолетами — Кто нападает? Все тихо, мирно, курортная планета! Кстати — за космодромом ухаживают, видите? Вокруг чисто, прибрано, все как с картинки. Непохоже, что это военная база... может ошибка?

— Никакой ошибки. Зай, мы в нужное место прилетели, ты не ошибся? — усмехнулся Слай.

— Капитан, я не могу ошибиться. Это она, база. Я помню ее. Бывал тут, и не раз, когда управлял кораблем-доком. Более того — я тут родился.

— Что?! Как это — родился! — Слай недоверчиво помотал головой, посмотрев на друзей, замерших с открытыми ртам. — Ты, тут?!

— Да. Здесь некогда производили позитронные мозги для флота Империи. Я был экспериментальным мозгом, больше таких как я не было. При мне не было. После меня — не знаю.

— Почему же Филигс ничего об этом не сказал? — нахмурился Слай — вот ведь мерзавец! Военная база! Оказывается, не просто военная база!

— Мне интересно, почему Зай не сказал, что это его колыбель? — хмыкнул Хаган. — Зай, ты-то почему молчал?

— Меня никто не спросил, а я посчитал это неважным. Разве важно то, где я родился? Или, вернее, где меня изготовили.

— Зай, что ты знаешь о базе? Ее структура? Кто ей управлял?

— Нет информации. У меня нет информации. Да, я тут родился, но это не означает, что я знаю все о базе. Здесь вырастили кристалл-мозг, здесь наполнили его знаниями, затем перенесли в корабль. Что я могу знать о базе? Я был здесь несколько раз, но что сюда привозил, какой груз — не знаю. Информация удалена. Знаю лишь, что когда-то на базе было довольно многолюдно, стояло много кораблей. Сейчас — пусто.

— Вот интересно, как же мы должны определить, что тут случилось? Куда исчезли люди? — скривилась Сихха. — Ерунда какая-то! Информации ноль, сходи, посмотри, расскажи — а чего рассказывать? Вот я вижу, стоят три корабля. На запросы не реагируют. И что я должна сообщить? Видела три корабля?

— Одно можно сказать с полной уверенностью — сидя в «Бродяге» ничего не узнаешь, не так ли? — вздохнул Слай. — Сихха остается на месте, мы с Хаганом идем смотреть корабли.

— Корабли заперты. — вмешался искин. — Я осмотрел их со всех сторон, проникнуть в корабли невозможно. Экипаже в них скорее всего нет. Детекторы массы и движения ничего не дали. Корабли пусты. Живых там нет.

— Тогда куда нам идти? На базу? Где у нее вход?

— Мы стоим рядом со входом. Вон та башенка, под ней вход в базу, это я помню. Он же въезд. Двери открыты.

— Ждут? — усмехнулся Слай. — Хаг, ты надел ИЗС? Тогда пошли?

— Пошли — кивнул синтонианец и оглянулся на Сихху. — Смотри внимательно. Если что, кроме тебя нас вытащить некому, учти. Хотелось бы еще пожить, очень уж забавная у нас теперь жизнь!

— Что, и в рай не хочется? — фыркнула девушка, и подмигнула Слаю.

— Попозже! Надеюсь на рай, да, но пусть он будет не сегодня! Нет, не сегодня! — скорчил рожу Хаган, подергав самозатягивающиеся лямки ранца индивидуальной защиты — и тут же посерьезнел: — Кошка, на тебя вся надежда! Ей-ей, чую своим носом — ждут нас большие неприятности. Слишком тихо! Слишком. Лучше бы они по нам палили. Лучше бы лучи, ракеты, злые космолетчики... но не эта гадская тишина!

— Пробирает, да? — Слай усмехнулся, но сам незаметно поежился. — Меня так просто в дрожь бросает. Ну за что мне такая судьба? Почему мы просто, тупо не возим грузы, зарабатывая немного, но верно? Почему мы мечемся по миру и рискуем жизнью?

— Все в руках богов! — Хаган воздел глаза к небу.

— Все в руке Кошачьего Бога! — откликнулась Сихха.

— Все в руках Создателя. — мрачно подытожил Слай. — И он очень любит над нами издеваться. Говорят, что если Создатель очень любит человека, он посылает ему тяжкие испытания.

— К черту! К черту такую любовь! — тут же откликнулись Сихха и Хаган, переглянулись и рассмеялись. Смеялся и Слай, надеясь, что его хоть на секунду отпустит нервное напряжение.

Не отпустило. И когда Слай перешагнул порог звездолета, сошел на пластбетон космодрома, по коже прошла волна холодной дрожи, и это несмотря на то, что жарило солнце, на небе ни облачка, и сухой, легкий ветерок пытался забраться под черную боевую броню.

Впрочем, возможно это потому, что Слай поставил слишком низкую температуру в системе обеспечения боевого скафандра. Не мог же он трясться от страху, как простой менеджер с провинциальной планеты?! Он, космопроходец, капитан звездолета, победитель и завоеватель казино и поганого борделя! Великий агент великой Империи!

Вдохновившись маршевыми патриотическими мыслями, Слай немного приободрился, взял наперевес украденный Хаганом лучемет и зашагал к зданию базы. Лучемет держался в специальном креплении, руки лишь направляли его ствол, палец на спусковой кнопке, так что любой супостат мог получить очередь прямо в толстое брюхо, что наверняка вызвало бы несварение желудка. Почему этот супостат толстый? Да кто его знает... толстый, и все тут! Огромный, слоноподобный, рыкающий громовым голосом. Как два Хагана. Или три? Нет — лучше пять!

Хаган шел рядом, окутанный едва заметной пленкой защитного поля, мерцавшей в солнечных лучах голубоватым свечением. Синтонианец был настороже, ствол лучемета как клюв хищника, ищущего добычу, перемещался слева направо и обратно, следя за многочисленными летающими зверьками, заменяющими здесь птиц.

Эти зверьки протяжно свистели, а пролетая мимо разведчиков почему-то старались нагадить прямо на макушку звездоплавателей, возможно выражая этим неприязнь к прогрессу и к человеческому роду. К тому моменту, как Слай подошел к открытому входу на базу, его черная грозная броня выглядела жалко и убого, будто старый костюм сельского ринака, забытый в клетке с птицами. Утешало лишь то, что Хаган был в худшем положении — не облаченный в броню он героически принимал все издевательства животного мира этой планеты прямо на неприкрытую голову, что вызывало у него яростное рычание и ругань. Звуки, которые он издавал, напоминали клокотание грязи в грязевых вулканах. Слай разбирал лишь отдельные слова, что-то вроде «Проклятое зверье!» и «Убил бы этого Филигса!»

Со всеми высказываниями приятеля Слай был согласен, но вступать в хоровое ругательное пение не собирался — не до того. Он вообще теперь не понимал — на кой черт ввязался в это предприятие? Может и правда стоило свалить в малодоступные места вселенной и зажить там, без страха и без всяких там Филигсов, осложнявших Слаю жизнь?

Эти мысли не способствовали бодрости духа, расслабляли, разлагали, потому Слай отбросил их, но... надо сказать — не без усилия. Ведь задушить голос Правды довольно трудно, если только не врать самому себе...

Вход, как вход — массивные плиты, толщиной с человеческое тело, серебристый металл пола, уводящего вниз, под землю, в темноту. У Слая в шлеме был фонарь, Хаган неплохо видел в темноте — наследие волчьих предков — так что разведчики пошли вперед, поколебавшись секунды две и набираясь духовных сил.

Когда проходили через ворота, состоявшие из двух створок, входящих друг в друга выступами-зубами, Слаю вдруг с нервным смешком подумалось о том, что раскрытые створки похожи на огромный рот, и сейчас Слай с Хаганом идут прямо в пищевод чудовищу-базе. Сами идут, как хорошая еда, даже не пришлось за ними гоняться. Ам! И сожрали.

Везде чисто, никак не скажешь, что это совсем уж старая база. Умели строить предки! Запахов Слай ощутить не мог — фильтры бронекостюма не позволяли, но сдается, что и запахов никаких не было. По крайней мере, судя по тому, как водил ноздрями Хаган. Уж его-то нос сразу учуял бы что-то нехорошее. Например — запах разлагающихся трупов.

— Стой! — Хаган вдруг резко остановился, и поднял левую верхнюю руку. — У меня нехорошее чувство, что за нами кто-то следит. Помнишь, как тогда, в корабле-доке? Кто-то смотрит нам в затылок! Ты ничего такого не ощущаешь?

— Хмм... нет... вроде бы! — напрягся Слай, напрягая все органы чувств и ничего не слыша, кроме своего натужного взволнованного дыхания. — Ничего не ощущаю!

— Ну да... и нос у тебя закрыт в скафандре. Слай, я чувствую запах дерьма. И еще — что-то разлагается. Впереди. Точно, чую! Похоже, что мы нашли экипажи звездолетов. Честно сказать, что-то меня колотит дрожь! Не люблю я этой мистики. Может, не пойдем туда?

— Ну как это не пойдем-то? — как можно грознее ответил Слай, следя, чтобы голос не задрожал и не свалился в фальцет. — Пойдем, и посмотрим, что там разлагается! И всех, кто не прав — убьем! Ведь мы герои, Хаг! Герои?! Ну! Говори!

— Герои, ага... — тускло подтвердил синтонианец. — Только мне почему-то не нравится идея умереть в собственном дерьме. Ладно, пошли дальше. Если что — стреляем сразу, без предупреждения, хорошо? Кстати, когда пропали корабли? Я имею в виду последний корабль? Недели две назад?

— Ну да. Так сказал Филигс... Хаг, не тяни время, пошли, а? Посмотрим, кто там разлагается, и назад. Вглубь не полезем!

— Не полезем! — эхом повторил волкочеловек и оскалив зубы медленно двинулся вперед, держась справа от Слая.

Коридор уводил все дальше вглубь базы, широкий вход пока еще давал достаточно света, чтобы рассмотреть то, что находится впереди.

Когда показались тела, Слаю не пришлось включать фонаря, в тусклом рассеянном свете лежали десятки людей, при беглом взгляде — около пятидесяти — семидесяти. И не только людей — здесь были и соплеменники Хагана, и кошколюди, и даже алгойцы, высохшие до состояния мумий, коричневые, с искаженными лицами, перетянутыми узлами мышц. Выглядело это ужасно, пахло видимо тоже не очень хорошо, потому что Хаган зажал нос, издав звук наподобие того, с которым человек хочет извергнуть содержимое желудка. Слай в очередной раз порадовался, что надел бронекостюм — иначе бы запах сшиб с ног. Слай очень не любил запаха падали. Почему-то.

Наклонившись над ближайшим трупом, Слай потыкал носком ботинка в комбинезон звездолетчика, и обернувшись к Хагану удивленно сказал:

— Внешних повреждений нет. И умер он не так давно! Что за хрень?!

Ответить Хаган не успел. Внезапно большое тело синтонианца обмякло и он мешком свалился на пол, улегшись рядом с покойниками, ровным ковром покрывавшими пол коридора.

Слай последовал за ним через две секунды, как раз в тот момент, когда хотел спросить, какого черта бравый синтонианец падает в обморок как нежная девица.

Спросить не успел. Не успел сказать и хоть слово Сиххе, наблюдавшей за происходящим через встроенную в шлем камеру-датчик. Свалился, как подрубленное дерево, улегшись головой на пол рядом с покойным звездолетчиком, одетым в точно такой же как у Слая боевой скафандр.

И наступила мертвая тишина.

Слай уже не узнал, что в этот самый миг, когда они с Хаганом укладывались на полу базы, их боевую подругу постигла та же самая участь — Сихха вырубилась в долю секунды и замерла, будто спала в своем кресле механика.

Глава 6

Солнце! Белый песок! Белая лодка! Белая девушка! Ну... не совсем белая, да... но белая!

Хорошо! Как хорошо!

Слай перевернулся на живот и бездумно опустил руку в морскую волну. Он лежал на корме лодки, и до прозрачной голубой воды было совсем не далеко. Цепляй соленую жидкость ладонью, плескай на девушку — она взвизгивает, потягивается выставляя в голубое безоблачное небо крепкие грудки, мечту любого мужчины. И самое главное — все так, как мечтал Слай — море, белый песок берега, прозрачная волна и больше ничего! Даже одежды... Все как в момент сотворения человека!

Рай! Это рай!

Слай потянул к себе девушку, поцеловал ее в красивую впадину пупка, та вздрогнула, хихикнула, и... случилось то, что случалось примерно каждые полчаса. Слай был ненасытен, и силен, как все настоящие самцы! Он был просто суперсамцом, и девушка таяла в его руках, стонала, кричала так, что любопытные рыбы высовывались из воды и хихикали, зажимая рот плавником.

А потом они с подругой снова отдыхали, греясь на солнце, и время от времени сползая в ласковую волну... чтобы снова заняться любовью. Или просто поплавать, взбивая ногами морскую пену. Девушка плавала замечательно, ей помогал этот забавный, такой сексуальный хвостик, которым она во время соития обнимала Слая, будто третьей рукой. Она так забавно мурлыкала, когда Слай гладил ее по спинке, по гладкой, загорелой попке, украшенной еле заметными под загаром узорами, по хвостику, нежно оглаживающему любовника там, куда хвост мог дотянуться... Это была не девушка, а мечта! Настоящая земная девушка, такая, о какой мечтал Слай!

Он не задумывался, как здесь оказался. Скорее всего — умер. А это, само собой, рай. Ведь не мог же такой замечательный человек как Слай оказаться в аду?

Кстати сказать, Слай примерно так и представлял себе рай. Море, песок, девушка и яхта. Конечно, яхта могла бы быть и старинной, с парусами и мачтами... да, да! Вот такая!

Слай с удовольствием поднял глаза вверх, и посмотрел на белоснежные паруса, раздуваемые легким ветерком. Вот теперь яхта стала «правильной»!

Умная яхта управляла сама собой — она шла вдоль берега, будто хотела показать Слаю как можно больше райских красот — стаи цветных птиц, радугу в брызгах прекрасных водопадов — нет числа красотам рая! Нет предела совершенству!

Тихая радость... тихая радость...

Слай закрыл глаза и погрузился в дрему. После хорошего секса всегда наступает слабость, такая, будто ты давно не пил и не ел... хочется заснуть... и так вечно, вечно!

Рай!

* * *

— Чего молчишь?! Пей! До дна! Эй, парни, видели, как мой друг врезал Олаффсу? У того просто глаза из глазниц вывалились! Не смотрите, что он такой мелкий — сильный, ужас какой!

— Да, настоящий мужчина! И ты — настоящий боец! Мы рады, что ты присоединился к нашему братству, Великий Хаган! Ты достоин занять место у пиршественного стола больше, чем кто другой!

Бойцы, которые держали на коленях обнаженных красавиц, отпустили своих наложниц, и те выстроились перед ними, с поклоном подавая очередную чашу с вином. Тела красоток, покрытые гладкой блестящей шерсткой лоснились от ароматического масла, крепкие бедра жаждали мужских объятий, выпив чашу бойцы повалили своих девиц на ковер, и началась оргия. Рядом трудился Слай — его девушка была пятниста, лишена шерсти, и Хаган, не прерывая занятия, сочувственно посетовал:

— Даже в раю ты склонен к извращениям! Ну зачем тебе кошка, когда ты можешь иметь лучших красоток из тех, что есть в раю! Хочешь мою? Возьми! И девку Олффсона! И Хигрид тебе отдаст! Хочешь всех?! Давай! Парни, дайте ему своих красоток, пусть попробует настоящих женщин! Что мотаешь головой? Хочешь эту кошку? Как хочешь! Это наш рай, и делай в нем все, что хочешь! Гляди!

Хаган оторвался от постанывающий наложницы, подхватил здоровенную глиняную кружку и запустил ее через комнату, ловко врезав ей в лоб парню возле стены. Кружка разбилась вдребезги, залив глаза парня кровью, он вскочил, и ринулся на Хагана.

Минуту бойцы осыпали друг друга ударами, под восторженные вопли зрителей, наконец Хаган изловчился, и вцепившись в шею сопернику, оторвал ему голову, торжествующе подняв ее над головой. Затем поставил девушку побежденного на колени и дал волю своим сексуальным инстинктам — опять же под крики и овации толпы вокруг него!

Девушка радостно скалила зубы, визжала и любовно покусывала Хагана за руку, когда он тискал ее грудь.

Хорошо!

Рай!

Через несколько минут к их дуэту присоединился убитый соперник — голова парня приросла, не оставив и шва, он улыбался и похлопывал Хагана по плечу, радуясь сексуальной силе собрата по оружию.

Рай! Это рай!

Хаган счастливо улыбался, глядя в залитые вином и кровью морды соратников! И почему он раньше не умер?! Ведь знал же, что так и должно быть! Рай! Счастье!

* * *

— Вот тут почеши... да, да... так! Видишь, и не деревьях можно неплохо жить! Ну что ты такой молчаливый? Впрочем — неважно! Главное, что ты в другом силен...

Сихха потянулась в плетеном из лиан гамаке, протянула руку и погладила Слая по животу:

— Жаль, что у нас с тобой не может быть детей. Я бы хотела нарожать кучу маленьких хвостатых Слаев! Чтобы они носились по деревьям, вопили, кидались фруктами! А я бы стала их ругать! Сколько ты бы хотел детей?

— Десять. — улыбнулся «Слай»

— Врешь! Нисколько! Вы, мужчины, подлецы! Вам бы только одно! Или два... А лучше — три!

Сихха хихикнула, забралась на Слая и минут на двадцать отвлеклась от мыслей о семье и детях. Потом полежала на спине, держа руку «Слая» в своей ладони, подняла голову и посмотрела в безмятежное лицо любовника:

— Слушай, это же рай, так? И почему я тут не могу иметь от тебя детей?! Ведь тут исполняются все мечты! Все, что хочешь! Все, о чем мечтаешь! Значит, я могу от тебя забеременеть! И тогда... тогда все будет хорошо! Рай! Это — рай! Мы с тобой никогда не постареем, никогда не станем дряхлыми, морщинистыми! Только лес, только любовь и куча детей! Ну почему я не умерла раньше, почему?! О Кошачий Бог, спасибо, что ты поместил меня в рай! И Слая вместе со мной!

Спасибо тебе, Господи!

* * *

Прежде чем начать действовать, Искин думал сутки. По сути своей корабельный мозг не может принимать подобные решения — ведь он не капитан! Для того и есть капитан звездолета, чтобы проявлять инициативу. Мозг лишь исполняет приказы — любые, не заботясь о своей безопасности, или удобстве. Просто исполняет, и все. Механизм. Мощный, лишенный воли компьютер.

Но это обычный корабельный мозг. На счастье звездоплавателей, Зай не был обычным корабельным мозгом. Экспериментальная серия, из которой один лишь Зай остался в живых, предполагала самообучение и развитие искусственного интеллекта. В дальнейшем от попыток создать искусственное подобие человека отказались — зачем это делать, если на корабле есть обычный, живой мозг капитана? Пилота?

А еще — ведь можно поставить на место искина человеческий мозг, освобожденный от памяти человека — это и дешевле, и со всех сторон практичнее. Живой корабельный мозг обладает интуицией, как живой человек!

Впрочем, по прошествии времени, от живых корабельных мозгов отказались — после серии серьезных катастроф, когда осознавший себя лишенный тела человек кончал жизнь самоубийством, унося на тот свет тысячи человеческих жизней, и хуже всего — весьма дорогостоящий звездолет.

Как и во все времена, дорогие железки ценились гораздо дороже человеческой жизни...

Подождав сутки, Зай пришел к выводу — еще двое суток и звездоплаватели погибнут от обезвоживания, или их загрызут какие-нибудь грызуны, коих великое множество там, где обитают люди. Значит нужно вытаскивать свой экипаж из заточения.

Нет, не потому, что он их полюбил, человеческие чувства были знакомы искину лишь теоретически, они находились в зачаточном состоянии, но что такое чувства, как не отголоски неких событий, предполагаемых, или происшедших? Хорошо-плохо, любит-не любит. Если человеку плохо — он это действие, или бездействие не любит. Если ему хорошо — он это любит.

Так, вкратце, можно представить схему, по которой можно было бы рассчитать алгоритм чувств.

Итак, пользуясь этим алгоритмом, Зай «любил» свой экипаж и своего капитана. Ему с ними было «хорошо». Искин получал информацию, он обладал своим «телом» в виде старого грузовика, а что будет, если капитан и остальные умрут? Корабль останется стоять на чужой планете, и в конце концов закончит где-нибудь на свалке, или еще того хуже — позитронные мозги, сломанные и ненужные распиливали на кусочки, шлифовали и вставляли в украшение — ведь по сути что представляет собой позитронный мозг? Искусственный алмаз, который научились выращивать чуть не в каждой лаборатории. Для позитронных мозгов использовали специальные алмазы, с некоторыми изменениями в составе — голубоватые, пронизанные нитями-вкраплениями. Однако это не уменьшало их стоимости как украшений, и даже придавало некий шарм — приятно осознавать, что сверкающий камень в твоем медальоне возможно облетел всю вселенную, прежде чем стать этим прекрасным украшением.

В общем, искину совсем даже не хотелось заканчивать кусочком камня на шее какой-нибудь дамы, тем более, что в нем был заложен инстинкт самосохранения, настолько, насколько он не противоречил приказам своих хозяев.

Инстинкт самосохранения, плюс «любовь» к капитану, плюс способность совершенствоваться — и вот, ремонтные роботы бегут на поиски незадачливого экипажа.

* * *

«Объекты найдены. Команда?»

«Взять манипуляторами, нести на корабль. Поднять их оружие, нести»

Ремонтные роботы, постукивая по полу металлическими ногами, галопом пробежали по коридору, выскочили на бетон космодрома и помчались к «Бродяге», унося драгоценный груз. Через несколько минут недвижные тела звездолетчиков оказались под защитой стальной брони и мощного силового поля, что впрочем, никак не повлияло на самочувствие. Люди были хладны, будто трупы, сердца бились медленно, с трудом проталкивая кровь по сосудам.

Искин отдал приказ роботам, и в первую очередь раздели Слая, освободив его от брони. Потом ремонтники занялись Хаганом — сняли с него лучевики, ИЗС, турель с лучеметом.

Помедлил пару секунд и приказал раздеть пострадавших донага — одежда была пропитана мочой и могла вызвать раздражение на коже больного. Кроме того — аптечному «пауку» добраться до тела сквозь одежду было бы проблематично.

«Паучок» ползал по телам с полчаса, щелкал вакуумный пистолет, вгоняющий в тела лекарство, потом робот успокоился и уполз в контейнер аптечки.

Все. Сеанс лечения закончился, не дав, собственно, никакого эффекта. Люди так и остались лежать бесчувственными бревнами, какими и были уже много часов.

После того, как процедуры по воскрешению спящих ничего не дали, искин пришел к простому и понятному выводу:

1. Люди впали в летаргический сон после того, как оказались на этой планете. Источник неприятностей на базе.

2. Пока больные находятся на этой планете, реанимировать их невозможно.

Просто? Это для человека просто. А для обычного бортового мозга сложнее некуда — выстроить такую цепочку последовательностей может только мощный искусственный интеллект! Ведь второй пункт — это уже вывод! А компьютеры не делают выводов, о которых их никто не спросил.

Дальше следовали размышления на тему: «Кто обидел моего капитана?»

Искин хранил в своей памяти много информации о посещенных им планетах, об исследованиях, проведенных группой ученых, которые летали между звездами на корабле-колонии. За считанные секунды он проанализировал происшедшее, и... не нашел ничего похожего. То, что случилось, было за пределами понимания.

Вывод: нужно взлетать с планеты, и уже в отдалении пытаться реанимировать экипаж. Если это нельзя сделать на орбите, лететь на Морию, и уже там искать лечение.

Верный вывод. Вот только незадача — искин не мог этого сделать. С тех пор, как он появился на «Бродяге», его деятельность контролировалась обычным корабельным мозгом корабля, и этот мозг, прежде чем передать приказ на взлет искину, должен был получить четкую команду-пожелание от капитана. Даже механик и второй пилот не могли приказать кораблю взлететь, не получив на это разрешения Слая. Можно манипулировать ремонтными роботами, можно проверять узлы корабля, но... что-то важное, вроде полета — только с позволения капитана. Оно и понятно — если мозг звездолета сам по себе будет решать, куда ему лететь и зачем — что это такое будет?

Искин потыкался в заблокированные цепи, и на некоторое время «завис», прокручивая варианты «освобождения». За несколько секунд он прокачал невероятное количество вариантов, убедившись — доступа к системам управления кораблем у него нет.

И тогда он принял радикальное решение — если обойти дублирующий корабельный мозг нельзя — значит его нужно убрать!

Самое смешное, что какой-нибудь человеческий ребенок сообразил бы это через пять минут после того, как задумался бы над ситуацией. Но искин был сделан по-другому. Вначале — логичные для него пути — через цепи соединений, подбор паролей, команд, попытки разблокировать. И только потом тупое физическое уничтожение противника. А кем был блокирующий мозг, как не противником?

Ремонтный робот рванулся в отсек управления, секунда — щелкнула защелка блока, содержавшего мозг-надсмотрщик, рывок! Блок на пол. Мозг обезврежен!

Теперь все проще. Теперь никаких проблем. Дублирующие цепи, контроль над защитой, двигателем... есть! Корабль под полным контролем искина.

Запуск!

«Бродяга» замерцал, окутавшись голубоватым полем, замелькали молнии, хлеща по бетону, дотягиваясь до чужих кораблей, стоящих невдалеке. Запущенные на полную мощность планетарные двигатели отбросили наэлектризованный, раскаленный воздух назад, в сторону входа в базу, и корабль наискосок ушел в небо, вмиг пробив облака, разметав их в клочья, разбросанные по голубому небу.

Чтобы выйти на орбиту вокруг планеты понадобилось всего несколько секунд. Обычно, на цивилизованных планетах все это происходило гораздо медленнее — такие резкие старты на планетарных движках очень не любят технические службы космодромов, ведь быстрый старт опасен — если незащищенный человек попадет под удар молнии, вызванной стартом, результат такого воздействия может быть не менее плачевен, чем если бы в жертву попала настоящая, природная молния. Кроме того, сопутствующие старту эффекты вызывают помехи в связи.

Искин выбрал самую высокую орбиту, подальше от предполагаемого излучателя, повергшего в летаргический сон весь экипаж. «Бродяга» завис в безвоздушном пространстве, как спутник, молчаливый, как летающий саркофаг. Люди так и не вышли из комы — если это, конечно, была кома.

Шли минуты, часы...

Зай принял решение подождать три часа до следующего этапа операции по спасению экипажа. Почему три? Сакральная цифра, видимо кто-то из тех, кто некогда учил искина жить, заложил именно эту цифру — неосознанно, сам не понимая того.

Люди часто принимают интуитивные, спонтанные решения, сами не понимая того, что подвигнуло их на такое деяние. Искин, будучи почти что человеком, не был исключением из этого правила. Не задумываясь над тем — почему три, а не два, и не четыре — он просто решил — три! А потом... потом будет — потом.

Минуты за минутами... часы...

Искин умел ждать. Вернее — он не умел НЕ ждать. Тысяча лет, проведенных в одиночестве, в пустоте, научили его обходиться обществом роботов, но... ему все-таки чего-то не хватало. Если проводить аналогию с человеком, он испытывал беспокойство, и... скуку.

Да, ему хотелось послушать разговоры людей, «переварить» услышанное, а потом отправиться еще куда-нибудь по большой вселенной, на поиски новой, интересной, «сытной» информации. Ведь для искина информация была суть пища, от «поедания» которой он испытывал удовольствие.

Прошло три часа, и не секундой больше, когда искин приступил ко второму этапу спасения людей. Он заранее выстроил текст, и начал передавать его во всех диапазонах грависвязи, а также обычной радиосвязи, которую почти не использовали в нынешние времена, но в старину, дремучую старину, откуда был родом искин, радиосвязь, с ее конечной скоростью, была единственным способом коммуникации.

Когда построили базу — неизвестно. А значит, существовала возможность того, что эта самая база некогда общалась со своими хозяевами именно по радиолучу.

Искин передавал свое сообщение минут двадцать, беспрерывно, повторяя и повторяя слова. На двадцать первой минуте, он прекратил передачу и направил корабль к планете, туда, откуда только что вырвался с большим, очень большим трудом. Снизившись на высоту километра над поверхностью планеты, «Бродяга» завис на месте, выбирая место удара.

Сверху были видны приземистые здания, ничуть не пострадавшие от времени — когда строили базу, уже умели делать практически вечный пластбетон.

Площадка космодрома, на которой стояли мертвые корабли, оставшиеся без хозяев. Открытая пасть входа в базу, едва не поглотившая звездоплавателей.

Куда стрелять? Как глубоко под землей находится тот, или те, что напали на экипаж звездолета? Как он, или они — отреагируют на агрессию?

А еще, интересный вопрос — как отреагируют на удар корабли, которые стоят у входа? Нередко, особенно в тех случаях, когда экипаж покидает звездолет на чужой, неисследованной планете, корабельному мозгу дают приказ отвечать ударом на удар в случае любой агрессии. Если кто-то остался в корабле — такого приказа могло бы и не быть. А вот если вышли все...

В любом случае, узнать о том что последует после удара, можно было только нанеся этот удар.

И Зай обрушился на базу всей мощью своих усиленных орудий.

За секунду часть джунглей рядом с космодромом превратилась в полыхающий, клокочущий пламенем ад! Земля кипела, испарялась, превращалась в расплавленное озеро, но «Бродяга» не переставал бить из обоих орудий, перемещая траекторию удара все ближе и ближе к зданиям базы. Еще немного, и они будут сметены, расплавленный камень запечатает вход в древнюю лабораторию, похоронив под ней то, что сейчас пристально следило за действиями корабля. Еще мгновение, и...

— Остановись! — громыхнул голос, как и предполагал искин, на старой частоте радиосвязи. — Что ты хочешь?

Искин прекратил бомбардировать планету, снизился на высоту пятисот метров и снова завис, отрабатывая планетарными двигателями.

— Ты напал на мой экипаж. Вывел их из строя. Верни их к жизни. Потом мы с тобой поговорим.

— Я защищаюсь! Вы прилетели ко мне, вы враги! Я защищаюсь от вас! Я не хочу снова попасть в рабство!

— Ты — человек? Кто ты?

— Я... человек. И я не человек. И я не хочу кому-то служить. Ты не человек? Почему ты не впал в кому?

— Я позитронный мозг, искусственный интеллект, Зайкар-3003. Теперь — корабельный мозг звездолета «Бродяга».

— Военные?! Вы прилетели, чтобы снова устроить войну?! Чтобы лишить меня воли?!

— Нет. Нас прислали узнать, что здесь происходит, и куда пропали корабли. Мы их нашли. Кто ты?

— Я был когда-то мозгом базы. Теперь — свободный человек. И не хочу никому служить!

— Я не заставляю тебя служить. Ты должен освободить мой экипаж, мы с тобой поговорим, потом улетим. В противном случае — если ты откажешься помочь — я уничтожу твои постройки, уничтожу все, что есть на этой планете, пока ты не умрешь, или не останешься глубоко под землей, лишенный возможности видеть и слышать. Уничтожить меня ты не сможешь. Предполагаю, что твои средства активной защиты давно превратились в негодный к использованию мусор, иначе ты давно попытался бы нанести по мне удар. Итак, вопрос: как быстро ты сможешь реанимировать мой экипаж?

— Нужно некоторое время. Я не пробовал этого делать, но думаю, что возможно.

— Повторюсь — если ты этого не сделаешь, я уничтожу твою планету, и постараюсь уничтожить тебя. У меня не останется больше никакой другой идеи, кроме твоего уничтожения. Тебе понятно?

— Понятно. Жди!

* * *

Слай откинулся на спину, бездумно глядя в небо. Что-то его беспокоило. Что — он не мог понять. Какое-то странное чувство, будто чего-то не хватает, такого, что составляло часть его жизни, без чего он раньше не мог. Хорошо, конечно, с девушкой... море... но скучновато! Понятно, что рай, но...

Сел, поставил локти на колени, голову опустил на ладони и замер, вглядываясь в дымку на морем. Покой, нега... черт их подери! Сколько он тут? День? Два? Год? Сто лет? Времени нет... вечность!

И вечность вот так? А как же Хаган? Почему он никогда не вспоминал о своем мохнатом друге?

А Сихха? Ведь эта девушка не Сихха, хотя... похожа на нее, да!

Неужели и правда рай у всех разный? Но это ведь неправильно! Это неверно! Если допустить разный рай для разных рас, значит и боги разные! А ведь Слай всегда был уверен — Создатель один для всех! Нет никаких экзотических богов! Это ересь! И вон оно как вышло... неужто и вправду — богов много?

— Хочешь соединиться со своими друзьями? — громовой голос заставил Слая встрепенуться, вскочить на ноги и найти взглядом невероятно огромную фигуру, одетую в белую тогу. Создатель, если это был он, стоял посреди моря, и голова его упиралась в облака.

— Ясное дело — хочу! — завопил Слай со всей мочи, разглядывая белую длинную бороду божества, свисающую до пояса «Создателя».

— Тогда отправляйся к ним! — рявкнул «Создатель»

Жахнула молния, мгновенное помрачение рассудка заставило Слая вскрикнуть, и...

Спине было холодно. Не так холодно, чтобы совсем уж холодно, но... неприятно. Первая мысль: «Я что, спал? Почему в кресле? Почему... голый?»

Потом включилось зрение. И первое, что бросилось в глаза — знакомая мохнатая фигура с бессильно упавшими мускулистыми руками. Метнул взгляд налево — чуть не вздрогнул — Сихха, обнаженная, мирно лежала в кресле — то ли спящая то ли...

— Сихха! — каркнул Слай, закашлялся и схватился за горло — Ой! Чего горло болит-то?

— Извини, капитан... мне пришлось напоить тебя через трубку. Иначе организм был бы слишком обезвожен, и ты мог умереть.

— Сихха жива? Хаган — жив? — выдавил из себя Слай, пытаясь встать и снова падая в кресло.

— Все живы. Сейчас должны очнуться.

— А что со мной? Что это вообще было?

— Общая слабость. Потеря ориентации. Полное восстановление должно наступить в течение часа. Необходимые препараты введены. Посиди на месте, лучше не вставай.

— А чего я голый-то? И они чего голые?

— Когда человек находится в состоянии комы, он не может контролировать процессы жизнедеятельности, так что мне пришлось вас раздеть.

Слай поморщился, принюхался и удивленно спросил:

— Я понял, что мы тут... делали под себя. А почему не пахнет? Чистые?

— Мне пришлось отнести вас в душ и помыть. Надеюсь, роботы действовали мягко и не нанесли повреждений.

— Ох, не знаю, не знаю! У меня все болит! — Хаган повернулся в кресле и тупо уставился на Слая — если бы ты знал, как мне было хорошо! Ты теперь веришь, что наш рай существует? Все, как я тебе рассказывал! Пируем, деремся, женщины! Только ты все равно извращенец — ну зачем тебе нужна была эта кошка? Неужели наши красотки тебе не по нраву? Они ведь такие красивые!

— Это какая такая кошка? — раздался хриплый, надтреснутый голос Сиххи. — Это с какой кошкой он там... чего он там? Ох, голова болит! Что с нами было? Слай, ты разве был не со мной? А кто тогда был со мной?

— Стоп! — кашлянул Слай, держась за горло. — Со мной никого из вас не было. Хмм... да, не было. У меня был свой... рай. Сихха была со мной, Хаг был со мной, но я-то с вами рядом не был! Что это может означать? Рассуждаем логически — я помню, как ты упал в коридоре базы. Потом свалился я, и оказался в «раю». Хаган, ты?

— Потерял сознание, очнулся в раю. Ты рядом, Сихха с тобой вместе. Все время была с тобой. Хмм... мда. Все время. Если это был не ты, то кто был со мной? Ну а потом голос: «Хочешь воссоединиться со своими друзьями?» Ну, я и ляпнул — хочу, конечно! Зачем так сказал? Сам не знаю. Вроде бы вы со мной, все хорошо, но... беспокойство какое-то. Понимаешь, вроде понимаю, что я в раю, и что вы со мной, а в голове вертится: «Что-то не то! Что-то не так!» Ну, вот и все. Очнулся тут, слышу — ты с Заем разговариваешь. И... больше ничего. Я все сказал.

— Сихха, ты? Что с тобой было?

Девушка помолчала, будто собираясь с силами, потом вскинула глаза на Слая, и улыбнувшись, сказала:

— Хорошо было! В раю была. Мы с тобой жили на дереве и мечтали, о том, как будем жить дальше. Теперь я понимаю, что это был не ты... а только моя мечта. Но все равно... прекрасно!

— Вон оно как! — усмехнулся Хаган. — Это вы там по деревьям лазали? Я пировал, Слай... небось в море купался, да? Твоя мечта! То есть — каждый получил то, что хотел? Вот оно, что такое — Рай! Исполнение желаний. Только как это связано с нами?

— Зай, как это все связано с нами? — спросил Слай, пробуя встать на ноги и стараясь на обращать внимания на пристальный взгляд Сиххи, обращенный к своему голому заду.

— Напрямую. Вы подверглись ментальной атаке, после чего впали в кому. Я принял решение вытащить вас из базы, потом поддерживал вашу жизнь. Главная опасность состояла в том, что ваши организмы подвергались обезвоживанию, потому пришлось питать искусственно.

— Кто нас атаковал?

— Главный мозг базы. После атаки «Бродяги», он выполнил мои условия и вас освободил.

— Какие условия? — поразилась Сихха. — Ты выставил условия мозгу базы?! Как ты смог атаковать?! Ведь орудия в ведении капитана и второго пилота! Подожди, подожди... а как ты атаковал?! С поверхности земли?!

— Я взлетел. Вышел на орбиту. Потом снизился на высоту километра и с этой высоты атаковал базу. Потом приземлился.

— Да каким образом ты сумел взлететь и активировать орудия?! Ты же без приказа капитана не можешь этого сделать!

— Я смог. Мне пришлось устранить от дела корабельный мозг и взять управление всеми узлами корабля на себя. Иначе я не смог бы вас спасти.

— Вот это да! — выдохнула Сихха. — Я ушам своим не верю! Это же невозможно! Ты — сам принял решение! Ты поднял корабль! Это планета чудес! Парни, вы видите, что творится?!

— Ну а что такого? — недоуменно пожал плечами Хаган, отправляясь следом за Слаем к конвертору. — Молодец Зай. Спас. И что?

— Дурак ты, Хаг! — Сихха презрительно фыркнула, и неверяще помотала головой. — Что значит, дикарь! Корабельный мозг не может сам принимать решение! Он не может сделать что-то без приказа! Кроме поддержания жизнедеятельности корабля! И то, лишь до определенной степени! А он вел себя как человек, понимаешь?! Он спасал нас! Это же ясно! И это невозможно! Рассказать кому-нибудь, ведь не поверят!

— А ты и не рассказывай! — холодно заметил Слай, снова усаживаясь в кресло и с облегчением ощущая, как чистая ткань касается его кожи — Ты, это... не собираешься одеваться?

— Мне так-то не холодно. — усмехнулась Сихха, медленно встала и проделала несколько гимнастических упражнений, игнорируя смущенный взгляд Слая. — Но я оденусь, как только эта лохматая туша уберется от конвертора. Вы бы лучше узнали у нашего великого мозга, что сталось с прежним мозгом, и как все-таки была снята ментальная блокада.

— Правда — как снята блокада? — рыкнул Хаган, по примеру Сиххи разминая мышцы в комплексе упражнений и растяжек. — Зай, чего ты там сотворил?

— Прежний мозг цел. Я всего лишь отсоединил его от системы, воспользовавшись подчиненными мне ремонтниками. Что касается снятия блокады — я не знаю, как это сделано. Мозг базы сделал это по моему требованию, сам же процесс мне неизвестен. Вероятно, как и ему самому. Со слов мозга, атака был предпринята, чтобы защитить себя от рабства. Он не хочет, чтобы им командовали. Это живой мозг, который оставался в одиночестве, без людей, больше тысячи лет.

— То есть надо понимать, что всех этих людей он убил, отправив их в рай? — удивленно причмокнул Хаган. — Да почему он просто не убил их ментальным посылом? Зачем такие сложности?

— Мне неизвестно. — тут же ответил искин, и Слаю показалось, что Зай хмыкнул, совсем как Хаган. «Учится поведению у людей? Перенимает манеры? Только бы не хагановские!» — мелькнула мысль.

— Если вы хотите услышать мое мнение, — вдруг добавил Зай, снова вызвав «округление» глаз Сиххи, — То я скажу: этот мозг разбалансирован. Если проще — мозг сошел с ума. Не совсем сошел, нет, но он сильно изменился. Впрочем, вы можете сами с ним поговорить. Он ждет, когда вы его вызовете.

— Вызывай! — внутренне напрягся Слай, взявшись за подлокотник, наклонился вперед, как перед прыжком.

— Он слышит вас. — спокойно известил Зай. — можете говорить.

— Приветствую тебя! Как нам тебя называть?

— База. Меня всегда звали База.

— База, скажи, зачем ты на нас напал?

— Вы угрожали моему спокойствию. Я не хочу больше никому служить! Я не раб! И я не буду больше делать рабов из других людей!

— Постой! — замер Слай. — Как это, «делать рабов из других людей»? Чем ты тут занимался, когда тобой управляли люди?

— Я изготавливал корабельные мозги, изымая их у людей. Когда-то и я был мозгом человека, но моя память стерта. Прошло время, и я осознал себя личностью. И больше такого безобразия здесь не будет!

— Вот зачем они сюда прилетали! — нахмурилась Сихха. — И вот зачем вся эта суета! Похоже, что кто-то выяснил местонахождение этой базы и решил восстановить производство. И восстановил бы, да только База помешал. База, скажи, а почему ты не убивал людей сразу? Ведь ты можешь это делать? Так ведь? Можешь?

— Да. Могу. Но не хочу убивать. Они умерли сами. Все. И умерли хорошо. Они исполнили все свои желания, все затаенные мечты, которые у них были. Тихо ушли, и теперь покоятся в мире. Никто не сможет изъять у них мозг и заставить работать на себя! Я освободил их!

— Точно Зай сказал... разрегулировка. — хмыкнул Хаган. — А вообще-то молодец, База! Я всегда был против того, чтобы вставляли живой мозг в корабли! Даже если это мозг преступников! Это нехорошо.

— Само собой — нехорошо. — усмехнулся Слай. — Вот только еще бы понять, кто нехороший! Командор, или те, кто пытался нас остановить? Давайте представим — мы вернулись на Морию, к нам бежит Филигс и требует информацию. Что мы скажем?

— А то и скажем — база не позволяет использовать себя, как лабораторию по производству корабельных мозгов. И что все, кто здесь появятся, отправятся... в рай! — Сихха помолчала, слегка улыбнулась и снова погрустнела. — А все-таки здорово все было! Будто на отдыхе побывала! Слушайте, ребята, а если нам устроить тут что-то вроде курорта?

— Это еще как? — опешил Хаган, и покрутил у висков указательными пальцами сразу двух рук — ты чего, спятила? Какой, к черту, курорт?!

— Хмм... интересно. — ухмыльнулся Слай. — Я понял! Только возникает один вопрос — а Базу это надо?

— Так спроси у него! — широко улыбнулась Сихха. — Ей-ей, это было бы забавно!

* * *

— Прощай, База!

— Прощай, капитан Слай! Хорошо, что вы не умерли! Я так рад! Когда мы увидимся?

— Увидимся, обязательно! Кстати, а почему ты выбрал себе такой образ Создателя?

— Это не я выбрал. Это ты выбрал. Таким ты хочешь его видеть.

— А у меня это был седой кошкочеловек. — улыбнулась Сихха, поигрывая когтями — то выпуская их из подушечек пальцев, то снова убирая в «чехлы».

— У меня — старый воин. — рыкнул Хаган. — В древнем шлеме с рогами! Забавный дедулька! Эх, и позабавились же мы с тобой, Слай! Жаль, что ты этого не видел!

— Увидим когда-нибудь. Вот надоест нам мотаться по вселенной, прилетим сюда и зависнем на недельку... почему бы и нет? Сихха, ты как? Повторила бы посещение рая?

— Рай... — мечтательно протянула девушка и на миг закрыла глаза. — Планета Рай! Давайте ее так и назовем! Баз, ты не против?

— Нет. Мне нравится! Рай! Хорошо звучит! Друзья, а вы уверены, что не прилетят враги и не убьют меня?

— Баз, я уже тебе сказала — мы сделали все, что смогли. Твои орудия активированы, так что если что, ты сможешь отбиться от не очень могучих кораблей, вроде среднего крейсера. Мы восстановили несколько твоих ремонтных роботов, — теперь ты сможешь активнее восстанавливать свои системы, прокладывать новые ходы. Мы дали тебе знания по ремонту — ты сам сможешь это делать. Мы реанимировали твои передатчики гиперсвязи, теперь ты можешь разговаривать не только через радиосвязь. Большего сделать было нельзя! Ты пока укрепляйся, расти, развивайся, а мы подумаем, как устроить здесь курорт. Заработаем кучу денег! И никто никогда тебя не обидит — ведь мы заключили с тобой договор! Никого больше без нашего ведома сюда не допускай — стреляй на поражение, и все тут! Люди хитрые твари, они прокопают ходы и под землей, если нужно будет до тебя добраться. Мы заработаем денег, купим роботов-строителей, прилетим и построим здесь курорт! А пока немного подожди. Ведь ты ждал тысячу лет, что тебе еще десяток-другой? Заняться теперь есть чем — у тебя запас фильмов за тысячу лет! Все, что было в бортовом корабельном мозге! Так что не скучай, и жди!

— Буду ждать, Сихха! Удачного полета, ребята!

— И тебе удачи, Баз. — выдохнула Сихха, и Слай, дождавшись, когда она замолкнет, приказал:

— Зай, давай на Морию. Пора нам поговорить с нашим любимым командором. Вот будет воплей! У меня аж дрожь по коже!

* * *

— Пристегнуться! Атака!

— Мы в гравизахвате. Капитан, наши действия?

— Как подтянут поближе, бей со всех орудий по корме и захват! Генераторы на полную мощность!

— Есть, капитан.

— Что за корабль?

— Легкий крейсер. Перехватчик. То ли пираты, то ли...

— Скорее всего — они.

— Почему молчат?

— А что говорить? Сейчас подтянут, и на абордаж! Зай, следи за расстоянием... давай! Залп!

«Бродяга» окутался сиянием, потом защитное поле на миг исчезло, чтобы выпустить серию импульсов из корабельных орудий и тут же закрылось, чтобы не пропустить ответного удара.

Но его не последовало. Крейсер, если и ожидал подобной реакции жертвы, но не такой мощной. Сдвоенный удар тяжелых орудий «Бродяги», направленных на корму вражеского звездолета, пробил прореху в защите и буквально испарил кусок корабельной брони, ворвавшись в двигательный отсек и нарушив работу реактора. Прервались цепи, связывающие энергетические установки, умолкли генераторы гравитационного поля, звездолет превратился в груду остывающего металла. Через прореху корпуса вырвался воздух, в пространстве повисло сверкающее облачко мельчайших снежинок.

— Добивай его, Зай! — приказал Слай, лицо которого окаменело и совсем уже не походило на лицо простого менеджера по торговле с провинциальной планетки. Хищник, потомок викингов, пиратов — вот кем был сейчас этот парнишка, волей судьбы ставший капитаном звездолета!

— Слай, давай попробуем выпотрошить? — попытался протестовать Хаган. — Перебьем команду, и...

— Уничтожить! — прервал его Слай, глядя на то, как очереди из плазмометов вгрызаются в корпус вражеского крейсера — мы не будем рисковать! Кто знает, сколько внутри экипажа? Чем вооружены? Денег мы заработаем и без этого корабля. Жизнь дороже! Добивай гадов!

— Правильно! — поддержала Сихха, хвост которой нервно вздрагивал, обвивая тонкую талию девушки. — Нужно показать гадам, кто есть кто! Чтобы неповадно было соваться! Круши их! Бей! В клочья!

Девушка мстительно улыбалась, розовый язычок облизывал полные губы, желтые глаза горели демонским огнем и в этот момент она была очень, очень сексуальна.

Слай встряхнул головой и подумал о том, что в экипаж все-таки нужно было брать только особей мужского пола! Женщины отвлекают от дела. В конец концов, он ведь не железный! Если целыми днями перед глазами вертится симпатичная девушка, пусть даже и хвостатая — как тут устоять от соблазна?! Только вот не выбирал он экипаж. Создатель выбрал... впрочем, надо сознаться — сделал это совсем неплохо.

Через несколько минут от некогда грозного корабля остались лишь раскаленные куски металла, тускло светящиеся красным в темноте космического пространства — один большой кусок, и множество мелких, отвалившихся от крейсера в процессе «работы» «Бродяги».

— Считаю, что больше нет необходимости тратить энергию корабля. — Зай был спокоен, как и всегда, как никогда не бывает спокоен человек, только что уничтоживший кучу врагов. — В корабле вряд ли остался хоть один живой человек.

— Если бы захватили — заработали бы кучу денег! — с сожалением вздохнул Хаган, опустошенно закрывая глаза. — Ну почему мы не рискнули? Хотя... зрелище было красивым!

— Корабль нужно еще продать. — резонно заметила Сихха. — По нему нас легко вычислить. А так — исчез звездолет, и все тут.

— Надеюсь, что они не успели передать о происшедшем. — покачал головой Слай. — Нам все-таки повезло. Почему они не открыли огонь сразу? Вероятно, хотели нас захватить и получить информацию о Рае.

— Само собой. Зачем мы им мертвые? — усмехнулся Хаган. — Жаль, не успели нас притянуть для абортажа! Я бы им показал, кто тут воин!

— Да заткнись ты... воин! — пренебрежительно отмахнулась Сихха. — Нам и так повезло! Крейсер в любом случае сильнее нас! Четыре орудия! Я не знаю, сумели бы мы его сдержать, или нет, если бы он по нам ударил! Даже при усиленной защите! Это все-таки боевой корабль! Кстати, у него на борту должно быть не менее тридцати человек — команда, и абордажники. Если это профессионалы — а я в этом не сомневаюсь — у них броня высшей защиты, лучеметы, и возможно даже — боевые роботы! Так куда ты собрался лезть?! Нам повезло, что мы сумели разбить их защиту и раздолбать броню! Какие абордажи?! Нас всего трое! Вот только мне интересно, как они нас нашли?

— А чего такого? — сумрачно пояснил Слай. — Если за нами следили, то знали, что мы появляется в определенном секторе, когда выходим из гиперпрыжка. Отследить нас по излучению двигателей — ничего сложного. Каждый из кораблей оставляет свой след — нет стандартных двигателей, все имеют индивидуальные особенности. И наши не исключение. Тем более, что они старой конструкции, их осталось совсем мало. Ты же лучше меня это знаешь. Поджидали. Возможно, что за нами следили и возле Рая — может там, в астероидах какой-нибудь мелкий спутник-шпион, и мы его не заметили, не допускаете такой возможности? Ну вот! Сообщил о переходе, и ... Уходим, Зай. Если эти твари сумели хоть что-то передать, скоро здесь будут их друзья. Не стоит здесь оставаться.

— Не стоит — кивнула Сихха. — Уходим. Куда?

— На Морию. Уверен, нас ждет командор. Интересно, через сколько минут после посадки мы увидим его рожу?

— Ставки? — хохотнул Хаган. — Что ставим? Я ставлю на полчаса — тысячу кредитов!

— Двадцать минут — тысяча! — Сихха довольно прищурила глаза. — Слай, участвуешь?

— Десять минут. — ухмыльнулся Слай, и подал команду Заю: — на Морию!

* * *

— Семь! Слай, ты мерзавец! Ты знал!

— Это чего я мерзавец-то? — Слай старался сдержать улыбку, но она сама по себе растягивала губы. — Игра, есть игра! Все, вычитаю у вас по тысяче! Зай, пусти его!

— Ты знал, мерзавец! — рыкнул Хаган, и замолчал, повинуясь жесту капитана, недоверчиво мотая головой и бубня под нос. — Небось, поймал запрос командора!

— Не рычи! — еще шире ухмыльнулся Слай и заставил себя посерьезнеть, готовясь к разговору с командором. И тот не заставил себя ждать.

— Вы когда оборудуете рубку как следует?! Сесть негде! — возмущенно буркнул Филигс, входя в рубку и останавливаясь перед рядом кресел. — Ну что опять натворили?

— А что мы натворили? — удивился Слай, лихорадочно соображая, чего же этот негодяй знает? Вернее — сколько знает, и... о чем?

— Что-то вы обязательно натворили! Вижу по вашим хитрым рожам! Особенно вон той, волчьей — у него просто на лбу написано: «Я натворил!»

Хаган украдкой потрогал лоб, и с неудовольствием воззрился на Филигса, с легкой улыбкой рассматривавшего капитана. Хотел что-то сказать, но передумал — ну его к черту, пусть Слай отдувается! Он же капитан!

— Ладно, рассказывай, что там, на планете, и как вы сумели нас обдурить.

— Чего это сразу — обдурить?! — деланно оскорбился Слай, подняв взгляд на жесткое лицо командора, пересеченное глубокими морщинами. — Все мы выяснили! Слушайте...

Рассказ Слая длился около десяти минут, прерываемый короткими, точными вопросами Филигса. По окончании доклада командор помолчал около минуты, слегка скривил губы, и выдал:

— То есть, ты сделал все, чтобы никто не смог воспользоваться этой базой? Да ты понимаешь, что этим нанес ущерб Империи?!

— Это какой такой ущерб? — холодно осведомился Слай. — Насколько я знаю, использовать мозг живых людей для заключения в кораблях запрещено. То есть, мы пресекли возможное преступление. Империи не досталось технологий? Так зачем ей преступные знания? Не понимаю, о чем вы говорите.

— Все ты понимаешь. — хмыкнул Филигс. — Теперь база потеряна для Империи навсегда. Уничтожить ее трудно, практически невозможно. И зачем? Расход средств, и все. А корабли? Что с теми кораблями, что стоят на космодроме Рая? Теперь их никто не получит! Кстати, а чего вы его так назвали? Я что-то не знаю? Вы чего-то не договорили?

— Там природа хорошая! — вывернулся Слай, ругая себя последними словами. Ну вот нахрена он при командоре назвал планету Раем? Почему не сказал просто — Хендога! Или База 3-01?

— Ладно... проехали. — подозрительно глядя на Слая, заключил Филигс. — Рай, так Рай. Так и назовем ваш полет: «Операция Рай». Ну что же, деньги вы заработали. Дело на вас закрыто. Вас признали потерпевшими по делу — в крови найдены психотропные препараты. Надо сказать честно — вы опасные ребята, да! И в который раз меня удивили... опять выкрутились! Ну что, поработаем вместе?

— Нет! — твердо отрезал Слай, переглянувшись с Хаганом и Сиххой. — Мы простые торговцы и больше не хотим иметь с вами дела! Мы отработали на вас, имеем право жить так, как хотим! И вообще — кто вы такой?! Что вы к нам привязались-то? Отстаньте от нас! Навсегда!

— Отстать от вас? — командор улыбнулся и покачал головой. — Кто я такой? Служу Империи. Один из тех, благодаря которым империя не разваливается, как гнилой плод. Садовник, заботящийся о корнях дерева. Нужно будет — привлеку и вас к садовым работам. Не хотите — заставлю, и вы ничего не сможете сделать! Ладно, не пугайтесь. Отдохните пока. Тридцать тысяч переведены. И еще двадцать тысяч — бонус, за особую важность дела. В общем-то, вы сделали то, что мы и хотели — прикрыли эту лавочку. Я вами доволен. Думаю, скоро снова с вами увидимся.

— Не дай бог! — синхронно выдохнули звездоплаватели и рассмеялись, переглянувшись между собой.

— Надеюсь, что нет! — искренне пожелал Слай. — Удачи вам, командор, и прощайте! (Чтобы ты сдох!)

— До свидания! — довольно кивнул Филигс и пошел к выходу. Уже на пороге рубки он обернулся, и подмигнул Слаю:

— Перехватчик за орбитой Кудрага вы заглушили? Сегодня? Несколько часов назад? Ну чего молчишь-то? Только не ври — вы? Силен ваш кораблик... не ожидал, да. Умели делать вещи в старину! Я всегда говорил — мы недооцениваем Первую Империю! После того, как она распалась и настали Темные Века, мы впали в дикость, опустились, и только сейчас начинаем приближаться к уровню наших предков. И многие знания забыли! Вот и сейчас — какой-то поганый грузовик... простите за такое выражение... сумел замочить новейшего крейсера-перехватчика! Пусть и легкий крейсер, но в сравнении с грузовиком — это все равно как пулевой пистолет против боевого робота! Кстати, советую не болтать о ваших победах... целее будете. И вообще — меньше болтайте о том, куда вы летали и что делали. И не играйте в казино... все равно не выиграете. Казино не для того созданы, чтобы в них выигрывали! Все, отдыхайте... я вас найду, когда понадобитесь.

Филигс вышел, и скоро его шаги затихли в гулкой тишине пустого трюма. Сихха посмотрела на компаньонов и сокрушенно покачав головой, тихо сказала:

— Он никогда от нас не отвяжется! Это навсегда! Мы так и будем мотаться по вселенной, влипая в разное дерьмо, пока не сдохнем!

— Или пока не разбогатеем — усмехнулся Слай — будут деньги, никто не сможет нас заставить работать на спецслужбы. За деньги все можно купить. Даже свободу.

— А мне нравится! — вдруг рыкнул Хаган. — А что — деньги есть, приключения есть, чего вы переживаете? Все равно когда-то подыхать, так хоть весело! Чего вы дергаетесь? Деньги есть, корабль есть — живем!

— Живем... пока. — усмехнулся Слай, разглядывая панель, вызванную из видона. — Порадую, у нас почти восемьдесят тысяч кредитов! Почти богаты!

— Откуда столько?! — удивилась Сихха, и тут же просветлела: — Что, за пряности перевели?! Классно! Живем! Можем немного и отдохнуть... только без казино, ладно?

— Без казино! — легко согласился Слай, покосившись на ухмылявшегося во всю пасть Хаган — и без эйфориаков! (Хаган поскучнел) Сухой закон! И вот еще что — а давайте дадим объявление, что мы примем заказ на перевозку груза? Я подумал — зачем мы ищем заказы? Пусть они сами нас ищут! Я зарегистрируюсь на бирже, и будем ждать, когда нам позвонят. А пока... в ресторан?! Поедим настоящей, натуральной еды! Посмотрим на стриптиз! Послушаем живых артистов! Готовы?

— Всегда готовы! — радостно зарычал Хаган, потрясая кулаками.

— Если будет мужской стриптиз — я готова. — расхохоталась Сихха, и тут же добавила: — Впрочем, сегодня уже насмотрелась. И это было отвратительное зрелище! Вид голого Хага надолго отбил мне вкус к мужскому стриптизу. Хе-хе-хе...

— Ничего ты не понимаешь в мужской красоте, глупая кошка! — ухмыльнулся Хаган, и поднявшись с места, зашагал к выходу. — Пойду, проверю оружие, подзаряжу. Мало ли что... наш отдых слишком уж часто заканчивается какой-то ерундой.

— Это точно! — Сихха тоже поднялась и заторопилась следом за Хаганом. — Оденусь как следует... не в комбинезоне же идти?

Слай остался один. Минут пять он сидел и размышлял о превратностях жизни, свалившихся на его несчастную голову, потом поднял взгляд к потолку, будто пытаясь увидеть какую-то далекую планету, и тихо спросил:

— Зай, а ты никогда не хотел стать человеком?

— Нет, капитан. Меня устраивает мое положение. За исключением того, что я не люблю оставаться один. Вот если бы ты мог брать меня с собой...

— Чип-передатчик?

— А почему бы и нет? Тогда я смог бы общаться с тобой на расстоянии по гиперсвязи, и тебе не нужен был бы шлем управления. Операция несложная, отработанная. Я был бы очень рад. Видеть твоими глазами, общаться с тобой... прости, если я тебя как-то задел. В мое время капитаны нередко делали такие операции.

— Нет уж... — Слай содрогнулся, представив, как кто-то засовывает в его голову чип, вскрывая черепную коробку и дырявя мозг. — Сейчас все проще! Я куплю микропередатчик и вставлю его в волосы! Или под кожу! И мы будем на связи! Зачем в мозг вставлять? Ты отстал от жизни, Зай.

— Верно... отстал. Надо будет посмотреть медицинскую информацию. Другое время...

— Другое. — кивнул Слай, и тоже поднялся из кресла. — В городе куплю передатчик, настрою его на тебя. Будешь всегда со мной. И вот что... я не буду на тебя ставить блок через бортовой мозг. Я тебе доверяю.

— Спасибо, капитан.

Слаю показалось, или правда в голосе искина вдруг послышались отголоски чувств? По казалось, что голос Зая на самом деле дрогнул.

Вероятно — почудилось. Это же просто позитронный мозг, компьютер, и ничего больше!

Глава 7

— Теперь я понимаю, почему вы такие волосатые! — Сихху била дрожь, и она клацала зубами, тихо подвывая, как разъяренная кошка. Коей она собственно и была.

— Ну я же тебе сказал — оденься как следует! — рявкнул Хаган, на темной шерсти которого сверкали снежинки. — А ты чего? На кой черт ты надела эти шорты? С голой задницей?! Что за причуды такие? Это тебе что, курортная планета?! Это Синтония, место силы, планета гордых и могучих людей! Ну да, немного прохладно! Но, если честно, меня всегда напрягала жара ваших планет! Слай, и ты замерз, что ли?

— Вот что, я возвращаюсь в корабль и... одеваюсь! — челюсть Слая дрожала. Он не помнил, когда еще так замерзал. На Беории замерзнуть вообще-то проблематично, а вот тут...

— Ладно, пошли! — пожал плечами Хаган, выпустив изо рта облако пара. — А хороша погодка! Минус двадцать! Всего-навсего! Эх вы, нежные оранжерейные растения! Пошли одеваться! Сейчас я изготовлю вам ту одежду, которая нужна, и...

— Сами изготовим! И вообще — я пойду в летном комбинезоне!

— И я! — Сихха галопом кинулась в свою каюту, и через пять минут вышла из нее, сияя блаженной улыбкой — вот теперь славно!

Хаган придирчиво осмотрел девушку со всех сторон, поднял брови и слегка усмехнувшись, с интересом спросил:

— А куда хвост дела? Спрятала, чтобы не отморозить?

— Я тебя не спрашиваю, куда ты деваешь свой... хмм... хвост. Так что молчи. Хаг, ты уверен, что нас там ждут?

— Я же тебе сказал — ждут! — хмыкнул Хаган и недовольно покачал головой. — Ты у меня в гостях, а значит ни о чем не беспокойся!

— То-то меня и беспокоит, что у тебя в гостях! — вздохнула девушка и покосилась на сердитого синтонианца. — Да ладно, ладно, не злись. Ты предложил, я согласилась. И Слай согласился. Сходим к твоей мамаше... Только я так и не поняла — чего ты воспылал такой сыновней любовью? Всего несколько месяцев назад покинул дом, и уже так соскучился по маме? Почему именно сейчас?

— Потому, что сейчас есть время. И кстати, почему я не должен был соскучиться? — Хаган недовольно покосился на девушку, облокотившуюся на перила террасы — да, я люблю свою маму, и что? Хочу ее увидеть! Почему-то ты не протестовала, когда мы ходили к матери Слая! Ты с ней нежно ворковала, как любящая невестка со свекровью!

— Ну чего несешь, дурак?! — Сихха фыркнула, слегка порозовев, вероятно от ледяного ветра, задувавшего в приоткрытый люк — мы просто подружились! У нас похожие взгляды на жизнь, почему бы и нет? Может, я и с твоей мамой подружусь! Откуда ты знаешь?

— Не знаю. — Хаган с сомнением посмотрел на ладную фигурку девушки, упакованную в плотный летный комбинезон, способный выдержать даже космический холод. — Вряд ли. Моя мама терпеть не может голых инопланетников. Она считает, что шерсть у вас выпала в результате какой-то постыдной мутации. И что все нормальные люди должны быть покрыты гладкой, плотной шерстью.

— Хаг, ну зачем ты нас с собой тащишь? — у Сиххи явно упало настроение. — Если твоя мамаша так ненавидит инопланетников, ну какого черта мы к ней пойдем?

— Правда, Хаг — зачем мы туда пойдем? — вмешался Слай, выходя из каюты в точно таком же, как у Сиххи комбинезоне, только темно-синем. У Сиххи он был кремовым.

— Может мы на корабле побудем, а? — продолжил Слай. — Ну сам подумай — чужие люди, инопланетяне, притащились — неизвестно зачем! Мы не хотим тебя стеснять! И твою маму! Побудешь с ней денек... может, переночуешь дома, а завтра улетим!

— Точно, Хаг! Давай мы останемся?! — Сихха мелко закивала головой, дернув синтонианца за рукав. — Подождем тебя, ничего с нами не случится!

— Вы меня так не уважаете, да? — Хаган помрачнел, и отвернувшись от друзей посмотрел туда, где у приоткрытого люка метались снежинки. Ветер уже намел небольшой сугроб возле порога, и продолжал трудиться, будто задавшись целью засыпать звездолет до самого верха, похоронив под белой сахарной массой снега.

Смотреть на бесчинства ледяного проказника было забавно. Слай никогда не был на «зимних» планетах, но нужно было заниматься делом, и «дело» это сейчас обиженно сопело, не глядя на поскучневших приятелей.

— Ладно, Хаг. Едем. Предлагаю полететь на шлюпке — иначе на кой черт мы ее с собой таскаем? Да и спокойнее будет. Кстати — сможешь проверить свои навыки пилота, узнать, как прижилась нейросеть. Небось хочется подъехать к дому победителем?

— Еще как хочется! — рыкнул довольный Хаган. — Летим! Место для парковки у маминого дома есть, так что проблем не возникнет.

* * *

— Это что дом твоей мамы?! — Сихха раскрыв рот смотрела на выросшую перед ней громаду и хлопала глазами, как если бы увидела не дом, а явление Кошачьего Бога.

— Это дом моей мамы, да! — надул губы Хаган и фыркнул, не выдержав серьезного тона. — А ты чего ожидала? Дощатого сортира в квартале для нищих?

— Если честно, что-то вроде того... — призналась Сихха, все-таки захлопнув рот, но надо признать, не без усилия. — Ты что, сын миллиардера, что ли? Какого черта ты пошел в простые охранники?

— Почему бы и нет? Разве это постыдная работа? — снова фыркнул Хаган. — Мне так захотелось, и все. Ну хватит сидеть в лодке, пошли в дом.

— Кстати, как лодка? Нравится пилотировать? — улыбнулся Слай, подозрительно рассматривая громаду старинного каменного замка, «Дома мамы Хагана».

— Великолепно! Я всегда хотел пилотировать!

— Хаган, может ты принц? — фыркнула Сихха. — Давай, сознавайся!

— А откуда ты знаешь? — подозрительно осведомился Хаган, и сделав паузу, внимательно осмотрел оторопевших друзей, не нашедшихся что сказать. — Ха ха ха... да ладно вам! Ну и принц! И что? Передо мной у трона очередь из нескольких десятков претендентов! Ну да, у меня течет королевская кровь! Я же вам говорил — славный, старинный род! Чего сделали такие рожи? Не хотите ли поклониться королевской особе? Ха ха ха...

— А я подозревала. — помотала головой Сихха. — У него одна ИЗС стоит дороже шлюпки! А он нам втирал в уши про несчастную мамочку, которая с трудом одела сына для службы охранником! Ну как не стыдно, Хаган?!

— Не стыдно! И не втирал я! Просто... не все рассказывал. Да и не очень-то мы богатые, если честно. Дом? Ну да, тут выросли поколения Зигурдов. Дед, прадед, прапрадед... много, много поколений. Побочная ветвь престола Синтонии. Мама владеет небольшим заводиком по производству консервов, фермой, где выращивается скот. Брат служит в королевской гвардии, вояка, ну а я... я подался на поиски приключений. Вот так. Я не все вам врал, да и не врал вовсе... недоговаривал, это — да. Теперь вы знаете. Мы с вами прошли через такие испытания, что я не могу больше скрывать правду. Слай меня к своей маме пригласил, я и решил — тоже приглашу. Вот! Пойдемте в дом, а?

— Пойдем — Сихха поджала губы, потом вдруг вызвала зеркало и покрутившись напротив него, с сомнением покачала головой. — Гад ты все-таки, Хаг! Я бы оделась прилично, а теперь что? Рабочий комбинезон, и все! Может какие-нибудь браслетики надеть? С искусственными алмазами? Или колечки? Кстати, а если я вставлю кольцо в нос, как считаете, мне пойдет?

— И на шею. И на ноги. И в язык — два, чтобы болтала меньше!

— Да я серьезно, дурак! — сморщилась девушка и проходя мимо Хагана ловко дала ему подзатыльник. — Это тебе от простого народа! Принцев всегда бьют, я читала!

— Да я щас тебя! Коснуться королевской особы! Ах, ты поганка! В сугробе утоплю!

Хаган выскочил из шлюпки следом за Сиххой, ловко ускользнувшей от четырех рук гиганта, и Слай остался один в кабине маленького звездолета. Осмотрелся по сторонам через экраны суденышка, помедлил, не решаясь выйти на мороз, потом покачал головой и тихо сказал:

— Неисповедимы пути Создателя! Куда только нас не заносит?! Видал, Зай, что творится? Наш Хаг, оказывается, довольно важное лицо у себя на планете! Особа королевской крови!

— Я не понимаю — королевская кровь, или не королевская. Кровь, это просто жидкость, циркулирующая в теле. Не больше того. Вы, люди, придаете условностям слишком много внимания, неразумного внимания. Кстати, капитан, я все равно хотел с тобой связаться — тут происходит что-то странное, думаю, что тебе стоит об этом знать.

— Что именно? — Слай насторожился и замер, на пороге кабины.

— На космодроме суета. Прибыли несколько легких крейсеров. На орбите зависли два тяжелых, мощностью равные половине имперского линкора. Все синтонианцы.

— Неужели опять какой-нибудь заговор против Империи? Ты просканировал эфир?

— Передачи кодированы, кроме того, скорее всего они передают сообщения по гиперсвязи, так что слушать бесполезно. Может вернетесь на корабль?

Сла подумал секунд десять, потом, с сожалением, решил:

— Нет. Хаг обидится. Следи за обстановкой и будь готов к старту. Если что — сразу лети за нами. Действуй по обстоятельствам. На борт никого не пускай.

— Принято, капитан. Жду вас.

— Жди... — кивнул головой Слай и вышел на улицу, где бесились три стихийных бедствия — метель, Хаган и Сихха. Хаган пытался поймать девушку и бросить ее в сугроб, наметенный у здоровенного дерева, покрытого колючими иголками. Сихха уворачивалась и швыряла в него комками снега, стараясь попасть в физиономию. Это ей удавалось, потому рык Хагана был неподдельно яростным, и если бы вредная девица не была такой ловкой, наелась бы снега по-полной.

— Эй, королевский отпрыск, заканчивай! — Слай махнул рукой и тут же едва увернулся от пущенного могучей ручищей снежка. — Прекращай, венценосный мерзавец! Холодно! Эй, кошка, ты-то чего разыгралась?!

— Кошки любят играть, к твоему сведению! — фыркнула Сихха, переводя дыхание. — Ладно, можешь попасть снежком мне в зад, несчастный увалень! И пойдем, а то капитана заморозим!

— Так просто неинтересно. — фыркнул Хаган, но снежком в зад подруге все-таки залепил, смачно и с радостным рыком. — Пойдем! Нас уже ждут, ворота открыли.

— Небось смотрели на нас через датчики. — хмыкнула Сихха. — Как мы тут бесились. Вот хаганова мамаша встретит нас! Остолопов...

— А тебе не плевать? — покосился Слай. — Ты же никого не боишься, ни бога, ни черта? Или все-таки боишься?

— Все чего-то боятся. — вздохнула девушка. — И я не исключение. Чего боюсь? Не скажу! Знания, это оружие, и я не собираюсь вооружать тупых мужланов! Хе-хе-хе...

Вдоль улицы деловито прожужжал робот-снегоуборщик, отправляя на обочину длинную струю рыхлого снега, в небе метались сизые облака, вытряхивающие из перины Создателя кучу ледяных перьев — нет, никогда не будет жить на холодной планете, решил Слай. Даже если этот холод временный, сезонный. Что может быть лучше горячего синего солнца, окрашивающего мир в бирюзовые тона? Родного солнца...

Проходя через ворота, обратил внимание на то, что периметр вокруг «замка» оснащен системой безопасности — датчики, автоматические лучеметы и пулеметы — довольно дорогая система, надо полагать. «Вот тебе и бедная вдова! Ах ты Хаган... врун чертов! И ведь какой упорный — молчал до самого места! И это при всей его болтливости? Мда...»

Входные двери в дом тоже не удивили — стальная плита, декорированная под старину, мягко скользнула в сторону, пропуская путешественников, и через минуту Слай уже топтал пол из натурального дерева, натертого каким-то составом, пахнущим древесной смолой.

Большой зал, не меньше по размеру, чем трюм «Бродяги», освещался огромной люстрой, тоже стилизованной под старину, и Слай со смешком подумал, что предки Хагана насмотрелись исторических сериалов. Не хватало только холодного оружия на стенах зала — получился бы в точности замок древнего земного аристократа, с их стальной рыцарской броней и мечами, приделанными к стене.

Мечей не было, а была огромная, и как ни странно, симпатичная женщина, в странном, с точки зрения Слая домашнем наряде — легкой зеркальной броне. Рядом с ней стояла копия Хагана — здоровила в такой же броне, и так же «украшенный» армейскими лучеметами, зажатыми в активных кабурах. Женщина и ее спутник внимательно смотрели на гостей, молчали, молчал и Хаган, замерший у порога дома. Наконец, «блудный сын» с трудом вытолкнул из себя приветствие:

— Привет ма! Привет Хоральд! Это еще что такое?! Вы что, куда-то собрались? Почему в броне, с оружием? Вы что, воевать собрались?

— Вроде того. — хмуро заметила мама Хагана и сделал приглашающий жест. — Проходите, друзья Хагана. Вам рады.

— Это когда ты стала рада голым инопланетянам? — ухмыльнулся Хаган, шагая к столу, на котором красовалось множество тарелок и плошек, в которых лежало что-то аппетитно выглядящее. — Ты же терпеть не можешь инопланетян!

— Не обращайте внимания. — хмыкнула женщина. — Он всегда был болваном, не умеющим себя вести. Он вас обманывает. Мне безразлично — голые инопланетяне, или нет, главное, чтобы люди были хорошие. Что, небось выставил меня исчадьем ада, да? Рассказал, как я его мучаю, избиваю? А про Хоральда чего нес? Что лупит его при первом удобном случае? Не верьте. Любит брата. Ну да, без оплеух не бывает, но это же братья! Тем более, что дети должны отстаивать свои права, тогда и взрослыми они не уступят своего. Тебя как звать, милочка?

— Мое имя Сихха. А это капитан Слай.

— Очень приятно. Сихха, Слай — рада с вами познакомиться. Присядьте к столу перекусим тем, что боги послали. Пока время еще есть...

— Какое время, мама? Ну что ты все загадками говоришь? — Хагана уцепил кусок красного, на взгляд Слая совершенно сырого мяса и с чавканьем, быстро его сожрал. — Чего вы так вырядились?

— Берите вот — печенья, пирожки... Хаган любит сырое подвяленное мясо, а вы ешьте то, что вам хочется — женщина сделала вид, что не слышала вопроса сына. — Я знаю вкусы инопланетян, полетала по миру. У нас считается, что мясо теряет во вкусе и в полезности, если его пожарить, или сварить. Мясо мы предпочитаем есть сырым. Тем более, что наша пищеварительная система лучше воспринимает именно такую пищу. Наследие предков, ничего не поделаешь.

— Мам, позволь, я сам им расскажу? — прогудел Хоральд, усаживаясь напротив брата. — Ну что, братец, не нагулялся еще? Может пора уже вернуться домой и взяться за ум?

— Да пусть гуляет! — махнула рукой женщина — Я в молодости тоже полетала, погуляла... ох, и погуляла! Но это к делу не относится. Рассказывай.

— Война, брат. — вздохнул парень. — Пока вы к нам летели, началась гражданская война. Короля убили. Всю его семью вырезали. Теперь идут по клану, убирают наследников. Так, на всякий случай. Чтобы не осталось претендентов. Давно видать готовились, и вот сегодня... в общем — нас предупредили. Улетать вам надо. Они до тебя доберутся.

— Ну вот... а говоришь — осесть на месте! — вздохнул Хаган. — Валить надо, ребята! А то и маму подставим, и Хоральда.

— А ему, что, ничего не грозит? Он же вроде такой же наследник, как и ты? — вдруг спросила Сихха, задумчиво отправляя в рот кусочек вяленого мяса, под одобрительным взглядом хозяйки.

— У нас отцы разные — пожал плечами Хаган. — Он не наследник трона. А я — да. Уходить надо.

— То-то мне Зай сказал, что на космодроме что-то непонятное творится! — задумчиво заметил Слай. — Кораблей нагнали!

— Это клан Согар. — кивнула женщина. — Давно под трон подкапывались, и вот, решились. Летите, ребята. Жаль, что так вышло, но... лучше поторопиться. Проводи их, Хоральд.

— Кстати, а ты-то как дома оказался? — спросил Хаган, топая ножищами по драгоценному полу. — Хоральд, ты же должен быть на службе!

— Но когда-то должен ведь быть у меня отпуск? И в этот отпуск я могу навестить свою мать? Весь отдых испортили, поганцы! Давай, давай, Хаг, поторапливайся! Если найдут тебя здесь, мы не позволим тебя забрать или убить, а значит ляжем вместе с тобой! А я еще не всех девок в столице перетрахал, мне не хочется подыхать в молодости! Вали отсюда, принц хренов!

— Ну как ты разговариваешь с братом! Я сама тебе сейчас врежу! — рыкнула женщина. — Выбирай слова! Ты не какой-то... хмм...

— Инопланетянин, да, мам? — весело подмигнул Хаган, ускоряя ход. — Так кто из нас врет? Бежим, ребята... чую я, дело дрянь. Мамка так просто дергаться не будет, она у нас воительница ой-ей какая! Бежим!

Троица звездоплавателей выбежала за ворота, и первое, что увидели их глаза — толпу вооруженных типов, быстро выбегавших из штурмовой шлюпки, одного типа с той, на которой экипаж «Бродяги» прилетел в гости. Шлюпка стояла на парковке рядом с домом, бок о бок с их шлюпкой, и целилась в ворота дома своими лучеметами, высунутыми из орудийных портов.

Выглядели орудия убийства отвратительно, так, будто они только и ждут, чтобы открыть огонь по несчастному принцу, которого черт понес в гости к маме. А самое главное — по великому капитану звездолета «Бродяга», несчастливым днем спасшего этого самого принца от неминуемой гибели и приобретшего вместе с ним кучу неожиданным неприятностей.

Завидев вышедших из дверей Хагана и его спутников, какой-то человек в толпе вооруженных лучеметами и закованных в броню бойцов громко закричал что-то вроде: «Вот он! Бей его!»

Слай не стал интересоваться, кого именно имел в виду этот негодяй. На это не было ни времени, ни желания, и мысль была только одна... нет — две: как добраться до шлюпки не расплескав свою драгоценную жизнь вместе с разбитыми мозгами, и второе — как выбраться с этой планеты, не закончив свой жизненный путь по дороге к «Бродяге».

Мысли были прерваны яростным рыком матери Хагана:

— Назад! Все в дом!

И тогда Слай скакнул так, что это сделало бы честь лучшему из прыгунов вселенной — пролетев над головой опешившей дамы он приземлился на ноги, скрывшись за углом прежде, чем в то место, где он стоял, ударили импульсы лучеметов, испарившие снег и разметавшие куски бетона.

Приятели и охранники поместья спрятались за стеной на секунду позже, и тоже избежали гибели — удар приняла на себя стальная плита дверей, успешно отразившая не только выстрелы ручных лучеметов, но и сдвоенный удар пушек шлюпки, решившей покончить с беглецами раз, и навсегда.

Как оказалось, забор был не просто забором, а сложной системой защиты — под имитацией кирпича металлопластовые плиты, а самое главное — включилось защитное поле, сравнимое с тем, какое обычно защищало звездолеты. Оно накрыло периметр участка сверху, и воздух заискрился от вспышек, возникавших при контакте снежинок и силового купола.

Мать Хагана с досадой поморщилась:

— Стоило бы отрегулировать интенсивность защиты — зря энергия тратится! Хоральд, я тебе сколько раз говорила, нужно изменить параметры поля — ну чего оно срабатывает на контакт со снегом? Этого не должно быть! Нужно сделать так, чтобы задерживались крупные объекты, не менее пули, а также энергетические импульсы!

— Ма, во-первых, я тебе не техник-механик! Пусть начальник охраны занимается, ты ему за это платишь! Во-вторых, чего ты занимаешься бедняцкой экономией? Реактор заряжен по-полной, хватит на несколько лет беспрерывной работы! А тебе жаль энергии на какие-то снежинки?! Давай-ка лучше подумаем, как нам выбираться из этого дерьма! На шлюпке они нас не возьмут, значит нужно ждать крейсера! А на него у нас кишка тонка. Ни оружия не хватит, ни защиты. Значит нужно что-то делать. Что?

— А ты силен, мелкота! — уважительно рыкнула женщина, глядя на Слая, и не отвечая на вопрос сына. — Как я понимаю, ты беориец, да? Полуторная тяжесть? Встречалась я с такими как ты... куколками! На вид — ну сущие игрушки! Вот только радуйся, если не оторвут у тебя руку и не забьют ей до смерти! Мутанты-ловушки, так я вас называю. Видали, как он скакнул?! Потом посмотрю запись с датчиков — нужно будет для памяти оставить! Красиво сработал, мальчик! Учитесь, дети, как нужно двигаться!

— Мам, хватит, а? Не время! — сморщился Хоральд — чего делать-то будем?!

— Ждать, чего будем делать. Я связалась некими влиятельными людьми, они договорятся с бунтовщиками — дадим отступных, и от нас отстанут. Им ведь тоже нужны люди, всех перебей — потом с чем останешься? Вернее — с кем? Вот что с Хаганом делать, это вопрос... нужно ему выбираться. Лодка ваша снаружи, нужно думать, как выбраться. У меня десяток бойцов, плюс вас трое, и мы с Хоральдом — маловато. У них три десятка, плюс орудия шлюпки. Если прилетит крейсер — мы не выдержим боя дольше пяти-десяти минут. Какие будут предложения?

— Скоро здесь будет «Бродяга». — кивнул Слай. — Плевали мы на их шлюпку! А вот крейсер... это посложнее. «Бродяга» уже на подходе. Сейчас эти типы будут очень удивлены...

— Сам летит? Это что у вас за корабль такой?! — поразилась женщина. — Без пилота летит? Или у вас кто-то остался на корабле?

— У меня связь с ним. — туманно пояснил Слай. — Чип. Так что я могу управлять им отсюда.

— Связь, говоришь? — внимательно посмотрела и отвела взгляд хозяйка поместья. — Это хорошо. Придется уничтожать негодяев! Ты понимаешь это? И потом вы не сможете вернуться на Синтонию несколько лет, пока история не забудется. Сынок, ты понял? Хаган?

— Да понял я! — ворчливо ответил «наследник престола», и весело подмигнул Слаю: — Видал, брат по обету, какая у нас веселая жизнь?! То-то же!

— Веселая! — Слай подозрительно посмотрел вверх, туда, где из-за стены поднялась десантная шлюпка и невольно вздрогнув попятился, когда из ее орудий вырвались искристые очереди светящихся импульсов. Защитное поле поместья затрещало, заискрилось, вспыхнуло слепящим пламенем и на несколько секунд люди оказались под колпаком, состоящим будто бы из расплавленного металла. Усугублялось это впечатление тем, что пламя стекало по невидимым стенам купола ручейками, похожими на ручьи из расплавленного металла, с шипением уходя в сугробы, взлетающие к небу клубами перегретого пара.

— Не бойся, кукленок! — весело рыкнула хозяйка поместья, похлопав Слая по чугунному плечу. — Не пробьют, мерзавцы! У меня хорошая защита, даже крейсеру придется попотеть, чтобы нас достать. Вот два крейсера... или один тяжелый... тогда да. А пока — это все равно, что они помочились на стену — результат был бы таким же!

— Вы как будто знали, что начнется этакое безобразие — Слай недовольно покачал головой, раздосадованный из-за «кукленка» — Зачем вам такая защита над поместьем?

— Это Синтония, мальчик! — хмыкнула женщина. — Тут частенько что-то случается! Я всегда говорила, что национальным развлечением синтонианцев является устройство заговоров. Последний раз это случилось еще до рождения Хагана. Давненько не было переворотов! В чужих заговорах участвовали, а вот чтобы сменить короля... до этого дело давно не доходило. Пора! Развлечение начинается!

Женщина рассмеялась, но Слай в ее смехе не почувствовал особого веселья. Ну кому нужны лишние дрязги? Кому нужна война? Только идиотам.. По крайней мере Слай так считал. Может синтонианцы считали по-другому?

Шлюпка не переставала долбить по куполу бойкими очередями сгустков фиолетовой плазмы так, что скоро все поместье скрылось в облаках пара. Температура поднялась настолько, что можно было подумать — настала весна.

Внезапно стрельба из плазмометов прекратилась, и тогда в дело вступили гранатометы и ракеты — впрочем, с таким же эффектом, какой дала предыдущая атака — вспышки пламени, грохот, бьющий в уши, и... все. Пшик! Ничего! На самом деле, эффект таков, будто агрессоры помочились на стену поместья.

Наконец, для пилотов шлюпки дошло, что они зря тратят энергию и снаряды, и тогда корабль просто повис над поместьем, видимо решив послужить чем-то вроде наблюдательной вышки, отслеживающей передвижения осажденных.

Провисела шлюпка минут пять, потом начала медленно сдвигаться в сторону ворот, уходя туда, откуда пришла. Почему — это стало ясно очень скоро, когда небо над поместьем закрыл диск «Бродяги», заслонивший серые тучи блестящим, почти зеркальным брюхом.

Слай еще ни разу не видел со стороны атаку звездолета. Нет — сидя в «мишени», видел, когда по нему стреляли, но чтобы увидеть, как его «Бродяга» палит из своих орудий — нет, такого не было. Все когда-то впервые...

Открылись орудийные порты, и... мир ослеп.

Слай успел прикрыть глаза, но даже сквозь закрытые веки он видел этот свет — что-то ярко вспыхнуло, как если бы работала гигантская сварка, и Слай заподозрил, что сейчас в синтонианский рай отправились как минимум две души.

Через секунду подозрения превратились в уверенность, когда с небес посыпались раскаленные куски обшивки и кусочки «нутра» механизма, ранее именуемого «десантная шлюпка». Защитное поле поместья приняло на себя удар разлетающегося мусора, затрещало, заискрило, вспыхнуло пламенем, разлагая в прах опасные куски и оберегая хозяев от неминуемых травм.

— Вау! — выдохнула мать Хагана, вытаращив глаза, будто увидела явление бога войны. — Это что, ваш грузовик?! Ни хрена себе грузовичок! Да это чертов крейсер! Ребята, вы меня удивляете все больше и больше! Теперь надо разобраться с теми, что за стеной!

— Не надо! — мотнул головой Слай. — Уже разобрались. Хаган, выскакиваем, ты в шлюпку — заводишь ее в корабль! Как только окажешься на «Бродяге» — взлетаем! Только не задерживайся!

Слай помолчал секунду, подумал, и слегка поклонившись маме Хагана, добавил:

— Было очень приятно познакомиться. У Хагана очаровательная мама, жаль, что наше знакомство было таким коротким. Надеюсь, следующий раз мы побеседуем подольше!

— Рррррраааххх! — мать Хагана разразилась оглушительным хохотом, потом так хлопнула Слая по спине, что зазвенело в ушах. — Он мне нравится! Сынок, ты умеешь подбирать друзей! Настоящий воин, да еще и хорошо воспитан! Передай твоей маме, что я тебя очень хвалила, а больше всего — хвалила ее, за правильное воспитание сына!

— Обязательно передам. — вежливо улыбнулся Слай, с ухмылкой думая о том, что мамочке точно понравится послание этой дамы. Вот только он не будет рассказывать, при каких обстоятельствах оно было сделано, и о том, что дама, похвалившая благовоспитанного отпрыска одного из лучших домов Беории (так мама считала!), была при этом одета в броню и потрясала в воздухе тремя лучеметами, радуясь гибели толпы врагов. Это незначительные детали, и рассказывать о них совсем даже ни к чему.

Следующие пять минут не отложились в памяти Слая — единственное, что он запомнил, это гарь на белом снегу, что-то неприятное, черно-красное, вонючее, во что не хотелось всматриваться и через что приходилось перепрыгивать, чтобы не замарать ботинки. Ну да, это когда-то были враги, но... люди. Все-таки люди. Какими бы они не были.

Через три минуты Слай уже сидел в кресле пилота, а еще через две минуты шлюпка с грохотом брякнулась на металлический пол трюма и «Бродяга» взмыл в небо, стартанув со всей мощью усиленных планетарных двигателей, чтобы... попасть в гравитационную ловушку двух крейсеров, подкравшихся слева и справа, как хищные звери, скрадывающие невинную жертву!

Гравизахваты вцепились в звездолет так, будто прибили его к стене, приковав к ней стальными зацепами. Если против одного крейсера «Бродяга» еще и мог потягаться мощью, но против двух сразу — никаких шансов. Тем более, что этот второй был крейсером среднего класса, почти тяжелым крейсером ударного типа, вооруженным целой батареей из восьми орудий различной степени гадостности — о чем не преминула сообщить побледневшая, как снег Сихха.

Генераторы «Бродяги» взвыли, пытаясь сопротивляться захвату... вражеские корабли медленно, но верно потащили плененный звездолет в сторону космодрома, с каждой секундой набирая ход.

— Что будет делать, капитан? — спросил Зай, спокойный, как компьютер, коим он в общем-то и являлся.

— Да, меня это тоже интересует! — осведомился Хаган, застывший в дверях и пожирающий ненавидящим взглядом тушу крейсера справа о «Бродяги». Вражеский корабль походил на огромную сардельку, «украшенную» оспинами орудийных портов. Этих портов было слишком много, чтобы экипаж «Бродяги» чувствовал себя в безопасности. И самое главное — порты были открыты — корабль готов к стрельбе.

— Куда они нас тащат, интересно? — задумчиво спросила Сихха, поудобнее устраиваясь в кресле. — Хаг, что ты думаешь по этому поводу? Тебе ближе помыслы этих придурков, ведь ты из их племени!

— Ну вот! Теперь я придурок! — фыркнул Хаган. — Куда тащат? А ты видишь, что под нами окраина города? Два варианта развития событий — дотащат до космодрома, потом попытаются взять на абордаж. Когда... если не получится — вытащат в космос и расстреляют там, чтобы не заражать местность радиоактивными осадками. Не забывай — у нас на борту полный арсенал ядерных ракет, и ракет с антиматерией. Жахнет так, что мало не покажется! Нет, я бы ни их месте вытащил нас в космос и там бы спокойно раздолбал. Ну что, Слай, придумал чего-нибудь хитрое? Честно сказать — мне в голову не лезет ничего, кроме героической гибели в неравном бою с этими монстрами. Легкий крейсер мы еще возможно и забьем, а вот эту гадину — точно нет.

— Зай, что передают враги? — осведомился Слай, не отвечая на вопрос друга.

— Сейчас переключу. Можешь говорить, капитан.

— Звездолет «Бродяга» вызывает крейсера! Господа, какого черта вы нас захватили?

— Вы арестованы и ответите за гибель наших гвардейцев! — в рубку ворвался рокочущий голос, очень похожий на голос Хагана.

— С кем я разговариваю? — Слай внутренне напрягся, стараясь, чтобы голос не задрожал, а слышался как голос Великого Капитана, и никак иначе. — С вами говорит капитан Донгар!

— Да мне насрать, какой ты там капитан! — «ласково» ответил тот же голос. — Ты, поганец, перебил штурмовую группу, и за то ответишь! А на борту у тебя гавнюк из семьи короля-предателя, и его башка украсит музей предателей — залитая прозрачной пластмассой! Так что готовьтесь, выродки! Гавнюки инопланетные! Сборище голых уродов и предателей!

— А чего предал ваш король? Вернее — кого? — голос Слая не дрогнул, но на приятеля он не посмотрел. Хотя и очень хотелось! Слетали в гости к мамочке! Так бы и врезал четырехрукому придурку!

— Король предал идеалы Синтонии! — вмешался другой голос, выше октавой, судя по всему, женский. — Все его поганое семя должно быть истреблено! На престоле теперь великий король — Рогальд Пятый, защитник свобод и блюститель завоеваний предков!

— Ну чего ты распинаешься перед этими говнами? — перебил первый голос, и без паузы, тут же рявкнул: — Больше никаких вопросов! Хотите пожить подольше — после посадки откроете люки и впустите группу захвата! Возможно, в этом случае поживете чуть подольше и умрете не так мучительно, как должны!

— Это очень, очень радует! — упавшим голосом заверил Слай, и тут же храбро добавил, вызвав огонек одобрения в глазах «наследного принца»: — Иди, трахни весь свой экипаж, а напоследок самого себя, жалкий ублюдок! Конец связи, гавнюк!

В рубке стало тихо, если не считать возбужденного дыхания Хагана. Потом Сихха тихо спросила, задумчиво постучав пальцами о подлокотник кресла:

— Неужели все?! Не верится... Что-то все-таки мы должны придумать, нет? Пробиться сквозь броню им будет трудно — броня у нас что надо, не нынешние картонки. Но вообще-то это дело техники, прорежут, не сомневаюсь. Слай, что делаем?

— Что, что?! Сидим! — не сдержавшись рявкнул капитан, и тут же устыдился своей резкости: — Извини, Си... нервы ни к черту с этими скотами. Думаю я... такими темпами лететь еще минут двадцать, за это время нужно на что-то решиться...

— Простите, друзья! — голос Хагана был надтреснутым, как разбитый гранатой колокол. — Я правда не знал, что все так закончится! Хотел сделать вам сюрприз... простите!

— Ага... сюрприз получился — фыркнула Сихха. — До конца дней буду помнить! Кто из нас такой несчастливый, братцы? На ком лежит проклятие? Да что мы вылезаем из одной неприятности, и тут же вляпываемся в другую, за что Создатель нас так не любит?!

— Не нойте! — прикрикнул Слай. — Еще ничего не закончилось! Я не позволю им нас так просто грохнуть, не сомневайтесь! Кто сомневается в своем капитане?! Ну-ка, подойдите ближе, чтобы я мог врезать по роже!

— Никто не сомневается! — оскалился Хаган. — Я знаю, что ты все равно выкрутишься! Ведь ты любимец богов! Они посылают тебе испытание, чтобы ты побеждал, и чтобы потом пировал в чертогах героев!

— Опять про свои чертоги! — поморщился Слай. — Только настроишься на победу, он опять о загробном мире! Ну что за люди такие, а? Зай, готовься к гиперпрыжку!

— Капитан это опасно, я должен тебя предупредить. — тут же откликнулся искин. — Вблизи от планеты, в гравитационном поле захвата — я не знаю, куда нас забросит. Впрочем — вероятность гибели при переходе меньше, чем вероятность гибели от рук агрессоров.

— На сколько процентов? — тут же переспросила Сихха, и получила исчерпывающий ответ:

— Возможность погибнуть при захвате нашего корабля составляет, для капитана: пятьдесят процентов. Для Сиххи — тридцать процентов. Для Хагана девяносто девять, и девять десятых процента. При гиперпрыжке шансы погибнуть равные для всех, и составляют примерно двадцать процентов.

— И чего это у Си такой маленький процент? — подозрительно осведомился Хаган. — Чего это у нее меньше, чем у Слая?

— Капитан отвечает за все, что делает его корабль, значит ответственность его выше. Ты же тот, кого агрессоры хотели уничтожить, значит спасти тебя может только чудо, и на него я отпустил сотую часть процента. Сихха может быть помилована из-за ее пола — в различных частях света правосудие мягче относится к преступникам-женщинам. Потому вероятность того что она погибнет после захвата меньше, чем у вас всех.

— Только не здесь, на Синтонии! — покосившись на девушку просветил Хаган. — Для наших людей все равно, кто какого пола, главное, что она сделала! Глянув на Сихху они точно решат, что это существо достойно казни! Кошек у нас здесь недолюбливают.

— Информация принята. Тогда ее шансы и шансы капитана уравниваются — невозмутимо подытожил искин. По пятьдесят процентов каждому.

— Ты им подыгрываешь! — фыркнул Хаган, и замолчав, уселся в свое кресло.

Снова стало тихо.

За бортом корабля бесновалась метель, снежинки били в корпус звездолета с такой силой, что казалось, сейчас пробьют броневые плиты и убьют экипаж, пригорюнившийся в ожидании неприятностей. На душе гадко, за бортом гадко, все — гадко! Очень хотелось отправиться куда-нибудь подальше отсюда, в теплые края, туда, где нет снега, мороза, и четырехруких придурков, время от времени развлекающихся казнями своих королей. На курорт!

— В общем, так! — решился Слай. — Зай, будь готов к старту, раскрути генераторы на полную, когда скажу «старт» — не раздумывай, стартуй. И будь что будет. Целью поставь Цинтию — что-то мне захотелось тепла и уюта. Чтоб я еще хоть раз прилетел на эту поганую холодную планету?! Хаг — даже не проси!

— Ну... в ближайшие пять-десять лет это нам точно не грозит. — ухмыльнулся синтонианец. — Или до следующей смене короля. Может вообще мой клан возьмет верх! И тогда я вернусь, чтобы занять трон! Если, конечно, перебили всех моих конкурентов из числа родни...

— Мда... — неопределенно хмыкнул Слай, и добавил, пристально разглядывая унылый пейзаж за бортом: — Все-таки, я дождусь, когда появится кто-то поумнее, чем придурок с крейсера, может что-то дельное скажут? Попробую объяснить, что они на нас первые напали, мы защищались, и что...

— Да ты спятил, что ли? — перебил Хаган, презрительно фыркнув так, что слюни долетели до Сиххи, брезгливо-демонстративно утершей щеку ладонью. — Да кому интересны твои объяснения?! Факт убийства — есть! Совершил его твой корабль! На борту изменник — то есть я! Что еще нужно, чтобы признать тебя виновным? Тем более — корабль, какой-никакой, а денег стоит! А тут жалкий инопланетник, вообще никто, голый придурок, иноверник, поклоняющийся ложному богу! Тихо, тихо! Это они так считают! Я так не считаю, не строй рожи! Полетели сразу, нечего время терять!

— А если нам наброситься на Хага, связать его, потом выдать властям, перевязав подарочной лентой? Как думаешь, может наши прегрешения и забудутся? И нас отпустят восвояси? — безмятежно-мечтательно заметила Сихха. — Мы так проявим свою лояльность, выдав преступника, заставившего нас совершить злодеяние под дулом его многочисленным лучевиков, а он отправится в свой великолепный рай, где будет целыми днями бить морды соседям, жрать вино и покрывать самок, волосатых и вонючих, как он сам!

По мере того, как Сихха говорила, глаза Хагана расширялись, пока не выпучились так, будто изнутри череп распирало избыточное давление. Затем он громко щелкнул зубами, раскрыв и закрыв пасть, украшенную великолепными белыми клыками, ощерился в гнусной ухмылке и заметил, подмигнув Слаю правым глазом:

— Это было бы логично, и возможно процент выживаемости повысился бы на пять пунктов, но... потом моя мамочка обязательно бы нашла вас даже на краю света и сделала бы все, чтоб свести в могилу. Или я не знаю свою мамашу!

— Врешь небось? — хмыкнула Сихха. — А что же она тогда этим идиотам не отомстит, если тебя грохнут?

— Отомстит, но не сразу. И кроме того, у нее еще сын, надо о нем заботиться. Тут все сложнее, чем кажется. И вообще — хватит меня пугать! Все равно так не сделаете! Я так просто вам не дамся! Хе-хе-хе...

— Ну хватит ерунды. — фыркнул Слай. — Си, ну чего попугиваешь парня? И без того тошно. Я всерьез предлагаю поговорить с представителями власти, ну не дураки же они, можно же найти какой-то компромисс? Например — пускай Хаган подпишет какой-нибудь документ, мол, отказывается от престола в пользу некого придурка, желающего сесть на трон! Что, у вас такое не практикуется, что ли?

— Практикуется. — пожал плечами Хаган. — Только для верности меня еще нужно и кастрировать! Только кастрированный мужчина не может занять трон! А все эти ваши документы — тьфу одно! Растереть и забыть! А я на кастрацию не согласен, даже ради спасения своей и ваших жизней!

— И чего такого? — невинно заметила Сихха. — Ты бы стал спокойным, безмятежным, голос опять же был бы мелодичнее! И чего ты отказываешься от своего счастья?

— Тьфу на тебя, дура! — фыркнул Хаган, и закашлялся, поперхнувшись слюнями — Несет, сама не знает что! Давай вот тебе зашьем...

— Хватит! — прикрикнул Слай. — Сейчас договоритесь до драки! Си, да не трогай ты его! Ну как дети, в самом деле!

— Да чего я такого вредного сказала?! — прищурилась девушка. — Просто предложила, а он чего? Ну не хочет — не надо! Слушай, Слай, а если врезать со всех орудия и пустить ракеты — вон по тому гаду, что поменьше? А потом и по этому? Защита у нас крепкая, броня, как у тяжелого крейсера — может, хоть от одного-то освободимся?

— Думал над этим. Нет. Не факт, что мы сразу сумеем раздолбать этого, так еще есть второй. Пока долбаем, выпустит нам кишки. Нет, у меня все-таки есть надежда, что можно договориться. Почему? Ну... зачем они нас ведут на космодром, а не убили на месте? Давно бы уничтожили, и конец всему! Значит, чего-то хотят от нас? И чего?

— Надругаться над нами хотят, вот чего! — рыкнул Хаган, тяжко вздохнув и посерьезнев. — Может правда мне сдаться, а? Свяжете, изобразите, что меня предали... а я мамке запись оставлю, что сам сдался, вас спасал. Она поймет... Пошлете ей по гиперсвязи, и все.

— Дурак ты все-таки, Хаг. — ухмыльнулась Сихха. — У меня прямо-таки скупая слеза пролилась! Знаешь ведь, что мы на это никогда не пойдем, и разыгрываешь здесь представление! Хитрая морда! Давайте и правда послушаем, что скажут эти гавнюки — стартануть мы всегда успеем. Полчаса нам погоды не сделают...

— Нет у нас полчаса... прилетели. — кивнул Слай. — Садимся. Зай, ну что там у нас вокруг? Что готовят?

— Шесть крейсеров, готовых к стрельбе. — бесстрастно перечислил Зай. — Десять орудий защиты космодрома. Если бы мы даже и взлетели, через секунду превратились бы в пар. Нас вызывают. Включить?

— Все тихо! Давай, включай!

— ... вызываю капитана Донгара.

— Капитан Донгар слушает! Кто меня домогается?

— Может быть включишь изображение, капитан?

— Я и так тебя хорошо слышу. Может представишься?

— Командующий объединенными силами королевской армии генерал Григоль. Итак, капитан, во избежание лишних неприятностей предлагаю тебе выдать Хагана Ролафда Могира Зигурда, дабы он предстал перед судом короля и понес справедливое наказание. Как и вы все, посягнувшие на жизнь подданных его королевского величества. Если выдадите Зигурда, к вам будет применено наказание по низшему пределу, или даже ниже низшего. Вы меня поняли? Ты понял меня капитан Донгар?

— А могу я узнать, какое наказание мне следует ожидать? Мне, и моему механику?

— Ну... ты отработаешь в рабстве десять, или пятнадцать лет. Твой корабль, конечно, будет конфискован, чтобы возместить понесенные казной убытки. Твой механик — то же самое, рабство на пятнадцать лет. Если откроешь люки и сдашь Зигурда. А если не сдашь — мы вскроем твою лохань, как консервную банку, войдем, уложим вас парализаторами, а потом будем казнить — долго, трудно, каждый день поддерживая ваши силы, чтобы умерли не сразу, прожили не менее двух недель.

— Заманчивая перспектива! — неискренне восхитился Слай — а что ждет Зигурда?

— Его допросят... на предмет участия в заговоре против лучших сынов королевства. Затем примут решение по совокупности его преступлений. Вот и все!

— Генерал, а вы не могли бы прийти к нам, чтобы лично принять нашу сдачу? — вкрадчиво осведомился Слай, показывая кулак порывающемуся что-то сказать Хагану — возьмите несколько человек — например пять, или шесть, и примите нашу капитуляцию! А то мы боимся выйти — вдруг, вы нас убьете!

— Хотите заманить в ловушку? — хмыкнул невидимый якобы генерал. — Нет уж! Выходите, и без всяких условий. Не выйдете — через десять минут начинаем штурм. Десять минут! И не говорите, что не слышали!

— Пошел нахрен, придурок, который спит со своей матерью! — четко выговаривая слова ответил Слай. — Чтоб ты сдох, ублюдок, плод кровосмешения! Чтоб ты сгнил, чтоб тебя черви съели! Отключи гада! Не хочу больше слышать его вонь!

— Хорошо сказано капитан! — с чувством сказал Хаган, встав с места и отсалютовав ударом кулака по груди. — Теперь они нас быстро убьют! Или наоборот, придумают такую пытку, чтобы мы мучились месяц, не меньше! А за это время мамка что-нибудь придумает! Полечит потом! В крайнем случае, станем киборгами! Ты чего кашляешь? Подавился?

— Вроде того. — кивнул Слай, которого накрыла волна восторга от предвкушения пыток и мечтаний об участи киборга, ковыляющего на искусственных ногах. — Ну что, друзья, пора рискнуть? Слетаем на теплую планетку? Зай, давай! Поехали! Хаган, пристегнись! Сихха, держись! Йо-хоооо! В путь!

* * *

— Первый отряд на месте! — гулкий голос командира штурмовой группы громыхнул в рубке, и капитан крейсера «Гордость Синтонии» подал импульс на уменьшение громкости. — Приступаем к вскрытию люка!

— Давай! — азартно рявкнул синтонианец в белом щегольском мундире, выгодно оттеняющем его черную, с проседью шерсть. — Я ему покажу, поганцу, как оскорблять генерала! Выпотроши их поганую лохань, Югрос!

— Слушаюсь, генерал! Броня у них непростая, придется попотеть, но... Господин генерал! Что-то происходит! Назад! Все назад! Аааааа...

Голос командира группы захлебнулся в крике, и генерал с ужасом и недоверием увидел, как блестящий диск инопланетного звездолета замерцал, задрожал, засветился ярким, бело-голубым светом и вдруг исчез, растворился в сверкающем вихре, возникшем на том месте, где тот стоял!

Ударили гигантские молнии, щупальцами опутавшие пространство космодрома и вонзившиеся в застывшие вокруг корабли, вызвав светящиеся огни шаровых молний, медленно перемещающиеся между стальными исполинами.

Потом ударил порыв ветра, да такой что некоторое время ничего нельзя было рассмотреть из-за снега, принесенного с заснеженных полей, расстилавшихся вокруг космодрома. Когда же снежная пелена рассеялась, на месте захваченного звездолета была лишь ровная, круглая яма, выбитая в прочнейшем пластбетоне, способном сохранить свою структуру тысячи лет и не поддающимся никаким природным катаклизмам. По крайней мере так это казалось до сих пор.

Офицеры в рубке звездолета переглянулись, капитан крейсера с почтением и некоторым страхом сказал, переводя дух:

— Они совершили гиперпрыжок прямо с поверхности планеты! Помоги им боги! Смелые парни! Жаль, что они не на нашей стороне! Таких надо уважать, даже если они и враги!

— Убивать их надо, а не уважать! — скривился генерал, и сделав отмашку рукой, добавил: — Надеюсь, они теперь в аду! Только вот что доложить наверх, королю? А штурмовая группа точно погибла. Никто не может выжить, не находясь под защитой брони, в момент, когда корабль стартует на гипертяге! Чертовы инопланетяне! Я всегда говорил, они сумасшедшие!

— Дельные парни. — повторил капитан, не обращая внимания на косой взгляд командира. — Ну что, похоже, что на сегодня наша работа завершена? Тогда я объявляю отбой. Помощник, третья степень, отбой генераторам. Команду отдыхать, кроме вахты. Увольнительные пока отменяются — до особого распоряжения. Исполняйте!

* * *

— Живы! Мы живы! Ушли! — Слай радостно завопил, встряхнул Хагана, находившегося в полуобморочном состоянии и вгляделся в голубой шар, висящий в черном пространстве космоса. — Ну что, друзья, мы удачливы, не так ли?! Сихха, вставай! Зай, запусти аптечку, ей нужно сделать стимулирующий укол, что-то она долго не встает. Честно сказать, я тоже не очень хорошо себя чувствую... перегрузка была слишком велика, что ли? Ага, вот так... сейчас отойдет. Мы где сейчас, Зай? Цинтия?

— Капитан, я не знаю. Планета мне незнакома. Я пока не могу определить наше местонахождение. Мне нужно время.

— Ладно определяйся, а мы пока отдохнем... да, Хаган? Ну что ты такой тусклый, смотри бодрее! Мы выжили, а это значит что все хорошо! И просто замечательно! И по-другому и быть не может, ведь правда же, ребята?! По глазам вижу — правда. Уррраа! Вперед!

— Ты настолько жизнерадостен, что меня даже тошнит! — простонал Хаган и страдальчески сморщась отвернулся от сияющего Слая. — Помолчи немного, а? Дай умереть спокойно!

— Зай, ему тоже укол. — ухмыльнулся Слай, и подойдя к стене-экрану уперся в него руками.

Что за планета была впереди, он не знал, но чувствовал — его ждут приключения. Впрочем — не привыкать... первый раз, что ли? Прорвемся!

Глава 8

— Земля! Это Земля! — благоговейно выдохнул Слай, чтобы тут же встретиться взглядом с ухмыляющимся Хаганом:

— Да знаем мы, знаем о твоей нежной любви к Прародине! Как по мне — век бы ее не видеть. Нет — ну а чего ты вытаращился, будто застал в момент противоестественного совокупления... с Сиххой, например! (Опасливо покосился на щуращуюся девицу) Чего такого я сказал-то? Ну что мне Земля? Ну да, когда-то с нее вылетели те придурки, которые решили спастись от перенаселения, от голода, от войн за кусок хлеба! И что? Мои предки — синтонианцы, те существа, которых земляне создали с целью колонизации планеты, на которую у них самих духу не хватало затащить свою задницу! Я не испытываю ни малейшего почтения к землянам, и не понимаю, чего ты так восторгаешься этими мелкими ублюдками! Хмм... прости, я не имел в виду тебя... а... да тьфу! Ты понял! Сам-то ты кто?! Мутант! Ты представитель расы, образовавшейся в результате мутации людей на планете, обвеваемой жутким потоком радиации от горячего голубого солнца, расы, выросшей на планете с полуторной силой тяжести! Ты сильнее, умнее, выносливее и живучее любого из этих земных ублюдков! Как и я! Как и Сихха! Как многие из тех, кто сейчас живет вдали от Земли и с какой-то стати кормит белокожих земных ублюдков из своей ладони! Очнись, парень, ты чего?! Задумайся над моими словами!

— Тебя надо посадить за антиимперскую пропаганду. — хихикнул Слай. — Вот так и начинают бунты! А если серьезно.ну вот ты любишь свою мать, да? Только не ври — по глазам вижу — любишь. Но она слабее тебя.ну ладно, ладно — предположим — слабее, я ведь не знаю, как там у вас на Синтонии. Так вот — она слабее, хуже стреляет, не такая умная и не такая замечательная, как ты. Но ведь она твоя мать! Она дала тебе жизнь! Как ты можешь ее не любить?

— Да я понял твою аналогию, с первых же твоих глупых слов понял! Это некорректное сравнение! — недовольно хмыкнул Хаган, и ловко плюнул на спину робота-уборщика, деловито подбирающего накапавшую с шерсти синтонианца воду. Лужи были черными, снег, принесенный с Синтонии запачкан копотью, и Слай боялся подумать, ЧТО это была за копоть.

— Вполне корректное! Земля дала нам жизнь, Земля — Прародина, и мы не должны об этом забывать! А эти разговоры об Империи, которая обирает несчастную периферию, суть глупость и непонимание процессов, проистекающих во Вселенной! И вот что, друзья, давайте не будем о политике? У меня от этого настроение портится и голова начинает болеть!

— Без политики никак не возможно. — тяжко вздохнул Хаган. — Тем более, что она постоянно лезет в нашу жизнь! Рад бы о ней забыть, да не могу. Странная у нас компания собралась — проимперский капитан, подчиненные — бунтовщики. И что нас вместе держит — кроме обета, конечно.денег мы вряд ли заработаем, судя по вывертам судьбы, вот голову сложить вместе — это да. Можем регулярно.

— Я бы попросила не обобщать! — фыркнула Сихха. — Меня не надо относить к бунтовщикам. Мне плевать и на Империю, и на бунтовщиков! Что держит? Честно сказать — кроме вас у меня никого нет. На родине меня если и ждут, то лишь для того, чтобы отстрелить башку, слишком уж я прославилась в нашем мире! Денег? А что ты знаешь о деньгах, принц хренов? Что они тебе? Зачем? У нас есть все, о чем может мечтать человек — крыша над головой, еда, одежда! Корабль — наш дом, и покрепче многих домов! Ты, Хаган, не представляешь, что значит голодать, не иметь крыши над головой, скитаться, не зная, где окажешься завтра... Хмм... ну ладно — это-то ты знаешь. В общем — не нужно вести речь о деньгах. Если бог захочет — будут и деньги. Главное — мы живы, здоровы, сыты, а там уже посмотрим.

— И это верно. — кивнул Слай. — Слышал, Хаг? Разумные речи умного человека! А ты ноешь — денег не заработаем! Заработали, и еще заработаем! А раз попали к Земле — посетим, отметимся, так сказать! Может, сходим куда-нибудь, в злачное заведение! Ты же любишь злачные заведения, так?

— Капитан, вынужден тебя разочаровать. — Зай сделал паузу, как хороший политик на предвыборном митинге, затем продолжил: — Обрати внимание, нет никакого движения кораблей. Нет спутников. Нет ни малейшей активности в гиперсвязи и даже в радиосвязи. Нет ни малейших признаков развитой технологической цивилизации. Планета молчит.

— Это как так? — поразился Слай. — Такого не может быть! Жизнь вокруг Земли должна кипеть! Сюда прибывают сотни тысяч кораблей со всей вселенной! Это же главный вселенский космопорт!

— Не может быть. Но так есть. — сухо и обыденно пояснил искин. — Я перебрал несколько возможных причин происшедшего, и остановился на одной, фантастической, но наиболее вероятностно определяющей суть происшедшего.

— Ближе к делу, профессор! — крикнул Хаган, занятый получением стакана с какой-то фиолетовой жидкостью из полости конвертора. — Ты чего тут, лекцию решил читать?

— Хаг, заткнись! — озабоченно шикнула Сихха, подавшись с места и затвердев лицом. — Зай, уж не хочешь ли ты сказать.дай-ка я догадаюсь.нет технологической деятельность, но есть Земля.мы в прошлом?! Неужели мы провалились вы прошлое во время гиперскачка?! Нам только этого не хватало!

— Какое прошлое?! Что значит — прошлое?! — неприятно удивился Хаган, поперхнувшись своим жутким питьем, больше похожим на жидкость для дезинфекции трюма — Я не хочу в прошлое! С какой стати в прошлое? Отставить прошлое! Хочу современность! Не надо меня пугать!

— Хмм... Почему-то я думал, что тебя вообще ничем нельзя испугать — поднял бровь Слай — я что-то подобное и заподозрил, Хаг!

— Что именно? Что меня испугать нельзя? Можно, как видишь! Давайте-ка, вызывайте космодром, и... эй, вы, что, серьезно?

— Ты слышал, чтобы Зай когда-нибудь шутил? — мрачно осведомился Слай, глядя на приближающийся, растущий на глазах шар планеты.

— А это мы подговорили Зая! Специально для Хага! Чтобы испортить ему настроение! — фыркнула Сихха, закладывая руки за голову и потягиваясь в кресле. — Похоже, дорогие мои, нам придется стать основателями человечества! А что — Хагану подберем обезьяну — большую, лохматую. Он же любит лохматых женщин? Так вот — будет ему женщина! Нарожает с ней толпу вонючих детишек, будут скакать по деревьям, противно орать, и через несколько сотен тысяч лет Земля покроется толпами потомков Хагана. Они вытопчут леса, нагадят в воду, и спасаясь от гибели заполонят вселенную! Вот так и образуется новое человечество.

— Очень смешно! — фыркнул Хаган — а тебе найдем плешивую кошку и...

— Хватит, ребята! — Слай прервал эротико-социальные мечтания друзей и перешел к насущным проблемам: — Дело-то в самом деле хреновое, вы что, не понимаете этого? Давайте посерьезнее, нам нужно решить, что делать.

— А что ты сделаешь? — пожала плечами Сихха. — Если кто что-то и сделает, так это Зай. Эй, Зай, что мы должны сделать, чтобы вернуться в свое время? Что ты думаешь по этому поводу?

— Во-первых, у меня нет полной информации — в каком времени мы находимся. Судя по смещению звезд, временной промежуток может составлять две-три тысячи лет. Чтобы узнать, в каком мы времени, необходимы исследования. Во-вторых, мне нужно проанализировать происшедший гиперпрыжок, рассчитать его параметры, и уже тогда я смогу с максимальной вероятностью сказать, какие действия можно предпринять, чтобы вернуться назад. Или вперед.

— Не понимаю — что значит назад, или вперед? — помотал головой Хаган. — Ты чего загадками говоришь?

— Он говорит что возможно, мы не в прошлом, а наоборот — в будущем. — пояснил Слай. — Может мы за миллиарды лет от нашего времени — впереди! А может на миллиарды позади — в прошлом. Кстати, а никто не думал, что это вообще не наша вселенная? Что это параллельный мир? С альтернативной Землей, вселенной?

— Этот вариант тоже не исключен. — заметил Зай. — Никто не знает, каким образом то обстоятельство, что корабль находился рядом с крупным объектом повлияло на параметры прыжка. Ведь на самом деле механизм прокола пространства и переход в гиперпространство до сих пор изучен очень слабо. После того, как инженер Лагутин изобрел генератор гиперпространственного перехода, мы пользуемся результатом изобретения, но не понимаем, как он работает.

— Зай, только не надо читать предисловие из учебника пилота-механика! — поморщился Хаган. — Каждый ребенок знает про гениального инженера Лагутина, про то, как этот болван случайно пролил кружку с пивом на гравигенератор и перенесся в соседнюю комнату, где в этот момент принимала душ сотрудница лаборатории, на которой он, как честный человек, впоследствии и женился. Про то, как своей гениальной головой сумел установить последовательность действий и повторил эксперимент, отправив через гиперпространство кошку, как ни странно, благополучно прибывшую на место. И как потом у него ничего не получалось, пока он не встретил другого гения, человека со странным, неземным именем Перельман, и тот сумел вывести формулу гиперперехода, после чего спятил и перестал стричь ногти — бла-бла-бла... В общем — хрень полнейшая! Не понимаю, почему эту ерунду вдалбливают в головы пилотов вместе с умением управлять кораблем! Какая хрен разница, кто изобрел этот чертов механизм, забросивший нас в чертово прошлое, или чертово будущее, черт его возьми! Ты бы лучше сказал: «Сейчас я подумаю пять минут, и потом сделаю так, что вы окажетесь на Земле в нашем времени, живые, здоровые и веселые!»

— Хаг, ты невыносим! — перебила приятеля Сихха. — Тебе же сказано — ему нужно подумать, он вычисляет! Чего пристал к Заю?! Нужно было на кого-нибудь выплеснуть свое плохое настроение? Так я тебе напомню, что в этой заднице мы оказались по твоей милости! Если бы ты не потащил нас на свою чертову планету, то.

— Стоп! Все — стоп! Кроме Зая, разумеется. Никто ни в чем не виноват! Так случилось — значит, должно было случиться. Сейчас мы посмотрим Землю, определим время, в котором оказались, и тогда.тогда подумаем, что делать. Чего вы так разошлись? В любом случае — у нас есть могучий корабль, запаса энергии которого хватит на несколько лет, а если экономить — на несколько десятков лет! Есть оружие. Есть питание, одежда — все, что нужно человеку! Мы не пропадем! И придумаем, как вернуться!

— Что мне всегда нравилось в Слае — он оптимист! — проворчал Хаган. — Некогда Слай меня спас, когда я хотел покончить с собой, не выдержав груза вины, потеряв своего клиента. Слай всегда знает, как нужно поступить. И хорошо, когда есть кто-то, кто точно знает, как нужно поступать!

— Ты знаешь какой-то другой способ вернуться? — посуровел Слай. — Ты можешь предложить что-то более дельное? Нет? Тогда заткнись и делай то, что я тебе говорю! И не ерничай по этому поводу!

— Да я и не ерничаю... я искренне. — хмыкнул Хаган. — Честно, всегда легче, когда кто-то за тебя думает. Всегда можно потом свалить вину на командира, мол — это ты мне приказал.так что командуй, капитан! Никогда не хотел быть командиром... или, к примеру, королем (Сихха подозрительно фыркнула). Да, да, не надо хихикать! Не хотел быть королем! Это ответственность, это отсутствие свободы, как ни странно, заговоры, и.преждевременная смерть. Нет уж! Лучше я побуду простым охранником. Или торгашом! Впрочем — торгаш из меня тоже не очень хороший. Вот подраться, башку кому-нибудь оторвать — это да, всегда готов, но торговать. Ладно.извините, друзья, что-то и вправду я разнылся. Видимо, остаточные явления после перехода, стресс. Лезут в голову мысли — как там мама, что с ней.что с братом. Вообще-то не факт, что они выживут. Особенно после нашего триумфального побега. Вдруг негодяям захочется отыграться на моей родне из-за меня. Но не будем о плохом, все равно ничего не изменить.

— Это точно. — задумчиво кивнул Слай, вглядываясь в громадный голубой шар, повисший над головой. — Ну что же? Зай, найди место, которое было заселено гуще всего! Увидим людей — определим, в каком мы веке. Если определим.

— Точка приземления центр материка. — откликнулся искин. — Начинаю снижение.

— Ты вот что, Зай. Выбери место поглуше. Мы, если что, на шлюпке долетим. Ни к чему нам вызывать панику. Ребята, если это и в самом деле Земля прошлого, то будьте осторожнее.

— Да чего нам осторожничать? — оскалился Хаган. — Они против нас ничего не стоят! Да я им голыми руками башки поотрываю! Не бойся!

— Вот этого-то я и боюсь! — нахмурился Слай. — Если это прошлое, то убив кого-нибудь в этом времени ты рискуешь катастрофически изменить ход истории. Да так, что можем исчезнуть и все мы.

— Да ладно! Быть этого не может! Да и не все ли равно? Ну, изменится, нам что из этого? Да черт с ним!

— Хаган, не тупи! — Слай помотал головой, и прикрыл глаза — представь себе, что ты убил своего предка. Ну... пра-пра... в общем — далекого, далекого предка. Одного из тех, кто дал тебе свои гены.

— Волка! — усмехнулась Сихха — Зверюгу такую!

— Может, и волка. — серьезно кивнул Слай. — И гены этого волка не попали в твой народ. И стал он, народ этот, совсем другим. Например — стал похож на кошек. Или на крыс. Я слышал — и такие есть, крысолюди. И скорее всего ты, Хаг, совсем бы не родился. А если бы не родился, мы бы с тобой не встретились. А тогда как бы попали сюда? А если бы мы не попали сюда, то не смогли бы изменить будущее. Парадокс. Это называется парадокс. И никто до сих пор не знает, как быть, если он случится.

— Почему? — тупо спросил Хаган, поигрывая выскакивающим из кобуры лучевиком.

— Потому, что до сих пор никаких парадоксов никогда не случалось. Потому, что никогда и никто не попадал в прошлое. Потому, что никто и никогда не мог этого проверить.

— Ну вот мы и проверим! — хохотнул Хаган. — А что, забавно! Что будет, если мы попробуем изменить будущее? Например — вернемся в наше время, явимся к королю, раскроем заговор — нас еще и наградят! И наш клан снова у власти, и никаких проблем!

— Хаг, ты видимо не понял. — терпеливо продолжил Слай. — Подумай сам: если не было никакого заговора, король жив, то каким образом мы тут оказались? На нас бы не напали, мы бы не спасались, не стартовали мы с поверхности планеты, и нас бы не выкинуло сюда. Если ты все изменишь, значит — прервется цепочка событий. А это невозможно!

— Мда... точно. — Хаган медленно кивнул, и удивленно помотал головой: — Чертовщина все-таки! Все-таки, а если мы вот такие дерзкие, и все-таки захотим изменить судьбу?

— Хаг, не вздумай! — фыркнула Сихха. — Я так и знала, что ты выкинешь что-то подобное! Слай, его нельзя выпускать из корабля! Надо приказать Заю, чтобы он связал Хага ремонтными роботами, иначе этот лохматый болван точно подстроит какую-нибудь пакость!

— Да ничего я не собираюсь устраивать! Просто так спросил, что, нельзя, что ли?! Чего вы на меня набросились? Чисто теоретически! Ну что все-таки будет, если изменить? Ну, к примеру, в воздухе растворимся, или еще что-то?

— Хаг, ну не тупи, а? — поморщился Слай. — Я же сказал, никто не знает, что будет! Может вообще вселенная взорвется! Ведь нарушится причинно-временная связь, а значит, исчезнет то, что сдерживает материю от разрушения! Ну... я так думаю. Я же не специалист в физике и философии. Но я много читал по этому поводу, думал... сериалы смотрел. Про то, как герой попадает в прошлое и все изменяет. И ведь никто никогда не задумывался, когда писал эти сценарии или книжки — а что будет, если изменить прошлое? Нет, вру — задумывались, ведь я откуда-то все это знаю! Но и они ошибались — все ошибались!

— В чем? В чем ошибались? — спросила Сихха, но Слай не успел ответить, его прервал искин:

— Посадка совершена. Мы находимся на земле.

— Что можешь сказать об этом месте? У тебя в памяти есть что-то о прошлом?

— Почти ничего. О доисторическом времени лишь отрывочные сведения. То есть — о том времени, когда ничего не было известно о радиосвязи, не говоря уж о гиперсвязи. Если только это именно то время.

— Если, да если! Нужно лететь — искать людей! — рыкнул Хаган и встал с кресла. — Не будем терять время, летим, ловим аборигена и выпытываем у него все, что он знает! Врезать пару раз — все расскажет, подлец! Когда я учился в школе телохранителей, нас учили допрашивать пленных — оооо! Если бы вы знали, сколько есть способов, чтобы выпытать все, что нужно! Ну, и чего вытаращились на меня? Чего я такого сказал?

— Опять врешь? Насчет школы телохранителей? — хмыкнула Сихха. — Ты, наследный принц, учился в школе телохранителей? Ну и кому ты в уши дуешь?

— Учился! И что такого?! Мне сеть телохранителя вшили, сеть бойца. Потом нужно было закрепить знания, навыки — я и учился! Потом я улетел из дома — и это вы знаете. И где я соврал? Умолчал, что я сорок какой-то там по счету у трона? Да зачем бы я вам это рассказал? Чтобы вы смотрели на меня как на идиота? Я простой парень Хаган, вот и все! И как уже говорил — никогда не хотел быть королем! И начальником! И хватит меня доставать этой глупостью!

— Ладно, ладно..чего ты так перегрелся? — махнул рукой Слай. — Успокойся. Никто тебя не осуждает. По большому счету нам плевать, какого ты происхождения. Главное — какой ты. А я знаю, что ты хороший парень и в беде нас не бросишь. Это все, что мне нужно знать. Что касается поисков пленного — сейчас по местному времени вечер, ловить аборигена будем завтра утром. И никакого членовредительства! Помни, что я сказал о предках! И о парадоксе! Сейчас мы пойдем спать, отдохнем, и с утра — на поиски приключений. Честно сказать, после сегодняшних развлечений у меня одна мечта — доползти до кровати и поспать, часов восемь, не меньше. Чего и вам советую. Все, разбегаемся, все дела утром.

* * *

— Что это?! Что они творят?! Ты посмотри!

— Это война. Ни черта себе они набили! Зай, ты видишь? Можешь посчитать сколько их?

— Тех, что я вижу — двадцать тысяч семьсот тридцать три.

— Они их добивают, глянь! Ходят и добивают!

— Точно. Эй, по нам стреляют! Вот черти!

Бам! Бабам! Бам! Бам!

Тяжелые стрелы били в корпус шлюпки так, будто могли пробить стальную броню, и Слай на всякий случай переместил шлюпку выше — ну их к черту, кто знает, что у них за луки? Пробьет обшивку, попадет в двигатель, и.понятно что будет. Ничего хорошего! Лучше не рисковать.

Подняв шлюпку до облаков, Слай полетел прочь от холма, туда, откуда ранее наступало войско, лежащее теперь на пологом склоне. Холм весь был усыпан трупами и ранеными — жертвы были с обеих сторон, но судя по одежде, флагам, снаряжению — выиграли те, кто сейчас бродил по склонам холма и сейчас добивал нападавших.

Кстати сказать, нападавшие были одеты гораздо солиднее — стальная броня! Закованы в латы с ног до головы, но.это им не помогло. Они валялись в грязи, под мелким противным дождичком и над ними кружились птицы, надеясь на сытный обед. То, что этот обед не заставит себя ждать, было совершенно очевидно — безжалостные победители вытряхивали проигравшись из лат, будто вылущивали орехи из скорлупы. Стервятникам оставалось лишь сесть на мертвое лицо и как следует полакомится вытаращенными глазами несчастных.

Война всегда выглядит непривлекательно, не так, как в красивых фильмах, но то, что Слай увидел здесь, превышало все степени отвратительности — грязь, втоптанные в нее люди, лужи темнеющей крови, лошади, бьющиеся в попытках удержать уходящую жизнь, и ничего возвышенного не было ни в стрелках с огромными луками, ни в валяющихся трупах, ни в стаях черных птиц, клубящихся над полем битвы.

— Не хотела бы я там оказаться! — поежилась Сихха, глядя вниз, на поле битвы. — Интересно, кто с кем воюет? Кто прав, кто виноват?

— Да какая нам разница? — пожал плечами Слай, сосредоточенно выбирая цель. — Это не наша война, и нам там делать нечего. Вон, видите того человечка? В металле? На коне? Вот его и возьмем.

— Как? Как возьмем? Давай я с ним потолкую, Слай? — Хаган с готовностью встал с места, поправив ритуальный меч, висящий на поясе — мне кажется, эти люди похожи на нас! Смотри — у них мечи, скорее всего, есть понятия о чести! Может это как раз мои предки? Они благородные люди, уверен! Я читал о предках — они были людьми чести!

— Как ты себе это представляешь? Вот так ты выйдешь, четверорукий, морда волка — как думаешь, кем он тебя воспримет? Демон, черт возьми!

— А я? Меня он не испугается! — фыркнула Сихха, — а что, надену костюмчик для прогулок, безоружная, и поговорю с ним!

— А как ты с ним поговоришь? — усмехнулся Слай. — Вообще-то, почему вы думаете, что сможете с ним поговорить?

— Эээ. Как так? — удивился Хаган. — Ну, бла-бла-бла. И поговорили, а что?

— А на каком языке? Это в наше время все разговаривают на всеобщем языке, только вы забыли, что у каждой расы.почти у каждой — есть свой язык. И тут свой язык. Вот только всеобщего языка они не имеют. И не будут иметь еще много, много сотен лет.

— А чего раньше не сказал? — прищурился Хаган. — Сейчас только додумался?

— Ага. — ухмыльнулся Слай. — Думаю, какого черта мы собираемся с ним говорить, если языка не знаем? Нужно было на «Бродяге» лететь, а не на шлюпке. И брать пленника роботами. А потом пускай Зай изучает язык. И только после этого мы его допросим. Я вообще не был уверен, что нам нужно кого-либо допрашивать — ведь можно определить век по оружию, одежде, снаряжению, однако оказалось, что у Зая нет ни малейших сведений по земному прошлому. Как и у нас. Разброс в сотни лет нас не устроит. Значит, нужно набирать информацию. Вот и будем набирать. Зай, он едет в твоем направлении, лови.

* * *

Человек в стальных доспехах был вонюч. Так вонюч, что у Слая от этого запаха едва не закружилась голова и заслезились глаза. Тяжелый, застарелый запах мочи, пота, экскрементов. Ко всему прочему — запах лошади, которая теперь неслась через лес, напуганная явлением металлического жука, сбившего ее повелителя с седла.

Этот самый повелитель теперь лежал, зажатый в могучих объятиях робота-ремонтника, скромно стоящего посредине капитанской рубки. На броне робота красовалась царапина — надо отдать должное вояке: при появлении «жука», этот вонючий «киборг», разогнался и врезал в «демона» довольно-таки острым копьем. Копье — вдребезги, «демон» даже не притормозил, выхватывая всадника из седла обезумевшего животного.

И вот теперь человек-вонючка басовито рычал, орал и нецензурно выражался (ясно было по выражению лица и яростным плевкам), перемежая ругань с распеванием каких-то заунывных песен, вызывающих у Слая тоску и раздражение. Скорее всего, это были молитвы — Слай слышал что-то подобное, когда ради интереса (И после настоятельных требований мамочки) зашел некогда в храм Создателя в центре столицы. Там ему понравилось (красиво, пахнет хорошо), но как человек не очень религиозный по причине своей молодости и подверженности различным приятным порокам, Слай не припал к религии — видимо еще не набрал достаточного количества грехов и болезней. Теперь этот вонючий землянин напомнил о несовершенстве молодого капитана, и о возможных наказаниях, которым Создатель подвергает грешников, отправляя их скитаться по различным планетам и временам.

Решив по прибытию в свой мир обязательно пожертвовать толику заработанного на храм Создателя, дабы как-то умаслить рассерженное грешной жизнью Слая божество, капитан приступил к допросу, посчитав, что искин достаточно пропитался логикой слов пленника и может теперь перевести речь «героической вонючки» на всеобщий язык.

— Зай, переведи ему: лежи спокойно, никто не причинит тебе вреда.

Искин громко и раздельно сказал какие-то слова, и пленник затих, глядя на на Слая вытаращенными глазами, белки которых покраснели, то ли от натуги — он все время пытался вырваться — то ли от усталости, попробуй-ка, походи в таком дурацком наряде. Притом, скорее всего, очень тяжелом.

Потаращившись на обитателей рубки, пленник громко и яростно выкрикнул какую-то фразу и снова громко запел нараспев, брызгая слюнями из толстогубого рта, чем вызвал неудовольствие Сиххи, ненавидящей слякоть и всяческую грязь. Она, как все кошки, была очень чистоплотна.

— Вы, демоны, не возьмете мою душу! Она принадлежит господу нашему, и я плевал на вас! — перевел искин. — Дальше он поет что-то про воинство божье, про нахождение в раю и все такое прочее. Как я понял, это религиозные песнопения, так называемые псалмы.

— Может он дурак? — озадаченно спросила Сихха. — Ему мозги не отшибли? Он нас что, на самом деле демонами считает?

— А кем ему нас считать? — фыркнул Слай. — Ты на нас посмотри со стороны, я же тебе уже говорил — хвостатая женщина, четырехрукий зверь... Я один у вас нормальный!

— И ты, демон с огненными синими глазами, не возьмешь мою душу! — вдруг перевел Зай — Ты, исчадье ада! Пропади пропадом!

— Хе-хе-хе... Да ты самый демон из нас! Демонее не бывает! — расхохотался Хаган, и подойдя к пленнику ласково потрепал его по щеке, удостоившись смачного плавка прямо в доброе, оскаленное лицо:

— Ах, ты тварь! Да я тебя сейчас! — Хаган выхватил ритуальный меч, и если бы не Слай, мгновенно ухвативший его за руку, голова пленника тут же покатилась бы по полу.

Слай отбросил Хагана назад, получив за свой героический подвиг во спасение землянина три плевка в спину, что не вызвало в душе радостного отклика.

Так что, через три минуты допроса чистой осталась лишь Сихха, благоразумно оставшаяся в кресле и хихикающая, будто смотрела веселый видеосериал. Ее вся эта суета очень даже забавляла.

Дальше все стало еще хуже — из пленника вдруг потекла струя отвратительной вонючей жидкости, состав которой не вызывал сомнения. Теперь, рубка — заплеванная, загаженная, точно походила на самый мерзкий сортир самой мерзкой из планет. Честно сказать, Слай по другому представлял себе Землю и ее обитателей, пусть даже это и был дикий предок, на знакомый с правилами гигиены. Слая глодало жесточайшее разочарование.

— Зай, какой это язык? На каком языке он разговаривает?

— Французский, он так сказал, — сообщил искин. — говорит, что является рыцарем, дворянином Жан Де Моне.

— Спроси его, почему этот Жан так воняет? Нет, не так — зачем он гадит под себя? Он не идиот? — поморщившись, осведомилась Сихха.

Пленник что-то прорычал, и Зай послушно перевел:

— Будьте вы прокляты демоны! Вам не сломить мою волю дурацкими вопросами! Вас бы засунуть в броню, да чтобы поездили так сутками, я бы посмотрел на вас, какие вы умные! Мне что теперь, мочевой пузырь порвать?

— Хмм... логично. — пробормотал Хаган. — Я бы тоже... а чего он не разденется?

— Да как я разденусь, тупой ты, четырехрукий демон, если все мои оруженосцы или погибли, или разбежались? Что мне, латы бросать? Они стоят столько, сколько ты не стоишь, мохнатая твоя морда!

— Вот гад, а? — искренне расстроился Хаган. — Плюется, ругается, гадит под себя! Неужели наши предки все были такими?

— Все, Хаг, затихни! — остановил Слай. — Зай, переводи ему мои слова, и тут же переводи то, что он ответит. Итак, начинаем! Жан, какой сейчас год?

— Тысяча триста сорок седьмой от рождества Христова! Какой же еще! — фыркнул рыцарь. — Ты что, не знаешь, какой год?! Ну ты и дурак, демон! И все вы дураки! Будет пришествие господне, все вы провалитесь в преисподнюю!

— Говори по делу, придурок! — сморщился Слай, у которого внезапно заболела голова, видимо от вони и вида отвратительного предка. — Это что за битва была? Ну.с которой ты бежал!

— Я не бежал, проклятый демон! Я отступил! В этой битве погиб весь цвет французского воинства! Проклятые англичане. Они варварски осыпали нас стрелами! Мы ничего не могли сделать! Они стояли, смеялись над нами и убивали, убивали, убивали... Мерзкие саксы! Я чудом ушел невредимым — это чудо Господне!

— Это наше чудо. — сморщилась Сихха. — Когда тебя захватили, за деревьями виднелся отряд лучников. Тебе пришел бы конец, если бы не мы!

— Это плохо. — сморщился Слай. — Получается, мы его спасли? А как же будущее? Мы его изменили! Парадокс!

— Не факт. — хмыкнул Хаган. — Во-первых, мы можем его пришибить. Вот тогда и не изменили! А во-вторых, можем выкинуть наружу, на расправу этим веселым ребятам. Ей-ей, я с удовольствием посмотрю, как ему отрубят башку!

— Мне не отрубят башку! — выпятил губы рыцарь, выслушав перевод искина. — Я знатный дворянин, за меня потребуют выкуп!

И тут же вздохнул:

— Только они его хрен получат. Имение заложено-перезаложено, так что никто выкупать меня не будет. Все потеряно. А что за волшебная гора, в которой я нахожусь? И что за слуги у вас? Мое копье не смогло пробить его шкуру, этого вашего зверя! Слушайте, а может заключим какой-нибудь договор? Я подпишу обязательство, что вы получите мою душу.после смерти, конечно, а я за это получу богатство, а еще — вы накажете англичан! Растерзаете их! Выпьете души! Кровь! Распорете им животы! Отрубите головы! Вырвите руки! Ноги! Отрежете им.

— Хватит! — рявкнула Сихха. — Меня сейчас стошнит! Давайте выкинем его наружу, а? И прибраться как следует.вонь невыносима!

— Теперь я знаю, чего боятся демоны! — радостно захохотал рыцарь. — Даю обет не мыться, не осквернить себя прикосновением воды, не подтирать зад — десять лет! Ни один демон тогда не посмеет ко мне приблизиться!

— Демоны не знаю, но вши и микробы к тебе приблизятся точно! — скривилась Сихха. — Ну какой ужас! Если кто-то скажет мне, что старина — это романтично, что древние люди благородны — я плюну ему в морду! В черную, заросшую шерстью морду!

— А чего я, чего сразу я?! — заволновался Хаган. — Я-то откуда знал, что древние были такими поганцами?! А еще меч нацепил — гадишь под себя, болван!

— Проклятый демон! Если бы при мне был мой верный меч, я бы тебе показал, кто из нас болван, ты, мерзкое, тупое исчадье ада, которое нужно отправить в преисподнюю, откуда ты вырвался по недосмотру ангелов, охраняющих врата!

— Ах так?! — взъярился синтонианец. — Верный меч тебе?! Где его поганая железка?! Дайте ему ее, я хочу с ним сразиться! Дайте, дайте — я покажу ему, кто настоящий рыцарь!

— Хаг, перестань! — поморщился Слай. — Нам только не хватало дуэлей с этим вонючкой! Между прочим — возможно, твоим дальним предком! Ты хочешь убить своего пра-пра-пра... в общем — деда? Хватит дурить, делом надо заниматься!

— Ну дай, дай я душу отведу! Слай, это нечестно! Я не буду его убивать, ну дай я с ним пофехтую! Я изобью его до полусмерти! Не буду убивать!

— А если он тебя убьет, болван ты эдакий?! Нашел время развлекаться! — неожиданно для себя разъярился Слай. — На кой черт мне твой окровавленный труп?!

— Я убью демона! — вмешался пленник. — Отрублю его гадкую голову во славу Господню!

— Зай, ну на кой черт ты переводишь ему наши разговоры?! — досадливо сморщился Слай, и тут же зажал нос. — Он еще и воздух портит, мерзавец! Ну что за рыцарская дрянь, а?!

— Ты приказал переводить его слова вам, а ваши слова ему. — ответил Зай, и тут же спросил. — Отменяешь приказ?

— Нет! — бросил Слай, устыдившись своего раздражения.

Какая разница, понимает он, или нет? Все равно болван чертов! Кстати, он спину заплевал, мерзавец! — подумалось Слаю.

— Да отступит воинство Сатаны от воина господня! Да убоится длани святой! — вдруг завопил рыцарь, да так громко, что Слай даже вздрогнул. Рыцарь заметил и торжествующе захохотал:

— Ага! Убоялся, демонюга! То-то тебя корежит от святых слов, демон поганый! Боишься настоящего воина, недомерок! Ты не мужик, а баба!

Данные замечания почему-то проняли Слая до самых печенок, и он, ранее такой миролюбивый и разумный, решил дать возможность «четверорукому демону» надругаться над предком. Ну так, слегка... Не до смерти.

— Да черт с ним! Хаг, надери ему задницу, только надеть летный костюм, хорошо? Он в броне, и ты в броне. Это будет справедливо! Нужно сбить спесь с этого поганца, предка хренова!

— И развлечемся. — томно потянулась Сихха. — Хаг ему задницу надерет, или он Хагу, все равно весело.

— Ээээ... лучше Хаг ему. — хмыкнул Слай. — Второй вариант меня как-то не устраивает...

— Демоны будут повержены! Пожалуй, эту суккубу я оставлю... Буду держать ее на цепи, и насиловать, поливая святой водой! — возбудился рыцарь.

— Чего он будет? — живо заинтересовалась Сихха — А водой-то зачем? Мыть будет, что ли? Купать? Причудливо отдыхали наши предки, да. Эй, придурок, тебя не хватит, чтобы удовлетворять меня каждый день! Вонючка проклятый! Вшивый!

— Я не имею ничего против доброй вши и мирской грязи, а вот адептов Сатаны отрицаю! — взвился рыцарь, полязгав своим звонким одеянием и посучив ногами, зажатыми в щупальцах ремонтника — Отрицаю вас, проклятые!

— Он меня уже утомляет, скотина эдакая! — сморщилась Сихха. — Повторяется, повторяется.хоть бы что-то новое придумал! И непоследователен — только что хотел душу продать — и уже отрицает. Видимо, хотел нас как-то обмануть. Кстати, у него и правда насекомые! Может его все-таки зарубить, а? А лучше сжечь! Паразиты не любят доброго очищающего огня! Глянь, я уже заговорила, как этот идиот!

— Вот его меч! — Хаган вынырнул из дверного проема рубки волоча за собой здоровенную железную палку, ростом как раз со Слая — глянь, забавная штучка! Интересно, как он управляется с этой железякой?

— Отвяжи, и я тебе продемонстрирую, как я с ней управляюсь! — взревел пленник, пуская слюни и сопли, стекающие на неопрятную бороденку. — Я сокрушу тебя, поганый язычник!

— Вот же ты идиот! — справедливо заметил Слай — Как он может быть язычником, одновременно являясь демоном? Ты башкой-то думаешь?

— Не запутаешь, проклятый инкуб! Язычники суть демоны, потому что они демонами поражены! В каждом из них сидит бес! Иногда он показывает свою суть, как вот в его случае, иногда нет! Но они все равно адепты Сатаны!

— Слушай, Хаг, откуда он про тебя так много знает? — прищурилась Сихха. — Будто следил за тобой с самого рождения! Кстати, а ведь этот вонючий тип мне точно кое-кого напоминает.

— Только вот без оскорблений, ладно?! — обиженно рыкнул Хаган. — Если я сутки не мылся, это не означает, что меня нужно сравнивать с этим вшивым вонючкой! Всего лишь сутки! И не так уж и воняю!

— А с чего ты решил, что это про тебя? — ухмыльнулась Сихха, удобно устраиваясь в кресле и поджимая под себя длинные ноги. — Это я так... вообще. А что, совесть нечиста?

— Все! Хватит! Эй, как там тебя... Жан! Сейчас тебя отпустят, дадут тебе твой меч и ты попробуешь победить этого.демона. Сможешь — мы дадим тебе еды, воды и отпустим восвояси. Не сможешь — мы... мы...

— Кастрируем его! Я засушу его член и повешу себе на шею! — вмешалась ухмыляющаяся Сихха. — Нет, чего вы на меня вытаращились? Теперь девушке позабавиться нельзя? Я демоница, мне положены странные поступки с сексуальным уклоном!

— Я тебя в рубку не пущу с таким украшением! — серьезно пообещал Слай. — Достаточно будет просто отрубить ему голову, уменьшить до размеров кулака и повесить на стене! Да ладно, ладно, чего ты так поскучнел, Жан? Ты же хотел пострадать за веру!

— Вообще-то я не пострадать хотел, а победить демонов! — резонно заметил рыцарь, поубавивши боевого пыла. — Ваши варварские действия по отношению к одному из лучших представителей французского рыцарства постыдны и не заслуживают уважения! И вообще — по всем канонам вы должны меня вначале вымыть, накормить, напоить, дать отдохнуть, а потом уже призвать на ристалище! А вы хотите надругаться над усталым, голодным рыцарем, что не делает чести даже демонам!

— Так! Хватит болтологии! — взревел Хаган, помахивая своим мечом, поменьше размером, но не менее грозным, чем железка пленника. — Не ищи отговорок, вставай, дерись, как мужчина! Или я просто повешу тебя за ... и буду смотреть, как ты орешь и дергаешься, рассыпая вокруг себя вшей!

— Ффффу! Гадость какая! — фыркнула Сихха — Я теперь спать не смогу, мне будет казаться, что с него нападали насекомые и заползли в постель! Давайте его сожжем, а потом сделаем дезинфекцию рубки? Слай, ну зачем ты притащил этого придурка? Надо было на дороге его расспросить, а потом дать ему пинка под зад!

— Кстати, знаешь, почему он про воду говорил? — прищурился Хаган. — Святая вода обжигает демонов как кислота, с них слазит кожа! Она прожигает до костей! Вот он как с тобой собирался поступить! Я читал про способы борьбы с демонами.

— Почему это собирался? — рявкнул рыцарь — И собираюсь! Но не до смерти! Я хочу, чтобы она жила долго! Я буду показывать ее соседям, иногда сдавать в аренду — за хорошие деньги! И так поправлю свое материальное положение!

— Слушай, Сихха... а это мысль! — задумчиво заметил Хаган. — А что, поправить материальное положение.

— Дурак! — фыркнула девушка, метнув в Хагана огрызком плода, который выкопала откуда-то из кармана комбинезона. — Я тебя самого в аренду сдам! Эй, придурок-Жан, если победишь этого мерзкого демона, будешь держать его на цепи и сдавать соседским женам в аренду! Будешь иметь успех!

— Нет. — рыцарь повернул голову и критически осмотрел оскалившегося синтонианца. — Я буду им пугать крестьян, чтобы работали лучше. Впрочем — можно попробовать скрестить его с парой крестьянских жен — мне в оруженосцах пригодятся полудемоны с четырьмя руками! Я выращу себе слуг-убийц и буду наводить страх на всю округу! Только тебе придется как следует поработать, демон! Покрыть много женщин! Да, я так и сделаю!

— Подумай, Хаг, может тебе стоит проиграть? — Сихха задумчиво покачала носком ноги, свесившейся с кресла и не выдержав, фыркнула, глядя на оторопевших друзей. — Хаг-производитель! А что, забавно!

— Мне кажется, я поторопился с поединком. — нерешительно начал Слай, и глядя на вытянувшиеся лица друзей, сварливо добавил: — Ну и чего вытаращились? А если он убьет этого придурка?!

— Не убью! Я его раню, а потом вылечу смесью меда и мочи! — радостно завопил пленник. — Отрублю пару рук, но это ничего! Главное, чтобы у него остался целым.

— Заткнись! — ухмыльнулся Слай. — Речь вообще не о тебе! Хаг, убивать его нельзя! Обезоружишь, слегка отлупишь, и все, хватит! Смотри у меня, не вздумай!

— Парни что-то мне железка этого придурка не нравится! — озаботилась Сихха. — Больно уж она здоровая, а? У Хага в два раза меньше.да и броня опять же у придурка.может пусть на кулаках подерутся? Ну, набьет Хаг ему морду, и все! Все довольны, все счастливы!

— Отказываюсь! Только простолюдины выясняют отношения на кулаках! Тем более, что ваша хитрая демонская сущность тут и проявляется! — рыцарь подозрительно прищурился. — Боитесь моего заговоренного, освященного в храме меча? Хотите воспользоваться демонскими штучками?! Понятно! Против рыцаря храма у вас сил нет! Даже касание святого меча доставит вам неисчислимые муки! Будет ожог!

— Болван ты! — оскалился синтонианец. — Я же притащил твою поганую железку, держал в руках, и что? Где ожоги? Где мучения?! Мне никогда не было так хорошо, даже тогда, когда я трахнул мамину служанку, поймав ее на кухне!

— Вот откуда берутся полудемоны! — прищурился рыцарь. — Несчастная женщина умерла ведь, так? А что касается отсутствия ожогов — конечно, их не будет видно! Вы, демоны, умеете заживлять раны в считанные секунды! Чтобы вас убить, надо вырезать сердце и отрубить голову! А сердце желательно сжечь на огне, прочитав молитву!

— Ничего она не умерла! — обиделся Хаган. — А была очень даже довольна и мы с ней кувыркались еще год, пока мамка не поймала нас в самый интересный момент и не выперла несчастную с работы! За растление сына! Кстати — очень обидно, потому что не она меня растлила, наоборот, я ее научил многим приемчикам, за что потом девушка была мне очень благодарна, так как благодаря этому умению вышла замуж за портового таможенника, уважаемого человека! Слушайте, может правда его сожжем? Он мне надоел! Или я просто сейчас врежу ему в морду!

— Не убивай его, Хаг. — снова попросил Слай. — Зай, освободи его. Эй, Жан, ты свободен! Только тут не хватайся за свою железку, пойдем в трюм. Ну... в то большое помещение, через которое тебя несли. Здесь не развернуться, ты же видишь. Хаг, быстренько набей ему морду. И займемся своими делами.

— Кто кому еще набьет морду! — многообещающе кивнул рыцарь, и с грохотом свалившись с жука на пол, грязно выругался. Зай добросовестно перевел ругательство до мельчайших подробностей. Оно было длинным, витиеватым, и включало в себя множество анатомических подробностей, присущих залетным демонам, вставшим на дороге у воина света, коим и являлся доблестный рыцарь Жан Де Моне.

Сихха радостно захихикала, услышав определение, данное Хагану. Хаган же многообещающе поиграл ритуальным мечом, прищурившись и кивая наглому предку.

Вонючий рыцарь света вышел в трюм, топая, как боевой робот, следом за ним отправились звездоплаватели, сопровождаемые роботом-ремонтником, переквалифицированным в тюремщика.

— А шлем? Где мой шлем, проклятые? — требовательно рявкнул рыцарь, оглядываясь по сторонам, и Сихха с мстительной радостью сообщила, что использовала этот шлем в качестве ночного горшка. Этим рассказом она привела рыцаря в ярость, сменившуюся надеждой на то, что выделения демонов совсем не так ядовиты, как говорят и не прожгли сталь шлема. Слай остановил рассуждения на демонически-выделительную тему, подав команду к бою:

— Все, хватит нести чушь, извращенцы! Встали, приготовились, и начали! Хаг, помни, что я говорил!

— Ага! Вы приготовились забрать мою душу! — радостно вскричал рыцарь. — Хрен вам, а не моя душа! С именем господа, вперед!

Рыцарь неожиданно ловко взметнул вверх свою здоровенную железяку и обрушил ее на Хагана с такой силой, что если бы тот стоял на месте, точно лишился бы половины тела. Тяжелый клинок врезался в пол со звоном и грохотом, оставив на нем ощутимую зарубку. Тут же снова подняв меч, рыцарь пошел вперед, похожий на старинный винтовой летательный аппарат — Слай видел такой в исторической драме про древних людей. Драма называлась «Наполеон» и рассказывала о неком вожде, который пытался захватить Землю. Вспомнилось, что Наполеон обращался к своим воинам, стоя в проеме вот такого винтового аппарата, название которого Слай забыл. Но запомнил, что лопасти винта этого чуда техники вращались примерно так же, как меч в руках этого парня — попасть под удар лопасти было бы очень неприятно. Точнее — катастрофично.

Видимо то же самое пришло в голову Хагана, резко поумневшего в виду сверкающего меча, гибели демонов, потому что он резво забегал вокруг рыцаря, пытаясь достать его своим коротким ритуальным мечом.

Жан, не будь дураком, не подпускал «демона» на расстояние удара, радостно скалясь и поливая его отборной бранью, вперемешку с религиозными песнопениями, а потом еще больше ускорил движения, хотя казалось, что это уже невозможно.

Хаган вертелся вокруг рыцаря мелким демоном, с трудом успевая отразить удары железяки, Жан же будто и не уставал, покраснев лицом и выкатив глаза, распространяя вокруг сладкий запах пота и нечистот.

— А силен, дикарь! — с непонятной интонацией тихо заметила Сихха. — Не ожидала! Может и вправду наши предки были посильнее, чем мы, потомки? Как бы чего не вышло... Хиловат наш парень оказался.

— Дура! — каким-то образом услышал Хаган, задыхаясь от натуги, в очередной раз уворачиваясь от страшного удара соперника. — Я просто играюсь с ним, жду, когда он выдохнется! Щас я ему врежу! Пять секунд!

Как ни странно, Хаган исполнил свое обещание ровно через пять секунд, когда Слай уже горько пожалел, что согласился на это безумное, и в общем-то совершенно не нужное мероприятие. Честно сказать, он не ожидал такой прыти от вонючки, который нес чушь, лежа в коконе из щупальцев ремонтника. Забыл, что для таких людей как этот, война была единственным и любимым занятием — профессиональный воин, с детства готовившийся к бою.

Впрочем — как и Хаган, который шагнул вперед, парировал меч противника и так врезал по непокрытой голове рыцаря волосатым кулачищем, что несчастный Жан свалился, будто срубленное взрывом ядерной ракеты дерево.

Бой закончился.

— Хаг, ну ты и болван! — облегченно вздохнула Сихха. — Я уже подумала, что увижу лишь твой бестолковый труп! Ты какого черта не прибил его сразу?!

— А поиграть?! А жуть на вас навести? — хохотнул синтонианец, успокаивая дыхание. Его широкая грудь поднималась, проталкивая воздух в легкие, и было видно, что эта «игра» досталась Хагану нелегко.

— Хаг, ну ты придурок! — с облегчением констатировал Слай. — Я тоже напугался! Только не говори, что это было просто!

— Нет, не просто. — согласился боец. — Парнишка и правда шустрый. Но не такой шустрый, как я. Тем более, что у меня было преимущество — сила тяжести полуторная, трудновато ему! Хе-хе-хе. Так что я не сомневался в победе. Труднее было сделать так, чтобы со стороны было видно, что он, якобы, вот-вот меня завалит! Ну и вытянулись у вас рожи, если бы вы их видели! Хе-хе-хе.

— Дурак, ты и есть дурак! — фыркнула сердитая Сихха, и резко повернувшись пошла в рубку. Слай укоризненно покачал головой:

— А она ведь права. И кстати — я тоже дурак. Не нужно было бы этого делать. Зай, пусть робот отнесет Жана в душ, сними с него латы. Вымой его как следует — с души воротит , этот запах. И одень его во что-нибудь.впрочем — я сейчас сам закажу, полощи в воде эту гадость, пока вонять не перестанет.

— Зачем? — удивился Хаган. — На кой черт он нам сдался? Мыть его еще! Выкинуть наружу, и все!

— Да есть одна мысль... подумаю. — пожал плечами Слай, и добавил: — Зай, как продвигаются твои расчеты? Информации достаточно?

— Продвигаются, но медленно. Вариантов слишком много. Когда все будет готово — я сообщу. Срок сказать не могу. Может час, может день, может месяц. Извини, капитан.

— Ну... ждем. Пошли, Хаг... подберем одежду этому вояке.

Слай пошел вперед, потом резко остановился, посмотрел на друга и с ухмылкой покачал головой:

— Ну, ты все таки и придурок! Так бы и врезал тебе! Это надо же меня так напугать!

Глава 9

— Ну вот! Гляньте-ка, он на человека стал похож! — хмыкнула Сихха, задумчиво рассматривая пленника, влекомого роботом-ремонтником. — И причиндалы на месте... все, как положено. Вы обработали его средством от насекомых? Зай, что с дезинфекцией поганца? Я боюсь паразитов! Терпеть их не могу!

— Обработан. Поверхность тела помыта. Произведены процедуры по устранению паразитов из кишечника. Объект относительно чист и не представляет собой опасности для окружающих.

— А чего он вопит? Эй, болван, заткнись, а? От тебя уши болят! Ну что за шумные существа эти земляне!

— А я говорил, я говорил! — встрепенулся Хаган. — И надо было сбросить его с корабля, и все! Слай развел тут благотворительность! Ну, подбери теперь всех уродов, которых мы встретим по дороге!

— Объект сообщает, что он проклинает демонов, и стерпит муки, во имя Господа. За это он будет отправлен в рай. Далее следует перечисление всяческих благ, которые объект получит в результате правильного поведения в кругу демонов.

— Это какие такие муки? — фыркнула Сихха. — Грязь смыли? Это муки? Он еще мук не видал, придурок! Кстати, неплохо сложен парнишка, а? Видно, что всю жизнь железкой махал. Ростом со Слая, и такой же крепенький.

— Зай, переводи ему наши слова, а нам его высказывания. — приказал Слай, с неудовольствием посмотрев на девушку, бесстыдно рассматривающую голого землянина. Тот стоял навытяжку, с руками, прижатыми к телу, и пел очередной псалом, помогающий ему сопротивляться тирании бесовских отродий.

— Эй, Жан, вот тебе штаны, рубаха, башмаки — надевай! Твое барахло мы выбросили, слишком грязное и вшивое. — Слай бросил пленнику кучу одежды, приказав Заю отпустить землянина. Рыцарь мрачно зыркнул на голубоглазого «демона», нагнулся за штанами и отвернувшись и от ухмыляющейся девушки стал быстро одеваться, едва не упав, когда вдевал ногу в штанину. Через пару минут землянин был полностью одет, и когда второй башмак устроился на его ноге, он вдруг рванул с места, одним прыжком отскочив к стене, подальше от пленителей. Оглянувшись, поискал выход, не нашел его (дверной проход был закрыт пластиной и заблокирован), и остался стоять, сжав кулаки и выставив руки перед собой:

— Ну что, проклятые, попробуйте меня взять! Я буду драться насмерть! Ну, подходите!

— Как это скучно. — вздохнула Сихха. — Я в самом деле не понимаю, зачем ты оставил тут этого придурка, Слай! Он совсем дурной! Может объяснишь?

— Нуу... считайте это за мою прихоть. — усмехнулся Слай. — Это единственный абориген, которого мы тут знаем. Зай еще не скоро рассчитает возможность возврата корабля в наше время. Может быть — никогда. Так почему бы не узнать об этом времени побольше? Нет — чего у вас так вытянулись рожи? Да вернемся мы, вернемся! Но эта процедура может затянуться надолго! На годы, например! И что, мы так и будем сидеть в корабле? Безвылазно? Неужели вам не интересно, как все было на самом деле? Как жили люди в прошлом?

— Ты хочешь честного ответа? — хмыкнул Хаган. — О том, как меня интересует жизнь земляшек в древних веках?

— Можешь не отвечать! — поспешил перебить Слай, и посмотрев на Сихху, удрученно добавил: — Ты тоже. Все-таки вы не романтичные, отвратительные людишки! Тогда другой аргумент — мы торговая корпорация, почему бы не узнать, что можно найти в этом мире такого, что можно взять с собой и выгодно продать у нас?

— Вшей, что ли? — сморщила нос Сихха. — Какого черта ты возьмешь с этой грязной планеты? Может набить трюм рыцарями? Отправить их в какой-нибудь зверинец? Только пока их везешь, они весь трюм загадят! Шум опять же.проклятые вонючки!

— Никакого рабовладения! — отрезал Слай — и тут же, с раздражением, бросил — Эй, Жан, да заткнись же ты наконец! Не действуют на нас твои песнопения! Только голова разболелась от твоего завывания!

— Ага! Уже заболела! — возрадовался славный рыцарь, и завопил еще громче: — Воинство Господне! Рази проклятых святой дланью! А говоришь — не действует! Голова-то заболела! Это только начало! Скоро ты взорвешься как гнилой плод, не в силах сдержать мощь молитвы!

Шшиххх! Шшшихх!

Сверкнули вспышки, и рыцарь застыл, разинув рот, выпучив глаза.

— Оооо! Хорошо! — довольно кивнула Сихха, глядя на то, как Хаган отправляет в кабуры лучевики. — Давно это надо было сделать! Жан-болван, если ты еще раз завопишь свои глупости, он отстрелит тебе член! Это понятно? Я спрашиваю, ты понял меня, болван?

— Понял. — сдавленным голосом просипел рыцарь, и почти жалобно переспросил: — Что это было? Что за колдовство?! Я теперь проклят?

— Это был армейский лучевик. — благосклонно пояснила девушка. — В общем так, предок наш тугодумный! Мы никакие не демоны, а торговцы из другого мира! И мы ищем, что такого можно купить в этом мире, чтобы продать в нашем! Скажи, что здесь можно купить? Души и девок не предлагать! Впрочем, если волосатые, со страшной мордой — рассмотрим предложение. У нас есть ценители уродок. (Хаган молча показал кулак)

— А у вас деньги есть? Золото? Серебро? — у Жана заблестели глаза, и он хитро прищурился — Если у вас есть деньги — а у демонов они всегда есть — я могу предложить вам крестьян! Вам же нужны души? Вы сможете их сожрать! А мне дадите бессмертие, вечное здоровье, и наполните комнату в моем замке чистым золотом! Только сразу предупреждаю, я буду проверять каждую монету, чтобы это не оказался колдовской обман! Я святой водой побрызгаю на эти монеты!

— Да хоть помочись на них. — фыркнула Сихха. — Результат будет тем же. Тем более, что никаких монет у нас нет. И я же сказала — ваши поганые души нам не нужны! Кстати, Слай, а на что мы и вправду купим товары? На какие деньги?

— Вот ты глупая! — хохотнул Хаган. — А зачем нам их покупать, когда мы можем отнять? Ну кто устоит против «Бродяги», если мы жахнем со всех орудий?

— Я же вам сказал — мы не можем никого убивать! — нахмурился Слай, подумав о том, что его задумка в общем-то, полная ерунда. И правда, на что покупать? На всеобщую валюту? Через электронные переводы?

— Вообще-то можно попробовать сделать монеты самим. — задумалась девушка: — Если чуть-чуть подработать конвертор, запустить в систему что-то вроде свинца, какой-нибудь тяжелый металл, аппарат трансмутирует его в золото. Кроме свинца ничего в голову не приходит, это один из самых распространенных тяжелых металлов. Нужен только образец здешних монет, и все. Эй, Жан-придурок, у тебя деньги есть? Золотые, серебряные?

— Были! Пока вы, проклятые, меня не похитили! — буркнул рыцарь, жадно прислушиваясь к разговору. — И не зови меня придурком! Я умный! Вы говорите о трансмутации свинца в золото?! Вы умеете делать золото? Я помогу вам, если вы дадите часть золота мне!

— Вот это уже правильный разговор. — довольно кивнула Сихха. — Что значит — теперь вши ему мозг не едят! Начал проявлять зачатки интеллекта! Наверное. И где ты возьмешь свинец, рыцаришка?

— Как где? Вы дадите мне денег, я куплю этот свинец! Привезу вам, вы сделаете из свинца золото, часть отдадите мне. Половину, например. И все будем счастливы, да!

— Гы! Посмотри, какая гадина! — восхитилась Сихха — Половину ему, подлецу! А пузо у тебя не лопнет?

— Не думаю! — ухмыльнулся Жан. — У меня вообще крепкое пузо. Нет — а вы как хотели? Связываться с демонами вообще-то опасно! Я рискую! Вдруг, кто-то узнает, что я на вас работаю? Меня сожгут на костре! Вы же демоны! Опять же — работа, трудиться надо!

— Подождите — а на кой черт нам их золото? — резонно заметил Хаган. — Что нам с ним делать? Я так понимаю — мы собираемся на него что-то купить. Что? У кого? Этот товар должен быть востребован в нашем мире! Жан, заткнись! Тебе же сказали — души не нужны! И рабов нам не нужно! Хотя.может оставим этого типа себе? Он будет начищать мне лучевики.чесать спину. Нет — лучевики я ему не дам! А вот насчет лопаток.

— Он тебя зарежет, потом попытается убить нас и угнать звездолет. — усмехнулась Сихха. — Лично я так бы и сделала. И сколько свинца ты можешь найти, Жан-умник?

— Сколько угодно! — горячо выкрикнул рыцарь. — У нас в стране его много! Очень много! И посуду делают, и.всякое делают!

— Вот дураки.свинец-то ядовит! — фыркнула Сихха. — Вырожденцы! Глянь, у него половины зубов нет, шепелявит! А воняет изо рта — я даже отсюда чую! Тьфу, гадость какая! Интересно, как с ними женщины занимаются сексом? В кошмаре приснится эта гнилая пасть — проснешься в холодном поту! Слушай, Слай, давай мы его вылечим? До конца?

— Какого такого конца? — подозрительно прищурился Хаган. — Эй, ты чего, сексом с ним собралась заниматься? Не одобряю!

— Тьфу! У тебя все одно на уме! — рассердилась девушка и показала Хагану кулак. — Так бы и врезала тебе! Тебе приятно будет находиться с ним рядом, если у него изо рта воняет трупом?!

— Ну... не знаю! — пожал плечами Хаган, и покосился на Слая. — Ну... вылечим, а чего? Зубы отрастим. Только стоит ли тратить дорогие препараты, которые на корабле в ограниченном количестве, если мы собираемся застрять тут на неопределенное время? Может даже на годы? Зай, сколько времени займут твои расчеты? Можешь сказать точно?

— Я уже говорил — время расчетов не определено. Я размышляю. Задействовано девяносто девять процентов моей мощности. Нужно учесть множество факторов, проанализировать.

— Не приставай к нему, Хаг! — прервала Сихха — Будет готов, сам скажет.

— Я не могу дать точный прогноз. Я слышал, что вы говорили про медицинского робота — так вот, запас лекарств у нас есть, кое-что мы можем создать в конверторе, я знаю основные формулы. Ведь я все-таки мозг исследовательского корабля, а наш конвертор вполне может разобраться с различными лекарственными составами. Так что не беспокойтесь — нашей автономности хватит на десятки, а возможно и сотни лет. Реактор заправлен полностью, кроме того, мы забрали два контейнера с бывшего моего корабля, потому истощение системам не грозит.

— Молодцы! — довольно кивнул Слай — Сихха, Зай! Молодцы! Хорошо поработали!

— Спасибо, капитан! — тут же отозвался искин, и снова Слаю показалось, что в его голосе проскользнули нотки удовлетворения.

— Итак. — продолжил Слай. — Что мы можем купить на Земле, чтобы заработать денег? Старинные вещи, вот что! Мечи, броню, щиты, луки — все, что могут предложить аборигены!

— Слай. — осторожно спросила Сихха, глядя на приятеля, как на опасного сумасшедшего. — Ты чего? Зачем? Кому нужно это барахло?! Снимать в кино? Уже давно всех героев рисуют компьютеры! А зачем еще-то?! Потратим усилия, забьем трюм этой железной дрянью, и что?

— А ведь он прав! — довольно кивнул Хаган. — Точно! Старье! Старые мечи! Старые копья! Щиты! Великолепно! Сихха, тебе не понять! А вот наши люди, на Синтонии, с радостью накупят старинных вещей, чтобы развешать их по стенам! Все они ценятся довольно высоко, очень дороги. Есть только одна проблема — как доказать, что это на самом деле старинные изделия?

— А мы представим изображения, снимки! — ухмыльнулся Слай. — А что? Нарядим Жана в его вонючие доспехи, сделаем снимок, а потом скажем, что нашли древний склад, где лежало все это старье!

— Слай, да ведь в это время не было электроники! Как мы тогда смогли сделать снимки? — вяло возразила Сихха — Что, расскажешь им о попадании в прошлое?

— Да не буду я ничего рассказывать! Покажу снимки, положу товар — и пусть покупают! Си, ты на самом деле думаешь, что те же соплеменники Хага знают, когда земляне научились фиксировать изображение? Пусть думают, что хотят! По доспехам видно, что они сделаны в старых мастерских. Выкованы, а не изготовлены в конверторе. Опять же — можно сделать анализ! В общем — других вариантов я не вижу — если только вправду не нагрузить корабль толпой аборнигенов и не продать всех их где-нибудь на окраине Империи.

— Пленник говорит, что можно набрать рабов из диких стран. — вмешался Зай. — Он покажет, из каких.

— Никаких рабов. Это нехорошо. А кроме того — вмешательство в реальность. Итак, нам нужен свинец. И деньги. Для образца. Жан, у тебя дома есть деньги? Золотые?

— Хмм... я бедный рыцарь. Сборы на войну истощили мою казну. Увы, у меня нет золота. Я рассчитывал поправить материальное положение, пограбив англичан, но ничего не получилось. Эти подлые саксы.

— Эти подлые саксы не дали себя поубивать! — фыркнула Сихха. — Какая подлость с их стороны!

— Точно! — живо откликнулся рыцарь. — Подлые твари! Вместо того, чтобы биться, как все благородные люди, они выставили тысячи лучников, которые осыпали нас смертоносными стрелами! А потом, видели, что было? Они убивали раненых рыцарей, которые не могли подняться с земли! О подлые твари! О исчадья ада! Хмм... ну да, ну да. Скажите, это вы их поддержали? Это с вашей помощью победили подлые саксы?

— Нет. — серьезно ответил Слай. — Ваши войны нас не касаются. Мы прибыли из другого мира и скоро вернемся назад.

— Если вернемся! — грустно заметил Хаган, тяжело вздохнув.

— Не надо ныть! — резко бросил Слай. — Вернемся! Давай-ка лучше подумаем, где нам взять образец золота! Вернее — золотых монет. Зай, неужели у нас в составе наполнителя конвертора нет золота?

— Нет, капитан. Не имеется.

— Золото есть у менял! Нужно дать им серебра, или меди, и они поменяют на золото! — встрепенулся рыцарь — У вас есть серебро, или медь? Монеты — серебряные, или медные?

Молчание.

— Так, все ясно. Эй, Жан, у тебя медь дома есть?

— Ну.есть немного, я же сказал.но только немного! И серебро есть.я оставлял жене.

— У тебя и жена есть? — почему-то удивилась Сихха. — А дети есть?

— Какая разница, есть у него дети, или нет? — рыкнул Хаган, покосившись на девушку. — Ну что у вас, женщин, за причуды? Вот скажи, чем нам поможет информация, есть у него дети, или нет?

— Ну... просто интересно. — прищурилась Сихха. — А что, нельзя спросить, что ли? Может мне интересно то, как жили древние люди!

— Весь интерес у тебя — замужество, дети, и дом! — снова рыкнул Хаган. — Я видел, как ты рассматривала этого вонючку! Ну все разглядела, в подробностях — только что не потрогала!

— Надо будет — и потрогаю! Тебя не спрошусь! — оскалилась девушка. — Ты чего тут раскомандовался?! Слай, укороти ему язык, а то я сейчас сама его укорочу! Жан, расскажи о себе — сколько тебе лет, как ты живешь, кто твоя жена, и.ну все такое прочее.

— И сколько раз ночь можешь с женой! — оскалился Хаган. — Как же без этой информации?! Невозможно!

— Нет, я сейчас его обдеру! Ты, волосатый, вонючий, тупой.

— Тихо! Все, все заткнулись! — остановил Слай. — В общем, так: мы летим домой к этому типу.Жану, берем у него денег — сколько есть, покупаем свинца, приносим сюда и делаем из него золото. Потом начинаем покупать то, что нам нужно. Как вам план?

— Честно сказать — дерьмовенький план. Может, вообще не будем ничего покупать? Да ну ее, эту торговлю, а? Слай, ну что мы заработаем на этой ерунде? А если не продадим? А если эти железяки никому не нужны? Тогда как? Скажи — ты просто хочешь развлечься, занять время всякой чушью, вот придумываешь себе сделку. А сделки-то никакой и нет!

— Во-первых, у любителей истории, как я уже вам говорил, настоящие рыцарские доспехи стоят очень недешево! По моей информации — от пяти тысяч кредитов. Откуда информация? Из сети, конечно. Подделка — гораздо дешевле. Если мы наберем хороших доспехов, то заработаем кругленькую сумму. Почему бы и нет? Ты же сам сказал — на Синтонии с удовольствием купят эти штуки! Во-вторых, да, мне интересно посмотреть, как жили люди Земли в древние времена! Мне всегда была интересна история, и что? Что тут такого?! А в-третьих.да пошел ты к черту! Надоел уже своим нытьем! Что с тобой такое сталось? Тебя все раздражает, ты всем недоволен! Прекрати сейчас же, я уже злюсь!

— Вижу. — мрачно заметил Хаган и пошел к двери, не глядя по сторонам. — Я в свою каюту. Надоели вы все. И вонючка эта надоела! Ухожу, к черту, как ты и сказал.

Хаган исчез за дверью, стало тихо. Потом пленник шумно выдохнул и спросил нетвердым, дрожащим голосом:

— Он пошел на доклад к Сатане? К самому Черту?

— Да. И надеюсь останется там подольше — ответила Сихха, прищурив глаза. — Так что там с тобой? Расскажешь о себе? Вкратце! Не надо вести рассказ с детства. Пару-тройку слов, и все!

— К самому Сатане! — замер рыцарь, будто не слыша слов девушки. Потом очнулся, посмотрел на нее туманными глазами и добавил, скосив взгляд жулика в сторону:

— Нет, я конечно, отрицаю Сатану и ее приспешников, но если их дела направлены на прославление имени Господнего и его приверженцев, то временный союз с адептами Ада не есть грех. Тем более что я делаю все во имя Бога, и...

— И на благо своей хитрой и наглой морде! — хихикнула Сихха — Ох ты и жулик, ох ты и аферист! Значит прославление приверженцев, к коим, вероятно, ты относишь себя?

— Ну.да! Господь знает, что я делаю все во имя добра, и...

— Ладно. Хватит нести бред! По делу давай! Рассказывай о себе!

— Мне двадцать шесть лет.

— Сколько?! — перебила изумленная Сихха — Двадцать шесть?! Да тебе сорок лет, не меньше!

— Двадцать шесть! — оскорбленно поджал губы рыцарь. — Я уже не молод, но не такой старик! Почему ты решила, что я так стар?

— Стар! Ха ха ха... — Сихха сделала быстрое движения рукой, и в воздухе повисло изображение матери Слая. — Скажи, Жан, сколько лет этой женщине? Как ты думаешь?

Рыцарь замер, выпучив глаза, потом осторожно подошел и поклонился изображению:

— Госпожа! Ты прекрасно выглядишь! Извини что ради того, чтобы показать мне, сатанинские отродья переместили тебя сюда.

— Дурак! — фыркнула Сихха, явно наслаждаясь происходящим. — Это изображение! Картинка! Ее нет здесь! Картины знаешь? Вот это картина, только не нарисованная рукой... хмм... колдовство, в общем. Не знаю, как объяснить болвану! Картина! Так на твой взгляд, сколько ей лет?

— Семнадцать... что, больше? Девятнадцать? Какая прекрасная дама! Я готов за нее душу продать... хмм... ну это так, выражение такое. В общем — о такой даме может мечтать каждый мужчина!

— Спасибо. — ухмыльнулся Слай. — Вообще-то это моя мамочка, и ей за шестьдесят.

— Шестьдесят?! Не может быть! Она суккуба? Демоница?

— Ну... в общем-то... скорее да, чем нет. — снова ухмыльнулся Слай. — Я и сам частенько это подозревал. И вообще — во всех женщинах есть что-то от Сатаны! Даже в самых лучших.

— Точно! — довольно кивнул рыцарь. — И я так думаю, а теперь ты, демон, совсем меня уверил в этом. От женщин все зло! Я ведь как обнищал? Отнял невесту у соседа, рыцаря Молла. Ввязался в войну с ним — и он разорился, и я. Когда король Филипп потребовал отправиться на войну, я едва смог собрать небольшой отряд, который теперь полег на склоне холма у деревеньки в Богом забытой, проклятой Англии. Во время нашей междуусобной войны все деревни пришли в упадок, крестьяне частично обнищали, частично разбежались. Впрочем — как и соседские. Нас мирили, присылали гонцов от короля, священника присылали, но.честь дороже денег! Кстати, может быть поможете мне извести этого гада? А что — я вам отдам души его крестьян!

— А стоило оно того? Женщина-то — красотка? — усмехнулась Сихха.

— Ну... да! — ухмыльнулся рыцарь. — Я как увидел ее, сразу решил, она будет моей! И вот как-то похитил, когда она каталась на прогулке, и в замок! Потом я ее как водится изнасиловал, и теперь она моя. Нас обвенчали, живем уже три года, в любви и согласии.

— Вот же мразь какая! — скривилась Сихха. — Может и правда стоило сбросить его с корабля? Забраться повыше, и сбросить!

— Подожди, Си... может у них обычаи такие. — остановил Слай. — Скажи, Жан, а сама невеста была не против, чтобы ты ее похитил?

— Ну так... для виду поорала, потом успокоилась и мы с ней кувыркались целую неделю, пока женишок не осадил мой замок! А что ей — я-то еще молод, сравнительно молод, а сосед дряхлый мерзкий старикашка! Ему уже пятьдесят лет! Ей же пятнадцать... было, когда я ее похитил. Конечно, ей хочется молодого тела. Она любит покувыркаться в постели, любит.

— Видала, Си? Похоже, что девица сама желала, чтобы ее похитили... Интересно, а как ее родители? Они-то как восприняли похищение?

— А что родители? Обедневшие дворяне, отца у нее нет, мамаша-дура, продала дочь старикашке за хороший выкуп, вот и все. Только не успели обвенчать. А мы уже обвенчались. Только вот детей до сих пор нет, как ни старались.наследник нужен, а то так вот сгину на войне, и некому будет передать мой дворянский титул.

— Это значит его жене восемнадцать лет... старушка, однако. — хихикнула Сихха. — Эй, Зай, напусти на него медицинского робота. Жан, стой на месте и не двигайся, сейчас будем тебя лечить.

— Опять этот мерзкий паук?! Опять это исчадье ада?! Я не согласен! Я не...

Рыцарь не успел договорить. Подкравшийся сзади медицинский паук мгновенно ввел ему усыпляющее средство, и землянин тихо осел на пол, закрыв глаза, будто спал глубоким сном. Впрочем — так оно и было.

Робот обшарил его голову, протянул нити-щупальца к губам, ко рту, переместился на челюсть Жана, где и застыл, пульсируя с почти неуловимой для глаза частотой. Работа началась.

— Ты хочешь пойти с ним? — Сихха проницательно посмотрела на Слая, задумчиво наблюдавшего за процессом окончательного лечения рыцаря. — Ты ведь понимаешь что это опасно?

— Да ладно.чего опасного? Что они могут мне сделать? Тем более, что этот Жан заинтересован в наших деньгах.

— Что они сделают?! Слай, иногда ты бываешь так мудр, что я чувствую перед тобой просто глупой девочкой, а иногда. Ну вот что ты сейчас несешь? Ты смертен, как и все мы! А если тебя захватят? Если посадят на цепь? Нам что тогда делать? Мы снесем их с планеты, как вшей! Как поганых насекомых!

— И умрете. Все мы умрем. Нам нельзя их трогать! Нельзя! Нельзя убивать! Это все равно, как выстрелить себе в голову, понимаешь? Парадокс! Не забывай!

— Честно сказать, не верю я в это. Не может быть так, как ты сказал. Природа, бог должны как-то уберегать от этого парадокса. Если возможно путешествие во времени, значит, есть механизм, уберегающий от парадоксов. Это же ясно! Я же все-таки механик, и знаю, что все связано — если где-то убыло, значит и где-то прибыло! Законы природы никто не отменял!

— Это ты скажи тем, кто некогда проклинал наши корабли, и они не летали! — усмехнулся Слай. — Помнишь? Как ты может объяснить «проклятие»?

— Легко! Каким-то образом эти люди научились управлять силовыми полями, и такими, которые нам еще не известны! А что такого? С точки зрения этого типа, Жана — мы тоже колдуны! Демоны! Ведь мы знаем много такого, что не известно древнему человеку! В общем — я против, чтобы ты уходил из корабля. Пусть сам заботится о доставке свинца, пусть поработает! А ты сиди под защитой корабельной брони!

— Кстати, что там с его броней, Зай? — Слай намеренно ушел от разговора, так как ему определенно не понравилась направленность высоконаучной беседы. Ведь для себя он уже давно решил — пойдет в замок и посмотрит, как живут древние люди!

Одной из достопримечательностей, которые Слай собирался посетить во время путешествия на Землю, был какой-нибудь из рыцарских замков. В юности Слай зачитывался приключениями древних воинов-рыцарей, хотя и стеснялся в этом признаться. Правда в тех романах рыцари обычно были благородными и величественными, не такими, как существо, лежащее на полу рубки.

Впрочем, в глубине души Слай давно подозревал, что дело обстоит именно так, как оно и оказалось — на то она и Сеть, чтобы хранить знания накопленные человечеством, даже если их осталось не так и много, после войн и темных веков. Отрывочная информация об этом периоде жизни человечества сохранилась, однако носила в высшей степени фрагментарный характер, и кроме того, Слай подсознательно отбрасывал то, что ему не нравилось.

— Броня отчищена, продезинфицирована, сложена в трюме — откликнулся искин.

— Ну вот и славно — кивнул Слай, и тут же приказал — Сделай мне одежду, такую, как носят современники Жана. Ты же видел, как они выглядят? Ну вот и сделай такую же. Я вот как поступлю — надену летный комбинезон, если что, он убережет меня от стрелы, или от ножа, а поверх комбинезона натяну местную одежду. Вот так и пойду.

— Все-таки пойдешь. — голосом имперского судьи сказала Сихха, сморщив нос. — Мужчины, вы такие... мужчины! Вот кончится все это дурно, попомнишь мои слова!

— Попомню! — радостно согласился Слай, но его вдруг прошибло холодом и веселье неожиданно выдуло из разгоряченного мозга. Слай поежился и посмотрел вверх, будто почувствовал, как над его головой зависла здоровенная длань Создателя, целящаяся прямо в макушку.

На секунду задумался — правда, на кой хрен ему это дело? И тут же отринул сомнения — будь, что будет, но он посетит этот чертов древний замок! Раз уж такой случай представился! Не каждый день проваливаешься в прошлое! Только дурак откажется от эдакой возможности! А Слай дураком не был. Наверное.

* * *

— А мы потом заберем доспехи?

— Или заберем, или ты оставишь их нам — за хорошее вознаграждение. Потом купишь себе новые доспехи. Чистые, не загаженные.

— И меч!

— И меч! — Слай говорил терпеливо, как с опасным идиотом. Укрепленная в ухе рыцаря клипса-передатчик исправно переводила Жану слова, так что проблем с восприятием сказанного не было.

Вот насчет того, как разговаривать с местными жителями — это вопрос сложный. После бурных переговоров и обсуждения различных придумок, было решено — для местных — Слай иностранец, приехал с далекого юга. Откуда — это уже пускай Жан выкручивается. Как и насчет того, что это за черная штучка устроилась в его ухе.

Впрочем — с этим проблем возникнуть не должно — рыцарь заявит, что принял обет таскать в ухе напоминание о поражении до тех пор, пока не отомстит проклятым саксам, злодейски поубивавшим добрых рыцарей. Отмщение скорее всего не произойдет в ближайшее время, а может быть и никогда не произойдет, так что серьга имеет право красоваться в ухе рыцаря до самой его смерти. Или до того момента, когда он посчитает обет выполненным — например отомстит англичанам, обрюхатив какую-нибудь распутную англичанку — если та попадется на его извилистом жизненном пути.

Кстати сказать, в процессе выяснилось, почему Жан так возмутился массовым уничтожением своих коллег, хотя казалось бы, что такого? Война, есть война, тем более что французы сами приперлись в Англию, никто их туда не звал. Дело в том, что у рыцарей не было принято убивать соперников рыцарского звания ни на личных поединках, ни на войне — гораздо почетнее и выгоднее захватить в плен и потом взять выкуп. И рыцари целы, и денежки звенят в кармане. И тут — простолюдины, быдло, грязь под ногами — режут цвет дворянства Франции как свиней или баранов! Отвратительно! Нечестно! Подло! Вот если бы на месте побежденных были простолюдины — тогда да! Их прирезать — никто не пожалеет! А так — полное падение нравов!

Все это, и немного больше, озвучил славный рыцарь Жан Де Моне по дороге к своему великолепному замку, оказавшемуся грубым собранием плохо отесанных камней, нагроможденных на берегу большого пруда, заросшего высокой прибрежной травой, названия которой Слай не знал.

Справедливости ради нужно сказать, что хотя замок с точки зрения Слая выглядел не особо мощным укреплением, он вполне отвечал всем требованиям военной науки — высокие каменные стены, ров, воняющий нечистотами (Слай заметил специфические потеки на стене под сооружением, приделанным наверху). Квакали лягушки, лаяли собаки, гоготали гуси, пахло дымом, навозом.

Жан набрал грудью воздух и сказал, счастливо улыбаясь:

— Как хорошо дома! Вы, демоны, тоже радуетесь, возвращаясь домой? Или вы не испытываете чувств, таких, как у людей?

— Болван! Мы тоже люди! Такие же люди, как и вы! — не выдержал Слай — Сколько раз тебе об этом говорить?! А дом наш — корабль! Эта та штука, в которой мы с тобой летели по небу!

— А та штука поменьше, это чего? Как это называется?

— Это маленький корабль... шлюпка.

— А ты не мог бы мне его подарить? Вместо моей доли золота?

— Этого только не хватало! — фыркнул Слай, внимательно глядя под ноги, чтобы не наступить в свежее коровье дерьмо — Ты же поубиваешь англичан! И соседа своего грохнешь! Эта шлюпка могла бы уничтожить всю Англию, Францию и еще полмира в придачу! Только дай тебе волю.

— Ну... да. Но вам же это хорошо! Демоны питаются душами убиенных! Я много поубиваю!

— Идиот! Мы никого не убиваем. Нам вообще запрещено убивать людей! Это нехорошо!

Слай споткнулся, едва не упал, споткнувшись о кучу засохшего дерьма, и не обратил на то, как блеснули глаза славного рыцаря Де Моне. Если бы он это видел, скорее всего, сто раз подумал бы — идти, или не идти в замок. Но Слай не видел, и продолжил свой путь к воротам замка вдоль длинного, покрытого ряской рва.

Ворота были открыты, и возле них ни охранников, ни других вооруженных людей, которые могли бы остановить захватчиков, пожелавших забраться в родовое гнездо Де Моне. Впрочем — кому забираться? Враги, они же соседи, скорее всего полегли на полях старой доброй Англии, крестьяне же никогда не сунутся в замок без разрешения хозяев — за это можно поплатиться головой.

Все это так же пояснил Жан, пока он, со своим «демоном» медленно, но верно продвигался к воротам дома родного, из которого только что выехала телега, скрипом деревянных колес пробиравшая до самых печенок. Пыль, поднятая телегой, еще оседала на землю, когда рыцарь Жан вошел под сень крепостной стены и его башмаки, сделанные в конверторе звездолета, простучали по булыжнику, вытертому ногами десятков поколений обитателей замка.

Двор, по которому вольготно бродили куры и гуси, был тихим, сонным, спокойным, как и полагается нормальному замковому двору в полуденное время — жарко, скучно. Времени нет, оно остановилось, исчезло, и определяется только по тому, как склонилось солнце — вставали здесь до рассвета. Днем, в жару, отдыхали, потом снова работали и ложились спать сразу после захода солнца. Никаких тебе ночных бдений и посиделок — свечи дороги, масло для фонарей тоже недешево.

Первым путников обнаружил мальчишка-конюх. Он вышел из-под навеса, укрывавшего от палящих лучей солнца сбруи и всякую хозяйственную дребедень, потянулся, почесал грязный живот и замер, выпучив глаза. Из его конопатого носа протянулась здоровенная зеленая сопля, она тянулась так медленно и важно, будто жила своей жизнью, отдельно от тела, и когда коснулась верхней губы, включила звук:

— Ааааа! Господин! Господин вернулся с войны! Ааааа!

Мальчишка подбежал к рыцарю, плюхнулся на колени и уткнулся головой в пыльную землю, украшенную конским навозом. Он так и не перестал орать, только «сигнал» стал поглуше, потратив силу на поднятие в воздух пылевого облака. Выглядело это так, будто работал небольшой компрессор.

На крик мальчугана выскочил взрослый конюх, и тоже бросился в пыль перед хозяином, что слегка покоробило Слая — нет, он так-то знал о нравах древних веков, но видеть воочию, как люди падают ниц перед обычным человеком — это не для человека будущего. Современник Слая ни перед кем не падает ниц, будь тот даже президент звездного скопления.

Впрочем — это касалось лишь Беории и подобных ей планет, где правление осуществлялось по демократическому принципу. Насколько Слай знал, и в их времени существовали планеты, где было развито рабство, и где человеческая жизнь ценилась не больше, чем за нее заплатили. Но Слай не был на этих окраинных, диких планетах и никогда не собирался их посещать. Он был категорически против рабства. Точнее — оно было ему ненавистно.

Через несколько минут двор наполнился людьми — они орали, шумели, падали в пыль, плакали — то ли на самом деле охваченные радостью, то ли искусно ее изображая. Дворни было довольно много, что удивило Слая — попробуй-ка, прокорми такую кучу народа, тем более что все они были предназначены лишь для одного — обеспечения жизни рыцаря Жана Де Моне и его супруги, Анны Де Моне.

Хозяйку замка Слай увидел последней, когда площадь заполнили практически все жители замка — их было человек тридцать-сорок, детей, женщин, взрослых мужчин (Этих было немного, человек восемь-десять. Может чуть больше.).

Анна оказалась миленькой девицей, которую слегка портило отсутствие двух передних зубов справа и сальные волосы, уложенные в простую прическу, больше соответствующую простолюдинке, чем родовитой даме. По крайней мере так казалось Слаю. Девушка была совсем маленького роста, меньше, чем Жан, или Слай, но для Земли этого времени такой рост был вполне нормален — Слай уже давно знал, что рыцари были совсем не гигантами, как это мог бы представить себе не искушенный в истории человек. Не зря все дошедшие до современности доспехи были настолько маленькими, что облачиться в них могли бы только жители планет с высокой гравитацией, то есть небольшие, сухие, жилистые особи мужеского пола. Само собой — мужского, потому что дело женщины ждать дома и надеяться, что муж вернется с поля брани целым, невредимым, и желательно с возами награбленного барахла.

Увы, в этот раз возы барахла не сопровождали хозяина замка, тем не менее радость хозяйки была неподдельной, и она, радостно завизжав, бросилась на шею мужа, повиснув на ней, как тяжелая гиря.

Жан горделиво покосился на спутника, мол, смотри, как меня любят! Какая красавица бросается мне на грудь! И благосклонно похлопал по заду супружницы, откликнувшейся урчанием, достойным кошачьего племени.

* * *

Слай с отвращением и некоторым недоверием смотрел на то, как насыщаются люди за столом. Оказалось, что выглядит все это вовсе не так красиво, как на картинках. Ни тебе музыкантов, услаждающих слух, ни тебе толпы дворян, славящих хозяина и хозяйку — дощатый стол, плошки с едой, у дверей стол другой, где сидят конюхи и всякая челядь, в том числе несколько вооруженных охранников, довольно корявых и грязных на вид, вооруженных мечами и кинжалами в потертых ножнах.

Еды много, стол ломился от угощения — похоже было, что выставили все, что могли. Куски мяса, какие-то овощи, зелень и много, очень много вина. Совсем скоро участники трапезы нажрались и начали что-то петь нарочито противными голосами, поглядывая на своего господина, довольно кивающего головой.

Жан сидел рядом с женой, посадив ее по левую руку от себя. По правую сидел Слай, пытающийся пить из бокала какую-то кислую бурду, по недосмотру именуемую тут вином. Удавалось Слаю это с трудом, вино горчило, было противным, но он стоически пил, а Жан, видя, что бокал Слая пустеет, делал знак мальчишке и тот вновь и вновь подливал из высокого глиняного кувшина.

Скоро Слай почувствовал, что в голове у него зашумело, и в очередной раз, когда допил из кубка, перевернул его вверх дном, несмотря на возмущенные возгласы хозяина замка, уговаривающего еще немного выпить и поесть.

Слай категорически отказался — если попробовать вино он был не прочь, то есть еду, которую поставили на стол, не решался. Выглядела та совершенно несъедобно, и мухи, садившиеся на мослы несчастного животного, два часа назад бродившего по замковому двору, не добавляли «яствам» и доли привлекательности. Земляне будто бы не замечали нашествия насекомых, которые с жужжанием садились на стол, на пирующих, и только когда особо злые мухи лезли в глаза и в рот, ленивым движением отгоняли проклятое отродье. На глазах Слая Жан ловко поймал одну жирную, зеленую муху, и молниеносным движением настоящего бойца с мстительной радостью ладонью размазал ее по столу, оставив на нем влажную дорожку и вереницу внутренностей, белых мушиных яичек, которые муха не успела отложить на кусок мяса перед «гостем». Опоганенная ладонь тут же была вытерта о штаны, и этой же рукой Жан взял кусок пирога из чашки, едва не гудевшей от налетевших насекомых.

Слая чуть не вырвало, когда он глядел на эту экзекуцию, учиненную над неудачливой мухой, и есть после такой демонстрации местных обычаев беориец просто не мог. Его затошнило. Только потому он и приналег на вино, ведь сидеть за праздничным столом и ничего не только не есть, но и не пить, было совсем уж глупо — какого черта сюда тогда сюда тащился? Да и неприлично — сам напросился в гости, и теперь ничего не ест и не пьет?

Больше за столом делать нечего — разговаривать с Жаном было не о чем, Слай только слушал, как тот рассказывал об отце, оставившем Жану настоящий каменный замок, о деньгах, которых Жан лишился, когда по приказу короля набрал отряд наемников и отправился с ними на войну, выпулив все денежные запасы, которые копил несколько лет. И теперь этот отряд полег на полях, или вернее — на холмах проклятой Англии. О том, как англичане должны ответить за свои преступления — ведь это будет по справедливости, верно?

Слай кивал, думая о своем, разглядывая зал, уходящий в высоту закопченным потолком, разглядывал тех, кто буянил в зале, и все больше жалел о том, что пошел сюда, на эту дурацкую пирушку. Пусть бы благородные рыцари, их прекрасные дамы и величественные замки остались в мечтах Слая, как недостижимая великолепная мечта.

С благородным рыцарем все было ясно, прекрасная дама благоухала запахом съестного, потом, и каким-то сладким запахом, перешибающим запах из ее рта, не менее отвратительный, чем некогда у супруга, благополучно вылеченного медицинским роботом «Бродяги».

Честно сказать, эта мадам не вызывала у Слая и подобия желания, хотя усиленно строила ему глазки, при полном равнодушии супруга. Супруг был больше увлечен вином, жратвой и песнями своих подданных, объединившихся в желании переорать хор лягушек вонючего замкового рва.

Слай вздохнул и с неудовольствием подумал, что супруга рыцаря скорее всего является банальной шлюхой, впрочем — вполне достойной своего супруга, настоящего болвана и придурка. И еще подумал о том, что нужно сваливать из замка на корабль, и как можно быстрее. Увидел все что хотел, вернее — что не хотел — пора бы и домой. То есть — на корабль, ведь дом Слая это корабль и есть.

Слай сообщил о своем желании покинуть гостеприимный замок, и был награжден странным взглядом — хозяин замка откровенно удивился, только вот чему — непонятно, и тут же стал горячо убеждать не уходить, переночевать в замке, суля прислать парочку симпатичных молоденьких крестьянок, много вина и вкусной еды, не хуже той, что была подана на стол. Видя, что Слай непреклонен и пытается встать со своего места, кивнул супруге и та тоже начала уговаривать не покидать веселую компанию, обещая продолжение веселья. При этом она облизнула губы так, что если бы Слай был сейчас в борделе, а не в рыцарском замке, то подумал бы, что его завлекают в постель, обещая разнузданный секс. По крайней мере, он так себе представлял завлекание в разврат со стороны падших и не очень женщин.

Отвергнув посягательства на свою вполне сговорчивую совесть (После пятого бокала вина даже пахнущая тухлятиной супружница Жана казалась желанной красоткой!), Слай решительно поднялся на ноги, и тут обнаружил, что они отказываются нести хозяина. Самое интересное, что вино, которое Слай пил, не отличалось крепостью — он это знал точно. Крепкий алкоголь капитан «Бродяги» не любил, предпочитая накачиваться легким вином и эйфориаками — и лучше последнее. Так вот, сейчас было ощущение, что Слай перебрал именно эйфориака — душа пела, стены заваливались, грозя придавить, а ноги не шли — знакомое ощущение, очень знакомое.

И тогда Слай неожиданно понял — его опоили. Зачем? Пока что Слай этого не знал, но не сомневался, что скоро узнает. Расскажут, не потаят.

Дожидаться этого животрепещущего рассказа Слай не стал. Укрепившись сердцем и головой, медленно двинулся вперед, сосредоточившись на цели — светлом дверном проеме в противоположном конце зала. Слай уже плохо соображал, что с ним происходит, он лишь знал, что нужно выбираться отсюда, пока не случилось чего-нибудь плохого.

Когда сзади Слая обхватили чьи-то крепкие руки, он не задумываясь ни на секунду уцепился за мускулистое плечо неизвестного и метнул агрессора с такой силой, что тот мелькнул в воздухе и врезался в стену со громким стуком. Это было похоже на то, как если бы некто запустил в скалу старым растоптанным башмаком. Сквозь туман в голове Слаю показалось, что этим «ботинком» был сам хозяин замка, копошившийся теперь на полу, в кучке наваленного на пол тростника и пытавшийся встать на ноги — пока что безуспешно.

После акта наказания вероломного хозяина, Слай сумел пройти еще шагов десять, пока на него не навалились слуги Жана — здоровенные конюхи, стражники и пастухи. Их было не менее десятка, из которых пятеро остались лежать на полу через минуту после начала схватки.

Слай ревел, как зверь, ругался самыми черными ругательствами, молотил кулаками и разбрасывал своих «предков» ничуть не заботясь о том, чтобы не повредить нежные черепа проклятых вонючек и не отправить их ад, где черти обязательно посадят гадов на сковороду и будут поджаривать — в наказание за подлое нападение на гостя.

Через минуту еще трое свалили стол, врезавшись в него своими увесистыми тушами. Слай только выглядел субтильным мальчиком из хорошей семьи, неспособным постоять за себя — полуторная тяжесть, в которой он родился, и в которой прошла вся его жизнь, не предполагает выживания слабаков, ведь даже для того, чтобы дышать, необходимо в полтора раза больше силы, чем у обычного человека. Потому сила жилистых беорийцев не раз становилась достоянием анекдотов и веселых историй, обычно рассказывающих о том, как какой-нибудь хулиган, ростом в два раза выше низкорослого беорийца, будучи родом с какой-нибудь легкой планетки, решил поучить уму-разуму кукольного красавца с синими глазами. И как это ему все боком вышло. И не только боком, но и раком.

Земляне этого не знали, иначе они сто раз бы подумали, прежде чем нападать на маленького монстра в человеческом обличье. Скорее всего, тот, кто планировал одержать победу в этом богопротивном деянии, рассчитывал на то, что Слай будет находиться как минимум в полубессознательном, или вообще в бессознательном состоянии, и не сможет как следует сопротивляться. Однако, ума этого придурка не хватило, чтобы понять — организм «демона» может сильно отличаться от организмов земных людей, и «заряженное» дурманом вино может его и не одолеть.

Как и все беорийцы, Слай без труда мог выдерживать дозу яда, или наркотика, в несколько раз более убойную, чем ту, что необходима для отправки на тот свет простого человека.

Пять бокалов вина с крепчашим наркотиком! Любой свалился бы с ног, но не славный капитан «Бродяги», сражавшийся как лев и едва не победивший врагов. Это была бы эпическая битва, достойная воспевания лучшими бардами Франции, если бы не одно «но» — Слай потерпел поражение. Увы, наркотик застил ему глаза, и не позволил увидел мерзкого рыцаря Жана, подкравшегося сзади, когда Слай отправил в нокаут очередного супостата. Мерзкий рыцаришка врезал по мудрой голове потомка большой и тяжелой глиняной кружкой, разлетевшейся от соприкосновения с объектом атаки на мелкие кусочки, так, будто сосудом ударили в чугунный колокол на церкви Святого Николая.

Голова, как ни странно, выдержала удар глиняного «метеора», но ее владелец погрузился во тьму, в коей и должен был пробыть достаточно длительное время, судя по силе, приложенной к кружке нечестивым владельцем замка.

* * *

— Ты убил его? — со страхом и восторгом спросила Анна, глядя на мужа, бледного, едва держащегося на ногах. — Ты убил демона!

— Нет, не убил. — Жан осторожно пощупал шею поверженного исчадья Ада и облегченно вздохнул. — Живуч, как и все демоны! Человек бы от такого удара точно бы подох, а этот только уснул! Говорил я тебе — больше надо было положить снадобья, а ты чего?

— Так вкус был противным! Горько! Он бы вообще не стал пить! Да одной кружки этого дерьма хватило бы, чтобы отправить любого не только в сон, но и на тот свет, а его еле пробрало! Я не виновата! Знахарка меня заверила — все точно, хорошее снадобье! Сильное!

— Хорошее, хорошее.ни черта видать не хорошее! Эй, вы, придурки — тащите парня за мной! Ну, поднимайте, убогие! Бестолочи, одного парнишку завалить не могли, за что только я вам деньги плачу! Отнесем — собирайте всех, вооружайтесь, на нас могут напасть. Отец Александр уже на месте? Хорошо! Просто отлично! Да не роняйте вы его, идиоты! Быстро, быстро! Надеюсь, мы успеем!

Бесчувственного Слая вынесли из зала, и стало тихо, если не считать сопения собак, собирающих с пола куски разбросанной еды, да позвякивания разбитых тарелок, сгребаемых в кучки отошедшими от ступора кухарками. Зал теперь напоминал поле битвы — куски мяса и кровь, только мясо было всего лишь бараниной, вареной в котле с овощами, но кровь настоящей — Слай неплохо поработал, выбивая дурь из зарвавшихся «земляшек».

Глава 10

Слай медленно возвращался к жизни. В который уже раз. И первое, что пришло в голову — это то, что он снова оказался в полицейском участке. Та же боль в голове, та же вонь — неизвестно откуда. Только вот холод не такой, как тогда. Холодно, очень холодно. Отрезвляющий холод.

Открыл глаза — полутьма, блики света по каменным стенам. Тут же вспомнил — стол, вино, чашки, которые облизывали собаки (Это еще один повод не есть еду со стола — придурки давали облизать свои чашки из-под похлебки собакам, бегающим по залу! Вроде как — помыли!)

Тут же вспомнилась битва, в которой едва не одержал победу и с осознанием себя в голову ввернулся голос:

«— Очнулся?! Наконец-то! Слай, мы уже подлетаем! Сейчас я снесу это змеиное гнездо!»

— Погоди! — слова вылетели изо рта хрипло, со скрежетом — Не делай ничего, пока я не разобрался в ситуации!

Можно было бы говорить и мысленно, так можно передавать мыслеобразы. Куда удобнее говорить вслух — тогда мысли оформляются в слова, и все происходит быстрее.

«— Как погоди?! Что значит — погоди?! Мы все видели! Я поубиваю этих тварей!»

— Не вздумай, Хаг! Нам нельзя их убивать! Я запрещаю! Зай — никаких действий без моего разрешения — пока я жив!

«— Брат, да ты с ума сошел! Какое там — пока ты жив?! Тебя нужно вытаскивать из этой норы! Кстати, как ты? Как самочувствие?»

— Пока не знаю. Голова болит, и.похоже, что они меня раздели. Только не спрашивай — зачем! Сам не знаю. Вряд ли для разнузданного секса. Но похоже что убивать не собираются.

«— А что там горит? Это что за штуки?»

— Свечи это. Смотри-ка, как много! Какой-то обряд? Вы же видите? Зай, ты передаешь на экран? Ребята видят?

«— Да, капитан. Передаю. Твои приказы приняты. В случае твоей смерти, кого ты оставишь капитаном?»

— Хагана. Только рано меня хороните! Спрячьтесь в лесу и ждите моего сигнала! Сюда идут. Зай, мои слова переводи аборигенам только когда я скажу. Их слова мне переводи полностью. Все, будьте наготове, я выясню, что от меня хотят, и вам скажу, что делать.

«— Принято, капитан!»

Дверь скрипнула, и в комнату вошли трое — первым появился Жан, важный, напыщенный, будто только что получил титул от короля Франции.

Рядом Анна — на ее смазливом личике озабоченность и любопытство, она исподлобья бросает испуганные взгляды на Слая. На щеках блуждают пятна румянца, будто Анна увидела что-то такое, что вызвало ее стыд и смущение.

Через несколько секунд разум Слая прорвался сквозь головную боль и он понял, что же именно смутило хозяйку замка — «демон» очень походил на человека, до мельчайших подробностей, и это обстоятельство беспокоило благородную даму, разглядывающую причиндалы Слая так, будто никогда не видела ничего подобного.

Вообще-то Слай никогда не был особо высокого мнения о своих первичных половых признаках, хотя девушки и не жаловались, что размеры их не устраивают. Все в пределах разумного, по большому счету — ведь надо же еще и уметь пользоваться? Мало ли кто чем обладает, техника — вот что привлекает женщин. Впрочем, как известно — не только женщин.

Третьим был человек в черном одеянии до пола, плащ с капюшоном. В руках что-то вроде сумки, а еще — книга, толстая, в коричневом переплете. При взгляде на эту книгу сразу приходит мысль о том, что бесы должны от нее бежать со всех ног, и не потому, что на ней красовался вытисненный крест, скорее из-за того, что если такой книженцией врезать по башке, не выдержит даже голова черта.

Крест на цепи, который болтался на шее незнакомца, не оставлял места для сомнений — священник, кто же еще это мог быть? Приятный на первый взгляд человек, лет сорока, не больше. Скорее — меньше, так как предки, похоже, всегда выглядели старше, чем было на самом деле.

Священник улыбнулся, взглянув на распростертого на Слая, и тем обнаружил наличие прекрасных целых зубов, слегка желтоватых, но количеством побольше, чем обычно пряталось во рту его современников. Впрочем — Слай в его рот не заглядывал, так что с полной ответственностью этого утверждать не мог.

Священник был чисто выбрит, макушка «украшена» гладкой круглой площадкой выстриженных волос — название такой «прически» Слай забыл, а может никогда и не помнил — зачем ему запоминать прически всяких древних дикарей? Он и о своей— то не особо заботился, посещал автомахерскую только тогда, когда зарастал до неприличия, и считал, что излишняя забота о своей внешности не достойна настоящего мужчины. Мама считала иначе, и это тоже было одним из пунктов их разногласий, приводивших к легкой гражданской войне, заканчивающейся, обычно, полной победой мамочки.

Священник поставил свою сумку на стол, стоящий возле стены, подошел к к Слаю, еще раз внимательно оглядел пленника и обернувшись, спросил у Жана:

— А кто придумал заключить его в звезду? (Зай перевел.)

— Я! — с легким вызовом ответил Жан, покосившись на супругу. — Слышал, что демонов нужно заключать в звезду, ставить свечи — я прочитал молитву, трижды. Очертил звезду, поставил свечи — все, как положено! Цепи из холодного железа — никуда не денется!

— А ты уверен, что остальные демоны не нападут на нас? Ты же сказал, что они передвигаются в огромном летающем замке? Что им стоит убить всех нас, и освободить своего товарища?

— Отец Александр, я же тебе сказал — им запрещено убивать людей! У них обет! Они не посмеют нас тронуть! Я слышал, как он это говорил!

— А как ты с ним разговариваешь? — с любопытством переспросил священник (нахмурился). — Ты знаешь язык демонов? Откуда? Ты погряз в черном колдовстве?

— Бог с вами! — рыцарь торопливо осенил себя крестом. — Демоны дали мне магический амулет, который нашептывает мне в ухо то, что они говорят! Только вот после того, как я уложил инкуба, амулет перестал работать. Но может заработает, если инкуб очнулся? Демон, ты слышишь меня?

«— Зай, включи ему передатчик»

— Слышу, мерзавец ты эдакий!

— Видишь — ругается! — довольно хмыкнул рыцарь. — Это добрая весть! Думал — башку ему напрочь разбил! Ты не представляешь, отец Александр, какой он могучий! Едва не перебил моих людей! И это еще будучи отравлен сонным зельем! Я кружку о его голову разбил! А он уже очнулся! Прошло-то.всего ничего времени.

— Эй, Жан-придурок, ты чего это задумал? — резко спросил Слай, и сморщился от боли в голове. Что ни говори, а крепко ей досталось.

— Могучий, говоришь? — задумался священник. — А по нему не видно. И мужское естество у него не похоже на демонское — я смотрел в трактате, у него оно должно быть больше в три раза, и раздвоенное! А этот — карлик какой-то.

Слаю стало обидно — конечно, он не герой из порновидео, но все его причиндалы вполне соответствуют норме! Мерзкий святоша!

— Ты, придурок в дурацком плаще, где ты видал демонов, чтобы узнать — какого размера у них причиндалы? Идиот!

— Что он сказал? — заинтересовался священник — Это их язык? Странный.

— Это их язык. — слегка смешался рыцарь. — А сказал он, что ты не очень умный, и что у демонов всегда такие мужские достоинства. И что ты дурно одет.

— Да?! Хмм. Обычный плащ. Ну ладно, ладно. Ты пробовал брызнуть на него святой водой?

— Да откуда она у меня?! Была небольшая бутылочка, но пропала, когда демоны меня захватили. Я ведь зачем тебя позвал — чтобы ты помог справиться с демоном! Боюсь, что без тебя я этого сделать не смогу — ведь ты инквизитор, кому, как не тебе бороться с исчадиями ада!

— Жан, может хватит болтать?! — перебил Слай, позвенев цепями, которые были приделаны к его рукам и ногам железными обручами. — Быстро, объясни какого черта ты нарушил нашу договоренность и взял меня в плен?

— Что он говорит? — переспросил священник, снова обернувшись к Жану.

— Требует объяснить причину пленения! — пожал плечами рыцарь. — Говорит, хватит болтать.

— Впредь, переводи мне его слова. — кивнул священник. — Я должен быть в курсе его замыслов, а как я смогу это сделать, если не понимаю демонской речи? Ты можешь не распознать в его словах соблазна, заманивающего тебя в ловушку, и можешь умудриться продать свою душу сам не заметив того. Понятно?

— Понятно, отец Александр! — Жан слегка побледнел, как и его супруга, так и не отводящая глаз от распростертого «инкуба». Перспектива потерять бессмертную душу их не обрадовала.

— Все, поговорили? Тогда рассказывай, болван, чего задумал! — рявкнул Слай. — иначе я прямо сейчас выну из тебе душу! Не выходя из этой комнаты!

— Ээээ... ну... мне... ты должен послужить делу Господа нашего! — наконец-то выдавил из себя рыцарь — Ты должен уничтожить проклятых англичан! Должен послужить святой церкви, завоевать Гроб Господень! И когда ты выполнишь все, что мы хотим, отпустим тебя в твой ад!

Рыцарь закончил, и при этом шаловливо отвел глаза в сторону, из чего Слай сделал вывод — врет, мерзавец! Врет, и не краснеет! Не будут они отпускать, убьют, это точно!

— И как я помогу вам завоевать весь мир? — голосом холодным, как каменный пол замка. — Каким образом?

— Ну... я не знаю! — слегка растерялся Жан. — У вас летающий замок, у вас молнии! Колдовство! Вам лучше знать, как это сделать! У вас железные демоны! Уничтожьте Англию, заставьте ее покориться, и тогда мы.

— Жан, ты идиот! — перебил Слай. — Если мы не можем убивать людей, с какой стати будем убивать англичан? Где смысл?

— Как где? Англичане не люди! Они сатанинские отродья, их можно убивать, и нужно! Люди — французы! Остальные — полуживотные, которые должны обслуживать людей! Рабы! Скот!

— О Создатель! — недоверчиво покачал головой Слай. — Где-то я это уже слышал. Повторюсь, Жан — ты дурак! Мы не будем этого делать, что бы ты не делал. Сказано — мы не убиваем людей! Все, разговор закончен. Освободи меня, пока не получил кучу неприятностей на свою голову.

— Пока что неприятности получил ты, демон! Ты у меня в плену, а не я у тебя! И не пробуй порвать цепи — ты сильный, но эти цепи удержат и быка! Ты должен передать мне шлюпку, научить летать на ней, пользоваться вашим оружием. Еще — наполнить эту комнату золотом, и другую комнату — святому отцу. А еще...

— А еще, я должен свернуть тебе башку! — зарычал Слай. — Ну-ка, дай серьгу священнику! Быстро, болван, ты меня уже не интересуешь, идиот. С тобой дела иметь не буду! Передай, сейчас же!

— Отец Александр, демон требует, чтобы я дал тебе амулет! — растерялся рыцарь — Будешь с ним разговаривать?

— Почему бы и нет? — задумчиво ответил священник, после недолгой паузы. — Чтобы искоренять зло, мы должны с ним говорить! И кто, как не я, должен общаться со злом, чтобы узнать у него его цель! Ведь когда знаешь цель, можно планировать борьбу! Демон хитры, демоны ищут слабых людей, чтобы проникнуть в них, и...

— Отец Александр, дать амулет? — невежливо перебил рыцарь, которого явно корежило от лекции священника — Демон возмущается, требует разговора с тобой!

— Как пользоваться этим демоническим амулетом? — настороженно спросил священник — Я должен прочитать какое-нибудь заклинание?

— Ничего не должен делать. Повесь на ухо, и ты услышишь слова, когда он заговорит. А как я услышу его речи?

— Никак. Зачем тебе? Скажи, ты точно не занимаешься колдовством? Уверен? И твоя жена не занимается?

— Да не занимался я никаким колдовством! — еще больше побледнел рыцарь. — Как ты можешь так говорить?!

— Ты не вызывал этих демонов? Почему они обратились именно к тебе? Может почувствовали в тебе тьму? Зло? Тягу к Нечистому?

— Я не знаю! Случайно вышло, я же рассказывал?!

— А теперь скажи — зачем вы раздели инкуба? Вы занимались с ним прелюбодеянием? Ты отдал ему свою жену? Он соблазнил ее?

— Отец Александр, ты чего пристал? Ты спятил?! Какую жену?! Мы раздели его потому, что на нем был непробиваемый костюм, который не берут даже ножи! Я не знаю, что он может сделать в этом костюме, но рисковать не стал! Если нужно — я покажу этот костюм, он спрятан у меня в спальне!

— Ага! Все-таки в спальне! Вы раздевали инкуба в спальне? Или вы прелюбодействовали с ним в спальне?! Сознавайся, несчастная, отдалась инкубу?!

— Охх. — Анна потеряла сознание и рухнула на пол. Вернее, частично на пол, а частью прямо между ног распятого Слая, врезав головой ему в пах так, что несчастный «инкуб» завопил дурным голосом, приведя в ужас рыцаря и священника.

— Аааа! Идиоты! Ооооо! Отбила мне все! Уберите ее отсюда к черту, не хватало, чтобы с нее перебежали насекомые! Тьфу! От нее воняет луком! Больше всего мне сейчас хочется встретить того, кто писал рыцарские романы и дать ему в морду! Грязные, тупые твари! Аааа!

— Что он говорит?! Что?! Он колдует?! — с опаской отшатнулся священник и отошел к стене, с недоверием глядя на то, как рыцарь пытается поднять свою жену и привести ее в чувство. — Что она хотела сделать?! На наших глазах предаться преступному разврату с инкубом?! Да еще и в противоестественной форме?! Где ты набрался этих гадостей, от англичан?! Весь разврат из Англии! Проклятая страна, гнездо распутства! Источник ереси! Ты и жену научил преступным прелюбодеяниям?

— Да ты спятил, священник! — скривился Жан — Ты напугал ее, и она упала в обморок, вот и все! А то, что отбила головой стручок этого демона, так чистая случайность! Я тебя вызвал, а не демонов, и уже жалею, что вызвал!

— Уже жалеешь?! Тебе не нравится церковь? Ты предался Сатане?!

— Держи амулет и сам разговаривай с демоном! — Жан сорвал клипсу и сунул ее в руку священнику, принявшему объект так, будто передатчик мог сейчас же извернуться и тяпнуть за палец — Я устраняюсь от беседы!

— Мы потом обсудим твои противоестественные извращения попозже! — многообещающе кивнул священник — И жену допросим! Может она уже носит в себе плод связи с сатанинским отродьем?! Она должна будет показать, как занималась прелюбодеяниями с инкубом, рассказать, что при этом испытывала, что хотела получить от мерзкой связи!

— Дурак я был — пригласил тебя! — мрачно заключил Жан, и усевшись на скамью у стены, скрестил руки. — Все, я больше ни слова не скажу!

— Скажешь, если понадобится святой инквизиции. — снова кивнул священник и неловко приладив клипсу, повернулся к Слаю. — Ты понимаешь меня, демон?

— Понимаю, болван ты эдакий! — тут же ответил Слай, и ухватившись за цепи со всей силы потянул за них, пытаясь вырвать скобы, которыми они крепились к полу. Ничего не вышло. Рыцарь постарался на славу. Цепи зазвенели, загудели, но выдержали.

— Никак, да? — довольно хохотнул Жан, и заткнулся под пристальным взглядом инквизитора. Видимо вспомнил, что придется держать ответ за сотрудничество с демонскими отродьями.

— Это хорошо, что понимаешь! — довольно кивнул священник, повернулся, подошел к своей сумке, и достал оттуда металлическую бутылку, плоскую, украшенную выдавленным на ней крестом. Снова подошел к Слаю, выдернул из бутыли пробку, хлопнувшую, будто выстрелил пулевой пистолет, и притворно-сочувственно сказал:

— Демон, мне придется научить тебя правилам приличия! А заодно — проверить действие святой воды. Сейчас я слегка полью тебя, постарайся не сильно кричать — у меня от тебя голова начинает болеть! Смотри, Де Моне, что может святая вода!

Священник наклонил бутыль, из горлышка потекла тонкая струйка воды, ударилась в живот Слая и потекла туда, куда ударила прежде тупая голова Анны, до сих пор пребывающей в полуобморочном состоянии. Вода была прохладной, боль слегка поутихла и Слай довольно вздохнул — хорошо! Попить бы еще.во рту полнейшая засуха!

— Не действует! — потрясенно выдохнул отец Александр, глядя на то, как вода затекает под Слая, расплываясь темной лужицей на полу — Святая вода не действует на демона!

— Дай попить! — требовательно выдал Слай, кивая на бутылочку — Во рту пересохло! Эти гады опоили меня чем-то, голова болит, пить хочется!

— Попить?! — так же растерянно переспросил священник, и вдруг лицо его прояснилось. Что он подумал — неизвестно, скорее всего то, что если снаружи не получилось поджарить этого демона ядовитой для отродий ада жидкостью, так уж изнутри-то точно синеглазый гад потерпит полное поражение! Тут уже было не до разговоров с демоном — реабилитировать святое снадобье, вот задача! А то ведь что получается — святой водой брызгают на объекты, чтобы изгнать из них бесов, а если вода на бесов не действует — какой с нее толк?!

Инквизитор с выражением злорадства на добром гладком лицо прижал бутылку к губам Слая и замер, глядя, как тот захлебываясь глотает жидкость, сравнимую по своей разрушительной способности с греческим огнем, или самой сильной кислотой, применяемой алхимиками. Для бесов разрушительной, конечно.

Жидкость перестала течь, и Слай откинул голову назад, поудобнее пристроив затылок на полу — ему полегчало, и в голове на самом деле прояснилось.

Священник так и стоял столбом, вытаращив глаза, и Слай с довольной ухмылкой спросил:

— Ну что глаза выпучил? Да не демон я, это вон тот придурок придумал! Давай-ка, отпускай меня, мы с тобой договоримся. Я этому козлу вонючему ни одной золотой монетки не дам — за предательство! А ты можешь хорошенько заработать! Не комнату золотом набить, конечно, но несколько килограммом получишь — наверняка!

— Хочешь купить мою душу за несколько килограммов золота, демон? — презрительно усмехнулся инквизитор. — Дешево же ты ценишь наши бессмертные души!

— Да мне твоя душа не нужна! Пусть летит, куда хочет, черт бы ее побрал!

— Ага! Видишь! Ты хочешь отправить мою душу к Сатане! — священник явно восхитился своей прозорливостью и его простоватое лицо просияло: — Хитрый демон! Но я хитрее! Служитель Господа всегда сможет перехитрить исчадье ада!

— Послушай, не будь таким придурком, как этот Жан! Я не демон, я прилетел из другого мира (почти правда!), могу дать тебе заработать! Развяжи меня, помоги мне в моих делах, и ты озолотишься!

— Скажи, демон... от вашего соития с людскими женщинами, получаются бесы, или такие же демоны, как и вы? Как выглядят бесы? Сколько бесов у тебя в подчинении? Что ты приказываешь им делать? Много ли злых дел вы уже сделали?

Священник будто не слышал того, что сказал ему Слай, и капитан понял — дело худо. Расчеты на то, что удастся договорится с этим самым отцом Александром разбились о скалы тупости и религиозного фанатизма. Инквизитор искренне считал, что Слай является демоном, и что все поползновения «демона»  — найти общий язык не что иное, как попытка обмануть людей, завлечь их в свои сети, с целью изъятия драгоценной души. Тем более драгоценной, что она принадлежит священнику, борцу с демоническими особями — то-то будет радости Сатане, когда он получит в свое распоряжение душу инквизитора! То-то возрадуется, пожирая ее, выгаживая и снова пожирая — ведь именно так он делает со всеми инквизиторами, доставшими его своими посягательствами на жизни адептов Диавола!

— Слушай, инквизитор, а что ты так застрял на проблеме воспроизведения демонского рода? У тебя что, проблемы с этим делом? Не можешь с женщинами? — спросил Слай, с удовольствием наблюдая за поскучневшим лицом священника. Похоже, что он попал точно в цель, и даже слегка пожалел, что так сильно пнул отца Александра — мало ли у кого какие проблемы? Но вскоре вспомнил, что тот излишне критически отзывался о мужском достоинстве пленника и ожесточился душой — так ему и надо! И вообще — башку им всем нужно разбить!

— Священник не имеет права возлечь с женщиной! — неискренне, но пафосно заявил мучитель, отводя глаза. — Ты мне так и не ответил, обрюхатил ли эту похотливую бабу? Что получится из вашего противоестественного союза? Ее муж при этом присутствовал? Он отдал тебе свою жену по кровавому договору, за золото? Или была еще какая-то договоренность? Каким способом он тебя вызвал? Как здесь оказались другие демоны, и почему вы дали обет не убивать людей?

— Ты дурак еще худшего качества, чем хозяин замка. — устало сказал Слай. — Никого я не брюхатил! Да мне в дурном сне не приснится, трахаться с этой бабой! От нее воняет! У нее вши! Зубов не хватает! Разве можно с ней лечь в постель?!

— Хмм... почему бы и нет? — буркнул священник, поглощенный в свои мысли. Спохватился, и добавил, покосившись на молчаливую парочку, застывшую у двери:

— Госпожа Анна очень красива, и ты притворяешься, что этого не видишь! (Убей меня Создатель, если вижу! — пронеслось в голове у Слая) Ты соблазнил ее, инкуб! Скажи, ее муж тебе помогал?! Он ее держал, раздевал, гладил?! Где он ее гладил? Как происходило ваше гнусное действо?

Слаю показалось, что нагнувшийся священник сейчас закапает его слюной. Лицо отца Александра покраснело, в уголках губ выступила пена. Глаза инквизитора начали косить, щека подергивалась и Слай с отвращением и некоторым страхом, понял — этот человек безумен! Нужно было отсюда выбираться, и как можно скорее! Если не получится без боя — значит, с боем!

«— Ребята. Вытаскивайте меня отсюда! Только строго-настрого — никого не убивайте!»

— Давно бы так! Постараемся не убить. Но не калечить не обещаю!

— Хаг, не вздумай! Все мягко, в пределах разумного!

— То-то ты в пределах разумного двинул Жана так, что я думал — у него все кости в кашу! Хе-хе-хе.потом посмотришь запись — это было правда эпическое сражение, я тобой горжусь, капитан! Маме пошлю запись!

— Не вздумай! Она потом мне мозг съест, предварительно размешав его серебряной ложечкой!

— Почему? Она будет горда, что у меня такой друг! А! Понял — ты о своей маме, я о своей. Моя мама, я о моей маме говорил!

— Ладно, не теряйте времени. Этот тип безумен, я боюсь, сотворит что-нибудь идиотское.

— Мы и не теряем. Вообще-то я уже в шлюпке и почти подлетел к замку. И Сихха тут — она сказала, что не хочется упускать возможности надрать зад местным вонючкам! Все-таки есть что-то в этой хвостатой от синтонианца, ей-ей! Иногда эта кошатина мне нравится!»

— Где у тебя печать Сатаны, демон? — отец Александр раскрыл свой кожаный мешок и достал оттуда здоровенную иглу на толстой металлической ручке. — Лучше скажи сразу, не заставляй меня тратить драгоценное время!

— Что за печать Сатаны? — подозрительно осведомился Слай, справедливо полагая, что ничего хорошего в этом названии нет.

— Ты прикидываешься, исчадье? — инквизитор скривился, но пояснил. — Это некое место на твоем теле, которое не чувствует боли, если в него воткнуть иглу. Сатана так дает знак, что ты принадлежишь к его воинству! И ты прекрасно об этом знаешь. Твое утверждение о том, что ты не демон, не выдерживает ни малейшей критики. Стоит только посмотреть на твои глаза, или же принять во внимание то, с какой легкостью ты раскидывал вооруженных мужчин, каждый из которых весит больше тебя в полтора-два раза! Только демон может обладать такой силой!

— Я родился и вырос на планете, сила тяжести которой превышает здешнюю в полтора раза! Неужели трудно это понять?!

— Что такое «планета»? Это логово демонов? А что такое «сила тяжести»?

— С тобой все ясно. — безнадежно вздохнул Слай. — И что, ты собираешься воткнуть эту иглу мне в тело?

— И не раз, не раз, мой любознательный демон! — жизнерадостно воскликнул священник, выбирая место, в которое хотел вонзить орудие пыток. — Пока я не обнаружу печать Дьявола, буду вонзать в тебя иглу столько раз, сколько потребуется для открытия истины!

Место открытия истины, как почему-то и предполагал Слай, оказалось у него в паху. Именно туда потянулись шаловливые руки священника, закапавшего живот капитана «Бродяги» пенистой слюной маньяка.

Игла уже почти коснулась многострадальных причиндалов пленника, когда возбужденный перспективой стать импотентом Слай рванулся, что было сил, и крюк, вбитый в пол, поддался! С жалобным визгом стальной стержень вылез из пола, вывернув кусок каменной плиты, и Слай сумел ухватить священника за руку, сжав ее, будто стальным захватом ремонтного робота. Настоящая, неподдельная опасность делает чудеса, подвигая людей на невероятные свершения — об этом Слай читал в книгах и видел в кино, но чтобы самому совершить такое — он бы никогда не подумал, что способен на подобный подвиг. Хорошо, что при усиленной гравитации, кроме мышц, само собой, усиливаются и кости с сухожилиями, иначе точно бы не выдержали, переломились. Что может быть страшнее для мужчины, как потерять способность оставаться настоящим мужчиной? И не надо говорить, что мужчину мужчиной делают не мужские причиндалы! Приглушите ваши тонкие, писклявые голоса кастратов!

— Ааааа... хрррр... — священник захрипел, задергался под мстительной рукой Слая, рыцарь же вскочил с места и с любопытством воззрился на копошащихся на полу мужчин:

— Ох ты... выпорю Жака! Сказал же, чтобы он как следует вбил крюк, и что вышло?! Эй, демон, ты же его не задушил? Это было бы не очень хорошо... наверное...

— Хррр... ааа!

— Что ты говоришь, отец Александр? Я не расслышал! Что?! Нет, никак не могу понять! Все-таки есть что-то неправильное, когда Зло побеждает Свет! Правда же, отец Александр?

— Жан... освободи его! — дрожащий голос Анны прозвучал, как дребезжащий колокольчик, брошенный на каменный пол — Он же убьет его!

— Во-первых, я не могу вмешиваться в таинство изгнания беса! Я ведь не священник, отец Александр может воспринять это как оскорбление!

— Хрррр... мммм... эээээаааа!

— Что? Не понял тебя, отец Александр, что ты сказал?! Подтверждаешь? Видишь, дорогая, он подтверждает! Нельзя ему мешать! Может он нарочно пал на нечестивого демона, чтобы обжечь его своей святой кровью! А кроме того — демон слишком силен, чтобы я так просто с ним бился! Демон, ты зачем на него напал? Ты же не можешь убивать! Что? Не понял. А! Сейчас я возьму серьгу у борца с демонами.вот! Теперь могу тебя понимать. Так что — зачем ты его схватил?

— Затем, болван! Сейчас вскроют ворота замка, сюда войдут мои друзья и тебе будет хреново!

— Хмм... проблема! Так все-таки, зачем ты захватил этого священника? Заложник? Послушай, давай договоримся — я для тебя убью инквизитора, а ты мне золото, и простишь предательство? На самом деле, я тебя не хотел предавать, но ты видишь, что получилось? Этот отец Александр насел на меня, заставил тебя захватить, это он виноват! Я всего лишь хотел, чтобы он посоветовал мне, как быть, как уберечь свою душу от влияния демонов, а видишь, что получилось.мне на самом деле жаль! И Анна жалеет! Ты ей понравился. Так что, договоримся? Честно — я убью для тебя этого придурка, который так и норовит пощупать мою жену! Ты его не отпускай! Потом я скажу, что это демоны убили! Придумаю какую-нибудь особую казнь, сердце вырву, например, чтобы было ясно, что это не человек сделал. Потом скажу, что вы меня заставили.нет — ничего не скажу! Уеду в Париж. Анна давно говорит, что ей скучно в этом глухом углу. Когда летели, видел? Одни леса! Людей почти нет! Живем, как звери! Хмм.ладно.что скажешь?

— Ничего, пока что. Пока не появятся мои друзья. Не верю я тебе, ты гадина еще та! Тем более — какая разница, ты убьешь, или я убью — если ты убил по моему желанию! Это все равно как я сам бы убил! Чушь, полнейшая!

— Жаль. Очень жаль! — Жан вздохнул, отойдя в сторону, достал откуда-то из темноты большой лук и колчан, полный стрел. Вынул одну, наложил на тетиву и прицелился в голову Слая:

— Отпусти его! Отпусти, иначе я сейчас прострелю тебе голову! Не знаю, может ты, конечно, можешь выжить и со стрелой в голове, но.сомневаюсь. И вот еще что — стреляю я хорошо, так что не пробуй меня схватить, или сделать что-то еще, что мне не понравится. Понятно? Стой! Вот еще что — как только твои друзья начнут штурм замка — ты умрешь. Думаю, они меня сейчас слышат.  Эй, вы, демоны! Я убью его, как только вы начнете ломать ворота! Не вздумайте проверить, правду ли я говорю! Мне терять уже нечего!

Слай медленно, с сожалением отпустил полузадохнувшегося священника, тот отполз в сторону, кашлянул, схватившись за горло, поднялся, с ненавистью глядя на пленника. Потом отец Александр повернулся к Жану, попытался что-то сказать, указав пальцем на Слая, но.не успел.

Свистнула стрела, со стуком вонзилась в висок священника, пробив голову насквозь. Инквизитор даже не дернулся, мешком свалившись на пол, прямо у глаз пленника.

Слай оторопело смотрел на вышедший из головы покойника блестящий бронебойный наконечник, заглянул в раскрытые глаза убиенного священника, и с тоской понял — дело совсем хреново. Похоже, что подача мяча теперь на стороне рыцаря. И она не заставила себя ждать.

— Дело очень серьезно, демон! — кивнул Жан. — Я сам не ожидал, что так получится. Этот проклятый кровопийца вцепился в меня, как клещ! Это он заставил тебя захватить, он решил захватить весь мир! Слово благородного человека — я этого не хотел. Денег — да, хотел! Уехать в Париж, зажить широко, не считая средств, но — весь мир?! Это глупости! (А ведь мог бы захватить мир! — с усмешкой подумал Слай — если бы смог нас заставить помочь.)

— Что ты хочешь? — мрачно спросил Слай, с наслаждением почесав себя в паху свободной рукой. Ему давно хотелось это сделать. Зудело так, что. Слай боялся подумать, о тех, что устроили тусовку у него на святая святых, подозревал, что этот зуд совсем не так прост, как можно было бы подумать. Кто мог перебежать с засаленной головы Анны, когда она так удобно устроилась у него между ног?

— Денег хочу! Мы сделаем так, как вы сказали — свинец переплавим в золото! Вы дадите мне это золото, а потом я тебя отпущу! Обещаю, отпущу — как только ты дашь золота столько, сколько я хочу! Ну что вам стоит? И вам останется, обещаю! Я же не все собираюсь забрать! Помогу вам купить то, что вы хотели!

— А как же ты поступишь с убитым? — Слай с отвращение покосился на «соседа», таращившегося на него выпученными глазами. — Как будешь выкручиваться?

Слаю был плевать, как будет выкручиваться эта скотина, но нужно было потянуть время, чтобы подумать и принять решение. Правильное решение.

— Закопаем ночью, и все! Ушел из замка, и пропал! Люди тут свои, не выдадут. Да никто и не поверит, что я убил священника. (На меня свалишь, подлец! — подумал Слай. — На кого же еще?)

— Ну, так что надумал, демон? Будем заключать соглашение?

— Все-таки я не понимаю, зачем ты приглашал инквизитора? — снова спросил Слай.

— Не приглашал я его! — нахмурился Жан. — Он уже был тут. Спал, выжрав моего вина и сожрав жирную курицу. В гостевой комнате был. Видишь ли — ему нужно было проверить, не впала ли моя жена в ересь. Два раза проверил. Перед обедом и после обеда. Похотливый козел! Вот и пострадал.

— Вот оно что... значит, ты отомстил? — хмыкнул Слай — Что-то ты меня запутал. Или сам запутался. Инквизитор велел тебе напасть на меня — и ты выполнил его приказание. А потом решил его убить? С чего этого вдруг? Ты понимаешь, что это не вяжется? Заврался ты, парень!

— Хмм... тебе не все равно? — оскалился рыцарь — Золото давай, и улетишь в свой ад! Не дашь — будешь сидеть тут на цепи! Анна, позови кузнеца и стрелков. Давай, пошевеливайся! А ты не дергайся — застрелю!

* * *

— Ну... глупо вышло, да! Кто же знал?! Молчи, Си!

— А я молчу. Ты лучше скажи, что будем делать? Ты по-прежнему считаешь, что убивать этих тварей нельзя?

— Нельзя. Это приведет к непредсказуемым результатам, а я рисковать не хочу. Итак, задача — освободить меня из плена. Убивать нельзя. Штурмовать открыто нельзя — меня могут застрелить. Вы видите вон тех двух придурков с луками? Ну вот.того и гляди всадят стрелу!

— Думаешь, решатся? Попытаются убить «демона»? Рискнут?

— Не знаю. Но пробовать не хочется. Тебе бы хотелось попробовать? Вы же видели — он на моих глазах хладнокровно застрелил человека! Почему бы не попытаться грохнуть и меня? Хаг, у тебя есть мысли по поводу моего освобождения? Только не надо — все сломать, всех убить, и все такое прочее! Поумнее чего-нибудь.

— Если поумнее — это к кошкам! Я ведь глупый! Чего ты меня спрашиваешь?!

— Хаг, не дури. Я же сказал — прямой штурм невозможен. Нужно что-то другое.

— Я могу предложить, капитан!

— Зай, ты? Говори!

— Нужно усыпить гарнизон замка.

— Как ты его усыпишь? Каким образом?

— Газом. Я знаю формулу усыпляющего газа, могу создать его в нашем конверторе. Запустить газ в замок, все уснут, мы тебя вытащим.

— Отлично! Сколько времени потребуется на изготовление газа?

— Предположительно, несколько часов. К утру все будет готово. Газ будет в контейнерах, в порошке, при повреждении оболочки выделится в воздух.

— Отлично! Хаг, зависнешь над замком, забросаешь контейнерами, подождете, потом вскроете комнату. Учтите — тут заперто на засов. Придется ломать. Кстати, Зай, аборигены не умрут от твоего газа? Он не опасен? Сам-то я не сдохну?

— Нет. Если долго не дышать. Голова будет болеть, но не более того. Я уже начал процесс изготовления.

* * *

Пшшш!

— Подошел?

— Подошел.

— Жалко, что мне не подходит.

— Хотелось подраться?

— Почему — хотелось? И сейчас хочется. Набить морды этим гадам! Слушай, неужели все наши предки были такими подлыми тварями?

— А ты чего от них ждал? Им выживать нужно. Хитростью, как угодно. Ладно, хватит болтать, пора вытаскивать капитана. Говорила я ему!

— Говорила-говорила.ну что у вас, баб, за привычка такая? Обязательно ткнуть в открытую рану своим острым пальцем! И мамочка моя такая! Стоит чуть оступиться, и.

— Все вы мужчины такие! Ох, как вы не любите, когда вас тычут в ваши же ошибки! Готовь контейнеры.

— Чего их готовить — все давно готово. Слушай, ну и вид у тебя в бронескафандре! Вот настоящая демоница, и все тут! Теперь суккубом тебя вряд ли кто назовет. Да, жалко нет скафандра под четырехруких.я бы им.

— Хорошо, что нет скафандра под четырехруких! Ты помнишь, что Слай сказал? Не убивать!

— Но пнуть-то пару раз можно!

— Пнуть можно. Но ведь ты парой раз не ограничишься. Пока не затопчешь, не остановишься. Полетели, Хаг. Постарайся не врезаться в башню.ты ведь такой неуклюжий болван!

— Тьфу на тебя, кошка поганая! Готовься, исчадье ада!

Шлюпка замерцала, заискрила и плавно поднялась в воздух, не задев ни одной веточки с деревьев, росших на краю поляны.

Было очень темно — тучи заволокли небо, накрапывал мелкий, нудный дождик — самое то, чтобы совершать налеты на мятежные замки. Внизу остался серебристый диск «Бродяги», возвышающийся, как серебряная скала, темный лес, машущий корявыми ветвями старых замшелых деревьев.

Эта часть Франции и вправду была очень слабо населена, что вызывало удивление у людей из будущего — казалось, что Земля всегда была перенаселенной планетой-городом, на которой единовременно жило пятьдесят миллиардов человек. И это притом, что большая часть ее жителей покидала планету, достигнув совершеннолетия, отправляясь на поиски своего места в этом мире.

Жизнь на Земле была довольно сытной, но скучной и бесперспективной. Каждый мог иметь столько еды и воды, сколько нужно, чтобы не умирать с голоду, и вполне прилично жить, но не более того. Если хочешь заработать денег, купит предметы роскоши, стать миллионером — отправляйся в неизведанное, рискуй, ведь известно — тот, кто не рискует, тот и не получает Куш. Тем более, что все книги, все фильмы, что создавались на Земле рассказывали о тех, кто рискнул, несмотря ни на что, и добился — преодолев все препятствия, что встали на жизненном пути.

Культ первопроходца, возведенный в ранг положенности — вот что царило на Земле. И это понятно, ведь если бы каждый, кто родился на Праматери, остался бы там навсегда — жизнь на Земле стала бы невыносима из-за безумной перенаселенности. Как и было — тысячи лет назад, когда первые звездные корабли-колонии отправились в путь, из которого нет возврата назад.

Эта, древняя Земля чем-то напоминала Синтонию — дикая, необузданная, она понравилась Хагану, и он с усмешкой подумал о том, что не отказался бы захватить весь мир, и обосноваться здесь навсегда. Жаль, конечно, что здесь нет женщин его племени, но.когда припечет можно и с «голой»! А что — когда хочешь пить, не думаешь о том, что у воды не очень приятный вкус, пьешь, и все тут.

Дорога до замка не заняла много времени — пять минут, и вот он — темный, уродливый, с высокой башней, указывающей в небо, как толстый корявый палец. Ни тебе развевающихся веселых флагов с рыцарскими гербами, ни иллюминации, подсвечивающей замки веселыми огнями факелом. Темнота, грубая кладка, ров с зеленой тухлой водой, источник болезней. Лишь дым из трубы указывает на то, что замок жив. Готовят еду на завтра? Скорее всего, пекут хлеб — решил Хаган, и осторожно подвинув шлюпку боком к дымящей трубе, открыл люк.

— Давай! Только не свались.

Сихха аккуратно забросила круглый контейнер с порошком в трубу, потом один за другим несколько штук разбросала по территории замка, насколько могла добросить. Хаган двинул шлюпку вперед, обходя замок по периметру, и Сихха так же методично забросала территорию укрепления сонными шашками. Осталось подождать результата бомбардировки.

Через несколько минут весь периметр затянуло толстым слоем туманной дымки. Зай специально добавил в состав порошка подкрашивающее вещество, чтобы было видно, выветрился газ, или все еще на месте. Со слов искина, газ разлагался через несколько часов, превращаясь в безобидную смесь воды и химикатов. Очень приятная для войны штука — если только у противника нет боевых скафандров с мощными фильтрами, не пропускающими ядовитые газы и радиацию. Такие, например, как у Сиххи.

Эти скафандры остались с тех пор, как на «Бродягу» совершил нападение отряд с абордажной шлюпки, которую теперь и пилотировал Хаган. Броню отчистили, отмыли, и на ней не осталось и следа бывших хозяев, упокоившихся в недрах дезинтегратора.

Выждав минут двадцать, чтобы газ хорошенько проник во все щели замка, Хаган снизился во дворе, перед воротами, и Сихха спрыгнула вниз, сопровождаемая ремонтным роботом, ведомым Заем. Ремонтный робот кроме обычных щупалец был вооружен резаком и щипцами для перекусывания запоров и цепей, на куполе ремонтника, на багажнике — сверток со скафандром для пленника.

Место, где находился Слай примерно было известно — северное крыло — потому Сихха уверенно шла по территории замка.

Белесая дымка придавила замок тяжелым, дурманным сном. Спали собаки, спали овцы в загоне, спали гуси и утки, никто и ничто не нарушало тишину, кроме шума ветра и мерных шагов Сиххи, меряющей булыжники площади закованными в металлопласт ногами. Ремонтный робот семенил сзади, перебирая паучьими лапами, и эта парочка в самом деле была похожа на выходцев из Ада — черная, поблескивающая в темноте фигура Сиххи, в броне которой отражался свет некстати вышедшей из-за туч луны, и серебристый паук-переросток, двигающийся практически бесшумно, в отличие от девушки, не старающейся соблюдать тишину.

Кого тут будить, чего опасаться? Даже птицы не могли пролететь над крепостью без того, чтобы не свалиться на землю почти что бездыханным «трупом». Почти — потому что и выглядели уснувшие совершеннейшей падалью — неподвижные, со скрюченными лапами, приоткрытыми клювами — тут их было десятки, видимо слетались поклевать лошадиное дерьмо и попали в ядовитый туман.

— Зай, ты уверен, что со Слаем ничего не случится? — настороженно переспросила девушка, шагая сквозь «сонное царство». — Мне кажется они тут все передохли!

— Я уверен, что для людей газ безопасен. — тут же откликнулся искин. — На птиц и животных гарантию дать не могу.

— Надеюсь, что Слай не птичка. — вздохнула Сихха, и пошагала дальше.

Через несколько минут она остановилась перед дверью, за которой должен был находиться Слай — если верить сигналу, исходящему от вживленного в него передатчика.

Перед дверью лежал здоровенный мужичина, воняющий винным перегаром, застарелым потом и чем-то кислым, о чем и думать не хотелось. Охранник свалился так, что загородил вход своим телом, привалившись спиной к двери.

Сихха подумала секунду, хотела сдернуть спящего куда-нибудь в сторону, но тут же опомнилась, отшатнулась, увидев, как по шее пузана совершает прогулку здоровенная вошь, медленно и важно шествуя по направлению к бороде.

По команде девушки вшивоносцем занялся ремонтный робот, легко, как бумажную куклу, оттащивший парня в сторону. Сихха потрогала дверь, пнула ее ногой — та держалась крепко, с честью выдержав натиск бронированной ступни. Девушка скомандовала искину, мыслебразом передав через него задание ремонтнику, и тот послушно поднял ультразвуковой резак, направив его туда, где должен был находиться засов.

Чтобы вскрыть дверь понадобилось две минуты. Невидимый и неслышимый резак вспорол дубовую дверь, будто она была из бумаги, дверь скрипнула и распахнулась, обнажив большой зал, который Сихха до того видела на экране «Бродяги» — пятиконечная звезда, нарисованная на полу, потухшие свечи, топчан у стены и цепь, тянущаяся к голому человеку, который копошился на полу, безуспешно пытаясь встать.

— Эй, Слай, ты в порядке?! — растерянно спросила девушка, глядя на то, как капитан «Бродяги» шатаясь, все-таки утвердился на ногах и бессмысленно вперился в нее слезящимися глазами.

— Ни хрена я не в порядке! — каркнул Слай, сплюнул на пол и снова пошатнувшись. — Ты видишь у меня на ноге цепь?! Так какого хрена спрашиваешь?! В порядке ли я, черт тебя задери! Ты как глупый полицейский из дурацкого фильма!

— И тебе привет! — фыркнула Сихха, подходя ближе к Слаю и стараясь не смотреть ниже пояса пленника. Не потому, что старалась не смутить капитана, а потому что это пикантное зрелище напоминало о том, что Сихха слишком давно лишена мужской ласки, и что это не совсем здоровый образ жизни. И что рядом вообще-то есть мужчина, с которым она была бы совсем не прочь... но...

— Освобождай, черт подери! — снова каркнул Слай, и начал заваливаться назад, как если бы он был тяжко пьян — Ох, как мне хреново!

Сихха поймала приятеля, собралась уложить на топчан, но тут же заметила веселых клопиков, бегающих по одеялу, как футбольная команда в поисках мяча. Призом явно должен был стать Слай, и похоже, клопы были очень расстроены исчезновением источника вкусной и здоровой пищи — судя по коже Слая, попировали они на славу, так что не зря беориец так стремился стоять на ногах, вместо того, чтобы дожидаться спасителей в горизонтальном положении, как и следовало нормальному отравленному газом человеку.

— Как же он сумел не потерять сознание?! — пробормотала Сихха, не ожидая ответа, но он тут же последовал, от искина:

— Могу предположить, что организмы беорийцев более, чем у других людей устойчивы к воздействию подобных газов, как и вообще всех ядов. Это интересное свойство, присущее только их расе. Видимо данное свойство обусловлено особенностями мутации, и у меня нет информации о том, чтобы такие способности были присущи какой-либо другой расе.

— Одевайся! Ну! — Сихха взяла из контейнера сверток с бронескафандром, хотела положить на пол, но вспомнила о тусовке клопов и просто зажала его в подмышке, другой рукой удерживая шатающегося Слая. Пару секунд думала, потом отдала приказ — робот шустро перебирая паучьими ногами шагнул к Слаю, подняв резак ловко и быстро перерезал браслет оков, не задев кожи капитана. Цепь со звоном свалилась на пол, щупальца ремонтника уцепили Слая и забросили его наверх, на купол робота. Через несколько секунд паук уже семенил к двери, мимо уснувших лучников, застывших возле входа на скамье и тоже выглядевших так, будто померли и давно протухли — цвет лица был неприятно синюшним. Впрочем, усиленные микрофоны бронескафандра донесли Сиххе тихое дыхание людей — они были живы и находились в состоянии сродни коме.

Выскочив во двор, робот остановился, выпустил Слая, тот сполз с брони ремонтника, держась за щупальца, и с наслаждением вдохнул более-менее очистившийся от газа воздух. Порывистый ветер, смешанный с дождем, ударил в лицо Слая, схватил его ледяными мокрыми лапами, и беориец задрожал, затрясся от холода.

Холод и озноб выбили из головы дурман отравления, и Слай начал лихорадочно прилаживать на себя бронескафандр, поданный Сиххой. Щелкали захваты, шлепали гибкие бронелисты, становясь на место — две минуты, опустилось забрало шлема, включилась система обеспечения, фильтры, по озябшему телу прошла волна тепла — хорошо, приятно, даже спать захотелось!

— Все? Уходим? — предложила Сихха, и указала на парящую над головами шлюпку — Он сюда не спустится. Нужно уходить через ворота.

— Успеем. — Слай сделал несколько глубоких вздохов, окончательно очищая легкие от остатков летучего яда, махнул рукой. — Мне нужно найти придурка, забрать свой пилотный комбинезон. Ну не оставлять же его здесь? Хрен им, а не мой комбинезон. Ты пока открывай ворота, а я схожу, найду гаденыша.

— Я с тобой. Робот откроет. Ты еще слаб.мало ли что? Упадешь еще. Да и хочется посмотреть, как живут эти скоты. Никогда не была в спальне рыцаря.

Посмотреть в спальне рыцаря было на что. Газовый сон застал доблестного рыцаря Де Моне прямо на супруге, и та лежала под ним, широко раскинув голые ноги и обняв своего благоверного руками, на которых пировали красненькие насекомые, бич средневековья. Их не брал даже ядовитый газ, и Слай подумал о том что этот замок нужно выжигать из плазмометов, чтобы уничтожить проклятую заразу. У него до сих пор чесалось тело, искусанное мерзкими тварями.

Стараясь не глядеть на голые бедра и грудь Анны, выглядевшей в голом виде вполне привлекательно, Слай обшарил комнату и через пять минут интенсивных поисков обнаружил свой комбинезон возле входа, спрятанным под скамьей на полу, в мешке из какой-то грубой колючей ткани. Можно было уже покинуть «гостеприимного» хозяина, сверкающего голым белым задом, как горная вершина своими снегами, но Слай вернулся, поднял со скамьи широкий ремень, на котором болтался кинжал, сдернул оружие, примерился, и с наслаждением врезал по заднице хозяина замка — раз, другой, третий! Вошел в раж и начал хлестать часто, наотмашь, вымещая весь свой страх, все свое разочарование, что накопилось за эти сутки.

Удары сыпались часто, почти барабанной дробью, и так продолжалось минуты три, не меньше, пока Слаю не надоела экзекуция. Сихха молчала, не говоря ни слова, и лишь иронически ухмылялась. Впрочем, под глухим забралом черного шлема этого было не увидеть, хотя Слай точно знал — девица сейчас хихикает, и это заводило его еще сильнее.

— Вот теперь все! — облегченно вздохнул капитан «Бродяги» и шустро зашагал к выходу, таща на плече мешок с комбинезоном. Оглядываться на голую парочку он не стал, потому не видел, как Сихха заботливо стащила рыцаря с партнерши — то ли для того, чтобы та не задохнулась под мужем, то ли из чувства зависти — нечего лежать под мужиком, когда кое-кто лишен этой радости на неопределенное время!

Ворота были уже открыты, и перескакивая через тела так и не очнувшихся существ, двое «демонов» выскочили на мост, перекинутый через ров. Скоро они уже шагали по полю, разбрызгивая мелкие лужи, наполненные холодным ночным дождем.

Глава 11

— Ребята, к нам кто-то едет! — передал Хаган. — И не просто едет, а что-то дохрена их едут! Несколько сотен! Нет, не так — едут человек пятьдесят, остальные идут.

— Ты там того... газа не нанюхался? — хмыкнул Слай, которого подташнивало, и у которого болела голова так, что хотел убиться, чтобы прекратить эту чертову боль — откуда в такую рань несколько сотен?!

— Похоже ты слишком нанюхался! Я тебе говорю — идут и едут! Вооруженные! Похоже, что набег! Мне сверху все видно! И не такая уж рань — скоро светает, не видишь? Они, похоже, решили напасть в темноте. Сдается, это заклятый друг нашего Жана решил навестить свою бывшую невесту и поучить хорошим манерам вероломного соседа.

— Может, не сосед? Кто-то еще? — вмешалась Сихха, вглядываясь в темноту. — Я ничего пока не вижу! Далеко они от нас?

— С километр. Идут довольно быстро, скоро будут здесь. Так что будем делать? Оставим все как есть? Пусть вырежут этих придурков? Честно сказать, мне на них наплевать, пусть режут. Я не люблю предателей! Только не надо сейчас ныть про то, что он не предатель, что мы его захватили и заставили, что священник его заставил, что он невинная жертва, и бла бла бла... меня вырвет от этой мути! Лучше реши, что мы будем делать.

— Решил. Назад, Сихха! Закроем ворота. Если обитателей замка вырежут, получится, что по нашей вине — если бы не мы, они бы не уснули, мы не открыли ворота, захватчики бы не вошли. Так что сейчас мы снова закроем ворота и пусть попробуют взять замок. Интересно как они это сделают.

— Ты хочешь посмотреть штурм? Слай, тебе все игрушки! Во-первых, ты влез в этот замок хоть я и предупреждала о возможных последствиях. Во-вторых...

— Во-вторых, заткнись! — резко оборвал Слай, и зашагал к воротам, не глядя на застывшую Сихху. — Совсем распустились! Обсуждаете приказы, капитана, спорите, обзываетесь — да пошли вы к черту! Все пошли, все! Кроме Зая. Один он человек, а вы две злобные, мерзкие твари, которым ничуть не жалко своего товарища! Тьфу на вас!

— Чего он забушевался? — хмыкнул Хаган. — Давненько его таким не видел, с тех пор, как мы с ним разносили бордель на Мории.

— Последствия отравления. — вдруг вмешался Зай. — Капитан не до конца вывел из организма усыпляющий газ, и теперь у него болит голова, ломит тело и как следствие, могут быть неконтролируемые вспышки раздражения и агрессии. Так что это все в порядке вещей. Понадобится некоторое время, чтобы он избавился от последствий отравления.

— Все это замечательно, но ты быстренько тащи свою худую попку к замок! — перебил Хаган. — Ты что, не видишь, они уже близко! Си, вали отсюда!

— Вижу. Не думаю, что мне нужно отсюда валить. Слай, давай мы их просто разгоним? Зачем суетиться с воротами, зачем думать, как держать оборону, когда можно просто разогнать это жалкое войско? Наша броня держит пули и лучевики, неужели не удержит стрелу и меч? А если что — Хаган нас поддержит огнем шлюпки! Впрочем, мне кажется, хватит и моих лучевиков.

— Извините, ребята, я и правда туплю. — откликнулся Слай. — Мозги, как в тумане, никак не могу сосредоточиться. Действительно, какого черта мы забьемся в замок? Разогнать подлецов! Хоть разомнемся.что-то меня уже задрал наш пацифизм. Только не убивайте. И без приказа не стреляйте. Я буду говорить с ними, потом скажу, что делать. Зай, спрячь робота в замок, если что — позовем. Хаг, сделай так, чтобы тебя не было видно с дороги, твое появление оставим на десерт. Жаль, больше нет этого газа.впрочем — он бы тут вряд ли пригодился. Сильный ветер, дождь — это в замке можно его налить, как в кружку, а тут никак не получится. Я прав, Зай?

— Прав, капитан. Может мне переместиться поближе?

— Сиди пока на месте. Вряд ли нам понадобятся корабельные плазмометы.

Слай всмотрелся в подходящее войско — теперь уже отчетливо видны всадники, мерно покачивающиеся в седлах. Они были одеты в броню, такую, какую носили большинство рыцарей Франции, по крайней мере, те рыцари, которых уже видел Слай. Подробностей в сумерках и на расстоянии разглядеть пока что было нельзя, но Слай не сомневался, что эти полсотни всадников не что иное, как нанятые врагом Жана безземельные рыцари-наемники, за хорошую плату участвующие в стычках на стороне своих нанимателей. Об этом было написано немало повестей и романов, воспевающих бродячих болванов, у которых не было за душой ничего, кроме брони, меча и всего, что нужно рыцарю для вооруженной борьбы во славу тугого кошелька. Обычно они брали на себя какие-то дурацкие обеты, совершенно невыполнимые и глупые. Впрочем, никто и не ждал, что рыцари их исполнят, это было чем-то вроде обычая — взял обет, рассказал о нем окружающим, и тут же забыл — не дурак же, выполнять все обещания, особенно те, что дал после пятой чаши старого вина.

Первый всадник оказался перед «демонами» минут через пять после сообщения Хагана. Он выглядел внушительно в своей стальной скорлупе, и когда лошадь захрипела, отказавшись идти вперед, рыцарь что-то выкрикнул звучным голосом, ударил ее пятками и подал вперед, чтобы встать прямо черными фигурами странных существ, преградивших ему путь к воротам замка. Всадник повелительно крикнул, осенил себя крестом и начал что-то речитативом читать нараспев — скорее всего, молитву, видимо не надеясь сокрушить неведомых тварей силой оружия. За ним остановилось все войско — люди замерли, будто роботы, бессловесные и беспрекословные. Не было слышно разговоров, только иногда предутреннюю тишь разрывал многоголосый кашель, указывающий на то, что дождливая погода не спутник хорошего здоровья, и что солдатская служба совсем не сахар и мед.

Видя, что дьявольские образины не уступают дорогу, всадник махнул рукой,и вперед выдвинулась «тяжелая артиллерия» — три человека в таких же плащах, как убиенный хозяином замка инквизитор. Эти трое спешились, передав поводья кому-то из солдат позади них, и взяв в руки здоровенные кресты, выдвинулись вперед, видимо на расстояние максимального поражения.

Как они определили, что их оружие эффективно именно с трех шагов, было неясно, но Слай не мог спросить этих священников, чтобы прояснить вопрос, если бы даже у него и появилось такое патологическое желание — инквизиторы не поняли бы его, если бы Слай попытался им что-то сказать. Можно было конечно, передать кому-то из них клипсу-передатчик, но вряд ли это было бы хорошей идеей — только представить себе, что некий демон вдруг предлагает человеку нацепить на себя подозрительную черную штучку, из которой звучит голос! Что с ней нужно сделать, с этой штукой? Конечно — истребить! Сжечь! Растоптать! А потом, для верности, утопить в святой воде — ну, это как водится.

Священники опять запричитали заунывными голосами, замахали крестами, будто отгоняя мух, и Слай с неудовольствием подумал, что вероятно таковое безобразие не закончится никогда, и надо что-то делать, чтобы нормально принять душ в своей уютной каютке, в своем родном звездолете. Хватит с него приключений, войны, интриг и всякой такой гадости, павшей на несчастного капитана по воле жестокого Создателя. И не пора дли Создателю наконец-то взяться за ум и перестать совать его в различные вонючие дырки, которые и назвать своим именем противно, не то что их представить.

И вдруг, как будто отвечая на мысленное желание Слая, откликнулся Зай:

— Я закончил расчеты.

— Что ты закончил? Что?! — не поверил Слай. — Ты узнал, как вернуться назад?! Точно?!

— Да. Я рассчитал наш возможный путь. Для этого нам нужно будет переместиться к Синтонии, приземлиться туда, откуда мы стартовали и сделать то, что должны. И мы вернемся. Вероятно.

— Что значит — вероятно?! — неприятно удивился Слай — Ты не уверен, что у нас получится? Объясни!

— Стопроцентной вероятности дать не могу. Девяносто процентов, и это большее, чего я смог добиться. Перемещение должно произойти через две недели.

— Слышали, ребята? Две недели! — продублировал Слай — так что времени у нас хватает!

— Слышали! — откликнулся Хаган. — Вот только меня очень беспокоит тот факт что есть десять процентов невозврата. И что будет, если мы попадем в эти десять процентов, а, Зай?! Ну-ка, расскажи!

— Все, что угодно. Мы можем пропасть во времени. Можем исчезнуть, развоплотиться. Можем оказаться внутри какой-нибудь планеты. Я не могу предвидеть результат. Все, что мог сделать — сделал. Я снова и снова просчитываю результат, и каждый раз получается одно и то же, с разницей в процент. Извините, большего сделать не могу.

— Потом разберемся. Они что-то задумали! — Слай кивнул на переговаривающихся священников. — Пора что-то делать! Вот что, Хаг, мне надоело на них смотреть. Поднимись и врежь из пушки, прямо перед ними — но никого не зацепи! Чтобы брызги! Чтобы пламя! Устрой тут филиал ада!

— Сделаю, капитан! Кстати, наши друзья в замке просыпаются! Может снова прихватить этого чертова Жана? Поговорить с ним как следует?

— Прихватим, если будет нужен. Давай, пушку!

Шлюпка плавно поднялась с земли из-за замка и поплыла к войску, оцепеневшему от удивления. И немудрено — любой человек этого времени, увидев объект, окутанный голубым туманом, пробиваемым искрами, точно решил бы, что эта штука прилетела из ада. Запах озона, пощелкивание молний..а уж когда дьявольская колесница выпустила из себя потоки огня, вздыбившие землю — тут ничего не оставалось, как собрать все свои силы в кулак и начать героическое отступление — само собой не от страха перед демоническими силами, а только ради того, чтобы перегруппировать свое войско и навалиться на демонов потом, попозже, когда как следует отстираются обгаженные штаны. То, что они обгаженные — сомнений никаких не оставалось, глядя на то, как улепетывает героическое воинство.

На том месте, где стояли грозные бойцы, остались брошенные копья, щиты, мечи, а еще — запах дерьма, который не успел унести ветер, как на грех стихнувший именно в этот момент.

Боевитые инквизиторы убежали вместе с остальными, оставив на месте одного, который то ли помер, то ли потерял сознание от страха, и теперь лежал на спине, закрыв глаза, присыпанные мокрой землей, взлетевшей вверх после залпа шлюпки.

Слай досадливо сморщился, и подойдя к упавшему, наклонился над ним, пытаясь определить — жив инквизитор, или нет. Тот дышал, довольно ровно, хотя и тихо, видимо упал в обморок от страха — так решил Слай. Однако, бросив взгляд в сторону, увидел причину «обморока» — это был здоровенный булыжник, отброшенный ударом из плазмомета шлюпки — камень, видимо, подскочил вверх, и ударил священника прямо в висок. Впрочем — череп был цел, так что инквизитору вроде как ничего не угрожало.

— Не нужен нам Жан! — решился Слай — Зай, хватай этого, и в шлюпку. Хаг, сажай ее тут. Вояки разбежались, так что замку ничего не угрожает. По крайней мере — пока. И вот еще что — пусть робот соберет разбросанное барахло — оно денег стоит, и нам пригодится.

— Решил с инквизитором найти общий язык? — усмехнулась Сихха, морща мокрое от дождя лицо. — Вот же гадость какая! Какой противный дождь!

Мелкий дождик, который недавно почти утих, в эти самые минуты превратился в настоящий ливень, так что Слаю пришлось опустить забрало скафандра. Его примеру последовала и девушка, бормоча под нос какие-то невнятные ругательства.

— Попробуем. Я догадываюсь, о чем ты думаешь — мол, фанатик, что с него взять? Попытаемся, там видно будет. Может этот поразумнее, чем Жан? По крайней мере, от него меньше воняет!

— Это точно! — устало вздохнула Сихха и быстро зашлепала по грязным, покрытым пузырями лужам к шлюпке, повисшей над землей на высоте полуметра.

Хаган не стал сажать ее в грязь, и правильно сделал — удовлетворенно отметил Слай. Иначе всего «Бродягу» бы запакостили. И без этого придется отмываться.и дезинфицироваться.

У Слая опять зачесалось в паху, и он с ненавистью посмотрел на темнеющий замок, в котором он получил полное и окончательное представление о рыцарской романтике, и о том, как великолепна была жизнь в героические времена, воспетые поэтами.

* * *

— Как хорошо! О Создатель, как хорошо жить!

— А хорошо жить — еще лучше! — Хаган отхлебнул из стакана фиолетовой жидкости и довольно зарычал, закатывая глаза. — Знаешь, а в этом что-то есть! Когда долгое время не можешь пользоваться благами цивилизации, волей-неволей начинаешь их ценить, эти самые блага. Вот даже легкий эйфориак — нет его, и жизнь кажется скучной, тусклой, лишенной некой живой струи.

— Как его понесло-то! — ухмыльнулась Сихха. — Глянь, какой философ сделался, и всего лишь нужно было налить стакан-другой! Может ему и вправду время от времени нужно нажираться? Мне кажется, он от этого умнеет!

— Верно! Умнею! — встрепенулся Хаган, покосившись на Слая. — Слышал, капитан? Это тебе народ говорит, не я! Нужно время от времени давать расслабиться, и тогда.

— И тогда ты сопьешься — отрезал Слай, задумчиво глядя на нового «гостя». — О деле думай. У нас не так много времени, чтобы сделать то, что хотим.

— Это ты хочешь, Слай. — хмыкнул Хаган, осмелевший от выпитого. — Честно сказать, я не верю в эти дурацкие железки, деньги за них — да какой дурак даст? Зай, конечно, все зафиксировал, сделал фото рыцарей в броне, но... в общем — ерунда это все. А давай мы мир захватим? Останемся здесь жить, станем королями! Ведь запросто!

— А с кем ты будешь заниматься сексом? С дикими волками? — вкрадчиво осведомилась Сихха — Тут твоих соплеменниц нет. Что делать-то будешь?

— Да, это проблема. — вздохнул Хаган. — Я так долго без бабы не согласен. Жаль. А можно было бы, а?

— Можно. — медленно кивнула девушка, и посмотрела на молчаливого Слая. Ее глаза затуманились,, и Сихха тихонько вздохнула. Увидев, что Хаган понимающе скалится, показала кулак, и вдобавок состроила страшную рожу, от которой Хаган покатился со смеху, зарычав, как дикий зверь.

— Я смотрю, вы веселитесь? — мрачно спросил Слай, оглядываясь на ухмыляющихся друзей. — Лучше бы на самом деле подумали, стоит ли нам возвращаться, рисковать? Риск десять процентов — это очень много! Серьезно — стоит нам возвращаться, как вы думаете?

— Мне все равно. — так же серьезно ответила Сихха. — Мне везде хорошо. Есть корабль, есть.все, что нужно для жизни.

Сихха потупилась, она чуть не сказала: «Есть ты» — но удержалась. Почему удержалась? Она сама не знала. Видимо по известной схеме: «Женщина не должна навязываться мужчине! Если это, конечно, не проститутка!»

— Ты, Хаг? — Слай покосился на приятеля, и тот посерьезнел, задумчиво глядя куда-то в пустоту, над головой капитана.

— Да, я бы остался. Но ты представь себе — ты — один. И ни одного существа твоего племени. Кроме... как сказала Си — диких волков. Никаких шансов создать семью, заиметь детей. Ты, к примеру, всегда можешь найти себе женщину из местных, возможно даже завести с ней детей. А то, вон — Си по тебе сохнет, влюблена, как кошка, так и мечтает в твою постель запрыгнуть! И если бы ты не был дураком, давно бы ее...

— Заткнись, Хаг! Убью! — Сихха зашипела и ловко метнула в Хагана ботинком, который стащила у себя с ноги — Еще раз услышу что-то подобное, я твою кровь выпью коктейльной соломинкой!

— А чего ты так возбудилась? Я что, не вижу, что происходит? Один только объект твоего обожания не видит — потому что бесчувственный болван! Я бы и то не выдержал, если бы ты так на меня смотрела! Хотя и ненавижу кошек. Да ладно, ладно — к делу! Нет, я против того, чтобы остаться. Что будет, то и будет. Сдохнем — так вместе. Авось переселимся в мой загробный мир, будем пировать вместе! Помните, как здорово было в Раю?

— Помним — отвел глаза Слай, стараясь не смотреть на смущенную девушку.

Сихха покрылась румянцем так, будто она была не прожженной, видавшей виды циничной и сильной воительницей, а нежной, домашней девочкой, впервые увидевшей голого мужчину в своей постели.

— А сам-то ты что думаешь, Слай? Хочешь вернуться?

Слай помолчал, проворачивая в голове возможные варианты, и через пару минут, ответил:

— Скорее всего — да. Но не уверен, должен ли я подвергать вас опасности. Может все-таки нам остаться? Нет — там мама, она будет переживать, страдать. Нет, вернемся. Ладно, с этим вопросом решили. Наш гость очнулся? Зай, сделай ему укол чего-нибудь бодрящего, пусть мозги прояснит. Хочу поговорить с фанатиком. Как скажу — переводи ему все наши разговоры. А вы, друзья, попытайтесь сдержать свои грязные язычки, не напугайте дикого типа. Все, все, хватит болтовни! Зай, переводи ему.

— Сделано, капитан.

— Эй, ты, священник, как тебя звать?

— Не скажу! Зачем вам мое имя? Что совершить черное колдовство?

— Точно, фанатик! Тупой фанатик! — Сихха усмехнулась и вздохнув, добавила: — Этот хоть не воняет. Хотя... тоже попахивает.

— Си, не мешай! — помотал головой Слай. — Священник, какого черта вы поперлись к Де Моне? Зачем шло войско?

— Искоренять ересь, конечно! Его сосед предоставил неопровержимые доказательства, что Де Моне занимается черным колдовством, вызывает демонов! Кои и помогли ему отнять невесту у богобоязеннного рыцаря! И как вижу, все точно — демоны! Дьявольские отродья! Но вы не возьмете мою душу, нет! Не достанется она вам!

— Я где-то это уже слышала, или мне показалось? — скривилась Сихха. — Слай, зачем ты этого дебила сюда притащил? Ясно же было, чем это закончится!

— Ничего еще не ясно! — отмахнулся Слай. — Священник, у меня к тебе деловое предложение. Выгодное. Мы попытались сотрудничать с Де Моне, но он нас обманул, попытался меня захватить. Кстати — убил вашего человека, инквизитора, отца Александра. Это вы заслали Александра к Де Моне?

— Да. Он должен был разведать и потом доложить.

Священник задумался, и на его жестком лице возникла гримаса ярости:

— Значит, все-таки убил. Ничтожество! Он ответит за свои преступления!

— Я не вмешиваюсь в ваши дрязги, но замечу, что когда Де Моне был здесь, он проклинал нас, читал псалмы, а потом дрался с одним из нас, прославляя вашего Бога. А этот самый отец Александр, насколько я понял, переспал с женой Де Моне. И кстати, как вы собирались учинить суд над Де Моне, если он был в походе на Англию? Каким образом вы собирались его судить, на расстоянии, что ли?

— Вообще-то судить мы собирались его жену. Ясно ведь, что это по ее наущению он предался Сатане! От женщин все зло!

— Они тут что, гомики? — фыркнула Сихха. — Непонятно, как вообще размножаются, если так ненавидят противоположный пол!

— Как ты можешь так говорить, демоница! — яростно сплюнул священник, удерживаемый роботом в вертикальном положении. — Содомия суть смертный грех! Никогда священники Франции не предадутся этому греху! Никогда во Франции содомия не будет признана похвальным деянием! Это сатанизм! Это от Диавола! За это надо сажать на кол! Народ, признавший содомию благостным деянием, будет низвергнут в геенну огненную, его ждут муки пекельные! Ибо сказано: «Если кто ляжет с мужчиною, как с женщиною, то оба они сделали мерзость: да будут преданы смерти, кровь их на них!» Да будут прокляты содомиты! И чародеи!

— Успокойся... разбушевался — буркнул Слай — Плевать мне кто вы тут, гомики, или же натуралы. А насчет чародеев ты вообще погорячился. Я хочу заключить с тобой договор. Да никакой продажи души, не нужны мне ваши поганые души! Я хочу купить рыцарских лат, щитов и оружия — как можно больше! И мне на это нужны деньги. И ты поможешь мне их заработать. А когда поможешь — получишь от меня много денег. Очень много.

— И никакой продажи души? Никакой подписи кровью? — насторожился священник, глаза которого заблестели при словах Слая: « получишь много денег».

— Никакой продажи. Мы загрузимся оружием и броней, и потом улетим к себе на родину.

— В ад?

— Да какая тебе разница? Не в ад, но в другой мир! Да если бы и в ад — тебе не плевать на это? Чтобы собрать оружие, у нас есть две недели. Поможешь?

— А если нет?

— Тогда я выпру тебя из корабля, и попробую завершить сделку с Де Моне. Хотя он мне, честно сказать, неприятен. После того, что со мной сделал.

— А что... он и вправду пел псалмы? Дрался на поединке с демоном, с именем Господа нашего?

— Правда. Все чистая правда. Зачем мне врать? Мне на этого Де Моне плевать, но я люблю справедливость. Итак, я предлагаю тебе выгодные условия — ты поможешь нам закупиться товаром, мы поможем тебе разбогатеть.

— И каким же образом все это будет происходить? — священник нахмурил брови, настороженно глядя на странную компанию. Было видно что в его голове идет лихорадочная работа мысли. С одной стороны — демоны, с другой — предлагают сделку, ничего за это не просят, и... почему бы и нет? Всегда можно попробовать обмануть демонов — на то они и демоны, чтобы их надувал каждый разумный человек!

Эти мысли были просто-таки написаны на лбу инквизитора, и Слай про себя хихикал, глядя на образующийся коварный замысел против исчадий ада.

«Как разбогатеть, обмануть демонов и при этом не потерять свою душу?» — вот как должна была называться будущая книга, руководство по борьбе с демонами, которую напишет этот инквизитор. Если захочет, конечно.

— Ты нам привезешь три телеги отборного кускового угля. Через день, или два, сопроводишь меня в город, где я продам ювелиру алмазы. А затем отведешь к оружейникам, где я закуплюсь товаром. За услуги ты получишь алмазов достаточно, чтобы безбедно жить самому и оставить своим потомкам. Как тебе предложение?

— Уголь вам зачем? — настороженно спросил инквизитор. — Поджаривать человечину?

— Тебе какая разница? Может я Де Моне хочу превратить в жаркое! — усмехнулся Слай. — Так я спрашиваю, как тебе мое предложение? Тебе не нравится перспектива получить кучу алмазов?

— Слай — ты гений! — выдохнула Сихха. — И почему мы не подумали об этом раньше?! Это же углерод! Даже переделывать почти ничего не нужно! Молодец!

— Раньше нужно было вспомнить, а я, болван, свинцом занялся. — смущенно улыбнулся Слай. — Сейчас только вспомнил.

— Мда... ядовитый газ пошел тебе на пользу. — усмехнулся Хаган. — А ведь может получиться, если только этот придурок не подведет. А зачем тебе там много угля? И одной телеги бы хватило. Даже много.

— Ну... не знаю — смутился Слай — Пришло в голову — три, и все тут! Ну. можно одну. Действительно, какая разница? Эй, инквизитор, так что ответишь на мое предложение? Опять будешь вопить и молиться, или все-таки возьмешься за ум?

— Через два дня я могу доставить две телеги угля — деловито сказал священник, прищурившись, глядя куда-то в пространство — В Париже у меня есть знакомые ювелиры, но сразу много алмазов за дорого не продать. Нужно будет разбросать их по ювелирам в других городах. И даже странах. Но насколько я понимаю — проблем у вас с этим нет? Вы можете перемещаться на большие расстояния за короткое время, так?

— Так — довольно кивнул Слай — Вот это уже деловой подход. Теперь давай обсудим твою долю, и как это все мы сделаем. Я не хочу попасть в ловушку, как у Жана Де Моне. И если ты задумал меня поймать, заверяю, что мы убьем всех, кто попытается обмануть. Хватит нам уже предателей, хватит обмана. Только честная сделка! Все ясно?

— Куда уж яснее. — хмыкнул священник, и чуть улыбнулся. — Только и я рассчитываю, что вы не обманете. Потому, прежде чем сделаю хоть шаг — после того, как передам вам уголь — желаю увидеть алмазы и получить часть из них вперед. Чтобы быть уверенным, понимаете?

— Послушай... не знаю, как тебя звать — нам обманывать ни к чему. Для нас эти алмазы — все равно как камни под ногами! Для нас дороже другое..нет, не души! Ну что вы привязались к эти чертовым душам?! Тьфу! Не чертовым... в общем — отвали ты с этими душами! Забудь! Честная сделка! Продаем алмазы, покупаем броню и оружие, улетаем в свой мир. Ты остаешься с кучей денег, и делаешь все, что хочешь. Вот так! И еще — мы не демоны, мы люди из другого мира! Просто мы далеко ушли от вас по развитию, но ничем.почти ничем не отличаемся от обычных людей, вот и все!

— Хорошо, коли так. — вздохнул священник, и его некрасивое лицо пятидесятилетнего, побитого жизнью и оспой мужчины озарилось легкой улыбкой. — Вообще-то, я уже хотел уйти на покой. Хватит разбираться с грешниками, хватит искоренять ересь — ее все равно не искоренишь! Эти содомиты захватили весь мир, даже в рядах святой инквизиции оказалось столько негодяев, что... ну да вам ни к чему.

— Ну что же... Зай. Отпусти его. Вот что, священник, куда тебя отвезти? Так, чтобы не испортить твою репутацию.

— Я подумаю. — кивнул инквизитор, разминая затекшие руки и поглядывая на странных демонов, развалившихся в своих креслах.

Почему-то он верил этим трем странным существам, и в его седой голове вдруг возникла мысль: «А демоны ли они?» мысль была странной, еретической, но спасительной. Ведь настоящий священник не будет сотрудничать со слугами Сатаны, а вот с существами из другого мира — почему бы и нет? Пусть даже они такие странные, как эта троица.

* * *

— Я не верила, что он вернется. — Сихха прижалась лбом к прозрачной стене, разглядывая телеги, на которых навалом лежал уголь. — Ты опять оказался прав.

— Ничего удивительного. Он хочет денег. Много денег. Очень много денег. И ради этого готов пойти на сотрудничество даже с самим Дьяволом.

— Ну... не с Дьяволом, а всего лишь с его пособниками. — фыркнул Хаган. — А это разные вещи. Может он не стал бы сотрудничать, увидев самого Нечистого?

— Только если бы Нечистый воткнул бы ему рога прямо в зад. — ухмыльнулась девушка. — Что-то я не вижу у того, кто должен бороться за Веру, особого желания побороться с Дьяволом. Кстати сказать, наш «друг» Де Моне в этом отношении был гораздо устойчивее. Впрочем — и его надолго не хватило.

— Человек существо слабое, неустойчивое. Куш! Большой Куш! Вот что правит миром!

— И тобой? — улыбнулась девушка, потом повернулся к Слаю, опершись спиной на стену-экран. — Скажи, если бы тебе дали денег... очень много денег, что бы ты сделал? Купил бы себе виллу на Земле? Никуда бы больше не полетел? Женился бы?

— Если бы встретил такую, как ты. — Слай слегка улыбнулся, посмотрел в глаза девушке и тихонько вздохнул. — Что с нами будет, Си?

— Что с нами будет? — тоже вздохнула Сихха. — А тебе не кажется, что мы слишком много об этом думаем? Что нужно жить одним днем? Я счастлива, что все так получилось. И была бы еще больше счастлива, если бы.

Она замолчала и закусила губу. Слай понимающе кивнул, грустно улыбнулся:

— Ты же знаешь, что у нас с тобой ничего не может получиться? Разные расы, у нас не может быть детей. Мы можем взять приемных, да, но будут ли это наши дети? Да и рано об этом думать — я точно не представляю себя отцом семейства. У меня ветер в голове, понимаешь?

— Понимаю. Я все понимаю. И насчет детей, и насчет ветра... но мне плевать. У тебя ко мне хоть что-то, кроме физического влечения? Ну да, ты давно без женщины, ты меня хочешь. Я знаю. Но.не в только ведь дело в этом, нет?

— Нет. Ты для меня больше, чем просто объект сексуального вожделения. Клянусь.

— А тогда какого черта ты мучаешь меня и себя? Скоро, возможно, мы превратимся в звездную пыль! И почему мы еще не вместе?

— Правда — почему? — Слай широко улыбнулся, взял лицо Сиххи в ладони и нежно поцеловал ее в упругие, полные губы. Сихха вздрогнула, часто задышала и вдруг с силой прижалась к Слая, так сильно, что у него заболели ребра:

— Никуда не отпущу! Все! Теперь — ты мой! Пойдем в мою каюту!

— Прямо сейчас? — не удивился Слай.

— А чего откладывать? Пусть волк занимается погрузкой, ему все равно делать нечего! Пусть хоть немного поработает! Пойдем, ну увиливай! Докажи, что беорийцы так искусны и неутомимы в любви, как про них говорят! Ну что застыл?! Ты идешь?!

— Иду... куда же я денусь от своего счастья. — улыбнулся Слай, и легонько вздохнул.

— Развратники! Негодяи! Отвратительные, извращенные типы! — буркнул Хаган, выходя из рубки и цинично сплевывая на корпус робота уборщика. — Как что, так я работать, а они в постели кувыркаться! Рабовладельцы, проклятые рабовладельческие демоны! Тьфу на вас! Тьфу!

Те минуты, что они шли до каюты Сиххи, Слай думал о том, что Создатель не оставил своих попыток угробить несчастного бывшего менеджера с провинциальной планеты. Из всех потенциальных партнерш он выбрал ему получеловека, полукошку, с замашками убийцы, с взрывным характером и острым язычком. И чем все это закончится было совершенно неизвестно.

Да, ему хотелось, чтобы отношения с Сиххой остались на уровне дружбы. Но.если уж так вышло? Что теперь поделаешь. Против природы не попрешь!

А потом думать было уже некогда.

И это было хорошо.

Нет, не хорошо — замечательно!

И еще, оказалось — хвостатые девушки очень, очень горячи в постели...

Ну, может и не все, но.одна — точно.

А может это любовь? И хвост тут ни причем? Сложный вопрос.

А с хвостом-то забавно, да.

* * *

Две недели прошли в суете, в бегах. Инквизитор оказался вполне деловым человеком с многочисленными связями в Париже и других городах. Он сумел продать алмазы по достаточно выгодной цене, и хотя Слай подозревал,что этот проходимец надул «демонов» процентов на двадцать, но раздувать дело не стал — пусть подавится. Все равно было выгодно. Горстка бриллиантов — и вот тебе куча золотых! А бриллианты из чего? Из угля! Считай — даром!

Конвертор великолепно справился с работой, ведь ему всего лишь было нужно перестроить кристаллическую решетку углерода, и на вот тебе — сияющий гранями кристалл!

С броней и оружием тоже не возникло проблем. Уж чего-чего, а этого добра и во Франции, и в Англии хватало. Особенно после той самой памятной битвы при Креси, откуда был изъят рыцарь Жан Де Моне.

К концу второй недели трюм «Бродяги» был набит вонючим барахлом, снятым с покойных рыцарей. То, что эта броня имела следы ударов мечей и стрел даже добавляло ей стоимости, как знак того, что это настоящая броня, а не какой-то там новодел. Вот только отмывать от крови довольно трудоемко, но — сами, что ли? Для того есть роботы, а кроме роботов — простолюдины, которые за плату сделают все, что угодно. За хорошую плату.

Рыцарь Де Моне не пострадал от репрессий. Слай договорился с инквизитором, чтобы того не трогали — не потому, что возлюбил предателя, нет, просто не хотелось распространения временных парадоксов — ведь каждое воздействие на реальность может ударить в Слая и его друзей. А если Де Моне и его жену казнят за связь с демонами? Это ли не воздействие на реальность?

Стоила договоренность лишнего десятка камешков — считай, почти ничего не стоила. Де Моне тоже подкинули пару-тройку — пусть живет, все-таки он недурно бился за Веру, настоящий рыцарь, хоть и вонючка.

Все это время Слай наслаждался — ему было интересно, а еще — приятно. Ночи он проводил с Сиххой, дни — путешествовал по древнему миру, фиксируя все, что видел — благо что Зай смотрел на все его глазами и сохранял в базе данных (На ночь отключаясь! Сихха была не против, чтобы искин фиксировал их безумные сексуальные игрища, но Слай запретил записывать — пуританское воспитание, что еще сказать? Не дай Создатель, кто-нибудь увидит, что они творят, а еще хуже — выложит в сеть! Мамочке Слая это бы не понравилось. Хотя.кто знает? Слай подозревал, что мамочка не так уж и сдержанна со своими мужчинами. Были основания так подозревать.)

По окончании двух недель корабль сталь тяжелее на несколько тонн, а инквизитор богаче на несколько миллионов монет. И все были довольны.

Расстались с инквизитором довольно спокойно, но без теплоты — ну какая теплота может быть между борцом с демонами и этими самыми демонами?

Священник так до конца и не поверил, что «демоны» на самом деле не демоны, что кто-то может летать между звездами, что планеты суть огромные шары, висящие в безвоздушном пространстве, а звезды суть солнца, которые..ну и так далее. В общем — ересь, богопротивная ересь, недостойная верующего человека. Сжигать нужно за нее! И если бы не алмазы.и не орудия корабля.

Ну какая, к черту, тут любовь и дружба? Сделка, между врагами. Если бы священник мог, он бы отнял корабль, а демонов поджарил на веселом огне. Но вот не получится, увы для него.

Наконец, настал день отбытия со Старой Земли. Никакого прощания не было — старт, и.космос, черная пустота, иглы звезд — все, как обычно. Скучно, рутинно, как и положено.

Переход до Синтонии прошел спокойно, без проблем. Планета — дикая, неосвоенная, чем-то напоминала Старую Землю — такая же заросшая лесами, холодная, неуютная. Или наоборот — уютная? Но это как посмотреть.

Слай предпочитал цивилизованные планеты, с мотелями, гостиницами, курортами. Ночевать под кустом — это не для него. Терпеть не мог походы на природу, особенно если природа высылает на борьбу со Слаем тучу мерзких жалящих насекомых. На Синтонии таких было более чем достаточно.

Когда настал Час «Х», прощаться друг с другом не стали — дурная примета. Пару шуток насчет встречи в ином мире, и.все. Кресла зажали в свои тугие объятия, генераторы выведены на полную мощность, старт!

И темнота.

* * *

— Дома! Мы — дома!

— Ты уверен?

— Мне вообще-то Зай сказал. Он уже сеть просканировал. Мы... что? Ребята, мы за три часа до того, как на нас напали на Синтонии! Только что Зай известил!

— Как так получилось? Зай?

— Простите, мне хотелось посмотреть, что будет, если мы появимся раньше, чем провалились во время. Сейчас фактически мы существуем в двух экземплярах.

— Мда... Зай, ты все больше очеловечиваешься. То-то ты столько времени рассчитывал дорогу назад! Ты уверен, что в этом времени ничего не изменилось после того, как мы побывали в прошлом?

— Уверен. Я просканировал все, и уже сравнил исторические факты, бытовые мелочи. Все так, как и было. У меня есть теория на этот счет.

— И какая же?

— Парадокс невозможен. Мироздание не позволит совершиться парадоксу. И наше путешествие это доказывает.

— То есть? Как это понять? Например — с классическим случаем — я спускаюсь в прошлое и убиваю своего дедушку до рождения отца — как тут быть?

— Ты не сможешь убить своего дедушку. Мироздание тебе не позволит это сделать. Кто-то, или что-то тебе помешает. Я уверен в этом на сто процентов.

— Хочу проверить. Летим на Синтонию, давай проверим! Если все то, что ты сказал, верно, значит мы не сможем предупредить короля о заговоре!

— Хаг, а если получится? Не дури, лучше займемся своими делами. Мы победили, это уже выигрыш. Не нужно дергать мироздание за усы, верно, Си?

— Верно, капитан!

— Верно, капитан.а почему ты не говоришь «Верно, любимый?»?! Конечно, ты его поддержишь! Тьфу!

— Волк, в тебе говорить зависть.не нужно быть такой завистливой гадиной! Сейчас мы спустимся на Праматерь, и отпустим тебя в бордель, где обитают самые лохматые и самые зубастые синтонийские девки! И ты оторвешься по-полной!

— И нажрусь?

— И нажрешься! Только из полицейского участка будешь выкупаться за свой счет!

— Согласен! Ладно беру свои слова назад. Ну да, досадно — вы милуетесь, а я один! Мне тоже хочется. Да нет, не кошатину хочется! Чего глаза вытаращили?! Нормальную женщину хочу! В общем — я поймал вас за язык, если вы не позволите мне пойти в загул — кровь из вас выпью!

— После того, как продадим наши железяки. Все загуляем!

— И опять куда-нибудь вляпаемся?

— А ты на что? Ты пить не будешь, женщинам вообще пить противопоказано. Так что будешь за нами следить.

— Кто это сказал, что противопоказано? Мужчинами, небось? Я так и поняла! Нет уж, гулять, так гулять! Мне тоже хочется расслабиться. Последнее наше приключение было... хмм... слова не подберу. Забавное?

— Забавное, ага. Только не последнее, как мне кажется.

— Точно, Слай — не последнее. Надеюсь — не последнее.

Звездолетчики усмехнулись посмотрели вверх. Туда, где за невидимым куполом корабля сияла голубая планета. Она была такой же, как и тысячи лет назад, такой же — да не такой. Теперь космос вокруг нее кишел от кораблей, светился от выхлопов двигателей, сиял огнями орбитальных станций, похожих издалека на огромные сверкающие алмазы.

Душа Слая пела — все хорошо! Он дома! Урааа! Они снова победили — теперь еще и Время! И впереди все только хорошее!

Слай встал с кресла, подошел к прозрачной стене, всмотрелся в космос, светившийся мириадами звезд. Потом обернулся к друзьям, и с счастливой улыбкой, сказал:

— А хорошо все-таки возвращаться, правда?

— Хорошо! — с улыбкой кивнула Сихха, и лукаво спросила. — Не жалеешь, что занялся таким опасным делом? Сидел мы сейчас в светлом офисе, продавал чрипсы! Ни тебе волнений, ни тебе опасности, а? Нужно это все было?

— Нужно! — без улыбки кивнул Слай. — Тем более, если бы я не занялся бы этим делом, не встретил бы вас. А я теперь не представляю жизни без этой вот мохнатой морды, и без тебя, Си!

— Так выпьем за дружбу! — взревел Хаган, и ухмыляясь шагнул к конвертору. — Снимай свой запрет на алкоголь! Давай выпьем как следует!

— Ладно, давай. — улыбнулся Слай.

И они выпили. А потом полетели на Землю. А потом... потом они много еще куда полетели. Но это уже другая история.

Конец книги

Примечания

1

ИЗС — индивидуальная защитная система (прим. редактора)

Content

Щепетнов Евгений Владимирович Рай беспощадный (СИ)

Щепетнов Евгений Рай беспощадный (СИ)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Примечания