Варун Александр Сергеевич

Война.

Пробуждает ли война в нас звериные чувства, или же просто открывает нам глаза на то, кем мы являемся.

* * *

Они любили вечером ездить на гору, откуда открывался прекрасный вид на обжитый людьми город, примыкающий к дикому лесу с его обитателями. Он брал у своего отца машину, заезжал за ней и они мчались на встречу с романтикой и красотой.

На гору они приезжали, когда только-только начинало темнеть, и наблюдали за изменением города, за его переходом из дневной жизни в ночную. Они смотрели, как потихоньку начинали загораться неоновые огни заманивающих к своим хозяевам вывесок и световых реклам, как в домах зажигался свет, и город, погруженный в темноту, опять начинал светиться, только уже по иному – разноцветными огнями. А когда солнце полностью скрывалось за горизонтом, они наблюдали за быстрым передвижением огоньков по улицам города, которыми были лучи света от машин. Город казался им большим муравейником, где его жители выходили отдохнуть и как-то развлечься, чтобы встряхнуть с себя дневную пыль усталости.

Иногда, очень редко, как в это раз, они оставались встречать рассвет, но в этом случае они смотрели в противоположную сторону от города, где находился лес. Когда начинало всходить солнце, лес, на горизонте, как бы вспыхивал алой полосой огня, который никому не сможет причинить вреда и не принесет ущерба. Свет начинал потихоньку разгонять тьму ночи, и все вокруг оживало – в лесу просыпались животные, а в городе люди, которым вскоре нужно было опять идти на работу.

Они наблюдали за всем этим, и им не казалось это пустой тратой времени. Она любила эту красоту и наслаждалась каждой секундой проведенной здесь. Ему просто нравилось наблюдать, как его избранница радуется, это приносило ему удовлетворение. Он был счастлив, что ей хорошо. Счастлив, так как это было тем немногим, что он мог дать ей. Когда он впервые показал ей всю эту красоту, она была рада, как будто он подарил ей целый мир. Мир который теперь принадлежит только им двоим.

Они еще не знали, что больше не смогут вот так посидеть и понаблюдать за этой красотой, когда собирались ехать обратно в город.

* * *

Все началось как-то неожиданно. Сначала по средствам массовой информации объявили о приближающейся угрозе. Над городом, с бешеной скоростью, что-то пролетело, а потом раздались взрывы. Это был первый авиационный удар. Противник действовал внезапно, это было как первая выпущенная пуля в отвернувшееся на секунду и потерявшее бдительность животное. Повсеместно началась паника и суматоха. Люди, бросая дела и обжитые места, начали покидать город: кто имел свои транспортные средства – спешно уезжал, а остальные убегали. Да-да, они именно бежали. Бежали как звери из леса, который, в силу непредвиденных обстоятельств, был охвачен уничтожающем все на своем пути огнем.

* * *

Его интересовала только лишь одна мысль: “Что происходит”.

Страх…

“Господи, как мне страшно. Я боюсь. Я боюсь даже вздохнуть. Ведь если я сделаю это, воздух сожжет мои легкие. Моя левая рука, что с ней. Она просто превратилась в кусок мяса и кровь, кровь повсюду, я вижу это и чувствую боль…”

Боль…

“Эта нестерпимая боль. Я не могу ее больше переносить, это ужасно. Все вокруг взрывается, рушится и пылает. С небес льется огненный дождь, который никто не в силах остановит. Эти толчки, которые появляются после ужасных вспышек. Вспышка света еще одна и на мгновение все прекратилось, но это мгновение было так коротко. И опять все сначала. Странно, но я не слышу звуков от этих взрывов, я не слышу криков, хотя я вижу, как открываются рты. Для меня люди стали похожи на беспомощных рыб, которые понимают что умрут, но даже не могут крикнут, а лишь беззвучно раскрывают рты. А я, я беспомощен перед всем этим, я не могу даже пошевелиться. Боль парализовала меня и еще этот страх, страх перед грядущим, страх пред смертью…”

Смерть…

“Вокруг лишь смерть. Повсюду искореженные тела людей, некоторым повезло – они уже умерли, а оставшиеся мучаются, доживают последние минуты. И с каждой секундой мертвых становится все больше и больше. Я не смогу забыть выражение испуганных, растерянных и измученных лиц людей. Никто и ничто не сможет выжить в этом пылающем аду. Мне приходится лишь наблюдать за всеми этими смертями. Люди как обезумевшие животные, они мечутся в поисках укрытия, они готовы растоптать все, что будет лежать на их пути, даже если это будет другой человек. Господи, человеку не дают даже подняться, люди как будто специально топчутся по нему. Им нет дела до чужой жизни, лишь бы спасти свою шкуру, лишь бы спрятаться от этих всеразрушающих вспышек и толчков. Очередная вспышка, такая яркая и страшная, но в то же время в чем-то прекрасная. Кому-то эта вспышка подарила облегчение от боли в виде смерти, а кому-то подарила новую нестерпимую боль. В моей голове за доли секунды промелькнула вся мая жизнь. Жизнь, которая оказалась напрасной. Все что я делал с любовью и усердием, за какие-то доли секунды оказалось никому ненужным. И в данный момент мне приходится лишь беспомощно наблюдать за всем происходящим. Я не могу некому ни чем помочь. И я понимаю, что это конец, конец всему и всем…”

Ему больше не хотелось жить. Труп его любимой девушки лежал в искореженной груде металла, которая когда-то называлась машиной. Она не успела выбраться оттуда. Ее убило то, что по идее должно было спасти ей жизнь. Она не успела отстегнуть ремень безопасности.

* * *

Город, как громко сказано. На самом деле сейчас это было лишь пристанище для всех оставшихся в живых после этой ужасной войны.

Раньше здесь стояли прекрасные дома, повсюду были посажены деревья и цветы. Когда-то днем здесь во всю бурлила деловая жизнь, а с наступлением ночи город начинал преображаться. Он вспыхивал неоновыми огоньками, как бы заманивая всех покинуть свои уютные квартиры и начать веселиться. Двери баров и казино были открыты для всех желающих посетить их. Здесь для каждого находилось дело и развлечение по вкусу. В любое время дня и года здесь было прекрасно.

А сейчас, сейчас ничего этого нет. Повсюду лишь какие-то обломки. То тут, то там начинают вспыхивать все новые и новые пожары, которые никто не пытается потушить, это никому нужно, все знали, что еще несколько дней и их не будет в живых. Все заволокло серым дымом и пылью, которая как будто не хотела оседать. Изнеможенные люди падают на землю не в силах уже подняться с нее. Обезумевшие домашние животные кидаются на всех подряд, да что животные, люди были не лучше.

А их любимая гора теперь служила пристанищем для людей, которые успели убежать из этого ада. А он остался. Он остался радом со своей любимой, они уже не могли идти. Он сидел рядом с машинной в которой находилась она, и плакал. Плакал, не потому что был беспомощен перед всем, а так как знал, что вскоре сможет увидеть ее снова, и что они теперь будут вместе всегда и ни что не разлучит их. Ему оставалось лишь пара минут этой уже никчемной жизни.

* * *

Здесь больше нет никого живого. Те, кто не смог уйти отсюда в горы, где безопасней – умерли. Животные в поисках пищи ушли в лес. В память о человеке здесь остались только лишь руины раньше стоящего здесь города, и растерзанные войной тела людей: женщины, которая в попытке спасти своего ребенка прижала его к груди, тем самым спасая и убивая его одновременно, он не смог выбраться из объятий умершей матери. Мужчины с застывшими в ужасе глазами, который наблюдал весь этот ад. Парня радом с искореженной машинной в которой сидит девушка…

Content

Варун Александр Сергеевич
Война.