Константин Калбазов

Пандора. Одиссея

Пролог

– Как такое могло случиться?

Слабый дрожащий голос старика буквально полыхал яростью. Если бы его слова или взгляд были способны метать молнии или извергать пламя, то стоявший перед ним рослый и плечистый мужчина уже превратился бы в горстку пепла.

– Я виноват, босс, и готов понести любое наказание, – понуро произнес тот.

– В твоей вине никаких сомнений, Даррен. Но я спросил тебя не об этом.

– До последнего клона добрался Люк Флери, один из моих доверенных лиц. Каким образом подобное стало возможно в других местах, я сейчас выясняю. Диверсии были совершены одновременно, поэтому я не успел среагировать.

Джозеф Терри не любил доверяться случаю и всегда старался перестраховаться. Разумеется, если таковое было возможно. Поэтому, вопреки ожиданиям его недругов, помимо официального клона в центре клонирования в Сингапуре он имел еще три своих копии. Ни существование последних, ни место их нахождения, ясное дело, не афишировались.

Клонирование было известно уже давно. Но оно могло позволить воссоздать лишь точную копию физической оболочки. Благодаря технологии ускоренного роста уже через девять месяцев получалось двадцатилетнее тело. Но при этом оно имело мозг младенца. Если пойти долгим путем, то клона можно вырастить как обычного человека. Но это будет уже совершенно другая личность.

Нейросеть перевернула все и подарила практически бессмертие. Если с ее помощью синхронизировать донора и клона, то по прошествии необходимого срока на выходе получится полноценная копия. К тому же в случае использования сертифицированных центров клонирования – со всеми юридическими правами и обязанностями донора. Для рождения новой личности достаточно представить официальное свидетельство о смерти.

Джозеф Терри мог возродиться четырежды. Однако намеревался сдержать свое обещание, данное самому себе в память о покойной супруге. Он не мог ее вернуть, а потому решил прожить свою первую жизнь ровно столько, сколько ему отмерено природой. Ну или Богом, в которого он не верил.

Все было продумано, просчитано и предусмотрено. Никто, за исключением Даррена, не знал, где находятся все четыре клона. Последний содержался здесь, на Мартинике. И именно в нем должен был возродиться Джозеф. Наличие в штаб-квартире концерна «Терри» отделения клонирования было едва ли не самой охраняемой тайной.

Однако его конкуренты все же сумели раздобыть необходимую информацию. Наверняка на подготовку удара ушло много времени, сил и средств. И, вероятно, дольше всего им пришлось подбираться к помощнику начальника службы безопасности. К вопросу подбора кадров Даррен подходил более чем серьезно. Но если кто-то поставил перед собой цель и упорно движется в заданном направлении, то рано или поздно он своего добьется.

И самое обидное в том, что Терри видел выход из этой ситуации и был готов драться до конца. Однако его изношенное тело попросту не смогло бы выдержать необходимого срока. Речь всего-то о двадцати неделях, или неполных пяти месяцах. Да только врачи отводили ему не больше четырнадцати. То есть всего-то три месяца. И в точности прогноза сомневаться не приходилось. Он конечно же будет драться до конца. Но-о…

– И где этот твой Люк Флери? – поинтересовался Джозеф.

– После ликвидации клона покончил с собой.

– Семья?

– Мы нашли жену и обоих сыновей мертвыми в их квартире.

– Чертово клонирование. Они побили нас с его же помощью.

– Я тоже об этом подумал.

– А что тут думать, когда все на поверхности. Вышли на твоего человека, подкупили его и гарантировали клонирование всех членов его семьи. Что им стоимость каких-то четырех клонов, когда речь идет о сносе с доски моей фигуры. Удивляюсь, как они еще не решились устранить заодно и меня самого.

– Вообще-то пытались. Но убийцу мы остановили. С ним сейчас работают.

– Хоть что-то ты сумел сделать, как надо, – проворчал старик.

Да, Джозеф Терри был в ярости. Но это вовсе не значит, что при этом он готов спустить всех собак на Даррена. Его глава службы безопасности был абсолютно ему предан и уже неоднократно доказывал это. Старик не собирался рубить свою собственную правую руку. Несмотря на научную направленность его концерна, именно безопасность он всегда ставил во главу угла. И ей же был обязан многими своими успехами.

Да, Фостера обыграли. Да, на кону жизнь самого Терри. Но так уж вышло. Порой случаются и проигрыши. Нужно только делать из этого правильные выводы, никогда не сдаваться и, несмотря ни на что, двигаться вперед. Всегда и везде есть положительные моменты. Остается их только рассмотреть. Но пока нужно было срочно выправлять критическую ситуацию.

«Сабина?» – вызвал он главу отделения клонирования по каналу нейросети.

«Да, господин Терри?» – тут же отозвалась она.

«Синхронизация нейросетей ведь не зависит от ДНК. И по сути, мою личность можно скопировать на любой носитель?»

«Но-о…»

«Да или нет?»

«Да».

«У тебя есть подходящий клон, чтобы сделать это немедленно?»

«Да. Есть один созревший клон, и мы ему уже имплантировали нейросеть, которая успешно прижилась. Но донор в настоящее время в командировке».

«Донор мужчина?»

«Да, господин Терри».

«Хорошо. Подготовьте все для синхронизации клона со мной. Я уже выдвигаюсь к вам».

«Но…»

«И запускайте процесс создания моего клона».

«Процесс уже запущен».

«Вы умница, Сабина. Ждите».

«Да, господин Терри».

Как Джозеф не любил пускать все на самотек, так не желал и лишаться своих проверенных и важных для концерна кадров. Поэтому одновременно со своим клонированием он запустил программу по созданию копий своих видных специалистов. Разумеется, это уже делалось в официальных центрах.

Но стоило все же перестраховаться. А потому в их небольшом отделении также создавались клоны. После выращивания они погружались в анабиоз, сохраняя связь с донором и ожидая своего часа. Но отделение было совсем небольшим, а потому существовала определенная очередность. Разумеется, это противозаконно, и случись отстаивать права в суде – несертифицированный клон не смог бы наследовать своему носителю. Но никто и не собирался афишировать наличие этого отделения, как и его продукцию. Что в общем-то несложно, учитывая возможность получения точной копии, причем любого возраста.

Единственной его программой, не имеющей дублирования, являлась «Пандора». Такую бомбу он предпочитал иметь только в единственном экземпляре. Джозеф Терри был готов лишиться вируса и всех связанных с ним исследований, нежели рисковать сделать их еще чьим-то достоянием.

– Даррен, мы направляемся в отделение клонирования, – произнес он вслух, отъезжая от своего стола и двигаясь к дверям кабинета.

В принципе синхронизацию можно провести и дистанционно. Но для этого необходимо нейрокресло, которого в его апартаментах, понятное дело, не было.

– Да, босс.

– Не спросишь зачем?

– Вы и сами расскажете, – пристраиваясь справа и чуть позади, с готовностью произнес Даррен.

– А догадаться сложно? Не разочаровывай меня, – уже выезжая в приемную, поинтересовался Терри.

– Я не знаю, босс. Для запуска проекта вашего клонирования ваше присутствие необязательно, ваш материал уже имеется в отделении.

– Я хочу синхронизироваться с клоном одного из наших сотрудников, задействованного в программе клонирования.

– Считаете это возможным? – все так же двигаясь справа и чуть позади, поинтересовался глава безопасности.

– Мозг – это всего лишь вместилище, сосуд памяти, а нейросеть не имеет ничего общего с ДНК. Записать сначала на один носитель, а потом переписать на другой. И ведь все на поверхности. Но отчего-то никто раньше об этом не подумал.

– Действительно, – пожав плечами, признал очевидное Даррен. – И чей это клон?

– Понятия не имею. Да это и не принципиально. Главное, что он есть и готов к синхронизации. В моей же ситуации нельзя терять ни минуты. Я бы даже сказал, ни секунды. Врачи дают мне не больше четырнадцати недель. Для успешной синхронизации необходимо двадцать. Одна надежда, что врачам удастся совершить чудо. Правда, по их утверждениям, дело настолько плохо, что мне не поможет даже анабиоз.

Створки персонального лифта разошлись в стороны, и кресло вкатилось в коробку с зеркалами по периметру. Обычно Джозефа ничуть не смущало его собственное отражение, так как он точно знал, что молодое, крепкое и здоровое тело ожидает только сигнала, чтобы подняться из анабиоза.

Но сегодня все было иначе. Все четыре его клона мертвы, а из зеркал на него взирал сморщенный старик, сидящий в кресле, оборудованном системой жизнеобеспечения. Фактически живой труп. И данное обстоятельство никак не могло способствовать душевному равновесию.

– Мы не привыкли рассчитывать на чудеса, босс, – входя вслед за креслом, произнес Даррен.

– Мне дважды приходилось оказываться в ситуации, когда я молил Бога. Да-да, мой мальчик, было такое, – невесело ухмыльнувшись, произнес Терри. – И сейчас мне остается молить о чуде в третий раз.

– Согласен, ситуация хуже некуда. Босс, я вас подвел и готов…

– Оставь, мой мальчик. Да, ты ошибся. Но не настолько, чтобы я обвинял тебя во всех своих бедах. Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Я никогда не сомневался в твоей преданности, не сомневаюсь и сейчас. Начни я в тебе сомневаться – тогда проще самому на себя наложить руки. Просто так выпали кости.

– Спасибо, босс.

– Не вешать носа, мой мальчик. Мы еще им всем покажем. Мы… – Он вдруг осекся и задумался.

Лифт, достигнув первого этажа, остановился. Но Терри не спешил открывать двери. Мало того, он подал команду на блокировку. В штаб-квартире имелось только четыре абсолютно надежных помещения: кабинет начальника службы безопасности, секретная лаборатория Нельсона, отделение клонирования и личные апартаменты самого владельца концерна, куда относился и персональный лифт. Впрочем, в надежности отделения клонирования теперь появились некоторые сомнения.

Разумеется, они могли поговорить и в канале нейросетей. Разницы, по сути, никакой. Но Терри был достаточно консервативен, а потому наиболее важные переговоры предпочитал именно проговаривать. Нейросеть безлика и, пусть не лишена эмоций, в ней отсутствует невербальная составляющая. Такой разговор трудно контролировать. Ведь ты понятия не имеешь, как ведет себя твой собеседник. Бросает его в холодный пот, или он с гаденькой улыбочкой показывает тебе кукиш.

– Босс, я выполню любой ваш приказ. И вы это знаете. Н-но-о… – Даррен многозначительно покачал головой, выражая свое несогласие.

– И даже этот приказ?

– Не скажу, что я его одобряю… Да, я выполню его.

– Ты знаешь меня лучше, чем я сам, мой мальчик, но нет, этого я тебе приказывать не буду. Однако подготовь такую возможность.

– Хотите уходя хлопнуть дверью?

– Нет. Но хочу знать, что в любой момент могу это сделать.

– Я все исполню.

– Кстати, как обстоят дела на острове?

– В живых остались десять человек. Из них четверо модификанты. Против мутантов им не выстоять. Они это понимают и активно строят лодку, чтобы добраться до ближайшего острова.

– Я так понимаю, это уже вторая попытка.

– Да. Но, в отличие от первой, не столь основательная. Они слишком торопятся покинуть остров.

– Трудно их в этом винить. Но я надеюсь, ситуация под контролем?

– Разумеется, босс.

– Хорошо.

Двери лифта сдвинулись, и они наконец покинули кабинку, направившись прямиком в отделение клонирования. Времени у Джозефа Терри и впрямь было мало. На счету буквально каждая секунда.

«Босс, прошу прощения, но это срочно», – вызвал в канале Даррен, все так же двигаясь рядом и чуть позади коляски Джозефа. При этом он словно слегка булькал и дребезжал, что объяснялось поступлением кодированного сигнала. А это указывало на высший приоритет секретности.

«Говори», – ответил Терри.

«Остров навестили туристы. Легкий одномоторный самолет приводнился в юго-западной, необитаемой части лагуны. Они сходили на берег. По техническим причинам группа наблюдения получила сведения слишком поздно: самолет к тому моменту уже улетел. Судя по бортовому номеру, он принадлежит компании на Таити…»

«Мне казалось, остров находится в стороне от морских и воздушных линий?»

«Буря», – лаконично ответил Даррен.

«Каковы шансы заражения?»

«Об этом нужно спрашивать Нельсона. Но, по мне, велики. Туристы попали в поле зрения одного из тигров, которые снабжены нейросетями и находятся под наблюдением. И судя по всему, они копались в чем-то на берегу».

«Что предпринимаете?»

«Группа силового прикрытия, конечно, отправилась на Таити. Но…» – Даррен многозначительно замолчал.

«Говори, говори, я слушаю».

«Фора туристов минимум шесть часов, и если они подцепили заразу, страшное уже случилось. Население Таити более полутораста тысяч человек, плюс отдыхающие и международный аэропорт с довольно оживленным движением».

Даррен замолчал, как видно, изучая полученные данные. Терри остановился и развернул кресло в его сторону, хмуро вглядываясь в лицо своего начальника службы безопасности.

«Габриэль сумел подключиться к сайту туристической компании, к которой был приписан самолет, – продолжил доклад Фостер. – Несмотря на задержку, он вернулся без происшествий. Приземлился шесть часов назад. За это время с острова успели вылететь десяток рейсов местных авиалиний и два международных. Третий вылетает через полчаса. Двое из туристов, побывавших на нашем острове, едва успели на рейс в Лос-Анджелес. Второй рейс вылетел в Сидней…»

«Пандора» вырвалась на свободу», – произнес Терри.

Потом развернул кресло и покатил в прежнем направлении. Здесь уже ничего не поделаешь. Даже решись он поднять тревогу, поставив на кон свою жизнь, это ничего не изменит. Вирус распространялся с поразительной скоростью. К этому моменту практически все население Таити уже заражено. И эпидемия распространилась на близлежащие острова.

Да, очаг еще можно локализовать. Но это потребует поистине жестких решений, идущих вразрез со всем международным правом. Причем решение нужно принимать быстро. Для этого есть максимум час времени.

Никто не возьмет на себя такой ответственности. И даже если таковой и найдется, он все одно не успеет. Слишком мало времени, нереально мало. А значит, максимум, чего добьется Терри, – это засветит свою причастность.

Когда-то, чтобы очистить Землю от грешников, Господь устроил Всемирный потоп. Похоже, сегодня он избрал другой инструмент. И плевать, что Джозеф Терри не верит в Бога. Если Создатель и впрямь существует, то такие мелочи, как исполнитель замысла, его не интересуют. Говорите, золотой миллиард? Н-да. Меньше. Значительно меньше, господа.

«Даррен, отзывай своих людей. И запускай мероприятия по плану «Пандора».

«А как насчет острова? Десять человек. Правда, они пока остались без плавсредства, его разбило в бурю. Но новый они построят довольно быстро».

«Есть шанс увязать их с нами?» – поинтересовался Терри.

Вопрос не праздный. Джозеф вовсе не собирался смотреть, как хомо сапиенс окончательно сгинет в пламени апокалипсиса. Раз уж так все сложилось, отчего бы не явиться в образе спасителя рода человеческого. Н-да. Ну если не ему, то вот Даррену. Не хотелось бы получить привет из прошлого в самый неподходящий момент.

«Возможность притянуть нас к этому делу даже в нормальном мире стремилась к нулю. Сейчас же и вовсе не реально».

«Хорошо. Тогда оставь их», – отмахнулся Терри, как от чего-то мелкого и никчемного.

«Но среди них есть один вакцинированный. Мы можем с ним разобраться прямо сейчас».

«Как гласит легенда, когда Пандора захлопнула ящик, там осталась одна только надежда, которая стала молить выпустить и ее. И девушка все же вняла ее мольбам».

«Стоит ли игра такого риска, босс? Если кто-то сумеет выделить вакцину из его крови, впоследствии будет возможно выяснить, что она и наша – идентичны».

«Я дам этому миру дополнительный шанс. Пусть и мизерный. А как сделать так, чтобы мы оказались в стороне, это уже твоя забота. Тебе ведь такое по силам?»

«Да, босс».

«Вот и хорошо. В таком случае не спускай глаз с объекта… Назовем его «Надежда».

«Да, босс».

Глава 1

Выжившие

– Ковбой, а ты уверен, что это твое фанерное чудо не разнесет как прошлое, да еще и посреди океана? – с явным недоверием оглядывая готовое плавсредство, поинтересовался Дог.

Небольшое подворье, выгороженное решеткой из арматуры, было превращено в эдакую верфь, где в настоящий момент строилась уже вторая лодка. Первая пала в неравной борьбе с ураганом. Они пытались ее закрепить, но тщетно. Вообще было чудом уже то, что не унесло их дом. Все время, пока бушевала стихия, они просидели в респираторах, опасаясь того, что нарушится герметичность их жилища и зараза сумеет пробраться вовнутрь. Но все обошлось, что не могло не радовать…

Для Дмитрия история эта началась примерно с пару месяцев назад. Нефедов жил себе спокойно на Северном Кавказе и в ус не дул. Сколотил комплексную строительную бригаду. В заказах недостатка не было. Но тут на него вышел его давний друг и предложил высокооплачиваемую работу за границей.

Объектом оказался комплекс отелей на одном из необитаемых тропических островов. Застройщик решил ворваться на туристический рынок, произведя эффект разорвавшейся бомбы. А потому строительство велось со строгими соблюдениями коммерческой тайны. Иными словами, они были лишены связи с внешним миром.

Двадцать седьмого января две тысячи пятидесятого года он ступил на остров, который, казалось, сошел с картинки. А уже на следующий день здесь начался ад практически в классической канве зомбиапокалипсиса. Разве только без ходячих мертвецов. Вирус, если это был вирус, превращал людей в мутантов. Причем только людей. Звери и птицы обладали к нему стойким иммунитетом. Чайки спокойно питались павшими мутантами, отожравшись настолько, что даже взлетали с трудом.

Поначалу местная полиция пыталась навести порядок и не решалась применять оружие в отношении зараженных. Те же нападали на людей, проявляя при этом чудеса ловкости, изворотливости и коллективного подхода к вопросам охоты. Самые большие потери пришлись на начальный этап, пока люди не могли до конца осознать, с чем имеют дело. Потом было поздно. Зараженные мутировали с катастрофической скоростью.

Полицейские, бывшие наемники-модификанты, попытались организовать карантин в порту, где собрали всех, кого не коснулась зараза. И им более или менее удалось стабилизировать ситуацию. Жизнь приняла вроде бы размеренный характер. Начался отстрел, а вернее, охота на стремительно меняющихся и агрессивных мутантов.

В какой-то момент стало понятно, что на острове проводят чудовищный эксперимент. Судно снабжения в назначенный срок не прибыло. Зато появились хищники, которых явно завезли, на что указывали брошенные на берегу клетки. Тотальному контролю и наблюдению способствовали поголовно имплантированные нейросети и отсутствие связи с внешним миром.

В этих условиях спасшиеся приняли решение о строительстве баркаса, способного добраться не просто до ближайшего острова, а до Новой Зеландии. Лидер спасшихся, модификант сержант Лацис рассчитывал вывернуться из серьезного переплета, придав случившееся огласке.

Но мутантам стало неуютно на острове с довольно скудной кормовой базой. В одну из ночей они устроили ночную атаку на порт, в результате которой многие погибли, а с таким трудом налаженная карантинная зона стала зараженной. Вслед за этим случился бунт, и модификанты были вынуждены убраться с территории порта, устроившись вот на этом пятачке, вокруг небольшого двухквартирного модульного домика.

В одну из ночей лидеры бунтовщиков бежали с острова на уже достроенном баркасе, оголив посты по периметру. Мутанты не замедлили этим воспользоваться и ударили вновь. Модификанты, к которым примкнул и Дмитрий, устроили тварям бойню. Впятером они сумели положить на территории порта и вокруг него не менее трех сотен мутантов на разной стадии изменений.

Но удар был поистине страшен. В результате из почти полутора сотен гражданских сумели избежать заразы только пятеро. Иными словами, из двух тысяч человек за прошедшие шестнадцать дней выжило только десятеро. Но и для них еще ничего не закончилось.

Дмитрий увлекался морем и всем связанным с ним. Его познания были сугубо теоретическими и почерпнутыми из сети, а встреча с морем в общем и целом разочаровала. Однако именно по его проекту строился угнанный беглецами баркас. И ему же предстояло построить лодку, на которой собирались бежать с острова последние десять человек.

На строительство первой лодки было затрачено семь дней. Ничего особенного. Обычная фанерная посудина на деревянном каркасе. Длина десять и ширина два с половиной метра, посредине выдвижной шверт, пара балансиров с двух бортов. Как страховка вдоль них прикреплены панели из пенопропиленовых плит утеплителя. Невысокая мачта под парус, ну и двигатель от скутера, переделанный в подвесной мотор. Вернее, теперь уже два. Механик воспользовался отсрочкой отбытия с острова и успел смастерить еще один.

Все прекрасно сознавали, что эта скорлупка способна доставить их до ближайшего острова в четырехстах километрах только в условиях хорошей погоды. И что первое же волнение может развалить посудину на части. Мало того, проводившие эксперимент могли убить их, задействовав нейросети.

Но выбор у них был невелик. Либо остаются, что будет лишь агонией перед неизбежным и с большой долей вероятности страшным концом. Либо они пытаются вырваться с острова и в случае вмешательства кукловодов погибают. Кстати, в этом плане у них появилась дополнительная надежда.

Один из спасшихся предложил сделать эдакие шапочки из фольги. Как результат, нейросети, способные поддерживать связь без ретрансляторов в радиусе десяти метров, таковой возможности лишились. А значит, есть шанс, что и кукловоды потеряют способность воздействовать непосредственно на их мозг. Но, к сожалению, узнать это доподлинно они смогут только на самих себе.

Однако первый их опыт оказался неудачным. Налетевшая буря сорвала лодку со стапеля и разбила ее. Не в щепы, – и часть материалов с нее использовалась для строительства второй. Благодаря этому постройка заняла только три дня. А у механика появилась возможность изготовить запасной навесной мотор. Но случившееся сильно пошатнуло веру людей в возможность пересечь пусть и не океан, а только небольшую его часть.

– Дог, я понятия не имею, не развалится ли это фанерное чудо еще до того, как мы достигнем ближайшего острова. Но уверен, что если это случится, то спасательный жилет точно не даст тебе пойти на дно, – откладывая в сторону шуруповерт и бросая оценивающий взгляд на лодку, заверил Дмитрий.

Н-да-а. Та еще кустарщина. Но если не ожидать от нее чудес, то вполне способна справиться с поставленной задачей. Вновь на память пришли отчаянные путешественники-исследователи, которые совершали переходы в несколько тысяч морских миль на гребных лодках и даже плотах, группами и в одиночку.

И потом, Нефедов, конечно, говорит о том, что лодка не отличается прочностью. Но на деле все не столь уж и безнадежно. Он лично, несмотря на свое увлечение, большой воды боялся. Так что доступных материалов не жалел и крепил конструкцию как только возможно. Ну и страховка в виде пенопропилена по бортам. В случае крайней нужды плиты должны были обеспечить нулевую плавучесть.

Куски этого же утеплителя пошли и на пошив спасательных жилетов, благо в материалах недостатка не было. Как нашлась и та, кто умел обращаться со швейной машинкой. Впрочем, тут пойдет и самый корявый шов. Главное, чтобы жилет не развалился и мог держать человека на плаву.

Джулию Ричардс иначе как счастливицей не назвать. Во время окончательного разгрома анклава людей в порту ее захватил рвач. Дмитрий подстрелил убегавшего с добычей мутанта. На пленницу, которая должна была оказаться непременно зараженной, Дмитрий не обратил внимания. Кусач, которым поначалу должна была стать она, не идет ни в какое сравнение даже с вампиром, а потому он сосредоточился на более опасных особях.

Но девушке повезло: она не получила ни единой царапины. А еще каким-то образом умудрилась обзавестись полицейским респиратором. Его фильтры не промокли, когда она оказалась в воде. Вообще-то все были уверены в том, что она обречена: уж больно разыгрался у нее аппетит. Но Джулия твердила как мантру, что она всегда заедает стресс и через это перепробовала целую прорву диет.

Верить ей никто не стал. Однако за два дня, будучи прикованной к стене дома, девушка так и не обратилась. А когда у нее появилась уверенность в том, что зараза ее все же миновала, она обрела и душевное равновесие. Как следствие, пришел в норму и ее аппетит. Развязали и приставили к делу. Кроме спасательных жилетов на нее и еще одного парня возложили и пошив паруса. Под это дело распустили пару туристических палаток из синтетики, обнаруженных в супермаркете…

Едва заметив, что хозяин освободился, к нему тут же подбежала Кнопка. Будучи обиженной росточком, чихуахуа пристроила свои передние лапки на ноге Дмитрия. Устремила на него преданный взгляд и, высунув розовый язычок, активно замахала хвостиком. Намек однозначный и недвусмысленный. Нефедов наклонился, подобрал собачонку и, пристроив на сгибе руки, начал поглаживать, не забывая почесать за ушами и пройтись по шее. Получив свою порцию ласки, та блаженно зажмурилась и вытянула шею.

Вообще-то рыжая лохматая чихуахуа совсем недавно имела другую хозяйку. Ее владелица обратилась еще в первый день и едва не сожрала собачонку. Потом малышке пришлось побегать от других зараженных, быстро превращающихся в мутантов. К Дмитрию она прибилась в трудное для него время, но с тех пор они разлучались, только если он уходил в карантинную зону.

Обработка химией могла пойти во вред обонянию Кнопки, чего категорически не хотелось. Эта зверушка была настоящим живым радаром, чуявшим мутантов за версту. Причем благодаря первым бурным дням она научилась не шуметь при их обнаружении, а подавать сигнал беззвучным рычанием. Дмитрий довольно быстро нашел с ней общий язык и научился понимать.

Впрочем, немаловажным было, пожалуй, и то, что Кнопка напоминала Дмитрию его шестилетнюю дочь, которая просила о такой собачонке. Только, несмотря ни на какие уговоры, он наотрез отказался покупать ей питомца, которого придется неизменно держать в доме. Сейчас-то жалеет об этом, но тут уж ничего не поделаешь. Если только вот Кнопку дочке привезти.

– Русский, что у тебя? – поинтересовался появившийся на пороге дома Лацис.

Вот вроде и пережито вместе уже немало, и какая-никакая нужда в Дмитрии имеется. И вообще пользы от него не так чтобы и мало. Но этот прибалт к нему иначе не обращается. Да еще и всем своим видом выказывает неприязнь и то, что он лишь вынужден терпеть его общество. Нефедова порой даже обуревали сомнения – а не решит ли Лацис в самый последний момент оставить его на этом треклятом острове.

– Все закончили, сержант. Остается только покрасить. Думаю, что послезавтра можно будет выдвигаться.

– Вот и хорошо. Обедай и собирайся. И подружку свою прихвати. Прокатимся немного.

– Зачем? – искренне удивился Дмитрий.

Причин для этого не было никаких. Все необходимое для перехода было заготовлено загодя. Сегодня покрасят лодку. Завтра к обеду спустят на воду, проведут ходовые испытания. И если все будет в порядке, послезавтра, с рассветом, в путь. А там – либо к спасению, либо к гибели. Все в руках божьих. Уж слишком мало зависело непосредственно от них.

– Лодку и без тебя покрасят. А мы займемся мародерством.

– В смысле?

– В том смысле, что пройдемся по домам и общежитиям, выпотрошим все вещи. По прибытии на сборный пункт всем выдавался небольшой аванс наличными. Здесь трат уже не было, все через электронку. Вот эту наличность мы и поищем.

– Вообще-то у нас есть банковские карты, и…

– Русский, ты вроде неглупый и трезвомыслящий, но порой меня поражаешь, – оборвал его Лацис. – Во-первых, если это эксперимент, то я бы поостерегся пользоваться картой, пока вокруг него не поднимется изрядный шум. Во-вторых, на этих островах банки уж точно не в чести. Тамошним властям я свою шкуру не доверю, и оттуда нам придется выбираться самим. Вопросы?

– Вопросов нет.

– В таком случае какого дьявола ты тратишь наше время. Пошевеливайся.

Тяв!

– Ну т-ты мне еще тут полай, лохматое недоразумение, – беззлобно хмыкнув, отмахнулся сержант от разбушевавшейся Кнопки.

Успокаивая зверька, Дмитрий накрыл его головку своей ладонью, прикрытой рабочей кевларовой перчаткой. Вообще к спецодежде тут отношение самое серьезное. Стоит жара, но все, кто трудится, экипированы без дураков. Сварочные комбинезоны, усиленные кусками брезента, обувь на массивной подошве. Малейшая царапина, заноза, ссадина – и ты сразу же переходишь в группу риска. А значит, занимаешь место у стены дома, в импровизированных кандалах. Были случаи и таких заражений.

Как ни возмущалась Кнопка, ей пришлось остаться снаружи. Дмитрий же, пройдя через дезинфекцию, оказался во внутренних помещениях. Так как народу прибавилось, жилую зону увеличили, проломив проход в спальню соседней квартиры. Конечно, риск заразиться остается. Но все время ходить в респираторе не получится. И дело тут даже не в психологическом или физическом дискомфорте. Тебе элементарно нужно как-то есть.

Имеется, конечно, вариант с термосом и бульончиком, трубка от которого подведена под маску. Как, впрочем, и из питьевой фляги. Но, признаться, так себе выход. Разве только перебиться при длительном выходе. Ну и для модификантов непременное условие. У этих ребят ускоренный обмен веществ, пищи им нужно минимум раза в полтора больше, чем схожему с ними по комплекции обычному человеку.

– О, Ковбой. Неужели Лацис тебя прислал мне на замену? – встрепенулся Орк.

– Извини, дружище, но насчет тебя не было ни слова. Приказано быстренько пообедать и выбираться наружу. Отправляемся в поселок на мародерку.

– Надо же, а мне ни слова. Кто идет, не говорил?

– Нет.

– Ч-черт. Неужели опять оставят присматривать за этим ушлепком! – В отчаянии модификант замахнулся на прикованного к стене пленника.

Егор, соотечественник Дмитрия, был пятым из выживших в порту и десятым в общем числе счастливцев, пока избежавших заражения. Во время бунта он стрелял в Лациса, и тому пришлось постараться, чтобы избежать если не смерти, то ранения. Что в местных условиях вполне могло означать одно и то же.

Однако когда тот заявился к бывшим наемникам после разгрома порта, сержант не убил его. Мало того, ни словом, ни жестом не выказал никакого негатива. Егора, как и всех, посадили на привязь к стене, и он отбыл свое время в карантине. Потом его переселили во внутренние помещения, где он и содержался все это время.

Правда, при этом оставался скованным, как лицо, не вызывающее доверия. С другой стороны, это был единственный негативный момент. Ему никто ни разу не высказал ни слова упрека, не говоря уж об угрозах. Даже кандалы обмотали в мягкую подложку, чтобы, не дай бог, не посадил себе ссадину. Но при этом Лацис ему все же не доверял. Во внутренних помещениях всегда дежурил один из модификантов, в обязанности которого входило в первую очередь наблюдение за пленником.

Немудреный, но сытный обед. Сегодня это рис с мясом. Генераторы исправно работают, морозилка по-прежнему хранит все скоропортящиеся продукты. Слава богу, в бурю ничего не повредило. Так что выжившие, как заправские хищники, в мясе себе не отказывали.

Снаружи послышался звук запустившегося двигателя автовышки. Когда Дмитрий уже заканчивал обедать, в жилое помещение вошел голый Энрико. Прошлепал к вешалке и обрядился в свои шорты с легкой несерьезной рубашкой. Это у них тут в порядке вещей.

– Орк, хватай пулемет – и на вышку. Я здесь, – сообщил снайпер штатному пулеметчику.

– То есть веселиться будут без нас? – со вздохом констатировал здоровяк.

– Посмотри на это с другой стороны: нам не придется рисковать своими задницами, – пожав плечами, возразил Энрико.

– Да достало уже сидеть. Прогуляться и заглянуть в глаза какому мутанту куда лучше, чем изнывать взаперти.

– Ну так попроси сержанта.

– Ага. А то ты не знаешь, что он не любит менять своих решений. Ладно. Пошел.

Дмитрию также было пора выдвигаться. Долготерпение не было добродетелью сержанта. Отдав приказ, он ожидал быстрого и четкого его исполнения. В противном случае можно огрести кучу неприятностей. А по части наказаний он мужик изобретательный. Правда, Дмитрию пока благополучно удавалось избегать его скверного характера.

Перед выходом сменил фильтры: прежние отработали пять дней, предел по их обстановке – шесть, но лучше не рисковать. Запас их еще изрядный, что, кстати, лишний раз указывает на эксперимент. Иной причины, объясняющей такое количество, он попросту не видел. Но ему и этой пары за глаза. Уже послезавтра они отчалят с этого острова.

Кнопка все время вертелась возле входа, бросая на дверь взгляды, полные ожидания. Но стоило только Нефедову появиться на крыльце, как тут же отвернулась и, махнув хвостом, направилась прочь. Подбежала к Джулии, возившейся с парусом, и, весело тявкнув, запрыгнула ей на колени. Та, разумеется, не преминула воспользоваться случаем потетешкаться со своенравной псиной, по большому счету не признающей никого, кроме Дмитрия.

Все как всегда. Обида, демонстративный игнор – и типа новые друзья. Пришлось подлизываться, вооружившись куском сырого мяса. Вот такой у этой девочки скверный характер. И ведь не человек, собачка, а поди ж ты, какие номера отчебучивает.

– Ну что. русский, помирились? Мы наконец можем выезжать? – Лацис навис над присевшим с собачкой Дмитрием.

Тяв!

– Ага. Раз заступается, значит, простила. Грузимся, – хмыкнул Айварс.

– Да, сержант, – откликнулся Дмитрий.

Поднялся на ноги, пристроил собачонку в подсумок на разгрузке. По обыкновению накрыл головку ладонью, прекращая ее поползновения вылизать доступные ее горячему язычку части тела. Оно бы и ничего страшного, но щекотно же. После чего направился к «гелендвагену».

Прежний автомобиль ставить на колеса и ремонтировать не стали. Зачем, если есть второй, оборудованный аналогичным образом. В двух автомашинах нет никакой надобности. Людей осталось не так уж много, да и кататься по острову особой надобности нет.

Дог уже устроился за рулем, вогнав свою М-4 в зажим. Ублюдки, обрекшие людей в порту на уничтожение, за каким-то чертом утащили с собой и второй пулемет. А он тут совсем не был бы лишним.

Дмитрий устроился сзади и слева, выставив сквозь решетку ствол «вепря», со все так же накрученным глушителем. Правда, патроны в магазине штатные. Нужно будет воспользоваться дозвуковыми – он перезарядится. Накрутил по способу Энрико и с помощью его же приспособлений. Но по-горячему лучше иметь более весомый аргумент.

Лацис занял переднее пассажирское сиденье, также выставив в окно автоматический карабин. Вторую снайперскую МК-14 уволокли эти ублюдки, иначе Айварс непременно отжал бы ее под себя.

– Сержант, я, конечно, все понимаю, но не проще ли пристрелить этого гребаного Егора? Нам здесь пулеметчик совсем не помешал бы. А на вышке и Стрелок вполне управится, – словно подслушав мысли Дмитрия, заметил Дог.

– Пристрелить его проще простого. Но это в мои планы не входит. Опять же железное основание для нахождения на базе двух бойцов. Кто знает, что за тараканы бегают в башках этих ублюдков. Возьмут да пальнут в Стрелка на вышке, как тогда, на блок-посту подстрелили Хвоста. А там лодку в охапку – и к берегу, благо тут всего-то метров двести. Пока вернемся, они уже до банки доберутся. Переберутся через нее и помашут нам рукой.

– И все же, сержант, зачем тебе Егор? Убить не убил, хотя он и стрелял в тебя. Ладно бы ты решил на нем отыграться. Но нет, сидит себе на привязи, ни в чем не нуждается, – поддержал Дога Дмитрий.

– Запомни, русский, из любой, даже самой поганой, ситуации можно извлечь пользу. Нужно только ее рассмотреть.

– Сомнительно, что он так уж необходим в качестве основания нахождения на базе двух бойцов.

– А ты подумай еще немного. Глядишь, до чего умного и додумаешься. У тебя, кстати, иногда получается.

Они едва отъехали, когда раздался гулкий выстрел. Дог посмотрел на сержанта и, дождавшись утвердительного кивка, вывернул руль вправо. После той бойни, воспользовавшись относительным затишьем, ввиду обломившейся мутантам добычи, Лацис решил демонтировать все ловушки и расставить вокруг их новой базы. На это пришлось потратить весь остаток дня, но оно того стоило. За прошедшие дни в них угодило уже четыре мутанта, которых оставалось только добить. И вот очередной нарвался на самострел.

– Русский, что там говорит твоя подруга? – поинтересовался Лацис, вглядываясь в кромку леса.

«Гелендваген» остановился метрах в десяти от густого подлеска. Ближе подъезжать опасно. Твари были достаточно хитры и, что немаловажно, сильны. Однажды они уже наглядно продемонстрировали, что способны разобрать переоборудованный внедорожник.

Дмитрий тронул Кнопку за черную пуговку носика. В ответ собачка задрала головку, вглядываясь в лицо, закрытое забралом респиратора. Облизнулась алым язычком, понимая, что добраться до тела у нее не получится. Но при этом не проронила ни звука. Она вообще четко понимала, когда безопасно можно лаять, а когда лучше бы лишний раз не шуметь.

– Все тихо, сержант, – выдал свое заключение Дмитрий.

– Все равно не расслабляемся. Выходим.

За головного Лацис. За ним Нефедов с живым радаром на груди и «вепрем» наперевес. Предохранитель выставлен на отсечку трех патронов. Так оно надежней. Не то еще снесет к бениной маме кустарный глушитель. А от него как бы есть польза. Пусть и незначительная, но даже мизерное преимущество остается преимуществом, и глупо его не использовать. Замыкающим – Дог.

Едва оказались под сенью деревьев, как их накрыла приятная прохлада. С океана дует достаточно свежий ветер, а потому под кронами воздух также не застаивается. Вообще-то волна, разгулявшаяся за песчаной банкой, не внушала оптимизма. Лично Дмитрию куда больше нравится полный штиль без ветерка. И чтобы так оно и было, пока они не доберутся до намеченного острова. При строительстве лодки он, конечно, старался и трудился, как говорится, не за страх, а за совесть. Но все же прекрасно сознавал, что его изделие выполнено со всеми возможными и невозможными нарушениями, ошибками и просчетами.

До ловушки идти было недалеко. Нет смысла устраивать их так-то уж глубоко в зарослях. Они ведь не охоты ради их выставляли, а чтобы хоть как-то обезопасить свою базу. Кнопка оскалила зубы в безмолвном рычании. Но без особой злости. Так она реагировала на раненых мутантов. Мертвых и вовсе игнорировала.

Как это распознавал Дмитрий, лучше не спрашивать, потому что ответа он не знал. Точно так же не мог объяснить, по каким именно признакам манеры езды определяет, что за рулем сидит девушка или старик. Но делал это безошибочно. Вот так же и с Кнопкой. Глянул на собачку – и сразу все понятно.

– Ох, твою же мать. Вот это его перекосило.

– И не говори, – хмыкнув, согласился Лацис. – Выходит, не зря мы с прививками заморачивались. Только какого он полез на наши ловушки? Ну и подыхал бы где-нибудь в сторонке.

То, что лежало перед ними, можно было охарактеризовать одним словом: «нечто». Дмитрий даже не взялся бы описать, что оно собой представляло. Халк нервно курит в сторонке. Узлы и бугры непропорционально вздувшихся мышц, буквально вывернувших конечности в некую несуразицу. Торс также бугрится мышцами. Спина искривлена, и по хребту тянутся выступившие наружу костяные наросты. Пальцы рук перекручены, как ветви коряги. Голова в каких-то шишках, делающих ее бесформенной. Правый глаз практически полностью скрыт надбровной дугой, выдвинувшейся вперед и завернувшейся книзу. Более или менее форму сохранила только вытянутая челюсть, с серьезными такими зубами.

Сомнительно, чтобы это страшилище отличалось подвижностью. Реальный инвалид, иначе и не скажешь. Это отчетливо видно по попыткам двигать рукой, которая не гнется в локтевом суставе, слегка вывернутом в обратную сторону. Что тут сказать, бесконтрольное размножение наномодификаторов – та еще радость.

Солидный заряд картечи прилетел мутанту в грудь. Но, признаться, сомнительно, чтобы смог ему так-то уж серьезно навредить. Однако свинцовый рой вынудил сделать пару шагов назад. И уж тут-то его достала гребенка, впившись ему в спину своими шипами, на которых он и повис, будучи еще живым, но совершенно беспомощным.

– Лацис, я сомневаюсь, что ты сможешь достать его из пистолета, – покачав головой, возразил Дог.

Сержант посмотрел на «беретту» в своих руках. Пожал плечами и, прицелившись, выстрелил. Раз. Другой. Третий. Хлопки следовали один за другим. Дистанция три метра. Но пули, вспарывая на лбу твари кровавые борозды, неизменно уходили в рикошет. Это мутант солидно так нарастил себе лобовую кость. Хм. Как, впрочем, и височную.

Странное дело, но хотя и было заметно, что выстрелы доставляют мутанту боль, данное издевательство он воспринимал молча. Шумно и прерывисто дышал, кривился от боли и дергался как-то неестественно, словно окоченел. Но не проронил ни звука.

– Классика. Суставы ороговели, в зависимости от места нароста их начало выворачивать в разные стороны. Бесконтрольный рост мышечной массы, что требует все больше и больше пищи. Не удивлюсь, если он жрал всех, до кого только мог дотянуться, – констатировал Лацис.

– И чего тогда полез к нам? Мы добыча зубатая, сидим за укреплениями, куда проще жрать кто послабее, – удивился Дмитрий.

– Все просто, русский. Эта тварь настолько потеряла подвижность, что не в состоянии угнаться даже за кусачами. Вот и поплелась попытать счастья у нас на базе.

– Ясно. Ну что, приложить из «вепря»?

– Самодельным дозвуковым не возьмешь. А бить штатным – привлекать тварей. С прокормом у них теперь не очень. Вдруг выстрелами привлечем к себе.

– Они и так знают, где нас искать, – возразил Дмитрий.

– Как знают и то, что мы там за забором. А тут в чистом поле получаемся. Опять же зачем-то мы делали эти штуки? – извлекая из петли на ремне самодельный клевец, сваренный из арматуры, закончил Лацис.

Этим оружием обзавелись благодаря все тем же вездесущим фантастам. Впрочем, тут они ничего не придумали. Скорее уж позаимствовали из Средних веков или даже древних. Оружие это изначально предназначалось для пробития шлемов. Когда пошла мода на зомбиапокалипсис, с необходимостью дырявить черепушки, его просто извлекли из старинных запасников, сдули вековую пыль и приставили к делу.

Вот и они припомнили о нем, когда встал вопрос с добиванием угодивших в ловушку. Стрелял Лацис сугубо в познавательных целях. Выяснив же все, что нужно, решил поставить точку.

– Если эту башку не взял пистолет, сомневаюсь, что управится клевец, – произнес Дмитрий.

Впрочем, несмотря на сомнения, он также обзавелся этим оружием. Посчитал, что носить с собой топор несколько нерационально. Вот и обрезал лезвие, переделав его в узкое пирамидальное жало. Мачете, кстати, он также переделал в нож с лезвием в тридцать сантиметров. Вот так. И не раз спасавшее ему жизнь оружие при нем, и более функционально. Уж больно грязно получается с ним рубиться. А еще оно все же несколько громоздкое. Так куда сподручней.

– Напрасно сомневаешься, русский. Тем более если эта штука в руках модификанта пятого уровня, – хмыкнул сержант.

Один удар – и граненый наконечник вошел в голову мутанта на всю длину. Тот ожидаемо затих, обвиснув на гребенке. Сточенный на конус, наконечник с легкостью высвободился из костей черепа. Правда, при этом вид у наемника был несколько озадаченным. Как видно, прочность костей на него произвела впечатление.

Покончив с тварью, пришлось помучиться, вырезая эту перекачанную и ороговевшую тушу с наконечников гребенки. Хорошо хоть в сторону его оттягивали уже Дог с Лацисом. Дмитрий же занялся самострелом. Привели в порядок ловушку, после чего направились обратно на базу. Уж больно они измазались в крови, а твари обладали превосходным обонянием, так что лишняя предосторожность никак не помешает, тем более на фоне происходящих с ними изменений.

Приведя себя в порядок, вновь выехали по намеченному маршруту. Миновали зачищенный периметр и остановились у первого же домика. Кнопка по обыкновению обнюхала округу и всем своим безмятежным видом дала понять, что ее ровным счетом ничто не беспокоит. Впрочем, в дом входили в боевом порядке. Уж что-что, а расслабляться сержант не собирался.

Пока Лацис и Дог держали периметр, Дмитрию доверили самое важное. То есть потрошить вещи. Хотел было откреститься, но модификанты посмотрели на него как на клинического идиота. Н-да. Ну если с точки зрения эффективности боевой единицы, то оно конечно. Но вот противно копаться в чужих вещах.

В квартире проживала девушка. Прикинув, куда бы положила деньги его жена, Дмитрий начал со столика, который, по всему выходит, выполнял роль туалетного. В ящике обнаружились различные косметические принадлежности. Ну и кошелек. А то как же. Сто тридцать пять долларов. Ого. Не транжира. Лично у Дмитрия от стандартного аванса в две сотни хорошо если полтинник остался.

Минут через двадцать добрались до их с Джонстоном домика. Сначала проверили квартиру босса. Тут долго мудрствовать не пришлось, благо деньги тот хранил в оружейном сейфе. Хм. Пять сотен с мелочью. Наверняка наличку брал с расчетом на приобретение боеприпасов в Африке. Больше просто незачем.

Честно предупредил, что в его квартире только пятьдесят два доллара. Но Лацис лишь отмахнулся от подобного заявления. Птичка по зернышку клюет. И вообще у работяг как бы не меньше оставалось. Если что-то найдется.

С домами закончили часа за три, собрав при этом четыре с небольшим тысячи. Не сказать, что так уж много, но уже не с пустыми руками. Во всяком случае, на перелет местными авиалиниями или на паром какой хватит. Доберутся до административного центра, а там в самом крайнем случае воспользуются и банковскими картами.

Впрочем, общежития несколько поправили это дело. Конечно, далеко не каждая комната одаривала находкой, а большинство из найденных сумм были от двадцати до пятидесяти долларов. Рабочие точно знали, что здесь наличность не понадобится, а потому не стеснялись в тратах. Оно, конечно, с одной стороны, на заработки ехали. Но с другой, не в черном же теле себя держать. Впрочем, находились и бережливые, которые как раз были готовы экономить каждый цент.

– Жадность порождает бедность, – констатировал Лацис, взглянув на тридцать два доллара в руках Дмитрия.

Слова, не лишенные смысла. Это была последняя комната очередного общежития. Тем более что дело уже к вечеру, а в их руках довольно солидная сумма в шесть с небольшим тысяч. Вполне достаточно для десятерых, чтобы проделать путь до той же Австралии, где уже можно будет поднять шум.

– Согласен. Пора сваливать, – пожав плечами, произнес Дог, контролировавший коридор. – Да и жрать хочется. У меня бульон уже закончился. Э-эх. Протеиновый коктейль, конечно, гадость, но с ним куда комфортней.

– Все бы тебе жрать, – хмыкнув, заметил на это Лацис.

Вообще-то сержанту сейчас должно быть куда хуже. Он ведь, в отличие от Дога, имеет пятый уровень. А соответственно его метаболизм выше, и как следствие – потребность в пище. Хм. С другой стороны, он, конечно, выглядит внушительно, но в сравнении с подчиненным явно проигрывает в габаритах. Вполне возможно, что тот и до модификации ни разу не жаловался на аппетит, ну или, помимо уровней, на потребление калорий оказывает свое влияние еще и комплекция. Дмитрий все еще очень мало знал о модификантах.

Когда вышел в коридор, Кнопка в подсумке на его груди вдруг встрепенулась, злобно ощерилась и начала вертеть головой. У Дмитрия даже екнуло под ложечкой. Вообще-то за прошедшее время он уже не так бурно реагировал на возможную опасность. Но что-то поведение собачки ему совсем не понравилось. Ну и еще то обстоятельство, что эти подлые твари все время мутировали и совершенно непонятно, где предел их изменениям.

– Сержант, Кнопка волнуется, – шепотом окликнул Дмитрий.

– И что говорит твой детектор? – вслушиваясь в окружающее пространство, скорее выдохнул, чем произнес Лацис.

– Я с ней разговаривать не умею. Но судя по всему, твари с трех сторон. Парадный выход и с флангов.

– На крыше или на земле?

– Слушай, откуда мне знать? – выдал Нефедов излишне эмоциональным шепотом.

– Спокойно, русский. Спокойно. Или думаешь, если обделаешься, то вонью своего дерьма отпугнешь тварей? Так не надейся.

– Босс, может, уже что-то начнем делать? – произнес Дог.

– Вот видишь, русский, ты уже и нашего обжору заразил.

Дмитрий, явно нервничая, поудобнее перехватил своего «вепря» со снятой оптикой. Снайперская винтовка под натовский триста восьмой калибр, по системе буллпап, даже с учетом наверченного на нее глушителя в длину не превышала одного метра. Так что в стесненных условиях была достаточно удобна. А ее убойному патрону он доверял куда больше, чем М-4. И почему было не взять с собой пулемет. Ну оставили бы на базе двоих. Но пулемет-то зачем.

– Отходим в эту комнату и через окно наружу, – наконец принял решение Лацис, указывая рукой в нужную сторону.

Вот интересно, он вообще когда-нибудь волнуется? Или это сказывается свойственная прибалтам флегматичность?

Несмотря на то что комната уже была обследована несколькими минутами раньше, входили в нее по всем правилам, как в необследованное помещение. Что вполне оправданно – мало ли что там могло за эти минуты завестись. Непонятно другое. К чему было вообще лезть именно в эту сторону, если они были в дверях уже обследованной комнаты?

– Русский, что твоя псина?

– Вправо косится. И рычит все сильнее. Однозначно приближается.

– Ладно. Поверю. Прыгаете за мной немедля. Поехали.

Лацис извлек из подсумка светошумовую гранату. Подал знак Догу и выдернул чеку. Тот распахнул створку, и гостинец выпал за окно. Пара секунд. Грохнуло, ударив по ушам. Ну и сверкнуло без последствий. Оно и день, и всполох был за стеной.

Дмитрий и не ожидал от сержанта подобной ловкости и проворства. Тот рыбкой скользнул в оконный проем. Причем открытый только наполовину. Как он вообще туда поместился, да еще и со снарягой? Но факт остается фактом, пролетел, ничем не зацепившись. И, словно этого было мало, Дог провернул то же самое. А ведь он в плечах пошире Лациса будет.

Дмитрий выбирался, именно выбирался, выказывая куда меньше ловкости. Причем делал это уже под аккомпанемент автоматной трескотни. Когда он наконец изготовился к бою, с мутантом все было кончено. Окровавленное тело с узлами раскачанных мышц уже валялось на земле, мелко подергивая конечностями в предсмертных судорогах.

Ага. Кто бы доверял им в этом вопросе. Лацис выстрелил одиночным, вогнав пулю точно в темя. После чего сноровисто сменил магазин.

– Русский, займи свое место. Что ты как беременный.

– Кнопка вверх рычит, – выполняя приказ, проинформировал он.

– Держу крышу. Русский, слева и тыл. Дог, справа и общага.

Только теперь Дмитрий наконец осмотрелся. Не дурак сержант. Ох не дурак. Выскочили они очень даже правильно. С тыла стена леса, до которой метров сто. Слева расчищенный пустырь. Там по идее должны были поставить спортивную площадку. О быте заботились, т-твари. Ну и справа чисто до самой дороги, а это метров шестьдесят. Единственно, откуда может внезапно появиться опасность, – это сама общага. Выскочи они на противоположную сторону – и там за спиной было бы точно такое же здание. Причем на расстоянии не больше шести метров.

Все время отслеживая действия старшего, Дмитрий синхронно с модификантами начал отходить, держа свой сектор. Ну и посматривая на Кнопку.

– Сержант, вверх и вправо.

И сам же не удержался, бросил взгляд в ту сторону. Хм. Никого. Впрочем, крыша двухскатная, так что, возможно, мутант прячется за обратным скатом. А вот собачонка так и мечется между двумя направлениями.

– Дог, левее, примерно на одиннадцать. Похоже, идет через общагу, – продолжал информировать товарищей Дмитрий.

– Свой сектор держи, русский, – сквозь зубы процедил Лацис.

– У меня чисто.

– Ковбой, вспугни моего, – попросил Дог.

О чем это он, Дмитрий переспрашивать не стал. Триста восьмой прошьет всю общагу насквозь. Причем совсем не обязательно под прямым углом. Но и торопиться не стал. Они работают в команде, и дурная инициатива сейчас не к месту.

– Делай, – коротко бросил Лацис.

Прикинул, куда именно рычит Кнопка. Короткая тройка. Сместил прицел. Еще. И вновь. Надо же. На то, чтобы шугануть, надежда еще какая-никакая присутствовала. Но чтобы попасть…

Рев, полный ярости и боли, а затем окно буквально взорвалось сверкающим облаком осколков, из которого выскочил разъяренный рвач. Дмитрий успел отсечь еще одну тройку. Но закономерно не попал. А вот Дог…

Жаль, что у них нет трассирующих пуль. Нефедов так и видел строчку между стволом М-4 и мутантом. Он готов был поклясться, что ни одна пуля не ушла мимо цели. Да, дистанция чуть больше десяти метров. Но это ни о чем не говорит.

Прыжок твари Дог сбил. Приземлилась она метрах в трех от них. Причем неудачно. Передняя левая рука-лапа подломилась, и она полетела через голову. Именно она, потому что легко угадывалась женская особь. И как ни краток был миг, Дмитрий все же успел в очередной раз подумать о возможном их размножении. А вслед за этим нажал на спуск, стреляя буквально в упор.

Удивляясь самому себе, сумел рассмотреть и одно попадание в спину, и две пули, ушедшие чуть выше, взбившие фонтанчики земли. Все же триста восьмой калибр – не баран чихнул. Начавшую было подниматься особь вновь пригнуло к земле. А там следом еще одна тройка. И на этот раз вся отсечка впилась в тело. Предохранитель в крайнее нижнее положение. Одиночный в голову. Тварь словно кувалдой по голове приложили. Пуля прошла насквозь, но уже по обыкновению череп не разворотила.

Сменил магазин, четко осознавая, что в стволе последний патрон от предыдущего, и не дергая затвор. Одновременно с этим вернулся к осмотру своего сектора, поглядывая на Кнопку.

Собачонка продолжала скалиться на крышу. Но доверия ей нет. Именно в этот момент мутант наконец появился из-за конька, привлекая к себе ее внимание. Короткий разгон по крыше – и массивная туша полетела как камень из рогатки. Лацис и успевший перезарядиться Дог грохнули одновременно.

Ни самой атаки, ни результата Дмитрий наблюдать не мог, так как смотрел в другую сторону. У него свой сектор, который он и должен был держать. Зато сквозь автоматную трескотню и яростный звериный рев четко расслышал команду сержанта:

– Воздух!

При чем тут воздух, Нефедов так и не понял. Однако, не отдавая себе отчета, рыбкой прыгнул вперед и ушел в кувырок через голову и перекат в сторону. Бог весть почему именно так, а не иначе. Но самое удивительное то, что после этого кульбита он встал на колено, да еще и лицом к опасности. Приклад впечатался в плечо, а «вепрь» начал выплевывать отсечку за отсечкой, пока магазин не опустел.

Другой из подсумка. Подбил пустой и на его место вогнал полный. Сорвал затвор с задержки. Но пока он совершал все эти манипуляции, Лацис уже вогнал в голову твари контрольный.

– Осмотреться, – и не думая расслабляться, приказал сержант.

Дмитрий поспешил выполнить распоряжение, сосредоточив внимание на своем секторе. Ну и на притихшую Кнопку глянул. Не в плане обнаружения мутантов, а на предмет целостности подруги. Вон как кувыркался – не раздавил ли. Вроде нормально. Смотрит, конечно, малость осуждающе, но при этом облизывается как ни в чем не бывало. Вот и ладушки. А то ведь этой крохе много не нужно.

– Чисто, – доложил он.

– Чисто, – поддержал его Дог.

– Чисто, – подытожил Лацис. – Русский, голову прикрой.

Нефедов хлопнул себя по голове. Так и есть, кепка вместе с шапочкой из фольги слетела. Бог весть, сработает экранирование или нет. Но какая-никакая, а надежда. Повел взглядом вокруг, подобрал комбинированный головной убор и вернул на место.

– Русский, ты уверен, что не проходил в армии курс спецподготовки? – вдруг ни с того ни с сего поинтересовался Лацис.

– Уверен, – недоумевающе произнес Дмитрий.

– Хм. Хорошо отработал. Тебе нормальную базу – и вообще получится машина для убийства.

– Это похвала? – искренне удивился Нефедов.

– Это данность, – пожав плечами, возразил сержант и тут же перевел тему: – А ребятки-то не унимаются. Прибавили в плечах, росте, массе. И эти нашими прививками не баловались, смотри, какая хищная красота.

– Не хотел бы я этой красоте на зуб попасться, – хмуро возразил Дог.

– Ты судишь предвзято, – не согласился Лацис.

– Согласен, сержант. И он и она – красивые и грациозные хищники. Только…

– Что? – подбодрил его начальник.

– По виду они уже превзошли рвачей, но все так же просматривается какая-то незавершенность образа, – озвучил свое мнение Дмитрий.

– Хочешь сказать, это еще не предел? Мне с ними уже приходится напрягаться. А что же будет дальше? – возмутился Дог.

– Вот и мне кажется, что они еще прибавят, – дернув щекой, произнес Лацис. – Ладно, уходим. А то опять фантасты окажутся правы, и выстрелы теперь будут звучать как призыв к обеденному столу.

Глава 2

Из огня да в полымя

– Ну что, посмотрим, на что способна твоя лодочка, – хмыкнув, с показной бодростью, но явным сомнением произнес Дог.

– Боюсь, что гляделки были вчера, во время ходовых испытаний. Сегодня уже решай – либо на борт, либо прощай, – пожав плечами, возразил Дмитрий.

В принципе его детище показало неплохие результаты как в лагуне, так и за ее пределами. Имитировали полную загрузку. Частично это был реальный груз, как, к примеру, пять сонен литров бензина, мачты, паруса, запасной двигатель, аккумулятор, солнечные панели, запас пресной воды в пятилитровых бутылях, из расчета по двадцать литров на человека, полный запас продовольствия на пять суток, двести литров дезинфицирующей химии. Ну и много чего еще. Недостающее же дополнили мешками с песком.

У будущего экипажа возникли серьезные такие сомнения в способности лодки удержаться со всем этим грузом на плаву. Но «Надежда» – а то как же, судно и без имени? – с честью выдержала испытания. Возможно, потому что погрузилась по самые плиты утеплителя. Но не суть важно. Главное, что тонуть и не думает.

Два двигателя разгоняли лодку с полным грузом примерно до двадцати километров в час. Но крейсерская не превышала пятнадцати. Впрочем, это было куда больше, чем они могли рассчитывать, так что грех жаловаться. При сохранении такой скорости они могли добраться до выбранного ими острова за сутки с небольшим. Ну, с учетом возможных ошибок в навигации, пусть за двое. Но это максимум.

Другое дело, сколько она продержится на океанской волне. Но тут уж ничего не поделать, экспериментировать и проводить полномасштабные испытания попросту некогда. Вчера они прокатились по поселку Центральному и не обнаружили тел мутантов, убитых ими накануне. От одного остался только костяк, другие два утащили с глаз долой. То есть каннибализм расцветал махровым цветом.

Плюсом шли еще две твари, подстреленные Энрико неподалеку от базы. Получается, что еды все же не хватает, и, несмотря на опасность, мутанты вновь начали подбираться к людям. В свете происходящих с ними изменений в более агрессивную форму опасность возрастала с каждым днем.

Из разговоров с модификантами Дмитрий понял, что еще одной массированной атаки им уже не выдержать. Даже пара десятков тварей непременно их сомнет. Шутка сказать, в последних они вколачивали чуть не по полному магазину, и их все одно нужно было добивать. Калибр пять пятьдесят шесть терял свою эффективность просто с катастрофической быстротой…

Рассвет. К отплытию все готово. Лодка спущена. Вода стоит высокая, а значит, они смогут выйти за пределы лагуны не через фарватер, а прямо мимо памятного для Дмитрия острова, где он прожил пару дней в ожидании своей судьбы, а заодно подружился с Кнопкой.

Сейчас туда были переправлены две двухсотлитровые бочки с химией, чтобы провести полную дезинфекцию. И как ни крути, но и собачке тоже. Повлияет это на ее обоняние или нет, не имело значения. Уж слишком высок риск.

Провозились довольно долго, сначала выгрузив все содержимое, а потом обработав со всем тщанием. Правда, совершенно непонятно, к чему сержант тащит с собой еще одну бочку с этой дрянью. На вопрос по этому поводу Лацис только отмахивался, заявляя, что он ни под каким видом не желает притащить заразу на Большую землю. И очень надеется, что беглецов на баркасе все же прибрали кукловоды, так как он сомневался, что эти придурки думали хоть о чем-то, кроме своей шкуры.

Вообще-то Нефедов не верил в то, что им удастся столь просто покинуть этот неприветливый остров. Все мнилось, что в самый последний момент мутанты устроят нападение. Но все прошло тихо и гладко. Если не считать одного рвача, подстреленного Энрико. Он упокоил его четырьмя выстрелами. И что примечательно, Лацис не попрекнул его ни полсловом.

Кстати, сержант и не подумал пополнять ряды пацифистов. Модификанты убывали со своим оружием и приличным запасом боеприпасов. Оно, конечно, избыточный вес. Но неприятности – они ведь могут быть не только в виде мутантов. О тварях, не потерявших человеческого облика, забывать никто не собирался. И если представится такой случай, то лучше быть готовыми к встрече.

– Русский, помнишь, ты говорил о небольшом атолле, примерно на полпути к нужному острову? – когда они наконец отчалили, поинтересовался Лацис.

– Конечно, помню. Только он немного в стороне, – ответил Дмитрий.

– Нормально. Доставай из своей памяти необходимые координаты и правь к нему.

– Уверен, сержант? Погода просто исключительная. Практически штиль. Бог даст, мы добежим до цели без проблем. А на том атолле, насколько подсказывает моя память, всего-то пара пальм, ни травинки и никаких источников воды.

– Тебе-то откуда знать такие детали?

– Просто когда читал книгу, стало интересно, где все описываемое происходило, вот и лазил по картам.

– Ясно. Ничего страшного. У нас хороший запас воды. А на случай, если придется задержаться, мы прихватили с собой солнечную панель с аккумулятором и испаритель. Да и о других способах дистилляции ты говорил. Так что от жажды как-нибудь не умрем. А вот заразу, как я уже сказал, на Большую землю не потащу.

– И как мы узнаем, что ее нет? Кто будет подопытным?

– Я думал, ты умнее, русский, – хмыкнув, ответил Лацис и переместился к прикованному у борта Егору.

– Нет. Не надо, – тут же догадавшись, начал молить пленник.

– А ты думал, все так просто, дружок? – с недоброй ухмылкой произнес Лацис.

После чего сорвал с Егора респиратор и понадежней приладил шапочку из фольги. От подопытного, впавшего в кому, проку никакого. Поди пойми – взял его вирус или нет. Овощ – он и есть овощ. А так все будет очень даже наглядно.

– Присматривай за ним, Энрико.

Изуверство чистой воды. Но возразить Дмитрию по большому счету было нечего. Да и чего возражать, если дело уже сделано. Не сказать, что это повысило в его глазах авторитет Лациса. Скорее уж уронило ниже плинтуса. Но, с другой стороны, отбросив в сторону чистоплюйство, иного выхода, кроме как проверить на ком-то из них, он не видел. И чего уж там, оказаться в роли подопытного, разумеется, не хотел. Но ведь можно было это сделать и по-другому. Да хотя бы проголосовать за использование жребия и разыграть наудачу.

– Русский, выбрось из своей башки эту дурь и больше никому не говори, – хмуро бросил ему на это сержант. – Каждый из вас стоит выше этого ублюдка. И причина тут даже не в том, что он стрелял в меня. Вовсе нет. Мало того что при первой возможности он ударил нам в спину, так ведь еще и примкнул к сбежавшим с острова. Только они его обманули, сказав, что отплывать будут на следующий день.

– Он не давал присяги, и…

– При чем тут присяга. Он, шкура, точно так же подставил бы остальных под молотки. И вообще я действую так, как считаю нужным, исходя из сложившейся обстановки. Если суд посчитает, что я был не прав, я отвечу. Курс взял?

– Да. Мы уже на курсе. Через час сверюсь еще раз.

– Это хорошо. Одно непонятно: как эти придурки решили бежать без тебя? Нашли в каком-то журнале карту этого региона?

– Зачем? С них вполне достаточно и школьного курса географии. Сам загляни в себя – увидишь и карту и координатную сетку, с параллелями и меридианами. Как и более или менее значимые острова.

– Заглядывал. И видел. Но все одно промахнуться мимо небольшого острова достаточно просто. Неточность в измерениях, океанское течение – и привет.

– Трудно возразить. Сам по десять раз перепроверяю координаты. Тем более что первая наша цель и вовсе, считай, на уровне моря, только пальмы, если что, и приметим.

– Ничего, русский. Как ни странно это звучит, но я в тебя верю. Кстати, как ведет себя твой кустарный компас?

– Да нормально ведет. Вон, исправно пялится на север.

Так в разговорах ни о чем и прошел день. Голубое небо, яркое солнце, спокойный океан. Правда, какое-то течение все же присутствовало, как и снос лодки легким ветерком. Иного объяснения тому, что при каждом измерении координат, проводимом раз в час, приходилось вносить изменения в курс, попросту не было. О возможности ошибок в вычислениях самого Дмитрия ни ему, ни кому другому думать не хотелось.

Ближе к вечеру среди членов своеобразного экипажа началось волнение. Оба мотора работали вполне исправно, лодка уверенно рассекала прозрачную изумрудную гладь, выдерживая средний ход. Но земля все еще не появлялась. Поползли перешептывания, четверо гражданских, как прежде в порту, начали коситься на Нефедова, вселяя в него чувство неуверенности. Что, если он и впрямь ошибся?

А тут еще и злорадный смех Егора, который вдруг начал бесноваться. С диким хохотом и ненавистью он кричал о том, что он обратится раньше, чем они подохнут в этих безбрежных водах. Они будут вынуждены его убить, и это будет легкая смерть, чего им он не желает. Впрочем, долго куражиться ему не позволил Лацис. Переместившись поближе, он без затей врезал ему по челюсти. Потом обратился ко всем:

– Не терпится оказаться на острове и почувствовать под собой твердую землю? Отлично. Значит, нужно помочь моторам. Ветер, к сожалению, не попутный, парусами нормально пользоваться мы не умеем. Но ведь у нас есть весла. Это не досужие рассуждения, а приказ. Разойтись по местам, весла в уключины. Касается всех, кроме русского. Ты садись на руль.

Н-да. Ну помощь от весел, откровенно говоря, так себе. Никакая в общем-то. Однако смысл в этом непременно был. Просто единственный из гражданских, кто мог понять суть происходящего, это Егор, отслуживший по призыву. Но он сейчас в отключке. Дмитрий так и вспомнил своего ротного старшину и его присказку: «Мне не нужно чисто, мне не нужно быстро, мне нужно, солдат, чтобы ты задолбался».

Впрочем, справедливости ради Лацис также уселся за свое весло. Только спереди, чтобы иметь возможность контролировать экипаж и не позволять никому отлынивать. Модификантам оставалось только горестно вздохнуть и тоже вооружиться веслами.

Был ли от этого толк, Дмитрий так и не понял. Но никакого видимого эффекта, за исключением дисциплинарного, он в этом не заметил. А вот если увеличить обороты двигателей, то скорость возрастет. К сожалению, одновременно с этим увеличится и расход топлива. Бензина вроде бы взяли с запасом, но, судя по выписываемым ими зигзагам, лучше бы его все же поберечь. С другой стороны, если они не увидят землю засветло, то ночью уж точно проскочат мимо.

К счастью, не случилось. Остров они увидели примерно за час до заката. Спасибо высоким кокосовым пальмам и легкой Джулии, забравшейся на мачту по приставной алюминиевой лестнице. Есть у них определенные проблемы со стоячим такелажем. С другой стороны, и лодка не корабль. Да и из них кораблестроители так себе. Никакие в общем-то.

Н-да. Как и штурман из Дмитрия. Потому что чесали они прямиком мимо цели, оставив ее справа. Пришлось поворачивать и, дабы успеть засветло, выжимать из движков все, на что они способны. Иначе опустится ночь, а на острове маяков нет. Как, впрочем, и самого обычного огонька, потому что он необитаемый. Во всяком случае, из того, что о нем знал Дмитрий.

Так и получилось. К небольшому атоллу, представляющему собой колечко из песчаных банок диаметром меньше километра, с уютной лагуной внутри, они подошли с первыми сумерками. Пальмы росли только на одном крохотном островке, длиной чуть больше сотни и шириной едва ли пятьдесят метров. Рядом с ним нашелся и проход в лагуну. Правда, все было за то, что в отлив доступ в нее будет перекрыт. Ну да сейчас получилось пройти без проблем. Правда, это с учетом высокой осадки их плавсредства.

Так себе укрытие. Случись шторм, и песчаная банка будет слабой защитой. Высокая океанская волна наверняка перехлестнет через эту преграду. Но с другой стороны, того ада, что снаружи, тут все же не будет. И шансы на то, что их лодка уцелеет, далеко не нулевые. Хотя… Одну лодку у них уже унесло. Впрочем, лучше все же надеяться на лучшее.

Высадившись на берег, устроились на ночлег. Палатки весят и занимают места совсем немного, зато предоставляют массу удобств. Как и вспененные коврики. Так что выспались от души, а потом провели в тиши еще двое суток.

При этом пусть все и были возмущены действиями Лациса, но за Егором следили со всем вниманием. Сержант же, по простоте душевной и как следует главному воинскому начальнику, гонял арестанта в хвост и в гриву. Ну чисто надсмотрщик за рабами. Дмитрию даже показалось, что прибалт старается ткнуть носом арестанта в каждый угол.

На следующий день еще и приборку на лодке затеял, вкупе с инвентаризацией, мотивируя это необходимостью. А так как остальные вчера махали веслами и управляли судном, заниматься этим предстояло тому, кто всю дорогу бездельничал. Иными словами, Егору. Себе сержант послабление сделал, распределив надзор за работающим между модификантами.

К обеду все имущество лодки было пересчитано, переложено и проверено на предмет целостности. Заодно глянули, как себя повела сама лодка. Дмитрий не без гордости отметил, что не обнаружилось даже мало-мальской течи. С одной стороны, оно конечно, океан был тихим. Но с другой, озерной гладью тут и не пахнет. В мире ведь все относительно. Как и понятие тихой воды.

Питались в отдельно устроенной палатке, куда попадали только после санобработки. Вонь от химии там стояла несусветная. Нефедова хватало только на то, чтобы наскоро затолкать в себя еду, состоящую из консервов, пополнить запас воды во фляге и убраться подобру-поздорову. Бульон из разогретой тушенки наливать в термос он категорически отказывался. Признаться, от него уже начинало подташнивать. У остальных же были только фляги под воду.

К исходу вторых суток Лацис с явным облегчением избавился от респиратора, вдохнув полной грудью прохладный вечерний воздух. Правда, при этом продолжал оставаться в смешной шапочке из фольги под кепкой. Вирус к возможности добраться до нейросети не имел никакого отношения. И если с одной проблемой они вроде бы справились, то как обстоят дела со второй, совершенно непонятно.

Островитяне переглянулись и неуверенно последовали его примеру. Причем даже модификанты. Одно дело, когда перед тобой стоит враг и от тебя хоть что-то зависит. Даже если тебя засыпают градом снарядов. И совсем другое – когда ты ничего не можешь поделать, только уйти в глухую оборону и молиться, чтобы она выстояла.

– Джулия, красавица, а достань-ка там пару бутылочек виски, – от души потянувшись, попросил сержант.

– Типа место женщины на кухне и в качестве прислуги? – сдергивая с лица маску, с вызовом произнесла Джулия.

– Типа из женских рук даже яд приятен, – пожав плечами, возразил Лацис.

– Сам себя обслужишь, сержант.

Надо же. Не иначе как почувствовала, что все самое страшное уже позади, впереди их ожидает цивилизация, а значит, можно вспомнить и о прежних замашках. Еще эдак с вызовом посмотрела на Дмитрия – мол, я помню, чем тебе обязана, и мы обязательно еще сочтемся.

– Сержант, дай ключи от наручников, – протянув руки, потребовала она.

– Вот видите, парни, до чего доводит эмансипация. Мозги протекают на раз. Девочка, я стесняюсь спросить: а что ты будешь делать с ключами?

– Освобожу Егора. Ты не имеешь права…

Хлесь!

Надо же. А звонко получилось. Да еще и девица при этом осталась на ногах. Да что там, встреча ее лица с ладонью модификанта как минимум должна была перетряхнуть ее мозги. Но та выглядела только ошеломленной. Все же у Лациса буквально филигранная координация движений и дозирование силы.

– Спустись на землю, девочка. Причем немедленно. Мы все еще черт знает где. Приблизишься к арестанту – и я тебе ноги повыдергаю. Пока мы не прибудем в обитаемые места, я для вас всех босс, и мое слово решающее. Не желаешь нести виски – не вопрос. Но повторюсь, и близко не подходи к арестанту. Русский, делать тебе было нечего спасать эту психованную, – заключил Лацис, направляясь к лодке, где было припасено несколько бутылок виски.

Дмитрий только пожал плечами и подхватил на руки Кнопку. Та сразу же обнаружила изменения в облике хозяина и набросилась на его лицо. Ее мягкий язычок не оставил необлизанным ни одной точки, добрался до всех закоулков и даже в ноздри. Нефедов только щурился от удовольствия и посмеивался от щекотки. Народ начал тут же сыпать шутками.

Как сказал Лацис «пару», так две и принес. Ни захмелеть, ни разгуляться. Только что горло промочить. Но Дмитрий все же почувствовал, как хмель ударил ему в голову. Не иначе как успел поотвыкнуть: за прошедший месяц он практически не пил. Даже пива. Ну вот не до глупостей ему как-то было. Не хватало еще по пьяному делу нажить себе кучу неприятностей. Да еще в условиях, когда достаточно одной незначительной оплошности.

– Русский, а как у тебя с ночным ориентированием? Только по компасу можешь – или и координаты способен определить? – подсел к нему сержант, поглядывая на то, как Дмитрий забавляется с Кнопкой.

– Могу и ночью определять. Тренировался и на прежнем острове, и здесь. А в чем проблема? Только не говори…

– Сам посуди, нам до цели порядка двух сотен километров, берем чуть больше. Учитываем неизменный снос лодки, зигзаги и погрешность в ошибке определения координат. Сам помнишь, на сколько мы промахнулись. На круг получаем не менее двухсот пятидесяти километров. Конечно, ночью мимо обитаемого острова, может, и не проскользнем. Но, может, и проскочим, не приметив огней. Так что выходим в ночь, и тогда на месте можем быть к полудню. А это нам на руку во всех отношениях.

– А раньше сказать нельзя было? Только не говори, что решение это спонтанное.

– Нет, конечно.

– А отчего же тогда ты не поинтересовался насчет ночного ориентирования раньше?

– Смысла не было. Ну вышли бы мы часа на четыре позже, с рассветом определились бы с координатами, а на остров прибыли бы не к полудню, а за полдень. Тоже нормально.

– Так-то оно так, но я хоть отдохнул бы.

– Не переживай. Подменим мы тебя, пока будешь спать.

– Измерения нужно делать каждый час.

– Значит, сладко поспать у тебя не получится, – разведя руками в сожалеющем жесте, подытожил сержант.

Впрочем, в его облике не было ни капли этого самого сожаления. Он уже принял решение и всего лишь уточнял детали. А через секунду ему уже и вовсе было не до этого.

– Какого хрена! Вы что делаете, придурки! – поднимаясь, во всю глотку проревел он.

Дмитрий невольно посмотрел в ту же сторону. Н-да. Кое-кому, похоже, в голову ударил хмель. Причем не имеющий ничего общего с виски. Скорее уж их пьянил воздух, наполненный различными ароматами. Их тут немного, все же практически пустой остров. Но это не стерильная чистота полицейского респиратора, по сути являющегося противогазом, и не вонь дезинфицирующей химии.

Четверо гражданских с азартом зашвыривали опостылевшие им респираторы подальше в лагуну. Джулия с одним из мужчин уже свинтили крышку с бочки, заполненной химией, и явно намеревались вылить ее содержимое в песок.

– Что, сержант, переживаешь за подотчетное имущество? – вызверилась девушка.

Похоже, ее самолюбие сейчас било через край. К гадалке не ходи, ждет не дождется момента, когда они окажутся в цивилизованных местах, чтобы подать на Лациса в суд. Однако по всему выходило, что сержанту на это плевать.

– Послушай, истеричка, пока мы не прибыли на обитаемый остров, все вы, придурки, все до единого будете выполнять мои приказы. Это корыто называется не «Баунти», а «Надежда». Всем все понятно? Я, мать вашу, не слышу ответа!

– Да.

– Понятно.

– Ясно, – вразнобой бросили трое мужчин, за исключением отмалчивающегося и скованного Егора. Сержант вперил в возмутительницу спокойствия спокойный и твердый взгляд. Дождался от нее утвердительного ответа. После чего приказал вернуть пробку на место и водворить бочку на лодку. И вообще приступить к сворачиванию лагеря: есть будут уже в океане.

– Сержант, а зачем тебе нужна эта химия? Неужели веришь в то, что те ублюдки вывезли с острова заразу?

– В это верится с трудом. Все же не законченные они идиоты. Опять же плыть им не один день, зараза все одно проявилась бы и сожрала их раньше.

– А зачем тогда нам эта бочка?

– А чтобы не расслаблялись.

– Ну тогда уж заставь и за респираторами нырять.

– Если бы у нас было время, то заставил бы, не сомневайся. Но в темноте они ни черта не сыщут, даже если я начну их отстреливать на глазах друг у друга. Но тебе избавляться от своего не советую.

– Не знаю, что ты имеешь в виду, но я и не собирался. Хотелось бы еще и тесак этот из мачете сохранить. Но вряд ли мне удастся протащить его через несколько границ.

– И зачем тогда тащишь с собой?

– Ну мало ли. Ты вон тоже оружие прихватил. Даже пулемету местечко нашел. Пусть пока будет, а там посмотрим.

– Вот это правильное решение.

Сборы были недолгими. Вообще-то Дмитрий ожидал, что люди побоятся опять оказаться среди бескрайних океанских просторов. Ну или хотя бы выкажут норов в связи с действиями Лациса. Ничуть не бывало. Забегали как наскипидаренные. Очень уж хотелось оказаться в обитаемых местах. Опять же удачный переход до этого островка вселил в них какую-никакую уверенность. Как, впрочем, и в самого Дмитрия.

Лагерь свернули быстро. Воспользовавшись высокой водой, перебрались из лагуны в океан. Погрузились, оба мотора на средние обороты – и вперед, заданным курсом.

На этот раз Лацис никого на весла сажать не стал. Народ бузить пока вроде не собирается. Пялятся в прихваченные с собой планшеты – кто фильм смотрит, кто книгу читает. А через пару часов и вовсе чуть не разом завалились спать.

Дмитрия сменил Энрико. Получив указания относительно курса, он милостиво отпустил своего ученика. Тот же, в свою очередь, произвел измерения. Убедился, что, как ни странно, поправки в курс вносить не нужно. Выставил таймер, чтобы проснуться через час, и с чистой совестью лег спать.

Океан вновь радовал погодой, и шли довольно бодро. В этот раз Дмитрий вывел их прямо на цель. Впрочем, он склонялся к тому, что ему просто повезло. И тут им пришлось столкнуться с первыми трудностями. При отбытии и на промежуточной стоянке было настолько тихо, что обошлось без прибоя. А вот у самой цели они обнаружили буруны у барьерных рифов. Пришлось отворачивать в сторону и идти вдоль побережья.

Впрочем, это не больно-то и напрягало. Остров – вот он, протяни руку. А в том, что нужно искать проход среди рифов, ничего страшного. Им ведь все равно нужен административный центр, а он непременно на берегу тихой гавани. А то как же иначе. Ведь именно туда приходят суда.

– Сержант, а куда это мы? – удивилась Джулия.

Лодка под управлением Дога повернула влево, направляясь к берегу, хотя видимой причины для этого не было. Разве только наблюдался узкий, чуть более полусотни метров, проход в лагуну.

– Ты разве не хочешь как можно быстрее ощутить под ногами твердую землю? Лично я очень хочу, – пожав плечами, пояснил Лацис.

– Но-о…

– Не нравится? Тогда мы высадимся, а вы можете и дальше испытывать судьбу на этой посудине.

Девушка предпочла промолчать. Хотя весь ее вид говорил о том, что сержанту недолго осталось куражиться. Он еще непременно пожалеет. Вот уж в чем Дмитрий сомневался: Лацис не производил впечатления тупого солдафона. Весьма своеобразная личность, в общем и целом вызывающая негатив. Но в то же время Нефедов частенько ловил себя на том, что симпатизирует этому чертову прибалту.

Когда причалили к берегу, Лацис отомкнул наручники Егора и предложил всем проваливать на все четыре стороны. В том, что этот остров обитаем, никаких сомнений, потому что прямо перед ними лежала асфальтированная объездная дорога, а на песке четко отпечатался след протектора автомобиля.

Необходимость отмахать какое-то расстояние пешком эту пятерку ничуть не смутила. Единственно, только Джулия с уже привычной самоуверенностью потребовала от Лациса, чтобы он выделил половину добытых в рейде денег. То, что при этом своей задницей рисковала не она, ее совершенно не волновало. Но сержант без лишних слов отсчитал половину и вручил убывающим. Разве только высказал пожелание больше никогда не встречаться.

А вот Дмитрия за плечо придержал. Зря вообще-то. Он и не собирался расставаться с модификантами. Надежнее ему с ними. Потому что он не забыл, за какой такой надобностью они носят на головах шапочки из фольги. Если кукловодам станет известно об их бегстве, то он не даст за их жизни и ломаного гроша. А при таких раскладах уж лучше быть поближе к реальным бойцам, каковыми, без сомнения, и были наемники.

– Значит, так, парни, – когда они наконец остались одни, заговорил сержант. – Если коротко, то мы из одной глубокой задницы оказались в другой. Живые мы опасны, и нас вот так просто не выпустят. Признаться, я не верил в эти хреновины из фольги. Но, похоже, шапочки все же работают. А раз так, то мы продолжаем барахтаться.

– Много слов, сержант, – с эдакой ленцой обронил Орк.

– Ладно. Тогда коротко. Тихо захватываем аэропорт. Здесь посадочные полосы на всех обитаемых островах. Если есть самолет, хорошо. Нет – тихо ждем. Рейсы должны быть регулярными и минимум один за день. А может, найдется частный. Нам все подойдет, лишь бы мог прыгнуть хотя бы на полторы тысячи километров. Перед отлетом я сброшу сформированный пакет одному моему знакомому блогеру.

– Не испугается? – усомнился Дог.

– Испугается сам – подбросит тому, кто не побоится.

– Эти ребята шутить не будут, – поддержал сержанта Энрико.

– А те умеют прятаться в сети почище тебя в джунглях, – возразил Лацис. – В любом случае волну мы поднимем. А сами тихой сапой, от острова к острову. Доберемся до густозаселенных мест, а там уж пускай попробуют до нас дотянуться.

– Нужно что-то делать с нейросетями, – решил вставить свои пять копеек Дмитрий.

– Я помню, русский. Потому и говорю про заселенные места и большие города в частности. Нам нужен нейроцентр. Причем оказаться там мы должны нелегально.

– Толково, я в деле, – вновь выдал немногословный Орк.

– Порядок, босс, – согласился Энрико.

– Принимается, – это уже Дог.

– Чего на меня смотреть? Я с теми придурками не пошел, значит, с вами, – пожал плечами Дмитрий.

– Значит, сейчас переодеваемся в одежку веселенькой расцветочки, пистолеты под рубахи, остальное оружие и боеприпасы в сумки. Кроме русского, каждый берет еще и по дробовику. Ты обойдешься «хаудой». Зарядить травматическими. Я лишние трупы за собой тащить не хочу.

Со сбором вещей управились быстро. Кстати, часть патронов решили оставить. С жадности нахватали слишком много – теперь же стало понятно, что вышел перебор. Зато Лацис раздал всем по четыре светошумовые и газовые гранаты. Только теперь Дмитрию стало понятно, для чего они берегли свои респираторы. Получается, сержант изначально знал, как именно будет действовать, и целенаправленно готовился именно к этому.

Хм. А вот Нефедов ни о чем подобном даже гипотетически не подумал. Все рассчитывал, что они будут искать помощи у властей. И это он, человек в общем и целом мало испорченный цивилизацией. В России, конечно, тоже хватает тех, кто топит за закон и равные права. Но то все больше в больших городах. В провинции нравы куда проще, и хватает более равных перед законом.

Лодку с остававшимися припасами бросили без сожаления. Всего им не унести. Так что пусть повезет кому-то из местных. Правда, в этой связи непонятно, к чему было брать такую прорву боеприпасов. Ведь даже картечные и пулевые заряды прихватили к дробовикам. Немного, но все же.

Двигались по дороге, совершенно открыто. Разве только в противоположную ушедшим раньше гражданским сторону. Похоже, Лацис категорически не хотел иметь с ними ничего общего. М-4 и «ремингтоны» с пистолетной рукоятью с легкостью уместились в сумки. Дмитрию же, Энрико и Орку пришлось нести еще и чехлы, в которые были упакованы винтовки и пулемет. Вообще-то последнее Дмитрию показалось перебором. Но, как видно, их командир считал иначе.

– Сержант, стой, – скорее выдохнул ему в спину, чем произнес Дмитрий.

Он и сам не понял, как это случилось. Но инстинкты сами собой вздыбились, едва дохнуло чем-то знакомым и узнаваемым. Руки потянулись к сумке, где находился респиратор.

– Что случилось, русский? – сразу же оценив тон Дмитрия, поинтересовался Лацис.

– Кнопка чует впереди мутантов, – указывая на замершую в напряженной позе и скалящуюся собачонку, пояснил Нефедов.

– Откуда им тут взяться? – все же извлекая из-под рубашки «беретту» с навинченным глушителем, удивился сержант.

– Либо это мутанты, либо она еще на кого-то столь же сильно озлоблена, – спешно натягивая респиратор, произнес Дмитрий.

– Я ставлю на мутантов, – поддержал его Орк и полез за своим респиратором.

– Отходим, – пятясь назад, приказал Лацис.

Бежать без оглядки он не собирался. Но в то же время группе необходима остановка, чтобы облачиться. В первую очередь – биологическая безопасность, а все остальное после.

Сомнительно, чтобы они уложились в армейские нормативы. Приходилось помнить еще и о шапочках из фольги. Вот так у них все кучеряво и готово укусить с любой стороны. Но наконец ненавистная маска опять на лице. И только одна тревожная мысль. Если впереди и впрямь мутант, то эта зараза уже может быть в них.

Облачились в респираторы. Извлекли из сумок и чехлов оружие посерьезнее, чем пистолеты. Мало ли как и когда зараза могла попасть сюда. Вдруг какая чайка решила сменить прописку. Дмитрий читал, что некоторые виды совершают большие перелеты, даже через океан. И если зараза здесь уже достаточно давно, то и твари будут серьезные.

Но перегибать Лацис все же не стал, а потому в полевую форму они не переодевались. Изготовившись к возможной схватке, вновь двинулись вперед. Дмитрий все время следил за Кнопкой. Они немало пережили вместе, и он научился ее хорошо понимать. В частности, определять примерное направление, в котором находится мутант.

– Сержант, на десять часов.

– А дистанцию твоя собачка определять не умеет?

– Может, и умеет, но мы еще не настолько близки, – огрызнулся Дмитрий.

– А мы-то уж думали… – забавляясь, прошептал шедший замыкающим Дог.

А ведь это явный признак нервозности. Да оно и понятно в общем-то. Только решили, что все самое страшное позади, как снова-здорово.

– Прикрывайте. – Лацис убрал М-4 за спину и, вооружившись «береттой» с глушителем, двинулся к зарослям в указанном направлении.

Поднимать шум раньше времени категорически не хотелось. Они здесь не за этим. Опять же Кнопка могла ведь и на кого другого окрыситься. Выводы Дмитрия основаны на одних лишь предположениях. А как оно на самом деле – поди еще разберись.

Ветви кустов раздались в стороны, и на сержанта выпрыгнул мужчина. Но Дмитрий, как и все остальные, тут же отметил его изодранную и грязную одежду. Реакция Лациса была молниеносной. Хлоп! Нападающий откинул назад брызнувшую кровавыми ошметками голову, неосознанно взмахнул руками, ноги пошли вперед, и он со всего маху упал на спину. Приближаться к нему никто не стал. И так все прекрасно видно.

– Вампир, мать его, – выдохнул Дог.

– Причем развитый, – поддержал его Энрико.

– Кто-нибудь верит в то, что он на этом острове один? – глядя на труп, поинтересовался Лацис.

– Ты сейчас прикалываешься, сержант? – нервно сглотнув, произнес Дмитрий, у которого вдруг засосало под ложечкой.

– Немного, – мрачно произнес тот. – Отходим в кусты. Энрико, Дог, в караул, мы трое переодеваемся в полевую форму. Потом смена. Все по-взрослому, парни.

– Твою м-мать, – в сердцах выдал Дог.

Переодевшись, не продолжили путь, а вернулись обратно к лодке. Дмитрий полагал, что они на ней пойдут вдоль берега до самого порта. Где бы тот ни находился, это самый безопасный путь. В смысле от мутантов, ясное дело. Но Лацис отмахнулся от подобного предположения. Мутанты, конечно, проблема. Но знакомая и понятная. А вот океан… Сколько им еще будет везти, сержанту выяснять не хотелось категорически.

Так что добираться до взлетной полосы он намеревался по суше. А для этого нужно немного увеличить их поклажу. В частности – забрать все остававшиеся еще там патроны, заполнить химией пластиковые пятилитровки из-под воды. Берегли вроде как на тот случай, если начнут тонуть, но вот пригодились для другого. Прихватили и ручные распылители. Словом, все по-взрослому, вплоть до того что развернули палатку и после санобработки разогрели тушенку, чтобы приготовить бульон. Ну и поесть впрок. Кто его знает, чем тут все закончится.

– Сержант, один вопрос. А как мы улетим? На острове задница, и даже если найдется самолет, не факт, что обнаружится и пилот, – не удержался от насущного вопроса Дмитрий.

– Не переживай, Ковбой. У каждого из нас имеются базы по управлению даже «боингом». С практикой не очень, но с легкомоторными управимся без труда. Это как на автомобиле прокатиться, – весело заявил Дог.

Слишком уж как-то жизнерадостно. Что навевало мысли о некоем приукрашивании действительности. С другой стороны, никто беспокойства по этому поводу не выказывает. Наверное, и впрямь ничего страшного.

У лодки они провели около часа. Не критично, если учесть то, что сейчас было только два часа пополудни. Времени вполне достаточно и чтобы осмотреться, и чтобы принять необходимое решение, и устроить безопасный ночлег. Пока возились, произошло только одно более или менее значимое событие.

Прибежала испуганная Джулия с глазами навыкате. Одна, без спутников. Если бы не носила свои пожитки в рюкзачке, а была хотя бы с сумкой, – наверняка и их потеряла бы. Как следовало из ее слов, на них напали вампиры. Не имея возможности защищаться, она ударилась в бега. Как сложились дела у остальных, не знает. За все время, пока она рассказывала о случившемся, отвечая на вопросы Энрико, сержант не произнес ни слова.

– Тебя укусили? – наконец поинтересовался Лацис.

– Что? Не-эт, – затрясла она головой.

– А это что? – На левой штанине было заметно пятно крови.

– Не знаю.

– Подними.

– Зачем?

– Мне повторить?

Подняла. Не укус. Скорее всего, ногу она рассадила обо что-то во время бегства. Однако шанс заражения весьма высок. Не сто процентов, но все же. Дмитрий вопросительно и одновременно требовательно посмотрел на Лациса. Тот только ухмыльнулся и покачал головой.

– Что ты предлагаешь, русский? Даже если она не заразилась и мы возьмем ее с собой, у нее нет средств индивидуальной защиты. Сомневаюсь, что здесь найдется нечто подобное. Она сама сделала свой выбор, там, на атолле, когда подбила этих дебилов выбросить респираторы.

Дмитрий без слов прошел на лодку и, покопавшись немного в вещах, нашел респиратор Егора. Потом протянул девушке аптечку, указывая на порез. Посмотрел на Лациса.

– Сержант, мы не знаем, заразилась она или нет.

– Русский, ты гребаный Дон-Кихот. Значит, запомни: эта девица – твоя ответственность. А ты, красавица, заруби себе на носу: ты с нами ровно до той поры, пока я этого хочу. Один неверный вздох – и ты труп. Все уяснила?

– Да, – испуганно пискнула она из-под маски.

– Русский, попомни мои слова. Ты с ней еще намучаешься. Но надеюсь, что это будут только твои проблемы. Пять минут на сборы, – подытожил сержант, уже обращаясь к девушке.

– Сержант, может, выделим ей один дробовик? Теперь-то в резиновых пулях смысла нет, – предложил Дмитрий.

– Ты что, русский, совсем мозгами поплыл? Чтобы я этой психованной дуре дал оружие?.. Да мне проще вас обоих порешить.

И вновь они двинулись по дороге. Только на этот раз шли в боевом порядке, готовые в любое мгновение встретить опасность. А в том, что остров полон мутантов, сомнений больше никаких не было.

Дмитрий хотел было зарядить «вепря» дозвуковыми самоделками, но Энрико отсоветовал. Они понятия не имеют, до какой стадии сумели развиться местные мутанты. Если они только немногим уступают оставшимся на их острове, то лучше бы иметь в арсенале аргумент поубойней. Опять же сомнительно, чтобы здесь много стреляли, а потому выстрелы скорее будут пугать, а не привлекать обратившихся.

Шли быстро. Кнопка успела зарекомендовать себя как надежный детектор, поэтому Лацис решил полностью положиться на ее чутье. И не зря. Трижды она поднимала тревогу, и каждый раз сугубо по делу.

Три вампира разной степени развитости были уничтожены с особой циничностью. То есть с грохотом и помпой. Разве только без светошумовых гранат. Как выразился Лацис, не все сразу. Пусть привыкают постепенно. Если судить по повстречавшимся мутантам, зараза здесь появилась не так давно. По их прошлым наблюдениям, с неделю, может, чуть позже. И похоже, серьезно их тут никто не пугал.

– Энрико, Орк, с красавицей на крыльце. Как подчистим, перемещаетесь в прихожую, чтобы лишний раз не отсвечивать. Я головным, за мной русский, Дог, замыкаешь, – распорядился Лацис, останавливаясь у одного из домов.

– Это не аэродром, – лаконично заметил Орк.

– Думаешь, я этого не вижу?

– И? – продолжал недоумевать пулеметчик.

– Дом не из бедных. Под навесом машина. На крыше спутниковая антенна. Здесь кукловоды вырубить интернет не могли. Значит, имеем выход в сеть и транспорт до аэропорта. Вопросы?

Орк только пожал плечами, поудобнее перехватывая пулемет. Мол, все понятно, босс, готов работать. Остальные и вовсе не подали виду, что у них есть какие-либо вопросы. Дмитрий только погладил Кнопку, которая, в свою очередь, традиционно облизала его пальцы. Хотя чего их лизать, если они в кевларовых перчатках.

Дом чистили со всем тщанием, без дураков. Хотя чихуахуа была совершенно спокойна. Правда, Дмитрий-то как раз расслабился и дважды на этом был прихвачен сержантом. Пока отрабатывали помещения, тот ограничился короткими одергиваниями. Но как только убедились, что дом чист…

Хрясь!

Дмитрий сам не понял, что вообще произошло. Все вокруг завертелось в головокружительном калейдоскопе. Совсем как тогда, при падении со скалы. А потом он с ходу впечатался спиной в стену, вдобавок больно приложившись затылком. А потом еще и сполз по стенке, опустившись на пятую точку. Как он при этом не отправился в нокаут, совершенно непонятно. Впрочем, как уже говорилось, Лацис умел дозировать силу с филигранной точностью.

Тяв!

– Заткнись, рыжее недоразумение, не то башку отверчу. Может, хоть тогда твой дружок научится думать головой, а не задницей. Русский, что-то ты слишком уж надеешься на свою шавку. Говорю только раз, второго предупреждения не будет. Если сам по себе, хоть взасос целуйся со своей сучкой. Но не смей халтурить, когда работаешь в команде.

– Кнопка ни разу не подвела, – поднимаясь на ноги вдоль стенки и разминая челюсть, попытался возразить он.

– Твоя Кнопка ПОКА не подвела. Улавливаешь разницу? Всегда что-то случается в первый раз. И заруби себе на носу. Если она рычит, готовься к неприятностям. Если она молчит, не исключай того, что она оплошала.

Сказав это, Лацис направился в рабочий кабинет. Дом изнутри полностью соответствовал наружному облику. Небогатое убранство, а жилье среднего достатка. Но имелся и интернет, и серьезный стационарный компьютер. Как наличествовало и электричество. Автономная система на основе солнечных панелей, вполне приемлемый вариант для тропиков с большим количеством погожих дней.

Интернет работал. Правда, только спутниковый. Не в том плане, что на острове, а вообще, по планете Земля. Угу. Вот так все тут кучеряво. Множество роликов на одну и ту же тему. Записи блогеров, журналистов, простых пользователей. Кто-то ловил звезду удачи, стремясь получить свои лайки. И что самое интересное, миллионные просмотры с лайками наличествовали.

Итак, ад разверзся девятнадцатого февраля две тысячи пятидесятого года. Первые странные нападения были замечены именно в этот день и примерно в одно и то же время. Причем полыхнуло сразу в нескольких точках. В основном это были большие города с крупными международными аэропортами. Это не их выводы, а то, что они почерпнули из сети.

Те, кто пытался мониторить ситуацию, так и не смогли определить отправную точку, откуда апокалипсис начал свое шествие по планете. Возможно, это удалось сделать спецслужбам или каким-нибудь иным аналитическим центрам, но в свободном доступе таких сведений не было.

Однако если иметь хоть толику информации, то на основе выложенного в сеть можно уже делать хоть какие-то выводы. У них кое-какие сведения были. И если судить по тому, что на этом богом забытом островке вовсю гуляет вирус, вывод напрашивался только один. Зараза расползлась отсюда. Может быть, даже и с этого самого островка. Но в любом случае зараза попала на Таити, где имеется международный аэропорт и множество туристов. А дальше уже расползлась по миру.

Отсюда это еще рассмотреть можно. А откуда-нибудь из Америки – уже куда сложнее. Опять же если знать, что на одном из островов все началось гораздо раньше, как и о том, что с него сбежала группа придурков, которые вполне могли занести вирус на обитаемые острова. Правда, сейчас это не имело никакого значения.

– Итак, парни, по всему миру случилось ровно то, что и на нашем острове. Власти пытались взять ситуацию под контроль, не допустить паники, избежать массового кровопролития. И все в подобном духе, – с тяжким вздохом произнес Лацис. – Кто-то пытался сладить с ситуацией по известным шаблонам зомбиапокалипсиса. То, что мы наблюдали в Южном. Людям даже начали раздавать со складов оружие. А вот насчет противогазов и респираторов подумали уже слишком поздно. Радует хотя бы то, что до мировой войны все же не дошло. Ядерное оружие так и осталось на боевом посту. Реакторы подавляющего большинства атомных электростанций заглушены. Те, что еще функционируют, находятся под контролем анклавов выживших. По большей части правительственных. Хотя что из этого выйдет и где правда, а где вымысел, хрен поймешь. Абзац, парни. Полный и бесповоротный. Прежнего мира больше нет.

Глава 3

Дальнейшие планы

– Что будем делать, сержант? – поинтересовался Дмитрий, поглаживая ухо.

Ладонь Лациса прилетела именно туда. Все рассчитал, гад. Врезал так, чтобы и наука на будущее, и маску респиратора не сорвать. Дмитрий, конечно, на него зол, но не настолько, чтобы вышибить ему мозги. Все же плюха прилетела за дело. Мысль же набить морду этой машине для убийства в его голове даже не мелькнула. Он не мазохист ввязываться в заведомо безнадежное дело и гарантированно огрести по полной.

Сделать верные выводы и припечатать в чем другом – оно куда эффективнее. Ну вот взять хотя бы случай с Джулией. Вероятность того, что она обратится, и впрямь велика. Но ведь есть и шанс, что все же пронесет. И сержанту нечем крыть. Откровенной же сволочью его не назвать. Да, жесткий и готов послать лесом. Но одно дело, когда сами делают свой выбор и идут своей дорогой. И совсем другое, когда к нему тянутся за помощью. Тут он уже не бросает. Хотя и относится как к нежеланному члену команды. Вот такая он противоречивая натура.

– А ничего не изменилось, русский, – откидываясь в кресле, пожал плечами Лацис. – Нам по-прежнему нужен самолет и все так же необходимо добраться до большого города.

– Знаешь, по-моему, фантасты все же не врали относительно того, что города превратятся в огромные такие помойки, переполненные мутантами. Закончатся здоровые люди – начнут жрать друг дружку. Сильно удаляться от кормовой базы они не станут. И мы это уже видели.

– Кто бы с тобой спорил. Мутанты однозначно останутся в городах. И нормальные люди для них будут в большем приоритете. И отношение к стрельбе будет разительно отличаться от того, что мы наблюдаем здесь. И опаснее там в разы. Но нам необходимо попасть именно в город. Причем нужно поторапливаться, пока там все к чертям не сгорело и есть шанс найти специалиста по нейросетям. Поверь, ее активация того стоит. Ты просто пока еще не в курсе, какие она предоставляет преимущества.

– И какие? Тот же интернет вот-вот рухнет, если уже не лег. Серверы ведь нужно обслуживать, не говоря уже о подаче электроэнергии.

– Вот это, – сержант ткнул пальцем в работающий монитор, – спутниковая сеть. Работает вполне исправно. И благодаря ядерным реакторам они будут летать еще минимум лет десять. Конечно, без управления с земли через год-другой начнутся перебои со связью, десинхронизация покрытия земли, неточности в навигации и тому подобное. Но эту пару лет еще нужно прожить в таком-то дерьме. И доступ к интернету – это далеко не все, что может предоставить нейросеть. Повторюсь, нам нужно поторапливаться, если хотим застать в рабочем состоянии хотя бы одно нейрокресло и, что немаловажно, человека, умеющего с ним обращаться.

– По-моему, второе – просто нереально.

– Шансы невелики, – согласился Лацис и тут же переключился на другую тему: – Тут никто, случайно, ключей от пикапа не приметил?

– Здесь они, в прихожей, – послышался в гарнитуре голос Энрико.

– Тогда нечего тянуть кота за подробности. Выходим.

– Сержант, может, прихватим? – указывая на планшет, предложил Дмитрий.

– Проверь сначала, есть ли у него спутниковое подключение или только обычный вай-фай. Если первое, то найди еще и зарядку. Второе – и даром не нужен.

Включить гаджет было делом одной минуты, благо тот оказался незапароленным. Ну и немаловажно то, что тут же в уголке появился значок поиска соединения со спутником. Еще полминуты – и он подключился к интернету.

– Порядок, сержант. Все работает. Остается надеяться, что у прежнего владельца с абонентской платой все в порядке.

– Деньги сейчас ничего не значат, – пожав плечами, возразил Лацис. – Предполагаю, что плату за интернет упразднили. Во всяком случае, я именно так и поступил бы. Ищи зарядку.

Искать ничего не пришлось. Достаточно было заглянуть под стол, где находился сетевик, и отсоединить нужный провод. Ну и заодно, ничуть не заботясь о сохранности электроники, вырубил компьютер. С одной стороны, никаких сомнений в том, что остров уже мертв и одним пожаром больше, одним меньше, не имеет никакого значения. Но он посчитал это неправильным. И вообще разрушать – для него как-то не очень, он все больше по строительству.

«Форд»-пикап без проблем вместил всю группу. Правда, оказался двухдверным, и в кабине разместились только трое, но это не страшно. Как говорится, лучше плохо ехать, чем хорошо идти. В кузове пристроили Орка с пулеметом, Дога с М-4 и Энрико с его винтовкой. Лацис сел за руль, между ним и Джулией Дмитрий. Явный намек на то, что, коль скоро он ратовал за ее спасение, ему же, если что, и первым принимать удар, если она вдруг обратится.

Вообще-то перерождение происходит не так скоро. Но это и не суть, Лацис просто обозначил свою позицию. Опять же сержант отдал приказ, чтобы Нефедов за ней присматривал. Вот пусть и выполняет.

Поселок, как и заведено на островах, был не столь уж и большим, протянувшись вдоль побережья примерно на полкилометра. В глубине угадывалась еще одна параллельная улица. Но все одно – так себе поселение. Как, впрочем, и все на этих островах. Если бы поближе к материку, тогда совсем другое дело. А здесь, можно сказать, богом забытые края. Туризм, конечно, присутствует, но сколь-нибудь значимой статьей дохода быть не может. Разве только в административном центре, на Таити. Да только там и населения в сотню раз больше.

Пока ехали по поселку, наблюдали не меньше пары десятков мутантов. Те бросились преследовать пикап, выказывая при этом завидную резвость. С машиной, конечно, не сравниться, но километров тридцать в час выдавали. Причем продолжали преследовать, пока не скрылись за поворотом. Как у них там с упорством и продолжили ли они бег – бог весть.

Лацис приказал в них не стрелять. Патроны им еще ой как пригодятся. И если есть возможность просто сбежать, то отчего бы и нет. Гоношиться тут не перед кем. Так что оценить молодецкую стойкость или бегство будет некому. Словом, лишнее это, и весь сказ.

Пара километров – и появился еще один поселок. Как обычно, раскинувшийся вдоль побережья. Только на этот раз дома вытянулись ниткой в одну улицу, вдоль объездной дороги. Населения здесь явно меньше, чем в прошлом, но, несмотря на это, именно здесь был административный центр острова. На это указывал французский триколор над одним из зданий, в котором легко угадывалось казенное учреждение.

Впрочем, заблуждение относительно размера поселка рассеялось, едва дорога сделала очередной поворот. Склон горы отступил от берега, освобождая место сразу для трех улиц, которые угадывались, пока они ехали сбоку. Ну и протяженность явно больше километра. Непонятно одно: отчего администрация оказалась на восточной окраине.

Хм. Ошибка. Вот слева еще одно здание, насквозь казенного вида, с развевающимся триколором. И оно будет побольше предыдущего. Наверняка в одном месте собрали все службы. Ну или почти все.

Напротив – небольшой порт. Только, в отличие от их острова, здесь гавань искусственная. Скорее всего, расширили прежнюю бухту, получив эдакий квадрат двести на двести метров. По периметру бетонные причалы. На южной стороне грузовая площадка с ангаром. А куда же без них.

В ближнем углу гавани примостился буксир. Места слишком мало, чтобы развернулся даже небольшой сухогруз. Опытный капитан конечно же управится в несколько заходов. Но к чему такие сложности, если все можно решить куда проще? Помимо буксира, вдоль двух стенок примостились с пару десятков лодок, баркасов, катеров и яхт. Правда, по просветам и пустым причальным кольцам видно, что изначально суденышек было больше. Явный признак бегства местных жителей.

Лагуны здесь нет, только барьерные рифы по периметру, с редкими просветами и небольшими бухточками, плохо защищенными от океанского прибоя. Вот и пристроили владельцы свои маломерные суда на тихой стоянке. К слову, в предыдущем поселке лодок Дмитрий не приметил. И это на острове. Получается, что все собрались здесь. Или же оттуда также подались в бегство через океан. Интересно, акт отчаяния – или они, в отличие от него, точно знали, что делали?

В прежнем поселке улицы были просто пустынными, а потом появились мутанты, решившие поиграть с пикапом в догонялки. Здесь же дела обстояли иначе. Несколько выгоревших дотла домов. Весь поселок не полыхнул только благодаря тому, что строения расположены довольно вольготно. Ну и наверняка случилось это в безветрие. С десяток брошенных где придется автомобилей. Один грузовичок врезался в угол ангара на грузовой площадке.

Присутствовали и обглоданные кости с черепами. Причем далеко не только человеческими. Как видно, живность на острове проредили изрядно. Впрочем, к гадалке не ходи, тут уже перешли к каннибализму. Отсутствие лодок однозначно указывало на то, что люди ударились в бега. Как результат – резкое уменьшение кормовой базы. Н-да. И это он так думает о людях.

Как и следовало ожидать, на звук работающего двигателя потянулись мутанты. Вроде только что улица была пуста, но то оттуда, то отсюда появились довольно шустрые вампиры. Что примечательно, кусачей не наблюдалось. Верный признак того, что слабых и не успевших развиться приговорили.

– Стрелок, приласкай несколько мутантов, – остановив пикап, приказал Лацис.

– Принял, Латыш, – тут же отозвалась гарнитура голосом Энрико.

А уже через несколько секунд послышался первый выстрел. После чего МК-14 застучала практически с равными промежутками, что твой метроном.

– Зачем? – удивился Дмитрий.

– Если здесь порт, значит, где-то здесь же должна быть и взлетная полоса. Ты карту не помнишь?

– Нет. Подробностями не интересовался.

– Не так важно. Пусть здесь друг дружку жрут, пока мы будем разбираться с самолетом.

– Это если он там найдется.

– Латыш, шестерых достаточно? Остальные попрятались, – доложил снайпер.

– Хватит. Самолет в любом случае должен быть, – трогаясь и уже обращаясь к Дмитрию, произнес Лацис. – Даже если не местных авиалиний, то какой-нибудь частный. Островитяне здесь вроде бы зажиточные.

– А если все же мимо?

– Тогда одна радость – буксир этот ну или что-то из стоящего в рядок. Там все лодки посолидней твоей выглядят.

– Будем выбираться морем?

– А у тебя есть другие предложения? Вот то-то и оно. Да не переживай так. Зато у нас теперь есть планшет, а в нем наверняка навигатор, – ободряюще закончил он.

Когда дорога сделала очередной изгиб, Дмитрий исхитрился бросить взгляд назад. Расчет сержанта оказался верным. Погоне мутанты предпочли трупы своих собратьев. Вот и ладушки. Им так куда спокойнее. А вообще это все же хорошо, что вампиры еще не доросли до стадии рвачей. Конечно, и они быстрые, а в большом количестве могут доставить серьезные неприятности. Но все же не идут ни в какое сравнение с более развитыми тварями.

За поворотом появилась и взлетная полоса, протянувшаяся вдоль берега в северо-западном направлении. Солидная такая, куда больше километра. Но сомнительно, чтобы летали самолеты такого класса. Значительного пассажиропотока здесь не могло быть по определению. Скорее всего, расчет на военную авиацию. Потому что для местных нужд легкомоторной за глаза.

Дмитрий извлек из кармашка свой монокуляр и навелся на противоположный конец полосы. Именно там и расположились все аэродромные службы. Видна диспетчерская, возвышающаяся над зданием аэропорта. Надо заметить, весьма скромная постройка, что в общем-то неудивительно. Имеется один большой ангар. Рядом стоит топливозаправщик. А вон тот участок, выгороженный забором из сетки-рабицы, скорее всего, склад ГСМ с зарытыми в землю емкостями. Хм. Самолетов не наблюдается. Может, в ангаре?

Лацис рассмотрел это и без оптики. Да и трудно не приметить их отсутствия. Поэтому, въехав на территорию аэродрома, тут же свернул к ангару. Впрочем, а куда еще-то. Не к пассажирскому же терминалу. Остается только надеяться, что их надежды оправдаются.

Подъезжать вплотную не стал. Остановился метрах в семидесяти. Мало ли какая тварь окажется на крыше. Иди потом геройствуй в борьбе за собственную жизнь. Пройдутся пешочком, невелика беда. Зато случись опасность, когда они будут уже под стеной, со стороны прикрыть их куда проще.

– Стрелок, Орк, остаетесь у пикапа, следите за подступами. Красотка, сидишь в кабине и носа не высовываешь. Русский, бери свою подружку, ту, что лохматая, – и за мной. Дог, с нами. Посмотрим, что там в ангаре.

Выдвинулись классической тройкой. Дмитрий с Кнопкой по обыкновению в середине. Подошли к двери. Собачонка вела себя совершенно спокойно. О чем и сообщил товарищам, приблизившись вплотную к Лацису, чтобы продолжить движение.

И тут Кнопка попыталась цапнуть сержанта. Но плотная ткань разгрузки оказалась ей не по зубам. Дмитрий незамедлительно хлопнул ее между ушами. Не хватало еще неприятностей от какой-то распоясавшейся недособаки. Провинившаяся прижала ушки и бросила на Дмитрия обиженный взгляд. Тот ей погрозил пальцем – мол, не шали. Состроил бы еще и страшное лицо, но за маской все одно ничего не увидит.

– Русский, просто держись чуть подальше. Мы с ней потом разберемся, – не оборачиваясь, произнес в гарнитуру сержант.

Все видит, все чувствует. Ведь мог принять за тычок Дмитрия. Но нет, безошибочно определил, откуда ноги растут и с чем ее едят. Однако посчитал, что риск стоит той пользы, которую приносит Кнопка. Да только как он собирался с ней разобраться? Может, прихлопнет? Сомнительно. Впрочем, признаться, Дмитрий особо возражать не будет.

Понятно, что сержант сам своим поведением заполучил негатив от животного. Кнопка всего лишь заступалась за своего хозяина, который ее сейчас фактически предавал. Но ставить знак равенства между недолюбливающим его прибалтом и преданной ему собачкой Нефедов не собирался. Нечего тут приравнивать. И выбор очевиден. Если чихуахуа будет представлять опасность, от нее придется избавиться. Без колебаний.

Дверь в ангар оказалась запертой. Лацис не стал ломиться или отстреливать замок. Вместо этого он отошел в сторонку, уступая место Догу. Хм. Сколько в этом здоровяке талантов. Он еще и замки вскрывать умеет. Мало того, у него под это дело отмычки есть. Причем не какая-то там кустарщина, а очень даже качественно исполненные. Впрочем, возможно, все же и в обычной слесарке, но уж точно не обычным слесарем.

Внутри ожидаемо обнаружились самолеты. Целых три легкомоторных, небольших «сессны». Весьма популярная модель на гражданском рынке вот уже почти сто лет. В свое время американцы создали поистине уникальную машину. Простая, надежная, не капризная, легкая в управлении и прощающая пилотам их ошибки. Эдакий воздушный автомобиль.

У двоих из них были вскрыты капоты. Причем двигатель одного был частично разобран. Третий выглядел на вид исправным. Но, признаться, то, что в ситуации повального бегства он остался невостребованным, не вселяло оптимизма.

Тут ведь какое дело. Самолетов три, пусть два из них и неисправны. Значит, имеется как минимум и три пилота. Но ангар заперт, никто не пытался воспользоваться этим транспортом. Заразились сразу все три пилота, потому что одномоментно праздновали день авиатора? Кто-то думал о правах собственности, когда вокруг творится черт знает что? Оба варианта кажутся достаточно сомнительными. Вот Дмитрий и разволновался.

– Не расслабляемся. Чистим ангар, – распорядился Лацис.

Все по делу. Хотя и очевидно, что тут никого нет. И не было. А то с чего бы тогда дверь была на замке. Но коль скоро приказ отдан, им остается только подчиняться. Вон Дог – ни во взгляде, ни в жестах не мелькнуло и тени сомнения в здравомыслии командира. Действует со всем тщанием. Хм. Вот не мешало бы и ему, Нефедову, перенять от наемников подобное отношение к выполнению приказов и к сегодняшним реалиям в целом.

Как и ожидал Дмитрий, зачистка ангара ничего не принесла. Не сказать, что здесь было чисто в санитарном плане. Но мутанты отсутствовали как класс. Что в общем-то радовало. Опять же лишнее подтверждение того, что их живой радар работает исправно. Пусть Лацис и сомневается, но факты упрямая штука.

Покончив с зачисткой, Лацис и Дог полезли под капоты самолетов. Дмитрию же оставалось только затаив дыхание следить за ними да заигрывать с Кнопкой. Отходчивая она. Пообижалась малость, не без того, но теперь уже простила своего нерадивого хозяина. Он даже перчатку снял, чтобы потрафить ее извечной привычке лизать все открытые части тела.

– С этим порядок, – закрывая капот «сессны», изначально выглядевшей исправной, объявил Лацис.

– Тот разобран, черт его знает что с ним было изначально. У этого тоже не все детали в наличии, – доложил Дог.

– Из двух собрать один не вариант? – поинтересовался Дмитрий.

В ответ модификанты посмотрели на него как на недоумка. Но потом сержант все же сообразил и снисходительно ухмыльнулся.

– Видишь ли, русский, эти птички только внешне очень похожи. Как те же «гелендвагены», форма кузова которых не меняется уже не один десяток лет. На деле же это три различные модификации. И двигатели у них разные. Так что даже из трех одного не собрать.

Пожал плечами и полез в кабину. Пощелкал тумблерами и запустил двигатель. Винт тут же замелькал лопастями, а ангар наполнился звуком работающего мотора. Громко так. У самолетов явные проблемы с глушителями.

Впрочем, не имеет значения, для Нефедова этот звук был подобен музыке. С того момента как им стало известно о начавшемся апокалипсисе, Дмитрий старался не думать о семье. Потому что при первой же мысли о близких ему становилось не по себе. Хотелось выть волком и в бессильной ярости крушить все и вся. Он, сильный, уверенный в себе мужчина, успевший за последний месяц обзавестись кое-какими боевыми умениями, ничего не мог сделать, чтобы защитить свою семью. Потому что был в нескольких тысячах километров от них.

И вот теперь у них есть транспорт, который способен перенести их через океан на материк. Плевать что это будет, Африка или Евразия. Главное – ощутить под ногами твердую землю, где от него будет зависеть хоть что-то. Море отпадает, потому что там он в полной воле стихии. В воздухе та же песня. Но, в отличие от его морских познаний, эти парни умеют управляться с этими птичками. Как сказал Дог – для них это не сложнее, чем управлять автомобилем.

– Как и думал. Полный порядок. Осталось только сгонять за бензином, – заглушив мотор и выходя из кабины, произнес сержант. – Птичка неплохо укомплектована. Имеется навигатор и автопилот. Лети – не хочу.

– Одна проблема, Латыш: эта машина четырехместная, – хмыкнув, заметил Дог.

При этих словах Дмитрий напрягся. А как же иначе-то. Модификантов ведь тоже четверо. И они команда. А вот он и Джулия не являются ее членами. Разумеется, он не сдастся, и в порту имеются вполне себе надежные плавсредства, а на острове можно без труда найти припасы, но опять океан… Дмитрий даже невольно повел плечами. Насколько эти водные просторы выглядят красиво на экране или с берега, настолько же пугают, когда ты оказываешься посредине этой могучей и неодолимой силы.

– Русский, вот то, о чем ты сейчас подумал, засунь себе глубоко в задницу, – окинув его взглядом, произнес Лацис.

– Да, Ковбой, ты нас за идиотов-то не держи. Эта «сессна» может поднять только триста семьдесят килограммов. Даже если мы четверо погрузимся в одних трусах, нагишом я отказываюсь категорически, все равно получается перегруз. Так что обломись, кинуть тебя у нас не получится, – весело заметил здоровяк.

– И чему ты тогда радуешься? – искренне удивился Дмитрий. – Мореходы из нас те еще. В океане началось волнение, что для нас уже проблема. О возможном шторме лучше и не заикаться.

– Уходить водой никто и не собирается. Как и бросать кого бы то ни было. Расслабься, русский.

– И как тогда быть?

– Да просто все. Если верить навигатору, отсюда до Таити порядка шестисот километров. Эта птичка при полной загрузке способна пролететь тысячу двести. А уж в международном-то аэропорту мы точно что-нибудь найдем, чтобы убраться из этих мест. Так что выше голову, боец.

– Сержант, я нашел тару под бензин.

– Тару? Зачем? – удивился Дмитрий, наблюдая за тем, как Дог перебирает тридцатилитровые канистры. – Есть же топливозаправщик.

– Один к ста, что в нем, как и на складе ГСМ, авиационный керосин, – пояснил Лацис. – Из-за трех любителей-авиаторов никто не станет делать специальную заправку. Хотите летать – заботьтесь о себе сами. Все просто.

– Я видел заправку в районе порта, – послышался в гарнитуре голос Энрико.

– Ее не видел только слепой, – возразил сержант.

– Это я так, чтобы поддержать беседу.

– Слышь, Стрелок, шутки – это моя прерогатива, – подал голос Дог.

– Ты давай не умничай, а хватай канистры и на выход, – огрызнулся Энрико.

– С каких это пор ты тут командуешь? – с язвинкой поинтересовался Дог.

– Не я. Но сути это не изменит.

– Повеселились и хватит, – оборвал спор сержант. – Стрелок, наша Красотка водить умеет?

Похоже, Лацис окончательно закрепил за ней этот позывной. Сколько бы ей ни осталось. Вот с Дмитрием этот номер не прошел. Русским его называет только он. Остальные величают Ковбоем. С ней же только в путь. Может, причина в том, что на тот момент она не имела никакого позывного. Н-да. С другой стороны, у нее и радиостанции-то нет.

– Говорит, что умеет, – доложил Энрико.

– Тогда пускай подъезжает к двери.

– Принял.

Подчиняясь молчаливому кивку Лациса, подхватили по паре канистр и направились к выходу. Одновременно с ними там же остановился пикап, за рулем которого сидела девушка.

– Значит, так, Красотка, ты остаешься здесь. Запрешься изнутри и жди нашего возвращения. Мы же пока прокатимся на заправку.

– А с вами нельзя?

Видно, что оставаться одной ей страшно. Угу. Ситуация сильно так изменилась. Законы цивилизованного общества опять не работают, суды остались в недалеком, но недостижимом прошлом. Тут уж не до феминизма, опереться на крепкое плечо оно как-то понадежней будет. И плевать, что это тупой и закоренелый сексист.

– Ангар чист. До тебя мутантам не добраться. А там ты будешь только мешать. Нам придется отвлекаться, чтобы прикрывать тебя. С меня и одного русского хватает. Все. Схватила свои вещички – и марш из машины. Стрелок, дай ей дробовик и патронташ.

Из вещей только рюкзачок с личными вещами и нехитрыми припасами, из лодки. Едва ее ноги ступили на асфальт, как в руках оказался «ремингтон» и патронташ с картечными зарядами.

– Пользоваться умеешь? – все же поинтересовался Дмитрий.

– Немного, – безнадежно вздохнула девушка.

– Ничего. Потом научу.

– Научит он. Инструктор, м-мать. Садись в кабину, – сплюнув, приказал Лацис.

Им предстояло вернуться обратно в район порта. Скорее всего, заправка единственная на острове. Все бы ничего, но дело в том, что примерно там же Энрико подстрелил нескольких мутантов, и на тех трупах вроде как сейчас пируют их собратья, в числе куда большем.

– Чего приуныл, русский?

– Да вот думаю, как бы нам эта поездка боком не вышла.

– Ты о подстреленных мутантах?

– Именно.

– Ерунда. Не бери в голову. Эти пока еще непуганые. И к слезоточивому газу непривычные. Наших поначалу это отпугивало. Отпугнет и этих, – останавливаясь у заправочной колонки, успокоил Лацис.

Буквально в сотне шагов от них шла банальная драка за труп. Кто чей союзник, не понять категорически. На вампирах в клочья разрывались остатки одежды, разлетаясь в разные стороны. Мутанты щедро раздавали тумаки, не забывая пускать в ход не только еще не до конца ороговевшие ногти, но и зубы. Увлеклись настолько, что даже не обратили внимания на подъехавший автомобиль.

Один здоровяк, явно в прошлом толстяк, уже успевший практически полностью пережечь подкожный жир в мышцы, завалил более слабого противника и рвал ему глотку. Учитывая живучесть этих тварей, процесс умерщвления явно затянется. Дмитрий едва представил себе, что его, еще живого, рвут на части, как по спине тут же пробежал озноб. Мало того, даже шевельнулась жалость к поверженному. Не нечто похожее на нее, а именно она, родимая. От внезапности нахлынувших ощущений он затряс головой, приводя мысли в порядок.

– Согласен. Впечатляет, – хмыкнул сержант и сказал в гарнитуру: – Стрелок, угости их парочкой газовых гранат.

– Уже делаю, – послышалось в ответ.

И тут же в сторону дерущихся полетело несколько гранат. Ничего так, мощные ребята. Никакой гранатомет и даром не нужен. Забросить гранату почти на сотню метров? Да без проблем. Только с ветром не угадали. Молочно-белые клубы газа, трансформирующиеся в белесую дымку, начало сносить в сторону заправки. Хм. Вообще-то сомнительно, чтобы вот эти ребята чего-то там не учли в отношении тактики.

– Что, русский, не понимаешь? – вновь хмыкнул сержант.

– Признаться, не очень.

– Твари к газу непривычны, и на первых порах он будет их отпугивать. Нам не нужно зачищать остров. Достаточно не подпустить к себе тварей. Мы никакого дискомфорта не ощутим, им он не нравится. Все просто.

– А Кнопка? Ей-то каково будет?

– Ну, будем надеяться, что облако успеет в достаточной степени рассеяться. А вообще посидишь внутри магазинчика. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Выходим. Орк, Стрелок, в машине. Дог, с нами. Чистим заправку. Порядок прежний.

Здание ничего особенного собой не представляло. Обычная легкая металлостеклянная конструкция. Разве только двери, в отличие от привычных заправок, не раздвижные, а поворотные. Внутри просматриваются прилавок и витрины. Все в полном беспорядке. Пара полок завалена, их содержимое разбросано по полу.

Слева широкий гаражный проем перекрыт рольставнями. Наверняка владелец заправки заодно подрабатывал техобслуживанием и ремонтом. Конечно, здесь на этом много не заработаешь, вот и совмещает. Как подтверждение, на дальней полке видны несколько пластиковых канистр из-под автомобильного масла и другая химия. Здесь же должны быть и расходники, фильтры, ремни и тому подобное.

Едва вошли вовнутрь, как правдивость этих предположений тут же заявила о себе резким запахом нефтепродуктов. Ну и неслабая такая темная лужа у полки с маслами. Большая часть канистр и банок валяется на полу, некоторые из них повреждены, вот и натекло.

Дмитрий все время следил за поведением Кнопки. Но та вела себя тихо, только вертела головой. Разве не лезла со своими извечными притязаниями облизать хозяина во всех местах.

– Русский, проверь туалет.

Лацис указал на одинокую дверь в углу, с соответствующим знаком. С одной стороны, без страховки оно как бы и неправильно. Но с другой, там ведь узко и тесно, двоим попросту не развернуться. А вот то, что он отправил Дмитрия одного, уже показатель. Значит, держит теперь не за такого уж и неумеху. Нефедов даже невольно расправил плечи.

Приблизился к двери. Открывается ожидаемо вовнутрь. Глянул на Кнопку. Ведет себя спокойно. Все так же вертит головой и облизывается. Вскинул винтовку и толкнул дверь ногой. Ага. Не вышло. Выбивать дверь не стал. Незачем поднимать лишний шум. В «вепре» дозвуковые патроны. Но тут и буллпап не поможет. Слишком уж неудобно. Винтовку за спину, «беретту» в руку. Удерживая вход под прицелом, отжал ручку и толкнул дверь.

Полутемное помещение умывальника. Раковина слева, справа голая стена, к которой и откинулась дверь. При входе сбоку выключатель. Припомнил, что видел на крыше солнечные панели. Щелкнул. Под потолком тут же загорелась диодная лампа.

Под дверью, ведущей непосредственно в туалет, также появилась светлая полоска. Открывается не вовнутрь, а на себя. Шагнул в тесное помещение, потянулся к ручке… И тут дверь больно ударила по пальцам. Не будь перчаток – минимум рассадил бы в кровь. А так только ушибло.

Впрочем, он об этом и не думал. Стремительный шаг назад, дважды нажимая на спуск. Хлоп! Хлоп! Попасть в голову, даже в упор, просто только в кино. На деле все куда сложнее. Поэтому стрелял в грудь. Сначала остановить. И это у него получилось. Обе пули ударили точно в середину торса. Мутант упал на колени, а потом лицом в кафель пола. Да так громко, что казалось, голова лопнет. Не лопнула, конечно. Пришлось подсобить еще одним выстрелом.

– Ковбой, минус один.

– У тебя что, магнит на них, русский? – Лацис явно не ожидал ничего подобного.

– Похоже, прятался от более развитых. – Ногой перевернул тело на спину. – Кусач, однозначно. Облик полностью человеческий.

– Так, может, это человек и прятался? – предположил Энрико.

– Конечно, человек. Прятался на толчке, но гадил исключительно в штаны.

– Принято, русский. Давай к нам, – не удержавшись от смешка, подытожил Лацис.

А вообще-то дельное замечание. Ведь он не видел его штанов, когда всадил ему в грудь две пули. Да и простреливая голову, не обращал на это внимания. А если это человек, в страхе прятавшийся на толчке? Когда же понял, что вот они, мутанты, добрались до него, испугался и рванул куда глаза глядят.

Тихо. Только без самокопаний. Времена пошли такие, что лучше сначала выстрелить и только потом спросить. А не хочешь получить пулю – тогда уж сам, будь добр, расскажи всем и вся, какой ты весь из себя ни разу не мутант. Только сделай это в голос и желательно внятно.

Хм. Куда более тревожный звонок – Кнопка. Она ведь не учуяла мутанта. Вообще ничем не выказала своего беспокойства. Воспылала к нему любовью? Обиделась на Дмитрия за случившееся в ангаре? Нет. Вряд ли. Скорее всего, причина в разлитом на полу масле и еще какой-то химии.

А это что значит? Да то, что Лацис был прав: полностью полагаться на собачку нельзя. Рычит – ладно, учитывай. Молчит – не ослабляй бдительности. А он, признаться, расслабился. Не верил в то, что в туалете кто-то будет. И едва не получил на свою задницу большие такие проблемы. Правда, не растерялся и действовал очень даже расчетливо. Хм. Вновь захотелось расправить плечи. Мол, знай наших.

Подсобные помещения и гараж оказались пусты. Все же хорошо, что на островах распространены автономные источники питания. Вот закреплены себе солнечные панели на крыше – и никому не мешают, и аккумуляторы заряжают исправно. Клацнул выключателем – и все видно, никаких тебе темных углов.

А вообще такое ведь не везде будет. Нужно бы тактическими фонарями обзавестись. Соответствующие планки на оружии имеются, даже на его «вепре», а вот фонарики только карманные. Чтобы прикрепить, нужно мудрить как-то. Пока вроде обходятся, но это не дело.

Дог довольно быстро разобрался с подключением колонки. Связался по радио с Орком и начал заливать топливо. Заодно решили заправить и пикап. Так, на всякий случай. Пусть уж лучше под рукой будет транспорт с полным баком, а не с четвертью. И плевать, что расстояния тут небольшие.

Дмитрий решил осмотреться в магазине на предмет чего-нибудь полезного в хозяйстве. И для начала подошел к рабочему столу владельца. Беспорядок присутствовал и здесь. Как видно, покуражились в магазинчике неслабо. Правда, обошлось без крови.

На столе ничего интересного. А вот под ним обнаружился наладонник. Еще лет десять назад они пришли на смену сотовым телефонам. Суть-то осталась прежней, как и второе название, мобильник, но возможности увеличились многократно. Здесь же, под столом, нашелся и сетевик, с зарядкой. Разъем, кстати, такой же, как и на прихваченном планшете.

Включил. Интересно, присутствует пароль или нет? Порядок. Уже во второй раз везет: нет пароля. Остается выяснить относительно подключения к интернету. Не все модели могут подключаться к спутниковой сети. Опять же абонентская плата в этом случае несколько выше. Правда, есть и неоспоримое преимущество: не нужно думать о роуминге. Спутнику абсолютно без разницы, в какой стране ты находишься. Так что для часто катающихся по шарику такая связь куда предпочтительней.

Интернет тут спутниковый. Впрочем, а чего еще можно было ожидать от острова. Что тут кто-то развернет отдельную оптоволоконную сеть? Островитяне предпочитают во всем автономность. Вон и заправочная станция особенная, с электромоторами, рассчитанными на куда меньшее напряжение. Производительность у них конечно же пониже, но и сомнительно, чтобы тут выстраивались очереди из автомашин.

– Что тут у тебя, русский?

– Да вот наладонник нашел. Остается понять, насколько хватит абонентской платы. Было бы неплохо, если ты окажешься прав и всем врубят безлимит.

– Со спутниковыми образцами, скорее всего, именно так и будет. Орбита все же в ведении правительств. А связь сейчас необходима как воздух. А вообще чего гадать. Планшет у тебя в рюкзачке. В руках наладонник. Сеть работает. Забей нужный вопрос в поисковик и не мучайся неизвестностью.

– Хм. А я как-то не подумал.

– Пользуйся, – великодушно разрешил Лацис. – Только не забудь еще и автомобильную зарядку присмотреть. Нам только генератор не хватало с собой возить.

– Понял, – уже забивая насущный вопрос в поисковик, произнес Дмитрий.

Ну что же, сержант оказался прав. На всех без исключения официальных порталах спутниковых операторов имелось объявление о бесплатном и безлимитном доступе к сети. Что не могло не радовать. Номера абонентов любых операторов проходили перерегистрацию после заполнения немудреной анкеты. Найденный наладонник не нуждался в этом, так как и без того использовал спутниковую связь.

Опять подумал о жене и детях. Потом трусливо выключил наладонник и направился к выставочному стенду со всякой мелочовкой. Автомобильная зарядка нашлась быстро. Разъем одинаковый с прихваченным ранее планшетом. Но Нефедов все же предпочел взять с собой парочку. На всякий случай.

– Сержант, а неплохо бы найти еще один наладонник, – предложил Дмитрий.

– Мобильная связь, – задумчиво произнес Лацис.

– Ну, пока мы в радиусе десятка километров друг от друга, не беда, и наших радиостанций за глаза. Но сейчас-то собираемся разделиться.

– Если попадется под руку, еще туда-сюда. А специально искать не будем. Ненужный риск и потеря времени. Для связи пока хватит и планшета с наладонником. А когда активируем нейросети, то уже будет неактуально.

Трудно возразить. Решил пройтись чуть дальше, в уголок, где выложены всевозможные автомобильные насосы, ключи, буксировочные тросы. Хм. А это-то что тут делает? Электрическая топливная помпа. Аккумулятор и зарядный шнур с автомобильным разъемом.

– Сержант, – показывая свою находку, окликнул Лациса Дмитрий.

– По такой же в каждом из самолетов лежит. Но ты захвати и эту. Мало ли, в каком они там состоянии.

Наскоро прочитал инструкцию по применению, благо нашлась и английская версия. Производительность пятнадцать литров в минуту. Неплохо. Совсем неплохо. В книгах об апокалипсисах предпочитают описывать ручные помпы, но это скорее дань жанру. Чем меньше у героев технических возможностей, тем лучше.

Пока суд да дело, Орк заправил все емкости и подал знак Догу выключать колонку. Мутанты их не беспокоили: Энрико запустил еще одну гранату и подстрелил парочку вампиров, чтобы остальным было чем заняться. Глушитель отработал на раз. Выстрелы никого не испугали. Хотя убитые собратья и вызвали недоумение у мутантов, они все же предпочли прихватить трупы и убраться подальше от едкого облака.

Перед тем как выйти на улицу, Дмитрий сорвал с выставочного стенда футболку, извлек из упаковки и, обильно смочив водой, накрыл голову Кнопки. Той это, ясное дело, не понравилось. Пришлось забалтывать ее ласковыми разговорами и чесать под челюстью. Не хватало еще, чтобы она хапнула слезоточивого газа. Лацис, наблюдая за этим, только одобрительно хмыкнул.

– Х-ха. Прямо курорт. Не идет ни в какое сравнение с тем, что творилось у нас, – задорно встретил Энрико вышедшую к машине тройку.

– А ты подзадержись здесь на недельку – глядишь, станет повеселее, – предложил ему Дог.

– Не. Я лучше куда подальше отсюда. На материке оно как бы повеселее будет, – отмахнулся снайпер от предложения.

Потом припал к прицелу, а через пару секунд послышался приглушенный выстрел. Не сказать, что совсем тихо, все же патрон штатный. Но все одно. Следом пальнул еще раз. Два мутанта в двухстах метрах от них и вне газового облака повалились на асфальт. Энрико удовлетворенно улыбнулся и озорно посмотрел на сержанта.

– И зачем?

– Ну, так кому-то лететь, а кому-то оставаться. Пусть поймут, что стрельба – это больно.

– Логично. Поехали отсюда, – подытожил сержант, запуская двигатель.

Сказать, что Джулия обрадовалась их возвращению, это все равно что ничего не сказать. Ее глаза так и светились от переполнявшего ее счастья. Не иначе как решила, что коль скоро самолетом всем улететь не получится, вместо того чтобы выбираться частями, предпочтительней уплыть всем вместе. Сюда же добрались водой. А отсюда так и вовсе будет куда проще. Навигатор им в помощь. Но не обманули, вернулись.

Заправку и предполетную подготовку взял на себя Лацис. В качестве охраны выставили Орка, придав ему в усиление Джулию. Тут от нее хоть какой-то толк, а при зачистке будет лишь под ногами путаться.

По здравом размышлении решили, что оставаться в ангаре глупо. Внутри довольно душно. Но главное даже не это. По периметру под потолком идет целый ряд окон, а вампиры, каковых тут предостаточно, вовсе не были увальнями. Заберутся на крышу – а оттуда уже вовнутрь. Словом, в плане безопасности он не подходил категорически.

Чего не скажешь о диспетчерской вышке. Бог весть отчего ее решили поставить несколько наособицу, а не подняли над основным административным зданием, но их это вполне устраивало.

Эдакий бетонный столбик высотой метров десять. Входная дверь, небольшие световые оконные проемы, забранные декоративной, но на вид очень даже прочной решеткой, внутренняя лестница. Имеется и пожарная. Но она легко контролируется с балкона, опоясывающего само помещение диспетчерской.

Начать решили прямо с парадного входа терминала. С одной стороны, взяться тут мутантам неоткуда. Но с другой, а почему бы, собственно говоря, и нет. С пищей сейчас везде трудно. Они же выказывают склонность к старым привычкам. То есть всячески пытаются найти крышу над головой. Так что если кто-то решил свить гнездо рядом с ними, то лучше бы разобраться с этим сразу.

Дмитрию, как наименее подготовленному бойцу, доверили честь доставить группу до здания, которое располагалось метрах в ста от ангара. Человек ленив, и коль скоро есть колеса, пешком ходить не станет. Кто бы был против, только не он. Бросив «вепря» висеть на одноточечном ремне, он решил поправить слегка сбившуюся маску респиратора.

Именно в этот момент внезапно зарычала Кнопка. Вдобавок к этому повела головкой, словно желая заглянуть ему за спину.

– Тревога! – не имея возможности определить направление более точно, ограничился он только этим выкриком.

Сам же, наблюдая за носом собачки, начал разворачиваться вокруг своей оси. Хвататься за винтовку не стал. Он банально не успевал изготовить ее к бою, да и сомнительно, что сумел бы попасть, стреляя от бедра. Как и когда все это пронеслось в его голове, он так и не понял. Ладно модификанты, имеющие соответствующие базы и ускоренную реакцию. Но он-то не проходил спецподготовку и модификацию организма.

Рука скользнула к «хауде» и рванула ее из кобуры. Послышалась трескотня автоматных выстрелов. Гулко, и в то же время глухо, ударила винтовка Энрико. Но несущийся на него вампир ничуть не пострадал. Слабо верилось в то, что Дог и итальянец могут так серьезно мазать на коротких дистанциях. Видел он, на что они способны. Но факт оставался фактом.

Выстрел! «Хауда» лягнулась в его руке. Еще нажать на спуск. Барабан провернулся вокруг оси. Насадился пазом на казенник ствола. Курок ударил по бойку. Еще выстрел! Еще! Первый заряд частично прошел выше и левее, поэтому в мутанта попала только одна картечина, дернув его плечо. Два других ударили точно в грудь вампира, находившегося уже метрах в трех.

Тот остановился, слово напоролся на какое-то неодолимое препятствие, и, скрутившись, упал на бок. Контроль, и голова взорвалась кровавыми ошметками. Удерживая оружие на уровне груди, быстро обернулся вокруг своей оси, пытаясь охватить все и сразу.

– Дог, минус два. Чисто, – одиночный выстрел, – теперь точно чисто.

– Стрелок, минус один, чисто.

– Ковбой, минус один, чисто. Кнопка никого больше не чует, – отчего-то решил уточнить он.

– Ковбой, может, объяснишь, чего это твоя подружка уже второй раз лажает? – возмутился Дог.

– Не знаю. Может, нефтепродукты забивают нос. А как только вышли наружу, она сразу учуяла опасность. А вот чего ты мышей не ловишь на посту, это вопрос.

– У меня нет собачьего нюха. Двигались они тихо, а из ангара разный шум доносится.

– Все целы? – послышался в гарнитуре голос Лациса.

– Все, Латыш, – ответил Дог.

– Ну и какого хрена? Мутанты учатся быстро. И уже скоро сообразят, что там, где пальба, там и еда. Опасно, но мясо есть. Будете ждать их в гости?

– Уже выдвигаемся, – крякнул Дог.

– И не забудьте для начала почистить терминал. Только работайте тихо. Незачем греметь на всю округу.

– Принял.

– У вас десять минут. Чтобы за это время разобрались со всем зданием.

– Выполняем.

Хм. «Все здание» – звучит слишком уж как-то громко. Строение метров двадцать на десять. Его основную часть составляет остекленное помещение зала ожидания. Четыре ряда из пары десятков сидений. Стойка, выполняющая роль одного окна. Здесь же приобретаются билеты и проходит регистрация на рейс. Небольшое кафе, с кофемашиной и автоматами, где можно приобрести напитки и нескоропортящиеся продукты, печенье, вафли, батончики. Содержать здесь еще и отдельного продавца слишком накладно для столь скромного предприятия. Дверь в кабинет начальника аэропорта, комната персонала, туалет – вот и все нехитрое убранство.

В здании оказалось пусто. Пришлось даже взламывать парадную дверь. Общий порядок не нарушен. Похоже, все случилось еще до начала рабочего дня, служащие так и не успели прийти на смену.

С вышкой ситуация несколько иная. Диспетчер все же заступает на сутки. Мало ли кому потребуется экстренная посадка в неурочный час. Молодой парень все так же был на посту. В смысле их встретил кусач, не способный покинуть помещение. Пришлось его упокоить и выбросить на крышу терминала. Благо между вышкой и зданием было всего-то метра четыре. Для Дога только разок хекнуть.

– Латыш, Догу.

– На связи, Латыш.

– Терминал чист. Вышку зачистили.

– Добро. Ставьте палатку прямо в диспетчерской. Нужно поесть перед полетом и термос заправить бульоном.

– Делаем.

Вот так все у них кучеряво. Просто так даже поесть не получается. Непременно нужно озаботиться безопасным помещением. Оно, может, и на воду дуют. Но лучше перестраховаться. Говорят – сапер ошибается только раз. На самом деле это не так. Может случиться и так, что ему оторвет что-нибудь, но при этом он останется жив. А вот в их ситуации – без вариантов.

Хм. А вообще уже в который раз подивился аппетиту модификантов. Ведь только пару часов назад ели, и опять нужно подзаправиться. Они, конечно, не полноценно проголодались, но все же факт остается фактом. Есть в них эдакий изъян, который неплохо нивелируется протеиновым коктейлем. Но его под рукой нет, а из бульончика так себе замена.

Глава 4

Вы бывали на Таити?

Н-да. Летать на этом самолетике без наушников – затея не из лучших. Постоянный гул работающего двигателя даже с этой защитой дает о себе знать, без нее – вообще песня. Никакого сравнения с комфортабельными пассажирскими лайнерами. Без гарнитуры и не поговорить, можно только орать. Но надолго тебя не хватит, посадишь голосовые связки. Если только ор не твоя вторая натура.

Дмитрий удивился, когда Лацис взял его с собой. Мотивировал он это решение тем, что Кнопка слушается только его. Вообще-то слабенько как-то. Если на то пошло, мог бы взять еще одного бойца. Все надежней. Но нет, летят вдвоем.

Кстати, сержант, не будь дурак, полез к собачке мириться. При этом самым натуральным образом заигрывал с ней, гладил, чесал за ушками и брюшко. А пока Дмитрий обедал в палатке, покормил тушенкой. Словом, загладил свою вину. Хм. В прямом смысле этого слова. И незлобивая чихуахуа простила этого мужлана.

Вот уже полчаса как они летят над океаном. Учитывая вдвое меньшее расстояние, от их дальности полета и отсутствия необходимости экономии топлива Лацис выжимал из этой птички все, на что она была способна. При максимальной скорости они доберутся до места за два часа против трех с крейсерской.

Сержант сидел за штурвалом в расслабленной позе, держа на коленях Кнопку, с которой продолжал заигрывать, доверив управление автопилоту. Дмитрий предпочел устроиться на заднем сиденье. Неприязнь тут совершенно ни при чем. Просто «сессна», может, и считается воздушным аналогом легкового автомобиля, но просторным салоном ни разу не отличается. А к чему толкаться плечами, если этого можно избежать.

Управлять самолетом Дмитрий не умеет и за один полет точно не научится. Конечно, для общего развития он проследил за манипуляциями пилота. И благодаря нейросети на всю жизнь запомнил порядок действий. Но только и всего. Это лишь на самый что ни на есть крайний случай. Если речь будет о жизни и смерти. И никак иначе.

Пока сержант налаживал отношения с ветреной Кнопкой, бросившейся вылизывать его пальцы, Дмитрий вооружился наладонником и лазил по сети в поисках информации. Хм. И кое-что нашел. Все же большой мир – это не остров, с его ограниченными возможностями. Да что там, считай, вообще без таковых.

Что касается природы вируса, а это был именно вирус, то тут были одни только догадки на уровне пальцем в небо и на основе среднепотолочных данных. Одно предположение фантастичнее другого. Но и на кой ему знать, откуда взялась эта дрянь и кто виноват, пришельцы, спятившие ученые или выжившие из ума миллиардеры? Совершенно неинтересно.

А вот каково оно там, дома, знать очень хотелось. Если верить написанному, то вирус боялся низких температур и был менее активен в северных регионах. Как и в северном полушарии в целом. Конец февраля – так чему же тут удивляться. Впрочем, малая жизнестойкость заразы не больно-то и помогла людям. Во всяком случае, во время первых и самых страшных дней.

Сначала были сутки, пока длился инкубационный период. Потом полное непонимание происходящего, психи, машины «скорой помощи», переполненные психиатрические больницы. Особенную опасность представляли дети. Им старались помочь, от них не ожидали нападений, которые неизменно случались, по меньшей мере, пока до них не доходило, что это больно.

Когда Дмитрий читал об этом, ему стало настолько не по себе, что затряслись руки, и он непроизвольно всхлипнул. Хотел бросить читать об этом кошмаре, но не мог оторваться. Как и от просмотров страшных роликов. Но наконец сумел взять себя в руки и сменить тему. Вот незачем рвать душу, тем более что от него сейчас ничто не зависит.

Поэтому решил сосредоточиться на том, как уберечься от этой заразы. Все научные ресурсы были брошены на это направление. Разумеется, те, что уцелели. Но пока до вакцины было далеко, что в общем-то и неудивительно. Не обошлось без недоверия и взаимных обвинений. Впрочем, до глобальной драки не дошло, и то хорошо.

Но была и полезная информация. Правда, для ее получения он предпочел уйти с левых сайтов, сосредоточив внимание на официальных правительственных или научных центрах. А то ведь хватало и что-то типа «одной чайной ложки соды на стакан воды». Да-да, мир в тартарары, но и дебилы не перевелись. Да и с чего бы им меняться, если находятся в относительной безопасности и имеют выход в сеть. А может, уже зная о том, что обречены, решили подложить свинью тем, кто оказался счастливей.

Итак, на официальных ресурсах приводилось множество рецептов дезинфицирующих растворов. Это были как химические формулы, так и разъяснения на пальцах для чайников, из чего именно можно получить искомое, со способами применения. Составов великое множество, но все они в той или иной мере несли и вред. Тут удивляться нечему. Они, будучи в полной изоляции, сумели создать нечто достаточно эффективное, понятия не имея, с чем столкнулись. Что же тогда говорить о большой земле, с ее обширными возможностями. Пусть и в непростое время.

Особенно распространенным явилось широкое использование озона. За неполные тридцать секунд газ полностью разрушает вирус. Есть только один минус. Его повышенная концентрация ядовита для всех живых организмов. Правда, вопрос решаем при наличии специальных фильтров. Их химическая начинка, вступая в соединение с озоном, вырабатывала кислород. Остается только иметь эти самые фильтры, которых хватает в среднем на семьсот часов. То есть с одним фильтром можно пройти более восьми тысяч дезинфекций.

Просто превосходно. Изготовить озонатор даже своими руками не так чтобы и сложно, как, впрочем, и организовать сбор вырабатываемого им газа. Остается только найти необходимые фильтры. Правда, это не решает вопроса с Кнопкой. Ей никак не пройти через подобную дезинфекцию.

Однако был способ, полностью удовлетворяющий его запросам. Разработка десятилетней давности, для медицинских учреждений. Дезинфицирующий газ широко использовался в ветеринарных клиниках для санобработки домашних питомцев и на животноводческих фермах. Безвредный для людей и животных, он отлично справлялся с болезнетворными микроорганизмами. Средство стало настолько популярным даже в быту, придя на смену кварцевым лампам, что свободно продавалось в аптеке.

– Что ты там изучаешь, русский? – все так же забавляясь с собачонкой, поинтересовался Лацис.

– Ищу, чем заменить нашу вонючую и вредную химию.

– Интернету верить нельзя, – хмыкнув, авторитетно заявил Лацис.

– Знаю. Поэтому и смотрю только на официальных сайтах. Там появились разделы полезных советов. Тем более что наша химия скоро закончится.

– Ничего страшного. Достаточно навестить любой супермаркет, как все тут же наладится. Запомни, русский: лучшее – враг хорошего. Действие этой штуки мы уже знаем. Земляка же твоего уже сожрали вампиры. Так что проверять не на ком.

– Брось. Это официальные сайты. К тому же на различных ресурсах многие способы повторяются. Основной упор делают на озон, но без специальных фильтров этот способ опасен. А вот дезинфицирующий газ или его аналоги нам прекрасно подошли бы. Остается провести мародерку какой лечебницы или аптеки.

– Звучит заманчиво. Но только сдается мне, что не ты один такой умный. Все больнички и ветклиники уже вычистили. Ну или подчищают. И драка за этот газ будет жестокая.

– Но попытаться все же стоит.

– Посмотрим. Слушай, русский, ты же вроде женат? – Лацис вдруг перевел разговор в другое русло.

– Женат. И дети есть, – нервно сглотнув, ответил Дмитрий.

– Взрослые?

– Сыну восемь, дочери шесть.

– И почему ты им не звонишь? Наладонник ведь у тебя.

– Да как-то все некогда было. А сейчас и не поговоришь, рев такой стоит, что бесполезно.

– Отчего же. Вон же, на наушнике USB-разъем. Шнур у тебя есть. Подключи наладонник – и разговаривай на здоровье.

– Да… – запнулся Дмитрий.

– Не понимаю я вас. У Энрико родня в Палермо. А у сицилийцев это, я тебе скажу, серьезно. У тебя вон семья. А вы как придурки. Ладно мы с Догом и Орком. Нет у нас никого, и нам не о ком беспокоиться. А тут… Не понимаю.

Дмитрий, не скрывая нервозности, взъерошил волосы. От своих шапочек из фольги они избавились еще во время обеда. Глупо думать о том, что они еще кому-то интересны, когда вокруг творится такое.

– Да просто все, сержант. Боимся мы, – чувствуя, как нарастает в горле твердый ком, стал объяснять Дмитрий. – Так-то вроде и неизвестность, но в то же время есть надежда, что с ними все в порядке. А после звонка… После будет уже определенность.

– Ну и дурак же ты, русский. Все бы тебе о себе думать. А каково ей, ты подумал? – И вновь отвернулся, поглаживая разомлевшую Кнопку.

Надо же. Вот уж никогда бы не подумал, что сержант может быть таким. И тут Дмитрию стало стыдно. Так стыдно, что захотелось провалиться сквозь пол салона и лететь до самой воды. Да что там! До самого океанского дна.

Подсоединил наладонник к разъему. Появилось сообщение об обнаруженном оборудовании. Разрешил подключение. Хотел было найти себе новое оправдание, сославшись на то, что не помнит номера. Но подстегнутая нейросетью память услужливо предоставила ему необходимый набор цифр.

– Ал-ле-о. Здравствуй, папа. А ты уже приехал из далеко? – после непродолжительных гудков послышался голос дочери.

Дмитрий едва не задохнулся от подступившего к горлу кома. Из глаз брызнули слезы. И пальцы бы закусил, если бы только не был в маске, так что лишь провел ладонью в перчатке по забралу. Дочка все продолжала и продолжала его звать, а он не мог проронить ни слова и даже забыл, как дышать. Наконец со всхлипом вдохнул и шумно выдохнул. Со стороны послышался голос Нины:

– Настя, ты зачем схватила телефон?

– Я с папой разговариваю.

– Опять. Я же тебе сказала, что папа далеко и позвонить нам не может.

– А он звонит.

– Кто звонит?

– Ну вот же.

– Хм. Странный какой-то номер. Ошиблись, наверное. Алло, я вас слушаю.

Пока мать и дочь переговаривались, Дмитрий только и мог, что молча глотать слезы и тихонько всхлипывать, с трудом прогоняя воздух через скованное твердым комом горло. Живы! Господи, они живы! Непонятно, что с Ромкой, но Нина и Настя живы. Да он теперь через океан, через весь свет, только бы обнять их.

– Послушай, придурок, этот мир и без телефонных маньяков сошел с ума. Больше не пытайся звонить, я вношу тебя в черный список, – решительно произнесла жена.

– Нина, – наконец сумел он выдавить из себя.

– Дима? Дима, это ты?

– Ды-а, – борясь с комом в горле, выдавил он.

– Боже, Димка!

Ей проще. Не нужно сдерживаться. Она тут же начала реветь, а потому и голосом владела куда лучше. Но вскоре он все же совладал с собой, и их разговор вместо идиотских вопросов перетек в более конструктивное русло. Для начала он поинтересовался, где Ромка и как их дела.

Сын где-то бегает по убежищу с новыми друзьями. Это практически безопасно. Тем более что от прежнего безразличия взрослых сейчас не осталось и следа. Сомнительно, чтобы люди изменились вот так в одночасье. Тут скорее забота о собственной безопасности: оставь без внимания шкоду детей, не сознающих всей серьезности происходящего, – а там и всему убежищу не поздоровится.

Из рассказа Нины он узнал, что, когда появились первые признаки апокалипсиса, она почему-то сразу поверила в то, что это серьезно. Заперлась в доме, благо февраль и зимние припасы еще есть. За день до этого она ездила по супермаркетам, чтобы по обыкновению закупить продуктов на неделю вперед. Дмитрий приучил своей вечной занятостью, выделяя на домашние нужды один день в неделю. В доме имелся генератор и запас бензина, в том числе полный бак в его машине. Случались у них перебои с подачей электроэнергии из-за аварий – вот Нефедов и озаботился.

Просидели они так несколько дней. Вокруг погромы, стрельба, вой, крики, стенания. Они от страха чуть с ума не сошли. В интернет лучше было вообще не заглядывать. Такие страсти творились по всему миру, что хоть в петлю. Но боялась больше за детей, потому и не совершила никаких глупостей, отсидевшись взаперти.

На пятый день на улице появился автобус с громкоговорителем. Кто-то звал выживших. Говорил о том, что создано убежище, где после карантина примут всех без исключения. Конечно, это мог быть и обман, но Нина посчитала, что из имеющегося выбора это меньшее из зол. Выскочила на крыльцо, попросила подождать и начала собирать вещи. Встретивший их на крыльце мужчина тут же вручил им противогазы, подхватил два чемодана с вещами, и они пошли за ним.

Убежище устроили в здании больницы. Там сейчас набилось больше тысячи человек. Она подозревала, что это едва ли не единственные выжившие в городе и станице, общее население которых составляло порядка ста пятидесяти тысяч человек. Впрочем, возможно, и ошибается. Время от времени доносятся звуки выстрелов. Но предполагает, что это рейдовые группы из их же убежища. Они выезжают каждый день. Как говорит Ромка, «за ресурсами».

Ни о его, ни о своих родителях она ничего не знала. На телефонные звонки они не отвечали. С ним связь пропала еще раньше. И хотя он предупредил об этом, она уж и не чаяла, что еще услышит его голос. Но он выжил. Может, и с ними все в порядке. Элементарно, когда все началось, могли отмахнуться от наладонников. А потом, поди, вспомни номер, если он у тебя записан просто как «доча». Так что пусть и зыбкая, но надежда была.

Говорили они долго. После ее короткого рассказа он столь же емко поведал о своих злоключениях. А дальше начались вопросы и подробности. Дмитрий уже вполне владел собой, да и она успокоилась, поэтому разговор, как говорится, клеился. Наконец он догадался перезвонить ей с видео. Показал Насте Кнопку. Мол, вот, раздобыл тебе красоту и обязательно привезу.

Под конец узнал, что сведения относительно дезинфицирующего газа верны. Но его запасы в больнице не так чтобы и велики, аптеки вроде почистили, но опять же добыть получилось немного. Так что извлекли из старых запасников в подвале кварцевые лампы и проводят систематические обработки по старинке.

Местные кулибины собрали довольно мощные озонаторы. Озон в больших количествах, конечно, яд и для человека. Но зато для обработки в переходных тамбурах – то, что нужно, благо люди туда входят в защитном облачении и противогазах.

– Все, русский, заканчивай разговор. Подлетаем, – обернувшись к нему, прокричал Лацис.

– Нина, ты вот что, ты мне не звони. Вдруг получится в самый неподходящий момент.

– Хорошо, хорошо. Береги себя, Дима.

– Обязательно. Если все пройдет, как надо, через пару-тройку часов опять позвоню. – Выключил наладонник, отключил его от наушников и вновь смог говорить с Лацисом. – Спасибо, сержант.

– За что? Я твою жену и детей не спасал.

– За то, что пнул.

– Х-ха. Русский, ты, может, не в курсе, но работа сержанта как раз и заключается в том, чтобы пинать недоумков. Ладно, подбери сопли. Вон он, аэропорт Фааа. Ну что за дебильное название.

Они заходили со стороны океана, а потому отчетливо видели прибрежный город, окаймляющий берег узкой и длинной кромкой, на фоне возвышающейся горы с зелеными склонами. Аэропорт, по обыкновению для этих островов, пристроился на берегу на искусственной насыпи. Что в общем-то и неудивительно, потому что с большими свободными пространствами здесь имеются определенные трудности.

Лацис заложил вираж, чтобы облететь аэродром и осмотреться. Город подступал к нему вплотную и начинался буквально за оградой. Н-да. То еще удовольствие жить там, где систематически воют взлетающие и садящиеся самолеты. Но с другой стороны, человек привыкает ко всему.

Шли они уже на небольшой высоте, серьезно снизив скорость. Благодаря крыльям, располагающимся сверху, кабина «сессны» очень даже способствует обзору земли. Так что Дмитрий хорошо рассмотрел, что происходит на улицах. А картина резко отличалась от виденного им раньше. Уж больно много мутантов, то бегущих куда-то, то дерущихся, а то уже и поедающих добычу. Последние старались уединяться в двориках или прятаться за кустами, чтобы не делиться и не отстаивать свое право на пищу.

Хм. А вот и охотники. На одной из улиц появился школьный автобус, из которого стреляли по мутантам. Дмитрий поспешил вооружиться своим монокуляром. Н-да. Как говорится, в лучших традициях постапокалипсиса. Сетки, наваренные на окна, нужны, не вопрос. Но вот зачем эти штыри? А отвал? Тем более что это не тяжелый грузовик. Идиоты. Очень похоже на обитателей поселка Южный на их острове, которые действовали строго согласно канонам постапокалиптических фильмов и игр.

– Сержант, здешние твари, похоже, уже не боятся выстрелов, а, скорее, воспринимают их как появление зубатой, но все же добычи, – заметил Дмитрий, наблюдая за тем, как группа из пары десятков вампиров разом навалилась на автобус.

Одного из них отличали весьма героические стати. Сомнительно, чтобы развился до рвача. Тем более что до сих пор одет в шорты и майку, разве что босиком. Скорее всего, он и до обращения был здоров от природы, а тут еще и мутация поспособствовала.

Запрыгнув на капот, он вцепился в решетку лобового стекла. Водитель попытался его сбросить, вывернув руль. Однако не преуспел. В него вроде как стреляли из салона. Но тот оказался крепок на рану. Поднатужился и вырвал решетку с корнями. А дальше, похоже, нервы водителя не выдержали и он попросту бросил руль.

Бог весть что там произошло на самом деле. Во всяком случае, Дмитрий не видел, чтобы мутант пробил лобовое стекло. Он до него, кажется, так и не добрался. Автобус врезался в стену дома, а над капотом тут же поднялось облако пара. Все. Горе-охотники были обречены. Они еще отстреливались, но к месту столкновения подтягивались все новые мутанты. Хм. А здесь есть и кусачи. Кормовая база пообширней будет, так что до каннибализма могли еще и не дойти. Ну да недолго осталось.

– Да. Местные мутанты выстрелов уже не боятся, – согласился с Дмитрием Лацис. – Учтем. Ты лучше аэропорт рассматривай. Город нам без разницы.

– Ну не скажи. Похоже, здесь есть организованные группы. Этот автобус. Там явно была команда по отстрелу мутантов.

– Возможно.

– Тогда и аэропорт должен кто-то контролировать.

– Вот и смотри в нужную сторону, – с явным раздражением ответил Лацис, ведя «сессну» в пологом вираже.

До захода солнца еще часа четыре. Но на самом деле это очень мало. Тем более если не окажется заправленного самолета. А вероятность этого довольно высока. Учесть то, что здесь имеются вооруженные группировки, и картина становится довольно кислой. Могут местные подумать о воздушном транспорте и взять его под контроль? Да легко. И едва ли не в первую очередь. Как и позаботиться о безопасности пилотов.

А вот и подтверждение его предположения. Диспетчерская вышка в северной части аэродрома. Она возвышается над каким-то административным зданием, но является достаточно надежным укрытием. Ну или позицией для снайпера, если хотите.

Против людей там располагаться стрелку Дмитрий не посоветовал бы. Какой-никакой, а опыт у него уже есть. Но для отстрела мутантов, не имеющих огнестрельного оружия и уж тем более артиллерии, самое то. Мертвых пространств мало, и все они представлены вольготно расположившимися ангарами и зданиями. То есть без перебежек от одного укрытия к другому никак не обойтись.

И вышка была занята. Там явно расположились какие-то бойцы. Дмитрий наблюдал не меньше полусотни трупов, разбросанных по летному полю и стоянке легкомоторных самолетов. Она примыкала к зданию, над которым пристроилась диспетчерская, и вместе с ангарами была как на ладони.

На стоянке находилось десятка полтора одномоторных и с десяток двухмоторных самолетов. Именно последние их и интересовали. Оптимальная пассажировместимость, грузоподъемность и дальность, чтобы проскакать от одного острова к другому. Остается только понять, каким образом завладеть одним из них, – и дело в шляпе. Вот сомнительно, чтобы местные уступили их за здорово живешь.

На стоянке у главного терминала стояло два крупных и шесть средних авиалайнеров. Ничего так, богато. Признаться, Дмитрий ожидал куда более скромного авиапарка. Но похоже, что здесь довольно оживленный трафик. В смысле был конечно же.

– Борт Н145ВЕ, ответьте вышке аэропорта Фааа, – послышался в наушниках довольно молодой и бодрый голос.

– Борт Н145ВЕ, на связи, – не стал ломаться Лацис.

– Вы намерены приземлиться?

– Если получу на это разрешение.

– Вы с Раруту?

– Туристы.

– И как там?

– Полная задница.

– Полоса свободна, можете садиться. Заруливайте на стоянку легкомоторных самолетов. Только осторожней, не зацепите трупы.

– Принял. Садимся.

Дмитрий не знал французского ввиду отсутствия у него соответствующей базы. Хотя это было откровенно непонятно, так как остров, где все началось, находился во французской юрисдикции. Скорее всего, это делалось для удобства наблюдавших за экспериментом. Что в общем-то уже давно не имеет никакого значения.

Однако его невежество не мешало ему заметить, что сержант отвечает на запросы с явной задержкой. Как и приметить безбожный акцент. Это, знаете ли, заметно на фоне певучей скороговорки владеющего языком в совершенстве.

– Я так понимаю, на аэродроме есть хозяева и просто так нам самолет никто не отдаст? – поинтересовался Дмитрий.

– Похоже на то, – согласился Лацис.

– Ты назвался туристом?

– Ты знаешь французский?

– Нет, но сложно не понять слово «турист». Думаешь, нас действительно примут за отдыхающих в таком прикиде? – явно намекая на их полевую форму, спросил Дмитрий.

– Не суть важно, за кого нас примут. Главное – узнать местные расклады. Сомнительно, что здесь расположена основная база выживших. Скорее всего, только пост. Остается понять – чей. Есть ли тут правительство или полная анархия.

– Для нас это принципиально?

– Если командует законная власть, то у них есть кое-какие рамки. Они обречены придерживаться их. Такова суть госаппарата. И это нам на руку. Если власть в руках случайных людей или преступников, тогда возможно все что угодно. Вплоть до того, что нас попытаются расстрелять прямо на летном поле.

– А что им помешает расстрелять нас прямо в воздухе?

– А какой им с этого прок? – пожав плечами, возразил Лацис. – Во-первых, попасть в самолет все же задача непростая. Во-вторых, это пустая трата боеприпасов. Ну и в-третьих, разобравшись с нами на земле, они получат исправный транспорт, с которым справится последний тупица.

– Может, тогда сядем где-нибудь в стороне и проберемся на летное поле?

– Тогда они поднимут тревогу, подтянут подкрепления, причем в любом случае, кто бы тут ни заправлял. Мы же получим гарантированный геморрой. Лично у меня больше нет желания болтаться по волнам на какой-нибудь лоханке. Еще вопросы есть?

– Нет.

– Тогда свяжись с нашими и обрисуй ситуацию. Начинаем заход на посадку.

Сели, как и ожидалось, без проблем. Правда, Дмитрий непременно наехал бы на какой-нибудь из трупов, а то и на несколько. Потому что видимость из-за задранного капота оставляла желать лучшего. Впрочем, Лациса данное обстоятельство ничуть не смущало. Он прекрасно чувствовал габариты машины, ни разу не наехав ни на одно препятствие.

– Русский, приляг на сиденьях, пусть думают, что я один.

– Хорошо.

Пробежавшись по полосе, подъехали к съезду на площадку легкомоторных самолетов. Сержант без труда вписался в поворот и повел машину, сообразуясь с указаниями с вышки. Наконец подрулил к пятачку, указанному диспетчером, как раз напротив просвета между двумя ангарами.

– Вышка, между ангарами наблюдаю трех мутантов. Может, перегоню машину поближе к вам?

Дмитрий не смог удержаться от удивленного взгляда. Он уже выпрямился, благо крыло закрыло его от диспетчерской, и также наблюдал трех вампиров. Развиты они, конечно, неслабо, но, признаться, им они на один зуб. Даже салон покидать не нужно, достаточно чуть развернуть машину и открыть дверь.

Но Лацис на невысказанный Нефедовым вопрос только отрицательно покачал головой. И тут до Дмитрия сразу же дошло, в чем дело. Мутанты прятались от снайпера. Деться им было некуда, кроме как оставаться за укрытием. Покинув его в любую из сторон, они оказывались под обстрелом.

Тогда получается, пилот должен был выманить вампиров на себя. Те зашевелились при виде людей и не атаковали только потому, что добыча все еще в самолете. Мутанты уже сознают смертоносность огнестрельного оружия. Как понимают и то, что за добычу в этом мире нужно драться. Однако есть разница между дичью, находящейся в укрытии, и пусть огрызающейся, но на расстоянии вытянутой руки.

– Думаешь, мы этого не знаем. А кто, по-твоему, загнал их туда? Давай не тяни, выходи. Мы тебя прикроем.

– Я все же перееду поближе к вышке.

– Глуши мотор и выходи. Иначе расстреляем тебя прямо в машине.

– Негостеприимно как-то.

– А тебя в гости сюда никто не звал.

– Что, и пилоты не нужны?

– Угадал. Большой нужды в них нет. Глуши мотор, говорю, на тебя нацелен пулемет.

– Вот так, русский. Получается, власть тут у каких-то уродов.

Произнеся это, Лацис вытянул рычаг акселератора, выводя обороты двигателя на полную и при этом удерживая машину на тормозе. «Сессну» била крупная дрожь, Дмитрий даже почувствовал, что сцепление асфальта с колесами уже не способно противостоять полной тяге. И тут самолетик резко бросило вперед, а Нефедова вжало в спинку сиденья.

Он еще расслышал пулеметную дробь, а затем гулкий удар, треск и скрежет разрываемого металла. Перед глазами все завертелось в сумасшедшем калейдоскопе. Частое влажное чавканье, лобовое стекло забрызгало красным, душераздирающий вой, полный боли и ужаса. Наконец двигатель заглох, и машина остановилась.

– Выходим, русский, – скомандовал Лацис, распахивая свою дверь.

Дмитрий поспешил присоединиться к нему, машинально проверяя, хорошо ли держится маска респиратора. Оказавшись снаружи, наскоро осмотрелся. «Сессна» успела пробежать между ангарами две трети их длины. При этом оставила не прошедшие по габаритам крылья в самом начале. Ну и снесла всех троих мутантов, перемолов их пропеллером в фарш. А нет, одному вроде только оторвало руку, и он еще жив. Хлоп! Был. Лацис походя вынеся ему мозги, убрал «беретту» в кобуру.

При аварии расплескалось не меньше пятидесяти литров. Ничего так, нормально. Достаточно небольшой искры, чтобы самолетик полыхнул как факел. Поэтому они предпочли отойти подальше.

– Ублюдки. Ладно, вы сами этого захотели. Русский, ты как насчет немного полазать по крыше? Высоты не боишься?

– Раньше боялся, да наш островок отбил тот страх напрочь. Но я не вижу способа туда забраться.

Способа и впрямь не было. Крыша двухскатная. Не такая уж крутая, удержаться получится без труда. Но несмотря на то что ангар этот предназначался для легких самолетов, высота перекрытия минимум пять метров. Он видел пожарную лестницу сбоку от поднимающихся ворот. Но фасад простреливается как снайпером, так и пулеметчиком. Забраться же из этого закутка попросту нереально. Если только найдется лестница сзади. Но это вряд ли. К чему устраивать их несколько штук.

– А я тебя заброшу, – предложил Лацис.

– Смеешься?

– Нет. До модификации я делал жим лежа сто тридцать килограммов. Пятый уровень увеличивает эти показатели впятеро.

– Хочешь сказать, что сейчас ты выжмешь шестьсот пятьдесят кило?

– Согласен, на соревнованиях по тяжелой атлетике модификантам делать нечего. Сбрасывай оружие и разгрузку.

– Меня же там сразу срисуют.

– Они не знают, что нас двое. Я их отвлеку. А ты прикинешь, сколько их.

– Вышка раза в три выше конька ангара, – избавляясь от оружия и снаряжения, произнес Дмитрий.

– Лучшей позиции у нас сейчас нет. Дистанция плевая, порядка двухсот метров. Окна в любом случае будут у тебя как на ладони, прикроешь, а там я сделаю бросок, и дело в шляпе.

– Это если скат крыши с вышки не просматривается.

– Придется рискнуть. Готов? – обхватывая руками его пояс, поинтересовался сержант.

– Нет.

– Хорошо. Хватайся за край крыши. И не бойся, я тебя страхую.

Лацис слегка присел. Мгновение – и с резким «хек» запустил Дмитрия, как праща камень. Ощущение, словно подпрыгнул на батуте. Край крыши приближался стремительно. Вот Дмитрий завис, поднявшись над ним до пояса. Схватиться не за что. Только за желоб водостока. Выдержит ли он его вес, проверять не хотелось.

Ухватившись за край, Нефедов подтянул себя вперед, и когда начал опускаться, навалился на металлопрофиль всей грудью. Желоба он так и не выпустил, поэтому с легкостью сумел погасить сползание к краю. Это ведь совсем не одно и то же, что повиснуть всей тяжестью тела. На удивление, грудь не ушиб, приземлился довольно мягко. Впрочем, с чего бы, высоты падения, считай, и не было, он просто втащил себя на кровлю, вот и все.

Кое-как извернувшись, сумел упереться в желоб коленом и подтянуть вверх тело. Уклон-то у кровли вроде и небольшой, но и ухватиться не за что. А так, обретя опору, сумел приподняться еще выше и уже задействовать стопу. Еще немного – и получилось сесть. В общем, все прошло с относительной легкостью. Разве только был момент небольшой паники, когда «хауда», так и остававшаяся в кобуре, зацепилась за металл. Но стоило пошевелить правым бедром, как зацеп пропал.

– Ну ты как там, русский?

– Порядок, – глядя на Лациса сверху вниз и в очередной раз удивляясь тому, что не испытывает страха перед высотой, сообщил Дмитрий.

– Вот и ладно. Держи.

В полет отправилась сначала разгрузка. Сержант дал время натянуть ее на себя. После чего забросил «вепря». И наконец, очередь дошла до Кнопки.

– Сержант, на кой она здесь?

– Предлагаешь мне с ней нянчиться? Лови, умник, времени нет.

Поймал. У бедняжки сердце билось с такой скоростью, что того и гляди выскочит из груди. Оказавшись в сильных и привычных руках, она так расчувствовалась, что тут же бросилась лизать его лицо. И то, что ее мягкий горячий язык лижет бездушный пластик забрала, ее, похоже, ничуть не смущало. Вот же лизун на его голову.

– Как услышишь стрельбу, можешь выглядывать. И учти, здесь не Голливуд и конек кровли скроет тебя только от глаз, но не убережет от пуль, – напутствовал напоследок Лацис.

– Погоди, сержант. У меня же есть наладонник, могу высунуть и с помощью камеры взглянуть на диспетчерскую.

– Хочешь определиться с целями?

– Есть такое желание.

– Делай.

Дмитрий только показал – мол, понял. Пристроил Кнопку на привычном месте. Не пойдет. Если он ляжет на грудь, то раздавит ее, без вариантов. Отлепил подсумок и перенес его на спину, благо липучки имелись и там. Попробовал, насколько тот хорошо закрепился, и пополз вверх.

Когда был уже у конька, в поле зрения появилась крыша вышки. Все, дальше нельзя. Пристроился на боку, чтобы не помять Кнопку, и достал наладонник. Включил камеру и начал потихоньку поднимать. Ага, есть картинка. Увеличить. Порядок. Не профессиональная камера и уж тем более не оптика, но пойдет. Дистанция не столь уж и велика.

– Латыш, Ковбою.

– На связи.

– В окнах торчат пулеметчик, автоматчик и снайпер. Все в армейском камуфляже. Пасут оба угла ангара. Автоматчик с кем-то разговаривает по рации. Думаю, вскоре будут гости.

– Ты хочешь сказать, что они тупо выставили стволы прямо в окна?

– Именно это я и говорю.

– Это не могут быть военные. Ладно, не суть важно. Мне тут в лобовое стекло «сокаты» видна вышка. Так что смогу стрелять более или менее в район диспетчерской. Это заставит их понервничать. Валишь пулеметчика.

– Может, снайпера?

– Этот меня не достанет. Оптика будет только мешать. А вот пулеметчик – совсем другое дело. У него может и получиться. Потом достучишь магазин одиночными и сползай вниз. В идеале к самому желобу водостока. Если накроют, тебе хана.

– Понял, – убирая наладонник и перехватывая «вепря», ответил Дмитрий.

– Готов?

– Готов.

Тишину разорвала короткая очередь. Еще одна. И тут же следом грохот пулемета. Стрекот автомата, ну или штурмовой винтовки, как их называют на Западе. Трижды хлестко ударил снайпер. Лацис и не думал отмалчиваться. Укрываясь за углом ангара и ориентируясь по отражению в лобовом стекле самолета, он высунул свою М-4 и садил отсечками по три патрона с вытянутых рук.

Дмитрий подполз к коньку, пристроив своего «вепря». Ого. И это сержант бьет фактически наугад. Вот молодец. Пули клюют бетон ниже панорамного окна диспетчерской, но порой залетают и вовнутрь. Отчего нервные диспетчеры попеременно вжимают головы в плечи, ненадолго прекращая стрелять.

Определил дальность по шкале. Так себе данные. Но на такой дистанции не критично. Для верности посадил галочку на грудь подставившегося пулеметчика, что сейчас садит непрерывным огнем. На фоне всеобщей перестрелки выстрел вышел каким-то несерьезным, глушитель понизил звук. Но ни на точности, ни на убойности это не сказалось. Чернокожего мужчину в цифровом камуфляже мгновенно смело из оконного проема. Пулемет же выпал на окаймляющий диспетчерскую балкон.

Возможно, его пальбу и не заметили, и уж, скорее всего, не определили позицию. Так что он вполне мог сделать еще один прицельный выстрел. Но приказ сержанта был недвусмысленным. Первый прицельно. И сразу отстучать весь магазин. Так он и поступил. Секунд десять, и магазин на двадцать патронов опустел.

Все. Теперь вниз. Быстро, но аккуратно. Очень аккуратно. Если тут проехаться как с горки, то уже не остановиться. Есть, конечно, еще и желоб, но вариант так себе. Если не удержит массу тела, то лететь ему с пятиметровой высоты. А он ни разу не каскадер. Поэтому без фанатизма.

И тут пули глухо и одновременно звонко простучали по кровле, прошивая ее насквозь и выворачивая металл. Пролетая с визгом над головой, они едва не заставили его ускориться. Бог весть как он совладал с собой и продолжил спускаться все с той же размеренной осторожностью.

Впрочем, очень скоро обстреливать его перестали. Хотя интенсивность стрельбы ничуть не уменьшилась. Однозначно приметили рванувшего по открытой площадке Лациса. Интересно, успеет он добраться до мертвой зоны? Если нет, то кисло. Иначе как по пожарной лестнице Дмитрию не спуститься. А она у противника как на ладони.

Мелькнула было мысль снова подняться и посмотреть, что там происходит. Судя по стрельбе, в диспетчерской было далеко не трое бойцов. Но об этом намерении он благополучно позабыл, едва только его взгляд скользнул по рваным дырам от пуль. Ну его к ляду, такие эксперименты.

– Русский, жив? – послышался в гарнитуре запыхавшийся голос сержанта.

– Жив, – тут же откликнулся Нефедов.

– Вот и молодец. Посиди там тихонько. Я в мертвой зоне, сейчас до них доберусь по пожарной лестнице.

– Может, помочь? Подберусь к фасаду и попробую выглянуть оттуда.

– Если жизнь не дорога, лишним не будет. А так – учти, тебя там достать не так чтобы и сложно. Подарил мне десяток секунд, за них спасибо. На большее я не рассчитывал.

– Принял.

Угу. Принять-то он принял. Но тут такое дело. Если Лациса приголубят, то до него-то уж доберутся с гарантией. Опять же он видел, как автоматчик разговаривал с кем-то по рации. Плюс перестрелка. Наверняка сюда уже мчится тревожная группа. Так что позиция дрянь, только для одного внезапного выстрела. Но с другой стороны, помочь сержанту нужно.

Перезарядил «вепря» и аккуратно, чтобы не сверзиться, по самому краю прошел до фронтона. Пристроился на боку и вновь вооружился наладонником. Так. Вон он, сержант. Поднимается по устроенной зигзагом наружной лестнице.

В него пытаются стрелять. Но безрезультатно: слишком много арматуры, и пули неизменно уходят в рикошет. Один попытался достать его, свесившись с балкона, когда Лацис был на площадке. Но в результате сам получил пулю и полетел вниз с двадцатиметровой высоты.

За крышей ангара следит один автоматчик. Но он контролирует конек. Во всяком случае, Дмитрий пришел именно к этому выводу. Изловчившись, кое-как пристроился с винтовкой. Позиция жутко неудобная, зато вполне устойчивая, и он точно не сверзится вниз. Плечо как раз упирается в возвышающийся над крышей поручень пожарной лестницы.

Прицелился в автоматчика, контролирующего крышу. Видна только голова. Перепад по высоте между коньком и краем крыши чуть не вдвое, а потому Нефедов сейчас куда ниже, и соответственно обзор гораздо хуже. Но, может, все же удастся попасть в столь незначительную цель.

Выстрел! Автоматчик исчез. Убит, ранен или просто испугался, разбираться некогда. Как метроном, отстучал по диспетчерской весь магазин, загоняя за угол выбравшегося на балкон снайпера и еще одного бойца, вооружившегося пулеметом. Да сколько же вас там?!

«Вепрь» за спину. Упираясь носками в желоб и руками в металлопрофиль, быстро перебирая конечностями, начал сдвигаться влево. Двигался он настолько быстро, насколько это вообще возможно. А в голове птицей в клетке билось видение того, как нога промахивается мимо желоба или его крепление не выдерживает, и Нефедов падает вниз. А тут еще и пули, прошивающие выворачиваемый металл насквозь и с визгом улетающие дальше.

Показалось или желоб под ногой дрогнул?! Его тут же обдало холодным потом. Испуганная и сидевшая тихо Кнопка вдруг залилась лаем. Он только раз слышал, чтобы она так старалась: на пляже, когда он проспал мутанта.

Дмитрий упал на грудь и перекатился обратно вправо, навстречу появляющимся рваным дырам. «Вепрь» гулко приложился о кровлю. В голове отчего-то мелькнула мысль, что прицел, скорее всего, безнадежно сбился. Жалобно тявкнула прижатая Кнопка. Каблук ботинка нашел шаткую опору. Шаткую?! Испугаться-то он испугался, но не остолбенел от ужаса. Тут уж решай, чего ты боишься больше – упасть с пятиметровой высоты или заполучить хотя бы один-единственный укус мутанта.

Вампир, воспользовавшись разбитым самолетом как подставкой, подпрыгнул с него и, уцепившись за желоб, с легкостью забросил себя на крышу. Приметив именно этот момент, Дмитрий и начал свой рискованный маневр.

За «хаудой» даже не тянулся. Не вариант, слишком неудобно. Зато «беретта» в кобуре на груди очень даже к месту. Рванул ее, сразу выводя на линию прицеливания. Мутант выбрался от него метрах в десяти, поймал равновесие и рванул в сторону добычи. Пистолет хлопнул трижды, но в цель попала только одна пуля, причем когда Дмитрий стрелял уже в упор. Да еще и в плечо. Но, видать, удачно, в кость, потому что вампир дернулся, потерял равновесие.

Нефедов выстрелил еще раз и, безбожно промазав, в отчаянии пнул гада в колено. Сработало. Мутант полетел вниз, но в последний момент схватился за жалобно застонавший желоб. Под двойным весом тот прогнулся, послышался скрежет, Дмитрий чуть сполз вниз. М-мать! Видна только рука. Он попытался попасть в нее, но дважды промахнулся. С расстояния в метр! Вот появились пальцы второй руки.

Рывок – и вампир выбросил свое тело на крышу. Еще одно движение, и он уже забросил ногу. Но тут Дмитрий наконец все же попал в цель. Пуля взбила на спине грязную цветастую рубашку. Вторая ударила в основание шеи. Хватка ослабла. Два выстрела на добивание, один из которых выметнул солидный кусок черепа с кровавыми ошметками. Тело расслабилось и упало вниз.

Нервно сглотнув, Дмитрий сменил магазин и вернул пистолет на место. Сел. Критически осмотрел серьезно так отставший от края крыши желоб. Переместился туда, где он держался прочно. Осматриваясь на предмет других неожиданностей, сменил магазин «вепря». Вспомнил о Кнопке и одним рывком сорвал с липучек подсумок с собачкой. Та смотрела на него с испуганным видом, выпучив глазенки и, что примечательно, даже не думала высовывать язык.

– Кнопка. Ты как? Собачка.

Ага. Ожила. Начала ворочаться, в явной попытке подпрыгнуть. Ну и язык, как у той змеюки, опять начал порхать вокруг черной пуговки носа. Цела! Вот и хорошо. Вот и ладно. Опять ее за спину. И тут же по его шее прошелся мягкий, горячий язычок. Его питомица, как всегда, в своем репертуаре.

– Русский, ты там живой? – послышался в гарнитуре настороженный голос Лациса.

– Живой, живой. Как у тебя?

– Здесь порядок. Жаль только винтовка улетела вниз. Слишком высоко для такого оружия. Ну да хоть пулемет в порядке. Я спускаюсь, давай тоже вниз.

– Принял.

Спускаться по лестнице одно удовольствие. Никакого тебе ската крыши и опасности прокатиться до края, с последующим прыжком. Самая обычная стальная лестница, покрытая антикоррозийной краской, прочная и твердая опора. Он не спустился, а буквально слетел вниз.

Ощутив под ногами твердый асфальт, поспешил переместить подсумок с Кнопкой на грудь. Ведь наверняка она рычала, но он ее не видел. И только осознав, что ее сигнал не замечают, залилась отчаянным лаем. Слишком поздно, чтобы он мог предпринять что-то адекватное. Так что лучше уж пусть будет под рукой. Вернее, перед глазами.

И тут его голову прострелило внезапное озарение. Рука легла на болтающийся на поясе клевец. Извлек это своеобразное оружие и посмотрел на блеснувший четырехгранный конусообразный штырь. Вот какого было так рисковать, трястись и пережигать нервные клетки, когда вот оно, средство страховки на голом скате. Этот штырь без труда пробил бы металлопрофиль и обеспечил бы надежную опору. Н-да-а, все мы крепки задним умом. Вздохнул и вернул оружие на место.

– Сержант, я думаю, они успели вызвать подкрепление, – произнес Дмитрий в гарнитуру, наблюдая Лациса, сбегающего по лестнице.

– Однозначно вызвали. Жди меня. Если повезет, мы соскочим очень быстро. Надеюсь, вон та «соката» заправлена.

– Что это еще за зверь?

– Вон видишь белый одномоторный самолет с синей полосой?

– Который из них? – окидывая строй самолетов, поинтересовался Дмитрий.

– Не заморачивайся. Я сейчас. А ты присматривай за полем. Подозреваю, что помощь прибудет по нему.

Он, конечно, присмотрит. Причем не только за летным полем, но и за поведением Кнопки. Вот никакого желания ручкаться с мутантами. Ну а пока суд да дело, снарядит пустые магазины.

Лацис выказал спринтерскую резвость, преодолев две сотни метров со стремительностью гоночного болида. Ну, может, и помедленней, но уж точно гораздо быстрее какого-нибудь спортсмена. Да еще и неся в руках пулемет с парой коробок под ленты. Прав сержант, модификантов на соревнования никак допускать нельзя.

– Чего такой перепуганный? Штаны стирать не нужно? – откидывая вверх дверь и одновременно опуская трап небольшого самолета, поинтересовался Лацис.

– Штаны стирать не нужно. Но испугался я знатно. Вампир ко мне на крышу в гости пожаловал. Насилу договорились.

– Ну договорились же. Так чего из этого трагедию делать?

Отмахнувшись от глупости, сержант влез внутрь. Матерясь, пробрался между комфортабельными широкими пассажирскими креслами и устроился на месте пилота. Подал питание на приборную панель и удовлетворенно хмыкнул:

– Треть бака. Нам, чтобы долететь, за глаза. А там заправимся. Закрывай двери и устраивайся поудобней, – начав запускать двигатель, произнес Лацис.

Дмитрий не преминул выполнить его распоряжение. Правда, пришлось сообразить, как тут закрыть дверь. Но в итоге оказалось ничего сложного. Только что соблюсти очередность трапа и двери.

Внутри, конечно, куда просторней, чем в малютке «сессне». Но опять же не больно-то разгуляешься. Что-то на уровне разницы между легковым автомобилем и микроавтобусом, причем самым маленьким в ряду.

А вообще у сержанта губа не дура. ВИП-салон с кожаными сиденьями. Всего их четыре, расположенных друг напротив друга. В промежутке между ними слева по ходу дверь, справа складной стол. Не столик, а именно стол. Большие окна – куда там иллюминаторам в аэробусах. Впрочем, из-за крыльев в нижней плоскости в обзоре он уступит «сессне». Рядом с пилотом еще одно сиденье, для пассажира или второго пилота, как говорится, по обстоятельствам. Надо же, ровно по числу их команды. Ну и немаловажен момент: с шумоизоляцией дела обстоят куда лучше. Вполне возможно обходиться и без наушников.

– Сержант, ты же вроде говорил о двухмоторном самолете. Ну, там надежнее при перелете через океан.

– Боишься, русский?

– Боюсь.

– Не переживай. Птичка хорошая. Скорость, дальность, грузоподъемность – самое то, что нам нужно.

Прогревать двигатель Лацис не стал. Решил, что тот вполне прогреется, пока они будут выруливать на полосу. Местные бойцы ему, конечно, оказались на один зуб, но к чему сложности, если можно обойтись и без них. К тому же в нарушение всех правил и наставлений он не провел предполетную подготовку, понадеявшись только на показания приборов и данные бортового компьютера. Недопустимая вольность, если не сказать халатность. Но обстоятельства диктуют свою волю.

Для взлета потребовался куда больший пробег, чем на «сессне». Зато, со слов Лациса, до места доберутся за час с небольшим. Что не могло не радовать.

Когда уже были над океаном, сержант заложил вираж, ложась на курс. Дмитрий не удержался, глянул в окно – назвать его иллюминатором язык не поворачивался – и увидел, как на летное поле въезжает какой-то автомобиль. Воспользовался своей трубой. Ну так и есть, весь из себя брутальный, с навешанным железом внедорожник, с несколькими вооруженными людьми. Бог весть кто они, бандиты или силы самообороны, поставленные под ружье оставшимися правительственными структурами.

По сути, ведь кто такие для них прилетевшие туристы? Чужаки. К тому же вполне возможно, что и заразные. Так чего с ними церемониться? Так что могли эти бойцы быть и представителями властей. Очень даже могли. Но даже если так, Дмитрий не чувствовал никаких угрызений совести. Ему ничуть не было жаль. Его ждет семья, а чтобы добраться до родных, им нужен транспорт. И этим все сказано.

Хм. Кстати. Он только что побывал на Таити. Этом райском острове, что на слуху во всем мире. Правда, не сказать, что ему тут понравилось. Ну его, этот тропический рай, где одни хотят наделать в тебе дырок, а другие сожрать. Хм. С другой стороны, сейчас это дерьмо творится по всему миру. Ну разве что в самых отдаленных и глухих уголках живут так же, как и прежде.

Глава 5

Окленд

«Соката» – очень даже комфортабельный самолетик. Обшивка существенно гасит звук работающего двигателя. Имеется отопление. И, что немаловажно, крейсерская скорость в два с лишним раза выше, чем у небольшой «сессны». Четыреста шестьдесят километров в час против двухсот двадцати.

Правда, все одно перелет в две с половиной тысячи километров до аэропорта в Тонго занимает почти шесть часов. Провести все это время в респираторах, конечно, можно. Да они и больше проводили. Если бы не одно, и весьма существенное, «но». Модификанты нуждались в еде. Для них это жизненно необходимо. Вот такая ахиллесова пята у этих грозных машин для убийства.

Поэтому приняли решение по обработке салона уже проверенной химией. Одежду упаковали в мусорные пакеты, все остальное обработали и проветрили. Джулия, единственная девушка, по поводу нахождения в полете в нижнем белье не возражала. Впрочем, кто бы ее спрашивал. Лацис обозначил, как именно они поступят, и не ждал одобрения по поводу своего решения.

Не было проблем и с Кнопкой. Конечно, радар с неким изъяном, но в общем и целом отрицать ее пользу глупо. Можно, конечно, и химией обработать. Но здоровья ей это не добавит точно. Да что там, она и для людей далеко не безопасна. У модификантов хотя бы регенерационные наноботы имеются. Не панацея, конечно, но все же. А вот у Дмитрия с Джулией вообще ничего. Впрочем, речь не об этом.

Вопрос решил Энрико. Итальянец притащил из зала ожидания аэропорта аквариум и приделал к нему крышку, к которой силиконом прикрепил пару фильтров от респираторов, благо у них с запасами все в порядке. При отсутствии агрессивной среды те способны отработать бессменно в течение шести суток. А тут ведь только и задача, что отсекать вирус.

Кстати, пример Дмитрия подвигнул и Энрико позвонить своим родным. Десять звонков ушли в пустоту. На одиннадцатый ему повезло связаться с кузиной. Та и поведала ему о незавидной судьбе большинства родни, и родителей снайпера в частности. Но его младшая сестренка выжила, и сейчас они проживают вместе. Просто та ушла с рейдовой группой на поиски необходимого для их колонии. Телефон же потеряла, когда все закрутилось. Сейчас у нее другой номер.

Созвонился и с ней сразу по ее возвращении. В смысле это она конечно же позвонила. Беспокоить ее в то время, когда та находится вне безопасного убежища… Энрико с головой все же дружит. Конечно, новость назвать радостной можно только с большой натяжкой. Но тот факт, что в таких условиях выжили хотя бы две сестры, уже небывалая удача. Девушки в относительной безопасности и ждут его в Палермо. Вот он и спешит к ним.

В аэропорт на острове Тонго прибыли на рассвете. И там все прошло лучше некуда. Сразу же обнаружился топливозаправщик, стоявший неподалеку от пассажирского терминала. Непосредственно к нему Лацис и подрулил. Более того, его цистерна оказалась под завязку заправлена авиационным керосином. Им столько не нужно, зато не пришлось устраивать спецоперацию по поиску топлива.

Пострелять все же пришлось. Но о десятке набредших на них кусачей и вспоминать не стоит. Хотя бы потому что подбегали они вразнобой, и на каждого было израсходовано ровно по одному пистолетному патрону. Энрико и Дог, по сути, расстреливали их походя, практически не отвлекаясь от процесса заправки.

Единственной сложностью оказалось устройство переходного тамбура. На обработку самолета в прошлый раз ушло не меньше часа, пока они облазили весь салон и обработали каждый угол. Но главное – это даже не время, а количество дезинфицирующего раствора. После тщательной обработки салона его у них оставалось не так чтобы много.

Вот и устроили тамбур из больших кусков полимерной пленки. Поместили в него обоих бойцов в трусах и при оружии, после чего замуровали посредством быстросохнущего силикона. По возвращении они обработали как себя, так и небольшое пространство вокруг. Схема работала раньше, и нет никаких предпосылок к тому, чтобы подвела сейчас. Конечно, риск все одно присутствует, полностью его исключить попросту нереально.

Дмитрий пожалел было о том, что они не завладели на Таити одним из аэробусов. Возможность совершить беспосадочный перелет хотя бы на шесть тысяч километров ему показалась весьма заманчивой. Наемники имели базы управления пассажирскими лайнерами и даже прошли минимальный курс обучения на тренажерах. Конечно, не асы, но доставить из пункта «А» в пункт «Б» вполне способны.

В ответ на это предположение парни только отмахнулись. Даже если позабыть о разнице между легкомоторным самолетом и аэробусом, существовали еще и реалии сегодняшнего дня. Посадить эту громадину даже в нормально функционирующем аэропорту – нетривиальная задача. А уж сейчас-то и подавно.

– Наденьте все головные телефоны, – когда они взлетели, потребовал Лацис.

Дмитрий без лишних разговоров выполнил требование сержанта. Нужно – значит нужно. Он тут командует и наверняка хочет сообщить что-то важное. Не надрывать же голосовые связки. У «сокаты» шумоизоляция вполне на высоте для небольшого самолета, но все же уступит лайнеру. Так что наушники есть у каждого кресла.

– Значит, так, слушаем и запоминаем. Часа через четыре или чуть больше мы будем в Окленде, Новая Зеландия. Отдыхали на острове Раруту, когда это все началось. Русский и Красотка прибились к нам и держались все время рядом. Оружием разжились там же и на Таити, куда летали за самолетом. Все. Лишнего не болтаем. Тебя, Красотка, это касается в первую очередь. Потому что если сопоставят нас и распространение заразы… Лично я для начала попытался бы выяснить, кто все это затеял. Причем не церемонился бы. Полевую форму не светим, переодеваемся в гражданское.

– Может, выбросим форму-то? – предложил Энрико.

– Нечего от хороших вещей отказываться, – возразил Лацис. – Она выглядит подозрительно на людях, прилетевших с островов, где и населения-то, считай, нет. А в большом городе уже плевать, кто во что одет. Если найдем что-то получше, избавимся. А так – пока есть не просит, пусть лежит. Устраивать досмотр нашим вещам я разрешать не собираюсь.

– А почему именно Окленд? – удивился Дмитрий. – Если верить сети, то тамошний аэропорт под контролем правительства. Сомневаюсь, что они оставят без внимания таких путешественников, как мы. Нам же подойдет любой небольшой аэродром, лишь бы был авиационный керосин.

– Если не забыл, то у нас проблемы с нейросетями, – возразил Лацис.

– Я бы не стал доверяться властям. Форму прячем, а тут даем свободный доступ к нейросети, – с кислой миной возразил Орк, сидевший напротив Дмитрия.

Дмитрий взглянул на пулеметчика, но глаза невольно соскользнули на девушку. В нижнем белье она выглядела весьма привлекательно. Пришлось отводить взор в сторону. Не хватало еще выставить напоказ, как давно у него не было женщины. Последнее время он об этом как-то даже и не думал. Но, похоже, сейчас наконец почувствовал себя в безопасности, раз уж засматривается на мисс Ричардс. Или начал привыкать к новой действительности, а естество просто берет свое.

– Не думаю, что нейроцентры сейчас функционируют, – усомнился Нефедов.

– Если власть взяли не дураки, то минимум один функционировать будет обязательно. Вирусу ведь все равно кого косить, специалиста или непроходимого тупицу. Первых он, кстати, подберет куда быстрее, потому что они мало приспособлены выживать в экстремальных условиях. А спецы нужны. И как их проще и быстрее подготовить?

– Нейросеть.

– Вот видишь, русский, стоит чуть напрячься – сразу становишься похожим на умного.

– Но я соглашусь с Орком. Давать доступ к нейросети глупо. Нас быстро просканируют, просто не удержатся от любопытства. А тогда уж случится то, чего ты хочешь избежать: полное разбирательство.

– Поэтому мы для начала присмотрим специалиста. Подойдет программист чуть выше среднего. Не думаю, что эти кукловоды намудрили с блокировкой. А там уж договоримся. Поэтому ты, русский, сейчас забьешь объявление: требуются услуги программиста в Окленде.

– Сержант, мир летит в тартарары… – усомнился Дмитрий.

– Ну и что? Это же не повод отказываться от своих старых привычек. Так что даже не сомневайся, кто-нибудь обязательно найдется.

– Допустим. А как быть с нейрокреслом?

– Найдем какой-нибудь брошенный нейроцентр. Здесь проблем нет. Нужен специалист.

– Ты доверишь копаться в наших головах неизвестно кому? – удивилась Джулия.

– Это меньшее из зол, Красотка. Ты можешь думать все что угодно, но я никаких иллюзий в отношении правоохранителей не питаю. Причем без разницы, в какой стране, и в благополучные времена. Про нынешние я скромно умолчу, – возразил Лацис.

На этом обращение сержанта к команде закончилось. Оставалось каждому заняться своим делом. Дог и Энрико тут же вспомнили о солдатской заповеди – отсыпаться впрок при любой возможности. Они и первую половину полета безбожно продрыхли, и вот теперь решили воспользоваться комфортом ВИП-кресел.

Орк переключил свое внимание на Джулию, которая, похоже, была готова ответить ему взаимностью. Как видно, она решила, что надежное и сильное плечо куда предпочтительней мнимых выгод независимости и самостоятельности. В том, прошлом мире ей это удавалось без труда. Для выживания в этом она не готова. Возможно, Орк для нее всего лишь временный попутчик, и, получив от него свое, она оставит модификанта.

Хм. А кто он, собственно, такой осуждать ее? Кто все эти парни для него, как не попутчики? Так что нечего на зеркало пенять, коли рожа крива. С другой стороны, в личной выгоде нет ничего плохого, пока она не переступает определенную грань. Бить в спину и предавать он не собирается, наоборот, будет честен с ними до той поры, пока они честны с ним. А потому – побоку эти душевные метания. И нечего пялиться на стройные ножки Джулии, с маленькой аккуратной стопой и ладными пальчиками.

Стоп! Эдак он сейчас и впрямь возбудится. Лучше уж заняться делом. Нашел доску объявлений, забил запрос, после чего предпочел последовать примеру Дога и Энрико. Благо удобное кресло вполне к этому располагало. А тут еще и монотонный гул мотора. Так что и сам не заметил, как уснул.

«Привет, я Лис. Что за работа?» – через пару часов разбудил его сигнал о пришедшем сообщении.

«Привет. Ты в Окленде?» – тут же встрепенувшись, запросил Дмитрий.

«Глупый вопрос. Данное условие оговаривалось в объявлении. А кататься по острову затея не из лучших. Ближе к делу».

«Нам нужно взломать пароль и получить доступ к нейросети».

«Я с темными делами не вяжусь».

«Ничего такого. Нужно получить доступ к нейросети нашего товарища. У него важные для нас сведения, но не повезло: он заразился».

«Ну что же, это ты по адресу. Я как раз работал в одном из центров. Только нейрокресла у меня нет. А без него это попросту нереально».

«Но ты ведь знаешь, где искать заброшенный центр».

«Знаю, конечно. Но они все в центре города, а там слишком много зараженных…»

«Ничего, у нас слаженная команда. Мутанты не проблема. Что по оплате?»

«Даже так… Тогда вы обеспечиваете прикрытие мне и моим ребятам, пока мы будем вывозить необходимое оборудование. А после, в тихом местечке, разберемся с твоей проблемой – и мы в расчете».

– Сержант, есть контакт. От нас помощь в вывозе оборудования из заброшенного нейроцентра в центре города, заполненного мутантами. Он взламывает пароль. Я сказал, что нам нужно добраться да нейросети заразившегося товарища.

– Нормальная причина. И условия вполне приемлемые. Определитесь по месту встречи, и назначай на три часа дня.

– Мы будем в Окленде уже в одиннадцать.

– Русский, делай, что я тебе говорю.

– Принял.

«Готов встретиться в три часа дня. Место?»

«Кафе «Окау». Лови карту с пометкой».

«Поймал».

«До встречи».

Закончив переговоры, Дмитрий вновь завалился спать. Благо лететь еще больше часа. Не сказать, что сон в кресле, даже если это ВИП, столь уж комфортный. Но лучше так, чем бодрствовать сутки напролет. Он вообще к отдыху со всем уважением.

Лацис скомандовал побудку примерно за полчаса до места. Не тот момент, чтобы сверкать нижним бельем. Чем внушительней они будут выглядеть, тем серьезнее отношение к ним со стороны встречающих. Лучше сразу расставить все точки над «ё», чем потом что-то там кому-то доказывать. Забот и без того хватает.

Первым делом надели респираторы, после чего Дмитрий уже без опаски выпустил Кнопку. Собачка тут же набросилась своим горячим и мягким языком на его все еще открытые части тела. Вот же лизун, на его голову! Попытался было перенаправить ее любвеобилие на Джулию. Но собачка только оказала девушке внимание. После чего решительно переключилась на хозяина, которого сама же и выбрала. Пришлось мириться с лохматым недоразумением, вертящимся вокруг него, при этом всячески стараясь не наступить на животное.

Как и было условлено, оделись в гражданскую одежду. Но от разгрузок отказываться все же не стали. Удобство и практичность, да еще в условиях, когда ситуация может обернуться как угодно, переоценить сложно. Опять же это снаряжение как бы безликое. Чего не скажешь о форме, обминающейся по телу. Уже через неделю можно легко определить, с чужого плеча одежда или же своя.

Диспетчер связался с ними, едва только «соката» оказался в районе аэропорта Окленда. При этом у Дмитрия непроизвольно дернулась щека. На Таити их тоже запрашивали вполне мирно, и чем это обернулось… Впрочем, есть шанс, что здесь все будет иначе. Согласно сведениям в сети, генерал-губернатор жива и вполне удерживает бразды управления страной. Ну или как минимум двумя самыми большими городами Новой Зеландии – собственно, Оклендом и столицей, Веллингтоном.

Сели без происшествий. Дмитрий заглянул через плечо Лациса и рассмотрел датчик уровня топлива. С учетом расхода на взлет и посадку они еще вполне могли отскочить километров на пятьсот. Но сержант уже принял решение и играть в прятки не станет. Спокойно выполняет все требования и рулит на стоянку согласно распоряжению диспетчера.

– Готовимся. К нам высылают машину с делегацией по встрече.

Дог переглянулся с ухмыльнувшимся Орком, и они оба вскинули свои пулеметы. Лацис решил, что не стоит такому быку бродить с жалкой зубочисткой, и вручил здоровяку трофейный пулемет. М-4 ушел в их носимый арсенал. Девушку вооружать сержант отказался категорически. Даже выданный «ремингтон» отобрал от греха подальше. Лучше уж пусть будет балластом, чем миной замедленного действия. И причина тут вовсе не в ее прошлых вывертах, а в банальном неумении обращаться с оружием. Не готов он раздавать стволы всем подряд, и все тут.

К самолету подъехал самый обычный микроавтобус. Никакого усиления в виде решеток на окнах. Легкомысленно как-то. Конечно, рвачей тут вроде как нет, но зато уже присутствуют серьезно так развившиеся матерые вампиры. Этим вынести стекло – как два пальца об асфальт. Во всяком случае, боковые, которые ни разу не триплекс.

Дмитрий уже хотел было открыть дверь, когда снаружи послышалась автоматная трескотня, и тут же вдогонку гулко загрохотал пулемет. А дальше все понеслось в головокружительном калейдоскопе. Нефедов еще не успел толком сообразить, что случилось, как Орк единым махом завел Джулию себе за спину и вскинул пулемет, уже давно изготовленный к бою. Энрико, завалившись на кресло, дотянулся до дверного запора, чтобы открыть вход. Еще мгновение – и пулеметчик ударит сквозь корпус «сокаты», ориентируясь по звуку.

– Не стрелять! Отбой, парни, – столь же внезапно прокричал Лацис. – Эти придурки охоту устроили.

Практически одновременно прекратилась стрельба. Разве только гулко ударил одиночный из винтовки. Потом еще. И еще. Все. Тишина.

– Не беспокойтесь. Здесь были три зараженных. Пришлось их упокоить. Теперь можете выходить, – послышался голос, усиленный громкоговорителем.

– Твою в гробину душу мать! – в сердцах выдал Дмитрий на языке родных осин.

И тут же эстафету подхватили Орк и Энрико на английском и итальянском. Причем первый грозился заняться со стрелками самым извращенным сексом, какой только можно было вообразить. Ну вот как, к примеру, представить себе изнасилование стволом пулемета после расстрела ленты на сотню патронов. И между прочим, ничего так, органично получилось. Дмитрий даже припомнил малый матерный загиб. Доводилось слышать, хотя у самого никогда не получалось.

Чтобы подняться, пришлось малость постараться. Все же в «сокате» мало места. Если сидеть, то вполне комфортно. Но когда требуется перемещаться и уж тем более изготавливаться к бою и спасаться от обстрела на полу, становится невероятно тесно.

С другой стороны, контраст со встречей на Таити, конечно, разительный. Пусть и проявили заботу по-идиотски, тем не менее они не выставляли прибывших в качестве наживки, а предприняли меры по зачистке территории. Что ни говори, а показатель. Поэтому да, матерился, не без того. Но по большому счету от души отлегло.

Когда вышли, первое, что сделал Энрико, это помянул умственные способности старшего группы с капральскими нашивками, под командой которого были водитель, снайпер и пулеметчик. Появившийся последним Лацис только осуждающе покачал головой. Бедолаге же оставалось лишь обалдеть от происходящего.

Ну а как иначе, если он тут собирался спасать гражданских, а на поверку из салона появляется четверо до зубов вооруженных модификантов. Если ты сталкивался с этими парнями хотя бы раз, то уже не спутаешь. И судя по тому, что он нервно сглотнул, этот с подобными бойцами уже встречался.

У Дмитрия же на смену злости пришла зависть. Вся четверка предстала в комбинезонах химзащиты камуфляжной расцветки. И к гадалке не ходи, изготовлены они из наноткани. Вопрос личной защищенности в нынешних реалиях дорогого стоит.

– Капрал, больше никогда так не делай, – наконец произнес сержант. – Я едва успел остановить своего пулеметчика. Промедли мгновение – и он изрешетил бы вас прямо сквозь обшивку самолета.

– Мы не думали… – заблеял было капрал.

– Понимаю, – все так же спокойно перебил его Лацис. – Но сегодня многие пытаются добраться до спокойных мест, и такие парни, как мы, вовсе не исключение. Надеюсь, тебе это будет уроком. Дог, закрывай птичку.

– Прошу прощения…

– Сержант Лацис, частная военная компания «Дрозд», – представился латыш и, пожав плечами, пояснил: – Ну коль скоро мы в такой заднице, то думаю, что подобное представление будет более к месту.

– Господин сержант, сэр, вынужден вас проинформировать, что ваш самолет переходит в собственность короны. Поэтому вам надлежит забрать из него все свои вещи, – разом вывалил капрал, словно опасаясь, что его сейчас заткнут в самой циничной форме.

– Парень, это наш самолет. И нас за него чуть на куски не порвали.

– Вас? – с явным сомнением произнес парень.

– Представь себе.

– Гхм. В любом случае вопрос не ко мне. Я только выполняю приказ.

– Ладно, парень. Вопрос и впрямь не к тебе. Русский, срежь с аквариума фильтры. Еще пригодятся.

– А как же Кнопка?

– Не доверяю я стеклу. Сладим для нее что-то небьющееся.

– Понял.

Едва они разместились внутри, как водитель сорвался с места и покатил в сторону диспетчерской вышки. Как пояснил капрал, поддерживать карантин в пассажирских терминалах не представляется возможным. Слишком уж большие помещения. Поэтому обслуживающий персонал аэропорта и его охрана базируются в диспетчерской, где обеспечивать безопасность куда проще.

– Выживших много? – поинтересовался Лацис у капрала.

– Точно не скажу. Но в Административном квартале что-то порядка десяти тысяч, и примерно вдвое больше в частных убежищах.

– Тридцать тысяч из двух миллионов?! – не удержался от удивления Дмитрий.

– Возможно, и больше. Говорю же, точными цифрами не обладает никто.

– Как, может, и меньше, – заметил сержант.

– Да, сэр. Не исключено и такое.

– Бандиты?

– Есть мародеры и банды. Но так, чтобы они контролировали какие-то районы, этого нет. Было одно бандитское формирование, которое пыталось взять под контроль резервные продовольственные склады. Но мы его уничтожили.

– Под корень?

– В стране объявлено военное положение, со всеми вытекающими. Основные же города удерживаются под контролем властей.

– Ты хотел сказать – номинальным контролем, капрал.

– Да, тут вы, скорее всего, правы, сэр. В небольших населенных пунктах пока и вовсе безвластие. Люди пытаются выжить как могут. Сил для наведения порядка на всей территории у нас не хватает. Но все же столь уж катастрофического разгула преступности нет.

– Глупо было бы надеяться на благолепие, – встретившись взглядом с Дмитрием, пожал плечами Лацис. – Ладно, с этим еще разберемся. Какие планы в отношении нас?

– Пока только довезти до диспетчерской.

Не успели они еще доехать до места, а командир охраны уже успел связаться с администрацией, поведав руководству о том, что к ним занесло четверых модификантов. Стоящие бойцы всегда в цене, а уж по нынешним временам и подавно. Они даже остановиться не успели, как капрал получил приказ доставить вновь прибывших в Административный квартал.

Как заметил Лацис, сейчас их будут убеждать в необходимости присоединиться к местным силовикам, обещая всевозможные блага. В общем-то подобный подход напрашивался сам собой. Так что Америки сержант не открыл. Другое дело, что в настоящий момент перед ними стоят иные задачи.

Впрочем, оседать здесь в планы Дмитрия не входило и в последующем. Его ждала семья. Правда, перспективы возвращения сейчас стали, как никогда, зыбкими. Разумеется, в Новой Зеландии хватает различных яхт, способных пересечь океан. Но… О любви Нефедова к водным просторам уже говорилось. Конечно, это его не остановит, да только хотелось бы добраться до дома побыстрее.

Дорога из аэропорта была расчищена от автомашин. Хотя и было видно, что транспортного коллапса здесь избежать не удалось. Люди стремились как можно быстрее покинуть пределы города. Случайные ДТП наглухо перекрывали проезжую часть и улицы в целом. Стремление непременно выбраться первым приводило к образованию заторов. Вроде и аварии нет, но задние подпирают передних, лишая тех маневра и, как следствие, возможности разъехаться.

Дмитрий даже наблюдал в некоторых машинах живых людей. Ну как людей. Оказавшиеся запертыми кусачи, которые впадали в анабиоз. За прошедшие дни умершие уже успели изрядно протухнуть. И коль скоро на человеке нет признаков тления, вывод напрашивается сам собой.

А вообще город Дмитрия удивлял. Не ожидал он ничего подобного. Кварталы одноэтажных домов сменяли друг друга. Причем все какие-то легковесные, с тонкими стенами. У них на Кавказе, конечно, не сибирские морозы, но постройки куда монументальней, и солидная толщина стен заметна с первого взгляда.

А вообще как-то непривычно. Отличие во всем. Архитектура, планировка, наличие скорее декоративной ограды или и вовсе отсутствие ее, с зелеными лужайками перед домами. В России все иначе. Непременные заборы, зачастую глухие, высокие, так чтобы двор с улицы не просматривался. Причем не только в городах, но и в селах.

Среди кварталов одноэтажного частного сектора вдруг появилось сразу несколько рядов трехэтажных таунхаусов. Причем там обитали люди. Ну, не доводилось пока еще Дмитрию наблюдать мутантов за работой. А эти явно были заняты благоустройством и укреплением своего жилья. Ну и неизменные респираторы на лицах.

– Коммуна Мангер, – указывая на них, пояснил капрал. – Примерно тысяча человек. А может, уже и больше. Жилья у них хватает, поэтому зазывают всех желающих. Вон уже заканчивают выгораживать территорию. Окна, выходящие наружу, заложили, по периметру спираль Бруно. Пробивают двери в смежных квартирах и устраивают герметичные переходы между зданиями. При входе дезинфицирующие тамбуры. В общем, стандартный подход к строительству убежищ.

– И вы тут всерьез полагаете, что этого может быть достаточно? – искренне удивился Дмитрий. – Эти переходы из металлопластиковых конструкций способны быть препятствием для вируса, но не обладают прочностью.

– Зараженным еще нужно попасть вовнутрь. Чего им не позволит внешний периметр. Зато такую конструкцию можно возвести довольно быстро и с минимумом трудовых затрат. По сути, конструктор, – возразил капрал.

– Вы здесь их, конечно, можете называть зараженными, но они мутанты. С каждым днем они становятся быстрее, сильнее, хитрее и изворотливей. И только слепой может этого не видеть, – качая головой, возразил Дмитрий. – Где предел их возможностям, неизвестно. Глядишь, еще изыщут способ пробраться через заграждение. А внутри эти несерьезные переходы, незарешеченные окна и легкие двери. Вы слишком увлеклись противостоянием вирусу и позабыли об опасности иного рода.

– Остынь, русский. Не стоит выносить мозг человеку, который тут ничего не решает. У тебя будет возможность пообщаться с местным начальством, – одернул его Лацис.

– Сомневаюсь. Их, скорее, интересуете вы, четверо.

– Ты с Красоткой тоже в нашей команде. Во всяком случае, пока. Слышала меня, девочка? Это я тебе персонально говорю.

В ответ Джулия только фыркнула, как рассерженный котенок. Понятно. Наличие властей и закона вновь вспенило ей мозги. Лацис же опять превратился в того, кем был для нее раньше. Как бы у нее окончательно не сорвало крышу. Стоит ей только открыть рот, и о последствиях можно будет лишь догадываться. Только мисс Ричардс, похоже, пребывает в уверенности, что все это страшилки сержанта, не имеющие под собой никаких оснований.

– Все не так плохо, как может показаться на первый взгляд, – между тем возразил капрал. – К проволочному заграждению подведен ток. Так что любой попытавшийся перебраться через колючку непременно запутается и погибнет.

– Это может быть только временной мерой. На такую защиту не напасешься генераторов, – не согласился Дмитрий.

– Отчего же. Электростанции в рабочем состоянии. Сейчас работает только одна, но энергии более чем достаточно. Ненужные линии во избежание возникновения пожаров отключили, функционируют только те, что ведут к убежищам.

– И сколько протянут ваши электростанции без топлива?

– Вообще-то больше половины вырабатываемой энергии в Новой Зеландии приходится на гидроэлектростанции. В Окленде, правда, на газе, но проблем с ним нет. У нас есть свои газ, нефть, уголь, последний мы и вовсе экспортировали. Так что с энергоресурсами на ближайшие сто, а то и больше, лет у нас проблем не будет.

– Ясно. А почему вы пользуетесь неукрепленным автобусом? – поинтересовался Дмитрий о том, что касалось капрала напрямую.

– Предлагаете уподобиться дешевым боевикам на тему зомбиапокалипсиса? – с явным пренебрежением произнес капрал.

– Я не о наваренных шипах, косах, отвалах и тому подобной хрени. Но решетки на окнах совсем не помешают. Матерые мутанты с легкостью разобьют боковые стекла.

– Мы с таким пока еще не сталкивались.

– Определяющее слово здесь – «пока».

– Останови автобус, – вдруг потребовал Лацис.

– Что случилось? – удивился водитель.

Сразу видно, из гражданских. Военный сначала выполняет приказ и только потом задает вопросы. Это в него вколачивается еще во время курса молодого бойца. Причем плевать, в какой армии мира.

– Останови автобус, тупица.

– Я попросил бы…

– Попросишь свою маму. Стоять!

Рык сержанта наконец возымел свое действие, и микроавтобус остановился. Потом под неумолимым взглядом сержанта водитель сдал на пару сотен метров назад и вновь остановился.

– Капрал, мне приятно твое общество, но дальше мы своим ходом. Не переживай, ты свой приказ выполнишь, доставишь нас в ваш этот Административный квартал. Но чуть погодя. Парни, на выход. Красотка, тебя это тоже касается.

– Я никуда не пойду.

– Я не спрашивал твоего мнения, а отдал приказ.

– Ты животное…

– И ты даже не представляешь какое.

Говорить с ней бесполезно. Начать тянуть из автобуса – она будет упираться и царапаться. А лишние царапины ни к чему: велика вероятность заразиться. Опять же напрягшиеся местные бойцы. Видно, что реально служил только капрал. Но и эти уже умеют обращаться с оружием. Плевать, насколько плохие они вояки, главное, что крови вкусить уже успели, а такие в любом случае опасны.

И как только эта гора мышц умудряется быть такой гибкой, пластичной и, что самое примечательное, быстрой? Мгновение – и Лацис словно перетек, сменив позицию. Одновременно вытянул руку. И ребро его ладони прилетело в основание шеи девушки. Причем настолько просчитанно, что никаких сомнений – она только лишилась чувств, хотя ему по силам оторвать ей голову.

– Орк, выноси свою подружку, – приказал сержант, кивая на обмякшую девушку. – Капрал, не лапай ствол, не то я затолкаю его тебе в задницу. Это наши дела. Стой и жди. Мы скоро.

Выйдя из автобуса, сержант быстро и ловко сковал руки и ноги девушки пластиковыми наручниками. Причем сделал это так, чтобы не поцарапать ее. Кивнув на нее осуждающе глядевшему на командира Орку, остальным сержант приказал забирать все свои пожитки. Пулеметчик, ни словом не осудив действия Лациса, подхватил девушку и пошел за ним.

Вещи и девушку оставили на газоне перед домом на перекрестке. Дмитрия приставили в качестве охраны и наблюдателя за округой. А сами направились растаскивать затор. При этом походя застрелили троих мутантов, запертых в салонах машин и вдруг оживших при приближении людей.

Намерения Лациса очевидны. Он хотел обзавестись собственным транспортом. Нефедов был только «за». Зависеть от местных хоть в чем-то категорически не хотелось. Правда, авто, на которое нацелился сержант, было изрядно так заставлено другими машинами, к тому же еще и спрессованными во время расчистки главной дороги.

Н-да. Ну, может, для кого-то это и проблема. Только не для четверых модификантов. Впечатлились и новозеландские вояки. Еще бы. Наемники подхватывали легковые автомобили и с дружным хеканьем забрасывали их друг на друга. Картина из фантастического боевика. Но он это наблюдал в реале. Вспомнил слова сержанта относительно его физической формы. Получалось, что совокупно они могут поднять порядка двух тонн. Или даже больше. Дог и Орк явно и до модификации были не слабого десятка. Первый даже при своем четвертом уровне по силе, пожалуй, будет равен Лацису, если не превзойдет его.

Десять минут – и инкассаторский броневик на базе «мерседеса» был высвобожден из плена. Ключи, как и ожидалось, торчали в зажигании. Бак заполнен на треть. Места внутри для расположения шестерых человек более чем достаточно. От прежних обитателей не осталось и следа. Как, впрочем, и от перевозимых ценностей.

Вызволив авто из плена, они погрузились в него. Дог на место водителя, Лацис рядом с ним, остальные – в довольно просторном салоне. Кстати, здесь можно даже вести круговую оборону. По одной бойнице с бортов и на задней двери. Бронестекла предоставляли обзор на триста шестьдесят градусов. Конечно, сиденья не отличались комфортом, но машина и не предназначалась для длительных путешествий.

Так и поехали: микроавтобус с местными вояками – впереди, они – следом. Правда, предварительно определились по частоте, на которой будут поддерживать связь. Несмотря на наличие в салонах автомашин запертых кусачей, окрестности дороги хорошо подчищены. Мутантов практически не видно. А те, что попадались в поле зрения, наученные горьким опытом, старались держаться подальше.

– Значит, так, Красотка, я не для того вытаскивал наши задницы с того проклятого острова, чтобы ты тут закатывала концерты. Заруби на своем красивом носике, никакого следствия в отношении нас не будет. Я не позволю этого. И если ты раскроешь свой ротик, то из-за одной непроходимой дуры погибнет много народу. Очень много. Уж поверь, воевать мы умеем. И тем более если терять нам будет уже нечего. Ты поняла?

В ответ уже развязанная девушка не проронила ни слова. И только бросила многозначительный взгляд на Орка. Тот горько хмыкнул и слегка развел руками:

– Извини, Джулия, но тебя занесло.

– Он меня ударил. И ты это вот так стерпишь?

– Н-да. Жаль, – осуждающе покачав головой, произнес немногословный Орк.

– Ты-ы…

– Я видел слишком много дерьма, чтобы мною могла вертеть стукнутая на всю голову баба. Тема закрыта, – перебил он ее. – Да. Сиськи твои меня больше не интересуют. Сержант задал тебе вопрос.

– Я поняла, – понурившись, наконец произнесла она.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно кивнул Лацис. – Как приедем на место, Орк и Дог, останетесь в машине. Я, Стрелок и русский отправимся на переговоры. Узнаем, чего нужно от нас местным властям.

– Может, удастся разжиться чем полезным, – предположил Энрико. – Новозеландская армия небольшая, общая численность меньше пяти тысяч, но экипированы они всегда были хорошо.

– Сомневаюсь, что нам что-то обломится, – не разделил его оптимизма Лацис. – Обеспечивались-то они хорошо, но, скорее всего, стратегических запасов не имели. А значит, в ресурсах они ограничены, даже несмотря на сильно сократившееся население.

Ехать пришлось еще минут двадцать. По пути сделали остановку, чтобы расстрелять особо наглых кусачей. Как видно, они забрели сюда издалека и еще не знали, что расхаживать у дороги опасно. А вообще периодически слышались далекие выстрелы. Что это, отстрел обнаглевших мутантов, приблизившихся к какому-нибудь убежищу, или планомерная охота – было непонятно. Но по сути не так уж и важно.

Дорога оказалась достаточно оживленной. Навстречу проскочило несколько автомобилей, с неизменно вооруженными пассажирами. Жизнь брала свое, и люди просто вынуждены приспосабливаться к новым условиям.

Проскочил и патруль на грузовике, с крупнокалиберным пулеметом в открытом кузове с высокими бортами. Как-то легкомысленно у них тут все. Жили спокойно и размеренно до катастрофы – и даже сейчас не до конца осознают всю опасность. Ох, нет на них рвачей. Н-да. Пока нет. Но матерые вампиры уже очень даже наличествуют.

По прибытии на место Лацис припарковался немного в стороне от КПП, чтобы не перекрывать въезд на выгороженную территорию. Весьма обширную, надо сказать. Капрал попытался было настоять на том, что ему приказано доставить всех, но сержант от него только отмахнулся. Хватит и троих. Перебрались в микроавтобус и уже с ними проехали на территорию.

Административный квартал назывался так, потому что кварталом и был. Вернее, два квартала. Первый – таунхаусы трех– и четырехэтажной застройки. И второй – с десятком девятиэтажек и одним большим офисным зданием из стекла и бетона. Поначалу Дмитрий удивился подобным подходом. Обосновываться чуть не в центре, в районе наиболее плотной застройки – затея не из лучших. Плотность мутантов в округе должна была просто зашкаливать.

Но причина оказалась до банальности проста. В Новой Зеландии преобладает частная застройка. Обеспечить санитарно-эпидемиологическую безопасность для большого числа людей в подобных условиях попросту нереально. Нужны большие помещения, в которых было бы возможно защититься от заразы. Глава города остановил бы свой выбор на квартале небоскребов: вот уж где можно разместить десятки тысяч человек. Но там количество мутантов было просто запредельным.

Обустраивались здесь по тому же принципу, что они наблюдали по дороге. Все оконные и дверные проемы с наружной стороны замуровывались, оставались только смотревшие внутрь квартала. Здания соединялись переходами, фактически замыкаясь в одно огромное замкнутое пространство. Перемещаться по нему можно, не выходя наружу. Точнее, можно будет, когда закончат устройство переходов.

Они подъехали к тому самому офисному зданию. На входе тамбур с вахтером, который вручил им по два фильтра стандартного вида, но с особой начинкой. Активное вещество в них, вступая в реакцию с озоном, вырабатывало кислород. Процедура санобработки обязательна. Дмитрий мысленно погладил себя по голове за то, что оставил Кнопку с Догом. Иначе ей через обработку не пройти.

Впрочем, как потом он узнал, о животных тут позаботились. Имелись для них небольшие прозрачные переходные короба. В них применяли тот самый газ для санобработки. Использовать его для людей слишком накладно, тут озон куда выгодней.

Вошли в тамбур. Загорелось предупреждающее табло. Послышалось шипение пускаемого газа. Капрал привычным движением извлек из подсумка специальные фильтры и, подавая пример, заменил штатные. Наемники и Дмитрий повторили эту процедуру.

Едва только Нефедов сделал первый вдох, как почувствовал головокружение. Эдакая легкая эйфория, которая вскоре прошла. Но не полностью. Поначалу его посетила мысль, что капрал наверняка сообщил о странностях с вновь прибывшими, и их решили обезвредить, вырубив с помощью газа. Но потом сообразил, что это реакция на повышенное содержание кислорода, вырабатывавшегося в фильтрах.

Примерно через минуту на смену красной надписи пришла зеленая. Затем послышался характерный щелчок электрозамка, и они прошли в дверь напротив. Еще один тамбур. И здесь сидит вахтер. Причем в защитном костюме и маске на лице.

Капрал тут же подошел к нему и протянул руку. Тот протер ваткой подушечку безымянного пальца. Приставил нечто похожее на авторучку, после чего на пальце набухла капелька крови. Поднес стекло, мазнул и вручил парню ватку. Вставил пробу в прибор. Загорелся зеленый диод. Следующий.

Сержант подтолкнул сначала Дмитрия. А затем сдали пробу и они, с закономерным итогом в виде загоревшегося зеленого диода. А едва проверка завершилась, санитар-вахтер с наслаждением снял с себя маску. Капрал тут же последовал его примеру. Ну и Дмитрий поспешил присоединиться.

Лацис и Энрико избавились от респираторов последними. И только когда они вздохнули полной грудью, Нефедов вдруг сообразил, что они все это время не дышали. Мало того, у них и фильтры на масках оставались прежними. Вся процедура пропуска заняла не меньше пяти минут. И все это время они не дышали!!! Монстры!

Хм. Это что же получается, его они запустили как подопытного? Так вот почему, направляясь в стан возможного противника, они взяли с собой не еще одну надежную боевую единицу, а его. Это был тест на лояльность местных. Он же для них никто и звать его никак. Случись нужда – и они разменяют его не задумываясь. Да, он не Джулия, не истерит и не создает проблем на ровном месте. Но и своим для них не станет. Его использовали и будут использовать. А ведь может статься и так, что в итоге однажды он уйдет в расход.

В сопровождении капрала прошли к лифту и поднялись на двенадцатый этаж, где располагался кабинет главы города. Работающий лифт и то, что им пользовались все кто угодно, лишний раз подтверждали слова капрала относительно отсутствия дефицита электроэнергии.

Как ни странно, им не пришлось ожидать. Их даже не попытались разоружить, что несказанно удивило Дмитрия. Глава принял гостей, едва они переступили порог приемной. Секретарша даже не стала сообщать ему об этом по селектору. Если только не имела нейросети. А вот капрала она поблагодарила и сообщила, что он может возвращаться к месту несения службы. Все верно. Он свою задачу выполнил.

Войдя в кабинет, Дмитрий увидел довольно молодого мужчину. Лет тридцать, среднего роста, спортивного сложения, светлые короткостриженые волосы, голубые глаза, открытая улыбка. Именно открытая, а не дежурная, вежливая или свойственная профессиональным политикам.

– Рад вас приветствовать, господа. Глава города Окленд Дональд Норрис, – подходя и здороваясь за руку, представился он.

– Сержант Лацис, рядовой Энрико Лупи, частная военная компания «Дрозд». Наш товарищ Дмитрий Нефедов, он гражданский из России.

– Прошу, – покончив с приветствиями, пригласил присесть глава.

Ну и сам, как водится, устроился за большим рабочим столом. Они же, ясное дело, уселись за приставные, образующие эдакую букву «т».

– Мне сообщили, что прибыло четверо модификантов, но я вижу только двоих.

– Наши товарищи остались в машине снаружи. И вам это прекрасно известно, – не стал ходить вокруг да около Лацис.

– Как и то, что вы удерживаете девушку против ее воли.

– Уверен, что у главы городского округа в настоящее время хватает иных проблем, чем вникать во внутренние проблемы небольшой группы выживших.

– В Окленде есть правительственные структуры и законы, сержант. И плохо ли, хорошо, но они работают.

– Мы это учтем. Не думаю, что именно ради этого вы приказали привезти нас сюда и позволили пройти в ваш кабинет при оружии.

– Хм. «Дрозды». Лет двадцать назад эта компания ворвалась на военный рынок и за прошедшее время успела себя зарекомендовать во многих конфликтах. Но что-то я не припомню, чтобы они выполняли какой-то контракт в этих мирных широтах.

– Мы тоже люди, мистер Норрис. Отдыхали на острове Раруту, когда все это началось. Да еще и забрались в глухой уголок. Когда докатилось до нас, благодаря сети более или менее были в курсе. Сумели обезопаситься. На небольшом самолетике добрались до Таити. Но там нас встретили откровенные бандиты. Немного поспорили, обзавелись более подходящим транспортом, сумели добраться до вас. Но тут нашу птичку отчего-то решили конфисковать.

– А откуда оружие и экипировка? – словно не заметив последних слов, поинтересовался глава.

– Одолжили у нехороших парней. Трудно, знаете ли, отказать модификантам, когда они о чем-то просят. Так что с нашим самолетом?

– Указ генерал-губернатора об изъятии всех воздушных судов.

– Наш никаким боком не относится к Новой Зеландии.

– Тем не менее в указе нет оговорок. Все воздушные суда подлежат изъятию. Разве только сделан особый акцент на легкомоторные машины. Впрочем, не думаю, что вас это так уж расстроило. Дюжина ополченцев не способна остановить четверых модификантов, даже если они не вооружены. Значит, у вас есть здесь какие-то дела.

– Возможно. Но это не объясняет вашего интереса к нашим персонам.

– А между тем причина очевидна. Мы пытаемся выжить, сержант. Зараженные быстро мутируют, банды растут как грибы, и власти контролируют далеко не всю территорию. Нам необходимо готовить как профессиональных бойцов, так и ополчение. Мы располагаем необходимым оборудованием, обучающими базами и наномодификаторами. Это нам позволяет подготовить какое-то количество модификантов. Но у нас нет инструкторов. Не мне вам объяснять, какова их роль в подготовке подобных бойцов.

– Если у вас есть все необходимое, то…

– Сержант, если бы я не нуждался в вас, как вы думаете, состоялся бы этот разговор?

– Н-да. Вы правы. Но видите ли, мистер Норрис, в наши планы не входило оставаться в Новой Зеландии. Мы собирались только заправиться и продолжить путешествие. Но я поговорю с парнями. Не всех нас ждут дома родные. Может, кто-то и захочет обосноваться здесь. Обещаю вам одно: удерживать я никого не стану.

– На том и порешим. США сейчас организуют масштабную эвакуацию своих граждан со всего мира. Принимают всех изъявивших желание перебраться в Штаты. Если вас это интересует, то я могу прямо сейчас забронировать шесть мест в их посольстве в Веллингтоне. Это, так сказать, компенсация за ваш самолет. А уж в Америке… Ну кто сможет отказать модификантам.

– Нас полностью устраивает такой расклад. Остается только узнать: когда вылет?

– Дата открытая. По наполнении лайнера на три сотни посадочных мест. За прошедшие двое суток пока набралась только сотня.

– Мы будем признательны за внесение в списки.

– Хорошо. Вы можете отслеживать ситуацию на портале американского посольства. И еще. В приемной вас ожидают и проводят на склад, где выдадут кое-что из снаряжения.

– Чем вызвана такая щедрость?

– Это не щедрость, а прагматичный расчет. Не думаю, что вы откажетесь пополнить свою экипировку, оплатив ее охотой на мутантов. Скажем, по сотне за один комплект снаряжения.

– А еще попытка завлечь необходимых вам бойцов знатными плюшками, – с улыбкой заметил сержант.

– Не вижу в этом ничего предосудительного, – слегка разведя руками, не стал возражать глава Окленда.

– Я тоже. Парни совершенно вольны в своем выборе.

Глава 6

Лис

Дмитрий повел плечами, удивляясь тому, насколько легко ему в комбинезоне химзащиты. Дышащая трехслойная наноткань позволяла чувствовать себя вполне комфортно даже в жаркий день. В смысле если сравнивать со сварочным комбинезоном, разумеется. Эластичные манжеты на штанах, рукавах и капюшоне. Последнее обеспечивает такое прилегание маски, что систематическое бритье необязательно. Специальные закрытые тактические перчатки все с теми же манжетами и ботинки. Хоть сейчас запускай в облако самого ядовитого отравляющего вещества. Главное, чтобы фильтров хватило. О вирусе и говорить нечего – у него попросту нет шансов.

Плюсом к этому шла полевая форма, обеспечивающая четвертый слой. Бронежилет с полосами липучки, позволяющими использовать его как разгрузку, каски, наколенники и налокотники. Физическая защита увеличилась настолько, что ссадин теперь можно было практически не опасаться. Во-первых, три слоя наноткани не вдруг и ножом прорежешь. Если только колющий удар. О случайном порыве и говорить нечего. Во-вторых, даже если все же получишь повреждения, хоть тот же открытый перелом, то зараза под защиту не заберется.

И им выделили пять комплектов. Все остальное снаряжение – это мелочи. Большинство солдат администрации расхаживает в старых моделях прорезиненных комбинезонов химзащиты. Даже во встречавшихся им патрулях и командах охотников далеко не все могли похвастать новейшими образцами. Гражданские испытывали дефицит даже в старинных образцах. Результат безъядерного статуса страны и ее обособленность от густозаселенных территорий: здесь попросту не заморачивались вопросами ЗОМП. Что в общем-то оправданно.

Энрико был прав насчет отсутствия у новозеландцев больших запасов военной амуниции. А ткань, даже такая прочная, как нано, имеет свойство изнашиваться. То есть это расходуемый ресурс. И в Новой Зеландии не было подобного производства.

По сотне убитых мутантов за один комплект? Да по нынешним временам это, считай, даром. Не дурак мистер Норрис, понимает, что мутанты быстро прогрессируют. Как и то, что противостоять им должны серьезные бойцы, которых нужно беречь. В этой связи лучшее снаряжение берегут под готовящихся сейчас модификантов. Дабы максимально повысить шансы их выживания.

В их восстановлении не поможет даже клонирование. Из репликатора выйдет, если можно так выразиться, стоковый боец. Все базы и программное обеспечение, имевшееся у носителя, скопируются и в клона. Но наномодификаторы нужно будет вводить ему заново. Причем поэтапно. Каждый из этапов минимально занимает неделю. В идеале же требуется две. Причем со всем циклом тренировок и наработкой условных рефлексов.

Правда, у новозеландцев нет технологий клонирования. Но это и не суть важно. Потому что создавать модификантов им все равно нужно с нуля. Скорость и качество их обучения в немалой степени зависят от наличия инструктора-модификанта. Поэтому и старается глава заманить к себе хотя бы одного. И вот такой обмен уже этого стоит.

Под занавес они получили по малой сухарной сумке, в которой уже находились два литровых термоса под протеиновый коктейль и воду. Наличествовали уже не самодельные, а штатные системы подачи из трубок с клапанами. И по три пакета сухого протеинового порошка. Дмитрий, конечно, не модификант, но от такого подарка отказываться и не подумал. Как и от новых респираторов, имеющих необходимые точки подключения системы питания. Заводское изделие – оно все же надежней.

Н-да, респираторы. Вообще-то самые реальные противогазы. Но последние у Дмитрия всегда ассоциировались с баклажкой фильтра, а то и двумя. Нанофильтры же отличает компактность, их наличие только придает маске эдакую массивную челюсть.

Дмитрий присел, наклонился в стороны, вперед и назад. В принципе нормально. Правда, комплект все же великоват. Он обратил на это внимание сержанта, но тот только отмахнулся – мол, в армии есть только два размера: большой и маленький. Подтянули ремешки и кое-как подогнали. Но-о. Не его размер – и все тут.

Ладно бы еще его пришлось носить только время от времени. Да только времена такие, что на улицу без него теперь ни-ни. А с учетом сегодняшних реалий и необходимости пребывать в постоянной боевой готовности удобство тут играет далеко не последнюю роль. Ответ на этот довод был не менее лаконичным и сводился к тому, что ему придется привыкнуть.

Кроме снаряжения удалось перевооружиться. Кладовщик, как видно, получил особые распоряжения. Потому что без лишних вопросов согласился обменять два М-4 на пару штурмовых карабинов «скар» калибра семь шестьдесят два. Как и патроны, один к одному. Лацис и не думал забывать о том, что твари мутировали весьма быстро и со временем требовали более серьезного боеприпаса.

На Нефедова штурмовые карабины впечатления не произвели. Один сплошной пластик с торчащим из него коротким стволом. Складывающийся регулируемый приклад. Возможно, причина в том, что внешне оружие уж больно смахивало на игрушку. Умом-то он понимал, что, коль скоро оно состоит на вооружении армии и имеет солидный боеприпас, стало быть, штука очень даже убойная. Но… Вот несерьезно как-то, и все тут.

Нашлись целых три цинка с дозвуковыми патронами и один со снайперскими. Последний без лишних разговоров подгреб под себя сицилиец. Дмитрий не возражал. Да, стрелять у него получается неплохо. Но до Энрико ему еще очень и очень далеко. Впрочем, кто бы слушал его возражения. Он вовсе не забыл о том, как его использовали. Он не был одним из них, и этим все сказано.

Кроме того, в обмен на четыре дробовика «ремингтона» им удалось получить штатные глушители на новые автоматы и МК-14. К «вепрю», к сожалению Дмитрия, ничего подобного не нашлось. Зато ему повезло разжиться коллиматорным прицелом. Вот уж повезло так повезло. Накоротке штука почти незаменимая. Для модификантов такая приблуда бесполезна – они и так справляются на раз. Ему же – словно мамка прописала.

Задумавшись на несколько секунд, Лацис принес из припаркованного неподалеку грузовика пулемет. Выложил его на прилавок, предложив сменять его на пару десятков оборонительных гранат в чугунном корпусе и цинк пистолетных патронов повышенной пробиваемости. Кладовщик, мужчина предпенсионного возраста, посчитал обмен равнозначным, и они ударили по рукам.

– А скажи-ка, уважаемый, нет ли у тебя на складе мачете? – вдруг ни с того ни с сего поинтересовался сержант.

– Только не говори, что хочешь уподобиться тем придуркам, что бегали тут вначале и рубились, как они считали, с зомбаками. А потом и сами пополнили их ряды, – вздернув бровь, произнес кладовщик.

– Я бы не стал сравнивать нас с ними. Так как?

– Ну вообще-то из Папакура притащили сюда один ящик. Но я затолкал его в самый дальний угол и забыл о нем.

– Но сейчас ведь вспомнил.

– Он похоронен под двумя десятками других ящиков.

– Мы поможем тебе их растащить, – пообещал Лацис.

– Э-э, не-эт, парни. Выдать я вам эти ножички выдам, так и быть. Но потом ящички вернете на место.

– Договорились.

Еще бы. Этим лосям растащить штабель из тяжелых ящиков – что Дмитрию переставить пустые картонные коробки. Управятся на раз-два. В его памяти еще свежо то, как они вызволяли инкассаторский броневик, что сейчас стоит перед складом.

Поначалу Нефедов удивился проявленному сержантом интересу. Но потом сообразил, что вот эти клинки в руках модификантов могут оказаться куда более действенным оружием, чем пулемет. Во всяком случае, на данном этапе. Матерые вампиры уже появились, но до рвачей они еще не доросли. Соответственно и с нанотканью им не справиться. Фильтры, как выяснилось, не боялись попадания зараженной крови, хоть залей их. Вот и выходило, что, орудуя клинками, модификанты могли вырезать мутантов пачками. Если только те навалятся скопом. Но, похоже, сержант знает, что делает.

Вскоре вся четверка обзавелась холодным оружием, которое тут же заняло свое место за спиной. Армейские образцы, разработанные, кстати, еще в середине прошлого века, практически ничем не отличались от классического мачете. Разве только на обухе имелась пила, учитывая длину клинка, вполне полноценная. Ну и в рукояти небольшой набор для выживания.

Кстати, один из клинков Лацис отчего-то вручил Дмитрию. Тот хотел было отмахнуться. Ну к чему ему эта железяка? Он и свой-то переделал в нож и то сохранил только из суеверия. А тут еще один. Но, встретившись взглядом с Лацисом, предпочел не обострять и закрепил ножны за спиной, так, чтобы рукоять слегка выглядывала над правым плечом. Правда, для себя решил, что рубиться ни с кем не станет.

Джулия, все это время сидевшая в броневике, встретила их весьма недовольным взглядом. Еще бы, коль скоро она была связана и с заклеенным скотчем ртом. Впрочем, на ее недовольство всем было плевать. И Дмитрию в том числе. Он, конечно, в свое время заступился за девушку, а было дело, так и спас жизнь. Но сидевшая в ее голове дурь ему категорически не нравилась. И уж тем более возможные из-за этого неприятности.

– Куда двинем, босс? – поинтересовался устроившийся за рулем Дог.

– Итак, нас будут ждать у кафе «Окау». Где это у нас? – вооружаясь планшетом, произнес Лацис. – Так, вот оно. Забиваем в навигатор. Ага. Дог, двигаем к этой точке, – протянув ему планшет, произнес Лацис.

Дмитрий заглянул через плечо. Отметка, сделанная сержантом, была изрядно так в стороне от нужного им места. Это если пешком. А судя по всему, так оно и будет.

– Сержант, а мы не торопимся? До встречи еще два часа, – все же не удержался от вопроса Нефедов.

– Я еще не заболел на голову являться на встречу неизвестно с кем в строго назначенное время. Обследуем местность, займем выгодные позиции. Беседовать с этим Лисом буду я. Вы контролируете окрестности.

– Это-то я понимаю. Но согласятся ли с этим мутанты? Они бродят где придется и, учуяв или увидев человека, непременно обратят на него внимание.

– Это неизбежное зло, которое нужно просто учитывать. Все. Дог, поехали.

– А пристреливать новые карабины не будете? Да и мой коллиматор не помешало бы привести к нормальному бою, – удивился Дмитрий.

– По идее на заводе трудятся не такие уж и косорукие. Но стрельнем, конечно. Вот выедем за пределы квартала и опробуем. Ну и твой посмотрим, – ответил Лацис.

– Неужели здесь нет стрельбища или тира?

– Наверняка есть. А вот времени у нас нет. По городу работают команды зачистки. Так что никого мы своей стрельбой не удивим. Радиочастоты у нас есть, при случае обозначимся.

Выехали за пределы периметра и тут же повернули налево. Миновали сквер, оставив его по правую руку, а затем улицу сжало с двух сторон высотками. Признаться, Дмитрий не очень много знал о Новой Зеландии, но ему было известно, что здесь довольно высокая сейсмическая активность. Поэтому он не ожидал увидеть в Окленде не просто высотки, но небоскребы.

Однако вон сразу несколько штук возвышаются над остальными высотками, как мачты. Не сказать, что подобное невозможно, и уж тем более в свете достижений последних лет и не в последнюю очередь в области нанотехнологий. Но лично он, несмотря ни на что, все же поостерегся бы шутить с землетрясениями.

Вообще-то странно как-то. Брошенный замусоренный город. Остовы сгоревших автомобилей, выгоревшие и покрытые копотью дома. Бурые пятна, о происхождении которых не приходится гадать. Наверняка и вонь стоит такая, что не продохнуть. Спасибо респираторам, в которых воздух совершенно стерилен. Только, в отличие от принятых канонов, мутанты не бродят и не кидаются на всех подряд. Совершенно безлюдно. Или безмутантно, если можно так выразиться.

Хотя это кажущаяся пустота. Твари вовсе не готовы признать человека вершиной эволюции. Он для них все так же объект охоты, опасная и желанная дичь. Выстрелы и гибель собратьев загнали их в укрытия. Но это не значит, что они исчезли. Они выжидают, выслеживают, а затем наносят стремительный удар.

А вот и одна из команд чистильщиков. Вполне обычного вида небольшой автобус. Разве только снят верхний люк да устроена площадка для пулеметчика, который там исправно и торчит. В салоне заметны еще двое – водитель и стрелок. Похоже, прикрывают подъезд, в котором сейчас работает группа.

Кстати, их задача не только зачистка прилегающих кварталов, но и спасение выживших. Таковых все еще хватало в тех районах, где безраздельно властвовали мутанты. Многие спешили обзавестись продуктами и отсиживались в квартирах, ожидая, когда власти наведут порядок. Как итог, оказывались запертыми в своих жилищах.

Вновь пришла мысль о легкомысленности местных. И плевать, что тут нет достаточно развитых тварей. Матерые вампиры – это уже серьезно. А они разъезжают в обычных автобусах. Решетка из арматуры или сетка-рабица на окнах уже дает бо́льшую защищенность. Нет, не понимает он их.

Они уже проехали мимо, когда в здании вдруг началась заполошная стрельба. В гарнитуре радиостанции, выставленной в фоновом режиме на частоте местных, послышались отчаянные крики, команды, призывы о помощи, мат. Мгновение – и из соседнего подъезда выскочили с десяток вампиров. Быстрые и ловкие, они успели преодолеть две трети пути до автобуса, пока пулеметчик разворачивался в их сторону и открывал огонь.

А вот таких фортелей Дмитрию встречать пока не доводилось. Твари сразу же разбежались веером, уменьшая эффективность огня пулемета. Мало того – едва тот загрохотал, как они начали выписывать зигзаги, отпрыгивать в сторону, кувыркаться и все время приближаться к автобусу. Причем делать это они предпочитали на четвереньках. То есть их форма вплотную приближается к рвачам. Да и одежды уже не осталось. Похоже, слаженная команда, не испытывавшая недостатка в еде. А значит, кроме клыков, способных пробиться сквозь наноткань, у этих могут уже быть и когти. Весьма острые, надо заметить, и опасные.

Все это пронеслось в его голове в краткий миг. А в следующий он уже слышал команду Лациса остановиться. Дог выполнил приказ сразу. При этом пустил машину в правый разворот и встал боком к разыгрывающейся трагедии. Дмитрий выставил ногу, чтобы не упасть, и вынужден был еще и упереться рукой в стойку.

– Дог, Стрелок, на выход. Орк, пулемет в бойницу. Русский, переползай на мое место.

Никакой поспешности. Сержант даже голоса не повысил. Спокоен, деловит, собран. Едва ступив на асфальт, он первой же двойкой срезал одного из нападавших. Благодаря ПББС[1] выстрелы прозвучали приглушенно. Но это ничуть не повлияло на энергию пули. С сотни метров он вогнал в спину мутанта обе пули, заставив его кувырнуться и растянуться на асфальте.

Боковая дверь скользнула в сторону, и Энрико выстрелил еще до того, как покинул салон. Первая пуля сбила с ног мутанта, как раз поднимающегося после очередного переката. Упал, удачно подставив голову. Вторая разнесла череп.

Потом модификанты сбились в клин и едва не побежали к месту схватки, поливая мутантов злым одиночным огнем. Дмитрий наблюдал это, перебираясь на место сержанта, – благодаря широкому просвету между сиденьями это было несложно.

Дог остановил машину довольно удачно. И сомнительно, чтобы случайно. Броневик оказался вне сектора огня пулеметчика, как и спешащие на помощь модификанты. Впрочем, новозеландцу это не помогло. Один из вампиров подпрыгнул и с помощью рук с легкостью втащил себя на крышу. Мгновение – и он навалился сзади на не успевшего отреагировать бойца.

Орк, уже приладивший в бойнице свой аппарат, открывать огонь не спешил. Не из опасения попасть в своих, вовсе нет. Подобная косорукость за ним не водилась. Просто в этом не было необходимости. Дмитрий едва сумел пристроиться с «вепрем», как надобность в поддержке отпала сама собой: мутанты попросту закончились.

Но из подъезда, который контролировал пулеметчик, юркнувший вовнутрь салона, все еще продолжали слышаться выстрелы, а в эфире крики. Нефедов приметил в темном провале подъезда голое краснокожее тело и без раздумий потянул спуск. «Вепрь» привычно толкнул в плечо. Панорама в прицеле дернулась, но картинки он не упустил. Поэтому отчетливо рассмотрел, как мутант осел, словно из него выдернули стержень. Второй выстрел опрокинул его на спину. Голова исчезла из поля зрения. Теперь о добивании не могло быть и речи.

– Молоток, Ковбой, – жизнерадостно констатировал Орк.

И тут же загрохотал его пулемет, выкашивая повалившую из подъезда толпу. Эти, как видно, собирались также добраться до оставшихся в автобусе. Кинжальный огонь. Трассеры впивались в тела, прошивали их насквозь и доставали находившихся сзади. Вход очень быстро завалило телами. Следом подключилась тройка наемников.

Наконец поток мутантов иссяк, и модификанты провели контроль. Н-да. Мясорубка. Запросили выживших. Из находившихся в доме никто не отозвался. Лацис заглянул в автобус и без лишних разговоров вышиб мозги покусанному пулеметчику. Жестко. Но по большому счету лучше уж так, чем оставлять за спиной отчаявшегося бедолагу с пулеметом наперевес. Тем более что внутри оставались непострадавшие автоматчик и водитель.

Предложив им доложить о случившемся своему начальству, сержант направился к броневику в сопровождении Дога и Энрико. В его планы не входило взваливать на свои плечи заботы местных вояк. Поэтому он не собирался зачищать подъезд, хотя это им вполне по силам. Сейчас у них иные заботы. До встречи времени все меньше, а они только в начале пути.

– Босс, в качестве компенсации не помешало бы прихватить у этих малость патронов. Ты же знаешь, их никогда не бывает много.

– Они живы, боеприпасы принадлежат администрации города. А мы получили предоплату за пять сотен голов мутантов. Пока в нашем активе только тридцать четыре, – усаживаясь на освободившееся место, возразил Лацис.

– Ч-черт. Эдак у нас раньше закончатся патроны, чем мы рассчитаемся по долгам.

– Не бухти. Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Едва миновали квартал, прилегающий к периметру, как картина сразу же изменилась. Все тот же мусор. Но проезжая часть уже не расчищена, и приходится лавировать между брошенными машинами. Пару раз сталкивали в сторону преграждавшие путь легковушки. Мощности двигателя достаточно: все же броневик рассчитан на перевозку не менее трех тонн ценностей. О сохранности краски Дог заботиться не собирался. Как не парился и насчет вмятин. В смысле у сталкиваемых машин, понятное дело. Помять броню – это постараться нужно.

Но главное – это то, что улицы стали более оживленными. Множество кусачей, дергающихся в сторону броневика, но быстро сознающих тщетность такой попытки и отстающих. Вампиры на различной стадии развития. Вот четверка уже растерявших одежду матерых тварей напала на одного из кусачей, мирно дремлющего у стены. Тот только проводил машину равнодушным взглядом, когда его атаковали более развитые сородичи. Каннибализм тут процветает махровым цветом.

Хм, и не только. Из подъезда с криком выбежала окровавленная женщина. Лацис тут же скомандовал остановку. Но едва перегнулся через Дога, приникнув к бойнице, как тут же убрал автомат в сторону.

– Покусанная, – дернув щекой, констатировал он.

Извлек пистолет. Вновь наклонился к бойнице. Визжащую женщину тем временем уже повалили двое кусачей и начали рвать ее заживо. Между тем к месту пиршества спешно подтягивались другие мутанты.

Хлоп! Крик женщины оборвался. Два хлопка. Оба кусача повалились на асфальт. Еще три, и каждая пуля в цель. Остальные сообразили, что дело тут нечисто, и предпочли обратиться в бегство. Хлопки последовали один за другим. К сержанту присоединился Энрико. Они успели положить десяток, когда противники кончились.

Дмитрий взглянул в сторону матерых. Благо в броневике не смотровые щели, а небольшие, но все же оконца. Твари еще не поняли, в чем дело, но на всякий случай прихватили добычу и скрылись в подъезде. Когда же броневик несколько отдалился, двое из них выскочили и, подбежав к трупу женщины, подхватили его и вновь поспешили обратно. Лишнее подтверждение того, что мясо незараженных людей им куда предпочтительней.

Дальнейшая картина мало чем отличалась от уже увиденного. Разве только нападений наблюдать больше не приходилось, чего не сказать о самих мутантах.

Потом им на пути попалась настолько спрессовавшаяся пробка, что пришлось искать объездной маршрут. И это оказалось не таким уж простым делом. Но, как бы то ни было, минут через тридцать им удалось выйти к дамбе. Собственно, именно ею и объяснялось большое скопление транспорта. Бог весть отчего люди стремились именно сюда. Не сказать, что это направление выводило за пределы города. Судя по карте, береговая линия тут серьезно так изрезана, а потому, выбравшись на ту сторону залива, можно было оказаться всего лишь навсего в другой части города. Пусть и не столь плотно заселенной, как центр.

Когда наконец выбрались к дамбе, стало относительно понятно, куда так стремились горожане. Ну или это было одно из предположений, вполне имеющее право на существование. В заливе Хобсон наблюдалось не меньше полусотни яхт самого различного класса, стоящих на якорях на глубокой воде. И на них были люди. Именно люди, а не мутанты. Это легко определить.

Примерно столько же судов пришвартовано у причалов. Но места там значительно больше. Получается, не меньше трети вырвались из города по воде. Ну что же, это наиболее безопасный маршрут. Правда, на месте обитателей яхт Дмитрий не чувствовал бы себя столь уж защищенным. Нужно как-то дать им знать, что твари не любят воду, хотя при этом прекрасно плавают. Но это потом. Сейчас им некогда устраивать спасательные операции.

Дорога, проходящая по дамбе, также была заставлена транспортом. Но благо в основном легковушками. Для четверых модификантов не такая уж и большая проблема. Здесь нет домов, и автомобили можно просто сбрасывать с дамбы. Убирали не все машины, по большей части через одну, а порой и через несколько. Оставшиеся Дмитрий, устроившийся за рулем, расталкивал корпусом броневика, оставляя за собой эдакую кривую просеку, по которой вполне было возможно проехать уже без труда.

Оказавшись на той стороне, свернули с основной дороги к частному сектору. Проезд свободный, только стоят редкие автомашины, причем аккуратно так припаркованные. Лацис и Дог решили опробовать свои карабины и отстрелялись по нескольким мутантам на набережной. До этого они работали, считай, в упор. Сейчас же выбрали цели где-то на сто и двести метров. С удовлетворением отметили, что на заводе с пристрелкой не схалтурили, и полезли в броневик.

Пока они отстреливали свои стволы, Энрико озаботился «вепрем» Дмитрия. Снял оптику, приладил коллиматор и пристрелял оружие, обойдясь четырьмя патронами. Три штатных и один дозвуковой. Потом два патрона израсходовал Дмитрий, фиксируя для себя, как ведут себя разные боеприпасы и какие нужно вносить поправки.

По выбранной улице доехали до ее оконечности, где и наметили место для стоянки. Загнали машину во двор, укрыв от посторонних взглядов. От мутантов скрыться сложно, но прятались не от них, а от людей.

Через дорогу имелся большой стадион с тремя полями для игры в регби. Дмитрий, конечно, слышал, что эта игра наиболее популярна у новозеландцев, но все же не предполагал, что настолько. Слева, в сторону бухты, парк, и дальше язык леса. Сержант рассчитывал выдвинуться к месту встречи, прикрываясь его зарослями.

На месте оставались Дог и Джулия. Не сказать, что здоровяка устроил подобный расклад. За автомобилем и девушкой вполне способен присмотреть и Ковбой, которым сержант отчего-то решил заменить проверенного и подготовленного модификанта.

Лацис аргументировал свое решение Кнопкой, которая все же предпочитала находиться подле хозяина и польза от которой для находящихся вне брони будет несомненной. Слабоватый аргумент, если не сказать больше. Во всяком случае, Нефедова он ничуть не убедил. Но сержанта данное обстоятельство, похоже, совершенно не интересовало.

Едва вышли из броневика, как тут же напоролись на четырех мутантов. Уже не кусачи, но и до вампиров пока не добрались. Похоже, с голоду не пухнут, однако для нормального процесса трансформации питания им все же недостает. И судя по тому, что при виде людей в костюмах химзащиты они бросились в бега, эти были учеными и пугаными.

Энрико решил, что глупо их упускать, коль скоро им необходимо отчитаться за пять сотен голов. Винтовка ушла за спину. В руке материализовался пистолет. До цели едва тридцать метров. Четыре хлопка. Еще два на добивание. Последнюю парочку подстрелить в голову на бегу не получалось, поэтому он для начала ее обездвижил.

– Сдаешь, Стрелок. Шесть выстрелов на четверых мутантов, – покачав головой, попенял Лацис.

– Я не Дикий Билл, чтобы на лету отстреливать комариные яйца.

– Ну-ну. Ладно, парни. Я за головного, за мной русский, Стрелок, Орк. Пошли.

До места им оставалось еще с километр. Но за все время пути они больше не повстречали ни одного мутанта. Видели, конечно. Но издали, и каждый раз те были заняты поеданием добычи. Причем, даже видя людей, они не собирались бросаться на них. То есть нормальная реакция хищника. Только однажды Дмитрий наблюдал иное: когда твари ворвались на территорию порта, там, на острове. Но, во-первых, то были уже развитые рвачи. А во-вторых, волк себя именно так и ведет. А у них даже в облике появляется что-то отдаленно волчье.

Ожидания Дмитрия, что в парке можно будет укрыться от посторонних взоров, не оправдались. Деревья высокие, с широкими кронами, растут вольготно. Подлесок отсутствует как класс, газон коротко подстрижен. Отличия с открытым полем минимальные.

Впрочем, уже метров через триста они миновали облагороженный парк и, перейдя через дорогу, оказались в полосе леса, где уже приходилось вертеть головой, вслушиваться и регулярно поглядывать на Кнопку, привычно пристроившуюся в нагрудном подсумке.

Кафе «Окау», находилось на мысу, отделяющем одноименный залив. Кстати, здесь также хватало яхт с людьми, обитающими на них. Множество всевозможных плавсредств находилось и у причалов. Да еще и как бы не больше, чем в соседнем заливе. У Дмитрия вообще сложилось такое впечатление, что тут яхты и лодки имелись в каждой семье. Их было реально много у берега и на водной глади залива. Такое впечатление, что кто-то просыпал мешок с белым горохом.

Орк и Энрико заминировали вершину возвышенности, поросшую кустарником, – оттуда площадка перед кафе была как на ладони. Подобраться незамеченным не получится из-за открытого пространства с коротко подстриженной лужайкой. Но слишком удобная и очевидная позиция, чтобы ею воспользовались профессионалы. А вот если найдется такой дурак, то пускай потом пеняет на себя.

Правда, предполагая, что там могут все же оказаться дилетанты, стремящиеся обезопасить себя, без какого-либо дурного умысла, использовали они светошумовые гранаты. Напугать, но не навредить. Ну, если только обгадят штаны.

Сами же модификанты заняли позицию чуть ниже по склону, оставив вершину у себя за спиной. Оно, конечно, где-то и очевидно. Но протяженность склона и небольшой пятачок вершины все же сравнивать не стоит.

Лис подъехал на легковом «ситроене», благо дорога вдоль побережья была практически свободной. Дмитрий предполагал, что тот подойдет на одной из лодок. Но вот ошибся.

Парень не представлял собой ничего особенного. Лет двадцати. Среднего роста, худощавый, чуть сутулый, скуластый, прямоугольные очки без оправы, коротко стриженные с боков каштановые волосы. Вот и весь его облик, если не считать «хеклера» в руках.

Этот пистолет-пулемет достаточно компактный, надежный, а при наличии соответствующего боеприпаса – убойный аргумент на короткой дистанции. И носил его этот компьютерный гений с легкостью, выдававшей достаточно большую практику. Интересно, это он за последние дни поднаторел или до всего этого посещал стрельбище? Вообще-то в Новой Зеландии едва ли не самый лояльный закон об оружии. Так что все возможно.

– Привет. Я Лис, – вешая «хеклер» на плечо, представился подошедший парень.

Никакого даже намека на опасения. Ведет себя так, словно в сказку попал. На губах наверняка улыбка. Нос и рот под прозрачным забралом прикрыты силиконовой маской, поэтому не рассмотреть. Зато очень даже видны глаза, в которых плещутся веселые огоньки.

– Можно поинтересоваться, чему ты так радуешься? – не удержался от вопроса несколько удивившийся Лацис.

– Удачная сделка всегда повышает настроение, – ответил парень.

– Ты так в этом уверен?

– Разумеется. Я в курсе, что вы не собираетесь меня обманывать. Как знаю и то, что вы не любите оставлять за собой горы трупов. Парни отговаривали меня ехать одного, но я настоял, и они остались за поворотом. Чтобы не нервировать вас. Кстати, сержант, можешь передать своим пулеметчику и марксману, чтобы они выходили из кустов. Нечего им там делать. От нас подвоха не будет.

– О как! – удивился Лацис.

– Все просто, – указывая на видеокамеры на столбах, произнес парень. – Автономная система, от солнечных панелей. Хватает и на освещение и на камеры. Перезапись идет каждые двое суток. Для меня подключиться к ним – как два пальца.

– И что ты еще можешь?

– Ну, к примеру, получить удаленный доступ к вашему планшету. Картинка так себе, камера под неудачным углом. Но аудиоряд вполне. И я понял, кто вы, откуда и что видели. Как и то, что зараза могла просочиться с вашего острова, но точно без вашего участия. Однако влезать в это дерьмо я не стану. Мы тут пытаемся выжить, а это прямая дорога на тот свет. Надеюсь, мы прояснили этот вопрос.

– Эдак ты можешь получить доступ и к нашим нейросетям? – заинтересовался сержант.

– Без нейрокресла этого пока не может никто. Ни одна спецслужба, ни один уникум-хакер. Каковым я не являюсь. Я хорош, но и только.

– Это уже радует.

– Согласен. Не особо приятно знать, что кто-то может влезть в твою голову. Впрочем, не случись вот этого всего – наверняка вскоре додумались бы, как это сделать.

– Сейчас это не столь важно. Что по нашему вопросу?

– Как я и говорил, чтобы решить его, мне нужно оборудование. Мы с ребятами устроили небольшое убежище. Нас двенадцать человек. Шесть парней и шесть девчонок. Раньше тусили в сети, изредка встречались попить пивка. Но жизнь заставила пересмотреть приоритеты. Теперь вместе выживаем.

– А уйти под защиту властей не судьба?

– Не. Мы и сами можем о себе позаботиться. Правда, эти рвачи, что проскальзывали в ваших разговорах, внушают опасения.

– Там есть чего опасаться. Мы расскажем о них. Но не советую извлекать информацию из наших голов, когда будешь в них копаться.

– Я уже говорил, что мне это дерьмо не нужно.

– Кто еще из твоих в курсе?

– Никто. И записей я не вел.

– Хорошо. Стрелок, Орк, подходите сюда, вас давно срисовали. Дог, подкатывай на точку, – произнес Лацис в гарнитуру – и опять к парню: – Теперь по оплате.

– Я ее уже обозначил. Вы обеспечиваете наш проход и прикрытие, я взламываю коды. После первого количество уже не имеет значения.

– У нас есть проблема с девушкой. Я слышал, что операторы нейросетей могут стирать память, – произнес Лацис.

– Не совсем так. Стирать память никто не может. Это искусственная амнезия. То есть берется определенный период или несколько периодов, архивируется, кодируется и загоняется в самый дальний угол подсознания. Можно спрятать так, что вернуть все обратно будет способен только тот, кто устроил амнезию. Теоретически. Но в любом случае извлечь все это из глубин подсознания – задача не из тривиальных.

– Ты можешь это сделать?

– Могу. Как я уже говорил, я не уникум, но достаточно хорош.

– А если потом извлечь нейросеть?

– Мне по силам только деактивировать ее. Для извлечения управляющего модуля потребуется уже хирургическое вмешательство. Но в любом случае искусственная амнезия работает только при наличии нейросети. Или ищи телепата. Есть еще вариант ударить по голове, но тут уж без каких-либо гарантий.

– Ясно. Значит, искусственная амнезия. Это тоже входит в прейскурант или за отдельную плату?

– Зачем тебе это, сержант? Не проще ли ее застрелить? Кто станет разбираться, когда вокруг творится такое. Скорее уж вызовет вопросы девушка с искусственной амнезией. А иной у обладателя нейросети быть просто не может.

– Убить, конечно, проще. Но я не для того тащил ее через океан, чтобы теперь пристрелить, – медленно покачав головой, возразил Лацис.

– Есть одно местечко, – удовлетворенно кивнув, начал Лис. – До всего этого там был штаб неофашистов. И тоже центр города, прикинь. Было бы неплохо туда наведаться. У них там целый арсенал. В Новой Зеландии чуть не самый лояльный закон об оружии, но все же есть перечень образцов, подпадающих под запрет.

– То есть пулеметы и бесшумные стволы?

– Да еще и со спецбоеприпасами. Эти ребята были стукнутые на всю голову. Знал я одного. Теперь бегает где-то – и вот не сомневаюсь, что этот до рвача точно дорастет. Заодно и себе что-нибудь присмотрите. Ну или разживетесь боеприпасами. Хотя глава готов вас снабжать щедрой рукой.

– Брать от главы – значит одалживаться. Ладно, ближе к делу. Сначала разберемся с нейросетями и девушкой. А потом посмотрим, чем дышали местные нацики.

– Договорились. Ну что, тогда поехали?

– Прямо сейчас? Без подготовки?

– Так я все покажу.

– И даже подключишься к камерам? – поинтересовался подошедший Энрико. Орк только усмехнулся, явно оценив, как их сделал этот молокосос.

– Подключиться не получится. Там нет автономной системы. Но обзор с дрона обеспечу. Если против людей, то и сбить могут. С мутантами все куда проще.

– А оборудования-то много? – это уже опять Лацис.

– Нет. Контора, куда пригласили Лютика, это товарищ мой, только собиралась открываться. У них шел процесс наладки оборудования, когда все это началось. Пара кресел с предлагающимся оборудованием осталась нераспакованной. А мне и одного хватит. Так что нужно всего лишь войти и выйти.

– А тебе это зачем?

– Кроме кресел туда завезли и нейросети. Две сотни штук. Власти готовы обеспечивать ими только за заслуги перед обществом. Да и то, подозреваю, будут дрожать над каждой капсулой. Дальше объяснять нужно?

– Понятно. Хакеры и программисты сегодня не особо в цене, а вы собираетесь как бы выживать.

– Именно. Но…

– Хочешь сказать, что нам там ничего не обломится, – хмыкнул Лацис.

– Мы ведь договорились об оплате? – насторожившись, произнес парень.

– Не переживай. Мое слово кремень. Показывай, куда ехать, – успокоил его сержант.

– Нам нужна вот эта высотка. Нейроцентр на первом этаже, при входе справа. Ресепшен, кабинет директора, санузел, комната персонала, операционный зал на десяток кресел, второй зал, на вырост, – показывая на планшете схему, пояснял Лис.

– А зачем так много-то? – удивился Дмитрий.

– Установка нейросети только временно является основным доходом. Главное начнется после, когда цена на нейросети начнет падать и они примут массовый характер. Тогда уже ставка будет на виртуальную реальность. Играть можно, конечно, и так, но это только эффект присутствия. Полное погружение возможно лишь в нейрокресле. Н-да. Ну, в смысле такие были планы, до всего этого.

– Понятно.

– На дамбе пробка, поэтому добираться будем вокруг. Вот по этому маршруту, – продолжал пояснять парень.

– Лишнее, – возразил Лацис. – Пойдем по дамбе. Машины там еще остались, но проехать вполне возможно.

– Но-о…

– Парень, когда четверым модификантам нужно проехать, они не обращают внимания на столь незначительное препятствие. Ты же следил за нами, – подмигнув, заметил Энрико.

– Не в этот момент. Но если есть проезд, то так даже лучше, сэкономим около часа.

Сначала подъехали товарищи Лиса. Парни передвигались на вполне солидном грузовике. Не внедорожник, но достаточно тяжелый, чтобы при случае и столкнуть кого в сторону. Опять же с дорогами здесь все в порядке. В качестве кузова рефрижераторная будка с прорезанными бойницами. На окнах решетка. Удивили хакеры-геймеры, чего уж там.

Следом подтянулся Дог. Настроение у здоровяка явно приподнятое. А то! Его ведь не выставляли на посмешище насчет бессмысленной суеты по скрытному выдвижению на место встречи. И целого часа сидения в засаде.

По сути, им предстояло вернуться обратно по своим же следам. Разве только до дамбы ехали не вокруг, через частный сектор, а напрямую, вдоль побережья. Не сказать, что получилось намного короче. Но точно гораздо быстрее. Заторов здесь не было, а дорога широкая.

Легковой «ситроен» Лиса оставили там же, у кафе. Выдвинулись на грузовике и броневике. Хакер не выказал по этому поводу никакого беспокойства. На обратном пути заберет. А если кто подметет, что маловероятно, так не велика беда. Транспорта сейчас куда больше, чем незараженных. Выбирай любую тачку, что на тебя смотрит.

И вновь улицы, зажатые между высотками. Гул двигателей отражается от стен и, возвращаясь обратно, давит на психику. Обглоданные костяки. Замершие в тени кусачи, явно сознающие, что проезжающая добыча им не по зубам. Видать, пока еще не допекло, и они не готовы скатиться до каннибализма.

Их более развитые соплеменники, не страдающие проблемой выбора и уже активно охотящиеся на себе подобных. Как, впрочем, не обходящие своим вниманием и незараженных. Кусачи, конечно, проще, но люди желанней. Хм. Вообще-то для Новой Зеландии каннибализм вроде как исторически обусловлен. Н-да.

Бизнес-центр, двадцатичетырехэтажное здание из стекла и бетона, располагался буквально в квартале от набережной, являвшейся одновременно и портом. Интересующий их нейроцентр находился в цокольном этаже. Сплошное остекление, прозрачная раздвижная дверь. Жалюзи открыты, поэтому хорошо виден зал ожидания с удобными креслами и стойка ресепшена. Общий порядок не нарушен, впрочем, и обстановку рабочей не назвать. Ну да оно и понятно, запуститься они ведь так и не успели – едва закончили ремонт и приступили к монтажу оборудования.

– Лис, ты уверен, что вам нужна была наша помощь? Подогнали бы грузовик задним бортом к двери, загрузили и ушли. Я не вижу тут ничего опасного. Внутри, конечно, может оказаться пара вампиров. Но до этого вы ведь как-то разбирались, – не удержался от замечания Лацис.

Молодые люди игнорировали радиостанции, отдавая предпочтение нейросетям. Но, памятуя о том, что у их клиентов с этим некоторые проблемы, все же озаботились альтернативной связью.

– Пока машины в движении, в принципе ничего страшного, – начал пояснять Лис. – Все самое интересное происходит, когда останавливаешься. Поверь, сержант, их тут будет много.

– Что же, верю.

– Так мы начинаем?

– Ну а зачем мы сюда приехали. Начинайте, конечно.

Грузовик развернулся и стал сдавать задом прямо к дверям. Конечно, они, скорее всего, заблокированы. Но что-то подсказывало Дмитрию, что возиться с их вскрытием никто не будет. Стекло же. Пусть и витринное.

Некоторые мутанты уже реагируют на стрельбу как на сигнал к раздаче пищи. Но только некоторые. Несмотря на стрельбу, то и дело доносящуюся с различных направлений, здесь тварей хватало. А как утверждал Лис, это даже не вершина айсберга. И не доверять ему нет никаких оснований.

– Орк, в машине, прикрываешь, – переключаясь на своих, начал отдавать команды Лацис. – Остальным перезарядить оружие дозвуковыми патронами.

– Латыш, у нас спецбоеприпасов чуть да маленько, – решил все же обратить внимание на данный момент Дог.

– Я в курсе. Потом что-нибудь придумаем. Но сейчас не время для экономии. Осмотреться.

Дмитрий выглянул в окно боковой двери. Их тут две, так что можно выходить одновременно на две стороны. Или на три, если воспользоваться задними, распашными. Метрах в пятидесяти, за квадратными колоннами у парадного входа очередной высотки, видны двое. Сколько их на самом деле, отсюда не понять. Судя по сохранившейся одежде, кусачи, но не факт. На начальных этапах и вампиры расхаживают одетыми, ну или в лохмотьях. Здесь ведь не тропический лес, цепляться особо не за что.

На противоположной стороне дороги еще парочка. Эти также в одежде. Но ее состояние указывает на то, что они уже готовы с ней расстаться. Получается, либо вампиры, либо близко к этому. Впрочем, вполне возможно, что и неаккуратные кусачи. Не поленился, вооружился монокуляром. Однозначно вампиры, пусть и на начальной стадии. И опять непонятно, есть ли рядом с ними еще кто.

Вообще-то странно. Дмитрию еще не доводилось встречать мутантов, перешагнувших первый рубеж и впавших в анабиоз. Эти предпочитают все время пребывать в движении и поиске пищи. С другой стороны, мало ли что и как они делают. Пусть они раньше остальных столкнулись с тварями, по сути, знают немного.

– Стрелок, вижу пятерых.

– Дог, шестеро.

– Ты где еще одного приметил? – удивился Энрико, так как всматривался в ту же сторону.

– На половину десятого, полтораста метров.

– Ага. Вижу.

– Ковбой, четверо.

– Орк, пятеро, – доложил пулеметчик, осматривавшийся с тыла.

– Латыш, четверо, – наконец сообщил Лацис.

При этом на губах Дмитрия появилась улыбка. Значит, он никого не просмотрел. Вот ничуть не хотелось выслушивать от сержанта язвительные замечания.

– Работаем парами. Дог и Стрелок, работаете свой сектор. Я и русский – свой. Чистим всех в пределах видимости.

– Принял, – чуть не хором ответили все трое.

– Русский, держишься за мной и контролируешь тыл.

– Принял, – подтвердил Дмитрий.

– Готовы? – поинтересовался Лацис и, не получив в ответ ни слова, подытожил: – Пошли.

Дмитрий сдвинул дверь вправо и ступил на асфальт, контролируя свой сектор. Шаг вправо, удерживая оружие на изготовку правой рукой, левую завел за спину и толкнул дверь. Та с тихим шелестом прокатилась по полозьям и захлопнулась, сыто клацнув хорошо отрегулированным замком.

Грузовик с хакерами наконец замер у дверей. Ничего так водитель, знает толк в вождении. Ориентируясь по зеркалам, сумел остановиться вплотную, а не въехать в прозрачную преграду. Оно бы и ничего, но двери все же поуже будут, а значит, проделывая себе проход, тараня преграду, у них не получилось бы отсечь себя от улицы.

Звук работающих двигателей броневика и грузовика, поднявшихся рольставней фургона, а следом битого стекла дверей. Предположения Нефедова оказались верными. Аккуратно работать здесь никто не собирался. Впрочем, ему без разницы. Разве только напрягала вот такая поспешность местных.

Поведя стволом, Дмитрий повернулся в сторону тыла. Есть один. Метров семьдесят. Уже пришел в движение и бежит в сторону потенциальной добычи. Нечего и мечтать попасть в голову. Стой он на месте – тогда без проблем. А вот так, на бегу – без вариантов. Точку маркера на торс. На мгновение замер и потянул спуск. Хлоп! Поймав грудью увесистый гостинец, мутант согнулся и рухнул на асфальт, сделал пару оборотов, после чего замер, раскинув руки. Это он кого другого будет разыгрывать, но сейчас добивать некогда. Тот в любом случае уже не опасен.

Ствол дальше по дуге в поисках следующей цели. Вот он, уже в полусотне метров. Хлоп! Этот рухнул на колени – и с ходу плашмя лицом-мордой об асфальт. Дмитрий отчетливо расслышал удар головы о твердое покрытие. Хорошо так приложился. Качественно.

Несмотря на то что до третьего было гораздо дальше, скорость тот набрал куда бо́льшую, а потому не успел Дмитрий разобраться со вторым, как он пробежал мимо него. Стрелять пришлось уже метров с тридцати. И все же промазал. Вампир оказался на удивление развитым, ловким и быстрым. Он ушел в сторону за мгновение до выстрела. Но вторая пуля все же ударила его в ногу, повредив кость. Мутант с диким воем упал на асфальт буквально метрах в шести от стрелка. Третья пуля заставила его поперхнуться и замереть. Четвертая разметала мозги.

С остальными находившимися с тыла разобрался Дог. Взгляд на их с Лацисом сектор. Чисто. Латыш не просто подстрелил своих противников, но и провел контроль. Дмитрий мысленно чертыхнулся и навел маркер прицела на голову первого.

– Стрелок, Чисто.

– Дог, чисто.

– Ковбой, чисто.

– Латыш, чисто. Русский, ты тратишь слишком много патронов.

– Ну извини, соревноваться с вами я не подписывался.

– Учись, делай выводы и отрабатывай навыки. От этого может зависеть не только твоя жизнь.

– Оставил бы меня в броневике…

– Я сам буду решать, как мне поступать. Запомни это, русский, и никогда больше не смей мне указывать. Ты меня понял?

– Понял.

Кнопка на этот раз предпочла отмолчаться. То ли сержант сумел все же к ней подластиться, то ли из-за размеренно звучащего голоса она попросту не поняла, что только что ее хозяина отчитали. Впрочем, Дмитрия данное обстоятельство устраивало полностью. Начни собачка кусаться – и ее судьба будет решена.

– И что, это все. Вот этого ребятки так опасались? – не выдержав, хмыкнул Дог.

– Не расслабляться, – резко бросил Лацис.

Признаться, Дмитрий и не собирался чесать грудь от скуки. Вот не показались ему эти компьютерные гении пугливыми. Будь так – они уже давно ушли бы под защиту властей. Но нет, предпочли выживать самостоятельно. Еще и планы какие-то имели. А значит, однозначно и с мутантами дело приходилось иметь не только на компьютерном мониторе. И коль скоро им потребовалась поддержка…

– Сержант, Кнопка волнуется. Да еще и понятия не имеет, в какую сторону вертеть мордой, – доложил Дмитрий, вглядываясь в окружающие здания и не видя угрозы.

– Все забираемся в броневик и к бойницам, – тут же отреагировал Лацис.

Доверяет он этому живому радару или нет, не суть важно. В этом деле лучше перебдеть, чем недобдеть, вот он и страхуется. Причем совершенно правильно. Едва Дмитрий рванул дверь, как с лестницы, ведущей к парадной двери, в настоящий момент выбитой и осыпавшейся тысячами осколков, вынеслась… Лавина. У Дмитрия попросту не было другого определения. Он и сам не понял, как оказался внутри, с силой захлопнул дверь и, не доверяя замку, вдавил клавишу запора.

Он только пристраивал «вепря» в бойнице, когда захлопал автомат Лациса. А еще секундой спустя в гуще выбегавших мутантов рванула граната. И когда только модификант успел ее запустить? Еще один взрыв. Ага, и не только он. Третий взрыв. Все трое. Вот… Молодцы. Чего уж там. Но, как уже говорилось, соревноваться с ними Нефедов и не подумает.

«Вепрь» бодро захлопал в его руках. Благо бойница все же не такая маленькая, к каковым он привык в российских инкассаторских броневиках. Здесь она квадратная и довольно просторная. Во всяком случае, получается использовать коллиматор. Впрочем, толку от него… Стрелять приходится в плотную массу, так что каждый выстрел находит свою цель. А как только вогнал магазин с обычными патронами, так тут же стал кинжальным, и одна пуля умудрялась прошивать мутантов насквозь и поражать два или три тела. Не всегда раны были столь уж серьезными, тем более для вампиров. Но факт оставался фактом.

Сзади загрохотал пулемет. Орк щедро поливал наседающих свинцовым ливнем. Так что Дмитрий даже представлять не хотел, что там творится. В последний раз он наблюдал такую работу, когда пулеметчик останавливал лавину мутантов на молу. Еще там, на проклятом острове.

Салон начало заволакивать белесой поволокой порохового дыма. Он-то вроде как бездымный, но это вроде как. А еще если бы не респираторы, то они уже давились бы кашлем, потому что с вентиляцией здесь откровенно плохо. Да никак в общем-то.

Подчиняясь приказу, Дог тронул автомобиль. Если эти твари навалятся скопом, то вполне могут опрокинуть броневик. По ощущениям Дмитрия, их тут тысячи. На деле, конечно, значительно меньше. Но уж не две сотни, это точно. Когда броневик развернулся, Нефедов сумел рассмотреть в свое окошко больше полусотни мутантов, лежащих на асфальте недвижимыми или в корчах. Если не добить, то, скорее всего, подавляющее большинство поднимется. А может, и все, кому не прилетело в голову. Но добивать их некогда.

Сместившись в сторону, выбросили в бойницы несколько гранат. Грохнуло. По броне сыпануло осколками. Досталось и мутантам. Но главное – то, что это их несколько напугало или поставило в тупик.

Орк, переместившись к бойнице Дмитрия, сдвинул его могучим плечом и выставил наружу ствол пулемета. Пара ударов сердца – и в тварей, решивших атаковать грузовик, влетел веер трассеров. Несколько секунд, и группу, ринувшуюся на хакеров, буквально снесло.

Однако грузовик раскачивался. А значит, с противоположной стороны должны находиться мутанты, пытающиеся добраться до начинки. Водитель, молодой парень, сидит в кабине, вцепившись в свой «хеклер». Лица из-за полумаски не разобрать, но вид решительный. Случись прозрачной преграде рухнуть, огонь откроет не задумываясь. Решетка на окне пока держится, но долго это продолжаться не может.

– Дог, объезжай грузовик по дуге, – приказал Лацис.

– Принял, делаю, – отозвался здоровяк.

Дмитрий сместился к бойницам на задних дверях. Работы сейчас хватает всем. Высунул ствол и тут же нажал на спуск, целясь в нескольких преследующих их тварей. С пятого выстрела удалось свалить одну из них. А еще в соседнюю бойницу он выбросил продолговатое ребристое яйцо. Граната проскакала по асфальту вслед за броневиком, отстала, и когда к ней вплотную приблизились мутанты, наконец рванула. Двое из них покатились кубарем.

Нефедов вновь приник к «вепрю». Но когда уже был готов открыть огонь, броневик остановился, отчего Дмитрия опрокинуло на пятую точку. А последовавший грохот пулемета заставил вздрогнуть. Впрочем, в себя он пришел быстро, встал к бойнице и вновь нажал на спуск. Магазин достучал быстро. С удовлетворением отметив, что свалил четверых мутантов.

Слабый результат? Ну да, слабый. Только не так просто попасть в бегущую тварь. Даже если стрелять не на ходу и расстояние меньше полусотни метров. Так что нормальный результат. Вроде.

Пока менял магазин, в бойницу заглянул мутант и, ощерившись клыками, что-то там прорычал на своем мутантском. Дмитрий, не особо пытаясь разобраться, о чем именно ему хотят поведать, выстрелил прямо в морду, разнеся череп в клочья. Гарантированный абзац. Следующего он также поразил с первого выстрела. Скорее всего, не насмерть, но пуля, прилетевшая в брюхо, на какое-то время его обездвижит.

Пока хакеры грузили свою добычу, их охрана так все время и перемещалась, кружась на одном пятачке и огрызаясь злым огнем и притягивая к себе мутантов. Тех немногих, что нацеливались на грузовик, модификанты снимали точным огнем.

Несколько тварей запрыгнули на крышу броневика, стремясь вскрыть эту консервную банку, но так и не преуспев в этом. Правда, и у Дога сбросить их никак не получалось. Когда один из мутантов на крыше попытался вырвать ствол из рук Лациса, обороняющиеся перестали высовывать оружие наружу. Загазованность внутри стала столь серьезной, что Дмитрий начал уже опасаться за здоровье Кнопки. Собачка в какой-то момент попросту обмякла и не подавала признаков жизни. Но прекратить из-за этого огонь они не могли. Если бы здесь был ее аквариум… Но новым домиком для чихуахуа они озаботиться не успели.

– Лис, как у вас там? – поинтересовался Лацис.

– Все нормально. Груз на месте. Уже грузим.

– И сколько нужно времени?

– Минут десять.

– Ладно. Работайте. Парни, вы все слышали. Не расслабляемся.

– Сержант, Кнопка задыхается, – едва не выкрикнул Дмитрий.

– Ей придется потерпеть, русский.

Еще минуты три интенсивной стрельбы, и мутанты предпочли отступить, оставив на поле схватки не меньше сотни убитых. Вот так. Расстреляли не меньше тысячи патронов, а на поверку… Все же крепки на рану твари. Ох, крепки. Никаких сомнений, что большинство раненых уковыляли с остальными. Лежать же остались только получившие ранения, смертельные для человека.

– Двери нараспашку, – едва волна мутантов отхлынула, приказал сержант. – Держим периметр. Русский, что там с нашей красавицей?

– Да чего с ней сделается. Сидит на своем сиденье да глазами лупает.

– Я не про эту дуру, а про собачку.

– Пока не знаю.

Дмитрий воспринял приказ Лациса буквально, а потому открыл заднюю дверь, у которой находился. Смог быстро вытягивало из салона, чему способствовал ветерок. Бросив «вепрь» болтаться на одноточечном ремне, он пытался привести собачку в чувство, ощущая твердеющий в горле ком. Как проводить реанимационные мероприятия собакам, он понятия не имел, а таким крохам и подавно. Поэтому, держа малютку в дрожащих ладонях, мял ей грудь большими пальцами, дергал за пуговку носа.

И это в то время, когда остальные производили контроль тем тварям, до которых могли дотянуться. И смех и грех. Правда, никто не смеялся и время от времени бросали в его сторону встревоженные взгляды.

Как видно, ее собачий бог решил, что Кнопке помирать пока еще рано. Она наконец чихнула и открыла подернутые поволокой глазки. Потом жалобно проскулила, явно пеняя людям за их неосмотрительность.

– Порядок, сержант. Ожила, – радостно доложил Дмитрий.

И он был готов поклясться, что услышал в гарнитуре сразу несколько облегченных вздохов.

– Вот и ладно. Лис, мы тут вроде бы отбились. Как дела у тебя? – поинтересовался Лацис.

– Порядок. Еще пять минут, и можно трогать, – послышался ответ хакера.

– Принял тебя. Ладно, парни, в машину. Пока суд да дело, прокатимся по пятачку и проведем контроль. Жратвой они, конечно, послужат, но точно уже не станут рвачами.

Глава 7

Модификант

Боль не сказать что сильная, но ощущение такое, словно связки вот-вот порвутся. Когда-то шпагат для него был недостижимой планкой, которую он в общем-то и не пытался брать. Оно ему попросту было не нужно. Для уличных драк ноги у него задирались достаточно хорошо, а с годами и в этом необходимость отпала. Повзрослел и поумнел.

Но, как говорится, жизнь не стоит на месте, и вот теперь ему понадобилось нечто большее, чем банальный шпагат. К примеру, он понятия не имел, что кроме поперечного и продольного есть еще и такие, как отрицательный, горизонтальный, вертикальный, полушпагат, и это не весь список. А еще можно вытягивать и выворачивать под всевозможными углами руки, выгибаться так, словно ты резиновый.

Ясное дело, что этим подвигам он обязан вовсе не собственной силе воли и упорству. Нет, с этим у него все в порядке. И если он для себя решит, что оно ему нужно, то своего добьется. С потом, кровью и, чего уж там, со слезами. Однако раньше он в этом особой надобности не видел. Научиться владеть оружием – это да. Установить кое-какие полезные базы – это пожалуйста. Но Лацис отчего-то решил, что этого мало.

У Дмитрия даже не спрашивали его желания. Усадили в кресло, закачали необходимые базы. Потом последовал целый ряд инъекций. Он подумал было, что это какие-то там прививки. Травить его – смысла никакого. В то, что Лацис позволит проводить на нем эксперименты, он не верил. Сержант та еще сволочь, но на подобные подставы попросту не способен.

Как оказалось, Нефедову ввели наномодификаторы. Ни много ни мало. Потом дали сутки на отдых. Ну и усиленный паек в виде отвратного на вкус своей безвкусицей протеинового коктейля. Энрико как-то говорил, что модификанту пятого уровня одного пакета хватает на сутки. А по мнению Дмитрия, сицилиец безбожно врал. Нефедов приговорил эту порцию вместе с суточным пайком. И ведь он пока еще даже не модификант, а так, всего лишь заготовка.

Он, грешным делом, даже испугался, что заразился. Но его успокоили, заявив, что нейросеть доводит плотность наномодификаторов до оптимальных показателей. А те самовоспроизводятся за счет ресурсов организма.

Кстати, как оказалось, при наличии необходимых штаммов разводить их было проще простого. Питательный раствор, герметичная емкость, управляющий модуль и температурный режим. Все. Остальное эти малютки сделают сами. Иное дело, что они требовали оригинального программного обеспечения. И никак иначе.

Хм. А ведь получается, что все эти россказни относительно невероятной дороговизны наномодификаторов – выдумка. В смысле сама разработка, конечно, потянула не на один миллиард. И с каждым новым уровнем стоимость изысканий задирается только в путь. Но касаемо самого производства… Да оно практически ничего и не стоит.

На следующий день началось веселье. Нефедов забыл, когда в последний раз испытывал такие физические нагрузки. Да что там, никогда он не напрягался настолько серьезно. Но спасибо все той же нейросети, которая блокировала большинство болевых ощущений. Ну или достаточно серьезно снижала их.

Теперь он понял, о чем говорил Энрико там, на острове, заявив, что от игрового персонажа сразу перешел к прокачке в реале. Интерфейс был сродни компьютерной игрушке. Правда, согласно ему выходило, что Дмитрий запустил свое тело дальше некуда. Хорошо обстояли дела только по двум показателям – шкалы регенерации и болевого порога были заполнены на сто процентов. Уровней они не имели, потому что были завязаны только на нейросеть и наномодификаторы, призванные бороться с физическими повреждениями. По состоянию же остальных показателей организма шел разброс от тридцати и до семидесяти процентов.

Вот тут-то и началось. До обеда шесть часов физической подготовки, все время подкрепляясь коктейлем. За это время он запросто уничтожал пакет. После обеда двухчасовой отдых. Потом тактика, рукопашный бой, огневая, клинковый бой. Ужин. Еще час физической подготовки. Полчаса свободного времени. Отбой. Восьмичасовой сон. И так пять дней кряду. Но зато физические показатели выровнялись и сейчас уже в пределах восьмидесяти трех – восьмидесяти пяти процентов.

Энрико и Дог гоняли его по очереди. Лацис в процессе обучения не участвовал. На вопрос, отчего так, он только хмыкнул и заметил, что русскому будет слишком много чести. Впрочем, грех жаловаться. Его и так каждый день и очень даже качественно выжимали до капли. Оставалось только удивляться, как это он после сна умудрялся быть бодрым и свежим. Сказывалась работа наномодификаторов, успевавших полностью восстановить тело.

Кстати, одновременно с Дмитрием подъемом своего уровня занялся и Орк, решивший взять четвертую ступень. По сути, модификация подразумевает под собой подъем физических показателей тела. И здесь вполне достаточно разработанной методы. Инструктор нужен только для случаев типа Дмитрия, чтобы не позволять лениться и отрабатывать с полной нагрузкой. Здоровяку такой стимул без надобности.

По-настоящему необходимость в инструкторе появляется, когда начинается работа с тактическими базами. Вот где истинно сказывается боевой опыт и практические наработки. Некоторые из них попросту недостижимы без соответствующей физической формы. В этом плане Орка натаскивали его товарищи. И сержант в том числе.

Как оказалось, первый уровень он и не уровень вовсе, а, скорее, приведение в норму базовых показателей того, что дали мамка с папкой да боженька отсыпал от щедрот своих. Н-да. Только и этого, как оказалось, ой как немало. Дмитрий и не подозревал о своих физических возможностях.

Жим штанги лежа – сто тридцать килограммов. А по словам того же Дога, к пику формы первого уровня он будет жать не меньше ста пятидесяти. Монстр, йолки! При более вдумчивом подходе можно добиться и бо́льших результатов. Но кто же станет делать из модификантов спортсменов. Так что лишнее это для них, и весь сказ.

– Ну ты как, Ковбой? – поинтересовался Дог, отпуская подопечного, которого только что завязывал в узел.

– Нормально. Жить буду. Слушай, я все спросить хотел. Нейросеть ведь может блокировать боль полностью. Так к чему такое половинчатое решение?

Дмитрий вывел интерфейс, не без удовольствия отмечая, что за прошедшую тренировку прибавил по два-три процента к различным характеристикам. Рост в этом плане не распространялся только на укрепление скелета: кость – ее не прокачаешь. Укрепление происходит постоянно, под управлением нейросети и согласно заданному графику. Остается только под него подстроиться и подтянуть остальные параметры организма.

– Нельзя. Боль во время обучения должна присутствовать. Иначе вместо положительного результата получится сугубо отрицательный. Те же связки не резиновые и не могут сразу растянуться так, как нужно. Порвутся к дьяволу, и тогда придется лечиться. Боль – сигнал в центральную нервную систему. Реакция нейросети. Нужные наномодификаторы устремляются к проблемному участку и начинают над ним колдовать. И так во всем. Бездумно пичкать этими малютками мышцы – получится то, что ты видел на острове. Халка не забыл?

– То есть картина та же. Мышцы забились, горят. Сигнал по цепочке и ответная реакция.

– Именно. Ладно. Двинули. Пора обедать. Отдыхаешь. А после обеда выезжаем в город. Тактические занятия будут уже в поле. Оно и Кнопка твоя нам не помешает, и четвертый нужен.

– Не понял. Вас же четверо.

– Нас было пятеро, запомни это, Ковбой. Но теперь четверо. Орк принял предложение главы. Тот получил все же свои проценты за нашу экипировку.

– Из-за Джулии?

– Из-за нее тоже. Но по сути, Орку просто податься некуда. Новая Зеландия ничуть не хуже, а может, и получше других. И навести тут относительный порядок вполне возможно. Пять миллионов жителей – это не сто и уж тем более не миллиард. К тому же они здесь вполне способны полностью себя обеспечить.

– А сам?

– Энрико рвется к сестре и кузине. Нужно ему помочь. Из всех, с кем я был дружен, остался только он, – пожав плечами, пояснил Дог.

– Понятно.

– Вот и ладно. Пошли мыться – и на обед.

Хакер выполнил свое обещание. Причем тем же вечером. Он сумел вскрыть коды в течение всего лишь получаса. Прав был Лацис: кукловоды и не думали что-либо усложнять. Никто из подопытных не должен был выжить. А на острове ни специалистов, ни оборудования не было. Чего не сказать о счастливом хакере.

Когда сняли блокировку нейросети, Дмитрий сумел это оценить по-настоящему. Просто уму непостижимо, насколько он и его современники были завязаны на сеть. Как тут не порадоваться доступу к ней.

Первое, что он сделал, это связался с Ниной, оставив ей свои новые координаты. Дали друг другу доступ к навигации. Теперь можно отслеживать местоположение друг друга. Она – точно, он – условно. Наладонник ведь и забыть можно.

Джулии, как и обещал Лис, устроили амнезию. Вырезали целых два месяца из ее жизни. То есть еще до того, как она завербовалась на работу в ту мерзкую компанию. Объяснили это ее собственным желанием забыть пережитые ужасы. Удивилась девица данному обстоятельству несказанно. Она вообще ничего не понимала. А тут еще и ее независимый характер во всей красе. Но после краткого ликбеза относительно случившегося в мире и заявления, что она видела картины и похуже, мисс Ричардс все же признала, что, возможно, кое-что она и пожелала позабыть к нехорошей маме.

Признаться, Дмитрий и сам не прочь был вычеркнуть кое-что из своей памяти. Но… Теперь весь мир в этом дерьме, и, чтобы выжить, нужно обладать как специфическими навыками, так и информацией. И лучше бы по максимуму. Ничего. До этого кошмары не мучили, не потревожат и дальше.

– Слушай, а ведь по срокам выходит, что борт с беженцами уже отправили, – вдруг спохватился Дмитрий.

При этом он присел за стол, поставив перед собой фигурно выдавленный поднос. Явное отличие от привычных ему реалий. В российской армии унификации предпочитают отдельную посуду под каждое блюдо. Лично ему вот такое, все в одном, не нравится. Но с другой стороны, данный вопрос волновал его меньше всего. Ему по-настоящему хотелось жрать. А там хоть в корыте, без разницы. Лишь бы не помои. Прислушался к себе. Хм. А ведь не факт.

– Эка вспомнил. Загляни на сайт посольства. Начали набирать на следующий. Сказочники вовсю стараются, рассказывая об обетованной Америке. И желающие поверить в это все еще находятся. Это же страна эмигрантов. Вот и не изменяют янки своим принципам.

– Странно. Ладно Новая Зеландия, ограниченная и обособленная территория, сравнительно небольшое население. Навести порядок здесь куда проще. Америка же… Вообще-то во всех постапокалиптических сценариях там начинается разгул преступности, местные царьки-диктаторы и тому подобные прелести.

– И все это недалеко от истины, Ковбой. Больше того, я уверен, что такая картина будет повсеместно. Даже здесь она прослеживается. Далеко не вся территория контролируется правительством. Эмигрируют же в основном те, кто будет лоялен к американским властям. Таким образом они восполняют людские ресурсы. На сегодняшний день самый эффективный способ.

– Но тогда получается, что генерал-губернатор лично избавляется от лояльно настроенного населения. Глупость какая-то.

– Вопрос в цене. Ходят упорные слухи, что в обмен на какое-то количество народа американцы готовы предоставить новозеландцам технологию и оборудование для клонирования. Согласись, получить здорового и крепкого клона в течении девяти месяцев куда предпочтительней, чем ждать двадцать лет. Опять же страховка для представителей власти.

– Соглашусь, что за подобную технологию не жаль отвалить и половину выжившего населения.

– То-то и оно.

– Но это не объясняет, почему Лацис решил задержаться здесь из-за меня?

– А между тем все просто, Ковбой. Орк остается здесь. Хочется тебе того или нет, но ты являешься членом нашей команды и должен будешь заменить его в строю. Тащить же на себе обузу себе дороже. Вот и решил сержант тебя малость поднатаскать. Даже Энрико, которого ждут сестры, возражать не стал. Да оно и правильно. Путь нам предстоит тот еще. А время… Поверь, если бы тот борт был единственным, Латыш так не поступил бы.

– А смысл? Первый уровень – это всего лишь база. Или он решил задержаться здесь еще дольше, пока не поднимет меня на второй?

– База, парень, это уже ой как немало. Ты уже сейчас можешь с полной выкладкой отмахать с три десятка километров, перекрыв все армейские нормативы с лихвой, и надрать задницу элитным бойцам не такого уж и далекого прошлого.

– Шутишь?

– Нет. Конечно, тебе уступили бы не все, но уж больше половины точно. У тебя только один существенный недостаток. Все еще идет перестройка организма, на этом фоне повышенные энергозатраты, и тебе постоянно хочется есть. Но как только выйдешь на пик, все выровняется. Конечно, будешь есть побольше, но незначительно. Что же до следующего уровня, в идеале тебе не помешало бы поработать какое-то время на пике предыдущего. Закрепиться, так сказать. И лучше бы в боевых условиях. Иначе получишься скороспелкой. При равных условиях я на такого не поставил бы.

– Ясно.

– Вот и хорошо, что ясно.

– Но вопросы остались. Чем я должен буду отплатить за такое счастье, которым меня одарили не спросясь?

– Ты в команде. И по сегодняшним временам этим все сказано. Нам предстоит нелегкое и долгое путешествие. Так что не задавай глупых вопросов.

– Хорошо, спрошу иначе. Что МЫ должны будем местным?

– Ничего не должны. В смысле мы честно отрабатываем этот вопрос. Орк, если можно так выразиться, ушел в уплату за выданное нам снаряжение. – При этом Дог не смог сдержаться от ухмылки. – Касаемо же тебя… За прошедшие дни мы вытащили из дерьма и доставили в анклав сто двадцать пять человек. Как считаешь, стоят они базы и наномодификаторов для одного человека?

– Пожалуй.

– То-то и оно. Поел?

– Как видишь.

– Тогда спать.

Проснулся он полностью отдохнувшим. Что в общем-то удивительно, учитывая его дневные нагрузки. Но… Вот так у него теперь все кучеряво. Поспал пару часов – и не просто восстановился, но еще и подрос по характеристикам на процент, а где и на два. Малыши-наномодификаторы трудятся без устали.

Одевшись в полевую форму, полез в свой шкафчик за комбинезоном химзащиты. Давненько он уже не дышал свежим воздухом. Н-да. В смысле не гулял снаружи. Потому что дышать приходится строго через фильтры.

Повесил маску на грудь. Подхватил радостно взвизгнувшую Кнопку и пристроил в подсумке на груди. К подсумку прикрепил фильтры, и теперь достаточно притопить головку подруги и вжикнуть молнией. Все, можно смело проходить дезинфекцию озоном. Кнопке же напустить дезинфицирующего газа, благо, учитывая незначительный объем, расходуется его совсем немного.

Но до этого еще далеко. Собачка сообразила, что наконец-то ей предстоит прогулка. Вот уж кто вдохнет свежего воздуха без всяких иносказаний. Привычно извернулась, и ее мягкий горячий язычок лизнул его в подбородок. В ответ он только улыбнулся и потрепал подругу по головке.

– Готов? – поинтересовался вошедший в комнату Энрико.

– Всегда готов.

Их группа проживала в отдельной двухкомнатной квартире в одном из таунхаусов, входящих в Административный квартал. Несмотря на то что численность населения несколько подросла и продолжала увеличиваться, места в анклаве все еще хватало. Периметр выгораживали с запасом, так что люди располагались довольно вольготно. Конкретно эту комнату занимали они со снайпером.

– Держи, – бросил он Дмитрию полимерный пакет с чем-то тяжелым.

– Патроны? У меня же вроде комплект.

– Забивай половину боекомплекта дозвуковыми, а пистолет бронебойными.

– С чего такое транжирство? Разжились боеприпасами?

– Глава расщедрился. Ему главное – как можно больше людей вытянуть, а от нас польза существенная.

– А бронебойные-то зачем?

– Ковбой, я иногда просто поражаюсь тебе. Ты считать не умеешь? Сколько прошло с момента, когда все началось?

– Рвачи?

– Немного, но уже достаточно развитые.

– Только мне пистолет – это ведь одно транжирство.

– С чего бы? На стрельбище нормально выдаешь.

– Так это на стрельбище.

– Ничего. В отличие от модификантов, которых сейчас вовсю готовит Орк, ты успел отметиться в деле, причем будучи не в лучшей форме. Так что не прибедняйся. И потом, бронебойные патроны никогда не будут лишними.

– Согласен, – пожал плечами Дмитрий.

Потом присел на кровать, разложил перед собой четыре магазина от «вепря» и начал выщелкивать патроны. Отправившись по наводке Лиса в логово нациков, они и впрямь обнаружили там целый арсенал. И тут Нефедову удача улыбнулась во все тридцать два зуба.

Кроме всего прочего, в том арсенале обнаружились четыре АК-308. Они и «вепри» производятся на одном заводе, и порядка семидесяти процентов частей и деталей у них взаимозаменяемы. Признаться, он бы отказался от своей винтовки в пользу автомата. Несмотря на систему буллпап, при том же убойном патроне она все же проигрывала ему в компактности.

В снайперском огне против мутантов надобности, считай, и нет. И уж тем более в свете того, что они постоянно развиваются, требуя более серьезного подхода. Так что компактность, при вполне сравнимых боевых характеристиках на средних и близких дистанциях, выигрывает однозначно. Но…

Он и сам не понял, когда стал суеверным. Вот не готов Дмитрий расстаться с «вепрем», и все тут. Поэтому ограничился тем, что подобрал к своим четырем еще пять магазинов да разжился штатным глушителем, который встал на ствол вместо дульного тормоза компенсатора как родной. Из плюсов – звук глушится более качественно, и теперь он мог не опасаясь вести непрерывный огонь.

Переснарядил пять магазинов, четыре в нагрудные подсумки, один в винтовку. Итого девять. В мародерке патроны в пачках. Их никогда не бывает много. И если силы позволяют носить изрядный запас, лучше его иметь. Дмитрию позволяли. Все. Готов к труду и обороне.

Когда вышли к КПП, Дог и Лацис были уже там. Общались перед выездом с офицером. Что ни говори, а действовали они под началом местных. Только так, и никак иначе. Сержант обозначил свою позицию недвусмысленно и постоянно давил на это, чтобы ни у кого не закралось и тени сомнений.

Перед воротами стоял их инкассаторский броневик и эвакуационный транспорт. Ну или попросту грузовик-внедорожник, усиленный стальными листами. Эдакая коробка на колесах. Хотели было использовать обычный автобус, благо переделка была бы минимальной. Но по здравом размышлении все же отказались. Порой ведь приходится расталкивать брошенные машины, а автобус он и есть автобус.

И в качестве прикрытия самый настоящий бронетранспортер. Признаться, Дмитрий уж и не ожидал, что у новозеландцев найдется что-то посерьезней автомобилей. Но нет. Оказалось, в части на окраине Окленда имелся и десяток бэтээров. Просто их никто не использовал, придерживаясь простого правила – не палить из пушки по воробьям. Да только воробьи эти очень быстро росли и становились ястребами.

– Выдвигаетесь вот в этот квартал, – подойдя к Лацису, услышал Дмитрий наставления лейтенанта. – Понимаю, что там мутантов прорва. Но кто, если не вы? Вот в этой высотке. Третий этаж. Обнаружилась еще одна группа выживших. Шестеро. Забились в офис, когда все началось, и носа не высовывали. Все ждали, что власти наведут порядок. Держались на напитках и шоколадках в автоматах. Но теперь край. Связались с нами и попросили о помощи.

Лейтенант… Н-да. Мужик хорошо так за сорок, из старых резервистов, который и сам уже давно забыл, что является офицером и числится в армейском резерве. Зато теперь совершенно неожиданно для себя оказался в должности заместителя военного коменданта Административного квартала. А по сути Окленда.

– Понятно. Сделаем, не сомневайтесь, сэр. А кто командует группой? Почему его здесь нет?

– Возьмешь командование на себя… – заикнулся было лейтенант, но сержант тут же его перебил:

– Сэр, при всем моем уважении, мы приданы вам, но не являемся вашими подчиненными. Так что старшим вы все же назначьте кого-то из ваших.

– Ну какой из Уолша старший? Он и капралом-то стал только три дня назад. Да из него даже командир бронетранспортера – как из дерьма пуля.

– Я подскажу, поддержу, объясню. Но командовать вашими людьми не буду. Сэр.

– Хорошо, сержант. Капрал Уолш, – повысив голос, с обреченным видом позвал лейтенант.

Подчиняясь молчаливому приказу Лациса, Дмитрий вместе с Энрико полез в броневик, где за рулем уже восседал Дог. Он в их группе уже прописался штатным водителем. Но с другой стороны, а кто еще-то. Лацис командир, Энрико снайпер. Что же до Дмитрия, то после памятного случая на острове его за руль предпочитали не сажать. Пусть там и имела место досадная случайность. Хм. Вообще-то они и сейчас вовсе не на материке. Все не доберутся никак.

До нужной высотки доехали без проблем. Улицы пустынные. При звуке работающих двигателей теперь уже прячутся даже самые тупые кусачи. Мутанты, кстати, начали сбиваться в группы и стаи. Так куда легче и искать пропитание, и отбиваться от более развитых сородичей, не гнушающихся каннибализмом. Как показывают наблюдения местных умников, на ранних стадиях им достаточно до четырех килограммов мяса, чтобы сохранять активность в течение трех суток.

Один убитый мужчина – и полтора десятка тварей несколько дней могут чувствовать себя вполне нормально. А если еще и в анабиоз впадут, так и того больше. Вот такая арифметика. Для полноценной же трансформации им нужно вдвое больше пищи. Кусачи, кстати, также не прочь поохотиться на себе подобных. Приходилось парням пару раз наблюдать эдакие баталии между стаями.

Но, как это ни странно, в городе до сих пор хватает людей, прячущихся по домам, подвалам, офисам и магазинам. Вирус, конечно, распространяется ураганными темпами, но он все же не вездесущ. Так что уберечься от заразы не так уж и сложно, если строго придерживаться определенных правил.

Порой мутанты обнаруживают такие группы или одиночек и устраивают себе пир. Иногда тем везет, и до них добираются спасательные группы. А порой гибнут и те и другие. Поэтому команда Лациса на вес золота, и на их счету уже больше сотни спасенных.

Небольшая колонна остановилась перед одной из высоток, и Лацис скомандовал выход. Пока добирались до места, сержант успел связаться с гражданскими и выяснить обстановку. Заодно группой осмотрели планировку здания. Так что шли не вслепую и не наобум.

– Три один ноль, Латышу.

– На связи, – тут же отозвался капрал Уолш.

Нейросети у властей, конечно, имеются. Но опять же их количество небесконечно. Производство же было освоено только в четырех странах – Америке, Китае, Японии и России. Поставок в ближайшее время, ясное дело, не предвидится. Так что в планы властей вовсе не входит устанавливать их всем подряд. Потому и рулит самая обычная радиосвязь.

– Прикрывайте. Мы выходим.

– Принял тебя, Латыш.

Дмитрий пощупал, хорошо ли держится сумка на спине, пониже сухарной. Там три респиратора в герметичной упаковке, баллон с закачанным озоном, прозрачный полимерный мешок и полог с липучками. Реалии сегодняшнего дня и специфика проведения спасательных операций.

Точно такая же дополнительная экипировка и у остальных. Учитывая количество спасаемых, получается чуть не с тройным запасом. Но, как показывает практика, действительность не всегда соответствует планам, и выживших случается больше. Что в общем-то и хорошо.

Броневик оставили метрах в десяти от подъезда, чтобы иметь возможность маневра, случись там твари. Местные предлагали Лацису водителя, но тот отказался. Не готов он доверять посторонним. Поставил на сигнализацию – и порядок. Никакого тебе человеческого фактора. Будет ждать там, где его оставили, или сообщит о том, что его там уже нет.

Едва оказавшись вне транспорта, встали в боевой порядок. Лацис за лидера, дальше Дмитрий с Кнопкой, Дог и Энрико замыкающим. Вход. Лацис потянул дверь. Не заперто. Дог и Дмитрий контролируют проем. Оно конечно, с пистолетами куда удобнее. Но доверия к мощности его патрона нет. По этой же причине отказались и от предлагаемых «хеклеров». Нефедов повел стволом «вепря» от центра вправо, заглянул в свой угол и тут же доложил:

– Чисто.

– Чисто, – отозвался Дог.

Вестибюль, разделенный на две неравные части стойкой ресепшена. Рядом пост охранника, турникет. Дальше свободное пространство – и прямо двери сразу четырех лифтов. Слева от них вход в коридор к офисам первого этажа. Справа глухая дверь пожарной лестницы. Им как раз к ней. Оно бы оставить кого контролировать коридор, но сил для этого у них недостаточно. Да и Кнопка ведет себя тихо. Постоянно вертит головкой, но беспокойства не выказывает.

Вернее, не выказывала. Едва приблизились к пожарному выходу, как она тут же оскалила зубки. Значит, их там кто-то ждет. Дмитрий легонько тронул Лациса за плечо, давая понять, что собачка учуяла опасность. Тот понял все верно. Замер у входа, многозначительно посмотрел на Дога и Дмитрия. И резко дернул ручку.

Практически одновременно с отвалившейся створкой раздался хлопок выстрела и лязг затвора автомата Дога. Голова кусача взорвалась ошметками, а сам он сложился изломанной куклой. Еще мгновение – и на спуск нажал Дмитрий, успев при этом навести маркер коллиматора на лоб приходящего в движение второго мутанта. Хлопок. Лязг затвора. Взорвавшаяся кровавым нимбом голова. Дог положил третьего. Все. В поле зрения больше никого.

Нефедов на мгновение замер, удивляясь самому себе. Оно конечно, с расстояния чуть больше пары метров попасть в голову – не столь уж и выдающееся достижение. Но. Живая цель практически всегда ведет себя непредсказуемо. Он прекрасно это осознавал. Поэтому стрелял в голову, только когда имел возможность тщательно прицелиться. Вот так же, столкнувшись нос к носу, всегда бил по торсу, фиксировал мутанта и только потом добивал. Тут вопрос даже не в том, что он стрелял в голову и попал куда нужно. Просто он ни на секунду не усомнился, куда именно нужно стрелять. Вот с чего бы такая уверенность?

Вошли на площадку, проверили под лестницей. Пластиковый хомут на ручки, чтобы незваные гости не припожаловали. Ну или достаточно нашумели, дабы возвестить о своем появлении. Порядок, теперь – наверх, контролируя пространство. Площадка второго этажа. Выглядывать в дверь не стали. Незачем. Только зафиксировали ее.

Третий этаж. Их цель. Кнопка начала щериться еще загодя. А тут едва не бесится. Дмитрий дал понять, что тварей там, скорее всего, не пара-тройка, а значительно больше. Откуда он это знает? Да бог весть. Но вот отчего-то понимает поведение собачки именно так, и никак иначе.

Подчиняясь команде сержанта, Дог и Энрико поднялись до промежуточной площадки. Чисто. Спустились до середины пролета и установили растяжку, с учетом того что тварь может спрыгнуть с верхнего. Запал у гранаты переделан на мгновенное срабатывание. Так, чтобы без шансов пробежать мимо или спрыгнуть вниз. И в этот момент из коридора раздался рык, вопль, рев почуявших добычу мутантов и испуганные крики нескольких голосов.

Дмитрий дернулся было к двери, но Лацис остановил его, уперев руку в грудь. При этом взгляд у него был столь красноречив, что Нефедову стало… Нет, не страшно. Стыдно. Вот такие необдуманные действия могут погубить не только излишне эмоционального дурака, но и товарищей, находящихся с ним в одной связке.

Люди продолжают кричать. Рев все нарастает. Сержант осмотрел свое воинство и наконец толкнул дверь. Десятка два тварей столпились у одной из дверей метрах в десяти по коридору, утопающему в сумраке. Освещение только от окна в торце коридора, до которого добрых метров тридцать.

Дмитрий разом опустился на колено. Палец сам собой сместил предохранитель в крайнее нижнее положение. Вдавил спуск, выпуская одной очередью весь остаток магазина. Над головой хлопает и лязгает затвором автомат Дога. Лацис и Энрико не стреляют. Не хватало еще всем разом остаться с разряженным оружием. Впрочем, пары магазинов оказалось вполне достаточно, чтобы снести с ног всех мутантов.

Смена магазина.

– Пошли.

Подчиняясь команде сержанта, поднялся на ноги и двинулся вперед. Лацис держит фронт. Дмитрий проверяет, заперты ли двери справа. Дог – слева. Энрико прикрывает тыл.

– Эй, вы, отоприте дверь, но не открывайте ее. Разойдитесь по разным углам как можно дальше друг от друга. И может быть, кому-то из вас повезет выжить, – начал громко распоряжаться Лацис, когда они подошли к нужной двери. Вызывать их по сети не было времени. А потом уже к Дмитрию: – Русский, контроль.

Отчего именно он, выяснять не стал. Просто бросил повисшего на одноточечном ремне «вепря» и извлек «беретту». Мутантов в головы никто не выцеливал. Так что по факту трупов нет, хотя и шевелится едва ли половина. С этими тварями никогда не угадаешь. Человек гарантированно отдаст богу душу, а эти вполне еще могут и подняться.

Сменил магазин на дозвуковые патроны. Бронебойные только на крайний случай. А так – тишина рулит. Памятуя наставления, в первую очередь прострелил головы тем, что лежали неподвижно. Потом взялся за шевелящихся. Смена магазина. И вновь принялся за кровавую работу. Двадцать один мутант.

Вот интересно, какого Лацис поручил это ему одному – ведь вдвоем было бы быстрее. Но нет, нужно, чтобы непременно Нефедов. Он, конечно, справился за каких-то полминуты. Н-но… Вот не понравилось ему такое отношение. Каким-то палачом себя почувствовал. Стоп! Это не люди. И хватит рефлексий. Смена магазина на бронебойные патроны, как последний штрих.

– Русский, отдай Кнопку Энрико и разворачивай полог.

И вновь Дмитрий не стал задавать вопросов. Отлепил подсумок с собачкой и протянул обиженно пискнувшую чихуахуа снайперу. Тот прилепил подсумок себе на грудь и потрепал Кнопку между ушами. И эта предательница, извернувшись, попыталась лизнуть его руку. Но после первой же попытки оставила это занятие. Чего лизать тактические перчатки. Они невкусные.

Наблюдение за поведением подруги не помешало ему отлепить со спины подсумок и извлечь полимерный полог. Никто ему помогать не собирался. Развернул, прикинул, где верх, где низ. Подступился к двери и начал прилаживать липучки прямо к косяку. Когда свободной оставалась только одна сторона, под полог ступил Лацис, Дмитрий присоединился к нему и закрепил свободный край.

Переглянулись. Задержали дыхание. У них, конечно, есть специальные фильтры, но возиться с заменой не стали. Только время терять. Дмитрий открыл клапан на баллоне с газом. Секунд пять, и анализатор воздуха, завязанный на нейросеть, подал сигнал о запредельной концентрации озона. Порядок. Сорок секунд ожидания, так чтобы с запасом. Приоткрыли дверь, стараясь не оторвать от косяка полог, и ступили в помещение.

Только оказавшись внутри, Дмитрий наконец выдохнул и вдохнул полной грудью. При этом отмечая, что у него едва в глазах не потемнело от подобных упражнений. С чего бы это? Хотя… Ничего удивительного. У него сейчас просто бешеный метаболизм, и это, должно быть, нормальная реакция на кислородное голодание.

Итак, шестеро. Две девушки и четверо парней. Все в наличии. Разошлись в разные части довольно просторного офиса и дышат сквозь прижатые к лицу тряпки. Одна девушка даже зажмурилась. Как видно, не пренебрегала изучением статей в инете и знает, что для заразы годятся как ранки, так и слизистая. Глаза не исключение.

– Значит, так. Всем закрыть глаза. Стоим на месте. К каждому из вас мы подойдем. Действуйте в точности с получаемыми инструкциями. Не вы первые, и даст бог, не вы последние. Русский, ты справа, я слева.

– Принял.

Раньше ему подобное практиковать не приходилось. Но пакет данных с порядком действия в спасательных операциях ему сбросили. Дело за воплощением этого на практике. Вообще-то ничего сложного.

– Возьми, – сунул он в руки зажмурившейся девушке упакованную респираторную маску. – Сейчас я надену на тебя полимерный мешок. Не дергайся. Потом ты задержишь дыхание, а я пущу снизу озон. Стоишь и не дышишь тридцать секунд. По моему знаку открываешь глаза, вскрываешь пакет с маской, надеваешь или прижимаешь ее к лицу и дышишь. Там стоят нужные фильтры.

– Я не смогу настолько задержать дыхание, – сквозь прижатый ко рту носовой платок произнесла она.

– Тогда дыши. Только умрешь.

– Вы не должны…

– Делай, что тебе сказано. Вас тут еще несколько человек. Все. Начали.

Он натянул на нее мешок, присел и пустил снизу газ. Тот на глазах наполнился озоном и вздулся как воздушный шарик. Все, таймер пошел.

– Сержант, а почему на наших масках не стоят специальные фильтры? Пожадничали?

– А кто тебе сказал, что у нас не такие фильтры.

– А чего же тогда… – начиная злиться, припомнил было Дмитрий недавние мучения с задержкой дыхания.

– Тебе сейчас полезно. Этот выход для тебя не только тренировка в тактическом плане, но и перестройка организма. Адреналин – отличный стимулятор. Слышал, на что бывают способны люди под его воздействием?

– Разумеется.

– Наносеть отмечает твои максимальные показатели, отдает соответствующую команду наномодификаторам, те фиксируют это положение. Раньше с тобой подобное проделывать было нельзя ввиду слишком больших скачков по характеристикам. Имелся риск заполучить изрядный перекос. Но сейчас обязательно.

Дмитрий подал сигнал девушке. Та распахнула глаза и, суетясь, начала дергать полимер упаковки. Легонько толкнул ее. Улыбнулся, сделал успокаивающий жест. Медленно показал руками, словно распаковывает пакет. Потом поднес руку к лицу, имитируя прижимаемую маску. По ходу успокаиваясь, она повторила его манипуляции и наконец жадно задышала.

Порядок. Стянул с нее мешок. Быстро пристроил маску на лице и перешел к следующей девушке. Хм. Со следом укуса на левой руке. Как смог, успокоил ее. Повторил все манипуляции. Порядок, и эта в маске. Вскрыл и вручил ей индпакет. Оно конечно, перевязка – это лишнее. Будь царапина – еще ладно. Укус же – это гарантированный абзац. Но успокаивать истерику им сейчас некогда.

– Укус? – поинтересовался Лацис, наблюдая, как первая девушка помогает второй перевязаться.

– Да.

– Ее в наш броневик.

– Зачем? Что это значит? – встрепенулся парень, только что облачившийся в респиратор и выбравшийся из мешка.

– Отвезем ее в клинику на обследование и карантин. Рану обработали озоном в первые пять минут, так что высока вероятность того, что удалось избежать заражения, – пожав плечами, ответил Лацис.

Причем был настолько убедителен, что повелся даже Дмитрий. Впрочем, он довольно быстро выбросил эту чушь из головы. Хотелось бы, чтобы это было правдой. Но, к сожалению, ни о чем подобном ему слышать не доводилось. Будь такое возможно – непременно уже гуляли бы слухи, а народ не расставался бы с баллонами с закачанным озоном. Впрочем, его и так носили. На всякий случай.

– Элли, ты слышала, ничего страшного не случилось. Тебя обязательно спасут, – тут же бросился к девушке парень, едва услышав слова сержанта.

– Не приближайся ко мне, Патрик. Отойди, я сказала, придурок!

Дмитрий поспешил заступить молодому человеку дорогу. Во избежание, так сказать. Взгляд девушки не предвещал ничего хорошего.

– Тебе на нормальном английском сказали – не дергаться и ждать помощи. Мы тебе говорили, чтобы ты не смел открывать дверь. Но ты же, ублюдок, самый умный.

– Но там было тихо, и я думал…

– Ты не думал, ублюдок! – едва не срываясь на визг, закричала укушенная.

Похоже, проблем не избежать. Признаться, Дмитрий даже растерялся, не зная, как поступить. А вот сержант и не думал тушеваться. Мгновение – и в его руке оказался электрошокер. Щелчок – и вылетевшие электроды впились в тело Элли. Разряд. Выгнувшись дугой, она рухнула на пол, пару раз дернулась и замерла. Нефедов даже малость ошалел от столь стремительной расправы. И ладно еще мутанты, это дело привычное. Но этих людей они вроде как должны спасать. Впрочем, она все еще жива.

– Русский, в наручники ее. И ноги тоже. Вы двое, взяли подругу на руки и понесли, – приказал он, выбрав парней поздоровей. – Собираемся и уходим.

Дмитрий быстро свернул мешок и уложил его в изрядно опустевший подсумок. Когда вышел в коридор, Энрико передал ему уже сложенный полог. Мало ли, вдруг еще пригодится. Кстати, в броневике имеется коробка с парой десятков запасных респираторов.

Возвращались в том же порядке. Разве только после Дмитрия двигались гражданские. Та еще процессия. Дай волю спасенным – так они еще и побежали бы. Во всяком случае, постоянные тычки в спину Дмитрия наталкивали именно на такой вывод.

– Сержант, Кнопка чувствует мутантов, – когда они уже спустились на первый этаж, предупредил Дмитрий.

– Как далеко?

– Похоже, что не прямо за дверью. Это все, что я могу сказать.

– Стрелок, прикрываешь тыл. Дог, вниз.

– Принял.

– Принял, – чуть не в один голос откликнулись наемники.

Несколько секунд – и рядом появился Дог. Ничего удивительного в том, что Дмитрий не услышал его шагов. Наемник и без того передвигается как кошка. А тут еще и шум, постоянно воспроизводимый гражданскими. Кто-то дышит слишком громко, другой шаркнул ногой, третий шмыгнул, и все в таком же духе.

Лацис извлек кусачки и перекусил пластиковый хомут. Нервы Дмитрия напряглись настолько, что ему этот легкий щелчок показался громким и слышным на все здание. И судя по реакции находящихся за спиной, такое ощущение далеко не только у него одного.

Дверь распахнулась без скрипа, совершенно бесшумно провернувшись на петлях. Вестибюль пуст. Но Кнопка и не думала успокаиваться. Нефедов проследил за ее взглядом. Ну что же, вполне ожидаемо.

– В коридоре за лифтами, – скорее выдохнул, чем произнес он.

– Да ты Америку открыл, русский. Конечно, там. Больше и негде, – извлекая из разгрузки гранату, как всегда, язвительно хмыкнул Лацис.

Привычным движением и как-то походя отогнул усики, выдернул чеку. И, не отводя взгляда от угла лифтовой шахты, распорядился:

– Как рванет, Энрико, гони гражданских на выход. Мы трое к коридору. Поехали.

Предохранительная скоба отлетела в сторону. Резко и пугающе хлопнул капсюль. Дмитрий в очередной раз вздрогнул. Но скорее из-за того, что сержант и не подумал бросать это ребристое яйцо. Выждал мгновение, еще эдак задорно подмигнул и только после этого запустил гранату за угол.

Именно в этот момент оттуда выбежал первый мутант. Причем ни абы кто, а самый натуральный рвач. Но… Неизвестность – она куда страшнее. Как и то, что от тебя попросту не зависит. Когда же все в твоих руках…

Как-то отстраненно поражаясь собственному хладнокровию и отчего-то пребывая в уверенности в собственных силах, Дмитрий навел маркер точно в голову мутанта. Метров шесть, не больше. Но тот же Дог, хлопнув одиночным, промазал. Дмитрий четко рассмотрел, как пуля взъерошила волосы на голове. Рвач дернулся, Нефедов успел внести поправку и только после этого нажал на спуск. Пуля попала точно в лоб, и мутант упал, откинувшись на спину.

Грохнуло. Из-за угла выметнулось облако дыма. Скорее всего, загрохотали осколки, но он этого не расслышал, потому что его неслабо приложило по ушам.

– Пошли!

Команда Лациса долетела словно сквозь толстый слой ваты. А вот рев, полный ярости и боли, был куда явственней. Дмитрий отстал всего-то на шаг, но этого разрыва оказалось достаточно, чтобы сержант достиг угла и вколотил в мутанта три пули кряду.

Двое. И оба уже неплохо развившиеся рвачи. Похоже, парой получается куда проще добывать пищу. А им ее сейчас нужно ой как немало. С наблюдениями на этот счет пока все очень печально. Но все за то, что потребности в пропитании у них в разы больше, чем у тех же вампиров. И вообще сейчас Дмитрий может провести даже некую аналогию на собственном опыте.

– Уходим, – коротко бросил сержант, пятясь в сторону выхода.

Вот сомнительно, чтобы в округе не было ни одного мутанта. Но, наученные горьким опытом, они все же предпочитали не появляться на открытом месте, пока людей прикрывала столь серьезная техника, как бэтээр. Его автоматическая пушка умудрялась доставать даже укрывающихся за стенами. И подобный опыт у тварей был.

Спасенные парни, видать, поняли все по-своему и тащили укушенную в эвакуационный транспорт. Хотя… Оно конечно, самопал, сваренный из стальных листов. Но все же броня. На ошибку им указывать никто не стал. Энрико без лишних вопросов вырвал ее из их рук и направился с ней к инкассаторскому броневику. Пришедшая в себя девушка начала возмущаться и требовать, чтобы ее отпустили.

– А вы куда ее? – всполошился Патрик и даже попробовал идти следом.

– Сказано же, ее в отдельный карантин. Двигай в транспорт, – оборвал его Лацис.

– Сержант, сэр, как все прошло? – раздался в гарнитуре вопрос капрала.

– Парень, здесь начальство ты, а не я. Уясни это уже. Отработали нормально. Положили двадцать шесть мутантов. Из них два рвача. Еще до нашего прихода одну девушку покусали.

– Вы ее…

– На глазах у остальных? Не задавай глупых вопросов, капрал. Пока забрали к себе. Потом узнают.

– Принял.

– Были какие-то новые распоряжения? – поинтересовался Лацис у своего командира.

– Да. У нас еще один адрес. На этот раз четверо. Квартира на четвертом этаже.

– Принял. Готовы к выдвижению, – устраиваясь на переднем пассажирском сиденье, доложил Лацис. Обернулся назад: – Привяжите ее покрепче. Нам только проблем не хватало.

– Маску снять? – поинтересовался Энрико.

– В мире всегда есть место чуду, – покачав головой, возразил сержант. – Разберемся со вторым адресом – проведем анализ крови. Через час уже все будет понятно.

– Вы это о чем? Развяжите меня! Развяжите немедленно! Вы не имеете права.

Хм. Вообще-то снять маску и заткнуть ей рот было бы куда предпочтительней. Н-но… Приказ получен, и им остается только его выполнить. Так что придется слушать эту музыку.

На втором адресе также не обошлось без стрельбы. Зато сумели без эксцессов вытащить всех четверых. Потом прокатились к побережью залива Хобсон и приняли семью из пяти человек, которые решили покинуть воду и вернуться на земную твердь. На яхтах тем временем народу все еще хватало. Но долго они так все же не выдержат. Просто невозможно уберечься от тех же чаек, которые вполне могут занести заразу к ним на борт.

Здесь Лацис простился с капралом и, сославшись на личные дела, отправил его обратно. После чего они напустили в броневик озон. Дождались, пока салон простерилизуется, и провели Элли экспресс-анализ крови. Как ни надеялся Дмитрий, чуда не случилось.

– Извини, девочка, – вздохнув, только и произнес Лацис.

Остальные промолчали. Она плакала, умоляла, грозилась и вновь молила. Предлагала просто ее отпустить. Вот прямо сейчас. Но наемники остались глухи к ее мольбам. Дмитрий взялся было за клевец, но Энрико перехватил его руку, отрицательно покачав головой.

Ехать им было недолго. За прошедшие дни они уже неплохо накатали этот маршрут. Дмитрий раньше бывал не дальше кафе «Окау». На этот раз они оставили его позади и выехали на побережье другого залива. Свернули с главной трассы на подъездную дорожку.

По виду кафе, выполненное в средневековом стиле. Эдакие домики из дикого камня, крытые черепицей. Там, где периметр не замкнут домами, возвышается каменный же забор. Поверху спираль Бруно, наверняка с подведенным электричеством. Интересно, у них свой источник энергии или подключены к функционирующей линии? Хотя в принципе не так чтобы и интересно.

Еще на подъезде Дмитрий обратил внимание на наличие автономных фонарных столбов с камерами. И судя по всему, появились они здесь не так давно. Вполне ожидаемо, учитывая заморочки местных обитателей на цифровых технологиях.

– Привет, сержант, – поздоровался появившийся в калитке Лис.

– Привет. Привезли последнюю.

– Отлично, сержант. Тогда ты выполнил свою часть сделки. Я не привык оставаться в долгу.

– Лис, оставь этот пафос. У нас уже сам черт не разберет, кто кому и сколько должен. Просто выполняем условия уговора, и точка.

– Согласен.

– Ладно. До встречи.

– До встречи, сержант.

Передав девушку сопровождавшим Лиса парням, они развернулись и уехали. Дмитрий же по поводу происшедшего пребывал в недоумении.

– И что это было? – наконец поинтересовался он. – Что значит – привезли последнюю?

– Лису нужны зараженные на ранней стадии для проведения экспериментов, – переглянувшись с сержантом, стал пояснять Энрико. – Элли была четвертой, и последней.

– Не смотри так, русский. Они уже обречены. А он, глядишь, еще до чего-нибудь додумается. Сейчас все ищут способ борьбы с вирусом.

– Он же вроде программист, разве нет?

– Он пытается подобрать ключик через нейросеть. Может, и бред. А может, он и на верном пути, – пожав плечами, заметил Лацис.

Глава 8

Подневольные

«Боинг» заходил на посадку в аэропорту Сан-Франциско с юго-востока, пролетая над одноименным заливом. Дмитрий выглянул в иллюминатор. Слева по курсу показалась марина, стоянка для яхт. Он-то, грешным делом, думал, что больше, чем в Окленде, он этих судов не увидит. Похоже, ошибался. Вон еще одна.

А вот погода особо не радует. Дождь вроде и несильный, но все же сырость. Здесь и зиму-то зимой не назвать. Годы, когда выпадал снег, можно перечесть по пальцам. Соответственно и температура, упавшая ниже нуля, редкость несусветная. Но из-за холодного течения климат ни разу не жаркий. И сейчас тут сезон дождей.

Это не Дмитрий такой умный. Информацию он почерпнул из сети. Нужно же знать, куда они направляются. Так-то многие сетевые ресурсы порезали, ввиду куда более скромных мощностей у серверов спутниковой сети. Но такие полезные, как Википедия, функционируют в полном объеме. Да-да, при всех недостатках, сарказме и повальном недоверии его пользу оспаривать глупо. Хотя, конечно, и безоговорочно верить нельзя. Но… Полезный ресурс, кто бы чего ни говорил.

Вообще-то, по-хорошему, они могли выбраться из Новой Зеландии и самостоятельно. Попроси Лацис самолет – и ему его, скорее всего, предоставили бы. А нет – так они и сами реквизировали бы себе борт. Да только есть одно «но». Наемники знали, как управлять гражданскими лайнерами, а не умели. Существенная разница, знаете ли. Тем более когда вся прежняя логистическая структура приказала долго жить.

Как заявил Лацис, если припрет так, что спасу нет, то он, конечно, рискнет сесть за штурвал многотонной махины. Но настолько сильно их еще не приперло. И вообще у них только базы, нет даже сколь-нибудь значимого налета на тренажерах. Как-то не до того было. Согласно плану сержанта им нужно было только добраться до материка. А уж там-то они решат проблему. И Нефедов был склонен ему верить.

Очередной рейс укомплектовали буквально на следующий день после того, как Дмитрий вывел все свои показатели на сто процентов. Задерживаться и дальше сержант не видел смысла. Поэтому приказал играть сбор. Правда, предварительно для чего-то свозил Дмитрия к Лису, не объясняя причин и не интересуясь его мнением.

Нефедов вообще терялся, какое из чувств по отношению к сержанту в нем преобладает – неприязнь или все же уважение. Ну о-очень сложный человек этот гребаный прибалт.

Взять хотя бы занятия по рукопашному и клинковому бою, которые тот порой проводил сам. Сказать, что он при этом делал из Дмитрия форменную отбивную, – это не сказать ничего. Неплохая такая проверка на работоспособность регенерации. Аппетит в эти дни у Нефедова был особенно зверским. Зато наутро никаких тебе синяков. И, кстати, как при этом сержант не переломал ему кости, было совершенно непонятно.

И прав был Лацис, когда говорил о благотворном влиянии адреналина на перестройку организма. Только за время того первого выезда его показатели разом скакнули на три-четыре процента. А после полноценного ночного отдыха прибавили еще по одному-два. Ну и мазохистские занятия с сержантом дали солидную прибавку. Хотя-а-а… В гробу он видал такую прибавку. Нейросеть в режиме перестройки организма и не думала полностью купировать болевые ощущения. Впрочем, об этом уже говорилось.

Все как всегда. Словно и не пришел в этот мир полярный лис. Стюардесса объявила о прибытии в международный аэропорт Сан-Франциско штата Калифорния и попросила не вставать со своих мест до полной остановки и до подачи трапа.

Разве только напомнила о необходимости надеть респираторы. Дань времени, в котором им приходится жить. Ну и еще один момент: вещи свои из багажа придется им забирать самим. С персоналом в аэропортах сейчас откровенно плохо.

Лацис не собирался проявлять поспешность, а потому дождался, пока в проходе станет посвободней, и повел свою команду на выход в числе последних. Дмитрий поднялся, открыл полку, извлек оттуда рюкзак с вещами первой необходимости. Повесил на плечо винтовку и направился на выход. Ни у кого из них даже мысли не возникло расстаться с оружием. Оно конечно, немного тесновато, но лучше уж перетерпеть.

Когда они спустились по трапу, народ уже вовсю толпился у багажного отсека. Двое грузчиков все же нашлись, хотя их хватило только на то, чтобы выбрасывать наружу сумки. Искать свои вещи пассажирам предстояло самим, причем в общей куче. Правда, немало было и тех, кто, опознав свое имущество, успевал выхватить его, не дав завалить другими баулами. К слову, каждому дозволялось взять с собой не больше одной сумки.

Дмитрий приметил, как напрягся грузчик, выволакивая баул сержанта. Полста кило – это вовсе не шутка. Вещи Дмитрия весят ничуть не меньше. И в основном это снаряжение и боеприпасы. Вещи занимают лишь малую часть. Много ли им нужно? Красоваться не перед кем.

– Сержант Лацис? – поинтересовался подошедший военный с сержантскими же нашивками и облаченный в нанокомбинезон химзащиты.

– И? – даже не стараясь казаться дружелюбным, поинтересовался прибалт.

Наемники уже выудили свои вещи и были готовы направиться восвояси. За пределами аэропорта наверняка найдется бесхозный автотранспорт. Порядок действия ими уже намечен. Сейчас только полдень, так что времени, чтобы убраться из этого гостеприимного города, более чем достаточно.

Во всяком случае, в их планы точно не входило устраиваться в одном из транспортов, предоставленных местными властями. Калифорния – один из немногих штатов, где в качестве общественного транспорта использовались двухэтажные автобусы. Вот они стоят, в количестве четырех штук, готовые к перевозке пассажиров. Разве только на остеклении появились довольно грубые, но, по всему видно, прочные решетки.

Сопровождали их два броневика с прозрачными пулеметными башенками. Вот от одного из таких и подошел сержант, на которого неприветливый тон Лациса не произвел никакого впечатления. Он ведь и сам модификант. Какого уровня – вопрос, но не из слабаков – это точно.

Уж кто-кто, а американцы по числу усовершенствованных солдат были впереди планеты всей. Россия, все время мерившаяся с ними достоинством, значительно в этом плане уступала. Как, впрочем, и в численности вооруженных сил вообще. А вот в процентном соотношении Дмитрий уже не уверен.

Однако молью амеров все же побило. Из восьмерых человек экипажей двух бронеавтомобилей только сержант был явным модификантом. Остальные если и являлись ими, то, подобно Нефедову, не выше первого уровня. Вирус – не пуля и не осколок снаряда, ему на модификации плевать. Разве только из них выходят куда более сильные и ловкие твари.

– Мне приказано встретить вашу команду и доставить на базу.

– Ты ничего не перепутал, сержант? Мы не служим в армии США.

– Зато служите в частной военной компании «Дрозд», и контракта никто не отменял. Указом президента все ЧВК мобилизованы и поступили на службу правительству. Так что сбавь обороты, сержант. И садитесь в машину.

– Контракт, значит… – хмыкнул Лацис.

– Именно. Или ты считаешь, что есть смысл применить штрафные санкции? Поверь, все необходимые коды у нас имеются.

– Этот с нами, – указав на Дмитрия, проинформировал Лацис.

– Разумеется. Нас уведомили, что им получен первый уровень.

– Только никаких кодов у меня нет, – хмыкнув, заметил Дмитрий.

– Наивная простота. Парень, довожу до твоего сведения, что кодируют всех модификантов. Без исключения. Уж больно серьезную угрозу мы можем представлять, если у нас вдруг протечет крыша. И то, что тебе об этом не сказали, а ты не подписывал контракта, ни о чем не говорит. Твой код нам также передан.

– Вот с-суки, – в сердцах ругнулся Дмитрий, поминая новозеландские власти.

– Да нормально все, парни, – примирительно произнес встречающий. – Мир катится в тартарары, но для нас ничего не поменялось. Мы ведь люди войны. А иначе какой смысл заморачиваться с модификацией.

– Места-то хватит? – кивая в сторону бронеавтомобиля, поинтересовался Лацис.

– Вполне. Салон рассчитан на девять десантников. И вещички есть куда забросить.

– Грузимся, – коротко приказал Лацис.

Остальные подчинились безоговорочно. Ну и Нефедов. А куда же ему с подводной лодки-то. Коды, значит. Вскрывая их блокировку, Лис обнаружил закладку кукловодов и удалил ее. С его слов, без следа. Да только, похоже, имелось еще что-то. Неужели хакер не обнаружил при взломе модифицирующих баз? Может, попросту не знал об этом? Но ведь модификанты, в отличие от Дмитрия, в курсе этого. И сейчас они идут как телки на привязи. Значит, есть что-то такое. Однозначно есть.

Ну и как ему теперь соскочить? Его, между прочим, семья ждет. Не было бы этой базы – и плевать. Выбрался бы как-нибудь сам. Добраться до аэродрома не проблема. Опыт выживания у него есть, с повадками мутантов знаком. Так что не пропадет. Плюс имеет знания по управлению четырьмя самыми распространенными марками легкомоторных самолетов. Оно конечно, между знаниями и умениями есть большая разница, но эти птички довольно снисходительны к ошибкам пилотов.

Подарок от Лиса. Они с друзьями реально болели темой постапокалипсиса. На этой волне и разработали базу выживальщика. Там много чего намешано. У хакера была знакомая из России, о которой он отзывался со всем уважением. Но русских видеть как-то не доводилось. А тут Дмитрий. Вот он его на радостях и подогрел.

В путь двинулись, едва покончили с посадкой пассажиров в автобусы. Броневик сержанта пошел головным, второй замыкал колонну. Проехали по летному полю, миновали ворота с КПП. Ограждение усилено спиралью Бруно. Да еще и на подступах растянуто. Сомнительно, чтобы сюда был подведен ток.

Но, с другой стороны, отчего бы и нет. С электроэнергией в Сан-Франциско все в порядке. По нынешним временам так и вовсе через край. Причем никакой зависимости от топлива. Если только не считать газа с городской свалки. А так – в основном все на возобновляемых источниках энергии. Солнечные панели на крышах домов вовсе не редкость, а скорее данность. Ну и электростанция на солнечной энергии. Город взял курс на экологическую чистоту еще лет сорок назад и успешно справился с этой задачей.

На улицах вполне привычная картина, по новозеландским меркам. Реальных холодов здесь нет, а потому и архитектура вполне сопоставима. Дома тонкостенные, разве только в основном все же деревянные.

Улицы пустынны. Вообще никого. Единственно, приметили на соседней улице такой же броневик с патрулем. А потому и мутанты не отсвечивают при звуке двигателей. Нередко попадаются обглоданные и уже омытые дождями кости, как данность сегодняшнего времени.

– Город не чистите? – поинтересовался Лацис у сержанта.

– Вдумчиво только территорию близ анклава. Мы расположились в высотках. Там куда проще выдерживать карантин. Ну да вы это и так знаете. Мутанты время от времени подтягиваются к периметру. Но уже не так часто. Порой устраиваем на них засады, выставляем скотину на открытом месте и ждем поклевки. Но они быстро умнеют. Развитых тварей в такую ловушку уже не заманить.

– Знакомая картина.

Анклав ничем особым не выделялся. Разве только разместился не просто в высотках, а в самых настоящих небоскребах. Уже знакомые герметичные легкие переходы. И здесь к ограждению ток все же подведен. Так что обезопасились по максимуму.

В одно из зданий вошли уже по обыкновению через тамбур санобработки озоном. Как говорится, дешево и сердито.

Кнопку пришлось застегивать в подсумке и пускать туда дезинфицирующий газ. Расход, конечно, невелик, но при случае все же нужно будет озаботиться пополнением запасов. С собачкой, уже давно смирившейся с необходимостью обработки, он расставаться не намерен ни при каких раскладах. Если, конечно, сама дурить не начнет. Но после того случая у ангара вроде бы подобных поползновений больше не было.

В отличие от Окленда, здесь их встречал не мэр, а капитан, командир сводной роты, к которой они были приписаны. Передал их с рук на руки взводному, лейтенанту Эспиносе, и отправил с глаз долой. Калифорния. Это не только самый густонаселенный штат Америки. Он также является лидером в высоких технологиях. Именно здесь находится знаменитая Силиконовая долина.

Так что дефицита в квалифицированных кадрах или сложностей в их подготовке практически не ощущалось. Разумеется, исходя из настоящих реалий. Народ не просто так сидел в веллингтонском аэропорту, ожидая отправки в Америку. Все это время эмигранты или возвращающиеся на родину проходили всевозможные тесты. И прибыли сюда не наудачу и не наобум. Встречающие уже точно знали, кого к какому делу приставить.

Первое, куда направились все новички, – это в нейроцентр, где им тут же начали имплантировать нейросети. Сутки на выход в рабочий режим, вторые на наведение в своей голове порядка, на третьи уже установка необходимых баз и начало обучения различным специальностям.

Более того, один из ведущих центров клонирования находился здесь же. Все оборудование и технологии удалось сохранить, как и ведущих специалистов. Последних – благодаря все тому же клонированию. Обычно сапожники оказываются без сапог, но это был явно не тот случай. Так что весь научный потенциал центра возродился аки птица феникс и изрядно так помолодел. Внешне, разумеется.

Их четверка представляла собой уже спаянную группу по зачистке зданий. Ветераны? Замечательно. Но, как уже говорилось, в кадрах здесь катастрофического дефицита не было, и в военных в том числе.

Пока шли, лейтенант затребовал их идентификационные номера и выдал свой. Затем получил доступ к аудио– и видеосигналам. Они теперь его бойцы, и ему нужно внести их в тактическую схему взвода. Лацис не стал противиться этому. Его примеру последовали остальные, и Дмитрий в том числе. Все так же на ходу новый командир поставил их на все виды довольствия, переслал схему расположения помещений взвода и их комнаты в частности. Местонахождение их патрульного автомобиля, который уже успели подготовить.

– Сэр, разрешите вопрос? – обратился Лацис.

– Слушаю тебя, сержант.

– У двоих моих людей выжили члены семей. Им необходимо как можно быстрее попасть в Европу.

– Мне очень жаль, парни, но вы на службе, и мы в вас нуждаемся. Десять месяцев. Сейчас стартовала программа комплектования вооруженных сил. Репликаторы заряжены на воспроизводство клонов наших солдат. Девять месяцев на рост и месяц на подготовку. Раньше этого срока вопрос о расторжении контракта рассматриваться не будет.

– Я не подписывал никаких контрактов, – сквозь зубы процедил Дмитрий.

– Это ничего не меняет.

– Я-а-а…

– Спокойно, русский. – Лацис положил ему руку на плечо, предостерегая от необдуманных поступков.

– Лейтенант, сэр, он гражданин другой страны и не военнослужащий. Модификация всего лишь вынужденный шаг, так как в этом мире может выжить только боец, и никак иначе. Его ждут жена и двое детей.

– Повторяю, мне очень жаль, парни. Но теперь вы на службе в калифорнийской армии. Заменить вас пока некем.

– Калифорнийской, сэр? Штат заявил о своей независимости?

– Пока нет. Официально мы все еще признаем центральную власть. Но у правительства сегодня нет реальных рычагов давления на нас. Так что все держится исключительно на нашей доброй воле, и пока они на нас не давят.

– Ситуация ясна, сэр.

– Вот и хорошо. Размещайтесь, но особо не затягивайте. Я поставлю вас в патрулирование уже завтра. Так что лучше бы вам быть готовыми.

– Мы будем готовы. Не сомневайтесь, сэр. Но все же хотел бы уточнить – может ли статься так, что наш вопрос будет рассмотрен раньше?

– Сержант, я потерял свою семью. Жена и дочка… Я сам, вот этой вот рукой… – с мрачным видом начал было говорить лейтенант и осекся.

– Это не повод лишать моих людей возможности помочь своим близким. Сэр.

– Хорошо. Я буду ходатайствовать. Кого именно ждут родные? – после некоторой заминки наконец принял решение лейтенант.

– Вот файл, сэр.

– Принял. А пока готовьтесь.

– Есть, сэр.

– Лацис… – вскинулся было Нефедов.

– Заткнись, русский. Да, ты этого не хотел. Но теперь оказался на службе. Рассказать, что бывает за невыполнение приказов и дезертирство перед лицом противника?

– Я-а-а…

– Теперь в армии, русский. Мы все в этом дерьме. Доведись мне встретить Норриса – порву собственными руками. Но сейчас у нас нет выбора. Они не станут сомневаться, русский, просто активируют код в наших нейросетях и превратят в слюнявых идиотов, после чего вышибут мозги. Если не выбросят на съедение мутантам. Учитывая наномодификаторы в нашей крови, не самый худший выбор. Все польза, если разнесет парочку тварей. Ладно. Много текста. За дело, парни. Сначала размещение, потом склад.

Расположение взвода нашли без проблем. Ориентироваться с помощью схемы, присланной лейтенантом, – это все равно что пользоваться навигатором. Так что просто следовали как по путеводной нити.

Настроение Дмитрия ухнуло вниз еще больше, когда он получил входящий вызов. Нина была весела и сыпала различными новостями. Как по поводу их быта, так и выходок детей. Выяснила судьбу семьи Льва.

Светлана с сыном и дочерью выжили. Когда все началось, они были в деревне у ее родителей. А потом завертелось, и возвращаться было уже фактически некуда. Наладонник потеряла. Но потом завела новый и, с трудом вспомнив номер Нины, набрала ее.

Сейчас обитают в сельской больнице, благо когда-то отстроили трехэтажное здание. Рядом правление колхоза, тоже ни разу не маленькое. Ну и по соседству сельский клуб, школа. Обнесли все оградой. Соединили здания переходами. Наладили быт. Благо своих мутантов повыбили почти всех, а пришлых пока вроде как нет.

Она сообщила Свете о гибели ее мужа. Та приняла известие относительно спокойно. Попривыкла уже к смертям вокруг. Опять же родителей схоронила. Мать убил сосед, а вот отца пришлось ей лично. Когда Дмитрий попросил ее номер, жена пояснила, что та просила не давать ему ее координаты и что общаться с ним не желает.

А вот сообщить Нине о задержке на неопределенный срок не смог. Только дал знать об успешном приземлении в Сан-Франциско. Мол, пока ничего не ясно. Осматриваются. Выясняют обстановку. И как только появится определенность, он обязательно даст знать. Конечно, придется ей все рассказать. Но потом. Как-нибудь.

– Вы куда так запасаетесь? Вот зачем вам две коробки респираторов? Сорок штук. С ума сойти, – возмутился кладовщик.

– Ты еще и к каждому респиратору выдашь по комплекту запасных фильтров. Тех, что для озона.

– Да ты совсем охамел, сержант! Никто столько не хапает.

– А еще выдашь по два запасных комплекта озоновых фильтров, для нас лично.

– Не выдам я вам ничего. Я капитану сейчас сообщу! – пригрозил мужик и, судя по расфокусировавшемуся взгляду, тут же начал приводить угрозу в исполнение.

«Сержант, какого дьявола. Думаешь мне нечем заняться?» – практически сразу же появился в канале группы капитан.

«Сэр, это не я вас отвлекаю, а тупой кладовщик».

«Зачем тебе столько средств защиты?»

«Это всего лишь респираторы, сэр. Я же не требую нанокомбинезоны. Хотя и они могут порваться. Бывали случаи. Мы не раз спасали выживших. Уверен, что новозеландцы сбросили вам соответствующие файлы. Нам каждый раз бегать сюда за респираторами, предлагая бедолагам обождать?»

Капитан ничего не ответил. Зато взгляд кладовщика расфокусировался, а потом на лице появилось такое выражение, словно он съел три лайма кряду. Недовольно фыркнув, он ушел вглубь склада и вскоре появился с тележкой, на которой находились две коробки.

– Подписывай. Сорок респираторов, сорок восемь комплектов фильтров, четыре запасных нанокомбинезона.

– Озон, дезинфицирующий газ, полимерные мешки и пленка. Это у тебя?

– Нет. На вещевом складе.

Лацис сверился с полученной схемой и выяснил, где находится искомый объект. Памятуя о возникших трудностях, вновь связался с капитаном.

«А ты не хамеешь, сержант?» – едва не вскипел капитан в ответ на его просьбу.

«Не люблю попусту терять время, сэр».

«Твой начальник лейтенант Эспиноса».

«Готов отправиться на гауптвахту, сэр».

«Нарываешься, сержант».

«Я не просился в строй, сэр. Это ваш выбор».

«Зачем тебе газ?»

«У нас собачка. Она член команды. Чует мутантов за версту. Не оставлять же ее на улице».

«Идите на склад».

«Есть, сэр».

После вещевого склада наведались на продовольственный. Тамошний кладовщик также возмутился запросами сержанта и начал теребить капитана. Но ротному, похоже, уже изрядно надоело препираться с новоявленным сержантом. Он просто приказал выдать Лацису все, что тот потребует. Хоть завалить его продовольствием с головой. И тот не преминул этим воспользоваться, изрядно пополнив запас протеинового коктейля.

К своему транспорту они пришли, нагруженными как мулы. Броневик самый обыкновенный, инкассаторский. Только не «мерседес», а «форд». Но места тут как бы еще и не больше, чем в прежнем, оставшемся в Окленде. Не доверяют им военную машину. Впрочем, Лацис только удовлетворенно кивнул. Приказал разместить и закрепить все имущество. А потом еще и сходить в комнату, принести оттуда все боеприпасы и снаряжение. Нечего им делать в их жилище. Коль скоро этот транспорт конкретно под них, то и хранить все нужно здесь же.

Потерять что-либо он не опасался. Это раньше им следовало думать о пополнении припасов, теперь же это ложилось на плечи командования. Ну и к чему тогда устраивать склад у себя в жилище? Одного носимого боекомплекта более чем достаточно.

Весь остаток дня и вечер Дмитрий был мрачен, как никогда. Ночью снилось, что он все пытается догнать Нину и детей, но у него ничего из этого не получается. Семья, смеясь и подтрунивая над ним, с легкостью убегала от него, не позволяя к себе приблизиться.

Не принесло облегчения и утро. Завтракал он без аппетита, хотя и жадно. Уже перестроившийся организм требовал своей дани. Причем не просто возвещая о голоде, а требовательно так, настойчиво, с резью в желудке. Прямо как тогда, на острове.

Хм. На сахар он так и не проверился. Его конечно же обследовали посредством сканирования через нейросеть и начали наномодификацию организма, не обнаружив никаких противопоказаний. Да только самого пациента о результатах обследования уведомить забыли. С другой стороны, в этом ведь нет необходимости. Все данные обследования хранятся в его голове, и благодаря нейросети он может извлечь их в любой момент.

Продолжая поглощать завтрак, вызвал интерфейс, нашел нужную папку. Вот и анализы. Показатели вроде в норме. Отыскал в сети сведения относительно повышенного сахара. Выяснил, что его содержание может меняться. Ничего не понял и задвинул все эти данные подальше. Нечего забивать себе голову не пойми чем. Достаточно того, что, прежде чем пропустить в безопасные помещения, их обследуют на предмет заразы. И в нем этой гадости нет.

После завтрака направились в зал для проведения брифингов, где собрался весь личный состав взвода. К слову сказать, столь серьезной команды, как у них, Дмитрий больше не наблюдал. Вряд ли он ошибался, но не увидел ни одного бойца выше третьего уровня. Зато две трети были новичками типа него самого.

Если коротко, то их задача состояла в прочесывании одного из кварталов в поисках выживших. Для этого им предстояло воспользоваться громкоговорителями. За последние сутки вышедших на связь по сети не было. Вообще-то при насыщенности современного общества цифровыми технологиями это практически нереально. Однако всегда есть вот эти самые «но».

Имелся целый пласт людей, которые продолжали пользоваться древними сотовыми телефонами, пригодными только для звонков и текстовых сообщений. Они игнорировали интернет, считая его губительным для человечества и их детей в частности. Что самое поразительное, чем крупнее и развитее в технологическом плане регион, тем бо́льшую силу набирало это движение. И Силиконовая долина не исключение. Так что мера вполне рабочая.

Едва въехали в квадрат патрулирования, как Лацис без лишних слов сковырнул навигатор и выбросил его на улицу, вместе с малюткой-дроном. Имелся таковой, в гражданской версии, по сути, летающая камера. Его использовали для разведки. Вполне достаточно для противодействия мутантам. Да и опасность, исходящую от человека, приметить очень даже возможно.

Лацис сильно озадачил Дмитрия своим поведением. У этих гаджетов как бы двойное назначение. С одной стороны, они помогали им в выполнении стоящей перед ними задачи. С другой – с их помощью командование имело возможность отслеживать местоположение группы. Как, впрочем, могло использовать для этого и нейросети бойцов.

– Все, парни. Маскарад закончен. Блокируйте доступ к управляющим модулям. Русский, тебя это тоже касается, – наконец распорядился Лацис.

– Как?.. – начал было и осекся Дмитрий.

– Тебе объяснить на пальцах, как это делается? – бросил как всегда недовольный сержант.

– Но у них коды доступа, – возразил было Дмитрий.

– Дырка от бублика у них. Лис постарался. Сделал так, что внешне все вроде бы в порядке, а на деле ни о каком управлении извне не может быть и речи. Сопляк этот Лис. Но должен признать, мальчишка башковитый, если не гениальный, – хмыкнув, закончил Лацис.

– Так, а зачем же тогда весь этот маскарад? – наконец блокируя доступ к своей нейросети, поинтересовался Дмитрий.

– А почему нам не пополнить свои запасы за счет этих хитрозадых ублюдков, – пожав плечами, вместо сержанта ответил Энрико. – Те же фильтры и коктейли на дороге не валяются. Зато теперь у нас изрядный запас и того и другого.

– Мы умыкнули сорок респираторов, а они могли кому-то понадобиться, – не согласился Дмитрий.

– У них с запасами все настолько хорошо, что ты даже представить себе не можешь. Так что этой потери они даже не заметят, – возразил Дог. – С другой стороны, ты видел, как сержант пытался достучаться до их совести. Но им плевать на всех, кроме своих хотелок. Одно слово – ублюдки, – отмахнувшись, закончил сидевший за рулем здоровяк.

– Сержант Лацис, ответьте центру, – вдруг послышалось в салоне.

Тот с сомнением посмотрел на радиостанцию, а потом, решительно сковырнув из креплений, выбросил ее на улицу. Расставаться с броневиком в ближайшее время он явно не собирался. Да оно в общем-то и понятно. Предположения Дмитрия относительно дальнейшей эволюции рвачей в нечто более серьезное полностью подтверждались. Не стоило забывать о том, что они способны действовать сообща и опрокинуть тот же «гелендваген». Броневик будет куда тяжелее. Хотя… На фоне того, что вытворяли модификанты, стоило ожидать чего-то подобного и от мутантов. Уж чем-чем, а силушкой они не обижены.

Пришло входящее сообщение. Лейтенант пытался связаться с ними по сети, явно не понимая, что происходит. Нефедов на это злорадно ухмыльнулся и заблокировал пользователя. Потом точно так же поступил с капитаном и отключился от тактического модуля командира взвода. Все. Эта страница перевернута. Конечно, они могут отправить за беглецами даже вертолет. Имелись таковые в распоряжении военных, пусть и гражданские.

Дмитрий поделился своими опасениями с сержантом. Но тот только отмахнулся, как от назойливой мухи.

– Есть сотни способов, как можно обмануть даже машину, специально заточенную под охоту на людей. Что уж говорить об этих гражданских мотыльках. Словом, русский, хватит ныть как баба. Лучше переложи вещи в своем тревожном рюкзаке. А в частности, увеличь запас фильтров. Это сейчас едва ли не самое важное.

Глава 9

Дезертиры

Вертолет они заметили, когда уже покинули Сан-Франциско. Впрочем, понять, где тут заканчивается один город и начинается другой, задача не из простых. Если только не следить за дорожными указателями или навигатором.

Лацис, не мудрствуя лукаво, приказал Догу загнать машину под деревья. Вполне возможно, что их никто и не разыскивает, а пилоты совершают обычный облет территории. Не так чтобы и далеко имелась территория, контролируемая откровенной бандой, с серьезными такими амбициями. Разобраться с ними пока силенок и ресурсов не хватает, но власти держат руку на пульсе.

– Сержант, Кнопка волнуется, – опуская руку на головку собачки, сообщил Дмитрий, – но похоже, что это не мутанты. Может, люди.

– Осмотреться, – тут же отдал приказ Лацис.

– Латыш, вижу четверых. Бегут к нам. И это не мутанты, – доложил Энрико.

Дмитрий перевел взгляд в сектор снайпера. Действительно четверо. Скорее всего, семья – довольно тучный мужчина, стройная женщина бальзаковского возраста и две девочки лет по пятнадцать. В том, что они не мутанты, сомнений никаких. На лицах бытовые респираторы и строительные очки. Самый минимум, как и советует интернет.

– Приготовиться, – отдал команду Лацис.

– Это гражданские, – возразил было Энрико.

– Тебе нужно объяснять, когда начинаются проблемы, Стрелок?

– Нет, сержант.

– И это радует. Дог, на руле и тыл, русский – справа, Стрелок – по фронту, я – слева. Работаем.

Едва они покинули машину, заняв соответствующие позиции, как эта четверка уже практически добежала до них. И в этот момент Кнопка оскалилась в немом рычании.

– На пять часов, – подал сигнал тревоги Дмитрий.

Нефедов и сам не смог бы объяснить, как именно он понял, что нужно делать. Просто отчего-то осознал, откуда именно чувствует опасность собачка, мысленно проведя черту по ее взгляду. «Вепрь» уже изготовлен к бою. Остается только чуть довернуть ствол и немного его опустить. Кромка дренажной канавы, поросшей высокой травой, на противоположной стороне дороги. Ни малейшего ветерка, не шевелится и травинка. Но его не покидает уверенность, что чихуахуа чувствует опасность именно в том месте.

Рвач стрелой выметнулся из укрытия, сразу переходя в атаку. Одиннадцать метров. Нефедов нажал на спуск, но безбожно промазал, отсечка из трех патронов ушла в белый свет как в копейку. Один-единственный прыжок – и мутант уже вплотную приблизился к ним.

Стрекот швейной машинки, издаваемый автоматической винтовкой Лациса, оказался куда результативней. Руки мутанта, приземлившегося с грациозностью хищника, подломились, и он проехался мордой по асфальту. Три увесистые пули, прилетевшие в грудь, пусть и с дозвуковой скоростью, аргумент достаточно серьезный, чтобы свалить даже такую матерую тварь. Хотя…

Дмитрий навел ствол «вепря». Одиночный хлопок контроля. И тут же переключить свое внимание на другой источник опасности. Интерфейс беспристрастно выдал сведения о том, что в магазине осталось семнадцать патронов. Нормально, перезаряжаться еще рано. Лацис никак не отреагировал на эту помощь. Вот и ладно. С другой стороны, кто кому помог, это еще вопрос.

Рвач, попытавшийся было гнаться за беглецами напрямую, нарвался на три одиночных хлопка снайпера. Две пули успешно зафиксировали цель, третья поставила точку, угодив точно в темя. Дистанция четырнадцать метров, но признанный снайпер, бог с ним, пусть будет марксман, предпочитает не рисковать и для начала обездвижить нападающего. Дмитрий безбожно мажет на одиннадцати метрах. Лацис, куда лучший стрелок, подловил тварь, лишь когда она на мгновение замерла перед завершающим прыжком. Скорость и ловкость просто потрясающие. Это что вообще такое было?

Нефедов невольно начал рассматривать убитых мутантов. Этих так и подмывало назвать матерыми рвачами. Они вроде как массивнее и, похоже, сильнее своих младших собратьев. Красную кожу начинает покрывать волосяной покров. По виду это как трехдневная щетина. Возможно, реакция на прохладную погоду. Все же март, пусть и калифорнийский. А еще на голове проступает ярко выраженная грива. Никаких других ассоциаций. Эдакий панк. Морда еще больше походит на волчью – и в то же время сильно от нее отличается.

Хм. И еще. Мутанты разнополые. Прыгнувшая из канавы являлась самкой. Высокая и ни разу не обвисшая грудь, ну и все остальное. Все в порядке с этим и у самца, атаковавшего в лоб. И ведь это далеко не первая пара рвачей. То, что у них не пропадают признаки половой принадлежности, они заметили еще в Новой Зеландии. Как и разнополые пары среди наиболее развитых мутантов. И опять в голове мелькнула мысль о возможности их размножения.

– Мистер, вы прибыли, чтобы вывезти нас?

Сказать, что мужик напуган, – это не сказать ничего. Однако при этом прижимает к себе все свое семейство разом, и никаких сомнений: случись – прикроет их собой. Может, и не боец, но уж точно глава семьи. И бежал он позади, контролируя ситуацию, насколько это возможно. Мужество – оно не в умении сражаться, а в способности встретить опасность лицом к лицу. И этот был готов, хотя и испуган безмерно.

– Вообще-то нет, – глядя на мужчину в упор, произнес Лацис.

– Но-о… Ведь правительство организовало эвакуацию. Мы слышали, армия вывозит незараженных в убежища. Вы ведь солдаты.

Спрашивать о том, отчего они подумали об эвакуации только сейчас, глупо. Как и об отсутствии хоть какого-то оружия. Это просто есть, и вопросы ничего не изменят. Хотя-а…

– С оружием обращаться умеете? – поинтересовался Лацис.

– Нет, – покачав головой, ответил мужчина.

– Плохо. Садитесь в машину.

«Что будем делать, сержант?» – посредством нейросети поинтересовался Энрико.

«Предлагаешь их бросить?» – в свою очередь спросил Лацис.

«Нет. Но что-то с ними решать нужно».

«Погрузимся в самолет – отдадим им машину, пусть едут в анклав», – решил сержант.

Пока происходила эта немая беседа, все забрались в «форд». Но с места трогаться не спешили. Инкассаторский броневик слишком приметная техника, тем более на улицах мертвого города. Вертолет же все еще продолжал висеть в воздухе. Остается надеяться, что они не станут нести дежурство посменно. А такая возможность у них имеется.

Пока суд да дело, Дмитрий упрятал Кнопку в подсумок, и салон заполнили озоном. Обеспечив стерильность, выдали спасенным нормальные респираторы. Провели экспресс-анализ крови, не выявивший наличия вируса. Только после этого Лацис наконец решил прояснить ситуацию:

– Итак, господа, мы не совсем военные.

– Как это? – упавшим и в то же время настороженным голосом произнес глава семьи.

При этом нервно сглотнул и непроизвольно повел взглядом по своим домашним. От сидевшего вполоборота на переднем сиденье сержанта это не могло скрыться. И он ободряюще улыбнулся.

– Нет, мы не бандиты. Просто хотим попасть домой. И добираться нам далеко. Так уж случилось, что с местными властями нам не по пути. Поэтому у вас есть выбор. Первое – мы сопроводим вас в ваше прежнее убежище, и вы продолжите ожидать помощи от военных. А эвакуация ведется, в этом можете не сомневаться. Второе – вы выходите из машины и самостоятельно добираетесь до анклава. Ну и третье – мы заканчиваем свои дела, отдаем вам броневик, и вы едете в убежище.

– А это безопасно? – не удержалась от вопроса моложавая женщина.

– Вполне, если не геройствовать и не ловить мух, – пожав плечами, ответил сержант. – Та-ак. Вертолет ушел. Дог, давай к первой точке. Наблюдаем по секторам и не забываем о небе.

– Понял, босс.

Дмитрий не стал интересоваться, что это за точка. Ведь ясно же, что план действий уже проработан если и не в деталях, то достаточно подробно. Это его не ставили в известность, скорее всего, опасаясь, что он может все испортить. Обидно? Еще как. Но, с другой стороны, он прекрасно понимал, что очень даже мог напортачить. В их же случае одна ошибка могла стоить дорого. А по его раскладам – слишком.

Ехали недолго. Всего-то минут двадцать. Дог остановил броневик у сравнительно небольшого трехэтажного офисного здания. На первом этаже справа вывеска, гласящая, что здесь располагается нейроцентр.

– Ну что, парни, все за то, что нам везет. Местечко вроде бы не кажется разоренным, – после беглого осмотра фасада произнес Лацис.

– По всему выходит, не зря дали круг, – задорно поддержал его снайпер.

– Энрико, в машине. Остальные – на выход, – распорядился сержант.

Без лишних вопросов Дмитрий полез наружу. Только проверил, как себя чувствует Кнопка и хорошо ли держится подсумок с ней. Привычно занял место за сержантом, и они двинулись прямиком к запертой двери центра.

Улица совершенно безлюдна. Не частный сектор, но застройка преимущественно трех-, реже четырехэтажная. Из необычного – это обилие мусора, в основном бумага и полимер, которые разносит ветер. А они здесь далеко не редкость. Да только он еще в Окленде отвык доверять подобной тишине. Опять же видимые то там, то здесь человеческие и не только кости явственно указывали, что спокойствие это обманчивое. Поэтому Нефедов и не думал расслабляться, держа свой сектор.

Дверь стальная, решетки на окнах. Да оно и понятно, товар внутри дорогой. Все эти города, вытянувшиеся в цепочку вдоль побережья, с практически сгладившимися границами, считались благополучными в криминогенном отношении. Но кто сказал, что это повод не подумать о безопасности. Тем более что нейрокресла и нейросети весьма дорогой товар. Сигнализация – это само собой, но и крепкие запоры совсем даже не помешают.

Лацис подступился к двери, осмотрел замки, ухмыльнулся и полез за отмычками. Сколько талантов в сержанте. Провозился недолго. Всего-то минут пять, которые вовсе не показались вечностью. Кнопка вела себя вполне мирно, а раз так, то и беспокоиться не о чем. Почти.

Все же странное у нее чутье. То обнаружит опасность за сотню метров, а то и в нескольких метрах заметит чуть не в последнюю секунду. Бог весть с чем это связано. Поэтому Нефедов предпочитал придерживаться совета Лациса. Волнуется собачка – имей это в виду. Сидит спокойно – не расслабляйся.

– Сержант, Кнопка что-то учуяла. И похоже, это внутри.

– Мутант?

– Однозначно.

– Без разницы. Нам все одно нужно войти. Й-есть! – Второй замок провернулся на два оборота, и дверь слегка приоткрылась.

Едва это случилось, как оскалившаяся собачка невольно чихнула и поспешно облизала пуговку носа. Респираторы отсекали все запахи, пропуская только стерильный воздух. Но отчего-то Дмитрий не сомневался, что оттуда сейчас дохнуло сильной вонью. И ассоциация однозначная – трупный запах. Да только эта малютка не стала бы так рычать на полуразложившееся тело. Там однозначно кто-то живой. И судя по тому, как она повела мордашкой, этот кто-то движется.

– Сержант, оно переместилось вправо. Плана здания нет?

– К сожалению, нет. Входим.

Он потянул дверь, смещаясь вправо и освобождая проход. Дмитрий и Дог уже держали дверной проем под прицелом. Приблизились и, не входя в помещение, повели стволами каждый в свою сторону. Чисто.

В смысле чистотой этот бедлам нельзя назвать даже с натяжкой. Грязные и кровавые разводы. Обглоданный скелет прямо посредине вестибюля. При закрытых окнах и дверях смердеть здесь должно нещадно. И первое, о чем подумал Дмитрий, это пожалел Кнопку. Но та, похоже, в этом совершенно не нуждалась. Свыклась, или ее привлекало нечто более важное. Например, тварь, засевшая за стойкой ресепшена. Во всяком случае, собачка рычала именно в ту сторону.

Сектор не Дмитрия. Но его так и тянуло повернуть оружие в этом направлении. Да только справа в трех метрах имелась открытая дверь в кабинет, который вовсе не просматривался полностью. А значит, его необходимо контролировать.

«Дог, за стойкой ресепшена», – бросил Нефедов в канал группы.

Очень удобно. Можно общаться напрямую, не переходя на шепот. Уж больно хороший слух у мутантов.

«Дог, держи левый сектор, фронт возьму я», – вклинился вошедший в помещение Лацис.

Ну что же, вполне оправданно. У Дога слева также имеется дверь, и ему как бы не разорваться. Но все выровнялось, как только к ним присоединился сержант, который без лишних разговоров нажал на спуск. Оно бы гранату, хотя бы светошумовую, но в их планы вовсе не входило привлекать к себе излишнее внимание. Одного двигателя броневика уже достаточно, чтобы возвестить на весь квартал о своем появлении.

Магазин у автомата всего-то на два десятка патронов. Поэтому сержант отработал одиночными. Удары пуль, прошивающих насквозь стенки ресепшена, звучали даже громче лязга затвора. Хлопков выстрелов Дмитрий вообще не слышал. Особенности работы штатного оружия в беззвучном исполнении для помещений. Наконец послышался яростный рев, и из укрытия выпрыгнул вампир. Весьма развитый, пусть и хорошо недотягивающий до рвача. Таким уже не откажешь в быстроте и ловкости.

Впрочем, нахождение в замкнутом пространстве, отсутствие практики полноценной охоты с выслеживанием и погоней за добычей, вкупе с преодолением различных препятствий, не позволили ему стать достаточно ловким. Сомнительно, чтобы пуля, оцарапавшая плечо, могла как-то повлиять на физические показатели мутанта. Лацис без труда попал ему точно в лоб. Тот умер еще в полете, и к их ногам рухнуло уже бездыханное тело.

Обследование помещений выявило еще пять человеческих скелетов. Живых мутантов больше не было. Зато среди черепов обнаружилась парочка с изменившимися зубами. Повсюду были разбросаны обертки от различных продуктов. Даже разорванные упаковки от макарон. Сомнительно, чтобы их готовили. Скорее всего, поедали сухими, при этом весело похрумкивая. А вот консервы так и остались нетронутыми. Герметичная упаковка не пропускала запахов съестного. Ну или еще по какой причине.

– Похоже, работники центра решили укрыться здесь под защитой решеток, но им не повезло. Сначала сожрали все, до чего смогли дотянуться. Потом начали жрать друг друга, – предположил Дог.

Возражать или подтверждать его догадку никто не стал. Хотя бы потому что разделяли его предположение. Пауки в банке. Получается, нарваться на развитую тварь можно, даже обследуя запертое помещение. И лучше бы это учитывать. Признаться, раньше к таким помещениям они подступались без особой настороженности.

– Сержант, можешь объяснить, что мы тут делаем?

– Ты мне казался куда умнее, русский. Что еще можно разыскивать в нейроцентре, если не капсулы управляющих модулей нейросетей? Не в виртуал же мы собрались тут играть, – проходя в кабинет директора, ответил Лацис.

Дог остался в вестибюле, посматривая в окна, ну и заодно прикрывая оставшихся в броневике. Помещение-то зачищено, но улица полна неожиданностей, и не следовало о том забывать. Дмитрий же должен был прикрывать сержанта. Мутанты-то через окна на решетках не доберутся, но мало ли кого может сюда принести с оружием наперевес.

– И зачем? – поглядывая в окно, поинтересовался Дмитрий.

– Во-первых, сегодня их цена поднялась многократно. Во-вторых, вон Стрелок подарит своим сестре и кузине. Не заметил, насколько тебе стало проще с нейросетью и различными базами? – выдвигая ящики рабочего стола, продолжал пояснять Лацис.

– Отличие разительное.

– Ну вот видишь.

– А почему не раздобыли их в Окленде, пока чистили город?

– Все не так просто, русский. В Новой Зеландии нет своего производства. Так что каждая капсула на вес золота. И нейроцентры там подчистили до нас. Тот, что помогли вычистить мы, только собирался открываться, и о наличии там капсул никто понятия не имел. Иначе власти наложили бы лапу и на него. Ага. А вот и ключи. Это Силиконовая долина, и именно здесь находится производственная линия. Как результат, правительство в первую очередь заинтересовано в спасении людей. Ты ведь заметил, что нейросети устанавливают всем без исключения. Так что дефицит им не грозит, – демонстрируя обнаруженные ключи, произнес сержант.

– И что, мародерам и бандитам тоже нет никакого дела до нейроцентров?

– Скорее всего, есть. И я подозреваю, что тут нам тупо повезло, – подступаясь к сейфу, продолжал терпеливо отвечать Лацис.

Ключ подошел сразу же. Кодовый замок, как механический, так и электронный, отсутствовал. Так что сейф открылся без труда. Будь иначе – пришлось бы изрядно повозиться.

– Н-да. Как-то не очень. Всего-то два десятка, – окинув взглядом вываленные на стол коробочки, отметил Дмитрий.

Вот странное дело. Не нужно даже считать. Окинул взором, и калькулятор сам все пересчитал, умножил, сложил и выдал необходимую цифру. Достаточно просто подумать о нужном. Тактическая база, оказавшаяся в распоряжении новозеландцев, была более совершенной. Поэтому, опробовав ее в деле, наемники дружно сменили свою, уже успевшую устареть.

– Ничего удивительного. Центр так себе, не идет ни в какое сравнение с тем, что был в Окленде. Опять же производство под боком, вкладывать серьезные средства в закупку больших партий нет никакого смысла. Минимальных оптовых партий более чем достаточно, – возразил Лацис.

Картонные коробочки размером не больше футлярчиков под золотое колечко перекочевали в мародерку Лациса. Больше его здесь ничто не интересовало, поэтому они сразу же направились на выход.

От нечего делать Дмитрий вызвал интерактивную карту и задал параметры поиска. Вот точка, обозначающая его местоположение. Так и есть, нейроцентр. В квартале от них имеется еще один. И скорее всего, они сейчас обследуют и его. С другой стороны, дорогой товар, конечно, тема интересная. Но только не тогда, когда на тебе висят обиженные армейцы. Кто знает, насколько финт наемников раззадорил их бывших отцов-командиров. Вывести на улицу пару десятков патрулей, а то и больше, для них не составит никаких проблем.

– Сержант, Кнопка, – предостерег Дмитрий, наблюдая волнение собачки.

– Где? – тут же задал насущный вопрос Лацис.

– Не знаю. Она вертит мордой. Значит, не один и в разных местах. Но это не мутанты.

«Парни, у нас гости. Либо бандиты, либо военные. Стрелок, никого не видишь?»

«Нет, Латыш. Если они здесь, то прятаться умеют».

«Принял. Похоже, ждут, пока мы все выйдем к машине. Значит, так, я беру сектор с часа до четырех. Стрелок – с четырех до семи. Но сначала положи на пол наших гостей. И сам в салоне не засиживайся. Дог, от семи до десяти. Русский, к окнам, выходящим в торец здания. Только не спеши. Выжди, пока мы начнем и отвлечем их на себя».

«Понял».

«Двигай».

Дмитрий сместился вглубь офиса. В торец здания выходило три окна. Одно – из кабинета директора. Дальше большое окно в процедурной. И ничуть не меньше в игровом зале на десять кресел.

Необходимости прилагать какие-либо усилия, чтобы остаться незамеченным, никакой. Прежние обитатели закрыли все жалюзи. Света они пропускают достаточно, зато снаружи никто не увидит, что творится внутри. Они сорваны только у последнего окна. Но перед ним он маячить не спешил.

«Ковбой на месте».

«Готовы? Работаем», – приказал сержант.

Едва поступила команда, как тут же послышались хлопки капсюлей на запалах. А три с половиной секунды спустя, и Дмитрий это знал точно, раздался первый взрыв. Затем второй, третий… Послышался вопль, полный боли. Приглушенные выстрелы товарищей до него не доносились. Зато автоматной трескотни и грохота пулемета не расслышать он не мог.

Выглянул в дверь. Окно чуть левее, но в поле зрения никого. Оно и понятно, с этой позиции ни броневика, ни тем более входа не рассмотреть. На окнах решетки, так что из окон не выбраться. Причем даже модификантам. Если только навалятся скопом, да и то сомнительно. Выхода же на второй этаж из этого офиса нет. И как следствие, отсутствует необходимость в дополнительной позиции стрелка.

Вскинув «вепря», вошел в комнату и боком пошел влево, смещая сектор обстрела вправо. К окну не приближался, держась все время в глубине комнаты. С учетом расположения солнца и бликов на уцелевших стеклах, неплохой шанс оставаться незамеченным.

А вот и первый стрелок. Семьдесят два метра. Взгляд скользнул по фигуре в общем, но в уголке интерфейса тут же появилась иконка с полученными сведениями. Тактическая база способна идентифицировать больше тысячи различных образцов оружия даже по незначительным частям.

К примеру, по фрагменту приклада, ствола, цевья и так далее. В базе хранится не только информация о самом оружии, но и о его тюнинговом обвесе. Если только это не откровенная самоделка. Встречаются умельцы, предпочитающие самостоятельно возиться со своими стреляющими игрушками.

Дмитрию без разницы, чем именно вооружен противник. Поэтому иконка осталась нетронутой. Более того, он снес ее за ненадобностью. Если вдруг передумает, достаточно просто подумать о ней, как вся информация тут же появится перед взором. Причем не мозоля глаз, она будет постоянно обновляться и самостоятельно появится только в случае повышенной опасности. Ну, к примеру, если он решит, что кирпичная стена достаточно надежное укрытие, а в руках противника идентифицируется крупнокалиберное ружье. В этом случае сведения еще и подкрасятся красным.

Точка коллиматора на сотню метров перекрывает круг в четырнадцать сантиметров. Даже с учетом разброса поразить противника в голову первой же пулей вопрос только кривых рук. У него руки не кривые, и дистанция куда меньше.

Лязг затвора. Звон битого стекла. Привычный толчок в плечо. Звякнувшая о половую плитку гильза. Голова бойца в респираторе исчезла, словно кружок в тире.

И тут же ответная очередь. Пули разнесли остатки стекла и простучали по стене, выбивая штукатурку и поднимая облако пыли. Не гипсокартон какой, а нормальная кирпичная стена. Дмитрий упал на колено, уходя с линии огня. Взгляд лихорадочно высматривал стрелка. Нейросеть по звуку определила М-16, о чем и информировала владельца с беспристрастностью машины.

Вторая очередь на пяток патронов. Вот он! Чуть левее убитого им. Но предпринять Нефедов ничего не успевает, потому что одновременно с этим что-то увесистое прилетает ему в спину, вышибая холодный пот.

Дать третью очередь противнику помешал Лацис, которого и прижимал этот стрелок. Короткая двойка, и нападающий поспешил вжать голову в плечи. Укрылся он хорошо, с позиции сержанта его не достать. Но нервы все же не железные, и он дарит Дмитрию драгоценную секунду.

Этого вполне хватает, чтобы вскинуть «вепря». Стрелку нужно еще пару секунд, чтобы успеть изготовиться к стрельбе и открыть прицельный огонь. Нефедову этого времени хватает с лихвой, чтобы навести маркер на голову и нажать на спуск.

Лязг затвора! Неизвестный, легонько мотнув головой и выдав кровавый фонтан, уронил ее на автомат. Мгновение – и рядом буквально материализовывается Лацис. Два выстрела в качестве контроля на всякий случай.

«Латыш и русский, минус два. Наш сектор чист», – за обоих отчитался сержант.

«Стрелок, минус три. Сектор чист».

«Дог, минус два. Сектор чист».

«Русский, тащи свою задницу в машину. Уходим».

Дмитрия дважды уговаривать не пришлось. Вскочил – и бегом на выход. Когда выбежал на крыльцо, Лацис уже был у броневика, Дог на руле, а Энрико контролировал подступы.

– Русский, чего ты несешься как кабан на случку. Сколько раз тебе повторять, не расслабляйся. Все время контролируй окружающую обстановку.

– Так чисто же, – оправдываясь, произнес Дмитрий.

– Чисто не бывает даже у образцовой домохозяйки на кухне. Мало ли что там мы для себя решили.

Заканчивая отповедь, он затолкнул Нефедова в салон вслед за Энрико и погрузился сам.

– Следующий адрес чистим? – трогаясь с места, поинтересовался Дог.

– К дьяволу. Уходим, и чем быстрее, тем лучше. Похоже, бандиты мыслят в том же ключе, что и мы. Давай прямиком на аэродром.

– Думаешь, нас там не ждут?

– Думаю, другого пути у нас нет.

Бандиты. Ну точно. Бандиты. Всего увидеть и идентифицировать он не мог даже с помощью нейросети. Хотя бы потому что она не способна видеть сквозь непрозрачные объекты. Но то, что сумел распознать, разительно отличалось от армейской экипировки. Отсюда вывод. Это не солдаты регулярных частей, а какие-то партизаны, пусть и неплохо оснащенные.

Осмотрелся в салоне. Хм. Это их серьезно так встретили. По броневику отработал как минимум один пулемет. Солнечный свет проникал вовнутрь сквозь строчки пробоин. Чего уж там, у них ни разу не танк. Обычную пулю броня «форда» еще сдержит, а вот бронебойная с такого-то расстояния прошьет борт как бумагу. И как только не задело никого из испуганного и притихшего семейства?

Устраиваясь поудобней, почувствовал тупую боль в спине и вспомнил о чем-то увесистом, прилетевшем ему в спину.

– Энрико, не глянешь, что там у меня на спине? – попросил он снайпера.

– Повернись. Та-ак. Ага. Й-есть, – поковырявшись в бронике, произнес тот и затем протянул Дмитрию смятую пулю: – Держи. Наверное, прилетела рикошетом.

– Рикошетом и прилетела, – нервно сглотнув, подтвердил Нефедов.

– Стрелок, хватит уже обхаживать русского. Он не твоя кузина.

– А при чем тут кузина? – вскинулся снайпер.

– Ни при чем. Лучше покажи гражданским, как пользоваться оружием. У тебя в этом уже есть положительный опыт, – вновь намекая на Дмитрия, приказал Лацис.

Нефедов только сейчас сообразил, что модификанты умудрились еще и трофеи собрать. Шустрые, дальше некуда. Аж завидно. Вот он, к примеру, и не подумал в эту сторону. Если бы все развивалось не так стремительно, то оно конечно. Но тут… Если не товарищи этих ублюдков, то военные или мутанты нагрянут. Так что мысль у него была только одна – убраться отсюда. И чем скорее, тем лучше.

«Сержант, а тебе не кажется, что аэродром будет охраняться?» – поинтересовался Дмитрий по сети, решив, что спасенным совсем не обязательно знать об их намерениях.

«Аэропорт в Сан-Франциско контролируют военные. Но, по сути, только потому что там серьезная взлетно-посадочная полоса. Мелкие аэродромы пока никому не нужны. Просто не доходят руки. Или их не хватает. Первоочередных задач выше крыши».

Миновали несколько кварталов, и, если верить указателям, и сети, въехали в Сан-Матео. Хотя лично Дмитрий никаких различий не заметил. Тут, похоже, граница между городами проходит прямо по улицам, каждая из сторон принадлежит уже другому населенному пункту. Плотная застройка. И это еще мягко сказано. Хотя в основном все также двух– и одноэтажная. На одно домовладение не больше пятнадцати метров улицы.

Ну и запустение вокруг. Никаких мутантов нет и в помине. Хотя следы их деятельности очень даже наличествуют. Обглоданные кости и скелеты попадались не так чтобы и редко. Причем имелись среди них и черепа с вампирскими клыками. И это навевало мысли о матерых рвачах.

– Дог, подъезжай вон к тому магазину, – приказал Лацис, указывая рукой.

Впрочем, в этом не было никакой необходимости. Потому что он продублировал свою команду в канале группы, обозначив интересующий его объект на тактической карте. Но… Они ведь люди, а не роботы. Вот и ведут себя соответствующе.

– Решил прикупить наладонник? – хмыкнув, поинтересовался Дог.

Тем не менее он свернул к нужному магазинчику, торговавшему различными электронными аксессуарами. С виду вроде бы не разоренный. Что в общем-то и неудивительно. Выживших слишком мало, чтобы успеть отметиться везде. Опять же в первую очередь всех интересуют склады и большие торговые центры.

Отработали магазин без халтуры. При этом подверглись атаке десятка отчаявшихся кусачей, которых перестреляли не напрягаясь. Прозрачная дверь оказалась запертой. Но ее толщина не смогла выстоять против пули, и стекло осыпалось тысячами искрящихся на солнце осколков.

Энрико остался снаружи, Дог контролировал округу из броневика, а Лацис и Дмитрий полезли внутрь, держа каждый свой сектор. Кнопка также честно отрабатывала свой хлеб. В смысле не лезла со своими вечными притязаниями облизать хозяина. То есть вела себя совершенно спокойно, всем своим видом показывая, что в помещении никого нет. Ага. Вот еще и зевнула. Скучно ей.

Только убедившись, что в торговом зале и подсобных помещениях никого нет, сержант приступил к поискам. Дмитрий никак не мог взять в толк, что именно тот ищет. Спрашивать же… У него и без того хватает поводов слышать презрительные эпитеты в свой адрес. Так что малость обождет, а там и так все станет ясно.

Вот оно что. Лацис нацелился на коробки с портативными гражданскими дронами. Такой же, ну, может, другой марки, он выбросил из машины, когда они решили покинуть службу. Но эти были чистыми. Пользу от воздушной разведки переоценить сложно. К примеру, будь у них в воздухе такая камера, у бандитов не получилось бы их обложить, как медведя в берлоге. Спасибо Кнопке.

– Русский, умеешь управлять этой штукой? – поинтересовался Лацис, когда они вновь тронулись в путь.

– Да как-то… Хм. А ведь умею. В смысле знаю как. Причем пульт мне не понадобится. Я смогу синхронизироваться напрямую с управляющим модулем. Ну прямо как птица, йолки.

– Хочешь сказать, у тебя имеются соответствующие базы?

– Не базы, драйвера́. Подарок от Лиса. Там много чего в пакете выживальщика. Помимо всего прочего, есть и это. Правда, я только теоретически знаю, как это делается. На практике никогда не управлял даже с помощью пульта.

– Много текста, русский. Дог, паркуйся под тем деревом. Разобрали сектора. Работай, – это уже к Дмитрию.

– Есть, сержант. – А что он еще мог сказать?

Извлек из коробки квадрокоптер. Эдакая коробочка десять на десять сантиметров. Включил. Связь нащупал мгновенно. Причем перед взором сразу появилась картинка, которую видел объектив камеры. Уменьшил экран и загнал в правый верхний угол. Опять развернул перед взором. Отлично.

Теперь органы управления. Винты зажужжали как шмель, и малютка взлетела в воздух. Не обошлось без столкновений как со стенами, так и с пассажирами. Но не та масса и мощность электромоторов, чтобы кого-либо травмировать. Как, впрочем, гибкость и упругость материала не позволили сломаться самому дрону или лопастям.

После испытания в замкнутом пространстве квадрокоптер запустили наружу. Тот, весело зажужжав, устремился ввысь. Да так резво, что Дмитрию едва удалось избежать столкновения с кроной дерева. Сомнительно, что птичка повредилась бы. Но падать как-то не хотелось. Он так и слышал очередной язвительный эпитет сержанта. Наплевав на все, Нефедов вывел перед взором полноэкранный режим и-и…

Он реально вдруг ощутил себя парящим в небе. Слышал легкий стрекот винтов. Чувствовал сопротивление ветра, которое приходилось преодолевать. Ну и еще все время старался удерживать равновесие, чтобы не свалиться в пике. На то, чтобы полностью свыкнуться с управлением, понадобилось минут пять. Не сказать что после этого он стал асом, но теперь чувствовал себя куда уверенней.

– Ну что, наигрался? – словно со стороны услышал он голос сержанта.

– Птичкой управляю уверенно, – ответил Дмитрий, и не думая убирать полноэкранный режим.

– Вот наш маршрут. Давай передовым дозором.

Нефедов сразу же сдвинул экран в сторону и на вторую половину вывел интерактивную карту. Ага. Порядок. Отметка их группы. Это квадрокоптер. А вот и нарисованный сержантом маршрут. К слову сказать, ведет он не центральными улицами. Впрочем, оно и правильно. На автострадах сейчас свободные участки чередуются с заторами. Так что двигаться второстепенными улочками получится куда быстрее.

Вообще-то вид города с высоты птичьего полета удручал. И это мягко сказано. Дмитрий наблюдал, как группа мутантов загнала двоих мужчин, пытавшихся защищаться. Причем картинка оказалась настолько интересной, что он открыл трансляцию и для остальных.

Нет, дело вовсе не в том, что он вдруг стал падким на кровавые зрелища. Его внимание привлекла сама охота. Пока двое мужчин отстреливались от вампиров, которые вовсе не ломились грудью на пули, из девятнадцати они потеряли только троих. Зато сумели отвлечь на себя внимание, тогда как двое рвачей обошли этих бедолаг по крышам и атаковали сверху. А там уж пошло пиршество – как на телах убитых незараженных, так и на павших соплеменниках. Причем рвачи оставили себе тело довольно крупного мужчины из только что убитых.

– И что ты по этому поводу думаешь, сержант? – поинтересовался Дмитрий.

– Что тебе пора вернуться на маршрут, русский.

– Дерьмо. Получается, развитые твари начинают выступать в качестве лидеров и сколачивают охотничьи команды. Которые действуют не просто сообща, но выполняют приказы вожаков, – произнес Энрико.

– Волчья стая. Не смотри что звери, у каждого своя роль и задача, – поддержал его Дог.

– Ну чего раскудахтались? Мы изначально знали, что мозги мутантов остались при них, и тупыми зомбаками они не могут быть по определению. Быстро умнеют? Это тоже не новость. Русский, лучше обследуй маршрут.

– Уже делаю, сержант. Одно другому не помеха, – спокойно возразил Дмитрий.

Вскоре на их пути встали выгоревшие кварталы. В принципе ничего страшного, будь у них бронетранспортер с толстой резиной и автоматической подкачкой. Их же «форду» проколоть колесо – нечего делать. На дороге хватало всякого хлама от разрушившихся домов. Проезжую часть нередко преграждали упавшие столбы. Пришлось искать объездной маршрут.

Пару раз на их пути попадались группы мародеров. Бандиты или просто люди, пытающиеся выжить в этом хаосе, – разбираться не стали и предпочли объехать незамеченными. Им вообще ни до кого нет дела. Главное – обзавестись нужным транспортом и убраться из этого муравейника. А ничем иным полуостров Сан-Франциско не был по определению.

Как и предполагал Лацис, аэродром Сан-Карлоса, взлетно-посадочная полоса которого недотягивала и до километра, в настоящий момент пока никого не привлекал. У выживших хватало более насущных проблем. Что вполне устраивало дезертиров, кем они по сути и являлись.

– И почему именно «пайпер»? – осматривая белую машину с желтой полосой по борту, поинтересовался у сержанта Дог.

– Мозги включи. Машина двухмоторная, случись беда с одним – второй сумеет вытянуть. А нам лететь через океан. Моторы работают на автомобильном бензине. Заправиться можно где угодно. Дальность полета две с половиной тысячи километров. Грузоподъемность семьсот килограммов. То, что нужно.

– Он медленный, как улитка, – с кислой миной заключил Дог.

– Быстрее только турбовинтовые, а значит, работающие на авиационном керосине. И ты это прекрасно знаешь, – забираясь на место пилота и приступая к проверке, возразил сержант.

Провозился он совсем недолго. Даже запустил двигатели на остатках топлива и немного погонял их на разных оборотах. После чего удовлетворенно заключил, что птичка готова к полету, если только три бездельника озаботятся топливом. Что они, собственно говоря, и сделали, прокатившись к бензовозу, стоявшему метрах в пятистах. Топлива в нем оказалось немного, но, чтобы заполнить оба бака их транспорта, более чем достаточно. И вообще загостились они тут что-то. Пора и честь знать.

Глава 10

Перед броском через океан

Шесть часов в полете. «Пайпер» имеет крейсерскую скорость всего-то двести восемьдесят километров в час. Признаться, это перебор. Сидеть, конечно, не в пример удобнее, чем в том же «боинге». Хотя бы потому что колени не упираются в спинку переднего кресла. Но все одно испытание получается то еще. Тем более в отсутствие туалета, который в маленьком самолетике попросту не предусмотрен.

Но, с другой стороны, герметичная кабина и возможность находиться без хотя и привычных, но уже опостылевших респираторов. Ну и поесть нормальную еду, а не протеиновый коктейль. Правда, консервы можно назвать нормальной едой лишь с большой натяжкой. Но, как говорится, все познается в сравнении. Нет у них возможности готовить горячую пищу, хотя все необходимое для этого в наличии и имеется.

Первый их перелет составил меньше тысячи километров. Присмотрели одинокую заправочную станцию и приземлились прямо на дорогу. Дмитрий удивился было данному обстоятельству. Ведь они пролетели расстояние в два с половиной раза меньше, чем могла себе позволить эта птичка.

Но, как выяснилось, Лацис придерживался старой русской поговорки «Спешка нужна только при ловле блох». Он собирался отработать процесс заправки, используя для этого более или менее спокойные места. И, как оказалось, был совершенно прав.

Самолет без труда сел на автодорогу и въехал на территорию заправки. В ходе зачистки не обнаружили ни одного мутанта. Вокруг ни души, и подступы просматриваются минимум на километр окрест. Дмитрия с Кнопкой выставили на крышу и приступили к процессу заправки.

Но на этом их успехи закончились. Подобраться вплотную к колонке не позволили габариты самого самолета. Не смотри что легкомоторный, размах крыльев больше чем в одиннадцать метров чего-то да стоит. Перетаскивать в канистрах семьсот литров бензина – затея не из лучших. Пришлось мудрить с удлинением шланга. Кое-как, с горем пополам, они эту задачу все же решили.

Аварийный генератор на этой АЗС не предусмотрен. Нет электричества – и ладно. Подумаешь, можно и переждать лихие времена. Правда, маломощный, под дежурное освещение, все же обнаружился. Всего-то пара киловатт. Но Лацис решительно приказал тащить его к колонке и самолично сорвал с нее декоративную панель.

После чего сержант огласил заправку трехэтажным матом. Дмитрий даже заслушался, хотя и ни слова не понял из спича на латышском языке. А как было не материться, если колонка оказалась не всасывающая, а напорная. То есть насос располагался в емкости, откуда подавал топливо под давлением. Запустить же его можно только со всей АЗС. Для чего нужен генератор киловатт эдак на тридцать.

Это не Нефедов такой умный, а сеть. Подступы просматриваются превосходно. К тому же в воздухе барражирует уже подзаряженный квадрокоптер, картинка с которого выведена в правый верхний угол. Так отчего бы одновременно не поковыряться в сети. Тем более что он уж поднаторел в пользовании нейросетью.

Попробовали использовать мини-помпу, провозившись с люком на нужной емкости. Для чего понадобились банальные гаечные ключи. Благо с этим проблем не возникло: набор обнаружился прямо на полке магазина при заправке. И наконец их ожидало очередное разочарование: маломощный насос был не в состоянии поднять топливо с глубины в несколько метров.

Ситуацию спас Нефедов. Он предложил прокатиться до супермаркета на окраине ближайшего города, в двадцати километрах. Судя по информации в сети, там имелся отдел с садовым инвентарем. А значит, найдутся и шланг, и самая банальная помпа. Причем как работающая от сети, так и от автомобильной зарядки, каковая имелась в «пайпере». Ей ведь без разницы что качать – воду или бензин.

Рассказал о своих умозаключениях. Потупив взор и едва не шаркнув ножкой, пережил испепеляющий взгляд сержанта и дружный хохот Энрико с Догом.

С транспортом проблем никаких. До ближайшей брошенной автомашины пришлось отмахать не больше полукилометра. После чего они прокатились к супермаркету. На этот раз без стрельбы не обошлось. Зато с первого захода нашли то, что нужно, и не только помпу со шлангом. Ну коль скоро уже оказались в таком полезном и богатом месте.

На первую заправку им пришлось затратить два часа сорок три минуты. Нет, Дмитрий не засекал время. Признаться, несмотря на практику, все еще не может до конца привыкнуть к тому, что нейросеть фиксирует все с дотошной точностью. Если придется, то он восстановит всю свою жизнь по секундам, начиная с момента ее установки.

Единственно, без тактической базы все было куда проще, и отсутствовала столь точная фиксация по расстояниям и времени. Если только сам не задашь настройки. Но в бою это весьма полезно, а потому гражданские заморочки он отставил в сторону без сожалений. Мало того, еще и удивлялся тому, что Энрико, имея подобное программное обеспечение вкупе с баллистическим вычислителем, пользовался обычным дальномером.

Но, как оказалось, не все так просто. У наемников были установлены ранние версии тактических баз, работавшие на дистанции до ста метров. Да и сегодняшние эффективны не дальше двухсот. Так что без дальномера все одно никак. Как и без оптики вообще.

В тот вечер они заночевали прямо на АЗС. Благо навестили еще и туристический отдел, где обзавелись спальными мешками. Памятуя о перелете через океан, прихватили и парочку надувных лодок. Везти все это с собой из Новой Зеландии было проблематично ввиду установленных ограничений по багажу. Конечно, «пайпер» не грузовой самолет, но запаса по грузоподъемности для их увеличившейся поклажи все же хватило.

Зато вторая заправка, состоявшаяся как раз шесть часов назад, прошла без сучка без задоринки. Приземлились, зарулили на заправку сразу к емкостям – и далее по списку. Единственно, места для того, чтобы развернуть самолет, там конечно же не нашлось. Но «пайпер» не лайнер. А модификанты – не мальчики-одуванчики. Вытолкали машину обратно на дорогу, и вся недолга. Причем Дмитрий в этом не участвовал. Из него уже чуть не штатного наблюдателя сделали. Тут и Кнопка, и практически симбиоз с квадрокоптером.

– Ну что, парни, затекли? – задорно поинтересовался Лацис, сидевший за штурвалом.

– Предлагаешь размяться? – в свою очередь спросил Энрико.

– У нас же еще почти три часа лету, – удивился Дмитрий.

– Русский, ты сначала посмотри в окошко, а потом на карту. Глядишь, и вопросов станет поменьше. До побережья Атлантики пятьдесят пять километров.

Посмотрел и тут же устыдился. Лацис старался никогда не доводить дело до сухих баков. Поэтому места посадки и дозаправки подбирал заблаговременно, дабы иметь возможность для маневра. Вот и сейчас он поступал точно так же.

Самолет пошел на снижение. И океан ушел за горизонт. Дмитрий устремил взгляд на землю. Не сказать, что места густозаселенные. Вокруг простираются горы, озера, леса, с редкими лентами дорог и пятачками небольших городков. Правда, когда они вышли к берегу довольно крупного залива, ситуация изменилась, и на его побережье показался город покрупнее. Хотя и не самый большой.

Сент-Джонс, местный мегаполис на полторы сотни человек, располагается сразу за заливом. Его западную окраину уже видно. А вскоре он появится и целиком, вместе с пропавшим из поля зрения океаном. Впрочем, его посещение ими не запланировано. Их цель – заправочная станция километрах в одиннадцати юго-западнее города. Поблизости никаких населенных пунктов. То, что нужно.

– Ишь ты. А самолеты-то у них что же, под открытым небом, что ли? – удивился Дог, потянувшись к монокуляру в подсумке на груди.

Оптика появилась у всех троих наемников и являлась одним из немногих поводов для гордости Дмитрия. Потому что обзавелись они ею по его примеру. Не из дорогих – то, что удалось достать в обычных магазинах. Но вполне функциональные и, в отличие от его китайской поделки, достойного качества.

– Ничего удивительного. Подумаешь, озеро сковало льдом. Это ведь не повод прекращать воздушные полеты и перевозки. Поставили на колесное шасси – и всего делов-то, – следуя его примеру, произнес Энрико.

Нефедов также не утерпел и вскинул монокуляр к глазу. Искомое удалось обнаружить сразу. Потом увеличил кратность. Вот и нейросеть заработала, начав определять модели самолетов. Итак, двенадцать «оттеров», которые вот уже почти век осуществляют грузопассажирские перевозки на маломагистральных трассах. Четыре «сессны», причем все разной модификации.

А вот это… Дмитрий сильно удивился. Однако никакой ошибки. В смысле он-то мог ошибиться очень даже легко. А вот нейросеть позволить себе такой роскоши не могла. Стоило только панораме приблизиться, а деталям стать более различимыми, как тут же был вынесен однозначный вердикт. Гидросамолет «Ла-8С-RS». Или, если точнее, летающая лодка.

– А что тут делает российский самолет? – высказал он свое удивление. – Не знал, что на местных авиалиниях используются иностранные модели.

– Не используются. Это нонсенс. К чему давать работу другому производителю, если есть свой, его продукцию отличает качество, а со стоящими перед ним задачами он справляется. Но кто запретит владеть самолетом в частном порядке? – ответил Дог.

– Но ведь это аэропорт. Я правильно понимаю?

– Правильно. Так и что с того. Это ведь не запрещает держать там и частные машины. В этом отношении водный аэродром ничем не отличается от сухопутного, – пожал плечами здоровяк. И тут же к Лацису: – Сержант, а ведь классная штука. Дальность полета такая, что мы океан перемахнем без посадки. Р-раз, и уже в Португалии или Испании, если пролетим чуть дальше. Топливо – тот же бензин. Те же короткие разбег и посадка.

– И скорость на пятьдесят километров меньше. Помнится, кто-то жаловался, что мы и так ползем как улитка, – хмыкнул в ответ прибалт.

– Ну и что. Вот ты знаешь, что нас ожидает на этом острове Флориш? И никто не знает. Может, радушный прием, а может, недружественный огонь. А так… Опять же не утонет, потому что лодка. Да и салон у него просторней.

– Ладно, пройдем над портом, глянем, что там и как.

Пролет над небольшим водным аэродромом ничего не дал. В смысле то, что по его территории перемещались люди, а над трубой одного из зданий поднимался дым, конечно же результат. Причем положительный. Ну как не радоваться выжившим.

Но одновременно и отрицательный. Потому что лодочку им никто не отдаст. Даже взамен на «пайпер». Обмен получается неравнозначным. Ла-8 вмещал пилота и семь пассажиров, имея полезную нагрузку в тонну, был способен перемещать ее на расстояние в четыре тысячи километров. Да, более тихоходный. Но кто сказал, что это определяющее? Тем более сейчас. Но-о…

– А может, все же согласятся на обмен, сержант? – не удержался Дмитрий, стремящийся как можно быстрее попасть домой.

– Пустые надежды. Я бы не согласился. Для них оба эти самолета иностранцы, на которые сегодня запчастей не найти. То есть работают до первой поломки. Но тот более практичный, – возразил Лацис.

– А если мы найдем для них что-то из канадского парка?

– И в чем смысл, русский? Пока договоримся, пока найдем и пригоним замену, а потом еще и машина более медлительная. Да мы больше потеряем времени, чем выиграем. К тому же тут слишком холодно, и задерживаться никакого желания.

Это да. Автоматические метеостанции пока еще продолжали работать. Не все, но многие. И в частности, на Ньюфаундленде они вполне действовали. Температура за бортом минус тринадцать градусов. Вообще-то для середины марта холодновато, даже на этом острове. Хотя и не критично.

Сделав вираж над поселением, где появление чужого самолета, похоже, произвело фурор, Лацис взял курс на заблаговременно намеченную заправку. Еще и покачал крыльями, желая счастливо оставаться. Дмитрий же всматривался в то, как здесь устроились люди.

Два длинных одноэтажных здания были соединены между собой глухим деревянным коридором. Такой же тянулся к отдельно стоящему зданию, наверняка генераторной. Все оконные проемы забраны решетками. Территория по периметру выгорожена глухим дощатым забором. Поверх него и на подступах видна спираль Бруно. И наверняка к ней подведено электричество. Его использование общепринято в анклавах выживших. А люди интенсивно обмениваются данными. Спасибо все еще действующей спутниковой сети.

По углам со стороны дороги и озера две наблюдательные вышки. Причем на обеих ротные пулеметы. Серьезно так. Внушительно. Шестеро мужчин заняты на валке леса. Деревья тут невысокие, но все же обзор закрывают. Вот они и расчищают периметр. Мелочь и ветви в костер – оно и от хлама избавятся, и для обогрева. Стволы же с помощью экскаватора с раскрывающимся ковшом складируют в отдельный штабель. До заката еще час и сорок пять минут. Но о восьмичасовом рабочем дне тут, пожалуй, уже успели позабыть.

На территории видны несколько автомобилей. Четыре фуры, причем, скорее всего, груженные под завязку. Три фургона среднего тоннажа. Шесть пикапов с самодельными турелями и два топливозаправщика, все во внедорожном исполнении. Надо же. И у них тут с дорогами беда? Или это нормально для этих северных широт? Внедорожник – он ведь не только по ухабам и распутице, но и вот по снегу, которого тут вполне хватает.

Но хорошо, что не сейчас. Если судить по состоянию трассы, то снегопада в последнюю пару недель не было. Дорогу видно отчетливо, и шасси на какой-нибудь «подснежник» не напорется. А тогда уж какие полеты. И с ремонтом никто заморачиваться не станет, придется искать новый самолет. Не хотелось бы.

– Интересно, а у них там что же, нет газового отопления? И где емкости под топливо? Аэродром же, – не сдержал своего любопытства Дмитрий.

– Отопление однозначно газовое. Емкости как с бензином, так и с газом, зарыты в землю. Чего им торчать на виду, – пояснил Энрико.

– А дым над трубой?

– Скорее всего, камин в кабинете директора аэродрома. Пусть весь мир в труху, но кто сможет запретить маленькие радости.

– Будет нам радость, если они подчистили намеченную нами заправку, – пробурчал Дог. – Вишь, как у них все кучеряво. И топливозаправщики, и авиация, и электричество, к гадалке не ходи, от генератора. Так что топливо им ой как нужно.

– Не ворчи, – отмахнулся сержант. – Емкости у них не бездонные, так что все захапать они попросту не в состоянии. Но если даже и подчистили, найдем другую заправку, только и всего.

– Ладно. Не буду ворчать, – пожав плечами, согласился Дог.

– Вот и молодец. Возьми с полки пирожок.

– Сержант, ты уверен, что в тебе нет русской крови? – не удержался от подначки Дмитрий.

– Русский, ты лучше не берись шутить. Не твое, – полуобернувшись и встретившись с ним взглядом, отбрил прибалт.

Но тут же вернулся к управлению самолетом. Автопилот уже давно выключен. Высота меньше трехсот метров. Так что лучше не бравировать и покрепче удерживать штурвал. Пусть и безветрие, но мало ли. Небо – оно такое, ошибок не прощает.

АЗС находилась неподалеку от развязки. До аэродрома по прямой пять километров, по дороге шесть с половиной. В общем-то близко. И если они не вывезли это топливо, то однозначно считают его своей собственностью. Оно конечно, конфликта не хотелось. Но, с другой стороны, им нужно лететь, а считаться с их интересами никто не будет.

– Русский, запускай малютку, – когда они сели и приблизились к заправке на расстояние в сто двадцать метров, приказал Лацис.

В арсенале Дмитрия теперь две модификации квадрокоптеров. Побольше, с корпусом десять на десять сантиметров, способный подняться на высоту в два километра. И совсем малыш, размером со спичечный коробок, – этот забирается не выше сотни метров. Что касается радиуса действия, то благодаря сети ими можно управлять хоть из другого полушария. Иное дело, что заряд ограничен. У малютки это полчаса работы в экономичном режиме, второй способен отработать два часа.

«Пайпер» еще катил по дороге, когда Дмитрий открыл дверь и, высунув наружу руку, запустил квадрокоптер, тут же устремившийся к зданию АЗС. Экономить заряд никакого смысла. Во-первых, долго ему трудиться не придется. А во-вторых, у него в запасе еще по четыре штуки каждой из моделей. Кстати, не у него одного. Остальные также предпочли обзавестись подобными гаджетами. Просто пока ими не пользуются. Вот установят необходимые драйверы – и тогда совсем другое дело.

Сто метров до здания малютка проскочил за шесть и две десятые секунды. Точность и еще раз точность. Как бы еще к ней привыкнуть. Признаться, она уже начинает надоедать. Чувствуешь себя каким-то роботом. Да только лезть в настройки и загрублять их Дмитрий точно не станет. Да, где-то раздражает, но польза от этого несомненная.

Та-ак. И что тут у нас. Одна створка стеклянной двери разбита вдребезги. Залетаем вовнутрь. Бардак и полный разор. Все полки магазинчика опрокинуты, в относительном порядке только пластиковые канистры на стеллажах у дальней стены. Все съедобное уничтожено подчистую. Не растащено, а именно съедено, повсюду валяется изодранная упаковка. Знакомая картина. Так резвятся мутанты. В довершение картинки уже привычные человеческие кости и… Судя по рогам, это лось. Хотя чего это он. Нейросеть однозначно идентифицирует останки сохатого. За стойкой никого. Только еще один обглоданный череп, на этот раз оленя.

– Дверь в подсобку открыта, – подсказал Лацис.

Дмитрий вывел обзор в канал группы, так что картинку сейчас видят все. Но это не значит, что его нужно поучать и указывать, как обследовать помещения. Он и сам с усам. Впрочем, проявлять свое недовольство не стал. Не хватало еще, чтобы из-за этого страдало дело. Взбрыкни вот так, а кому-то, или даже тебе, за это придется платить кровью. Вот если бы замечание было не по делу, тогда да. Но все правильно, остается только отработать.

В коротком коридорчике сумрачно, но диод подсветки вполне справляется со своей задачей. Хотя и съедает дополнительную энергию. Справа дверь в кабинет директора, дальше котельная и кладовая. Слева комната персонала и санузел. Все двери закрыты. Есть ли кто внутри или нет, выяснится при зачистке. Вывел квадрокоптер наружу и облетел по периметру.

– Сержант, на снегу полно следов. И похоже, среди них есть свежие.

– Не слепой.

– А еще что-то крови в торговом зале мало.

– В смысле?

– В смысле животных убили явно не там. Да и нечего лосю и оленю делать в помещении. Очень похоже на логово, куда принесли добычу, а потом съели.

– Двери закрыты, а пользоваться ими мутанты пока не научились, – высказал свое мнение Дог.

– Много мы знаем о них, – не согласился Дмитрий.

– Пустой треп. Нам нужен бензин. А нет там тварей, есть и сколько их – не суть важно, – прекратил препирательства Лацис, сворачивая на подъездную дорожку.

Самолет замер у ограждения из сетки-рабицы, не докатившись до нее самую малость. И так нормально. Шланг у них длинный, так что обойдутся. Люки емкостей припорошены снегом. Получается, что после начала всей этой свистопляски туда никто не заглядывал. Что радовало. Не хотелось бы нарваться на опустошенную цистерну. Ну или черпать со дна. Муть еще какую или воду подцепят, а потом над океаном икаться будет.

Машину покидали быстро, но без суеты, тут же становясь в боевой порядок. Квадрокоптер сделал очередной круг над зданием и вновь юркнул в торговый зал.

Дмитрий непроизвольно вдохнул полной грудью чистый морозный воздух. Только вместо этого в легкие попал стерильный, без запаха и вкуса, но да, холодный. Проклятый респиратор, как же ему это все уже надоело.

– Сержант, я, кажется, что-то слышу, кроме писка лопастей, – проинформировал Дмитрий, завершая свой кратковременный полет фантазии.

– Действительно, вроде что-то есть, – поддержал его Энрико, как видно, также не убравший из интерфейса картинку и звук с дрона.

– А я вижу картинку – и там пусто.

– Может, они научились пользоваться дверьми. Все когда-нибудь случается впервые, – предположил Дмитрий.

– Дог, светошумовую в коридор забросить сможешь?

– Сделаю.

– Ну так делай.

– Сержант, пусть он пулемет возьмет. Гранату и я запущу, – предложил снайпер.

– Делайте.

Здоровяк покосился на Энрико, который, в свою очередь, пожал плечами. Потом забросил автомат за спину и сунулся в салон самолета, за пулеметом с лентой-соткой. Ну, разбираться они между собой потом будут, а сейчас Нефедова радовало то, что при них серьезный аргумент с внушительным боезапасом. Без глушителя, зато весомо. Опять же граната шумнет куда громче обычной. Как в том анекдоте про ведро, которое бум-бум, и гирю, что тюк-тюк.

Грохнуло и впрямь знатно. Так, что Дмитрий даже увидел задрожавшие стекла.

– М-мать!

Появление мутантов для него все же оказалось неожиданностью. Подспудно он надеялся, что просто накручивает себя. И в который раз попенял себе за то, что вечно не к месту думает о плохом. Впрочем, мысли эти ничуть не мешали ему вести огонь.

Первую отсечку он пустил прямо через панорамное окно. Так себе препятствие для пули. Витринное стекло осыпалось мелкими осколками, а мутант, схлопотавший в грудь все три пули, осел кулем на замусоренный пол. Еще отсечка, и следующий сложился под ногами наседающих товарищей. Да только последних оказалось до неприличия много.

Нефедов снял палец с предохранителя и отжал его до упора вниз, переводя «вепрь» на одиночный огонь. В магазине осталось только четырнадцать патронов. Перезарядиться времени ему не дадут. Пулемет Дога грохочет рядом, но он явно работает в другом секторе. Энрико поддержал его, включившись в избиение наседающих мутантов.

Дмитрий отстучал магазин и бросил «вепря» висеть на одноточечном ремне. Мгновение – и в руке «беретта». Чтобы свалить из пистолета тварь, одной пули явно недостаточно. Если только не в голову. Но стрелять прицельно времени попросту нет. Мысль эта мелькнула быстрее, чем он сумел вскинуть оружие. И тут же вновь загрохотал пулемет. Длинная очередь разом смела не меньше десятка мутантов.

Воспользовавшись моментом, Нефедов спрятал пистолет и заменил магазин винтовки. Вновь изготовился к стрельбе, уже не видя противников.

– Русский, облет помещений, – приказал сержант.

Картинка все так же висела в правом верхнем углу. Но при этом совершенно не мешала обзору. Хм. А как это он отвел квадрокоптер в сторону и не потерял над ним контроля? Нейросеть сама позаботилась об этом? Вообще-то она сама по себе ничего не может. Как выражаются ученые, она является всего лишь костылями, позволяющими использовать человеку его мозг с большей эффективностью. И если это действительно так, то получается, что он сам позаботился о гаджете, на подсознательном уровне.

Не суть важно. Дмитрий вновь завел его в коридор. И что самое интересное, все двери оказались открыты. Чудны дела твои, Господи. Нет, тем, что мутанты устраивают себе логово в домах, его не удивить. Но эти еще и прикрывают за собой двери? Интересно на их соображалку действуют холода. Очень интересно.

– В помещениях пусто, – доложил Дмитрий.

– Вижу. Я и Стрелок, прикрываем. Русский и Дог, контроль.

Дмитрий вновь вооружился пистолетом и направился к зданию. За его периметр успели выскочить шесть особей, после чего их смела пулеметная очередь. Всего в стае оказалось тридцать два разнополых мутанта. Похоже, каннибализмом они не страдали, зато преуспели в коллективной охоте.

А еще. Все они были вампирами, окончательно и бесповоротно распростившимися с последней вещью, и имели густой волосяной покров. В отличие от виденных прежде в Сан-Франциско, у этих не было ничего схожего с трехдневной щетиной. Скорее, уж с нутрией. Волосы длиной порядка трех сантиметров, только подшерсток отсутствует как класс.

Вообще ощущение такое, что перед ними матерые вампиры, приблизившиеся к границе дальнейшего развития и замершие на этой ступени. Возможно, причина в том, что они трансформировались в условиях холодной зимы. Слишком большие затраты энергии направлены на банальное выживание. Как говорится – тут уж не до жиру.

– Сомнительно, чтобы они обосновались здесь давно. Дерьма немного, как и костей, – высказал свое суждение Дмитрий.

– Русский, ты какого хрена стрелял сквозь окно? – не поддержал тему Лацис.

– В смысле? – искренне удивился Дмитрий.

– Расстреляв окно, ты открыл им дополнительный выход наружу.

– Сержант, ты действительно веришь, что стекло могло их надолго задержать?

– Наплевать, во что я верю или не верю. Но чтобы такого больше не было. Иначе я тебе башку оторву. Все. Запускай большого коптера, и на крышу. Выполнять.

– Есть.

Лестница, как и ожидалось, обнаружилась сзади. Забрался на крышу, запустил старшего брата малютки, а его убрал в подсумок. Со сложенными лопастями коптеры очень даже компактны и помещаются в одном подсумке с двойным отделением. В принципе на вес ему сейчас практически плевать, физическая форма у него – закачаешься. Но вот места под все, что хотелось бы прихватить, не напасешься. К примеру, в левом нарукавном кармане располагаются экспресс-анализаторы воздуха и крови. В правом – аптечка.

Осмотревшись, вывел картинку с дрона в правый верхний угол, недавнего боя – в левый. Чего там разорялся Лацис? Ага. Вот оно в чем дело. Мутанты не перли буром на стекло. Они все двигались в сторону открытой двери. То есть воспринимали окно как препятствие ровно до того момента, когда Дмитрий разнес его своей очередью. А тогда уж бросились в новый пролом. Получается, он своевременно не оценил обстановку и своими руками увеличил фронт атаки тварей. Н-да. Далеко ему еще до нормальных модификантов. Остальные сделали это наблюдение и соответствующие выводы походя. Он им еще и свинью подложил. Нужно запомнить на будущее. А пока…

О чем он там переживал, помимо мутантов. И впрямь словно притягивает неприятности. Дмитрий убрал картинку боя и задал дрону высоту в триста метров. Более чем достаточно, чтобы подняться над невысокими скалами с низкорослыми соснами. А теперь еще и направить камеру в сторону аэродрома. Нет, ну что ты будешь делать. Все шесть пикапов как раз покинули выгороженную территорию.

Пять километров. Слишком далеко, чтобы рассмотреть детали. Поэтому Нефедов направил квадрокоптер навстречу колонне. Какими бы ни были их намерения, сведения относительно приближающихся совсем не помешают.

«Сержант, к нам направляются гости. Шесть пикапов. Кратность у камеры швах, поэтому сколько бойцов, сказать не могу», – передал он в канале группы.

«Вижу. Правильно сделал, что направил дрона навстречу. Но, по сути, это ничего не меняет. Нам нужно топливо. Договоримся миром или придется его отбирать – вопрос десятый. Пока наблюдай. Дог, отвинчивай ты уже эти гайки».

«Делаю, сержант», – откликнулся возившийся с люком Дог.

Пять минут, и доступ к цистерне был получен. Именно в этот момент Дмитрий увидел в небе чужого дрона. Размеры побольше их малышей. Но наверняка и камера куда серьезней, с солидной кратностью. Хотя лично он сделал бы все же ставку на меньший размер.

«Сержант, над нами чужой коптер», – доложил Нефедов в канале.

Лацис нашел его взглядом, убедился, что сам находится в поле зрения камеры, и поманил коптер к себе. Оператор правильно все понял и опустил дрона. А чего в прятки играть, если его уже обнаружили? Когда камера приблизилась достаточно, чтобы ее микрофон мог уловить голос, Лацис заговорил, четко проговаривая каждое слово:

– Нас только четверо, но все мы модификанты. Нам не нужны проблемы, только топливо. Заправимся и сразу улетим.

После чего его рука молниеносно выхватила пистолет, и прозвучал пусть и приглушенный, но довольно громкий хлопок выстрела. «Беретта» сержанта была заряжена бронебойными патронами. Что в общем-то понятно, учитывая количество рвачей.

Камера разлетелась, брызнув осколками пластика и начинки. Коптер отбросило в сторону, после чего он взмыл в воздух и полетел в сторону аэродрома, ведомый обратно джипиэс-навигатором. Оператор управлять им, конечно, все еще может, но делать это вслепую несколько проблематично.

Тем временем квадрокоптер Нефедова приблизился уже настолько, чтобы можно было рассмотреть людей в машинах. Несмотря на холод, в кузовах было по три бойца. Пулеметчик и два автоматчика. В кабине помимо водителей Дмитрий вроде бы рассмотрел еще и пассажиров. А вот по одному или по несколько, решительно непонятно. Вообще-то сомнительно. И без того получается три десятка бойцов. Более чем весомо, даже по прежним временам. Вооружены и экипированы на славу, но разношерстно. Явно не военные.

После того как квадрокоптер местных убрался восвояси, колонна остановилась. Но, вопреки ожиданиям Дмитрия, не для разворота, а чтобы запустить новую машину. Похоже, упрямые ребятки. Правда, на этот раз аппарат небольшой, сродни тому, которым управлял он сам. А еще…

«Сержант, они отправили шестерых на лыжах напрямки через лес», – доложил он в канале.

«Вижу. Идиоты. Ну теперь пускай не жалуются, я их предупредил. Вести их сможешь?»

«Не проблема. Но они запускают еще один коптер. На этот раз небольшой. Кого вести?»

«Висни на дроне. Это важнее. А эти… Никуда не денутся, выйдут в тыл со стороны леса. Русский, вниз. Одеваемся в белое. Стрелок, как только появится этот коптер, вали его. Потом двигай к лесу. Эта шестерка на тебе».

«Принял».

Он это серьезно? Одного Энрико против шестерых бойцов? Впрочем, сержант наверняка знает, что делает. Опять же и втроем против двух дюжин с шестью пулеметами – тоже соотношение так себе. Тем более учитывая, что из Нефедова модификант как из свиньи балерина.

Когда он приблизился к самолету, их белые масккостюмы были уже приготовлены. Не совсем белые, а эдакий камуфляж с доброй примесью серого и темно-серого. Должно получиться нормально. Хотя Дмитрий в деле еще не проверял. Они обнаружили их все в том же отделе туризма и, памятуя, что им придется пересекать северный регион, предпочли прихватить.

Без труда влетел в просторные штаны. Сверху куртка, по сути целый балахон. В принципе она расстегивается до пояса, но Нефедов предпочел использовать нагрудные и боковые карманы, чтобы рассовать туда четыре запасных магазина и пару гранат. До остального добираться придется куда сложней, но невозможно получить все и сразу. Тогда уж нужно специально экипироваться должным образом.

– Держи пластырь. Обмотай винтовку, – протягивая белый рулончик, приказал Лацис.

– Халтура же, – удивился Дмитрий.

– Лучше так, чем вообще никак. Потом бегом до первого пролета моста путепровода, и вот здесь спрыгнешь прямо в сугроб. Только беги по дороге, чтобы никаких следов. Как спрыгнешь, выпростай рубаху, чтобы прикрыть прореху в снегу, и сам присядь по максимуму.

– Это если я там не провалюсь с головой, – рассматривая отметку на тактической карте, усомнился Дмитрий.

– Я бы на твоем месте беспокоился по поводу того, чтобы в сугробе не оказалось никаких «подснежников». Будет очень больно и обидно.

– Спасибо, успокоил.

– Пользуйся.

– Слушай, так а куда мне стрелять-то? Я же с обратной стороны получаюсь. Ты ничего не напутал?

– Не напутал. Сиди там, как мышь под веником. Как начнется, выберешься наверх и ударишь им в тыл.

– Понял.

– Вот и хорошо, что понял. Винтовку обмотаешь на месте, если будет время. Не успеешь – прячь ее в снег. Чего у русских не отнять, так это качества оружия, от винтовок до ракет. Так что не подведет. Все. Бегом, – придав ему ускорения легким толчком в плечо, приказал сержант.

Побежал. А что делать. Хм. Ну, например, думать. Бе́гу это не помеха. Если только от тех мыслей не случится медвежья болезнь. И ведь есть отчего. К примеру, кто-нибудь из этих придурков, если, конечно, это придурки, может решить занять позицию прямо на мосту путепровода. А что АЗС оттуда как на ладони? И даже крыша здания, на которой его тот квадрокоптер однозначно срисовал. И тогда уж достать Дмитрия им будет делом совсем плевым.

Если, конечно, станут смотреть себе под ноги. С другой стороны, еще и за спину, да с обратного ската. Ну, может, и выгорит. Хотя когда он начнет палить по ним с тылу… Глушитель, дозвуковые патроны, масккостюм, они ведь только увеличивают шансы не быть обнаруженным, но не исключают таковой возможности. А тогда уж он окажется один против пары десятков дебилов с оружием.

Вот интересно – Лацис его за камикадзе держит? Или просто за мясо, роль которого состоит в том, чтобы сдохнуть, пока настоящие солдаты будут побеждать. Мысли крамольные в голове одна краше другой. Но при этом он даже не сбился с шага. Неужели подспудно все же верит этому чокнутому прибалту? Похоже, так оно и есть.

Забежал на мост, издали контролируя передвижение колонны и вися на хвосте у их дрона. А ребятки между тем не спешили. По всему выходит, давали своему десанту выйти в тыл жертве. А никем иным прилетевшая четверка для них не могла быть по определению.

Н-да. Допустим, они могли не поверить словам Лациса. Но даже молодой друг Дмитрия, Вася, там, на острове, вот в этих наемниках с первого взгляда распознал модификантов. Неужели эти настолько тупы, что не понимают очевидного? Ну что же, это их проблемы. Причем в любом случае – выживет он или нет. Ага. Опять мысли о нехорошем. И даже дыхание не сбилось. Это еще подумать надо, кто из них придурок – те, что прутся сюда, или он.

Перебрался через перила. Примерился и прыгнул. Только когда ноги уже коснулись плотного сугроба, вдруг вспомнил о возможных подснежниках. Кнопка испуганно тявкнула, дернувшись в подсумке, в попытке сбежать от спятившего хозяина. От охватившего страха яйца подскочили под самое горло.

Пронесло. Зарылся в снег всего лишь по грудь, и на этом все закончилось. Собачка бросила на него осуждающий взгляд и по обыкновению облизнула черную пуговку носа. Он же, испытывая облегчение, только пожал плечами, словно извиняясь, и развернулся в обратную сторону, чтобы контролировать мост. Опасность могла грозить только с этого направления. Выпростал рубаху. Обмотал винтовку пластырем.

Когда закончил, дрон гостей как раз завис над АЗС. Дмитрий выстрела не расслышал, что в общем-то и неудивительно. Зато наблюдал, как небольшая коробочка полетела вниз. А потом приметил и самого снайпера, уходящего к лесу. Судя по приближающейся колонне, на которой вновь сосредоточилось его внимание, группа, отправившаяся в обход, уже близко.

Лациса и Дога не видно. Спрятались так, что не найдешь. Разумеется, в левый угол экрана выведена тактическая карта, и какой бы мелкой она ни была, видит он там все отчетливо, спасибо нейросети. Как четко различает и отметки нахождения товарищей, вместе со своей. Но вот визуально рассмотреть так и не получилось.

Оп-па. А это еще что такое? Сержант отодрал столешницу от стойки и написал где-то раздобытым маркером: «Просто уезжайте». После чего воткнул ее в сугроб так, чтобы было отлично видно. Интересно, это он хочет избежать боя или, наоборот, раззадоривает приближающихся?

Сзади послышался шум мотора. Увлекшись исследованием предстоящего поля боя, Дмитрий как-то упустил из виду колонну. А она между тем свернула с трассы и теперь движется по другой дороге, как раз со стороны, где засел Нефедов. Он присел еще раньше, так, что снаружи только голова и торчит. Но ведь расстояние от него до края дороги всего лишь пятьдесят три метра.

Страх прострелил от темечка до пяток, пробежавшись по спине холодной волной. Меж лопаток потекла струйка холодного пота. И тут же накрыла вторая волна, потому что шум двигателя послышался и на мосту. Как там сказал Лацис? Сидеть как мышь под веником? Вот он и сидит. Но квадрокоптер использовать все же не забывает.

Два пикапа, пройдя под мостом, выехали прямо в лоб. Едва остановились, как из них посыпались бойцы. Долго отсвечивать не стали, распределившись по противоположному от заправки кювету, с восточной стороны. Придурки, конечно, но пулеметчики все же оставаться в кузовах не стали. Десять бойцов, на дистанции от семидесяти двух до восьмидесяти трех метров, да на приемлемой позиции. Серьезно, чего уж там.

Машина на мосту – верх идиотизма. Догу экипаж этой крутой тачки с пулеметом на одну очередь, пусть и не короткую. Но нет. Здоровяк не сделал ни единого выстрела. Эти же, в свою очередь, попрыгали на асфальт и присели за бетонным парапетом, выгораживающим пешеходную дорожку. Бог весть для чего она тут, но вот имеется. И чего уж там, ее не пробьет даже винтовочная пуля. Хотя к чему стрелять по парапету, если с такой дистанции даже Дмитрий без труда отработает по тупым головам.

Оставшиеся три машины, прикрываясь насыпью, по развязке зашли с севера. В этом десанте было девять человек. И они также залегли на обочине, явно считая, что действуют в высшей степени грамотно. Бредовость данной уверенности была понятна даже Дмитрию. Пожелай модификанты – и они уже сейчас могли начать учить уму-разуму этих горе-вояк. Но Лацис, похоже, решил дать им последнюю возможность одуматься. Вдруг они с первого раза не рассмотрели надпись на столешнице? Хм. Или все же раззадорить?

Ладно. Все гости локализованы, его видеть никто из них не может по определению. Значит, пора выбираться. Еще бы знать, как это сделать. Извлек пару магазинов и, вогнав их в снег, получил хоть какую-то опору. Впрочем, плотный снег способствовал этому в достаточной степени. Вытянул свое тело наружу. Наст твердый, держит исправно. Вот и ладушки. Втыкая магазины в снег, пополз вверх. Интересно, чего они тянут?

«Русский, главного определил?» – запросил в канале группы Лацис.

«Он на севере. Высокий придурок со снайперской винтовкой».

«Правильно. Позицию его помнишь?»

«Можно подумать, мы в состоянии что-либо забыть», – не без удовольствия отмечая для себя, что, похоже, выдержал очередной мини-экзамен на наблюдательность, ответил Дмитрий.

«Не умничай. Посади коптер перед его мордой».

«Делаю». – Значит, сержант все же хочет их спровоцировать.

Дрон спикировал и сел в каком-то полуметре от идиотской рожи в противогазе. Самом натуральном. Старого образца, с парой баклажек по бокам. Реакция была ожидаемой. Подбадривая себя скудным английским матом, старший прибывших прихлопнул птичку цевьем винтовки. Потом двинул еще и еще. Дмитрий продолжал наблюдать за этим вандализмом, пока камера передавала изображение. Но вскоре оно пропало.

«Ответ устраивает?» – поинтересовался Нефедов у сержанта.

«Ты, я вижу, уже почти добрался до верха».

Будучи в одной тактической группе, они могут не только наблюдать отметки друг друга на карте. Кроме этого имеют еще доступ к видео– и аудиоряду.

«Еще пара метров», – подтвердил Дмитрий.

«Вот и ладно. Жди».

«Понял».

А чего ждать-то? Едва завершился этот их немой диалог, как тут же затрещали автоматы и загрохотали пулеметы. И как ни удивительно, но Нефедов даже отсюда расслышал, как пули громят здание АЗС, как лопается стекло. Странно, ведь он далеко, да еще и на обратном скате. Не суть важно. Каких только вывертов не случается.

Лезть вслепую никакого желания. Пришлось извернуться, чтобы достать малютку из подсумка на предплечье. Заряд, конечно, уже растрачен чуть не на половину. Забыл поменять квадрокоптер на заряженный. Но это не беда. Минут на пятнадцать его еще хватит. А за это время они должны уже разобраться с возникшей проблемой. Или Дмитрий окончательно разочаруется в модификантах.

Взмывший в воздух малыш тут же выдал картинку с находящейся на мосту пятеркой. Те увлеченно расстреливали АЗС, лупя в белый свет как в копейку. Наемники продолжали хранить молчание.

Вот интересно, чем руководствовались нападающие? С какого перепугу вообще решили атаковать? Смысл в чем? Он ведь должен быть всегда. Отстаивают свои ресурсы? А то вот так повадятся то одни, то другие, на всех не напасешься. Ладно. А поговорить и до чего-нибудь договориться? Не-э-эт, они однозначно придурки.

В его сторону никто и не думает оборачиваться. Они попросту не ожидают нападения с тыла. Вот и ладно. Дмитрий преодолел последние метры и, прикрываясь парапетом пешеходной дорожки, извлек из кобуры пистолет и сменил магазин на дозвуковые патроны.

На противнике бронежилеты, и лучше бы все же воспользоваться аргументом посерьезней. Но-о… «Вепрь» нормальными дозвуковыми патронами звук стрельбы гасит практически полностью, бьет даже тише воздушки. Зато громко лязгает затвором, а дистанция тут курам на смех, так что расслышат однозначно.

При стрельбе из «беретты» бронебойными патронами звук, конечно, серьезно так гасится и рассеивается. Как результат, обнаружить стрелка становится сложнее. Но чего тут искать, когда вот он, рядышком. Так что дозвуковые с их бесшумностью рулят. Ну а там стрелять нужно точнее, вот и все.

«Ковбой, готов», – доложил он в канале.

«Русский, отработай этих, на мосту. Иначе они нам носу не дадут высунуть», – тут же приказал сержант.

«Принял».

Пару раз глубоко вздохнул, разгоняя по жилам кровь и с удивлением отмечая, что не испытывает страха. Чудно как-то. Прикидывает, как именно будет действовать, просчитывает варианты, но не боится. Ничего общего с тем, что было всего лишь три с половиной минуты назад. Возможно, причина в том, что там от него ничто не зависело. Ему оставалось только неподвижно сидеть и ждать. Зато теперь он мог действовать.

Резко выпрямившись и не перебираясь через перила, поймал на мушку голову пулеметчика. Дистанция пятнадцать метров. Да не вопрос. Хлоп! Мужчина тут же сложился изломанной куклой. Сместить прицел вправо. Хлоп! Снайпер мотнул головой, выронил брякнувшую об асфальт винтовку с болтовым затвором и сполз за парапет.

Третий как раз начал перезаряжать свой автомат, канадский вариант М-16, и приметил гибель пулеметчика. Обернулся. Встретился взглядом с Дмитрием. Засуетился.

– Ф-фак!

Хлоп! И тут же откинулся на спину, глухо стукнувшись простреленной головой об асфальт. Но погиб не зря. Сумел поднять тревогу, и оставшиеся двое обернулись в сторону Дмитрия. Два хлопка в ближайшего, что в двадцати метрах. И оба мимо. Попасть в голову не получилось. Поэтому третий выстрел в грудь, отчего противник вздрогнул и замешкался. Второй уже наводит на Дмитрия свой автомат.

Понимая, что ничего предпринять не успевает, Нефедов сложился за парапетом. И тут же затрещала очередь. Пули с коротким «фьють» пронеслись над головой, звонко защелкали по бетону и, гулко ударив в металл перил, с визгом ушли в рикошет. Но, как ни странно, он по-прежнему продолжал сохранять спокойствие.

Деловито и без суеты сунул пистолет в кобуру. Достал из бокового кармана ребристую тушку гранаты, разжал усики и выдернул чеку. Отпустил рычаг, резкий хлопок капсюля – и тут же появился дымок горения замедлителя. И ни капли страха. Хмыкнул и, не высовываясь, коротким замахом отправил ее в полет.

Едва подхватил «вепря», как раздался взрыв. Вскинув оружие, поднялся и тут же рассмотрел ближайшего к нему противника. Того самого, что поймал бронежилетом пистолетную пулю. Он все еще пребывал в растерянности. Только на этот раз, скорее всего, это было обусловлено близким разрывом гранаты. Осколки его не задели, но граната – это всегда страшно, а Дмитрию достаточно было пары секунд.

Красная точка маркера коллиматора замерла на груди. Отсечка. Тройной хлопок и лязг затвора. Нефедов с удовлетворением отметил, что все три пули попали точно в цель. Противник откинулся на спину, мелко суча ногами в предсмертной агонии. Все. Этот уже в прошлом.

Повел стволом, выискивая следующего и не находя его. Одно из двух. Либо он укрылся за машиной, либо спрыгнул с моста. Во второе не верится категорически. Три секунды – и квадрокоптер замер над пикапом. Вот он. Укрылся за автомобилем. Нет, все же не военный, а всего лишь жалкая жертва голливудских постановок.

Прикинул, где именно засел противник. Отсечка прямо сквозь кузов автомобиля. Не броневик же он, в самом-то деле, пули прошили тонкий кузов как бумагу, пробили бронежилет и добрались до плоти.

Указательный палец соскочил со спускового крючка, переводчик огня в крайнее нижнее положение. Маркер коллиматора на голову вывалившегося из-за укрытия противника. Одиночный хлопок. Пуля выметнула из черепа кровавый фонтан. Доворот. Прежний уже не сучит ногами. Но кого это интересует. Хлопок. И кровавый нимб на асфальте.

«Ковбой. Минус пять. На мосту чисто».

Вообще-то в устном докладе не было никакого смысла. Программа тактической базы все делала за него, отображая результаты подтвержденных ликвидаций вместо бойца. Причем делала это беспристрастно и с куда большей точностью, чем сам носитель нейросети, прогоняя через себя множество параметров.

К примеру, сканирование первого противника, получившего три пули в грудь, показало, что противник мертв. Правда, Дмитрий все одно предпочел разнести ему голову. Так, на всякий случай. Машина – она ведь не вездесуща и не всесильна. По старинке же оно куда надежней.

«Молодец, русский. Повеселился, а теперь займись делом».

Нормально, да?! Вот интересно, а он чем занимается! То есть пять жмуров – это так, посмеяться или высморкаться. Сержант вообще там охренел! Впрочем, мысленно бранясь, Дмитрий и не думал стоять столбом. И уж тем более высказывать свое недовольство. Вместо этого он перво-наперво изучил тактическую схему боя.

Итак, отличился не он один. Энрико – минус четыре. А нет. Уже пять. Дог – минус три. Его пулемет жалит гулкими короткими очередями. И надо заметить, довольно успешно. Лацис – минус четыре. Получается, Нефедов по результативности вровень со снайпером. Хотя… Нельзя в общем-то сравнивать его нападение из засады на открытом месте с противостоянием остальных. Ну и ладно. Он не гордый.

Сменил магазин винтовки и подступился к парапету. Лацис и Дог даже не думали отсиживаться на одной позиции. Они все время пребывали в движении, используя каждую складку и собственную ловкость. Вроде и расстояние так себе, и стрелков на каждого из них достаточно, только попасть в них отчего-то никак не могут.

До дальних – немногим больше двухсот метров, точнее тактический дальномер определить не может. По карте – двести пятнадцать. Это на основе спутниковых данных, ясное дело, не военных карт, а гражданских. Так что точность относительная.

Впрочем, не суть. Стрелять с такой дистанции с помощью коллиматора – та еще задачка. Даже с учетом его талантов и способностей модификанта вообще. Человек не лось, точка накрывает грудную мишень практически полностью, поэтому огонь будешь вести скорее в направлении цели. А уж когда речь идет в лучшем случае о голове, так и говорить не о чем.

Поэтому сосредоточился на противнике поближе. У этих он на левом фланге. Только, похоже, им нет никакого дела до того, что на мосту что-то произошло. Все их внимание сосредоточено на Лацисе, который успел помножить на ноль еще одного противника, доведя счет до пяти. Да они в панике. Ну точно. Палят как заполошные, словно увидели призрак своей смерти и не в силах его остановить. Впрочем, так оно и есть, чего уж там.

Дмитрий навел маркер на ближайшего противника. Восемьдесят три метра. Нажал спуск. Хлопок. Лязг затвора. Несчастного скрутило в рогалик, в корчах от нестерпимой боли. Про этого пока можно забыть.

Следующий. Хлоп. Похоже, пуля пришлась в бронежилет под слишком большим углом и ушла в рикошет. Но удар все же получился увесистым, потому что мужчину толкнуло с такой силой, что он был вынужден выпустить цевье автомата и упереться левой рукой о плотный снег. Еще не понимая, откуда именно прилетел привет, он начал разворачиваться в сторону угрожающей опасности. А вот теперь угол оказался более чем оптимальным, и бронежилет не выстоял. Схлопотав пулю в грудь, неизвестный откинулся на спину, разметав руки в стороны.

Все. До остальных троих уже добрался сержант. Дмитрий потянулся было к подсумку с оптикой, чтобы помочь Догу, но там в дело вступил Энрико, и вмешиваться было уже поздно. Обратил внимание на тактическую карту. Тридцать – ноль в их пользу.

О-хре-неть! И плевать, что эти бойцы не шли ни в какое сравнение с модификантами. Дмитрий все одно не мог поверить в происшедшее. Ладно он, напал сзади. Но остальные-то действовали в лоб. А что вытворял Лацис, атакуя шестерых по открытой местности, – это вообще песня. Как в него не попали в шесть стволов на дистанции меньше сотни метров, просто непонятно.

«Трофеи не собираем. Только если что-то действительно стоящее».

«Сержант, моим, я думаю, пулеметы совсем не помешают. Понимаю, лишний вес, но без патронов, только с лентами…» – произнес Энрико.

«Добро. Подбирай. Можешь даже со снаряженными лентами. Только быстро».

«Принял».

«Русский, тащи сюда свою задницу. Снаряжай нового дрона и наблюдай за окрестностями. Дог, у тебя есть пленные?»

«Один еще жив».

«Допроси».

«Делаю».

«Энрико?»

«Извини, сержант, как-то не до того было…»

«Принял. У меня тоже один. Русский, тебя можно не спрашивать».

«Я не супермен», – коротко бросил Дмитрий, сбегая по заснеженному откосу путепровода.

«Это да. Ты у нас вечно со страху после себя оставляешь одни трупы», – не без язвинки заметил Лацис.

Направляясь к АЗС, Нефедов не забыл прихватить пулемет и пару запасных коробок для Энрико. Оно конечно, дома тоже не помешает серьезный аргумент. Но тащить с собой иностранный образец, а потом чесать репу, где взять к нему боеприпасы, – идея не из лучших. Конечно, натовские патроны в России производят. Но сугубо под охотничий рынок, а значит, запасы по определению не могут быть серьезными. Тут бы обеспечить свою винтовку.

Первое, что увидел Дмитрий, приблизившись к самолету, – это пробоины от пуль. Причем две из них были на кожухе двигателя. И что-то ему подсказывало, что на пользу мотору это не пошло.

«Сержант, у нас проблема. Нашу птичку подстрелили», – доложил он.

«Русский, займись своим делом и не отвлекай меня».

«Принял».

Нефедов хотел было сказать, что вопрос с транспортом куда важнее допроса пленных, но все же предпочел промолчать. Как говорится: «Делай, что должен, – и будь что будет». Вот и сержант делает, что должен. Хм. И Дог к нему присоединился. Экспресс-допрос в полевых условиях. Когда читаешь об этом в книгах, то звучит это как-то солидно, брутально и… С эдаким пренебрежением и легкостью. На деле же…

На деле от душераздирающих криков Дмитрия пробрало до самых костей. Настолько, что ему пришлось делать над собой усилие, чтобы не зажать уши. Подобное он слышал, только когда мутанты рвали на части еще живого человека. И вроде как попривык. Но осознание того, что здесь и сейчас это вытворяли вовсе не твари, придавало происходящему особенно страшный оттенок.

– Ну что тут у нас? – наконец приблизившись, поинтересовался Лацис.

– Два попадания. И блок пробит. Вон уже масло потекло, – доложил Дмитрий.

– Ожидаемо, – хмыкнув, заметил сержант. – Имущество не пострадало? – указывая на пробоины в фюзеляже, поинтересовался он.

– Вроде нет, но я доподлинно не выяснял. Сержант, а ты вроде как подобное ожидал?

– Конечно, ожидал. У меня ведь есть на плечах голова, а в ней мозги. Если бы эти придурки уехали, как их об этом и просили, то ничего бы не было. Мы заправили бы птичку и улетели по своим делам.

– А какого они вообще на нас напали?

– Я не спрашивал.

– Как?

– А так. Не интересно мне это. От слова «совсем». Какая разница, из-за чего они напали. Главное, что они начали первыми.

– О чем же тогда вы допрашивали пленных?

– Сколько бойцов осталось на аэродроме и в каком состоянии самолеты, – пожав плечами, пояснил Лацис. – Дог, что у тебя? – приметив приближающегося здоровяка, поинтересовался сержант.

– Двое бойцов на вышке и двое внутри. Шестеро мужиков-работяг и десяток баб в обслуге.

– У меня так же.

– Я не понял, так это что же, бандиты? – сделал свои выводы из услышанного Дмитрий.

– Скажем так, некая группа вооруженных людей, решившая выживать на свой манер, – начал пояснять здоровяк. – Разграбили несколько магазинов, до которых смогли дотянуться, набили фуры продовольствием. Но останавливаться на достигнутом не собирались. Подобрали тех, кто искал защиту. В общем, придурки, возомнившие себя королями жизни. И кстати, нас они собирались убить и развесить вот на этих фонарных столбах, чтобы мутанты не добрались. В назидание остальным, чтобы не трогали их имущество.

– Но ведь сержант сказал им, что мы модификанты, – не смог скрыть своего удивления Дмитрий.

– Они и сами это поняли, наблюдая за нами через коптер. Потому и направились сюда чуть не всеми наличными силами, – отмахнулся Дог.

– Много слов. Лучше подгони машину и помоги Энрико собрать трофеи. С патронами можно не стесняться. Русская лодка утащит все, – оборвал здоровяка сержант.

– Понял.

– И что мы будем делать дальше? – спросил Дмитрий у сержанта, едва Дог отдалился.

– Странный вопрос, – пожал плечами Лацис. – Сейчас погрузим наши вещи в машину. Потом под видом своих заедем на территорию, перебьем оставшихся четверых королей жизни, а потом улетим на русской лодке. Она исправна и даже заправлена. Возиться не придется.

– А гражданские?

– А что гражданские, – вновь пожатие плечами. – Если не станут оказывать сопротивление, а я на это надеюсь, то никто их не тронет. Оружие у них на базе есть. И вот здесь валяется достаточно стволов. Пусть о себе сами заботятся. Я спасать мир не нанимался.

– Погоди. Так вот это… Ты фактически подставился только ради того, чтобы заполучить летающую лодку?

– Русский, я собирался просто дозаправиться. Повторяю, если бы они на нас не напали, то мы бы спокойно улетели.

– Но ты их фактически спровоцировал.

– Серьезно? И чем, если не секрет?

– Они считали эту заправку своей собственностью.

– И что на это указывает? С чего у них прав на это топливо больше, чем у нас? И вообще как тебе то, что они изначально знали, кто мы, и намеревались подвесить на столбах в назидание другим?

– Мы могли перелететь на другую заправку.

– А там нашлись бы другие хозяева жизни, и мы снова полетели бы искать топливо в другом месте. Русский, ты коптера запустил?

– Запустил.

– Где он?

– Подлетает к аэродрому.

– Сделай так, чтобы его не заметили, и локализуй оставшихся бандитов. Приказ ясен?

– Ясен.

– Вот и выполняй. Пошевеливаемся, парни. До темноты осталось не больше часа. Нам нужно еще успеть взлететь. А там – бросок через океан, и Европа. Считай, уже дома.

Глава 11

Мафия бессмертна

Квадрокоптер легко скользит в воздухе под комариный писк винтов. В чем нет ничего удивительного, учитывая его размеры. Но несмотря на явно бытовое предназначение, картинку он выдает качественную и вполне справляется с ролью разведчика. Товарищи уже подшучивают над Дмитрием – мол, признайся уже, что не расстаешься с Кнопкой потому, что она твоя подружка. Ведь дроны полностью удовлетворяют потребности группы в разведке.

Впрочем, в этой шутке нет и капли намека, одно только веселье и желание подначить Дмитрия. Он уже давно привык к подобным подковыркам и не обращал на них внимания. Однако, как выяснилось, это было несколько не так. Стоило прозвучать намекам в зоофилии в присутствии девушек, как он растерялся и даже слегка покраснел. И вот тут уж Энрико с Догом развернулись во всю широту, а он ничего не мог с собой поделать.

На деле же оба наемника нипочем не согласились бы отправляться в рейд без собачонки. Дроны, камеры – это просто замечательно. Но они видят только тот сектор, куда направлен миниатюрный объектив. Не способны заглянуть за стену или закрытую дверь. А как минимум одну группу мутантов, умеющих пользоваться дверьми, они уже встречали. Кнопка же чувствовала опасность и в меру своих способностей указывала направление, откуда она исходит. А там уж и квадрокоптером доразведать можно. Если получится.

Но сейчас просто идеальные условия для работы. Пустынные коридоры огромного торгово-развлекательного комплекса, сплошь открытые двери или стеклянные перегородки обеспечивали хорошую видимость. Тем более что они не торопились, и Дмитрий успевал заслать дрона во все непросматриваемые уголки. А там, куда он все же проникнуть не мог, к примеру, банальная занавеска в примерочной, вполне можно было положиться на обоняние Кнопки. Ну и конечно же ножками, ножками. А то как же. Разок расслабишься – и беда тут как тут.

В происходящее верилось с трудом. Но пока все было чисто. Они уже достаточно углубились в огромное одноэтажное здание общей площадью тридцать семь тысяч пятьсот квадратных метров. И все же ни один мутант им так и не встретился. Возможно, потому что торговый центр располагался на окраине города. С юго-востока и юго-запада пустыри, к северо-западу огромное хранилище ГСМ. Спальный район расположен на северо-востоке, по другую сторону широкой автомагистрали.

Впрочем, это вовсе не повод для того, чтобы расслабляться. В отличие от картины, рисовавшейся множеством фантастов, мутанты не бродят толпами по улицам и не стоят истуканами на одном месте, посреди открытой площади, чтобы сагриться на появившегося человека. Как уже не раз говорилось, при отсутствии пищи в анабиоз они конечно же впадали, но при этом предпочитали спрятаться в укромный уголок.

Причем так, чтобы быть поблизости от возможного появления добычи, но в то же время самим не оказаться в подобной роли. Более или менее вольготно чувствовали себя только развитые твари, сбившиеся в стаю в десять – пятнадцать особей. Только такой подход мог гарантировать относительную безопасность.

Были и такие, что уходили в канализацию, переходя на крысиную диету. Кто там кого с большей вероятностью жрет, совершенно непонятно. Но местные говорили, что видели довольно внушительных рвачей, появлявшихся из-под земли. И не доверять этим словам причин не было. От человечинки они, конечно, не откажутся, но, похоже, и на хвостатых соседях неплохо так приподнимались. Не то что на северах, где им приходится пережигать уйму ресурсов для банального выживания. Куда уж тут вкладываться в развитие.

Палермо. Они прибыли сюда вчера в восемь утра, проведя в полете в общей сложности двадцать пять часов. И всего тридцать восемь, если считать отдых под Бадахосом. Специально подгадали прибытие так, чтобы впереди был весь день. Так оно куда предпочтительней на незнакомой территории.

То, что Энрико был родом отсюда, ничего не значило. Ситуация сильно изменилась. Не стало прежней власти, нет старых мафиозных кланов. Во всяком случае, пока все почерпнутое из слов его сестры и кузины говорило именно об этом. Хм. Кстати, хорошо, что Дмитрий ни разу не назвал снайпера итальянцем. Тот, чего доброго, еще и озлился бы. Потому что он сицилиец, и никаких гвоздей.

Сестры… Или все же нет. Сестра и кузина. Это важно. Когда Энрико отправился во взрослую и бурную жизнь, Доминика была всего лишь соплюшкой, с едва наметившимися прыщами вместо груди. Теперь же… Дмитрий не раз и не два слышал о том, что в Европе с красивыми женщинами все плохо. На основе своих скромных наблюдений он был склонен с этим согласиться. Но, похоже, сицильянок это ни в коей мере не коснулось. Все встреченные им в убежище девушки были если не красавицами, то точно симпатичными.

Еще после первого видеозвонка снайпер стал слишком часто поминать свою кузину. И общался с ней куда больше, чем с младшей сестрой. Причем неловко прикрываясь при этом отговорками типа «Лаура сейчас занята» или «в рейде». Подумаешь, дочь родной тетки. Это ни о чем не говорит. Чай, не Россия, в Европе подобные браки в порядке вещей.

Так вот, сестры прибились к одной мафии. Никакой оговорки – мафия и есть. С соответствующей структурой и иерархией. Вообще-то Дмитрию трудно было себе представить, чтобы сицилийцы и вдруг обошлись без семьи.

Правда, дон подкачал. Мало того что прежде он ни к какому клану вообще не имел никакого отношения, так доном еще оказался парень лет двадцати пяти, невысокий смуглый брюнет с короткой стрижкой курчавых волос. Словом, внешность совершенно не представительная. Чего не сказать о мозгах и организаторских способностях.

Ну и дальше по иерархии – консельере, сиречь советник, помощник, капитаны, солдаты, соучастники. Всего в семье насчитывалось сто два человека. Правда, от канонов они все же отошли. Из общего числа тридцать два человека были детьми до шестнадцати лет, занявшие нишу соучастников. Кто постарше, считались уж взрослыми. Но и среди них мужчин и парней было только двадцать девять. Остальные – женщины и девушки. И новоиспеченный дон не мог себе позволить всех их поставить на хозяйственную часть. Так что наиболее подготовленные были солдатами и входили в боевые группы.

К таковым относилась и сестрица Энрико, Лаура. Возможно, это и нетипично для сицилийской девушки, но она увлекалась тактической стрельбой как из пистолета, так и из дробовика. Похоже, сказались гены или просто авторитет старшего брата, помноженный на повальный европейский феминизм. Но стреляла она и впрямь хорошо.

А вот Доминика была из другого теста. Она получила образование программиста. Не сказать, что хватала с неба звезды, но тем не менее работала по специальности и даже выплачивала кредит за собственную двухкомнатную квартиру в Палермо. Ее дон держал подальше как от боевых групп, так и от хозяйственной деятельности. Найдется кому стрелять и пропадать на кухне, а вот со специалистами сейчас был полный швах. Тем более в области программного обеспечения.

Если слетит операционка, останется только чесать в затылке и думать, где достать новый компьютер или планшет. Причем желательно уже готовый к работе. Конец света концом света, но сеть никуда не делась, как и огромная польза от нее.

Именно благодаря ей быстро распространилась информация об элементарных мерах предосторожности и эффективных способах противодействия вирусу. В сети же появлялось множество схем по сборке тех же озонаторов. Причем с разъяснениями на пальцах, где можно достать комплектующие и какую пимпочку прикручивать к соответствующей загогулине. Озон вообще оказался самым распространенным, доступным и эффективным средством дезинфекции.

Новоиспеченный клан обосновался в четырехэтажном двухподъездном доме в ста пятидесяти пяти метрах от побережья. Ох уж эта точность. Прорубив двери в перегородках коридоров на каждом из этажей, новые обитатели получили сплошное жилое пространство. Дальше уже знакомая система со спиралью Бруно на подходах к зданию, окнах, балконах и по периметру плоской крыши. Разве только без подведенного тока.

Электростанция, питавшая город, была остановлена. Централизованной власти здесь не оказалось, а такой объект существовать сам по себе не в состоянии.

Генераторы требуют топлива. Конечно, сейчас его еще можно было сливать из баков автомобилей, но надолго такой подпитки не хватит. Есть заправочные станции, за обладание которыми уже идет борьба между другими группировками. Мало напасти в виде мутантов – так еще и люди вцепились друг в друга.

В городе есть нефтехранилище. Но там обосновалась какая-то серьезная группировка, на вооружении у которой имелись не только пулеметы, но и кое-что посерьезней. Бронетехника в том числе. По всему выходило, что это военные. Хотя кто там за старшего и какие у них цели, совершенно непонятно. Но в разборки, захлестнувшие город, они пока не лезли.

Дон Валле справедливо рассудил, что его задача не установить свое господство над Палермо, а позаботиться конкретно вот об этих доверившихся ему людях. В этой связи он сразу отказался от агрессивных действий.

Итальянское законодательство на владение оружием достаточно лояльно, так что стволов на руках и в магазинах хватало. Причем и серьезных в том числе. Но пулемет иметь на руках уже не получится. Если только это не коллекционная модель лохматого года. Так что вооружить свое воинство и даже более или менее унифицировать по боеприпасам у дона получилось. И случись дать отпор, нападающим мало не покажется. Но сами они все же предпочитали никого не задевать.

Так вот. Электричество в убежище конечно же было. Как без него. Но вырабатывалось оно исключительно солнечными батареями. А при таких делах особо не разгуляешься. Для бытовых нужд этого еще достаточно, но на подвод тока к периметру рассчитывать уже не приходится.

Едва вникнув в дела семьи, Энрико выказал желание вступить в нее. Вообще-то обычно этот процесс небыстрый. Но где те времена, когда для того, чтобы стать солдатом, нужно было пройти долгий и тернистый путь. Правда, ни снайпера, ни Дога, изъявившего желание присоединиться к другу, в солдаты не произвели. Они сразу же стали капитанами, и дон предложил им самим подобрать себе по три солдата, которых они и должны были подготовить.

Лацис воспринял эту новость вполне спокойно. Он как бы и не рассчитывал, что парни всегда и всюду будут следовать за ним. Дмитрий даже подумал было, что сам латыш тоже останется здесь. Ведь у него по факту ни кола ни двора.

Расстроился ли он по этому поводу? Вот уж ничуть не бывало. Самолет их приводнился, после чего без труда выкатился на пляж и теперь дожидается своего часа, будучи в ста двадцати трех метрах от дома. Поднять его в воздух Дмитрию вполне по силам. Там ничего сложного. Для управления конкретно этой моделью у него базы нет, но это не беда. Во-первых, он запомнил порядок. А во-вторых, можно будет получить урок вождения у сержанта.

Впрочем, Лацис предложил не гнать лошадей и малость обождать. Не дело вот так просто бросать товарищей. Ведь можно же помочь им обосноваться на новом месте. А заодно и поиметь кое-какие плюсы. Ну и отблагодарить их за пережитое вместе. Дмитрий был не против.

С его семьей все в порядке. Их убежище в больнице наконец обрело вполне завершенный вид. Сейчас ведутся работы по расширению обитаемой зоны путем устройства переходного коридора из нового корпуса в старый. Общая площадь увеличится раза в полтора.

Запасы продовольствия сделали солидные. Вопрос с электроэнергией сейчас решается за счет генераторов, благо с топливом пока сложностей нет. Но уже устанавливают ветряки и начинают ковырять в разных местах солнечные батареи. С ними в их краях дела обстоят не очень. Не Италия, и вообще дело это в России не особо приветствуется. Власти куда больше заинтересованы в том, чтобы потребители покупали электроэнергию у государства.

Словом, у них все в порядке, и они ждут возвращения главы семейства. Причем не только Нина с детьми, но и руководство анклава. Опытный строитель им очень не помешает. Ведь ладят все на глазок, по собственному усмотрению, изобретая велосипед, а то и городят целую телегу, вместо того чтобы использовать банальный самокат. Это образно, конечно. Но суть от этого не меняется.

На волне вступления в семью Энрико и Дог решили сделать свой существенный вклад. Нет, понятно, что шесть пулеметов, захваченных неподалеку от Сент-Джонса, серьезно усилили огневую мощь и обороноспособность клана. Но кто сказал, что следует останавливаться на достигнутом, когда можно сделать куда более существенный шаг.

Из двадцати капсул нейросетей, которыми они разжились в Сан-Франциско, десять отходили Энрико и Догу. Две из них предназначались Лауре и Доминике. Остальные наемники были готовы передать семье, и в частности бойцам, которые войдут в их группы и станут модификантами. Стоит ли говорить, как именно была воспринята эта новость.

Дмитрию Лацис также выдал пять коробочек с капсулами, с напутствиями не растерять это богатство. Сложно переоценить их значимость в сегодняшних реалиях. И он был абсолютно прав. Плевать на прямой и практически повсеместный доступ к сети. Нефедов на собственном опыте убедился, насколько эффективен может быть даже модификант первого уровня.

Кстати, у них имелись базы и наномодификаторы всех пяти уровней. Спасибо Лису, ну и предусмотрительности Лациса. Оказывается, он все заранее просчитал и подготовил. Хотя и не счел нужным ставить относительно этого в известность Дмитрия. Что в общем-то и правильно.

Разумеется, новозеландцы и не думали снабжать наемников всем необходимым. Но сержант сделал по-своему. Однажды ночью он с парнями протащил в анклав хакера. Ввиду кадрового голода со спецами у властей не очень, так что молодой человек сумел без труда пройти через электронную защиту и добраться до банка данных. Несколько часов – и в их распоряжении оказалось много интересного. В том числе и все пять баз модификаций бойцов.

В следующую ночь они проникли в нанолабораторию, имея при себе уже емкости для хранения и транспортировки наномодификаторов. Изготовить такие при наличии соответствующих баз проще простого. Там всего-то нужен термос, управляющий модуль с соответствующей программой и терморегулятором. Ну и конечно же питательная среда, которую время от времени необходимо подкармливать глюкозой. Вот, собственно, и все.

Остальное – дело техники. Они ведь не собирались похищать емкости. Просто взять в лаборатории каплю жидкости и переместить в свой термос. Все. Дальше малютки сами размножатся до определенного числа, спокойно дожидаясь часа, когда в них возникнет необходимость. Как и восполнят образовавшуюся недостачу.

Конечно, сами наномодификаторы можно извлечь и из крови модификантов. Да только к ним потребовалось бы оригинальное программное обеспечение. Иначе – бесконтрольное размножение, со всеми вытекающими отсюда неприятностями. А вот базы-то взять было и неоткуда. То, что закачано в голову наемников, продукт одноразовый и копированию не подлежит. Без вариантов.

Так что теперь дело оставалось за малым. Чтобы активировать все это богатство, необходимо раздобыть нейрокресла. А таковые имелись в торгово-развлекательном комплексе на окраине города. В Палермо было еще четыре нейроцентра. Причем крупных. Но располагались они в районах с повышенной концентрацией мутантов. Лишний риск – он и есть лишний. К чему, если потребное можно раздобыть при меньшем риске.

Тем более что ни одной капсулы там не сыскать – их уже давно вычистили другие группировки. Дона Валле куда больше волновали вопросы выживания доверившихся ему людей, нежели риск на будущую перспективу. Притом что совершенно непонятно, будет ли у них это самое будущее.

Кто-то скажет, что подобный подход глуп и недальновиден? Возможно, так оно и есть, но отсутствие амбиций позволило молодому дону с блеском выполнить первоочередную задачу. Его клан потерял только троих погибших в столкновениях с мутантами. Убежище было надежно прикрыто от нападений тварей, средств индивидуальной защиты в достатке.

Да, это были давно устаревшие противогазы, с банками фильтров на маске. Но какая разница, если они исправно работали. Кроме того, на складе имелось несколько сотен строительных респираторов со сменными противопыльными фильтрами. Они уже доказали свою эффективность в противостоянии вирусу. А вот многие из тех, у кого амбиции зашкаливали, покинули этот бренный мир…

Под аккомпанемент комариного писка квадрокоптер вылетел из распахнутых стеклянных дверей очередного магазина и двинулся к следующему, на противоположной стороне. Н-да. Здесь скоро не управиться: слишком большая площадь, заставленная стеллажами с различной бытовой техникой. Дмитрий бросил взгляд на сержанта, словно извиняясь за вынужденную задержку.

«Работай, русский», – кратко бросил Лацис в канале группы.

А и то. Тут лень может стоить очень дорого. Опять же ответственность у них сейчас не только за себя, но и за доверенных им гражданских. Ага. Себя он уже к военным причисляет. Ладно, не суть. С ними двигалась бригада из четверых человек, которые должны были демонтировать одно из кресел. По возможности больше, но это как получится. В их числе была и Доминика, как единственный специалист в области цифровых технологий.

А еще они катили перед собой тележку, на которой сейчас находились аккумуляторная батарея и кое-какой инструмент. Как утверждала девушка, перед демонтажом необходимо запустить рабочий процесс и провести какую-то деактивирующую процедуру. Иначе вполне возможно получить в руки довольно удобное, но совершенно обычное кресло.

Облет магазина занял три минуты, в течение которых вся группа пребывала в напряженном ожидании. Однако тварей внутри не оказалось, что, признаться, с одной стороны, радовало, с другой – напрягало. Когда ты видишь врага, оно как-то спокойней. Вот он, и тут уж либо ты, либо тебя. Но это уже как бы привычно – иное дело, когда ты находишься в постоянном ожидании какой-либо каверзы.

Как ни странно, но до нейроцентра, находившегося в глубине обширного здания, они дошли без происшествий. Если все предыдущие двери и перегородки были прозрачными, то здесь на стекло был наклеен рекламный баннер. Эдакий счастливчик с блаженной улыбкой на устах. И через косую полосу он же в облике воина. Фэнтезийные нарядные доспехи, нереальный меч, которым он сражает какую-то страшную сказочную тварь. И надпись, предлагающая окунуться в фантастический мир.

Все ясно. Ставка заведения в первую очередь была именно на игроков. Как раз то, что и собирались сделать в оклендском центре. Ну что же, остается надеяться, что и здесь будет чисто. Дрон завис, не в состоянии как преодолеть стекло, так и передать картинку.

– Ну что, Кнопка, твоя очередь, – погладив собачку, тихо произнес Дмитрий, подступаясь к двери.

Собачка повела себя совершенно предсказуемо. Этой дай только повод – залижет до смерти. А он о чем? Извернулась и лизнула перчатку. Сообразила, что ее обманули, и недовольно облизала черную пуговку носа. Не то что вчера, когда оказалась в плену у местной детворы. Вот уж где ее шаловливый язычок разгулялся под восторженный детский смех.

Взрослые отнеслись к этому развлечению настороженно. А ну как зараза проникнет через эту лохматую гостью? Мало ли, что прошла обработку газом. Раз в год и палка стреляет. А вдруг чихуахуа окажется носителем вируса, который вполне комфортно чувствует себя в ее теле?

Долго расстраиваться по поводу подставы с перчаткой собачка не стала. Долг превыше всего. Ну и ненависть к мутантам в ней куда сильнее. Едва почуяв его, собачка зарычала. С ненавистью, но как-то без особого огонька. Дмитрий отметил это для себя, но и не подумал расслабляться.

«Сержант, есть контакт», – доложил он в канале.

«Принял. Дог, дверь. Стрелок, контролируй тыл. Русский, работаем».

После недолгой возни с дверью Дог наконец открыл ее. Лязг затвора, перекрывший хлопок выстрела. Зазвеневшая по керамограниту гильза. И тупой звук удара головы по нему же.

Кусач. Упитанной не выглядит. Благодаря тому, что была в юбке, женщина полностью сохранила одежду и белый халат в том числе. Хм. Ну или светло-серый, не суть важно. Получается, когда все началось, она заперлась в центре, а потом не смогла оттуда выйти. Голодала, пока не впала в анабиоз, и проснулась только с появлением людей.

Вообще-то началось все двадцать три дня назад. Пусть она какое-то время была активной, а в анабиоз впала на третьи или четвертые сутки. По самым скромным прикидкам, получается порядка восемнадцати суток. Неслабый такой срок. И она вовсе не истощена. По физическим показателям наверняка превзойдет себя же прежнюю.

Как мутанты ведут себя, оказавшись взаперти во множественном числе, они уже знали. Поэтому с большой долей уверенности можно было утверждать, что она здесь одна. Хотя это вовсе не повод расслаблять булки. Мало ли, вдруг они разошлись по разным комнатам, а кусачи особой сообразительностью не отличаются, чтобы справиться с дверными запорами.

Вестибюль со стойкой ресепшена. Слева дверь в кабинет директора. Дальше по коридору еще три, в процедурную, где устанавливали сети, серверную и санузел. Справа – две, за которыми обнаружились игровые залы, по десятку кресел в каждом.

Доминику заинтересовали два кресла в процедурной. Мотивировала она это тем, что эти непременно заточены под установку как самих нейросетей, так и баз. Возможности же игровых кресел, скорее всего, попросту порезаны и годятся только для развлечения. Нет смысла переплачивать за ненужное программное обеспечение и функции.

Бригада демонтажников решительно подступилась к крайнему креслу, вмиг лишив блок управления декоративной панели. Затем вовнутрь потянулись провода от аккумулятора. И наконец за дело принялась девушка.

– Стрелок, Дог, держите вход в центр. А мы прогуляемся. Русский, запускай коптер.

– Куда идем?

– Лови маршрут.

– Хм. Сержант, что за детский сад?

– Много текста, русский. Шевели задницей.

В ответ Дмитрий только хмыкнул. Чужая душа потемки, а уж Лациса – так и вовсе полный мрак. Вот что ему вдруг вздумалось. Поди пойми этого стукнутого на всю голову прибалта. Впрочем, стоять на одном месте все одно скучно, так отчего бы и не прогуляться. Н-да. Похоже, он становится адреналиновым наркоманом. Оно конечно, ну его такую радость. Но вот посидит без дела – и в заднице начинает и впрямь свербеть.

Выйдя из центра, прошли коридор до перекрестка, после чего повернули направо. Признаться, обстановка давит на психику. С одной стороны, вроде бы прозрачные перегородки и проникающий через окна свет. Но с другой, его явно недостаточно, потому что на пути встают различные препятствия. Те же полки с товарами, рекламные баннеры, стенды, и все в подобном духе. Так что двигаться приходилось словно в сумерках.

«Сержант…»

«Вижу. Иди вперед».

«Может…»

«Не может, русский. Двигай, прикрываю».

«Принял».

Коптер выхватил двух мутантов, расположившихся в соседнем с нужным им магазине одежды. Нет, потребности в ней у них не возникло. А вот тяга к удобствам, похоже, присутствует. Стащив в одну кучу тряпье, двое матерых рвачей устроили себе уютное логово. Причем импровизированный лежак располагался в одном углу, а обглоданные кости и останки недоеденного человека или менее развитого мутанта – в другом.

Хм. И ведь опять разнополая парочка. За непотребством их пока еще не наблюдали, но симптомчик, однако. Неспроста это, и точка. Должна быть причина. Причем совершенно очевидная. Неужели они и впрямь смогут размножаться? Отсутствие в настоящий момент сексуального влечения можно объяснить тем, что они еще не достигли половозрелого состояния. Тогда происходящее сейчас можно расценить как дружбу между мальчиком и девочкой в детском саду. Ага. Детки, йолки.

Кстати, эти малолетки на сегодняшний день являются самыми развитыми из всех прежде виденных им. Если, конечно, не считать пережравших наномодификаторов и переродившихся модификантов. Первые и вовсе вне конкуренции.

Волосяной покров, в отличие от их северных сородичей, отсутствует напрочь. Исключение только гениталии и голова. В последнем случае волосы с боков редкие или редеют, а по центру, наоборот, начинает отрастать грива. Н-да. Ну и морда все больше походит на уродливого волка с гладкой безволосой красной кожей.

Самец открыл глаз и с эдакой сытой ленцой посмотрел на жужжащий коптер. Счел его недостойным внимания. Не съедобный. Благодаря обработке угрозой также не пахнет. Не обращать же теперь внимание на всякого пролетающего мимо шмеля.

Как оказалось, озон хорош не только в качестве дезинфекции, но и как средство от запахов. Любых запахов. Так как уничтожал колонии бактерий, их генерирующих. Полная стерильность. Разумеется, доставалось и полезным микроорганизмам. Но такова плата за безопасность.

Мутант вытянул вперед руки и, совсем уж по-волчьи потянувшись, широко зевнул. Потом с эдакой ленцой и хищной грацией направился к недоеденным человеческим останкам. При этом передвигался он на четвереньках, опираясь на фаланги пальцев, подобно гориллам. У него даже подушечки соответствующие появились и руки вроде как вытянулись. Или это только кажется? Ведь есть же непропорционально сложенные люди.

Самка не стала составлять ему компанию. Лишь сонно и сыто потянулась. Перекатилась на спину и вытянулась во весь рост, предаваясь истоме. Хм. А может, у них уже и было что? Уж больно у нее характерное поведение. Ну один в один девица, получившая полное сексуальное и моральное удовлетворение. Хотя чего это он. Она и была в недавнем прошлом девушкой или женщиной. Угадывать их возраст после трансформации он пока еще не научился.

Дмитрий наблюдал все это, уже привычно выведя картинку в правый верхний угол. До логова метров двадцать. Они его пока не видят, так как перегородку соседнего магазина закрывает стенд с выставленной на нем мужской модельной обувью. Но еще немного, и самец вполне сможет заметить его отражение. Стекла тут хватает. С освещением не очень, так что в своеобразных зеркалах недостатка нет.

Нефедов остановился и посмотрел на сержанта. Тот стоял с таким видом, словно его все это никоим образом не касается. В то, что он решил его подставить, не верилось. А вот нечто вроде очередного зачета – это очень даже в его характере. Твари матерые, но и он уже вроде как полноценный модификант первого уровня.

Хм. Получается, и тогда, на мосту, тоже был экзамен. Лацис точно знал, что Дмитрию придется выступить против нескольких противников. Мало того, они должны были занять господствующую позицию и могли реально попортить наемникам кровь. А ведь, доверившись ему, сержант в тот момент где-то даже подставлялся.

Ладно, мысли не о том. Итак, у Лациса ноль реакции, фунт презрения. Сам принимай решение, а уж крутиться будем вместе. Ну, хотя бы потому что остаться в стороне у него не получится. Значит, нужно принимать решение.

Дмитрий двинулся вперед, переставляя ноги так, как его учили на занятиях по тактической подготовке. Благодаря этой науке, улучшенной координации движений, чистому гладкому полу и мягкой подошве они двигались практически бесшумно. Ну, может, Дмитрий, в отличие от Лациса, был более неловким – все же первый уровень против пятого. Да только здесь и сейчас это не имело значения. Тихо же.

Самец оторвался от пищи и, вздернув голову, внимательно прислушался. Неужели услышал? Повел своей уродливой мордой и, оскалившись, издал едва различимый рык. Вернее, это Дмитрий расценил происходящее именно так. Потому что микрофон на коптере не уловил ни звука.

Зато очень даже расслышала дамочка, с которой истома слетела, как снег с потревоженной ветки. Извернувшись, она буквально перетекла из лежачего положения и встала на четвереньки, опираясь, как и ее дружок, на фаланги. Только при этом еще и поигрывала серьезными такими невтягивающимися когтями. Может, именно из-за них они и не опираются на всю ладонь, чтобы не выдавать своего передвижения скрежетом когтей.

Скосил взгляд на Кнопку. Ага. И она наконец почуяла опасность. До двери двенадцать метров, и оттуда, скорее всего, несет трупным смрадом. Вот и забивает нос собачонке. Мутанты же их не чуют. Во-первых, люди регулярно моются, причем используют обычное мыло, без ароматизаторов. Во-вторых, систематически, и перед выходом в особенности, проходят обработку озоном. Так что самец их именно услышал. А скорее, все же Дмитрия.

Мутант постоял какое-то время, пытаясь уловить запах. Не преуспев в этом, двинулся на выход, явно не собираясь ломиться сквозь стеклянную перегородку. Дмитрий сместился влево, занимая позицию у самого стекла, так чтобы его нельзя было рассмотреть, не выглянув в коридор. Лацис последовал его примеру. Только если Нефедов присел на колено, сержант остался стоять.

Коптер отлетел в сторону, продолжая удерживать в поле зрения обеих тварей. Дмитрий управлял им на подсознательном уровне. Во время долгого перелета заняться было нечем, так он гонял малютку, как говорится, и в хвост и в гриву. Зависая даже перед лицом вечно недовольного сержанта.

В целом тот безропотно сносил подобные тренировки. Но порой все же ловил гаджет, пока оператор наконец не научился уворачиваться от цепких рук сержанта. Получалось подобное далеко не всегда, но все же получалось. И, по правде говоря, это было достижением. Реакция и скорость у прибалта для простого смертного запредельные.

Впрочем, мутанты по-прежнему не увязывали этого шмеля с опасностью, за каковую они восприняли крадущиеся шаги. Так что коптер был в полной безопасности. Чего не сказать о них.

Дмитрий взял на прицел дверь. Перевести оружие в режим одиночного огня уже не получится: мутанты наверняка услышат щелчок. Наконец самец осторожно выглянул в коридор. Тройной лязг затвора. Звон рассыпавшихся по керамограниту гильз. Мутанта словно кувалдой приложили. Он опрокинулся на бок и недвижимым вытянулся на полу.

Самка выскочила из двери разъяренной фурией, оглашая коридор злобным ревом. Наверняка расчет на то, чтобы ошеломить. И надо сказать, ей это в некоторой мере удалось. Нейросеть в значительной степени погасила звук, но ничего не могла поделать с пугающей животной яростью, источаемой глоткой твари.

Он дрогнул. Всего лишь на мгновение, но все же дрогнул. Не замешкайся она из-за гладкого и скользкого пола, кто знает… Да нет же. Шансов у нее все равно не было. Просто тогда с ней разобрался бы не Дмитрий, а Лацис. А так… Он успел совладать с собой и нажать на спуск. В голову попасть не рассчитывал, поэтому отправил отсечку на три патрона точно ей в грудь.

Нейросеть тут же констатировала ранение. Указательный палец отжал переводчик огня в крайнее нижнее положение. Вновь на спуск. Одиночный лязг. Голова самки мотнулась, выдав фонтан крови и ошметков мозгов. Все же тяжелая специальная пуля – это не перекрученная самоделка.

А вот с самцом вышел казус. Поначалу нейросеть констатировала его гибель. Но стоило только им приблизиться к поверженному противнику, как проведенное сканирование по ряду признаков выявило, что мутант еще жив. Очередной лязг. Вокруг уродливой головы образовался кровавый нимб. И вновь констатация уничтожения.

– И что это было, а, сержант?

– Пуля прошла вскользь, вспоров кожу и выдав фонтан крови. Нейросеть сопоставила попадание, полученный результат и характер падения мутанта, после чего выдала лог об уничтожении.

– Выходит, верить ее логам нельзя?

– Полностью быть уверенным нельзя даже в себе. Что уж говорить о машине, пусть она и практически совершенна. Поэтому делай верные выводы и учитывай на будущее. А так… Идет беспрерывное накопление статистических данных. Прежние были рассчитаны на человека. Потом появились модификанты, которые проходят отдельной строкой. Сейчас вот мутанты. И у всех своя уникальная система распознавания. Со временем ошибок будет меньше. А пока не расслабляй булки. Ликбез закончен. Маршрут прежний. Вперед.

А что тут скажешь? Дмитрий только пожал плечами и сменил магазин. Не удержался и отправил коптера к человеческим останкам. Н-да. Уже не человек. Клыки явно указывали на начинающего вампира. Выяснив это, направил летающую камеру в магазин игрушек. Ну да. Именно в него они и направлялись.

– И зачем мы здесь? – после осмотра довольно просторного магазина, в котором царил беспорядок, поинтересовался Дмитрий.

– Тебе скоро домой.

– И?

– Ты что, вот так и заявишься с пустыми руками?

– Что?

– Русский, ты глухой? – вздернул бровь сержант.

– Я? Нет.

– Оно и видно. Выбирай. Сегодня здесь скидки.

Дмитрий обалдело смотрел на Лациса, силясь понять этого человека, в очередной раз представшего в несвойственном ему свете. В смысле с неожиданной для Дмитрия стороны. Ладно, он еще мог допустить, что сержант питает слабость к детям. Но какое это имеет отношение к Нефедову, которого он откровенно недолюбливает?

Наконец растерянность прошла, и Дмитрий сумел взять себя в руки. Вообще-то он вез дочке Кнопку. Но кто сказал, что два подарка хуже одного? А собачка пусть будет для всей семьи. Любвеобилия у этой малютки хватит на всех. Поэтому он довольно скоро нашел куклу росточком пятьдесят три сантиметра. Н-да. Точность – вежливость королей. Игрушка из дорогих, с неким подобием самообучающегося искусственного интеллекта, способного поддержать несложную беседу с ребенком. Эдакая электронная подружка.

– Сыну обещал хороший планшет, с большой диагональю и игровыми аксессуарами. Ему уже восемь.

– Ясно. Тогда нам в другой магазин. Тут рядом, по коридору и направо.

– Не стоит. Есть же нейросеть. Виртуал – он круче любого планшета.

– Не думаю, что тащить ради этого кресло хорошая идея. Не находишь, русский?

И вновь эта высокомерная ухмылка с легким налетом презрения. И тон, каким он это произнес. Прибил бы гада. Как он говорил? Бить лучше в голову, и ни в коем случае не обычным патроном. Ну что же, в «беретте» у него бронебойные, в винтовке более чем серьезные пули…

– Н-да. Как-то не подумал, – вместо этого произнес Дмитрий.

Стрелять в Лациса он не может. А оставлять детей без подарков в угоду своей гордости… Да если придется, он еще и не так наступит себе на горло. Так что не стоит даже и думать о том, чтобы отказываться с высоко поднятой головой.

Хм. А это еще что такое?! Лацис достал из-за стойки кассы большой полимерный мешок для мусора и протянул его Дмитрию.

– Набросай сюда еще игрушек. Разных.

– Зачем?

– В убежище дети. А играют не пойми с чем.

– ???

– Я вырос в детском доме, – нервно дернув уголком губ, коротко пояснил сержант.

Потом мотнул головой – мол, не задерживай, делай, что сказано. И Нефедов предпочел отвести в сторону свой полный удивления взгляд. Н-да-а, чудны дела твои, Господи…

Они нагрузили игрушками два мешка. Напоследок Дмитрий сграбастал большого смешного белого мишку с веселеньким сердечком в лапах.

– А этого куда? – удивился Лацис.

– Жене.

В ответ сержант только хмыкнул. Дернул себя за нос и эдак повел головой – мол, молоток, одобряю. И кивнул на выход, не забыв сделать знак относительно того, чтобы впереди них все же двигался коптер.

Посетив другой магазин, набрали несколько планшетов и наладонников. После чего отнесли все это в броневик. Дон Валле также предпочитал использовать инкассаторские броневики, а не извращаться в духе Безумного Макса. Всего в клане их было два. Второй находился в убежище, с тревожной группой, готовой выдвинуться по первому требованию.

Разобравшись с игрушками, они вернулись в нейроцентр. Работы по демонтажу были в полном разгаре. Доминика уже разобралась с электронной начинкой, и в дело вступили решительные парни с отвертками и ключами. Разбирать кресла до состояния заводской упаковки никто не собирался. Отвинтили от пола – и можно грузить на тачку. Времени для этого потребовалось немного, поэтому Дмитрию с Лацисом пришлось вновь отправиться к броневику.

Прежде чем подъезжать к дому, завернули на пляж. Попроси какая девочка у Нефедова куклу или мишку – он не удержится, отдаст. Так что лучше сразу прибрать в сторонку. Оно конечно, раздобыть новых не то чтобы трудно. Но потребует определенного риска.

Покончив с разгрузкой кресел, разошлись по своим комнатам. Итальянцев в общем и сицилийцев в частности отличает некая общая безалаберность. Чувство пунктуальности им практически незнакомо. Вплоть до того что врач может назначить прием на после обеда. Как хочешь, так и понимай.

Но это не распространяется на прием пищи. Строго в назначенный час, и ни минутой позже, вся семья собирается за столом. Это практически ритуал. Разумеется, от прежних семей не осталось и следа, а в убежище собрались еще совсем недавно совершенно чужие друг другу люди. Но разве это повод, чтобы отменять то, что впитано с молоком матери?

Люди самостоятельно сбились в группы. Вместе проживали и соответственно питались. И наемников чаша сия не миновала. Лаура и Доминика приняли на себя заботу о них, и к назначенному часу обед будет на большом круглом столе, стоящем посреди зала в трехкомнатной квартире. Это жилье было им выделено, едва только Энрико вышел на связь и сообщил, что в скором времени постарается добраться до дома.

Словом, до обеда выезжать куда бы то ни было бесполезно. Поэтому оставалось только хоть как-то убить время. Передача подарков детворе и наблюдение за их восторгом отняли совсем немного времени. Поэтому Дмитрий решил связаться с Ниной и проговорил с ней битый час.

Беседовали ни о чем и обо всем. При этом он использовал наладонник. Оно конечно, с помощью нейросети куда сподручней и не требуется дополнительного гаджета. Но… Всем нейросеть хороша, за одним маленьким исключением – видеозвонок сделать не получится. Если только встать перед зеркалом. Но чем так извращаться, проще воспользоваться планшетом или наладонником. Тем более что для этого не было необходимости заводить отдельный номер. Достаточно синхронизации с гаджетом.

Рассказал о подарках для детей. Потому что это дело такое, можно и впросак попасть. Никто лучше матери не знает, что именно следует подарить детям. Хм. Подчас даже сами малыши. Поэтому перестраховаться и получить одобрение все же не помешает. О медведе он благоразумно промолчал. Нечего. Сюрприз будет.

Н-да. Вокруг творится черт знает что, а он… С другой стороны, Лацис прав. Нельзя зацикливаться на одном лишь выживании. Потому что это уже существование. Пусть вокруг апокалипсис, жизнь продолжается, а значит, в ней должно быть место для больших и малых радостей.

Кстати, о радостях. С этой тридцатиградусной жарой совсем не помешал бы кондиционер. Вот ведь их бросает. Из жары в холод и обратно. Но получаемой электроэнергии явно недостаточно для подобных удобств, поэтому приходится радоваться хотя бы двенадцативольтовому вентилятору. Замена откровенно никакая, но на лучшее рассчитывать не приходится. Если только в броневике во время рейда.

После обеда Лацис погнал народ на очередной выезд. Времени было в обрез, откладывать начало подготовки модификантов не было ни одной объективной причины. Наоборот, нужно было поторапливаться. А для их тренировок не в последнюю очередь необходимы спортивные тренажеры. Сержант планировал уже к вечеру закончить оснащать помещение, выделенное под спортзал.

В общем и целом выезд прошел штатно. Не без привычной уже стрельбы. Впрочем, кому как. Местные были более чем впечатлены тем, насколько ловко управлялись с мутантами вновь прибывшие. Досталась толика восхищения и на долю Дмитрия, хотя он и выглядел на фоне товарищей несколько бледновато.

– Ну все. Это последний. – Дмитрий облегченно вздохнул и утер пот.

Взгляд непроизвольно скользнул по тренажерному залу, уставленному только что доставленным железом. При этом нервно сглотнул. Уже послезавтра он с другими шестью парнями начнет здесь исходить потом. Причем в самом прямом смысле этого слова. Ни о каких кондиционерах ведь не может идти и речи. Нет на них энергии, и все тут. По всему получается, им предстоит тот еще ад.

– Что, русский, тяжко? – как всегда, с полупрезрительной иронией поинтересовался Лацис, выглядевший совершенно свежим.

– Не смешно. Я, в отличие от некоторых, не настолько здоровый лось, чтобы тягать шестьсот килограмм.

– Ну, значит, тебе есть куда стремиться, – пожав плечами, заметил сержант и направился на выход.

– Ничего. Ты со своими показателями потянешь и все семьсот пятьдесят. Остается только подрасти малость, – подмигнув, заметил Дог.

– Пятый уровень ты называешь малостью?

– Посмотри на это с другой стороны. Ты сравняешься с сержантом уже на четвертом. Базовые показатели у тебя сродни моим.

– Я думал, ты посильнее Лациса.

– Я массивней, но по силе мы в паритете. Пока.

– С Энрико тоже займетесь повышением уровня?

– Попридержим лошадей. Сначала нужно подтянуть дона, его помощника, девочек и шестерых бойцов. Выведем хотя бы на второй уровень, а тогда уж можно будет заняться и собой. По пять подопечных на человека – это слишком много.

– А кому достанусь шестым я? Или опять по очереди?

– Вешайся, Ковбой.

– В смысле?

– Тобой займется лично Лацис. Повеселишься от души, я это тебе обещаю.

– А не тесно будет в этом подвале? – невольно поведя плечами, усомнился Дмитрий.

– Распишем план занятий так, что получится беспрерывный поток. Заодно лишний стимул, чтобы не сачковали, – вклинился Энрико.

– Оп-па. Или я чего-то не понимаю, или тут сейчас будут устанавливать сплит-систему, – приметив двоих рабочих, тащивших характерную коробку, произнес Дмитрий.

– Парни, вы кондиционер будете устанавливать? – в свою очередь поинтересовался Энрико.

– Босс приказал. Запитаем от генератора.

– Живем, – довольно потер руки Дог.

– Кому много дается, с того много и спрашивается, – заметил Дмитрий.

– К этому нам не привыкать, – отмахнулся здоровяк.

– Вас троих срочно вызывает босс, – скатившись по лестнице, едва не выкрикнул паренек лет шестнадцати с «хеклером» на плече.

– Что случилось? – привычно, без суеты ощупав снаряжение и подхватывая автомат, поинтересовался Дог.

– Приехал дон Корона.

– Даже так? – хмыкнул Энрико.

– Кто это? Еще одна молодая поросль на развалинах старого мира? – поинтересовался Дог.

– Этот из старой гвардии. Серый кардинал Палермо. Глава самой сильной семьи, которая контролировала не только город, но и всю провинцию. Похоже, старик решил навести в своем доме порядок.

Старику оказалось не больше двадцати лет. Среднего роста, худощавый молодой человек, с короткой строгой стрижкой и правильными чертами лица. Ну вот никак он не тянул на всесильного дона. И ситуацию не спасал даже строгий черный костюм, белоснежная сорочка и темный галстук в белый горошек.

Когда они поднялись из подвала, гость вместе со своими сопровождающими уже прошел через дезинфекцию и предстал без респиратора. Поэтому Дмитрий смог воочию увидеть весь диссонанс между внешностью и положением молодого человека.

Зато вместе с ним в подъезд вошли четверо модификантов. Бог весть какой у них уровень, но калачи тертые. Как говорится, рыбак рыбака… А потому напряглись и они, и спутники Дмитрия.

Сам Нефедов словно невзначай положил руку на «хауду». В барабане пулевые патроны. Если прилетит тяжелый кусок свинца, то мало не покажется даже этим танкам. Броник, конечно, их спасет и с ног выстрел не свалит, не вопрос. Но прилетевший кусок свинца обескуражит. А такой форы хватит даже ему, не говоря уже об остальных.

– Спокойно, парни. Не трогайте пушки. Мы сюда пришли не для разборок. Я так понимаю, ты – Валле. Глава этих людей, – не спрашивая, а скорее утверждая, произнес молодой человек.

В проницательности гостю не откажешь. А еще в его взгляде… Ну вот не может он принадлежать молодому повесе, у которого молоко на губах не обсохло. Эти глаза не просто взрослого человека, умудренного опытом, но и… Ну да. Старика, знающего о жизни столько, что остальным и невдомек.

– Я – Валле, – не стал приписывать себе приставку «дон» глава семьи.

Семья – это все же нечто иное. Необязательно замешенное на кровном родстве, но непременно устоявшееся, стабильное и неколебимое.

– Пускай тебя не обманывает моя внешность, сынок. Я – это я, можешь в этом не сомневаться. Прежнее мое тело превратилось в мутанта и погибло. Но, по счастью, я давно уже озаботился на этот счет и клонировал себя. Так что сейчас я перед вами в образе, когда был всего лишь соучастником и мальчиком на побегушках, – с озорной улыбкой пояснил гость.

Ну что же, причина отсутствия серьезная. Сомнительно, чтобы в Италии был свой центр клонирования. В Европе его так и не узаконили. Если только подпольная лавочка. Да только вряд ли такой серьезный человек воспользовался бы услугами конторы с сомнительной репутацией. Ему проще заплатить большие деньги и получить качественный товар. А по сегодняшним временам – пока придешь в себя, пока пройдешь реабилитацию, да потом еще и доберешься до дома… Но теперь хозяин вернулся и начал наводить дома порядок.

– Чем мы можем быть вам полезны, дон Корона? – наконец поинтересовался Валле тоном, в котором звучало неподдельное уважение.

– Я приехал к вам не потому, что мне что-то от вас нужно, а со словами благодарности к тебе, Клементе Валле. Спасибо, что в трудную минуту не спасовал, нашел в себе силы и способности сплотить людей и выстоять. Твари не вечны. Рано или поздно мы с ними разберемся. И тогда нужно будет возрождать Сицилию. А как это сделать без сицилийцев?

– Спасибо за то, что высоко оценили мои старания.

– Это всего лишь правда, мой мальчик. Кстати, я слышал, что ты именуешь себя доном?

– Прежнего мира не стало. Мы – только осколок его. Вот я и подумал, что могу хоть так спасти частичку Сицилии.

– Отличные слова, мой мальчик. На правах старейшего дона, а таковым я был и до всего этого, я объявляю тебя главой и доном семьи Валле. Ну что же, формальности соблюдены. Кого принимать в нее, решать будешь сам. А сейчас к делу.

– Прошу в мой рабочий кабинет.

– Ни к чему, дон Валле. Я не собираюсь обсуждать вопросы, о которых не следует знать остальным. В плане безопасности, я вижу, у вас все в порядке. А что с продовольствием?

– Имеются кое-какие запасы. Кроме того, ловим рыбу. Без разносолов, но на ближайшую пару месяцев продовольствием мы обеспечены полностью. Как вы правильно заметили, дон Корона, все наши силы в первую очередь были направлены на безопасность.

– Понятно. Знаешь, где находятся городские продовольственные склады?

– Вы о стратегических складах?

– Да. Именно о них.

– Разумеется.

– Если возникнет нужда, вы всегда сможете получить там все необходимое. Без разносолов, конечно, но думаю, что это не страшно. И еще. Передай моему помощнику список твоей пока общины. Старый мир, конечно, рухнул, и прежние сроки выдерживать глупо. Но все же все формальности приема в семью должны быть соблюдены.

– Разумеется, дон Корона.

Слова о помощнике и характерный указующий жест Дмитрий воспринял как… Ну вот как реагировать, когда сопляк показывает на мужчину хорошо за пятьдесят и держится при этом так, что сомневаться, кто тут главный, не приходится.

– Электричество у вас есть? – продолжал между тем дон Корона.

– Немного. Солнечных батарей хватает на самое важное – освещение и работу холодильников. Генераторы имеются, но мы экономим топливо.

– Нефтехранилище контролируют мои люди. Но вам пока придется обходиться своими силами, подчищая город. Конечно, в случае острой нужды мы окажем помощь. Но пока…

– Я все понимаю, дон Корона.

– Электростанция заработает в самое ближайшее время. Так что проблема с энергией будет решена. Если будут вопросы, обращайтесь к моему помощнику. Алесандро, передай все наши координаты.

– Разумеется, – коротко ответил тот самый мужчина за пятьдесят, консельере дона Короны.

Едва обменялись контактными данными, как гости заторопились с отбытием. Время непростое, и дел у бывшего серого кардинала, а ныне полноправного хозяина Палермо, хватало. Вот ни капли сомнений в том, что он приберет к рукам всю провинцию. Только теперь совершенно открыто, взвалив на свои плечи функции власти. Вообще-то незавидная доля, учитывая то, что творится на Земле.

– Чудны дела твои, Господи, – когда гости уехали, покачав головой, не удержавшись произнес Дмитрий.

– Ты о чем, русский?

– Об этом доне. У меня никаких иллюзий на его счет. Вор, убийца и наркобарон. А тут вдруг… – Нефедов неопределенно развел руками.

– Ну, мафия исторически помогала бедным и обездоленным… – проговорил было Энрико.

– Я тебя умоляю, – перебил его Дмитрий. – Слышал я это уже о наших ворах в законе. Эквивалент ваших донов. Прямо благородные – дальше некуда. Но правда в том, что жить они могут, только паразитируя на обществе. Все остальное – чешуя.

– Все правильно, русский. За одним маленьким исключением. Организованной преступности пришел конец. Ей придется трансформироваться во власть, а значит, взвалить на себя заботу об обществе. Останутся только мелкие банды, которые будут грызться между собой ввиду резко сократившейся кормовой базы. Что получится у дона Короны, покажет время.

– Ну, по мне, очень даже получится, – хмыкнув, вынужден был признать Дмитрий.

– Возможно. Ладно, пошли ужинать. А завтра с утра в кресло, будем устанавливать тебе вторую базу.

Вот вроде и сказал это спокойным, ничего не выражающим тоном, но Дмитрию отчего-то стало неуютно. Что-то ему подсказывало, что он еще будет с тоской вспоминать то, как над ним измывалась вот эта ухмыляющаяся парочка. И слова Дога – лишнее тому подтверждение.

Глава 12

Кошка

Признаться, от второго уровня Дмитрий ожидал куда большего. А тут… Масса тела увеличилась до девяноста кило. И притом ни капли жира, одна мышца. Одежка, подобранная Лацисом еще в Окленде, ему теперь была впору. Жим штанги лежа три сотни – это тоже очень даже серьезно. Да просто охренеть!

А вот дальше – все по чуть-чуть. На полметра прибавил прыжок с места, на метр с разбегу, на пяток дальше стала летать граната, на секунду быстрее пробегаться стометровка и на минуту пятикилометровый забег. И все в подобном духе.

Ну ладно там прочность костей и связок. Они наверняка подросли вместе с физическими показателями. Иначе у него элементарно разжались бы пальцы на грифе штанги. Ну или порвал бы он себе что-нибудь. А вот каких-либо изменений в гибкости, ловкости, реакции он не ощутил. Вообще.

Когда имел неосторожность заявить об этом Лацису, тот в свойственной ему манере просто устроил ему спарринг сразу с четырьмя новичками, апнувшими первый уровень. Признаться, Дмитрий думал, что ему набьют морду. Н-да. Ну вообще-то портрет ему и впрямь попортили. Но бой остался за ним. Так что прибавил он по всем показателям, тут никаких сомнений.

Кстати, дон Валле не раскрыл перед доном Короной всех карт и не поставил его в известность относительно подготовки сразу шестерых модификантов. Его вовсе не одолели амбиции. Он по-прежнему хотел только спасти людей, ставших его ответственностью. Но время такое, что лишний козырь в рукаве никак не помешает.

Опять же он не питал иллюзий относительно личности серого кардинала Палермо. Не стоило забывать, кем именно тот был на протяжении долгой жизни. Преступник, вдруг ставший святым? История знала такие примеры. И не стоит считать, что случившийся Армагеддон не мог изменить дона Корону. Однако и доверяться ему целиком довольно глупо.

Впрочем, все это Дмитрия уже не касалось. «Восьмерка» прокатилась по мягкому песку и закачалась на мелкой волне. Шасси ушли в корпус. Двигатели взревели, и летающая лодка начала набирать скорость, рассекая лазурную гладь Средиземного моря, сверкающую в лучах заката. Уже по обыкновению подгадали время так, чтобы на место добраться часам к восьми утра. Оно всегда лучше, когда в запасе остается целый день. А что до бессонной ночи, так это ерунда. Он теперь может обходиться без сна двое суток, при этом оставаясь в полной физической форме.

Хм. Нейросеть тут же дала ему понять, насколько он не прав, потому что с севера Сицилию омывает Тирренское море. Средиземное с юга. Н-да. Или в школе их плохо учили, или он был непроходимым двоечником.

– Ну что, русский, твои тебя ждут? – поинтересовался Лацис, вверяя машину автопилоту и забирая у пассажира Кнопку.

Начиналось у них с вражды. Но за прошедшее время и собачка и сержант успели подружиться. Когда их отношения только налаживались, Дмитрия даже одолевало нечто вроде ревности. Но потом он успокоился. Ну не могла Кнопка долго злиться. Разве только на мутантов. Чужаков она воспринимала поначалу в штыки, пусть и не бросалась с лаем и не норовила укусить. Однако если те вели себя пристойно, то и она очень быстро успокаивалась.

– Мои всегда ждут. Но если ты о завтрашнем утре, то нет. Я им не сообщал, что приеду.

– Решил разыграть карту мужа, внезапно вернувшегося из командировки?

– У меня нет причин настолько не доверять Нине. Просто хочу сделать сюрприз, – с неподдельным весельем возразил Дмитрий.

– Ну, надеюсь, он будет приятным.

– Сержант, ты говоришь о моей жене, – вдруг став серьезным, заметил Нефедов.

– Хм. Это была шутка. Извини.

Мир перевернулся? Н-да. Вообще-то можно сказать и так. Ладно. Вода вдруг стала сухой? Чтобы Лацис извинялся… Вот уж чего Дмитрий не мог от него ожидать в принципе.

– Проехали, – все же не сумев полностью совладать со своей растерянностью, произнес он.

Повисла неловкая пауза. И дабы не усугублять ее, Дмитрий откинулся на спинку, подключившись к сети. Можно было бы и поспать, но вот чего пока не хотелось, того не хотелось. Будет еще время на сон. Раньше он так вот, сидя пусть и в удобном кресле, пожалуй, не выспался бы. Зато теперь организм просто отключался, проваливаясь в сон. Правда, у этого была и оборотная сторона. Теперь он совершенно не получал удовольствия. Просто отдыхал, восстанавливая силы.

Итак, новостные колонки. Как ни странно, правительственные информационные службы никуда не делись. Как, впрочем, и независимые. Ну вот нравилось людям добывать информацию, выкладывать в сеть в погоне за лайками, и никакой конец света не мог на это повлиять.

– Сержант, ты новости когда в последний раз смотрел?

– Шестнадцатого марта, как раз перед началом твоих тренировок. Ты удивишься, но времени не хватало не только тебе.

– Вот и я тоже давненько не интересовался. А между тем в мире происходит много интересного.

– Например?

– Цена наших недешевых нейросетей увеличивается многократно.

– Объясни.

– Если верить сведениям в сети, то все известные заводы по их производству накрылись медным тазом. В Китае сгорел в пожаре. Российский сейчас в зоне сплошного радиационного заражения из-за аварии на АС. В Японии постаралось цунами. В Силиконовой долине разнесли все в пух и перья. Власти наводили порядок, очищая территорию от бандитов, а те уходя устроили там большой бум.

– Чего-то подобного следовало ожидать. Но чтобы вот так разом… Сомнительно как-то.

– Не разом, Китай еще в первые дни. Просто на фоне происходившего там новость так себе. На России также никто не акцентировал внимания. Куда больше переживали по поводу самого реактора, получится его заглушить или нет. Ну и так далее. А сейчас кто-то озаботился подборкой со ссылками на прошлые сообщения, и получилась эдакая сенсация.

– Один черт, как-то все одно к одному. С другой стороны, чего только не случается. Н-да. Нейросети не тот продукт, восстановлением производства которого озаботятся в первую очередь.

– А как же клонирование? Вон дон Корона заразился, ему вышибли мозги – и он возродился аки птица феникс.

– Ну, прежние запасы не так чтобы и мизерны. Так что сегодняшние потребности удовлетворять получится с лихвой. Касаемо же клонирования… Насколько мне известно, это слишком дорогое удовольствие, требующее серьезных усилий, вложений и ресурсов. Так что сомнительно, чтобы человечество решили восстанавливать именно таким путем. Скорее уж по старинке.

– Вообще-то насчет наномодификаторов тоже ходили разные разговоры. И что в итоге? Термос, электронная начинка, питательный раствор и глюкоза, – хмыкнув, возразил Дмитрий.

– Ну, может, я и ошибаюсь. Но в любом случае твоя правда. Цена нейросетей сейчас подскочила многократно.

Следующие шесть часов они пролетели молча. Заодно сообразили, что по времени малость просчитались. Учитывая двухчасовую разницу с Сицилией, до места они доберутся только в десять утра по Москве. Впрочем, не так уж и страшно. Все одно первая половина дня. Однако когда они находились посредине Черного моря, их планы резко поменялись. Нефедов получил уведомление о входящем сообщении от Лиса.

«Привет, Ковбой. Скорее всего, для тебя время слишком раннее, но дело срочное. Мне нужна помощь».

Раннее – это он верно заметил. Пять утра по Москве, в то время как в Новой Зеландии день в самом разгаре. Интересно, чем это они могут быть полезными хакеру, находящемуся за тридевять земель? И ведь выражение не фигуральное.

– Сержант, мне тут сообщение от Лиса. Очень хочет пообщаться. И еще – ему нужна помощь.

– Даже так? Если уверен, что у вас нет от меня секретов, то подключи в чат группы, – поглаживая умаявшуюся и дремлющую у него на коленях Кнопку, ответил Лацис.

– Не вопрос, – выполняя его просьбу, произнес Дмитрий.

«Привет Лис. В чем проблема?»

«Помнишь, я говорил тебе о моей подруге по сети, Кошке?»

«Ты действительно полагаешь, что нейросеть позволит что-то забыть?»

«Согласен, глупый вопрос. Она попала в беду. В их убежище проникли мутанты и убили всех, кто там находился. Ей удалось спрятаться в холодильнике. Но защита, как вы понимаете, ненадежная. Как только у тварей закончится мясо, они сумеют до нее добраться».

«Сомнительно чтобы они ее учуяли в помещении, насквозь пропитанном запахом крови и всего остального. Отсидится и выйдет».

«Один из мутантов видел, как она туда заскочила».

«То есть ты просишь нас помочь ей?» – поинтересовался Дмитрий.

«Понимаю, я помогал вам не задаром. И где-то даже, воспользовавшись ситуацией, поимел больше, чем дал. У вас нет никаких обязательств. Но… Я обещал сделать все, что смогу».

«Ну да, ну да, отправил сообщение единственному знакомому и умыл руки».

«Не умыл. Я пытаюсь хоть кого-то нащупать в сети. Но все, чего мне удалось добиться, это несколько советов о способах суицида. И я обратился не просто к единственному знакомому. У вас ведь слаженная группа модификантов. Ты направлялся в Россию. И наверняка уже добрался до дома».

«Парень, ты хотя бы представляешь себе российские расстояния? Ваши острова потеряются на наших просторах».

«Понимаю. Но несколько часов она продержится. А у вас наверняка найдется самолет. И помощь не дармовая. Она не просто хакер, а классный программист. Любая электроника для нее как открытая книга. Кошка может быть очень полезна. И еще… Я в любом случае буду вам должен».

«О долгах поговорим после, – вклинился Лацис. – Где конкретно она находится?»

«В Москве. Вот точные координаты», – ничуть не удивившись вмешательству сержанта, тут же отозвался хакер.

«Парень, не хочу тебя расстраивать, но нам до нее семь часов лету».

«Я буду продолжать искать помощь. Но пока никого, кроме вас, все равно нет. И повторюсь, я в любом случае буду должен».

«Лис, насколько я знаю, ты ее даже ни разу не видел. С чего бы такая забота?»

«Видел. При общении в видеочате».

«Только не говори, что это сетевая любовь», – с нескрываемым сарказмом выдал Лацис.

Оно конечно, общение посредством нейросети идет молча. Но… Это как мысленный разговор, позволяющий передавать эмоции. Можно, конечно, отключить эту опцию и вести беседу без эмоций. Или вообще перейти в текстовый чат. Но большинству обладателей девайса нравилась эта опция. И сержант не был исключением. Еще бы, при его-то язвительном характере.

«Не любовь. Было дело, рискуя собой, она прикрыла меня и по факту вытащила из дерьма. Это дружба, сержант».

«Рискуя собо-ой. Это в игрушке какой, что ли?»

«Сержант, сеть живет по своим законам. Здесь хватает рисков и реальных опасностей. Правоохранительные структуры, преступные сообщества, да мало ли. Не суть важно».

– Что скажешь, русский? Меня дома никто не ждет, – обратился Лацис к Дмитрию вслух.

– Мои ждут меня уже больше месяца. Сутки роли не сыграют.

– Ты ему веришь? А если это подстава со стороны наших работодателей?

– Ты сам уже отвечал на этот вопрос. Они собирались спрятать концы в воду в нормальном мире. В сегодняшнем добраться до них – вообще за гранью реальности.

«Лис, мы поможем ей. Но учти и передай девочке. До Москвы нам семь часов лету. Найдем место для посадки поблизости – хорошо. Если нет, придется еще добираться и до нее. Так что часов восемь, а то и все девять. Мы ведь понятия не имеем, что там творится».

«Спасибо, сержант».

«Пока не за что».

«В любом случае я твой должник. И еще. Я дам Кошке ваши контакты?»

«Глупый вопрос. И даже можешь подключить функцию отслеживания нашего местоположения».

«Я…»

«Лис, не заставляй меня в тебе разочаровываться», – перебил его Лацис.

«Я не смогу. Это вы сами должны».

«Добро. Пусть выйдет со мной на связь».

– То есть он все это время отслеживал нас?

– Русский, порой ты нормальный. Но зачастую такой тупой, что приходится только удивляться, какого хрена я тебя терплю, – передавая Кнопку и меняя курс, с горестным вздохом произнес Лацис.

– Сержант, всему есть предел, – скрипнув зубами, произнес Дмитрий.

– Согласен. Но давай сначала вытащим эту девочку, а потом уж будем устраивать разборки.

– Договорились.

– А что до Лиса, то поставить на нас метку ему ничего не стоило. Так отчего бы и не сделать на всякий случай.

– Так, может, он еще и к видео с аудиорядом имеет доступ?

– А вот это вряд ли. Насчет этого я четко дал ему понять, что вернусь и порву на части. Я таких обещаний просто так не даю. Тем более что Орк остался в Окленде. А его одного на всю их хакерскую шайку с головой.

– И чем же отслеживание отличается?

– Тем, что он ничего специально не взламывал и не подсаживал никакого вируса. Он является нашим подтвержденным контактом. Ковыряясь в наших головах, подключил функцию отслеживания, дав добро вместо нас, и бросил эту настройку в невидимость. Прошел, так сказать, по грани наших договоренностей. Отключить же не имел возможности. Вот и болтаемся.

– Хм. Точно. Вот оно, нашел.

– Только пока не отключай. Сначала девочку из дерьма вытащим.

– Парням сообщишь?

– Разумеется. А там пускай сами решают, нужна им такая дружба или нет.

– Не обозлятся?

– А то ты их не знаешь, – отмахнулся Лацис и уточнил: – Орк, конечно, попытается извлечь для себя пользу. Но тут, скорее, чтобы малость сблизиться. Классный программист в команде – это и впрямь большое подспорье. Да ты и сам понимаешь.

– Уж не потому ли решил отправиться за этой Кошкой?

– Сомневаюсь, что она согласится перебраться в Латвию. Но мне, если что, и Лиса в должниках будет достаточно. Этот парень реальный гений.

«Привет, мальчики. Я Кошка. И мне очень хреново».

«Ну, девочка, ты еще не видела этих самых мальчиков. Уж один из нас точно годится тебе в отцы», – возразил сержант.

«Подумаешь. Сегодня это всего лишь вопрос цены. А так – можно заполучить сколь угодно молодое тело. Хоть младенческое, со взрослым разумом. Да здравствует клонирование».

«Трудно тебе возразить. Как у тебя дела?»

«Пока пируют на наших. В убежище нас было восемнадцать человек, рвачей ворвалось около трех десятков. На сутки еды им более чем достаточно. Если только мне здесь хватит воздуха».

Рвачами развитых тварей называли уже повсеместно. Может, пошло от них, а может, еще у кого-то родилась схожая ассоциация. Так что Дмитрий не мог поручиться, что крестным был именно он. В любом случае, начав кочевать по сети, оно приклеилось к мутантам намертво.

«Понятно. Девочка, ты в курсе, что мы далеко и тебе придется набраться терпения? О-очень большого терпения».

«Я понимаю. Уже то, что вы согласились, похоже на чудо. Лис еще будет пытаться до кого-нибудь достучаться. Да и я шлю сигналы бедствия, но-о…»

«Мы в курсе. Дождись нас, девочка».

«Я постараюсь. Да, в наладоннике заряда совсем немного. Так что я буду его периодически выключать».

«У тебя нет нейросети?» – удивился Лацис.

«А с чего бы тогда я строчила тексты в чате. Все по старинке».

«Ну тогда и впрямь экономь заряд».

– Сильная девочка, – констатировал Лацис вслух. – Не всякий мужик сохранит самообладание в такой ситуации. А эта еще и отшучивается.

– Да, я заметил. Предварительные наметки есть?

– Рано пока о чем-либо говорить. Давай сначала изучим фото со спутников.

– Думаешь, их будут регулярно обновлять?

– Уверен. Незаразившихся слишком мало, и лучше бы дать им лишний шанс для выживания. Думаю, будут доступны снимки суточной давности.

– А зачем правительствам предоставлять простым смертным такие данные?

– Дурак ты все же, русский. У палки всегда два конца. Тот, кто пользуется сетью, автоматически попадает на карандаш, и его можно отслеживать. Актуальная интерактивная карта – это лишний повод иметь при себе гаджет и выходить в сеть. У правительств сейчас есть только такая возможность хоть как-то контролировать территорию и население. Кстати, подозреваю, что вот такие хакеры, как Лис, сейчас на вес золота. А еще будут являться объектом охоты. Гостайны никуда не денутся, как и привычка этих ребяток совать свой нос во все дыры.

– Сержант, я все спросить хотел. Ты сказал, что у тебя нет родных. Но упорно направляешься в Латвию. Зачем?

– Родных нет, но есть Родина и латыши, которые могут попросту исчезнуть с лица земли. И если я могу хоть что-то сделать, то просто не имею права стоять в стороне. Так что мне есть куда и для чего возвращаться, русский.

– Понятно.

– Ну а раз понятно, давай подумаем, где нам лучше сесть.

Долго мудрить над местом посадки не пришлось. Убежище Кошки находилось в подвале пятнадцатиэтажки, располагавшейся на краю спального района в Восточном Бирюлеве, меньше чем в полукилометре от МКАДа. Расположен несколько обособленно от остальных домов.

Выбор спасающихся, скорее всего, был обусловлен наличием поблизости продовольственных магазинов. Не сказать, что тамошние запасы так уж велики. Но для неполной пары десятков человек на первое время хватит. И вообще, ребятки явно действовали в соответствии с лекалом, давно и тщательно прописанным как фантастами, так и играми. Команда, оружие, база, ресурсы. Вот четыре неизменных составляющих.

Ресурсы непременно должны быть в умирающем городе. Да они там под ногами валяются. Остается только набраться решимости и взять то, что тебе нужно. Тут даже что-либо придумывать никакой необходимости. Алгоритмы по добыванию того же оружия уже давно и тщательно прописаны в книгах, играх и фильмах. Оружейные магазины. Отделы полиции и вневедомственной охраны. Полицейские опорные пункты, где находятся журналы учета владельцев оружия с адресами их проживания. Частные охранные предприятия. И наконец, банки с их инкассаторской службой. Это самые распространенные.

Правда, реалии таковы, что лучше бы держаться от большого города подальше. В противном случае гибель всей группы – это всего лишь вопрос времени. Вот и эти слишком уж уверились в своей предусмотрительности и хитровыделанности. А еще позабыли о простой истине: «В критической ситуации ты не поднимешься до уровня своих ожиданий, а упадешь до уровня своей подготовки».

Сомнительно, что найдется достаточно народу, который, подобно Лису с товарищами, учился владеть оружием. И вообще готовился к встрече конца света. Реальность оказалась таковой, что для подавляющего большинства из них все закончилось, так и не начавшись. Что уж говорить о неподготовленных, но самоуверенных молодых людях. Результат предсказуем.

Судя по фотографиям со спутника, на МКАДе, подъездах к нему и путепроводах серьезная пробка. Улица, на которой стоит дом, совершенно свободна, и сесть там не составит никаких проблем. Да только глупость это, потому что звук работающего двигателя привлечет тварей. Если только далеко в стороне. А потом пробираться через город, заполненный мутантами.

Зато метрах в трехстах от нужного дома имеется пруд. Его длины как раз хватит для взлета и посадки. Пообщались с Кошкой, выяснили, что погода в Москве стоит на удивление теплая. Конечно, здесь не Италия, но все же уже двадцать четвертое марта. Вода холодная, однако льда нет.

Решив с местом посадки, прикинули, какое снаряжение им может понадобиться. Лацис для начала дал высказаться Дмитрию. Вроде бы было такое еще в царской армии, когда даже на генеральную баталию свои предложения сначала озвучивал младший по званию. Вот и сержант поступил так же. И только потом озвучил, как именно они снарядятся для предстоящего дела. И надо сказать, Нефедов практически не допустил промахов.

В первую очередь свое законное место заняла сухарная сумка с термосом под протеиновый коктейль, три пакета того же сухого протеинового порошка и фляга воды. Оно конечно, планируется получасовой выход, на расстояние чуть больше трехсот метров. Но в реальности время может растянуться на часы, а расстояние превратиться в десятки километров. А потому не следует забывать о своей ахиллесовой пяте.

Ниже примостилась сумка со спасательным комплектом. Три респиратора в герметичной упаковке, баллон с закачанным озоном, прозрачный полимерный мешок и полог с липучками. Система, отработанная еще в Окленде. Проходить мимо людей, которым можно реально помочь, они не собирались.

Рядом мародерка, в которой уместился цинк патронов. Не в жестянке, а в бумажных пачках. Надеяться на двойной боекомплект глупо. Все же молодец тот, кто придумал комплектовать разгрузку вот так, на липучках. Оно получается и универсально, только и знай что меняй подсумки. И удобно, потому что можно расположить все именно под свою руку.

Под всем этом ножны с армейским мачете. Даром, что ли, он изучил первый уровень фехтования? Конечно, не то, что знает тот же Лацис. Но лиха беда начало. У него имелись базы еще второго и третьего уровней. Просто пока их время не пришло.

Спереди на разгрузке пристроились восемь магазинов, шесть ребристых чушек осколочных гранат и четыре светошумовые. Кнопка, куда же без этой красавицы. И кобура с «береттой». В плечевых карманах аптечка, анализаторы воздуха и крови. В набедренных – парочка мин направленного действия, со всем необходимым для их задействования. Унести можно и много больше, но места уже не хватает. Если только не вешать на себя еще и рюкзак. Но он будет сковывать движения даже модификанта.

На «вепря» подвесил фонарь. Не обычный тактический, а гражданский, с тремя режимами: узкий луч, рассеянный и галогеновая лампа. Последняя очень быстро съедает заряд аккумулятора, хватает только на десять минут непрерывной работы. Зато слепит при этом так, что калейдоскоп разноцветных кругов обеспечен даже самому закоренелому мутанту. Проверено в подвалах Палермо.

Лацис посадил птичку без проблем. Потом пробежались по воде до точки, ближайшей к нужному дому, и пристали к берегу, поросшему деревьями. Ввиду отсутствия листвы самолет они, конечно, не укроют. Но, признаться, угонщиков опасаться приходилось меньше всего. А вот мутанты… Они хоть и прогрессируют семимильными шагами, но в плане маскировки до диких зверей им еще все же далеко. А потому хорошо просматриваемый парк Дмитрию с Лацисом только на руку.

Дверь у этой летающей лодки находится в хвостовой части фюзеляжа и поднимается вверх подобно люку. Дальше по приставному трапу, эдакой лесенке, и здравствуй земля. Только берег у пруда довольно крутой, чтобы Ла-8 мог выбраться на сушу. Поэтому Лацис подвел машину как можно ближе, после чего Дмитрий забросил за дерево кошку и подтянул самолет к берегу хвостом. Так что выбраться получилось не замочив ног. Потом еще и оттолкнули самолет от берега. Пусть болтается на привязи, а то мало ли какому мутанту захочется на него взобраться.

Н-да. Ну знакомства с мартовской водичкой они успешно избежали. А вот что касается грязи… Уж лучше бы тут стояли трескучие морозы, а пруд был скован льдом. Ничего страшного, сели бы и без лыж, на колесное шасси. Зато прошлись бы по снежку, как белые люди, а не по колено в грязи, как кабаны. Оно конечно, сказано образно, и они старались идти, выбирая маршрут по желтой прошлогодней траве. Но все равно грязи хватало. Причем противной, налипающей на ботинки большими комьями. Впрочем, с этой проблемой решили, как только выбрались на заасфальтированную дорожку.

Шли уже в привычном порядке. Лацис за головного. Пулемет с фонарем пока за спиной, в руках «скар». Одно дело, когда они спустятся в подвал с тремя десятками мутантов. Там без серьезного ствола верная смерть. Но и звуки выстрелов далеко не разнесутся. И совсем другое – вот здесь, на открытой местности. На что именно и как реагируют местные мутанты, им неизвестно.

Везде свои особенности, в зависимости от того, к чему их приучили люди. Глядишь, местные как раз и слетаются на выстрелы, как мухи на мед. Кошка в группе отвечала за сбор информации и больше участвовала в планировании рейдов. Но исчерпывающей информацией по этому поводу не обладала. Да и не могла в общем-то. Никто не мог.

Дмитрий двигался следом за сержантом, прикрывая его со спины. Хм. Только сейчас до него дошло, насколько они самоуверенны. Вот так, запросто, словно ни в чем не бывало, вдвоем против трех десятков рвачей. Да они просто мегакрутые.

Коптеры запускать не стали. С одной стороны, управлять ими среди деревьев достаточно сложно. Малейшая ветка могла уронить на землю. С другой – откровенно никудышный обзор. Если нужно разведать что-то конкретное, тогда да. А пускать передовым дозором – оно того не стоило. Если только поверх деревьев. Но это опять же для осмотра открытых подступов к парку. Под деревьями же, не обнаружив ничего сверху, ты волей-неволей расслабишься. А для этого лучше бы находиться в бункере.

«Сержант, Кнопка чует тварь на десять часов», – передал он в канале группы.

Н-да. Только теперь той группы – лишь они двое. Но все одно пользоваться нейросетью не в пример удобнее, чем радиостанцией. Кстати, они очень даже присутствуют в снаряжении как альтернативное средство связи. И еще один комплект прихватили для Кошки. Имуществом они обросли изрядно, чего уж там.

«Вижу», – ответил тот, беря цель на мушку.

Листьев, конечно, нет. Но голые стволы стоят довольно часто и представляют определенные трудности для стрельбы. Правда, это если цель движется. Мутант же замер и явно высматривал их. Хлопок. Растаявший в пространстве лязг затвора. Рвач мотнул головой и откинулся на спину. Сто пять метров. Лацис недаром в свое время нацелился на винтовку Джонстона. Стрелок он и впрямь хороший.

Свалив рвача, сержант и не думал расслабляться. Как, впрочем, и Дмитрий. Исходя из их наблюдений и выводов в сети, рвачи-одиночки – это нонсенс. Еще кусачи начинают сбиваться в стаи, потому что так проще найти пропитание. Нередки и разнополые пары, хотя спаривания между ними пока так еще никто и ни разу не наблюдал. А вот развитых одиночек встречать пока еще не доводилось. Минимум пара.

Дмитрий скосил взгляд на Кнопку. Молчит. Обеспокоенно вертит головкой вокруг, но явной опасности не чувствует. Не может он быть один. Поторопился сержант с пальбой. Ну да чего теперь-то. Опять же начни тварь двигаться, и упокоить ее было бы в разы труднее из-за мешающихся деревьев.

Как ни странно, на этот раз Кнопка опоздала. Лацис среагировал куда быстрее, перенеся прицел левее и открыв частую стрельбу. Бил одиночными, экономя боеприпасы. Пули впивались в стволы деревьев, выбивали облачка коры и щепу, срезали ветви. Но несущаяся на них тварь была словно заговоренной. Издав яростный рев, она все же не рвалась вперед.

А ведь все указывает на явное знакомство с огнестрельным оружием. Тварь была быстрой и ловкой. Выписывала зигзаги, прыгала и перекатывалась. Но при этом все время держалась в отдалении, словно подгадывая момент для атаки. Впрочем, ей это не помогло. На дистанции в семьдесят один метр она сначала схлопотала пулю в грудь, а затем и контроль в голову.

Правда, Дмитрий узнал об этом позже. Потому что сам в этот момент посылал в набегающих на них мутантов одну отсечку за другой. Пока тварь слева отвлекала на себя их внимание, два рвача зашли с другой стороны, скрытно сокращая дистанцию. Но на этот раз Кнопка среагировала должным образом и все же приметила опасность, дав понять об этом хозяину.

Первого рвача Нефедов свалил со второй отсечки на три патрона. Да и то попал в руку. Но качественно. Бегущий на четвереньках мутант полетел кубарем через голову, на какое-то время перестав представлять угрозу.

Дмитрий же использовал эту передышку, чтобы сосредоточиться на втором противнике, до которого было ровно сорок пять метров. Две отсечки ушли в белый свет как в копейку. Несущийся на него мутант был не менее ловок. А тут еще и то, что двигался он на четвереньках, как-то неестественно и дергано. Словно осознавая, что так ему удобнее, но пока еще не владея этой техникой в совершенстве. Бог весть отчего в это мгновение Нефедов подумал именно об этом, но вот не видел он в нападающем дикой грации, присущей природным хищникам.

Третья отсечка свалила тварь уже в двадцати одном метре. Первая пуля попала в грудь, вторая впилась в плечо, третья только слегка оцарапала кожу, взъерошив короткий и гладкий волосяной покров. Переводчик в режим одиночного огня. Хлоп! Тяжелая пуля выметнула из черепа кровавые ошметки мозгов и костей.

Перевел прицел на второго противника. Тот уже поднялся на ноги, но, и не помышляя о продолжении атаки, бросился прочь. Только на этот раз из-за раненой руки он бежал на ногах, а не на четвереньках. Да еще и выписывал зигзаги. Дмитрию удалось попасть ему в спину только с третьего выстрела. Мутант попытался было подняться, но последняя пуля прилетела ему точно в голову, выметнув окровавленные ошметки и окончательно свалив его в прошлогоднюю траву.

Быстрая перезарядка, с осмотром местности и оценкой обстановки. Ну и на Кнопку глянуть непременно, как же без этого. Живой радар продолжал вертеть головкой, но больше не скалился. Молодец, малышка, не оплошала.

Едва сбросил затвор с задержки, как тут же начал перезаряжаться Лацис. Хм. Это что же, он все это время прикрывал его и даже не подумал вмешаться. Опять его штучки! Все никак не успокоится, экзаменует при первой возможности. Вот же достал, нас-ставник!

– Молодец, русский. Растешь на глазах, – загнав в шахту полный магазин, похвалил сержант. – Набиваем магазины.

Вот разозлился поначалу, а теперь… Хм. Хоть стой, хоть падай, а его так и распирает от похвалы сержанта. Доброе слово от него, конечно, время от времени перепадало, но до чего же он был на них скуп. Так что каждое на вес золота.

Тем не менее это не помешало Нефедову извлечь из мародерки пачку патронов и быстренько набить опустевший магазин. При этом успел глянуть на лог прошедшего боя. Две подтвержденные ликвидации. Недопустимо высокий перерасход боеприпасов. И чего Лацис нахваливал? Не иначе как сравнил с собой. А у него тоже не все прошло гладко.

Нет, ну надо же! Прямо как в компьютерной игрушке. Ну ладно, почти как в игрушке. Отличий конечно же хватает. А главное, сохраниться не получится. Во всяком случае, у него. Другое дело, тот, кто может себе позволить клона. Вот у этих точно есть рестарт.

Не удержался, приблизился к ближнему рвачу. Ага. Самочка. Вот как-то никаких ассоциаций с женщиной. Тварь – она и есть тварь. Успел уж зачерстветь. Итак, мутация сродни той, что наблюдалась на Ньюфаундленде. Волосяной покров и общее отставание в развитии от южных. Что ни говори, а холода свою дань собирают. Правда, от этого ощущение, что перед тобой матерый рвач, не меньше. И еще. Похоже, что практика столкновений с огнестрельным оружием тут побогаче будет. И судя по реакции на хлопки, а не на полноценные выстрелы, с глушителями здешние твари знакомы гораздо ближе.

Из парка вышли не через центральный вход, а в боковую калитку. Сразу за ней асфальтовая площадка перед большой мойкой. Двери и ворота, как и водится, закрыты. Но кто его знает, вдруг московские мутанты не уступят канадским. Запустили коптеры. Дмитрий вывел экран своего в правый верхний угол, Лациса в левый.

Конечно, из его головы скачать драйверы для управления дроном невозможно. Но, признаться, раздобыть их не так чтобы сложно. И Доминика с этим справилась на раз. Так что сержант сейчас точно так же был способен управлять маленьким помощником от первого лица. Причем проделывал это куда виртуознее.

Дмитрий, конечно, не Юлий Цезарь. Но благодаря практике и, чего уж там, нейросети вполне способен нормально воспринимать информацию с двух дронов. Вот управлять одновременно парой коптеров или поочередно он все же не мог. Как, впрочем, и никто другой. Драйверы способствуют синхронизации только с одной машиной.

Малыши облетели здание по периметру, не выявив никаких угроз. Памятуя о случае на заправке, Дмитрий с Лацисом и не думали расслабляться. Приблизились к мойке, предоставив возможность осмотреться их живому радару. Кнопка лишь беспрестанно вертела головкой от чрезмерного любопытства. Новые места, новые впечатления. Девочка, что тут еще скажешь. С другой стороны, от основных своих обязанностей не отлынивает, ну и пусть ее.

Нужная им многоэтажка находилась на противоположной стороне улицы. Вход в подвал, где до всего этого располагалось кафе, о чем свидетельствовала соответствующая вывеска, находится с торца. До него ровно восемьдесят девять метров. Пространство открытое, но в округе вроде бы никого. Не факт, конечно, но пока чисто.

Под домом расположился довольно крупный супермаркет. Справа от мойки – автозаправочная станция. Над одним из боксов реклама станции техобслуживания, соответственно наличествует разнообразный инструмент. Саму мойку можно использовать как гараж для техники. И судя по недавним следам, автомобили внутри есть, причем протектор серьезный, присущий реальным, а не паркетным внедорожникам. Можно спросить и Кошку, но нет смысла. Итак, продукты, транспорт и топливо. На взгляд выживальщиков, идеальный расклад.

Если нужный им дом выглядит в общем и целом нормально, даже на первом этаже стекла практически все на месте, а начиная со второго и вовсе не пострадали, то соседний, раза в три длиннее, но той же этажности, выгорел дотла. Причем уже давно. Черный остов зияет пустыми глазницами окон, давя на психику.

Они, конечно, наблюдали с высоты птичьего полета целые выгоревшие районы мегаполиса. Но, признаться, вот этот единственный дом произвел куда более гнетущее впечатление, чем картина разрушения города. Хм. В смысле на Дмитрия, конечно. Лацис воспринял этот пейзаж совершенно спокойно. Причем Нефедов был уверен, что это не напускное, сержанту в свое время доводилось наблюдать и куда более страшные картины.

У входа пристроилась пара рвачей, занятых поеданием человеческого тела. При этом они вовсе не забывали посматривать по сторонам. Это что же, мутанты озаботились наблюдателями? Нет, оно конечно, и у диких животных, ведущих стайный или стадный образ жизни, имеется подобное. Но там это результат эволюции в несколько тысяч лет. Здесь же… Объяснение только в более высокоразвитом человеческом мозге.

Коптеры вновь устремились вперед. Но не к подвалу. Нечего им там делать. Только лишний раз возбуждать наблюдателей. Вначале нужно облететь здание, чтобы понять, есть там кто-то еще или нет. Не хватало нарваться на какой-нибудь сюрприз.

– Чисто, – констатировал Лацис результаты наблюдения. – Выставляй своего малыша у ближнего угла магазина, я возьму ближний угол дома, – приказал он шепотом.

Все понятно, нейросеть, мыслесвязь. Но… Дело даже не в привычке голосового общения. Они ведь люди, а не машины.

– Принял, – столь же тихо ответил Дмитрий.

Пять секунд – и коптер завис на одной точке, после чего вошел в режим кругового обзора. Вернее, сектора в двести семьдесят градусов. Точно так же поступил и Лацис. Так что подступы не просматриваются только с севера. Но там за прикрытие сам дом. Планировка квартир такова, что на обе стороны ни одна квартира не выходит. Не стопроцентная защита, но хоть что-то.

«Кошка, ляг на пол подальше от двери и заткни уши. Мы начинаем», – послал Лацис сообщение девушке.

«Хорошо», – ответила она.

– Твой левый, мой правый. Один выстрел – один труп, – когда с подготовкой было покончено, наконец приказал сержант.

– Принял, – коротко ответил Дмитрий.

Учитывая относительную неподвижность цели, дистанция для него плевая. Только к выстрелу нужно отнестись не спустя рукава, а со всей серьезностью. Вот так. Хлоп! Оторвавший очередной кусок мяса и сосредоточенно пережевывавший его рвач разом осел, получив лишнее отверстие во лбу. Второй как раз нагнулся над телом, впившись зубами в мясо, и, получив свое, просто ткнулся мордой в окровавленные останки. И все это без единого звука.

Все. Сомнения побоку. Теперь действовать нужно быстро. Они сорвались с места, стремительно приближаясь к дому. Лацис на бегу переместил автомат за спину, вооружившись пулеметом. Дмитрий успел сменить магазин, зарядив винтовку штатными патронами. Им сейчас нужна не тишина, а убойность. Девять секунд – и они сбежали к открытой двери подвала, ну или все же кафе.

Дмитрий заглянул вовнутрь. Сразу за дверью небольшой тамбур с легкой дверью из металлопластика. Явно дело рук нашедших здесь укрытие: уж больно неказисто и грубо. Но вполне эффективно. За тамбуром сумрачный четырехметровый коридор. Слева стойка гардероба, справа пара дверей в санузлы, дальше черный прямоугольный проем, за которым находится обеденный зал кафе. Как и ожидалось, освещение отсутствует.

Однако ему все же удалось рассмотреть какое-то шевеление. А еще услышать возню, урчание и треск ломаемых костей. Звуки издавались явно не одиноким существом. Впрочем, им это было известно и так.

Лацис подал знак, и они разом потянули из разгрузок по две светошумовые гранаты. Пара секунд на то, чтобы дернуть кольца, активируя запалы, и гостинцы полетели вовнутрь. Послышался возмущенный рык – как видно, одна из гранат попала в мутанта, и тому это не понравилось. Впрочем, то, что случилось потом, понравилось ему еще меньше. Оглушительные хлопки, ослепительные вспышки, возмущенный и вместе с тем растерянный рев ослепленных и оглушенных рвачей.

Фонарь на пулемете Лациса вспыхнул, и он ступил в коридор. Дмитрий, следуя его примеру, двинулся, держась позади и по возможности справа. Его задача прикрывать товарища, выступающего в роли основной боевой единицы. Ну и заглянуть как за стойку, так и за обе двери туалетов. На Кнопку сейчас надежда слабая, она слишком возбуждена и все время дергается в волнении и не отводит взгляда от входа в обеденный зал. Слишком уж много тварей.

Сержант открыл огонь, еще находясь в коридоре, едва мощный фонарь выхватил первую фигуру. А вот мутанты, будучи ослеплены, похоже, их не видели. Хм. Да они, пожалуй, даже не слышали выстрелов. Одни трясли башкой, другие терли глаза, третьи мяли уши. Четыре хлопка в замкнутом пространстве восемь на восемь метров – это более чем серьезно.

Лацис бил избирательно, короткими очередями и двойками. Дмитрий также не отмалчивался. Но если сержант был нацелен на то, чтобы в первую очередь свалить рвачей, оставляя добивание на потом, то Нефедов стрелял прицельно в головы.

Одиннадцать секунд – и на ногах не осталось ни одного противника. Лацис взял на прицел проход, ведущий в кухню. Дмитрий вооружился пистолетом и прошел по просторному помещению, проводя контроль. Пятнадцать секунд – и дело сделано.

Признаться, он не ожидал, что выйдет так просто. Р-раз, и все уже кончилось. Если раньше время в такие мгновения для него неслось вскачь или тянулось как улитка, то сейчас шло себе и шло. Даже пульс не участился, на что безошибочно указывали показатели телеметрии. Да и сам он прекрасно понимал, что не волнуется.

Четкое планирование, осознание собственных возможностей, сведение на нет ловкости рвачей стесненным пространством и воздействием спецсредств. Вывод: они шли не драться, а убивать. У мутантов просто не было шансов. Если только они не встретили бы людей на улице. Сильно же он изменился за прошедшую пару месяцев. А если быть точным, то с момента начала всего этого дерьма на острове сейчас шел пятьдесят шестой день.

Дмитрий осмотрелся. Вдоль стен кафе были расставлены двухъярусные кровати: не иначе как подчистили какой мебельный магазин. Благодаря этому удалось сэкономить место. По центру располагались столы и стулья. Все опрокинуто или поломано. Повсюду следы кровавого пиршества, разбросанные вещи и оружие. В дальнем углу два рабочих стола, с примостившимся на них компьютерами. На стене висит большой телевизор. Позаботились о досуге.

«Чисто», – доложил Дмитрий в канале.

«Идем на кухню».

«Осколочную или хлопушку?»

«Две хлопушки».

«Принял».

Дмитрий извлек последние две шумовые гранаты и, активировав замедлители, забросил их вовнутрь. Причем, имея перед глазами план помещений, вторую запустил так, чтобы, отскочив от косяка, она улетела в дальний угол. Дважды рвануло.

Жаль, нейросеть не в состоянии гасить восприимчивость: по ушам прилетело знатно. Не до сплошного звона, но все же. А вот Кнопка нервно завозилась, и Дмитрию даже послышалось, что она вроде как недовольно пискнула. Из кухни же не донеслось ни звука, что внушало надежду на отсутствие противников.

Лацис подал команду, и они двинули вперед, как говорится, сквозь дым и пламя. На кухню входили в лучших традициях зачистки помещений. И не зря. Со стороны Дмитрия никого не оказалось. Зато сержант разразился длинной очередью патронов на десять. Хм. Вообще-то ровно на двенадцать. Нейросеть услужливо предоставила подробную раскладку по расходу боеприпасов как каждого члена группы по конкретным целям, так и в общем. По ее данным выходило, что сержант только что свалил троих рвачей.

«Латыш, минус три. Чисто», – сообщил сержант в канале.

Да оно и понятно. Не надрывать же горло, в самом-то деле. Они сейчас нормально говорить не смогут. Обзаводиться громоздкими наушниками Лацис не пожелал. Лишнее. И так этот треклятый респиратор все время на лице, а тут еще и наушники. Вот если бы компактную и интерактивную модель, что не больше гарнитуры наладонников… Но такие пока не попадались.

«Ковбой, чисто», – доложил он в свою очередь.

«Не умничай, русский. Нас тут двое».

В ответ Нефедов предпочел промолчать. Да, сержант каждый раз обращается к нему именно так. И он вроде как это принимает. Но подтверждать это своим согласием не собирается.

«Девочка, ты как?» – войдя в чат, запросил Лацис.

«Нормально».

«Ты в каком холодильнике?» – глядя на две двери, вновь поинтересовался он.

«В левом. Только не открывайте. Я без респиратора и очков».

«А раньше сказать не могла?»

«А вы бы тогда стали лететь через полстраны?»

«У тебя контакт с ними был? Как тварь увидела, что ты скрылась за дверью?»

«Мне отсюда ни закрыться, ни открыться. Мы с Пашей кофе пили, когда все началось. Он затолкал меня сюда и захлопнул дверь. Последнее, что я видела в щель, это вбегающий на кухню мутант. Так что заразиться я не могла. По идее».

«Откуда же тогда ты узнала их количество?» – удивился Дмитрий.

«Камеры. Я могу подключаться к ним через наладонник. Но когда свет погас, они стали практически бесполезными».

«Ясно. Русский, работай. Времени в обрез».

«Принял».

Дмитрий извлек накидку и привычно закрепил ее над указанной дверью. Потом напустил в этот своеобразный тамбур озон. Пока воздух дезинфицировался, рассказал девушке порядок действий. Дальше уже привычно всучил в руки упакованный респиратор и облачил ее в полимерный мешок. Вновь озон. Выждал и извлек девушку, уже готовую к встрече с зараженным воздухом. Ох уж этот вирус и реалии, связанные с ним.

«Сержант, в секторе моего коптера движение. Двое рвачей. Но эти какие-то уж совсем здоровые для местной популяции…»

«Ага. Вижу. Девчушке вручи радиостанцию».

Дмитрий молча передал Кошке радиостанцию, включил ее, указал на ухо и гортань. Та поняла все правильно, пристроила наушник на петле и охватила горло эдаким тоненьким ошейником, закрепляя ларингофон.

– Проверка связи, – произнес он.

– Слышу хорошо.

– Значит, так, Киса, помалкиваешь в тряпочку и выполняешь наши приказы. Говоришь, только когда тебя спрашивают или мутант вот-вот цапнет тебя за задницу. Но не раньше. Вопросы?

– Насчет задницы – это что, намек? – с вызовом бросила девушка.

Явно, тема для нее больная. Девушке на вид лет восемнадцать. Хотя, по всему, должно быть побольше. Ну коль скоро она успела достигнуть настолько серьезных высот, чтобы Лис о ней со всем уважением. А так – подросток подростком, короткостриженая шатенка с прыщами первого размера и попой с кулачок. Ничего так, мальчишеской не назовешь, но… Как говорится, все познается в сравнении. Похоже, ее на эту тему не цеплял только ленивый.

Да, Лис и впрямь не запал на нее, а держал за друга. Дмитрий видел его подругу. Кошке ей противопоставить было нечего. Если только мозги, но и та вроде из хакеров, так что ни разу не блондинка.

– Киса, я уже имел дело с одной идиоткой. И с меня этого опыта хватило с головой. Из холодильника мы тебя вынули. Хватай оружие, какое найдешь, и свободна. Вопросы? – припечатал Лацис.

– А с вами нельзя? – бросив на него лукавый взгляд, поинтересовалась она.

Вот молодец девочка. Тут ее товарищей в клочья порвали, сама едва вывернулась, обстановка такая, что не у всякого мужика нервная система выдержит. А она еще и иронизировать умудряется.

– Можно. Только осторожно, – кивнув, с самым серьезным видом произнес сержант.

– Все. Вопросов нет, – пожимая плечами, тут же выдала она.

– Русский, уходим.

– Сержант, я тут пулемет приметил. Ты же этот заберешь с собой, а мне в хозяйстве не помешает. Да и жене бы что-нибудь прихватить.

– Минута. И помни: жадность порождает бедность.

– Принял.

Обитателей убежища застали врасплох. Об этом свидетельствует и то, что девушка спокойно попивала на кухне кофе, в компании с молодым человеком. И то, что многое оружие валялось не на полу, изгвазданное в крови, а на койках. Кстати, ребятки были неплохо упакованы.

Дмитрий подхватил попавшийся под руку рюкзак и, вжикнув молнией, разом вытряхнул все его содержимое. Подступившись к одной из коек, подхватил две коробки-сотки от старого доброго ПКМ. Тот, с потертым воронением, находился здесь же. Запасного ствола не видно. Искать его некогда. Лацис совершенно недвусмысленно отпустил время на сборы.

Переместился к следующей кровати, затолкал в рюкзак разгрузку. В принципе его больше волновали магазины к АК-104, лежавшему здесь же. Семь шестьдесят два. С учетом происходящих с мутантами изменений – то, что нужно. Конечно, Нине будет не очень удобно управляться с таким патроном. Но есть надежда, что тормоз-компенсатор все же в значительной степени ослабит отдачу.

Все, больше времени нет. Оставшееся от отведенного затратил на то, чтобы максимально ослабить ремни, дабы хоть как-то пристроить рюкзак на спине. Лацис, наблюдая за этим, только безнадежно покачал головой, но не сказал ни слова. Ну и пусть его.

Кошка, несмотря что щуплая и мелкая, подхватила АК-104 и разгрузку, явно ей не по размеру. Но, судя по решительному виду, пользоваться оружием она умела. Ну или по меньшей мере, знала, с какой стороны за него браться. Уже что-то. Впрочем, сержант не поскупился на повтор, однозначно указав ей, чтобы оружие было на предохранителе до той поры, пока ее не укусят за задницу. Девушка накуксилась, это было видно, несмотря на респиратор, но на этот раз промолчала.

Пока возились с трофеями, парочка рвачей осторожно приблизилась на полста метров. Особо не отсвечивают. Укрываются за кустами, лишенными листьев. Правда, получается у них это хорошо. Если бы не камера с верхнего ракурса, то рассмотреть их было бы проблематично.

Впрочем, это они не их выслеживают. Незараженные у них, конечно, в почете, но Дмитрий знал по собственному опыту, что, если встает выбор между человеком, способным дать отпор или убежать, и куском мяса, который уже у него в зубах, мутант выберет второе.

Здесь же перед входом лежат практически доеденная туша и парочка убитых рвачей, и все это источает умопомрачительный запах крови. Какие люди? Какая охота, когда вот оно, все под носом и уже готовое к употреблению. С другой стороны, конечно, может получиться нехорошо, если рвачи вдруг посчитают, что они позарились на их добычу. Тогда точно драки не избежать.

– Сержант, а ведь, сдается мне, эти из модификантов, – высказал свое предположение Дмитрий.

– Я тоже об этом подумал. А еще гомики.

– Ну, то, что они оба самцы, пока ни о чем не говорит, мы же пока еще не видели спаривающихся мутантов. Так что просто кореша, предпочитающие пацанские игрушки. Мы вон сколько уже с тобой вместе, а ты мне даже цветочков ни разу не подарил, – решил вступиться за них Дмитрий.

– Ну, как вариант, – смерив его взглядом, согласился сержант.

Девчушка при этом переводила взгляд с одного на другого, делая над собой усилия, чтобы не вставить свои пять копеек. И промолчала только потому, что встретилась с холодным взглядом Лациса. В том, что он может оставить ее одну посреди разлагающегося мегаполиса, сомнений не было даже у Дмитрия. Ну вот не похож этот латыш на солдата Армии спасения, хоть тресни.

– Что будем делать, сержант? Валить?

– Я что, нанимался зачищать Москву? – вздернув бровь, искренне возмутился латыш. – Сейчас подброшу им под нос хлопушку, а пока они будут бегать за угол поглядеть, не идет ли там дождик, мы забежим за мойку.

Задумка Лациса сработала на все сто. Светошумовая граната рванула буквально в метре от их морд. Оно конечно, светлый день, да еще и солнечный. Но зайчиков можно нахвататься и днем. А уж по ушам бьет на таком расстоянии и вовсе исправно. Так что отпугнули рвачей. И пока они отбегали за угол, дабы прийти в себя, люди поспешили ретироваться. При этом один из коптеров исправно висел над тварями, на случай если они вдруг решат отклониться от запланированной программы.

Если не считать неудобств, связанных с наскоро навьюченными трофеями, и грязи, атаковавшей их обувь, едва они свернули с асфальта, в остальном они добрались до самолета без приключений. И он оказался на месте, все так же привязанный веревочкой к дереву.

Едва оказались внутри, Лацис поспешил взлететь. Дезинфекцию можно и в полете провести. Нечего дразнить судьбу и мутантов. Правда, после обработки газом они и не подумали расставаться с масками. Помещение обезопасили, теперь можно и экспресс-анализ на заразу провести. Девушка восприняла это с пониманием и страхом. А кому не страшно? Вон они после каждого выхода проверяются и каждый раз боятся.

– Все. Можешь снимать маску, – сдергивая с себя респиратор, произнес Дмитрий.

– Спасибо вам, – наконец с чувством произнесла она.

– Пользуйся, – ответил сержант.

– Что думаешь делать дальше? – поинтересовался Дмитрий.

– Не знаю. Податься мне сейчас, по сути, некуда.

– И как насчет покинуть столицу?

– Смеешься? Да тут сейчас, наверное, самая большая задница на территории России.

– Ну тогда летим с нами. По меньшей мере, люди там живут, и налажен какой-никакой быт, – предложил Дмитрий.

– Боюсь, у меня нет выбора.

– Похоже на то, – пожав плечами, согласился Нефедов. – Кстати, о выборе. Сержант, а ведь у тебя-то он, похоже, есть. Я это к тому, что мы можем сесть на каком-нибудь аэродроме, где я разживусь самолетиком, – и, как говорится, каждый пошел своей дорогой. Чего тебе лететь на Кавказ, потом возвращаться обратно?

– Насколько я помню, нам еще ни разу не получилось поменять транспорт без приключений. Каждый раз перед этим приходилось подраться. Я предпочитаю сесть на одинокой АЗС, заправиться там и без приключений доставить тебя домой. А если ты намекаешь на то, что хотел бы обзавестись собственным самолетом, то ты, кажется, говорил, что у вас в городе есть аэродром и пара-тройка десятков частных самолетов.

– Есть такое.

– Значит, подберешь себе что-нибудь по душе.

– Но…

– Русский, тема закрыта.

Глава 13

Вещий сон

Возвращение домой после долгого отсутствия. Волнующее чувство. Ожидание чего-то теплого и родного. Он даже не о семье, а вообще. Надо же, всего-то неполных три месяца отсутствовал, а волнуется, словно в детстве перед Новым годом или днем рождения в ожидании подарка.

А вот картина с высоты птичьего полета подкачала. На часах восемь утра, вчерашний день они провели на одинокой бензоколонке посреди трассы, в двадцати километрах от ближайшего населенного пункта. Не те времена, чтобы посреди ночи сваливаться как снег на голову: могут и свинцом попотчевать. А к чему такие риски? Поэтому светлое время суток они использовали для отдыха, а ночное для перелета.

Им нужно было на южную окраину станицы, они заходили с севера, поэтому вполне могли насладиться картиной апокалипсиса. Разумеется, это далеко не первый город, встречающийся им на пути. Ну или проплывающий под крылом их самолета. Но это был его город. Здесь он родился, вырос, завел семью, здесь собирался состариться и умереть в окружении детей и внуков. Да-да, все именно так. Плевать, что творится вокруг. Жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Северный район города выгорел практически полностью. Похоже, пожар занялся в сухую погоду и, не встречая препятствий, распространился на огромную территорию. О пожарных и говорить нечего. С многоэтажками дела обстояли лучше: в Первом микрорайоне из пятидесяти одного дома сгоревших только семь.

Ему достаточно было обозреть его через монокуляр, остальное за него сделала нейросеть. И сосчитала общее число домов, вот уж о чем никогда не задумывался, и выделила сгоревшие, стоило только сформулировать вопрос.

Не удержался, глянул в сторону своего дома. Надо же. Район частного сектора практически не пострадал. Только одно выгоревшее пятно. Но именно там и находился их дом. Обгоревшая коробка стоит неприкаянной сиротой, брошенная и позабытая. Ну да ничего. Бог даст, он еще восстановит его и вернется туда вместе с семьей.

В то, что ученым не удастся справиться с напастью, он не верил. Да, было дело, с тем же СПИДом и раком десятки лет не могли ничего поделать, причем с куда бо́льшими ресурсами. Но Дмитрий был склонен полагать, что в этом были скорее интересы медицинских корпораций. Найди способ лечения этих болезней – и большие дяди понесут просто колоссальные убытки. Сейчас же вопрос стоит уже не о деньгах, а о самом существовании человечества.

В этой ситуации будут стараться не за страх, а за совесть. И плевать, с какой целью. Богатство и власть возможны, только если есть перед кем кичиться и кем править. Так что будут стараться. Еще как будут. Очень даже возможно, что и объединят усилия. Хотя-а-а… Вот в это как раз верилось с трудом.

В России этой проблемой занимаются сразу четыре вирусологических центра. В Новосибирске, Екатеринбурге, Москве и Ставрополе. Вот уж чего не ожидал, так это того, что в столице их края есть подобный центр. Впрочем, чему удивляться? Не касалось его, вот и не интересовался. Если верить сети, все они контролируются правительством. Как следствие, уж здесь-то точно будут обмениваться информацией.

А вот как оно обернется, когда вакцину все же изобретут, Нефедов даже не представлял. Отчего-то в голове крутились только мрачные сценарии. Не верилось в то, что эта козырная карта не будет разыграна со всем цинизмом. Да, мир катится в бездну, но, как бы страшно это ни звучало, суть человеческая остается неизменной.

Городская больница. Она, как и районная, тоже располагается на окраине. И судя по всему, также стала убежищем для людей. Во всех описанных сценариях медучреждения неизменно выступали как рассадник заразы. Так оно оказалось и на практике. Но вместе с тем удобство их расположения, большие площади, которые можно было изолировать, и просторные дворы, позволяющие контролировать подступы, сделали их наиболее привлекательными для выживания. Мутанты же… Они там не сидят вечно, а отправляются на поиски пищи. Тех же, что решали устроить себе в этом месте логово, и вычистить недолго. Тем более на начальном этапе, пока они были кусачами.

Пересекли реку, а вот и станица. Районную больницу видно уже давно. Но сейчас все отчетливей проступают детали. В отличие от городской, эта окружена со всех сторон частным сектором. Раньше к югу сразу начинались поля, но с тех пор станица разрослась, и теперь до открытого места минимум полкилометра. Впрочем, обитатели убежища прошлись по периметру, снеся все постройки в радиусе двухсот метров. Что в общем-то несложно при наличии тяжелой строительной техники.

Вон она, кстати, стоит себе на территории больницы, за надежной оградой. И не только строительная, но и сельскохозяйственная. Одних комбайнов целых четыре штуки. Ясно, что для спасшихся этой техники с избытком. В возделывании больших площадей никакой надобности. Но техника имеет свойство ломаться, так что запас карман не тянет.

Электричества на ограде нет, об этом Нина говорила. Зато «егозы» не пожалели. Бедный тот мутант, что решит пробраться через такое заграждение. Он не то что там шкуру оставит, но растеряет и мясо. Изощренное такое самоубийство получается.

– Ну и что, где будем садиться? – поинтересовался Лацис.

– Давай прямо вон там, на дороге.

По старинке указывая пальцем, Дмитрий тем не менее не забыл и поставить метку на выведенной в канал группы карте. Лацис только утвердительно кивнул. Дорога достаточно широкая, очищена от транспорта и выходит прямиком к просторной автостоянке у центральных ворот больницы. Ее полностью расчистили, дабы не создавать дополнительных укрытий для возможных нападающих. Вот и им подойдет, чтобы можно было развернуться не вручную, а с помощью двигателей.

Прежде чем зайти на посадку, Лацис предпочел пройтись вдоль дороги на малой высоте. Был прецедент вчера днем, когда они садились у заправки. Как говорится, в России две беды – дураки и дороги. И, к большому сожалению, первые не переводятся, а вторые страдают. Так что подстраховаться совсем не лишнее.

На дурачка летать вокруг убежища, очень даже ощетинившегося стволами, глупость несусветная. Поэтому Дмитрий связался с дежурным на общей частоте, принятой на территории России, благо информация эта в сети в свободном доступе. Услышали и дали добро на посадку.

Правда, при этом голос дежурного Нефедову как-то не понравился. Впрочем, он поспешил об этом забыть и отбросить в сторону. Его ожидала встреча с близкими. Он невольно скосил взгляд на упакованного в прозрачную пленку мишку и свертки с подарками для детей. Подумал, что все эти бантики и ленточки по нынешним реалиям вроде как не к месту. Но потом отмахнулся. Пусть их злятся.

Да, горе сегодня коснулось каждого без исключения. Но это же не повод существовать, вместо того чтобы жить. Вон Кошка, в смысле Ксения. Судьба по этой девчушке прошлась катком. И ничего, бодрится, шутит, не забывает о светлом. И это правильно. Ну вот такая у них теперь жизнь.

Еще до полной остановки самолета снарядились в соответствии с реалиями сегодняшнего дня. Витает в окрестностях вирус или нет, вопрос десятый. Проверять на себе – последнее дело. Случись подхватить эту дрянь, и аспирином не обойдешься. А по закону подлости, как известно, может прилететь привет, даже если всего лишь раз позволил себе расслабиться.

Наконец Ла-8 замер, и с ними вновь связался дежурный. Приказал не покидать машину и передал номер, на который Дмитрию следовало сделать видеозвонок. Ага. Понятно. Они же все в масках, поди сличи личность. Это у Нефедова с Лацисом закачана программа распознавания, в которую заложено множество параметров, так что установить личность без проблем. У местных такого нет.

Потянул с лица маску, порадовавшись, что салон еще не разгерметизировали. Ну и удивляясь заодно, какого дежурный чудит. Вызвать Нину, она свяжется с ним, и все разрешится, проще пареной репы. А тут еще и во время короткого разговора парень в камуфляже и при полной выкладке долго и тщательно вглядывался в лицо Нефедова. Но наконец дал добро на выход.

К этому моменту к самолету уже подошли трое бойцов. Армейские камуфляжи, правда, не из наноткани, а цифра прошлого поколения. Ну и казачьи нашивки. Случилось, значит, казачкам не просто ряжеными расхаживать в качестве народной дружины, в помощь полиции по поддержанию общественного порядка, но и вспомнить, что они являются потомками воинов. На лицах устаревшие противогазы с баклажками фильтров.

Признаться, у Дмитрия непроизвольно расправились плечи, и грудь так легонько выгнулась колесом. Эти бойцы ему сейчас были на один зуб, хоть поодиночке, хоть скопом. В конце концов, он модификант второго уровня или погулять вышел?

– Здравствуй, Дима.

Нефедов не узнал бы этого приглушенного и измененного фильтрами голоса. Но нейросеть с системой распознавания ему в помощь. Он даже не напрягал память, а узнал здоровающегося походя, словно они встретились в парке. Поэтому сразу протянул руку. Разве только перчатку снимать не стал. Все те же реалии сегодняшнего дня. Одна царапина может стоить жизни.

– Привет, Игорь. Рад, что выжил, – обмениваясь крепким рукопожатием, произнес Дмитрий.

– Не многим так повезло, – угрюмо бросил тот.

Мужчине было лет тридцать пять или чуть больше. Дмитрий никогда не интересовался его возрастом. Да и знакомы они были, можно сказать, шапочно. Бригада Нефедова в прошлом году ставила в доме Акимова баньку, вот тогда и познакомились.

Игорь, кстати, в отличие от многих, как раз мог называть себя казаком, потому что они с единомышленниками болели боевой подготовкой и всеми этими мужскими игрушками. Не страйкбол, а работа с реальным огражданенным оружием. Тактические занятия, горная и огневая подготовка, рукопашка и далее по списку. Интересно, кто-нибудь из его парней выжил? Правда, спрашивать его об этом не стал. Потом как-нибудь.

– Повезло немногим. Но мы-то живы. Ладно, личность установлена? Пройти за ограду можно? Или еще какие танцы с бубнами?

– За ограду можно. Только…

– Что только? – вдруг севшим голосом поинтересовался Дмитрий.

Вот не нравилось ему это. Душа словно в пятки ухнула, а под ложечкой поселилась сосущая пустота предчувствия неминуемой беды.

– Банда покуражилась. Твоих – одной гранатой.

– Что значит одной гранатой? Что за хрень ты несешь? Где Нина? Где дети?

Дмитрий надвинулся было на Игоря, но тут на его плечо легла сильная рука Лациса.

– Русский, остынь.

– Толком можешь сказать, что случилось? – глубоко вздохнув, поинтересовался Дмитрий.

– Есть здесь одни сволочи. Сбились в кубло и рэкет врубили. Требуют плату за спокойную жизнь. Мол, вояки вас все одно нормально не защитят. Кто-то платит, мы послали. Так они из гранатомета шмальнули. Попали в окно комнаты, где была Нина с детьми. Пять погибших, среди них и твои. Вот такие дела, – со вздохом закончил Акимов.

– Они меня ждали. А я… Я… – потерянно произнес он, не в состоянии произнести свои мысли вслух.

И тут он вдруг вспомнил тот проклятый сон, который видел за последний месяц четыре раза. С началом модификации тела он вообще практически не видел снов. Только этот, где он пытается догнать Нину и детей, но они с веселым гомоном легко убегают от него. Нефедов не придавал этому особого значения, считая, что сон только выражает его желание вернуться, но всегда находится опять какая-то причина, из-за которой он в очередной раз задерживается.

Взгляд скользнул по Ксении, которая невольно сместилась, уходя за спину Лациса.

– Русский, не ищи виноватых, – покачав головой, произнес Лацис, еще больше заводя девушку за себя.

Нет. Она тут ни при чем. Когда они повернули, чтобы спасти ее, здесь все уже случилось. И ведь какой идиот. Ну ладно он не звонил Нине, желая сделать сюрприз. Но ведь за прошедшие сутки и она ни разу не позвонила. А такого не случалось с того момента, как они наладили между собой связь.

– А почему мне не сообщили? – глядя в глаза Игоря, спросил Дмитрий.

– А куда сообщать? На деревню дедушке? Контактов твоих ни у кого нет. Наладонники Нины и Ромки запаролены, а хакеров у нас не водится.

– Ясно. Где они?

– Похоронили уже. Откуда нам знать, когда ты приедешь.

– Понял. Показать сможешь?

– Сейчас машину попрошу. Надеюсь, глава не откажет.

Не отказал. Бог весть чем он руководствовался. Быть может, хотел сделать все, чтобы Дмитрий остался в анклаве. Раньше он его интересовал как инженер-строитель. Сейчас, скорее всего, на первое место вышло то, что он модификант. Игорь не мог не распознать в Нефедове модифицированного бойца. Это бросается в глаза. Плюс далеко не рядовая экипировка.

Заодно определились и по Ксении. Собрав свои вещи, она направилась в сторону КПП. Их совместное путешествие подошло к концу. Найдет она тут приют или нет, ее спасителей уже не касалось. Они свое дело сделали, дальше уже пускай сама.

Признаться, Дмитрий ожидал увидеть очередной инкассаторский броневик. Приметили они на территории парочку, пока совершали облет. Но, как оказалось, с броней у анклава проблем нет. Из ворот показался «выстрел». Эдакий грузовик, одетый в броню с башенкой, со спаренными ПКМТ и АГС. И откуда только откопали этого старичка, поступившего на вооружение лет сорок назад. Но ничего, катится очень даже бодренько. И вообще, по сегодняшним реалиям, то, что нужно.

Просторный салон, в котором может разместиться десяток бойцов. Удобства так себе, никакие в общем-то. Военная машина, что тут еще скажешь. Зато экипаж и десант помещаются по полной выкладке, и последние без труда могут вести огонь из бойниц. Кстати, броня с рациональными углами не по зубам даже крупнокалиберному пулемету. Двери – сзади две большие прямоугольные распашные и по бортам по одной трапециевидной формы. Сверху четыре люка.

Но главное то, что машина полностью герметична. Стоят штатные фильтры на той же бойнице, так что после обработки озоном можно чувствовать себя в полной безопасности. Боевая же техника. Она пригодна даже для использования в районах применения оружия массового поражения.

Правда, сейчас два верхних люка чуть приоткрыты и стоят на стопорах. Самую малость, так чтобы и гранату вовнутрь не закинуть, и, случись кумулятивной прилететь, чтобы экипаж избыточным давлением не размазало.

Игорь, как старший машины, устроился на переднем пассажирском сиденье. Один из казачков примостился на месте стрелка, второй вместе с Лацисом и Дмитрием в качестве десанта.

– Откуда дровишки? – Говорить о чем угодно, только не думать о погибшей семье.

С одной стороны, он уже видел столько смертей, и в самых различных ее проявлениях, что давно свыкся с мыслью о постоянном соседстве старухи с косой. С другой, к этому невозможно привыкнуть. И главное, Нефедов не был готов терять близких. Он знал, что они живы и ждут его. И тут вдруг…

– Вояки подогнали. Если помнишь, у нас здесь стоит отдельный батальон связи. На их базе по мобзаданию должен разворачиваться полк. Так что запасов там с избытком. Когда все началось, комбат не стал держать солдат за штаны. Выдал оружие, боеприпасы, сухие пайки и свое благословение. Технику отдавать не стал. Не маленькие, а транспорта сегодня более чем достаточно. Связь работает, и даже сейчас по старым номерам можно дозвониться. Так что многие остались в части, так как ехать было уже некуда и не к кому. Другие вернулись с полдороги. Сейчас у комбата чуть больше роты солдат и офицеров.

– Много народу сохранили эти связисты, как я погляжу, – удивился Дмитрий.

– Повезло, что в основном срочники и часть на отшибе находится. Как только первый звоночек, так майор периметр на замок – и никого на пушечный выстрел не подпускал. Ну и ввел в части мероприятия по ЗОМП. Так что зараженными он ни одного не потерял. Когда более или менее устаканилось, начал рассылать гонцов, сбивая анклавы под руку правительства.

– А спецназ? У нас же здесь целый батальон.

– Батальон. Да только все контрактники, и часть на окраине города. Словом, слились они все, подчистую. Не через одну командировку прошли, боевые награды, реальные волкодавы. А тут…

– Хорошо уже то, что они не были модификантами. А то была бы одна сплошная задница, – заметил Дмитрий.

– Отчего же. Мне сорока на хвосте принесла, что там началась программа по модифицированию бойцов. Но пока, слава богу, мы этого не ощутили. Наверное, хватает пищи.

– А что комбат предпринимает для уничтожения банды?

– Для начала нужно определить, где их логово. А отсюда и плясать. Но, признаться, на вояк надежда слабая. Связисты. Хорошо если за время службы с десяток раз выезжали на стрельбище. Правительство пока помочь не в состоянии. Разве разрешили комбату подбросить отрядам самообороны оружие и технику со складов. Сейчас идет формирование администрации. Нужно налаживать общее руководство. А там, глядишь, и до силовых структур доберемся. Пока же кто во что горазд. Мы вот казакуем.

– И много народу выжило?

– В нашей округе четыре крупных анклава плюс мелочь и вояки. В общем, наберется тысяч пять.

– До всего этого суммарное население города и станицы составляло сто пятьдесят тысяч.

– У нас еще кучеряво. По району вообще беда. Большинство сел полностью вымерли. А за бугром не так, что ли?

– Так же. Где-то хуже, где-то лучше, но в общем и целом картина схожая. Просто дома оно как-то больнее, что ли… – Дмитрий неопределенно пожал плечами.

– Это да, – согласился Игорь.

С могилами мудрить не стали. Поначалу-то вообще было не до похорон. Но со временем решили все же хоронить. Кладбища – они ведь не для мертвых, а для живых. Сегодня об умерших позабудешь – завтра и сам не заметишь, как растеряешь человеческий облик.

Нина с детьми покоилась в братской могиле, с двумя другими погибшими в ту ночь.

Слез не было. Вообще. Он аккуратно разложил на могильном холме привезенные подарки и опустился на колени. О чем он думал? Признаться, ни о чем. Вообще. Ни единой мысли. Просто уставился невидящим взглядом в какую-то точку в пространстве и замер каменным изваянием.

– Русский, вставай, – положив ему руку на плечо, минут через тридцать произнес Лацис.

– Зачем?

– Будешь ныть, как баба, или подумаем, как достать тех, кто это сделал?

Дмитрий поднял взгляд на сержанта. И на смену пустоте в глазах появилась мысль. Хм. Вообще-то, скорее, ненависть, замешенная на ярости. А еще животная жажда крови. Не Лациса. Нет. Тех. Других. О которых он пока ничего не знает. Пока.

Он решительно встал. Отряхнулся. С какой-то злостью обмахнул себя крестом. Сжал кулак, покачал им перед собой, словно решая что-то или обещая. И наконец твердой походкой направился к «выстрелу».

– А почему ты называешь его русским? Весь мир в труху, но маленький гордый прибалтийский народ не забывает древних обид, – не сводя взгляда с Дмитрия, поинтересовался Акимов у Лациса.

Страха у казака не было. Ну модификант, так что же с того. За последний месяц он видел уже столько смертей и столько раз убивал сам, что жизнь уже давно потеряла для него прежнюю ценность. И своя в том числе. Нет, жить, конечно, хочется, но и трагедии из возможности погибнуть он не делает. А уж от рук какого недоумка, вируса, твари или модификанта – это всего лишь один из вариантов.

– Тебя как зовут? – вместо ответа поинтересовался Лацис.

– Игорь, – совершенно спокойно представился тот.

– Так вот. Ты – Игорь. А он – русский. Вопросы есть?

– Нет, – удовлетворенно кивая, произнес Акимов.

– Вот и ладно. – Сержант поправил висевший на плече автомат и двинулся вслед за Нефедовым.

Ехали молча. Каждый невольно вспоминал о потерянных близких. Казалось, уже свыклись с этим. Но горе Нефедова разбередило зарубцевавшуюся было рану. Помалкивал и Лацис. Бог весть о ком думал он. Может, о павших товарищах, а может, о погибающих латышах в общем. Ну, коль скоро он решил ввязаться в схватку за выживание нации.

Грохот разрыва и вспухшее черное облако на капоте. «Выстрел» содрогнулся всем корпусом, потерял ход и, продолжая катиться по инерции, начал забирать влево. В его утробе что-то угрожающе заскрежетало, а по корпусу начала распространяться вибрация. Несмотря на разрыв, Дмитрий не потерял слуха, хотя тот и просел. Потому что голос сержанта слышался как сквозь слой ваты.

– Задняя дверь! Десантируемся через нее!

И сам же, выполняя свой приказ, потянул ручку замка. Тяжелая прямоугольная дверь легко провернулась в петлях и замерла, встав на стопор. Но еще до характерного щелчка сержант рыбкой юркнул в образовавшийся проход, тут же делая кувырок по дороге и уходя в перекат.

Стрелок поспешно разворачивал башню, стремясь нашарить противника, продолжавшего хранить молчание. Впрочем, длилось это недолго. Едва сержант появился на дороге, как застрекотал автомат. ПКМТ с гранатометом явно запаздывали.

А вот второй казак, бывший в десантном отделении, сноровисто открыл бойницу и сунул в нее ствол автомата. Правда, сделать уже ничего не успел. Среди нападавших оказался снайпер, которому ничего не стоило попасть в овальное отверстие с мужскую ладонь. Попадание пули сопровождалось ее ударом по стеклу очков противогаза. Незадачливый стрелок откинулся назад, сложившись на полу.

Водитель тряс головой, не в состоянии прийти в себя, – как видно, получил контузию. Игорь тянул его из сиденья. Корпус «выстрела» способен выдержать в упор даже крупнокалиберный пулемет, но против кумулятивного гостинца бессилен. Так что если вновь прилетит из гранатомета, мало не покажется никому.

Происходящее пронеслось перед взором Дмитрия в краткий миг. Он даже не смог всего осознать, отмечая только отдельные куски калейдоскопа разрозненных картинок. Общая картина сложится уже потом, когда он захочет восстановить события, а нейросеть услужливо предоставит ему такую возможность.

Сам же он нырнул вслед за Лацисом. Кувырок через голову и перекат в сторону. Кнопка испуганно тявкнула, не в состоянии понять, что происходит, и не на шутку перепугавшись. Много чего успела повидать собачка, но страха окончательно не растеряла.

Быстро отработав руками и ногами, подполз к кювету со стороны противника, начавшего интенсивный обстрел. Сержант огрызался короткими очередями, явно не спеша переходить к активным действиям. Сейчас главное – понять, сколько врагов, и установить их позиции.

Наконец захлопал АГС – по гребню, в девяноста семи метрах от Дмитрия. По позициям нападающих прошлась серия разрывов, выкашивая бурьян и кусты. Сам Нефедов изготовил к бою «вепря», выводя в левый верхний угол тактическую карту, где уже имелись пометки Лациса с идентифицированными целями. Пока только пять. Причем все они вытянулись в одну цепь.

Наблюдая за происходящим, Нефедов отцепил подсумок с собачкой и оставил ее лежать на дне канавы. Здесь безопасно. В том, что у бандитов нет шансов, сомнений никаких. А вот пока он будет бегать да кувыркаться, может и задавить Кнопку. Ну и сама, не дай бог, выскочит под шальную пулю. Так что пусть уж лучше здесь поскуливает.

Обстрел из броневика заставил было противника замолчать. Но ненадолго. Послышался гулкий хлопок. Дмитрий рассмотрел стремительный росчерк, протянувшийся к броневику. Грохнуло. На боку стальной машины вспухло черное облако с ярким всполохом внутри. От нового попадания она вздрогнула, словно смертельно раненный зверь. Из открытой двери выметнулся дым. Через две секунды наружу вывалился водитель и следом Игорь.

Дмитрий хотел было запустить коптер. Тренировки в симбиозе с нейросетью дали отличный результат. Рефлексы отточились в десятки раз быстрее. Но в какой-то момент он вдруг осознал, что вот эти нападающие, скорее всего, все те же бандиты, что убили его семью. То есть те, до кого он хотел дотянуться, на расстоянии девяноста семи метров от него.

Коптер так и остался в кармане. Дмитрий сейчас слабо отдавал себе отчет в том, что делал. Он готов был не просто убивать, но рвать голыми руками. Хм. Причем где-то даже в прямом, а не в переносном смысле.

– Русский, назад!

Окрик сержанта разнесся над полем, прозвучал в гарнитуре радиостанции и повторился в канале группы. Но Дмитрий не придал ему значения. Словно его и не было. В этот момент были только он и пятеро нападавших. Шестеро. Нейросеть проанализировала, что именно видел он и сержант, выдав позицию гранатометчика.

Один из солдат приподнялся над урезом небольшой возвышенности, прикладываясь к пулемету. Дмитрий стрелял буквально навскидку. Но пуля попала точно в голову. Пулеметчик отвалился в сторону и замер.

Один за другим мимо Нефедова пролетели какие-то предметы. Нейросеть беспристрастно констатировала, с вероятностью в девяносто процентов, что это осколочные гранаты. Лацис, больше некому. Не казачки же забрасывают гостинцы на сотню метров.

Наконец нападающие полностью очухались и, приметив набегающего на них героя-одиночку, начали работать по нему сразу из пяти стволов. Да только псих оказался словно заговоренным. Уходил в кувырки и перекаты, выписывал зигзаги. И, оставаясь неуязвимым, непрерывно вел огонь одиночными. Причем пули если и не находили своей цели, то проходили впритирку, заставляя ненадолго замолкать то одного, то другого стрелка.

Лацис, в отличие от него, бил прицельно. И успел подстрелить одного из бандитов. Наконец на позиции противника один за другим грохнули два разрыва. Обстрел вновь прекратился, и Дмитрий, используя фору, рванул по прямой со спринтерской скоростью. При этом еще и магазин сменить успел. Буквально взлетел над увалом, четыре выстрела – три трупа.

Ближнего он расчетливо подстрелил в плечо, и пока тот не пришел в себя, навалился на него, позабыв о контроле. Этим озаботился взбежавший следом за ним Лацис. Сержант окинул Дмитрия внимательным взглядом и неодобрительно покачал головой.

Экспресс-допрос в полевых условиях. У Нефедова имелась база, со всеми методами, приемами и болевыми точками. Иное дело, что на практике эти знания применять пока не доводилось. А то, что он вытворял сейчас, назвать допросом можно было только с натяжкой. Большой натяжкой.

Он не задавал вопросов, а просто резал бандита на части. Не сказать, что ему нравилось истязать. Но и отвращения к проделываемому он не испытывал. Лишь мрачное удовлетворение. А еще какая-то часть его рассудка, не иначе как находящаяся под контролем нейросети, пристально следила за тем, чтобы не переступить черту. Рано пока еще пленнику откидывать копыта.

Бандит кричал и молил о пощаде. Через десять минут тридцать две секунды начал стенать о смерти. Но избавление от мучений к нему так и не приходило. Дмитрий был неумолим.

Остальные присутствующие бесстрастны. Собрали трофеи, обнаружили в кустах спрятанный инкассаторский УАЗ. Модель две тысячи сорокового года. Четырехтонный внедорожник в виде микроавтобуса с корпусом из восьмимиллиметровой катаной брони. Оптимальными углами тут и не пахнет. Обтекаемые формы современных дизайнерских решений. Но винтовочной пуле здесь ловить нечего.

– Ну что, русский, отвел душу? – приблизившись к Дмитрию, поинтересовался Лацис.

– Нет, – угрюмо буркнул Дмитрий.

Нагнулся, вытер свой счастливый нож, ну или тесак, о клочок одежды убитого, чудом оставшийся не заляпанным в крови. Сам Дмитрий, как ни удивительно, умудрился не испачкаться. Впрочем, тут сказалась привычка содержать себя и одежду в чистоте. И в особенности избегать контактов с кровью. Впрочем… Если глянуть на то, во что превратился пленник, то удивляться все же было чему.

– Ты его хотя бы спросить о чем-нибудь успел?

– Сам начал говорить. Ну и поспрашивал. Садоводческое хозяйство. Фермер тамошний построил кирпичный барак. Часть отошла под его контору и жилье, остальное под сезонных рабочих. Машины для сбора яблок еще не придумали. Вот его-то и оборудовали под логово. Обмотались егозой по самую маковку и в ус не дуют. Катаются на трех таких же инкассаторских броневиках. Теперь на двух. Бандитов осталось девятнадцать человек. С ними бабы. Добром не все, но выбора у них нет.

– А это вообще они гранату пустили?

– Не эти. Те в логове. Но без разницы.

– Согласен, без разницы.

– Я в больницу не пойду. Незачем.

– Стоит заглянуть в самолет. Нужно экипироваться получше. Опять же почти по пути. Там всего-то километров пять, если не по прямой. Можно и пешком, – изучая карту местности, произнес Лацис. – Ты у него, случайно, не узнал, как они опознаются? Где расположены посты?

– Как опознаются, не узнавал. Охрана, два поста, по два человека в бетонных огневых точках. Вот здесь и здесь.

– По всему выходит, должны просматривать весь периметр.

– Вот тут овраг. По нему можно выйти в тридцати трех метрах.

– Овраг вижу, но характер его склонов непонятен. Похоже, что крутые.

– Практически отвесные. Мы в детстве тут все излазали. Высота метров двадцать, в некоторых местах и повыше. Но нам забросить веревку с кошкой проще простого.

– Если так, то сам овраг они минировать, скорее всего, не будут. А вот подходы… Ты этого не узнавал, – не спрашивая, а скорее констатируя, произнес Лацис.

– Нет. Одного не понимаю: как их могли еще не вычислить? – не удержался Дмитрий.

– Времени прошло всего ничего. А эти особо и не прячутся. Верят в собственную безнаказанность. Насчет вооружения ты, конечно, тоже не уточнял.

– Брал бы и сам допрашивал, – огрызнулся Дмитрий.

– Сомневаюсь, что ты мне его уступил бы и вообще был готов слушать разумные доводы. Ладно, проехали. На месте разберемся. Ну что у тебя, Игорь?

– Трофеи собрали. У меня двое двухсотых. Их УАЗ на ходу. Наша догорает. Все в полном порядке. Итить твою налево, – в сердцах сплюнул он.

В этот момент взгляд Дмитрия зацепился за трофейный пулемет. Все остальное могут забирать. А вот этого «печенега» он не отдаст. Ему огневая мощь ой как пригодится. Причем не далее как сегодня. Вообще ему везет на систему буллпап. И этот также выполнен в штурмовом варианте, с коллиматором на ручке для переноски. Компактный пулемет с оборотистостью автомата. Просто шикарно. Н-да. Он все же становится оружейным маньяком.

Игорек также облизывается на игрушку. Мало ли что им там выдали вояки – пулемет в хозяйстве никогда лишним не будет. Хомячество по поводу оружия у него болезнь давняя. Он даже до всего этого выбрал весь лимит стволов, разрешенных законодательством. Но, как говорится, что с бою взято, то свято. Опять же вон остальные стволы он ведь отдает им. Ему они без надобности. А там, глядишь, он и еще подгонит чего анклаву. Если у него что получится.

Хм. Или все же у них. Лацис однозначно дал понять, что отправляется вместе с Дмитрием. Вдвоем против девятнадцати. А может, и больше, не все же бабы там насильно. При этом Дмитрий уже изрядно накосячил. Оно бы отказаться от помощи сержанта, но… Нужен ему прибалт. Не потому что Нефедов хочет выбраться из этого дерьма живым. А потому что вдвоем у них больше шансов перебить их.

А противники могут оказаться и серьезными. Экипировка у бандитов единообразная. Вооружены не вразнобой и не хламом каким. «Печенег», замену которому пока еще не нашли. АК-20[2], состоящий на вооружении армии. СВГ[3], пришедшая на смену древней СВД и столь же хорошо себя зарекомендовавшая, коль скоро состоит на службе уже два десятка лет. Одноразовые гранатометы.

Хм. С другой стороны, само нападение. Не хотели мудрить против кучки гражданских с оружием в руках? Или и сами только и знают, с какой стороны браться за ствол? Вполне возможно и такое. Всем этим оружием очень даже можно было разжиться и в каком-нибудь отделе внутренних дел.

– Кстати, он не сказал, где их логово? – поинтересовался Игорь.

– Не успел, – не моргнув глазом, соврал Дмитрий.

Лацис промолчал. Только едва заметно хмыкнул. Впрочем, кроме Нефедова, этого никто не видел. Да и весь вид сержанта выказывал если не одобрение, то, по меньшей мере, понимание.

– А кто им слил, что броневик выехал на кладбище? Не может быть это случайностью.

– Не спросил.

– Ох, Дима, Дима, – сокрушенно вздохнул Акимов…

На место они с Лацисом предпочли выдвинуться пешком. Спокойная прогулка продлилась недолго. Ровно до первой стаи мутантов. Разобрались с ней быстро и бесшумно. Атаковать на открытом месте двух модификантов десятком, пусть и ретивых, рвачей – затея явно не из лучших. Впрочем, этим такие, пожалуй, пока еще не попадались. Иначе были бы куда осмотрительней.

С другой стороны, эдак они могут израсходовать боекомплект еще до того, как доберутся до цели. Поэтому решили обзавестись колесами. Пришлось помучиться, пока нашли транспорт с непробитым баком. Шаблоны, вбитые фантастами, рулят. Проще пареной репы. Труба, молоток, кусок поливочного шланга – и заправка зомбимобиля обеспечена. Все другие способы требуют умственного мышления, каких-никаких знаний и затраченного времени. Словом, хлопотно это.

Но, как бы то ни было, транспорт они все же нашли. Легковой автомобиль, ни разу не внедорожник. А таковой не помешал бы. За пределами станицы предстояло двигаться по полевой дороге. Весна и распутица вносили в такую поездку особую изюминку. Оно конечно, вытолкать машину для них не проблема, но к чему такие сложности.

Бросили машину и дальше пошли пешком. Тут идти-то три километра по прямой. С учетом извилистого маршрута пусть будет порядка пяти. Без разницы. Все равно они даже не запыхаются. Ну или запыхаются, потому что Лацис перешел на бег. Причем сразу взял изрядный темп. Но Дмитрий не в претензии. Он и сам хотел как можно быстрее добраться до убийц его семьи.

Ну а пока суд да дело, запустил большой коптер. В смысле из имеющегося у них в арсенале, конечно. В экономичном режиме он способен висеть в воздухе до двух часов. Они будут на месте в худшем случае через двадцать минут. Это с учетом подъема на практически отвесную стенку.

Лацис также запустил свою птичку. Один глаз хорошо, но два лучше. Впрочем, как выяснилось, он собирался задействовать его в качестве ближней разведки. Ну или передового дозора. Что более чем разумно.

До нужного оврага добрались уже через десять минут. Дальше двинулись по его извилистому дну, которое прорезала речушка. Оно бы и ручьем ее обозвать, но протяженность более пятидесяти километров. Так что по определению получается речка.

Пока продвигались к нужному месту, успели обследовать с воздуха всю территорию фермерского хозяйства. Подворье представляло собой эдакий квадрат со сторонами в сотню метров. Забор из бетонных плит, с густо накрученной поверху егозой. На подходах ее вроде нет, но тут, скорее всего, не обошлось без растяжек.

В северо-восточном и юго-западном углах устроены эдакие будки из бетонных блоков, с металлическими дверьми и бойницами, обеспечивающими обзор на две стороны. Так что все подходы просматриваются как на ладони. А учитывая то, что сейчас только начало весны и лесопосадки с садами стоят голые, так и на несколько километров окрест. Посредине южной стены въездные ворота, без какой-либо охраны. Да и правильно в общем-то. К чему плодить сущности.

Внутри практически вдоль всей восточной стены тот самый барак, с конторой и жильем для сезонных рабочих. Вдоль западной – подземное плодохранилище, с боксами под технику над ним. У северной – гараж под машину хозяина и слесарная мастерская. А то как же без нее там, где хватает сельхозтехники и инвентаря.

Дмитрий бывал здесь не только в детстве. Два года назад он с бригадой делал в этом самом бараке ремонт. Поэтому знал его планировку, как и то, что контора сообщалась с жилой частью обычной дверью. Имел представление и обо всем остальном. Из нового только вот эти укрепления из бетонных блоков. Эдакие угловые башни крепости.

– Что думаешь, русский?

– Уверен, что подходы они заминировали. Тут ума много не нужно, а с оружием у них, похоже, проблем нет. Свободный проход по подъездной дороге. Но она просматривается с обоих постов.

– Предложения?

– Идти прямо по дороге.

– Она подходит с востока и, как ты правильно заметил, простреливается с обоих постов. С северо-восточного ее не видно, только последние полста метров перед воротами.

– Через амбразуры снимем караульных в юго-западном укреплении. Потом по вот этой канаве кювета до ограды – и за забор.

– Вываляемся в грязи, – наблюдая через камеру коптера канаву, заполненную грязной жижей, недовольно заметил Лацис.

– Согласен, потом придется стираться.

– Ладно. Предлагаешь внаглую через ворота. Допустим. Но там чистый двор. Укрыться негде. Сразу обнаружат.

– Нет, не через ворота. Через зачищенный пост. Он просто сложен из блоков, без раствора и сварных конструкций. Нам вполне по силам раздвинуть блоки, увеличив амбразуру до нужных размеров, чтобы пролезть внутрь.

– Хм. Принимается.

Сместились к нужной точке, так чтобы гарантированно не выйти на заминированный участок. После чего забросили наверх веревку с кошкой на конце и по очереди взобрались по практически отвесной скале из сланца. Только предварительно Дмитрий прицепил подсумок с Кнопкой на спину. Раздавит еще.

Выбравшись наверх, укрылись в зарослях бурьяна на краю оврага. Лезть вперед, чтобы взглянуть своим глазком, не стали. Вместо этого отозвали больших коптеров и запустили малюток. Если двое караульных будут вести беседу, то и не услышат их комариного писка даже в паре метров, а так близко их подводить никто не собирался. Дронов отправили сразу к обоим постам, дабы контролировать их одновременно. Мало ли как оно все обернется.

Картинка с юго-западного поста была многообещающей. Оба караульных не спали. Но при этом явно были увлечены беседой, устроившись напротив бойницы. А скорее, даже амбразуры. Ну, да не суть важно. Главное, что видно обоих. И то, что голова второго выглядывает из-за первого только наполовину, общей картины не портит. Попасть в такую цель со ста метров для них не составит труда. Тем более при наличии специальных боеприпасов.

– Плохо то, что они в глубине. Дрон передает картинку в приближении, а в оптику мы в лучшем случае увидим темный силуэт, – разочарованно произнес Дмитрий.

– Ерунда. Главное, что они хотя и не спят, но все же не во все глаза пялятся по сторонам. Незаметно выдвигаемся к краю бурьяна, изготавливаемся к стрельбе, а там даешь команду коптеру на сближение и включение светодиода.

– Заметят.

– Конечно, заметят. Но тут уж все в наших руках. Бьем наповал. Сработаем чисто – полдела сделано.

– Звучит убедительно. Работаем?

– Работаем.

К краю бурьяна подползали без особой опаски. Оба поста были под видеонаблюдением, и они прекрасно видели, что караульные не смотрят в их строну. А раз так, то излишняя осторожность может быть и во вред. Как минимум потерянное время.

Веса пулемета Дмитрий практически не ощущал. Что неудивительно при его сегодняшних физических данных. Но, несмотря на схему буллпап, «печенег» оставался все же громоздким, и ползать с ним на спине несколько неудобно. Нормальной ременной системы, как у Лациса с его М240, нет, поэтому оружие все время норовит сползти набок.

«Ну что, русский, готов?» – спросил сержант в канале.

«Готов», – приложившись к прицелу «вепря» и наводя галочку на темный силуэт в амбразуре, ответил Дмитрий.

«На счет «три».

«Принял».

Вот ведь на экране камеры вполне отчетливо видны головы двоих караульных. А в прицел, как и ожидалось, только сдвоенный темный силуэт. Но стоило малютке подлететь и врубить светодиод, как картинка тут же изменилась. Дмитрию достался тот, что виден не полностью. Дистанция восемьдесят девять метров. Хлоп! Мотнул головой и исчез из виду. Второй исчез, как темный кружок в тире. Лацис также не дал маху.

Нефедов тут же направил коптер в амбразуру, обследуя внутренности укрепления. Бандиты лежат без движения. Судя по характеру ранений, обоим прилетело качественно.

Внимание на второй экран. Порядок, сладкая парочка на втором посту занята какими-то разговорами. Они и в амбразуры-то не смотрят. Вот захохотали. Но ржали эти кони недолго. Как видно, боялись начальства, или у них там пахан. Хотя на телах прежних партаков не наблюдалось, а эта братия их вроде как уважает. Или только сидельцы. Бог весть, Дмитрий особо никогда такими тонкостями не интересовался.

Жаль, этих, как первых, срезать разом не получится. Второго вообще не видно. Придется следовать изначальному плану. А как было бы хорошо. Н-но не судьба.

Переглянулись – и ползком вперед, к дороге. Кювет ожидаемо принял их в холодную грязевую жижу. Но действительность оказалась все же не столь пугающей, как показалось на изображении с камеры. Глубина незначительная. Ткань нанокомбинезона успешно выдержала натиск влаги, не пропустив ее к телу. Даже прохлада не особо чувствовалась. Но в том, что холодная, сомнений никаких.

Едва заползли за забор, как поднялись на ноги. Хм. Хорошо все же, что жижа, а не липкая грязь. Практически все стекло, так и не пристав к высокотехнологичной ткани. Пробежались до ворот. Глянули. Изнутри на петлях замок. Так что быстро и незаметно проскользнуть не получится.

Лацис отстранил Дмитрия себе за спину и первым двинулся вдоль забора, прижимаясь к плитам и внимательно глядя под ноги, чтобы не задеть какого сюрприза. Обошлось без неожиданностей. Растяжки они, конечно, видели, но вплотную к забору и блокам поста не минировали.

Сдвинуть с места бетонные блоки, уложенные друг на друга, Дмитрию не по силам. А вот Лацис с этим справился. Причем без посторонней помощи. Едва только отверстие получилось достаточным, чтобы в него можно было просунуться, как они оказались внутри.

Нефедов проверил обоих бандитов. Холодные. Вот и ладушки. Он тут вообще пленных брать не собирается. Как и выяснять, кто они, откуда и какого решили встать на кривую дорожку.

«Сержант, я пробегусь сзади барака. Там между забором и стеной промежуток есть».

«Действуй. Я присмотрю за входом», – окинув его внимательным взглядом, согласился Лацис.

Нефедов вывел картинку, наблюдаемую Лацисом, в левый нижний угол, чтобы видеть то же, что и он. Потом пустил свой коптер к бараку, где тот пробежался камерой по окнам. Убедившись, что в них никто не пялится, Дмитрий сорвался с места. Пять стуков сердца, и он уже за торцовой, глухой стеной. Взгляд на сержанта. Тот подал знак – мол, порядок.

К забору выходили зарешеченные окна барака. Кстати, решетки явно свежие, как веяние времени. Пришлось девяносто метров двигаться пригнувшись, чтобы его не приметили раньше времени. Ну и не выпускать из поля зрения вход на пост. Видно его, конечно, не полностью, и рассмотреть, что там внутри, не получится. Но если кто оттуда выйдет, сразу окажется на прицеле Дмитрия. Впрочем, караульных продолжала контролировать камера Лациса.

Выставил переводчик огня в автоматический режим и решительно шагнул в проем входа. Частые хлопки и лязг затвора «вепря». Оба караульных рухнули, так и не успев понять, что тут вообще случилось. Переводчик в одиночный режим. Контроль. Минус четыре. Осталось пятнадцать.

Снял винтовку и прислонил ее к стене. Проверил, как «печенег» из-за спины переводится в боевое положение. Порядок. Извлек «беретту», заменил магазин на дозвуковые патроны. Бронебойные подальше, чтобы не спутать ненароком. До поры ему нужно действовать тихо, а потом в дело вступит большой брат.

Все. Готов.

«Сержант, не лезь. Это мое дело».

«Уверен?»

«Если свалят, тогда зачисть эту сволочь. А пока не мешай».

«Ладно».

Вновь отстегнул подсумок с Кнопкой и положил в уголок, под защиту блоков. Та протестующе заворочалась, но, сообразив, что с ее мнением никто считаться не будет, замерла. При этом не забыв устремить на хозяина обиженный взгляд. Ну и пусть ее обижается. Баба, одним словом, хоть и животное. Общего между людьми и братьями меньшими все же хватает. Вот и эта туда же.

Вызвал коптера и обследовал окна конторы. В кабинете фермера сидят четверо. Душевно, с пивом и явно не магазинной рыбкой. Ведут неспешную беседу. Автоматы стоят у стены. Разгрузки свалены на небольшой продавленный диван. Вот и ладно.

Подступился к двери. Заперта. Этот вход у них, скорее всего, как запасной. Основной тот, что ведет в барак. Ну и правильно. Ни к чему плодить сущности. При необходимости соблюдения карантинных мероприятий за одним проходом уследить куда проще.

Дверь крепкая, но самая обычная, деревянная, с простым врезным замком. Времена такие, что без навыков взломщика никуда. База у него, конечно, стоит, как наличествует и соответствующий инструмент. Только с навыками откровенно плохо. Но тут уж ничего не попишешь. Если не получится тихо, значит, вынесет дверь. Она ему на один добрый пинок. Хм. Открывается наружу. Значит, рывок. Даже если ручка не выдержит, у него имеется клевец. Уж этот-то не подведет.

Присел перед замком, вставил в скважину вороток, дальше спицу с зубом. Слегка надавив на вороток под усилием, начал потихоньку вынимать спицу. Штыри сердечника один за другим встали в нужную позицию, и тот провернулся. Хм. Заперто на два оборота. Картина в кабинете фермера неизменна, четверка продолжает бражничать. Повторил манипуляцию. Резиновый уплотнитель тут же слегка толкнул дверь наружу.

Открылась она со скрипом. Причем не таким уж и тихим. Но никто из бражничающих не придал этому значения. Но, скорее, все же не расслышали. Тут и тамбур со второй дверью, и громкий разговор, который слышался поначалу через окна, теперь вполне различим.

Так. Понятно, отчего дверь не стали менять на стальную. Ее задача только герметичность. Защита на грубой решетке, что сразу за ней. От мутантов сделано, не от человека. Замков никаких нет, только засов. Зато, случись нужда выскочить, не придется возиться с отпиранием. И дверной замок с внутренней стороны проворачивается без ключа.

Вошел, держа пистолет на изготовку. Внутренняя дверь не заперта, просто закрыта. Дальше – неширокий коридор. Слева дверь бухгалтерии, следующая – жилая комната хозяина. Справа как раз его кабинет, дальше санузел и кухня. В торце коридора дверь в жилой барак.

Все это он обозрел походя, пока делал два стремительных шага к распахнутой двери. Сидевший лицом ко входу в удивлении вскинул брови домиком. В следующее мгновение раздался хлопок. В середине лба появилась красная точка входного отверстия, а затылок взорвался кровавыми ошметками. Еще три стремительных хлопка – и вся троица повалилась на стол и под него.

Осмотр. Контроль. Заглянул в бухгалтерию. Никого. В спальню. Чисто. Туалет. Кухня. Порядок. Итак, минус четыре. Осталось одиннадцать.

Приблизился к двери и прислушался. Из-за нее доносятся мужские и женские голоса. Смех. Женщина корит мужика за какую-то провинность. Тот неловко оправдывается под хохот двоих мужчин. Что двоих, нейросеть распознала безошибочно. Обычная мирная картина. Идиллия, мать их вперехлест через колено! Словно и не они позавчера отправили на тот свет пятерых ни в чем не повинных людей.

«Беретта» скользнула в кобуру. «Печенег» сам собой прыгнул в руки. Нога впечаталась в район замка, отлетевшая дверь с грохотом врезалась в стену. Короткая двойка, стоявший в десятке метров от него мужик завалился на бок. Десять. Очередь на пять патронов. Двое мужиков, куривших в противоположном торце коридора, упали как подкошенные. Восемь.

– Вы что, охренели, дебилы!

В коридор выскочил какой-то мужик в тельняшке, переполняемый праведным гневом. Двойка. Бандит скрутился и упал на пол, сжавшись в позе эмбриона. Еще одна. Выгнулся дугой, мелко суча ногами. Но он уже не противник. Семь.

Бабий визг. Дверь справа. Пинок. Пусто. Слева. Пинок. Неизвестный уже схватился за автомат и даже успел спустить предохранитель. Двойка. Пули взбили камуфляж на груди, и мужик осел изломанной куклой, задев и сдвинув проскрежетавший ножками стол. Шесть.

Из третьей от него двери появилась голова со всклокоченными волосами. Безошибочно определил мужика. Двойка. Кровавый нимб и глухой стук черепа о деревянный пол. Пять.

В коридор что-то вылетело. Нейросеть тут же распознала гранату и выдала сигнал тревоги. Дмитрий упал на пол. Смерти он не боялся. Ему на нее плевать. Но и умирать, пока жив хотя бы один из этих бандитов, он не собирался. Взрыв! Испуганный визг, и тут же болезненные стенания. Кому-то из баб досталось. Плевать. Кто тут добром, кто нет – он выяснять не собирался. Возьмутся за оружие – умрут. Нет – не тронет.

Едва отгремел взрыв, как он вскочил на колено. А вот и гранатометчик с автоматом наперевес. Двойка. Мужик нелепо взмахнул руками, словно поскользнулся, и опрокинулся на спину. Четыре.

Кто-то в дальней комнате высунул в дверь автомат и вслепую полоснул по коридору длинной очередью. Дмитрий вновь распластался на полу, и лежа выдал ответку на десять патронов. Загнав смельчака вовнутрь, бросил повисший на ремне пулемет, выхватил гранату. Рванул чеку, высвободил рычаг, чтобы, отлетая, он не сбил гранату с траектории, и прицельно метнул в дальний косяк нужной двери. Чугунное яйцо попало точно в цель, отскочило и влетело вовнутрь. Грохнуло. Из проема выметнулся дым. Крик боли. Этот не боец. Три.

Баба выскочила в коридор с автоматом в руках. Двойка. Падая, все же сумела нажать на спусковой крючок. Веер пуль прошелся по полу, стене и потолку. Дмитрий присел, уходя от жалящего свинца. Одна из пуль в рикошете ударила его в маску респиратора, пробив ее и сдвинув набекрень. Разбираться с этим некогда. Сорвал ее с себя и отбросил в сторону. Баба неподвижно лежит на спине. Три.

Дверь. Пинок. Испуганный крик. Баба. Шаг. Удар кулаком в скулу. Безвольное тело отлетело на кровать, где и замерло. Мелькнуло сомнение – а так же ли он способен совладать со своей силой, как Лацис, и не пришиб ли он эту насмерть? Но мысль без тени сожаления о содеянном. Три.

Дверь Пинок. Чисто. Еще одна. Пинок. Две девушки смотрят на него взглядом, полным ужаса. Один размашистый удар на двоих. Чистый нокаут. Если, конечно, не сломал им шеи. Но вроде не должен. Дозирование силы удара отрабатывалось в том числе и на самых обычных яйцах. Три.

Едва вышел в коридор, как туда вылетело сразу несколько гранат. Нейросеть четко выделила четыре хлопка капсюлей. Отшагнул назад. Прогрохотал каскад разрывов. В уши прилетела упругая и болезненная волна. Но ничего критичного не случилось. Приложило малость. Слух притупился. В остальном норма.

Вывалился наружу, держа пулемет на изготовку. Двое выбежали в отчаянной атаке сквозь дым и пыль. Пулемет прогрохотал очередью на десяток патронов. Набегающие противники попадали в разные стороны. Один.

Хлопнувшую дверь он скорее почувствовал, чем услышал. Кто это, мужчина или испугавшаяся женщина, – бог весть. Перебежал к двери комнаты, выходящей в ту сторону. Эта открыта. В угол забилась девушка, прикрыв голову скрещенными руками, как учат в самолете. Походя двинул прикладом, отправляя в отключку, и к окну. Беглец лежал уже на отсыпанном мелкой галькой дворе.

«Русский, если тот ублюдок тебе не соврал, этот был последним».

«Я проверю».

«Я иду к тебе».

«Добро».

Вспомнив о том, что расхаживает без защиты, извлек из подсумка и надел запасной респиратор. Как-то отстраненно мелькнула мысль о том, что, возможно, вирус уже сидит в нем. Хм. И в остальных выживших обитателях барака. Зараза могла проникнуть на его одежде или через выбитые окна, не вынесшие столкновения с ударной волной от разрыва гранат. Но ему по большому счету все равно.

Да, Дмитрий посчитался за смерть близких. Только чувства удовлетворения так и не возникло. Он не уберег семью, потому что задержался из-за банального мужского самолюбия и желания быть круче вареных яиц. Так может ли убийство этих ублюдков искупить его вину или заглушить боль? Вот уж вряд ли. Хотя бы потому что ему хотелось порвать еще кого-нибудь. Не бездумно, нет. Он же не тронул женщин. А вот какую тварь, что, не будучи зараженной, потеряла человеческий облик, – очень даже.

Зачистка заняла немного времени. Пленник не соврал. Так что банда прекратила свое существование. Почти. Из десяти выживших женщин две были с ними по своей воле. Дмитрий без затей вынес им мозги. Потом связался по рации с больницей и сообщил о местонахождении уничтоженной банды…

– Ну что, сержант, когда вылетаем? – поинтересовался Нефедов.

При этом он наблюдал за хозяйничающими во дворе казаками и поглаживал Кнопку. Девочка, по обыкновению, для порядка подулась на неотесанного мужлана, а потом с присущим ей великодушием простила. Н-да. Собачонка. Кто бы мог подумать, но во всем свете у него сейчас только одна родная душа. Да и та не человеческая.

– И куда ты собрался, русский?

– С тобой. В Латвию. Думаю, помощник тебе не помешает.

– Помощник – да. А вот смертник и даром не нужен. Ну чего ты на меня смотришь? Ты сначала реши, хочешь ли ты жить, а потом уж набивайся в помощники. А то эдак от тебя не польза, а один вред может приключиться.

– Ну и ради чего жить?

– Найди цель. Вот я, например, хочу сделать все, что в моих силах, чтобы латыши не исчезли из этого мира.

– О русских и без меня найдется кому позаботиться. Вон в Ставрополе и сильный анклав, и вирусный исследовательский центр, и даже анонсируют в скором времени открытие центра клонирования.

– А может, поставить перед собой цель чуть поскромнее?

– Например?

– Ну не знаю. Сдержать обещание, данное другу, и позаботиться о его семье.

– Светлана не хочет меня видеть.

– По мне, это ее трудности, – пожав плечами, возразил Лацис.

Потом оттолкнулся от стены и направился на выход из усадьбы. Его ожидает самолет. Дежурный сообщил, что баки уже заправлены под завязку. А значит, еще один перелет – и он будет дома. Н-да. Ну или там, где наконец его обретет. Во всяком случае, он на это очень надеялся.

Эпилог

Он открыл глаза, повел взором по сторонам. Потом повернул голову влево, вправо. Боли нет. Он уже забыл, когда у него в последний раз ничего не болело. Хотя бы отдаленный отголосок присутствовал всегда. Ну или онемевшая бесчувственность от обезболивающих. А тут вообще никаких негативных ощущений. Притом что тело вполне ощущается.

Он четко помнил, что всего лишь на третьей неделе из отведенных врачами четырнадцати у него случился очередной приступ. Дикая боль, встревоженные врачи дежурной смены. И все.

Он лежит в мягкой постели с ласкающим тело бельем. А это может означать одно из двух – либо он умер и это всего лишь выверты сознания, а душа все же существует, либо его погрузили в анабиоз, где он пролежал все то время, пока его клон не дозрел, после чего его изношенное тело подвергли эвтаназии. Третьего варианта он попросту не видел.

Глубоко вдохнул. Задержал воздух в легких, пока не почувствовал жжение в груди, и, когда терпеть уже не было никаких сил, наконец шумно выдохнул. Не-эт. Это не может быть вывертом сознания. Все получилось. Будь он проклят, у него получилось. Интересно, что произошло в мире, пока он валялся в коме?

Захотел было встать, но не успел этого сделать. Дверь распахнулась, и в комнату вошел Даррен Фостер, глава его службы безопасности. Как всегда, подтянут и безупречен. По виду громила, гангстер с претензиями на стиль. Но на самом деле умный, расчетливый, предусмотрительный и хитрый сукин сын. А главное, преданный. И тот факт, что Джозеф Терри не гниет в могиле или не сгорел в огне крематория, а пришел в себя в удобной постели, говорит о том, что экзамен на преданность он прошел с отличием.

– Даррен, мальчик мой, рад тебя видеть, – все же повременив подниматься, произнес глава концерна «Терри».

Хм. Показалось, или с голосом и впрямь что-то не так. Да нет же. Разумеется, не так. Он ведь теперь не древний старик, а крепкий молодой человек. А то, что не узнает его, – так ведь для своего обладателя он всегда звучит иначе. И вообще откуда ему помнить, каким был у него голос в дни молодости? Это было так давно.

– И я приветствую вас… босс, – невольно запнувшись, произнес Фостер.

– Не стоит сомневаться, друг мой. Это я, поверь. И я прекрасно помню, что обещал тебе вечеринку с девочками, едва обрету молодое тело. Осталось получить добро врачей на то, чтобы подняться с этой постели, и все.

– Кхм. Д-да, конечно, босс. Мм, что касается разрешения врачей, вы полностью здоровы. Электростимуляция придала тонус вашим мышцам, и они уже не такие вялые, как после анабиозной капсулы. Но вам все же понадобится реабилитационный период. Однако уверен, что вы очень скоро обретете отличную физическую форму. Нейросеть и наномодификаторы многократно ускорят этот процесс.

– К черту занудство, Даррен, – сдергивая с себя одеяло, произнес Терри и начал подниматься. – Что з-за…

Джозеф посмотрел на свои руки. Прижал их к груди и, резко отдернув ворот пижамы, посмотрел под нее.

– Даррен, что, черт возьми… Не-эт, этого не может быть. Кто… Как…

– Босс, это было сделано на самый крайний случай. Но так уж случилось, что дело дошло и до него. Все знают, насколько вы недоброжелательны ко всем этим трансгендерам, голубым, лесбиянкам и иже с ними. Поэтому в эту сторону никто и не стал бы копать.

– Кто?

– Только я и Сабина Майер.

– И чье это тело?

– Она уступила вам своего клона. Вас синхронизировали одновременно с прежними.

– То есть, когда погибли все мои клоны, у меня уже было готовое тело, с синхронизированным сознанием?

– Оно было в анабиозе и ожидало команды на пробуждение. Но уверяю вас, это была страховка на самый-самый крайний случай. Три дня назад у вас случился очередной приступ, которого вы не смогли перенести. И мы были вынуждены задействовать это тело.

– Помоги встать.

– Я сейчас вызову медсестер…

– Мне нужно дважды повторять свои распоряжения?

– Нет, босс.

Фостер поддержал Терри, при этом явно чувствуя себя скованно и смущаясь. И это не укрылось от внимания Джозефа.

– Ты можешь помогать, не изображая из себя стеснительного юношу-девственника?

– Могу. Только боюсь, что тогда вам может показаться, что я вас лапаю, и что случится тогда, я даже не знаю. Предлагал же позвать медсестер.

– Обойдемся, – убрав от себя его руку и попытавшись встать самостоятельно, возразил Терри.

И ему это удалось. Правда, едва оказавшись на ногах, он тут же покачнулся и вынужден был ухватиться за своего начальника службы безопасности. Покосился на него и безнадежно вздохнул.

– Вам придется по новой учиться ходить, босс. Но, как я уже говорил, через несколько часов вы вполне уверенно сможете владеть телом. Координация движений будет прогрессировать очень быстро.

– Надеюсь, что так и будет.

Терри посмотрел в сторону зеркала у дальней стены и направился к нему. Не без поддержки Даррена, конечно. Но это временно. Увидев свое отражение, он рывком расстегнул пижаму. Две пуговицы отлетели и покатились по полу. Несколько секунд – и ему удалось избавиться от куртки.

– Н-да. А ведь Сабина в молодости была та еще штучка. Не находишь, Даррен? – поминая начальницу отделения клонирования, произнес Джозеф.

– Она и сейчас весьма привлекательна. И я бы даже сказал, желанна. Ей всего лишь пятьдесят.

– Будь я проклят. Мальчик мой, а ведь ты топчешь эту цыпочку. И скорее всего, приступил к ее обработке, когда решил провернуть этот номер с синхронизацией. Ну, признайся.

– Ну-у, не то чтобы именно из-за вас, босс.

– Н-да. И наверняка ведь хотелось бы прижать к себе ее еще молодое тело. А?

– Мм…

– Не пялься на меня.

– Простите, босс, но я не гомик.

– А я не баба.

– Согласен, – старательно отводя взгляд в сторону, произнес Фостер.

– Хм. Н-да, нет, определенно она была той еще штучкой. Вот как такую красоту ликвидировать? Ладно. Будет время – будет пища, – надевая куртку, подытожил он.

Впрочем, если Терри хотел спрятать свои невольно обретенные прелести, то слабо в этом преуспел. Отлетели как раз верхние пуговицы. Слегка разошедшийся ворот придавал его облику еще больше эротичности. А еще эти разбросанные по плечам волнистые светлые волосы…

– Даррен, что с ситуацией в мире?

– Все катится по наклонной. Ученые пытаются объединить усилия в поисках вакцины. Люди сбиваются в анклавы и приспосабливаются к новым условиям жизни, мутанты стремительно меняются. Словом, за прошедшие трое суток вашего отсутствия существенных изменений не произошло. Все движется по заранее спрогнозированному сценарию.

– На Мартинике вспышек так и не случилось?

– Нет. Но мы не одиноки. Вирус так и не смог добраться на многие острова. А также оказался не столь губителен в северных регионах с нерегулярным сообщением. Так что мы на общем фоне не выделяемся.

– Хорошо. Это очень хорошо. Что объект «Надежда»?

– Он все же добрался до России. Это все, что нам известно. Восстановить доступ к нейросети нам так и не удалось. Специалисты говорят, что подобное возможно либо при получении доступа к настройкам, либо посредством нейрокресла. Так что у нас только координаты.

– А подсадить ему вирус получилось?

– Пока нет. Защиту ставил весьма талантливый молодой человек. Наши программисты работают над этим. Однако я все же предлагаю отправить группу ликвидации.

– Я уже говорил, что дам этому миру дополнительный шанс.

– Но-о… – Фостер недоумевающе развел руками.

– Просто хочу знать, что контролирую ситуацию. Да. Даррен…

– Да, босс.

– Твой клон готов?

– Да, босс. Причем и тот, что в Сингапуре. Я связался с центром. Правда, варианты оплаты претерпели некоторые изменения. Но в целом они не отказываются от своих обязательств.

– То есть у тебя два клона, и оба готовы подняться по первому знаку.

– Да, босс.

– Это хорошо. Еще раз посмотришь на мою грудь – и я тебя пристрелю. Потом подниму и пристрелю снова.

– Я понял, босс. Разрешите тогда я пойду займусь своими обязанностями.

– Иди. Пришли мне нормальную одежду и парикмахера. И… Даррен, не приведи господь, это будет платье.

– Да, босс. То есть нет, босс. Не беспокойтесь. Все будет в лучшем виде.

Даррен четко развернулся и направился на выход. Однако когда Терри уже не мог видеть его лица, все же не удержался от озорной улыбки. Причем смысл ее был двояким.

Во-первых, было весьма потешно наблюдать за Терри, чувствующим себя более чем не в своей тарелке.

А во-вторых, Даррен не был бы самим собой, если бы не своевольничал. Его действия всегда направлены на благо работодателя, которому он был безгранично предан. Но эту самую преданность он видел по-своему. Главное – положительный результат, а уж как этого добиться, он будет решать сам. Разумеется, без прямого противоречия воле босса.

К примеру, группа из четырех модификантов пятого уровня, обретающихся неподалеку от объекта, ей ни в коей мере не противоречит. Их даже не вакцинировали. Это особая команда, и каждый из них имеет страховку в виде клона, пребывающего в анабиозе здесь, на Мартинике. Они просто наблюдают. Пока наблюдают.

Сноски

1

Прибор бесшумной и беспламенной стрельбы.

2

Автомат Калашникова 2020 года. Вымысел автора.

3

Снайперская винтовка Григорьева. Вымысел автора.

Content

Константин Калбазов
Пандора. Одиссея

Пролог

Глава 1 Выжившие

Глава 2 Из огня да в полымя

Глава 3 Дальнейшие планы

Глава 4 Вы бывали на Таити?

Глава 5 Окленд

Глава 6 Лис

Глава 7 Модификант

Глава 8 Подневольные

Глава 9 Дезертиры

Глава 10 Перед броском через океан

Глава 11 Мафия бессмертна

Глава 12 Кошка

Глава 13 Вещий сон

Эпилог

Сноски