Решетов Евгений Валерьевич

Император из провинции

Глава 1

Вечер выдался тёплым и ласковым… но не здесь, а где-нибудь на Мальдивах. Я же сосредоточенно вёл машину под упругими потоками дождя, иногда щурясь от ярких вспышек молний. В уши врывался скрип дворников, облизывающих лобовое стекло, и оглушительные раскаты грома, которые, казалось, раздавались прямо над моей головой. Даже звуки динамичного рока, рвущиеся из колонок, не заглушали буйства разгулявшейся стихии.

Я скосил глаза и посмотрел на лес, содрогающийся от сильных порывов ветра. Деревья росли слева и справа от узкого полотна дороги. А позади – осталась электростанция. До города же ещё было несколько километров по этому ужасному асфальту, изобилующему заплатками. «Приора» скакала по нему, будто чёрная карета по брусчатке, грозя вот-вот рассыпаться.

В очередной раз сверкнула молния, разрезав половину неба. Я непроизвольно зажмурился и всего на мгновение потерял дорогу из виду. Но машина уже предательски подпрыгнула на очередной кочке, и её повело в сторону. Скажу честно, кое-что сжалось, а  перед глазами пронеслись все двадцать лет жизни.

– Твою мать! Боже, помогай! – лихорадочно выдохнул я, не совсем отдавая себе отчёт в том, что говорю, а потом мне удалось выровнять авто, после чего облегчённо добавил: – Забудь, сам справился.

Вслед за этим инцидентом, чуть не закончившимся трагедией, я немного отпустил педаль газа и почти тут же сверкнул ещё один небесный разряд.  Голову почему-то пронзила резкая боль, заставившая меня застонать, а затем она пропала так же молниеносно, как и появилась. Я удивлённо хмыкнул и продолжил путь, ещё более внимательно всматриваясь в дорогу, виднеющуюся в жёлтом свете фар.

Вскоре начал приближаться Грязьгород, который почему-то оказался погружен во мрак. Наверное, опять проблемы с электричеством. Жаль, что я прекрасно помнил, как он выглядит при свете дня.  Город был довольно-таки большим… по средневековым меркам: тысяч двести-триста в нём точно проживало. Хотя всё-таки не уверен. Последняя перепись населения, наверное, проводилась ещё на старославянском языке.

Я вгляделся в мрачные очертания города, стыдливо прячущиеся за стеной дождя. По слухам, в Грязьгороде обитал призрак… призрак хорошей жизни. Но я не верил в подобные сказки. Тут совершенно точно даже подобного призрака нет. Как нет и перспектив, железнодорожного вокзала, а уж об аэропорте вообще молчу. Но зато рядом были горы, речка, лес и… интернет неплохо тянул. И ещё город мог похвастаться даже десятиэтажками, хотя в основном был застроен серыми типовыми пятиэтажками и частными домами. В общем, обычный провинциальный городок, которых тысячи на просторах нашей Родины.

Меж тем я уже въезжал в пределы Грязьгорода, видя через лобовое стекло красное пластиковое сердце, установленное между буквой «я» и названием города.  У местного мэра было своеобразное чувство юмора.

Моя машина проскользнула мимо сердца и двинулась между частными домами, облепившими главную дорогу, ведущую в это «сосредоточение любви».

Когда домики кончились, появились уже упомянутые пятиэтажки, мрачно взирающие тёмными окнами на проезжающие мимо редкие автомобили.

И тут  вдруг запиликал телефон. Я вытащил его из кармана джинсовых шорт и увидел на экране фотографию сестры и надпись Софи Максимова. Нажал на зелёный кружочек и ещё больше снизил скорость, внимательно глядя сквозь пелену дождя на покрытый ямами асфальт.

– Ну как? Купил? – раздался её весёлый голос, слегка искажённый помехами.

– Ага, – бросил я, не став коситься на новенький ноутбук, лежащий на заднем сиденье.

– И как поездочка?

– В дождь попал. Ещё и электричество в городе вырубилось. Да и жрать охота, – стал жаловаться я старшей сестре.

– Полный набор, – хохотнула она и уже серьёзно добавила: – Когда вырвешься-то из этой клоаки? Обещал же в конце недели.

– У меня тут идея появилась на миллион долларов. Слышала об «Императоре Галактики»?  – приподнято спросил я, прижимаясь к безлюдному бордюру, чтобы объехать целое озеро, из которого вот-вот мог появиться местный аналог Лох-Несского чудовища. Несколько встречных машин делали то же самое, только с другой стороны дороги.

– Да. Краем уха. Вроде бы компания AVK хочет запустить целую виртуальную вселенную, но, по-моему, они опоздали года на два, – скептически проговорила София. –  Если откроют такой же шаблонный мир с полным погружением, как уже существующие, то им сложно будет наверстать: ведь аудитория поделена между теми, кто давно рулит подобными играми. Ты, кстати, всё ещё играешь в эту… как там её?

– Думаешь, у меня есть желание? – мрачно произнёс я, намекая на последние печальные события, которые произошли в нашей семье, низвергнув её с вершин на дно.

– Ну, жизнь-то продолжается, – философски изрекла она, шурша какими-то бумагами. – Ладно, забыли. К чему ты там говорил об «Императоре»?

– Короче, эти парни решили перед запуском вселенной сделать проект под названием «Император Галактики», – протараторил я, слыша голодное урчание собственного желудка. – Софи, подожди секундочку. Надо обмозговать кое-что важное.

Так, ну дома еды нет, если, конечно, кот Флинт не научился готовить, что вряд ли, поэтому стоит сделать ход конём и заглянуть к подруге. Я как раз давно обещался к ней наведаться.

Предвкушающе улыбнувшись, направил машину по другой дороге.

– Ты чего замолчал? – полюбопытствовала сестра, подпустив в голос недовольства.

– Так, слушай дальше. Они набирают десять тысяч игроков со всего мира для этого проекта. Победитель будет только один,  – продолжил я рассказывать, свернув во дворы и протискиваясь среди припаркованных машин. – Там весь этот «Император» будет длиться хорошо если две-три недели. А компания AVK за это время вполне успеет продемонстрировать все прелести новой игры, а потом уже запустит полную вселенную «Десяти Планет», где будет множество различных возможностей.

– И ты собрался победить?! – удивлённо воскликнула Софи, словно я сейчас сообщил ей о том, что вернул все те миллионы, которые отобрали у раскулаченного отца. – Там же победит сильнейший, а ты как бы у нас…

– Хорош стебаться, – вынужден был процедить я, остановившись возле нужного подъезда. – Конечно, мне не приходится рассчитывать на победу. Я всего лишь хочу засветиться в соц. сетях и на телевидение. «Император Галактики» получит серьёзное продвижение на ТВ и в интернете. Будет и реклама, и трансляции на тематических сайтах. А также они хотят делать интервью с наиболее отличившимися или просто харизматичными игроками.  Понимаешь, к чему я клоню?

– И как ты собрался попасть в эти десять тысяч? – задумчиво проговорила сестра, уже прикидывая доходы от рекламы, которые может принести хорошо прокаченный аккаунт.

– Ну я уже прошёл собеседование, предоставил все данные и рассказал историю нашей семьи. Возможно, их заинтересует такая личность, как я. А если нет – то всё тут продам к чертям собачьим и уеду к тебе во Францию.

– Слушай, вот если бы я набирала игроков для подобного проекта, то взяла хотя бы тысячу ярких личностей, а не просто каких-нибудь задротов с большой буквы, – принялась рассуждать Софи, – так что не спеши пока во Францию.  У тебя есть хорошие шансы попасть в эту битву галактического масштаба. Ты же с детства бесишь всех вокруг, а такие во всяких шоу идут на ура.

– Спасибо за комплимент, – проворчал я, совсем не обидевшись.

– Я же твоя сестра и должна говорить правду, – весело сообщила она, а затем торопливо добавила приглушённым голосом: – Потом расскажешь, какой пришёл ответ. Всё, пока. Начальник идёт.

– Пока, – коротко сказал я и прервал звонок.

За то время, которое мы разговаривали, дождь не прекратился, но немного ослаб. Припарковаться же мне удалось довольно-таки близко от подъезда, но несколько метров пробежать всё же придётся. Я заранее нахохлился, после чего выскочил из машины. Чёрная майка мигом превратилась в мокрую. А вот кроссовки едва промочил, прежде чем ворвался в темноту подъезда. Домофона здесь не оказалось.

Старенький лифт предсказуемо не работал из-за того, что электричество до сих пор не дали, поэтому пришлось подниматься пешком. Я включил телефонный фонарик и преодолел три лестничных пролёта, пропахших сигаретным дымом, мусором и чем-то тухлым. Остановился же только у двери, обшитой деревянными рейками. Я пару секунд помялся возле неё, а затем негромко постучал. Не люблю лишний раз привлекать внимание местных жителей. Вот чуют они во мне что-то инородное.

За дверью раздались шаги, а потом она немного приоткрылась. В щель стала видна симпатичная рыжая девушка в клетчатом халате и мягких тапочках. Она держала в руке тарелочку с голубой каёмочкой. В центре плошки стояла зажжённая свеча.

Карие глаза Веры изумлённо распахнулись, а алые губки выдохнули:

– Роб? Ты как тут оказался?

– Ты знаешь, я в душе немного мотылёк. Гляжу, свет… ну, а дальше инстинкт привёл меня сюда.

– Теперь понятно как тебя Машка захомутала, – ехидно сказала девушка, поправив чёлку. – Чего пришёл-то?

– Так я же давно обещался зайти. Вот и выгадал момент, – расплылся я в своей самой обаятельной улыбке.

– Ну, проходи, – усмехнулась она, то ли поверив, то ли нет.

Я проскользнул мимо неё и снял кроссовки. Вера в это время заперла дверь, а затем провела меня через короткий коридор и мы оказались именно там, куда я и хотел попасть –  на её кухне. Тут царствовал домашний уют и насыщенный аромат какой-то выпечки. У меня аж в животе квакнуло.

Девушка услышала и насмешливо бросила, поставив свечу на стол, накрытый клеёнкой:

– Не кормит тебя твоя фифочка?

– Да она же красивая, – вяло махнул я рукой, глядя на неё голодными глазами.

– Так чего же ты с ней встречаешься?

– Да она же красивая, – с другой интонацией повторил я и присел на скрипнувшую табуретку.

– Чай с пирожками будешь? Как раз напекла перед тем, как свет выключили. Да и чайник ещё горячий.

– Буду, – истово закивал я головой, внутренне поставив себе лайк: операция прошла как по нотам. Второй Суворов, не иначе.

Тем временем Вера перешла от слов к делу и засуетилась на крохотной кухоньке, где места едва хватало для двух человек. Я принялся наблюдать за ней, слыша стук дождевых капель о стекло и тихую музыку, льющуюся из телефона, лежащего на холодильнике советских времён.

Вера была невысокого роста и ладно скроенной. Все её движения и жесты казались какими-то до предела естественными и не наигранными: мимолётная улыбка на полных губах, секундный прищур  и даже то, как она морщила аккуратный носик, выглядело очень мило и не фальшиво.

Пока я разглядывал её, девушка уже успела поставить на стол пластиковый тазик с пирожками, кружку с чаем и коробку рафинада.

– Налетай, – весело сказала Вера, указав на выпечку.

Дважды меня просить не надо было: я мигом стал пожирать пирожки, запивая их сладким чаем.

– Эвоно как ты оголодал, – удивилась она, сев напротив меня с маленькой чашкой в руке.

– Настоящий мужик всегда хочет есть, – вспомнил я слова одного парня из местного кафе.  – Кстати, потрясающие пирожки.

– Это да, – без стеснения согласилась девушка, убрав с рукава халата какую-то соринку, после чего выстрелила целой очередью вопросов: – Какие новости? Где был? Как там твой друг?

– Ну, из новостей… Вот за ноутбуком сегодня в центр ездил. Старый совсем тормозом стал, – принялся отвечать я, проглатывая по половине пирожка зараз. –  А о котором друге ты говоришь?

– О Петре, – усмехнулась она, будто у неё были какие-то мысли на его счёт. В груди шевельнулось что-то вроде ревности.

– Так мы с ним друзья? – удивился я, нарочито широко открыв глаза. – Не знал. Надо будет записать.

– Я к чему спрашиваю… Он сейчас с кем-нибудь встречается? – проговорила Вера, глядя на меня поверх чашки, которую держала обеими руками. В её глазах отражалось пламя свечи.

– Ну он живёт с женщиной, – протянул я, следя за реакцией девушки. – Мамой её называет.

– Отлично, – повеселела она, победно глотнув ароматный напиток, а потом живо добавила, играя ямочками на щеках: –  У меня подруга освободилась. Ты её не знаешь. Думаю вот познакомить с ним.

– Хм… ну хоть какое-то развлечение, – озорно произнёс я, а затем наткнулся на её пронзительный взгляд и скомкано промычал: – Хорошая, вообще-то, мысль.

– А то, – широко улыбнулась Вера, брызжа тёплыми эмоциями.

– Слушай, я побегу, наверное, а то ещё столько дел.

Девушка выразительно посмотрела на пирожки, затем на опустевшую кружку, в которой был чай, а следом её взгляд переместился на часы с кукушкой. Кажется, она что-то начала подозревать, но вслух своих мыслей не высказала, а произнесла совсем другое:

– Ладно, иди. И как-нибудь аккуратненько спросили у Пети, что он думает о Лиде Егорьевой. Он её знает.

– Всё сделаю в лучшем виде, – пылко заявил я, поднявшись с табуретки.

Девушка кивнула и проводила меня до двери. Потом я спустился по лестнице и забрался в машину. Дождь к этому времени уже прекратился. Я завёл автомобиль и поехал восвояси.

Через пару минут ожили окна домов и городские фонари. Они принялись освещать переполненные мусорные баки, потрескавшиеся фасады и бродячих собак, опасливо выбиравшихся из подтопленных подвалов.

Я стал не так тщательно следить за дорогой, которая вела меня в центр города. Моё жильё находилось именно там, в престижном по местным меркам доме. Все мои соседи сплошь владели ларьками с шаурмой, пекарнями, продуктовыми магазинчиками и прочим мелким бизнесом. Квартирка у меня была своя: всё, что осталось от былого богатства.

Некоторое время назад батя дал мне денег и отправил сюда, пока решал вопросы в столице. На той неделе суд принял окончательное решение: пять лет в колонии общего режима. Дело было сфабрикованным и созданным лишь для того, чтобы отобрать весь его бизнес и заблокировать счета. Батя, кстати, ярый любитель всего французского, просто перешёл дорогу не тому человеку, поэтому оказался за решёткой. Такой фортель судьбы предсказуемо ударил по всей семье. Я из-за этого завяз в глухой провинции, сестра осталась без денег, а мать подала на развод, и сейчас строит отношения с бывшим другом отца где-то в Испании.

Пока я был погружен в невесёлые мысли, то успел въехать в свой двор, после чего умудрился припарковать машину недалеко от подъезда. Затем проник в него и стал в одиночестве подниматься на лифте, держа в руках коробку с ноутбуком.

Зеркало, установленное на одной из стен лифта, отражало высокого хмурого парня с короткой стрижкой.  Всё знакомые говорили, что я похож на мать: те же голубые глаза, тонкие аристократичные черты лица  и даже цвет волос был как у неё – светло-русый. Мелькнуло мимолётное желание разбить своё отражение. Я уже два месяца не разговаривал с матерью, и, видимо, её это устраивало, а ведь раньше она называла меня своим барином. У неё была крепкая уверенность в том, что она из древнего боярского рода, который чуть ли не к Рюрику восходит. Основывалась же её уверенность на том, что моя покойная бабушка говорила, что у нас через поколение передается очень похожее отклонение, связанное с глазами, которое есть у некоторых членов нашего древнего рода. Заключалось же оно  в том, что у человека прямо с рождения на одной радужке имелись две черные точки, а на другой – ещё одно ровно такое же пятнышко. И надо же такому произойти, что я родился именно с таким отклонением, которое было у деда, погибшего при загадочных обстоятельствах в сибирской глуши. Тут же все сказки бабушки стали явью: ну для матери, а не для меня, немного знакомого с генетикой.

Наверное, ещё стоит упомянуть, что жить эти точки мне не мешали, а скорее наоборот – они помогли мне стать маминым любимчиком, ведь у Софи их не было.

Тут лифт остановился и выплюнул меня на шестом этаже. Я достал ключ, вставил его в замок и провернул несколько раз, после чего открыл дверь и насторожился. В коридоре пахло жареной картошкой, а в кухне горел свет. Кто бы это мог быть? Я растерянно замер. В этот миг из кухни вышел одноглазый кот серо-чёрной расцветки.

– Да быть того не может, – ошарашенно прошептал я, глядя на довольную усатую рожу и втягивая ноздрями аромат еды. – Флинт, ты меня удивляешь. Вот не зря я тебе подобрал на помойке. Ты еще и готовить умеешь?

Кот подошёл и начал тереться об ногу, оставляя на ней шерстинки. Не став отгонять его, я снял кроссовки, положил ноутбук на тумбочку, а затем вошел в кухню. На плите стояла сковорода с жареной картошкой, посыпанной сыром.

– Ну и где же ты был? – раздался позади высокий девичий голос.

Я подпрыгнул от неожиданности, хотя и предполагал нечто подобное. Мой взгляд мигом вперился в привлекательную большегрудую блондинку, которая зло смотрела на меня синими глазами, украшенными наращёнными ресницами.  Её пухлые накаченные губы недовольно кривились.

Я поглазел на неё пару секунд, а затем перевёл взор на стряпню и чуть менее ошарашенно повторил, уже понимая, откуда появилась пища:

– Да быть того не может…

– Что? – фыркнула девушка, на миг показав отбелённые зубки. – Да, это я приготовила. Хотела сделать тебе сюрприз.

– Ты? – наигранно удивился я и демонстративно осмотрел кухню в стиле хай-тек на предмет следов пожара и прочих нехороших вещей. – Вроде бы ничего не спалила. Чудеса. Надо бы батюшку позвать, чтобы зафиксировал, а то ведь люди не поверят.

– Скотина неблагодарная!

– А как ты тут вообще оказалась? – задал я очень актуальный сегодня вопрос, дежурно проигнорировав оскорбление. – В квартире, в смысле.

– Тебе напомнить? – прошипела она, превратив глаза в две злые щёлочки. – Я твоя девушка и ты сам дал мне ключи!

– А-а-а, вспомнил, а о ключах и не забывал.

– Шуточка за триста, – желчно процедила Машка.

Я усмехнулся и начал накладывать еду. Если сейчас не стану есть, то девушка обидеться до глубины души. К тому же она действительно расстаралась: помимо картофеля и сыра, в сковороде было мясо, и даже грибы. Приятно удивлён. Возможно, я перегнул со своими шуточками и стоит извиниться. Конечно, не сейчас, а когда-нибудь потом… очень потом.

Маша тем временем облокотилась на дверной косяк и холодно проговорила:

– Ты даже не поцелуешь меня? Столько времени не виделись, а он будто не замечает, что я тут стою.

– Виделись мы, – буркнул я.

– Когда?! Ты целыми днями лежишь в своём гробу, – её наманикюренный пальчик ткнул в сторону вирт-капсулы, стоящей в соседней комнате, – а ночами пропадаешь незнамо где!

Ну в капсуле я уже давненько не был, да и технически сейчас ещё не ночь, но всё же не смог удержаться и наигранно серьёзно произнёс:

– Дорогая, мне нужно тебе кое-что сказать…

– Что? – подалась она ко мне, раскрыв ротик.

– Всему этому есть объяснение… Я – вампир.

– Дебил ты, а не вампир, – процедила девушка, сложив руки на груди. – На какой хер ты вообще приехал в наш город? Столицы тебе мало было?

Я молча сел за стол и начал употреблять её стряпню. Ну не говорить же Машке, что батя просто спрятал меня здесь, пока шли разборки, а вот теперь, когда он проиграл, я могу валить на всё четыре стороны.  Вот только некуда.

Жаль, мне тогда, когда всё это начиналось, за границу не удалось выбраться. Сейчас бы многое было иначе. Но всё ещё впереди – как я уже заявлял выше: если меня не возьмут в игру, то всё продам и отправлюсь во Францию. Благо, что я знаю три языка, помимо русского, и один из них как раз французский. Да и имечко у меня благодаря папе подходящее – Робеспьер. А если полностью, то Робеспьер Иванович Максимов. Прошу любить и жаловать.

Меж тем Машка немного успокоилась. Она была очень взрывной, но отходчивой. Могла наорать ни за что, а через десять минут уже лезть обниматься. В общем, странноватая немного девушка, но не лишённая своего шарма и обаяния.

Вот Машка уже присела напротив меня с тарелкой картошки и принялась рассказывать, как у неё прошёл день. В основном речь шла о практике в полиции. Её туда отправили от местного юридического колледжа. Я делал вид, что внимательно слушаю её и где надо поддакивал. Машку подобное поведение устраивало.

Под такое милое щебетание мы и закончили поздний ужин, а потом случилось страшное – о себе дала знать её стряпня. Уж не ведаю, что конкретно стало тому причиной, мясо иль грибы, но мы по очереди бегали в соответствующую случаю небольшую комнатку. Ещё повезло, что наши страдания длились всего лишь час, после чего мы всё же смогли лечь в кровать. Но сразу уснуть не смогли – соседи сверху устроили очередные посиделки с громкими разговорами и смехом.

Вдруг Машка проговорила, с ненавистью глядя в потолок:

– А ты с ними уже успел познакомиться?

– Нет. Думаешь, сейчас самое время? Возьмём твою картошку по-французски и пойдём знакомиться? После этого у нас точно будет часок тишины.

– Вот больше не стану тебе готовить! – обиженно заявила она и повернулась на бок, ко мне, естественно, спиной.

– А что? Неплохой план, – пробормотал я, весело усмехаясь.

Девушка проигнорировала мои слова или просто не услышала. На этой ноте диалог резко завял, а соседи же постепенно сбавляли обороты, и вскоре я умудрился уснуть.

Снилась мне какая-то жуть: свадьба, ребёнок… От страха проснулся среди ночи, обливаясь холодным потом и прерывисто дыша. Потом понял, что нормально дышать мне мешала Машка, которая закинула на меня ногу, оказавшуюся чуть ли не на моей груди.

Я осторожно выскользнул из-под её задней конечности и отправился на кухню. Где-то возле двери ко мне присоединился Флинт, который предпочитал ночевать в другой комнате. Всего у меня их было две: в одной – шикарная мягкая кровать, шкафы и вирт-капсула, а в другой – большой угловой диван, плазма во всю стену и стеклянный столик. Ну, вот как-то так, вкратце, описал свою квартирку.

Проникнув в кухню, я налил воды из фильтра и подошёл к окну, держа в руке бокал. Кот разочарованно мяукнул.

– Ночью жрать вредно, – прошептал я, пристально глядя в окно.

К сожалению, там не происходило ничего интересного, как и в любое другое время в этом городке. Мой взор бесцельно скользил по автобусной остановке, прикорнувшей на той стороне дороги в нескольких метрах от фонарного столба. Потом я прошёлся взглядом по фигуре пьяно покачивающегося мужчины, который стоял в пятне жёлтого света. И тут вдруг я увидел, как по избитому асфальту скользит тень, словно от большой птицы с размахом крыльев метра эдак два. Я изумлённо посмотрел в небо и ничего не заметил, а когда снова опустил взор на грешную землю, то мужика уже не было.

– Ого, быстрый какой, – удивился я и даже засомневался: а был ли он там? Может, показалось? Не мог же пьяный мужик куда-то скрыться за пару секунд? До остановки добежать он точно не успел бы, так куда же пропал? Неужели мне, правда, показалось, и никакого мужика на самом деле там не было?

Я с подозрением посмотрел на кувшин, из которого налил воду. Надо бы узнать в инете, что там намешано в этом фильтре, который очищает живительную влагу. Не его ли это шутки? Вряд ли, конечно, но всяко может быть.

Я тяжело вздохнул, а потом природное любопытство заставило меня открыть окно и высунуть голову наружу. Лёгкий ветерок коснулся щеки, а с крыши на затылок упала крупная капля воды. На улице никого не было. Хм…похоже, что действительно просто воображение расшалилось, приняв какую-то тень за человека. Что ж теперь точно можно смело отправляться в спальню – что я и проделал, закрыв окно и не став допивать воду.

Глава 2

Утро началось с того, что Машка вскочила ни свет ни заря и стала громко наводить красоту, хлопая всеми дверьми, которые только были в квартире. Мне пришлось засунуть голову под подушку и переждать этот ураган. Не скоро, но всё же он завершился финальным аккордом – звуком захлопывающейся входной двери. Блаженная тишина повисла в воздухе, пропахшем дорогими духами.

Машка могла себе позволить приличные траты на свою красоту. Ну, деньги, конечно, зарабатывала не она сама, а ей их давал отец. Он владел СТО, мастерской по ремонту мобильных телефонов и бытовой техники, и ещё у него была бригада отделочников. В общем, батя Машки мог починить всё, кроме поломанных женских судеб. Хотя Петя как-то говорил, что втайне от Машкиной матери её папа пытался выправить судьбу привлекательной женщины из соседнего подъезда. Но я особо-то не верил в такие слухи: город маленький, так что сплетни здесь одно из основных развлечений.

А жила Машка и её родители в нескольких домах от меня. Наши квартиры разделяли минут десять ходьбы, поэтому она часто курсировала между ними. Правда, сейчас девушка отправилась на практику в здание полиции. Оно находилось прямо возле центральной улицы Грязьгорода. Туда топать минут на пять дольше, чем до её дома. Я так думаю, что позавтракает она в одном из тамошних кафе. Мне же придётся давиться чаем и печеньем. Ну а у Флинта точно есть кошачий корм.

Я с тяжёлым вздохом встал с кровати, надел шорты и поплёлся на кухню. Кот тут же присоединился ко мне, настойчиво мяукая. Он первым получил свой завтрак и стал уминать подушечки за обе щеки. Потом я поставил на плиту чайник и начал искал печенье.

В моей душе тем временем нарастало волнение, ведь сегодня был последний день, когда компания АVK могла прислать сообщение о том, что человек принят в игру. Завтра уже старт проекта. Поэтому я изрядно нервничал, наливая горячую воду в чашку с пакетиком чая.

Присев на стул, поставил на стол старый ноут, открыл его и запустил все свои аккаунты и электронную почту, которую тут же проверил. Письма на ней не оказалось, но и за окном ещё был не вечер. К тому же Грязьгород находился в другом часовом поясе, нежели столица, откуда и должно было прийти уведомление. Разница составляла пару часов, так что у них сейчас только начинался рабочий день.

– Рано отчаиваться, – прошептал я себе под нос и пригубил чай, после чего закусил чёрствым печеньем и углубился в изучение того аккаунта, который в будущем мог бы принести мне наибольшую финансовую пользу от рекламы.

На данный момент у меня было десять тысяч подписчиков, клюнувших на фотографии из разнообразных путешествий и на отчёты о красивой жизни.  Вот сейчас бы видели эти люди в каких ныне условиях мне приходится обитать… Ужаснулись бы. Но я в последнее время благоразумно выкладывал только старые фото и видеозаписи, тщательно поддерживая легенду о том, что у меня всё ок. Так вот благодаря этим людям аккаунт приносил мне несколько тысяч рублей, что, естественно, меня не устраивало. Подобные деньги даже для этого городка считались жалкими копейками.

Кто-то скажет: а почему же ты не пошёл на работу или не занялся бизнесом? Первый вариант я сразу отметаю: ведь так много не заработаешь, если не воровать и не обманывать; а вот второй – после случившегося с отцом как-то совсем не хочется идти по его пути. Поэтому оставалось лишь то, что мне нравилось и в чём я кое-что смыслил, – игры с полным погружением. Там можно было поднять бабла, если знать как. Вот если не получится с «Императором» то, скорее всего, попробую себя в другой игре, но там, конечно, будет крайне тяжело пробиться, ведь я не один такой умный и у аудитории огромный выбор стримеров, многих из которых уже давно присосались к кормушке.

Вдруг пиликнул сигнал оповещения, возвещающий о том, что на электронную почту пришло новое сообщение. Я взволнованно прочитал его и кухню огласил радостный вопль, заставивший кота пулей выметнуться в коридор.

– Да есть же! Давно бы так! Нервишки мне трепали. Я и так пока встречаюсь с Машкой, уже успел найти у себя седой волос, а тут вы ещё…

В письме от компании AVK говорилось о том, что кандидатура Робеспьера Ивановича Максимова их полностью устраивает в качестве участника псевдо реалити-шоу «Император Галактик», которое будет проводиться на просторах виртуальной вселенной «Десяти Планет». Дальше шёл перечень документов, которые я должен был подписать и отправить не позднее полудня по столице.

– Охренеть! – непроизвольно выдохнул я, глянув на время.

Оставался всего час на изучение этой цифровой макулатуры. То ли специально так подгадали, чтобы я ничего не успел понять, то ли  наше отделение их компании «слегка» запоздало с письмом. Короче мне пришлось изрядно поднапрячься, дабы всё это прочитать, половину не понять, а потом подмахнуть документы электронной цифровой подписью и отправить в AVK. После этого я устало откинулся на спинку стула и заложил руки за голову. Теперь остаётся только ждать подтверждения. В груди разлилось приятное тепло. Пока всё шло как надо.

Флинт запрыгнул на колени и уставился на меня единственным глазом.

– Скоро будешь есть красную рыбу, – с улыбкой пообещал я ему, погладив по голове.

Неожиданно раздалась мелодия, установленная в мобильнике на входящие звонки. Гаджет я оставил в спальне. Пришлось быстро топать туда. Схватив его, увидел, что тревожит меня Пётр.

– Слушаю, – отрывисто сказал я, прислонив мобильник к уху.

– Здорова, ты дома? – раздался его хрипловатый весёлый голос.

– Ага, – лаконично проронил я и иронично добавил: – А ты, видимо, задумал сделать подлянку и нагрянуть ко мне в гости?

– Именно. У меня ж выходной, – произнёс он как само собой разумеющееся. – Сейчас вот только бабке соседской помогу. Она тут по магазину уже второй час ходит, словно ищет отдел «Вечная жизнь».

– Пожрать чего-нибудь купи, – торопливо воспользовался я моментом. Желудок обрадованно квакнул.

– Хорошо. Жди через полчасика. Всё будет океюшки, – заверил меня Пётр и прервал диалог.

Я довольно улыбнулся и потопал обратно. Там уже пришло уведомление от AVK. Компания написала, что всё тип-топ и ты в игре: ну, не совсем так, но смысл тот же. И ещё прислали краткий лор по вселенной «Десяти Планет». Они отправляли его всем участникам, чтобы те не выглядели совсем уж баранами, непонимающими, что тут происходит и как с этим жить дальше.

– Ну, приступим, – тихо пробормотал я, параллельно отсылая сообщение сестре, в котором написал, что её брат избранный.

Потом я засел за изучение присланных компанией материалов. Лор виртуальной вселенной повествовал о том, что в недалёком будущем земляне сумели установить контакт с инопланетянами. Произошло это эпохальное событие благодаря лазерам. Они оказались очень эффективным способом для коммуникации на дальние космические расстояния.

Затем существа с другой планеты прислали нам чертежи портала, который открывал путь в их мир. На этом моменте я был уверен, что дальше начнётся полномасштабное вторжение, но ошибся. Инопланетяне оказались дружелюбными космическими соседями и не имели большого технологического преимущества над Землёй: возможно, отсюда и проистекало их дружелюбие. А потом выяснилось, что есть ещё восемь обитаемых планет со своими жителями, которые тоже не проявляли агрессии и были технологически примерно равны землянам.

Спустя какое-то время после контакта, всем жителям Земли с помощью СМИ сообщили о грандиозном событии в жизни планеты. И что тут началось! Просто массовая истерия! Инопланетяне стали популярнее, чем Queen, The Beatles и Michael Jackson вместе взятые в их лучшие годы! На такой волне в эфир землян ворвалось жестокое реалити-шоу «Император Галактики». Раньше бы его не запустили по причине кровавости, а вот сейчас – вполне себе удалось протолкнуть в сетку вещания платных телеканалов после двадцати трёх ноль-ноль. Суть шоу была в том, что участники должны были выполнять различные задания, чтобы получить ключ от портала, переносящего в другую локацию. А в следующей локации всё повторялось, только были новые задания, – и так до самого финала. Параллельно участники должны были сражаться друг с другом, ведь победителем мог стать только один.

Ещё стоит заметить, что раньше разумных существ для этого шоу набирали с девяти планет в равном количестве. И требовались только добровольцы, так как участники гибли «по-настоящему». Не знаю, мог ли в реальности появиться такой проект, но в компании AVK придумали именно такой лор. И, как вы уже поняли, по этой легенде земляне решили присоединиться к «Императору Галактики». Теперь в новом сезоне будет десять планет и десять тысяч участников.

Дальше говорилось о том, что каждый игрок, после попадания в шоу рандомно получит: расу, класс, первую способность, специализацию и место высадки в локации. Единственное, что уже сейчас было известно, так это город, в который я побегу вместе с девятьсот девяносто девятью игроками. Всех нас будет объединять один часовой пояс. Распределение по городам шоу шло именно по этому признаку. А вот то, что там могли оказаться люди, говорящие на разных языках, совсем не играло роли: ведь игровой переводчик сотрёт эти различия. Ну, вообще-то, неплохо придумано.

Пока я читал лор, то не заметил, как пролетели полчаса. А Пётр оказался весьма точен: в квартире спустя ровно три десятка минут, которые прошли после нашего диалога, раздалась трель дверного звонка. Парень стал таким пунктуальным после того, как у меня пропали часы. Совпадение? Не думаю. Но на самом деле я шучу. Ничего у меня не пропадало. Просто Пётр сам по себе был таким немножко немцем.

Я открыл ему дверь и тут же атаковал вопросом:

– Еду купил?

– Вот, – торжественно показал он две бутылки пива и столько же пачек сухариков. – Взял со вкусом сыра. Я же знаю, какой ты сыроед.

– Сыроед – это тот, кто употребляет в пищу еду не прошедшую термическую обработку, – недовольно поправил я, донельзя расстроенный его покупками. – А пиво опять «Баварское»?

– Оно самое, – улыбнулся он, показав отсутствие переднего зуба.

– Эта «Бавария» явно находится где-то в центральной полосе нашей Родины, – проворчал я, пропуская его в квартиру.

Он коротко хохотнул, передал мне покупки и стал разуваться. Я же глядел на него и думал, что все те люди, которых раньше называл друзьями, были явными антиподами Петра. Этот полноватый широкоплечий парень лет двадцати трёх от роду, являлся обладателем золотых есенинских кудрей и честного жизнерадостного лица, на котором часто блуждала весёлая улыбка. Его голубые глаза под густыми бровями всегда искрились положительными эмоциями. Он их находил даже в самых трудных ситуациях, чем разительно отличался от тех, кого я вспоминал несколькими строчками выше. Те ребята ставили крест на жизни, когда вдруг разбивался новый айфон, а Петя точно не стал бы унывать, даже если бы у него хата сгорела.

Кстати, познакомились мы, когда двое местных парней решили «одолжить» мой мобильник. Скорее всего, я бы сам разрешил ситуацию двумя обмороками, но Петя ввязался в конфликт – и тогда стало трое против одного. Тут уж я продемонстрировал свои спринтерские навыки, мудро решив, что телефон мне самому нужен, а если остаться и глупо вступить в драку, то потом надо будет где-то искать новое лицо взамен разбитого. Короче, я свалил, оставив их с носом. А затем Петя сам нашёл мою квартиру. Он пришёл и извинился, пояснив, что не понял сути конфликта и был неправ, как и те два худосочных типа, которых он хотел защитить от такого страшного меня. Наверное, вы уже поняли, что Петя не особо блистал сообразительностью, зато оказался честным парнем. Вот так мы и подружились.

Сейчас же он взял из моих рук пиво и уверенно двинулся на кухню, попутно со смешком сообщив:

– Гену сейчас видел. Что-то он недовольный. Ты Машку, что ли, обидел?

Гена – это отец моей девушки, но на самом деле его зовут Владимир, а Гена – это до ужаса банальное прозвище, которое ему дали местные парни за то, что он носил пиджак из кожи, сделанной под крокодилью.

– Нормально всё у нас, – пожал я плечами и закрыл дверь. – У тебя-то как с твоей очередной пассией?

– Да что-то разонравилась она мне, – посетовал он, присев на стул и отвинтив крышку. В кухне запахло пивом. – Ещё и старше постоянно становится. Эх, надо выпить.

Пётр налил мне прямо в ту чашку, где был чай (благо, что я вытащил оттуда пакетик), а сам сделал шумный глоток из горлышка бутылки.

– Ну, одиноким ты точно долго не будешь, – усмехнулся я, попробовав пиво. – Тут тобой интересуется некая Лида Егорьева.

– Лида? – переспросил друг, заинтересованно хмыкнув. – Видел её на той неделе. Раньше она была серой замухрышкой с сальными волосами, ну а сейчас совсем не изменилась.

Рожа его была предельно серьёзной, но потом маска всё-таки дала трещину и он захохотал, испугав кота, который незаметно вернулся на подоконник.

– Лидка нормальная баба, – довольно бросил парень, после того как отсмеялся. – Инфа верная?

– Верка сказала, – проговорил я, залпом допив пиво и открыв пакетик с сухариками.

– Верка, кстати, тоже ничего. Рано или поздно уведёт её кто-нибудь, – многозначительно выдал он, с намёком глядя на меня. – Может, тебе в этом плане надо поменять жизнь на триста шестьдесят градусов?

– Вот если бы ты не прогуливал геометрию, то знал бы, что после такого поворота ничего не изменится, – с издёвкой выдохнул я, недовольно глядя на него.

Вот моду взял лезть в мои отношения. Чем ему Машка помешала? Неужели услышал, как она называет его быдлом? Так у неё весь город ходит с таким определением.

– Смотри сам, – ничуть не обиделся Пётр, а затем запрокинул голову и отправил в горло всё содержимое бутылки.

Тут зазвонил мобильник. Я вытащил его из кармана шорт и увидел фото сестры. Мелькнула мысль поговорить с ней в другой комнате, оставив Петю в одиночестве, но я не стал так поступать и нажал на зелёный кружочек.

– Поздравляю! – радостно воскликнула она. – Хоть куда-то тебя взяли! Осталось только монетизировать твой локальный успех! Говоря по-русски: не профукай свой шанс!

– Постараюсь, – хмуро бросил я, уязвлённый её ехидными словами. – Слушай, мне сейчас не очень удобно разговаривать. Потом пообщаемся.

– Тебе звонит родная сестра, а ты… Ладно, пока, – капризно бросила Софи, и через миг отключилась.

Я вернул мобильник в карман и встретился взглядом с Петром. Его глаза горели любопытством.

– Куда тебя взяли? – жарко выдохнул он, непонятно чему улыбаясь.

– Вот это у тебя слух, – изумился я, покачав головой. – Что значит экология хорошая: горы, лес, река…

– Ну? Куда? – промычал друг, поставив локти на стол и сцепив толстые пальцы.

– Долгая история, – попытался я закрыть тему, но от загоревшегося любопытством Петра так просто не отделаться.

Он начал бомбардировать меня вопросами, шутливыми угрозами и заверениями в скорой смерти от чумы, если я всё не расскажу ему. Пришлось поведать парню о том, что меня взяли в игру, которая может принести определенное количество денег.

– И вот за эту хрень можно получить реальные бабки? – удивился Петя, округлив честные глаза.

– Ну, не совсем за неё, а вот так… – я выдал ему свой план по обогащению, решив уж всё до конца рассказать.

– И сколько так можно заработать? Тысяч тридцать? – восторженно спросил друг, даже забыв о пиве. В его взгляде горел живой огонёк интереса, смешивающийся с долей недоверия.

– Смотря сколько будет активных подписчиков. Можно и миллион в месяц, – ответил я, почесав немного заросший щетиной подбородок. Мне всегда нравилась небольшая растительность на лице. Правда, в Грязьгороде все думали, что мне лень бриться или что я экономлю на станках.

– Сколько?! – полузадушено завопил  Петя, побагровев от прилива крови. – Ты шутишь?!

– Нет, – честно сказал я, вспоминая, что надо делать во время припадков.

– Охренеть! – выдохнул друг и как-то весь сдулся, глядя на свои мозолистые руки. – Я, значит, за двадцать тысяч на молокозаводе батрачу, а тут за картиночки и видео – миллионы…

– Эм… ну, похоже, что как-то так и выходит.

– А мамка моя в больнице херачит… – недоговорил он и обречённо махнул рукой. – Ладно. Что уж теперь. Забыли. Давай хоть отметим твоё попадание в эту хреновину? Бухла возьмём, баб приведём.

– Ну нам же не по тринадцать лет, чтобы так отмечать, – иронично проронил я, усмехнувшись краем рта. – И тем более мне завтра утром надо быть уже в игре. А как я с похмелья?

– Тогда можно просто культурно посидеть в кафе, – раздумчиво предложил Петя и внезапно загорелся какой-то идеей. – О! Придумал! Возьми-ка ты свою Машку, а я зайду за Лидкой.

– А это неплохая мысль, – задумчиво протянул я, вспоминая, что в холодильнике только мясо по-французски. Кстати, надо будет потом его сжечь или как там утилизирую бактериологическое оружие?

– Звони тогда своей зазнобе, – поторопил друг, предвкушающе скаля тридцать один зуб.

– Сей момент, – проронил я, после чего вытащил мобильник, нашёл номер Машки и позвонил ей.

Она ответила довольно-таки быстро, подпустив в голос искреннего удивления, смешанного с ехидством:

– Роб? Соскучился, что ли?

– Ага, и говори тише, – сразу предупредил я её, опасливо косясь на Петю. – В кафе пойдём?

– Пошли, – охотно согласилась девушка. – А во сколько? Я ещё час в полиции, потом на фитнес, а затем свободна.

– Короче, через час десять?

– Роб!

– Ладно, давай через два.

– Хорошо, целую, – радостно прощебетала Машка и в мобильнике зазвучали гудки.

Петя торопливо встал со стула и направился к выходу.

– Встречаемся возле кафе «Справедливость», – обуваясь, заявил он, и тут же весело выдал: –  В кафе «Справедливость» вам подают только то, что вы заслужили, так что Машке там нальют фарфоровую чашечку йада.

– А тебе два литра лучшего пива? – насмешливо произнёс я, прислонившись спиной к стене, оклеенной бежевыми обоями.

– Думаешь, я не заслужил? Ведь первый парень на деревне, – озорно подмигнул друг, открыв дверь, а затем сурово напомнил: – Через два часа. И без опозданий.

– Ага, –  кивнул я и закрыл за ним.

Потом отослал Машке сообщение с названием кафе и оправился обратно на кухню. А оказавшись в ней, вернулся к изучению «Императора Галактики». Описание шоу постепенно вызывало во мне жгучее желание прямо сейчас окунуться в эту доселе неизведанную атмосферу. Ведь получается, что AVK создали игру внутри самобытной виртуальной вселенной. Мне ещё не доводилось сталкиваться ни с чем подобным. Хотя нет, вру… Всё это напоминало мини-игру внутри большой полноценной игры. Но всё равно меня, наверное, ждёт занятное приключение. Аж не терпится скорее начать его.

Отчасти побуждаемый таким желанием, я выметнулся из кухни и стал подготавливать вирт-капсулу к завтрашнему погружению. Данный процесс так увлёк меня, что я чуть не пропустил момент, когда уже следовало начать одеваться. Всё же мне повезло не прощёлкать его, а то бы никто не простил опоздания.

Я отвалил от вирт-капсулы, помассировал уставшие глазные яблоки и стал облачаться.  На мне появилась рубашка, джинсы и дорогущие брендовые кроссовки, которые когда-то купил в Милане.

Погладив на прощание кота, я вышел из дома. Быстро спустился на лифте и пешочком потопал в центр города, вдыхая гораздо более чистый, чем в столице воздух, и слыша воробьиное чириканье. Авто брать не стал, посчитав, что заслужил выпить чего-нибудь покрепче пива, но в разумных пределах.

Вскоре кривые дороги привели меня к мощённому булыжниками проспекту. Его отремонтировали буквально полгода назад, словно подгадали к моему приезду. Мэр тогда громко обещал, что это только первый шаг и скоро Грязьгород сместит Рай на второе место по уровню жизни. Вот только с тех пор к лучшему ничего в городе не изменилось. Наоборот – он постепенно скатывался в Ад. Уже поговаривают, что в Грязьгород стали завозить котлы и заготавливать дровишки для костров.

Вот под такие невесёлые сравнения я подошёл к кафе, чей облупленный фасад украшали выцветшие буквы, которые складывались в название «Справедливость». Кафе находилась на первом этаже трёхэтажного здания, которое относилось к архитектурным памятникам местного значения. Раньше это был дом какого-то там купца. Сейчас же мутные окна защищали современные кованые решётки, а на приоткрытой немного ржавой двери висела табличка со временем работы кафе.

Возле «Справедливости»  уже стоял Петя и что-то весело рассказывал тоненькой брюнетки с внешностью девочки-подростка: у неё были узкие бёдра, почти полностью отсутствовала грудь и наличествовала короткая мальчишеская стрижка.

Чуть в стороне от парочки морщила носик Машка. Она искоса поглядывала на немногочисленных прохожих, иногда отрываясь от экрана телефона.

Тут девушка увидела меня и замахала рукой. Я улыбнулся ей и подошёл к хохочущему Пети. Машка мгновенно сдулась, быстро поняв с кем мы проведём этот вечер. Мало того, в её глазах зажглись мстительные огоньки. Похоже, что она ещё припомнит мне это.

Друг тем временем представил меня своей подруге:

– Лида, знакомься, это Роб.

– Приятно познакомиться, – робко улыбнулась она, глядя на меня тёмными чуть раскосыми глазами.

– А уж мне-то как приятно. А вот это Маша, – приобнял я за талию подошедшую блондинку.

– А мы знакомы, – сообщила Лида, расправив плечи и выпятив грудь.

По губам Машки скользнула презрительная улыбка, после чего она сладко пропела:

– Лидочка, привет, давно не виделись. Тебе так идёт эта стрижка…

Я едва сумел подавить тяжёлый выдох. Кажись, вечер обещает быть сложным. Надо скорее выпить. И вот я как в воду глядел. Мы засели в этой прокуренной кафешке, сделали заказ, стали пить, есть, но атмосфера так и не разряжалась, а скорее наоборот – тучи сгущались с каждой минутой. Всему виной, естественно, была Машка, которая с доброй улыбкой на устах тыкала всех носом в их недостатки. Даже мне прилетело. Петя пару раз с прозрачным намёком в опьяневших глазах смотрел на меня и шептал что-то вроде «Вера-а-а-а». Мне же только оставалось делать вид, что я ничего не понимаю.

Через пару часов таких посиделок, я всё же не выдержал и предложил проводить девушек домой. Все охотно согласились с такой идеей. Сперва мы довели до подъезда Лиду, а затем спровадили Машку, которую мне совсем не хотелось видеть у себя в квартире.

К этому времени над Грязьгородом уже сгустились сумерки. Кругом зажглись огни и появились тени. Я с какой-то стати решил рассказать другу, как мне вчера померещился мужик возле остановки. Он рассеянно слушал меня и пьяно хихикал. А вот потом нам обоим стало совсем не до смеха…

Глава 3

– Петь, это что там такое? – протянул я, слыша, как дрожит мой голос.

Возле угла дома стояла здоровенная серая собака. Ну вроде бы собака и собака, только вот глаза у неё горели ярким красным огнём, а из оскаленной пасти капала жёлтая слюна, закипающая во время соприкосновения с поверхностью. Рычание животного хорошо было слышно в жарком летнем воздухе, пахнущим листвой, асфальтом и пылью.

– Эм-м-м… – промычал Петя, стремительно трезвея. – Демон?

Псина рванула на нас, взрывая крепкими когтями землю придомового палисадника. Мы синхронно заорали и бросились туда, куда глаза глядели. А смотрели они в сторону детской площадки, обнесённой забором из сетки-рабицы.

Напоминаю, что вокруг было темно, поэтому Петя сперва врезался в сетку, не заметив её в условиях скудного освещения, даруемого нам звёздами и луной, а уж только потом перемахнул через забор. Я же вполне благополучно преодолел препятствие, лишь оцарапав лицо об ветки берёзы, растущей перед сеткой, и побежал вперёд, огибая песочницу.

Вдруг, позади, раздался звуки падения человеческого тела и истошные крики:

– Дракон! Единорог!

– Петя, успокойся, это карусель! – проорал я, обернувшись и увидев друга, который копошился в песке рядом с устройством, призванным катать детей по кругу.

– А где пёс? – испуганно выдохнул он, прерывисто дыша и глядя за забор.

Там никого не оказалось. Но вот рядом с тем местом, где мы перепрыгнули сетку-рабицу, наличествовала открытая дверь. Вот дебилы! Мы её не заметили, поражённые страхом, и сигали через забор. Да и пёс мог спокойно проникнуть через неё на территорию садика, но животное куда-то пропало. В безлюдном дворе, заставленном машинами, царила тишина, нарушаемая лишь звуками автомобильной сигнализации, доносящейся откуда-то из-за домов.

Я внимательным взглядом ещё тщательнее изучил местность, но в жёлтом свете, падающем из окон квартир, напугавшее нас животное так и не обнаружилось. Похоже, что собака потеряла к нам интерес.

Тогда я торопливо выдохнул, обратив внимание, что на Петиной побелевшей физиономии стал наливаться фингал, полученный не пойми каким образом:

– Пошли-ка скорее отсюда.

– Здравая мысль, – взволнованно поддержал парень и вскочил на ноги.

Тут мне на глаза попалась парочка полицейских, которые, вытянув шеи, выглядывали из-за припаркованного уазика. Вот доблестные стражи правопорядка убедились, что на детской площадке безопасно, и направились в нашу сторону, громко топая ботинками и хмуря брови.

Они быстро миновали уже упомянутый дверной проем в заборе, после чего один из них грозно проговорил, демонстративно держа руку возле кобуры:

– Что за крики? Что вы тут устроили?

– Там демон был! –  протараторил Петя, пытаясь отряхнуть перепачканные штаны. – Вот такие красные глазищи! А клыки… клыки…

– Вы пьяны? – принюхался другой полицейский, шумно втягивая ноздрями воздух.

– Да, но это совпадение, – пролепетал друг.

Я же предпочитал отмалчиваться, чувствуя, как жжёт лицо. Не хило меня так измордовала берёза.

– Идите-ка вы оба домой, – посоветовал всё тот же полицейский. – А то заберём в отделение. До утра там будете сидеть. И больше не деритесь.

– Хорошо, мы уже уходим, – быстро заверил я их и потащил друга в сторону дороги.

Он послушно дал себя увести, тихо бормоча о том, что совершенно точно видел демона.

– Показалось, – буркнул я, прекрасно понимая, что мы просто испугались какой-то бродячей собаки. – Спьяну много чего может примерещиться.

– Это да, – протянул Петя, запустив руку в слипшиеся кудри. –  Но я ведь сам смотрел в эти адские глазищи…

– На недельку надо завязать со всем алкоголем, – твёрдо проронил я.

– Мудро, – согласился друг, кивая головой. – А то так до дурки недалеко.

В эту секунду мой взгляд упал на ноги, после чего я расстроенно воскликнул:

– Твою мать! Ну надо же…

– Что такое? – подпрыгнул парень и стал испуганно оглядываться, прижав руку к сердцу.

– Кроссовки порвал, – до боли расстроенно выдохнул я, сдерживая скупые мужские слёзы.

– Да у тебя вон и лицо…

– Лицо-то заживёт, а вот кроссовки… ты хоть раз видел, чтобы кроссовки заживали? Нет? Вот и я не видел.

– Так может в мастерскую их?

– Это уже будет не то, – безнадёжно махнул я рукой. – Эх, что ж теперь… Дал Милан, забрал Грязьгород.

– Ну, всякое в жизни бывает, – философски изрёк Петя, который стал понемногу приходить в себя. Вон и знакомая улыбка на устах заиграла.

Между тем мы уже добрались до той самой остановки, на которую я вчера глазел из окна своей квартиры. Ничего примечательного в ней не было. Ну, только если мусорная урна оказалась пуста, а так обычная буква «П» из тонких листов железа. Мужику здесь реально некуда было приткнуться. Значит, он точно мне померещился. Что-то подозрительно часто стало шутить моё воображение. Раньше подобного я за ним не замечал. Воздух, что ли, здесь такой?

В это время Петя как-то неуверенно произнёс, косясь по сторонам:

– Ладно, потопал я домой. До завтра?

– Ой да не ссы ты! Нет тут никаких демонов. Только оборотни… и те в погонах, – выпалил я уже несколько утомлённый этой чертовщиной. – Завтра заходи после двух. Я как раз освобожусь.

Мы обменялись рукопожатиями и разошлись. Я быстро пересёк улицу, нырнул в тёмную арку и попал во двор своего дома, обратив внимание, что возле моего подъезда стоит хрупкая синеглазая девочка лет девяти. У неё были неестественно белые волосы, на которых сидел кокошник. Похоже, что матушка у этой девочки с прибабахом. В таком нежном возрасте уже ребёнку волосы осветляет, кокошники цепляет, да ещё одну отпускает в подобное время суток.

Я внушительно произнёс, проходя мимо неё и чувствуя тупую головную боль:

– Ты бы здесь не гуляла. Домой лучше иди. Недалеко отсюда злая собака бродит. Хватанёт тебя за бочок, будешь потом знать.

Девочка взглянула на меня серьёзными недетскими глазами, а затем потопала в противоположную от арки сторону. Домой, надеюсь, отправилась. Странная, конечно, она какая-то. Вполне может вырасти во вторую Машку. Тогда Грязьгород точно станет филиалом Ада.

Я весело усмехнулся своим мыслям, попутно заметив, что исчезла головная боль, потом открыл дверь, поднялся на лифте на свой этаж и проник в квартиру. Сразу же накатило сонное состояние. Оно словно поджидало именно этого момента для внезапной атаки. Но прежде чем вырубиться, я накормил кота, искупался, поставил будильник и только после этого завалился дрыхнуть.

Ночь пронеслась как одно мгновение, закончившееся противным писком мобильника. Я всегда ставил наиболее мерзкие мелодии, чтобы не было сил их слушать. Поэтому в моём телефоне присутствовала отечественная попса. Она быстро заряжала меня негативными эмоциями, прогоняющими сон на веки вечные.

Вот и сейчас я вскочил с кровати, как в одно место ужаленный. Быстро сделал все свои утренние дела, выпил остатки порошка, который питал организм на протяжении нескольких часов, после чего залез в вирт-капсулу. Она уже была настроена на вход во вселенную «Десяти Планет».

Ну, погнали. Тело на миг пронзил лёгкий разряд. Глаза закрылись сами собой, а потом резко «открылись»: только теперь я видел не крышку вирт-капсулы, а виртуальный мир, который почти по всем параметрам не уступал реальному. Визуально, так даже превосходил оный.

Я оказался в небольшой глухой комнате с десятью однотипными дверьми. Мой взгляд был направлен точно вперёд. Вниз и вверх смотреть нельзя было, поэтому себя обозреть не удалось. А вот по сторонам я поглядел и увидел, что на стенах присутствовали простые пластиковые квадратики, которые были частыми гостями в различных бизнес-центрах. Рассмотреть мне их позволил мягкий искусственный свет, который шел с потолка.

Да, действительно, комната оказалась похожа на бедненький кабинет в офисном центре, но на самом же деле это был первый пункт создания рандомного персонажа. Вот эти десять дверей – абсолютно случайный выбор расы. Тут никак не поймёшь, куда войти, чтобы стать представителем той или иной планеты. А раз так, то я без особых раздумий открыл третью дверь слева и оказался почти в такой же комнате, только тут наличествовал мягкий диван, стол, за которым сидела миловидная девушка, и панорамное окно. Я мигом поглядел в него и увидел крупный город со множеством небоскрёбов. Крыши некоторых из них, оказались ниже того этажа, на котором мне повезло находиться. Давненько я не был так высоко.

Девушка меж тем резво вскочила со своего места и подошла ко мне, протягивая руку. Представительница прекрасного пола являлась миловидной шатенкой, одетой в белую блузку и юбку-карандаш. На её губах играла профессиональная вежливая улыбка.

– Я ваш личный помощник Кристина. Мне очень приятно работать с одним из тех землян, кто отважился принять участие в «Императоре Галактике», – заученно выдала она, источая аромат сладковатых духов.

– Приятно познакомиться, – дежурно пробормотал я, пожав её мягкую руку, а потом оглядел себя. На мне был строгий  чёрный деловой костюм и блестящие туфли.

– Как, кстати, вас зовут?

– Роб… нет, Робен… тьфу, всё не то. Надо было вчера не бухать, а ник себе придумать. А мы уже записываем?

– Да, за каждым вашим шагом уже следят миллионы, – с улыбкой ответила она, по-птичьи склонив голову.

Ага, миллионы. Это если попаду в эфир, а так запишут и бросят в папку. Но ежели вдруг проявлю себя, то могут достать это видео и показать народу мои первые шаги.

Так, ладно, не стоит отвлекаться на посторонние мысли. Имя. Какое же мне выбрать имя? Надо что-то небанальное, желательно отражающее суть моего желания вернуться к той жизни, которой жил раньше. О! Идея!

Я уверенно выдохнул с некой торжественностью:

– Меня зовут Лазарь.

Ну, вроде как тот святой, которого Иисус воскресил.

Кристина опять улыбнулась, словно ей платили за каждую улыбку, и польстила:

– Вам очень идёт это имя, – а потом предложила, ткнув пальчиком в сторону от меня: – Не хотите посмотреться в зеркало, прежде чем отправиться дальше?

– О, ёпта, – испугался я, увидев своё отражение в овальном зеркале, которое ранее не заметил, потому что оно почти сливалось со стеной.

Из зеркала на меня смотрел лысый мужик с таким невыразительно-суконным лицом, что мне аж жалко его стало. Аватар был предельно усреднён и скучен. Таких серых незапоминающихся физиономий, наверное, в реальной жизни вообще не бывает… Ну, если только у сотрудников ФСБ, которые промышляют слежкой. Им-то в самый раз, а вот мне такая рожа точно не подходит. Как я завоюю аудиторию с подобной внешностью? Надо срочно её исправлять.

Я подошёл к зеркалу и начал играться с графическим редактором. Поменял причёску, цвет и разрез глаз, изменил овал лица, губы и ещё кое-что. В итоге у меня получился суровый парнишка с короткой стрижкой и насмешливым взглядом. Прямо самое то, чтобы всех поливать сарказмом. Мне подобный внешний вид понравился. Я довольно заулыбался. Кристина тоже положительно оценила мою новую физиономию.

– А вы очень симпатичный молодой человек, – проворковала она, невинно хлопая глазками. – Пройдёмте в следующую комнату?

– Ага, – выдохнул я, обнажив все тридцать два зуба. Явно ведь клинья ко мне подбивает.

Помощница шмыгнула за дверь, и остановилось… нет, не возле кровати, а около игрового автомата, рядом с которым стоял контейнер, похожий на сундук.

Девушка указала рукой на «однорукого бандита» и пояснила:

– Дёрнув за эту ручку, вы выберете свой класс. Но некоторые из них вам будут недоступны, потому что вы человек. Кстати, раса людей получает: + 1,0 % к количеству восстанавливаемой энергии в секунду; и мы более восприимчивы к радиации, а именно на + 5%. Также люди имеют нейтральную репутацию у представителей шести из девяти планет.  Со списком можно будет ознакомиться чуть позже.

– Спасибо, – поблагодарил я её, хотя вчера читал об этом и всё прекрасно знал.

Дальше я подошёл к игровому автомату и уверенно потянул за ручку. На экране начал крутиться барабан, который остановился на фигуре поджарого человечка  с ножом.

– Поздравляю, ваш класс «разведчик», – заулыбалась Кристина и захлопала в ладошки, словно мне посчастливилось выиграть джек-пот. – А теперь возьмите броню, Лазарь.

Крышка контейнера открылась, и я увидел свой костюм-комбинезон. Он был чёрного цвета и выглядел как вторая кожа с металлическими вставками  на груди, пахе, плечах, бёдрах, голенях и на предплечьях. Я взял костюм в руки, ощутив под пальцами нечто похожее на резину. Потом повертел его, восторженно качая головой, а затем обнаружил батарею, расположенную между лопатками. Она была скрыта бронированной вставкой и отвечала за все возможности этого костюма.

Кристина тут же предложила мне надеть его, а сама вышла из помещения и уведомила, что снимать этот интимный процесс никто не будет.

Я быстро скинул свой деловой костюм и надел броню. Естественно, она села как влитая, очерчивая рельефные мышцы. Потом натянул высокие ботинки, перчатки, балаклаву и закончил шлемом с узким бронированным стеклом (визором), которое никак не затрудняло обзор. Вот теперь я был готов двигаться в другую комнату.

Мигом появилась Кристина, словно подглядывала в замочную скважину и ждала своего выхода. Она повела меня дальше, восхищаясь моим внешним видом. Да я и сам частенько глупо лыбился, будто мне всучили нежданный подарок на Новый год. Хотя если честно, то я больше предпочитал гонять эльфов, бряцая тяжёлыми доспехами и размахивая двуручным орочьим топором, чем рубиться в стрелялки. Но на что не пойдёшь ради денег и славы? Вот теперь придётся подстраиваться под мир постапокалипсиса со всеми этими мутантами, радиацией и автоматическим оружием.

Под такие мысли я попал в следующую комнату, где меня ждал ещё один игровой автомат: только этот был со способностями. Мне опять пришлось дёрнуть за ручку, после чего барабан немного покрутился и остановился на «невидимости».

Предсказуемо обрадовавшаяся Кристина взяла из небольшого ящика чип и вставила его под защитную крышку между моих лопаток. Теперь я мог становиться невидимым, потребляя энергию из батареи костюма. Надеюсь, что в псевдо реалити-шоу будут женские бани.

После получения способности моя прекрасная помощница повела меня ещё в одну комнату. Если честно, то такое путешествие уже начинало утомлять. Разве нельзя было поставить все эти автоматы в одном «казино»?  Или так лучше для шоу? Вроде как проникаешься духом этой вселенной? Ну, возможно. Я не психолог, так что хреново разбираюсь в подобных вещах.

Тем временем Кристина, указала на очередной автомат и раскрыла свой ротик для пояснений, но я прервал её резким взмахом руки, после чего потянул за ручку и приобрёл специализацию «мастер ядов». Ну, могло быть и лучше. Я покривился и потопал в следующую комнату, которая оказалась небольшим складом. Здесь возле стен стояли ящики. Кристина позволила мне взять из них оружие, полагающееся моему классу, боеприпасы, два чудодейственных шприца-аптечки, а затем я получил от девушки сухпаёк, фляжку с водой и многофункциональный браслет, который только жену не мог заменить.  Потом подробнее расскажу о нём. Сейчас же стоит поведать о том, что Кристина открыла последнюю дверь, и я оказался перед колышущейся голубой плёнкой, напоминающей вставшую на дыбы воду.

Помощница воинственно воскликнула, сжимая кулачки:

– Вперёд, Лазарь! Докажи всем, что именно ты император галактики!

– Ага, докажу, ещё как докажу, – вяло бросил я и сделал шаг в портал.

Он выплюнул меня в какое-то дерьмо. Я оказался в нём по середину груди, подняв тучу вонючих брызг.

– Спокойно, Лазарь. Всё нормально, мы же в дерьме не по шею, – успокоил я себя, очищая заляпанное стекло и торопливо оглядываясь.

Вокруг расстилалось болото, испещрённое хилыми деревцами и ненадёжными островками раскисшей почвы. Над зелёной поверхностью воды клубился серый туман. Кругом раздавалось кваканье и треск насекомых. Видимость оставляла желать лучшего. Даже неба не разглядеть. Кажись, место высадки у меня явно не самое удачное, да ещё и пахнет тут тухлятиной.

Внезапно на шлем села пятнадцатисантиметровая стрекоза. Одна из блогерш назвала бы её маленькой, а я же просто молча прогнал насекомое. Потом воспользовался браслетом и вывел на него карту местности. На небольшом экране красным цветом пульсировала точка города. Туда-то мне и надо.

Я поднял над головой лёгкий автомат на базе заслуженного АК и двинулся по прямой, мудро решив, что это кратчайший путь. Броня тут же начала поглощать заряд батареи. На визоре появилась надпись, которая гласила, что вода заражена радиацией, поэтому заряд-то и расходуется.

Мне пришлось ускориться, поднимая целые волны вонючей воды, чтобы сохранить побольше заряда. Все насекомые и земноводные в страхе бежали от такого нарушителя спокойствия.  Благо, что на мне не было ничего лишнего, затрудняющего движения: в руках только автомат, а на поясе нож из специального сплава, несколько рожков с патронами и шприц. Всё остальное хранилось в инвентаре, который функционировал как пространственный карман. Доступ к нему открывал браслет. Выбираешь в чудесном гаджете что-то из списка того, что хранилось в инвентаре, и требуемая вещь мигом появлялась у тебя в руке или под ногами: это зависело от её габаритов. Отправить же что-то в пространственный карман можно было следующим образом: выбираешь в браслете «положить», потом прикасаешься к объекту – и он попадает в инвентарь.  Такую технологию по лору вселенной придумали на планете Элия. Она была самой развитой в этом плане. Кстати, у элийцев был доступный только им класс – энергомант.

Увлечённый своими мыслями, я проглядел момент, когда передо мной из воды вылетело гибкое щупальце с присосками и огрело по голове. Я покачнулся, едва не упав, а затем принялся судорожно палить в воду, выкрикивая всевозможные ругательства, которые вряд ли когда-нибудь попадут в эфир.

Пули реалистично исчезали в мутной глубине, взбивая зелёные фонтанчики. Звуки выстрелов далеко разносился по округе, затянутой туманом. К болотной вони добавились нотки пороха. Всё было реалистично и очень живо. Даже то, как сдохла тварь порадовало меня своей правдоподобностью. Она погибла, не показываясь из воды: лишь на поверхности расплылось радужное пятно, словно кто-то пролил бензин. На визоре в тот же миг появилось сообщение, которое поведало о том, что мне дали сто очков за убийство такого-то моба с труднопроизносимым названием. Также под этой информацией тревожно мигало другое послание, которое гласило, что батарея лишилась пяти единиц заряда. Данное прискорбное событие произошло, когда щупальце проверило на прочность мой шлем.

Стоит упомянуть, что если заряд батареи опуститься до нуля, то броня станет получать повреждения, словно самая обычная толстая кожа. Её, конечно, потом можно будет восстановить, но для этого потребуется множество очков.

Кстати, очки… они являются универсальной валютой в этом мире. Их можно было тратить в населённых пунктах на всевозможные улучшения и покупки. В «Императоре Галактике» очки давали за всё подряд: начиная от исследования территории, заканчивая убийствами других участников проекта.  И вот как раз за смерть игроков, начислялось самое большое количество очков. Больше можно было получить только тогда, когда игрок проходил через портал и попадал в следующую большую локацию. Но для этого требовалось завершить линейку заданий, которые выдавал один из множества городских персонажей. Естественно, что тот, кто первым закрывал всю линейку и оказывался в другой локации, получал целую груду очков. А все остальные уже отхватывали по нисходящей: ну, как призовые в любом турнире… За первое место самый главный приз, а потом всё меньше и меньше.

Вот такие здесь были правила, которые быстро пронеслись у меня в голове, после чего я двинулся дальше, внимательно глядя по сторонам.

Вскоре уровень болота стал стремительно понижаться. Похоже, что берёг недалеко. Вода уже плескалась в районе моего стального пресса, а потом и вовсе начала доходить лишь до уровня паха.

Броня, побывавшая под болотной водой, оказалась измазана тиной и мелкими травинками. Я не стал пользоваться функцией «очищение», чтобы не тратить убывающий заряд, а потопал вперёд, представляя себя в роли киберпанковского водяного. Попутно вывел на визор свои данные. В этой игре они выглядели так:

Имя: Лазарь.

Раса: человек.

Класс: разведчик.

Специализация: мастер ядов.

Здоровье: 100/100 ед.

Ёмкость батарее: 540/1000 ед.

Скорость восстановления заряда батареи: 5,05 ед. за 1 сек.

Способность(и): невидимость.

Количество очков: 135.

Скупо и лаконично. Помимо сотни очков за то болотное чудо-юдо, тридцать пять мне начислили за разведку территории. Ну, неплохо, наверное. Правда, я пока ещё не знал какие здесь расценки на улучшения, но уже догадывался, что в первую очередь стоит прокачивать батарею. Она здесь всему голова. И, похоже, что в бою между двумя игроками всё будет решать именно батарея и разнообразные способности. Кто лучше ими воспользуется, тот и чемпион.

Тут, например, есть способность к сопротивлению радиации. Естественно, что игрок, у которого она имеется, постарается встретить своего противника там, где радиационный фон стремится к максимуму. В таких условиях заряд батареи будет тратиться гораздо быстрее, что на руку тому, кто может лучше бороться с радиацией.

А есть еще и такие способности, как повышенный урон от атак в ближнем бою, мастер лесных сражений, друг ночи и так далее… Всего и не упомнишь.

Я вот думаю, что с невидимостью мне очень повезло. Она не привязана к каким-то определённым условиям. Я могу ей воспользоваться практически где угодно, лишь бы заряд имелся.

Пожалуй, что мне только с «мастером ядов» не очень подфартило, но в целом – всё довольно-таки неплохо. Рандом был на моей стороне.

Глава 4

Тем временем я уже выбрался на сушу и увидел, что впереди раскинулся чахлый лесок с лишёнными листьев кривыми деревцами. У многих отсутствовал кора, и почернели стволы.

Я двинулся по лесу, огибая деревья. Влажная почва сочно чавкала под ногами, засасывая их почти по щиколотку.

Батарея принялась равномерно заряжаться. Этот процесс запускался каждый раз, когда броня не функционировала. Конечно, условно шлем сейчас фильтровал воздух, который радиоактивен из-за того, что рядом болото, но на такие мелочи игра смотрела сквозь пальцы. Ведь прямого воздействия заражённой воды нет, никто не атакует, температуру регулировать не приходится  – значит, заряжаемся.

Неожиданно в воздухе что-то бесшумно пролетело, а затем зависло надо мной.  Я неловко навёл на шароподобный объект автомат, после чего опустил оружие, расправил плечи и гордо пошёл вперёд. На меня глядела камера. Они тут часто будут летать ради антуража. Это же шоу, которое смотрят на десяти планетах. Только вот интересно – в эфир реально пойдём только то, что наснимали эти «камеры» или нет? Может, зря я здесь гоголем хожу?  Места всё-таки небезопасные. И тут, словно в ответ на мои мысли, из-за трёх деревьев, растущих рядом друг с другом, выметнулось подобие вывернутого наизнанку медведя. Он громогласно взревел и понёсся на меня, оставляя за собой капли крови, вытекающие из язв, густо покрывающих розовую кожу.

Я лихорадочно прицелился, уперев приклад в плечо, и нажал на спусковой крючок. Автомат стал выплёвывать пули, впивающиеся в тушу «Кровавого медведя». Отдача ощущалась мягкими толчками. Боль в игре присутствовала, но на уровне щекотки. И ещё, несмотря на все заявления AVK о максимальном приближении к реальности, все движения игрока в бою, частично подправлялись игрой. Иначе было бы смешно смотреть на человека, который в упор не может попасть в цель или нормально швырнуть гранату. Компания AVK вроде бы обещала, что в полноценном запуске игры по этому миру будет хардкорный режим, где подобную помощь уберут, но многие ли станут в него играть?  Это же такое задротство. Хотя с другой стороны  – можно овладеть навыками применения оружия. Прямо рай для террористов, и не надо строить никаких подпольных баз.

Ладно, что-то я совсем отвлёкся от боя. Это, наверное, потому, что стартовый путь до города в лоре описывался как простое знакомство с игрой. Здесь не может быть слишком крутых мобов. Вот и медведь, несмотря на весь свой грозный вид, который в другой локации напугал бы меня до потери пульса, тут свалился от десяти пуль. Я получил сто очков за его смерть, а потом подошёл к трупу и активировал через браслет функцию «положить». Прикоснулся к телу рукой, и оно исчезло, а в пространственном кармане появился труп кровавого медведя.  Потом продам в городе.

Разделавшись с врагом, потопал дальше. До пульсирующей точки на карте оставалось всё меньше и меньше километров. Мои глаза внимательно ощупывали лес, стараясь не пропустить возможных мобов, карауливших неосторожных путников. Иногда поглядывал на верхний ярус деревьев. Вдруг там кто-то засел или тварь какая-нибудь летающая атакует? Но пока всё было тихо, лишь ветер усилился и стал гонять опавшую листву, покрытую чёрными точками.

Но вот неожиданно откуда-то справа раздались выстрелы. Я мигом упал на живот, вытянувшись в грязи. Стреляли вон из-за того пригорка. Но в кого? Явно не в меня. Я оттуда невидим, как и мне не понять, что там происходит.  Наверное, на игрока напал моб и он отстреливается.

Ага, точно! Из-за пригорка вылетела приземистая фигура в толстой пластинчатой броне из серого металла. А за игроком мчался кабан с ненормально большим количеством клыков, торчащих из пасти. Животное уже было всё в крови и едва держалось на шести ногах, но упорно гналось за обидчиком. А тот внезапно развернулся и засадил кабану кулаком прямо по щам. Бедное животное отлетело в сторону и затихло, смешно дёрнув всеми ногами.

– Охренеть, – тихонько выдохнул я, активировав невидимости. – С ним на ближней дистанции лучше не воевать.

Игрок подошёл к трупу кабана и отправил его в инвентарь. Меня он не видел, хотя я пыхтел метрах в семи от него. Убийца кабана был идеальной жертвой для моего оружия, и, казалось бы, стреляй Лазарь, у тебя же и заряд на данный момент больше и позиция великолепная, но некая бредовая мысль остановила меня. А что если попробовать играть, не убивая участников шоу?  Вот это был бы номер, который точно привлёк бы ко мне внимание. Выиграть я ведь всё равно не рассчитываю, а так хоть как-нибудь выделюсь.

Эта идея прочно укоренилась в моей голове. А тут ещё невдалеке зависла камера, словно ожидала, что ж я в итоге решу. Ей была нипочём моя невидимость, поэтому она прекрасно видела двух игроков, один из которых не подозревал о наличии другого.

Немного подумав, я демонстративно убрал оружие и стал ждать, когда игрок уйдёт. Тот недолго провозился и вскоре уже топал к городу. Я смотрел в его широкую спину, иногда косясь на заряд батареи, который отражался в верхнем правом углу визора. В статике невидимость расходовала десять единиц энергии в секунду, а в динамике – чем быстрее двигался, тем скорее тратился заряд.

В общем-то, я рисковал, решив не вступать в конфликт с игроком. Если бы он побыл тут подольше, то батарея опустела – и уже тогда пришлось бы воевать с ним с менее выгодной позиции.  Но повезло, что потенциальный противник скрылся из виду, так и не заметив меня.

Я отключил невидимость, поднялся на ноги и потопал вперёд, чуть изменив направление, дабы не столкнутся с тем крепышом. Такой путь где-то на час увеличивал расстояние до города, а ведь я в идеале планировал сегодня добраться до него.

Кстати, время в «Императоре Галактики» шло в четыре раза быстрее, чем в реальном мире. Поэтому здешний день уже стал клониться к вечеру – местное зеленоватое солнце начало опускаться за горизонт, скрытый деревьями, а сумерки стремительно перерастали в темноту. Пришлось включить «ночное зрение», встроенное в шлем. Оно тоже жрало заряд батареи, но в очень маленьком количестве.  Благодаря «ночному зрению» мир снова стал почти таким же, как в светлое время суток, только более серым и бледным, словно кто-то приглушил яркость.

В таких условиях можно было не снижать темп передвижения, но осторожность приходилось держать на том же уровне трусливой чучундры. Ведь издалека снова стали доноситься автоматные очереди и яростное рычание. Там опять кто-то сражался. Может быть, даже одним из участников был тот же самый игрок, заваливший кабана.

Я покрепче сжал оружие, обратив внимание, что почва больше не хлюпает под ногами: с каждым метром она становилась всё суше. Если судить по карте, то лес скоро закончится и появится равнина, на которой расположен город. Жаль только, что до принудительного выхода из игры оставалось всего два часа. Могу и не успеть попасть в поселение.

Так, тут надо сделать небольшое отступление, чтобы вы яснее представляли себе то количество игрового времени, которое участник проекта обязан был провести во вселенной «Десяти Планет». Мы все подписали контракт, по которому должны были играть с восьми утра до тринадцати ноль-ноль по столице. График был четырёхдневным, где один день являлся выходным (3/1). Прямо скажем щадящий ритм, но у AVK всё равно окажется навалом материала, который можно будет выдать в эфир и на сайты. Так что всех подобный график устраивал.

А вот в самой виртуальной вселенной расписание было таким: с восьми утра и до четырёх часов ночи персонаж бодрствовал, а потом на четыре часа впадал в спячку и просыпался в восемь утра. То есть, когда человек выходил в реальный мир – в «Императоре Галактики» было четыре часа ночи, а когда он снова погружался в игру на следующий день – здесь наступало восемь часов утра. Вот сейчас уже было два часа ночи по местному времени и надо бы ускориться, но тут я наткнулся на труп игрока, который лежал в живописной позе возле ног такого же мишки, который атаковал меня. Зверь мигом услышал мои торопливые шаги и радостно бросился навстречу, наверное, желая обнять. Я недружелюбно встретил его градом пуль, и энтузиазм медведя напрочь пропал.  Он обиженно взревел и издох.

Я быстро подошёл к нему и отправил труп в инвентарь, а затем склонился над телом игрока. Броня у него была почти такой же, как у меня, только ещё тоньше, и присутствовал короткий плащ. В груди имелось три пулевых отверстия, из которых толчками шла желтоватая кровь. Чуть ниже – зияла страшная рваная рана, явно от когтей медведя. В правой руке игрока оказался зажат метровый жезл с круглым набалдашником – это было оружие уже упомянутых когда-то энергомантов.  Оно выстреливало пучком чистого электричества. Похоже, что элиец столкнулся с другим игроком, получил по самое не балуй и решил отступить, а здесь его добил обычный моб. Кстати, другой игрок может быть где-то рядом. По этой причине я торопливо осмотрелся, после чего быстро отправил в инвентарь лишь те вещи энергоманта, которые на данный момент присутствовали на нём. То, что он хранил в пространственном кармане, для других игроков было недоступно: вроде как браслет работал только на одного владельца и был ему верен даже после смерти. Поэтому мне удалось завладеть только потрёпанной бронёй, оружием и фляжкой с водой, которую я тут же опорожнил. После чего быстро пошёл вперёд, пригибаясь к земле. Позади остался лежать труп в трусах и с браслетом на руке.

Стоит упомянуть, что представители расы элийцев напоминали эльфов: они оказались такими же худощавыми, поджарыми, а их головы были немного сплюснуты по бокам, из-за чего вполне человеческие лица оказывались вытянуты. Ну, ещё у них разрез глаз был очень своеобразный: ближний к переносице уголок оказался значительно ниже того, который находился недалеко от виска.  Создавалось впечатление, что людской глаз повернули на сорок пять градусов.

Короче, элийцы любопытные ребята, которые обладали своей экзотической привлекательностью. Я бы, кстати, поиграл за кого-нибудь из них, но только если бы получил класс «энергомант». Уж очень хочется повоевать таким жезлом. Немного жаль, что в «Императоре Галактике» нельзя орудовать тем оружием и бронёй, которые не предусмотрены классом.  Тоже так себе реалистичность. Уж снайперской-то винтовкой я бы мог попробовать сражаться, но нет – ею могут владеть лишь существа с классом «снайпер».

Тем временем я уже покинул лес и выскочил на равнину. Впереди лежал небольшой городок, собранный из бетонных блоков, листов железа, брёвен, труб и кирпичей. Казалось, что его строили из всего, что только под руку попадалось. Благо, что там было электричество и безопасность. По лору игры в этом городе проживало почти пять тысяч разумных существ. Вот к ним-то мне и надо было попасть, как и вон тем сотням игроков, которые бежали к гостеприимно распахнутым воротам из железных листов. Никто не атаковал друг друга, потому что мы все попали в зелёную зону: здесь нельзя было сражаться. За нарушение этого правила – строгая кара.

Я присоединился к забегу и рванул к стене из блоков, которая окружала город. На её вершине через равные промежутки были установлены пулемётные гнёзда, между которыми светились прожектора. Игроки бежали к городу в свете жёлтых пятен, ползающих по изрезанной трещинами равнине.

Вдруг все участники бега начали замедляться. Это сказалась накатившая сонливость. Мой персонаж тоже стал едва ноги переставлять, а потом и вовсе прилёг на землю, свернулся калачиком и заснул. С другими игроками происходило всё ровно то же самое. Я уже предвидел, как компанию AVK начнут критиковать за неправдоподобность происходящего. И наверное, они потом придумают что-то иное, а пока же все игроки вышли из игры именно таким синхронным образом.

Я распахнул свои реальные глаза и открыл крышку гроба, то есть вирт-капсулы. Тело немного одеревенело и хотелось чего-нибудь скорее закинуть в топку. Торопливо двинулся на кухню, где покормил кота и налил себе чаю.

Пока вкушал ароматный напиток, заедая его печеньем, проверил мобильник. Там было три пропущенных звонка от разных людей: сестра, Машка и Петя.

Первым делом набрал Софию. После нескольких гудков она ответила:

– Бонжур, ну как тебе «Император Галактики»? Ещё не помер?

– Нормально всё. До первого города почти добрался, – похвастался я, шумно глотая чай – сестру это с детства жутко бесило. – Мир вполне реалистичен, вкус тоже: пил воду, ел сухпаёк – почти как всамделишные. В целом игра крутая, но надо доработать. Там есть такая херня как обязательный сон в строго отведённые часы. Он сморил всех игроков одновременно. Если это покажут в эфире, то зрители не поймут.

– Я думаю, когда AVK запустит полную версию своей вселенной, то там не будет смысла усыплять всех разом, – проговорила сестра, а потом взвизгнул после моего очередной шумного глотка: – Прекращай уже хлюпать!

– Говорят, что эти звуки вызывают судороги у ведьм. Ты как там? Под столом уже? – ехидно пропел я, но всё-таки прекратил нервировать Софи.

– Вот это именно то, что от тебя требуется в игре, – прошипела она. – Беси всех. Тогда точно попадёшь в эфир.

– Мне тут в голове пришла ещё кое-какая мысль… – я вкратце поведал ей свою идею не убивать игроков.

– Смело, опасно, но может выстрелить, – оценила сестра, а затем задумчиво добавила: – Вот только подобное поведение привлечёт к тебе внимание игроков, которые захотят получить очки за смерть такой смирной овечки, как ты.

– Придётся рискнуть, – хмуро выдал я, поставив на стол пустую чашку. – Тем более что невидимость поможет мне избежать некоторых нежелательных встреч. Какая-то часть игроков просто не сумеет меня обнаружить.

– Ну, смотри сам. Идея и впрямь неплохая, но вот как ты её реализуешь, пока неизвестно, – резюмировала София, после чего произнесла: – Желаю удачи. Я работать.

– Пока.

Потом я позвонил Машке и договорился с ней, что она придёт вечером ко мне. Девушка робко уточнила: будет ли у нас ужин? Пришлось пообещать ей, что приготовлю какой-нибудь супчик. На этом мы прекратили наш диалог, и я перешёл к Петру. Тот ответил не сразу, но когда в мобильнике всё же раздался его голос, то он быстро сообщил, что уже идёт ко мне.

– Отлично, как раз в магазин вместе сходим, а то одному скучно, – обрадовался я. – А ты далеко?

– Я ближе, чем ты думаешь, – прохрипел он угрожающим голосом, и в квартире прозвучала трель дверного звонка.

– Да, действительно, близко, – усмехнулся я и впустил его в своё жилище.

Петя после вчерашнего выглядел не важно. Под глазом сиял сочный такой синяк. А вот у меня из-за драки с березой остались совсем неглубокие царапины, которые уже практически зажили.

Я сочувствующе бросил, глядя на синяк:

– Это ты с мамкой пытался спорить?

– Я бы посмеялся, но совсем не смешно. Люди думают, что я с кем-то подрался, а я ведь не из таких. Ну, хорошо хоть Лидка меня пожалела, – с намёком проговорил Петя, растянув губы в улыбке.

– Надеюсь, что всё прошло не так, как в тот раз, когда твой секс длился тридцать минут, из которых ты двадцать девять напаивал девушку алкоголем?

– Не было такого. Шутник хренов.

– И ты даже не заразил её ребёнком?

– Ты сегодня не с той ноги встал? Прямо какой-то особенно бесячий, – хмуро проронил парень, сдвинув брови над переносицей.

– Не бери близко к сердцу. Это я тренируюсь. Давай-ка попробуем замазать твой синяк. У Машки тут где-то косметичка есть. В ней тоналка должна быть. Она поможет.

– А Машке бы твоей только яд помог. Как она вчера над всеми издевалась? – возмущённо просипел друг, недружелюбно сверкая глазами.

– Относись к ней более снисходительно, – посоветовал я, зайдя в спальню и начав рыться в одном из ящиков шкафа.

– Да вот хренушки. Ты разве не слышал, как она вчера пошутила над Лидкой? – не унимался Петр, став активно жестикулировать руками. – Я тебе напомню! Машка сказала, что, дескать, девушка укравшая личность Лиды, на следующий день не выдержала такого существования и повесилась!

– Какая чёрная шутка, – промычал я, едва сдерживая смех. – Где же эта долбанная косметичка?

Открыл створку шкафа и оттуда выпала метла, используемая мной и Машкой для ролевых игр.

– Чья метла? – удивился парень. – Машкина? Она тут себе гараж устроила? А чего метла ненастоящая?

– Это реквизит, – без стеснения пояснил я и поставил её обратно.

– А-а-а, понял, – скабрезно заулыбался Петя. – Ну и кто из вас ведьма?

– По обстоятельствам, – захохотал я и нашёл-таки косметичку. Вытащил из неё тоналку и передал ржущему другу. – Умеешь пользоваться?

– Конечно, – ответил тот, а потом поспешно добавил: – В смысле, видел, как девушки это делают.

– Ну-ну, – усмехнулся я.

– Кстати, как твоя игра? – поинтересовался он, став замазывать синяк, глядя в зеркало.

– Нормально. В двадцать три ноль-ноль будет первый выпуск. Надеюсь, я в него попал.

– И сразу же подписчики рекой потекут? – спросил Петя, заканчивая косметические процедуры.

– Ну какие-то могут появиться. Надо только указать в профиле соц. сетей свой ник в игре, – проговорил я, наблюдая за парнем, который почти скрыл синяк толстым слоем тоналки. – Ты всё? Погнали уже в магазин, а то у меня дома из еды только кошачий корм.

– Пошли, – пожав плечами, сказал тот, придирчиво разглядывая своё отражение. – Вроде бы нормально получилось. Я тоналку возьму? Хорошая штука на такие случаи.

– Конечно бери. И ещё ресницы накрасить – тогда вообще получится первый грязьгородский трансвестит,  – заржал я, двинувшись к входной двери.

– Да иди ты! – обиженно воскликнул он, но тюбик в карман засунул.

Перебрасываясь не слишком остроумными шутками, мы покинули квартиру, спустились на первый этаж, а потом вышли из подъезда и сели в машину. Я завёл её, после чего загорелся чек.

– Надеюсь, ты блефуешь, – прошептал себе под нос, глядя на индикатор. Покупка нового ноутбука и так ударила по моему бюджету.

– К Петровичу можно будет потом заехать. Он много не возьмёт, в отличие от рвачей Гены, – посоветовал друг, обратив внимание на возникшую проблему, после чего поторопил: – Поехали уже, а то каждая минут на счёту. В этом городе дожить до пятидесяти – большая удача.

– Это да, – усмехнулся я и направил машину к самому крупному универмагу.

Учитывая размеры Грязьгорода, мы быстро доехали до него, потом так же стремительно закупились, положили пакеты  на заднее сиденье и поехали обратно. А когда остановились возле подъезда и  вышли из машины, то наткнулись на сюрприз…

– Здравия желаю! Сержант Козлов, – представился подошедший полицейский, что-то вытаскивая из кармана, а потом выдохнул: – О, Петька, а я гляжу ты или не ты…

– Я, – бодро отозвался тот, пожав протянутую руку полицейского.

Я же недружелюбно рассматривал сержанта Козлова, который был лысым, усатым и с заметным пузиком. И выглядел он крайне усталым, и я бы даже сказал дважды усталым, а то и трижды. Его лицо будто потекло от усталости: брови нависли над маленькими глазками, нос почти касался верхней части рта, а нижняя губа оказалась немного вывернутой и на ней блестела слюна.

– Петь, – проронил он как-то брезгливо, разглядывая именно тот глаз парня, который вчера пострадал. – Ты гомосеком стал?

– Нет! Ты чего, дядь Коль?! – ахнул тот.

– А красишься  зачем?

– Да это тоналка. У меня синяк! – выпалил Петя на одном дыхании и судорожно достал из кармана тюбик. – Вот!

– Точно не вазелин? – усомнился Козлов.

– Да вот те крест!

– Ладно, – бросил сержант, а потом наклонился к Пете и наставительно прошептал: – Но ты бы всё равно лучше со Столицей не сильно дружил бы. Говорят, они там все это дело заднепроходное любят.

Я расслышал его слова, но никак не отреагировал.

Козлов же выпрямил спину и уже начал вещать по делу:

– Я чего вас остановил-то. Человечек пропал. Вот его фото, – он передал мне старенький телефон, на экране которого красовался розовощёкий парень с красным носом. – Последний раз его видели в этом районе позавчера.

– Ничем не могу помочь, – отрицательно почал я головой, передавая телефон другу.

Сержант окинул меня быстрым взглядом, в котором читалось, что он на меня не сильно-то и рассчитывал: такие, как я, даже если что-то знают, то обязательно смолчат. Но и Петя через несколько секунд сообщил, что не видел этого парня. Тогда полицейский разочарованно поджал губы, скомкано попрощался и потопал дальше искать возможных свидетелей.

– Быстро у вас тут поиски организовывают,  – удивился я, провожая взглядом сгорбленную спину Козлова. – Только позавчера пропал, а уже ищут.

– Да это сын одного местного мента в чинах. Беспредельщик ещё тот. Опять, наверное, забухал где-нибудь на хате, – пробурчал Петя, нахмурив лоб. – Если он сгинул, то никто особо переживать не станет.

– Суровый ты человек, – заметил я, открывая дверь в подъезд.

– А чего?

– Хотя, возможно, ты и прав, – хмыкнул я, проникая в дом.

Глава 5

Мы поднялись в квартиру, после чего я начал готовить суп, болтая с Петей. Постепенно наш диалог скатился в монолог друга о своих девушках, а точнее – он расхваливал Лиду, которая уже официально сменила его предыдущую даму сердца. Пока Петя был от неё в полном восторге, ехидно заверяя меня, что ему точно не придётся стоять у плиты.

– …К тому же Лида работает в той же больнице, где и моя мамка, только в приёмном отделении, поэтому всегда будет под наблюдением, – самодовольно вещал друг, закинув ногу на ногу и презрительно поглядывая на то, как я суечусь возле стола. – И ещё она читать любит. Грамотная, понимаешь ли.

– У Машки тоже имеются книги, то  есть, книга. Она её под ножкой шкафа хранит. «Портрет Дориана Грея» называется. Никогда не стареющая книга, – тонко пошутил я, но Петя ничего не понял. Впрочем, как и следовало ожидать.

Он лишь пренебрежительно фыркнул:

– Книга? Да у Лидки этих книг штук десять, а то и больше!

– Десять?! – громко выдохнул я, притворно изумившись.

– А то и больше, – напомнил он, гордо приподняв подбородок.

В этот момент пиликнул мой мобильник. Я вытащил его из кармана и прочитал сообщение, пришедшее от Машки: «Скоро буду».

– Чего это у тебя лицо такое кислое стало? Небось, от зазнобы твоей? – весело проговорил друг, широко улыбаясь.

– Угадал. Зло уже рядом, – вкрадчиво прошептал я, нарисовав панику на своей физиономии. – Ты готов к встрече с ним?

– Пожалуй, что мне пора домой, – картинно испугался Петя, торопливо вставая из-за стола.

Я усмехнулся краем рта, бросил щепотку соли в своё варево, после чего проводил друга до двери, а затем закрыл её и потопал обратно. Но тут ожил дверной  звонок, издав протяжную трель. Мне пришлось вернуться.

Я открыл дверь, насмешливо скалясь, и выпалил:

– Забыл, что ли… а это ты.

На лестничной клетке стояла недовольная Машка. Она, вообще, редко когда бывала довольной. Мне кажется, что у неё всего несколько таких дней за целый месяц, а все остальные недели проходят так, словно у Машки перманентные месячные.

Девушка прошипела, протискиваясь мимо меня:

– Опять тут был Весёлый Молочник?

– А что тебя не устраивает?

– Друзей надо выбирать таких, которые могли бы помочь тебе развиваться, – опять завела она свою пластинку, снимая босоножки. – А чему тебя научил Петя? Пиво глазом открывать?

– Иди лучше отужинай. Я в суп две таблетки успокоительного положил. Тебе должно понравиться.

– Посмотрим, – небрежно проворчала она и проследовала в кухню.

Там я налил Машке суп, а сам сел напротив и стал наблюдать за ней, периодически косясь на время. До дебютного эфира «Императора Галактики» оставалось ещё пару часов.

Девушка активно начала наворачивать  суп, а потом решила похвалить его ехидным голоском:

– Вкусный. Помню, когда мы были детьми, то такой же варили… из воды и соли.

– Спасибо. Кстати, сегодня люди из ФСБ приходили. Тебя искали. Говорят, им нужен такой высококлассный специалист, способный соорудить оружие массового поражения из картошки, грибов и мяса, – не остался я в долгу, подхватив с пола кота и усадив его себе на колени. Он тут же принялся пялиться на Машкин суп.

– Смешно, раунд, – невольно улыбнулась она, а потом добавила, кивнув на Флинта: – Чего он на тарелку уставился? Ты его не кормил?

– Кормил. Просто это он обычно из этой посуды ест, – сладко пропел я, не сумев сдержаться.

Машка зло сощурила глаза, остановив ложку на полпути ко рту, подумала немного, а затем выдала свою колкость. Я ей ответил не менее забавно. В общем, следующие несколько минут мы провели с пользой, упражняясь в остроумии. А потом перешли в ту комнату, где у меня была плазма. Здесь мы традиционно посмотрели комедийный сериал, каких полно на ТВ, после чего настал час «Х». Я замер от напряжения, почувствовав, как вспотели ладошки. Девушка в недоумении покосилась на меня. Она была не в курсе моего плана.

– Ты чего, Роб? Ты весь дрожишь? В туалет хочешь?

– Мария, попрошу вас пока что не тревожить меня, – официально пробормотал я, вперив взор в экран.

– И правду говорят, что телевизор зомбирует, – прошептала та, немного отодвинувшись от меня.

Меж тем начался «Император Галактики». После пафосного вступления и пояснения о чём вообще будет эфир, стали показывать тех игроков, которые получили какие-то интересные классы и способности. Я увидел, что все участники были в одинаковых условиях. Отличался только антураж: он менялся в зависимости от расы. У людей оказались такие же комнаты, как и у меня, а вот у жителей, к примеру, планеты Мерак, помещения были заметно более тёмными и с закруглёнными шипами, торчащими из стен. Сами меракцы выглядели, как зеленокожие мускулистые крепыши с острыми ушами  и вывернутыми ноздрями. Лица и фигуры у них были человекоподобными. Вообще, все расы, представленные в «Десяти Планетах» походили на претерпевших некоторые изменения людей.

Вдруг Машка брезгливо наморщила носик и проронила:

– Фу, какие мерзкие.

– Как твой бывший, – жёлчно выдал я, дёрнув уголками губ.

– Согласна, – кивнула девушка после того как немного поразмыслила. – Наверное, все бывшие мерзкие.

– Сильная мысль, – хмыкнул я, не отрывая взгляда от плазмы.

А там уже показывали высадку участников и их последующее продвижение к городу. Всё было снято с летающих камер, будто реальное шоу, проходящее где-то в забытой богом африканской стране. А потом оказалось, что существует ещё множество статичных камер, которые были скрыты в деревьях, камнях, почве и так далее… Игроки попадали в их объективы в самых разных ракурсах, что опять же создавало ощущение правдоподобности происходящего, а не просто игры.

Машка даже не преминула заметить:

– Похоже на документальный  фильм о какой-нибудь войне миров.

– Да, классно, – согласился я, поджав губы.

Жаль вот только, что мой персонаж не показывают, а уже треть эфира позади. Ну, посмотрим, что будет дальше. А дальше… дальше стали транслировать запись интересных событий, произошедших в первый игровой день: тут были зрелищные убийства, глупые смерти, коварные ловушки и так далее. И я уж не чаял увидеть себя и в этой части программы, но тут на экране появился тот самый лес, в котором мне в голову пришла та блестящая мысль заделаться пацифистом. А вон и мой полупрозрачный персонаж лежит невдалеке от игрока, деловито осматривающего труп кабана. Для камеры моя невидимость не была полной, иначе мой аватар не возможно было бы показать по ТВ.

В это время закадровый мужской голос таинственно вещал, нагнетая интригу:

– Человек по имени Лазарь, почему-то не стал атаковать другого участника проекта, хотя у него были великолепные шансы на победу. Напомню, что за убийство конкурента дают существенное количество очков. Что же могут означать пассивные действия Лазаря? Трусость, расчёт или что-то иное? Будущее покажет. А пока же ещё раз скажу, что администрация «Императора Галактики» строго следит за тем, чтобы в проекте не было родственников, друзей или банальных сговоров. За подобные проступки кара одна – смерть.

Машка решила оценить действия Лазаря, презрительно бросив:

– Струсил пади. Вот ты бы, Роб, так не поступил.

– Вообще-то, это мой персонаж, – пробормотал я, не придавая словам девушки никакого значения, так как в моей груди теплилось яркой ощущение того, что мне удалось нащупать правильную линию поведения. Вон даже в эфир попал. И похоже, что в следующем выпуске меня тоже покажут: надо ведь узнать зрителям, почему так поступил Лазарь. А если я и дальше не буду убивать игроков, то, скорее всего, обрету кое-какую известность.

Машка тем временем пихнула меня кулачком в рёбра и удивлённо проговорила, выгнув брови:

– Чего?

– Того, – брякнул я и вкратце поведал ей свой план, косясь на участника, который быстрее всех добрался до города.

– А почему ты мне сразу-то всё не рассказал? – насупилась девушка после моего монолога. – Вот что ты опять скажешь в своё оправдание?

Я пожал плечами.

Она воскликнула:

– Ну что за бред, да ещё так коротко?

Я два раза пожал плечами. Тогда Машка неожиданно улыбнулась  и стала хвалить меня, ловко оказавшись на моих коленях и гладя по волосам. Мне с трудом удалось угомонить её и продолжить просмотр «Императора Галактики». А эфир уже подходил к концу: на экране был список из ста участников, которые набрали на данный момент наибольшее количество очков. Я в их стройные ряды не попал. А также зрителей уведомили, что в первый день проекта погибли пятьсот храбрецов. Их имена несколько секунд крутились на экране под грустную музыку. Хотелось снять шляпу и минутку помолчать.

Наконец пилотный выпуск «Императора Галактики» закончилась, и я поймал себя на мысли, что будто бы посмотрел реальные сводки с кровавого шоу, которое даровали землянам инопланетяне.  В эфире постарались свести к минимуму все упоминания о том, что это просто игра. Закадровый голос искренне переживал каждую смерть и хвалил смелых участников проекта.  Создавалось полное ощущение того, что на какой-то терроподобной планете действительно сражаются тысячи разумных за право называться императором галактики. Мне мигом вспомнилось некое событие, произошедшее десятки лет назад. Я вам сейчас его расскажу. Существует легенда, что тридцатого октября тысяча девятьсот тридцать восьмого года в США после того как в эфире станции «CBS» прошла радиопостановка «Война миров» многие слушатели приняли её за реальный новостной репортаж и более миллиона жителей северо-востока США поверили в нападение марсиан и ударились в панику.  Вот мне кажется, что у несведущих людей, увидевших не с первых минут  «Императора Галактики», могло произойти нечто подобное. Правда, они должны были бы задаться справедливым вопросом: а как же я проспал тот момент, когда земляне массово узнали об инопланетянах? Но различных чудиков и такой логичный вопрос не остановил бы от паники.

А покамест я думал об этом, напор Машки усилился на порядок, и мне пришлось вступить с ней в схватку, которая плавно перетекла в кровать. Там началась «жестокая» борьба, даже метлу пришлось взять. Простыни чуть не задымились.

Вскоре мы устало вытянулись на кровати, и я довольно проговорил, хрипло дыша:

– Фух, Машка, теперь мне точно не страшно курить рядом с тобой.

– Так ты же не куришь. И почему не страшно?

– Ну, брёвна ведь иногда загораются, – весело выдохнул я и зашёлся в хохоте, посчитав шутку очень смешной.

– Ах ты подлец! – возмущённо взвизгнула она, став душить меня подушкой. – А я вот не буду рассказывать при тебе смешные анекдоты, потому что есть мнение, что смех продлевает жизнь.

– Туше, – прохрипел я из-под подушки.

– Ладно, я в душ, – проронила она.

Девушка встала с  кровати и потопала в ванную комнату, виляя в темноте голым накаченным задом. Свет она включать не стала.

Я  же заложил руки за голову и посмотрел в окно… И моё сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда увидел на подоконнике полуметровое существо с козлиными ногами и влажным поросячьим пяточком. Внезапный пришелец был покрыт короткой чёрной шерстью, имел на голове небольшие рожки и обладал голым хвостом с кисточкой на конце.

– А-а-а! – заорал я, прижавшись к каретке кровати.

В комнату стремительно влетела мокрая обнажённая Машка. Она торопливо включила свет и испуганно посмотрела на меня, а я не мог прекратить орать, хотя уже понимал, что гляжу на розовую плюшевую свинью.

Мне кое-как удалось просипеть, дрожа всем телом и тыча в игрушку рукой:

– Ты когда… её успела… прита-та-тащить?

– Давно. А ты чего так испугался? Тебя свинья в детстве покусала? – взволнованно произнесла девушка, прерывисто дыша. – Я выкину её, если ты хочешь. Зачем же так орать? Всех соседей перебудил. А я сама, знаешь, как испугалась?

– Вижу, – сдавленно крякнул я, глядя на мокрое пятно, образовавшиеся возле ног блондинки.

– Дурак! – проследила она направление моего взгляда. – Это я в душе была, и вытереться не успела.

– Знаешь что, Машка, похоже, мне теперь тоже в душ надо и как можно скорее. И ещё бы простынь поменять, – выдавил я, чувствуя, как сердце замедляет свой бешеный бег.

– После меня пойдёшь. Я ещё не всё. И надеюсь, что насчёт простыней ты пошутил.

– Пошутил-пошутил, – слабо улыбнулся я, действительно пошутив, хотя всё могло обернуться иначе, если бы Машка не так оперативно врубила свет.

Девушка ещё раз окинула меня внимательным взглядом, после чего удалилась, оставив освещение включённым. Я был ей за это благодарен. Меня ещё немного потряхивало от пережитого. Надо обязательно найти какого-нибудь местного мозгоправа, иначе так можно с ума сойти. Воображение совсем распоясалось.

Через какое-то время я полностью успокоился, сходил в душ, а потом вернулся в кровать и даже отважился выключить свет. В темноте плюшевая свинья, выглядела как обычная игрушка. Как такое вообще могло примерещиться? Чудеса. Точно нужен специализированный врач.

Я обнял Машку и сумел заснуть. Ночь прошла без происшествий, а утром девушка удалилась на практику, оставив меня одного. Мне же удалось поспать ещё часок, после чего я вскочил с кровати и первым делом зашёл в свой аккаунт, который раскручивал.

– Да! – радостно заорал я, видя, что десять тысяч подписчиков всего за одну ночь превратились в тридцать пять тысяч. Этому в немалой степени способствовало ещё то, что я старался вести свой аккаунт  на четырёх языках: русском, английском, французском и испанском.

Из меня щедро полились положительные эмоции. Я даже коту наложил еды вдвое больше против обычной порции. Потом сам позавтракал и в приподнятом настроении залез в вирт-капсулу.

Мир игры встретил меня хмурым, серым утром. Небо было затянуто свинцовыми тучами, а рядом «просыпались» сотни участников проекта. Мы все поглядывали друг на друга, но знакомиться не спешили.

Толпа игроков устремилась к воротам города. Я по пути вспоминал легенду его возникновения. По лору вселенной «Десяти Планет» шоу «Император Галактики» проводилось на пригодном для жизни небольшом спутнике планеты Элия. На него завезли специально выращенных животных и нанятых актёров. А также построили некоторые сооружения и создали антураж постапокалипсиса.

А вот уже лор самого шоу гласил, что представители десяти планет решили колонизовать пригодную для жизни планету, которая пережила ядерную войну, устроенную местными разумными обитателями, которые технологически были примерно равны землянам. Естественное, что после такой войны сгинули почти все биологические виды планеты, а те, что остались, превратились в мутантов. Некоторая часть населения тоже выжила, и теперь её представители жили на обломках загубленной ими же самими цивилизации, всё больше скатываясь в каменный век. Летающие и стационарные камеры были объяснены тем, что мифический Центр наблюдает за колонистами, а ещё он иногда шлёт им помощников, которые конкурируют друг с другом, так как единственный выживший из них станет правителем этой земли. Ну, вы поняли, что помощники – это участники шоу?

Так, теперь вернёмся к городу, чьи ворота я уже преодолел и сейчас пялился на  кривые улочки, по бокам которых расположились самые разнообразные дома и строения.  Тут были приземистые  здания из крупных булыжников, дома собранные исключительно из брёвен, и даже тонкие башни в пяток этажей…  В общем, дикая архитектурная смесь, возникшая из подручных материалов – так произошло, потому что этот город был «вольным».  Он возник на пустом месте благодаря усилиям десятков представителей разных рас, которых объединяло одно – нежелание подчиняться официальным властям. Вот они и возвели свой городишко из чего попало. Духом он напоминал вольницу Дикого запада.

Я как заворожённый смотрел по сторонам, пока другие игроки начинали налаживать контакт с местными жителями, которые «на самом деле», как уже упоминал, были актёрами, отыгрывающими роли на свой страх и риск. Полную безопасность им тут никто не гарантировал, но актёров здесь всё равно оказалось приличное количество. Они все деловито ходили по грязи, имитируя обычную жизнь. Кто-то носил воду в жестяных вёдрах, некоторые чинили жилища, а вон тот ловкий как кошка инцарец изолировал провода, тянущиеся от одной крыши к другой. Чуть в стороне от него трое двухметровых хедусцев сидели возле костра под окнами круглого дома с конической крышей и что-то жарили на открытом огне. В воздухе витал аромат мяса, переплетающийся с запахами пота, гари и влажного бетона.

Один из хедусцев утробно прорычал, зыркнув на меня выпученными словно у лягушки глазами:

– Новенькие из Центра пожаловали. Работу просить будут.

– Ага. Мне бы не помешал один такой, – поддержал разговор  другой хедусец, почесав крепкими серыми ногтями округлый живот, выпирающий из-под  меховой безрукавки.

К нему тут же устремились несколько игроков, предлагая свои услуги. Хедусцы важно надулись, став ещё больше похожими на жаб, одетых в меховые штаны и безрукавки. Уж очень у них глаза были жабьими.  А вот в остальном – просто немного заплывшие жиром лысые мужики с широкими носами и тонкогубыми ртами. Ну ещё кожа у них была серой с жёлтыми пятнами, расположенными на теле произвольно.

Вдруг рядом раздался мягкий мурлычущий голос:

– А ты чего застыл? Тебе разве не нужна работа?

Я вскинул голову и увидел того самого инцарца, который сидел на крыше и возился с проводами. Он прижал остроконечные звериные уши к покрытому рыжей короткой шерстью черепу и улыбался треугольными зубами, глядя на меня жёлтыми глазами с вертикальными зрачками. Больше ничем представители планеты Инцар от людей не отличались. Ну только если были более субтильными и ловкими.

Я не сразу понял, что его слова оказались предназначены именно мне. Вокруг шастало множество игроков и местных жителей, которые создавали столько шума своими разговорами, что сложно было понять, к кому конкретно обращался инцарец. Благо, что его хитрый взгляд был направлен точно на меня, поэтому я быстро подошёл к нему и проговорил, глядя снизу вверх:

– Нужна. Я один из этих оголтелых тимуровцев, которых послали из Центра помогать местным жителям.

– Отлично, – улыбнулся он, вытерев руку об замызганную спецовку из плотной синей ткани. На нём ещё были штаны из такого же материала и облепленные грязью резиновые сапоги.  – Мне как раз нужен помощник. Я энергетик. Ты как оцениваешь себя по десятибалльной шкале?

Вопрос был совсем не праздным. Актёр сразу перешёл к сути, чтобы не тратить моё время, так как некоторые игроки уже получили свои первые задания и ломанулись прочь из города.

Когда инцарец задавал его, то имел в виду, какого уровня квест я решусь взвалить на свои плечи, дабы проверить крутость собственных яиц. Ведь задания делились по уровню сложности и чем более трудновыполнимыми они были, тем меньше их оказывалось в линейке. То есть если взять седьмой уровень квеста, то для его завершения надо будет выполнить четыре задания: седьмое, восьмое, девятое и десятое. Если попросить квест шестого уровня, то прибавится ещё одно задание, но сам квест станет чуть легче. А ежели взять сразу десятого уровня, то, наверное, мне надо будет собственноручно построить целую атомную электростанцию только из тех материалов, которые пришлось бы таскать из самой опасной зоны на планете. Тут больше времени потратишь на то, чтобы раскачаться персонажа до такого состояния, когда сможешь бесстрашно ходить в подобные зоны. Но зато всего одно задание.

В общем, каждый решал сам для себя, что ему было важнее. Я же помедлив, неуверенно произнёс:

– Ну, наверное, семёрка во мне точно есть.

– Ого! – изумился энергетик, смешно пошевелив ушами. – Ну что же… Для начала принеси мне генератор из руин Старого Города. Он находится в подвале ратуши. Справишься?

– Звучит заманчиво, – вяло промямлил я, всё ещё испытывая сильные сомнения. Уж не переборщил ли?

– Тогда вбей координаты в свой браслет, – азартно проговорил инцарец и продиктовал их.

Я послушно нанёс данные на карту и обнаружил, что за один игровой сеанс до Старого Города не дойти. Значит, придется где-то ночевать.  А ведь мне еще надо скинуть трофеи и закупиться припасами. Кстати, где их здесь продают?

– Товарищ энергетик, – обратился я к инцарцу. – Где тут рынок?

Он быстро объяснил мне дорогу и сообщил, что я могу называть его Ишим. На этом мой диалог с квест-стартером закончился. Ему же ещё придется поговорить, только уже не со мной. Пока мы с ним общались, своей очереди дожидались пятеро игроков, выстроившихся за мной. И только я прекратил беседу с Ишимом, как они наперебой начали предлагать ему свои услуги. Тот отказываться не стал, ведь у него ещё осталось девять линеек заданий.

Я же торопливо направился к центру города, где и был рынок. Улицы оказались запружены игроками, которые приставали к местным. Те охотно раздавали им квесты. Мне приходилось лавировать среди существ и проявлять чудеса ловкости, дабы не поскользнуться в грязи и не растянуться на пузе.

А когда я вышел на рыночную площадь, то в ход пошли локти. Народа здесь было – хоть пруд пруди, а галдёж стоял до небес. Все что-то покупали и продавали, переходя от брезентовых палаток к лоткам, а от них к магазинам с развешенным на стенах товаром. Тут же сновали вёрткие дети, зазывающие к тем продавцам, которые платили им за рекламу.

Я быстро скинул свои трофеи мрачному человеку цыганской внешности, а затем на полученные очки сумел у высокомерного элийца увеличить ёмкость своей батареи на десять единиц. Ещё у меня хватило очков на покупку патронов и продовольствия. После этого я двинулся к городским воротам, держа в голове мысль, что мне нужно совершить ещё одно очень важное дело.

Глава 6

В нескольких метрах от городских ворот стояла цепочка будок, похожих на трансформаторные. Все они были опутаны толстыми кабелями, которые гудели от напряжения.  А чуть в стороне – высилась пятиметровая вышка с чем-то похожим на локатор. Жилые дома боязливо отодвинулись от этих устройств на пару десятков метров. А вот игроки бесстрашно входили в будки и выходили из них. Даже небольшая очередь образовалась. Я пристроился в конец той, которая выглядела короче, и стал ждать того момента, когда смогу войти.

Пока я ожидал, естественно, нашёлся тот, кто решил проскользнуть без очереди. Им оказался крепко сбитый зеленокожий меракец с наглым взором. Он прошёл мимо шеренги игроков и попытался проникнуть в будку, но ему тут же стали орать:

– Куда прёшь, скотина зелёная!

– Жди своей очереди!

– Имей совесть! – это уже корректно выкрикнул я, подумав, что можно хоть немного обратить на себя внимания.

Меракец остановился и демонстративно сжал кулаки. Никого его поведение не напугало. Наоборот – он искупался в ещё большем количестве оскорблений. Тогда игрок громко хмыкнул, не став лезть в инвентарь за оружием, которое мы все положили туда, как только оказались в городе, и утопал в конец дальней от нас очереди. Вслед ему неслось весёлое улюлюканье.  Наверное, за эти два дня это первый момент, когда столько игроков были единодушны в своем порыве.

Я сам крикнул несколько фраз, но не оскорбительного содержания, а скорее носящие рекомендательный характер. После этого на моих губах заиграла довольная ухмылка. Она стала ещё шире, когда я увидел, что скоро подойдёт моя очередь. Но тут мне стало не до улыбок. В моём направлении целенаправленно двигался широкоплечий, коренастый игрок. Какого хрена ему надо? Он несколько секунд назад отделился от соседней очереди и вот теперь подошёл ко мне. Похоже, что сейчас и выясню.

– Здарово, – прогудел участник шоу низким вибрирующим голосом.

Его лицо было скрыто шлемом, и оставались видны только блёклые людские глаза, которые оказались чуть меньше стандартных человеческих. А если судить по серой коже переносицы, то человеком он явно не был.

– Доброе утро, – проронил я совсем не добро. – Чего тебе?

– Ты не узнал меня? – удивился игрок, сделав шаг назад.

– Мама? – так же изумился я и даже всплеснул руками.

– Ах-ха-ха… – громко загоготал он.

Те, кто слышал наш диалог, тоже засмеялись. Я стал центром внимания очереди: ну, той её части, до которой доносились детали беседы. Тут же в воздухе появились камеры.

– Ты же Лазарь? – отсмеявшись, спросил игрок.

– Ага, – коротко бросил я, посмотрев по сторонам.

Люди стали шушукаться. Наверное, почти все из них смотрели вчерашний выпуск, посвящённый игре, и видели в нём меня.

– Так это ты в меня не стал стрелять в том лесу, – быстро произнёс игрок, а потом встретился со мной взглядом и добавил: – Почему?

– У меня есть свои мотивы, – напустил я тумана, чтобы стать ещё более загадочной личностью.

– Религия? – предположил кто-то.

– Струсил? – негромко донеслось откуда-то почти из конца очереди. Я сделал вид, что не услышал.

Игрок тем временем продолжил, поглядывая на меня:

– Ладно, не хочешь говорить – допытываться не буду. Я вот тут что подумал, раз уж мы почти друзья, то может на время заключим союз? Ну, если нам по заданию идти в одну и ту же сторону. Ведь эти пустоши опасное место. Вдвоём будет безопаснее.

– Мне в Старый Город, – немного поразмыслив, ответил я, отметя подозрения в возможной засаде.

– Отлично, – обрадовался он. – Мне чуть дальше. Меня, кстати, Билгар тут зовут.

– Ну, а как меня кличут ты уже знаешь, – пробурчал я, прикидывая, как отразится на моей популярности такой союз.

– А я Леголас! – вдруг раздался крик.

Я бросил взгляд на кричавшего и увидел игрока, который быстро приближался к нам.

– Возьмите меня с собой. Мне тоже в Старый Город. Обязуюсь быть хорошим спутником, – торопливо проговорил он, достигнув нашего дуэта. – Дойдём до назначенной точки, а уж потом снова будем ненавидеть друг друга. Как вам такая идея?

– А ты в спину не ударишь? – подозрительно спросил я, признав в нём элийца, несмотря на то, что он, как и все, был в шлеме.

Кстати, тоже упущение разработчиков: ведь никто не стал снимать шлем, хотя тут в городе можно обойтись без него. Просто в этом не было надобности, так как он не доставлял неудобств.

– Да брось ты,  – отмахнулся игрок, после чего весело добавил: – Если мне надо будет, то я потом найду, кого в спину ударить. Так что партнёры?

– Если что-то будет не так, то я тебя грохну, – угрожающе процедил Билгар, хрустнув бычьей шеей.

– Хорошо, – улыбнулся Леголас и подмигнул ему.

В этот миг настала моя очередь идти в будку. Я торопливо вошёл в неё и оказался перед зелёным монитором, вмонтированным в стену. Под ним расположилась пыльная клавиатура. Больше в будке ничего не было, если не считать спиральных трубок: одна из которых оказалась на потолке, а вторая – была утоплена в серый твёрдый материал, находящийся под ногами. Обе они неярко светились голубоватым светом. Я покосился на ту, которая была на потолке, а затем воспользовался клавиатурой и ввёл в устройство код своего браслета и ещё некоторые его параметры. Теперь я мог телепортироваться в эту кабинку с любого расстояния, но не чаще чем раз в двенадцать часов. Такое перемещение задумали, чтобы облегчить игроку обратную дорогу в город. Ну как облегчить… вовсе лишить её. Лично меня такой подход вполне устраивал.

«Привязавшись» к точке возврата, я вышел из будки и удивлённо распахнул глаза. Игроки яростно галдели и массово создавали стихийные союзы. Они собирались в группы по несколько людей, дабы безопаснее было идти в то или иное место. Конечно, игроки ставили во главу угла схожесть маршрутов, и не строили какие-то далекоидущие отношения, но желающих сплотиться хотя бы на такой основе оказалась очень много.

Я изумленно хмыкнул, подумав, что вот так Билгар нежданно-негаданно запустил механизм временно подставленного плеча. Вряд ли он сам предполагал, что вызовет такой эффект предложением объединиться со мной на время пути к Старому Городу. Я нашёл взглядом Билгара и убедился в правдивости своей догадки. Судя по его удивлённым глазам, которыми он хлопал, глядя на быстро находящих общий язык игроков, парень такого явно вообразить не мог. Леголас же, который стоял рядом с ним, менее изумлённо смотрел на охватившее людей волнение. Он скорее изучал их, словно учёный подопытных мышей.

Я подошёл к своим партнёрам и бросил:

– Вы уже «привязались»?

– Ага, – быстро ответил за обоих элиец, а потом иронично добавил: – Сейчас всем не до этого. Люди ищут с кем бы связать себя временными узами дружбы.  Вот только к нам никто что-то не подходит. Похоже, что мрачный вид Билгара никому не нравится.  Талитхяни, вообще, мало кому симпатичны, не то что мы – элийцы!

– Расист, – рыкнул крепыш, наградив его грозным взглядом. – Мало мы вам ввалили в той войне…

– Да кто кому ещё ввалил! – окрысился Леголас, насмешливо фыркнув.

Парни принялись азартно выяснять, кто кому навешал больше люлей в когда-то произошедшей войне между Элией и Талитхой.  Планеты сцепились из-за терраподобного спутника. Война оказалась короткой, но жестокой, и её результатом стало полное уничтожение спутника – так было написано в лоре по вселенной «Десяти Планет». Поэтому элийцы и талитхяни весьма недолюбливали друг друга, а если быть точнее, то между ними была «вражда».  К землянам же обе расы относились нейтрально.

Я покосился на всё больше распаляющихся ребят и отметил, что свои роли они отыгрывают замечательно. Как будто реально два представителя враждующих рас. Вот камеры бы их сняли – тогда вообще хорошие кадры получились бы.

В этот миг «всевидящие глаза» будто услышали мои мысли и тут же прилетели. Я мигом стал успокаивать спорщиков, рассудительно говоря, что не стоит ворошить былые обиды. Мои партнёры вскоре замолчали, и мы двинулись прочь из города.

Когда вышли из ворот, то ещё некоторое время двигались по зелёной зоне, а затем достали оружие. Каждый из нас в эту секунду подозрительно покосился на остальных. Не пальнёт ли хитрый лжец? Но нет, вроде бы каждый был готов соблюдать договорённости.

Я отметил, что Леголас оказался вооружён лазерной винтовкой с плохоньким прицелом. Видимо, он снайпер. А вот у Билгара был дробовик: такой с близкого расстояния быстро в клочья разнесёт. Талитхянин с подобной пушкой и силой удара явно тяготел к ближнему бою.

Как-то само собой на ум пришло, что разработчики AVK сделали две эти расы, словно нарочито не похожими друг на друга, да ещё и по лору столкнули их в войне. Будь сейчас на месте игроков неписи, то они бы уже могли сойтись в драке.  Эти же парни вполне себе слаженно двигались вперёд, внимательно глядя по сторонам. Ну да, отыгрыш – это, конечно, прекрасно, но никто не хотел из-за него погибать. Тут и так проблем хватает: другие игроки, мобы, радиация…

Я решил напомнить и заодно примерить на себя роль командира:

– Так, партнёры, в округе сейчас будет сновать множество других участников шоу. Держим ушки на макушке.

– Ага, – поддакнул Леголас, иногда прикладывая прицел к глазу. – Странно, что мы пока никого не встретили.

– Не сглазь, – буркнул Билгар, окинув его недружелюбным взором.

– Сам не сглазь, – мигом огрызнулся элиец.

– Так я молчал.

– Вот и молчи.

– Прекратить! – повысил я голос. – Говорить будем только по делу и никак иначе.

Оба промолчали, обменявшись испепеляющими взглядами, а затем снова вернулись к наблюдению за окружающим нас пейзажем, который предстал в виде всё той же каменистой равнины, изрезанной глубокими трещинами в метр шириной. Но иногда на равнине встречались небольшие скопления деревьев, высокие холмы, клочки жёлтой травы и воронки от бомбёжек, на дне которых блестела чёрная вода. Воздух был сухой и пах пылью. Он довольно часто бросал в визор целые пригоршни земли, усиливаясь на пару секунд.

В какой-то момент я отнял взгляд от равнины и посмотрел на небеса. В небе из-за плотного слоя серых облаков иногда показывалась крупная планета, занимающая одну пятую часть небосклона, – это была Элия (по лору вселенной «Десяти Планет») и непригодная для жизни планета Морея (по лору «Императора Галактики»). Чуть в стороне от неё светилось солнце. А вон там – не очень высоко над равниной кружили местные стервятники, похожие на сморщенных страусов, которым пересадили зубы от аллигаторов. Они целенаправленно летали по кругу над одним и тем же местом, а потом вдруг прыснули в разные стороны, когда с земли в них начали стрелять.

За холмом не было видно количества тех, кто решил погонять слишком уж обнаглевших птиц, но Леголас уверенно предположил:

– Их трое, как и нас. И, похоже, что они тупые – так себя выдать.

– Или очень умные. Может, в засаду заманивают, – не согласился талитхянин.

Они оба вопросительно посмотрели на меня, словно предлагая встать на сторону одного из них. Но мне однажды повезло побывать в Швейцарии, где меня научили нейтралитету, поэтому я сдвинул брови над переносицей, усиленно поморщил лоб, а затем мудро выдал:

– Обойдём.

– Великолепный манёвр, – чуть насмешливо бросил элиец, чем заслужил мой недовольный взгляд.

Похоже, что он занял место главного шутника. Жаль. Но мне всё равно как-то не с руки поливать их сарказмом, ведь я нежданно-негаданно стал лидером отряда. Главари вроде бы себя так не ведут.

В это мгновение земля под нашими ногами задрожала, а потом вспучилась и из неё выметнулась громадная серая голова, принадлежащая червю с огромной пастью, усеянной в несколько рядов острейшими зубами. Его башка была размером со взрослую корову. Когда она выскочила из-под земли, то во все стороны полетели комья каменно-твердой почвы. Несколько штук попали в меня и сняли один процент заряда батареи, а это, на секундочку, чуть больше десяти единиц энергии.

Благо, что никто из нас не растерялся, и мы торопливо принялись палить в чудище, параллельно отступая каждый в свою сторону. Пули вырывали из тела моба клочья толстой кожи, обнажая розовую плоть, скрывающуюся под ней.

Моб оглушительно заверещал, будто ему на яйца наступили, и принялся раскачиваться во все стороны, стремясь схватить пастью хоть кого-нибудь из нас. От его тела стали отлетать капли густой зелёной крови, которая оказалась ядовитой. Она попадала на землю и громко шипела. Каждое такое попадание в костюм снимало почти два процента заряда.

Вот если бы я оказался один против червя, то не смог бы ничего ему противопоставить, кроме веры в светлое будущее, хотя мы втроем-то не сильно докучаем подземной тварине. И я уже хотел трубить отступление, но заметил, что пыл червя стал ослабевать, и тогда выкрикнул совсем иное, нежели то, что хотел сказать первоначально:

– Поднажмём, ребята! Он уже вот-вот ласты склеит!

Леголас кивнул, быстро перезарядил винтовку, и стал активнее выпускать из её ствола красные чёрточки, которые в длину имели сантиметров десять. Они с негромким гудением вспарывали воздух и попадали в противника. Почти каждая такая «пуля» прожигала кожу и теряла мощь где-то внутри тела. Кровь после таких попаданий не выплёскивалась из ран, так как ткань прижигалась из-за высокой температуры «снаряда», поэтому брызг и не было. Вот только в воздухе повис ощутимый запах горелой плоти.

Билгар, глядя на напор элийца, подошёл чуть ли не вплотную к червю и рвал его тело из дробовика. Как раз выстрел талитхянина и стал последним. Моб протяжно взвыл и бездыханно повалился на землю, заливая её кровью. Нам всем мгновенно пришло неплохое количество очков, высчитанных из того урона, который каждый из нас нанёс противнику.

Билгар с тяжёлым вздохом проговорил, пнув труп ногой:

– Фух, кажись, я обосрался, когда эта жуть неожиданно выскочили из-под земли.

– Ой, да ладно, ты обгадился, как только вышел из города, – быстро проговорил элиец, явно гаденько усмехаясь под шлемом.

Ну, точно место главного шутника занято.

Прежде чем разгорелась очередная перепалка, я произнёс:

– Труп возьму себе. Потом поделим очки от его продажи. А сейчас нам надо сваливать. Мы не хило так пошумели.

Я быстро переместил мёртвого моба в безразмерный пространственный карман и почти побежал к ближайшему скоплению деревья, чтобы скорее убраться с открытой местности. Партнёры поскакали за мной.

Леголас догнал меня и на бегу твёрдо сказал:

– Надо через браслет друг друга в контакты добавить. Мало ли что…

– Как раз давно хотел это предложить, – отозвался я, доселе не ведая о такой функции браслета.

Оказалось, что она есть, и позволяла всё то же самое, что и мессенджер: слать сообщения, видео и совершать вызовы. Мы быстро добавили друг друга в контакты, достигнув деревьев, а затем пошли дальше.

Похоже, что наша крошечная команда всё больше сплачивается, но я не тешу себя ложными иллюзиями. Леголас вспомнил об этой функции «мессенджера» лишь для того, чтобы попробовать найти меня, если я кину их с делёжкой очков за труп «Мегачервя» – так его официально именовали в местном бестиарии.

Элиец и сейчас подозрительно косился на меня, словно ждал какой-то подлянки. Билгар в этом плане был попроще. Он шёл, тщательно сканируя взглядом холмистую местность, которая начала радовать нас большим разнообразием фауны: появился чахлый ковёр травы, испещрённый невзрачными цветками; вон там рос бледный кустарник, похожий на притаившегося паука; а деревьев становилось всё больше с каждым шагом.

Тут мне пришла в голову замечательная мысль: а не включить ли «мастера ядов»? Я как-то вскользь ознакомился с ним в том офисе на Земле, а вот сейчас есть хорошая возможность изучить его на практике.

Приняв такое решение, я пробежался пальцами по браслету, активировав специализацию. Она начала потреблять заряд батареи, а визор стал подсвечивать некоторые травы. «Мастер ядов» пока  был плохо прокачен, поэтому позволял идентифицировать лишь те ингредиенты, которые годились для самых слабых ядов. Но меня это не остановило от их сбора. Я иногда наклонялся и срывал те или иные травы, цветы или даже вырывал корешки. Происходило это не так часто, но партнёры предсказуемо заинтересовались.

– Чего это ты делаешь? – не выдержал первым Леголас.

– Травы собираю. Не видно, что ли? Флорист я. Тебе на букет. Вдруг на могилку надо будет…

– Ага, как же, флорист, – не поверил элиец. – Тогда я…

– Труп, – выдохнул Билгар.

– Сам ты труп! – воинственно пропыхтел снайпер.

– Да не ты, идиот. А вон труп!  – протараторил талитхянин, показывая рукой куда-то вперёд и чуть в сторону.

Я поспешно бросил туда взгляд и в наступивших сумерках увидел тело игрока в трусах. Это был инцарец – соплеменник моего нанимателя из города. Он лежал возле толстого ствола поваленного дерева, устремив остекленевший взгляд жёлтых глаз в небо. В его теле наличествовало несколько огнестрельных ран. Кровь ещё вытекала из них, собираясь в лужу, которая лениво впитывалась в почву.

– Недавно грохнули, – тихонько сказал я, выступив в роли капитана Очевидность.

– Тонкое наблюдение, командир, – тут же ехидно прошептал Леголас.

– Ага, – проронил Билгар, зачем-то ткнув мертвеца носком ботинка.

– Ты чего все трупы пинаешь? – не понял я, вспомнив то, что он и над мегачервем «издевался».

– А вдруг притворяется? – пожал плечами талитхянин и выглянул из-за ствола дерева. – Никого нет. Леголас, а ты не хочешь проявить хвалёную смелость элийцев и дойти в одиночку вон до того холма?

– Ищу дураков в другом месте, – прошипел он, а затем хитро глянул на меня и проговорил: – Обойдём?

– Хорошая мысль, – серьёзно выдал я и потопал в сторону, по дуге огибая предполагаемый маршрут убийц инцарца. Они ведь явно двигаются в Старый Город или в какую-нибудь точку, находящуюся на пути к нему.

Партнёры пошли за мной, не став возражать. Похоже, что они тоже были не из драчливых игроков, предпочитая избегать конфликтов. Но всё же сражение само нашло нас, а начиналось всё вот так… Мы уже несколько минут поднимались в темноте по склону крутого холма, идя по острым камням, а потом в какой-то момент до нас стали доноситься жуткие крики, мат и тонкий визг.

Я выдохнул, внимательно глядя на вершину:

– Ребята, похоже, что там фестиваль Нашествие.

– Или свадьба талитхян, – пошутил Леголас, покосившись на Билгара.

Тот наградил его презрительным взглядом и лишь покрепче сжал дробовик.

– Предлагаю посмотреть, что там творится, а то как-то вниз идти не очень охота, – проговорил я, прикинув потерю времени. К тому же существовала возможность разжиться очками. А если там на вершине холма мобы положат всех игроков, а мы их добьем?

– Я согласен, – пропыхтел Билгар и тяжеловесно потопал вперёд.

– А я просто любопытный, – бросил элиец и поспешил за игроком вместе со мной. – Вдруг нам повезёт и там свингер вечеринка?

Втроём мы осторожно достигли вершины и, вытянув шеи, стали смотреть, что на ней происходит. А там, среди высоких хвойных деревьев под светом звёзд и лун, шло сражение. Как я и предполагал: воевали игроки и мобы, представленные летучими мышами-переростками. Первых оказалось четверо, а вторых – штук тридцать. Похоже, что они гнездились на этих деревьях, а участники шоу спугнули их и теперь пожинали плоды своей неосторожности.  На земле уже лежало три трупа игроков. Значит, их изначально было семеро.

И тут я заметил, что люди сражались не только с летучими мышами, похожими на кабанов с крыльями, но и между собой. Кажись, здесь столкнулись две, а то и три группы игроков, никак не связанных друг с другом. Если бы они объединились, то, возможно, смогли бы дать отпор мобам. Ну а действуя порознь – игроки загнали себя в тяжелейшее положение. На данный момент им оставалось только бежать, спасая свои жизни. Этим они, собственно, и занялись, когда окончательно поняли, что их положение переросло в катастрофическое.

Четвёрка игроков, не сговариваясь, рванула в противоположную от нас сторону, стремясь скорее спуститься с холма. Все мобы поспешили за ними, шумно хлопая крыльями и яростно визжа.

Леголас торопливо выдохнул, глядя то на меня, то на удаляющихся участников шоу:

– Что будем делать?

– Хороший вопрос, – медленно ответил я и посмотрел на время, оставшееся до принудительного выхода из игры. Таймер отсчитывал последние пятнадцать минут. – Предлагаю заночевать прямо на этом великолепном ковре из опавших иголок, а предварительно обчистить трупы и забрать туши убитых мобов.

– Ты с ума сошёл? – удивился Билгар. – Мы же проснёмся, и нас тут же всех сожрут ещё тёпленькими!

Леголас же мигом понял мою логику и восторженно воскликнул

– Блестящая идея, командир!

Элиец побежал к трупам игроков. Я рванул за ним, параллельно объясняя не очень сообразительному талитхянину, который всё же поскакал следом за нами:

– Эти летающие твари, скорее всего, ночные существа.  Они же не просто так похожи на летучих мышей. Ты же сам видел, как они хорошо в темноте ориентируются. Вряд ли эти мобы и утром будут бодрствовать.

– Ну да, – неуверенно пробасил он. – А если всё-таки ты ошибся?

– Завтра узнаем, – отрезал я и склонился над трупом игрока-хедусца.

Быстро стянул с него броню, забрал пояс с боеприпасами и длинное оружие, похожее на трубу. Ручной миномёт, что ли? Я плохо разбирался в огнестреле, тем более что и оружие с планеты Хедус лишь отчасти было похоже на земное. Разработчикам ведь надо было создать иллюзию того, что оно инопланетное, даже если по всем боевым характеристикам эта труба аналогична какому-нибудь РМН (ручной миномет Наймана). Тут профи-то может не понять, что это за оружие такое на самом деле, а уж куда мне-то бывшему орку с топором.

В общем, я сунул все вещи хедусца в инвентарь, а потом стал отправлять туда туши мобов, пока их живые собраться гонялись за игроками. За этим занятием меня и застал накатывающий сон. Я только успел добрести до какой-то ямки между корней дерева и улечься в неё. Здесь-то меня и выкинуло из игры.

Глава 7

Я вылез из вирт-капсулы и поплёлся на кухню, где пообедал и накормил кота. Потом решил отправиться на станцию технического обслуживания, которую порекомендовал Петя. Мне примерно было известно, где она находится. Вроде бы на той дороге, которая вела в сторону леса, где кот учёный и русалки на ветвях сидят. Лес вокруг города реально был как из сказки: деревья высокие, трава по пояс, повсюду птички и мелкое зверьё.

Приняв такое решение, быстро оделся и спустился на первый этаж. Затем вышел из подъезда и сел за баранку. В салоне царила духота. Яркое солнце нагрело кузов так, что можно было спутать с сауной. Я завёл машину и с неудовольствием опять увидел чек.  Так и придётся тратить деньги на починку четырёхколёсного транспорта.

Тяжело вздохнув, погнал машину прочь из двора, открыв бюджетный кондиционер в виде бокового стекла. Освежающая струя воздуха, врезалась в успевший вспотеть лоб.  Я свернул на дорогу и поехал к окраине города. Людей вокруг практически не было. Все сидели по домам, изнывая от зноя. Денёк выдался самым жарким на моей памяти. Пока жил в Грязьгороде ничего подобного точно не наблюдал.  Надеюсь, сотрудники станции работают, а то вдруг они как испанцы – без сиесты не могут.

Тем временем я уже въехал в частный сектор и искал взглядом надпись СТО. Петя говорил, что там должен быть гараж возле одноэтажного бревенчатого домишки. Да, точно! Вон покосившийся забор с открытыми настежь воротами, от которых небольшой кусок асфальтированной земли вёл через двор прямиком к вместительному гаражу на две машины.

Возле забора лежали автомобильные кузова, а на самой территории – покрышки, глушители, канистры и так далее. Ещё там присутствовали два мужика. Они сидели в тени раскидистой яблони на автомобильных передних сиденьях, поставленных возле стола, вросшего ножками в землю, и азартно резались в карты. Оба были одеты в замусоленную старую одежду, густо покрытую масляными и прочими пятнами.

Надписи СТО я так и не увидел, но думаю, что не ошибусь, если скажу, что попал куда надо.

Мужики обратили внимание на моё авто и положили карты на стол. Я же въехал во двор и остановил машину возле ворот гаража, а потом вылез из неё и приподнято сказал:

– День добрый! Телегу мою почините? Мне Петя посоветовал сюда приехать. Ну, знаете такого с золотыми кудрями?

– Снаем, – протянул один из них тонким голосом, вставая с сиденья.

Он оказался худощавым желтолицым китайцем лет эдак сорока. Второй мужик тоже бал азиатом, только от первого он отличался тем, что являлся тучным алкоголиком со слезящимися глазами, упрятанными в набрякшие веки. Он громко причмокнул тонкими губами, словно почуял запах саке, а потом хрипло спросил низким пропитым голосом, практически без акцента:

– А деньги есть? Мы в долг не ремонтируем.

– Есть, – успокоил я его, широко улыбнувшись и думая о том, что зря послушал Петю. Надо было ехать к Гене. Там бы  с меня взяли больше, но точно бы всё починили нормально, а тут хрен его знает как выйдет. Авось хуже не сделают. Вся надежда на того китайца, который уже подошёл ко мне.

– Петровис,  – представился он и протянул руку.  – Какие проблемы с масиной?

Я пожал его узкую мозолистую ладонь и произнёс:

– Да вон что-то чек горит.

– Сейсас посмотрим, – выдохнул тот. – Ты иди пока в тенёк. Вова тебе цай холодный селеный принесёт.

Второй мужик услышал его слова и нехотя потопал в дом, с кряхтеньем переступая через грядки с помидорами.

– Хорошо, – бросил я, двинувшись под яблоню.

Достигнув её, брезгливо посмотрел на сиденье. Оно было столь грязным, что с трудом угадывался его первоначальный цвет. Всё же я поборол себя и уселся на него, достав из кармана телефон. Пахло под деревом яблоками, машинным маслом и землёй.

Первым делом я стал проверять свой основной аккаунт. Там уже было пятьдесят тысяч подписчиков. Губы сами собой растянулись в улыбке, грозящей разорвать рот. Пока всё шло по плану. Если так и дальше будет, то моя задумка удастся на все сто процентов.

Я принялся отвечать подписчикам в комментариях, а потом нашёл в интернете несколько кадров из «Императора Галактики», на которых был запечатлён Лазарь. И тут же запостил их.

В это время ко мне подошёл Вова, который хрипел так, словно одышка родилась раньше него. Он поставил на стол рядом с игральными картами прозрачный бокал с чаем слабого зелёного цвета и проговорил, обдав перегаром:

– Приятного чаепития.

После чего ушёл помогать коллеге, где они вместе стали чинить автомобиль. Я же взял бокал в руку и посмотрел на чай. На поверхности плавали подозрительные маслянистые разводы. Из-за жары уже пересохло горло, но пить этот напиток меня что-то совсем не тянуло. Я украдкой вылил немного под ноги, а затем поставил бокал на стол. Вдруг всё-таки жажда победит. А отлил я немного потому, что решил не огорчать хозяев. Пусть думают, что несколько глотком всё-таки отправились по моему пищеводу.

После этого я снова погрузился в социальные сети. Да так хорошо нырнул в них, что когда вынырнул, солнце уже садилось за горизонт, а азиаты шли ко мне за расчётом. Они-то и заставили меня отвлечься от телефона. Тот, которого звали Петрович, сообщил, что устранил все неполадки и назвал цену, хитро посмотрев на меня. Я рассчитывал на меньшую сумму, но на СТО Гены с меня бы взяли больше, так что без торга отдал деньги, а потом сел за руль и отправился домой. Автомобиль больше никак не жаловался на то, что у него где-то что-то болит.  Настроение поднялось ещё больше. Хотелось поделиться своей радостью с сестрой. Я уже стал набирать её номер, как вдруг на обочине заметил полицейский «бобик», возле  которого стоял хмурый сержант Козлов.   Он тоже увидел меня и торопливо выбежал на дорогу, преграждая путь. Я еле успел нажать на тормоза, серьёзно подумав, что полицейский решил распрощаться с жизнью. Видимо, совсем устал бедолага. Но нет, его мотивация носила иной характер.

Козлов быстро подошёл к водительской двери и проговорил, пользуясь тем, что стекло было опущено:

– Дарова, Столица. Не буду ходить вокруг да около. Нашей мили… полиции нужна твоя помощь.

– Какая же? – искренне удивился я, даже забыв поздороваться.

– Отвези меня к заброшенной церкви, – выдохнул он, вытирая шею грязным носовым платком.

– Помолиться на ночь решили? Что-то нехорошее завтра грядёт? Переаттестация? Без божьей помощи никак?

– Ты зубы-то не скаль. Там парнишку пропавшего давеча видели. Надо срочно туда ехать, а моя машина сдохла. Её бы стоило пристрелить, чтобы не мучилась, да новую что-то из центра не дают, – проговорил он, просительно заглядывая мне в глаза.

– А вы мне потом разрешите пьяным за рулём ездить? Или хотя бы травку на подоконнике растить?

– Завязывай со своими шуточками, – нахмурился Козлов, а потом добавил, повысив голос: – Отвезёшь или нет?!

– Ну как нашей доблестной полиции не помочь, – тяжело выдохнул я. – Она же нас бережёт.

– Вот-вот, – проронил сержант, назидательно устремив в небо палец. – Подожди секундочку.

Он быстро сбегал в свой «бобик», после чего сел в мою машину и показал флешку.

– Вставляйте, – разрешил я, пожав плечами. – Блатняк?

– Вот из-за таких шуток вас столичных и не любят, – пробурчал Козлов, а затем вставил флешку в разъём и из динамиков полились старые советские шлягеры и что-то подобное из нового времени.

– Куда ехать-то? Я же не знаю, где тут у вас заброшенные церкви.

– Разворачивайся. В лесу она, за городом. Километров тридцать до неё.

– Ого, – присвистнул я, уже пожалев, что согласился.

– Езжай-езжай. Благое дело делаем, – подбодрил полицейский, проведя рукой по блестящей лысине. – И фары включи. Темно уже.

Я нарочито тяжело выдохнул и развернул машину, после чего поехал прочь из города, не забыв включить фары. Две струи жёлтого света принялись освещать кочковатую асфальтированную дорогу, изобилующую ямами.

Пока ехали сумерки сгустились до состояния темноты, а потом мы забрались в бескрайний лес. Тут и вовсе наступил почти непроглядный мрак. Даже фары с трудом разгоняли его. Зато воздух наполнился запахами деревьев и перегноя. Где-то насмешливо заухал филин, а насекомые ринулись на свет фар.

Я сбросил скорость и повёл автомобиль по узкой дороге, над которой нависали переплетённые ветви.  Небо вообще не было видно. Мы двигались, словно в тоннеле, где под колёсами трещали веточки, а из динамиков лилась песня о дубах-колдунах.

– Далеко ещё? – почему-то прошептал я, хмуря брови.

– Нет. Вот тут на развилке, а потом ещё немного, – ответил Козлов, который нервно ёрзал на сиденье.

– А как тут церковь-то оказалась? – удивился я. – Город-то вон там.

– Да ей лет как говну мамонта. Церковь эту ещё при царе Горохе поставили староверы. Здесь у них и деревенька была. Там до сих пор стоят два дома. Мальчишки в них лазают. А намедни мне шепнули, будто бы там бабка какая-то поселилась.

– А разве за столько лет дома в труху не превратились? – не поверил я. – Или они из кирпичей строили?

– Нет, из брёвен, но каким-то хитрым составом их обрабатывали, – произнёс сержант, напряжённо глядя вперёд. – В нашей округе об этих домах и церкви столько всяких легенд ходит. Даже говорят, что сатанисты там собираются.

– И мы, значит, на ночь глядя туда едем? – выдавил я, сглотнув вдруг ставшую вязкой слюну.

– Да ты не бойся, Столица, у меня «макар» с собой есть, – покровительственно усмехнулся полицейский, похлопав по кобуре, а потом торопливо заголосил, став тыкать пальцем в сторону леса: – Вон туда смотри! За этими деревьями должна быть деревенька. Эх, ни черта не видно!

– А чего этот пропащий тут забыл? Он же богатенький сынок, – протянул я, поглядев в темноту. Ну, вроде бы какие-то очертания домов есть, но это, скорее всего, воображение дорисовывает.

– Уже знаешь, кто его отец? Петя разболтал? Ладно, не отвечай, – помрачнел Козлов, а затем неожиданно поделился: – Если не найдём его, то всех уволят. Меня так точно. Ведь на моей территории его видели в последний раз. А оно мне надо? На пенсию уже скоро, а меня из полиции попрут. Вот и разрабатываю малейшие зацепки.

– Ясно, – коротко проронил я, в душе немного пожалев полицейского.

– Всё. Тут тормози. Дальше дороги нет. Там мостик через овражек, – произнёс сержант и вышел из машины. – Тьфу, прямо в грязь встал.

Я тоже покинул автомобиль, ведомый любопытством. Аккуратно преодолел лужу и на всякий случай включил сигнализацию, а то вдруг какой-нибудь лось-лихач угонит. Потом врубил фонарик, встроенный в телефон, и потопал за Козловым, который уверенно двигался вперёд.

Мы прошли совсем немного и наткнулись на уже упомянутый полицейским мостик. Он был сделан из железа, которое успело заметно прогнить. Благо, что овражек был неглубоким, и даже если рухнуть в него, то максимум можно было ногу вывихнешь.  Но нам посчастливилось преодолеть мостик без происшествий, хотя он угрожающе скрипел и немного раскачивался. Дальше мы оказались на пяточке, лишённом деревьев, а перед нами выросла старинная церковь, собранная из брёвен, поросших зелёным мхом. Её покосившийся купол венчал стальной крест, который блестел в холодном свете луны. Пустые оконные проёмы мрачно взирали на нас. А рассохшиеся ступени вели к приоткрытой двери.  Рядом валялись перила и черепица с крыши. Блестели осколки стекла. Мне стало жутковато, но я не отказал себе в удовольствие сделать селфи на фоне церкви. Ещё хотел попросить Козлова сфотографировать меня возле неё, но глянув на его суровый, собранный вид, решил этого не делать.

Вдруг полицейский предупредил, строго посмотрев на меня:

– Под ноги смотри, а то я однажды руку в двух местах сломал.

– А в каких именно местах? Вряд ли я в такие хожу, – пошутил я, совсем не испытывая веселья.

– Похоже, что ты неисправим, – покачал головой сержант и двинулся к церкви, но ему было не суждено с первого раза добраться до неё. Нога полицейского зацепилась за какой-то корешок и он, нелепо взмахнув руками, упал на пузо.

Я непроизвольно прыснул в кулак, а потом насмешливо выдохнул:

– Товарищ Козлов, прекращайте играть в лежачего полицейского и давайте уже проверим церковь.

– Я просто отдохнуть прилёг, набраться сил. Не мальчик чай уже, – попытался пошутить он, после чего принял вертикальное положение и пошёл к ступеням, посматривая под ноги.

Я двинулся за ним, стараясь не отставать от вооружённого человека. Мало ли что может произойти в этом лесу?

Козлов взошёл по ступеням, которые отчаянно трещали под его весом, а затем, поднатужившись, распахнул дверь церкви, и вошёл внутрь. Я же тенью следовал за ним, чуть ли не дыша в лысый затылок, который блестел не хуже, чем крест.

Внутри церкви оказалось пусто и грязно. Весь пол был покрыт толстым слоем земли, прелых листьев и всё теми же осколками стёкол.  Возле дальней стены стояло двухметровое распятие. На потолочных балках висели железные люстры, похожие на колёса телеги. Они уже давно проржавели и грозились вот-вот рухнуть нам на головы, как и сам церковный купол. В нём было столько дыр, сквозь которые внутрь проникали лучи лунного света, что было непонятно, как он ещё держится. Наверное, с божьей помощью.

Полицейский осторожно пошёл к дверному проёму, темнеющему возле распятия, и проговорил:

– Какой тяжёлый здесь воздух. Дышится с трудом.

– Согласен. А в столице – ещё тяжелее, – произнёс я, покрывшись мурашками. – Товарищ сержант, если доверять всем тем фильмам ужасов, которые мне доводилось смотреть, то с нами здесь случится нечто ужасное.

– Бред, – отмахнулся смелый Козлов.

– Надеюсь, – прошептал я и подошёл к окну.

Выглянул наружу и увидел ту сторону леса, которая была сбоку от церкви. Там раскинулось небольшое поле покосившихся крестов, огороженных забором из кованых решёток.

Я шумно сглотнул и прошептал, тыча пальцем в сторону находки:

– Товарищ Козлов, это что там такое?

– Старый погост, – буркнул он, а потом ехидно усмехнулся и добавил: – Разве я тебе не говорил?

– Нет! – резко выдохнул я, пытаясь выглядеть не слишком напуганным.

– Ну, наверное, просто не хотел тебе надоедать, – усмехнулся хитрый полицейский. – Это же всего лишь мертвецы, закопанные в землю многие десятки лет назад. А то, что слух ходит, будто они поднимаются из могил, так это просто бабкины сказки. Местные жители ведь всего пару раз замечали, что иногда земля на этих могилах рыхлая, словно её перекапывали.

– Вы прекращайте свои шутки, – сдавленно произнёс я, торопливо отойдя от окна и присоединившись к полицейскому.

– Какие шутки? Люда так говорят. Я просто пересказываю. Если хочешь, то возвращайся в машину. Я сейчас ещё вон в том помещении посмотрю, а потом в подвал спущусь и если не найду Олега, то вернусь, – серьёзно заявил Козлов, после чего посмотрел на распятие и осенил себя крестным знамением.

– Да я уж как-нибудь с вами, – произнёс я и тоже перекрестился, от волнения перепутав  то плечо, с которого начинают православные. Пришлось повторять заново: только теперь по всем канонам религии.

– Хорошо хоть вспомнил, как надо креститься, – неожиданно раздался сильный, глубокий голос, идущий откуда-то из темноты.

– Твою мать!!! – истошно заорал я, вздрогнув всем телом и, по-моему, поседев.

Побелевший лицом Козлов выдал набор нечленораздельных слов, перемежаемых крепким матом, и полез трясущейся рукой за пистолетом.

В этот миг из дверного проёма, ведущего в соседнее помещение, вышел высокий седовласый человек в чёрной рясе. Его глубоко упрятанные в череп глаза, смотрели на нас со спокойным любопытством. Он обладал шикарной белой-белой бородой, которая спускалась до середины груди, и острым, ястребиным носом, нависающим над серыми, плотно сомкнутыми губами. Длинные волосы старика были перехвачены красной лентой, а высокие скулы отчётливо выступали на измождённом лице, покрытом сетью мелких морщин.

Сержант, справившись с испугом, проблеял, держа руку недалеко от кобуры:

– Гражданин, вы кто такой? Как здесь оказались? И что тут делаете? Вы сатанист?

– Боже упаси, – выдохнул пришелец, осенив себя крестным знамением и блеснув серебряным кольцом на пальце. – Я отец Леонтий. Тут недалече с сыном живу. Иногда прихожу в эту церковь, дабы прибраться немного. Грешно в таком запустение держать святое место.

– А ничего, что уже почти ночь на дворе? – подозрительно осведомился я, всё ещё ощущая, как дрожат поджилки.

– А чем ночь хуже дня? – спросил старик, мягко улыбнувшись.

– Не видно же ни хрена… – протараторил полицейский и осекся, приложив ладонь ко рту. – Ой, простите, батюшка. Нельзя же здесь выражаться.

– Nemo sine vitiis est,  – сурово выдал на латыни Леонтий, сдвинув лохматые брови, похожие на толстых гусениц, покрытых длинными волосками. – Откажись от сладкого на неделю и будешь прощён.

– Так точно! – гаркнул Козлов, резко выпрямив спину,  а затем шёпотом спросил у меня: – Чего батюшка сказал-то? Это английский? Ты же в столице жил. Должен знать языки.

– Ага, жил, и пару раз чуть не сдох, – тихонько проговорил я с затаённой горечью. – Это он на латыни произнёс. Я немножко знаю её.

– Так чего он хотел-то?

– Говорит, вертел я тебя пузатый… ладно, шучу, расслабься. Он сказал, что никто не лишён пороков, – усмехнувшись, перевёл я, после чего громко спросил у батюшки, который не обращал внимания на наше шушуканье: – А вы тут молодого парня не видели? Рожа у него такая толстая, противная.

– Нет, не видал. Давно сюда никто не захаживал, – ответствовал тот, степенно погладив бороду.

– Эх, – сразу сдулся полицейский, печально опустив плечи. – Зря, значит, ехали.

– Не зря! – громыхнул Леонтий, полыхнув глазами. – Вы в церкви побывали!

– Это верно, это верно, – зачастил сержант, мрачно  надув щёки. – Меня, кстати, Николай зовут.

– А я Роб.

– Раньше тебя нигде не мог видеть? – вдруг спросил батюшка, изучая мою физиономию пристальным взглядом. – Глаза у тебя знакомые.

– Нет, – отмахнулся я, чуть улыбнувшись. – Совершенно точно нет.

Козлов покосился на меня, а потом грустно промычал, переживая о своём:

– Поехали мы тогда восвояси, отец Леонтий. Может, вас подвезти куда-нибудь?

– Кхем-кхем, – предупреждающе покашлял я в кулак. Сейчас вот старик зарядит какую-нибудь деревню, до которой ехать ещё час, и вези его, а время уже и так много.

– В Грязьгород мне надо, – проговорил батюшка, чем вызвал мой облегчённый вздох. Ну, так можно. Место в машине есть. Авось ещё и освятит её, чтобы не ломалась. Хотя, может быть, она наоборот – сгинет со смрадным запахом.  Чую это четырёхколёсное «чудо техники» было создано при непосредственном участии Сатаны. Больше ничем я не могу объяснить то, что от этой машины больше горя, чем пользы.

Тем временем Козлов обрадованно проронил:

– Тогда поедемте, отец Леонтий.

– Идите, дети мои, я вас догоню, – сказал старик и скрылся в соседнем помещении.

Я пожал плечами и направился к выходу. Страх, нагоняемый этим местом, уже прошёл. Полицейский двинулся за мной, грузно топая ботинками.

Мы вышли из церкви, и он внимательно посмотрел на полную луну, тяжело вздыхая.

Я вкрадчиво прошептал, проследив направление взгляда полицейского:

– Так и тянет обернуться, товарищ в погонах?

– Я честно выполняю свой долг, – проворчал он, наградив меня уничижительным взором.  – И твои намёки на оборотня в погонах не применимы ко мне.

– Честный полицейский? – притворно изумился я, вскинув брови. – А мне казалось, что это миф.

– А мне говорили, что в столице у всех зарплата под полтинник… Значит, теперь всему верить? – вскинулся Козлов, остро зыркнув на меня.

– Кстати, по поводу веры… А чего батюшка в город-то собрался? Он же откуда-то отсюда.

– К родственникам? – здраво предположил сержант, почесав ногтем висок. – Автобус редко ходит по этим местам, вот и решил воспользоваться. А может, к коллегам своим задумал нагрянуть. Опытом обменяться.

– Козлов, а ты его раньше ведь не видел? – спросил я, незаметно перейдя на «ты».

– Нет, – предсказуемо ответил тот, отрицательно покачав головой.

– А что если он специально нас выгнал, а сам сейчас пошёл закапывать труп Олега, которого собственноручно замочил?

– Ох-х-х, – выдохнул сержант, словно его ударили под дых.

Глаза Козлова стали почти прямоугольными, а брови взметнулись на середину лба.

– Да ладно, бред это, – успокоил я полицейского. – Сериалов насмотрелся, вот и лезут в голову дурацкие мысли.

– А может, и не такие дурацкие… – проронил он и обернулся, явно думая: вернуться или нет?

Тут из церкви вышел отец Леонтий. Сержант первым делом взглянул на его руки, будто пытался найти на них землю, а потом подозрительно поинтересовался, не отыскав оную на коже старика:

– А что вы, батюшка, сейчас в церкви-то делали?

– Подвал запирал, – просто ответил тот, пожав плечами. – Где машина-то?

– Там, за мостиком, – бросил я, насмешливо косясь на Козлова.

Полицейский пожевал губы, испытывающе посматривая на отца Леонтия, а затем пошёл к машине. Похоже, что он со старика снял все обвинения или хотя бы часть из них.

Мы двинулись за Козловым. Быстро преодолели мостик, который и на этот раз выдержал нас, а потом подошли к машине. Здесь я вытащил ключи, выключил сигнализацию и сел за руль. Сержант, прежде чем сам забрался в «приору» открыл дверь старику, после чего захлопнул её и примостился на переднее пассажирское сиденье.

Все были готовы ехать в город, кроме машины. Она почему-то не хотела заводиться, словно почуяла святого отца и решила притвориться мёртвой. Конечно, на самом деле тут и в помине никакой мистики не было. Скорее всего, это просто азиаты накосячили, но как бы там ни было, а транспорт натужно кряхтел и с места двигаться не желал, намекая, что у нас большие проблемы. Ведь за окном лес, над головой – ночь, а город – в десятках километрах от нас.

Глава 8

– Писец, – подвёл я печальный итог. – Машинке слишком сильно понравилось на природе, и она не хочет отсюда уезжать.

– А я хочу, – рыкнул сержант, вылезая из авто. – Открывай капот и иди сюда, посвети мне.

– Хорошо, – бросил я и последовал за Козловым.

Мы подняли капот, после чего полицейский стал руководить операцией по реанимации машины. Я послушно выполнял все его команды. Работа закипела, но вскоре наш дуэт понял, что все усилия напрасны. «Приора» так и не захотела домой.

Я зло ударил ногой по обшарпанному бамперу и выдохнул:

– Вся надежда на отца Леонтия.

– Думаешь, что он разбирается в автомобилях лучше, чем я? – удивился сержант, вытирая перепачканные смазкой руки об траву.

– Вряд ли. Но он может попробовать договорится с Ним, – усмехнулся я и показал на небо. – Без Его помощи мы домой пешком пойдём. Тут даже связи нет.

– Не юродствуй, – нахмурился Козлов, громко сплюнув в сторону зарослей, а потом вдруг просипел: – Столица, там, по-моему, кто-то есть.

– Заяц? Волк? – уточнил я, поглядев в темноту леса. – Если попадёшь в него из своего «маузера», то поужинаем.

– Если попаду в него, то получу статью Уголовного кодекса Российской Федерации,  – прохрипел сержант, даже присев от избытка внимательности. – Эй, кто там? Выходи! Не тронем мы тебя. Я полицейский!

– А если там бандит какой-то? – тихонько сказал я, тоже заметив между деревьев человеческую фигуру, бредущую по тропинке.

– Олег, ты?! – с надеждой крикнул Козлов, дрожа от волнения.

Но нет – из леса вышел совсем не Олег. Этот одноглазый мужик со всклокоченными волосами и спутанной бородой больше всего походил на средних лет бомжа. Его одежда полностью подтверждала мою догадку. На нём была рваная фуфайка нараспашку, под которой оказалась грязная тельняшка. Ещё бомж мог похвастаться зелёными штанами-галифе и кирзовыми сапогами.

– Ты кто такой? – разочарованно спросил сержант, почесав макушку.

– Лёха я, начальник. Такие вещи знать надо, – весело прохрипел мужик, щербато улыбнувшись.

У него отсутствовала часть зубов, а опухшая рожа цветом напоминала свёклу. Черты лица пришельца расплылись под грузом алкоголя, из-за чего единственный глаз превратился в узенькую щёлочку, а нос стал напоминать бесформенную картошку. Он громко сопел, втягивая ноздрями воздух. Похоже, что у него деформированная носовая перегородка. Да ещё вон и левое ухо сломано. Короче, жизнь бомжа совсем не щадила.

– А ты Олега там не видел? – продолжил задавать «умные» вопросы Козлов.

– Нет, я вообще никого в лесу не заметил, пока от деревни шёл, – отрицательно покачал головой Лёха. – А вы чего тут стоите? Застряли?

– Нет, блин, машину решили искупать в целебной грязи, – саркастично прошипел я. – Ты, кстати, не автомеханик?

– Ну, могу кое-чего, – прохрипел Лёха, залихватски улыбнувшись. – А вы меня потом до города не довезёте, ежели починю?

– И этот туда же, – пробурчал я, а потом ткнул пальцем в салон автомобиля и проговорил: – У нас уже есть пассажир…

В этот миг бомж увидел отца Леонтия. Его глаз расширился от непонятных мне чувств. Я даже на секунду подумал, что он испугался батюшку.

–… Но если починишь машину, то мы тебя довезём, – закончил за меня полицейский.

– Лады, – радостно согласился Лёха, немного подумав, а затем заглянул под капот.

Я навис над бомжом со спины, не слыша от него никакой вони. Он вообще никак не пах. Чистоплотный какой. Меня это удивило, а ещё больше изумило то, что заброшенная церковь оказалась какой-то слишком людной. Ладно, священник – с ним всё понятно, но откуда и куда шёл бомж? А, вообще-то, он же говорил, что из деревни. Но вот куда? Я незамедлительно задал ему этот вопрос.

– Лёха, а ты куда ночью-то идёшь?

– В соседнюю деревню, – ответил он, увлечённо ковыряясь в моторе. – Там самогонка дешевле.

– А, ну да, это серьёзно, – проронил я, согласно покивав. – А работаешь где?

– Дык на электростанции. Тут она недалече.

– Так, теперь ясно, почему у нас постоянно свет выключается, – понятливо прошептал я себе под нос, а затем громко добавил: – А в город тебе, зачем так резко понадобилось?

– Родственник у меня там живёт, – сказал мужик, потрогав небольшую золотую серьгу в ухе. – Навещу его раз выпала такая возможность.

– Да отстань ты уже от него! – прикрикнул на меня полицейский. – Не мешай человеку работать! Куда да зачем! Ты чего как мент себя ведёшь?

– А я уж всё, – радостно проронил Лёха, уверенно закрывая капот. – Заводи, начальник.

– Иди, – бросил мне Козлов, кивнув головой на водительское сиденье.

Я торопливо прыгнул за баранку и «приора» ожила. Бомж довольно ухмыльнулся. Полицейский счастливо заулыбался, а отец Леонтий прошептал:

– Cum deo, – что означало «с Богом».

– Батюшка, а вы откуда так хорошо латынь знаете? – поинтересовался я,  радостно улыбаясь, пока бомж и полицейский садились в машину.

– Учил, – буркнул тот, недобро покосившись на Лёху, который прижался к двери и старался быть как можно дальше от старика.

– Ну, всё, поехали-поехали, – поторопил меня Козлов. – У меня дома жена и дети волнуются. Погнали.

Я кивнул, внезапно почувствовав легкую головную боль, после чего сдал назад, развернул автомобиль и поехал по той лесной дороге, которая вела к трассе. Настроение у меня было приподнятым, так что в голову мигом прилетела весёлая мысль. А ведь состав людей, находящихся в «приоре», очень напоминает начало какого-нибудь анекдота… Поехали как-то раз в лес бомж, полицейский, батюшка и геймер… Я весело улыбнулся собственным мыслям, и в этот момент заметил трепещущий свет между деревьев, растущих справа от дороги. Огонёк становился то ярче, то бледнее, и горел там, где была деревенька староверов, о которой мне сегодня рассказывал полицейский.

Козлов тоже заметил свет и удивлённо выдохнул:

– Гляди-ка, и правда, кто-то поселился.

– А там электричество разве есть? – изумлённо спросил я, глядя на огонёк.

– Да это ж от свечей и очага, – насмешливо произнёс сержант. – Эх, Столица. Настоящей жизни ты ещё не видал.

– Возможно, – сумрачно бросил я, а потом посмотрел в зеркало заднего вида на молчащую парочку пассажиров и спросил у них: – Господа, а вы не знаете, кто там живёт?

Оба отрицательно помотали головами, обменявшись молниеносными взглядами.

Полицейский уверенно проронил:

– Да я уже говорил, что там бабка какая-то полоумная завелась. Мнит себя ведьмой или ведуньей, а может и гадалкой. К ней вроде бы даже некоторые окрестные бабы начали  ходить за советом, – тут Козлов поглядел на Леонтия и добавил: – Вы бы, батюшка, взяли эту бесовщину на контроль. Не по-христиански это.

– Правду молвишь, правду, – важно покивал старик, погладив бороду.

На этом беседа закончилась и воцарилась тишина, нарушаемая лишь пыхтением двигателя и сопением Лёхи.

Вскоре наш автомобиль выбрался из леса, а потом "приора" допрыгала по ухабам до трассы и помчалась в Грязьгород. Мы быстро достигли его, не встретив по дороге никаких приключений и не заведя хоть сколько-нибудь интересных разговоров.

Уже в самом городе первым мы высадили Лёху. Он попросил остановить машину недалеко от завода, на котором работал Пётр. Одноглазый поблагодарил нас и  утопал в темноту. Дальше по просьбе Леонтия мы доехали до местного небольшого храма, где и он покинул машину.

Батюшка тоже поблагодарил нас и добавил вот такую фразу:

– Рrotinus te videre.

После чего зашагал к обветшалому зданию с отваливающейся штукатуркой.

Сержант поинтересовался:

– Чего он сказал-то?

– Как обычно… вертел я этого пузатого… – хохотнул я, а затем серьёзно добавил: – Да хрен его знает. Мне не настолько известна латынь, чтобы понимать каждое выражение.

– Ясно, – бросил Козлов, не обидевшись на «пузатого». – Отвези-ка меня домой.

– Есть, товарищ сержант, – усмехнулся я и нажал на педаль газа.

Полицейский достал телефон и позвонил домочадцам, дабы успокоить встревоженную жену. После короткого диалога, произошедшего между ними, она что-то стала ему бурно втолковывать, а он бледнеть лицом.

Когда Козлов прервал звонок, то я не смог сдержать любопытства и спросил:

– Что произошло-то? У тебя такая физиономия, словно жена купила платье стоимостью в три твои зарплаты.

– Соседа волки загрызли, – выдохнул он, посмотрев на меня ошарашенными глазами. – Весь бок в фарш превратили, а жрать не стали. Спугнул, наверное, кто-нибудь.

– И часто так у вас? – выдавил я, передёрнув плечами.

– Пару лет назад было, но то зимой, а летом-то им жратвы в лесу хватает, – проговорил полицейский, мелко тряся головой. – Уму непостижимо. Ведь даже не рядом с лесом его задрали, а почти что в центре города. Короче, Столица, ночью лучше не броди в одиночестве, а то мало ли что. Даже в магазин на машине добирайся, если уж совсем невтерпёж стало в тёмное время суток.

– Хороший совет, – проронил я, нахмурив брови, а потом вспомнил: – Слушай, а как там твой «бобик»? Не угонят его.

– Не, – уверенно отмахнулся полицейский. – Все знают, кому он принадлежит, и не станут трогать.

– Это хорошо.

– Так, возле этого двора тормози, – торопливо произнёс Козлов, показывая на кирпичный одноэтажный дом за справным деревянным забором, выкрашенным зелёной краской.

Я остановил автомобиль. Залаяли собаки. Сержант пожал мне руку, а потом вышел из машины, попутно покрикивая на псов, а затем вдруг обернулся и сказал:

– Ты это, Роб, нормальный парень.

После чего открыл калитку и исчез за забором.

Я же усмехнулся и поехал домой. Мой путь был недолог и благополучен. Уже через полтора десятка минут, я очутился на кухне в обществе Флинта, очень позднего ужина и ноутбука. А в спальне посапывала Машка, которая даже не проснулась от моего проникновения в квартиру. Похоже, что она совсем не сторожевая девушка.

Пока хлебал суп, успел посмотреть запись второго выпуска «Императора Галактики».  Я опять попал в эфир. В программе оказался момент, где мне довелось разговаривать с Билгаром, когда я отвечал, почему не стрелял в него.  Потом шли кадры стихийного объединения игроков на группы. Тут уж в центре внимания оказался сам Билгар. Дальше в выпуске никто из нас больше не мелькал. А под конец я узнал, что во второй день погибло семьсот одиннадцать участников и осталось в живых восемь тысяч семьсот восемьдесят девять.

Просмотрев выпуск, я на несколько минут открыл свой аккаунт и едва не заорал от радости, хотя надо бы уже привыкнуть. Там было восемьдесят тысяч подписчиков! Мои глаза загорелись огнём ликования, а воздух стал с шумом покидать грудь. Я с трудом утихомирил разбушевавшиеся эмоции, напоминая себе, что мне завтра надо быть свеженьким огурчиком,  а не варёной колбасой. Только благодаря такой мантре, забрался в постель и смог уснуть.

Ночь прошла без происшествий, а утром я имел серьёзный разговор с Машкой, которая обвиняла меня в том, что мне плевать на неё и наши отношения, так как я даже не удосужился предупредить её о том, что где-то задержусь до глубокой ночи. Мне пришлось состроить немного виноватую физиономию и в красках рассказать ей о моей неоценимой помощи местному триумвирату: полицейскому, простому деревенскому жителю и представителю религии. Девушка внимательно выслушала меня, бросая недоверчивые взгляды, а потом всё-таки скупо похвалила и утопала на практику. Я же подумал, что надо будет ей сделать какой-нибудь подарок: не шубу, конечно, но шерстяные носки. Шучу. Цветов куплю.

После разговора с девушкой я направился на кухню, где поел и покормил кота, а затем, немного волнуясь, залез в вирт-капсулу. А вдруг те летающие твари ещё и днём бодрствуют? Тогда меня ждёт эпический провал.

Вот я открыл глаза в виртуальной вселенной и тут же лихорадочно посмотрел на крону дерева, между корней которого лежал.  Там на ветвях гроздьями висели те самые мобы. Они тихонько повизгивали во сне, но просыпаться вроде бы не думали.

Я легонько выдохнул от облегчения, а затем осторожно поднялся на ноги и огляделся. Чуть в стороне из-за большого валуна показался настороженный Леголас, а в паре метров от него – на земле распластался Билгар. Он тревожно смотрел на деревья.

Элиец насмешливо прошептал, глядя на него:

– Штаны проверь, а то вдруг ночью бубенцы  отгрызли.

– Не думаю, что они могут оттяпать крепкую сталь, – проворчал тот, вставая на ноги, после чего нашёл меня взглядом и тихонько сказал: – Ну, Лазарь, молодец. Всё вышло именно так, как ты и предполагал.

– Ага, – коротко проронил я, двинувшись по тропинке в сторону спуска с холма. Партнёры осторожно последовали за мной, внимательно глядя на мобов. – Теперь бы только не разбудить их, а то жопу-то они нам надерут.

– Для этого говорить надо меньше, – мудро выдал талитхянин. – Хорошо, что среди нас нет девушек. Они много болтают.

– А знаешь, почему женский пол говорит в два раза больше, чем мужской? – задал вопрос Леголас, а затем, не дожидаясь ответа, сам же выпалил, еле сдерживая смех: – Потому что у них две пары губ.

– Девушек нет, зато есть говорливый элиец, – хмуро бросил Билгар, наградив его презрительным взглядом. – Лучше бы помолчал, раз тебе повезло идти в нашем обществе.

– Ой, ну началось, – прошипел снайпер, закатив глаза. – После вчерашнего выпуска «Императора Галактики» звезду поймал? Бери лучше пример с Лазаря: идёт, как воды в рот набрал.

– Заткнулись оба, – люто прошипел я, заметив, как встревожились мобы. – Не дай бог они проснутся…

Игроки виновато замолчали, поглядывая на врагов, висящих вниз головами. После этого парни больше не разговаривали. Мы в тишине осторожно двинулись по тропинке, устланной древесными иглами.  Некоторые ветви висели так низко, что приходилось пригибаться до земли, чтобы не потревожить их, а то мало ли что. Вдруг мобы чуют даже незначительные колебания, например, как пауки, которые прекрасно улавливают малейшие движения своей паутины? Так что лучше соблюдать предельную осторожность.

Благо, что вершина холма оказалась весьма скромной площади и вскоре мы уже начали спускаться. Тут пейзаж поменялся. Равнину окутала туманная дымка, которая скрывала деревья и воронки. Из неё торчали лишь холмы. Если кто-нибудь смог бы посмотреть с высоты птичьего полёта, то увидел бы белесую завесу с зелёными кочками-холмами.

Тот склон, по которому мы сейчас шли, оказался покрыт множество жёлтых от времени костей. Все они были начисто обглоданы.

Леголас протянул, глядя на них:

– Мда-а-а-а, вот это тут трупов… Даже у меня на заднем дворе меньше тел талитхян.

– Какой же мерзкий ты тип, – пробурчал Билгар, громко скрипнув зубами. – В тебе из положительного – только резус-фактор.

– Да, я такой, – довольно пропел элиец, а потом глянул в прицел и пробормотал: – Этот туман всё скрывает не хуже маскировочной сети. Я, кстати, хотел однажды купить такую, но не нашёл. Ну, поняли шутку?

– Поняли,  – бросил я, задумчиво хмуря брови. – Что-то нигде не видно вчерашних беглецов.

– Ага, – поддакнул крепыш, уже немного скрытый дымкой.  – Похоже, что они таки ушли от мобов.

– И бродят где-то здесь, – многозначительно проронил я, обратив внимание, что в низине радиация стала активнее, а туман – гуще. А пахло здесь полевыми травами, которые появились под ногами.

– Далеко не отходим друг от друга, – произнёс талитхянин, поглядывая по сторонам и видя лишь молочную завесу.

– Ёж-и-и-и-к… – тихонько протянул Леголас, принявшись махать рукой в тумане. – Лошадка-а-а-а…

– Заткнись-ка-а-а-а… – в тон ему прохрипел я, устав от его выходок.

Билгар одобрительно хрюкнул, после чего вдруг насторожился, глянув куда-то вправо. Похоже, он опять что-то заметил. Подобная наблюдательность талитхянина наводила на мысль, что у него есть какие-то способности, заточенные на внимательность.

Он в этот миг проговорил, ткнув стволом дробовика в сторону силуэта, похожего на остов грузовика:

– Давайте-ка проверим, что там такое.

– Пошли, – быстро согласился я, подумав, что Билгар ещё ни разу зря не каркнул.

Леголас молча потопал за нами, хмуро поглядывая на меня. Похоже, что его уязвили мои грубоватые слова. Да и пошёл он на три весёлые буквы. Задрал уже Билгара. Зря мы его вообще с собой взяли. Того и гляди, говорливость элийца встанет нам боком.

Тем временем мы подошли к силуэту, который действительно оказался транспортом похожим на грузовик с четырьмя мостами. Колёса были наполовину утоплены в почву, все стёкла выбиты, а кабина имела следы от попадания пуль.

Билгар уверенно открыл водительскую дверь и обнаружил сиденье, на котором лежал полуразложившийся труп в истлевших лохмотьях. Он оказался похож на человека, но в покатом лбу имелась третья глазница, а кости были чуть толще  людских. Ещё отличались зубы. Они оказались крупными, звериными. Плоть же мёртвого тела имела чёрный оттенок.

Рядом с трупом валялась пыльная аптечка. Талитхянин торопливо влез в кабину и отправил её в инвентарь.

Леголас жадно посмотрел на улов Билгара и полез в кузов. Талитхянин же выбрался из грузовика и доверительно шепнул мне:

– Нет там ничего.

Я насмешливо хмыкнул, после чего хотел сверить маршрут с картой, но обнаружил, что она не подаёт признаков жизни, словно сломавшийся навигатор. Похоже, что туман негативно воздействовал на неё и вырубил.

Мой мозг быстро осознал все последствия выхода из строя карты, и меня слегка пробрало – ведь потеряться в этой дымке как два пальца об асфальт. Я тут же поведал о своём открытии Билгару. Тот ойкнул и попытался воспользоваться своей картой, но результат был тем же самым, что и у меня. Маленькие глазки парня тревожно замерцали.

Тогда я крикнул элийцу:

– Давай быстрее! Надо уходить отсюда, пока ещё дорогу до города помним! Карты перестали работать!

– Твою мать! Сейчас! – откликнулся он.

Внезапно тишину нарушили какие-то шорохи, идущие из дымки позади нашего отряда. Они стали стремительно приближаться к нам, будто мы вспугнули стадо животных.

– Вот и докричались, – мрачно заметил Билгар, громко сглотнув.

– Что? – не понял Леголас, выглянув из-за борта.

– Валим, ребята, валим, – лихорадочно бросил я, не став дожидаться тех, кто издавал звуки, и побежал в туман, оставляя шорохи по правому боку.

– А туда ломанулись-то?! – воскликнул элиец, который мигом выпрыгнул из кузова и уже поравнялся с нами.

– Ага, – уверенно выдохнул я.

Наша троица принялась со всех ног улепётывать от приближающихся звуков. Их становилось всё больше и больше. Казалось, что к погоне присоединялись новые участники, заинтересовавшиеся нашими тушками.

Леголас просипел на бегу, грациозно перепрыгнув неглубокую яму:

– Вот будет смеха, если за нами гонятся всего лишь какие-нибудь безобидные полевые мышки.

– Ты сам-то в это веришь? – бросил я, косо глянув на него, и чуть не врезался в дерево, которое возникло из тумана. – Кто станет селить в шоу полевых мышей? За нами явно какие-то монстры гонятся, которые безжалостнее, чем моя бывшая. Хотя… может и перегнул чуток.  Я ещё не встречал никого, кто был бы безжалостнее неё.

– А даже если и мыши, то они величиной с тот грузовик, – пропыхтел Билгар, быстро-быстро перебирая коротенькими кривыми ножками.

Дробовик он повесил на шею, чтобы сподручнее было мчаться по равнине. Глядя на него, я видел, что раса талитхян в плане бега уступает как землянам, так и элийцам. Поэтому наши преследователи догонят Билгара быстрее всех. Парень прекрасно это понимал, но отчаянно храбрился. Даже позволил себе шутку, выйдя из образа:

– Эй! Вы какого хера так быстро бежите?! Ямайцы, что ли?!

Я непроизвольно хихикнул, а потом обернулся и увидел то, что уже набило оскомину в различных фильмах. Вот не могли придумать что-нибудь новенькое? За нами неслись десятки зомби, которые когда-то были сородичами того трехглазого трупа из грузовика. Правда, эти выглядели ещё ужаснее, но в то же самое время – весьма банально. У них оказались высохшие до состояния  мумий тела, одетые в грязные рваные тряпки, которые даже собаке в будку было бы стыдно постелить. А также у преследователей имелись налитые кровью буркалы, которые горели лютой злобой. Тот глаз, что был во лбу, ничем не отличался от тех, которые располагались на привычных местах. Он так же моргал и сверлил нас жадным взглядом зверя, увидевшего добычу. Ещё у некоторых зомби на головах развевались клочки безжизненных серых волос, а во рту наличествовали редкие чёрные зубы, которые из-за усохших десен ещё больше напоминали звериные.

В этот миг Билгар тоже решил глянуть, что там творится позади, и увидел преследователей.

– Твою мать! – выдохнул он, припустив пуще прежнего, но всё равно недостаточно быстро для того, чтобы оторваться от погони. – Какого хрена они такие шустрые?! За нами гонится сборная по бегу?! Лучше не подходите! Я владею всеми боевыми искусствами на свете!

– Их штук сорок, а нас трое! – включился Леголас, который вырвался вперёд. – Не честно как-то! Если дойдёт до драки, то нам придётся орудовать только ногами, чтобы уровнять шансы!

– Да пошёл ты в жопу со своими шутками, гад! – не выдержал Билгар, принявшись поливать элийца оскорблениями. – Урод длинноногий! Сволочь! Я так хотел подольше поиграть!

Неожиданно глаза талитхянина решительно блеснули, словно ему в голову пришла какая-то мысль. Он резко сдёрнул с шеи дробовик и, почти не целясь, выстрелил в ноги Леголаса. Броня не дала причинить тому серьёзного урона, но от падения не спасла. Элиец кубарем покатился по траве, отчаянно визжа. Его поддержали зомби, которые громко зарычали, хотя до этого преследовали нас молча. Я же ошалело посмотрел на Билгара, а тот мрачно на меня…

Глава 9

Мой палец сам потянулся к спусковому крючку, доверяя глазам, которые видели направленное на меня дуло дробовика, но я всё же не стал стрелять, а рухнул на землю. Раздался выстрел и заряд пронёсся над тем место, где мне суждено было бы оказаться через мгновение, если бы продолжил бежать.

– Прощайте! – насмешливо бросил Билгар, улепётывая в туман. – Приятного аппетита!

Он больше не стал стрелять, решив не тратить время. Игрок добился своей цели. Зомби были уже рядом с нами. Убежать мы не могли, а мне бы даже невидимость не помогла, активируй я ее. Вряд ли бы зомби застыли в растерянности. Они бы обязательно нашли меня.

Тогда я заорал, видя, как вскакивает на ноги Леголас:

– На дерево! На дерево!

Чуть в стороне от нас росло могучее раскидистое дерево с опалённой до середины ствола корой. Элиец мигом бросился к нему и стал ловко взбираться. Я ринулся за ним. Нижняя ветка располагалась на высоте двух метров, и мне пришлось подпрыгнуть, чтобы ухватиться за неё. Потом я подтянулся, оседлал её, а затем полез к верхушке.

Леголас судорожно выдохнул, глянув вниз:

– Думаешь, хорошая была идея?

– А другой всё равно не было, – проворчал я, усевшись на ветку и прислонившись к стволу.

Элиец устроился чуть выше и принялся проклинать Билгара:

– Вот ведь мелкая тварь! Злобный коротышка! Урод! Так нас предать! Да и чувства юмора у него никогда не было!

– А ты на его месте как бы поступил? – невесело произнёс я, обратив внимание, что некоторые зомби пробежали мимо нашего дерева, а другие стали собираться под ним. – Если полезут, то будем стрелять, а пока бережём патроны. Вдруг у них ума не хватит забраться к нам.

– Я бы как поступил? – переспросил Леголас, держа двумя руками винтовку.

– Ага.

– Ну, вообще-то, сложный вопрос, – ушёл он от ответа. – На досуге как-нибудь подумаю.

Я криво усмехнулся, а затем зло процедил, увидев, что мобы облепили ствол дерева и стали взбираться по нему, цепляясь пальцами за кору:

– Кое-что в их гнилых головах ещё осталось. Твои зомби по правую руку от меня, а мои – по левую. Поехали.

– Гранату бы, – мечтательно протянул Леголас и принялся пускать в противников лазерные заряды.

Я же открыл стрельбу из автомата. Пули густо полетели в зомби, прошивая их насквозь. В ноздри через систему очистки воздуха попал запах пороха и разложения. Враги принялись истошно выть, напоминая волков. Некоторые из них не смогли удержаться на дереве под автоматным огнём и попадали вниз. Но там они вскакивали на ноги и снова пытались забраться к нам.

Обычное огнестрельное оружие не сильно помогало в борьбе с зомби. Даже попадания в голову не всегда останавливали их. Только если пуля на куски разваливала череп или выдирала весь затылок вместе со сгнившим мозгом  – тогда они прекращали подавать признаки псевдожизни, затихая на земле в луже серо-кровавой кашице, живописно расплескавшейся по зелёной траве.

А вот лазер Леголаса показал себя намного лучше.  Он не просто прожигал зомби, но и частенько заставлял загораться их тряпки, а то и сами сморщенные тела. Так несколько противников превратились в живые факелы, которые бестолково метались возле дерева и душераздирающе выли.  Иногда они сталкивались друг с другом и принимались драться, совсем обезумев от огня, жадно пожирающего их тела.

В какой-то миг Леголас довольно выдохнул:

– Зажигательная вечеринка!

Но несмотря на все наши успехи, врагов оставалось ещё около десятка, а пули и заряды винтовки уже были на исходе. И вскоре мне пришлось встретить зомби врукопашную: ну как врукопашную, скорее, – в ногопашную. Я убрал автомат в инвентарь, покрепче схватился руками за толстую ветку и принялся хреначить ботинками по мерзким рожам с оскаленными пастями. Во все стороны полетели крупные зубы, капли чёрной крови и лоскуты серой кожи.

Через пару десятков секунд ко мне присоединился Леголас, не став отсиживаться наверху. Вдвоём мы быстрее отправляли противников в короткий полёт. Те падали с высоты около четырёх метров, а потом снова взбирались на дерево, хотя некоторые из них ломали кости и разбивали головы. Но всё же таким образом наш дуэт вывел из строя ещё троицу противников, а затем случилось нечто любопытное… нам пришли на помощь! В оставшихся зомби из тумана полетели стрелы! Да, самые настоящие стрелы, будто там засел индеец! Только какие-то неказистые и со странными наконечниками, сделанными из всяких подручных материалов. Они не сильно-то вредили трёхглазым, но посланные в нужные части тела, лишали зомби возможности двигать конечностями.  Например, стрела пробившая колено вон того хмыря с жидкой бородой похожей на лишайник, заставила его ногу перестать функционировать. Он рухнул с дерева, после чего стал ползать в траве, пытаясь подняться, но каждый раз падал из-за того, что травмированная конечность подламывалась.

И вот так спустя какой-то непродолжительный отрезок времени невидимый в тумане лучник при нашей непосредственной поддержке вывел из игры всех трёхглазых. Они не погибли, но навредить уже не могли. Зомби рычали возле корней дерева, не имея никакой возможности подняться на ноги.

Я начал осторожно спускаться, готовый в любой момент увернуться от стрелы неожиданного помощника, если он вдруг захочет и нас завалить, но атаки не последовало. Мне удалось вполне благополучно достигнуть земли, где я стал добивать врагов, наступая им на черепа. Они сочно трескались и разлетались на несколько частей, напоминая перезревшие арбузы. От них щедро летели серо-чёрные брызги, состоящие из крови и мозгов. Они густо запачкали мою обувь.

Управившись с зомби, я получил за них очки, а потом выпрямился и поглядел в ту сторону, откуда ранее летели стрелы. Завеса тумана прятала от меня лучника. Да ещё и сумерки стали накрывать мир. Там ли спаситель или уже свалил? Что им вообще движет? Ну у меня, конечно, есть мыслишка по поводу его мотивации, но тогда ему пора бы выйти к нам и начать диалог.

Вдруг рядом со мной с мягким хлопком приземлился Леголас, который предусмотрительно задержался на дереве, а теперь расхрабрился, увидев, что меня никто не атакует.

– Как ты думаешь, кто это? – взволнованно спросил он, держа в руках винтовку.

– Робин Гуд? Купидон? – насмешливо бросил я, усмехаясь под шлемом.

– Я Мара, – донёсся до нас женский голос.

Из тумана вышла девушка в такой же, как у нас броне, только в передней части были две хорошие такие выпуклости. В руках она держала лук с натянутой на тетиву стрелой. Грубый железный наконечник смотрел на Леголаса.

Тот возмущённо прошипел:

– А чего в меня-то целишься? Я белый и пушистый.

– То-то ты винтовку в руках держишь, – желчно процедила девица, после чего высокопарно заявила: – Я спасла вас!

– Да мы бы сами справились, но всё равно спасибо за помощь, – тактично проговорил я, уже понимая, что ей от нас нужно. – Ты хочешь объединиться?

– А ты догадливый, – похвалила она холодным голосом. – Ты ведь Лазарь?

– Имею честь им быть, – произнёс я, изобразив дурашливый поклон. – Если ты не против, то погнали вон в ту сторону? Где-то здесь ещё бродят зомби. У меня нет желания  с ними встречаться, а у тебя?

– И у меня, – буркнула Мара.

Она опустила лук, затем собрала уцелевшие стрелы, и двинулась в том направление, которое я указал.

– Откуда у тебя такое оружие? – полюбопытствовал Леголас, когда мы потопали одной настороженной командой.

– Сама сделала. Как и стрелы, – неохотно сказала девушка, больше следя за нами, чем за обстановкой.

– Специализация, – уверенно выдал я и покосился на её лицо.

Некоторая часть физиономии Мары виднелась через визор, позволяя рассмотреть малую толику её внешности. Веки девушки имели длинные зелёные ресницы, а глаза оказались чуть больше человеческих и с расширенными зрачками, словно она всегда чего-то ужасно боялась. Кожа нежданной спасительницы так же была немного зеленоватой. К сожалению,  больше мне ничего не удалось рассмотреть, но всё же я понял, что она с планеты Сирма, которая была известна своими бескрайними лесами.

Леголас тем временем поинтересовался:

– А тут как оказалась? Одна шла?

– Нет. Из города нас вышло трое, – сухо проронила Мара, не слишком-то охотно идя на контакт. – Мы сумели дойти до вершины холма, где сцепились с другими участниками шоу, а потом на нас напали какие-то летающие звери. В итоге – к глубокой ночи от всех групп в живых остались только четыре человека. Мы сумели убежать от мобов, а утром решили объединиться, но спустя несколько часов переругались и разделились.

– Хорошо хоть мирно разошлись, а то нас вообще один хрен чуть не угробил, – злобно процедил элиец, а потом его пальцы заплясали над браслетом. – Сейчас я ему пару ласковых напишу. Лазарь, от тебя что-нибудь добавить?

– Шут с ним, – махнул я рукой. – Нам бы быстрее выбраться из этого тумана. Солнце скоро уже совсем сядет.

Вокруг нас действительно стало заметно темнее, а туманная дымка даже не думала развеиваться. Похоже, что она здесь перманентно.

Девушка на всякий случай уточнила:

– У вас ведь тоже карты не работают?

– Ага, – кивнул я, пока элиец увлечённо строчил талитхянину. – Леголас, ты бы прекращал. Мы так-то далеко не в безопасности.

– Ладно, – фыркнул он, отняв пальцы от браслета. – Этот уродец всё равно даже не читает мои сообщения, полные правды и изобличения. Все ведь знали, что Билгара занесли в книгу рекордом Десяти Планет за то, что у него самый маленький член? Очень надеюсь, что этот чёрт где-нибудь сдох, но лучше бы сперва мои перлы прочитал, а уж потом сдох.

– Это ведь тот самый Билгар, который первым предложил объединяться? – спросила Мара, обходя глубокую яму, на дне которой лежал неразорвавшийся снаряд.

– Именно, – яростно выдохнул элиец, который никак не мог успокоиться. От него буквально исходили волны гнева.

– Иронично вышло, – грустно заметила девушка. – А у вас кто получается лидер? Лазарь?

– Да, – бросил Леголас, но тут же добавил, будто оправдываясь: – Просто у него моя кошка в заложниках, вот и приходится подчиняться.

– Весёлый он парень, да? – спросила у меня Мара, качнув головой на элийца.

– Ага. Не соскучишься, – бросил я. – Но лучше бы нам всем закрыть рты, а то опять на кого-нибудь нарвёмся.

Спутники понятливо замолчали. А я включил режим ночного видения, так как  уже с трудом различал их фигуры, скрытые туманом и темнотой. Но лучше стало лишь чуть-чуть. Какой-то совсем охреневший туман. Благо, что мы оказались не очень далеко от его границы. Нам пришлось поплутать всего пару десятков минут, шарахаясь от всего, что казалось опасным, прежде чем мы выбрались из тумана. Тут все вздохнули с некоторым облегчением, когда вдали увидели смутные очертания руин, раскинувшихся  на нескольких холмах. Там мигали огоньки, которые, скорее всего, принадлежали кострам. Под ногами же был ковёр из трав и цветов, а чуть в стороне – просёлочная дорога. Деревья здесь росли не так густо, как в низине, так что прятаться тут можно было только в воронках и в некоторых складках местности.

Мара проговорила, глянув на начавшую функционировать карту:

– А мы до какой точки вместе пойдём?

– А тебе куда? – спросил я у неё, определив с помощью браслета, что руины – это и есть Старый Город.

– Вот сюда, – показала она пульсирующую точку на карте.

– Хм… – задумчиво проговорил я, увидев, что её цель находится совсем рядом с ратушей, подвал которой мне так нужен. – Можем вместе туда пойти, а потом уж разделимся. А тебе куда, Леголас?

Он сделал шаг и навис над браслетом Мары, посмотрел на карту девушки, а потом чуть расстроенно произнёс:

– Блин, мне в другую часть города. Похоже, что сегодня заночуем вместе, а утром разбежимся.

– Не, давайте сперва утречком всей троицей нагрянем к местным мутантам, а потом разойдёмся, – предложил я, сведя брови над переносицей: – Идея мне самому не очень нравится, но вот  в этом районе у них есть базар. Там опасно и шанс нарваться на неприятности высок, но если повезёт, то купим за очки боеприпасы.  Вы как на это смотрите?

– Хорошая мысль. Жаль не я её предложил, – одобрил элиец, залихватски подмигнув. – Но проблем реально можем там огрести.

– Ну, а ты чего думаешь, Мара? У тебя у единственной есть хоть какое-то оружие помимо ножа. Будешь так рисковать или попробуешь стрелами всех положить? – без насмешки спросил я, переведя взор на девушку.

Та пожала плечами и проронила:

– Рискну. Луком много не навоюешь. Я сама читала об этом базаре и хотела туда попасть.

– А мы, оказывается, все втроём думаем одинаково, – повеселел Леголас, после чего предложил девушке: – Давай я тебя в друзья добавлю? Если выживем, то потом можем опять объединиться.

– Ладно, – согласилась девушка, флегматично хмыкнув.

Парень добавил её в контакты, а затем и я проделал ровно то же самое. Теперь пришла пора двигаться дальше. Наше трио стало осторожно красться к руинам, внимательно глядя по сторонам. Тут ведь должны быть и другие игроки. Возможно, они сохранили больше боеприпасов, чем мы. Не хотелось бы с ними встречаться. У нас ведь только ножи. Ну у Мары есть лук со стрелами, но это тоже не бог весть какое оружие.

Пока двигались к городу, я иногда срывал цветы и прочую растительность, подсвеченную «мастером ядов». Леголас тут же насмешливо поведал нашей новой спутнице, что я флорист, а потом добавил, что он не верит этому от слова совсем. Мара промолчала, а затем вдруг вскинула лук и выпустила стрелу. Она со свистом вспорола воздух и исчезла в зарослях, похожих на громадные лопухи. Оттуда раздался недовольный рык, заставивший нас резко остановиться. Из кустов выскочил дальний родственник волка, посаженного на гормон роста. В его боку торчало древко стрелы. Кровь лениво стекала по коже и капала на траву. Зверь в холке оказался мне по грудь, а его мышцам позавидовал бы любой бодибилдер. Они рельефно выделялись под лишённой шерсти коричневой кожей.

Леголас проблеял:

– Вот что бывает, когда злоупотребляешь препаратами – облысение.

– Молчи, – едва слышно прошипел я, не сводя  лихорадочно взора с волка.

Тот припал мордой к земле и оскалил внушительные клыки, блеснувшие в лучах луны. Его остроконечные уши прижались к продолговатому черепу, а затем он резко прыгнул на Мару, сбив её с ног. Та истошно завизжала. Я бросился ей на помощь. Мой нож по самую рукоятку вонзился в спину зверя. Он протяжно взвыл, запрокинув башку к небесам, а потом схватил за предплечье элийца, который стоял так, словно его тело превратилось в камень, и мотнул головой, отправляя Леголаса в короткий полёт. Тот беззвучно улетел в кусты, будто до конца исполнял мой приказ молчать.

Мара в это время воспользовалась тем, что зверь отвлёкся на других противников, и выползла из-под его туши. Я же вытащил нож и снова засадил клинок в тело волка: только теперь попал аккуратно между рёбер. Тот взвыл хлеще прежнего, после чего дёрнулся, вырывая крепкую сталь из своей туши, а затем отпрыгнул, громогласно взвыв.

Из ран зверя густо хлыстала горячая кровь, но он не собирался убегать или уж тем более подыхать.  Похоже, что волк лишь раззадорился. Он стремительно присел на задние лапы, а затем оттолкнулся и выстрелил своё тело в мою сторону.  Всё происходило настолько быстро, что я даже мяукнуть не успел, как животное оказалось на мне, а я – на спине. Волк вцепился в мою ключицу и начал яростно мотать головой, пытаясь отделить её от моей тушки. Передней лапой он намертво прижал меня к земле. Благо, что чудесный костюм пока справлялся, хотя заряд батареи стремительно иссякал и призрак смерти уже занёс надо мной острейшую косу. Но я не сдавался: та рука, в которой был зажат нож, оказалась свободна, и мне иногда удавалось воткнуть клинок в тело врага. Тот каждый раз взвизгивал, но только сильнее сжимал челюсти. Кстати, боль от его действий напоминала неприятную щекотку, а вот эффект оказался чрезвычайно разрушительным. Энергия в батареи стремительно опускалась и уже почти достигла нуля. Скоро волк прокусит костюм, а потом в ход пойдёт моё бренное тело. Неприятный холодок пробежал вдоль спины. Неужели это конец моей гениальной идеи? Вот так среди лопухов меня загрызёт волк-мутант? Нет! Не хочу!

А эта тварь лысая продолжает трепать меня, словно куклу. И откуда у животного столько силы?! Весь бок зверя был залит кровью и напоминал решето, ведь моя рука с клинком не бездействовала, несмотря на тяжёлое положение, а он всё не подыхал. Удивительная живучесть! К тому же Мара тоже активно атаковала волка. Правда, сейчас она уже не могла помочь, потому что пыталась нащупать стрелу за спиной, но колчан был пуст. Оставался только Леголас, но он всё никак не показывался из кустов. Наверное, чёртов трус уже убежал или отсиживается в безопасности! Элиец оказался ненамного лучше Билгара!

И вот наступил роковой момент… Зверь в очередной раз яростно мотнул башкой, после чего внутри шлема запиликал предупреждающий сигнал, возвещающий о том, что целостность брони вот-вот будет нарушена.  Я, находясь на грани паники, опять воткнул нож в упругое горячее тело, а потом случайно встретился взглядом с налитыми кровью жёлтыми глазами животного.

Было бессмысленно надеяться, что цифровой персонаж откажется от заложенного в него алгоритма и отпустит уже почти побеждённую жертву, но я всем сердцем пожелал, чтобы он остановился и не убивал меня. Всё моё естество выплеснулось в этой беззвучной молитве, отразившейся в моём взоре, устремлённом точно в глаза зверя. Наверное, происходи всё это в реальном мире, то мне бы не удалось испытать более сильного накала эмоций. Ведь я ещё не достиг своей цели! Того, что имею на данный момент не хватит для возвращения на шелковые простыни и покупки золотого унитаза!

В эту секунд совершенно неожиданно прозвучал разъярённый голос Мары:

– Да чего ты лежишь под ним, тряпка?! Сделай уже что-нибудь!

Вдруг волк внезапно прекратил сжимать челюсти. Он будто окаменел. Его глаза продолжали пылать, словно два злых красных уголька, но животное больше не двигалось, замерев надо мной. Я же, несмотря на потрясение, пронзившее меня, продолжал судорожно орудовать клинком, втыкая его в тело врага. И вот зверь пошатнулся и завалился на бок, придавив мне левую ногу.

Тут из кустов выскочил Леголас и яростно заорал:

– Ага! Получай!

Парень храбро бросился на мёртвую тушу волка и стал торопливо втыкать в неё нож.

– Да он мёртв! – воскликнула Мара, расширенными глазами глядя на меня и всё ещё тяжело дыша, словно ярость до сих пор обуревала её.

– Повезло ему. Немного я не успел, – пробурчал элиец, отстраняясь от зверя. – Я бы этой шавке так накостылял!

– Ага, накостылял бы, – иронично проворчал я, бессильно лёжа в луже волчьей крови. У меня даже не было сил злиться на хитрозадого Леголаса. Зато остались кое-какие крохи на любопытство. – Мара, а ты чего так разозлилась-то? Что-то из детства?

– Ненавижу глядеть на беспомощных мужчин, – прорычала она, принявшись вытаскивать стрелы из трупа волка. Его спина напоминала аналогичную часть тела дикобраза. Вдруг девушка добавила, покачав головой: – Ну и повезло же тебе, Лазарь, что зверь в какой-то момент сломался.

– Да? – изумился элиец, вскинув брови. – А я думал, что здесь такого не бывает. Тогда реально фартануло! А что конкретно произошло-то?

– Завис он,– проговорил я, оправив тушу в инвентарь.

– Интересно, а много ли очков за эту зверину лысую дадут после продажи? – с намёком проговорил снайпер, мигом позабыв о моей фантастической удаче.

– На троих поделим, – решил я, глядя на девушку, которая засунула последнюю стрелу в колчан. – Леголасу ведь тоже досталось.

– Ага! Меня так сильно об дерево приложило! – поддакнул он, сделав жалобные глаза, а потом напомнил, глянув на браслет: – Нас уже скоро сон сморит. Ещё немного пройдём или тут заночуем?

–У Лазаря заряд батареи должен быть практически исчерпан. Если кто-то атакует его, то он точно не выживет, – проговорила Мара, обеспокоенно поглядывая на меня. – Надо обождать минуты три, а уж потом идти.

Я обратил внимание, что взгляд Леголаса  стал задумчиво-расчетливым, а затем он медленно проронил, словно не до конца был уверен в том, что говорит:

– Ладно, подождём.

– Спасибо, друзья, – благодарно проронил я, начав очищать костюм от волчьей крови и исподтишка поглядывая на спутников.

Никто из них не стал атаковать меня, пользуясь тем, что моя батарея была почти пуста. А вскоре, когда энергия достигла отметки в восемьдесят процентов, мы потопали к Старому Городу.

Нам удалось продвинуться не так уж и далеко из-за того, что приходилось идти крайне осторожно. Всё же руины стали заметно ближе. Я уже отчётливо мог видеть языки пламени, пляшущие на разнообразной древесине, сложенной в огромный костёр. Возле него мелькали крупные силуэты, принадлежащие, скорее всего, мутантам. Леголас глянул на них через прицел и подтвердил мою догадку. На этот момент мы и заночевали на дне глубокой воронки в паре сотен метров от Старого Города.

Глава 10

Я вылез из капсулы, всё ещё не веря своей удаче. Это же надо было так совпасть, что зверь сломался именно в тот момент, когда мне оставался всего один удар до цифровой гибели! Наверное, лучше из дома сегодня не стану выходить, а то за подобным везением обычно следует жестокий провал. Пожалуй, что так и сделаю, а уж завтра прошвырнусь по городу – выходной же будет. Я же честно уже отпахал три дня в «Императоре Галактики». Можно будет расслабиться. Петю позову, а потом вместе пропустим по бутылочке пива. Кстати, надо бы узнать, что он завтра делает. Я взял со стола мобильник и двинулся в кухню, на ходу вызывая абонента. И тут вдруг кто-то возник в дверном проёме.

– Твою мать! – воскликнул я, схватившись за сердце и выпустив из рук гаджет, который упал на паркет. – Напугала до чёртиков! Надо отобрать у тебя ключи!

– Какой же ты всё-таки грубиян, – процедила Машка, щеголяя в лёгком домашнем халатике.

– А чего ты пугаешь? – бросил я, подняв мобильник. Тот вроде бы не пострадал. – Могла бы записку возле вирт-капсулы оставить, а то нельзя же так с живым человеком…

–… С живым трусливым человеком, – желчно поправила девушка, испепеляя меня взглядом.

Я криво усмехнулся и поднёс телефон к уху, услышав взволнованный голос Пети:

– Алло! Ты оглох?! Чего молчишь?!

– Слышу, – выдохнул я, обойдя Машку и усевшись за стол. – Ты завтра что делаешь?

– Выходной, – ответил он, а затем принялся горячо тараторить: – Блин, у нас тут такая херня на заводе случилась! Парню из цеха руку оторвало! Прикинь, агрегат этот заморский сам взял и включился! Ну ему кисть-то и оттяпал!

– Жесть, – содрогнулся я, передёрнув плечами. – В больничку его отвезли?

– Ага, – сказал друг, после чего торопливо добавил: – Ладно, мне работать надо. Завтра встретимся.

И сбросил звонок. Я даже попрощаться не успел.

Тем временем Машка присела на стул и полюбопытствовала:

– Что случилось?

Я быстро поведал ей то, что рассказал Петя, после чего глубокомысленно заметил, потирая двумя пальцами подбородок:

– Вчера только мимо проезжал, а сегодня там человек пострадал.

– Забудь, – беспечно отмахнулась девушка, дёрнув холеной щекой, а затем с улыбкой предложила: – Давай лучше отпразднуем.

– Что? – удивился я. – Оттяпанную на заводе руку? Это было бы в твоём стиле.

– Ой ну опять твои шуточки за триста пошли, – недовольно фыркнула Машка, после чего выдала повод для праздника: – Я же слежу за твоим аккаунтом. У тебя уже сто тысяч подписчиков!

– Да? – почти не изумился я, потому что предполагал нечто подобное. – А ведь это действительно надо отметить! Ладно уж выйду из дома. Ты что будешь пить? Я сейчас быстренько метнусь в магазин. Кстати, после захода солнца постарайся на улицу не выходить, а то мало ли что… в городе херня всякая стала твориться.

– Ого! – округлила она глаза, демонстративно открыв рот. – Ты решил проявить заботу?! Где там мой блокнот? Надо записать и обвести красной ручкой! Такое событие!

– Прекращай паясничать, – пробурчал я, наградив её недовольным взглядом.

– Думаешь, что меня может маньяк изнасиловать? – не унималась Машка, подпустив в голос веселья.

– Маньяк? Только если какой-нибудь совсем неразборчивый, – подколол я её, после чего с серьёзным выражением лица предостерёг: – Волки тебя могут загрызть. Козлов вчера рассказывал, как его соседа задрали почти в центре города.

– Да ну? – не поверила девушка, а затем нахмурилась, словно вспомнила что-то, и промычала: – Батька мой вроде нечто подобное говорил.

– Похоже, что ты внимательно его слушаешь, – саркастично сказал я, вставая со стула.

– Если бы я его слушала, то не встречалась с тобой, – парировала она с ехидной улыбкой на устах.

– Я всегда считал его мудрым и прозорливым человеком. Что пить-то будешь?

Машка немного подумала, а потом предсказуемо выбрала белое вино. Вот торчит она от него. Я кивнул и быстро вышел из квартиры, попутно захватив кошелёк.  Дальше мой путь лежал в близлежащий магазин, где я во время выбора товаров стал свидетелем такого диалога…

– Может, мясо-то по двести пятьдесят отдашь? – сказала сухопарая старушка упитанной продавщице, оценивающе глядя на прилавок, где лежали различные части животного.

– По двести пятьдесят? – насмешливо переспросила та, выкатив глаза. – У нас, вообще-то, мясной отдел, а не фантастический!

Старушка принялась злобно ворчать, а продавщица бойко отвечала ей, пытаясь острить. Я же прошёл мимо и остановился возле кассы, где оплатил покупки и потопал домой.

Мне пришлось немного пройтись по городу, который уже погрузился в сумерки. В подъезде я встретил ту самую девочку в кокошнике. Она помогала древнему старику подняться по лестнице. Я приветливо кивнул ей, обратив внимание, что у неё на пальце кольцо, похожее на то, что видел у отца Леонтия, а потом прошёл мимо и проник в лифт. Он домчал меня до нужного этажа, где я покинул его и вошёл внутрь квартиры. Тут Машка уже приготовила красивые тарелки и бокалы. Отмечать она решила в гостиной перед плазмой. Я же выгрузил из пакетов всё то, что купил в магазине, после чего Машка настругала закусок и покромсала фрукты. Мне же пришлось открывать вино и разливать его по бокалам.  Ну а дальше начался наш скромный банкет, перемежаемый взаимными шутками.

Вскоре я обратил внимание, что Машка чересчур активно стала делать фото, на которых мы были запечатлены вместе. Меня такая её активность немного насторожила, а потом выяснилось для чего она это делала… Девушка в какой-то момент посиделок начала хитренько намекать, что мне бы надо выложить несколько таких фото в свой аккаунт.

Я удивлённо посмотрел на неё и выдохнул, орудуя уже немного заплетающимся языком:

– С хрена ли?

– В смысле?! – ахнула она, прижав руку к сердцу. – Ты разве не понимаешь?! Девушкам нравится наблюдать за чужими отношениями! На тебя подпишется ещё больше людей!

– А я вот считаю, что если женская половина человечества будет думать, что моё сердце свободно, то охотнее станет подписываться на меня, – раздумчиво проговорил я, пожевав губы, а затем отправил в рот кусочек банана.

– Нет! Ты неправ! – возмущённо взвилась она точно фурия. – На наших отношениях можно лучше развить аккаунт, чем делать вид, что ты один!

Я аж поперхнулся от её напора, подумав, что нашей любви без года неделя, и совсем неизвестно, сколько она ещё продлится, и что потом обо мне будет говорить Машка, когда на неё подпишется часть моей аудитории. Поэтому я стал уверенно отметать все её дальнейшие попытки как-то повлиять на моё решение. Она ярилась, хрипела, но всё же сдалась, после чего облила меня яростным взглядом и умчалась в спальню, мстительно прихватив с собой вино.  Я же неожиданно почувствовал прилив энергии, словно мне сделали бодрящий укол. Даже хмель куда-то пропал. И как раз в это время начался третий выпуск «Императора Галактики». Я принялся внимательно смотреть его, подъедая всё то, что осталось в тарелках.

В этот эфир мне тоже удалось попасть, но только благодаря Билгару, который стрелял в Леголаса. Закадровый голос эмоционально обсасывал подробности такого вероломства от участника шоу, который первым и предложил объединяться. Если бы парень не поступил подобным образом, то я вряд ли бы оказался в выпуске, а так его решение принесло мне ещё чуть больше известности.

После показа этого момента меня больше в эфире не было. Редакторы проигнорировали бой на дереве и пришедшую нам на выручку лучницу, а затем и спасшую меня ошибку предсказуемо не показали. Но в «Императоре Галактики» хватало и других любопытных событий. Я увлечённо смотрел в плазму пока шёл выпуск, а под конец узнал, что потихоньку подбираюсь к сильнейшим участникам шоу, а всего нас осталось – 7950. Меня оба эти факта немного обрадовали.

Когда эфир закончился, то я зашёл в свой аккаунт, где наткнулся на первые предложения о размещении рекламы у меня на страничке. Мне удалось довольно-таки быстро изучить их, а затем я согласился, после чего довольная улыбка раздвинула мои губы. Ведь мне удалось заработать первые деньги благодаря «Императору Галактики»! Да, сегодня, действительно, было что отметить!

На радостях написал сестре, сообщив о своих успехах. Та ответила, что никогда не сомневалась во мне, особенно после того, как меня в детстве уронили на голову.

Мы ещё немного побеседовали в мессенджере, а затем я устав от её добродушно-ядовитой манеры общения, свернул диалог, попрощавшись с Софи. Она не сильно расстроилась, пожелав мне удачи в дальнейших свершениях.

Я уже хотел было отправиться спать, но во время переписки с сестрой мне в голову закралась одна любопытная мысль, которую захотелось проверить прямо сейчас, тем более что много времени она не займёт. Я зашёл в поисковик и начал вводить названия тех растений, которые мне подсвечивал в игре «мастер ядов». Оказалось, что они практически не отличаются от действительно существующих цветов и трав! Разница в названии была в одну-две буквы, а визуально – ну цвет немного другой. И на этом всё! Мне кажется, что я вполне могу узнать такие растения в реальном мире и сварить из них яд, так как и игровой рецепт ничем не отличался от того, который нашёл в интернете!  Вот так реализм! Похоже, что компания AVK сильно постаралась, но как бы это не вышло ей боком: ведь так можно создать какого-нибудь маньяка-отравителя. Правда, в интернете сейчас полно любой информации, в том числе и о ядах, так что, думаю, AVK ничего не грозит. Если кому-то надо отравить неугодного человека, то всё есть в мировой паутине.

На этой чуть грустной мысли я отправился в спальню. Там царил густой аромат вина, и пьяно посапывала Машка. Я несколько секунд задумчиво смотрел на неё, а затем вернулся в гостиную, где завалился спать на диван, спугнув Флинта, который уже залез на стол.

Ночь прошла без происшествий, а утром в квартире поселилась гнетущая атмосфера. Машка ходила по комнатам мрачнее тучи, иногда зыркая на меня пламенным взглядом.  Она явно обиделась и демонстрировала это всеми возможными способами, даже перестав разговаривать со мной.  Хотя, последний пункт можно причислить к плюсам.

Я же сделал вид, что ничего странно не происходит. Спокойно позавтракал, а затем в квартире раздались звуки дверного звонка. Мои брови удивлённо взлетели к волосам. Кто бы это мог быть? Неужели и сюда докатились всякие продавцы, околачивающие пороги? Но те, кого я увидел через дверной глазок, мало напоминали подобных персонажей. На лестничной клетке стоял высокий угрюмый мужчина, а рядом с ним низенький толстячок со строгой рябой физиономией. Оба казались людьми средних лет и имели весьма серьёзный вид, который подчёркивали чёрные деловые костюмы и короткие стрижки.

Я малость растерялся, подумав, что они могут быть как-то связаны с делом отца, а затем грозно рыкнул, не открывая дверь:

– Вам кого?

– Робеспьер Иванович Максимов здесь проживает? – спросил высокий мужчина сухим голосом.

– Ага, – бросил я, глянув через плечо на замершую позади Машку.

– Мы из областной полиции, – сказал коротышка, важно надув щёки и поднёс к глазку раскрытое удостоверение.

Я тяжело вздохнул и открыл дверь. И чего им всё-таки от меня надо?

– Капитан Васильев, – представился тот, что завёл разговор, смерим меня профессиональным изучающим взглядом, а потом поглядел и на Машку. Та приветливо качнула головой, приклеив к губам неестественную улыбку.

– Лейтенант Баранкин, – выдохнул рябой, поправив туго затянутый галстук, который мешал ему дышать, как и пара десятков килограммов лишнего веса.

– Ну а я, собственно, тот, кого вы ищете. Чем могу помочь? – бросил я, услышав витающий в воздухе запах кислого пота и дешёвого парфюма.

– Кхем, – откашлялся высокий, после чего в лоб спросил: –  Вы ничего странного в последнее время в городе не замечали?

– Так, дайте подумать, – задумчиво проронил я, почесав затылок. – Странное говорите? Хорошие дороги? Доступное жильё? Современная медицина? Нет, ничего этого нет, так что всё нормально.

– Будьте посерьёзней, – пробурчал капитан, а затем пояснил: – В городе стали пропадать люди. Вы ничего не можете сказать по этому поводу? Может, видели что-то?

– А чего вы ко мне-то пришли? – удивился я, даже сделав шаг назад. – Тут разве своих мусор… полицейских нет? Вот с ними и разговаривайте.

– Мы поговорим со всеми, кто нас заинтересует, – протявкал Баранкин, сверкнув заплывшими жиром серыми глазами.

– Вы недавно жаловались местным сотрудникам, что видели…э-э-э… демона, – произнёс высокий без тени улыбки.

– Собака это была, – нехотя пробурчал я, скрестив руки на груди. – По пьяни померещилось.

– А вы наркотики не употребляете? – подозрительно спросил коротышка, словно ему кто-то мог ответить утвердительно на этот вопрос.

– Сегодня нет, – хмыкнул я,  а затем добавил: – И вообще нет.

– Может, травкой балуетесь? – не отставал тот, запустив палец под узел галстука.

– Не, никогда не пробовал. Да и спать мне после неё хочется. Шучу, – на всякий случай уточнил я, а то вдруг у них нет чувства юмора.

И тут возле моих ног появился кот. Капитан заметил его и спросил, видимо, налаживая контакт, поняв, что у меня вообще нет никакого желания с ними общаться:

– Как зовут животное?

– Флинт! – громко крикнула Машка.

– Капитан Флинт, – ворчливо поправил я.

– А чего с ним? – произнес Васильев, намекая на травму кота.

– Ослеп на один глаз из-за блеска моей красоты.

– Хм, ясно, – проговорил Васильев, после чего остро посмотрел на меня и уточнил: – То есть вы ничего странного или подозрительного в городе не замечали? Может, какие-то новые люди? Или необычное поведение соседей?

– Нет, – твёрдо бросил я, протянув руку к дверной ручке.

– Девушка, а вы? – обратился к Машке въедливый капитан. – Мы ведь для жителей Грязьгорода стараемся.

– Нет, я ничего такого не видела, – протараторила та, а потом неуверенно добавила, хмуря брови: – Ну, только вот если волки загрызли человека, да и Олег недавно пропал… сын кое-кого из ваших.  А ещё руку потерял какой-то человек на молокозаводе, но вам, наверное, это неинтересно.

– Нам всё интересно, – поспешил заявить лейтенант, ослабив-таки галстук.

– Ну что ж, если больше добавить нечего, то мы пойдём… – тут Васильев глянул на мою каменную физиономию, а потом поджал губы и сделал ко мне шаг, оказавшись чуть ли не нос к носу.

В нагрудном кармане его пиджака что-то легонько затрещало, словно очень тихий счётчик Гейгера. Глаза капитана немного расширились, а рябой прекратил дышать.

Машка заботливо произнесла:

– Вам там кто-то звонит.

– Ага, слышу, – выдохнул высокий и вернулся на исходную позицию. Треск пропал. Он торопливо произнёс: – Спасибо за информацию. Всего вам доброго.

Полицейские откланялись, а я захлопнул дверь, сразу же глянув в глазок. Парочка не переместилась к квартире соседей, а подошла к лифту, где капитан нажал на кнопку, а его напарник принялся что-то возбуждённо шептать, не сводя взгляда с моей двери. Мутные какие-то они.

Только полицейские ушли, как Машка мигом принялась отчитывать меня:

– Ты чего так грубо с ними разговаривал! Люди стараются, а ты…

– Угомонись! – рыкнул я на неё, хмуро пройдя мимо и проникнув в гостиную.  – Вот ты думаешь, что они просто так нас расспрашивали?  О новых людях интересовались? А кто в городе новый, а?

– Ну ты, – ответила через паузу Машка.

– Вот именно! К соседям они чего-то не пошли. Возможно, я предвзят, но мне кажется, что эти ребята ещё наведаются к нам, а то и в отделение пригласят, – проворчал я, набирая номер Пети. – Надо бы доподлинно это узнать, а то ещё как-нибудь мне игровой процесс сломают.

Девушка промолчала, а друг ответил после второго гудка.

– Соскучился уже? – прозвучал его весёлый голос.

– У тебя номер телефона сержанта Козлова есть? – серьёзно бросил я, покосившись на задумчивую Машку.

– Ага. А тебе зачем? – удивился тот.

– Да я решил, что лучше с ним пива попью.

– Э-э-э! Ты чего удумал? Изверг!

– Шучу. Надо с ним одно дело обсудить, – пояснил я.

– А-а-а, – облегчённо протянул Петя, мигом успокоившись. – Сейчас пришлю. Тогда я ближе к вечеру зайду?

– Ага, – проронил я, после чего попрощался с ним и практически тут же получил от него сообщение с номером телефона сержанта.

Дальше  набрал нужные цифры и приложил мобильник к уху. Спустя несколько секунд из динамика вылетел отрывистый голос Козлова:

– Слушаю!

– Товарищ сержант, это Робеспьер, – вежливо произнёс я.

– Ого! Чего тебе? – изумился тот, явно не ожидая меня услышать.

– Ко мне сегодня заходил Малдер и рябая Скалли. О всяких странных делах в городе спрашивали, – протянул я, присев на диван. – Какие-то они оба подозрительные. Умчались ещё так неожиданно.

– И что? – не понял он.

– То есть, ко мне у них особого интереса нет? – уточнил я. – У меня сложилось стойкое впечатление, что они приходили именно ко мне.

– Кхем, – кашлянул полицейский в телефон, а затем неожиданно произнёс: – А заходи-ка ты сейчас ко мне в гости. У меня тут жена пирожки печёт.

– Эм-м-м, хорошая мысль, – пробубнил я, мгновенно насторожившись. Значит, всё-таки Козлову есть, что рассказать об этой парочке. – Скоро буду.

Я прервал звонок и тут же был атакован вопросом девушки:

– Ну чего?

– Всё, Машка, суши сухари, скоро мне их будешь в темницу сырую носить, – невесело сказал я, пряча ухмылку.

– Да ты шутишь, – всё-таки поняла она.

– Расслабься. Эти двое точно приходили по мою душу, но непонятно из-за чего именно. Надо бы это узнать, пока выходной, а то потом вызовут в отделение, а у меня игра. Как бы чего не вышло.

– Это ты хорошо придумал, – похвалила меня девушка, состроив озабоченную гримасу.

– Да не переживай ты, – проронил я, сам не придавая особого значения появлению этой мутной парочки. Просто хотелось удовлетворить любопытство, узнав, почему они именно ко мне проявляют такое повышенное внимание.

– Ты сейчас к Козлову? – взволнованно спросила Машка. –  Он вроде нормальный дядька. Петя его хорошо знает.

– Ага. А ты давай-ка ничего в квартире не устрой, пока меня не будет, – проговорил я, широко улыбаясь. – Хотя можешь прибраться немного, но лучше заранее МЧС предупреди.

– Иди ты! – фыркнула она, демонстративно задрала нос и вышла из гостиной.

Я усмехнулся, погладил кота между ушей и вышел из квартиры, а потом стал спускаться на лифте. Достигнув первого этажа, покинул подъезд. Хотел было взять «приору», но она опять не завелась. Я не стал мучить её и пошёл на своих двоих, посмотрев на солнце, двигающееся к зениту. Опять начинало жутко припекать. Ещё даже полдень не настал, а воздух уже был сухим и жарким. Пыль царапала горло. А ветерок и не думал появляться. Листья городских деревьев  безжизненно висели на ветках. Надо бы сократить путь, а то так последние мозги расплавятся.

Подумав немного, потопал через дома, включив на телефоне навигатор. Я примерно помнил, где жил Козлов и сумел найти его хату на карте. Вот только навигатор в какой-то миг подвёл меня, перестав работать: прям как та карта в «Императоре Галактики». А без проложенного им пути, я растерянно замер, оглядывая дворы с покосившимися заборами. Повезло, что мимо шла какая-то женщина.

Я спросил у неё:

– Здравствуйте. А вы не подскажете, где живёт сержант Козлов? Вроде бы уже где-то рядом.

Она смерила меня подозрительным взглядом, поправила косынку, а потом указала рукой на девушку в леопардовых лосинах, которая шла вдалеке, и сказала:

– Вон иди за ней. Она его соседка.

– Спасибо, – поблагодарил я её и двинулся за девицей по пустынной просёлочной дороге.

Та шла не спеша, поэтому я быстро начал сокращать расстояние. Она услышала мои шаги и обернулась. Я приветливо ей улыбнулась. Девушка насторожённо глянула на меня, а затем ускорилась. Мне тоже пришлось прибавить шагу, чтобы не потерять её из виду. Она опять посмотрела на меня, только теперь испуганно. Я снова улыбнулся. Та резко побежала: да ещё так шустро, словно пыталась подтвердить мнение, будто девушки в леопардовых лосинах бегают быстрее обычных.

Я помчался за ней, так как вокруг никого не было, а сержанта искать-то надо. Кто мне ещё подскажет, где его хата?

Девушка почти сразу громко заверещала:

– Маньяк! Маньяк!

– Стой, дура! – заорал я. – Мне Козлов нужен! Ты же его соседка! Где он живёт?!

Та снова посмотрела на меня, а затем начала сбавлять скорость, хрипло задышав и вытирая выступивший на лбу пот.

– А чего ты бежишь за мной?!

– Так мне какая-то женщина сказала, чтоб я шёл за тобой! Дескать, ты приведёшь меня к дому сержанта!

– Ты точно не маньяк?!

– Нормальный я!

– А ну, перекрестись!

– Да на! – крикнул я, после чего осенил себя крёстным знамением.

Девушка вроде бы успокоилась и перешла на шаг. Я догнал её и пошёл рядом. Она всё ещё опасливо косилась на меня, готовая в любой момент сорваться на бег.

Вдруг мне эта ситуация показалась такой забавной, что я громко рассмеялся, захлёбываясь воздухом. Девушка сначала испуганно дёрнулась, а затем на её губах появилась робкая улыбка, и она подхватила мой смех.

Глава 11

Пока мы дошли до дома Козлова, то успели познакомиться и обменяться номерами. Девица оказалась весёлой, хоть и немного паникёршей. Она страшным шёпотом сообщила мне, что по городу идёт слух о таинственно исчезнувших людях. Вот она и подумала, что может стать очередной жертвой, когда я за ней погнался. Мне не составило труда убедить её в том, что я вообще не имею никакого отношения к пропажам. Та поверила, а затем нырнула за калитку своего двора и исчезла в доме. Я же позвонил сержанту и сообщил, что стою возле его забора.

Тот быстро вышел из хаты и крикнул:

– Заходи! Собак закрыл!

Я толкнул калитку и вошёл во двор. Выложенная декоративным камнем дорожка вела к крыльцу мимо ухоженных клумб и грядок. В большой будке оглушительно лаяли собаки. Её дверка сотрясалась от их мощных ударов. Сержант стоял возле жилплощади псов в коротких шортах и полосатой майке. На его ногах были старые советские галоши.

– Проходи, – бросил он и указал рукой на дверь, ведущую в дом.

Я торопливо прошмыгнул мимо, взлетел по крыльцу и проник внутрь. Тут оказалась небольшая прихожая, где мне пришлось скинуть сланцы, а потом я очутился на уютной кухне. Мой взгляд быстро оценил скромную обстановку, носящую следы заботливой женской руки. Окна закрывали чистейшие цветастые занавески, на столе была расстелена затейливая скатерть с кружевными узорами, а на полу лежал вычищенный красный палас. Вдоль стены расположился старенький кухонный гарнитур, а напротив него – небольшой диванчик с упитанным котом.

В этот момент в дверном проёме показался Козлов. Он проговорил, присаживаясь за стол, на котором стояла банка кваса и большая миска с окрошкой:

– Прыгай на табуретку. Сейчас порубаем.

Сержант принялся ловко накладывать мне окрошку в алюминиевую чашку. Я не стал отказываться и присел на табуретку, лишь иронично уточнив:

– Пирожков не будет?

– Не-а. Жена на работе.

– Ясно.

– А ты разве за пирожками пришёл? – усмехнулся он. –  Дети гуляют, так что можем поговорить без лишних ушей.

– Отлично, – повеселел я, заливая окрошку квасом и чувствуя прохладу, которую создавал кондиционер. – Чего эти типы ко мне приходили? Чем я им приглянулся?

– Да они по всем новеньким в городе решили пройтись, кто хоть как-то за это время попадал в поле зрения полиции, – отмахнулся сержант, после чего жарко добавил, словно давно хотел выговориться: – Ты слышал дела-то нынче какие творятся? Уже пять человек пропали! А началось всё не так давно. Не знай я тебя –  тоже бы мог заподозрить. Ты же новенький у нас.

– Ну, логика в этом есть, – вынужден был признать я, орудуя ложкой.

– У нас в полиции все бегают как ошпаренные, а ничего нарыть не могут. Вот и кидаются на малейшие зацепки. Начальство же запрещает что-либо говорить людям, так что этот разговор сохрани уж в тайне.

– Без проблем. На меня можно положиться, –  твёрдо сказал я, хлебая окрошку. – А по этому делу вообще никаких подвижек нет? Ведь не просто так стали пропадать люди. Есть же какая-то причина. Хоть что-нибудь выяснили?

– Ни-че-го, – раздельно произнёс он, тяжело выдохнув. – Ну, правда, несколько свидетелей говорят, что видели этих людей перед пропажей пьяными… да ещё один что-то бормотал об огромном птичьем силуэте, который видел рядом с исчезнувшим человеком.

Я чуть не подавился, когда услышал его слова, а потом просипел, пытаясь не закашляться:

– А что там… кха… с этой тенью?

– Да ничего. Бред. Мы этого мужика в больницу отправили. Пущай полечится, –  выдал Козлов, а затем, усмехаясь, добавил: –  А между собой ту тень Чёрным Вороном прозвали. Ну, слыхал там у себя в столице? Чёрный ворон, что ж ты вьё-ё-ё-ёшься над мое-е-ею голово-о-о-ой…

– Слышал, – перебил я его, после чего осторожно проронил, отодвинув пустую чашку: – Товарищ Козлов, вы только не смейтесь, но мне тоже приходилось видеть этого ворона…

– Опять ты со своими шутками! Дело-то серьёзное! – вскинулся сержант, ударив кулаком по столу и наморщив лоб.

– Да какие шутки?! – вскричал я и торопливо пересказал полицейскому события той ночи, когда пил воду и глядел на остановку.

Тот выслушал меня, а потом подозрительно осведомился:

– Точно не шутишь? На кону жизни людей.

– Да что б мне провалиться! – рьяно выдохнул я, пытаясь понять: а всё ли то, что мне ранее мерещилось, действительно мерещилось? Ведь и пьяного мужичка с силуэтом птицы я тоже принял за шутку разыгравшегося воображения. А тут получается, что и на самом деле что-то такое могло произойти. Не только ведь я это видел.

Тем временем Козлов тяжело проронил, принявшись барабанить пальцами по столу:

– Итак, что же это получается? Массовые галлюцинации или в Грязьгороде объявился какой-то птеродактиль?  Кто же ещё-то мог утащить взрослого мужика? Или это просто совпадение, что рядом с пьяными видели эту тень? Ничего не понимаю. Надо выпить.

Сержант решительно встал, подошёл к шкафу, вытащил непочатую бутыль водки, а потом вернулся за стол и налил себе в бокал с отколотой ручкой.

– Ты за рулём? – спросил он у меня, хмуро глянув исподлобья.

– Нет, – отрицательно помотал я головой, осознав, что пить начну раньше запланированного времени.

Козлов плеснул и мне. Мы чокнулись и выпили. Закусили окрошкой. И тут водка сработала –  у меня в голове молнией сверкнула вполне логичная догадка, которую я торопливо озвучил вслух:

– Товарищ Козлов, а ведь тот мужик возле остановки вполне мог быть Олегом! Время и место его пропажи сходятся!

– Точно! –  выдохнул он, раскрыв рот, а затем, будто в награду, разрешил: – Можешь звать меня дядя Коля. Давай ещё по одной.

Мы опять выпили, а потом начали строить различные теории и предположения. И чем больше было выпито, тем фантастичней они звучали. Вскоре мы практически сошлись во мнении, что всему виной американцы, которые запустили в Грязьгород какую-то тварь из своих подпольных лабораторий в Польше. Нам так понравилась эта мысль, что мы решили поймать эту тварину заморскую, а затем найти её гнездо и спасти Олега.

– Только как мы её изловим? – пьяно спросил Козлов, облизав жирные губы.

– На живца! – ответил я, воздев палец к потолку, оклеенному белыми квадратиками из пенопласта. – Ворон-то этот на пьяных нападает, а мы сейчас как раз маленько того…

– Молодец! – громко похвалил меня полицейский, а потом глянул за окно, где начинало темнеть, и добавил: – Скоро выйдем на охоту.

– Блин, Петя! – вспомнил я, звучно шлёпнув себя ладонью по лбу. – Мы же с ним бухать сегодня идём!

– Отлично, – азартно потёр руки сержант. – Сможем ещё подготовиться, а то вдруг мы недостаточно пьяны для Чёрного Ворона?

– Ага, сейчас ему позвоню, – проговорил я, вполне неплохо владея языком, потому что пил заметно меньше Козлова. Он каждый раз выпивал до дна, а я лишь наполовину.

– Звони, – бросил полицейский. – А я сейчас кое-куда схожу.

Я кивнул, после чего набрал номер Пети, глядя как Козлов исчез в глубине дома.

Из мобильника вылетел предвкушающий голос друга:

– Начинаем?!

– Ага. Подходи в кафе «Справедливость», – проговорил я, почесав засвербевший нос.

– Через десять минут буду! – радостно завопил он и связь прервалась.

Тут мне в голову пришла ещё одна неплохая мысль: надо бы Машке позвонить, а то снова скандал закатит. Я набрал её номер и сообщил, что доблестная полиция опять не справляется без меня. Девушка принялась ворчать, а потом как бы невзначай с намёком сказала:

– А на мне трусиков нет.

– В ванной посмотри. Может, там? – выдохнул я, увидев вернувшегося Козлова. Он уже был в рубашке и штанах.

– Вот ты дебил! – люто прошипела Машка, после чего сбросила вызов.

– Ничего я не дебил, – прошептал себе под нос, криво усмехаясь. – Просто дела, дорогая, дела.

– Идём? – спросил полицейский, немного покачиваясь.

– Ага, – проронил я, вставая с табуретки.

Мы вышли из дома и потопали к кафе. На улице значительно посвежело и потемнело. Пока наш дуэт шёл к «Справедливости» воздух немного прочистил мне мозги, и идея ловить на живца неведомую тварь уже не казалась такой блестящей. А вот судя по решительной красной морде сержанта, он всё ещё был готов начать сезон охоты на птеродактилей.

Я осторожно проговорил, топая по тротуару:

– Дядя Коля, а ведь мы явно нафантазировали с этой американской бестией. Ну у какой птицы такой размах крыльев? Может, мне привиделось, как и тому мужику?

– Может, – коротко бросил он, – но идея спровоцировать похитителя или похитителей хорошая.  Надо реализовать её. Даже если всякие гигантские птицы не имею к исчезновению людей  никакого отношения, то нападают-то на пьяных. Вот и проверим, кто явится по мою душу.

– А почему по вашу? – не понял я. – Логичнее чтобы вы где-нибудь в засаде следили, а я или Петя служил приманкой. Вы ведь сотрудник полиции.

– Я не могу рисковать тобой. Нас ведь уже вместе видели? –  произнёс сержант, а потом рассмеялся, глядя на мою вытянувшуюся физиономию.

– Хорошая шутка, – пробурчал я, подходя к кафе, возле которого топтался Петя.

– Ладно, сейчас решим, кто будет живцом, – просипел Козлов после того, как отсмеялся.

Друг увидел наш дуэт и изумлённо распахнул глаза. В его взгляде отразился вопрос: так ты, правда, Иуда, пошёл с Козловым бухать вместо меня?

Когда мы подошли к нему и поздоровались, то он услышал запах водки и ещё сильнее укрепился в своём подозрении.

Я сумел шепнуть ему, когда полицейским первым входил в «Справедливость»:

– Так получилось. Сейчас всё тебе объясним.

Он молча покосился на меня, а затем последовал за Козловым. Я потопал за ними. Мы оказались внутри практически пустого кафе, где сели за один из столиков, после чего сделали заказ.  Пока нам его несли, сержант быстро ввёл Петю в курс дела, опустив фантастические предположения о птице. Тот мигом простил меня и изъявил горячее желание принять участие в операции по поимке окаянных похитителей.

Козлов, понизив голос, проговорил, поставив локти на стол:

– Только что б всё было втайне. Если я раскрою все эти похищения, то из полиции меня до пенсии точно не попрут, а то и повысят или премию дадут. Ну а тем, кто мне помог, буду должен по гроб жизни.

– Да мы бы и так за тебя, дядь Коль, – жарко заверил полицейского Петя, а затем немного развернул плечи, чтобы официантка беспрепятственно поставила на стол бутылку и закуску.

Козлов ловко отвинтил крышку, после чего разлил спиртное по рюмкам и произнёс:

– Ну, давайте за удачную операцию.

Мы чокнулись, а потом выпили. Дальше принялись обсуждать, кто станет исполнять роль живца. Активнее всех на эту должность вызывался Петя. Он чуть ли не майку на груди рвал – так хотел стать главным действующим лицом. Я же отмалчивался, понимая, что мне завтра надо быть в игре, а потом и вовсе сказал товарищам:

– Слушайте, мне утром работать надо, так что, наверное, я с вами часов до двух ночи, а затем свалю.

– Ладно, – махнул рукой Козлов, смерив меня недовольным взглядом. – Тогда ты, Петя, точно будешь живцом.

– Ура! – обрадовался он, словно выиграл в лотерею, после чего стал активнее глотать водку.

Я и полицейский практически не пили, лишь изредка опрокидывая по рюмашке.

Тем временем людей в зале прибавилось. Три четверти столиков оказались заняты. Вскоре в воздухе повис густой сигаретный дым и запах крепкого алкоголя. Отовсюду стала слышаться громкая мужская речь и грубый смех. А вот женщин в кафе практически не было. Только за угловым столиком притаились три дамочки средних лет и о  чём-то шушукались, таинственно блестя глазами.

Такой наплыв посетителей заставил хозяина «Справедливости»  выпустить в зал ещё одну официантку. Теперь уже две девушки шныряли между гостями и кухней, постоянно открывая и закрывая дверь, ведущую в кулинарные кулуары.

В какой-то момент одна из них оставила дверь открытой, и я увидел то, что находилось внутри кухни. Моё внимание мигом привлёк совсем невысокий человечек, который мыл посуду в раковине, стоя на табуретке. Его рост составлял где-то метр тридцать или чуть больше. Он чем-то был похож на давешнего Лёху, которого я подвёз. Такой же лохматый и какой-то комично деревенский, словно только что спустился с русской  печи. На мужичке была красная косоворотка, заправленная в просторные белые шаровары, а на ногах – жёлтые шлёпанцы, похожие на лапти. Он сосредоточенно драил посуду, что-то тихонько бормоча под нос, виднеющийся из густой седой бороды, которая вьющимися бакенбардами соединялась с пышной шапкой поседевших волос.

Я икнул от удивления, когда заметил его, а потом проронил, обращая внимание собутыльников на необычного человека:

– Товарищи, только я сейчас вижу на кухне постаревшего Фродо?

– Мя-м-м-у, – таков был решительный ответ Петра, который уже лыка не вязал.

А вот почти протрезвевший Козлов заинтересовался.

– Хм, никогда его не видел, – бросил полицейский, проведя рукой по блестящей лысине. – И откуда он? Эй, Зинка! Иди сюда!

К нам подскочила взъерошенная официантка и торопливо спросила:

– Что ещё заказывать будете?

– Кто это там посуду моет? – задал вопрос дядя Коля и показал пальцем в сторону мужичка.

– Да это хозяин его недавно к нам взял в кафе, – протараторила Зинка, глянув на мужичка.   – Демьяном его звать. Приходит вечером и помогает нам. Уж не знаю, сколько хозяин ему платит, но работает он отменно.

– А откуда этот Демьян? Я его в городе не видел, – продолжил задавать вопросы сержант.

– Не знаю. Из деревни вроде бы, – пожала она плечами, а затем спросила: – Так заказывать-то что-нибудь будете? У меня вон сколько народа.

– Рассчитай нас, – проронил Козлов, глянув на Петра, который повесил голову на грудь и плямкал губами.

Похоже, что мы переборщили с подготовкой к охоте. Парень уже готовился отойти ко сну. Я и не думал, что его так легко напоить. Правда, мы раньше только пиво пили, поэтому я и не знал о его чувствительности к алкоголю. Да ещё он как-то резко опьянел: вот вроде бы нормально разговаривал, а спустя минуту уже носом клюёт.

Козлов весьма неодобрительно покосился на парня, расплатился с официанткой, после чего я взял Петю под правую руку, а сержант – под левую.

Вот так мы и покинули кафе, а потом двинулись к остановке, где я в тот раз видел тень птицы и предположительно Олега. Наша троица решила устроить ловушку именно в этом месте.

Пока мы тащили Петю, он немного пришёл в себя, а потом промычал:

– Я сам по… пойду. Где там… в-а-а-ш похи… ик… похититель?

– Мда, – резюмировал Козлов, не сводя скептического взора с шатающегося парня. – Батька-то его покрепче был. Мог пить всю ночь. Жаль его – по пьяному делу три года назад утонул.

– Может, на завтра перенесём? – предложил я, тяжело вздыхая: и парень не из лёгких и ситуация хреновая.

– Нет! Я пойду! – услышал мои слова Петя, а затем вихляющей походкой двинулся в направлении моего дома. – Где там… эта… остановка-а-а?

– Прямо иди! – крикнул ему сержант, а мне сказал: – Отменить операцию всегда успеем.

Я пожал плечами, после чего мы двинулись за Петей, который ковылял первым, а наш дуэт топал немного позади.

Вскоре мы были уже почти на месте: нам оставалось пройти метров десять. Но тут из-за поворота вышла Вера, которая оказалась нарядно одета и на каблуках. Ярко накрашенные глаза девушки широко распахнулись, когда она увидела нас, а потом её губы изумлённо выпустили:

– Вот так встреча! А вы чего тут делаете?

– Операция у… ик… нас. Только тс-с-с-с, – промямлил Петя, попытавшись приложить палец ко рту девушки.

Та отшатнулась от него и удивлённо произнесла:

– Вы где так налакались? Ну ты-то, дядь Коль.

– Я трезвый, – отрубил полицейский, стараясь говорить сквозь сжатые губы. – Провожаю до дома напившуюся молодёжь, чтобы с ними ничего не случилось. А ты чего так поздно по городу ходишь? А ну иди домой!

– Так со свидания иду… – промяукала Вера, состроив жалобные глаза.

– Опа! Я же говорил… уведут, – промычал друг, опершись на моё плечо. – Всё, Роб, профукал ты девку. Теперь… у тебя… ик… всегда будет шея болеть, ведь на ней Машка сидит! Ах-х-ха-ха… бу-э-э-э…

Парня стошнило. Я едва успел ноги убрать. девушка взвизгнула и отвернулась. А полицейский стал торопливо раздавать приказы:

– Так, Вера, иди домой! Ночью в городе небезопасно! Напоминаю, что волки человека загрызли. Разве не слышала? А я сейчас этих пьяных охламонов домой провожу, а потом тоже к себе двинусь.

– А может Роб меня до подъезда доведёт? Он вроде не сильно пьяный, – предложила девушка, сделав огромные глаза. – Вы же сами говорили, что волки, а он меня защитит.

– Эм-м-м, – протянул полицейский и почесал затылок. – Ладно, Роб, проводи девушку, а я с Петей сам управлюсь.

– Хорошо, – бросил я, пожав плечами, и пошёл в сторону дома Веры.

Она тут же обрадованно поскакала рядом, а спустя пять метров поинтересовалась, глянув  через плечо на Козлова и шатающегося Петю:

– И в честь чего вы так надрались? Отмечали что-то?

– Почти, –  проронил я, хмуро глядя под ноги.

– Ты наконец-то исполнил свою мечту? Ушёл от Машки? – выдала она и картинно расхохоталась, запрокидывая голову.

– Чего вам всем так Машка далась? – пробурчал я. – Ты сама-то, где была?

– На свидании, – гордо бросила та.

– Ну и судя по тому, что возвращаешься одна, то тебе не очень понравилась чебуречная? – пошутил я, ехидно улыбнувшись. – Или у кавалера носки пахли так, словно давно сдохли?

– Не сошлись во взглядах на жизнь, – холодно проронила девушка, надув губки, после чего пояснила: – Я хочу путешествовать, а он – не видит дальше Грязьгорода.

– Технически ты путешествуешь, ведь Земля носится в космосе, – загнул я, сделав умное лицо.

– Всё шутишь? А я хочу жить у моря!

– Ну мы можем завтра дойти до «Океана», там рыба со скидкой, – произнёс я, не сумев сдержаться, а потом поспешно добавил, увидев, как Вера сердито сверкнула глазами: – Всё, больше не буду. Честное слово!

– Смотри у меня, – грозно сказала она, тряхнув рыжими волосами.

На моих губах возникла примирительная улыбка, а затем она померкла, когда мне померещился приглушённый цокот, словно кто-то копытцами шёл по асфальту позади нас. Я мгновенно обернулся. Никого. Совершенно пустой тротуар. Только тополя скрипят ветками.

– Ве-е-ер, – протянул я несколько смущённо. – Ты сейчас ничего не слышала?

– Нет, – бросила она, немного удивлённая моим манёвром. – А ты чего так напрягся? Лицо вон стало как гипсовая маска.

– Ничего, – проронил я, бледно улыбнувшись и усиленно вслушиваясь в пространство. Вроде бы цокота не слышно.

– Волки померещились? – без страха спросила девушка, склонив голову к плечу. – Не переживай. Они крайне редко нападают.

– Всё, забудь, – попросил я, нахмурив брови.

Вера окинула меня внимательным взглядом, а потом неожиданно спросила, будто сейчас не было важнее темы, чем мои отношения:

– А ты с Машкиными родителями уже знаком?

– Ага, – коротко выдохнул я.

Она вдруг расплылась в ехидной улыбке и выдала, мелко засмеявшись:

– Наверное, ты им так понравился, что они тебе тут же начали искать нормальную невесту?

Я сумрачно посмотрел на неё, неодобрительно покачав головой. Девушка примирительно выставила перед собой ладони, не переставая весело хихикать. У неё аж лицо покраснело.

В эту секунду мне на мобильник пришло сообщение. Я вытащил гаджет из кармана и прочитал текст, написанный сержантом Козловым. Он уведомлял меня о том, что операция переносится на завтра, так как Петя совсем сомлел, и сейчас полицейский тащит его домой.

Спутница недружелюбно проронила, глядя на мобильник:

– Машка?

– Ага, – соврал я, подходя к подъезду Веры и чувствуя некое раздражение от её общества. – Вот ты и дома. Можешь не благодарить.

– А я всё-таки поблагодарю, и даже больше того – приглашу на чай, – проговорила девушка, лукаво стрельнув глазками. – Кстати, поздравляю тебя со ста тысячами подписчиков!

– Спасибо. Но я, пожалуй, пойду. Спать надо ложиться, а то завтра опять весь день притворяться нормальным человеком.

– То есть, ты не зайдёшь? – уязвлённо бросила Вера, открывая дверь подъезда.

– Идти надо, – повторил я улыбнувшись.

– Ладно, –  выдохнула девушка с нотками злости в голосе и стремительно исчезла в доме.

Меня в эту секунду будто на пару мгновений под холодный душ засунули. В вялом теле откуда-то появилась бодрость, а остаток хмеля напрочь исчез.

Я удивлённо хмыкнул, а потом двинулся домой энергичной походкой. В голове бродили мысли о Вере. Она явно зациклилась на Машке. Надеюсь, это не перерастёт в сельскую драму. Мне подобная херня совсем не нужна. Наверное, надо ограничить общение с Верой. Это всем нам пойдёт на пользу.

Глава 12

Пока топал домой, то пару раз слышал позади цокот копытцев. Я оборачивался, но никого не замечал. А однажды мне показалось, что в придорожных высоких кустах кто-то притаился. Я снял сланец и швырнул его в заросли. Там раздался истошный мявк, вслед за которым оттуда выскочил лохматый серый кот и удрал в сторону подвала пятиэтажного дома.

Я же беззлобно усмехнулся, подбирая обувь, и проронил:

– Не зря три года ходил на метание сланцев.

Потом двинулся домой, вслушиваясь в пространство. Цокот больше не повторился, но мне от этого было не легче. Ну один раз померещился такой звук, но не трижды же! Я теперь совсем не уверен, что это очередные шутки воображения или слуховые галлюцинации. Вдруг меня, правда, преследует какое-то копытное? Ведь и тот силуэт гигантской птицы мог мне не показаться, а быть реальным персонажем. Такую же тень видел ещё один человек. Или нас обоих замкнуло на все фазы?

Я мрачно выплюнул, заходя в свой подъезд:

– Как бы у меня крыша не поехала в этом городе.

Поднялся на лифте до квартиры, проник в неё и тут же в прихожей оказался перед Машкой. Её вид не предвещал ничего хорошего. Губы девушки злобно кривились, глаза горели яростным огнём, а дыхание с шумом вырывалось из груди. Она была похожа на хищницу, наконец-то дождавшуюся молочного ягнёнка.

Я мигом вспомнил, что когда девушка в таком состоянии, то с ней шутки плохи. Если кто не знал, то жизни на Венере нет, потому что там побывала разгневанная Машка.

– Дорогая, – просюсюкал я, не понимая, что с ней произошло. – А ты чего такая… э-м-м… напряжённая?

– А я тебе сейчас скажу… – процедила та, испепеляя меня взглядом. – Подхожу я несколько десятков минут назад к окну, а на улице ты со своими дружками и этой сукой рыжей. Продолжать?

– Так, успокойся, – выставил я перед собой руки. – Сержант Козлов попросил меня проводить её до дома. Волки же кругом. Это просто совпадение.

– А почему тебя, а не Петю?! – взвизгнула она, топнув ножкой так, что Флинт без оглядки рванул в комнату, а у соседей снизу рухнула люстра.

– Да он в дрова был! – ответил я, тоже начиная распаляться. – Его потом Козлов домой потащил!

– А чего вы вообще сюда припёрлись?! Ты же говорил, что полиции будешь помогать!

– Я помог, а потом мы немного отметили это дело, ну и мужики решили меня проводить! – соврал я, решительно двинувшись в ванную комнату. – Могу дяде Коли позвонить. Он всё подтвердит.

– Да вы мужики все заодно, – прошипела Машка, со свистом выдохнув. На её виске быстро-быстро играла синяя венка.

– Вам бы поучиться у нас, – тихо прошептал я, открывая межкомнатную дверь.

– Что ты сказал?! – не расслышала она, но уже готовая дать отпор любым моим словам.

– Говорю, что  ты красивая, когда злишься. И вообще, очень красивая, – сделал я комплимент и скрылся в ванной комнате.

Из-за двери донёсся вопль Машки:

– Если ещё раз увижу тебя с этой рыжей шваброй, то пеняй на себя! Яиц вмиг лишишься!

– Не тронь мои яйца! – воскликнул я, приоткрыв дверь и встретившись взглядом с девушкой, после чего со всей убедительностью громко попросил: – И перестань уже орать!

Машка вдруг осеклась. Её глаза на миг стали какими-то стеклянными, полностью лишёнными эмоций. Я же почувствовал внезапно накатившую слабость. Даже ноги на мгновение подогнулись.

Вдруг Машка спокойно сказала, помассировав виски подушечками указательных пальцев:

– А действительно, чего это я разоралась?  Ладно, мойся, а я пойду прилягу. Голова что-то разболелась.

Она утопала в спальню, оставив меня с разинутым от удивления ртом. Я, конечно, знал, что Машка быстро заводится и так же быстро успокаивается, но что перемена может быть столь резкой, даже не предполагал. Поэтому мне далеко не сразу удалось совладать с изумлением, но всё же я справился, после чего принял душ и отправился в спальню.

Там Машка уже вовсю сопела, раскинув конечности на две трети кровати. Я скромно лёг на край и отправился в царство сновидений. И приснился мне до ужаса яркий сон, основанный на последних событиях, произошедших в моей жизни. На том самом подоконнике, где в реальном мире обитает плюшевая свинья, в моём сне появилось то странное существо, которое мне когда-то примерещилось. Хотя почему странное? Это был почти канонический чертёнок. Он сидел, свесив ноги, заканчивающиеся раздвоенными копытами, и грустно смотрел на месяц, желтеющий на ночном небе.

В какой-то миг чертёнок громко шмыгнул влажным пяточком и обратил внимание на кровать, на которой лежал только я. Машки рядом со мной не было. Хвостатый недолго посверлил меня чёрными блестящими глазами, а затем тонким голосом проговорил, дёрнув себя за хлипкую козлиную бородку:

– Робеспьер, я восхищен… хр… вами! И вашей… хр… смекалкой! – непонятно за что стал хвалить меня чертёнок, частенько коротко хрюкая. – Но… хр… вам всё же многое не удаётся, а я… хр… могу помочь! Нужно лишь ваше желание и ма-а-а-ленькая плата. Учитывая, кем был ваш… хр… знаменитый дед, я предоставлю вам лучшие… хр… условия!  Можете мне верить! Я самый честный… хр… из всех кланов! Так что, дорогой Робеспьер, подумайте… хр… чего вы хотите: денег, славы, долголетия… хр… И мы обязательно сумеем… хр… договориться! Засим извольте откланяться.

На этом момент сон покинул меня, а когда я открыл ранним утром глаза, то прекрасно его помнил. Хм… и надо же было такому присниться: моё подсознание даже деда вспомнило.  Я, кстати, о нём практически ничего не знал, так как он погиб задолго до моего рождения. Мне лишь было известно, что дед занимался охотой и вместе с бабкой жил где-то в Сибири. Вот, собственно, и всё.

Я тяжело вздохнул, ощутив непонятную тоску, а затем глянул на экран мобильника. До погружения в вирт-капсулу оставалось ещё какое-то время. Надо провести его с пользой. Я стал приставать к сонной Машке с вполне прозрачными намерениями.

Она промычала, не открывая глаз:

– Ты же знаешь, что я не люблю заниматься сексом утром и… с тобой.

– Всё ещё злишься? – бросил я, недовольно убрав руки с её тела.

– Нет, – холодно сказала девушка, полностью накрывшись одеялом.

– Ясно.

Я встал с кровати и первым делом проверил аккаунт. Там уже красовалась цифра в сто двадцать тысяч подписчиков. Меня сей факт подбодрил, хотя настроение после отказа Машки всё же оставляло желать лучшего.

После проверки аккаунта я отправился на кухню, где позавтракал и накормил кота. Там же принялся отвечать на некоторые комментарии, а потом и на личные сообщения.

В какой-то миг в кухню вошла Машка. Она словно специально дефилировала в кружевном нижнем белье, подчёркивающем всё её достоинства.  Мне с трудом удалось натянуть на физиономию равнодушную гримасу. Девушка же открыла дверцу холодильника и вытащила оттуда совсем не полезную шоколадку.

Я желчно проронил, вставая со стула:

– А как же сбалансированное питание?

Машка взяла в другую руку точно такую же шоколадку и покачала ладонями, словно решала, какая сладость тяжелей, а потом довольно произнесла:

– Вот теперь питание сбалансированное.

– Остроумно, – оценил я, после чего исчез в комнате, где залез в вирт-капсулу.

Вселенная «Десяти Планет» встретила меня хмурым, серым утром. Небо было затянуто мрачными чёрными тучами, в глубине которых сверкали разряды молний. Сильный ветер швырял в визор пригоршни растительного мусора и мелкие камни.

Рядом со мной уже стоял Леголас и Мара. Я глянул на них, поздоровался, а затем мы выбрались из воронки. Тут элиец недовольно проронил:

– Так себе погодка. Сразу настроение такое… такое… суицидальное. У меня уже однажды было примерно такое же настроение, когда я во время секса разговаривал с женой. Она так неудачно позвонила…

– От твоих шуток ещё муторнее, – насмешливо бросила девушка и двинулась к руинам, внимательно глядя по сторонам.

Леголас панибратски ткнул меня локтем в рёбра и довольно протянул:

– Похоже, что она на меня запала. Ты уж, Роб, не обижайся, но сам понимаешь, кто из нас привлекательнее. И даже больше тебе скажу: если бы я не пользовался отворотной туалетной водой, то тогда бы вообще все женщины и девушки в мире были бы моими.

– Ты весь выходной шутки придумывал? – беззлобно поинтересовался я, вытащив нож и потопав за Марой.

– Нет, только часть, – весело произнёс он и последовал за мной.

На этой реплике вербальное общение прекратилось, ведь всяческие опасности никто не отменял. Наше трио молча потопало параллельно просёлочной дороге, которая вела в Старый Город.

Руины постепенно приближались, всё явственнее показывая разрушенные серые здания, которые первоначально имели куполообразную форму. Похоже, что тут не любили углы. Наверное, местные жители считали, что они накапливают негативную энергию. Правда, это не помогло им избежать рукотворного Апокалипсиса.

Вскоре мы проникли на территорию руин, где ветер уже не так сильно лютовал. Отряд двинулся дальше, переступая широкие трещины в уличном покрытии, напоминающем серый бетон. Пока Старый Город не радовал пейзажами. Улицы оказались захламлены горами битого зелёного кирпича, грудами штукатурки, кусками строительных плит, гнутой арматурой, осколками стекла, досками и обгорелыми автомобильными остовами, которые лишь немногим отличались от земных. Помимо всего этого, кругом была вездесущая трава. Она жёлтыми островками росла практически повсюду: на крышах, внутри домов, пробивалась сквозь дорожное полотно и даже росла в кузове пикапа, который мы только что миновали. В этом месте я обратил внимание, что некоторые дома носили глубокие следы от пуль или были покрыты толстым слоем копоти. И воздух здесь пах гарью и жжёной пластмассой. Отряд насторожился ещё больше и двинулся вперёд короткими перебежками, иногда сверяясь с картой.

Вскоре мы услышали звуки выстрелов и предпочли обойти то место, откуда они доносились. Так наш путь стал ещё длиннее и запутанней. Нам пришлось повернуть совсем не там, где мы планировали, а совершив этот манёвр, отряд наткнулся на угли огромного костра, возле которого были разбросаны крупные кости. На них ещё присутствовали волокна серого мяса.

Остатки костра располагались около стены дома с овальными окнами, закрытыми ржавыми железными листами.  Дверь в жилище отсутствовала, но на её месте слабо покачивался отрез грязной, когда-то белой, синтетической материи.

Мара проронила, глядя на кости:

– Похоже, что они принадлежат разумным существам.

– Надеюсь, что это Билгара сожрали, – мстительно вставил Леголас, склонившись над костром. – Жар ещё идёт.

– Надо валить отсюда, – быстро сказал я, облизав губы.

Но было уже поздно – кусок материи, закрывающий вход, отлетел в сторону, и из дома на улицу вывалилось четверо мутантов. Они были на две головы выше меня и раза в два шире в плечах. А их тела сплошь состояли из чудовищно вздутых мышц с канатами вен. Даже лысые черепа оказались покрыты сетью крупных синих «пиявок». Ещё эти монстры обладали тремя злыми глазами, налитыми кровью: и не на всех мутантов три буркала, а у каждого по три. Они явно принадлежали к местным жителям.

Одеты же «бодибилдеры» были только в набедренные повязки, которые позволяли нам лицезреть коричневую кожу, покрытую шрамами.

Казалось бы, что им на хрен не нужно оружие при таких-то габаритах, но нет… У одного была длинная увесистая труба, покрытая запёкшейся кровью. Второй держал в руках дубинку, унизанную гвоздями, а ещё двое являлись счастливыми обладателями шипастых кастетов.

Увидев нас, они всем квартетом яростно зарычали, пуская жёлтую слюну между зубами, которые еле во рту помещались, а затем бросились на нас, рыча что-то вроде «мясо-о-о-о»!

Леголас тоненько взвизгнул и помчался по улице. А я быстро оценил обстановку, заметил наличие камер, которые кружили над городом, и мужественно бросил, глянув на растерявшуюся Мару:

– Беги за ним! Я уведу их! Встретимся на базаре! Беги!!!

Девушка сорвалась с места, словно испуганная лань, и устремилась за элийцем. Я же схватил горсть алых углей и швырнул в рожи мутантов. Те обиженно взревели и рванули на меня, а я бросился в противоположную от спутников сторону. Все четверо мутантов последовали за мной. И надо сказать, что очень рьяно последовали. Они бежали мощно, спортивно, понемногу сокращая расстояние. Их рельефные мышцы красиво перекатывались под кожей, а дыхание спокойно покидало грудь. Если так и дальше будет продолжаться, то эти парни догонят меня, ведь мой костюм не добавлял скорости своему обладателю. Надо что-то делать. На открытой местности мне точно не тягаться с ними. Повезло, что я в этот миг очень удачно пробегал покосившееся четырёхэтажное здание, которое не имело решёток на первом этаже. Мне даже думать особо не пришлось – тело само прыгнуло в окно. Жаль, что приземление вышло не очень удачным. Я растянулся среди кирпичей и бетонных кусков, подняв тучу белой пыли.  Броня потеряла несколько единиц энергии, так как я врезался шлемом в стену. Не окажись его на моей голове, то и сотрясение мозга мог бы получить, а так – лихо вскочил на ноги и бросился по лестнице, ведущей наверх. Мутанты ломанулись следов за мной, но их габариты существенно затрудняли проникновение в здание через оконный проём. Мне уже удалось подняться на второй этаж, а они только-только оказались на первом.

Пока мутанты не добрались до меня, я быстро осмотрелся и принял мудрое решение выпрыгнуть из окна, а потом затеряться где-нибудь в руинах. Вот уже достиг подоконника и забрался на него, а затем резко остановился, балансирую на краю, ведь внизу шли два участника шоу. Они насторожённо озирались, выискивая опасность. Оба оказались крупными ребятами с большими пушками. Я заколебался: прыгать или нет? А мутанты тем временем уже топали по лестнице. Надо было срочно принимать какое-то решение. У меня быстро возникла кое-какая идея, но она казалась довольно-таки опасной, но за неимением другой решил воплотить в жизнь эту.

Я подождал момента, когда преследователи увидели меня, после чего сиганул на улицу, врубив невидимость, и сразу же залез под остов автомобиля, похожего на внедорожник.

Игроки услышали звук, с которым я приземлился, и мгновенно насторожились, а потом бросились бежать, когда увидели четвёрку мутантов, выскочивших из окна.

Как оказалось «бодибилдеры»  не горели лютым желанием догнать именно меня. Похоже, что им просто нужно было мясо. Вот мутанты и рванули за той парочкой. А те оказались гораздо худшими бегунами, нежели я. Наверное, они были хедусцами: медлительными, но сильными.

Вскоре участники шоу смекнули, что удрать им не удастся и приняли бой. Они засели за массивным блоком и стали палить в мутантов. Оружие у обоих игроков напоминало дробовик Билгара. Оно выплёвывало крупную дробь, которая впивалась в тела мутантов, вырывая целые клочья кожи и куски мяса. Трехглазые пока ответили им лишь  яростным рычанием, так как дальнобойного оружия у них не было, но они стремительно сокращали расстояние, даже несмотря на встречный огонь.

Мутанты оказалась удивительно живучими, но всё же до игроков сумели добежать только трое из четверых. Одного противника участники шоу смогли завалить. Сейчас он лежал вниз лицом возле бордюра и надсадно хрипел, готовясь отдать душу цифровому богу. Под ним уже натекла внушительная лужа крови, а сильные, скрюченные пальцы погрузились в твёрдую землю, словно она была хлебным мякишем. Неудивительно, что при такой силе мутанты быстро расчихвостили игроков. Тем даже броня не помогла. Трехглазые забили их самодельным оружием до состояния хороших отбивных. Переломали им всё что можно. Я содрогнулся, когда увидел, что кусочки изорванных костюмов смешались с окровавленной плотью и осколками костей. Кровищи вокруг тел оказалось столько, что если бы её можно было за деньги сдать в донорский центр, то после этого пару месяцев не пришлось бы работать.

После учинённой расправы троица мутантов закинула трупы хедусцев на плечи и отправилась восвояси, бросив своего недавнего товарища. А тот уже перестал подавать признаки жизни, вытянувшись мускулистой горой.

Я подождал, когда трехглазые скроются за поворотом, а затем вылез из своего укрытия, вырубив невидимость. Батарея потеряла много энергии, пока мне приходилось прятаться, поэтому двинулся к трупу мутанта крайне осторожно, готовый в любой миг рвануть в укрытие.

Но никто не выскочил и не напал на меня – я спокойно переместил тело в инвентарь, после чего подобрал оружие хедусцев и  отправил его туда же. Надеюсь, что за мёртвого трехглазого здесь можно что-то выручить.  Оружие-то я точно сумею  продать, а вот условно разумное существо… ну хрен его знает. Ладно, потом разберусь, а сейчас надо валить отсюда, и хорошо бы узнать, как там дела у моих спутников.

Глава 13

Я двинулся к базару, решив идти не по улицам, а пробираться через разрушенные дома – так было больше шансов не наткнуться на игроков и прочих чудищ.  Спутникам же отправил текстовые сообщения, в которых спрашивал, где они находятся. За обоих ответила Мара. Она написала, что Леголас с ней, и они ещё далеко от базара. А также девушка добавила, что рядом с ними бродят  хищные звери, напоминающие помесь собаки и крокодила, так что есть большая доля вероятности, что они не доберутся до намеченной цели. Я пожелал им удачи и сконцентрировался на своём походе. Самому бы дойти до базара живым, ведь вокруг полно опасности. А тут ещё дождь пошёл, да не простой, а радиоактивный. Здесь и так изрядно фонило, а теперь каждая капелька, упавшая на костюм, отбирала дополнительные крохи энергии. Вкупе они не хило так иссушали батарею. Надо было срочно искать укрытие, ведь дождь всё усиливался и усиливался, а тучи сгустились ещё сильнее и превратились в чёрное одеяло, которое напрочь скрыло небо. Иногда небосклон разрезали ослепительные молнии, а потом гремел гром. В воздухе появился стойкий запах озона.

В эту секунду мой блуждающий взгляд наткнулся на канализационный люк, виднеющийся из окна. Нет, туда точно не стоит лезть, а вон то соседнее здание с уцелевшими перекрытиями, отделяющими этажи, вполне сгодиться. Я быстро перебежал улицу и влетел в спасительное строение, после чего осмотрелся. Видимо, раньше это была библиотека. Повсюду стояли книжные шкафы и лежали пожелтевшие страницы.  Кое-где валялась разломанная мебель, а по полу ползали студенистые зелёные мобы, похожие на мармелад, выросший до размеров упитанного кота. Они оставляли за собой почти прозрачную слизь. Я по неосторожности наступил на неё и тут же поплатился процентом прочности костюма. Эта хрень оказалась ядовитой.

Я новым взглядом окинул библиотеку. Подобных «мармеладок» здесь было несколько десятков. Хорошо хоть они были крайне медлительными и еле-еле ползали по полу, собираясь в группы. Например, вон там почти пяток мобов окружил нечто похожее на ворону. Она бездыханно лежала в полоске слизи, а студни неспешно поглощали её, используя круглые провалы, снабжённые присосками. Они действовали наподобие пауков, размягчая внутренности птицы и втягивая внутрь получившуюся жижу.

Я гадливо поморщился, но бежать отсюда было поздно. Дождь усилился до состояния «как из ведра». Пожалуй, пережду здесь, раз мобы не нападают. Казалось, что им вообще нет до меня дела. Похоже, что они как-то чувствуют запах разложения и реагируют только на него. Это подтверждало то, что в углу возле кресла ещё несколько слизней «пьют» какое-то мелкое животное, которое имеет следы давнишнего разложения. Наверное, я, действительно, оказался прав и этим ребятам насрать на меня. Они заинтересуются мной только тогда, когда  моё тело начнёт издавать трупный запах. Ну а раз так, то стоит с комфортом провести время, а не мяться около двери.

Я отыскал целый стул, поставил его возле окна, уселся на него и стал поглядывать на улицу. И тут мне в голову пришла запоздалая мысль: а как там мои партнёры? Я быстро отправил Маре сообщение: «Все живы? Как вы там?» Она через минуту в ответ прислала аудио. Я включил воспроизведение записи и услышал её хриплый голос:

– Мы решили воспользоваться этим дождём, чтобы перебежками добраться до безопасного места. Он всех тварей заставил забиться в норы. Пока вроде у нас получается. Ладно, надо бежать. Удачи.

На этом аудио заканчивалось. Я крепко задумался. А может мне тоже рвануть таким же способом в сторону базара? Вообще-то, они неплохо придумали, но присутствует элемент риска. Что если я наткнусь не на таких почти дружелюбных «мармеладин», а на кого-то более агрессивного? Что тогда? Бежать дальше? А если батарея к этому времени уже истощиться? Мда, опасно. Это у Мары и Леголаса не было выбора, а вот я могу и здесь отсидеться. На что же решиться?

Пока я думал, мимо стула деловито прополз студень. Событие далеко не глобального масштаба, но оно родило превосходную идею, которая отодвинула на задний план мысль с беготней под радиоактивным дождём. Поражённый ею в самый мозжечок, я внимательно осмотрелся и нашёл небольшую ёмкость, похожую на трёхлитровую банку: только она была не из стекла, а из какого-то красного материала, визуально напоминающего жесть. Я вскочил со стула, схватил её, после чего отыскал кусок металлического листа. Дальше стал накладывать в ёмкость ядовитую слизь «мармеладин», орудуя этим листом. Она не без труда отделялась от пола, но всё же мне удалось добыть где-то литр. Слизь не свёртывалась и вроде бы не теряла ядовитых свойств. Я предусмотрительно намазал ею нож, а потом отправил банку в инвентарь. Авось пригодится.

После этого я ещё немного подумал над тем, как жить дальше, и всё-таки решился рвануть под дождём в сторону базара. Приняв такое решение, вышел из здания, бросив напоследок «мармеладинам»:

– Пока молодёжь!

Они предсказуемо не попрощались со мной. Но я не стал на них обижаться, а торопливо огляделся и побежал к другому дому. Достигнув его, облегчённо выдохнул  – ведь он оказался пустым. Здесь я подождал пока батарея заполнится энергией, а потом повторил свой манёвр. И мне опять повезло – следующее здание тоже оказалось никем не занято.

Тем временем на улице стали сгущаться сумерки, а дождь хлынул ещё сильнее, словно решил прикончить наглеца, который не испугался его.  В наступающей темноте зигзаги ветвистых молний начали ещё ярче вспыхивать в небесах, а гром гремел так, что дрожали стены зданий. Но несмотря на то что пробежки под дождём стали поглощать больше энергии, я не отказался от своей затеи, видя, что она приносит плоды  – расстояние до базара неумолимо сокращалось. Но удача в какой-то момент подвела меня… Я вбежал в очередной ничем не примечательный дом, и здесь на меня из темноты бросилось нечто, издающее крики, похожие на автомобильную сигнализацию. Если бы не «ночное видение», то тварина вцепилась бы мне в грудь, а так я сумел отскочить в сторону, выставив перед собой нож.

В голове вспыхнула безрадостная мысль: вот ты и нарвался, Лазарь, ведь у тебя нет нормального оружия, а заряд батареи завис на отметки в тридцать процентов, да и бежать некуда. Существо закрыло своим телом единственный выход. Похоже, меня ждёт битва.

Я изучающе посмотрел на своего противника, который являлся отдалённым подобием трехглазого местного жителя. Прямо очень отдалённым подобием. Эта образина хоть и имела три глаза, но все они были с жёлтыми белками и змеиными зрачками. А рот и вовсе заменяла вертикальная щель с маленькими кривыми зубами. Одно ухо противника располагалось возле виска, а другое – заметно ниже острой скулы. Нос у этого создания выглядел, как короткий хоботок, а череп имел почти треугольную форму. Поджарое тело оказалось покрыто густой чёрной шерстью.

Моб возвышалась надо мной на полголовы, разведя в стороны мускулистые лапы с острыми когтями. Ноги у этого монстра так же были  снабжены подобным «оружием». А пахло от него так, будто я наткнулся на выгребную яму с гниющей плотью.

В общем, визуально противник был серьёзным. Мне совсем не хотелось сражаться с ним, учитывая скудность заряда батареи, но существо ринулось на меня, не оставив выбора. Я едва успел пригнуться, пропустив над головой конечность врага, а потом полоснул по ней ножом. Моб тонко взвизгнул, после чего ударил меня ногой в солнечное сплетение. Я отлетел назад, врезавшись спиной в груду начисто обглоданных костей. Несколько единиц энергии тут же покинули батарею, а существо незамедлительно прыгнуло на меня, но я сумел перекатиться в сторону, выставив клинок. Противник напоролся на него и опять заверещал. Из его живота хлынула жёлтая масса похожая на гной. Я воспользовался моментом и забрался мобу на спину, после чего торопливо обхватил шею и стал сжимать её. В ноздри ударила насыщенная вонь, к которой примешивался запах свалявшейся грязной шерсти.

Противник попытался сбросить меня со спины, но мой захват был крепок, как и шея врага: наверное, чтобы её сломать придётся прокрутить голову не меньше шести раз. Ну а если серьёзно, то задушить-то его можно попробовать, поэтому я стал давить сильнее. Моб в ответ принялся дико извиваться, царапая костюм. Заряд батареи начал понемногу опускаться, грозя достигнуть нуля. Но мне повезло, что существо слабело быстрее, чем иссякал заряд, ведь оно было лишено кислорода и поражено ядом «мармеладок». И похоже, что именно слизь студней сыграла решающую роль в том, что мой противник затих всего через десяток секунд после начала «обнимашек».

Я отпустил его обмякшее тело, а затем принял вертикальное положение и пнул труп ногой, напомнив себе Билгара. Монстр не пошевелился. Он продолжал лежать на боку, вывалив изо рта распухший серый язык. Жёлтые глаза превратились в красные из-за полопавшихся капилляров.

Мои лёгкие покинул облегчённый выдох, ведь враг был бесповоротно мёртв, а скоротечная битва закончилась в мою пользу.

Я устало присел на корточки и отправил труп в инвентарь. Дальше стал исследовать берлогу тварины на предмет всяких ценностей. Вон сколько костей лежит на полу. Может быть, кто-то из их хозяев при жизни владел чем-нибудь ценным? Надеюсь, что так и есть.

Вскоре я закончил осмотр жилплощади скончавшегося врага, потратив всего минут десять. За это время мне удалось найти несколько блестящих украшений, которые могли после продажи принести какие-то очки. Ещё я отыскал окровавленные сапоги, но их не стал брать по понятным причинам.

После этого мне не оставалось ничего другого, как покинуть место схватки. На улице к этому времени ещё больше стемнело, а вот дождь практически прекратился. Кое-где в руинах стали раздаваться звуки выстрелов и зажглись огни костров. Я принялся обходить такие места десятой дорогой, а иногда тихонько крался в невидимости. Подобные предосторожности помогли мне добраться до цели за полчаса до наступления принудительного выхода из игры. Так я оказался возле базара, который являлся зелёной зоной и располагался на площади, заставленной сотнями палаток и контейнеров. Они-то и были местными пунктами покупки и продажи. Несмотря на ночь между ними ходили игроки и нормальные местные жители, которые никак не были преображены радиацией. Хотя если приглядеться, то в свете костров, хватало и слегка мутировавших индивидуумов. Вон у того мужика с носом проблемы, у этого  – три уха, а тот вообще – имеет две головы на одной шее.

Я передёрнул плечами и связался со своими спутниками, уточнив, где они находятся. Мара ответила, что они уже подходят к базару. Отлично, мне даже почти не придётся их ждать. И, действительно, эта парочка подошла ко мне спустя всего пару минут после сообщения. Оба выглядели неважно. Их костюмы оказались запачканы грязью и носили следы похожие на те, которые остаются после того, как кожу прижгут сигаретой.

Я с мрачным интересом спросил, глядя на отметины:

– Это кто вас так?

– Да там херня одна плевалась жуткой гадостью, – беспечно отмахнулся элиец, протирая пальцами визор. – Еле спас её от Мары.

– Как ты мне уже надоел… – тяжело выдохнула лучница, двинувшись к палаткам, а затем предложила, не поворачивая головы: – Так, ребята, давайте быстренько купим припасы, а потом спать, иначе я могу не выдержать и наплевать на все наши соглашения – меня уже так достал этот Леголас.

– А я притворяюсь глухим, когда он рядом, – усмехнулся я, покосившись на элийца.

Тот похлопал меня по плечу и доверительно прошептал, глядя в спину Мары:

– Это любовь. Втюрилась она в меня по самые зелёные уши.

– Заметно, – иронично хмыкнул я.

После этой короткой беседы мы разделились и принялись поодиночке шастать по базару. Мне довольно-таки быстро удалось сбыть весь лут, кроме тела мутанта и той тварины с вертикальным ртом. Как-то боязно было продавать его тем, из кого эти существа и получились. Мало ли как они отреагируют? Но всё же жадность победила, и я аккуратно спросил у одного местного торговца, кого бы мог заинтересовать подобный «товар», если он вдруг когда-нибудь появится в моём инвентаре. Тот недобро глянул на меня, а затем отправил к высокому седовласому торговцу с большим пузом и длинной бородой. Где-то на пути к нему ко мне присоединился Леголас. Он потребовал свою часть очков за червя и волка. Я передал их ему, а потом мы прошли ещё несколько метров, и оказались возле палатки, которая стояла чуть в стороне от остальных. За прилавком возвышался тот самый торговец, к которому меня отправили.

Элиец глупо выдохнул, глядя на него:

– О, Дед Мороз! – а потом понизил голос и спросил у меня: – Это кто такой?

– Ну, судя по тому, что у него есть все пальцы – явно не фрезеровщик, – насмешливо ответил я, после чего приступил к диалогу с торговцем.

Тот почти сразу согласился забрать у меня тела мутантов. Правда, заплатил не очень много. Видимо, подобного «товара» тут более чем хватало. Но всё-таки я остался доволен тем, что сбыл трупы. Теперь мне следовало закупиться боеприпасами и продовольствием, а затем на оставшиеся очки улучшить костюм.

Я спросил у Леголаса, который топал рядом со мной:

– А ты не знаешь, где тут патроны продают?

– Я-то знаю, – самодовольно бросил он и указал рукой на шатёр цвета хаки. – Там такая цыпочка их продаёт. Просто бомба. Если сравнивать её с бензином, то у неё октановое число точно выше ста. Вот только она лесбиянка.

– С чего ты решил? – спросил я, входя в шатёр и глядя на очень сексапильную представительницу рода человеческого в крохотных шортиках и облегающем топике. – Как она вообще тут оказалась?

– Не знаю, – пожал плечами элиец, недобро глянув на девушку. – Да и какая разница? Наверное, создатели шоу  решили добавить пикантности, вот и поместили её сюда.

– Возможно, – проронил я, задумчиво смотря на красавицу. – А почему она лесбиянка? Отвергла твои подкаты?

Парень тяжело вздохнул и ничего не сказал. Я понятливо усмехнулся, после чего подошёл к девице и купил боеприпасы.  Она общалась со мной предельно холодно, но, похоже, что со всеми покупателями  ведёт себя подобным образом, так что злиться нет повода.

Выйдя из шатра, мы быстро нашли, где приобрести продукты, а потом отыскали трехглазого, который был способен улучшить костюм. Он обитал во вместительном контейнере, который оказался наполнен таинственно мигающим оборудованием. Я увеличил у него объём батареи на девяносто единиц и установил в костюм чип, который повышал скорость движений на пять процентов. Он потреблял небольшое количество энергии, пребывая в активном режиме, а если был пассивен, то совсем ничего не «ел».

У этого торговца ещё имелись чипы на силу и на ловкость, но я всё-таки выбрал именно скорость, памятуя, сколько раз уже драпал от опасности. Леголас же ничего не стал у него приобретать.

После этого мы отыскали Мару и всей троицей покинули базар. А уснуть нам пришлось в разрушенном доме, который находился прямо на краю зелёной зоны.

В реальном мире я откинул крышку вирт-капсулы, выбрался наружу и сразу же заорал:

– Ма-а-аша-а-а! Ты где?

Девушка мигом показалась в дверном проёме с испуганным выражением на лице.

– Ты чего  орёшь?! Я думала, что-то случилось! – выпалила она, торопливо оглядев комнату и убедившись, что всё в порядке.

– Я просто жаждал поскорее увидеть тебя, – сладко соврал я, ведь на самом деле лишь хотел узнать дома она или нет.

– Так я тебе и поверила, – недоверчиво проронила Машка, после чего добавила: – Тебе Козлов звонил. Он просил, чтобы ты набрал его, как освободишься. И ещё… мои родители приглашают нас в гости.

– Похоже, что они будут предлагать мне деньги, чтобы я женился на тебе, – глубокомысленно обронил я, посмотрев на люстру.

– Ну конечно… сдался ты им. Так себе зять. В тот раз даже полку в ванной комнате прибить не смог, – желчно выдала девушка, глумливо улыбнувшись и сложив руки на груди.

– Это потому что тот молоток был для левшей, а я правша! И вообще, что за наезды? Ты бы вон хоть окна помыла, а то они такие грязные, словно мы прячемся от кого-то!

– Это твоя квартира! Вот ты и мой! Нашёл себе служанку!  – возмущённо протараторила та, вытаращив глаза.

– Ма-ша-а-а, – неожиданно простонал я, схватившись за голову и упав на одно колено.

– Что?! – выдохнула она, ещё больше выкатив глаза и испуганно закусив нижнюю губу.

– Я… я вижу… сквозь… одежду. На тебе нет… лифчика, – прохрипел я, медленно протянув к ней руку.

– Вообще-то, он есть, – проронила Маша, несколько смешавшись и ещё не понимая, что я дурачусь.

– Блин, тогда я вижу будущее… скоро его на тебе не будет.

– Ну ты и дебил, Роб!

– Почему? Ты не веришь в мои открывшиеся способности? – прорычал я, ринувшись к девушке, которая притворно испуганно завизжала и стала картинно отбиваться.

После короткой борьбы мои слова всё-таки оказались пророческими: девушка лишилась лифчика, как и всей одежды. То, что не было получено утром, свершилось здесь и сейчас, и длилось не меньше часа. Хейтеры скажут, что это враньё, но можете мне верить – чистая правда!

Глава 14

Когда сексуальные игрища закончились, Машка с укором проговорила:

– Хоть бы презерватив натянул, а то так и придётся за тебя замуж выходить. Мрачная перспектива.

– А я был в презике. Просто он камуфляжный, и его не так легко увидеть.

– Угу, – недовольно проронила девушка и отправилась в ванную комнату.

Я взял мобильник, подошёл к окну и набрал номер Козлова.

– Освободился? – без предисловий вылетел из динамика вопрос полицейского.

– От вас это звучит двояко, – иронично заметил я, поглядывая на темнеющее небо.

– Ты меня понял, – угрюмо сказал сержант. – Ночью поможешь мне? Всё в силе?

– Ага, – подтвердил я и почти шёпотом добавил: – Только давайте на этот раз засаду устраивать не на остановке, а в том месте, где другой мужик видел силуэт птицы.

– Почему? – озадаченно выдохнул собеседник.

– По личным причинам, – сухо произнёс я, а затем всё-таки добавил: – Не хочу, чтобы моя девушка видела меня пьяным в вашем обществе. Уж очень она не любит, когда я с полицией якшаюсь.

– А-а-а, – понятливо протянул Козлов с улыбкой в голосе, проигнорировав шутку о полиции. – Подкаблучник? Я тебя научу, как быть мужиком. Мне есть что рассказать. Давно уже в браке.

– И сколько лет? – поинтересовался я, не став разубеждать его в том, что мне совсем не подходит определение «подкаблучник».

– Пятнадцать! – заявил он с гордостью.

– Ого, вы совсем, что ли, разводиться не собираетесь? – ужаснулся я.

– Эх, ничего ты не понимаешь, – бросил полицейский. – Надо провести с тобой инструктаж.

– Если вы будете мне угрожать, то я из дома не выйду.

– Выйдешь-выйдешь, и другу своему позвони, скажи, чтобы к десяти был возле «Справедливости» и сам подходи. Всё, отбой.

Сержант сбросил вызов. Я с усмешкой посмотрел на экран мобильника, а затем набрал сестру. Она ответила довольно-таки быстро, после чего мы стали болтать о том о сём. Наш диалог длился недолго, так как он оказался прерван появлением Машки. А я как раз обсуждал её с сестрой, так что разговор был быстро закончен.

Девушка произнесла, поправляя полотенце на голове:

– Кто звонил? О чём разговаривали?

– Да это Козлов был. Надо опять ему помочь, – бросил я, изобразив недовольство на лице.

– Ты ведь помнишь, о чём я тебя вчера предупреждала? – холодно осведомилась Машка, сузив глаза.

– Да, дорогая, – ласково сказал я, а потом ещё слаще пропел: – Мне никто не нужен кроме тебя. Да я просто счастлив хотя бы жить в одно с тобой время.

– Не забывай это, – царственно проронила девица, а затем позволила себе весело улыбнуться.

После этого она удалилась, а я занялся своим аккаунтом и подписчиками, коих стало сто тридцать пять тысяч. Мне пришлось отвечать на комментарии, сообщения, что-то публиковать и даже провести недолгую трансляцию, общаясь с людьми. Ради этого я запер дверь в комнату, чтобы не зашла Машка. Девушка практически тут же попыталась высадить её, что-то грозно мяуча. Некоторые подписчики обратили внимание на издаваемые ею звуки, поэтому я сказал, что у меня через стенку живёт неадекватная женщина. В общем, весело провёл время, а где-то в девять позвонил Петру.

Тот долго не хотел брать трубку, а потом всё-таки изволил ответить.

– Да, – вылетел из мобильника его нервный голос.

– Ты чего такой недовольный? – удивился я.

– У меня тут с Лидкой секс намечается, а ты звонишь…

– Ты не забыл, что у нас сегодня полицейская операция? Встречаемся возле кафе через… так, на дорогу у тебя уйдёт минут десять, а до этого ты с Лидой шпёхаться будешь… короче, через пятнадцать минут жду тебя около «Справедливости».

– И какого хрена я дружу с таким отвратительным типом, как ты? – задался вопросом парень.

– Ладно, разжалобил меня. Тогда в десять, но кто опоздает тому пятнадцать суток, – весело выпалил я и прервал звонок.

Петя не опоздал, а пришёл даже раньше меня. Он уже стоял возле кафе вместе с сержантом, когда я подходил. Мы поздоровались, вошли внутрь, сели за стол и сделали заказ. В этот раз пили очень осторожно. Петя и дядя Коля совсем немного – для храбрости, а я побольше, но так чтобы быть в адекватном состоянии.

Пока готовились к операции, Козлов стал размеренно вещать, внимательно глядя на меня:

– Помнишь отца Леонтия из той заброшенной церкви?

– Ага, – кивнул я, опрокинув стопочку и закусив местным сыром.

– Он оказался деятельным мужиком. Храм собрался строить. Людей агитирует. Похоже, что возвращаться в деревню совсем не собирается. Даже место под строительство уже  у мэра выбил. Кстати, храм отец Леонтий собрался возводить совсем недалеко от той точки, где свидетелю примерещился Чёрный Ворон.

– Ну, значит, поглядим сегодня на место под храм, – вставил Петя, хмуро наблюдая за исчезающей из бутылки водкой, а потом вдруг встрепенулся и спросил: – А вы не слыхали о Надьке, которая шею сломала? Вот только вчера померла. Прям рядом со мной жила.

– У меня коллега к ней выезжал, – бросил полицейский, сдвинув брови над переносицей. – Невесёлая история. Баба только жить нормально начала, и на тебе – упала с лестницы и шею сломала.

– Говорят, что ей отшельница из леса что-то наколдовала и у той сразу же всё в гору пошло, – таинственным шёпотом выдал Петя, возбуждённо сверкая глазами. – И мужика нормального нашла, и работу…

– Да что ты за всякими дурами повторяешь! – повысил голос Козлов, недовольно поглядев на парня. – Просто совпадение. Вот любит у нас народ везде колдовство найти. Работать надо – и тогда всё будет: и деньги, и счастье. А то привыкли на что-то надеяться. Надо бы, кстати, навестить эту старуху, проверить, что она там устроила в деревне староверов. Может, грибы галлюциногенные растит или ещё чего…

– А даже если и не растит, то наша полиция всё равно найдёт, – сказала я, чуть пьяно растягивая слова.

– Так, похоже, что подготовку надо сворачивать, а то будет, как вчера, – решительно заявил сержант, посмотрев на меня, а потом на съёжившегося Петю. – Зинка!  Иди сюда!

Полицейский расплатился, и мы покинули кафе, оказавшись на улице. На ночном небе уже сверкали звёзды, а месяц был такой яркий, жёлтый, что аж выть захотелось. Почему-то вспомнился сон с чертёнком. Что он там мне предлагал? Деньги, славу, долголетие? А в обмен на что? На какую-то ма-а-а-аленькую плату? Что он имел в виду? Душу? Ну, а чего ещё черти хотят? Во всех сказках так. Эх, надеюсь, что мне такая чертовщина больше сниться не будет, а если всё же повториться, то надо бы в церковь сходить или к врачу. Авось, кто-нибудь из них поможет.

Меж тем мы двинулись по Грязьгороду, отдаляясь от его центра. И чем дальше шли, тем меньше нам встречалось прохожих, а вскоре мы лишь втроём топали по улице, которая пролегала по частному сектору. Здесь из дворов брехали собаки. Воздух пах  плодовыми деревьями и землёй. А уличных фонарей практически не было, поэтому темнота намного гуще окутывала эту часть города. Приходилось идти, внимательно глядя под ноги.

Вскоре наше трио вышло на пустырь, заросший бурьяном. Он начинался прямо от заборов и раскинулся до самой кромки леса. Где-то невдалеке шумела речка. Потянуло прохладой, и появились комары. Если бы не естественное освещение, то темнота была бы тут полнейшей.

Я немного удивлённо посмотрел на Козлова, который замер возле лопухов, и досадливо проронил:

– Дядь Коль, а ты зачем нас сюда припёр? Здесь, что ли, видели Чёрного Ворона?

– Ага. Так что придётся тут караулить, ведь кто-то не захотел мелькать перед невестой пьяным, – саркастично выдал тот, после чего оглядел пустырь и добавил, вытянув руку: – Иди вон туда сядь. Там кто-то диван выбросил. А мы тут спрячемся.

Вдруг Петя, задумчиво хмуря лоб, неожиданно здраво выдал:

– Какая-то глупая затея… Ну кто будет кого-то похищать с этого пустыря? Тем более второй раз.

– А у тебя есть другие предложения? – недовольно бросил полицейский, надув щёки.

– Нет, – проронил парень, пожав плечами.

Тогда Козлов саркастично отбарабанил, бурно жестикулируя руками:

– А давайте сразу из окна гостиницы глядеть на улицу? Авось заприметим похищение. Чего молчите? Тут-то похищение хоть точно было. Да и место тихое. Здесь можно целую войну развязать, и никто не обратит внимания. Если повезёт, то подкараулим кого-нибудь. Пусть не сейчас, а на следующую ночь… – на этом моменте сержант остановился, чтобы перевести дух, а потом неожиданно добавил: – На вот, Роб, ещё выпей.

Он протянул мне початую бутылку, прихваченную из кафе. Я взял её и сделал долгий глоток, а потом занюхал каким-то листочком, сорванным с дерева. Похоже, что это вишня.

В этот миг из-за ближайшего забора донёсся сиплый мужицкий голос:

– Эй, ребята, вы чего там делаете?!

– Похитителя ищем, –  брякнул Петя.

– А кого надо похищать? И сколько платят? –  заинтересовался мужик, стоя по ту сторону забора, из-за которого виднелась только его курчавая голова.

– Я тебе Кузёнкин сейчас пятнадцать суток впаяю! – зло крикнул Козлов, узнав мужика.

– Товарищ сержант! – испуганно заголосил тот, тоже узнав полицейского. –  Да я же шучу! Юмор у меня такой!

– Если ещё раз так пошутишь, то ты меня знаешь… –  угрожающе недоговорил дядя Коля. –  Иди лучше домой к внукам.   Бродишь тут в огороде – людям мешаешь.

– Дык брожение создаёт алкоголь! Вот я и брожу! Всё, всё, уже убегаю! – весело крикнул мужик и торопливо скрылся  из виду.

Полицейский повернулся к Пете и недовольно бросил:

– Вот кто тебя за язык тянул?

– Да я как-то на автомате, –  замялся тот, виновато опустив голову.

Я решил помочь другу избежать нагоняя, поэтому спросил у полицейского, перетягивая его внимание на себя:

– Мне уже можно приступать к роли живца? Время-то не детское.

– Приступай, – разрешил Козлов.

Я направился к грязному вонючему предмету мебели, который стоял посередине пустыря. Дойдя до него, заметил рядом остатки костра, обложенного красными кирпичами, несколько пустых бутылок и мятый алюминиевый чайник. На диван решил не присаживаться, а нашёл крупный древесный сук и подложил его под задницу, чтобы не сидеть на траве.

Место я выбрал так, чтобы лунный свет падал прямо на меня. Если кто-то захочет похитить мою тушку, то не промахнётся. А вот Петю и сержанта совсем не было видно. Их хорошо скрывали кусты. Надеюсь, что-то да выйдет из этой бредовой идеи, а то не хочется ещё раз проделывать нечто подобное.

Как только ловушка была готова, медленно потянулось время. Вскоре я от скуки взял палочку в руку и начал выводить на земле различные рисунки, далёкие от признаков гениальных. Параллельно прикладывался к бутылке, но держал такое состояние, которое сильно не туманило разум.

Через какое-то время мне наскучила живопись, и я достал мобильник. Принялся играть, с трудом попадая пальцами по кнопкам. Где-то в закоулках разума уже всплыла отчётливая мысль, что мы сваляли большого дурака, затеяв всё это. Ну, бред же. Никто никого с этого пустыря похищать не станет. Но из-за уважения к Козлову, я решил ещё часок посидеть тут,  пока батарея не сядет, а уж потом отчаливать восвояси.

Вот такие мысли носились у меня в голове, но судьба распорядилась иначе… Я продолжал играть, уже почти не видя экран из-за алкогольного опьянения, а затем вдруг как-то резко потемнело: и не у меня в глазах, а что-то закрыло лунный свет, льющийся с неба. Я медленно поднял тяжёлую голову и обомлел, отказываясь верить тому, что увидел.  Ей-богу, сплю. На меня пикировала здоровенная чёрная птица, сотканная из тумана. Размах её крыльев превышал три метра, а красные глаза-угли, казалось, прожигали саму душу.  Траекторию её полёта отмечали серые завитки, похожие на дым от костра. Они быстро рассеивались в воздухе. А тишина стояла такая, что я мог услышать частые удары собственного сердца.

И вдруг в этой тишине раздались звуки выстрелов и злой крик Козлова:

– Беги! Беги, Роб! Чего застыл?! Придурок!

Он ещё как-то костерил меня, а я будто заворожённый смотрел на пули, беспрепятственно проходящие сквозь тело Чёрного Ворона. А тот уже был в паре метров от меня. Но тут я почувствовал неожиданный прилив сил, который позволил мне мгновенно протрезветь и взять тело под полный контроль. Каким-то чудом мне удалось прыгнуть в сторону и избежать встречи с птицей. Наверное, помогли навыки, полученные в «Императоре Галактики». Ворон пронёсся над тем место, где я был секунду назад, и вырвал из земли приличный кусок почвы, а затем взмыл в воздух, пойдя на второй заход.

Я резко вскочил на ноги и бросился навстречу полицейскому, который неуклюже бежал ко мне, пытаясь стрелять по чертовщине, но у него это плохо выходило. Козлову жутко мешал объёмный живот, одышка и возраст. По-моему, только две пули из «макара» попали в Ворона, а затем патроны закончились.

Тем временем я с ужасом бросил взгляд через плечо и узрел потустороннюю птицу, которая не желала исчезать, хотя её просто не могло существовать. Наваждение, млять, какое-то! Но это самое наваждение преследовало меня! Вот оно! И делай с этим, что хочешь!

А тут ещё мне не посчастливилось наступить в какую-то ямку. Нога подогнулась, после чего я кубарем покатился по земле, оказавшись на спине. Мой лихорадочный взор встретился с глазами птицы.

– Прочь! – заорал я, не помня себя от страха. – Сгинь! Уйди от меня!

Ворон словно послушался меня и вильнул в сторону, пролетев прямо надо мной. Моя голова даже задела его туманное тело. Возможно, из-за этого я ощутил дикую слабость, заставившую меня бессильно вытянуться на траве.  Но сознание я не потерял, поэтому сумел увидеть, как из-за деревьев выбежал высокий седовласый человек в рясе. Он бросился в сторону птицы, грозно потрясая кадилом и что-то выкрикивая на латыни. Та стремительно рванула в направлении леса, а мужчина стал бесстрашно преследовать её. Через пару секунд они исчезли за стеной деревьев.

Тут ко мне подскочил запыхавшийся Козлов с багровым от притока крови лицом. Он упал на колени и сумел выдавить, жадно хватая распахнутым ртом воздух:

– Ты… фу… как?

– Поздравляю, сержант. Это ваш рекорд по прибытию на место происшествия, – промычал я, глядя в ночное небо и отказываясь верить в то, что произошло.

– Шутишь, значит… всё… фух… нормально.

– Нормально? – удивился я, посмотрев на него. – Дядь Коль, ты же видел Чёрного Ворона? Или… или мне в дурку пора?

– Видел, сынок, видел, – просипел он и плюхнулся на задницу. По его лицу градом катились мутные капли пота.

– Что же это такое было? Она ведь прям летала, и землю хватала… У-м-м, – застонал я от боли, прострелившей подвернутую ногу.

– Может, правда, американцы создали эту птицу?

– А если, лазеры какие-то? Ну, как шоу? Знаешь, такие? В Японии вообще целые представления устраивают, – морщась, предположил я, начиная немного отходить от шока и мыслить более здраво.

– Да уж больно круто для наших мест! – донёсся взволнованный голос Пети, который бежал к нам.

– А ты чего к шапочному разбору поспел? – недовольно поинтересовался я, приняв сидячее положение. – Друга чуть не завалили.

– Дядя Коля сказала, чтобы я из кустов не высовывался, – объяснил Петя, пряча взгляд. – Но я тоже видел эту птицу. Даже не знаю с чем её сравнить.

– Вот и я не знаю, – угрюмо сказал сержант, до сих пор тяжело дыша. – Что теперь говорить в отделе? Никто ведь не поверит. А это чудовище действительно похититель. Всё указывает на него.

– Да,  не поверит,  – задумчиво согласился я, глянув на осунувшегося полицейского. – Но кое-кто может пролить свет на эту мистическую историю.

– Отец Леонтий? – сразу понял Козлов кого я имею в виду.

– Ага. Видели, как он Ворона прогнал? Тот явно испугался его.

– Наверное, чудовище напугалось божьего человека, – предположил Козлов, проведя рукой по лысине, после чего признательно добавил, посмотрев на меня: – А идею ты верную подкинул. Надо потолковать с батюшкой.

– Обязательно надо, –  проговорил я, протянув руку в сторону Пети.

Парень помог мне подняться на ноги, а затем встал и полицейский. Ему не потребовалась чья-либо помощь.

– Где там у него храм будет стоять? – спросил я у Козлова.

– Вон за теми деревьями, откуда он и выбежал, – ответил тот.

– Мы сейчас туда пойдём? – произнёс Петя с долей опаски, царящей на бледном лице.

– А чего мы там забыли? Он вон туда убежал, – проговорил дядя Коля и двинулся в сторону леса.

Я попробовал пойти за ним, но мигом зашипел от боли в травмированной ноге и замер на одном месте.

Полицейский тоже остановился, хмуро посмотрел на мою конечность и решительно проронил:

– Так, похоже, что с тебя на сегодня хватит приключений. Петя, отведи Роба домой. Я один пойду искать отца Леонтия.

– А давайте до завтра отложим его поиски? – предложил я, не став строить из себя героя. – Куда вы один-то пойдёте? Там же волки, птица эта, а батюшка за себя постоять может. Он уже доказал это. Утром с ним лучше поговорите.

Сержант подумал немного, а затем согласно кивнул, после чего наше многострадальное трио отправилось в центр города.

По дороге мы начали строить различные предположения, откуда могла появиться эта птица. Никто не высказал хоть сколько-нибудь дельных мыслей, и вскоре все сошлись на банальном мнении, что это мистика какая-то. Ну, видят же люди привидений, домовых, призраков… А тут вон Чёрный Ворон завёлся.

Уже почти перед моим домом, я предположил:

– Может, в воздух что-то попало и вызвало у всех галлюцинации? Есть здесь в округе какие-нибудь химические производства?

– Да нет тут не хрена, – зло выдал Козлов, избороздив лоб глубокими морщинами. – Я вообще ума не приложу, что происходит.

– Мда, – протянул Петя, которого больше всех потрясло появление Чёрного Ворона.

– Короче, парни, о том, что мы видели, молчим, – произнёс полицейский, окинув нас внушительным взором. – Нам же от этого будет лучше. Я завтра потолкую с батюшкой и возможно что-нибудь выясню. А пока по домам и предупредите домочадцев, чтобы не бухали и после захода солнца из дома не выходили. А то не ровен час Чёрный Ворон унесёт или волки загрызут.

– Хорошо, – дуплетом ответили мы, после чего Козлов потопал домой, а Петя помог мне добраться до лифта, а затем тоже ушёл восвояси.

Глава 15

Оказавшись в квартире, я почувствовал, как на меня накатила волна страха. Там за дверью с Петей и Козловым мне приходилось храбриться, стараясь не выказать то, как меня потрясло увиденное. Это ведь чистой воды сумасшествие! Как такое создание может жить в нашем мире? Оно вообще как будто из другой реальности! Ворон словно соткан из чёрного дыма, но в то же время – сумел вырвать здоровенный кусок земли. Как такое возможно? Бред! Настоящий бред! Я почувствовал, как моё тело начала сотрясать крупная дрожь.

В таком состоянии меня и обнаружила Машка, которая услышала, как хлопнула входная дверь.

– Роб, ты чего? – протянула она, внимательно глядя на меня. – На тебе лица нет. Дрожишь вон весь. Опять твои глупые розыгрыши? Учти, что мне совсем не смешно.

– Да и мне что-то не до смеха, – просипел я, а потом добавил, показав распухшую ногу: – Подвернул вот.

– Так ты чего сидишь?! – всплеснула она руками. – Бегом в ванную!

– Прям бегом? – саркастично выдал я, поковыляв в указанном направлении.

– Ты меня понял, – проронила девушка, после чего скрылась в ванной.

Там Машка набрала холодной воды, в которую я опустил пострадавшую ногу. Блаженная прохлада притупила ноющую боль. Девушка принялась расспрашивать меня, требуя рассказать, как я так умудрился, что пришёл домой на одной ноге. Мне пришлось скормить ей какую-то правдоподобную байку. Она поверила.

Я же в это время не переставал думать о Чёрном Вороне, постепенно избавляясь от страха, который он нагнал на меня. Наверное, вода помогла. На этом фоне появились кое-какие любопытные мысли. Интересно, почему Ворон не вонзил в меня когти, когда атаковал во второй раз? Я ведь уже не мог никуда скрыться, но птица вильнула и пронеслась над моей головой. Она чего-то испугалась? Но у меня даже оружия не было. Я лишь дико орал, чтобы Ворон не трогал меня. Вполне нормальное поведение в подобной ситуации. Хорошо хоть в штаны не навалил. У Пети вон вообще такая физиономия была, словно он готовился разрыдаться. Один полицейский хоть и был шокирован, но держал эмоции в узде. Ну а отец Леонтий просто красавчик – бесстрашно бросился прогонять Чёрного Ворона. Вон мне бы иметь такие нервы.

Но всё же почему птица решила не трогать меня? Вопрос на миллион долларов. Мне вдруг вспомнился эпизод с волком-мутантом, который сломался в игре. Обе ситуации, действительно, очень похожи. Там я умолял волка остановиться, а тут требовал от Ворона, чтобы он проваливал восвояси, и оба раза вышло примерно так, как мне и хотелось. Кстати, был ещё момент с Машкой, когда она резко перестала орать. Тоже странная херня. А что если… а что если я могу как-то воздействовать на существ в разных мирах и даже в виртуальном? Бред? Очень похоже на то, но ведь и Чёрный Ворон – та ещё дичь. Хм… а может быть, мне стоит провести эксперимент?

Я вытащил ногу из воды, а потом добрался до спальни, держась за стены. Девушка лежала на кровати, глядя в экран мобильника.

– Маша, посмотри-ка сюда.

Она отняла взор от гаджета и вопросительно уставилась на меня. Я мигом вспомнил, что все три раза смотрел прямо в глаза объектам воздействия: волку, птице и Машке. Поэтому поймал взгляд девушки и внушительно проронил:

– Положи телефон.

– С чего бы это? – удивилась она, возмущённо хмыкнув.

– Положи телефон! – грозно потребовал я, хмуря брови.

– Роб, ты ещё и головой ударился? – опешила девушка, выпучив глаза.

– Хм, не работает, – тихо прошептал я, подумав, что нафантазировал с  три короба, а теперь даже немного разочарован, что ничего не вышло.

– Чего ты там бормочешь? – тревожно спросила Машка, взволнованно глядя на меня. – С тобой всё нормально?

– Да, всё хорошо, – ответил я, изобразив улыбку. – Просто устал немного, так что давай-ка спать.

Девица быстро поинтересовалась:

– А ты разве не будешь смотреть «Императора Галактики»? Запись уже доступна в сети. Я бы тоже глянула на твои успехи.

– Точно! Совсем из головы вылетело. Врубай, – торопливо проговорил я, ложась рядом с ней.

Она быстро нашла сегодняшний выпуск, после чего включила его. Мы принялись смотреть. Я глядел в экран, затаив дыхание и надеясь на появление себя любимого. Даже Чёрный Ворон отошёл на второй план. Но чем дольше мы смотрели выпуск, тем больше я  разочаровывался. Похоже, что на редакторов не произвели впечатления мои приключения. Они проигнорировали даже тот геройский манёвр, когда я увёл от спутников четвёрку мутантов.

В общем, мне так и не удалось попасть в выпуск, и меня сей факт сильно расстроил. Поэтому я решил, что завтра как-нибудь обязательно выделюсь, иначе подписчики перестанут так активно следить за мной, а это смерти подобно для моего плана по обогащению.

Машка тоже немного опечалилась, не увидев моего персонажа, но нас обоих подбодрило то, что по силе аватара я поднялся на девяносто девятую строку. Правда, плотность в первой сотне игроков оказалась таковой, что если провести день без особых свершений, то  можно было легко откатиться на пару сотен игроков назад. Всего же участников осталось чуть больше семи тысяч.

После просмотра записи эфира «Императора Галактики» мы отправились в царство сновидений, но прежде чем попасть туда я принялся отгонять от себя все мысли о бесплотной птице, думая о чём угодно другом, но только не о ней.

Вскоре я уснул, но мои ухищрения прошли даром. Чёрный Ворон влез-таки в мой сон, превратив его в кошмар. Мне пришлось всю ночь убегать от него, пока он с карканьем летал за мной. Естественно, что утром я проснулся в скверном настроении, а в капсулу полез отчаянно зевая.

Я появился во вселенной «Десяти Планет» и сразу же мрачно посмотрел на своих спутников. Сегодня нам надо расстаться, а они мне уже почти как хорошие знакомые: даже вон Мара. Она в этот момент перехватила мой взгляд и бодро поздоровалась, а вот Леголас был отчего-то совсем не весел, словно тоже видел какую-то чертовщину.

– Ты чего такой печальный? – поинтересовался я. – Узнал, что мир крутиться не вокруг тебя?

– Вчера с девушкой разбежался. Взял все свои вещи, положил в карман и ушёл в закат, – промычал он, тяжело вздыхая, и даже не ответил на мою шпильку.

– Бедолага, – проронила Мара, печально глядя на него.

– Ага. Не повезло ей, что такого самца упустила, – проронил элиец, двинувшись по улице. – Как теперь она без меня? Точно бедолага.

– Вообще-то, я тебя имела в виду, – поправила парня девушка, вытащив из инвентаря что-то похожее на арбалет с большим барабаном на несколько десятков пятнадцатисантиметровых железных болтов.

– Меня? – изумился Леголас, посмотрев на неё через плечо. – Да я себе лучше найду! Ты хоть знаешь, что книгу рекордов Гиннеса списали с моей жизни? Да я…

– А из-за чего расстались-то? – прервал я его бахвальство.

– Если честно, то мой косяк, – неожиданно признался он. – Напился вчера и пошёл ссать. А там такой необычный унитаз был. Вот кто знал, что это новая ваза?  Ну так и поругались.

– Почти классическая история, – заметил я, сдерживая смех.

– Ага, – брякнул парень.

– Постой, а ты же говорил, что у тебя есть жена, – неожиданно вспомнила Мара.

– Ну да, раньше была. Я тоже с ней разбежался, – легко поведал он,  а затем посмотрел на карту и добавил со вздохом: – А теперь вот пришло время и с вами расставаться.

Мара посмотрела на элийца, потом на меня и предложила:

– Давайте договоримся, что тот, кто первым вернётся в город, напишет остальным?

– За, – проронил я, подняв руку.

Элиец согласно кивнул, затем обнял девушку, после чего проговорил, глядя на неё:

– Мара, ты уж защищай нашего командира, как когда-то я его. Эх, жаль, что мужика с вами послать нельзя.

– Ты берега-то не теряй! – рыкнул я на него, притворно рассердившись.

Леголас издевательски засмеялся и побежал по улице, прижимаясь к домам. Мы же двинулись перпендикулярно его маршруту, внимательно смотря по сторонам.

Вскоре зеленая зона закончилась, и наступил один из самых опасных моментов, ведь утром базар покинули сотни игроков. Теперь они бродили где-то рядом. Я уже несколько раз слышал звуки стрельбы, доносящиеся из-за домов. По-моему, даже мутанты где-то рычали. С ними тоже не хотелось бы встречаться. Хорошо хоть до ратуши отсюда было уже сравнительно недалеко.

Вдруг Мара напряжённо проговорила:

– Лазарь, справа в трёхэтажном здании, похожем на бочку, кто-то есть. Глянь вон в то окно, где решётка болтается.

Я легонько кивнул и внимательно посмотрел в указанном направлении. Хм, вроде бы никого нет. Возможно, лучнице показалось? Но внезапно там мелькнул шлем игрока, а потом и ещё один. Твою мать! Не показалось.

Девушка тоже увидела участников шоу и нервно прошептала:

– Засада. Надо обойти. Рванули вон через те завалы?

– Отличная идея, – быстро согласился я и двинулся к полностью разрушенному дому.

Лучница потопала за мной. А те ребята, что сидели в засаде, незамедлительно выскочили на улицу, поняв, что мы двинулись другим маршрутом.

Я вздрогнул, когда увидел, что среди них оказался Билгар. Он первым открыл по нам огонь. Остальные четверо рьяно поддержали его. Благо, что мне удалось прыгнуть за стену дома, но всё же несколько пуль успели вскользь задеть моё тело, лишив десяти процентов энергии. Маре досталось чуть больше, но и она успела уйти с линии обстрела, оказавшись рядом со мной. Жаль, что в этот миг прозвучал взрыв – и стена рухнула, накрыв нас кусками бетона, мелкими камнями и прочим мусором.

Кто-то из игроков торжествующе взревел, а потом истошно заорал, видя, что мы выбрались из-под завала:

– Держи их!

Я бросился в соседний дом, закинув оружие за спину, и косясь на Мару. Та мчалась за мной, перепрыгивая всяческие препятствия, которые встречались нам на пути. Костюм девушки оказался весь в белой пыли и кое-где виднелись повреждения. Я сам на данный момент уже лишился пятидесяти пяти процентов энергии батареи.  Нам обоим было прекрасно ясно, что в таком состоянии нашему дуэту совсем не улыбалось сражаться с пятёркой игроков. Поэтому выход был лишь один – бежать, используя укрытия.

Внезапно Мара торопливо выдохнула:

– Нам надо разделиться! Не беги за мной!

Она выскочила из дома и помчалась вниз по улице, петляя между автомобильных остовов. Я на миг обалдел от её манёвра, а затем  рванул в противоположную сторону.

– Вот ты, Лазарь, и остался один, – прошептал я, сдерживая злость. – Теперь бы добраться до ратуши, взять генератор и успеть перенестись к квест-стартеру, пока эти твари не догнали меня.

Я бросил торопливый взгляд через плечо и убедился, что вся пятёрка игроков устремилась именно за мной. Мара словно знала, что так и выйдет.

У меня в голове мелькнула мысль, что она может быть с ними в сговоре, но я тут же отказался от неё. Похоже, что умная девушка просто поняла, кто будет наиболее интересен этим засранцам. Я ведь со вчерашнего дня вхожу в сотню сильнейших участников шоу, а значит, награда за меня будет приличной. И ещё в выборе цели могло сыграть роль то, что Билгар явно сообщил своим подельникам то, что я, действительно, не убиваю игроков. Вот преследователи и выбрали меня.

Блин, Софи будто в воду глядела, когда предполагала, что мне может аукнуться такой стиль игры. Ну что же, попробую справиться с игроками без убийств – тупо убежав от них. Вон как раз уже и ратуша показалась. Она выглядела как серое мрачное здание с заколоченными окнами. Стальные двери оказались немного приоткрыты, а на стенах были выведены какие-то символы, похожие на иероглифы. Я не мог их прочесть, потому что встроенный в шлем переводчик работал лишь с речью, а не с письмом, поэтому они для меня оставались непонятными закорючками. Да мне и неинтересно было знать, что там написано. Главное – чтобы ратуша помогла мне выжить.

Между тем я на всех парах влетел в неё, укрывшись от пуль, забарабанивших по дверям. Повезло, что игроки, гнавшиеся за мной, оказались далеко не снайперами. Они всего лишь ещё два раза попали в меня, снизив заряд батареи до сорока пяти процентов. Надеюсь, что это последний раз, когда моя броня подвергалась такому насилию.

Оказавшись внутри ратуши, я торопливо включил «ночное видение», так как тут царила непроглядная темень. Перед глазами появились рухнувшие перекрытия, обвалившиеся стены, кругом валялись балки, кирпичи и обломки мебели. А единственным возможным направлением, по которому можно было двигаться, оказался коридор. Я незамедлительно побежал по нему, поднимая в воздух клубы пыли, пахнущие извёсткой. Лишь бы преследователи не погнались за мной, но те оказались азартными ребятами. Они ворвались внутрь ратуши с криками и матом. Похоже, что игроки решили преследовать меня до самого конца.

Мне пришлось врубить невидимость, тратя скудный заряд батареи, а потом шагом двинуться вперёд, чтобы не привлекать внимания. Но оказывается, что с переходом на шаг я перестраховался, потому что участники шоу рванули по коридору, громко топая ботинками, матерясь и иногда стреляя наудачу. Это позволило мне не ограничивать себя в производимых звуках. Я рванул к цели что было сил, не обращая внимания на то, что рядом со мной летали пули. По большей части они впивались в стены, но одна всё-таки клюнула меня между лопаток, попав в защитную крышку. Я чуть не упал, но удержался на ногах, оказавшись возле завала, наглухо перекрывающего коридор. Моё сердце мигом ушло в пятки. Но я, торопливо осмотревшись, заметил сбоку ржавую железную лестницу, которая вела вверх и в подвал. Я бы мог попробовать подняться на другой этаж и покинуть ратушу через окно, как уже однажды делал: глядишь и оторвался бы от преследователей. Но конкретно в этой обстановке решил рискнуть— и стал аккуратно спускаться, стараясь не тревожить шаткую конструкцию.

Возможно, что я сам себя загоняю в ловушку, но с другой стороны – если успею забрать генератор, то смогу вернуться в городок победителем.   Тем более что и игроки могут подняться, а не пойти вниз, – ведь для убегающего человека было бы логичнее поступить именно так.

Жаль, что всё вышло не так, как я хотел. А всё из-за козла Билгара, который крикнул, как только преследователи оказались возле завала и наткнулись на лестницу:

– Вниз! Я слышал, как он получал задание! Ему нужен генератор из подвала! Туда он побежал, туда! За мной ребята!

Я тихонько выругался, спуская по ступеням. И когда чёртов ублюдок услышал об этом? Я же ничего ему не говорил!  Он ведь только знал, что мне нужно в Старый Город! Может, талитхянин случайно подслушал мой диалог с квест-стартером? Похоже на то. А вообще, какого хера он делает в этих руинах? Билгар же говорил, что ему надо чуть дальше Старого Города. Соврал? Вот ведь скользкий расчетливый мерзавец!

Тем временем игроки рванули вниз по лестнице. Гром от их шагов далеко разносился по зданию, провоцируя возможных мобов, затаившихся тут. Участники шоу, словно последний страх потеряли. Неужели моя тушка так дорого стоит, что они так рискуют? Или это просто азарт охотника, почуявшего, что жертва скоро будет настигнута?

Из-за этих дебилов мне самому пришлось перейти на бег, наплевав на скрытность, а ведь мобы тут точно будут. Я начал перепрыгивать сразу по несколько ступеней, облепленных мягкой дрянью, похожей на мох. И чем глубже спускался под землю, тем больше её становилось. Вскоре с потолка свисали целые гирлянды этой неприятной растительности, которая пахла тухлым мясом. А затем на визоре появилось оповещение, гласящие, что в воздухе повысилась концентрация отравляющих веществ, поэтому увеличился расход заряда батареи – броня стала защищать меня от новой напасти.  Пришлось отключить невидимость. Хотя преследователи уже всё равно поняли, что они на верном пути, ведь позади меня раздавались призывы остановиться по-хорошему. Я не отвечал, рыща взглядом по сторонам. Когда там уже закончится эта долбанная лестница? В Ад, что ли, она ведёт?

Но вот, наконец-то, ступени упёрлись в дверной проём, густо облепленный мхом, и я торопливо вошёл внутрь, оказавшись в просторном помещении, где кругом стояли какие-то хреновины, похожие на заводские станки. Наверное, это и есть генераторы. Видимо, они прежде питали не только ратушу, но и близлежащий район, поэтому их тут так много.

Ещё я заметил десятки толстых кабелей, которые змеились по потолку, а под ногами валялись провода, разбитые лампы и защитные кожухи. Чуть дальше – помещение сужалось и перетекало в другую комнату.  Я торопливо двинулся туда, сверившись с картой. Она вела меня именно в то помещение. Похоже, что эти генераторы безынтересны нанимателю или вообще ни на что не годны.  Ишиму нужен был тот, который, лежал вон в той комнате.

Но только я сделал несколько шагов, как услышал щёлкающие звуки, будто кто-то, не жалея зубов, громко стучал ими друг об друга. Я насторожённо остановился, прерывисто дыша. Кто здесь, млять, ещё?

А в это время с лестницы всё сильнее доносились крики преследователей. Мне надо было поторапливаться, но из-за генератора вышло странное существо, почти полутораметрового роста. Оно обладало приплюснутым тельцем, напоминающим шайбу диаметром в метр, и шестью ногами, которые оказались длинными, тонкими и изогнутыми, будто принадлежали водомерке.

Моб был покрыт небольшими белесыми пупырышками, в основном расположенными на конечностях. А во рту имел короткие жвала. Ими-то он и издавал эти скрежещущие звуки. Ещё у него были небольшие блёклые глазёнки, расположенные по бокам передней части тела. Они сверлили меня недобрым взглядом хозяина, к которому вломились грабители.

Я дёрнул головой, а потом внутри моей черепной коробки сверкнула ещё одна бредовая мысль, которая возникла благодаря моему вчерашнему предположению, которое не сработала на Машке. А может, мне нужна стрессовая ситуация, чтобы управлять людьми и цифровыми существами? Хм… обстоятельства подходят нового эксперимента. Рискнуть или нет?

Глава 16

Пока я думал «шайба» всё решила за меня. Она рванула в мою сторону, грозно застрекотав и пуская серую пену изо рта. Видя такое дело, я мигом переполнился адреналином, но сумел взглянуть мобу прямо в глаза и истошно заорать:

– Остановись!

Жаль, что тварине было наплевать на мой ор. Она словно крошечный поезд сбила меня с ног, оказавшись невероятно сильной. Я упал на пол, а затем, не растерявшись, открыл огонь. Автомат стал с грохотом выплёвывать пули, которые с трудом пробивали панцирь моба. Порой они рикошетили, впиваясь в потолок и выбивая каменную крошку.

Существу не понравился свинцовый дождь, и оно принялось тонко верещать, будто загнанная в угол крыса, а потом «шайба» метнулась ко мне и принялась орудовать конечностями, пытаясь пронзить ими моё тело. Оказывается, ноги моба заканчивались острейшими шипами. Я с трудом уклонялся от них, пытаясь встать, но все мои попытки были тщетны.

И в этот напряжённый момент в подвал вломились преследователи. Заприметив их, я мигом врубил невидимость, благодаря чему игроки не заметили меня и открыли беспорядочный огонь по мобу. Тот бросился на них, потеряв ко мне всякий интерес.

Ну тут же я сориентировался и, пользуясь неразберихой, немного прополз, после чего вскочил на ноги и, пригибаясь, побежал в дальнюю комнату. Вокруг меня привычно летали пули, а воздух был наполнен запахом пороховых газов и разъярённые голосами.

– Где эта сука?

– Куда он спрятался?

– Да сдохни уже!

Если две первые реплики относились ко мне, то последняя была  адресована «шайбе», которая спустя секунду безжизненно рухнула на пол. Она выиграла для меня достаточно времени, чтобы я сумел пробежать метров пять. Вот только жаль, что участники шоу не отказались от своих намерений добыть мою ценную шкуру и всей оравой помчались за мною. Они не видели меня, но тут попросту больше некуда было бежать. Благо, что я через метр наткнулся на товарок побившего моба. Они преспокойно лежали среди местного хлама, но мой бег заставил их проявиться активность. «Шайбы» как-то понимали, где я нахожусь, хотя невидимость исправно работала. Кажется, они ориентировались на слух.

Мобы вскакивали на ноги, но атаковали не меня, а выбирали приоритетной целью тех, кто издавал наиболее громкие звуки, поэтому пятёрка игроков удостоилась их пристального внимания. Я же вполне спокойно влетел в соседнюю комнату и обнаружил что-то вроде пульта управления, выглядящего как тумба с зелёным экраном, микрофоном и множеством кнопок. Ещё тут был железный шкаф с ручками и небольшой генератор. Я сверился с картой. Да, точно он. Быстро отправил его в инвентарь и приготовился скакнуть обратно в город, но заколебался, ведь мне опять нечем будет похвастаться перед редакторами «Императора Галактики». Я ничего запоминающегося сегодня не совершил, кроме того, что улепётывал от прежнего союзника, который захотел моей смерти. Хватит ли этого для того, что бы попасть на телеэкраны? Не уверен. Придумать бы что-нибудь ещё.

Мой мозг принялся за дело, пока взгляд скользил по комнате. Время у меня было не так много, потому что участники шоу вполне успешно подавляли сопротивление «шайб», но всё же мне его хватило. Я сумел кое-что придумать и торопливо принялся воплощать эту идею в реальность. Надеюсь, что аппаратура меня не подведёт, а то она выглядит так паршиво, что даже фиксики вряд ли реанимирует её, если она сейчас не подаст вообще никаких признаков жизни.

Я торопливо дёрнул рубильник, который торчал из будки, напоминающей трансформаторную. И о чудо!  Внутри неё что-то загудело, а потом подвал озарился красным тревожным светом. Пульт ожил, замигав разноцветными лампочками.

Не веря своему счастью, я поспешно наклонился над микрофоном и произнёс, уподобляя голос механическому:

– Включён протокол самоуничтожения. Десять… девять… восемь…

– Этот урод решил нас убить! – испуганно заорал кто-то из игроков, после чего бросился к лестнице, наплевав на мобов и охоту за мной.

– Валим! Валим отсюда! – завопил Билгар, после чего все остальные игроки, повинуясь стадному инстинкту, быстро побежали к лестнице.

Когда они покинули подвал, то я так расхохотался, что чуть стены не рухнули. Ну, надеюсь, эти-то кадры попадут в шоу. Правда, смеяться мне довелось недолго, потому что разгорячённые битвой «шайбы» уже спешили в мою сторону, грозно щёлкая жвалами. Я открыл по ним огонь, параллельно запихивая в инвентарь всё, что попадало под руку. Тех мобов, которых удавалось завалить, я тоже отправлял в пространственный карман, а когда патроны закончились, то активировал скачек в город.

Перед моими глазами вспыхнули голубые искры, и в следующий миг моя тушка оказалась в той самой будке, которая служила для меня точкой привязки.

– Фух, – облегчённо выдохнул я, вышел наружу и огляделся.

В этой части города практически никого не оказалось, кроме редких игроков, покидающих будки. Они, не задерживаясь, сразу же  целенаправленно шли в глубину городка, чтобы побыстрее закончить задание и получить новое. Каждая минута была на счёту, поэтому я тоже  торопливо потопал к Ишиму, найдя его на карте, где он был отмечен зелёной точкой.

Пока я шел к нему, то отправил сообщение Леголасу и Маре. Текст был аналогичен: «Привет. Я в городе. Ты когда тут появишься?»  Конечно, лучница немного разочаровала меня, но я решил никак это не выдавать. Поглядим, как она дальше себя будет вести, ведь мой круг союзников весьма ограничен, поэтому стоит ей дать второй шанс.

Вскоре оба ответили. Парень написал, что тоже уже вот-вот прибудут сюда, и если я подожду его, то, возможно, снова пойдём вместе. А вот девушка в своём сообщение говорила, что пока затрудняется ответить на мой вопрос.

Ну что же, значит, если кто и составит мне компанию, так это Леголас. Меня такой расклад вполне устраивал, ведь элиец явно предпочтительнее Мары, хотя он жук ещё тот.

Меж тем я уже подходил к центру города, где по крышам лазал Ишим. Он опять тянул провода. Я засмотрелся на него и случайно столкнулся с харянином. Тот отлетел от меня и зло всхрапнул:

– Куда прёшь!

– Сам куда прёшь! – огрызнулся я, рассматривая харянина, который был чрезвычайно похож на сатира.

Его колени гнулись в обратную сторону, а голову украшали небольшие рожки. Ещё он обладал козлиной бородкой и серой шёрсткой, покрывающей всё тело. Ноги харянина заканчивались копытами, а вот руки были вполне человеческими, как и лицо: только уши напоминали ослиные, а вот нос, рот, глаза – людские.

Глядя на него, я вспомнил чертёнка из сна. Харянин казался его старшим братом. Возможно, поэтому мне и приснился тот рогатый персонаж, желающий заполучить мою душу? Ведь я прежде уже видел харян и их образ отложился в моей памяти. Очень может быть, что всё именно так и есть, и моё подсознание вывернуло увиденные образы вот в такой необычный сон.

Тем временем харянин смерил меня уничижительным взором, а потом сплюнул на землю и потопал прочь. Я проводил его хмурым взглядом, а затем поднял глаза и крикнул, смотря на инцарца:

– Ишим!

Он тут же отвлёкся от своих проводов и посмотрел на меня с радостью в жёлтых глазёнках.

– Живой, – мягко выдохнул инцарец, ловко спрыгнув с крыши и оказавшись возле меня. – Генератор достал?

– Ага, – довольно бросил я, глядя на него сверху вниз.

– Тогда пошли покажу, где его надо оставить, – радостно произнёс он и торопливо двинулся по улице, грациозно скользя между прохожими.

Я поспешил за ним, проговорив на ходу:

– Мне ещё кое-чего оттуда удалось прихватить. Не хочешь купить?

– Нет. Неси на базар, – твёрдо сказал Ишим, пошевелив ушами.

Ну, понятно. Каждому своё: кесарю кесарево, а Богу Богово. Один занимается торговлей, а другой – городским электричеством. Ладно, продам на базаре. Мне всё равно туда надо идти. Поэтому я, совсем не расстроившись, живо спросил у него, уже заглядывая в будущее:

– Ишим, а какое второе задание?

– Подожди, – проронил он, войдя в кубическое здание из серых блоков. – Сперва с генератором разберёмся.

Я последовал за ним, оказавшись внутри самопальной электростанции. Тут всё жужжало, гудело, искрилось, но работало.

Инцарец показал мне комнату, где надо было выгрузить генератор, а потом, удовлетворённо покивав головой, стал говорить:

– В городе не хватает проводов, и их надо раздобыть. Хорошо хоть, что я знаю одно место, где раньше был целый склад с подобной продукцией. Думаю, что и сейчас там много чего такого осталось. Берёшься за это дело?

– И всё? – удивился я, приподняв брови. – Просто сгонять за проводами? А как же жуткие монстры, посты ДПС и непроходимые болота?

– А ты догадливый, – польстил мне Ишим, показав треугольные зубы. – В том месте живут сектанты. Они жестоки и охочи до человеческой плоти. Да и добраться до них будет не так-то просто. Ну что теперь скажешь?

– Как будто отказаться можно, – беззлобно пробурчал я, мигом погрустнев, после чего чуть громче добавил: – Давай координаты.  И это… сколько надо приволочь проводов?

Инцарец обрадованно улыбнулся, поиграл звериными ушами, а потом дал мне всю информацию по заданию и очки за выполнение предыдущего.

Я глянул на точку, появившуюся на карте, и обнаружил, что поселение сектантов находится  чуть ближе Старого Города, но совсем в другой стороне. Там реально были болота, но между ними пролегали дороги.  Похоже, что грязь, может быть, и не придётся месить. Ну, надеюсь, что так и будет

На этом моменте я распрощался с квест-стартером и отправился на базар. Там быстро сдал все свои трофеи, после чего купил съестные припасы, патроны, старенький глушитель и отправился улучшать костюм к тому самому элийцу, у которого уже это делал.

Добравшись до него, я увеличил ёмкость батареи на целых сто единиц и вставил чип, который улучшал точность стрельбы из автоматического оружия на пять процентов. А потом по наводке элийца отправился к представителю Сирмы, который продал мне рецепт убойного яда на основе слизи «мармеладок».

После этой покупки у меня закончились очки, а настроение заметно улучшилось. Теперь я был во всеоружии. Берегитесь проклятые сектанты!

В этот момент мне пришло сообщение от Леголас. Парень написал: «Я уже в городе и получил задание. Тебе куда?»

Я вспомнил хитрого Билгара и сообщил элийцу расплывчатые координаты того места, куда мне следовало попасть.  Парень мигом прислал: «Мне чуть-чуть в сторону, но часть пути можем проделать вместе, если переведёшь мне немного-о-о-о очков».

Меня позабавило его сообщение, и я решил записать ехидное аудиосообщение, направившись к выходу из города:

– С хрена ли я тебе буду переводить очки? За твоё несравненное общество? Пожалуй, обойдусь.

Тот ответил мне вот таким текстом, пропитанным весёлой иронией: «Эх, злой ты. А я считал тебя другом. Ладно, с Марой тогда поеду на своём двухместном багги. Она же всё-таки влюблена в меня. Да и пахнет от неё лучше». Я молниеносно послал ему короткое сообщение: «Где встретимся?» Он быстро сообщил координаты, даже не став ядовито шутить. Я ответил, что скоро буду.

Место встречи находилось возле второстепенных ворот города. Я торопливо направился туда. И чем дальше шёл, тем меньше было игроков на улицах. Эта часть города совсем не пользовалась популярностью у участников шоу. Тут располагались склады, гаражи и производственные здания. На моём пути часто встречались горы песка, груды строительного камня, ряды древесного бруса и прочие материи, используемые в возведении построек.

Если бы город не был зелёной зоной, то я бы подумал, что Леголас хочет заманить меня в тихое местечко и грохнуть. Но вряд ли здесь такое можно провернуть, вот я и шёл в полной уверенности, что со мной ничего не случится. А вскоре возле большого гаража из железных листов заприметил Леголаса. Он заливал бензин в багги, который был собран из ржавых труб.

Машинка имела четыре колёса с лысой резиной, натянутой на немного погнутые диски и ровно такую же непрезентабельную раму. На ней не было никакого оружия и защиты, лишь мотор оказался прикрыт толстыми стальными листами, перед которыми имелся кенгурятник. Лобовое и боковые стёкла у багги заменяла сетка из тонких проволок, а вместо руля оказался штурвал самолёта. Зато на панели игриво покачивала бёдрами резиновая кукла.

Элиец увидел меня и довольно бросил, кивнув на транспорт:

– Ну как? Красота?

– Боже мой! Это Мерседес AMG? Всегда себе такой хотел, когда жил на Земле! – воскликнул я, восхищённо схватившись за нижнюю часть шлема.

– Насмехайся-насмехайся, – недобро проронил парень, выливая в бак последние капли. – Эта малышка повезёт меня с ветерком. И тебя, если договоримся о цене…

Я скептически посмотрел на багги, а потом всё-таки начал торговаться с Леголасом, потратив на это дело несколько минут, после чего мы ударили по рукам.

– Переводи, – довольно сказал парень, садясь за руль этого чуда.

– А у меня пока нет столько очков, – с улыбкой произнёс я, примостившись на пассажирское место.

– Как нет?! – возмущённо воскликнул элиец. – Ты меня надул?!

– Нет, просто не стал нагружать лишней информацией, – усмехнулся я. – Как только раздобуду столько очков, то непременно рассчитаюсь с тобой. Можешь мне верить.

Парень вцепился в меня внимательным взглядом. В его глазах плясали чёртики с калькуляторами. Они подсчитывали, что же для него выгоднее: поехать со мной и надеяться, что я потом всё отдам, да ещё и не погибну к этому времени, или же взять другого попутчика, который сразу всё оплатит? Но второй вариант опасен тем, что новый компаньон может быть хуже Билгара, а я-то уже проверенный товарищ.

Тут мне в голову пришла забавная мысль, которую я быстро озвучил:

– В качестве аванса могу рассказать тебе одну очень любопытную историю…

– Какую? – заинтересовался он, не переставая задумчиво хмурить брови.

– А ты соглашайся на мои условия, тогда и расскажу.

– Надо было Мару брать, – недружелюбно проворчал элиец, а затем добавил, приняв-таки решение: – Чёрт с тобой, поехали. Что там за история?

Он завёл багги, а я стал рассказывать ему о том, как за мной гнался Билгар и его новые друзья. Парень слушал меня, проклиная мерзкого коротышку, а потом громко расхохотался, когда я закончил историю. Мы в этот момент уже выскочили из города. Багги скрипел, рычал моторов, но ехал довольно-таки шустро.

Элиец, отсмеявшись, проговорил, ловко управляя машинкой:

– Вот ты, конечно, сделал из них идиотов! Надеюсь, это покажут в эфире! Тогда над этой пятёркой всё ржать будут до конца шоу! Особенно над Билгаром! А нечего было меня предавать. Вот пусть теперь знает Леголаса!

– А ты-то тут с какого бока? – удивился я, держа на коленях автомат.

– Как это? Ты ведь явно от меня набрался такого коварства и хитрости, – уверенно бросил парень, объезжая очередную трещину в равнине. – Так что, получается, я приложил руку к позору Билгара.

– Ну ни хрена себе ты вывернул, – присвистнул я, вцепившись рукой в раму. Багги сильно подбрасывало на кочках: того и гляди, вылетишь из этого кабриолета.

– Ничего я не выворачивал, – недовольно произнёс элиец, мимолётом глянув на меня. –  Ты бы, кстати, теперь поостерегся мести. Они ведь, когда узнают о твоём обмане, на говно изойдут. Может быть, даже специально за тобой охотиться будут, но вряд ли, конечно. Слишком много времени потеряют. Скорее подождут удобного случая, чтобы отомстить. Ты их запомнил?

– Ага, – хмуро бросил я, поняв, что парень дело говорит.

– Так вот теперь держись от них подальше, хотя бы до тех пора пока не отдашь мне всю сумму, – выдал Леголас, задорно подмигнув.

– Ещё не поздно Мару взять. Мы не так далеко от города, – огрызнулся я, посмотрев вдаль. Там вроде бы кто-то шастал.

– Я теперь бабам не доверяю, – пробурчал элиец, мигом помрачнев. – Лучше проверенный, хоть и нищий, товарищ.

– Кстати, Мара что-то не пишет, – заметил я. – Других, что ли, нашла, даже не став спрашивать, куда нам надо?

– Да я ей уже сказал, что мы вместе двинем, – пояснил парень тишину лучницы. – Тем более что ей вообще в другую сторону. Совсем с нами не по пути.

– О как! Так я оказывается твой единственный возможный спутник! – выдохнул я. – А как заливал-то… не доверяю бабам… проверенный товарищ!

– Тихо! – вдруг воскликнул он, после чего, орудуя одной рукой, глянул в прицел лазерной винтовки, ровно на те два объекта, которые и мне показались подозрительными.  – Там участники шоу.

– Объедем? – предложил я.

– Опять ты со своим пацифизмом, – проронил парень, но траекторию движения поменял так, чтобы оказаться в стороне от игроков.

В этот момент я решил задать вопрос, который уже давно мучал меня:

– А откуда у тебя багги?

– От верблюда, – предсказуемо ответил тот и посмотрел на потемневшее небо, а потом включил фары, ну как фары, фару – одну, левую.

Я покосился на замолчавшего парня. Где же он всё-таки раздобыл багги? Купил? Собрал или сумел выклянчить у местных жителей, используя специализацию или способность? Нет, не похоже на правду. Если бы он мог проворачивать такие дела, то элиец явно был бы дисбалансным игроком. Тут что-то другое. Мне кажется, что багги ему дал квест-стартер, так как отправил Леголаса гораздо дальше, чем придётся идти другим игрокам. В таком случае всё встаёт на свои места. Даже то, что элиец очень аккуратно вёл машинку, стараясь лишний раз не проверять её на прочность. Вон и бензина у него несколько канистр.  Похоже, что моё предположение очень может быть верным.

Тут я вспомнил, что другая моя теория оказалась пустой фантазией. Мне ведь так и не удалось повлиять на  моба, даже пребывая в стрессовом состоянии, которое, вроде как, должно помочь задействовать внутренние ресурсы. Моб хер на меня клал. Я так и не сумел заставить его остановиться. Хм… а что если я мешаю мух с котлетами? Вдруг тот волк реально сломался из-за игры, и не имеет никакого отношения к тем двум случаям в реальности? Так, мысль хорошая. Теперь надо попробовать воздействовать на живых людей, вогнав себя в стресс. Думаю, что если я не брошу помогать Козлову, то вскоре такие условия точно себе обеспечу.  Он ведь не успокоится и будет искать Чёрного Ворона. Да и мне, если честно, любопытство не даст отсидеться дома. Несмотря на страх, я готов помогать полицейскому, а значит, скоро проведу очередной эксперимент.

Неожиданно Леголас со смешком сказал:

– Хочешь, музыку включу? – и, не дожидаясь моего ответа, принялся ритмично стучать ладонями по штурвалу.

– Похоже, что мы весело покатаемся, – усмехнулся я, после чего стал топать ногами.

– Э-э-э! Тише! Днище оторвёшь! – тут же заорал «музыкант». – Всё, хорош, наслушались. В тишине поедем. Не нравится мне эта радиостанция.

– Ну и ладно.

Глава 17

За несколько минут до момента принудительного выхода из игры – мы смогли достигнуть болотистой местности, покрытой хилыми деревьями. И ещё по пути наш дуэт успел завалить трёх мобов. Всё они отправились в инвентарь Леголаса, а мой долг чуть сократился. Также за время, проведённое в дороге, мы встретили нескольких участников шоу. Все они обстреляли нас, что-то возмущённо крича вслед. Я их понимал: чешешь такой пешком, а тут кто-то на транспорте мимо проносится. Похоже, что компании AVK придётся во всеуслышание объяснить, откуда у элийца багги, иначе игроки замучают вопросами. Меня бы самого жаба задушила, увидь я такую картину со стороны, а не из машинки.

Вот так мы провели время до глубокой ночи, ну а когда пришла пора отправляться в цифровой сон, Леголас свернул с дороги, выложенной бетонными плитами, и завёл багги под кроны чахлых деревьев.

Я вылез из транспорта и сразу же увяз в грязи по самые щиколотки. Пахло тут разлагающимися растениями и углекислым газом. И ещё в ночном воздухе носились комары и слышались звуки лопающихся пузырей, с которыми газ покидал почву.

Элиец иронично проговорил, оставаясь в багги:

– Отличное место для ночлега. Почти курорт. Лазарь, попробуй вот в этой грязевой луже уснуть. К утру сможешь помолодеть лет на десять.

– Да иди ты, – беззлобно отмахнулся я и забрался обратно в машинку. – Тут буду спать. Мы же сидя уснём?

– Сейчас и проверим, – азартно сказал Леголас, запрокинув голову.

Прошло несколько минут и вселенная «Десяти Планет» отправила нас в реальность. Я вылез из вирт-капсулы и сладко потянулся, почувствовав лёгкую боль в повреждённой вчера ноге. В этот миг в комнату вошла Машка, словно поджидала момент моего выхода из «гроба». Девушка выглядела раздражённой. Я ещё не успел сообразить, где уже сумел так быстро накосячить, как над нашими головами раздался низкий, басовитый лай.

Машка злобно процедила, сжав кулаки и зажмурившись:

– Я и так ненавижу этих соседей, так они ещё и собаку завели.

– А может, это жена лает? – задумчиво предположил я, потерев двумя пальцами колючий подбородок. – А что? Такое бывает. Особенно ближе к сезону отпусков.

– Ой, не беси меня! – с чувством прорычала девушка, грозно глянув в потолок. – Видела я эту псину. Маленькая такая и толстая, словно бочонок, и рожа, будто она с грузовиком на полной скорости поцеловалась.

– Ну если отмести кандидатуру твоего бывшего парня, то это существо крайне похоже на мопса. В этом случае у нас есть хороший шанс избавиться от соседей.

– Какой? – жарко поинтересовалась Машка, вопросительно изогнув накрашенные брови.

– Вечером тайком накормим мопса горохом, а утром будем притворно скорбеть по соседям. Вряд ли они переживут такую газовую атаку.

После своих слов я серьёзно посмотрел на Машку, а она на меня. Спустя миг мы в унисон рассмеялись. Девушка хохотала так, что у неё выступили слёзы на глазах.

Наконец она отсмеялась и бросила, махнув рукой:

– Я пошла домой. Утром приду. Надо родителей подготовить к твоему приходу, так что на завтрашний вечер ничего не планируй.

– Так я же ещё не согласился на такой рискованный поход! Вот, ты смотрела «Властелин колец»? Там Фродо пришёл домой без кольца, а я наоборот – могу прийти с кольцом. И даже не знаю, какое кольцо опасней. Правда, они оба делают человека невидимым: одно ото всех, а другое – от молодых, красивых девушек.

– Ещё слово и в следующий раз ты вылезешь из своего гроба уже без яиц, – строго предупредила Машка, наградив меня недовольным взглядом.

– Всё понял, дорогая. Ты превосходный дипломат. МГИМО не заканчивала? – саркастично выдал я.

Она высокомерно фыркнула и величаво удалилась, а через десяток секунд я услышал, как хлопнула входная дверь. В это мгновение из-под кровати вылез Флинт и многозначительно мяукнул.

– Да, знаю, что сам виноват. Впустил её в дом, а теперь расплачиваюсь, – тяжело выдохнул я. – Пойдём поедим, что ли?

Кот, словно поняв меня, потрусил на кухню, гордо задрав хвост. Я потопал за ним, а потом навалил нам обоим еды. Мы с аппетитом поели, после чего мне захотелось позвонить Козлову. Любопытно ведь узнать, что он там раскопал, поговорив с отцом Леонтием.

Я набрал его номер, а затем пришлось подождать десяток секунд, прежде чем длинные гудки сменились взволнованным голосом полицейского.

– День добрый, Роб, – поздоровался он, шумно дыша в мобильник. – Вовремя ты позвонил.

– Есть какие-то новости? – быстро проговорил я, затаив дыхание.

– Ага. Ты если стоишь, то лучше присядь, – посоветовал сержант. – Помнишь Малдера и Скалли? Они оказались липовыми! Никто их к нам не посылал, и в полиции вообще нет людей с такими именами и фамилиями!

– Охренеть! – выдохнул я, загнав брови к волосам. – А их, случаем, зовут не Дин и Сэм?

– Нет. Ты чего несёшь? Они же не собаки, – серьёзно ответил дядя Коля.

– Ладно, проехали. А чего эти липовые полицейские сами-то говорят? Зачем они притворялись?

– А мы не можем у них спросить. Пропали они, – досадливо проронил сержант. – Вот поэтому мы и стали их проверять и обзванивать начальство. Вдруг их резко отозвали? А областное руководство о них и не мяу-мяу.

– А что теперь делать?

– Искать. Есть у меня наводка, что они к той отшельнице в лес отправились. Вот сейчас туда поеду, пока мои коллеги другие места отрабатывают.

– А они не в курсе, что их разоблачили?

– Вряд ли, – произнёс Козлов с сомнением в голосе, а потом предложил: – За тобой заезжать?

– Ага. Петю возьмём?

– Да ты знаешь… – замялся полицейский. – Он после вчерашнего какой-то немного того… не в своей тарелке, в общем. Думаю, что ему лучше дома посидеть. Успокоиться. Не каждый же день такую чертовщину видишь. Я вот однажды гота видел… тоже долго отходил. Ты-то как? Может, и тебе лучше не ехать?

– Я в полном порядке. Даже нога не болит. И ещё моя психика очень пластична и открыта всему новому, – заверил я сержанта. – Через сколько будете?

– Скоро. Тут ехать-то десять минут, так что одевайся и спускайся к подъезду.

– Хорошо, – бросил я и прервал звонок.

После этого попрощался с котом, вышел из квартиры и спустился на первый этаж. Там покинул подъезд и оказался на улице. Козлова ещё не было, поэтому я присел на лавочку и принялся ждать его. Тут ко мне подошли несколько мальчишек лет десяти и попросили сфотографироваться. Я сначала растерялся, а затем понял, что они узнали во мне владельца Лазаря. Меня мигом пронзило доселе неизведанное чувство, с которого начинается звёздная болезнь. Но на данный момент я пока ещё охотно сфотографировался с ними, после чего пообщался на предмет «Императора Галактики».

Ребята оказались моими фанатами, ну или только что стали ими, поэтому мне было приятно побеседовать с ними, а потом  показался полицейский. Он подкатил к подъезду на том самом «бобике», который уже однажды подводил его. Я попрощался с мальчишками, сел на пассажирское сиденье и далеко не с первого раза сумел закрыть дверь. Мне пришлось так сильно хлопнуть ею, что аж стёкла зазвенели и не у машины, а во всех окрестных домах.

Сержант по-отечески похвалил меня, когда я справился с непокорной дверью:

– Вот так, молодец. Теперь поехали.

Он вывел автомобиль изо двора, а потом выехал на дорогу, ведущую в лес. Этот миг я выбрал наиболее подходящим для того, чтобы завести диалог и  кое-что узнать.

– Дядь Коль, а как вы сразу-то не разоблачили липовых полицейских?

– Вот так. Документы-то у них были  в порядке, – ответил тот, дёрнув щекой, а затем смущённо добавил: – Да и никто не подумал об этом. Зачем кому-то такой цирк устраивать? А и эти ребята ведь действительно нашу работу делали: искали, опрашивали, строили гипотезы. Вот если бы коммерсантов прессовать начали, тогда бы мы встревожились, а так – никому и в голову не пришло проверять их.

– Мда, странно, – резюмировал я, почесав висок. – А с отцом Леонтием виделся?

– Не нашёл я его. Как сквозь землю провалился. Я бы подумал, что его Чёрный Ворон уволок, но часов в пять утра батюшку Кузёнкин видел.

– Это хорошо, что видел. Значит, отогнал отец Леонтий ту чертовщину крылатую, – проронил я и почувствовал, как вдоль спины пробежал холодок.

– Божий человек, – уважительно произнёс полицейский, глянув на небо. – Надо обязательно поговорить с ним. Авось ещё и научит, как всякой нечисти противостоять.

– Хорошо бы,  – согласился я, посмотрев в окно на последние частные дома, которые находились в черте города. Дальше шла лишь дорога, которая постепенно затягивалась сумерками.

Мы продолжили беседу, разговаривая о всяком-разном, а вскоре подъехали к тому самому лесу. Его уже окутал вечерний мрак. Сержант направил автомобиль под кроны деревьев и свернул, немного не доезжая до поворота, ведущего к церкви. Тут мы наткнулись на поваленное дерево, перегораживающее дорогу. Чуть в стороне от препятствия находилась небольшая полянка, на которой стояла белая «Нива».

Козлов увидел её и радостно выдохнул:

– Их машина! Тут они значит!

– Это, конечно, хорошо, но дядь Коль, а тебе сразу не показалось странным, что капитан областной полиции ездит на «Ниве»? – выдал я, вылезая из «бобика».

– А что тут странного? – не понял он, тоже покинув машину, а потом сузил глаза и подозрительно спросил: – Или ты на что-то намекаешь?

– Нет, – быстро ответил я, слабо улыбнувшись. – В полиции работают самые честные и отзывчивые люди.

– То-то же, – хмуро обронил сержант и подошёл к автомобилю липовых полицейских.

Подёргал дверную ручку, убедился, что «Нива» заперта, потом потрогал капот, после чего решительно обошёл поваленное дерево и устремился вверх по дороге. Я потопал за ним, нервно глядя по сторонам. В темноте каждый куст казался маленьким Чёрным Вороном, который грозился вот-вот воткнуть в меня острейшие когти. Мне стало нехорошо. По вискам заструился пот, а грудь сдавило, словно её сковали железными обручами. Похоже, что на меня впервые в жизни обрушился приступ панической атаки. Как бы я не храбрился, но встреча с Чёрным Вороном оставила глубокий след, и вот сейчас он вылился в такое состояние. У меня даже пальцы затряслись. Если бы не полицейский, который уверенно шагал по тропинке, то я бы уже рванул к машине, чтобы свалить отсюда подальше. Но самообладание Козлова не позволяло мне этого сделать. Полицейский стал для меня тем маяком, который вывел мой дебаркадер из бушующего моря тревоги. Я почувствовал, как приступ отпустил меня, оставив после себя лёгкую нервозность, которая в такой ситуации была вполне естественной.

Меж тем мы приблизились к старой мрачной деревне, окружённой высокими деревьями. Более молодые деревца уже росли прямо между домами, многие из которых оказались разрушены. Их крыши давно провалились, а тёмные от времени брёвна лежали в густой траве. Пустые окна недобро взирали на двух путников, пришедших сюда. Воздух пах дубовыми желудями и травой, а тишину нарушали лишь поскрипывающие ветви и насекомые.

Вон там, возле колодца, чернело пепелище, среди которого в одиночестве стояла русская печка, расписанная матерными словами. Немного правее от неё – один из трёх уцелевших домов. Он был густо облеплен зелёным мхом и жёлтыми пятнами лишайника. На двухскатной крыше росла трава. А за мутными оконными стёклами играло пламя свечей.

Козлов прошептал, облизав губы:

– Вот тут колдунья живёт.

– Ага, – проронил я, глядя на проторённую тропку, которая вела к покосившему крыльцу. – Ходят сюда люди, ходят.

– Идиоты, – процедил полицейский и двинулся к двери, обитой кусками чёрной потрескавшейся кожи.

Он взошёл по поскрипывающим ступеням и громко постучал. Я замер у него за спиной, прерывисто дыша в лысый затылок с двумя складками. Внутри дома послышалась какая-то возня, а затем дверь со скрипом отворилась и перед нами предстала горбатая старуха, опирающаяся на кривую клюку.

Она была такой страшной, что я чуть зрение не потерял, а бравый полицейский выдохнул:

– Матерь родная…

– Вы явно пошли в отца, – шепнул я ему на ухо непослушными губами, внутренне содрогаясь от вида сморщенного лица с большим крючковатым носом, под которым густо росли седые волоски. Над верхней губой старухи был целый лес с горой-бородавкой. Она имела неприятный лиловый цвет. Щёки единственной жительницы деревни оказались впалыми и серыми, а волосы были длинными и нечёсаными. Они седыми прядями закрывали её шею и заканчивались там, где у молодой девушки обычно расположена грудь, а у старухи же вторичные половые признаки свисали до пупа.

На отшельнице болтался рваный халат, поверх которого лежала побитая молью серая шаль, а на ногах у неё были валенки. Пальцы бабки оказались унизаны золотыми кольцами. Наверное, у старухи было много мужей. Ну а если серьёзно, то, по-моему, я уже где-то видел похожее кольцо, а то и аналогичное. Тьфу ты, не кольцо, а серьгу – у Лёхи была золотая серьга, которая чуть ли не идентична кольцам отшельницы.

Та в этот миг заговорила скрипучим, как несмазанные дверные петли, голосом, показав жёлтые зубы и сверкнув золотым резцом:

– Чего надобно? Заговор? Приворот? Погадать?

Мы молчали, пока ещё не в силах раскрыть рты, а лишь со страхом пялились на старуху. Тогда она принялась недружелюбно взирать на нас колючими выцветшими глазами, спрятавшимися в мрачных тенях, которые пропитали её веки.

Наконец дядя Коля отошёл от шока, вытащил удостоверение и проговорил деланно грубым голосом, показывая его бабке:

– Меня зовут Николай Козлов. Я сержант местной полиции.  Разыскиваю двух мужчин. Есть сведения, что они направились к вам.

О «Ниве» он почему-то умолчал. Вероятно, по каким-то своим соображениям. Я мимолётом глянул на него, отметив суровый вид, а потом перевёл взор на старуху.

Та отпираться не стала и сразу произнесла, цыкнув языком:

– У меня они. Давеча пришли, да так и остались. Самогонка им моя понравилась и банька.

– Эти двое в доме? – спросил полицейский, даже немножко изумившись тому, что у нас всё так просто вышло.

– Угу, – проронила бабка, пожевав серые губы и глянув на тёмное небо.

– Ведите меня к ним, – требовательно произнёс Козлов, а затем добавил: – Кстати, как вас зовут?

– Да меня все просто Бабушкой кличут, – проскрипела старуха, двинувшись в глубь дома.

– А имя у вас есть? – настаивал Козлов, пригнув голову и войдя в хату. – И документы?

– Я уж и не помню своего имени. Мне годков-то столько, что не сосчитать, – прокряхтела  бабка, миновав тёмные сени, где под потолком сушились всякие травы.

– А документы? – без энтузиазма бросил полицейский, уже поняв, что и их нет.

– Сгинули, милок, – предсказуемо ответила та, открыв дверь, которая вела в кухню с низеньким потолком, покрытым плесенью.

Мы вошли следом за бабкой и оказались возле побелённой русской печки. В углу располагались два покосившихся шкафа, сбитые из досок. Один из них был для верхней одежды, а другой – для посуды.  Посередине кухни стоял обеденный стол, имеющий множество следов от ножа. Рядом с ним прикорнули три колченогие табуретки, а на полу лежали старые звериные шкуры. Всё это освещали жёлтые свечи, которые облюбовали подоконники, и древняя масляная лампа, висящая под потолком.

Войдя в кухню, я сразу же услышал мощный храп, который доносился из-за грязной занавески, которая скрывала лежанку печи.

Козлом тоже услышал его и мигом спросил, кивнув на печь:

– Они там?

Старуха утвердительно качнула головой, потревожив неопрятные волосы, после чего отодвинула занавеску. Перед нашими глазами предстали те самые мужики, которых мы искали. Они лежали в обнимку и сладко храпели, наполняя воздух неповторимыми ароматами перегара. Хорошо хоть оба были одеты, а то бы я мог всякое подумать.

Полицейский, глядя на них, почесал лысину, а затем спросил у бабки:

– А зачем они к вам пришли?

– Да спрашивали о всяком, – вкрадчиво ответила та, многозначительно подмигнув.  – А потом захотели, чтобы я им приворот сделала на удачу…

– И после этого они на радостях напились? – саркастично перебил сержант, рассматривая отшельницу подозрительным взглядом.

– Истину глаголешь, сынок,  – усмехнулась старуха.

Козлов несколько секунд молча смотрел на неё, а затем продолжил задавать вопросы. Бабка принялась отвечать, но прямо практически ничего не говорила: всё юлила и пыталась напустить тумана.

Я же стоял за спиной полицейского и просто слушал, но в какой-то миг он сказал мне, глянув через плечо:

– Вытащи этих двоих на свежий воздух. Авось так быстрее оклемаются.

– Хорошо, – нехотя проворчал я, но отказываться не стал и принялся за дело, ощущая на себя тяжёлый взгляд старухи.

Глава 18

Оба мужика напоминали бесчувственные куклы. Рябого я даже уронил в сенях, а он только промычал что-то нечленораздельное.

Вскоре мне удалось уложить обоих липовых полицейских возле крыльца, после чего я потёр разболевшуюся ногу и громко позвал Козлова. Тот вышел из дома, преследуемый бабкой. Та истошно орала, что ей не нужны никакие документы.

– Да зачем они мне, сынок? Жить-то осталось два понедельника. А чтобы их восстановить надо в город мотаться! Откель у меня такие средства? Пенсии-то нет. Живу благодаря лесу, ну и люди добрые кое-чего приносят за мои труды. Вот хочешь, касатик, заговор тебе сделаю, чтобы ты уже через полгода не сержантом был, а капитаном?

Полицейский устало посмотрел на неё, потом глянул на усыпанное звёздами небо, и проронил:

– Я о вас начальству доложу, а уж оно пущай решает.

– А я ведь могу тебя сделать этим самым начальством, – вкрадчиво проскрежетала бабка, расплывшись в улыбке. – Ты только попроси.

– Была бы твоя фамилия Путин, тогда бы поверил, а так прекращай заливать, а то на пятнадцать суток в камеру отправишься, – сурово выдал Козлов, играя желваками.

– И вот так просто можете помочь? – спросил я из чистого любопытства, искоса глянув на старуху.

– Роб! – прикрикнул на меня дядя Коля, пронзив грозным взглядом.

– Могу, могу, – зачастила бабка, мелко кивая. – И тебе помочь могу.

– Пошли отсюда, – решительно бросил мне сержант, поднял с земли рябого, а потом закинул его на спину и попёр по тропинке.

– Эх, – разочарованно крякнул я, склонившись над капитаном Васильевым, который оказался никаким не капитаном и не Васильевым.

В этот миг бабка схватила меня за запястье. Её рука показалась мне ледяной и охренеть сильной. Я испуганно посмотрел в сморщенное лицо, ощущая перегар, идущий от липового полицейского, а отшельница вперилась в меня. Её взгляд был цепким и горящим. Бабка преобразилась, перестав казаться безобидной старухой. Теперь она предстала в образе горбатой бестии, которая была способно насадить меня на клюку по самые гланды.

Я сглотнул ставшую вязкой слюну и вопросительно проблеял:

– Ба-ба-бу-у-шка?

– Я знаю, из какого ты рода. Вижу это по твоим червивым глазам, – злобно прошипела та, скрипя зубами. – Зачем приходил, а? Чего вынюхивал?

– А-м-м-м, – больше озадаченно, чем испуганно, сумел выдавить я, пока не пытаясь избавиться от хватки старухи, хотя рука уже порядком онемела.

– Я ничего не нарушала. Или ты смерти моей возжелал? – яростно продолжала она, прожигая меня взором.

Тут уж я не выдержал и сильно дёрнул заледеневшей рукой. Мне удалось высвободить её, после чего протараторил:

– Вы меня с кем-то путаете. До свидания.

Я молниеносно закинул на плечи пьяно бормочущего капитана и ринулся за сержантом.

А сумасшедшая бабка не успокаивалась. Она принялась кричать мне вслед, чтобы я больше не появлялся в её доме и деревне.  В этом наши желания совпадали, потому что у меня и так не было никакой охоты сюда возвращаться.

Через несколько метров я нагнал остановившегося полицейского, который тревожно спросил, глядя на халупу старухи:

– Чего бабка-то разоралась?

– Похоже, что она сумасшедшая, – прочувственно выдал я, обходя сержанта, который тяжело отдувался после таскания рябого. – Давайте ускоримся. Ночь уже на дворе.

– Давай, – нехотя согласился Козлов, снова взвалив на себя пьяную тушу. – Вот она их напоила…

– Полная отключка, – резюмировал я, поправив тело липового Васильева, которое так и норовило соскользнуть с плеч.

Вдруг дядя Коля грозно проронил, согнувшись под весом рябого:

– Роб, а ты зачем спрашивал бабку о плате за помощь? А? Запомни: от Дьявола всё это. Бесплатный сыр бывает только, знаешь где?

– Ага, – виновато сказал я, стараясь дышать через раз, а потом поинтересовался: – А что теперь со старухой будет? Какое решение примет ваше начальство?

– Да никто ею заниматься не станет, – недовольно произнес сержант, обливаясь потом. – Тут если по области прошвырнуться, то таких отшельников ещё с пару десятков найти можно. Если они никому не мешают, то живут как хотят. Полиция их не трогает. Но припугнуть старуху стоило. Пусть теперь думает, что там начальство сочинит.

– Дядь Коль, а если она реально… ну того… колдунья, – аккуратно сказал я. – Вспомни, что Петька говорил о своей соседке. Помогла ведь ей бабка.

– Херня всё это, – решительно отмёл мои слова полицейский, а затем расстроенно добавил: – Но люди верят в способности этой бабки и ходят к ней. Видел сколько у неё золотых колец? Похоже, что их принесли в уплату за её шарлатанские заговоры.

– Вот где деньги крутятся, а то всё нефть, нефть… – насмешливо бросил я, внимательно глядя под ноги. Как бы не упасть в такой темени, да ещё с вонючей тушей на плечах. Скоро сам провоняю. Нос уже ничего не ощущает. Похоже, что все рецепторы сжёг.

Тем временем полицейский хрипло меня предостерёг:

– Держись от этой старухи подальше, – а потом тихо добавил: – А то мало ли что.

Кажись, что бравый сержант уже сам не до конца был уверен в том, что бабка стопроцентная шарлатанка. Видимо, на нём тоже отразилось появление Чёрного Ворона. После такого реально во всё что хочешь поверишь. Мы ведь живые люди, которые ни с чем таким прежде не сталкивались. Вот и появились у нас всякие страхи и сомнения.

Между тем мы уже подошли к той полянке, где стояли автомобили. Я с облегчением положил на траву тело капитана, а Козлов без пиетета скинул рядом лейтенанта, после чего выпрямился, хрустнув спиной.

– Стар я стал для таких дел, – пожаловался он, а затем приказал: – Обыщи своего пассажира. Надо ключи от «Нивы» найти.

После этих слов полицейский принялся рыться в карманах рябого. Я же встал на одно колено возле Васильева и начал проверять его одежду. Вскоре ключи обнаружились. Они лежали в брюках. Я вытащил их и победно показал сержанту. Тот кивнул головой, а затем достал из пиджака лейтенанта какое-то непонятное небольшое устройство, похожее на плоскую коробочку с выдвижной антенной и полукруглым стеклом, за которым пряталась красная стрелка.

– Что за херня? – задумчиво проронил Козлов, вертя в руках устройство. – На-ка глянь, Роб, уж не американские ли они шпионы.

Он протянул мне штукенцию. Я взял её, быстро осмотрел и нашёл сбоку красную и зелёную кнопки. Подумав немного, нажал на зелёную. Коробочка ожила. Под стеклом включился мягкий жёлтый свет, и раздалось знакомое потрескивание. Я слышал именно этот звук, когда капитан приблизился ко мне в дверях моей квартиры. Тогда ещё Машка подумала, что это мобильник звонит, а я посчитал, что треск похож на счётчик Гейгера. Вот и Козлов так же подумал.

– Счётчик Гейгера? – удивлённо сказал тот. – А чего он рядом с тобой раскаркался? Ты разве в  Чернобыле был?

– Нет, – растерянно выдохнул я, глядя на стрелку, которая мелко дрожала возле цифры пятнадцать. Всего шкала аппарата делилась на сто насечек. – А может эта хреновина и возле вас трещать будет?

– Сейчас проверим, – решительно произнёс полицейский и протянул мясистую ладонь.

Я вложил прибор в руку Козлова, после чего тот сделал шаг назад. Как только коробочка оказалась от меня на расстоянии больше метра, потрескивание сразу же прекратилось.  Тут даже я удивился, а сержант хмыкнул и снова приблизил штукенцию ко мне. Она опять принялась пищать.

Тогда полицейский задумчиво проговорил, почесав затылок:

– Ну, Роб, ты точно из Чернобыля, – а затем с сухим смешком добавил: – Интересно, тебе ещё долго осталось?

– Не был я ни в каком Чернобыле, а родился в столице, – пробурчал я, громко засопев. – Может эта хреновина на интеллект реагирует? Тогда понятно, почему она только рядом со мной пищит.

– Ах ты паразит! – задохнулся возмущением Козлов, широко распахнув глаза.

– А чего вы на мою кончину намекаете? – огрызнулся я, сдвинув брови над переносицей и ощутив непонятно откуда взявшийся небольшой прилив сил.

Дядя Коля со стуком захлопнул рот, хмуро посмотрел на меня, пожевал губы, а потом примирительно сказал:

– Ладно, проехали.

– Угу.

– Тогда сейчас погрузим этих двоих алкоголиков в «бобик», а потом ты поедешь в город за рулём «Нивы». Ну не бросать же её в лесу.

– Дельная мысль, – польстил я Козлову, чувствуя себя немного виноватым.

Он кивнул, после чего мы принялись за дело. Быстро уместили липовых полицейских в настоящую полицейскую машину, а затем я сел за руль «Нивы», завёл её и поехал за автомобилем Козлова. Его бампер мелькал в нескольких метрах от машины псевдо-капитана и псевдо-лейтенанта. Странные, конечно, они люди. Зачем устраивали такой карнавал? Им ведь теперь грозит реальный срок. Надеюсь, что скоро узнаю ответ на этот вопрос. Прям аж любопытство свербит в одной месте. И вот ещё хотелось бы понять, что за чушь несла горбатая старуха? О чём она вообще? Род мой с какого-то хрена упоминала, словно наслушалась баек моей покойной бабушки. Похоже, что совсем сбрендила старая. Ну и шут с ней. У меня своих проблем хватает. До города ещё вон сколько пилить, а в машине даже магнитолы нет. Эх, так и придётся ехать, слушая шум мотора и шелест шин. Сейчас бы даже шутки Леголаса не помешали.

Вскоре мы наконец-то въехали в Грязьгород, а ещё через несколько минут остановились возле отделения полиции. Я помог Козлову затащить пьяную парочку внутрь здания, где мы их передали другим сотрудникам. Те похвалили старого полицейского, после чего он подвёз меня к моему дому. Здесь мы сердечно распрощались. Я вышел из «бобика», проник в подъезд, поднялся на свой этаж и очутился в квартире. Она оказалась непривычно тихой, будто мне посчастливилось вернуться в те времена, когда здесь хозяйничал лишь я и Флинт.

Кот уже ждал меня возле двери, требовательно мяукая. Я покормил его, следом поел сам, а потом выложил в аккаунт фотку с детьми, которые сегодня повстречались мне возле подъезда. Жаль у одно из них физиономия оказалась в чём-то перепачканной. Похоже, парень вишню ел. Ну и ладно. Так сойдёт. Главное показать подписчикам, какой я отзывчивый и положительный. Надеюсь, что они поверят.

После этого я ещё немного поработал с аккаунтом, а затем уселся перед плазмой и врубил очередной эфир «Императора Галактики». Он порадовал меня тем, что в нём показали тот самый подвал в ратуше, где мне удалось напугать пятёрку игроков. Параллельно закадровый голос весело смаковал этот забавный эпизод, хваля находчивого Лазаря и потешаясь над  участниками шоу, которые купились на мою уловку. Я сам широко улыбался, глядя на то, что вышло из моей затеи.

Кстати, Леголас тоже попал в выпуск. Зрители увидели кадры, на которых он получал багги от шедарца, который выглядел как мужчина с землистой кожей, собранной в некрупные складки. Квест-стартер гнусаво сказал Леголасу, что тому придётся забраться очень далеко, поэтому ему потребуется транспорт. Дальше их диалог прерывался – и эфир резко перетёк к другим событиям.

Ну, я думаю, всем ясно для чего показывали Леголаса. Теперь все игроки будут удовлетворены тем, что AVK пояснила, почему у элийца багги. Кстати, возможно, что транспорт появился не только у него, а ему лишь посчастливилось попасть в выпуск, чтобы на его примере объяснить, почему у игроков оказались четырёхколёсные друзья. Вполне вероятно, что так и есть.

Дальше в эфире показывали ещё очень интересные истории из «Императора Галактики», а закончился выпуск традиционным рейтингом игроков и никами погибших. Я оказался на девяносто пятом месте, а количество участников шоу сократилось до семи тысяч.

Досмотрев «Императора Галактики» я отправился спать, заняв всю кровать. Наконец-то не придётся ютиться на краю, грозя сверзиться на пол. Возможно, из-за такого вдохновения, которое накрыло меня перед путешествием в царство Морфея, я и увидел чертёнка. Он снова сидел на подоконнике, закинув ногу на ногу. Его хвостик возбуждённо метался из стороны в сторону.

Чертёнок без предисловий начал тараторить:

– Многоуважаемый… хр… Робеспьер! Дам вам дружеский… хр… совет. Не ходите вы к золотым! Обманут! Как есть… хр… обманут! Я их знаю не одну… хр… сотню лет! Я могу предоставить те же… хр… услугу, но лучшего… хр… качества! Клянусь своими рогами и копытами! Вы хорошенечко подумайте над моим… хр… предложением! Я вас не тороплю, но… хр… лучше быстрее определитесь, что вы… хр… хотите, и мы оформим сделку. И ещё, дорогой Робеспьер, вы бы… хр… не злоупотребляли бражкой, а то мой соклановец может… хр… не разобраться и того.  Ну а теперь мне пора, а вы продолжайте почивать.

На этом моменте сон прервался. И так же, как в прошлый раз, я прекрасно помнил его утром, поэтому, не вставая с кровати, принялся анализировать оба сновидения, глядя в потолок.  Во-первых, меня уже здорово напрягают эти странные сны, в которых имеется чёткая логическая линия. Даже реальные события вплетаются в эти сновидения. Во-вторых, охренеть у меня  подсознание буянит! Но, в принципе, понятно, почему мне снится всякая дичь, ведь один Чёрный Ворон чего стоит, а уж сколько по мелочи случилось всякой херни… Даже всё и не вспомнишь. Ладно, авось само всё рассосётся, а если нет, то отправлюсь к врачу, иначе так психом можно стать.

Я тяжело вздохнул, а потом встал с кровати, сделал все свои утренние дела и забрался в вирт-капсулу.

В «Императоре Галактики» впервые за долгое время была ясная погода. Несмотря на раннее утро на чистом небе хорошо виднелась Элия, а облаке вовсе отсутствовали. Где-то в вышине летали косяки местных птиц.

Я посмотрел на небосклон, а потом глянул на Леголаса. Тот задорно подмигнул мне и радостно сообщил, заводя мотор:

– Смотрел вчерашний выпуск «Императора Галактики»? Видал, как я хорош в кадре?

– Да ты и в прошлый раз был неплох, когда по траве катался после выстрела Билгара, – насмешливо бросил я, раздвинув губы в улыбке.

– Лучше не напоминай мне об этом, – недовольно проворчал он, высунувшись из багги и глядя на буксующие колёса. – Ну давай! Или тебя сейчас дядя Лазарь толкать будет, а у него руки кривые по самые ноги!

Машинка словно испугалась угроз элийца и резко выбралась из грязи, став набирать скорость. Леголас что-то обрадованно выкрикнул, а затем вырулил на бетон, по бокам которого росли перекрученные деревья, между которыми лежал ковёр из травы и иногда встречались расщелины, откуда, пузырясь, шёл газ.

Вдруг парень весело проговорил, намекая на вчерашний эфир:

– Ну ты, Лазарь, точно врагов нажил! Теперь все участники шоу будут угарать над той пятёркой, а особенно над уродом Билгаром! Они тебе этого не простят! Но народ ты повеселил чётко!

– Главное, что тебя повеселил – я же живу для этого.

– О! Утренний сарказм? Ну ведь точно всё лучшее у меня перенимаешь, – произнёс парень и громко захохотал.

Тем временем мы всё дальше ехали по дороге, которая постепенно стала покрываться грязью и растительностью.  Пейзаж тоже поменялся. Вокруг нас теперь раскинулась не просто заболоченная местность, а настоящее болото, наподобие того, в котором я начинал игру. Повсюду громко квакали лягушки, носились комары и стрекозы. Воздух стал тяжёлым и вонючим. Появилась лёгкая зелёная дымка. А багги уже с трудом пробирался по вязкой грязи, порой отчаянно буксуя. Жаль, что мы не имели возможность поменять направление пути, поэтому приходилось выбираться из машинки и помогать ей преодолевать препятствия – из-за этого наш дуэт быстро покрылся толстым слоем  грязи. Багги тоже не избежал участи быть облепленным местной почвой и травой.

Злой Леголас раздражённо бросил, после того как мы в очередной раз вытолкали транспорт из грязевой ловушки:

– Как будто в жопу мира едем! Да и пахнёт здесь жопой. Хорошо хоть назад в город можно с помощью браслета перенестись, а то обратной дороги багги не пережил бы. Уже вон задняя ось как-то слишком громко скрипит. До цели бы хоть доехать. А тебе, Лазарь, где выходить? Возле какой станции метро?

– Вон около того трухлявого пня, – бросил я, сверившись с картой.

Почти добрался. От этой точки ещё километр в сторону – и появится поселение сектантов.

Глава 19

Леголас остановил багги напротив пня и весело сказала:

– Тпру, родимая!

– Ну удачи, – бросил я, пожав его руку, а потом вылез из транспорта.

В этот миг мы практически одновременно увидели ноги, торчащие из-за пня. Я торопливо прижал приклад к плечу и навёл дуло на конечности.

Элиец громким шёпотом проговорил:

– Кто это там? Может, участник шоу? Тогда лут халявный нашли.

– Не нашли, а нашёл, – поправил я, обойдя пень и увидев труп с обглоданным до кости черепом. – Три глазницы. Местный житель.

– Он мёртв или притворяется? – поинтересовался Леголас, не покидая багги.

– Ну если притворяется, то по системе Станиславского он зашёл слишком далеко, – насмешливо бросил я и принялся осматривать труп.

На нём была военная форма, а под спиной рюкзак. Оружия, к сожалению, рядом не оказалось, зато мне удалось разжиться аптечкой с какими-то местными препаратами, картой, ручной гранатой и бутылкой спиртного. Я всё это отправил в инвентарь, а потом выпрямился и глянул на Леголаса,  который завистливо наблюдал за мной.

– Ты мне должен, – напомнил он, многозначительно подмигнув. – И на очках дело не закончится. Я сэкономил тебе кучу времени.

– Ты как браток из девяностых, – оскалился я, погладив подушечкой пальца спусковой крючок. –  Вот с тех самых пор и не люблю их.

– Забавное сравнение, – натянуто рассмеялся элиец, после чего шутливо отсалютовал мне и напутствовал: – Я это к тому, чтобы ты живым вернулся в городок, а то зазеваешься без моей опеки – и всё, плакали мои очки. Тут ведь опасностей хреналион.

– Я так и подумал.

– До встречи! – крикнул Леголас и погнал багги дальше по дороге.

– Угу, до встречи, – мрачно проронил я, глядя ему вслед. Надо держать с ним ухо востро, а то на шею залезет – и будет погонять. Мне там одной Машки хватает. Кстати, Машка… Рядом раздалось знакомое шипение. Я торопливо глянул под ноги и обнаружил ярко окрашенную змею. Она без промедлений вцепилась мне в сапог, лишив половины процента заряда батареи.

– Ах ты… мразь, – зло процедил я, отчаянно размахивая в воздухе ногой.

Змея отцепилась и улетела в болото. По зелёной воде пошла рябь. Лягушки на миг притихли, а потом снова завели свои песни. Я же двинулся к точке, мигающей на карте.

Повезло, что не пришлось идти по шею в воде: болото разрезали довольно широкие тропки твёрдой земли. Ну как твёрдой – раскисшей и хлюпающей под ногами, но всё-таки выдерживающей мой вес. И на ней даже деревья росли. Я пробирался между ними, внимательно глядя по сторонам. Конечно, наибольшая опасность исходила от воды, которая частенько бурлила, словно там кто-то дышал, но и змей здесь оказалось предостаточно. Они постоянно кидались на меня. Я не всегда успевал уклоняться или использовать автомат, поэтому заряд батареи потихоньку истощался. Благо, что мне ещё повезло купить глушитель. Он довольно сильно уменьшал звук выстрелов, иначе моей скромной персоной заинтересовались бы все окрестные мобы, которые имеют ушки на макушки. Я и так чуть не встрял в крупный переплёт, когда из болота вышел прямоходящий ящер с красным гребнем на спине. Повезло, что он не заметил моего персонажа из-за деревьев. Моб прошёл всего в нескольких метрах от меня и застыл под лучами полуденного солнца. Капли воды блестели на его теле, покрытом серыми костяными пластинами. Единственным уязвимым местом была шея. Я присел на одно колено и выпустил короткую очередь. Две пули попали в дерево рядом с ящером, выбив из ствола щепки, а остальные – впились в шею противника. Тот покачнулся, обливаясь жёлтой кровью, а затем ринулся в мою сторону, как-то поняв, что я именно за этими деревьями.

Мне было жалко тратить патроны на ослабленного моба, поэтому я вытащил нож, а автомат перетянул на спину, и принялся ждать врага. Тот не добежал до меня всего два-три шага и растянулся в грязи. Цифровая жизнь оставила его. Спинной гребень бессильно завалился набок. Я склонился над телом и отправил его в инвентарь. Будет чем с Леголасом расплатиться.  Он, и правда, сэкономил мне кучу времени. Я уже почти у цели. Вон даже какой-то указатель торчит из грязи – он выглядел, как жестяной прямоугольник на ржавом железном столбе.  Вся краска давно облупилась, и даже контуров букв не было видно, хотя я всё равно не умел читать на местном языке.

Подобный указатель свидетельствовал, что тут не всегда было болото. Похоже, что оно возникло после Апокалипсиса.  Дамба где-нибудь разрушилась – и вода хлынула в эти места. Кстати, земля под ногами стала чуть суше, а потом я увидел дорогу, которая вела к территории, огороженной бетонными плитами, за которым виднелись четыре вышки из брёвен. Поверх забора оказалась натянута колючая проволока. Железные ворота были закрыты. Рядом с ними к деревянной раме кто-то приколотил десятка два голов: там были и звериные, и принадлежащие разумным существам. Только трехглазых не оказалось. Похоже, что это работа сектантов. Кажись, они ненавидят всех, кроме себе подобных. Мда уж… в интересное место отправил меня квест-стартер.

Я двинулся к углу территории, пригибаясь к земле и перебегая от дерева к дереву, используя невидимость. Жаль, что не могу убрать звук чавкающей под ногами земли. Но хорошо хоть лягушки продолжали квакать, частично скрывая производимый мной шум. Возможно, благодаря им мне удалось никем не замеченным добраться до дерева, которое росло прямо возле забора. Я ловко забрался на него и глянул за ограждение. Вероятно, раньше это была промзона. Вон там шеренга складов с дырявыми крышами, чуть в стороне от них – объёмные резервуары для каких-то жидкостей, а рядом с ними гниют тягачи,  кран и трактор на гусеницах. Всё ржавое, в грязных разводах, разрисованное граффити и заросшее травой.

И ещё по двору промзоны ходили такие же грязные трехглазые. Все поголовно были одеты в серую рабочую робу с нарисованной на спине шестерёнкой.  Я насчитал их штук тридцать, и почти каждый из сектантов оказался вооружён: в основном это было холодное оружие, но присутствовало и огнестрельное. Они носили его за спиной или на боку. А также я заметил пулемётные гнёзда, которые были установлены на верхушках вышек. Похоже, что силой в склад не прорваться, а значит, моё задание превратилось в стелс-миссию. Теперь бы понять, какой мне нужен склад. Наверное, придётся действовать методом тыка. Здесь их всего шесть штук, так что быстро отыщу тот, в котором провода.

Я перелез с ветки дерева на забор, а затем спустился на землю, используя большие трубы, которые лежали возле ограждения. Казалось, что вокруг были созданы все условия для незаметного проникновения на территорию промзоны. А почему казалось? Так и есть – игра всё-таки.

Я двинулся к ближайшему складу, держась возле забора и прячась за всем, что попадалось на пути. Так мне удалось преодолеть несколько десятков метров, а потом я застыл, поражённый увиденной картиной. Возле кирпичного гаража стоял железный столб, к которому было привязано жутко обгоревшее тело. Под ним оказалось чёрной пятно золы и прогоревшие угли. Кожа трупа оплавилась до такой степени, что невозможно было понять, кто это был: мужчина или женщина.  Я даже расу не мог определить.

Но меня ужаснул не столько вид труп, сколько пятеро детей, которые  стояли напротив привязанного тела и забавлялись тем, что бросали в него нож. Насколько я понял, игра заключалась в том, чтобы попасть в какую-то определённую часть трупа. Цифровые изверги каждый раз восторженно кричали, когда кому-то из них удавался точный бросок. А меня же чуть не стошнило. Ну зачем это-то в локацию добавлять? Тут и так предостаточно всяких мерзостей для того, чтобы понять – сектанты далеко не ангелы, и вот прямо максимально далеко. Ведь помимо голов возле ворот по промзоне были разбросаны кости человекоподобных существ, а большинство строений оказались разрисованы мрачными картинами людоедства.

Между тем, несмотря на всю отвратительность локации, надо было решать, что делать дальше: попытаться в невидимости проскочить мимо детей или как-то отвлечь их? Вариант с убийством  маленьких трехглазый я сразу отмёл. Их, конечно, невидно из-за гаража, но существовала большая вероятность, что детей быстро хватятся, когда они перестанут восторженно визжать. Тогда задание предельно усложнится, а мне бы этого не хотелось. Поэтому я, вспомнив опыт множества игры, не мудрствуя лукаво, подобрал людской череп с дырой в затылке и швырнул его в противоположную от стены сторону.  Вся пятёрка малолетних метателей тут же повернулась на звук, с которым покатился по земле череп, а я в этот миг проскочил открытое пространство и оказался возле стены склада. Фух, вроде сработала.

Дети несколько секунд озадаченно глядели на череп, а затем вернулись к игре. Я же ухватился пальцами за оконную раму, подтянулся и заглянул внутрь. Там оказались холодильные установки. Они мерно гудели, намекая, что трудятся. Я не стал лезть в склад и проверять, что там хранится. Чувствую, что ничего хорошего внутри нет, а вон те стальные разделочные столы с кровавыми разводами прямо об этом говорят.

Тогда я двинулся к другому складу, который находился всего в десяти метрах. Жаль, что всё оказалось не так-то просто. Между складами не было никого из трехглазых, зато оказалась шестилапая собака, похожая на очень злую борзую, которая расцветкой почти ничем не отличалась от травы. Она мгновенно среагировала на моё появления даже несмотря на то, что невидимость я не снимал, и сразу же бросилась ко мне, заливисто лаять. Ей из разных углов промзоны вторили другие собаки. Мне пришлось судорожно стрелять. Приклад несколько раз мягко ударил в плечо – и псина болезненно  и громко взвизгнув, кувыркнулась через голову и оказалась возле моих ног в роли трупа с простреленным черепом.

Другие собаки стали лаять ещё громче, и эти звуки начали стремительно приближаться ко мне. Такая активность питомцев  заставила всполошиться трехглазых. В пулемётных гнёздах замелькали силуэты, выискивая причину лая собак.

Мне же не оставалось ничего другого, как рвануть к ближайшему складу и влезть в приоткрытое окно. Там оказались мешки с крупой и мукой, какие-то корнеплоды и прочие съестные припасы. Я начал засовывать самые объёмные мешки в инвентарь, параллельно побежав к противоположному окну. Снаружи раздавался заливистый лай и тревожные крики трехглазых. Похоже, что псы встали на мой след. Теперь от них так просто не отделаться. Они вон уже рыщут возле приютившего меня склада. Какие сообразительные твари.

В этот миг дверь в склад отворилась, впуская внутрь прямоугольник солнечного света и пяток собак. Я еле успел шмыгнуть в окно, иначе бы оказался покусан псами. Теперь мне стало совершенно ясно, что им нипочём моя невидимость.

И это были ещё не все мои проблемы, ведь тот сектант, который отворил дверь, заметил, как двигалась створка окна. Он мигом начал истошно орать, что на территории посторонний.  Таким образом стелс-миссия превратилась в задание по выживанию.

Я бежал по двору промзоны, а за мной гнались три десятка собак и наудачу стреляли трехглазые. Вокруг меня густо появлялись фонтанчики земли, которые выбивали пули. Их свист изрядно нервировал, а несколько попаданий в костюм сократили и так сильно иссякший заряд батареи. Благо, что третий склад уже был практически возле меня, но и псы сильно сократили расстояние. Тогда я решил открыться во всей своей красе и метнул в них гранату трупа с обглоданным черепом. Но звука взрыва не последовало. Граната не разорвалась.

Я от души выругался:

– Твою мать! Китайская, что ли?!

А потом вцепился в оконную раму и уже видел себя внутри склада, как вдруг мне на спину прыгнула самая шустрая псина. Мои пальцы разжались от дополнительного груза – и я упал навзничь, оказавшись спиной на автомате. Собаки молниеносно окружили меня и принялись терзать костюм. Они злобно рычали, пуская пузырящиеся слюни. Их клыки впивались в ткань брони, но пока не прокусывали её. Батарея ещё держалась, но она сдохнет всего через несколько секунд, поэтому у меня оставался лишь один шанс на то, чтобы выбраться из этой кутерьмы. Надо было торопиться. Я отключил невидимость и резко выдохнул, очистив перепуганное сознание, которое через глаза наблюдало за оскаленными пастями, после чего извернулся и сумел перетянуть автомат на грудь. Тут же нажал на спусковой крючок, полоснув по мерзким животным длинной очередью. Они отпрыгнули от меня, а некоторые рухнули на землю, пачкая её кровью. Трехглазые, видя такое дело, незамедлительно открыли огонь. Несколько пуль попали в мой костюм, высушив батарею до нуля, а следующий заряд проделал в броне дыру и застрял в области печени. Боль от раны оказалась схожа со слабыми коликами и вешала дебафф на координацию движений и скорость. Поэтому я с трудом смог влезть в окно, а потом кулём рухнул на пол склада, попутно получив ещё две раны в спину и одну в заднюю поверхность бедра.

Я привалился спиной  к стене, уже с трудом владея цифровым телом. Новые ранения добавили и новые дебаффы. Перед глазами стали летать кровавые мушки, а зрение сильно затуманилось, будто я где-то потерял очки с толстыми линзами. Из-за этого мне едва удалось оглядеться и вздрогнуть от радости. Всего в трёх, а может быть в четырёх или в пяти метрах от меня, возвышались бухты проводов. Казалось, что такое расстояние можно преодолеть всего за несколько секунд, но только не в том состояние, в котором сейчас находился Лазарь. Мне срочно нужно было воспользоваться шприцом-аптечкой, пока ещё не все единицы здоровья покинули моё тело вместе с кровью, которая  собиралась в лужу под моей пятой точкой. Да и трехглазые уже явно спешат в склад, чтобы добить меня.

Я дотянулся дрожащей рукой до пояса, где мне удалось схватить шприц, который висел там с самого начала игры. Мои глаза даже не видели его, а пальцы едва чувствовали, но всё же я сумел засунуть иглу между перчаткой и рукавом брони. Живительный состав автоматически попал в кровь, после чего стал разноситься по всему организму, постепенно восстанавливая его. Единицы здоровья сначала замерли на отметке двадцать пять, а потом поползли вверх.  Я тоже пополз, слыша нарастающие крики сектантов, а затем обратил внимание, что шкала здоровья зависли на одной и той же цифре. Похоже, что мои движения, совершаемые во время покорения расстояния до проводов, препятствовали росту единиц здоровья. Но хорошо хоть, что они и не убывали, давая мне шанс выполнить задание.

Я продолжил упрямо ползти, выбрасывая вперёд руку, затем подтягивая ногу, а потом делая рывок – и преодолевая ещё несколько сантиметров. Позади меня оставалась широкая кровавая полоса, а впереди  –  бухты проводов. Расстояние до них далось моему аватару крайне тяжело: он уже почти ничего не видел, когда его рука наткнулась на провода. Дальше мне с огромным трудом удалось открыть инвентарь и начать перебрасывать их туда.

Лазарь был настолько истощён дебаффами, что я даже не сумел понять, сколько успел отправить в хранилище проводов, прежде чем активировал прыжок в город. Мне больше нельзя было здесь задерживаться, ведь трехглазые и их псы уже на подходе.

После секундной темноты я возник в будке. Не сумел удержаться на ногах и завалился на дверь. Та предательски открылась, и я вывалился на улицу, оказавшись лежащим на боку.

Картина мира была сильно смазана, но мне удалось увидеть силуэты игроков. Они обступили меня и чего-то ждали. Тут я понял, что им было любопытно узнать: умрёт ли Лазарь или нет? Естественно, что никто из них даже не шелохнулся, чтобы помочь мне. Они бы скорее добили меня, если бы город не был зелёной зоной.

В какой-то миг я скосил глаза на визор и увидел, что единицы здоровья принялись потихоньку подниматься – ведь моё тело лежало в одной позе. Мне уже не угрожала смерть, хотя состояние до сих пор оставалось критическим, но всё же я сумел собраться с силами и медленно показать столпившимся игрокам кулак с оттопыренным средним пальцем. Те всем скопом разочарованно выдохнули, а один поаплодировал.

Глава 20

Я ещё несколько секунд пролежал на боку, а потом сумел перевернуться на спину и вытащить из инвентаря второй шприц. Его содержимое незамедлительно отправилось в моё тело, после чего единицы здоровья значительно быстрее поползли вверх, а дебаффы постепенно пропали. И вскоре я уже совсем оклемался и заметил, что игроки давно разошлись, поняв, что Лазарь не покинет шоу.

– Стервятники, – пробурчал я, вставая на ноги и глядя на небо.

На мир уже опускались сумерки, а солнце почти исчезло за горизонтом. Надо бы, не теряя времени, наведаться к квест-стартеру. Только вспомнил о нём, как всё моё существо пронзила волнительная мысль: а достаточно ли я прихватил с собой из склада проводов? Молниеносно проверил инвентарь, после чего расслабленно выдохнул. Хватит. Теперь точно стоит двигаться к инцарцу.

Я потопал по городу, отметив, что игроков значительно поубавилось. Многие из них сейчас выполняли задания, а некоторые погибли. Местные жители же никуда не делись. Они всё так же сновали вокруг, создавая видимость бурной деятельности.

Ещё я обратил внимание на то, что облик города немного изменился: появились новые постройки или оказались отремонтированы старые. Такой подход к игре мне понравился. Создавалось впечатление, что жизнь вокруг не стоит на месте, а действительно развивается. Вон там крышу покрасили, рядом – фасад обложили кирпичом, а здесь – дорогу замостили крупной брусчаткой и появился новый фонарный столб, на котором очень удачно примостился Ишим, используя «кошки» на ногах. Инцарец, высунув язык, сосредоточенно вкручивал лампочку под жестяной абажур.

– Добрый вечер! – вежливо крикнул я ему, стоя возле столба.

Он от неожиданности чуть испуганно посмотрел вниз, а потом расплылся в довольной улыбке.

– Принёс?

– Ага, – кивнул я, глянув на его звериные уши, прижатые к покрытому рыжей шерстью черепу. – Куда их сгружать?

– Сейчас покажу, – бросил Ишим, после чего ловко спустился, снял «кошки» и потопал вдоль домов.

Я присоединился к нему, уже догадываясь, куда мы идём.  И моя догадка оказалась верной – инцарец привёл меня  в ту самую  самопальную электростанцию. Здесь я вытащил из пространственного кармана провода и оставил их в углу просторного помещения.

Ишим удовлетворённо кивнул, а затем мягко проговорил, переведя мне очки за выполненное задание:

– Ты готов узнать третье поручение?

– Ага, – коротко выдохнул я, надеясь, что задание не окажется слишком сложным, а то в предыдущий раз еле ушёл от сектантов.

– Недалеко от города, в горах, остались поля солнечных батарей, – произнёс квест-стартер, блеснув жёлтыми глазами. – Они бы очень пригодились городу.

– Давай координаты, – проронил я, а затем безрадостно добавил: – А какие там враги и прочие опасности?

– Не знаю. Туда давно никто не ходил, – пожал плечами Ишим и дал расположение этих полей.

Я мрачно глянул на квест-стартера, понимая, что большего от него не добиться. Значит, придётся идти вслепую. Раньше он хоть говорил, что меня ждёт, а теперь «не знает». Видимо, таким образом задание ещё немного усложнилось. Ладно, разберусь как-нибудь с этими солнечными батареями, но подобная динамика увеличения трудности квеста намекает на то, что последнее задание может оказаться весьма сложным. Из-за этого мои лёгкие покинул тяжёлый выдох, после чего я попрощался с Ишимом и двинулся на базар. Быстро преодолел расстояние, которое отделяло меня от него, и уже в потёмках сбыл свой лут, купил патроны, аптечку, а затем полностью починил костюм.  Его залатали так, что он выглядел как новенький. Жаль, что на эту процедуру пришлось потратить целую уйму очков, поэтому для Леголаса у меня оставалась всего сотня. Хотя он же всё равно в пути. Как я ему их передам? Не буду же ждать его появления в городе.

Поразмыслив немного, я отправил ему сообщение: «Ты где? Я уже в городе». Он ответил мне через несколько минут: «Вот видишь, как тебе зашла моя помощь! Очки можешь оставить моему квест-стартеру. Я  у него их потом заберу. Кстати, сколько там?» Я написал элийцу, какое количество очков у меня имеется на данный момент, на что тот прислал возмущённое аудиосообщение и посоветовал мне засунуть их в одно место. Меня подобный ответ взбесил, и я отправил ему текстовое сообщение надлежащего содержания. Леголас молчал целый десяток минут, а затем прислал: «Ладно, проехали. Потом отдашь. Наша дружба ценнее».  Я криво усмехнулся. Вот ведь хитрый жук. Дружба ему ценнее.

После этого диалога я двинулся к городским воротам, попутно написав Маре. Та ответила далеко не сразу. Я уже успел приблизиться к стене, опоясывающей поселение, а она лишь сейчас прислала ответ. Девушка написала, что ещё выполняет задание, следовательно,  пока не знает, куда её пошлют в следующий раз.

Кажись, мне в горы придётся идти одному, не Билгару же писать. Я пожелал Маре удачи, после чего включил «ночное видение» и покинул город, потопав по зелёной зоне.

Вскоре где-то вдали стали раздаваться звуки выстрелов. Они доносились вместе со встречным ветром, который заметно усилились с наступлением ночи. Небо опять затянули тучи, а в их глубине пока ещё робко сверкали разряды небесного электричества. Надеюсь, что хоть дождь будет не радиоактивным, а то на равнине даже спрятаться негде.

Благо, что мне не было суждено узнать, какие капли устремятся с неба на землю, так как мой аватар принудительно уснул в высокой траве, ещё до начала дождя. Перед этим я подумал, что, наверное, всё же дождь должен пойти обычный, иначе в игре опять произойдёт логический косяк, ведь если капли будут радиоактивными то, по сути, я не должен буду проснуться утром – батарея не выдержит нескольких часов бомбардировки ядовитыми каплями. Вот отсюда и моё умозаключение об обычности дождя.

Весьма довольный своими рассуждениями я откинул крышку вирт-капсулы и тут же наткнулся на Машку, которая поджидала меня, сидя на кровати и забросив ногу на ногу.

Девушка мигом безапелляционно заявила:

– Роб, в шесть вечера идём к моим родителям, и меня не волнует, даже если тебя позовут спасать мир!

– Блин, похоже, что сегодня Супермену придётся справляться одному, – грустно протянул я, ища взглядом мобильник. – Выведет ли он без меня?

– Вывезет, – твёрдо проронила Машка, буравя меня настороженным взглядом.  – Больше никак отмазываться не будешь?

– Нет. Раз уж ты договорилась, что мы идём к твоим родителям, то придётся идти. Род Максимовых не из трусливых, – гордо закончил я, найдя телефон на тумбочке.

– Отлично, – повеселела девушка и даже чмокнула меня в щёчку, а потом выметнулась из комнаты.

Я же зашёл в свой аккаунт и слегка обалдел. Двести тысяч подписчиков! Двести! Вот это рывок! Похоже, что тому виной стал подвальный инцидент. Народ оценил мою находчивость. Ну, Лазарь, ты реально крут! Вот так радости привалило! У меня от избытка чувств даже ноги подкосились, и я рухнул на кровать. Надо скорее позвонить сестре и сообщить ей горячую новость.

Я торопливо набрал номер Софи, и как только в динамике раздался её усталый голос, то принялся лихорадочно тараторить, захлёбываясь воздухом. Та молча выслушала меня и даже поняла, о чём была моя сбивчивая речь, после чего похвалила и строго предупредила, чтобы я не расслаблялся, а то сейчас на вершине, а завтра раз – и на дне.

Мне была приятна её забота, но всё же я уже не маленький  мальчик, поэтому чуть раздражённо проговорил:

– Да я понимаю, что на этом не стоит останавливаться. Людям нравится такой стиль игры, а значит, у меня есть хороший шанс заполучить ещё больше подписчиков, если не заниматься херней.

– Вот именно! – бросила сестра, откуда-то издалека, словно из бочки.

– Софи, тебя не слышно! – проронил я, морщась от хрипов, которые начали доноситься из динамика. – Если тебя там сейчас не душат, то связь стала просто отвратительной!

– По… том… позво… ню, – сумел уловить я слова сестры, а затем звонок прервался.

– Так, ну ладно. Наберу тогда дядю Колю.

Он ответил всего через несколько длинных гудков.

– Здорова, – произнёс полицейский каким-то донельзя шокированным голосом, будто минуту назад узнал, что ему досталось наследство от королевы Великобритании и он никакой не Козлов, а Виндзор.

– Дядь Коль, а вы чего такой, словно пыльным мешком пришибленный? – прямо спросил я у него, уже подозревая нечто необычное, что произошло с сержантом.

– Умерли… – выдохнул тот. – Один шею на ровном месте сломал, а другой виском об угол стола ударился.  Мы даже толком поговорить с ними не успели, а уже на вскрытие отправили.

– Охренеть, – потрясенно выдавил я, сразу смекнув, что Козлов имел в виду липовых полицейских. – Как же так вышло?

– Да кабы я знал, – просипел дядя Коля, а затем прочувственно добавил: – Вот ведь напасть.

– А что вскрытие показало?

– Ничего необычного. Но когда их перед этим разоблачали, то обнаружили одинаковые татуировки на пятках, – ответил полицейский, а потом проницательно добавил: – Бабку к этому делу никак не пришьёшь. Ты же о ней подумал?

– Ага, – сознался я, почесав короткую бородку. – А что за татухи?

– Цифра тридцать три: и у того, и у другого.

– Ерунда какая-то, – пробурчал я, после чего хмуро проронил: – А их точно не убили? Уж очень не похоже на обычную пятницу.

– Точно, – мрачно бросил Козлов, наконец-то начиная приходить в себя.

– Может это… колдовство? – робко проговорил я, сглотнув вязкую слюну. – Ну это же нереально, чтобы вот так глупо погибли два здоровых мужика, да ещё почти в одно и то же время.

– Нет никакого колдовства! – твёрдо заявил  полицейский, но мне в его голосе почудилась лёгкая неуверенность, словно сержант был не так уж убеждён в своих словах.

– Ладно, ладно, нет никакого колдовства,– вынужденно согласился я, покосившись на плюшевую свинью на подоконнике. – А что теперь делать-то?

– Ну дело этих двух жмуриков передали моему коллеге, а мне наказали вплотную заниматься похищенными людьми, раз уж я так хорошо всех нахожу, – не без мрачной гордости заявил Козлов, а затем раздумчиво добавил: – Только вот отец Леонтий постоянно умудряется скрываться от меня. Сегодня опять его не нашёл, хотя другие люди часто батюшку видят.

– А если позвонить ему? – иронично проронил я, улыбнувшись краем рта.

– Ты думаешь, что я не подумал об этом? Нет у него телефона или просто никто не знает его номера, – недовольно процедил полицейский, после чего возбуждённо добавил: – Но я батюшку всё равно найду и тогда обязательно поговорю… – тут он понизил голос и выдохнул: – о Чёрном Вороне.

– Кхем, – непроизвольно кашлянул я в мобильник, вспомнив о потусторонней птице.

– И ещё у меня тут возникла кое-какая мыслишка, – решил поделиться сержант. – Может, взять отца Леонтия и к той золотой отшельнице вместе с ним сгонять? Авось наставит он её на путь истинный? Что думаешь?

– Хорошая мысль, – хрипло сказал я, снова покосившись на свинью.

– Ты чего хрипишь? Простудился?

– Не-а, просто в горле першит.

– Ладно, пойду я тогда батюшку караулить, – проговорил полицейский, а затем чуть удивлённо сказал: – Он уже со своими последователями котлован под храм роет. Вот там и подожду его.

Мы попрощались, и на этом наш диалог закончился. Но я не спешил куда-то идти и что-то делать, ведь в моей голове уже пару минут шёл повтор последнего сна с чертёнком в главной роли. Что он там мне говорил? Вроде бы рогатый предупреждал о том, чтобы я не ходил к золотым… Уж не горбатую ли бабку он имел в виду? Очень похоже на то. А ещё чертёнок упоминал соклановца, который может не разобраться и того. Кажись, здесь речь шла о Чёрном Вороне, если учесть то, что в монологе рогатого промелькнуло слово бражка. Мда-а-а… какая странная мешанина из реальных фактов и фантазий. Как-то даже всё это подозрительно похоже на то, что, и правда, существует некий чертёнок, который пытается заключить сделку. Бред, конечно, но суеверного страха нагоняет.

В этот миг в комнату вошла Машка и увидела меня, сидящего в напряжённой позе с устремлённым в одну точку взглядом.

– Роб, ты чего? Мы же всего лишь к моим родителям идём, а у тебя такой вид, словно ты готовишься к смертной казни через сажание на необструганный кол, – удивлённо выдала девушка, приподняв накрашенные брови.

– А тут нигде поблизости церкви нет? – невпопад спросил я, думая о чертёнке.

– Э-м-м-м… ты меня под венец собрался вести?

– Нет, я ещё в своём уме, просто хочу посетить святое место. Ладно, потом схожу, – тяжело проронил я, не переставая хмуриться, а затем предложил, глянув на недовольное лицо Машки: – Слушай, нам надо пораньше из дома выйти, чтобы заскочить в алкомаркет и  ещё где-нибудь цветов купить. Что там пьёт твой батя и что нюхает матя?

– Надеюсь, ты при моих родителях не будешь шутить? – осведомилась девушка, состроив грозную гримасу и не став отвечать на вопрос.

– Буду паинькой, – заверил я, слабо улыбнувшись.

– Тогда иди мой голову, а потом одевайся и погнали.

– Мыть голову? Дождь же вроде обещали. Шучу-шучу, в последний раз шучу, – произнёс я, пытаясь хоть немного повысить настроение, а то вся эта мистика вгоняла в жуткую депрессию.

Машка показала мне крепенький кулачок, после чего я двинулся в ванную комнату, где принял душ, а затем прилично оделся и мы покинули квартиру. Девушка взяла меня под руку. На что я возвёл грустные глаза к багровому солнцу и тихо прошептал:

– Господи, на что я трачу свою жизнь?

– Что ты там мямлишь? – подозрительно спросила Машка, вопросительно глянув на меня.

– Напомни-ка, как зовут твою маму?

– Елизавета Андреевна, – бросила девушка, направившись к магазину, где за окном красовались цветы.

– Ясно, – коротко сказал я, поправив волосы. – Похоже, что это та самая отчаявшаяся женщина, которая стояла на городской площади и искала жениха для своей дочери.

– Гад, – прошипела Машка, вонзив острые коготки в моё запястье.

– Тише-тише я же умру от таких ран в жутких корчах, – притворно взмолился я.

– Ничего. Потерпишь, – усмехнулась спутница, а затем вошла в магазин.

Там мы купили шикарный букет, после чего потопали за алкоголем. По пути Машка сообщила мне,  что нам нужен коньяк. Я почему-то так и думал.

Вскоре наш почти дружный дуэт быстро добрался до магазина, который торговал хорошим по местным меркам алкоголем.  И внутри, действительно,  оказался неплохой ассортимент, а так как я не очень шарю в спиртном, то, глядя на полку с коньками, попросил помощи у продавщицы:

– Что посоветуете?

Та посмотрела на меня усталыми глазами, под которыми залегли мрачные тени,  и я прочитал в её печальном взгляде то, что она советует мне побыстрее валить из Грязьгорода, пока я ещё не стал продавцом в алкомаркете вот с такими страшными зубами, как на пачке сигарет.

Вслух же женщина протянула, ткнув пальцем в самую дорогую бутылку:

– Ну-у-у вот этот хороший. Никто не жаловался. Если чо попроще, то вон тот…

– Нам не надо попроще, мы берём этот, – высокомерно пропела Машка, смотря на дорогой коньяк.

Мне пришлось купить его, а затем мы двинулись к цели нашего короткого путешествия. Признаться, я несколько волновался. Ведь до этого мне всего два раза приходилось знакомиться с родителями девушки, и оба раза я строил из себя человека, которым на самом деле не являлся. Довольно неприятное занятие. Но зато так мне довелось узнать о себе много нового – оказывает я воспитанный, скромный и отзывчивый. Надеюсь, что если и на этот раз мне достанутся такие комплименты, то Машка не упадёт со стула от смеха.

Я покосился на девушку. Та шла, выпрямив спину и гордо выпятив внушительную грудь, которая прыгала в унисон со стуком её длинных каблуков. Большинство прохожих мужского пола провожали её восхищёнными взглядами. Машка привычно не обращала на них внимания.  Её напряжённый взор был направлен строго на элитную десятиэтажку,  в которой и находилась квартира родителей. Похоже, что девушка волновалась не меньше, чем я, а возможно, даже больше.

Вдруг она резко остановилась и выдохнула, глядя на меня снизу вверх:

– Повтори имена моих родителей.

Я хотел сморозить очередную шутку, но сдержался и совершенно серьёзно ответил на её вопрос:

– Владимир Александрович и Елизавета Андреевна.

– Правильно, – сказала она, а потом посмотрела на окно седьмого этажа и решительно добавила: – Ну с Богом.

Глава 21

Мы вошли в квартиру, представ перед родителями Машки. Они оказались людьми с разных полюсов: Владимир Александрович по прозвищу Гена был человеком хмурым, серьёзным, а вот её мать наоборот – радушная, весёлая женщина и даже где-то излишне мягкая.  Наверное, поэтому она вырастила свою единственную дочь такой… эм-м-м… красивой.

Поздоровавшись, мы передали им наши подношения, после чего нас усадили за богато накрытый стол, где я украдкой стал смотреть на хрустальную посуду, дорогие ковры и двустволку, висящую на стене. Ещё моё внимание привлёк большой золотой крест, лежащий поверх белой рубашки Владимира Александровича. Всё это вызывало у меня ощущение того, что мне не повезло попасть в квартиру авторитета из девяностых, который так и не понял, что наступили новые времена.  Да ещё и внешний вид дяди Гены почти кричал об этом. Он, набычившись, смотрел на меня из-под массивных надбровных дуг, сверля маленькими колючими глазками. Хорошо хоть Машка пошла в Елизавету Андреевну, а то бы ей тяжело пришлось в жизни с отцовскими чертами.

Кстати, её мама в это время попыталась развеять напряжённую атмосферу, воцарившуюся в комнате. Она принялась ненавязчиво расспрашивать меня о семье, планах на будущее и жизни в целом, а я вежливо врал, предельно аккуратно орудуя столовыми приборами, хотя это было сложно под неприязненным взглядом молчащего Владимира Александровича.

Почти сразу к нашему диалогу подключилась Машка. Она мигом заявила, что у меня самые серьёзные намерения в отношении неё. Я когда услышал об этом, то чуть куриной ножкой не подавился, а потом удивлённо посмотрел на девицу. Та ответила мне невозмутимым взором, а её обрадовавшаяся матушка, принялась вспоминать, какие в этом году есть красивые даты.

Даже дядя Гена, благодаря сильному заявлению Машки, соизволил нарушить молчание и  хрипло спросил, чуть теплее глядя на меня:

– Как там в столице-то?

– Нормально, – деликатно ответил я, а потом со смешком добавил, чтобы ещё больше разрядить обстановку: –  Вороны поют, люди купаются в химзащите в Москве-реке.

– А чего тогда в Грязьгород приехал?

– Природа мне ваша понравилась. Экология тут хорошая, – произнёс я, слабо улыбнувшись и мимолётом вспомнив, как без особых мыслей ткнул пальцем в настенную карту и попал в Грязьгород, после чего батя отослал меня именно в эту глушь.

– А люди как там в столице? Наверное, причёска, маникюр, каблуки, а рядом дружок его такой же идет? – насмешливо проговорил Владимир Александрович, проведя рукой по короткостриженым седым волосам.

– Это распространённое заблуждение, – защитил я население родного города.

Машкин отец скептически посмотрел на меня, а затем нежно глянул на коньяк и произнёс, сглотнув слюну:

– Ну, давайте за встречу.

Он ловко разлил коньяк по рюмкам, после чего все выпили, включая дам, а затем Владимир Александрович сел на отцовского конька и стал задавать мне каверзные вопросы. Я отвечал, чувствуя себя будто на экзамене по экономике, потому что беседа в основном крутилась вокруг денег. Мне опять пришлось врать. И, естественно, что я утаил свой основной источник дохода, сказав, что имею некий бизнес в интернете. В этот миг я посмотрел на Машку. Та одобрительно кивнула и украдкой показала большой палец.

Вскоре за таким «дружеским» разговором пропало содержимое бутылки, и дядя Гена пошёл на кухню за второй. Только он исчез из комнат, как я получил благословение от Елизаветы Андреевны, которая немного погрустнела, свято уверовав в то, что Машка вместе со мной уедет в столицу, покинув отчий дом. Меня такой расклад изрядно тревожил.

Меж тем вернулся Владимир Александрович. Он плюхнулся за стол, снова наполнил рюмки, а затем все опустошили их, после чего потекла вполне обычная беседа. Видимо, дядя Гена удовлетворился моими ответами, а может быть, он просто дошёл до той алкогольной кондиции, когда охота поговорить по душам, ведь буквально через минуту  Владимир Александрович стал с упоением рассказывать, как он куролесил в лихие девяностые.

Так я узнал, что он недолюбливает сержанта Козлова. Мне пришлось сделать вид, что я с полицейским не знаком. Благо, что Машка ничего обо мне отцу не рассказывала. Я со смешанными чувствами посмотрел на неё. А та даже не обратила внимания на мой взгляд, так увлечённо она шушукалась с матерью.

В этот миг взор дяди Гены наткнулся на двустволку, и он осведомился, почесывая кадык:

– А как ты насчёт охоты? Шашлыков? Умеешь дичь жарить?

– Я когда последний раз огонь разводил, то заодно и побрился, – пьяно пошутил я, широко улыбаясь.

Тот сперва юмора не понял, а затем всё-таки его затуманенные алкоголем мозги уловили, в чём шутка, и он раскатисто расхохотался. Ещё над моей остротой посмеялась Елизавета Андреевна, а вот Машка наградила меня недовольным взглядом. Я почувствовал глухое раздражение.

Тем временем за окном сгустилась темень – и мне уже стоило отчаливать восвояси. Я под протестующие возгласы встал из-за стола, а затем со всеми тепло распрощался и покинул квартиру, оставив девушку у родителей.

Пока спускался на лифте, то успел получить от Машки сообщение следующего содержания: «Молодец, всё прошло хорошо». Глядя на текст на экране телефона, я снова испытал раздражение. Оно было основано на поведении девушки. Особенно мне не понравилось то, что она без моего согласия стала женить меня на себе. Поэтому я написал: «Дорогая, а ты не охренела заявлять родителем, что у нас настолько всё серьёзно, словно мы уже свадьбу готовим?»  Машка ответила: «А ты, значит, несерьёзно относишься ко мне?!» Тогда я отправил ей такой текст: «Серьёзно, но пока не настолько, чтобы жениться». Ну а дальше вы сами понимаете, что мы поругались, поэтому из подъезда я выходил порядком злой.

В этот момент позвонил Петя. Он пролепетал заплетающимся языком:

– Роб… Дарова… Давно тебя не… ик… слышал.

– Ты навеселе, что ли? – выдохнул я, уже понимая, что мы на одной волне.

– Немного, – ответил друг, громко икнув. – А что такого? Матушка… фух… на смене, а я вон тут решил посмотреть футбол с пивом, да как-то увлёкся.  Ты компанию не составишь? А то всё я… хм-м-м… к тебе, пора бы и тебе ко мне.

Я подумал немного, а затем согласно проронил, решив навестить друга:

– Ну, называй адрес.

Тот радостно продиктовал, где живёт, после чего сбросил вызов. Я набрал адрес в навигаторе и увидел, что его дом совсем недалеко отсюда. Мне лишь надо было пройти через центр города, а потом протопать ещё немного – и вот она хата Петра. Правда, тот район был одним из самых старых в городе и неблагополучных. Ну, посмотрим, как там люди живут.

Я сунул руки в карманы, сгорбил плечи и пошёл по тротуару, яростно дыша перегаром и думая о том, что пока не стоит бояться Чёрного Ворона, ведь сейчас нет даже одиннадцати часов. Вряд ли он нападёт так рано, да ещё когда вокруг столько прохожих. Всё же лёгкий страх немного холодил спину, а когда я прошёл центр города и оказался в родном районе Петра, то здесь мне и вовсе пришлось ускорить шаг, чтобы быстрее преодолеть эти тёмные кривые улицы, по бокам которых стояли древние трехэтажки из потемневших от времени досок.

Наконец-то я оказался перед домом друга. Он ничем не отличался от соседних, кроме крыши. Тут она оказалась из серого шифера, осколки которого во множестве лежали под окнами первого этажа, а у рядом стоящих домов кровля были из жестяных листов. Больше ничем эти развалюхи не различались.

Я торопливо вошёл в единственный подъезд, миновав гостеприимно распахнутую обшарпанную дверь, и едва не рухнул от мощного запаса кошачьей мочи. Видимо, здесь на совесть  трудились несколько поколений представителей кошачьего семейства. Вот как люди построили этот барак до революции семнадцатого года, так коты здесь и трудились.

Мне пришлось прикрыть нос рукой, а уж только потом я поднялся по скрипучим деревянным ступеням на второй этаж, где постучал в дверь, покрытую лохмами из кожзаменителя. Она задрожала от моих ударов, будто готовилась рассыпаться на десятки частей. Я немного сбавил силу постукиваний, опасаясь повредить чужое имущество. Но благо, что на пороге быстро возник Петя, наряженный лишь в шорты и тапочки.

Парень широко улыбался и немного покачивался, но оказался далеко не так пьян, как в тот день, когда сорвал полицейскую операцию.

Он приветливо бросил, указав пальцем на голый изогнутый буквой «Г» коридор:

– Заходи.

Я вошёл, пожал его руку, а потом глянул на стены, которые были когда-то выкрашены синей краской на высоту человеческого роста. Выше облупившейся краски шла побелка, которая захватила и высокий потолок, покрытый трещинами и жёлтыми разводами.

Ещё мой взгляд привлекла веточка зверобоя, которая торчала между косяком и стеной. Похоже, что она защищала жилище Пети надёжнее, чем дверь, которая была чуть ли не из фанеры. Ну а всё это «добро» освещали три лампы Ильича, которые через равное расстояние висели на тонких проводах.

Тем временем друг приглашающе махнул рукой и поковылял в глубь квартиры, проронив на ходу:

– Здесь когда-то располагалась то ли больница, то ли школа, а может и детский садик. Я точно не помню. Маман что-то рассказывала об этом, а я прослушал. Пиво будешь?

– Да мне бы чего-нибудь покрепче, – выдохнул я, заметив, что парень явно протрезвел с момента звонка.

– Самогонка есть, – обрадовал он, свернув за угол.

– Пойдёт, – вякнул я, последовав за парнем.

Мы оказались в ещё одном коридоре. Тут по бокам располагалось несколько дверей, покрытых белой краской. Петя толкнул ближайшую и проник в просторную кухню, где стены могли похвастаться голубой плиткой.  Мой взгляд сразу же упал на квадратный стол, который прикорнул возле окна с рассохшейся деревянной рамой. На клеёнке уже стояли консервы, варёная картошка в мундире и сосиски.

Парень кивнул мне на табуретку, а сам полез в небольшой советский холодильник, который тарахтел как «камаз». Он вытащил оттуда пузатую бутылку и поставил её рядом с закуской, после чего вымыл гранёные стаканы под струёй воды из немного ржавого крана, а затем добыл банку огурцов из нутра покосившегося шкафа.

Я ещё раз окинул кухню внимательным взглядом и почувствовал себя так, словно перенёсся в восьмидесятые годы, да ещё и не в самое благополучное жилище. Хорошо хоть здесь стоял небольшой телевизор, и более того – он оказался подключён к системе кабельного ТВ –  это выяснилось, когда я с глубокими сомнениями в голосе попросил Петю врубить  очередной выпуск «Императора Галактики». Тот согласно кивнул, после чего включил телевизор и нашёл нужный канал. Эфир уже начался, но прошло не больше минуты. Мы принялись смотреть его, выпивая и перебрасываясь незначительными репликами. В основном я объяснял Пети, что вообще происходит на экране и для чего всё это надо. Так мы вместе увидели первых игроков, которые закрыли всю линейку заданий и перенеслись в другую локацию. В этот миг завистливый вздох сам собой покинул мой рот. А потом в «Императоре Галактики» стали показывать нарезки интересных моментов – и вот тут-то я гордо приосанился, ведь сейчас начали транслировать то, как израненный Лазарь выпал из будки, а потом показал столпившимся участникам шоу средний палец. Даже Петя проникся ситуацией и громко расхохотался, принявшись стучать ладонью по столу.

В ответ на его гогот – соседи сверху начали тарабанить по батареям. Я увидел через открытую дверь, как  в коридоре мощно завибрировала вертикальная труба отопления. Потолок в том месте, где она уходила к соседям, уже был изрядно потрескавшимся, а приличный кусок готовился вот-вот обрушиться вниз.

Петя мигом прекратился смеяться и мрачно процедил:

– Задолбала уже эта бабка. У неё слух, как у летучей мыши. Чуть громче начинаешь говорить, так она тут же принимается по батареям долбить. А в магазин сходить… ик… сил нет.

– А не та ли это особа, которая отдел «Вечной жизни» ищет? – насмешливо поинтересовался я, захрустев огурцом.

– Она. Не дай бог ей найти его, – усмехнулся друг и налил ещё самогонки.

Я дёрнул уголком рта, после чего продолжил просмотр «Императора Галактики», а он уже подходил к концу. На экране телевизора возник топ игроков, который порадовал меня тем, что Лазарь оказался на девяносто шестом месте. Я откатился всего на одну позицию, хотя после приключений в логове сектантов, могло быть значительно хуже, так что потеря всего одной строчки очень приемлемый результат.

Дальше шёл список погибших участников шоу и количество оставшихся – нас выжило всего чуть больше шести тысяч из ста сотен, начавших игру. Такими темпами «Император Галактики», действительно, долго не продлится. Но главное – чтобы я задержался в нём как можно дольше.

Тем временем выпуск закончился, и загрустивший Петя выключил телевизор.

– Ты чего гриву повесил? – спросил я, глянув на тополь за окном. Его ветка, покорная воле поднявшегося ветра, иногда стучала в стекло.

– Да вот посмотрел этого твоего «Императора Галактики» и теперь думаю: где денег достать? – безрадостно промычал друг, пережёвывая сосиску.

Я в третий раз оглядел кухню и решил поинтересоваться:

– А что бы ты сделал, если бы был богат?

– А насколько богат?

– Ну вот прям реально богат: мог бы даже не экономить горячую воду и есть борщ на бульоне из кости мамонта, – иронично бросив я, погладив бородку.

Друг задумчиво нахмурил лоб, а затем принялся отвечать, высыпая на меня все свои мечты: пятиэтажный особняк, мерседес, частые путешествия за границу… А я мотал на ус, думая, что, возможно, когда-нибудь исполню что-нибудь из его желаний.

Вдруг ветка тополя в очередной раз громко стукнула в окно. Я испуганно вздрогнул, чуть не сверзившись с табуретки, а Петя на миг задержал дыхание, косясь на дерево.

Через секунду он прохрипел, шумно сглотнув и тоскливо глядя сквозь мутное окно во мрак ночи:

– Роб, а тебе кошмары не снятся? Меня этот Чёрный Ворон задолбал уже. Он мне теперь в каждой тени мерещится.

– А мне ещё и черти снятся, – промычал я, тяжело вздохнув, после чего поведал другу о своих снах.

Тот сочувственно выслушал меня и поддержал мою идею сходить в церковь. После этого мы ещё немного поговорили, а потом отправились спать. Петя выделил мне старенький диван, а сам улёгся в соседней комнате и быстро захрапел. Я уснул не так скоро, но всё же унёсся в царство пьяных сновидений. Правда, пробыть мне там удалось совсем недолго – я проснулся среди ночи оттого, что мочевой пузырь не хотел ждать до утра. Пришлось вставать, включать телефонный фонарик и искать туалет. Благо, что он довольно-таки быстро обнаружился возле кухни. Я зашёл в него, расстегнул ширинку и тут мобильник скорбно пиликнул и разрядился.

В наступившей темноте несложно было промахнуться, поэтому я приоткрыл дверь, чтобы внутрь падали лучи лунного света, которые проникали в коридор через окно. И вдруг перед моими затуманенными алкоголем глазами предстал высокий силуэт, крадущийся вдоль стены. На мгновение я подумал, что это может быть Петя. Но тогда кто храпит в комнате? Нет, это точно не он. Может, внезапно вернулась его мать?  Тоже вряд ли – она не может быть такой крупной. Грабители? Район-то явно неблагополучный, да и входная дверь больше похожа не приглашение, чем на защиту.  Кажись, что я прав – и в квартиру Пети проник какой-то варюга. Надо как-то его нейтрализовать.

Меня горячо поддержал бушующий в крови алкоголь. Он же напрочь лишил меня страха и сомнений.  Отчасти повинуясь его воле, я торопливо осмотрелся и лихорадочно схватил газету. Потом понял, что она – так себе оружие, и взял крышку от сливного бочка, после чего довольно усмехнулся, прикинув её вес.

В следующий миг я распахнул дверь и с диким криком рванул на преступника. Тот ловко развернулся и моё оружие вместо того, чтобы попасть ему по спине, скользнуло по голове, а сам я столкнулся с ним – и мы оба с грохотом покатились по полу, где мне суждено было врезаться в кухонную дверь, а он приложился о многострадальную батарею.

Я повертел головой, отгоняя вспыхнувшие перед глазами звёздочки, а затем сконцентрировал внимание на  ночном пришельце, думая, что он больше не встанет, но тот начал подниматься, несмотря на все удары судьбы.

Меня это так поразило, что я непроизвольно выдохнул:

– Охренеть! Ты кто такой?

Мужик никак не успел отреагировать на мои слова, так как бабка сверху стала хреначить по батарее, словно всю ночь ждала этого момента. И на этот раз потолок не выдержал. Здоровенный кусок рухнул прямо на голову ворюге.

Казалось бы, что это был финальный аккорд неудавшегося ограбления, но преступник даже не покачнулся, чем ввёл в меня состояние подобное ступору. Но я офигел ещё больше, когда проснувшийся Петя включил свет и мы оба увидели отца Леонтия, который спокойно стоял около стены в окружении кусков потолочного покрытия, и на нём даже царапины не было.

Я потрясенно выдохнул, не веря своим глазам и тыча в батюшку трясущимся пальцем:

– Вы… свя-свя-той?

– Нет, – ответил тот, деловито отряхивая рясу от мела.

Тем временем Петя ошарашенно выдохнул, подтянув трусы и грозно уперев руки в бока:

– Что здесь происходит? Кто вы такой? И какого хрена вломились в мой дом?!

– Отец Леонтий, – представился батюшка, смерив парня недовольным взглядом и поправив крест на груди.

– Вы тот самый человек, который прогнал Чёрного Ворона? – ошарашенно выдавил парень, а затем протараторил: – А чего вы ко мне вломились? Я в церковь хожу и вообще очень набожный человек. Спасибо, конечно, за спасение Роба, но вам тут делать нечего. Идите к бабке, которая на третьем этаже живёт. Вот она в церковь точно не ходит.

Тут и я вступил в разговор, горячо протараторив:

– Да, спасибо вам отец Леонтий. Если бы не вы, то хрен его знает, что со мной сделала бы та чертовщина…

– Ворон бы выпил из тебя всю энергию, – неожиданно произнёс батюшка, а затем строго добавил: –  Не якшался бы ты с теми силами, которых не разумеешь. За этим я сюда и пришёл. Дабы предупредить. Я уже дважды спасал тебя, но в третий раз не стану этого делать. Debitum solvit.

– Долг уплачен? Кому? Это вы о чём? – шокировано выдал я, вставая с холодного пола.

– Он тебе ничего не успел рассказать?

– Кто?

– Твой дед, – бросил отец Леонтий, а потом прикоснулся к правому глазу и проронил: – У тебя его глаза. Они передаются через поколение.

В этот миг Петя неожиданно проворчал:

– Что-то я вообще ничего не понимаю…

– Не один ты, – вякнул я, принявшись массировать виски. Уж не бред ли меня обуял?

Вдруг батюшка бросил ласковый взгляд на золотые кудри моего друга, после чего с улыбкой сказал:

– На сына моего похож – на Алёшу, – затем он тревожно замер, услышав, как с улицы донёсся волчий вой, а спустя секунду решительно проронил: – Ad opus! – что означало «за дело», и пулей вылетел из коридора.

Я лихорадочно посмотрел на Петю, а потом побежать следом за батюшкой. Друг рванул за мной. Я слышал его хриплое дыхание, пока мы неслись по деревянным ступеням подъезда, а затем выскочили на улицу. Тут по моим нервам полоснул дикий женский крик. Но нет – кричала не женщина, а залившийся смертельной бледностью Петя. Мы оба с ужасом смотрели, как по земле ползёт окровавленный человек. Его бок  превратился в фарш из костей, плоти и внутренних органов, а сизая нитка кишечника растянулась на пару метров от того места, где стояла та самая псина, которая напугала меня и Петю возле детского сада. Сейчас она прижала оскаленную пасть к земле и грозно рычала на отца Леонтий, который вытащил из рукава рясы кинжал, блеснувший в лучах лунного света. Батюшка бесстрашно бросился на громадное животное, а то вздыбило серую шерсть и кинулось на него. Я же застыл не в силах сдвинуться с места, а просто широко раскрытыми глазами наблюдал, как клинок отца Леонтия вонзился в тело волка. Да, именно волка, а не собаки, как я подумал первоначально. Животное болезненно взвыло, но перед этим сумело когтями располосовать батюшке лицо, оставив на нём четыре глубокие раны, идущие от виска к противоположной щеке.  Тот отшатнулся, выдернув кинжал, а потом смахнул рукой заливающую глаза кровь и помчался за волком, который решил ретироваться с места сражения. Он побежал во мрак узких кривых улочек и спустя пару ударов сердца они оба канули в темноте.

Тем временем стали вспыхивать окна окрестных домов, а обезумевший от боли человек продолжал ползти в нашу сторону, беззвучно разевая и закрывая рот.  Ноги не слушались его, и он двигался, используя лишь руки с сорванными ногтями. Мужчина цеплялся кровоточащими пальцами за землю и толкал своё тело вперёд, оставляя за собой широкую полоску крови. В его глазах исчез огонёк разума, а воцарился лишь животный страх смерти.

Мне стало предельно ясно, что он уже нежилец, но я всё же метнулся к нему, переборов ужас, сковавший моё тело.

Петя в этот момент стал стучать в ближайшее окно и истошно орать:

– Вызовите скорую помощь! Вызовите скорую помощь! Тут человек умирает!

Я торопливо склонился над несчастным, оторвал приличный кусок его же разорванной рубашки и попытался заткнуть страшную рану в боку. Но куда там – кровь продолжала обильно сочиться, покрывая мои руки, а мужчина не прекращал ползти по земле, явно не осознавая, что происходит.

Вот он продвинулся ещё на полметра, а затем бессильно вытянулся и затих. Я прикоснулся к его запястью, пытаясь нащупать пульс, но тот отсутствовал. Мужчина был мёртв.

После этого мне не оставалось ничего другого, как бессильно упасть пятой точкой на землю и ждать представителей властей. Благо, что кто-то из жильцов всё же отреагировал на крики Пети и вызвал скорую помощь. Как только она приехала, то следом пожаловала и полиция. Я перед этим успел перекинуться с другом парой предложений, поэтому полицейским мы сказали, что услышали крики, а потом выскочили из дома и увидели волка, терзающего мужчину. Животное испугалось и убежало, оставив истекающего кровью человека. Мы попытались оказать ему помощь, но тот умер буквально через полминуты.

Хмурые, не выспавшиеся полицейские выслушали нас, после чего поблагодарили за бдительность и отпустили домой.

Конец первой книги.

– П-с-с-с, читатель, не будет жадиной и поставь лайк или напиши комментарий, если книга понравилась.

Для книги использована обложка авторства Аллы Киприяновой.

Content

Решетов Евгений Валерьевич Император из провинции

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21