Егор Трубников

Хроники зеленого крокодильчика

Служанка двух господ

Глава первая,

в которой мы знакомимся с главной героиней и понимаем, что иногда лучше нарушить приличия, нежели их соблюсти

Мать всегда просила звать ее Тамарой. «Когда меня называют мамой, я чувствую себя дурой». Ага. А когда родную дочь Марьяной нарекала, дурой себя не чувствовала. Спасибо, родная.

– Ну, расскажите о себе, как вас зовут? – розовощекий хомяк за столом лучился доброжелательностью. Александр, судя по беджику. В микроволновку тебя, подумала Марьяна.

– М-мария.

– Очень приятно, Машенька! – возбудился хомяк. – И почему вы хотите у нас работать?

– Мне кажется, что в активно развивающейся компании я смогу принести… –пионерским голосом начала Марьяна.

Александр сразу поскучнел.

– Вот что, барышня. Вы ведь знаете, чем мы занимаемся?

– Ну… Компания «Полный Щит» – ведущий в стране производитель программного обеспечения для бухгалтерского…

Хомяк преобразился. Воздев над столом потрясаемый кулак, он завопил:

– Именно! Именно программного! У нас одних программистов двадцать лбов! И все деревянные! И клиентщиков-дебилов! И курьеров! – кулак смачно врезался в столешницу, аж клавиатура подпрыгнула. – Вы понимаете, что такое офис-менеджер среди этого бардака?! Знаешь, сколько прошлая продержалась? А не девочка была. Тут одних плановых закупок… и заявок от этих дармоедов… На!

Он выхватил из ящика пачку распечаток и швырнул Марьяне. Та аккуратно собрала листы и бегло просмотрела: «Бумага… бланки… клавы 15 шт!!! (подчеркнуто)… кофе…»

– Вот и заказывай, где знаешь! Хоть в «Комусе», хоть где хочешь! Деньги у бухов только до четверга! И учти – факс не работает! Никогда! Понимаешь?!

Марьяна еще раз пролистнула страницы, подняла глаза и, мило улыбнувшись, сказала:

– Говно вопрос, Саша. Все будет.

Она никогда прежде не задумывалась о хомяках. Ей, по сути дела, было все равно, как хомяки живут, что чувствуют и в каком пребывают настроении. Но теперь стало понятно, что, если бы судьба сложилась иначе, она предпочитала бы тихих, удивленных хомяков.

– То есть… вы что, согласны?

Марьяна кивнула.

– Приступать немедленно или в понедельник начнем? Кстати, я тут свои документы подготовила.

Александр взял у девушки конверт, вздохнул и растерянно произнес:

– Ну что ж, значит, давайте с понедельника. Пропуск вам выдадут… а, ну вы же теперь этим занимаетесь… сама себе, в общем… до понедельника, да?

– До свидания. Кстати, у вас микроволновка есть?

– Две…

Еще раз сверкнув улыбкой, Марьяна кивнула и вышла в коридор. Кажется, первый раз в жизни она все сделала правильно.

Глава вторая,

в которой провидение являет себя через случай, а читатель узнает о турфирме с человеческим лицом

Сокрушительный успех требовалось отметить, и не липкой пережаренной слойкой. Душа желала кофе и сливок. Душу можно было понять. И у нас, напоминала душа, есть целых двести… нет, даже триста рублей. Когда до искомой «Шоколадницы» оставалось всего ничего, из подворотни вывалился этот придурок.

Минус каблук. Да и урна оказалась довольно твердая.

Придурок, нашарив свои очки, начал, понятное дело, извиняться.

– Да пошел ты, – уныло ругнулась Марьяна, ощупывая локоть. День был изгажен.

– Девушка, давайте я окажу вам первую помощь!

– Слушай, ты бежал куда-то – вот и беги, – Марьяна встала и покачнулась, как подбитый мессершмит. Каблук сломался окончательно.

– Нет, ну я так не могу, пойдемте к нам в офис, каблучок ваш на клей посадим. У нас есть супермомент, железо клеит, схватывает, как крокодил…

Марьяна наконец разглядела своего придурка повнимательнее. Ну, понятно, офисный червырь. Костюмчик, галстучек. Криво повязанный. Очочки поправляет, волнуется. На пузике рубашка разъехалась. Эх ты, дядя!

В пакостном дворе на ржавой двери висела гордая табличка «Туристическая фирма „Езда“». Девушка хихикнула.

– «Какой же русский не любит…», да?

– Ой, а вы откуда знаете? – удивился очконосец, усиленно давя на звонок. Внутри зашебуршались. – Маша, это я! – фальцетом крикнул он.

Марьяна окончательно развеселилась.

Внутри все оказалось не таким уж прискорбным. Евроремонт, ресепшн с дырочками и планочками. И девице, открывшей дверь, было место не в этом дворе, а… ну, может, и не в «Паласе», но… фига у них тут секретарши!

– Эдуард, какие-то проблемы? – голосом невыспавшегося патологоанатома поинтересовалась девица. – Упустил?

Червырь съежился.

– Упустил… Понимаешь, Инночка, какой досадный карамболь приключился… – кивок на Марьяну. – Барышню вот уронил, туфлю сломал…

Девица скорбно подняла глаза, вздохнула и величественно удалилась. Ресепшн остался пустовать.

– Генеральный, – трагически шепнул Эдуард и повлек Марьяну в дальний конец коридора, где обнаружилась внушительная кухня с газовой плитой. На кухне обильными кучами валялись пестрые туристические буклеты.

Пока Марьяна разглядывала идиотически-жизнерадостный глянец, Эдик поплевал из маленького тюбика на многострадальный каблук, ловко приладил его на место и прижал туфельку кухонным столиком.

– Ну, вот и все. А мы покамест кофейку соорудим. Да с потрошками!

Эдуард извлек из шкафчика джезву, пакетик молотого кофе, залез в холодильник и осведомился:

– Потрошки к кофе вы какие предпочитаете?

– А у вас разные, что ли, есть?

Кажется, Марьяне удалось сказать что-то смешное, потому что Эдуард забулькал и замахал руками, чрезвычайно довольный.

– «Кирш»! – провозгласил он. – «Пекан»! «Тирамису»! И… и все, кажется. Мы в «Шоколаднице» берем, – интимно пояснил он. – Для клиентов, но ради вас…

Марьяна простила ему все.

Глава третья,

в которой решительность приносит свои плоды, а героиня получает неожиданное предложение

Однако офисные боги глумливы, и кофе пришлось отложить. В коридоре раздались истошные вопли, затем грохнула дверь.

– Эдик! – заорали оттуда, – когда прекратится эта жопа?!

Схватившись за голову, Эдуард простонал:

– А я ведь предупреждал: это добром не кончится, – и выскочил из кухни.

Вопли не прекращались, двери распахивались одна за другой, и рыдающий девичий голосок, перекрывая общий гвалт, верещал:

– Кто-нибудь! Помогите же! Земфирке плохо! Зяма, пожалуйста, не умирай!

Марьяна как была, босиком, осторожно вышла в коридор.

Все двери, кроме одной, были настежь. Возле стены билась в истерике взъерошенная серая тушка, излучая немыслимые децибелы, рядом на коленях рыдала субтильная девица в белой офисной блузке. Эдуард, держа за грудки взлохмаченного детину, методично стучал им о стену и скучным голосом повторял:

– Крысы провода погрызут? Крысы? Да? Крысы? Кто эту тварь в офис припер? Пушкин? Пушкин!

– Чего сразу Пушкин? – ныл парень, делая слабые попытки освободиться. – Ну Пушкин. А крыс потому и нет, что кошка есть…

– Да почините же наконец сетку!

– Где Интернет, мать вашу?

– Зямочка, девочка!..

– У меня переговоры через час, охренели совсем!

– А у меня полкомпьютера не работает!

В этот миг та самая запертая дверь, фиолетовая, точно предрассветное небо над сельским кладбищем, растворилась, и оттуда выплыла прекрасная генеральная Инна.

– Пушкин, в чем проблема? Ира, прекратите выть, отправляйтесь работать. Ко всем относится. И кто-нибудь, помогите кошке или добейте, если помочь не можете.

– Инна Вячеславовна, – парень, наконец, оторвал от себя Эдика. – Земфира провод зажевала, три минуты, и все будет в порядке…

– Чтобы через полчаса все работало, – и директриса скрылась в кабинете.

Гвалт мгновенно прекратился, только из бухгалтерии доносились слова «баланс», «бардак», «жопа» и «без зарплаты». Коридор опустел.

Марьяна подошла к несчастной животине и сгребла ее в охапку. Та слабо дернулась, вытянулась и затихла.

– Кажется, у вас кошка умерла, – растерянно проговорила девушка.

– Это ничего, это бывает, – сказал Эдуард, выходя от бухгалтеров. – У нас недавно сервер умер, вот это было страшно. Саша – классный админ, но с головой у него… Как умерла?!

Марьяна не ответила. Она сидела на полу и старательно делала трупику искусственное дыхание.

Спустя полчаса они пили по третьей чашке кофе и прикончили почти все сласти. Спасенная кошка радостно наскакивала на холодильник.

– Вы не представляете, Яночка, как у нас тут хорошо! – вещал Эдуард. – Каждый день новые люди, туры интересные, весь мир в телефонной трубке!.. Отправишь клиента в какой-нибудь Бангладеш, он доволен, как сто китайцев, –  и нам приятно, вместе с ним радуемся. Помогать людям, Яночка, – это великое счастье!

О, чарующие запахи тропических стран, где в реках живут маленькие симпатичные крокодильчики, и бананы растут прямо на деревьях, и прямо на плечи садятся колибри, и бабочки диаметром с блюдце, а из кустов выходят сто довольных китайцев, хватают за руку и говорят:

– Яночка, вы мне нравитесь. Вы решительная.

Марьяна встряхнулась. Эдуард продолжал:

– И голова на месте. У нас знаете, как такие нужны? Клиент порой попадается – уж лучше бы провода грыз, ей-богу. А вы местных девиц видели? Чуть что, у них стресс, понимаешь. Вы, Яночка, кем служите?

– Офис-менеджером, – почти не соврала Марьяна.

– Колоссально! Офис-менеджером! Нам как раз нужен такой офис-менеджер.

Марьяна подумала, что прошлого, наверное, увели китайцы, а вслух сказала:

– Знаете… мне льстит ваше предложение, но…

Тогда Эдуард назвал сумму. Девушка решила, что ослышалась.

– Это на первое время. Потом освоитесь, начнете еще с клиентами работать… – искуситель многозначительно закатил глаза.

– Ладно, я подумаю. Давайте, я вам в понедельник позвоню?

– Вот и хорошо! Пойдемте, я визитку нашу дам. Только позвоните обязательно.

Дома Марьяна сделала то, о чем давно уже мечтала. Услышав традиционный вопрос с кухни: «Ну что, надеюсь, у тебя есть работа?», она сняла туфлю, с наслаждением зафигачила ею в кухонный шкаф, и перед тем, как громко хлопнуть дверью своей комнаты, торжествующе крикнула: «Две!»

Приложение 1

Имя: Марьяна Селезнева.

Возраст: 23 лет от роду.

Семейное положение: единственная дочь со всеми вытекающими последствиями.

Образование: недоучившийся психолог, ушла после третьего курса, потому что надоело.

Внешность: рост 168 см, вес 51 кг, брюнетка (подкрашивается хной).

Вредные привычки: разговоры с живущим в рюкзачке маленьким зеленым крокодильчиком Ливси, прозванным так за улыбку и уживчивость.

Стиль одежды: беспорядочный.

Любимая музыка: Cafй del Mar.

Любимая книга: «Печальные тропики» Леви-Стросса, Акунин, Хэрриот.

Любимый фильм: «Достучаться до небес».

Цель жизни: чтобы не докапывались и про любовь.

Содержимое рюкзачка :

• книжка «Хорошие девочки не добиваются успеха в бизнесе»;

• два тампона;

• в боковом кармашке горсть мелочи и презерватив (однажды Марьяна случайно подала презерватив старушке у магазина, та долго с ласковой улыбкой смотрела ей вслед);

• губная помада (на людях Марьяна краситься стесняется, но может);

• груда использованных проездных;

• влажные салфетки (пересохшие);

• бумажные платки (мятые);

• вечная половинка «Риттер-спорта»;

• «Орбит» без сахара;

• мобильник (никогда не может найтись вовремя);

• наушники от потерянного в прошлом году айпода;

• черная ручка без колпачка (пишет иногда);

• оранжевый маркер для создания позитивного настроения (Марьяна может часами рисовать этим маркером крокодильчиков, а иногда просто раскрашивает листы целиком);

• плюшевый зеленый крокодильчик-брелок (без колечка; фетиш, друг и соратник; знает все тайны; его никто не любит, поэтому он лучше всех понимает хозяйку);

• нераспечатанная пара полосатых носков с пальцами (оранжево-зеленые, куплены потому, что похожи на крокодильчиков).

Спасение утопающих

Глава четвертая,

в которой утро первого рабочего дня оказывается вовсе не таким, как ожидала героиня

– Пропуск, пожалуйста.

Сонная физиономия охранника казалась воплощением понедельничного утра. Марьяна уже минут десять пыталась объяснить этому «карманному церберу», что работает в фирме «Полный Щит», что пропуска у нее пока нет, но будет сразу же, как только ее впустят. Черт, да уже начало одиннадцатого! А она так спешила…

– Девушка, там нет никого. Можете еще раз позвонить. Без пропуска не имею права, – долдонил блюститель, сдерживая зевоту.

Марьяна снова набрала внутренний номер. Хрен там. Вымерли они, что ли?

За ее спиной хлопнула дверь.

– Во, – сказал охранник. – Явился один.

Обернувшись, Марьяна увидела рыжую, очень рыжую шевелюру. Потом заметила под ней ухмылку, а чуть ниже – неприлично-зеленый пиджак. Вся эта совокупность признаков буйнопомешанного быстро приближалась.

– Привет, – сказала совокупность, помахивая белым прямоугольником пропуска.

– Э… Артур Игоревич… Девушка вот говорит, что у вас работает.

Молодой человек быстро пробежался по Марьяне взглядом и ухмыльнулся еще шире.

– Ага, работает! Это наша новая кофеварка. Автоматическая.

Схватив Марьяну за локоть, он прямо-таки протащил ее мимо охраны. На лестнице девушка аккуратно высвободилась и прохладно осведомилась:

– А вы, должно быть, местный факс? Автоматический?

Артур заржал.

– Скорее арифмометр механический. Программисты мы. Вы, насколько понимаю, Маша, наша спасительница? Шеф предупреждал. – Артур распахнул перед девушкой дверь и провозгласил: – Вступи же во владения свои и царствуй мудро и праведно!

Марьяна вступила.

***

Спустя полчаса офис был по-прежнему пуст. Артур, развалясь в кресле, вещал:

– Вы поймите, Маша, у нас своя специфика. Все приходят вовремя, только «вовремя» у каждого свое. Я сегодня подвиг совершил – ради вас!

– Александр мне говорил, что с десяти до восемнадцати…

– Кто говорил? Сашка? Да он до обеда носа сюда не кажет!.. Ну, ему можно, босс, в натуре.

– Как это – «босс»?

– Обыкновенно. Хозяин и гендир в одном лице. По совместительству начальник отдела разработки, глава сейлзов и эйчар по призванию. Каждой бочке затычка, короче.

– Поня-атно, – ничего не поняла Марьяна.

– Ладно, – вдруг сказал Артур, – пойду я кнопками постучу. Вы тут осваивайтесь, пошастайте по конторе, пока нет никого. Многое поймете. Это, кстати, ваше кресло.

***

Компьютеры, бардак, снова бардак и опять компьютеры – во всех комнатах, куда заглядывала Марьяна, одно и то же. Как же они тут живут? На столах такой срач! Бумаги, диски, книжки, кружки, ложки, провода… А ведь ей за все это отвечать. Девушка побрела к своему новому рабочему месту, посидеть и подумать. Однако кресло снова оказалось занято.

– Доброе утро! – Александр, давешний хомяк и затычка к каждой бочке, символически привстал и плюхнулся обратно. На столе перед ним лежала внушительных размеров папка. – Присаживайтесь куда-нибудь.

Марьяна машинально уселась на соседний стол.

– Ну-с, Машенька, – потер лапки начальник, – поздравляю, так сказать, с почином. Вам надо запомнить несколько вещей. Первое. Никому здесь доверять нельзя, все раздолбаи и волынщики. Второе. Вопросы здесь решаю я. Третье. – Александр грохнул по столу. – Железная рука! И всех к ногтю! Чтоб по струнке! Например. Имеется программа учета посещаемости, – он потыкал пальцем в монитор с экселевской таблицей. – Ни одна собака ведь не заполняет! Приходят когда хотят, уходят… Наведете порядок?

Марьяна хмыкнула.

– Вы позволите? Это же мое место?

Александр смущенно засопел и сполз с кресла. Марьяна, усевшись, продолжала:

– У Артура какая фамилия?

– Введенский, а что?

– Прекрасно. Приход на работу – 10:15. Меня тут пока нет, сейчас вобьем… Селезнева – 10:00. А вы?

– Пономарев…

– Чудесно! – Марьяна лучезарно улыбнулась, обмирая от собственной наглости. – Пономарев – 11:00. У вас за опоздание какие санкции предусмотрены?

– Пока никаких, – генеральный директор помолчал. – Верной дорогой идете, Машенька. Вот что… Давайте-ка мы пока внедрение учета отложим, а вы с папочкой разберитесь, там заявки, прочие бумажки…

От двери жизнерадостно загоготал Артур:

– Да уж, «папочка», она с тобой точно разберется! – и проникновенно добавил: – Маша, вы рулез.

Глава пятая,

которая начинается надувной бабой, а заканчивается водопроводчиками

К двенадцати офис «Щита» заполнился народом. Марьяна уже ознакомилась со списочным составом и знала, что здесь обитает больше сорока человек. Артур, как верный рыцарь, представлял ей новоприбывших, непрерывно гоготал и отпускал идиотские шуточки. Судя по тому, что никто не огрел его монитором, такое поведение считалось нормальным.

Народ вообще вел себя непринужденно. У автомата «CrystalWater» немедленно собралась толпа с кружками и расходиться явно не спешила. Программисты, одетые как попало, носились туда-сюда, какие-то девицы с восторгом обсуждали последнюю серию «Остаться в живых». Марьяна тщетно пыталась понять, кто и когда тут работает. Получалось, что никто и никогда.

Заявки на различную офисную хрень привели Марьяну в ужас. Копаясь в старых ордерах, она не обнаружила никакой системы закупок и, главное, понятия не имела, где берут многие из необходимых в этой конторе вещей. Например, одна из заявок гласила:

Болв. 100 шт.  300!

Файлы МНОГО

Крнд. – упаковку

Бум. 3 п.

Надувн. баба

RS232!!!

Клав.

– Какая баба? Зачем? – жалобно спросила Марьяна у Артура.

– Где? А. Ну как, написано же: «надувн.». Вычеркивай. Вообще, не морочься. Закажи ящик «Нескафе», мешок сахара, бумаги побольше, болванок, веревки метров десять и мыла два куска. Кофе на неделю хватит.

– Веревки?

– Угу. Для тех, кому бабу недодали.

***

Незаметно наступило время обеда. Оказалось, что обедать здесь принято где попало и чем придется. Программисты жевали что-то невнятное, не отползая от компов (и, кстати, это было главной причиной повышенного расхода клавиатур). Менеджерье стройными рядами покидало офис, откочевывая к местам прикорма. Артур, все-таки успевший, по его словам, «нафигачить строк триста кода», вытащил Марьяну из-за стола и повлек в некую «аццкую рыгаловку». Возможности увильнуть он не предоставил.

По дороге Артур решил просветить Марьяну насчет родной конторы.

– Мы когда-то железками занимались, охранные системы, видеонаблюдение, то-се. А в 98-м все накрылось известным местом, и поставщики отвалились. Саша тогда решил, что мы очень крутые программеры, и в момент чего-нибудь эдакое наваяем. Ваяли сначала антивирусы – не задалось. Касперский нас нахлобучил. Теперь вот бухгалтерия, блин… Такая лажа! – тут в недрах зеленого пиджака запищал телефон. Артур немедленно переключился в другой режим.

Марьяна хлопнула себя по лбу. Телефон! Надо же позвонить в «Езду», отказаться. Хотя жаль, конечно… Теперь она понимала, что в турфирме – райское житье, даже несмотря на долбанутую кошку.

Она отошла в сторону и набрала номер Эдуарда.

– Яночка! – обрадовался тот. –  Вы, надеюсь, не передумали? Приезжайте скорее! Ах, вы недалеко? Тогда давайте к нам! Вас все ждут, мы и место рабочее приготовили. Ничего не хочу слышать. Давайте, давайте быстро! Чтоб через шесть секунд!

Артур, увлеченный своим мобильником, даже не заметил, что девушка отстала, и ушел далеко вперед. Ах так? И пожалуйста! Марьяна решительно свернула в знакомую подворотню. Зайдет, посидит минут двадцать…

***

У двери стоял Эдуард с сигаретой и букетом пионов. Брюки его до колен были исключительно мокрыми.

– Здравствуйте! А у нас трубу прорвало! Хорошие цветочки? Для вас!

– Эдуард, – Марьяна некоторое время подбирала слова. – Скажите, а у вас бывают дни без экстрима?

– А вот об этом, Яночка, я хотел бы спросить нашего офис-менеджера. Почему до сих пор не вызваны водопроводчики?

Глава шестая,

где героиня окончательно впрягается в две телеги и осознает цену успеха

– Ага, – радостно орал Пушкин Эдику, – я говорил, что справится! Гони полтинник!

Марьяна тихо бесилась. Эти уроды решили устроить ей проверку, да еще и пари заключали, сволочи.

Сантехников она им раздобыла в два счета, но работы мужикам из местного РЭУ не нашлось. Пушкин завинтил кран, из которого хлестала вода, так же легко, как и развинтил десять минут назад.

– Яночка, ну простите нас, дураков, – покаянно ныл Эдуард. Марьяна злобно хлебала кофе.

– А что вы им все-таки сказали, что они так быстро прискакали? У нас месяц назад и правда прорвало, три часа ждали.

– Что-что… Что человек в сортире заперт и выплыть не может.

Эдуард захихикал.

– Ну вы даете! Нет, вам положительно надо у нас работать.

– Эдик, – Марьяна посмотрела ему в глаза. – Я же сказала, что имею прекрасную работу. А уж после таких шуточек…

– Да бросьте дуться! От вас все наши в восторге, особенно Пушкин. Даже Инна согласна – редкий случай! Давайте хоть на полставки, а? С такими талантами вы в момент все разрулите.

Марьяна почувствовала, что в нее вселился маленький плешивый бес.

– На полставки, – задумчиво протянула она. – Хорошо. У меня там обеденный перерыв кончается, так что вернусь через пару часов. Устроит?

– Не устроит. Но что делать? Попробуем пока так, а дальше видно будет.

***

Артура она встретила возле «Щита».

– Ни фига себе! – изумился он. – Классные цветочки. Куда пропала-то?

– Утопающих спасала, – уклончиво ответила Марьяна.

Охранник снова попытался рыпнуться по поводу пропуска, но был нейтрализован и деморализован врученными ему пионами.

– Доктор, это вам, – нежно промурлыкала Марьяна, просачиваясь через турникет. Артур, пуча глаза, старательно не ржал.

***

На рабочем месте Марьяну поджидала делегация менеджеров. Они наперебой поздравляли ее со вступлением в должность и требовали всего сразу. Получалось, от нее хотели, чтобы:

• заработал факс;

• перестала глючить АТС;

• картриджи не заправлялись, а покупались;

• Введенский прекратил гоготать;

• в офис привозили нормальные обеды;

• в туалете появилась бумага;

• вообще везде появилась бумага и никогда не кончалась;

• клиенты не доставали службу поддержки;

• наступил мир во всем мире.

• Отдельной строкой все хотели понимания, чего ради они тут впахивают.

Когда страждущие рассосались, Марьяна вынула из сумочки своего старинного друга. Плюшевый крокодильчик Ливси преданно смотрел на нее блестящими глазками.

– Ну что, Ли, – печально сказала Марьяна. – Похоже, мы с тобой начинаем пользоваться успехом. Мы нужны людям, ты можешь себе представить?

Крокодильчик, как всегда, промолчал.

Приложение 2

Имя: Артур Введенский.

Возраст: 27 лет.

Семейное положение: холост.

Образование: программист.

Внешность: рост 180 см, вес 78 кг, рыж и нечесан.

Вредные привычки: идиотские шутки; курящий.

Стиль одежды: идиотский.

Любимая музыка: 60 гигабайт в плеере.

Любимая книга: bash.org.ru.

Любимый фильм: «Догма» и прочий Кевин Смит.

Цель жизни: чтобы не докапывались и про любовь.

На рабочем столе, не считая компьютера:

• груда распечаток MSDN;

• скомканные бумаги;

• три пары наушников разного размера;

• диск с игрой «Монти Пайтон и Святой Грааль»;

• стойки с компактами;

• пустые пачки из-под сигарет «Голуаз»;

• большая кружка с зелеными крышечками из-под «7-UP»;

• шнуры, провода и разъемы;

• книжка Кинга «Темная башня»;

• два раздолбанных палма;

• микрофон;

• блистер анальгина;

• рваный бумажник;

• упаковка вяленых бананов;

• мерзкие липкие желтые листочки;

• сетевая карта;

• раскуроченный мобильник «Сименс»;

• пластмассовый калейдоскоп с призмой вместо стекляшек;

• граммофон. Граммофон Артуру достался от прабабушки, и он всегда держал его на рабочем месте, уверяя, что оный агрегат снимает вредное излучение компьютера лучше любого кактуса. Многие верили.

Вольные песни счастливых племен

Глава седьмая,

в которой у героини вскипают мозги, но сочувствие она получает из неожиданного места

После обеда деятельность фирмы «Полный Щит» стала казаться более осмысленной. Очередь к водопою уменьшилась, в девичий щебет вкрались «дебет» и «кредит», блудные программеры угнездились за мониторами и мирно жужжали, даже Артур перестал корчить Вергилия и ушел вариться в собственном котле. Только генеральный директор никак не мог угомониться и возникал то тут, то там с вопросами, ценными руководящими указаниями и комментариями. К нему вежливо прислушивались и незлобиво посылали к бую.

Марьяна совсем закопалась: счета, расписки, адреса, просьбы и требования образовали в ее голове некое подобие Монблана. Бумажная гора вертелась, подмигивала и, вообще, вела себя непотребно. Когда Монблан начал голосом Левитана зачитывать финансовую отчетность за прошлый квартал, генеральный вспомнил и о Марьяне. Он возник возле ее стола и глубокомысленно спросил:

– Ну как?

– Бардак, – девушка подняла голову. –  Ой, извините, Саша. Разбираюсь потихоньку…

Директор хмыкнул.

– Пропуск-то себе сделала?

– Спасибо, что напомнили! Охранник у вас просто упырь. Если бы вы сегодня не прислали Введенского, торчала бы там битый час.

– В смысле? Никого я не присылал, думал, сам тебя встречу, задержали вот… Ну ты это, пропуск – и домой, хватит с тебя на сегодня, шесть уже. Наши-то работнички до ночи фигней страдают. Давай распишусь, заламинируешь потом – и все дела.

Пока Саша расписывался на пропуске, Марьяна глянула на часы и мысленно обозвала себя дурой. Обещала ведь через два часа в «Езду» вернуться, а сама… Она поблагодарила генерального, кинула в сумочку крокодильчика и бросилась к выходу.

– Всем пока!

Офис нестройно загудел в ответ.

***

Когда запыхавшаяся Марьяна вбежала во двор, Эдик запирал дверь. Не оборачиваясь, он произнес:

– Да вы везунчик, Яночка. Еще бы пять минут, и долбились бы в эту, – он постучал по двери, – железяку. Но хотя бы завтра на вас можно рассчитывать? К девяти нуль-нуль, милочка.

Сухо кивнув, он подошел к серебристому «Пассату».

– Вас подбросить?

– Спасибо, не надо. Уроните еще, – буркнула Марьяна и в расстроенных чувствах двинулась обратно.

Эдуард проводил ее долгим задумчивым взглядом. По лицу его ползала едва заметная улыбка.

***

Домой девушка пришла уставшая и злая. Налив себе чаю покрепче, она попыталась скрыться в комнате, но мать не дремала.

– Как успехи? – сладчайшим голосом поинтересовалась она.

– Прекрасно! Лучше не бывает! – рявкнула Марьяна.

– То-то я и смотрю, – не смутилась мать. – Видок у тебя прям цветущий. Ботинками будешь кидаться?

– Тамара, кончай девку глумить, – крикнул из туалета отец. – Первый рабочий день у человека! Себя вспомни!

Марьяна благодарно посмотрела на сортирную дверь. С отцом у них всегда было полное взаимопонимание.

Глава восьмая,

из которой явствует, как важны сплоченность и корпоративное братство

«Езда» встретила Марьяну распахнутой входной дверью и молчанием. По пустому коридору ветер гонял какие-то бумажки. Комнаты были отперты и безлюдны, лишь в бухгалтерии факс натужно выплевывал бесконечную ленту, покрытую не то арабской вязью, не то просто разводами термокраски. Марьяна тихонько позвала Эдика и осеклась: голос будто утонул в вязкой тишине. Сквозь эту тишину ей послышался слабый сдавленный писк. Они что, забыли здесь кошку? Она же умрет. Девушка дошла до конца коридора. Мяуканье стало чуть громче, но кошки нигде не было видно. И тут Марьяна обнаружила красную запертую дверь. Наверное, кошка там и не может выйти. «Зяма, девочка!» – позвала она и подергала за ручку. Дверь медленно открылась, и кошка заверещала как резаная. Резаная. Резаная. Резаная…

Будильник, чтоб его.

***

«Езда» встретила Марьяну приветливым гулом голосов. Сотрудники турфирмы, подтянутые и бодрые, собирались в комнате с зеленой дверью. Ровно девять, с гордостью подумала девушка, могут же вовремя! Хоть где-то.

Эдик, важный и улыбчивый, как американский пастор, подхватил ее под локоть и провел сквозь толпу.

– Вы, Яночка, у нас человек новый, так что сегодня просто посмотрите, а завтра и участвовать будете. Кстати, чтобы завтра этого свитерка не было, а была белая блузка. Дресс-код, понимаешь, – Эдик захихикал.

Тем временем народ подтянулся, и все построились полукругом, лицом к небольшому водопаду в углу просторной зеленой комнаты. Девушки стояли в первом ряду, мужчины за ними. Лица у всех были серьезны и торжественны. Марьяна сидела в углу и не понимала – утренняя линейка, что ли? Эдуард похлопал в ладоши, призывая к тишине, и вышел на середину.

– С добрым утром, друзья! – звонко прокричал он.

– С добрым утром, «Езда»! – слаженно отозвались стоящие.

– Как настроение?

– Бодрое!

– Планы?

– Грандиозные!

– Перспективы?

– Безоблачные!

В этот момент сотрудники вскинули к потолку руки и покрутили раскрытыми ладонями. Чувствовалось, что ритуал знаком им не первый день.

Совсем охренели, подумала Марьяна. Но оказалось, что это еще не конец. Эдик снова хлопнул в ладоши, и раздалась музыка: старая битловская песенка про желтую подлодку, сыгранная с помпезностью похоронного марша. Сотрудники, опустив руки по швам, старательно запели. Слушая текст гимна, девушка офигевала все больше, и тут зазвучал припев:

Летают самолеты, и ходят поезда,

Ходят поезда, ходят поезда.

Хорошо работает «Езда»,

Славная «Езда», быстрая «Езда»!

Не выдержав, Марьяна прыснула, но вовремя зажала себе рот. Слава богу, все стояли к ней спиной, да и пели громко, иначе хороша бы она была! В конце концов, ну распевают люди гимны по утрам, ну и что в этом такого? Традиции надо уважать. О том, что завтра ей придется горланить ту же чушь, Марьяна старалась не думать.

Наконец, гимн закончился, и Эдик внезапно подскочил к Марьяне и вытащил ее на всеобщее обозрение.

– Знакомьтесь, друзья! Это наш новый офис-менеджер Яна. Поприветствуем!

– Привет, Яна! – откликнулся хор.

Марьяна смотрела в чистые, прозрачные глаза своих новых коллег и понимала, как многого она еще не знает о жизни.

***

– Ну вот, – говорил Эдик пять минут спустя, когда все разошлись, – такие у нас ежеутренние радения, Яночка. Вы уж расстарайтесь, разучите песенку к завтрему. Как-никак сам Пушкин писал! Правда, местный, – он снова захихикал.

Марьяне вдруг вспомнился сегодняшний сон, и ее передернуло.

– Скажите, – спросила она, – а здесь есть такая красная дверь?

– Кладовка, – быстро ответил Эдик. – Ничего интересного. А что?

– Да так, музыкой навеяло… А директор, ну, Инна, гимн не поет?

– Инна Вячеславовна, – сухо уточнил Эдуард. – Нет, не поет. Ее не принято беспокоить. Пойдемте, покажу рабочее место, введу в курс дела.

Марьяна была приятно удивлена размером стола, мягкостью кресла и диагональю монитора. Возле роскошной беспроводной клавиатуры стоял букетик фиалок и лежал новенький органайзер в кожаном переплете. Чуть слышно гудел кондиционер, уютно щелкали клавиши под пальчиками корпоративных сестер, обитающих в той же комнате. Пахло морем и цветами. Даже розовые стены не раздражали, а приветливо ласкали глаз. Эдик с гордостью продемонстрировал местную систему управления, показав, где искать заявки на расходники, как связываться с поставщиками и распечатывать платежки.

– Ваша задача – аккуратно все заполнять, своевременно отправлять и ничего не забывать. Думаю, справитесь шутя, даже за полдня. Вы как планируете у нас появляться?..

– С утра до 12 я ваша. Потом в обед еще… – Марьяна замялась.

– Ой, ну обедом мы вас обеспечим, если вы об этом. А вечером?

– Вечером… постараюсь. Но, если что, звоните – вырвусь.

– Прекрасно. Надеюсь, однажды вы останетесь у нас навсегда, – галантно улыбнулся Эдуард.

***

Время до полудня пролетело незаметно. Крокодильчик устроился под фиалками, наблюдая, как довольная Марьяна лихо осваивает затейливые премудрости электронного документооборота. Взгляд его был мрачен, но девушка не замечала этого. Перспективы перед ней были безоблачные. Планы – грандиозные. Незаметно для себя она стала напевать: «Летают самолеты, и ходят поезда, ходят поезда, ходят поезда…» Соседка слева на секунду оторвалась от работы, внимательно посмотрела на Марьяну и понимающе улыбнулась.

Глава девятая,

в которой наблюдается редкостное единодушие не подозревающих о том персонажей

Первое, что увидела Марьяна, войдя в офис «Щита», была разруха. Нет, со вчерашнего дня ничего не изменилось: потолок не обвалился, нигде не валялись шприцы, бутылки и пьяные клиентщики, даже канализацию не прорвало. Однако общая картина удручала.

Вторым был Введенский, уныло прошедший мимо с кружкой растворимого пойла.

– Привет, – буркнул он и скрылся в своей комнате.

Третьим был стол, тот самый, что Марьяна так тщательно разгребала вечером. Теперь его ровным слоем покрывали клочки и обрывки бумаги. Неподалеку застенчиво мялись менеджеры.

– Что это? – шепотом спросила Марьяна.

– Ну… – из толпы вышел менеджер посмелее, – вы вчера просили, чтобы в письменном виде… Мы вот написали… И у других собрали…

Она растерянно подошла ближе. Поверх прочих бумажек лежал розовый лист формата А4, на котором крупно и старательно было выведено: «Смилуйся, государыня Маша! Не оставь без призрения мольбы сирот твоих…»

Марьяна поняла, что сейчас она будет убивать.

Видимо, что-то такое появилось на ее лице. Менеджеры заволновались.

– Вы чо?! – внезапно заорала Марьяна. – Вы где?! Я вам кто?!! – она сгребла свалку на пол, рухнула в жесткое кресло и простонала: – Взрослые же люди, зачем цирк-то устраивать, а?

На менеджеров было больно смотреть. В полном молчании они покинули небольшую Марьянину комнатку, а затем в двери показалась рыжая башка Артура.

– Маш, ну ты извини… Мы пошутить хотели, чего ты сразу?

– Дебилы, – почти беззлобно вздохнула она.

– Угу, – горестно кивнул Артур. –  Ну, я пойду…

Марьяна собрала мусор в корзину и поняла, что нужно немедленно пообщаться с родственной душой. Но крокодильчика в сумке не было, и она с чистой совестью разрыдалась, вспомнив, что так и не забрала его из-под фиалок.

***

До обеда Марьяна успела выбить из менеджеров нормальную распечатку с заявками, заказать в «Метро» корзину печенья и бочку варенья для местных плохишей, поругаться с бухгалтерией по поводу цен на новые картриджи, объяснить Александру, почему за АТС должен отвечать один специалист, а не толпа раздолбаев, а заодно растолковать, что уборщица в офисе необходима даже больше, чем генеральный директор.

Однако за всеми этими делами она ни на секунду не могла забыть покинутого зеленого друга и на любом свободном листке машинально рисовала любимым оранжевым маркером дурацкие хвостатые фигурки. Крокодильчики пели хором, открывали и закрывали двери, водили хороводы. От оранжевого цвета на сердце становилось немного легче.

***

В розовой комнате никого не было, все ушли обедать.

Букетик, органайзер, мышка… Ливси, горе мое, где же ты? Марьяна, забыв обо всем, в панике бросилась под стол. Нету. Не дай бог, Земфира сперла – задушу скотину!

Сверху раздалось покашливание. Девушка, чудом не шарахнувшись головой, вскочила на ноги.

– Не знаю, как там у вас где, Яночка, а у нас в «Езде» всякую дрянь на рабочем месте оставлять не принято, – сказал Эдик. – На первый раз возвращаю, – он брезгливо уронил крокодильчика на стол. – На второй – отошлю в Фонд Мира.

Марьяна мгновенно сцапала Ливси, поцеловала в плюшевую морду и быстро засунула в сумку. Эдуард странно посмотрел на нее, но от комментариев воздержался.

– Обедать будете? – как ни в чем не бывало осведомился он.

– Нет, спасибо, я лучше поработаю немного.

– Похвально, похвально. Ну, а я пойду наверну пару котлеток.

«Да провались ты», – подумала Марьяна.

***

В это время постоянный клиент аццкой рыгаловки «Лимпопо» программист Артур Введенский против всех законов божеских и человеческих пил водку в разгар рабочего дня.

«Да провались оно все», – думал он, заказывая четвертую рюмку подряд.

Приложение 3

ПЛАН ОФИСА ТУРИСТИЧЕСКОЙ ФИРМЫ «ЕЗДА»

КОРПОРАТИВНЫЙ ГИМН ТУРИСТИЧЕСКОЙ ФИРМЫ «ЕЗДА»

Есть турфирма на Земле,

Будет жить она всегда.

Фирма лучшая в Москве,

Называется «Езда».

Если хочешь ты в Мадрид,

На Карибы и в Тибет,

Вмиг «Езда» тебя домчит,

Мы не знаем слова «нет»!

Припев:

Летают самолеты, и ходят поезда,

Ходят поезда, ходят поезда.

Хорошо работает «Езда»,

Славная «Езда», быстрая «Езда»!

Если скажет конкурент,

Что быстрей и лучше он,

Конкурента мы в ответ

Замонтируем в бетон.

Припев

Путешествия для всех –

Вот девиз родной «Езды».

Ждет компанию успех,

Мы пожнем его плоды.

Припев (2 раза)

Слова: А. Пушкин, системный администратор

Музыка: Д. Леннон, П. Маккартни, «Желтая подводная лодка»

Назвался груздем – лечиться поздно

Глава десятая,

в которой офисное пьянство становится основой нового порядка

Введенский грустно икнул.

Марьяна с ужасом смотрела на нечто человекообразное в зеленом пиджаке.

– Артур?

– Маша?! Закурить не найдется?

У девушки задрожали губы. Контраст был слишком велик.

В «Езде» никто бы себе не позволил нажраться на работе. И никто бы не сидел на полу, пьяно обнимая граммофон и ласково улыбаясь.

– Артур! У вас совесть есть? Это… это все границы… и рамки…

– Во блин! – изумился бухой программер. – А у самой типа совести жопой ешь, да? Шляется где попало, як-ша-ет-ся со всякими… – он ожесточенно начал вращать ручку граммофона и логично заключил: – Щас музычки послушаем! Вертинский. Раритет, нах. Ой.

Звонкая оплеуха. Артур потер щеку, промычал нечто жалобное и почему-то заснул.

Что-то щелкнуло в голове у Марьяны. Она ухватила тушку обалдуя за зеленый воротник и с трудом выволокла его на середину офиса, после чего крикнула: «Внимание всем!». Народ заинтересовался и стал собираться вокруг. Введенский лежал, трепетно прижимая к груди бабушкин граммофон, и несуетливо водил каблуками по ковролину.

Наконец сквозь толпу протолкался генеральный.

– А! – с нездоровой радостью воскликнула Марьяна. – Ну вот, все в сборе. Теперь, дорогие мои новые коллеги, объясните, будьте добры: что это тут такое валяется?

– Маша! – проникновенно сказал Александр. – Вы не поверите, но это наш лучший программист, – и попытался отобрать у Артура граммофон.

– И часто он так?

Марьяну аккуратно взяла под локоть главбух Вера Павловна и басовито заворковала:

– Девочка моя, мы сами в шоке! Артурчик всегда такой приятный, воспитанный, шалопай немножко…

В этот момент в Марьяне проснулась Тамара.

– Саша, – мягко сказала она. – Вы не находите, что это вполне закономерно? Офис превращен в свинарник, вот и свиньи самозародились. Ужи еще не поползли?

Бухгалтерша боязливо озиралась.

Пономарев начал медленно багроветь.

– Да что ты себе позволяешь!

– Кстати, девочка права, – вступилась Вера Павловна. – Свежему человеку зайти противно. – Она сурово обвела всех выпуклыми глазами. – Что, не так?

Гендир было стушевался, но моментально перестроился.

– Хорошо. Маша, вы офис-менеджер, вам и карты в руки. Какие ваши предложения?

– Для начала – чтобы каждый разобрал свое рабочее место, – скучным голосом начала Марьяна, – затем – нанять уборщицу и, наконец, повесить Введенского, веревка есть.

Программисты заржали. Артур открыл глаза и совершенно трезвым голосом сказал:

– Операция СССР!

– Что? – растерялась Марьяна.

– Свой Срач Сам Разбери! – под общий хохот пояснил тот.

– Нет, – сквозь хихиканье выдавил кто-то из менеджеров, – СССР неактуально. Давайте лучше СНГ – Смерть Ненужному Говну!

– НАТО – Нагадил, Так Огребешь!

– ВТО – Введенский – Тупой Олкоголик!

– Алкоголик пишется через «А»!

– Ага, а Введенский – через «Ж»!

Бардак крепчал.

– Хватит! – рявкнул генеральный директор и шарахнул по ближайшему столу. – Сегодня перед уходом чтоб у всех был порядок. Лично проверю. И если что – будем штрафовать на всю зарплату. Распустились, сто пудов! Маша – зачет.

Народ попритих и разошелся, Введенского увели с собой программеры, Марьяна осталась одна и вдруг почувствовала себя Эдуардом. Ощущение было непривычное и неприятное.

Вечером Пономарев подошел к Марьяне и выразил ей свою официальную признательность за серьезную инициативу. Ей-богу, сказал, еще немного, и он возьмет ее замом. Сказал, чтобы поактивнее, но глаза старательно прятал.

Артура она в тот день больше не видела – программисты его где-то заныкали, – и в «Езду» вечером так и не заскочила. Да не очень-то и хотелось. Чем дольше она изучала их корпоративный гимн, тем больше тянуло повесить его на стенку и поиграть в дартс жеваной бумажкой.

Глава одиннадцатая,

в которой героиня впервые сталкивается с бескорыстной подлостью

В новенькой белой блузке, черной юбке и с крокодилом в сумке Марьяна чувствовала себя обкурившейся первоклашкой. Дресс-код бодрил и внушал. Перешагнув порог «Езды», она влилась в стайку таких же монохромных барышень. Те окинули ее приветливыми оценивающими взглядами и благосклонно закивали. Пели гимн. Марьяна честно пыталась подхватывать хотя бы припев. Получалось неважнецки, и поэтому она просто открывала рот. Кто заметит?

Справившись с насущными делами, она решила погуглить симпатичного крокодильчика на десктоп. Куда там – симпатичного! Голодные пасти, мерзкие рожи, тоскливые слезящиеся глаза – будто все до единого крокодилы работали менеджерами и до смерти устали. Марьяна тяжко вздохнула, закрыла поисковик и села забивать базу данных по дням рождения. Ближайший выпадал на послезавтра: народилась Ирочка, любительница кошек.

Вообще было довольно скучно. С девами-соседками, менеджерами по гостиницам, отношения не складывались. Барышни пару раз упархивали в сторону кухни, прихватив с собой сигареты, но Марьяну не приглашали.

Радио пропиликало одиннадцать.

– Яночка! – возник из пустоты Эдуард. – А вот давайте я вас познакомлю с вашим оруженосцем, так сказать, и вынул из-за спины щуплого студентика с плохо выбритой мордочкой. Студентик топтался и зябко кутался в балахон. Взгляд его был нагл, но тосклив.

– Это Петя, курьер. Если что нужно, сразу говорите: «Петя!» Он вам все принесет в лучшем виде. У Ирочки праздник скоро, да? Вот Петю за цветочками, за сувенирчиком – на ваш вкус от фирмы в пределах известной суммы. Правда, Петя? Ну, иди тогда, иди.

Крепостной обреченно закивал и вышел.

– Ну-с, Яночка, а у меня к вам еще дельце есть. Может, это мелочи для вас, ерунда… Знаете, вот когда люди гимн поют – это они не для того, чтобы просто рот открыть, а чтоб с коллективом слиться, проникнуться, так сказать, командным духом. Автор опять же думал, слова подбирал. Композитор еще когда музыку написал, а народ до сих пор радуется. Да-с… Или, вот скажем, Интернет. Он ведь не из эфира струится, фирма за него свои кровные платит. Вы скажете – копейка, а она рубль стережет. И время ваше рабочее, которого не так уж и много, тоже фирма оплачивает не для того, чтобы вы…

Марьяна чувствовала, что ее аккуратно, с наслаждением бьют мокрой тряпкой по лицу, но сказать было нечего. Откуда же он знает? Камеры тут везде понатыканы, что ли?

– … И помните, у нас принято делиться с начальством… скажем так, наблюдениями за коллегами – для общего блага! Надеюсь, Яночка, мы друг друга поняли?

Девушка ошеломленно кивнула. Соседка усиленно застучала по клавиатуре.

– Ну и славно. И, кстати, возьмите вот триста рублей, это от компании на подарок сотруднице, Ирочке то бишь. Постарайтесь, чтобы компании было не стыдно за презент.

***

Все, что Марьяна помнила об Ирочке, это безостановочный вой и вопль «не умирай!». Не подушку же ей дарить кислородную. Думать не хотелось абсолютно. Барышни вновь запорхнули в кухню, Марьяна поколебалась минуту и пошла к ним. Неужели они не только по кнопкам стучат?..

– Яна? – удивились барышни. – Ты куришь?!

– Нет, – мрачно сказала Марьяна, – но скоро начну. Девочки, я еще ничего не знаю, первый день всего. Что за человек Ирочка, что она любит?

Гостиничные барышни посмотрели на Яну с какой-то неявной брезгливостью.

– День рождения у нее, – жалобно вздохнула Марьяна, – а мне подарок выбирать.

– А… Ну так бы и говорила, – покровительственно улыбнулась одна из них. – Закажи цветов и еще че-нить. Ну, сама понимаешь, в пределах суммы. Сколько там выдали? Триста, небось? Ясен пень, пятьсот у нас для особо уважаемых, для Эдика, например.

Ну что ж, подумала Марьяна, добро пожаловать в реальный мир. А, ладно. Назвался груздем – лечиться поздно.

Глава двенадцатая,

где выясняется, что даже самые идиотские советы могут иногда принести пользу

В «Полном Щите» творился полный бардак. Суетливые мужички в икейской униформе таскали туда-сюда коробки и здоровенные упаковки досок, кто-то что-то монтировал, привинчивал, пол был завален картоном, обрывками упаковочной ленты и скрепками. Вслед за шустрыми мужиками кружилась и осыпалась со столов тщательно рассортированная с вечера документация. По полу ползали менеджеры, пытаясь отыскать инструкцию по сборке компьютерного стола.

– О! – приветливо отлип от стены какой-то хвостатый программер. – Машенька! Правда, зашибись у нас чистота? Это мебель привезли! Еще неделю назад обещали.

– Твоих рук дело? – деликатно спросил Артур, нависнув над ней. – А ты, я вижу, при параде. Никак дресс-код будем вводить? Порядок вчера уже вводили.

– Головушка с утра не болит? – с тоской спросила Марьяна.

– Голова в порядке, а сердце мое изболелось. За тебя и твои инициативы! – парировал нахальный Введенский и скрылся в комнате программистов. «Пихай! Да не так, дуболом, треснет же!» – орали оттуда.

«Где шурупы, гады?» – ныл кто-то из клиентщиков.

Марьяна пошла искать Сашу: пусть хоть он объяснит ей, когда кончится этот кошмар.

Сашу она не нашла, зато ее саму обнаружила Вера Павловна, сцапала и повела сверять какие-то счета. Тетка ворковала и ласково упихивала Марьяну в бухгалтерию. Краем глаза девушка успела заметить, как Саша, боязливо оглядываясь на нее, короткой хомячьей пробежкой протрусил вдоль стены и выскочил из конторы от греха подальше. «Деточка, – журчала бухгалтерша, – не огорчайтесь. Вы знаете, что такое офис? Представьте, что у вас сорок детей, и все идиоты…»

***

В программистском отсеке умный очкарик лихо свинчивал стулья, а все прочие завороженно наблюдали за ним. «В детский сад привезли новый ЛЕГО», – подумала Марьяна.

– Артур, можно тебя на секундочку? – самым официальным тоном произнесла она.

Введенский нехотя поплелся к выходу.

– Артур, – улыбаясь как можно дружелюбнее, спросила его Марьяна, – ты у нас натура креативная, неординарная. Что можно подарить приличной девушке на день рождения? Официально, дешево, но чтоб не стыдно за презент?

Введенский задумался и уточнил:

– А девка – дура? – Марьяна прыснула и кивнула. – Тогда подари кису плюшевую. Подобное подобному!

Марьяна вспомнила заразу Земфирочку и расцвела.

***

В обеденный перерыв Марьяна вызвала Петю, выдала ему двести пятьдесят рублей и краткую инструкцию. Петя оказался быстр. «Вот и все, – с грустью подумала Марьяна, встречая посланца, – в "Езде" я свое отработала». Китайская белая киска с тупыми зелеными глазами была абсолютно бездарна и явно стоила своих денег. Презент от фирмы получился убойный. Марьяна застыла в коридоре, соображая, куда бы припрятать чудище, когда из переговорной вырулил Эдуард, сопровождая какого-то вип-клиента. Клиент был оживлен, развязен и слегка поддат. Эдик что-то усиленно втирал випу, но тот лишь махал рукой, однозначно посылая предложения в известные края.

Юркнуть к себе девушка не успела, так и осталась стоять в коридоре с белым монстром на руках. Эдик увидел киску, и глаза у него слегка обледенели. Марьяна в отчаянии стиснула волосатое ухо изделия, и вдруг киса гнусно и немузыкально запищала на весь коридор, что сходит с ума и ей нужна она.

И тут клиент захохотал:

– Не, ни фига себе у вас фэн-шуй! Все продумано! Сколько, говоришь, круиз-то стоит? Ну-ка, пойдем еще обсудим…

Эдик заулыбался, залопотал, увлекая богатенького буратино обратно в переговорную. Уже в дверях он высунул за спину руку и показал Марьяне оттопыренный большой палец. Девушка выдохнула. «На этот раз пронесло», – подумала она.

Приложение 4

КАК СОБРАТЬ ОФИСНЫЙ СТОЛ, КУПЛЕННЫЙ В ИКЕЕ

Участники : стол, 4 программиста, 3 менеджера и 1 секретарша

1. Все уходят покурить.

2. Менеджеры спрашивают программистов, почему стол такой плоский.

3. Программисты снимают упаковку.

4. Все долго смотрят на набор досок.

5. Секретарша говорит: «Мальчики, это нам чего-то не то привезли!»

6. Мальчики довольно ржут, осознавая свой интеллект.

7. Все уходят покурить.

8. Секретарша говорит: «Давайте я пока мусор выкину!» – и уносит упаковку.

9. Программисты находят пакетик с крепежом. Довольно ржут.

10. Менеджеры тем временем раскладывают доски на полу и уходят покурить.

11. Программисты пытаются составить макет стола. Идею использовать 3D-Studio с сожалением отвергают.

12. Вернувшиеся менеджеры стыдят программистов и предлагают свою комбинацию досок.

13. Программисты и менеджеры жарко спорят о том, чей стол ближе к реальности.

14. Секретарша говорит: «Мальчики, какие вы умные!»

15. На нее машут руками и просят не мешать думать.

16. Наконец кто-то из менеджеров находит столешницу.

17. Все уходят покурить, очень довольные.

18. Вернувшись, все ищут крепеж, который сунул в карман кто-то из программистов. Найдя, долго пересчитывают, получая разные результаты.

19. Два программиста держат столешницу, а два менеджера пытаются приставить к ней две боковины. Остальные дают советы.

20. Через полтора часа один менеджер предлагает прочитать инструкцию. Его ругают и стыдят, но после соглашаются.

21. Секретарша говорит: «Мальчики, а я мусор сразу на помойку отнесла…»

22. Все долго курят и стыдят секретаршу.

23. Давайте скачаем инструкцию с сайта!

24. Инструкция скачивается, распечатывается, раскладывается на полу.

25. Ура! Все понятно!

26. Стол собран, но остались четыре лишних доски и куча крепежа.

27. Все уходят курить, по дороге понимая, что скачали не ту инструкцию.

28. Да ну нах, стоит и ладно.

29. Секретарша говорит: «Мальчики, какой классный столик! А можно я на нем посижу?»

30. Хрясть.

31. Мальчики довольно ржут. Развлечение продолжается!

Пришел клиент – туши свет

Глава тринадцатая,

номер которой влияет на сюжет и чуть не доводит героиню до цугундера

За опятами на свою заповедную полянку Марьяна в этом году так и не выбралась. Октябрь, наполненный трудами на благо двух контор, просочился сквозь пальцы, и так же незаметно пролетело начало ноября. Грибы девушка покупала в супермаркете, благо деньги теперь водились.

В «Езде» она по-прежнему проводила не слишком много времени, но уставала гораздо сильнее, чем в бестолковом «Полном Щите». «Щит» ее стараниями преобразился и перестал напоминать деловую игру в младшей группе детского сада для альтернативно одаренных детей. Марьяну в «Щите» уважали, любили и немного побаивались. Пономарев все чаще задумывался над тем, чтобы назначить ее замом, но пока не спешил. Работает – и ладно. А вот в турфирме все было совсем наоборот. Марьяна так и не поняла, зачем, собственно, ее туда взяли. Обязанности свои она выполняла за пару часов в день, отношения с коллегами не складывались; было ощущение, что она нужна лишь Эдику для оттачивания воспитательных методов. Почему «Езда» так выматывала, Марьяна не знала.

***

Вот и сегодня она справилась с работой к одиннадцати и теперь сидела, тупо глядя на иконку «Мой компьютер», и прикидывала, зачем его нужно мыть. Поймав себя на крайнем идиотизме этого занятия, девушка встряхнулась и заметила, что в комнате стало удивительно тихо, и девицы-соседки куда-то испарились. Что-то знакомое было в этом ощущении. Марьяна медленно встала – стул против обыкновения не скрипнул – и вышла в коридор. По пустому коридору ветер гонял какие-то бумажки.

Марьяна вспомнила свой старый сон и похолодела. Все происходило наяву. Она осторожно заглянула в комнаты, в кухню – везде ни души. И кошки не слышно. Вдруг из дальнего конца коридора раздался легкий шорох. Бежать отсюда, подумала Марьяна и пошла на звук. Непонятная красная дверь была приоткрыта. Из щели лился холодный неприятный свет. Марьяна толкнула дверь пальцем и увидела, что в тесной каморке, как туши в мясной лавке, свисают с потолка шесть мертвых офис-менеджеров. Ой, подумала она, а для кого седьмой крюк?

– Для вас, Яна, – язвительно сказал Эдуард, – законы, надо понимать, не писаны? Заболели – полечитесь, за свой счет и в установленном порядке. А спать на рабочем месте – это фу! Фу! У вас телефон звонит, вы даже этого не слышите!

Красная от стыда Марьяна схватила мобильник.

– Дура! – заорал из трубки Артур. – Просыпайся быстро!

– Сам дурак, – буркнула Марьяна, нажимая отбой. – Извините, Эдик, это я не вам…

Эдуард стоял побледневший, с непривычно злым лицом.

– Кто это был? А, неважно. Вот что, милочка, сдается мне, к вам пора применять более жесткие меры. Мало того, что вы спите на работе, ведете личные телефонные разговоры…

– Но вы же сами сказали…

– Молчать!!! – Эдик был страшен и неприятен одновременно.

– Эдуард, оставь девушку, – раздался от двери ледяной голос. – Ты не в себе? Ты не помнишь, что она нам нужна?

Эдик закоченел. Инна Вячеславовна несколько секунд смотрела на него ничего не выражающим взглядом прекрасных глаз, затем развернулась и, уже выходя, бросила:

– Яна, у меня к вам просьба – сегодня к четырем зайдите в офис. Эдуард, за мной.

Тот побитой собакой выкатился вон, а Марьяна осталась сидеть, тихо офигевая. Отдышавшись, она тайком погладила своего крокодильчика и отправилась в «Полный «Щит».

Глава четырнадцатая,

в которой показывается безусловная важность газировки для хорошо спланированных терактов

Привычный кавардак в любимой конторе был сегодня каким-то непривычным. Снаружи у двери толклись два парня с квадратными мордами, старательно изображая прохожих. В глубине офиса что-то грохотало, орало и падало. Девочки-клиентщицы сгрудились вокруг спасительного кипятильника и вполголоса, но отчетливо боялись.

Марьяна вздохнула и пошла искать Введенского; при всех своих недостатках он всегда мог объяснить происходящее. Он объяснил коротко и емко:

– Мудак пришел, туши свет.

– В смысле?

– В прямом. Пришел клиент. Недовольный, – Артур был зол и лаконичен. – Хочет странного, а мы не можем. Поэтому он решил поломать нам офис.

Марьяна поняла, что от такого Артура она многого не добьется, и отправилась на разведку боем.

Клиент действительно имел место. Был он великолепен: лощеный, в дорогущем костюме, с прической медиамагната и повадками старорежимного купчины. Такому бы в Думе Жириновского мутузить. Но этот, видимо, предпочитал иные развлечения. Глядя, как он с наслаждением, по одной штучке, рвет бумажки со стола генерального директора, причем на глазах у изумленного хозяина, Марьяна понимала, что Артур не ошибся.

Пономарев заметил Марьяну и хрипло пискнул:

– Иван Сергеевич! Я на минуточку… Можно?

– Можно, – барски кивнул клиент, принимаясь за новую папку.

***

– Саша, чего он хочет? – с тихим ужасом спросила Марьяна.

– Смерти он моей хочет, – простонал Пономарев. Руки его заметно тряслись. – Ты хоть знаешь, кто это?

– Мудак? – предположила офис-менеджер, хлопая глазками.

– А?! – испугался Александр. –  Да! Нет! Тьфу. Это же сам Штырь!

– То-то его так штырит…

– Машенька! Золотая моя! Не время шуточки шутить! Это Штырь, а у Штыря холдинг на северо-востоке, а мы ему бухгалтерию ставили, а на него теперь налоговая едет, а он считает, что это мы виноваты, а это не мы виноваты, а налоговая, а… – Саша запутался. – Ну откуда я ему денег возьму, чтобы весь наш софт на 1С заменить, а?

– Саша, давайте уточним. Мы ему софт ставили?

– Угу.

– И налоговая не может проверить его отчетность, да?

– Угу.

– Потому что нашу систему вообще никто понять не может?

– Угу. То есть стой. Как это не может?!

– Тихо, тихо. Не может, потому что вы лично интерфейс проектировали, а в гениальном могут разобраться только гении, а в налоговой таких нет, а…

– Маша!!! Ну не издевайся ты! Он-то теперь хочет, чтобы мы за неделю…

– Я уже поняла. А мы не можем. – Марьяна перешла на деловой тон. – Другие варианты есть?

– Есть, – генеральный тяжело вздохнул. – Вытурить его отсюда и дать проспаться. Он человек-то не злой, иначе прислал бы ребят, а не сам приперся. С налоговой я завтра разберусь, позвоню, предложу обучение, у нас там свои люди. Но Штыря нужно убрать, он же по самый воротник… Скоро мониторами начнет швыряться. Я его с института знаю, всегда такой был. Маша, ты же гений, сделай что-нибудь, а?

Марьяна подумала. Потом подумала еще.

– Он один или с охраной? Там за дверью не его пацаны? – спросила она наконец.

– Ну да, а что?

– А ничего. Сейчас мы его отсюда в момент выведем. Идите к нему, только близко не стойте.

Саша удалился, а Марьяна метнулась к Введенскому.

– «7-UP»! Быстро!

Артур выпучил глаза.

– Сушняк?

Но Марьяна уже рылась в его рюкзаке. Найдя там неизменную емкость, она бросилась на пустую кухню, запихнула закрытую бутылку в микроволновку, включила печь и рванула обратно к программерам.

– Ты что, мухоморов наелась?

Марьяна приложила палец к губам.

Прошло минуты две.

Шандарахнуло так, что завибрировали стеклопакеты. В тот же миг в офис ворвались давешние парни-прохожие, что-то вопя и размахивая пистолетами. Штыря один из них, закрывая телом, мгновенно выпихнул наружу. Второй прикрывал отход, яростно скалясь.

Александр выглянул из кабинета.

– Что это было, а?

– Газировка, – безмятежно отозвалась Марьяна, – и микроволновка. Можете вычесть из зарплаты.

Пока Введенский старательно гоготал, гендир помчался извиняться перед любимым клиентом. Вернулся он довольно быстро, благостный и счастливый.

– Фу, уехал. Пришлось рассказать, что унитаз взорвался. Ваня в шоке. Пойду с налоговой разруливать, он теперь здесь долго не появится.

– Кстати, Саша, мне бы сегодня уйти пораньше, – пользуясь моментом, сказала Марьяна. – Можно?

– Можно, – барски кивнул генеральный.

Глава пятнадцатая,

в которой приключения не кончаются, а героиня продолжает удивлять сама себя

Примчавшись в «Езду», Марьяна поспешила на рабочее место. На компьютере ее поджидал отмеченный красным флажком e-mail от Эдуарда.

«Яна, зайдите, пожалуйста, в переговорную ровно в 16:30. Сварите кофе на троих, сервируйте, как положено, и захватите с собой. Приказ Инны Вячеславовны. НЕ ПОДВЕДИТЕ».

Да что я им, кухаркой нанималась! Однако, поразмыслив, Марьяна решила, что ничего унизительного в этом нет, особенно за такие деньги.

Ровно в указанное время девушка ногой постучала в дверь переговорной – руки были заняты подносом.

– А вот и кофе! – воскликнул изнутри Эдуард. – Яночка, входите!

Марьяна вошла.

В кожаных мягких креслах вокруг выдвинутого на середину столика сидели: Эдик, потирающий ладони, Инна Вячеславовна, прекрасная и надменная, с легкой улыбкой на змеиных губах, и Штырь. Иван Сергеевич Штырь. В углу комнаты прислонились к стене бдительные телохранители, пристально посмотревшие на Марьяну.

– Кофе! – развязно воскликнул Штырь. – Это разве кофе! Вот во Франции – кофе! Во Франции – вино! Божоле! Я тебе говорю, Эдик, – хочу своих ребят премировать, а ты мне говоришь – кофе!

Эдуард кивал и улыбался. Марьяна так и стояла у двери, не понимая, что происходит.

– Иван Сергеевич, – подала голос Инна, – сегодня 13-е ноября.

– Ну, – согласился Штырь.

– А праздник божоле начинается 16-го.

– Ну. Три дня еще.

– Но вы собираетесь отправить во Францию 42 человека, у половины из которых, по вашим словам, нет паспортов.

– Инночка, у вас государственный ум! – восхитился Штырь. – А у меня – куча денег, вы даже не поверите, какая куча. Так что же вы не хотите эту кучу взять и сделать для меня взамен такую малость? Эй, девка! – обернулся он к Марьяне, – вот ты знаешь, что такое бо-жо-ле? Откуда тебе!

– Яночка, – захихикал Эдуард, – вы не обижайтесь, Иван Сергеевич шутит. Он всегда шутит. Мы ведь еще с института знакомы… Вы знаете, что такое божоле?

– Я уважаемый человек! – вдруг гаркнул Штырь. – Я битый час сижу в вашем гадюшнике! Да я слово скажу – вас не будет!

Марьяна негромко кашлянула.

– Божоле, – сказала она голосом экскурсовода, – молодое вино, производимое из винограда сорта «гамэ». Благодаря краткому сроку созревания употребляется непосредственно в год урожая. Традиционно праздник молодого вина начинается в третий четверг ноября. Но, на мой взгляд, – она аккуратно поставила поднос на стол, – пить этот перебродивший компот могут только плебеи. Кстати, так традиционно и было, пока виноделы не сговорились.

– Шо? – не понял Иван Сергеевич. – Ты чего несешь?

– Яна, уймитесь немедленно, – сквозь зубы прошипел Эдик. – Вы что делаете?..

Только Инна была невозмутима как сфинкс.

– Мой дед такую сивуху из черноплодки гнал, – продолжала Марьяна. – Мы божоле студентами пили, когда денег не было, – один в один. Полный отстой! И, кстати, наливают в любом московском кабаке, незачем во Францию мотаться. А бутылки с ним еще и взрываются, представляете? Бабах! – девушка схватила одну из чашек и швырнула ее в стену.

Эдик схватился за сердце.

Охранники зашевелились в своем углу. Штырь медленно встал.

– А вы ведь уважаемый человек, Иван Сергеевич, и ребята у вас наверняка достойные, – светски улыбнулась Марьяна. – Зачем вам эта кислятина? Наша фирма может предложить более интересные туры, оформить все без спешки, правда ведь, Инна Вячеславовна?

– Именно об этом я и пыталась сказать, – кивнула та.

Штырь медленно сел.

– Экгхм, – выдавил он, сцапал кофе и одним глотком выпил. – Взрываются – это плохо.

Третью чашку всосал Эдуард. Это привело его в чувство.

– Ужасно, ужасно! – подхватил он. – А вот мы можем сделать вам Кайзербал! Австрия! Зима! Император! И ничего не взрывается. Идите, Яночка, спасибо за кофе.

***

Марьяна сидела за своим столом. Ее трясло. Она не понимала, почему ей так плохо и мерзко на душе. Через час прибежал Эдуард, расточал комплименты, радовался как младенец – они-таки всучили Штырю австрийский тур на несусветную сумму, – но от этого стало еще гаже. Она сунула руку в сумочку, пытаясь нащупать Ливси, но почему-то вытащила мобильник.

– Артур, – сказала она, – пошли в твою рыгаловку?

Приложение 5

СЕМЬ СПОСОБОВ НЕ ЗАСНУТЬ НА РАБОТЕ

1. Фармацевтический. Купить стимуляторов: настойки эхинацеи и элеутерококка, «Негрустин». Все это аккуратно смешать с пятью чайными ложками «Нескафе» и выпить с кипяченой водой. Недостаток : невкусно; будет ломка.

2. Физиологический. Умыться ледяной водой. Через 15 минут повторить. Далее по мере надобности. В конце концов, запершись в туалете, можно и вздремнуть. Недостаток : дверь откроют, а вас вздрючат.

3. Физический. Аккуратно распрямить две скрепки. Полученными проволочками закрепить глаза в раскрытом состоянии. Стараться не моргать. По мере сгибания — менять проволочку. Недостаток : больно.

4. Музыкальный. Громко петь веселые жизнеутверждающие песни. Недостаток : менее уставшие коллеги могут не понять; ваше пение они быстро прекратят, а вас вздрючат.

5. Адреналиновый. Пойти к начальнику, сесть на его стол и потребовать немедленного повышения зарплаты, собственный кабинет и четырехнедельный отпуск. Недостаток : сон может пропасть надолго.

6. Идиотский. Не пить накануне вечером, выспаться дома, утром позавтракать, сделать зарядку. Недостаток : пропадает смысл жизни.

7. Фантастический. Поработать. Недостаток : во-первых, вздрючат, а во-вторых, где же взять столько работы, чтобы целый день не спать?

ПЯТЬ СПОСОБОВ ВЫКРУТИТЬСЯ, ЕСЛИ ВАС ЗАСТУКАЛИ

1. Исторический. Напомнить начальнику, что Менделеев придумал во сне периодическую таблицу.

2. Самоуверенный. Напомнить начальнику о своих заслугах, упирая на то, что великим людям требуется частый отдых.

3. Наглый. Воскликнуть: «Ба! А вы как раз мне снились! Сон в руку».

4. Способ Штирлица. Отрицать факт сна, уверять, что храп послышался, а вы просто глубоко задумались о судьбах компании.

5. Провидческий. Проснуться за несколько секунд до появления начальника.

Недостаток : все эти способы не работают. Вас обязательно вздрючат.

Чрезмерно успешная работа – наказуема

Глава шестнадцатая,

из которой следует, что чрезмерно успешная работа наказуема

Введенский окончательно достал. Любой другой на его месте давно бы. А этот ведет себя как пятиклассник из хорошей семьи, только что портфель не помогает носить. Паладин, блин, Ланселот недоделанный. Что ему еще непонятно, спрашивается?

Марьяна обнаружила, что опять держится за мобильник, и в последний момент засунула телефон в сумочку. Обойдется. Ну его на хрен, тормоза рыжего. Да и дрыхнет он еще, небось, в девять-то утра. Девушка вошла в «Езду».

После обязательного группового акта любви к фирме Эдик, сияющий, как рассвет над Хиросимой, объявил:

– Друзья! До Нового года осталось меньше месяца. Итоги подводить рано, однако уже сейчас видно, сколь многого мы достигли за этот год. И все благодаря вам! Но нет предела совершенству. У меня для вас две новости: хорошая и замечательная. Начну с хорошей. На этих выходных наша компания устраивает для вас инсентив-программу – корпоративный тренинг с выездом за город. И замечательная новость: поедут все!

Народ безмолвствовал.

Потом, опомнившись, зааплодировал.

***

В несусветную субботнюю рань вялые работники «Езды» тряслись в некогда комфортном «Мерседесе». Спать в раздолбанных креслах было невозможно. Кроме кресел, сну активно мешал Эдуард, решивший ознакомить подчиненных с программой мероприятий.

Выходило, что в пансионате «Бахтино Royal» их ждало расселение в отличные двухместные номера и легкий завтрак. Затем планировалась вступительная лекция в исполнении тренинг-менеджера, легкая разминка и, наконец, гвоздь программы: деловая игра, о названии и целях которой все узнают в свое время. Марьяна зевала и злилась на себя, на Эдуарда, на эту чертову, никак не начинающуюся зиму.

Пансионат встретил группу угрюмым молчанием. Расселили их по-пионерски: девочек с девочками, мальчиков с мальчиками, в алфавитном порядке. Соседкой, как назло, оказалась Ирочка. Она доставала из сумки голубенькую пижамку, зубную щетку, какой-то глянцевый журнал и щебетала, щебетала, щебетала – о погоде, диете, разгрузочных днях… Ощутимо хотелось есть. К этому времени Марьяна обычно варила себе кофе. Под веселое шкворчание яичницы. С ветчиной. И зеленым луком. Хватит, а то точно кого-нибудь покусаю, подумала Марьяна. Ирочку, что ли, съесть, чтоб заткнулась. Одна надежда – скоро завтрак.

Растворимая каша, чай из пакетика и крекеры в ассортименте. Легкий завтрак, обещанный Эдиком, поражал воображение. Выйдя из столовой, Марьяна стала догадываться, что именно везли с собой в объемистых пакетах более опытные сотрудники.

После кормления все собрались в верхнем холле своего корпуса, где их поджидал тренинг-менеджер Геннадий Фридрихович Жувайтис. Можно просто Геннадий.

– Все вы наверняка знаете о важности доверия и взаимопонимания в коллективе, – голосом унылого пеликана сообщил Геннадий, хлопая белесыми ресницами. – Сейчас я подробно расскажу вам о том, какими средствами…

Этот кошмар продолжался полтора часа, причем приходилось конспектировать. Эдуард бдительно следил за тем, чтобы никто не филонил. Добиться взаимопонимания Жувайтису удалось с блеском: все понимали, что скоро покалечат зануду.

– Надеюсь, вы удовлетворены, – неожиданно подытожил лектор. – А теперь мы сыграем в увлекательную игру «Волк и семеро козлят». Вот тут в синем ведерке бумажки с ролями, пусть каждый вытащит себе одну…

Весь следующий час «козы» и «волки» старательно пытались прорваться к «козлятам». Марьяне вспомнилось золотое детство, пионерлагерь и веселые состязания. Привычно затошнило, но деваться было некуда.

Однако к концу игры, когда почти все «козлята» были съедены или умерли с голода, народ заметно расшевелился. Даже Марьяна плюнула на младенческие комплексы и азартно блеяла.

Затем Эдик объявил кофе-брейк. В нижнем холле был сервирован стол: кружки с растворимым пойлом и четыре коробки, формой напоминавшие гробы. О том, что это конфеты, догадаться было мудрено: на траурных черных крышках рубленым шрифтом было крупно написано «ДОЗА» и ниже, чуть мельче, «серотонина». Этот шедевр был порожден одной известной дизайнерской студией, уверявшей, что розочки на шоколадках давно неактуальны. Однако косные потребители с опаской отнеслись к «Дозе серотонина» и потреблять ее наотрез отказывались. В результате фирма-производитель сбагривала по демпинговой цене залежи неликвида на разнообразные корпоративные мероприятия.

Когда с кофе было покончено, снова появился Геннадий и поведал:

– Теперь мы переходим к замечательной и прекрасной игре, ради которой все мы здесь сегодня собрались. Итак…

Глава семнадцатая,

в которой доказывается непреходящая ценность Пушкина для русского человека

… и так Марьяна стала убийцей в игре, которая называлась «Двадцать негритят».

***

Для тех, кто не помнил, в чем суть романа Агаты Кристи, Геннадий рассказал об острове, отрезанном от мира, о людях, которых убивает одного за другим таинственный злодей, причем в строгом соответствии с детской считалочкой.

– Они все умерли, и только потому, что перестали доверять друг другу, – Жувайтис потряс в воздухе пальцем. – А у вас будет прямо противоположная задача: выжить, сплотившись! Вас двадцать человек. Один – убийца. Вы должны будете вычислить его, сведя жертвы к минимуму. Помните, что убийца не станет сидеть и ждать! И у вас есть только один шанс: собрать настоящую непобедимую команду!

Затем все были отправлены по своим комнатам, чтобы ровно в 15:00 начать игру. Когда озадаченные сотрудники расползлись, Геннадий остановил замешкавшуюся Марьяну в холле.

– У меня к вам будет особое поручение, – негромко сказал он. – Вы последняя, да и Эдуард Евсеевич именно вас рекомендовал на эту роль… Вы и будете убийцей. Пойдемте, объясню ваши задачи…

***

Короче, двоих она уже укокошила. Не то чтобы взаправду – просто тихонько отвела в соседний корпус. Там было организовано загробное царство под управлением Эдика, который в маразме не участвовал.

Правила были просты: корпус заперли, ключ – у убийцы. Цель: вычислить оного и выйти на волю.

– Вот мы сейчас сидим вместе, давайте так и будем сидеть, – предложила какая-то тетка из бухгалтерии, когда игра началась и все собрались в холле.

– Нельзя, – отозвался из угла Геннадий.

– Ну тогда… – глубоко задумалась бухгалтерша, – давайте предложим убийце честно во всем сознаться!

– Не сознается, – убежденно сказал Пушкин. – Хитрая тварь!

Марьяна пообещала себе припомнить Пушкину эту характеристику, а вслух спросила:

– А если по своим номерам запереться?

– Нельзя. Задача в создании команды.

– А что же можно?!

– Ну как… гулять тут везде… разговаривать… разное можно, – тренинг-менеджер выглядел растерянным. – Но если чего-то нельзя, я сообщу.

Ирочка, которая выглядела перепуганной, будто ее на самом деле хотят убить, пискнула:

– Давайте ходить друг к другу в гости…

Ее бурно поддержали гостиничные менеджерицы.

– Правильно, Ирка, давай к нам, посплетничаем…

– Вы ведь будете помнить о цели игры? – неуверенно предположил Геннадий, но девушки уже усвистали. Им было глубоко наплевать на эту идиотскую игру. Прочие последовали их примеру, только Марьяна, так ни с кем и не сдружившаяся в «Езде», осталась одна. Впрочем, ей это было на руку.

***

Раз в пятнадцать минут Геннадий совершал обход корпуса на предмет шпыняния нерадивых и выявления убиенных. В одной из комнат он не позволил мужикам расписать пульку, в другой – реквизировал ноутбук со свежим сериалом. Люди невзлюбили Геннадия.

Двух своих жертв Марьяна отловила довольно быстро, причем обоих – у дверей Пушкина. Однако когда их исчезновение обнаружилось, народ перестал ходить поодиночке. Да и вообще ходить перестал, невзирая на увещевания Жувайтиса. Нагло ухмыляясь, ему сообщали, что вошли в роль и им страшно. А ну как убьют…

Так прошло четыре часа. Народ скучал, игра стояла, Геннадий гундел и чуть не плакал. Где они его такого откопали, думала Марьяна. Ей почему-то казалось, что тренинги должны проходить как-то иначе. Девушка вышла в коридор, дозрев, наконец, до звонка Артуру, и вдруг увидела, как Пушкин открывает перед Ирочкой дверь своей комнаты. Впустив Ирочку, Пушкин хлопнул себя по лбу и куда-то рванул. Ага, ухмыльнулась Марьяна, хитрая тварь, значит.

Глаза Пушкина, когда она предъявляла ему ключ – знак своей власти, – были очень-очень большими.

***

Смерть Пушкина глубоко всколыхнула общественность. Народ активно зашевелился, забегал. Складывалось ощущение, что Пушкин был «ихним всем». Особенно свирепствовали мужики, но и дамы не отставали.

– Товарищи! – гремела бухгалтерша, забравшись на стол в холле. – Убийца распоясался и оборзел!

– Линчевать! – поддержали ее нестройные выкрики.

Геннадий выглядел очень довольным.

– А я знаю, кто убийца, – тихо сказала секретарша Маша. Ее хрустальный голосок прозвенел для Марьяны похоронным колоколом. Все заткнулись.

– Это Ира, – продолжила Маша, – она последняя к Пушкину ходила. А после нее… У, зараза!

– Я? – Ирочка побледнела. – Ребята, да вы чего?..

– Пусть ключ покажет! – с высоты своего положения велела бухгалтерша.

– Да нету у меня никакого ключа… – всхлипнула Ирочка. – Пушкин вообще за штопором побежал…

– За чем, простите? – осведомился Геннадий. – Так-так…

Ирочку немедленно возненавидели все и сразу. Только Марьяна ничего не понимала.

– Обыск! – рявкнула бухгалтерша и уточнила: – В комнате тоже.

Глава восемнадцатая,

в которой убивают по-настоящему

Ключ валялся в комнате, прямо на ковре. Марьяна вспомнила, когда могла его обронить: после убийства Пушкина, когда лазила в карман за крокодильчиком, которому исповедовалась после каждого трупа.

Ирочка рыдала. Работники «Езды» вошли во вкус и азартно стыдили преступницу, не слушая истеричных оправданий. Марьяну замутило – приличные люди, а ведут себя… напились они все, что ли?

– Ну хватит, – вмешалась она, – оставьте ее в покое. Это я ключ обронила. Геннадий, скажите им.

Жувайтис покачал головой.

– А я не знаю, кто убийца, вы уж сами разбирайтесь.

– Да чего ты ее выгораживаешь? – злобно прозвенела Маша. – Без году неделя! Что ты вообще о ней знаешь? Она и Эдику на всех стучит…

– Так ведь все стучат, – захлебывалась слезами Ирочка. – За что вы меня так?

– За мокруху! – радостно захохотали коллеги.

***

Игра закончилась. Зареванную убийцу с гордостью продемонстрировали Эдуарду, тот хмыкнул и предложил уточнить у покойников. Те единодушно показали на Марьяну. Невиновную Ирочку это, впрочем, не спасло – на нее по-прежнему смотрели волком.

Выяснилось, что у Пушкина в номере хранился «золотой запас»: все взятое с собой бухло, которое было строго запрещено во время игры. И все потихоньку бегали к нему сосать вискарь, только Ирочке захотелось вина… Эдуард, по идее, должен был взбелениться, узнав про алкоголь, но он выглядел чрезвычайно удовлетворенным.

– Итак, подведем итоги, – заученно произнес Жувайтис. – На примере нашей игры вы убедились в том, что взаимное доверие и чувство локтя обязательно приведут команду к победе.

Он что, совсем дебил? Марьяна не выдержала:

– А вам не кажется, что игра с блеском провалилась?

На нее зашикали.

– Отнюдь, – ответил Эдуард. – Игра удалась. Инна Вячеславовна будет очень довольна результатами, и вам, Яночка, большое за это спасибо. И большое спасибо Ирочке… а кстати, где она?

Иры в холле не было. После разбора полетов Марьяна обнаружила ее в номере, яростно собирающую вещи.

***

После ужина народ продолжил бухать, теперь уже совершенно законно. Марьяну приглашали присоединиться, но она, сославшись на усталость, ушла спать.

Наутро вялые и похмельные сотрудники кое-как исполнили обязательный даже здесь гимн, сильно удивив Жувайтиса. Ирочка уехала еще до того, как все проснулись, ни с кем не простившись. Но с утра такие мелочи никого не волновали, потому что последствия ночного нажора чувствительно довлели. При виде завтрака многие отворачивались и мучительно сглатывали вчерашнее.

Жестокий Жувайтис тем не менее согнал всех в большой спортивный зал, поделил на две команды и велел в каждой разбиться на пары.

– Это будет веселая и увлекательная разминка! – бодро прокричал он. – Каждая пара берет ведро цвета своей команды и держит его в четыре руки. Я выпускаю на пол клиентов.

С этими словами он достал из пакета трехлитровую банку. В банке вставали на задние лапки и поводили мордочками пять белых мышей.

– По счету «три» ловите клиентов ведрами. Побеждает команда, у которой окажется больше клиентов. Раз… два… ТРИ!

Перепуганные клиенты заметались по полу. Игроки, сталкиваясь и ругаясь, пытались бегать парами, держась при этом за ведро. Получалось не очень. Марьяна в паре с гостиничной девицей первыми ухитрились накрыть мыша.

Через полчаса визгов и криков четыре мыши нашли свое место под ведрами, по две у каждой команды. Оставался последний клиент, самый юркий. За ним гонялись азартно, применяя хитрые подсечки и выбивая у противника ведра. Наконец Пушкин с напарником загнали животное в угол, и тут на них напрыгнул раскрасневшийся Эдик. Пушкин удержался, схватившись за шведскую стенку, а напарник с грохотом упал на мыша. Клиент пискнул и затих навсегда.

– Победила дружба, – мрачно констатировал Пушкин, потирая коленку.

Барышни столпились вокруг и жалели зверюшку, а Эдуард цинично заметил:

– Да ладно вам, они все равно кормовые. Не нам – так удаву.

Настроение у всех было испорчено, и когда Жувайтис попытался объявить следующую деловую игру, его послали перечитывать Паркера. Эдик хотел пригрозить подчиненным, но махнул рукой и вызвал автобус.

***

Пока народ безрадостно собирал шмотки, Марьяна говорила с Артуром. Наплевав на секретность, она рассказывала ему про местные забавы.

– А ты чего хотела? – не удивился тот. – Упыри – они упыри и есть. Шла бы ты оттуда, мать, пока не поздно.

– Ты что, опять там наклюкался? – подозрительно спросила Марьяна. – Какие еще упыри?

– Послышалось, – буркнул Артур.

Content

Егор Трубников
Хроники зеленого крокодильчика

Служанка двух господ

Приложение 1

Спасение утопающих

Приложение 2

Вольные песни счастливых племен

Приложение 3

Назвался груздем – лечиться поздно

Приложение 4

Пришел клиент – туши свет

Приложение 5

Чрезмерно успешная работа – наказуема