Андрей Васильев

Файролл. Квадратура круга. Том 2

Глава первая,

из которой следует, что лучшее враг хорошего

– Ииииии – вздрогнули! – нетрезво, а потому невероятно бодро и крайне жизнеутверждающе проорал обычно флегматичный Петрович. – За Ксению – снова и опять!

Ух ты! Никак он на неё глаз положил? Зря. Тут Петровичу ничегошеньки не светит. Не любит собранная и целеустремленная Ксюша творческих личностей вроде него. Они не монтируются с её видением жизни.

Хотя… Водка и не такие крепости брала, а наша тихоня впервые на моей памяти сегодня не отстаёт от коллектива, раз за разом выпивая с ним. Вон как разрумянилась! Так что – удачной охоты тебе, брат!

Рюмки звякнули, секундная тишина – и снова зашумело наше маленькое журналистское братство. Как водится, на подобных мероприятиях после третьей пустой бутылки говорили все и сразу, не особо слушая друг друга, но при этом дружно хохоча над всем, что происходит вокруг. А, нет, даже четвёртой: вон Стройников со словами: «Покойника под стол» убрал ещё один опустевший «флакон».

А вот я особо не пил. И настроения не было, да и дел завтра полно. Причём в перспективе просвета не предвидится, поскольку мне самому неясно, за что хвататься в первую очередь.

Хотя комбинацию с присягой кланов Тиамат я провернул, конечно, лихо. Нет повода не гордиться собой. Даже матёрые главы кланов – и те прониклись происходящим, о чём и сообщили мне сразу же после завершения мероприятия. Причём, что удивительно, все собрались около меня, а не Гедрона, что правильней. Старший у нас всё же он, а не я.

– Впечатляет, – сообщила мне Айболитка, и стоящие за её спиной функционеры «Вербум Сап» согласно закивали. – Думаю, мы приняли правильное решение по поводу слияния.

– Время покажет, – уклончиво ответил я, прищемив во рту языком практически слетевшее словосочетание «и поглощения». – В том смысле, что всё только начинается. Но – да, в плане божественного покровительства мы если и не на первом месте, то не на последнем точно.

– Большинство топ-кланов ещё не сделали свой выбор, – заметил Гедрон. – Прикидывают пока, кто из богов им больше выгоды принесёт. И я их понимаю, ошибиться нельзя. Это отдельный игрок, если что, за денежку может веру сменить, сумма хоть и не сильно скромная, но подъёмная. А вот клан – фигушки. Там такая цифирь вырисовывается, что легче расформироваться и новый клан создать. Дешевле выйдет.

– Я слышал, что Сайрус из «Меча и посоха» был первым, кто присягнул на верность богам, – добавил Глен, поправив свой щегольской плащ. – Те не успели с небес спуститься, а он тут как тут, и сразу Лилит клятву дал. У него в клане одна эльфиечка играет, она и рассказала. Мой человечек эта эльфиечка. Вот такой вот каламбур.

– Интересно, а какие-то особые плюшки первому принёсшему богам клятву полагаются? – задумчиво спросила Гливея. – По идее должны отсыпать, не жалея.

– Думаю, помимо обычной награды ещё титул и какой-нибудь памятный знак каждому из игроков презентовали. Плюс незначительный бонус клану, вроде пары сотен единиц к здоровью, – предположил я. – Баланс есть баланс, за подобные вещи атомную бомбу не дарят.

– По этому поводу она мне ничего не рассказывала, – отозвался Глен. – Но «Мечи» клан хоть и маленький, но сильно себе на уме, болтунов там не любят.

– Сайрус такой – подтвердил Гедрон – Ладно, люди, подытожим. Мы молодцы, но, наверное, надо разбегаться помаленьку. Вам завтра на работу, мне… Тоже, в каком-то смысле.

– Если не секрет? – заинтересовался Вольный. – Не подумай неправильно, просто фраза прозвучала довольно интригующе.

– Замок я возвожу, – махнул рукой в сторону реки Старый. – Основная рабочая сила – гоблины. Если за ними не следить, то вместо крепких стен, подвесного моста и башенок с флагами котлован образуется, заполненный объедками. Боги мои, сколько же они жрут! Я на одном горячем питании для этих проглотов скоро разорюсь. А без него нельзя, они тогда работоспособность потеряют.

– Вот поэтому мы и не спешим ничего строить! – с довольным видом сообщила всем Айболитка.

– А придётся, – хмыкнул я. – Земли у вас теперь есть, так что будьте любезны, обеспечьте их защиту.

– Это новость! – в один голос сказали сразу несколько человек, не входящих, естественно, в клан «Вербум Сап». Последние-то уже были в курсе, я им всё до церемонии рассказал.

– Не спорю, – удовлетворённо подтвердил я.

Ну да, люблю я иногда ошарашить окружающих горячей новостью, а после тщеславно купаться в лучах сомнительной славы. Но я кто? Журналист. Это моя профессия.

– Мне бы мог и раньше сказать, – пожурил меня Старый. – Мы теперь как один кулак.

– Он даже меня в известность не поставил, – фыркнула Кролина. – О чём ты? Хейген – это кулёк секретов, которые известны всем, кроме тех, кому их следовало бы знать.

– Хорошо сказано, – уважительно произнесла Айболитка. – Спиши слова!

– На фига? – пожала плечами Кро. – Повертишься в нашей компании, сама не хуже начнёшь выражаться. Сначала, правда, штрафов за нецензурную брань нахватаешь, но потом приспособишься.

– Какие печальные перспективы! – весело хохотнул Раша, но после, глянув на мрачное лицо девушки, призадумался.

– Вот! О перспективах! – перехватил инициативу я. – Народ, храм надо строить. Вооон там, у реки.

– Зачем нужна река, если на её берегу не стоит храм? – нараспев произнесла Гливея. – И?

– Ну, мы с Гедроном уже обсуждали этот вопрос, – я потыкал пальцем в сторону Старого. – Надо скидываться. Понимаю, что выглядит некрасиво: вы только-только пришли, а тут мы с требованием раскрыть кошелёк. Но – надо. Вот той красавице с небес надо. Так сказать – всем на свете нужен дом. Опять же – бартер: мы ей храм, она нам кучу всякого-разного. А если всех опередим и первыми воздвигнем дом для богини, то всё совсем красиво станет.

– Про это я читал, – басовито сообщил нам Вольный. – В форуме куча обсуждений данной темы есть. Но, если не ошибаюсь, там всё не так просто. Построить храм – это самое лёгкое, это просто деньги и мастера. В его основание должен быть положен первокирпич, ещё от того, доисходного здания. А с ними серьёзная проблема. Их тупо нигде нет.

– В Файролле есть всё, – мило улыбнулся я. – Просто нужно немного поискать.

– Ты, я так понимаю, и станешь этим заниматься? – уточнила Айболитка, дождалась моего кивка и деловито сообщила – Само собой – мы в доле. Гедрон, напиши мне, сколько надо денег.

Гливея окинула её задумчивым взглядом, но говорить ничего не стала. Промолчала.

– И ещё один вопрос, – подняла руку Кро. – Насущный, хотя, возможно, и немного бесцеремонный. Народ, данный состав кланов окончателен?

– Сейчас немного не понял, – потёр лоб Раша.

– Будем ли мы ещё расширяться? – пояснила девушка – Или всё, есть только четыре клана в землях Пограничья, и этого хватит?

– Не назвал бы данную реплику насущной, но некая рациональность в ней есть, – медленно проговорил Старый.

– Наше мнение не может быть решающим, хотя бы потому, что мы свежеприбывшие, – заявила Айболитка. – Но право голоса у нас теперь есть, и я его использую. Мы против ещё кого-то. Для обороны локации от внешнего противника народу у нас достаточно, особенно с учётом того, что на нашей стороне НПС. Ну, если только это не будет орда Тёмного Властелина или пара-тройка топовых кланов, которые решат смешать нас с пылью. В этом случае всё равно особо ничего не светит. А вот в плане разобщённости после расширения состава проблем не избежать. Сейчас мы можем договориться, потому что нас мало. Станет много, сразу начнётся обычная сутолока – фракции по интересам, перешёптывание по углам, дружба одних против других… Нам всё это без надобности.

– Поддерживаю, – немедленно отозвался я. – Подобные забавы жрут кучу времени и нервов.

– За, – поднял руку Глен.

– Пусть будет так, – подытожил Гедрон. – Я бы мог поспорить, но не стану.

– «Союз четырёх», – мрачно-заговорщически прошипел Раша и скорчил загадочную гримаску. – УАЗу!

– Вон, видишь, над гномами летает существо в юбочке, а те в неё топоры кидают? – дёрнула его за рукав чуть погрустневшая Кролина. – Это Трень-Брень. Я так думаю, что ты и она – разлучённые в детстве брат и сестра. Тебе непременно с ней надо познакомиться.

Гедрон и Глен ухмыльнулись, переглянувшись. Ну да, они-то наше проклятие хорошо знали. А новенькие – нет.

– Они же в неё попасть могут? – сердобольно охнула Айболитка.

– Ну да! – с надеждой произнес Гедрон. – В этом весь смысл!

– Да фигу с два, – вздохнул Глен, – её и из пушки не убьёшь. Хейген, ты в курсе, что эта чумичка недавно с парочкой моих обалдуев в «орлянку» играла? И в результате обобрала как липок обоих. Ну, деньги там, оружие, цацки – ладно. Но они ей и плащи клановые продули. Пусть она хоть их вернёт!

– Садиться с феей играть в азартные игры, рассчитывая на свои силы, – это как верить в то, что доживёшь в России до достойной пенсии, – рассмеялась Кролина. – В теории – возможно, на практике – практически невыполнимо.

– Если она их не сменяла на какой-нибудь хлам – вернём, – пообещал я. – А ты своих предупреди, чтобы не верили этой егозе.

– Уже, – потёр кулак Глен. – Не сомневайся.

– У неё, небось, монета была зачарованная, – предположил Раша, с интересом слушавший беседу. – Я такие видел в одном мейконговском катране. Там…

– Точно вы родня, – сообщила ему Айболитка. – Сомнений никаких нет.

– Ладно, по составу решили, – подытожил Гедрон. – Но это только первый вопрос. Есть другие, и много. Но, думаю, их мы обсудим не здесь и не сейчас. В воскресенье встретимся и пообщаемся. Хейген, организовать залу какую-нибудь во дворце реально? Хорошая нейтральная территория, для круглого стола – самое то.

– Не вопрос, – тут же ответил я. – Договоримся. Кро?

– Сделаю, – буркнула девушка.

– Да, если меня не будет, то именно Кролина будет представлять интересы нашего клана, – сразу добавил я. – И в воскресенье, и вообще.

Собственно, на этом деловая часть закончилась, а вскоре народ начал потихоньку расходиться.

Лично я посмотрел ещё минут пять на то, как Трень-Брень уворачивается от гномьих топоров, и покинул игру.

О чём, кстати, почти сразу и пожалел. Там было спокойней, чем в реальной жизни.

Такой ругани, как та, что меня встретила вне игры, я не слышал давно. Но не это главное. Я даже не подозревал, что Вика такие слова знает. Ясно, что она не девочка-одуванчик, но всё же…

Причём весь этот текст она выдавала в телефонную трубку, почти крича, и с невероятно злобным выражением лица.

Одно хорошо – я попал на самый финал. Вика выпалила ещё одну матерную тираду, закончила её фразой «Чтоб ты сдохла!» и метнула телефон в стену.

Тот жалобно хрустнул и упал на пол уже в виде трёх отдельных частей.

– Ужинать будешь? Есть эскалопы и пюре, – поинтересовалась у меня девушка совершенно нормальным тоном. – Я разогрею.

– Буду, – опасливо ответил я, выбираясь из капсулы. – Слушай, а это что сейчас было?

– Не «что», а «кто». Сестрица моя, – охотно отозвалась Вика и пнула ногой обломки телефона. – Сучка драная, из-за неё хорошую вещь разбила. Иди, руки мой.

– Сестрица? – насторожился я, ибо повод для беспокойства имелся. – Чего хотела?

– Поди пойми, – передёрнула плечами девушка. – Орала что-то невнятное, как всегда, винила всех во всём, под конец угрожать начала.

– Тебе? – уточнил я.

– Обратно – всем, – развела руки в стороны Вика. – Всему миру. Ну, и нам с тобой в том числе. Мол, у неё есть новые друзья, которые дадут трындюлей тем, кто встал на её пути или, того хуже, позволил себе её, любимую, обидеть.

Новые друзья. Как интересно. И, надеюсь, интересно не только мне, но и ещё кое-кому, поскольку такую родню грех не сдать кому следует. А ещё лучше её изолировать в те места, где на дверях ручек нет, отсутствуют зеркала и стены мягким войлоком обшиты.

– Причём тебя она особо упоминала, – Вика подобрала останки телефона. – И исключительно в крепких выражениях. Слушай, вот чего она такая завистливая? Ну да, старая дева, ну да, не красавица. Так порадуйся за сестру, за то, что у неё, в отличие от тебя, сложилось. Нет! Надо всё обгадить, обхаять! Что за натура? Ух, Киф, как она тебя не любит.

– Что тоже достижение, – потёр загривок я. – Не зря жизнь прожил.

– Это да, – признала Вика. – Чего встал? Ужинать пора! Марш руки мыть – и за стол!

Её сестрицу я слил Азову тем же вечером, как и планировал. Илья Павлович внимательно выслушал меня, привычно похмыкал в трубку и велел особо голову себе не забивать. Мол – всё под контролем. Собственно, после этого я и начал немного нервничать, поскольку знаю его «всё под контролем». Когда он так говорит, меня либо по почкам бьют, либо гоняют как зайца по кустам. Москва – город больших возможностей, у нас что угодно купить можно, даже большую и тяжёлую подвесную авиационную бомбу. А уж снайперскую винтовку – вообще как делать нечего, были бы деньги. «Бам» – и мои мозги уже на мостовой или на стене. Невесёлая перспектива. А это учительница, ей трудолюбия, изобретательности и упорства в достижении цели не занимать. Учителя и врачи – люди из металла особой закалки. Они бюджетники, они в этой жизни ничегошеньки не боятся, им ад санаторием покажется.

И что это за «новые друзья»? Кто они?

Но «проставу» Ксюши пропустить было нельзя. Это святое. Да и вообще у меня впереди других праздников не предвидится. Головной боли – хоть отбавляй, а хорошего – фигу с два.

– Айда в боулинг! – предложила вдруг громко Таша, обозревая разорённый стол. – Там весело, там пиццу можно заказать. И колечки кальмаровые в кляре.

– Шары катать! – заорал Стройников, вскочил на ноги и вильнул бёдрами, уперев руки в бока. – Я еду!

– Мы тоже, – лукаво подвигав бровями, сообщил всем Петрович, подбираясь поближе к Ксюше. – Да?

– Да, – немного испуганно подтвердила бедняжка, прикидывая, куда бы ей улизнуть. – Вика, вы же с Харитоном Юрьевичем с нами отправитесь? Ну, правда же?

Это был далеко не вопрос. Это, скорее, была мольба.

– А как же, – обречённо подтвердила Вика, которую явно не очень прельщало продолжение банкета. Но долг верной подруги не оставлял возможности для манёвра, всё ж таки они из одной стаи. – Поехали.

– Надо на команды делиться, – немедленно сообщила всем Шелестова. – Чур, я в одной с нашим дражайшим шефом. Там, где он, – там победа!

Вот ведь хорошие слова вроде, но интонация, интонация… Глумливая донельзя! Мало того – она меня ещё и за плечи обняла, несомненно, провоцируя Вику.

К чести последней, та не взвилась под потолок и не устроила скандал. Она сделала вид, что ничего не заметила.

– Чего это ты с ним в одной команде? – возмутилась Мариэтта. – Может, я тоже в неё хочу.

– Прогиб засчитан, – подытожила Таша. – Так мы едем или нет? И, кстати, – в какой из боулингов? Надо же позвонить, уточнить – есть свободные дорожки, нет. Сегодня пятница-развратница, если кто забыл, не мы одни такие умные. Решайте уже, время-то идёт.

После недолгого спора наконец определились с местом, причём в процессе беседы я уяснил тот факт, что мои подчиненные отменно изучили абсолютно все злачные места в округе, включая те, о которых мне, столько лет проработавшему тут, ничего известно не было. Как видно, не на все мероприятия нас с Викой зовут, не на все. Выпал я из движения. Вика – ладно, оно ей и не надо, это другого склада человек, но вот я… Не знаю отчего, но мне вдруг стало немного грустно. То ли старею, то ли ещё чего. Причём вариант с «ещё чего» выглядит более реалистичным.

Нам повезло: в одном из игровых клубов, которым сейчас нет счёта, дорожка нашлась, причём, что приятно, находилось это место неподалёку от нас.

– Плохая идея, – сообщил мне Ватутин, узнав от меня новости о наших планах. – Такие вещи надо заранее согласовывать, причём не со мной.

Шелестова громко фыркнула и одарила меня взглядом класса «кое-кому пора на горшок и спать?».

– Надо, – согласился с охранником я. – Наверное. Но сегодня получилось так.

– Не получилось, – покачал головой Ватутин. – Точнее – у вас с Викторией Евгеньевной не получилось. А эти господа и дамы могут направляться туда, куда собрались.

– Вы делаете свою работу, это понятно, – примирительно сообщил ему я. – Но, согласитесь, в своём устремлении довести её результат до идеала должны же быть какие-то границы? Мы с Викторией Евгеньевной не заключённые, не крепостные, у нас есть право на свою жизнь.

– Вот-вот, – поддержала меня Шелестова. – Свободу Анджеле Дэвис!

Охранники, стоящие за спиной Ватутина, нехорошо на неё посмотрели, но говорить ничего не стали.

Остальные сотрудники благоразумно промолчали, но я просто физически ощутил, как наши души покидает лёгкость и атмосфера праздника. Ещё пара минут, и никто никуда не поедет. Уйдет в никуда та радость, которая подвигает людей одной весёлой толпой мчаться в ночной город на поиски приключений и сомнительных утех. Обрести её сложно, тут важно единство душ и правильное количество употреблённых внутрь горячительных напитков, а вот утратить – как нечего делать.

– Не хочу ругаться, – вздохнув, сообщил я Ватутину. – Правда, не хочу. У меня и так всё в жизни скрутилось в огромный узел, не добавляйте в неё ещё больше злобы, а? Поехали уже, пока настроение есть.

– Трезвею, – предупредил всех Петрович и потёр щёки. – ещё немного, и меня к родному очагу потянет.

– Может, и в самом деле – ну его? – глянув на моего старого друга, вдруг оживилась Ксюша. – Может – по домам?

– Чего? – в один голос возмутились Стройников и Таша. – Ксюха, хорош «заднего» включать!

– В самом деле, – вдруг подключилась к разговору Вика. – Мы же не в притон направляемся. Это клуб, приличное место. И вы с нами пойдёте внутрь, мы не у входа вас оставим.

Чёрт, это всё смотрится практически унизительно. Мы, взрослые люди, должны упрашивать невесть кого, чтобы нам разрешили сходить отдохнуть. Всё понимаю, но есть же какие-то пределы терпения?

А самое пакостное, что, взорвись я, начни орать и топать ногами – происходящее примет совсем уж пакостный оттенок. Это будет похоже на истерику ребёнка – безудержную, безостановочную и бесполезную. Я и так выгляжу сейчас не лучшим образом в глазах окружающих, к чему усугублять?

Вот она, обратная сторона медали, вот цена всего того изобилия, что свалилось на меня за последний год и которым я, заметим, толком даже не воспользовался. Какая цена? Моя жизнь. Не в смысле – «возьми и умри». Просто я и она, жизнь, в смысле, теперь существуем отдельно. Я – в четырёх стенах, а она – за ними. Шаг влево, шаг вправо – и всё, утыкаешься в забор. Или в шлагбаум. Коренастый такой шлагбаум, с пистолетом под мышкой и в дорогом костюме.

– Хорошо, – внезапно согласился Ватутин. – Но если я говорю, что мы оттуда уезжаем, то вы встаёте и выполняете мое пожелание.

Очень хотелось его послать куда подальше. Жутко хотелось. Но – удержался, не стал. Приберёг этот аргумент на потом. Наверняка в боулинге возможностей для этого будет предостаточно.

Впрочем, всё оказалось не так уж скверно. Игровой клуб был небольшим и тихим, дорожка нам досталась в самом углу, уютном и полутёмном, охрану это более чем устроило, и она нас не беспокоила, расположившись чуть поодаль, но так, чтобы не мешать другим игрокам. Хотя – каким там игрокам? Только две дорожки занято и было – нами и ещё одной компанией, в которой особенно выделялась высокая стройная блондинка, грациозно изгибавшаяся в тот момент, когда мяч отправлялся к кеглям.

– Страйк! – заорала Шелестова, в последний момент решившая против меня, и изобразила некий диковатый танец. – Третий, между прочим! Ещё два – и получу бейсболку от заведения! Ох, как я крута!

– Проигрываем, однако, – проворчал Жилин. – Вот ведь зараза какая эта Ленка!

Это да. Громили нашу команду по очкам, громили. Можно было бы всё списать на Вику, которая на редкость неудачно сбивала кегли, но я и сам чудес меткости не демонстрировал. Если бы не Серёга, который раз за разом сокращал счёт, – позора не избежать.

– А ну-ка, катну по-стариковски, – подмигнул Ксюше вновь захмелевший Петрович. – Ирии-эх!

Бедняжка, окончательно перепуганная всё более и более усиливающимся прессингом со стороны обычно флегматичного художника, испуганно моргнула обеими глазами и прижалась к Вике, в которой видела главную свою защитницу.

А на позицию тем временем выбралась Таша, она усиленно шевелила пальцами и придирчиво выбирала шар.

– Пицца, – сообщил мне мужчина в форме клуба, ставя на столик поднос. – С пепперони, маслинами и ветчиной.

– Спасибо, – оживился я. – Прямо как я люблю!

– Само собой, – заверил меня служащий клуба. – Для вас и готовили, Харитон Юрьевич. Хотя я лично не рекомендовал бы вам на неё сильно налегать. Это ведь безумное количество холестерина и такой удар по печени, а она у вас и так в не лучшей форме.

Голос. Я знаю этот голос. Хотя о чём я… По одной фразе можно догадаться, кто именно напялил на себя форму сотрудника.

Ну и где этот хвалёный Ватутин? Если бы Ерёма хотел меня убить, я бы уже получил нож в ту самую печень, вон вокруг полумрак какой, никто и не заметит. Вика Ксюшу успокаивает, а остальные обсуждают, как лихо Петрович все кегли, кроме одной, свалил.

– Я просто поговорить, – нагнулся ко мне Ерёма. – И не более. Тем более что есть о чём.

– В сторону отошёл, – раздался голос Ватутина и щелчок, означающий, что пистолет снят с предохранителя.

– Вот почему никогда без этой ненужной никому постановочной шелухи наше с вами общение не обходится? – печально поинтересовался у меня Ерёма. – Всякий раз Голливуд какой-то получается!

Он стянул с головы бейсболку, сделал пару шагов в сторону и уставился на моего телохранителя.

– Отошёл. И чего?

И ничего. К затылку Ватутина прислонила дуло пистолета та самая блондинка, которая минутой ранее занималась тем же, чем и мы, – сбивала кегли. Ловко так, технично прислонила. Мало того – эротично шепнула ему на ушко, чтобы тот отдал ей оружие. И молодые люди, составлявшие ей компанию, времени зря не теряли, наставив пистолеты на подчинённых моего телохранителя.

Мои спутники поняли, что происходит что-то не то, но что именно, пока не сообразили. Впрочем – вру.

Вика издала мученический то ли вздох, то ли стон и критически осмотрела каблуки на сапогах.

Лицо Жилина приобрело немного равнодушное выражение, а рука скользнула за спину.

Таша стала бледной, как смерть, и избегала смотреть в мою сторону.

Она меня сдала, стало быть. Ну да, всё верно – и идея её, и реализация. А ещё наша малышка выходила за дверь, когда звонила в клуб и резервировала дорожку. Мол – шумно очень, ничего не слышно. Но я на неё не зол. А с чего бы? У каждого своя цель, у каждого своя жизнь. Ей стыдно, что уже немало.

Интересно, она вообще понимает, в какую игру ввязалась и чем это всё может для неё лично кончиться? Надеюсь, что да.

– Просто поговорить, – повторил Ерёма, но уже для Ватутина. – Вы ведь знаете, кто я? Значит в курсе, что пальба, кровопускание и прочая экзотика не входит в наши правила. Мы немного с господином Никифоровым поболтаем – и всё. Харитон Юрьевич, вон там, у первой дорожки, есть пустой столик, давайте переместимся туда, а?

– Почему нет? – пожал плечами я. – Только пиццу захвачу.

– Само собой, – покивал Ерёма и сказал моим друзьям: – А вы играйте, играйте. Время оплачено, оно идёт.

Таша немедленно, с каким-то просто остервенением буквально швырнула мяч, да так, что тот аж пару раз подпрыгнул на дорожке.

– Перво-наперво хочу сказать вам, Харитон Юрьевич, что предложений о сотрудничестве с нами более не последует, – немного церемонно произнёс Ерёма, едва мы уселись за столик. – Время ушло. Теперь в вас нет особой нужды.

– Хм, – с набитым ртом ответил ему я. – А зачем тогда вот это всё?

– Предупредить, – с готовностью отозвался Ерёма. – Предупредить!

– О чём?

– О том, что всё должно быть по-честному.

Бред какой-то. Эти странные ребята и до того связностью мысли не отличались, но теперь градус абсурда вообще зашкалил.

– «Всё» – что? – осторожно уточнил я. – Можно немного конкретики?

– Можно, – вместо Ерёмы ответил мне Валяев, появившийся как чёртик из табакерки. Если точнее – вышедший из-за двери, на которой красовалась надпись: «Лазерная перестрелка», и находившаяся почти за самыми нашими спинами. – Но не нужно. Иереемил, старая ты сволочь! Вот мы и встретились!

Из двадцатого номера газеты «Вестник Файролла»

«От главного редактора»

«…меняется карта Раттермарка. Времена перемен всегда для кого-то являлись бедой, а для кого-то шансом, который нельзя упустить. Перед лицом богов равны все – и ветеран сетевых баталий, и новичок, только вчера пришедший в этот мир. Все стоят на одной стартовой черте, и только от рвения и желания каждого из игроков зависит, каким будет то место под солнцем, что он займет в будущем. Приход богов – это новая точка отсчета. Да-да, грядущие битвы за веру изменят не только лицо континента, они обрушат основы того мироздания, которое до недавнего времени казалось незыблемым, ибо…»

Из статьи «Великая Река. Залив Ригон и Приречная пуща»

«…чем кажется.

Мягко плещущая о берег волна, золотой песок на отмелях – это только иллюзия. Несколько шагов в сторону, в Приречную пущу, находящуюся неподалеку от залива, – и вас ждут такие приключения, которые вы не забудете долго. Там найдётся всё – волчьи стаи с хитрыми вожаками, развалины старинных замков, в подвалах которых таится древнее зло, разбойники и головорезы, тайные схроны чёрных орков, ждущих прихода Тёмного Властелина, капища колдунов, творящих свои жуткие ритуалы, огромные пауки, плетущие тенёта в укромных уголках, куда не попадает ни одного солнечного луча. И, конечно, жуткий уникальный монстр, которого встретишь только в Приречной пуще, – злобный кабан Ууун, которого, скорее, следует назвать даже неведомым зверем, поскольку из кабаньего в нём только клыки да подхрюкивание. Время от времени его можно встретить на потаённых лесных тропах. И если такое случится – десять раз подумайте, прежде чем влезать с ним в драку».

Выдержки из рубрики «Хроники Файролла. Новостная лента»

«Гонки на колесницах.

Война войной, а традиции забывать не следует.

Клан “Гурион” объявляет, что ежегодные весенние гонки на колесницах состоятся непременно, несмотря на всё то, что происходит в данный момент на Континенте. Как обычно, в третью субботу марта, в десять часов утра по Москве, на лугу близ города Рагун, что в Западной марке, “Гурион” ждёт всех, кто любит скорость, экстрим и не боится смерти.

Как и всегда, колесницы должны быть запряжены не более чем двумя лошадьми, а длина колёсных ножей не должна превышать принятые стандарты.

Главный приз – эксклюзивная колесница, сделанная на заказ у лучших подгорных мастеров. Второй такой в Файролле нет и не будет.

Согласитесь, оно того стоит?»

«Клан “Буревестники” уведомляет всех о кадровых перестановках в руководстве. Элина Мудрая, руководившая кланом со времен его создания, покинула данный пост. Разумеется, по собственному желанию.

Отныне и навек главой клана “Буревестники” становится игрок, носящий имя “Лотар”. Он доказал свою преданность клану, пройдя с ним через множество боёв и невзгод, потому достоин оказанной ему чести так, как никто другой.

Все договорённости, заключённые от имени клана “Буревестники” ранее, остаются в силе».

Новости с Равенхольма

«Великий бог Орт Пламенный оказал высокую честь клану “Первопроходцы”, явившись во всём своём блеске на их празднование, устроенное по поводу прохождения “Логова Сварры”, одного из самых трудных инстансов, которые сейчас существуют на новом континенте. Бог одарил лидеров клана памятными подарками, а особо отличившихся игроков – эпическим оружием и доспехами.

Эх, были бы все боги такие, как этот!

Орт хоть и суров, но справедлив!»

Реклама

«Бум! Грох! Шмяк! Шлёп!

Замучили пикси? Они незваными гостями нагрянули в ваш клановый дом и теперь живут там, как хозяева?

Есть выход! И это – “Пиксефобы”! Мы лучшие в своем деле!

Крылатой напасти – не жить! Уж поверьте!

В стоимость услуги входит изгнание вредителей, вскрытие их захоронок и возвращение украденных вещей хозяевам, утилизация мусора, последующая уборка дома.

Да, дорого! Но что ценнее – клановый дом и ваши нервы или какое-то там игровое золото?»

В следующем номере

Спецвыпуск! «Боги. Кто они?»

«Витар. Герой или злодей?»

«Легенды прошлого. Как уходили небожители»

«Лилит. Симфония страсти»

«Истинное золото. Чёрный рынок предметов с божественной энергией»

Глава вторая,

подтверждающая мнение о том, что хаос – он везде

И снова раздались щелчки, свидетельствующие о том, что оружие снято с предохранителя. Ситуация поменялась – теперь под прицелом оказались красотка, наставившая пистолет на Ватутина, и её спутники.

Интересно, а тут, кроме нас, журналистов, и сотрудников игрового клуба, которые ошеломленно смотрели на происходящее, есть просто посетители? Видимо, нет. Хотя мне сразу показалось странным, что вокруг игровых автоматов не клубится детвора, вышибая ленточки билетов, которые потом можно обменять на плюшевые игрушки. Но тогда я рассудил, что дело в достаточно позднем времени.

Нет, не в нём. Ошибочка вышла.

– Что за ерунда?! – громко взвизгнула Мариэтта, глядя на людей, застывших друг напротив друга с пистолетами в руках.

– Согласен, – подтвердил Петрович, плюнувший на законодательные запреты и сунувший сигарету в рот. – Ладно раньше, лет двадцать назад, – тогда всякое случалось. Но размахивать «стволами» в центре Москвы сейчас? Мракобесие какое-то!

Что любопытно – их никто не обрывал, люди с оружием просто стояли и держали друг друга на прицеле.

– А мне кажется, что мы герои фильма! – весело сообщила всем Шелестова. – Это же классика жанра! Шеф, как считаете, если я сейчас стакан ахну об пол, они друг друга перестреляют?

Она опустошила вышеупомянутую ёмкость, в которой плескались ром с колой, и нацелилась осуществить задуманное.

– Хрен знает, – задумчиво ответил я, не сводя глаз с Ерёмы и Валяева, застывших друг напротив друга и вроде как игравших в «моргалочку». – Но ты пока погоди. Тебе-то что, ты и так с пулей в голове живёшь. А вот остальные – нет.

– Ты меня не тронешь, – натянув на лицо улыбку, первым нарушил молчание Ерёма. – Договор есть договор.

– Когда я их придерживался? – весело и безмятежно ответил ему Валяев, стягивая с плеч жилет, опутанный проводами, в котором он славно провел время в зале с лазерными «пострелушками», – И потом – любое соглашение заключается исключительно для того, чтобы быть нарушенным. Так или иначе, в том или ином виде, так было, есть и пребудет вовеки. Тебе ли этого не знать, мой закадычный враг?

– Не здесь и не сейчас, – упрямо сказал Ерёма. – Наши слуги – да, они могут убить друг друга, но не мы с тобой. Тем более что победителя в схватке не окажется: тому, кто останется стоять на ногах, не дожить до завтрашнего дня. Таковы правила.

– Интересно, мы тоже слуги? – вдруг спросила Шелестова – Шеф, как думаете?

Собеседники дружно глянули на девушку; та, заметив это, грациозно подбоченилась.

– Какая языкастая, – заметил Ерёма.

– Валькирия, – причмокнул Валяев, щёлкнул пальцами; Жилин мигом схомутал Елену и утащил на диван, приговаривая: «Не лезь в чужие дела, целее будешь». – Но мы отвлеклись. Ты говоришь: «договор». Хорошо, пусть так. Но что ты тогда делаешь здесь, близ нашего человека? Почему ранее угрожал его жизни? Почему создавал для него такие ситуации, в которых он рисковал головой, если не сказать больше? Разве это в рамках правил?

– Не вижу никаких противоречий, – Ерёма снова улыбнулся. – Лично я не делал ему никаких предложений, не принуждал к сотрудничеству, не заставлял лгать или предавать. Харитон Юрьевич, ведь не было такого?

– Лично вы – нет, – признал я. – Но вот ваш патрон…

– А за него я ответственность не несу, – перебил меня он.

– Схоласт, – с омерзением произнес Валяев. – Причём недоделанный. Все твои речи шиты белыми нитками на живую, и я бы мог…

– Мог, но не станешь, – с удовлетворением подытожил Ерёма. – Ты не посмеешь пойти против своего господина, и я это знаю, в том и состоит наше главное отличие. Если я верю в свою правоту, то иду до конца, невзирая на то, что мне может грозить. А ты всегда размахиваешь руками, сыплешь словами и угрозами, строишь невыполнимые планы, но в последний момент прогибаешься под сложившуюся ситуацию, не желая навлечь на свою голову какие-либо бедствия. Как тогда, в Рокруа, когда ты…

– Заткнись! – прорычал Валяев. – Или я изменю своим правилам, клянусь семью вратами и семью ключами!

– И то, – покладисто согласился Ерёма. – Не стоит беспокоить спящих в гробницах, как говаривали в Вавилоне. Думаю, мы закончили нашу с тобой беседу. А теперь – изыди, мне надо поговорить вот с этим человеком, это моё право, и я им воспользуюсь. И отзови своих псов, они пугают друзей господина Никифорова.

– Не раньше, чем это сделаешь ты, – упрямо прорычал Валяев. – Ну же, пусть первый шаг будет твоим. Тем более что так у вас принято.

– Почему нет? – не стал спорить Ерёма.

А ведь в этой ситуации он выглядит более выигрышно, чем мой работодатель. Тот только суетится и обещает, но не более того. Ерёма же харизматичен, не отнять.

При этом бесят оба. Глаза бы мои их не видели.

Красивая девушка картинно поставила пистолет на предохранитель, текучим жестом убрала его под мышку, где он был совершенно незаметен, и взялась за шар. Её спутники последовали показанному примеру, снова расхватав свои стаканы.

– Стрелять не станут, – задушенно сообщила с дивана Шелестова. – Не быть нам героями криминальной хроники.

– И шут с ней, – подала голос Вика. – Зато и в прозекторской прописываться не придётся. Уже неплохо.

– Я там как-то раз побывала, – пискнула Таша. – Там холодно и формалином пахнет. Меня потом стошнило!

– Тебя стошнило от того, что ты жрёшь восемь раз на дню, – резонно возразил ей Жилин.

– Истинно так, – подтвердил Петрович. – А пепельницу можно попросить?

– Теперь я понимаю, Киф, почему ты на работу не каждый день ездишь. Эту трескотню больше получаса выдержать невозможно, – неожиданно спокойно сообщил мне Валяев. – Но, с другой стороны, с такими друзьями не скучно.

– Что да – то да, – признал я. – И когда мы в конце концов окажемся все в одной палате, то тогда и наступит конец света.

– Вынужден вас расстроить, конца света не состоится, – развёл руки в стороны Ерёма. – Это убыточное предприятие. Совершенно нерентабельное. Причём для абсолютно всех заинтересованных лиц.

Валяев рассмеялся, но глаза у него при этом были такие, что у меня мороз по коже прошёл. Наверное, так смотрит кобра перед атакой – холодно, расчётливо, заранее получая удовольствие от предстоящего убийства.

– Шутка, – хлопнул в ладоши Ерёма. – Конечно, это шутка. Кто знает промысел высших сил? Никто. Не дано нам, смертным, постичь планы и мудрость тех, кто создал этот мир.

– Зато мы, смертные, придумали атомную бомбу, – усмехнулся я. – Две-три почти синхронно нажатые красные кнопки, и лет через двадцать до промысла высших сил уже никому не будет дела, кроме разве что тараканов. Остальные все вымрут. Кто от радиации, кто от ран, кто от голода, а остальных добьёт ядерная зима.

– Ты назвал меня «схоластом»? – почти весело спросил у Валяева Ерёма. – Ну-ну.

– У тебя пять минут, – буркнул тот. – Киф, жду тебя у входа.

– Не жди, – отозвался я. – У нас мероприятие и незаконченный турнир. Доиграю – приедем. Не дело ребят бросать.

– Охота тебе на их вопросы отвечать? – передёрнул плечами Валяев. – Задолбают ведь.

– Лучше здесь и теперь, чем они потом всякой ерунды напридумывают, – привстав, негромко объяснил ему я. – Дешевле выйдет.

– Тебе видней, – отмахнулся он. – Как приедешь – ко мне загляни. И лишнего не болтай.

Повернувшись на каблуках, он покинул клуб, за ним потянулись те, кто раньше изображал посетителей.

А быстро он среагировал на сигнал Ватутина. Ерёма – ладно, у него всё было спланировано, не удивлюсь даже, что и этот клуб почти пуст был неспроста. Но скорость Валяева впечатляет. Что там времени было? Всего ничего.

В словесном единоборстве победил Ерёма, но моего нанимателя все равно есть за что уважать. Гад он, конечно, но иногда бывает очень крут.

– Так что вам нужно? – осведомился я, как только Валяев покинул зал.

– Мне? – Ерёма поморщился, глянув на недоеденный кусок пиццы – Ничего особенного. Просто хотел дать один совет.

И он замолчал, постукивая пальцами по столу.

– Лен! – крикнул я. – Ты права. Мы во второсортном голливудском фильме. Причём в стиле нуар.

– Тогда нам надо заказать мартини, – откликнулась Шелестова. – Такой сухой, что его грызть придётся. В тех фильмах все пили мартини, слушали свинг и носили длинные светлые плащи. У вас есть такой? Если нет, то я у папки могу один спереть.

– Смешно, – признал Ерёма. – Итак – совет. В самом скором времени может случиться так, что вам придётся делать выбор. И вот тогда доверьтесь сердцу. Не разуму, не страху, не расчёту, а сердцу. Тогда, быть может, у вас будет шанс выйти из воды если не сухим, то хотя бы чуть подмоченным.

– Я подобных советов очень много могу дать. Ну, из числа тех, что подходят на все случаи. Например – носи зимой под портками «трикошку», а то всё отморозишь. Уважаемый, вся наша жизнь – выбор, от первого писка до последнего вздоха. Иногда мне кажется, что именно в этом смысл человеческого существования. Если бы бытие всякий день не ставило задачи, которые надо решать, то наши далёкие предки с веток бы не спустились. За ненадобностью.

– Я сказал, а вы думайте, – Ерёма встал из-за стола. – Все скоро кончится, так или иначе. Вы неплохой человек, Харитон. Неплохой, хоть и хотите казаться хуже, чем есть. Потому я и сказал то, что вы услышали. Но решать, по какой дороге идти, придётся только вам.

– Чума на вас, – отмахнулся я. – Снова сказано всё – и ничего. В этой связи у меня возникает вопрос – зачем понадобилось то, что вы тут устроили? Только чтобы сообщить мне несколько общих фраз? Или цель была другая?

– Времена меняются, – изогнул левую бровь мой собеседник – Господин Никифоров сказал вслух то, что раньше всегда оставлял при себе. С чего бы?

– Надоели вы мне все, – искренне ответил я. – Ужас как. Прощайте, Ерёма. Я лучше пойду к своим друзьям и выпью. Правда, кое-кто из этих друзей, сидевших недавно со мной за одним столом, оказался предателем, но ведь такое иногда случается, не так ли? Да и последствия этого не такие уж катастрофичные оказались.

– Предательство – тонкая материя, – очень серьёзно сообщил мне Ерёма. – Прежде чем судить того или иного человека, всегда надо узнать цену, которую он взял за сие деяние. Возможно, он не так и виновен, как может показаться. Да и само предательство не всегда зло, иногда оно принимает черты благодеяния.

– Вот поэтому я с ними, а не с вами, – отодвинув стул, я тоже встал на ноги. – Слишком размыты у вас границы понятий, которые не требуют многостраничных толкований. Чересчур. Я сам не эталон добра и света, но всё же считаю, что есть вещи, которые нельзя классифицировать, поскольку они всегда являются именно тем, чем являются. Понять их потом можно, простить тоже, мы все не агнцы, но это не отменяет самого деяния. Та, что служит вам, меня предала. Называйте вещи своими именами.

Ерёма грустно вздохнул, безнадёжно махнул рукой и побрёл к выходу. За ним поспешили молодые люди, так и не доиграв партию.

А я пошёл к своим коллегам.

– Что это было? – наконец-то проморгалась Ксюша. – А?

– Постановочное шоу, – сделав предельно честное лицо, выпалил я. – В честь твоего нового назначения.

– Мне понятно только одно, – рассудительно заметил Стройников. – Мы увидели небольшой кусочек той жизни нашего шефа, которая проходит вне редакции. И увиденное впечатляет.

– Не дай тебе бог, Гена, оказаться в той жизни, – Вика набулькала в стакан белого рома на два пальца и, даже не смешивая его с колой, жахнула одним глотком. – Уж поверь.

Я же смотрел на Ташу. Мне было очень интересно – захочет она мне хоть что-то сказать или нет.

Захотела. Не сразу, только после того, как улеглись страсти, пара бутылок показала дно и шары снова загромыхали по желобам.

– Мне уволиться? – тихонько спросила она у меня, улучив момент. – Я знаю, что вы знаете.

– Самое забавное, что я отчего-то на тебя не злюсь. По идее – должен. Даже, наверное, обязан. Но вот нет желания тебя в порошок стирать за сделанное, так что оставайся. Всё равно свято место пусто не будет, вместо тебя ещё кого-то подсунут.

Ради правды, я-то немногим лучше её, если покопаться в прошлом. Тоже всякого разного за душой полно. Ну да, Ерёме я сказал другое, но там ситуация диктовала. Всякое лыко хорошо в строку, как гласит народная мудрость. А жизнь – она и в самом деле по-разному поворачивается, нельзя всё одной меркой мерить.

Таша опустила голову и засопела, напоминая ребёнка, уличённого в незаконном поедании запретного варенья. Не знаю – искреннее это было раскаяние или просто она обозначила его наличие.

– Мне пришлось, – пробубнила она. – И тогда, и сегодня. Просто там всё так запуталось, всё так сложно. Они за горло взяли и держат.

– Это да, – признал я. – У меня не проще ситуация. Может, потому такое решение и принял.

– Но я никогда ничего плохого ни вам, ни ребятам не желала, – вскинула голову девушка. – И они обещали! Правда, им веры нет, но лучше что-то, чем ничего.

– Эх ты, – я взъерошил волосы малышки. – «Они обещали». Поверила. Кстати – хочешь, я на тебе женюсь? Правда, до свадьбы нам надо будет кое-что проверить, на предмет сочетаемости определенных факторов…

– И несмешно, и старый вы, – как всегда безапелляционно заявила Таша.

– Вот ты зараза! – опешил я. – Могла бы и соврать чего-нибудь.

– Могла, но на фиг надо, – девушка повела носом. – О, новую порцию пиццы принесли! Мне пора!

Может, они её на еду подманили? Пообещали пожизненный повышенный рацион питания?

Самое забавно, что, как по мне, так вечер удался. И что ещё смешнее – так же считали и остальные. Даже Вика – и та была довольна, в первую очередь тем, что на этот раз всё обошлось без стрельбы и погонь.

Хотя по дороге домой она, разумеется, кое-какие купоны на произошедшем состригла. Если точнее – потребовала, чтобы завтрашний день мы провели вместе. Ну или его большую часть. Я, подумав, согласился. А почему нет? Тем более что до разговора с Валяевым можно вообще обещать что угодно, поскольку кто-кто, а он запросто может всё переиначить, и его слово крайним в данной ситуации будет. Не станет моя спутница оспаривать его решения. Не тот у неё характер.

Кто же знал, что до «Радеона» Валяев не доедет. Ну или наоборот, уже из него смоется. Проще говоря – не оказалось его на месте ни вечером, ни на следующий день утром. Причём не только его, но и Зимина, и Азова, и даже Костика. Как было сказано Елизой Валбетовной, до которой в итоге я добрался в поисках информации: «Они все отбыли, и когда будут – неизвестно».

Врать не стану, чувства грусти у меня данный факт не вызвал. Нет – и слава богу. Разве что Костик, зараза очкастая, смылся не ко времени. На нём ведь лежит обязанность решения задачки со всеми неизвестными, той, что связана с храмом Ханумана. Время идёт, часики тикают, мне кирпичик для храма нужен.

Но – нет и нет. Сие есть форс-мажор, то есть непредсказуемое событие, не зависящее от воли сторон. По крайней мере я точно ничего сделать не могу. Боюсь, даже в двери храма войти не получится, грохнут меня ещё на ближних подходах к нему. И не пошлёшь туда никого, хрен с кем Хануман общаться на столь щекотливые темы станет.

Впрочем, у меня и так есть чем заняться. Например, повидаться с моей небесной покровительницей надо. Мне есть что ей сказать.

Первое, что меня встретило после входа в игру, – шум. Нет, в замке Лоссорнаха тишины сроду не бывало, особенно если учесть количество разного народа, что там постоянно отирается, но тут другое дело.

Лязг, грохот, гвалт. Прямо не знаю, с чем эту какофонию сравнить!

И – народ. Толпы игроков, расхаживающих тут и там с деловитым видом.

Никак мы опять попали в список туристических достопримечательностей?

Грррах, дзинь!

Прямо в двух шагах от меня рубились на мечах два игрока. Один наш, Снуфф. Второй – незнакомый мне игрок с очень необычным клинком. Чего-чего, а катаны я в игре ещё ни разу вроде не видел. Или не помню, что видел.

– Дело! – удовлетворенно сообщил Снуфф. – О, командор! Очень кстати! Вот, новобранец. Парень что надо! В смысле – надо брать!

– Здрасьте! – помахал мне рукой его недавний противник – Павел. То есть – Шеркон.

– Здрасьте, – еле удержавшись от рифмы «забор покрасьте», отозвался я. – Рад знакомству. Снуфф, а чего вообще тут происходит?

– Столпотворение, – удовлетворенно ответил воин. – ещё вчера началось, как ролик о принятии присяги Тиамат в сеть ушёл. Народ впечатлился – такого ещё ни у кого не было, и вот к нам рванул. Особенно много тёмных рас. Покровительница-то наша не из светлых, вот они по родству душ к нам лыжи и навострили. А у нас лимит на принятие, потому Кро сказала, что каждую кандидатуру будет лично с тобой проговаривать. Мол – я сейчас укомплектуюсь, а потом ты придёшь и орать станешь.

– На неё поорёшь, – пробурчал я. – Как же.

– Командор, так как насчёт Шеркона? – гнул свою линию Снуфф. – Воин, восьмидесятый уровень. Впереди большие битвы, нам такие нужны! И потом – я за него ручаюсь. Лично.

– Пришёл? – над шумящей толпой взлетел выкрик Кролины. – Где ты его видела? Беги, вцепись и не дай смыться!

Всё, сдали меня. Не успел я слинять. Беда!

– Рекомендация Снуффа дорогого стоит, так что добро пожаловать в клан, – протянул я руку Шеркону. – У нас хлопотно, но весело.

– Догадываюсь, – широко улыбнулся парень. – Мне такое нравится!

А вакансий-то осталось всего ничего, меньше двух десятков. Явно Кролинушка не всех решила со мной согласовывать. Вот, например, некто Рагнар. Я его не знаю и не помню. Не сомневаюсь, что человек это достойный, но тем не менее.

– Пошли, – подёргала меня за руку Сайрин, – Кролина зовет. Я сдуру брякнула, что тебя видела, ты извини.

– Экая ты сегодня покладистая, – удивился я. – Тебя же обычно мирская суета не колышет.

– Мне денежки нужны, – вздохнула магесса. – Много, на посох. Один жадина посох сетовый продает, но очень дорого, у меня столько нет. Даже половины нет. А у Кролины – есть. Вот, хожу, выпрашиваю, а она этим пользуется, отрывается за прошлое. Я бы её послала куда подальше, но очень уж посох хороший.

– Дело нужное, – посерьёзнел я – Ты никуда не уходи, мы этот вопрос ещё оговорим. Ещё спроси у этого торговца вот что – не согласится ли он на бартер? Есть у меня некоторое количество дорогих финтифлюшек, которые я могу пустить на обмен. Да, ещё предупреди его, что сделку будем проводить с помощью администрации. Только так и никак иначе. Расходы берём на себя.

Сайрин – не от мира сего, потому она идеальная мишень для игровых мошенников. То есть подстраховаться нужно обязательно. Тем более что услуги администрации мне всё равно ничего стоить не будут, у меня там личные связи.

– Хорошо, – приободрилась девушка. – А то мне золотой рыбкой себя ощущать не очень нравится. Не в смысле выполнения желаний, а на посылках служить.

– Вот что ты несёшь? – укоризненно протянула Кролина, возникая за её плечом. – Один раз о чём-то попросишь, и сразу из меня демона какого-то изображать начинают. Что тебе опять?

Последняя фраза была адресована не нам, а мордатому игроку с ником «РомаРоманюк». Да-да, вот так, в одно слово его ник и был написан.

– Эта! – вытаращив глаза, тот бухнул мою замшу в плечо кулаком – Ты чо, не вкуриваешь? Я ж те грю, я крут! Я реально крут! А ты чо? Ты ничо! А я крут!

Я повнимательнее вгляделся в этого супергероя, поскольку его речи напомнили мне что-то давно забытое, но до боли знакомое – некоего гнома с костяной дощечкой, привязанной к заднице. Да нет, не может быть. Просто похожи, надо думать.

Блин, всё это как пять лет назад было. А ведь и года не прошло.

– Ааааааа! – Кролина схватилась за голову. – Ты достал меня, понимаешь? Ты крут в одном – в мозгоклюйстве! Два часа одно и то же – «я крут» и «так чо». Купи себе словарь Ожегова, что ли? Оттуда знаешь сколько новых слов можно узнать!

– Словарь? – РомаРоманюк почесал затылок, обретя невероятное сходство с большой обезьяной. – На кой? Я и так…

– Лююююююди! – не дослушав его, заорала Кролина. – Объявляю награду вот за этого крутыша! Кто грохнет его двадцать раз подряд, тот получит сладкую конфету! Конкретнее – два… Нет! Три предмета экипировки не ниже уникального ранга! Думаю, это достаточная компенсация за покрасневший никнейм. Естественно, класс и уровень победителя при выдаче приза будут учитываться. Слово даю – барахло втюхивать не стану. И пусть победит достойный!

– Плюс бонус от меня – место в основе «Линдс-Лохенов». Вы же за этим в большинстве своём сюда пришли, правда? – добавил я от себя – Да, не забывайте фиксировать смерти этого крутого парня на видео. Доказательства нужны, без обид. Чьи способы убийства будут наиболее изобретательными, тот и победил.

* * *

«Вам не говорили, что охота на людей – это не лучшая идея? А особенно когда ты охотишься не сам, а кого-то для этого нанимаешь?

Игровыми правилами такие забавы не запрещены, но предупредить о том, что подобное не одобряется администрацией, всё же стоит.

И для профилактики:

– 30 единиц характеристики “Мудрость” сроком на 3 часа».

* * *

РомаРоманюк так ничего и не понял, похоже. По крайней мере, у него было очень, очень удивлённое лицо, когда он умер в первый раз.

– Вещи его не берите, – посоветовал Слав громко. – Тогда агроштраф будет мягче.

– Вон он! – радостно захлопала в ладоши Кролина. – Так и знала, что он нашей точкой сохранения воспользовался. Ату его! Ату!

И правда – из-за угла появился РомаРоманюк, несомненно не понимающий того, куда задевались его доспехи и почему он сейчас вынужден тут голым бродить.

Десятка два игроков тут же сорвались с места и, улюлюкая, устремились к обречённому на долгую смерть крутышу, который сначала на секунду замер, глядя на бегущих к нему убийц, а после, посомневавшись, всё же задал стрекача.

Ну вот, не совсем он идиот. Хотя смотаться отсюда ему, естественно, теперь никто не даст.

– Беги, Форрест, беги! – проорала с наслаждением Кролина под дружное улюлюканье зрителей, а после взяла меня под руку и отвела в сторонку. – В сумасшедшем доме сегодня день открытых дверей, точно тебе говорю. К нам прутся психи со всей игры, и каждый из них убеждает меня в том, что он уникален.

– Ну, где-то так и есть, – согласился я с ней, разглядывая мага, одетого странновато даже для тех, кто выбрал эту специализацию. Впрочем, одежда – это так, семечки, в конце концов это дело вкуса. Вот его имя – это да. Это сильно. «Однополый брат» – как вам?

Однополый – с кем? И почему – брат? Что за причудливые фантазии, что за порочные извивы психики, что за извращённые игры разума? Нет, воля ваша, но нам таких тут не надо. Чудики – это ещё туда-сюда, мы тут все собрались один другого краше, но такие, как он, точно не наш профиль. И ориентация тоже не наша, мы тут все нормальные. Надо будет сказать страже, чтобы они его за ворота сопроводили и в замок больше не пускали.

– Ты камушек для храма достал? – начала теребить меня тем временем Кролина. – Сейчас это самое важное для нас. По слухам, бонусы тому содружеству, которое первым красную ленточку у входа перережет, будут просто нереальными. Клан тоже может неплохой навар получить, но с призом содружества не сравнить.

– А мы тут при чём? – не понял я. – Наш союз же пока не заключён как таковой. Ну, оформление там, соглашения, подписи на пергаментах.

– Пофиг, – отмахнулась моя заместительница. – Формалистика не пляшет, важен процесс, это уже официально подтвердили на сайте игры. А у нас именно так и выходит. Мы же все вместе его строим, вчетвером. Уже материалы завезли, площадку расчистили, Гедрон со дня на день сотню гоблинов пригонит. А первокирпичика нет. Хейген, если мы всех подведём, то нашей репутации хана. Да дьявол с ней, с репутацией, это полбеды. Я ж потом тебе череп распилю и ложечкой буду понемножку мозг выедать за то, что не мы были первыми. Могли – но не стали.

Какие знакомые у неё в голосе появились интонации. До боли просто. И как же это плохо. Я не хочу, чтобы эта девочка становилась похожа на одну мою знакомую, ту, что приходится мне почти родственницей.

– Кро, это только игра, – мягко произнёс я. – И не более. Не доводи ситуацию до абсурда. Я понимаю – честь клана, самолюбие и все такое, но… Мы приходим сюда просто играть.

– А азарт? – стукнула меня кулачком в грудь девушка. – Ну, Хейген! Мы можем…

– Кролина, ещё раз говорю – с ума не сходи, – уже более жёстко произнёс я. – Ты давно играешь, ты знаешь, с чего начинается восхождение наверх. С этого самого азарта и желания стать первым. И в кого превращаются нормальные ребята, которые раньше приходили сюда всего лишь отдохнуть, ты тоже знаешь. Мне не нужны лавры, топ-список и игровые высоты. И в авантюру с храмом я ввязался только для того, чтобы укрепить наши тылы. Война на пороге, и с дополнительной божественной защитой нам будет проще выжить. Да, было бы здорово всех опередить, это даст нам больше плюшек, но если опоздаем – не беда. Свою порцайку мы всё одно получим.

– Пришёл и плюнул в мою тарелку, – насупилась девушка. – Гад такой! Нет, всё так, но до чего же ты иногда бываешь рациональный и скучный.

– Вызови Трень-Брень, – посоветовал ей я. – Она тебе мигом сделает мир вокруг тебя ярким и весёлым.

– Вот только её мне и не хватало, – эльфийка привычным взглядом обвела небосвод. – Не накаркай.

– Кролина, зая, – приобнял я её за плечи. – Забей ты на «быстрее, дальше и выше». Пойми, что не в этом счастье. Вспомни о маленьких радостях, вроде катания на рыцарской лошадке, а? Нет, стремиться, как я уже сказал, надо, но оно не стоит того. Игра ради игры – вот то, что ценно, а всё остальное – от лукавого. Ну не хочешь же ты уподобиться своим приятелям-коллекционерам?

– Кстати, – девушка потёрлась щекой о мою ладонь, в голосе её появилось лукавство. – А они со мной как раз вчера беседу вели на очень и очень интересную тему.

– Дай угадаю. Не иначе как к первому храму титул прилагается. Уникальный-уникальный, необычный-необычный, который им ужас как нужен.

– Точно, – хихикнула Кролина. – И ещё, по их информации, нагрудный знак, аналога которому в игре больше не будет. Естественно, и то и другое им необходимо позарез.

– Кто бы сомневался, – хмыкнул я. – Чего посулили?

– Деньги, броньку, свитки, – начала загибать пальцы девушка. – Всё вроде как полезное, но не тянет на серьёзную оплату за уникальную услугу. И вот тогда один из них предложил сверху всего этого интересную вещь, а именно – долг одного из вождей гномьих кланов. Я слышала про эту штуку, ещё когда за «Шкуродёров» играла, мне про неё Рейнеке Лис рассказывал. Это главная награда за прохождение жутко навороченной уникальной цепочки квестов, там заданий с полсотни, если не больше. Причём если хоть одно из них провалено, то всё, туши свет, сливай воду.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался я.

– В финале, если ты всё прошёл успешно и нигде не накосячил, глава одного из подгорных кланов Сумакийских гор даёт тебе право один раз призвать к себе на помощь свой хирд, состоящий из отборных гномов-воинов. Как благодарность за оказанную помощь. Три сотни высокоуровневых НПС-рубак в алмазной броне сроком на двадцать пять минут, прикинь? Рейнеке видел их один раз на поле боя, говорит, что это очень круто смотрелось. Одна из сторон приберегла этот козырь как последний резерв, и в результате те, кто вроде бы уже был разгромлен, стали победителями.

– Заманчиво, – потёр подбородок я.

Ясно, что у неё есть ещё какой-то свой интерес во всей этой кутерьме, но это нормально. Я бы больше удивился, случись по-другому.

– Хрен знает, как оно дальше сложится, – вкрадчиво шепнула мне Кролина. – Но если выгорит – почему нет? Всё одно нам это ничего стоить не будет. Примем их в клан, получат люди свои титулы и сразу из него выйдут. А мы – в плюсе.

– Ладно, – согласился я. – Резервируй под них места. И ещё парочку оставь про запас, мало ли что.

– В принципе я уже все распланировала, – Кро помахала кому-то рукой. – В смысле – определилась с теми, кого надо принимать в наши ряды. Все отличные ребята, но хотелось бы, чтобы ты на них глянул. Ты лидер, тебе положено.

Я посмотрел на темнеющее небо и покорно кивнул. Надо – значит надо.

Глава третья,

в которой речь пойдет о том, что иногда лесть лучшее оружие

Новые рекруты и в самом деле произвели на меня очень хорошее впечатление. Внятные ребята, претензий ноль.

– Слушай, и как-то доведи до сведения остальных, что набор в клан «Линдс-Лохен» завершён, – попросил я под конец свою заместительницу. – Может, меньше народу тут шляться станет. Или пусть тут Гедрон своих представителей посадит за отдельный столик. Ему люди нужны всегда.

– Да поток схлынет через пару дней, – отмахнулась Кролина. – А то и быстрее. Игровая мода – крайне легкомысленная особа. Сегодня ты на первой странице сайта и в фаворе, а завтра про тебя все забыли, потому что ты уже не новость и не в тренде.

– Игра как зеркало реальности, – хмыкнул я. – По ту сторону капсулы всё точно так же.

– Только ещё жёстче, – поправила меня девушка. – Тут можно выйти из моды, но при этом мир вокруг тебя никуда не денется, ты по-прежнему свободен, для тебя открыты все дороги и есть шанс снова возвыситься. А в «реале» всё не так. Там если ты упал, то почти наверняка уже второй раз не поднимешься на ту вершину, которую покорил ранее, не говоря уж о чём-то большем. Не дадут это сделать те, кто заменил тебя там, наверху. Да ещё и друзья-приятели на ногах грузом повиснут. Сами никуда не влезут и тебя никуда не пустят, чтобы им не обидно было, подрежут крылья на лету – из принципа. И всё – был кумир, и нет кумира. Я видела такое, потому знаю, о чём говорю.

– Душа моя, да ты ещё и философ, – проникся я. – Вот так полгода трёшься рядом с человеком, а об истинной сути его узнаёшь случайно.

– Это потому, что ты мало времени проводишь с теми, с кем надо, – назидательно сообщила мне Кролина. – Ладно, пойду народ в клан принимать и письма спонсорские писать. А ты давай ищи первокамень. Время, дражайший лидер, время!

– Пойду искать, – я повертел головой. – Назира не видела?

– Ассасина твоего? – Кролина почесала нос. – Сегодня не видела. Да и вчера его не было. Флоси где-то тут мотается, сшибает мелочь у посетителей, продаёт самопальные сувениры.

Ну и славно. Нет и нет, обойдёмся без него.

Стоп. Какие такие сувениры?

– Да камней набрал у реки, дырок в них насверлил и впаривает этот хлам игрокам – выслушав мой вопрос, расхохоталась заместительница. – Говорит, что на них благословение богини, которое поможет им в битве в самый ответственный момент. Мол – надень на шею, и будет тебе счастье. Прикинь, некоторые верят. Он же НПС, а не игрок.

Вот жулик! Надо будет потом ему бороду как следует надрать. За что? Да как бы ему, дураку, от Тиамат не перепало. Вряд ли ей такое понравится.

Но это потом. Сейчас мне надо к той самой богине, именем которой спекулирует туалетный. И так кучу времени потерял. Вот только с Сайрин надо поговорить, слово своё держать надо.

Как это ни странно, нашей экстравагантной магессы я на площади перед дворцом не нашёл – как видно, она успела куда-то слинять. Рассудив, что на «нет» и суда нет, я по хорошей, хоть и затратной традиции сначала перенёсся на Север и только после этого произнёс заветные слова:

– Богиня ждёт меня! В путь!

И снова – полёт. На этот раз я заранее знал, что это будет крайне неприятная процедура, но всё равно в какой-то момент мне снова стало страшно. Всё-таки человек не птица, и перемещаться в пространстве вот так, когда под тобой бездна, крайне неприятно. В самолёте тоже, конечно, возникает подобное ощущение, но там хоть пол под ногами есть. С ним как-то спокойнее.

Под конец мне ещё и от деревяшки какой-то по затылку прилетело. Вихрь, помимо меня, и её по дороге прихватил – надо думать, в качестве бонуса.

Вот так, потирая загривок, я и вошёл в чертог Тиамат, который, между прочим, претерпел изрядные изменения за то время, что я здесь отсутствовал.

Чувствовалась женская рука, пусть даже и божественного толка. От аскетизма и разрухи предыдущего хозяина этого здания вообще ничего не осталось, кроме разве его головы, всё так же украшавшей стену у входа в главный зал.

А в остальном – роскошь и изящество. Позолота на стенах, невыразимой красоты фрески на потолке, яркий свет факелов. Короче – парадиз. Как есть парадиз!

– Красиво, – не стал скрывать свое восхищение я. – Очень красиво.

– Ничего не забыл сделать? – осведомилась у меня Тиамат, восседавшая на золотом троне. Старый, чёрный, как видно, был списан в утиль.

– Ну да! – я изобразил нечто вроде грациозного поклона из тех, что можно увидеть в французских фильмах прошлого века. – Мое почтение, ваше могущество! Рад, что вы пребываете в отменном настроении!

Ну не про самочувствие же говорить, правда?

– А если нет? – уточнила богиня, поглаживая жуткую треугольную голову Миносса, которую тот положил ей на плечо. – Если я в отвратительном настроении и сейчас сочту твою фразу оскорбительной? Или, того хуже, насмешливой?

Змеюка разинула пасть и вроде как зевнула. При виде загнутых клыков, каждый из которых был размером с половину моей руки и сочился ядом, меня пробрала дрожь. Не знаю почему, но эту тварь боюсь до судорог. Вот никого в игре не боюсь, осознавая, что всё происходящее вокруг – всего лишь игры чьего-то разума и фантазии, но это пресмыкающееся пугает меня ужасно.

– Если даже дело обстоит так, то сейчас я вам его точно подниму! – лихо и немного придурковато проорал я. – Великая богиня Тиамат, рад сообщить, что ваши рати пополнились воинами, равных которым в этом мире нет. Хассан ибн Кемаль, владыка замка Атарин, изъявил желание встать под ваши знамёна. Точнее – счёл для себя это за великую честь!

Тиамат глянула на Пауни, как всегда, сидящую рядом с ней на приступочке трона. Та скорчила рожицу, как бы говоря: «Ну ничего себе!». Знает, о ком речь идёт, знает.

– Это хорошая новость, – благожелательно кивнула богиня. – Ты порадовал меня, Хейген.

* * *

«Богиня Тиамат благодарна вам за услугу, игрок Хейген.

Урон, который вы будете наносить своим противникам, увеличен на 10 % сроком на 10 часов.

Внимание! Важно!

Одновременно может использоваться только один божественный бонус, и до того момента, пока его действие не прекратится, другого вы не получите. Данное правило действительно для бонусов всех божеств, присутствующих в Раттермарке».

* * *

Квест не закрылся. Странно. Хотя – о чём я. Конечно же!

– Хассан ибн Кемаль просит великую богиню об одной милости, – приложил я руку к сердцу. – Позволите изложить?

– Люди, – поморщилась Тиамат. – Вы окончательно разболтались тут без нас. Раньше всё было по-другому, раньше милость бога была именно милостью. Мы награждали только тех, кто этого заслуживал. Теперь же вы сначала требуете милость, а потом, может быть, что-то делаете для нас. Откуда пришла на земли Файролла эта зараза? Кто породил сии веяния?

– Карл Маркс, – тут же ответил я. – Зараза бородатая! Как он книгу под названием «Капитал» написал, так всё юзом и пошло.

– Найти и убить, – приказала богиня, коротко глянув на Пауни. – Мучительно! Книгу изъять из всех библиотек! Опять же, что за причуда у нынешних владык земных? Кому нужна эта всеобщая грамотность? От неё один вред! Раньше все знали – закон и устои идут от богов, как они сказали – так и следует жить. И порядок везде царил. Единогласие! Нынче же у жрецов свои правила, у королей свои, у свинопасов – свои. Куда это годится? Когда все грамотные, то нет главного: нет страха перед неведомым. Если нет страха перед неведомым, то порядка в мире не жди.

– И всё же, – кашлянул я. – Как насчёт просьбы ибн Кемаля?

– Излагай, – оттолкнула от себя морду Миносса Тиамат. – Чего ему нужно?

– Он просит у вас дозволения умереть, защищая ваши интересы и ваши права на этот мир! – отставив ногу назад, пафосно проорал я. – Вот такая скромная просьбишка.

– Мне это нравится, – приосанилась Тиамат. – Сразу видно – достойный человек. Правильный выбор стороны, верные взгляды на происходящее. Дозволяю!

– И ещё он просит дать ему возможность скрестить мечи с вашим братом Витаром, если дело всё же дойдет до открытого столкновения с его ратями, – добрался я наконец до главного. – Он воин, и встать лицом к лицу в бою с богом для него более чем почётно. Но достойнейший Хассан ибн Кемаль отлично осознаёт, что Витар ваш брат, он не может без ведома своей госпожи поднять руку на её родича.

– Если этот воин убьёт моего брата, то я отведу ему место подле своего трона, – возвестила Тиамат. – Клянусь в том своим божественным предназначением.

* * *

Вами выполнено задание «В поисках смерти».

Награды:

5000 опыта;

2000 золотых.

* * *

Ну вот и славно, дело сделано. Не думаю, что ибн Кемалю понравилось бы то, как именно я описывал его пожелания и в каком тоне, но то, о чём он не узнает, ему не повредит. А теперь займёмся другими, не менее важными вещами.

– Теперь о храме, – я надел на лицо маску грусти. – Так-то всё ничего, работа началась, стройматериалы завозим потихоньку…

– А гранит? – требовательно поинтересовалась богиня. – Ты помнишь, что я тебе велела? Чтобы был гранит!

– Как же, конечно! – замахал руками я, успокаивая богиню. – Гранит будет непременно!

И это чистая правда. Но видели бы вы лицо Гедрона Старого, когда тот узнал, что мы новый дом для Тиамат будем не из обычного кирпича возводить, а из гранита. Это, как оказалось, один из самых дорогих строительных материалов в игре. Мрамор – и тот дешевле, не говоря о полудрагоценном жадеите, который можно из окрестностей Мейконга глыбами завозить.

Дорог в Файролле гранит, не укупишь. Но и выбора нет.

– Тогда ладно, – успокоилась Тиамат. – А от меня что нужно в этой связи? До того момента, пока мой новый дом не станет таковым на самом деле, я вам ничем помочь не могу.

– Можете, – вкрадчиво ответил я. – Не деньгами, конечно, но кое-чем более нужным. Дайте наводочку на то, где в старые времена ваши храмы располагались, а? Просто мы пока не в состоянии отыскать…

– Нет, – сказала, как отрезала, богиня. – Это – нет. Храм – то место, куда приходят смертные, приносящие огонь своей веры на алтарь моей любви к ним. И что за смысл в храме, который я же сама и помогу возвести? Нет-нет-нет, это ваш путь. Не хотите – не стройте. Но если уж вы выбрали служение мне, так расстарайтесь.

Ну, я как-то так и думал. Запрет на уровне администрации, чтобы, значит, все были в равных условиях. Жаль. Но попробовать стоило.

– И ещё одно, – на этот раз мой тон был деловит. – Относительно вашей дочери Соагды есть новости. Я тут кое-что раскопал, и, полагаю, вам надо это знать.

– Говори, – богиня даже вперёд подалась, после чего Миносс заскрипел чешуёй, потревоженный её резким движением.

– Короче, Ательстан… Ну, тот товарищ, с которым ваша дочь общалась накануне Исхода Богов с Файролла, помните? Так вот, он оказался не таким уж славным рыцарем, каким его было принято считать, – обстоятельно пояснил я. – Нет, сначала-то он стоял за дело Света, но потом у него в голове немного мозги переклинило, и он отправился на другую сторону. Короче, пошалил он в землях Севера изрядно, в результате был убит своими же соратниками. Бумаги, в которых шла речь о судьбе Соагды и о том, что с ней случилось после Исхода, в момент смерти были при нём и после неё с ним же и остались. Не знаю, отчего рыцари их не прихватили, меня там не было, но, полагаю, причины на то имелись. Ситуации – они разные бывают.

– Короче, – потребовала богиня.

– Короче? Можно. Эти бумаги и сейчас лежат в том месте, где находится его тело, вот только где оно находится, я не знаю. Но есть тот, кто в курсе.

– Так найди этого человека, выбей из него информацию, – удивлённо нахмурилась Тиамат. – Мне что, тебя даже таким мелочам надо учить? Я думала, ты более сообразительный.

– И правильно думали, – заявил я, вызвав улыбку на лице Пауни. – Будь это простой человек или даже маг, я бы вам уже эти бумаги на блюдечке с голубой каёмочкой принес. Но тут не так все просто. Это некто Гедран, она же Гудрун, она же… Там много имен. Знаменитая во всех четырёх частях Раттермарка ведьма, причём неимоверной живучести и силы. Она, по ходу, вообще бессмертная, как мне думается. Сам пару раз видел, как она умирала – и от стали, и от огня. И что? Через какое-то время опять снова живее всех живых.

– Есть такая – подтвердила Пауни – Я тоже про неё слышала. Это чистое зло в телесной оболочке. Очень могучее зло. Этому воину, как бы он ни был силён, с ней одному не справиться.

– Так найди верных людей, – поджала губы богиня. – Наёмников, в конце концов. Убеди помочь тебе несколько знающих магов.

– Не факт, – покачал головой я. – Ой, не факт. Старуха на самом деле популярна в народе, со знаком «минус», разумеется. Все знают, что она убивает не раздумывая и раздаёт проклятья направо и налево только так. Не всякий наёмник даже за хорошие деньги влезет в драку с ней.

Интересно, сколько Странник тогда заплатил той парочке, что ходила с нами в замок Фомора? И можно ли узнать у него их координаты?

Хотя – о чём я? Поди теперь до Странника достучись.

– Что ты хочешь от меня? – наконец подошла к главной теме разговора богиня.

– Помощи, – последовал короткий и ясный ответ. – Я найду её, даю слово. Но когда я это сделаю, то мне без вашей божественной мощи не справиться. Причём речь идёт не о том, чтобы эту старую калошу убить. Нам надо её разговорить, и ответ на поставленный вопрос нужен предельно правдивый. Она ведь и соврать может, для неё это обычное дело. Я не распознаю где истина, где ложь, а вот вы…

– Хорошо, – выпрямилась Тиамат. – То, о чём ты просишь, имеет смысл. Я помогу тебе. Найди ведьму, и в тот момент, когда дело дойдёт до расспросов, призови меня при помощи перстня. Я приду на твой зов.

Ффффухххх! Можно мысленно утереть пот со лба. Не скажу, что дело в шляпе, но с Тиамат шансы на успех возрастут неимоверно. Основная загвоздка ведь была не в том, чтобы Гедран найти, а в том, чтобы информацию из неё выжать.

Хотя ведь её ещё и схомутать надо…

– Спасибо! – обрадованно гаркнул я. – Прямо гора с плеч.

– А что там с твоим приятелем? – прищурилась богиня. – Тем, что водит дружбу с мёртвыми?

– Сам волнуюсь, – сменил улыбку на гримасу печали я. – Ни слуху, ни духу. Знаю только, что на него охоту объявили. Причем, подозреваю, санкционировал её кто-то из ваших родственников, мол – «выметем некромантию с континента поганой метлой».

– Эти могут, – брезгливо бросила Тиамат. – Но ты ищи его. Мне нужны войска, время на исходе! И – храм! Поспеши! Всё, аудиенция закончена. Прощай.

Силы богини возросли, хочу заметить. Раньше я своими ногами этот зал покидал, а теперь меня отсюда как ветром вынесло. Хотя – почему «как»? Им и вынесло, прямо за замковые двери, которые секундой позже захлопнулись прямо перед самым моим носом.

– А паразитам никогда, – задумчиво пробормотал я, почесал затылок и достал очередной свиток перемещения.

В принципе можно было бы отправиться на уже родной для меня перекрёсток северных дорог. Ей-ей, не являйся я клан-лидером и гражданином Пограничья, там бы себе жильё построил. А что? Место тихое, спокойное, сколько раз там ни бывал, никогда никого не видел. Из живых душ, имеется в виду. Ни игроков, ни НПС. Снёс бы развалины у озера, поставил крепкий дом, ловил бы рыбку на утренней и вечерней зорьке и вёл душеспасительные беседы с привязанным к этому месту живым покойником. Как там его звали? Не помню. Неважно.

И никаких тебе катаклизмов, дружб с богиней и поисков пути предназначения. Не жизнь, а малина земляничная.

Вот только не судьба. А жаль!

Больше скажу – не туда я сейчас отправлюсь, нечего там ловить. И Сэмади не придёт, когда я его позову. Не знаю отчего, но чую, что впустую буду растирать арахис в пальцах. Надо его попробовать по-другому отыскать, а потому рвану туда, где его каждый камень знает, а именно – на кладбище близ Флатриджа. Может, удастся какую ниточку потянуть?

Буммммм! Огненный шар отбросил меня в сторону, сняв процентов двадцать здоровья. Да ещё пяток надгробий при этом попутно снёс. Хорошо ещё, что он не прямо в меня попал, а то тут бы мне конец и наступил.

Бумммм! И второй шар, прошедший рядом со мной, превратил в кучу костей десяток скелетов, размахивающих ржавыми мечами. Их останки осыпали меня, и не скажу, что это было приятное ощущение.

– Какого чёрта? – возмущенно заорала невысокая девушка-магичка в забавной рясе сиреневого цвета. – Я тебя чуть не убила! Вот мне нужен покрасневший ник из-за какого-то недотёпы?

– Аналогичный вопрос, – возмутился я. – Какого ты не смотришь, куда файерболы пуляешь? Я сюда пришёл, чтобы подумать о вечном, погулять между могил, может, пару скелетов завалить, а тут нате вам! Война и немцы! И истеричные магессы!

– Не хами, – потребовал массивный полуорк и как бы между делом проверил зелёным толстым пальцем остроту своей секиры. – И вообще – вали отсюда. Сегодня наш клан зачищает это кладбище, во исполнение клятвы, данной одному из светлых богов.

– Да мне пофиг! – сплюнул я. – И гнать меня отсюда вы не имеете права, это вторжение в мой игровой процесс. Вы воюете, я гуляю. Каждому своё.

В принципе всё мне было уже ясно, и упрямился я исключительно из-за своего пакостного характера.

Не видать мне ниточки, ведущей к чёрному братцу. И братца, похоже, тоже не видать. Крепко за него взялись, если кладбище вот так выжигают. Причем, похоже, не в первый раз: деревья, до того высоченные и крепкие, сейчас все скрючились, как сгоревшие спички.

– О тебе заботимся, – и не подумал обидеться полуорк. – Тут нежить под сотый уровень бродит. Ты, конечно, не малыш, по броньке видно, но если на тебя трое неупокоенных сто плюс навалятся, то порвут по любому. А претензию ты потом к нам выкатишь.

– С хрена ли? – удивился я. – Сам влез, сам приключений на свою задницу нашёл, выходит, я сам себе злобный Буратино.

– Все бы так не только думали, но и делали, расходов было бы меньше, – похлопал меня по плечу полуорк. – И всё-таки – иди от греха отсюда. Вон там пролом в стене, за ним кладбище поменьше, а от него идет дорога в Флатридж. Хотя ты и сам, наверное, в курсе, не новичок уже.

– Это да, – согласился я, с грустью глядя на то, как маги неизвестного мне клана молниями рушат крипту, которая долгое время служила домом Барону. Причём перед этим они выбрались из чёрного зева входа и дружно сообщили своим соратникам весть о том, что внутри опять никого нет, одни скелеты.

Лихо светлые боги за моего приятеля взялись, если раз за разом отправляют сюда карательные отряды.

Стоп. А это ведь не единственная его недвижимость. Ещё есть дача на море, скажем так. И про неё никто не знает, кроме меня и личей.

* * *

«Командор, это Сайрин. Продавец согласен на обмен при участии администрации, но хочет знать, что именно он получит за посох. Говорит, что абы что ему не подойдёт, речь должна идти о действительно стоящих вещах, эквивалентных его товару».

* * *

Опять это «командор». Нет, звучит красиво, и я не против, но интересно, кому это слово первому пришло в голову?

Что я могу предложить? Ну, совсем убийственные вещи, вроде свитка, что некогда мне подарил Гунтер, или зелья «Мастеровит», я, понятное дело, приберегу. А вот пару заклинаний на сотый уровень, которые болтаются в сундуке довольно давно, в ход пустить можно. До аукциона я, похоже, сроду не доберусь, а в нашем клане они пока никому не по зубам. Потом у меня там какие-то редкие ингредиенты имелись, и пара вещичек неплохих, которые тоже можно пустить в оборот.

Вот только с ценой бы не прогадать. Из меня торгаш сильно так себе, я реальную стоимость как посоха, так и своих предметов не представляю даже.

Но знаю, кто точно сможет расставить точки над латинскими буквами.

* * *

«Сайрин, попроси продавца сделать фото посоха и его статов, после подойди к Кролине и спроси, сколько на самом деле стоит этот предмет. Если она даст “добро”, то будем беседовать дальше. Я появлюсь в замке где-то через час или даже раньше, так что дождитесь меня. И напиши продавцу, чтобы он тоже по возможности остался в игре на это время».

* * *

Кладбище горело, корчились в огне силуэты скелетов, от развалин крипты валил чёрный дым. Не знаю отчего, но мне стало очень грустно. Место-то паршивое, проклятое, для нормального игрока такая картина как бальзам на раны, а у меня чуть не слёзы на глаза наворачиваются.

* * *

«Хорошо, так и сделаю. Но посох хороший, точно говорю. И продавец этот, гном, тоже такой, основательный. Видно, что не кидала. Он мне только что в подарок, как потенциальному покупателю, старинную монету-амулет прислал. В знак будущих деловых отношений».

* * *

Гном? Монета???? Блин!!!!

* * *

«Не трогай её!!!! Не бери и не смотри!!!!»

* * *

Чёрт, чёрт! Если она её уже из письма извлекла, то дело дрянь! Воистину, зло всегда возвращается обратно.

* * *

«Хорошо, не трогаю. А почему?»

«Как имя продавца?»

«Румпель».

* * *

Молодец гном. Сволочь – но молодец. Почти ведь получилось. Ведь продумал всё, готовился, не просто хотел проклятую монету времён короля Эдварда Четвёртого, Злокозненного спихнуть куда подальше, а вернуть её в мой клан. Пусть не мне, но кому-то из моего окружения. Причём я уверен в том, что он не случайно подкатил именно к Сайрин. Руку на отсечение даю, он подбирал человека подоверчивее и подушевней, из тех, кто в честность людей верит и в гномов тоже. Уверен я и в том, что он даже продумал, как именно заставить Сайрин сказать заветные слова: «Отныне эта монета моя».

Румпель – он хитрый.

* * *

«Мне очень жаль, душа моя, но ничего не получится. Нет, посох, возможно, есть, и на что его махнуть тоже имеется, вот только сразу после того, как ты вернёшь Румпелю монету, он немедленно отменит сделку. Ему она была нужна как раз для того, чтобы этот подарок тебе впихнуть».

«Ловушка?»

«Что-то вроде того. Так что отправляй письмо обратно, там есть такая опция, и от себя припиши, что твой лидер Хейген запрещает незамужним девушкам из его клана принимать подарки от незнакомых дядь, тем более от тех, что с бородами до пояса. Мол – сначала подарок, потом они с глупостями всякими лезут, а кланлидер после о детском саде для полукровок думай. И ещё – привет от меня ему передай. И ещё вот что напиши: “Хорошая попытка, приятель”».

«Сделаю. Но потом расскажешь, что за монета, хорошо?»

«Даю слово»

* * *

Вот облом сейчас у Румпеля будет! Но, думаю, он от монеты в ближайшие дни избавится, причём тем же путём. Кстати – хороший вариант, не факт, что мне такое в голову бы пришло, при том что идея лежит на поверхности.

А посох мы Сайрин всё одно добудем. Вот хоть бы даже из богатеньких коллекционеров, которые хотят к нам присоседиться в очередной раз. У них их небось куры не клюют.

С этими мыслями я и перенёсся из Западной Марки в Восточную. Сменил, так сказать, ареал обитания.

Что меня всегда восхищало на Востоке, так это ночное небо. И не только здесь, в игре, но и там, в реальном мире. Мне довелось побывать и в Средней Азии, и даже в Тегеране, после чего могу смело заявить – это что-то! Таких оттенков синевы и черноты, такой яркости звёзд, такой безграничности небес у нас, в Средней полосе, не увидишь.

И как же мрачно на фоне этой небесной механики смотрелись развалины Аль-Альбейна, некогда великого, а ныне заброшенного и проклятого города.

Вот тоже интересно – а на какой квест они теперь подвязаны? Ффарга Нечестивого мы ведь тогда убили, нет его больше. Точнее – он есть, но уже не тот, что раньше. Он теперь сторож, а не самостоятельная боевая единица. Причём единица невероятно злобная и ненавидящая всех игроков.

Хотя… А почему нет? По сути, Сэмади ему поручил следить за городом, и делает он то же, что и до того, – никого к своим сокровищам не пускает.

Я вошёл в город, сделал несколько шагов по брусчатке мостовой и с интересом стал ждать, что будет дальше. В прошлый раз этого хватило, чтобы из-под земли полезли скелеты, населяющие это место.

И в этот раз случилось так же. Но – не совсем.

Скелеты вылезли, это точно. Но, вглядевшись в гостя, которым я и являлся, они пощёлкали челюстями и стали закапываться обратно, на прощание помахав мне своими костлявыми пальцами. Мол – нормально всё, человек, проходи. Своих не трогаем.

Это хорошо. Хоть вроде у меня и есть нечто вроде иммунитета от нежити, который я получил от Барона в подарок, тут место особое. Заповедное.

И жуткое. Вроде ничего мне не угрожает и никого, кроме меня, тут нет, а всё равно не по себе как-то. Чёрные развалины домов, эхо от моих шагов, гуляющее между стен, – всё это очень, очень давило на психику. Атмосферненько здесь, готичненько. Днём-то повеселее было бы наверняка, но днём тут делать нечего.

А ещё сюда захаживают игроки. То тут, то там я встречал белые посмертные коконы, за которыми никто так и не явился. Или явился, но до них не добрался. Причём визиты эти имели место быть не так давно, поскольку больше двух недель игровые надгробия не сохраняются.

В одном месте, расположенном не очень далеко от дворца Ффарга, их прямо очень много обнаружилось. Как видно, рейдом сюда народ шёл. Шёл, шёл, и не дошёл, тут все и остались. Во время оно нас тоже именно здесь здорово пощипали, на ближних подступах к главной цели вояжа.

Врать не стану – покопался в чужом добре. Причём крысятничеством это не считаю. Одно дело подбирать вещи того, кто погиб у тебя на глазах и может за ними вернуться, другое – вот тут, где они уже ничьи.

Да и ценного особо ничего в них не имелось. Судя по всему, был это не клановый рейд, а чистый «пикап» – очень уж большой разброс в уровнях погибших игроков имелся. То ли квест выполняли какой, то ли просто для «фана» сюда попёрлись.

Но на кучку бижутерии, состоящей из десятка неплохих колечек и серёжек, я богаче стал. Плюс пара славных клинков, два щита, лук и три плаща. Остальное оставил там, где оно лежало. Не то чтобы это был совсем мусор, но на кой мне с собой ненужный груз таскать? К вендорам я давно не хожу, а у моих сокланов снаряжение получше этого будет.

Я бы за этим всем тоже возвращаться на месте павших игроков не стал. Смысла ноль, оно себе дороже выйдет.

А вот до дворца так никто и не добрался, пуста была площадь перед ним. Это хороший знак: значит, я прав, и про эту лёжку Барона никто не пронюхал.

Внутри всё осталось так же, как и раньше. Местами обрушенные лестницы, гниль, запустение. Память послушно подсказывала мне, куда следует идти. В прошлый раз каждый коридор, каждый поворот давался нам с боем, такое быстро из памяти не выветривается.

И уж точно мне не забыть вот этот зал, где мы схватились со слугами Ффарга. Ох, они здорово драться умели! Не скажу, что победа далась нам дорогой ценой, – раскатали мы их тогда, но лично меня чуть не убили. Чудом выжил. Но зато потом на правах победителя собрал квестовые черепа врагов.

Кстати. Бахрамиус. Как я про него забыл? Он ведь из наших, в смысле – не жалует светлых богов. Возможно, Тиамат ему не друг, так как он служит Страннику, но не враг – это точно. И в деле с Гедрон он мог бы мне неплохо помочь, так как маг он очень и очень сильный.

Надо будет к нему наведаться, авось он ещё не отбыл на тот берег Крисны, дабы засвидетельствовать своё почтение новому Тёмному Властелину.

Вот так, шаг за шагом, я и добрался до сокровищницы, где ожидаемо наткнулся на Ффарга. От неистового злодея, который бился с нами, ничего не осталось, выпил его тогда Сэмади до донышка, но сила всё же чувствовалась. Нет, не завидую я тому, кто попробует против него выйти.

– Ты друг Хозяина, – пробормотал Ффарг, неожиданно и резко выкинув руку вперёд, что заставило меня взяться за рукоять меча. – Ты можешь здесь быть.

– Могу, могу, – раздраженно ответил ему я, злясь за нелепую выходку. – Ты мне другое скажи – когда ты своего хозяина в последний раз видел?

– В ту ночь, когда тот ему глаза выжег, – ответил вместо Ффарга кто-то за моей спиной. – С той поры он ничего больше не видит, только слышит и чувствует. А вот что ты здесь делаешь?

Глава четвёртая,

свидетельствующая о том, что во всём происходящем есть хоть какой-то смысл

– Тьфу, напугал, – я даже ногой топнул от злости. – Вот зачем так подкрадываться?

– Спорный вопрос, – возразил мне лич. – Это не мы подкрадываемся, это ты сюда тайком пробрался. И теперь нам интересно – зачем?

Прошелестев своим чёрным балахоном, верный прислужник Самэди сделал несколько шагов и встал прямо передо мной, явно ожидая ответа.

Это был Леонард. Нет, так-то вся четвёрка ближних слуг моего костлявого приятеля Сэмади была, так сказать, на один капюшон, но со временем я научился отличать, кто из них есть кто. Как? По мечам. Точнее – по драгоценным камням, вделанным в навершие их рукоятей. Вот это точно Леонард: я на рубин, который и сейчас тускло мерцает багровым светом, давно с завистью поглядываю. Рубль за сто – это очень, очень серьёзный артефакт, за который какой-нибудь Румпель душу кому угодно продать может. Уж на что я спокойно отношусь к цацкам и всему такому прочему, но тут есть чему позавидовать.

А за спиной моей остался кто? Ясно, Рафаил. Огромный сапфир тоже ни с чем не спутаешь. Это я не про лича сказал, а про камень, разумеется.

– Зачем? – я подпёр стенку плечом. – Ищу моего друга Сэмади. А вы что подумали?

– В нынешние времена никто ничего не думает, – сообщил мне Рафаил, подходя к своему соратнику. – Все только ждут. Либо момента, когда на тебя нападут, либо наоборот – шанса убить самому.

– Мне ни вас, ни вашего хозяина убивать смысла нет, – резонно заметил я. – Речь, разумеется, не о дружеских чувствах: ни от меня, ни от вас такого не дождёшься. Просто мы все в одной лодке сидим, на кой мне её раскачивать?

Личи ничего мне на это не ответили, только знай буркалами своими из-под капюшонов посверкивали, мне даже как-то беспокойно стало. И тьма вокруг сгустилась, да так, что Ффарг, притулившийся у стены, стал совсем неразличим.

– Хорош ужас нагонять, – потребовал я. – Нашли время и место. Хочется кого-нибудь прикончить – в добрый путь, нынче смертоубийством никого не удивишь. А я вам не паладин из какого-нибудь светлого ордена, ясно? Где Сэмади? Он мне позарез нужен, вторую неделю его найти не могу.

– И не найдёшь, – равнодушно бросил Рафаил. – Повелитель там, куда ни тебе, ни той своре, что гналась за ним словно гончие псы, ходу нет.

– О как, – озадачился я. – Он чего, отбыл в лучший из миров? В смысле – его вообще с нами больше нет? Да как такое возможно? Он сам – смерть.

Личи дружно расхохотались, причём меня от их смеха аж передёрнуло. Жутковато он звучал, слышались в нём отголоски чего-то заупокойного, смешанного с лязганьем цепей в холодном и мокром подземелье.

– Повелителя так просто не убьёшь, смертный, – отсмеявшись, сообщил мне Леонард. – Уж поверь. Но, повторюсь, побеседовать с ним у тебя не получится. Правда, если тебя это утешит, мы тоже не можем себе подобное позволить, правда, по несколько другим причинам.

– Мне нужна минута на обсуждение, – пробормотал я. – Вот вы душные. Стоп! Я понял. Он на том берегу Крисны?

А что, всё сходится. Мне туда не попасть, потому как даже при всех моих заслугах перед тем, кто нынче влез на Чёрный трон, живым я вряд ли останусь. Тролли, положим, меня не тронут, но вот все остальные обитатели Серых Земель вряд ли в курсе того, настолько хорошо я послужил их тёмному делу. Сожрут меня там. Скушают. И отметка на руке, что мне Странник оставил на память, не спасёт.

Эта же парочка тоже завязла здесь накрепко. Река-то под присмотром светлых ратей, причём чуть ли не по всей своей длине. И воинских, и, что для них совсем печально, магических. Поборники Света не желают упустить момент, когда рати Тёмного властелина начнут Крисну форсировать. Ну и заодно не дают возможности последнему пополнить свои войска за счет идейных политэмигрантов из числа игроков.

– Верно, – проворчал Рафаил. – Мы прикрывали отход, уводили за собой погоню. Повелитель и наши братья пересекли реку, а мы не успели. Теперь же святоши столько заклинаний на берега навесили, что мы к ним даже подойти не в состоянии. Вот, отсиживаемся здесь, ждём того момента, когда война начнётся.

– Плохо, – вздохнул я. – Огорчили вы меня. Хотя, с другой стороны, я теперь точно знаю, что к чему. Это лучше, чем ничего.

– А ты, человек, выбрал того, под чьими знаменами станешь сражаться? – поинтересовался у меня Леонард.

– Само собой, – усмехнулся я. – Только тебе я ничего не скажу, лич. Это личное. Ладно, отсиживайтесь дальше, а мне пора.

Я кинул взгляд на двери в дальнем углу. Сокровищница Ффарга, которую так никто и не разграбил. Покопаться бы в ней, вот только, боюсь, эта парочка против будет.

Эх-эх, такие две машины смерти сидят без дела. И не используешь их никак, поскольку это палево страшнейшее.

– Человек, – остановил меня Леонард, положив свою тяжёлую руку на моё плечо. – Если ты всё же доберёшься до нашего Повелителя, расскажи ему о том, что мы уцелели и ждём того момента, когда сможем снова обнажить оружие в его честь.

– Не вопрос, – чуть промедлив, пообещал я. – Почему бы и нет?

А квест не дали. Странно. Хотя и поручение, если честно, не того пошиба.

Выбираясь из дворца, я то и дело чертыхался. Но оно и понятно – квест завис, причём совершенно непонятно, на какой срок. А богине ведь пофиг, она будет требовать результат, ей его вынь да положь.

Мало того – ещё одна ниточка оборвана, причём очень важная, системообразующая, поскольку были у меня на барона большие планы, связанные с поимкой ведьмы. Тиамат как силовая поддержка – это круто, но, учитывая её характер, не факт, что в нужный момент она меня не кинет. Не из вредности или подлости божественного нутра, а просто потому что будет занята какими-нибудь своими делами, которые сочтёт более важными, чем мои мелкие хлопоты.

А Барон бы не подвёл. Разумеется, если бы согласился в этом участвовать, узрев в охоте на ведьму какую-то свою выгоду. Но, полагаю, он сказал бы «да». Старуха Гедрон – фигура непростая, а мой орехолюбивый друг любит всё загадочное.

Только – не сложилось. Значит, надо искать других союзников. Ну как искать? Придётся использовать последний резерв, который я очень не хотел задействовать по массе причин. И основную из них зовут брат Юр.

Есть у меня опасения, что, как только бумаги попадут ко мне в руки, он их тут же изымет, не слушая возражений. Данные документы, по сути своей, компрометируют Орден, которому казначей на самом деле верно служит. Они ставят с ног на голову все основы его существования, а это страшно. Выходит, что целые поколения добрых и сильных людей верили в ложные идеалы. Ну, не то чтобы совсем ложные, но тем не менее. Больше скажу – в подобном свете брат Юр вообще меня может после этой переделки «убрать» как ненужного свидетеля, с него станется. Или провернуть подобную операцию после того, как их Плачущая богиня вернётся. Так сказать – концы в воду.

Но выбора всё одно нет. Прежде чем ведьму начать пытать, её найти надо, у старой чертовки логова по всему Раттермарку. Я знаю два из них, но это, полагаю, только капля в море. И тут без обширнейших связей казначея Ордена не обойтись.

Может, сразу к нему и рвануть? Время ещё есть.

– Эй, приятель, – противный и писклявый голос, раздавшийся из темноты, заставил меня подпрыгнуть на месте. Просто откуда тут кому-то взяться? – Как дела?

– Нормально, – опасливо ответил я, доставая меч. – А ты кто?

– Я-то? Я – Вжух.

Гоблин. Взаправдашний зелёный гоблин, разительно отличающийся от своих сородичей тем, что он имел приличную, и даже очень дорогую, одежду, на шее у него болталась толстенная золотая цепь, а на ногах обнаружились сапоги из безумно ценной драконьей кожи.

Да и вообще – это какой-то неправильный гоблин, больно у него взгляд ехидный. Ехидство же – признак наличия ума, что для этого племени несвойственно.

И самое странное – я не мог понять кто это. В смысле – игрок или НПС? Никогда бы не подумал, что такое возможно.

– Погоды нынче хорошие стоят, – пронзительно-визгливо сообщил мне Вжух. – И воздух тут свежий такой!

– Согласен, – не сводил с него глаз я. – Тебе чего надо, зелёный?

– Мне? Ничего, – Вжух начал приплясывать на месте. – Вот, решил с тобой поболтать. Сам понимаешь – народу тут немного, только ты да я. Остальные местные жители давно уже не жители на этом свете.

– Был рад пообщаться, – сухо сообщил ему я. – А теперь извини, у меня ещё дел полно.

– У тебя? – мерзко захихикал гоблин. – Каких? Откуда? Везде у тебя облом, игрок Хейген. Куда ни ткнись – стена.

– Редкостная осведомлённость, – процедил я. – Прямо на удивление.

Вжух тем временем совсем уж разошёлся, выдавая лихие плясовые коленца, его щегольские сапожки месили площадную пыль.

– Плохи твои дела, – радостно взвизгнул гоблин. – Ииииэээх, как плохи! А будут ещё хуже, если ума-разума не наберёшься.

– С этого места поподробней, – попросил я. – Если можно.

– А чего нельзя? – Вжух высунул длинный розовый язык и показал его мне. – Можно. Хамить не надо. Других людей и нелюдей обижать не надо. Нос свой куда не следует совать тоже не стоит. Очень много о себе возомнил, Хейген, а ты ведь всего игрок, цифровой код. Хлоп – и нет тебя в Файролле, и не было никогда. Даже резервной копии не сохран…

– Костик! – я цапнул Вжуха за отвороты зелёного камзола – Скотина! Я твой сервер ребутил, я твои скрипты рефакторил! Так человека дураком сделать можно!

– Это ты сейчас про себя или про меня? – полузадушено прохрипел самозваный гоблин. – Если про себя – так ты уже. Если про меня – то давай поаккуратней на шею дави, а то я только на полудурка претендовать смогу. До дурака просто не доживу.

Я отпустил его, а после минуты две созерцал, как глава программистов трогал шею, грозил мне пальцем и разглаживал помятый камзол.

– Нет у тебя чувства юмора совершенно, – наконец изрёк Костик. – Взял бы и подыграл. Весело же!

– Ты выбрал для шутки юмора самое подходящее место, – обвел я рукой площадь. – И время!

– Но вообще, как тебе мой игровой облик? – покрутился вокруг своей оси он. – Круто?

– Нестандартно, – признал я. – Скажем так – сколько ни мотался по Файроллу, такого не видел. Чего надо-то?

– Выходи из игры, – деловито заявил гоблин. – Там у Валяева вопросы какие-то появились, да и мне с тобой пошептаться надо. Нашёл я ответ на поставленный вопрос.

– А просто написать? – я поводил пальцем в воздухе. – Что, мол, давай-давай, тебя ждут. Как в старые добрые времена? Не-а?

– Так веселее, – снова высунул язык Костик. – И разминать ноги в игре надо время от времени, а то всё кабинет да кабинет. Ну или коридоры. Да, ты наверх не суйся, ты сразу к нам приходи. Валяев у нас сидит, сушки грызёт.

Если честно, несмотря на слова Костика, был уверен, что увижу Валяева сразу же, как из капсулы вылезу. Просто это в его привычках – притащиться в наш дом, опустошить холодильник, а после отпускать двусмысленные шутки, общаясь с Викой.

Но – нет. Ошибся.

– Я тебя умоляю – не пей ты с ними, – попросила Вика, глядя на то, как я натягиваю джинсы. – Ну, или хоть не части, через одну хлебай.

– Как пойдёт, – вздохнул я. – Ты же умная, всё понимаешь.

– Была бы умная – давно от тебя сбежала, – печально улыбнулась девушка. – ещё тогда, после новогоднего веселья. А я, выходит, дура.

– Ты – солнышко – я чмокнул её в кончик носа – И это есть факт.

Мне как-то даже неловко стало за то, что я относительно недавно грехопал с одной светловолосой бестией. И, чего уж таить, размышлял о том, что неплохо бы ещё раз это безобразие повторить.

Но, с другой стороны, то, о чём Вика не знает, её не расстроит, а я сделаю всё, чтобы информация о произошедшем не всплыла на поверхность. Что до госпожи Верейской, то она точно не станет случившееся афишировать, подобное ей на фиг не нужно, не того калибра я персона, чтобы связью со мной бравировать. Ну да, Старик несколько раз обо мне благосклонно отозвался, было такое, но похвала не есть стабильное положение в обществе, это только слова – и не более. А Олеся относится к тому типу женщин, которые предпочитают нечто более основательное, нежели некие эфемерные изъявления приязни. Например – высокий пост в корпорации. Или статус лица, приближённого к самой верхушке пирамиды.

Ни тем, ни другим я похвастаться не мог.

И слава богу!

Валяев действительно грыз сушки, запивая их чаем. Судя по крошкам, рассыпанным вокруг его кресла, он методично уничтожал запасы соратников Костика довольно длительное время.

– А, Киф, – обрадовался он, увидев меня. – Рад видеть тебя без петли на шее.

– Славное приветствие, – одобрил я. – Предвещающее интересную беседу.

– Ну как наш святоша? – Валяев жестом указал мне на пустое кресло рядом с собой. – Сумел вселить в тебя дух аскезы? Поди, на завтрак вместо колбаски сушёных акрид кушал? А? А?

– Кто такие «акриды»? – спросил вдруг один из программистов. – Я это название уже слышал, но так и не знаю ответа. А «гуглить» сейчас лень.

– Сушёные кузнечики, – любезно ответил ему Валяев, а я притворно сплюнул. – Что ты харкаешь? Обычная пища для подвижников. Или ты всё-таки не вступил в их ряды?

– Домой пойду, – встал я с кресла. – С Викой грешить. Это куда лучше, чем сомнительный юмор. Сомнительный – это я о его качестве, а не о содержании. Слабенько, Никита Небранович, слабенько.

– Смелый ты стал, – уважительно заметил Валяев. – Откуда что берётся? Уже знаешь, что Старик завтра в ночь прибывает, потому так разошёлся?

Кабы спал, сказал бы, что сон в руку. Только Старика вспомнил, понимаешь, и на тебе!

– Это новость, – я снова плюхнулся на кресло. – Хотя взаимосвязь и не ясна.

– Ладно, – Валяев хрустнул очередной сушкой. – О чём беседовал с этим красавцем?

– Не поверишь – ни о чём, – даже не стал врать я. – Пустой разговор. Сам не понимаю, чего ради он всю эту чехарду устроил.

– Поверю, – буркнул мой собеседник. – Я вашу беседу уже прослушал. Двадцать первый век на дворе, техника до таких высот дошла, что в пытках смысла совсем не стало. И, если тебя это повеселит, то мы с Азовым тоже голову ломаем, на кой он так изгалялся. Человека своего спалил ведь перед нами! А это – не шутки.

– Да, надеюсь, вы не собираетесь ничего такого с этим человеком делать? – я потыкал пальцем в сторону пола, намекая на подземные казематы – У меня личная просьба – не надо, а?

– Успокойся – отмахнулся Валяев – Что проку в этой пигалице? Пешка она, ничего не знает, ничего не ведает, да и пригодиться в будущем может. Никто никогда не знает, что дальше случится.

– Всем привет, – в комнату влетел весёлый Костик. – Киф, ты тут уже? Хорошо.

– Ну? – я обрадовался возможности сменить тему. – Хвастайся! Как ты взломал код Ханумана?

– Никак! – блеснул очками наш гений. – Его не взломаешь. Он – часть системы, которая полетит целиком, если повредить её часть. Таково ядро игры. А учитывая тот фактор, что ты у нас плотно на систему завязан… Ну, ты понял, да?

Я понял только то, что мне очень захотелось его ударить.

– Но любую систему можно что? – продолжил Костик.

– Что?

– Обмануть, – Костик взял сушку из пакета, что держал Валяев, подбросил её в воздух и лихо поймал ртом. – Ну или обойти. Если постараться, разумеется. Кое-где по мелочам подчистить, кое-что подправить, извернуться…

– Не томи, – нехорошим тоном попросил его я.

– Короче. Ты сам, как игрок, в его храм войти не сможешь, это факт, и с ним не поспоришь.

– Хорошо, – процедил я. – Дальше.

– Но вот как лицо, сопровождающее другого игрока, – почему нет? – голос Костика обрёл оттенки киношного провокатора. – Правда, квестов таких в игре не было до сих пор. Но что нам стоит дом построить?

– Так просто? – даже расстроился я. – И всего-то?

– Во наглый, – возмутился один из программистов. – «Просто»! Знаешь, что такое прописать в систему квест, который не должен затрагивать ни одно из существующих положений игры, не влиять ни на одну сюжетную линию, но при этом нарушающий всё, что только можно? Это адский труд.

– Извиняюсь, – приложил руку к сердцу я. – Брякнул не подумавши. А кто тот игрок, что меня поведёт в храм?

В голове сразу проскочили несколько кандидатур, и каждая из них имела какой-то изъян.

– Кролина, – ответил Костик. – Я просто подумал, что вы с ней вроде как друзья. Опять же – она твой зам, по любому злоумышлять не станет. Ну, и игрок она сильный. Кто знает, как оно там, в храме пойдёт? Я спрогнозировать то, что там случится, не могу. Ясно, что всё, происходящее там, в Файролле, только набор знаков и цифр, но тем не менее не всё можно предсказать. Даже нам. Ну, ты же человек в наших делах уже опытный, всё понимаешь.

Хорошая формулировка. «Ты же всё понимаешь». То есть – я не при делах, разбирайся сам. И если что, ты и будешь виноват. Хотя – какой с Костика спрос? Что я от него требовал, то и получил, остальное всё придирки.

Но Кролина… Не знаю, не знаю. Ну да, человек она проверенный, но… Вот только выбора всё равно особого нет. Ну, не Трень-Брень же мне с собой туда брать, правда?

– У тебя в инвентаре уже лежит один невзрачный предметик, – объяснял мне тем временем Костик. – Называется он «перстень Тота». Как только ты его отдашь своей приятельнице, у неё тут же откроется квест, и первым пунктом в нём будет посещение храма Ханумана. Она там ещё ни разу не бывала, мы проверили. Отдельное условие квеста – она может взять с собой одного сопровождающего, которым и будешь ты, как было сказано ранее. Девяносто шансов из ста, что ты сможешь войти в двери храма: они просто не воспримут тебя как полноценного игрока. Скажем так – ты в этом случае часть окружающего мира. Блин, звучит коряво, но, думаю, ты понял, о чём я.

– Н-да, – я вспомнил язвительность, въедливость и безжалостность того, кто в этом храме живёт. – Вот и нашлось для моей многосторонней личности подходящее определение. Я – интерьер.

– Как и то, что ты скажешь Кролине. В смысле – как объяснишь происходящее, – уточнил Костик. – Здесь тоже выкручивайся сам. Мы что могли – то сделали.

– Орлы, – одобрил его слова Валяев. – Горжусь!

– Меняем гордость на премию, – вкрадчиво прошелестел Костик. – Хоть небольшую. Денежки нужны!

– Тебе? – изумился Валяев – Зачем? Ааааа! У тебя же амурные дела появились, точно-точно. Я и забыл! Да, когда в жизни мужчины возникает женщина, то у него сразу пропадают деньги. Ладно, я подумаю.

– Только не очень долго, – застенчиво попросил компьютерный гений. – Ладно?

– Уже подумал, – радостно сообщил ему Валяев. – Нет!

– А? – чуть ли не открыл рот Костик. – Почему?

– Кто мне обещал выпилить часть воинства Тёмного Властелина? – цапнул его за грудки Валяев – Не ты ли? Мол – те его рати, которые завязаны на разные квесты вне Серых Земель, можно подсократить. И? Чего ж не подсократили?

– Не получается! – заверещал Костик, пытаясь вырваться – Пока – никак! Никита, мы тут уже живём! Спим и жрём! В душ не ходим!

– Ну, последним вы и раньше не очень увлекались, – справедливо заметил Валяев. – Такова традиция вашего цеха. Вытянутый свитер, джинсы, заправленные в сапоги, и специфическое отношение к мылу и мочалке.

– А печеньки? – возмутились хором несколько коллег Костика. – Про них чего не сказали?

– Извините, джентльмены, – отпустив подчинённого, приложил руку к груди Валяев. – И печеньки. Кстати – тому, кто всё же реализует моё пожелание насчет сокращения воинского потенциала самозваного повелителя Мрака, лично вручу корзину печенья и бочку варенья.

– И разрешите тут котэ завести, – потребовал один из программистов. – Плохо без него.

– Пусть его. Любовь, добро, котятки, – согласился Валяев. – Слово сказано, слово услышано. Киф, пошли отсюда, нам надо ещё кое о чем поболтать.

Мы вышли в коридор, и дотопали почти до самого лифта молча. И только там Валяев, повертев головой, и убедившись, что рядом никого нет, негромко произнес:

– Повторюсь – завтра Старик прилетает.

– У меня со слухом всё нормально, – негромко ответил я. – Но, надеюсь, про меня он не вспомнит.

– Не надейся, – развеял мои мечты собеседник. – Кабы не наш общий знакомый, с которым мы вчера беседу имели, то, может, и да. А теперь точно нет. Старику про эту встречу уже доложили, и он наверняка захочет узнать всё в деталях из первоисточников.

– От тебя и от меня? – уточнил я.

– Ну, разумеется, от кого же ещё, – начал сердиться Валяев.

– И?

– Подтвердишь, что я не проявлял никакой агрессии и вёл беседу исключительно в спокойных тонах, – сузив глаза, велел он. – Считай это моей личной просьбой.

– Даже врать не придётся, – пожал плечами я. – Оно ведь так и было на самом деле. Ну, кое в чём ты, конечно, был не слишком сдержан, но в целом держался в рамках.

– Киф, Старик уедет, я останусь, – нехорошо улыбнулся Валяев. – Ты ведь это понимаешь?

– Никита, давай вот без этого всего, – попросил я его. – Серьёзно. Знаешь, я уже перестал вообще чего-либо бояться. Сказать, почему?

– Догадываюсь, – мигом поменял тон мой собеседник. – Устал.

– Бинго, – подтвердил я. – Реально – устал. Вымотался. Мне этот год вечностью кажется. Знаешь, моё предыдущее существование трудно назвать скучным, там чего только не случалось, но этот год – нечто совсем особенное. Мне иногда кажется, что у иного человека за всю жизнь столько всякого разного не произойдёт, сколько у меня за последнее время.

– Зато будет чего вспомнить, – Валяев протянул мне ладонь. – Так мы договорились?

– Само собой, – я пожал его руку. – ещё раз повторю – мне даже врать не придётся.

– Слушай – Валяев вдруг хохотнул – А ты правда с Верейской успел покувыркаться? Или это так, сплетни?

– О как, – опешил я.

– Не сплетни! – злорадно ухмыльнулся функционер «Радеона». – Ой, не сплетни, вон как глазки забегали! И как она?

– Не оплошал, – расплывчато ответил я, рассудив, что упираться смысла нет. Этот всё одно до правды доберётся, не так, так эдак. Но шума при этом наделает немало, что мне совершенно ни к чему.

– И это меня называют распутником! – всплеснул руками Валяев. – Почти женатый человек – и на тебе, эдакий афронт! Но ты не переживай, эта новость не всплывёт и Вику не расстроит. Я кое-кому уже велел рот прикрыть, и сам – могила.

– За это спасибо.

– Неправильная формулировка, – помахал указательным пальцем у моего носа он. – В расчёте, Киф, в расчёте. Заметь, я с тобой расплатился авансом, так что будь любезен, оправдай мое доверие.

Ой, тоже мне, благодетель! Прямо расплачусь сейчас от умиления.

Вот чем мне больше Зимин нравится, так это тем, что он всегда платит за оказанные услуги чем-то более существенным, чем воздух. Но вслух я этого, разумеется, говорить не стал. Ну на фиг, подобное себе дороже может выйти.

Что же до разговора со Стариком – видно будет, что и как. Прогнозировать беседу с этим господином дело зряшное – что-что, а это я усвоил очень хорошо. И зря Валяев так суетится. Если уж судьбой назначено ему огрести – огребёт. Независимо от того, что я скажу.

Да и потом – до завтрашнего вечера ещё вагон времени, столько всего произойти может, что ужас просто.

Например, можно успеть сбегать в храм Ханумана. Или, если Кролина не в духе, наведаться к брату Юру.

Да, завтра же ещё собрание глав кланов. И я точно туда не пойду. А зачем? Мнение моё особо никого не интересует, да и нет его у меня совершенно. Я не мастак крепить оборону родного Пограничья. Точнее – всё, что я мог для этого сделать, уже сделал. Людей толковых в одну кучу собрал? Собрал. Идею им подбросил? Подбросил. Ну и всё, мой почётный героический долг на этом выполнен. Тем более что они реально лучше разбираются в том, как в игровом мире свои границы защитить, в отличие от меня. Ну да, Гедрон разок оплошал, разнесли его крепость по кирпичикам, но один раз – не водолаз. Да и свежая кровь в виде «Вербум Сапа», похоже, тоже знает, с какой стороны надо начинать пиццу есть.

В общем – пусть Кролина за нас обоих отдувается. Тем более что ей, похоже, это всё ещё и нравится. Совпало, так сказать.

Но собрание – оно днём, то есть если я свою заместительницу пораньше прихвачу у замка, то, может, всё же успеем в гости к Хануману заглянуть? Главное, чтобы она в игре была.

И мне повезло. Кролина оказалась на месте и в данный момент деятельно командовала сокланами:

– Так, Снуфф, на тебе молодняк. Давай, тащи их вон в тот лес, гоняйте медведей до посинения. Что значит – у меня шестидесятый уровень, мне пока нормально? Тебе нормально, мне нет. Война на пороге! Мне не хочется иметь бледный вид перед союзниками, ясно?

– Наши баобабы – самые баобабы в мире, – негромко шепнул мне Слав, тихонько подошедший сзади. – Полчаса уже разоряется. Сначала внутри комиссарила, там залу для приёма высоких гостей готовили, теперь вот здесь всем соль под хвост пихает.

– Вот это девушка, – вздохнул неподалеку Шеркон, с явной симпатией глядевший на яростно жестикулирующую Кролину. – Для такой и сотню медведей убить не в труд!

– Однако режет молодёжь старикам подмётки, – хмыкнул я. – Слав, того и гляди, уведут юнлинги у нас девчонок. Опа-опа, дрипа-дрипа, и мы уже не тузы.

– Да я и не думал ничего такого, – ухмыльнулся Шеркон понимающе. – Как можно?

– Её? – я показал пальцем на Кролину – Поверь, браток, её никак нельзя. В целях личной безопасности. И главная угроза исходит не от меня, а от неё самой. Ну и ещё целого рыцарского ордена, который избрал её коллективной дамой сердца.

Шеркон призадумался.

– Вот! – Кро наконец-то заметила меня. – Вот и наш лидер подтвердит – нет теперь времени на разные глупости. Все кланы сейчас аккумулируют свои ресурсы и наращивают мощь. Если не мы – то нас, такова теперь формула выживания.

– До той поры, пока не будет снято военное положение, – добавил я. – Всё, солнышко, закрывай митинг, пошли пошепчемся. Слав, Снуфф, вы офицеры? Вот и командуйте новичками. На медведях опыта особого, конечно, не набьёшь, но сыгранность в команде более-менее наработать можно. Вон в той стороне леса, за оврагами, вроде есть лежбище с их вожаком, мне про него кто-то рассказывал. У него респаун через десять минут, и свита из дюжины особо злобных особей – это самое то, чтобы понять, кто чего стоит. Вот туда всех и ведите.

– А к двум – обратно, – добавила Кролина. – Кто знает, чем эта сходка кончится? Вдруг – враги!

– Кро, я тебе серьёзно говорю – не пугай меня, – попросил я девушку. – Какие враги, ты о чём? Здесь не Тегеран, и сейчас не сорок третий год.

– Шучу я так, – отмахнулась моя заместительница. – Но в последнее время всё хуже и хуже получается. Ладно, чего хотел-то?

– Колечко тебе подарить, – повертев головой и убедившись, что мы остались одни, достал из сумки заветный перстенёк я. – Смотри какое! Блескучее, с камушком!

И – безымянное. Я его первым делом изучил, как только в игру зашёл. Пустышка. Всё, что я смог прочесть, это:

* * *

«Перстень Тота. Тупо перстень».

* * *

Вот и вся информация. В первый раз такое увидеть сподобился, даже палки-копалки на первых уровнях, и то были лучше описаны.

– В чём подвох? – прищурила левый глаз Кролина. – Хейген, я тебя слишком хорошо знаю – если ты так улыбаешься, значит, дело нечисто. Значит, ты как-то меня отъюзать решил. Не лыбься, дурак, я не о том. Просто очень не люблю, когда меня «в тёмную» разыгрывают.

– Неправда твоя, – обиженно выпятил нижнюю губу вперёд я. – Я всё тебе расскажу, но только есть одно условие.

– Клянусь, что никто про это не узнает, – приложила руку к сердцу Кролина. – Честное эльфийское!

– Ну, это само собой, – я достал свиток портала. – Речь о другом. Сейчас ты пойдёшь со мной в портал, и уже на месте мы решим – надо тебе то, о чём речь идёт, или нет.

– Тогда открывай его скорее – посоветовала мне девушка – Слышишь?

Над нами что-то грохнуло, вниз посыпались искры, дружно взвыли собаки, птицы снялись со шпилей башен и молниями метнулись в разные стороны, на солнце наползла тучка, со стен послышались испуганные вопли стражников, а Флоси, потряхивающий связкой амулетов, поспешно начал пятиться в сторону телеги, под которой так до сих пор и проживал.

И над всем этим зазвенел пронзительный голос Трень-Брень, сообщивший всем, кто был в замке, о том, что ей как-то скучно сегодня.

– Твоя правда, – я махнул свитком портала. – Ходу отсюда!

Глава пятая,

в которой каждый скручивает «фигу» за спиной

– Офигеть! – это было первой фразой, которую произнесла Кролина, оглядевшись вокруг. – Хейген, ты умеешь удивить. Я знаю это место. Больше скажу – я тут как-то раз бывала. Это же храм Ханумана!

– Не стану спорить с очевидным, – признал я. – Именно он.

– Вопрос, – подбоченилась девушка. – И?

Что мне с самого начала в ней начало нравиться, так это словесная лаконичность в наиболее интригующих ситуациях. Когда дело пустяковое, Кро часами трещать, как сорока, может, но если происходит что-то на самом деле интересное – она не расплывается мыслью по древу.

– Вот ведь, – я посопел. – Как-то ты сбила меня с панталыку, все заготовленные слова растерялись. Блин. О! Вон, видишь статуэтку на крыше? Так её трогать нельзя. Она током бьется!

– В Файролле нет электричества, – холодно ответила девушка. – Повторюсь – и?

– Электричества нет, а молния есть, – возразил я ей. – В ней содержится энергии на один и сколько-то там ещё гигаватта. Ежели сесть в дорогущую машину да пришпандорить к ней крюк, который…

– Сейчас убью, – пообещала Кро, склонила голову к плечу и уставилась на меня.

– Кролина, душа моя, я хочу сделать тебе предложение, от которого нельзя отказаться, – поняв, что она дошла до точки кипения, я решил далее свою заместительницу не злить, потому, скрипнув доспехом, опустился на одно колено и протянул ей перстень Тора. – Вот, держи.

– А? – опешила девушка – Ты это чего?

– Бери перстень, да пошли в храм, – пояснил я. – Чего неясного?

– Слушай, я все понимаю, мы в игре, тут многое не так, как там, в реале… Короче – сомнительные виртуальные забавы – не для меня, – немного сбивчиво начала объяснять Кролина, активно жестикулируя. – Что же до реала, то постарайся понять меня правильно. Ты мужчина симпатичный, хотя и не очень молодой, но…

Блин. Понял. Вот что значит быть напрочь не романтичным и донельзя циничным человеком. Я ей про Фому говорю, а она-то полагает, что про Ерёму.

– Да не о том речь, – я встал с колена. – Успокойся уже. Считай, что это неудачная шутка. Вот мне делать больше нечего, как только тебе руку и сердце предлагать.

Бамц! А крепкая ладошка у моей заместительницы, аж единицу здоровья сняло.

Нет, не мой сегодня день. Что ни скажу, что ни сделаю – всё не в тему. Как я мог такую глупость ляпнуть? Ведь не первый день на свете живу, знаю, что в отношении женщин хуже подобных слов только фраза: «Вроде ты немного вес набрала?»

– Вот ты… – Кро даже побледнела, то ли от обиды, то ли от злости. – Я тебе это…

– Стоп! – поспешно произнес я, ловя её руку в воздухе. – Выдохни. Сейчас все объясню. Правда!

Не скажу, что это было просто. Кролина ещё какое-то время пыхтела, как самовар, порывалась открыть портал, чтобы уйти от меня навсегда, и вытоптала половину поляны, активно по ней шныряя.

Но в конце концов успокоилась и даже соизволила мне сообщить:

– А я ведь сначала так обрадовалась, увидев этот храм. Мы в него тогда с ребятами из «Шкуродёров» так и не попали. И квест прошли, и ключ в замок вставили, а вот загадку не угадали.

– Какую загадку? – насторожился я.

– Логическую, – пояснила девушка. – Какая-то чушь про двери и мудрецов. Кто-то куда-то должен был попасть… Или о чём-то спросить? Не помню уже. Всё равно не отгадали. Можно было дать только один ответ, и ребята тогда оплошали, ключ накрылся, а с ним и квест. Хотели потом на второй заход пойти, да так и не сложилось. Да и клан вскоре распался.

Забавно. Стало быть, в этот храм каждый входит по-своему. Точнее – у храма для каждого припасено что-то своё.

– На этот раз загадок не будет, – заверил Кро я. – Тебе надо надеть вот этот перстень, и ты получишь задание. Не знаю какое, но оно будет связано с визитом туда, внутрь. А я пойду с тобой.

– Темнишь, – проницательно заметила моя спутница. – Ой, темнишь. В чём фокус?

– В дом Ханумана можно зайти только раз, – не стал скрывать правды я. – И мой шанс, увы, уже израсходован.

Дверь храма скрипнула, открываясь, после чего из чёрного зева входа послышался знакомый голос обезьяньего бога, с невыразимой издёвкой сообщивший:

– Дважды!

– Дважды, – согласился я, отводя глаза от ошарашенной произошедшим Кролины. – При этом мне позарез надо попасть туда в третий раз. Причём на этот раз не для себя выгоду ищу. Для коллектива. Так сказать – для обчества.

– Сомневаюсь, – покачала головой Кролина. – Я, когда какую-то выгоду для себя ищу, вот так же другим лапшу на уши вешаю. Мол – мне ничего не надо, главное, людям добро сделать.

– На этот раз – не вру, – заверил её я. – Серьёзно. Там можно вызнать про столь необходимый нам камушек информацию. Не исключено, что есть и другие места, в которых можно счастья попытать, но сколько времени я потрачу, их разыскивая? А это – вот, перед нами.

– Не знаю, не знаю, – Кро всё же взяла у меня из рук перстень и повертела его перед глазами. – Сомнительно это всё!

– Я бы ему не верил, – подал голос из темноты Хануман. – Вот так-таки ни на йоту!

– А там – кто? – уточнила Кро, потыкав пальчиком в сторону входа.

– Там? Хозяин этого храма. Личность древняя, непредсказуемая, хитрая и очень мудрая. Два раза с ним сталкивался, третьего не хотел. Но вот – приходится. Я тебе так скажу – моя бы воля, седьмой дорогой эту поляну обогнул бы. Просто выбора нет.

Вот вообще не вру. Ничего хорошего со мной тут не случалось. И Мюрат сотоварищи меня здесь убивали, и гориллы на куски чуть не порвали, и Лоссорнах ещё в бытность свою наёмником чуть на руках не помер. Пакостное местечко.

– Убедил – девушка нацепила перстень на палец – А ну-ка, что тут?

Пока Кролина читала сообщения, которые ей выдала система, дверь в храм с грохотом захлопнулась.

– Лихо, – сообщила мне заместительница где-то через минуту. – Знаешь, теперь количество вопросов, которое у меня к тебе образовалось, почти достигло критической массы. И первый из них – ты где этот перстень взял?

– Там, – махнул я рукой за спину. – Знаешь, в одном месте есть гора, в той горе дыра, в той дыре…

– Всё-таки убью – ласково пообещала девушка – Тут и прямо сейчас. А потом в реале найду и там тоже убью.

– Может, в реале лучше надругаешься? – предложил я. – Хотя бы для начала? Я не очень сопротивляться стану, тем более что возраст не очень-то мне это и позволит сделать. Сама же сказала – я настолько стар, что из меня уже песочек сыплется. И потом – убить меня там много разных гражданок хочет, надругаться же – никто из них.

– Озабоченный, – фыркнула Кро. – И очень уж обидчивый. Да ещё и врун! Убить его хотят, что за чушь? Вот, лови.

* * *

«Игрок Кролина предлагает вам принять задание “Подвески королевы”.

Внимание! Данный квест предназначен для прохождения одним игроком, но при этом он может привлечь к его выполнению помощника.

Ваша награда за помощь в прохождении данного задания будет определяться квестодателем.

В случае если вы примете данное предложение, а после, в процессе его выполнения, выйдете из группы, на вас будут наложены штрафные санкции. Их состав будет определён администрацией игры и согласован с игроком, который проходил вышеупомянутое задание.

В случае если квестодатель выйдет из группы в процессе выполнения задания, то вы получите компенсационный пакет от администрации игры.

Все иные условия, равно как и подробности непосредственно задания, обговариваются вами с игроком-квестодателем.

Принять?»

* * *

Не напрягался Костик с условиями, так себе формулировочки. Или это я уже придираюсь?

Вот тоже интересно – подобные задания в принципе существуют, или одно единственное, вот это, для данной ситуации придумали?

– Я не поняла! – возмутилась Кро. – Ты собираешься принимать приглашение?

– Само собой, – встрепенулся я. – ещё бы!

Странно, но никакого сообщения после этого не последовало. Вроде как так и надо.

– Подытожим, – тон Кролины стал деловым, она как-то собралась и даже посуровела. – Квест прикольный, награда отличная, меня всё более чем устраивает. Догадываюсь, что это всё не просто так – скорее всего, мне платят именно за то, что я тебя туда, в храм, проведу. Кто и почему – мне интересно до чёртиков, и я всё равно у тебя правду выпытаю, но – потом. Сейчас на это времени нет, поскольку счётчик времени тикает. Отведенный нам на всё про всё час уже пошёл.

Счётчик? Ай, Костик, ай, молоток. Всё просчитал. Нет, зря я на него иногда ворчу.

– Да, вот ещё что, – Кро остановилась у самой двери. – Если ты первым своё задание выполнишь, то сразу не сваливай, ладно? Помоги мне квест пройти.

Значит, она не знает про санкции, которые мне по темечку бахнут, если я её брошу. Любопытно.

– За кого ты меня держишь? – возмутился я. – Будь уверена! А что хоть делать надо? В чём смысл задания?

– А тебе это прямо важно? – уточнила Кролина.

– Ну, хотелось бы знать.

– Всё как всегда, – поморщилась девушка. – В старые времена у королевы Западной Марки какие-то четыре удальца отжали подвески, причём эти цацки были то ли подарком фей, то ли фамильной ценностью. И если я их верну нынешней владычице, то перепадёт мне немало добра. Причём один предмет будет из личной королевской сокровищницы, то есть по определению очень, очень козырный. Правда, не классовый, а рандомный, но это ничего не меняет. Если сама не использую, то сменяю на что-нибудь нужное.

– Достойно, – признал я. – Ну что, пошли?

Дверь, ведущая в храм, естественно, была не заперта. Да и с чего бы? Нас же там ждали. Причём в этот раз, в отличие от предыдущих, даже по коридорам особо бродить не пришлось, обходя ловушки и сражаясь с на редкость необычными противниками.

Хануман обнаружился в том самом зале, где когда-то мне пришлось ожидать результата забега моих друзей по лабиринтам. Причём, что необычно, – похоже, в своём истинном облике. То есть – на серебряном троне восседала невысокая, нам по пояс, человекоподобная обезьянка, но не зловеще-отвратного вида, в стиле Валеджио, а, скорее, забавная и даже где-то трогательная.

В левой руке она держала хрустальный, светящийся изнутри череп, в правой – что-то вроде небольшого посоха. На голове же у неё красовался потешный клоунский трёхконечный колпак.

* * *

Вами выполнено задание «Дорога ведет вдаль».

Награды:

18 000 опыта;

25 000 золотых;

титул «Познавший тайны времени».

* * *

– Ой, – Кролина, готовая к бою и всему такому прочему, остановилась в удивлении. – Это кто?

* * *

Вам предложено принять задание «Истина где-то здесь».

Данное задание является четвёртым в цепочке квестов «Во славу Тиамат».

Условие – вызнать у Ханумана информацию о том, где находятся развалины последнего в Файролле храма Тиамат.

Награды:

8000 опыта;

5000 золотых;

нагрудный знак «Ещё тот ловкач»;

получение следующего квеста цепочки.

Внимание!

Если ваша миссия не увенчается успехом, то вся цепочка заданий будет провалена, причём повторно ни вы, ни иные представители клана “Линдс-Лохены” получить её не смогут.

* * *

Скверное ограничение, прямо скажем. Оно просто-таки вопит о том, что процентное соотношение неудачи вровень, а то и выше, чем у успеха.

Значит, надо пробовать разные модели поведения, по-другому тут никак. И начать следует с нахальства – насколько я помню, оно этому шутнику в свое время нравилось.

– Это он, – я вышел в центр зала. – Позволь тебе представить хозяина этого места. Хануман. Бог.

– В смысле – бог? Их всего четыре спустилось с небес, и все известны по именам. Ханумана в списке нет.

– И тем не менее, – усмехнулся я. – Странно даже, что такой матёрый игрок, как ты, не в курсе того, что данный храм – чертог самого настоящего божества.

– Ходили всякие слухи про него, но кто им верит? – пробубнила Кролина. – К тому же сюда попасть – изрядная проблема.

– Большую часть упомянутых слухов я сам и выдумал, – с некоторой гордостью подал голос хозяин храма. – Люблю путать людей! Это весело.

– Другой вопрос – ты-то откуда это знаешь? – продолжила Кролина. – Ну, что он – бог?

– Она мне нравится! – повертелся на троне Хануман. – Умная, сильная и красивая! Клянусь своим хвостом, это самая достойная из всех приключенцев, что входили в двери моего дома!

– Спасибо, – немного кокетливо ответила ему Кролина.

– А вот ты, Хейген, меня раздражаешь, – насупился бог. – Я тебе говорил – не возвращайся сюда, худо будет?

– Говорил, – подтвердил я. – Причём дважды.

– Но ты не желаешь меня слушать, – глаза черепа блеснули багровым светом. – И я не понимаю – почему? Потому ли, что ты глуп? Или оттого, что строптив? А может, по той причине, что тебе просто плевать на меня как на божественную сущность? Дескать – кто такой этот Хануман? Смешная обезьянка! Он не так силён, как Витар, не так красив, как Лилит, не так мудр, как Месмерта, и не так могуч, как Чемош! А? А? Я прав?

В зале запахло озоном. Скверный признак.

Хорошо еще, что Назира с нами нет. Он бы уже за саблю схватился.

Вот только не очень-то я в праведный гнев Ханумана верю. Нет, выглядит это все реалистично, и череп вон уже как прожектор сияет. Только что-то тут не так. За две предыдущих встречи я это существо более-менее изучил, потому точно знаю – захоти он меня убить, так уже это сделал бы.

Значит – пугает. Или хитрит, по своему обыкновению.

И ещё – он помянул всех богов, включая павшего Чемоша. А про Тиамат – ни слова. С чего бы?

– Воительница, – бог спрыгнул с трона, положил на сиденье череп, предварительно погладив его по лысинке, и подбежал к Кролине. – Как ты прекрасна! Твои глаза сравнимы только с самыми яркими звёздами, твои уста алее утренней зари! Как сильны твои руки! Как длинны твои ноги! Нет, нет, положительно, я не вправе подвергать тебя опасностям, что ждут героев в моих подземельях! Не прощу себе, если с тобой там что-то случится! Что тебе надобно от меня? Подвески королевы Запада? Так возьми их!

Скрежетнула левая дверца шкафа, стоящего у одной из стен, и добрая сотня подвесок, висящих на гвоздиках, вбитых в стенку, ослепила нас сиянием бриллиантов, грани которых отразили свет факелов.

– Иди и возьми! – вытянул в сторону шкафа Хануман. – Они – твои.

Кролина, ошарашенная всей этой эскападой, послушно подошла к шкафу и уставилась на ювелирное пиршество.

– Все одинаковые, – пробормотала она секундой позже и глянула на меня.

– Даже не удивлён – заметил я – А ты как думала? Мало того, тут ещё какой-то сюрприз припасён наверняка, вроде того, что у тебя только одна попытка. Верно ведь?

– Увы, увы, но это так, – скорчил грустную гримаску бог. – Жизнь такова, что в ней всегда приходится жертвовать малым для приобретения большего. Даже вся моя симпатия к тебе, о прекрасная воительница, не может отменить суровые законы бытия. Твой друг прав: если выбор окажется неверным, то ты в тот же миг умрёшь. И больше никогда, никогда не сможешь войти в двери моего храма. Моя душа плачет! Моя душа рвётся на части от одной мысли о том, что эту красоту, эту свежесть юности я больше никогда…

Хануман издал пронзительный вопль, сорвал с головы колпак и уткнулся в него лицом. Его плечи тряслись, он что-то бубнил, но до нас доносились лишь отдельные слова, вроде «никогда», «горе-то», «умру от тоски».

– Шапито, – сообщил я Кролине, которая с недоумением взирала на эту сцену. – Великий актёр погибает в этих стенах.

– Злой ты, Хейген, – Хануман вытер колпаком слёзы, снова напялил его на голову и укоризненно уставился на меня. – Я душу нараспашку перед ними, а они…

– Я – ничего, – поспешно выкрикнула Кро. – Я верю! И мне очень, очень приятно!

– Ох! – бог сложил лапки в молящем жесте. – Золотое сердце, алмазная душа! Я не могу не вознаградить твою доброту!

Скрежетнула правая дверца всё того же шкафа, и нашим глазам открылась стеклянная поверхность, за которой обнаружились лук и колчан со стрелами, стоящие на массивной подставке.

И судя по стону, который издала моя спутница, из нерядовых.

– Да-да, – потёр лапки Хануман. – Это лук Фэй Ю, оружие, прославленное в веках. Многие великие герои владели им после смерти славного стрелка, а уж какое количество воинов хотело его получить, но не смогло… Теперь он твой. Возьми его, возьми!

– Так ведь… А как? – Кролина провела рукой по идеально гладкой поверхности стекла, на которой не имелось ни единого зазора. Даже отверстия для ключа.

– Ой! – бог прикрыл рот ладошкой и виновато заморгал. – Вот же!

Кролина нехорошо улыбнулась и ударила стекло рукоятью кинжала, который моментально извлекла из ножен.

Даже трещинки не появилось.

– Да-да, – вздохнул Хануман. – Не разбилось. Ну, оно и понятно. Это же алмаз из Нейложских копей.

– Что ты врёшь? – подал голос я. – Нет в тех копях никаких алмазов. Я там бывал. Да ещё таких размеров!

– Сейчас нет, раньше имелись, – весело ответил бог. – Не мешай. Что же делать, что же делать…

Кролина была мрачна, как туча. Она даже губы надула, как маленькая девочка.

– Придумал! – завопил бог и запрыгал на месте. – Какой я молодец!

Он выставил перед собой лапки, шкаф окутало зелёное облако, которое, впрочем, тут же развеялось.

– Вот, – гордо сообщил Кро Хануман. – Стоит только тебе выбрать правильную подвеску, и дверь этого хранилища немедленно откроется! Ну же, давай, не трать время! Выбирай!

Девушка наконец поняла, что над ней изысканно издеваются. Ей, несомненно, очень хотелось стукнуть проказливого бога, но инстинкт самосохранения на пару с разумом подсказывали, что делать этого не стоит.

– Да-да-да, – Хануман снова сорвал колпак с головы. – Понимаю твоё замешательство. Они все одинаковые, а цена ошибки ох как дорога!

– Невероятно, – процедила Кро.

– И снова я, твой поклонник… да что там – уже обожатель, приду к тебе на помощь, – бог тенью скользнул к моей спутнице, пристроился около её локтя и вкрадчиво шепнул: – Есть вариант. И подвеска тебе достанется, и лук, и стрелы, и ещё вкусностей разных со своих подземных кухонь тебе отвешу без меры. Варенья там, печенья. Выполни только одну мою мааааленькую просьбу. Вот такусенькую!

– И какую же? – поморщилась Кролина, посмотрела на сведённые пальцы Ханумана, которыми он обозначил крохотность своего пожелания, и с невыразимой сладостью в голосе осведомилась: – Я должна тебе отдаться?

– Да что ты, что ты! – замахал лапками бог. – Нет. Моё желание гораздо проще и целомудренней. Убей вон его. Здесь и сейчас. И как только этот человек испустит дух, всё вот это станет твоим. И поддельные подвески – тоже. Просто мне ужас как надоел за последнее время твой приятель.

Кро задумчиво посмотрела на Ханумана, печально на лук и колчан, перевела глаза на меня, после уставилась на потолок зала, пытаясь пробить его взглядом, достучаться до небес и спросить у них: «Доколе. Доколе вы меня мучать будете?».

Закончилась же вся эта пантомима презрительным плевком под ноги бога. Просто плевком. Без комментариев.

Знаете, а мне её жалко стало. Ведь сейчас всё существо прекрасной эльфийки, весь её игровой опыт буквально орал:

– Убей!!! Убей Хейгена!!! Один хрен ничего с ним не сделается! Он поймёт и простит, он тоже геймер!

Но – нет. Плюнула Кролина на свои инстинкты, сочтя, что самолюбие ей дороже. И я это оценил.

Впрочем, Хануман – тоже.

– Если бы мы все сейчас оказались в забавной побасёнке из числа тех, что нянюшки в рыцарских замках сопливым наследникам благородных семейств рассказывают, то я должен был вас похвалить и сообщить, что всё ранее происходившее являлось испытанием, – с невероятно довольным видом прокудахтал он. – Но то побасёнка. А в жизни всё случается куда проще и кровавей.

В стенах открылись проходы, и из них, громко топая, гремя сталью и выставив мечи перед собой, двинулись не пойми кто – то ли рыцари, то ли мертвецы в доспехах, то ли вообще ожившие статуи. Были они величественны, высоки ростом и выглядели абсолютно несокрушимыми.

– Ух! – Хануман с ногами забрался на трон и приготовился созерцать сцену расправы. – Вот и конец вам пришёл!

– На редкость глупый поступок, – как можно безмятежней сообщил ему я. – Ну, убьёшь ты нас – и что? Выгода в чём?

– Не всё на свете делается ради выгоды! – крикнул бог. – Иногда надо убивать и для удовольствия!

Воины тем временем образовали вокруг нас круг, перехватили мечи поудобнее и застыли, как видно, ожидая приказа.

– Зарекалась с тобой связываться, – Кролина чуть не плакала. – И тот лук не получила, и этот сейчас потеряю! Ох, какой я тебе счёт выставлю!

– Не вздумай защищаться, – приказал я. – Если что – пусть рубят. Но в драку – не лезь. А потери я компенсирую, слово даю.

И я не вру. В данном случае косяк на сто процентов мой, потому будет Кролине лук из числа уникальнейших. С Костиком я договорюсь. В лепёшку расшибусь – а договорюсь. Опять же – шантаж, смешанный с угрозой физического насилия, всегда даёт отменный результат. Проверено опытным путём.

Но это потом, если все-таки мы тут умрём. Пока мы живы, а значит, ещё есть шанс побарахтаться.

– Хануман, – крикнул я, не обращая внимания на то, что существа в доспехах сделали маленький шажок, приближаясь к нам. – Ты не находишь, что выбран очень банальный способ убийства? Как сказал бы мой приятель Барон – примитивный. Что там! Для такого мастера интриги, как ты, просто унизительный.

– Ты о костлявом уродце с островов ведёшь речь? – уточнил бог. – Меня не волнует его мнение. Что же до способа – кризис жанра, надоедливая муха, кризис жанра. Возвращаюсь к истокам. Времена нынче такие наступили, что не до изысков.

Воины сделали ещё шажок, мечи поднялись выше.

– Времена всегда невесёлые, – возразил ему я, чуть отступая назад и прижимаясь своей спиной к спине Кролины. – Вопрос в другом – как их прогнуть под себя. Я – смог. А ты, похоже, нет. И кто из нас больше бог?

– Вот наглец! – возмутился Хануман, на этот раз неподдельно. – Эдак ты скоро скажешь, что такие, как я, будут работать на посылках у таких, как ты.

– Это вряд ли. Боги есть боги, смертные есть смертные. Высшие существа всегда будут пытаться навязать нам свою волю, просто в силу того, что мы по земле ходим, а они на вершинах горних возлежат. Но если ты и дальше будешь сидеть в этой конуре, шутить свои шутки и выбирать, к кому бы примкнуть, то от нас скоро отличаться точно ничем не будешь. Хотя нет, вру. Будешь. От меня – точно. Потому что я уже избран одной из тех, кто скоро вернёт себе силу и власть. Я не встану рядом с её троном, но займу место неподалёку от него. И вот тогда я вспомню этот день, этот зал и этот разговор. Может, даже попрошу её, чтобы ты выполнил пару моих поручений. За окороком мне в трактир сбегал или пивка принёс. Так что я, как и моя подруга, плюю на тебя. Ты – никто. И ничто. Твоя власть кончается вон за той дверью, именно поэтому ты нос за неё высунуть боишься.

И я плюнул в его сторону, правда, попал в одного из железных болванов, что немудрено – они вот-вот начнут нас крошить в капусту.

– Стойте, – неохотно произнёс Хануман и щелкнул пальцами.

Кролина шумно выдохнула, опасливо покосилась на меч, зависший прямо над её головой, и прошептала:

– Ты чёртов псих, Хейген. Не буду я тебя искать в реале. Я тебя боюсь теперь.

– Он не псих, а редкостный хам, – расслышал её слова бог. – А ещё склонен к нелепым и пафосным речам, которым грош цена. Они хороши только для скверно сложенных баллад, которые любят петь дикие северяне. Но, как это ни неприятно признавать, всё-таки он кое в чем прав. Ну, говори.

– Мне надо знать, где находятся развалины храма Тиамат, – выдав самую застенчивую улыбку, безмятежно произнес я. – Ты же наверняка это знаешь?

– Наверняка знаю, – согласился Хануман. – Но я хотел услышать от тебя другое. Что ты там говорил про богиню, трон и всё такое прочее?

– Твои родственнички там, наверху, уже вовсю власть пилят, – я потыкал пальцем в направлении потолка. – Кто-то лидирует, кто-то отстаёт, но никто не стоит на месте. Мало того – они уже добрались до делёжки людской веры. Вот и рассуди – когда пирог будет съеден и победитель отряхнёт со своих ног пепел побеждённых, что он сделает первым делом?

Хануман молчал.

– Правильно. Он начнет разбираться с теми, кто мог ему помочь, но не стал этого делать. А ещё с теми, кто в перспективе может оказаться для него соперником. В обоих случаях этим «кем-то» окажешься ты.

– Вон та подвеска, – сказал внезапно бог… Хотя – какой он бог? Божок. – Второй ряд, третья слева.

– Добраться бы до неё, – Кролина все ещё опасливо глядела на застывших воинов – Очень уж тесен круг вокруг нас, не пролезешь.

Хануман щёлкнул пальцами, существа в доспехах убрали мечи в ножны, развернулись и, чеканя шаг, отправились обратно к стенам.

Девушка бросилась к шкафу и почти уже цапнула указанную цацку, но в последний момент всё же отдёрнула руку.

– Это точно не очередная шутка? – уточнила она у божка.

– Бери смело, – отмахнулся тот. – Ситуация изменилась.

Кро сняла подвеску с гвоздя и замерла на месте, словно окаменела.

– Вот сейчас не понял! – взбеленился я. – Это что такое?

– Просто заклятие недвижимости, – замахал лапками Хануман. – На несколько минут она превратилась в статую, неподвижную, глухую и немую. Не люблю я решать серьёзные дела при свидетелях. Потом она отомрёт и даже не вспомнит, что с ней случилось. Итак, ты служишь Тиамат, я верно понял?

– Ты об этом узнал куда раньше, – хмыкнул я. – Как только я вошёл в твой храм. Не говори мне, что ты не увидел на мне её метки.

– На тебе меток, как на горилле блох, – резонно возразил мой собеседник. – И чем дальше, тем больше.

– Служу, – решил не спорить с ним я. – Причем честно и верно. И сейчас ищу руины её старого храма, того, что ещё до Исхода был построен. Только вот не получается у меня ничего…

– И не получится, – захихикал божок. – Ни у тебя, ни у других. Их нет на этом пласте бытия.

– Поясни, – попросил я. – Если можно.

– Можно, – покладисто согласился Хануман. – Но только после того, как ты поклянёшься мне в том, что скажешь ей, кто именно пришёл к тебе на помощь в тот момент, когда ты отчаялся. И добавишь, что я это сделал в память о том времени, когда сопровождал грозную Тиамат в её прогулках по джунглям.

– Замётано, – согласился я.

– Это не всё, – погрозил мне кулачком Хануман. – ещё скажи ей, что я буду рад встрече с ней. Если она захочет меня видеть, пусть пришлёт к моему храму одного из своих вестников.

Змею, что ли? Скорее всего.

* * *

Вам предложено принять задание «Услуга за услугу».

Условие – сообщить богине Тиамат о том, что бог Хануман оказал вам важную услугу и готов содействовать ей в будущем.

Награды:

15 000 опыта;

7000 золотых.

Принять?

* * *

А чего нет? Хороший квест. Лёгкий и полезный.

– И последнее, – в голосе божка громыхнула гроза. – Если про данный разговор узнает кто-либо из наших родственников и повинен в этом будешь ты, то берегись. Моя месть будет ужасна. Ты знаешь степень извращённости моего разума, потому представь себе, на что я могу пойти, желая кому-то отомстить! Представил? Нет? Правильно. Ты всего лишь человек, твоё воображение не в состоянии постичь всей злокозненности моих чёрных фантазий.

Нет. Не божок. Всё-таки бог. И ну на фиг его злить!

* * *

«Дополнительное условие к квесту “Услуга за услугу”.

Вы не вправе разглашать подробности разговора с богом Хануманом. В случае несоблюдения данного условия вас ждут очень, очень, очень большие неприятности».

* * *

– Договор, – веско произнёс я. – Роток на замок. Где храм?

– Мог бы и сам догадаться. Он там, где находится всё то, что уже ушло из этого мира, но ещё не сгинуло в небытие, – усмехнулся Хануман. – Он на Дороге между Дорог.

Глава шестая,

в которой герой пытается на грош купить пятаков

Вами выполнено задание «Истина где-то здесь».

Награды:

8000 опыта;

5000 золотых;

нагрудный знак «Ещё тот ловкач».

* * *

Воистину – «где-то там». Хотя какой я, к чёрту, ловкач? Никакой. Чем глубже я погружаюсь в текущие квесты, тем хуже мои дела.

* * *

Вам предложено принять задание «Путь в тумане».

Данное задание является пятым в цепочке квестов «Во славу Тиамат».

Условие – попасть на Дорогу между Дорог.

Награды:

75 000 опыта;

50 000 золотых;

титул «Искатель неведомого».

Получение следующего квеста цепочки.

* * *

Когда выполню этот квест, точно новый уровень возьму. Вон сколько опыта за него отваливают.

«Когда». Как же! Правильнее – «если». Не стоит льстить себе.

Дорога между Дорог. Я на ней бывал и не скажу, что это самое весёлое место из тех, что мне встречались. Нет, никаких таких особых ужасов там нет. Да и не особых тоже. Так, туман, неопределённость направления да странные видения, более всего похожие на ожившие детские фантазии, заблудившиеся на перекрёстках мироздания.

Эк меня занесло. Хотя так оно и есть. Помнится, Барон мне тогда сказал, что если уйти с основной дороги в сторону, то обратного пути в свой мир уже не найдёшь. Вопрос – и как мне там отыскать развалины храма?

Впрочем, это-то как раз вопрос номер два. Чтобы что-то найти, надо сначала попасть туда, где это есть. В тот раз на Дорогу между Дорог меня Сэмади вывел, зашаманив перед этим целый ритуал. До костлявого умника нынче не добраться, так что как проводник он отпадает, и вот тут-то возникает вопрос номер один – а как мне туда вообще пробраться? Костик тут мне не помощник, потому как и система не дура, да и он не волшебник.

Кстати, о волшебниках. Я же собирался к Бахрамиусу? Вот и славно, совместим приятное с полезным. Уверен, что кто-кто, а он-то точно в курсе того, как можно попасть на эту самую Дорогу, минуя момент плясок с бубнами и прочие псевдоязыческие развлечения. Ну или ещё чем поможет. Например, даст наводку на того, кто такие ритуалы проводит.

Ещё, помнится, Барон упоминал о каком-то сроке, который должен миновать между посещениями этого странного места. То ли месяц, то ли три… Вроде – месяц. Хоть один позитивный момент – я, получается, выездной. И вот ещё что. А ведь Соагду в день Исхода богов Демиурги как раз туда увели, на Дорогу между Дорог. Точно-точно. Не факт, что там и оставили, но вдруг? Но – если? Это будет просто подарок какой-то!

А ещё славно то, что теперь не надо гадать, какое из заданий следует выполнять первым. Надо искать бабушку Гедран, брать её за горло и выжимать информацию о том, где могилка славного рыцаря Ательстана. Короче – двигать именно эту линейку квестов. Кроме шуток – а если гроб с Соагдой находится где-то там, на Дороге между Дорог? Потому и не нашли рыцари свою покровительницу в этой реальности, хоть и ископытили её вдоль и поперёк. Может, лежит она в стеклянном аквариуме, а тот на цепях к веткам Мирового Древа пришпандорен. И под ним шустрые горбоносые эльфы со свежей щетиной уже магазинчик с сувенирами открыли, назвав его «У Богини».

Эк меня занесло! Надо притормаживать.

Но Бахрамиуса теперь посетить надо непременно. Как минимум для того чтобы узнать, не смылся ли он к своему повелителю на тот берег Крисны.

– Так нечестно, – ныла тем временем Кролина, хитро поблёскивая глазами. – Вон, Хейгену дали всё, много и сразу, это по его хитрой роже видно. Причём я даже не знаю, чего именно, и это бесит страшно. А я всего-то прошу подвеску!

– Какая она нудная! – скорчил забавную рожицу Хануман – Чего ты её до сих пор не отравил?

– Люблю, – пожал плечами я, заметил расширившиеся глаза Кро, и пояснил: – Как друга.

– Ну вот! – расстроился бог – После таких откровений её тиграм уже не скормишь. А я только-только собрался вон тот рычаг повернуть. Ну да, что слева от трона. Экая досада! Ладно, забирай свою драгоценность!

Он махнул лапкой, и сотни алмазов, призывно поблёскивающих в свете факелов, исчезли в никуда. Только одна подвеска и осталась.

Вот ведь. Поди знай, что это – доброта или ловушка?

Причём Кролина, пусть и знающая Ханумана куда меньше, чем я, явно тоже задалась данным вопросом. Это было понятно из того, что она не бросилась с радостным воплем к заветной цацке, дабы сунуть её в свою сумку. Напротив, она стояла и с сомнением смотрела на бога.

– Не веришь? – верно истолковал её взгляд Хануман. – Мне – и не веришь?

– Ну да, – ответил ему за девушку я. – Сам виноват. Такая уж у тебя репутация.

– Я добрый и честный, – приложил лапки к сердцу бог. – Ладно, хорошо. Иногда – шалю. Случается. Но хорошим людям опасаться нечего. Эта девушка достойна награды. Мне не хамила, вела себя прилично и тебя, гадёныша, убивать не стала. Так что… Ааааа! Знайте широту моей души!

Он топнул ножкой, и колба, выточенная из цельного алмаза, распахнулась. Вот он, заветный лук! Подходи и забирай!

– Вот теперь точно ловушка, – чуть ли не со слезами в голосе сообщила мне Кролина. – Сердце кровью обливается.

Она подошла к шкафу, сняла с гвоздика подвеску, с невыразимой тоской посмотрела на желанное оружие, но даже и не подумала к нему прикоснуться.

Хануман, развалившись на троне, с интересом за ней наблюдал, никак не комментируя происходящее.

– Закрылся квест, – сообщила мне Кролина. – Ты всё?

– Ну да – подтвердил я – Что надо – то сделал.

– Благодарю тебя, Хануман, – внезапно отвесила богу поклон девушка. Не поясной, разумеется, но довольно низкий. – Если когда-нибудь я смогу тебе чем-то помочь, то буду рада это сделать.

Чего-чего, а озадаченности на обезьяньей мордочке Ханумана мне видеть ранее не приходилось. Правда, буквально через секунду он снова шаловливо оскалился, показав нам короткие жёлтые клыки, махнул лапкой, и перед нами оказался дверной проём, за которым виднелась зелень поляны, находящейся в центре джунглей.

– Конец аудиенции, – понятливо кивнул я и шагнул вперёд. Кролина молча последовала за мной.

– Держи, воительница, – из темноты храма, который мы только что покинули, вылетел сначала лук, а за ним колчан. – Мне всегда врут, а ты сказала правду. В твоём голосе и твоём сердце не было лжи, ты и правда готова мне помочь. Будем считать, что я расплатился с тобой за ту услугу, что ты мне ещё не оказала. Но помни – боги всегда взыскивают свои долги! Если же это оружие тебе ни к чему… Оставь его просто лежать на траве и уходи.

– Квест открылся? – сразу спросил у Кролины я. – Если да – читай условия внимательно! Этот товарищ…

– Ты меня ещё поучи! – перебила меня девушка. – Ого, божественный! Хотя – о чём я? Он же бог.

– Бог, – хихикнула темнота в дверном проёме. – Настоящий! Кто бы что ни говорил!

Кро прочитала условия, помолчала, несколько раз подпрыгнула на месте, прихлопывая ладошками, а после подошла и подняла с земли оружие.

– Вот и славно! – сообщил нам голос Ханумана, а после дверь захлопнулась, закрыв проход в храм.

– Кабала? – уточнил я приличия ради.

Серьёзно – даже интересно не было. У меня своих забот полон рот, что мне до чужих? Она знала, у кого берёт квест, так что пусть теперь сама разбирается.

– Не то чтобы, – уклончиво ответила Кролина. – Скорее – неопределённость. Что-то, когда-то, где-то. И всё это – потом, не сегодня.

– Понятно, – я потянулся. – Ну, ты куда сейчас?

– Я-то? – ответила девушка рассеяно, и тут же зло проорала: – Сука! Лук на сто восьмидесятый уровень! Скотина ты такая!!!! Сто восьмидесятый!

Мне показалось или рядом с нами кто-то тихонечко так захихикал?

– Кро, успокойся, – посоветовал я беснующейся… хм… воительнице. – Такова божественная суть Ханумана. Не умеет он по-другому. Да и не обманул он тебя, просто всей правды не сказал. Тем более что ты у него её и не просила.

– Сто восьмидесятый! – запал гнева прошёл, и теперь Кро чуть ли не хлюпала носом. – Гадство какое! Даже если с зельями и магической поддержкой, если в режиме «двенадцать часов в день», то всё равно быстро мне столько не набить.

– А ты куда-то спешишь? – приобнял её я. – Вроде как игра завтра не заканчивается. Впереди смутное время, война, распри богов, ловля чужой рыбки в мутной воде интриг. Там тебе и опыт, и всё остальное будет. Ну, солнышко! Выше нос. К тому же, не возьми ты этот лук, потом себя годами за это ела бы. День за днём. Такова людская натура – и так нам плохо, и эдак тоже.

– Руки убери, – уже знакомым и привычным тоном посоветовала мне девушка. – И если сейчас прозвучит что-то вроде «у меня похлеще обломы случались, и знаешь, что лучше всего помогало?», то я буду очень разочарована.

– Да не собирался вроде подобный текст произносить, – выполнил её просьбу я. – Это теперь такие подкаты в ходу? Мол, и не такое бывало, поехали ко мне, снимем стресс? Мельчает молодое поколение, фантазия на нуле. Или ты просто не очень везучая в личном плане, тебе попадались зануды без куража в крови.

– Я на Запад, к королеве Анне, – не стала продолжать беседу на столь скользкую тему девушка. – Пойду квест сдам. Айда со мной? Ты вроде там тоже много кого знаешь, глядишь, быстрее управлюсь с делами. А потом махнём вместе на сборище лидеров.

– Не-а, – покачал головой я, решив, что если даже Анна ещё и не вернулась, то Вайлериус у Кро точно квест примет, потому и без моей помощи она отлично управится. – У меня другие планы. Ребятам привет передай, и скажи, что я не по своим вопросам мотаюсь, а по общим. Тем более что это чистейшая правда. И это… С «Вербумами» поосторожней будь. Нет, так они вроде люди внятные, но всё же мы с ними пуда соли пока не съели.

– Ладно, – миролюбиво согласилась девушка, неожиданно чмокнула меня в щёку и секундой позже растворилась во вспышке портала.

А следом за ней и я покинул многоцветье Юга, променяв его на монотонную серость скал, окружавших резиденцию Ордена Плачущей Богини.

Сдаётся мне, что когда те, первые рыцари тут, в Леебе, строили цитадель, то они, должно быть, специально всяческую зелень в этих краях извели. Чтобы всякий сюда пришедший понял, что здесь праздника нет и быть не может. Аскеза и угрюмое служение высшей цели – вот основы местного бытия.

Потому, наверное, некоторые рыцари так радуются, увидев Трень-Брень. Эта забавная девчушка при всех своих недостатках являет собой Жизнь во всём её нелепом и прекрасном многообразии, а потому напоминает им, годами сидящим за этими стенами, о том, что есть вокруг и другой мир, с запахами, звуками, чувствами и вкусами.

Впрочем, все эти нюансы меня сейчас мало интересовали. Я прибыл с конкретной задачей, и главным теперь было то, чтобы тот, кто мне нужен, оказался на месте.

– Лэрд Хейген, – латные перчатки постовых, расположенных у входа в цитадель, брякнули о доспехи в том месте, где у всякого порядочного рыцаря бьётся горячее и отважное сердце. – Великому магистру фон Ахенвальду немедленно будет доложено о вашем прибытии.

– Не надо, – остановил я начальника караула. – Я не к нему. Брат Юр здесь? Никуда не отбыл?

– Он в цитадели, – задумавшись на секунду, ответил мне рыцарь. – В самом деле, он несколько дней отсутствовал, но как раз вчера вернулся. Ему доложить о вашем прибытии?

– Лучше провожатого дайте, – попросил я его. – К фон Ахенвальду дорогу я помню, а вот до казначея просто так не дойдёшь. Боюсь, заплутаю в ваших коридорах, пока до его каморки доберусь.

Ну да, каморки. Помещение у брата Юра было скромное донельзя. С его-то влиянием и свободным доступом в казну он мог развернуться так, что ого-го! Но нет – маленькая комнатушка с крохотным окошком, половину которой занимал стол, заваленный бумагами, и пара стульев.

И ведь не напоказ он так существовал, ему на самом деле этого минимума удобств хватало для счастья. Наверное, потому, что для него оно было не в роскоши, а в чём-то другом. Чём-то таком, что лежало вне моего понимания. В том, что иные философы называют «жить ради идеи». Хотя, ради правды, идеи тоже у всех разные бывают. У меня в реале имеется один приятель, он тоже себе во всём отказывает ради неё, родимой. Да что там – ей одной и живёт. Вот только идея эта – купить себе в южных морях остров с местным населением, причём предпочтительнее всего не сильно цивилизованным, а после вести жизнь плантатора шестнадцатого века. Ну, разве что только без физического насилия над туземцами и права «первой ночи». Дикое-то это население дикое, но про суды и защиту прав человека оно всё равно слышало.

И ведь купит. Тем более что цена такого острова на фоне стоимости не самой большой «двушки» в районе Садового кольца выглядит не столь и катастрофичной. А если совсем в центре Москвы, где-нибудь на Манежной или Тверской, так и вовсе смешной.

– Х-хейген, – брат Юр, старательно скрипевший пером по пергаменту, поднял голову, услышав звук открывающейся двери, и, казалось, совершенно не удивился, увидев меня. – Р-рад твоему в-визиту. Только п-подожди минуту, я закончу это п-письмо.

Я примостился на стуле и стал думать, как бы так половчее начать разговор. В смысле – чтобы цена для меня не оказалась слишком высокой. Это с тем же Ахенвальдом удобно, он истинный рыцарь, его на одном уважении к памяти предков можно было бы в эту историю втравить. Мол – прошлое Ордена свято, проклятая ведьма лапает его своими грязными руками, и так далее.

Брат Юр в подобную чушь не верит. Все эти идеалы нельзя потрогать руками, а значит, они не существенны. Он прагматик до мозга костей и прекрасно поймёт, что в данной ситуации мне Орден нужнее, чем я Ордену. А после выставит счёт.

Что? Я говорил о том, что брат Юр работает за идею? Ну да. Но я говорил и о том, что идеи бывают разные. Я не знаю, какая именно из них владеет душой этого человека в невзрачном чёрном балахоне, но она точно не о дружбе всех со всеми и мире во всём мире. Не его это.

– Итак, – брат Юр присыпал пергамент песком, а после свернул его в «трубку». – С чем п-пожаловал?

– С предложением, – так и не придя к определенному решению, ответил я. – Я тут кое-что разузнал… Вы же знаете, я общаюсь с самыми разными существами, и иногда меня заносит в довольно странные места.

– Есть у тебя т-такая слабость, – благодушно подтвердил брат Юр. – Я подобное не од-добряю, но твоя ж-жизнь – это твоя ж-жизнь. И?

– Вам ведь знакомо имя «Ательстан»?

– Ст-тарое имя, – передёрнул плечами казначей. – Сейчас им детей почти не наз-зывают. Архаика. Д-да и мода поменялась. Ч-чушь, конечно, – мода на им-мена. То всех М-марками называют, то Дж-жонами, а то и Аристофанами. Что за имя т-такое – Аристофан?

Оп-па! Зацепило. Мне знаком и этот поток слов, который убаюкивает собеседника, и этот дружелюбный тон, и этот цепкий взгляд. Тот, который тебя уже обмерял, взвесил, оценил и признал достойным для того, чтобы пустить в дело.

Ему интересно, что уже здорово. При своих, ясное дело, не останусь, но, если повезёт, всё же доберусь до цели. Но не это главное. Самое важное – потом, когда все кончится, оттуда живым уйти. Не даёт мне покоя мысль о том, что слишком глубоко я погружусь в неприглядное прошлое Ордена. Настолько глубоко, что статус может поменяться с позиции «друг» на клеймо «нежелательный свидетель».

Не скажу, что сама мысль о смерти меня очень-то пугает, но с учётом специфики квестов и общей сложившейся ситуации никто не скажет, как эта гибель может сказаться на конечном результате. Да и вещей жалко.

А самое главное – мне очень не хочется лишаться поддержки Ордена. Я к ним привык за это время.

Может, и правда надо было не к брату Юру, а к фон Ахенвальду сходить? Взять с собой фею, пусть та его опять «деда Лео» поназывает. Старик размякнет, тут я его и «хап».

– Т-так что с этим Ательстаном? – уточнил казначей – Ч-что он натворил?

– Шалун он был, – расплылся в улыбке я. – Безобразник тот ещё! Деревни жёг, людей убивал, клятвы нарушал. А ещё он с ведьмой сошёлся очень-очень близко, настолько, что у них даже ребёночек родился. Рыцарь и ведьма! Звучит как название немудрящего дамского романа. Самое же пакостное, что Ательстан этот приходился родным братом…

– П-понятно, – остановил меня брат Юр. – Д-дальше не надо. Это д-давняя история, которую м-мы стараемся не вспоминать. Н-нет, тайны в этом н-никакой нет, но – зачем? Д-да, Ательстан предал и св-воих друзей, и д-данные им клятвы, и п-память брата, это так. Д-да, его лучший друг С-сонарола сначала уб-бил в-ведьму, что стала возлюбленной рыцаря-ренегата, а п-после и его самого, и в к-конце концов немного п-подправил историю Ордена. С-собственно, даже и не историю еще, а её ос-сновы. Н-невелик грех, на м-мой взгляд.

– Эти нюансы мне неинтересны, – прищурился я. – Ваша история, ваши тайны – я тут лишний, разбирайтесь сами. У меня в этом деле имеется чисто практический интерес. Думаю, вам известно, что у Ательстана в момент гибели имелись при себе некие бумаги?

– П-положим, – брат Юр окончательно стал похож на гончую, взявшую след волка.

– И какие именно – тоже известно?

– С-само собой, – подтвердил брат Юр.

Сдаётся мне, что он блефует. Или нет? Чёрт, никогда с ним ничего заранее не знаешь.

Я сделал ход конём. Я изобразил на лице ироническую усмешку и замолчал.

– С-соагда, – спустя минуту произнес брат Юр. – Бумаги, что Ательстан з-забрал из Академии М-мудрости. В-верно?

– Если вы знали, чего ж старуху до сих пор не отловили? – удивился я.

– П-почему, ловили, – брат Юр откинулся на спинку стула. – И тогда, во времена С-сонаролы, и потом, и даже в м-мою бытность. Р-рыцарей положили много. Толку чуть. Будучи связанной, она с-сыплет проклятьями и непристойностями, а п-после, раньше или п-позже, покидает свою б-бренную оболочку, т-так и выдав нам с-своей тайны. М-мы же несём п-потери, не приобретая ничего.

– А если я скажу, что есть способ разговорить эту особу? – мой голос приобрёл интонации провокатора из дешёвого сериала о войне. – Полной гарантии не дам, но кое-что в запасе имеется.

– Я скажу – это инт-тересно, – подумав, ответил брат Юр. – М-можно внести предложение н-на совет, в течение м-месяца оно будет рассмотрено, и п-после…

– Поимка старухи Гедрон напрямую связана с тем делом, что более других сейчас интересует Орден, – прервал его я. – Тем, что вы мне поручили. Так что быстрое решение данного вопроса в ваших интересах.

– Вот с этого и с-следовало начинать, – назидательно произнес брат Юр. – А т-то начал п-плести какие-то словесные уз-зоры, про к-клятвы и т-тайны седых времён.

И ведь не возразишь. Вот как он всякий раз умудряется вывернуть ситуацию таким образом, что я себя дураком ощущаю? Или дело не в нём…

Да нет, в нём. Точно в нём.

– С-сразу обозначу нашу п-позицию, – брат Юр снова посерьёзнел, а глаза его заледенели. – Если Орден поможет в-вам, лэрд Хейген, и д-дело выгорит, т-то все документы, что будут об-бнаружены, переходят в собственность Ордена. В-все! До единой б-бумажки. Это условие н-не обсуждается. М-мало того – п-прямо здесь и с-сейчас вы дадите мне к-клятву в том, что н-никто и никогда не узнает о т-том, что они в-вообще существовали н-на самом деле. П-пусть все так и д-думают, что данные б-бумаги только л-легенда, д-древняя и неприглядная.

Ого. На «вы» перешел. Видно, и правда в прошлом Ордена всякого разного много понамешано, из числа того, о чём вслух не говорят. Ну да ничего, доберусь до бумаг, пойму, чего это казначей так встрепенулся.

– Но я с ними ознакомлюсь, – припечатал ладонь к столу я. – Иначе зачем оно всё мне вообще нужно?

* * *

Вам предложено принять задание «Мёртвые должны молчать».

Условие – вы берёте на себя обязательство не присваивать ни единого документа из архива рыцаря Ательстана, а также никогда и нигде не упоминать о том, что вы его вообще видели.

Награды:

10 000 опыта.

Принять?

Внимание.

В том случае, если вы нарушите данное обязательство, ваши отношения с Орденом Плачущей Богини будут изменены до состояния «Вражда».

* * *

– У т-тебя будет такая в-возможность, – подумав, произнёс казначей. – Д-договорились.

– Клянусь в том, что буду молчать о прочитанном и увиденном, – нажал кнопку «Принять» я. – Как рыба.

Брат Юр с прищуром посмотрел на меня, после помахал перед моим носом указательным пальцем правой руки, как бы говоря: «Смотри, слово дано», и снова откинулся на спинку стула.

– Вот только я не знаю, где мне искать зловредную старушонку, – вздохнул я. – её же по всем Раттермарку носит. Неугомонная она.

– Это не твоя п-печаль, – отмахнулся брат Юр. – П-поиски этой дамы Орден б-берёт на себя. Главное, не подведи м-меня потом, когда придёт время р-развязывать ей язык. П-признаться, даже я опустил руки в д-данном вопросе. В-ведь и так её т-терзал, и эдак. Д-даже у нашего общего д-друга позаимствовал м-мастеров из тех, кто умеет р-разговорить самых упорных молчунов, есть у него т-такие. И всё впустую. Н-ни слова на нужную тему не п-промолвила ни разу, з-зато, как я и упоминал, на п-проклятья не скупилась. А они у неё с-сильные, два раза сам чуть не п-погиб из-за них. Хорошо хоть с-среди моих знакомых м-магов хватает, что эту д-дрянь снять могут.

Как-то очень уж легко казначей мне поверил. Хотя… Подозреваю, что он просто догадался, чьей именно поддержкой я заручился. Да и потом – он ничего не теряет. Расплачиваться с тем, кто нам поможет, придётся мне, жизнью рисковать – рыцарям. А он, как всегда, получит то, что хочет, легко и бесплатно.

Интересно, а учеников брат Юр не набирает? Я бы у него постажировался. К Кемалю в ученики не пошел, а вот к нему бы – запросто.

– Что от меня зависит – всё сделаю, – заверил его я. – Вы только её найдите, причём желательно поскорее. Времена наступают неспокойные, вон как континент потряхивает. Того гляди, война полыхнёт как костёр, народ друг дружку резать начнёт. Тогда нам всем не до престарелой ведьмы станет, другие интересы появятся. Ордену сирых и убогих защищать, мне Пограничье от агрессора беречь.

– В-война – привычное состояние ч-человечества, – возразил мне казначей. – Они и не п-прекращались. Просто раньше они б-были локальными, и не настолько з-заметными. А теперь в-все будут воевать со в-всеми, что есть г-гимн идиотизму. Потому Орден с-собирается остаться в стороне от г-грядущих битв. Мы з-запрёмся тут, в Л-леебе, заранее заявив о своем н-нейтралитете, и предоставим убежище учёным, м-музыкантам, л-лекарям и т-тому подобным личностям, которые н-не способны п-позаботиться о себе в л-лихолетье.

– А как же Чёрный Властелин? – с лёгкой ехидцей уточнил я.

– Он наш в-враг, – не задумываясь, ответил мне брат Юр. – Если он п-пересечёт Крисну, то м-мы примкнём к той р-рати, которая встанет против н-него. Это наш д-долг.

– Позиция, – признал я.

Вот только есть ещё один момент. А что, если ваша вновь найденная богиня отдаст Ордену приказ поддержать силой… Неважно. Кого-то. Например – нас. И что тогда? Вы скажете «нет»? Сомневаюсь.

А если мы займём сторону Странника? Ну так, в порядке бреда, предположим? И тогда как? Коллективное самоубийство всех рыцарей в связи с крушением идеалов?

Шаткая позиция у Ордена. Очень шаткая.

Или брат Юр опять мне дует в уши?

Ладно, это всё на потом можно отложить. Но не забыть, ибо Орден – это сила, которую никогда не стоит сбрасывать со счетов.

Самое главное – я добился своего. И даже более того. Мне теперь не надо Файролл копытить в поисках ведьмы, что неимоверно радует.

– Т-тебя известят, когда п-придёт время отправляться на охоту, – брат Юр снова взялся за перо и пододвинул к себе очередной свиток.

– Если меня не найдёте, можно будет передать информацию… – начал было я, но казначей меня перебил:

– Т-тебя найдут, не п-переживай. Т-ты же знаешь, у Ордена длинные р-руки.

Хоть бы усмехнулся, давая понять, что данная фраза – шутка.

Вот интересно, почему, расставаясь с этим человеком, я всякий раз ощущаю, что он где-то и в чём-то меня нагрел? Может, потому что всё именно так и обстоит?

Да и вообще – не так, как всегда, прошёл это визит. Брат Юр сегодня был каким-то отчуждённым. Может, он просто устал от своих вечных интриг?

Селгар в очередной раз оглушил меня своим гвалтом, шумом и воплями торговцев.

– Вай мэ, брат! Купи кынжал! Сталь – изюмительный! – буквально вцепился в меня заросший чёрным волосом торговец, беспардонно всунув мне свои губы прямо в ухо – Рэжет всо! Барашек, враг, неверный жена! Главное – не забудь к нему у меня ножны купить! И тогда пояс ты получишь бесплатно, мамой клянусь!

– Что твой кинжал? – вцепился в меня, с другой стороны, ещё один торговец, судя по внешнему виду, родной брат первого – У него он уже есть! Ему нужны слава и богатство! И, клянусь богами, у меня имеется и то и другое! Вай, воин, благодари небеса за нашу встречу! Они подарили тебе такой шанс, которого второй раз ты не получишь! Именно у меня, Юсуфа Стервятника, есть карта заброшенного города, где скрыты…

– Отцепитесь от меня оба, – потребовал я, сбрасывая с интерфейса сразу два сообщения – о том, что я могу взять квест с дивным названием «Золото в песках? Ну-ну!», и предупреждение системы, в котором меня призывали быть бдительным, ибо в Селгаре полно мошенников вообще и карманников в частности. – Стража!!!!

Волшебные слова сработали, оба проходимца мигом скрылись в ближайшем переулке.

Не зря я сюда только вечером хожу, когда базар уже закрыт. Вот ведь хаос какой!

До башни Бахрамиуса я добрался с огромным трудом, то и дело отбиваясь от назойливых торговцев всем-всем-всем и раздавая несильные (чтобы система мой ник в красный цвет не окрасила), но унизительные тумаки воришкам из числа игроков, как правило, очень невысокого уровня. Один из них, кстати, даже попробовал меня пристыдить за то, что я только о себе и думаю. Мол – если все будут драться, как ему навык прокачивать? Я до такой степени удивился, что даже не сразу нашёлся, что на это ответить.

– Эй! – постучал я в массивную дверь. – Есть кто дома?

Тишина.

Я снова постучал. Потом сменил кулак на каблук, отчего удары стали куда громче. Вот только результат не воспоследовал.

Значит – пролетел я с этим вариантом. Беда. Вот прямо – беда. Других знакомых волшебников-НПС такого уровня, причём готовых держать язык на привязи, у меня нет. Про всё остальное и говорить нечего. Хотя, ради правды, на то, что Бахрамиус поможет мне связаться с Бароном, я особо и не рассчитывал, но вот Дорога между Дорог для меня, похоже, закрылась, не открываясь.

И в тот момент, когда мне стало жалко себя настолько, что я даже стал подумывать о том, чтобы выйти из игры и жахнуть пару рюмашек чего-нибудь спиртосодержащего, а после пойти и обеспечить Костика новой головной болью, что, в принципе, не очень честно, но зато практично, дверь за моей спиной скрипнула и сонный голос спросил:

– Зачем так долго и громко стучишь, слушай? Послеобеденный сон угоден небесам. Уходи, назойливый посетитель, и не подходи больше к эта дверь. А если не послушаешь, то клянусь могилой моего отца, большое горе в твой дом приди.

Уффф! Не знаю, тут ли Бахрамиус, но наличие слуги – это уже здорово. Это – шанс!

– Друг мой! – распахнул я объятья навстречу двухметровому верзиле с носом, похожим на большой банан, и в засаленной тюбетейке на голове. – Как твои дела? Помог ли мой подарок твоей беде?

Эту тюбетейку я сам привратнику мага давным-давно подарил, пообещав, что она стимулирует рост волос на его лысой голове. Вообще-то я её нашел в куче хлама, которая осталась в пещере Орта после того, как он отбыл на Равенхольм, потому она вряд обладает хоть какими-то магическими свойствами. Но с учётом того, что привратник Бахрамиуса парень недалекий, шансы на положительный ответ крайне велики.

– Мой дорогой! – завопил слуга мага так громко, что пара прохожих шарахнулись от него в сторону – Как я рад тебя видеть! Вот, гляди!

Он сорвал с головы тюбетейку и показал мне ёжик волос, причём отчего-то весёлого оранжевого цвета.

– Фига себе! – ошарашенно почесал я затылок – Работает!

Вот не ожидал. Хотя – почему нет? Орт теперь кто? Бог. И предметы, которых он касался, тоже, скорее всего, обрели какие-то магические свойства.

Хм. Может, отправить в его пещеру кого из клана? Пусть там как следует пошарят, тайники поищут, да и в куче того мусора ещё пороются. Не так много в игре ещё предметов, ранее принадлежащих богам, а потому стоят они дорого.

– Ты к хозяину? – потискав меня в объятиях, спросил привратник. – Да?

– А он там? – с замиранием сердца поинтересовался я, потыкав рукой в направлении окон башни.

– Как же! – приподнял меня в воздух обрадованный слуга – Для тебя – да. Он мне давно сказал, что если ты снова придёшь к дверям его дома, то встретить тебя как родного! Пошли скорей, порадуем хозяина!

Камень с души упал. Даже не камень – валун.

– Давай! – немедленно согласился я. – Веди!

Глава седьмая,

в которой речь идёт о старых знакомых

Всё тот же примитивный лифт в виде коврика-самолёта вознёс нас на самую вершину башни, и я в очередной раз убедился, что волшебником быть выгодно. Ну кто ещё обеспечит себе подобие технического прогресса в мире меча и магии? Да никто. А они – пожалуйста.

Бахрамиус по своему обыкновению возлежал на подушках и предавался томной лени, что ещё раз подтверждало мою правоту. Вот я, воин, только и делаю, что землю ногами топчу в поисках хлебушка насущного. А у мага и так всё хорошо: знай жди, пока всё само к тебе придёт. Причём – лёжа жди.

И ведь приходит!

– Дорогой друг! – увидев меня, волшебник радостно распростёр руки в стороны, при этом даже не подумав встать на ноги. – Как я рад тебя видеть! В моём сердце распускаются розы! Ложись рядом!

Ох уж эти мне восточные штучки! Услышь такое кто посторонний, невесть что подумал бы, и объясняй потом, что никакого такого второго смысла в этом предложении нет. И первого тоже. У местных богатеев большая часть жизни проходит в горизонтальном положении. Нет на местном Востоке стульев.

Ложиться я не стал, присел на одну из подушек, сложив ноги по-турецки.

– Щербета? – радушно предложил волшебник, и кувшин с затейливой чеканкой на боках, стоящий на низеньком столике, забрякал крышкой. – Или же желаешь зелёного чаю? В столь жаркий день он полезен и приятен.

– Яду бы, – не стал кривить душой я. – По нынешним делам оно самое то. Хорошего, покрепче.

– Вижу, тебя что-то гнетёт, – поцокал языком Бахрамиус. – Поделись своими печалями. Может, я смогу чем-то помочь?

– Не стану врать – с тем и пришёл, – не стал чиниться я. – Ты моя последняя надежда, великий маг, и я очень рад, что застал тебя здесь. Если честно, опасался, что ты уже отправился к нашему повелителю, где занял приличествующее тебе место близ его чёрного трона. Где-то по правую руку.

– Хотел, – посерьёзнел волшебник. – Собрался уж. Но мне было велено пока ждать здесь. Чего именно ждать, он не сказал, но это и не столь важно. Знаешь, воин, я со времён учёбы никогда ничьим приказам не подчинялся, всегда поступая так, как хотелось мне самому. Он – первый человек за много десятилетий, пред чьей волей я склонился, потому любой его приказ для меня единственно верное решение. Сказано ждать – буду ждать. Тем более что дом есть дом, в нём всяко лучше, чем в гостях.

– Это да, – согласился я. – Здесь и стены помогают. Так, значит, у тебя есть возможность говорить с ним?

Бахрамиус ничего мне на этот вопрос не ответил, изобразив ладонью правой руки некое волнистое движение. Мол – наука умеет много гитик.

– Там, рядом с ним, обретается некое… эээээ… – я задумался, как бы так охарактеризовать Барона. Существо? Если до моего костлявого приятеля это слово дойдёт, то он обидеться может. На бога же он пока не тянет. Ну да, многие его за такого держат, но всё же для меня он пока не таков. – Некая сущность. Она носит забавную шляпу, руководит мёртвыми и постоянно жуёт орешки. Имя ей, точнее, ему – Барон Сэмади.

– Я слышал про данное существо, – заинтересовался Бахрамиус. – Чёрный Отцеубийца, так его теперь зовут на тёмных путях. Многие из тех, кто умер, но продолжает жить, и ранее числили эту сущность своим повелителем, а после того, как сила Чемоша перешла в его душу, стали просто-таки рваться под его знамена. Ещё знаю, что все силы Света пытались найти его и убить, пока он был на их землях, но этот Сэмади сумел уйти за Крисну, на земли нашего с тобой владыки, где был им обласкан и приближен к трону.

– Мне позарез надо с ним поговорить, – подытожил я. – Сил нет, как нужно. Но как до него достучаться, понятия не имею. Не поможете?

– Увы и ах, – огладил бороду Бахрамиус. – Как? Люди ещё не придумали таких устройств, чтобы общаться друг с другом на расстоянии. Иногда повелитель приходит ко мне во снах, чтобы изречь очередное своё повеление, но это другое. Извини, друг мой, тут я бессилен. Но если случится так, что я всё же покину свой дом и приду туда, куда рвётся моя душа, то передам твою просьбу Чёрному Отцеубийце. Даю в том слово.

– Беда, – загрустил я.

– А что он может такого, что не под силу мне? – уточнил маг. – Расскажи. Видят небеса, я не последний из чародеев Раттермарка.

– Дорога между Дорог, – не стал особо ломаться я. – Мне надо попасть на неё и кое-что там найти.

– Однако, – помолчав, изрёк Бахрамиус. – И в самом деле непростой тебе выпал жребий. Причём самое сложное не попасть туда, а что-то там отыскать. Я не раз бродил по тамошним туманным тропам, и признаюсь честно, всякий раз ломал голову над тем, вернусь я обратно или нет. Случалось, что мне доводилось обрести желаемое, то, за чем туда шёл, но чаще просто приходил домой с пустыми руками. Это странное место, в котором нет привычной нам логики событий. Шаг в сторону с дороги – и ты можешь навсегда заблудиться в отражениях других времён и других миров.

– Не мой сегодня день, – сообщил я собеседнику. – Совершенно. А что вы там сказали насчёт того, что попасть туда несложно? Я знаю, что там ритуал нужен, причём очень непростой.

– Это так, – подтвердил Бахрамиус. – Но ритуал нужен тем, кто не заключил договора с элементалями земли, воздуха и времени. У этих простаков нет ключа, который открывает замок, потому они пользуются отмычкой, заходя на Дорогу между Дорог с чёрного хода. В этом случае без сложного и хлопотного бегания у чародейского котла не обойтись, твоя правда.

– А вы этот договор заключили? – уточнил я.

– Разумеется, – улыбнулся чародей. – ещё лет сто назад. Дело непростое, но нужное. Не ради этого пути в тумане, у меня имелись и другие резоны. И – не самолюбия ради, а правды для – скажу тебе, что ещё только двум магам, помимо меня, удалось заключить подобный договор. Из ныне живущих, имеется в виду.

Правильно я сделал, что к нему заглянул, можно мысленно погладить себя по голове. Бахрамиус – выигрышный билет, который есть у каждого серьёзного квеста. Мне про них Валяев ещё давным-давно рассказал. У заданий, которые предполагают нелинейность и многослойность, всегда есть несколько сложных вариантов решения и один простой. Только отыскать этот короткий путь всегда очень непросто. Настолько, что легче идти трудным и длинным путём. Хотя иногда случается и так, что ответы лежат на самой поверхности. Просто их не видит никто, включая меня, любимого.

– А мне эту дверь откроете? – напрямую спросил я. – Очень надо!

– Зачем? – глаза чародея блеснули. – Скажи, а я решу. Только говори правду, не порть наши отношения грязной ложью.

– Мне надо найти там развалины храма богини Тиамат, – чуть помедлив, признался я. – Отколупнуть от них один кирпичик, после притащить его в наш мир.

Чародей протянул руку к чёткам, лежащим рядом с ним на золотом подносе, цапнул их своей тщедушной лапкой и начал сочно щёлкать костяшками.

Он молчал. Смотрел на меня – и молчал.

– Ещё хотелось бы разведать, куда Демиурги отправили часть богов в дни Исхода. Но это так, между прочим, – добавил я. – Из одного древнего свитка я выяснил, что именно туда, на Дорогу между Дорог, они увели тех, кто не запятнал себя предательствами, убийствами и ложью. Не факт, что они оставили их там, но кто знает?

– Не оставили, – наконец подал голос маг. – Это точно. Демиурги в этом месте подобны нам, смертным. Они там только гости, их власть в тумане междумирья ничто. Кто бы им позволил там что-то оставить? И следа ты тоже не найдёшь – слишком много времени прошло. Для Дороги между Дорог день является вечностью, а вечность там кажется днём.

С одной стороны, это хорошо, потому что теперь появилась предельная ясность в квесте с Соагдой. Надо ловить бабку Гедран и терзать её при посредстве богини. С другой – жалко. Было у меня подозрение, что эта самая Дорога есть альтернативное решение квеста. Ан нет, обманочка оказалась.

– Значит, ты присягнул Тиамат, – задумчиво протянул Бахрамиус.

– Она тёмная богиня, – поспешно сообщил ему я. – И симпатизирует нашему Повелителю, это мне известно наверняка.

– Тиамат сама тебе про это сказала? – с долей иронии поинтересовался маг.

– Ну да, – подтвердил я. – Лично.

– Не врёшь – удивлённо дёрнул себя за бороду мой собеседник. – Клянусь предвечным небом – ты не врёшь.

– Сами же сказали – не оскорблять наши отношения ложью, – пожал плечами я. – И потом – мы служим одному господину, у нас одна и та же цель на двоих. Какой смысл в обмане?

– Я открою тебе дверь, – заявил Бахрамиус, как видно, сделав из услышанного какие-то свои, только ему понятные выводы. – Мало того – подскажу тебе, как обмануть хранителей того места, куда ты направишься. Не обещаю, что мой совет поможет тебе достичь поставленной цели, но он точно даст тебе возможность вернуться назад – сюда, в наш мир. Но предупреждаю – то, что ты услышишь, может тебе не понравиться.

– Мне вообще много чего не по душе в этом мире, – отмахнулся я. – Например, тот факт, что для общения со старым другом мне придётся пересекать реку вплавь, причём без возможности вернуться обратно.

– Не стоит спешить с выводами, – посоветовал мне Бахрамиус. – Сначала послушай, что я тебе скажу.

Я устроился поудобнее и обратился в слух.

– Не стоит верить слухам о том, что Дорога между Дорог является местом, которое крайне опасно, – лукаво улыбнулся Бахрамиус. – Возможностей умереть там не больше, чем здесь, в нашем мире. Попавшему туда не грозят страшные звери или коварные убийцы. В них там нет недостатка, но все они не более чем собственные отражения. Эти существа жили когда-то и где-то, но теперь они не более чем тени, скользящие по солнечному лучу, равно как и мы, идущие от жизни к смерти по своей собственной дороге между дорог. Нет, самое опасное там – сделать шаг в сторону и сойти с широкого пути на узкую тропу. Я уже это упоминал в нашей беседе. Но и тогда у странника, забредшего в это место, будет шанс на спасение. Один-единственный шанс. И то он у него появится лишь в том случае, если заранее о нем позаботиться.

Я начал догадываться, о чем идет речь. Если я прав, то способ и в самом деле так себе. Даже учитывая тот факт, что мы находимся в игре, где всё очень и очень условно.

– У каждого своя судьба, – продолжал вещать Бахрамиус. – Она записана там, в небе. Когда мы приходим в этот мир, солнечный луч делает росчерк на белоснежном облаке, заранее определяя все наши победы и поражения, удачи и потери. Но то здесь, в нашем мире, под этим небом. А Дорога между Дорог может изменить всё, что тебе отмерило наше небо. Или оставить как есть, выпустив обратно, если ты подаришь ему чью-то чужую судьбу. Просто отдай этому месту чьё-то будущее, подари ему новую бесплотную тень, в которую превратится тот, кого ты захватишь на Дорогу с собой как заклад, обреки её вечно скитаться в тумане междумирья – и тебе откроется дверь, ведущая туда, куда ты хочешь. В смысле – ты сможешь попасть в любую точку Ойкумены. В любую! При условии, правда, что там будет находиться тот, кого ты знаешь лично. Вот такое странное условие. Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Ага, – медленно кивнул я. – Понимаю. Это значит, что я могу прямо к своему приятелю в гости нагрянуть.

– Именно, – заулыбался маг. – Минуя посты Светлых, которыми они истыкали весь берег Крисны, и не обретя славы предателя, спаянного воедино с проклятием всех светлых сил Раттермарка. Разумеется, потом надо будет что-то придумать по поводу того, как вернуться сюда, но это более простая задача.

– Здорово, – потёр подбородок я.

– Это не всё, – заговорщически подмигнул мне чародей. – Самое славное, что дверь эту ты можешь открыть из любого места Дороги между Дорог. Из абсолютно любого. Произнеси слова клятвы, нанеси рану тому, кого наметил в жертву, – и отправляйся, куда задумал.

– Клятвы? – уточнил я.

– А как ты хотел? – иронично заметил Бахрамиус. – Ты заключаешь разовую сделку с хранителями тумана, тут простого удара кинжалом в спину своему спутнику недостаточно. Там вообще немало нюансов, имей в виду. Но если ты решишься на то, что я предложил, я всё тебе подробно обскажу.

– Один вопрос, – помолчав, произнес я. – Тот, кто там останется, он…

– Никогда больше не вернётся в этот мир, – закончил маг. – Я же уже про это упоминал. Не совсем впрямую, но ты умён, мой друг, ты всё сразу понял.

– Понял, – подтвердил я. – Но хотел убедиться в своей догадке окончательно.

– Жизнь за жизнь, – рассмеялся Бахрамиус. – В этом наши реальности похожи.

И кого мне скормить Дороге? Игрока или НПС? Интересно, что случится с игроком, если отдать его в залог этому странному месту? Сможет он переместиться к последней точке сохранения? И куда попадёт в случае смерти?

Вопросов больше, чем ответов.

Опять же – кого брать, если остановиться на кандидатуре игрока? Кого-то из своих, предупредив его о том, куда мы идём и что его ждёт, или сыграть втёмную с левым человеком? Если честно – второй вариант предпочтительней. А ну как игрок всё же там завязнет намертво, без шанса на возвращение? Файролл непрост, от него чего угодно можно ждать. У меня же все люди на вес золота.

Взять, к примеру, какого-нибудь зеваку, в которых нет недостатка. Они что ни день, так по замковому двору бродят, у Флоси амулеты покупают. Вон, в последний раз я такого одного простофилю созерцал. Пятидесятый уровень, незамысловатый ник, что-то вроде «Деникос», раскрытый рот и вытаращенные глаза. Турист с дальним прицелом, а-ля «возьмите в клан, уровень у меня пока невысокий, но как только вы меня экипируете и прокачаете, так я сразу пригожусь». Найти вот такого Деникоса, пообещать ему золотые горы, принять в клан, подарить пару средних и не очень нужных шмоток, после завести на Дорогу между Дорог, да там и оставить в качестве жертвы. Ну и после этого сразу же его из клана пинком под зад вышибить, чтобы зазря место не занимал.

И концы в воду.

Ну да, звучит всё это так себе, чего скрывать. Но, с другой стороны, вот такой Деникос со мной в аналогичной ситуации церемониться не стал бы, никаких сомнений. Эти Деникосы добрые ровно до той поры, пока ты соответствуешь их ожиданиям, но чуть не по их пойдёт, сразу доброта куда-то девается, зато хамство и наглость невесть откуда вылезают.

И чего такого жалеть?

Хотя это всё так, мысли с юмористическим оттенком. Не стал бы я никого так подставлять, это уже совсем за гранью. С таким подходом к делу можно очень быстро докатиться до полного скотства, а мне это не нужно. Я не ангел, это да. Но и не совсем уж сволочь.

Так что пусть живёт этот самый Деникос безмятежно, ничего ему не угрожает – хотя бы потому, что имеется у меня куда лучшая кандидатура для этой роли. Самое то, а не кандидатура. Применительно к данной ситуации можно сказать, что я, согласившись на предложение Бахрамиуса, сразу трёх зайцев одним арбалетным болтом прибью. И в данном случае угрызения совести меня терзать не станут, потому как я не подличаю, а воздаю кое-кому по заслугам. Я всегда плачу свои долги, есть у меня такая странная привычка.

Имеется ещё вероятность того, что маг меня использует в каких-то своих играх, но это вряд ли. Захоти он меня убить, сделал бы это проще. Прямо здесь прикончил без особых хлопот.

– Что мне в тебе по душе – ты сначала думаешь, а потом говоришь, – сообщил мне Бахрамиус, наливая себе чая. Ну как наливая – чайник сам накренился над пиалой, а та, в свою очередь, наполнившись, подлетела к хозяину. – Это хорошо. Не понимаю тех, кто сразу кричит: «да, я согласен», и только потом начинает выяснять детали дела. Это глупые люди. С ними не стоит связываться.

– Что я буду вам должен за советы, подсказки и открытую дверь? – тщательно подбирая слова, уточнил я.

– Ничего, – отхлебнул чаю волшебник. – Разве что одну мелочь, о которой даже упоминать не стоит.

– А именно? – спросил я.

– Если богиня Тиамат спросит, кто помог тебе добыть камень из основания её старого храма, не забудь упомянуть моё имя.

* * *

Вам предложено принять задание «Услуга за услугу-2».

Условие – сообщить богине Тиамат о том, что волшебник Бахрамиус оказал вам немалую помощь в решении вопроса, связанного с постройкой храма в её честь.

Награды:

15 000 опыта;

7000 золотых.

Принять?

* * *

Не припоминаю, чтобы я говорил ему что-то про основание храма. Просто о кирпичике речь шла. Хотя – о чём я? Передо мной личность уровня Хассана ибн Кемаля. А то и самого брата Юра. Если не по силе и опасности, то по информированности – точно.

А вообще забавно. Скоро я, наверное, получу титул «Хейген-почтальон». Или «Весёлый гонец». Каждый второй через меня с Тиамат раскланивается. Хотя – чего удивительного. Богиня она сильная, влиятельная. Красивая, опять же.

* * *

«Богиня Тиамат почувствовала, что ваши мысли обратились к ней, и вознаграждает вас за это.

Характеристика «Мудрость» увеличена на 37 единиц сроком на 3 часа».

* * *

Сработало! Не зря я изгалялся сейчас. Всё-таки можно кое-что с благодетельницы поиметь, если подойти с умом!

Давно хотел проверить эту задумку, но всё как-то руки не доходили.

– Тебе сейчас рассказать о том, что и как надо делать, или ты выслушаешь меня потом, после того, как найдешь себе спутника? – уточнил маг.

– Сейчас, – подумав пару секунд, ответил я. – И, если можно, поподробней изложите. Со всеми деталями.

Деталей оказалось не так и много, как было обещано. Самое главное, как выяснилось, я уже услышал. Надо взять с собой спутника, и в тот момент, когда я задумаю покинуть Дорогу между Дорог, ударить его холодным оружием в спину и сказать: «Это мой дар месту сему, с тем я его и покидаю». После вспомнить лицо того, кого желаю увидеть, и моё желание сбудется. Правда, есть одна мелкая, но неприятная деталь. Если я снова пожалую на Дорогу, то тень моего обречённого на вечные скитания спутника может свести со мной счёты. И будет эта тень так сильна и опасна, что страшно представить. Не факт, что она учует мое присутствие там, но если подобное случится, то беда…

Только на это мне плевать. Во-первых, у меня всё равно не будет возможности в ближайшее время туда заявиться, во-вторых даже с моим цыганским счастьем в третий раз на Дорогу меня вряд ли занесёт. Больно уж место экзотическое.

Да и потом – тень НПС – это возможно. Но тень игрока? Абсурд какой-то.

Теперь осталось только придумать, как бы мне заманить будущую жертву с собой. Точнее даже не придумать, а разыграть всё как по нотам. Там товарищ ушлый, его на мякине не проведёшь, поскольку он та ещё сволочь. А они, сволочи, подставы чуют как дворовый Бобик польскую полукопчёную колбасу.

– Приходи с этим человеком ко мне сюда, и я открою вам проход на Дорогу, – закончил свой рассказ Бахрамиус. – Вообще-то я посторонних в башню не пускаю, но в этом случае ничего, можно. Всё равно он больше никогда сюда не попадёт, не так ли?

– Именно так, – заверил я его, а после мы оба засмеялись.

В общем, встреча задалась. Прямо скажем, я был очень доволен. Первый раз за последнее время всё получилось лучше некуда.

И только одно меня смущало – там-то где мне эти развалины искать? К тому же Бахрамиус упомянул ещё одну странность Дороги между Дорог – более часа там находиться никому не рекомендуется. Прозевал момент – и всё, даже жертва уйти тебе не поможет, так там и застрянешь.

Понятное дело, что в этом случае я пойду к Костику, и он меня оттуда вытащит. Но кто знает, какими штрафами меня система может за такое самовольство наказать? С учётом тех ограничений, которые на меня наложило основное задание, силы свыше в лице админов от данной гадости могут и не избавить.

Но вообще час – это много. Опять же, маг упомянул, что там иногда встречаются существа, которые совершенно неагрессивны и относятся к путникам вполне благодушно. Настолько, что могут подсказать, куда тебе следует направиться, чтобы добраться до цели.

Да и выбора у меня нет. Всё равно на какие-либо подсказки рассчитывать не приходится. Если бы они тут, в Раттермарке, имелись, то сразу бы обозначились как побочный квест. Если его нет, то остаётся одно – идти туда и искать на месте.

* * *

«Привет, Мюрат.

Знаешь, я подумал над твоими словами. Не скажу, что со всем сказанным согласен, но в главном ты прав – жизнь есть жизнь. Ты служил тому, кому считал нужным, и служил так, как считал верным. Не мне тебя за подобное судить, тем более что я сам не агнец.

Если ты всё ещё хочешь примкнуть к моему клану, то бога ради. Скажу больше – у меня на носу вылазка в одно очень и очень странное место, где без толкового и знающего напарника делать нечего. Увы, в клане у меня подобных людей нет, по крайней мере пока. Все или “зелёные” ещё, или по характеру не подходят. Все же любят, чтобы шашки наголо и в бой, мне такое не подходит. И ждать времени нет.

К чему это всё? Если тебе интересно моё предложение – пиши. Встретимся, пообщаемся, глядишь, какую кашу и сварим вместе.

P. S. Сразу предупреждаю – высокого поста в клане быстро не жди. Если я тебя зову, это не значит, что я про всё забыл.

Хейген»

* * *

Само собой, он мне не поверит. И я бы не поверил на его месте. Фальшью от этого письма разит за версту.

Вот именно поэтому он и согласится на встречу. А после и на вылазку. И там будет ждать от меня подлянки, вроде того, что я попробую от него сбежать. И, опять же, – правильно. Только механизм подлянки таков, что мне не надо от него бегать, и в этом мой шанс.

Если только он не знает про Дорогу между Дорог того же, что я услышал от Бахрамиуса. Но это вряд ли, больно тема закрытая. Я ещё тогда, давно, после взлома первой печати весь форум перерыл – и открытые темы, и закрытые. Только одно упоминание об этом месте нашёл, и то в разделе «Байки».

Мюрат, разумеется, игрок с большим опытом, но не настолько. Вот те богатые «бобры», что время от времени через Кролину у нас покупают достижения, возможно, про Дорогу в курсе. А Мюрат… Нет, тут труба пониже, дым пожиже.

Правда, по подлости своего нутра он меня во время вылазки сам убить может. Просто так, чтобы было. Но и это не страшно. Душа убитого не остаётся в этом месте и отправляется в Свет или Тьму, так сказал Бахрамиус. Проще говоря – очухаюсь я на точке возрождения. Вещички накроются с концами, но это можно пережить. Куда хуже, что в этом случае квест накроется.

Но риски есть всегда. Такова жизнь.

* * *

«Всё, достигли договоренности».

* * *

О, Кролина прорезалась. Стало быть, саммит подошёл к концу. Быстро.

* * *

«И до чего договорились?»

«Союзничество и взаимовыручка. Один за всех и все за одного. Плюс – границы на замке, когда начнётся всеобщий хаос. Своих защищать, чужих отгонять, туристов шугать. Всё и так было ясно, но всем хотелось, чтобы это прозвучало вслух»

«Очень правильная точка зрения, товарищ Кролина. Полагаю, жители Пограничья не забудут вашей самоотверженности и назовут вашим именем какой-нибудь населённый пункт и сорт пива».

«Тупая шутка».

«Каков шутник, таковы и шутки. Ладно, я офф. Всё-таки воскресенье на дворе, надо хоть немного отдохнуть».

* * *

Думаю, что следующей фразой моей замши было нечто вроде: «Скотина», но её я не прочёл, потому что вышел из игры. Хотелось закончить день на мажорной ноте. И неделю тоже. Хлопотная она выдалась.

Жаль, жаль, что мои мечты так и остались мечтами. А ведь всё так неплохо закончилось – тихий вечер, вкусный ужин, спокойная и умиротворённая Вика и сладкие сны в итоге.

Вот только когда в эти сны врывается стук в дверь – громкий, резкий, навевающий какие-то смутные ассоциации с давними фильмами про суровые тридцатые годы двадцатого века, – это невесело. В этих фильмах крепкие ребята в гимнастёрках и фуражках с малиновым околышем всегда будили будущих «врагов народа» как раз вот таким образом.

– Киф, открывай, – услышал я голос Валяева, – Да что такое! Нам дверь сломать?

– Вика, если что, ничего не подписывай и ни в чём не сознавайся, – сонно пробормотал я, ещё не до конца проснувшись.

– Ты о чём? – переполошилась растрёпанная девушка, её взгляд стал каким-то затравленным, – Что значит – «не подписывай»? А если я уже… Опять шутишь? Нашёл время.

Интересно, что «она уже»? В смысле – что подписала? Сколько всего любопытного можно узнать в столь нетипичной ситуации.

Зато проснулся окончательно.

– Накинь что-нибудь, – посоветовал я ей, натягивая трусы. – А ну как с обыском к нам пожаловали?

– Я вне себя, – Вика подхватила с кресла халатик. – И здесь клиника какая-то началась.

– Да нет, этот шум – разовая акция, – я начал догадываться, в чём причина столь позднего визита Валяева – Тебя она не коснется.

– Вот теперь мне стало на самом деле страшно. Иди открой, дверь уже трещит.

И правда – она ходила ходуном. А ещё чуть не засветила мне в лоб, потому что момент, когда я её открыл, совпал с богатырским ударом Валяева. Он её плечом боднул, всерьёз планируя вышибить ко всем чертям.

– Ух! – влетел Валяев в коридор, а после врезался в стену. – Чего так долго не открывал?

– Не поверишь, – зевнул я, прикрыв рот ладонью. – Спал! Есть у меня такая странная, чтоб не сказать противоестественная, привычка – спать по ночам. Знаю, звучит диковато, где-то даже порочно, но тем не менее.

– Одевайся, – велел Валяев, к моей великой досаде и не подумавший оценить красоту плетения предыдущей фразы. – Тебя ждут. Так, что повылезали? Ночь на дворе. Вон, верно человек говорит – в это время суток спать надо!

Это он обратился к нашим соседям по этажу. Само собой, грохот, топот и ругань не могли пройти мимо внимания этих добрых людей. Любопытство соседей – оно вечно и всеобъемлюще. Неважно, где ты обитаешь – в «хрущевке», в элитном жилом комплексе, в гостинице или даже в палаточном лагере – им есть дело до всего. И если у тебя скандал, грохот или приехала полиция – знай, в «глазках», дверных щелях и в окнах блестят любопытные глаза твоих соседей. Им непременно надо знать, какое именно горе пришло в твой дом, чтобы утром, за завтраком, намазывая масло на хлеб, вздохнуть и сказать:

– Так-то люди они неплохие, но сами понимаете – полиция просто так ни к кому не приезжает. Значит, есть за ними какой-то грешок…

Или какую-то другую фразу, но с той же интонацией.

Нет, есть и другие соседи, те, которые будут тушить, спасать, приютят тебя, если пойти некуда. И они, как правило, никогда не подглядывают в дверные щели. Они просто выходят за дверь и подходят к тебе.

Жаль только, что таких соседей всегда мало.

– Всё, меня раскрыли, – крикнул я громко, натягивая джемпер. – Сейчас иду сознаваться в том, что шпионил в пользу парагвайской разведки. К самому Старику иду!

Хлоп. Хлоп. Хлоп. Один за другим щёлкали замки закрывающихся дверей.

– Мы же к нему направляемся? – уточнил я, чуть подтягивая рукава.

– К нему, к нему, – пробубнил Валяев. – Ты чего телефон выключил? Пять раз тебе, дураку, звонил.

– Он не выключен, – в коридор вышла притворно-сонная Вика. – Он сел. И мой тоже. На, держи. Думаю, его надо с собой взять, это же его подарок.

На ладони девушки лежал массивный перстень с чёрным камнем.

Глава восьмая,

в которой речь пойдёт о том, что каждый вправе поступать так, как он сам хочет

– Лишнего не болтай, – привычно бубнил Валяев, мерно топоча сбоку от меня. – Ясно? Особенно о том, что в боулинге случилось.

– А что в боулинге случилось? – зевнув, поинтересовался я – Никто не умер, все живы. Разве что стакан Ленка разбила, так подобное, по слухам, происходит к счастью.

– Ленка эта твоя, – поморщился как от зубной боли мой спутник. – Та ещё зараза!

– А я ещё до Нового Года говорил – ты об неё зубы обломаешь, – не без удовольствия констатировал я. – Не по Сеньке шапка.

– Сейчас ударю, – пригрозил Валяев. – Больно! Не тебе меня судить. Много воли взял.

– С другой стороны, ты Ерёме угрожал, – задумчиво проговорил я, нажимая кнопку лифта. – Он тебя призывал к соблюдению правил, а ты на них вот такой болт клал. Или ложил. Не знаю, как верно. Нет, наверное, всё-таки клал.

– Вот ты наглый, – как мне показалось, даже восхитился Валяев. – А ничего, что Старик уедет, а я останусь?

– Ничего, – согласился я. – Можно. Оставайся.

– Сказать, что я в шоке – ничего не сказать, – входя в кабину лифта, заявил Валяев. – Ладно, будем считать, что договорились. Но вообще – ты меру знай, Киф. Шутки шутками, но не забывайся.

– Не буду, – снова зевнул я. – Как думаешь, пить там придётся? Мне бы не хотелось. Завтра… Точнее, уже сегодня насыщенный день ожидается. Тебе Костик о моих вчерашних похождениях поведал?

– Хотел, – недовольно пробурчал Валяев. – Но не до него было, я там с одной… Короче, ты понял. А потом вот Старик заявился. Мы его утром ждали, вроде как у него планы переменились, а он как снег на голову всё-таки в ночи нагрянул и сразу всех к себе затребовал. Что там у тебя случилось? Давай, коротенечко изложи. Хотя – нет. Потом поговорим на эту тему, без спешки.

– Хорошо, – покладисто согласился я. – Как скажешь.

Короткий коридор, знакомые жёлтые двери, которые открылись без малейшего скрипа, и вот он, полутёмный кабинет, в котором привычно благоухает апельсиновыми корками и ещё чем-то, безумно знакомым, сладковато-пряным. Который раз тут оказываюсь и никак не могу определить, что это за запах. Корица? Кориандр? Ваниль?

Нет, нет, решительно не могу классифицировать данный аромат. Экая досада!

– Мастер Харитон, рад вас видеть в своей обители, – хозяин кабинета обнаружился за огромным письменным столом, его лицо скрывалось в полумраке. – Надеюсь, вы не затаите на меня зла за то, что я не поднялся на ноги и не поприветствовал вас, как должно хозяину дома встречать гостя. Ночной перелёт, устал. Годы, друг мой, годы, с ними приходиться считаться. Вам, юным, пока не понять, как они давят на душу. Не на плечи, как любят выражаться поэты, а именно на душу. Ибо пережитые беды и напасти оставляют свои зарубки, эти годовые кольца судьбы, – именно там они и превращают юношу в старика. Непонятно сказал? Ну ничего. Со временем осознаете, о чём я вёл речь, все уроки рано или поздно усваиваются. Одно плохо – когда человек достигает полного понимания того, для чего он пришёл на этот свет, учёба заканчивается, а вместе с ней подходит к концу и жизнь. Грустно, но – факт: главные истины людям открываются на смертном одре, в тот момент, когда они уходят на иной пласт бытия. Но – не будем о печальном. Ещё раз приветствую вас, мой друг!

– Добрый вечер, – я глянул в сторону окна, как всегда плотно задрапированного глухой шторой. – Точнее – почти утро. Я присяду?

– Может, вина? – предложил Старик, подавая знак жестом Зимину, обнаружившемуся здесь же, в кабинете. – Или чего покрепче?

– Нет, – произнес я. – Сегодня мне предстоит сложный день, потому воздержусь, если, разумеется, мой отказ вас не опечалит. В этом случае я выпью весь ваш запас спиртного, а после пожалуюсь, что мне этого количества было мало.

Старик благодушно рассмеялся и погрозил мне пальцем.

– Вы изрядный хитрец, мой дорогой. Простого «нет» было бы достаточно. Что же до напряжённого дня – согласен. Я в курсе того, что вы задумали, мне нравится ваш план, он совпадает с тем, что я хотел бы увидеть. Не так ли, Никита? Ты же согласен со мной?

– Разумеется, повелитель, – склонился Валяев.

– А теперь расскажи нам поподробней, что именно сегодня ожидает нашего друга? – откинулся на массивную чёрную спинку кресла Старик. – Хочется узнать, насколько совпадают наши ожидания.

– Нууу… – Валяев заложил руки за спину и уставился на потолок, украшенной какой-то готической росписью. Красиво, кстати, раньше как-то не обращал на данную деталь внимания – Там… Короче…

– Всякий раз поражаюсь тому, насколько жалко выглядит лгун, уличённый во вранье, – сплетя пальцы рук в «замок», громогласно сообщил ему Старик. – Вот тому ещё один пример. Право, хочется даже выгнать это негодяя из своих покоев, и только ряд данных мной обещаний мешает это сделать. Убирайся с моих глаз, nichtigkeit. Вон, я сказал!

На Валяева было больно смотреть. Он забился в самый дальний угол, откуда принялся сверлить меня ненавидящим взглядом.

И что самое обидное – я тут вообще не при делах. Я же хотел ему рассказать о своих похождениях, он сам слушать не пожелал.

– Итак, ты всё же нашел способ пробраться туда, куда никто из моих миньонов попасть не смог – голос Старика вновь сменил тональность, из грозного превратившись в мягкий, почти ласковый.

«Миньонов». Знаю, что означает это слово, но всё равно меня неудержимо тянет крикнуть писклявым голосом нечто вроде «Банана!».

Интересно, речь сейчас о сотрудниках «Радеона» или есть какие-то другие игроки, вроде меня? Просто более удачливые в житейском плане, не ввязавшиеся в безумную гонку с неизвестным соперником, а потому спокойно живущие дома.

– Максимилиан, – произнес тем временем Старик. – Вот, смотри. Трудолюбие, смекалка, чуть удачи – и этот человек смог сделать то, что вам оказалось не по плечу.

– Позвольте не согласиться, – с достоинством возразил Зимин. – Без нашей помощи Киф до сих пор блуждал бы, словно в тумане. Время от времени мы расчищаем ему путь, в тех случаях, когда это не противоречит правилам игры.

– Большой игры, – поправил его Старик. – Будь чёток в дефинициях, в этом весь смысл.

– Большой игры, – послушно поправился Зимин.

– Что ж, это снимает с вас часть ответственности, – благосклонно произнёс владелец «Радеона». Из угла послышался облегчённый вздох. – Вот ведь. Тебя, Максимилиан, только что упрекнул в неточности определений, а сам-то хорош. Не с вас. С тебя.

– Я тоже помогал, – пробубнил Валяев. – Костик – мой человек, он всю работу делал.

– Вот он всю работу делал, – указующий перст с безупречно закруглённым ногтем показал в мою сторону. – Вот он. А чем можешь похвастаться ты? Тем, что испортил очередную девку? Вылакал пару бутылок дешёвого пойла? Велики заслуги! А мне пришлось отвечать за твои мелкие пакости, сотворённые по врождённому скудоумию. Ведь это ты устроил безобразную сцену в харчевне, после которой я получил ноту о недовольстве и был вынужден принести свои извинения тем, кого не желаю ни видеть, ни слышать! Не велика ли для них честь?

– Велика, мастер, – Валяев держался за стеночку и был бледен, точно лист бумаги. – Я…

– Не продолжай, я не желаю ничего слушать, – подтвердил Старик. – Завтра отправишься в Швейцарию, в горы. Поживёшь на свежем воздухе, поешь молодого сыра, попьёшь молока, подумаешь о вечности в тамошнем безмолвии.

– Нет, – криво улыбнулся Валяев. – Только не это. Я прошу, только не туда. Снова!

– В прошлый раз помогло, – припечатал ладонь к столу Старик. – И в этот не лишним будет.

Валяев безмолвно повалился на колени, склонив голову так, будто на его шею вот-вот обрушится палаческий меч.

– Мне нравится твоя поза, – величественно произнес владелец «Радеона». – Ты кое-что понял, но этого недостаточно. Отныне – он твой повелитель. Его слово для тебя закон. Любой приказ должен выполняться беспрекословно. Любой. Если он скажет пойти и просить подаяние, то ты обрядишься в рубище и отправишься по улицам с протянутой рукой.

Я еле сдержался от радостного восклицания, когда палец Старика указал на Зимина. Не знаю отчего, но мне показалось, что человеком, о котором шла речь, стану я.

В этом случае мне бы оставалось только пойти и удавиться.

– Вы более не равны, – тяжело, как камни, ронял слова тот, кто сидел за столом. – Впервые за всё это время – не равны. Теперь он хозяин, а ты слуга.

– Жестоко, – просипел Валяев, не вставая с колен. – Так нельзя.

– Мне – можно, – заверил его Старик. – И ты это знаешь. Как знаешь и то, что утерянное всегда возможно вернуть. Докажи, что ты вправе занять то место, которое потерял, и колесо Фортуны снова сделает оборот. Но пока будет так, как я повелел.

– Выйди отсюда, – холодно приказал Валяеву Зимин. – Отныне твоё место у дверей кабинета, а не в нем. Сюда вхожи только те, кто достойны этой чести.

Самое удивительное, что вечно независимый Валяев молча встал с колен и проследовал к выходу, даже не подумав спорить. Впрочем – а смысл? Скандалить в присутствии Старика – это даже не глупость. Это как-то по-другому называется.

Интересно, а он останется в своем кабинете или из него тоже вылетит? Нет-нет, я на него не претендую, просто любопытно.

– Итак, вернёмся к нашим делам, – добродушно предложил Старик, как только закрылась дверь за Валяевым.

– Приношу свои извинения, – приложил руку к сердцу Зимин. – Но я обязан спросить…

– Ты поступил верно, – кивнул глава «Радеона». – И в словах, и на деле. Продолжай двигаться в том же направлении до тех пор, пока не почувствуешь, что близок надлом.

– То есть билет до Швейцарии заказывать не нужно?

– Разумеется, нет, – одарил нас белозубой улыбкой Старик. – Что ему там делать? Хватит и тех глупостей, что он натворил в… Где это случилось, Максимилиан? Я, признаться, запамятовал.

– Видимо, вы имеете в виду Берн, – подсказал Зимин. – Да, его выходки иногда могут вывести из себя даже тех, кто к ним привык.

Берн? Надеюсь, проделки Валяева не на Цветочной улице имели место быть?

– Ладно, вернёмся к насущным вопросам, – движением руки Старик велел нам присесть, что я сделал с большой радостью. – Харитон, вы, скорее всего, увидите того, кто является возмутителем спокойствия. Я веду речь о Страннике. Если честно, этот персонаж мне изрядно поднадоел, но, увы, я ничего не могу с ним поделать, правила есть правила. Наш мир сегодня таков, что, казалось бы, никаких правил вовсе нет, они умерли вместе со старым мировым порядком и былыми духовными ценностями. Всеобщее равноправие, свобода информации, свобода перемещения, неверие в институты власти и семьи – всё это делает мир прибежищем хаоса. Я бы назвал происходящее сегодня анархией высшего порядка, но это только видимость. На самом деле всё не так. Правила из жизни людей никуда не делись, напротив, их стало даже больше, просто теперь они не так заметны.

– Истинно, – подтвердил Зимин.

– Свобода информации, – аппетитно произнёс Старик и даже причмокнул. – Никогда ещё в истории человечества знания обо всём не были настолько доступны. Просто протяни руку, и вот в ней лежит вся мудрость веков. Судьбы гениев и злодеев, мучеников и коронованных потаскух – вот они, перед тобой. Но!

– Но? – переспросил я, поняв, что он от меня этого ждёт.

– Но кто поручится за то, что история некоего давно умершего лица, которую ты читаешь, подлинна? Одно движение руки – и всё ранее прочитанное будет опровергнуто. А в третьем месте автор назовёт идиотами создателей двух первых жизнеописаний, возводя в истину свою версию. И всё. Информация – вот она, но можно ли ей верить? И тогда появляется новое правило, правда, со старой закваской – не верь глазам своим, и с этого момента любая правда уже неотличима от лжи. Люди получили великое благо, но, как всегда, остались ни с чем, разрушив несравненный дар своими руками. Как обычно. И так везде.

Старик замолчал, погрузившись в мысли. Трещали свечи на его столе, еле слышно топтался за дверью Валяев, да время от времени конфузливо морщился я сам. Ни с того, ни с сего живот решил поурчать. С ним такое случается, особенно если накануне толком ничего не поесть. И происходит это всегда не вовремя. Сейчас ещё ничего, а вот в юности на одном из первых свиданий с девушкой подобное случилось. Я так переживал! Юный был, трепетный, закомплексованный…

– Н-да, – наконец произнёс Старик – Отвлёкся. Итак – правила. Мы их будем блюсти, потому пусть всё идёт так, как идёт. Ты услышал меня, Максимилиан?

– Точно так, мастер, – отозвался Зимин.

– Харитон, ты не должен склонять Странника к союзу с нами, открыто или исподволь, – командным тоном велел Старик, – Но ты можешь объяснить ему, почему сам не спешишь встать рядом с ним. Так сказать – плечом к плечу. Личный пример, подкреплённый разумными и вескими аргументами, куда полезней, чем тысяча пустых слов.

– А не слишком ли это поспешный шаг? – мне показалось разумным уточнить данный факт.

– Как мне кажется, нет, – подтвердил Старик, – Хотя это полностью твой выбор. Никто не собирается на тебя давить. Ты – человек, у тебя есть право решать, как поступить в той или иной ситуации. Причём тут мы, твои работодатели? Поверь, даже великие тираны прошлого, которым ты, уж не обижайся, совершенно не чета, и те не распоряжались чужими судьбами. Жизнями – да, разумеется, тут их власти хватало. Но не предназначением, что бы они там о себе ни думали. «Мы больше, чем боги», – говорили эти люди и отправляли на смерть миллионы разумных существ только для того, чтобы потешить своё самолюбие. Так они пытались доказать окружающему их миру правоту этих слов, не понимая собственной ничтожности. Миру плевать на то, что думает один человек, пусть даже облечённый властью, – он существовал до него и останется незыблемым после. А люди умирали, это так. Но, как бы в насмешку над тем, кто их убил, обязательно оставляли то, ради чего приходили на этот свет. Книги, музыку, открытия, идеи, веру. Детей, наконец. И почти каждое семя, брошенное в землю, прорастало, насмехаясь над тем, кто считал себя властелином мира. Причем иногда оно произрастало прямиком из праха павшего тирана.

Я чего-то совсем уже запутался. Не дело такие разговоры спросонья и с тяжёлой головой вести.

– Но, делая выбор, помни о том, что не всегда получается вернуться назад, туда, в то место, откуда ты начал путь. Даже по своим собственным следам, – веско подытожил Старик. – И до Странника эту простую мысль донеси. Уж будь любезен.

– Ещё бы к нему попасть, – вздохнул я. – Там столько «если».

– Попадёшь, – заверил меня он. – Ты хитёр и удачлив. Такое сочетание приведёт тебя туда, куда надо. Может, и не сразу, но – обязательно.

– Надеюсь, – я чуть покраснел, поскольку живот выдал совсем уж бесстыдную руладу. – Ещё эта Дорога между Дорог, с ней голову сломаешь.

– Тут я тебе не помощник, – усмехнулся Старик. – Признаться, я данное наименование слышу впервые. Забавное, должно быть, место.

– Не то слово, – подтвердил Зимин. – Киф, не переживай. Всё будет нормально. Главное, потом не оплошай.

– «Потом» – это когда? – уточнил я. – В гостях у Странника или по возвращении из них?

– И там, и там, – погрозил мне пальцем он.

– Дело идёт к развязке, – благостно улыбнулся Старик. – Сладкий запах интриг, узел страстей, который кажется затянувшимся настолько, что его и не развяжешь. Но кто-то потянет за нужную верёвочку, и мёртвые петли распадутся на составляющие.

– Если бы, – не удержался от невесёлого вздоха я.

– Таковы законы бытия. Всё всегда приходит к финалу, раньше или позже, – Старик открыл коробку, стоящую перед ним, и достал оттуда сигару. – В лучшем случае история заканчивается свадьбой, что, согласись, та ещё награда. Супружеская жизнь убивает в герое героя, ибо отныне вся его доблесть сводится к свершениям во имя только одной женщины, но не мира. Был герой – и нет его.

– А в худшем случае что?

– Смерть, – вместо Старика ответил Зимин. – Что ещё? Если повезёт – героическая. Но, как правило, нелепая. Укус змеи, стрела в пятку, слепой жребий… Чушь несусветная.

– Но сквернее всего будет тем, кто наблюдал за разворачивающимися событиями со стороны, – Старик, причмокнув, раскурил сигару. – Они уже придумали для себя, как всё завершится, а потому останутся недовольными в любом случае.

– Почему?

– Потому что почти наверняка финал не совпадёт с их ожиданиями, и они ощутят себя обманутыми. Само собой, подобное чувство не ведёт ни к чему хорошему. Впрочем, занавес ещё не опущен, мастер Харитон, и от вас зависит то, чем закончится эта игра.

– Вряд ли от меня одного, – засомневался я.

– Разве я произнёс «только от вас»? – погрозил мне сигарой Старик. – Нет. Вы один из многих. Но каждый из этих многих вносит свой вклад в то, что мы назовём финалом. Видели карточную пирамиду? Убери одну картонку – рухнет всё. Аналогия ясна?

– Предельно, – подтвердил я.

– Тогда – в путь, – Старик выпустил облачко дыма. – Дорогу осилит идущий. И помните – у вас есть право выбора. В нужный момент решите для себя – с кем вы? И почему?

Двери распахнулись, за ними мелькнуло лицо Валяева, мятущееся и несчастное. Правда, при взгляде на меня оно снова приняло злобное выражение.

– Не обращайте на него внимания, и уж тем более не бойтесь, – посоветовал мне Старик. – Скорее всего, он попробует на вас давить, требуя помощи. Надо же восстанавливать утраченное влияние? Как поступить – думайте. Милосердие или презрение – выбор за вами. А теперь идите спать, мой друг, и простите, что потревожил вас в ночной час.

Я встал, поклонился тому, чьё лицо было скрыто от меня в полумраке кабинета, и вышел вон.

– Утром поговорим, – прошипел Валяев, словно змея, как только двери за мной закрылись. – Ух, ты мне за всё ответишь!

Вот зря он так. Я же по сути своей человек не злой. Если, конечно, мне на мозоль не наступить.

– О чём? – вложив в произносимую фразу весь отведённый мне запас равнодушия, поинтересовался я – О том, к чему ты теперь не имеешь никакого отношения? С какой стати? Теперь вся информация к тебе будет попадать только с разрешения Зимина. Без обид, но я себе не враг. Не скажу, что ссылка в Швейцарию видится мне большой карой, только вот, боюсь, в моём случае это будут Соловки. Или очень Средняя Азия. Оно мне надо? Давай, не стой на дороге, я домой пойду. Спать хочу – спасу нет.

Можно было бы и пожёстче ответить, но – на фиг надо. Ворон ворону глаз не выклюет. Я не глухой, слова Старика, что он Зимину сказал, слышал. Сейчас погнут немного Валяева через колено, да и простят. А он меня – нет.

Так что обозначить свою позицию надо, но и чересчур напрягать ситуацию не стоит. Пусть сами разбираются между собой.

Да и без того мне есть о чём подумать. Например – вот. Почему всякий раз после беседы со Стариком появляется ощущение, что самое главное, самое важное я и не услышал? Или не понял. Вроде говорит он ясно, образно, без зауми, каждое слово на своем месте. И всё равно у меня остается это поганое чувство, что упущено нечто такое, без чего всё остальное не имеет смысла.

Сейчас та же ерунда. Ощущение половинчатости просто рвало на части мой невеликий разум. В смысле – половину сказанного, явную, я услышал и осознал. А вот вторую, похоже, снова пропустил мимо ушей, не различил, не усвоил. Спинным мозгом чую – за каждым внешним словом стоял скрытый внутренний смысл. Единственное утешение – что, может, он мне вообще недоступен? В силу недостаточной сообразительности?

Или его вовсе нет, а я себе всякой ерунды сам напридумывал? Как творческая и ранее крепко пьющая личность.

Придя домой, я отмахнулся от встревоженной Вики, которая ожидала меня, опустошая одну чашку кофе за другой, заверив её, что всё нормально и поводов для волнения нет совершенно никаких, а после завалился спать.

Пусть мудрые и сильные мира сего сами решают свои непонятные проблемы, я же буду делать то, что мне под силу. Например, завтра попробую добыть то, что в Файролле отыскать пока никому не удалось. Никому из героев. Но я – не герой, потому шансов у меня больше, чем у остальных, поскольку они идут дорогой чести, храбрости и славы, а я… А я сверну на Дорогу между Дорог.

* * *

«Скотина!!!!!»

* * *

Собственно, это было первое, чем меня встретила игра. Точнее – это были отголоски моего предыдущего визита сюда, финал беседы с Кролиной. Надо же – угадал я её реакцию. Это хорошо.

Следом за этим я открыл список друзей и обрадовался, заметив, что ник Мюрата подсвечен зелёным – это означало, что в данный момент он находится в игре. И не исключено, что как раз потому, что ждёт меня.

Вот теперь и сообщение от него прочесть можно.

* * *

«Привет. Прочёл твоё письмо и очень рад, что ты пришёл к пониманию простого факта, который я пытался до тебя донести во время нашей последней встречи. Игра – это всего лишь игра. Это как в детстве – «падай, ты убит», но только никто на самом деле не умирает. И все враги лишь до того момента, пока не придёт время идти домой обедать. Глупо думать, что жизнь – здесь. Она – там. А тут мы лишь проекции тех личностей, которыми хотели бы быть на самом деле, но не смогли из-за лени, трусости, быта. И даже боязни перед законом.

Я готов встретиться с тобой и обсудить дельце, что было предложено. Назови место и время. Мюрат»

* * *

Как красиво и проникновенно написано, причём кое с чем я полностью согласен. Он это умеет, надо отдать должное. Дал же человеку Бог талант, я рядом не валялся, хоть вроде и профессионал.

Все-таки когда за карточным столом сидят два шулера – это интересно. Вопрос, кто из нас с ним окажется хитрее. Хотелось бы верить, что я, вот только как бы себя самого не перехитрить. Вдруг я пытаюсь увидеть то, чего нет, игнорируя очевидные вещи?

* * *

«Привет.

Селгар, у аукционного дома, минут через пятнадцать. Нормально?»

* * *

«Вполне».

* * *

Вот и хорошо. Я как раз успею заскочить в гостиницу и кое-что прихватить из сундука. К тому путешествию, что меня ждёт, следует подготовиться с умом.

Мюрат прибыл минута в минуту. Был он, как всегда, весел, улыбчив и дружелюбен.

– Мы с тобой как ниточка с иголочкой! – радостно проорал он, а после полез обниматься, вызвав одобрительную улыбку проходящего мимо странного существа непонятного пола, имеющего ник «Рейда». – Вот хорошо-то!

– Ты это, давай заканчивай, – оттолкнул я его от себя. – Чай, не в Европах, у нас такое не принято. А ты чего встала… Встало… Вали отсюда.

– Фе! – сообщило существо – Не очень-то и надо! Теперь вижу – вы не из наших!

– Это точно, – подтвердил я. – И даже не надейся. Брысь, говорю!

– Восток, – заметил Мюрат. – Чего тут только нет.

– Всего тут есть, – заверил его я. – И даже такое, о чём ты понятия не имеешь. Поверь, я не шучу.

– Вот мы плавно и перешли к тому вопросу, который я хотел с тобой обсудить первым делом, – тонко улыбнулся Мюрат. – А не дуешь ли ты мне в уши, дружочек-пирожочек? Как-то всё это странненько, мутненько, скользкенько и очень похоже на мой собственный стиль. Не пора ли мне тебя начать именовать «молодым падаваном», а себя возвести в ранг «мастера-джедая»?

– Резонно замечено, – признал я. – Выглядит всё приблизительно так, но на деле всё иначе.

– Обоснуй, – предложил Мюрат. – Давай вон к фонтану отойдём, чтобы вот такие Рейды уши не грели, и я тебя послушаю.

Мы расположились на лавочке, стоящей у огромного фонтана, в тени статуи, изображавшей трёх героев древности Востока – воина, перепоясанного ремнями, лысого кочевника в драном халате и широкоплечего пожилого усатого мужчины в рубахе навыпуск. Какой подвиг и когда именно они совершили, мне было неизвестно, но сама скульптурная группа мне понравилась. Добавляли колорита и павлины, вышагивающие вокруг фонтана.

– Итак, – Мюрат уселся поудобнее. – И куда же это ты меня зовёшь? В какую даль светлую?

– Пока не скажу, – в тон ему ответил я. – Извини. Ты покуда не веришь мне, но и у меня есть поводы не доверять тебе. Вот окажемся в том месте, о котором идёт речь, тогда и узнаешь.

– Детский сад, штаны на лямках, – фыркнул воин. – Слушай, а ты карту древних сокровищ Ахерона мне попутно не хочешь продать? Со скидкой, поскольку тебе сейчас некогда идти их выкапывать? Просто если мы перешли на подобную банальщину, то почему бы и нет?

– Звучит смешно, но всё так и есть на самом деле, – рассмеялся я. – Правда – она всегда выглядит как ложь. Погоди, не перебивай. Прежде ответь мне всего на один простой вопрос – что ты теряешь, если пойдёшь со мной? Ты же сам верно заметил – это игра, здесь ни с кем ничего случиться не может. Положим, я надумал тебя завести в глушь и убить в отместку за твои прошлые проделки. Ну, к примеру, в порядке бреда. И что? Ну, дальше что? Максимум ты вещи свои потеряешь, что, полагаю, для тебя не сильно большая беда. Хуже этого ничего с тобой произойти не может, согласись?

– Убедительно, – кивнул Мюрат. – И?

– И это при том, что я мог решить данный вопрос ещё проще. Мюратушка, сокол, мы давно с тобой местами поменялись. Раньше я был никто, а ты функционер крупного и успешного клана. А теперь ты изгой, без роду и племени, я же, наоборот, кланлидер, мне на тебя пальцем показать и скомандовать «ату его» – как высморкаться. Причём не только своих сокланов по следу пустить, но ещё и союзников, которых хватает. Они мне в такой услуге не откажут.

– Продолжай, – благосклонно одобрил мои слова Мюрат.

– Есть и другие варианты решения этой проблемы, – понизил голос я. – Например – преторианцы. Дорого, согласен. Но насколько эффективно!

– Даже так, – проникся мой собеседник. – Ты забрался настолько высоко? Преторианцы? Они абы от кого заказы не берут. Если не врёшь – поздравляю, ты на самом деле продвинулся вперёд.

– Вернёмся к началу разговора, – предложил я. – Мюрат, мне не нужна твоя смерть. Мне нужна твоя голова, игровые знания и навыки бойца. То место, о котором идёт речь, – очень непростое, и задача моя не легче. Что до тебя – поверь, ты получишь немалую выгоду, слово даю. Даже расписку мог бы написать, будь мы в реале.

– Смешно, – улыбнулся воин. – Смешно. Расписка. Аргументы ты привёл, но всё же – почему не Кролина, не Амадзе? Это серьёзные игроки, они тоже много чего знают и видели.

То, что он упомянул Кро, – неудивительно. Но вот откуда он знает про Амадзе? Он появился в нашем клане не так давно. Вывод прост – наблюдение он так и не снял. Это очень хорошо. Это значит, он всё-таки попался на крючок.

– Мне не нужно, чтобы мои сокланы знали о том, где я был, – мне пришлось вложить в голос всю свою твёрдость и убедительность. – Не хочу лишних разговоров. Люди в клане разные, понимаешь? Что до тебя… Ты умеешь молчать, когда нужно. При всех твоих недостатках у тебя хватает и достоинств. А в данной ситуации тебе молчать будет выгоднее, чем говорить.

– Чую подвох, но не вижу его, – Мюрат побарабанил пальцами по спинке скамейки. – Ладно, я в деле.

– Ну хочешь, администрацию в качестве гаранта позовём? – предложил я. – Оплата их услуг – за мой счёт.

– Ловко. И звучит убедительно, – Мюрат призадумался. – Нет, администрацию впутывать не станем, ни к чему это. Веди меня, Вергилий.

– Не вопрос, – я поднялся со скамейки. – Пошли. Тут недалеко.

Глава девятая,

из которой следует, что и туман не всегда помеха

– Дорогой мой человек, – привратник, заметив меня, радостно сорвал с головы засаленную тюбетейку, явив взорам мимохожих зевак стоящие дыбом волосы радикально красного цвета. Странно, раньше они вроде как зелёные были? – Ва, как я рад, что ты снова почтил нас своим приходом! Ты мне как брат, клянусь мамой! Ты вовремя, да! Хозяин как раз кушать сел, а что за застолье без достойного собеседника! Слушай, а это кто? Он с тобой?

– Забавный чувак, – шепнул мне Мюрат, с интересом глядя на привратника. – И нос у него как банан!

– Со мной, – успокаивающе заявил я. – Это мой приятель.

– Твой друг – мой друг, – приложил руки к сердцу слуга Бахрамиуса. – Пусть тоже идёт к хозяину. И не волнуйся, если вдруг он великому магу не понравится, это не страшно. Я похороню тело твоего друга в хорошем месте, в таком, где родник бьёт и чинара растёт. Там так хорошо лежать после смерти, клянусь Солнцем! Дети играют, девушки за водой ходят, иногда даже там моются. Ах, небесная радость такую могилу иметь! Не скучно!

– Хм, – озадачился Мюрат. – Не такой уж он и забавный!

– К тебе по-людски, а ты чем-то недоволен, – попенял ему я. – Вон какое место захоронения подобрали. Мечта, а не место. Девушки моются, подглядывать за ними можно. Какого лешего тебе ещё надо?

– Очень смешно, – буркнул Мюрат, запрокидывая голову и изучая башню волшебника. – Прямо животики сейчас надорву. Скажи, а мы к кому в гости идём, а?

Конечно, смешно, просто ты пока не в курсе. Если всё получится так, как я планирую, могилка под чинарой – не самый худший вариант, особенно для игрока. Из неё хоть вещи свои забрать можно.

– К хорошему человеку, – широко улыбнулся я. – Если ты не в курсе, то в Файролле таковых большинство, просто тебе на встречи с ними не везёт. Впрочем, сам виноват. Меньше надо по закоулкам лазать и по сточным канавам шариться.

– Где тот испуганный новичок, которого я когда-то вёл по подземным залам? – притворно вздохнул Мюрат. – Такой славный парнишка был, уважал опытных игроков, не хамил им на каждом шагу.

– Не знаю, – повертел я головой. – Тут его нет.

– Э! – окликнул нас привратник. – Идём, не идём, ва? Хозяин покушает, спать ляжет, сидеть внизу придётся, ждать. Я его сон тревожить даже родному отцу не позволю! Его отцу, не моему.

До чего тактичный человек. Есть в этой восточной витиеватости своя прелесть, есть.

Коврик-лифт Мюрату очень понравился, когда же он увидел Бахрамиуса, то и вовсе расцвёл. Кому-кому, а ему, опытному игроку, сразу стало ясно, что за таким НПС наверняка стоят десятки квестов.

То есть – уже не зря сходил. Как бы оно там ни повернулось, он уже в плюсе, потому как одно из правил Файролла гласит – если один раз попал в дом неигрового персонажа, то во второй тоже сможешь в него просочиться.

А с его-то настырностью – так и вовсе.

– Это твой спутник? – жуя шашлычок из печени, невозмутимо спросил у меня Бахрамиус, обойдясь без приветствия и приглашения нас за стол. – На вид крепкий. Да, хороший выбор.

– Как лошадь прямо оценили, – хмыкнул Мюрат.

– Место непростое, никто не знает, что вас там ждёт, – пояснил чародей. – Если идти, так только с тем, кто сможет и за себя постоять, и спину спутнику, если что, прикрыть. Ты – воин, я сразу вижу. Мой друг Хейген с тобой будет в безопасности. Да и Дорога любит крепких телом и духом людей – таких, как ты.

Я заметил лукавство во взоре Бахрамиуса, равно как уловил и второе дно в его речах.

Интересно, а сколько раз до того в подобных беседах люди, которых я считал своими друзьями, оценивали меня, обмениваясь вроде бы пустячными, но на самом деле наполненными тайным смыслом фразами?

Нет, лучше не знать этого. А то ведь потом вообще никому верить не получится.

– Что за дорога? – выделил главное слово в реплике мага Мюрат. – Из нашего общего друга слова не вытянешь, так, может, хоть вы мне поведаете, куда мы направляемся?

– На Дорогу между Дорог, – не стал упрямиться Бахрамиус и отпил чаю. – Какие теперь тайны? Вот пиала опустеет, и я открою вам дверь, ведущую к одной из самых сокровенных тайн этого мира.

– Да ладно? – выпучил глаза Мюрат, хлопнув себя по ляжкам, а после уставился на меня – Дорога между Дорог? Но – как? Ты, нубяра… Как? Туда такие игроки пройти не смогли, тебе не чета. Я вообще не верил, что она есть! Как?

– Ты за языком следи, – холодно посоветовал ему я. – Сейчас своего красноволосого друга кликну, он мигом тебя с балкона вниз сбросит. «Нубяра». Сам ты сейчас кто? Клана нет, перспектив нет, почётный обитатель «чёрных списков». И вообще сто лет никому не сдался, с такой-то репутацией.

– Виноват! – восторженно прохрипел Мюрат, шаркая ногой и изображая, будто он снимает с головы воображаемую шляпу. – Не прав! Дурак, что с меня возьмёшь?

– Другое дело – одобрил я – Вот всё же добрый я человек. Сердечный и отходчивый. А что с тебя за эти слова взять, я потом подумаю.

Бахрамиус усмехнулся, сделал ещё один глоток чаю, а после перевернул пиалу донышком вниз, показывая нам, что она пуста.

– Чего, вот прямо сейчас и пойдём? – недоверчиво спросил у меня Мюрат. – Вот так просто? Вдвоём? Даже не позовём тех, кто мог бы…

Я молча показал пальцем в сторону маленького балкона, на котором стоял медный телескоп. Точнее – большая подзорная труба, которая здесь выполняла телескопическую функцию.

– Понял – понял – послушно зашептал Мюрат, восторженно сопя – Ничего, не все стоит мерять на деньги.

Может, всех матёрых игроков в какой-то момент кусает некое существо, впрыскивая им некий меркантильный яд? Что он, что Кролина – все норовят подороже продать некие ощущения. Не доспехи, не оружие, не свитки, а именно ощущения. Да-да, я прекрасно понимаю, что именно они и есть в игре самый ходовой товар, с подобным глупо спорить. Но при всей своей циничности я никак не возьму в ум, как можно продавать то, за чем ты сам сюда пришел? В чём тогда смысл происходящего?

Ладно я, со мной всё ясно: мне эти ощущения сто лет как не нужны. Просто меня добрые люди как лошадку в волчок посадили и знай теперь его накручивают, глядя на то, как я через барьеры прыгаю. Но они-то?

Впрочем, каждый живёт так, как хочет. Не мне их судить.

– Готовы? – невозможно буднично спросил у нас Бахрамиус. – Хвала небесам. Да, дверь открывается совсем ненадолго, помните это. Десять ударов сердца – и она захлопнется. Время не упустите.

– Дюжина человек бы успела зайти, – причмокнул Мюрат. – Упс! Ну извини, привычка. Вот такой я!

Ставлю тельца против яйца, он уже прикидывает, как будет группы туда водить, разумеется, за немалые деньги. Или как сдаст этот секрет какому-нибудь мощному клану за место в их основе, мешок золота, каплю власти и, возможно, за дополнительный бонус в виде щенка, барабана и сабли.

Ну-ну. Сомневаюсь я, что Бахрамиус с тобой вообще разговаривать станет. Понятия не имею, что с нами там случится, но для него ты по любому будешь представителем загробного мира. А с этой публикой у чародеев Востока разговор короткий.

Маг с аппетитом скушал кусочек ореховой халвы, облизал пальцы, после вытер их о халат, раскинул руки в стороны, как одинокая гордая чайка, и вдохновенно забормотал слова заклинания на незнакомом нам языке.

Мюрат словно закостенел – он несомненно снимал всё происходящее, не доверяя памяти.

Воздух в просторной зале, заполненной подушками и подносами с едой, ощутимо наэлектризовался, в том же месте, где стоял Бахрамиус, он словно сгустился, и, сначала по чуть-чуть, а после все сильнее начал обрисовываться прямоугольный контур.

– Ох, ё! – выдохнул Мюрат.

Красиво, не спорю. Собственно, вот она, дверь в неведомое, перед нами: резная, инкрустированная драгоценными камнями, разве что пока без ручки, и в отдельных местах немного призрачная.

Маг выкрикнул слово, более всего напоминавшее набор звуков, что-то чмокнуло, будто лопнул пузырь, и дверь с противным скрипом растворилась, явив нам серую туманную пелену, в которую совершенно не хотелось идти.

– Быстрее, – требовательно произнес маг. – Время!

Мюрат, не задумываясь, сиганул туда, внутрь. И вот тут я понял, что меня удивило в его поведении. Восторгов было много, это так, но он не задал ни магу, ни мне один очень важный вопрос. Почему он не спросил, как мы вернёмся обратно? С его-то опытом и хитроумием?

Странно. Но думать на эту тему мне уже некогда. Там разберёмся. А то он останется там, а я – тут. Где мне новую жертву тогда искать?

* * *

Вами выполнено задание «Путь в тумане».

Награды:

35 000 опыта;

50 000 золотых;

титул «Искатель неведомого».

* * *

– Тоже достижение получил? – верно расценил мое молчание Мюрат, оглядываясь вокруг – Ну, старик, ты меня удивил! Думал, что в этой игре такого уже случиться не может, вроде всё повидал. Но ты смог совершить невозможное.

* * *

Вами получен уровень 91!

Доступных для распределения баллов: 30.

* * *

Главное – вовремя. Нет, приятно, конечно, но хоть бы раз уровень упал в мирной и безобидной ситуации. Чтобы я сел, спокойно баллы раскидал.

Мечты, мечты…

– Всё только для тебя, – пробормотал я, сбрасывая сообщение: – Для того живу на белом свете.

* * *

Вам предложено принять задание «Место, где свет».

Данное задание является шестым в цепочке квестов «Во славу Тиамат».

Условие – отыскать в реальности Дороги между Дорог развалины древнего храма, посвящённого богине Тиамат.

Награды:

100 000 опыта;

75 000 золотых;

памятный знак «Знатный поисковик»;

получение следующего квеста цепочки.

Внимание!

Помните: это место находится вне реальности. Если пробыть тут слишком долго, то можно навсегда стать его частью, потеряв себя навеки.

* * *

Задание предсказуемое. Но вот награда такова, что оторопь берёт. Сто тысяч опыта. Я такой что-то и не припомню даже. Это что же меня тут такое ждёт? Хотя и так понятно – ничего хорошего. По сути, я сейчас как тот Иван-дурак из сказок – пойди туда, не знаю куда.

И это чистая правда. Да, под ногами есть дорога, но по сторонам лежит всё та же белесая мгла, которую я видел здесь в прошлый раз. Нет, ничего пугающего в стиле Стивена Кинга, но при этом в памяти то и дело всплывают слова Сэмади о том, что, сойдя с дороги, я её больше не найду. Понятное дело, что эта дорога меня так и так никуда не приведёт, но тем не менее…

Зато Мюрат был непритворно счастлив. Он вертел головой на триста шестьдесят градусов, фиксируя всё, что можно, и даже попытался выковырять булыжник у себя из-под ног, как видно, в качестве сувенира.

Ладно, всё это весело, но куда идти? Времени осталось час без малого, если не управлюсь, то придется всё начинать сначала.

– Слушай, – стукнул меня в плечо Мюрат. – Но всё-таки – как?

– Давай я тебе потом расскажу? – предложил я, озираясь. – Сейчас не до того. Надо понять, куда путь держать.

– Как по мне – по дороге, – заявил мой спутник. – У неё всегда есть начало и конец, куда-то придём.

– Мне «куда-то» не нужно, – отказался я.

– А тебе вообще чего тут надо? – наконец-то задал он вопрос, которого я ждал.

Скажу так – думал над ответом. Даже, в порядке бреда, правду хотел сказать. А чего – если удача подвалит, он же всё равно мигом поймёт, какова цель?

Но это если подвалит. А если нет? Новость о том, где можно добыть первокирпич, наверняка стоит столько, что ему после продажи информации и в игру входить больше не понадобится. Видел я многостраничные ленты форумов искателей этого артефакта, всем хочется быть первым среди равных, всем хочется бонусы получить.

Кроме разве что одного игрока. Меня. Мне на бонусы чихать. Квестовая линия – вот что волнует. Раньше было проще, раньше можно было её в сторонку отложить или даже плюнуть на то или иное задание. Ага, на такое плюнь, попробуй.

– Квест закрываю, – деловито сообщил ему я. – Эпический донельзя. Такой, что про него даже на форуме никто никогда не писал.

– Ну, что эпический – это сразу ясно, иначе фиг бы ты сюда… – Мюрат снова стал похож на крабика. – Едрён-батон, так ты чего… Эээээ… «Великий Дракон»?!? Только не говори, что нет! Христом-богом прошу, не говори! Хочу услышать «да»!

– Извини, – развёл руки в стороны я. – Не он. Тоже эпик, но не он. Кое-что попроще.

– Фига себе – попроще, – он обвёл рукой туман. – Правда, не видно не зги.

– Не скажи, – присмотрелся я. – Вон там марево вроде пожиже, деревья какие-то видны. Туда и пойдём.

Плюнув на всё, я сделал шаг в сторону от дороги. Гром не грянул, молния не сверкнула, и даже сообщения никакого не выскочило.

Мы шли сквозь туман, время от времени спотыкаясь о корни деревьев и камни. Деревья, различимые вблизи, шумели своими кронами над нашими головами, роса оседала каплями на сапогах, и где-то совсем рядом время от времени подавали голос птицы.

– Странно, – немного обиженно заявил мне Мюрат минут через десять. – Я про это место столько слышал, думал тут что-то запредельное, а по факту – ерунда какая-то, серое марево да деревья. Ни монстров, ни заданий. Ничего!

– Ну, извини, – возмутился, причём вполне искренне, я. – Не оправдал твоих надежд.

– Просто странно, – поменял тональность Мюрат. – Я к чему – может, зря мы всё-таки с дороги ушли?

– Может, и зря, – согласился я. – Только обратно уже не вернёшься. Фиг знает, где теперь эта дорога? Ищи её тут…

Впрочем, однообразие скоро кончилось. Сначала мы наткнулись на поляну, где обнаружилась груда разноразмерных обглоданных костей, поверх которой лежали обрывки двух воздушных шариков и синий девчачий бантик, а также здоровенных размеров тигр, дрыхнущий рядом с ней. Он учуял нас, не открывая глаз, и даже начал крутить усатой башкой, пытаясь понять, откуда это в его сне появился запах еды?

Мы не стали ждать пробуждения зверюги, пробежали через небольшой перелесок, где Мюрат наткнулся на могилу с покосившейся табличкой, украшенной надписью «К. Б. Не беспокоить», и оказались на залитом солнцем лугу, который после тумана показался нам истинным пиршеством красок. Даже глаза резануло после окружавшей нас до того серости.

И, что самое славное, не так далеко от нас обнаружилась пара человек, вышагивающих по высокой траве: крепко сбитый мужчина средних лет, с прямоугольной кожаной сумкой, переброшенной через плечо, и чуть изогнутой старомодной трубкой в зубах, да босая девочка лет шести в коротеньком платьице, скачущая вокруг него и попутно грызущая яблоко.

– Они не НПС, – ошарашенно произнёс Мюрат. – И не игроки. А кто тогда?

– Не знаю, – пожал плечами я, приложил ладонь ко рту и крикнул: – Здрасьте! Скажите, вы тут руины древние не видели поблизости? Класса «развалины»? Ну, вдруг? Совсем древние!

Путники обернулись на мой крик, и мне стало ясно, что люди это точно хорошие, потому как девочка сразу заулыбалась, а мужчина потыкал пальцем в солнце, а после приложил его ко лбу, как бы говоря: «Подумай».

После они помахали нам на прощание руками и вскоре скрылись из вида.

При чём тут солнце? Солнце. Что такое Солнце? Звезда. Горячая. Яркая. Нуууу… Оно светит.

Светит.

«Место, где свет». Так называется квест. Очень, знаете ли, необычное название. Не «Упокоение богов», не «Древняя святыня», а «Место, где свет».

С чего бы?

– Мне в туман опять неохота, – как-то недобро поглядывая вслед парочке путников, сообщил мне Мюрат. – Может, догоним их?

Трофеев хочет. Сумку, трубку, яблоко и, возможно, даже платьице девочки. Вот ведь натура, а? Чего его такого жалеть?

– Мне тоже неохота, – признался я. – Но мы туда и не пойдём. Нам вон куда надо.

И я показал в сторону, где Солнце висело над горизонтом, касаясь верхушек деревьев далекого леса.

– Как скажешь, – неохотно сообщил мне Мюрат. – Но лучше бы…

– Иди, – предложил ему я. – В чём же дело? Но если что – выбирайся отсюда сам.

– К слову, – оживился мой спутник. – Хотел у тебя спросить – а как мы обратно?

И ведь не притворяется. Может, я его переоценил и он вовсе не так умён, как я о нём думал?

– Почти так же, как сюда, – уклончиво ответил я. – Пошли уже!

Почти полчаса миновало. Минуты буквально сквозь пальцы утекают, словно вода.

Луг казался бесконечным. Трава, трава вокруг, над ней жужжат пчёлы, и запах такой, как в детстве. Ну, когда тепло, каникулы, дача, и в какой-то момент на тебя обрушивается осознание того, что ты счастлив, потому что лето в этот миг кажется тебе бесконечным. В детстве такое возможно. Потом – нет. В детстве мы верим в то, что Земля вертится только потому, что ты на ней живёшь, а после убеждаемся, что и без нас она будет вращаться точно так же. А может, и быстрее.

Впрочем, луг был далеко не пустынен. Неподалеку от нас пробежал забавный оленёнок, за которым гордо вышагивал красавец-олень. Мюрат, глядя на него, даже языком прищёлкнул, что выдало в нем охотника.

Левее от нас, у одиноко росшего огромного дуба, суетились какие-то мальчишки. Они то ли змея мастерили, то ли о чём-то спорили. Можно было бы их потеребить на предмет руин, но крюк давать не хотелось. И потом – знаю я эту шантрапу, сам таким же был. На один вопрос будет десять версий ответов, а закончится всё потасовкой.

Окончательно же нас доконала парочка, которую мы встретили неподалеку от леса, который тёмной стеной стоял на границе с лугом. Лисёнок и цыплёнок, причём один не стремился сожрать второго. Они вроде как играли друг с другом.

Бред – да и только.

Впрочем, всё это больше замечал и комментировал Мюрат, я же знай топал так, чтобы Солнце слепило мне глаза. Дискомфортно, но других версий у меня не было.

«Место, где свет». Может, это то место, где светлее всего? В смысле – ярче. Правда, это место может быть где угодно, но вот только из всего того, что нам встретилось, свет имеется только на этом лугу. За спиной туман, и впереди среди стволов деревьев виднеется та же самая серая муть.

И ещё. Звучит бредово, но чем дальше я шёл, тем больше и ярче становилось Солнце. Если это вообще оно, а не нечто другое, им кажущееся. Опять же – звучит как полная чушь, но с учётом того, где именно я нахожусь, данная фраза может иметь смысл.

Вот в этот момент я и навернулся. Хорошо так, качественно. От души.

Запнулся о камень. Старый, замшелый, прямоугольной формы, но когда-то, несомненно, обработанный людьми.

* * *

Вами выполнено задание «Место, где свет».

Награды:

100 000 опыта;

75000 золотых.

* * *

Мне очень хотелось крикнуть что-то радостное, но делать этого я не стал. Сейчас заору, кто-то меня услышит да и пожалует сюда. Бог весть, кто это может быть. Ну да, на лугу существа всё больше беззлобные обитают, а вон в том лесу? Выглядит он куда мрачнее, чем тот, из которого мы недавно вышли.

* * *

Вам предложено принять задание «Обломки былого».

Данное задание является шестым в цепочке квестов «Во славу Тиамат».

Условие – отыскать в развалинах древнего строения, некогда возведённого во славу богини Тиамат, тот камень, который может стать первым в основании её нового храма.

Награды:

80 000 опыта;

75 000 золотых;

украшение работы древних мастеров (рандомно);

памятный знак «Наследник богов»;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

Странно. Почему новый храм именно «храм», а этот древний – «строение»? Впрочем, неважно. Камень надо искать, время поджимает.

Как бы ещё и копать не пришлось. Наверху вон только десятка полтора огромных каменюк, поросших мхом, да пара зубчатых обломков, некогда выполнявших роль колонн, остальное, похоже, внутри, в земле-матушке.

– А я понял, что у тебя за квест, – сообщил мне Мюрат, наблюдая за тем, как я сную среди камней, осматривая их со всех сторон. – И ты снова меня удивил. Столько народу лазает по самым глухим и опасным закоулкам Раттермарка, ищет там камень для постройки храма во имя одного из богов, а именно ты первым нашёл то место, где он есть. Даже не хочу уже спрашивать, каким образом, потому что не уверен в том, что хочу услышать ответ. Спинным мозгом чую, что дело нечисто.

– И правильно, – на автомате ответил я, пытаясь свернуть прямоугольный и скользкий на ощупь камень в сторону. – Ыыыыых! Тяжёлый, зараза.

Вот ведь гад. Нет чтобы помочь.

– Камень бога, – задумчиво произнес Мюрат. – Да, это сильно. Это мощный козырь.

А я знаю, что он задумал. Прибить меня сразу же после того, как мы вернёмся в Раттермарк. Ай, молодец!

Впрочем, не могу его винить. Козырь и правда роскошный, а в комплекте с Дорогой между Дорог – отменный. Да, из-за игровых ограничений он сам сюда быстро вернуться не сможет, но рассказать, что к чему, и навести на Бахрамиуса ему ничего не стоит. То есть наоборот – офигеть сколько подобная информация стоит.

Чёрт, чёрт. А камушка нету. Нигде ни огонёчка, ни сияния. Ну, должен же он себя хоть как-то обозначить? И отколоть не получается, я рубанул мечом несколько камней.

Мюрат, кстати, тоже присоединился к поискам. Само собой, не стремясь помочь мне, а исключительно собственной выгоды для.

Ещё семь минут – и всё, надо будет уходить, думал я, роясь в свежей куче земли у одной из колонн, рассудив, что не просто же так она кем-то раскопана? Пусть даже с пустыми руками, но мне надо покинуть это место до истечения времени. Ну да, теперь я знаю, где находятся руины, но кто даст гарантию, что я снова смогу найти сюда дорогу? Да и потом – когда он для меня будет, этот следующий раз? К тому времени искомый камень сто раз найдут, и храмов по Раттермарку будет стоять полным-полно.

Если только Кролину сюда послать… Но захочет ли Бахрамиус открыть для неё дверь? Это ведь не просто так происходит, вопрос репутации.

И вот в этот самый момент мои пальцы ухватили небольшой твёрдый прямоугольничек.

* * *

Вами выполнено задание «Обломки былого».

Награды:

80 000 опыта;

75 000 золотых;

ожерелье Пэмми Спасительницы;

памятный знак «Наследник богов».

* * *

Так вот ты какой, северный олень. Надо же. Более всего похож на кирпичик, которыми в Москве дороги мостят, их ещё называют «тюменский декор». Не знаю почему, у нас много традиций, смысл которых скрылся в глубине времён. Просто так есть – и всё.

Но зато наконец-то хоть какой-то предмет перепал помимо опыта. По названию судя, вряд ли он для моего класса предназначен, но лучше что-то, чем ничего. Но это потом, сейчас спешить надо. Времени совсем в обрез осталось.

* * *

Вам предложено принять задание «Основоположник».

Данное задание является седьмым в цепочке квестов «Во славу Тиамат».

Условие – заложить обломок древнего храма, посвящённого богине Тиамат, в основание нового храма, возводимого в её честь.

Награды:

75 000 опыта;

50 000 золотых;

памятный рисунок «Мы строили-строили», предназначенный для украшения личной комнаты (при наличии таковой);

получение следующего квеста цепочки.

* * *

– Нашёл-таки, – чутью Мюрата можно только позавидовать. Мне бы такое. – Дай глянуть!

– Извини, но нет, – я быстро засунул кирпичик в сумку.

– Чего так? – слишком простодушно для того, чтобы ему поверить, огорчился он. – Как будто я у тебя смогу его отобрать. Это же квестовый предмет!

При этом он очень внимательно следил за моей реакцией, разве что только за запястье не цапнул, дабы пульс посчитать.

Ну да, это же Файролл, такой предмет может быть и не квестовым. Он может достаться любому, кто наложит на него лапу – найдёт ли, купит, выменяет. Или снимет с трупа.

Кстати, теперь я вообще не сомневаюсь, что Мюрат собирается меня убить. Взгляд у него стал другой, расчётливый и азартный одновременно. Я же говорю – охотник он в реальной жизни, не иначе. Вот только азарт – он губит. Почему? Потому что притупляет внимание, отвлекает от незначительных фактов, разнообразных мелочей. Например, таких, как оцарапанная рука. Я её случайно кольцом задел, когда поближе к спутнику подошёл.

Казалось бы – какой пустяк. Царапина и царапина, от неё даже единицы здоровья не снялось. Нет, будь у Мюрата уровень десятый-пятнадцатый, тогда да, урон был бы серьёзней, но с его-то показателями…

Да ладно, что-то я разошёлся. Можно подумать, в моём случае было бы по-другому? Тоже прозевал бы, к гадалке не ходи.

И в самом деле, ну кто может предположить, что эта царапина нанесена не каким-то там алмазом, а одним из семи колец, некогда принадлежавших знаменитой отравительнице Лу Бонр и имеющим имя «кольцо свиристянки»?

Оно давно у меня в сундуке валялось, с той самой поры, как я его обнаружил в куче хлама, оставшемся на месте гибели одного из «мусорщиков». Как-то не было случая пустить его в ход. Им ведь только игрока можно убить, а с ними у меня и без яда всё как-то складывалось, и в дружбе, и в недружбе.

А вот сегодня прямо самое то. Прямо точка в точку. Я ведь сразу про это кольцо подумал, как только узнал, что именно надо будет сделать. Это как страховка. Мало ли, как оно сложится, Мюрат ведь живуч. Может, меня сразу с Дороги между Дорог выбросит, а может, и нет.

Да и потом – он ведь в кольчуге, причем добротной, ему не по чину и статусу дешёвое барахло носить, наверняка вещь как минимум элитная, а то и сетовая, ну как её кинжал не возьмёт? Потому бить придётся почти в шею, а это на грани условий ухода из этого места.

И ещё плохо то, что за минуту с копейками до гибели Мюрат узнает о том, что он почти мёртв, такое у кольца имеется условие. Оцарапал – и есть у тебя минута с небольшим на то, чтобы завершить свои дела с потенциальным покойником, пока тот не в курсе случившейся с ним неприятности. А потом у него минута будет, чтобы, значит, тебе последнее «спасибо» сказать. Ну, или попробовать спастись. Баланс, однако, чтобы всё честно происходило.

– Ладно, пошли, – деловито скомандовал я, внимательно смотря на убегающие секунды таймера, который я запустил сразу же после того, как его оцарапал. – Да куда тебя несёт! Нам не туда, нам в ту сторону, откуда мы пришли. Такие тут правила.

– Да? – Мюрат повернулся ко мне спиной и посмотрел на луг. – Ого, сколько топать!

Вот как это всё-таки неприятно, а? Да, он гад, каких свет не видел, да, у него бы рука не дрогнула в аналогичной ситуации, и я это знаю. И не дрогнет, отправься мы оба в Раттермарк.

Но я – не он. Не в моём это характере – бить в спину. Соврать, схитрить – это можно, но подобное… Вот только выбора мне не оставили.

– Это мой дар месту сему, с тем я его и покидаю! – выкрикнул я сразу после того, как кинжал вошёл в его тело.

Ответом на произошедшее было невероятно грязное ругательство, которое выплюнул Мюрат, разворачиваясь в мою сторону, но сделать он ничего не успел.

Его фигура, луг, залитый солнцем, иссиня-белое небо над ним превратились в одно пятно, которое крутанулось, словно картинка в детской игрушке «калейдоскоп», и над ним ярко-красными точками зажглись глаза, в которых не имелось ничего человеческого.

Условие-то выполнил, только не так, как задумывалось. Вот такой я человек, хоть где-то, да напортачу.

В общем – я знал, чьи это глаза. Совсем не того, кого следовало!

Глава десятая,

в которой речь пойдёт о старых знакомых

Вами выполнено задание «Охота на Барона».

Награды:

7000 опыта.

* * *

– Белый братец? – очень и очень удивлённо произнес Сэмади, глядя на меня сверху вниз. – Ты как здесь оказался? Откуда тебя принесло в наши края?

– Даже не спрашивай, – расстроенно пробормотал я, привставая и опираясь на локти. – Долгая история. Да и не ко времени её рассказывать, ничего интересного.

Ну что за ерунда! Почему я подумал о нём, а не о Страннике? Мне надо было попасть в Чёрный дворец к Чёрному престолу, на котором сидит Чёрный-Чёрный Властелин. Вон тот самый замок, о котором я говорил, совсем рядом, но я не там, а здесь. Вот ведь! Понятно, что ничего ещё не пропало, могло быть и хуже, но всё равно – обидно.

Нет, я рад, что наконец-то нашёл неуловимого Барона, но с ним бы я так и так встретился в итоге. К Страннику мне теперь как попасть? Метка на руке – это прекрасно, но кто его знает? Он теперь большой человек, сидит во дворце, где полно стражи. Что, если меня к нему просто не пустят?

– Наоборот – очень интересно, – возразил мне Сэмади. – Невероятно. У нас тут с новостями плохо. Военное положение, то, сё. Так что мне всё любопытно – и что с тобой приключилось, и что вообще в мире происходит. Везде – на земле, в небесах и на море. Вставай, белый братец, с земли и начинай говорить.

* * *

Вам предложено принять задание «Рассказы о богах и их делах».

Данное задание является вторым в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – рассказать Барону Сэмади о том, что творится в мире.

Награды:

5000 опыта;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

– О-ох, – я принял предложенную мне руку и поднялся на ноги. – Сейчас, дай в себя прийти.

* * *

«Игрок Мюрат навсегда удалён из списка ваших друзей».

* * *

Странно. Нет, то, что этот товарищ разорвал со мной дружеские отношения, – это нормально, я бы в аналогичной ситуации тоже так поступил. Больше того – так оно в своё время и произошло. Просто вроде раньше формулировка по-другому звучала. Что значит – «навсегда»? Разве что он меня в какой-то «особенно чёрный список» занёс. Может, есть такой, просто я не в курсе?

Ну да и прах с ним. Мавр сделал своё дело, мавр может уходить. А мести его я не опасаюсь, на меня столько народу зуб точит, что бояться устанешь. Да что народу! Иные боги мной недовольны – и ничего. Хожу, дышу, пока не умер.

Раскат грома из сине-сизых туч, низко висящих над головой, заставил меня поёжиться. Все-таки невесёлое место у них тут. Мрачное. Как есть – пустоши. Земля серая, без единой травинки, на ней, сколько хватает взгляда, всё заполнено палатками, шалашами и вигвамами, вокруг которых суетятся тысячи отродий мрака. Гоблины, орки, ещё какие-то существа, которых я никогда не видал ранее, но, несомненно, относящиеся к представителям проклятых рас.

И – Чёрный Замок, возвышающийся над всем этим. Реально – чёрный, без единого светлого пятнышка. Он вообще более всего был похож на огромную скалу вулканического происхождения.

– Кого ждём? – Барон уселся на гранитный валун, за его спиной стояли два лича, не мигая, таращившиеся на меня из-под своих капюшонов.

– Для начала поклон хочу тебе передать, – пристроился я рядом с ним. – От слуг твоих, Рафаила и Леонарда. Оба живы-здоровы, само собой, настолько, насколько к ним подходит данное определение. Отсиживаются в Аль-Альбейне, ждут, пока войска Чёрного Властелина Крисну перейдут. Сам знаешь, с той стороны сейчас через неё не перебраться.

– Вот за это спасибо, – обрадовался Сэмади – Я-то думал, что всё, конечная смерть их настигла, сожгли кости моих воинов, а пепел по ветру развеяли. Понимаешь, если останки целы, я могу вернуть души из владений Смерти, хоть это и не просто. Но уничтожь их – и всё, обратной дороги в мир живых не будет.

Не знал. Запомню, может, пригодится.

– Скучают очень, – доверительно произнёс я. – И по тебе, и по работе. Тоскливо им там, в компании с Ффаргом.

– Ничего, – Барон кивнул в сторону замка. – Уже скоро. Ладно, ты не тяни, что в большом мире происходит? Повторюсь – сюда новости доходят редко, по крайней мере, до нас. Владыка знает куда больше, но он не слишком любит делиться со своим окружением информацией. Нелюдимый он.

И Сэмади недовольно хрустнул орешком.

Странно это всё. Меня сразу царапнула некая неправильность происходящего. Барон вроде как персона влиятельная, богоборец, отцеубийца, идейный вождь неупокоенных всея Файролла – и ошивается близ входа в замок Чёрного Властелина, вместо того, чтобы стоять по его правую руку. Ну или левую, неважно.

Можно предположить, разумеется, что он, аккурат в тот момент, когда я представил его чёрно-белую рожу вместо Странника, пописать на улицу вышел, но очень уж это за уши притянуто. Думаю, тут дело в другом. Оттуда и недовольство на лице, и не очень престижное местонахождение в пространстве Серых Земель.

И это очень, очень хорошо. Для меня хорошо, а не для дела Тьмы.

– Война, – коротко ответил ему я. – Всех со всеми. Но, как вы Крисну перейдёте, так светлые друг другу глотки резать перестанут и сцепятся с вами. Сам же знаешь – добро победит тогда, когда оно объединится и с особой жестокостью убьёт зло.

– Война – привычное состояние для общества, – отмахнулся Барон. – И самый лучший двигатель прогресса. Ни для одного мирного дела люди не выдумали столько хитроумных механизмов, сколько изобрели для уничтожения себе подобных. Если бы не было войн, ваш вид до сих пор бы в шкурах бегал, с палками наперевес.

Самое паршивое в том, что он прав. Хотя подобная философия мне, миролюбивому существу, претит.

– Что ты сегодня какой-то варёный? – возмутился Сэмади, – Словно с небес свалился… Кстати! Ты так и не сказал, откуда ты тут взялся. И?

– С небес, – охотно сообщил ему я. – Всё так. Вон с тех.

– Убью, – с улыбкой пообещал мне Барон. – Ты меня знаешь!

– Знаю, – кивнул я. – И скажу прямо – без тебя там плохо. Пообщаться не с кем по душам. Ну, а если серьёзно…

И я минут пять вываливал на измученного ностальгией повелителя мёртвых все новости, которые только пришли мне в голову. Причем некоторые из них были выдуманы мной на ходу. Но это, разумеется, касалось только вестей с полей, а вот всё, что я поведал о богах, являлось чистой правдой. Тут выдумывать нельзя, себе дороже может выйти.

– Ишь ты, – смахнул слезинку с левого глаза Сэмади. – Королева Запада маленького ждёт? Трогательно!

* * *

Вами выполнено задание «Рассказы о богах и их делах».

Награды:

5000 опыта.

* * *

– Короли тоже размножаются, – пожал плечами я.

– Обратно хочу, – пробубнил вдруг Сэмади, понизив голос. – Что-то пошло не так, белый братец. Совсем не так, как я ожидал.

* * *

Вам предложено принять задание «Разумный компромисс».

Данное задание является третьим в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – склонить Барона Сэмади к сотрудничеству с богиней Тиамат.

Награды:

50 000 опыта;

15 000 золотых;

бронзовая коллекционная статуэтка «Переговорщик» (из набора «И сталевары есть, и пахари»).

получение следующего квеста цепочки.

Внимание!

В случае провала данного квеста будет провалена вся цепочка заданий, что ведёт к определенным репутационным рискам. Повторное прохождение для данной цепочки не предусмотрено.

* * *

Бинго. Шар встал под удар. «Молодка» на руках. Любой из терминов подходит! Редко случается так, чтобы звёзды сошлись в одном месте, но – бывает.

– А что так? – вложив в голос всё отведённое мне богом сочувствие, спросил у него я. – Вроде как ты свой среди своих.

– Чужой, – сплюнул на серую землю Сэмади. – Среди своих – это да. Но – чужой. Думал – вот-вот, и я достигну истинных высот. Отец мёртв, Чёрный Властелин на чёрном троне сидит, мёртвые рати послушны моему слову и порвут любого, кто встанет на дороге. И чего?

– Чего? – поторопил его я.

– Сила отца как вода в песок ушла, – вздохнул Барон. – Не удержал я её. Как видно, для того, чтобы обрести истинную мощь, надо нечто большее, чем просто убить бога. Чёрный Властелин вроде как мне рад, но в ближний круг не принимает, не желает. Не верит, надо полагать, потому держит меня на вторых ролях, как командира троллей или вожака орков. Союзник – но не более. Я не сильно на него за это обижен, потому что всё понимаю. У него своя компания, та, с которой он к высотам власти шёл. Лорды Смерти, дуэгары, пара чёрных магов из числа изгоев. А я – лишний. Войско моё не лишнее, а я лишний. К слову – мёртвых ратей у меня тоже больше нет, они теперь под рукой одного из Лордов Смерти. Всё, что осталось – обязанность подчиняться слову владыки и вот, пара личей. Ну и ты, мой верный друг. Или здесь я тоже ошибаюсь? Ты ведь мне больше ничего не должен, а я тебе теперь не сильно и нужен.

– Мы с тобой столько дерьма из одной тарелки выхлебали, что глупо о таком даже спрашивать, – мне даже и притворяться не пришлось. – Что глупо? Оскорбительно.

– Домой хочу, – потеребил меня за рукав Сэмади, подобно маленькому ребёнку. – К себе на кладбище, в крипту. Туда, где я был самим собой. Настоящим.

Не буду я ему рассказывать, что от погоста близ Фладриджа только выжженная намертво земля осталась, а от крипты – куски камня. Совсем же духом падёт, бедолага.

Но чем приободрить его, у меня есть. Конечно, это отчасти путь предательства, но когда Сэмади подобные нюансы беспокоили?

– Вот что я тебе скажу, братец. Не всё так плохо.

– Н-да? – Сэмади глянул на Чёрный замок, снял цилиндр и протер его тулью от пыли. – Свежая и оригинальная мысль.

Мимо нас протопал десяток огров, огромных, с дубинами на плечах. Несколько из них, сопя, оглядели меня с ног до головы, но никаких действий предпринимать не стали, как видно, различив метку своего господина.

А если бы я тогда отказался от неё? Всё, многомесячные усилия коту под хвост. Забили бы меня сейчас дубинами до смерти, и Барон бы не помог.

– Просто являться частью команды – это не твоё, – продолжил я. – В Архипелаге ты был сам себе хозяин, здесь – тоже. Захотел – пошёл налево, захотел – направо. А теперь – дисциплина, распорядок, и не ты главный. Тяжело, понимаю, но выбора нет, туда, за Крисну, тебе пока нельзя. Сожгут. Непременно сожгут.

– Слушай, я сам себе такие же слова каждый день повторяю, – насупился Барон. – Только почему-то от них не легче. Может, потому что и после того, как мы перейдём реку, ничего не изменится?

– Спорный вопрос, – придвинулся я к нему поближе. – Потому что в будущем могут появиться разные варианты.

– Ты это чего? – нехорошо глянул на меня Сэмади. – Чего жмёшься к моему боку? Когда я говорил, что соскучился, то не это имел в виду.

– Совсем дурак? – даже опешил я – О другом речь. Просто есть кое-кто, желающий видеть тебя в рядах своих друзей. Не слуг, но соратников. Полноправных и самоопределяющихся.

– Кто из? – глаза Барона привычно блеснули. – Только не говори, что Витар. Никогда не поверю.

– Тиамат, – хладнокровно произнёс я.

Собственно, в этот самый момент мне пришла в голову мысль, что с Сэмади станется меня и в ловушку поймать. Я ему душу открыл, а он меня сейчас возьмёт, да и сдаст Страннику – для подъёма личной репутации в его глазах. Мол – вот, шпиона словил. Ведёт разлагающую работу среди воинства, чинит препятствия делу Тьмы. Как верно было сказано, я ему ничего не должен, а значит, тоже особо не нужен.

– Тиамат, – погонял слово, как леденец во рту, Барон. – Тиамат. Не самый плохой вариант для такого изгоя, как я. Она никогда не ладила с Чемошем, потому его смерть от моих рук могла быть расценена благожелательно. Скажи, белый братец, она сама тебе велела меня склонить на её сторону? Лично? Или это пожелание тебе передала грязнуля Пауни?

– Уже не грязнуля – возразил я – Она теперь стоит справа от трона богини и выглядит более чем достойно. Умылась, приоделась, подросла маленько, в иных местах даже округлилась. Ещё чутка – и заневестится.

– Ты не ответил на мой вопрос, – покачал указательным пальцем у моего носа он. – Итак?

– Это был её личный приказ, – веско произнёс я. – Так и сказала мне – пойди, найди, уговори. Очень ты ей нужен. И потом два раза интересовалась об успехах в этой области. Не просто же так я до тебя достучаться пытался.

Ну, про «уговори» я маленько загнул, но исключительно пользы дела ради.

– Да, я слышал твой зов – подтвердил повелитель мёртвых.

– Ну вот, – стукнул его в плечо я. – Если она теребит меня постоянно, значит, нужен ты ей. Сильно нужен.

– Лукавишь, не без того, – Сэмади, в глазах которого загорелись знакомые хитрые искорки, закинул в рот один за другим три орешка, а после достал из кармана сюртука окурок сигары. – Но не во всём, не во всём… Это хорошо.

– Но имей в виду – она женщина суровая, – протараторил я быстро. – Ты меня знаешь, мне тролль не брат, ничего не боюсь, но перед ней робею, очень уж лютая дама. Любит, чтобы всё по её было, как она хочет.

– Мы все это любим, – заметил Сэмади. – Никто не хочет подчиняться, все предпочитают приказывать. Так жить удобней. Если ты взял верх, то все лавры только твои, если нет – всегда можно назначить того, кто виновен в поражении.

Оригинальный подход. Нечто подобное мне как-то изрекал Лоссорнах. Или Вайлериус? Не помню уже. Правда они предпочитали брать вину за провал на себя, а не искать крайнего. Вот прекрасный пример того, как одну и ту же идею можно трактовать по-разному, исходя из личных моральных качеств.

– Что мне ей передать? – решил я взять быка за рога – Уверен, она узнает, что мы виделись. Небожительница ведь, ничего от неё не скроешь.

– Скажи, что Барон Сэмади будет рад склонить голову пред великой тёмной богиней, – помолчав, изрёк мой друг. – И он будет рад стать полезным, причем не ради славы или выгоды, но ради чести.

* * *

Вами выполнено задание «Разумный компромисс».

Награды:

50 000 опыта;

15000 золотых.

* * *

А задался понедельник. Не врёт молва – день тяжёлый, но в моём случае ещё и плодотворный.

* * *

Вам предложено принять задание «Благая весть».

Данное задание является четвёртым в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – известить богиню Тиамат о решении, которое принял Барон Сэмади.

Награды:

80 000 опыта;

35 000 золотых;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

Хотя одно «но» есть. Барон не сказал, что собирается склониться перед Тиамат и поступить к ней на службу. Как всегда, всё очень размыто. «Склонить голову», «стать полезным»… Узнаю чёрного брата.

Ну да и шут с ним. Квест закрылся? Закрылся. Остальное – не моя забота, пусть сами друг с другом разбираются.

– Между прочим, ты так и не ответил на мой вопрос, – заметил Сэмади.

– Какой? – не понял я.

– Как тебе удалось сюда попасть, – терпеливо объяснил мне костлявый приятель. – Причём не просто попасть, а свалиться мне прямо под ноги. Такие вещи вдруг, ни с того ни с сего не происходят. Кто наворожил?

– Дорога между Дорог, – негромко произнёс я. – Ей всё равно, кто с какой стороны реки позицию занял.

– А, тогда ясно, – понятливо кивнул Барон. – Правда, сразу возникли другие вопросы, и в немалом числе. Например – как ты на неё смог попасть? Это мне в своё время немалых трудов стоило, а уж тебе-то…

– Не спрашивай, не отвечу, – помотал головой я. – Не мои тайны.

– Ясненько, – Сэмади глянул в серые небеса. – В самом деле, глупости несу. Им открыть дверь в Дорогу – как мне орешек съесть. Тогда скажи другое – как ты обратно собираешься вернуться? Отсюда обратной дороги нет.

– Увидим, – подмигнул ему я. – Время покажет.

Сэмади скривил рот, это телодвижение всегда означало у него улыбку.

– Ладно, пойду-ка, проведаю Чёрного Властелина, – встал с камня я. – Попасть сюда и не заглянуть к нему – величайшая глупость.

– Плохая идея, – прищурился Барон. – Очень плохая. Многие из тех, кто входил во врата Чёрного замка, обратно не возвращались. Скверное место, белый братец, из числа тех, куда лучше нос не совать. А особенно таким, как ты.

– Да я бы и рад, но надо. Как-то давно дал, не подумавши, кое-кому обещание, теперь его надо сдержать. Ты же знаешь – я слово своё всегда держу.

– Это да, – признал Сэмали. – Тогда – иди, причём быстро и не оглядываясь, так времени на раздумья будет меньше. А я тебя тут подожду.

Видно, совсем у него со Странником отношения не заладились.

Впрочем, может, дело и не в этом. Может, в банальной зависти. Мой чёрный приятель очень тщеславен и изрядно завистлив, потому тех, кто более удачлив и влиятелен, он воспринимает либо как соперников, либо как врагов. Он у нас альфа-самец, пусть даже не слишком живой. Само собой, его не могла не задеть та мощь, которую собрал под свои знамёна мой давний знакомец.

А силища – ого-го. Не завидую я светлым ратям, даже если они укрепятся бойцами из игровых кланов. В рамках длительной войны – игроки победят. Но в разрезе сражения, где воскрешение невозможно… Не знаю, не знаю. Одни тролли чего стоят! А тут ведь ещё и огры есть, и горные великаны. Про орков, дуэгаров и прочих сторонников дела Тьмы я уж молчу.

Но при этом никакого бардака в лагере не было совершенно. По идее, в логове мрака должны царить разгул и анархия, к этому меня с детства приучали книги и фильмы. Все дерутся, буянят, горланят скверные песни и хлещут спиртное. А убийства и насилие вообще царят на каждом шагу.

Фигу с два. Порядок тут был почище, чем в лагере Вайлериуса, во время недавней заварухи на Западе. Разве что гомон дуэгаров издалека был слышен, но тут уж ничего не поделаешь, раса у них такая. Ну и гарью здорово воняло, то ли от сотен костров, то ли где-то неподалеку имелся функционирующий вулкан. Да и то – что за оплот Тьмы без вулкана? Так, ерунда какая-то, а не оплот.

Что самое интересное – на душе у меня если и имелся дискомфорт, так только потому, что не самый красивый поступок сейчас последует. Ясно же, что каждый мой шаг сейчас видит куча народа. Она ждёт того момента, когда я доберусь до Странника, и вот тут зашуршат компьютеры, застучат пальцы по клавиатурам, а, может, и чёрные машины с крепкими парнями помчатся по слякотным улицам.

И это всё мне не очень нравилось. Мы со Странником не друзья, это так. Но и не враги.

Хотя – кто знает? Старик ведь не просто так сказал мне, что я не должен склонять этого человека к тому или иному решению. И произнесено это было не просто так. А может, всё наоборот? Специально подали мне эту версию, чтобы я не взбрыкнул и пришёл туда, куда пришёл? Чтобы я вёл себя спокойно и естественно.

И такое возможно.

В общем, истинные цели Старика мне точно не дано распознать. И слава богу! Потому пусть оно идёт так, как идёт.

Так вот – вышесказанное раздражало. А всё остальное – нет. На меня никто не бросался, никто не кричал: «да он шпион». Патрули, которые неустанно курсировали по дорогам, дорожкам и тропинками, бывало, косились, но и только. Потому до Чёрного замка добрался я довольно быстро, и вот там уже был остановлен двумя огромными ограми, несущими стражу у входа. То есть – начали сбываться мои изначальные опасения.

Ворота, ведущие внутрь, были большими, чёрными, красивыми и закрытыми, а огры – на редкость клыкастыми, уродливыми и на вид крайне некоммуникабельными.

– Куда? – рыкнул один из них и нехорошо причмокнул, глядя на мою левую ногу, чем напомнил одного знакомого дуэгара. – Зачем?

– К владыке, – помахал я той рукой, на которой располагалась заветная метка, особо, впрочем, её не афишируя. – По личному вопросу.

– Проваливай, – пробасил второй страж. – Много вас тут таких шатается, всем к владыке надо. Дождись четверга, когда он выходит из замка для разбора ссор и тяжб, отстой очередь, как положено, вот тогда и скажешь ему всё то, что хотел.

– Ты вообще понимаешь, с кем говоришь? – шалея от собственной наглости, заявил я. – Или нет?

– Нет, – сплюнул огр. – Нам думать не положено. Наше дело кого попало не пускать внутрь. Ты – кто попало.

Многие считают, что сложнее всего обмануть мудреца. Чушь. Умные люди частенько сами себя загоняют в ловушку, даже делать ничего не приходится. Они на-гора выдают десятки вариантов того, как их хотят объегорить, а после запутываются в лично выдуманных хитросплетениях. То есть всячески помогают злоумышленнику.

А вот дурака по-крупному фиг обманешь. По мелочам – сколько угодно. Но в серьёзных вещах чаще всего на удачу рассчитывать не приходится. Беда в том, что дураки, помимо всего, крайне исполнительны по сути своей. И очень самолюбивы. Не желая провалить порученное им дело, они намертво зазубривают условия данного им поручения, и ни на йоту от выученного не отступают. Ни на сантиметр. И с гордостью заявляют, что таких исполнителей, как они, хоть десять лет ищи – не найдёшь.

Причём где-то данное утверждение – истина. Правда, последствия этой исполнительности иногда принимают характер стихийного бедствия.

Вот здесь то же самое. Единственный вариант пройти мимо этой парочки – убить их. Других нет.

А может, оно и к лучшему? Серьёзно. Нет-нет, я сейчас не о кровопролитии, мне с этой парочкой сроду не справиться. В конце концов, в данной ситуации я сделал всё, что мог. Никто не виноват, что стража на посту оказалась настолько несговорчивой. Что мог – то попробовал. Не сложилось. Ну и, в конце концов, – не бывает так, чтобы всё получилось. Вон сколько начинаний сегодня успехом увенчалось, грех жаловаться.

Правда, что на это всё скажет Старик? Дай бог, чтобы ничего. А если – нет? Если я в опалу попаду? Меня, как Валяева, перевоспитывать не станут и в швейцарскую ссылку не отправят. Прикопают где-нибудь недалеко от МКАДа – и всё. Или укрепят моим безжизненным телом фундамент какого-нибудь строящегося дома, чтобы тот крепче стоял.

Что я там недавно про умных людей говорил и их выдумки? Радует одно – я, похоже, всё-таки умный, раз такая ерунда в голову лезет.

– Вот тебе и раз! – раздался писклявый голос сверху, а на мою голову спикировал золотистый конфетный фантик – Нежданный гость. И какой!

– А, это ты, – задрав голову вверх, без особой радости произнёс я. – Здорово, пернатый.

– Сам ты! – возмутился пикси Тристан, с которым у меня были связаны не самые лучшие воспоминания. – Выбирай выражения, смертный! Я, между прочим, теперь Самый Главный Советник его Чёрного Всемогущества.

– А само Всемогущество знает, кем ты ему приходишься? – с сомнением поинтересовался я. – Сдаётся мне, что нет.

– Пока сопротивляется, – потянув клетчатые штаны, признался пикси. – Но со временем привыкнет. Куда он денется? Вот мир завоюем – и сразу. А ты какого гнома тут делаешь вообще? Твоё место за рекой, среди светлых рас. Ааааа, я понял! Ты решил переметнуться на нашу сторону! Почуял, за кем сила!

– Мне ваша война по барабану, – возразил я. – Вам надо, вы и сражайтесь. Но вот с господином твоим побеседовать хотелось бы, имеются кое-какие темы. Вот только внутрь попасть не могу. Не пускают.

– Ну, не знаю, – поджал губы пикси. – Наверняка ведь с какой-то гадостью припёрся. Может, и правильно не пускают.

– Кто бы говорил! – возмутился я. – В плане гадостей тебя никто не переплюнет, даже из твоих же собратьев.

– Я такой, – гордо напыжился Тристан. – Нет мне равных!

– Давай, скажи этой парочке, чтобы двери открыли, – попросил я. – Или Страннику сообщи о моем визите.

– Его Тёмному Всемогуществу, – поправил меня пикси. – Нет больше Странника, есть Повелитель. Либо запомни, либо внутрь не суйся, от греха.

– Запомнил, – заверил его я. – Не сомневайся.

Изнутри замок был поменьше, чем казался снаружи. Или мне так показалось, потому что до тронного зала Тристан меня довёл очень быстро? Не знаю.

А ещё странным было то, что на интерфейс не вывалилось ни одного сообщения. Вообще ни одного. Сказать, что это меня удивляло, – ничего не сказать.

Что до внутреннего убранства, то одно могу сказать точно – выглядели эти чертоги как нежилое помещение. Это не первый дворец, что я вижу, так вот в остальных ощущалось некое биение жизни, они были сосредоточением власти, тем, для чего были и созданы. А тут не то, совсем не то. Тут, скорее, имела место быть некая съёмная квартира, которая нужна только для того, чтобы какое-то время в ней перекантоваться. На улице спать ведь никому не хочется?

Значит, войны и в самом деле не избежать. Страннику не нужен этот дворец, он точит зуб на те, что сейчас принадлежат кому-то из монархов Раттермарка.

Или, возможно, на все сразу.

И тронный зал не поразил воображение. Огромное помещение с голыми каменными стенами, да стоящим на возвышении скромным троном – и всё. Ни тебе чёрных стягов, олицетворяющих всемирное зло, ни доспехов поверженных рыцарей, ни чучела Великого Дракона.

Зато народу там оказалось немало. Хотя, конечно, слово «народ» к данной ситуации применять было не слишком верно. Просто среди присутствующих далеко не все были люди. Например, к ним никак нельзя было отнести четырёх Лордов Смерти, вождя дуэгаров Ар-Амна, мордатого огра с клыками такой длины, что ими можно было консервные банки открывать, и нескольких не менее колоритных персонажей.

И вся эта дружная компания обступила титанических размеров стол, на котором лежала здоровенная карта с воткнутыми в неё флажками. Надо полагать, Странник и его приближенные разрабатывали стратегию ведения войны. Так сказать – захват мира малой кровью.

Сэмади, что примечательно, не позвали. Похоже, он и вправду не сильно высоко котируется в местных военных и управленческих кругах. Не исключено, что он тут вообще значится неким узником совести, которому предоставили политическое убежище. Мол – вроде как наш, и от Светлых пострадавший за диссидентство, потому пусть будет.

А вообще – вовремя я пожаловал. Лучшего момента, пожалуй, даже постаравшись не найти было. В аккурат к большому сбору поспел. Чтобы все меня увидели и запомнили.

Тьфу!

– Гляди, кто у входа отирался! – заорал Тристан, взмывая к высокому потолку – Говорит – по делу пришёл.

– Парламентёр? – прогудел один из Лордов Смерти – Не верь ему, повелитель. Светлые всегда приходят говорить о добре, если собираются убивать.

– Это да! – прорычал огр – Сожрать его!

– Посланцев не жрут, – с сожалением констатировал один из людей, судя по внешнему виду – маг. Разумеется – НПС. – Они неприкосновенны. А жаль.

– Стоп! – тут же заявил я. – Сразу поясню. Никакой я не парламентёр, никто меня к вам не посылал. Я сам по себе.

– Моя эта человека знает, – подал голос дуэгар. – Она глупый, но смелый. И наша шаман Хрыгг его сильно уважай. Говори, что эта человека правильный масть, с ним не западло из одна шлёнка баланду хлебай. Моя не знай, что это точно значит, но шамана верь.

Может, сказать, что за меня ещё Бахрамиус вписаться может? Или не стоит? Он дед суровый, узнает, что я его именем прикрывался, может разозлиться.

– Привет, – помахал мне рукой Странник, сменивший свой потёртый серый плащ на чёрный камзол. – Вот снова и свиделись.

– Как договаривались, – отозвался я. – Слово было дано, значит, должно быть сдержано.

– Ты о чём? – заморгал Странник. – Какое слово?

– Ну как же? – усмехнулся я – Помнишь нашу давнюю беседу? Ты ещё сказал, что, когда один из нас дойдет почти до конца пути, тогда мы встретимся и снова поговорим, откровенно и без ретуши. Сдается мне, что ты уже на финишной прямой, потому пришло время пообщаться. Не знаю, о чем, тебе виднее, но договор есть договор.

– Забыл! – весело признался Странник – Как есть забыл. Но от слов своих отказываться не стану. Давай поговорим.

Глава одиннадцатая,

в которой герой пытается соблюсти баланс

– Нет, если помешал, так и подождать могу, – тактично заметил я, показав рукой на карту с флажками. – Всё понимаю, война – это война.

– Ничего-ничего, – успокоил меня владыка Тьмы. – Мир подождёт. Часом раньше мы его завоюем, часом позже – велика ли разница? Да и перекусить моим сподвижникам не помешает.

Огр затопал ножищами и облизнулся, глядя на меня.

– Нет-нет, Грымп, он не еда, – предупредил его Странник. – Даже не думай.

После этой фразы мне стало поспокойней. Судя по всему, Странник не планировал меня прикончить после беседы, иначе бы сказал что-то вроде: «по крайней мере, пока».

Представители тёмных сил Файролла покинули залу, только вездесущий Тристан остался. Он спикировал с потолка прямиком на чёрный трон и вольготно на нем расположился.

– И не шуганёшь? – поинтересовался я у Странника, мотнув подбородком в сторону пикси. – Как-никак статусная мебель, можно сказать – элитный чекпойнт.

– Пусть его, – отмахнулся Чёрный Властелин. – Символика ничто, поступки – всё. Ладно, говори. Что там тебя просили мне передать?

– С чего ты взял? – насторожился я – Да и кто мог…

– Кто мог, тот тебя и послал, – с внезапным холодком в голосе сообщил мне Странник. – Или мне твоё настоящее имя назвать?

Нет, это не нокдаун, и даже не нокаут. Хотя бы потому, что происходящее может оказаться обычным блефом.

А если нет? Сразу столько вопросов возникает, и первый из них – откуда сквозит? Ох, чую, Илье Павловичу может опять не поздоровиться, по его линии утечка.

– Приятель, и ты, и я – мы игроки, – мягко, уже без отчуждённости произнёс мой собеседник. – Просто каждый играет за свою сторону – я за одну, ты за другую. Врать не стану, тогда, во время нашего знакомства, я даже не подозревал, кто ты такой. Я про это узнал куда позже. Точнее – догадался, а потом уже получил подтверждения происходящему.

– Прямо догадался? – не удержался от лёгкой иронии я.

– Прямо да, – кивнул Странник. – Просто очень часто сходились наши дороги, причём в тех местах, где простым игрокам делать нечего. Ну – раз подобное случилось. Ну – два. Но не постоянно же? И что мы имеем на выходе?

– Ну-ну, – подбодрил его я.

– У тебя есть квест, приятель, и он не менее весомый, чем мой, – без малейшего превосходства в голосе, напротив, почти безразлично произнёс Странник. – Случайный человек его выполнять не может. Получить – да, но дальнейшее движение по данной ветке без контроля администрации невозможно.

– Но ты-то как-то без него обходишься? – заметил я. – Вон, сам по себе…

– Играй я сам по себе, вряд ли бы мы встретились здесь, – обвёл рукой помещение повелитель тёмных сил – Не стоит переоценивать свои силы, за мной тоже кое-кто стоит. Кое-кто, отводящий грозовые тучи от моей скромной персоны в сторону.

Вот так запросто? Без намёков, без недоговорок и скрытого смысла? Видно, и правда дело к концу идёт. Непонятно, правда, чего именно – то ли моих приключений, то ли света.

– И всё-таки – что тебе велели мне передать? – переспросил Странник. – «Отрекись и уйди»? Или нечто более грозное?

– Не поверишь – ничего, – развёл руки в стороны я. – Да, и так бывает. Тот, кто решает всё, так и велел – ни к чему этого человека не склоняй, ничего от него требуй.

– Надо же, – усмехнулся он. – Раньше искали, загоняли, как волка в зимнем лесу, а теперь установили радиомолчание. Забавно.

– Но-но, – погрозил ему пальцем я. – Не тебя одного хотели на ноль помножить. Твои хозяева тоже хороши, между прочим. И угрожали, и стреляли в меня, и по почкам долбили. Вот радости-то было!

– Ты что-то путаешь, – медленно произнёс Странник. – Те, кто стоит за мной, на подобное не способны, я это наверняка знаю.

– Возможно, ты просто замечаешь только то, что тебе позволяют увидеть? – предположил я. – Подобное сплошь и рядом случается. И если это так, то мои покровители куда честнее. Они хоть не лакируют действительность.

– А ты уверен в том, что видишь всю правду целиком? – ответил вопросом на вопрос Странник.

– Нет, – не задумываясь, ответил я. – Но меня при этом правда и не сильно интересует. Для меня главное выжить.

– Вот в этом и есть главная разница между нами, – оперся рукой о стол мой собеседник. – Я знаю, зачем в эту свистопляску ввязался. Знаю, чего ради прошёл весь путь.

– Чтобы стать Чёрным Властелином в компьютерной игре? – не удержался от сарказма я. – Повести рать орков и огров на эльфов и гномов? Самому не смешно? Дружище, мы с тобой в искусственно созданной реальности. Мы здесь никому и ничего не можем доказать. Мы даже умереть в этом мире не в состоянии, ибо возродимся через мгновение. Здесь не жизнь. Здесь иллюзия жизни. И ради этой чепухи там, в настоящем мире мы должны подставлять свои головы под пули?

– Но ты же тоже тут? – парировал Странник. – Давно мог бы плюнуть на всё и сделать ноги. Чего же тогда ты продолжаешь шнырять по ненастоящему миру? Даже сюда смог добраться. Или нет у тебя такой возможности, а? Ведь так? А почему? Потому что одновременно выдали подарочный набор, состоящий из пачки денег, куска хлеба, густо намазанного икрой, и надёжных кандалов.

А вот теперь смело можно заявить, что в «Радеоне» есть «крот», причем очень и очень высокопоставленный. Этот парень знает про меня куда больше, чем я про него.

– Ну да, всё так – признал я – Но при этом мне не надо никому ничего доказывать. За мной не стоит идея, как за тобой. Только не говори, что её нет, я не мальчик, всё вижу. Ты идешь на принцип, уж не знаю почему, а я, повторюсь, просто пытаюсь выскользнуть из этих самых кандалов.

– Почему? – задумчиво потёр подбородок Странник – Наверное, потому, что я человек. И хочу им остаться.

– Так и я не с Марса прибыл. Тоже местный, того же вида, что и ты.

– Того, да не того, – подытожил Чёрный Властелин. – Вот потому скоро мы с тобой и встретимся на поле боя, только стоять будем с разных сторон, каждый во главе своей армии. Мир ненастоящий, это так. Но победа в нём будет вполне реальная.

– С чего ты взял? – опешил я. – Ничем таким заниматься не собираюсь. Тебе надо – ты и воюй, лично я в этой вакханалии участвовать не планирую. Сам не пойду и клан не пущу. И сразу, чтобы потом не возвращаться к этой теме, – там кто-то из твоих Лордов зуб на Пограничье имеет. Кто именно – не в курсе, но в наших краях его знают под именем Дуллаха. Приказал бы ты ему нас в покое оставить, а? Нам и своих проблем хватает, а если ещё и твои навалятся, так вовсе хоть в петлю лезь. Да и потом – просто так мы не сдадимся, а ребята в Пограничье хваткие. Зачем тебе лишние потери?

– Не врёшь, – невероятно удивился Странник. – Странно. Раньше юлил, а сейчас правду сказал.

– Обидные слова, – заметил я. – Чего это я юлил? Что на витрине, то и в магазине.

– Ты бы хоть возмущение изобразил, – фыркнул Чёрный Властелин. – Для приличия. Но это ладно, мы все не ангелы. Другое удивительно – ты и в самом деле, похоже, не собираешься со мной сражаться.

– Да с чего ты вообще взял, что у меня подобное в планах имелось? – на этот раз вполне искренне всплеснул руками я. – В принципе?

– Но ты же… – Странник замолчал. – Нет, решительно ничего не понимаю. И убивать меня сейчас ты, стало быть, тоже не планируешь?

– Нет, – я пододвинул к себе стул, сел на него и скрестил на груди руки. – Ну, если только ты не надумаешь на меня первым напасть.

– Неприятно, – он уселся на стул прямо напротив меня.

– Месье мазохист? – уточнил я.

– Месье не любит ощущать себя дураком, – улыбнулся Странник. – Месье самолюбив, есть такой грех. Был уверен, что у тебя в запасе есть какая-то гадость, сотворённая разработчиками. В одном ты точно прав – это игра, то есть цифровой код. И тот, кто держит его в своих руках, всегда может создать предмет, позволяющий сделать то, что другим недоступно. Например, раньше времени перенести меня на подконтрольные администрированию территории.

– Интересная идея, – признал я. – Думаю, если бы не правила, то такой вариант мог бы возникнуть. Кстати, ты с ними вообще знаком? С правилами. Я это слово слышу часто, но до объяснений никто не снисходит.

– И я не снизойду, – помотал головой Странник. – Извини. Просто правила хоть и одни, но расцениваются всеми по-разному. Да и исполняются тоже.

– Жаль, – вздохнул я. – Наверное.

– А я рад, – закинул ногу на ногу он. – Правда – рад. Мне не хотелось бы сейчас с тобой сходиться в бою, пусть даже и не настоящем. Тем более что никогда не знаешь, как победа или поражение здесь отразится там, в реальном мире. Мне поражение простят. А тебе?

– Даже думать не желаю – отмахнулся я – Сказано же – все войны проходят без меня.

– Это ты так полагаешь, – тон собеседника снова неуловимо поменялся. – Сейчас и здесь. А вот когда мои рати перейдут реку, и вместе с ней точку невозврата, всё может обернуться совсем по-другому. Тебе просто прикажут – и всё.

– И что – «всё»? – хмыкнул я – Ну ладно, пойду я воевать. Кто меня поставит во главе войска? Я – никто. И тут хоть заприказывайся, всё одно уже ничего не поделаешь. Мелкий авантюрист, пусть даже знакомый с несколькими венценосными персонами, глава крохотного клана, обитающего где-то на задворках мира, и игрок с не самым высоким уровнем. Выше головы не прыгнешь, ниже задницы не сядешь. Нет, если ты перейдёшь реку года через три…

– Это вряд ли, – рассмеялся Странник. – Куда раньше. Вот боги окрепнут, наберут власть – и сразу же.

– Боги? – удивился я – А они тут при чём?

– Люблю загребать жар чужими руками, – пояснил он. – Боги – препаскуднейшие существа. Как только они почуют власть, так тут же начнут её делить, и делать это при помощи тех, кто им присягнул на верность. Все будут враждовать со всеми, и мне это только на пользу. Опять же – они любят новых союзников. Потом их, конечно же, предают, но это потом, а до того часть пути можно будет пройти вместе. Но до поры до времени в моём меню только мелкие шалости, вроде недавнего рейда живых мертвецов на тот берег Крисны. Слышал, наверное, про него.

Что-то такое было, читал я заметку Таши на этот счёт. Под сенью ночи две сотни зомби форсировали реку на стволах деревьев, перебили неигровую береговую охрану и дали шороху в паре деревень, находящихся поблизости. Хорошо пошалили, надо отметить, успев натворить немало дел до той поры, пока их не окружили и не перебили. Причём мирных селян не трогали, вырезая только тех, кто был вооружён, то есть преимущественно игроков.

– Стоит ли мне всё вот так рассказывать? – уточнил я – Ты же понимаешь…

– Отлично понимаю, – покачался на стуле Странник. – Но то, что прозвучало – не секрет. Те, кто тебя послал, данный расклад давно просчитали, он для них не будет новостью, так что передавай смело. И ещё можешь им сказать, что я был крайне опечален тем обстоятельством, что не могу предложить тебе присоединиться к моему войску. Очень хочу, но не могу. Правила запрещают.

И он мне подмигнул.

– О как, – проникся я. – Теперь моя очередь сказать «неожиданно».

– Если кроме шуток, то знай, что для тебя место есть всегда, – очень серьёзно произнёс Странник. – Да, это против правил. Но это не наши правила. Не мы их устанавливали, а значит, и не так обязательно им подчиняться. Мы не фигурки, которые можно просто переставлять с места на место, а – люди. И потому сами вправе решать, что хорошо, а что плохо, кто враг и кто друг. Подумай об этом, приятель. И о том, какая именно сторона в грядущей битве станет твоей. Ты всё равно окажешься там, на поле Последней Битвы, хочешь того или нет, потому что именно там все закончится и начнётся снова. Просто надо для себя решить, с кем именно плечом к плечу ты хочешь встать.

– У меня сейчас мозг через уши вытечет, – пожаловался ему я. – Слишком много всего и сразу.

Почти не врал. Нет, кое-что в его словах совпало с моими догадками, но всё равно некоторые вещи требовали серьёзного осмысления.

– Так ответ мне и не нужен, – пожал плечами Странник. – Ни сейчас, ни потом. Речь идёт только о тебе, это твоя игра, твой выбор, твоя жизнь. Вот и думай. Лично я для себя всё давно решил.

Не знаю почему, но мне кажется, что не я один дурю хозяев. Только я по мелочи, а этот удалец, похоже, крупную свинью кому-то подложит.

– Вроде как поговорили? – рассмеялся Странник. – Сумбурно вышло, да? Да и промолчали мы оба о многом, что следовало бы обсудить. Может, даже потом об этом пожалеем.

– Может, – согласился я. – Или найдём повод для ещё одной беседы, пусть даже она случится на поле этой самой Последней Битвы. Кстати, ты это название для красоты сам придумал или я снова чего-то не знаю?

– Сам придумал, – похвастался Странник. – Ну да, штамп, но звучит же?

– То есть эта битва – она не запланирована как некое обязательное мероприятие? – я еле удержался от того, чтобы не плюнуть на пол.

– Традиция, – возмутился Странник. – Как обойтись без финального сражения, где обязательно сойдутся пути всех-всех-всех, где произойдут поединки давних врагов, воспоследуют смерти лучших друзей, где есть место для предательства, запоздалого любовного объяснения с кровью на губах, неожиданной отваги…

– Всё! – заорал я. – Я понял! Слушай, тебе бы романы писать, столько всякой ерунды ты сейчас накрутил. А я, блин, на всё это повёлся.

– Битва будет, – посерьёзнел Странник. – Не может её не быть. И её устроят не люди.

– А кто? – устало выдохнул я. – Высшие силы?

– Боги, – покачался на стуле он. – Кто же ещё. Мы, игроки, предсказуемы, а НПС такого ранга – вдвойне, как бы не втройне. Это обычная игровая практика. В какой-то момент точка кипения божественной вражды будет пройдена, и они сведут свою паству для окончательного выяснения отношений в одном месте. А поскольку к тому времени ещё и конфликт нас, тёмных ратей, со светлыми расами тоже как раз будет в самом разгаре, то одно наложится на другое.

Может, он и прав. Звучит убедительно.

– Какая мрачная перспектива, – расстроился я. – Не люблю такие мероприятия.

– Зато после него всё наконец-то закончится, – обнадёжил меня Странник. – Так или иначе. Ладно, поговорили вроде и, что приятно, друг друга смогли услышать. Не знаю, как ты, а я рад этому.

– Та же фигня, – признался я.

– Задремал я, – встрепенулся на троне Тристан. – А вы чего тихо, ровно мыши, сидите, а? В «гляделки» играете?

– А как отсюда? – даже не обратил на него внимания Странник. – Суперпорталом снабдили?

– Не, у меня свои способы перемещения в пространстве, – важно заявил я. – Но это – секрет. Не тебе же одному тайны иметь положено, правильно? Ты мне лучше скажи, чего это твой надоедала нам всё это время не мешал?

– Он слышит только то, что ему положено, есть способы, – веско произнёс Странник. – Правда, часто лезет туда, куда не следует, но тут уж ничего не поделаешь. Искусственный интеллект таков, что с ним не поспоришь.

– Это да, – вспомнил я свою развесёлую компанию. – Иной раз и не знаешь, чего от НПС ждать.

– В моём случае всё проще, – собеседник ткнул пальцем в пикси, который как раз вырезал на спинке трона перочинным ножом какие-то знаки, более всего напоминавшие каббалистические. – Пакость и только пакость, иных деяний не предвидится. Но зато на него можно положиться в серьёзных переделках, что уравновешивает весь мелкий вред, на который Тристан мастак.

– Мелкий вред, – потёр я задницу, которая снова вспомнила веские удары дуэгарских башмаков. – Не сказал бы!

– Сам виноват, – подал голос Тристан, не отвлекаясь от работы. – Оказался в ненужном месте в ненужное время.

Как видно, он сообразил, о чём я веду речь, причём в голосе его ни малейшего осознания вины не имелось. Да и откуда? Для такого совесть нужна, а он её давным-давно на конфету сменял.

– Будем прощаться, – Странник протянул мне руку. – Передай тем, кто тебя послал, что я пойду до конца. Ты сделал всё, что мог, но убедить меня не получилось. Это правда, тебе даже не придется врать. И ещё передай, что я буду играть по правилам ровно до той поры, пока они первыми их не нарушат.

– Сделаю, – пообещал я, а после вкрадчиво спросил: – Но, может, ты мне их всё же растолкуешь? Правила. Хотя бы в первом приближении.

– Н. Е. Т. Так пишется слово «нет», – рассмеялся Странник. – Да и поздно ты спохватился. Надо было шустрить, когда тебя подписывали на это дело, теперь метаться поздно.

Легко ему говорить. Кабы я тогда, прошлым летом, знал, куда ввязываюсь, мы бы сейчас вообще не общались, мне проще уволиться было бы. Газет в столице много, даже без учёта интернет-изданий, безработица нашему сектору не грозит. Денег столько не заработал бы, но не в них одних счастье.

Хотя… Чёрт его знает. А может, всё равно ввязался бы.

– Это да, – я почесал затылок. – Ты, главное, помни – когда мандаринка очищена, её обратно в кожуру не запихаешь. Может, не нужна вся эта шумиха с войной и битвой? До них правила действуют, а после чего будет? Даже если ты возьмёшь верх? Победа – это только краткий миг торжества, а потом начинается главное – подсчёт потерь, ценой которых ты добился своего. Иногда и не знаешь – стоило ли оно того? И потом – проигравший не мешает никому, потому что про него никто не помнит, разве что пожалеют мимоходом. А победитель чаще всего превращается не в идола и кумира, а в мишень.

Всё, отстрелялся. Старик дал чёткий приказ, что сказать Страннику. Я это сделал, претензий быть не должно.

– Хорошо сказано, – пару раз хлопнул в ладоши хозяин замка. – Красиво. Афористично. Запомню. Но ты потратил слова впустую, мне поздно останавливаться, точка невозврата пройдена давным-давно.

– Хозяин – барин, – отозвался я – Всё, будь здоров. Если не повезёт – увидимся. Если повезёт – то нет.

– Кому именно из нас? – уточнил Странник – В смысле – повезёт, не повезёт?

– Когда не повезёт – тогда и узнаем, – произнёс я и пошёл к выходу.

Приятно всё же, когда последнее слово остаётся за тобой.

Вот только вопрос – за кем останется дело, которое в большинстве случаев оказывается куда важнее, чем слово?

Но об этом пусть думают те, кто меня загнал в эти серые и безжизненные края. Что поручено было – я выполнил, а дальше хоть трава не расти. Хотя она тут и не растёт.

Любопытно, а Валяева допустили к просмотру сего действа? Или он сейчас где-то в «Радеоне» полы тряпкой натирает? С Зимина станется что-то подобное устроить. Друзья-то они друзья, только табачок у них в подобных случаях врозь.

Хотя даже не так – интересно, а мои наниматели вообще имели возможность созерцать всё происходящее? Не удивлюсь, если нет. Тогда, у заброшенного города, они не то что картинку – меня как игрока потеряли и не могли увидеть, пока Странник не отправил нашу троицу в портал, приведший к старым гномьим шахтам. Что, если здесь происходит то же самое? Формально эти территории, насколько я помню из давних-давних объяснений, не существуют. То есть они на самом деле есть, но представляют собой «болванку» для будущих дополнений и не интегрированы в общий контент. Эдакий «полуфабрикат». Для меня до сих пор это всё звучит диковато, как и то, что разработчики игры не могут влиять на некие места и персонажей, ими же самими и созданных, но факт есть факт.

Хорош, кстати, «полуфабрикат». Дымы костров, сколько глазу хватает, звон молотков о кузни, рёв каких-то тварей, то ли разумных, то ли нет. Даст эта «заготовка» скоро жизни Раттермарку, который, похоже, доживает последние спокойные деньки. Даже по нынешним лихим временам спокойные.

– Пообщался? – уточнил у меня Сэмади, ошивавшийся неподалеку от дворца. – И как тебе наш вождь?

– Харизматичен, – отозвался я. – Волевой, уверенный в себе, неплохо одет, краток в суждениях. Настоящий лидер.

– Действительно? – с сомнением глянул на вход в замок Барон. – Нет, ну так-то да, конечно. Я очень уважаю Чёрного Властелина!

– Расслабься, никто за нами не следит, – похлопал я приятеля по плечу. – Мы ему не сильно интересны. Он там планы захвата мира строит, так что не стоит льстить себе. Из баллисты по воробьям не стреляют, слишком мелка мишень.

– Сам ты мелок! – сбросил мою руку с плеча Сэмади. – Скажешь тоже! Вы все тут, на континенте, ещё по деревьям за бананами лазали, когда я бродил по островам Архипелага.

– Не загибай, пожалуйста, – попросил его я. – Ну или хотя бы не при мне это делай. Я просто в курсе твоего прошлого, если ты забыл. В смысле – знаю, кто тебя сотворил и когда именно ты попал на Архипелаг.

– А, да, точно, – Сэмади снова положил мою руку к себе на плечо. – Тогда давай, продолжай изрекать банальные истины и пробуй меня приободрить.

– Фиг тебе, – отказался я. – Теперь не хочу. Но обещание своё сдержу и кое с кем поговорю.

– Спроси, может она сможет меня отсюда выдернуть? – вздохнул Барон – Ну очень скучно тут. До ужаса.

* * *

«Вам предложено выполнить квест “Под крышу дома своего”.

Условие – помогите Барону Сэмади вернуться обратно, на территории, находящиеся под контролем светлых рас.

Данное задание не является игровой цепочкой, но состоит из нескольких частей, каждая из которых является самостоятельной. Отказ от выполнения какой-то из них не аннулирует игровой процесс ранее пройденных заданий, но препятствует получению последующих.

Задание первое.

Условие – узнайте у богини Тиамат, насколько возможно возвращение Барона Сэмади из Серых Земель.

Награды:

20 000 опыта;

5000 золотых;

получение следующего задания.

Внимание!

В случае отказа от выполнения одного или всех заданий характер ваших отношений с персонажем Барон Сэмади никак не изменится.

* * *

Что-то новенькое. Надо будет узнать у Костика – так оно и должно быть? Или это причуды покойного Ставроса?

Хотя – с чего бы? Ну да, это мрачное место – его рук творение, но Сэмади тут точно ни при чём. Он вообще неучтённый фактор, который просочился в этот мир мошенническим путём, использовав моё неблагоразумие.

– Человек, – прогудел один из личей, которые подобно теням везде следовали за своим господином. – Передай нашим братьям, что мы встретимся с ними. Обязательно встретимся.

– Передам, – пообещал я. – Если увижусь. Только сразу скажу – это вряд ли. Чего мне в Аль-Альбейне делать?

– Держи, – Сэмади щелчком перебросил мне чёрную монету, на которой виднелись то ли чьи-то щупальца, то ли какие-то лианы. – Все равно эта парочка там без дела сидит, скучает. Если что – покажешь денежку и скажешь, что я велел им подчиняться тебе, как себе. Два надёжных клинка никогда не бывают лишними, белый братец. Особенно два таких клинка, как они.

Соглашусь, рубаки личи отменные. Только если их кто-то увидит в моей компании, то репутации конец. Мне самому придётся всеми правдами и неправдами перебираться на этот берег и скрываться от кучи народу, жаждущего моей смерти, причём среди них будут и те, с кем я традиционно дружен. Тот же Орден Плачущей Богини, например. Они связи с порождениями Тьмы мне сроду не простят.

Но Барона я поблагодарил и монетку в сумку убрал. Пусть будет.

Следом за этим я поставил в линейку скиллов умение переноса к Тиамат, мельком подумав о том, что гипотетически я могу прямо сейчас забрать Сэмади с собой. Почему гипотетически? Потому что не уверен в том, что НПС может быть сопровождающим. Как в описании этого умения было написано? «Вы сможете взять с собой одного сопровождающего, который также получит благословение от вашей покровительницы». Вот только неясно – речь идёт только об игроках, или о НПС тоже. С одной стороны – если нет конкретики, то обо всех. С другой – на кой НПС благословение богини, что он с ним делать станет?

Но в любом случае я его с собой сейчас не возьму. По ряду причин, и первая из них – я не знаю, как отреагирует Тиамат на то, что я приведу в её дом этого господина. Может, обрадуется и конфет мне в обе руки отсыплет. А с другой – может, разгневается и натравит на меня свою змеюку.

Экспериментировать я не хочу – слишком много сил, времени и нервов я вложил в прохождение цепочек, связанных с богиней.

И ещё – а что, если всё-таки нет? В смысле – не разрешено Юпитеру то, что позволено быку. В результате и Сэмади тут останется, и я никуда не отправлюсь, вхолостую израсходовав специально сберегаемое умение. По сути – это практически единственный шанс выбраться отсюда безданно и беспошлинно. Есть ещё вариант со смертью от чьей-то руки, но он очень убыточен, и, что самое главное, нестабилен. Хорошо, если я окажусь на точке возрождения. А если нет? Ну вот – нет. Тут умру, тут и воскресну. Территория-то неподконтрольная, на ней чего хочешь может случиться.

Лучше не рисковать. Для всех лучше.

– Богиня ждёт меня! – гаркнул я, помахав рукой Сэмади, который тем временем вытащил из кармана своего фрака огромный клетчатый платок и демонстративно промокнул им оба абсолютно сухих глаза. – В путь!

Парой мгновений позже вихрь привычно подхватил меня, крутанул вокруг своей оси и потащил вверх прямо на глазах у разномастного воинства Мрака. Кстати, мне показалось, что я увидел и Странника, стоящего и смотрящего на происходящее из замкового окна, но скорее всего это было не так. Просто выдал желаемое за действительное.

Полёт длился дольше, чем обычно. Ну, оно и понятно – где Айх-Марак и где Серые Земли? Но всё раньше или позже заканчивается, вот и я в какой-то момент оказался в давно знакомом мне сугробе, который здесь, на вершине мира, будет всегда. Я так думаю, что в него пора втыкать табличку со словами: «Личная собственность лэрда Хейгена из Тронье. Не занимать!». Или даже чего попроще, вроде: «Сугроб заказан».

Что любопытно – обломков древнего памятника Демиургам, что раньше валялись близ бывшего обиталища Повелителя Снегов, больше не было. Убрали их. И ещё – постамент отреставрировали и начистили до блеска. Вот только статую новую на него не установили, но это до поры до времени, полагаю. Свято место пусто не бывает. И гадать особо не приходится, кто скоро тут красоваться станет.

Восхищаясь скромностью моей богини-покровительницы и покачивая головой, я уверенно вошёл в замок и дотопал до тронной залы.

Тиамат, как всегда, восседала на троне, на ступеньках ниже разместилась Пауни, опять же традиционно игравшая с Апоффсом. И здоровенная змеюка, которой я до дрожи боюсь, тоже была тут. Её громадная башка сегодня служила подставкой для ног богини.

– Воин? – немного удивилась моему появлению богиня. – Не ждала. И скажу тебе прямо – если ты и сегодня станешь жаловаться на судьбу, которая ставит тебе препоны, я сменю свою милость на гнев.

– А если наоборот? – весело спросил я. – Если новости, что я принёс, окажутся более чем недурны, то станет ли просто милость воистину божественной?

– Ловок, – заметила Пауни, улыбнувшись. – Не правда ли, Апоффс?

– Пшшшш, – согласно отозвался змей.

– Говори, – разрешила богиня. – А там поглядим.

– Лучше сразу поглядим, – предложил я. – Чего тянуть?

И достал из сумки маленький прямоугольный кирпичик.

Глава двенадцатая,

в которой герой почивает на лаврах

Тиамат встала с трона, наступив острыми каблучками на чешуйчатое тело гада, который лениво зашипел, но при этом даже и не подумал дёрнуться, и направилась ко мне.

Надо же – пробрало-таки железную леди.

– Да, это он, – проведя холёной ладонью над кирпичиком, сообщила мне богиня. – Камень из моего старого храма. В нём до сих пор сохранились отблески веры, которая полыхала в душах моей паствы. Ты всё же смог найти его, воин. Не ожидала. Надеялась, но не ожидала.

* * *

«Богиня Тиамат крайне довольна вами, игрок Хейген.

В знак особой признательности она преподносит вам драгоценный подарок – элитное умение “Пламя Тиамат”.

Но помните – дары богов надо использовать крайне осторожно, ибо никто не знает, чем это может обернуться».

* * *

Вот тебе и раз! Так сказать – «халява, приди».

– Не затягивай с постройкой храма, – деловито приказала богиня. – Я знаю, что мои родственники разослали своих эмиссаров во все уголки континента, и те, не смыкая глаз, ищут останки их храмов. Стань первым – и ты возвысишься вместе со мной.

– И мой клан, – уточнил я.

– Те, кто идет за тобой? – задумалась Тиамат. – Разумеется. Ведь, по сути, это теперь моё войско. Ты их командир, но я твоя госпожа.

Надо бы ей повторно объяснить, что всех господ ещё в семнадцатом году перебили, но больно момент неподходящий. Вон она какая довольная стоит, того и гляди ещё чего-нибудь в обе руки отсыплет.

* * *

«Богиня Тиамат с теплом вспомнила обо всех тех воинах и магах, что принесли ей присягу.

Каждый из них получает следующие бонусы:

+100 ед. жизненной энергии (навсегда);

+100 ед. маны (навсегда);

+15 % к золоту, выпадающему из убитых противников (сроком на 12 часов);

+10 ед. одной из основных характеристик (рандомно, но с учётом класса игрока)».

* * *

Ну а я что говорил? Упрямство – хорошая черта, но пользоваться ей надо к месту и времени.

– Славный воин, – холодная ладонь богини погладила меня по щеке. – Я довольна тобой.

Каблучки поцокали по полу, после снова зашипел гигантский змей.

«Твоя работа? Ты у НЕЁ? Почему меня с собой не взял?!?»

Кро прорезалась. Вот что за женщина, а? Вроде бы – прямая прибыль, чего ты орёшь, знай радуйся. Нет, все равно найдёт, до чего доколебаться. Как тот пьяный до кочерёжки – отчего та черна да гнута?

Ладно, будет скоро ей забава. Пойдем ведьму ловить с рыцарями, непременно её с собой прихвачу, пусть порезвится.

Надо уже и эту тему закрывать, а после с полным правом вытирать трудовой пот.

– Это не все, богиня – заявил я – Есть ещё новости – и славные!

Сладкое прибережём на потом. Начать я решил с Ханумана, о просьбе которого немедленно и поведал изрядно подобревшей Тиамат.

– Я его помню, – заявила та, достав невесть откуда золотую пилочку и начав ею обрабатывать свои ногти. – Он был шут. И очень неплохой шут. Только непонятно, с чего ты решил, что он равен нам, богам. Хотя – догадываюсь. Этот паяц сам тебе так отрекомендовался, верно? Когда боги уходят, их место всегда занимают шуты, и люди, не знающие, что такое истинное величие, возводят их на небесные троны.

* * *

Вами выполнено задание «Услуга за услугу».

Награды:

15 000 опыта;

7000 золотых.

* * *

Ф-фух. А то я уж начал думать, что зря вписался за обитателя Обезьяньего храма.

– Шуты тоже нужны, – благосклонно сообщила мне Тиамат. – Без них скучно жить. Да, мой маленький?

И она, нагнувшись, погладила по костисто-шипасто-чешуйчатой башке гадину под своими ногами.

– А ещё я нашёл-таки Барона Сэмади, – выложил я свой последний козырь. – Это было очень, очень сложно, но – справился.

– И? – требовательно спросила Тиамат. – Говори, говори.

И я рассказал ей почти всё. «Почти» – потому что кое-какие детали моего недавнего приключения богине без надобности. Например, то, что я знаком с новоявленным Чёрным Властелином и что имел с ним беседу.

Правда, меня потом сам Сэмади может и сдать, если я его сюда всё же выдерну, но к тому времени всё сто раз измениться может.

А, может, не мудрить? Пусть он себе в Серых Землях сидит, скучает. Ясно, что общение с Чёрным Властелином – это ни разу ни криминал, но кто знает, с какой ноги в тот день Тиамат встанет?

* * *

Вами выполнено задание «Благая весть».

Награды:

80 000 опыта;

35 000 золотых.

* * *

– Неплохо, неплохо, – не переставая орудовать пилочкой, сообщила мне богиня. – Воистину, если ты хочешь чего-то добиться, ты можешь это сделать. Жалко, хочешь реже, чем можешь. Но всё равно – молодец.

* * *

«Богиня Тиамат довольна вами, игрок Хейген.

Все ваши основные характеристики повышаются на 35 единиц сроком на 24 часа».

* * *

А вот тут она пожалась. Так себе награда. Хотя если её рассматривать в качестве бонуса, то вполне себе. Но могла бы повысить одну характеристику, пусть и рандомно, но зато навсегда.

Или я просто зажрался?

– Но это не всё – сообщила мне богиня – Мне нужно больше верных слуг, особенно из числа тех, кто неугоден моей родне. До меня донеслись вести о том, что Месмерта воспылала жаждой мести к одной из своих бывших служанок. Эта особа из числа тех, кто умудрился как-то пережить бойню, устроенную Демиургами. Те, как известно, после расправы над нами стали уничтожать любую память о богах, некогда властвовавших в Файролле, и им почти удалось задуманное. Теперь я это хорошо понимаю.

Какая интересная версия давних событий. Такой я до сегодняшнего дня не слышал. С другой стороны – сколько сторон, столько и трактовок произошедшего. Пообщайся я с кем-то из Демиургов, узнаю ещё что-то новое.

Вот только муторно мне сразу стало. Догадываюсь я, кто эта служанка.

– Что до служанки – она истинный пример того, что жизнью правит случай. Эта особа – настоящее ничтожество: всё, что входило в её обязанности во время службы Месмерте, так это подавать госпоже стакан воды с мёдом перед сном. Но тогда, во время Исхода, она оказалась в нужное время и в нужном месте и сумела ухватить власть, пусть небольшую, но тем не менее. Короче – эта мерзавка мне нужна. Найди её и сделай так, чтобы она преклонила предо мной колени.

* * *

Вам предложено принять задание «Владычица болот».

Данное задание является пятым в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – отыскать верховную вилису, скрывающуюся от гнева богини Месмерты где-то в болотах Раттермарка.

Награды:

70 000 опыта;

50000 золотых;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

Так и знал. Регина Рем Триге, верховная вилиса. Первая модница болот, обладательница ног класса «ауффф, что за жэнщина!» и довольно коварная особа, с которой я не стремлюсь встречаться. Не скажу, что мы совсем уж скверно расстались в последний раз, но очень я её не люблю.

Одно хорошо – найти её будет не так и сложно. Если уж совсем припрёт, Шурша позову, он-то точно меня к ней выведет.

– Сделаю, – пообещал я. – По возможности быстро.

– Поспеши, – велела богиня. – И храм! Сейчас он – главное.

Ой, у тебя всё главное, за что ни возьмись. Сама сидит, ногти полирует, а я как блошка по пёсику бегаю!

– Ты чем-то недоволен, воин? – холодно поинтересовалась Тиамат. Огромная змеиная башка тут же повернулась в мою сторону, холодные нечеловеческие глаза, не моргая, приковали к себе мой взгляд, и спина мигом покрылась холодным потом.

– В мыслях не было, – протараторил я. – Вы чего?

– Было, – опровергла мои слова богиня. – Твое счастье, что ты границу дозволенного не перешёл. И не смей мне больше врать, человек. Мы поняли друг друга?

– Пшшшш, – поддержал её слова огромный змей.

– Предельно, – заверил её я. – Вот ещё что забыл сказать. В поисках камушка для храма мне один волшебник сильно помог. Его имя – Бахрамиус, он проживает в землях Востока. Сделал он это по идейным соображениям, ибо из всех вернувшихся богов именно вас почитает. А на остальных – плюёт.

Если есть возможность сдержать слово без ущерба для себя – это надо делать. Правда, я накрутил маленько лишнего, увлекшись, но, полагаю, маг будет на меня не в обиде.

– Я запомню это имя, – благосклонно кивнула богиня. – И достойно вознагражу его обладателя при случае.

* * *

«Ваши отношения с волшебником Бахрамиусом улучшены до состояния “Брат ты мне или кто?”».

* * *

Ну вот и славно.

– Да, ещё одно дело есть, – чуть гротескно хлопнул я себя по лбу. – Важное! Чуть не забыл!

Всё-таки выполню просьбу Сэмади. И разговор в другую плоскость переведу, да и полезен он. Кто знает, что там дальше случится? А Барон, со всеми его недостатками всё же никогда мне в помощи не отказывал.

Я изложил Тиамат смысл дела, та подумала секунду и изрекла:

– Да, он был бы мне полезней здесь, чем там, близ Чёрного Властелина. Подумай, как решить эту проблему.

* * *

Вами выполнено первое задание квеста «Под крышу дома своего».

Награды:

20 000 опыта;

5000 золотых.

* * *

Ну и?

* * *

Вам предложено продолжить выполнение квеста: «Под крышу дома своего».

Задание второе.

Условие – изыскать способ вывести Барона Сэмади с Серых Земель.

Награды:

30 000 опыта;

25 000 золотых;

получение следующего задания».

* * *

Смешно. Прямо смешно. Я озадачил богиню, а она пошла путём наименьшего сопротивления, решив, что её проблемы – это мои проблемы.

Прости, чёрный братец, но куковать тебе дальше в компании с другими представителями тёмных наций. Чем-чем, а этим я заниматься точно не стану. Если только мимоходом случай не выпадет, так у меня иногда бывает.

Может, оно и к лучшему. А ну как он и тут ни ко двору придётся? Вилиса точно впишется в эту компанию, там приспособляемость такая, что будь здоров. А вот Барон, с его привычками и склонностями… Не факт, не факт.

– Это всё? – уточнила у меня Тиамат.

– Теперь – да, – ответил я.

– Тогда отправляйся обратно в большой мир и делай то, что должен.

В глазах потемнело, мир вокруг меня закружился, а когда зрение вернулось, я обнаружил себя стоящим у подножия горы.

Набралась мощи богиня, впрок пошли ей наши ритуалы. Не поскупилась, истратила на меня какое-то количество своей силы.

Кстати – чем она меня наградила-то? Что хоть за умение? Предыдущее было отменное, которое со змеями.

* * *

Божественное активное умение «Пламя Тиамат».

Даёт возможность нанести значительный урон 3–4 противникам одновременно, пустив в ход божественную энергию, позаимствованную у вашей богини-покровительницы и трансформированную в смертоносное пламя.

Время действия умения – 45 секунд. В этот временной промежуток огонь, поразивший противников, будет наносить им урон, степень которого определяется разницей в уровне заклинателя и тех, на кого было направлено умение.

Данный огонь невозможно погасить в течение всего времени действия заклятия.

С вероятностью до 25 % противники могут получить дополнительный дебаф «Ослепление», который будет действовать в течение 1 минуты.

В случае если данное умение будет направлено на одного противника, велика вероятность того, что им будет получен критический урон, при условии, что разница в уровнях будет не слишком значительна (в большую сторону).

Стоимость активации умения – 2000 ед. маны.

Время восстановления умения – 4 часа.

Примечание. Занимая силы у богини, будьте готовы к тому, что она раньше или позже предъявит вам счёт.

* * *

Даже и не знаю. Нет, в плане убийственности – вещь. Прямо что доктор прописал. Но требования убивают всю полезность этого дивного умения.

Две тысячи единиц маны. Это больше половины моего немаленького запаса! В разрезе класса, разумеется, немаленького, – для практикующего чародея это так, семечки. Впрочем, это ещё ладно, здесь можно глотнуть зелья из пузырька, могут помочь маги, короче – варианты есть. Но на его восстановление нужно четыре часа! Четыре, Карл! Это дело немыслимое. Нельзя забивать одну из ячеек скиллов одноразовым, по сути, умением, пусть даже и таким эффективным.

Точнее – его надо ставить в «линейку» только тогда, когда точно уверен в том, что данный бой потребует пустить его в ход. Например, с каким-то особо мерзопакостным и мощным монстром, желательно не сильно разнящимся со мной уровнем.

Но вот так, в повседневности, оно нерационально напрочь.

Да и потом эта сноска о богине, которая может потребовать возврата долга… Потребует. Насколько я изучил эту публику – точно счёт выставит. И вот оно мне надо?

Жаль, жаль, что тут нет какого-нибудь злобного монстра. Глянуть бы на действие в мирной, скажем так, обстановке. Но – пусто вокруг. Ни души. Даже игроков нет, что странно. Я-то думал, тут теперь нечто вроде места паломничества должно быть. Наверняка ведь все уже знают, где обитает богиня.

Надо будет на форуме посмотреть, что на это счёт пишут. Может, я и ошибаюсь.

Однако за всей этой суетой и день почти прошел. Всё-таки игры – убийцы времени. Заходишь на минутку с утра, и не замечаешь, как наступает ночь. Они пожирают нашу жизнь, заменяя настоящий мир некой смесью несбывшихся мечтаний и иллюзией настоящих чувств. Страшненько звучит, на самом деле. Люди предпочитают эрзац оригиналу, что противоестественно. Это как жевать синтетическую еду, глядя на настоящую, которую и следовало бы есть.

Впрочем, не моего ума это дело. Каждый сам выбирает для себя способ потратить отведённые свыше на жизнь дни. Лично я по завершении своей одиссеи к капсуле близко не подойду. Наигрался вволю.

Площадь близ замка Лоссорнаха привычно не пустовала. По ней, как всегда, шатались туристы, с интересом глазевшие на стражников, вышагивающих по стенам, за ними, подобно коту, крался Флоси, который, похоже, и не думал завязывать со своим сомнительным бизнесом по продаже липовых амулетов доверчивым дурачкам. А ещё там обнаружилась Кролина, которая в данный момент разве что только не дралась с Гедроном Старым.

Собственно, к этой парочке я сразу и направился. Не дело союзникам лаяться, причём почти сразу после заключения договора о сотрудничестве.

– Что значит – перерасход бюджета? – гневно топнула ногой моя замша. – Всё согласовано, всё утверждено. Чего ты теперь начинаешь? Сам пальцем о палец не ударил! Думаешь, я этого не знаю?

– Так дорог гранит-то, – лукаво щурился Старый. – Дорог. Не укупишь. Все деньги на него ушли.

– Дороже, чем первокамень? – уточнила Кро. – Тот, который по всему Раттермарку сейчас половина игроков ищет, между прочим. Они ищут, а мы – найдём.

– Не сомневаюсь, – выставил перед собой ладони Гедрон. – Вопрос – когда? Гранит мы уже купили, гоблинов наняли, часть я вообще со своей стройки века снял. А воз и ныне там! Хотя нет, эта цитата не к месту. Воза-то как раз и нет.

– Не стоит спешить с выводами, – посоветовал я ему и достал из сумки кирпичик, добытый на Дороге между Дорог. – А это что такое, по-твоему?

Оба игрока замолчали, пожирая взглядом невзрачный предмет в моей руке.

– Всякий раз задаюсь одним и тем же вопросом, – тихо произнесла Кролина. – Как? Хейген, скажи честно – ты читер? Ну потому что не бывает такого, чтобы одному всё, а остальным фиг. Разве что в литрпгшных книгах из категории «всех нагну», когда человек заходит в игру и сразу становится богом.

– Ты читаешь подобную литературу? – удивился Старый. – Фу-фу-фу. Впрочем, мы все тут не лучше, потому что променяли настоящий мир со всем его разнообразием на пиксели и килобайты. Хейген, дашь камушек подержать?

– Не-а, – покачал головой я. – Без обид, но вещь хозяина любит.

– Понимаю, – Гедрон потёр щёки ладонями. – Так, срочно созываем всех лидеров, кто сейчас в игре. Кро, это на тебе. А я – к реке, гоблинов поднимать. Будем фундамент закладывать.

– Прямо сейчас? – удивился я.

– Нет, блин, через год! – рявкнул обычно корректный и тихий Гедрон, немало меня тем удивив. – Кролина, какой это читер? Это ламер. У него в руках курочка, несущая золотые яички, он с ней собирается носиться подобно дурню с писаной торбой и даже не думает о том, что кто-то где-то в этот самый момент добыл вот такую же птичку. Этот игрок ждать не станет, он сразу сорвёт банк. Милый друг, такие вещи на потом не откладывают, потому что «потом» может просто не быть. «Файролл» – это не кто кого победит в схватке на мечах или топорах. Это постоянная гонка – с врагами, с друзьями, с самим собой. Кто кого обойдёт на повороте, понимаешь? Здесь вторых нет. Или ты первый, или «один из». Кро? Чего стоим, кого ждём?

– Вот у нас и появился единоличный лидер, – печально вздохнула девушка, глядя на вспышку портала, которым воспользовался Старый. И не жалко ему денег? – Сначала командный тон, потом кодекс игрока, потом развитая бюрократическая система.

– Это вряд ли, – успокоил её я. – Мы с тобой сбежим куда раньше.

Всё-таки сколько людей, столько и мнений, и для каждого игра – это что-то своё. А для меня что? Сам не знаю. Но точно знаю, когда в этом разберусь. Потом, когда всё кончится. Наверное.

А тем временем процесс пошёл, да ещё какими темпами! Буквально минут через пять-семь во дворе замка завспыхивали пятна порталов, из которых выходили, вываливались и выбегали игроки дружественных нам кланов. Вскоре нарисовались и их лидеры. Первым заявился Глен, а следом за ним пожаловали Айболитка и Раша.

– Чего за спешка? – уточнил последний, поправляя плащ. – Только я нацелился один квест выполнить, до которого неделю руки не доходили, и на тебе – хватай мешки, вокзал отходит.

– Поддерживаю камрада, – пожал мне руку Глен. – Что произошло? Чёрный Властелин наконец форсировал Крисну и нам надо готовиться к обороне?

Интересно было бы глянуть на их лица, узнай они, где я был совсем недавно. И ещё о том, что беспокоиться больше не о чем. Не нападёт на нас Чёрный Властелин, стороной обойдёт.

– Не-а, – Кролина несомненно получала удовольствие от того, что ей секрет известен, а остальным нет. – Но дело важное, поверьте.

– Не смешно, – сдвинула брови Айболитка. – Слушайте, у меня времени на игры нет, потому…

– Душа моя, какие же время от времени изысканные парадоксы ты выдаёшь! – восхитился Раша. – Сказать в игре, что у тебя нет времени на игру. Это песня! Это шедеевр!

– Дурак, – насупилась Айболитка. – Чтоб тебя стошнило!

– Но ответ хотелось бы получить, – подытожил Раша.

– Только тихо, – попросил я их. – Если народ раньше времени прочухает, что к чему, кто знает, кого занесёт в наши края?

И я продемонстрировал им первокамень, дав соответствующее объяснение.

– Надо блокировать все подходы к храму до того момента, пока камень не будет определён на надлежащее место, – деловито заметила Айболитка. – Глен, ты берёшь левый фланг, наши встанут на правом. Парни, прямо сейчас выдвигайтесь на берег и занимайте оборону. Порталами, не пешком. Два десятка ветеранов ко мне, сюда. И минимум два мага. Кролина, не спи, всех своих созывай. В тройное кольцо Хейгена, прямо здесь и сейчас.

– Ты на воду не дуешь? – опешил я. – Что за подготовка к битве?

– Очень скоро здесь будет овердофига народу, – бросила Айболитка на ходу. – Вон, смотри! Как ты там сказал? «Если народ прочухает»? Он уже это сделал.

Я проследил за её пальцем и увидел нескольких стоящих на крепостной стене игроков-туристов из числа тех, кто совсем недавно бездумно мотался по двору. И смотрели они в ту сторону, где сейчас, должно быть, Глен гонял гоблинов-строителей.

– Это явно не простые зеваки, – уверенно произнесла Кролина. – Соглядатаи.

– Конечно, – подтвердил Раша. – Все крупные кланы, которые землю роют в поисках основы храма Пришедших Богов, друг за другом следят. И за мелочью вроде нас – тоже. В обязательном порядке. Если где стройка образуется, обязательно к ней глаза приставляют. Это нормальный практичный подход. И как только близ неё начинается движуха, тут же сигналят на базу.

– Зря вы зашебуршились, – поморщилась Айболитка. – Разве так дела делаются? Стареет Гедрон, под стать прозвищу становится. Надо было сначала там тихонько всё подготовить, дождаться ночки потемнее и вот тогда одним махом операцию проворачивать. А теперь всё, поезд ушел.

– Лоханулись мы, – признала Кролина.

– Не бери на себя чужие просчёты, – возразила ей предводительница «Вербума». – Рулил Гедрон, косяк его.

Интересно, мне одному сейчас показалось, что Кро признала лидерство Айболитки над собой? Гедрона послала, а её – нет!

Чудны дела твои, Господи!

– Ты уйдешь отсюда в последний момент, – продолжала командовать Айболитка. – На территории замка вас никто не посмеет атаковать, даже ради такого приза. Администрация всё равно аннулирует результаты и восстановит статус-кво, да ещё и клан-агрессор расформирует за подобное нарушение. Но у реки всё может случиться. Кролина, я на берег, командуй здесь. Как всё будет готово – я отпишусь. Открой обмен, я тебе скину коллективный портал. В таком деле жаться на расходниках грех.

– Хорошо, – покладисто отозвалась девушка, до того всегда болезненно относившаяся к диктату с чьей-либо стороны. – Слав, где ты ходишь? Давай сюда, ты будешь в ближнем кругу.

Рядом со мной моя заместительница ставила только наших сокланов, лучшие бойцы из «Вербума» и «Сынов» образовывали второе и третье кольцо.

Через пару минут именно они, кстати, чуть не совершили роковую ошибку, попробовав задержать невесть откуда взявшегося Назира, который решил пробраться ко мне.

– Пропустите его! – заорал я, с ужасом глядя на то, как ассасин текуче-плавным движением уже положил ладони на рукояти своих сабель. – Это со мной! То есть – ко мне!

И вообще – мне всё меньше и меньше нравилось это дружеское кольцо. Не привык я к подобному.

– И меня! – заорал Флоси, доставая из-под телеги свой боевой топор. Сметливый туалетный живо сообразил, что происходит нечто непонятное, а вполне разумно решил переместиться поближе к знакомым лицам – Ярл, я уже иду.

– Я тоже, – подал голос брат Мих, пристраиваясь за его спину. – А Гунтер где?

– Третий день не видно, – посетовал Флоси. – Хотя я вчера только вечером проснулся, может, он и заходил. Приболел я вчера. Должно быть, грибочками маринованными траванулся.

– Обидится он, – вздохнул брат Мих. – Очередное безумство нашего друга – и без него пройдёт. Куда это годится? Обычно мы все вместе держимся, может, потому и живы еще.

Стоящие рядом со мной игроки, несомненно, были в лёгком шоке от происходящего. Нет, наши ребята к этой чудной компании привыкли, особенно к Флоси, но «вербумы»-то – нет. Сами посудите – три НПС, причем один из них ассасин, второй воняет как дачный сортир, а третий в чёрном балахоне, лезут к игроку, с которым, похоже, прошли огонь, воду и медные трубы. Не квесты ему давали, а с ним их проходили. Нет, подобное возможно, никто не спорит, но игроки обычно держатся игроков, в большинстве своём воспринимая НПС просто как часть игры. Ну, а уж если и обзаводятся спутниками, то не такими, как неотесанный вонючий северянин с огромным топором.

– Чего случилось-то, ярл? – дыхнул на меня перегаром на пару с чесноком Флоси. – Куда бежать, кого рубить?

– Пока никого, – успокоил его я, более всего переживая за то, что сейчас Лоссорнах всю эту суету из окна увидит и тоже к нам присоединится. Король-то он теперь король, но рефлексы у него остались те же, что и у наемника Лейна. – Не шуми. И дыши через нос, очень тебя прошу.

– Весна, – пояснил северянин. – Самое простудное время. А чеснок – лучшее средство этой… Как её? Профилактики. С ним жить здорово.

– Но до чего вонюче, – добавила Фрейя. – Фу, меня сейчас стошнит!

– Его на кухню перестали пускать, – сдала Флоси Сайрин, стоявшая совсем рядом. – Он третьего дня с поваром подрался. Теперь только чеснок и ест, благо он бесплатный. Забавная картина была, скажу я тебе! Они на кухонных ножах фехтовали.

– Я победил, – проворчал туалетный.

– Так себе победа, – хохотнул Слав. – От такой ноги протянуть можно.

– Скоро с ярлом в город какой поеду, там отъемся, – пообещал ему северянин и потряс карман портков, в котором отчётливо брякнули монеты. – От души!

– Внимание! – скомандовала Кролина. – Открываю портал. Там нас уже ждут, так что будьте готовы ко всему! И самое главное – никто из вас не должен атаковать первым! Ни один человек! Только защищаемся, но не нападаем! Это ясно?

Разумно, даже более чем. Если нападём мы, то охотники за кирпичиком будут в своём праве и их действия никак не обжалуешь в администрации. Нет, и в противном случае толку в этом немного, игровой процесс есть игровой процесс, но так хоть какой-то шанс имеется. Но если ты начал первый, то вообще никакого не будет.

Вот только если среди тех, кто стоит рядом со мной, или там, на лугу, имеется «крыса», то это тот самый случай, когда её заставят действовать.

Будем надеяться, что её нет. Ну или что она не подчиняется тем визитёрам, которые пожаловали на нашу стройку века. А может, её хозяева служат другим богам, это тоже неплохой вариант.

Но самое забавное в том, что я сам не знаю – можно его отобрать у меня или нет. В описании данного предмета имеется только одна надпись:

«Камень из основания храма, посвящённого богине Тиамат. Дата постройки храма – 662 год д. и. С. Б.»

Вот и всё, ребята. Лаконичность на грани абсурда, не дающая простора для аналитики, тут только опытным путём можно что-то узнать. Не дай бог, разумеется. Хотелось бы уже спихнуть с плеч эту ношу.

Но как быстро разносятся вести в Файролле! Казалось бы – штатное дело, люди что-то там строят на берегу реки. Может, они зернохранилище для местных жителей возводят, социальный квест выполняют.

Но нет, непременно надо притащиться и проверить – так это или нет. Вот мне лично в голову бы такое не пришло. Может, потому я и рулю мелким кланом, а не серьёзной махиной, в которой состоит куча народу?

Ирония иронией, а картина, представшая передо мной на лугу, не радовала. От слова «совершенно».

Народу тут было не меньше, чем недавно на свадьбе короля с моей названной сестрицей. И он всё прибывал. То там, то тут вспыхивали синие пятна порталов, из которых появлялись игроки с хмурыми лицами, причём народ был всё больше высокоуровневый, в дорогих броньках и элитных плащах.

Знаете, я даже проникся. Ну а что? Похоже, тут собрались представители минимум двух десятков наиболее влиятельных игровых кланов Раттермарка. Всякое случалось, но такого внимания к моей скромной персоне ещё ни разу не было.

Ей-ей, ещё чуть-чуть, и можно открывать собственный фан-клуб. И ролики в него выкладывать. Ну, не знаю… «Легендарный Хейген идет на Клаторнаха». «Легендарный Хейген в очень мокром и очень грязном болоте убивает большую поющую черепаху». «Легендарный Хейген кормит с рук Великого Дракона».

Я ещё на этом и подзаработать смогу.

Однако – шутки шутками, а бойцы из наших союзных кланов окружили двойной линией то место, куда мы переместились и где за нашими спинами одни взволнованно галдящие гоблины спешно месили своими шестипалыми лапами раствор, а другие копали яму.

Вот теперь я понял причину недовольства Кролины. Решение о постройке храма принято не вчера, но смежники в лице Гедрона даже не почесались, чтобы провести хотя бы подготовительные работы. Ну котлован-то хотя бы выкопать можно было?

Да и сейчас всё не так, как задумывалось, прошло. Раньше положенного меня выдернули. Вот и сообщение появилось:

* * *

«Пока вы не можете использовать первокамень. Готовность основания храма – 43 %».

* * *

Как это любезно со стороны системы! И как хреново всё было нами спланировано!

– Беда, – шепнула мне Кролина. – Нехорошие взгляды у аудитории, дорогой лидер, как бы не пришлось тебе ноги отсюда уносить. Держи свиток наготове, и если что, то никакого героизма. Мотаешь отсюда куда подальше, только не в замок, закрываешься в гостинице и сидишь там. Ясно?

– Предельно, – ответил я. – А мои друзья?

– Мы все возродимся вон там, за стенами, – пояснила девушка. – Если ты не в курсе, то мы все…

– Я не про тебя, – прервал её я. – Речь о Назире, Флоси, брате Михе.

– Если они не полезут в драку, то их никто не тронет, – буркнула Кро. – И потом – что за сопли? Что тебе вообще важнее – клан или несколько НПС?

Мне? Несколько НПС. Потому я попробую их утащить с собой, но ей про это знать не надо.

– Я обращаюсь к тому, кто нашел первокамень, – гулко разнёсся над лугом мужской голос, несомненно усиленный магией. – То, что он был найден ещё днем, уже не тайна, подобные вещи долго секретом являться не могут. И ты здесь. Я не вижу тебя за воинами, но ты меня слышишь, этого достаточно. Двадцать пять тысяч – вот моё слово. Двадцать пять тысяч, и речь сейчас идёт не об игровой валюте. И даже не о рублях. Скажи «да», дай нам свои банковские реквизиты – и дело в шляпе. Это хорошее предложение, поверь.

– Отчего же? – к беседе присоединился ещё один кланлидер. – Можно сделать предложение и получше, главное – потенциальное согласие владельца камня. А он пока молчит.

– Не вздумай открывать рот, – синхронно, и даже с одинаковой интонацией прошипели Кролина и Айболитка. – Цыц!

– А я думаю, платить не стоит, – рыкнул кто-то ещё – Скоро здесь будет вся элита моего клана, и мы просто заберём артефакт силой. Деньги ещё тратить… Придумали тоже. Да, сразу, господа и дамы – это моя добыча. Лезть не советую.

Ай-яй, как скверно. Так и знал, что дело именно в эту сторону вырулит. Да и народ вон напрягся. Впрочем, столь смелое заявление было встречено смехом, ясно давшим понять, что монополия тут не прокатит.

Сдаётся мне, вон тот здоровяк в доспехах, будто сделанных из останков гигантского жука, грабить меня собрался. Рожа тупая, агрессивная, всегда таких не любил.

И снова вспышки, на лугу народу становится всё больше. Вот только в этот раз помимо прочих здесь появились хорошо знакомые мне граждане, которых я не сильно-то и рад видеть.

Почему? Да просто я не знаю, что от них ожидать. Раньше мог предположить, но теперь…

Глава тринадцатая,

в которой мало кто остаётся довольным

– Всем чмоки в этом чате – весело крикнула Седая Ведьма, помахав рукой присутствующим. Или мне лично? Да ну, вряд ли. Как меня углядишь, за тройным-то кольцом? – Смотрю, тут аншлаг?

– Баян, – подал голос кто-то из толпы.

– Дважды баян, – не согласился с ним другой остряк. – Аншлаг тоже идёт в зачёт.

– В очередь, Ведьма, – хмуро посоветовал ей здоровяк в доспехах. – Кто поспел, тот и съел.

– Какой ты стал резкий и смелый, Грег, – прямо как-то по-отечески пожурила его лидер «Гончих». – И разговорчивый до чего! Казалось бы – совсем недавно ты двух слов связать не мог, потому сразу на колени в моём кабинете бухался, выпрашивая военную поддержку. И сразу тебе ещё вопрос вот на какую тему. «Ведьма» – это ты меня по имени назвал или мне расценивать данный эпитет как прямое оскорбление?

– Да ладно? – весело крикнул кто-то. – Прямо на колени?

– Гонит она, – забубнил воин. – Не было такого!

– Нет проблем, – рассмеялась Седая Ведьма. – Я после этого мероприятия ролик с твоим последним визитом в нашу резиденцию на сайт игры выложу, и пусть все рассудят, кто из нас врёт.

– Все знают твоё остроумие, – подал голос высокий эльф, на голове которого обнаружилась красивая корона лазурного цвета. – Только мы сюда не шутки шутить пришли. И если ты собираешься наложить лапу на то сокровище, которое каким-то образом умудрились добыть вот эти клоуны, то не спеши. Всё правильно сказано было – в очередь.

– Но победит сильнейший, – заметил кто-то из толпы.

* * *

«Пока вы не можете использовать первокамень. Готовность основания храма – 66 %».

* * *

Ну, булыжничка им в любом случае не видать. Если даже я не успею смыться в замок, то его сбережёт заветный кошелёк, из которого ничего не пропадает. Хотя, разумеется, есть доля вероятности того, что данный артефакт не обладает качествами обычного предмета, и потому может выйти некая неприятность. По нему же ничего не поймёшь, никаких сведений. Что если он по умолчанию переходит к тому, кто убил его предыдущего владельца? Такое запросто может быть. Следовательно, умирать мне категорически не рекомендуется.

Но и вариант с сидением в замке меня не очень греет. Ясно же, что его окружат тройным кольцом осады после этого. Штурмовать не станут, но и высунуть носа не дадут, ни мне, ни сокланам, и порталы не помогут – меня по всему Раттермарку ловить станут. То есть мобильность изрядно просядет, не сказать хуже. Скажем прямо, перспективка так себе. А мне ведь ещё на мерзкую старушонку Гедран охотиться надо, на предмет воссоединения божественного семейства.

Вывод – всё завершить надо здесь и сейчас. Одно плохо – легко сказать, сложно сделать.

– С чего вы взяли, что кто-то должен победить? – с наигранным удивлением, которое она даже не подумала скрывать, спросила Ведьма. – Эти славные ребята шли к своей цели наравне со всеми, но добились успеха первыми. Почему им кто-то должен сейчас помешать?

– Это игра, – нехорошо улыбнулся эльф. – Кто поспел – тот и съел, всё так. Но никто не мешает кому-то другому вырвать заветный плод у обжоры изо рта.

– Не стану спорить с тобой, Ратанданиил, – покладисто отозвалась Ведьма. – В твоих словах есть определённый резон. Но по той же причине никто не может мне помешать встать на их защиту. Да, мы с ними не союзники, но исключительно потому, что мы друзья. А это несравнимо больше. Не так ли, Хейген?

Хитрая бестия. Она меня только что спалила перед лидерами кланов. Не самых слабых кланов.

Мало того. Она поставила меня в максимально уязвимое положение. Я не могу сказать «нет», потому что это равносильно капитуляции перед всё прибывающей толпой игроков, которые не кинулись на нас только потому, что слушают разговор эльфа и Ведьмы.

Интересно, кстати, кто этот эльф? Надо будет выяснить.

– Мы все тут люди доброй воли, – мрачно подал голос я. – Мир, дружба, жувачка. И вообще мне непонятно, чего ради устроена данная манифестация? Ну, начали мы копать котлован под храм. А почему нет? Раньше или позже всё равно это делать придется. И на тебе – вы все сюда припёрлись, выставились, как среда на пятницу, траву на лугу вытоптали. А луг, между прочим, королевский.

– Наглец, однако, – заметил Ратанданиил. – Надо записать имя, чтобы не забыть. Не люблю таких.

Да чтобы вам!

* * *

«Пока вы не можете использовать первокамень. Готовность основания храма – 78 %».

* * *

Медленно дело идет. Печалька. Нет, даже гоооорюшко.

– Теряем время! – рыкнул притихший было Грег, вокруг которого уже столпилось десятка три поджарых волков битв в дорогой амуниции. – Короче, маломерки, слушаем сюда! Если не желаете отправиться на перерождение – гоните артефакт. Нет – так мы его сами заберём.

– И снова непомерно смелое заявление, – рассмеялась Седая Ведьма. – Не знаю, есть у моего дружка сердешного Хейгена какой артефакт или нет, но отвечу тебе так – приди и возьми. Если сможешь.

– Я не услышал, чтобы он назвал тебя другом, Ведьма, – резонно заметил эльф. – Он ушёл от ответа. Стоит ли впрягаться за того, кому на тебя плевать?

А разговоры-то идут только с одной целью – присутствующие наращивают мощь. Порталы открываются всё чаще, из них выскакивают игроки, причём серьёзные, не шелупонь какая-нибудь. Последнюю, кстати, чуть ли не пинками отправляют куда подальше, на места для зрителей. Мол – если припёрлись, так хоть не мешайте.

Вон, за тем же эльфом уже выстроился клин соратников, количеством не менее полусотни. Все в лазурных доспехах, с длинными изогнутыми клинками без гард. Красиво смотрятся, бродяги.

И простоим мы против этой эльфийской машины смерти не более пары минут. Они нас снесут и не заметят этого. А ведь помимо него есть и другие претенденты на наше имущество.

– Дружба не измеряется словами, – кротко промолвила глава «Гончих». – И потом – застенчив Хейген чрезвычайно. Всегда таким был, сколько его помню. Может, за то к нему и тянутся все? Даже вон НПС.

Я подумал, что она ведёт речь о моих приятелях, которые сейчас стояли рядом, изготовившись к бою, но нет. Она имела в виду не их, а отряд, состоящий из матёрых вояк-гэльтов, который только что вышел из ворот замка и спешным шагом приближался к нам.

– Ну и что теперь ты скажешь, Ратанданиил? – осведомилась Седая Ведьма. – Готов ты ради иллюзорной выгоды поставить на кон репутацию с целым игровым регионом? Замечу отдельно – с динамично развивающимся регионом, битком набитым новыми квестами. Причём речь идёт не только о лично твоей репутации, но и всех сокланов, ведь за всё, что делается, вы отвечаете вместе. Грег, тебя это тоже касается.

– На фиг надо, – подал голос кто-то из окружения звероподобного здоровяка. – Может, у этого Хейгена и вправду ничего нет?

– Блеф, – тонко улыбнулся эльф. – Не может репутация слететь из-за смерти одного игрока. Он что – кум местному королю?

Бедолага так и не понял, отчего вдруг мои приятели и союзники разразились невероятным хохотом.

А что – всё так. Я кум местному королю.

* * *

«Пока вы не можете использовать первокамень. Готовность основания храма – 86 %».

* * *

Ну вот, осталось чуть-чуть. Потом, возможно, меня всё-таки убьют, срывая зло, но дело будет сделано. Вот ещё бы отсюда моих приятелей-НПС как-то выдворить.

А может, и нет. Вокруг нас все это время образовывалось ещё одно кольцо, состоящее из лучших бойцов «Гончих Смерти». Вон и Милли Ре нарисовалась, как всегда в компании своих башнеподобных приятелей из олимпийского резерва страны.

Не сомневаюсь, что счёт за данную услугу мне будет представлен космический. Может, не сразу и не явно, но непременно. Да ещё и облечённый в тонкую словесную вязь, где Ведьма припомнит и мои отказы от военного союза, и то, что её на королевскую свадьбу не пригласили, и ещё что-нибудь.

Но это будет потом.

– Ты не права, – хмуро буркнул Грег. – Что нам, ветеранам, до этих сикильдявок? В конце концов – отберем камень, а потом решим, кому он достанется. В поединках разыграем. Всё по-честному должно быть.

– Очень забавные у вас критерии честности, – подал голос кто-то из наших союзников, вроде бы Раша. – Сначала просто отнять цацку у того, кто слабее, а потом уже делить её по справедливости с теми, кто равен вам по силе. Вам бы, ребята, обратно в школу вернуться, в мужских туалетах у малышни мелочь из карманов тягать да на стенах отважно писать что-то вроде: «не льсти себе, подойди поближе». Самое то для вас место. И по смелости, и по остальным показателям.

– Славно сказано, – одобрила Седая Ведьма, бойцы которой уже почти закончили манёвр. – Только одно неверно: спорный вопрос, кто сейчас сильнее – мы или вот эти отважные ребята.

– За свои слова ответишь! – проревел Грег, вызвав смех среди зрителей. – Чего ржёте?

– А ты не понял? – издевательски вежливо спросил у него эльф, – Нет? Ну и ладно, не бери в голову.

«Мы». Седая Ведьма сказала это слово, и мои последние сомнения по поводу её дальнейших планов развеялись. Да, признаться, их особо и не имелось. Эта женщина никогда ничего не делает просто так.

* * *

«Пока вы не можете использовать первокамень. Готовность основания храма – 91 %».

* * *

А забавно будет, если всё получится голливудски-кинематографично. Ну, если меня грохнут на последнем проценте готовности фундамента. Эдакий Джеймс Бонд наоборот.

Загромыхали доспехи, толпа раздалась, пропуская через себя отряд численностью в полсотни гэльтских длинных мечей, во главе которого топал Леннокс Рыжий с крайне недовольным лицом.

– Мой повелитель, Лоссорнах Первый, желает знать, какого пса тут происходит? – заорал он, даже не дойдя до нас. – По какому поводу тут собралось столько чужеземцев, и отчего они окружили королевского свёкра и названого брата, а также его друзей, которые и королю закадыками приходятся? Сразу предупреждаю – если ответ мне не понравится, то очень скоро воды этой реки замутятся вашей кровью! Я и те, кто стоит за моей спиной, – всего лишь передовой отряд, скоро сюда подоспеет его величество со своими воинами, и он вообще с вами разговаривать не станет, сразу убивать начнет, ясно? Король в последнее время крайне заскучал за государственными делами и очень хочет размяться в драке.

– Интересные тут дела творятся, в Пограничье, – заметил эльф, обращаясь к Седой Ведьме. – Игрок – названый брат короля, пусть незначительного, местечкового, но всё же. Очень любопытно. А кто именно, не подскажешь? Нет? Ну, я так и думал.

Хм, он всерьёз полагал, что получит ответ? Хотя, думаю, он его и так знает.

– Скажите, воин, – не дождавшись ответа, Ратанданиил обратился к Рыжему. – А который тут родственник вашего короля?

Хороший ход, и он мог бы сработать, но только не в этом случае. В смысле – не в случае Леннокса. Излагай я свои мысли в виде СМС, сейчас штук пять смайликов поставил бы.

– Да пошёл ты, ушастый, куда подальше, – хрупнул яблоком гэльт. – Я твою мамашу на своём клинке вертел, ясно? Не на том, что в ножнах, на другом!

Я же говорил? Правда, ожидал чего-то не столь радикального, если честно. Вон, по лицу Ратанданиила ясно, что ему услышанное очень сильно не понравилось. Настолько, что он даже раздумывает, не плюнуть ли на штрафы, которые игроку положены за атаку неагрессивного НПС. Тем более что подобные слова можно расценивать как провокацию и на основе этого писать апелляцию в администрацию игры.

– А он не врёт! – крикнул кто-то. – Из замка сюда куча народу прёт, и все НПС!

– Время принятия решения, – эльф обнажил свой клинок, в рукоять которого был вделан огромный бриллиант, несомненно, стоящий неимоверных игровых денег. А, может, и неигровых – Либо да, либо нет.

И снова сверкнул портал, на этот раз стационарный, из которого первым вышел ещё один мой старый знакомый.

Сайрус. Стало быть, всё-таки кто-то из моих сокланов ему подстукивает. Вряд ли тут поработал соглядатай-турист, не верится мне в это.

Хотя хотелось бы верить в то, что это не так.

Но в данном случае и он, и воинство, следующее за ним, было как нельзя кстати, даже при том условии, что он пришёл сюда меня убивать. Любая сутолока мне на руку, поскольку она тянет время.

– Собачья свадьба, – расхохоталась Айболитка. – ещё один претендент на мировое господство!

– В очередь! – прорычал окончательно озверевший Грег, снова вызвав общий смех.

Ответом Сайрус ни ту, ни другого не удостоил, он вертел головой, пытаясь высмотреть меня. Правда, безуспешно: слишком много людей вокруг столпилось.

* * *

«Плачу столько, сколько скажешь».

* * *

Не нашёл, решил написать. Тоже вариант.

Только поздно.

* * *

«Вы можете заложить камень в основание храма!»

* * *

Слава богу! Точнее – богине. Знал бы, что столько возни с этим всем будет, в жизни бы в это все не вписался.

Вру, конечно. Куда бы я делся…

Вот тоже вопрос – а как это сделать? Ну, наверное, надо нечто пафосное сказать, как-то торжественно данное событие обставить.

– С дороги, Ведьма! – донёсся до меня голос Ратанданиила. – Мы возьмём то, что нам нужно, и тогда наши кланы останутся если не союзниками, то и не врагами.

Ждать ответа хитроумной женщины я не стал, растолкал игроков, прикрывающих мою спину, а после отвесил пендаля гоблину-строителю, который о чём-то задумался, опершись на лопату, и тем самым жутко мне мешал, перекрывая подход к котловану.

– Зачем дерёшься? – обиженно пискнул тот – Хорошая котлована, наша старалась! Надо немного денег добавляй, за спешка!

– Будет тебе и белка, будет и свисток, – пообещал ему я и отправил опостылевший мне первокамень прямиком на дно не очень аккуратно вырытой ямы.

– Рано фундамента класть! – возмущённо завопил гоблин – Раствора не засохла! Зачем лезешь, если не знаешь, как надо! И белка нам не давай. Она невкусный. Деньга давай!

* * *

Вами выполнено задание «Основоположник».

Награды:

75 000 опыта;

50 000 золотых;

памятный рисунок «Мы строили-строили», предназначенный для украшения личной комнаты (при наличии таковой).

* * *

Воистину – камень с плеч упал.

* * *

Вы получили титул «Храмовник».

* * *

Над лугом пронёсся гулкий звук, словно где-то там, наверху, некто ударил в колокол, после бегущие по вечерней небесной лазури тучки разошлись, будто их смели рукой, и в пронзительной синеве появилась Тиамат. В полный рост, во всём своём величии, она висела над нами, довольно улыбаясь и словно собираясь вновь проделать путь по золотой лестнице сверху вниз, только теперь не для пары зрителей, а для всей честной публики.

Но – нет. Всё вышло с точностью наоборот. Лестница появилась, но ведущая не вниз, а вверх. Так сказать – лестница в небо.

О как. Стало быть, храм открывает ей дорогу туда, за облака? Именно там будет её головной офис, а тут, на Айх-Мараке, что-то вроде представительства. И теперь она там, наверху, сможет занять лучшее место, пока остальные конкуренты ошиваются без определённого места жительства?

Забавно. В условиях квеста ни слова по этому поводу не было сказано.

– Всё-таки был камушек – чуть грустно произнес эльф, невесть кому адресуя эти слова, хорошо различимые в наступившей тишине. – А я опять все просрал.

– Как обычно, – подтвердила Седая Ведьма. – Такая у тебя карма, Ратанданиил, всегда приходить первым, но никогда не извлекать из этого пользы. Говорила я тебе – иди под мою руку, авось чему научишься.

– Красиво шествует, – выдохнула Айболитка. – Точно по подиуму.

Это да. Богиня грациозно поднималась со ступеньки на ступеньку, за ней поспешала маленькая фигурка, в которой я безошибочно признал Пауни, по бокам же струились две длинные полоски, которые все скорее всего примут за некие погрешности графики. Но я-то знал, что это такое. Точнее – кто.

Вот только где награда? Где куча призов, бонусов и всего такого? Что, она просто уйдет за край небес – и всё?

В этот момент уже почти растворившаяся в блеске вечернего солнца богиня обернулась и то ли отправила нам всем воздушный поцелуй, то ли просто махнула рукой – не знаю.

* * *

«Поздравляем вас, игрок Хейген. Вы первым заложили основу храма, посвящённого одному из Вернувшихся Богов, и в ознаменование этого получаете почётный нагрудный знак “Ай да я!”. Носите его с гордостью!»

* * *

Чего? Нагрудный знак? И всё?

Я держал в руке ромбообразную фигульку с винтовым креплением, на которой была изображена рука, составившая пальцы «козой» на фоне багрового заката, и офигевал. Она, кстати, даже никаких свойств не имела. Просто значок. Надо думать, родственник чуть ранее отправленного мной в котлован просто кирпича.

* * *

Вам предложено принять задание «Хвала Тиамат!».

Данное задание является восьмым, заключительным, в цепочке квестов «Во славу Тиамат».

Условие – закончить строительство храма во славу Тиамат и получить её признательность за сие деяние.

Награды:

50 000 опыта;

20 000 золотых;

амулет «Опора Тиамат»;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

Ясно. Как видно, основная раздача призов будет после него. Хотя я уже начинаю сомневаться в том, что боги настолько щедры и милостивы, как о них рассказывают. По крайней мере, та богиня, которой служим мы, прижимиста на редкость.

Одна радость – последний квест. И не самый сложный, что особенно приятно. Да и не зависит тут от меня ничего. Ну не сам же я буду гранит отёсывать и мастерком махать?

И вот тут как раз всё и началось.

Сверху на нас посыпалась некая искрящаяся разноцветная пыль, после чего на интерфейсе стали появляться и тут же сбрасываться многочисленные сообщения.

* * *

«Каждый член клана “Линдс-Лохены” получает дополнительный постоянный бонус в виде +500 единиц к показателю характеристики “Жизнь”. Данный бонус распространяется как на тех, кто в данный момент состоит в клане, так и на тех, кто в него вступит позже».

* * *

«Клан “Линдс-Лохены” получает постоянную 20 %-ную скидку на товары у всех торговцев, которые поклоняются богине Тиамат. Богиня щедра, помните об этом».

* * *

«Клан “Линдс-Лохены”, а также его союзники получают постоянно действующее благословение богини Тиамат, которое позволяет набирать дополнительные 0,5 % опыта за каждое убийство, совершённое на поле брани. В случае если убитый противник поклонялся богу Витару или богине Месмерте, к данному показателю будет приплюсовано ещё 0,2 % опыта».

* * *

Ну и так далее. Никаких глобальных бонусов не последовало, но так оно даже лучше. Лучше много маленьких радостей, чем одна большая, это я ещё в детстве понял.

– Где-то наверху пукнул розовый пони? – нарушил неприязненное молчание кто-то из обступивших нас игроков.

– Божественные эманации, дубина, – хмуро буркнул Грег, удивив меня знанием таких слов. – Им, собакам страшным, сейчас в обе руки ништяки отсыпают.

– За «метлой» следи, – посоветовал звероподобному игроку Раша. – Хотя так-то всё верно сказано.

– Брат мой, – толпу разрезал отряд гэльтов, во главе которого шагал Лоссарнах. – Кто эти люди и что им нужно на моих землях?

– Уже никто, уже ничего, – бойко ответил Ратанданиил. – Народ, шоу кончилось, всем спасибо, все свободны. Валим, валим в замок. Я буду позже.

И снова начали вспыхивать окна порталов, которые на этот раз поглощали игроков, а не извергали их.

Впрочем, я на происходящее особого внимания не обращал, поскольку именно в этот момент в бочку мёда, которую нам выкатила Тиамат, плюхнулась ложка дёгтя, предназначенная лично для меня.

* * *

«Игрок Хейген, уведомляем вас, что бог Витар, узнав о вашем деянии, невероятно разгневался. Особую ярость в нём вызвали воспоминания о том, что некогда вы служили ему, но не пожелали сделать то, что сотворили для богини Тиамат.

Берегитесь, игрок Хейген, берегитесь. Месть богов всегда неотвратима и беспощадна!»

* * *

«Игрок Хейген, уведомляем вас, что богиня Месмерта, узнав о вашем деянии, была крайне недовольна. Некогда вы оказали ей немалую услугу и были достойно вознаграждены, но для её давней противницы отчего-то решили сделать куда больше. Данный поступок богиня Месмерта восприняла как личное оскорбление, что не сулит вам ничего хорошего.

Берегитесь, игрок Хейген, берегитесь. Месть богов всегда неотвратима и беспощадна!»

* * *

Да что такое! Не понос, так золотуха. Только недовольных богов мне не хватало для полного счастья! Оскорбились они… Обидели мышку, написали в норку.

Чёрт, чёрт… По ходу, война божественная началась. Разумеется, честная донельзя – с одной стороны небожители в компании со своей паствой, с другой – один я, без клана и союзников. Ну не таскать же постоянно с собой целое войско! Тьфу!

Пока я изощрялся в злословии, народ, сообразив, что всё интересненькое уже кончилось, дружно покидал луг, стараясь не глядеть в сторону весело, хоть и немного прямолинейно острящих гэльтов, которые незамысловато желали им доброго пути. Иные даже задирали килты, давая понять и то, за кого они незваных гостей считают, и то, куда последним следует отправляться.

– Драки не будет, – невесело произнёс король, а после ностальгически знакомо сплюнул. – Жидковат стал народец, брат. А вы чего тут вообще творите?

– Храм строим, – отозвался я. – В честь богини Тиамат. Ну, я тебе говорил ведь, помнишь?

– Нет, – покачал головой Лоссарнах. – Но это и неважно. Я монарх прогрессивный, к любым культам терпимо отношусь. Главное, чтобы эти верующие жертвоприношений людских не устраивали и налоги в казну не забывали платить. Последнее – обязательно. А то меня гэльты не поймут, скажут, что я слишком добрым стал. Опять же – бесплатной рабочей силой Пограничье обзаведётся. Знаю я эти дела, не пройдёт и месяца, как по селениям проповедники шататься начнут, те, которые к людям пристают с вопросами, вроде «веруете ли вы в высшие силы»? Ответить им никто не ответит, зато быстро к делу приставят – камни таскать, глину месить, ячмень перебирать. Добровольно-принудительно.

– Конструктивный подход к вопросу, – рассмеялась Седая Ведьма. – Сразу видно государственного ума мужчину.

– Твое мнение никто не спрашивал, – осёк её Леннокс. – И слова тебе никто не давал. У нас тут не Запад, всякие такие штучки, что, мол, женщина – она тоже человек, не проходят. Сначала докажи, что ты достойна высказываться в присутствии мужчин, а уж потом рот открывай.

– Всё-таки выгодно ошиваться рядом с тобой, Хейген, – лидер «Гончих» зажмурилась, как котёнок. – Хлоп – и вот тебе репутационный квест, первая ступенечка к подножию трона Пограничья.

– Рад, что смог удружить, – пожал плечами я. – И спасибо хоть за нежданную, но помощь.

– О чём ты? – Седая Ведьма распахнула мне свои объятья – Ты всегда был моей сердечной слабостью. Ну да, иногда ты отчего-то взбрыкиваешь, выкидываешь нелепые коленца, но я отношусь к этим твоим кунштюкам с пониманием. Всё же какой ты воз на себе тащишь – и клан, и Пограничье… А теперь ещё вот, проблемы конфессионного толка.

Обниматься я с ней не стал, но это не помешало Ведьме закинуть мне руку на плечо.

– Слышь, Хейген, это твоя женщина, что ли? – уточнил Рыжий. – Без обид, дружище, но вкуса у тебя нет. Ни тебе спереди, ни тебе сзади, и характер дрянь, сразу видно. Она ж умная, с ней жить никак нельзя.

– Чего это? – как мне показалось, эти слова Ведьму задели.

– Потому что умные всегда всё знают и постоянно указывают мужчине, что и как ему делать, даже не интересуясь тем, нужно ему это или нет, – объяснил ей Леннокс.

– Что же в этом плохого? – прищурила левый глаз Ведьма.

– Всё, – бойко ответил Леннокс. – Всё плохо. Если женщина всё время говорит, то она ничего не делает. И, что того хуже, делать ничего и не хочет, считая, что свою часть супружеского долга она словами выполнила. А дуры, понимая, что ума им не отсыпали, все силы кладут на простые и понятные вещи – жратву вкусную готовят да в постели усердие проявляют. Вот и выходит, что умные всё знают, а дуры всё умеют. Что до меня, так я вместо сотни умных слов и советов предпочту получить сначала миску горячей и жирной похлёбки, а после жаркую ночку. Ну, и со временем пяток крепких ребятишек, которые продолжат мой род. А как и чего делать в этой жизни, я сам разберусь, на то я и мужчина.

Хорошо сказано. Правда, несколько моих приятельниц, услышав подобное, плевались бы в разные стороны, как те верблюды. Ибо – феминистки, причем воинствующие. А одна из них вообще «чайлд-фри», чего даже я, человек, относящийся со здоровым пофигизмом к практически любым людским завихрениям, понять не могу. Ну да, дети это шум, гам, писк, визг, миллиарды сожжённых нервных клеток и немалые финансовые расходы. Но как без них-то? В смысле – без детей?

– Значит, ты тот везунчик, который смог сорвать джек-пот? – сделал верные выводы эльф. – Мое почтение. Поговорим?

– Чего тут говорить? – рыкнул Грег, цапая ладонью рукоять меча, – Нахлобучить его, и всего делов!

– Кстати, Рыжий, я тут вспомнил, – обратился я к Ленноксу. – Вот этот, в доспехах, третьего дня в кабаке говорил, что мужчины Пограничья вообще на баб не лазят. Дескать, они друг друга по очереди удовлетворяют. Задним числом, так сказать. Сегодня ты, завтра тебя…

Семь бед – один ответ. Пусть и Ратанданиил, и ещё пяток глав кланов, и Сайрус видят, что здесь, на своей земле, Линдс-Лохены никому спуску не дадут.

– Это как? – уточнил один из гэльтов, молоденький и розовощёкий – Это, стало быть, один другого… Фу, гадость какая!

И-эк – боевой гэльтский топор подрубил ноги Грега в коленях. Я даже заметить не успел, как воин к нему за спину зашёл.

Звероподобный игрок даже заорать возмущённо толком не успел, так быстро его уработали. Чего-чего, а подобных разговоров про себя гэльты не любят. Настолько, что даже есть повод задуматься, отчего так?

– Зря, – заметил эльф. – Грег крайне мстителен.

– Нет поводов для беспокойства, – тут же произнесла Седая Ведьма. – Хоть ты, Хейген, за меня и не вступился, но твои проблемы – это мои проблемы.

– Сам разберусь, – буркнул я. – Парни, вышлите вещи этому красавцу по почте, и в сопроводительной записке сообщите, что на первый раз наш альянс зла на него не держит. Но если он не возьмётся за ум, то мы можем и рассердиться.

– Нагло, – рассмеялась Айболитка. – Но так и надо.

– Поговорить бы – подошел ко мне Сайрус – Наедине.

– Почему наедине? – немедленно среагировал эльф. – Вопрос у всех один и тот же, можно и тут. Я даже охотно его сформулирую – какова цена за информацию о том, где ты нашёл камень для основания храма? Первым никому уже не стать, но вторым быть тоже небезвыгодно. И даже третьим.

– Стоп-стоп-стоп, – взвилась тут Кролина, чуть ли не закрывая мне рот ладонью. – Цена – дело серьёзное. Скорее всего, мы устроим открытые аукционные торги, вот там всё и решится.

– Разумный подход, – немедленно согласился Сайрус. – Я «за».

В этот момент с хлопком открылся портал и из него вылетел злой как чёрт Грег. Рот искривлён оскалом, борода встопорщена, глаза вытаращены. Жуткий видок, меня аж передернуло.

– Ходячий мертвец! – заорал юный гэльт – Ох ты, мне про такого деда Рик рассказывал!

– Не ходячий, а зловещий, – поправил его Леннокс, крутанул свой меч и бросился к злобно завывающему игроку, который мчался ко мне. – Между ними есть разница!

– Шапито! – буркнул Гедрон. – Тут событие всеигрового масштаба грянуло, а вы всё опошлили.

– Как ты был занудой, так им и остался, – сообщила ему Ведьма. – Потому в своё время наши дорожки и разошлись.

– Как скоро будет устроен аукцион? – уточнил Сайрус – Время не ждёт.

– Завтра – подумав, ответил я. – После обеда. Кро, ты же знаешь, как это всё технически обустроить?

– Само собой, – подтвердила моя заместительница. – И сразу предупреждаю – кроме вас, там будут и другие покупатели. В тайне данное мероприятие никто держать не станет.

Если только Мюрат не сольёт информацию раньше. Хотя… Кто ему поверит? Думаю, за жулика его примут, да и всё. У меня есть в наличии храм, а у него что? Да ничего.

– Барышня, если вам знакома процедура открытого аукциона, то чего вы ждёте? – снова вылез на первый план эльф. – Вызывайте представителя администрации, устанавливайте запрет на продажу информации до определения победителя под страхом удаления аккаунта продавца и его доверенных лиц и так далее. Мы ждём.

– Ждём, – подтвердили остальные главы кланов, и Сайрус в их числе.

Даже так! А тут все неслабо продумано.

Хлоп. Открылся портал, но вместо окончательно пошедшего вразнос Грега из него вышло несколько игроков, причём довольно высокоуровневых.

– Это тут храм Тиамат построили? – уточнил один из них – Тот, который первый в Раттермарке?

– Пока только котлован выкопали, – отозвался я. – А что такое?

– Мы её своей богиней избрали, хотели хвалу вознести, бонусов на халяву получить, или квестов каких, – пояснили мне. – На то и боги существуют, чтобы игрокам интереснее жилось.

– Так давайте, вливайтесь в процесс строительства, – бодро предложил им Гедрон. – Можно собственноручно потрудиться, можно деньгами проспонсировать. Вам это точно зачтётся.

Смелое заявление, но почему бы и нет?

– Не отвлекайся, – дёрнула меня Кролина. – Гедрон и без тебя разберётся, как собратьев по вере на деньги выставить, не мешай ему. У нас дело поважнее есть. Я уже представителя администрации вызвала. О, вот и он!

Глава четырнадцатая,

в которой все какие-то нервные, а главный герой, наоборот, доволен жизнью

– Моё почтение, – сообщил нам человек в чёрном костюме и с чемоданчиком в руке. – Номер Двадцать Восьмой к вашим услугам. В чём суть вопроса?

– Открытый аукцион, – в один голос сообщили ему эльф, Сайрус и Кролина. – На особых условиях.

– Прекрасно, – невозмутимо ответил Номер Двадцать Восьмой. – Кто выставляет лот?

– Мы, – подняла руку Кролина. – Клан «Линдс-Лохен».

– Клан – это все и никто одновременно, – многозначительно покачал указательным пальцем представитель администрации. – У продавца должно быть имя, чтобы в случае нарушения условий продажи лота нам было кого покарать.

– Вот он, – показала на меня Седая Ведьма. – Игрок Хейген.

– Вы его агент или доверенное лицо? – осведомился у лидера «Гончих» Номер Двадцать Восьмой. – Нет? Тогда прошу вас не вмешиваться в процесс оформления соглашения.

– Всё так, – неохотно произнёс я. – На меня оформляйте.

– Расходы за ваш счёт? – уточнил человек в чёрном.

– А то за чей же? – рассмеялся неизвестный мне гном, который невесть как затесался в наш дружный круг. Я раньше его тут не видел. – Кто продаёт, тот и платит.

– Самое главное – условие неразглашения, – потребовал Ратанданиил. – С наказанием вплоть до удаления аккаунта.

– Подтверждаете? – уточнил у меня Номер Двадцать Восьмой.

– Подтверждаю, – покладисто согласился я.

А чего мне? Хотел бы я глянуть на того отчаюгу, кто попробует мой аккаунт удалить. Нет, лично я бы его расцеловал. Правда, случилось бы это за пару секунд до того, как на шею этого господина Валяев с Зиминым петельку накинут.

– Прекрасно, – человек в чёрном поставил свой чемоданчик на землю. – Итак, перейдём к деталям. Предмет продажи, время аукциона, место его проведения.

Вся эта канитель затянулась на добрых полчаса. Будущие потенциальные покупатели свирепо грызлись друг с другом, забыв о том, что в принципе это мы должны определять всё, что только можно. Такое ощущение, что они репетировали грядущее мероприятие.

Основные баталии развернулись по поводу дальнейшей судьбы полученных покупателем знаний. Одна часть будущих аукционеров выступала за определение «купил – делай что хочешь». Вторая же настаивала на сохранении тайны, дескать – да, купил, но немножко и только для себя.

Сошлись на том, что мы можем продать информацию только один раз, покупателю же и того не светит. И бесплатно он тоже никому ничего рассказывать не станет, по крайней мере, до той поры, пока количество построенных божественных храмов не превысит дюжину, причём у разных кланов, а не у одного.

В конечном итоге торги были назначены на завтра, на шесть вечера, и пройдут они в Селгаре, в приват-зале, который имелся при каждом аукционном доме. На Селгаре, кстати, настоял я. Большинство выступало за Эйген, но я туда не рвался. Никогда не знаешь, что в этом городе тебя ждёт, а если вернее – что на этот раз творится в голове королевы Анны. А ну как она меня опять в розыск объявила? Например, за то, что я её сыночка чуть не угробил в подвалах Академии Мудрости? Вызнала откуда-то подробности нашей прогулки в хранилище свитков, рассвирепела и отдала страже приказ живым меня не брать. С неё станется.

– В тех случаях, когда проводятся подобные аукционы, администрация игры оставляет за собой право размещать на подконтрольных ей сетевых ресурсах сообщение о времени и месте проведения торгов, – сообщил нам напоследок Номер Двадцать Восьмой. – В целях пресечения попыток спекуляции закрытой информацией.

– Нам не хотелось бы расширять круг потенциальных покупателей. Нынешний состав нас вполне устраивает, – вкрадчиво произнёс Сайрус. – Мы как-то можем решить этот вопрос с администрацией?

– Пять миллионов золотом – и тайна останется тайной, – благосклонно произнёс человек в чёрном.

– Ого, – почесал в затылке незнакомый гном. – Серьёзная сумма.

Я бы, кстати, за такие деньги информацию о Дороге между Дорог Номеру Двадцать Восьмому прямо сейчас продал. Без всяких торгов. Лучше синица в руках, чем журавль в небе. И мороки меньше.

– Пас, – отказался эльф. – Лучше приберечь клановую казну для торгов.

– Можно скинуться, – задумчиво произнёс Сайрус.

– Ну-ну, – рассмеялась Седая Ведьма. – До завтра, мальчики. Пойду скрести по сусекам.

Она подмигнула мне и исчезла во вспышке портала.

Ух ты. Неожиданный поворот. Был уверен, что этот демон в людском обличии мне сегодня ещё по ушам поездит, а оно вон как повернулось.

Впрочем, удивление не продлилось долго.

* * *

«Жду тебя в твоей любимой забегаловке. СВ».

* * *

Вот теперь всё встало на свои места. А то я уж вправду поверил, что безжалостный и беспринципный лидер «Гончих» начал сдавать свои позиции. Причём ведь ещё и подколола меня. Ясно, что речь идет о духане Кривого Ибрагима, хотя именно с ней я там ни разу не встречался. Дескать – всё я про тебя знаю, никуда ты не денешься.

Впрочем – почему бы и не пообщаться? От этого даже кое-какая польза может быть. Только надо кое-что у представителя администрации уточнить.

– Скажите, Номер Двадцать Восьмой, а я до проведения торгов имею право приватно общаться с потенциальными покупателями?

В голове это звучало гармоничней, если честно. Так бывает – мысль вроде умная и правильная, а вслух её произнесёшь – такая дичь выходит. Вот как сейчас: ещё не договорил, а уже понял абсурдность вопроса.

– Разумеется, – невозмутимо ответил человек в чёрном, подтвердив мои опасения. – Все игроки в «Файролле» являются потенциальными покупателями вашего товара, потому ограничить вас в общении мы не вправе. Но должен вас предупредить о том, что попытка сговора с кем-либо, направленная на мошенничество в процессе торгов, будет жёстко пресечена администрацией.

– Вот это – правильно, – одобрил эльф. – Всем пока, пойду ревизию денежных средств проводить.

– Честь имею, – откланялся и Номер Двадцать Восьмой, после чего без всяких ухищрений растаял в воздухе.

– Привет тебе от Реввара, – сообщил мне незнакомый гном, подмигнул и исчез во вспышке портала.

Вот теперь понятно стало, откуда у этого товарища ноги растут. Не физически, а, скажем так, ситуационно. Ну да, глупо было бы предположить, что самые главные держатели акций на все диковинки Файролла упустят такой лот. Кстати, думаю, именно им он и достанется. Денег у этих ребят, как у дурака махорки. Мне ли не знать?

И между прочим, именно они и имеют неплохие шансы добраться до той поляны, где я добыл первокирпич. Или как минимум до Дороги между Дорог. Там-то всё может повернуться невесть как, очень уж место странное.

Собственно, на этом шумиха вокруг нашего клана и закончилась, вскоре мы остались одни на лугу, где совсем недавно чуть не началось большое сражение.

Гэльты, разочарованные тем, что так и не удалось подраться, побрели в замок, последние зеваки разбежались по порталам, и даже Сайрус, задумчиво глянувший на меня, тоже покинул берег реки.

– Копаем! – рыкнул Гедрон на гоблинов, которые, воспользовавшись сумятицей, и тем, что на них никто не смотрит, уже побросали инструмент, расселись вокруг ямы-котлована и принялись жевать какую-то пакость, вроде маринованных крыс, с особенным удовольствием обсасывая их склизкие гибкие кольчатые хвосты. – Чего сидим, чего не работаем?

– Устали, на! – попробовал вякнуть один особо отважный рабочий, но тут же взялся за лопату, увидев нехороший оскал лидера «Диких». – Эта! Уже копаю! Вона как! Вона, гляди, начальника!

– Жесть! – подал голос Снуфф. – Я в какой-то момент подумал, что нам капец вот-вот настанет.

– Надо выпить, – просопел Флоси, вытирая пот с покрасневшего лица.

– Поддерживаю, – согласился с ним Слав. – Пошли в замок.

– Но мы молодцы, – хлопнула меня по плечу Айболитка. – Столько игровых «плюшек» за один раз я сроду не получала. День задался.

– Говорил же – причаливай к нашему берегу, и будешь в плюсе, – глубокомысленно изрёк я. – Ладно, всем до завтра. Я спать, устал очень. А завтра все снова – весь вечер на манеже.

– Какой спать! – возмутилась Кролина. – Надо определить стратегию торгов, решить, какая цена нас устроит, и вообще…

– Определяйте, – разрешил я. – Ребята, каждому своё. Я добыл кирпич и знания, оказавшиеся неплохим товаром, а вы решайте – что, как и почём. Кланы у нас разные, но страна одна, и ближайшее будущее, по ходу, общее. Я не отстраняюсь от проблем, просто стратегия и тактика не мой профиль. Всем до завтра, увидимся в Селгаре.

– Здравый подход к делу, – неожиданно поддержал меня Раша. – Каждому своё.

– За полчаса до аукциона появись, – велел Гедрон, отвлёкшись от беседы. – Не позже.

– Буду, – подавил зевок я. – Всем до завтра.

Блеснул портал – и вот я уже в столице Востока. Снова. И Назир, как всегда, стоит за моей спиной. Он… И брат Мих!

– А ты чего тут? – удивился я. – Чего в замке не остался?

– Так мне велено с тобой поговорить, – чернец смерил взглядом ассасина. – Наедине.

Назир и глазом не повёл. Впрочем, когда я отвёл счетовода подальше от него, приближаться к нам не стал.

– Это, – брат Мих почесал бок. – Наш главный, брат Юр, в смысле, велел тебе сказать: «Мы её нашли». Не знаю, о ком речь, но хорошего в данном сообщении, сдаётся мне, немного.

– Нашли, значит! – плотоядно улыбнулся я и потёр руки. – Нет, сегодня положительно удачный день. Ещё что?

– Он велел быть тебе у главного входа в замок Ордена послезавтра, в девять утра, – отбарабанил брат Мих.

– Договорились, – кивнул я.

– Ведь опять какая-то дрянь? – вздохнул мой приятель. – Я же тебя знаю.

– Не то слово, – подтвердил я. – Ведьму пойдем ловить на Север. Страшную, старую, лютую. Два раза я её уже убивал, а всё без толку. Но боги троицу любят, так что ещё разок попробую.

– Пару свитков мне дай, – протянул руку счетовод. – Один, чтобы сейчас до замка добраться, а второй на послезавтра. Мы с ребятами тоже придём.

– С бухгалтерами или с нашими? – уточнил я, улыбнувшись.

– С нашими, – угрюмо буркнул брат Мих. – С кем же ещё?

А я рад. Мне в их компании куда комфортней будет ведьму искать. Брат Юр – это хорошо, но вот только спиной к нему поворачиваться страшновато. А к ним – запросто.

Седая Ведьма, разумеется, обнаружилась в духане у Кривого Ибрагима, как я и предполагал. Она сидела за моим любимым столом, потягивала айран и выглядела как человек, крайне довольный жизнью.

– Ну, герооой! – поприветствовала она меня. – Ты снова смог меня удивить. Рассказывай, где камушек добыл.

– Не хочется грубить, – сообщил я ей, плюхаясь на стул. – Очень. А по-другому на твой вопрос не ответишь.

– Не хочешь говорить – напиши, – предложила Ведьма. – Или нарисуй.

– Не поверишь – тебе бы сказал. Вот правда – сказал. Но – не могу. Обязательства перед администрацией.

– А если я решу с ней этот вопрос? – немедленно уточнила женщина. – Прямо сейчас? Знаешь, деньги открывают любые двери. Я выкуплю у них права на аукцион, такие вольности тут допускаются, а после ты мне всё расскажешь.

– Надо же, – искренне удивился я. – Если честно, мне казалось, что есть в Файролле некие незыблемые основы, например – гарантии администрации. Какое разочарование.

– То есть в принципе ты согласен?

– Не-а, – помотал головой я. – Не согласен. У меня и так врагов полно, зачем пучок новых? Это эльф потом из принципа по моему следу охотников пустит. Видно же, что он самолюбив до ужаса.

– Ратанданиил? – уточнила Ведьма. – Да, есть у него такая черта. Очень удобная, если с умом её использовать. Я пару раз на его тщеславии хорошо сыграла. Но ты не опасайся, моих друзей он не тронет, а ты из их числа. Итак – вернемся к нашим баранам. Понимаю – дружба дружбой, а табачок врозь. Пусть будет. Я даю тебе пятьдесят миллионов золотом за сведения о месте нахождения первокамня. Здесь и сейчас. Как тебе?

Ах ты, хитрюга! Вот для чего этот разговор. Я соглашаюсь, эльф и товарищи жаждут моей крови, и я волей-неволей ищу защиты у «Гончих».

Как грубо, как прямолинейно, как нагло… И как выгодно. Никаких тебе аукционов, никаких нервотрёпок.

Или для неё главное не информация? Это Седая Ведьма, она слова в простоте не скажет. Наверху лежит одно, а на дне – совсем другое. И я догадываюсь, что именно.

Она хочет вбить клин в только-только народившийся на белый файролльский свет альянс кланов Пограничья. Я сам продаю секрет, остальные вроде как не у дел и, само собой, начинают таить обиду. Это всё, конечно, не повод для раздора, в конце-то концов, я сам всё нашёл, и только мне решать, как пользоваться собственным имуществом. Но камень в воду всё равно будет кинут, и волны от него пойдут. Всё крупное всегда начинается с мелочей.

Или всё это чушь, а я просто уже зарапортовался настолько, что начинаю выдумывать заговоры там, где ими и не пахнет?

– Нет, – положил я ладони на стол. – Всё будет так, как договорено. Приходи завтра в аукционный дом, выигрывай торги, и я даже верну тебе десять процентов от полученной прибыли в качестве дружеского жеста. Слово даю.

– Уважаю, – отсалютовала мне бокалом, в котором плескался айран, Седая Ведьма. – Вот нравятся мне принципиальные мужчины. Есть в них настоящая мощь, что-то такое, идущее из первобытных времён. Сказал – отрезал. Кстати – а я тебя обманула. Администрация неподкупна, это знают все. Но мне очень хотелось услышать что-то вроде: «для тебя – любой каприз». Ты – мужчина, но я-то женщина! Имею я право на маленькое «тюр-лю-тю-тю»?

И снова неясно – то ли она врёт, то ли правду говорит? Впрочем – какая разница?

– Имеешь, – заверил её я. – Это всё?

– Нет, – Седая Ведьма подперла подбородок рукой и томно глянула на меня. – Хейген, давай дружить?

– Не пугай меня, – попросил я её. – Я ведь могу подумать, что ты вконец сбрендила от горя и бедствий, постигших твой клан!

– Какого горя? – женщина, сидящая передо мной, моментально изменилась. – Каких бедствий? Ты что несёшь?

– Все знают, что «Гончие Смерти» уже не те, – пояснил я. – Так сказать – клан уже не торт. Но лично моё отношение и к тебе, и к твоим людям не изменилось. Ну, просели, бывает. Гедрон вон вообще с самого начала всё начал, и ничего, поднимается. Сама же видела!

– Люди видят только то, что им показывают, – с недоброй полуулыбкой произнесла Ведьма. – И не более того.

– Так и я человек. Вижу то, что остальные. Кстати, если все видят одно и то же, то именно это и является правдой, даже при условии, что оно ей не является.

– Лихо сплел фразу, – похвалила меня женщина, после чего я встал и раскланялся, шаркнув ножкой. – Молодец. А теперь – к делу.

* * *

«Экстренный выход! Игрок Хейген, ваш игровой сеанс будет закончен через 5… 4… 3… 2… 1».

* * *

Бздынь! Перед глазами мелькнули разноцветные круги, и вот я лежу и таращусь на лицо Азова, нависшее надо мной.

– Атомная война или зомби-апокалипсис? – сразу же спросил я у него.

– Ни то и ни другое, – успокоил он меня.

– Слава богу! – выдохнул я. – А то уж страшно стало.

– Всё ещё хуже, – дружелюбно подмигнул мне безопасник. – Тебя срочно хочет видеть Старик.

– Может, всё же вернемся к варианту с зомби-апокалипсисом? – предложил я – Мне он больше по душе. Еда, патроны в виде денег, затрапезные паровые пароходики с раритетными пулемётами системы «Браунинг», установленными на носу, худосочные барышни-снайперши, всеобщее насилие. Это как-то безопасней звучит.

– Всегда ценил твое чувство юмора и фантазию. Тебе бы книжки писать, – Азов протянул мне руку. – Давай, давай, не разлёживайся. Одевайся – и вперёд. Тебя ждут.

– Нищему собраться – только подпоясаться, – прокряхтел я, выбираясь из капсулы. – Джинсы да свитер, вот и вся одежда.

– Ещё пальто, шапка и сапоги, – добавил безопасник. – Старик уезжает, он, при всей своей влиятельности, тоже иногда зависит от обстоятельств. Машина будет подана к главному входу через восемь минут, и докладывать о своих свершениях ты ему станешь прямо в ней.

– Ух ты, – изумился я. – Так сказать – на скаку. Тогда да. Тогда времени в обрез.

Ну, хоть ясно стало, что к чему. Вот, должно быть, на меня сейчас Ведьма зла! Она-то думает, что я просто смылся от неприятного разговора. Теперь придётся что-то выдумывать, возможно, даже врать. Неприятно, но придётся.

Додумывал я это всё на ходу, натягивая пальто и стремясь одновременно с этим всунуть левую ногу в «чоппер».

– Расскажешь всё, как было, – тыкал в это время в меня пальцем Азов. В прямом смысле, в бок. Не скажу, что это было приятно. – Досконально! Мы тебя не видели всё это время, вот какая штука.

– Бардак, – заметил я, цапнув шарф с вешалки. – Куда только Костик смотрит?

– Куда надо, туда и смотрит, – вытолкнул меня за дверь Азов. – Вперёд, к лифту.

Вот только к лифту я подошёл уже без него, безопасника по дороге остановил какой-то господин, с кучей важнейших, как было заявлено на весь коридор, вопросов. Но это не значит, что я в нём ехал один. Когда створки с лёгким шипением открылись, меня чуть ли не втолкнул в кабину невесть откуда появившийся Валяев. С потолка он свалился, что ли?

– Киф, мы же друзья? – с невероятной сердечностью поинтересовался он, тревожно глядя на коридор, который от нас секунду спустя скрыли серые железные двери – Согласись!

Вот тут меня и разобрал хохот. Ну, сами посудите, что может быть комичней двух разговоров подряд на одну и ту же тему! Сейчас он, теми же словами, что Седая Ведьма пару минут назад, будет убеждать меня в том, что павшее величие чаще всего не то, чем кажется. Что это расчёт, иллюзия, тонкий замысел и тайная стратегия.

– Ты чего это? – с каким-то даже испугом поинтересовался он, глядя на скрючившегося от смеха меня. – А?

– Не-не, всё в порядке, – просипел я, душа хохот в горле. – Да, Никита, друзья.

– Так скажи ему, что ты действовал согласно плану, который был разработан мной, – потребовал мой спутник. – Скажи, – и я стану твоим должником. Ты же понимаешь, что моё нынешнее положение временно, что это лишь иллюзия, и очень скоро я… Да что такое?

Я уже не смеялся, а только тихонько подвывал от смеха, цепляясь за стены.

– Сейчас обижусь, – сообщил мне Валяев, подумал, и добавил: – И ударю. Больно.

– Не надо – попросил я, вытирая слезы – Уже все.

– Скажешь? – взял меня за отворот пальто он.

– Нет, – покачал головой я и отцепил его руки от одежды. – Но не потому, что я тебя ни в грош не ставлю, и не потому, что свинья неблагодарная. Просто его я боюсь больше, чем кого-либо другого на этой земле. Потому и обманывать не стану, сделав это исключительно из чувства самосохранения.

Кабина качнулась, мы прибыли на первый этаж.

– Он уедет, я останусь, – предупредил меня Валяев. – Ты же это понимаешь?

– Предельно, – я вышел из кабины. – И вот это ты сказал зря. Обидные слова, Никита. Неправильные. Теперь наш разговор окончен.

– Киф, ты сейчас вообще ни разу ни прав, – гаркнул он мне в спину. – Вот вообще ни разу!

– Никит, иди ты… – не останавливаясь, бросил я и быстро зашагал в сторону выхода, впечатывая каблуки своих «чопперов» в мрамор пола. – Ну, ты знаешь адрес!

– Старик, это жизнь, – Валяев догнав меня, цапнул рукав пальто. – Всякое бывает.

– Верю, – отозвался я, дёрнув рукой, возможно, даже излишне резко. – Верю. Но это ничего не меняет.

– Ты понимаешь, что иные решения лучше не принимать вообще никогда? – голос Валяева не был угрожающим. Более того – в нем звучали нотки… Безнадежности, что ли? Никогда его таким не видел.

А вообще сцена выходила достаточно некрасивая, и это я мягко выразился. И ещё – немного театральная. Да что там – даже не немного.

Не просто же так что девчоночки с ресепшен, что несколько молодых людей и девушек, сидящих неподалеку от нас на диванчиках, чуть ли рты не пооткрывали, следя за нами. Интересно, кто это? Соискатели рабочих мест в «Радеоне»? А чего тогда некоторые из них так пёстро одеты? На собеседования так не ходят.

Впрочем – какая мне разница, кто это? Со своими бы делами разобраться.

Ладно, доведём дело до логического финала. Пусть будут штампы, почему бы и нет?

– Я его принял, я за него и отвечу, – сурово ответил Валяеву я. – И все убытки на себя приму.

– Да прямо все? – уже привычно, с издёвкой, уточнил тот.

– А у меня ничего нет! – добавил сарказма в голос и я. – И ты это прекрасно знаешь. Что с нищего возьмёшь?

– Ой, ладно, – Валяев замахал руками и затопотал ногами. – Кто бы говорил!

– Разговор окончен – я развернулся и пошел к выходу, но не потому, что нечего было больше сказать, а просто время совсем уже поджимало.

– Ну и пропадай пропадом, дурак, – проорал Валяев мне в спину. – Я умываю руки!

Я, не поворачиваясь, отмахнулся от его слов и вышел из здания.

Чего это я должен пропадать, интересно? В дерьмо с головой ведь он нырнул? Или это такая завуалированная угроза?

А может, я опять что-то важное прозевал? Есть у меня такая слабость, иногда в упор очевидных вещей не вижу.

Впрочем, это всё на потом. Сейчас меня ждут вон в той черной машине, марки «роллс-ройс», причем модель её мне была неизвестна. По крайней мере я такой до сегодняшнего дня не видел ни разу. И это в Москве, где ярмарка тщеславия является, по сути, официальной политикой государства.

Внутри автомобиль оказался не менее крут, чем снаружи. Я не страдаю застенчивостью и стеснительностью, эти черты характера я оставил где-то там, в раннем детстве, но в данный момент я ощутил себя бедным провинциальным юношей, попавшим в гости к высокопоставленному дядюшке. Просто настолько эта машина не монтировалась с моей помятой персоной, такой это был диссонанс, что я не мог его не ощутить.

– Устраивайтесь поудобнее, – посоветовал мне Старик, вольготно расположившийся напротив меня и сложивший ладони на набалдашнике трости, упёртой в пол. – Что вы, право, жмётесь в углу? Давайте-давайте, мой юный друг, не стесняйтесь. И побеседуем уже, как старые добрые приятели.

Даже не знаю, чего мне не хотелось больше – ехать с ним в этой машине или же переходить в разряд «старых добрых приятелей».

Впрочем, как раз беседа-то и не доставила мне никаких сложностей. Старик очень умело и ловко задавал вопросы, настолько, что отвечать на них было только в радость. Шаг за шагом, вопрос за вопросом, и как раз к Шереметьево вся история моих сегодняшних приключений в Серых Землях была изложена в малейших деталях.

– Отлично, – одарил меня улыбкой Старик. – Всё происходит так, как и должно. А вы, мой милый юноша, и вовсе умница. Ваши верные поступки, разумные решения и отменная хватка достойны уважения. И награды! Уж не сомневайтесь, о ней я позабочусь.

– Да ладно, – потупился я. – Одно же дело делаем.

– Дело одно, – подтвердил Старик. – Только отношение у всех к нему разное. Вы славно потрудились и должны быть вознаграждены сполна. И потом – я ценю тех, кто ставит верность слову выше личных симпатий. Мой маленький Никки ведь просил вас об услуге? Ну же? Просил?

– Было такое, – признался я.

– Отказали? – быстро спросил хозяин «Радеона».

– И это так.

– Ну вот, – меня потрепали по щеке. – Не могу не оценить эту верность, мой мальчик, и награда не заставит себя долго ждать. Я ненадолго отлучусь, ибо дела не ждут, но скоро вернусь. Нынешняя ситуация требует моего присутствия, я не могу пропустить кульминацию действа. А теперь тебе пора выходить. Увы, но мы въезжаем на закрытую территорию, а твоего имени пока нет в списках пассажиров моего личного аэроплана. Извини – самолёта. Проклятая привычка.

Я покинул тёплое логово салона, «роллс» сверкнул мне на прощание красными огоньками и вскоре исчез за каким-то шлагбаумом, которых в Шереметьево видимо-невидимо.

А я остался на улице. Оказывается, Старик передвигался даже без машины сопровождения.

Я – один. Серьёзно – один. Как в том анекдоте – совсем один.

Когда такое было в последний раз? Даже не помню. Прошлой осенью, вроде. А сейчас ведь уже весна, пусть и ранняя.

Самое забавное, что я себя ощутил как-то неуютно. Я настолько привык к тому, что мне в затылок кто-то сопит, и к тому, что меня это вечно раздражает, что данный дискомфорт легко объясним. Хотя, разумеется, и странен с точки зрения нормального человека.

Другой разговор, что нормальные люди не попадают в настолько ненормальные истории.

Чёрт, не понравились мне слова Старика про награду. Не нужны мне его милости. Не из гордости, нет, это все чушь. Просто такие подарки, как правило, ничего хорошего принести своему владельцу не могут, я в этом уверен на все сто. Спинным мозгом чую.

Я постоял ещё минут пять, ёжась под порывами сильного северного ветра, но за мной никто так и не приехал. Шутки шутками, но, похоже, я в самом деле сегодня оказался предоставленным самому себе, и найти меня удалённо даже Азову не удастся, причём он сам в этом виноват. Из-за спешки, спровоцированной им, я и часы-маячок не надел, и телефон не взял, потому меня нет на экранах.

Хорошо хоть, что в карманах пальто деньги обнаружились. Не помню, чтобы я их туда клал, но слава богу, что они есть, а то ведь и обратно до «Радеона» доехать будет не на что. Только сразу я туда не отправлюсь. Я заслужил вечер в старом стиле. То есть когда я сам по себе и никому ничего не должен.

И вечер задался, что скрывать. Я пил кофе в «Шоколаднице», той самой, где мы когда-то сидели с Вежлевой, и смотрел на происходящее вокруг. Аэропорт – лучшее место для наблюдений за людьми, потому что здесь у всех обострены чувства. Одни улетают, они волнуются перед взлётом, как и положено тем, кто рождён для жизни на твёрдой земле, другие, наоборот, уже спустились с небес, и им хорошо. Они радуются тому, что снова стоят на своих двоих, и скоро будут дома. Ну или ещё где-то.

А самое главное – я не знаю всю ту публику, что находится здесь и сейчас. Я жутко отвык от того, что не вижу новых лиц. День за днём, месяц за месяцем вокруг меня вертятся одни и те же люди, а я – журналист, мне нужны ощущения, эмоции, смена обстановки.

Окончательно с действительностью меня примирили поездка на «Аэроэкспрессе» и в метро. Шум, гам, стук колёс, запах перегара слева и дорогих духов справа – как я по всему этому соскучился! Да, раньше раздражало. А теперь – радует.

Надо Старику сказать, что он уже сделал мне подарок. Причём так оно и есть на самом деле. Вечер свободы от всего – это ли не счастье? Как же мы не ценим эти простые радости, когда они у нас есть. Как же мы страдаем без них, когда попадаем в клетку, пусть даже и золотую. Моя давняя приятельница Маринка была права, да будет ей хорошо там, где бы она сейчас ни находилась. Сто раз права.

Хорошее настроение, которое снизошло на меня, не испортилось даже тогда, когда охранники беспрепятственно пропустили меня в здание «Радеона». Я втайне надеялся на то, что они снова меня остановят и будут прогонять, как тогда, когда я из больницы сбежал, но нет, не сложилось. То ли выглядел я более пристойно, чем тогда, то ли ещё чего, но пропустили.

И первым, кого я увидел на этаже, был Костик, задумчиво водивший пальцем по экрану планшета.

– А ты чего тут? – спросил я у него, расстёгивая пальто и снимая с шеи шарф. – Не пускают в кабинет? Или у вас там тараканов морят? А я говорил – не жрите печенье за столом, усатые на крошки всегда бегут.

– О, Киф, – глянул на меня программист. – Ты откуда взялся? Тебя все уже часа три ищут с собаками, ты же без «маячка» слинял из здания и без смартфона. А ещё Зимин с Валяевым страшно поцапались. Максу кто-то донёс, что Никита на тебя жёстко наорал, а после ещё и обещал неприятностей целый мешок.

– Да не сильно он и голосил, – я бросил пальто на диван, а сам присел рядом с ним. – Этот «кто-то» здорово сгустил краски.

– Наверное, – не стал спорить Костик, явно думающий о чём-то своём. – Тебе виднее. Но это хорошо, что ты нашёлся.

– Понятное дело, – хмыкнул я. – Дай телефон, я Азову позвоню.

– Погоди, – остановил меня Костик. – Сначала ты мне вот на какой вопрос ответь – отчего тот игрок, который с тобой пошёл на Дорогу между Дорог, сразу после того, как вы там побывали, учётную запись удалил?

Глава пятнадцатая,

в которой главный герой снова делает доброе дело на свою голову

– Мюрат? – я почесал затылок – Да ладно!

– Хоть ладно, хоть ровно – но удалил, – Костик положил планшет на гладкую кожу дивана, снял очки и начал их протирать растянутым донельзя рукавом серого свитера – Причём как-то странно.

– Сейчас стукну, – мне стало как-то не по себе. – Говори по-людски, а? Без этих твоих…

– Понимаешь, это больше всего похоже на программное удаление, – подбирая слова, произнёс Костик. – Словно система сама его стёрла из игры. Навсегда. Мы иногда, за особо серьёзные косяки, удаляем аккаунты игроков, вот тут логи почти один в один. С одной только разницей – команды на удаление не было. Не поступала она.

– Блин, блин, блин, – я сел рядом с ним. – Кость, знаю, что прозвучит по бредовому, но скажи мне – у вас ведь есть личные данные этого игрока? Ну, там телефон, что-то ещё?

– В самом деле – бред какой-то, – согласился со мной программист. – Киф, уловил твою мысль. Знаешь, игры-убийцы есть только в кино, в жизни их не бывает. К тому же я всё уже проверил, потому что с мозгами у меня, похоже, как и у тебя, тоже не всё слава богу. Зафиксирован выход из игровой капсулы, за которой ранее был закреплён аккаунт «Мюрат», а ещё через двадцать минут зафиксирован новый вход в игру с неё же. С новым аккаунтом, никнейм «Бертье».

Точно он. Интересно, с чего это его так растопырило на маршалов Наполеона? Увижу – непременно спрошу. Если увижу, разумеется.

Зато решилась проблема слива информации. Кто поверит новичку, пусть даже он орёт вовсю, что в прошлом являлся высокоуровневым игроком? Да если и поверят, то репутация Мюрата настолько подмочена, что шансов на хороший куш у него просто нет.

Но как же он теперь на меня зол! Страшно представить!

Зато – месть удалась. Даже лучше, чем я задумывал изначально. Вот только на Дорогу между Дорог я больше не сунусь ни за какие коврижки, слишком уж много странного и непонятного вокруг неё накручено.

Костик, несомненно, думал приблизительно о том же. В смысле – о Дороге между Дорог.

– Интересное место, – бормотал он, не обращая внимания на то, что я его почти не слушаю. – Вроде бы мы до винтика его разобрали, но что-то упустили. Что-то очень важное. Самое важное!

– Ты чего тут сидишь? – заинтересовался я – Чего не у себя?

– Там шумно, – пояснил программист. – А тут – тихо.

– Действительно? – я обвёл взглядом помещение, по которому то и дело пробегали сотрудники, перебрасываясь на ходу фразами, где щебетали девушки на ресепшн и с мелодичным бряканьем то и дело открывались кабины лифтов. – В жизни бы не подумал.

– К нам сходи да посмотри, что там творится, – посоветовал Костик. – Поверь, здесь – тихо.

– Слушай, а народ вообще в курсе, что рабочий день иногда заканчивается? – задал я ему внезапно пришедший в мою голову вопрос. – На дворе давно вечер, а они всё с бумажками носятся. Ладно ваш брат системщик, вы существуете в своём личном микромире, но остальные-то?

– Как потопаешь, так и полопаешь, – неожиданно живо отреагировал программист. – Всё, теперь можно и к себе возвращаться. Есть у меня одна идейка!

И он, хлопнув меня по плечу, шустро побежал в направлении ближайшего лифта.

– Ну-ну, – только и осталось сказать мне ему в спину – Беги, малыш! Считаю до трёх.

– Вон он, – донеслось до меня, и я увидел небывалое. Я впервые узрел хоть какие-то эмоции на лице господина Ватутина, коего приставили ко мне охранником. – Нашлась пропажа!

– Она и не терялась, – с достоинством возразил я, отлично осознавая, что на этот раз за мной вины нет никакой совершенно. – Все вопросы к Азову и сами знаете кому. Один меня пинками за дверь вышиб, не дав даже причесаться, не говоря уж о чём другом, второй высадил там, где счёл нужным, в данном случае – у Шереметьево. Так что да, добирался долго, потому что на своих двоих. Такси не стал брать из соображений безопасности. Никто никогда не знает, куда тебя завезёт случайно пойманная машина!

– Красиво, витиевато, но неубедительно, – Ватутин, несомненно, был очень зол. – Позвонить-то можно было?

– Как? – я повертел руками в воздухе. – Смартфон тоже дома остался, о чём вы, сдаётся мне, в курсе. Ну, а просить у кого-то трубку, подобно безденежному юноше, мне принципы запрещают. И самолюбие.

Ватутин промолчал.

– Домой пойду, – сообщил я ему примирительно. – Вика небось тоже меня потеряла. И завтра жду вас с утра, в редакцию поедем. Время от времени надо всё же там показываться, а то некрасиво получается – народ работает, а начальство где-то шляется. Хоть для нашей страны это где-то и норма вещей, совесть всё же иметь надо.

– Буду, – коротко ответил охранник, доставая из кармана телефон. – Спокойной ночи.

С последней, увы, не сложилось. Ближе к полуночи, когда Вика уже вовсю сопела носом, уткнувшись мне под мышку, и я сам потихоньку начинал терять связь с реальностью, на дверь нашего обиталища обрушились удары. Сильные такие. Похоже, в неё колотили ногами.

– Что такое? – вскинулась моя сожительница, хлопая глазами. – Киф, это чего?

– Погром? – неуверенно предположил я. – У тебя в роду евреев не было?

– Вроде нет, – ошалело помотала головой Вика. – А у тебя?

– Открывай! – донесся до нас крик Валяева. – Киф, открывай давай! Я мириться пришёл.

Ну, а кто ещё это мог быть? Тут даже гадать не нужно.

– Это Никита, – выдохнула девушка и вытерла со лба выступивший на нём пот. – Вот гад! Напугал!

– Ещё ничего не кончилось, можешь бояться дальше, – успокоил я её. – Вот-вот дверь падёт, и он ворвётся сюда. Судя по его голосу, пьян он до изумления, так что ты прикрыла бы свои прелести. Кто знает, что ему взбредёт в голову и как именно он захочет со мной мириться? Может, круговую чашу распить, а может, и…

– Дурак! – вспыхнули щёки Вики, она вскочила с кровати и накинула на себя халат. – Иди, открывай, а то и правда будем при коммунизме ночевать. Дверей нет, заходи кто хочет, бери что приглянется.

– И снова-здорово, – я натянул трусы, а за ними джинсы. – Твоё нежное тело и прекрасная душа есть самое большое сокровище в сём убогом жилище.

– Открываааай! – дверь и вправду начала потрескивать в районе петель. – Что? Ты кто такой есть? Ты мне советуешь вести себя прилично? Иди в задницу! Кииииф!

Точно, он в хлам, и это плохо. В подобном состоянии Валяев как целоваться-обниматься может полезть, так и все рёбра переломать, знаем, проходили уже. Но выбора нет, надо открывать.

– Киииф! – осклабился бывший функционер «Радеона», чуть ли не упав на меня после того, как дверь распахнулась. – Хренов ты жук! Жёваный ты крот! Что, обиделся на меня, да? Ну прости дурака!

– Не бери в голову, – раздвинул я рот в улыбку до ушей. – Поругались, помирились, всякое бывает.

– Истин-но! – при каждом слоге он тыкал меня пальцем в грудь. – А ты не так прост, приятель. Ох, ты непрост!

Вот, я же говорил. Нотки в тональности сместились, дружелюбие дало крен, сейчас его может понести в любую из тех степей, которые у этого товарища в голове находятся. А их там без счёта.

– Никита! – в коридоре показался Азов, он спешным шагом приблизился к нам. – Ты чего безобразничаешь? Дежурную по этажу перепугал, охраннику чуть печень ударом не разнёс в клочья, а тут и вовсе двери ломаешь!

– Палыч, – челюсть Валяева ощутимо сдвинулась вперёд, в глазах блеснули жёлтые волчьи огоньки. Мне стало очень, очень неуютно. – Ты? Уже донесли?

– Сигнализировали, – подтвердил безопасник. – Всё, хорош буянить. Пошли уже, тебя Максимилиан ждет. Звонил Старик, передал новое указание, без тебя велено не оглашать его вслух.

– Да? – и снова голос ночного визитёра изменился, он снова стал солнечным и безмятежным. – Правда? Ты мне не врёшь?

– Я никогда не вру, – сказал, как отрезал Азов. – Пошли, говорю. Он не любят, когда его приказы исполняются не сразу. Тебе мало того, что уже случилось?

Поймав взгляд безопасника, я ткнул себя пальцем в грудь, как бы спрашивая: «мне с вами»? Голова его чуть качнулась в отрицании, он подхватил Валяева так, что тому и не дёрнуться из его рук теперь было, и повлёк по коридору в сторону лифта.

Интересно, Зимин на самом деле получил какие-то указания или это просто предлог, чтобы увести отсюда это пьяное чудо? И если да, то почему я остался за бортом? Вроде как я в колоде, и даже не бросовая карта, как минимум «валет». Или я всё ещё шестёрка? Возможно и такое, просто мне недоступна вся картина целиком. Но даже если это так, то я шестёрка непонятной пятой масти. Потому что иногда даже тузы не всегда знают, что со мной делать и чем всё это кончится.

– Ушёл? – из комнаты высунулась растрёпанная голова Вики.

– Это слишком громкое слово для данной ситуации – ответил ей я и закрыл дверь. – Пошли спать. Завтра на службу вставать рано.

– Я уже не засну, – решительно заявила Вика, глядя на меня. – Нервы поднялись, теперь хочется чего-нибудь сладкого сожрать. А лучше – «гамбургер», с большой котлетой и разными соусами. Или два!

– Иди да сожри, – стянул я с себя джинсы и зевнул. – Тебя что, кто-то держит за ноги и не пускает?

– Растолстею, – угрожающе произнесла Вика.

– Бывает.

– Ты меня разлюбишь.

– И это не исключено.

– Скотина!

– Сиквел.

– Чего?

– Спокойной ночи-два. Ну или приятного аппетита! Подчеркни нужное. А я – сплю.

Зачем я наутро поехал на работу, сам не знаю. То есть ехал – знал. Добрался – даже немного расстроился.

Всё прекрасно работало без меня. Таша, ехидно улыбаясь, писала отчёт о завершении конкурса по Архипелагу, после которого все, кто его прощёлкал, почувствуют, насколько сильно они ошиблись, Ксюша барабанила по клавиатуре, доводя до идеала наши майские турнирные планы, Мариэтта сводила воедино несколько интервью, взятых у лидеров кланов, добившихся немалых высот на новом континенте.

Повторюсь – всё работало, всё двигалось, всё крутилось. Последнее слово, кстати, идеально подходило к Шелестовой, успевавшей везде. И только я, выходит, был лишним на этом празднике труда. Так, по крайней мере, мне показалось. Может, я просто устал?

Впрочем, если посмотреть на это всё с другой стороны, то я молодец. Не обладая особыми лидерскими и организаторскими данными, мне таки удалось создать жизнеспособный производственный механизм. Пусть не сразу, пусть собранный из очень и очень противоречивых личностей, но он же работает! Функционирует!

Так что не стоит хандрить. Наоборот – радоваться надо. Из полуфабрикатов людей сделал, будет что на пенсии вспомнить. Даже если пенсию назначат по инвалидности.

Потешив свое самолюбие таким образом до полудня, я всё же смылся из редакции. Нет хуже, чем сидеть без дела в компании тех, кто работает. Придумать хоть что-то, чем себя занять, я не смог, потому отправился туда, где дело есть всегда. И не одно.

Чёткий план действий на сегодня у меня сформировался уже вчера. Собственно, главных занятия имелось два – аукцион, который больше нужен альянсу, чем мне, любимому, и маленькое, но очень ответственное поручение, что дала мне богиня, и которое, признаться, меня не очень грело. Больше всего в Файролле я не люблю подземелья, там темно и страшно. А следом за ними в личном рейтинге «глаза бы мои не видели» следуют болота, с их топями, туманами, кривыми деревцами и, конечно же, вилисами. Симпатичными, крылатыми, безмозглыми и матримониально неудовлетворенными.

Но именно с этого мне и предстояло начать. До аукциона времени ещё оставалось предостаточно, потому – чего тянуть? Да и не в моих привычках откладывать неприятное дело, я как-то уже об этом напоминал. С ним надо поступать так же, как в холодную воду заходить, то есть не ёжиться, прикрывая причинное место, а сразу окунуться, да и всё. И тут либо сердце зайдётся, либо наплаваешься всласть.

Единственное послабление, которое я себе позволил, – почта. Писем в ящик нападало много, надо их разобрать.

И ведь не зря это сделал! Помимо привычной кучи эпистолярного мусора, который немедленно отправился в корзину, я нашел четыре по-настоящему любопытных письма.

Одно было вполне предсказуемым. Писал Сайрус, просил о встрече за полчаса до начала аукциона. Очень упорный господин, он прямо как советские полярники тридцатых годов двадцатого века. Если есть цель, идёт к ней, презрев все. Такое поведение достойно уважения, хотя мне подобное понять не дано, я лбом стенки никогда не прошибал, нет у меня такой привычки.

Отказал, разумеется, мягко и мотивированно. Дескать – подобные встречи могут быть расценены администрацией игры как нарушение договорённостей.

Второе письмо пришло от Седой Ведьмы и по содержанию ничуть не отличалось от первого. Вот тут я всё же согласился на встречу, правда, за час до начала аукциона. Мне ещё с сокланами надо встретиться, мы с ними об этом договаривались. Но с Седой Ведьмой ситуация особая, тут требуется как минимум извиниться за вчерашний несанкционированный выход из игры, а то некрасиво получилось. Хорошо хоть претензию эта дама выставлять не стала, хотя крайне двусмысленный намёк на произошедшее в письме обнаружился. Она дружески посоветовала мне сменить капсулу, прикупив ту, в которой имеется аккумулятор-бесперебойник.

Ещё мне написал Грег. Вот здесь я прямо удивился. Этот неистовый вояка поблагодарил меня за возвращённые ему вещи и уведомил, что никаких претензий не испытывает. И даже попросил прощения за своё не очень корректное поведение.

Поверил бы я ему, кабы вчера не видел, так что враками от этой писульки несло за километр. Похоже, обзавёлся новым врагом.

Да и чёрт с ним. Одним больше, одним меньше…

Но последнее сообщение было на самом деле изюминкой сегодняшней почты. Я бы даже сказал – вишенкой на торте. Пришло оно от игрока, носившего никнейм «Бертье».

* * *

«Привет, Хейген.

Знаешь, если бы ты мне попался сразу после того, как я осознал, что моей учётной записи, моего Мюрата, больше нет, то я бы, наверное, тебя убил. Не в игре убил. В жизни. Звучит дико и жутко, но это так. Всегда считал психами людей, которые за кучку программного кода могли отнять жизнь у живого и настоящего человека, но в тот момент я был не лучше их.

Но потом – отпустило. В принципе, ты сделал то, что я и сам бы проделал без особых нравственных мучений. Это – игра. Побеждает тот, кто идёт вперёд, а не мотает сопли на локоть. Ты успел первым, честь тебе и хвала.

Вот только мне до сих пор непонятно – знал ты, чем для меня кончится этот поход, или нет? В смысле – не об игровой, а о конечной гибели моего персонажа? Если нет – то вопросов к тебе вовсе не имеется. Если да, то… Кто ты такой? Откуда у тебя такие знания и возможности? Ты же обычный игрок, я тебя наблюдаю с самого начала. Эмиссары «Радеона» ведут себя совсем по-другому, я с парочкой из них имел дело.

Впрочем, если второй вариант верен, ответа я всё равно не получу. Ты же не скажешь правду, правда? Забавный каламбур, пять копеек в кассу.

Да и отвечать тебе будет некому. Персонаж Бертье уже прекратил своё существование. Он был создан лишь для того, чтобы добраться до ближайшего почтового ящика.

Но это не значит, что меня нет в игре. Я – здесь. Я – тут. Оглянись, может, я за твоей спиной?

Нет-нет, никаких угроз, никаких страшилок. И в реале я тебя искать не собираюсь, это всё забавы для сопливых малолеток, в которых ещё дурь бродит. Как ты найдёшь там человека, каким образом? И что с тобой потом сделает служба безопасности компании-производителя, если ты сотворишь что-нибудь противозаконное? Им скандалы вокруг имени своего детища совершенно не нужны.

Просто я постараюсь быть где-то поблизости от тебя, чтобы дождаться того момента, когда ты ошибёшься, а это раньше или позже случится.

И вот потом… Потом будет потом.

До встречи!»

* * *

Ведь хорошо написал, бродяга! Нет, жути не нагнал, не хватало мне только ещё и из-за подобных пустяков себе нервы трепать. Но – молодец.

Правда, не выйдет у него ничего. Когда он прокачается до уровня, с которым сможет нагрянуть в Пограничье, меня в любом случае в игре уже не будет. Даже с «паровозом», даже под зельями не сможет он быстро пройти путь до более-менее высокоуровневого игрока. Да и в основу моего клана попасть не так и просто. Мест давно нет.

Но на всякий случай у Костика надо будет узнать, под каким ником он сейчас бродит в игре. Во избежание.

Что интересно – вылетел из игры я в харчевне, а войдя в неё, обнаружил себя в гостиничном номере. Мало того – у входа в гостиницу обнаружился ожидающий меня Назир, который коротал время, играя с кинжалом. Он подбрасывал его вверх, а после снова ловил. Особенность была в том, что использовал мой телохранитель при этом только указательный палец правой руки.

Данное действо привлекло немало количество местных ребятишек, которые дружным «уууууу» встретили мое появление, после которого ассасин прекратил свои забавы.

– Ты как относишься к болотам? – спросил я у него.

Молчание.

– А к перспективе вступить в брак?

Оно же, правда, добавилось пожатие плечами.

– Ну, вот и славно, – достал я свиток. – Сегодня у тебя будет в достатке и того, и другого.

Болот в Файролле я знал уже превеликое множество, потаскала меня жизнь по ним. Но из всего этого изобилия я остановился на том, где когда-то познакомился со своей бывшей невестой, Эльмилорой Крах Трауг. Вот, даже её полное имя помню до сих пор. Не ржавеет старая любовь.

Впрочем, дело было не в ней. Во-первых – те болота более-менее проходимы, что для меня важно. Кое-какие штрафы с меня никто до сих пор не снял, зачем усложнять себе жизнь? Во-вторых – именно там стоят камни-артефакты, принадлежащие вилисам, а потому шансы застать Регину именно на данном островке достаточно высоки. Ну и ещё они не такие мрачные, как, например, та дыра, из которой я некогда вытаскивал свою сводную сестрицу и Флоси. Там прямо очень мерзко было, сыро и серо. А тут – ничего так. Солнышко светит, кочек много, клочья тумана только в низинах имеются. Вон в той стороне Фладридж, вон там, за кустами, тропинка есть, что к разбойникам ведёт. Как вспомню – в носу щипать начинает от ностальгии.

– Здесь имеется лихорадка, – поведя носом, сообщил мне Назир. – Плохое место.

– Ты забыл вставить в свою речь слово «хау», – заметил я. – Оно сюда так и просится.

– Не знаю такого слова, – отозвался ассасин. – Но что хотел сказать – то сказал, больше добавить нечего.

– Про то и речь, – хмыкнул я, и наклонился к воде. – Шурш! Шуууурш! Приди ко мне!

Ассасин с интересом наблюдал за мной, я же ещё несколько раз повторил призыв забавного существа, которое не раз мне помогало в прошлом. Правда, полной уверенности в том, что оно отзовется, у меня не имелось. В свое время его принял на службу мой приятель Сэмади, и это всё немного усложняло. Бобёр-поэт мог отправиться с ним в изгнание или, подобно парочке личей, затаиться где-то под камнем, ожидая возвращения своего господина.

И всё же я надеялся, что он придёт. Нет, имелся в запасе неплохой вариант, в котором Назир становился женихом для первой попавшейся вилисы, и та вела нас к своей госпоже, но он мне нравился меньше. По морально-этическим соображениям. Ну и потом – кто его, Назира, знает? Это он в Селгаре не против брака, а тут всё может обернуться по-другому.

– Богов нет? – высунулась из воды призрачно-усатая морда. – А?

– В этих хлябях? – усмехнулся я. – Откуда? Сюда даже местные жители не забредают.

– Не скажи, – Шурш опасливо блеснул глазами-бусинками. – Нынче никто не знает, на что они способны. До ухода в Великое Ничто их ноги на твердь земную почти не ступали, потому как слуг хватало. А нынче они тут живут! Витар, говорят, на Севере вовсе крепость строить начал. Цитадель. Оплот славы воинской.

– Кто говорит? – уточнил я.

– Все говорят! – и не подумал сдавать источники информации бобр. – Слухами болото полнится. Тебе чего надо? Я, знаешь ли, на дно ушёл, теперь там сижу, улитками питаюсь. Хоть тела и нет, а жрать-то хочется! И хозяин-то мой запропал! Беда, беда… Может, и вовсе у меня теперь никакого хозяина нет! Куда пойти, куда податься…

– Жив и здоров твой хозяин, – успокоил я жалобно трясущего щеками Шурша. – Ну, насколько к нему применимы данные понятия в принципе. Виделся я с ним недавно.

– Да ладно? – обрадовался бобр. – Вот хорошо-то! А что мне делать, он тебе не сказал?

– Сидеть тихо и не отсвечивать, – придав лицу многозначительное выражение, сообщил я. – Ты тут не один такой застрял, много кто ещё по тёмным углам кроется, ждёт его возвращения.

– А он вернётся?

– Вернётся, – заверил его я. – Обязательно!

– Вот тогда пожжём селян на соседнем хуторе! – потер лапки Шурш – Пограбим!

Странно, до того за ним криминальные склонности не наблюдались. Вот вам и последствия моих непродуманных действий – милая и безобидная тварюшка, переданная в маргинальные руки, превращается в душегуба и головореза.

– Будут знать, как на меня охоту устраивать! – продолжал тем временем бобр. – Подумаешь – курочку одну решил у них на пропитание себе забрать. Чего ж сразу за это с вилами за мной бежать? И с факелами!

А, теперь понятно. Ну да ладно, это его личные проблемы. И селян, хутор которых он спалит. Или не спалит, если туда вовремя наведается кто-то из дотошных игроков, из тех, кто ни одного квеста не пропускает.

– Скажи мне, зубастый, ты не в курсе, где сейчас верховная вилиса обретается? – перевёл я разговор в нужную мне плоскость.

– Вот оно тебе надо? – осуждающе произнёс Шурш. – А? В прошлый же раз еле ноги унесли. У меня вон усики до сих пор дрожат, как я то безобразие вспомню!

– Надо, – вздохнул я. – Сильно надо. Мне самому, знаешь ли, этот визит не в радость, но ради общего дела нужно чем-то жертвовать.

– Там она, – махнул бобр в сторону болота. – На острове. Вчера вечером прилетела, я слышал, как две её прислужницы это обсуждали, когда под водой сидел. Она с того момента, как Месмерта вернулась, два раза подряд на одном месте не ночует, так что удачно ты зашёл. Завтра бы её тут не было в помине.

– Стало быть, в опале эта красавица, – потёр я руки. – Так это здорово.

– Кому как, – философски заметил Шурш. – Тебе хорошо, ей плохо, мне вообще всё равно.

– Веди, – велел я. – День не бесконечен.

– Может – ну его? – опасливо предложил бобр. – Может, лучше к селянам? Пожжём, пограбим! Тут рядом хутор-то. Вон там, за рощицей.

– Пока не до того, – отказался я. – Давай, давай, веди. И вот ещё что… На глаза её девкам не попадись, ясно? Будешь ждать нас у берега и, если что, вытащишь оттуда. Надеюсь, способности эти у тебя не пропали?

– Нет, – Шурш протянул нам лапки. – Хватайтесь.

Вспышка – и вот шагах в пятистах от нас виднеется остров, а за спиной хлюпает топь.

– Теперь сами, – булькнув, Шурш исчез в чёрной болотной жиже.

– А?.. – я даже рот не успел открыть, чтобы спросить, где именно он будет нас ждать, как из воды появился лопатообразный хвост и указал на кривую берёзу, растущую на самом краю островка. – Ясно.

– Там что-то происходит, – вдруг сказал Назир. – Слышишь?

– Ещё и вижу, – подтвердил я. – Вон, вспышки, гляди.

На острове, несомненно, шел бой. По-другому блики молний, которыми, как мне помнится, лихо пулялись вилисы, и неумолчный гвалт голосов объяснить было никак нельзя.

– Предлагаю подождать, – предложил вдруг Назир. – Это не наша война.

– А какая она – наша-то? – хмыкнул я. – Вот бы знать! Нет, братец, пошли. Да мы ничем и не рискуем. Если та, к кому я пришёл, проиграет, Шурш нас вытащит, а если выиграет – так это благодаря нам. Мы же именно так нашу помощь подадим?

Ассасин ничего не ответил, но обогнал меня и направился по еле различимой тропинке первым.

Враги вилисам достались непонятные, я таких до сих пор ни разу не видел. Какие-то заросшие мхом и ветками жилистые существа, вооружённые луками, дубинами и рогатинами. То ли дикари, то ли мутанты какие лесные. Поди пойми…

Первого из них на нас вынесло сразу же, как мы ступили на остров. Он спрашивать у нас ничего не стал, без разговоров в драку полез, на свою же голову. Ту самую, которую с его плеч смахнула сабля Назира.

А ведь мы вовремя пожаловали! Дикари, как это ни прискорбно, одерживали верх над суетливо и бессистемно бросающимися молниями вилисами. Тем более что к смертоубийствам они, несомненно, были склонны куда сильнее, чем беззаботные болотные девчушки.

– Мы хотим заниматься любовью, а не войной! – кричала одна из них, которую гонял дубиной по поляне бугай, внешне очень похожий на поросший мхом валун.

– Урггггррум! – проворчал тот, метнув свое оружие в неё. И попал, раздробив девушке голову.

– Вот скотина, – уже вполне искренне вызверился я. – «Змеиное гнездо». А ну, куси злодея!

Бумммм! Бумммм! Совсем недалеко от меня земля рванулась вверх, а с ней в разные стороны разлетелись несколько дикарей.

Ого. Это кто же так шарашит? Что за «Град» с магической составляющей?

Ну конечно же, она, моя старая знакомая, «мисс большая ляжка».

Регина Рем Тригге, собственной персоной!

* * *

Вами выполнено задание «Владычица болот».

Награды:

70 000 опыта;

50000 золотых.

* * *

– Мммммерзавцы! – и снова с небес летит молния – Негодяи!

Ишь, как разошлась!

* * *

Вам предложено принять задание «Ещё один клеврет».

Данное задание является шестым в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – склонить верховную вилису к сотрудничеству с богиней Тиамат.

Награды:

50 000 опыта;

15 000 золотых;

бронзовая коллекционная статуэтка «Ритор» (из набора «Истину глаголешь!»);

получение следующего квеста цепочки.

Внимание!

В случае провала данного квеста будет провалена вся цепочка заданий, что ведёт к определенным репутационным рискам. Повторное прохождение для данной цепочки не предусмотрено.

* * *

Ну да, сейчас самое время сесть и по-дружески побеседовать. Только вот дикарь-булыжник будет против!

Дубина взметнулась над моей головой, но я ушёл влево и ткнул мечом в открытый живот противника.

Второй удар нанёс Назир, как всегда, появившийся крайне вовремя.

– Это ты? – раздался визг сверху – Ты с ними или с нами?

– Угадай! – снова рубанул врага мечом я.

* * *

«Ваши отношения с Верховной вилисой улучшены до стадии “доверие”».

* * *

О как! А говорят ещё, что лесть – лучший способ втереться в доверие к женщине. Враки. Убийство в её честь – вот идеальный способ!

Дикарь что-то простонал и рухнул за землю, заставив её дрогнуть.

* * *

«Игрок Хейген, только что вы убили вождя лесных угрухов по имени Рггаш-олг, который являлся одним из ближних слуг Хранительницы Западных пределов дриады Эйлианы.

Дриады миролюбивые существа, но даже они не прощают тех, кто уничтожает их слуг.

Берегитесь! И помните – любой поступок можно искупить. Сделайте то, что придётся по сердцу Эйлиане Западной, и, возможно, вы будете прощены».

* * *

Твою тётку! Как я сразу не сообразил, только увидев этих древоподобных чудиков, откуда тут ноги растут! Конечно – Эйлиана. Кто ещё может таких послать? Вилиса предала богиню, дриады же ей служат как комнатные собачки. А что больше всего порадует Месмерту? Голова Регины, поданная ей на блюде.

Всё это я обдумывал, стоя плечом к плечу с Назиром и всё более и более снижая свою репутацию с Хранительницей Запада. Чего уж теперь-то?

Впрочем, дикари, лишившись вожака, не стали особо напирать на нас и вскоре скрылись в тумане, наползавшем на болота.

– Итак, – хлопая крыльями, Регина опустилась рядом со мной. – И чего ты тут забыл?

– Может, сначала поцелуемся? – предложил я – Нет? Ну, и не надо. Тогда сразу к делу.

Глава шестнадцатая,

в которой речь пойдет о торгах, договорах и прочих деловых моментах

– Сердца у тебя нет, – заявила мне Регина. – Как ты можешь о своих проблемах речь вести, когда вокруг столько горя?

Она с неподдельной грустью посмотрела на тела вилис, лежавших на поляне.

– Запросто, – пожал плечами я. – Горе у тебя, а не у меня. И проблемы, кстати, тоже не мои, а твои. Мне вообще сейчас развернуться и уйти ничего не стоит, но в этом случае убытки понесёшь опять же именно ты, а не я.

– Тебе веры нет, – заявила Верховная вилиса. – Такого враля по всему Файроллу ищи – не найдёшь. Как тебя не прибили-то ещё?

– Пытались, – ухмыльнулся я. – Но не поймали. Так что, я пошёл? Или послушаешь?

– Говори, – неприятная гримаска исказила её лицо. – Но поторопись. Мне не стоит здесь задерживаться, слуги Эгины могут вернуться.

– Не поверишь, но я принёс тебе благую весть, – Назир за моим плечом чуть слышно хмыкнул. – Богиня Тиамат предлагает тебе свою дружбу и покровительство. Не могу пообещать, что все твои заботы тут же станут её заботами, но дриады, узнав о том, кто именно взял тебя под своё крыло, десять раз подумают, чем попробуют снова убить: такое деяние им может очень уж дорого стоить. Боги не любят друг друга, это не секрет, но при этом они прекрасно понимают, что пока сидят в одной лодке.

– Скажи кто пару часов назад, что я, вместо того чтобы тебя убить, стала слушать, – рассмеялась бы, – поведала мне Регина. – Но всё на самом деле именно так и обстоит. Да, я согласна.

* * *

Вами выполнено задание «Ещё один клеврет».

Награды:

50 000 опыта;

15 000 золотых.

* * *

– И правильно, – одобрил я её слова. – Тем более что у тебя всё равно нет другого выхода.

Хотя на самом деле я был удивлен. Вот так просто? А поломаться? Потребовать от меня чего-то добыть или куда-то сходить? Ладно Сэмади, с ним у нас отношения другого плана, но эта-то чего так просто сдалась?

Даже немного обидно.

* * *

Вам предложено принять задание «Благая весть-2».

Данное задание является седьмым в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – известить богиню Тиамат о решении, которое приняла верховная вилиса Регина Рем Тригге.

Награды:

80 000 опыта;

35 000 золотых;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

Оно бы неплохо сразу к богине сгонять, но возможности такой у меня сейчас нет. А жаль. Хотя… Нет, не очень. Ясно же, что за этим квестом последует ещё один, в котором надо будет отыскать очередного ключевого персонажа, которого следует склонить к сотрудничеству. Причём на этот раз он может оказаться совершенно незнакомой мне личностью, которую сначала найти ещё надо будет.

А вот вилис на самом-то деле мне жалко. Порубили эти чуды-юды за чужие интересы безобидных девчоночек. Ну да, они шумные, неугомонные, не сильно умные, но чтобы вот так, в капусту… Неправильно это. Изуверство, по-другому и не скажешь. Куда только администрация смотрит?

Впрочем, ответ у меня есть. В планшет она смотрит. Притворяется, что решает важные проблемы, а сама на барышень голых пялится сквозь запотевшие стёкла очков.

– Что-то ещё, воин? – холодно осведомилась у меня Регина. – Вопросы, предложения?

– Ну, целоваться уже предлагал, ты отказалась, – отозвался я. – А так вроде всё. Когда понадобишься, тебя призовут.

На самом деле я совершенно не представлял, как именно богиня будет эксплуатировать присягнувших ей сущностей, но меня данный факт совершенно не волновал. Главное, чтобы она мою скромную персону побольше защищала и поменьше трудила – и без неё хлопот хватает. А это ведь Странник ещё Крисну не форсировал. Что же потом начнётся? Вообще ужас!

Наверное.

– Скажи ей, что я сразу приняла предложение, – попросила Верховная вилиса. – Без раздумий и колебаний. И ещё скажи, что против Месмерты на поле битвы встану без раздумий, хоть та и является моей создательницей. С радостью встану.

«На поле битвы». Ишь ты!

Моё бескрайнее воображение немедленно нарисовало мне картину, в которой над полем, где сотни сотен игроков и НПС бодро уродуют друг друга колюще-режущими предметами, парят фривольно одетые вилисы, время от времени пикирующие вниз с истошными воплями. И всё это под музыку Вагнера. Не того, что владелец одной из крупнейших платных сетевых медицинских клиник страны, а другого. Композитора. Однофамильца, надо думать.

Апокалипсис сегодня, короче. Забавно!

– Ты чего улыбаешься как дурачок? – уточнила у меня Регина. – Не пугай меня, воин. Не хватало, чтобы ещё и ты спятил. Любить я тебя никогда не любила, но с мозгами ты раньше дружил. Не следуй за этим миром, Хейген, не сходи с ума. В час большого неустройства выживает только тот, кто держит голову холодной, а руку – на черене меча: именно они поднимутся выше других тогда, когда всё кончится. Если доживут.

– Мы доживём, – заверил её я. – Поверь. А уж после того никуда ты не денешься от меня, красотка. Всё ж таки получу я свой поцелуй, поверь.

– Если доживём – получишь кое-что поосновательней, – посулила она. – Мы с тобой не дети, нам друг друга слюнявить по возрасту не положено.

Забавно. Ишь, куда кривая отношений вырулила. Ну да игра «18+», тут много чего позволено, если по уму действовать. Другое дело, что данные забавы лично я к здоровым не отношу, есть в этом нечто генно-модифицированное.

Или я уже про это говорил? Не помню. Неважно.

Тихонько посмеиваясь про себя, я отпустил Шурша обратно на дно, ловить улиток, а сам отправился в Селгар. Времени в запасе ещё много оставалось, но это мне было только на руку. Кто знает, во сколько начнут прибывать желающие приобрести знание, которое я выставил на продажу? Вдруг тоже захотят иметь резерв времени, да и увидят случайно меня в компании с Седой Ведьмой, о чём-то мило беседующим. Доказывай потом всем, что я чист как помыслами, так и душой.

Тем более что отчасти это будет ложь, а врать я не люблю.

Теперь главное, чтобы Ведьма была в игре. А ну как она решила вздремнуть пару часиков перед финансовой битвой, дабы потом с ясной головой всех разгромить и заполучить важный для её клана секрет? «Гончие»-то и впрямь сдали, на форумах это в открытую говорят. Да что форумы? Я в редакции рейтинг кланов видел, их к третьему десятку сносить начало. Даже не второму! Третьему. Так сказать – стагнация налицо.

Так что им храм нужен позарез. Кто в первых рядах застолбит место близ богов, тот здорово поднимется над остальными. Новые линейки квестов, новая магия, много другой полезной всячины. Это заявка если не на победу, то уж точно на повышение рейтинга и приток рекрутов, желающих положить свои юные игровые жизни на алтарь богов, припёршихся из Великого Ничто.

Записать, что ли, эту фразу? Хорошо сказано, можно в передовицу вставить. Ведь если не зафиксирую, то точно забуду.

Не успел. Ведьма отреагировала практически моментально. Она даже отвечать на моё письмо не стала, самолично явилась.

– Выяснять про вчерашнее не стану, – деловито бросила она, усаживаясь за стол, и отмахнулась от Ануш, которая хотела спросить у неё про заказ. – Нет, милая, ничего не надо. Вот тебе денежка, купи себе чего-нибудь, и оставь нас одних.

– Не заработанного не надо, – гордо отказалась дочка Ибрагима – Бэш!

И ушла, виляя полными бёдрами.

– О как! – изумилась Ведьма, глянув ей вслед. – Умеешь ты, Хейген, места и окружение себе подбирать. В первый раз на моей памяти НПС от денег отказался!

– Это что, – отправил я в рот ароматный шарик кюфты. – Если ты ещё здесь когда-нибудь есть надумаешь, она тебе во все блюда с верхом перца насыплет. И радуйся, если только этим всё закончится. Ануш – девочка обидчивая и изобретательная, потому что имеет самоуважение.

– Н-да, – Ведьма почесала кончик носа. – Интересно. Ладно, речь не о том. Итак, мой милый друг, давай сразу о деле. Времени нет, я уже видела Беовульфа и Мастера Стрекоз, и это только начало.

– Если это только начало, то плохи твои дела, – печально сообщил я. – Надо тебе таблеточки попить – синенькие там, красненькие. Мастера Стрекоз так просто к людям не являются. Что в одиночку, что в компании с телепузиками, Элвисом Пресли и Акваменом.

– Дубина, – почти по-матерински глянула на меня собеседница. – Это ники. Мастер Стрекоз – глава «Воинов Света», клана из топ-пять, им позарез нужно в честь Витара храм возвести. Насколько мне известно, этот бог лично Мастеру квест выдал, что есть большая удача, и награда в случае успеха будет ей под стать. Странно, что он вчера не заявился на луг и не вырезал всю вашу компанию под ноль, за исключением тебя.

– Что я так ему ничего не сказал бы, что после акта насилия молчал, – мне стало смешно. – Хотя нет. После массового смертоубийства я бы разозлился жутко!

– Ему на это плевать, – заверила меня Ведьма. – Думаешь, он не нашёл бы способ тебя разговорить? Да как нечего делать. Загнал бы на точку возрождения, поставил пару ребят покрепче и кошмарил до того момента, пока ты из игры не выйдешь. Вернёшься, – а ничего не изменилось, тебя ждут. И так без конца, всё время.

– Задолбался бы он ту точку возрождения завоёвывать, – презрительно скривился я. – Сила солому ломит.

– Говорят, он и в «реале» человека достать может, – понизила голос Ведьма. – Были прецеденты.

И снова – улыбок ему. Если бы он чего и нашёл в «реале», так это только дорогу в подвальные помещения «Радеона», а после почётное лежачее место, находящееся рядом с лихим воякой из французского легиона. Ныне покойным, если кто не понял.

– Беовульф, надо полагать, рангом не ниже его? – уточнил я безмятежно.

– В таблице рейтинга самую малость уступает, – усмехнулась женщина. – Но если они сцепятся, я бы именно на Мастера Стрекоз поставила.

Читай – его бы поддержала.

– Так какое у тебя дело? – решил я не продолжать не сильно-то мне и интересную тему. Выгоды в ней нет, чего время тратить? Раньше можно было бы прикинуть, как кого-то из этих ребят к себе расположить, а теперь… Какой смысл? Всё равно скоро все со всеми сцепятся, а мы закроем границы и будем сидеть в Пограничье, как в осаде. – Излагай.

– Союз на равных, – припечатала ладонь к столу Ведьма. – Выиграть аукцион не смогу, нет у меня столько золота в казне, сколько у того же Сайруса или Беовульфа, раньше или позже я на ставках сломаюсь. Потому – равный союз кланов. Ты получишь три голоса на общем совете альянса, доступ в наш малый кланхран плюс двадцать мест на корабле, когда откроют путь к Раттермарку, не считая тех, что я подарила тебе раньше. А это случится скоро. Мне напели, что в Архипелаге уже вовсю крутятся бета-тестеры из игроков, а это говорит о том, что дело почти на мази. Про военную поддержку и всё такое прочее я не упоминаю, это само собой разумеется.

– А в обмен? – совершил я некое движение ладонью, призывающее лидера «Гончих» продолжать свою мысль, хотя ответ мне был предельно ясен.

– Мы присягаем Тиамат до того, как будет достроен храм, – очень чётко произнесла Седая Ведьма – И ты подтвердишь нашу клятву в момент её принятия, а после меня лично ей представишь. Лично! Это обязательное условие.

– Я? Тебя? Богине? – смех вроде бы получился естественным. – Как ты себе это представляешь? Она – там, в небе, ну или ещё где. Я тут, на земле. В какой точке мы с Тиамат пересечься можем?

– У Айх-Марака, – буднично, как бы между прочим, подсказала мне Ведьма. – Точнее – на Айх-Мараке. На самой его вершине. Той, куда никто из игроков добраться теперь не может ни при каких условиях. Никто, кроме одного-единственного. Тебя.

Ай-яй-яй. Где-то сквозит. Даже не сквозит, а отчётливо дует. То ли пропасли меня, то ли я где наследил, то ли ещё чего, но факт есть факт. Она – в курсе.

Да и хрен с ним. Велика беда.

– Не понимаю, о чём ты говоришь, – я кинул в рот последний шарик кюфты и смачно облизал пальцы – Бывал я пару раз у этой горы, деяние открыл, надписи почитал, но и только. А наверх не то что не лазал – смотреть боялся. У меня, знаешь ли, с детства акрофобия.

– Самое паршивое, что тебя даже припугнуть теперь нечем, – пригорюнилась Ведьма, ссутулившись и скукожившись настолько, что стала напоминать обиженную злодейкой-жизнью и гадами-людьми сиротку. Если бы её ещё в рваньё одеть и в таком виде по вагонам метро запустить побираться, то она через полгодика себе квартиру в центре Москвы купила. – Раньше наличествовали рычаги давления, пусть не самые надежные, но хоть какие-то. А теперь…

– Пугай, не пугай – ничего не изменится, – вытер руки об одежду я. – Не может человек рассказать о том, чего не знает. Физически не способен. Не знаком я с богиней, понимаешь? И, если честно, подозреваю, что в ближайшем будущем мне подобное не светит.

– Ты врёшь, Хейген, – глава «Гончих» перестала изображать вселенскую грусть и распрямилась. – Мне это отлично известно, и тебе тоже, вот только припереть к стене я тебя не могу.

– А хочется? – уточнил я.

– Ужасно, – не стала скрывать Ведьма. – Не из корысти или злобы, а из принципа. Последней, кстати, у меня к тебе нет. Да и не было никогда. Откуда? Мы ведь всегда ладили, не так ли? А станем одним целым… Чего ты ржёшь? Не в библейском, а в игровом смысле. Идиот! Так вот – объединимся, так вообще всю игру дыбом поставим, на этот раз как раз в том контексте, что ты имел в виду секундой раньше.

Не-а. Не объединимся. Я всегда тяготел к нелепым и необъяснимо нелогичным решениям, но тут даже для меня перебор, причём Ведьма это тоже осознаёт. Но у неё выбора нет, вот в чём тут дело. А поскольку она человек-сталь, то гнёт свою линию до последнего, используя даже самые абсурдные и бесперспективные шансы. Вроде этого.

Но «нет» пока говорить не стоит. Думаю, у неё ещё пяток вариантов развития событий просчитано, и не все из них мне выгодны.

– Ещё раз отмечу, что частично твои речи мне неясны, – аккуратно подбирая слова, начал я выстраивать ответ. – Но это ладно. Что же до объединения… Ответа пока не дам, такие решения вдруг не принимают. Мне надо посоветоваться с офицерами, да и союзников о твоём предложении известить. А ну как они против будут?

– И чего? – нахмурилась Седая Ведьма.

– И того, – погрозил я ей пальцем. – Я дружбу не менее твоего ценю. Люди мне поверили, люди считают нас союзниками. И что? Ты как родная, они как двоюродные?

– Гедрон спит и видит, как бы ему с нами в экстазе слиться, – фыркнула моя собеседница. – После того, что «Гончие» с его замком сделали.

– Я сказал – ты услышала. И на этом всё пока. Айран будешь? Нет? Как хочешь.

Так дальше и сидели молча. Я цедил кисловатый напиток, Ведьма таращилась на меня. Жутковато так, не мигая, как змея.

В какой-то момент я ей даже посочувствовал. Тяжело человеку, привыкшему всегда и во всем доминировать, сознаться себе самой, что она угодила в тупик. Меня ведь даже убивать смысла нет, что бы она там ни говорила.

С другой стороны – это Седая Ведьма, один из игровых столпов Файролла, потому всё происходящее может оказаться всего лишь частью её многоходового плана. Абсолютно всё, включая вот такое поведение. Может, ей нужно, чтобы я испытал сначала эйфорию мнимой победы, потом лёгкую радость, а после и неизбежную жалость к ранее всемогущему, а теперь попавшему в патовую ситуацию лидеру «Гончих Смерти». Даже рейтинговое падение может оказаться всего лишь иллюзией, в которую все поверили.

Только не стоит себе льстить. В этом случае я всего лишь одна из целей, и не более. А то и вовсе лишь часть механизма огромной интриги.

Или я уже вижу то, чего нет и не было?

Короче – я испытал немалое облегчение, получив сообщение от Кролины, в котором говорилось о том, что она рада видеть меня в игре и очень хочет знать, где именно я сейчас нахожусь. А то так скоро я доберусь до всемирной теории заговоров и начну подозревать Седую Ведьму в том, что именно она убила Кеннеди. А почему нет? Может, она иллюминат? Им же, по слухам, известна тайна философского камня, потому и живут они очень-очень долго. Да и денег у них как у дурака фантиков.

Узнав, что я уже в Селгаре и сейчас подойду к аукциону, Кро написала мне:

* * *

«НЕТ! ЖДИ НАС ОКОЛО СТРАЖНИКА, КОТОРЫЙ СТОИТ НА ГЛАВНОЙ ПЛОЩАДИ!!!»

* * *

Вот интересно – размер букв выдает её непомерное волнение или означает то, что она всё-таки не очень высоко ставит мои мыслительные способности? В том смысле, что маленькие буквы я могу и не понять?

Но поступил я так, как она посоветовала. Спорить с Кролиной? Поищите кого другого. Занудит ведь потом, как комар летом после выключения света в комнате. Не то противно, что укусит, а то раздражает, как он над ухом летает. И жужжит, и жужжит, зараза такая…

Седая Ведьма на мой уход никак не отреагировала, знай таращилась в одну точку. Я даже заподозрил, что есть в игре для особо продвинутых игроков специальный режим, что-то вроде «ушёл в себя, буду нескоро». Вроде ты и в игре, но на самом деле тебя нет.

Кро на площадь пришла не одна. С ней пожаловала почти половина нашего клана. Даже Фрейя, которая терпеть не могла покидать безопасную территорию замка, где проводила бесконечные магические эксперименты, и то пришла.

Да ещё и усиление в виде двух десятков высокоуровневых союзников с ними нарисовалось.

Может, война началась, а я и не в курсе?

– Кольцо, – скомандовала моя замша, и я оказался закрыт со всех сторон так, что мышь не проскользнёт. – Теперь пошли.

Сама Кролина составила мне компанию. Была она сосредоточенна и деловита.

– Мне надо что-то знать? – осторожно поинтересовался я. – С чего такой эскорт?

– Сам увидишь, – коротко ответила девушка. – Поверь, я тоже в шоке. Ну, не в шоке, преувеличила маленько, но тем не менее.

О чём идёт речь, я понял буквально через несколько минут.

От обилия гербов кланов, составляющих элиту игры, собравшихся близ входа в аукционный дом, у меня просто в глазах зарябило. Вроде бы многое уже в игре повидал, трудно меня удивить, а вот гляди-ка – снова это произошло.

Кстати, и знакомые лица среди этой ярмарки тщеславия имеются. Сайруса и пару его приятелей из числа тех, с кем я ходил за топором Дуллаха, я почти сразу приметил. Пришли за очередным титулом, господа коллекционеры. Молодец Сайрус, подкрепился их деньгами. Им кирпичик не нужен, им пара строчек необходима, и каждый получит то, что хочет.

Само собой, тут присутствовал и мой недавний знакомец Ратанданиил, только стоял он какой-то грустный. Интересно – отчего? Хотя есть у меня предположение.

Ну, и, разумеется, главные знатоки всего эксклюзивного, что можно добыть на пределах Файролла, сюда тоже пожаловали. Вон Реввар стоит, бороду оглаживает, мне подмигивает. Лично пожаловал.

Странно, что от «Орландиносов» никто не припёрся. И жаль. Я бы их взял и на торги не пустил. Или пустил, но только на посмотреть, а не на поучаствовать.

А вообще я даже испытал гордость за себя, любимого. Ведь был никто, а вот как поднялся. Сколько народу собралось, – и всем я нужен! Как тут нос не задрать?

– Лицо попроще сделай, – посоветовала мне фигуристая орчанка, оскалив в улыбке свои инкрустированные алмазами клыки. Чёрт, это сколько же она за данную косметологическую операцию заплатила? И она точно знала, кто я такой. – Ты не ВИП-персона, а мы не у твоего парадного подъезда стоим. Просто тебе повезло чуть больше, чем другим, вот и всё. А везение – это не мастерство, парень, оно иногда просто случается.

– Верно, – поддержал её плечистый паладин в нестерпимо сверкающих на предвечернем солнце доспехах. – И имей в виду, если ты хоть чутка хвостом вильнёшь против правил торгов, то учётку лучше сразу стирай, ясно? Это не угроза, просто совет.

Вот и вся моя слава. Рано нос задрал. И даже если они узнают, что я вхож к богине, знаком с Сэмади и приятельствую с Чёрным Властелином, отношение ко мне никак не изменится. Я буду для этих патриархов игры просто новичком, которому здорово повезло, и не более, тем, кто желает заработать лёгких денег на товаре, который ему достался дурняком. И его продажа тоже мне в плюс не идёт, потому как такие вещи надо отыгрывать, а не продавать, потому что это состязание, в которой главная цель – стать первым, как в любой другой игре, и, значит, козырная карта не должна продаваться. Но я новичок, что с меня взять?

Потому своим для них я не стану никогда.

А сколько простых игроков вокруг! Прямо столпотворение!

– Когда аукцион откроют? – заорал кто-то из толпы. – Чего за дела вообще? Я свиток потратил, чтобы сюда попасть, он деньжищ огромных стоит!

И правда – аукционный дом был закрыт. Совсем. На объявлении, которое болталось на двери, так и было написано:

* * *

«Аукционный дом закрыт на спецобслуживание. Просьба не стучаться, не кричать под дверьми и не использовать тараны или иные штурмовые приспособления для попытки попасть внутрь здания. Это в ваших интересах, поскольку к особо непонятливым господам и дамам будет применен штраф – лишение права посещения города Селгара сроком на месяц».

* * *

– А разве так бывает? – спросил я у Кролины, ткнув пальцем в направлении записки. – Чтобы аукцион вообще закрыли?

– Я в первый раз такое вижу, – ответила та. – Но вообще Файролл такое место, где случается то, чего быть не может. Например – вот такое чудо чудное.

– Аукцион по особым условиям, – негромко проворчал Гедрон, пробравшись к нам. – Чего вы хотели? Вон, все собрались, прямо ярмарка тщеславия, по-другому не скажешь. Даже Мастер Стрекоз пожаловал. Ещё вчера, небось, вышли на администрацию и проплатили закрытие, обычное дело. В игре все равны, это так, но есть игроки, которые могут чуть подредактировать процесс при помощи доната. Создать себе кое-какие дополнительные удобства, назовём это так. Да, какой входной порог поставили, ещё неизвестно?

– Входной порог? – удивлённо переспросил я, после чего глава «Диких» посмотрел на меня чуть ли не с жалостью.

– Не думал же ты, что туда, внутрь, попадут все, кто хочет? – поинтересовался он у меня. – Пусти туда мелкоту, так мероприятие на три часа затянется, а у серьёзных людей времени столько нет. Потому в подобных случаях ставится входной порог в виде определенной стартовой цены, которую кланлидер вносит на специальный счёт. Она потом к нему вернётся, за вычетом десяти процентов административного сбора.

Хлопнула дверь аукционного дома, на пороге появился человек в чёрном. Правда, вместо чемоданчика на этот раз у него в руках был бумажный свиток.

– Минуту внимания, – негромко произнёс он, но его услышали. Разговоры прекратились, наступила тишина. Даже многоголосо возмущающиеся игроки, которым аукцион был по барабану, и те притихли.

– Немного общей информации, – произнес Номер какой-то. Какой именно – не знаю, он не представился. – Для начала я хотел бы принести свои извинения всем игрокам, которые испытали дискомфорт из-за закрытия аукционного дома. Каждый из них может написать письмо в администрацию игры и получить небольшую компенсацию за причинённые неудобства. Одновременно с этим напоминаю, что администрация всегда выступает за честность игрового процесса, потому каждая подобная заявка будет проверена. Теперь о главном: мероприятие, ради которого был закрыт аукционный дом, начнётся через двадцать минут. По просьбе ряда потенциальных покупателей выставляемого на торги товара и в целях экономии времени администрация установила входной порог для участия в аукционе, который составил триста пятьдесят тысяч золотых монет. По просьбе же участников минимальный «шаг» на торгах определён в сто тысяч золотых монет. Верхний предел «шага» не ограничен.

Порядок цифр ошеломлял. Нет, я знал, что там, наверху, оперируют немалыми суммами игровых денег, но чтобы настолько. «Шаг» в «сотку». Это сильно!

– Далее, – человек в чёрном развернул свиток. – Количество представителей от каждого клана, подавшего заявку на участие в аукционе и оплатившего входной порог, ограничено двумя лицами. Вот список кланов, которые допущены к торгам. Их представители могут пройти в торговый зал после того, как я назову их клан.

– Сколько всего участников-то? – выкрикнул кто-то.

– Двадцать три, – не стал вредничать человек в чёрном.

– Богатенькие Буратины! – продолжил тот же голос, сорвав на этот раз дружный смех аудитории.

– Призываю к порядку, – равнодушно потребовал представитель администрации. – Теперь немного частностей. Настоящим все участники торгов предупреждаются о том, что любые мошеннические действия во время проводимого мероприятия…

Не нравится мне эта открытость процесса. Ну ладно, сообщение о компенсации – это правильно. Но вот оглашать суммы и всё такое прочее – не по уму. В самом деле, какая-то ярмарка тщеславия. И ещё очень надеюсь на то, что они сейчас не предъявят меня любезнейшей публике. Это точно лишнее.

– Всё, – наконец закончил Номер-какой-то свою речь. – Вопросы? Нет вопросов. Претензии? Тоже нет.

– Где денег взять на такие забавы? – метнулся выкрик над толпой, сорвав смех и даже аплодисменты.

– Играйте лучше и больше, – не полез за словом в карман Номер-какой-то. – И всё будет.

– Есть один вопрос, – бросил паладин. – Но я его задам внутри здания, если вы не против.

– Не против, – кивнул человек в чёрном. – Но не позже, чем начнутся торги.

– Разумеется, – подтвердил игрок.

– Тогда начнём, – человек в чёрном глянул в свиток. – Как и было сказано ранее – я называю клан, его представители проходят в здание.

– Кто идёт от нас? – поинтересовалась Айболитка, появление которой я как-то даже и не заметил. – Предлагаю себя.

– А я себя, – возмутился Гедрон.

– И я бы сходила, – присоединилась к беседе Сайрин. – Там, наверное, интересно будет!

Оба кланлидера в немом изумлении уставились на девушку, которая и глазом не повела от такого проявления внимания. Знай пританцовывала на месте и загадочно улыбалась.

Хорошо ещё Трень-Брень нету, а то и она бы заявила о своих правах. Кстати, что-то давно её не видно. Не случилось ли чего?

– Отдаю свой голос за Кролину, – сообщил всем я. – Даже не так – один сопровождающий – она. Второго определите сами.

– Ладно, пусть Гедрон идёт, – подумав, произнесла Айболитка. – Это будет правильно. Я из этих людей знаю процентов двадцать, а он, небось, со всеми знаком.

– С большей частью – да, – подтвердил Старый – Хотя есть пара новых лиц, не стану скрывать.

– Господин Хейген, пора, – ниоткуда, словно из-под земли, перед нами возник невысокий мужичок в одежде, на которой красовалась эмблема селгарского аукционного дома. Он кивнул мне головой, а после сделал приглашающий жест рукой. – Вам, а также вашим представителям нужно проследовать за мной.

– Удачки, – хлопнула меня по левому плечу Айболитка. – Всё будет наше, и рыло в крови!

– Добро, любовь, котятки! – поддержала её Сайрин и сплела пальцы в знак «сердечка».

То, что нас не трое, а четверо, я обнаружил уже внутри аукционного дома. Невесть как к нам присоединилась и Фрейя, она знай топала себе последней, на неё и внимания никто не обратил. Господи боже, ей-то что здесь нужно?

– Так вроде два представителя от клана могут участвовать? – растерянно спросил я у аукционного работника, ожидая того, что вот-вот нашу чудачку выставят за дверь.

– Речь шла о покупателях, – пояснил тот, ведя нас по длинному коридору – А вы продавец. Одним лицом больше, одним меньше – какая разница? Места всем хватит. Они всё равно в торгах ни в каком виде участвовать не будут.

– Вот Айболитка разозлится! – хихикнула Кро. – Тщеславием её бог не обидел, а тут мероприятие статусное, вся элита отметилась.

Что да, то да, народ в огромном, обычно забитом до предела, а сейчас практически пустом торговом зале собрался тот ещё. Только по экипировке каждого присутствующего было ясно, что здесь люди далеко не бедные стоят. Причём не только тут, но и там, в «реале».

– Все заявленные в списке кланы явились, – сообщил от входа Номер-какой-то и захлопнул двери, два дюжих охранника немедленно заложили их засовом. – Теперь последние формальности.

Он вышел в центр зала, поднял руки вверх так, как это делают маленькие дети, приветствуя Солнце, постоял так секунд тридцать, а после сообщил:

– Двое. Один в углу, под столом спрятался, второй под потолком на светильнике качается.

Как оказалось, речь шла о рогах, которые то ли из любопытства, то ли по заданию кланлидеров решили вот таким образом поприсутствовать на аукционе. Большая ошибка. Очень большая.

Убили их быстро и без особых вопросов, вот только этим, как мне думается, наказание не ограничится. Наверняка какие-то штрафы ребята словят.

Да ещё и вещи их Номер-какой-то на наших глазах испепелил.

– Игрок Хейген, – сказал он мне, закончив утилизацию предметов и указав на возвышение, где обычно стояли распорядители торгов. – Ваше место вон там. В каком-то смысле именно вы тот лот, за который станут бороться участники аукциона, потому должны быть на виду. Прошу пройти.

Фу-фу-фу. Вот это мне не нравится. Прямо как сцена из американского кино, когда холостяков продают незамужним гражданкам. Но – деваться некуда. Надо – значит надо.

– Итак, начнём, – Номер-какой-то взял в руку чёрный молоточек. – Если никто не против.

– Секунду, – остановил его паладин. – Если вы помните, у меня был вопрос, и вы обещали его выслушать. Даже не так. Как мне думается, нам надо прояснить один очень важный момент. Для всех нас важный. И для господина продавца в том числе.

Глава семнадцатая,

в которой звучат фанфары

– Если в ваших словах я усмотрю попытку давления на игрока Хейгена, то клан «Грани Смерти» будет изгнан с аукциона, а после подвергнут штрафу, – бесстрастно сообщил игроку человек в чёрном. – Говорите, у вас есть две минуты.

Паладин холодно улыбнулся и нехорошо глянул на меня.

– Он одним взглядом на меня давление оказывает, – и не подумал тушеваться я. – Не исключено, что я сейчас от страха дар речи потеряю и в обморок упаду. У, какой он жуткий! И глаза кровью налиты!

– Первое предупреждение, – произнёс Номер-какой-то.

– Кому? – спросило сразу несколько покупателей, с понятным интересом наблюдавших за происходящим.

– Обоим, – ответил представитель администрации. – Игрок Гелиос, вы можете задать свой вопрос.

– Гелиос, – не удержался я. – Круто!

Паладин снова ожёг меня взглядом, после приосанился и начал вещать.

– Я говорю не только от своего имени, но и от имени всех присутствующих, – он обвёл рукой зал. – Нам хотелось бы получить от администрации игры подтверждение того, что данный аукцион проводится честно. Дело в том, что незадолго до начала торгов продавец товара, а именно игрок Хейген, имел приватную беседу с лидером клана «Гончие Смерти», Седой Ведьмой, хорошо известной всем собравшимся в этом зале. Настолько известной, что теперь и у меня, и у ряда других потенциальных покупателей выставляемого товара возникают сомнения в добросовестности продавца.

– Красиво излагает, – одобрил речь Гедрон. – Нет, подтверждение – это понятно, законное право. Но, если не секрет, чем тебе так Ведьма не угодила? Помнится, она поддержала «Грани Смерти» в одной нехорошей заварушке, случившейся года три назад на Востоке. Если бы не «Гончие», хана бы вам настала, мальчики.

– Так желудок вчерашнего добра не помнит, – вместо Гелиоса ответил неизвестный мне маг в серой хламиде. – Оно всегда так и случается.

– Данная ситуация имела место быть, – не стал отрицать паладин. – Верно. Но кому, как не тебе, Старый, знать, на что она способна? Я собираюсь выиграть этот аукцион, а это дорогое удовольствие. И я хочу быть уверенным в том, что всё будет честно, что никаких фокусов не предвидится.

Ох, хороший мой. Если бы ты знал, за какую фигу в кармане вы сейчас будете сражаться, ты сбежал бы отсюда до начала торгов.

– Выиграешь ты его или нет – это вопрос, – степенно произнёс маг. – Но вот то, что Ведьма тебе случившееся при случае припомнит, – будь спокоен.

– Я готов ответить за каждое произнесённое мной слово, – напыжился паладин. – Всегда и везде.

– Ну-ну, – хмыкнул Гедрон, вызвав смешки в зале. – Если ты полагаешь, что «Гончие» уже не те, то тебя ждёт изрядный сюрприз. Это говорю тебе я, тот, кто по твоим же словам, хорошо знает Ведьму. Рано ты осмелел, приятель.

Паладин ничего ему не ответил, вместо этого он уставился на Номера-какого-то.

– Игрок Гелиос получает второе предупреждение, а также штраф, условия которого будут озвучены ему индивидуально, – лениво сообщил ему тот. – За оскорбление администрации игры. Вы всерьёз полагаете, что мы стали бы проводить аукцион на особых условиях, предварительно не проконтролировав чистоту сделки? Но тем не менее я подтверждаю, что игрок Хейген ни с кем в сговор не вступал и информацию, являющуюся товаром для аукциона, умышленно не разглашал. Вы довольны, игрок Гелиос?

– А как же? – хохотнул здоровяк-полуорк, показав всем крепкие белые клыки. – Огрёб по полной, да ещё дураком себя выставил! Чего ж ему в недовольных ходить?

– Игрок Ргых-олог, первое предупреждение, – дежурно заметил человек в чёрном. – Вопрос был адресован не вам.

– Молчу-молчу, – замахал лапищами полуорк. – Гелик, не тяни. Ты доволен?

– Полностью, – сжав зубы, ответил паладин, садясь на место. – Что вы за люди такие? Для вас же старался!

– А тебя об этом никто не просил, – синхронно ответили ему несколько человек.

– Может, начнём? – предложил маг. – Время идёт.

– Торги начинаются, – в руке Номера-какого-то невесть откуда появился чёрный молоток, и он бахнул им по чёрной же тарелке, после чего та издала противный звук. – Первым кланом, что внёс залоговую сумму, был «Меч и посох», потому – триста пятьдесят тысяч раз!

Молоток снова опустился на тарелку.

– Четыреста пятьдесят! – в один голос крикнуло человек пять.

– Первые – «Кровавые стрижи», – отметил аукционист. – Четыреста пятьдесят – раз!

Торги шли очень шустро, игроки пытались перекричать друг друга, а я вспоминал свои мысли о предполагаемой цене на информацию, что сейчас разыгрывают, и мне было смешно. Какие сотни тысяч? Они до миллиона быстрее чем за минуту добрались.

А ещё мне становилось не по себе. Ну да, я никого не кидаю, и то, что я продаю, – правда, но на деле эта информация не стоит ничего. Совершенно. Даже если покупатель попадёт на Дорогу между Дорог, его шансы найти там поляну крайне невелики. А уж отыскать в развалинах второй кирпич – и вовсе ничтожны.

Как бы мне после этого незадачливый покупатель козью морду не состроил. Повторюсь – так-то всё по-честному, что знал, то рассказал, да и на аукционе они сами настаивали, но всё равно стремновато. Кому приятно себя дураком ощутить? А тут именно так и получится.

– Сорок девять миллионов семьсот тысяч, – бухнул молоток. – Раз!

– Сорок девять восемьсот, – подумав, произнёс Гелиос.

– Сорок девять миллионов восемьсот тысяч – раз!

Народ безмолвствовал: запал, как видно, вышел.

– Поигрались – и ладно, – как-то дежурно-лениво произнёс маг. – Пятьдесят миллионов.

– Да блин! – топнул ногой паладин. – Так и знал!

– Пятьдесят пятьсот, – нахмурившись, выкрикнул Сайрус.

– Пятьдесят два.

– Пятьдесят три, – совсем помрачнел Сайрус.

– Пятьдесят пять, – парировал его выпад маг и осведомился. – Мы точно хотим чрезмерно обогатить вот этого молодого человека? Мне кажется, что ему и так уже достаточно перепадёт.

– Сайрус, мы верим в тебя! – немедленно среагировала Кролина. – Ещё немного поднажать – и лот твой!

– Давай-давай, – подбодрил его я. – Оно того стоит!

– Продавец получает второе предупреждение за создание искусственной активности торгов, – отметил Номер-какой-то. – Пятьдесят пять миллионов – раз!

Сайрус резко встал со своего места и направился к выходу.

– Дело сделано, – сказал кто-то. – Однако было весело.

– Пятьдесят пять миллионов – два.

– В последний раз на моей памяти подобные серьёзные цифры на торгах фигурировали тогда, когда продавали камни Эльмальди, – поделился со всеми статный эльф. – Но они ушли за двадцать семь миллионов.

– Камни Эльмальди – известный всему Файроллу артефакт, – заметил его сосед-гном. – А тут кот в мешке.

– Так и деньги игровые, а не настоящие, – возразил эльф.

– Но ты их ещё в игре заработай! У нас всех есть такая сумма, знаю, но вынь её просто так из клановой казны? А? А!

– Пятьдесят пять миллионов – три, – молоток впечатался в тарелку. – Торги завершены, победитель – клан «Воин Света».

Ага! Значит, этот маг и есть тот самый Мастер Стрекоз, о котором я столько сегодня слышал.

– Не удивлён, – грохнул отодвигаемым стулом Гелиос.

– Надеюсь, ты не заподозрил меня в сговоре с продавцом? – добродушно осведомился у него Мастер Стрекоз. – На всякий случай официально заявляю – я его сегодня увидел впервые в жизни.

– Разумеется, нет, – паладин был жутко раздосадован, но старался держать себя в руках.

– «Нет, не заподозрил», или же «нет, всё это часть мирового заговора?» – настырничал маг. – Ты пойми, Гелиос, я пекусь как о своей репутации, так и о репутации моего клана. Ты человек в игре известный, популярный, твоё мнение крайне авторитетно…

– Нет, не заподозрил, – пробубнил паладин, злобно сопя. – Всем пока, я ушёл.

Вслух никто не засмеялся, но по лицам окружающих всё было понятно.

– Победитель торгов, подойдите ко мне, – скомандовал чёрный человек. – Сейчас мы закончим формальности, и вы сможете получить ту информацию, за которую заплатили. Для ознакомления с ней администрация игры предоставит вам специальное помещение, полностью защищённое от любых способов прослушивания.

– За что я администрации игры крайне признателен, – без тени иронии сообщил Мастер Стрекоз. – Где подписать надо?

– Вот тут, и вот тут, – показал Номер-какой-то. – Очень хорошо.

Дзиинь! Сообщение пришло. Мне известно его содержание, можно даже не открывать.

Господи боже, что мне делать с суммой, которая свалилась на счёт клана? Лично я даже не представляю. Мне, как это ни странно, вообще деньги в последнее время в игре не сильно и нужны, разве только что на ремонт амуниции да на свитки перемещения.

Впрочем, чего об этом думать? Ведь есть Кролина, уж она-то точно найдёт, на что деньги потратить. И пусть её.

А кстати – где она? И Гедрона что-то не видать. Что, никто из родных и близких не собирается разделить со мной триумф?

– Рад знакомству, – подошёл ко мне маг. – Моё имя – Мастер Стрекоз, я глава клана «Воины света». Это – Аксель, мой заместитель.

Аксель был полной противоположностью скромно одетого мага. Дорогущие доспехи, на нагруднике которых драгоценными каменьями был инкрустирован замысловатый герб, меч, переливающийся всеми цветами радуги, – сама умеренность во плоти.

– Хейген, – протянул я руку Мастеру Стрекоз. – Взаимно!

– Прошу проследовать за мной, – попросил нас чёрный человек.

– В закрома, – подмигнул мне глава «Воинов света». – Пошли?

Более всего комната, расположенная на задворках аукционного дома, напоминала обычную переговорную. Четыре кресла, круглый стол, и никаких окон.

– Я жду за дверью, – сообщил нам Номер-какой-то. – Если понадоблюсь – позовите.

– Можно попросить вас остаться? – внезапно попросил Мастер Стрекоз – Если, разумеется, достопочтенный Хейген не против?

– Только за, – сразу же согласился я. – Сам о том же хотел просить.

Чёрный человек занял последнее пустующее кресло и уставился на центр стола.

– Не томите, – шутливо попросил Мастер Стрекоз. – У меня в клановом замке куча народу на низком старте замерла. Готова, если надо, пересеять весь песок в пустынях Востока.

– Песок просеивать не придётся, – обрадовал я его. – Это уж точно!

Весь мой рассказ уместился в пару минут, не больше. После того как я закончил, наступила тишина, которую нарушил Аксель.

– Мастер, у тебя нет ощущения, что нас только что поимели? – спросил он у своего кланлидера. – Дорога между Дорог? Да её никто никогда не видел! Рассказы ходят, и мы в своё время занимались этой темой довольно плотно, но подтверждения реальности данной локации так и не было получено.

– Можно вас попросить засвидетельствовать тот факт, что я рассказал истинную правду? – немедленно обратился я к Номеру-невесть-какому.

– Подтверждаю, – кивнул тот.

– Лично я и не сомневался в этом, – сообщил мне Мастер Стрекоз. – В противном случае ваш товар не попал бы на аукцион. Но я не понимаю, отчего мы услышали лишь часть информации, за которую было заплачено?

– Вы услышали всё, – твёрдо произнёс я. – От и до. Указание местонахождения локации, где мной был найден первокирпич, а также подробное описание пути к тому месту, где он был взят.

– Пройти через очень тёмный лес, а после через светлый луг к развалинам, что находятся неподалеку от большого дуба? – ухмыльнулся Аксель – Очень подробно!

– Как есть, – пожал плечами я. – Больше мне добавить нечего.

– Как верно заметил мой заместитель, Дорога между Дорог не то место, куда легко попасть, – мягко произнёс маг. – Потому мне кажется, что описание способа проникновения на неё входит в стоимость лота. Сказано кургузо, но вы меня поняли, я полагаю.

– Не согласен, – покачал головой я. – Одно с другим не связано.

– Поддерживаю, – присоединился к беседе представитель администрации. – Данная информация является отдельным товаром. В случае согласия обладателя данной тайны мы можем устроить ещё один аукцион.

– Не соглашусь – поморщился я – Мне одних торгов хватило за глаза. Да и тот не сильно нужен был, я во всё это вписался только потому, что просто иначе было нельзя. Не оставили бы меня в покое.

– То есть цифру называть смысла нет? – уточнил Мастер Стрекоз, не обращая внимания на недовольное лицо своего спутника.

– Нет, – покачал головой я. – И дело не в том, что мне деньги не нужны или я цену набиваю. Просто тот способ, которым я туда попал, сугубо индивидуален. Не получится его на поток поставить, вот в чём дело. Мало того – чтобы им воспользоваться, времени придётся убить очень и очень много, к тому времени половина Рагеллона будет храмами застроена. Эдакие божественные Черёмушки вырастут.

– Но попробовать-то стоило? – рассмеялся Мастер Стрекоз. – Аксель, успокойся. Я сразу тебе сказал, что на выходе мы получим нечто такое, что не уложится в обычный игровой алгоритм. Если бы речь шла про то, что этот артефакт добыть просто сложно, то топ-кланы кирпичи уже в штабеля бы складывали.

– Я с тобой согласен, но все же… – Аксель закусил губу – Пойди туда – не знаю куда. В самом прямом смысле.

– Значит, пойдём, и будем землю носом рыть, – в голосе кланлидера появились жёсткие нотки. – В том весь и смысл. Иначе зачем мы здесь, в игре? Зачем мы сюда приходим? Не за тем же, чтобы нам всё на блюдечке несли? Достичь невозможного – вот в чём моя цель. Мастер Хейген показал нам, что невозможное возможно, он этот путь прошёл, значит, и мы сможем.

– Я могу фиксировать окончательное закрытие сделки? – привычно-равнодушно уточнил чёрный человек.

– Да, стороны друг к другу вопросов не имеют, – Мастер Стрекоз глянул на меня, я кивнул.

– Сделка закрыта, – хлопнул в ладоши Номер-какой-то, взял со стола свой чемоданчик и вышел из комнаты.

– Повторюсь – рад знакомству, – маг тоже поднялся на ноги и протянул мне руку. – Приятно было иметь дело.

– Вы мне тоже пришлись по душе, – ответил я на рукопожатие. – Потому я, если вы не против, дам вам три совета. Назовём их бонусными.

– Не против? – удивился Мастер Стрекоз. – Напротив, буду рад их выслушать.

Сам не знаю, что на меня нашло. Может, мне просто понравился этот неглупый и держащийся с достоинством человек.

– Первое – ищите алхимическое заклинание, открывающее проход на Дорогу между Дорог, – начал я. – Оно есть, мне это доподлинно известно. Очень сложное и очень редкое, но – есть.

– А если подробнее? – подобрался Аксель.

– Что знал – уже сказал. Ищите и обрящете, – отрезал я. – Второй совет – не задерживайтесь на Дороге между Дорог более одного часа по игровому времени. Беда будет.

– Какая именно? – снова влез в разговор Аксель.

– Неминучая, – пояснил я.

– Ещё одно слово – и у меня появится новый заместитель, – спокойно сообщил соклану Мастер Стрекоз. – Прошу прощения за этого торопыгу. Каков третий совет?

– Не верьте тому, что там видите, – веско произнёс я. – В этом месте очень легко принять желаемое за действительное и спутать его с тем, что вам на самом деле нужно.

Я мог бы ещё много что им сказать, но во всём нужна мера. И так сделал больше, чем изначально задумывалось.

– Ещё один вопрос, – подался вперёд кланлидер «Воинов Света». – Если желаете – ответ на него будет щедро оплачен.

– Я получил денег больше, чем планировал, так что спрашивайте. Ничего не обещаю, но, как было сказано выше, попробовать стоит.

– Выход из этого места всегда находится там же, где и вход?

Умный товарищ. Очень умный.

– Нет, – подумав, всё же ответил я. – Чаще всего – нет. При этом выход есть, вопрос в том, чтобы успеть его найти до того момента, как время выйдет.

– Жалею, что не свёл с вами знакомство раньше, – Мастер Стрекоз снова тряхнул мою руку. – И в очередной раз преклоняюсь перед ловкостью Седой Ведьмы, которая, как всегда, первой оказалась на раздаче.

– Ну, подробности достались вам, а не ей.

– Зато она наверняка уже предложила вам вступить в её клан, причём на очень и очень вкусных условиях, – рассмеялся мой собеседник. – Ведь так? Зачем тратить золото, если всё можно получить бесплатно и целиком.

– Предложить – предложила, – признал я. – Только вряд ли моё согласие не то получит. Я, знаете ли, обидчив сверх меры. Когда-то я просил у неё поддержки, был готов встать под её знамена, но услышал отказ. Теперь с удовольствием ответил ей тем же.

– И на старуху бывает проруха, – философски заметил Мастер Стрекоз. – А ко мне не желаете присоединиться? У нас чудо как хорошо. Народ адекватный, материальная база достойная, планы запредельные, вроде мирового господства. Для особо ценных игроков и зарплаты предусмотрены. Не в местной валюте, разумеется.

– «Ну, попробовать стоило», – я передразнил его голос, и мы дружно расхохотались.

– И все-таки подумайте, – посоветовал мне маг. – Шутки шутками, а предложение остаётся в силе. Бессрочно.

* * *

Игрок Мастер Стрекоз хочет добавить вас в друзья.

Согласиться?

* * *

А почему нет?

– Один вопрос можно? – спросил я у мага, который уже подошёл к двери.

– Хоть два, – согласился он.

– Вы какому богу молитесь?

– Витару, – чуть помедлив, ответил Мастер Стрекоз. – Увы, но не всё и всегда решает воля лидера. Я лично стоял за Тиамат. Вы ведь именно её выбрали для служения?

– Её, – подтвердил я. – И в перспективе это хорошая кандидатура.

– Не сомневаюсь, – маг с неодобрением взглянул на Акселя. – Видишь, что умные люди говорят? А ты всё «Витар, Витар».

Баммммм!

Звон, казалось, наполнил всё помещение, при этом шарахнув меня по голове так, что в висках заломило.

– Сообщение пришло, – сказал Аксель. – Системное.

– Фига себе оповещения нынче стали! – потряс я головой. – Оно мне чуть все мозги через уши не выдавило!

– И неудивительно, – заметил Мастер Стрекоз. – Нет, мы ничего не слышали, а вам по штату было положено испытать подобные эмоции.

* * *

«Игроки, поторопитесь!

Первый храм, посвящённый божеству, достроен! Но до той поры, пока он не будет преподнесён ему в дар, у вас есть время!

Спешите! Первые всегда будут первыми, им никогда не стать вторыми!

Примечание. До той поры, пока храм не будет посвящён божеству, он является неприкосновенным. Его можно было разрушить на стадии строительства и можно будет предать разграблению и уничтожению после того, как он будет освящён (при условии, что боги захватчиков и боги защитников в этот момент находятся в конфронтации). Но в данный момент строение находится под защитой Демиургов!»

* * *

– Всё чудесатее и чудесатее, – заметил Мастер Стрекоз. – Демиурги. Давно я не слышал этого слова в Файролле, почитай, с той поры, как в последний раз побывал на Айх-Мараке. Там осколки памятника, им посвящённого, валяются. Ну да вы, наверное, в курсе, Хейген? Или нет?

Я ничего ему не ответил. Я читал личные сообщения, которые валом валились в почту.

* * *

«Срочно на луг! Кролина».

«Не трать времени! Собираем всех и ждём тебя! Гедрон Старый».

«Надо очень поспешить! Айболитка».

«Назови сумму, которую ты хочешь за то, чтобы храм так и остался неосвящённым. Сумму не в игровых деньгах. Сайрус».

«Время принятия решения. Седая Ведьма».

«Я знал, что мы не ошиблись. Раша».

* * *

– Вы сейчас храм богине отдавать в собственность отправитесь? – уточнил Мастер Стрекоз – Может, возьмете меня с собой? Ну, если это возможно. Интересно ведь. Нет, я могу и сам туда отправиться, но…

– Само собой, – кивнул я. – Почту за честь.

– Нас, – уточнил Аксель.

– Нет, меня, – с ехидцей возразил ему маг. – А ты отправишься в замок, совету клана докладывать о том, что мы узнали. Да и на кой тебе храм Тиамат? Ты же за Витара голосовал тогда! Вот и жди теперь, пока мы камень добудем и свой божий дом выстроим.

Положительно, мне этот товарищ нравится всё больше и больше. Он чем-то похож на меня, это следует признать.

– Свиток, – протянул мне пергамент Мастер Стрекоз. – Раз я напросился, так будет справедливо оплатить дорогу.

– Почему нет? – согласился я. – Пошли на улицу.

– Может, я всё же с вами? – жалобно спросил Аксель. – Нет, ну правда?!

Его лидер промолчал, и воин просиял, расценив тишину как согласие.

– Пять секунд, – попросил я спутников. – Надо кое-кому ответить.

– О том, что этот «кое-кто» пролетел, как фанера над Парижем? – лукаво прищурил левый глаз Мастер Стрекоз. – И правильно. Я всегда говорил, что раньше или позже чрезмерные хитрости обернутся против данной особы. Но имейте в виду, Хейген, – не стоит верить в то, что клан этого «кое-кого» так уж ослаб. «Кое-кто», между прочим, с детства занимается такой борьбой, как дзюдо, и даже брал призовые места в соревнованиях непрофессионалов. Вы помните главный принцип дзюдо?

– Нет – помедлив, ответил я. – Да и не знал его никогда.

– Поддаться, чтобы победить, – веско произнёс Мастер Стрекоз. – Подумайте об этом.

Интересно, а откуда он знает, что Седая Ведьма дзюдоистка? Или все топы на самом деле следят друг за другом в «реале»? Если да, то эту игру и вправду пора запрещать, потому что нормальными такие действия назвать на самом деле трудно.

Но за информацию спасибо.

* * *

«Я не успеваю обдумать твоё предложение, потому что, как верно было замечено, наступило время принятия решения. Информация о местонахождении камня уже продана, минуты уходят, а наш храм при этом уже построен. Я не могу медлить, не могу подвести наш Альянс. Извини!

Но мы всегда можем вернуться к обсуждению взаимовыгодных условий».

* * *

Всё, что мог. Сайрусу, между прочим, я и того меньше написал. Всего одно слово – «Извини».

На лугу снова было людно. Новости в игре разносятся быстро, наших собралось всего ничего, зато зевак – куча! И среди них уже шнырял Флоси, потрясая кучей разноцветных камушков на кожаных шнурках. Судя по всему, торговля у него шла отменно.

Кавардака в происходящее добавляла и Трень-Брень, носящаяся над толпой. Являясь официальным представителем Мирового Хаоса в игре, она делала всё, что ей положено по штату, – вертелась, плевалась, трещала крыльями и время от времени начинала что-то неразборчиво орать. То ли она призывала всех к порядку, то ли, наоборот, сообщала, что наступило время перемен и самое то идти строить баррикады, – поди пойми эту чумичку.

Зато Кролина и Айболитка в очередной раз показали всем, что даже с малыми силами можно добиться многого. Они уже успели организовать вокруг постройки кольцо оцепления из имеющихся в наличии сокланов и теперь сооружали второе, более широкое, активно используя гэльтов, которые пожаловали сюда во главе с Лоссарнахом.

– Брат мой! – заорал тот, едва завидев меня. – Я-то думал, что править страной – это скучно, а оказалось – ни капельки! Особенно если имеется такой родич, как ты! Кто эти люди и что им опять нужно? Их уже можно убивать?

– Это зрители, пусть их, – я обнялся с королём, что, несомненно, не было пропущено теми, кто за нами наблюдал. Ну и пусть все знают, что игрок Хейген, помимо всего прочего, в родстве с правящей фамилией Пограничья, теперь это не только можно, но и нужно обнародовать. Хотя, полагаю, те, кому подобная информация нужна, уже в курсе происходящего. – Сейчас храм будем богине посвящать. Надеюсь, ты по-прежнему ничего против этого не имеешь?

– Гэльты верят в родню, друзей, добрую сталь и славу предков, остальное им безразлично, – ответил король. – Ты мой родич, потому делай то, что считаешь нужным. Это твоё право.

– Золотые слова, – отметил Мастер Стрекоз, а после приложил руку к сердцу и поклонился Лоссорнаху. – Ваше величество?

– Родитель твой? – обрадовался король и обнял мага. – Вот радость-то! Теперь ты и мне как отец станешь, старец. Пуст тот дом, где не плачут младенцы и у огня не сидят мудрые отцы. В нём нет прошлого и нет будущего. Младенец у нас уже народился, а теперь и старейшина появился!

– Два младенца, – поправил я короля и ткнул пальцем в Трень-Брень, которая в данный момент кому-то показывала язык. – Ты вон про то чудо забыл. И это не мой отец, уж извини.

– Да? – искренне опечалился Лоссорнах. – Тогда прими мои извинения, старец. Увы, мой родитель давно покинул этот мир, и я обрадовался тому, что в лице отца моего брата я обрету… Хейген, это уже ни в какие ворота не лезет! Если ты не можешь поучить правилам приличия свою дочь, то это сделаю я! Хорошей лозы в нашем замке хватит на сотню таких, как она!

Фея в это время от показывания языка какому-то неизвестному нам товарищу, перешла к демонстрации более оскорбительных, но при этом и более интимных частей тела. Причём сорвала аплодисменты публики, замечу, знающей толк в зрелищах.

– Ну да, это перебор – согласился с ним я – И что плохо – не доорёшься до неё.

– Это ваша дочь? – удивлённо спросил Мастер Стрекоз. – В самом деле или…

– Долго объяснять, – ответил я. – Да и непросто это сделать. Ну ты посмотри на неё!

Фея, восхищенная всеобщим вниманием, начала изображать в воздухе нечто похожее на ирландские танцы. Получалось так себе, но народу нравилось.

– Надо было плату за билеты брать, – сообщила нам Кролина, закончившая формирование второго кольца оцепления. – Хоть какая-то польза от этой малахольной имелась бы. Или я уже про это говорила как-то раз? Мастер Стрекоз, моё почтение! Простите, что не поприветствовала вас ещё на аукционе.

– Мы знакомы? – уточнил лидер «Воинов Света».

– Нас представили друг другу года полтора назад, – подсказала ему Кро. – Наш общий знакомый Рейнеке Лис…

– Всё, вспомнил, – Мастер Стрекоз протянул девушке руку. – Вы тогда играли за «Шкуродёров»?

– Уже нет, но это неважно, – серебристо рассмеялась девушка. – Хейген, может, начнём? Вроде наши все здесь. Бойцы нет, но лидеры – да.

– А Глен? – повертел головой я.

– Тут он, тут, – заверила меня эльфийка. – С Рашей о чём-то судачит. О, Ведьма припёрлась, рукой машет.

И верно – лидер «Гончих» вовсю пытался привлечь моё внимание, причем по её лицу было понятно, что делать подобное она давно отвыкла.

– Позволю себе совет – лучше пустите её, – негромко произнес маг. – Дешевле выйдет. Церемонию она срывать не станет, такое никому с рук не сойдёт, но обиду затаит. А так лишний должок за ней образуется.

Это прозвучало разумно, потому через минуту Седая Ведьма присоединилась к нашей компании. И не одна. Как всегда, словно из-под земли за моей спиной появился Назир, а следом за ним возникли насупленный Гунтер и не менее хмурый брат Мих.

– На два слова, – потребовала Ведьма, цапнула было меня за локоть, но тут заметила моего нового приятеля и чуть изменилась в лице.

– Привет, подруга! – помахал рукой тот – Рад видеть тебя без петли на шее.

– Дурак, – буркнула лидерша «Гончих», но мой локоть при этом отпустила.

Забавно, но, по-моему, она этого спокойного человека в заплатанной хламиде здорово побаивается.

– Хейген, давай, давай, – подошёл к нам Гедрон. – Самое время. Только бы эту малахольную как-нибудь угомонить.

Мастер Стрекоз немного по-мальчишески улыбнулся, наставил на фею свой указательный палец, словно пистолет, и что-то шепнул. Блеснул камень в перстне, который на этот самый палец был нацеплен, и Трень-Брень застыла в воздухе так, как будто её заморозили. Причём в довольно забавной позе.

– У вас есть пять минут, – сообщил мне Мастер Стрекоз. – Думаю, хватит.

Интересно, а что мне надо делать? Речь, наверное, толкнуть какую-то.

– Алтарь только что установили, – шепнул мне Гедрон, толкнув меня в спину. – Иди уже!

Я подошёл к резным закрытым дверям, одним движением распахнул их и крикнул:

– Тиамат! Великая богиня всего сущего в этом мире! Мы, те, кто верит в тебя, кто приносит тебе свои чаяния и надежды, просим – войди в этот дом и будь в нем хозяйкой! С любовью к тебе были воздвигнуты эти стены, сотворённые из лучшего гранита, что есть в Раттермарке! Не оттолкни же этот дар! Яви свой лик тем, кто положил на алтарь, стоящий в храме, всё, что только у них есть!

Бред полнейший, но что пришло в голову, то и сказал.

Но – сработало.

Небеса, начавшие было предвечерне темнеть, осветились так, будто зажглись сотни прожекторов, в них закрутился огненный вихрь, который через несколько секунд сформировался в женскую фигуру, неспешно шагающую по невидимой лестнице вниз, к нам.

Вторично донельзя! Ладно остальные, они видели момент снисхождения только в записи, но я-то там был лично, потому испытал небольшой приступ дежавю.

Главное, чтобы опять в меня огненными шарами никто пуляться не начал.

В какой-то момент богиня оказалась в аккурат над крышей храма, застыла на секунду и снова превратилась в живой огонь, который стремительно скользнул вниз, прямо под свод.

Храм воссиял подобно солнцу, яркие стрелы света брызнули из окон.

– Я принимаю ваш дар! – громыхнул голос, идущий, казалось, отовсюду сразу, причём на его фоне пронзительно громко взвизгнули фанфары – Да пребудет с вами моя любовь, мои надежды и моя защита!

* * *

Вами выполнено задание «Хвала Тиамат!».

Награды:

50 000 опыта;

20 000 золотых;

амулет «Опора Тиамат».

* * *

Сплясать, что ли? Не каждый день удаётся цепочку заданий завершить, пусть даже и не самую длинную.

* * *

Вами завершена цепочка квестов «Во славу Тиамат».

Награды за прохождение:

200 000 опыта;

150 000 золотых;

легендарный предмет из личной коллекции оружия богини Тиамат;

пассивное умение, соответствующее классу игрока;

золотой мастерок (репутационный предмет);

титул «Божественный каменщик».

* * *

– Не думал, что смогу кому-то завидовать в этой игре, – философски заметил Мастер Стрекоз. – Ошибался.

– Сволочь ты, Хейген, – вздохнула Седая Ведьма.

– Вот теперь всё самое интересное и начнётся, – потерла руки Айболитка.

Если это, на её взгляд, было неинтересное, то что она имела в виду?

Глава восемнадцатая,

в которой герой наблюдает за происходящим и делает выводы

Вами получен уровень 92!

Доступных для распределения баллов: 35.

* * *

Совсем день задался. Ещё и уровень отхватил!

Небо полыхнуло радужным разноцветьем, заставив восторженно охнуть часть зрителей, а после погасло, давая присутствующим понять, что главная часть шоу закончена.

А я ведь лапоть, господа хорошие. Мне, как главному редактору «Вестника Файролла», следовало бы вспомнить о том, что это всё не только красивое действо, но и убойный материал для издания. В смысле – хоть десяток скринов сделать. Ясно, что потом всё равно можно будет из записи их нарезать, наверняка всё фиксировалось Костиком и Ко, но тем не менее. Полагаю, кроме меня, здесь из редакционных никого больше нет, поскольку всё случилось слишком внезапно.

* * *

«К сведению игроков!

Богиня Тиамат обрела свой дом на землях Раттермарка, и это событие нарушило равновесие в высших сферах!

Влияние Тиамат усилилось, после чего позиции трёх других божеств в значительной степени ослабли, и это продлится до той поры, пока им не будут воздвигнуты храмы. Разумеется, это скажется и на тех, кто отдал им свою верность и веру.

Почитатели же Тиамат будут щедро вознаграждены за усердие и преданность.

Важно!

Храм богини Тиамат неприкосновенен до той поры, пока все божества не обоснуются на землях Раттермарка! Любой, кто попытается нанести ему вред, будет подвергнут жесточайшему наказанию, вплоть до блокировки учётной записи.

Важно!

Все вновь присягнувшие на верность богине Тиамат получат стандартные награды. Специальные бонусы, приуроченные к вводу храма в эксплуатацию, предназначены только для тех, кто принял такое решение до обретения богиней нового дома.

Важно!

Не забывайте, что боги любят принимать подношения от тех, кто присягнул им на верность! Если же ваш дар придётся богине по душе, вы можете получить от неё награду. Имейте в виду – божественные награды уникальны и многообразны, среди них могут попасться даже элитные умения и уникальные задания. Пусть нечасто – но могут.

Примечание. Богине можно преподнести лишь один подарок раз в три дня.

Примечание. Данная опция работает только в том храме, который был построен самым первым и был лично освящён богиней.

И – главное!

Боги снизошли до игроков, но что они стоят без вас? Помните об этом! Как и о том, что последний всегда может стать первым, главное – верить в то, что это возможно!»

* * *

По сути, нам только что дали понять, что большая резня – это путь к счастливому будущему. Права Айболитка, самое интересное только начинается. Главное, чтобы закончилось это всё уже без меня.

* * *

«Боги разгневаны!

Витар и Месмерта уже знают о том, что их сестра обрела свой дом на земле Файролла, и это повергло их в бешенство!

Все бонусы, полученные игроками за то, что они присягнули им на верность, уменьшены вдвое до той поры, пока эти божества не обретут свои личные храмы!

Но следует помнить о том, что благодарность также знакома небожителям. Доставьте им радость – и статус божественных наград вернётся к прежним значениям. Как? Подумайте, и, возможно, вы найдёте верное решение».

* * *

А Лилит, выходит, не озлобилась. Какая всё же приличная богиня! Не злюка, не вредина и крови не жаждет. Правда, при таком отсутствии амбиций она всю дорогу на вторых ролях прозябать будет.

Ох, теперь и резня начнётся! Ясно, что решение в данном случае может быть только одно – убивай тех, кто присягнул Тиамат, и получай прощение у своего бога. Всё, кончилась мирная жизнь, по крайней мере у тех, кто встал на дорогу служения высшим силам. Игроки-одиночки, те, что, как и раньше, знай себе выполняют обычные квесты, могут спать спокойно, но вот все остальные…

Да вот, уже началось.

Где-то на левом фланге брякнули мечи и кто-то звероподобно рыкнул.

– Гэльты, к оружию! – рявкнул Лоссарнах. – Похоже, что гости нашей страны забыли, что они являются таковыми! Мы люди простые, мы особо непонятливым подобное всегда рады объяснить. И помните, я придерживаюсь старого обычая, который в последнее время был подзабыт – после боя золото, доспехи и оружие мёртвых врагов будут честно поделены между всеми, кто в нём принимал участие!

– Дело! – загалдели гэльты, с особой плотоядной симпатией глядя на игроков, стоящих не в наших шеренгах.

– Всякий, кто поднимет оружие на тех, кого мы считаем своими друзьями и братьями, станет нашим врагом, – громко продолжил король. – Навсегда! И каждый гэльт при встрече почтёт за радость взять его жизнь. Неважно где – здесь ли, среди наших полей и лесов, или в дальних краях! Подумайте об этом, чужеземцы, прежде чем положите свои ладони на рукояти мечей.

Почти сразу после этой речи среди игроков прошёл ропот и послышались команды вроде: «Не вздумайте» и «Не здесь и не сейчас».

Разумно. Иметь во врагах целый народ, пусть даже и не самый многочисленный, – это неприятно. Другое плохо – это не панацея. Не здесь и не сейчас? Значит, потом и в другом месте мало нам не покажется.

Жалко, нельзя открыть прямой проход на Дорогу между Дорог. Построили бы все желающие храмы своим богам, да и угомонились.

– Хейген, я официально сообщаю тебе, что клан «Воины Света» не будет чинить какие-либо неприятности последователям богини Тиамат, – негромко и даже равнодушно заявил Мастер Стрекоз. – Я не вижу в этом ни малейшего смысла.

– Чего это? – поинтересовался из толпы кто-то, услышавший эти слова.

– Боги сегодня поссорились, завтра помирились, – пояснил маг. – Пообнимались, в щёки поцеловались, и вот они снова друзья. А нашу вражду так просто потом не избыть, сами же знаете, как это бывает. Мало того, боги помирились и какое-то совместное действо затеяли, а у нас – война, все друг дружку не любят. И как тогда? Спешно перемирие заключать? А если к тому моменту количество взаимных накопившихся долгов превысит критическую массу?

– Я, в свою очередь, от имени «Гончих Смерти» сообщаю об аналогичном намерении, – заявила Седая Ведьма. – Более того – как лидер вышеупомянутого клана уведомляю всех, что в случае вооружённого столкновения мы встанем на сторону альянса… Ээээ… Хейген, вы как называетесь? В плане альянса?

– Мы? – я глянул на Кролину, та уставилась на Айболитку, которая немедленно пожала плечами и зыркнула на Гедрона. Последний долго думать не стал и ткнул пальцем в мою сторону. Круг замкнулся. – Нууу… «Дети холмов».

– Красиво, – одобрил Лоссарнах. – И звучно, и точно. У нас тут холмов много, для всех особо шустрых места под ними хватит. Я понятно говорю?

– Предельно, – жуя яблоко, заверил его Леннокс Рыжий. – Вон, от некоторых сразу приванивать начало. Западники да южане, чего с них взять?

– Мне тоже нравится, – влезла в разговор Сайрин. – Поэтично и возвышенно. «Дееееетиии холмооооов». Это почти поэзия. Это каватина!

Сверху донёсся сдавленный писк – это Трень-Брень безуспешно пыталась присоединиться к нашей беседе, каким-то образом сумев расслышать в стоящем гаме то, о чём шла речь. Но заклинание главы «Воинов Света», на наше счастье, пока действовало.

– Шустра, – иронично заметил Мастер Стрекоз. – Узнаю хватку.

– Так и ты время зря не теряешь, – в тон ему ответила Седая Ведьма. – Тоже здесь, тоже рядом, прямо в центре событий.

– Всё так, – кивнул маг. – С одной только разницей. Когда мне хочется перекусить, то я всегда сам добываю себе пищу, а не отправляю других таскать каштаны из огня. Прости за прямоту, но ты же знаешь, я всегда стараюсь говорить то, что думаю.

Гедрон немедленно расхохотался. Не скажу, что выглядело это сильно красиво, да и смех был натужный, но понять его можно.

– Каждый карабкается к вершине пирамиды так, как умеет, – даже глазом не повела Ведьма. – Хейген, что он тебе посулил? Если не секрет.

– Ничего, – отозвался я. – Ровным счётом. Он мой гость, и не более.

– Подруга, ты со своей страстью везде выискивать второе, третье и пятое дно скоро совсем свихнёшься, – участливо проговорил Мастер Стрекоз. – А может, и уже! Вон, глаз-то у тебя какой-то плохой стал. Блеск нездоровый появился!

– Ого! – громко воскликнул кто-то. – Фига се я амулетик прикупил! Он все характеристики на двадцать единиц прибавил, и ещё четыре отдельных параметра поднял!

– Где прикупил!

– У кого?

– Дурак, кто о таком орёт! Надо было тихо мне шепнуть!

– У меня тоже! И не четыре характеристики, а пять!

Божественное чувство юмора. Тиамат, похоже, благословила все липовые амулеты, проданные Флоси доверчивым дурачкам. И это вместо того чтобы покарать богохульника, наживающегося на добром имени богини!

– Флоси, ко мне, – рявкнул я. – Быстро!

– Э, патлатый, стой! – заорал кто-то. – Даю двадцать золотых за каждый амулет!

– Тридцать!

– Семьдесят!

– ЫЫЫЫЫ! – вытаращил глаза северянин, не зная, на кого смотреть.

В это время Слав, Снуфф и Амадзе, мигом сообразившие, откуда ветер дует, подхватили его под локотки и поволокли ко мне.

– Э, куда! – хором заорали двадцать глоток. – Не имеете права!

– Имеем, – гаркнула Айболитка, которой Кролина успела что-то шепнуть на ухо. – Он член клана, потому подчиняется его лидеру и общей дисциплине!

– Он НПС, – возразил кто-то.

– Одно другому не мешает, – поддержал приятельницу Раша. – А если есть какие-то претензии и возражения, то можно их адресовать вон тем славным парням в килтах!

Дискуссия завяла, не успев начаться.

– Амулеты, – скомандовал я Флоси, протянув руку. – Все!

Тот жалобно глянул на потенциальных покупателей и положил в мою ладонь десяток камушков на кожаных шнурках.

– Всё! – топнул ногой я.

Добавилось ещё три. По лицу туалетного я понял, что больше точно нет.

– Вернёмся в замок, ещё наделаешь, – велел я ему. – Ясно? С меня бочонок пива. Сегодня. Большой.

– Ну, так-то да! – повеселел северянин.

– Вряд ли воспоследует, – покачал головой Мастер Стрекоз. – Вероятнее всего, Тиамат зарядила своей силой только те предметы, которые имелись у этого странного мужичка при себе на тот момент. Разовая акция, так сказать. Ну или они получат минимальный набор статов, эдакий стартовый капитал. Впрочем, это лучше, чем ничего.

– Хейген, покупаю все амулеты, которые у тебя в руках, – заявила Седая Ведьма – Даю за каждый по пятьсот золотых.

Мастер Стрекоз после этих слов расхохотался как ребёнок, чем, как мне показалось, крайне смутил главу «Гончих». Так громко он смеялся, что даже заглушил недовольные выкрики тех, кто тоже хотел прикупить себе изделия, вышедшие из рук Флоси.

– Что я такого сказала? – в конце концов возмущённо вопросила та. – Что ты ржёшь, как лошадь?

– Просто ты не в курсе, – вытирая слезинки, ответил маг. – О! Красиво звучит: «Седая Ведьма, ты не в курсе». Правду говорят – твой клан уже не тот. Так вот. Ему твои пятьсот монет, пусть и умноженные на тринадцать, как мёртвому припарки нужны.

– Чего это? – поджав губы, осведомилась Ведьма.

Мастер Стрекоз что-то шепнул ей на ухо, женщина сначала недоверчиво глянула на него, потом на меня, а после несколько раз хлопнула в ладоши. Похоже, она только что узнала сумму нашей с магом сделки.

– Кро, изучи при случае, а после разберёмся, – протянул я замше двенадцать амулетов. – Мастер, можно вас попросить открыть обмен?

– Почему нет? – согласился тот. – И сразу скажу – приятный сюрприз. Ну, в игровом смысле мне этот предмет вряд ли пригодится, но как оригинальная диковинка и, самое главное, подарок от хорошего человека, с которым я был очень рад познакомиться, – весьма и весьма.

– Рад удружить, – я демонстративно не смотрел в сторону главы «Гончих». Ну да, старый друг лучше новых двух, но только если этот друг чаще всего поступает не как друг, а как недруг… Короче – не услышит Ведьма от меня «да». Даже с учётом того, что, скорее всего, маг прав, и её слабость не более чем обычное притворство. Это, кстати, вообще дополнительный аргумент к моему решению.

Просто я знаю, что она станет делать дальше. Она выждет время, полагаю, крайне непродолжительное, просто потому, что его у неё практически нет, а после всеми правдами и неправдами развалит наш альянс для того, чтобы перебить нас поодиночке и в результате стать той единственной, кто сможет напрямую обращаться к богине. В ход, думаю, пойдёт всё, от денег до угроз, и в большинстве случаев это сработает. Люди есть люди – алчность, страх и тщеславие пока никто не отменял.

Да и, ради правды, нам пока никто не нужен. Нам пока и так хорошо.

– Всё, любезнейшие, – захлопав в ладони, пронзительно заорала Кролина. – Шоу закончено! Расходимся!

– Правильно-правильно, – поддержал её Рыжий. – Всю траву вытоптали, овцам жрать будет нечего.

– И то, – согласился Мастер Стрекоз. – Пойдем мы. Загадка досточтимым Хейгеном задана, теперь надо её разгадывать.

Он по-дружески хлопнул меня по плечу, мотнул подбородком, приказывая своему спутнику следовать за ним, и шагнул в портал.

Что здорово, его примеру последовали и другие зрители недавнего божественного перформанса. Я, если честно, опасался, что пожелание Кролины останется безответным.

– Прости за банальную фразу, но я не могу её не произнести, – шепнула мне Седая Ведьма. – Наша беседа ещё не закончена.

– Мой дом всегда открыт для друзей, – спокойно ответил я. – Мы же с тобой не враги, уж это точно. Приходи, пообщаемся, эля попьём. Но не требуй от меня более того, что я могу сделать.

– «Могу» или «Хочу»? – уточнила женщина.

– По ситуации, – уклонился я от прямого ответа и тут же заорал: – Ребята, вы куда намылились? А ну стоп!

Десятка два решительно настроенных игроков твёрдой поступью следовали прямиком ко входу в храм.

– Шеркон, Русал, куда смотрим? – немедленно вызверилась Кролина. – Вахмурка, я тебя вроде просила поставить охрану ко входу!

– Имеем право, – заявил один из игроков. – Мы финансово участвовали в строительстве, так что…

– Ну и? – возразил им я, подходя поближе. – Церетели тоже много памятников в Москве понаставил, но он не может претендовать на то, чтобы именно его считали самым главным архитектором. Этот храм стоит на земле, которую нам любезно предоставил владыка здешних мест, именно мы достали первокирпич, а потому только нам решать вопросы, связанные с посещением данной святыни. Да, мы с вас не будем брать платы за вход, это само собой разумеется. И ещё какие-нибудь льготы будут, но – с нашего ведома.

У входа в храм тем временем заняли свои места лучшие бойцы моего клана, впереди стоял Вахмурка, грозно выставив бороду вперёд.

– Вообще-то это не очень честно, – примирительно заметила девушка-магесса в красивом шелковом плаще. – Богиня – она одна для всех. Мы братья и сёстры в вере, нам теперь всем вместе держаться. Сам же слышал – вот-вот конфессиональные стычки начнутся. Если поодиночке воевать станем, то добра не жди.

– Так я и не против, сестра, – растянул рот в улыбке я. – Но и ты нас пойми. Там, в храме, последними были вон те дрыхнущие клоуны. Не туда смотришь, это Флоси, он всегда спит там, где его лень-матушка на пару с похмельем застанут. Да и не спит он, а пива ждёт, просто лежа ему удобнее это делать. Я про гоблинов-строителей речь веду. Больше туда никто на совался до самого благословения. И неизвестно, какие бонусы достанутся тому, кто войдёт первым. Мы строили, мы добивались, мы дважды чуть не огребли, а вы пенки снимете? Это, по-вашему, честно?

– Справедливо, – согласился высокий полуэльф, который, похоже, был у них главным. – Но в храм нам сегодня попасть надо. Подношения сделать. Сам же читал небось – раз в три дня есть такая возможность, лишние сутки терять неохота. Так что рубите свои бонусы и открывайте доступ в здание.

Придётся. И дело не в том, что меня волнуют их проблемы, просто Тиамат вряд ли одобрит, если я перекрою доступ верующим к её алтарю. Да и девица эта права, нам собачиться не резон. Может, ещё плечом к плечу воевать придётся.

– Слушайте, а нам ведь какой-то жрец нужен, – сказала вдруг Кролина. – Или шаман. Служитель культа, короче.

Как-то так получилось, что у дверей собрались все лидеры альянса. И ещё освободившаяся от чар Трень-Брень парила сверху, непривычно тихая и молчаливая.

– Не факт, – почесав затылок, возразил ей я. – У меня квеста на данную вакансию не имеется, то есть она и не нужна. Если только его выдадут, когда внутрь зайдём.

– Флакки! – звонко крикнула вдруг фея. – Вон туда пуляй!

Лучница послушно вскинула своё оружие, и стрела вонзилась в пустоту. Если точнее – в «тихушника», который в тот же момент вышел из сумрака.

– Там ещё один, – фея ткнула пальцем мне за спину. – И вон там. Ай!

Это в неё ударил камень, несомненно, выпущенный из пращи.

– Кто? – зло заорал я. – Покажи!

– Вот этот, – мстительно пискнула фея, и сноп искр, который высыпался из лезвия её кинжала, чётко обозначил нам фигуру игрока.

– Мою дочь! – взревел я. – Ты? Лоссорнах, вот и пускай в наше королевство таких скотов, а!

Ну не хочу я ник подкрашивать. А убить эту скотину – желаю! Фея редкая заноза, но это наша заноза, и кроме нас, её никто пинать не смеет!

Не успел рога из неизвестного мне клана «Катящиеся каменюки» смыться, гэльты были быстры и безжалостны. Уничтожали они его с удовольствием и страшновато, распяв на мечах.

Зато разбежались остальные зеваки, которых впечатлила жестокая расправа над игроком. Мало кто из них понял причину произошедшего, чем и воспользовался предприимчивый Раша. Он немедленно сообщил присутствующим, что гэльты очень и очень не любят, когда гости задерживаются на их землях больше нужного. Уж не знаю, поверили ему зеваки или нет, но скоро на лугу стало куда просторнее.

– Все смылись, – сообщила нам довольная произошедшим фея. – Один даже по реке вниз по течению поплыл.

– Давайте уже, – поторопил нас воин с лицом, покрытым татуировками. – Что ж вы такие медлительные?

– Интересно же, – поддержала его магичка в плаще под одобрительный гвалт единоверцев. – Глянуть хочется, что за подарок выдают! И вообще!

– Да и по дальнейшей стратегии выживания не худо бы поговорить, – подытожил эльф. – Фесса правильно говорит, нам надо вместе держаться. А то ведь перебьют поодиночке. У вас тут оплот веры, потому отсюда и плясать будем.

Я поймал взгляд, которым обменялись Кролина и Айболитка, и чётко осознал, что теперь ключевые решения будут принимать именно они. Не я, и даже не Гедрон, который, похоже, всё же оправдал свое прозвище. Он и в самом деле устарел для нынешних религиозных войн.

И пусть их. Я только «за».

Но вот в храм именно я вошёл первый. Это моё священное, во всех смыслах, право.

Зашёл – и очень удивился. Мне не дали вообще ничего. Ни титула, ни квеста, ни даже деяния. Монетки медной – и той не отсыпали. Единственное, что произошло, это активация амулета. Того, что я за квест получил, «Опора Тиамат».

Ради правды, по характеристикам амулет был так себе. Насколько я понял, поделки Флоси были куда более привлекательны в этом плане. Единственный плюс, который в нём был, это возможность закрепить над собой тот самый титул, который являлся названием данного предмета. Да и то плюс этот весьма относительный. В свете последних событий это не украшение получается, а мишень.

– О, а я теперь «Воин Тиамат», – сообщила всем Кролина, вошедшая следом за мной. – Амулет заработал.

– А я – «Маг Тиамат», – оповестила нас Трень-Брень. – Почему маг? Я же фея!

– Фея, – дружелюбно согласилась Айболитка. – Но по сути своей ты маг. Тут, похоже, градация идёт не по расам и специализациями, а по принадлежности. Хейген, а ты кто?

– «Опора», – не стал скрывать я. – Выпендрился, в общем. Ладно, похоже, народ и в самом деле можно запускать, пускай несут дары на алтарь. Ну, а потом берите их в оборот.

– А ты, как всегда, смоешься по своим делам? – с язвительной улыбочкой осведомилась Кро.

– Моё присутствие тебе так сильно нужно? – чуть устало поинтересовался у неё я. – В данном разрезе?

– Нет, – призналась девушка. – Стратег из тебя так себе.

– Ну вот, – я зевнул. – К тому же завтра у меня ещё одно дело с утра намечено, муторное, но для нас очень полезное.

– Даже не спрашивай, – предупредила моя замша любопытного Рашу, который нацелился закидать меня вопросами. – Правду он всё равно не скажет, но такого наплетёт, что уши завянут.

– И это правильно, – ещё раз зевнул я. – Всё, пойду. Короля надо в замок отправить и ещё кое-что сделать. А вы тогда с народом всё порешайте, хорошо? Доступ в храм, контакты и так далее.

«Кое-что» – это поговорить с невесёлой парочкой, которую являли собой брат Мих и Гунтер.

Увы и ах, они уже куда-то смылись, Флоси же, и впрямь задремавший на травке, ничего путного про их исчезновение рассказать не смог. Да и вообще его куда сильнее волновало мое обещание, касающееся бочонка пива.

Но этот длинный, длинный день закончился для меня не в замке моего друга короля и не на длинном мосту в Леебе, где завтра утром я должен встретиться с братом Юром и прочими охотниками на ведьм.

Нет, я его завершил в гостинице, в городе Флатридже.

С лёгким душевным трепетом один за другим я доставал из сундука предметы, добытые мной в разное время и в разных приключениях. Серьёзно, прямо с трепетом. Наверное, потому что за каждой вещью из сета, именуемого «Рыцарский набор», стояла длинная и непростая история.

Перчатки сэра Ариана. Первый предмет из сета, который я добыл. Он мне перепал от Огины Восточной.

Кираса Мольтона. Это уже Север, на котором мне пришлось настолько жарко. Там же я добыл и шлем Уилфреда.

Пояс Чёрной Розы. Подарок Фредегара, несомненно, согласованный с Седой Ведьмой, которая тогда была ещё не настолько издёрганной жизнью.

А вот наплечники сэра Найджела я так и не обрёл. Жалко. Был бы у меня полный комплект, было бы куда круче. Опять же дополнительные бонусы в виде умений и всего такого прочего.

Но что есть, то и есть. И так хорошо! Практически сбыча мечт. Даже несмотря на то, что по некоторым показателям тот же пояс немного уступал своему предшественнику, отправленному мной в сундук. Нет, разумеется, сейчас его масштабирующиеся значения отличались от наивных «+38 к силе», увиденным мной тогда, когда я его впервые взял в руки, но всё равно до идеала было далековато.

Но мечта – она на то и мечта. Зря, что ли, я столько этого ждал? И мечом, который некогда стал первым серьёзным предметом, полученным в игре, я хоть пару раз, да махну. Из принципа.

Один за другим сетовые предметы занимали свои места на моём теле, при этом каждый из них вспыхивал солнечно-ярким светом.

– Воспоследовало, – сообщил я, подходя к зеркалу, вделанному в стену номера. – Вот оно, счастье.

Ради правды, выглядело это счастье довольно нелепо. Какого-либо цветового и стилистического единства в данном сете отчего-то не имелось, потому в мой и без того хаотичный костюм добавились новые нотки. Как по мне, более всего я напоминал сейчас бомжа, который надевает не те вещи, что сочетаются друг с другом, а те, что на близлежащей помойке найдёт.

Куда смотрели дизайнеры-игроделы? Вылезу из капсулы, не поленюсь – узнаю. Вон, хоть бы даже пойду Олесю Верейскую напрягу, чтобы она кое-кому фитиля вкрутила. Во-первых, это отчасти дело по её профилю, это лицо игры. Во-вторых, у неё шило в одном месте, она ретивость во всём пока проявляет, на предмет самоутверждения. И, наконец, в-третьих, мы с ней в прошлый раз настолько хорошо провели время, что я не прочь это все повторить. Бродят в голове такие мыслишки, что скрывать?

Да, вот такая я сволочь.

Повертевшись у зеркала, я перешёл к разбору наград, полученных за завершение цепочки квестов, связанных со строительством храма. Первым делом отправил в сундук золотой мастерок, который оказался просто очередным предметом, из числа тех, которые игроки-коллекционеры с гордостью демонстрируют собратьям по увлечению, сообщая:

– Ни одной характеристики, но – уникум!

У меня дома своего нет, а потому нет и специальной залы для выставления сих артефактов, а, значит, валяться мастерку на дне сундука, в компании с аналогичным хламом, которого скопилось уже очень немало.

Кроме шуток – до чего бесполезная вещь, а? Ведь её даже не продашь, она именная.

Следом за этим я перешёл к новому умению, которое меня кое-как примирило с бесполезностью предыдущего предмета.

* * *

Вы изучили пассивное умение «Презревший боль» первого уровня.

В том случае, если в бою против вас будут применены магические заклинания, направленные на причинение физического ущерба, имеется вероятность того, что 50 % нанесённого вам урона будут трансформированы в жизненную силу.

Вероятность данного действия – 20 %.

* * *

Написано, конечно, мудрёно, но со второго раза я понял, о чём речь. Если меня шваркнут магией, то с вероятностью до двадцати процентов мои убытки обернутся прибылью.

Хорошее умение. И, что важно, – пассивное. То есть прогрессировать станет независимо от того, использую я его или нет.

Ну и на сладкое я глянул на предмет, тот, что из личной коллекции Тиамат.

* * *

Копьё бесстрашной эльфийки.

Это одноручное копьё некогда принадлежало принцессе, которая предпочла жизнь воина и наёмника балам в родном для неё дворце. Её не манили шум битв и кровь врагов на руках, она пошла за тем, кого любила, несмотря на то, что её избранник изначально видел в ней только сестру.

Пройдя через десятки сражений, испытав горечь поражений и сладость побед, она смогла доказать предмету своих мечтаний то, что её любви хватит на двоих.

Урон 1047–1248 единиц;

+462 к силе;

+388 к выносливости;

+248 к мудрости;

+97 % к урону холодом;

+57 % к защите от огня;

+33 % к маскировке;

+12 % к шансу на лояльное отношение к вам представителей животного мира в тех лесах, которыми правят эльфы.

Данный предмет невозможно украсть, потерять или сломать.

Ограничения к классовому использованию предмета – воины.

Прочность 1400 из 1400.

Минимальный уровень для использования – 100.

* * *

Хорошее копьё. Ну да, я ничем подобным никогда не орудовал, но… Правда, славное оружие. И статы отменные. Особенно последний, за всё время я с таким впервые сталкиваюсь. Типа – эксклюзив.

Ещё я наконец-то разбросал баллы характеристик, ввалив половину в силу, а вторую – в выносливость и следом за этим дав себе самому твёрдое слово при первом же случае добраться до мастера умений. По всему должно выйти, что он меня непременно в очередной раз должен поставить перед выбором хорошего и очень хорошего, причём «очень хорошее» на самом деле должно оказаться таковым. Я же даже не помню, когда в последний раз навещал этих игровых благодетелей, потому резерв их доброты по отношению ко мне наверняка будет очень, очень велик. Бонусов-то накопилось дофига.

Крайне довольный собой, я нажал «логаут» и вышел из игры.

– Это меня не волнует, – услышал я голос Вики, как только покинул игровую реальность. – Как не волнует? Совершенно! Моё дело свести номер так, чтобы читатели остались довольны. Ваше – достать материалы, которые я стану сводить. Нет, корона у меня на ушах не виснет. И что это вообще за тон такой? Солнышко село, рабочий день кончился, и неграм больше нечего делать на плантациях, потому что ничего не видно? А он у журналистов ненормированный, если вы не в курсе. Наша профессия – новости, а им плевать, какое время суток на дворе. И это не аргумент! Вы и трезвая пишете не лучше, чем пьяненькая!

Интересно, это она с кем? Хотя по ряду реплик я догадываюсь, кто её оппонент.

– Пьяненькая она, – проворчала Вика, входя в комнату и бросая телефон на столик. – О, ты наконец-то вылез на белый свет.

– Тёмный, – потыкал я пальцем в сторону окна. – Вечер на дворе. С кем собачилась и по какому поводу?

– С Шелестовой, – услышал я предсказуемый ответ. – Что до повода… Ты же только-только из игры. Неужели ты не в курсе, что там произошло?

– Там всё время что-то происходит, – разминая поясницу, я легонько пнул капсулу ногой. – Это Файролл. Ты сейчас о чём конкретно речь ведёшь?

– Первая богиня обрела свой храм! – чуть выпучив глаза, сообщила мне Вика. – На форумах гвалт такой стоит, что монитор дымится. Да что там – мне моя сестрица позвонила, требовала деталей произошедшего, напирая на то, что мы с ней в родстве. Она этим трюком со школы не пользовалась, прикинь! Вот надо ей знать, где именно эти… Как их… «Линдс-Лохены» камень для основания храма добыли. Можно подумать, я в курсе, кто это такие.

– А, ты об этом. Ну да, были какие-то сообщения, – лениво отозвался я. – Событие, конечно, но не планетарного масштаба. Но Шелестова-то тут при чём?

– Так-то ни при чём, – хихикнула Вика. – Но имею я право на маленькое удовольствие? Это её работа – сенсации освещать, так что пусть побегает.

Что-то я сомневаюсь, что Ленка после её звонка впала в панику и устремилась в игру. Не тот это человек. Соловьёва – та да, так и поступила бы, но не Шелестова.

Надеюсь, что Вика не догадается, насколько она смешно выглядит в данной ситуации. Ни к чему это.

– Планетарного, не планетарного, но – событие, – продолжала моя сожительница, берясь за массажную щётку и поднося её к волосам – Номер послезавтра, надо делать репортаж в рубрику «Срочно в номер». Значит, нужны фотоматериалы. Пусть ищет.

– Не вариант, – я открыл шкаф и достал джинсы. – Это наверняка будут левые скрины, снятые криво и косо. Надо наших трясти и нарезать их из съёмки. Но ты права, время терять не стоит, потому пойду, сам всё добуду.

Там на каждом втором скрине я, любимый, обнаружусь. Вот оно мне надо? Нет, тут надо лично всё проконтролировать, чтобы в номер отправились только те кадры, где есть храм, есть толпа и нет меня.

– На ночь глядя?

– Как ты там сказала? Новостям плевать на время суток. Очень верная дефиниция. Вот всё-таки какая ты у меня умная! Люблю тебя за это!

Глава девятнадцатая,

в которой герой только под конец выйдет на первый план

– Выслала, – произнесла Олеся, положила свой лопатообразный смартфон на прикроватную тумбочку и обвила своими руками мою шею.

– Отлично, – я затянулся сигаретой. – Спасибо тебе, добрая девочка. И пусть Господь отблагодарит тебя за твою сердечность и отзывчивость.

– Вы, журналисты, всё же немного ушибленные на всю голову люди, – прощебетала девушка и легонько нажала своим указательным пальчиком на кончик моего носа. – Ни слова в простоте не скажете.

Она ловко вынула сигарету из моих пальцев, затянулась, а потом вернула её на прежнее место.

– Что твоя овца? – вдруг спросила она у меня. – Все так же считает, что «Радеон» твёрдо стоит на ногах только потому, что «Вестник Файролла» по-прежнему регулярно выходит в свет?

– Откуда столько агрессии? – не без осуждения произнес я. – Вика – чудный, милый, добрый человечек. Да, с небольшими комплексами, да, перфекционистка, но кто из нас идеален?

– Я, – без тени сомнения ответила Верейская. – Назови хоть один мой недостаток.

– Разве что скромность, – выпустил дым я. – Других не вижу.

– Да, пожалуй, – согласилась она. – В остальном я безукоризненна. А всё почему?

– Почему?

– Нацеленность на успех, – сдвинув брови-чёрточки, преувеличенно-серьёзно ответила Олеся и рассмеялась. – В соответствии с семинарами, которые учат, как из никого стать кем-то.

– Не пугай меня, Верейская, – попросил я любовницу. – Если ты в самом деле ходила к тем демонам, которые доверчивым дурачкам показывают графики, позволяющие бомжу стать миллиардером, то я, пожалуй, лучше оденусь и домой пойду.

– Не скажи, – девушка перевернулась на спину и примостила свою прелестную головку на моё не сильно-то широкое плечо. – Если рассматривать эти мероприятия как стенд-ап, то там очень мило. Ладно, это всё мелочи, меня другое интересует. Как думаешь, сколько осталось времени до большой битвы?

– Какой такой битвы? – преувеличенно-серьёзно осведомился я.

Вот что они все к этой битве привязались? Покою она им не даёт.

– Самой-самой, – девушка изобразила некий жест, который, по её мнению, характеризовал предполагаемое сражение как глобальное и всеобъемлющее.

В принципе я был и с ней, и со Странником полностью согласен: без такой забавы не обойтись. Как по законам драматургии, так и по коммерческим раскладам. Это тема, которую потом можно долго муссировать не только в «Вестнике Файролла», но и на федеральном уровне. Более того – сравнительно недавно я с кем-то об этом уже говорил.

Но это не значит, что с Олесей стоит откровенно делиться своими мыслями на данную тему. Секс в наше время не повод даже для знакомства, что уж говорить о чём-то большем?

– Фиг знает, – потянулся я. – Грянет, куда она денется. Мимо нас такая забава точно не пройдёт.

– Слышал о вчерашнем инциденте на Крисне? – осведомилась у меня Верейская. – Тёмный Властелин опять две сотни отборных мертвяков на Западные земли отправил. Ох, они и дали там жизни, если можно так о немёртвых сказать. И НПС, и игрокам. Локации там низкоуровневые большей частью, потому игроков зомбаки девяностого левела в капусту рубили. А тех НПС, которые защищали небольшие городки раньше, на Западе почти не осталось. В общем – тихий ужас. Понятно, администрация выслала пару отрядов кавалерии, назовем это так, те покойников с землей смешали, но всё равно претензионный отдел жалобами завален.

– А отбывшие НПС – это рыцари Ордена Плачущей Богини? – уточнил я.

– Ну да, в основном они, – Верейская снова взяла у меня сигарету, затянулась, а после затушила её в пепельнице. – Явно какой-то сценарий реализуется, почти все их резиденции пустые стоят. Разве что в столицах кто-то ещё остался, но это не в счёт.

Интересно, интересно. Я догадываюсь, что именно это за сценарий, но не собирается же брат Юр всем Орденом ведьму ловить?

– Как думаешь, а после битвы что будет? – снова вернулась к скользкой теме Олеся.

– В смысле – есть ли жизнь после игровой смерти? – уточнил я – Не знаю. Может, игровое комьюнити получит новый прекрасный мир, на зелёных лугах которого новые боги, пришедшие из Великого Ничто, будут играть в мяч. А, может, боги снова навсегда уйдут, оставив после себя кучу всякого артефактно-квестового хлама, которого народу надолго хватит для забав. Без понятия. Ты лучше сценарную группу помучай, они-то точно в курсе.

– Тиранила, – вздохнула Верейская. – Молчат. Мне иногда даже кажется, что они сами не знают, что будет потом. Абсурд, разумеется, но я своим ощущениям верю.

Должен признать, девочка, чуйка у тебя как у Мухтара. Так оно и есть на самом деле.

А ещё мне отчего-то захотелось взглянуть на эту самую большую битву. Если Олеська права и до неё дойдет дело, то там схлестнутся все, кто можно, – боги, кланы, Странник со своими ратями, и все мало-мальски серьёзные неигровые фракции, вроде остатков Инквизиции и того же Ордена.

И всё будет зависеть от того, на чьей стороне будет больше игрового народа.

А на чьей стороне встану я, если до этого дойдёт? По идее, это должна быть армия Тиамат, я же вроде ей служу? И не только я, но и все те, кого я считаю «своими», включая даже двуличную летунью Регину Рем Тригге.

Ну а если те же воины Ордена предпочтут кого-то другого? Что, если Плачущая Богиня за годы сна сменила политическую ориентацию и больше не любит маму? Может, ей мускулистый и брутальный Витар больше по душе? И что тогда? Мне придётся драться против Гунтера, брата Миха, брата Юра?

Я себе подобное представить даже не могу, при всей своей циничности. Я с ними почти сроднился.

И самое поганое, что, вероятнее всего, мне придётся выходить на это поле битвы. Моя цель – Тёмный Властелин. И большое сражение – самый простой и верный способ его прикончить. Ну да, ему я говорил другое, но…

Как же от всей этой арифметики на душе тошно становится.

А завтра новый длинный день, который снова придётся провести в игре. По-хорошему – мне бы в редакцию поехать, с народом лясы поточить для души, передовицу про храм Тиамат написать да номер свести перед печатью, как-никак среда на дворе. Но я вместо этого отправлюсь в Леебе, на встречу с братом Юром и теми рыцарями, которые выступят в роли загонщиков и егерей в охоте на вёрткую и пакостную старушку Гедран.

Так и вышло – в девять утра я стоял на мосту, ведущему к цитадели Ордена, и глазел на рыцарский отряд, выходящий из его ворот. Не самый маленький, между прочим, десятка два с половиной бойцов, причем не из худших, по доспехам видно.

Это даже немного подняло мне настроение, которое было так себе. Вика с утра ворчала как унитаз в ночи, возмущаясь тем, что я совсем забросил и редакцию, и её самоё. Мол, раньше хоть вечера вместе проводили, а теперь и этого не жди.

Мне очень хотелось сказать – да, не жди, но – сдержался. Надо быть выше этого. Мало ли, чего она скандалить ни свет, ни заря начала? Может – голова болит, может – другие какие дамские неприятности. Бывает. Ну, и некое подобие уколов совести я испытывал. Пусть и точечных, но всё же!

– Р-рад, что ты п-пунктуален, – похвалил меня казначей, подойдя поближе. – Н-ну, готов к свершениям и п-подвигам?

– Нет, – зевнул я. – Никогда ничем таким заниматься не любил. Всё от безысходности, всё от неё, подлюки.

– Н-да, – брат Юр забавно почесал себя за ухом. – В-вот ведь какой нам главный г-герой достался, л-лентяй и ц-циник. И н-не поделаешь уже ничего, на п-переправе лошадей не меняют. П-придётся смириться. Кайзерплатц, открывай портал, с-солнце уже высоко, а д-день короток. В-вам после в-выполнения поставленной задачи в-вино лакать и друг друга нах-хваливать, а мне ещё б-баланс до полуночи сводить. Отчётный п-период на н-носу.

– Я не главный герой, я сопровождающее лицо, – мне показалось важным уточнить данный момент. – Сразу предупреждаю – трёх встреч с этой противной старушкой моей особе за глаза хватило. До сих пор поражаюсь, как жив остался.

– Не беспокойтесь, лэрд, ваша безопасность – наша забота, – пробасил высоченный рыцарь, стоящий рядом с нами и приятно напомнивший мне то ли Нокса из клана «Гончие смерти», то ли танк времён Первой Мировой войны. Самоходная гора железа, по-другому его не назовёшь.

Назир, по своему обыкновению находящийся за моим правым плечом, позволил себе небольшой смешок, что по его меркам было равнозначно громкому и заливистому хохоту.

Кстати – вот уважаю я его равнодушный профессионализм. Все, кроме меня, ему не рады. Помимо рыцарей в нашу компанию затесался десяток счетоводов и бухгалтеров в чёрных рясах, так вот все они, за исключением, может, только брата Миха, смотрели на ассасина, мягко говоря, без любви. Да и отважные воины Ордена кидали на обитателя замка Атарин не слишком приязненные взгляды. Впрочем, забыл про Гунтера. Он держал нейтралитет, поскольку с Назиром плечом к плечу в бою стоял.

А самому ассасину всё происходящее по фигу. От слова «совсем». Мне бы такую выдержку!

– Кайзерплатц! – снова, но уже чуть громче повторил брат Юр. – Н-ну, в чём дело?

– Одну минуту, – рыцарь в золочёных латах стягивал с руки кольчужную перчатку. – Сейчас!

– Лэрд Хейген, – обратился ко мне юный воин, в руке которого имелся длинный шест с развевающимся на нём флагом с эмблемой Ордена. – А леди Трень не с вами? Вы решили не брать её с собой?

Брат Мих немедленно сплюнул три раза через левое плечо, Гунтер, вздрогнув всем телом, со страхом обвёл небеса взглядом, и даже Назир проявил наконец-то хоть какие-то эмоции, сдвинув брови «домиком».

– Юноша, не искушайте судьбу, – посоветовал я знаменосцу – Нас ждёт и без того довольно опасное приключение, так давайте не уменьшать наши шансы выжить.

– Н-не согласен, – подал голос брат Юр. – В-возможно, тут минус на м-минус и дал бы плюс. Т-твоя дочь, мой друг, являет собой х-хаос в его первоначальном в-виде. При столкновении данного первородного х-хаоса и изначального з-зла может в-возникнуть д-довольно интересный эффект.

– Ага, – хмыкнул я. – Мир напополам треснет, и нам всем придёт капец. Нет уж, игры со свёртыванием пространства – без меня.

– М-мир напополам треснет при л-любом раскладе, – оптимистично заявил казначей. – М-мёртвые уже встали из с-своих могил, в-всевозможная н-нечисть и н-нежить тоже стремится на л-левый берег Крисны, дабы припасть к стопам своего п-повелителя. Не считаешь же ты, что он формирует эти Л-легионы Тьмы исключительно з-забавы ради? Нет, с-скоро он двинет их в-вперёд, дабы подмять п-под себя всё с-сущее. И вот т-тогда каждый из ж-живущих должен будет п-принять решение, с к-кем он. И к-кто он.

– Вам проще, – дипломатично заметил я. – Вы изначально на стороне света, потому решать ничего не придётся.

– Н-не придётся, – согласился со мной брат Юр. – За нас всё р-решит наша Богиня. М-мы пойдём и умрём там и так, как скажет она.

Насчёт этих красавцев в доспехах – не сомневаюсь, так и будет. Но вы, брат Юр, слишком умны для того, чтобы умирать по чьему-то там взмаху руки. Никогда в такое не поверю.

Но при этом казначей на самом деле очень хочет отыскать Плачущую Богиню, тут без дураков. Вопрос – зачем? Только ли во исполнение данного Орденом обета? Или за этим стоит ещё какая-то, пока никому, кроме него самого, непонятная цель?

Наверняка так и есть, потому ухо надо держать востро. Как, впрочем, и всегда.

– Кайзер-платц! – рявкнул обычно сдержанный брат Юр. – Сколько можно ждать?

– Вот, уже! – проскрежетали наплечники, верзила взмахнул свитком, и перед нами открылся пульсирующий зелёным цветом зев портала.

– А я уже д-думал, что мы сейчас п-постоим ещё, п-постоим, да и пойдём обратно в з-замок, – ехидно произнес брат Юр.

– Мне нравится эта мысль, – оживился я. – Если ещё и завтраком накормят.

– Сухарь да каша – пища наша, – печально поведал мне один из рыцарей. – Как нас из западных земель перевели обратно в резиденцию, только ими и питаемся.

Кстати – вот хороший повод узнать, с чего это Орден ослабил своё влияние в Раттермарке. Раньше, насколько я помню, они форпосты, миссии и резиденции насаждали везде, где только можно.

– И п-правильно, – поджал губы брат Юр, причём его тон сразу отбил у меня желание чем-либо интересоваться. – Аскеза – п-путь к пониманию цели в-вашего существования. В-вы и так все не сильно на г-голову крепки, а если ещё и б-брюхо набьёте, то вовсе д-думать перестанете! Ч-что стоим? Все в п-портал! Хейген, тебе особое п-приглашение нужно?

– Хотелось бы, – я отставил ногу назад и сложил руки на груди, глядя на разошедшегося брата Юра.

Тот извлёк из сумки свинцовый карандаш и кусок пергамента, быстро что-то первым написал на втором и протянул получившееся мне.

– Д-держи и иди! – попросил он. – Не буди во мне р-ревизора!

На желтоватой полоске, которую я держал в руках, каллиграфическим почерком было начертано: «Сим лэрд Хэйген персонально приглашается в портал».

И вот как тут отказаться? Никак.

За пределами синего мельтешения меня встретили мороз, синева неба, белизна снега и чернота ёлок, окружавших обширную поляну, на которой мы высадились. Открыв карту, я понял, что оказался в областях, которые никогда не посещал. Точнее – некогда обогнул по дуге, совершая вояж на драккаре Морских Королей, мы на них к замку Фомора шли. Вот ведь ирония судьбы – и тогда тоже мне с Гедран дело пришлось иметь. Она чуть Гунтера не ухайдокала в тот день. Если бы не вмешательство неких высших сил, лежать бы ему там со свёрнутой шеей. Ну, я так думаю, что они приложили к этому руку, потому как после такого удара об стену, какой получил мой друг, даже железнолобые рыцари испускают свой виртуальный дух.

– Ваша милость, – прямо из сугроба, из-под ёлки, выбрался невысокий человек в белом полушубке и подбежал к брату Юру – Заждались вас уже! Старуха-то, похоже, скоро отбудет из этих мест, ищи её потом. Она с ночи козлам своим корму задала, стало быть, вот-вот в дорогу отправится.

Интересно, а козлы – это кто? Помощники её? Хотя нет, речь, должно быть, о самых настоящих козлах. У неё же именно они в повозку запряжены, я их сам видел.

– Кайзерплатц, если бы мы опоздали, то вам бы не поздоровилось, – заявил брат Юр, который, похоже, за что-то очень недолюбливал верзилу-рыцаря. – Ромуальд, позиции подготовлены?

– Обязательно! – закивал человечек. – Ловушки, капканы, тайные знаки на деревьях – всё имеется. Осталось только замкнуть тот проход, по которому ваш отряд направится к её избе.

– Она точно ничего не заподозрила? – уточнил брат Юр. – Уверен?

– Если бы она чего заметила, мы бы сейчас не беседовали, мастер, – невесело пробормотал соглядатай. – У нас на Востоке эту старуху хорошо знают, она там много зла натворила, много людей погубила, и если бы не великий маг Бахрамиус, то её злодеяния не имели бы окончания. Но когда сия ведьма перешла все границы, он бросил ей вызов и изгнал с наших земель на семьюжды семь лет. Лучше бы навсегда, но у Бахрамиуса не получилось. Очень она сильная колдунья.

Ишь ты. Значит, не чуждо моему собрату по служению Тёмному Властелину сострадание. А так и не скажешь.

– Где т-тропа? – деловито осведомился у него брат Юр, осмотрел узкий проход в сугробах, глянул на рыцарей, чьи доспехи уже начали покрываться инеем, и неожиданно громко произнёс: – Так, слушаем меня.

Громыхнула сталь, воины невероятно быстро выстроились в шеренгу, и даже я встал по стойке «смирно».

– Рыцари, нас ждет н-нелёгкий бой, – сообщил всем казначей. – То существо, к которому м-мы направляемся в г-гости, очень опасно, помните об этом. Но наша судьба – искоренять з-зло, потому мы сделаем то, что д-должны. И самое г-главное – нам н-надо не просто его убить. П-прежде, чем смерть заберёт ч-чёрную душу той, кто скрывается в лесу, н-нам надо узнать кое-что в-важное, то, что п-приведет нас к цели, ради к-которой был основан наш Орд-ден. Сражайтесь к-как львы, но не спешите н-нанести ведьме смертельный уд-дар раньше времени. И ещё… Знаю, ваши сердца д-добры, а помыслы чисты, потому, к-когда я и мои подручные станут д-добывать знания у этой б-бестии, вы можете усомниться в п-правильности наших действий. Поверьте, это необходимость. И п-пытать мы станем не ж-женщину, а тварь из Тьмы, давно лишённую ч-человеческой сути. Не надо после т-терзаться муками совести. Всё д-делается ради великой цели и во имя н-неё!

Хорошая речь. Я сам на мгновение почти поверил в то, что услышал. В смысле – что брат Юр сможет добыть нужную информацию. Но потом вспомнил наши предыдущие встречи с Гедран и еле скрыл улыбку. Как же, добьёшься от неё чего, жди. Там такая лютая бабка…

Одно радует – есть у меня фига в кармане, причём в самом прямом смысле. Я руки туда засунул, чтобы не замёрзли. Холод хоть и виртуальный, но всё равно как-то зябковато стало. Так вот – на пальце одной из рук перстень красуется, что мне богиня подарила, он и есть наш шанс на успех. Уж Тиамат-то из неё всё выжмет, что та знает и не знает.

Рыцари брякнули мечами, закинули щиты за спины и по одному, по одному стали скрываться в заснеженном лесу, за ними двинулись счетоводы и брат Юр.

Я шёл одним из последних и увидел, как маленький человечек сжёг над тем местом, где начиналась тропинка, какой-то свиток, на секунду сверкнувший ярко-солнечным цветом.

– З-запечатал проход, – пояснил мне брат Юр, невесть как снова оказавшийся рядом со мной. – Т-теперь ведьме не выскользнуть. Л-лес весь закрыт, включая воздушные п-пути. Пока ж-жив хоть один из н-нас, она не уйдёт. Так что – либо м-мы её, либо она нас. Простой, понятный и р-разумный расклад. Ох, сколько за эти с-свитки с печатями заплатить п-пришлось Академии М-мудрости! М-магия-то старая, б-божественная, она у них п-под запретом. Одно х-хорошо – крепость любого з-запрета всегда измеряется в д-деньгах.

– Если нельзя, но очень хочется, то можно, – понимающе кивнул я. – А если о ситуации – лучше мы её. Не то это место, где хочется умирать, мрачно тут. Неприятно. Вроде и солнце светит, и небо голубое, а всё равно.

– Т-так и неудивительно, – пояснил казначей. – Именно здесь когда-то было пристанище Ательстана П-проклятого и его п-пассии, Зои Чумной. Даже не п-пристанище. Убежище. З-здесь Зои и родила ту, к кому в г-гости мы сейчас т-топаем. Н-неудивительно, что она в-возвращается сюда с-снова и с-снова. Память – в-великая госпожа. Я д-давно за этим лесочком п-приглядываю, и приметил, что п-перед тем, как устроить с-серьёзное злодеяние эта тварь наб-бирается тут сил. И п-после очередной погибели чаще всего в-воскресает здесь ж-же.

– Вон как, – проникся я. – Тонко!

– Если х-хочешь победить умного и с-сильного противника, п-прежде всего изучи его п-привычки, – назидательно произнес брат Юр. – Они ему в-враги, а тебе – первые д-друзья. И т-только после этого строй п-планы и выбирай оруж-жие.

– Одно непонятно – если бабка так сильна в магии, чего она не учуяла, что её печатями обкладывают? – поинтересовался я.

– Т-ты невнимателен, – укоризненно покачал головой брат Юр. – Сказано же было, что магия – б-божественная. Гедран д-дочь р-рыцаря-клятвопреступника и ведьмы, а они не являлись богами, это иной м-ментальный уровень. Слаба она п-подобное чуять. Но не с-сомневаюсь в том, что она нас с-скоро приметит, если только уже этого не с-случилось. Т-такой грохот мёртвого разбудит.

Это да, рыцарский отряд, гуськом топавший по узенькой тропинке, был невозможно шумен.

И, естественно, ведьма нас засекла. Когда мы, вздыбливая сугробы, выбрались на круглую поляну, в центре которой обнаружилась старая избушка, невероятно контрастировавшая своими чёрными от времени бревнами с девственно-белым снегом, то чертовка уже стояла на пороге и с любопытством смотрела на нас. Ни страха, ни даже взволнованности я в ней не увидел. Она нас совершенно не боялась, воспринимая как некое неудобство, возникшее ниоткуда.

Впрочем, в какой-то момент она оживилась.

– Ты! – кривой палец с жёлтым ногтем показал на меня. – Снова? Ох, зря, парень, зря! Один раз я тебя отпустила, два, потом пожалела, но сегодня твоя удача кончилась! Оставлю я тебя на сладкое, сделаю последним из оставшихся в живых, а потом терзать стану!

– Так себе перспективка, – выкрикнул я. – Сомнительная. И еще… Это… Не поймавши белую лебёдушку, её кушаешь!

– Чего? – опешила бабка, да и рыцари на меня странно посмотрели.

– Фольклор! – объяснил я своим спутникам. – Так положено говорить ведьмам в наших краях. Традиция!

– Ну, чем удивите? – скрипуче расхохоталась старуха, подходя к колеснице, в которую была впряжена пара здоровенных чёрных круторогих козлов. – Сразу убивать будете или сначала пооскорбляете?

– М-мы вообще за то, чтобы просто пообщаться, – мягко заметил брат Юр. – Это л-лучший из возможных в-вариантов. Есть в-вопрос, нужен ответ.

– Ну-ну, – Гедран поправила уздечки и погладила одного из козлов между рогами. – И что за вопрос?

– Г-где находится тело вашего б-батюшки? – не стал ходить вокруг да около брат Юр. – Укажите нам м-место, и мы на этот раз д-дадим вам уйти ж-живой и невредимой.

– Вон вы чего захотели! – совсем уж не по-людски оскалилась ведьма, причём при виде её зубов-иголок рыцари, потихоньку заключавшие поляну в «кольцо», зашушукались друг с другом. – До мощей папаши моего единокровного решили добраться! Не даёт вам покою то, что он выбрал истинную свободу, плюнув на ваши нелепые принципы? Или нет? Может, вам другое нужно? То, что при нём в момент смерти находилось и было надёжно под нагрудником спрятано?

– Верно, – благожелательно подтвердил казначей. – В самую т-точку. Бумаги – вот что нам т-требуется. Вам от них всё одно п-пользы никакой нет, особенно т-теперь, когда боги в-вернулись.

– Боги! – сплюнула на снег Гедран – Небожители! Сотрясатели основ бытия! Я плевать на них всех хотела! Они способны лишь пугать доверчивых дураков вроде вас, вот и всё, а потом крутить послушной толпой, как собака хвостом! Нет у них ничего – ни силы, ни жажды жизни! Я сама – бог! Меня убивали сотни раз, а я жива, и моё имя наводит страх на все части света!

– Сомнительное достижение, – не удержался я и слегка вздрогнул, когда на меня уставились горящие злобой глаза старухи. – Точнее… Спорное.

– Кто это говорит? – старуха гротескно прислонила ладонь к уху, поросшему седым волосом. – Кто? Тот, кто ни единого раза не пришёл ко мне сразиться честно? То приведёт с собой охотников за ведьмами, то кучу вонючих горцев, теперь вот железноголовых болванов.

– Ради правды, сегодня не они со мной, а я с ними, – заметил я.

– И мы не болваны, – обидчиво заявил Гунтер. – Сами вы, леди… Кхм!

– Можно сделать в-вывод, что д-добром не договоримся, – подытожил брат Юр – Ну, это ваш выбор, г-госпожа ведьма. Сами в-виноваты.

– Времени у меня маловато, – цыкнула зубом бабка. – И дел полна пазуха. А то бы я вам тут устроила кровавую баню! А тебя, щекастый, я потом прихвачу как-нибудь! Свидимся ещё!

Она лихо скакнула в колесницу, свистнула, гикнула, и козлы с места пустились вскачь, причём не по снегу, а по воздуху. Правда, высоко не поднялись, ударились рогами о невидимую нам преграду и забавно кувыркнулись, попутно опрокинув бабку вместе с экипажем.

Старуха слетела с сиденья, камнем устремившись вниз, но перед самой землёй затормозила, раскинув свой драный чёрный плащ по подобию парашюта.

– Мери Поппинс на пенсии, – не удержался я от остроты, которую, кроме меня, здесь и понять-то никто не мог.

Ох, до чего же она была на нас зла! С неё прямо молнии, маленькие и круглые, осыпались на снег, оставляя в том аккуратные растопленные отверстия.

– Пути, стало быть, закрыли, – прошипела она, снова сплюнув на снег, взмахнула рукой и с нескрываемым гневом увидела вспыхнувшие между деревьями синеватые руны. – Не поскупились. Старая магия, доисходная. Ну ладно, будь по-вашему.

Взмах руки, в которой невесть откуда появился чёрный нож с кривым лезвием – и один из рыцарей, отстоявший от неё на изрядном расстоянии, оседает на снег, пятная его кровью, хлынувшей из распоротого от уха до уха горла.

Чёрт, опять этот натурализм! Когда уже Костик решит данную проблему! Я уж на что привычный ко всему, но и то передёргивает всякий раз.

Ещё один взмах руки – и другой рыцарь, находящийся рядом с Гунтером, начинает орать в голос, потому что по-другому тут никак. Его доспех раскалился добела, зажаривая находящегося внутри владельца заживо.

– Взять её! – скомандовал брат Юр немедленно. – Руки-ноги в ж-железо и рот заткнуть!

– Если рот заткнёшь, заика, как я тебе про бумаги батюшки своего расскажу? – лихо выкрикнула ведьма. – Иииэхх!

Она приподнялась над землёй, увернувшись от набегавших рыцарей, и шваркнула молнией в брата Юра. Если бы не один из его счетоводов, принявший удар на себя, тут бы казначею конец и наступил.

Чем дальше, тем больше я понимал тщетность того предприятия, в которое ввязался. Толпа превосходных бойцов, которые на поле боя творили чудеса героизма, в данный момент ощутимо проигрывала всего одной злобной старушке. Рыцари бессистемно бегали по поляне, пытаясь её поймать, и даже за край драной развевающейся юбки не подержались.

Ситуацию могли бы выправить счетоводы, которые отлично были обучены не слишком честным правилам ведения боя, но они в данный момент тонули в смоляном болоте. В самом настоящем. Поганая старушонка, то ли знавшая, что это за ребята такие в чёрном, то ли смекнувшая что к чему, бросила заклинание, которое превратило снег и землю, что спала под ним, в мерзкую, чавкающую, пузырящуюся и воняющую жижу. Не до ведьмы стало брату Миху и компании, их забота теперь была в том, чтобы голову над поверхностью удержать.

Ещё один рыцарь рухнул на снег: у него выжжены глаза, чёрные круги на их месте издают смрадный запах. Проходит пара секунд – и в цифровой рай следует новый рыцарь, его причина смерти – удушье. Когда твоё горло забито червями, жуками и сороконожками, воздух в него не попадает.

Чёрт, чёрт, эдак она и впрямь скоро до меня доберётся! А брат Юр стоит и молчит, такое ощущение, что он удивлён происходящим. Мало того – ошарашен.

– Может, я помогу вашим друзьям, пока ещё хоть кто-то из них жив? – тихо спросил у меня Назир, стоящий за спиной. – Боюсь, один потом я с этой матерью джиннов не справлюсь. Она слишком сильна.

– Давай! – заорал я, когда до меня дошёл смысл произнесённого. – Конечно!

Свистнули какие-то верёвки с привязанными к ним на концах камушками, и секунду назад торжествующе хохочущая Гедран с воплем рухнула на снег, суча ногами, которые ещё и задымились по какой-то причине.

– Навались! – скомандовал мигом сориентировавшийся в ситуации брат Юр. – Д-держи её, чтобы не дёрнулась! И в ж-железо!

Рыцарь рухнул на старуху, припечатав ту к земле. Его тело прожгли две молнии, оставив дыры в доспехе, но дело было сделано – один за другим рыцари наваливались друг на друга, до той поры, пока брат Юр не гаркнул:

– Не задавите её там!

Как же, задавишь такую, жди! Помять – помяли, это да, но и только. Она чуть по новой не вырвалась под конец, но – удержали её частично выбравшиеся из смолы счетоводы брата Юра. Выглядели они крайне жутко – все чёрные, вонючие и, если можно так высказаться, обтекающие. Брррр…

Но с делом справились – накинули на руки-ноги ведьме железные браслеты, в рот кляп вбили, привязали к столбу, что был вкопан у входа в дом.

– Будешь г-говорить? – мягко спросил у неё брат Юр. – Ещё шанс даю. Убитых п-прощу. Отпустить не отпустим, но ум-мрёшь легко.

Даже говорить ничего не надо было, по лицу ведьмы и так стало ясно, что она к сотрудничеству не готова.

– Ну, к-как знаешь, – вздохнул казначей, окончательно оправившийся от было понесённой неудачи. – Давайте, б-братья. Поработайте над ней.

Уже через пару минут мне стало ясно, что всё это пустое. Ну да, начали эти красавцы калить клещи да ножи, раскладывать другие инструменты, но… Дилетантизм, короче.

– Стоп, – скомандовал я, когда брат Херц, которого я узнал даже под смоляным покровом, подошел к Гедран. – Хорош. Не будем тратить времени.

– Хейген? – удивлённо произнес брат Юр. – Ты о ч-чём?

– О том, что тут нужны другие аргументы, – я приблизился к старухе и почти с любовью сказал – Ты там что-то говорила о слабости богов и их неспособности достигнуть результата? Вот и проверим. Прямо сейчас.

Я показал ведьме перстень Тиамат и демонстративно-медленно потёр его камень.

Глава двадцатая,

в которой мирным развитием событий даже и не пахнет

Старуха издевательски захохотала, а после смачно плюнула в мою сторону.

– Пожилая дама, а так себя ведёте, – укоризненно произнёс один из рыцарей. – Не к лицу вам подобные жесты.

– Вот когда я твои кишки на раскалённый прут начну наматывать, тогда и поговорим о странностях моего воспитания, – пообещала ему Гедран… – Уж я для тебя расстараюсь!

В этот момент в синем и безоблачном небе рокотнул гром, заставив нас задрать головы.

– Зимняя гроза? – предположил брат Мих.

– Смертушка ваша на колеснице несётся по небушку! – радостно заклекотала ведьма, похоже, окончательно спятившая от захлестнувшей её злобы.

– З-забавно, – потёр подбородок брат Юр и накинул на голову капюшон, скрывший его лицо.

Я ничего говорить не стал, поскольку всё и так было ясно. К нам идёт матушка-богиня, изрядно прибавившая в мощи после обретения храма. Ей теперь просто так, с восточным ветром, держась за ручку зонтика, являться не пристало. Ей теперь только с громыханиями всякими можно. Ибо – статус нужно подтверждать постоянно.

Так оно и вышло. В центре поляны вверх взметнулся снег, на миг скрыв все краски мира, ещё раз раскатисто бумкнул гром, и пред нами явилась Тиамат, прекрасная и грозная. Ну, полагаю, что она про себя именно так думает.

– Холодно тут у вас, – первым делом пожаловалась она, щелкнула пальцами, и на её плечи опустилась длинная и роскошная мантия из меха неизвестного мне зверя. Возможно, это была разновидность местного песца. Если начистоту, то выглядела она в ней скорее гротескно, чем величественно. – Вот теперь другое дело. Итак – я рада видеть вас, господа!

– Богиня! – рыцари дружно скрежетнули доспехами, опускаясь на одно колено и прикладывая сжатую в кулак правую руку к сердцу.

– К чему это коленопреклонение? – укоризненно проговорила Тиамат, несомненно, очень довольная увиденным. – Нет-нет, не вставайте, я ещё не закончила. Вы хранили верность моей дочери все эти годы, подобное поведение достойно не только похвалы. Я подумаю над тем, как вас наградить.

– Моё почтение, – помахал я рукой. – Милостивая Тиамат, тут кое-какая проблемка нарисовалась.

– Хейген, – богиня повернулась ко мне, то ли и впрямь только меня заметив, то ли делая вид, что все обстоит именно так. – И ты здесь?

– Как бы да. А у вас были другие варианты? – я показал ей перстень, удостоверившись в своих предположениях относительно умелого притворства Тиамат. И зачем ей это нужно? – И потом – куда я денусь?

– Твоё умение оказываться в нужное время и в нужном месте всегда меня восхищало, – сообщила мне богиня. – Но не забывай, иногда страсть к подобным вещам может обойтись очень и очень дорого.

– Кто бы сомневался, – вздохнул я. – Богиня, может, ребята уже поднимутся со снега? Снег холодный, доспехи железные, а колени у них не казённые. Артрит в столь юном возрасте – штука неприятная. А уж простатит…

– Лэрд Хэйген! – дружно шикнули на меня несколько бойцов, а брат Юр весьма отчётливо хмыкнул.

– Чего? – возмутился я. – О вас забочусь. Нет, это дело добровольное, хотите потом с дамами исключительно декоративную функцию выполнять – ваше дело.

– Встаньте, – прервала дискуссию богиня и уставилась на меня. – Чего звал?

– Вы обещали подсобить, – ткнул я пальцем в сторону примолкшей Гедран. – Молчит, проклятая, не желает рассказывать то, что знает. Ругается, правда, умело, не отнять. Вас вот по матушке склоняла, и всю родню вашу, мол – так, не боги они, а не пойми что из Великого Ничто.

– Врет, подлец! – подала голос ведьма. – Ничего такого я не говорила!

– Сама знаю, что он враль ещё тот, – согласилась с ней богиня. – Но он мой враль. И только мне решать, подлец он или нет. Но не тебе, старуха!

– Я старуха? – возмутилась Гедран – Да тебе самой лет сколько? Столько вообще не живут!

– Всё так, – влез в их беседу я. – Богини выше понимания обычной жизни. Они всегда юны и прекрасны, в любые времена и эпохи!

* * *

«Богиня Тиамат довольна вами, игрок Хейген.

Характеристика “Ловкость” повышается на 50 единиц сроком на 24 часа».

* * *

Любит, любит моя покровительница лесть! И это хорошо. С этого я ещё много пользы поиметь смогу.

– Итак? – Тиамат приблизилась ко мне. – Чем я могу тебе помочь?

– Плёвое дело, – затараторил я. – Как и было сказано ранее, эта вредина не желает нам говорить, где схоронила тело своего родителя, некоего Ательстана, сначала рыцаря, а после маньяка и убийцы. Собственно, нам мощи не нужны, нам бумаги потребны, что при нём в момент гибели были, именно в них хранится информация о той, кого мы все дружно ищем, и вы, замечу, в первую очередь.

Служители ордена Плачущей Богини потупились, им было неприятно подобное упоминание о их бывшем собрате. Ну да, зря я так. Но – слово не воробей, вылетит – не поймаешь.

– Прояснить бы вопрос, – закончил я. – Нет, у нас есть мастера разговорного жанра, есть. Хорошие кадры, квалифицированные, мне довелось их в работе видеть. Но и бабка не промах. Сначала молчать станет, потом соврать может, нам придётся сбегать, проверить, а время-то идёт. Пока мы медлим – враг не дремлет.

– Какой враг? – уточнила богиня.

– Разнообразный, – не стал отводить взгляд я. – Тщеславный, например. Тот, который не хочет прощать кое-кому того, что не он успел первым.

– На братца моего намекаешь, – понятливо кивнула Тиамат. – Ну да, мне уже кое-кто поведал о том, как он неистовствовал после того, как до него новости о моих успехах донеслись. Мало того – под конец он попёрся к тем, кто его избрал богом, там горло ещё драл, объясняя удивлённой пастве, какие те ничтожества. Он всегда был не сильно крепок умом, наш Витар.

– Но зато среди его поклонников полно умных и целеустремлённых товарищей, – подлил масла в огонь я. – Они сейчас землю носом роют, уж поверьте, причём в некоторых случаях в самом прямом смысле. Так что надо усиливать позиции, и чем быстрее, тем лучше.

* * *

«Богиня Тиамат очень довольна вами, игрок Хейген.

В качестве особого расположения вы получаете украшенный рубинами кулон из её малой шкатулки с украшениями».

* * *

О как! Это что-то новенькое. Надо будет глянуть, что мне с барского плеча упало. Ох, покопался бы я в вышеупомянутой шкатулке! И в малой, и в большой.

– Не подходи! – заблажила старуха, когда Тиамат, разминая кисти рук, направилась к ней. – Вон пошла! Тьфу на тебя, тьфу!

И натурально плюнула в сторону богини.

– Зря, – мягко, почти по-отечески, попеняла ей та. – Нельзя себя подобным образом с небожителями вести.

– Уйди! – надрывая связки, выла Гедрон. – Ненавижу тебя! Всех вас ненавижуууу! Всех сожгу! Убью! В прах и пепел обращу!

– Это спорный вопрос, – серебристыми колокольчиками прозвучал смех Тиамат, а после её ладонь легла на изрезанный морщинами лоб ведьмы. – ещё неизвестно, кто кого во что превратит. Где спрятан Ательстан? Где бумаги? Они хранятся вместе или в разных местах?

– Ничего не скажу, – выпучив глаза, бубнила старуха. – Ни слова! Ни словечка!

– Куда ты денешься, – ладонь богини наливалась багрянцем, над головой ведьмы появилось марево, подобное тому, что висит над асфальтом в жаркий июльский полдень. – Ну же, говори!

Вместо слов бабка высунула широкий лиловый язык и довольно похабно им пошевелила. Дескать – вот тебе, а не чистосердечные показания.

– Сама выбрала свою участь, – деловито заявила богиня, пришлёпнув вторую ладонь туда, где, возможно, билось сердце этой злодейки. – Не желаешь по-хорошему – не надо.

Тиамат рявкнула какое-то заклинание, от которого под ногами чуть колыхнулась земля, а в лесу со скрежетом повалилось несколько сосен. Ну и часть рыцарей тоже не устояла, опрокинувшись в сугробы.

Зрачки старухи закатились под лоб, лицо расслабилось, а она сама обмякла.

– Где тело твоего отца? – повторила вопрос богиня. – Где бумаги?

Ведьма что-то размеренно и очень тихо забормотала, но что именно, до нас не доносилось. Зато Тиамат внимательно слушала, кивала, задавала негромко вопросы. Надеюсь, она поделится с нами тем, что узнала?

Что приятно – оправдала она все мои надежды. Сразу же после того, как старуха выговорилась и повисла на верёвках, держащих её, подобно грязному белью, Тиамат подошла к нам.

– Хорошо она тело спрятала, – поведала нам богиня. – На совесть. Неудивительно, что никто его до сих пор не нашёл.

– Д-детали, ваша милость, если м-можно, – попросил её очень и очень вежливо брат Юр.

– Твой друг? – уточнила Тиамат. Я кивнул. – Тогда ладно. Тело бывшего рыцаря схоронено в урочье Вечных Снегов.

* * *

Вами выполнено задание «История первого рыцаря».

Награды:

29 000 опыта;

титул «Ведьмоборец»;

памятный знак «Прикосновение к легенде».

* * *

Хммм… А чего это брат Юр так странно поморщился, будто у него зуб заболел? Скверный признак.

* * *

Вам предложено принять задание «Туда, где молчит Вечность».

Данное задание является восьмым в цепочке квестов «Повелительница сотен клинков».

Условие – узнать, где находится урочье Вечных Снегов.

Награды:

35 000 опыта;

картина-пейзаж «Белое безмолвие» для размещения в личном гостиничном номере (при наличии такового);

получение следующего квеста цепочки.

* * *

– Скверное место, – добавила Тиамат. – Я слышала о нём ещё в те времена, когда правила этим миром. Но только слышала, сама там не бывала. Вроде бы до него добирался Чемош, и это лишнее подтверждение того, что ничего хорошего тебя там не ждёт. И не думаю, что оно изменилось в лучшую сторону за прошедшие тысячелетия. В худшую – почти наверняка, вот это без сомнений. Этот мой братец обладал великим даром делать просто плохое совсем уж отвратительным.

– А если поподробнее? – сразу же поинтересовался я. – Может, что-то покойный рассказывал про данное урочье? Какие-то его достопримечательности, особенности, опасности?

– Ты в своём уме? – возмутилась богиня. – Реки времени с той поры утекли. Да и не до подобных глупостей тогда мне было, у меня другие дела имелись. Личные. Ах!

И богиня потянулась, да так, что меховая мантия разошлась в стороны и нашим взглядам открылось её роскошное тело, прикрытое достаточно открытым платьем. Красивое зрелище, но не до него мне теперь.

Надо, надо дожимать Тиамат, пока шанс есть, а то вот-вот она свалит в свои небеса, и ничего я больше не узнаю. Нет, гримаса брата Юра недвусмысленно говорит о том, что он немного в курсе происходящего, но насколько? Потому – сначала богиня и всё, что она может вспомнить. Ну а потом займёмся другим источником информации, куда более осведомлённым о местонахождении моей новой головной боли.

– Великая богиня, наморщите ум. Это же не только мне нужно, в конце-то концов?

– Он тогда упоминал о каких-то развалинах дворцов, которые стали руинами ещё во времена демиургов, о людях из снега и магии, о древнем проклятии мёртвых, каких-то артефактах, – с неудовольствием глянула на меня Тиамат. – Но я особо не слушала, мне это ни к чему было.

Что же ты так? Хотя и так уже ясно, что я влип в скверную историю с проклятым местом, от которого можно ожидать чего угодно. Мало того – проблема породила другую проблему. Прозвучало ключевое слово «проклятие мёртвых», и, выходит, теперь мне нужен тот, кому мёртвые лучшие друзья. А он где? Правильно, на том берегу Крисны, сидит на камушке, хандрит, мечтает вернуться домой. Придётся посодействовать.

Кстати!

– Богиня, на пару слов, – попросил я Тиамат. – В сторонку бы отойти.

– Вы нам не доверяете, лэрд Хейген? – обидчиво бросил Кайзерплатц.

– Господа рыцари, прошу без обид. Тут личное! – сдержав смех, произнёс я. – Ну вы же понимаете?

– Нет, если личное, тогда ладно, тогда конечно, – запереговаривались было насупившиеся поклонники Плачущей богини. – Это дело такое. Это понятно.

– А я вообще негодяй, – бухнул вдруг Кайзерплатц. – Я забыл лэрду Хейгену «спасибо» сказать за то, что он нам так в битве помог!

– Да-да-да, – дружно загалдели рыцари. – Как мы могли о таком запамятовать! Это нарушение всяческих правил!

Как дети, честное слово!

– Не знаю, что поняли они, но лично мне кое-что неясно, – богиня цапнула мой подбородок своими холодными пальцами. – О каком-таком личном ты речь вёл?

– О самом что ни на есть, – понизив голос и придав ему заговорщические нотки, ответил ей я. – У нас разве внутренних дел нет? Не стану же я вываливать новости о некоей Регине Рем Тригге при всех, верно?

– Регина, – богиня отпустила меня, а после вытерла пальцы о мантию. – И что же она?

– На всё согласна, – растянул рот в улыбке я. – Хоть сейчас пойдёт резать того, на кого ваша милость укажет.

* * *

Вами выполнено задание «Благая весть».

Награды:

80 000 опыта;

35 000 золотых.

* * *

– Молодец, – Тиамат похлопала меня по плечу. – Ты прекрасный слуга.

* * *

Вам предложено принять задание «Дитя песка».

Данное задание является восьмым в цепочке квестов «Ближний круг».

Условие – отыскать Рышхану Губительницу, обитающую в пустынях Востока.

Награды:

70 000 опыта;

50 000 золотых;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

– Сотрудник, – поправил её я, поморщившись после прочтения текста, появившегося перед глазами. – Или последователь. Или даже миньон. Но не слуга. Мы ведь договаривались?

Вот так и знал. Снова тащиться в какую-то глушь и там искать невесть кого. Причём на этот раз совсем уж всё скверно. Пустыни – это дно миров, там можно неделями бродить, но кроме саксаула, варанов, злобных духов, поджидающих под песком случайных прохожих, и ещё какой-нибудь совсем экзотической нечисти, никого не встретить. Если очень повезёт, может, наткнёшься на Али-Бабу и сорок разбойников.

Стоп. А у меня ведь есть такой Али-Баба. Хотя нет, он, скорее, Касым, ибо жаден без меры и плутоват, но это уже придирки. Надо будет Ромула как следует тряхануть и напомнить ему о славном бандитском прошлом, пусть копается в памяти и вспоминает, что это за Рышхана такая.

А если ты имеешь дело с кладовщиком, то начать следует с чего?

Правильно. С ревизии. Позаимствую у брата Юра для сего благого начинания пару его счетоводов и одного контролёра. Вон того, с тисочками для пальцев, иглами для ногтей и прочими полезными инструментами. Ладно, это всё потом. Для кого, спрашивается, богиня распинается? Для меня. А я не слушаю.

– Ох уж это мне самолюбие, – вещала Тиамат. – В старые времена любой обитатель Раттермарка был бы счастлив, назови я его слугой. Плакал бы в голос, прославляя мою щедрость.

– В старые времена, говорят, еду всем бесплатно раздавали и молочные реки везде текли в кисельных берегах, – возразил ей я. – А золотые монеты на деревьях росли, что твои листья. Только когда это было? Да, мы сейчас другие, но на мою преданность вам это никак не повлияет.

– Поглядим, – рука богини нежно прошлась по моей щеке, вот только закончилась эта нежданная ласка лёгкой пощёчиной. – Пока тебе всё удается, но кто знает, на какой дороге лежит тот камень, о который ты споткнёшься? Я не стану подсовывать его под ноги, ибо ты неоднократно доказывал мне свою преданность. Но и руку, для того чтобы ты поднялся, протягивать не стану. Мне не нужны рядом те, кто не может самостоятельно подняться после падения. В них нет жизни, в них нет желания занять своё место на той вершине, которая недосягаема для остальных. Ты говоришь, что не слуга мне? Пусть будет так, воин, пусть будет так. Но тогда докажи это. Не раз, не два. Жизнью своей докажи и делами. Много сделай – и много получишь. Например, встанешь за спинкой моего трона, как один из истинных приближённых. Трона повелительницы Файролла!

* * *

Поздравляем вас, игрок!

Вам предоставляется возможность выполнить цепочку скрытых эпических заданий «Дорога к престолу богини».

Награды за прохождение всей цепочки заданий:

1 000 000 опыта;

500 000 золотых;

5 уровней;

право один раз в месяц изымать в свою пользу один предмет из сокровищницы богини Тиамат (после того, как оная будет создана упомянутой богиней);

сетовый набор из 4 предметов, соответствующий классу игрока;

3 умения, соответствующие классу игрока (рандомно, но уровнем не ниже эпического);

повышение каждой из основных характеристик на 300 единиц;

титул «Сподвижник небожительницы»;

титул «Рука божьего гнева»;

нагрудный знак «Советник Тиамат»;

вмешательство богини в том случае, если другие представители пантеона Файролла посягнут на вашу жизнь или рассудок.

Примечание. Вмешательство не есть защита, потому результат столкновения может быть любым. Потому постарайтесь без особой необходимости не дерзить богам и не переходить им дорогу, особенно в неположенном месте;

гарантированная помощь богини в случае столкновений с другими игровыми кланами (не чаще, чем один раз в месяц);

дополнительные элитные бонусы для игроков, входящих в ваш клан (при условии, что вы останетесь его лидером);

уникальные плащи со специально разработанной символикой для игроков, входящих в ваш клан (при условии, что вы останетесь его лидером).

Важно!

В случае умелого и добросовестного прохождения заданий возможна дополнительная награда от Тиамат. Размер и состав данной награды будет определяться ситуативно.

Внимание!

В случае если квест будет принят, а после провален, повторная возможность его прохождения исключена. Ваша репутация с богиней Тиамат в этом случае не пострадает, но данный факт непременно скажется на дальнейшем развитии отношений.

Важно!

В случае отказа от принятия данной цепочки заданий богиня Тиамат изрядно в вас разочаруется. Оно вам надо?

Принять?»

* * *

Довыпендривался! Чего полез? Ну, слуга и слуга, чёрт бы с ней, рабовладелицей виртуальной. А теперь нате, получите и распишитесь.

И хвостом не вильнёшь, принимать придётся. Кота, блин, в мешке принимать! Что делать-то надо, не написано! Раньше при выдаче «цепочек» всё было просто и понятно – найди печати, найди богиню, найди ещё одну. А тут? «Дорога к престолу богини». Какая? Кем проложенная? Где её конец, где начало? Что, если на Дороге между Дорог, например?

Чёрт, чёрт! Хотя, конечно, что тут ругаться? Откуда я знал, что скрытую «цепочку» наколупаю. На то она и скрытая.

А принимать придётся, никуда теперь не денешься. Мне Тиамат нужна как воздух, очень много чего на ней завязано. Да и награды отменные. Деньги, сет, даже уровни – это всё мишура, но вот возможность защиты от её родни и поддержка клана – это вещь. Это нужно, особенно в свете грядущей войны. Да какой, к чертям, грядущей? Уже идущей.

Да и пристяжь её, вроде Регины и остальных, кого я ещё найду, наверняка тоже ко мне свое отношение изменит и, если что, подсобит с супостатом-захватчиком, припёршимся на земли Пограничья.

– Я рада, что не обманулась в тебе, – благосклонно одарила меня улыбкой Тиамат, после того, как я принял задание. – Ты амбициозен, неглуп, нагл, самоуверен и смел, эта смесь качеств приведёт тебя либо на плаху, либо к славе. Первый вариант более реалистичен, но я надеюсь, что ты всё же оправдаешь мои ожидания.

* * *

Вам предложено принять задание «Тронный зал».

Данное задание является стартовым в цепочке квестов «Дорога к престолу богини».

Условие – в течение трёх дней по игровому времени прибыть в тронный зал резиденции богини Тиамат для получения первого задания цепочки.

Награды:

25 000 опыта;

ювелирное украшение (рандомно).

Примечание. В ваш инвентарь помещён свиток, с помощью которого вы можете переместиться в тронный зал богини в любое время.

* * *

Ну, хоть не один опыт тут рубить стану. Если за стартовый квест побрякушку дают, то за остальные, возможно, чего посерьёзней обломится.

– И, чтобы доказать свою благосклонность, я кое-что для тебя сделаю прямо сейчас, – богиня поддёрнула полу мантии и направилась к Гедран, которая уже пришла в себя и теперь злобно зыркала на окружавших её рыцарей, время от времени призывая на их головы всевозможные бедствия.

Я даже спросить у неё не успел, что именно она собирается для меня сделать, слишком быстро всё произошло. Только и оставалось поспешить за ней.

– Не опасайтесь её слов, воины, – посоветовала рыцарям богиня. – Проклятия ведьм хороши только для тех, кто в них верит. Ваша сила в остроте меча, крепости доспеха и плече друга рядом. Что вам до слов глупой старухи? К тому же – мёртвой!

Тиамат положила свои ладони на плечи пронзительно завизжавшей ведьмы, что-то шепнула, на миг вспыхнуло лилово-зелёное пламя, и я чуть не схватился за голову от осознания нелепости происходящего.

Мерзкая старушонка, которую я так не любил и которую так и не опросил на предмет местонахождения урочья Вечных Снегов, превратилась в пепел, который хлопьями усеял добротно утоптанный снег.

– А! – слов не было, одни эмоции, потому меня хватило только на то, чтобы произнести одну букву и потыкать пальцем в сторону места, где только что свершилось аутодафе. – А!

– Не благодари, – скромно посоветовала богиня. – Сказала же – я всегда рада оказать маленькую услугу тому, к кому благоволю. Старая ведьма тебе мешала, теперь её нет. Не навсегда, даже мне не под силу уничтожить того, кого когда-то прокляли Демиурги, по крайней мере – пока. Но скоро ей не возродиться, поверь. Какое-то время ты можешь не бояться удара в спину от этой мерзавки.

Да я и раньше не особо боялся! Делать-то мне теперь что? Информацию из кого тянуть?

Самое же обидное то, что даже винить в этом некого. Знал, что Файролл не прощает слово «потом»? Знал. Вот и нечего теперь искать крайнего.

Впрочем, в панику впадать преждевременно. Брат Юр, похоже, обладает кое-какой информацией, а мы с ним до поры до времени союзники, поскольку цель у нас одна. Да и другие знатоки укромных мест Файролла у меня тоже имеются, например, тот же Хассан ибн Кемаль. Думаю, он мне не откажет, если я к нему обращусь за помощью.

Ну и игровой форум, куда без него. Понятно, что карту он мне не откроет, но наводочку поискать можно.

Но как же обидно! В руках всё держал, и вот вместо результата одна зола.

– Спасибо тебе, богиня, – постаравшись закутать иронию в сто одёжек без застёжек, произнёс я. – Спасибо, благодетельница.

– Не за что, – не почуяв подвоха, кивнула Тиамат. – Рыцари, вы тоже честно выполнили свой долг перед памятью моей дочери! И когда я стану единственной богиней в…

Буммммммм! Прямо с небес в середину поляны врезалось нечто, более всего напоминающее то ли огромный огненный кулак, то ли радиоуправляемую ракету класса «Тополь-М».

Земля в очередной раз дрогнула, в многострадальном лесу с треском обрушился ещё десяток деревьев, избушка ведьмы рассыпалась по брёвнышку, а нас всех разбросало в разные стороны, причём непосредственно на меня повалился Гунтер, стоявший рядом. Хорошо так припечатал всей своей массой тела, помноженной на вес доспехов, от всей души. Даже маленько жизни снялось, о чём меня любезно известила система.

– Как! Ты! Посмела! – раздался рёв, в котором человеческого было не больше, чем в речах отдельных депутатов, заседающих в Государственной Думе. – Это моя земля! Это мои снега! Это мои…

– Жадный какой, – голос Назира, который и я сам слышал не каждый день, прозвучал совершеннейшей неожиданностью, причём он невероятно умело вклинился в речи Витара, который памятником самому себе возвышался в центре поляны, где снега теперь совсем не осталось. – То моё, это моё… Мой отец сказал бы: «глупец говорит много, а потому умирает быстро, даже не поняв этого».

– Что? – взревел бог войны грозно и очень, очень громко, отчего ворона, сдуру пролетавшая над нами, рухнула на снег со всеми признаками сердечного приступа. Самое время было кричать «мы теряем её» и безобидной птичке делать искусственное дыхание. – Ты посмел?

– У меня уши заложило, – сообщил Гунтер, вставая с меня. – А у тебя?

– Ох! – только и смог произнести я, не особо желая показывать Витару своё лицо, которое ему было неплохо знакомо.

– Во-первых – здравствуй, – холодно промолвила Тиамат, единственная из присутствующих, кого явление разъярённого бога не сбило с ног. – Во-вторых – этот человек прав, потому попрошу тебя не чинить ему никаких обид. На правду не обижаются, братец. Ну, что ты сопишь? С каких пор данные земли стали твоей собственностью, не подскажешь? Этот мир – наш. Общий. По крайней мере – пока. Люди и нелюди, конечно, провели какие-то свои границы, но то их дело, согласись? Если нам будет нужно, мы сотрём их с лица земли одним махом.

– Людишек? – уточнил Витар.

– Границы, – мягко, терпеливо, как не очень здоровому на голову ребёнку, объяснила Тиамат. – Хотя при необходимости…

– Ты меня не путай! – потребовал бог войны, снова распаляясь. – Знаю я твои штучки, Тиа! Север ещё тогда, до низвержения нас в Великое Ничто, являлся моей вотчиной. Я населил его отважными воинами, которым не страшны ни холод, ни мрак, ни смерть. Я дал им в руки мечи и объяснил, что кровь врага на лезвии – лучшее, что есть в мире. Вы в эти земли нос сунуть боялись! А сегодня ты приходишь сюда, творишь без спроса свою волшбу! С собой притащила невесть кого!

– Ещё раз повысишь на меня голос – и я начну выходить из себя, – предупредила его Тиамат. – Когда-то ты был грозен и могуч, не всякий из нас рискнул бы пойти против твоей воли.

– Вот-вот! – рыкнул Витар.

– Ты пропустил главное, – голос Тиамат с каждой секундой всё более и более напоминал шипение змеи. – Слова «когда-то» и «был». Это – прошлое. А в настоящем всё обстоит по-другому. Среди нас, вернувшихся в мир, только мне был возведён храм. Одна я обрела свой дом, а с ним, как водится, и часть первородной силы. Ты хочешь повоевать, братец? А пошли. Почему нет? Посмотрим, кто кого. Что у тебя есть, бог воинов? Спесь, умение рвать глотку да сотня новичков с ржавыми мечами. За мной же стоят те, для кого война – родная мать. Да вот, глянь, сможешь ли ты похвастаться такими воинами, как мои?

Витар, недовольно сопя, обвёл глазами рыцарей, уже поднявшихся на ноги, вставших в боевые порядки, и обнаживших мечи.

В глазах исполина мелькнуло непонимание.

– Я – ваш бог! – взревел он. – Вы жрецы войны! Войны, которую я и придумал! Вы не должны, не можете служить моей змееподобной сестрице! Ваше место – близ меня.

– У н-нас уже есть та, кому мы отдали с-свою верность, – спокойно и рассудительно подал голос брат Юр из-за железных спин рыцарей. – М-мы служим ей, и до тех пор, п-пока существует н-наш орден, ничего не изменится. И, если надо б-будет, мы умрём с её им-менем на устах. Все. До п-последнего человека.

Тиамат горделиво приосанилась, то ли решив покрасоваться перед братом, то ли и впрямь забыв, что речь идёт не о ней, а о её дочери.

– Для меня мой бог – мой отец, – деловито заметил Назир, непривычно разговорчивый сегодня. – И он воин в сотню раз лучший, чем ты, хотя бы потому, что он сражается, а не кричит. Ты говоришь, что твоё дело война? Слова. Одни слова, и не более. Какой ты воин? Я плюю на тебя.

– Убью, – неожиданно спокойно сообщил ему Витар. – И тебя, и твоего отца. Как его имя?

– Хассан ибн Кемаль, – с готовностью отозвался Назир. – Когда придёт час, он с радостью скрестит с тобой саблю. Я передам ему наш разговор и твоё обещание.

Ах, хитрец! Ну конечно же! Как я мог забыть о заветном желании ибн Кемаля сразиться с богом? По старой привычке он, не до конца доверяя мне и богине, дал соответствующие указания своему питомцу, которые тот при первом же удобном случае выполнил, и теперь поединок состоится в любом случае. Любом удобном случае, разумеется.

– Предупреждаю тебя, Витар – вмешалась в беседу Тиамат – Его отец присягнул мне. Тронешь его – тронешь меня.

– Я подожду, – ухмыльнулся бог войны. – Раньше или позже всё равно дойдёт до выяснения того, кто будет владычествовать, а кто покинет этот мир. Вот тогда я вас всех приберу – и тебя, и дерзкого заику, который не знает, как правильно говорить с богом, и отца, и сына, и вон того, за его спиной, до кучи прихвачу. Стоп! А ну, не отворачивайся, глянь на меня!

Выбора у меня, как всегда, не было, пришлось повернуться к богу лицом и даже изобразить на нём улыбку.

– Ты! – снова сошёл на крик Витар. – Предатель! Изменник! Вот мы и встретились!

Рыцари недовольно заворчали, я так понял, они близко к сердцу приняли тот факт, что меня оскорбили. Трогательно, но не ко времени. Не полезли бы они в драку, сейчас она совершенно ни к чему.

– Как-то так, – согласился с ним я. – Добрый день.

– Кому добрый, а кому и смертный, – Витар деловито вытянул меч из ножен. – Пёс с ним, с временным перемирием. Нет моих сил больше. Готовься к смерти!

Глава двадцать первая, последняя,

в которой герой разрывается на части

Что, опять? Ну сколько можно? Такое ощущение, что меня кто-то проклял. Хотя о чём я? Да наверняка. Например – бабушка Гедран, которую только что испепелили.

Ладно, шутки шутками, а этот верзила и вправду нацелился меня прикончить. Причём собственноручно, без всякой магии.

Лязгнули доспехи, рыцари моментально изготовились к бою, закрыв меня своими телами. Приятно, чёрт побери! Вот ведь! И Кайзерплатц, который давеча на меня ругался, сделал это первым, опередив даже Гунтера.

– Стой, брат, – в руках Тиамат засветилось зеленоватое пламя, формой напоминавшее мячик для гольфа, но неуклонно растущее в размерах. – Стой. Я не хочу войны, для неё ещё не пришло время, но если ты тронешь этого человека, она начнётся. За его жизнь я возьму тысячи других. Готов ли ты поставить на кон существование тех, кто пошёл за тобой? Что там – ты готов рискнуть и вступить в схватку со мной? Ты воин, это так, но я тоже не безобидная дурочка-хохотушка вроде Лилит. У меня сейчас куда больше силы и власти, чем у тебя и твоей жёнушки, вместе взятых.

– Жизнь смертного ты ставишь выше, чем желание родственника? – остановился Витар. – Ты безумна, сестра! Эти существа лишь черви в грязи под нашими ногами.

– Об-бидное сравнение, – заметил брат Юр, незаметно переместившийся поближе ко мне. Или просто спрятавшийся за спины рыцарей? – Унизительное. М-мы жили в этом мире всегда, а в-вы, уж простите, м-мотались в Великом Ничто, без т-тел, мыслей и ж-желаний. Почему? П-потому что некогда изгнали из м-мира не нас, а в-вас. Т-так что спорный м-момент, кто есть кто.

Витар скрипнул зубами, вперив гневный взгляд в казначея Ордена, но тот и глазом не моргнул. Мало того – ещё капюшон с головы скинул.

– По сути, он прав, – заметила Тиамат. – И сразу скажу – этот заика тоже служит мне. Тронь его – придется держать ответ. Ещё раз предлагаю тебе разойтись миром.

– Вы все – мертвецы, – со скрежетом убрав меч в ножны, заявил Витар и для убедительности обвёл нас пальцем, закованным в сталь. – Все! Я лично каждому сердце вырежу.

– Страшно-то как, – хихикнул кто-то из молодых рыцарей.

– Он похож на Хельга-дурачка из замка моего папеньки, – заметил другой. – Того тоже все, кому не лень, лупили, а он всякий раз грозился отомстить. Ужасно и неотвратимо.

– Отомстил? – заинтересовалось сразу несколько рыцарей. – Или нет?

– Какой там. Мало того – за каждую такую угрозу он ещё и дополнительных тумаков получал.

Тиамат расхохоталась и несколько раз хлопнула в ладоши, где никакого мячика, сплетённого из пламени, уже не наблюдалось.

Витар с очень мрачным видом буркнул себе что-то под нос, вспыхнуло пламя, а когда оно мгновением позже опало, то его с нами уже не было.

– Как был мальчишкой, так им и остался, – немного брезгливо заметила Тиамат. – С одной стороны – хорошо, потому что противник с мозгами дитяти не столь опасен. С другой – плохо. Немного славы в том, чтобы победить глупца или ребёнка. Хотя… Нет, хорошего больше. Победа всегда останется победой, над кем бы ты её ни одержал. Твоего врага забудут, твою славу – нет, по крайней мере, до тех пор, пока ты жив.

– Это да, – согласился я. – После того, как победитель помрёт, его подвиг запросто на кого хочешь могут переписать, были бы платёжеспособные желающие.

– Будь осторожен, воин, – посоветовала мне Тиамат. – Витар хоть и глуп, но по-своему честен. Если обещал вам сердца в битве вырезать, то так и сделает, я его знаю. Не раньше, не позже. Но вот его жена… От неё чего угодно можно ожидать, для этой стервы главное результата достичь. И в способах достижения поставленной цели она никогда не стеснялась, мне ли не знать? Нет, в открытую она тебе вредить не станет, но за спину себе всё же поглядывай. Чтобы внезапный удар не пропустить.

* * *

«Игрок Хейген, уведомляем вас, что до той поры, пока богиня Тиамат благоволит вам, другие снизошедшие до Файролла боги вас не тронут.

Но бойтесь разгневать свою покровительницу. Боги легко дарят, но так же легко и забирают то, что вручили с заверениями благодарности за содеянное для них благо. Стыд или угрызения совести им неведомы».

* * *

А то мне это неизвестно. Иные ворюги – и то пристойней, чем эти небожители. К Ромулу, впрочем, это не относится, на нём клейма ставить негде. Ещё раз – не забыть его потрепать насчет Рышханы. Пометку, что ли, поставить куда какую? Очень уж много всего на меня навалилось.

– Не тяни, воин, – ткнула меня в грудь пальцем Тиамат, после развернулась и отправилась в центр поляны, продолжая говорить. – Времени мало, его почти не осталось. Мир натянулся, как льняная тряпица, и скоро треснет там, где нити окажутся слабее всего. И мне надо, чтобы эта слабина оказалась не среди тех, кто служит мне.

Ещё одна вспышка – и вот на совсем ещё недавно белоснежной, а теперь затоптанной, загаженной и захламленной брёвнами от теперь уже разваленной до самого основания избушки остались только мы. Люди.

– Неплохо д-день начался, – невозмутимо заявил брат Юр. – Н-нескучно. Скажи, ассасин, а к-как это ты так л-ловко ведьму стреножил? До т-того момента спросить не б-было, а узнать х-хочется.

– На верёвку нанесены руны, – пояснил Назир, показывая нам данный предмет. – И камни на её концах тоже зачарованы. Большие деньги одному волшебнику с Востока за эту магию наш отец отдал, специально людей к нему отправлял. Десять верёвок таких этот маг сделал, больше не стал, хоть и очень просили.

Уж не о Бахрамиусе ли речь? Похоже на то.

– Славная в-вещица, – одобрил казначей. – Поговорю с Хассаном, м-может, одну такую себе в-выпрошу. Или с-сменяю на что.

Я присел на брёвнышко и попытался разобраться с мыслями, поскольку подумать было над чем, и первое, что пришло на ум, совершенно не относилось к насущным проблемам.

Просто я в очередной раз поразился хитрости плетения игрового сюжета, если происходящее здесь и сейчас можно было вообще подогнать под данное понятие. И ещё тому, как много значит случай в жизни человека.

Пять минут назад я был страшно зол на себя за то, что в очередной раз проявил ненужную инициативу и влез в очередной бесконечный квест, который был мне совершенно не нужен. А сейчас как ребёнок радовался данному обстоятельству. Вот такой поворот вокруг своей оси.

Именно это меня и спасло от карающей длани Витара. Нет, в конкретном данном случае эта смерть мне бы не повредила, ну, умер и умер, дело житейское. Посидел бы в исподнем в замке минут десять, попугал бы в очередной раз сестрицу, которую наверняка бы понесло погулять именно в этот момент, а после вернулся бы за вещами. Вроде бы невелика беда. Но ведь этим бы не ограничилось. Рубль за сто, что мстительный здоровила начал бы меня кошмарить по полной и вне поляны, знаю я их божественное племя.

А так – обошлось. И во многом как раз потому что Тиамат повысила мой статус в своих глазах.

Впрочем, к делу это не очень относится. Главный вопрос другой – за что хвататься в первую очередь? Важно-то, по ходу, вообще почти всё, даже поиски неведомой мне Рышханы. Я ведь давно уже осознал, что не свиту Тиамат подбираю, а её войско формирую, то самое, что на поле Большой Битвы, о которой давеча с придыханием упоминала Олеська, встанет со мной плечом к плечу. Ясно ведь, на чьей стороне я буду сражаться, под чьими знамёнами стану пиксельную кровушку проливать. И чем больше сущностей Тиамат поддержит, тем выше шанс на успех.

Вот только одно меня смущает – Тёмный Властелин. Пока всё складывается так, что он богине-покровительнице если не друг, то точно не враг. А ведь именно его виртуальная голова является ключом к моей реальной свободе.

Впрочем, глупости говорю. Вернее – думаю. Тиамат ещё та стерва, ей соратники нужны аккурат до той поры, пока число претендентов на мировое господство не сузится до двух персон. И вот тогда или она, или Странник – третьего не дано.

И обратно выходит, что те, кто не встанет в наши ряды, пополнят число бойцов нового Владыки Тьмы.

– П-по-моему, всё получилось з-замечательно, – сообщил мне брат Юр, присаживаясь рядом. – В-ведьма мертва, б-богиня довольна, ну, а мы узнали, г-где хранятся потребные н-нам документы.

– Относительно узнали, – сразу насторожился я. – Лично мне о данном урочье ничего не известно.

– И н-никому не известно, – подтвердил казначей. – П-почти. М-мало кто б-бывал на г-границе Вечных снегов и з-здравого смысла. Ещё м-меньшее количество людей после в-выбиралось оттуда к себе подобным. Причём д-дело тут не в холоде и голоде, в-вечных спутниках Б-белого Безмолвия. Т-там нечто другое об-битает, ч-чему вот так с-сразу и объяснения не п-придумаешь. Н-нечто, живущее за г-гранью действительности. Н-не смогу я тебе всего объяснить, п-потому что и сам не все п-понимаю.

– Вы там были? – утвердительно спросил я.

– Н-не там, – покачал головой брат Юр. – Но неподалёку. Н-на границе Вечных снегов м-мы с Хассаном п-потоптались, да и пошли в-восвояси. В-вернее – побежали. Т-то, что живёт в тамошних краях, д-дало нам уйти. То ли п-пожалело, то ли п-поленилось догонять. Н-но именно там м-мою голову начала п-покрывать седина.

Как-то всё это не очень весело звучит, мягко говоря.

– Я п-потом, через несколько лет, к-когда уже начал с-служить Ордену, навёл кое-какие с-справки об этом месте, и п-понял, что правильно м-мы поступили, – продолжил казначей. – З-забавы ради там ошиваться не стоит, ц-цена этого любопытства может оказаться в-высоковата. Д-да и не войдёшь ты в урочье Вечных Снегов п-просто так. Ключ н-нужен.

Естественно. Как же без ключа? Без него никак. Традиции жанра. Сначала ключ, потом к нему брелок, потом ещё что-нибудь… Не знаю… Придверный коврик с изображением розового пони.

– Ну так что, л-лэрд Хейген, – чуть насмешливо глянул на меня брат Юр. – Т-ты с нами? М-мы продолжим этот путь, у нас нет в-выбора. У тебя – есть. Б-богиня сурова, но она т-там, на небесах, а ты з-здесь, на земле. В-велико расстояние, если ты п-понимаешь, о чём я г-говорю.

– Велико, – согласился я. – Но боги всё чаще ходят с нами по одним дорогам, стоит ли их злить? Да и не люблю я бросать дело на половине. Я с вами. Кстати, если не секрет – а это урочье вообще где? Нет, я догадываюсь, что здесь, на Севере, но он велик.

Брат Юр помедлил мгновение, после достал из наплечной сумки свёрнутую в рулон карту, расправил её, а после ткнул пальцем:

– В-вот тут. Если и есть на С-севере самая невероятная г-глухомань, т-то это именно она. Т-там даже медведей нет. И с-сов тоже. М-мёртвое молчание – и т-только.

Глуше не придумаешь. Это же даже севернее замка Фомора! Туда вообще никто не заглядывает, даже самые упёртые игроки. Я помню, читал про местности на самом Крайнем Севере ещё в том году, когда искал подходы к Повелителю Снегов. В основном игровой люд считает, что данная зона зарезервирована под грядущие обновления, как и Серые Земли на левом берегу Крисны, поскольку там на самом деле ничего нет. Совсем. Совершенно. Ни монстров, ни населённых пунктов, ни заданий, ни достижений. Снег, стылые деревья да мороз, вытягивающий жизненную энергию похлеще иного пылесоса. Все.

Но, как оказалось, имеется там ещё некая небольшая локация со скверной репутацией.

* * *

Вами выполнено задание «Туда, где молчит Вечность».

Награды:

35 000 опыта;

картина-пейзаж «Белое безмолвие», для размещения в личном гостиничном номере (при наличии такового).

* * *

Нет худа без добра. Схлопнулся квест, причём куда быстрее, чем я ожидал. Нет, что брат Юр что-то знает, было сразу ясно, но с его любовью наводить тень на плетень можно ожидать чего угодно.

А новый не выдался. Плохой знак, весь мой опыт об этом говорит.

– К-ключ, – брат Юр подышал на ладони. – Т-тут всё тоже очень непросто. Он спрятан не т-тут, не на Севере. В-вот такой извив с-судьбы. Я б-больше скажу – его д-даже на поверхности з-земли нет.

Нет. Ну нет же! Только не подземелья! Опять…

– Т-тебе прекрасно известно, что я очень н-не люблю неразгаданные з-загадки, – казначей поднял длинную щепку и начал ей что-то вычерчивать на грязном снегу. – Е-есть у меня такая с-слабость. П-потому, пусть и не сразу, я в-выяснил, что там к ч-чему.

– И? – скверные предчувствия меня просто захлёстывали.

– К-ключ – это не к-ключ в чистом понимании д-данного слова, – веточка с легким скрежетом обозначила на снегу вышеупомянутый предмет. – Нет-нет. Это п-предмет, выполняющий его ф-функцию. В данном случае – б-бубен. Ш-шаманский бубен. Именно он н-некогда запеч-чатал вход в урочье В-вечных снегов, и он же м-может его открыть. Д-дело в том, что в этом с-самом урочье в старинные в-времена п-проживала горстка л-людей, которые называли себя «неритами», и н-некогда служили самим Д-демиургам. П-последние, уходя, н-наградили своих с-слуг, даровав их землям з-защиту от любых захватчиков. Н-но визит в-ведьмы всемогущие Д-демиурги п-предвидеть не могли, а та в-взяла, да и заявилась к неритам. М-мало того – в-выкрала магический б-бубен, освящённый всемогущими п-повелителями сущего, п-предварительно уб-бив тамошнего ш-шамана. Магия к-крови, помноженная на силу артеф-факта… Н-ну, ты понял?

– Ещё бы, – кивнул я.

– Вот-вот, – брат Юр глянул в ту сторону, где ветер почти разнёс по сторонам пепельные останки Гедран. – Хотя я и п-предположить не мог, что там покоится Ат-тельстан. Не связывал я д-два этих факта в-воедино, к своему стыду. Д-думал, что дело в п-прислужниках Демиургов, что именно из-за н-них это урочье считается н-недобрым местом. При этом ведь все л-логично – оставить там тело р-рыцаря-ренегата, з-запечатать вход и сп-прятать бубен т-так, что его запросто и не н-найдёшь. П-простейшая схема. Особенно если учесть, что Г-гедран была отличным з-знатоком с-самых отвратных з-закоулков Раттермарка.

Простейшая. Как же…

– И где она в результате сховала бубен? – чуть надавил на казначея я. – Вы знаете?

– П-приблизительно, – вздохнул тот. – Есть вещи, к-которые и мне не под с-силу. Известно только, что это очень с-старый г-город, к-который п-по какой-то причине был низвержен б-богами в глубины з-земли вместе с н-населением. Т-то ли за неп-потребное поведение его об-битателей, т-то ли по ещё какой-то причине. Т-там с-сей град пребывает и п-поныне. Ещё известно его п-первоначальное название – Реенваар. П-после его ещё как-то называли, но как, что… Не з-знаю. А, вот ещё. Упомянутые «г-глубины земли» находятся т-там, где ныне высятся Ринейские г-горы. К-ключ там, но где это «т-там», я так и не смог уз-знать. Д-да и не особо усердствовал, у м-меня много других дел было. К-кто же мог предположить…

Пусть это будет просто город. С восставшими трупами, с монстрами, с… С чем угодно! Пожалуйста! Но только тот, в котором я ещё не был. Точнее – не тот, в котором я уже как-то раз был!

– Впрочем – в-вру, – веточка отлетела в сторону. – В одном с-старом свитке было сказано, что н-наказание жителям этого г-города б-было отмерено б-бесконечное количество т-тишины и покоя. Н-не знаю, что имеется в виду, н-но думаю, что ничего х-хорошего.

* * *

Вам предложено принять задание «Город, которого нет».

Данное задание является девятым в цепочке квестов «Повелительница сотен клинков».

Условие – отыскать заброшенный город, затерянный в глубинах гор, и войти в него.

Награды:

55 000 опыта;

15 000 золотых;

памятная подарочная медаль «Реенваар – город контрастов»;

получение следующего квеста цепочки.

* * *

Нет. Ну нет же! Чтобы вам всем пусто было!!!!!

Я открыл карту. Да. Красное пятно захватывает именно тот радиус, где находится город, который лично мне известен, как Ашш-Рахуз. Но это, надо полагать, его новое название, которое ему присвоили дуэгары, обитающие неподалёку. Похоже на их язык.

А раньше, стало быть, его именовали Реенвааром.

Господи, ну какая же извращённая фантазия у тех, кто это все придумал. Вдумайтесь в абсурд задания, пусть пока грядущего, но однозначно неизбежного – в итоге мне придётся спереть бубен из города, в котором нельзя шуметь! Не знамя девятого легиона, не любимую детскую игрушку королевы Анны, не даже личные чётки Хассана ибн Кемаля. Бубен!!!! Из места, где абсолютная тишина – залог не только здоровья и жизни, но, возможно, и рассудка. Помню я, как оттуда удирал, ломая ноги.

– П-по лицу вижу – ты что-то з-знаешь, – проницательно заметил брат Юр. – Н-не поделишься?

– С радостью, – без капли мстительности произнес я. А какой смысл в злобствовании? Эта напасть точно моя. Не рыцарей же в тот безмолвный ад посылать на убой? – Всё расскажу, ничего не утаю.

– Если н-не секрет – что ты там д-делал? – осведомился у меня брат Юр, внимательно дослушав рассказ, разумеется, изрядно подредактированный и цензурированный. – Как туда п-попал?

– Ногами, – я даже притопнул для наглядности. – Как же ещё? Искал одну штуку, но вот так и не нашёл. Жизнь дороже оказалась.

– З-значит, от моих вояк т-там толку нет, – подытожил брат Юр, как видно, решив пока не напирать на меня с вопросами. И правильно, всё равно ответов не будет.

– Причём дважды, – подтвердил я. – Во-первых, потому, что они тихо ходить не умеют, во-вторых, потому что до кучи ещё и всех дуэгаров из окрестностей на себя стянут. Они очень уважают гостей из числа «светлых», преимущественно в жареном виде. А в нашем случае – запечённом. Рыцарские доспехи для данных целей отлично подойдут.

– Я с-слышал, что почти все д-дуэгары сейчас обретаются в Серых Землях, – заметил брат Юр. – У своего н-нового старого хозяина.

– Бойцы – да, – хмыкнул я. – А вот их жёны и дети все там же, где и были, под горами. Уж поверьте мне, они своего не упустят.

– И что будем делать? – взял быка за рога казначей. – Б-без этих бумаг мы не п-продвинемся дальше.

По его взгляду всё становилось ясно. Он меня уже отправил туда, под Ринейские горы. Уверен, у него в запасе не менее двух дюжин убийственных аргументов на этот счёт.

– Только не сегодня, – попросил я. – В смысле – да, беру эту миссию на себя, тем более что выхода у нас особо и нет. Но только сегодня я туда не пойду. Тут надо подготовиться, причём больше морально, чем физически.

– В-выход есть всегда, – покачал головой брат Юр. – В-вопрос всегда только в т-том, не окажется ли этот в-выход всего лишь к-коридором, в-ведущим в новый лабиринт, к-который куда з-запутанней предыдущего. Что же до дела – да, не в н-наших интересах п-привлекать к нему н-новых людей со стороны. С-слепые и глухие тут не п-подойдут, а з-значит, мы можем получить не с-союзников, а конкурентов.

Он похлопал меня по плечу, выбросил веточку, встал с бревна, поёжился и произнёс.

– Н-надо отправляться в замок. Леебе, к-конечно не южный берег, но там в-всё же теплее, ч-чем здесь. Друг мой, ты отправишься с н-нами?

«Друг мой». Ишь ты. Как видно, всерьёз обеспокоен брат Юр тем, насколько в данный момент он зависит от меня. Не любит он ситуаций, на которые никак не может воздействовать. Хотя, конечно, его можно понять.

– Пожалуй, – кивнул я. – Чего тут делать-то? Да ещё, не дай бог, лесник местный придёт, счёт за поваленные деревья выставит.

Хотя, если честно, мне было вообще безразлично, куда именно направляться. Не то чтобы все эти хитросплетения совсем уж выбили меня из седла, но определённая прострация присутствовала. Я на самом деле не знал, за какой из квестов хвататься. Раньше было проще, раньше имелся некий основной путь, по которому надо идти, и несколько побочных, факультативных. Сложится – хорошо. Не сложится – займусь ими потом.

А тут – все главные. Вообще – все. Включая даже тот, который ещё утром считался убранным в резерв, – тот, что связан с возвращением моего костлявого друга на земли, находящиеся под контролем Светлых рас.

Кстати. Вот тоже интересно – а тени из заброшенного города сочтут Сэмади своей законной добычей или нет? Формально-то они все мертвы, то есть попадают под его протекторат. Если да – то, считай, дело в шляпе. То есть – бубен в сумке.

А если нет, то он, возможно, поможет мне унести оттуда ноги.

Нет, ещё у меня есть небольшой козырь в кармане, в виде двух личей, что ошиваются в песках Востока, но это не тот калибр. Им в Реенвааре ничего не светит, полагаю. Порвут их так же, как и любого другого.

Всё это я додумывал уже на мосту, ведущем в замок Ордена, практически в гордом одиночестве. Только верный Назир ошивался рядом, время от времени поплёвывая в озеро. Брат Юр и рыцари давно ушли внутрь, перед этим усиленно зазывая меня последовать за ними, но так и не добившись успеха.

Кстати, чтобы хоть немного отвлечься от тягостных мыслей, я изучил подарок богини. Кулон оказался неплохой поделкой работы старых мастеров. Нет, ничего особенно сверхъестественного он из себя не представлял, но, думаю, ту же Сайрин подобная вещица порадует. Тут тебе и «мудрость», и прибавка к мане.

Впрочем, ещё его можно выгодно продать. Повторюсь – работа времён Второй войны Скелетов, коллекционеры такое редко пропускают. Вот только – на фиг надо. Денег и так полно, а на аукционы у меня времени нет.

И всё-таки – с чего начать? Может, и правда с Сэмади? Вот только как его вытаскивать с того берега Крисны, я не представляю. Порталы там не работают, контрабандные тропы ещё не протоптаны, орлов, которые могли бы нас перенести по воздуху, здесь тоже нет. Грифоны имеются, но они все подчиняются эльфам-НПС и фиг куда повезут повелителя мёртвых. Максимум подбросят до того места, где нам обоим устроят торжественную встречу с последующим долгим и мучительным умерщвлением.

Да чёрт с ним – оттуда. Непосредственно туда-то мне как опять попасть? Один раз удалось, и то с хитрым подвывертом, но во второй такая штука не выгорит. Разве что Тиамат подсобит, на это её силенок может теперь и хватить. Но опять же – вот попаду туда, и что?

Хотя… На поверхности дорог, ведущих туда, нет. А под землёй? Вся эта орда дуэгаров как-то в Серых Землях оказалась же? И не они одни, заметим. Например – ну вот не слышал я рассказов про то, как каменные тролли вплавь Крисну форсировали. И не могло такого случиться, они открытых водных пространств боятся, потому и селятся в таких местах, где, кроме дождя, никаких водоёмов в помине нет. Нет, понятно, что это НПС, и они там, где должны быть, но это Файролл, с его до мозга костей надоевшим подобием реализма. Если тролли туда попали, то точно не по щелчку пальцев разработчика. Они сами пришли и камушки с собой приволокли.

Вывод – есть тропка, почти наверняка подземная. И очень, очень, очень хорошо спрятанная. Настолько, что даже моей репутации у тёмных рас на её рассекречивание может не хватить. Но это не значит, что не стоит пробовать её отыскать.

И я знаю, откуда следует начать поиски. Селение дуэгаров близ разрушенного города. Не скажу, что это самое приятное место из тех, где мне доводилось бывать, но тамошние обитатели меня хоть сколько-то, но знают, потому, глядишь, сразу не сожрут. Плюс тамошний шаман, который сейчас почти наверняка обретается где-то близ Странника, вроде как мне покровительствовал, и о данном факте в поселении тоже всем известно. Шамана же там уважают. Да оно и ясно – он дядька лютый, всё знает за жизнь и тюрьму.

Короче – вот и ясность появилась. Два задания худо-бедно сплелись в одно, и теперь понятно, с чего я начну.

Впрочем… Нет. Не с этого начну. До того следует пойти и узнать, что конкретно мне хочет поручить богиня. Из конца-то в конец – надо же представлять весь объём трагедии? И ещё – знакомы мне эти штучки. Я под горы слазаю, всё там выполню и обратно на поверхность вернусь, а потом окажется, что и эта цепочка вела в те края. На фиг – на фиг, проходили.

Назир, заметив, что я полез в сумку, подошёл поближе ко мне и вопросительно поднял брови.

– К богине в гости нагрянем, – пояснил я ему. – Пообщаемся ещё разок.

Туда его взять можно, почему нет? Его повелитель прочно занял позиции Тиамат, а значит, таиться от Назира особого смысла нет. Более того – излишней скрытностью себе можно навредить.

И вот тут я просчитался. Как выяснилось, свиток перемещения, вручённый мне богиней ещё на полянке, моего телохранителя в расчёт не брал. Он остался там, на мосту, а я оказался у подножия белоснежной лестницы с золочеными перилами, ведущей к…

Дворцу?

А где деревья, сумрак, замок Повелителя Снегов? Где это всё?

Нету их! Как я и предполагал ещё тогда, когда мы первый камушек в основание храма заложили. Сменила всё же богиня прописку, что логично. Хотя там, на вершине Айх-Марака, лично мне было комфортней и привычней.

Теперь вместо родного мне сугроба имеется облако, на котором я стою и смотрю вверх, на огромную золочёную дверь, к которой ведёт широкая, но не сильно длинная лестница. Прямо облако-облако, натуральное, как есть.

Дверь, которой до которой я добрался за несколько секунд, прыгая через ступеньку, против моих ожиданий, распахнулась сама, как бы приглашая меня зайти внутрь. Чиниться смысла не имело, и я шагнул вперёд.

* * *

«Получено уникальное единичное достижение “Первый гость – радость богам”!

Вы первый обитатель Раттермарка, который переступил порог нового обиталища Вернувшихся богов!

Вы получаете:

эксклюзивный нагрудный знак “Ох, где я был!”;

титул «Личный гость небожителя»;

+1000 единиц жизненной энергии;

+1000 единиц маны;

1 уровень;

подарочный чайный сервиз «Посидим, пошвыркаем» на 6 персон;

памятную картину «С богиней чай пить будем до утра» для размещения в личном гостиничном номере (при наличии такового).

Примечание. Данное достижение проходит вне основных категорий и в общей рейтинговой таблице не учитывается».

* * *

Смотри-ка ты, единичное. Не скажу, что удивили, было у меня уже что-то такое же, но всё равно – приятно. Да и бонусы недурственные. Например – вот, уровень.

* * *

Вами получен уровень 93!

Доступных для распределения баллов: 5.

* * *

– Входи, воин, – громыхнул под расписным потолком голос Тиамат. – Я рада, что ты выполнил мою волю столь быстро.

Богато, богато устроилась богиня, компенсирует, как видно, всем этим шиком скудность обстановки Великого Ничто. Лепнина, позолота, блеск драгоценных камней! Ещё чуть-чуть, и она доберётся до уровня депутатских дач на Рублёво-Успенском шоссе.

А уж какой себе зал для приёмов она отгрохала! На эдаком пространстве можно смело не то что футбольный матч проводить, но и Последнюю Битву мира устраивать!

Но кое-что привычное все же осталось. Например – девочка Пауни, играющая на ступенях, ведущих к трону, со своей змейкой. Да и вторая смертельно опасная гадина никуда не делась, вон она в углу зелёной чешуйчатой грудой притаилась.

* * *

Вами выполнено задание «Тронный зал».

Награды:

25 000 опыта;

ювелирное украшение (рандомно).

* * *

– Воин, я знаю, ты человек действия, – сообщила Тиамат, величественно взирая на меня с высоты своего нового положения. Постамент для трона, она, конечно, отгрохала ого-го какой. Ей к нему подъёмник нужен, без него туда-сюда не набегаешься. – Буду кратка. К чему ненужные детали того дела, за которое ты возьмёшься?

– И то правда, – не удержался от иронии я. – Зачем мне лишнее знать?

– Вот-вот, – кивнула богиня, не уловившая, на мое счастье, полутонов. – Итак. Воин, как ты знаешь, Демиургов было двое.

Не знал, кстати, этого. Новость. И любопытная. Статуй вроде было три. Или я что-то путаю? А, может, тот, кто стоял на третьем постаменте, был не Демиургом? Тогда кем?

– Они явились в дыму и пламени вдруг, как бедствие, – помрачнела Тиамат. – Мощь, знания, напор этих существ были безмерны. Спасения от них не имелось, я и мои сородичи, собственно, даже особо и не сопротивлялись, осознавая собственное бессилие. Мы пали, а они после расправы покинули этот мир. Но, уходя из пределов бытия, они вновь оставили здесь, в Раттермарке, своё оружие, то, что разило даже тех, кто считался бессмертным. Оно хранилось тут и ранее, ещё с той поры, когда они создали этот мир, но его поиски в доисходные времена нам не принесли успеха.

А про что-то такое ещё старина Орт упоминал. Но это не главное. Другое впечатляет – ну и аппетиты у вас, тётенька! Да если я такую штуку найду, то лучше себе её оставлю, чем вам отдам.

– Сейчас всё по-другому, – Тиамат даже поднялась с трона. – Мир изменился, и те тайны, что были скрыты от него тысячелетиями, перестают быть таковыми. Меч Демиургов уже явил себя миру, ныне он в руке того, кого все именуют Тёмным Властелином. Но Копьё… Оно ещё ждет своего хозяина. Нет, не хозяина. Хозяйку! Меня! И его мне принесешь ты, человек. А когда это случится, ты узнаешь, что такое по-настоящему божественная награда.

Да в курсе я о том, какова благодарность сильных мира всего, проходили в прошлом. Много обещаний и очень мало пользы в результате, потому что, по их мнению, сам факт того, что они кому-то позволили для них что-то сделать, сам по себе уже величайшая награда. Доверие же оказано!

Но за дело это я возьмусь, потому что, как и было сказано ранее, такое копьё мне самому пригодиться может.

– Рекомендую начать поиски оттуда, где когда-то всё закончилось, – уже без пафоса, деловито произнесла богиня, усаживаясь обратно на трон. – С первоисточников. В Эйгене, в Академии Мудрости, есть некая закрытая секция, где лежат документы, повествующие об уходе Демиургов, они сами их туда определили перед своим уходом. Думаю, там ты найдёшь подсказку, которая укажет тебе путь.

* * *

Вам предложено принять задание «Тайны, скрытые от всех».

Данное задание является вторым в цепочке квестов «Дорога к престолу богини».

Условие – попасть в закрытую секцию библиотеки Академии Мудрости, что расположена в столице Западной Марки, городе Эйген, и изучить там документы, связанные с падением богов и уходом Демиургов из Файролла.

Награды:

100 000 опыта;

3 драгоценных камня из малой рубиновой шкатулки богини Тиамат;

свиток для перемещения ко двору богини Тиамат;

получение следующего квеста цепочки.

Примечание. Для выполнения данного задания достаточно будет изучить десять архивных документов, в которых упоминаются Демиурги.

* * *

– Ясно, – я поклонился богине. – Пойду выполнять.

– Вот свиток перемещения ко мне, – Тиамат щёлкнула пальцами, в сумке что-то прошелестело. – Как что-то узнаешь, сразу извести об этом меня.

– Всенепременно, – заверил я её. – Отправлюсь в путь незамедлительно!

Ага, как же. Ничем я заниматься сейчас не стану, а выйду из игры и пойду поем. А завтра, после работы, на которой всё же следует появиться, отправлюсь не в столицу Западной Марки, а в совершенно другую сторону. Туда, где темно и страшно. Туда, куда меня сейчас перенесёт свиток.

Почему? Потому что не стоит самое неприятное оставлять на потом. Оно ведь никуда не денется.

Но это всё – завтра. А пока – пойду передохну. Заслужил.

Конец второго тома

Автор благодарит за неоценимую помощь в работе над книгой Вадима Лесняка, Дмитрия Нефедова и Дмитрия Овдея.

Content

Андрей Васильев
Файролл. Квадратура круга. Том 2

Глава первая, из которой следует, что лучшее враг хорошего

Глава вторая, подтверждающая мнение о том, что хаос – он везде

Глава третья, в которой речь пойдет о том, что иногда лесть лучшее оружие

Глава четвёртая, свидетельствующая о том, что во всём происходящем есть хоть какой-то смысл

Глава пятая, в которой каждый скручивает «фигу» за спиной

Глава шестая, в которой герой пытается на грош купить пятаков

Глава седьмая, в которой речь идёт о старых знакомых

Глава восьмая, в которой речь пойдёт о том, что каждый вправе поступать так, как он сам хочет

Глава девятая, из которой следует, что и туман не всегда помеха

Глава десятая, в которой речь пойдёт о старых знакомых

Глава одиннадцатая, в которой герой пытается соблюсти баланс

Глава двенадцатая, в которой герой почивает на лаврах

Глава тринадцатая, в которой мало кто остаётся довольным

Глава четырнадцатая, в которой все какие-то нервные, а главный герой, наоборот, доволен жизнью

Глава пятнадцатая, в которой главный герой снова делает доброе дело на свою голову

Глава шестнадцатая, в которой речь пойдет о торгах, договорах и прочих деловых моментах

Глава семнадцатая, в которой звучат фанфары

Глава восемнадцатая, в которой герой наблюдает за происходящим и делает выводы

Глава девятнадцатая, в которой герой только под конец выйдет на первый план

Глава двадцатая, в которой мирным развитием событий даже и не пахнет

Глава двадцать первая, последняя, в которой герой разрывается на части