Ховард Линда

Озеро грез

Линда Ховард

Озеро грез

Глава 1

Глаза мужчины были похожи на драгоценные аквамарины, глубокие и яркие, словно море, они горели сквозь окутывающий его туман. Они блестели, приближаясь к девушке, и взгляд этих зеленовато-голубых глаз был таким пристальным, что та в страхе стала вырываться из крепких объятий. Мужчина принялся ее успокаивать, и голос его зазвучал с грубой страстью, поскольку он пытался унять ее сопротивление, поглаживая и лаская, пока девушка вновь не задрожала с восхищением, стремясь вверх — ему навстречу. Его бедра двигались в извечном медленном танце, когда он глубоко погружался в нежное тело девушки. Мужчина был сильным и обнаженным, и его железные мускулы перекатывались под потной кожей, блестящей, словно шелк. Туман от озера так плотно сгустился вокруг, что она никак не могла как следует рассмотреть своего любовника; все, что могла она сейчас — это только чувствовать его — внутри и снаружи. Мужчина обладал ею так отчаянно и с такой страстью, что девушка понимала — она никогда не освободится от его чувственной власти.

Черты незнакомца были скрыты в тумане, и девушка напрасно напрягала зрение, пытаясь рассмотреть его. Она вскрикнула от бессилия. Только пылкие драгоценности его глаз горели сквозь туман. Эти глаза она видела и раньше бесчисленное множество раз, но всегда через зыбкую пелену тумана.

Тея вздрогнула, просыпаясь; тело ее дрожало от отголосков страсти и полученного наслаждения. Ее кожа была влажной от пота, и в тишине девушка слышала свое тяжелое и быстрое дыхание, которое постепенно выравнивалось по мере того, как замедлялся пульс, и сердце начинало биться в нормальном ритме. Сон каждый раз истощал все ее силы, оставляя выжатой, слабой и опустошенной.

Она чувствовала себя разбитой, неспособной связно мыслить и унять панику и волнение. Нижняя часть ее тела пульсировала, словно девушка на самом деле только что занималась любовью; она крутилась на спутанных простынях, сжимая бедра, пытаясь отринуть ощущение его недавнего присутствия внутри своего тела. Присутствия мужчины. Безымянного, безликого, но всегда одного и того же мужчины.

Девушка уставилась на тусклый серый свет за окном, настолько слабый, что он едва проникал сквозь стекло. Ей не нужно было смотреть на часы: сон всегда посещал Тею в самый глухой предрассветный час и рассеивался с первыми лучами солнца. Это всего лишь сон, сказала она себе, пытаясь поудобней устроиться в кровати. Да, всего лишь сон. Но как он отличался ото всех тех сновидений, которые она видела раньше. Тея думала об этом сне, как об одном и том же, но все же эпизоды каждую ночь были разными.

Все это началось примерно месяц назад. Сначала девушка восприняла увиденное просто как странный, необыкновенно яркий и пугающий сон. Но он повторился вновь следующей ночью. И следующей тоже. И так каждую ночь, пока она не стала бояться засыпать. Она пыталась заводить будильник, чтобы проснуться раньше тревожного часа и постараться избежать мучительного видения, но это не помогало. О, будильник звонил в положенное время, но она лежала раздраженная и огорченная, сердитая на саму себя за то, что не может избавиться от навязчивых видений, и сон возвращался вновь. Тея чувствовала, как постепенно ослабевает ее внимание, и она соскальзывает по краешку сознания в тот темный мир, где царят таинственные видения. Она пробовала бороться со сном, бодрствовать, но и это ей не удавалось. Ее отяжелевшие веки прикрывались, и Он появлялся снова…

…Он был рассержен на нее, разъярен из-за того, что она попыталась уклониться от встречи с ним. Его длинные темные волосы лежали на мощных плечах, густые пряди вились в буйном беспорядке. Его глаза… о, Боже, его глаза, такие же яркие, как мечта, горели сине-зеленым искушением через облако москитной сетки, которой была задрапирована кровать. Девушка продолжала лежать, остро ощущая прохладу простыни, укрывшей ее ноги, пряные ароматы летней ночи и жару, из-за которой ей было душно в длинной ночной сорочке. Но острее всего она почувствовала, как затрепетало ее тело, когда она в страхе узнала мужчину, стоящего в темноте спальни и неотрывно глядящего на нее через паутину москитной сетки.

Она была испугана, да, но в то же время она торжествовала. Она знала, что он придет к ней. Она насмехалась над ним, провоцировала его, подталкивала его к такому исходу, вынуждая заключить с ней эту дьявольскую сделку. Он был ее врагом. И сегодня вечером он станет ее любовником. Мужчина подошел к ней, передвигаясь с грацией и мощью хорошо обученного натренированного воина.

— Вы избегали меня, — сказал он, и голос его прозвучал подобно ночному грому. Мужчина был словно окружен своей яростью, она колебалась вокруг него, почти видимая в своей силе.

— Вы играли в свои беспечные игры, намеренно пробуждая меня к беззаботности жеребца, готового покрыть кобылицу… и теперь вы вздумали скрыться? Мне стоило бы придушить вас за это.

Девушка приподнялась на одном локте. Сердце ее колотилось в груди, мучительно сжимаясь напротив ребер, и она чувствовала, как ее охватывает слабость. Но, вопреки всем страхам, предательское тело желало близости с этим опасным мужчиной.

— Я сожалею, — сказала она просто, обезоруживая его этой правдой.

На мгновение мужчина замолчал, а затем его глаза зажглись еще более ярким пламенем.

— Проклятье на вашу голову, — прошептал он, — проклятье на нас обоих.

Секунду спустя, его сильные руки воина сорвали сетку, и она опустилась на тело лежащей девушки. Тонкая дымка, сопровождающая каждый ее сон, слегка развеялась, но все же легкая ткань мешала ей внимательно рассмотреть черты мужчины. Когда он прикоснулся к ней, с губ девушки сорвался мягкий, удивленный возглас. Его руки были грубыми и горячими, они скользили вверх по девичьим ногам, с медлительной нежностью приподнимая ее длинную ночную рубашку. Сильный чувственный голод, неуправляемый и неистовый, охватил его, когда он всмотрелся в затененное соединение ее бедер.

Что ж, подумала девушка, сейчас случится то, о чем она так много думала и чего так долго ждала. Мужчина намеревался взять ее девственность, не подготовив к этому. Да будет так. Если он думает, что вынудит ее закричать от боли и потрясения, его ждет большое разочарование. Он — бесстрашный воин, но она докажет, что ничуть не уступает ему в храбрости.

И тогда он взял ее, подтянув к краю кровати и опустившись на ее обнаженное тело, укрытое лишь воздушной москитной сеткой. Он взял ее с гневом и с нежностью. Он взял ее со страстью, которая иссушила ей душу, с той полнотой и завершенностью, которая навсегда отметила ее, как его женщину. И в конце девушка действительно закричала, он все же вынудил ее сделать это… Но это не был крик боли, это был возглас удовольствия и удивления, потому что счастье и блаженство, о которых она ничего не знала раньше, действительно существовали.

Это было первый раз, когда он занялся с ней любовью, первый раз, когда она проснулась, все еще дрожа от наслаждения, такого сладкого и невероятного, что Тея заплакала, одиноко сжавшись на спутанных простынях и мечтая о большем. Да, первый раз, но, как оказалось, не последний.

Тея встала с кровати и подошла к окну, рассеянно проводя вверх и вниз по своим озябшим предплечьям, она стояла и смотрела на тихий внутренний дворик своего дома. Девушка ожидала наступления рассвета, чтобы пробудившаяся реальность и радостный свет солнца развеяли томительный и жуткий смысл видений.

Быть может, она постепенно сходит с ума? Возможно, так и начинается безумие: реальность постепенно искажается до тех пор, пока человек сам не перестает различать, что происходит с ним на самом деле, а что является всего лишь фантазией? Стоя здесь и сейчас на холодном полу, она не чувствовала себя более реально, чем там, во сне, который приснился ей на рассвете.

Это мешало ей жить. От этого страдала работа Теи: она стала рассеянной и менее сосредоточенной. Независимо от того, делает она эту работу для себя или для кого-либо другого, подумала девушка, криво усмехаясь, у нее скоро возникнут проблемы.

Ничто в ее жизни не предвещало, что с ней начнут происходить такие странные вещи. У нее была самая обыкновенная жизнь: замечательные родители, безопасный уютный дом, два обожаемых брата, которые давно выросли в надежных, интересных мужчин. Ничего страшного, травмирующего ее психику, не случалось с девушкой, и пока она росла. Обыденная скука школьных занятий, крепкая молодежная дружба, задушевные беседы или оживленные споры с подружками и долгие, безмятежные летние дни, проведенные на озере — вот из чего состояла жизнь Теи.

Каждое лето ее решительная мать загружала в свой автомобильчик-универсал кучу вещей и смело направлялась к загородному дому, где она сама и трое ее непоседливых детей проводили большую часть лета. Отец приезжал к ним каждые выходные и проводил вместе с семьей свой отпуск. Тея, как сейчас, помнила долгие жаркие дни: купание в озере, рыбалку, гудение пчел в траве, пение птиц, мерцающих в сумраке светлячков, стрекот сверчков и кваканье лягушек, бульканье черепахи в мутной теплой воде, запах костра, и аппетитные ароматы барбекю. Она не забыла и то, как такая размеренная, неторопливая жизнь постепенно начинала ей надоедать, и она спешила вернуться домой. Но каждый год, по мере приближения лета, девушка вновь была как в лихорадке, стремясь снова уехать на озеро.

Если в ее жизни и было что-то необычное, так это занятие, которое она себе выбрала — Тея любила красить здания. Она была согласна заняться любой покрасочной работой, как внутри, так и снаружи, и, казалось, заказчикам нравилось, как внимательно девушка относится к малейшим деталям интерьера. Она также получала все больше заказов на изготовление фресок после того, как один из клиентов оценил ее своеобразный талант и попросил украсить одну из стен. Но даже ее фрески были яркими и радостными, в них не было никаких мистических или невероятных сюжетов.

Так почему же именно ее ночь за ночью стали посещать эти фантастические сны, в которых всегда присутствовал один и тот же мужчина? В этих видениях изменялось только его имя. То он был одет, как римский центурион и звался Маркусом, то он был норманнским захватчиком по имени Люк. Он был Нейлом, Дунканом…, он был столькими разными мужчинами, что она, казалось, не в состоянии была запомнить их всех, но Тея помнила. Он также по-разному обращался к ней в этих загадочных снах: Джудит, Вила, Мойра, Анис… Она была всеми этими женщинами, и все эти женщины были ею. И он был одним и тем же мужчиной, не смотря на множество имен.

Он приходил к ней во сне и занимался с ней любовью, но брал не только тело. Он вторгался к ней в душу, и наполнял ее тоской и болью, которые не отпускали Тею ни на минуту, оставляя ощущение, что без этого мужчины она теряет какую-то важную часть самой себя. Он доставлял ей такое потрясающее удовольствие и настолько реальное наслаждение, что, проснувшись в первый раз со слезами на глазах, она в страхе коснулась себя внизу живота, ожидая почувствовать влагу его семени. Но ничего подобного, конечно, не было, ведь он существовал лишь в ее мечтах.

Меньше чем через неделю Тея должна была отметить свой тридцатый день рождения, и за все эти годы ни одному реальному мужчине не удавалось вызвать у девушки такой страсти и таких сильных чувств, какие вызывал у нее воображаемый любовник, существующий только во сне.

Девушка не могла сосредоточить свои мысли на работе. Фреска, которую она только что закончила по заказу семьи Калманс, была недостаточно продумана, хотя клиентка и осталась ею довольна. Но Тея-то знала, что могла сделать свою работу гораздо лучше, даже если миссис Калманс ни о чем таком не догадывалась. Ей нужно, так или иначе, избавиться от своих жутких снов. Может быть, для этого придется обратиться к врачу, возможно, даже к психиатру. Все в душе девушки протестовало против подобной мысли, против пересказа постороннему человеку своих видений о незнакомом мужчине. Рассказать об этом все равно, что раздеться и заняться любовью на глазах у всех.

Но сны становились все более яркими и пугающими. С недавних пор у Теи появился такой сильный страх перед водой, что вчера она чуть не закричала в панике, проезжая по мосту через реку. Она, которая обожала все водные виды спорта и плавала в воде, как рыба! Но теперь девушка боялась даже смотреть на реку или озеро, и этот страх с каждым днем становился лишь сильнее.

В последних трех снах они были на озере. На ее озере, там, где Тея в детстве столько лет проводила свои летние каникулы. Он вторгался в ее домашний мирок, в ее детские воспоминания, и девушка была так напугана этим, как никогда прежде. Было такое ощущение, словно он преследует ее через сны, потихоньку подбираясь все ближе и ближе. Подбираясь для того, чтобы сделать с ней то, что она видела в своих последних видениях. Потому что в ее снах он не только занимался с ней любовью. Иногда, он ее убивал.

Глава 2

Летний домик был точно таким, каким остался в памяти Теи, но в то же время оказался странно уменьшенным временем. Детские впечатления и воспоминания превратили его в просторное, волшебное место, где всегда было много шуток, смеха и разных забав. Старый, добрый дом, с любовью построенный на долгие славные годы. Тея сидела в автомобиле и смотрела на него, чувствуя, как покой и умиротворение наполняют душу. Она очень надеялась на то, что это милое сердцу место поможет ей справиться со страхами, порожденными странными снами. Сколько замечательных воспоминаний было связано с этим домом! Вот она, старая плакучая ива, под сенью которой Тея впервые в жизни поцеловалась с Сэмми … Как-там-его. Надо же, она все лето с ума сходила по этому Сэмми, а теперь даже не может вспомнить его фамилию. Вот они страсти первой любви!

Теперь девушка заметила, что дом не такой уж большой и требует покраски. Тея улыбнулась, такая работа как раз по ее части, и она займется ею, пока будет здесь отдыхать. Трава на лужайке выросла по колено, и сломанная ветка огромного дуба качалась на ветру. Всем этим также следовало заняться. Девушка собрала всю свою волю и заставила себя посмотреть на озеро. Старый пирс тоже нуждался в ремонте, и она попыталась сосредоточить на этом свои мысли, но, посмотрев на блестящую гладь озера, Тея почувствовала, как ее лоб покрылся бисеринками холодного пота. Девушку замутило, дыхание стало судорожным и хриплым, и она поспешила отвести взгляд от воды.

Вчера ночью он убил ее. В его зеленовато-голубых глазах застыло спокойное и ужасающе отстраненное выражение, когда он держал ее под водой прохладного озера. Она чувствовала стальную силу его рук и то, как стремительно тают ее силы, потраченные на бесплодную борьбу. А еще через секунду ее легкие полоснуло горячим огнем от нехватки кислорода, и девушка вдохнула собственную смерть.

Тея проснулась на рассвете, мокрая и дрожащая, понимая, что дальше так продолжаться не может. Она была близка к нервному срыву, к помешательству. Девушка встала, сварила себе кофе и провела последние предутренние часы, составляя планы. Прямо сейчас у нее, к счастью, не было никаких срочных заказов, поэтому она могла потратить свободное время на саму себя. Это, вероятно, было не очень разумно в том отношении, что лето было самой горячей порой, когда девушка зарабатывала основную часть своего годового дохода, но, без сомнения, передышка сейчас была ей жизненно необходима. И Тея позвонила родителям, чтобы попросить у них разрешения провести несколько недель на озере. Как она и предполагала, родные только обрадовались тому, что она, наконец, решила устроить себе маленькие каникулы. Братья Теи со своими семьями частенько приезжали в летний домик, но она сама по тем или иным причинам не была здесь с того самого лета, когда ей исполнилось восемнадцать. С тех пор прошло уже одиннадцать лет, но все эти годы ей всегда что-либо мешало приехать сюда. Сначала девушка училась в колледже, и ей приходилось подрабатывать летом, чтобы накопить денег на оплату обучения. А после окончания учебы она поменяла несколько рабочих мест в той области, в которой получила свой диплом. И везде ей было скучно, поэтому Тея поняла, что ошиблась с выбором профессии. Она наткнулась на занятие, которое пришлось ей по душе, совершенно случайно, когда была почти без средств и в совершенном отчаянии. К ее удивлению и, несмотря на то, что это было очень тяжело, ей понравилось красить здания. Время шло, и Тее поступало все больше заказов. Зимой она занималась росписью внутренних помещений, но больше всего работы приходилось на летние месяцы, поэтому девушке и не удавалось вырваться к озеру на выходные вместе со всей семьей.

— А что по поводу твоего дня рождения? — спросила мама, внезапно вспомнив о наступающей дате, — ты не вернешься к этому времени?

Тея задумалась, на дни рождения обычно собиралась вся их большая дружная семья. Теперь, когда ее братья обзавелись собственными семьями и у них родились дети, не было, пожалуй, ни одного месяца в году, когда они не праздновали бы чей-либо день рождения.

— Я не знаю, — сказала она, наконец, — я устала, мама. Мне и в самом деле очень нужно отдохнуть.

Это была не самая главная причина, по которой Тея хотела уехать на озеро, но в то же время это и не было ложью. Она спокойно не спала ни одной ночи за весь прошедший месяц, и усталость уже одолевала ее.

— Думаю, в таком состоянии я буду для всех не очень приятной компанией.

— Хорошо, если ты думаешь, что так будет лучше, — с сомнением сказала мама, — но в таком случае мне нужно будет предупредить мальчиков.

— Да, и пусть они приберегут свои сомнительные шуточки по поводу моего дня рождения до лучших времен, — ответила Тея сухим тоном, — если они уже заказали коробку удобрения из куриного помета, пусть попридержат ее у себя в течение нескольких недель, пока я не вернусь в город.

— Ну, так далеко они никогда бы не зашли, — рассмеялась ее мать.

— Только потому, что знают, в таком случае я бы приготовила им в ответ что-нибудь похуже.

— Весело проводи время на озере, сладкая, но будь осторожна. Мне не по душе то, что ты будешь там совсем одна.

— Я буду осторожна, обещаю, — сказала Тея. — А в доме есть какие-нибудь продукты?

— Я думаю, что в кладовке осталось несколько банок супа, а больше ничего нет. Сделай отметку о прибытии, хорошо?

Отметка о прибытии, таким кодовым словом отец называл следующую строго обязательную процедуру, которая была придумана, когда все они были еще подростками — Найдите Телефон и Сообщите Вашей Матери, Что Вы В порядке, Таким образом, Она не будет Считать Вас Без Вести Пропавшими. Госпожа Maрлоу давно отпустила своих детей во взрослую жизнь, но когда она просила их «отметиться о прибытии», они понимали, что она беспокоится за них.

— Я обязательно позвоню, как только доберусь до магазина.

Тея сдержала свое обещание и позвонила родителям, когда заехала в магазинчик, в котором они обычно закупали продукты. Теперь она сидела в своем автомобиле перед домом, застывшая от страха, в то время как в пакетах на заднем сидении медленно таяли замороженные продукты. Девушка заставила себя дышать глубже, пытаясь подавить сковавший ее страх. Прекрасно, в конце концов, она может просто не смотреть на воду. Тея решительно вытащила из машины сумку с вещами и пакеты с продуктами и подошла к дому. Старая дверь скрипнула, когда девушка открыла ее, этот знакомый с детства звук вызвал у Теи улыбку, и она слегка расслабилась.

В передней части домика располагалась просторная крытая терраса. Раньше на ней стояли деревянные стулья, плетеная мебель и удобные шезлонги. Ее мать долгие часы просиживала на террасе за книгой или рукоделием и наблюдала за тем, как Тея и мальчики резвятся в озере. Сейчас терраса была абсолютно пуста, деревянные стулья и плетеная мебель давно пришли в негодность, а шезлонги, по словам матери Теи, были теперь сложены под навесом в задней части домика. Тея сомневалась, что притащит их назад, ей было невыносимо смотреть на озеро, и она не знала, сможет ли преодолеть свою боязнь перед ним. Нет, все не так! Она приехала сюда, чтобы избавиться от страхов, которые пробудили в ней странные сны. И если для этого понадобится силой заставлять себя смотреть на воду часами, она это сделает и не позволит ночному безумию лишить ее удовольствий и радостей жизни.

Когда девушка открыла входную дверь, она почувствовала духоту и затхлость закрытого помещения. Тея сморщила нос и прошла внутрь дома, открывая окна в каждой комнате, чтобы проветрить все как следует. К тому времени, как она разложила продукты в кухонные шкафчики и в холодильник, по всему дому гулял легкий сквознячок, делая воздух чистым и свежим. По привычке девушка отнесла сумку с одеждой в свою бывшую спальню, которую занимала много лет назад. Но когда Тея открыла дверь, она остановилась в удивлении. Ее старую кованую кровать заменили двумя небольшими деревянными. Да и сама комната оказалась намного меньше, чем ей представлялось. Нахмурившись, девушка обвела ее взглядом. Голый деревянный пол остался тем же, но стены были выкрашены в разные цвета и на окнах вместо веселых занавесок, которые ей так нравились в детстве, теперь висели жалюзи.

В бывшей комнате мальчиков раньше стояло три кровати, Тея зашла и туда, чтобы проверить, изменилось ли там что-нибудь со времен детства. Все было по-прежнему, только кроватей осталось всего лишь две. Девушка вздохнула. Она хотела бы занять свою бывшую спальню, но, вероятно, только в комнате родителей она найдет двуспальную кровать. Тея ценила комфорт, у нее в квартире была широкая, удобная постель.

Открывая дверь в третью спальню, девушка почувствовала себя Машенькой из сказки про трех медведей и рассмеялась от такого сравнения. Бывшей кровати родителей в комнате не было, вместо нее стояла огромная новая кровать, которая занимала практически всю площадь спальни. Остальную часть комнаты занимал высокий двустворчатый шкаф. Места для передвижения почти не оставалось. Ей нужно будет здорово постараться, чтобы не ушибить здесь ноги, но зато спать она будет очень комфортно.

Девушка развешивала свою одежду в шкафу, когда услышала, как скрипнула дверь на террасу и по деревянному полу раздались чьи-то тяжелые шаги. Через мгновение кто-то громко постучал во входную дверь. Пораженная, Тея замерла на месте, так как понятия не имела, кто бы это мог быть. Девушка никогда прежде не боялась оставаться в доме одной, потому что уровень преступности в этом районе был крайне мал, можно даже сказать, что Тея вообще ни разу не слышала, чтобы здесь было совершено хотя бы одно серьезное преступление. Но сейчас она просто панически испугалась Что, если какой-нибудь бродяга наблюдал, как она разгружала свой автомобиль, и догадался, что Тея приехала совершенно одна? Она уже созвонилась с родителями и сообщила им, что добралась благополучно, значит, никто не будет ожидать от нее известий в течение недели или около того. Девушка сказала родным, что собирается провести в домике на озере две недели. Ее могли убить или похитить, и прошла бы, по крайней мере, неделя или даже больше, прежде чем кто-либо стал бы ее разыскивать. Конечно, на озере были и другие дома, но все они располагались на приличном расстоянии друг от друга. Ближайший к ним дом, который каждое лето сдавали в аренду, находился примерно в полумиле пути прямо за песчаной косой, уходившей вглубь озера. Тея хорошо помнила, что именно этот дом снимала семья Сэмми Как-там-его тем летом, когда ей было четырнадцать лет. Кто арендовал его теперь и арендовал ли вообще, девушка не знала. Она не слышала звука мотора подъехавшего автомобиля или лодки, следовательно, незваный гость мог прийти только пешком и как раз из того самого соседнего дома. Значит, это определенно незнакомый человек. Ее воображение рисовало одну картину страшнее другой, Тея никак не могла совладать со своим страхом: сердце билось часто и громко, руки вспотели и дрожали. Она стояла в спальне, боясь сделать малейшее движение, как испуганный, загнанный зверек, замерший перед нападением хищника.

Дверь в спальню была не заперта, входная дверь вообще была распахнута настежь и, если стоящий внизу человек захочет пробраться в дом, он не встретит на своем пути ни одного препятствия. А если при этом предположить, что незнакомец пришел сюда со злым умыслом, получается, она в ловушке. У Теи не было с собой никакого оружия, кроме больших кухонных ножей, но даже до них девушка не могла добраться, не выдав себя. Она бросила отчаянный взгляд на открытое окно. Сможет ли она бесшумно подойти к нему и выбраться наружу так, чтобы незнакомец ничего не услышал? Учитывая звенящую тишину, стоящую в доме, вряд ли ей это удастся. Вдруг девушка снова услышала громкий стук в дверь и вздрогнула от неожиданности. Что ж, по крайней мере, мужчина все еще на террасе.

Неужели она совсем спятила от страха? Как она вообще определила, что незваный гость — мужчина? По тяжести шагов? Но так могла ходить и крупная, полная женщина. Нет. Это все-таки мужчина, Тея была абсолютно уверена в этом. Даже его стук был уверенно мужским, у женщины не достало бы силы, чтобы так постучать.

— Привет? Есть кто-нибудь дома?

Тея задрожала, когда глубокий голос пронесся через пустой дом и пробрал ее до самых костей. Несомненно, это был мужской голос, и он показался ей странно знакомым, хотя девушка была уверена, что никогда не слышала его прежде. Боже мой, внезапно подумала Тея, почувствовав к себе отвращение. Да что с ней такое, в самом деле? Если человек, стоящий на террасе захочет причинить ей какой-либо вред, она все равно ничем не поможет себе, сжавшись в спальне от страха. И, кроме того, если бы это был вор или насильник, с какой стати он топтался бы перед дверью, ожидая разрешения войти. Преступник давно бы уже забрался в дом. Скорее всего, это самый обычный человек, живущий неподалеку, который вышел прогуляться и заметил, как она приехала. Возможно, он вообще не видел ее, а всего лишь заметил автомобиль, стоящий на дороге. Она совершенно запугала себя своими глупыми, нелепыми подозрениями. Успокаивая себя такими образом, Тея постаралась дышать глубже, расправила плечи и через силу сделала несколько шагов к двери. Она на секунду остановилась, закрыв глаза, чтобы собрать в кулак все свое самообладание и решимость, а потом вышла из спальни и ступила в гостиную. Теперь девушка увидела мужчину, стоящего на террасе, она смотрела в открытую дверь, и ее сердце испуганно колотилось в груди. Незнакомец стоял спиной к яркому свету, и Тея не могла, как следует рассмотреть черты его лица, но, определенно, он был очень большим.

С ростом, по крайней мере, шесть футов и три дюйма, он обладал таким мощным телосложением, что, казалось, плечи его загораживают дверной проем. Возможно, это была всего лишь игра ее воображения, но Тее в позе мужчины почудилась какая-та напряженность и скрытая опасность. Ни за что на свете она не приблизилась бы к нему ближе. И если бы мужчина сделал сейчас хоть одно движение, намериваясь войти в дом, она бы со всех ног бросилась к кухне и убежала бы через запасной вход. Она оставила свой бумажник в спальне, но ключи от машины все еще лежали в кармане джинсов, поэтому она попыталась бы забраться в автомобиль, заблокировать все двери и помчалась бы за помощью. Тея откашлялась.

— Да, — произнесла она низким, хриплым голосом, — чем я могу вам помочь?

К ужасу девушки, ее слова прозвучали почти как… приглашение. Быть может, это лучше, чем выдать ему свой страх, подумала она. Интересно, что скорее заставит хищника броситься на слабую жертву, страх или сексуальное приглашение? Прекрати это! — отчаянно сказала себе Тея. Ее посетитель пока не сказал и не сделал ничего такого, что дало бы повод думать о нем так плохо.

— Я — Ричард Ченс, — представился мужчина, и его голос вновь окутал Тею, проникая сквозь кожу и расплавляя кости.

— Я снял на лето домик по соседству. Вот, проходил мимо, увидел ваш автомобиль и решил зайти познакомиться с новыми соседями.

Облегчение, последовавшее за его словами, было столь же опустошающим, что и ужас, сковавший Тею. Ее напряженные мускулы расслабились, колени ослабли, и она испугалась, что не сможет устоять на ногах. Дрожащей рукой девушка оперлась о стену.

— Приятно познакомиться. Я — Тея Марлоу.

— Тея, — мягко повторил он, и в его голосе прозвучали странная чувственность и предвкушение, словно он пробовал ее имя на вкус.

— Рад встречи, Тея Марлоу. Я думаю, вы все еще распаковываете вещи, поэтому не буду вас задерживать. Всего доброго, встретимся завтра.

Он развернулся, чтобы уйти, и Тея сделала несколько торопливых шагов к двери. Ее гость уже почти подошел к порогу, когда девушка спросила:

— Откуда вы знаете, что я сейчас распаковываю вещи?

Мужчина остановился в дверях террасы, но не обернулся.

— Все просто. Я каждое утро подолгу гуляю, и, когда проходил мимо, вашего автомобиля на дороге еще не было. Когда сейчас я коснулся капота машины, я почувствовал, что он все еще теплый. Логичным было бы предположить, что вы приехали совсем недавно.

Да уж, все разумно и логично. Но напряжение не отпускало девушку. Какого черта ему вообще понадобилось осматривать ее машину? Тея молчала, измученная своими подозрениями.

И тогда, медленно, как во сне, он повернулся к ней лицом. Яркий солнечный свет заиграл в его темных волосах, густых и блестящих, словно мех норки, освещая каждую черточку его сильного, волевого лица. Зеленовато-голубые глаза мужчины встретились с ее глазами, и легкая улыбка осветила его лицо:

— До завтра, Тея Марлоу.

Не в силах сдвинуться с места, девушка наблюдала за его уходом. Кровь отлила от ее лица так резко, что она испугалась, как бы ей не свалиться без чувств. Гул в ушах нарастал, губы онемели, а в глазах потемнело. Тея неловко опустилась на четвереньки и опустила голову вниз, борясь с внезапным приступом дурноты. Голова кружилась, и все плыло у нее перед глазами.

Бог мой… Это был он! Она не сомневалась в этом. И хотя девушка ни разу не видела лица мужчины, посещавшего ее в ночных видениях, она узнала его. Когда он обернулся и посмотрел ей в лицо своими яркими зеленовато-голубыми глазами, она мгновенно узнала его каждой клеточкой своего горящего тела. Ричард Ченс был мужчиной из ее снов.

Глава 3

Тея так испугалась, что, не теряя ни минуты, стала складывать вещи в багажник машины, стремясь поскорее вернуться в город и спрятаться в сомнительной безопасности своей квартиры. Но, в конце концов, она передумала и занесла сумку с вещами обратно в дом, а затем прибегла к старому, испытанному способу успокоить расшатанные нервы. Все еще дрожа, Тея приготовила кофе, налила себе чашечку и уселась за стол. Как долго она будет бежать? Сны никуда не денутся, если она вернется домой. Все ее проблемы были связаны с этими видениями, и она приехала сюда, чтобы как-то исправить ситуацию. Она уже на пределе своих сил: вот и сегодня запаниковала, когда человек, живущий по соседству, просто зашел поприветствовать ее и постучал в дверь. А она немедленно связала его с мужчиной из своих снов, основываясь только на том, что у обоих глаза одинакового цвета.

Нужно все тщательно обдумать, решительно сказала себе Тея, наливая третью чашку кофе. Она никогда не видела лица Маркуса-Нейла-Дункана из-за проклятого тумана, который, казалось, всегда был между ними. С уверенностью она могла сказать только то, что у него были длинные темные волосы и зеленовато-голубые глаза. Еще Тея узнала бы его запах, неповторимый вкус, ласку его прикосновений, каждый дюйм его сильного мускулистого тела, властность, с которой мужчина занимался с ней любовью. Интересно, что было бы, предложи она Ричарду Ченсу раздеться, чтобы она смогла поподробнее рассмотреть его тело?

В мире было бесчисленное множество мужчин с темными волосами, да что там, их было большинство. И у многих темноволосых мужчин яркие голубые глаза. Это простое совпадение, что она встретила Ричарда Ченса в этот безумный период своей жизни, когда прямо-таки шарахается от мужчин с голубыми глазами. Тея усмехнулась и вновь налила себе кофе. Она приехала сюда с определенной целью и не позволит глупым, бредовым снам, не зависимо от того, насколько пугающими и реальными они будут, лишить себя удовольствий жизни. Девушка имела в виду не только непонятно откуда появившийся страх перед водой, хотя она ненавидела его всем сердцем. Проклятые сны лишали ее приятных детских воспоминаний. Потеря этой чистой радости была бы для Теи потерей центра мира. Черт побери, она заставит себя снова полюбить воду. Возможно, сейчас ей страшно даже смотреть на озеро, но девушка поклялась себе, что наступит день, когда она вновь сможет плавать в нем. И она не позволит своей глупой паранойе, Ричарду Ченсу или кому-либо еще заставить ее отступиться от цели.

И нет ничего подозрительного в том, что новый сосед так чувственно произнес ее имя. На самом деле, он — обычный мужчина и всего лишь проявил свой сексуальный интерес, а сны тут совершенно ни при чем. Тея знала, что не является сногсшибательной красавицей, но при этом отлично понимала, что многие мужчины находят ее привлекательной. Она частенько была недовольна своими густыми вьющимися волосами каштанового цвета, которые невозможно было усмирить и уложить хотя бы в какое-либо подобие приличной прически. Но мужчинам почему-то нравились ее буйные, мягкие кудри. Глаза у нее были зеленые, черты лица правильные. У девушки была красивая фигура, и тяжелая работа помогала ей поддерживать себя в хорошей форме. Теперь, немного успокоившись, она поняла, что блеск, промелькнувший в удивительных глазах Ричарда, был огоньком заинтересованности, а не угрозы. Это могло бы повлечь за собой некоторые трудности, потому что она приехала сюда решать свои проблемы, а не создавать новые, флиртуя с соседом.

Девушка сейчас была не в том настроении, чтобы заниматься беспечным флиртом. Но всего этого можно будет очень просто избежать, достаточно только вежливо отклонить его приглашение, намекнув на нежелание продолжать дальнейшее знакомство

— Подойди ко мне.

Она повернулась и увидела, что он стоит под старой ивой, протягивая ей руку. Девушка не хотела идти, все ее инстинкты кричали о том, что ей нужно бежать от него без оглядки, но она повиновалась, подчиняясь безумной потребности быть с ним и желанию избавиться от боли и голода, утолить которые мог только он один.

— Ну же, — снова позвал мужчина, и она на негнущихся ногах побрела к нему по влажной прохладной траве.

Белая ночная рубашка колыхалась вокруг ее ног, и девушка остро ощущала свою наготу под мягким, тонким хлопком. Независимо от того, сколько на ней было одежды, она всегда чувствовала себя рядом с ним обнаженной и уязвимой. Тея знала, что ей не следует находиться здесь, да еще и наедине с ним, но она не могла заставить себя вернуться в дом. Она понимала, что он опасен, но это не имело значения. Единственное, что сейчас имело значение — это быть с ним рядом. Тея так отчаянно хотела этого, что вся ее жизнь до настоящего момента стала значить для нее не больше, чем влажная трава под ногами.

Она подошла к нему, и они настороженно замерли друг против друга, словно два противника, не двигаясь и не разговаривая несколько томительных минут. Это длилось так долго, что девушка чуть не закричала от напряжения. Он смотрел на нее, словно хищник, преследовавший жертву несколько недель и теперь с безошибочным инстинктом почуявший, что она, наконец-то, в его власти. Мужчина взял ее за руку, и его твердые губы слегка смягчились в улыбке, когда он почувствовал дрожь ее тела, словно его горячее прикосновение вернуло девушку к жизни.

— Ты боишься, что я причиню тебе боль? — спросил он, улыбаясь с очевидным недоверием.

Она вновь задрожала.

— Да, — ответила Тея, не сводя глаз с его лица, — так или иначе… да.

С властной непреклонностью мужчина привлек девушку к себе, такую хрупкую и дрожащую, и жар его сильного тела рассеял холод вечернего воздуха. Повинуясь неодолимому внутреннему зову, она подняла свои руки и коснулась его крепкой мускулистой груди. Не было другого мужчины в ее жизни, столь же сильного и желанного для нее, как этот отважный воин, вся жизнь которого была построена на смерти и разрушении. Ей следовало отказать ему, убежать от него, но девушка была беспомощна, словно лист на ветру, не способная сопротивляться непреодолимой силе, которая толкала ее в объятия этого мужчины. Он провел своими губами по ее волосам в странно нежном жесте, которого она никак не ожидала от такого жесткого человека.

— Тогда ляг со мной, — шепнул он, — и я покажу тебе самую сладкую боль на свете.

Тея проснулась, эхо ее собственных криков все еще звучало в темноте спальни. Он это сделал, он опять овладел ею. Девушка лежала на спине, ее ночная рубашка сбилась на талии, а ноги были согнуты в коленях и широко разведены. Последние отголоски сокрушительного оргазма все еще пульсировали в ее лоне. Тея закрыла лицо руками и разрыдалась.

Это было не просто странно и пугающе — это было унизительно. Проклятье, этот человек не только проник в ее сны, он подчинил себе ее тело. Вся жизнь девушки основывалась на крепком здравом смысле. Обычная, нормальная жизнь, в которой все события можно было объяснить логически и разумно. Теперь из-за проклятых сновидений все стало зыбким и ненадежным, словно у Теи выбили почву из-под ног. Это, без сомнения, ненормально — ночь за ночью испытывать пугающе интенсивные оргазмы, при этом засыпая в одиночестве. Ну нет, недаром она устроила себе эти каникулы в разгар своего рабочего сезона. Эти сны бросают ей вызов, и она приложит все усилия, призовет на помощь весь свой хваленный здравый смысл, чтобы понять, что с ней происходит.

Подавляя слезы, девушка выбралась из кровати и прошла в ванную. Она встала под прохладный душ, пытаясь избавиться от чувства наслаждения, подаренного невидимыми руками. Прохладная вода принесла желанное облегчение, и мысли Теи прояснились. Она вышла из-под душа, вытерлась, прошла на кухню и приготовила себе свежий кофе. Девушка сидела, наслаждаясь вкусом и ароматом любимого напитка, и смотрела в окно, где нежно-розовый рассвет превращался в ослепительное солнечное утро. Кухня была расположена позади дома, поэтому озеро из окна было не видно, и Тея постепенно расслабилась, наблюдая за крошечными птичками, мелькающими в кроне огромного дерева. Они весело щебетали, перелетая с ветки на ветку, занятые своими важными птичьими делами.

Тея совершенно успокоилась и теперь могла рассуждать разумно. Ей нужно прекратить так сильно расстраиваться из-за своих ночных видений. Да, они странные, непонятные и пугающие, но, в конце концов, это всего лишь сны. Единственное, что ее действительно сейчас должно беспокоить, так это необъяснимый страх перед водой, который появился после этих сновидений. Тея приехала на озеро, чтобы преодолеть этот страх, и тем самым доказать себе, что она все еще контролирует свою жизнь, свои поступки и эмоции. Если она справится с этой задачей, она будет удовлетворена.

Наверное, это ненормально, каждую ночь видеть столь яркие эротические сны, в которых она получает такое сильное удовольствие от ласк мужчины, способного ее убить. Но Тея смирилась бы с этими видениями. Кто вообще может объяснить природу снов: откуда они берутся, чем вызвано их содержание? Вероятнее всего, когда-то девушка прочитала о чем-то подобном в книге или увидела в фильме, и теперь расшалившаяся память каждую ночь подсовывает в ее сны невероятные сюжеты. Скорее всего, видения прекратятся так же внезапно, как и начались. А между тем, она уже потратила один драгоценный день из своих незапланированных каникул на пустые переживания и страхи. За исключением того короткого взгляда на озеро, который Тея бросила по приезду, она вообще больше ни разу не смотрела на воду.

«Отлично, милая Тея, — тихонько пожурила она себя, — тебе надо прекратить быть такой рохлей». Любой мальчишка справился бы с тем, ради чего ты сюда приехала. В неосознанном жесте она провела рукой по волосам, которые уже почти высохли за то время, пока она пила кофе, пытаясь отсрочить неизбежное. Густые яркие волосы скользили между ее пальцами и вновь закручивались в непослушные завитки. Должно быть, сейчас она выглядит, словно лохматая кикимора, — с улыбкой подумала девушка, и обрадовалась тому, что она в доме совершенно одна. Две блаженные недели она могла отдыхать, не заботясь о собственной внешности — никакой косметики, никаких причесок — ничего, кроме соблюдения элементарных правил гигиены. Тея обожала такую свободу.

Она налила себе еще одну чашку кофе и вышла на террасу. Девушка шла осторожно, опустив глаза, чтобы не пролить на себя горячую жидкость. «Да уж, — подумала она, криво усмехаясь, — не очень-то убедительное оправдание». На самом деле, ей просто было страшно вот так сразу, с порога, увидеть озеро. Она так и не подняла глаз, открывая входную дверь, и лишь почувствовала, как прохладный утренний воздух коснулся ее босых ног. На Тее была лишь легкая ночная сорочка, и тонкий материал ничуть не защищал ее от холода, который солнце еще не успело рассеять.

Отлично. Самое время сделать это. Она крепче вцепилась в чашку, словно в спасательный круг, и медленно подняла глаза так, что ее пристальный взгляд скользнул сначала по полу террасы, затем по площадке, заросшей травой, и ниже — к берегу озера. Вдруг взгляд девушки метнулся влево к старой плакучей иве и…

Он стоял под гибкими зелеными ветками точно так же, как в ее недавнем сне. Сердце Теи почти остановилось. Боже мой, теперь ее сны ворвались в реальный мир в виде галлюцинаций. Ей хотелось зажмуриться, чтобы прогнать навязчивое видение, но все что она могла сейчас — это, замерев от ужаса, смотреть в сияющие издалека зеленовато-голубые глаза мужчины, стоящего неподвижно, словно статуя. А потом он пошевелился, девушка дернулась, будто очнувшись от транса, и осознала две мысли, одна из которых успокоила ее, а вторая — привела в смятение. Первое, это то, что «видением» был Ричард Ченс. Фигура под деревом была реальным человеком, а не выдумкой ее воображения. И второе, то, чего она не поняла прежде, — сегодняшней ночью она, наконец-то, смогла рассмотреть лицо своего призрачного любовника, и это было лицо Ричарда Ченса. Тея попыталась унять свое учащенное сердцебиение. Не удивительно, что ее подсознание наделило мужчину из снов чертами Ричарда Ченса, ведь она вчера была так поражена схожестью их глаз. Что ж, хотя бы эту странность своих видений она могла объяснить разумно.

Ричард шагнул к ней по влажной траве, и его твердо сжатые губы тронула медленная улыбка, от которой сердце Теи забилось с удвоенной силой. Для пользы ее сердцебиения, подумала девушка, ему не надо бы так часто улыбаться. Потом Ричард протянул ей руку и сказал:

— Подойди ко мне.

Тея еще больше побледнела.

— Что вы сказали? — прошептала она.

Ричард, скорее всего, не услышал ее, так как стоял довольно далеко — в тридцати ярдах от девушки. Она и сама теперь сомневалась, правильно ли поняла его слова. Но потом Тея сообразила, что услышала их так ясно и отчетливо, словно они прозвучали у нее в голове. Выражение лица мужчины неуловимо изменилось, тень тревоги мелькнула в его ярких глазах, а взгляд стал более пронизывающим. Его протянутая рука внезапно показалась Тее более властной, не смотря на то, что голос Ричарда звучал мягко и ласково.

— Тея, пойдемте со мной.

Девушка в ужасе отшатнулась, намереваясь закрыть дверь.

Это, должно быть, чистое безумие, но и поза мужчины, и его слова были точным повторением ее ночного видения.

— Не убегайте, — сказал он мягко, — в этом нет никакой необходимости. Я никогда не причиню вам боли.

Тея никогда не считала себя трусихой. Ее братья сказали бы, что порой она была даже безрассудна, когда с завидным упорством забиралась на любое дерево, на какое могли залезть только мальчишки, или бесшабашно прыгала на веревке в озеро с огромной высоты. Вот и теперь, не смотря на то, что реальность была так жутко похожа на недавно увиденный сон, девушка высоко подняла голову и посмотрела на Ричарда Ченса, который все так же стоял под старой ивой, окруженный облаком утреннего тумана.

В который раз Тея позволила нелепому совпадению испугать ее, а она так устала бояться. Девушка инстинктивно чувствовала, что лучший способ преодолеть страх — это столкнуться с ним лицом к лицу. Поэтому она подняла на Ричарда решительный твердый взгляд, чтобы найти общие черты между ним и ее призрачным любовником. Она смотрела и отчаянно желала, чтобы их не было.

Мужчины были похожи не только цветом глаз и волос, оба они были высокого роста, и обладали мощным телосложением. На ногах у Ричарда были ботинки на толстой подошве, предназначенные для путешествий, а одет он был в джинсы и рубашку из ткани «шамбре» с короткими рукавами, которая выгодно подчеркивала развитую мускулатуру его сильных рук. У него были мощные, широкие запястья, как у человека, который регулярно занимается тяжелой физической работой … запястья настоящего фехтовальщика.

Тея задохнулась, пораженная этой мыслью. Откуда оно взялось, это нелепое предположение? Что она вообще знает о фехтовальщиках? Она даже ни разу не была знакома с человеком, который бы занимался этим видом спорта. Девушка осторожно перешагнула через порог и мысленно отказалась от выбранного сравнения. Нет, скорее это были запястья человека, привыкшего держать в руках более тяжелое оружие, например, палаш, топор или меч. Вспышка памяти озарила сознание, и она увидела Ричарда Ченса с огромным старинным палашом в руке, только тогда он называл себя Нейлом, … а затем он был Маркусом и искусно сражался коротким римским мечом.

Нет. Тея не могла себе позволить думать об этом. Это жестокие сны играют злые шутки с ее подсознанием. На самом деле она совершенно ничего не знает о Ричарде Ченсе. Просто Тея встретила его в самое неподходящее время, когда была эмоционально уязвима и выведена из равновесия, словно приходила в себя после неудавшейся любовной связи. Ей нужно взять себя в руки и осознать, наконец, что этот мужчина просто никаким образом не может быть связан с ее снами.

Глава 4

Ричард все так же стоял под старой ивой, протягивая ей руку, будто прошло всего лишь несколько секунд, а не целая минута. А потом он мягко улыбнулся, и морщинки яркими лучиками собрались в уголках его глаз.

— Ну же, Тея! Неужели вы не хотите увидеть крошечных черепашек?

Маленькие черепашки! Лицо Теи посветлело, и зачарованная этой идеей, она сделала несколько шагов вперед, но потом в замешательстве остановилась в дверях террасы и посмотрела на свою ночную рубашку.

— Мне нужно переодеться.

Пристальный взгляд мужчины скользнул сверху вниз по телу девушки.

— По мне, так вы выглядите просто великолепно, — Ричард даже не пытался скрыть свой интерес. — Кроме того, черепахи могут уплыть, если мы не пойдем сейчас же.

Тея закусила губу. В ее длинной ночной сорочке не было ничего вызывающего или возбуждающего: это была простая белая хлопковая рубашка длиной почти по щиколотку со скромным вырезом и небольшими рукавчиками. Природная осторожность боролась в душе девушки с желанием увидеть маленьких черепах. Внезапно она подумала, что не может представить себе более симпатичного зрелища, чем крошечные черепашки. Принимая быстрое решение, Тея переступила порог и шагнула в высокую траву. Она подняла подол ночной рубашки выше колен, чтобы не намочить его в холодной росе, и осторожно пошла через заросшую площадку к высокому мужчине, который терпеливо ожидал ее под старой плакучей ивой. И только когда Тея почти приблизилась к нему, она поняла, насколько близко подошла к воде. Девушка замерла от ужаса, не способная даже взглянуть направо, где тихо плескалось озеро, подбираясь к ее босым ногам. Она посмотрела на Ричарда взглядом, полным паники и отчаяния, словно моля его о помощи.

Мужчина весь подобрался, каждый мускул его сильного, натренированного тела напрягся в защитной реакции, когда он увидел испуг в женских глазах. Его глаза сузились, и он внимательным взглядом обвел окрестности, пытаясь рассмотреть, что так сильно напугало девушку.

— Что с вами? — пробормотал он, когда, взяв за предплечья, притянул Тею поближе, в спасительное тепло своего крепкого тела.

Девушка дрожала и уже хотела было рассказать ему обо всем, но близость его тела, одновременно успокаивающая и тревожная, смущала ее так сильно, что все мысли в голове перепутались, и она не знала, что сказать. Тея сама не понимала, что беспокоит ее сильнее: близость озера или близость этого мужчины. Она всегда любила свое озеро, а теперь стала бояться его. Мгновенный отклик Ричарда на ее безмолвный призыв о помощи поразил девушку, и ей захотелось прижаться к нему покрепче. Она остро ощутила теплый аромат его кожи: неповторимую комбинацию запахов мыла, свежего воздуха, чистого пота и свойственного только ему мужского запаха. Мужчина притянул ее к своей груди так близко, что Тея почувствовала размеренное биение его сердца. Она внезапно остро ощутила свою наготу под длинной ночной рубашкой. Ее груди пульсировали, прижатые к его крепкой груди, а бедра задрожали от неясного предвкушения.

Бог мой, о чем она только думает, когда практически обнаженная прижимается к малознакомому мужчине? Где ее хваленый здравый смысл? С тех пор, как в ее жизнь вошли эти пугающие странные сны, она, казалось, растеряла последние остатки благоразумия. Ни в коем случае нельзя обниматься с человеком, которого до этого видела всего лишь один раз в жизни. Тея понимала, что ей необходимо отодвинуться, но с того самого момента, когда Ричард коснулся ее, она почувствовала неясные ощущения близости, душевного родства, некой гармонии, словно в объятьях этого мужчины ей было самое место.

Свободной рукой Ричард коснулся ее мягких влажных локонов.

— Тея? — спросил он осторожно. — Что вас так сильно напугало?

Она откашлялась, пытаясь избавиться от нахлынувшего головокружения.

Ласковое прикосновение грубой сильной ладони к ее волосам было таким знакомым и привычным, как будто… Тея отбросила беспокойные мысли, которые не принесли бы ей ничего, кроме паники.

— Вода, — сказала она после долгого молчания все еще напряженным голосом. — Я… я боюсь воды и только сейчас заметила, как близко мы подошли к озеру.

— А- а, — медленно протянул мужчина, — теперь понятно. Но как же вы собирались смотреть на черепах, если так сильно боитесь воды?

Девушка подняла на Ричарда озадаченный взгляд.

— Я как-то не подумала об этом.

Не могла же она рассказать ему, что эта фобия появилась совершенно недавно, и она не привыкла подчинять нелепому страху свои поступки и желания. Глядя снизу вверх на Ричарда, Тея смогла более внимательно рассмотреть его лицо. Это было очень сильное волевое лицо, челюсть его была словно высечена из гранита, а подбородок выдавал решимость и упрямство характера. Девушка без труда представила его с густой темной бородой, и хотя он, без сомнения, чисто выбрился сегодня утром, к обеду, у него на щеках уже появится темная синева. Снова ощутив неясную близость, Тея захотела дотронуться до его гладкой щеки. Всегда ли он тщательно бреется, прежде чем заняться любовью, возник непрошеный вопрос, и внезапно, сознание девушки озарила яркая вспышка видения: четко очерченный шершавый подбородок касается ее округлой груди.

Она вздрогнула и отшатнулась, но Ричард словно предугадал ее движение: его рука напряглась, и он покрепче прижал девушку к своей груди.

— Черепашки недалеко, приблизительно в пятидесяти футах отсюда, — пробормотал он, наклоняя голову так низко, что почти коснулся губами волос Теи.

— Сможете ли вы посмотреть на них, если я буду находиться между вами и озером? Все будет хорошо, обещаю крепко держать вас.

О, он был хитер, отстраненно заметила Тея. Всякий раз, когда он делал что-либо способное встревожить ее, или девушка начинала волноваться из-за опасной близости их тел, Ричард тут же отвлекал ее внимание каким-нибудь незначительным замечанием. Она видела его уловки, но все же… в далеком детстве ей так нравилось наблюдать за крошечными черепашками. Тея подумала о его предложении. Наверное, это была всего лишь опасная иллюзия, но в руках Ричарда, согретая жаром его тела, укутанная, как в теплый кокон, в его силу и мощь, она чувствовала себя абсолютно защищенной.

В ней проснулось желание, тонкое, восхитительное, оно зародилось где-то внизу живота и растекалось по телу мягкими, ласковыми волнами. Возможно, оно возникло еще тогда, когда Ричард дотронулся до ее рук, но сейчас это влечение стало таким очевидным, что его нельзя было отрицать. Может быть, именно из-за этого сладкого желания она, как наяву, ощутила прикосновение его грубого подбородка к своему телу. Тея понимала, что ей нужно немедленно вернуться в дом. Она же только вчера пришла к разумному решению, что в ее жизни сейчас нет места даже для коротких романтических отношений. Но логика не могла помочь Тее разобраться в дикой смеси ощущений, которые будоражили ей кровь с того самого момента, когда она впервые увидела этого мужчину. Страх, паника, предвкушение и жгучее желание одновременно наполняли душу, и девушка не знала, какое из этих чувств возобладает над ней в следующую минуту. Теи не нравилось, что она не контролирует ни одно из них. Ей хотелось снова стать прежней: спокойной, уравновешенной, уверенной в завтрашнем дне девушкой, а не взволнованным, неразумным существом, каким она была сейчас. Прекрасно, весь ее здравый смысл можно выбросить за ненадобностью, не очень-то много от него толку с тех пор, как ей начали сниться безумные сны. Она насторожено посмотрела в зеленовато-голубые глаза мужчины и, отбросив предосторожность ко всем чертям, решила положиться на свою интуицию.

— Возможно, это сработает. Почему бы нам не попробовать.

Тее показалось, что она заметила вспышку триумфа в его прозрачных глазах, но, присмотревшись повнимательнее, увидела только явное мужское удовлетворение.

— Давайте отойдем подальше от воды, — предложил Ричард, крепко обнимая девушку за талию, — так мы все еще сможем наблюдать за черепашками, но вы будете меньше волноваться.

Тея хихикнула, удивляясь своей способности смеяться в такой необычной ситуации. Как она может не волноваться? Она по-прежнему в опасной близости от озера и слишком близко к Ричарду.

— Даже если бы я была обута в туфли, я бы и в них дрожала от волнения, — заметила Тея.

Он мельком взглянул на ее босые ноги и увидел, что она держит свою рубашку над влажной травой.

— Здесь кругом кусты шиповника, — словно пояснил мужчина, а потом наклонился и подхватил девушку на руки. Тея вскрикнула от удивления, когда он прижал ее к себе, и вцепилась в его рубашку, чтобы удержать равновесие. Ричард довольно усмехнулся, устраивая ее поудобнее.

— Ну, как вы?

Немного страшно. И очень возбуждающе. Ее сердце дико колотилось, и прежнее робкое желание усилилось. Девушка посмотрела на землю и ответила:

— Высоко.

— Неужели вы боитесь еще и высоты?

— Нет, только воды.

«И тебя, огромного сильного парня. Но гораздо больше желаю, чем боюсь», — призналась сама себе взволнованная Тея.

Ричард нес ее вдоль берега, следя за тем, чтобы не приближаться к воде, а девушка смотрела куда угодно, только не на сияющее в утреннем свете озеро. Удобнее всего в ее положении было любоваться его сильным, загорелым горлом, с небольшой уязвимой ямочкой ниже твердого кадыка. Завороженная близостью его обнаженной кожи, Тея почувствовала покалывание в губах, словно только что поцеловала его в эту ямочку, где тоненькой жилкой бился пульс.

— Нужно вести себя очень тихо, — прошептал мужчина и сделал еще несколько шагов. Они уже давно миновали относительно аккуратную площадку перед домиком и теперь пробиралась через буйные заросли колючих кустарников и высокой травы. Тея посмотрела на свои босые ноги и обрадовалась тому, что Ричард несет ее на руках. Деревья росли здесь так плотно, что закрывали своими ветками озеро.

— Они все еще здесь, на полузатопленном бревне. Не делайте резких движений. Сейчас я очень медленно опущу вас вниз, а вы постарайтесь стать своими ногами на мои ботинки.

И прежде чем Тея издала хоть один возглас протеста или успела спросить, зачем ее куда-то опускать, когда она так замечательно устроилась в его надежных руках, Ричард осторожно убрал свою руку из-под ее коленей, и она соскользнула вниз. Мужчина постарался, чтобы при этом ее ночная сорочка, зажатая между их телами, не задралась вверх, и отодвинулся, насколько это было возможно. Но все равно это было очень чувственно, у девушки на секунду замерло дыхание, ее груди и бедра закололо от невыносимого жара, когда она босыми ногами пыталась поудобнее встать на его ноги, обутые в грубые ботинки. Ричард тоже был возбужден, трудно было не заметить твердость в его паху. Но он, казалось, не обращал на это никакого внимания. Мужчина заботливо обнимал Тею обеими руками, и эти объятья были надежными и уютными. Он повернул голову к озеру, однако девушка чувствовала, что он тоже сексуально напряжен, и возбуждение окатило ее сладкой волной.

— Их здесь семь, — прошептал Ричард хриплым, чувственным голосом, — они выстроились в линию на бревне, как серебряные долларовые монеты с лапками. Только поверните свою голову и посмотрите, а я буду крепко держать вас. Не бойтесь, со мной вы в безопасности.

Тея колебалась, разрываясь между желанием посмотреть на черепах и страхом перед водой. Она вцепилась в руки Ричарда чуть выше локтей и почувствовала, как напряглись его мускулы, когда он прижал ее к себе еще ближе.

— Не спешите, — сказал он, все еще шепча, и Тея ощутила, как его дыхание коснулось завитков ее волос.

Она глубоко вздохнула, набираясь храбрости снова посмотреть на озеро. Но не прошло и секунды, как она судорожно прижалась лицом к груди Ричарда, дрожа от ужаса и пытаясь унять накатившую тошноту. Он обнимал ее, слегка раскачиваясь вместе с ней из стороны в сторону, и шептал невнятные слова утешения.

Две минуты спустя Тея еще раз попробовала посмотреть на воду, но вновь безрезультатно.

После четвертой попытки ее глаза были полны слез от отчаяния. Ричард хотел увести ее к дому, но столкнулся с упрямством, о котором было так хорошо известно братья девушки. Ей-богу, она увидит этих черепах!

Десять минут спустя все, на что была способна Тея, — это один быстрый взгляд на озеро, после которого ей нужно было несколько минут, чтобы справиться с паникой и тошнотой. Теперь девушка по-настоящему разозлилась на себя. Черепахи все еще счастливо нежились на солнышке, но они могли уплыть в любую секунду.

— На сей раз я сделаю это, — объявила девушка, и в ее тоне послышалось сердитое упрямство.

— Хорошо, — вздохнул Ричард.

Тея прекрасно понимала, что он мог запросто подхватить ее на руки и унести в любое время. И все же некое внутреннее чувство подсказывало девушке, что он будет стоять рядом до тех пор, пока у нее хватит сил и упорства бороться со своими страхами. Тея глубоко вздохнула и медленно повернула голову.

— Пока вы тут над собой издеваетесь, я гораздо приятнее проведу время, вспоминая то, что мне удалось рассмотреть под вашей длинной рубашкой, пока вы шли через двор, — с удовольствием произнес Ричард.

Ошарашенная его словами, Тея целых две секунды смотрела на черепашек, пытаясь осознать смысл сказанного. Потом она резко повернулась к мужчине, но это движение было вызвано скорее удивлением, чем паникой.

— Что вы сказали?

— Я все видел через вашу целомудренную ночную рубашку, — услужливо повторил молодой человек.

Его губы дрогнули в озорной улыбке, а в прозрачных глазах мелькнул огонек веселья. Он пристально и с явным восхищением посмотрел на растерявшуюся девушку:

— Солнце светило под нужным углом, и я видел… — Ричард на мгновение замолчал.

Тея дернулась в его руках, пытаясь ослабить тесные объятья, но безуспешно.

— И что же вы видели?

— Все, — казалось, он наслаждался воспоминаниями, и мягкий звук удовольствия сорвался с его губ. — У вас красивые небольшие соски.

Лицо Теи ярко вспыхнуло, и она почувствовала, как вышеупомянутые соски затвердели, словно камушки.

— Да вы не отвлекайтесь, смотрите на черепах, — сказал Ричард.

Сбитая с толку, Тея так и сделала. В то же время мужчина нежно поглаживал ей спину своей жаркой ладонью, прижимая к себе так близко, что девушка остро ощутила, как к ее бедрам прижалась твердая, пульсирующая выпуклость. У Теи перехватило дыхание, она вслепую смотрела на черепашек, но все ее ощущения сосредоточились на их тесных объятьях. Девушка едва не застонала, с трудом сдерживая желание потереться о крепкие мужские бедра, чтобы унять сладкую ноющую боль, возникшую внизу живота. Она чувствовала, какой она стала влажной и горячей, чувствовала, как сжимаются и расслабляются мышцы ее лона, пульсируя от жаркого наслаждения.

Она, должно быть, не в своем уме, если стоит здесь и обнимается с почти незнакомым мужчиной. Но, хотя умом Тея понимала, что Ричард — незнакомец, ее тело мгновенно доверилось ему и откликнулось на его чувственный призыв, словно знало этого мужчину всегда. Мучаясь этим противоречием, Тея не знала, как ей поступить.

Маленькие черепашки были действительно размером с серебряные долларовые монеты с крошечными головами и короткими лапками. Они выстроились в линию на полузатопленном бревне, а вода мягко плескалась чуть ниже. Девушка несколько секунд смотрела на блеск воды, прежде чем смогла осознать, что Ричард специально поддразнивал ее, чтобы отвлечь от навязчивого страха.

— Ричард, — выдохнула Тея.

— Хм-м-м? — его голос стал более глубоким, а дыхание частым.

— Я смотрю на черепах.

— Я знаю, любимая. Я не сомневался, что у тебя все получится.

— Мне не хотелось бы подходить ближе, но я могу смотреть на озеро.

— Это хорошо, — он немного помолчал и продолжил, — ты учишься доверять мне и постепенно избавляешься от своих страхов.

«Какие странные вещи он говорит», — подумала Тея. Какое он имеет отношение к ее страху перед водой? В этом виноваты мучительные сны, а не он. Она хотела спросить Ричарда, что тот имеет в виду, но Тее трудно было о чем-либо думать, когда он так крепко прижимает ее к своему телу.

А потом что-то потревожило черепашек или, возможно, одна из них решила, что достаточно погрелась на солнце, и соскользнула с бревна, а за ней шлепнулись в воду и все остальные. Только что они сидели на дереве и в течение секунды скрылись в глубине, оставив после себя лишь легкие круги на воде. Тея посмотрела на водную рябь и почувствовала, как глубоко внутри снова возникла противная тошнота. Она судорожно вздохнула и отвела взгляд. Проклятый ужас разрушил все очарование момента.

Глава 5

Ричард сразу ощутил перемену в ее настроении. Прежде, чем она успела вымолвить хоть слово, он с легкостью подхватил ее на руки и заботливо понес к дому. Тея вновь вспомнила его слова о своей ночной рубашке и покраснела, когда Ричард поставил ее на ноги. Он посмотрел на разгоряченные щеки девушки, и усмешка мелькнула в его глазах.

— Только попробуйте рассмеяться, — раздраженно пробормотала она, опережая его действия. Хотя, вероятно, было уже слишком поздно беспокоиться об оскорбленном самолюбии.

— Спасибо, что показали мне черепах и что были терпеливы со мной.

— Пожалуйста, — ответил он серьезным тоном, но в глазах его плясали чертики.

Тея нахмурилась. Она не знала, как ей теперь зайти в дом, то ли неуклюже пятиться назад, то ли повернуться к Ричарду спиной и позволить ему хорошенько рассмотреть ее и сзади. Не могла же она прикрыть руками все интимные места, да к тому же теперь уже не ко времени было думать о стыдливости.

— Тея, — Ричард замолчал на мгновение, и девушка слегка приподняла брови в немом вопросе.

— Ты пойдешь сегодня со мной на пикник?

— На пикник? — она уставилась на него, вновь удивляясь смеси настороженности и странной близости, которую она чувствовала к этому мужчине.

Как и предложение посмотреть на маленьких черепашек, приглашение на пикник прозвучало очень заманчиво. Тея вообще чувствовала себя так, словно ей подарили красочную, волшебную книгу, и она не могла остановиться, переворачивая страницу за страницей. Однако девушка заставила себя отказаться:

— Нет, я не могу.

— Далеко в лугах, примерно в миле отсюда есть огромный старый дуб — Ричард замолчал, и мечтательное выражение мелькнуло в его красивых глазах. — Ветки у него толще, чем моя талия, и выглядит дерево так, словно всегда росло здесь. Мне бы хотелось лечь в его тени, склонить голову на твои колени и рассказать о своих снах.

Теи захотелось убежать без оглядки. Но гордость, любопытство и проклятая храбрость удержали ее на месте. Девушка замерла, тело ее, казалось, оцепенело. Подол ночной рубашки выпал из ослабевших пальцев в мокрую траву, и Тея подняла на мужчину испуганные глаза.

— Кто ты? — прошептала она, наконец.

Ричард заметил ужас, застывший в ее огромных зеленых глазах и расстроено вздохнул.

— Я уже говорил тебе, — ответил он ровным тоном. — Я — Ричард Ченс.

— Но что ты имел в виду, когда говорил о своих снах?

Он снова ненадолго замолчал, ни на секунду не сводя пристального взгляда с милого побледневшего лица, словно пытался угадать малейшие нюансы настроения девушки.

— Зайдем в дом, — предложил Ричард, затем подошел к Тее и взял ее дрожащую руку в свою крепкую ладонь.

— Хорошо, поговорим там.

Тея попыталась подчинить себе свое непослушное тело, с трудом переступая дрожащими ногами. Вернее было бы сказать, что она шла не сама, это Ричард вел ее за собой. Никогда еще в своей жизни Тея не встречала такого сильного человека. Он не был похож на громадных накачанных красавцев, которых показывали по телевизору, но в нем чувствовалась просто стальная сила.

— Что ты хотел мне рассказать? — настойчиво спросила девушка, — чего ты хочешь от меня?

Ричард вздохнул, отпустил ее и нежно провел своими ладонями вверх и вниз по девичьим рукам.

— Я хочу, чтобы ты меня не боялась, — ответил он, — я только что нашел тебя и меньше всего на свете хочу, чтобы ты в страхе убежала куда-нибудь далеко.

Его тон был тихим и искренним, и снова неведомое волшебство окутало девушку. Как она могла не поверить честности этих простых слов и преданности, мелькнувшей в его серьезных глазах? Ричард, заметив, что Тея немного успокоилась, вновь взял ее за руку и повел к дому. Она не пыталась остановить его. В конце концов, здраво рассудила девушка, для начала нужно переодеться во что-либо посущественнее ночной сорочки, а потом можно будет и поговорить.

Как только они вошли в дом, Тея тотчас же отошла от Ричарда, пытаясь, как в теплый плащ, укутаться в остатки своего изодранного самообладания.

— Кухня там, — указала она, — ты можешь пока приготовить себе чашечку кофе, а я приду, как только переоденусь.

Ричард снова одарил ее пристальным, чисто по-мужски оценивающим взглядом, скользнув им с головы до пят Теи.

— Не беспокойся на мой счет, — сказал он.

— Вот уж на твой счет мне точно нужно побеспокоиться, — парировала Тея и от лукавой усмешки Ричарда бабочки снова затрепетали крыльями у нее в животе. Несмотря на все ее усилия, она была очарована его невозмутимой привлекательностью.

— Кофе найдешь в шкафчике слева от мойки.

— Есть, мэм, — насмешливо подмигнул он и направился к кухне.

Тея помчалась в спальню, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней в облегчении. Ноги все еще дрожали. Что происходит? Она чувствовала себя подобно Алисе, упавшей в кроличью нору. Ричард был незнакомцем, Тея встретила его только вчера, но все же часто, тревожно часто она ловила себя на мысли, будто знает его так же хорошо, как и саму себя, настолько близко, что может читать его мысли, прежде чем он выскажет их вслух. Ее тело отвечало на его страсть так, как никогда прежде не отвечало на ласки других мужчин, с такой откровенностью и естественностью, словно они с Ричардом были любовниками в течение долгих лет.

Он говорил и делал такие вещи, которые в точности повторяли ее странные, пугающие сны. Но как она могла видеть во сне мужчину, с которым не была знакома прежде? Это было за гранью ее понимания и не поддавалось никакому разумному объяснению. Словно внезапно у девушки открылись необычные экстрасенсорные способности. Хорошенькие дела… Тея сокрушенно покачала головой, сняла ночную рубашку и открыла ящик комода, в котором лежало нижнее белье. Она уже сейчас могла представить, что сказали бы по этому поводу ее братья-шутники:

— Это твой шанс! — кричали бы они, задыхаясь от смеха. — Нужно поскорее раздобыть тюрбан и магический кристалл. Госпожа Теадора — любовный приворот и талисманы, приносящие богатство!

Тея надела джинсы и футболку и обулась в легкие тапочки. Теперь, когда она, наконец, оделась, как положено, девушка почувствовала себя более уверенной и готовой к неприятному разговору.

Должно быть, это совершенно сумасшедшая идея, что она могла видеть Ричарда в своих видениях, но Тея знала один верный способ проверить это наверняка. В каждом новом воплощении у ее призрачного воина была изранена нога: длинный, кривой шрам тянулся по левому бедру и заканчивался чуть выше колена. Все, что ей нужно было сделать, — это попросить Ричарда спустить брюки и осмотреть его левую ногу, и тогда она выяснит эту тайну раз и навсегда. Браво, мысль просто потрясающая! Тея так и видела себя: вот она наклоняется к мужчине, ставит перед ним чашечку кофе и учтиво говорит:

— Добавить сливки или сахар? А может, предложить тебе шоколадный рулет? Пожалуйста, а теперь не снимешь ли ты свои брюки?

Ее груди покалывало от этих мыслей, а в животе сладко заныло. Перспектива увидеть его обнаженным была очень заманчива. Но даже в мыслях было опасно просить его раздеться. Ричард немедленно сделал бы это, обжигая ее сиянием невероятных голубых глаз. Сделал бы, не колеблясь ни секунды, хотя знал бы при этом не хуже нее, что, если их застанут вместе, он будет убит на месте. Тея вздрогнула, избавляясь от странных фантазий. Убит? Откуда взялась эта нелепая мысль? Наверное, виной всему ее навязчивые сны, хотя Тея ни разу не видела в ночных видениях, чтобы ее призрачного воина убивали. Все было как раз наоборот — это он убивал ее.

Живот снова свело мучительной судорогой, только теперь от ужаса, который она впервые испытала вчера, когда услышала его тяжелые шаги на террасе. Она испугалась его еще до того, как впервые встретилась с ним лицом к лицу. Ричард был таким мужчиной, который по своей сути способен…

Достаточно! — отчаянно прервала Тея свои надуманные размышления. Какая суть? Что она вообще знает об этом мужчине, о его жизни, привычках, характере? Она никогда прежде даже не слышала о Ричарде Ченсе. Она чувствовала, словно земля уходит у нее из-под ног, а перед глазами все расплывается. Девушка обвела взглядом спальню, желая поскорее успокоиться и привести мысли в порядок. Нет, все предметы в комнате Тея видела вполне отчетливо, это в ее измученном сознании все было призрачным и неясным. Вот теперь она действительно запаниковала, почувствовав, как стремительно стирается грань между реальностью и миром грез. Что, если Ричарда Ченса вообще не существует, если он не более, чем плод ее больного воображения, измученного проклятыми снами?

Но изумительный аромат свежесваренного кофе был настоящим. Тея выскользнула из спальни, пересекла гостиную и незаметно остановилась в дверях кухни. Точнее, это она думала, что стоит незамеченной, потому что ступала в тапочках почти бесшумно. Однако Ричард Ченс, который изучал содержимое небольшого холодильника, немедленно обернулся, улыбнулся ей и скользнул своим пристальным горячим взглядом по ее длинным ногам, обтянутым голубыми джинсами. Для него не имело значения, что на ней одето: простенькая ночная рубашка или обычные джинсы, — поняла Тея, он не обращал внимания на одежду и видел только желанную женщину. Девушка ощутила, как сладко заныло тело, словно откликаясь на жаркий сексуальный осмотр.

— Ты настоящий? — спросила она слабым голосом, с трудом подыскивая слова. — Или я сошла с ума?

Бледные пальцы Теи сжались в кулаки, когда она замерла в ожидании его ответа.

Ричард закрыл холодильник и стремительно шагнул к ней, потом взял ее крепко сжатый кулачок в свои огромные ладони и поднес к губам.

— Конечно, ты не сумасшедшая, — заверил он Тею.

Его теплые губы с обезоруживающей нежностью коснулись каждого хрупкого суставчика, ослабляя напряженность ее руки.

— Просто все происходит слишком быстро, и ты немного растеряна. Вот и все.

В этом простом объяснении Тее послышалась какая-то недосказанность, но слова Ричарда странным образом успокоили и утешили девушку. И если он был лишь плодом ее воображения, то это был восхитительно реальный фантом мощного, высокого мужчины с горячим сильным телом и теплым ароматом кожи.

Тея посмотрела на Ричарда долгим, настороженным взглядом.

— Но если я все-таки сошла с ума, — сказала она с потрясающей логикой, — то тебя на самом деле не существует, так почему я должна верить твоим словам?

Мужчина запрокинул голову и расхохотался.

— Доверься мне, Тея! Ты не сумасшедшая и совершенно точно не спишь.

Доверься мне. Эти слова эхом отозвались в ее голове, лицо девушки замерло, пот струйкой побежал по спине. Она вновь смерила Ричарда взглядом, только теперь пустым и холодным. Доверься мне… Он уже говорил ей эти слова. Тея не помнила сейчас подробностей, но он говорил ей эти слова в самых страшных снах — когда убивал ее.

Ричард заметил, как изменилось настроение девушки, и выражение его лица тоже стало настороженным. Он отвернулся, налил две чашки кофе, поставил их на стол и выдвинул для Теи стул. Мужчина сидел напротив, сжимая в огромных ладонях хрупкую кофейную чашку, и с наслаждением вдыхал богатый аромат. Он не спросил у Теи, какой кофе она обычно пьет, а она в свою очередь не стала предлагать ему сливки или сахар. Девушка знала, что Ричард пьет обычный черный кофе, а чай без молока и сахара. Господи, да с чего она это взяла? Девушка снова почувствовала легкое головокружение и напряженными пальцами вцепилась в столешницу. Невидящим взглядом она смотрела на мужчину, сидящего в ее собственной кухне, а перед глазами у нее проносились десятки ярких картин. И впервые Тея ощутила какую-то внутреннюю незавершенность, словно она утратила некую важную часть себя.

Девушка обняла руками горячую чашку, но пить не торопилась. Вместо этого она настороженно следила за сидящим напротив нее мужчиной.

— Довольно ходить вокруг да около, мистер Ченс. Вы обещали мне рассказать о своих снах.

Ричард улыбнулся и стал что-то говорить, но затем сожаление мелькнуло в его серьезных глазах, а улыбка стала печальной. Наконец, он пожал плечами, словно не видел больше смысла уклоняться от темы разговора.

— Я уже целый месяц каждую ночь вижу тебя во сне.

Тея в душе ожидала подобного признания, но все же эти слова, произнесенные вслух, повергли ее в шок. Руки девушки задрожали.

— Я… я тоже вижу тебя во сне, — призналась она. — Как это может быть? У нас что, своего рода внутренняя связь? Я даже не верю в подобные вещи.

Ричард медленно пил свой кофе, наблюдая за ней поверх чашки.

— А во что ты веришь, Тея? В судьбу? В совпадение? В случай?

— Я думаю, во все понемногу, — медленно произнесла девушка. — Некоторые вещи предначертаны и неизбежны…, а некоторые — всего лишь случайны.

— А что ты думаешь про нас? Все это простая случайность или нам было предназначено встретиться?

— Что ты подразумеваешь под этим самым «нас»? — резко сказала Тея. — Мы оба видим странные, фантастические сны, но это не…

— Настоящая близость? — подсказал Ричард, обжигая ее горячим взглядом.

В этих снах они были очень близки. Щеки Теи вспыхнули, когда она вспомнила эротические подробности своих видений. Она надеялась, что сны Ричарда не были точным отображением ее собственных. Напрасные надежды, — поняла девушка, когда заглянула в зеленовато-голубые глаза и прочла в них страсть и желание. Тея покраснела еще больше, а Ричард рассмеялся:

— Видела бы ты сейчас выражение своего лица!

— Прекрати, — сказала она, раздражаясь, и уставилась в свою кофейную чашку, слишком смущенная, чтобы смотреть в нахальные мужские глаза. Девушка вообще не представляла, как теперь будет смотреть на него.

— Тея, любимая, — тон Ричарда был ласковым и терпеливым, словно он пытался успокоить ее, — я занимался с тобой любовью сотни раз и всеми способами, какими только мужчина может обладать женщиной. Это было потрясающе…, но это были всего лишь сладкие видения. Может ли реальность соответствовать этим снам?

Если в настоящей жизни ощущения от их близости будут преобладать над теми, которые она испытала в своих снах, это ее убьет, — подумала Тея, рассеянно рисуя пальцем затейливый узор на поверхности стола. Только, насколько реальны были эти … сны? Как может Ричард так непринужденно называть ее любимой, и почему в его устах это звучит так привычно и правильно? Тея напомнила себе, что первый раз увидела этого мужчину меньше двадцати четырех часов назад, но тут же с отчетливой ясностью поняла, что это не имеет никакого значения. Они были настолько близки, словно вросли друг в друга — мыслями, чувствами, переживаниями, и неважно сколько раз всходило и садилось солнце с момента их знакомства.

Девушка все еще не смела поднять глаза на Ричарда, но остро ощущала его присутствие каждой клеточкой своего дрожащего тела. Никогда и ни с кем прежде она не чувствовала себя настолько живой и чувственной, настолько женщиной. Тея не знала, как и почему они оказались связаны своими снами, но отрицать этого уже не могла. Теперь весь вопрос в том, насколько ночные видения соответствуют действительности. Девушка откашлялась и несмело произнесла:

— Я понимаю, что это очень странный вопрос…, но есть ли у тебя шрам на левом бедре? Мужчина помолчал несколько секунд, а потом глубоко вздохнул и ответил:

— Да.

Тея закрыла глаза и задрожала от шока, вызванного этим коротким словом. Если страшные сны были такими точными, ей надо набраться храбрости и задать Ричарду самый главный вопрос.

— В своих снах ты меня убивал? — спросила она хриплым, сдавленным голосом.

Он снова не торопился с ответом, и Тея взглянула в его лицо, не в силах больше вынести тягостного напряжения. Ричард пристально посмотрел в ее широко распахнутые глаза и выдохнул:

— Да.

Глава 6

Тея оттолкнулась от стола и выбежала из кухни, стремясь побыстрей добраться до выхода. Но мужчина догнал ее и обхватил сзади руками, не позволяя девушке вырваться.

— Бог мой! Не бойся меня, — прошептал он в растрепанные мягкие кудри, и грубая страсть прозвучала в его голосе. — Я никогда не причиню тебе боли. Поверь мне, Тея.

— Поверить тебе? — закричала она сквозь слезы, пытаясь вырваться из крепких мужских рук. — Тебе?! Да как я могу? Как я вообще могла когда-то тебе доверять.

— Вот в этом ты как раз права, — горько сказал Ричард. — Ты всегда всего лишь снисходила до меня, разрешая дотрагиваться и дарить тебе удовольствие. Но никогда не доверяла настолько, чтобы впустить в свое сердце и позволить открыто любить тебя.

Тея дико расхохоталась, и в ее громком, хриплом смехе послышались истеричные нотки.

— О чем ты? Мы только вчера познакомились! Ты сошел с ума, мы оба — сумасшедшие. Все, что с нами происходит — сплошное безумие, какой-то жуткий кошмар.

Она вцепилась в его руки, пробуя ослабить железную хватку. Ричард на секунду отпустил ее, но только затем, чтобы сжать девичьи ладони и снова притянуть к своему напряженному телу. Теперь девушка ничем не могла навредить ему, единственное, что она могла сделать, — это попытаться ударить Ричарда ногой по голени. Но на ней были всего лишь изношенные мягкие тапочки, а мужчина был обут в крепкие ботинки, и Тея сомневалась, что может своими пинками причинить ему ощутимый вред. И даже сознавая бесполезность своих попыток, девушка не могла успокоиться, она корчилась и извивалась в стальных мужских объятьях, пока не иссякли последние силы. Задыхаясь от бесплодных усилий и отчаяния, Тея задрожала всем телом и ослабла в крепких руках. Ричард тут же еще ближе прижал ее к своей груди, наклонил голову и провел горячими губами по хрупкому виску, по тоненькой жилке, дрожащей в бешеном ритме. Он ощущал губами, как быстро бьется пульс под нежной девичьей кожей.

— Нет, мы встретились не вчера, — пробормотал Ричард, — мы встретились целую жизнь назад, как встречались несколько жизней до этого. Просто в этот раз я ждал тебя здесь и знал, что ты обязательно придешь ко мне.

Его нежное прикосновение опять сотворило с Теей коварное волшебство, как это было уже не раз. Настоящее растворилось, словно в тумане, смешиваясь с прошлым, и девушка увидела, как он точно так же прижимает ее к себе, но только на дворе стоит ночь, а она одета в длинную ночную сорочку. Бесстрашный воин незаметно прокрался в лагерь ее отца и забрался в девичью спальню. Девушка была абсолютно беспомощна; ужас, словно крылья стервятника, окутал ее с головой, когда огромный мужчина завязал ей рот и тихо унес в свой лагерь. Она была его заложницей, гарантией того, что отец девушки не выступит против него в предстоящей битве.

Когда рыцарь похитил ее, девушка была девственницей. Но спустя месяц она вернулась в лагерь отца уже не невинной девицей. О, как глупо и опрометчиво она полюбила своего похитителя: умалчивала, лгала, делала все, чтобы защитить его. И этим предала собственного отца, стала причиной его гибели.

Голова Теи бессильно опустилась на плечо Ричарда.

— Я не могу все это помнить, — пробормотала она слабым, дрожащим голосом.

Не может быть, чтобы сцены, которые она видела, были ее собственными воспоминаниями.

Твердые мужские губы скользнули по ее шее прямо за ухом.

— Мы снова нашли друг друга, Тея, — Ричард вновь произнес ее имя так, словно пробовал на вкус. — Тея. Это имя мне нравится больше всех предыдущих.

— Это… это сокращенное от Теадора.

Девушка всегда задавалась вопросом, почему ее родители дали ей такое необычное старинное имя. Но, когда она спросила об этом у матери, та в ответ только удивленно пожала плечами и сказала, что оно им просто очень понравилось. При этом братьев девушки звали простыми, привычными именами: Ли и Джейсон.

— Ах, Теадора мне нравится еще больше.

Он легонько прикусил нежную мочку уха.

— Кем я была прежде? — услышала Тея свой вопрос и поспешно покачала головой, — нет, не важно, я все равно ни во что не верю.

— Конечно, веришь, — мягко упрекнул Ричард и легонько лизнул ее стройную, такую уязвимую шею.

Он снова был возбужден, заметила Тея, возможно, сила его страсти и не ослабевала все это время. Его твердая длина прижалась к ее бедрам, обтянутым плотными джинсами. Никакой другой мужчина не хотел ее с таким явным желанием, так настойчиво и так постоянно. Ах, если бы она коснулась его легким, дразнящим движением, которое всегда разжигало в нем жар и жажду обладания, он немедленно взял бы ее, задрав юбки и прижав спиной к прохладной стене… Тея заставила свой одурманенный мозг очнуться от навязчивых видений, но действительность оказалась не менее провокационной и чувственной.

— Я уже не знаю, что реально, а что нет, — выкрикнула она.

— Мы, Тея! Мы реальны. Я знаю, ты сейчас смущена и расстроена. Как только я впервые увидел тебя в дверях, сразу понял, что ты уже начала что-то вспоминать. Как мне хотелось обнять тебя, прижать к себе, вдохнуть твой аромат. Но мне нельзя было торопиться, чтобы не напугать тебя еще сильнее. Давай вернемся, допьем наш кофе, и я отвечу на все твои вопросы.

Очень осторожно, словно нехотя, Ричард выпустил девушку из своих объятий, и Тея тут же почувствовала странную пустоту и одиночество. Она повернулась к мужчине лицом, рассматривая его четкие, волевые черты, и заглянула в яркие, горящие огнем глаза. Проклятье, снова эти противоречивые чувства, в которых невозможно разобраться! С одной стороны, Тея ощутила холод и беззащитность, когда Ричард выпустил ее из теплого плена своих надежных рук, а с другой, — противный липкий холодок страха, опасности и недоверия.

И снова воспоминания заслонили настоящее, воспоминания о другом времени, когда она точно так же стояла, рассматривая лицо воина, и читала откровенное, ничем не прикрытое желание в его глазах. Тогда она была потрясена и напугана — маленькая, невинная девушка, вырванная из привычного, надежного домашнего мирка и оказавшаяся одна в суровых условиях под сомнительной защитой грозного, молчаливого воина. Сомнительной эта защита была не потому, что он не обладал достаточной силой и бесстрашием, чтобы защитить ее, а потому, что ей, возможно, следовало больше опасаться его самого, чем любую угрозу извне.

Тея сделала глубокий вдох, осознав, что прошлое и настоящее снова смешались, и внезапно поняла — бесполезно сопротивляться правде. Как бы невероятно это ни было, ей придется во все поверить. Ей уже не вернуть свою прежнюю жизнь, тот небольшой безопасный отрезок, когда девушка жила, ни о чем не подозревая. Теперь словно пелена спала с глаз Теи, и она все увидела с пугающей ясностью. Явная чудовищность этой правды сокрушила девушку. Ей было страшно покинуть спокойные границы своего размеренного существования и сделать шаг в опасность, которую принес с собой Ричард, когда снова вошел в ее жизнь.

Тея любила его во всех воплощениях независимо от того, как она сопротивлялась ему. И он неистово желал ее и потому приходил к ней снова и снова, высокомерно презрев опасность. Но при всей силе его желания, мучительно подумала Тея, в конце он всегда убивал ее. Сны явились к ней, как предупреждение, они знакомили ее с прошлым, чтобы девушка знала, чего ей следует избегать в настоящем.

Уехать. Все, что ей нужно сейчас сделать, это собрать свои вещи и уехать отсюда как можно быстрее. Но вместо этого Тея позволила Ричарду проводить ее обратно на кухню, где на столе стояли кофейные чашки, от которых все еще поднимался легкий ароматный пар. Девушка в смущении поняла, как мало времени прошло с тех пор, как она в панике выскочила из-за стола.

— Но как ты нашел меня? — отрывисто спросила Тея, делая глоток крепкого кофе. — И как давно ты обо мне знаешь?

Ричард вновь посмотрел на нее долгим оценивающим взглядом, словно проверяя, насколько она готова услышать правду, и уселся напротив.

— Если ты не против, я сначала отвечу на второй вопрос. Я знаю о тебе большую часть своей жизни. У меня всегда были яркие, подробные сны, в которых я видел прошлые жизни, времена и разные воплощения. Поэтому я принял правду еще до того, как стал достаточно взрослым, и не позволил логике и разуму посеять сомнения в моей душе.

Он хрипло усмехнулся и для храбрости тоже сделал большой глоток кофе.

— Видеть тебя в мечтах, знать о тебе, ждать нашей встречи — все это отняло меня у других женщин. Я не буду лгать, говоря о том, что все это время жил, как целомудренный монах, но, даже будучи подростком, я никогда не влюблялся.

Ричард пристально смотрел на Тею, и взгляд его горел страстью и вожделением.

— Как хихикающие девчонки-подростки могли сравниться с тобой? — прошептал он, — разве мог я увлечься кем-то, когда знал и помнил, каково это — заниматься любовью со своей второй половинкой, с человеком, который предназначен тебе небом?

У Теи до недавнего времени не было этих воспоминаний, и она жила спокойной, безмятежной жизнью, не затронутая сильным чувством и не способная откликнуться на страсть мужчин, которые проявляли к ней интерес. Но теперь все изменилось, она словно очнулась от некоего сонного оцепенения. Девушка отвечала на близость Ричарда с такой откровенностью и чувственностью, каких не знала прежде. Ее неодолимо тянуло к этому мужчине и мысленно, и физически, и Тея ничего не могла с этим поделать.

Ричард же вырос с этими воспоминаниями, и, должно быть, ему пришлось очень нелегко. Хоть это и сложно сейчас представить, но когда-то он был всего лишь маленьким мальчиком, и проклятые сны отняли у него нормальное детство, юность, возможность жить полной жизнью.

— Я нашел тебя благодаря нашим снам, — продолжил Ричард, — со временем они стали более яркими и подробными, я будто кожей ощутил, что ты где-то рядом. Однажды мне приснилось это озеро, и я узнал, где оно находится. Меня тянуло сюда, как магнитом, я арендовал соседский домик и стал ждать тебя.

— А где находится твой настоящий дом? — с любопытством спросила девушка.

В ответ Ричард слегка улыбнулся.

— Уже несколько лет я живу в Северной Каролине.

У Теи появилось смутное ощущение, что он чего-то не договаривает. Несколько мгновений она внимательно изучала сильное, волевое лицо, прежде чем задать следующий вопрос:

— Расскажи мне, чем ты зарабатываешь на жизнь?

Он засмеялся, и одновременно веселье и смущение прозвучали в тихом мужском смехе, словно Ричард сомневался, как Тея отреагирует на его ответ:

— Бог мой, есть вещи, которые никогда не меняются. Я служу в Вооруженных Силах, чем еще я могу заниматься?

Разумеется, она и сама могла догадаться. Ричард был прирожденным воином. Обрывки информации, услышанной в теленовостях, слились в голове Теи с тем, что она всегда подсознательно знала о Ричарде, и девушка рискнула предположить:

— Форт-Брагг?[1]

Он кивнул, слегка удивленный.

Значит, войска специального назначения. Тея знала, где они базировались, потому что внимательно смотрела все выпуски новостей во время конфликта в Персидском заливе. Внезапно ее охватил ледяной ужас. Участвовал ли Ричард в боевых действиях? Что, если бы он погиб, и они бы никогда не встретились. В таком случае ей не пришлось бы бояться за собственную жизнь. Но даже эта мысль не уменьшила ее страха. Девушка всегда боялась за него. Ее воин сражался, презрев опасность, но она не могла с такой же легкостью относиться к его занятию.

— Ты получил отпуск?

— Да, я много лет им не пользовался и теперь могу быть свободен до конца следующего месяца, — он мгновение помолчал, а потом добавил. — Если, конечно, не случится ничего непредвиденного.

При этом глубоко в глазах Ричарда застыло напряженное выражение, которое Тея не смогла полностью прочитать.

Ричард потянулся через стол и взял Тею за руку. Его длинные, мозолистые пальцы накрыли ее — маленькие и хрупкие, окутывая их теплом.

— А что относительно тебя? Где ты живешь и чем занимаешься?

Самой разумной вещью было бы просто промолчать, но Тея сомневалась, есть ли в этом смысл. В конце концов, он военный и, зная ее имя, может получить доступ к любой информации о ней. Для него будет небольшим затруднением при желании разыскать ее.

— Я живу в Белых Равнинах. Там я родилась и выросла, там же проживает вся моя семья.

Слова полились неудержимым потоком, словно девушка стремилась поскорее посвятить Ричарда во все детали своей жизни.

— Мои родители, слава Богу, живы и здоровы, еще у меня есть два брата, один из них старше меня, другой младше. А у тебя есть братья или сестры?

Ричард отрицательно покачал головой и улыбнулся.

— У меня есть дяди и тети, и огромное количество двоюродных братьев и сестер, которые расселились по всей территории Штатов, но ни с кем из них я не поддерживаю близких отношений.

Он всегда был одиночкой и никому не открывал свою душу, никому, кроме нее. Она была его частичкой и постоянно владела его чувствами, мыслями, мечтами, и Ричард был бессилен изменить это, точно так же, как и Тея.

— Я крашу здания, — продолжила девушка, все еще ведомая стремлением рассказать мужчине о своей жизни, чтобы он смог лучше узнать ее.

— Просто крашу, а не рисую на них картины. Еще я делаю фрески.

Тея пытливо заглянула в серьезные голубые глаза, желая, чтобы Ричард одобрил ее занятие, а не посмеялся над ним, как иногда делали некоторые люди, с которыми она знакомилась.

Сильные пальцы мужчины одобряюще сжали ее ладошку.

— Да, это занятие как раз для тебя. Ты всегда стремилась сделать нашу жизнь удобнее и красивее, используя все подручные средства, будь то мягкие шкуры на полу или дивные полевые цветы в металлической чашке.

До того момента, пока Ричард не произнес эти слова, Тея ничего подобного не помнила. Но внезапно она отчетливо увидела пушистые шкуры, которыми застилала пол палатки, чтобы в ней стало уютнее и теплее, и красивые полевые цветы в металлической чашке, качающие своими яркими головками под порывами холодного ветра, когда кто-то откидывал полог и входил внутрь.

Глава 7

— Ты помнишь все? — ошеломленно прошептала она.

— Мельчайшие подробности? Нет. Если бы я помнил все детали этих обширных воспоминаний, то, пожалуй, сошел бы с ума. Но важные моменты я помню.

— А сколько раз мы…, - голос девушки затих, так как она была поражена самой возможностью существования подобных вещей.

— Занимались любовью? — предположил Ричард, хотя прекрасно знал, что Тея собиралась спросить вовсе не об этом. В его глазах промелькнуло мечтательно — страстное выражение.

— Тысячи раз. Я никогда не мог насытиться тобой.

Тело девушки задрожало в ответном желании. Тея попыталась подавить его. Возможно, ей придется рискнуть своей жизнью, если она подчинится неотвратимой потребности быть с этим мужчиной и снова свяжет с ним свою жизнь.

— Я хотела спросить, сколько раз мы уже жили?

Тея почувствовала, что Ричард не хочет отвечать, но он поклялся дать ей честные ответы на все вопросы, а данный мужчина всегда держал слово и выполнял свои обещания.

— Двенадцать, — сказал он и снова мягко сжал ее руку. — Это наш двенадцатый раз, Тея.

Она резко вскочила со стула. Двенадцать! Число просто не укладывалось в голове. Она живет на земле уже в двенадцатый раз! Девушка помнила едва ли половину своих прошлых жизней, и даже эти воспоминания были отрывистыми и смутными. Расстроенная Тея попыталась вырвать свою ладонь из сильных рук Ричарда. Ее сознание не желало принимать такую невероятную информацию, и девушка всерьез опасалась за жалкие остатки здравого смысла, которые еще сохранились у нее в голове. Но Ричард не позволил ей отстраниться, он потянул ее за руку, усадил к себе на колени и стал убаюкивать, словно маленького испуганного ребенка. Тея не сопротивлялась, она приняла его заботу и поддержку, как уже сделала это сегодня и делала много раз в своих прежних воплощениях. Его бедра были крепкими и сильными, мощная грудь, как стена, отгораживала ее от опасностей окружающего мира, а стальные руки ласково и надежно укрывали от бед и печалей. Это было верхом неразумности — то, что она чувствовала себя так спокойно и защищено в объятьях мужчины, который, возможно, был для нее самой большой опасностью. Но прикосновение к сильному и такому родному телу Ричарда дарило Тее бесконечное утешение и умиротворение. Он шептал ей какие-то ласковые заверения, но она не вникала в смысл незатейливых слов. Девушка склонила голову к нему на плечо, устав от противоречивых эмоций, разрывающих ей душу. Ричард посмотрел ей в лицо, перевел дыхание и замолчал, когда его пристальный взгляд замер на нежных женских губах. Тея понимала, что должна отвернуться, но она не сделала этого, просто не смогла заставить себя. Ее рука, словно повинуясь собственной воле, обняла мужчину за сильную шею, и девушка еще крепче прижалась к его крепкому телу. Вопрос, удивление и радость мелькнули в серьезных глазах мужчины, когда он склонил голову и накрыл своими горячими губами ее — теплые и дрожащие. Снова почувствовать его вкус, узнать его, насладиться им — все это было похоже на возвращение домой, словно после долгих одиноких скитаний она вернулась в то единственно верное место на земле, где ей следует быть. Мужчина и женщина целовались жадно, страстно, неистово, без всякой неловкости и стыдливости. В горле Ричарда родилось какое-то голодное, дикое рычание, а тело напряглось, когда он проник своим языком в рот Тее. Без всякого стеснения, словно они уже долгое время были любовниками, Ричард забрался рукой ей под футболку и накрыл огромной ладонью упругую девичью грудь. Длинные пальцы мужчины задрожали от нетерпения, когда он отодвинул край лифчика, стремясь дотронуться до обнаженной кожи, и коснулся нежного соска. Тея затрепетала от ласкового прикосновения, ее тело выгнулось в пароксизме смешанного желания и облегчения. Это было так, словно девушка долгое время сдерживала сильную боль, вызванную отсутствием Ричарда, и только теперь могла расслабиться. У нее никогда ничего подобного не было с другим мужчиной, рассеянно подумала Тея, утопая в блаженстве их поцелуя, не было и никогда не будет.

Хотя они, казалось, были вовлечены в адскую пляску смерти, девушка не могла больше сдерживать свою любовь к Ричарду, как не могла остановить биение собственного сердца.

Его ответная страсть была столь же глубокой и неконтролируемой. Тея чувствовала это по дрожащей напряженности сильного мужского тела, по неровности его дыхания, по отчаянной потребности Ричарда даже в простом прикосновении. Почему же тогда во всех прошлых жизнях он убивал ее? Слезы выступили у Теи из-под ресниц, и она еще крепче вцепилась в Ричарда.

Было ли это вызвано силой его потребности? Возможно, для него было невыносимо находиться в чьей-то власти, он считал свою уязвимость нестерпимой, и во внезапной вспышке ярости положил конец этой зависимости? Нет. Тея отмела эту мысль, потому что в одном из самых ясных снов она отчетливо видела спокойствие в его аквамариновых глазах, когда он все глубже и глубже погружал ее под воду и держал там до тех пор, пока в ее легких не закончился кислород, а в глазах не померкло.

Слезинка скатилась по девичьей щеке и замерла в уголке нежных губ. Ричард почувствовал солоноватый вкус и, глухо застонав, оставил ее сладкий рот и скользнул губами по щеке, стирая соленую влагу. Он не спрашивал, почему она плачет, не раздражался и не утешал. Ричард просто крепко прижал девушку к своей груди, успокаивая своим теплом, молчаливым участием и близостью. Он никогда не злился из-за ее слез, вспоминала Тея, и сцены из прошлого скользили перед ее внутренним взором, как шелковые шарфы — тонкие, невесомые, но все же достаточно зримые. Не то, чтобы она была очень впечатлительной или плаксивой, но, как и любой другой человек, Тея иногда плакала, причем чаще всего не Ричард являлся тому виной. Реакция мужчины всегда была такой же, как сегодня: он крепко обнимал девушку, позволяя ей выплакаться на своей груди, и очень редко отступал от такой линии поведения.

— Ты никогда не мог поступиться своей проклятой честью, — пробормотала Тея, уткнувшись лицом в его сильное плечо и используя его рубашку, как носовой платок.

Ричард сразу понял, что она имеет в виду. Он вздохнул, его сильные пальцы погладили мягкую девичью грудь, наслаждаясь нежностью и шелковистостью ее кожи и твердостью маленьких сосков.

— Мы всегда были на противоположных сторонах. Я не мог предать свою страну, своих сородичей и друзей.

— Но ты ждал этого от меня, — горько сказала Тея.

— Нет, никогда. Просто твои воспоминания все еще нечеткие и туманные. Любимая, ты принимала очень сложные решения, часто это был трудный выбор, но он всегда был осознанным, ты сама понимала, как лучше поступить. Я никогда не принуждал тебя.

— Это ты так говоришь, — Тея схватила Ричарда за запястье и вытащила его руку из-под своей футболки, — я же только знаю, что помню все очень смутно, и потому, как я могу согласиться с тобой или возразить тебе?

— Ты могла бы попытаться доверять мне, — утверждение было тихим, но его пристальный взгляд был полон решимости.

— Ты все время твердишь об этом. — Тея беспокойно пошевелилась у него на коленях, — не кажется ли тебе, что при данных обстоятельствах ты требуешь от меня слишком многого? Может, я так долго с тобой в безопасности только потому, что мы избегаем воды?

Губы Ричарда скривились в горькой усмешке.

— Доверие всегда было нашей проблемой, — он поднял руку, которой совсем недавно ласкал грудь девушки, и стал поигрывать одной из ее непослушных кудряшек, — признаю, что и с моей стороны тоже. Я никогда не был до конца уверен в том, что ты не передумаешь и не предашь меня.

— Как я предала своего отца, ты это имеешь в виду? — внезапно разозлившись, Тея попыталась встать с коленей Ричарда.

Но он лишь немного напряг руки, удерживая ее на месте, как делал уже много раз до этого.

— Твой темперамент остался прежним, — заметил Ричард, и его мрачное настроение на миг сменилось восхищением.

— Нет у меня никакого темперамента, — возразила Тея, прекрасно зная, что ее братья немедленно опровергли бы это утверждение. Она не была вспыльчивой и раздражительной, но очень не любила уступать.

— Конечно, нет, — протянул Ричард, обнимая ее еще крепче, и такая всепоглощающая любовь прозвучала в его голосе, что сердце девушки сжалось.

Как он мог испытывать к ней столь сильные чувства и при этом раз за разом лишать ее жизни? И как она могла любить его в ответ, зная, что он может с ней сделать?

Ричард молча прижимал к себе Тею, и его сердце размеренно билось возле ее груди. Ощущение было похоже на то, которое она много раз испытывала в прошлом, когда он прижимал ее к левой стороне груди, оставляя правую руку свободной на тот случай, если придется воспользоваться мечом.

Она хочет быть с Ричардом, — поняла Тея. Хочет остаться с ним на всю жизнь. Навсегда. Во всех прошлых воплощениях их время, проведенное вместе, ограничивалось считанными месяцами или даже неделями. Но это была столь сильная и поглощающая любовь, что девушка иногда даже боялась ее силы. У них никогда не было возможности вместе стареть и любить друг друга открыто, без отчаяния и страха.

И теперь ей нужно принять жизненно важное решение: она может убежать, чтобы спасти свою жизнь… или остаться и бороться за то, чтобы прожить эту жизнь вместе с Ричардом. Здравый смысл, которому она привыкла подчиняться до того, как ее стали посещать пугающие, необычные сны, приказывал ей бежать и как можно быстрее. Но сердце подсказывало Тее остаться с Ричардом и быть рядом с ним столько, сколько ей отмеряно судьбой. Возможно, всего лишь возможно, если она будет очень осторожна, в этот раз она сможет победить. Ей обязательно нужно держаться подальше от воды. С ошеломляющей ясностью Тея поняла, как безрассудно она сегодня поступила, когда отправилась наблюдать за черепашками. Ей очень повезло, что на этот раз беда обошла ее стороной. Вероятно, еще не настало время, чтобы повторилось то, что всегда случалось в прошлом.

«Многое изменилось», — подумала Тея. Обстоятельства, при которых они встретились в этой жизни, были более благоприятными. Острые ощущения пронзили девушку, когда она осознала, что в этот раз у них с Ричардом все может получиться.

— Мы больше не на разных сторонах, — прошептала она, — у меня замечательный отец — самый обычный семьянин и к армии не имеет никакого отношения.

Ричард засмеялся, но быстро успокоился. Когда Тея заглянула в его глаза, она прочла в них мрачную решимость.

— В этой жизни мы не можем ошибиться, — спокойно сказал он. — Это наш двенадцатый раз, и я сомневаюсь, что нам выпадет еще один шанс.

Тея слегка отодвинулась от него.

— Мне бы очень помогло, если бы ты рассказал, почему ты сделал… то, что ты сделал. Я никогда не знала причины. Скажи мне, Ричард. Таким образом мы бы могли избежать этого.

Но мужчина лишь покачал головой.

— Я не могу. Мы должны доверять друг другу. Доверие — это ключ ко всему. Я должен безоговорочно верить тебе, а ты должна верить мне… даже в таких обстоятельствах, когда все будет указывать на то, что нет мне доверия.

— Ты требуешь слишком многого, — ответила Тея сухим тоном. — А ты будешь доверять мне также безоглядно?

— Я уже доверяю тебе, — один уголок его рта дернулся в кривой усмешке. — Это наш последний раз. Вот, наверное, почему обстоятельства изменились.

— Что случилось?

— Об этом я не могу рассказать. Это изменило бы ход вещей. Ты либо вспомнишь обо всем сама, либо нет. В этот раз мы все должны понять правильно или проиграем навсегда.

Тее не нравился столь категоричный выбор. Ей хотелось закричать от ярости на беспощадную судьбу, но бессильный крик не принес бы никакой пользы. Она должна выиграть собственную битву, потому что платой за проигрыш стала бы ее жизнь. Возможно, в этом и состоял глубинный смысл — каждый человек, в конечном счете, сам отвечает за свою судьбу. Если это на самом деле так, то она не сильно заботится о предосторожности.

Ричард вновь притянул ее к себе и стал целовать, упиваясь вкусом ее губ. Тея могла бы наслаждаться его поцелуями часами, но мужчина внезапно отстранился, дыхание его стало неровным, а глаза потемнели от желания.

— Ляг со мной, — хрипло прошептал он, — как давно мы не были вместе, ты так нужна мне, Тея.

Он был готов. Девушка чувствовала его стальную эрекцию под своим телом.

Но как бы они ни были близки в своих прошлых воплощениях, в этой жизни они только что встретились, и она не могла вот так сразу лечь с ним в постель. Еще до того, как Тея успела произнести хоть слово, Ричард прочел отказ в ее глазах. Мужчина вздохнул и пробормотал глухие проклятья.

— Каждый раз ты делала это со мной, — сказал он с досадой. — Доводила меня до безумия. Заставляла ждать, в то время как я умирал от желания быть с тобой. Или поддразнивала и завлекала именно тогда, когда я чертовски хорошо знал, что заняться любовью в данный момент совершенно невозможно.

— Вот так?

Тея соскользнула с колен Ричарда, оглянулась через плечо и посмотрела на него страстным, жарким взглядом. Ни на кого прежде она так не глядела и теперь была немного удивлена тем, что сейчас это вышло легко и естественно. Возможно, в одной из ее прошлых жизней она была кем-то вроде соблазнительницы. Тее понравилась эта идея, и она почувствовала себя уверенней. Ричард был такой сильной личностью, что ей просто необходимо что-то, способное удержать его в узде.

Мужчина посмотрел на нее почти с негодованием, его сильные руки сжались в кулаки. Если бы их отношения продолжались более долгое время, Ричард не стал бы спрашивать у нее разрешения, во всяком случае, еще раз. Он бы просто попробовал соблазнить ее, используя все свое умение. Один временной период сменялся другим, менялось его имя, но кое-что оставалось неизменным — Ричард всегда был невероятно чувственным любовником. Но сейчас он понимал, как мало времени прошло с момента их знакомства, и чувствовал, что Тея еще не готова к тому, чего ему так сильно хотелось.

Он неловко поднялся со стула, морщась от испытываемого дискомфорта.

— В таком случае, нам не стоит здесь оставаться. Мы могли бы пообедать где-нибудь в городе. Вернее, позавтракать, — уточнил он, взглянув на свои наручные часы.

Тея улыбнулась, ее позабавила и тронула внимательность Ричарда. Она подумала, что гораздо безопаснее находиться рядом с ним в публичном месте, чем оставаться здесь наедине.

— Это похоже на настоящее свидание, — сказала она, рассмеявшись, — у нас никогда раньше такого не было.

ЭТО БЫЛ ВОСХИТИТЕЛЬНЫЙ ДЕНЬ, полный радости повторного узнавания.

После завтрака в небольшом уютном кафе, они путешествовали по окрестностям, время от времени останавливая машину и прогуливаясь пешком по лугам и перелескам. Ричард тщательно избегал любых водоемов, и Тея полностью успокоилась, расслабилась и теперь заново узнавала мужчину, которого любила две тысячи лет. Ричард напоминал ей о многих вещах, порой восхитительных, а порой и тревожных. Сказать, что девушка была потрясена ими и тем, как они причудливо переплетались между собой, — значит не сказать ничего. С ужасом Тея вспомнила, как выхватила острый нож, чтобы защититься от Ричарда, с отчаянием бросилась на мужчину и ранила его. Со сладкой дрожью она вспомнила их любовные ласки. И с каждым новым воспоминанием, она понимала, что обретает целостность, словно разрозненные части головоломки вновь встают на свои места. Тея чувствовала себя так, словно все двадцать девять лет до встречи с Ричардом она спала и вот теперь пробудилась к жизни, и жизнь эта была цветной, яркой, наполненной. С каждой минутой общения она узнавала о своем мужчине все больше и больше интересного. Он не жил прошлым, у Ричарда была своя жизнь: опасная работа, друзья, воспоминания, о которых Тея ничего не знала. И они говорили, говорили обо всем на свете. Иногда Ричард использовал в разговоре какое-нибудь устаревшее выражение, и девушка с удивлением замечала, что хорошо понимает смысл причудливых старинных фраз.

— Интересно, почему в этот раз мы все помним, — размышляла Тея, когда они прогуливались по лесной тропинке.

Деревья здесь росли так плотно, что их кроны переплетались в вышине, образуя над головами прохладный тусклый туннель. Они оставили свой джип в ста ярдах[2] отсюда на обочине проселочной дороги, чтобы не мешать движению изредка проезжающих машин.

— Мы же никогда в прошлых жизнях ничего подобного не помнили…

— Возможно, потому что это наш последний раз.

Ричард крепче сжал худенькую девичью ладошку. Тея потрясенно посмотрела на него, любуясь его крепким, поджарым телом, царственным наклоном головы, решительным подбородком и удивительной синевой глаз. Ужас заполнил ее душу, как только она подумала, что может навсегда потерять Ричарда, если не сможет перехитрить злую судьбу. Тея сильнее вцепилась в его крепкую, надежную ладонь.

Да, ей обязательно нужно бороться. И если она победит, то получит в награду целую жизнь с мужчиной, который был создан для нее, и которого она любила в течение двух тысяч лет. А если проиграет, она умрет. Все очень просто…

Глава 8

Следующим утром Тея неподвижно лежала в глухой предрассветный час, дыхание ее было глубоким и размеренным, девушка крепко спала. Сон снова пришел к ней: яркий и пугающе реальный.

Озеро было тихим и невероятно красивым в час рассвета. Девушка стояла на деревянном пирсе и наблюдала за тем, как золотой шар солнца медленно выплывает из-за макушек темных деревьев и освещает своим сиянием темную безмятежную гладь озера. Тея могла любоваться своим озером в любое время суток и в любую погоду, но все же больше всего она обожала рассвет. Девушка терпеливо ждала и была вознаграждена великолепным зрелищем. Над золотой водой раздался крик гагары, которая проснулась в камышах и приветствовала рождение нового дня.

Ребенок вновь пошевелился у нее под сердцем, толкаясь своими крошечными ножками. Девушка нежно улыбнулась и дотронулась рукой до своего живота, чтобы почувствовать это трепетное движение. Она лелеяла это удивительное, драгоценное чувство — зарождение и развитие новой жизни у себя внутри. Господи, не чудо ли, что у нее будет ребенок от любимого! Уже пять месяцев с ней было это несравненное счастье, и девушка наслаждалась каждым мгновением, наблюдая, как день за днем меняется ее тело. Небольшая округлость ее живота только сейчас стала заметной. Девушка была абсолютно одна на озере, но близилось время, когда ей нужно будет вернуться домой. Она содрогалась при мысли о гневе отца, когда он поймет, каким позором она покрыла его имя. Но ни за что на свете она не откажется от своего ребенка и не позволит ему навредить. Она все еще ощущала боль, когда думала о своем возлюбленном, и плакала о нем длинными одинокими ночами. Проклятье на всех мужчин и двойное проклятье на их глупые бессмысленные войны! Она выбрала бы его, если бы он дал ей хоть один шанс, но он не сделал этого. Вместо этого он ускакал из ее жизни, не доверяя ей, так и не поверив в силу ее любви и преданности. Ускакал, так ничего и не узнав о том, что подарил ей самый драгоценный дар — своего ребенка.

Деревянные доски под босыми девичьими ногами слегка завибрировали, и она услышала звук тяжелых шагов. Пораженная, девушка обернулась и замерла в изумлении. Был ли он всего лишь вымыслом или сила ее тоски и древние заклятья озера сотворили его из золотого рассвета? Волны призрачного тумана клубились вокруг мощной высокой фигуры, которая приближалась к ней по деревянному настилу пирса. Сердце девушки мучительно сжалось. Даже если он был всего лишь фантазией, она благодарила Господа за то, что может снова увидеть своего возлюбленного — его густые темные волосы, яркие аквамариновые глаза и сильное, совершенное тело. В пяти футах от нее мужчина внезапно остановился, словно наткнулся на невидимую стену. Его недоверчивый пристальный взгляд скользнул сверху вниз по тоненькому девичьему телу, которое четко вырисовывалось под легкой тканью длинной ночной рубашки. Он заметил, как ее рука взметнулась вверх и замерла на выпуклости живота в том инстинктивном жесте защиты, который присущ всем беременным женщинам.

Он был настоящим! Господи милосердный, это не фантазия. Он вернулся к ней. Девушка ясно прочла потрясение в его голубых глазах, когда мужчина понял, что вскоре станет отцом. Несколько долгих мгновений он смотрел на ее живот, а потом пытливо заглянул в ее радостные зеленые глаза.

— Почему ты ничего мне не сказала? — хрипло спросил он.

— Я не знала об этом, — ответила девушка, — пока ты не уехал.

Он приблизился к ней с грацией и осторожностью тигра, крадущегося по диким джунглям, потом медленно протянул руку и положил на мягкую округлость женского живота. Девушка задрожала от жара его прикосновения, еле сдерживая стон боли, которая столько месяцев одиночества терзала ей душу. Понимал ли он, какие страдания причинил ей своим отъездом? Сознавал ли, что его отсутствие почти убило ее, и только понимание того, что она носит в своем чреве ребенка, позволило ей жить дальше?

Мужчина сомкнул свои руки у нее за спиной, и она почувствовала, как дрожь сотрясла его крепкое тело. Воздух накалился между ними, страсть вспыхнула яркой вспышкой и разгорелась ровным жарким пламенем. Девушка глубоко вздохнула и прижалась к его сильному надежному телу, согретая его теплом и заботой. Мучительное желание волнами растеклось по всему телу, она почувствовала, что стала горячей и влажной, уже готовой принять его любовь и страсть.

— Позволь мне увидеть тебя, — простонал мужчина, стаскивая с нее ночную рубашку.

Уже через секунду она лежала на пирсе, и ее обнаженное тело купалось в жемчужном утреннем свете. Под ней была только сброшенная ночная рубашка, которая защищала ее нежную кожу от прикосновения к грубым доскам. Вода мягко плескалась вокруг нее и под ней, но все же не касалась тела. Она словно качалась на волнах, и только сильные руки любимого, как надежный якорь, удерживали ее на поверхности. Девушка закрыла глаза, давая ему возможность как следует рассмотреть все те изменения в своем теле, которые она ощущала каждый день. Его грубые пальцы нежно коснулись ее темных припухших сосков, мягко сжали пополневшие груди, а затем спустились ниже к округлости ее живота. Девушка не открыла глаз даже тогда, когда любимый согнул ее ноги в коленях и широко развел их в стороны, чтобы посмотреть на нее … Она почувствовала, как прохладный утренний воздух коснулся ее самой потаенной плоти, и ее желание усилилось. Понимал ли он, как сильно она возбуждена, чувствовал ли, как дрожит ее слабое тело под его руками? Конечно, он знал об этом. Она никогда не могла скрыть от него силу своего желания, даже когда отчаянно хотела этого. Девушка услышала, что дыхание мужчины стало хриплым и прерывистым, и вспыхнула, осознав силу его желания.

— Ты так прекрасна, что на тебя даже больно смотреть, — прошептал он.

Девушка почувствовала, как его длинный палец коснулся ее разгоряченной плоти, поглаживая и лаская, прежде чем мягко скользнуть внутрь. Ее потрясло это маленькое вторжение, и она со стоном выгнула спину, подвигаясь ближе к его рукам, которые дарили сладкое наслаждение. Мужчина успокоил ее глухим шепотом и оставил на мгновение, чтобы избавиться от одежды, а затем осторожно накрыл своим сильным телом. В глазах девушки отразилась мука ожидания того мгновения, когда они, наконец, снова будут вместе, станут единым целым. Он вошел в ее лоно, и это было так прекрасно, правильно и совершенно, что у обоих перехватило дыхание от понимания этой истины. Но потом время разумных мыслей прошло, и они могли только двигаться, цепляясь друг за друга в отчаянной жажде обладания. Его сила переплелась с ее женственностью и мягкостью — мужчина и женщина, неразделимые, слившиеся в извечном танце страсти и нежности.

Тея металась на кровати и громко застонала, когда любовник из видений в очередной раз довел ее до экстаза, подарив несравненное наслаждение. А затем, как и всегда в этих странных снах, видение растаяло, исказилось и стало совершенно иным.

…Вода накрыла ее с головой, и только белая пена отметила на поверхности то место, где девушка ушла на дно. Потрясение и ужас на некоторое время парализовали ее, и она потеряла несколько драгоценных секунд. Но потом мысль о ребенке, которого она носила под сердцем, породила у нее внутри безмолвный крик ярости и протеста. Она начала отчаянно бороться с непреклонной силой, которая тащила ее во мрак и безмолвие все дальше и дальше от света, воздуха и жизни. Нет, ее ребенок не умрет, она не позволит навредить ему независимо оттого, что сделал его отец! Не смотря ни на что, она все еще любила этого мужчину и любила его ребенка. Девушка никак не могла освободиться от длинной ночной рубашки, которая обвилась вокруг ее ног, не давая всплыть на поверхность. Ее легкие мучительно сжались от нехватки кислорода, она боролась с инстинктивным желанием сделать вдох, зная, что вдохнет собственную смерть. Бороться до конца… Она должна бороться за жизнь своего ребенка. Сильные руки на ее плечах толкали ее в мутную темную воду. В отчаянии она заглянула сквозь зеленоватую воду в холодные, далекие глаза мужчины, которого любила так сильно, что готова была отправиться за ним на край света. А он неумолимо толкал ее вниз, все и глубже и глубже, все дальше от живительного воздуха.

— Почему? — беззвучно простонала девушка.

Смертельная вода заполнила рот, ноздри и хлынула в легкие. Все, больше ей не продержаться. И только крошечная жизнь у нее внутри давала девушке силы бороться, она пыталась вырваться, сбросить тяжелые руки со своих плеч. Ее малыш… она должна спасти своего малыша. Но страшная темнота надвигалась все ближе и ближе, затуманивая ей глаза, и девушка поняла, что проиграла. Последней ее мыслью в этой жизни был отчаянный, тоскливый крик: «Почему?»

Беспомощные рыдания сотрясали тело Теи, когда та открыла воспаленные, полные муки глаза. Она свернулась комочком на краешке кровати, сломленная горем и скорбью. Скорбью по своему не рожденному ребенку, скорбью по мужчине, которого всегда любила так сильно, что даже понимание того, что он может лишить ее жизни, не могло уничтожить это чувство любви. Все бессмысленно… Он трепетно и страстно занимался с ней любовью, а потом хладнокровно утопил ее. Он гладил ее раздавшийся живот, ощущал толкание крошечной ножки… Как он мог после этого разрушить эту беспомощную жизнь?! Что бы он ни чувствовал по отношению к ней, в чем вина маленького беззащитного малыша? Боль накрыла ее с головой, разрывая душу. Девушка лежала и рыдала, не способная пошевелиться, не желая ни о чем думать.

Сквозь пелену боли и отчаяния в ее измученное сознание ворвался звук подъехавшего автомобиля. Тея услышала, как мощный джип резко затормозил, и гравий полетел из-под его колес. Она замерла, от ужаса кровь заледенела в ее жилах. Он здесь. Глупая, как она могла забыть, что Ричард видит те же самые сны? И сейчас он точно знает, что именно девушка увидела сегодняшней ночью. Она не хотела думать, что Ричард приехал, чтобы не дать ей убежать и снова убить ее, но страх и недоверие вновь посеяли в ее душе сомнения. Если она останется здесь, то рано или поздно снова окажется в глубине озера. После сегодняшнего видения никакие в мире слова не заставят ее поверить в искреннюю любовь Ричарда. Тея вскочила с кровати, не теряя драгоценного времени на то, чтобы одеться. Она была босиком и поэтому бесшумно выбралась из спальни, промчалась через гостиную и забежала на кухню. Она уже добралась до черного хода, когда огромный кулак забарабанил в переднюю дверь.

— Тея, — глубокий голос мужчины был обманчиво спокоен, словно он пытался убедить ее, что не представляет никакой опасности.

В комнатах лежали глубокие предрассветные тени, серый свет был все еще очень слабым и практически не проникал в окна. Тея сжалась на кухне, словно слабое, беззащитное животное, замершее перед смертельным броском хищника. Ее голова была настороженно поднята, и она внимательно прислушивалась к малейшему звуку движений Ричарда. Сможет ли она незаметно выбраться через заднюю дверь? Что если он уже бесшумно обошел дом, чтобы попробовать войти с черного хода? От мысли, что сейчас она распахнет дверь и столкнется с Ричардом лицом к лицу, кровь в жилах у Теи заледенела.

— Тея, послушай меня.

Что ж, он все еще на террасе. Тея возилась с задвижкой, молясь, чтобы ее предательские руки не дрожали так сильно. Она осторожно сняла цепочку, придерживая ее за звенья, чтобы те невзначай не зазвенели. Потом девушка нащупала замок.

— Это не то, что ты думаешь, любимая. Не бойся меня, пожалуйста! Доверяй мне.

Доверять ему! Тея чуть не расхохоталась, с трудом подавив истерический смех. Ричард так часто повторял эти слова, что они превратились в пустой звук. Снова и снова, жизнь за жизнью она доверяла ему, отдавая все: тело, душу, любовь, свою жизнь и жизнь своего крошечного ребенка, — и каждый раз ему было мало, он все равно убивал ее. Тея нащупала замок и тихо повернула защелку.

— Тея, я знаю, что ты не спишь, и знаю, что ты слышишь меня.

Затаив дыхание, она стала осторожно — дюйм за дюймом — открывать дверь. Серый свет проник через образовавшуюся щель. Утро вступало в свои права, неся с собой яркий свет и уменьшая ее шансы незаметно убежать и спрятаться. Тея замерла, вспомнив, что у нее нет ключей от машины. Что ж, придется идти пешком, она не может терять время на поиски ключей. В конце концов, может быть, так даже лучше. Если она поедет на автомобиле, Ричард без труда догонит ее на джипе. Тея чувствовала себя очень уязвимой, но, убегая пешком, она может где-либо затаиться. Наконец, дверь открылась достаточно широко для того, чтобы в нее можно было проскользнуть. На секунду Тея прикрыла глаза, покидая сомнительную безопасность дома. Ей хотелось забиться в какой-нибудь темный угол, спрятаться за толстыми стенами, но она понимала, что Ричард скоро разобьет окно или выломает дверь, чтобы проникнуть в дом. Он прирожденный воин, убийца. Хлипкие двери не удержат его, поэтому оставаться в доме опасно. Позади дома не было террасы, только деревянный настил в несколько шагов и небольшой навес от дождя, но здесь также была легкая, оббитая сеткой дверь. Тея стала осторожно открывать ее, нервы девушки были напряжены до предела. Отчаянно и сосредоточенно она уставилась на дверные петли, досадуя на то, что их давно никто не смазывал. Раздался негромкий скрип, который можно было услышать разве только на расстоянии нескольких футов, но холодный пот тонкой струйкой побежал по спине скованной страхом девушки. Дюйм, два дюйма, шесть. Постепенно дверь открывалась все шире и шире. Восемь дюймов. Девять. Она начала проскальзывать сквозь узкую щель.

Ричард тихо обошел вокруг дома. Он увидел Тею и прыгнул вперед, словно грациозный, опасный хищник. Девушка вскрикнула и отскочила назад, захлопнув заднюю дверь прямо перед его носом, и стала возиться с замком. Слишком поздно! Он войдет через эту дверь и неважно, заперта она или нет. Тея ясно прочитала это намерение в его сосредоточенных глазах и, оставив бесполезный замок, бросилась бежать через весь дом на террасу. Дверь черного хода хлопнула в то мгновение, когда Тея уже подбежала к входной двери, которая все еще была заперта. Грудь девушки резко поднималась и опускалась, дыхание стало быстрым и неровным, кровь застучала в ушах. Ее пальцы дрожали и никак не могли справиться с цепочкой и замком.

— Тея! — голос Ричарда был наполнен яростью.

Рыдая, Тея резко распахнула дверь и выбежала на террасу, затем толкнула незапертую дверь экрана и, споткнувшись на пороге, упала на колени в высокую, влажную от росы траву. Ричард выскочил следом за девушкой, но она встала на ноги, подтянула к коленям подол ночной рубашки и что есть мочи помчалась по дорожке.

— Черт побери, да послушай же меня! — закричал мужчина, пытаясь ее поймать.

Ричард стремительно несся ей наперерез, затем сделал резкий выпад, чтобы перехватить Тею на тропинке. Она отклонилась, слезы отчаяния застилали глаза, рыдания душили ее. Это конец. Он загнал ее в угол и теперь собирался убить, а она абсолютно беспомощна и не способна защитить свою жизнь. Подол ночной рубашки выпал из ослабевших пальцев, прикрывая ободранные колени, и Тея сквозь слезы посмотрела в лицо Ричарду. Уже почти рассвело, и она ясно увидела, каким свирепым огнем горят его глаза, как упрямо он сжал челюсти. Он стоял босой, в одних только джинсах, и пот блестел на его обнаженном торсе. Мощная грудная клетка поднималась и опадала от тяжелого дыхания, но Ричард совсем не запыхался, в то время как Тея была полностью обессилена. У нее нет ни единого шанса. Медленно и осторожно девушка стала отступать назад, боль разрывала ей душу, не давая дышать.

Глава 9

— Как ты мог? — прорыдала девушка. — Наш ребенок… Как ты мог!?

— Тея, выслушай меня.

Мужчина поднял руки, пытаясь показать девушке, что он не опасен. О, этим ее не одурачить, она слишком хорошо знала его силу и мощь. Ему и не нужно никакое оружие, при желании он может убить ее голыми руками.

— Успокойся, любимая. Я знаю, ты испугана и расстроена, но нам надо поговорить. Давай вернемся в дом.

Тея сердито стерла слезы со своих мокрых щек.

— Говори! Что еще ты хочешь сказать? — закричала она. — Снова будешь все отрицать? На этот раз ты убил не только меня, ты убил еще и нашего ребенка!

Девушка продолжала пятиться, сердце у нее болело так сильно, что даже находиться рядом с Ричардом было невозможно. Душа рвалась на части, горе — огромное и неуправляемое — поглотило сознание. Тея приветствовала бы сейчас даже смерть, если бы она помогла избавиться от этой невыносимой боли.

Ричард не сводил с нее напряженного пристального взгляда, только выражение его лица теперь стало более настороженным, его сильное тело напряглось от волнения.

— Ты слишком близко подошла к воде, — сказал он глухим, безжизненным голосом, — отойди, пожалуйста.

Тея быстро оглянулась и увидела, что действительно стоит на самой кромке берега, и прохладное, смертельное озеро подбирается к ее голым ногам. Слезы снова затуманили глаза, спокойное, безмятежное озеро словно манило ее в свою темную глубину. Безотчетный страх перед водой снова возник в душе, но все же даже этот панический ужас был слабее безграничного горя, возникшего после потери ребенка. Тея слегка изменила угол своего отступления и теперь шла к пирсу. Ричард шел за ней следом шаг в шаг, не делая попытки схватить девушку, но и не давая ей возможности сбежать. Мрачная безысходность нахлынула на Тею. Она думала, что сможет обмануть свою жестокую судьбу, но все ее усилия оказались бесплодны. Тея ощутила под ногами грубые деревянные доски и поняла, что теперь идет по пирсу. Ричард остановился, не сводя с нее пристального взгляда зеленовато-голубых глаз.

— Не ходи дальше, — сказал он отрывисто, — на пирсе небезопасно. Некоторые доски совсем прогнили и могут обломиться. Уходи оттуда, малышка. Иди ко мне, клянусь, я не причиню тебе боли.

Малышка. Осколки боли пронзили сердце, Тея громко застонала и опустила руку на свой плоский живот, словно ее ребенок все еще был там. В отчаянии она сделала шаг назад, иступлено качая головой. Ричард тоже шагнул на пирс.

— Я не в силах вернуть этого ребенка, — сказал он хрипло, — но я подарю тебе другого. У нас будет столько детей, сколько ты пожелаешь. Умоляю тебя, Тея, не оставляй меня на этот раз. Ради бога, уходи с этого проклятого пирса.

— Зачем? — слезы все еще застилали ей глаза, стекая вниз по щекам, — зачем мне уходить отсюда? Почему бы не закончить все прямо сейчас?

Она попятилась еще дальше, чувствуя, как прогнившие доски жалобно скрипят под ее босыми ногами. Вода в конце пирса была очень глубока; это было замечательно для трех бесшабашных детей, которые могли без опаски нырять в озеро. Что ж, если ей предначертано здесь умереть, пусть будет так. Вода. Это всегда была вода. Она любила эту стихию, и вода каждый раз забирала девушку себе. Ричард медленно продвигался вперед, протянув девушке руку и не сводя с нее встревоженного взгляда.

— Пожалуйста. Возьми меня за руку. Не отступай дальше, это не безопасно.

— Оставь меня в покое! Уйди! — выкрикнула Тея.

— Я не могу, — его губы скривились в горькую линию, — и никогда не мог.

Ричард сделал еще один осторожный шаг.

— Тея…

Девушка торопливо отстранилась. Доски прогнулись под ее весом и стали раскалываться. Тея почувствовала пустоту под ногами и провалилась в воду. Последнее, что она увидела, прежде чем холодная вода сомкнулась у нее над головой, — это смутный образ Ричарда, который бросился вперед с искаженным от беспомощного гнева лицом.

В воде было прохладно и темно. Тея быстро опускалась на дно, словно некие невидимые руки неумолимо тянули ее вниз. Погружаясь все глубже и глубже, она видела только размытый силуэт пирса. После пережитого ужаса и боли, это было даже облегчением — отдаться неизбежности и, наконец, избавиться от страданий. Но неистребимый инстинкт жить заставил ее бороться, пытаться вынырнуть на поверхность. Длинная ночная рубашка, словно путы, облепила ее ноги, и после безуспешных попыток вырваться девушка поняла, что зацепилась за сломанные деревянные опоры причала. Тяжелые намокшие доски тянули на дно, ноги запутались, и у Теи не было сил выбраться. Если бы это можно было сделать, она бы горько расхохоталась. На этот раз Ричарду не пришлось приложить ни малейших усилий, она сама погубила свою жизнь. И все же Тея не сдавалась и не оставляла попыток вынырнуть. Вода вокруг помутнела, Тея смутно увидела, как Ричард быстро плывет слева от нее. Все вокруг было зыбким и расплывчатым, но Тея все же рассмотрела его светлый силуэт и темные волосы. Мужчина сразу заметил ее благодаря белому одеянию и теперь стремительно направлялся к ней, рассекая воду мощными движениями рук. Возмущение и горечь нахлынули на девушку, вытеснив из сознания боль и страх. Какой подлец! Ему обязательно надо своими глазами убедиться, что озеро до конца сделает свою черную работу и ей не удастся выбраться. Тея подняла руки, чтобы оттолкнуть Ричарда, и удвоила усилия, пытаясь всплыть на поверхность. Ее легкие жгло адским огнем, и мучительно хотелось сделать глубокий вдох. Тем временем Ричард схватил ее за руки и стал толкать вниз, все дальше и дальше от света и жизни.

Тея видела его глаза, спокойные и сосредоточенные, каждый атом его сильного, тренированного тела был сконцентрирован на том, что он сейчас делал. У нее оставалось мало времени, так мало… Сознание затопили боль и бессильный гнев на судьбу, которая в очередной раз одержала победу, наперекор всем усилиям девушки. В отчаянии она снова попыталась вырваться, собрав воедино все силы. Не смотря ни на что, Тея все также сильно любила Ричарда, вопреки доводам рассудка и даже вопреки смерти. И это было еще одной невыносимой болью — осознание того, что через мгновение она потеряет своего мужчину навсегда. Их пристальные взгляды встретились сквозь мутную завесу темной воды, его дорогое лицо было так близко, что она могла поцеловать его. Поборов наползающую черноту, девушка разглядела в светлых глазах мольбу и мучение. «Доверяй мне», — повторял Ричард столько раз. Доверяй мне… даже когда все будет указывать на то, что нет мне доверия… Доверяй мне, пожалуйста…»

Довериться Ричарду… Эта простая мысль словно солнечные лучи согрела ей душу. Доверие… Вот чему они так и не смогли научиться; она никогда полностью не верила ему и боялась поверить в силу его любви. Словно два настороженных зверька они стремились друг к другу, не в силах расстаться, но чувствуя собственную уязвимость. Да, они не доверяли друг другу и заплатили за это страшную цену. Ей нужно довериться Ричарду.

Тея перестала бороться и расслабилась, позволяя мужчине делать все, что он захочет. Они все еще неотрывно смотрели друг на друга, только теперь взгляд Теи сиял любовью и доверием. Даже если было уже слишком поздно, она хотела, чтобы Ричард понял — целую вечность она любила его, не смотря ни на что. Глаза любимого на секунду озарились ярким светом, и он, что есть силы, толкнул девушку на дно. Теперь, когда тяжелые обломки не тянули ее вниз, Ричард смог распутать подол ночной сорочки. Последний пузырь воздуха слетел с бледных девичьих губ, когда Ричард обнял Тею за талию и, оттолкнувшись сильными ногами, вынырнул вместе с ней на поверхность к чудесному воздуху и жизни.

— Боже мой, ПОЖАЛУЙСТА, ПОЖАЛУЙСТА, умоляю тебя, — девушка слышала его отчаянную бессвязную молитву, но не могла вымолвить ни единого слова или пошевелиться, словно тряпичная кукла она болталась в сильных мужских руках.

Ее легкие не работали, и как бы Тея ни силилась, она не могла сделать глубокий вдох, чтобы дать доступ кислороду, который был ей так необходим.

Ричард опустил ее на траву и начал стучать по спине. Легкие девушки судорожно сжались, затем расширились, и она стала откашливать воду, которую нахлебалась в озере. Ричард продолжал хлопать Тею по спине, пока она не испугалась, что он переломает ей ребра.

— Я… все… я в порядке, — удалось выдохнуть ей, когда она попробовала уклониться от его мощного кулака.

Тея все еще кашляла, измученная рвотными позывами.

Ричард бессильно свалился около нее, тоже согнувшись в приступе мучительного кашля, его мощная грудная клетка конвульсивно поднималась, когда он пытался сделать глубокий вдох.

Тея из последних сил повернулась на бок, чтобы дотянуться до Ричарда, ей было жизненно необходимо прикоснуться к нему. Они лежали в траве, дрожа и кашляя, пока их не согрели первые лучи солнца, восходящего над озером. Ричард судорожно сжимал Тею в своих объятьях, слезы бежали по его щекам, он что-то бессвязно шептал, покрывая иступленными поцелуями ее лицо и шею. Мощное тело мужчины было напряжено, и его сотрясала неослабевающая нервная дрожь. Он перекатился, оказавшись сверху Теи, и подтянул промокший подол ночной рубашки к ее талии. Тея чувствовала его отчаянную, неистовую потребность обладать ею и лежала, не в силах пошевелиться, пока он боролся с молнией брюк и пытался стянуть вниз мокрые, неподатливые джинсы. Ричард раздвинул ей ноги и резко вошел в нее, большой и горячий, так глубоко, что она даже вскрикнула, но тут же изо всех сил прижала его к себе. Он скользил в ней, твердый и быстрый, нуждаясь в таком подтверждении того, что они все еще живы, нуждаясь в этой неразрывной связи. Отклик Теи был настолько безудержным, что она мгновенно достигла кульминации, вскрикнув от радости их соединения и еще крепче обхватив его руками и ногами. Ричард дико дернулся, задрожал, и девушка почувствовала внутри себя теплую струю его семени. Мужчина бессильно упал на траву и притянул девушку к себе. Голова Теи, как в колыбели, покоилась на сильном плече Ричарда. Так они и лежали долгое время, не размыкая объятий, не переставая касаться друг друга. Ричард приглаживал ее непослушные, упавшие на лицо кудряшки, скользил губами по виску девушки. Тея гладила его грудь и сильные руки, терлась носом об его челюсть. Он сжимал и поглаживал ее груди; руки Теи ласково скользили по его обнаженному торсу. Тея подумала, что они представляют собой великолепную картину распущенности, лежа вот так рядом на поляне — она, с задранной до самой талии ночной рубашкой, и Ричард, в спущенных до колен джинсах. Но это совсем не волновало девушку, согретая солнечными лучами, она чувствовала себя сонной и расслабленной, до краев наполненной удовольствием.

В конце концов, Ричард пошевелился и стал ногами стаскивать с себя мокрые джинсы. Тея улыбнулась, когда он голый блаженно растянулся на траве. Ее мужчина никогда не отличался излишней скромностью. С другой стороны, это было почти преступлением — прятать под одеждой такое потрясающее тело. Она задохнулась от собственного счастья, подумав о тех неприличных вещах, которые сделает с ним сегодня, когда они окажутся в ее огромной кровати. Некоторые чувственные эксперименты лучше проводить на мягкой постели, а не на влажной траве. Хотя те шкуры в прошлом тоже были очень хороши…

— Во всех наших прошлых жизнях, — пробормотала она, целуя его плечо, — ты пытался спасти меня.

Его яркие глаза широко раскрылись, когда он привлек девушку еще ближе к себе.

— Конечно, — сказал он просто, — я не мог жить без тебя.

Но ты же жил… Комментарий умер на ее губах, когда она увидела выражение лица Ричарда и прочла на нем страшный ответ. Его глаза смотрели спокойно и понимающе. Эмоции переполнили Тею, ей стало нечем дышать, и слезы заблестели в ее глазах.

— Проклятье, — сказала она потрясенно.

Он не жил. Каждый раз, когда Ричарду не удавалось спасти ее, он оставался в воде вместе с ней, выбирая смерть, а не жизнь без нее. В этот раз им выпал последний шанс.

— Проклятье, — снова сказала Тея, ударив его кулаком в грудь. — Как ты мог так поступать? Почему не жил дальше?

Ричард поигрывал одной из ее кудряшек, и медленная улыбка коснулась его губ.

— А ты жила бы? — спросил он, его улыбка стала еще шире, когда он заметил, как помрачнела Тея.

Нет, она не смогла бы оставить его в воде и спокойно жить дальше. Она осталась бы вместе с ним.

— Маленькая чертовка, — сказал он довольно, привлекая ее к своей груди, — ты заставила меня побегать за тобой, но сейчас я поймал тебя. Наконец-то мы все поняли правильно.

Эпилог

Два дня спустя Тея и Ричард сидели на улице на качелях, которые он починил, и счастливо любовались своим озером. Босые ноги девушки лежали у Ричарда на коленях, и он с удовольствием массировал их, говоря, что ему надо набираться опыта, который пригодится ему, когда Тея будет на большом сроке беременности и ее отекшим ногам потребуется такая помощь.

Оба они были странным образом уверенны в том, что их первые любовные ласки уже принесли свои плоды, и Тея была так опьянена счастьем, что чувствовала себя невесомой. Ее страх перед водой исчез так же внезапно, как и появился. Она все еще не плавала в озере, но скорее из-за опасений Ричарда, чем из-за своих собственных. Каждый раз, когда они гуляли по берегу, он неизменно шел между нею и озером, и Тея задавалась вопросом, ослабнет ли когда-нибудь его бессменная вахта.

Планы. Они строили очень много планов относительно их совместной жизни. Для начала ей нужно будет переехать в Северную Каролину. Ее воин не просто служил в войсках специального назначения, он был в звании подполковника. И так как ему исполнилось всего лишь тридцать пять, у него в запасе еще достаточно времени, чтобы дослужиться до генерала, что, скорее всего, обязательно произойдет. Тея подумала, что ей, вероятно, придется отказаться от покраски зданий, так как такое занятие не очень подходит для жены генерала. Изготовление фресок — это еще, куда ни шло.

А пока же они вновь самозабвенно знакомились друг с другом, не расставаясь ни на минуту. Они привели в порядок двор и этим утром стали готовить дом к покраске. Но, разумеется, большую часть времени Тея с Ричардом проводили в постели.

Девушка подставила лицо под ласковые солнечные лучи и мягко накрыла ладонью свой плоский живот. Он был там. Она была уверена в этом. Ей не нужны были тест на беременность или лабораторные анализы, чтобы подтвердить то, что она и так чувствовала каждой клеточкой своего тела. Слишком крохотный, еще совсем незаметный, их ребенок уже был у нее внутри.

Большая рука Ричарда накрыла ее ладонь. Тея открыла глаза, заглянула в лицо любимому и улыбнулась ему.

— Мальчик или девочка? — спросил он.

Она помедлила с ответом.

— А ты как думаешь?

— Я первый спросил. Ладно, давай скажем это вместе, ты первая начинаешь.

Ричард уже открыл рот, но затем закрыл его, сузив свои глаза.

— Я почти провела тебя, — сказала Тея, довольная собой.

— Хитрая бестия! Хорошо, я скажу — у нас будет мальчик.

Она переплела свои пальчики с его сильными пальцами и удовлетворенно вздохнула.

— Я согласна.

Сын. Сын Ричарда. Ребенок, который умер вместе с ней, был девочкой. Тея сморгнула слезы, которые всегда появлялись, когда она думала о своем не рожденном малыше. Ее мучил вопрос, умерла ли их девочка навсегда или судьба подарила ей еще один шанс.

— У нее будет еще один шанс, — прошептал Ричард, увидев, как опечалилась Тея. — Возможно, в следующей жизни. Мы обязательно узнаем об этом.

Да, они смогут узнать это. Каждую ночь она продолжала видеть сны, и память о прошлых жизнях уже почти полностью вернулась к ней. Ричард разделял с девушкой эти видения, каждый раз они просыпались в тесных объятьях, и экстаз все еще пульсировал в их разгоряченных телах.

Тея с Ричардом были связаны и душой, и телом тем редким чувством, которое было даровано лишь некоторым счастливым парам.

Они услышали звук приближающихся автомобилей прежде, чем смогли увидеть их. Тея села, опустив ноги на землю. А Ричард встал, неосознанно переместившись так, чтобы находиться между девушкой и любым, кто попробовал бы приблизиться к ним. Тея потянула его за пояс, он оглянулся и посмотрел на нее смущенным, виноватым взглядом, когда осознал, как повел себя.

— Старая привычка, — сказал Ричард, пожимая плечами. — На самом деле старая.

Когда все три автомобиля припарковались, удивленная Тея увидела, что это приехала вся ее семья. А еще через секунду она поняла, почему они здесь.

— Сегодня же мой день рождения, — выдохнула она, — я совсем забыла о нем.

— Хм, день рождения? — мужчина обнял ее за плечи. — Давай-ка, поговорим об этом. Тебе исполняется… тридцать, верно? Я могу сказать, что никогда в прежних жизнях ты не была настолько стара. Но для своих лет ты неплохо сохранилась.

— Слава Богу, это так.

Улыбнувшись, Тея схватила его за руку и потащила за собой. Посмотрим, останется ли он таким нахальным, когда пообщается с ее семьей. Племянники и племянницы уже высыпали из открытых дверей и бежали к ней, в то время как взрослые шли не спеша. Ли с Синтией, Джейсон с Джулией и ее родители приближались слегка настороженно, словно испугавшись того, что своим приездом они нарушили их романтическое уединение.

— Я, должно быть, не поняла, что ты собираешься на озеро не одна, родная, — сказала ее мама, посмотрев на Ричарда оценивающим материнским взглядом.

Ричард рассмеялся веселым низким смехом.

— Она приехала одна, — сказал он, протягивая руку отцу Теи. — Меня зовут Ричард Ченс, я арендую дом по соседству.

Ее отец усмехнулся.

— Я — Пол Maрлоу, отец Теи. А это — моя жена, Эмилия.

Когда все вежливо представились, Тея закусила губу, чтобы не рассмеяться. Хотя ее отец был в отличном настроении, а Синтия и Джулия радостно улыбались Ричарду, ее мать и братья не были настроены так же благодушно. Они подозрительно хмурились, рассматривая ее воина.

Опасаясь, что кто-либо может сказать какую-нибудь неловкость, Тея обняла Ричарда и мягко сказала:

— Подполковник Ричард Ченс, в отпуске из Форта-Брагг, Северная Каролина. И для сведения — мой будущий муж.

Эти слова тут же изменили настроение ее встревоженных родственников. Среди криков, взволнованных поздравлений и слез ее матери, девушка расслышала задумчивые слова отца:

— Отличная работа. Сколько дней вы знакомы: четыре или пять?

— Нет, — с чувством ответил Ричард. — Мы знали друг о друге очень много лет, но никак не могли встретиться. А на этот раз все получилось. Я думаю, так было предначертано самой судьбой.

Примечания

1

Форт-Брагг — город в штате Северная Каролина, где располагается центр по подготовке американских сил специального назначения (спецназа).

2

Ярд — британская и американская единица измерения расстояния, равная 0,9144 метра. Сто ярдов равняются 91 метру 44 сантиметрам.

Content

Ховард Линда Озеро грез

Линда Ховард Озеро грез

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Эпилог

Примечания