Эванджелин Андерсон

ВРЕМЯ ПОРКИ

Глава 1

Лаки Старр точно знала, чего хотела на Рождество — одну ночь со своим горячим, неприступным боссом. Вопрос лишь в том, как этого достичь. Лаки уже пробовала быть лучшей в своем деле и делать все, что от нее требовалось, но это не принесло девушке желаемого. Тогда она попыталась стать смущенной и милой и попросила помочь ей после работы, но ее босс — высокий, смуглый, неразговорчивый и мускулистый мужчина по имени Эрик Пэйн — не поддался и этой уловке. Тогда Лаки осенило: может, сработает, если она станет плохой девочкой?

В течение всей прошлой недели она допускала очевидные ошибки в своих бухгалтерских отчетах по фирмам Смита, Фореста и Старра. Эти ошибки могли бы стоить клиентам их компании целого состояния, если бы мистер Пэйн не нашел их. Но Лаки была уверена, что он их найдет. Это и было целью девушки.

Теперь она стояла посреди кабинета Эрика Пэйна, опустив взгляд на мыски своих сдержанных, деловых туфель на низком каблуке, и старалась казаться растерянной, когда на самом деле в глубине души она была сильно взволнована. Наконец-то он заметил ее не просто как рядового сотрудника!

Если бы кого-то другого вызвали на ковер, они вряд ли бы посчитали это лучшим способом обратить на себя внимание, но Лаки добьется своего любыми путями — девчонка на охоте. Она собиралась так или иначе заполучить в свое распоряжение Эрика Пэйна к Рождеству до самого нового года. И если для этого ей нужно вывести его из себя, что ж — ладно. Если эта тактика приведет к жесткому сексу, Лаки не нужна никакая другая.

— Каким местом ты думала, Люсинда? — глубокий голос босса прошел сквозь нее, заставив задрожать. Никто, кроме мистера Пэйна, не называл ее по имени: друзья и родные звали ее Лаки, сколько она себя помнила. Но когда Эрик Пэйн произнес имя девушки, она почувствовала трепет глубоко внутри, отчего прикусила свою пухлую нижнюю губу и тяжело задышала.

— Я… не знаю, мистер Пэйн, — пробормотала она, осмелившись взглянуть из-под ресниц в его темные глаза, наполненные яростью. Эрик Пэйн был ростом выше ста девяноста сантиметров против ее ста семидесяти, так что сейчас, поднявшись и расхаживая вдоль своего стола, он возвышался над ней.

— Эта ошибка в счете Геллмена была такой глупой, но ты все же совершила ее. Даже ребенок мог бы справится. Ты всегда была аккуратным и прилежным сотрудником. Что произошло?

«А то, что на прилежного сотрудника вы не обратите никакого внимания,» — подумала Лаки, украдкой снова посмотрев на мужчину. Мистер Пэйн был человеком несомненно впечатляющей внешности. Помимо его роста, он был крепкого телосложения, но не перекачан как не-могу-без-спортзала качок. Он больше был похож на боксера с сильными руками и крепким телом, не говоря уже о белом шраме над верхней губой. Лаки хотелось сжать зубами этот шрам, скользнуть языком по плотно сжатым, но таким чувственным губам, но скорее всего она нарвалась бы на выговор, как сейчас.

Лаки считала, что отчасти проблема была в ее заботливом дяде Сент-Джон Старре — одном из главных партнеров компании. Не многие были готовы засматриваться на племянницу босса, и не важно, насколько привлекательна она была, а Лаки знала, какой привлекательной она может быть. Рыжеватая блондинка, волосы которой никак не могли определиться, хотят они завиваться в локоны или быть прямыми, с большими глазами и пышными, соблазнительными формами. Лаки знала, что не была похожа на супермодель, но с другой стороны она этого и не хотела. Пусть другие женщины голодают, избавляясь от груди и попки, а Лаки нравилось ее тело.

— Я не уверена в том, что произошло, мистер Пэйн, — пробормотала она, вновь стрельнув на него глазками, стараясь сдержать озорную улыбку, притаившуюся в уголках губ. — Я… наверно задумалась о другом. Извините, — неискренние извинения вряд ли успокоят его.

— Клянусь, иногда мне кажется, вы это нарочно делаете, — прорычал Пэйн низким, напряженным голосом. Его темные глаза метали молнии, когда он вышагивал перед Лаки, на плечах поигрывали мышцы, отчего натягивалась ткань белоснежной хлопковой рубашки, а узел галстука был, как всегда, безупречен.

Впервые Лаки была близка к тому, чтобы разрушить его крепкий фасад профессионализма, которым он всегда прикрывался, как какой-то магической скорлупой. Он почти потерял контроль, но галстук по-прежнему был аккуратно завязан, короткие темные волосы идеально уложены, и он даже не закатал рукава.

Как же действительно добраться до него? Как заставить его забыть, что она неприкосновенная племянница босса? Лаки была уверена, что он что-то чувствовал к ней: она видела это в его темных глазах и слышала в его глубоком голосе. Лаки нужно как-то заставить его выпустить внутренний огонь, перестать сдерживать эмоции и, наконец, просто взять ее. Но как?

Девушка невинно взглянула на него.

— Зачем же мне нарочно делать ошибки? — спросила она, скрестив пальцы. — Честно, мистер Пэйн, я просто не подумала.

— Что ж, лучше вам начать думать, Люсинда, — он шагнул к Лаки и опустил взгляд, нависая над ней, как гора мышц. Если он хотел запугать ее, то не вышло. Она могла думать только о его потрясающем запахе, пряном и остром запахе кожи и мускуса. Она чувствовала жар его тела прямо через деловой костюм. — Иногда, — сказал он, — я просто хочу…

Лаки сотрясала небольшая дрожь. Вот оно! Эрик Пэйн вот-вот потеряет контроль! Девушка взволнованно свела вместе бедра.

— Что? — сладко спросила она, улыбнувшись.

— Ничего, — мистер Пэйн отступил с мрачным выражением лица. — Вы свободны, — сухо сказал он ей, кивнув на дверь кабинета.

Сердце Лаки упало прямо в туфли. Вот черт! Она была так близко. Если уж ошибки не смогли пробить брешь в броне ее босса, девушка уже и не знала, что делать. Что ж, оставалась еще рождественская вечеринка сегодня вечером. Она могла бы привлечь заинтересованные взгляды в своем новом платье с глубоким декольте, но ей казалось, что потребуется нечто больше просто глубокого выреза, чтобы растопить ледяное сердце ее босса. Нужно попробовать что-то еще. Придумать что-то, чтобы пробиться сквозь его броню и заставить его освободить сдерживаемые эмоции. Только вот что?

Глава 2

Лаки на глаза попалась вывеска: «Хотите привлечь его внимание? Сделайте свои выходные горячее с нашими новыми рождественскими ароматами». Красно-зеленую надпись на зеркальной витрине крошечного магазина под названием «Эромасла» девушка никогда не замечала прежде, хотя всегда проезжала мимо, возвращаясь домой. Лаки остановилась на красный свет, вспоминая прошедший рабочий день, когда праздничные цвета привлекли ее внимание.

Похоже на парфюмерный магазин, и Лаки заинтересовалась миниатюрными стеклянными бутылочками всевозможных форм и расцветок, выставленных под красно-зеленой вывеской. У нее хватало парфюма, но нужно еще купить подарок для «Тайного Санты»[1], которыми они будут обмениваться сегодня на вечеринке. Лаки вытянула имя Кристин Харрис, своей подруги и по совместительству секретаря Смита, Фореста и Старра, но до сих пор не купила ей подарок. Лаки собиралась заехать в торговый центр, но накануне Рождества там царило настоящее безумство, поэтому она была рада возможности избежать этого.

Едва она приняла это решение, как загорелся зеленый, и Лаки смогла заехать на крошечную парковку за осыпающимся кирпичным зданием, где располагались «Эромасла». Прекрасно! Девушка выпрыгнула из авто и устремилась к магазинчику, удивляясь, как она могла не замечать его раньше. Может быть они только открылись? Она надеялась найти там что-то действительно особенное.

Лаки открыла дверь со звоном старинного колокольчика, и услышала низкий, вкрадчивый голос:

— Одну минуту!

Девушка вдыхала удивительно густую смесь ароматов, позволив двери магазина закрыться за ее спиной. Она различала лаванду, мяту, пачули, розы и гардению — все ароматы, что обычно можно услышать в парфюмерных магазинах. Но еще она чувствовала запахи соснового леса после проливного дождя, намазанного маслом тоста, глубокий теплый аромат естественного мужского мускуса, свежескошенной травы и тысячи других. Разве можно их уловить в парфюмерном магазине? Кто захочет пахнуть скошенной травой или тостом с маслом?

Магазин был весь забит столами, полками и шкафами. Каждая горизонтальная поверхность была заставлена сотнями маленьких синих флаконов с крышечками-пипетками и круглыми бумажными этикетками. На застекленном прилавке стоял старый кнопочный кассовый аппарат, а за ним дальняя стены была завешена длинными нитями красного стекляруса. На глазах Лаки нити разошлись и к ней вышла брюнетка с яркими голубыми глазами.

— Чем могу вам помочь? — спросила она с вежливой улыбкой.

— Я присматриваю подарок для своей подруги, — Лаки указала на один из маленьких синих стеклянных флаконов с надписью «Розовое масло». — С чего стоит начать?

— Ну, например с того, что мы не можем продать вам ничего, что предназначается другому, — женщина, по всей видимости хозяйка магазина, загадочно улыбнулась и вышла из-за прилавка. На ней было платье цвета индиго с длинными рукавами, а о возрасте можно было только догадываться: ей могло быть как двадцать шесть, так и все шестьдесят. Это все, что Лаки могла сказать, судя по ее гладкому, бледному лицу. — В конце концов, — продолжала она, — вы же не знаете, что ваша подруга хочет почувствовать?

— Эм, в смысле, как она хочет пахнуть? — нахмурилась Лаки.

— Нет, я имела в виду, что она хочет почувствовать. И что должны ощущать окружающие, чувствуя ее новый аромат, — хозяйка магазина улыбнулась, взяла с витрины один из маленьких цветных флаконов и показала Лаки. — Может лучше выбрать что-то для себя? Можно смешать на заказ.

— Ну, я… — Лаки сомневалась. Крошечный рубиново-красный пузырек в руке женщины похоже не вместит и половины унции, и очень не хотелось платить втридорога за нечто, пахнущее как подмышки скунса. С другой стороны, времени, чтобы заехать в торговый центр, уже не было, так что придется купить подарок для Кристин здесь. — Не совсем то, что я хотела, но было бы неплохо.

— Очень хорошо, — хозяйка магазина по-королевски кивнула и шагнула ближе, глубоко вдыхая. Лаки поняла, что женщина принюхивалась к ней.

— Эй! — Лаки отступила, почувствовав себя неуютно.

Владелица магазина лишь улыбнулась.

— Могу предложить смешать «Землю» и «Ямайский дождь», добавив капельку «Сандалового мускуса», — любезно сказала она. — Судя по аромату твоей ауры, этот запах отлично подойдет к химии твоего тела, вот увидишь. Все необходимые флаконы стоят там, — хозяйка магазина указала на маленький, приземистый столик по другую сторону занавеса из красного стекляруса.

«Аромату моей ауры? Ладненько…» — подумала Лаки, а вслух спросила:

— Землю? С чего бы мне хотеть пахнуть землей?

— Земляная нотка для земной личности, дорогая. Помогает вытащить наружу подавленные эмоции, — ответила женщина, подводя Лаки к столику.

— Подавленные эмоции? — девушка вскинула бровь, вспомнив о своем желании найти способ заставить босса освободить свои чувства и взять ее. Но это было безумием. Не важно, что говорит хозяйка магазина, невозможно разрушить чье-то самообладание духами. Или нет?

— Наши ароматы подберут ключики к вашему сердцу, — загадочно произнесла женщина. — Они озарят душу, раскрыв все, что ранее было скрыто. Вы же за этим пришли сюда?

— Вообще-то подбор ключей к сердцу и освящение души далеко не первые в списке моих дел, — ответила Лаки, подумав, что визит в этот магазин становится все более странным. — Я просто хотела купить подарок подруге, потому что не успеваю заскочить в торговый центр и… — она замолчала, потянувшись сквозь занавес из стекляруса к столику, дразнящее мелькающий за ним. Лаки мало что могла разглядеть, но там очевидно были флаконы больше и богаче, чем в основном зале магазина. — А тут что? — спросила она, указав кивком головы. — Там больше масел? Я могу выбрать аромат оттуда?

— О, нет, конечно, нет, — хозяйка магазина была так удивлена, словно Лаки попросилась на кухню роскошного ресторана, чтобы самой приготовить обед. — Там наши самые чистые и самые мощные масла. Не для новичков, — сказала она. — Они могут быть опасными в неопытных руках, так что попрошу забыть о них. Вот здесь «Земля», она сделает аромат по-настоящему прекрасным, если вы дадите ей шанс.

Она взяла с полки один из синих флаконов и протянул Лаки, чтобы та попробовала аромат, когда дверной колокольчик вновь зазвенел и в магазин вошли около пяти-шести женщин, одетых как стюардессы, щебечущих как стайка птиц.

— Извините, дорогая, я скоро вернусь.

Хозяйка магазина поспешила поприветствовать новых посетителей, а Лаки понюхала бутылочку, с удивлением обнаружив, что это был действительно свежий, землистый и приятный аромат. Может, хозяйка магазина и права. Девушка добавила каплю «Земли» в рубиново-красный флакон, а затем понюхала «Ямайский дождь». У него был чистый, немного тропический аромат, напоминающий о пляже. Лаки добавила в красный флакон пару капель, но взгляд так и притягивала таинственная комната за занавеской. Какие масла там хранились? Какие масла могут быть опасны?

Девушка взглянула на хозяйку магазина, та стояла спиной к ней и была полностью увлечена новыми посетителями. Что плохого, если она только посмотрит? Лаки небрежно отодвинула занавес и прошла в прохладную, тускло освещенную комнату, внимательно прислушиваясь, чтобы за ней никто не шел. Сердце колотилось, но любопытство было таким сильным, что невозможно было устоять.

В этой маленькой комнате стоял один единственный стол с коллекцией самых изысканных парфюмерных флаконов, что Лаки когда-либо видела. Они были всевозможных форм и размеров от дутого стекла до резных золотых и серебряных фляг. На них не было бумажных этикеток, и Лаки прекрасно понимала почему: очевидно, они были настолько дорогими, что никто не рисковал испортить их наклейкой. Вместо этого, перед каждым флаконом стояла табличка с выгравированным названием.

— «Неотразимая», — прочитала Лаки шепотом табличку рядом с аккуратным стеклянным флаконом ярко розового цвета. Какая ж женщина не хочет быть неотразимой? Она достала из флакона пипетку, осторожно принюхиваясь. Девушка не могла определить составляющие этого аромата, но чем дольше она его вдыхала, тем больше он ей нравился. Возможно масла в этих бутылочках содержат феромоны или что-то похожее. Что-то едва уловимое. Лаки добавила каплю этого масла в свой флакон и продолжила изучение содержимого стола.

— «Соблазнительная», «Чертовка», «Мачо», «Шалунья», «Ненасытная», — у некоторых флаконов были более замысловатые названия, — «Свяжи и развяжи меня», — прочитала Лаки, заметив гладкий стальной пузырек, обмотанный кожаными шнурками. — «Кожа и кружево», «Тьма и доминирование», «Сладкое подчинение»… Подчинение? — девушка чуть не рассмеялась, но затем вдруг представила себя трепещущей посреди офиса Эрика Пейна, пока он кружит вокруг нее, как голодная акула. Лаки быстро стряхнула наваждение и сосредоточилась на эфирных маслах. В конце концов это подарок для «Тайного Санты», а не для нее. И ей вовсе не хотелось подчиняться, ей просто нужно извиниться за ошибки, о которых она ни капли не сожалела. Понадобится что-то посерьезнее ароматного масла, чтобы Лаки Старр попросила мужчину стать ее мастером.

Позади всех на столе стоял кроваво-красный хрустальный флакон в форме пламени. На табличке перед ним было написано: «Вожделение». Хм… Взглянув сквозь занавес, Лаки убедилась, что хозяйка магазина все еще была отвлечена стюардессами, и осторожно достала пипетку из флакона. Аккуратно обращаясь с длинной тонкой пипеткой, она добавила пару капель в свою крошечный флакон, который почти наполнился.

Когда она уже собиралась незаметно выскользнуть из комнаты, ее внимание привлекли красно-зеленые флаконы с золотыми лентами. Наверно, это те самые рождественские ароматы, о которых говорилось на вывеске.

Лаки наклонилась и прочитала таблички трех из них: «Я буду горячей на Рождество», «Это Санта, детка». Ладненько, это странно, но весело. Лаки усмехнулась, прочитав последнюю: «Время порки».

— Вот блин, хуже некуда, — прошептала она, сдерживая смех. Будет забавно, если она добавит это масло и скажет об этом Кристине позднее. Та хоть удовольствие получит. Лаки потянулась за пипеткой и добавила не одну, не две, а целых три капли чистого вязкого масла к смеси в своем пузырьке.

— Ну что ж, дамы, если вам угодно…

Низкий, уверенный голос хозяйки магазина, казалось, разрушил транс, в который погрузилась Лаки, и она в панике посмотрела в их сторону. Владелица смотрела на счастливую блондинку-стюардессу, но та вместе с остальными уже направлялась к выходу. Если женщина в эту комнату…

Лаки вернула пипетку в флакон «Время порки» и быстро проскользнула сквозь завесу стекляруса, как можно тише. К тому времени, как хозяйка магазина вернулась к ней, Лаки добавляла последнюю каплю мускуса сандалового дерева в свой флакон.

— Готово, — она туго закрыла рубиново-красный пузырек маленьким колпачком и невинно улыбнулась. — Вы принимаете кредитные карты?

Хозяйка нахмурилась, эмоции сменяли друг друга в ее светло-голубых глазах.

— Вы уверены, что это все, что вам нужно, дорогая? — спросила она, проникновенно посмотрев на девушку.

Лаки с трудом удержалась, чтобы не начать нервно ежиться.

— Ага, все прекрасно. Вы были правы, у «Земли» и правда приятный запах, — она ослепительно улыбнулась и показала полный флакон. — Так сколько с меня?

Глава 3

Со вздохом облегчения Лаки шагнула под душ. До вечеринки осталось не так уж много времени, но ей хотелось освежиться перед встречей с боссом. Намыливаясь в облаке пара, девушка задумалась, что же такого было в Эрике Пэйне, что она так отчаянно провоцирует его? Ее привлекали не только его широкие плечи, сильные руки и темные глаза со скрытыми за ними чувствами. Нет, дело было в его отстраненности и недосягаемости. С малых лет у Лаки была дурная привычка: желать то, что не могла получить, и она всегда делала все, чтобы добиться того, в чем ей отказывали. Что-либо запретное всегда вызывало у нее интерес, в том числе и ее начальник.

Если бы Пэйн был женат, или был бы геем, или с кем-то встречался, Лаки оставила бы его в покое. Но ничего из этого не было, и время от времени девушка чувствовала на себе его взгляд, видела, как спадала немного его холодная маска профессионализма, когда она проходит по комнате. Он точно что-то чувствовал, но отказывался действовать. Поэтому Пэйн стал для нее вызовом, очередным нечто, что она хотела, но не могла получить.

— И как только я его заполучу, если, конечно, удастся пробить его броню, он наверняка мне наскучит, и я смогу двигаться дальше, — сказала она сама себе, скользя душем по обнаженному телу. Так всегда бывало: стоит ей найти понравившегося парня, и спустя несколько встреч она теряет интерес. Им всем не хватало чего-то, что Лаки сама не понимала, но все же искала. После бесчисленных попыток найти своего принца на белом коне, Лаки решила сдаться и просто хорошо проводить время. Она была уверена, что как только она добьется одной ночи с боссом, на утро он станет для нее таким же скучным, как и другие.

Но пока мысль об Эрике Пэйне, о том, как он возьмет ее, вовсе не казалась скучной. Поставив душ на место, девушка скользнула мыльными руками по влажной коже, накрыв ладонями свою полную грудь и потянув соски, чувствуя, как они напрягаются. Лаки представляла, что это рука босса на ее груди, с ее губ срывается стон, когда он ласкает ее возбужденные соски или, может, вбирает их в свой горячий рот…

Застонав, девушка прислонилась к прохладной плитке, горячая вода стекала по ее телу. Она позволила своим рукам спуститься ниже по влажной, мыльной коже. Крошечный треугольник рыжевато-блондинистых завитков между ее бедрами был влажным, и не только от душа. Она развела ноги и провела одним дразнящим движением пальца по припухшей от возбуждения киске, лаская чувствительный бутон. Перед ее мысленным взором предстала картина, как это делает ее босс. Какими неожиданно нежными оказываются его большие руки боксера, когда он аккуратно раздвигает ее складочки и уверенно вводит пальцы глубоко внутрь.

Лаки понравилась идея задрать юбку и позволить своему боссу оттрахать ее пальцами, может, в кладовке сегодня на вечеринке или даже в его тусклом, мрачном кабинете, где она провела так много времени недавно, получая выговор.

Эта фантазия перешла в другую, которой она часто предавалась: он застает ее в своем кабинете после закрытия и наказывает за это. Она копается в ящиках его стола, может быть, ищет какие-нибудь документы, может быть, просто любопытствует, для Лаки это не важно. Важно лишь то, как поведет себя босс, после ее незаконного обыска…

* * *

— Так-так-так… И что же у нас здесь? И чем же это вы занимаетесь в моем кабинете после закрытия, мисс Старр?

Лаки вздрогнула от раздавшегося низкого голоса. Увидев, что массивная деревянная дверь в кабинет Эрика Пейна открыта, и он наблюдает, как она роется в его столе, Лаки затаила дыхание. Со светом, сияющим позади него, мужчина выглядел необыкновенно огромным и мускулистым, стоя в дверях.

— О! — она прижала руку к груди и отступила от стола, чувствуя как краска прилила к лицу. — Что… что вы здесь делаете, Эрик? — спросила Лаки, а затем только поняла, насколько это глупый вопрос.

— Это мой кабинет, мисс Старр. Думаю, логичнее спросить, что здесь делаете вы, — мистер Пэйн вошел в кабинет и плотно закрыл за собой дверь. Его глаза пылали огнем. Стоило ему шагнуть ближе, как Лаки ощутила густой мужской аромат. Ее колени ослабели от страза и желания одновременно. «Боже, поверить не могу, что он поймал меня!» — Ну так что? — ее босс не сводил с нее взгляда, и девушка поняла, что он все еще ждет объяснений.

— Я… — тихо пробормотала Лаки, с тоской посмотрев на дверь за его спиной. Широкие плечи Эрика Пэйна фактически блокировали ее единственный путь отхода, не оставляя возможности сбежать. Она оказалась в ловушке.

Словно прочитав ее мысли о побеге, мистер Пэйн вдруг навис над девушкой, сжимая ладонью ее руку и скользя взглядом темных глаз по ее телу в белой шелковой блузке и черном деловом костюме.

— Тебе наглости не занимать, раз хватило духу рыться в моем кабинете в нерабочее время, — сказал он, задержав взгляд на ее груди. К своему стыду, Лаки почувствовала, как затвердели ее соски и увлажнилась киска в ответ на жажду в его глазах. Она попятилась к дальней стене кабинета, боясь, что он учует ее слабость и желание, как у животных самец чует, когда самка в течке.

— Я… я искала свои документы, — пробормотала она, прижимаясь спиной к прохладной стене. К ее страху и волнению, ее босс последовал за ней, нависая на ней и отрезая все пути к спасению. — Я… я хотела узнать, что вы написали обо мне. Как оценили меня.

— Это правда? — она была в шоке, когда мистер Пэйн скользнул рукой по ее чувствительной груди, отчего соски девушки болезненно напряглись от страха и желания. — Думаешь, шпионя, сделаешь ее лучше? — он опусти руку ниже к краю ее короткой юбки, дразня пальцами ее набухший клитор. Лаки ахнула и сжала бедра.

— Я не… не хотела делать ничего плохого, — пролепетала она, запаниковав. — Пожалуйста, простите меня, мистер Пэйн. Этого больше не повториться.

— Конечно, не повториться. После того, что я с тобой сделаю, — сказал Эрик Пэйн, скрестив на своей широкой груди руки.

— Пожалуйста… — Лаки закусила губу, сердце лихорадочно колотилось. — Пожалуйста, сэр, просто отпустите меня.

Он покачал головой, все еще хмурясь.

— Я позволю тебе уйти в свое время. Но сначала, думаю, тебе нужно преподать урок, Люсинда.

— Урок? — во рту так пересохло, что она едва могла говорить.

Босс медленно кивнул.

— Да, урок о том, что происходит с сотрудниками, которые вторгаются в кабинет начальства и просматривают конфиденциальные файлы, на которые у них нет разрешения. Я хочу, чтобы ты разделась.

— Чт… что, простите? — Лаки ушам своим не верила.

Эрик Пэйн нахмурился и помрачнел.

— Я сказал, раздевайся. Хочу увидеть тебя обнаженной менее, чем через минуту. Быстро.

Строгий командный тон его голоса заставил ее шевелиться. Девушка быстро расправилась со своей блузкой и деловым костюмом, оставшись в кружевном белом белье.

— И что? — босс нахмурился. — Почему ты остановилась? Когда я говорю «обнаженной» это значит обнаженной. Не хочу видеть на тебе ничего, кроме кожи, Люсинда.

— Я… я, — заикалась Лаки. Ее босс серьезен? Он правда хочет, чтобы она стояла перед ним с голой задницей в его кабинете? Его неумолимый взгляд дал ей ответ. Он был чертовски серьезен, а у нее были проблемы. Онемевшими, неуклюжими пальцами она с трудом удалось расстегнуть лифчик и спустить вниз трусики. И вот она стояла перед ним абсолютно голой с твердыми сосками и дрожью от прохладного кондиционированного воздуха, и влажной от запретного желания киской. Девушка надеялась, что ее босс не заметил последнего.

— Отлично, — пробормотал босс, поглаживая рукой пышную обнаженную грудь девушки, отчего Лаки кусала губы, сдерживая стоны. — Так ты скажешь, что на самом деле искала в моем кабинете, Люсинда?

Щеки девушки вспыхнули от смущения. Неужели он знает, что глубоко в своей извращенной душе она надеялась, что босс поймает и накажет ее? Догадывается ли он, как сильно она его хочет?

— Я же сказала, что искала свое личное дело, — произнесла она, пытаясь объяснить свои действия. — Я… не хотела, чтобы вы нашли меня.

Мистер Пэйн вскинул темную бровь.

— Мне кажется, ты слишком яро отнекиваешься, Люсинда. Ты пробралась сюда и не хотела, чтобы я тебя нашел? Почем тогда сейчас ты такая влажная? — он протянул руку и вновь погладил ее между ног, заставив девушку застонать. Она все еще не могла поверить, что ее босс ласкает ее рукой прямо в своем кабинете, и она стоит прямо перед ним полностью обнаженная по его приказу. А еще не могла поверить в то, как возбуждали ее и какой влажной делали прикосновения Эрика. Внутри разгорался настоящий пожар от ощущения его пальцев на ее ничем не прикрытом теле.

— Ну, ты возбуждена сейчас? Отвечай мне, Люсинда! — потребовал Эрик Пэйн, введя вдруг пальцы в ее тело.

— Д-думаю, да, — выдохнула Лаки, прижимаясь к стене. Как она попала в такой переплет? Оказалась в ловушке после работы, обнаженная, во власти своего пугающе сексуального босса, ласкающего ее. Что теперь делать?

— Раз ты такая влажная и готовая, думаю, ты не станешь возражать, если я войду в твою сладкую киску, — слова мистера Пэйна подтвердили ее худшие страхи и самые темные желания.

— Что? — Лаки опустила взгляд, посмотрев туда, где его массивные пальцы проникали в ее тело, и заметила, как другой рукой он обхватил свой член. Он был длиннее, чем она когда-либо видела, но не это взволновало девушку. Нет, Лаки прикусила внутреннюю часть своей щеки, увидев, насколько толстый был член Эрика. — П-пожалуйста, я не понимаю, — простонала она, когда он ввел свои пальцы еще глубже.

— Это же просто, Люсинда, — сказал босс. — Если я на самом деле тебя трахну, ты нажалуешься своему дяде, устроишь сцену. Но я не этого прошу, — он кивнул на свой член, обильно истекающего смазкой, капающего на ковер. — Ты должна быть наказана за свой проступок. Поэтому я просто введу головку своего члена в твою тугую киску и кончу внутрь. Затем ты сможешь уйти, приведя себя в порядок и пообещав больше никогда не входить в мой кабинет без моего разрешения. Хорошо?

— Я… — Лаки нервно облизала губы. У нее не было особого выбора. Если она откажется от наказания мистера Пэйна, то он может рассказать ее дяде, что она копалась в личных делах сотрудников в его офисе, и очень не хочется думать о том, что тогда будет… Как бы там ни было девушка была напугана. — Пожалуйста, мистер Пэйн, — прошептала она, вновь облизывая губы. — Пожалуйста, может я просто… просто поцелую вас?

— Поцелуешь меня? — вопросительно вскинул он бровь.

— Да, поцелую, — Лаки опустилась перед ним на колени, чувствуя жесткий ворс ковра, и обхватила рукой его член. — Вот так, — прошептала она, сжимая рукой его горячую, упругую плоть и наклоняясь вперед. Его пряный, дикий, мускусный аромат вскружил Лаки голову. Она чувствовала себя опьяненной этим густым, мужским запахом, и низ живота заныл от желания, когда она наклонилась вперед, чтобы оставить мягкий поцелуй на головке его члена. На вкус он был соленый, чуть горьковатый и такой восхитительный. Через мгновенье Лаки уже нетерпеливо ласкала языком и посасывала головку, хотя и правда собиралась только поцеловать в знак уважения и подчинения.

— Ну-ну, ты, должно быть, голодна, Люсинда, — одобрительно прорычал босс, когда она глубже вобрала в рот массивный член. Девушка не была уверена, сможет ли взять его так глубоко к горлу, как хотела, но решила попробовать. Она хотела сосать член мистера Пэйна, пока тот не кончит ей в рот, наполняя своим жаром.

Зная, что это неправильно, что она идет вопреки офисной политики, что ее дядя не одобрит, Лаки подалась вперед, скользя губами по пульсирующей плоти, стремясь полностью вобрать ее в рот. И где-то на краю сознания девушка задавалась вопросом. Если она сделает Эрику достаточно хороший минет, он же не трахнет ее?

— Ты очень талантлива, Лусинда, — прошептал Эрик, поглаживая ее волосы. — Но я знаю о чем, ты думаешь. Надеешься, что, если ты заглотишь меня, я не захочу проникнуть в твою киску. Не так ли?

Лаки почувствовала, как ее охватывает паника. Боже, он все понял! Эрик знал, почему она хотела сделать ему минет и чего этим собиралась добиться. Но как он догадался? Откуда узнал?

— Боже, ты хороша. Я почти испытываю желание кончить тебе в рот.

Эрик Пэйн скользнул руками в волосы девушки и потянул ее голову вперед, мягко трахая рот. Лаки подумала даже, что ее план сработал в конце концов. Но в следующее мгновение он отстранился, позволив своему толстому члену выскользнуть из ее влажных губ.

— Мистер Пэйн? — робко спросила она, когда он поставил ее на ноги и снова прижал спиной к холодной стене.

— Хорошая попытка, Люсинда, — прорычал он, хмуро глядя на нее. — Но чтобы наказать тебя должным образом, мне все еще нужно войти в твое мягкое тесное тело, — он скольхнул рукой вниз, касаясь ее между ног, и Лаки не смогла сдержать стон, когда он глубоко ввел в нее два пальца.

— И это все? — спросила она, глядя на пульсирующую мужскую плоть, которую не так давно ласкала. — Вы просто хотите… кончить в меня? И… и не станете трахать меня?

— Доверься мне, Люсинда, — Эрик с серьезным видом кивнул и достал пальцы из тела девушки, слизал ее соки и погладил девушку по щеке с обманчиво нежной улыбкой. — Так как это будет? Сама раздвинешь для меня ножки или мне помочь?

Что еще она могла сделать? Ее предавало собственное тело, над которым склонился Эрик Пэйн. Соски были болезненно напряжены, она вся истекала соком. Она хотела этого так же, как и он сейчас. Без лишних слов Лаки развела ноги, когда мистер Пэйн шагнул ближе, потянув к себе ее обнаженное, дрожащее тело. Когда он поднял ее ногу себе на бедро, открывая ее дл себя, девушка застонала. Она почувствовала упирающуюся широкую головку его члена, истекающую смазкой. Лаки зажмурилась, стараясь сдержать крик, когда она направил себя в ее тело, входя.

«О, Боже,» — подумала Лаки, чувствуя как сама истекает соком в ответ на его жажду. — «Поверить не могу! Головка его члена внутри меня!»

— Хорошая девочка, — прошептал мистер Пэйн, входя глубже дюйм за дюймом. — Просто расслабься, чтобы я смог войти и наполнить тебя семенем. Расслабься, чтобы принять меня полностью.

— Пожалуйста! — взмолилась Лаки, чувствуя как он скользнул внутрь еще на дюйм, растягивая ее до предела. — Вы же сказали, что введете только головку, чтобы кончить. Вы… вы обещали.

— Я никогда ничего не обещал тебе. Я сказал, чтобы ты доверилась мне, — тихо прорычал он. — Теперь, когда я внутри, могу сказать, что тебе нужно намного более серьезное наказание, чем я думал. Я не кончу, пока не окажусь полностью в твоей сладкой влажной киске. Прости, Люсинда, но тебе придется принять меня всего.

Лаки была в ловушке, и она это знала. Несмотря на свой страх, она ничего не могла поделать и ноги шире, позволяя мистеру Пэйну войти полночтью. Со стоном он прижалась крепче к прохладной стене кабинета и попыталась представить его член в своей киске, как он растягивает ее своим толстым стержнем.

— Вот так, Лусинда. Прими меня полностью. Боже, ты такая тесная, — мистер Пэйн входил все глубже, проталкиваясь все дальше в нее, заставляя Лаки стонать с жаждой и страхом. Боже, какой же он большой! Емы нужно только кончить, и все закончится. Тогда она перестанет чувствовать эту смесь стыда и желания.

Наконец она почувствовала, как его широкая головка упирается в стенку влагалища, и поняла, что он целиком внутри. Может, сейчас босс кончит и отпустит ее. Происходящее казалось нереальным. Пять минут назад она рылась в его документах в темном кабинете, а теперь обнаженная опирается о стену с пульсирующим членом босса, наполняющим ее. Как это случилось?

— Пожалуйста, — выдохнула она, когда он немного отстранился и вновь толкнулся внутрь. — Пожалуйста, мистер Пэйн, вы обещали не трахать меня!

— Сколько еще раз мне повторить, что я ничего не обещал? — он мрачно взглянул на нее, вновь отстраняясь только затем, чтобы снова толкнуться в ее тело. — Теперь, когда я полностью в тебе, я уверен, что нужно еще более сильное наказание, чем я думал. Прежде чем я кончу, я поимею тебя. Ты же не возражаешь?

Хуже всего, что она не возражала. Уж ее тело-то точно. Она стала еще влажнее, позволяя его члену скользить, трахая ее. Никогда раньше она не чувствовала такой беспомощности, но от накатывающих волн удовольствия ныли соски и набухший клитор.

— А теперь расслабься, Люсинда, — пробормотал мистер Пэйн ей на ушко, вновь отстранившись для нового толчка. — Просто расслабься и дай мне трахнуть тебя. Обещаю, что все скоро закончится.

Он снова толкнулся в нее и, вновь отстранившись, скользнул рукой между их телами. У Лаки перехватило дыхание, когда он накрыл ее клитор большим пальцем, лаская и вбиваясь в нее так сильно, как только мог.

— О… О Боже! — стонала девушка, не желая того, но уже оказавшись на краю оргазма, балансируя там, пока мистер Пэйн трахал ее.

— Вот так, Люсинда. Я знаю, что тебе нужно, и как тебе то дать. Кончи для меня. Кончи для меня сейчас, — скомандовал он. С последним грубым толчком он заполнил ее до предела, и Лаки почувствовала, как ее наполняла его горячая сперма. В собственном оргазме она сжала член босса внутри себя, словно не желая упустить ни капли. Наполненная стыдом и желанием, она закрыла глаза и закусила губу, сдерживая крик от постыдного удовольствия.

«Поверить не могу, что он на самом деле сделал это! Поверить не могу, что так жестко поимел меня и заставил кончить! Поверить не могу…»

* * *

— Муррр.

Этот звук, неожиданно ворвавшийся в фантазию девушки, развеял первоклассную фантазию. Лаки открыла глаза и, вздохнув, посмотрела на кота, который нетерпеливо дергал занавеску. Девушка отодвинула ее в сторону и брызнула водой в его мордочку, заставляя остановиться.

— Шшш! — оскорблено зашипел кот на Лаки и отшатнулся, недовольно сощурив свои большие желтые глаза.

— Ты это заслужил, — ответила ему Лаки, смывая с себя мыло. — Я почти уже закончила, а тебе нужно было зайти и прервать меня. Только я собиралась немного развлечься.

Большой кот сел на коврик для ванной, недоуменно моргнув, и девушка вздохнула. — Ладно, у меня и правда нет на это времени, если я хочу успеть на вечеринку.

— Мурр, — согласно промурчал Бизи, когда Лаки закончила и потянулась за полотенцем.

Лаки нашла этого большого черного кота еще маленьким, потрепанным котенком, которого кто-то оставил в переулке позади ее дома. И не смогла не привязаться к нему, не смотря на все его дурные привычки. Помимо прерывания ее фантазий в душе, он еще иногда срыгивал комки шерсти. Но что раздражало больше всего, когда Лаки приводила домой парня, Бизи метил занавески в гостиной. Ему нравилось быть единственным мужчиной в ее жизни, и это сильно повлияло на ее личную жизнь. Лаки перепробовала все, чтобы успокоить кота, но ничего не помогало. Последнее время она даже не пыталась отстирать занавески, а просто выкидывала их и покупала новые. Все равно ничто не могло вывести этот резкий запах кошачей мочи.

— Думаю, можешь не беспокоится и не метить шторы сегодня, — сказала она коту, выходя из душа и вытираясь. — Единственный мужчина, который мне интересен, не клюет на примаку, хотя и был зол сегодня, когда я облажалась в счете Геллмена. Как бы случайно, конечно, — Лаки усмехнулась, вспоминая, с каким взглядом Эрик вызвал ее в кабинет, а затем вздрогнула, когда в памяти всплыли его темные горящие глаза. Он почти потерял самоконтроль сегодня, она была уверена. Если бы Лаки могла просто еще чуть пошатнуть его…

Девушка прошла через комнату к туалетному столику, собираясь воспользоваться своими любимыми духами, но едва она взяла флакон, как на глаза попалась маленькая черная коробочка с крошечным рубиновым пузырьком внутри. «Я не должна…» — подумала она. — «Это же подарок.» Но несмотря на свои внутренние терзания, Лаки все же открыла коробочку и, взяв пузырек в руки, открутила крошечный золотой колпачок. «Будет немного больно,» — подумала она, втирая аромат за ушами и на запястья. На всякий случай девушка смазала маслом еще и сгибы локтей и под коленями. Чуточку больше, чем немного, но чем сильнее девушка пахла новым, землистым ароматом масла, тем больше он ей нравился.

Лаки вдруг передумала дарить это масло. К тому же у нее был отличный набор для ванны, который она купила для мамы. Можно подарить этот набор для Тайного Санты, а маме купить что-нибудь другое перед Рождеством.

Закрыв флакон с маслом, девушка достала из шакафа платье, купленное специально по этому случаю. Ярко-красное шелковое платье на бретельках с глубоким декольте и открытой спиной, под которое невозможно надеть лифчик. На бедре был разрез выше колена, отчего ее ноги казались длиннее. Мягкая струящаяся ткань прильнула к телу, заставляя чувствовать себя богиней. Полуголой богиней, но все-таки богиней. Под платье она надела только красный кружевной пояс, оставшись без трусиков.

— Дерзкая и красивая, — прошептала Лаки, рассматривая себя в зеркале. Платье было гораздо более открытым по сравнению с ее обычными деловыми костюмами, и девушка никогда не одела бы его в офис. Но сегодня она заметила брешь в броне Эрика Пэйна и была полна решимости расширить ее, насколько могла. Она снова подумала о конференц-зале, где проходила вечеринка, в кладовке можно заняться быстрым и грязным сексом. Мысль о его горячих губах, больших руках, скользящих по ее телу, не выходила из головы.

— Я просто обязана заполучить его, Бизи, — сказала она своему коту, который проследовал за ней в спальню и с интересом наблюдал, как девушка одевалась. — Я должна это сделать, чтобы уже переключиться на кого-то другого, черт побери!

Ей очень не хотелось признаваться, что ее неприступный босс буквально проник ей под кожу, но все эти шесть месяцев с тех пор, как устроился на работу к Смиту, Форесту и Старру, она могла думать только об Эрике Пэйне. Чем раньше она добьется, тем раньше сможет забыть о нем и вернуться к прежней жизни.

— Готова, — сказала она коту, скользнув в черные босоножки с ремешками на каблуках, которые подходили к ее платью. — Пожелай мне удачи, Бизи.

Она вышла за дверь, решив исполнить свое рождественское желание.

Глава 4

Лаки чувствовала, как мягкая ткань ее красного платья скользит по ее обнаженной груди, пока она танцевала. Соски девушки стало чувственно покалывать, и между ног стало жарко от одной только мысли о том, как темные глаза ее босса будут скользить по ее наряду. Она собрала множество заинтересованных взглядов, появившись в конференц-зале, но того, кого она хотела видеть, все еще не было. Но все же Эрик Пэйн должен появиться.

Зал был украшен красно-зеленными гирляндами и золотой мишурой. В одном углу ди-джей играл рождественские мелодии — бесконечные вариации «Jingle Bell Rock», а в другом был импровизированный бар с наемным барменом, который смешивал напитки. Как раз возле бара и располагался столик для подарков Тайного Санты, забитый под завязку. Лаки уже получила в подарок украшение со стразами и оставила для своей подруги Кристин огромную корзину с душевыми принадлежностями.

Она немного покрутилась там, отклонив несколько приглашений на танец от коллег на различных стадиях опьянения. Тед Дженкинс, заведующий начислением заработной платы, был особенно раздражающим и продолжал настаивать, потому что она «сегодня потрясающе пахнет». Лаки подумала было о своих новых духах, но тут же отбросила эту мысль. Тед был пьян, обычное явление на рождественской вечеринке, и вел себя как идиот, это обычное явление в принципе. Но когда об этом сказали ей несколько других мужчин, она задумалась. «Наши ароматы подберут ключики к вашему сердцу. Они озарят душу, раскрыв все, что ранее было скрыто,» — звучали в ее голове слова женщины их магазина масел. Но это сумасшествие, никакие духи не способны влиять на людей на эмоциональном уровне, что бы там не говорила странная хозяйка магазина.

Пока коллеги осыпали ее комплиментами, Лаки начала уже задумываться, что лучше бы она провела этот вечер дома. Тем более у нее был первоклассный вибратор — рождественский подарок себе с прошлого года — и девушка знала, как использовать его. Ну или можно просто включить что-нибудь эротическое на ноутбуке и позволить своим пальчикам сделать себе приятное. Да что угодно было бы лучше, чем слушать раздражающе веселую праздничную музыку и наблюдать за тем, как надираются коллеги халявными напитками за счет компании.

— Лаки, боже, я обожаю его! Просто обожаю! Но я думала, что лимит был в пятнадцать долларов.

Лаки обернулась и взглянула на подругу — пухленькую, веснушчатую Кристин Харрис — сжимающую большой тщательно продуманный набор для ванны. Девушка улыбнулась, чувствуя себя уже лучше на этой вечеринке.

— Рада, что тебе он понравился, — ответила Лаки, быстро обняв подругу. — И не волнуйся о глупом лимите. Ты этого заслуживаешь.

Теперь она была рада, что подарила подруге огромный набор для ванны вместо крошечного флакончика эфирных масел. Кристин была в восторге, и было так здорово видеть ее счастливой. К тому же Лаки все еще чувствовала теплый аромат на своей коже, так понравившийся ей. С этим ароматом она чувствовала себя почти незаконно сексуальной. Лаки усмехнулась, вспомнив, как добавила в свой флакон пару капель запрещенных масел. Возможно, это работало. Чисто на психологическом уровне, конечно. Любой, кто улавливал запах ее новых духов, находил ее желанной, что в свою очередь заставляло Лаки чувствовать себя неотразимой. И все же никто пока не предложил ее отшлепать. Эта мысль заставила ее рассмеяться. Подберет ключики к вашей душе. Как же.

— Сегодня ты просто великолепна. И пахнешь потрясающе, — Кристин отступила на пару шагов назад, чтобы получше рассмотреть красное шелковое платье Лаки. — Вот это да! Платье супергорячее. И как только у тебя хватило духу его надеть. Я сомневалась, что ты решишься.

— У меня был стимул, — ответила Лаки, подмигнув подруге. — Я надеялась, что ты-знаешь-о-ком-я будет здесь, и мы сможем закончить то, что я начала в его кабинете.

Кристин окинула ее восторженным и в тоже время встревоженным взглядом.

— Лаки, дрянная девчонка. Он же твой босс. А твой дядя — старший партнер компании. Это нет с большой буквы Н.

Лаки усмехнулась.

— А кто сказал, что я хочу отношений? Быстрого секса уже для меня достаточно.

— Но если твой дядя узнает? — спросила Кристин. — Он будет так расстроен.

— Что есть, то есть, — нахмурилась Лаки. Дядя Сент-Джон был милым старичком, который определенно не поймет потребность современной женщины в завоеваниях. Он был с той эпохи, когда женщины сидели дома, занимаясь готовкой и уборкой. Он всегда говорил Лаки, что она должна найти мужа и успокоиться. Тьфу! Тогда все прояснилось для нее.

— Дядя Сент-Джон никак не узнает об этом, — сказала она своей подруге. — Только ты и я знаем, чего я хочу. И как только я добьюсь этого, мистер Высокий, Мрачный и Опасный ни слова не посмеет рассказать. Ты бы сказала своему боссу, что переспала с его племянницей? — усмехнулась она. — Так что не волнуйся обо мне. Ты же знаешь, что у меня всегда есть план. И он сработал сегодня утром, прежде чем он отпустил меня.

Кристин потянула подругу с танцпола в дальний угол к столику с напитками и закусками.

— А теперь расскажи все, — настояла она. — Что ты делала? Я думала, ты хотела прикинуться милашкой и попросить его помочь после работы.

— Не сработало, — в серо-зеленных глазах Лаки плясали озорные огоньки. — Поэтому я начала делать ошибки в отчетах. Серьезные. Когда я ошиблась в отчете Геллмена, думала, он накажет меня прямо там, в кабинете, — она нахмурилась. — К сожалению, он сдержался.

Дружелюбные голубые глаза Кристин удивленно расширились.

— Но разве тебя не волновало, что он может быть очень рассержен? В Эрике Пэйне есть что-то такое… Не хочу сказать, что он способен кому-то навредить. Но он пугает меня.

Лаки отмахнулась.

— Нужно просто знать, как себя вести с ним.

— Но нарочно делать ошибки… Плохая идея, — искренне заметила Кристин.

Лаки презрительно рассмеялась.

— Слушай, если эти ошибки — единственный способ привлечь его внимание…

— У вас получилось, — раздался позади голос и на ее плечо опустилась большая крепкая ладонь, разворачивая Лаки. Она мельком заметила испуганное выражение на лице Кристин, а затем ее взгляд был прикован к ужасающе знакомая фигура. — Я весь внимание, — продолжил низкий голос. — Но соглашусь с вашей подругой: намеренное совершение ошибок в отчетах — плохой способ его добиться.

— Я-я… — Лаки в ужасе посмотрела на мужчину, потеряв дар речи.

Эрик Пэйн наконец-то появился на вечеринке.

Глава 5

— Если позволите, — сказал Эрик своим низким голосом Кристин и, прежде чем Лаки сообразила, утянул ее на танцпол. Девушка заметила тревожный взгляд подруги, а затем они затерялись среди танцующих пар, покачивающихся под что-то мягкое и чувственное Норы Джонс. «По крайней мере, это не „Jingle Bell Rock“,» — рассеяно отметила Лаки.

— И как долго ты подслушивал? — спросила она, изображая возмущение, хотя его крепкое тело и прижималось к ней.

— А как долго ты нарочно допускаешь ошибки, только чтобы заинтересовать меня? — спросил он в ответ, нахмурившись, отчего белый шрам над его губой бросался в глаза.

— Не понимаю, о чем ты, — Лаки вызывающе вздернула подбородок.

— Все ты понимаешь, Люсинда, — глубокий голос Эрика Пэйна сейчас был похож на рычание. — И я точно знаю об этом, так что не прикидывайся. За дурака меня держишь. Не важно, какие у тебя были мотивы, я этого не оценил, — бросил он раздраженный взгляд. — Но теперь ты получила то, что хотела.

— Я не понимаю… — начала было девушка, но Эрик вдруг за руку стащил ее с танцпола.

— Нечего здесь понимать. Ты идешь со мной, — прорычал он, сжимая ее руку железной хваткой, и Лаки беспомощно последовала за ним. Большинство ее коллег были слишком пьяны, чтобы что-либо заметить, даже Кристин, танцуя со своей парой, ничего не видела. Эрик вытащил ее из конференц-зала, и Лаки должна была признать, что оказалась один на один со своим очень сердитым боссом. Именно этого она и добивалась, но сейчас, когда у нее наконец получилось, Лаки нервничала и сомневалась. Как она могла его так разозлить? Похоже на этот раз она зашла слишком далеко.

— Куда ты меня тащишь? — требовательно спросила она, пытаясь остановить его, но безуспешно.

— В мой кабинет, — мрачно ответил он. — Закончим то, что начали.

По спине девушки побежали мурашки. Что он собирается с ней сделать? Судя по его мрачному выражению лица, он говорил не о сексе. Но прежде чем Лаки успела возразить, он протащил ее по коридору и втолкнул в свой кабинет, закрыв за ними тяжелую деревянную дверь. Эрик повернулся к девушке, тяжело дыша.

— Что… Что ты собираешься со мной делать?

Лаки прикусила губу, чувствуя, как в животе затрепетали бабочки. В ее фантазиях на этом моменте Эрик Пейн должен страстно и жестко поцеловать ее. Предполагалось, что этот поцелуй приведет к яростному быстрому сексу. Но он не то, что не поцеловал ее, а даже уже не касался девушки. Просто смотрел на нее сверху вниз с этим мрачным выражением лица, словно вот-вот разразится буря.

— Что-то изменилось в тебе этим вечером… И дело не только в том, что под этим маленьким клочком шелковой ткани у тебя ничего нет, — сказал вдруг Эрик, проигнорировав ее вопрос. Мужчина подался вперед, глубоко вдыхая, и Лаки встревоженно отстранилась. Он почувствовал запах ее духов? Это как-то действовало на него? Конечно, нет.

— Неважно, — продолжил он, — это все равно не спасет тебя от наказания.

— Наказания? — Лаки смотрела на него широко раскрытыми глазами, ушам своим не веря. — Ты серьезно?

— Я абсолютно серьезен, — Эрик скрестил руки на груди и нахмурился. — Твои ошибки могли стоить этой компании огромных денег. И ты делала их нарочно, — он бросил на нее сердитый взгляд. — Обычно в таких случаях я довожу дело до своего начальника. Но с тобой это не сработает. Я видел, как ты водишь за нос своего дядю. Ты даже легкого наказания избежишь.

— Да, — Лаки вызывающе вздернула подбородок. — Ты прав. Дядя Сент-Джон не наказал бы меня.

— И все же он был бы крайне разочарован, — продолжил ее босс, — если бы узнал, что его любимая племянница саботировала компанию.

— Саботировала? — Лаки удивленно вскинула брови. — Всего лишь несколько ошибок. Вряд ли это можно назвать саботажем.

— Хочешь рискнуть и проверить, поймет ли твой дядя разницу? Хочешь рискнуть его хорошим отношением к тебе?

— Я… — Лаки прикусила губу. Она вдруг осознала, что Эрик Пейн поставил ее в еще более худшее положение, чем она была. Он был прав. Расскажи он дяде Сент-Джону, что она нарочно совершала ошибки в документах, не важно зачем ей это было нужно, ее старый дядюшка был бы ужасно недоволен. Как бы она не стремилась получить желаемое, Лаки не хотела расстраивать его.

— Судя по этому милому личику, ты начинаешь понимать, во что влипла, — босс мрачно улыбнулся. — Теперь, когда мы выяснили, кто главный, я хочу, чтобы ты подошла к моему столу, задрала юбку и нагнулась.

— Что? — Лаки не могла поверить в услышанное. Она плела интриги в течении полугода, чтобы попасть в постель босса или в подсобку, или на его стол, да хоть куда-нибудь. Но она решила, что займется с ним сексом только на своих условиях. — Плевать, что у тебя есть на меня, — бросила она, скрестив на груди руки. — Я не собираюсь спать с тобой, только чтобы ты держал рот на замке.

Эрик откинул голову назад и рассмеялся, кажется, впервые за то время, что они были знакомы.

— О, я не собираюсь трахать тебя, Люсинда, — сказал он с искрящимися от смеха глазами. — Я просто преподам тебе урок. Отшлепаю тебя.

Глава 6

«Все дело в духах! Он бы не посмел не то, что сделать, даже подумать о таком, если бы не эти эфирные масла, что я нанесла,» — отчаянно думала Лаки. Сумасшедшая мысль, но не было никаких других причин, почему ее обычно холодный и собранный босс настаивает, чтобы она склонилась над его столом, и он ее отшлепал. Эта смесь эфирных масел сработала именно так, как и говорила владелица магазина: они подобрали ключики к его сердцу и раскрыли все, что ранее было скрыто. Кто же знал, какие желания он скрывал? Лаки понятия не имела, что ее босс предпочитает телесные наказания, иначе подумала бы дважды, прежде чем реализовать свой план по высвобождению его чувств.

Какими бы ни были причины его поведения, Эрик Пейн очевидно собирался настоять на своем. Он скрестил на груди руки, а лицо словно было высечено из камня. «Поверить не могу! — подумала Лаки. — Он и правда думает, что я это сделаю!»

— Я жду, — босс указал на большой стол из красного дерева со стопкой бумаг с краю. — Встань там и задери юбку, Люсинда.

— Это… это шантаж! — воскликнула Лаки дрожащим голосом. — Поверить не могу…

— …что я серьезно? — нахмурился он. — Я стопроцентно серьезен. И чем раньше ты поймешь это и примешь свое наказание, тем быстрее сможешь пойти домой и принять прохладную ванну. Она тебе понадобиться этим вечером, это я обещаю, — Эрик снял свой темный пиджак и закатал рукава белоснежной хлопковой рубашки, демонстрируя загорелые и мускулистые руки. — Давай, — продолжил он. — Или ты идешь к столу, или я иду к твоему дяде сейчас же.

Лаки была так зла, что хотела на все наплевать. Как Эрик смеет платить ей той же монетой? Она никому не позволяла командовать, никто никогда не поднимал на нее руку. А этот… этот… высокомерный индюк требовал, чтобы она нагнулась, и собирался отшлепать ее как непослушного ребенка! И хуже всего, что у нее не было выбора.

— Ты пожалеешь об этом, — сухо бросила она, подошла к широкой столешнице из красного дерева и склонилась над ней.

— Подними юбку. Полностью, — скомандовал Эрик. — Вряд ли я буду жалеть о произошедшем больше, чем ты, — когда он подошел сзади, девушка сжала кулачки на прохладной древесине стола. Она не могла поверить, что подчиняется ему. — Я сказал полностью, — повторил он и задрал подол красного платья Лаки, который она подняла только до середины бедра, до самой поясницы, оставляя ее попку прикрытой лишь тонким красным кружевным поясом.

— Ты… — она оглянулась, подняв одну руку от стола, чтобы остановить его, но босс Лаки покачал головой.

— Нет, нет, нет, Люсинда. Держи руки на столе, что бы я ни делал. Или так, или я иду к твоему дяде. Поняла?

— Я… Ты… — у Лаки не нашлось подходящих слов, чтобы описать его поведение.

— Я жду, — он отступил назад и снова скрестил на груди руки, в уголке его чувственных губ играла улыбка. Очередное напоминание, что у нее не было выбора. Чувствуя, что еще немного и лопнет от злости, Лаки оперлась рукой о стол, оставив задницу голой и незащищенной.

— Теперь разведи ноги, — прорычал Эрик, снова подойдя к ней сзади.

Лаки поджала губы.

— Я думала, ты не собирался…

— Не собирался… — прервал он девушку. — Но я не хочу, чтобы ты смущалась и скрывала то, что с тобой происходит. Здесь, — Эрик погладил ладонями бедра девушки с внутренней стороны, касаясь кончиками пальцев красного кружева трусиков девушки. Он проигнорировал тихий вздох девушки и сильными теплыми руками развел ее ножки в стороны шире, чем ей казалось возможным.

Если бы не крошечные красные стринги, Эрик бы увидел горячий влажный вход девушки. Несмотря на злость, мысли отключились, и она могла думать только об ощущении беззащитности… уязвимости… «Нет!» — отрезала Лаки. — «Я никому не позволю командовать! Это не мой стиль!» Но она чувствовала, как собирается жар между ее ног, как твердеют соски на прохладной поверхности стола.

— Если ты выдержишь порку так, как должна, все быстро закончится, — низкий голос Эрика был неожиданно нежен, но в его тоне слышалась твердость. — Пока я шлепаю тебя, я хочу, чтобы ты повторяла: «Я больше не стану совершать ошибки нарочно». Поняла?

— Д-да, — Лаки боролась с желанием сжать бедра и свернуться клубочком. Мистер Пейн требовал, чтобы она оставалась беззащитной и уязвимой, пока он наказывает ее. И Лаки вдруг решила, что именно так и поступит. Если он думает, что она боится его, что будет прятаться от ударов, то ошибается.

— Хорошо. Начинай, — прошептал он ей на ухо.

— Я больше не… — начала было Лаки. Удар! Сильный шлепок его большой ладони по ее обнаженной заднице заставил девушку задыхаться.

— Продолжай, — приказал босс. Удар! Еще один сильный шлепок по ее голой попке почти заставил ее застонать от боли.

— Я больше не буду делать ошибки… — Удар, удар, удар! — О, Боже! Ошибки на… нарочно, — выпалила она, пока ее дрожащее тело осыпали удары. Задница горела, но эта боль, как бы странно это не звучало, приносила ей удовольствие. Она становилась все более влажной, с каждым ударом ладони боса по ее коже. Что с ней происходит? Она действительно заводилась от этого?

— Еще, — коротко скомандовал Эрик низким голосом. Из-за двери дальше по коридору слышно было музыку и смех с вечеринки, но все это было не важно. Все было не важно, кроме деревянного стола под ее грудью и твердой ладони босса на ее обнаженной заднице. Он давал ей именно то, что обещал — порку.

— Я больше не… — удар! — …буду делать ошибки… — удар! — …нарочно! — Лаки задыхалась, задница горела, она скребла пальцами по столу, стараясь не скользить назад, избегая ударов. Это были вовсе не легкие шлепки-заигрывания. Многие дни после этого она даже сидеть не сможет. Глаза наполнились слезами, но девушка заставляла себя стоять на месте, расставив ноги и подставляясь под удары. — Пожалуйста! — простонала она, но ее просьба не нашла отклика.

— Еще, — скомандовал он тем же строгим, глубоким голосом. Похоже, этот мужчина полон решимости сломить ее и не остановится, пока не сделает этого.

Лаки не желала подчиняться и кричать, задница просто горела, но что еще хуже — между ног девушки было горячо и влажно. Вряд ли ее тело так реагировало на боль, скорее все дело было в чувстве беззащитности, что она испытывала, подставляясь под удары. Никогда в жизни она и не думала, что унижение и наказание так возбудят ее, что ее дыхание станет таким сбивчивым. Проклятый Эрик Пэйн! Как он посмел такое вытворять с ней? Почему она позволяет ему делать это?

— Я не просил тебя останавливаться, — его низкий голос был так же неумолим, как и рука. — Продолжай, Люсинда. Сейчас же.

— Я… Я больше не буду… — начала Лаки, но тихо всхлипнула, так и не закончив фразу, когда его сильная ладонь вновь опустилась на ее кожу. Это было слишком… просто слишком. Девушка смущенно отметила и боль, и удовольствие. Как мог мужчина, которого, как ей казалось, она легко обведет вокруг пальца, так быстро подчинить ее себе? Почему она подчинилась? Почему хотела подчиниться?

— Люсинда, — услышала она и напряглась, ожидая вновь почувствовать еще более твердый удар за то, что она замолчала, но порка вдруг прекратилась. — Встань и повернись, — неожиданно нежно попросил Эрик.

С трудом, но Лаки исполнила его приказ, повернувшись и облокотившись бедрами о стол босса. Девушку больше смущали бегущие по щекам слезы, чем задранное платье. Будь проклят Эрика Пэйна за эти слезы. Будь он проклят за это возбуждение и смущение.

— Держи, — на его мрачном лице был полный сочувствия взгляд, когда он достал из кармана брюк чистый платок и аккуратно вытер влажные от слез щеки девушки.

— Прекрати! — Лаки хотела отстраниться, но не могла. Она оказалась в ловушке у его стола, и некуда было отступать. — Я выдержала эту проклятую порку, так что оставь меня в покое, — сказала она, вздернув подбородок. — Ты получил, что хотел.

— Не совсем, — Эрик скрестил на широкой груди руки, не пытаясь больше вытереть слезы Лаки. Его черный галстук был ослаблен, верхние пуговицы на рубашки расстегнуты, но если бы раньше Лаки решила бы, что заполучила его, то теперь она поняла — это он ее заполучил. Она потеряла контроль над ситуацией и не знала, как вернуть его. Хуже того, она даже не была уверена, что хочет вернуть контроль. Не смотря на злость и пылающую задницу, она чувствовала сильную волну желания, от которой слабели ноги. Соски были болезненно напряжены, а босс похоже собирался продолжить эту пытку.

— Что… Что ты имеешь в виду под «не совсем»? — спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе, но не преуспев в этом.

— Я дал тебе то, что ты заслуживаешь, но не получил то, что хочу, — с насмешливой улыбкой ответил Эрик.

— Чего ты хочешь? — девушка заставила себя посмотреть в его темные глаза.

— Знать, что это маленькое наказание что-то дало тебе, — босс шагнул так близко к столу, что девушка ощущала жар его тела своей кожей под тонким шелком красного платья. — Я наблюдал за тобой, Люсинда, — продолжил он. — Так же, как и ты за мной. И вот к какому выводу я пришел: иногда тебя нужно пороть, время от времени. Хотя, держу пари, раньше с тобой такого не было. Уверен, ты хочешь, чтобы это повторилось. И не единожды.

— Хочу, чтобы меня выпороли? С ума сошел? — воскликнула Лаки, пытаясь усмирить свое колотящееся сердце. — С чего вдруг мне мечтать об очередной порке от такого кретина?

— С того, что это тебя заводит. Не только шлепанье. Подчинение. Тебе нужен кто-то более сильный, чем ты, кто-то, кто сможет справиться с тобой и заставить подчиниться. Но ты все еще не нашла его, — он сказал это с такой уверенностью, что у Лаки дыхание перехватило. Как он мог знать это о ней? Если она сама только начала об этом догадываться. «Никак, — в отчаянии думала Лаки. — Он не может знать этого обо мне! Он просто пытается заставить меня потерять самообладание.»

— Ты отрицаешь это? — Эрик нахмурился, его темные глаза сверкали.

— Конечно, отрицаю. Это же безумие! — Лаки глубоко вздохнула, сжав руки в кулаки. Да будь она проклята, если покажет, насколько запуталась в своих чувствах к этому напыщенному индюку.

— А что насчет этого? — Эрик обхватил ладонями грудь девушки, обводя пальцами ее напряженные соски сквозь скользкий шелк платья.

— Я… Я… — Лаки ахнула от нового всполоха огня от чувствительных сосков к влажному лону. Она сжала бедра и хотела остановить мужчину, но так и не смогла вымолвить ни слова.

— Почему тогда твои соски такие твердые? — неумолимо продолжал Эрик. Он потянул платье девушки за вырез, обнажая ее грудь в обрамлении мягкой алой ткани. — Посмотри на них, Лусинда, — прошептал мужчина. — Такие готовые и твердые. Так и просят пососать их. Почему? — Эрик вновь накрыл ладонями грудь Лаки, лаская пальцами соски.

Девушка не смогла сдержать стон. Боже, так хорошо чувствовать на своем теле его большие теплые руки! Но она скорее отправится в ад, чем признается ему в этом.

— Здесь просто… холодно, — ответила она, запинаясь. — Правда холодно. Вот и все.

Эрик покачал головой.

— Ты просто вынуждаешь меня развеять все твои сомнения, Люсинда, — в его низком голосе звучало неодобрение. — Это действительно должно стать так очевидно, чтобы ты подчинилась мне?

Лаки впилась в него взглядом.

— Не собираюсь я никому подчиняться. Не важно, что ты там болтаешь, мне вовсе не нравится… порка… О! — ахнула она, когда Эрик еще выше задрал подол ее платья, обнажая крошечные кружевные трусики, едва ли прикрывавшие ее. — Что… Что ты делаешь? — спросила она, стараясь не терять самообладание.

— Раздвинь ножки, Люсинда, — сказал он, игнорируя вопрос девушки. — Раз ты так настаиваешь, мы пойдем более сложной дорогой.

— Я… я не понимаю, — прошептала Лаки, но все же развела ноги так же, как и нагнулась над столом, подставив задницу ударам, когда Эрик потребовал. Что с ней не так? Почему она делает все, что он приказывает? Почему подчиняется ему?

— Ты поймешь, — ответил с той же сталью в голосе. — А теперь разведи ножки шире и покажи мне свою киску, Люсинда.

Со стоном Лаки подчинилась, широко разведя ноги.

— Вот так, — Эрик накрыл ладонью промежность девушки, заставив ее задыхаться и кусать губы. — Так ты говоришь, что совсем не возбудилась, когда подставляла попку, пока я шлепал тебя?

Лаки почувствовала, как мужчина поглаживает ее воспаленную плоть своим длинным пальцем сквозь тонкое красное кружево. Ее тело открылось для него, приветствовало его вторжение, не смотря на барьер из кружева между ними. Но Лаки все же была полна решимости отказать ему.

— Н-нет… — запинаясь, сказала она.

— Нет? — вскинул бровь и надавил пальцем на клитор девушки, заставляя ее застонать и тихо вскрикнуть от невероятных ощущений, подаваясь на его руку.

— Нет, — вновь выдохнула Лаки.

— Значит, если я скажу тебе снять эти маленькие красные трусики, ты не будешь под ними горячей, влажной и готовой? — настойчиво спросил босс Лаки.

Сил говорить больше не было, потому девушки просто качнула головой, все еще отрицая его слова.

Эрик нахмурился.

— Ты не оставляешь мне другого выбора. Сними трусики.

Лаки вовсе не собиралась подчиняться ему. И все же… что-то глубоко внутри нее, что-то, о чем он узнал, победило. Сжав бедра, девушка подцепила пальцами кружево трусиков и спустила их вниз, полностью обнажаясь под пристальным взглядом Эрика.

— Молодец, — к ее удивлению Эрик вдруг опустился перед ней на колени. — А теперь раздвинь ножки, Люсинда, и позволь мне посмотреть. Позволь доказать тебе, что тебе это нужно.

Не в силах справится с собой, Лаки повиновалась и развела ноги шире. Никогда еще она не была такой влажной, такой готовой ни для одного мужчины. Как ее босс мог настолько и выводить из себя, и возбуждать одновременно. Лаки казалось, что она может кончить от одного только его взгляда на нее.

— Только посмотри, — прошептал Эрик, коснувшись ее горячего, влажного тела. Большими пальцами обеих рук он развел губы киски, открывая своему пристальному взгляду нежно-розовое лоно. Лаки беспомощно застонала. — Только посмотри, какая ты влажная, Люсинда, — сказал Эрик. — Посмотри, как набух клитор, — он нежно погладил маленький чувствительный бугорок, заставив девушку вздрогнуть и застонать. Пэйн поднял взгляд на Лаки. — Уверен, ты настолько влажная, что я могу без проблем войти в тебя прямо сейчас, — пробормотал он. — Например, вот так.

Два больших, массивных пальца скользнули по ее влажным складочкам, и девушка прикусила губу, когда они чертовски глубоко вошли в нее. Наблюдая за девушкой, Эрик почти покинул ее тело, а затем вновь вошел внутрь, поглаживая большим пальцем клитор.

— О, Боже… Я не могу… Я… — Лаки откинула голову назад и застонала, чувствуя приближение оргазма.

— Вот так, милая, — Эрик все еще пристально наблюдал за ее лицом. — Кончи для меня. Кончи, пока я трахаю тебя пальцами. И скажи, почему ты такая горячая и влажная. На сей раз я хочу услышать правду.

Лаки вцепилась в его плечи, чтобы устоять от нахлынувшей волны удовольствия. И уже тогда она знала, что даст этому человеку все, что он захочет. Как раз когда она сделала, она знала, что собиралась дать ему, что он хотел. Боже, она отдалась во власть этого человека, позволила ему прикоснуться к себе, довести до оргазма, не в силах сдержаться, и это было так унизительно. Но она не могла остановиться.

— Скажи мне, — настаивал ее босс. — Скажи, что тебя так завело, Люсинда. Шлепанье? Подчинение?

— Да, — выдохнула девушка. — Нет… Не знаю, черт побери! — Лаки попыталась отдышаться, когда он медленно вынул пальцы из ее лона. — Я никогда… Никогда не думала об этом прежде. Не знаю, почему это возбудило меня… Не знаю, что ты со мной сделал, чтобы так завести меня.

— Я не делал ничего, кроме того, что ты сама желала, — спокойно ответил он, а затем склонился и поцеловал влажные складки киски девушки. Лаки тихо вскрикнула, когда он коснулся горячим языком сверхчувствительного клитора. Теперь он собирается ласкать ее ртом? Но после долгого поцелуя, Эрик отстранился, и Лаки едва не застонала. Ее первый оргазм был короткий и быстрый, ей же хотелось чего-то более глубокого.

— Что…? — прошептала она, изучая его темные глаза. — Что ты собираешься делать со мной сейчас?

Мужчина улыбнулся и поднялся на ноги.

— Хороший вопрос, Люсинда. Очень хороший вопрос для сабмиссива.

Лаки стоило бы разозлить на его подбор слов, но весь ее гнев, похоже, уже покинул ее.

— Значит теперь ты мой мастер? — спросила она. Лаки хотела придать своему вопросу нотку сарказма, но он получился почти серьезным.

Эрик нежно коснулся подбородка девушки своей большой ладонью и ответил:

— Только когда мы в этом кабинете.

— Я не собираюсь называть тебя «мастер», — сказала Лаки, хмурясь.

— И не нужно, ведь ты уже признала это. Нет смысла повторять очевидное, — ласково ответил он, а затем поцеловал девушку собственнически и нежно, отчего у нее ослабели ноги. Его губы были горячими, солеными и сладкими на вкус одновременно, и он похоже наслаждался, разделяя с ней этот секрет. Если бы Лаки не прислонялась к столу, она бы просто упала от переполняющих ее чувств. Наконец, мужчина отступил, прерывая поцелуй. — Я рад, что ты призналась в этом: и мне, и самой себе, — прошептал он, изучая ее глаза. — В качестве награды, я трахну тебя… Членом, а не пальцами, на этот раз.

Лаки вновь хотела возмутиться, но… Она же добивалась этого в течение шести месяцев с того самого момента, как впервые увидела Эрика Пэйна. Но она хотела его на своих условиях, а теперь оказалось, что больше никогда она не будет с боссом на своих. Почему это не беспокоит ее? Почему мысль о том, чтобы отдаваться этому мужчине сразу, как он потребует, не заставляет ее в ужасе сбежать из комнаты, а заводит ее еще сильнее?

— Люсинда? — услышала она и заметила, что Эрик внимательно разглядывает ее, оценивая ее реакцию. Его ноздри слегка раздулись, и Лаки вновь задалась вопросом, виноваты ли ее новые волшебные духи в произошедшем. Как бы то ни было, не важно, из-за чего все это началось между ними, важно только то, что никто из них не уйдет, пока все не закончится.

Она кивнула, не зная, что ответить.

— Как… — Лаки откашлялась. — Как ты хочешь меня? — хрипло спросила девушка.

Эрик с одобрением погладил ее по щеке.

— Склонись над столом снова, милая, — сказал он тем же глубоким голосом, который оказывается может быть очень нежным, когда Эрик этого хотел. — Я хочу взять тебя сзади. Я оттрахаю твое киску и наполню тебя своей спермой, Люсинда. Поняла меня?

— Да, — тихо прошептала она. — Да, я… Я поняла.

«Я подчиняюсь, — подумала Лаки, повернувшись лицом к столу и наклоняясь, снова упираясь руками в его прохладную деревянную столешницу. — Подчиняюсь, чтобы ты трахнул меня, наполнил своим членом, кончил внутри меня. Я больше не могу сражаться. Больше не хочу сопротивляться. Я подчиняюсь.»

— Хорошо, — пробормотал Эрик, словно услышал ее мысли. — Нагнись ниже, милая, и подними попку. Раздвинь ноги и впусти меня. Дай мне трахнуть тебя.

— Да, — прошептала Лаки и мысленно добавила «Мастер», прежде чем смогла остановить себя. Его большие руки придавили ее к столу, заставив прижаться щекой и обнаженной грудью к прохладной поверхности. Затем он развел ее ноги еще шире, и раздался металлический лязг расстегиваемого ремня и молнии.

Лаки никогда прежде не чувствовала себя столь беспомощной и уязвимой, как сейчас. Когда она была распластана на столе ее босса с задранным платьем, обнаженной киской, готовой принять его член. Член Мастера. Она вдруг поняла, что даже не знает, какого он размера, насколько большой и толстый. Эрик крупный мужчина, так что может быть просто огромным, и ей будет непросто принять его. Она надеялась, что он не причинит ей боли, но даже если Эрик сделает это, сейчас в ее силах только расслабиться и позволить ему взять себя. Она могла только подчиниться его члену, заполняющему ее, растягивающему, пока он не кончит глубоко внутри.

— Все в порядке, милая. Я не собираюсь причинять тебе боль, — низкий голос Эрика был нежен, его большие теплые руки успокаивающе поглаживали обнаженную спину девушку. Лаки заметила, что дрожала от переполнявших ее сильных эмоций. — Просто расслабься, — услышала она, пока он все еще поглаживал ее. — Расслабься и позволь мне взять тебя, Люсинда. Впусти меня.

Когда он произнес последние слова, она почувствовала, как широкая головка члена мужчины скользит по ее влажным складочкам, ища вход в лоно. Лаки тихо застонала и ухватилась руками за край столешницы, желая быть открытой для него, принять его полностью. А потом он направил себя в ее тело, медленно входя глубже.

Лаки закусила щеку изнутри, когда он скользнул дальше в ее податливое влагалище. Головка его члена была так же огромна, как и ствол. Эрик медленно растягивал девушку, дюйм за дюймом, продвигаясь все дальше и дальше в скользкую, обнаженную киску Лаки, наполняя ее до предела.

— Боже, — мягко застонала она, а его теплые ладони сжали ее бедра, притягивая к себе, входя еще глубже. Куда глубже? Как она это выдержит? Его толстый член скользил все дальше, и она поняла, что у нее нет другого выхода, кроме принять его. Не было никакого способа остановить то, что начал Эрик Пэйн. Наконец она почувствовала, как он достиг дна, уперевшись головкой члена в матку, глубже он уже проникнуть не мог. Теперь, когда он был полностью внутри, сжимаемый ее узким и влажным лоном, он мог трахнуть ее.

— Хорошо, Люсинда, — услышала она, как пробормотал Эрик, поглаживая ее спину и бедра. — Я полностью в тебе. Чувствуешь?

— Да, — хрипло прошептала она. — Боже, да, я чувствую… Мастер, — Лаки не смогла сдержать себя, хотя и поклялась не называть его так.

— Хорошо, милая, — тихо прорычал он. — Теперь я хочу, чтобы ты просто расслабилась. Не двигайся мне навстречу, не подхватывай мой ритм, просто отдайся мне, милая. Поняла?

— Я… — Лаки судорожно сглотнула. — Я поняла, Мастер, — прошептала она. И это казалось таким правильным. Настолько верным.

— Хорошо, — пробормотал он. — Я буду жестко трахать твою нежную киску, пока не заполню тебя своей спермой, Лусинда. Пока не почувствую, как мы кончаем одновременно, — сказал, начиная медленно двигаться в ней.

Лаки ахнула, когда его длинные пальцы крепко стиснули бедра, а затем он толкнулся в нее, медленно трахая девушку, заставляя ее задыхаться и вскрикивать каждый раз, когда он достигал дна. «Боже, — думала Лаки, когда каждое новое движение становилось все более резким и грубым. — Как я могу хотеть этого? Как я могу желать подчиняться ему? И почему это кажется таким горячим?»

Она не могла ответить на свои вопросы, но это было чистой правдой. Каждый резкий толчок толстого члена Эрика в ней был приятнее, оттого что она отдала ему полный контроль над своим телом. Лаки никогда не получала прежде такого наслаждения, отдавая кому-то свои разум, тело и душу, и это казалось таким опьяняюще чувственным. Ни одна из ее сексуальных фантазий не могла сравниться с реальностью: это полное подчинение боссу и его мощные толчки. Ни одна из них даже близко не была к происходящему.

— Вот так, Люсинда, — слышала она шепот Эрика, пока он продолжал трахать ее. — Вот так, откройся для меня, милая. Возьми меня, мой член, полностью, когда я скажу тебе.

— Да, Мастер! — простонала девушка, и он ускорился, сжимая пальцами ее бедра, насаживая на свой член. Стол под ее руками был влажным от пота, она задыхалась, не в силах глубоко вдохнуть, принимая своего Мастера. Затем она почувствовала, как он скользнула ладонью между ее ног, поглаживая влажные складочки чуть выше того места, где соединялись их тела. «О, Боже! — думала Лаки. — Божееее! Я больше не могу! Это слишком!»

Эрик словно почувствовал близость ее оргазма и коснулся кончиками пальцев клитора девушки, поглаживая.

— Вот так, милая, продолжай, — прорычал он. — Приготовься к оргазму. Хочу почувствовать, как ты кончаешь вокруг меня.

— О, Боже! О, Мастер, пожалуйста! — молила Лаки. — Пожалуйста, дай мне кончить! Пожалуйста, трахни меня!

— Мне нравится иметь тебя, Люсинда, — пробормотал он, яростно вбиваясь в девушку. — Я знал, что так будет. Знал с того самого момента, как приметил тебя. Знал, что ты будешь моей. Что однажды примешь меня, и я заполню тебя до предела.

— Боже! — его пальцы, ласкающие клитор, и грубые толчки в ней в купе с горячими, грязными словами было слишком. Лаки чувствовала, как подходит к черте, как раз, когда Эрик оказался глубоко в ней.

— Сейчас! Кончи для меня сейчас, Люсинда!

— Да, Мастер! — простонала она, скользя руками по гладкой столешнице, и оргазм нахлынул на нее как приливная волна. — О, Боже, да!

Она никогда не испытывала такого сильного наслаждения, и Лаки вдруг осознала, что никогда больше и не испытает. Ведь как только аромат ее волшебных духов выветрится, дверь, которую он открыл в душе Эрика Пэйна, закроется, и он снова будет эмоционально сдержан, и не возьмет ее так, как она того хотела.

Глава 7

— Это просто смешно! Он же был здесь… Прямо вот тут! — бормотала себе под нос Лаки, уже в пятнадцатый раз объезжая квартал. Сегодня, в канун Рождества, Эрик впервые придет к ней домой, поэтому и было так важно найти то, что искала девушка.

Их горячий роман длился уже неделю, и это были самые жаркие и захватывающие отношения за всю жизнь Лаки. Каждый день перед работой она наносила волшебные духи, как можно больше растягивая содержимое крошечного рубинового пузырька. И ежедневно босс вызывал ее к себе в кабинет, где ее ждало новое восхитительное наказание. Иногда мужчина завязывал ей глаза и вновь шлепал ее, заставив нагнуться над своим столом, иногда она опускалась перед ним на колени и отсасывала, пока он проводил телефонные конференции, а однажды Эрик поменялся с ней местами, усадил в свое кресло и заставил вести деловые переговоры, не выдавая голосом свои ощущения, пока он ласкал ее языком. Спустя часы, Эрик раздел ее, пристегнул наручниками к книжному шкафу и кормил Лаки китайской едой изо рта в рот, целуя и облизывая между делом более чувствительные части ее тела.

Лаки была на седьмом небе. У нее никогда не было отношений, удерживающих ее интерес так же, как Эрик удерживал ее, когда они были наедине. Девушка с трудом сдерживалась, чтобы не называть Эрика Мастером в присутствии коллег, но, кажется, некоторые из них начали подозревать, что между ними что-то происходит, но ей наплевать. Теперь с боссом она вовсе не скучала, когда наконец заполучила его в свою постель. Это было похоже на… «Пристрастие,» — призналась себе Лаки, проходя по кварталу уже в шестнадцатый раз. — «Я увлечена им. Черт, да я, возможно, даже влюблена в него.» Эта сумасшедшая мысль просто не выходила из головы. Казалось, все, что она искала все эти годы, было в этом мужчине. Лаки не знала, было ли дело в его доминировании или нежности, с которой он гладил ее по щеке и целовал, после жесткой порки. Как бы то ни было, он что-то задел в ней, и это было потрясающе.

В этих идеальных отношениях была только одна проблема: они начались и до сих продолжались благодаря волшебному эфирному маслу, которое Лаки купила на рождественскую вечеринку, и теперь они закончились. В маленьком красном флаконе не осталось ни капли, и девушка с ужасом ждала момента, когда Эрик, встретив ее, потеряет к ней интерес. Лаки знала, что глупо зацикливаться на духах, но не могла избавиться от ощущения, что без них ее новые отношения обречены. А теперь еще и долбаный парфюмерный магазин исчез.

— Он должен быть здесь! — пробормотала Лаки, паркуясь, чтобы обойти вокруг пустое место, где было ветхое кирпичное здание с магазином «Эромасла». — Не может за неделю исчезнуть целое здание! — Но это было так. Кирпичного здания не было, духи закончились, и Лаки не знала, что ей теперь делать.

* * *

В восемь вечера раздался звонок в дверь, на который кот сердито зашипел, вскочив из ванной.

— Исчезни, Бизи, — пробормотала Лаки, направившись к двери. Эрик впервые пришел к ней в дом, и меньше всего ей хотелось бы, чтобы огромный кот пометил занавески в приступе ревности.

Гостиная в стиле кантри-шик убрана и аккуратна, на столе открыта бутылка вина на случай, если Эрик решит задержаться. Лаки глубоко вдохнула и пригладила свои белую шелковую блузку и простую черную юбку.

Немного нервничая перед неизбежным, Лаки открыла дверь и попыталась улыбнуться. На пороге стоял Эрик в черных брюках, темно-красной рубашке на пуговицах, которая отлично подходила к его смуглой коже. В его руках была маленькая коробочка в яркой упаковке, очевидно рождественский подарок.

— Привет, Люсинда, — он наклонился, оставляя на ее щеке весьма продолжительный поцелуй.

— Привет, мм… — Лаки не совсем уверена, как к нему обращаться сейчас. Когда они были наедине, она называла его Мастером. В офисе перед другими коллегами он был для нее мистер Пэйн. Но сегодня он впервые пришел к ней домой.

Эрик, казалось, понял проблему девушки:

— Мы не сейчас не на работе, — сказал он, улыбнувшись. — Зови меня Эриком, если я смогу называть тебя Лаки.

— Ты, мм… хочешь использовать мое прозвище? — удивленно вскинула бровь Лаки.

— Если ты не против, — нахмурился Эрик. — Все в порядке? Ты сегодня… какая-то другая.

Лаки с трудом сглотнула.

— Да, в порядке. И ты, конечно, можешь использовать мое прозвище, если хочешь. Я не возражаю.

— Знаешь, — начал он, войдя в комнату и положив маленький подарок на журнальный столик Лаки. — Я думал. То, что происходило в офисе, должно прекратиться.

Ну вот началось. Лаки почувствовала, как ее сердце упало в пятки. Эрик вдруг понял, что вовсе не хочет быть с ней, и решил расстаться. Как бы она не готовилась к этому, все равно было ужасно больно.

— Я… Я понимаю, — сквозь боль в пересохшем горле, прошептала она. — Давай… выпьем вина и обсудим это? Это может помочь.

Эрик хмурился.

— Ну, да, давай.

— Отлично, надеюсь, красное подойдет. Оно на кухне.

Девушка устремилась на крошечную кухню своей квартиры, прежде чем Эрик успел что-либо ответить. Боже, как же это больно! Лаки так много парней бросила просто за то, что с ними было скучно, что они были совсем не тем, что она искала, а теперь она вот-вот прочувствует на себе свои же методы. Кармический удар.

Дрожащей рукой она наполнила вином два охлажденных хрустальных бокала на длинных ножках, вытерла пролившийся мимо напиток. На кой черт она позволила себе так увлечься своим боссом? Теперь на работе будет так неловко.

— Лаки, все хорошо? — позвал Эрик из гостиной. Ее прозвище, произнесенное его глубоким голосом, все еще звучало странно.

— Отлично… Я… Уже иду, — ответила Лаки, смахнув прядь волос, упавшую на глаза, и поняла, что плачет. Прекрасно, просто прекрасно. «Дождись хотя бы, когда он тебя окончательно бросит, прежде чем запускать фонтаны,» — отчаянно подумала Лаки.

— Я просто хотел воспользоваться твоей ванной комнатой на минутку, если ты не возражаешь, — донесся низкий голос Эрика из гостиной.

— Пожалуйста, — Лаки пыталась поставить бокалы и бутылку на поднос, но ее неуклюжие и дрожащие руки так и норовили все уронить. Почему она не может совладать со своими эмоциями? Как Эрик Пэйн сделал это с ней? Девушка наконец поставила все на поднос и вышла с ним из кухни, как раз вовремя, чтобы заметить, как сбежавший из ванной Бизи прицеливался на ее новые голубые занавески.

— Нет! Бизи, нет! — закричала Лаки и, забыв о подносе в руках, бросилась останавливать ревнивого кота, спотыкаясь об угол журнального столика и падая. Бутылка и бокалы накренились, и красное вино разлилось на ее песочно-коричневый берберский ковер. Пока вино с бульканьем выливалось из бутылки, оставляя не выводимое пятно на ковре, воздух наполнил безошибочный запах кошачьей мочи. — Бизи! — завопила Лаки, а черный кот посмотрел на нее с удовлетворением в своих желтых глазах.

— Мррр… — заурчал кот, не спеша отходя от занавесок и оставляя за собой шлейф своей ревности.

Лаки ничего не могла с собой поделать. Она подтянула колени к подбородку, опустила голову и заревела. Ковер испачкан вином, занавески — кошачьей мочой, а единственный человек, которого она когда-либо любила, вот-вот выйдет из ванной и бросит ее, как белые туфли после тяжелого трудового дня, и все потому что ее волшебные духи закончились, а магазин, где она их купила, исчез. Ее жизнь может закончиться так же, как и духи.

— Лаки? Что случилось, милая? — рядом с ней вдруг присел на колени Эрик, не замечая, как разлитое на ковре вино пропитывает его брюки. — Что такое? — прошептал мужчина, обнимая ее.

Лаки отстранилась, все еще всхлипывая.

— Я… не могу, — ответила она сквозь слезы. — Я знаю, что ты собираешься сказать: что я изменилась, что стала другой, и больше тебе не интересна. Но черт побери! Я не виновата, просто духи закончились. Я понятия не имела, как ты отреагируешь на них. Я не собиралась влю… То есть это должно было быть мимолетное разовое увлечение. Не знаю, как оно переросло в нечто большее.

— Я знал, — голос Эрика был тихий и напряженный. — С той самой минуты, как впервые увидел тебя. Знал, кем ты была и кем могла бы стать, если подтолкнуть в правильном направлении.

— Кем? Твоей рабыней? — спросила Лаки.

— Нет, — Эрик коснулся рукой ее щеки. — Моим сабмиссивом. Надеюсь, теперь ты понимаешь разницу.

— Это не важно, раз ты все равно решил все закончить, — бросила Лаки, оттолкнув руку Эрика.

— Закончить что? О чем ты говоришь? — Эрик непонимающе вскинул бровь.

— Ты же сам сказал: то, что было в офисе, должно прекратиться. И не отнекивайся.

— Я и не собираюсь, — нахмурился он. — Я действительно так считаю. Я не хочу подвергать опасности нашу карьеру, перенося отношения из дома, где должны быть, в офис.

— Из какого дома? О чем ты? — Лаки обхватила себя руками и шмыгнула носом. — Слушай, можем мы хотя бы на диван сядем и уйдем от этого запаха? К сожалению, мой кот Бизи очень ревнив и имеет эту жуткую привычку… — она замолчала, когда Эрик покачал головой.

— Э-э, извини, но от какого запаха? — нахмурился он. — Ты имеешь в виду разлитое вино?

— Нет, — Лаки окинула его недоверчивым взглядом. — Я имею в виду кошачью мочу. Бизи метит занавески, когда ко мне в гости приходит мужчина. Разве ты не чувствуешь эту вонь? Я уже просто задыхаюсь.

Эрик пожал широкими плечами.

— Если честно, нет. В детстве я перенес несколько операций на околоносовых пазухах, и это сильно подпортило мое обоняние. Я подумал, что о пролитом вине, но на самом деле и его запах я не чувствую.

Лаки попыталась встать с ковра, но вдруг замерла.

— То есть ты хочешь сказать… что все это время не чувствовал запах? Ни духов, ни эфирных масел… Я так волновалась, а ты… Ты не… — она покачала головой. — Я не понимаю. Почему тогда ты подошел ко мне на той рождественской вечеринке? Почему затащил в свой кабинет и сделал… то, что сделал? — девушка покраснела, а сердце лихорадочно забилось в груди, когда она вспомнила их первый раз.

Эрик улыбнулся ей.

— Потому что ты наконец была готова. Я это понял по твоему поведению последнюю неделю и просто искал повод, чтобы взять тебя. И когда я услышал то, что ты рассказала своей подруге, он наконец нашелся.

Лаки почувствовала себя настолько смущенной, что не знала, как реагировать. Значит она привлекла его совсем не эфирными маслами, а скрытыми в ней задатками подчиненной, которые заметил в ней Эрик.

— То есть ты знал, зачем я пыталась привлечь твое внимание?

Эрик покачал головой.

— Ты завладела моим вниманием, когда я только устроился, Лаки. Не было никакой нужды вытворять эти фокусы. Я просто ждал, когда ты станешь готова. Готова принять меня как любовника… и возможно больше.

— Больше? — спросила Лаки, все еще сидя на залитом вином ковре, а затем встала на четвереньки и подползла к мужчине. — Что ты имеешь в виду?

— Ну, я бы опустился на колени, но я уже стою на них, — рассмеялся Эрик, потянув пропитанную вином штанину. — Так что, вот, — он взял со стола маленькую коробочку и вручил ее девушке. — Открой, — настойчиво произнес он, а Лаки уставилась на него огромными глазами. — Это тебе.

Дрожащими пальцами она разорвала яркую, цветную упаковочную бумагу, извлекая продолговатую, бархатную коробочку. Она была слишком большой для кольца, но почему тогда Эрик говорил о том, что должен встать на колени? Лаки открыла крышку и ахнула, увидев внутри прекрасный черный бархатный ошейник с бриллиантом в форме сердца посередине.

— О, Эрик, не нужно было… — Лаки приложила к губам ладонь. Бриллиант как минимум карата два с половиной. Возможно три.

— Мне доставили его прямо после рождественской вечеринки, — сказал он. — Я знаю, это не традиционный подарок, и ты, наверно, ждала чего-то другого. Но надеюсь, ты будешь носить его с гордостью и не станешь стыдиться своих наклонностей сабмиссива, — он вдруг стал каким-то неуверенным. — Ты будешь носить его? Я хочу чего-то постоянного с тобой, Лаки. Я знаю, что тороплюсь, но…

— Эрик, я не знаю, что сказать, — Лаки вновь посмотрела на ошейник. — Но точно знаю, что не стыжусь этого, — продолжила она, с удивлением отмечая, что это правда. — До рождественской вечеринки я даже не мечтала, что… — она вдруг замолчала, закрыв рукой рот, вспоминая слова владелицы парфюмерного магазина: «Наши ароматы подберут ключики к вашему сердцу. Они озарят душу, раскрыв все, что ранее было скрыто.»

— Что? В чем дело? — нахмурился Эрик, явно беспокоясь.

— Ничего, я просто… Просто поняла кое-что, — Лаки покачала головой. Все это время она думала, что духи, которыми она пользовалась, влияли на Эрика, и что без них он будет другим. Но вовсе не в его душу они открывали дверь, а в ее. Это Лаки изменилась, открыв в себе что-то новое — желание подчиняться.

— Лаки? — нотка беспокойства в глубоком голосе Эрика заставила ее посмотреть на него. — Лаки, — повторил он. — Будешь ли ты носить его и согласишься ли быть моим сабмиссивом?

Девушка вдруг поняла, что все еще сидит на залитом вином ковре, не шевелясь, а ее возлюбленный… нет… ее Мастер до сих пор не знал, приняла ли она его подарок и все, что влечет за ним. Девушка наклонилась вперед, обнимая Эрика за шею и впиваясь в чувственный рот мужчины долгим, жарким поцелуем.

— Я буду носить его с гордостью, — прошептала она. — Мастер.

Примечания

1

Тайный Санта, или Секретный Санта, или Секретный Санта-Клаус (англ. Secret Santa), иногда также называется Полианна (Pollyanna, в честь романа), Крис Киндл (Kris Kindle) или Крис Крингл (Kris Kringle), — рождественская церемония анонимного обмена подарками группой людей.

Content

Эванджелин Андерсон
ВРЕМЯ ПОРКИ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Примечания