Леонид Свердлов

Сила любви

Солнце едва коснулось утренними лучами вершин сосен. Ранние птички прочищали горлышки для первых трелей. Тьма отступила. Туман развеялся. Роса заблестела. И в эту минуту казалось, что все люди в мире должны пребывать в покое и счастье.

Но не было ни покоя, ни счастья на душе у Белого Рыцаря этим прекрасным летним утром. Он не смотрел на блеск росы и не слушал пение птиц. Мрачные думы избороздили морщинами его юное, но мужественное лицо. Бессонная ночь, проведенная в седле, отняла много сил, но он не сдавался. Если бы кто посмотрел в его прекрасные голубые глаза, он не увидел бы в них ни страха, ни усталости — только суровую решимость и отчаянный порыв.

Что же привело благородного Белого Рыцаря к мрачным стенам Черного Замка? Может быть, бессонница выгнала его из родного дома среди ночи? Может быть, жажда славы заставила его мчаться по лесам и долинам, по звериным тропам и бездорожью? Не в поисках ли сокровищ скакал он через ночь и тьму?

Нет, пусть злодеям не дает спать их нечистая совесть. И не пристало Белому Рыцарю гоняться за славой: она сама приходила к нему на поле брани и на ристалище. И только одно сокровище занимало его мужественное сердце. Это сердце давно уже принадлежало Прекрасной Даме, его невесте, похищенной жестоким и коварным хозяином Черного Замка.

Она уже ждала своего жениха в самой высокой башне. Оттуда она уже давно разглядела, как он мчался, не щадя коня, чтобы вызволить ее из заточения. «Где ты болтался столько времени?» — хотела спросить она, но от волнения у нее перехватило горло и она, заломив руки и побледнев, не могла сказать ничего более осмысленного, чем:

— Ах, любимый! Я так ждала тебя! Эта ночь показалась мне вечностью, по сравнению с которой, только смерть может быть более тяжким испытанием. Но теперь, когда я снова тебя вижу, силы вновь возвращаются ко мне, и я верю, что свобода и долгожданная встреча с тобой близки, как никогда. Нас не смогут разлучить ни высокие стены, ни грозная стража! Приди же ко мне, возлюбленный!

— Дорогая! — отвечал ей Белый Рыцарь. — Тебе не придется долго ждать. Моя любовь поднимет меня к окну твоей мрачной темницы, и я унесу тебя отсюда.

— Милый! — воскликнула Прекрасная Дама. — Я беззаветно верю в твою любовь, но давай не будем оригинальничать.

Сказав это, она скинула вниз конец веревки. Рыцарь мысленно вознес хвалу небу, что ему не пришлось воплощать в жизнь свой проект относительно силы любви. Он уже успел пожалеть о своих словах: его доспехи были слишком тяжелыми для реализации подобного плана. По веревке он устремился навстречу возлюбленной.

О, тяжкая судьба влюбленных! По сути дела, никакого покоя.

Белого Рыцаря несколько угнетала мысль, что его подруга даже в такой ситуации оказалась умнее и предусмотрительнее, чем он, но ведь не может один человек, даже такой благородный как Белый Рыцарь, совмещать в себе все достоинства сразу (к прекрасным дамам сказанное не относится).

Белый Рыцарь уже добрался до середины веревки, когда за спиной Прекрасной Дамы заскрипела дверь, и в комнату вошел хозяин Черного Замка.

— Не бойся меня, красавица, я не причиню тебе зла, — сказал он.

Прекрасная Дама быстрым движением выхватила у него из-за пояса кинжал и занесла его над собой.

— Не приближайтесь ко мне, сударь! — воскликнула она. — Если вы сделаете еще хоть шаг, то этот нож пронзит мое сердце, и смерть юной пленницы ляжет тяжелым грузом на вашу душу!

— О, как ты заблуждаешься относительно меня, красавица! Ты здесь не пленница, а хозяйка. Все сокровища мира и этого замка я отдам тебе вместе с моим любящим сердцем, моими лесами, полями, лугами и рекой с регулярным судоходством.

— Ну, что же, я вижу, ты умеешь склонять к себе сердца дам учтивыми речами и сладкими посулами, — непреклонно отвечала ему Прекрасная Дама, — но знай, что любовь не продается за деньги.

— О, да, я это знаю! Но сила любви неисчерпаема и я верю, что моя любовь сотворит чудо, и ты согласишься принять от меня не деньги и не недвижимость, но мои руку и сердце.

— Да, — сказала она, — любовь действительно способна творить чудеса. Иди, я должна подумать.

С этими словами она взмахнула ножом и перерезала веревку, по которой лез Белый Рыцарь.

Очнувшись, рыцарь увидел двух молодых людей, один из которых, сняв с него шлем, брызгал воду из своей фляги ему в лицо, а другой обмахивал его своей шляпой.

— Кто вы? — слабым голосом спросил Белый Рыцарь.

— Мы знаменитые разбойники, — ответил тот, что со шляпой. — Меня зовут Черный Джо, а его — Билли. Ты, наверное, слышал о нас.

— Нет… А вы благородные разбойники?

— Если совсем честно, то нет.

— Впрочем… мне это все безразлично: мое сердце разбито.

— Оно и неудивительно. Скажи еще спасибо, что шею не сломал, грохнувшись с такой высоты, — заметил Билли.

— Да, — согласился Черный Джо, — это ты что-то странное выдумал. Зачем ты вообще полез в этот замок: в нем отродясь ничего путного не было? Твоему наводчику я бы ноги поотрывал. Тут, в округе, мы можем тебе показать такие замки, что пальчики оближешь. На самом деле, эта местность — просто рай для способного форточника.

— За что? Почему она это сделала? — Белый Рыцарь сел и обхватил голову руками. Он не слышал, что ему говорили.

— Ах, вот как, — с пониманием сказал Черный Джо, взяв его за руки. — Тут неподалеку живет одна принцесса на выданье. Королевство, правда, очень запущенное: король много пил в последнее время, поэтому женихов у принцессы мало. Но, если сделать в королевстве ремонт, его можно будет потом разменять с небольшой доплатой. Я знаю одного черного маклера, который за минимальные комиссионные организует все на высшем уровне, с полной гарантией и без обмана. А принцесса сама — просто прелесть: умница, знает два языка, играет на клавесине и на виолончели, хорошо готовит, вышивает и поет в хоре. Когда она увидит, как ты лазаешь по веревке, она придет в восторг и останется в нем до самой свадьбы, а то и дольше. Не думаю, что для нее кто-нибудь уже лазал по веревке, не снимая доспехов.

— Мне никто не нужен, — сказал Белый Рыцарь, глядя в одну точку. — Я замучаю себя обетами, я стану странствующим рыцарем, я уйду в крестовый поход, я совершу тысячу подвигов и погибну в неравном бою во имя Прекрасной Дамы. Может быть, тогда она поймет, но поздно…

— Вот этого я делать категорически не советую, — сказал Черный Джо. — Один мой знакомый как-то тоже узнал, что его невеста не чистит по утрам зубы, а пироги, которыми она его кормит, на самом деле печет одна добрая фея — ее родственница. Это стало для него таким ударом, что он решил погибнуть в первом же сражении. Он отправился воевать с сарацинами. Но в первом бою ему не повезло: то ли он был не в том настроении, то ли сарацины попались хилые, но он сразу насадил десяток на свое копье, а остальные разбежались. С тех пор его жизнь превратилась в кромешный ад. Сарацины назвали его Махмуд аль Карачун, что в переводе с сарацинского означает степной барс. Стоило ему появиться на поле брани, как все враги разбегались в разные стороны. Коллеги-рыцари несколько раз даже пытались его за это побить, во всяком случае, воевать с ним никто не хотел. Но это было еще не самое страшное. С тех пор как менестрели и пилигримы разнесли славу о нем по всему свету, его стали везде преследовать разные дамочки. Приходя вечером домой, он всякий раз вынужден был устраивать за ними настоящую охоту. Они прятались в шкафах, под кроватью, за занавесками — везде. И вот однажды он пришел такой усталый, что не смог всего проверить, и одна из этих дамочек… В общем, ему пришлось на ней жениться.

— Что же мне делать?! — в ужасе воскликнул Белый Рыцарь. — Я ведь все-таки рыцарь доблестный и никто не может гарантировать, что я погибну в первом же сражении.

— Знаешь, — сказал Джо, перемигнувшись с Билли, — мне кажется, я могу тебе помочь. Недалеко отсюда живет один дракон. Дракон исключительный. Уникум. Его вызывали на бой штук пятьдесят рыцарей…

— Как летает! — подхватил Билли. — Я видел, как он делает мертвую петлю…

Билли замахал руками, показывая, как дракон делает мертвую петлю, а Джо продолжил:

— За высший пилотаж он получал первые призы в Ле-Бурже. Огнедышащий, один его дух эквивалентен пятистам зажигалкам.

— Гроза всей округи! — закричал Билли. — Он иногда испражняется на лету, и из-за этого уже были жертвы и разрушения.

— Так вы предлагаете мне вызвать его на бой? — догадался Белый Рыцарь.

— Я не могу этого тебе предлагать, — ответил Черный Джо. — Это очень опасно.

— Это верная гибель! — схватился за голову Билли.

— Я не боюсь опасности! — воскликнул Белый Рыцарь, вскакивая на коня. — Ведите меня к нему!

— Как знаешь, — улыбнулся Джо.

И они поскакали навстречу опасности.

Всю дорогу Билли пел разбойничьи песни, а Черный Джо ему подпевал. То ли от этих песен, то ли от предвкушения скорой развязки, которую сулило предложение Черного Джо, а может, и просто от свежего дорожного ветра, настроение у Белого Рыцаря улучшилось, он снова обрел интерес к жизни, даже стал улыбаться.

— А не за вашу ли голову, после достопамятного ограбления королевской казны, обещана награда в миллион золотых монет? — спросил он у Черного Джо.

— Да где же они возьмут столько денег, после того-то ограбления?

— А вы не тот ли Черный Джо, который украл корону прямо с головы короля Бурляндии?

— Ну, что ты! — со смехом отвечал разбойник. — Это и не голова была вовсе.

— А не тот ли вы самый Черный Джо, что сбежал прямо с эшафота?

— Да там, собственно, и сбегать не потребовалось.

— Что это за история? — спросил Билли, прервав свою песню. — Ты мне об этом не рассказывал.

— Это давняя история. Ничего интересного, но если ты непременно хочешь, я тебе ее расскажу.

— Здравствуйте! Вы и представить себе не можете, как я рад вас видеть!

— Ну, что вы! Я это прекрасно себе представляю.

— Нет, вы, наверное, думаете, что я из лести, что я всем так говорю. Но, думая так, вы глубоко заблуждаетесь.

— Я вам охотно верю. Я тоже давно ждал встречи с вами.

— Но вы не сказали, что рады этой встрече.

— Я не хочу вам врать.

— Спасибо. Я заметил, что большинство относится ко мне как к зубному врачу. Встреча со мной неприятна, но неизбежна.

— Мне всегда казалось, что люди вашей профессии не любят свою работу. Вы пользуетесь такой специфической славой…

— Всякая работа имеет свои недостатки. Вот трубочистов все любят и радуются встрече с ними, зато их работа гораздо грязнее, чем моя. Обыватели смотрят на меня косо, зато мне приходится общаться с самыми известными людьми. Это общение так облагораживает! Я считаю, что к любой работе надо подходить творчески. Многие мои коллеги работают формально: пришел, сделал дело и ушел. А я так не могу. Я еще вчера начал готовиться к встрече с вами. Смотрите, я пришел почти на целый час раньше специально, чтобы познакомиться получше. Вы сейчас волнуетесь, оно и неудивительно, но я-то тоже волнуюсь как в первый раз. Ведь каждый, кто ко мне приходит — личность, и работать с каждым нужно индивидуально. Среди моих клиентов были и разбойники, и банкиры, бродяги, и министры, герои и негодяи, мудрецы и безумцы. Были даже два короля и одна королева. Пожалуй, я единственный человек, перед которым они все были равны. Не всякий может похвастаться такой клиентурой. Моя профессия самая лучшая в мире.

— А как с оплатой?

— Вы знаете… Может перейдем на ты, мы все-таки…

— Да, да, конечно.

— Знаешь, недавно здесь мне довелось беседовать с бывшим министром финансов. Когда я ему сказал, сколько я получаю, он просто за голову схватился. «Что же ты, — говорит, — мне об этом не сказал, когда я еще был министром?» «Так ведь, — отвечаю, — вы тогда меня и знать не хотели». Обо мне всегда вспоминают слишком поздно. Но я не жалуюсь, наоборот, смотрю на все выкрутасы людей вокруг свысока. Моя профессия как никакая располагает к философии. Я ближе всех стою к вечности. Министры, актеры, воры, короли, торговцы, художники — все скачут как блохи и думают, что заняты важным делом, но, только придя ко мне, понимают, какими глупостями они всю жизнь занимались. Каждому хочется создавать что-то вечное, но все в мире разрушается. Только то, что делаю я, действительно вечно. Наверное, потому таких как я и не любят: завидуют. Но что все я говорю? Расскажи и ты о своей профессии.

— Я разбойник, да ты это знаешь. Я очень знаменит. Это большая несправедливость, что разбойники, да и все другие твои клиенты, становятся знаменитыми, а твое имя никто никогда не узнает. А ведь многих из них прославила именно встреча с тобой. Однако моя профессия окружена ореолом романтики, а твоя — нет.

— Да, в работе палача есть свои недостатки, но я и не стремлюсь к славе.

— Рассказывают, что ты настоящий мастер своего дела. Тебе, наверное, долго пришлось учиться?

— Мы как врачи: много народу загубишь, прежде чем чему-то как следует научишься. Теперь меня приглашают самые известные короли. Но я предпочитаю работать на родине. Тут я всех знаю, а там поди разберись, где министр, а где разбойник. Приезжаю: один кричит: «Его казни!», другой орет: «Нет, его!», а я не хочу лезть в политику.

— У нас, разбойников, все проще: сперва заработаешь громкое имя, а потом уже имя работает на тебя. Черный Джо! Звучит, правда? Достаточно это сказать, как купцы сами отдают все деньги. Теперь, правда, многие используют мое имя и позорят его своими бездарными преступлениями, но к моей славе никакая грязь не пристает. Я тоже художник и горжусь своими делами, я разбойник, а не какой-нибудь там бандит.

— Правильно, уважаю таких, как ты. С разбойниками работать приятно: он вчера грабил, сегодня грабит, и завтра будет грабить, если я его не казню. А если он политик, то вчера он мне говорил, кому рубить головы, сегодня я ему рублю голову, а завтра придется рубить голову тому, кто его приговорил, причем все трое грабят одинаково. Однако хоть я их и не люблю, но приходится признать, что всех разбойников можно переказнить, а политики все равно останутся. Это значит, что мне без работы сидеть не придется.

— Быстро летит время за приятной беседой.

— Да, действительно, уже пора собираться. Знаешь, еще вчера были споры, как тебя казнить. Сначала хотели повесить, но потом все-таки решили отрубить голову. Даже эшафот пришлось из-за этого переделывать.

— А что, они бывают разные?

— Конечно, ты разве не знал?

— Да мне как-то не до этого было.

— Вешать проще: осужденному надевают петлю, он говорит историческую фразу, в эшафоте открывается люк, осужденный проваливается. А когда рубят голову, тогда уже мне приходится поработать. Правда, за это и платят больше.

— Ну, ладно, пойдем, а то нас уже заждались. Чего мне надо делать? Извини, я в первый раз.

— Просто поднимайся на эшафот и говори историческую фразу. Ты ее уже придумал?

— Ой! Ну, чего-нибудь скажу.

— Какое легкомыслие! Ладно, говори что хочешь. С моей легкой руки все фразы становятся историческими.

Черный Джо взошел на эшафот и сказал: «Пользуясь случаем, передаю привет моему другу Билли, всем друзьям и знакомым, а также судье, которого, к сожалению, нет рядом со мной».

Когда он закончил историческую фразу, в эшафоте открылся люк, и Джо провалился. Все зрители одновременно выдохнули, а палач, уронив топор, выругался так, что ни один автор того времени не решился полностью повторить его слова. Присутствовавший тут же архиепископ, придя в себя после такого эмоционального выступления, обратился к собравшимся с речью, в которой полностью дезавуировал заявление предыдущего оратора и сказал, что Черный Джо провалился непосредственно в преисподнюю. Эта версия была сразу принята за рабочую, но в дальнейшем следственным органам не удалось ни подтвердить, ни опровергнуть высказанное предположение. Поскольку Черного Джо так и не нашли, дело закрыли за отсутствием обвиняемого. Но в народе до сих пор жива легенда о Черном Джо, сбежавшем прямо с места своей казни. И эта легенда будет жить также вечно, как и халтурщики, которые даже эшафот не могут нормально построить.

Дракон жил в большом фешенебельном замке на краю леса.

— Мы дальше не поедем, чтобы не спугнуть дракона, — сказал Черный Джо, — а ты иди драться. Если, конечно…

— Прощайте! — прокричал рыцарь, пришпорил коня и поскакал к замку.

— Пока-пока! — Черный Джо помахал рукой ему вслед.

А Белый Рыцарь остановился у ворот замка и грозным, хотя и не очень уверенным голосом прокричал: «Эй, огнедышащий дракон, гроза всей округи! Выходи на смертный бой, если ты не трус!», потом подождал с минуту и повторил: «Эй, дракон! Выходи, у меня времени мало!»

— Благородный рыцарь, — печально сказал Черный Джо. — Никакого воображения.

— Сразу видно: никогда драконов на бой не вызывал, — с видом знатока сказал Билли, который, кстати, сам ни разу не бился с драконом.

Рыцарь подождал немного и вернулся к Черному Джо и Билли.

— Может, его нет дома? — обратился он к разбойникам.

— Дома он, дома, — сказал Черный Джо. — Видишь, дымок над башней поднимается? Это он зевает.

— Может, он меня боится? — неуверенно спросил рыцарь.

— Все, Джо, пошли! — сердито сказал Билли. — Тут ничего не будет: наш рыцарь распугал всех драконов и сел за мемуары.

— Постойте! — воскликнул рыцарь. — Я буду драться с драконом, не уходите!

— Мы так и знали, — улыбнулся Черный Джо. — Никто не сомневается в твоей решимости, только не надо стоять рядом с нами, а то он подумает, что мы с тобой, и действительно испугается.

— Да, да, я иду, только что делать, если он не выходит.

— Всему учить надо! — проворчал Билли и, сложив руки рупором, закричал, так что с елок посыпались шишки. — Эй ты, урод! Быстро выскочил сюда! Сейчас в морду получишь!

Дракон выглянул из окна башни и удивленно спросил:

— Кто это кричал? Который из вас?

Белый Рыцарь покраснел и, несколько замявшись, сказал:

— Я искренне извиняюсь за морду и за урода, — он с раздражением кивнул в сторону Черного Джо и Билли, — но я действительно имею честь вызвать Вас на поединок в любое удобное для Вас время дня и…

— Извинения приняты, — перебил его дракон, закрывая окно.

— Постойте, сударь! — воскликнул Белый Рыцарь. — А как же поединок?

Дракон снова выглянул, внимательно рассмотрел своего противника, выпустил носом несколько колец дыма и сказал:

— Ладно, пошли!

Он выпорхнул из замка и на бреющем полете направился на лужайку за замком, а конь Белого Рыцаря вместе со своим седоком поковылял вслед за ним.

Обрадованные разбойники ударили по рукам и направились к замку дракона. Естественно, они помогали Белому Рыцарю не совсем бескорыстно: дело в том, что в подвале замка хранились несметные сокровища, и разбойники давно задумали их умыкнуть. А рыцарь им был нужен, чтобы выманить дракона. Теперь, пока его нет, они могли спокойно обчистить сокровищницу.

Они без труда взломали ворота замка, спустились в подвал и остановились перед огромной железной дверью.

— Вот это уже будет сложнее, — сказал Билли, доставая из кармана отмычки. — Двери этой серии отличаются очень высокой степенью надежности. Взломать такую пока еще не удавалось никому. Мне может потребоваться много времени, боюсь, что этот псих не сможет так долго задерживать дракона.

— Он справится, — уверенно сказал Черный Джо. — Он не просто псих, он влюбленный псих, а любовь — это великая сила.

— Перестань, Джо! Сила любви — обычное суеверие. Неужели ты веришь в эти детские сказки?

— Не скажи. Знал я одного рыцаря. Он собрался предложить своей возлюбленной руку и сердце и, на всякий случай, дал обет, что если она согласится, он отправится в крестовый поход и совершит не менее пятисот подвигов. А девица, как выяснилось, сама была без ума от него и сразу согласилась выйти за него замуж. В день свадьбы он сообщил ей о своем обете. Она, конечно, огорчилась, но быстро взяла себя в руки, сама торжественно вручила ему фамильный шлем, украшенный рогами, и он ускакал в Святую землю, пообещав особо с подвигами не затягивать. Совершать подвиги — это не обеты давать, такие вещи быстро не делаются, но он старался. О его доблести ходили легенды. Сам король Артур нередко упоминал его за Круглым столом. А жена героя все это время сидела у окна и смотрела на дорогу. И вот через пять лет он, наконец, вернулся — в кармане Святой Грааль, за плечами Гроб Господень, рога у шлема обломаны, а сам покрыт ратной славой с ног до головы. Жена выбегает к нему навстречу и сообщает о чуде: пока он там занимался подвигами, она за это время от долгого смотрения на дорогу и от неизбывной любви, не отходя от окна, родила ему пятерых детей. Что ты на это скажешь? Это ли не сила любви?

— С этим не поспоришь, — сказал Билли. — Между прочим, я знаю одного барыгу, который заплатит тысячу талеров за шкуру дракона.

— А ты умеешь разделывать драконов?

— Нет, а ты?

— И я нет. Не потащим же мы всю тушу к этому барыге.

— Может, рыцарь умеет. А когти и зубы дракона можно загнать какому-нибудь алхимику. Это главные компоненты какого-то снадобья, они стоят бешеных денег на черном рынке.

— Я знаю. Все истории о том, что драконы вредят сельскому хозяйству и первыми нападают на людей, явно придуманы алхимиками, чтобы им не мешали истреблять их самым варварским образом ради когтей и зубов. Боюсь, что из-за этого уже лет через триста драконы будут встречаться только в сказках.

— Брось, что им, драконам, будет? Их много, всех не истребят.

— Вот увидишь.

— Ладно, ладно, а зубы и когти все равно надо продать.

— Билли! Ну что ты городишь, при живом-то драконе!? Нам сейчас самим когти рвать придется! Ты дверь ломать собираешься?

— Ах, дверь! Так это, Джо, безнадежно. Это заколдованная дверь, ее можно открыть только волшебным словом.

— Волшебным словом? — Черный Джо потер руки от удовольствия. — Ну, это-то я умею. Когда-то я прочел самоучитель Мерлина «Десять тысяч полезных заклинаний для дома и огорода» и даже неплохо колдовал. А еще у меня был сосед, дипломированный чародей-стоматолог, лечил зубы при помощи заговора, он меня тоже кое-чему научил.

Джо скинул шляпу и плащ, прошелся туда-сюда, разминая руки, а затем вдруг размахнулся в сторону двери и закричал: «Абракадабра!». Из шляпы Черного Джо выскочил кролик. «Как все быстро забывается», — мрачно заметил Джо.

Дракон приземлился на опушке за замком. Здесь он разок рыгнул, опалив ближайшие кусты, а затем прилег на траву и, облокотившись крылом на пенек, сказал:

— Ну, рассказывай, что у тебя за проблемы.

— Да, ничего, — замялся Белый Рыцарь, — просто биться хочу.

— Ладно, кончай темнить. Ко мне уже сто лет не как к дракону, а как к психиатру все рыцари ходят. Некоторые меня даже называют Драконом Доверия. Как что случится: в карты ли кто проиграется, к королю ли в немилость попадет, так сразу меня на бой вызывать. Ну, я всем им помогал: кому денег взаймы давал, кого в соседнее королевство отвозил, пару раз даже мертвым прикидывался для ихнего престижа. Давай, быстренько, говори, что у тебя за проблемы, а я их тебе решу.

— Я не хочу жить.

— Из-за бабы, что ли?

— Не смей так ее называть! — закричал Белый Рыцарь, хватаясь за меч.

— Понял, — вздохнул Дракон Доверия. — Где она сейчас?

— В Черном Замке, — убитым голосом сказал Белый Рыцарь.

— Ах, в Черном Замке, — махнул крылом Дракон Доверия. — Это я улажу. Подожди тут, я сейчас за ней слетаю.

Он распустил крылья, разбежался, взлетел, сделал круг над опушкой и взял курс на Черный Замок.

«Действительно, красиво летит», — с завистью подумал Белый Рыцарь, глядя ему вслед.

Хозяин Черного Замка и Прекрасная Дама сидели в столовой и обедали, когда вдруг к ним в окно засунул голову Дракон Доверия и ласковым голосом сказал:

— Ну, что, братец, ты, говорят, свадьбу праздновать собрался. Никак ты наследство какое получил или ограбил кого? Как долг платить, так тебя нет, а на свадьбу денег хватает!

Хозяин Черного Замка выронил вилку и побледнел.

— Какой долг?! — воскликнула Прекрасная Дама. — Ты же мне говорил, что у тебя много денег, леса, реки и прочее!

— Милая барышня! — печально вздохнул дракон, наполняя столовую едким дымом. — Единственное, чего у вашего жениха действительно очень много, так это долгов. Все эти леса, реки, горы и так далее, включая замок, давным-давно заложено и перезаложено. В любой день это могут просто конфисковать за неуплату. Так что готовьтесь носить ему передачи в долговую тюрьму.

— Спасибо! — Прекрасная Дама встала, швырнув салфетку на стол. — Вы раскрыли мне глаза на этого бессовестного негодяя! Вот она, цена его посулов и сладких слов! Вот так теперь обманывают честных девушек!

— Дорогая! — воскликнул хозяин Черного Замка, хватая ее за руку. — Ты ведь не оставишь меня только из-за денег. Я ведь люблю тебя, я заработаю…

— Оставь меня — я тебя ненавижу! Как ты смеешь говорить мне о любви?! — Прекрасная Дама с презрением отдернула руку. — Да, любимому человеку можно простить бедность, но если наша совместная жизнь начинается с обмана, то что же будет потом?! Теперь пелена спала с моих глаз, и я узнала цену твоей «любви». Лучше я вернусь к Белому Рыцарю с его двухкомнатным замком. Он хоть и дурак, зато благородный, и не врет. Да и долгов у него нет.

— Вот и славно! — сказал дракон. — Садитесь на меня, милая барышня, а я вас быстренько доставлю к Белому Рыцарю.

— Смотри, — сказала Прекрасная Дама хозяину Черного Замка, садясь на спину дракона, — даже дракону я теперь доверяю больше, чем тебе, подлец!

— Как трудно оставаться порядочной в этом безумном мире! — сказала Прекрасная Дама, пролетая над Черным Замком.

— Красота — это большая ответственность, — заметил Дракон Доверия.

— Вот уж не думала, — кокетливо прощебетала Прекрасная Дама, — что представители вашего… биологического вида что-то понимают в женской красоте.

— Увы, — грустно сказал Дракон Доверия, — милая барышня, я не всегда был драконом. Моя печальная история началась тогда, когда я был влюбленным юношей, но родители моей возлюбленной не разрешали ей выходить за меня замуж, потому что я был слишком беден. Тогда я узнал, о несметных сокровищах, принадлежащих одному злому волшебнику. Темной грозовой ночью я проник в его замок, чтобы их похитить. Но владелец замка застал меня на месте преступления. Я вступил с ним в бой. Это была тяжелая битва. На его стороне была сила его магии, а на моей — сила моей любви. Я одолел его в бою, но, умирая, он наложил на меня заклятие. Он превратил меня в страшного отвратительного дракона и обрек вечно стеречь те сокровища, которые я хотел похитить. Последние его слова были о том, что только любовь способна освободить меня от этого заклятья, только если красивая молодая девушка согласится выйти за меня замуж и поцелует меня, то я перестану быть драконом, сказал он.

— А что стало с сокровищами? — всхлипнула Прекрасная Дама.

— Они и сейчас лежат в подвале моего замка. Я несколько раз приглашал самых именитых математиков, чтобы они подсчитали, сколько там золота, серебра и драгоценных камней, но ни один из них не смог всего сосчитать, все сбились и сказали, что средства, доступные современной науке, не в состоянии даже приблизительно определить цену моих сокровищ.

— А что стало с той девушкой, которую вы любили?

— Узнав о том, что со мной случилось, она не захотела даже разговаривать со мной. А через год она вышла замуж за какого-то принца.

— Она просто дура! — с гневом воскликнула Прекрасная Дама. Переживания этого дня отбили у нее всякое желание выражаться дипломатично.

Черный Джо и Билли, обессиленные, стояли, прислонившись к стене, перед дверью в сокровищницу. «Сезам, откройся!» — простонал Черный Джо. Не сработало.

— Билли, у тебя огня не найдется?

— Знаешь, какой сейчас год? Ты бы еще сигару попросил!

— Очень смешно.

— Огня у дракона попросишь — он сейчас вернется.

— Ладно, пойдем.

Джо поднял шляпу и накинул на плечи плащ, подняв облако пыли. Билли чихнул.

— Будь здоров! — не оборачиваясь, бросил Черный Джо.

— Спасибо, Джо!

— Пожалуйста.

Дверь отворилась.

— Вот оно! — закричал Билли, присаживаясь на корточки от восторга. — Я ведь знал! Я ведь знал! Еще в детстве мне рассказывали про это волшебное слово!

— Точно, — сказал Черный Джо. — А главное: ни один разбойник кроме великих — нас с тобой — не станет такое говорить, особенно за работой, поэтому дверь до сих пор никому не удалось взломать.

— Какое богатство! — прошептал Билли, заглядывая за дверь. — Как же мы все это унесем?

— Давай пока перепрячем в лесу, — предложил Черный Джо, — а потом вернемся с телегой.

— Знакомься, — сказала Прекрасная Дама Белому Рыцарю, соскакивая со спины дракона, — это Дракон Доверия, мой жених.

— А как же я?

— Не будь эгоистом! Ты найдешь себе другую, а дракошенька такой одинокий и беззащитный. Кроме того, я его люблю.

— Но я же тебя тоже люблю!

— Если ты меня любишь, то должен также любить и тех, кого люблю я. Я запрещаю тебе так на меня смотреть: ты разрываешь мое сердце, а у меня сегодня и так было достаточно неприятностей.

— Да ведь этого не может быть! — закричал Белый Рыцарь. — Скажите хоть вы что-нибудь! — обратился он к Черному Джо и Билли, старавшимся незаметно пробежать в ближайший лесок.

— Совет да любовь! — поспешно сказал Билли, нелепо кланяясь дракону и пытаясь спрятать за спиной ларец с драгоценными камнями.

— Но ведь она не может любить дракона! — из-под забрала у Белого Рыцаря потекли слезы. — Хоть ты, Джо, скажи ей это!

— Я знаю одну красавицу, — сказал Черный Джо, положив мешок с деньгами себе под ноги, — она вышла замуж за страшное волосатое чудо-юдо. Причем, вышла по любви. Она говорила, что у чуда-юда, несмотря на внешнее уродство, богатый внутренний мир, а под его волосатой шкурой скрывается нежное любящее сердце. Перед свадьбой ей все говорили, что у них ничего хорошего не выйдет, и что долго они вместе не проживут. И что ты думаешь? Они уже больше десяти лет живут душа в душу. Трудности у них возникают только весной и осенью. Тогда чудо-юдо начинает линять, и жена не пускает его в гостиную, чтобы оно там не пачкало ковры.

— Да, — сказала Прекрасная Дама, обхватив руками шею дракона, — любовь — это великая сила. Сейчас я его поцелую, и вы все увидите, что моя любовь способна творить чудеса.

Она поцеловала дракона, тот превратился в лягушку и, жалобно заквакав, ускакал в кусты. Все проводили его долгим взглядом.

— Такой большой, а целоваться не умеет! — задумчиво сказал Билли.

— Такое бывает, когда целуешься в первый раз, — произнес Черный Джо. — По себе знаю. Страшно подумать, какая зыбкая грань лежит между драконом и лягушкой, когда дело касается любви.

— Ну, теперь ты видишь, какие чудеса творит моя любовь? — спросила Прекрасная Дама, вытирая губы кружевным платочком.

— Твоя любовь… — ошалело повторил Белый Рыцарь.

— Моя любовь к тебе, дурачок. Разве ты не понял, в чем дело? По дороге этот тип начал приставать ко мне, и мне не оставалось ничего другого, как только сделать вид, что я согласна выйти за него замуж. Я пошла на это, потому что знала, что моя любовь все равно преодолеет все преграды.

— Ах, вот оно что! — обрадовался Белый Рыцарь. — А я-то уж думал…

— Любимый, — Прекрасная Дама нежно взяла его за руку, — никогда не берись за то, чего не умеешь. Пусть каждый занимается своим делом. А пока пошли, посмотрим, что стерег этот мерзкий и противный дракон, а то кваканье из кустов становится просто невыносимым.

Ворота замка они нашли взломанными, а дверь в сокровищницу открытой. «И это все сокровища дракона!?» — в ужасе воскликнула Прекрасная Дама, заглянув за дверь.

В это время в подвал спустились Черный Джо и Билли.

— Кто это? — спросила Прекрасная Дама.

— Это мои новые друзья, — ответил Белый Рыцарь. — Они разбойники.

— Ну и друзей ты себе нашел в мое отсутствие! Они же наверняка все и украли!

— Постойте, я сейчас все объясню, — сказал Черный Джо. — Мы с Билли подумали, что дракону сокровища все равно не нужны. Мы и решили, пусть уж лучше они послужат людям. С нашим другом рыцарем мы, естественно, тоже собирались поделиться.

— Да ладно, друзья, — сказал Белый Рыцарь, — не надо мне никаких сокровищ. Свое сокровище я уже нашел.

Он попытался обнять Прекрасную Даму, но она его оттолкнула и спросила у Черного Джо:

— Ты кто? Твое лицо кажется мне знакомым, где я могла тебя видеть?

— Я кто? Я Черный Джо.

— Тот самый?

— Тот самый.

— Так это твои портреты висят на всех столбах.

— Мои. Я всегда говорю, что пусть уж лучше на столбе висит мой портрет, чем я сам.

— Джо, я еще в детстве слышала о твоих «подвигах». Мы тогда всем классом были влюблены в тебя. Говорят, ты хранишь несметные богатства. А еще говорят, что ты всегда один, тебя сопровождает только твой верный оруженосец Билли. Я всегда думала, как же ты страдаешь от одиночества, как тебе должно не хватать верной подруги и спутницы.

— Постой, — перебил ее Белый Рыцарь, — ты ведь только что любила меня! Как ты можешь так быстро менять свое мнение?

— Ты подними забрало и посмотри в зеркало, а потом посмотри на Черного Джо, — ответила его возлюбленная. — Тогда ты сам все увидишь и не будешь больше задавать глупых вопросов.

— Сударыня, — сказал Джо, — моя работа полна трудностей, опасностей и неожиданностей. Постоялые дворы, притоны, тюрьмы, эшафоты… Я с радостью женился бы на вас, но, боюсь, я отравил бы вам жизнь и слишком рано сделал бы вас вдовой. К тому же я вас не люблю.

— Это не важно, Джо! Зато я тебя люблю, а любовь может творить чудеса.

— Да, да, я видел!

— Джо! — вмешался Билли. — Ты ведь не завяжешь, правда? Тебе нельзя превращаться в лягушку, ведь наша шайка только на тебе держится. Ты босс, ты наш мозг, да и деньги нам все дают только под твое имя.

— Не слушай никого! Иди же ко мне, любимый! — закричала Прекрасная Дама.

— Постойте, сударыня! — Черный Джо не на шутку испугался. — Я не могу перейти дорогу моему другу рыцарю. Лучше я подарю сокровища дракона вам на свадьбу.

К вечеру разбойники перетаскали все сокровища обратно в подвал.

— Прощайте! — сказал им Белый Рыцарь. — Я никогда не забуду о вашей помощи. Если вам понадобится моя верная рука или даже моя жизнь — вы можете смело располагать мной.

— Прощай! — ответил Джо. — Желаю тебе большой-большой удачи.

— И все-таки нам сегодня повезло, — сказал он Билли, когда молодожены ушли в замок. — Сокровищницу дракона мы ограбили, а до нас это не удавалось никому. Историю об этом трубадуры и сказители разнесут по всему свету, дополнив массой чудесных подробностей. А что было потом, я уверен, ни в какой эпос не войдет.

— Точно, Джо, только вот есть все равно хочется. Мы все-таки весь день работали как лошади, а денег как не было, так и нет.

— Чего-нибудь придумаем, — сказал Джо, поднимая с земли маленькую зеленую лягушку. На ее грустной пучеглазой мордочке застыла крупная слезинка. — Возьмем его с собой. Он хоть больше и не летает и не изрыгает пламени, но зато может ловить мух. И знает, что такое сила любви.

Content

Леонид Свердлов
Сила любви