MrDog

Эволюция

Глава 1. Эх, жизнь моя червячная

Ранним утром понесло меня в магазин, очень уж кушать захотелось, а в холодильнике шаром покати. Но не стоило, наверно, на красный свет дорогу перебегать. Визг тормозов, пронзительный гудок, удар, боль, тьма. Всего-то третий десяток разменял, обидно. Но чего уж там, сам виноват. Сознание благополучно окуталось дымкой и начало растворятся в неге. Щаз! Фиг вам, я про такое сотни раз читал в столь любимых книгах про попаданцев и прочих вселенцев. Будем сопротивляться, глядишь, и правы авторы окажутся. Как бишь там — миллиард китайцев не могут ошибаться!

Угу, легче сказать, чем сделать; самый страшный враг разумного — это он сам. Лень, апатия и покой, противостоять этой могучей тройке, когда у тебя и так все зашибись, не просто сложно, а практически невозможно. Но я старался. Единственной мыслью было желание сохранить себя и куда-нибудь «попасть». Собственно, если бы не заданная цель, фиг бы я себя сохранил, а так, ничего, держался вроде. Особенно помогал перебор возможных вариантов и буйная фантазия.

Сколько времени прошло, без понятия, но в некоторый момент все как-то резко изменилось. Правда, осознал я это не сразу, увлекшись мыслями о том, как бы и чего натворил бы, оказавшись там-то или сям-то, став тем или этим. В принципе, это-то меня и спасло на тот момент. Душу, разум, ментальную оболочку ауры, или что там у меня было, и кем я после смерти человеческого тела являлся, притянуло к какому-то зубастенькому червячку или, скорей, к личинке. Только что родившейся, надо заметить.

В отличие от товарок, кинувшихся жрать друг друга и просто всех, кто под руку подвернется, мое тельце преспокойно пошло ко дну. Приземление в ил меня и вернуло в суровую реальность. Что сказать? Попал, товарищи. Ура! На этом, собственно, плюсы и заканчиваются, а минусы начинаются.

Доставшееся мне тело обладало чем-то вроде генетической памяти и она, плюс инстинкты, оперативно слились с моей, хм, пусть будет «духовной сущностью», и быстренько заставили загрустить. В процессе объединения случилась интересная бяка: всё, что нашло хоть какое-то отражение в разуме, обрело смысл. Даже не так, проще, — обрело название, получило понятия из прошлой жизни. И главным из них стало определение моего вида — зерг! Я, мать его, личинка изначального зерга. Печаль, беда, огорчение. Мой новый дом — мир где буйство жизни круче чем в джунглях, и все друг другу корм. Короче говоря, ужас и полный мрак.

Так, не раскисаем, думаем. Разум — главное оружие попаданца, каковым я, бесспорно, нынче и являюсь. Вот и будем его активно использовать. Начнем с анализа. Ведь не может все быть настолько плохо и бесперспективно. Первое и главное — я не просто жив, я все еще жив. Второе — перспективы. Третье — биологическое, а может, и не только, бессмертие. Хотя вот насчет последнего даже и не знаю, благо это или проклятье. Впрочем, невозможность помереть от старости вовсе не исключает смерти как таковой. Открутят головенку, и окочурюсь как миленький. Не факт, вообще-то, но вот если целиком схарчят, так точно кони двину, с гарантией.

Над последним вариантом позволил себе некоторое время подумать. Очень уж соблазнительно было сменить эту жизнь на что-то более приличное. Но пришлось отказаться. Тут и страхи имели место быть, и просто как-то неправильно отступать, не попытавшись побарахтаться. Опять же, перспективы более чем интригующие. Мне ведь доступна эволюция! Причем, в отличие от триллионов таких же личинок, не случайно-спонтанная, а вполне себе осознанная.

Вообще, зерги довольно интересные в этом плане существа. По моему мнению, сами по себе они появиться не могли, хотя, с другой стороны, чем мать-природа не шутит. Во-первых, у меня имеется что-то вроде готовой базы генных шаблонов для выращивания всяких ножек, лапок, ганглиев, и прочего ливера с тентаклями. Причем настолько огромная, что количество возможных комбинаций просто невообразимо. Во-вторых, я могу ее пополнять, как пожирая кого-нибудь, так и занимаясь конструированием с нуля. В-третьих, нам, зергам, дано еще что-то вроде интуиции. С одной стороны, она не позволит создать нечто нежизнеспособное, а с другой, подскажет, что для изменения организма нужно.

Кстати, о нуждах, что-то я в песочке залежался, жратеньки сильно-сильно хочется. Вот только как бы самому пищей не стать. Я нынче крошечный червячок с остренькими зубками, нежненьким тельцем и объемным зрением сонарного типа. И мой встроенный эхолот имеет весьма паршивый радиус действия. Ну-с, поплыли, что ли, за пищей телесной, один черт, с духовной тут как-то совсем никак.

Спасибо инстинктам тела, проблем с передвижением не возникло. Всосал воды, вытолкнул из задницы, и понесся вперед аки кальмар эдакий. Путь мой лежал к чему-то вроде водорослей. Растения, конечно, не мясо, оно-то куда полезней, и массу с него в разы сподручней набирать, но больно уж его добыча рискованна. Буйное тут мясо. Ой, буйное. Даже с падалью связываться опасно. Так что будем жрать травушку-муравушку. Спешить мне все равно некуда.

Благополучно добравшись до зарослей водной растительности, забился в глубь, и выбрав ближайший стебелек, приступил к трапезе. Ага, легче сказать, чем сделать. Попробуйте коническими зубами травку пожевать, замаетесь. Про мерзкий вкус вообще молчу. В общем, я оказался на положении тех мышей, что кактус жрали. Во всем этом извращении одна радость — желудок у меня что угодно переварить мог. Так что, с горем пополам, но массу начал набирать.

По ощущениям тепла-холода, прошло несколько дней, за время которых удалось раз в десять вырасти. И тут меня ждал большой сюрприз. Тело самопроизвольно приступило к процессу размножения, выдав тьму-тьмущую икринок. Мало того, что я себя с мужским полом все еще ассоциирую, так этот встроенный механизм размножения стоил мне двух третей накопленной массы. Спасибо, хоть интуиция уведомила, что больше такого не повторится. Верней, теперь сие мне стало доступно в осознанном варианте.

Обидно блин, почти ведь набрал запасец для самых дешевеньких шаблонов эволюции. Хотя, конечно, все логично, тут не поспоришь. Встроенный механизм поддержания численности базового вида, очень, надо сказать, эффективный. Точно, искусственно кто-то зергов создал. Эх, ладно, чего уж там, продолжаем жрать водоросли и мечтать о лучшем. Заодно, можно еще и планы на будущее построить. С ними, вообще-то, все просто. Стоило определить два основных условия, как мозги провернулись и быстро выдали решение. Первое, что меня сильно волнует — безопасность себя любимого, второе — обильное питание. Вот от этого и будем танцевать.

Лучший выход — колония общественных насекомых. Тут и самому за едой бегать не придется, и за место вожака сражаться не надо. Опять же, про муравьев, термитов, пчел и прочих ос я еще по земной жизни кое-что знал. Вообще-то, в моих шаблонах имелась всякая паранормальщина, то ли телепатия с телекинезом разных видов, то ли вообще какая-то магия, сложно точно сказать. Лучше всего подходил размытый термин пси-сила, но я и в земной-то жизни смутно себе представлял, что это такое, и чем от колдунства отличается. Увы, для получения самых простеньких способностей одной только нервной ткани требовалось где-то под килограмм, при том что я нынче целиком меньше грамма вешу. Так что не судьба мне пока других под контроль брать. Придется довольствоваться убогой заменой на феромонах.

Набрав нужной массы и запасшись необходимыми веществами, провел первую в новой жизни эволюцию. Изменил пасть и пищеварительную систему. Ох, как же меня корежило, когда организм перестраивался. Просто мечта мазохиста этот эволюционный скачок. Зато теперь водоросли стали вполне себе приятной пищей, а уж как эффективность извлечения питательных веществ возросла, просто загляденье. Теперь вес рос как на дрожжах, а значит, можно было начинать готовиться к выходу из водной среды в воздушную.

Вторым преобразованием стали четыре пары щупалец, заготовки под будущие лапки. Третьим — выращивание пальцев. С этим, кстати, возникли проблемы, готового шаблона в базе не нашлось, а сконструировать его с нуля оказалось не так-то просто. В итоге обзавелся суррогатом, просто на той паре, что ближе к голове располагалась, вырастил пять дополнительных щупалец с коготками на концах. Вполне себе приличные руки получились. Даже, пожалуй, получше человеческих. Свобода движения «пальцев» была о-го-го какой. В общем, вполне себе доволен результатом остался.

* * *

Великий нынче день, четвертая эволюция дала мне глазки. Как-то настолько уже привык к своему сонару, что несколько подзабыл о них. Если бы в процессе обдумывания рабочих конечностей мне в базе шаблонов всякие клешни не попались, так бы и не вспомнил о таком замечательном существе, как рак-богомол, и его шикарных глазках о шестнадцати типах фоторецепторов. Так что нынче я более чем глазастый тип. Вижу в куче спектров, да еще и сонар свой улучшил немного. Фиг кто теперь ко мне незаметно подберется.

С появлением глаз жить стало веселей, жить стало страшней. Ну и живность в округе обитает, жуть просто. Сплошной фильм ужасов. Зубасто-клыкасто-мордастые уроды туда-сюда плавают и друг друга жрут. Просто брр и нет слов. Впрочем, сам я тоже тот еще красавец. Темно-оливковый червяк со щупальцами и фасеточными глазами на стебельках, в разные стороны торчащими. Куда полезней было узнать, что мое нынешнее пристанище по сути есть мелкая речушка, и до берега всего-то метров пять-шесть. Хотя насчет расстояния не все так просто. Человеческий разум как-то привык отталкиваться от иных габаритов, все вокруг для меня нынче просто гигантское. Потому и привычные единицы измерения оцениваю, по сути, в тот еще плюс-минус лапоть.

Меланхолично грызу водоросли, пялюсь на творящийся вокруг беспредел, скучно. Вон, какая-то минога из засады протаранила насквозь копьеобразной головой рыбину, утыканную шипами, ловко. Увы, попировать ей не дали, что-то похожее на щуку на нее налетело и башку откусило. Следом и еще местные подтянулись, сходу вырывая куски и уносясь с ними вдаль. Вскоре от побежденного и победителя даже костей не осталось. Большую часть щука сожрала, меньшую — халявщики. Обычное дело, сотни раз на дню такое вижу. О, интуиция радует сообщением, что можно тело улучшать. Ну-с, приступим к сеансу мазохизма. Пора обзаводиться ядовито-кислотной кровью в духе Чужих. Весьма полезное дело, хоть и жутко дорогое. Снова стану крошечным, больно уж глобальная перестройка организма. Ничего, как усохну, так и отъемся.

* * *

Сколько месяцев я на дне просидел — без понятия, считать дни было как-то лень, тем более, что по ощущениям тут в сутках куда больше часов, чем на Земле. Просто в какой-то момент пришло понимание, что если и дальше буду водоросли жрать, то просто одичаю. И так уже чем только не обзавелся. Маленькая, можно сказать, микроскопическая, машина смерти. И кислотой ядовитой плюнуть могу, и шипами, ею покрытой, запулить, и хвост у меня куда лучше, чем у того же Чужого, да еще и электричеством зарядить может. Отдельная гордость — гибрид хитинового и костяного панциря, покрытого кожей навроде той, что у хамелеонов. Как говорили на земле любители компьютерных игрушек, «имба».

Все, выращиваем нормальную дыхательную систему, а то из-за кучи органов и жуткой сложности организма пришлось обзавестись жабрами, кожное дыхание перестало справляться. Да и метаболизм нынче бешеный, водоросли в пищу хотя и годятся, но набор массы уже хуже, чем в первые дни. Практически никакой. Так что — да здравствует слизь, трахеи-легкие, и ну ее нафиг, растительную пищу.

Угу, легче сказать, чем сделать. Десять дней жрал в три горла, потом еще долго корежило, пока тело перестроилось. Вот не получается к этому никак привыкнуть, хоть тресни. Боль рождения, — в моем случае, перерождения, — никуда не уходит, и от сложности идущих преобразований почти не зависит. Вроде бы все, пора на сушу. Тем более, что время самое то, ночные хищники уже не охотятся, дневные еще не вылезли из нор. Конечно, на этой планетке в принципе нет безопасного времени, но все же шансы не быть мгновенно атакованным изрядно выше.

Водомет я в процессе эволюции сохранил, и в сочетании со способностями хамелеона удалось быстро и без приключений добраться до берега. Аккуратно высунул один глаз над водой и огляделся. Вроде нормально, ничего подозрительного не видно. Туман висит, что мне только в плюс, сонару-радару он вообще не помеха. Ладно, надо решаться. Прикинул маршрут до корней ближайшего древесного исполина и, мысленно сплюнув, начал втягивать воду.

Глава 2. Насекомое — звучит гордо!

В предутренних сумерках раздался всплеск, и из воды словно пуля вылетело нечто жуткое. Материальное воплощение кошмара размером со здоровенного паука неуклюже шмякнулось в полуметре от берега, но тут же вскочило на лапки и сменив цвет на грязно-зеленый с бурыми разводами шустро рвануло к лесу. Тенью пронеслось пару метров, ловко перепрыгнуло через упавшую ветку, и скрылось в траве.

Уф, добрался. Если не считать первого неудачного приземления, вызванного болью в заработавшей системе атмосферного дыхания, можно сказать, что тело прошло краш-тест на отлично. Хотя нервную систему стоит улучшить, явное несоответствие возможностей и реакции имеет место быть. Незначительное, конечно, но дьявол, как известно, в мелочах, и вообще, «нет предела совершенству!». А теперь копать, копать, и еще раз копать. Нужно обзавестись логовом, без него никак.

Руки мои для раскопок были приспособлены не так, чтоб плохо, но и на специализированные конечности не тянули. Впрочем, благодаря когтям и неплохим физическим возможностям организма удалось вполне оперативно зарыться где-то на полметра вглубь. Получившийся тоннель заложил вынимаемым грунтом, а используя слизь, создал вентиляцию. Я все же куда больше в дыхании нуждаюсь, чем обычное насекомое. Анаэробные способы, конечно, внедрить можно, да и запасы окислителей для химических реакций в организме создать не проблема, но каждое улучшение сильно скажется на метаболизме. И так уже, растительной пищей только функциональность тела поддерживать могу, практически ничего не накапливая. Обидно.

Ладно, логово есть, пора заняться его обустройством. И, в первую очередь, покрыть слизью. Вообще, у зергов это уникальная субстанция. Ей можно придать любые свойства. Причем, если сохранять ее, условно говоря, живой, и не забывать подкармливать, она сможет потом по твоему желанию изменяться. Чудесный материал, просто мечта конструктора. Потратил несколько часов кряду, производя слизь в товарных количествах. Покрыл ей всю внутреннюю поверхность норы и заставил принять вид чего-то вроде плотной темно-бурой кожи. В итоге получился живой мешок с отростком воздуховода и полостью в центре.

Теперь самое неприятное — создать пруд рождения. Проще говоря, заполнить имеющееся углубление-полость питательной субстанцией. Для это пришлось переработать часть собственного организма, просто неоткуда было больше взять нужных веществ. Так что жабр у меня нынче нет. Неприятно, но не смертельно, в воде я и без них пару часов продержаться смогу, да и вообще, лезть туда не планирую. Естественно, одной системой дело не обошлось, водомет тоже подвергся регрессии, а заодно и многие другие системы, на подводный образ жизни ориентированные. По большей части совсем-то я от них не избавлялся, так как в процессе эволюции отдавал предпочтение органам двойного назначения. Просто убирал часть функций.

Долго и болезненно было наполнять омут рождения, ну да ничего, осилил. Правда, усох, и в универсальности потерял, да и черт с ним. Процесс откладывания яиц с их предварительным «программированием» был хоть и неприятным, но, в целом, ничего сложного из себя не представлял. Фактически, все что требовалось — держать в голове конечный образ желаемого детеныша. Естественно, предварительно пришлось вырастить специализированную репродуктивную систему с набором нервных узлов, которые и позволили это провернуть. Ведь результат не из одного внешнего вида состоял. Там и последовательность мутаций от личинки до конечной стадии задавалась, и набор инстинктов-команд-инструкций был. В общем, если подумать, то все ой как сложно, но, слава создателю, кем бы он ни был в случае зергов, моя интуиция во многом все сводила к простому «хочу», ограниченному банальным «можется».

Последнее в моем случае определялось количеством питательной смеси в омуте, а ее катастрофически не хватало. Три гребанных яйца, из которых вскоре получится ровно три рабочих особи, вот и все, на что я мог рассчитывать. Конечно, можно было и больше, но в ущерб качеству. Ладно, пока эта помесь ядовитого муравья с кислотным богомолом растет, займусь расширением жилища. Все равно сидеть, поджав лапки, мне человеческая часть сущности не даст. Насиделся уже под водой-то. Да и кушать сильно хочется, надо бы хоть корешок какой погрызть.

Прорвав оболочку и обрызгав разрыв ферментами, по сути, приказав ей не зарастать (без понятия как это работает, само совершенно естественно получилось), принялся копать. Вынимаемый грунт трамбовал и поливал кислотой, выходили такие кирпичики, что-то вроде бетонных блоков. Физические нагрузки и постоянная выработка кислот со слизью быстро довели меня до ручки. Чувство голода превратилось в одно всепоглощающее желание — жрать! Вскоре удалось наткнуться на приличный корень и с наслаждением впиться в него. Ага, два раза, корень это вам не водоросль, и даже не трава, он, зараза, куда прочней. Ничего, пара плевков желудочным соком, и можно наслаждаться получившейся кашкой. Она даже мило шипела, пузырясь. Прям, как бы с перчинкой. Вот только метаболизм мой такой постной пищей был совершенно не удовлетворён. Репродуктивная система с функцией программирования потомства оказалась куда прожорливей всех ликвидированных и упрощенных систем, вместе взятых.

Промучившись часов, наверно, двадцать, плюнул на все и начал рыть путь на поверхность. Мысль была лишь одна — жрать! Много-много жрать!!! От чувства голода и ощущения, что понемногу сам себя перевариваю, потерял всякую осторожность и здравость суждений. Как удержался, чтоб детенышей не схарчить? Сам не знаю. Наконец, очередной остервенелый взмах конечностью привел к обрушению грунта и в образовавшуюся дыру проник свет. Еще пара мгновений, и я выбрался наружу. Тут все же удалось немного задавить голод, разуму инстинкты помогли. Замер, слился с местностью и начал искать жертву.

Буйство жизни — хорошо. Какие-то секунды, и удалось обнаружить вполне себе подходящий объект для охоты. Что-то вроде клопа, только с парой вытянутых жвал, типа ножниц. Куда и зачем он бежал, мне было наплевать, главное, что он оказался в пределах досягаемости моего шипомета. Две железы, расположенные где-то между глаз, выделили немного секрета, в результате чего в камере, расположенной у основания полой трубки, случился маленький бабах и трехгранный шип, обильно покрытый ядовитой кислотой и слизью, словно бронебойный снаряд ударил клопа в бок. Какой я, оказывается, меткий, даже не ожидал. Впрочем, моей заслуги тут и нет, инстинкты прилагающиеся к биологической винтовке сами на ять отработали.

Пробитая навылет жертва валялась на спине, неслабо приложившись об корень, и слабо сучила ножками. Голод, который вроде бы отступил, накрыл мощной волной, заставил забыть об осторожности и метнуться к добыче. Миг, и я рядом с поверженным, еще мгновение, и тело резко уходит вниз, одновременно выплевывая порцию кислоты. Черт-черт-черт, еле увернулся от харкнутой клопом гадости. Может, и не сильно бы мне от нее поплохело, но лучше не рисковать. Удар хвостом, легко пробившим панцирь жертвы и сильнейший разряд электричества, на который только способно мое тело. Все. Труп. Подхватив клопа, рванул к норе. Да начнется пир! И плевать мне на то, что главное блюдо — насекомое с наполовину расплавившейся и частично прожаренной тушей. Я уже давно не человек. А голод — лучшая приправа.

Хорошо-то как. Клопа хватило на один раз поесть от пуза и даже кое-какие остатки в омут рождения спихнул, личинки и слизь их схарчат. Безотходное производство, хе-хе. Жаль только, надолго мне этого не хватит. Часов через десять нужно снова на охоту. Хм, а чего-тянуть-то, — чтоб опять мозги голодом туманило? Нет уж, лучше мы запасец сделаем. Но вначале оборудуем выход нормальной крышкой, а то не дело это, с дверьми нараспашку.

Протянуть нитку слизь-кожи к выходу и сделать из нее заглушку оказалось не сложно. Вот сформировать что-то вроде мышечной ткани, чтоб не приходилось ее каждый раз рвать, было трудней. Хорошо еще, быстро сообразил не одной крышкой ограничиться, а небольшой участок живого тоннеля сделать. Вот в нем нечто вроде диафрагмы или сфинктера вырастить было плевым делом. Заодно и своеобразный шлюз вышел, удобно. За всеми этими делами выбрался наружу только вечером. Тут, в подлеске, было уже темновато, хоть мне оно и не мешало, но все же настораживало.

Медленно и аккуратно, вовсю используя свои возможности хамелеона, взобрался на корень и стал поглядывать по сторонам. Смешно, конечно, так говорить, у меня обзор одними только глазами практически сферический, про радар-сонар вообще молчу. Прибить тут можно много кого, букашек-таракашек вокруг тьма-тьмущая, и они постоянно друг друга жрут. Вот последнее как раз и останавливает. Разум — наше все, а у меня имеется шикарная возможность изучить типичных представителей флоры и фауны. Тут и растения далеко не безобидны.

Те же клопы, вон, более чем лихо от желающих до них добраться отмахиваются своими плевками и вполне на уровне своими челюстями-ножницами работают. Нечто плоское и вытянутое, похожее на таракана с парой лап-игл, отличается повышенной шустростью. Вон, какой-то сухопутный краб никак с тройкой нападающих справиться не может. Броня у него крепкая и сам он здоровый, но скорости и ловкости ему недостает. Пронеслось нечто вроде сколопендры, с каким-то жуком в жвалах. Здоровая гадина. В воздухе тоже весело, каких только монстров не летает, а уж какие пируэты выделывают. Хотя, надо сказать, что жуков, в земном понимании, я пока не приметил. Все больше вариации на тему ос жужжат.

С более крупной живностью тоже как-то не очень. В ветках что-то такое порхает, но мелюзгой вроде бы не сильно интересуется. Там, похоже, своя атмосфера. Из глубины леса тоже какой-то постоянный рык, вой и прочие звуки доносятся. Да уж, джунгли в самом страшном смысле этого слова. Хотя вот, если по деревьям и растительности судить, так тут скорее смешанный лес имеет место быть. С переизбытком всякой вьющейся гадости. Но вообще, насколько вижу, тут с травоядными плохо. Что, мягко говоря, странно. То ли их вообще не завезли, то ли, что верней, они давно закончились. Не, скорей их нишу всеядные заняли.

Пару раз видел, как из воды выбирались страхолюдины, видимо, изначальные личинки, что в результате случайной эволюции стали земноводными или кем-то этаким, двоякодышащим. Сожрали их быстро и без напряжения сил. Неприспособленными оказались. Мысли с неудачных новых видов переключились на то, как носящиеся вокруг род свой продолжают и дальше развиваются. Неужели спонтанно мутируют? Хм, ну, в принципе, могут, возможность такая есть. С размножением тоже, судя по сожранному клопу, все в порядке. Запрограммированные яйца в воду, а появившиеся из них личинки как отожрутся, пойдут проторенным маршрутом мутаций. А, собственно, что мешает тот же механизм и более развитым особям использовать? Да ничего, вон, тот же таракан со своими лапами-копьями на горбу вполне себе может и в зерлинга вымахать. Утратив в процессе роста ненужное и приобретя необходимое.

Думы думать, конечно, интересно и даже полезно, но пора бы и запасами заняться. От кого и чего ждать можно, теперь более-менее представляю, и, честно говоря, достойного врага своему шипомету, кислоте и бронебойному хвосту с функцией электрошокера не вижу. Во всяком случае, в соответствующей весовой категории таковых заметить не удалось. Да начнется охота! Бабах! Шип пробивает головогрудь клопа, шшшх-ххрусть, и хвост, рассекая воздух, крушит его панцирь. Разряд! Все, тело в лапы и забег до норы. Диафрагма разошлась, труп клопа закинул, пусть валяется пока в шлюзе, продолжаем охоту. Бабах! Таракана отбрасывает на стебель. Неудачно попал или, скорей, он просто более живуч. К тому моменту, как я до него добежал, этот недозерлинг успел развернуться и свои лапки-копья приготовить. Фиг тебе, членистоногое, у меня хвост длинней будет, а увернуться тебе не светит. Разнес противнику башку, заодно прожарив электричеством. Это хорошо, что разряд с ударом совместил, а то быть бы мне продырявленным. Конечно, это не смертельно, тем более, что он бы только до хвоста и дотянулся б, но все равно, членовредительства желательно избегать. Боли мне и в процессе изменений хватает.

Никогда не замечал в себе стремления охотиться, но тут меня, как говорится, «поперло». Десяток клопов, пятерка тараканов, сколопендра, какой-то паук, дюжина разнообразных жуков, нечто вроде богомола, и даже одна мелкая оса стали моими жертвами. С последней случайно вышло, ей кто-то крыло оторвал, она и шлепнулась буквально на меня. Как было такой шанс упустить? Видел я ее товарок в деле, вполне достойно держались в воздухе, а тут готовый организм. Хоть сейчас жри и копируй, можно даже не улучшать и так все что надо имеется. Не то, чтоб сильно нужно было именно крылатое создание, хотя я, честно говоря, об этом просто не задумывался. Муравейник-термитник, да, но зачем же себя ограничивать-то? Собственно, эта мысль меня и вывела из угара добытчика. Похоже, тут не просто сам по себе азарт охоты, но еще и прививаемые потомкам инстинкты как-то повлияли. Так, ладно, еды полно, пора в нору, там разберемся.

С добычей возникли неожиданные сложности. Мало того, что мне столько не сожрать, если, конечно, не идти в набор веса и не эволюционировать, что пока вроде как бы и не надо. Так еще и родилась мысль создать систему переработки и подпитки омута рождения. Законсервировать тела в слизь было легко, как, собственно, и встроить получившиеся коконы в систему норы. Вот заставить ее вырабатывать что-то вроде желудочного сока и, главное, дозированно поставлять вещества, было куда тяжелей. Собственно, сама по себе слизь на это вообще оказалась не способна, максимум, что она могла — это законсервировать жертву, а надо было превратить ее в питательный бульончик. Выходом стало создание специальной особи, что будет способна и переварить, и дозированно снабжать через кожу-слизь других созданий. Этакий желудок с примитивным мозгом и бурдюк с запасами в одном флаконе.

Пришлось заняться строительными работами. Выкопал большой зал, обработал поверхность кислотой, создав что-то вроде бункера. Затем покрыл все слизью в виде кожи с системой кровеносных сосудов, сходящихся к большому родильному пруду. Изрядно задолбался, пока нарыгал в него питательного субстрата и, наконец, торжественно отложил в это дело яйцо. Вовремя управился, как раз первая тройка личинок окуклилась. Вытащил их из омута и вновь, матерясь про себя, принялся за его наполнение. Когда из коконов наконец выбрались добытчики, у меня уже имелось три зала. В двух росли личинки рабочих особей, в третьем будущий желудок в три горла жрал, набирая массу.

Думаете, с появлением помощников стало легче? Как бы не так. Эти болваны умотали за провиантом и начали его в товарных количествах гнать. Причем им было сугубо наплевать на то, кто, как и что с ним будет делать. В итоге первый день жизни помощников стал для них и последним. Пришлось лично всех троих упокоить. Да уж, блин вышел комом. Подрастающих тоже прибил. Всех, кроме будущего желудка. Увы, но программировать живых нужно гораздо более аккуратно. Над новой кладкой сутки думал, программу поведения задавал, и лишь потом, скрестив пальцы, отложил шесть яичек.

Имея переизбыток пищи и кучу времени, решил дальше обустраиваться. Рыл новые залы и придумывал специализированную живность. В какой-то момент понял, что по сути строю биоцивилизацию, тех самых зергов из компьютерной игрушки. Конечно, все было далеко не так примитивно, но суть моих придумок, в общем-то, отражало. Естественно, никакие там кристаллы или газ мне были и даром не нужны. Грибы или нечто им подобное прекрасно в пищу пойдут, как и травоядные особи на мясо. Не то, чтоб в этом была особая необходимость, просто охота и собирательство какими-то примитивным показались. Это пока у меня деток мало, они выгодны, а когда их миллионы и миллиарды станут? Да и вообще, инженер я или как? Всегда мечтал спроектировать замкнутую, по мере возможностей, биосферу, а тут — такие возможности.

Глава 3. Растем, однако

Новые рабочие были куда более адекватны. Они и копали-строили, и за пищей бегали, причем лишь по мере необходимости, а не постоянно. Расстраивало только, что парочка из них вечно у входа торчала, охрану из себя изображая. Не додумал немного этот момент. Впрочем, после недели эксплуатации детишки были признаны годными, и новые пруды приняли обитателей. Желудок тоже вполне себе дозрел и благополучно сросся с кровеносной системой слизи. Ну или, если уж быть совсем точным, он пророс отростками — помесь корней с грибницей — в полые трубки, в ней сформированные. Теперь любая пища поставлялась ему, а когда возникало желание перекусить, достаточно было просто из родильного омута похлебать. Впрочем, я предпочитал более эстетичные способы питания, формируя из слизи шарики. Тут и пожевать было чего, и питательный бульончик отлично насыщал. Жутко, наверно, это было бы для человека, но я-то уже давно все ненужное утратил. Какая брезгливость, о чем вы, да и вообще, хомо тварь такая, ко всему приспособится, было бы время. Вот и приспособился, даже вполне себе удовольствие получаю.

Пожалуй, единственное, что мне до сих пор не нравится — необходимость лично яйца нести. Вот и жду, когда нынче маточник созреет. Уникальная штука, способная производить личинок и задавать им шаблоны для будущих мутаций. Пока, правда, выбор не велик: один вид рабочих, несколько типов воинов, да парочка летающих классов. Причем испытание пока лишь первые прошли. Остальные, так, накидал от скуки. Мне вообще нынче особо и заняться нечем. Вот и проектирую разную живность. Пока больше теоретически, не время еще для практических экспериментов. Вообще же, большую часть суток хорошо и много кушаю, готовясь к дальнейшему развитию.

Боевые способности — дело, конечно, нужное, но толку от них, честно говоря, мало. Толпой и мамонтов валили, и с динозаврами справятся. Биться с численно превосходящим врагом глупо, ну или, как минимум, рискованно, куда перспективней его подчинить. Сделать это можно либо грубой силой, проще говоря, стоящей за спиной могучей кучкой собственных бойцов, либо посредствам мозга. В последнем случае имеется широкий спектр возможностей от дипломатии до пси-воздействия. Именно на развитие паранормальщины я и настраиваюсь. Все же, гибкости управления мне сильно не хватает. Тем более, рожать за меня будет маточник, под который, между прочим, пришлось самолично зал копать и оборудовать. Причем трудяги-работяги больше мешали, чем помогали. Увы-увы, ограниченность возможностей командования сказывается. Банальное «пойди туда и принеси то» уже за гранью возможного. Да и с простым «пойди туда» все сложно и без танцев с бубном не реализуется (для тех, кто слаб в биологии, рекомендую гуглить про пчелиный танец).

Маточник сподобился родиться и вполне оперативно начал личинок выдавать. Причем остановить его оказалось невозможно, максимум, — замедлить до пары сотен детишек в день. Рабочие, почуяв массу приплода, забегали, как наскипидаренные, и принялись новые родильные омуты оборудовать, понеслись пищу добывать, короче говоря, занялись реализаций предписанных мной программ. Молодцы, что еще сказать. Какой-то месяц и муравейник стало не узнать. Тысячи особей, десятки залов, хорошо. Пора бы и мне за дальнейшую эволюцию браться, как-никак, в моем присмотре нужды нет никакой, да и возможностей руководить, честно говоря, раз-два и обчелся.

Вырыть зал объемом в полкубометра пришлось лично. Та еще работенка, я ради этого дела даже конечности изменил, впрочем, при наличии обильного питания в этом нет ничего сложного, всего лишь время потратить пришлось. Зато теперь будет где разместиться новому телу с десятикилограммовым мозгом. И нет, никакого рахитичного тельца не планируется, да и мозг — не совсем правильно говорить. Тут скорее стоит про тысячи ганглиев или даже просто нервную ткань с узелками речь вести. Внешний вид, в целом, станет больше похож на Чужого, хотя руки менять не буду, привык я к ним, да и удобные они. Хочешь — удлинил пальцы, хочешь — кольцом в любую сторону согнул, одно слово — щупальца. Всего же мне пришлось нажрать чуть не под три сотни килограмм массы для всех запланированных изменений. Немного, в принципе, с учетом того, сколько нынче добытчики, рой пищей обеспечивающие, приносят. И вот он, торжественный миг адской боли. На всякий случай запечатал проход, мало ли чего, ну-с начнем, скрестив щупальца.

Хреново мне, хреново, и не потому, что многие сутки агонии пережил, а потому, что жизнь иначе чувствую и мир по-особому вижу. От потери себя спас, как ни странно, маточник. Потому как он единственный, уникальный и неповторимый, плюс я в него куда более продвинутые мозги, чем в желудок, запихал. Вот и стал для меня этот выкидыш биоинженерии якорем, за который удалось зацепиться и потихоньку голос жизни заглушить. В принципе, описать испытанное нереально. Все равно, что слепому от рождения про цвет неба рассказывать, не поймет он вас, хоть тресните. Так и с пси-силами, у кого есть, тем и объяснять ничего не надо, у кого нет, хм, да вам вообще-то повезло. Радуйтесь.

Жить стало веселей, возможности просто ух! Могу любое живое существо под контроль взять. Причем не просто заставить что-то там сделать, это так, балаганные фокусы, я могу реально тело и разум захватить, полностью и абсолютно. Оболочку чужую, словно костюмчик новенький надеть, а мозги выпотрошить и все знания с памятью получить, вообще раз плюнуть. Хотя насчет разумных существ я как-то не в курсе, нет таких на всей планете. Увы-увы. Максимум, частично разумные имеются. И то, там толком не поймешь, где проявление сознания, а где неимоверно усложнившийся инстинкт. Отдельные экземпляры, пожалуй, смогут и тест Тьюринга пройти. И только я, способный нынче буквально посмотреть и пощупать психику, могу точно сказать, что нет у них никакого разума. Впрочем, если моими нынешними критериями мерить, так я и себя прошлого за полноценного разумного не счел бы. Хм, интересный казус получается, однако.

Так, ладно, это все, конечно, интересно, но формат козявочки я перерос. Конечно от микромира отказываться не стоит, но пора выходить на макроуровень. Вопрос безопасности и пропитания нынче неактуален. Мысленная команда и слизь-кожа, проход закрывающая, вырастила шар с пищей, удобно, килограмма три высококалорийного желе, ням-ням, хорошо. Носиться по планете и греметь когтями как-то глупо. Попытаться создать разумных? Хм, можно, но только осторожно. Вообще, займусь для начала выращиванием нового маточника и более крупных детишек. Хотя бы размером с крысу. Эволюция, как-никак, идет от меньшего к большему и вообще, рывков не терпит.

* * *

Десять лет проторчал в своей норе, и еще бы столько же в ней просидел, но пришлось выбираться. Оверлорд, этакий живой аэростат, при помощи которых я время от времени на мир глядел, увидел нечто странное. Странное, при ближайшем рассмотрении, оказалась ни много ни мало — космическим кораблем. Черт знает, сколько веков он в джунглях провалялся, но сам факт подобной находки оставить меня равнодушным никак не мог. Вот и отправился поглядеть вживую.

Диафрагма разошлась, открыв проход в широкий коридор над головой, и я впервые, за все время после перерождения, выпрямился в полный рост. Никаких неприятных ощущений от десятилетия неподвижности не наблюдалось, хорошее у меня тело, не зря над ним трудился, продумывал до мелочей. Прыжок, и вот я в тоннеле метров двух в диаметре. Хм, отвык я как-то своими глазами за это время смотреть. Провожу рукой по живой пульсирующей коже стены. Приятно, словно котенка погладил. Ха, да на моем месте любой бы человек, как минимум, позеленел от того, что в кишке или артерии оказался, а я так наоборот, счастлив. Неспешный бег к ближайшему выходу, и вот глаза смотрят на живое небо. Ух-ты, я и забыл уже, насколько у меня классное зрение, а уж сонар-то как мощно заработал. Еще бы, это вам не тесная каморка. Вот дурень! Чего сиднем сидел, классно же!

От моего рыка-рева, которым выразил счастье и любовь к миру, бдящие у входа стражи нервно поежились. Пф, трусы. А ведь я их вроде как совсем инстинкта самосохранения и любой боязни при создании лишил. Впрочем, они новое поколение, без моего контроля и участия рождались, так что какие-то спонтанные изменения могли и проявиться. Жизнь тем и прекрасна, что ее творения никогда конвейерной штамповкой не будут. Даже в близнецах что-то свое проявляется. Позволив себе еще минут пять насладиться видами и давно забытыми эмоциями, привычно взял свое состояние под контроль и вернулся к вопросу находки. Проблема номер раз, как мне туда добраться? Пробежать полпланеты конечно можно, даже не сказать, что так уж и долго. Вот только будет ли это разумным? Однозначно, нет. Тем более, в том районе имеется вполне себе приличное молодое гнездо. Собственно, Оверлорд в нем и родился. Первенец нового роя. Так значит, нечего и ноги бить, лучше пойдем вживую на «кабинет» свой посмотрим.

Вообще, на том месте где я обосновался, давно уже вымахала огромная башня. Помесь муравьиной кучи с термитником и осиным гнездом. Тот еще сюрреализм, хотя кому какая разница. Главное, все вполне функционально и удобно. А что коридоры кривые и темные, так это только с точки зрения человека. Моим «детишкам» в массе своей все равно, по полу ли, по потолку ли бежать. Я вот вообще на верхние уровни по стене поднялся, быстро и удобно, ветерок опять же на высоте приятно обдувает. Дальше, правда, пришлось уже по коридорам топать, но там недалеко было. Пара гвардейцев страхолюдного вида неподвижно стоят на посту, бдят. Молодцы, выразил я благодарность порцией феромонов, от которой им явно похорошело. В принципе, глупость это все, потакание остаткам человеческого, но почему бы и нет.

Диафрагма разошлась с влажным, приятно хлюпающем звуком, ну да, впервые сделала это с момента своего выращивания. Что ж, вполне неплохо, удобная лежанка-кресло в центре, затянутые прозрачной пленкой окна, единственные во всем улье. Пол из толстой слизь-кожи, да и собственно все тут из нее. По меркам рядового зерга, даже излишне много. Хотя, кого интересует мнение неразумных? А с разумными, увы, беда, невозможно их искусственно создать. Мне об этом интуиция сразу сказала, как стал серьезно о подобных особях думать. Впервые ее тогда не послушался и пару лет убил на то, чтобы убедиться в ее правоте. Максимум чего добился — полуразумные особи и маточники с пси-силами. Последние у меня теперь, в качестве своеобразных королев, расползаются по планете. Еще лет двадцать и весь мир охватят. Реденько и жиденько, но, тем не менее.

В принципе, по планам было потом между ними войну устроить, глядишь и поумнеют, преодолеют невидимый порог, но вот такой подарок судьбы может многое, а то и вообще все, поменять. Пока я тут отвлекался и давал волю эмоциям, Оверлорд добрался до корабля и даже пара групп моих зергов до него доскакала. Взяв всю кучу под прямой контроль, начал разведку. Благо, нынче это никаких сложностей не вызывало, натренировался я виртуозно массами рулить еще во времена прямого управления насекомышами. Жаль, конечно, что с нормальными хваталками никого не было, да и глазки хотелось бы более приспособленные к исследованиям иметь, ну да ладно, для первичного осмотра сойдет.

Не отвлекаясь, дал команду вырастить сотню особей гуманоидного типа с нормальными руками и продвинутыми органами чувств. Тело в скафандре, обнаруженное на одной из палуб, ясно говорило о том, кем корабль построен. Всю органику и ее остатки приказал грузить в Оверлорда, была у него полость для этого, притащит мне потом. Погрызу косточки, соберу информацию по ДНК, может и еще чего интересного попадется. Опять же, про образцы технологий забывать не стоит. Вон, что-то явно стреляющее валяется, тоже грузим. Задраенные переборки и люки ломать и ковырять не стал, долго это и не слишком продуктивно. Кораблю досталось сильно, проще было поискать обходной путь. Но вообще, работы с этим чудом предстоит много. Навскидку, в нем метров девятьсот длины, метров где-то семьсот ширины и по высоте он от полусотни до двух сотен метров будет. Причем вполне себе характерные башенки с торчащими из них стволами, да оплавленные дыры корпуса, не оставляют сомнений, что это не грузовоз какой, а самый что ни на есть военный космолет.

Сел корабль, похоже, более-менее удачно, огромные деревья послужили неплохой подушкой. Вот только экипажу, что посадку пережил, не повезло. Больно уж мир им достался агрессивный. Хм, а они вообще тут дышать-то могли бы? Я как-то даже и не задумывался над этим вопросом. В принципе, кровь у большинства местных видов красная, да и флора вполне себе зеленая. Ой, да какая мне-то разница. Не задохнулись бы они, так сожрали бы их. Ждем, в общем, посылку, а там над останками надругаемся, переварим, и многое станет ясно. Потому как разбираться в имеющемся оборудовании методом научного тыка — дело долгое, неблагодарное и малопродуктивное. Это я так скромно про невозможное сказал. Все-таки знания человека двадцатого века наверняка серьезно уступают им же у расы построившей космолет.

Не прошло и недели, как замученный Оверлорд притащил полную утробу грузов. Зерги-рабочие быстро притащили тела, лезть к незнакомой машинерии мне совершенно не хотелось. А ну как там граната какая, ладно если осколочная, меня такой убить сложно, а вдруг миниатюрный ядрен-батон, нет уж, нафиг-нафиг. Железо будут под прямым управлением куклы разбирать, когда созреют, пока я лучше древними косточками похрущу. Благо, их без проблем вытряхнули. Это, конечно, тоже немного рискованно, но если уж разумный зерг с какой био-нано-прочей-гадостью не справится, так и жизнь смысл потеряет.

Вкус, конечно, у останков специфический, да и наплевать, я вон водорослями вначале пути давился, и ничего. Пользы от съеденного было мало. Могу себе, наконец-то, вырастить нормальные пальцы, хотя какие они к черту нормальные. Вот мои нынешние — это да, а тут так, хлам какой-то. Пятипалость существ этих несколько напрягала, но, в принципе, не сильно. Пару десятков яиц я отложил лично, увы, но шаблон чужеродный генетики маточнику передать можно было, но дело это долгое и жутко нудное, проще самому ради разовой акции поднапрячься. Неприятно, но не смертельно же. Из слизь-кожи тут же для их выращивания и ванночки сформировал. Взрослых особей создавать не планировалось, обойдусь детишками лет где-то трех, чтоб просто поглядеть, люди они, или кто иной. Хотя, даже если внешне и будут похожи, то это еще ничего не значит.

Блин, да чего я себе-то вру, для меня нынче что человек, что кто другой, разницы, ну вот совершенно никакой нет. Просто хомо я более-менее понимаю, впрочем, какое понимание, тело-то любое могу дать, мозги же требуют развития и воспитания. Собственно, мне они и нужны больше всего. Верней, структура их нужна. А то ведь даже и поговорить не с кем. Живу трудоголизмом и вечными экспериментами. Не свихнулся лишь из-за пси-способностей и особенностей организма, мне в принципе с катушек слететь нереально. Во всяком случае, в классическом понимании человека, коим я уже давненько не являюсь. Или все же являюсь? Черт его знает.

Ха, да вы, батенька, идиот. Хи-хи, батенька, дедушка, причем много раз пра-пра и давно почетный. Ух-ты, да у меня же истерика тут наблюдается. Жаль, стоило понять, что со мной что-то не так, как тут же все и пришло в норму. Вот только мысль о том, что разум надо не программировать, как я за последние годы привык, а банально воспитывать, осталась. Причем, не дрессировкой или через ментальный контроль, а именно личным примером и чуть ли не сказками на ночь. Представил себя укачивающим новорожденного зерга и напевающим колыбельную, и от хохота чуть с лежака не свалился. Пришлось даже, как отпустило, охране импульс спокойствия послать. Да, смех-смехом, но где-то так и придется этих, что в ванночках плавают, растить. Ну или действительно создать новый вид, что будет повторять путь развития от младенца до взрослого, причем без всяких скачков и мутаций.

Ладно, там видно будет. Повеселились, и хватит. Пора делом заняться, часть железа можно и силами рабочих особей осмотреть. Оружие меня не сильно заинтересовало. Потому как было явно не огнестрельное, а энергии в батареях, или что там у них используется, ноль целых, хрен десятых. Аналогично обстояли дела и с какими-то планшетами-смартфонами, ну или с чем-то, сильно на них похожем. Была, конечно, вероятность, какой-то там проверки владельца, но найденное в каютах барахло априори не могло быть чисто военным. Во всяком случае, я на это сильно надеялся. А значит, и включаться должно было бы. Собственно, из найденного самое интересное — книги и какие-то бумаги в папках. Земной бумагой там, естественно, и не пахло, вместо нее какой-то пластик, но предназначение у него оказалось то же самое. Вот значки на нем были совершенно незнакомые. Довольно быстро удалось понять, где тут цифры, а где буквы, ну и алфавит составить. Благодаря иллюстрациям и подписям кое-какие слова вычленил. А дальше, собственно, и все. Я вам не компьютер, и в криптографии никогда силен не был. Затык, полный и совершенный.

Пришлось возвращаться к кораблю, но там, собственно, тоже ничего интересного не нашлось. Верней, нашлось много чего, но что именно это такое и зачем оно нужно, — увы и ах. В любом случае, точно знать, что в космосе есть другие разумные, причем, судя по пушкам, далеко не мирные, а вполне себе наоборот, уже было очень ценным достижением. Значит, пора менять планы. Во-первых, ускорить экспансию и взять планету под полный контроль. Во-вторых, упаковать находку в термитник для обеспечения максимальной сохранности. В-третьих, будем воспитывать собственных разумных и создавать из них цивилизацию, способную раскрыть секреты корабля. Это если мне что-то гениальное вдруг в башку не придет. Впрочем, свои головастики все равно нужны, лишними они точно не станут.

Глава 4. Дорога к звездам

Если с экспансией проблем не было, то детский сад стал нетривиальным испытанием. Всего у меня на попечительстве оказалось три группы. Первая состояла из клонов пришельцев, — не люди, хоть и чертовски похожи, но стоило поглядеть на мальчиков, и вопросы о принадлежности к виду хомо сами отпали. Вторая — особи с мозгами, аналогичными звездолетчикам. Пришлось делать лоботомию части детишек и вдумчиво изучать содержимое черепной коробки, чтобы структуру повторить. И третья — собственноручно разработанный вид. Тут я попытался улучшить образцы и дополнить собственными наработками. Со всеми ими требовалось проводить массу времени и тратить кучу сил. Увы, Макаренко из меня еще тот, но старался, как мог, все равно спихнуть работу больше не на кого было. Одна радость — мучения даром не прошли. За пару-тройку лет вполне себе классические карапузы вышли. Активные живчики-почемучки. Если бы у меня физически могла быть мигрень, головная боль стала бы вечным спутником, а так, ничего, даже не убил никого. Отличная, кстати, вышла тренировка по подавлению старательно привитых кем-то хищных инстинктов.

Параллельно с выращиванием умников и умниц специально выведенная живность аккуратно изучала образцы техники, имеющиеся в нескольких экземплярах. Финальной стадией исследований становился чуть ли не атомарный разбор образца. Проще говоря, его очень и очень медленно, буквально по микронам, съедали, тщательно протоколируя процесс в генной памяти. На создание этих самых пожирателей и их фукциональных противоположностей ушло несколько лет. Результат, по меркам знакомой мне из прошлой жизни науки, невообразимый, но для меня нынешнего, в принципе, совершенно обычный. Хвала банку данных с шаблонами и интуиции, что позволяет им оперировать. К сожалению, главную проблему пожиратели толком не решили. Ну, сожрали какую-то штуку, ну, могу ее воссоздать один в один на нано-уровне. Круто, конечно, но что эта хрень делает и нафига вообще нужна, понятней как-то не становится. Собственно, цель всех этих действий одна — сохранить образцы. Мало ли, когда мои разумные дотелепают до уровня, на котором хоть что-то понять смогут. А так всяко больше сохраним. Естественно, ничего с носителями информации «жрать» не пытались, оно вроде как, теоретически должно и после репликации заработать, но явно не без потерь.

Новые маточники оказались достаточно разумны, чтоб заниматься доведением до совершенства уже созданных мной видов, и даже неплохо с этим справляются, но все равно, предела совершенству нет. Так что, не стоит спешить. Я все же побывал на корабле лично, и даже поработал над вскрытием дверей. Кислота, конечно, дело хорошее, да и живой пескоструй вполне эффективен, но автоген или там, плазменный резак, явно бы пригодился. После визита я нечто этакое и разработал. Живая машина с дуговой электросваркой. Даже парочку особей вырастили, чисто на пробу, ничего так, вполне успешно прошли программу испытаний, после чего были отправлены в переработку. Все одно, толку от них никакого пока что нет. Во вскрытых отсеках кроме некоторого количества трупов ничего полезного не нашлось. Разве что еще немного книг, бумаг, да каких-то кристаллов. Явно с информацией, но как ее снять? Без понятия. И так светили, и эдак, даже попробовали повторить устройство, явно для таких штук предназначенное, но результата не добились. Чувствую себя мартышкой с очками, грустно.

Самой интересной находкой стали трупы в холодильнике. Хороший агрегат, долго держался, даже мясо кое-какое еще на телах было, увы, даже со всеми имеющимися возможностями, восстановить хоть часть протухших мозгов было нереально. Псионика тоже ничего толком не дала, какое-то эхо отголоска эмоций боли и страданий уловил, при том, что сам чуть кислотной кровью из всех пор не фонтанировал от напряжения. Пожалуй, там дело даже не в трупах, а в самой энергетике корабля было, а они всего лишь стали этаким фокусом концентрации. В общем, ни наскоком, ни обходным маневром результата добиться не удалось. Оставалось приступать к планомерной осаде твердыни. Детишек учить, самому когда-то в школе с институтом узнанное вспоминать. Дело полезное и очень нужное. А то что-то с этим био-путем развития совсем про технику забывать начал. А тут вон какие интересные материалы. Чтоб аналогичный по прочности панцирь получить, нужно ой как постараться. Тех же металлов, что в его составе имеются, пожрать прилично, да и потом еще мороки много будет. Хотя, конечно, гибкость полу-органической брони куда выше. Она и регенерировать может, и кучу других функций выполнять. Одно только изменение формы чего стоит. А уж если ее в нечто аналогичное живым нанитам превратить, ух какие перспективы-то открываются. Впрочем, сие все хоть и реально, но пока фантазия малополезная. Даже зергам, биологически бессмертным, по сути, существам, шляться между звезд на релятивистских скоростях сильно некомфортно. И даже анабиоз не панацея, а лишь банальная экономия ресурсов.

Двадцать долгих лет ушло у меня на выращивание живых компьютеров и их постоянные усовершенствования. За это время ульи расползлись по всей планете. Детишки выросли и стали вполне самостоятельными разумными, кое-кто и собственных уже завел. Науку они двигали вперед неплохо, но все же слишком медленно, маловато я в прошлой жизни учился. Паршивенький им фундамент дал. Так что они больше дыры в нем латали, чем реально что-то на нем строили. Переоткрывали законы природы, отчего я периодически себя по лбу хлопал и мысленно восклицал: «вот ведь идиот, знал же про это». Увы, такой классной штуки, как абсолютная память, у меня нет. Верней, теперь-то она как раз была, но на прошлую жизнь сие не распространилось ни коим образом. Обидно, но что уж теперь.

Вдумчивое обследование планеты ничего полезного, кроме некоторого количества спасательных капсул и новых останков, не принесло. Причем и то и другое было в весьма паршивом состоянии. Используя биокомпьютеры и собственный разум, как сервер, плюс псионику, удалось расшифровать письменность пришельцев. Толчок это дало огромный, но к звездам не сильно приблизило. Зато информации по межзвездной навигации имелось более чем достаточно. Куда полезней оказались всяческие технические наставления и инструкции. С их помощью удалось кое-что повторить, тут еще и анализ разобранных чуть ли не по атомам образцов подсобил. Самым солидным достижением, на этом этапе, стал живой аналог плазменной пушки. Наша версия была хоть и заметно слабей, чем у пришельцев, — практически вдвое — зато вполне себе пуляла на средне-дальнюю дистанцию, тогда как оригинал работал исключительно на ближней.

Не знаю, сколько бы мы потратили веков, а то и тысячелетий, на то, чтобы самостоятельно выбраться к звездам, но помог случай. На пятом десятке лет с момента обнаружения тяжелого крейсера к нам в систему явился корабль. Вышел он прямо на орбите, так что засечь его мне было элементарно. Три сотни думающих разумов — это весьма громко. Моих-то я уже автоматом фильтрую, а тут натуральный хор грянул. Что ж, к чему-то этакому давно все было готово. Мысленный приказ, и вскоре и без того малозаметные следы разумной деятельности были полностью скрыты. Я же начал осторожно проникать в головы гостей. Часть экипажа явно спала, наверно, вторая смена, или как там правильно говорить, вахта? Не суть; главное, что в их мозгах можно было шарить вполне свободно. Конечно, сновидения мешают, но я не зря «на кошках» в лице своих разумных тренировался. Легкое воздействие, и вот уже пришельцам снятся нужные мне сны. Знай себе смотри, да аккуратно направляй. Офицеры, инженеры, техники, ох сколько они мне за эти часы важного и нужного поведали, думая, что им снится экзамен или лекция. Прелесть! Чудесно! Восхитительно!!!

Бодрствующие личности провели совещание, порадовались, что нашли пригодный, по первичному сканированию, для жизни мир, и сейчас готовились к отправке экспедиции на планету. Так-так, живые разумные, да еще явно ученые, мне были ой как нужны, а вот колонисты и даром не сдались. Впрочем, до этого в любом случае не скоро дойдет. Тем более, что я и без ползанья в чужих головах знал, что мир мой находится в туманности, укутанной плотным и нестабильным пылевым облаком. Из-за него-то никто и не прилетел спасать экипаж крейсера. Сигнал не проходит, даже нормальный передатчик не пробивает, не то что аварийный маяк. Удачно, более чем удачно. Точно, кто-то нас когда-то искусственно создал и в эту глухомань запрятал. Так, товарищ повелитель роя, отставить фантазии по вопросу происхождения, сосредоточимся на главном. Как и что сделать, чтоб всех прибывших захватить? Увы, но практика показала, что раздавить разум я могу довольно легко, а вот подавить, тут все от конкретного существа зависит, а не от моей запредельной дури. Вот не захочет объект сдаться, и получим на выходе слюнявого идиота, успев при этом лишь минимум малосвязанной информации снять.

Это аккуратно считать поверхностные мысли или, вон, во сне что-то нужное вытащить, или же в глубины разума забраться легко, ну, относительно, а с бодрствующими одни проблемы. Конечно, может я просто чего не так делаю, я все-таки самоучка, но, тем не менее, опираться в любом случае придётся на имеющиеся возможности. Давненько я насекомым внимание не уделял, пора исправить упущение. Думаю, отличный галлюциноген, доставленный вместе с жалом, будет прекрасным способом глубоко и качественно просканировать гостя. Кровь из носу, надо получить первые школьные годы, чтение, письменность, без этого никуда. Да и просто слепок разума получить было бы весьма актуально. Уж записать его в биокомпьютер проблем нет, проверено, а там подвергнем всестороннему разбору и анализу, вытащим все, и будет нам счастье, или около того. Заодно, почистив и переработав личность, получим что-то вроде операционной системы, а то мне самому в ее роли периодически выступать приходится. Не могут мои разумные нормально с живой техникой работать. Даже второе поколение с пятого на десятое справляется, а ведь я им специально для этого что-то вроде хвоста из Аватара дал и даже миникомпьютер в районе копчика вырастил. Может, место не то выбрал? Все же мозги и задница как-то не слишком совместимы. Ладно, третье поколение подрастет, проверим.

С высадкой экспедиции гости не спешили, сутки только спутники по орбите развешивали, да всяких дронов посылали. С теми, что образцы флоры и фауны отлавливали, пришлось помучиться. Чтобы, во-первых, агрессивная местная живность их не поломала, а во-вторых, я им что-то более-менее безобидное подсунуть пробовал. Конечно, мир зергов и безобидное — это даже как-то не смешно. Я вообще эту планетку по старой памяти «Миром смерти» прозвал, хотя, пожалуй, то, что Гаррисон описал, с нашим не сравнить. У него какой-то ботанический садик вышел. Это я благодаря мозгам и возможностям зерга тут в шоколаде, и без больших проблем устроился, а кучка гуманоидов с военной подготовкой и скафандрами быстро пищей стали на ней.

В принципе, медлительность и обстоятельность гостей мне была на руку. Хорошая у них дисциплина. Спят по часам, работают по графику, удобно. Знай копайся в их мозгах, да радуйся. Теоретически, я уже и без них, наверно, смогу создать установку для открытия врат в гиперпространство. По идее, больше-то мне и не надо ничего, чтобы до звезд добраться. Навигация — спасибо экипажу крейсера. Энергия — тут все более чем хорошо, причем настолько, что даже плохо. Нужны практические испытания для множества различных вариантов, и скорей всего придется что-то с чем-то комбинировать. Оружие? Вот тут могло бы быть и лучше, отчего-то вундерваффе создать не получается, и идей особых нет. Вообще, складывается ощущение, что лучше всего использовать много-много плазменных пушек. Пусть они у нас и слабенькие, но дальность у них, по меркам хозяев крейсера, запредельная. А уж при увеличении калибра, так и вообще очень грозно выходит. Можно еще про ракеты подумать, благо сделать их весьма разумными не сложно, чтобы сбить их с толку средствами РЭБ было почти что нереально. Компьютеры у нас, конечно, своеобразные, сплошная нейросеть, причем нифига не искусственная, а самая что ни на есть натуральная. Вот только лучше они или хуже, без сравнений и тестов понять никак нельзя. Тем более, их еще и учить приходится. В общем, так или иначе, все нужное, кроме способа в подпространство попасть и обратно вернуться, у нас имеется.

Теория теорией, но разобрать и аккуратно «сожрать» систему прокола пространства было бы весьма полезно. Значит, нужно брать корабль на абордаж. Вот только как это сделать? Вырастить челноки и набить их воинами? Можно, они даже справятся, если пришельцы, пока десант до них летит, не решат сделать ноги. А это ой как маловероятно. Да и корабль у них хоть и не военный, но и далеко не беззащитный. Могу придавить мозги всем на орбите, но хотелось бы обойтись менее радикальными методами. Это же готовые психоматрицы, грешно такими ресурсами разбрасываться. Особенно такими! — целая космическая научно-исследовательская экспедиция, это же, считай, знания целой расы с доставкой на дом. Так что десант слать нужно на их же собственных транспортах. Представление-то разыграть не проблема, проблема в том, как актеров сохранить. Проще всего — выпотрошить заранее, тогда и терять не жалко. Опять же, одного челнока все-таки маловато будет. Значит, даем гостям нормально развернуться и крепко на планете увязнуть. Благо, программа исследований у них обширная, и чуть не треть экипажа на планете должна сидеть будет, если, конечно, с первыми партиями все будет хорошо. Хе-хе, конечно будет, уж подконтрольные мне зерги максимально благоприятные условия науке обеспечат. Ради ваших мозгов и технологии гиперпространства я лично готов на задних лапках канкан станцевать, хвостом повиливая.

Все шло нормально, даже прекрасно, первые экспедиции высадились, кое-кто словил глюков, после того как был ужален, но в целом для гостей все обошлось без особых эксцессов. Я же получил несколько психоматриц с полным набором воспоминаний. Уже через четыре недели даже не треть, а добрая половина экипажа шаталась по планете, вовсю изучая природу, отлавливая живность, и срывая цветочки. Они настолько обнаглели, что даже здоровенную лабораторию развернули, а за последующие три месяца — целую базу отгрохали. В общем, я только лапки потирал и радовался пополнению коллекции. Дня не проходило, чтоб кого-то направляемые мной осы не отправили в страну грез. Похоже, на эти сеансы мультиков некоторые даже подсесть умудрились. Иначе с чего бы они голыми руками моих посланниц ловили? Ладно, мне, в общем-то, не жалко.

Беда случилась неожиданно и, главное, пришла от тихони-биолога, который для меня вообще никакого интереса не представлял. Считал его, конечно, для порядка, благо он одним из первых подвернулся, но знания в его черепушке хоть и не были бесполезны, но, в общем-то, особого интереса не представляли. Они у него вообще были весьма скудны в сравнении с моими природными возможностями и наработанным опытом. И вот, в один прекрасный день, команда ловцов притащила в лагерь клетку с отданным им на закланье Когтем. Естественно, вокруг здоровенного монстра со змеиным телом и двумя парами мощных лап, оканчивающихся страшными метровыми клинками, способными и сталь в полсантиметра пробить, собралась огромная толпа. Благо, и дело к вечеру, и выходной завтра. Идиоты, блин, у этой версии гидралиска, между прочем, целая батарея шипометов имеется. Он вообще довольно универсальным бойцом вышел. Быстрый, сильный, ловкий, костяная чешуя вполне прилично защищает, плюс органы дублированы и по всему телу размазаны, что делает его крайне трудноубиваемым. А они тут рядами стоят и пялятся. Если бы не мой контроль, он бы всю эту толпу на ленточки пустил. Эх, гуманоиды, они такие… гуманоиды. Высшая, мать их, форма. Слов нет, одни эмоции.

В общем, ничего, как говорится, не предвещало. Угу — пока из толпы не выскочила эта бледная моль от биологи и на глазах обалдевших зрителей не распахнула мужественно двери клетки. Тишина-то какая наступила. Честно говоря, я от такого аж сам обалдел и затылок хвостом почесал. Коготь, в принципе, тоже был удивлен, пусть для него это и не свойственно. Они у меня сообразительные вышли, поумней собаки будут, так что знала животинка, что хозяин ее на смерть неминучую злобным двуногим послал. Впрочем, ему приказ выполнить за радость, так что полз он к кривой засаде ловцов бодро и роль свою отыграл на отлично. Первым, надо заметить, очнулся сам инициатор сцены. Видать не верил до конца, болезный, что все обойдется. Псих он какой-то, напрочь мозгов и чувства самосохранения лишенный. Залез в клетку, уставился в ближайший крупный глаз и заявил: «Хочу говорить с твоим хозяином». Обалдеть, глянул я в мозги этого чуда от биологии, мать моя природа, там такая теория, хоть садись и роман пиши. Впрочем, было в ней одно очень интересное зерно, которое стоило прорастить.

Все дело в том, какой именно мир мне достался в качестве пристанища. Вначале-то я думал, что в старкрафт попал. Конечно, пришельцы, оказавшиеся далеко не людьми и явно на протосов не похожие, несколько пошатнули уверенность, но мало ли чего там за кадром осталось, и в какие времена меня занесло. Прочтение учебников навигации и описание гиперпространства еще сильней подкосило первоначальную теорию с миром попадания. Хотя тут больше знакомые созвездия роль сыграли. В «Старе» дела были черт-те где, а тут вполне себе знакомые по прошлой жизни сочетания звезд нашлись. Спасибо учительнице астрономии, старенькая была и предмет свой чуть ли не на голом энтузиазме вела, потому как его давно уже из школьной программы исключили. Просто никто женщину, которой далеко за шестьдесят, выгнать не смог, или не захотел, боевая старушка была, царствие ей небесное. Так, отвлекся немного. Окончательную крышку в гроб идеи о вселенной старкрафта поставили гости. Они знали про людей! Молодая раса, только недавно с помощью Центавра выбравшаяся из своей системы. А еще в головах гостей удалось найти образы Дрази, Нарнов, Бракири и даже, мать их за ногу, Минбарцев. Короче говоря, я то ли в будущем, то ли во вселенной Вавилона-5. Были как-то на эту тему холивары в сети, и мне их почитать доводилось.

Собственно, особой разницы для меня нет. Один черт, надо как-то выживать и приспосабливаться, так что плевать на мир, однако знание канона, если тут это понятие вообще уместно, лишним не будет. Огрести от Теней или Варлонцев не хотелось бы. Хм, а может быть, кто-то из этих древностей и создал зергов? Интересная, конечно, идея, но вообще-то, все изначальные тут органическими технологиями балуются и дружно кем-то вроде вознесенных из вселенной Звездных Врат становятся. Так, ладно, мне в принципе повезло, что нас нашли Аббаи. Раса довольно древняя, развитая, и миролюбивая. Правда, заперты бедняги лишь в паре систем, не повезло им, а мне как раз наоборот. Если бы не их пацифизм, фиг бы они поперлись в такую даль, завоевали бы соседей, и не парились бы. Пожалуй, что торговать с ними будет куда полезней, чем воевать. Купим систему прокола гиперпространства и спокойно изучим, заодно, может, и еще чего полезного приобретем. Да и о делах в большом мире всегда можно будет узнавать, в головах их шарясь.

Огромный монстр, с трудом помещающийся в клетку, аккуратно, толкнул головой наглого двуногого, отчего тот приземлился на пятую точку у входа, подождал, дав «пострадавшему» возможность подняться и отойти, и лишь затем неспешно выбрался на волю. Толпа собратьев безбашенного биолога стояла, словно кролики перед удавом, они даже дышали через раз. Чудовище задумчиво наклонило голову, взглянув на смелого гуманоида одним глазом, потом посмотрело другим, и как-то печально вздохнув, совершенно явно кивнуло. После чего свернулось кольцом и, прикрыв глаза, преспокойно задремало.

Глава 5. Первый секс, в смысле, конечно же контакт

Смотреть за суетой и бедламом, творящимися в лагере, было жутко интересно. Вот, понимаешь, изучали себе планету, никого не трогали, зверюшек резали, а тут, оказывается, есть разумные хозяева, да и вивисекции, похоже, подвергались далеко не первые попавшиеся тварюшки. Есть от чего поклонникам природы и ярым гуманистам-пацифистам расстроиться. Биолога, на радостях от его открытия, едва не растерзали. Правда, тля эта бледная оказалась весьма боевитой молью и бойко отмахивалась толстенькими пачками бумаги. Причем крыть его вопли о том, что он уже не первый месяц талдычит и доказывает свою правоту было как-то и нечем. Короче говоря, пожар в борделе отдыхает. Народ только немного успокоился, но тут явился капитан и старшие офицеры корабля. Я ради такого дела вырастил новую гроздь шариков с питательно-тонизирующим бульоном, что вместо попкорна отлично идет, и вновь всю свою пси-мощь на лагерь гостей направил. Второй акт, однако, сразу без антракта, хе-хе. Весело это, когда у тебя по планете разумные шастают, мои-то все больше делом заняты, скучные они, правильные. Видать, не такой уж и плохой из меня воспитатель вышел. Может, в следующей жизни в сержанты податься? Ладно, не стоит в нее спешить, у меня и тут все только начинается.

Все, проорались, аргументы в сотый раз повторили и… вот неожиданность-то, стали готовиться встречать посла. Поглядел я у них в головах сценарии разные, ничего такого необычного. Почетный караул, флаг, верней какой-то тотемный столб, парадная форма и группа лиц, облеченных правом от имени расы говорить. Отправить к ним, что ли, Янку — не, будь тут люди или кто с ними схожий, так шикарная голозадая блондинка на мамонте-броненосце прискакавшая, или там, на змее гигантском приехавшая, произвела бы фурор, а этим гребненосцам чешуйчатым она до фонаря, у них совсем другой стандарт красоты. Разве что побрить девку и волосы панковским хаером на слизь поставить, заодно и в медно-красный цвет всю покрасить, — не, все равно не оценят. Сиськи-то не спрятать. Ладно, будем проще, отправлю куклу. Она и на коренного обитателя мира более чем потянет. Тем более, что таковым по факту и является.

Опять же, воспитанникам неприятно, когда я их под полный контроль беру. Мной-то созданные еще ничего, для них это нормально, и вообще, как должное воспринимается. Вот клонов и их потомков корёжит. Тоже, в общем-то, проблема, пользы мне от этих карманных Центавриан нынче никакой нет, скорей, одна беда, забота да морока мне с ними. Своих дефектных я только в путь перерабатываю, причем плевать, разумный там или нет, а на этих как-то хвост не поднимается. Видать, схожесть с человеком для меня куда больше значит, чем раньше думал, и где-то там в подсознании ёкает. Но в любом случае, вопрос стоит решать, и так уже откладываю его черт знает сколько. Правду рождения своего лишь старики знают, которых и не осталось уже практически. О чем-то догадываются их дети, а остальные, в принципе, ничего про нас толком рассказать не сумеют. Давно уже в отдельном улье живут и лишь с охраной контактируют. Та их от местной природы стережет, да пищей обеспечивает. Неприспособлен все же гуманоид для мира смерти, не выжить им тут. Нет, убивать все же неправильно будет, но и в мир большой просто так выкидывать тоже не дело. Отправим, лет через двадцать-тридцать, как шпионов, снабдим деньгами, а там пусть сами барахтаются. Дураков, вроде, среди них нет, выплывут.

Вот так, за мыслями, время и пролетело. Оверлорд посольство к месту встречи привез и прямо на окраине базы высадил. Кукла в окружении нескольких видов гидралисков и дюжины разных типов зерлингов смотрелась внушительно, особенно на фоне живого дирижабля с кучей щупалец и жутковатой мордой, утыканной глазами и наростами. Аббаям явно было не по себе от такого количества монстров, свободно находящихся в лагере, да что там, они и к Когтю, мирно дремавшему у клетки, привыкнуть не успели. А тут такой паноптикум прибыл. Но, надо отдать должное, встречу организовали.

— Приветствую вас, Аббаи, — прикладываюсь по их обычаю ко лбу, к сердцу, и отвешиваю поклон. Гребень сложить, за неимением оного, увы, не могу, но и так шокировал по полной. — Можете звать меня Посол или Голос, истинное имя, как и нашу речь, вам не воспроизвести, да и не услышать чисто физически.

— Рады приветствовать посла… э, Посла, — выдал глава научников, который формально был тут старшим.

— Взаимно, — улыбнулся бы и помахал лапкой, да боюсь напугать, — вы сказали зверю, что хотите говорить, я слушаю.

— Мы хотели бы принести извинения за бесцеремонное вторжение на вашу планету. Простите, но мы не знали, что она обитаема… э, населена разумными, и…

— Позвольте вас прервать. Ваши извинения приняты, мы не в обиде, тем более, что в них вовсе нет нужды. Если бы нам было все равно на ваши исследования, то мы не стали бы вас опекать и дикие просто растерзали вас всех за пару дней. Нам понравилось, как вы относитесь к природе и ведете дела, именно поэтому мы помогаем вам.

— Это… приятно, спасибо за лестную оценку. Но почему вы не захотели выйти с нами на контакт?

— Зачем? — пожать плечами будучи в хитине не так-то просто, но жест вроде вышел естественно.

— Э, ну как же? Обмен знаниями, общение, торговля наконец.

— Знания, хм… во многих знаниях многие печали. Мы много знаем о жизни, все они, — указываю на свиту, — созданы нами, как и большинство живого в этом, когда-то совершенно пустынном, мире.

Аббаи сильно удивились, представить пустынным творящееся вокруг буйство им было проблематично.

— Удивлены? Дело в том, что давным-давно у нас была война, мы прогнали пришлых, но они, уходя, обрушили на нас несколько астероидов. Нам пришлось много трудиться, чтоб этот мир вновь стал зеленым и живым. Однако созданная нами биосфера весьма агрессивна, она прекрасно прогоняет чужаков, вы ведь далеко не первые, кто нас посещает, но пока единственные, с кем мы согласны иметь дело.

— Мы рады слышать столь лестный отзыв, — глубоко склонились Аббаи, ух, как от гордости-то раздуваются, и, в принципе, заслуженно, так как даже и не слишком сильно я их перехвалил.

— Общение, ну что ж, именно это между нами сейчас и происходит. Торговля? Возможно, если вам что-то нужно, и мы можем вам это дать, не вижу проблем, берите.

— Хм, простите, но торговля, это не просто взять, она подразумевает обмен, — какие, блин, мы честные, не хотим обманывать наивного туземца, вообще-то, не читай я ваши мысли и не изучи досконально вашу подноготную, мог и за оскорбление такие элементарные пояснения счесть. Впрочем, тогда бы и вел себя иначе.

— Обмен? Но нам, в общем-то, ничего и не нужно. Разве что возможность вдохнуть жизнь в новый мертвый мир. Вся наша раса столько трудилась, что теперь, когда работа закончена и дело лишь во времени и самой природе, мы тут больше и не очень нужны.

— Вдохнуть жизнь в новый мир?! — Аббаи и анимешные глаза смотрится, хм, да, как-то не очень. Впрочем, на фоне моих творений… не, все равно бее.

— Да, — черт, надо было что-то кошачье для морды куклы брать, состроил бы сейчас глазки а-ля котик из Шрека. Кто же знал, что придется посла использовать, а вот мог бы и подумать, повелитель, блин, роя недоделанный.

— Я правильно вас понимаю, что вы владеете технологиями создания жизни в мертвых мирах?

— Атмосфера и вода должна быть, остальное не принципиально, — ага, увяли, все равно круто, конечно, но как-то не заоблачно, из привычных рамок не выбивается.

* * *

Пол года мы крепили дружбу между народами. Общались, помогали с исследованиями, возили по планете, показывали термитники, в которые они сами благоразумно не пытались лезть. Короче говоря, сплошная идиллия. В принципе, предложить мы им особо ничего и не могли. Больно уж у Аббаи было все хорошо. Нищих нет, голода нет, медицина на уровне, технологии на высоте, производство тоже вполне себе ничего. Мир им наш под колонию не подходил, верней, жить в резервациях они не желали, а иначе тут, увы, никак. Теорией гиперпространства, да и много чем еще, они с нами за нашу помощь вполне себе поделились. На том, собственно, все и закончилось бы, не решись я немного раскрыться, и не предложи гостям панацею. Универсальное лекарство от многих легких болячек, стимулирующее пораженный организм, причем вполне безвредное. Вот тут у пришельцев глазки-то и загорелись. Честные-то они честные, но бессребрениками их назвать нельзя. Просто дела ведут по совести. А тут такой шикарный товар имеется. Доработать они его вряд ли смогут, а синтезировать будет очень и очень дорого, овчинка, как говорится, выделки не стоит.

В общем, заглотила рыбка наживу, и один из разумных отправился с ними в качестве посла. Собственно, его в любом случае стоило бы послать. Хотя бы ради проверки дальности телепатической связи. Интуиция про нее ничего не говорила, одно только, что чем больше у меня нервной ткани, тем сильней пси-мощь, но становиться супермозгом, занимающим пару-тройку гектаров, мне пока как-то не хотелось. Вместе с посольством летел миниатюрный маточник и несколько крупных личинок, рожденных мной, с кучей готовых шаблонов на все случаи жизни. Мило попрощались с отбывающими, накормив от пуза деликатесами, благо, комарики давно уже принесли кровушку, так что вкусности для Аббаев создать было несложно. Тоже какой-никакой экспортный товар. Причем не из дешевых. Надарил кучу натуральной косметики, как-никак у них в расе соотношение женщин к мужчинам пять к одному, да и самцы их тоже не прочь чешую натереть и гребень умаслить. Посла снабдил образцами продукции, опять же, подарки их императрице не забыли, в общем, все как положено.

Корабль ушел в подпространство и связь сохранилась лишь с маточником. Похоже, встроенные в него пси-функции стали вполне себе ретранслятором. Во всяком случае, даже спустя пару месяцев, когда экспедиция достигла их родного мира, связь была четкой и без помех. Улей в каждой системе стал заветной мечтой, правда, отодвинутой на задворки сознания, но все же. Общение с императрицей и советом прошло нормально, мне даже вмешиваться не пришлось, посол и сам прекрасно справлялся. Кстати, пока он ждал аудиенции, его по всей планете повозили и даже по орбитам катали, заводы показывали. С местной бизнес-элитой он неплохо пообщался, вот тут уже мне постоянно вмешиваться приходилось. Управление на себя не брал, просто подсказывал. Императрица приняла благосклонно, совет тоже отнесся вполне благожелательно, дали нам добро на торговлю и даже заключили парочку стандартных договоров. Не слишком-то правительство в нас оказалось заинтересовано. Даже панацея была признана относительно полезной, но не более того. Увы, но для Аббаи мы, по сути, дикари. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

Назад посол летел на собственном грузовом корабле, способном к самостоятельным прыжкам в гиперпространстве. Купил он его на предоплату по контрактам поставок, причем еще и со скидкой, так компаньоны подсуетились. Ничего себе кораблик, большой. К моменту его прибытия мы уже и эрзац-челноки подготовили, и груз собрали. Благо, ничего такого, чем нельзя было в буквальном смысле выстрелить на орбиту, грузить не предполагалось. Так что за три дня забили трюм и в обратный путь межзвёздный пепелац отправили. Компаньоны оперативно обернувшемуся партнеру обрадовались, честно причитающиеся остатки сумм выплатили, и предложили задержаться. Мол, у них тут сейчас рекламная компания и вообще продажа привезенного вживую пойдет, они должны хоть пару недель поторговать, чтобы товары оценить и с новыми партиями определиться. Кто же против, подождем, заодно еще пару корабликов купим, благо, есть кому их пилотировать. Специально вырастили космолетчиков и членов экипажа, психоматрицы профессионалов в наличии, так чего бы и не вырастить-то. Можем теперь свою собственную научную экспедицию организовать, если вдруг придет такая блажь.

Продажи пошли отлично, еще бы, фирма веников не вяжет, у нас все самое лучшее, особенно когда есть генный материал расы, для которой продукция создается. Все привезенное было очень быстро сметено с полок и народ встал в очереди, у продавцов заказы на месяцы вперед набрались. В общем, посла сердечно поблагодарили и от души похвалили, что мы приобрели дополнительные корабли. Процесс «поедания» гиперпривода пришлось отложить, да и не до него было, спешно выращивал кукол, снабженных пси-силами. Как раз успел обернуться к отправке третьего корабля с товаром. Мы их с промежутком в десять дней гнали, хотя, по уму, стоило бы сразу все послать. Ничего, пусть лучше думают, что у нас тут дефицит и ограниченное производство.

Пси-куклы показали себя прекрасно, связь с ними не только не терялась, но они еще и ретрансляторами работали, хотя сила моего воздействия изрядно падала, видимо, возникало что-то вроде эффекта бутылочного горлышка в системе. Несколько досадно, но и только. С маточником, в принципе, то же самое имело место быть, просто была мыслишка, а вдруг получится, но увы, сие, похоже, есть закон нерушимый. Ладно, и так жить можно. Не переть же против мироздания, это глупо как-то. Ведь в гиперпространстве «канал» заметно шире, а значит, телепатия каким-то боком на физических константах базируется.

До разбора устройства прокола пространства дело дошло лишь к концу года. Как раз одиннадцатый корабль, что был явно лишним, — увлекся немного, вот и не рассчитал, — и пошел на эксперименты. Ничего особенного нам это не дало, теория получила, так сказать, инженерное воплощение. Куда полезней оказалось «съесть» привод центаврианского крейсера. Он хоть и был изрядно поврежден во время выхода из гиперпространства, но, во-первых, имея рабочий образец и теорию, недостающее было благополучно додумано, а во-вторых, ничего лишнего в нем не было. К сожалению, любая раса старается образец столь важной технологии, идущий на экспорт, сделать не совсем кондиционным.

Иные аббайские технологии мы тоже изрядно переработали, как, собственно и все, что от крейсера осталось. С реакторами пришлось повозиться, но в остальном особых трудностей с реверс-инжинирингом не возникло. Видимо, никому и в страшном сне не приходило в голову, что уворованное не просто просветят и всячески проанализируют, а буквально сгрызут. Имея теорию и образец в металле, повторить то же самое, но с использованием органики, благодаря имеющимся способностям было несложно. Вот только получалось как с той же плазменной пушкой. Что-то изрядно улучшалась, но что-то и заметно проседало. В итоге первый целиком и полностью выращенный корабль получился в общем-то вполне себе обычным середнячком. Далеко видим, но не слишком четко различаем, что именно увидели. Стреляем плазмой на запредельные по местным меркам дистанции, но слабовато бьем. Прекрасно отличаем ложные цели от настоящих, но не можем похвастаться скорострельностью оборонительных систем. Имеем много энергии и прекрасные двигатели, но с компенсацией перегрузок плоховато, быстро устает орган, что за искусственную гравитацию отвечает. Мощная плазменная сеть, по сути, силовое поле, практически эквивалентное броне в десяток метров толщиной, да только держать его стабильно не получается. Причем настолько, что оно вообще в мерцающем режиме работает. Прочный корпус и живое покрытие, способное успешно распределять энергию попадания и шустро затягивать раны — пожалуй, единственное, что у нас вышло хорошо и без нареканий. Если, конечно, забыть, что после некоторого количества повреждений появляется постоянно растущий шанс того, что оболочка тупо сдохнет и утянет за собой весь корабль с экипажем. Такие вот дела.

Десять лет мучились, пытаясь исправить ситуацию, но так ничего и не добились. Вообще-то, был прорыв на ниве создания узкоспециализированных кораблей, вот они у нас просто шикарно выходили. Да только использовать их в бою представлялось маловероятным. Все же, хоть минимальная, но универсальность вооружения должна быть. А то совсем бред получается. Снайперский корабль способен своим лучом любого врага издали развалить, но ракеты или даже истребители его под орех разделают. Черепаха может за счет живой брони и силового поля даже пару-тройку выстрелов снайпера пережить, но уничтожит его разве что тараном. Зато вот ракетам и особенно истребителям к ней лучше бы не приближаться. Какие-то камень-ножницы-бумага, доведенные до абсурда. Конечно, специализация у судов должна быть, но не настолько же ограниченная.

Решение пришлось искать в плоскости кибернетики и совмещения живого с неживым. Вот тут удалось получить действительно весьма и весьма серьезные корабли. Причем добыча нужных веществ путем использования живых существ оказалась весьма выгодным и довольно шустрым делом. Конечно, с разработкой техническими методами богатого месторождения не сравнить, но уже средние по качеству руды давали сопоставимый выхлоп, а уж если бедные, то тут органическим технологиям равных просто не находилось. А как выгодно оказалось скармливать огромным кораблям-червям астероиды, просто загляденье. В космосе ведь много простых, так сказать, базовых, атомов имеется, да вот беда, сложных молекул маловато, среда для их образования не та. А тут, пропустив через многокилометровую тушу, удавалось всю таблицу Менделеева получить, просто загляденье. Само собой, количество значительно отличалось, как-никак, чем атом легче, тем он и проще, тем его и больше в природе, вот только ядерный синтез еще никто не отменял. А с энергетикой у нас все было более чем хорошо, тем более, что всегда можно до звезды слетать и в ее излучении погреться. В общем, производство и добыча у нас процентов на девяносто была живой, а вот корабли, особенно военные, более чем наполовину из железа и классической техники состояли. Так что зерги из нас какие-то не слишком правильные. Впрочем, планетарные силы по-прежнему вполне успешно обходились возможностями органики, пусть и не всегда углеродной. Все же панцирь из хитина с примесью кремния и титана на единицу массы получался куда прочней металлического. Шипы, по сути представляющие из себя конденсатор с неслабым зарядом, были заметно эффективней простого когтя, хотя и он, благодаря особой кромке, — угу, алмаз это лишь форма углерода, — был небесполезен против средней брони, что те же Аббаи используют. Но, в принципе, это были мелочи. Наша сила — в многочисленности и разнообразии!

Глава 6. А исход войны решает насекомышей ресурс

Несмотря на фактический провал попытки создания боевого корабля по органическим технологиям, мирные исследователи-колонизаторы выращивались в огромном количестве и активно осваивали звездное скопление, где нам довелось жить. За десять лет было найдено сто миров не хуже Марса, и на них крепко обосновались десятки ульев. Предварительно грохнув на планеты несколько кусков космического льда. Пылищи, конечно, поднималось немеряно, но каких-то серьезных проблем она не доставляла. Были и горячие миры, не такие, как Венера, но рядовой гуманоид на них жить бы не смог. Во главе колоний вставал истинно разумный, что снимало с меня необходимость лично заниматься направленной эволюцией.

За лояльность переживать не приходилось, все мои потомки, обладающие самосознанием, были в основе своей модернизированными из кукол рабочими особями, что делало их абсолютно преданными. Служить конкретно мне вообще и рою в частности для них было смыслом жизни. Удачно, в общем-то, с этим вышло, причем почти что само собой получилось. Опять же, благодаря пси-силам, детишки все время на связи находились, что в принципе не позволяло им обзавестись дурным мыслишкам про независимость. Размножались мы быстро, мутировали шустро, планеты осваивали, по меркам других рас, мгновенно. Просто чума космического масштаба, хе-хе. Еще немного и можно будет пугать других пафосным: «Имя мне легион!».

Кстати, о других. Аббаи были единственными, с кем мы контактировали. За время нашего десятилетнего общения удалось немного увеличить поставки эксклюзива, аж до сотни грузовых кораблей раз в два месяца оборачивалось. Закупали у них все ту же электронику и прочий хай-тек, дешевле было бы ресурсы брать, и не тратить силу на переработку, но надо же было поддерживать отношения, а круговорот денег весьма способствовал благожелательности и дружбе. То, что треть наших товаров давно идет другим расам и цены на них ой какие высокие, от нас и не скрывали. Честно предлагали увеличить закупочную цену, мы, само собой, не возражали, но и сильно не торговались, что всех более чем устраивало. К слову, уже дважды договора переписывали.

В принципе, пока все было тихо-мирно, по земному летоисчислению понемногу заканчивалось первое десятилетие XXIII века. Пусть точные даты я и не помню, но мне достаточно и того, что человечки активно лезут без мыла во все щели, а Дилгары пока еще ни с кем не воюют. А это значит, что рано или поздно будет большая бойня. Вот в ней мне очень сильно хочется поучаствовать. Это же какие прекрасные возможности обзавестись генным материалом и образцами технологий! Благородно было бы выбрать сторону Лиги Неприсоединившихся Миров и Земного Альянса, но это глупо и нецелесообразно. Выгоды с такого союза ноль целых и немного десятых, в виде подачек. Нет уж, мы будем играть за обе команды сразу. По мелочи, как союзники и едва ли не вассалы Аббаи выступим, надо бы, кстати, прикупить у них немного боевой древности, новье-то они нам все равно не продадут. А так хоть будет чем щупальце дружбы протянуть.

Своя промышленность для массового производства кибер-корабликов у нас вовсю строится, но по большей части, конечно же, растет. Количество червей-переработчиков тоже стремительно увеличивается, и они вовсю по колониям разлетаются. Что примечательно, сами. Удалось полностью повторить технологию открытия врат в гиперпространство за счет специального органа. Конечно, силенок он на это тратит ой как много и изнашивается быстро, но на месте старого всегда можно вырастить новый, да и не надо нашим астероидожоркам много летать. От места рождения-взросления до звезды, где жить и работать станут, вот, собственно, и все. Даже беднейшую систему сотни лет тысячам червяков-камнерезов от астероидов чистить придется, мы же их по самым богатым и продуктивным расселяем.

Специально для контакта с Дилгарами были выращены экипажи кораблей, связать которые с зергами было бы просто невозможно. Еще бы, ведь за основу был взят геном домашнего любимца этих воителей. Купить его сложностей не было, Аббаи раса, в торговле сведущая и много с кем контактирующая. В итоге получилась этакая прямоходящая мышка-переросток повышенной мимимишности. Насколько могу судить, этот продукт биоинженерии и с точки зрения человека вышел эстетически приятным, да и большинство других гуманоидных рас вполне благосклонно бы к моему творению отнеслись. Боевые качества, по меркам зергов, были у них просто никакие. Хорошо еще, что размножаются и взрослеют относительно быстро. Пришлось снабжать это чудо пси-тканью поголовно и внедрять перелопаченные, едва ли не с нуля построенные психоматрицы. С одной стороны, прекрасная самостоятельность и даже псевдоразумность, которую от настоящей поди еще отличи, больно уж тут грань тонкая, сам удивился, можно сказать, шедевр сотворил, с другой — полный контроль и возможность вмешаться в случае необходимости. Вырастили этих чудиков аж под десять миллионов. Самое оно для флота беженцев.

Корабли строить пришлось чисто технологические и жутко упрощенные. Сотня «кирпичей» размером тысяча на восемьсот, длина с шириной, и на семьсот метров условной высоты. Начинка дублированная и кондовая, вооружение чисто оборонительное, причем обычный огнестрел. По нынешним временам — древность. Но положа руку на любое из сердец, единственный его недостаток это ограниченный боезапас. Так-то мелкокалиберное скорострельное орудие моих тварюшек любой местный истребитель вполне успешно на запчасти разберет. Во всяком случае, из тех, чьи ТТХ удалось добыть. Засадили несколько палуб зеленью и воткнули чаны с разными водорослями, да прочими одноклеточными. Развернули линии по выращиванию личинок и химическую лабораторию полупромышленного типа для создания вкусовых добавок и производства витаминов с разными лекарствами. Добавили еще кое-какие мелочи, вот и все. Ковчег с черт знает какой автономностью для сотни тысяч разумных готов.

В сопровождение каравану построили десяток линкоров по восемьсот метров с башенными орудиями и ракетно-торпедными установками, да пару дюжин крейсеров полукилометровой длины. Снаряды, конечно, не простые болванки, они вполне себе подруливать могут, опять же, начинка там далеко не динамит, но вообще-то, для местных это более чем нетипичное вооружение. Впрочем, ядерный реактор кораблей все отлично объяснит. В этом куске космоса таким старьем никто не пользуется, не на боевых судах, во всяком случае. Даже только-только к звездам выбравшиеся, и те первым делом технологию термоядерного синтеза покупают. Но это редкость, почти все до нее самостоятельно доходят, как-никак, энергетический кризис еще ни одну идущую путем технического прогресса цивилизацию не миновал. Вообще-то, мне даже самому было интересно поглядеть, насколько это чудо будет эффективно. Просто броня у кораблей была о-го-го какой толстой, что, собственно, логично, с учетом их вооружения. Пришлось ради достоверности пойти на лишние траты. Они не так чтоб сильно большие, основная толщина там за счет немного модифицированного алюминия создавалась. Его же в любой почве как грязи, просто добыть его из нее нелегко, верней, энергозатратно, но нашим червячкам и прочей живности промышленного назначения на это наплевать, они просто тупо жрут, а что металл параллельно запасают, ну так это же биотех на марше.

На подготовку операции ушло аж пять лет, долго, по моим меркам, но чертовски быстро по меркам других. Впрочем, какие «другие», у нас в системе гостей не бывает. Уже скоро двадцать лет, как никто не прилетал. Ну-с, щупальца скрестил, и флот новой расы на подвиги благословил. Оставалось ждать и наблюдать. Они целый год будут только до цели добираться. Чтоб скучно не было, займусь покупкой старых кораблей Аббаи, да и давненько я что-то колонии не проверял. Пора бы вселенцем поработать и «вживую» на дела поглядеть.

С приобретением корабликов проблем не возникло. Три десятка крейсеров, устаревших на доброе столетие, нам продали сразу, еще два десятка более новых обещали в течение пяти лет поставить. Нормально; по военной мощи одномоментно вышли на уровень юной космической цивилизации. Учитывая нашу официальную моносистемность, так и вообще замечательно. Дела в колониях шли ожидаемо хорошо. А чего им плохо-то идти? Все для улья, все для роя. Сплошной патриотизм и коммунизм. Наместники с делами справляются великолепно, задают направление мутациям и бдят за эволюционными процессами. При наличии мозгов и с техническими возможностями их тел, проблем с этим никаких. Количество колоний возросло до ста шестидесяти. Причем среди этой плеяды появился настоящий бриллиант.

Эдем — спутник газового гиганта, причем спутник был «живой». В том смысле, что и атмосфера, и климат, и даже собственный растительный и животный мир в наличии. Миленькое местечко, на котором преспокойно рядовой гуманоид жить может, а по нашим меркам — просто рай. Система, опять же, богатая на всякие полезности. Особенно радуют обширные залежи квантиума-500 на местном Меркурии. Штука более чем полезная, она шикарный источник нейтронов. Причем настолько, что созданные с использованием этого вещества термоэлектрические генераторы просто на загляденье выходят. Буквально метровая пластина, может спокойненько так средненький ядерный реактор задвинуть.

Живым рядом с этой штукой находиться не рекомендуется, облучатся и помрут, но мы-то, зерги, ребята крепкие. Впрочем, даже нам пришлось пару лет мучиться, прежде чем вырастили червя, способного не просто жрать и не дохнуть, но еще и использовать, не фоня на всю округу и не гробя ближнего своего. Впрочем, тот же уран мы прекрасно из почвы извлекаем и в живых реакторах используем, так что работка тут была, по сути, аналогичная. У нас вообще много био-реакторов имеется, как радиоактивных, так и совсем даже наоборот. Даже с холодным синтезом справились, правда он не так чтобы совсем уж холодный, добрых две тысячи градусов, но ведь не миллионы, а то наши термоядерные установки тот еще ужас. Даже по зерговским меркам натуральные чудовища вышли. А уж всякого изврата, снабженного электрогенерирующими органами, у нас вообще тьма-тьмущая. В общем, при создании космолетов и любой другой техники всегда есть из чего выбрать, от чего, собственно, и страдаем, периодически пытаясь подобрать оптимальные сочетания.

* * *

Обычный день для командира военной станции, хранящей покой метрополии, не предвещал ничего, кроме скуки. Вот уже который год он занимает почетную должность, являющуюся, по сути, синекурой. Ну что может случиться тут, в самом центре великой Дилгарской империи? Да ровным счетом ничего. Еще бы не ныли раны, полученные в молодости, когда он у Аббаи в качестве наемника боевого опыта набирался, гоняя пиратов в их секторе пространства…

— Воитель Джа’кхар, флот из ста двадцати кораблей обнаружен дальними сенсорами, они идут к нашему гипер-бую!

— Боевая тревога! Вызвать дальние эскадры, — вот тебе и очередной скучный день.

— Противник приблизился к бую и снизил скорость. Похоже, они его сканируют.

— Так и вы их просветите.

— Не может быть!

— Что ты мямлишь! Доложи нормально.

— Воитель, на их кораблях ядерные реакторы, довольно примитивные, а энергетического оружия вообще нет. Совсем.

— Хм, очень интересно. Но технология гиперпространства им известна, не расслабляться.

— Неизвестные сменили курс, идут прямо на наш маяк.

— Похоже, у них вполне приличные сенсоры, как скоро они будут здесь?

— Если скорость сохранится, то через пять часов.

— Что ж, подождем и подготовимся. Удалось определить, откуда они вообще взялись?

— Пришли из глубин подпространства, вектор мы определили, но там ничего нет.

— Куда он направлен?

— Выше центра галактики, территорию известных нам цивилизаций не пересекает.

— Похоже, они не враждебны, — подал голос оператор спустя несколько часов наблюдения за чужаками.

— Возможно, но расслабляться не стоит. Что там с флотом?

— Треть сил с ближайших секторов прибыть не успеет.

Это было плохо. Если случится бой, то пара сотен крейсеров и кораблей поменьше будут не лишними. Очень даже не лишними. Но что уж тут поделать, численное и, вероятней всего, технологическое превосходство на стороне дилгар, да и сами они воины не из последних.

— Внимание, открытие воронки перехода.

— Войскам, полная боевая готовность, первыми огонь не открывать.

Тьму космоса осветили появившиеся в пустоте звездочки, из которых, словно лучи прожектора, в разные стороны ударил и заметался свет. Мгновение, и вот на месте странного явления разверзлись воронки, сияющие всполохами молний по краям и переливающиеся бордовыми и тёмно-синими разводами внутри. Словно призраки, в них мелькнули тени, которые тут же материализовались в десятки космических кораблей. Считанные секунды, и вот пришельцы полностью покинули зев перехода. Еще пара ударов сердца, и лишь сто двадцать два корабля, никогда ранее не виденных в этой части космоса, остались висеть на месте ставшего обычным пространства.

— Кто бы они ни были, но досталось им хорошо. — пробормотал один из операторов, вот только в тишине БИЦ его голос был отлично услышан большинством присутствующих, впрочем, не было, наверное, никого, кто не подумал бы о том же.

— Входящий вызов.

— Соединяй.

— Приветствую братьев по разуму, мое имя Мийла, — заговорил с акцентом, но вполне разборчиво, появившийся на экране чужак, верней, чужачка, похожая на гримджа. — От имени своего рода прошу защиты и покровительства, — совершенно неожиданно выдала гостья, склонив голову.

* * *

Контакт с Дилгарами прошел вполне успешно. Собранные сведения были хоть и скудны, но телепатия позволила оперативно изменить сценарий и благополучно влезть в канву старых — что в их случае автоматически значило «почитаемых» — традиций. Сами по себе Дилгары были еще теми фруктами. Клановое общество, жесткий, даже жесточайший милитаризм, приправленный чем-то близким к фашизму, железобетонная иерархия, сонм традиций. Не слишком приятные разумные. Скорей даже, весьма неприятные, но выбирать не приходится. Устраивать войнушки самостоятельно, когда есть готовый кандидат, нецелесообразно. К тому же, они тут свои, а пришлых, вполне возможно, будут бить всем скопом.

После знакомства, отвода флота на предписанное место и, главное, первых раундов переговоров, удалось собрать интересные сведения. Что забавно, Дилгары в космос выбрались благодаря Аббаи. Просто лет так двести с мелочью тому назад их научная экспедиция приперлась в систему изучать звезду, которая должна была в скором времени сверхновой стать. Причем «вот-вот» не по космическим меркам, а по самым что ни на есть обычным. В теории, уже в этом столетии местное солнышко должно того, бабахнуть. Естественно, не обнаружить цивилизацию, вовсю паровозы использующую, и активно друг друга режущую, было сложно. Вместо светила Аббаи сосредоточились на аборигенах. Впрочем, звезде они тоже немного внимания уделили, но так, мимоходом.

Результаты контакта пацифистов и милитаристов были, мягко говоря, так себе. Впрочем, надо отдать гребненосцам должное, несмотря на более чем прохладный прием, они не пожали плечами и не убрались во тьму космоса. Совершенно безвозмездно передали огромный пул технологий. Причем не просто теорию, но и вполне себе полноценную документацию с чертежами и со всем прочим. Еще и не поленились перевести все это на местный язык и учесть уровень текущих знаний Дилгар. Даже не знаю, как этот поступок назвать. Пинок в светлое будущее? Как-то мелко. Фактически, они их за шкирку не просто в космос вытянули, но еще и где-то веков на шесть, а то и на все семь, продвинули.

Дилгары, надо сказать, весьма своеобразно этот поступок восприняли. С одной стороны, они Аббаи боялись просто каким-то подсознательным страхом. С другой, были им благодарны и своеобразно так это проявляли, периодически отправляя отдельных представителей поработать на земноводных наемниками. Причем, далеко не рядовых Дилгар, а, как минимум, из верхушек кланов. Впрочем, тут был и практический интерес. Все вернувшиеся быстро оказывались на командных постах и с реальным боевым опытом. С третьей стороны, мечтой дилгар стало ни много ни мало, истребление благодетелей. Просто какой-то заворот мозга у ребят, я их ни как зерг, ни как человек понять не мог. Да что тут я, они сами себя толком не понимали в этом вопросе, это я вам как псионик говорю.

Ну да ладно, мне, в принципе, наплевать, чего там у них и как было. Главное, что к войне и к последующей эмиграции они всей расой готовились уже лет сто. Правда, опять же, делали это своеобразно. Аббаи, совершенно случайно и из самых благих побуждений, нанесли страшный удар по науке дилгар. Да такой, что та до сих пор толком не очухалась. Фундаментальные исследования? Не, не слышали. Вот инженеры они были хорошие. Под видом пиратов захватывали все, до чего могли дотянуться, потом разбирали, изучали, и в дело применяли. Такой вот своеобразный у них прогресс был. Можно сказать, паразитарный, но кое-что они и улучшали, иной раз даже весьма успешно. При этом их нынешний уровень технологий можно было считать выше среднего.

Общая мимимишность моих посланцев, безвыходное положение, явное техническое отставание, пси-воздействие и главное — готовность подчиняться вкупе с правильным поведением, склонили суровых воителей к решению принять беженцев на правах вассалов. Чего, собственно, я и добивался. Для жизни союзникам дилгары выделили вполне приличный мир. Холодный, конечно, и суровый, но раса Мши была довольно неприхотлива, как и зверьки, что были за ее основу взяты. Несмотря на демонстративно покровительственное, по мне, так полностью пренебрежительное, отношение, долг сюзерена дилгары выполнили сполна. Естественно, ведь для себя старались, так как в грядущей войне вовсю планировали использовать моих посланцев в роли пушечного мяса, но тем не менее. Технологий подкинули, пару сотен термоядерных реакторов поставили, промышленного оборудования завезли, с возведением жилья помогли. За каких-нибудь десять лет суровый ледяной мир, где даже на экваторе плюс десять только летом было, и то лишь в самый жаркий день, стал вполне себе заселенным и даже неплохо развитым. Во всяком случае, десяток кораблей типа крейсер Мши за год строили. Что было вполне себе достойно.

Мши, будучи искусственно созданными из мелкого зверька, не отличались особой продолжительностью жизни, по расчетам, где-то лет пятьдесят был у них потолок, но вот плодовитость и скорость взросления была заоблачной, по меркам известных рас. Шесть-семь лет, и вот уже готова взрослая особь. С учетом того, что в помете было минимум пять детенышей, а самка могла без особого ущерба дважды в год рожать, к началу войны из десяти миллионов получилось почти две сотни. Вполне прилично для колонии, которой и двадцати лет нет. Дилгары, кстати говоря, на своих вассалов с некоторой опаской поглядывать начинали. Мало того, что они плодились с пугающей быстротой, так они же еще и полученную во владение систему, осваивали невиданными темпами. Правильно, чего не осваивать-то, на спутниках гелия-3 полно, на планете металлов под километрами льда тьма-тьмущая валяется. Сами дилгары их и обнаружили, но мирные профессии у них не в почете, да и теплолюбивые они существа. Топлива для реакторов завались, материалов, чтоб строить, тоже хватает, а при наличии энергии и массы рабочих рук, экономическое чудо сродни китайскому в масштабах планеты, а потом и системы, повторить — плевое дело. Особенно когда благодаря пси-силам есть возможность детишек обучать путем прямой передачи опыта. На самом-то деле, психоматрицы, но зачем же кому-то знать такие мелкие подробности.

Глава 7. Пограничные конфликты

Год две тысячи двести двадцать девятый по земному календарю стал для нас особенным. Дилгары решили проверить вассала в действии. Явная подстава, но в общем-то, плевать. Ради войны и трофеев с нее все и затевалось. Причем бросить нас решили ни много ни мало, аж на Страйбов. Очень скрытная раса, периодически шастающая по округе и отлавливающая представителей других рас с совершенно неизвестными целями. Информации по ней было очень мало, только про их корабль-охотник, да примерное расположение родного мира. В общем, предлагалось, не мудрствуя лукаво, провести разведку боем, а казус белли — похищение сородичей. Тем более, что против драки с этими типами никто возражать не будет. Они, вообще-то, всех изрядно достали, но так как почти всегда жертвами становились малозначительные граждане, то и лезть к ним никто не спешил.

Развесили флот в гипере вокруг предполагаемого сектора обитания страйбов, раскидали сенсоров, и стали ждать, когда охотники домой двинутся. Месяц почти в подпространстве болтались, но блаженны ждущие, ибо они дождутся. Засекли мы искомый объект и на самой малой тяге, с максимумом предосторожностей, за ним последовали. То ли маскировка у нас хорошая, то ли сенсоры у страйбов не очень, но точку выхода определили и с реальными координатами обычного космоса без проблем соотнесли. Чудесно. Можно и эскадры подтягивать.

Лезть наобум все же не стали. Отправили разведчиков, те вывалились далеко за пределами системы, потом еще сутки маневрировали на малой тяге, занимая места точно друг напротив друга. Когда все было готово, в дело пошли зонды. Малозаметные малыши, снабженные кучей пассивных датчиков, очень глазастенькие, да еще и разгоняющиеся чуть ли не до трети скорости света. Правда, половину скорости им пусковая труба обеспечивала, ну да это мелочи. Ловить их приходилось гравитационной сетью, фактически, космическим сачком, сами-то они остановиться не могли, разве что немного замедлиться, чтоб успеть принимающей стороне сигнал о себе послать. В общем, наше ноу-хау позволяло довольно быстро и незаметно собрать сведения об объекте атаки, но геморроя с ним было много. Особенно в плане точного расчета. Из десятка зондов, половина благополучно терялась; досадно, ну да не смертельно. Главное их запускать побольше.

Страйбы в родной системе присутствовали практически никак. На планете всего парочка крупных городов и полсотни каких-то поселков, орбита пуста, какое-то вялое копошение на спутнике и в астероидном поясе. На кого тут сотню крейсеров бросать? Зачем их вообще было столько сюда тащить? Либо враг замаскировался так, что не найти, либо, как всегда, у страха глаза велики оказались. Я в конце концов этих сереньких типов вспомнил, они в сериале, помнится, капитана умыкнули. Так там же их земной корабль раскатал, и что-то никто на помощь избиваемому товарищу не прилетел. Как бы этот вшивенький охотник за головами не был вообще единственным во всем их флоте. Так чего тянуть-то, вперед и с песней, мои храбрые мышки. Смерть ксеносам!

Метрику пространства разорвали десятки воронок. Тройки боевых звездолетов, по девятьсот метров каждый, сопровождаемые эскадрильями истребителей, материализовались в обычном космосе. Ближайшая к единственному кораблю страйбов группа тут же разрядила батареи длинноствольных орудий, послав в противника больше сотни умных снарядов, разогнанных до десятой скорости света. Вслед за снарядами ударили серебристо-голубые лучи, в секунду обрушившие по корпусу охотника поток смертоносных частиц и убийственного излучения. Бабах! — и разлетелся атакованный на мириады частей, что вызвало у меня удивление, злость, и какую-то детскую обиду.

Ни сама планета, ни ее естественный спутник после сканирования ничего интересного не продемонстрировали. Поселения и обитатели, вот, собственно, и все. Ладно, я уже понял, — страйбы на деле пустышками оказались, так что и не расстроился почти. Послал десант боевых мышей и вывел из гипера корабль с Жутиком. Носиться по космосу и самолично каждого встречного-поперечного на зуб пробовать было не с руки, вот лично рожденный специализированный, хм, прибор? Орган? Животное? Ладно, пусть будет существо, — вот оно и стало выходом.

Пучеглазые аборигены оказались весьма посредственными вояками. Они, конечно, честно пробовали отстреливаться из бластеров, но бронетехника для них стала полнейшим и совершенно непреодолимым сюрпризом. Вообще, у местных цивилизаций с танками как-то дела не особо обстоят. Всякое летающее еще туда-сюда, но военное и ездящее как-то не в почете. Оно, может, и логично: коли орбиту не удержал, так, собственно, и рыпаться смысла нет, но все же. Вопрос ведь в стратегических целях нападающих. Хотя тут тоже палка о двух концах. Будешь сильно выделываться и сопротивляться, получишь тотальную бомбардировку, после которой жить придется в глубоком-глубоком бункере. Ядерная зима, или пылевая, смотря чем обработают, гарантирована.

Похлебали кровушки, покопались в одурманенных головушках. Погрызли технику, предварительно разобрав и тщательно иными средствами изучив. Покопались в местных компьютерах. Ясно, что ничего не ясно. Раса какая-то искусственная, причем криво на коленке сляпанная. Лишь после более тщательного изучения трофеев более-менее стало понятно, что с этими страйбами приключилось. Очень уж они хотели стать бессмертными, вот только знаний у них как-то не хватало, но подождать, пока они появятся, желающих не нашлось. Вот и начали крушить собственный геном, пытаясь, образно говоря, мозги каменным топором прооперировать. В итоге — ни бессмертия, ни адекватности. Сплошная зацикленность и идея фикс. Одна с них польза — много образцов за века существования набрали. Жутик их месяц в три горла жрать будет. Кое-какие технологические решения тоже, в принципе, нашлись, но ничего прям заоблачного. Разве что искусственные кристаллы для фокусировки мы у них переймем. Наблюдения за поведением подопытных в стрессовой ситуации могли бы представлять интерес, не будь они столь антинаучны. Впрочем, отдам умникам, может и отделят зерна от плевел.

Отчитались «патронам» об успешно проведенных учениях. Встретили изрядно обалдевший взгляд и полное непонимание. Прислали отчет и собственные выводы. Пригласили покопаться в трофеях, но честно предупредили: «мир паршивый, чего-то интересного, считай, и нет». Естественно, это сюзеренов не остановило, но ничего нового или нами утаенного они не нашли. Как страсти немного улеглись, отправили нас Ксонов бить. Раса молодая, лет где-то сто пятьдесят как в большой космос выбралась. Редкий случай, когда эволюция наделила травоядных разумом. Агрессии особой за этими потомками то ли овец, то ли коз, не наблюдалось, но стадное чувство и крепкая оборона имелась. Их родной мир представлял собой сплошные саванны-равнины, перемежавшиеся холмами и мелкими горными хребтами. Лесов было мало, свели они их изрядно в процессе хозяйственной деятельности, еще на ранних стадиях развития цивилизации. Приятный мягкий климат. В общем, планета была весьма и весьма привлекательна. Натуральная житница.

По уму, не таким уж и многочисленным Дилгарам стоило бы с ними, да еще с Токати, договориться, с тем чтобы переселиться на их планеты. У первых места полно, вторые вообще потомки птиц, и их родной мир в силу низкой гравитации может похвастаться воистину исполинскими деревьями, на которых они и живут. Увы для них и их соседей, менталитет-с не позволяет. Уже опробованным методом разведали театр будущих боевых действий. Пара крупных станций на орбите, наверняка вооружены, но по данным разведки к военным не относятся. Заслали представителя насчет закупок сельхозпродукции пообщаться и вообще дипломатией озаботиться. Мол, на льду живем, химию жрем, и все такое. Военный флот в сорок больших кораблей и вдвое больше мелочи. Не фунт изюма, так просто его не разнести. Правда, то еще старье, купленное у более продвинутых соседей. Сами-то Ксоны в кораблестроении не сильны. Вот только они свой флот все время в кулаке держат. На патруль границ лишь небольшие отряды посылают. Чистая формальность. Основа их экспорта — еда, а импорта — химия для ее выращивания, совершенно непривлекательный для джентльменов удачи грузопоток.

Ксоны формально в Лиге Неприсоединившихся Миров состоят, но даже в ее совет не входят. Вообще, это аморфное собрание было довольно забавным. Начать с того, что в их названии фигурирует такое понятие как «неприсоединившиеся». Так их, вообще-то, насколько мне известно, никто и не звал к кому-то или чему-то присоединяться. Сборище неуловимых Джо какое-то. Конгломерат стран третьего мира, рассматриваемый остальными как рынок сбыта и источник сырья. Впрочем, этих других всего-то три штуки: Нарн, Центавр, да Люди. Вообще-то, те же Аббаи, Врии, Дрази или даже Бракири могут быть в тройку включены, но так как они официально члены лиги, это им как-то не комильфо выходит. Теоретически, это оборонительный союз, но на деле он еще ни разу как надо не сработал. Подозреваю, что если бы дилгары, словно бешеные, на всех подряд бросаться не начали, так никто бы и не почесался соседу помогать. Впрочем, чего гадать-то, скоро воочию погляжу, как оно повернется.

Переговоры Мши с Ксонами о поставках еды прошли в теплой и дружеской обстановке, и закончились предъявлением потомкам парнокопытных ультиматума. Нагло потребовали в бессрочную аренду целый континент чужого мира, а когда получили отказ, обиделись, оскорбились и вообще возмутились. Чего-то поумней упорно не придумывалось. Просто времени Дилгары совсем не дали, так бы мы хоть какую-нибудь вшивенькую провокацию организовали бы, конечно. Выглядело все это крайне коряво, но хоть какой-то фиговый листок приличий появился. Тем более, что все равно предъявлять его мы будем побежденным. Или не будем, коли они отбиться сумеют, что маловероятно, но не исключено.

* * *

С момента предъявления наглого требования каких-то неизвестных никому выскочек, прибывших издалека и нашедших приют у дилгаров, прошло уже больше месяца. Войска ксонов, все это время находившиеся в повышенное боевой готовности, наконец-то получили отбой. На самом деле, мало кто верил в реальность ультиматума и возможность войны. Ну что живущие на каком-то промёрзлом шарике чужаки могут сделать тем, кому сама вселенная даровала огромный живой мир, согреваемый ласковым солнцем и не знающий, что такое стужа? Абсолютно ничего. К сожалению, сегодня для ксонов настал черный день.

— Тревога! Неизвестный флот только что уничтожил маяк.

— Входящее сообщение, соединяю.

— База, база, это патруль четыре, мы под огнем, повторяю на нас напали, они ааа… шхх…

— Патруль, патруль, это база…

— Адмирал, станция слежения засекла неопознанные корабли, приближаются из-за границ системы.

— Пропала связь с южным буем.

— Северный тоже не отвечает.

— Всем боевым кораблям немедленно вернуться к планете, гражданским покинуть станции, объявляется системная тревога. Ополчению срочно явиться в места сбора и получить оружие. Это вторжение. И да помогут нам боги.

* * *

Вторжение сразу с нескольких сторон, да по разведанной системе, началось неплохо. Удалось уничтожить три патруля, причем лишь один успел сообщить о нас своим. Толку с того не было никакого, уничтожаемые в гиперпространстве маяки и навигационные буи и так о нас и о наших намерениях защитников оповестили, но все равно, досадно. Корабли врии, что были у патрульных, эти их чертовы тарелочки, оказались очень уж маневренными. Мало того, что пилот оказался на высоте, так еще и техника у него под задницей вполне приличная была. Ушел от лучей играючи, вот умные снаряды оказались для него непреодолимым препятствием, разлетелся на куски, как миленький.

* * *

— Командующий, противник полностью лишил нас связи через подпространство. Вся инфраструктура маяков и буев уничтожена. Мы не можем отслеживать, где их флот.

— Нам и не надо. И так ясно, что они ждут, когда их корабли через всю систему проползут, чтоб вместе ударить. Муфр, что думаешь по этому поводу?

— Нас зажали, Фымр, если пойдем навстречу тем, кто уничтожает станции и заводы, получим удар в спину. Выйдем в гиперпространство, эти бандиты тоже ударят в спину, как только сцепимся с их флотом.

— Ты мне прописные истины не объясняй, лучше скажи, что предлагаешь?

— Ждать, что нам еще остается?

— Что ж, как ни больно смотреть на творимые ими бесчинства, ты прав. Станции можно отстроить, но потерять родной мир нельзя.

* * *

Ксоны не купились. Ожидаемо, конечно, но попробовать все же стоило. А ведь мы им специально лишь часть флота продемонстрировали. Ладно, нет так нет. Хватит крушить то, что и самим пригодиться. Семь троек собрались в единый флот и неспешно двинулись к планете и к зависшим на дальней орбите защитникам. В отличие от них, двадцать групп на всех парах спешили присоединится к ожидающей их шестерке, что зачистила гиперпространство от маяков, буев и прочего, что парнокопытные за полтора века в него натащили. Не слишком-то они и напрягались, кстати. Ну да оно и понятно, техника не из дешевой, а менять ее приходится регулярно. Тут, конечно, не варп из какой-нибудь вахи, но стабильность подпространства тоже порой оставляет желать лучшего. То своеобразные шторма, то еще какие бури случаются.

* * *

— Готовьтесь, сейчас они из подпространства полезут.

— Формируются зоны перехода, — тут же доложился оператор.

— Сколько?

— Шестнадцать.

— Тридцать три группы, почти сотня кораблей. Много. Всем батареям, беглый огонь! Станциям нанести ракетный удар по ближайшим воронкам. Всем эскадрильям вперед, атакуйте крупные корабли. Бить по стволам.

— Думаешь, поможет?

— Какой-нибудь толк все равно будет.

* * *

Встретили нас с огоньком, впрочем, мы тоже стрелять начали еще до того, как зону перехода покинули. Нас били концентрированным огнем в устье воронки, мы отвечали залпами троек. Первый же обмен ударами показал, что ксонам ничего в этом бою не светит, хотя ракеты с их станций оказались неприятным сюрпризом. Ближайшую группу просто разорвало. Но их оборонные системы и эскадрильи прикрытия элементарно не могли переварить такое количество целей. В итоге три наших крейсера красиво окутались всполохами взрывов и меньше чем за минуту разлетелись облачками плазмы по всей системе. Вот только перед своей гибелью они успели лучами два корабля на тот свет спровадить, пробив несчастных до самого реактора и вызвав его детонацию. Немного погодя за товарищами еще парочка крейсеров из того же звена последовала. Пусть снарядами уже и некому было управлять, но умными их не просто так называют, сами сообразили подрулить и жертву поразить. Их воздействие было менее эффектным, но результат, по сути, получился одинаковый.

* * *

— Треть флота уничтожена. Враг лишился четвертой группы и понес потери еще в шести. Наши истребители выходят на рубеж атаки. Ракетная атака сорвана. Начат прорыв сквозь МЛА противника. Накопители двадцать процентов, — доклады сыпались со всех сторон, но командующий не питал иллюзий: этот бой они уже проиграли, оставалось лишь подороже продать жизнь.

— Флоту полный вперед. Энергию на двигатели и плазменные орудия. Форсаж!

— Хочешь сунуться под их пушки?!

— Да! Демоны вселенной, да! Вряд ли они сумеют в клинче навестись на нас, а тогда мы заберем с собой многих из них.

* * *

Хоть тут все по плану. Поняв, что бой проигран, командующий противника решил нанести нам максимальный урон. В принципе, конечно, здраво, с учетом плазменных орудий на его ископаемых. Да только у нас есть чем ответить. Мши мои упорно развивали огнестрел все эти годы, так что против плазмы будут обычные пушки. Хотя тут скорей стоит про реактивные системы залпового огня говорить. Они, конечно, никаким умом и сообразительностью похвастаться не могут, зато до десятой скорости света разгоняться умеют, причем делают это ой как быстро. С учетом радиуса действия плазменных орудий, можно сказать, что мгновенное попадание гарантировано, а что не слишком точное, так и плевать, количество в данном случае любое качество бьет, причем в буквальном смысле. А уж как мило эти болванки прикрывают нормальные ракеты со старой доброй ядерной боеголовкой, просто загляденье.

* * *

— Быр уничтожен. Кор и Трурт подбиты. Селим, Пфы-фы и Труму уничтожены…

— Старый баран, — просипел командующий, безвольно оседая в кресле и закрывая глаза за миг до того, как содрогающийся в агонии корабль был разорван на части тройкой ядерных взрывов.

* * *

Флот обороняющихся был растерзан за считанные минуты, оставались еще истребители и станции, да и сама планета, но без прикрытия кораблями они из проблем перекочевали в разряд решаемых сложностей. Мши мои летали на честно спертом у землян концепте будущего легендарного истребителя. Хотя они ведь его еще не придумали, так что по всему выходит, что это они у меня идею украдут. Забавный казус. Впрочем, мой Х-образный истребитель с маневровыми соплами на крыльях не слишком-то на их Звездную Ярость похож, хоть и тот же самый принцип использует. Кресты себя в бою с авиацией противника показали просто отлично. Скорострельные пушки и ракеты рвали врагов пачками, но вот боезапас оказался действительно критичным моментом. Истребитель это вам не крейсер, ладно, поставим плазменную скорострелку, благо она для замены в случае неудачных испытаний огнестрела и разрабатывалась. Жаль, что ей такую же завесу не поставить. Ни один враг целым не проскочил, кто сразу не погиб, того добить было плевым делом, на измочаленной машине много не навоюешь. Или лучше не мудрить и обычную импульсную пушку воткнуть? Нет, все же плазма разрушительней будет. Пусть и не столь дальнобойная, ну да за счет маневра компенсируем.

Орбитальные станции честно плевались ракетами, но объединенная сеть флота, управляющая оборонительными системами кораблей, эти удары отражала играючи. А когда в строй вернулись пополнившие боезапас истребители, то даже ксоны прекратили бессмысленный расход боеприпасов. Предложил безоговорочно капитулировать, попросили время на подумать, дал час. Все равно у этих копытных никаких союзников, что ради них готовы воевать, нету. Сами жили по принципу «моя хата с краю», вот теперь и пожинают плоды. Вообще-то, тут все, кто в Лиге состоит, так и живут. Ладно, нашим легче, а то сейчас бы уже отбивался от толп паладинов и помогальщиков. Собственно, именно этого и хотелось бы, но в дозированном виде. Чтоб успевал переработать хоть кого-то.

Что ни говори, но травоядность, похоже, располагает к покорности. Ксоны сдались. Причем даже не стали ждать последней минуты. Безоговорочная капитуляция. Даже как-то и растерялся. Вон Нарны против Центавра сто лет боролись, и ведь победили, режим свой построили. Третьей силой в космосе считаются. Нет, что Ксоны в итоге покорятся, было сразу ясно, но ведь могли бы и потрепыхаться. У меня, между прочим, техника наземная толком в боях не испытана, истребители в атмосферных драках не опробованы. Но черт с ними. Полетели оккупацию устраивать. Может, они ловушку задумали? Сейчас как шмальнут по кораблю с послом, да объявят войну до победного. Маловероятно, конечно, но вдруг?

Глава 8. Танцуют все

Увы, Ксоны надежд не оправдали, они просто и бесхитростно сдались. Что на станциях, когда их мои бойцы занимали, без эксцессов обошлось, что на планете, когда десятимиллионный оккупационный корпус высаживал. Никто даже камня не бросил. Скучные они какие-то. Или на них так повлияло, что мы активно спасали не только своих, но и их солдат, оказавшихся в космосе? Наверное, не без того, но главным фактором, думается мне, все же стал более чем приемлемый договор. Если отбросить мишуру, то мы им — защиту и автономию, они нам — продуктовую безопасность и изобилие вкусняшек. Дилгары, когда с результатом наших завоеваний ознакомились, натуральный шок испытали. По их понятиям мы не столько завоевали кого-то, сколько собственным вассалом обзавелись. У них, от такого финта хвостом с миленькой кисточкой, ум за разум заходить начал. Типа, а зачем вы тогда вообще стреляли-то? Так вы же сами приказали завоевать, ну вот, мы, как и положено младшим, пожелания старших выполнили. На что им только и оставалось, что глубокомысленно мычать, куда там ксонам.

Пока дилгары отходили от странного подхода союзника к вопросам войны, и думали, куда бы нас еще направить, чтобы и польза была, и чтоб шею себе немного вывихнули, мы посла к птичкам отправили. Токати, будучи соседями завоеванных Ксонов с одной стороны, и Дилгар с другой, нашему крейсеру были не шибко рады. Вот только их смешные вооруженные силы к качанию прав не располагали. Так что и чирикать попугайчики не стали. Про себя-то они, конечно, те еще трели выдавали, бедняги же не в курсе, что я их мысли читаю, телепата бы позвали, что ли. Впрочем, откуда он у них. Разве что действительно настоящий, природный завелся. Так-то пси-тканью, верней, генами, за ее появление отвечающими, Ворлонцы нынче заведуют. А кто Токати такие, чтобы быть им интересными? Я тут прикинул хвост к щупальцу, и пришел к выводу, что определить, посещали расу древние или нет, весьма просто. Есть единобожие и что-то типа ангелов, значит, младшие из изначальных залетали, нет, — ну нет и нет, повезло.

Черт его знает до чего бы дошла мысль Дилгаров, но вот Токати, после того как ознакомились с договором, что заключили Ксоны, отмочили такое, что я просто челюсть уронил и кислотной слюной минуты две пол поливал. Эти чудики в перьях взяли и безоговорочно капитулировали. Ага, вот так просто, даже без объявления войны. Подумаешь, мелочи и формальности. Ну, понять их можно, конечно. Кто такие Токати? Да никто, дикари, по сути. Нашли их Врии, дали кое-каких знаний, в обмен на пух, перья, поделки-безделушки, да кое-какие местные деликатесы, считающиеся забористой дурью у пары рас. Собственно, с тех пор резко перекочевавшие из первобытного состояния в века космических технологий попугайчики и живут, по сути, неприкаянными. Который уж век бедняги от футурошока отойти не могут. Денег у них толком нет, на пяток кораблей наскребли, да и те после осмотра «трофеев» кроме ужаса и удивления — как оно еще не взорвалось-то? — ничего не вызывают. Вот честно, принял их капитуляцию из жалости. Ну и над Дилгарами поржать. Как же, они великие воины, у них тысячи кораблей, они столько лет готовятся галактику на колени ставить, а тут мы, все такие белые с кисточкой, уже три расы покорили.

В общем, в две тысячи двести тридцатом по земному летоисчислению Дилгары отдали нам приказ в духе «делай как я» и начали большую войну. Наконец-то, давно пора уже было начинать. Полыхнуло знатно: атаковав разом десяток рас, сюзерены самозабвенно принялись рубиться, — фактически, в окружении, — а мы что, мы ничего, стали им надежным тылом. Взяли на себя патрулирование и полицейские функции на завоеванных территориях. Жутик с собратьями наконец-то смог исполнить свое предназначение. Хорошо кушал, работал ретранслятором, через который я считывал пленных, тайно, в состоянии наркотического опьянения, к нему доставляемых. Физический контакт изрядно ускорял процесс, да и сил меньше тратилось. Пошел, короче говоря, процесс, ради которого все и затевалось. Образцы подбитой и захваченной техники Дилгары тоже нам доверили разбирать. Понятно, что под присмотром, но под весьма формальным. Все же, инженер, который все время думает о том, как бы ему на передовую попасть, бывает весьма рассеян. Особенно когда ему помогают не обращать внимание на некоторые странности, и вообще, не дают отвлечься от героических мыслей.

Нормально, надо сказать, Дилгары воевали, очень даже умеючи. Ни о каком забрасывании трупами и близко речи не шло. Конечно, со стороны, наверно, казалось, что все их победы — исключительно результат численного преимущества. Так что же им теперь, не пользоваться плодами двухсотлетних трудов, что ли? По мне, так все честно, они два века жилы рвали, огромный военный флот создавая, и несмотря на контроль солидного куска пространства ни одной колонии не основали, крейсера боевые строили. Глупость, конечно, несусветная, но тем не менее, вон, уже с дюжиной далеко не самых отсталых рас вполне успешно дерутся и молодежи разной прикурить дают, просто мимоходом завоевывая и флота их разнося.

Вообще-то, если бы не мы, сюзеренам нынче было бы ой как трудно, оккупационная зона целиком на Мши держится, сами дилгары все на фронте или куют победу в тылу. Тоже, наверно, пора бы к активным боевым действиям подключаться, а то как-то непорядок: флот восстановили, даже увеличили, и год сиднем сидим, с партизанщиной разной боремся и знания с психоматрицами запасаем. У меня их уже столько набралось, что биокомпьютеры разбирать не успевают. Жутиков удалось вполне сносно надрессировать копии сознания делать. Я нынче сам и не работаю, считай, — лишь проглядываю бегло очередную жертву, чтобы дать команду, к какому типу новый разум отнести, и все. Даже закралась крамольная мысль бросать это дело, потому как смысла в нем с каждым днем все меньше и меньше. Тут и свои разумные вполне себе бодро плодятся, и для шпионажа уже имеющегося за глаза довольно будет. Тем более, давно уже и сам могу корректировать матрицы в широчайших пределах. Наверно, с имеющимся опытом теперь и просто с нуля искусственную личность создам, если поднапрягусь.

Хм, только недавно вроде подумал о желательности посодействовать Дилгарам, как от них пришел приказ немедленно ударить по Ллортам. Прекрасно, чудесно, вот только как с этими ихтиандрами воевать? Окей, снесем флот и зачистим орбиту, а там уж будем решать по обстановке. Вперед, мои пушистые легионы! Мши — это звучит грозно! Что приятно, нам даже разведданные по системе и флоту врага перекинули. Вот с информацией по расе, как таковой, и по ее технике, было бедновато. Произошли они от головоногих, двоякодышащие, но суше предпочитают морские глубины. Планета — сплошной мелководный океан, словно оспинами, покрытый островами. Используют то ли органические технологии, то ли просто дизайн у них такой, под раковины, кораллы и прочих разных водных обитателей. Флот небольшой, до сотни крупных кораблей, но ничего покупного нет, все свое. Точно известно, что используют плазменные пушки и какие-то излучатели импульсного типа. Вот, собственно, и все, не густо. Была еще запись пары приграничных боев, но пользы с нее — чуть. В одном случае пару Дилгарских разведчиков встретили целой эскадрой и сходу уничтожили, в другом — ситуация отзеркалилась. Патруль Ллортов, выходя из гипера, столкнулся с шестнадцатым флотом сюзеренов и был мгновенно превращен в пыль. И в том и в другом случае с данными все было печально. Скудная телеметрия со сканеров, не успевших ничего толком срисовать.

Действовать так же, как при покорении Ксонов, не представлялось возможным. Верней, можно, но смысла нет. Все, что у Ллортов есть из стационарного, висит на орбите родного мира. Собственно, это все одной-единственной гигантской шипастой ракушкой и ограничивается. На нее, кстати, по планам будет десант высаживаться, грешно такой образец на зуб не попробовать. Не то чтоб Дилгарам не доверяли, но проверить систему собственными методами не поленились. Всяко спокойней будет. Вместо сотни корабликов обнаружили лишь семьдесят. То ли разведка сюзерена плохо посчитала, то ли стоит опасаться удара в тыл от засадного полка. План боя прост, у планеты даже спутника нет, какие уж тут маневры. Выпрыгиваем на расстоянии в половину световой секунды, и бьем из всех стволов. Только в этот раз пойдем не группами, а россыпью, один корабль — один переход, просто цели определим заранее, и все. Больно уж неприятно, когда сразу три боевых судна в узкой воронке выхода под обстрелом оказываются.

Тратить время на уничтожение маяков и буйков не стали, просто раскидали свои, чтобы к нам кто неожиданно на голову не свалился. Прыжок! Бордовое марево с темными разводами расступилось, явив на мгновение привычный темный бархат космоса, мерцанье звезд и шар планеты. Двигатели — полный вперед. Максимальная тяга. Рывок, и вот вокруг уже воронка перехода. Форсаж, и корабль срывается с места. Это только на фоне больших объектов кажется, что звездолеты медленней улитки ползут, классический такой обман зрения. На деле же за секунду километровый крейсер на несколько корпусов смещается. Потому и ведутся бои на расстояниях в жалкие десятки и, реже, сотни тысяч километров. Опять же, РЭБ вовсю работает с обоих сторон, ловушки-обманки запускаются, в итоге на первую позицию выходит прочность брони и сила орудий, ее пробивающих. И ракеты особо вдаль не запустишь, тут и корабль-то со всей своей энерговооруженностью и мощью сенсорных систем не враз оппонента найдет, куда уж аппаратуре наведения в боеголовке с ним тягаться. С одной стороны, флот, защищающий планету, вроде как к ней привязан, а вот с другой… Нормальная оборона технически развитого мира — это столько всякой гадости, что от задач по селекции целей огромные сервера БИЦ дымиться начинают и периодически обманываются.

Выход наш был встречен строчками импульсов, чем-то на помесь шаровой молнии с кометой похожих. Красиво, но жутко разрушительно. Десятиметровой толщины металлокерамическая броня, состоящая из дюжины слоев, от каждого попадания пятиметровым кратером обзаводилась. Ничего себе, моща у их пушек, с клыков аж слюнка закапала в предвкушении, и пришлось срочно облизываться. Веселенький такой оранжевый лучик, диметром сантиметров в двадцать, ударил в скулу крейсера и оставил стометровую борозду девятиметровой глубины. Не, ну это уже наглость. Пора и нам ответить.

Серебристо-голубой луч пронзил космос и ударил в спину продолговатого корабля, похожего на мидию, что чуть развела створки раковины. В месте попадания образовалась словно светящаяся сеточка, раскинувшаяся на четверть корпуса. Пара мгновений, растянувшихся в вечность, и из корпуса ударил мощный фонтан. Обломки корпуса, похожего на панцирь, какой-то газ, изрядно смахивающий на туман, и что-то вроде крови или лимфы. Ага, не такие вы и прочные, не просто пробил, но еще и внутренние повреждения нанес. Причем, явно приличные, вон какая жиденькая серия импульсов в ответ, а излучатель даже и не задействовали.

Покинувшие теснину воронки перехода корабли, ведомые опытными капитанами, довольно успешно сманеврировали, уйдя от половины новых плюх, а те, что все же флот не миновали, были приняты на наименее пострадавшие участки. Ответный огонь, впрочем, тоже был не столь эффективен, Ллорты на месте висеть не собирались и довольно шустро сместились, не потеряв при этом общего построения. Вот только мы стреляли по трое в одного, тогда как они — каждый по своей цели. Хоть до сих пор никто и не был уничтожен, половина судов головоногих была повреждена, причем достаточно серьезно, во всяком случае, их третий залп выглядел жалко. Вместо стройной цепочки из десятка импульсов какие-то два-три плевка, да еще и разномастных по размеру и насыщенности. Глазом-то этого не уловить, но техника все фиксирует.

Четвертый обмен ударами привел к первым пробоинам и повреждениям у нас, и к гибели дюжины кораблей у них. На части мы никого не разорвали, да и красивых взрывов не наблюдалось, точнее, они были — на моих кораблях — но некрасивые. Каждый уносил десятки, а то и сотни жизней мши, что меня совсем не радовало. Часть выбитых «мидий», фонтанируя паром, расплескивая жидкости, мгновенно превращающиеся в ледышки, окутанные своеобразным облаком, и хаотично кувыркаясь, просто выпала из строя. Поймал себя на мысли, что, несмотря на отсутствие судорог, это очень похоже на предсмертную агонию жертвы. Так оно и есть, на самом деле. Пятый залп враг дал, наконец-то сосредоточившись на нескольких кораблях, вот только он зачем-то выбрал и так изрядно пострадавших. Ну да кто там их логику разберет. Шесть судов разнесло на куски, еще два разорвало пополам. Неслабо они нас приложили, очень внушительно.

Наконец и первая партия усов (умный снаряд) до цели добралась. Тут Ллортам стало кисло. Они и так строй почти развалили, а когда на них прущие на релятивистских скоростях болванки, имеющие в своем составе тяжелые радиоактивные атомы, обрушились, так и вообще космос с овчинку показался. Надо отдать должное мастерству их пилотов и канониров. Первые честно попытались увернуться, а вторые — сбить несущуюся к ним смерть. Обе попытки имели некоторый успех, но все равно, обиженным никто не ушел. Хоть по парочке плюх, да прилетело. Пятым залпом прицельно накрыли самых живчиков, строя у врага уже не было. Кто корму подставил, кто борт, а некоторым и в брюхо доставалось. Естественно, все это не способствовало встрече второй, третьей и затем четвертой волны снарядов, которая добила тех немногих, что еще были на что-то годны.

Станция-раковина оказалась крепким орешком, но не против массированной атаки истребителей. Победа бы нам стоила значительно большей крови, и не далась бы так быстро, не виси флот и орбитальная база по разные стороны планеты. С одной стороны, это, конечно, обеспечивало круговую оборону, но вот с другой — разделение сил и их гибель по частям. Что, в общем-то, и случилось. Единственное логическое объяснение — панический страх Ллортов перед бомбардировкой. Мир у них действительно специфический, суши вроде как много, но вся она такими мелким клочками, что просто диву даешься, как такое вообще возможно. Жить здесь смогут только те, для кого вода — родная стихия, а таких, считай, и нет. Уникумы, исключения из правил, чудо эволюции, и не факт, что не искусственное. Изначальные много где отметились.

Абордаж станции-раковины дался десанту крайне тяжело. Сюда бы зергов, вот те бы оторвались по полной, а эти теплокровные млекопитающие справились, тупо задавив защитников трупами. Не забросав, а именно задавив. Жутики зато оторвались, грызя головоногих, останки кораблей, и базу. Ллорты оказались первыми встреченными мной истинными телепатами. Не все, далеко не все, в основной массе им обычной эмпатии хватало, но суррогат пси-нервов они создали. Плохонький, кривенький, но работающий. И это не поделки Ворлонцев, что они в младшие расы суют, видел я их, и даже на зуб уже пробовал. Не та, узкая и жесткая специализация, да еще и с чем-то вроде ограниченного диапазона частот с каскадным усилителем. Телепаты Ворлонам чисто как оружие против Теней нужны, причем, не самих по себе Теней, а против тех разумных, что оппонент в качестве процессора корабля использует. Понятно, что все, кто сей дар получил, пытаются его расширить, но там, изучив, проще с нуля за работу браться. Тот самый случай, когда надо ломать и по новой делать, а не чинить.

Ллорты, как только получили ультиматум, так тут же и сдались на все согласные. Понимали, насколько их мир бесполезен победителям, и уже приготовились было мучительно помирать. Недостающие тридцать кораблей нашлись в гиперпространстве. Оказывается, они охраняли эвакуационные ковчеги. Дилгарам повезло посчитать врага до того, как они ушли. Это была у них давно отработанная тактика. Пусть наш мир умрет, но вид будет жить! Так себе лозунг, но работает. То, что я когда-то сочинил для Аббаи, уже не раз становилось суровой правдой жизни головоногих. Для меня они были ценны в первую очередь знаниями. В плане генетики я мог многое, если вообще не все, но делал это по наитию, за счет интуиции, с более чем смутным пониманием сути. Да и то, какие-то догадки начали появляться лишь когда в чужих образованных головах пошарил. В общем, можно сказать, что нашел братьев, вот только младших или старших? А фиг поймешь.

Пару месяцев висел на орбите, перенимая знания и ожидая прибытия флота для сопровождения их ковчегов в свое скопление. Потерять такую полезную расу было бы преступлением. Пусть подходящего водного мира у меня и не было, зато в Эдеме им вполне найдется водоем. Поживут там, пока мы что-то не найдем или не создадим, натаскать льда и организовать что-то приемлемое было нелегко, но вполне возможно. Ллорты, когда из гипера явились сотни огромных кораблей, меня вообще под какое-то пророчество подогнали, и чуть ли не божественным статусом наделили. Почувствуй себя Моисеем, спаси разумный вид.

Закончив разбираться с неожиданно обретенными названными братцами, и потерев щупальца, вернулся к делам нашим скорбным. Пока все шло нормально, дилгары продолжали наступать, но делали это явно из последних сил. Противники от нокдауна очухались, кровавую юшку утерли, и начали все чаще и больней давать сдачи. Чему изрядно способствовало налаженное наконец-то взаимодействие и появившийся опыт. Опять же, схватившиеся не на жизнь, а на смерть расы экономику на военные рельсы перевели и корабли боевые словно пирожки печь стали. Пока сюзерены за счет запасов выезжали, но те словно весенний снег таяли, а один-единственный мир восполнить их не мог. К тому же, противникам дилгар вовсю помогали те, кто за их спинами спрятался — поставками ресурсов, оружия, и даже сдачей в аренду полноценных боевых кораблей с экипажами. Интересно, они вправду рассчитывали, что Дилгарам есть какое-то дело, в каком именно статусе против них воевали те или иные виды разумных?

Еще полгода-год, и покатятся воители назад, теряя приобретенное, тут и к гадалке не ходи. Теперь вопрос, а оно мне надо? Хм, одни только Ллорты уже сторицей окупили аферу, но стоит ли сворачиваться? Нет, конечно. Вдруг еще чего полезного попадется? Окей, и что же мы можем сделать? Да, как ни прискорбно, не так чтоб прям много. Мши, конечно, оказались весьма удачными созданиями, но их две сотни кораблей, которых, вообще-то, еще и нет, кардинально могут повлиять на битву, но не на войну в целом. Думаем, думаем, и констатируем очевидное: в космосе Дилгарам помочь удастся вряд ли. Разве что в большом сражении, а лучше, вообще в генеральной битве, поучаствовать. Вот удерживать захваченные планеты, это более перспективная стратегия. Чай, свои-то миры освободители бомбить не станут. Значит, партизаним по тылам — раз, и крепим наземную оборону, зарываясь поглубже, — два-с.

Отправив в рейд эскадры из пяти звеньев по три больших корабля в каждом, начал активно перевозить бойцов, рабочих, технику, запасы и стройматериалы. Местное население тоже вовсю на разных работах использовал. Никакого насилия, что вы, что вы, у нас все просто и добровольно. Кто работает, тот ест. Аборигены вкалывали не за страх, а за совесть, ну или принципиально голодали некоторое время, после чего осознавали неправоту и шли махать лопатой, киркой, стучать отбойным молотком, кому что доставалось. Укрепления возводились прямо посреди населенных пунктов или в промышленно важных районах, в общем, получалось так, что пока нас не победишь, планетой толком и не воспользуешься.

От мысли угробить Мши вместе с Дилгарами я решил отказаться. Глупо таким ресурсом разбрасываться, тем более, что покоренные их не то что не ненавидят, а даже кое-где и сочувствуют. Причем, никакого ментального воздействия и прочих паранормальных штучек. Просто внешность свою роль сыграла и грамотное поведение с ненавязчивой пропагандой. Там подкормили из собственного пайка, тут пожалели, здесь вошли в положение. Вроде как подружились с трудягой, и по секрету рассказали историю расы. При чужих ушах обсудили зверства сюзеренов и повздыхали, что долг жизни и святость слова нарушать нельзя, хоть и очень хочется. Вот Дилгары, да, те себе смертный приговор подписали, без права апелляции и помилования. А нечего зверствовать и концлагеря устраивать с тупыми опытами. Примитивы, блин, смотреть противно, что они своими кривыми ручками с материалом делают, и каких убогих результатов добиваются. Хорошо еще, благодаря нам у них есть возможность воевать, а не фигней, что они наукой именуют, страдать.

Глава 9. А вот и человечки

Не прошло и года с того момента, как я начал усиленно крепить оборону оккупационной зоны и активно партизанить в тылах у не очень воюющих членов Лиги Неприсоединившихся Миров, как случилось то, чего так долго ждал. В войну вступили люди. Хомо, мать их, сапиенсы. Черт его знает, почему, но на душе как-то потеплело. Конечно, с ними давно можно было контакт наладить, да только незачем. В плане технологий они ничем таким особым похвастаться не могут, биология — ну так, серединка на половинку. Вот получить родные и понятные психоматрицы — о, этого я желал, и очень-очень сильно. Да только где же их в мирное время в товарных количествах-то достать? Вот и не лез к… хм, а кто они мне? Родня? Знакомые? Блин, вот стоило задуматься и как-то банальное «соседи» оказалось самым подходящим словом. Ну-у, может еще такое понятие, как седьмая вода на киселе, подойдет. Как-то радости резко поубавилось от этих мыслей. Печалька.

Как бы то ни было, человечество лихо, с шашкой наголо, да на боевых звездолетах, врубилось во фланг Дилгарской империи. И сильно о том пожалело. Во-первых, Зерги, через Аббаи вроде как в войне участвующие, поставками медикаментов и охраной границ союзника на купленных у него же кораблях занимались, и точно знали, куда и как спаситель Лиги бить собрался. Во-вторых, Мши на том самом фланге оказались. Естественно, не случайно. Просто небольшое внушение, и главный воитель всея дилгарской империи приказывает нам исполнить долг вассала и завершить завоевание Каурллиан. Как такой однозначный приказ не исполнить? Да со всем старанием и преисполнившись энтузиазма!

Сами лопоухие обитатели жаркой и весьма радиоактивной планеты Карл’лира, внешне напоминающие сильно облагороженных и качественно отожравшихся домовых эльфов из книги про мальчика, который все никак не издохнет, были мне не сильно интересны. Несколько их колоний давно уже под контролем дилгар, и там имеются гарнизоны мши. Так что изучены каурллиане вполне основательно. Техника у них, в силу повышенной устойчивости организма к радиации, специфическая, но принципиально нового в ней ничего нет. Разве что реакторы отличаются повышенной производительностью, да нейтронные излучатели до ума доведены. Впрочем, может чего и найдется в метрополии. Правда, как ее штурмовать, я без понятия. Зергам на фон было бы плевать, а Мши через неделю от лучевой болезни лысеть начнут, а через две так и вовсе издохнут. Черт, надо было все же потрудиться над творением основательней, столько из-за их несовершенных тел проблем. Ладно, будем действовать по ситуации, да и в оправдательную речь, случись мне на местном Нюрнберге оказаться, этот акт самоубийственного исполнения приказа отлично впишется.

Боя на орбите, как такового, и не случилось, дилгары от космофлота каурллианского мало что оставили. Десяток крейсеров, двухкилометровый линкор в изрядно потрепанном состоянии, да кое-какая мелочь. Против сотни кораблей это, по сути, ничто. Бой начался и закончился за те секунды, что понадобились на выход из створа воронки перехода. Победить всухую, увы, не получилось. Один лишь линкор десятком своих нейтронных излучателей буквально располосовал какой-то мой невезучий крейсер, но пережил жертву лишь на пару секунд. Как, собственно, и весь оставшийся флот лопоухих, однако утешение слабое. Жалко кораблик, совсем ведь новый был, только-только с верфи. Орбиту чистили вдумчиво и неспешно. Ждали, когда человечки прилетят. Спасибо трудолюбивым каурллианам, что столько всякого вокруг родного мира навесили. Есть чем заниматься и чем задержку времени оправдать.

Ради интереса отправил в гиперпространство несколько кораблей с командой техников, инженеров и хакеров. Посетила меня довольно здравая идея взломать и перепрограммировать буи и маяки противника. Если удастся, земной космофлот можно будет красиво меж двух огней поставить. А нет, так все равно попробуем. Видел тут в воспоминаниях одного товарища, что случилось с кораблем, попавшем в зону открытия перехода. Событие, конечно, неординарное, но отчего бы не попытаться его искусственно повторить? Люди, между прочим, от щедрот аж армаду в пару сотен вымпелов послали. Без понятия насчет эффективности, но раз смогли дилгар бить, значит, вполне себе на уровне. Тут вообще у всех рас, если среднее по больнице брать, что-то вроде паритета в техническом уровне развития имеется. Не, это я загнул, не паритет, конечно, но при некотором везении самый примитивный корабль сможет самый продвинутый уничтожить. Даже Теней с Варлонами младшие вполне себе побить умудрялись, если трех-, а лучше даже, пятикратное преимущество имели. Конечно, потери ужасающие, но, знаете ли, разница во времени развития в миллионы лет, все-таки. Хотя, это вообще хоть кто-нибудь проверял? Не припомню что-то. Все на словах, причем сказанных теми, у кого более чем нехилые пси-силы имеются. В первых сериях сериала того же Ворлонца тупо траванули какой-то гадостью, приложив ее к руке, а потом он парил аки ангел небесный, как-то не сходится одно с другим.

Взломать маяки и буи не получилось, но зато удалось к ним подключится для получения информации. Тоже неплохо. Орбиту расчистили и выдвинули ультиматум, дав от щедрот аж сутки на размышление. Просто земной флот засекли, и раньше он при всем желании до нас не доберется. Забавно было читать мысли кауриллиан, не рядовых граждан, там-то все ожидаемо и вполне себе адекватно. Страх, надежда, гнев, патриотизм, решимость, и прочее, и прочее. То ли дело правящая верхушка и высокопоставленные военные. Во-первых, они в курсе о прущих на всех парах хомо. Во-вторых, они знали про нас. Мы, конечно, раса известная по нынешним временам, но одно дело — слухи и сплетни, и совсем другое — конкретными фактами владеть. И, на закуску, они вообще-то в курсе, насколько их планета для чужих малопригодна. Только вот залежи трансурановых руд и прочих ценностей гарантируют им не орбитальную бомбардировку, а рабство. В лучшем случае, огромную дань. Так что брожение в умах элит идет полным ходом, интриги цветут, пахнут, и стремительно раскручиваются. Я аж гроздь шариков вырастил, давненько что-то не отдыхал за хорошим мыслесеансом.

Тьфу ты, все шевеление кауриллиан свелось к банальному «давайте подождем». Нет, меня это, конечно, тоже вполне устраивало, но хотелось бы большего. Засадный флот, вышедший еще до боя за окраиной системы, нынче по инерции летел к нам, к началу веселья он немного не успеет, но небольшой подскок никто не отменял. Ждем, ждем, я отчего-то нервничаю: странный мандраж и чувство неопределенности. Хм, неужели встреча с землянами и будущая битва так сказываются? Странно это, очень и очень странно. В мучительном ожидании время растянулось до бесконечности, нервы звенели, словно струны, я даже позволил себе по стенам немного побегать и на воздух вылезти. Ненадолго полегчало. И наконец-то! Время!

В космосе разверзлась сотня воронок, и из каждой появилась пара кораблей человечества в сопровождении эскадрильи истребителей. Не успели они покинуть створ перехода, как на них обрушились серебристо-голубые лучи, безжалостно кромсающие броню. Они оставляли уродливые глубокие шрамы, но ни один из них так и не сумел пробиться внутрь. Лишь потеря нескольких орудий и ракетных установок, да сбитый у одного корабля сенсорный пост, вот и весь результат атаки. Земной флот практически синхронно окутался туманом от выхлопа десятков стартовавших с каждого корабля ракет, устремившихся в сторону планеты и невидимого с такого расстояния врага. В ответ вновь прилетели лучи, несущие смерть, но броня, украсившаяся новыми страшными ранами, вновь с честью выдержала испытание.

Вот, блин, заразы — хомо, мать их, сапиенсы. Удивили, нечего сказать. Больше чем за световую секунду от нас из прыжка вышли. И черт бы с ним, с расстоянием, так они еще и «толстые». Пробить не получилось, тут и расстояние сказалось, и многометровый слой брони свою роль сыграл. Интересное у них построение. Тактическая единица пара, первым идет «жирный» крейсер, за ним — что-то вроде фрегата или эсминца. Не в названии дело, первый, как говорили любители компьютерных игр в прошлой жизни, танкует, принимая весь урон. Только в нашем случае он еще и ракетами дальнего радиуса бьет. Второй, скорей всего, для ближнего боя. Истребители там сбивать, и вообще собрата от мелочи защищать.

Ладно, делать-то чего прикажете? Судя по размеру ракет, к моему флоту летящих, они достаточно умны, чтобы найти цель, при этом запустившие их корабли будут еще и помогать своим смертоносным посланцам. А вот я такой фокус со своими снарядами не проверну, топлива в них маловато. Впрочем, если враг не станет сильно далеко уходить, а начнет в ограниченном объеме болтаться, прищучить можно. И пока не будем спешить с засадным полком, пусть себе в тыл по инерции летит. Похоже, нас ждет долгая дуэль на огромных расстояниях.

Земные ракеты до нас чуть не минуту добирались, тогда как мои снаряды в шесть раз быстрей справлялись с расстоянием, но вот точность у них была паршивой. А тут еще выяснилось, что люди неплохие оборонительные системы имеют. Сбивали, гады, даже то, что добиралось и на цель выходило. Не совсем уж все, но одиночные попадания из объединенных залпов двух троек, это, знаете ли, тоскливо. Впрочем, с учетом излучателей, которыми периодически удавалось погладить врага, счет был явно в нашу пользу.

Хреново, но теперь хоть ясно, чего хомо так от Минбара огребали. При этакой «толстокожести» и все время на системы наведения жалуясь. Вышедшие на прямую наводку ракеты сделали бабах и дальше в нас уже летел луч лазера, накачанного ядерным взрывом. Увернуться от таких атак, естественно, возможностей не было, но пережить, хвала десятиметровому слою брони, удалось. Вообще-то, как первая паника прошла, стало даже смешно. На жалкие четыре метра бронеплиты прорубило. Тьфу просто, а не удар. Впрочем, для дилгарского крейсера такая плюха была бы более чем ощутима. Те больше на гравитационный проектор полагаются, он, конечно, дает поле эквивалентное примерно восьмиметровому слою брони, да вот только старый добрый лазер его банально не заметит. А жалкий метр физической защиты, ндям-с. Земле дилгары не противник.

Идущие волна за волной ракеты полосовали нас, медленно, но верно пропиливая корпуса. Мы, в общем, занимались тем же самым. На нашей стороне большая убойность, на их — количество. Неприятная, в общем-то, ситуация, но у меня в тыл людям летят замаскировавшиеся по максимуму засадные корабли. И вот когда они ударят, тогда и мы прыгнем поближе и жестоко отомстим. А пока остается лишь наблюдать. Перестав маневрировать и начав вращение корпуса, чтобы размазывать по мере возможностей импульсы, поставили прямо перед собой завесу из огня оборонительных систем. Еще и выдвинули подальше истребители. Пару волн удалось отбить, потом люди поняли в чем дело и дали команду ракетам сманеврировать. Естественно, обозначившие себя посланцы смерти тут же были атакованы перехватчиками, что позволило выиграть еще немного времени.

Дало нам это немного, но особо глубокие раны удалось залить металлосодержащей пеной. Конечно, так себе замена, но как минимум одно попадание выдержит. Немного понаблюдав за устроенной землянами чехардой, сообразил, что они делают, и тоже начал играть своим флотом в салочки. Те, кто отошел назад, проводят мелкий ремонт, по мере сил и возможностей устраняя проблемы, как закончили — меняются с теми, кто их собой прикрывал. С учетом того, что мои плюхи, пусть и более редкие, но куда более серьезные, чаша весов скорей всего была бы в итоге на стороне мши. Во всяком случае, при численном равенстве, а так — фифти-фифти.

Человеки, человеки, ну никто же так не воюет. Ладно дилгары, они от ваших ракет, метающих лазеры, просто обалдеют, потому что тупо к ним не готовы. Вообще-то, никто не готов, но обычно реальная броня куда толще, а в качестве силового щита старая добрая плазменная сеть, она-то как раз лазер вполне себе неплохо гасит. Это только мои мши благодаря сюзерену вынуждены ставить продвинутую гравитационную. Впрочем, на более коротких дистанциях ракетой как раз стараются попасть, а не просто рядом бабахнуть, поэтому гравитационное силовое поле штука реально полезная. С ним у пушистиков вообще броня под семнадцать метров эквивалентных получается.

Теперь ясно, как земляне умудрились стать спасителями Лиги и авторитет свой великий наработать. Ситуация из серии «встретились два одиночества». Экономящие материалы дилгары, чья навороченная защита банально не предусматривает использования такого примитива, как рентгеновский лазер с накачкой ядерным взрывом — раз. А два — это стремление воителей работать на дальних дистанциях, вызванное желанием терять поменьше корабли. Как видим, для землян сие тоже более чем желанно.

Ладно, дорогие мои пращуры, или кто вы там, преподам вам урок на будущее, глядишь, и против минбарцев не два-три года продержитесь, за счет героизма, мужества и самопожертвования, а все пять. Победить вряд ли победите, но если отобьетесь, уже солидный результат получится. Хотя я в это мало верю. Как-никак, они тысячу лет к войне с Тенями готовятся, у них треть расы обученные воины, а уж резерв кораблей должен тысячами измеряться, а то и вообще десятками тысяч.

* * *

— Противник открывает зону перехода в гиперпространство!

— Наконец-то, я уж думал, они никогда не отступят.

— Прошу прошения, сэр, но насколько нам известно, Мши не нарушают приказов.

— Думаете, они хотят…

— Новые зоны перехода прямо по курсу!

— Флоту огонь по воронкам, истребители вперед!

* * *

Встречали нас с огоньком, но и мы из всего бортового вооружения били, не стесняясь. На расстоянии в треть световой секунды наши излучатели вполне справлялись с пробитием брони земного флота, тогда как их чудо-ракеты оставались все на том же уровне эффективности. Достигающие цели за три секунды снаряды стало куда тяжелей сбивать, а количество попаданий возросло в разы. Сражение, начавшееся из размеренного, неспешного боя с непредсказуемым, но, в общем-то, обнадеживающим людей результатом, стало принимать скверный оборот.

* * *

— Еще немного, и нас просто размажут!

— Сэр, может быть, повторим их трюк?

— Мико, их приводы явно совершенней, как только мы отпрыгнем, так и они снова прыгнут.

— А зачем нам разрывать дистанцию, сэр? У нас есть плазменные и импульсные пушки. Это на данной дистанции они малоэффективны, но вот тысячах на пятидесяти, а лучше, вообще на тридцати…

— Хорошо. Флоту приготовиться к прыжку, сближаемся до сорока тысяч. Готовьтесь задать им жару парни.

* * *

Даже если бы я не читал мысли одного конкретного адмирала, то ожидал бы попытки сближения. Собственно, ничего иного хомо и не оставалось. Разве что убегать совсем. Правильное, конечно, решение, но несколько запоздалое. Больно уж за эти минуты Мши их измочалили. Вместе с прыжком землян совершил скачок и мой засадный полк. Все, собственно, ловушка захлопнулась.

* * *

— Противник сзади! — заорал в панике оператор, стоило только свернуться воронке перехода.

— Мы под плотным огнем, враг разделился на группы. Саратога уничтожен. Татан взорвался. Да, мы прищучили его. ААА!!! Пробоина на уровне шестой палубы, пожар в ангаре, реактор два экстренно заглушен автоматикой. Канзас и Аризона передали код «омега». Зевс, Прометей, Икар, Тор и Михаэль уничтожены. Восьмая группа разбита. Истребители противника прорвали заслон. Третья эскадра разбита.

Разноголосица докладов, сломавшийся строй, сбившийся в кучу-малу флот, полнейший хаос. Безжалостный огонь врага. Десятки одновременных взрывов от попаданий, ежесекундно уносящих сотни жизней. Стремительно мелькающие строчки отчетов и темнеющие пиктограммы гибнущих кораблей. Полная растерянность и не понимающие, что делать и какой приказ отдавать, офицеры. Парализующий страх. Беспомощность.

* * *

Пришлось срочно помочь адмиралу пока он не лишился остатков избиваемого флота. Легкое пси-воздействие, сродни тому, что вызывает прикосновение к глубоко задумавшемуся человеку, и вот уже бравый флотоводец вернулся в реальность. Пара мгновений на оценку ситуации, и логичный приказ: «Флоту покинуть систему! Отступаем. Немедленно!».

Ушло, конечно, их немного, всего десятка три, но флагман был в числе спасшихся, не зря же я его оберегал. Пусть думают теперь на тему того, как и что дальше на вооружение принимать. Да и тактический прием а-ля перекрестный огонь в космосе им в качестве бонуса достался. Вообще, по-моему, гуманоидов в военных академиях надо в первую очередь учить не забывать о третьем измерении. Сколько не наблюдаю боев, сколько сам не участвую, так все к плоскости норовят драку свести. И пусть учатся отвыкать от морских сражений, длящихся часами, — когда два космических флота сходятся, все куда быстрей решается. Это при штурме системы можно днями и неделями оборону прогрызать. Пять залпов, при тридцати-сорока процентах попаданий — это потолок для любого корабля, укладывающегося в массогабаритные рамки известных мне цивилизаций. Естественно, если «вес залпа» в те же рамки привести. Ладно, это они уже пусть сами устанавливают, да и пользы реальной с такого знания мало. Пятьсот мегатонн, рванувшие под боком, кого хочешь на плазму переработают. Если он, конечно, не многими километрами по всем трем осям измеряется, но и такому левиафану будет, мягко говоря, неприятно.

Кто не смог отступить, благоразумно сдались. Наша репутация правильных разумных, не расстреливающих пленных, и вообще, чуждых зверствам, понемногу начинает работать. Пленных было не так чтоб много, тысяч шесть примерно, с учетом спасенных пилотов и просто счастливчиков, что в скафандре из пробоины улетали, да потом до помощи дожили, на просторах космоса не затерявшись. Разместил их на десантных кораблях и госпитальных судах, мой флот тоже не без последствий ближний бой выдержал. Конечно, паника и хаос, вызванный в первую очередь неопытностью земных командиров, на наших потерях очень положительно сказались. Мало кто из их канониров без приказа стрелял, тщательно в земных ВКС народ дрессируют. Оно, в общем-то, и верно, вот так дрогнет палец у кого, и привет большой космической войне.

Кауррилиане, наблюдавшие за разгромом землян, вместо того, чтоб на ультиматум отвечать, устроили шоу под названием «дворцовый переворот». Причем случилось их аж четыре штуки кряду. В итоге была реставрирована монархо-олигархическая форма правления и новоиспеченный глава расы в торжественной обстановке трижды разгромленного и дважды наспех прибранного зала совета вышел на связь. Капитулировали ушастики. Интересно было считывать мысли этого Ымператора. Его единственная мечта, как и надежда на хоть сколько-то продолжительную жизнь — стать нашим официальным наместником. Боялся, бедолага, что без внешней поддержки на троне ему недолго сидеть. Небезосновательно, кстати, нервничал, и за собственную головушку волновался, новые заговоры уже готовились. Перспективы у него были так себе. Либо грибочками отравится, либо на что-нибудь острое раз двадцать к ряду упадет, а то и вообще самоубийство выстрелом в спину совершит. Каких чудес во дворцах порой не случается.

Глава 10. Сила канона

На разбор трофеев, потрошение мозгов пленников, сбор генетического материала и подписание, можно сказать уже типового, договора капитуляции, потратил почти месяц. Наконец, закончив с делами, отвел свой побитый флот на ремонт. Из полностью боеспособных кораблей удалось сформировать всего три группы по девять кораблей каждая, так что в тылах Лиги стало заметно спокойней, что тут же сказалось на напряженности боев. Миры Лиги, изъяв часть кораблей из патрулей и флотов обороны, бросили их на передовую. Дилгаров окончательно остановили и кое-где даже отбросили. Все, собственно, пора сушить весла и готовиться к наземным сражениям.

Увы, доклад «моего» адмирала был признан несостоятельным. Видите ли, три других флота отлично справились. В двух случаях Дилгары, будучи в меньшинстве, оказались разбиты наголову, а в последнем победа хоть и далась дорогой ценой, но была вполне бесспорной. Гордыня кое-где у хомо заиграла, еще бы, на них столько рас нынче с обожанием глядело. А то-ж, страшных завоевателей в блин раскатали. Одна радость, что паникера со странными идеями совсем из флота не поперли. Разжаловали до капитана и порекомендовали заткнуться. Что он и сделал.

Пленных людей подлечили и сгрузили на планету Ксонов. Мои вассалы и сами-то воевать не рвались, да я от них этого и не требовал, незачем было. Дилгары пробовали чего-то вякать, но против фактов попереть не могли, да и вообще, «вассал моего вассала не мой вассал». Так-то. В принципе, даже если бы я их всех под ружье поставил, пользы бы не было никакой. Пусть лучше их война минует. Авось, потом на что-нибудь и сгодятся. Весело было за землянами наблюдать. Устроил им шоковую терапию, хи-хикс.

* * *

Джон очнулся как-то резко, рывком. Последнее, что он помнил, — как лихо зашел в хвост Х-образному перехватчику врага, но тот, гад, резко крутанулся, не меняя курса, и полоснул по нему длинной очередью плазмы. Пробоина в кабине, страшная боль в груди, и тьма. Надо же, жив остался. Это даже не везение, а какое-то чудо. Состояние, конечно, паршивое, но помереть ему, похоже, не грозит. Собравшись с силам, пилот первой эскадрильи крейсера «Гераклит» попытался сесть и оглядеться. Не без труда, но ему это удалось. Явно медицинская палата, мягкий свет потолка, с каким-то практически неуловимым оттенком то ли бирюзового, то ли вообще розового. «Похоже, глазам досталось», — подумал боец и был, в общем-то, прав. Шарик плазмы, бабахнувший перед лицом, даже с учетом светофильтров скафандра — это вам не на сварку пялиться, и даже не на солнце без защиты смотреть.

Осмотр палаты ничего особенного не выявил. Три необычных койки, напоминающих цилиндры, сам он тоже в такой штуке оказался. Что-то, до ужаса напоминающее самые обычные трехногие табуреты, два столика, какие-то шкафы. Некоторые явно с оборудованием, чем-то на серверную стойку похоже, или на терминал какой, но что это реально такое и зачем? Да кто же его знает-то. «Кто бы меня ни спас, они явно не земляне», — подумал Джон. Вот тут, в сущности, молодому еще парню стало грустно. Что флот разбит, он не сомневался, а значит, и спасти его могли лишь враги. Правда, странно, что стали возиться с тяжело раненным рядовым пилотом, не вязалось это как-то с тем, что им про Дилгар рассказывали.

Хотя они-то не с ними воевали, а всего лишь с их сателлитами. Про которых им вообще ничего толком не рассказывали. Дали бегло общую информацию и все, свободны. Помнится, он с парнями долго ржал, когда Симс в сети нашел старый мультик, аж из XX века. Там какие-то бурундуки бегали и все время кого-то спасали, а помогали им в делах пара мышей и муха. Вот мыши эти и были чем-то неуловимо на тех, с кем они сражались, похожи. Правда, они, если так разобраться, и за котов вполне себе сойти могли, что в их кубрике также было поводом для смеха.

— Да как вы можете жить рабами! — прервал мысли Джона громкий человеческий голос и звук открывшейся двери палаты.

— Тише ты. — выдал самый натуральный представитель расы Мши, отвесив женщине шутливый подзатыльник хвостом с кисточкой, на что та, ничуть не смущаясь, и явно по привычке, двинула собеседника локтем.

— О, очнулась спящая красавица, — обрадовалась девушка.

— Привет, хомо, — шевельнул чужак ухом и ловко подтянул хвостом ближайший табурет, но уселся не сам, а подвинул девушке.

— Я, пожалуй, мешать не буду, — тактично предложил чужак, собираясь оставить двух людей.

— Вот еще, садись давай, думаешь, я не знаю, что тебе вообще валяться положено, — нарушила планы Мши бойкая дамочка.

— Мне не тридцать лет, чтобы разлеживаться. Еще даже двадцати нет, между прочим, — фыркнул инопланетянин, но, тем не менее, притащил себе табурет и уселся рядом с девушкой.

— Так боец, давай знакомиться. Меня зовут Лена, я техник со Сварога. Это Ваня, все равно нам их имена не повторить, он пилот истребителя. А ты у нас кто?

— Э… Джон, тоже, мм, пилот.

— О, коллега, — обрадовался этот, хм, Ваня, — будет с кем перипетии боя обсудить, а то эта самка какая-то неправильная, все о политике да о свободе, равенстве и братстве говорит. Скучно с ней.

— Что?! Да я тебя… — взвилась русская девица.

— Меня бить нельзя, — тут же вскинул лапы Мши.

— Твое счастье, что ты не восстановился еще, а то бы я тебе задала трепку. Я бы из тебя…

— Эй! Объяснит мне кто-нибудь, что тут за дурдом творится!? — сорвался Джон, понимая что либо он спятил, либо мир, но вероятней, что оба вместе.

— А? — отвлеклась Лена от увлекательного перечисления способов приготовления рагу из тушканчиков.

— Полагаю, что твоему собрату по виду кажется странным, что заклятые враги могут вести себя так, как будто они старая супружеская пара, — занудно выдал Ваня и ловко дал деру к двери, пока девушка багровела от осознания только что сказанного.

— Убью!!! — потряс палату страшный рев и наступила тишина, так как оба участника свары покинули помещение.

— Вот вечно они так, — раздался вдруг голос из дальнего угла, и Джон увидел еще одного человека, сидящего в кровати-цилиндре.

— Э, здравствуйте, я Джон, пилот, — парень несколько тормозил, в силу, ну, весьма необычной ситуации.

— И тебе не кашлять, Смитом зови, канонир я. Пошли, перекусим, заодно и расскажу, что за дурдом тут творится.

Одежда в виде бежевого комбинезона нашлась в одном из шкафов. Сам поход по чужому кораблю ничего особо интересного не представлял. Коридоры, отделанные светлым пластиком, светящийся потолок, и постоянно попадающиеся Мши. Одеты они были, в общем-то, точно так же, разве что цвета были разнообразней и какие-то полоски присутствовали, наверняка что-то там обозначающие. Камбуз от земного отличался отсутствием раздачи, вместо нее было два десятка агрегатов, выдающих порции желе и напитков. Причем — сразу в пластиковой таре с приборами. В центре обеденных столов имелось отверстие, куда как раз один из опустошенных контейнеров убирал инопланетянин в темно-зеленом комбинезоне с парой красных полос на плече.

— Бери еду в первых пяти автоматах, — дал совет Смит и привычно нажал пару кнопок на втором агрегате, а затем повторил тоже самое на третьем.

— Почему?

— Дальше экзотика, отравиться, может, и не отравишься, но вот жрать точно не сможешь. Хоть я все и не проверял, даже наша коммунистка не смогла, да и Ваня говорил, что из последнего только десант и жрет, чтоб злей быть. Слышал шутку про крепость духа и гороховую кашу?

— Ну, — скривился пилот.

— Ну и вот, считай последние два-три агрегата, это ее реальное воплощение.

— Слушай, а мы тут вообще на каком положении? — задал давно волнующие его вопрос Джон, когда они наконец-то уселись за стол.

— Хм, тут так с ходу не ответишь. Информацию, что наши умники по Мши собрали, помнишь?

— Ну, более-менее.

— Так вот, можешь смело на нее забить. С биологией там и прочей мутью они, конечно, не ошиблись, но вот с психологией пролетели по полной. Вот ты думаешь, мы с ними воюем?

— Э… ну как бы да.

— Угу, а они вот с нами — нет. Удивлен? Вижу, что удивлен, я сам был в полном, кхм, шоке, особенно первое время. Они, уж прости за очевидное, не люди, и мерить их по себе не стоит.

— Да, я понимаю.

— Ни хрена ты, парень, не понимаешь, только башкой с умным видом киваешь. Вот ты знаешь, почему они вообще Дилгарам служат?

— Те их то ли спасли, то ли еще что-то в том же духе.

— Ну да, вроде того. На самом деле, они что-то вроде самураев. Поклялись служить и долг жизни отработать, вот и воюют за Дилгар. Нравится, не нравится, но мать рода поклялась, значит все, без вариантов. Вот явится сюда какой дилгар и прикажет им нас в шлюз выкинуть, тот же Ваня Лену со всем уважением и извинениями в него и затолкает.

— Бред, — помотал головой парень от нарисованной воображением картинки веселой парочки.

— С нашей точки зрения, да, но они другие, хоть и чертовски милые ребята. Пообщаешься, поймешь.

— Слушай, а откуда этот Ваня язык наш знает? Может, он подсадной?

— Может и подсадной, но вообще-то ты с любым из них поговорить можешь. Они вроде как телепаты, но не такие, как в пси-корпусе. Живут-то они в среднем лет тридцать пять, ну-у, теоретически, вроде, и до полтинника дотянуть могут. Не суть в общем. При их продолжительности жизни, чтобы развиваться, и вообще, пришлось им научиться знаниями быстро обмениваться. Это, насколько я понял, не то же самое что чтение мыслей, но где-то рядом. Тот же язык они из твоей головы спокойно вытащат, даже не задумываясь.

— Это что же, от них ничего утаить не получится?

— Да без понятия, может и получится, я в этих паранормальных делах ни бум-бум.

— Ясно. Не знаешь, что с нами делать-то дальше будут?

— Высадят на планете своих вассалов Ксонов и будем там в роли подсобных работников местным помогать. Так что готовься, до конца войны нас ждет сельская идиллия на фермах чужаков.

— Как-то не привлекает перспектива.

— Ты рожу-то не криви, нам, считай, свободу дали, и от Дилгар укрыли. Ваня парень простой, если его спросить, так он без всяких купюр тебе порасскажет, что эти воители с пленными творят. Если на опыты вивисекторам после развлечения экипажа не попадешь, ждет тебя недолгий трудовой путь, полный боли и страдания, на какой-нибудь урановой шахте или на чем-то аналогичном.

— Простой, говоришь, — задумался Джон, — надо бы мне с ним потолковать.

— В шпиона, что ли, решил поиграть? — хохотнул Смит. — Давай, дело хорошее, и нам развлечение. Да ладно, не дуйся, просто Ленка его давно уже на информацию раскрутить пытается, но то ли он действительно мало что знает, то ли умеет мух от котлет отделять. Вон, кстати, эта парочка неугомонная, — кивнул канонир в сторону двери, — сейчас к нам подсядут и можешь начинать.

— Привет, извини что разбудили, — сказал Мши, присаживаясь.

— Здорово, да ничего, все равно уже спать больше не могу.

— Сходил бы в спортзал, — пожала плечами девушка.

— И так по два раза на дню там бываю. Делать-то все равно нечего.

— О, барончик приперся, — процедила Лена, презрительно посмотрев на тройку людей, посетивших камбуз.

— М?

— А, не обращай внимания, — отмахнулся Смит, — это Вилли фон чего-то там, идиот, пытающийся организовать бунт. И не таращи глаза, нас о нем Ваня давно предупредил, гнилой он какой-то.

— Может, провокатор?

— Может и провокатор, но только по собственной инициативе действующий и неизвестно чего добиться пытающийся.

— Почему неизвестно, — хмыкнул Ваня, — славы он хочет, и власти.

— Ты-то откуда знаешь, мысли, что ли, прочел?

— Ну да, он же буквально кричит, его все наши слышат, а кто тут постоянно питается, уже и научились отфильтровывать.

— Погоди, ты же говорил, что вы не телепаты, — как-то потерянно пробормотала Лена.

— Ну да, мы просто умеем информацию снимать и отдавать напрямую из головы.

— Так это же и есть телепатия!

— Нет, конечно. Телепатия, это когда можно мысленно друг с другом говорить, причем без ограничения на расстояние.

— А что, обмен информацией или ее снятие это не то же самое?

— Не, — дернул ухом Ваня, — там же мыслеобразы, смысл, суть, вид, ощущения, да много чего еще.

— Блин, ты меня совсем запутал. Ты можешь узнать, о чем я думаю?

— Конечно, только тебе надо думать, ну, направленно как-бы.

— А этот фон что, о тебе думает?

— Бывает, но вообще-то он очень громко обо всех думает. Может быть, мы его хорошо слышим потому, что он как раз и есть этот ваш телепат?

— Не хотелось бы, — поежился Джон, телепатов он откровенно недолюбливал и опасался.

— Давайте лучше тему сменим, — предложила Лена, которой разговор тоже был некомфортен, — ты вон с коллегой вроде про бой поговорить хотел.

— Ага, слушай Джон, у меня такой вопрос имеется. Вы чего все время подставляетесь?

— В смысле?

— Ну, мне раза три ваши в спину заходили и на веер попадались, разок так вообще сразу парочку срубил. В чем смысл вашего маневра? Сколько с парнями не думали, так и не поняли.

— Ну, э… — пилот, что сам был сбит как раз потому, что и решил в хвост врагу зайти, даже как-то растерялся. — Тактика у нас такая.

— Плохая у вас тактика, когда назад вернешься, своим скажи, чтоб больше так не делали.

— А как надо?

— Да никак, плотность огня и точность систем наведения важны, а с какой стороны на одиночную цель заходить, вообще не важно. Космос же.

— Слушай, а можешь рассказать, ну, с твоей точки зрения, почему вы наш флот разбили?

— Хм, ты не сильно обижайся только, но воевать вы не умеете, и действуете по-дурацки. Даже против Дилгар не очень, но тут вас примитивность оружия спасает. Гравитационный щит лазер не держит вообще.

— Почему это?

— Почему лазер не держит? Ну, условно говоря, частицы эти, что вы фотонами зовете, слишком легкие и быстрые, вот и проскакивают.

— Да нет, я про дурацкую тактику.

— А, так тут просто все, нет у вас нормального оружия для обычной дистанции боя. Плазмой только вблизи нормально воевать можно, импульсники у вас маломощные какие-то, ими ничего серьезней истребителя не сбить. А ракеты, ну ничего, в принципе, но против нормальной брони или плазменной сети слабоваты. Вам бы лучше ими напрямую цель поражать, толку было бы больше. Все же, ядерный фугас на обшивке, это много проблем внутри.

— Это ты все про оружие Вань, где тут тактика?

— Тактику вам показали, когда наш адмирал понял, что ваш флот так и не уберется подобру-поздорову, и начал действовать.

— Чего?! Вы что, специально на сближение не шли, чтоб мы отступили?

— Ну да, и второй отряд тоже не задействовали. Нам же вас не приказывали уничтожить. Вот и показывали, что вы нам не враги, и вообще мы против людей ничего не имеем.

* * *

Бедный парень, вскипели у него мозги от такого. Впрочем, мы всем пленным нечто похожее устраивали. Старожилам развлечение, ну и мне забавно было реакции наблюдать. Опять же, когда вернутся, глядишь, и привнесут что-то новое в понимание космической войны. Может и доклад с анализом, что ныне капитанствующий адмирал сделал, вспомнят. Среди пленных, кстати, нашелся один латентный телепат, с ним было очень интересно поработать. Похоже, Ворлонцы то ли сами себя перехитрили, то ли у них какие-то свои подводные течения имеются, что ренегатов порождают. Пси-ткань у мистера Вилли была заметно менее стабильной, то есть спонтанные мутации и изменения были в ней не просто возможны, их явно искусственно заложили. Интересненько, но, вообще-то, злобненько. Как известно, на одну благоприятную мутацию приходиться сонм откровенно вредных. Ну да чего еще ждать от существ, возомнивших себя черт знает кем, и являющихся младшим расам в виде ангелов, а то и сразу богов. При этом еще и насаждая религию послушания?

Глава 11. Война в миру, все в дыму

Пленные земляне под чутким руководством копытных занялись освоением внеземного земледелия. Братишки названные, головоногие, благополучно добрались до Эдема и теперь радостно осваивали водные просторы, вовсю метая икру и отстраивая подводные города. Дилгары с боями отступали, неся ужасные потери. Еще бы, они и так уже численное преимущество утратили, а когда хомо аж тысячу кораблей в течение пары месяцев в бой ввели, воителям совсем поплохело. Еще неделя, максимум — три, и выстроенные нами планетарные рубежи на оккупированных мирах начнут на зуб пробовать. Неисследованных звезд в скоплении нашем не осталось, а вот армада живых кораблей имелась, и ее куда-то нужно было деть.

Выбор возможных направлений экспансии был не слишком богат. Только и исключительно в сторону края галактики, на остальных направлениях миры Лиги разместились, и прочих рас, по космосу шастающих. Пусть они ни в каких союзах и объединениях не состояли, да и роли особой не играли. Верней, не желали играть, хотя, конечно, чаще банально и не могли. Но все же, первично именно стремление, а не возможность. Вон, те же Бракири, молоды, зелены, всего одна колония, хотя флот, конечно, для юной цивилизации ничего так, но все равно пытаются в большой политике участвовать. И ведь их слушают, а иногда даже соглашаются.

Вообще, мой базовый вид как-то даже и на второй план отошел. Скучно у нас все и неинтересно. Размножаемся, словно чума, миры осваиваем лучше любой плесени, для жизни нам вообще, наверно, все подходит, за редким исключением. Привередничаем, конечно, на лишенных атмосферы камнях и в лавовых мирах не селимся почти. Ради эксперимента вывели тут несколько примитивных видов в основе которых совсем не углерод был. Ничего, живут себе понемногу, даже в числе прирастают. Скука, короче говоря, смертная. Я, ради лучшего взаимодействия с мши, даже немного мутировал, нарастил нервной ткани до сотни килограмм и тело увеличил изрядно. Супермозгом становлюсь понемногу. Зато деткам в колониях легче жить стало, они меня нынче как центральный узел используют. Иногда весьма забавно ощущать себя чем-то вроде почтового сервера и хранилища знаний.

Цивилизация наша не то чтоб из-за этого уязвимой стала, расползшихся по сотням миров зергов, наверно, вообще нереально уже истребить. Вот только, если кто сумеет подчинить меня, тот разом весь рой в довесок и получит. Слабость это огромная, но и сделать ничего не могу. Разве что полностью с нуля все начать, перестроить кардинально структуру, но лень и неохота. Лучше поработать над идеей отделения души от материальной оболочки. Как-никак, я точно знаю — это возможно. Правда, не имею даже идей, с чего начинать. Сколько держал на контакте тех, кто умирает, но кроме глюков ничего не получил. Обидно. Видимо, придется как-то аккуратно Изначальных изучить, больше пока зацепок и нет. Еще бы знать, как это сделать, не лететь же на территорию Ворлона и не заниматься их отловом, страшновато. Есть и попроще способы самоубиться.

Ладно, обойдемся пока ползучей экспансией и археологией. Против миллиона-другого боевых кораблей ни Тени, ни их идеологический враг не выстоит. Решение, конечно, радикальное и в обозримом будущем неосуществимое, но почему бы не стремиться к озвученным цифрам. Оно и жить спокойней будет. В общем, разослал своих соколиков по мирам дальним, в стороне от населенного космоса лежащим. Пущай окраины осваивают. Заглянул к обнаружившимся у нас на территории дикарям, по уровню развития бронзовому веку соответствующим. Вылитые эльфы… будут, со временем. Не удержался и немного в геном вмешался. Чуть форму ушей поправил, а в остальном они классические фэнтезийные лучники. Тонкие и изящные, что при их гравитации вполне себе логично. Ловкие и быстрые, по меркам гуманоидов, естественно, тут тоже среда обитания сказалась и образ жизни. В общем, только и потребовалось, что немного косметических изменений в расу привнести. Завести, что ли, каких-нибудь гоблинов с орками? Не, не стоит, Дрази, вон, за вторых сойдут… или Нарны?

Люди в очередной раз разбили Дилгар. Объединенный флот Лиги тоже не спал, и успешно отразил две атаки из трех. Причем одну — ценой половины «официального» флота зергов. Подставило нас командование под удар, хреновая из нашего старья вышла наковальня, разлетелась, когда Дрази с Аббаи роль молота исполнили. Правда, воителям от этого легче не стало, лишь каждый десятый корабль из участвовавших в сражении у Тйав-3 ушел, да и то, далеко не целым. Зато теперь можем официально говорить, что вовсю воевали. Только непонятно, кому мы это говорить будем. Уже давно ясно, что Мши станут основным орудием нашего влияния, и вообще, присутствия на политической сцене. И наконец-то дошло дело до нормальной попытки освобождения оккупированных территорий. Не то чтоб раньше не пытались, но выглядело это жалко, и внимания не заслуживало. Не десант, а какие-то самоубийцы. Раскатали траками, разорвали снарядами, пожгли бластерами, да и забыли. То ли дело — полноценная десантная операция, возглавляемая людьми. Уж где-где, а на поверхности хомо воевать умеют. Ну поглядим, кто кого.

Колония Маркабов на Алгениб-2, довольно населенная, более миллиарда жителей, и прилично развитая. Вообще, эти сморщенные гуманоиды были вполне приличными ребятами. Правда, излишне религиозными, промыли им мозги Ворлонцы в свое время, но тем не менее. С чего вообще было решено провести первую масштабную операцию по освобождению именно тут, без понятия. Какие-то странные, на мой взгляд, аргументы приводились. Мол, будет удобным плацдармом для дальнейшей экспансии и несения света демократии, тьфу ты, свободы, конечно же.

Оно, может, и неплохое место для дальнейшего развития стратегического наступления, но надо же соизмерять желаемое с возможным. У меня там, между прочим, пятимиллионная армия, плюс двадцать тысяч единиц бронетехники имеется. Укрепления в грунт на добрые полкилометра зарыты и даже системы ПКО наземного базирования развернуты. Не иначе как человекам в очередной раз головенку успехи закружили. Придется прописать лечебное кровопускание, чтоб хомо не зарывались. И чего это я о них так забочусь, какой-то слишком добрый из меня зерг получился, землянолюбивый. Хотя на вкус они, если честно, так себе, сладковаты.

Ночь стала днем, когда над планетой развернулись сотни воронок перехода и из них вышло больше двух тысяч кораблей. Идущие первыми военные суда сходу разнесли жиденькую сеть оборонительных спутников, не понеся практически никаких потерь. Следующие за ними транспорты начали маневрировать, занимая орбиты и готовясь выбросить десант. Хм, солидно они подготовились. Одних только крейсеров две с половиной сотни, пусть половина и земной космофлот, а остальное — сборная солянка Лиги, но все равно, знаете ли, внушает. Вот то, что пехоту чуть ли не в контейнеровозах доставили, это да, показательно. Ну-с, поглядим, чего там дальше делаться будет.

— Входящий сигнал на открытой волне, — хм, с нами решили поговорить, ну ладно, пообщаемся.

— Говорит адмирал Раймонд Спрюэнс, с кем имею честь общаться?

— Протектор Жоца Кавя Зифе, двенадцатый сын старшей дочери рода. По-вашему, что-то вроде генерал-губернатора.

— Прекрасно, предлагаю вам немедленно капитулировать, в противном случае вы будете уничтожены.

— Жизнь без чести невозможна, адмирал, мне жаль, что вы этого не понимаете, — жутиков на планете не осталось, а ретрансляторы из мши слабоваты, не забраться в голову этого Спрюэнса, хотя и так удалось обидеть мужика, вон как желваками заиграл.

— Я знаю, что такое честь и докажу вам это, выполнив приказ, — ух ты, дошло наконец что-то об особенностях демонстрируемой Мши психологии, не зря я, значит, трудился.

— Желаю вам удачи, адмирал. Дайте нам три часа, чтобы вывести из зоны боевых действий аборигенов, и можете атаковать. Конец связи, — перед отключением отдал воинское приветствие на земной манер, чем явно подлил масла в огонь души Раймонда.

* * *

— Чертовы коты! Гребанные политики! — ругнулся адмирал глядя на потемневший экран.

— Вообще-то, они скорее мыши или вообще тушканчики, сэр, — заметил адъютант Паульс.

— Плевать.

— Но насчет политиков я полностью с вами согласен, сэр. Прикажите начать операцию?

— Да, будь оно все проклято. Действуем по утвержденному сверху плану.

* * *

Времени нам, естественно, не дали, но адмирал оказался тем еще жуком. Мы-то тоже отвечали на открытой волне, чтоб о трепетной заботе Мши о Маркабах знали все. Этот же Спрюэнс со своим помощником вполне себе отчетливо говорили, причем команду на прекращение связи, вот жалость-то, подать забыли. Молодец мужик, макнул командование и руководство по самые гланды, а сам весь в белом остался. Собственно, флот врага мы давно засекли, так что местные уже по бункерам сидели, благо сделали их заранее. Кому места не хватило — подались в сельскую местность, подальше от будущего театра боевых действий. Чем несколько подпортили малину освободителям, ведь они та еще головная боль. Их же, как минимум, кормить надо будет. Впрочем, проблемы индейцев шерифа, как известно, не колышут.

Первыми в атмосферу нырнули истребители. Штурмовики или специализированные бомбардировщики отсутствовали, но ракет и разных плазменно-импульсных скорострелок доброго десятка рас, принявших участие в операции, было более чем достаточно. Во всяком случае, так думали аналитики и объединенный штаб. Не то чтобы они ошиблись, но идея отправить авиацию одной волной, чтобы сразу проутюжить наши позиции, была так себе. Бури в пустыне не вышло, точнее, получилось все наоборот. Маневренность в атмосфере и космосе — две большие разницы. От старых добрых ракет с комбинированными системами наведения, которых мы имели очень и очень много, истребители уйти просто не могли. Да и обычные зенитные пушки заоблачной скорострельности просто в фарш мололи тех, кому персональной ракеты не досталось.

Если бы не экстренно нанесенный удар с орбиты, причем массовый и без какого-либо разбирательства, где там батареи ПВО расположились, десант бы закончился, не начавшись. Обошлось это Раймонду ой как дорого. Чтобы точней бить, он крейсера чуть брюхом в атмосферу не макнул, тут-то мы и задействовали ПКО. В результате каждый пятый корабль, что подавлял батареи, погиб, а два из трех требовали докового ремонта. По уму, конечно, нам стоило бы свой флот сюда на всех парах гнать и планету деблокировать, попутно гробя космических пехотинцев прямо в кораблях, но зачем? У нас же странная война, вот пусть таковой и остается.

Отведя душу на представителях разведки, что так облажались, и пропесочив изрядно просчитавшихся аналитиков, адмирал дал команду на высадку десанта. И чтоб еще какой сюрприз предотвратить, или хоть свести его эффект к минимуму, вновь часть кораблей загнал чуть ли не в стратосферу. Ну, после той бомбардировки, что была проведена, это в общем-то не так уж и нелогично. Каждый борт с десантом сопровождался минимум парой звеньев истребителей. Перерасход топлива и прочих средств, конечно, огромный, но Раймонду на это было наплевать. За что ему солдатики были весьма благодарны, так как многие в итоге все же до поверхности добрались. Не все, но наши ПКО и ПВО с поднятой авиацией оказались заметно менее эффективны, когда их мгновенно поражали из космоса ураганным огнем.

Все же не уважают нас, ну что за ерунда, каких-то три миллиона пехоты и жалкие пять тысяч единиц техники, среди которой и танков-то толком нет. Высадились они далеко, поэтому атаковать плацдармы не получалось. С низкой орбиты даже по истребителям с ракетами корабли неплохо попадали, а уж по куда более медленным бронированным коробочкам — вообще тир. Конечно, мы против этого кое-какие средства запасли, но не на сотни же километров «дымовухи» растягивать. Подождем, пусть нападают. Благо, Маркабы предпочитали жить кучно, и их города сродни средневековым в Азии, только еще и многоэтажные. Так что улочки-каньоны, сейчас из себя представляющие сплошные завалы и стихийные баррикады, скорей нам в помощь, чем нападающим.

Сутки десант разворачивался и готовился, а мы расчищали проходы для своей техники. Плотный дым над городами от горящего и тлеющего барахла, в который мы не забывали внести свою лепту, весьма способствовал. Сидящие на орбите были слепы, словно кроты, а наземную разведку мы вполне успешно отлавливали. Как-никак, знание местности и заранее оборудованные секреты, ловушки и разные замаскированными доты-дзоты с прочими бункерами этому способствовали. Наконец, армия вторжения зашевелилась и выстрелила щупальцами колонн в разные стороны. Второй этап схватки за планету начался.

* * *

— Не нравится мне все это, — сплюнул сидящий на броне неспешно пылящей БМП боец, — тихо больно.

— Не ворчи, что нам эти крысы сделают? Сидят по норам, как им и положено, — хмыкнул молодой русоволосый парень богатырского телосложения, поправляя базуку.

— Твои бы слова да богу…

Закончить фразу солдат не успел, а если бы и смог, слушателей у него уже не осталось. Минировать дороги мы не пытались, зачем, техника нынче другая, проще не маскировать фугас, а запрятать установку, его запускающую, в сторонке. Вот как оптика разглядела свою цель, так и отработала. С полукилометра, одной короткой очередью стамиллиметровых снарядов, в мгновение ока уничтожила головной дозор, да так, что идущая следом колонна ничего и не поняла. Группа, отправившаяся проверить, что случилось и откуда, черт возьми, был совершен огневой налет, там же и полегла. Правда, в этот раз орбита и наземные наблюдатели были начеку, и вскоре угроза была ликвидирована, но настроение бойцов изрядно упало. А когда выяснилось, что такие сюрпризы встречаются часто, продвижение замедлилось до черепашьего темпа.

Трое суток, с максимальной осторожностью, но все равно неся потери, добирались отряды до рубежей атаки. Добрались, а толку? Мши не стали мудрить и просто контратаковали. Тяжелый дым с интересными добавками накрыл десант, наши базы, и все что между ними. Орбита не только ослепла, но еще и оглохла. Верней, они то как раз в порядке, это наземные силы до них докричаться не могли, а там и поздно стало. Выбравшиеся из тоннелей самоходные орудия открыли беглый огонь, смешав с землей плоть и железо. Выкатившие на заранее расчищенные участки РСЗО добавили жару, своими реактивными снарядами с разнообразнейшей начинкой окончательно расстроив порядки. А там и танки с БМП и пехотой подтянулись, быстро довершив разгром.

* * *

— Что там, черт вас всех дери, происходит?! — рычал Раймонд, нависнув над операторами, пытающимися связаться с планетой или хоть что-то разглядеть в поставленной врагом завесе.

— Нас контратаковали, — констатировал очевидное начштаба.

— Без вас вижу! — рявкнул адмирал. — Мне нужна информация о враге, куда и чем бить, где, мать его, наши парни.

— Сэр, вызов с планеты.

— Так соединяй!

— Адмирал, вы можете отправить своим воинам транспорты с медиками и для эвакуации. Мы не будем препятствовать.

— Что?!

— Ваш десант полностью уничтожен, если хотите спасти побольше своих, вам стоит поспешить с отправкой к нам помощников, сведущих в медицине. Извините, но у нас просто нет нужного количества подходящих вам медикаментов. Мы не слишком-то схожи, сами понимаете.

— Хорошо, я распоряжусь, и предлагаю заключить временное перемирие для помощи раненным.

— Не вижу смысла в формальностях, медики же не станут нападать, а значит и под отданный нам приказ об обороне не попадают, но если того требуют ваши традиции, не вижу проблем. Пришлите кого-нибудь с бумагой, я подпишу.

— Хм, вообще-то временное перемирие на поле боя у нас заключается устно между командирами сторон.

— Значит, с этой минуты оно вступило в силу, — прянул ушами протектор и отключился.

— Что смотрим? Быстро весь медперсонал на планету со всем положенным. Вперед, вперед.

— Не думаете, что это ловушка?

— Нет. Верней, вся эта планета одна большая западня и куча навоза, но стрелять в нонкомбатантов они точно не станут.

— Откуда такая уверенность?

— Считай, что интуиция. Да и все, что мы про них знаем, полностью это подтверждает.

* * *

Когда позицию их взвода накрыл удушливый туман, Майкл решил, что гадские мыши решили их всех отравить, и тут же пожалел, что поленился прихватить противогаз. Вряд ли бы он его спас, даже на земле имелось много химии, от которой он ничерта не помогал, но все же, хоть какой-то шанс. Впрочем, скоро стало ясно — отравиться им не грозит, но насчет выживания все равно имелись большие сомнения. Земля дрожала от множества взрывов, воняло чем-то кислым, свистели осколки и ревели проносящиеся огненными болидами ракеты. Все, на что его хватило — упасть на землю и, вжавшись в нее, истово молиться. Пусть правильных слов он и не знал, но видимо, искренность пошла в зачет. Он уцелел и даже не был контужен, всего лишь оглушен грохотом.

Вот только на этом для него еще ничего не закончилось. На место грохота взрывов пришел рокот и где-то впереди замелькали вспышки. Чуть в стороне, лязгая гусеницами, прополз силуэт танка, устремившегося к передовой, где явно разгорался бой. За спиной гулко ухнуло самоходное орудие, и тут он окончательно пришел в себя. Похоже, он не единственный, кому повезло пережить удар подлых крыс. А значит, хватит валяться, нужно помочь парням накрутить им хвосты. Подхватив оружие, Майкл вскочил на ноги, огляделся, не нужна ли кому-то помощь, но рядом живых не наблюдалось, зато вокруг мелькали силуэты, бегущие вперед. Он тоже побежал, готовясь в любой миг открыть огонь.

Каких-то полкилометра, и он был вынужден продолжить путь ползком. Больно уж густо замелькали в воздухе смертоносные импульсы. Десять минут активного перебирания рукам-ногами, и он добрался до воронки. На краю дымил бесформенный кусок металла, в котором он с ужасом опознал танк. Если бы не чудом уцелевшее дуло с характерным вздутием на конце, вряд ли бы он понял, что это такое. Пятерка бойцов азартно палила куда-то в сторону города, но вот насколько эффективен был их огонь, сказать не получалось.

— Хай, парни, — поприветствовал бойцов Майкл, плюхаясь рядом и посылая короткую очередь в сторону вроде бы мелькнувшего силуэта.

— Здоров, — буркнул ближайший солдат с ошалелыми глазами, что раз за разом посылал импульсы только в ему одну и видимую цель. Во всяком случае, сам Майкл ничего в той стороне не заметил.

Повоевать им удалось недолго, появившаяся с фронта тень полыхнула выстрелом, и на этом сражение для их шестерки закончилось. В первый раз Майкл, словивший сильнейшую контузию и пару осколочных, очнулся, когда ему какой-то мши колол что-то из боевой аптечки. Несмотря на коктейль стимуляторов и обезболивающих, сделать он мало что мог, но вот как его перевязывает враг и на горбу куда-то тащит, запомнил. Из-за тряски он вырубился, но вскоре от не слишком аккуратного приземления вновь очнулся. Заметив это, принесший его крыс улыбнулся и одобрительно проорал в ухо: «Держись! Ваши уже летят!». После чего напоил водой и убежал. Так, обдумывая странность происходящего и поглядывая на растущую рядом группу раненных, он и сидел, периодически отрубаясь, вновь приходя в себя, и снова проваливаясь в забытье.

Глава 12. Врагу не сдается наш гордый Варяг

Перемирие у нас несколько затянулось: далеко не всех раненых можно было подвергать транспортировке, да и десант почти весь закончился, а значит, и операция провалилась. Пока политики и большие чины думали, что дальше делать, мы спасали жизни и разгребали завалы. Отбомбились по нам, когда точки обороны подавляли, душевно, — считай, половину аборигенов без крыши над головой оставили. Что, естественно, любви местным к освободителям, да еще и несостоявшимся, не прибавило. Ладно, хоть без эксцессов обошлось.

Война как-то увяла. Дилгары, обрадованные успешной обороной, отступили за оккупированные сектора, выведя из них свои планетарные силы. Их и так-то было немного — по сути, спешенные корабельные экипажи — теперь же, будучи уверенными в вассалах, они старались их вновь на космолеты посадить и в новую мясорубку бросить. Я же, в лице Жоца Зифе, имел интересный разговор с адмиралом, спустившимся на планету. Официально он вроде как раненых решил лично проведать, но на деле именно с протектором желал пообщаться. После раскланиваний Раймонд Спрюэнс не стал ходить вокруг да около, а прямо в лоб спросил:

— Что нужно, чтобы вы перестали служить дилгарам?

— Отказ дилгар от нашей службы или их полное истребление.

— Тогда вы оставите завоеванные миры?

— Да, большинство.

— Большинство?

— Мы, в ваших понятиях — что-то между рыцарями и самураями. Если кто-то, как Ксоны, Ллорты или Токати, попросит протектората, мы не откажем.

— А если Дилгары прикажут вам уничтожать целые миры?

— Мы клялись служить, мы сделаем это. Но они не прикажут.

— Почему? Ведь сами они это пару раз проворачивали.

— Выполнив такой приказ, мы сочтем свой долг исполненным, и уйдем из их сектора, а лишаться единственного союзника перед лицом численно превосходящего врага глупо.

— По вашем понятиям, я не исполнил приказ, но вы общаетесь со мной, мне это, гм, непонятно.

— Не смогли в этот раз, сможете в другой.

Мило, в общем, поговорили… от этого полнейшего, с точки зрения человека, бреда у адмирала мозги кипели, а как он нас в мыслях виртуозно поносил, просто любо-дорого. Будь память похуже, обязательно бы законспектировал некоторые обороты. Расползлась информация о нашем разговоре широко, естественно, что без эффекта испорченного телефона дело не обошлось. Еще один толстый слой домыслов и слухов покрыл Мши мраком полуправды, но симпатичный у нас образ получался. С учетом того, что попавшие в плен представители моей искусственной расы благополучно мрут, как только с ними пытаются пообщаться телепаты или «костоломы» всяческие, так и вообще легендарными понемногу становимся. Хе-хе, вот Минбарцев-то сюрприз ждет, когда они из своего затворничества понемногу на свет выползут. Мы же тут их имидж, по сути, загубили, банально собою подменив. К тому же, мы еще и куда симпатичней этих лысых ребят с костяным ободом на черепушке смотримся.

Кому суждено было умереть, тот умер, кому нет, достаточно окреп чтобы быть перевезенным на корабли. Объединенный флот дал салют, отдав дань уважения врагу и павшим, после чего ушел в гиперпространство, сняв блокаду с планеты. Вот и хорошо. Дело явно идет к большой финальной бойне. Дилгары стягивают силы, Лига делает тоже самое. Похоже, и нас местный Трафальгар не минует. Вот только кто из него выйдет победителем, неизвестно. В каноне это была Земля с союзниками, но как случится тут, хм… да и тут, наверно, мало что изменится. Как ни крути, а я столько наворотил, что от Дилгар пора избавляться. К тому же, пара сотен моих кораблей все равно вряд ли на расклад сумеет повлиять. Вопрос лишь в том, доводить ли воителей до вымирания. Пожалуй, не стоит, поставлю лучше на них социальный эксперимент. Мечи на орала помогу перековать. Небольшой регресс им явно на пользу пойдет. Эх, как бы не заиграться в вершителя судеб, с такими-то мыслями. Разошелся что-то с дележкой шкуры, но все же, общий план и некую стратегию на будущее иметь полезно.

Звезда Салос — место, где по задумке дилгар должно было состояться финальное сражение. Как ни печально, но исход его был нынче точно предрешен, на стороне лиги открыто выступили Врии. Эти классические «мистер грей», на своих летающих тарелочках, и так, в принципе, воевали, но будучи теми еще хитрозадыми головастиками, делали это своеобразно. Тылы охраняли, караваны сопровождали, попутно активно наживаясь на поставках всего и вся. Если бы не устраиваемые мной рейды, они бы практически и потерь не имели. Можно сказать, что они до недавнего времени не столько с Дилгарами, сколько с Мши хвостами мерились, пусть у них и нет столь полезного отростка. Но понимая, что дело, в общем-то, идет к финалу, серенькие решили открыть что-то вроде второго фронта. Опоздали ребятки, им бы раньше полноценно поучаствовать, благо, их олигархия весьма солидными силами и ресурсами располагает. Теперь же их активность лишь глухое раздражение вызывала. Вся слава спасителей людям досталась. Так что Врии лишь крохи перепадут. Впрочем, какое мне до этого дело, даже и наоборот, хорошо. Сильно спокойней за исход стало, и можно, не мучаясь совестью, с полной самоотдачей воевать.

План Дилгар был прост и не слишком изящен. Часть флота выманивает на себя врага, часть зажимает. Классика, в общем, да и тяжко нечто этакое выдумать, когда в пустоте воюешь. Маршевые двигатели стрелять не умеют, а корабль — это вам не истребитель, так что, кто сзади, тот и прав. Просто заставить врага часть батарей на другую цель перенаправить — уже неплохое достижение. Опять же, когда с разных сторон огонь ведут и сканерами облучают, маневрировать сложней, точность огня ниже, ну и просто внимание экипажа зажатого судна распыляется. Нам, даже без всякого пси-воздействия, доверили честь атаки земного космофлота. Мол, отлично себя в прошлый раз показали. Хорошо, нам этого и надо. Глядишь, удастся со второго раза донести, что с первого не удалось.

Земляне с Лигой тоже, в общем-то, планировали двойной удар. Верней, даже тройной. Застрельщиками будут люди, когда их атакует вторая часть дилгарского флота, объединенная армада лиги должна будет нанести синхронный удар по первой и второй группам разом. Насчет этой самой второй части имелись некоторые сомнения, но спорщики быстро вспомнили про нас и план был принят. А Врии оказались мстительными ребятами, потребовали на совещании штабов, чтобы честь отрыва хвостов была их эскадрам доверена. И не насторожило их даже, что никто и спорить не стал, а некоторые даже с облегчением вздохнули, про себя, естественно. Вроде и воевали всего ничего, но слухи-то ползут. Опять же, опасения, а ну как мы в отместку геноцид на завоеванных планетах учудим?

И вот он, исторический момент большой войны в маленькой песочнице. Дилгары ушли к Салосу и развернулись там в боевые порядки. Терять эту систему, поставляющую важнейшую половину материалов для кораблестроения, им было не с руки. Да что там, если Салос падет, воители фактически окажутся к родному миру привязаны. Практически все равно что заперты в нем. А там звезда весьма, между прочим, нестабильная, и может в любой момент бабахнуть. Дилгары флот свой выстроили стеночкой, с наклоном относительно плоскости эклиптики градусов в двадцать и поворотом в пятнадцать. С учетом их численности и эффективной дальности систем ведения огня и обнаружения, довольно неприятная конфигурация для нападающих, тем более, что их подпирает сеть военных спутников и три боевые станции.

Мы, с частью флота сюзеренов, болтались в своеобразной заводи гиперпространства на приличном удалении от места предстоящего сражения. Где-то в аналогичном завихрении притаился враг. Благодаря имеющемуся на флагмане Жутику, я их неплохо ощущал и, в принципе, мог бы навести на них наши эскадры, но толку с этого было мало. В подпространстве воевать рискованно, можно запросто такой шторм создать, что никто не уцелеет. Причем возникнет он мгновенно, так что и убежать не успеешь, и даже понять, что тебя убило. А может, и не случится ничего, странное это место, гиперпространство, малоизученное, и не слишком понятное. Да и приятного в нем для псионика мало. Усиление способностей происходит, и словно вечный морской шум в голове возникает. Брр, короче говоря, шепот вселенной слушать.

Земляне сделали свой ход первыми, вывалившись из подпространства аж в миллионе километров. Три световые секунды. Оригинальный маневр, но у них теперь ракеты минут по пять будут до цели лететь, если не больше, разгоняются они, конечно, быстро, но топлива в них не так чтобы и много. С другой стороны, Дилгары лишь раз и успели их в воронках перехода достать. Все же, что ни говори, а сюзерены отличные инженеры, их корабли, да и вообще вся техника — продукт компиляции лучшего из добытого. Вот тяжелые излучатели сформировали канал из гравитации, и по нему, как по сверхпроводнику, вкатили жертвам порцию живительных зарядов. С нами они, между прочим, ничем таким не делились, жадины, вот и приходится пользоваться примитивными мазерами, точнее, там у нас не фотоны, но суть-то та же осталась. Впрочем, то, что не дали добровольно, мы давно уже добыли самостоятельно, благо, по местам боев прошвырнуться, имея данные из обоих штабов воюющих сторон — плевое дело. Собственно, зерги мои этим и занимались в поте зубасто-клыкастой мордасы, потому и в войне фактически не участвовали.

Пора и нам в дело вмешиваться, нельзя давать людям время на наращивание количества ракет. Наше появление хоть и было для хомо ожидаемо, но явно не так. Дилгары вышли над флотом человечества примерно в световой секунде, мы появились ниже их строя, с фланга. Причем все их вымпелы оказались на дистанции от шестидесяти до ста тысяч километров. Вот тут и началось веселье. Увы, но даже вместе, нас было меньше, чем людей. Впрочем, число их крейсеров довольно шустро сокращалось. Удар тяжелых излучателей сюзеренов, при удачном попадании, уничтожал земной корабль сразу. Нам для того же эффекта требовалось минимум двумя тройками по одному бить. Все же «толстые» у людей корабли, ой «толстые».

* * *

Дениц с каким-то благоговейным ужасом смотрел, как десятки серебристо-голубых лучей впиваются в прикрывающий флагман крейсер. Секунда, две, три, и из могучего корабля, словно магма, бьют потоки расплавленного металла, вырывается пламя взрывов, многометровой толщины броню выворачивает и рвет, словно дрянную жесть от банки с консервами. Еще несколько ударов сердца, и вот во тьму космоса летит, беспорядочно вращаясь, мертвая, изувеченная груда металла, весом в десятки миллионов тонн и ценой в миллиарды кредитов. Афине еще повезло, ей от Мши досталось. Кто-то, может, и спасется. Вот с Геры выживших можно даже не пробовать искать. Прямое попадание в реакторный отсек. Зеленоватый луч дилгарского излучателя нанес смертельный удар, и от корабля вообще ничего, кроме раскаленных обломков, не осталось. Внутренний термоядерный взрыв, вызвавший детонацию боеголовок, и вместо большей части огромного корабля лишь быстро остывающее облако плазмы рассеивается.

— Где наши союзники, мать их инопланетную за ногу!

— Будут через две минуты, сэр.

— Да мы половину флота за это время потеряем. Уроды!

* * *

Насчет половины — это дядька адмирал преувеличил, да и не так чтоб они уж совсем в сухую играли. Импульсные пукалки нас вполне доставали, да и плазмой, пусть и в несколько разряженном состоянии, они нас активно поливали. Дилгарам, вон, скоро от ракет начнет доставаться. Умно они их запустили, видать, все же учли доклад разжалованного адмирала, а может, просто по знакомому врагу ударили. Как-то я этот момент упустил, если честно. Но да, потери ВКФ Земли будут более чем значительные. По сути, сейчас они с трех сторон ловят плюхи, и в маневре изрядно ограничены. Насколько последнее вообще возможно, с учетом космических просторов.

* * *

«Держитесь!» — проорали с сенсорного поста, и в тот же миг в тушу Гектора вонзилась пятерка снарядов, круша броню и испаряя сотни тонн прочнейшего сплава. Со стороны это смотрелось даже красиво, ровненькая такая цепочка огненных шаров в первой трети крейсера. От полученного удара почти километровый корабль развернуло, а членов экипажа, не сидящих в противоперегрузочных креслах, просто размазало по поверхностям. Повезло им, мгновенно умерли. Тем, кто был в ложементах, пришлось намного хуже. Кровь из носа и ушей, лопнувшие сосуды и вытекшие глаза, множественные разрывы тканей и органов, обильные внутренние кровотечения, ребра, прорвавшие легкие. Ужасно то, что далеко не все из них погибли от болевого шока. Пусть корабль и пережил удар, но вот воевать в нем было уже некому. Впившиеся в покалеченное тело грозного исполина лучи стали ударом милосердия. Один из них пробил ракетный погреб, и взрыв многих мегатонн испепеляющим ядерным пламенем прервал мучения умирающих.

* * *

Вот и кавалерия прибыла. Сотни воронок перехода и тысячи кораблей Лиги. Быстро они сориентировались, ну так, не первый год уже воюют, да и до этого большинству из них довелось не раз силой оружия вопросы межрасового взаимодействия решать. Обе группы кинулись спасать избиваемого союзника, понимали, что ракеты землян им еще ой как пригодятся. Мне достались Врии, Бракири и, вот ведь везет на хохлатых, — Аббаи. Остальные атаковали Дилгар, причем их появление весьма удачно совпало с подлетом человеческих ракет, из-за чего воители толком в горловине переходов не смогли гостей отоварить.

Браккири из-за миниатюрности своих кораблей — всего-то полторы-две сотни метров — были вынуждены выйти куда ближе остальных, за что тут же и поплатились. Наши мазеры их картонные кораблики за пару секунд насквозь прошивали. Фактически, весь их корпус так и не покинул зону переходов, а те, что все же выбрались, прожили секунды. Снаряды мши их с трех-четырех попаданий в клочья разносили. Вот только гибель этих смелых гуманоидов была не напрасной: во-первых, Аббаи свои ракеты задействовали, по сути, аналоги наших снарядов, только в формате систем залпового огня. Ну и поумней они у них были, не поспоришь, впрочем, цена соответствовала. Во-вторых, головастые Врии разрядили свои чудовищные излучатели.

Вообще, у этих серых человечков корабли на тарелочки похожи не просто так. Дело в том, что они в качестве источника энергии используют квантово-гравитационный реактор. Фактически — это искусственная сверхлегкая черная дыра, да еще и кучей накопителей с гравиприводами окруженная. Тогда как все остальные предпочитают в магнитной ловушке удерживать вещество и инициировать термоядерную реакцию посредством лазеров, микроволновых излучателей, и кто там еще во что горазд. Более продвинутые товарищи используют сочетание термоядерных реакторов и их собратьев, работающих на антиматерии, благо, первые как раз дают топливо для вторых. С одной стороны, из-за «бублика» реактора корабли Врии очень легко и громко взрываются, но вот с другой… о, с другой стороны, они очень кусачие ребята, их импульсники выдают страшные в своей разрушительной мощи заряды, причем в весьма неприятных количествах. К тому же, они весьма шустро маневрируют. Сами-то греи весьма хрупкие, но вот компенсаторы у них — просто загляденье.

Пока мы лишали Бракири их невеликого флота, лихо задравшие корму диски устроили нам натуральный дождь смерти. Сотни импульсов, десятки попаданий, множественные пробоины, разрушения наружных систем, в том числе и орудий обороны. Страшный удар, заметно снизивший возможность противодействия сонму ракет Аббаи. Мы в долгу не остались, и как только накачали накопители, тут же выдали достойный ответ. Наши излучатели прекрасно прошивали корпуса тарелочек и поражали реакторы. Последнее, к сожалению, не всегда, но в каждом четвертом-пятом случае нам это удавалось. Так что десятки миниатюрных солнышек на месте крейсеров Врии стали бальзамом для души.

Аббайские ракеты-снаряды оказались очень паршивым подарочком в сочетании с импульсниками головастиков. Одно дело, когда бабахает на гладкой целой броне и совсем другое, когда тоже самое в уже оставленной каверне случается. Из кораблей натурально куски вырывало, иной раз чуть ли не секциями, отсеки плющило, коридоры давило, и базовый каркас рвало. Да что уж там, порой даже весь корпус целиком вело. В общем, громили нас жестоко и безжалостно. Биться правильно смысла не имело. У Дилгар дела еще хуже обстояли, там и врагов больше, и уже подошли они на дистанцию клинча. Конечно, флот-приманка уже в прыжок ушел и через пару секунд тут появится, но это мало что изменит. Против лома, как говориться, нет приема. Слишком много врагов.

Потрепанный, но все еще боеспособный флот Мши, неожиданно для всех форсировал двигатели и с огромным ускорением рванул на земные корабли. Этого от них ну никак не ожидали. По всем канонам и элементарным законам логики они должны были напасть на Врии и Аббаи, а не подставлять им брюхо, давая заодно возможность в корму зайти. Секунды растерянности и удивления стали решающими. Прав был Суворов, говоря: «Удивить, значит победить». Впрочем, победить-то нам не светило, но кое-что сделать мы могли, да еще как.

Несущиеся опасным курсом отлично бронированные и вооруженные крейсера, ведущие беглый огонь, врубились в строй землян. Вот тут-то и случился бой титанов. Плазменные пушки наконец-то смогли продемонстрировать всю свою страшную разрушительную силу. Вот только она померкла на фоне примитивнейших неуправляемых реактивных снарядов с ядерной боеголовкой, что Мши запускали целыми пачками из десятков установок. Тот самый случай, когда на мудрость довольно простоты. Сверхскорострельные оборонительные турели, являющиеся, по сути, обычными малокалиберными огнестрельными пушками, стеной металла, словно рачительная хозяйка пыль, смели истребители, имевшие глупость преградить дорогу разогнавшемуся стаду носорогов.

Это было эпично и захватывающе. Тарелки Врии и крейсера Аббаи не успевали нанести достаточно урона чтоб остановить мой флот, а потом и просто не могли стрелять: на линии огня оказались союзники. Пришлось им ломать строй и сломя голову бросаться в преследование. И без того уже изрядно избитый земной космофлот оказался для нас все равно, что подтаявшее масло перед раскаленным ножом. В коридоре из ядерного и термоядерного пламени, освещаемые искусственными солнцами, в потоках излучений, ежесекундно теряя и отнимая тысячи жизней, десятки кораблей прорывались в тыл второму отряду лиги. Та еще атака мертвецов.

Прорвались лишь полторы дюжины крейсеров, но какой получился эффект. Мало того, что от земного космофлота меньше трети от изначального числа осталось, так еще и корабли второго отряда лиги запаниковали. Задергались, начали перестраиваться, смешали строй, а тут и остатки флота Дилгар подтянулись. Избитые, фактически рассыпающиеся, вымпелы Мши, успели лишь пару раз пальнуть, перед тем как были добиты слаженным огнем чуть ли не всего объединенного флота, но свою лепту они внесли. Хотелось бы сказать, что сделали невозможное и изменили судьбу, но нет. Всего лишь вошли в историю окрестных рас как пример беспрецедентного мужества, отваги, чести, самопожертвования, идиотизма, и так далее. Каждый вид в хрониках записал по-своему, кому что ближе и понятней, тем и объяснили их поступок.

Дилгары воспользовались нашим подарком по максимуму, нанесли ужасные потери врагам, и не иначе, как воодушевленные примером, попытались повторить атаку, но слишком затянули. Да и корабли у них были неподходящие. Там, где наши толстячки умудрялись три-четыре попадания плазмы выдержать, им и двух за глаза хватало. Гравитационные щиты — дело, конечно, хорошее, но не панацея они, не панацея. Особенно, когда их со всех сторон разом нагружают, и толку от перераспределения никакого. Зря они, в общем, так, лучше бы отступили. А впрочем, какая разница, сохранили бы они хоть что-то, или нет, итог бы все равно остался тем же. Разгром.

Глава 13. Не канон, однако

Понеся огромные потери, лига и земляне озверели и уничтожили Салос подчистую. Снесли как станции со спутниками, так и все шахты с производствами на планете. Причем бомбили всем, что в арсенале нашлось. Какое там конвенционное оружие, о чем вы? Ядрен батон? Отлично, заряжай. Плазменная бомба? Бросай! Термоядерный фугас? Пуляй, и тащите новый, хорошо пошел. Короче, отплатили за все. Выплеснули ярость и страх. Шикарный вышел салют. И так-то малопригодный для жизни среднестатистического гуманоида мир стал теперь совершенно непригодным. Даже зергам пришлось бы покряхтеть, чтоб его заселить. Как говорится, две головы хорошо, но мирный атом лучше!

Немного успокоившись и выпустив пар, союзники сели думы тяжкие думать. На повестке дня стоял серьезный вопрос: «Дальше-то что делать?» С одной стороны, вроде как очень кулаки чешутся и Дилгар добить хочется, а с другой, как-то боязно. Судили они, рядили, да и порешили для начала все же предложить врагам капитулировать. А там, как говорится, будем поглядеть. Правильный, в общем-то, подход. Особенно мысль, что вне зависимости от результата переговоров войну надо заканчивать. Дилгары без флота еще лет сто не опасны будут. Пока новый не отстроят — да только кто же им такое позволит?

У сюзеренов после разгрома тоже было весело. Вместо того, чтобы думать о прекращении войны и о том как расу спасать, они устроили охоту на ведьм. Искать крайних дело, конечно, увлекательное, но не слишком-то продуктивное, а в их случае — так даже и вредное. Дошло до того, что кланы начали немножечко друг дружку резать. Грустно все это. Проигранная, по сути, война, плоды трудов поколений, спущенные в унитаз, уничтоженная репутация, совершенно безрадостные перспективы. По-моему, это повод сплотиться, а они, наоборот, по углам разбежались и за бластеры взялись.

К чему бы это все привело? Без понятия, ясно только, что ничего хорошего Дилгар уже не ждало, но вопрос решился кардинально и неожиданно. Причем для всех. Звезда родного мира воителей взяла и стала сверхновой. Вот так, в одночасье, сняв головную боль у союзников и поставив жирную точку в истории целой расы. Конечно, где-то остались отдельные представители вида, но было их слишком мало, чтобы возродить популяцию. Я мог бы решить генетические проблемы, но не слишком-то хотел этим заниматься. Может быть, позже и озадачусь, все равно сейчас Дилгарам места в нашей галактике не найдется, слишком уж их ненавидят. Возродим их где-нибудь на отшибе, воспитаем, а там, лет через тысячу-другую, можно их и вывести в большой космос.

Однако на этом история еще не закончилась. Плененных в ходе войны воителей земляне решили показательно судить. Мне же только за голову оставалось хвататься и мысленно охать, поминая идиотов. Какой, к черту, Нюрнбергский процесс в космосе, зачем этот фарс, да просто прибить их по-тихому, и все. Нет, хомо слишком нос задрали, и до сих пор не перестали мерить всех по себе. Подавляющее большинство рас не понимало, в чем смысл судилища, но будучи более, хм, опытными, что ли, не возражали. Мало ли, какие у кого заскоки, в смысле, традиции с обычаями. А люди еще и радовались сдуру, что вон какой представительный состав собрался. Идиоты несчастные. Вот уж у кого не тараканы в башке, а деятельный муравейник на чердаке, так это у них.

Нас, кстати, тоже пригласили, причем даже толком не определившись, в качестве кого. То ли жертвы, то ли обвиняемые, то ли вообще свидетели. Пришлось немного на мозги суду и большим шишкам покапать, а то им самим как-то в голову не пришло, что пленные воители для нас как бы легитимны, и могут от данного слова освободить. В итоге, перед первым заседанием, представителям Мши была торжественно вручена бумага с кучей подписей и парочка самых «весомых» Дилгар, контролируемых телепатами пси-корпуса, лично объявила, что Мши свободны от клятвы служения. Вот и славно. Мы новость тут же открытым текстом своим и передали, заодно и все окрестные расы известив.

Суд был совершеннейшим фарсом, инопланетяне с тоской сидели на заседаниях, мечтая о том, когда эта тягомотина закончится, и они смогут с нами на предмет возвращения территорий переговорить. Как-никак, огромная оккупированная зона была нами плотно контролируема, а в силовое решение вопроса никто не верил. В общем-то, мы и не против. Даже всеми лапами и хвостом официально за, но просто чтобы с каждым представителем переговорить, нужно было порядка месяца потратить. А тут какой-то суд по полдня занимает. Бесполезная трата времени, по мнению девяти из десяти присутствующих.

По уму, людям стоило бы просто устроить открытое голосование. Пусть и не по всем пленным Дилгарам скопом, так хотя бы по каждому конкретному. Но нет, все в лучших традициях земного права делалось. Доказательства, обвинения, свидетели, опросы, допросы и долгие пафосные речи. От всего этого у инопланетян было ощущение, что они в каком-то длинном, тягомотном и бессмысленном ритуале дикарей участвуют. Собственно, так оно по факту и было, вся польза этого действа была исключительно для политических элит хомо, вот уж кто пиарился как мог, так это они. Правда эффект сие действо имело исключительно для самих же людей. Да что уж там, даже воители все творящееся не иначе как бредом считали, и всерьез задумывались, как можно было проиграть вот этим? Впрочем, их мнение вообще никого не интересовало. И надо отдать им должное, они это прекрасно понимали, так что гордо сидели и… молчали. Все одно, конец был ясен и полностью предсказуем.

Несколько неожиданной для всех стала проблема вывода войск Мши. Как-то так получалось, что всем придется с годик-другой обождать, пока мы новые корабли построим. И это в лучшем случае, да еще и при условии поставок нам сырья. Понятно, что не за красивые глазки, но с очень хорошей скидкой. Нет, нам бы с радостью и свои суда предоставили, лишь бы мы побыстрей убрались, но и наши возражения все прекрасно понимали, во многом даже и разделяли зявленную позицию. На самом-то деле, я бы и не упирался, а с теми же зергами как бы договорился бы и вывез пехоту, просто родилась мысль провернуть финт ушами.

На кулуарных и не очень переговорах Мши честно и открыто обозначили транспортную проблему. Без утайки сказали, что не доверяют тем, с кем их сюзерены открыто воевали, и кто теперь участвует в каком-то мутном судилище. Подгадил немножечко людишкам, глядишь, поумнеют, и не станут свой устав куда ни попадя пихать. И вообще, начнут жить попроще, а то что-то они слишком хитромудрые сделались, и гордыня прет. Проще надо быть в большом межгалактическом коллективе, проще, дорогие мои хомо.

В итоге, после не таких уж и длительных переговоров, удалось быстро прийти к консенсусу. Мы из разряда «войска оккупационные злобные» переходим в категорию наемников, занимающихся охраной территорий по контракту. Главное было — решить вопрос принципиально, а всякую мелочь и частности уже в рабочем порядке утрясали. На самом деле, большинство рас, не заморачиваясь, наняли нас не на год-два, а сразу на пять-десять лет. Тут и репутация держащих слово существ сказалась, и то, как мы себя вели, будучи захватчиками, ну и впечатлены все были разгромом десанта «спасителей». Опять же, финансовая сторона вопроса. А уж сколько разных правителей довольно конечности потирало, получив возможность на наши штыки опереться. Вирус независимости и разных революций, он такой, заразный очень. Как Центавр начал в декадентство впадать, так он и начал по старым и не очень колониям гулять. На это, собственно, и делался наш основной расчет. Но что так удачно получится, ндям-с. Коготок увяз, считай, вся птичка попалась. Очень все неплохо складывается. Поглядим еще, кому лет через десять население лояльным станет, нам или родным правителям.

Под конец затянувшегося действа, судом именуемого, дело и до нас дошло. Инопланетяне изрядно лупали удивленными буркалами и прочими зырилками, когда земляне предложили Мши, немножечко того, пропесочить. Как-то получилось, что представители десятков рас за время ритуальных действий землян в нашем лице нашли отдушину и минимальный смысл участия в устроенном людьми шоу. А уж сколько всего порешали кулуарно и к обоюдной выгоде, жуть просто. Мало того, что де-факто все уже свое вернули, так еще и массу разнообразнейших контрактов все со всеми позаключали. Чего уж там, мы всей толпой уже и карту с границами вчерне согласовали. Будет хомо большой сюрприз, хе-хе. Они же самые умные, упивались своим красноречием и гоголем ходили, на нашу возню свысока поглядывали, у них же все под контролем. Ага-ага, четыре раза. Нам, кстати, вполне себе благосклонно отдали Дилгарский сектор. Все равно, сил его осваивать никто не имел, со своими бы территориями разобраться. Опять же, сверхновая, это, знаете ли, та еще бяка отсроченного действия. Впрочем, там такие расстояния, что от нее не так уж и много систем годы спустя пострадает.

Вселенная Вавилона-5 была куда ближе к реальности, чем компьютерная игра. Да что далеко ходить, вон у меня на огромное звездное скопление всего две приличные планеты — Эдем, да родной мир. Аналогично и с остальным космосом. Так что, колония — это, зачастую, город под куполом, а то и вообще под поверхностью. Ценность ее определяется полезными ресурсами и легкостью их добычи, отсюда и довольно незначительная численность инопланетных популяций. Те же люди стали одной из пяти ведущих рас благодаря своей плодовитости. Вот, вроде, и третья мировая у них была, а поди ж ты, расплодились так, что пришлось на Марсе, спутниках разных, и даже в поясе астероидов селиться. Причем, это было сделано еще до контакта с Центавром и выхода в большой космос. И все равно, на Земле дикое перенаселение. Купола там так народом забиты, что любой термитник отдыхает. Хомо уже две дюжины колоний в иных мирах основали и останавливаться явно не собираются. Тут, конечно, еще и разница подходов сказывается. Терраформированием человечество не слишком озадачивается, в отличие от других. Как следствие, промышленный потенциал людей растет впечатляющими темпами, а как бы иначе они менее чем за век космофлот из тысяч боевых кораблей построили? Да никак. Среднестатистический домашний мир порядка полусотни военных звездолётов в год выдать может, причем, как следует напрягшись. Те же Дилгары, вон, два столетия пахали без продыху. Колоний толком не имели, тот же Салос лишь и можно с натяжкой за нее считать, а остальное — ресурсодобывающая автоматика со сменным персоналом.

— Встать, суд идет.

— Садитесь, — блин, мы что, в школе что ли, детский сад какой-то. Нет, понимаю, что традиции и все такое, но ведь бред же, некоторые расы вон вообще всю жизнь на ногах проводят, а тут «садитесь». А ничего, что для них это где-то так на уровне «лягай и помирай»? Не, людей такое не волнует.

— Рассматривается дело об участии расы, известной как Мши, в развязанной Дилгарской Империей войне и геноциде разумных рас галактики, — хвост мордашка лапы в уши, вот это формулировочка.

Скучно, долго, нудно и с предсказуемым результатом. У людей и у самих-то единства по нашему вопросу не было. Что, вообще-то, для человечества, все еще довольно разобщенного, весьма характерно. Оправдали нас по всем пунктам обвинения, тем более, что инопланетные участники процесса были не просто на нашей стороне, но и вообще уже чуть ли не своими считали. Смазали хомо финал, капитально так затерли собственные успехи. Что подмочили репутацию навязыванием чуждых традиций — еще ладно, ну мало ли, такое им бы со скрипом, но большинство простило бы. Хоть и запомнили б. Но вот лишаться столь удобных и интересных партнеров, нет уж, на такое никто идти не собирался.

Суд был на нейтральной территории, хотели-то люди его на Земле провести, да больно уж далеко до нее тащиться. В итоге была выбрана одна из старых колоний Дрази, причем терраформированная. Так что большинство присутствующих могли на ней свободно дышать и даже зелененьким небом наслаждаться с рыжим закатом и нежно-фиолетовой растительностью. Естественно, все это поставило человечество в невыгодное положение, то есть, они вроде как главные в творимом безобразии, но вот в кулуарах — всего лишь одни из многих. Более того, даже в аутсайдерах, просто потому, что от них нынче фактически никому ничего не надо.

Результат получился предсказуемый. Во-первых, спасители-то они спасители, да только немного сомнительные, в решающем сражении их самих выручать пришлось. В итоге ореол изрядно потускнел и нимб скособочился. Во-вторых, решить важнейший вопрос освобождения территорий они не смогли, а благодаря моим стараниям и вообще в этом деле никак не поучаствовали. Думали стать посредниками, выступить миротворцами и немалые дивиденды поиметь, но не вышло. Мши удивленно глазками похлопали, ухо почесали и спросили: «А нафига? Мы и сами разговоры разговаривать умеем», — что и продемонстрировали, напрямую пообщавшись со всеми желающими. В-третьих, против Врии, собаку на торговле съевших, люди оказались слабоваты. Это будь они в силах тяжких и славе великой, прошлись бы по головастикам и не заметили, а так — мало чего добились. Хотя бы потому, что самое вкусное — торговля с нами, а какой бизнес с тем, кого судишь? Земляне явно о контрибуциях думали, привычно так на своей волне мыслили, и оказались сильно удивлены и обижены, когда их не поняли и не поддержали.

Единственный «успех» земной дипломатии, о котором они много и громко кричали, и которым дико гордились — полученные ими огромные территории. Угу, если на галактику со стороны поглядеть и территории рас подсветить, они о-го-го сколько места займут. Вот только невдомек им, что большие просторы — фикция. Это зерги могут благодаря своей биологии их относительно быстро освоить, а рядовые гуманоиды и сотни систем будут на протяжении тысячелетий заселять. На обустройство даже весьма благоприятных планет уйдут силы десятков поколений. Вон, тот же Марс, он чуть не двести лет, как обитаем, и что? Да ничего, до сих пор без спецодежды с подогревом и дыхательной маски на поверхность не выйти. А уж яблони там в лучшем случае лет через триста зацветут. Впрочем, с точки зрения людей успех был грандиозным, что вылилось в подъем патриотических настроений и окончательно похоронило мои надежды на светлое будущее человечества. Раздутое эго и прущая изо всех щелей гордыня просто не позволят им избежать войны с Минбаром.

Вот и ладно, международная станция — это же отличное место для сбора информации и генетических материалов. Хм, или правильней говорить межвидовая? Да какая разница. Главное, там будет ворлонец! Причем один, совсем один. Я аж слюной закапал от перспективы его скафандр и корабль вдумчиво погрызть. Какие отличные перспективы открываются. Хм, кстати, что-то я за всеми этими делами изрядно упустил из виду будущие возможности. Так, нужно срочно попытаться вспомнить, чего там в сериале полезного было, и как бы нам это уже сейчас использовать.

Первое, что пришло в голову — великая машина. Угу, вот только я без понятия где этот самый Вавилон-5 построили, а искать наобум дело бесполезное. Но агрегат размером с планетарное ядро, столетиями, если не тысячелетиями, фиксирующий все, что в округе творится, это очень полезно. Жаль, конечно, что он чисто техническое устройство, но оператор-то вполне себе живой разумный, да и техники-чудики там какие-то были. Значит, ставим мысленную пометку в планах и идем дальше.

Точно! — радостно хлопнул себя хвостом по лбу. Вот ведь, ну как так умудрился забыть-то? Эх, большая голова, но дырявая. Хм, вообще-то, скорее дырява память души, или чем я там переселялся-вселялся. Не суть. Тут же где-то по космосу шастают уникальные типы, известные как Охотники за Душами. М-м, ОД чем-то на «ад» смахивает. Не зря, видать, некоторые расы их за демонов считают. Ладно, не о том думаю. Они-то куда как менее опасны, чем изначальные и прочие ископаемые с неизвестными возможностями. На станцию один такой точно прилетал, да и во время войны Земли с Минбаром они вроде бы мелькали. Странно, что во время Дилгарской ни разу не объявились, видать, не нашлось достойной цели. Даже как-то и обидно от такого небрежения. Хм, надо будет поискать товарищей и вдумчиво распотрошить при встрече. Еще одна мысленная пометка готова.

Много, в общем, вспоминал и запланировал, но реально из немедленно реализуемого было лишь одно — Икариане. Разжиться земной космокартой проблем не было, как и найти систему Икар. Вот туда-то и направил рейдовую эскадру Мши с подстраховкой зергами. Я же не идиот, чтоб совсем весь флот гробить, так что пара дюжин корабликов к финальной битве не успели, слишком далеко во вражьем тылу резвились. Образец чужой биотехнологии, да еще уникальной, как было не попытаться на него лапу наложить? Земляне-то лишь через двадцать лет до него доберутся. Хм, может, оставить им чего полезного? Подумаем, мысль, в общем-то, мне нравится. Дико хотелось пошарить в Солнечной Системе, там вроде должен быть корабль Теней, да кто же мне даст-то. Как-никак, родной мир хомо. Они, может, и не самые технически продвинутые, но и совсем-то их за ничтожеств держать не стоит. Засекут, как пить дать засекут. А жаль. Может, во время минбарской войны что-то и удастся провернуть, но как-то сомнительно. Ладно, Икариане тоже хорошо, они вроде как тех же Теней уделали в свое время, ну а что заодно и себя угробили, так это бывает. Издержки религиозности, так сказать.

Экспедиция удалась на славу, хоть и была, в общем-то, скучной. Спокойно прилетели, без суеты и спешки покопались в развалинах. Изучили найденное, получили щелчок по носу, и убедились, что не самые умные. Жутики в процессе переваривания много интересного выяснили. Например, что тут имел место сплав био- и нанотехнологий. Все же Икариане были башковитыми ребятами, даже чересчур. С одной стороны, это дало нам очень и очень многое, а вот с другой, все было не так просто. Если живую часть повторить сложностей не возникло, она даже несколько примитивней доступного нам была, то создать аналог нанитов в обозримом будущем возможности не было. Увы, но в техническом плане мы не так уж и продвинуты. Ладно, принципы более-менее поняли, и знаем, к чему стремиться, со временем что-то да сделаем. Тем более, те же поглотители и преобразователи можно и без всяких «нано» повторить. Так что продвинутая броня для кораблей стала объективной реальностью. Сильно продвинутая, может, и не на уровне тех же Изначальных, но где-то рядом точно будет.

Вообще, мы сейчас прилагаем массу усилий для освоения результатов войны и разработки своих аналогов гравитационных технологий. То, что уже есть, несколько не то, чего хотелось бы. Вообще, искусственная гравитация дает возможность использовать в качестве оружия все что угодно. Как-никак, у того же нейтрона заряда нет, а вот масса очень даже имеется. А уж какие возможности мирного применения появляются. Я тут на досуге вспоминал градацию развития местных рас. Итак, первая, так сказать среднее по больнице — космическая или звездная эра. Классические представители — это Люди, Дрази, и девяносто процентов других рас. Владеют технологией гиперпространства и тахионной связью для общения на огромных расстояниях. Это два кита, на которых, в общем-то, все и держится.

Следующая ступень — галактическая эра. Сюда идеально вписываются Центавриане, Дилгары, и мои Мши. Основной признак, по которому разумный вид можно к галактам отнести — владение основами гравитационных технологий. Конечно, основы основам рознь, по моей классификации это максимум силовые поля или, скорей, защитные экраны, что-то вроде щита — да-да, того самого, что всякие рыцари использовали, просто вместо материального объекта используется гравитация. В принципе, они простенькие и элементарно создаются. Девять из десяти рас, что звездную эру перешагнули, как раз на этом уровне и находятся. Можно сказать, что все разумные виды в эти две градации и попадают. Правда тут есть один забавный момент. Большинство рас, находящихся, по всем признакам, на предыдущем уровне, умеют создавать искусственное притяжение, впрочем, люди тут особняком стоят. Ну и справедливости ради стоит заметить, что они, вообще-то, не одиноки.

Гравитационная эра, тут у нас классические представители — Минбарцы. Сюда же, как значимый признак, стоит добавить отказ от металлов в качестве конструкционных материалов. В принципе, не столько отказ как таковой, сколько появление достойной альтернативы в виде кристаллических и органических технологий. Вообще, тут главный критерий — умение использовать искусственную гравитацию в качестве полноценного оружия. Все же поля там конфигурировать приходиться головоломно и ювелирно, это вам не щит «надуть» или притяжение с компенсацией перегрузок от ускорения организовать. Собственно, владение на достойном уровне гравитацией позволяет, в первую очередь, изрядно повысить уровень дальнобойности и убойности оружия. Про невообразимые возможности в плане материаловедения и многое-многое другое даже и говорить не стоит.

Вот дальше я несколько затрудняюсь с классификацией. Вроде бы, тут должна быть какая-то кристалло-органическая эра с добавкой нанотехнологий, но что-то больно уж все мутно и размыто выходит. Вот, например, зерги мои в плане биотехнологий — впереди всех известных мне рас, кроме разве что Ворлонцев и Теней. Правда, с этими древними ни черта не ясно. То, что их корабли выглядят как живые, вовсе не означает, что они таковыми и являются. Наш флот, вон, тоже со стороны смотрится жутковато, а на деле каждое военное судно — киборг. Полностью органическими можно исследователей-колонизаторов считать, да и то, с натяжкой. Далеко не везде используются организмы на основе углерода, а чем, простите, кремниевый мозг от классическим путем созданного процессора отличается? Тем, что он растет, развивается, и у него своя биохимия имеется? Ну да, наверно, хотя в плане выполнения своих функций он точно такой же. Все же биокомпьютеры лишь для некоторых задач лучше подходят. Короче, сложно все и запутанно.

Мне все же удалось повлиять на канон! Понесшие огромные потери люди, озадачившись восстановлением флота, развернули бурные дебаты о том, каким он должен быть. Как известно, генералы всегда готовятся к прошедшей войне. Вот и пересмотрели они вопросы вооружения. Плазменные орудия были выкинуты на помойку до лучших времен. Правильно, заряд в магнитном поле далеко не улетит, а других человечки создавать не умеют. Тут гравитация нужна, а с ее помощью можно и чего поэффективней противнику в бок отправить. Так что в качестве пушек земляне решили использовать импульсные излучатели, причем разнотипные. Молодцы, комбинированное воздействие всегда хорошо, вот только против Минбарцев это не сильно поможет. Основной спор у них шел на тему, ставить ли большой и страшный лазер или его аналог. С одной стороны, вроде как почти все расы лучевым оружием владеют и активно пользуются. Да чего там далеко ходить, что Дилгары, что мы, только в путь их вскрывали. Проблема в скорострельности, энергопотреблении, опять же, дифракция жизнь портит, ну и от ракет им не хотелось отказываться. В общем, брожение мыслей шло полным ходом, идеи били фонтаном, и все это меня очень радовало. Но за исход войны все равно можно не волноваться. Не по зубам людям минбарцы, не те весовые категории.

Глава 14. Не кочегары мы не плотники

Чем заняться во времена мира? Особенно когда только-только отгремела большая война? Конечно же, строительством и поставками жизненно необходимого. Все же, несмотря на все наши старания, разорванные экономические связи колоний и порушенное в ходе боев — это последствия на долгие годы. На переговорах во время суда нами, верней, Ксонами, Ллортами, и даже Токати, были заключены контракты на поставки продовольствия. Причем в таких объемах, о которых они раньше и мечтать не могли. Миллионы тонн стоимостью в миллиарды. Ради такого дела Врии с нами быстренько помирились и все обиды позабыли. За скромный процент от прибыли их тарелочки были готовы без продыху порхать. Поглядев на то, как лихо мы своих вассалов сделали богатыми, и Каурллиани вспомнили, что они тоже вроде как нам сдались, и явно так намекнули, что неплохо бы и о них позаботиться. Да нет проблем, позаботились.

Поставки руд тяжелых металлов и радиоактивных веществ — дело, конечно, хорошее, но сырье оно сырье и есть. Совсем другие цены у готовых реакторов. Вот их мы и начали массово для себя, любимых, закупать. Пришлось, конечно, немного их доработать, но в целом ничего сложного в этом не было. Мши — раса шустро плодящаяся, а значит, и колонии надо развивать. Чтобы быстро строить города под поверхностью нужно очень много энергии, да и потом без нее никак. Так что львиная доля причитающегося нам с поставок продовольствия пошла этим домовым эльфам. В плане подземного строительства вообще и жизни под поверхностью в частности созданная мной раса оказалась более чем приспособленной. Ну так, генный материал основы способствовал.

В принципе, у нас получилась очень интересная система: строим колонию и тут же добываем полезные ресурсы. Мило, даже очень мило. Благодаря десяткам миллионов бойцов, ставших наемниками, которым, в общем-то, и делать было особо нечего, удалось захапать чуть не две трети строительных подрядов. Мшиная оккупационная армия лихо была переквалифицирована в стройбат и теперь вовсю осваивала инопланетные технологии строительства. Не сказать, что в них было нечто особенно интересное, но за пару лет мы стали экспертами, взяв лучшее. Претензий по качеству и срокам нам предъявить никто не смог, а еще мы не воруем, не халтурим и к тому же, всегда согласны на откат. Все это просто на корню убивало конкурентов. Ну и в плане возможностей ни одна компания с целой расой не сравнится, тоже понимать нужно.

Апофеозом стало возведение для Пакмара полноценной колонии. Эти падальщики, вообще-то, те еще типы. Правда, свою ксенофобию они умело скрывают, точней, не выпячивают, но тем не менее, о ней все прекрасно осведомлены. Они и трупы других разумных жрать-то как раз из-за нее стали. Своих, мол, не трогаем, а остальные для нас просто мясо. Но в принципе, с ними дело иметь можно. Они вообще одни из самых крупных поставщиков квантиума, что идет на создание стационарных зон гиперперехода. Повезло трупоедам, в их родной системе огромные залежи столь ценного и редкого минерала нашлись. Отстроили мы им прекрасные купола суммарной площадью под сто тысяч гектар. Всего за годик справились, да еще такую же площадь под землей оформили. С учетом того, что часть оплаты взяли ресурсами, добытыми в ходе работы, автономная колония для миллионов разумных заказчикам в сущие копейки обошлась. И вот тут-то умеющие считать деньги существа ломанулись к нам с распахнутыми конечностями. Не зря старались. Показали, так сказать, товар лицом.

Вот реально, я даже как-то и растерялся. Вроде же ничего такого прям необычного не делали. Технологии, другим недоступные, не применяли. А те, что использовали, можно было заменить пусть более примитивными, но вполне себе адекватными аналогами. Единственное наше ноу-хау я даже за таковое и не считал как-то. Подумаешь, большинство потребных материалов на месте строительства добывали-производили. Ради этого у нас были построены заводы-корабли и разные суда-шахты. Как будто другие то же самое сделать не могли. Могли, но не делали. Даже земляне предпочитали готовые конструкции таскать, пусть и в разобранном виде. Нет, под какое-нибудь поселение на несколько десятков тысяч жителей, оно было, бесспорно, выгодней, но такими вот избушками-клетушками все и вели экспансию. Десяток-другой аванпостов узкоспециализированных поставят, а дальше они уже сами новых собратьев начинают возводить, знай только население завози. На начальном-то этапе экспансии оно, может, и ничего тактика, но вот когда она становится традицией и вообще единственно возможной считается… Ндям-с, нет слов.

Чем успешней мы вели дела, тем печальней становилось людям. Они-то пытались торговые империи Врии и Аббаи порушить, перетянуть одеяло на себя, но как-то не получалось у них. Мши обеспечили надежную опору и поддержку, которой человечеству оказалось нечего противопоставить. Благодаря нам извечные соперники стали союзниками. В итоге получился триумвират, намертво сцементированный жаждой наживы. Весьма успешный, надо сказать, союз вышел. Врии имели обширные связи и огромный транспортный флот, аббаи им не сильно уступали, но если первые больше посредничеством занимались, то вторые своим торговали. С присоединением к ним Мши у сладкой парочки заметно расширился список услуг и номенклатура товаров, как-никак, с нами в комплекте шли еще четыре вассальные расы, а за спиной стояли зерги, хотя об этом никто и не знал.

Вообще, дело было в том, что мы землян их же оружием били. Сила людей в массовом производстве, вроде как космический аналог Китая. Промышленные товары у них не то чтоб сильно хорошие или продвинутые были, но дешевые, и их много. Они могут чуть ли не на вес отгружать. А я что? Я ничего, еще помню, что значит быть хомо, да и про азиатские экономические чудеса читал когда-то. В итоге, Врии и Аббаи нынче могли все то же и в том же количестве предложить, плюс свое, плюс услуги, да еще и товары наши более продвинутые. Земляне-то всего без году век, как в космическую эру шагнули. Что головастики греи, что земноводные аббаи, они давно уже одной ногой в галактической эре, Мши мои в нее уже почти перебрались, Каурллиани тоже где-то рядом топчутся. Так что не давался Людям каменный цветок, увы-увы, рывка могучего не получилось.

Побившись так и этак, хомо решили немножечко поиграть мускулами. Благо, флот у них строился в три смены, да и кораблики, в общем-то, они весьма приличные спроектировали. Вот только несколько несвоевременно они затеяли демонстрацию военной мощи. Недавно отгремевшая война и опыт совместных действий десятков далеко не самых последних рас сектора никуда не делись. Так что выдвинутые на границу корабли и наглые требования с какими-то надуманными претензиями понимания не встретили.

Когда дюжина самых крупных жаб в болоте, Лигой Миров именуемом, желают объединиться, проблем со сколачиванием союза не возникает. Тем более, что с выбором верховного главнокомандующего с недавних пор ни сложностей, ни даже споров не возникало. Ведь есть такие замечательные ребята, как Мши, которые легко дают слово блюсти интересы всех сторон. Да и воевать они явно умеют, тут сомнений ни у кого не было. Мелочь разная тоже в стороне сидеть не собиралась: а вдруг чего перепадет? Это только земляне с последней войны трофеев почти не получили, сосредоточились на политических и экономических дивидендах. Тогда как остальные, хоть понемногу, но урвали себе технических новинок. Порадовали Бракири, первыми приславшие корабли. Они и отстроить-то успели всего полсотни крейсеров, и вот аж тридцать из них прибыли. Прям скупую слезу умиления смахнул.

* * *

— Сэр, проснитесь! — потряс президента Земного Альянса за плечо бесцеремонно ворвавшись в спальню секретарь.

— А? Что? — ошалело захлопал глазами глава государства, не привыкший к подобному пробуждению.

— Простите, мистер президент, срочное сообщение.

— Что случилось?

— К нашим границам приближаются корабли Лиги, похоже, это война, сэр.

— К-как в-война?! З-зачем?! Нет-нет-нет, надо с ними срочно связаться, это недоразумение. Передайте самый строгий приказ не открывать огня первыми. Слышите, не стрелять и не поддаваться на провокации!

— Да, сэр, конечно, сэр, так-точно, мистер президент, — секретарь знал, что патрон любит такие вот своеобразные формы обращения, вот и потакал безобидной причуде начальства.

* * *

— Черт подери, чем там думают эти жопоголовые идиоты, на нас вот-вот свалится численно превосходящий флот, а нам приказывают не стрелять.

— Полагаю, политиканы снова облажались, а когда запахло жареным, наложили в штаны.

— Идиоты, как будто сразу было не ясно, что блеф не пройдет.

— Формируются зоны перехода.

— Да поможет нам бог. Передайте приказ по флоту: огня первыми не открывать.

— Есть, сэр.

* * *

Людям пришлось изрядно поволноваться, когда в их системы начали объединенные эскадры входить. Как-то неожиданно выяснилось, что земной космофлот, конечно, велик и могуч, но далеко не одинок. А инопланетяне имеют свое представление о том, что можно, а что нельзя. Обошлось, слава эволюции, без эксцессов. Все же разумные, готовые отдать жизнь за других, заметно отличаются от тех, кто способен жертвовать чужими, но не своей. Нервы у сотен тысяч существ звенели подобно струнам, пальцы, когти, щупальца, клешни нервно подрагивали над кнопочками, рычажками, сенсорами. Одно опрометчивое движение, нажатие, прикосновение, и разверзнется ад. Тяжелые тягучие секунды шли одна за другой, тысячи глаз до рези впивались в показания сенсоров, но страшного приказа так и не прозвучало.

— Вызывайте Землян.

— Хомо на связи, великий клык, говорите.

— Приветствую, адмирал, давно не виделись.

— Взаимно, протектор. Чем обязаны вашему визиту?

— Переговоры, возможно, что и агрессивные, но постараюсь этого избежать, я дал слово соблюсти интересы всех.

— Это обнадеживает. Соединить вас с президентом?

— Будьте любезны.

Несмотря на продемонстрированную решимость, переговоры с Земным правительством были проведены мягко, и даже был сделан ряд уступок. Это, естественно, вызвало некоторое недовольство союзников, но не могут же Мши быть во всем идеальными. Да и межзвездный альянс создавать было как-то преждевременно. К тому же, человечество не должно было быть совсем уж отрезвлено, мне Минбарская Война нужна. Без нее разжиться их технологиями и психоматрицами будет проблематично, больно уж они закрытые. Даже Врии и Аббаи с ними дела лишь эпизодически имеют, чуть ли не раз в сто лет незначительные контакты происходят. Другие расы и того реже с ними пересекаются, так что помимо языка и минимальных сведений, о них ничего и не известно. Косят костеголовые под своих патронов Ворлонцев, упорно пытаются их косплеить.

Вернулось, в общем, все на круги своя, после взаимных расшаркиваний. Мол, простите за недоразумение, да и вы нас извините, не так поняли и вообще погорячились. Хомо, конечно же, решили, что мы прогнулись, не зря старался, но со всей Лигой и даже с большей ее частью Земля воевать была не готова. Помнят, чем это для Дилгар в итоге закончилось. Приятным бонусом воякам стало увеличение ассигнований на флот. Пусть строят, лишним не будет. Лига, неожиданно дважды за пятилетку выступавшая единым фронтом, стала куда больше похожа на то, какой и задумывалась, что дало несколько неожиданный эффект. К ней присоединился десяток новых рас. Ничего особенного в них не было, но все же, показательно.

Люди, несколько поумерив аппетиты и присмирев, вполне неплохо вписались в наше сообщество разумных. Явно имеющий место быть послевоенный подъем обеспечивал работой всех желающих. Вообще, мне нравилось то, что происходило. Контакты между разными расами стали плотней, отношения более открытыми, даже появились первые ласточки технического обмена. Те же Аббаи довольно свободно делились своими научными достижениями с соседями. В основном, конечно же, с Зергами, Мши и Врии. Последние тоже вполне благосклонно относились к желанию окружающих прикупить описаний техпроцессов и начать производство. Еще бы, в четырех случаях из пяти они потом на этом будут свой барыш иметь. Человечество нашло свою нишу — поставки сырья, на уровне металлопроката, сплавов, и тому подобного. Хотели-то они большего, ну так, хотеть не вредно. Но кто победней, и хай-тек у них брали. В общем, жить было можно.

От зависти хомо локти, конечно, покусывали, да только сделать ничего не могли. Вот не стоило им бластером размахивать. За счет зергов, которые у меня фактически всей расой наукой занимались, удалось закрепиться на рынке генетики и медицины. Не монополия, но близко. Вам нужно клонировать и приживить конечность или орган? Без проблем, а Аббаи или Мши вам в этом с радостью помогут. Желаете повысить надои? Нужно чтобы урожай не жрали разные паразиты, и вообще, хотелось бы его выращивать на разных мирах, да без всяких лишних заморочек? Поможем, без вопросов. Нет-нет, денег не надо, а вот процентик маленький, или какой артефакт там, ну можно и знаний научных, в общем, договоримся. Терраформирование провести? Легко, чего у вас там нужно переработать, покажите. Ага-ага, значит вот это мы специальным штаммом бактерий вон в то превратим, а потом вот этими козявочками в нужное и оформим. Вот всякие биороботы у нас не особо пошли, как-то с недоверием к ним отнеслись, ну да не больно-то и хотелось. Мы разным другим компенсировали. Теми же ДНК-вычислителями, лекарствами, косметикой и многим-многим другим. Синтез всякой органической и полуорганической «бурды» вообще был для Зергов делом если и не элементарным, так привычным.

Впрочем, основной упор делался на развитии нанотехнологий. Ведь наноробот, по сути, та же клетка, но созданная искусственно. Некоторые успехи были, но основная проблема заключалась в управлении. Только специально выращенный пси-мозг и мог адекватно ими командовать. С обеспечением энергией живых наноботов дело тоже не особо хорошо обстояло. В общем, сложностей хватало, одни решались, вылезали новые, короче говоря — работа шла и конца-края ей видно не было.

Используя знания Зергов и их опыт, удалось не только массово строить практически полностью автономные колонии, но и довольно быстро перейти к пустотным объектам. Всевозможные космические станции, базы на безвоздушных спутниках и в астероидных поясах. Все это было весьма выгодным и прибыльным делом, особенно при правильно налаженном цикле переработки и вторичного использования всего и вся. Те же Врии с Аббаи оказались совсем не против развернуть сеть торговых факторий по всему окрестному космосу. Греи нам даже от щедрот были готовы поставлять свои квантово-гравитационные реакторы. Понятное дело, мы в них покопались, и даже довольно успешно смогли повторить. Благо, теоретических знаний уже хватало. Да и сами партнеры не напрасно нам для монтажа и налаживания весьма подкованных специалистов прислали. Аббаи со своими реакторами на антиматерии, в общем-то, были не слишком интересны, но все же кое-какие полезности мы и у них переняли.

От строительства колоний и станций потихоньку перешли к поставкам оборудования и техники. Станки для заводов, бурильные установки, разная специализированная машинерия, инструменты, и прочее, и прочее. Собственно, мы вначале все это у себя и для себя и своих вассалов налаживали, а потом уже на экспорт пустили. Брали у нас довольно охотно, тут и качество не последнюю роль играло, и цена, но главное — скорость поставки. Врии очень даже шустро оплаченное привозили, Мши возводили и запускали, а Аббаи специалистов из местных обучали. К восьмому году нашего экономического чуда зерги наловчились эффективно выращивать искусственные кристаллы и создавать уникальные материалы. С пластиками Мши и сами неплохо справлялись, ничего прям такого уж уникального, всего лишь массовость и дешевизна. Удалось уговорить Пакмаров на сотрудничество, так что нынче наше совместное предприятие понемногу начало возводить сеть стационарных гиперпереходов. Размещали мы их, как правило, рядом со своими станциями, что позволяло неплохо наживаться на транзите.

Естественно, все это требовало единой системы для расчетов, так как в ходе бурного роста и развития в орбиту триумвирата были втянуты почти все члены Лиги. Пока мы ограничились своеобразным золотым стандартом. Это стало возможным благодаря Пакмарам, их запасы квантиума обеспечивали стабильность лиры или просто «ли», условной межвидовой валюты. Существовала она исключительно в электронном виде, а ее эмиссия контролировалась советом Лиги, который возглавляли Мши, как самые честные, неподкупные и просто тупо всем нужные. Опять же, за них были виднейшие и сильнейшие члены объединения. Плюс, мы еще несколько рас в космос вывели и в Лигу привели, помимо вассалов, число которых несколько расширилось за счет малых народов, поэтому мы обладали самой большой фракцией. Ну и, в крайнем случае, всегда имелась возможность надавить на разум ментально посредством пси-силы. Постоянный член совета от расы Зергов как раз и был для такого выведен.

Я над ним лично потрудился. Внешне он был сероватым бурдюком, что-то вроде груши с лапками, способной довольно свободно менять свою форму, но за счет огромных пси-сил каждый, кто его видел без скафандра, воспринимал посла по-своему, но всегда в той или иной степени проникался к нему доверием и симпатией. Пожалуй, лишь сильнейшие телепаты, что-то вроде ПСИ-10 по земной классификации, могли бы увидеть его в истинном обличии, да и то им изрядно бы поднапрячься пришлось. Впрочем, как раз на этот случай, представитель зергов мог и тело изменить. Пусть Аполлоном он и не станет, но и особого негатива, в теории, вызывать не должен.

К концу первого мирного десятилетия Мши тихой сапой превратились в натуральный столп лиги миров. Сорок собственных колоний, полсотни построенных другим, и очередь заказчиков на годы вперед. Мощнейшее производство и развитая промышленность. Многочисленные вооруженные силы, как космические, так и наземные. Из наемников наши войска плавно переквалифицировались в гибрид полиции с национальной гвардией. Гонять пиратов, защищать миры, разрешать конфликты, и многое другое, все это как-то само собой было отдано им на откуп. Не везде и не всегда, но тут ведь главное — тенденция. Мши были очень удобной расой, не то чтобы я их прям посредниками задумывал, но вот так оно как-то само собой вышло.

Чтоб не вызывать излишнего раздражения отдельных рас-паникеров, пришлось создать корпус мира, этакий аналог войск ООН. Несмотря на мягкое сопротивление с моей стороны, Лига сама собой пыталась трансформироваться в нечто адекватное. Причем предотвратить это не получалось, в итоге пришлось возглавить и максимально затормозить. Совет, с переменным успехом, забалтывал любое серьезное дело, но увы, совсем похоронить многие начинания не удавалось. Впрочем, одно дело экономическая интеграция и совсем другое — политическая или военная.

Не стоит считать разумных идиотами, многие вполне понимали, что мы всеми конечностями тормозим одни процессы и помогаем другим. Кое-кто даже не стеснялся и в открытую критиковать. Но, во-первых, альтернативы честным и проверенным Мши как-то не находилось. Во-вторых, дела-то шли хорошо, пусть и медленно. Конечно, были и недовольные, куда же без них, вот только эти обидевшиеся отчего-то не пытались из Лиги выйти и своим умом жить. Видать, достаточно было вспомнить времена Дилгарской войны и сравнить с нынешними, как мозги на место вставали. Хотя такого времени, как сейчас, со времен основания межвидового союза не было. Ведь изначально Лига создавалась как противовес империалистическим поползновениям Центавра, который нынче изрядно напоминает Рим во времена своего заката.

Положа руку на сердце, вот по минимуму, вроде, делами занимаюсь, все на откуп совету спихиваю, а времени что-то совсем не остается. Хочется в лабораторию спуститься или какую мутацию продумать, а некогда. Я даже начал о Вавилоне-5 мечтать, и о людях, его возглавляющих. Свалить бы на кого дела Лиги, вот было бы счастье. Но увы, пока не получалось. Одна радость, человечки таки решили послать экспедицию в пространство Минбара. Видимо, всерьез думают, что те спать не могут, о союзе с хомо мечтают. Эх, наивные. От вас и куда более открытые и простые инопланетяне шарахаются, а вы к тем еще снобам полезли. Надеюсь, канон не подведет. Я для этого сделал все, что мог. Правда, особо и стараться не пришлось, по сути просто проконтролировал информацию, что земляне получили. Ее им Центавр предоставил. Причем, что интересно, полностью все, что сами знали, то и передали.

С этими любителями продольного хаера и лысых дам у нас сложились вполне себе неплохие отношения. Пресыщенной элите, а каждый центаврианин в ее число себя любимого записывал, требовались развлечения. Так что для нас они были великолепным рынком сбыта. Косметику раскупали матроны и юные девы. Экзотику брали все от мала до велика. Собственно говоря, Центавр стал единственным крупным потребителем биороботов. Вот хотелось им рабов, ну или хотя бы суррогата, так чего бы и не удовлетворить требования. Кого мы только для них не выпускали. От гладиаторов и самых обычных слуг, особенной популярностью пользовались схожие с нарнами, до экзотических постельных героев. Ресурсы и полуфабрикаты у нас тоже брали весьма охотно, а вот своими наработками делиться не спешили. Впрочем, упертость официальных властей вполне нивелировалась коррупцией. За «борзых щенков» нам чего только не слили. С другой стороны, мы им помогли найти «потерянную колонию», а что не все потомки экипажа крейсера были стопроцентными центаврианами, так это мелочи. Надо же понимать, тяжелые условия, спонтанные мутации, и все такое.

Вырастить инфильтраторов с соответствующим воспитанием, инстинктами и жизненными приоритетами было не слишком сложно. Так же, как и оплатить их обучение в лучших академиях. Все же, что ни говори, но Центавр — высокоразвитая цивилизация. Пусть до Минбара они и не дотягивают, но тут на самом деле еще смотря с какого боку взглянуть. В любом случае, их научная база и целостность картины мира заслуживают самого пристального внимания, которое я и уделил, по мере сил и возможностей. Как-никак, в свое время центавриане были натуральным гегемоном, много кого покорили, много что нашли и изучили. В общем, работал я с ними понемногу, с прицелом на далекое будущее. Еще и база Теней на их родной планете была весьма интересным местом, причем в сериале ее взорвали, так что будет где покопаться. И про Дракхов забывать не стоило. Больно уж интересно было взглянуть на их стражей, да корабли пожевать, и в головах покопаться. Все же, самые преданные и доверенные слуги всегалактических пугал. Знают они явно много, а уж сколько умеют и какие возможности имеют, об этом пока что только гадать остается.

Вообще-то, люди в последние годы были не самой большой головной болью. У нас тут Нарны образовались. То есть, они давно были, просто эти Дилгары версии два ноль, со специфическим зудом при упоминании центавриан, свой режим вовсю на главную роль пропихнуть захотели. Начали они с отсталого Гейма, но огребли от объединившихся ульев. Что их несколько утихомирило, еще бы, проиграли дикарям, специфический авторитет заработали. Вот только лезть без мыла во все щели это им не мешало. Люди оказались более вменяемы, что меня несколько порадовало.

Честно говоря, даже немного жалко этих сумчатых, похожих на ящериц из-за пятнистости и плотной кожи. Вот получили вы свободу, ну и живите себе, развивайтесь, вам, вон, звезды доступны, огромный сектор с приличными планетами. Восстанавливайте свой мир. К нам обратитесь по-хорошему, раз уж вы в ходе столетней партизанской войны ничего от Центавра кроме военных технологий перенять не сумели. Вам вообще сказочно повезло, на вашей территории есть миры, где вы можете просто и естественно дышать, что уже ой как немало. Нет, все силы и устремления на месть направлены. Вашу бы энергию, да в мирное русло. Но куда уж там. Эх, сто лет рабства, конечно, не фунт изюма, но когда знаешь, к чему это приведет, становится грустно.

Если раньше и была мысль вмешаться и как-то повлиять на их судьбу, то после более близкого знакомства решительно умыл руки. Эти, пока не перебесятся и шишек не набьют, не успокоятся. Без еще одного кровавого урока, полученного на сей раз по собственной вине, свет понимания в их головах не зажжется. Жаль, Гейм не смог его преподать. Они вообще до того, как на их планету Нарн высадился, даже и не знали про звезды. Больно уж плотная атмосфера у их мира была. Кстати, геймы оказались довольно интересной расой. Этакие зерги, версия лайт. Хотя тут тоже не все так просто. Если у меня есть огромная база шаблонов и подсказчик в виде интуиции, то их королевы — натуральная помесь лаборатории и суперкомпьютера. Они вполне себе успешно и осознанно просчитывают последствия вмешательства и изменений в геноме. Ко мне они отнеслись весьма благосклонно, если не сказать благоговейно, хоть и были удивлены, что я себя с мужским полом ассоциирую. Впрочем, это ни на что не повлияло. Они вообще вопросами половой дифференциации себя не озадачивали.

Благодаря телепатии удалось легко наладить контакт и получить еще одного вассала. Причем весьма и весьма ценного. Передал им солидный пул знаний и технологий, просто потому, что они безвозмездно поделились собственными достижениями, в которых даже для зергов было много интересного. Один из ульев был тайно перевезен в мое скопление, теперь Гейм не вымрет, случись чего с их миром. Впрочем, это была лишь подстраховка. Врата для гиперперехода и большую торговую станцию с базой для военного космофлота в системе я тоже разместил. Особых пересудов это не вызвало, обычная политика Мши по отношению к вассалам. В деловом чутье и хватке Врии с Аббаи тоже никто не сомневался. Разве что кое-кто сильно завидовал, что не им такое досталось, ну да это мы как-нибудь переживем. Не впервой.

Нарны, более-менее освоившиеся в своем уголке космоса, нынче вовсю скупали технологии, причем военные, да еще и пытаясь шантажировать наиболее слабых членов Лиги. Собственно, стоило им немного больше мышц нарастить, так они сразу и попробовали оружием бряцать. Ну прям как хомо, честное слово. Лишь получив укорот, причем куда более жесткий, чем люди, сумчатые пошли рубахи продавать, чтоб втридорога у обидевшихся на них рас хоть что-то получить.

Дело было так. К Арнассианам, прямо на орбиту родного мира, вывалились три десятка боевых крейсеров Режима Нарна с эскортом из разной мелочи. Командир гостей вызвал планету и заявил, что они-де послы. Вышедшее на связь правительство вежливо поинтересовалось: «И чего?». В ответ случилась не слишком длинная речь в духе похваляющегося дикаря. Что-то вроде: «Мая дубина больша твая, мая карабля сильней твая, мая племя могучей и круче твая». Закончилось все предложением, от которого было сложно отказаться. Когда запись переговоров смотрел, так прямо и слышал сакраментальное: «кошелек и жизнь». Да-да, никакого «или», нарны парни хваткие и жадные. Надо же понимать, сто лет рабства, эксплуатации и угнетения. Наверстывают.

Есть в меритократии большая польза, как-никак при ней правят самые способные. Арнассиане рассусоливать не стали и сразу миротворцев вызвали, благо рядом база была. Когда из гиперпространства явилась численно превосходящая эскадра, нарны сразу такими вежливыми стали. Заюлили, завертелись. Тьфу, не космос с развитыми разумными цивилизациями, а какой-то детский сад и гопники. Нет, ну серьезно, что земляне, что дилгары, что эти вот, с-сумчатые. Может, оно и хорошо даже, что тут Тени с Ворлонцами за ними приглядывают? Правда, где этот пригляд в реальности? Что-то не замечал. Чувствую себя то ли воспитателем, то ли учителем в младшей школе.

В принципе, я планировал Нарн использовать для оказания научно-технической помощи землянам, но их поведение ребят из подворотни поставило крест на этой идее. К черту этих бешеных, те еще обезьяны с пулеметом. Достаточно и того, что мои Мши сами в гравитационную эру вполне себе надежно вступили. Найдем способ подсобить людям и подпортить жизнь минбарцам. Чего я вообще на костеголовых-то взъелся? Что-то сам себя не понимаю, если честно. Вот просто не нравятся они мне. Ведь за тысячелетие могли бы навести тут порядок и рай космический организовать, но нет, сидят в своем секторе, и носа не кажут. Готовятся к войне с Тенями, уроды. Как там было: «Самый страшный грех — грех равнодушия». Вот за него и поплатятся. При моей посильной помощи.

А с нарнами мы все же немного повоевали. Эти гении решили устроить провокацию и заодно отомстить за «обиды» Гейму. Корабли Центавра у них были, вот на них-то они и полетели ульи бомбить и по нам стрелять. Идея, в общем-то, не самая дурацкая, может, войны бы и не случилось, но осадочек-то обязательно бы остался. Увы для них, об этих планах стало известно. Причем далеко не случайно. После их наглых действий в отношении Арнассиан я перегнал поближе к их территории несколько сотен разведывательных кораблей зергов. А так как те были вполне себе живыми и снабженными изрядным таким куском нервной ткани, то и считать невовремя задумавшегося адмирала было делом не сложным. Тем более, что это в гиперпространстве произошло.

* * *

— Та’Лот, это плохая идея.

— Г’Кар, ты еще слишком молод и неопытен. Наш план, конечно, прост, но оттого он и обречен на успех.

— И все же, как член Кха’Ри я возражаю. Не стоит дергать Мши за усы, а уж наступать на хвост и подавно.

— Ерунда, если бы не эти пришлые, мы бы смогли получить от дилгарской войны в разы больше.

— Как бы мы действительно не получили. Война с Лигой — вовсе не то, что нужно нашему народу.

— Ты говоришь, как трус, Г’Кар.

— Если ты вернешься, то заплатишь за эти слова кровью.

— Ха, вот теперь я узнаю нарна, которого учил убивать центавриан.

— Но от вызова это тебя не спасет.

* * *

— Та’Лот, наши сканеры засекли чужой флот.

— Численность?

— Сорок вымпелов.

— Курс?

— Идут прямо на нас.

— Время до контакта?

— Пять минут.

— Что за корабли?

— Сложно сказать, кажется, это одна из новых рас лиги. Вроде бы, Зерги.

— Меняй курс, попробуем уклониться, вряд ли их сенсоры настолько совершенны, чтобы отследить центаврианские корабли.

* * *

— Так-так, похоже они нас все же засекли.

— Да, сменили курс и идут на перехват.

— Хотят драки? Прекрасно, преподадим им урок. Покинуть гипер.

— Есть.

* * *

— Г’Кар?

— Не сейчас Ти’Ат, у меня плохое предчувствие.

— Это из-за Та’Лота?

— Да. Он не должен погибнуть, я сам убью его. Он усомнился в моей отваге!

— Он был твоим учителем.

— И предал меня.

— Ты должен стать терпимей, Г’Кар. В тебе слишком много от воина, но ты Кха’Ри, и должен в первую очередь думать…

— Не читай мне нотаций. И вообще, оставь меня.

— Как пожелаешь.

* * *

— Фиксирую всплеск, цели покидают гипер.

— Следуем за ними. Прародитель дал нам право испытать созданное Творящими.

* * *

— Враг выходит в нормальный космос. Расстояние пятьсот.

— Всем батареям, беглый огонь!

* * *

Сотни зарядов трассерами промелькнули сквозь тьму космоса, разделяющую две группы кораблей, чтобы через пару секунд расцвести десяткам взрывов. Сорок к тридцати, численный перевес был на стороне зергов. Впрочем, я не сомневался, что особого значения он не имеет. Ведь на самом деле это не бой, а всего лишь испытания. И новая броня довольно неплохо их пережила. Хуже расчетного, но ничего особо критичного не выявлено. Зачет.

* * *

— Зерги активировали системы маскировки и постановки помех.

— Прогноз!

— Снижение эффективности огня втрое.

— Немедленно начать сближение. Продолжайте вести огонь.

* * *

Наши системы оказались даже более эффективны, чем ожидалось. Приятно. Впрочем, все как всегда, там хуже, тут лучше. Пора бы уже и привыкнуть. Ладно, посмотрим, как будут действовать воины роя. Они не совсем разумные, в моем понимании, но для остальных, пожалуй, вполне сойдут за рядового представителя зергов. Конечно, демонстрировать их широкой публике в планах нет, но тем не менее.

* * *

— Прародитель с нами. Я чувствую его внимание. Творящие получили достаточно данных?

— Да.

— Открыть огонь.

* * *

Зеленые лучи, внешне похожие на те, что были у Дилгар, а на деле — потоки частиц, несущиеся по тоннелю из сложно структурированного поля, ударили в центаврианские крейсера и эсминцы. «Перестарались, похоже», — хмыкнул я, оценив ущерб. Убойность можно снижать раза в два, а вот скорострельность явно стоит повысить. Впрочем, воины быстро поняли свою оплошность и следующим залпом как бы рубили, а не кололи.

* * *

— Множественные пробоины корпуса. Шесть кораблей потеряно, попадание в генераторы.

— Немедленно уходим в гипер.

— Минута на зарядку привода.

— Отправить сообщение в штаб.

— Не получается. Нас глушат.

— Это невозможно!

— ААА…

* * *

«А может, и не снижать мощность?» — я задумчиво закусил хвост, отстраняясь от наблюдения. Черт его знает, насколько быстро Тени распиливали пополам корабли того же Нарна, но хоть и несколько устаревший, но все же весьма и весьма грозный Центаврианский крейсер мы за семь и восемь десятых секунды разделали вдоль. Поперек за девять и четыре. Правда, это все расчетные цифры, так как реально главным калибром мы всего пятисекундный луч выдать можем, да и то лишь до дна накопители исчерпав. Впрочем, чтобы прорубиться и поразить реактор нам и трех с запасом хватает. Ладно, пусть умники думают, это почти по всем кораблям лиги у нас данных более чем достаточно, а вот по Нарну, Центавру и Минбару как-то негусто. Верней, по вторым они нынче только появились. Ай, да не важно. В любом случае, вооружение сменить планируется в ближайшие года два-три.

Надо бы и Мши улучшение флота с армией провести, есть у нас тут несколько интересных наработок на стыке техники с биологией. Вот и внедрим. Тем более, что дело-то к войне Минбара с Человечеством идет. Нужно быть во всеоружии, а ну как костеголовые тут неканоничные окажутся. Придется тогда хомо быстро-быстро спасать и самим в войну лезть. Хм, что-то я туплю. Нужно озадачиться наращиванием вооруженных сил зергов, да и Мши пора бы уже начинать не только гражданские космолеты продавать. Или рано? Мм, что-то я даже и в задумчивости. В любом случае, модернизацию и частичную мобилизацию провести нужно. Тем более, что и повод будет. А там, под шумок, можно и парочку-десяточку эскадр построить, или еще чего провернуть. Например, за корабликом Теней рискнуть вылазку совершить. Ох, планов-то сколько, а уж дел-то образовалось. Нет, определенно пора учиться делегировать полномочия. Разрослось хозяйство. Пришло время создать бюрократов.

Глава 15. Понеслась душа в рай

Исторический момент настал — земная экспедиция встретилась с минбарцами. За первым контактом цивилизаций присматривали две дюжины кораблей зергов, снабженных самыми лучшими из доступных мне систем маскировки, которые мы уже успели опробовать на зондах, что по окраинам сектора костеголовых шныряли. Вроде, нормально все было, во всяком случае, их крейсера и станции тревоги не поднимали, истребители на проверку неизвестных объектов не запускали. Пара моих линкоров тащила в своем нутре огромные пси-мозги условно-боевого назначения. Вовремя вспомнил, что на Минбарском флагмане должны были двое Ворлонцев присутствовать. Опять же, подстраховка на случай неправильного поведения землян.

Минбарцы распахнули орудийные порты и начали сближаться с эскадрой хомо. Дурацкая у них традиция; собственно, единственное знание, которым, моими заботами, люди не владели, как раз ее и касалось. Да и вообще, о таком оригинальном жесте уважения мало кто знал, Аббаи да Врии только, но теперь-то понятно, почему в каноне они землянам ничего не сказали. Те их сильно обидели, с галактического рынка потеснив и оружием под носом помахав. Провели, по сути, рейдерский захват в особо наглой форме.

Аккуратно, через пси-мозги, коснулся разума командира хомо: ага, нервничает. Оно и правильно, кто угодно на его месте потеть бы начал. Так, сенсоры у людей активно сбоят, ну так оно и неудивительно, энерговооруженность минбарцев даже меня сильно впечатляет. Интересно, чем и с какой мощностью они будут бить? Скоро узнаем, пассивные датчики работают на максимуме, чувствительность у них изрядная, а как начнется дело, так и активные врубим. Посмотрю по ситуации.

Ползут минбарские корабли-рыбки, все ближе подбираются. Не, ну это уже наглость, с такого расстояния их и плазмой приголубить можно было бы. Кремень мужик, что эскадрой командует. Упс, перехвалил, не вынесла душа поэта, даже и вмешиваться не пришлось. Приказал обстрелять чужаков. Эх, костеголовые, зачем вы начали людишек сканировать, если бы не это, они бы от вас в гиперпространство сбежали.

Десятки импульсов метнулись к тройке крейсеров, и те расцвели взрывами. Истребители бросились на своих собратьев по классу и лихо разорвали не ожидавших такого афронта минбарцев. Бравые летуны проскочили мимо обломков и понеслись в сторону чужих бортов, паля во все, что под руку подвернется. Огненные строчки цветами смерти заплясали по обшивке Шарлинов. Красиво, черт возьми. Вот только до ракетного удара с ядрен-батонами не дошло. Костеголовые ответили, убийственно ответили. Десятки термоядерных лазеров и импульсных орудий буквально выкосили земные эскадрильи.

«Фиг с ними, с истребителями. Главный калибр давайте!» — возопил я мысленно, пробив хвостом полметра пола. И они таки дали. К сожалению, минбарским кораблям довольно серьезно досталось, но все же один из крейсеров сумел довернуть и ударить. Вот это ни хрена же себе! Уж на что Дилгары любили убойные пушки, но и то больше десятка тераватт мощности не выдавали, а тут аж под три сотни. Круто, очень и очень круто. Земной корабль, что удивительно, неплохо пережил прямое попадание. Классическое такое сквозное ранение, не задевшее ничего жизненно важного. Новая порция импульсов, в результате которой одно Минбарское судно лишилось нижнего «плавника», а другое получило огромную пробоину в верхнем, и люди смылись в гиперпространство.

В каноне хомо, вроде бы, после того как Делен психанула, преследовали, но тут подобного можно не ждать. Эти развалины точно ни за кем гоняться не станут. Итак, будем рассуждать логически. Запредельная мощь орудий, ну тут все ясно, они этими пушками не по воробьям стрелять собирались, а Теней с их помощью мочить. Прекрасно, осталось вспомнить, что паукообразный корабль был в свое время парой тяжелых лазеров Нарнского крейсера уничтожен, а они, между прочим, всего-навсего пятьсот гигаватт выдают. Правда, чтобы пробить врага, им пришлось сколько-то там секунд жарить, так и Ворлонцы наши великие тоже, помнится, далеко не мгновенно оппонентов насквозь пропиливали. Хм, я аж от мыслей этих хвост закусил, обзавелся, блин, дурной привычкой.

Что-то не сходится, либо канон врет, либо Минбарцы должны Теней буквально за мгновение очень и очень больно бить, а при удаче, так и вообще убивать. Собственно, почему бы и нет? Опыт войны у них есть, маневренность у врага жуткая, оружие страшное, маскировка фантастическая, а телепатов у костеголовых раз-два и обчелся. Да, примерно так по логике и выходит. Не имея возможности нормально обнаружить, дезориентировать и расстрелять паукообразный корабль, они компенсировали это запредельной убойностью главного калибра. Теперь ясно, с чего они нейтроны в своих излучателях используют. Тут и пучок стабильный, даже без всяких извращений с гравитацией, и побочные эффекты самое оно против живого будет. При попадании образуется куча нейтрино, да и других вторичных-третичных излучений порождается немало, а это ой как плохо для органики. Не убьет сразу, так отравит потом. Голь на выдумки хитра, нечего сказать. Молодцы костеголовые, красивое решение нашли.

Хорошо, с оружием Минбарским ясно, относительная слабость брони тоже вопросов не вызывает. Против лучей смерти Теней никакая разумная защита не поможет. Они по сериалу, помнится, целые станции военные на раз-два что вдоль, что поперек резали. Не совсем ясна скорость перезарядки этих их нейтронных излучателей. Триста тераватт это, все же, до черта и больше. Вроде бы, где-то в каноне пережившему обстрел земному крейсеру удалось успешно таранить минбарский Шарлин. Разброс в расчетах при таких исходных данных великоват, но с учетом снятого сенсорами, можно говорить о семи-восьмиминутном простое. Вполне реально за этот промежуток под сотню тысяч километров земному кораблику проскочить, если рискнуть и движки на запредельный режим разгона вывести. А чего бы и не рискнуть, если все одно помирать? Что ж, на этом с техническими деталями можно закончить. Пора и пси-мощь показать. Страшновато, конечно, но ведь и условия практически идеальные.

Потянувшись мыслью к Минбарским кораблям, сразу же ощутил как будто пару пылающих звезд на фоне тусклых угольков сознаний экипажа. Ворлонцы, значит, ну что ж, рано или поздно все равно придется с ними пообщаться. Мир между нами вряд ли возможен, кто я для них? Так, дитя неразумное. Ударил со всей доступной пси-силой по одному из Изначальных. Ха, не ждали они атаки, вот и не сумели отразить. Правда успех был лишь кратковременный, быстро меня из сознания выпихнули и болезненно опалили в ответ. Но кое-что я понять успел. Никакие они не энергетические формы жизни. Не в чистом виде, уж точно. Конгломерат каких-то образований, что-то вроде колонии или даже группы колоний, что и порождают сложно структурированную энергетику, по сути, Ворлоном и являющуюся. Неожиданно, но многое объясняет.

Долго рассусоливать мне не дали, дури в них много, и пси-способности на уровне. Обнаружили агрессора и совместно врезали в ответ. Больно, блин, один из пси-мозгов от удара вообще помер, перегорел, словно предохранитель. Сильны, черти. Выложилась древность разумная по полной, вон как потускнели, но и я что-то тоже к ним лезть не хочу. А придется, больно уж интересно еще чего-нибудь узнать. Только бить надо, как бы мысленно вопрос посылая.

Что ж, попробуем оценить их боевые корабли, все-таки любое противостояние решится в первую очередь на физическом уровне. Ударил без оглядки, пси-мозги не пожалел, пробился всего на мгновение, а больше и не надо. Четкого ответа не получил, так, муть какая-то. Похоже, мне технически малообразованный кадр попался, что логично, в принципе, они же тут дипломатическую миссию выполняют. Оба Ворлонца как бы слились в одного. Сознания объединили, но индивидуальность не потеряли. Интересный трюк, запомним. Все, ископаемые ушли в глухую оборону, ну и ладно. Хватит и того, что какое-то представление о их природе и технике появилось.

Ничего такого уж заоблачного в их кораблях и нет, насколько мне вообще удалось понять. Смесь органической основы с добавкой кристаллических структур и наноматериалов. Видел я уже это у Икариан, они как раз где-то из той же эпохи, что и Ворлоны. Мощь их орудий в пять-шесть раз ниже Минбарских, но перезарядка быстрей происходит, и держат поток они дольше. Меньше минуты между выстрелами, да еще и накопители свои могут частично разряжать, а не разом все ухать, как костеголовые. Пожалуй, пора отводить эскадру, ничего интересного тут больше не будет, да и первое подкрепление принеслось уже, аж полсотни кораблей заявилось. Как-то не с руки мне с ними бодаться, да и незачем. Охотники за душами что-то не появились, впрочем, умыкнуть одного из них при том столпотворении, что тут начинается — нереально.

Удивили меня Минбарцы, неприятно удивили и, чего уж греха таить, немного напугали. Это же надо, сделать корабль одного удара. Лично мне им просто нечего противопоставить, да и остальным расам, собственно говоря, тоже. Возникает резонный вопрос, а чего эти они в каноне Теней словно тузик грелку не порвали? Хм, да потому, что практически и не воевали с ними. Кто там на стороне альянса бился, Делен с религиозной кастой? Так у тех боевой флот чисто символический был. Да и с единством как-то сомнительно немного. Рейнджеры? Они, вообще-то, разведка, там тоже с военными судами все бледно. Каста воинов к ним, опять же, весьма так с холодком относилась. Вот в последнюю войну — да, там Минбарцы отжигали, изначальные-то, как я по сериалу помню, хоть и появлялись открыто, но тяготы войны костеголовые с прочей молодежью на своем горбу перли. Четвертый Вавилон им нужен был как центр для координации боевых действий. Но вообще-то, если так подумать, можно прийти к весьма интересному, ну не выводу, а теории. Либо тысячелетие назад Минбар от современной Земли, был не так уж и далек в техническом плане. Либо возникает резонный вопрос, а зачем им Вавилон-4 был, в принципе, нужен? Впрочем, ну их, эти рассуждения, пользы с них мало. Древние заговоры, шарады, и прочие тайны, далеко не факт, что в будущем пользу принесут. Куда важней, что в грядущих событиях военная каста, похоже, болт забила на свой долг. Ограничились охраной родного сектора.

А ведь это неплохо объясняет, почему Ворлонцы явно вмешались. Вряд ли дело в Шеридане. Скорее похоже на то, что кое-кто послал лесом своих наставников. Типа, мы в прошлый раз сполна отработали. Для демонстрации сил, чтоб Миры Лиги убедить объединиться, и крейсеров Минбарских бы вполне хватило. Да видать, не было их в нужном количестве. Все же десятком-другим кораблей на малую эскадру Теней лезть хоть и можно, но вот результат не слишком-то предсказуемый. Воины были на жрецов обижены, ну и отыгрались, у них там вообще в каноне до гражданской дошло. Похоже, в их датском королевстве все далеко не так хорошо и спокойно, как они желают показать миру. Отдал команду флоту уходить, а сам переключил внимание на разведчиков Мши, висящих у ближайшей земной базы. Поглядим, как ее штурмовать станут, и насколько эффективно Хомо будут Минбарцам противостоять. Заодно и параметры всех кораблей в боевом состоянии снимем.

* * *

— Сэр, буй засек что-то непонятное.

— Что значит, непонятное? Разобраться и доложить!

— Это корабли, очень быстро приближающийся флот, сэр.

— Численность?

— Не могу определить, они используют какую-то систему маскировки, очень эффективную, сэр.

— Боевая тревога! Запустить истребители. Постарайся, боец, мне нужна хоть примерная численность.

— Да, сэр.

Оператор сосредоточился на приборах и защелкал клавишами, что-то там вручную подстраивая и наводя сканеры гипермаяка.

— Минимум двадцать тяжелых вымпелов, сэр, и они только что уничтожили буй, — доложил он, более-менее распознав численность противника по малозаметным завихрениям, оставляемым их двигателями в гипере.

— Сколько у нас времени?

— Максимум семнадцать минут, сэр.

— Центр связи, немедленно связь со штабом. Всем кораблям, начать передачу телеметрии, Земля должна получить все возможные сведений о враге.

— Так точно, сэр.

— Флот прикрытия, выдвинуться на позиции.

— Формируются зоны перехода.

— Шустрые какие. Всем кораблям, беглый огонь.

На покатых лбах Минбарских судов, покидающих воронки гиперперехода, замелькали вспышки попаданий. Земляне так и не поставили лучевое оружие на свои корабли, зато они воткнули пятитераваттные установки на станции. И сейчас две из трех успешно поразили чужие крейсера. Первая была не особо удачлива, срубила лишь кончик «плавника» с орудийным пилоном, но вот второму лучу повезло больше. Шарлин напоролся на него брюхом и продолжая покидать зону перехода буквально вскрыл сам себя на четверть корпуса. Погибнуть он не погиб, но и бойцом быть перестал. Нападающие, понятное дело, в долгу не остались. Жахнули из всех стволов. Причем так же, как и мои зерги во время боя с нарнами, старались «рубить», а не «колоть».

Обмен ударами, как и ожидалось, прошел в пользу Минбарцев. Их пушки земные корабли словно спички сжигали. Секунда-две, и все, от могучего корабля одни обломки оплавленные в разные стороны разлетаются. Впрочем, самим костеголовым на первом этапе схватки тоже весьма прилично досталось. Но стоило им покинуть зоны перехода, как дела людей приняли более паршивый оборот. Цели размазывались, автоматика не могла точно навестись на врага, и даже банальная оптика почти не помогала.

* * *

— Всем кораблям: вести огонь залпами по команде.

— Сэр, это снизит интенсивность нашего воздействия.

— Плевать, зато подсветим цели для станции.

— Корабли синхронизировались, сэр.

— Открыть огонь!

* * *

После того, как Минбар задействовал свои системы РЭБ и маскировки, люди фактически вели стрельбу лишь куда-то в сторону противника, в результате эффективность упала до трех процентов попаданий. Но после того, как командующий обороной вице-адмирал перешел к тактике ведения огня залпами, ситуация немного выправилась. Получше дела обстояли и у перезарядившихся лазеров, на станции засекли взрывы и били, ориентируясь на них. Два минбарца поймали прямые попадания в корпус и серьезно пострадали, один был полностью уничтожен. Удачно ему прошили реактор через развороченный борт. Золотой выстрел.

* * *

— Сэр, все наши корабли уничтожены, истребители продержатся еще минуты две.

— Продолжать пересылать телеметрию. Всем батареям, огонь по подранкам.

— Есть, сэр.

— Передать приказ по эскадрильям, пусть идут на прорыв к точке перехода, может успеем выиграть время для еще одного залпа.

* * *

Пришлось немного повлиять на старого вояку, нечего ему просто так гибнуть, и оставлять численно превосходящему противнику возможность корабли чинить. Железо — тьфу, куда важней экипаж. В плане скорости постройки судов Минбар Земле тоже проигрывает, не так чтоб сильно, но ощутимо, правда у них серьезные резервы имеются, ну да это частности. Но вот кадры они готовят в разы дольше. У костеголовых воинов с детства растят, ни о каких ускоренных курсах, ни даже об обычных, и речи не идет. Двадцать лет на подготовку специалиста, минимум. Так что расстрелять подбитые корабли — это было хоть и не благородно, но весьма выгодно со стратегической точки зрения. К тому же, по ним люди хотя бы могли банально попасть.

* * *

— Сэр, два корабля противника полностью уничтожены, еще два окончательно утратили боеспособность.

— Враг выходит на дистанцию атаки.

— Что ж, сынки, был рад послужить с вами.

— Для нас было чест…

* * *

Излучатели минбарцев не хуже лучей смерти, используемых Тенями, разрубили старенькую военную базу, внешне напоминающую колесо от телеги. Вот что сотни тераватт делают. Аж мурашки по хребту стройной толпой до кончика хвоста промаршировали. Хомо молодцы: будучи в меньшинстве и уступая технологически, пятерку Шарлинов угробили, да и остальным желательно в доки заглянуть. Весьма неплохо, думал, будет хуже. Вот с истребителями все было ужасно. Люди даже эскадрильей против одиночного минбарца не всегда могли справиться. Особенно если тот с ними на короткой дистанции сойтись успевал. Больно уж костеголовые шустрые и крепкие, еще и скорострельность с огневой мощью у их МЛА запредельная. Такое даже Дилгарам не снилось, а ведь их истребители считались в свое время чуть ли не лучшими. Впрочем, именно у этих «Ниалов» с атакой больших кораблей было совсем никак, тогда как земляне могли, при удаче, даже крейсеру проблем доставить.

Значит, поможем человечеству с системами наведения, а то не дело это, так лихо мазать по врагу, который от тебя всего на четверти световой секунды. Лучевое оружие для кораблей пусть у Нарнов покупают, все равно с их реакторами ничего лучше не воткнуть. Шансы это не уравняет, но в целом костеголовым станет весьма кисло. Они ведь тоже те еще гордецы. Вот пусть и меряются храбростью, доблестью и отвагой. Хорошая драка, она порой мозги прочищает быстрей и лучше вдумчивой беседы.

Результатом двух десятков приграничных боев стал полнейший разгром обороняющихся. Неутешительное начало войны, впрочем, Минбару тоже было мало радости. Священная война, начавшаяся из мести, и планировавшаяся как легкая прогулка, выходила какой-то не слишком легкой. Еще и я немного подсуетился, а то костеголовые что-то больно уж мало трофеев оставляли. Это же наглость несусветная, чуть ли не на атомы останки собственных кораблей, не подлежащих восстановлению, распылять. Пришлось задействовать специально разработанные и спешно построенные суда, чтобы перехватить одну из возвращающихся эскадр Минбара.

Ничего уж такого особо вау в них и не было. Яйцевидный вытянутый корпус, отходящие от него три решетчатые штанги по четыре сотни метров каждая, те еще ЛЭП-переростки, а на концах — здоровенные сферы с термоядерным реактором и соплами. Причем из них выплескивалось не что иное, как плазма, бушующая в самом реакторе. В общем, получилось довольно утилитарно и вполне себе функционально. В качестве оружия использовались лазеры, но не сами по себе, а как способ разогнать более тяжелые частицы. Такие вот кракозябры и обрушились на десяток подранков. Ни кто это такие, ни что это такое, костеголовые выяснить не успели. Те, кто с нами встретились, уже никому ничего не расскажут, как-никак семикратное преимущество, помноженное на эффект внезапности, да поддержанное пси-ударом, какие уж тут шансы. По сути, с нами лишь автоматика и воевала. Неплохо, надо сказать, воевала, но все же недостаточно хорошо, чтобы выиграть время, потребное на отправку данных. Просто все закончилось с первым же обменом ударами.

Три сотни лучей, по которым пронеслись миниатюрные сгустки, похожие на светящиеся колючки, десятки сотрясших каждый из крейсеров Минбара ударов, и все закончилось. Автоматика, настроенная на противодействие земным кораблям, полоснула по тушам корпусов, прорубая их достаточно глубоко, но при этом почти бесцельно. Фактически, львиную часть объема «яйца» занимал охладитель, в который и были завернуты орудия. Те корабли, что были слишком повреждены для того, чтобы убраться, были уничтожены, остальные похватали трофеи и дали деру, причем не через гипер, а в самое обычное пространство. Благо, возможности сенсорных систем костеголовых я уже более-менее представлял. Как, впрочем, и расположение их флота.

Минбарцы искали нас тщательно и со всем рвением, но не нашли. Так что трофеи, пусть и в не самом лучшем виде, благополучно добрались до места назначения. Аварийные маяки и прочие сюрпризы мне были не нужны, так что в процессе транспортировки кораблей мы бодро их раскурочили. Жалко, но что поделаешь. Впрочем, даже таких трофеев оказалось более чем достаточно для главного вывода: Минбар для нас вполне равноценный противник. Собственно, я и раньше в этом не очень-то сомневался, но иногда накатывало. Появлялось подспудное ощущение, что мы на их фоне чуть ли не мальчиками для битья окажемся. На деле же выходило, что все не так уж и плохо. По сути, уже после завершения модернизации кораблей Мши, те вполне себе на уровне костеголовых окажутся. Не столь убойные, ну так и я пока что не Теней уничтожать планирую. Но ведь ничто не мешает доработать проекты кораблей с учетом новых данных. Повысить маневренность, улучшить системы маскировки, добавить обманок, больно уж Минбарцы на автоматику полагаются, а это иной раз чревато бывает. В общем, решил, что часть кораблей, примерно две трети, стоит явно ориентировать на противодействие Минбару.

Человечество, нежданно-негаданно оказавшееся в состоянии глобальной войны, да еще и чуть ли не религиозно-фанатической, изрядно заволновалось. Особенно хреново было тем, кто понимал, что именно они видят на экране. Как именно пара записей попала в сеть, и оттуда — на телевидение, я не в курсе. Паники пока еще не было, но напряженность росла. Я ее через своих разведчиков прям чуть ли не физически ощущал. Бедные телепаты пси-корпуса, как же их, должно быть, корежит. Находиться в гипере, да еще и с экипажем, у которого нервы на пределе, ужас, такого даже врагу не пожелаешь. Помнится, Бестер в сериале что-то этакое на тему телепатов одной молоденькой дурочке задвигал. Нечто вроде «мы — новая ступень эволюции, пусть умирает чернь», и прочая туфта. Вот только дело, как всегда, проще и прозаичней. Телепат в условиях войны, да еще на боевом корабле, который и пяти секунд под огнем врага не проживет — причем весь экипаж об этом знает — верный путь к суициду. Потому-то и не участвуют они в сражениях космических. Впрочем, помочь они бы вряд ли чем смогли. Разве что, в том же гипере находясь, засекать врага на подлете чуть пораньше. Да что с этого толку?

Правительство Земли спешно искало союзников, но желающих, конечно же, не нашлось. Никто не спешил против древнего и загадочного Минбара воевать или даже рисковать навлечь на себя их гнев. Врии пришлось притормозить лично, они, на деле-то, мало чем костеголовым уступают, а нынче и вообще стали весьма бойкие. Еще бы, они же увидели великолепную возможность человечество под наш триумвариат подмять, и от какого-никакого, но конкурента, избавиться. Мши, понятное дело, особо выделяться было не с руки, но все же определенную помощь они оказали. Продали, причем по справедливой цене, огромную партию сенсорных систем. Снабдив заодно людей информацией, достаточной, чтобы свои аналоги создать, не слишком корячась. Другими смельчаками были Нарны. Вот уж кто оторвался по полной и зайцев целую кучу разом перебил. С одной стороны, они пытались, как всегда, подставить Центавр. Все продаваемое ими оружие было выполнено в лучших традициях заклятого врага. Возможно, это бы и имело какой-то эффект, не ломи они такие цены. Слишком уж мало они поставляли действительно серьезного вооружения. Зато куда лучше у сумчатых обстояли дела с расширением территорий. Люди им, фактически, кораблестроительную программу флота на пятилетку вперед обеспечили. Ведь Земной кредит с началом войны изрядно обесценился, так что платили они только и исключительно натурой. Сырье, и еще раз сырье, благо, с добычей мы им тоже немного подсобили.

Минбарцы обо всем этом довольно быстро узнали, и сильно обиделись. Еще бы, раньше хомо, дай бог, чтоб пять-шесть раз из ста цель поражали, а теперь минимум двадцать процентов попаданий выдавали. Весьма ощутимо, тем более, что пятьсот гигаватт мощности это, конечно, не триста тераватт, но «пух» с «перьями» только так летели. Выяснить, кто же им такую свинью подложил, было не сложно, мы и не скрывали ничего. Бизнес как бизнес. Зря они, право слово, решили нам внушение сделать и порицание вынести. Начали бы с Нарнов, что ли, а так, непонятно на что надеялись, наверно на нежно взращиваемую и лелеемую репутацию. Опять же, время костеголовые очень неудачное выбрали для своего выступления, оно бы еще и ничего было, даже хитрый расчет прослеживался, вот только с реакцией Мши, а верней, с моей, им не повезло.

Очередной ежеквартальный междусобойчик триумвирата в этот раз проходил на торговой станции Врии, болтающейся в системе Бракири. Вот честно, замучили нас эти ребята, что ни день, то у них новая инициатива, прям дети в возрасте почемучек какие-то. Мероприятие было кулуарное, но мы же на территории живчиков его проводили, так что все вылилось в межвидовой экономический форум. Правда, для своих, но один черт, тридцать девять рас в лице крупнейших бизнесменов, политиков, всевозможных представителей, послов, советников, наблюдателей, блюстителей, и еще положенный всем им по статусу «хвост» присутствовал. Сидим, тихо-мирно доклады слушаем, пометочки делам, голосуем, обсуждаем, решаем, зеваем, и частенько просто световые панели на потолке пересчитываем. В общем, идет себе вполне рабочий процесс.

Не слишком интересный лично для меня, но необходимый: как-никак, мне же еще бюрократов-управленцев создавать нужно, а как тут без привития любви к таким вот посиделкам. Конечно, было бы весьма соблазнительно вырастить их на основе того же Когтя, да вот боюсь, взаимодействовать с ними мало кто сможет. Хотя интересно, конечно, было бы посмотреть, кто будет в здравом уме права качать перед здоровенной змееобразной тушей, украшенной шипами, и способной лапами металл рвать. А если он еще и периодически сплевывать кислотой на куб стали станет, ну, допустим, чтобы получить «чернила», мм, под веселенькое шипение растворяющегося железа любой проситель продемонстрирует чудеса краткости и лаконичности. Эх, мечты-мечты и буйное воображение.

Единственным, да и то сомнительным, развлечением, помимо продумывания нового вида разумных или псевдоразумных, сам еще толком не определился, существ, было слушать мысли и эмоции присутствующих. Какими только правдами и неправдами они тут оказаться сумели. Вот уж кто был счастлив и заинтересован. Бракири продемонстрировали весьма похвальную деловую жилку. Поделился информацией о самых выдающихся подношениях за «билеты» с сидящим рядом Врии. Тот лишь согласно внутренними веками похлопал. Оценил. И только мы решили на троих тихонечко обговорить перспективы перенаправления энергии наших живчиков-прилипал на что-нибудь полезное, как мне пришлось отвлечься на костеголовых, что перли через гипер мимо одного из кораблей зергов.

— Сэр, к станции идут корабли минбара, — доложил представителю Мши оператор систем слежения. Это, конечно, и даром не надо было, но достоверности ради иногда приходится небольшие сценки устраивать.

— Кхм, — поднимаю руку, и только начавший выступление докладчик почтительно умолкает, — прошу прощения, но к нам решили присоединиться представители Минбара. Во всяком случае, их флот сейчас на подлете к станции. Предлагаю устроить небольшой перерыв, чтобы не отвлекаться потом на середине. Кто за? Единогласно. Объявляется часовой перерыв. — председательствую понемногу, репутация у Мши такая, что вечно нас куда-то на регулирующие должности пихают. За что боролся, тем и огребаю.

Мне вот интересно, минбарцы действительно не знают, что тут за сотню боевых звездолетов одних только гостей висит, или им просто наплевать? Между прочим, крейсер в качестве личного транспорта именно с нашей легкой руки сделался модным трендом. На самом деле-то, просто некогда было отвлекаться на всякие яхты, вот и летали первое время после войны на том, что строили в первую очередь. Грузопассажирский транспорт был не слишком-то быстр, да и дел кораблям этого класса всегда хватает, вот и пришлось на военных судах рассекать.

Как только из гиперпространства вывалилась эскадра в девять вымпелов, стало ясно: не знали. Увидев такое представительное собрание, костеголовые сильно увяли. Правда морду кирпичом делали качественно, на загляденье многим. Такие все суровые и брутальные, но я-то их вполне себе читаю. Как председательствующий на форуме, отправил вновь припершимся приглашение подняться на борт станции. Те ломаться не стали и ответили согласием. Угу, еще бы они такую возможность нам прилюдное а-та-та сделать упустили. Нет, минбарцы меня определенно бесят. Может и правда их души в хомо переселяются? Ведь очень даже похоже себя ведут.

Встречать гостей в ангар отправил младшего помощника старшего секретаря, представители от Врии и Аббаи на меня поглядели, и тоже решили: ну Минбарцы, ну и чего? Опоздали к началу, так что ж нам теперь, стелиться, что ли, перед ними? Выгоды с них пока что никакой, а будет ли еще, пока что неизвестно. Короче говоря, можно их и на месте подождать, сидя на комфортабельных подушечках, все равно явятся, никуда не денутся. Остальные же просто машинально, поддавшись стадному чувству, присоединились. К тому же, где еще тот загадочный Минбар, а тут виднейшие представители Лиги, с которых очень хочется, а часто и можется, получить изрядную, конкретную и понятную всем пользу. Сидим, ждем, я тихонько про себя над костеголовыми хихикаю. Они почему-то ожидали большего пиетета от младших. Тоже мне, большие дяденьки нашлись. Нет, определенно, общение с Ворлонами и прочими ископаемыми товарищами им на пользу не пошло. Гордыня, любое падение с нее начинается. Сколько уже было тех, кто в этом лично убедился, но видимо, это как раз тот урок, что любой разумный вид должен сам получить. Не работают тут чужие примеры. А жаль, ведь отдельные представители расы зачастую вполне адекватно все видят и понимают, да только сделать, как правило, ничего не могут.

Явились, значит, к нам, все такие загадочные, суровые, недовольные приемом и просто офигенные, по собственному мнению, минбарцы. И знаете? Как-то ничего в них особенного и не было. У центавриан вон прически шикарные имеются, камзолы яркие с финтифлюшками разными, а эти на лысых хомо смахивают, только с костяным наростом в половину головы. Слепил по быстрому карикатурный мыслеобраз из лысины Врии, лица Землянина и гребня Аббаи, добавил ушей от Мши и «скинул» его присутствующим, тем самым породив общую ассоциацию у всех разумных. Пока представители десятков рас боролись с приступом ха-ха и хи-хи, толкнул напыщенное приветствие для гостей. Если убрать лишнее, то получилось: «Бла-бла-бла, чего вы собственно приперлись-то? Ведь вас не приглашали.» Зал восхитился и боязливо похрюкал — ну да, мы тут пришлые, пусть уже и свои, имеем право не испытывать пиетета перед фиг знает кем. Увы, конкретно эти юмора не поняли, да и Тени с ними, или Ворлонцы, как-то все равно. Хрен редьки не слаще.

Утруждать себя ответными речами и прочим словоблудием костеголовые не стали. Каста воинов, что с них взять. Да еще мне достался представитель подвида «сперва стреляю, потом спрашиваю». Может и не совсем настолько запущенный случай был, но после того, как я по гордыни и чувству величия милыми лапками потоптался, и хвост на весь Минбар положил… в общем, диалог свелся к следующему:

— Вы немедленно разорвете все отношения с расой хомо, — коротко и по существу. Внушительно прозвучало, многие напряглись.

— Или что? — ага, как-то гостюшки не предусмотрели такой вариант, еще бы, они же самих Теней тысячелетие назад отмудохали, с Ворлоном чуть ли не вась-вась, как им кто-то может посметь возражать?

«Послы» ничего кроме банального про пожалеете выдать не смогли. Воины, что с них взять, говорить ниочем красиво и долго не обучены. Правду-матку готовы сразу главным калибром резать. Нет, но ведь уже третьи шантажисты объявились же. Это начинает становиться какой-то пугающей тенденцией. Эдак одним недобрым утром можно и Теней под ручку с Ворлоном обнаружить, что тоже будут с позиции силы чего-нибудь хотеть. Блин, хвост-мордашка, так ведь в сериале так и было. «Вы будете сражаться», — Тени. «Вы будете подчиняться», — Ворлоны. И при этом, кто не согласен, тому карачун планетарного масштаба. Либо облако с ракетами, либо здоровенная хрень, способная планету одним залпом расколоть. Что-то мне как-то грустно жить становится. Я тут, понимаешь, философствую о прекрасном, а эти костеголовые весь кайф обламывают. Очередная, мать их, «мая дубина больша твая». Тьфу.

Надоели мне Минбарцы, так что отбросив даже намеки на вежливость, я просто и бесхитростно поинтересовался, а они на два фронта-то воевать готовы? А то пока что с едва ли не самой молодой расой известного космоса как-то бледновато справляются. Особенно после того, как мы хомо продали технологию изготовления сенсоров столетней давности, заодно и склады от излишков освободив. Может, нам им еще чего-нибудь продать, а? Ведь изуродованный нарнами центаврианский лазер позапрошлого поколения — это как-то несерьезно даже. У нас есть прекрасные мазеры, убойные пучковые системы, разрушительные фазеры, а еще великолепные реакторы, даже те, что повторяют в миниатюре гамма-всплески. Или может быть, поставить людям боеприпасы с антиматерией? Как там ваши кораблики, переживут кило-другое антипротонов в лоб? Нет? Ну так и не лезьте, куда не просят, и молитесь, чтоб земляне не нашли чем заплатить.

Когда сильно удивленные, шокированные, оскорбленные и по-детски обиженные костеголовые убрались, на меня посмотрели как на сумасшедшего и неизлечимо больного. Только Врии и Аббаи, как самые информированные, лишь задумчиво поглядывали и быстро просчитывали, что и как в случае войны удастся поиметь, чем посодействовать, и когда самим в нее влезать. Пожал плечами и отдал во всеуслышание команду подготовить завтра на утро доклад по Минбару. Сдал я их не полностью, но покров тайны с них сорвал капитально. Теперь их опасались осознанно, а когда враг известен, с ним можно бороться. Само собой, информация была и землянам передана, один черт, от нее им особой пользы нет.

Люди, конечно, попытались воспользоваться моментом, но я все же отказал им по всем пунктам. Канон рушить не стоит. Хочу Вавилон-5. Да и хомо полезно получить урок на будущее. Правда, судя по сериалу, он им особо на пользу не пошел, ну да там все было как-то не совсем ясно. Вроде бы, лет через пятьсот война гражданская будет, Земля в руинах и на уровень ренессанса, если не средневековья, отброшена окажется. Вот только это — лишь одна из фракций человечества, и что там с другой, а то и другими, кто же его знает? Если доживу, так и погляжу, а то и поучаствую. Хм, не «если доживу», однозначно поучаствую. Как это, чтобы заварушка, да без меня? Непорядок!

Глава 16. Война

Наглость минбарцев требовала не просто мелкой пакости, типа разглашения их истории, подробностей жизни, и тактико-технических характеристик техники, но и более материального ответа. И тут все было довольно непросто. Требовалось не нарушить баланс окончательно. Самому мне ничего в голову не пришло, поэтому в итоге устроил среди разумных зергов что-то вроде конкурса, предложив изобрести для землян оружие против минбарцев. Естественно, опираясь на реальные возможности человечества. В результате на выходе получилось довольно много всякого разного-разнообразного, ведь проблемы хомо зачастую лежали не в теоретической плоскости, а в практической. Причем даже не столько в «железе», как таковом, а скорее в правильности расчетов для применения этого самого железа. Все-таки просчитывать сложнейшие процессы на наших фотонных и биологических компьютерах было куда сподручней. Собственно, как раз для этих целей они были особенно хороши.

Тем не менее, хотелось бы чего-то попроще, а то все как-то слишком уж сложно выходило. Точнее, слишком явно. И если на костеголовых мне было, по сути, начхать, то зашевелившийся Ворлон, явно ищущий тех, кто посмел их представителей обидеть, как-то не радовал. Вообще, в связи с этой войной в гипере стало как-то излишне многолюдно. Корабли как минимум сотни рас по нему шатались и все норовили поближе к зоне боевых действий подобраться. Того и гляди, за обломки подбитых кораблей начнут разборки с пострелушками устраивать. В принципе, мне это было отчасти на руку. Мало ли, из-за чего тот или иной корабль на базу не вернулся. Попробуй еще найди концы в таком столпотворении. Вот и пропадали суда, причем далеко не всегда по моей вине. Особенно Минбарцы таких вуайеристов-карманников не жаловали. Зря они так. Я, конечно, все понимаю: война, нервы ни к черту, но ведь и о последствиях думать надо.

Вот расстреляли они разведывательный крейсер Бракири, а мы это дело оперативно засняли. Уничтожили транспорт Пакмаров, причем тот вообще случайно к месту сбора их сил залетел, а мы его вопли предсмертные перехватили. Разнесли три судна Дрази, те вообще-то сами были виноваты, не стоило так наглеть-то, да вот только — беда-беда, огорчение — кадры жестокой расправы были, а телеметрии и записи переговоров не оказалось, ну и кто во что поверит? Вот то-то же. Чем дальше, тем все меньше у Минбара оставалось авторитета и влияния. Которое и так-то сомнительно было, и вообще, чуть ли не на мистике слова «старшие», основано. Глухое раздражение в Лиге росло, медленно, но неуклонно. Расы, в нее не входящие, но также регулярно корабли теряющие, начали постепенно к нам дрейфовать. Они и так-то понемногу в нашу сторону поглядывали, и даже в той или иной степени взаимодействовали, но теперь процессы заметно ускорились. Еще бы, кому будет приятно, когда твою лучшую технику с самыми продвинутыми системами на ноль множат?

* * *

Очередное заседание ставки проходило довольно мрачно, особых поводов для радости у генералов с адмиралами не имелось. Лига, несмотря на явно демонстрируемую симпатию, оказывать военную помощь отказывалась. Конечно, поставки сырья и даже отдельных узлов, вроде сверхпроводящих батарей, сильно выручали, но все же этого было мало. Слишком велик был уровень технического превосходства Минбара.

— Таким образом, аналитическая группа делает выводы, что при атаке колонии Ташкент рогачи высадят десант численностью порядка пятидесяти тысяч.

— Вы уверены, что они отступят от своей обычной тактики, и не ограничатся орбитальным ударом?

— Абсолютно. Ташкент — колония нового образца, многие производства находятся прямо под жилым куполом, а они стараются не трогать гражданские объекты.

— Не хотят провоцировать Лигу еще больше.

— И это тоже, но все же в большей степени тут сказываются особенности их менталитета и кланово-кастовой структуры.

— Что ж, в таком случае нам стоит вспомнить уроки Дилгарской и преподнести рогатым сюрприз.

* * *

— Довольно споров. Предлагаю голосовать. Кто за бомбардировку человеческой колонии? — трое представителей касты воинов осветили свои фигуры мертвенно-бледным светом. Чуть позже вспыхнул еще один круг.

— Кто за проведение планетарной операции? — и вновь четыре светлых пятна в сумраке зала Серого Совета. — Делен, ваш голос вновь решающий, — констатировал очевидное временный глава из касты рабочих.

— Слишком много смертей. Я не хочу, чтобы их стало еще больше.

— Так выскажись за бомбардировку. Тогда погибнут лишь обезьяны, — фыркнул глава касты воинов.

— Обезьяны… — задумчиво протянула любимая и последняя ученица Дукхата.

* * *

Ворлонцы, зараза, настойчивые. Искали нас, искали, и ведь почти нашли. Больно уж они целеустремленно своих разведчиков рассылали. Пришлось делать ход конем. Флот из разных крякозябр, начиная от тех, что были построены для захвата минбарских кораблей, и заканчивая разными экспериментальными выкидышами, был отправлен дальним маршрутом на границу с сектором костеголовых. Был там один неприятный мирок, с какими-то до сих пор фонящими развалинами. Он как раз по пути к Захадуму, родине Теней, располагался. Не на прямой, конечно, а чуть в стороне и на отшибе немного, но в целом, сойдет. Набил я корабли кучей разных спешно выращенных мутантов с наспех приживленными и изрядно покореженными психоматрицами. Самое то для мира, в котором разумные сами себя в тотальной войне угробили.

Выгрузил всю эту толпу, наладил на развалинах, верней под ними, кое-какую деятельность. Флот на спутнике запрятал, благо, там какие-то поселения в кратерах имелись, тоже угробленные, да и отправил одну из эскадр — с Жутиком на борту — за ворлонскими разведчиками охотиться. Вероятность того, что удастся заблокировать сигнал о нападении была минимальной, но попробовать-то все равно стоило. Тем более, что я отличный сюрприз для старичков приготовил. Хи-хикс, все равно ведь, хоть что-то, да успею захавать.

Найти Ворлонца было не сложно, они особо и не маскировались-то, ведь перед ними, как перед тем подслеповатым носорогом, все сами разбегаются. А ну как наступит и скажет, что так и было, попробуй тут поспорь. Небольшой корабль, чуть массивней и крупней того, что в сериале личным транспортом послу служил, выпрыгнул в очередную звездную систему и начал неспешно по ней шнырять, сканируя планеты, спутники и даже крупные астероиды. Такое ощущение, что он еще и картографированием параллельно занимается. А впрочем, почему бы и нет? Все может быть. Мало их, ворлонов-то, да и вряд ли они особо по мирам шастают. Давно, поди, вкус к жизни утратили, а тут еще и Вален, который на самом деле Синклер из этого времени, к ним тысячелетие назад с четвертым Вавилоном приперся. Он, может, и мало что знал, но все равно, и так невеликую охоту шевелиться им отбил. Ну, мне бы точно отбил, а как там у ископаемых, можно разве что гадать.

Маленький сюрприз в виде десятков разномастных кораблей вывалился рядом с разведчиком. Жутик, усиленный командой мутантов, тут же отработал команду и врезал ментально по Ворлону. Плевать, что самого представителя изначальных тут не было, полуразумое судно вполне себе сошло за объект атаки. Главное, что ее вообще заметили, ощутили, и о ней кому надо сообщили. Пси-удар бесследно не прошел, хоть был и куда менее эффективен, чем то, что телепаты со звездолетами Теней делали. Впрочем, конкретно в этом случае особой разницы не было. Слегка дезориентированный космолет подвергся массовому обстрелу из кучи разнообразнейшего оружия. Ни маскировку толком использовать, ни РЭБ, ни оружие, ни еще чего-то, кроме связи, мы ему не дали. Прожгли, пробили, опалили, порезали, облучили, в общем — оперативно угробили.

Пока к месту бесславной гибели разведчика вовсю спешило что-то вроде флота быстрого реагирования, этакая авианесущая группировка, аж с целым убийцей планет в комплекте, Жутик при посильной помощи Желудков жрал отловленные останки разведчика. Горькие они и противные были. Не зря Ворлонские корабли на помесь лука с чесноком похожи. Ловцы, понятное дело, ждать мстителей не стали, но и разумности не проявили, прямиком «домой» ломанулись. Отследить свеженький след для одной из самых продвинутых рас проблем не составило. Вот только их убийца планет особой скоростью не отличался, ну или возможно, что они просто решили его подзарядить. Во всяком случае, он с большей частью флота какое-то время у звезды провисел, пока по нашему следу кораблики поменьше пробежались. И что-то мне подсказывает, что он там не носик пудрил и не речь репетировал.

За всеми этими делами было совершенно не до Земли и Минбара. А зря, костеголовые решили по граблям, когда-то успешно давшим по лбу человечкам, потоптаться. Нет, все понимаю, бошки у них крепкие, но… ай, да и фиг с ними. Где там мои хрустящие шарики с питательным бульончиком? Ага, выращиваем гроздь побольше, я нынче тело крупное и мозговитое, мне нужно хорошо питаться. Вот, сойдет. Так, ну-с, поглядим, насколько хомо будут эффективны в деле выбивания пыли.

* * *

— Гарибальди! Где тебя черти носят?

— Виноват. Больше не повторится.

— Смотри у меня, ловелас хренов. Ладно, слушай сюда. Ты со своими на броне двигаешь вот через этот распадок, — палец командира скользнул по планшету, проводя линию, — затем вот тут, у каньона, или даже чуть дальше, прямо в барханах, посмотришь на месте, оборудуешь опорный пункт.

— Есть.

— И смотри, чтобы ни один рогач не пролез. Когда генерал Комель их прижмет, они вот в эту низину побегут, другого пути у них нет. Щелей тут много, заткнуть их нужно качественно. Если надо, собой замажьте, но чтоб ни одного гада не пропустили.

— Сделаю, сэр.

— От таких, как ты, зависит, сколько наших парней поляжет после того как мы этот мешок раздавим.

— Я понял, сэр. Разрешите выполнять?

— Разрешаю, — полковник автоматически козырнул в ответ и переключился на следующего подчиненного.

Желтовато-красная пыль с блестящим медным отливом стелилась шлейфом над пылящей колонной. Бойцы тихонько матерились в маски-респираторы, периодически протирая стекла. Не Марс, конечно, хотя бы потому, что тут куда теплей, но все равно, довольно разреженная атмосфера не позволяла нормально дышать. Впрочем, сейчас мало кого волновали климатические условия на условно пригодной для жизни планете. Солдаты жаждали вцепиться в глотку ненавистных минбарцев. Двое суток костеголовым понадобилось чтобы полностью уничтожить системную оборону и разбомбить планетарную. Далось им это непросто, кроме того, адмирал Хилл удачно подловил одну из их эскадр в поясе астероидов. Это была ловушка в ловушке: земной космофлот, конечно, погиб, но малозаметные пусковые установки с тысячами старых ракет, ударившие с расстояния в десятки тысяч километров, стали весьма и весьма неприятным сюрпризом. Еще бы, рентгеновские лазеры с накачкой ядерным взрывом на таком расстоянии даже с места были бы достаточно эффективны, а тут они еще и приблизиться успели.

— Все, парни, выгружаемся.

— Сэр, разрешите выдвинуться вперед.

— Хочешь стать героем, Сэм?

— Нет, Майкл, но ты же знаешь, у меня личные счеты.

— У нас тут у всех личные. А у кого еще нет, так боюсь, скоро появятся. Ладно, бери своих и окапывайтесь вон там, видишь где здоровый булыжник сполз?

— Угу. Его бы заминировать и подорвать.

— Хорошая мысль, — кивнул Гарибальди, оценив перспективу, — но сделаешь это, если отходить придется.

— Понял.

— Так, технику я тебе не дам, броня лучше вон из-за тех сопок поработает, один черт, наши ПКО рогатых долго на себя отвлекать не смогут. Да и маловато их зарыть успели.

— Думаешь, рискнут ударить по нам?

— Пока не поймут, что десанту хана, воздержатся, но вот как сообразят, что спасать уже некого, так непременно ударят. Ладно, лопату в зубы и вперед!

— Есть.

С оборудованного его группой командного пункта Майкл следил за разворачивающимися действиями. Вот заработали замаскированные орудия ПКО. Их удар был неожиданным и неприятным для минбарцев, но главное, он дал возможность парочке эскадр ВКФ Земли, укомплектованных добровольцами, совершить прыжок, не опасаясь быть полностью уничтоженными в воронках гиперперехода. Пока на орбите царил частично управляемый хаос и буйствовали разрушительные энергии, в секунды превращающие космических левиафанов в груды металлолома, да и то, если им повезет, на поверхности происходили дела не менее страшные. Вот только если исход космического боя был предрешен, то тут все было совсем иначе.

Танковые клинья, поддержанные мотопехотой, ударили по занятому рогатыми плацдарму. Майкл в свое время был изрядно удивлен тем, что у Земли нашлось такое количество бронетехники. Больше тысячи танков, БТР и БМП были переброшены на Ташкент и сейчас наматывали на траки и колеса минбарцев. Не готовы те оказались к такому приему, совсем не готовы. Пусть их ручное оружие и мощней человеческого, но против полуметровой композитной металлокерамики оно было все же слабовато. Так же, как и индивидуальная броня их десантников против крупнокалиберных пулеметов. Военно-космические силы выиграли достаточно времени, чтобы сойтись с врагом на дистанцию, исключающую орбитальный удар, а дальше настал час расплаты.

— Обнаружен противник. Выйдет на нас через пять минут.

— Принял. Встреть их как следует, Сэм.

— Не сомневайся, Майкл, не сомневайся.

Какими бы стойкими не были представители воинской касты, но все же у любого разумного есть свой предел. И сегодня людям удалось сломить минбарских солдат. Они побежали. Где-то раньше, где-то позже, но какое это имело значение? Совершенно никакого. В клубах дыма, насыщенных разнообразными частицами, что так мешали орбите разглядеть творящиеся на планете, они метались, словно загнанные крысы. Отчаянно бросались на землян и падали, падали, падали чтобы уже никогда не встать. Не вернуться домой, не обнять своих жен, детей, матерей чтобы уже никогда не убить мужей, братьев, отцов и сыновей.

— За мою Марту, суки. — скрипел зубами Сэм нажимая курок и отправляя очередного минбарца к праотцам.

— За моего сынишку, твари.

— За моего…

* * *

Черный день для всего Минбара настал сегодня, очень и очень черный. Таких огромных единовременных потерь не столь уж и многочисленная раса не видела давно. Казалось бы, подумаешь, какие-то полсотни тысяч десанта, пяток дивизий, ерунда, но вот с учетом погибших на кораблях и в других местах, число можно было смело на два с половиной умножать, а то и вообще на три. Воины были изрядно удручены тем, что на поверхности из них сделали кровавый фарш. Еще бы, это вам не космос, дорогие мои костеголовики, хомо слишком молоды, а значит и все пережитки, присущие юным цивилизациям, имеют. Например, многочисленные и хорошо подготовленные планетарные силы, укомплектованные тяжелой бронетехникой. Это вам не колонии, где и сотни тысяч жителей не будет, покорять. У меня вообще складывается ощущение, что все их дутое благородство как раз и было основано на том, что они считали землян обитателями исключительно малых поселений. Во всяком случае, по тому же Ташкенту они отбомбились без каких-то там терзаний. Даже Делен рта не раскрывала. У нее вообще что-то отношение к людям скачет от «убить всех человеков, ибо животные», до «хватит заниматься геноцидом, мы же высшие и должны подавать пример». Еще и религиозными заскоками все это приправлено. Не иначе, как общение с парочкой Ворлонов сказывается.

Кстати, об ископаемых. Они-таки приперлись в мою подставную систему. Что было, в общем-то, ожидаемо. Дружеский разговор начался с салюта, которым они поприветствовали ближайшие корабли мутантов. Те, впрочем, в долгу не остались, но размен был даже круче, чем у землян с минбарцами. Костеголовые в среднем три с четвертью корабля выносили, теряя одного своего, а эти аж десятку брали. Очень жадные типы. Особенно до собственных крейсеров. Вот уж кого завалить сложно, так это их. Мало того, что броня регенерирует чуть ли не на глазах, аж завидно, так она еще и адаптируется к воздействию. У наших последних моделей, зергами созданных, тоже имеются подобные свойства, но на фоне Ворлонов они еще в зачаточном состоянии. Впрочем, после переваривания останков их разведчика и обработки огромного массива данных, в результате этого процесса полученного, есть шансы сильно сократить отставание. Не догнать, увы, пока не догнать, все же мы до сих пор даже Икарианские наниты не повторили, хоть и преодолели большую часть пути, а тут вообще что-то с чем-то, но тем не менее.

В общем, полуэнергетические древние крякозябры, под богов да ангелов косящие, вполне себе по-простецки раскатали разумных, посмевших на их офигенность покуситься. Даже и побеседовать не попробовали, так, просканировали техникой, да и поперли к планете. Ну поперли и поперли, сами себе злобные буратины, пусть внешне, без скафандров и ментального воздействия, они скорей за медузо-кальмаров сойдут. Впрочем, с их природой могут и чего иное изобразить, если, конечно, соблаговолят. На орбите у меня ничего, кроме жиденькой спутниковой группировки, не имелось, просто не успел развесить, да и не слишком это было целесообразно.

Базы на спутниках они успешно расстреляли, огребя в ответ из монструозных ускорителей. А вот не надо так близко к поверхности подлетать. Рассчитывали-то они на что попроще, решили, поди, болезные, что те здоровенные каскады накопителей и реакторов чего-то важное питают, а не пушки-переростки. Последние были весьма себе простыми, но при этом хитрыми. Двойная система. По левому стволу разгоняются положительные ионы, по правому отрицательные, на выходе они, понятное дело, становятся нейтральными, порождая неслабый такой всплеск энергии и кучу фотонов. Естественно, все это по мере сил направляется в супостата. Короче говоря, Ворлоны оценили, когда их крейсеры начали сквозными дырками обзаводиться и дохнуть, словно саранча под дустом.

Изрядно офигевшие от такого — показательно уже то, что я это уловил и понял — они таки добрались до орбиты. Тут их снова поприветствовали, но уже так, жиденько. Ракетки всякие, пулялки разные, ерунда, в общем, хоть и многочисленная. Им от этого особо жарко не стало. Тем не менее, занять их удалось на достаточное время, чтобы их убийца планет догреб до высокой орбиты. «Сюрприз, мать вашу!» — прорычал я сам себе, и отдал команду активировать заначку. Операция «Попоболь» прошла в соответствии с расчетами. Выглядело это примерно так:

— Привет, материя!

— Здорово, антиматерия!

И хором на два голоса: «Обнимашки!!!» В общем, от планеты, спутников, и от самих Ворлонов мало что осталось. Да чего уж там какие-то кораблики, когда и с самой системой все было не очень хорошо. Ну так я же не древность какая, чтобы жадничать. Все, что было нажито непосильным трудом, ухнул. Один черт, играть приходилось по принципу «пан или пропал». К сожалению, в результате трофеев мне не перепало. Может, и удастся когда-нибудь потом кусочки на похрумкать отыскать, но что-то в это слабо верится. Впрочем, был и еще один повод расстраиваться и радоваться одновременно. Гадские Тени, оказывается, заныкали в системе свой звездолет. Причем весьма и весьма здоровенный. Классно спрятали, не подкопаешься, мы буквально рядом с ним возились, но так и не нашли. Прям возникает вопрос, а как хомо-то сумели аж две штуки откопать? Как бы им сами хозяева в этом не подсобили. Больно уж подозрительно. Так вот, поводом для расстройства было то, что линкор Теней погиб, а для радости — что его останки обнаружили явившиеся к месту бада-бума Ворлоны. Которые, конечно, над своими погоревали, но списали все на происки древнего врага, верней, его сателлитов или просто не в меру ушлой молодежи, куда не нужно полезшей. Мне, в принципе, монопенисуально, главное, что они своих разведчиков убрали, и сами вновь запечатались в родном секторе. Вот и хорошо, пусть там и дальше сидят.

* * *

— … Таким образом, нами было уничтожено порядка семидесяти тысяч рогатых, в результате чего они совершили орбитальную бомбардировку обеих колоний.

— Выжившие?

— Минимальное число. Да и тех вывезли корабли Лиги. В наши, даже в гражданский транспорт, они стреляют без предупреждения.

— Первые большие колонии потеряли. Плохо дело. Очень плохо.

— Мши передали нам пакет документации на свои старые системы вооружения. Мы их несколько доработали и подогнали под наши возможности.

— И?

— К сожалению, кардинально это ничего не поменяет.

— Ксеносы поганые. Ведь они могут вмешаться и остановить бойню.

— Не вы ли в свое время проталкивали идею побряцать оружием? Вот и пожинайте…

— Отставить балаган! Успокойтесь, у нас у всех нервы на пределе, но кроме нас сражаться за будущее человечества некому. Какие будут предложения? И побольше конструктива.

— Предлагаю отправить флот в атаку. Весь флот. Обороняться смысла нет, мы проигрываем. Возможно, заставив их население самому ощутить все прелести орбитальной бомбежки, нам удастся склонить рогатых к переговорам.

— Или озлобить их еще больше.

— А что, есть куда больше? Они, вообще-то, уже и гражданские купола уничтожают.

— Надо убрать из них производства.

— Не порите чушь, некогда этим заниматься, у нас как минимум треть производства по колониям размещено, и если его остановить, то это лишь ускорит падение Земли.

— И все же я…

— Нет времени на споры, давайте просто проголосуем.

— Я за.

— Поддерживаю.

— Согласен.

— Давно пора…

— Итак, решено, давайте обсудим детали.

* * *

Изначально у меня была идея просто подбросить земным конструкторам идею термоядерной или ядерной пушки. В общем-то, она была весьма примитивной. По сути — тот же огнестрел, только вместо пороха соответствующий заряд, ну и сама по себе «пуля» по задумке должна была иметь изотопную начинку и соответствующее дно, чтобы выдержать давление взрыва. Часть энергии от него предполагалось аккумулировать для использования и направлять на накачку накопителей лазеров. Проблема системы как раз и была в точности обсчета процессов. Впрочем, с этим бы и сами хомо справились. Но после того, как костеголовые начали громить гражданские объекты корабельными орудиями, мне жутко захотелось ускорить процесс перевооружения.

Мониторы-заградители, способные буквально засыпать врага снарядами, летящими на релятивистских скоростях и при этом весьма недурно взрывающиеся, конечно, шансы не уравняют. Пожалуй, одиночное попадание даже меньший эффект даст, чем от обычного импульсного излучателя человечества, но вот когда их будет сотня… в общем, рой пчел и насмерть зажалить может. К тому же, такие вот вспышки — отличный ориентир для других орудий. Те же лазеры от нарнов, что люди смогли слегка усовершенствовать, подняв скорострельность, причем, что радует, не в ущерб мощности. Казалось бы, ну что такое пять процентов, ерунда, ан нет, как раз их-то и не хватало чтобы пробить Шарлина до реактора. Понятно, что костеголовые на месте не стоят и активно маневрируют, но тем не менее, шансы-то повыше становятся. Жаль, что хомо все еще не родили идею корабля одного удара, против минбарцев это было бы самым адекватным. Впрочем, еще не вечер, время к полудню, а страсти вон уже вовсю кипят.

Нужно будет еще чем-нибудь людям помочь. Технически их развивать, наверное, не стоит. Больно уж мои бывшие сородичи агрессивны, но вот подбросить им информацию, особенно в свете новой тактики, да, это было бы разумно. Осталось провернуть это так, чтобы никто не прознал. Не хочется в войну лезть, а на мои выкрутасы костяные черепушки и так уже волками смотрят. И ведь Лиге тоже неймется, прям в осаде себя ощущаю. С одной стороны хомо щенячьи глазки строят, с другой минбарцы кинжал точат, с третьей союзнички бластеры бархатными тряпочками протирают и с надеждой поглядывают. Чувствую, еще немного, и начнут спрашивать: «Насяльника, когда за черепами палетим? А то стена савсем-савсем пустая, поласька над камином украсить нечема, а тама, та-а-акие голава красивый, с рагами». Да уж, порой приходит мысль-вопрос: «Кого я воспитаю, коли не успокоюсь?» Нет, ну это же нонсенс, мои зерги на фоне большинства членов лиги — заядлые пацифисты. Травоядными их, что ли, сделать? Не, не поможет. Ксоны, вон, вполне себе копытом землю роют и новые излучатели на свой карманный флот в две сотни вымпелов прикручивают. Эх, тяжко-то как в космосе без армады линкоров за спиной. Никто тебя не слушает. Хорошо, что у меня таких армад уже две с половиной штуки есть. Все же, вассалы на полноценную не тянут.

* * *

Рейдовая группа земного космофлота дрейфовала в гиперпространстве, пытаясь устранить полученные во время прошлой атаки повреждения. Несмотря на потерю восьми кораблей, настроение у экипажей было приподнятое. Нападение на тыловую базу Минбара прошло успешно: потеряв шесть крейсеров во время операции, люди уничтожили три Шарлина и орбитальную станцию. Правда, во время отступления явившаяся эскадра мстителей подбила, а потом и добила окончательно, еще два земных судна, но отряду удалось скрыться в глубинах подпространства, и теперь они могли продолжать рейд. Очень неплохо показали себя новейшие мониторы-заградители, если бы не поставленная ими завеса, вряд ли бы удалось оторваться. Враги буквально влетели в тучу снарядов, и хоть уничтожить никого не удалось, полученные повреждения явно охладили воинственный пыл преследователей.

— Адмирал, у меня что-то странное на приборах, — прервал размышления Семенова оператор сенсорного поста.

— Рогатые? — насторожился командир: неужто выследили, гады?

— Не похоже, сэр. Нет, точно не они, а может и вообще не корабль.

— Куда идет объект? К нам? Численность?

— Точно не к нам, сэр. Численность определить затрудняюсь. Движется в сторону миров Лиги.

— А ну-ка, прикинь, откуда он может лететь.

— С окраины Минбарского сектора, квадрант К-6, но там у них, по нашим данным, ничего нет.

— А дальше за рогатыми что?

— Ничего, сэр, насколько нам известно. Необитаемый космос.

— Дай-ка мне связь с Михайловым.

— Секунду, сэр. Готово.

— Здравия желаю товарищ адмирал, — молодцевато козырнул широколицый раскосый капитан, появившийся на экране.

— Вот что, Жора, — не стал тянуть кота за хвост Семенов, — тут мимо какой-то странный объект идет, двигай к нему, проверь.

— Есть.

— И аккуратней там.

— Обижаете, Николай Семенович.

— Ладно, отбой.

* * *

Несколько неожиданно было наткнуться на земную рейдовую группу на окраине Минбарского сектора, да еще в столь глубоком гипере. На новеньком исследовательском крейсере даже Желудка не было, не то что Жутика или Пси-мозга. Он лишь занимался картографированием и сканирование систем за территорией костеголовых. Задумал я тут еще парочку рас вывести, только в этот раз планировалось отправить их в свободное плаванье. Все же Мши требовали излишне много ручного управления. Я вообще из-за них как-то уже и не знаю, с кем себя больше ассоциировать, мои зерги как-то вполне самостоятельно обходятся. И мне это нравится, приятно, когда дети радуют родителя. Вот я и решил добавить в жизнь позитива, потому и ищу подходящие планеты поближе к населенным мирам, тем более, что удалось наконец решить проблемы разума в более-менее удовлетворяющем меня виде.

Тут ведь как, если психоматрицу ставить как есть, получаем существо, считающее себя тем, кому образ и принадлежит. Любое несоответствие — это куча проблем психологического плана. По себе могу судить, будучи человеком попал в иное существо, и назвать себя хотя б отчасти адекватным как-то язык не поворачивается. Если провести коррекцию, будет что-то вроде живого робота. Со стороны-то вроде бы и ничего, даже немало плюсов имеется, но творчество и псевдо-личность несовместимы. Мши как ученые не состоялись чуть менее, чем совсем. За них все зерги изобретают. Сами же они лишь кое-как чужое приспособить могут. Чем-то это на Дилгар похоже, только те все-таки были талантливыми, а местами и гениальными, инженерами, а Мши с грехом пополам до средне-фиговых дотягивают.

Не скажу, что долго и упорно трудился над вопросами разума, но и сам время уделял, и пару НИИ соответствующей направленности завел. Решение было на поверхности. Как детей растят, воспитывая и обучая, так же надо и с ободранными до основы психоматрицами поступать. Сложность лишь в том, как это сделать быстро, и получить результат в заданных параметрах. В идеале, хотелось бы и искру творческую оставить. В принципе, если добавить немного пафоса, то можно сказать, что мы работали с ментальной частью души. Потому как мое попадание по сути и есть перенос этой самой психоматрицы, ну или еще чего-то, что я ей обзываю, не в терминах суть, главное — «искра божья» со мной осталась. Пусть и совершенно непонятно, что это за хрень такая, но вот зачем нужна, вопросов как-то нынче не возникает.

Решить проблему сохранения и развития удалось через виртуальную среду. Увы не полностью. Основа психоматрицы, зерно души, искра разума, короче говоря — посев, в специальном маточнике до психологического состояния годовалого карапуза развивалась, дальше никак, нужно в живое тело переносить. Огромный плюс метода — это внедренный в подсознание массив информации. Учеба у такого существа фактически сводится к процессу вспоминания и является этакой многолетней чередой вспышек озарения. Получилось, в общем-то, неплохо, потому и загорелся идеей породить новые расы и дать им свободу воли. Не совсем, конечно, внедрим и пси-ткани, чтоб иметь возможность и поглядеть на то, как дела идут, и порулить, если вдруг нужда возникнет. Хм, а не этим ли самым у нас тут Ворлоны занимаются?

Все очень даже может быть. Конечно, их контроль изрядно уступает моему. Но вряд ли дело в отсутствии возможностей. Скорей, он им просто не нужен, наверняка устали уже своими аналогами Мши рулить. По канону-то им миллионы лет. Что, правда, вызывает дикие сомнения, разве что они совсем тугодумы. Впрочем, где-то довелось в свое время читать, что их на нынешний уровень другие подняли, за что среди остальных Изначальных их и не слишком уважали, а кое-кто и вообще презирал. Опять же, как вариант, можно и про такую бяку, как техническое плато вспомнить. Но, честно говоря, чур меня от такой гадости, не хочу, не верю и вообще не может быть.

* * *

— Что там на приборах, Джон?

— Сложно сказать, Георгий Михайлович. Вроде бы, корабль, но точно утверждать не буду. Даже рогатых на старых сенсорах четче разглядеть можно было, чем это.

— Рулевой, давай помаленьку вперед, подойдем поближе.

— Сэр, может, не стоит? Последняя ситуация первого контакта плохо закончилась.

— Не бзди, янки, — буркнул капитан по-русски, но так, чтоб старпом не услышал. — Нам приказали проверить, а приказы надо выполнять. Вперед!

— Есть, сэр.

* * *

Какой упорный и бесстрашный капитан попался. Ведь уверен, что с чужаком встретился, а все равно лезет на рожон. Неймется ему нас просканировать. И что с ним делать-то? Нам как-то огласка ни к чему. Минбарцы и так уже зуб на Мши отрастили такой, что пасть не закрывается. Будь у них на фронте дела получше, вполне могли бы и нам войну объявить. Обидели мы их, прилюдно унизили, да еще и осведомленность опасную продемонстрировали. Так, ясно, что этот не отстанет, значит пора лицедействовать. Не устраивать же гонки, да и пользу с этой встречи можно поиметь. Я же вроде хотел информацию хомо подкинуть, так чего бы и не воспользоваться моментом.

* * *

— Сэр, нас вызывают по закрытому каналу, похоже, это все же корабль.

— И они явно знают, с кем имеют дело. Соединяй.

— Что ты хочешь дикар-р-рь? — спросил на чистом русском, правда с какими-то рычащими интонациями появившийся на экране гуманоид изрядно смахивающий на оборотня из какого-нибудь третьесортного ужастика.

— Кхм, я капитан земного космофлота…

— Я догадался, что не дворник. Чего ты хочешь?

— Поговорить.

— Р-р-р!

— Сэр, кажется вы его разозлили, — шепнул старпом.

— Чего? Ты! Хочешь?

— Помощи. Помощи в войне с Минбаром.

— Нет.

— Трусы! — неожиданно даже для себя рявкнул Георгий, всего-то немного пси-воздействия использовал, что, правда, едва не стоило жизни половине экипажа, ну да хвала гиперпространству.

— Ха, а ты смелый, дикарь. Но воевать за вас мы не станем. Принимай информацию, и распорядись ей с умом… капитан земного космофлота.

Закончив сеанс связи, неопознанный корабль начал разгоняться с недоступным земным судам ускорением и вскоре скрылся в глубинах космоса. Странная встреча и разговор, породивший массу вопросов. С кем бы не свела их судьба, но чужаки явно знали о Земле достаточно много. И, похоже, не только о ней.

— Что там они нам передали?

— Сэр, похоже это карта Минбарского сектора с отметками баз, станций, колониями и еще чем-то.

— Ого, королевский подарок нам сделали. Возвращаемся к эскадре.

— Что сам думаешь, Жора? — спросил адмирал, когда поднявшийся на борт флагмана капитан закончил доклад.

— Не знаю, Николай Семенович. Странно все как-то, с чего я их трусами назвал, не пойму, само вырвалось, будто за язык кто дернул.

— Согласен, на тебя это не похоже, но информацию нам дали полезную.

— Если это не подстава.

— Да не похоже, мои орлы с нашими данными сравнили, да еще из штаба недавно шифрограмма пришла, там тоже подтверждают и благодарят. Ладно, дуй к себе, готовься, у нас тут цель жирная наметилась, верфь с кучей битых кораблей рогатых. Охрана, конечно, там серьёзная, но нас поддержат, а большая победа нам сейчас как воздух нужна.

* * *

Спустя неделю после передачи карты минбарского сектора для костеголовых наступил очередной черный день. Мрачновато у них что-то становится, не пора ли мне несколько отстраниться от наблюдения чужой войны? Земной флот в три сотни вымпелов, обойдя малыми группами посты и патрули, успешно миновал станции слежения и сумел просочиться в глубь вражеской территории. Удар по крупной ремонтной верфи, на которой было больше сотни поврежденных в боях кораблей, оказался внезапным и ужасающим. Полсотни защитников дорого продали свою жизнь, но остановить шестикратно превосходящего врага не смогли. Тридцать заградителей в считанные часы смели все, что было на орбите, попутно организовав планетарную катастрофу, когда все уничтоженное на поверхность рухнуло, превратив цветущий мир в нечто непотребное. Потери Минбара исчислялись сотнями тысяч военных и гражданских специалистов. Сколько миллионов, а то и десятков миллионов, погибло на планете, даже мне неизвестно. Как-то упустил этот момент из виду.

Еще одним неприятным для минбарцев последствием стала бесславная гибель бросившихся на помощь патрулей и ближайших эскадр. Появляющиеся небольшими группами и отдельными отрядами корабли — пару раз вообще какие-то некомплектные эскадрильи через стационарные ворота гиперперехода прилетали — часто даже створ воронки покинуть не успевали. Дошло до того, что размен кораблей велся один к одному. Ситуацию переломил лишь прибывший из центральных миров флот в две сотни крейсеров. Вот только сделал он это поздновато: люди успешно закончили операцию и готовились отступать. Уйти им, конечно, не дали, но атаковать были вынуждены в спешке. Фактически, Минбарские крейсера из гиперпространства выходили не нормальным строем, а чуть ли не в формации кучи-малы. Хорошо хоть, без столкновений обошлось, хвала автоматике. Каждый капитан стремился первым атаковать землян, по сути, наплевав на приказы. Это в касте-то воинов, которых с детства дрессируют?! В общем, эмоции плохой советчик, очень плохой, особенно когда они такие, что глаза кровавая пелена застилает и мозги отказывают. Хомо эту толпу встретили убийственным кинжальным огнем, четким строем, и с гордостью, что умирают не зря.

Люди для операции не поскупились, выделили лучшие корабли, все модернизированные. С новыми реакторами, нарнскими лазерами, термоядерными пушками, в общем, было им чем врага смертельно удивить. В отличие от кораблей, известных мне по сериалу, земляне поступили оригинально. Два мощных лазера они не по бокам корпуса расположили, а в башню запихали, причем сделали их спаренными. Стреляло это чудо раз в четверть часа, при идеальных условиях, но в общем-то, идея была понятной. Тот же подход, что и у минбарцев, только с учетом возможностей техники Земли, ну и все же некоторая половинчатость решения в этом, на мой взгляд, присутствовала. Пока костеголовые корабли в кулак стягивали, земляне успели эти свои дуры перезарядить.

Прущие Шарлины напоролись на губительные лучи и сильно-сильно потеряли в маскировке и боевых возможностях, те, кто уцелел, конечно. Людям, правда, от этого было лишь моральное облегчение, так как даже погибая, минбарцы чаще всего успевали прихватить убийцу с собой, да еще и его товарища достать. Из двух сотен кораблей эту бойню пережила лишь половина, да и той изрядно перепало. Вначале тераваттными импульсами, потом мегатонными снарядами. Чистая победа и страшная месть подлым хомо, костеголовых конечно радовали, но в душах, кроме ненависти и чувства долга, поселился и страх. Пока еще маленький, робкий, но каждый день войны будет давать ему пищу, и он начнет расти, порождая сомнения и неуверенность.

Несмотря на полную потерю посланного на миссию флота, Земля ликовала — это была победа. Очень и очень серьезная. Обменять триста своих кораблей на две сотни боеспособных у противника, плюс сотню могущих таковыми стать в ближайшее время, да вдобавок уничтожить верфи, доки, станции и прочую инфраструктуру, что не одно столетие строили. И под конец умудриться еще немного пострелять, продав подороже жизнь — это был сильный удар. Подобной плюхи Минбар не получал уже тысячу лет. Опасаться эскалации конфликта людям не приходилось, куда уж больше-то. Теперь, пока враг растерян и шокирован, его нужно было бить. Судорожные попытки минбарцев сделать хоть что-нибудь привели к оголению значительного участка границы сектора. Терять хомо было нечего, оборонительные бои проигрывались априори, вот они и пошли в атаку, окончательно и бесповоротно бросив собственные тылы.

Минбар хотел священную войну? Что ж, он ее получил. Аванпосты, форты, станции, базы и приграничные колонии просто смели. Безжалостно и не считаясь с потерями. Благодаря переданной мной карте, хомо выходили из гиперпространства в пределах погрешности расчётов прыжка. Фактически, до целей им оставались тысячи, а иногда и просто сотни километров. Интересная тактика, своеобразная. На таком расстоянии были неплохие шансы, погибнув, своими останками кого-то да протаранить. С учетом заградителей, вываливающихся подальше и открывающих бешеный огонь из кучи пушек, получалось у людей неплохо. Импульсы и лучи всаживались в упор, с последующей лавой мегатонных плюх, перемежаемых огнем излучателей, Минбарцы оценили. Те, кто такие вот налеты пережил.

Глава 17. Победа в кубе

Маховик войны раскручивался и все сильнее втягивал в свою орбиту минбарцев. Тут вам не канон, пришлось костеголовым не прогулочным шагом никуда не спешащего гуляки, с ленцой от мошкары отмахивающегося, двигаться, а словно в задницу ужаленным носиться. Всей расой словно от долгого сна очнулись, встряхнулись, и за дело взялись. Хорошо. Просто отлично. Хомо молодцы, разбудили-таки этих тетерь. Человечков, конечно, немного жаль, подставил я людишек, даже совесть где-то там зашевелилась, минут на пять. Ничего, я ее быстро успокоил. Все для роя и для меня, его олицетворяющего. Крайняя степень эгоизма, опирающаяся на объективную реальность.

Мши мои пушистые, изрядно расплодившиеся, спешно взялись за возведение относительно небольших колоний. По нашим меркам, конечно же, небольших. Купола и катакомбы, способные принять и обеспечить от четверти до полумиллиона жителей, буквально за месяцы на десятках миров разом возводили. Давать костеголовым возможность полностью истребить хомо я не собирался. Спасать ли Землю — еще подумаю, но вот возиться и с нуля людишек возрождать мне было откровенно лень. Много человечков мне не надо, хватит и десятка-другого миллионов особей каждого пола. К тому же, с них можно довольно быстро и несложно поиметь конкретную выгоду. Приспособляемость у хомо весьма и весьма неплохая, а уж как вертеться начинают, когда прижмет или чего-то очень захочется, прям любо-дорого взглянуть.

Удалось отловить Охотника за Душами. Тот ли это был отступник, что в сериале чуть Делен не угробил, или какой другой? Не знаю, да и все равно как-то. Главное, что опираясь на его знания и захваченные технологии, удалось весьма оперативно модернизировать Пси-мозги, создав на их базе натуральных Ктулху. Мои новые творения отличались весьма узкой специализацией. По сути, все, что они могли — снимать психоматрицу в момент смерти. Причем делали это на довольно приличном расстоянии, по сравнению со всем, что у меня было до этого. В творящейся вакханалии им нашлось немало работы. Жиденький поток образцов разума и личности минбарцев превратился в полноценную такую речушку, что не могло не радовать.

Разбор поступлений и более глубокие фундаментальные исследования природы души спихнул на Геймов. Их королевы наловчились выращивать специализированных особей, которые в плане универсальности конечно проигрывали полноценным разумным, но при этом в конкретной области не знали себе равных. В общем, специализированные исследователи у них выходили просто загляденье. Правда в итоге получалась та еще пирамида, особенно для получения открытий на стыке разных областей науки, ну да это частности, главное — работает. Причем вполне себе неплохо. Вон, с теми же Икарианскими нанитами, верней, с их живым аналогом, разобрались наконец-то.

* * *

Потеряв три четверти флота, хомо выиграли себе почти год времени. Пока минбарцы отошли от шока, пока перегруппировались и расконсервировали корабли из резерва… Все это позволило людям серьезно укрепиться и существенно восполнить потери кадров. Благодаря помощи сырьем и кое-какими комплектующими, человечество почти на двадцать процентов производство кораблей увеличило. Впрочем, когда вся раса круглосуточно начинает работать на войну, в этом нет ничего удивительного. Это в каноне хомо не успели новые разработки в строй ввести. Все же, два года — маловато будет. А тут вполне справились. Новые суда изрядно похудели, все равно от брони толку особого не было. Стали более манёвренными, впрочем, это мало на что влияло. Таранить стали чаще, но так как это было, в принципе, редкостью и исключением, то и пользы с такого — пшик. И наконец-то люди реализовали концепцию костеголовых по максимуму. В общем — ура линкорам и да здравствует главный калибр! Тут без меня тоже не обошлось, очень уж не хотели некоторые упертые идиоты строить корабли против одного конкретного врага. Пришлось обеспечить разведке хомо слив информации. Против аргумента, что Мши как минимум половину флота против Минбара строят-модернизируют по принципу «одним махом семерых побивахом», возражать уже никто не стал.

Паровой каток минбарского флота попер по мирам человечества, сметая все на своем пути, вот только тяжко им это давалось. Не задалось у них с самого начала. Новые корабли хомо, несущие по шесть башен счетверенных лазеров и по десятку гибридов из термоядерной и плазменной пушки, были очень кусачим противником. Минимальный экипаж судов состоял по сути из смертников, так как для обеспечения сколь-либо приемлемой скорострельности внутри кораблей ставились примитивные токамаки, по кольцу реактора в каждой башне, плюс еще по два под ней. Это позволяло за каких-то пять минут перезарядить лазер, обеспечивая ему почти десятисекундное время огня, но любое попадание нейтронного излучателя по реактору приводило к мгновенной гибели крейсера в звездном пламени вырвавшейся из-под контроля плазмы.

Такое количество энергии, с учетом снижения массы, позволило воткнуть дополнительные маршевые двигатели. Конечно, после форсажа экипаж становился почти что трупами, способными жить и вести бой лишь за счет обильно плещущейся в крови химии, но в случае прорыва на ближнюю дистанцию костеголовым приходилось туго. О, им, конечно же, было чем встретить и ответить, но ни уйти, ни увернуться от плазмы, буквально потоком изливающейся во все стороны, они физически не успевали. Тактика камикадзе во всей красе. Впрочем, а что еще оставалось людям? За выживание своего вида они были готовы биться до конца. Видя такую отвагу и самопожертвование, минбарские воины, воспитанные в соответствующем духе, не могли, даже против собственной воли, не восхищаться и не уважать своих врагов. Ненависть, конечно, никуда не ушла, страх от схватки не прошел, наоборот, окреп, но все же отношение к людям менялось. Медленно и часто незаметно, но тем не менее.

Теперь, когда удар земного корабля даже на дальней дистанции, в большинстве случаев, стал столь же смертелен для костеголовых, как и их — для людей, война стала меняться. Конечно, выживаемость экипажей у минбарцев была заметно выше. Так против нуля и единица очень много. Целый год хомо отступали, теряя колонии и станции. Бои шли везде, люди бились за каждый кусочек своего пространства, но все же проигрывали. Минбар, выгребший резервы и переведший свою экономику и промышленность на военные рельсы, был слишком могуч. Они не собирались ни с кем миндальничать, и гражданские объекты стороной не обходили. Уничтожали все, до чего могли дотянуться. Впрочем, в наземные бои не ввязывались. Хватило им пары раз с танками и прочей бронетехникой пообщаться. Полста тысяч бравого десанта, навсегда оставшегося в песках марсоподобного Ташкента-7 и окоченевшие тела пары бесславно павших дивизий на Нуук-9 навсегда отбили у них желание лицом к лицу с землянами на поверхности планет сходиться. Это в космосе они непобедимые воители, а на земле их технологическое преимущество как-то не ощущается особо. Полметра брони ручным оружием не пробить, и даже самый древний пулемет прекрасно умерщвляет плоть.

Джон Шеридан таки совершил свое героическое деяние, устроив ловушку в поясе астероидов. Если бы в ней не погиб минбарский флагман и пара сопровождавших его кораблей, что даже сказалось на темпах наступления костеголовых, это стало бы лишь довольно рядовым эпизодом войны, но получилось канонично. Мужика повысили в звании, наградили и вручили новейший корабль. То еще чудовище Франкенштейна, на самом деле. Этакая летучая батарея: сотня новейших ипульсников, накачиваемых аннигиляцией вещества. Жуть, но довольно скорострельная и весьма убойная. Похоже, кое-что из Дилгарских трофеев люди все же умудрились освоить и приспособить под свои нужды.

Когда война добралась до Солсистемы, первая битва при Ио благодаря этим мастодонтам была выиграна. Минбарцы просто не ожидали, что их таким салютом встретят. Ударный флот еще в воронках перехода половины состава лишился. Если бы корабли костеголовых не имели своего привода и ходили группами, то совсем бы все печально вышло. Впрочем, и так получилось отлично. Они впервые столь крупное сражение проиграли. Это заставило их серьезно пересмотреть планы и отложить новую атаку аж на пару месяцев. Правда на этом сражении славный путь новейших кораблей и закончился. Одноразовые они какие-то получились, что-то там не досчитали конструкторы.

Синклер у Ио тоже отметился и тоже, как и Шеридан, был одним из немногих выживших. Он вообще умудрился прорваться к одному из кораблей Минбара и засадил тому в бок три из четырех ядрен-батонов. Угробить не угробил, но понадкусывал качественно, и этого подранка потом легко добили. За успехи в деле уничтожение костеголовых Синклера сделали командиром эскадрильи. Так-то он давно уже должен был им стать, но особенности характера мешали. Не стремился Джеффри к большим чинам. Особо выдающихся талантов не проявлял, ему бы, по уму, не на истребителях летать, а в штабе сидеть, но видимо, у тридцатилетнего мужика имелся какой-то заскок. «Хочу штурвал в руки и пиу-пиу». Хочешь и хочешь, командование не возражало. Летуны всегда нужны, пусть и горят они сотнями за раз, но и пользу приносят несомненную. Нет у Минбарцев нормального ПВО, не на противостояние с МЛА они свои корабли затачивали. Их пушки довольно универсальны, ну так Теней, чай, сбивать собирались, а у тех суда весьма и весьма крепкие. Тот же истребитель из пукалки не подбить, для гарантии как минимум средний калибр нужен.

Разгром Минбарцев при Ио их изрядно охладил. У них вообще были довольно сильные антивоенные настроения. Дукхат, конечно, был любим и уважаем, но ради мести за одну, пусть и выдающуюся, жизнь, забирать миллиарды чужих и отдавать сотни миллионов своих — это было как-то слишком. Кто там разгласил причины начала войны, достоверно не скажу, но подозреваю, что тут Делен подсуетилась. Религиозная и рабочие касты вообще по большей части склонялись к тому, что во всем виноваты воины со своими идиотскими традициями. Уж в чем в чем, а в том, какое действие на корабли людей оказали сканеры Шарлинов, костеголовые давно разобрались. Среди военной касты единство было лишь внешнее. Что-то вроде профессиональной этики срабатывало. На деле же, там тоже подводных течений хватало. Клановая структура такому сама по себе изрядно способствует. Все же минбарцы не зря себя старшими позиционируют, конечно, отомстить за смерть сородичей хочется, но и от понимания того, что сами отчасти виноваты во всем творящемся, так просто они не отмахиваются. Переступить через себя и первыми протянуть руку, хм, пожалуй, что из всех известных мне рас, на такое лишь единицы способны будут, да и то насчет большинства есть серьезные сомнения. Но кроме, так сказать, внутреннего, имелось еще и внешнее.

Я, через Мши, вассалов и зергов, вовсю работал над образом минбарцев. Не стесняясь, обзывали их фанатиками, психами и просто бешеными. Наше мнение вполне разделяли остальные члены Лиги. Тем более, что доказательств было более чем достаточно, причем совсем не поддельных, а самых что ни на есть натуральных. Минбарцы, когда начали громить гражданские объекты, быстро на одну планку с Дилгарами опустились, а с учетом того, что люди были союзниками в прошлой войне, так и вовсе к костеголовым отношение стало негативное. О чем выбравшиеся из добровольной изоляции минбарцы, естественно, знали, а отдельные их представители и на себе ощутили. Ну да отморозков везде хватает.

На идеологическом фронте мы этих зазнаек и гордецов всухую сделали. Просто потому, что они даже и не пытались что-то противопоставить. Видимо, считали себя выше этого. Сами себе зубастые полешки. Тайны в них нынче никакой нет, страха они особого не внушают. Подумаешь, раньше всех к звездам выползли, зато теперь три года один на один с людьми кое-как справляются. Да и ведут себя совершенно дико и нецивилизованно. Это для костеголовых, собирающихся просвещением молодых рас заняться и чуть ли не возглавить их в грядущей войне с Тенями — ну или использовать как буфер, тут я не уверен — было ой как неприятно. Чудесно. Прелестно. Просто великолепно. Одна беда, в результате моих действий Лига еще больше сплотилась вокруг триумвирата и начала совсем уж нехорошо и с прищуром на минбарцев поглядывать. Ладно хоть корпус мира у меня под жестким контролем находился. Хватит и того, что некоторые особо ретивые капитаны национальных сил уже пару мелких инцидентов организовали. Нашелся, блин, внешний враг, как раз его-то и не хватало для укрепления рядов. Все-таки, дружить не вместе, а против кого-нибудь — это, видимо, общая черта разумных.

Люди были на последнем издыхании, но ощущая мощную моральную поддержку, бились словно львы. Конечно, им было очень обидно, что мы их не поддерживаем силой, но хоть за будущее своего вида они были относительно спокойны. Расы Лиги уже под сотню миллионов с Земли и колоний на свои территории вывезли. И останавливаться не собирались. Все, в общем-то, случайно вышло. Мши десяток небольших колоний, на пятьсот тысяч каждую, безвозмездно беженцам передали. Делали мы это ради пиара, ну и просто мне так захотелось, хотя в людскую благодарность в будущем я, честно говоря, ни на грош не верил. Соседи этому удивились, лбы поморщили, и стали искать подвох. Нашли, конечно, дурное дело не хитрое. Быстренько подсчитали, что продукция поселений все равно нам пойдет, или через нас же, а значит и прибыль должна быть. Прикинули ее размеры и уважительно покивали. После чего спешно начали спасать хомо от истребления варварами минбарами. Нынче десятки миллионов людей обитают во вполне себе комфортных условиях, вовсю трудясь на собственное благо, и параллельно обогащая приютившие их расы. Выгода правит миром, а когда она рука об руку с моралью идет — это просто непреодолимая сила. Конечно, мораль у многих разумных видов своя, но большинство у нас тут все же гуманоиды, а значит и шли схожими путями.

Расселяли беженцев, естественно, в не самых благоприятных местах, ориентировались в первую очередь на ресурсную базу. Многие были бы и рады человечков в рабский статус перевести, да поплотней в герметичные бараки типа «банка со шпротами» набить, обязав трудиться по максимуму, но за эти годы наши методы строительства стали, де-факто, стандартом. Кому-то вроде Гейма колонии казались избыточно роскошными, а тем же центаврианам, наоборот, излишне аскетичными, но в принципе, и те и другие признавали — жить можно. Что, собственно, возведением пары стандартных поселений по заказу Императора Центавра и подтверждалось. Опять же, стадное чувство и желание перед соседями выпендриться сказывались. Так что беженцам повезло. Многие оказались в заметно более комфортабельных условиях, чем раньше жили.

Все, мной творимое, ой как раздражало костеголовых, но поделать они ничего не могли. Во всяком случае, я думал, что ни до чего более серьезного, чем скрип зубами и, возможно, приграничные инциденты, дело не дойдет. Как-никак, они все силы напрягали, чтобы с землянами поскорей разобраться. Ошибся. После того, как у Ио им по рогам надавали, у них что-то совсем в головах перемкнуло. Сразу после второй атаки, обошедшейся дорого, но завершившейся безоговорочной победой с последующей бомбардировкой поселений и военных баз, они, видимо, решили нанести удар по моральному духу человечества. Или просто кое-кто из командиров окончательно слетел с катушек. В любом случае, зря они это затеяли, очень зря.

* * *

Пассажирский корабль вышел из гиперпространства рядом с грязно-серым шаром планеты и неспешно начал разгон. По громкой связи объявили о скором входе в атмосферу и попросили пассажиров занять свои места.

— Мам, смотри! — радостно крикнул маленький мальчик, тыча пальцем в экран, транслирующий картинку снаружи корабля. — Мы теперь будем тут жить?

— Да, сынок, — вымученно улыбнулась молодая женщина с бледным лицом и красными от недосыпа и слез глазами.

— Почти как дома, — обрадовался малыш лет четырех-пяти.

— Похоже, — с тоской вздохнула мать, прикрыв глаза.

Всего какой-то месяц назад, несмотря на войну, она была счастлива. Любимый муж, сын, родители, двое братьев и старшая сестра, их дети, все они были живы. Маленькая колония на богатой ресурсами планете с метановой атмосферой, не такой плотной и густой как та, что была сейчас под ними, в этой-то и звезд, поди, не разглядеть. И хорошо, насмотрелась уже. Словно наяву встали картины мелькающих где-то там в вышине росчерков и вспыхивающих звездочками кораблей космофлота. Если бы не категорическое требование мужа хватать ребенка и убираться на краулере подальше от купола, их бы сейчас и в живых-то не было. Мерзкие минбары, разделавшись с защитниками, обрушили на мирное поселение всю мощь своих страшных орудий.

— Ой, кораблики! — голос сына вырвал женщину из нахлынувших воспоминаний об аде орбитального удара и последующих скитаний. — Мама, а они нас защитят если сюда рогачи явятся?

— Н-не знаю, — смутилась женщина, как-то не задумывавшаяся о такой возможности.

Тогда им повезло: спустя три дня на сигнал бедствия прилетели Врии. В их тарелочках было жутко неудобно, все же эти серые человечки были по людским меркам едва ли не карликами. По крайней мере, в них можно было свободно дышать, и нашлось чем утолить жажду и голод. Тогда то и выяснилось, что из десятков тысяч колонистов выжили лишь сотни. Через двое суток в систему пришли транспортные корабли Мши, сопровождаемые военными судами. Пришельцы быстро развернули временный лагерь. Оказали помощь немногим уцелевшим к тому времени раненым, в считанные часы разобрали завалы и спасли еще две сотни человек. А потом их всех погрузили на транспорт и повезли на территорию Миров Лиги, в колонию для беженцев. Она и не знала, что такие есть. Странно было видеть, как чужаки о них заботятся. На их корабле было комфортней, чем на всех тех судах, что ей ранее доводилось видеть.

— Внимание, говорит капитан, в гиперпространстве обнаружены минбарские корабли. Всем пассажирам немедленно пристегнуться, и попрошу вас не паниковать.

— Мама, зачем они хотят нас убить? — растерянно и с обидой заморгал глазками малыш.

— Никто вас не убьет, — ответил голос из-за спины растерявшейся женщины.

— Правда? — с надеждой поднял взгляд на рослого Мши мальчик.

— Конечно правда, — дернул ухом инопланетянин, и наклонившись, ловко застегнул ремень на ребенке, — глянь вон, — хвост с кисточкой, забавно изогнувшись, указал на экран.

— А что там? — так и не понял, на что именно надо смотреть мальчик.

— Бямижа и Десях в разгон идут, видишь, как быстро цифры снизу мелькают.

— Ага.

— Костеголовым, чтоб сюда выпрыгнуть, еще минут десять надо, а наши тут вдвое раньше будут.

— Понятно. А что наши делать будут?

— По ситуации, но точно в обиду не дадут. Так что не трусь, детеныш.

— Я не трус и не детеныш… наверно.

— Хм, что не трус, вижу. Вот, держи, — вынул мши из подсумка металлическую пластинку с гравировкой, — это анз, я его получил на Алгенибе в Дилгарскую, жаркое было дело.

— Это вас там ранили? — спросил подросток лет четырнадцати, сидящий в соседнем ряду.

— Да, — дернул остатком уха мши, — дурной десантник из ваших, настоящий воин. Вначале чуть голову мне не снес, потом, когда я его подстрелил, не давал себя перевязать, и все ножом пырнуть пытался. За смелость при его спасении анз и дали. Ох и горазд он был спирт хлестать, сержанта нашего перепить сумел. Жалко его.

— Кого? — тут же поинтересовался ребенок.

— А? Да Сашу, погиб он в первый год на Минбарской.

Совершенно по-человечески вздохнув и потрепав по голове мальчишку, инопланетянин пошел дальше проверять, все ли пассажиры пристегнуты. Мария, да и многие другие взрослые, ставшие свидетелями разговора, с удивлением смотрели ему вслед. Как-то оно совершенно из головы вылетело, что вообще-то и Мши с людьми воевали. Причем даже по меркам этой, не отличающейся продолжительностью жизни, расы дело было совсем недавно. Вот, собственно, живой свидетель тех событий.

— Странные они, медали за спасение дают, а не за победы, — тихонько сказал подросток соседке, судя по внешнему сходству и возрасту, сестре.

— Дурак ты, — пихнула она его в бок локтем, — а они правильно все делают. Жизнь ценят, а не смерть. Как будто мало ее вокруг, — вдруг всхлипнула девушка.

— Экипажу занять места по боевому расписанию! — вдруг рявкнул голос капитана.

— Мама, смотри, они стреляют! — тут же сообщил другой детский голос.

Корабли Мши, достигнув транспорта, сманеврировали. В результате чего оба оказались за ним. Теперь же одно судно шло рядом, а второе, приотстав, разместилось за кормой. Что именно произошло, и как, пассажиры не знали, все, что они видели — это итог. Впрочем, догадаться, что минбарцы атаковали маяк и буи было, в общем-то, не сложно. Вот только вместо эффекта устрашения они добились совершенно иной реакции. Переоценили костеголовые себя, просчитались.

— Ого! — удивленно воскликнул подросток, когда первый же возникший в воронке минбарскй крейсер был за пару секунд разнесен на куски ударившими в него лучами.

— Так их, рогатых! — воинственно крикнул малыш, сжимая подаренную пластинку, радуясь, когда еще три страшных корабля плохих пришельцев вспыхнули солнышками.

— Вот это скорость, — хмыкнул седой мужчина с протезом, когда прикрывающий корму транспорта крейсер умудрился разминуться с лучами минбарца.

— Вот гады, — стукнул кулаком подросток, когда сошедшиеся на только что удачно уклонившемся корабле лучи разорвали его на части.

Не ждавшие столь теплого приема минбарцы растерялись. Четыре корабля эскадры погибли, даже не покинув воронки перехода, а уничтожить удалось лишь одного врага. Да и тот умудрился от первого удара уклониться, да и вообще, весьма изрядно в прицелах расплывался. Уничтожать его были вынуждены совместным залпом те, кто еще не разрядил главный калибр. Как-то не ожидали они столь грозного противника тут обнаружить.

Оставшийся в одиночестве крейсер праздновать труса не стал. Обманчиво неспешно повернулся, прикрыв своей тушей транспорт, и полоснул пару кораблей Минбара лучами, вскрыв их корпуса на две трети длины. Последовавший за этим залп пушек лег точно в пробоины. Этого уже корабли костеголовых не пережили, и разлетелись на мириады обломков. Продолжив разворот, крейсер вновь ударил смертоносными лучами, на этот раз вонзая их в скулу лишь одного судна, пара секунд, и Шарлин, пробитый насквозь, стал воспоминанием. Новый залп пушек совпал с ответным ударом врага. Последний защитник транспорта вспыхнул сверхновой, но и посланные его излучателями разряды нашли свою цель. Пусть вражеский корабль и уцелел, но бойцом он быть перестал. Да и вообще, смотрелся каким-то оплывшим и обгорелым.

— Вот это размен, — восхитился седой ветеран. — Теперь и помирать не так обидно.

— Ничего мы не умрем! — возразил малыш, которому явно не пришлись по душе слова странного дядьки.

— Конечно, не умрем, — прижала ребенка мать, закусив до крови губу, чтоб не завыть.

— Держитесь крепче, выводим двигатели на запредельный режим, — сообщила громкая связь, и на пассажиров впервые за все время навалилась тяжесть, а шарик планеты начал заметно быстрей расти в размерах.

— Догоняют, гады, — ругнулся подросток, следя за цифрами на экране.

— Со ста тысяч ударят, — вздохнула его сестра. — Хоть погибнем мгновенно.

— Ничего мы не погибнем, — буркнул ребенок, наконец-то вывернувшийся из материнских рук. — Нам слово дали, а все знают, что Мши своего слова не нарушают, и вообще: вот, — показал он соседям анз.

— Конечно, — кивнула девушка, вымученно улыбнувшись, — я просто трушу немного.

— Не бойся, я тебя защитю, — важно кивнул малыш, и от этой сценки многим стало как-то легче смириться с неизбежным.

* * *

Естественно, что такое событие, как нападение Минбара, не могло пройти мимо моего внимания. Так что следил я за ним пристально, но, к сожалению, помочь лично не мог. Был бы в системе хоть древний желудок, смог бы врезать гадам по мозгам, но Мши для этого не годились. Если бы еще в гипере, да и там, не факт, что получилось бы. К сожалению, пси-манипуляции имеют свои ограничения. Проще говоря, количество особей качество не заменяет от слова совсем. Однако, не все было безнадежно. Пусть мои корабли и не успевали, но вот десяток тарелочек Врии как раз был рядом, они от Ксонов в колонию тащили посевной материал, племенную живность и просто пожрать. Полная автономия мной была признана нецелесообразной, да и невозможной при поддержании приемлемого на мой взгляд уровня жизни, так-то, благодаря химии на тех же площадях жить могли бы и в десять раз больше разумных. Весь вопрос теперь был в том, как поступят серенькие.

* * *

— Вот! Я же говорил! — обрадовался мальчик, когда вокруг транспорта засверкали лучи открывающихся воронок перехода.

— Врии, — разочарованно выдохнул ветеран.

— Рогатые! — вскрикнул парень, когда заветная цифра дистанции прошла отметку в сто тысяч километров.

— Не может быть! — вскрикнул какой-то мужик с бородкой и в старомодных очках, когда сразу две «тарелочки» метнулись вперед, закрывая собой корабль с беженцами, и тут же погибли, приняв удар минбарских лучей.

Я, честно говоря, с ним был всецело солидарен. Одно дело просто раскатать совсем уж обнаглевших костеголовых и другое — вот так.

— Да! Сдохните, гады! — заорал подросток при виде того, как от восьми кораблей Врии, вставших перпендикулярно, ударили частые импульсы, слившиеся в настоящую огненную реку.

* * *

Неожиданным оказался героический порыв сереньких, впрочем, у них свой кодекс и мораль. Последняя гражданская война, если таковой противостояние их гильдий можно считать, была из-за истории сродни Шекспировской. Ромео и Джульетта в исполнении головастых большеглазых гуманоидов на фоне термоядерных взрывов, такое старине Уильяму точно не снилось. А лихо они минбарцев отоварили. Уничтожить не уничтожили, но те изрядно огребли, и просто сбежали, кто смог. Остальные подорвали себя, хотя могли бы и еще парочку, а то и тройку тарелок уничтожить. Из дюжины явившихся по шерсть ушли всего двое, да и тех под ноль оформили, рога поотшибав.

Надо ли говорить о том, что в результате этой акции Минбар потерял остатки авторитета? Во-первых, попрание всяческих норм закона, верней, учитывая видовое разнообразие юридических систем, — понятий. Как-то этот блатной термин больше суть отражает. А беспредельщиков никто не любит. Во-вторых, фактический разгром, да еще численно равным противником. Это просто все. Дно. Эпичный провал тысячелетия работы над имиджем. Кто их теперь бояться-то будет? Особенно чувствуя за спиной поддержку других. А уж в том, что Мши с большим удовольствием начнут боевые действия, никто и не сомневался. Да и Врии с радостью поучаствуют, причем похоже, что даже и без нас полезут. И вишенка на гроб костеголовых — попытка списать все на недоразумение и дурную инициативу отдельных командиров. Нет, я, в принципе, даже верю, да что там — просто уверен, что эта акция не была санкционирована Серым Советом. Вот только их готовность выдать виновных… Тьфу, себя даже люди так не вели. Просто сплавляли на передовую, отправляли кровью искупать ошибки. Вообще, готовность выдать своего чужакам большинством рас весьма негативно воспринималась. Все же, в галактике вовсю работал стайный принцип. На текущем этапе развития большинства разумных видов такое чуть ли не самым серьезным проступком считалось.

Лезть в войну мне, честно говоря, не хотелось, люди-то еще не побеждены, но и утереться как-то не получается. Оставалось тянуть время. Созвал экстренное заседание совета Лиги, заранее обозначив повестку дня. Мши подняли срочный вопрос об освобождении ими руководящих должностей. Объяснялось это просто и понятно. Не можем же мы воевать с костеголовыми и при этом подставлять под удар межвидовое объединение, неправильно оно как-то будет. А вот дальше началась веселуха. Кто бы сомневался, что Врии с Аббаи, и Бракири — куда же без них-то, в каждой бочке затычка ведь — тут же дополнят обозначенный нами вопрос своим. Звучал он просто: «А давайте всей могучей кучкой Минбару наваляем?». К изрядному удивлению всех членов организации, которые дружно сказали: «А давайте!», Нарн с Центавром, которые к нашей компании вообще никакого касательства, в сущности, не имели, тоже изъявили желание поучаствовать. А как забавно выглядели их постоянные представители, когда на два голоса читали весьма и весьма схожие заявления своих правительств! Естественно, они ведь не могли сделать это по очереди. Ох, хвост-мордаха, какие же они странные.

Минбар про бурное кипение и активное шевеление, само-собой, мгновенно прознал. Обалдел, офигел, если бы могли, так и поседели бы, наверное. В любом случае, в успех переговоров они как-то не верили. Еще бы, у самих в глазу натуральная лесопилка трудится. Люди-то давно с ними замириться пытаются, собственно, с самого начала войны орут на всех частотах, вот только костеголовые их предпочитают не слышать. Как известно, каждый судит по себе, вот они и решили, что их тоже не услышат. В принципе, начни говорить орудия, так оно и будет. Против Лиги, да еще в комплекте с Нарном и Центавром — хотелось бы поглядеть на этих союзничков, вот смеху-то было бы — они явно не потянут. В свое время Тени аналогичному союзу проиграли, что уж про Минбар говорить. Костеголовики четко понимали, что им, вполне возможно, будет полный карачун, если Ворлон не подсобит, да и то кое-какие сомнения имелись. Уж их-то, в отличие от землян, никто спасать и по колониям расселять не станет.

Короче говоря, давление достигло критической отметки. И могло бы рвануть, окончательно похоронив канон, но тут Минбарцы нашли оригинальный выход. Собственно, понимая масштаб надвигающихся проблем, они решили в темпе разобраться с имеющимися. По-простому — заканчивать войну с людьми. Штурмовать изрядно укрепленный и до зубов вооруженный Марс они не стали, рванули напрямую к Земле. Логично, в принципе, вот только на кой-черт было продолжать стрельбу, я как-то не особо понял. Хомо-то, конечно, радовались, что Минбар вот-вот того же напитка, что и они, отведает, но терять родной мир не хотели, и без проблем бы замирились. Инерция мышления, что ли, сказалась? Или древние ископаемые, на флагмане засевшие, чего-то там совету нашептали? Кто же его знает-то.

В итоге, закончилось все вроде бы и по канону, но странно. Случилась так называемая Битва на Рубеже, в которой землян в пух и прах разбили, но под конец взяли да и сдались. Причем, к изумлению и обиде многих — капитулировали минбарцы. Они, кстати, реально, как и в кино, выловили Синклера, помахали перед носом каким-то засветившимся треугольником, после чего заблокировали бедняге память и радостно объявили: «Мы сдаемся!». Дальше была политика, земляне выступили посредниками для урегулирования конфликта между Мши и «побежденными» минбарцами. Цена вопроса — возврат победителю всего им потерянного. Тот еще водевиль.

В ходе спонтанно начавшихся многосторонних переговоров всех со всеми, трансформировавшихся вообще в черт знает что, все как-то сами собой пришли к выводу: нужно удобное место для такого вот формата общения. Нет, ну реально, у нас тут форум с участием чуть ли не сотни разных рас случился, а проводим его в космосе между обломками, да еще и у Земли. Она для многих, между прочим, тот еще медвежий угол. Договорились в итоге до межвидовой космической станции, где будут постоянно присутствовать наделенные полномочиями говорить от лица расы послы. Строят и формально управляют люди, — они же «победители», ну и мне что-то банально лень, — финансируют минбарцы, нужно же хоть какие-то контрибуции с «проигравшего» стрясти. Эх, человечки-человечки. Все остальные-то пользуются плодами чужой войны, и в ус себе не дуют.

По мелочи с костеголовых стрясли немного за моральный ущерб, причем всей Лиге скопом и отдельным ее представителям в частности. Как они зубками-то скрипели. Впрочем, у нас особо довольных тоже не было, многие рассчитывали, и небезосновательно, куда больше по итогам войны урвать. Перебьются, не доросли еще. Что-то я себя прям Тенью почувствовал. Сменить, что ли, цвет шкуры, а то ведь даже внешне на этих реликтов смахиваю. Хм, как там было-то, кажется что-то про бытие, определяющее сознание? Мм, а может, все дело в этом? Пусть большую часть времени я провожу как Мши, но ведь и тело и все прочее у меня совсем не гуманоидное. Ну, насчет «как Мши» я все же загнул, полноценным вселением это назвать нельзя, оно мне вообще недоступно. Не считать же надевание куртки вселением, пусть даже ты все ее ощущения разделить можешь.

От приступа философии отвлекли Ворлоны, открыто явившиеся к костеголовым. Минбарцы дружно впали во что-то вроде религиозного экстаза и с почтением внимали внушению пастырей своих. Те их немножечко пожурили: «Мы вас не тому учили, вы должны быть умней, терпимей, выше, сдержанней, понимать, действовать не на эмоциях» и прочее бла-бла-бла. Воинам четко порекомендовали завязывать с дебильными традициями, и вообще заняться пересмотром своих приоритетов. Похоже, ворлонцев сильно припекло, раз они не загадочно и многомудро вещали, а явные указание давали. В общем, криво-косо, по ухабам, но эту часть канона мы проехали. Правда я в итоге все больше начал задаваться вопросом, а нужен ли мне вообще этот канон?

Глава 18. Вавилон 1, 2, 3, 4

Настало время собирать камни. В отличие от канона, Земле и Минбару тут досталось существенно сильней. А ведь еще и межвидовая станция ресурсы вовсю отжирает. Я бы ее и сам без проблем отстроил, но мне нужно было, чтобы этим занимались люди. Очень уж хотелось на Великую Машину поглядеть. Самому же ее искать — долго, нудно и очень муторно. Было решено помочь обеим сторонам ресурсами и рабочими лапками. Человечество не отказалось, еще бы они стали выкаблучиваться, не в их ситуации нос задирать. Минбар, что примечательно, тоже не возражал. Видимо, внушение от ворлонов сказалось. Политику открытых дверей они, конечно, не начали, но и стену отчуждения порушили. Правда ее и было-то, той стены, один фундамент да обломки зубцов. В общем, понемногу, по чуть-чуть, начались контакты и поползло взаимодействие. Вот и ладненько, спешить мне некуда, еще лет десять, а то и больше, точно есть.

Строить огромную космическую станцию — дело сложное. Особенно тем, кто в этом ни бум-бум. Земля вообще «чистым» пустотным строительством занималась лишь постольку-поскольку. Те же верфи они предпочитали на безвоздушных спутниках с минимальной гравитацией располагать. В солнечной системе все подходящие планетоиды уже были под что-нибудь, да приспособлены. К тому же, с опытом создания именно межвидовых колоний у людей было совсем никак. Мши и зерги им, конечно, помогали, но по самому минимуму. Пусть учатся или вон Минбар трясут, у тех-то кое-какой опыт есть. Но тоже, честно говоря, весьма незначительный.

Первые два Вавилона я был готов уничтожить лично, но люди сами справились. На Земле вследствие войны всяких террористов-экстремистов расплодилось, мама не горюй, да еще и борцы за свободный Марс воду вовсю мутили. Особенно повеселили два движения. Первое требовало немедленного вступление Земли в Лигу Миров, эти были довольно мирными и вменяемыми, особенно с учетом их численности. Я, кстати, недавно только обратил внимание, что за прошедшие годы из названия межвидового союза как-то «неприсоединившихся» выпало. Даже в официальных документах его уже нет. Забавно. Вторые борцы за счастье всех людей ратовали за закрытие границ и самобытность. Причем считали, что для этого непременно надо перебить всех тех, кто был нами в ходе войны спасен. Добраться только до них не могли, поэтому ограничивались мелким и не очень, по обстоятельствам, терроризмом на собственной территории. Назвал бы их просто психами, не будь их столь много, и не имей они поддержки в верхах.

Со спасенными все тоже было интересно. Колонии-то получились у нас вполне себе моновидовые и по умолчанию интегрированные в экономику Лиги. Причем встроили мы их весьма качественно, оттого и сами они живут хорошо. Другие расы банально повторили наш подход, вследствие чего на их территориях образовались солидные человеческие анклавы. Покумекали мы всем советом, да и дали этим колониям статус свободной экономической зоны, наградив их широкой автономией. Фактически, вручили независимость. Все равно, им с подводной лодки деваться некуда. Зависимы они от нас. Впрочем, беженцы никуда и не рвались. Кто хотел, те первыми же рейсами на территорию Земного Альянса отбыли. Таких всего процента полтора от общего числа оказалось.

Кое-кого, правда, пришлось нам на выход попросить. Земные спецслужбы, и в особенности, агенты Пси-корпуса, нам были совершенно не нужны. Пускать их на материалы для опытов не стал, как и внедрять псевдоличности с разными закладками. Это бедолаг от потрошения своими же не спасло, но тут вопросы не ко мне. Пусть там хомо сами как-нибудь разбираются. Мне довольно и того, что и так не особо великие силы контрразведки будут в ближайшее время плотно заняты. Разведка, полагаю, тоже притормозит, пока не поймет, как это мы их шпионов так лихо выявили.

Фактическое обретение свободы десятком человеческих колоний не прошло мимо внимания марсиан. Сердца патриотов красной планеты забились боевыми барабанами. Под гул этих натуральных тамтамов они устроили с полдюжины диверсий и провели с полсотни разных акций саботажа. Собственно, второй Вавилон и стал случайной жертвой борьбы за справедливость и независимость. Вот не понимаю я землян, чего они за красную планету так держатся? Еще какой-то смысл во всем этом был, пока люди в большой космос не выбрались, а сейчас-то это зачем? Ведь без Земли Марс, если и не загнется, то будет даже не существовать, а натурально прозябать. Так дайте вы ему свободу, но привяжите к себе намертво экономически, тем более, что для этого и делать-то почти что ничего не надо. Красная планета и так изрядно зависима от внешних поставок. Какие-то пережитки колониальной системы, спроецированные на космическую эру. Глупость и взаимная упертость парочки баранов.

Свободные колонии человечества, видимо, в силу особенностей населяющего их контингента, и не иначе, как под влиянием общности судеб, быстро друг с другом связались и при нашей минимальной помощи организовали большой саммит, на котором между собой договорились и провозгласили Союз Людей. Хомо галактикус, блин, отцы-пилигримы какие-то. Впрочем, мне и остальным было все равно. Вот кого это капитально раздражало, так это власти Земли. Правда, как раз на Земной Альянс новоиспеченный Союз плевал с высокой башни и демонстративно игнорировал. Иррациональное поведение всегда было свойственно человеку. Ведь понимают же, что при всем желании собратья по виду им в свое время помочь никак и ничем не могли, но все равно, обида внутри сидит, и жить спокойно не дает. Ладно хоть, они ее в мирное русло направили, и активно пытаются реализовать подход: жить надо так, чтобы другие завидовали, но сделать ничего не могли. Сделать это наши хомо предпочитали через становление полноправными членами Лиги.

В принципе, никто и не против был их принять, достаточно подмахнуть пространный договор и, в общем-то, добро пожаловать. Единственное препятствие, которое им Мши, с полного одобрения и по инициативе остальных, как председательствующие, организовали — необходимость выкупить системы, где они обитают. Цены были назначены завышенные, но в общем-то, справедливые. Все же простой компенсацией стоимости колонии никто обходиться не желал. Что, в принципе, и понятно. Союз против этого не возражал, засучил рукава, и за дело взялся. Особо серьезными производствами колонии мы не снабжали, изначально рассчитывая сделать их источниками сырья, но и отказывать в приобретении заводов-фабрик смысла не видели. Пока что хомо радуют всех нас поставками дешевого сырья и разными простенькими полуфабрикатами. Тем не менее, планы у них серьезные и неплохо проработанные. Автоматизация, помноженная на трудолюбие и простимулированная целью — что еще надо для великих свершений? Лет через пятьдесят, глядишь, и управятся. Пока они что-то вроде ассоциированных членов с правом совещательного голоса. Это им и кнут, и пряник, и даже в чем-то поводок.

Третий Вавилон благополучно разлетелся на куски. На этот раз, не иначе как разнообразья для, причиной стал террорист-минбарец. Некий Тарлан, потерявший на войне семью и немного на этой почве сошедший с ума, умудрился разжиться компактным диверсионным зарядом на основе антиматерии. Эта штучка даже для Минбара была той еще экзотикой, при этом никто не ожидал, что простой рабочий из соответствующей касты просто так придет на военное производство, пристрелит интенданта-кладовщика, и заберет, что вздумается. Также никто не ждал от работяги навыков пилота и угонщика, а зря, он как раз на ремонте подобной техники и специализировался. Полным же апофеозом стало наличие у мстителя голографического маскирующего устройства. Где и как он его достал, насколько мне известно, выяснить так никому и не удалось. Тестовый запуск реактора Вавилона-3 оказался очень неудачным, хотя тут смотря для кого. Тарлан, за которым шла погоня, полагаю, был ему весьма рад. Все же, малое диверсионное устройство, пусть и на антивеществе, огромную станцию не уничтожило бы. Другое дело, когда еще и работающий реактор подорвать удается.

Гибель третьей станции стала болезненным ударом по земному правительству. Удержалось оно лишь чудом и нашим материальным вспомоществованием. Люди и так-то были весьма недовольны послевоенной разрухой, на удивление быстро позабыв, что едва и вовсе не стали историей. Оппозиция весьма умело манипулировала мнением обывателей и передергивала факты. Явных подтасовок еще не было, но чувствую, скоро и до этого дойдет. Игры с цифрами относительно расходов на строительство Вавилонов уже понемногу начались. Реваншистские настроения пока еще не пользуются популярностью, однако мелкие политики и разные приближенные к верхам информированные источники уже начинают изредка позволять себе высказывать частное мнение на этот счет. Все это совершенно не нравилось тем, которые умели видеть и понимать, читая между строк.

Многие люди, из тех, что ратовали за вступление в Лигу, все чаще предпочитали потихоньку собирать вещи и отправляться в колонии Союза. Отказывать им было невыгодно. Среди них имелось много вполне себе компетентных специалистов. Поэтому Лигой и членами правительства Союза было принято решение помочь и поддержать, заодно и процесс упорядочив. С некоторой натяжкой это можно было назвать утечкой мозгов. Кто-то этих эмигрантов презирал, кто-то люто завидовал, большинство же было, как всегда, равнодушно. Поразительно за людьми со стороны наблюдать, ведь немногим больше пяти лет с войны прошло, а смотри ж ты, опять возникла огромная масса обывателей со жвачкой вместо мозга и мнением из телевизора.

На четвертую попытку построить межвидовую станцию Минбар оперативно выделил средства и даже не поскупился на проектировщиков и конструкторов-разработчиков. Внешне это выглядело логично, все же акт терроризма их собственный соотечественник совершил, но вот меня, помнившего о судьбе Вавилона-4, начали терзать смутные сомнения. А все ли там чисто, и не помогли ли товарищу провернуть это дело высокие инстанции? Впрочем, третья попытка человечества все равно была обречена на провал. Я и сам готовился диверсию устроить, а то как-то очень уж волнительно было от того, что станцию почти достроили.

Была у землян в связи с образованием Союза и еще одна большая проблема. Из-за войны они изрядно потеряли рынки сбыта. Восстанавливали свою экономику они, конечно, быстро, тем более что и мы им помогали, да только вернуть утраченное им плохо удавалось. Одним из серьезных факторов, повлиявших на создание колоний для беженцев, как раз и было желание восстановить поставки земной продукции. А так как в нынешних условиях логистическое плечо изрядно сократилось, то к Альянсу никто особо кораблики гонять не рвался. Сами-то они в первую очередь военный флот восстанавливали. Пиратов и разных залетных рейдеров хватало, от нашей же помощи они отказывались. Решили, видимо, что если их еще и корабли Лиги охранять начнут, то они совсем от нее зависимы станут. Не могу их за это осуждать, хотя бы потому, что сам не уверен, воспользовался бы ситуацией или все же воздержался бы.

Для борьбы с техническим отставанием Земля ассигновала огромные средства на ксеноархеологию. Слишком уж большие, на мой взгляд. Лучше бы они их вложили в фундаментальную науку, а не пытались разобраться с трофеями Минбарской войны и древностями разными. Ладно, пусть балуются, глядишь, со временем и поймут, что ценно лишь свое, а не стыренное чужое, кое-как повторенное. Дрази же поняли, а ведь они, по мнению большинства разумных, особым интеллектом не блещут. Во всей этой исследовательской мути, затеянной людьми, мне была интересна лишь экспедиция на Захадум. Как-никак, там Тени обитают, Дракхи водятся, какой-то древний тип где-то в пещерах сидит, может и еще чего интересного имеется. Впрочем, пока они даже на Марсе крейсер не откопали. Найти-то нашли, но тот довольно глубоко зарыт оказался. Что самое удивительное, они его при помощи банального ультразвука обнаружили. Вот она, сила примитивных технологий. Копают нынче понемногу. Успехов им, я пока издали посмотрю, да другими делами позанимаюсь.

Удалось начать свой проект по созданию самостоятельной расы. Подходящая планета нашлась в зоне экспансии зергов, что не слишком удобно, но зато там был вид, схожий с земными волками, который после вмешательства в геном стали изрядно напоминать «оборотня», которого в свое время людям показали. Конечно, в космос они еще не скоро выберутся, ну да куда мне, биологически бессмертному существу, спешить? Совершенно некуда. Я тут, кстати, заметил интересный факт. Мое пси-поле понемногу начало влиять на всю нашу расу, отчего даже рядовые члены роя стали заметно умней. Конечно, ни о каком самосознании пока и речи не шло, но все же тенденция, однако. Впрочем, тут стоит не про ум говорить, а скорей про разум, личность, самосознание, и все такое. Да и не совсем понятно, мое ли только тут влияние или же я лишь своеобразный резонатор-концентратор.

Разумных зергов нынче много развелось, и все они так или иначе через меня, или связанные со мной структуры, взаимодействуют. Пусть, в общем и целом, тело, отдаленно на Чужого смахивающее, и сохранилось, но как-то совершенно естественно обзавелось кучей отростков, этакие корешки из пси-ткани, которые подключены к «коже» гнездилища, а через нее имеют соединение с пси-мозгами, био-искинами, и много чем еще. Башня-термитник давно уже в натуральный комплекс, на небольшую горную гряду смахивающий, превратилась. В нем кого только не водится и чего только не делается. Впрочем, нечто схожее почти на каждой старой колонии образовалось. Только там до сих пор огромное внимание и силы на изменения условий планет тратят, или на адаптацию нашей расы к имеющимся. Все же маточники, хоть и заметно усовершенствовались благодаря генам и знаниям королев Гейма, но до сих пор не идеальны. Опять же, различная хозяйственная и научно-исследовательская деятельность вовсю идет. В общем, стремимся к идеалу, следуя инстинктам и потакая собственной природе. Это не хорошо и не плохо, а просто есть. Боюсь, что без моего направляющего влияния, зерги, даже и полностью разумные, так и будут бесконечно полировать имеющееся, непрерывно его улучшая.

Ллорты преподнесли сюрприз. Они, оказывается, не только лишь моря и океаны Эдема осваивали, и парочку планет, для них ледяными кометами-астероидами обработанную, но еще и активно наукой занимались. В принципе, «братики» особо никуда не лезли и вообще были в нашем скоплении малозаметны, да и в Лиге не отсвечивали, однако же, вот он результат, прямо передо мной. Верней, перед одним из кораблей, что я сейчас использую в качестве виртуального тела. У них вообще был оригинальный подход к вопросам обеспечения энергией кораблей. Вместо реакторов были этакие батарейки из кристаллов, выращиваемых измененным до неузнаваемости лишайником с родины. Вот на их-то основе, и опираясь на данные, полученные с икарианских технологий и наших с королевами наработок, они и создали это.

Как обозвать кристалл, способный запасать прорву энергии, обернутый сложнейшей полуорганической многослойной структурой, призванной перерабатывать чуть ли не все нам известные виды излучения, я даже и не знаю. Если же учесть, что это могло работать и в обратную сторону, то мне лишь оставалось хвост жевать. Впрочем, не мне одному. Спектр возможностей использования был настолько велик и обширен, что обещал полностью изменить все технологии, имеющиеся у Зергов, Геймов и самих Ллоротов. Пожалуй, это сродни освоению энергии атома будет. Подвесить станции зарядки возле звезды, и лет за пять-семь в каждом полутораметровом кристалле будет столько же запасено, сколько за год не каждый термоядерный реактор выдать может. Осталось только доработать технологию выращивания, а то больно уж она медленная и затратная.

Полагаю, если изрядно пожертвовать универсальностью, дело пойдет легче. В любом случае, кому этим заниматься у меня есть. Вот и назначим данному направлению высший приоритет. Отвлеку часть кадров с других направлений, да и вообще, пожалуй, увеличу их число путем клонирования и пересадки психоматриц. Решение не лучшее, но тут вот-вот должны новые материалы поступить, а молодежь из нового улучшенного поколения разумных еще не готова. У Геймов тоже очередная вертикаль исследователей не вызрела еще. Несколько досадно выходит, ну да ладно, переживем, время терпит. Его еще как минимум на одно улучшенное поколение хватит. Жаль, самому им заняться некогда, приходится вновь на делах Лиги сосредотачиваться. Бюрократы мои пока еще маленькие, и вообще, в стадии экспериментов находятся. Несмотря на внешние и внутренние различия, они у меня такие лапочки, такие зануды и педанты, так бы и передушил их всех от избытка чувств. Впрочем, некоторые подают надежду, так что пусть поживут пока.

Большой проблемой начал становиться Корпус Мира, слишком уж рьяно в него стремятся разумные попасть. Уж очень хорошее в его академиях образование дают и, главное, оно там бесплатно. С учетом мирного времени и минимальных рисков гибели за время обязательного контракта, образовался огромный конкурс. Сложность же в том, что члены Лиги, желают увеличить его численность. Технических препятствий к этому нет. Проблема в Тенях. Я с трудом представляю, чего от них ждать. Уже сейчас им придется очень сильно постараться, чтобы войнушку устроить. Ладно, Нарн с Центавром стравить, это дело не хитрое, сами с радостью друг другу в глотки вцепятся, но вот Лигу расшатать — это же надо Мши сперва перебить. А лично я буду сильно против, как и десятки соседей.

Больно уж им всем комфортно с такими уникумами дела иметь. Идеальная раса миротворцев у меня вышла. Добрым словом и тяжелым излучателем, да с заемными пси-силами, любой вопрос к обоюдной выгоде сторон решить могут. Хотя бы потому, что иной раз лучше бодающихся видов понимают, что кому реально надо. Не раз уже было, когда вроде как оставшиеся недовольными, потом с удивлением языками восхищенно цокали. Или ластами били, тут у кого что в культурной традиции прописано.

Проекты расширения Корпуса Мира, хоть и с некоторым трудом, но удалось спустить на тормозах. Точнее, он был расширен, причем радикально, вот только не за счет боевых подразделений. Появились спасательная служба и что-то вроде МЧС, возникла медицинская. Развернулась научно-исследовательская. Под институты, занимающиеся вопросами гравитации и изучающие гиперпространство, Мши целую колонию отстроили, а зерги начали проект преобразования планеты. На эти два проекта удалось направить изрядное число кадетов. В итоге очень быстро вырос солидный такой наукоград на двадцать миллионов разумных. Хомо из Союза в нем тоже присутствовали. Не мог же я им отказать, да и не хотел. Интересно, а Ворлоны мне хоть грамотку какую от щедрот выпишут? Как-никак, я тут их любимый орднунг вовсю насаждаю. Впрочем, от этих разве дождешься? Они вон и от Минбарцев улетели, видимо решать, как дальше жить.

Корабль Теней земляне откопали, с хозяевами в контакт вступили, и за кое-какую информацию его им передали. Вот только при этом не забыли маячок к улетающему судну прицепить. Самыми умными себя считают. Не могут они мимо граблей пройти, обязательно наступить надо, убедиться, что по лбу больно ударят. Как будто сразу не понятно, что те, кто строит такие корабли, любой сигнал от примитивной техники отследят. Впрочем, это не мои проблемы. Когда человечки космолет древних апологетов хаоса откопали, я его внаглую просканировал и быстро смылся. Засекли мой корабль быстро, но догнать элементарно не сумели. Кому предъявлять претензии — возможно, и догадывались, да только не рискнули связываться, а может и просто не стали возиться, прекрасно понимая, что будут посланы в пешее эротическое по буеракам зигзагообразным маршрутом. Станут настаивать, так и реально прогуляются, а не виртуально в мыслях.

Само по себе сканирование дало мало. Верней как, данных было вагон и огромная телега, но все они были какие-то неоднозначные. Ладно, пусть аналитики думают, может и сделают какие выводы. Вычислительные мощности у них огромные, что-то полезное обязательно выявят. Тем более, что мы попутно и с человеческих компьютеров всё ими наработанное сняли. Самому мне было куда интересней проанализировать ощущения от корабля Теней в пси-диапазоне. Страх, боль, даже ужас, но, что особенно поразило — смерть. Собственно говоря, последнее больше всего удивляло. Получалось, что материал, из которого судно сделано, имел какое-то отношение к ПСИ, просто ничем иным объяснить эти эманации невозможно. Похоже, на счету конкретно этого крейсера были даже не десятки, а сотни тысяч жертв. Слишком уж явно от него фонило. Хм, а ведь мне еще ни разу не приходило в голову использовать пси-нервы в конструкционных материалах. Упущение, весьма прискорбное упущение. Что ж, исправим.

Геймы выдали теорию души, довольно интересно связав ее с психоматрицами. Была она, к сожалению, неполна из-за нехватки данных, но смыслом обладала или, скорей, просто проясняла один немаловажный момент, отвечая на вопрос, как же связаны материальная и энергетическая составляющая разума. В общем-то, ответ был прост. Прямо они связаны. В нормальном и естественном виде, первое создает второе, вот только ничто не мешает цельному второму прицепиться к первому. Фактически, королевы создают специализированных особей, через тела, «программируя» будущую «душу», тогда как я ее тупо приживляю на основу. Все мои первоначальные эксперименты по выращиванию, клонированию и воспитанию, были грубым и довольно топорным повторением того, что Геймы создают. Ну, в принципе, у меня тогда просто не было готового шаблона с мозгами, способными разум породить, а дальше я уже как-то по инерции действовал. Даже и не приходила мысль, что психоматрицу в любого жучка-паучка или там червячка подселить можно.

Был и еще один интересный момент, следующий из разработанной Геймами теории. Тело, в некотором смысле, было магнитом для подходящей «души». Это неплохо объясняло веру минбарцев о переселении их душ в людей. Ведь Вален, в сущности, из Синклера получился. Генетика у него, конечно, была серьезно изменена, но все же чистым костеголовиком он не стал. И если бы наш будущий мессия воздержался, и вообще соблюдал бы целибат, ничего такого бы и не случилось. Хм, или мессия прошлый? С этими временными петлями ум за разум заходит. Впрочем, плевать на Валена-Синклера, тут есть вопрос поинтересней. Можно даже сказать, шкурный. Касается он моего попадания в эту вселенную вообще и в одну конкретную личинку зерга в частности. Можно, конечно, допустить, что это я такой вау и супер, воля кремень и все такое прочее, но куда проще предположить, что душу телом притянуло. Нет, пожалуй, верней всего тут было обоюдное стремление. Не суть, в общем-то. Хм, давненько что-то я не вспоминал, а каково это — рожать. Хоть и брр, но придется подстраховаться. Отправить заготовку для себя в прошлое. Благо, тут как раз и люди с Вавилоном-4 заканчивают.

Четвертый Вавилон достроили. Ура, товарищи! Еще бы его не достроили, с тем количеством кораблей зергов, что его из гипера пасли, активно в головах прибывающих-убывающих копаясь. Спасать станцию я не собирался, пусть себе в прошлое проваливается, надо будет — так и лично подтолкну. Впрочем, были тут и другие кровно заинтересованные в успехе. Ворлоны от щедрот аж парочку крейсеров пригнали, и в сторонке подвесили. В сериале, помнится, Тени попробуют Вавилон-4 уничтожить, чему героически помешает Белая Звезда. Хотя какой там героизм, внезапной атакой угробить несколько истребителей, транспортирующих бомбу. Ладно, не стоит принижать мужество героев, временной сдвиг — это само по себе весьма и весьма опасное дело. Снять интереснейшие показатели тахионного излучения, приводящего к нему, будет интересно и чисто с научной точки зрения. Теорию времени разработать, бесспорно, полезно, но вот играться с ним не стоит. Все может закончиться коллапсом, пусть и не вселенского, и даже не галактического масштаба, но мне как-то без разницы, от чего именно гибнуть и сколько невинных с собой прихватывать. А потому, ну его нафиг.

Немного ожидания и скучных записей, которые я просто игнорировал, без меня разберут, и вот оно — окно в пространстве-времени. Стабилизатора у меня нет, но корабли должны временные скачки выдерживать. Так что, закусив хвост, двигаем понемногу в разлом. Первый корабль прошел горизонт, и тут же с ним был потерян контакт. Унесло бедолагу куда-то в прошлое, еще до моего тут появления в том виде, в котором я смог бы с ним связаться. Не страшно, на каждом судне есть пси-мозг, фотонный и биокомпьютеры, а также совсем уж примитивный вычислитель. Кто-то да довезет капсулу с посевом. Увы и ах, из десятков кораблей, ни один так и не вышел на контакт. Все, что мог — наблюдать через пассивные датчики, как появившаяся Белая Звезда расстреляла истребители Теней, после чего пристыковалась к Вавилону и вскоре тот ухнул в прошлое. Временной разлом закрылся, Ворлоны отчалили в сторону своего сектора, а мои кораблики понеслись хватать немногие остатки чуждых технологий, что на его месте образовались. Чертов Шеридан и Ко, могли бы и аккуратней стрелять. Гибридные орудия от МЛА Теней одни ошметки оставили. Почти прожаренные отбивные, хны-хны, я в печали.

Жутики неспешно жевали подобранное, пока несущие их корабли делали вид, что убегали от «случайно» пролетавшей рядом эскадры Мши. Которая, естественно, примчалась, отреагировав на аномалию и сигналы бедствия. Дабы не портить имидж и не ронять авторитет, тушканчики мои космические ловко выгнали преследуемого «неизвестного» на эскадру миротворцев, которая благополучно и упустила «чужаков». В общем, вай-вай и бяда-бяда, огорчение. И, таки да, корабли Теней весьма активно в своей основе используют пси-ткани. Интересно, а могло ли кого из моих посланцев на миллиард-другой в прошлое унести? Мм, ну, теоретически могло, пожалуй, он бы даже это пережил, наверное. Впрочем, такими вот загадками лучше не задаваться. Можно ведь и сна лишиться, стресс заработать, а от него шерсть выпадает, шкура тускнеет и когти тупятся. Это лишь особые нервы очень крепкие, в отличие от обычных, так сказать, общеупотребительных.

Бойцы Корпуса Мира за то, что упустили чужаков, получили нагоняй и были как следует наскипидарены. В результате чего и без того нелегкая жизнь пиратов и прочих подобных элементов стала совсем грустной. Миротворцы свирепствовали, делом доказывая, что не даром свой хлеб едят. Поклонникам веселого Роджера и раньше-то приходилось в глухомани скрываться, совершая налеты более чем осмотрительно, а каждая акция давно уже стала русской рулеткой с пятью патронами в барабане. Теперь же сбыть добытое незаконным путем стало вообще негде. Просто ужас, а не вольная жизнь джентльменов удачи. А все Мши, неподкупные и кристально честные. После того, как их оперативники за руку целого короля расы Фруннов поймали, а бойцы прибывшей на место эскадры Корпуса Мира его без лишней волокиты пристрелили, попутно флот обороны столичного мира снеся, бедняги последней поддержки нечистых на руку высокопоставленных особ лишились. Впрочем, как раз через таких вот субъектов мы на них чаще всего и выходили. Тренировали экипажи в стрельбах в условиях, приближенных к боевым. Ведь ни на что больше пираты и не годились, в шахтах и без них было кому работать. Робототехника и биороботы позволяют с любой работой справиться. А где они все же не могут сами, там можно и живого обученного оператора использовать.

* * *

Великий день. Определились, наконец-то, с местом для Вавилона-5. Впрочем, мне оно уже было до лампочки. Откуда шел поток тахионов, которые дыру в пространстве-времени пробил, мы уже вычислили. Отправленная к Эпсилону эскадра с трудом, но все же обнаружила на третьей планете кучку разумов. Выслали зонды разведки, что-то не хотелось мне рисковать. Чуйка уж больно против была. Великая Машина оказалась действительно великой, чисто физически. С ее функцией, как минимум одной из многих, разобрался легко и просто. Полез, наплевав на предчувствия, мысли оператора подсмотреть и сразу же по своему разуму словил так, что аж искры из глаз посыпались. Причем огреб не через пси-мозги, а очень даже напрямую. Ни фига себе! Кто-то додумался, как паранормальщину в железе реализовать. Не полностью, слава эволюции, всего лишь на уровне усилителя, но зато какого! Это же надо, из простого телепата-гуманоида, еще небось, и не особо выдающегося, получился гаденыш, что меня через сотни парсек достал.

Хвала эволюции, сумел себя от считывания прикрыть. Все же небезгранична мощь этого мега-агрегата, что неимоверно радует. Впрочем, тут дело может быть и не в машине, а в операторе. Он, помнится, от старости загибался. Жаль, очень жаль, что тут мне ничего пока что не обломилось. Перспективы, честно говоря, туманные. Будем ждать, когда агрессивного инопланетянина на станцию припрут, а там он будет без поддержки Великой Машины, вот тогда, пользуясь бессознательным состоянием объекта, и поработаем с его разумом. Пока же нужно озадачится проблемой безопасности будущего строительства, а то мало ли что произойдет. Вавилон-6 мне и даром не нужен. Значит, пора протянуть землянам хвост помощи.

* * *

— Мистер президент, позвольте напомнить, через двадцать минут у вас прямая связь с матерью рода Мши.

— Помню я, помню, как такое забыть. Хоть примерно выяснили, что ей надо?

— Нет, но вероятно именно то, что они и обозначили как тему разговора.

— Хотят помочь с Вавилоном-5? Что же раньше-то не помогали?

— Наверное думали, что сами справимся.

— Думали они. Между прочим, это именно их идея создать международную станцию где и будет их чертова Лига заседать.

— Нам это тоже выгодно, сэр. К тому же мы, будучи управляющими станции, станем председательствовать на заседаниях и получим дополнительный голос.

— А толку с этого голоса? Ладно еще Центавр и Минбар, но Нарн-то с какого перепуга в великие расы возвели и отдельный голос дали?

— Вероятно, как противовес Центавру.

— С тем же успехом им обоим можно было право голоса не давать, все равно взаимно нейтрализуются.

— Наверное Лига на то же самое рассчитывает и в наших отношениях с Минбаром.

— И остаются Мши со своими подпевалами, два голоса против одного нашего, как председателей. По-моему, тут все очевидно, и моя предшественница сделала большую ошибку, влезая в эту авантюру.

— Вы совершенно правы, господин президент, но сами знаете, тогда у нас просто не было выбора. К тому же, есть еще и Ворлон.

— Даже если они и соизволят явиться, их участие будет формальным.

— Но голос-то у них есть.

— Что в лучшем случае все сводит к паритету и прямому голосованию народов, то есть, членов Лиги.

— Мы всегда можем отказаться выполнять любое постановление.

— Как и они. Ладно, похоже, время. Где там бумаги по Вавилону-5? Ага, вижу. Раз-раз, проверка связи.

— Все в порядке сэр, — тут же ответила голосом помощника гарнитура в ухе президента.

— Отлично, я готов, соединяйте.

— Здравствуйте, господин президент Земного Альянса, — проскрипела инопланетянка, похожая на дряхлую облезшую кошку или мышку, ассоциации при виде Мши у каждого свои возникали.

— Рад приветствовать Великую Мать Рода. Позвольте пожелать вам…

— Позвольте обойтись без протокола и политесов. Мне слишком мало осталось, чтобы тратить время на эти глупости. Да и у вас наверняка найдется немало важных дел.

— Конечно, как вам будет угодно.

— Прекрасно. Как вам наверняка известно, мы в некотором роде выступили вашими поручителями. К сожалению, ваша неспособность возвести станцию Вавилон на протяжении стольких лет бросает тень на репутацию нашей расы. Это неприемлемо.

— Мы…

— Позвольте закончить. Так вот, наш флот обследовал предполагаемые места возведения Вавилона-5. Наиболее оптимально строить его на орбите Эпсилон-3, по крайней мере, из его атмосферы можно легко получить все необходимое для дыхания большинства рас компоненты. В системе также есть планеты, покрытые льдом, из которого с минимальными усилиями можно получить воду. Мы возьмем на себя обеспечение безопасности нового строительства. Через пять ваших дней можете начинать. Надеюсь у вас нет возражений?

— М-м, нет, нас все устраивает.

— Вот и хорошо. Поспешите, не хотелось бы уйти к прародителю с несдержанным словом. Всего доброго, мистер президент.

— И вам, Великая Мать.

— Вот и пообщались, — хмыкнул глава человечества, по крайней мере большей его части, отбив пальцами дробь по столешнице.

— По-моему все вышло вполне удачно, сэр.

— Угу, если со станцией все будет в порядке, а я почему-то в этом не сомневаюсь, то кому, по-твоему, это поставят в заслугу?

— Мышам, сэр.

— Вот-вот, а мы так, сбоку к припеку, как говорят русские. Знаешь, мне иногда кажется, что эти Мши, словно паук, опутали космос и как кукольники дергают других за ниточки.

— Вы сгущаете краски, господин президент. Они ведь сами в нашем секторе пространства относительно недавно появились. Просто очень удачно поднялись на Дилгарской войне. Разжились кучей продвинутых технологий, благодаря покровителям, да и с других, пока были оккупантами, наверняка много разного полезного получили.

— Именно, Сэмюель, именно. Явились из ниоткуда, на сотне разваливающихся кораблей, даже термоядерного реактора не имели, а сейчас — короли. Даже минбарцы против них пикнуть не смеют. После того как Мши двумя кораблями шесть их уничтожили и репутацию растоптали.

— Ну, своим влиянием они не злоупотребляют и в делах кристально честны, да и слово всегда держат.

— Да знаю я все это, знаю, и не понимаю, как они при этом умудрились на самый верх пробраться. Ведь вся Лига им в рот глядит. Даже наши ренегаты, смотрят на них, как малолетние фанатки на поп-звезду. А сколько в этот их марионеточный Союз мозгов утекло? Счет-то ведь на миллионы идет! Ты же сам мне статистику готовил.

— Честность в долгосрочной перспективе всегда выигрывает, — пожал плечами помощник, — к тому же, они всегда умудряются сделать так, что всем оказывается выгодно. Пусть чуть меньше, чем могло бы быть, но результат все равно оказывается впечатляющим в сравнении с другими вариантами.

— Черт возьми, я это знаю, но я не понимаю, как этим сукиным детям такое удается.

— Может быть, приказать поработать аналитикам?

— А, — махнул рукой президент, — мы уже целый институт по Лиге завели, который на деле только Мши и изучает. Толку чуть. Их выводы ты сам только что и озвучил.

— Быть может, попробовать действовать так же? — очень осторожно решил забросить пробный камень Сэмюель, который, несмотря на свое положение, вообще-то давно подумывал об иммиграции в союз и работе по своему нынешнему хобби.

— Не выйдет, парень. Одно жулье вокруг. Сенаторы и правительство сплошь интересы корпораций и банковских кланов соблюдают, чиновники всегда готовы на лапу взять, да и народ с радостью дела через мзду и знакомства решает…

— Жаль, сэр. Позвольте напомнить: вам надо через час быть на заседании правительства, а вы еще не ознакомились с докладной.

* * *

Под защитой флота из сотни военных кораблей, с тройной проверкой грузов и ментальной — персонала, работа спорилась. Сперва возникли некоторые проблемы с поиском строителей. Все же репутация у проекта среди монтажников была отвратительной. Еще бы, их поголовье заметно сократилось в ходе первых четырех попыток. Не знаю, как там в каноне вопрос решился, наверно просто предложили тройную ставку, но после обнародования информации о том, что вопросами безопасности будут заниматься мши, и на двойную набралось нужное количество трудяг.

Большое пустотное строительство — это всегда множество проблем и куча головной боли. Люди вот, десять лет почти мучаются, но так и не научились о простом человеке думать. Жилье в отсеках типа казарма, куда народу словно селедок в бочке набито. Такая роскошь, как душ, даже руководству лишь по праздникам доступна. Денег платят изрядно, но потратить их некуда, потому цветет и пахнет контрабанда, мужикам пар кроме мордобоя и сбросить негде. В общем, это какой-то ад, человеческие методы работы в дальнем космосе.

Пришлось для облегчения тяжкой доли работяг, скоренько, всего за полгодика, возвести пятикилометрового диаметра станцию. Модули нашего производства, транспортировка традиционно на Врии, сборкой занималась сборная солянка из спецов дюжины разумных видов. Отделка — Аббаи и Центавриане, первые отлично гармонизировали варварскую роскошь вторых, в итоге получалось очень даже замечательно. Во всяком случае, подавляющее большинство видевших находили результат эстетически привлекательным. Персонал по большей части из людей и центавриан. Служба безопасности и общее руководство на Мши, коммерцию Врии с Аббаи уже обычным образом поделили. Первые взяли внешнюю сторону вопроса, вторые внутреннюю. В общем, очередной торговый узел, не первый и даже не сто первый, собрали чисто на автомате.

Пустотные монтажники, получившие возможность за умеренную плату поселиться в пусть небольшой, но собственной каюте с душем и кухонькой, а также спокойно пропускать пару-другую стопочек после смены и покутить в борделе на выходных, мгновенно перебрались к нам. Земное правительство сделало хорошую мину при плохой игре, а что им еще оставалось? Их станция по внутреннему объему лишь на треть больше выходит, строить ее еще от года до полутора лет надо, так что наш небрежно возведенный рядом узел был открытым издевательством. Сами виноваты, если о своих согражданах не думаете, сами себе злобные буратино. Мы, кстати, вполне себе начали заседания Лиги во «времянке» проводить. Аргументировали тем, что надо притираться к новому месту. Хотя, на самом деле-то, всем было фиолетово, работы хватало, а тут еще Нарны, Центавр, и Люди с Минбарцами послов прислали. Ладно хоть Ворлон не стал суетиться и лошадей гнать. Сподобился прислать коротенькое сообщение, что их представитель прибудет на Вавилон-5, когда и если его достроят. Юмористы они, конечно, так себе, но люди оценили, хоть и не поняли, что это был скорее в наш огород камешек. Что, кстати, заставляло задуматься, а так ли уж мои игры для них незаметны?

Где-то в прошлом

— Связующий, мы на месте.

— Состояние?

— Можно проводить посев.

— Начинайте.

— Выполнено.

— Курс на звезду. Возвращаемся к прародителю.

* * *

— Связующий, мир творения жив, но на его орбите чужие.

— Кто?

— Старые корабли Центавра.

— Неприемлемо. Атакуем.

— Есть.

— Враг бежит.

— Один из крейсеров вошел в атмосферу, другой готовится к прыжку.

— Уничтожить.

— Множественные повреждения, ведение огня главным калибром невозможно.

— Дестабилизировать воронку перехода. Открыть нашу.

— Будет сделано.

* * *

— Состояние?

— Кристаллические структуры функционируют полностью.

— Биологические структуры активны на семь процентов.

— Механические структуры функциональны на двацать четыре процента.

— Прыжок невозможен.

— Анализ, поиск мира для посева.

— Обнаружена звезда третьего класса.

— Идем к ней.

— Связующий, вторая планета подходит.

— Идем к ней.

— Обнаружены примитивные формы жизни.

— Не имеет значения. Произвести посев.

— Выполнено.

— Курс на звезду, возвращаемся к прародителю.

— Есть.

* * *

— Состояние?

— Кристаллические структуры функционируют на треть, более точная оценка невозможна.

— Капсула?

— Функциональна на сто процентов. Запас энергии сорок.

— Навигатор?

— Нас затягивает к звезде первого класса.

— Двигатели?

— Можем дать взрывной импульс.

— Ждем.

— Связующий, мы в системе, седьмая планета оптимальна.

— Двигатели, пуск.

— Связующий, входим в атмосферу.

— Передаем энергию капсуле.

Глава 19. Дом построим, будем жить

Год две тысячи двести пятьдесят шестой, станция проекта Вавилон-5 построена, проверена, и наконец-то сдана в эксплуатацию. Командиром и губернатором этого космического городка был назначен командор Джеффри Синклер, отчего на Земле многие обалдели. Еще бы, ведь именно этого, мало известного широкой общественности товарища, затребовали минбарцы. Всем остальным было как-то все равно, кого люди пришлют.

Члены Лиги с удовольствием бы никуда и не переезжали, но Мши сказали: «Надо». Логика и лень против милоты с кисточкой на хвосте спасовали, и представители полусотни разных видов разумных ответили: «Ладно, сейчас шнурки погладим и пойдем». Я же мысленно утер пот и радостно хвостом щелкнул. С недавних пор жевать его стало неудобно. Даже раздумывал, не перенести ли его поближе к голове, а то «корешки» что-то совсем тело опутали и изрядно шевелиться мешают.

Повезло, кстати говоря, хомо, что несколько затянули со строительством. У Дрази как раз очередной цикл успел закончиться. Зеленые наваляли Пурпурным, численность популяции немного уменьшилась. Обычное, в общем, дело. На первый взгляд, традиция делиться на два лагеря по цвету случайно вытащенной повязки, изрядно, кстати, на пионерский галстук смахивающей, и бить друг другу морды, периодически доводя дело до смерти оппонента — форменный идиотизм. Ну, по большому счету, так оно и есть, последние лет двести с мелочью. Вот только корни у нее, как в общем-то, и у любой другой традиции, вполне себе практичные. В этом конкретном случае такое дикое, на взгляд остальных народов, поведение позволяло Дрази почти шесть веков не допускать всепланетной войны на истребление и удерживать численность популяции в разумных рамках.

Сейчас, конечно же, во всем этом смысла нет, но так просто отказаться от древнейшего обычая, который, в общем-то, неплохо помогает естественному отбору, они не могли. Сперва им было как-то не до того, ведь стоило Дрази выйти в большой космос, как Центавр их чуть в рабов не обратил. Потом все время находились еще какие-то дела. Обычная, в принципе, история. Разве что тут еще особенности бюрократии конкретной расы сказались. В данный момент их подкомиссии рассматривают вопрос возможности изменения традиции. Вот когда они решат, что это можно сделать, а потом их рекомендации примут комиссии, только тогда, лет через двенадцать, будет поднят вопрос упразднения.

Возможно, у вас возник вопрос, а почему именно через двенадцать? О, это отдельная головная боль. Как можно догадаться, многие расы используют собственную систему счисления. Обычно она основывается, что неудивительно, на количестве конечностей или пальцев. У кого они есть. У людей десять пальцев на руках, отсюда и десятичная система. Минбарцы, несколько более оригинальны, они еще и голову считают, так что у них одиннадцатиричная система. Пакмары, непонятно каким вывертом к этому пришедшие, ориентируются на количество щупалец собственного ротового аппарата. Видимо, их древний мыслитель, впервые такую забавную штуку, как счет, придумавший, был еще тем чревоугодником. Короче говоря, проблем с переводом одного в другое хватало.

У меня из-за этого в свое время даже небольшой казус приключился. Как-то я на заре становления вида не задумывался и по старой памяти ввел десятичную систему. Вот только зерги далеко не всегда обладали нужным количеством пальцев, щупалец, клешней и прочих явно выступающих элементов. Аббаи же, заразы, наблюдательные и любопытные. Поинтересовались этим вопросом у посла, и надо же было такому случиться, что недостающим отростком выступил орган размножения. Еще хорошо, что мы в то время были прям все такие биологические-биологические и это вышло где-то даже и естественно, но вот записи касательно расы зергов амфибии сделали соответствующие. Делились же они ими без всяких купюр и забесплатно с любым желающем. Конечно, ничего особенного, тем более, что нами мало кто интересовался, даже нынче, на весь обитаемый космос, поди, и полусотни специалистов не будет, но все же…

Со вводом в эксплуатацию пятого Вавилона возник вопрос, что делать с нашей собственной станцией. Оставлять ее было как-то уж совсем неприлично. Пришлось нам свой форпост разбирать и утаскивать от Эпсилона, а то как-то даже и непорядок получался. Ладно, место мы прикормили, теперь торговые маршруты и через выкидыш земного прогресса пойдут. Люди в свое время решили продемонстрировать всю мощь своих возможностей, поэтому проектировали пятую станцию с размахом. Но после того, как мы их обидели, продемонстрировав ничтожность потуг, быстренько урезали осетра, так что Вавилон-5 вышел каноничный. Внешних отличий от того, который был в сериале показан, я найти не сумел. Они даже целый уровень потерять умудрились. Верней, просто не подключили, сроки горели, нужно было поскорей заканчивать, ну и решили на потом оставить, а чтобы комиссия куда не надо не забрела, подшаманили электронику и программное обеспечение. Естественно, после подписания акта приемки все причастные предпочли забыть о намереньях и сделать вид, что так оно и надо. Так и сдавалось, и вообще задумывалось. Что на это сказать? Разве что, «cпасибо дорогие хомо, мы обязательно воспользуемся неучтенным этажом».

Была у меня идея убрать нашу станцию эпично, отправив ее своим ходом. В принципе, для этого нужно было лишь приделать двигатели, да «пробойник» с новым генератором поставить. У нас тут случился давно ожидаемый, но все что-то тормозивший прорыв в гамма-реакторах. Конечно, до полноценной имитации столкновения нейтронных звезд было далеко, но энергии все равно получалось много. Впрочем, основной плюс именно этой новинки заключался в возможности довольно быстро, буквально за полгода, заряжать кристаллы Ллортов. По одному за раз, но даже так весьма солидно получалось. Чтобы переместить пятикилометровую базу в гиперпространство, требовалось открыть зону перехода соответствующего диаметра, а это было делом непростым. Ведь при проколе с последующим расширением расходы возрастали нелинейно. Решил все же не пугать соседей столь эксцентричным поступком. Зачем волновать народ, когда можно обойтись всем понятными и простыми методами.

Пока послы и большая часть остальных разумных с нашей, демонтируемой, станции перебиралась на Вавилон-5, я обдумывал судьбу «Икара». Тени позволили людям проследить за маршрутом своего корабля, а тот, вот неожиданность-то, взял и прилетел на За’ха’дум. В пси-корпусе идиотов все же не было, да и у разведки по этой планете кое-какие сведения имелись. Довольно мрачные, надо сказать, ну так, слава у этого мира еще та. То ли родина Теней, то ли место религиозного поклонения. В любом случае — жуть. Посещать, если жизнь дорога, не рекомендуется. Тем не менее, удержаться земляне не смогли и отправили исследовательское судно. И кто бы сомневался, что они так поступят? Внешне — самая обычная археологическая экспедиция, одна из многих.

Команда «Икара», достоверности ради, даже в нескольких мирах уже покопалась и сейчас, перед финальным переходом, как раз заканчивала возню на еще одной планете. Изучала какие-то пирамиды, мегалиты и разные поделки из меди. Параллельно пытаясь понять, а где те, кто все это сделал и что с ними приключилось? Они даже несколько задержались, увлекшись поиском ответов. Мне, честно говоря, тоже было интересно. Хотя, учитывая соседство, как-то и не уверен, а хочется ли знать ответ. Как бы это не стало наглядной иллюстрацией к известной мудрости про знания и печали, во множественном числе под руку ходящим.

«Перехватывать или нет, вот в чем вопрос?» — «Стоит ли рискнуть и сунуться к Теням?» — такого плана вопросы беспокоили мою изрядно разросшуюся головушку. С одной стороны, хочется, с другой — колется. Обычная, в общем, ситуация. Вроде как, опираясь на результаты анализа полученной по Теням информации, с ними можно даже дело иметь. Те же земляне в сериале весьма много от контактов с ними получили. Впрочем, минбарцам Ворлон ничуть не меньше помог. Хм, логично, даже очень логично. Разрозненные миры Лиги, воюющие друг с другом в каноне — это так, прощупывание противника, маневры и разминка после стремительного гамбита, устроенного древними путем манипулирования Центавром. Слишком уж быстро Нарн пал. Не успели Ворлоны вмешаться… а может, их Минбар подвел?

А что, касту воинов в каноне вполне могла обуять гордыня после победы над землянами. Добавить сюда обиду на жрецов, заставивших сдаться в момент славы и триумфа. На выходе получаем довольно интересную картинку. Ворлоны-то, поди, опять не напрямую явились, а если и сами притащились, так хвост даю, снова загадками говорили. Вот и послали их или просто саботировали. Вариантов тут может быть много. Что проще, чем не понять вообще или понять, как тебе удобней, маловразумительное пожелание-высказывание? Да как два пальца. Потому-то, возможно, рейнджеры и строили Белые Звезды чуть ли не в одиночку. А какие из разведчиков, диверсантов, да аналитиков со жрецами всякими, рабочие? Правильно, никакие. И сами они корабелы хреновые, и с промышленностью у них все очень бледно. Удивительно, что вообще смогли сотню столь продвинутых звездолетов собрать.

Может, ворлоны им так много технологий как раз и передали именно из-за скудости материальной базы? Все же органика хороша тем, что умеет расти, как, впрочем, и кристаллы. Так… в любом случае, пора искать выход на этих Анла'шоков, людей они с радостью берут — просто потому, что под них, считай, ничего и переделывать не надо. Даже шлемы всякие достаточно лишь дополнительной подушечкой снабдить. Пси-корпус на основе полученных от Теней знаний создал проект «Спящие», но он довольно кривой и убогий, хотя основа там интересная. Вот ей и воспользуюсь при создании личностей клонов, что отправятся ряды рейнджеров пополнять. Телепаты земные как раз готовят партию для заброски. Так чем мы хуже? Правильно, мы — лучше, а конкурентов сдадим, так еще, глядишь, и в иерархии продвинемся.

Конечно, я, скорей всего, и так сумею нужное получить, но одно дело возиться с образцами, а другое — сразу готовое, да еще и с инструкциями, получить. Может даже какими-то объяснениями и теорией разжиться удастся. Ну да ладно, это-то и так понятно. И все же, выходить ли на контакт с Тенями? Экипаж «Икара» они, по большей части, как мозги для своих кораблей используют. Вряд ли им было не под силу уговорить кроме Мордреда еще кого-нибудь. Куда верней, что им хватило одного эмиссара и сильно не хватало «живых процессоров». Мм, а ведь из этого довольно много разных предположений следует. Например, очень интересно узнать, а почему тех же Дракхов, или еще кого из прислуживающих Теням, нельзя в звездолет запихать?

В то, что это технически невозможно, верится слабо. Скорей уж, тут имеет место быть хозяин, опасающийся собственную «свору». Те же Дракхи с Межзвездным Альянсом вроде как даже воевали, еще и Центавр за горло держали, пусть и путем шантажа. Интересные мысли, очень интересные. Но все же, лучше подождать. На Вавилон Тени сами явятся и к Мши наверняка подойдут, да и других послов вниманием обделять не станут. Вот и подготовимся, на своей территории и стены помогают. Главное, чтобы переговорная легко и непринужденно трансформировалась в надежную камеру.

Со вводом Вавилона в эксплуатацию ничего особо и не изменилось. Послы с одной станции на другую перебрались — и все, собственно. Работа, фактически, не прекращалась. Большую часть суток, как всегда, занимала рутина, за последние время все как-то более-менее устаканилось и даже приобрело некую размеренность. Там торговый спор, здесь очередной договор, где-то техногенная катастрофа случилась, кому-то срочно кредит потребовался или военная помощь. Скука смертная. Пользуясь моими возможностями, бюрократы довольно успешно все через Мши решали, но отпускать их в свободное плаванье было рановато.

Транспортные вопросы и вообще всю логистику свалили на Врии. У них к этому явно имеется природный талант, плюс им оно просто нравится, вот пусть и работают. На Аббаи повесил вопросы культуры, традиций и медицины. Они, конечно, не были столь предрасположены к этим делам, как серенькие к своим, но в общем и целом справлялись хорошо. Просто им нравилось то, чем занимаются. Вот и слава эволюции. Мши у нас третейские судьи, арбитры и вообще за высшую инстанцию. Вопросами межвидового банка занимается совет, отчего процесс его создания идет со скоростью беременной улитки, взбирающейся в гору. Оно и понятно, ведь лира — не только самая твердая и стабильная валюта, но еще и основное средство расчетов. Всем хочется побольше контроля для себя получить, ну или не дать другим этого сделать. Идеал у нас, конечно, вряд ли получится, но что-то к нему близкое, возможно, и родится — когда-нибудь потом. Пока же жить можно и так.

Между Землей и Союзом наших хомо согласья нет, из-за чего возникли трения относительно посольства. Все же Вавилон-5 принадлежит землянам. Но те, в силу сложившихся обстоятельств, были вынуждены признать Союз независимым образованием. Что, в общем-то, порождало интересный казус. Вид де-факто один, а де-юре их два. Причем Союз в Лигу не входит, точнее, полноправным ее членом не является, однако же при этом определенный вес имеет. И даже свой флот боевых кораблей. Маленький, карманный, но тем не менее, он есть.

Собственно, основная проблема в том, что Вавилон изначально должен принимать представителей любых рас и государств, достигших космической эры. И Союз, по всем формальным и не очень признакам, имеет право на собственного посла. На самом-то деле, тот еще бред и ущемление прав. Почему Лига должна иметь один голос в совете и лишь расе Мши дали еще и свой отдельный? Да потому, что иначе пропадал смысл станции. Тем не менее, хомо наших не принять не могли, но так как те не были членами лиги, принять их могли только на уровне «великого», угу, куда прям бежать, народа. То есть, ввести в совет и приравнять к Нарнам, Центавру, Минбару и прочим «солидным» кадрам.

Это было серьезной недоработкой тандема Минбар-Земля, которые устав Вавилона сочиняли. На что мы им в свое время указывать не стали. В принципе, понять людей и костеголовых можно, из известных рас ни одна бы не посмела наглеть и требовать себе отдельное место в рядах совета. Да и устремления у тех, кто еще не в Лиге, было именно к нам присоединиться и большим половником благ зачерпнуть. Правда, нынче это стало сложней, нужно «собеседование» пройти, ряд условий выполнить, и лишь потом будет голосование, которое еще не факт, что в пользу соискателя окажется.

Все же новый вид не только несет потенциальную пользу, но и может быть, или стать, в перспективе, конкурентом. Расслоение и специализация в наших рядах идет, но все же терять автономию никто не желает. А ведь это нагрузка на экономику. Куда приятней и проще делать хорошо и быть лучшем в чем-то одном, чем распылятся на многое. В каком-то смысле сейчас мы на самой-самой начальной стадии того, что уже было у большинства разумных видов во время объединения планет. Если расы Лиги рассматривать как страны, то аналогия становиться весьма очевидной. Мы даже еще не Евросоюз, а так, его зародыш. Впрочем, стадию эмбриона уже преодолели.

Собственно, решить спор землян и хомо было элементарно. Достаточно вторых сделать полноправными членами Лиги. Они, в общем-то, с нашей подачи все это и затеяли, ради получения полноправного членства. Их председатель удостоился чести попасть на аудиенцию к самой Великой Матери Рода, что хоть и была на последнем издыхании, но намек гостю сделала, едва ли не открытым текстом. Тот дураком не был, все прекрасно понял, пусть и не слишком был уверен в мотивах. Ну, я тут просто указал сладкой парочке, Вавилон отгрохавшей, что они как-то в делах межвидовых немного не того. Одни в силу молодости, другие — из-за изоляционизма. А что Союз в Лигу войдет, так это все равно случится. Десятилетием раньше, столетием позже, какая разница.

* * *

— Что у нас плохого, Самюэль? — вздохнул президент Земного Альянса, когда помощник точно в назначенное время вошел с докладом.

— Все не так уж и плохо, господин президент.

— Да? Видимо, где-то что-то сдохло.

— Э… вообще-то, сэр, вы правы.

— В смысле?!

— Великая Мать Рода Мши вернулась к прародителю.

— Черт! Не могла эта крыса издохнуть на пару недель позже.

— Видимо нет, сэр. Хотя, если бы вы ее попросили…

— Избавь меня от своего юмора, «кузен» (англичанин в данном случае, соответственно и юмор английский). Как это скажется на вопросе с ренегатами?

— Он будет отложен. Сейчас пройдут похороны, потом у Мши будет траур, затем объявление новой Великой Матери Рода, праздник по этому поводу… насколько нам известно, гулять они будут дня три. В общем, в этом месяце они нам ничем не помогут.

— Так, но делами Лиги-то они заниматься будут?

— Скорее нет, чем да. Эта сторона их жизни никогда никем не изучалась.

— Что?! А наши дармоеды из института чем занимались?

— Ну, — развел руками помощник, который и сам был удивлен скудностью сведений, касающихся вопросом смены власти у Мши, — я возьму на личный контроль проверку их деятельности.

— Давно пора было аудит устроить и комиссию заслать, — президент потер подбородок, некстати в очередной раз мимолетно подумав, что бородку стоит сбрить, все равно она уже вышла из моды, а имидж стоит менять до выборов, а не во время, — если не Мши, то кто тогда будет временно председательствовать? Врии или Аббаи?

— Боюсь, что все не столь очевидно, сэр.

— Еще скажи, что они жеребьевку устроят, — хмыкнул Луи Сантьяго.

— Как бы глупо с нашей точки зрения это не было, господин президент, но они могут и такое устроить. Это, пожалуй, даже в психологическую модель их расы впишется.

* * *

Смерть Великой Матери Рода позволила десяткам разумных рас обитаемого космоса увидеть Мши в новой ипостаси. Из живчиков, источающих позитив и заражающих всех бодростью и положительными эмоциями, они превратились в натуральный источник чернейшей депрессии, неизбывной тоски и жуткой меланхолии. Особенно тяжко приходилось первые пару дней, пока большая часть не изолировалась. Несмотря на горе, дела Мши все же не бросили, пусть спешно и чуть ли не первым встречным, но передали то, что никак нельзя было отложить или приостановить. К притворному шоку зергов, устроенная председателем жеребьевка — ага, посредством детской считалочки — сделала их посла временно исполняющим обязанности главы Лиги Миров. Впрочем, от такого многие обалдели, но после некоторых раздумий были вынуждены признать, что все еще очень даже ничего. Ведь на таком высоком посту мог оказаться конкурент, а так — один из немногих «невидимок», как называли тех, чьи расы предпочитали следовать в кильватере и ни во что не лезть. «Даже и утратив адекватность, Мши все равно остаются Мши», — порадовались послы, ехидно поглядев на соперников. Правда, в ответ они такие же взгляды получили.

* * *

Г’Кару было плохо. Ему было ужасно плохо. Трехдневный запой, приправленный моральными терзаниями обо всем содеянном за не столь уж и длинную жизнь, прошел, но вот его мутный осадок остался. Болело все: печень, голова, душа, почки. Как и любой, кто хоть раз интересовался Мши, посол Режима Нарна был прекрасно осведомлен об их природе. Странный, где-то даже и невозможный гибрид эмпатии с телепатией. Еще и весьма ограниченный в плане взаимодействия с представителями других видов. Вот только на Вавилоне было слишком много Мши, и они были невероятно опечалены тем, что их Великая Мать ушла к прародителю. Десятки тысяч искренне и с полной самоотдачей скорбящих Мши. Теперь Г’Кар был уверен, что полностью понял и осознал значение человеческого слова «ад».

Вся его шпионская деятельность на благо Родины была уничтожена. Оставалось лишь радоваться, что он еще не успел построить нормальную разведсеть. Оба завербованных им докера пришли в земную службу безопасности в первый же день. Остальные агенты потянулись позже. Апофеозом стал раскаявшийся наемный убийца. Еще повезло, что не успел дать ему ни одного заказа, подумал нарн, припадая к струе холодной воды, текущей из крана. Ему и самому с большим трудом удалось удержаться от того, чтобы отправиться вслед за своими наймитами. Спас его от позора — вот ужас-то — посол ненавистного Центавра. Лондо Молари, похоже, так же как и он сам был вовсю терзаем внутренними демонами. В иное время Г’Кар бы очень порадовался ползущему по стенке врагу, размазывающему сопли и слезы, да периодически прикладывающемуся к бутылке, но в тот момент его хватило лишь на то, чтобы отобрать пойло и в три глотка его употребить.

— А, Г-Г’Кар! — сфокусировал взгляд на пятне перед собой Лондо. — Ик.

— Моллари.

— Пойдем выпьем, враг мой, — вдруг неожиданно четко предложил центаврианин.

— Пойдем, — согласился нарн, который, будучи в расстроенных чувствах и с пустым желудком, принял внутрь крепчайшего бизари, хоть раньше никогда и не злоупотреблял спиртным. Даже по меркам своего народа Г’Кар был трезвенником.

— Как же я тебя ненавижу! Так бы и придушил.

— Руки коротки, тварь. Вы нам еще за все ответите!

— Наливай.

— Я тебе не раб!

— Ты придурок и… нарн. А у меня руки не поднимаются.

— Слабак, — фыркнул посол, — и жадный ублюдок, — добавил Г’Кар наполняя стоящие пред Молари три расплывающихся стакана.

— Кто бы говорил, криворукий, — огрызнулся Лондо и уронил голову на стол.

— Нарна никто не перепьет, — наставительно заметил его собутыльник, выливая остатки алкоголя на голову павшего врага, хмыкнул, оценив мутноватую картинку и удовлетворенно кивнул.

Последнее было явно лишним, так как лицо почему-то неудержимо потянуло к столешнице и вскоре наступила темнота. Боли в разбитом носу и рассеченной губе Г’Кар не почувствовал.

Очнулся Г’Кар у себя. Ни как он добрался до посольского сектора, ни что он делал, судя по часам, последние сутки, он не помнил. Впрочем, непреходящее ощущение тоски и моральные терзания, пробивающиеся даже сквозь пелену жесточайшего похмелья, быстро подсказали выход. Неаккуратный опохмел, как известно, ведет к запою. К сожалению, ну или к счастью, посол Нарна этого не знал, а может быть, просто не вспомнил.

* * *

«Даже если бы я разом вновь женился на всех своих женах, мне не было бы так плохо», — пробормотал Лондо, прикладываясь к бутылке бивари. Его шикарная прическа, предмет тайной гордости, и в чем-то даже показатель статуса, вместо того, чтобы стоять вертикально, как ей положено, постыдно лежала. Да еще вдобавок слипшиеся волосы сбились в огромный колтун и съехали на бок — позор. «Нет, определенно, нужно больше пить», — пришел к неочевидному выводу Молари. Он был весьма уязвлен тем, что какой-то паршивый нарн умудрился перепить его.

В отличие от своего коллеги, с энтузиазмом занимающегося шпионажем и поиском союзников — ну или жертв для агрессии — Молари на Вавилоне был в почетной ссылке. Во время войны людей и минбарцев он служил послом на Земле. Именно его агенты узнали про тайную встречу, организованную Нарнами. Вот только о том, что это была попытка заключить мир и единственная возможность начать переговоры, они донести забыли. Кто-то вмешался, подтасовал записи, и в результате все выглядело как попытка передачи большой партии оружия производства Центавра. Естественно, допустить такое было нельзя, и на оставленный землянами форпост, где и проходила встреча, обрушился орбитальный удар. Никто так и не узнал, кто же стал виновником срыва переговоров. Вот только для Лондо это было крахом карьеры. Впрочем, сейчас ему было плевать на это, его душу терзала совесть и чувство вины за десятки и сотни миллионов погибших в войне, которую он не дал остановить.

«У нас так свадьбы отмечают, а не похороны», — буркнул Молари, отбрасывая пустую бутылку и нетвердой походкой направляясь по извилистому маршруту к шкафчику с запасами. В разуме, изрядно придавленном алкоголем, легшим, как говорится, на старые дрожжи, мелькали хаотичные картинки воспоминаний. Привычка пить и веселиться сталкивалась с терзаниями, что порождало жуткий калейдоскоп. Вот он молодой и пьяный, отплясывает на столе в компании брата — похороны отца были одной из самых грандиозных попоек. А вот уже он деревянной походкой, с кислой миной, смурной и мрачный, ведет к алтарю жену. После пары добрых глотков картина не изменилась, лишь лицо супруги и ее фигура поплыла, рождая какой-то гибрид из всех его жен разом. «К демонам бивари!», — отшвырнув бутылку рявкнул Лондо и свернул крышку с бизари. Опустошив ее наполовину, посол центавра поставил массивную стеклянную тару на стол, и лишь убрав от нее руку, позволил себе закатить глаза и рухнуть на пол.

* * *

Интересно у меня прошел эксперимент с проецированием эмоций. Многопланово, я бы сказал, и с неожиданными последствиями. Как телепаты Мши не состоялись почти абсолютно, с эмпатией все тоже было неоднозначно, но вот как проектор эмоций… тут случилось нечто сродни эффекту резонанса. Пожалуй, праздновать появление новой Великой Матери я не буду. Верней, не буду так, как раньше планировалось. Надо бы сперва с пробуждением совести разобраться. Мало ли чего от положительных эмоций случится. Дойдет еще до каких-нибудь массовых оргий, нафиг-нафиг такое устраивать. Нужно быть аккуратней. И вообще, исследовать Мши пора, а то плодятся они шустро, могли и мутировать, хоть и не должны, по идее. Разве что кто-то со стороны помог. И нужно побольше сил бросить на изучение ПСИ во всех проявлениях.

Жаль, не удалось поглядеть на Делен, хотя на что бы я там смотрел? Она же себя в развязывании войны обвиняет и душу свою периодически поедом ест. Наоборот, пожалуй, стоит радоваться, а то бы еще вены себе вскрыла или повесилась бы. Самоубийство у минбарцев не в чести, но Делен дама непростая, ей традиции с обычаями нарушать не впервой. А что до реакций костеголовых, так они весьма схожи с теми, что и у остальных были. Люди, Нарны, Центавриане, Дрази, Бракири, Аббаи, Врии, да почти что все дружно решили алкоголем да наркотой с накатившими муками совести и тяжелыми воспоминаниями бороться. Хм, ну по крайней мере теперь Великой Матери здоровья и долголетья будут более чем искренне желать, если, конечно, спиться не пожелают.

Итак, подводя итоги, можно сделать вывод, что первая часть эксперимента удалась на славу. Хотя результат не совсем тот, но это даже хорошо. Будет над чем поработать. Опять же, Вавилон-таки готов и вовсю обживается-запускается. Станцию свою мы почти разобрали и вывезли, так что все, насколько это в текущих условиях возможно, вновь сделалось канонично. А значит, скоро будет тот еще пожар в борделе во время потопа. В сериале, помнится, каждый из героев, хоть раз, да пожаловался на дурдом, Вавилоном пятым именуемый. Правда ли это, покажет лишь время и, возможно, мое вмешательство. Хи-хикс. Кхе-кхе, тьфу, совсем уже в эту шкуру врос.

Глава 20. Тишь да гладь, да похмельная благодать

— Сенатор Иоши, к нам только что пришел пакет запросов со станции Вавилон-5.

— Что там опять не так? Мши ведь вроде уже успокоились?

— Да, сенатор, но вот последствия их депрессии никуда не делись.

— Ладно, давайте по существу.

— Конечно, сэр. Первый запрос от медицинской секции. Они в панике. Запас седативных, антидепрессантов и успокоительных препаратов полностью исчерпан.

— Еще скажите, что у них медицинский спирт закончился, — фыркнул потомственный японец.

— Это идет отдельной строкой, сенатор.

— Ясно. Дальше.

— Торговое представительство прислало просьбу срочно завезти на станцию новые партии алкоголя. Список позиций прилагается. Есть небольшое примечание, сэр.

— Ну так читайте.

— В связи с чрезвычайной ситуацией были полностью истрачены запасы образцов…

— Ясно, пополним. Глядишь, они и парочку-другую контрактов заключат.

— Уже заключили, сенатор. Нарн и Центавр готовы закупать виски и коньяки, а Дрази берут водку.

— Хоть что-то хорошее. Что там еще?

— Глава службы безопасности, Майкл Гарибальди, требует как минимум удвоить размер блока для временного содержания задержанных и добавить больше камер для видов, не способных дышать кислородом. У них были некоторые трудности, сэр.

— Повезло, что станция еще не полностью заселена.

— Вы совершенно правы, сенатор. Командор Синклер настоятельно просит как можно скорее прислать корабль и забрать явившихся с повинной преступников.

— Сколько их там?

— На данный момент — шесть тысяч двести семьдесят восемь. И это только те, кого они не смогли, хм, убедить, сенатор.

— В каком смысле убедить?

— Командор и старший офицерский состав решили, что супружеская измена, однократное мелкое воровство, невозврат займа меньше сотни кредитов и тому подобное — недостаточно серьезные нарушения. Таким раскаявшимся они назначали наказание на месте. Штрафы и общественные работы, сэр.

— Хороший ход; жаль, что не все и не везде до него додумались. Может, минбарцы и были правы насчет него. Но все равно, задержанных слишком много.

— Интерес представляют завербованные различными расами агенты и участники преступных сообществ. Их не больше тысячи, сенатор.

— Все равно, многовато. Так, есть что-то еще?

— Нет, сэр. Остальное за рамки не выходит. Разве что, стоит пополнить состав службы безопасности, они понесли некоторые потери.

— Какие еще потери?

— Ничего серьезного, сенатор. Кто-то признался, что был нечист на руку и брал взятки. Несколько человек занимались рэкетом и вымогательством. Один из агентов службы собственной безопасности, который их покрывал, застрелился, и еще двое допились до белой горячки.

— Такие тяжелые воспоминания?

— Неизвестно, сэр. Вроде бы ничего такого в их биографиях нет, но тут, сами понимаете, сенатор, все индивидуально.

— Хорошо. Что у нас есть, чтобы поскорей помочь Вавилону?

— Капитан Джон Шеридан недавно закончил плановый ремонт «Агамемнона», сэр.

— Удачно. Вызовите его немедленно ко мне, и подготовьте грузы для станции.

— Сейчас же займусь, сенатор.

* * *

Наша база была утащена к Шедракам, те давно уже просили представительство организовать. Сотрудничают они с нами весьма активно, но все никак не могут решить, вступать ли им в Лигу. Там у них какие-то сложные заморочки религиозного толка. Я даже разобраться не пытался, убедился только, что дело войной не закончится, и махнул хвостом. Обычная, ничем особо не примечательная раса гуманоидного типа, стоящая на пороге галактической эры. Довольно мирные, в силу повышенной религиозности. Своими верованиями они в чем-то на буддистов похожи, хоть и не страдают излишней наивностью, и завели вполне приличный флот. Впрочем, тут еще некоторая их отдаленность из-за особенностей пространственной навигации сказывается. Было у них в свое время несколько не самых приятных инцидентов. Ну так они и у землян были в первые пару десятилетий, как те в большой космос вышли. Новичков всегда найдется кому на вшивость проверить и на зуб попробовать.

Закончившие горевать Мши радовали окружающих повышенной активностью, суетой и… полным игнорированием. У нас тут театр одной расы и спектакль под названием «Выборы Верховной Матери Рода». Надо бы, кстати, слово «рода» на «вида» заменить, или же пару-тройку дополнительных анклавов где подальше организовать, а то как-то странновато получается. Конечно, всегда можно все списать на особенности перевода, но стоит ли? Впрочем, не к спеху. Озадачу разумную поросль, пусть подумают, им это полезно будет. Разноплановые задачи вообще формированию юных мозгов и их гибкости весьма способствуют.

Пролюбленный землянами уровень Вавилона-5 был, под шумок депрессии и сопутствующего ей угара, заселен. Честно говоря, такой фокус изначально не планировался, но раз уж ситуация сложилась, я решил воспользовался моментом бардака. План был даже перевыполнен, ведь в службе безопасности тоже далеко не святые разумные трудятся. Судьбы разные, воспоминания всякие. Вот и… как-то оно само так получилось. Конечно, немного некрасиво с парой сотрудников СБ вышло. Но кто же знал, что эти, кхм, разумные, приняв на грудь и закинувшись антидепрессантами, забредут на причал с некислородной атмосферой, в тот самый момент, когда там Жутика нового поколения выгружали. Я ведь его не просто так в свое время жутиком обозвал. С точки зрения землянина, чисто внешне, он натуральный ночной кошмар, причем живой и шевелящийся. В общем, теперь у бедолаг стильная седина в прическе, небольшой нервный тик и диагноз «белая горячка» с соответствующей записью в личном деле. Мелочь, но совесть чуть кольнула. Похоже, побочные явления от собственного эксперимента и меня самого не миновали.

* * *

— Сенатор, к вам капитан Джон Шеридан, — сказала секретарша, нажимая кнопку старомодного интеркома. С недавних пор именно такие архаизмы вновь стали пользоваться большой популярностью и начали выступать своеобразными атрибутами статуса.

— Пусть заходит, — ответил аппарат голосом Иоши.

— Проходите, сэр.

— Благодарю, — вежливо кивнул Джон, одернул и без того идеально сидящий костюм, и взялся за массивную ручку в виде головы дракона.

— Добрый день, сенатор, — козырнул Шеридан старинному приятелю-сопернику отца, оба они в свое время послужили, и про флотское прошлое не забывали, как, впрочем, и про свое соперничество.

— А, Джон, давно тебя не видел. Проходи, присаживайся. Как там старина Дэвид поживает?

— У отца все хорошо, спасибо. Он передавал вам привет и просил напомнить, со всем уважением, сэр, что вы так и не расплатились по проигрышу.

— Да-да, в следующие же выходные непременно навещу его на ранчо, хоть это и печально, когда бывшему офицеру и сенатору приходится жульничать. Впрочем, что-то мы заболтались, а у меня есть для тебя срочное задание.

— Сенатор, но моя команда…

— Поработают сверхурочно, все равно они большую часть времени ремонта бездельничали. У нас тут в некотором роде форс-мажор, Джон. Приказ из штаба тебе придет, не волнуйся, я же позабочусь о некоторой компенсации, вы ведь вполне успешно справились с последней миссией?

— Да, более чем.

— Вот и хорошо. Тебе надлежит сопроводить к Вавилону и обратно пару транспортных кораблей. На станции вам передадут группу заключенных, более шести тысяч разумных, но они, по большей части, не твоя забота, под твоей ответственностью будет находиться лишь небольшая их часть, которую ты возьмешь на свой эсминец и доставишь нашим контрразведчикам, и еще кое-кого нужно будет передать Пси-корпусу. Списки уточняются, но к тому времени, как вы доберетесь до станции, тебе их перешлют. Вопросы?

— Откуда столько преступников, сэр?

— Похоже, ты несколько отстал от новостей, пока сидел на верфи. У нас тут приступ мшизма случился, отчего многие преступники раскаялись.

— Мшизма?

— Ты же в курсе того, что у хвостатых Великая Мать умерла?

— Конечно, сенатор.

— Следствием этого стала грусть-печаль и зеленая тоска целой расы недотелепатов. Как считают наши специалисты, их горе было настолько сильным, что спроецировалось на других, вызвав приступ жесточайшей депрессии, меланхолии, и приступы совестливости в самых запущенных случаях. Нам еще повезло, что на территории Земного Альянса пушистиков не так уж много, и не слишком компактно они проживают. Но вот на Вавилоне, там всем тяжело пришлось. Вы только одной выпивки туда порядка трех тысяч тонн повезете.

— Мы?! — Джон позволил себе вскинуть брови: конечно, для четверти миллиона разумных это было не так чтоб прям заоблачно, но все же, по его мнению, многовато.

— Транспорты в тюремные суда будут переоборудовать на ходу, так что основную часть груза возьмет твой эсминец.

— Понятно, — позволил себе тряхнуть головой Шеридан, чтобы привезти мысли в порядок. — Когда нам вылетать, сенатор?

— Как только закончите погрузку. Приказ получишь часа через два-три. Еще вопросы?

— Никак нет, сэр. Разрешите выполнять?

— Разрешаю, — улыбнулся Иоши, мимолетно вздохнув о том, что Джон, к сожалению, не его сын. Увы, пусть он практически во всем и обошел Дэвида, но в главном проиграл. Ивина предпочла ему другого.

* * *

Нет в жизни справедливости. Вот сколько мы миров обследовали, сколько планет заселили, и что, много нам разумных видов встретилось? Один! Дикие эльфы, вот и все. Конечно, можно на вопрос и по-другому посмотреть. Сказать, что мы сами с усами-хвостами, и новые цивилизации как горячие пирожки печь можем, это даже справедливо будет, если забыть про уровень этих цивилизаций. Все таки, вот так, на коленке, с бухты-барахты, разумный вид космической эпохи не слепить. Разве что опять по сценарию «беженцев» с готовыми психоматрицами. Это я все к тому, что земляне, со своими экспедициями и ксеноархеологией разной, умудрились сразу несколько сателлитов завести. Причем восприняли подобное как само собой разумеющееся. Эх, и хвост-то нынче не пожевать.

Конечно, найденные людьми цивилизации (как будто их кто-то терял!), по уровню развития были не очень. Дикарей, только-только начавших простейшие каменные орудия делать, можно вообще не учитывать, но вот расы, что достигли успехов в освоении меди и бронзы, а кое-кто — и железа, списывать со счетов не стоило. Хотя бы в силу их численности. В итоге Земной Альянс теперь настоящий альянс многих рас. Хотя положение новеньких там — на уровне Индии во времена владычества британцев. Люди не столь радикально, как Режим Нарна, с присоединенными мирами обходятся, но у сумчатых оно как-то честней. Те из себя мессий и разных пастырей не строят. Впрочем, те, кого они подмяли, на такое бы и не купились.

Вот ведь, интереснейший, по сути, казус. Фактически, имеется три империи. Первая — Земля, которая официально «альянс», что бы это не значило. Вторая — Центавр, который формально республика, но во главе с императором, обладающим далеко не номинальной властью. Третья — Режим Нарн, что официально себя олигархией именует. Впрочем, сумчатые со своей клановой системой и кругами-кастами — весьма бурлящее образование, до сих пор находящееся в стадии утруски-перетряски. И вся троица, на деле, в большей или меньшей степени являются средневеково-колониальными державами с той или иной формой узаконенного рабства.

Из приличных, по сути, империй, не разевающих пасть на чужое добро, один Минбар имеется. У них тоже есть кусочек космоса, официально на картах отмеченный как протекторат, где шесть разумных видов обитает. Причем все они на уровне XIX века уже. Что, кстати сказать, довольно подозрительно. Впрочем, костеголовые к ним не лезут. Даже особо и не следят, что там и как. Последнее вмешательство, о котором достоверно известно, лет триста назад случилось. Они тогда залетный астероид расстреляли. Вообще, чем ближе к центру, тем рас разумных больше, что, в принципе, логично — плотность звезд выше. Другое дело, что тот же Минбар, владеющий обширными территориями, удивительно пуст. Как-то у меня излишне много вопросов возникает, и главный из них звучит так: а где, собственно, те молодые расы, что тысячелетие назад рука об руку с костеголовыми против Теней бились? Что-то, при всем старании и копании в головах высокопоставленных и не очень особ, ответа найти не удаётся. Подозрительно, однако.

В этом плане Лига Миров даже в каноне особняком стояла. Был там, конечно, эпизод с Дрази, которые покровительствовали рейдерам, грабящим какую-то слаборазвитую расу, на окраине их сектора обитающую, но все же эпизодически случающиеся налеты это не то же самое, что полноценное завоевание или принуждение к выплате дани. Тем более, что за другими ничего подобного не замечалось. Вообще-то, если объективно смотреть на вещи, то виды, в Лигу входящие, лишь в плане контролируемых территорий большой пятерке уступают. Те же хомо в плане науки и технологий почти всем проигрывают. Даже нарны большинству рас в этом плане уступают, а ведь они фактически на центаврианском наследии живут.

В принципе, как минимум треть Лиги когда-то под центаврианами ходила. Не всегда в составе Империи, чаще просто контактировали и своеобразный налог платили, а некоторые благодаря им и в большой космос вышли. Впрочем, таких по щупальцам одной лапы пересчитать можно. Большая часть все же сама к звездам выбралась и гиперпространство открыть умудрилась. Собственно говоря, из-за аномальной плотности разумных форм жизни на махоньком по астрономическим масштабам пятачке никто тут империю свою и не построил, да и средний уровень у всех более-менее одинаков.

Лига своим появлением как раз агрессивному Центавру и обязана. Как и застоем пополам со стагнацией. Пока империя любителей поперечного хаера не одряхлела, миры держались вместе и крепили свою оборону, развивали контакты, обменивались знаниями и просто рвали жилы, стремясь быть во всеоружии. Но стоило центаврианам «уштать», впасть в леность и негу, как и костяк Лиги, утерев трудовой пот, последовал за ними. Может, они бы и справились, продолжили бы, передохнув, развиваться, да вот беда, Нарн с Землей появились и зажали их в тиски границами собственных государств. В общем-то, оно и не так, чтобы критично; космос большой, а гиперпространство дает массу возможностей, но тут еще случилась Дилгарская война. Потом, по канону, Тени объявились, и всех рассорили. Не до экспансии мирам Лиги стало. Подрезали им крылья, загнав, в итоге, в Межзвездный Альянс, руководимый землянином и минбарской мутанткой.

Если бы не мы, спустившие дурную кровь и привнесшие свежую струю в политику, даже и не знаю, чем бы там все, вне канона, для Лиги закончилось бы. Верней, для тех видов, что ее костяк составляли. По сути, без устроенной дилгарами драки вряд ли бы Мши столь выдающихся результатов добились бы. Земляне, теоретически, могли нас заменить, но менталитет и удаленность им этого не позволили. В основном, конечно, первое сказалось. Имперские амбиции проистекающие, по-моему, из недостаточной зрелости хомо, как вида в целом, изрядно мешают людям жить. Вот, вроде бы, и обломали их не раз, а поди ж ты, откопали дикарей, стали для них чуть ли не богами, и все труды мои пошли насмарку. Ладно хоть, Союз себя прилично ведет, но я изрядно опасаюсь, что он без должного присмотра со временем вполне может съехать в ту же колею.

У Нарнов тоже были очень неплохие шансы Мши заменить. Да только им через себя переступить не удалось. Ненависть глаза застит. А ведь с их-то опытом пребывания в роли угнетаемых вполне могли бы стать весьма понимающими разумными, способными не решать вопросы сплеча. Ничего, эти сумчатые еще спящего медведя, Центавром именуемого, на свою голову раздразнят. Конечно, вряд ли они потом все дружно скопом достигнут уровня Г’Кара, но какой-никакой катарсис у них должен случиться. Вон у минбарцев же произошел, считай; совсем уже почти приличные разумные стали. Быстро адаптируются, не зря второе тысячелетие космические просторы бороздят. Повоевали, кровушкой умылись, стимул к развитию получили, выговор от Ворлонов заработали, и все это за считанные годы. Пробуждение сродни ушату ледяной воды в постель получилось. Верхушка каст и кланов резвыми козликами скачет, Серый Совет по всей территории полным составом уже десять лет носится, прям любо-дорого взглянуть. Не представляю, кто бы еще сумел в их ситуации до гражданской войны не докатиться. Пусть на краю, на грани, но ведь удержались. Достойно уважения. Им бы такую активность в каноне проявить, так сейчас бы не пушистики мои хвостатые Лигой рулили, а рогатые.

* * *

(Личный дневник лейтенанта Сьюзен Ивановой).

Ужасные дни и жуткие ночи. Каким чудом удалось сохранить функционирование служб станции — не понимаю. Дошло до экстренных мер. Антидепрессанты на завтрак всему экипажу, в обед уколы, а на ужин лошадиные дозы снотворного. И все равно, помогало слабо. Постоянно вспоминала закаменевшее лицо отца, когда нам пришла похоронка на брата. Командор Синклер лично следил за тем, чтобы начальник службы безопасности Майкл Гарибальди не пропускал приема лекарств. Я и не знала, что тот лечился от алкоголизма, вызванного посттравматическим синдромом, после Минбарской войны.

Майк хотел написать рапорт о сокрытии информации и фальсификации личного дела, но командор убедил его не делать этого. Они с Гарибальди близкие друзья. Синклеру я верю, раз обещал присмотреть и поклялся, что Майкл не сорвется, то так тому и быть. Но все же, стоит за ним приглядеть, и вообще сойтись поближе. Как-никак, нам с ним еще не один год работать. Он собирается подойти к Лоучу, главе анклава Мши, обитающих на станции, и попросить того временно убраться с Вавилона или хотя бы собраться в один сектор. Нужно будет составить ему компанию, меня тоже пугает перспектива празднования по случаю избрания их новой Великой Матери. Черт знает, чем это может закончиться. Тем более, что в медицинской секции — шаром покати.

В барах тоже, кстати, пусто. Дошло до того, что на станции расцвело самогоноварение, а экипаж делает вид, что ничего не замечает. Офицеры вынуждены закрывать на это глаза. У меня очень плохие предчувствия касательно моего назначения старшим офицером на Вавилон. Очень плохие.

* * *

К встрече посла Коша и Мордена с Тенями все готово. Потерянный уровень, конечно же, еще предстоит обжить, но главное, он заселен. Жутик, два новейших пси-мозга, продвинутый Ктулху. Пяток биокомпьютеров с опытными искинами пришлось с кораблей снять, ничего другого под рукой не было. Маточник, совсем еще юный, и многое другое теперь уже устраиваются на месте. Удачно получилось доставить «жильцов» в готовом виде, а не выращивать с нуля по ускоренной программе, а то могли бы и не успеть. Все же у биотехнологий есть свои недостатки. Ндям-с, не без того. Впрочем, нет в жизни совершенства. Ну и ладно.

Геймы в последнее время страдают гигантоманией. Причем их вовсю поддерживают мои разумные зерги. Нет, приятно, конечно, что они обо мне, любимом, заботятся, но строить эту, как там ее, сферу Дайсона, по-моему — чересчур. Подумаешь, врос в собственный «термитник» и не могу быстро эвакуироваться — зато удобно, и вообще, комфортно. Но все же, что-то в их аргументах есть. Да. Черт, даже и не почесать нынче тыковку, чтоб соображалку простимулировать. Ладно, пусть для начала кольца для зарядки Энергетических Кристаллов построят. Все равно у нас вокруг кучи звезд станции выращивания и напитки разворачиваются. Не выходит их как-то упростить, слишком уж выигрыш незначительный получается. Приходится компенсировать количеством. Хотя, конечно, астроинженерные мега-сооружения строить — это уровень ультра-теха, до которого мы еще не доросли.

Вспомнилось мне по этому поводу когда-то читанное в прошлой жизни рассуждение о том, могли ли в средние века до обширных залежей железной руды докопаться. Как-никак, та же Курская магнитная аномалия на глубине всего-то сотни-другой метров расположена. Выходило, что вполне могли. Ну так, и в древнем Египте паровой двигатель, теоретически-то, построить проблем не было. Но что-то вот, никто ни первое сделать, ни второе, не сподобился. Впрочем, пусть пробуют, как известно, опыт — сын ошибок трудных. А сейчас у нас парочка спокойных лет предвидится. Все равно, экспансию приостановили из-за массового внедрения новых технологий на основе Э-кристаллов.

Глава 21. Не верю!

Земляне пригнали два транспорта, перестроенных под тюремные суда, в сопровождении новенького эсминца «Агамемнон», капитаном которого оказался не кто иной, как Джон Шеридан. Что было немного забавно, ведь именно ему предстояло, по канону, командовать Вавилоном-5, когда Синклера отправят послом на Минбар. Интересный казус от моего вмешательства получился. Первую пилотную серию я помнил весьма смутно, все же давно это было, но вроде бы там был другой доктор и капитан-лейтенант. Впрочем, за последнюю я был спокоен. Иванову отсюда вряд ли уберут. Хоть нынче России, как и других стран, формально не существовало, но все же определенное национальное лобби имелось. На доктора же было немного наплевать. Франклин, бесспорно, был прекрасным специалистом, но насколько я помню, особой роли не играл. Так что, даже если его и отзовут — ну, пришлют замену. Хотя, конечно, нужно все же попытаться его оставить на станции.

Проблема тут была в конфликте интересов. С одной стороны, пробовать на зуб посла ворлонов Коша лучше всего в бессознательном состоянии, чтобы не буянил, а вот с другой — если позволить его отравить, то Франклин наверняка полезет к нему в скафандр. Да уж, дилемма еще та. Погрузившись в обдумывание вопроса, мне как-то непроизвольно удалось задействовать в этом пару ближайших биокомпьютеров и даже несколько десятков подключенных к ним в тот момент зергов. Решение стало довольно неожиданным. А главное, вполне себе осуществимым. Что ж, не стоит откладывать дело в долгий ящик, тем более, что времени у нас в обрез. Хотя бы просто потому, что я не знаю, сколько его реально есть.

* * *

Командный мостик станции никогда не нравился капитан-лейтенанту Ивановой. С ее точки зрения, он был организован просто глупо. Сразу от входа начинался первый уровень, на котором находились места руководителей различных служб. Понятное дело, что не всех, а только тех, что отвечали за космическую составляющую. Контроль пространства, целостности космоса, диспетчерская служба, и тому подобное. Второй уровень был представлен так называемой ямой. По сути, в ней находился персонал все тех же служб. Такое оригинальное расположение периодически приводило к казусам. Вот один из операторов, чтобы передать отчет, встает на цыпочки, а его начальник, наоборот, непроизвольно демонстрирует Ивановой свою филейную часть перегнувшись через перила.

— Транспорт Земного Альянса Ни-Эпсилон-17 прошел через ворота перехода.

— Вектор сближения пять девять два по желтому коридору.

Короткий диалог подчиненных совершенно не отвлекает Сьюзен, тренированный разум практически на автомате сверяет сказанное с данными на экране, рука нажимает кнопку, отправляя подтверждение. Сенсорные экраны, ужасно популярные пару столетий назад, вновь уступили более надежным кнопкам, хотя на военной технике их никогда и не было. Очередной обмен, совершенный между ямой и верхним уровнем командного мостика, вновь возвращает мысли в старую колею. Конечно, для подъема и спуска имеется лестница, но она узковата, да и из-за неудобного расположения никто не будет до нее бегать. Впрочем, все это мелочи, куда больше капитан-лейтенанта волновало то, что в случае боя, или еще какого потрясения, она рискует лишиться сослуживцев, которые просто перелетят через леер и свернут себе шею. Ну, может быть, шею и не свернут, но вот без переломов точно не обойдется, отметила она, прикинув высоту.

— Капитан-лейтенант Иванова! Как это понимать? — выпалил ворвавшийся на мостик посол Нарна.

— Вы о чем? — Сьюзен сделала вид, что не понимает происходящего.

— Нашему транспорту уже второй час не разрешают швартовку!

— Капитан вашего судна отказывается пройти сканирование.

— Ваши корабли, между прочим, его не проходят!

— Во-первых, проходят, хоть и не всегда, — она не любила врать, — а, во-вторых, Вавилон-5 все же принадлежит Земле.

— Это возмутительно! Я буду жаловаться!

— И кому же? — проявила вялый интерес Иванова.

— Всем! — нашелся с ответом чуть растерявшийся Г’Кар.

— Ваше право, — пожала плечами женщина, однако посол уже развернулся к ней спиной и бросился к двери.

Этот момент тоже изрядно раздражал капитан-лейтенанта. Нет, ну где это видано, чтобы на мостик, как к себе домой, забегали гражданские. Пусть даже они и в статусе посла находятся. Впрочем, она тут тоже имела своеобразный статус. С одной стороны, служащая военно-космических сил Земного Альянса, но с другой — что-то вроде помощника посла. Во всяком случае, командор Синклер был не просто высшим военным чином Вавилона-5, но еще и гражданским, и даже дипломатическим. «Еще как минимум три часа», — бросила взгляд на часы Иванова, привычным усилием воли отгоняя посторонние мысли и сосредотачиваясь на работе.

* * *

«Транспортный корабль Земного Альянса Дельта-Гамма-3 компании Моллер-Маеск пристыковался к седьмому доку», — прозвучало объявление по громкой связи, заставив командора Синклера отвлечься от картины того, как очередного дурачка-туриста ловко окручивает арнисианка. Джеффри порой бывало сложно понять соотечественников, которые не дают себе труда ознакомиться даже с тонюсенькой брошюрой для путешественников. Ведь она и так уже давным-давно чуть ли не в комикс превратилась, а вот поди ж ты, все равно никак не найдут десять минут, чтобы ее пролистать. Чем они только время в перелетах убивают, вздохнул командор, которого совершенно не вдохновляла мысль об очередном инциденте на вверенной ему станции.

— Кхм, приятель, — взял он под локоть любвеобильного идиота, — на два слова.

— Что вы хотите? — мужичок был явно недоволен, что его отвлекли, но особо ершиться не пытался, все же военная форма, да еще и с нашивками персонала станции, говорила сама за себя.

— На твоем месте я бы поискал другое развлечение.

— А вам какое дело?

— Отчеты писать не люблю. Ты ведь, как самый умный, брошюрку по ксеноконтактам не открывал?

— Нет. Да я и…

— Приятель, — улыбнулся Джеффри, — она, — кивнул он в сторону инопланетянки, весьма привлекательной с точки зрения человека, — Арнасианка.

— И что?

— Ну, как тебе сказать, у них есть милая традиция съедать партнера после спаривания.

— …

— Вижу, ты меня понял. — дружески улыбнувшись и хлопнув по плечу слегка позеленевшего ловеласа, командор отправился на пост контроля прибывающих.

Земля наконец-то сподобилась определиться с телепатом. Ведь до последнего тянули. Со дня на день должен посол Ворлона явиться, а у них до сих пор нет штатного телепата, и это на такой-то станции. Собственно говоря, ради встречи со столь необходимым человеком Синклер даже свои обязательные десять минут тишины в оранжерее перенес.

— Добрый день, командор, — козырнул Джон Шеридан, что как раз наблюдал за этапированием очередной партии заключенных, за которых отвечал лично.

— Добрый, капитан. Как ваши успехи?

— Не слишком-то хорошо. Все никак не удается согласовать время с зергами.

— Понимаю, но что поделать, они весьма неожиданно стали временными председателями Лиги Миров.

— Вот только мне от этого не легче. Этот помощник их посла — натуральный монстр.

— Вы сейчас про внешность? — улыбнулся Синклер, воспоминая, как сам впервые столкнулся с многометровым змеем, о четырех конечностях, две из которых были настоящими серпами. Про клыкастую морду с угольками глаз и шипастый костяной воротник даже вспоминать не хотелось.

— Да нет, привык уже как-то, — пожал плечами Шеридан, — я про деловые качества.

— О да, как о нем сказала Иванова: бюрократус-крючкотворус восьмидесятого уровня.

— И, черт возьми, она была права!

— Быть может, вам стоит попробовать нестандартный подход?

— Это какой же?

— Обратитесь за помощью к представителям Союза.

— Думаете?

— Уверен. Они спят и видят, как бы поскорей в Лигу официально вступить. Ваше задание и их интересы совпадают на сто процентов.

— Я попробую. Спасибо.

— Обращайтесь. О, а вот и присланный нам телепат, — обрадовался Синклер, увидев, как пост контроля проходит миловидная женщина лет двадцати пяти в черных перчатках и со значком Пси-корпуса. — Прошу прощения, Джон, но вынужден откланяться.

— Конечно, командор, это служба.

— Именно.

* * *

Синклер молодец, дал именно тот совет, который и должен был привести к ожидаемым мной действиям. Зачем выполнять роль коммуникатора, когда можно поработать нотариусом. Вот пусть сперва Земля с Союзом договорятся действовать совместным фронтом, согласуют все условия, а там и зерги поработают. Заверят достигнутые соглашения и поставят на голосование вопрос о придании нашим хомо статуса полноправного члена Лиги Миров. Это будет и проще, и легче, и зубасто-клыкастых моих потомков в большую политику выведет. Надоело мне что-то их на задворках держать. Подросли детишки, пора им взрослеть. Они у меня как руки: мши — левая, зерги — правая. Вассалы, правда, непонятно кто в такой аналогии получаются. То ли ноги, то ли хвост. Второе, пожалуй, верней будет. За ноги Геймы и Ллорты сойдут.

Мысленно сместился взором на потерянный уровень, проверить, как там подготовка к операции «Эппл» идет. Все было хорошо, даже с небольшим перевыполнением плана. Вот и отлично, можно и дальше внимание расфокусировать. Побыть сразу всеми и никем. Довольно интересное и приятное, иной раз, состояние. Впрочем, тут нужно баланс соблюдать, а то и неприятным может стать. Мм, а оператор Великой Машины, не так ли точно себя ощущает? Нет ответа. Пока что, нет. Но будет.

Сразу после проверки уйти вниманием со станции не удалось. Случился небольшой инцидент. Синклер, встретивший Литу Александр, потомственную телепатку и дипломированную служащую Пси-корпуса с уровнем П-5, проявил ненужное геройство. Какой-то залетный наркоторговец попытался протащить на Вавилон прах. Естественно, его тут же попытались арестовать, вот только служба безопасности немного сплоховала и в итоге пушер взял заложницу.

Ничего, в общем-то, особенного, такое тут чуть ли не каждый день случается. Все же, статус свободного порта, что бы это не значило применительно к станции, которую строили как дипломатическую, имеет свои странности. В любом случае, командор молодец, убедил преступника отпустить заложницу и сдаться. Я на всякий случай готовился вмешаться, хоть это было и несколько рискованно, все же за ближайшем углом стояла любопытная телепатка. Не мог ее Синклер куда подальше отправить. В общем, Джеффри пообещал отпустить наркоторговца, если тот сдастся, и тот ему поверил. Синклер слово сдержал. Молодец.

* * *

— Сволочи! Твари! Уроды! — матерился Ярик, только что лишившийся партии наркотиков, и то, что его отпустили, было слабым утешением.

— Не бушуй, на лучше, выпей, — протянул напарнику початую бутылку виски Ли, — че боссу скажем?

— Скажем, что сканеры у фраеров новейшие. Че еще сказать-то можно? Правду только.

— Нас за такое по головке не погладят.

— По головке тебя в борделе погладят.

Начаться перепалке помешал писк бортового компьютера, сообщающий, что рядом появился материальный объект.

— Че за… — начал Ярик, но закончить ему было не суждено.

* * *

Никогда не любил типов вроде этих, да и вообще к торговцам дурью плохо относился. Вот и задействовал один из крейсеров, что в гипере возле станции держал. Не слишком близко, но и не особо далеко. Прямо по курсу корабля пушеров была открыта воронка перехода, и как только тот в нее влетел, практически мгновенно в него отправился залп из пары пушек. Были и сплыли, пусть их теперь коллеги ищут. Может, и еще кого удастся прищучить. Все же «прах» — это не просто очень сильный наркотик, его особенность в том, что он невероятно усиливает телепатические способности. Фактически, с его помощью можно совершить ментальное изнасилование. Главное, чтобы хоть немного пси-ткани в организме было, а так как Ворлоны в свое время постарались на славу, то и возможность совершить данное надругательство над личностью почти у любого разумного имеется.

Синклер проводил Литу до ее каюты, показав, как можно срезать путь от причалов до красного сектора через отсеки некислородных форм. Почему-то это заставило мысленно улыбнуться. Ведь скоро, даже по меркам землян, она будет тут работать. Впрочем, этого еще никто и не знает, да и не факт, что все так и будет. В ходе своеобразной экскурсии командор напомнил Лите основные правила и обязанности. Видимо, и сказать-то ему было особо нечего. Повеселило, что телепаты на службе государства должны отслеживать нелегальное мыслесканирование. Интересно, как они будут это делать? Разве что если сами ему подвергнутся, или если недалеко от считываемого окажутся. В последнем случае они должны еще и пристальное внимание все время проявлять, а по сути, это все равно, что тем самым сканированием и заниматься. А еще им разрешено бывать в казино, но запрещается играть. Эх, где ты, мой хвост, который было так приятно грызть в подобные моменты?

«Основная сфера вашей деятельности — сопровождение бизнес-сделок и фиксирование деловых соглашений», — выдал командор телепату с пятилетним, как минимум, опытом. Хвостик-хвостик, хнык-хнык, мне тебя не хватает. Нет, серьезно, ради чего Синклер потащился встречать Александру? Она, конечно, вроде бы ему подчиняется, но вообще-то, еще и умудряется вне его юрисдикции быть. Познакомиться? Погеройствовать, рискуя головой? Кто же его поймет-то. Рыцарь он, и философ, с шилом в заднице. Чувствую, намучаюсь я с ним, ведь хочешь не хочешь, а придется подстраховывать. Нужен он, и никуда от этого не деться, натуральный столп канона. Пока в прошлое вместе с четвертым Вавилоном энтилзу (мессия/избранный на минбарском), эту не сплавим, спокойно вздохнуть не выйдет. Мало ли, вдруг без него и я тут не смогу появиться. Сколько допущений-то. Жуть. Голова аж пухнет.

* * *

— Что слышно про посла Ворлона? — открыл летучку командор.

— По сообщению из правительства, посол вылетел, и согласно нашим расчетам, он должен прибыть через сорок восемь часов, — отчиталась Иванова, даже не заглянув в планшет.

— Его апартаменты готовы?

— Почти. К сожалению, мы практически ничего не знаем о ворлонцах, а информации, переданной их правительством, минимум, — развел руками док, явно недовольный этим.

— Хоть с атмосферой и давлением проблем не будет? Не хотелось бы получить дипломатический скандал, отправив на тот свет целого посла.

— Нет, тут сведений достаточно. Адская смесь, высокий уровень метана, серы, и с небольшим количеством углекислого газа.

— По их обычаям, традициям, этикету и психологии у нас, как понимаю, тоже ничего нет? — потерев переносицу, спросил Гарибальди.

— Абсолютно, — вздохнул Синклер, которому такой информационный вакуум совершенно не нравился, — зато есть куча баек и легенд.

— Одна другой дурнее, — кивнул Майкл, которому в силу служебного положения было положено знать все сплетни и слухи, циркулирующие на станции.

— Так, ладно, — слегка прихлопнул по столу командор. — Оставим пока ворлонцев, прилетит, тогда и разберемся. Что у нас со Мши?

— Да ничего, носятся как угорелые, никого вокруг не видят, ни на что не реагируют, — хмыкнул Стивен, которому, как доктору широкого профиля, было интересно наблюдать за процессами, творящимися в инопланетном социуме. Как-никак, он, в отличие от коллег, имел сомнительное счастье проводить натуральные наблюдение за довольно крупным анклавом пушистиков.

— Майкл, ты вроде собирался переговорить с Лоуйчем, как успехи?

— Никак, эти твари по пять раз на дню переодеваются и на месте не сидят. Малого когтя от остальных и раньше-то было непросто отличить, а теперь и подавно, только по кончику хвоста.

— На сообщения он тебе тоже не ответил?

— Нет, для них нынче вообще никого, кроме своих, не существует.

— Ты все же постарайся. Их нужно изолировать на время празднеств.

— Знаю, Джефф. Сделаю, что смогу. Попробуем сегодня еще раз его отловить или кого-то из их совета, но обещать ничего не буду. Разве что ты дашь право применять оружие.

— Нет, только мшиной охоты мне на станции не хватало. Вот что, Сьюзен, обратись-ка ты к зергам, может они смогут чем-нибудь помочь?

— Попробую, командир, но через помощника посла пробиться нелегко.

— Я в тебя верю. Ладно, что у нас с запасами?

— Все в порядке, с Земли прислали даже больше, чем мы запрашивали, учли, что население станции растет.

— Это хорошо. Раз у нас снова полный комплект по основным позициям, — Синклер выдержал небольшую паузу, дожидаясь кивков старших офицеров станции, — тогда приказываю службе безопасности разобраться с нелегальным алкоголем.

— Давно пора, а то у меня скоро место в лазарете закончится, — обрадовался доктор Франклин.

— Без проблем, — кивнул глава СБ Вавилона.

— Что ж, на этом закончим.

Подчиненные разошлись по своим местам и занялись выполнением должностных обязанностей, а командор отправился в оранжерею. Десять минут релаксации — это немного, но порой так необходимо. Капсула монорельсовой дороги, проходящей через всю станцию, в пять минут домчала Синклера до зеленого сектора. Сам гидропонный сад и рекреационная зона занимали не так уж много места, большая часть объема была отведена под сугубо утилитарные способы получения зерновых, овощей и фруктов, а также регенерацию воздуха. Конечно, зеленые растения выполняли лишь малый объем работы, но все же позволяли отчасти снять нагрузку на системы жизнеобеспечения. Далеко нам до Мши и Аббаи, честно отметил Синклер, покидая транспортную капсулу и вспоминая купола построенных пушистиками и их союзниками колоний, а также станцию, что еще недавно висела по соседству. Вот там была зелень так зелень, не то что тут, жалкий клочок. Не зря наших конструкторов с дизайнерами зависть заела, хмыкнул командор, входя в сад-оранжерею.

— Командор, — встала с лавочки минбарка, склонив голову, — вы часто бываете тут, — улыбнулась она.

— Посол Делен, — поклонился на минбарский манер Джеффри. — Вы тоже здесь завсегдатай, — вернул он улыбку, получив в ответ лишь пожатие плечами.

— Меня привлекает это, — повела Делен рукой в сторону, — волны, переходящие одна в другую, и создающие гармонию.

— Сад камней, — кивнул Синклер присаживаясь на лавочку. — Бассейн для буддистов, о купании можно только размышлять, — повторил он когда-то слышанные слова одного из дизайнеров сада.

— В этом есть своя прелесть, — многозначительно сказала минбарка, странно посмотрев на собеседника.

— Да, — не стал развивать тему командор, желающий побыть в тишине.

— Когда прибывает посол Кош? — задала вопрос Делен, тактично дождавшись, когда Синклер начнет вставать.

— Через двое суток, плюс-минус.

— Ворлоны очень скрытная раса.

— Чересчур скрытная и, как по мне, излишне стремящаяся к мистификации, — поделился он наболевшим.

— У каждого из нас свой путь, командор.

— Вы ведь знаете о них больше других? Не так ли?

— Возможно, — улыбнулась она, достав из рукава кристаллическую пластинку носителя информации, — но вы же понимаете, что эти сведенья секретны, — добавила Делен, передавая ее Синклеру.

— Спасибо… — растерялся Джеффри, — но почему? Ведь между нами была война и…

— Командор, — прервала минбарка землянина, — вы знаете все о саде камней, но слишком мало на него смотрели. Хорошего вам дня, — склонила голову Делен и оставила Синклера одного с, возможно, бесценной информацией в руках.

* * *

Минбарцы такие минбарцы, просто слов нет. Бедняга командор был загружен по полной. Нет, костеголовые определенно страдают ворлонизмом в тяжелой степени. Даже не знаю, то ли лечить их, то ли сразу пристрелить будет милосерднее? Информацию она передала, секретную, ой, я сейчас расплачусь. Да вы же сами о Ворлонах ничего не знаете, а туда же. Впрочем, люди тоже, ну такие люди. В общем, они друг друга стоят. Как там было: «два дебила — это сила!» А тут их вообще толпа. Философы недоделанные. Ладно, вдох-выдох, успокоились. Ничего, в эту игру можно и на троих поиграть, и на десятерых сообразить.

Контроль пространства на Вавилоне налажен отвратительно. От нарнского транспорта с гонористым капитаном, упершимся рогом, и не желающим проходить досмотр со сканированием, отделилась шлюпка. Даже, скорей, спасательная капсула — и ее вообще никто не заметил. Нет, я просто в шоке. Чем там в командной рубке занимаются? Эта фигня пролетела у них под носом, зашла на темную сторону и плюхнулась на уровень В. Синий пять, если по карте станции смотреть. Ну ладно, приземлилась и приземлилась, не заметили, как ползла и маневрировала, мало ли, может быть оператор там в туалет бегал, всякое бывает. Вот только этот выкидыш сумрачного гения Нарнов, во-первых, пробил обшивку своей лапой-опорой, нарны бы ее еще заточили, чудики. Во-вторых, минбарец-диверсант плазменным резаком вскрыл корпус и проник внутрь. В процессе он продемонстрировал недюжие познания в национальном матерном, просто потому, что нарнское чудо не смогло толком стык заизолировать. Повезло костеголовому, что в ремкомплекте был достаточный запас герметика. Единственная радость у него была, кроме герметика — с давлением повезло, ничего уравнивать не пришлось. Так только, кровь из носа разбитого остановить, и все.

Накинув капюшон, минбарец бочком-бочком и короткими перебежками добрался до каюты Дела Варнера. Служба безопасности вообще мышей не ловит. Хотя ее начальник как раз за Мши гоняется, но это как-то все же не то. Зачем им камеры и прочие системы, если за ними никто толком не следит? На станции ночь, по сумрачным коридорам — энергию экономят — шляется более чем подозрительный тип, явно старающийся не демонстрировать лица, и никто не почешется. Мрак. Варнер, впрочем, тоже достойный представитель земного племени. Этот тип промышлял контрабандой технологий и должен был передать диверсанту маскировочную сеть Хамелеон, но — татам! — опоздал на место встречи. Вот так вот, заговор по убиению Коша едва не пошел прахом из-за раздолбайства одного конкретного человечка. Теперь хоть понятно, с чего это Варнер в долгах как в шелках. Впрочем, он может о них не переживать. Потому как уже и не переживает. Убил его минбарский воин, еще и в аквариум зачем-то тело упрятал. Наверно, опасался газоанализаторов. Не стоило, право слово, вот хвост даю на отсечение, никто бы на их сигнал внимания не обратил.

Диверсант на месте, ворлонец тоже на подлете, мы заняли низкий старт и приготовились. Ждем. Я краем сознания фиксирую творящееся на станции. Командору, вон, подружка позвонила. Ничего так, по меркам хомо даже очень хороша. Тот с ней мило поболтал, изрядно удивленный, что та на неделю раньше освободилась. «Пока центаврианам не пригрозишь выбросить их товар на солнце, они не заплатят», — ответила мадам. Одобряю, правильный подход. Именно так и нужно вести дела с этими вздыхающими по былому величию кадрами. Еще неплохо приставленный к голове бластер работает. Проверено.

Вот насчет того, что Корнелианские простыни лишены трения, тут подружку командора обманули. Оно всего лишь раза в четыре меньше, чем у шелка. Что даже человеческую тактильную чувствительность превышает. Хотя, если это она Синклеру так «я соскучилась» сказала, то почему бы и нет? Вышло очень даже мило. Что-то я волнуюсь… ну так, не каждый день случается такую аферу проворачивать. А ну как канон угроблю? Не хотелось бы, ведь знание — сила.

* * *

— Капитан-лейтенант Иванова!

— Да, посол? — обернулась Сьюзен.

— Добрый день, — приложив кулаки к груди, поклонился Г’Кар. — Я хотел сообщить, что мне удалось убедить капитана нашего транспорта пройти сканирование и досмотр по всем правилам.

— Что ж, я очень этому рада. Еще что-нибудь?

— Нет, не смею вас больше задерживать. Доброй еды, — в этот раз поклон сопровождали не просто прижатые к груди руки и традиционная фраза, но и полная форма пожелания. Нарн покрутил кулаками перед собой, что символизировало как раз поглощение пищи. Насколько помнила Сьюзан, такая форма пожелания появилась в ходе вековой оккупации родины Г’Кара центаврианами. У нарнов вообще из-за этого был своеобразный «голодный» этикет.

— И вам полного стола, — ответила в той же манере Иванова, явно обрадованному чем-то послу.

«Эх, если бы с зергами было так просто», — пробормотала она и, одернув китель, решительно зашагала в посольский сектор. У нее есть задание, и она постарается его выполнить как можно скорей. Прямо у резиденции временно возглавившей Лигу Миров расы Сьюзен столкнулась с Джоном Шериданом и полномочным представителем Союза.

— Добрый день, сэр, — козырнула Иванова капитану, — посол, — чуть склонила она голову перед тем, к кому до сих пор не знала, как относиться. Вроде и предатели, а вроде и не совсем.

— Капитан-лейтенант, — ответил воинским приветсвием Шеридан. Представитель Союза ограничился кивком.

— Вы на прием?

— Да, у нас назначено. Вы тоже?

— Нет, я еще только договариваться о нем, но если вы сможете взять меня с собой — буду благодарна.

— М?.. — переглянулись дипломат с военным, который, впрочем, нынче тоже временно стал дипломатом.

— Идемте, — принял решение Шеридан.

— Спасибо.

— Не стоит, я уже успел оценить все прелести, — изобразил кавычки пальцами Джон, — общения с зергами.

— Это вам их еще встречать не пришлось, — передернула плечами от воспоминаний Сьюзен.

— Все было так плохо?

— Ужасно. Их поливидовая раса возникла на суровой планете, настоящем мире смерти, они просто ходячее биооружие. Натуральные монстры из ночных кошмаров.

— Да, я успел оценить.

— Вот-вот, это породило довольно странные традиции. Мне пришлось, как последней дуре, стоять в расстёгнутом кителем и с разведенными в стороны руками, согнутыми на манер лап богомола.

— Это что-то типа того, как звери падают на спину и брюхо победителю подставляют?

— Да, ксенопсихологи проводят как раз такие параллели. Конечно, там все куда сложней, но суть особо не меняется.

— Кхм, офицеры, может быть мы все же войдем? Не хотелось бы срывать встречу.

— Да.

— Конечно.

* * *

Лите было скучно. Два деловых человека договариваются о поставках, согласовывая огромный список и обсуждая каждую вторую позицию, а она сидит рядом и отслеживает их мысли. Самая обычная бизнес-сделка, при которой одна сторона пытается надуть другую — рутинная работа для штатного телепата вроде нее. Правда с недавних пор присутствие представителя Пси-корпуса при подписании договоров между компаниями, находящимися в сфере юрисдикции Земли, стало обязательным. Что было хорошо, так как гарантировала ей кусок хлеба с маслом. Конечно, сенат недавно ратифицировал кучу поправок, в основном касающихся сумм и характера сделок, но уж кому-кому, а ей волноваться не стоило. Крупнейшая межвидовая станция, ставшая перекрестком торговых трас, какая уж тут безработица. «Ничего, поднакоплю кредитов, а то и лирами разживусь, да рвану на месяц в отпуск», — утешала и подбадривала себя Лита, поверхностно сканируя мысли бизнесменов.

— Мы готовы сделать предоплату, но хотим получить все до двадцатого числа. Вы успеете?

— М-м, — мнется полный мужчина в дорогом костюме, — да, без проблем.

— Он думает про двадцать восьмое, — говорит Лита совершенно нейтрально. И, не обращая внимания на явно покрывшегося испариной мошенника, добавляет: — Он думает, что раньше двадцать восьмого нереально. Он просто не хочет упустить контракт.

— Я и хотел сказать, двадцать восьмого, — возмущенным голосом, но смиряясь с неизбежным, говорит толстячок.

— Это неприемлемо. Совершенно не годится, — качает головой заказчик.

— Подождите! — останавливает начавшего вставать клиента поставщик. — Мы можем успеть двадцатого, но тогда придётся платить сверхурочные. Я получу лишь половину прибыли.

— Это правда, — кивает Лита, с трудом сдерживаясь от зевка.

— Половина все же лучше, чем ничего, — улыбается заказчик.

— Вы правы, — вздыхает, смиряясь с потерей части прибыли, бизнесмен и протягивает руку.

— Отлично, увидимся двадцатого, — пожимает руку его коллега по предпринимательской доле. — Мисс Лита, благодарю вас за уделенное нам время.

— Спасибо, это моя работа.

— Всего доброго.

— И вам.

— До свидания.

— Знаете, Лита, когда-нибудь я найду того, кто принял этот дурацкий закон, и убью его.

— Я знала, что вы это скажете, — тихо бормочет она вслед уходящему мужчине, раздосадованному потерей барыша.

Позволив себе наконец-то зевнуть, женщина допивает остывший кофе и, поправив чуть сползшую черную перчатку, являющуюся таким же атрибутом статуса, как и знак Пси-корпуса, направляется на выход из ресторана, в котором проходили переговоры.

* * *

Интересно было посмотреть на работу телепата Пси-корпуса. Конечно Лита Александр всего лишь уровень П-5 имеет из двенадцати официально существующих. Вот только она потомственная. Шесть поколений телепатов, а на деле еще больше, раньше просто не велся учет. Это довольно показательно. Надо будет взять у нее образцы, возможно, удастся обнаружить что-нибудь интересненькое. Мои умники нынче вовсю с пси-тканями экспериментируют. Результатов, конечно, пока нет, но перспективы обнадеживающие.

Насчет использования мисс Александр думал не я один. Перехватил ее на выходе из ресторана — по мне так кафетерий типа фаст-фуд обыкновенный — посол Г’Кар, и попросил уделить ему немного времени. Понятно, что представителю Нарна она не отказала. Вообще, у этих сумчатых, из-за Теней в свое время всех мыслестранников под корень изведших, своих телепатов нет. Что их, понятное дело, весьма расстраивает. Вот и пытаются нарны вернуть утраченное. С генами играются, причем не только и даже не столько собственными, но воз и ныне там. Слабо у них с наукой, односторонне.

Веселый вышел разговор у Литы с Г’Каром. Нарн мужик простой, сразу в лоб озвучил свое предложение, притом еще и был уверен, что ему не откажут. Выбирай, мол, дорогая, что тебе больше нравится. Аж два пути есть. Первый — естественное скрещивание. Понятно, что там не все так просто, но процесс естественней некуда, тут фиг поспоришь. Благо, физиология позволяет. Второй путь — клонирование из клеток. Продай, мол, милая ты их нам, но знай, заплатим чуть поменьше. Все же совмещать ДНК двух видов в пробирке тяжко, еще и клонов потом выращивать, такая морока.

Лита от всего этого, ей в уши влитого, изрядно обалдела и растерялась. Молоденькая она еще, неопытная. Нарн же, видимо, совсем себя Казановой-осеменителем почувствовал. Решил, что пятнист до неотразимости. Или неотразимо пятнист? Да все равно. Глазками так маслянисто засверкал (я углядел, так как ради того, чтобы картинку иметь, даже парочку реактивных Мши в ресторан пригнал), после чего додумался небрежно так спросить: «Кстати, вам удобней спаривание проводить в сознании или под наркозом?» Потом еще и предупредил, что в первом случае он не может гарантировать, что она в обморок не упадет. Ладно хоть, не добавил в конце «ррр!». Хотя ему бы больше «муу» подошло. Лишенный своего хвоста, воспользовался временно мшиным, грызть его задумчиво не получилось, больно, но вот прикрыть им мордочку — вполне. Полегчало.

* * *

— Внимание! Фиксирую несанкционированное открытие зоны перехода, — доложился оператор, отвечающий за врата.

— Что?! Мы никого не ждем, — встрепенулась Иванова, как раз в очередной раз вспомнившая переговоры с зергами. — Определить, что за судно, можете?

Пройдя «по блату» с представителями Земли и Союза к дипломату зергов, она стала свидетелем довольно странного действа. Люди озвучивали достигнутые договоренности, помощник посла их фиксировал, а сам посол только заверял. Выглядело это, с учетом антуража, в который можно было смело и инопланетян заносить, диковато. У Сьюзен, по сути, был лишь один-единственный вопрос в голове: «Если вы сами обо всем договорились, то на кой черт к этим страхолюдинам притащились, господа вы нехорошие?» Понятно, что озвучивать она его не стала.

— Да, мэм, это ворлонец.

— Посол Кош? Но это невозможно! Так, срочно предупредите командора Синклера, главу службы безопасности, и отправьте сообщения послам.

— Есть, мэм.

— Посол Кош запрашивает вектор подхода к станции.

— Дайте ему зеленый коридор и высший приоритет.

— Мэм, капитан «Агамемнона» запрашивает разрешение на взлет. Они закончили погрузку последней партии задержанных.

— Час от часу не легче. Взлет разрешаю, нечего толпе сомнительных личностей у причалов делать, выделите ему какой-нибудь дальний маршрут до эсминца и транспортов. Максимально удаленный от ворлонского корабля.

— Есть, мэм.

— Командор не отвечает, мэм.

— Сьюзен, что стряслось?

— Майкл, срочно найди командора, у нас тут Кош приперся раньше времени, и отправь своих людей в причальный сектор.

— Понял.

* * *

Суета и беготня от припершегося раньше срока ворлонца поднялась жуткая. А тут еще и Шеридан надумал улетать. В общем, веселый такой бедлам организовался. Кош сообщил диспетчерской, что у него неполадки с экраном, и вообще, он только текстовые сообщения слать может. Иванова выдала сокращенную версию боцманского загиба, помянув противоестественные способы появления на свет любителей мистики вообще и отдельно взятого, вот этого конкретного ворлона, в частности. Я даже ненадолго приступ творческого экстаза ощутил, прикинув вкратце, а возможно ли такое, хотя бы теоретически. Выходило, что если постараться, то кое-что и реализовать можно.

Вообще же, меня зацепили два момента. Первый — корабль посла из врат перехода вылетел двигателями вперед. И лишь раскрыв свои листки накопителей-охладителей, соблаговолил развернуться и двигаться, как этой луковице с крылышками и положено. Вообще-то, малые суда Ворлона больше на перо чеснока смахивают, но вот по «вкусу» — тот еще лучок. Второй момент, не оставивший равнодушным — передача управления процессом стыковки центральному компьютеру станции. Смелый этот Кош или глупый, я так и не понял. Нет, дело тут не в доверии или там, надежности земных технологий, дело в банальной совместимости. Как бы там ни было, но корабль ворлонского посла приземлился в доке. После чего, в соответствии с требованием правительства древностей наших ископаемых, все камеры, сканеры, мониторы и вообще все, что можно, было отключено.

* * *

— Лондо! Какого черта вы здесь делаете?!

— А, мистер Гарибальди, — обрадовался посол Центавра, — я выигрываю, моя система работает, работает, мой друг! — Молари был доволен собой, жизнью, и вселенной.

— Вы вообще в курсе, что к нам прилетел варлонец?

— Посол Кош? Конечно же… нет. А давно?

— Только что, сейчас идет уравнивание атмосфер в доке его корабля. Вы должны быть в группе встречающих, в конце концов, вы представляете Центавр.

— Конечно же, я буду! И кстати, раз уж мы заговорили о величии моей любимой родины, я вам не рассказывал, как мы в свое время всего за девять дней захватили систему Бета? Армады наших кораблей затмили звезды, а вра…

— Лондо!

— Что?! — капризно вскинулся Молари, недовольный тем, что его прервали.

— Вы рассказывали мне об этом по меньшей мере шесть раз. Давайте отложим седьмой на потом, у меня еще множество дел.

— Как вам будет угодно, — буркнул посол и опустошил бокал с коньяком.

* * *

Я бушевал. Дико, яростно, неистово. Ворлоны! Твари! Нет, ну какие же они гадины. Ушлепки, ублюдки, пи-пи-пи, самки собаки, ять-ять-ять, да чтоб их всех подкинуло, да чтоб их разорвало! О, как же они меня разозлили. Нет, ну такого я от них совсем не ждал. Ничего, отольются еще кому-то Мышкины слезы. Я вас за рим просторы ничего осваивать пинком отправлю. Я вам устрою эпоху великих межгалактических открытий. Вы у меня пешком на веслах через бездну космоса поплывете. Уф, спокойствие, только спокойствие. О, хвостик освободил, ах же ты мой маленький, ах шипастенький, ути-пути, ядовитость любимая. Ом-ном-ном, хорошо. Дышим, хвост грызем, думаем. Успокаиваемся. Вот оно значит как, ну что ж, мог бы и догадаться, сам, значит, дурак. Ничего, впредь умней буду. А пока — грызем хвост и смотрим, очень внимательно смотрим.

* * *

— Внимание, сбой в системе питания, — сообщила система оповещения лифта, — перехожу на резервную линию, до подачи энергии две минуты семнадцать секунд.

— Досадно, — вздохнул Синклер, застрявший в лифте, — еще и связь тут не берет, — добавил он более эмоционально, деактивируя коммуникатор на запястье.

* * *

Стивен Франклин — глава медицинского отсека станции Вавилон-5 — спешил к себе на рабочее место, но, увы, кроме него еще спешил и крупный Мши с мешком крупы в могучих лапах. Столкновение произошло, чертовски некстати для доктора, прямо на лестнице. Кратко, но очень емко высказав свое мнение о бешеных тушканчиках, пересчитавший собой все ступени Франклин вырубился. Сотрясение, перелом руки, трещины в ребрах. Не самые приятные последствия спешки для отдельно взятого человека. Конечно, современная медицина творит чудеса, но как минимум на пару недель медсекция осталась без руководителя.

* * *

— Простите, задержался, у лифта возникли проблемы с питанием, — извинился командор перед собравшимися.

— Ты еще вовремя, Молари до сих пор нет.

— Не будем ждать, — решил Джеффри, — идемте, мы должны встретить посла Коша.

* * *

Встреча вышла что надо, да. Бездыханное тело этой скотины в скафандре валялась на полу и не подавало признаков жизни. Хотя странно было бы, если б скафандр их подавал. Впрочем, он же на биотехе. Жаль, что эта гадина еще не скоро помрет. Понятное дело, что тут началась суета-беготня и бедлам, а то как же, послу ведь плохо. Еще и глава всех медиков Вавилона недееспособен оказался. Аккуратней надо быть, когда по станции реактивные Мши носятся. Пусть вообще радуется, что жив остался.

* * *

— Лондо, где вы были, когда мы все собрались встречать посла Ворлонов?

— А-а, Гарибальди, — грустно протянул куда более трезвый, чем был еще недавно, Молари. — Знаете, а вы приносите мне неудачу. После вашего прихода я проигрался. Полностью! — развернувшийся посол попытался уйти, но был взят за предплечье Майклом. — Пустите, мистер Гарибальди, у меня дипломатическая неприкосновенность.

— Уже нет. Командор объявил на станции карантин в связи с покушением на убийство. Лита просканировала посла, и доктор Бен Кайл, заместитель Франклина, сумел локализовать место проникновения яда и определить его.

— Да? И что же это за такое?

— Флюоразин. Именно им отравили посла. Известно только одно место, где обнаружено это редкое вещество. Дамоклов сектор, расположенный…

— На нашей территории. Спасибо, я в курсе географии своей родины.

— Тогда вы…

— И как раз оттуда, неделей раньше, и прилетела подруга командора. Ее корабль, кажется, называется «Одиссей».

— Да, — напрягся Гарибальди, которому очень не нравилось, к чему вел посол. Если к словам телепатки он еще мог отнестись предвзято, мало ли что она там видела, проверить-то нельзя, хотя информация о месте проникновения яда и подтвердилась, то это могла быть уловка. Страшнее лжи лишь полуправда, но и она пасует перед истиной, поданной в нужном ключе.

— Этот корабль совершил посадку за двадцать минут до покушения.

— И откуда только вам все это известно, Молари?

— Знаете, зачем я здесь? — начал сильно издалека Лондо. — Чтобы зацепиться за вас как эти, как их, рыбы, забыл название, плавают с акулами.

— Прилипалы, — подсказал Гарибальди.

— Да, — кивнул Лондо, взяв пустой серебристый стакан с барной стойки. — Вы, земляне, отличные акулы, мы, — горько усмехнулся Молари, — мы и сами были отличными акулами. Но с тех пор как-то разучились кусаться.

— Лондо… — попытался прервать посла Майкл, но тот даже не заметил, что к нему обратились.

— Когда-то весь квадрант принадлежал нам. А что мы теперь? Двенадцать планет, да тысячи памятников былой славы. Живем воспоминаниями о героическом прошлом. Торгуем сувенирами. Мы стали экзотикой для туристов! Посетите великую республику Центавр, — передразнил он набившую оскомину рекламу. — Открыто с девяти до пяти по земному времени.

— Лондо, я должен знать, где вы были, и есть ли у вас алиби.

— Я был тут, Майкл, в казино.

— Вы же проигрались, как только я ушел.

— Да, вы приносите мне неудачу. Некто Дел Варнер предложил мне оплатить долги. А сам смылся! Можете проверить записи или опросить крупье, бармена или эту новую телепатку, она меня видела.

— Я верю вам, но все равно вынужден буду проверить ваши слова.

— Валяйте, — отмахнулся посол. — Хорошая акула, славная акула, — сказал он своему отражению в стакане и пару раз клацнул зубами.

* * *

Удивил меня Лондо, изрядно удивил своей болью за родину. А ведь он действительно патриот в самом лучшем смысле этого слова. Ему за Центавр жизнь отдать так же естественно, как дышать. И при всем при этом он может быть убийственно холодным и логичным. Идеальный бы вышел император, если бы Дракхи не вмешались. Посмотрим, может и удастся что-то изменить в его судьбе. Молари не Г’Кар, у того катарсис еще впереди, а вот центаврианин свой уже прошел. Ему бы чуть-чуть направление другое придать, но… подумаю, прикину, хвост пожую, может и выйдет нечто путное.

Временно ставший главврачом доктор не подвел. Скафандр Коша вскрыл, все мониторы и сканеры отключил, наивный какой. Впрочем, я к нему несправедлив. Он же не технарь, в конце-то концов. Главное — ни мне, ни земным спецслужбам в будущем, все его предосторожности снять данные не помешали. Порадовался чуть-чуть, когда док убедил Литу просканировать посла. Та немного поломалась, а то как же, но после аргумента, что сюда Ворлон прилетит и все немножечко умрут, согласилась. Женское любопытство, о сколько ты приносишь бед, страданий, мук, порой смертей. Впрочем, у нас тут редкий случай, когда все наоборот.

Выдавшая дикий бред на тему того, что ради паршивого П-5 ей, бедняжке, потомственной телепатке в энном поколении, приходилось пахать день и ночь, а половина однокашников до вожделенного уровня не добрались, став слюнявыми идиотами, Лита отправилась копаться в голове Коша. Там она действительно разглядела, кто именно и куда яд прилепил. Впрочем, доктор от нее не отставал и, видимо, решив своеобразно успокоить, выдал байку про то, что кто ворлона живым увидит, тот в камень превратится.

Тут как раз и Синклера невовремя в медотсек занесло. Лита, просканировавшая Ворлона, и, как положено, субъективно прожившая отрезок его жизни, только в собственном теле, биться в конвульсиях перестала. Оперативно ее успокоили, но яд забористый и, видимо, быстродействующий — раз ее так накрыло. Ворлон все никак, скотина, помирать не хотел. Только силы жизненные, процентов по пять в час, теряет. Силен, гад, нечего сказать. При виде командора мисс Александер изволила заорать, что вот он, убийца посла, прямо перед ней стоит. Ату его, ату.

Во всей этой чехарде был один полезный момент — скафандр посла содержал в себе измененные и модернизированные чуть ли до неузнаваемости пси-ткани. Теперь ясно, с чего Лите пришлось перчатки снять, а потом и руку в скафандр запустить. Все же, тактильный контакт чисто психологически среднестатистическому гуманоидному виду помогает. Как и зрительный, кстати говоря. Может, конечно, и какие-то особенности ворлонской разновидности материала роль играют. Исследуем, там видно будет.

* * *

— Сэр, датчики зафиксировали падение давления в синем секторе.

— Отправить на проверку ботов.

— Есть, сэр.

Наконец-то, я уж думал, не дождусь. Нет, это прямо какое-то «на третий день Зоркий Глаз заметил, что стены нет, и мы сбежали», кроме шуток, вторые сутки станция сифонит, а они это только сейчас заметили. Мне как-то боязно за своих, что на ней находятся. Может, вернуть обратно нашу, или новую возвести?

Отдельно доставил радости Г’Кар, который притащился к Делен и толкнул проникновенную речь о том, что отравление организовал Молари. Аргументы были убойные. Во-первых, его среди встречающих не было. Во-вторых, центавриане спят и видят, как союз с землянами создадут. В-третьих, ну это же центавриане, а они по определению плохие, и их всех нужно поубивать. Минбарка, понятное дело, на такие аргументы нашла что возразить, но тут крапчатый посол с широкими взглядами на ксенофилию сделал ход конем. Нет, он не предложил Делен спариться, с гарантией, что та сознание не потеряет. Он, если так можно выразиться, пошел дальше. Видимо, неудача с Литой убедила Г’Кара в недостаточной масштабности предложения.

Обалдевшая посланница Минбарской Федерации получила, ни много ни мало, предложение руки и сердца. В смысле, военного союза. Минбар, мол, — технологии, а Нарн — мясо. Вообще-то, Г’Кар заявил про людские ресурсы и желание расширяться, но прозвучало так, как выше. Ответ был предсказуем. Раздосадованный нарн, вместо того, чтобы тихо-мирно проследовать указным маршрутом, вспылил и начал хамить. Дошел до того, что Серый Совет, верховный орган власти, назвал сектой. Вот уж точно, язык мой — враг мой, уж лучше бы Г’Кар отправился в пешее эротическое путешествие, целее бы был.

Вспылившая Делен, не иначе, как за совет свой обожаемый обидевшись, продемонстрировала наглядно, что значит технологическое преимущество. Толстое кольцо на пальчик свой изящный надела, пятерню растопырила и одному конкретному нарну стало очень и очень плохо. Еще бы, локальное управление гравитацией — мощь. А уж когда ты вдруг ни с того ни с сего начинаешь дикие перегрузки испытывать, так и вообще шок пополам с трепетом появляется. В общем, пришлось Г’Кару убраться, униженным и оскорбленным.

Увы, он был истинный сын своего народа, и с первого раза до него не дошло. Обида, злость и прочий негатив у него чуть из ушей фонтанами не хлестали. Тут как раз и повод подвернулся. Дело Синклера, как главного подозреваемого, начали на консультативном совете станции разбирать. Идиотизм, конечно, но тем не менее. Вот и решил Г’Кар, что раз у него с минбарцами не вышло, так может чего с ворлонами прокатит. Я над его мыслишками и хитрыми планами посмеялся, шариков зажевал, и продолжил за дурдомом наблюдать.

Деятельный нарн, реально, шустрей моих Мши бегал. Быстренько достал из закромов Родины компромат на деда Лондо, что был тем еще уродом и палачом. У центавриан положение в обществе и социальный статус во многом историей семьи определяется. Сам-то род Молари был прекрасно осведомлен о военных преступлениях одного из своих членов, но вот допустить, чтобы об этом узнали другие — нет, на такое Лондо пойти не мог.

* * *

— Ставлю вопрос о выдачи командора Синклера для суда Империи Ворлон на голосование! — торжественно провозгласил Г’Кар. Хотелось-то ему сказать это скорбно и с приличествующей случаю рожей, мол, он с болью в душе и все такое, но при этом за справедливость, да вот актер из него посредственный. Может, дальше получше станет? Поживем, увидим.

— Земной Альянс против, — никто и не сомневался. Странно было бы, проголосуй люди иначе.

— Минбарская Федерация… — помялась Делен, но все же сказала: — воздерживается.

— Республика Центавр… за, — вот уж кто действительно с болью и надрывом против совести пошел, но своя рубашка ближе к телу, а род и семья для Молари не пустой звук, совсем не пустой.

— Двое за, один против, и один воздержался, решение не принято, — вообще-то, Мши тоже члены этого самого совета, но выловить никого из них не смогли, а я порадовался, что не буду в этом фарсе участвовать.

— Вы забываете, что есть еще один голос, — расплылся в оскале нарн, — я сейчас говорю про Ворлонскую Империю, — тут же пресек он все домыслы. — Час назад я связался с их правительством и сообщил о своем намерении поставить вопрос о выдачи командора на голосование. Империя Ворлонов проголосовала «за». Они уже выслали корабль, который доставит командора Синклера в их центральный мир.

— Есть еще Мши.

— Вы их сначала поймайте, — фыркнул Г’Кар, и я с ним был в кои-то веки согласен.

* * *

Пока посол Режима Нарна мутил воду и устраивал бурю в стакане, доктор, вколов себе очередной стимулятор, сумел синтезировать эрзац-противоядие. Которое, вот неожиданность-то, оказалось достаточно эффективным. Дела болезного гаденыша пошли на лад. О чем, само-собой, прознал киллер-любитель из минбарской касты воинов. Чего бы ему не прознать, когда он сеть взломал. То ли защита там была никакой, то ли конкретно у этого убийцы-самоучки имелись хакерские таланты. Впрочем, не у него одного были успехи. Майкл наш, свет Гарибальди, добрался в своем расследовании до каюты Вернера. Который к тому времени давно уже был в лучшем мире, и вообще, тихо-мирно раздувался себе в аквариуме.

В земном отечестве нашлись свои таланты, что умудрились взломать компьютер покойного и выяснить много интересного. Вот только они немного опоздали. Пока Гарибальди просвещал толпу как причастных, так и просто забредших послушать, на тему маскировочной голографической сети Хамелеон, пользователь этой самой сети под видом Литы заглянул в медбокс. Справиться о здоровье одной тварюшки инопланетной. Настолько редкой, что прям хоть сейчас в красную книгу заноси. Под пустые разговоры минбарец, мало что смыслящий в медицинской технике, чего-то там понажимал, повыключал, за чем и был застукан доктором. В ходе непродолжительной дискуссии кулак вновь доказал свою правоту, столкнувшись с лицом.

Но тут, видимо, звезды сошлись. Доктору, получившему удар в челюсть, посчастливилось приземлиться на хирургический лазер. Хвала экономии, тот был устаревшей модели, и имел не только автоматический привод, но еще и ручной. Пока минбарец пытался вытащить из-за пазухи бластер, док пару кнопочек нажал и порезал супостата. Тут, вот чудо-то, — нет, я действительно удивился — сработала сигнализация, и киллеру пришлось спешно уносить ноги. Вот пока доктора мутузили и шкафы им крушили под аккомпанемент его собственных воплей, никто и не почесался, а тут медицинским лазером руку рассекли, и на тебе, безопасников набежало, не протолкнуться. Впрочем, эскулапу нужно отдать должное, до того, как его лицом в пол положили, он успел системы поддержания жизни пациента в рабочее состояние вернуть.

Примерно в то же время, когда пожилой доктор бился с крепким и подготовленным минбарцем из касты воинов, начальник службы безопасности, случайно открывший в себе дар лектора, закончил доносить до благодарных слушателей информацию о «Хамелеоне». Всем эта система маскировки хороша, но есть у нее один большой недостаток, слишком уж мощное энергетическое поле создает, отчего можно взять и на ровном месте помереть. Потому-то ей мало кто пользуется, и она везде запрещена. Что сказать? У любой палки два конца, а минбарцы всегда умели страх преодолевать. Ведь не боится только идиот. Именно умение переступить страх и выполнить долг, вот чему они учат своих адептов в касте воинов.

Была от лекции Гарибальди одна несомненная польза: раз имеется мощное локальное поле энергии, значит, его можно обнаружить. Я бы, честно говоря, после всего увиденного не был бы столь уверен. Впрочем, после погрома в медотсеке, ну может быть у них есть шанс. Пока Иванова, отмахнувшись от лейтенанта технической службы, что рвался доложить о пропавшем боте, лично занималась сканированием станции, Майкл и Джеффри резво сбегали на склад СБ. Вот тут я реально обалдел. Эти идиоты напялили на себя бронежилеты, взяли штурмовые бластеры, фиговины по метру с лишним длиной и такой вот воинственной парочкой поперлись в командную рубку. И нет, они не собирались из иллюминатора от ворлонских кораблей отстреливаться. Тем, кстати, надоело ждать, когда же им доставят командора, и они вежливо уведомили, что минут через десять разнесут станцию к едрене-фене и полетят поминки по соотечественнику справлять.

Короче говоря, вместо того, чтобы отправить десяток бойцов СБ в отсек, где бравая капитан-лейтенант заблокировала обнаруженного-таки — реально, чудом — диверсанта и киллера-самоучку с суицидальными наклонностями, парочка старших офицеров, самых, мать его, старших на гребанном Вавилоне, поперлась туда лично со штурмовыми бластерами наперевес. Хвала проблескам разума, они додумались с собой летающую камеру прихватить. Иванова, не зря я в нее верил, сообразила организовать широковещательное распространение сигнала. Так что за финалом этой трагикомедии могли наблюдать очень и очень многие.

Пиу, бдыщь, и Гарибальди улетает за какие-то ящики. Синклер бросается к подстреленному приятелю, но тот мужественно пытается снять с себя бронежилет, что только что спас его от смерти. Зачем? Да кто ж его знает. Спишем на шок. Вероятно, от того, что жив остался, и кроме пары синяков в районе копчика — те самые ящики зацепил — ничего серьезней не заработал. «Я в порядке, иди и возьми его», — мужественно хрипит безопасник. Молодец, отличный совет. Давай, мужик, ты же военный пилот, командор, кто же, как не ты, надерет задницу воину с двадцатилетней подготовкой и огромным опытом.

Смотреть на творящееся я больше не мог. Даже не столько потому, что не верил в Синклера. Просто устал. Небольшое внушение, и обуреваемый ненавистью раненный в руку минбарец бросается врукопашную, где закономерно огребает по лицу и улетает на оголенные провода. Бодрящая порция энергии, немного шаманских плясок, и несостоявшийся киллер, который почти смог, падает под ноги Джеффри. «У тебя в голове дыра», — хрипит он, и помирает. Вообще-то, он хотел взрывное устройство активировать, но я все же решил не рисковать.

Ворлонцы развернулись и молча убрались в гипер. Очухавшееся тело застегнуло скафандр и уползло на свой корабль, где бедолагу клона, скорей уж куклу по типу Мши, мало общего с оригиналом имеющую, и переработали. Я же, взгрустнув, отправил своего актера, что должен был ненадолго изобразить прихворнувшего ворлона, в заморозку. Мало ли, вдруг пригодится еще. Эх, знал ведь, что Синклер — это будущий-прошлый Вален. И ведь мог бы сразу сообразить, что он про отравление Коша проболтается. Уж кто-кто, а ворлоны ему наверняка мозги вывернули. А так как их и тысячелетие назад было ой как мало, то фиг бы они дали своего отравить. В общем, перефразируя слегка, скажу: «вся жизнь театр, и в ней мы лишь актеры». Это был, увы, не мой спектакль. Да и ладно. Зато теперь почти все в сборе. Осталось лишь Мордена с компанией дождаться. А там, ух, понесется.

Глава 22. Семена раздора

Проснувшись за пару минут до сигнала будильника, капитан-лейтенант Иванова позволила себе чуточку поваляться, но едва раздалась знакомая трель, решительно откинула одеяло. Зарядка, завтрак, душ, форма, приготовленная с вечера. В некоторых вопросах Сьюзен была педантична до невозможности, что немало способствовало продвижению по карьерной лестнице, однако весьма негативно сказывалась на личной жизни. Вздохнув о чем-то своем, она заправила кровать и, бросив взгляд в зеркало, чтобы еще раз убедиться, что все в порядке, решительно отправилась исполнять служебные обязанности.

— Командир на мостике! — гаркнул глазастый лейтенант, недавно прибывший на станцию.

— Вольно, — чуть поморщилась Иванова, успевшая немного отвыкнуть от чисто военной уставщины, не до нее на Вавилоне было. — Что у нас новенького?

— Ничего особенного, мэм. Ждем прибытия корабля Пакмаров, привезут, судя по декларации, квантиум в стержнях.

— Много? — задала дежурный вопрос Сьюзен, вводя длиннющий персональный код в свой терминал.

— Они мало не возят, — пожал плечами старший лейтенант, завершавший дежурство. — На пару врат перехода точно хватит. Пост сдал. — устало козырнул молодой человек, совершенно по-детски потерев кулаком красные от недосыпа глаза.

— Приняла, — изобразила нечто отдаленно похожее на уставное приветствие Иванова, быстро просматривая список ожидающихся кораблей. — Выспись, — напутствовала она подчиненного.

— Обязательно. Спокойного дежурства!

— Это вряд ли, — вздохнула Иванова, глядя на итоговую цифру под длинным, очень длинным списком прибывающих сегодня судов.

И без того немалый грузопоток рос день ото дня. Удобно расположенный нейтральный квадрант на стыке сразу нескольких крупнейших цивилизаций — а теперь и вообще получивший особый статус — сам по себе был весьма оживленным местом, а уж после того, как тут больше года висела крупная торговая станция Лиги, на которой еще и чуть ли не ее парламент заседал, их сектор стал весьма прикормленным и оживленным местом.

Иванова до сих пор не могла понять, зачем чужаки свою станцию убрали. «Инопланетяне», — пожала она плечами, отбрасывая лишние мысли.

— Что у нас с сектором В? — открыла она файл с отчетом.

— Боты почти закончили с внешним ремонтом. Через пару часов подадим давление, и если все будет в порядке, отправим бригады техников.

— Хорошо, — кивнула Сьюзен, мысленно пожелав покойному минбарскому ренегату угольков погорячее. Вот ведь, гад, не сумел проникнуть без порчи вверенной ей станции. Еще и кораблик свой заминировал, из-за чего ей пришлось написать длиннющий рапорт с обоснованием. Ремонтные боты — штука не из дешевых, а тут сразу два в клочья разнесло. Еще и дыра в корпусе станции.

— Общий статус?

— Все системы исправны и работают в штатном режиме.

— Происшествия?

— Ничего особенного, мэм, — чуть скривившись, доложил заместитель Гарибальди.

— Что, совсем ничего? — напряглась Иванова.

— Была пара драк, десяток ограблений, но в остальном… — развел руками безопасник.

— Черт, — ругнулась капитан-лейтенант, — это плохо.

— Плохо? — не сдержался новичок, и сразу же стушевался под взглядами более опытных сослуживцев.

— Запомните лейтенант, если на станции все спокойно, а особенно, если спокойно долго, — выделила последнее слово голосом Сьюзен, — значит, следующее ЧП будет особенно большой ж… кхм, короче говоря, неприятности тем больше и неприятней, чем дольше их не было.

— Что-то вроде приметы, мэм?

— Если бы только приметы… Это у нас уже из разряда фактов и особенностей службы.

— Я понял, мэм, благодарю за разъяснение.

— Обращайтесь. Так, ладно, работаем. Отправить пару эскадрилий на патрулирование, пусть разомнутся, на полноценные учения у нас лишнего топлива нет… но вот так, чисто полетать, на это мы найдем. Дальше, задействовать все ремонтные боты, пусть проведут внеплановую проверку корпуса. Мало ли, вдруг еще какой-нибудь гость незваный приземлился. Технической службе провести учения, а заодно и проверить линии связи. Особое внимание на ликвидацию последствий диверсий, сенсорные и орудийные системы. Последний раз у шестой установки ПКО щитки заклинило. Ладно, учения, а если бы нет? Она же два уровня сектора прикрывает.

— Мэм, мы давно уже все устранили. Там и было-то…

— Вот и отлично, значит, просто убедитесь, что все в порядке.

— Есть.

— Поступил сигнал от буя, транспорт пакмаров на подходе. Он не один.

— Кого там еще несет?

— Крейсеры Врии и Зергов. Охрана.

— Охрана?

— В нашем квадранте появились пираты.

— Вот ведь… Ладно, охрана так охрана. Я бы тоже ради полного трюма квантиума пару-тройку эсминцев не пожалела. Когда они до зоны перехода доберутся?

— Через девять минут.

— Ясно… так, военных на дальнюю орбиту, транспорту зеленый коридор, если надо, притормозите кого с вылетом.

— Понял, сделаю.

— Что ж, новый день, новая смена. Работаем.

Четыре полуторакилометровых цилиндра, с десятком трехсотметровых ребер каждый, чуть разошлись, освобождая место для прибывающих кораблей. По конструкции пробежали импульсы сбрасываемой энергии, что через мгновение встретились в ее центре и породили искусственную аномалию, разорвавшую обычное пространство. На формирование воронки перехода потребовалось меньше секунды. Практически сразу же в ней появилась тройка кораблей. Первым шел крейсер Зергов, отдаленно напоминающий помесь кальмара и черепахи. За ним, с небольшим отставанием, летел транспорт пакмаров, бочкообразная конструкция с конусообразными надстройками. Иванова поймала себя на мысли, что самые большие из них напоминают трубы старинных пароходов. Замыкала процессию летающая тарелка Врии. Надо же, Ксилл, удивилась Сьюзен, рассматривая на сканерах полукилометровый диск сереньких.

* * *

Помощник посла великой республики Центавр, а по совместительству секретарь, пресс-атташе, денщик, уборщик, слуга и просто мальчик на побегушках, вошел в апартаменты шефа. Стойкий запах перегара, почти неощутимый на фоне аромата свежего бивари, ударил в нос. Стараясь не смотреть в глаза начальнику и не зная, куда девать вечно потеющие ладошки, испытывающий постоянное смущение за собственную неуклюжесть молодой цетаврианин попытался изобразить положенное приветствие. Да только кто же такого слушать-то станет? Хоть заметили сразу, привычно нашел хоть что-то положительное в неловкой ситуации все еще сохраняющий детскую пухлость Вир. Еда была той маленькой слабостью и отдушиной, что уже лет двадцать позволяла ему примиряться со своим никчемным существованием.

— А, Вир, ну наконец-то. Где тебя так долго носило? — Лондо был доволен собой и жизнью, чему немало способствовала принятая внутрь стопочка бизари, заполированная парой стаканов бивари.

— Посол, еще же только десять по земному! — возмутился полноватый и чуточку суетливый скромняга, которого род Кото, сочтя ни к чему не годным, сплавил помощником на Вавилон.

— Ерунда и вздор! — барственно отмахнулся Лондо. — Как там мои переговоры с Аббаи?

— Ну, я договорился с ними, они передали ваши предложения зергам, и те согласились.

— Замечательно, просто превосходно. Нет! Великолепно! Это нужно отметить, — естественно, мнением своего помощника в данном вопросе, как впрочем, и в любом другом, посол Центавра не интересовался, — держи! — протянул он наполненный коньяком бокал Виру, не тратить же на того напитки родины, они ведь куда дороже, да и не оценит он их по достоинству.

— Посол, вы же знаете, я стараюсь не употреблять крепкий алкоголь. Особенно земной, и по утрам.

— Ерунда, ты представляешь нашу великую республику, возможно, однажды, ну-у-у, теоретически, когда-нибудь, — несколько снизил градус пафоса Лондо, искоса глянув на Вира, — ты даже будешь говорить от имени нашего Императора. Пей давай, это приказ, — решил он все же применить более простой способ.

— Гадость какая, — сморщился Вир, неприязненно глядя на опустевший бокал.

— Да что бы ты понимал, — фыркнул Молари. — Итак, значит Зерги готовы взяться за модификацию перы?

— Собственно, они ее уже модифицировали.

— Как? Когда?

— Мне не сказали, но думаю, заказ был от кого-то из наших лордов.

— Добились тех же свойств, что и у лкевсы?

— Даже лучше, урожайность выше в полтора раза, размер — в два, содержание полезных веществ, присущее обоим видам, выше на пятнадцать процентов. Годится как в пищу, так и для…

— Потрясающе, просто нет слов, я в восхищении! Надеюсь ты догадался заказать посевной материал? — Молари мало волновали конкретные детали.

— Да, посол. Я исходил из тех же объемов, что вы хотели получить.

— Знаешь, — совершенно трезвым и серьезным голосом сказал Лондо, — а из тебя может получиться толк.

— Спасибо, — смутился излишне скромный и неуклюжий Вир, которому редко доставалась похвала, — позвольте вопрос?

— А когда доставят заказ? — вместо ответа поинтересовался посол.

— Сегодня. Я так понял, был какой-то попутный корабль.

— Да, определенно, у меня удачный день. Нужно срочно заглянуть в казино, — воодушевившись, Молари направился к шкафу с камзолами. Тот, что был на нем, оказался несколько несвеж: вчера, будучи в несколько расстроенных чувствах из-за очередного проигрыша, Лондо предпочел отойти ко сну, рухнув прямо на диване. Какое уж там переодевание, если даже несколько шагов до спальни показались невыносимо длинными.

— Посол, — попытался привлечь внимание Вир. — Лондо! — позволил он себе повысить голос.

— Ты еще здесь? — неподдельно удивился Молари.

— Я хотел узнать, зачем вам генетически измененная бета вульгарис, да еще и в таком количестве?

— Это же элементарно, Вир. Ты ведь сам докладывал мне, что благосостояние клана Г’Кар держится во многом на экспорте этого их брассик рафа.

— Порядка трех процентов экспортной выручки Нарна приходится…

— Именно! Три процента, четверть из которых принадлежит клану, возглавляемому послом нарнов.

— Вы хотите разорить его, — сообразил Вир.

— Наконец-то до тебя дошло. Мой племянник, Кайл Молари, с недавних пор работает научным руководителем в нашей сельхозхозяйственной колонии Рагеш III. А она…

— Граничит с сектором нарнов.

— Именно! А я…

— Будучи послом на Вавилоне, вы сможете перезаключить контракты, предложив более…

— Ты небезнадежен, Вир.

— Спасибо, — Кото был польщен: его дважды похвалили, это было немало. Последний раз он получил две похвалы в один день лишь будучи совсем маленьким, да и то всего лишь от няни — за то, что хорошо кушал и не капризничал.

— Подай мне плащ, — распорядился Молари, — почисти костюм и ботинки, а потом разбери почту и приготовь легкий ужин: возможно, у меня будет гостья.

— Да, посол, непременно, — вздохнул Вир, философски подумав, что закон сохранения в его случае срабатывает чересчур быстро.

— Если эти недоумки из совета прислали очередные инструкции, сделаешь мне краткую выжимку.

— Всенепременно, Лондо.

— Вот и молодец, — широко улыбнулся Молари, потрепав помощника по пухлой щеке.

«Гав-гав», — позволил себе съязвить Вир, когда дверь посольских апартаментов закрылась за начальством. Впрочем, к пренебрежительному отношению со стороны окружающих он давно привык. Даже смирился, хоть иногда, где-то глубоко в душе, все еще взбрыкивал. Вот только наружу ничего, уже лет десять, не прорывалось. Отцовский ремень и кулаки старших сестер давно уже отучили его отстаивать собственное мнение.

* * *

Автоматические боты, висящие на орбите станции, активировались по сигналу из центра управления и отправились выполнять свои задания. Красиво, отметил я, мысленно провожая взглядом десятки светящихся точек, попыхивающих дюзами. Они были похожи на стайку рыбок, на чешуе которых периодически вспыхивали солнечные блики. Далеко не всякий разумный сумел бы разглядеть их с обзорной палубы, но тело посла было исключительно совершенно. В нем были реализованы многие наработки от всех трех рас, что я считал своими. Там, где не справлялась живое, выручала техника — квинтэссенция передовых технологий зергов, геймов и ллортов воплотилась в массивном скафандре посла.

«Да, определенно не хватает расы техноманьяков», — пробормотал я голосом посла, возвращаясь к созерцанию звезд. Мысли текли неспешно, большая часть разума была в своеобразном сне-медитации, и сейчас ею пользовалась чуть ли не девять десятых моих разумных. Не только зерги, но и геймы, что наконец-то сумели вырастить переходную форму, и даже ллорты. Они пока не могли подключаться напрямую, их путь был куда более биотехнологическим. Они меняли природу, но не себя — последствия неудачных игр с собственным геномом. Боятся они их повторения, на каком-то глубинном, подсознательном уровне опасаются. До сих пор остатки последнего эксперимента не убраны. Даже с нашей всесторонней помощью потребуется еще не меньше пары поколений. Идея генетической памяти была многообещающей, вот только последствия не просчитали. Дети с опытом жизни предшествующих поколений — младенцы, осознающие себя стариками. Ужас.

Мысли свернули в сторону, глаза смотрели в бездны космоса, но совершенно не видели звезд и редких пролетающих в поле зрения кораблей. Разум лихорадочно работал, теперь уже я задействовал, отчасти, всех тех, кто был в этот момент подключен ко мне. Информация привычно лилась в меня со всех сторон, порождая вспышки мыслей, идей, воспоминаний. Это очень необычно: вспоминать то, чего ты никогда не знал, не видел, и о чем даже не догадывался.

По субъективным ощущениям, прошла вечность. На деле же — минут двадцать минуло. Сколько же всего было сделано, обдумано, принято и отброшено? Много, очень и очень много. С тех пор, как появилась теория души и были получены некоторые ответы, удалось ее чуть-чуть развить. Не теорию, а душу. Одну конкретную — мою. Ведь не могла она забыть, по своей природе не могла. Перебор всевозможных духовных практик десятков рас, выявление схожего и отличного, тренировки-медитации, и вот он — бледный, скромный результат. Удалось вспомнить некоторые вехи канона.

Мало, намного меньше чем хотелось бы, но даже так — хорошо. Вмешиваться нельзя, слишком опасно. Чем меньше знает будущий Вален, тем лучше. Только, ведь, и ждать, тихонько сидя в уголке, не стоит. Те жалкие останки истребителей Теней, что нам удалось добыть, они заставляют шевелиться. У За’ха’дума мне не повезло. Земная экспедиция, конечно, молодцы — сумели оказать сопротивление и даже попытались убежать. Не вышло, жаль, но они взяли за себя дорогую плату. Невероятную. Не знаю, скольких они убили, но когда «Икар» зажали, они в стационарной воронке перехода открыли свою. Взрыв вышел — что надо. Я три корабля в гиперпространстве потерял. Передовую группу смело. Остальные уцелели, но восстанавливаться будут долго. Досадно. Тени пятерки крейсеров в обычном космосе лишились. Жаль, слишком много их уцелело. Будь иначе, рискнул бы напасть, а так — воздержался. Не стоит дергать тигра за усы.

Ничего, еще успеем. Подготовка идет полным ходом. Некоторые моменты, что по моей вине не состоятся, придется спровоцировать искусственно. Возможно, это принесет пользу в дальнейшем. Пора возвращаться. И так уже задержал посла, а ему еще работать нужно. Мне тоже найдется, чем заняться. Что-то изучение ворлонских технологий забуксовало, стоит подключиться и провести мозговой штурм. Он с каждым разом все лучше и лучше выходит. Если бы еще не был столь утомителен — я-то ладно, хоть каждый день могу, но вот остальные, увы, долго не выдерживают. Потом пластом все лежат. Даже зерги, и то по несколько суток восстанавливаются.

* * *

— Посол, — кивнула Делен, разводя поднятые руки, а я на всякий случай отстранился от тела: не покинул, но освободил. Если она Теней в свое время почувствовала, то лучше уж не рисковать.

— Добрый день, — отзеркалил зерг движение минбарки.

— Раньше я вас тут не встречала, — сказала она, чуть наклонив голову.

— Рожденный в недрах улья обречен не видеть неба.

— Но вы ведь… видите.

— Вот этим, — провел по визору шлема рукой зерг, — я вижу звезды, и сразу же получаю по ним множество различной информации, вижу корабли, что вам не разглядеть, и многое иное, недоступное вам.

— Возможно, я тоже вижу что-то, чего не видите вы.

— Нет, саттаи Делен. Вы лишь думаете, что видите.

— Я просила бы вас не упоминать мою должность.

— Быть загадочным и нести в себе загадку не одно и тоже, посол.

— Что вы имеете в виду?

— Двери, посол, двери.

— У каждой из которых две стороны? — напряглась минбарка, ведь я повторил когда-то сказанное ворлоном.

— Знаете, есть те, кто чувствует и видит, а есть те, кто знает истину. Они говорят, но им не верят — не потому, что лучше знают, просто у других своя правда. Им не нравится истина.

— Я вас не понимаю.

— А разве это обязательно?

— Н-нет, — ой как ей бедненькой тяжко приходится, но пора заканчивать нести пургу и косить под ворлона, как-никак, она с ним будет еще общаться. Спросит еще чего, ненароком.

— Правда с истиной похожа на дверь, посол. Хорошего дня, — а теперь делаем ноги, пусть загруженная дама глядит на звезды и ищет глубокий-глубокий смысл.

— И вам, посол.

* * *

Глава медицинской секции Вавилона нечасто позволял себе заглянуть в бар или в казино. Слишком он был увлечен своей работой — по мнению тех, кто его знал, даже излишне. Впрочем, чье-то там мнение Стивена особо не волновало. Он был фанатиком науки, пацифистом, и просто доктором от бога. Своей целью он видел борьбу. Борьбу с болезнями и даже с самой смертью. Ведь это так несправедливо — умирать, не познав и не увидев множество удивительных вещей. В свое время, закончив ординатуру, он даже путешествовал, платя за проезд и еду врачебной работой. Ему довелось много где побывать, но самое главное — ему удалось постранствовать на инопланетных кораблях. Собственно, именно этот его опыт, да личное знакомство с командором Синклером, и позволили ему занять нынешнюю должность. Хлопотную, но такую интересную и многообещающую.

— Ты что-то неважно выглядишь, Майкл? — поинтересовался, подсаживаясь за столик к Гарибальди, доктор Франклин.

— Стивен, ты знаешь, я люблю старые мультики. Такие, рисованные.

— Кхм, это необычно, но вполне безобидно, поверь.

— Да, наверно. Скажи док, ты когда-нибудь смотрел американские мультфильмы двадцатого века?

— Доводилось. Когда я был маленький, летом часто навещал прадеда, он у меня был долгожителем. Рекорд не побил, но подошел к нему вплотную. Вот он любил смотреть про глупого кота, что гонялся за хитрой мышкой и все никак не мог ее поймать. Кажется, назывались те мультфильмы «Том и Джери».

— Угу, — помрачневший Гарибальди пригубил воды из стакана и скривившись проводил взглядом мелькнувший в толпе хвост с кисточкой. — Я чувствую себя этим Томом.

— Лоуча поймать не можешь?

— Да. Этот… тушканчик-переросток, еще немного, и я… я его пристрелю.

— Может быть, сперва попробовать сеть?

— Перепрыгнул, гад.

— Ты серьезно?

— Более чем.

— Это ты после того раза решил использовать радикальные методы? — улыбнулся Стивен.

— Да. Эта крыса выставила меня идиотом и посмешищем.

— Ну, по-моему, ты просто преувеличиваешь.

Франклину стоило немалого труда сдержать улыбку. Тот случай произошел у него на глазах. Гарибальди в очередной раз устроил засаду на неугомонного малого когтя Лоуча, который был — в силу своего общественного статуса — куда резвее остальных Мши, занятых вопросами выбора новой Великой Матери. Обычное утро, разве что несколько раннее. Из каюты выскакивает бодрый глава местных пушистиков. «Лоуч!», — окликает Майкл уже начавшего брать разгон хвостатого. «Гарибальди!», — радостно вскидывает руку весьма общительный и дружелюбный Мши, пробегая мимо и скрываясь за поворотом. Глава службы безопасности стоит посреди коридора с разведенными в стороны руками и выражением полнейшего обалдения на лице.

— Найду того, кто слил записи с камер, отправлю вакуумом дышать, — прорычал глава СБ, явно догадавшийся, о чем сейчас подумал доктор.

— Слушай, а ты ему написать не пробовал?

— Шесть раз уже. И ему, и их послу, и даже выше обращался.

— Не отвечают?

— Угу. Только помощник исполняющего обязанности председателя Лиги сообщил, что скоро все закончится.

— Это-то и пугает. Я тут слышал краем уха от жены посла дрази… она ко мне как пациентка заходила, — счел нужным пояснить доктор, так как очень уж подозрительно на него Майкл уставился, про жену посла ходили еще те сплетни, — так вот, она, как ты знаешь, дружна с послом Аббаи, а те…

— Стивен, кто там с кем дружит и спит, я знаю лучше тебя, уж поверь.

— Ну да, так вот, есть мнение, что вероятней всего новой Великой Матерью станет третья сестра старой.

— Что?! К черту, увольняюсь, да хоть дворником пойду, лишь бы подальше от крыс!

— Майкл, успокойся, — заволновался Франклин, видя, что его слова Гарибальди принял всерьез, — я просто пошутил. Никто из первых поколений новой матерью не станет, они слишком старые.

— М-м?

— Великая Мать Рода, помимо того, что правит Мши, еще и циклы размножения регулирует. Она первой рожает новое поколение. Так что обычно ими становятся, максимум, двадцатипятилетние.

— Ну спасибо, успокоил.

— Всегда пожалуйста.

— А почему, кстати, Великая, а не Первая там, или еще как?

— Без понятия, я же не лингвист. Наверное, «Великая» отражает еще что-то — с обязанностями или с церемониями связанное. Там все довольно сложно, они же постоянно обмениваются друг с другом информацией, знания передают, и даже отчасти навыки со способностями. Возможно, их Мать является своеобразной квинтэссенцией вида, или что-то вроде того.

— Я помню, читал как-то, что за время Дилгарской ни одного пленного так и не сумели допросить с пристрастием.

— Да, — кивнул Стивен, не любивший вспоминать о некоторых особенностях применения столь почитаемой им науки. Франклин был твердо убежден, что настоящий врач никогда не будет использовать свои навыки во зло и ни за что не навредит. — Это, как феномен, изучается в медицинский академии. Во Мши нет ничего такого, что не позволяло бы их просканировать или химией воздействовать, но они просто умирали, и все. Даже если им тайно снотворное подмешивали и потом к самым совершенным системам жизнеобеспечения подключали. Телепаты, частенько, при попытке их сканировать с ума сходили.

— Вот ведь: открытые, дружелюбные, но на деле… нездешние, — крутанул рукой, подобрав наконец-то слово, Гарибальди.

— Хм, ну-у… вообще-то, так оно и есть.

— Да знаю я, — отмахнулся Майкл, — Но ведь никто не имеет понятия, откуда они пришли, и что у них в прошлом.

— Вообще-то…

— С их слов Стивен, только с их слов.

Возразить доктору было нечего, да и не хотелось. Глаза у него уже давно слипались, а тут еще и треть стакана виски давала о себе знать. Не до споров ему было, тем более, таких бессмысленных. Что толку гадать, если проверить все равно нельзя, да и стоит за поиском ответов, по большей части, лишь обывательское любопытство. Мши в известном людям космосе лишь немногим позже, чем сами земляне, появились. Достигли только большего, что и вызывало зависть.

— Ладно, пойду я отсыпаться… две операции и дежурство, устал.

— Угу, я тоже, пойду. Доброй ночи, док.

— Доброй, Майк.

* * *

Литу Александр, как и помощника Франклина, отозвали, что было ожидаемо и, в общем-то, логично. Земляне бедолаг изрядно помучают, ведь они же обладают уникальными сведениями о «ворлоне». Нет, в принципе из сотворенной древними куклы можно, конечно, много интересного для науки почерпнуть, да только ворлонцы хитрые. Между марионеткой, что они использовали, и ими самими — столько же общего, сколько у воздушного шара и реактивного истребителя. Вроде, и летают, но сильно по-разному. Мне вот интересно, а что же такое Кош телепаточке показал, что она так возбудилась, и в каноне решилась на довольно самоубийственную попытку с оригиналом в контакт вступить? Можно ее, конечно, просканировать, да только заметит же, как пить дать, почувствует, начнет сопротивляться, а ломать ее — чревато. С нее потом удастся ой как много полезного получить.

Она и сейчас нам уже помогла немного. С получением образцов ее клеток особых сложностей не возникло. Всего лишь перехватили мусор с тампоном. Это каким-нибудь нарнам такого маловато будет, а нам — вполне достаточно. Очень у нее интересные изменения в пси-ткани обнаружились. Стабильные, на генетическом уровне закрепленные. Все ее клоны оказались телепатками. Забавная мутация, очень необычная. Помощь же от нее была в замерах уровня ворлонских усилителей. Косвенная, ну да на безрыбье и это уже немало.

Вообще, конкретно у этих изначальных был весьма оригинальный подход. Они создавали аналоги Пси-мозгов, только делали их специализированными. Даже узкоспециализированными. Сравнимый по мощи телепатического воздействия с телом посла зергов, хм, прибор, занимал раза в три меньше объема. Вдобавок, последний мозговой штурм принес интересные данные. Эти самые усилители пси-способностей могли, будучи объединенными в сетевую структуру, отчасти резонировать. С учетом же мощи самих ворлонов получалось нечто, вполне себе сопоставимое — в конкретной области — с полноценным Пси-мозгом.

Очень мне хочется попробовать на зуб Теней и их костюмчики-скафандры. Как они вообще Коша прибить смогли, при такой-то пси-поддержке? Впрочем, прибили-то они его не до конца. Что его часть в Шеридане оказалась, это я помнил хорошо. Значит, он сумел каким-то образом прорваться, ведь наверняка убийцы, зная жертву и ее возможности, озаботились соответствующими мерами. Или он заранее часть себя в Джона перенес? А что, вполне ведь мог. Эти его мутные уроки-то. Конечно, погляжу еще на них, но вот то, что вспоминается — ну не знаю, как-то сложно мне понять, чем прослушивание музыки должно в будущей войне с тьмой помочь. Гармония — понятие относительное. Вон, те же Тени ее в хаосе войн видят. Индивидуально все.

— Прародитель, рейнджеры прислали информацию, — всплыла мысль-доклад.

— Проектирование началось?

— Да. Спящие проснулись и работают.

— Хорошо. Пусть начинают операцию «Атанасия».

Это была небольшая месть минбарской касте воинов за нездоровые поползновения десятилетней давности. Нечего им расслабляться. Я не злопамятный, просто так складываются обстоятельства, что можно будет подстроить им небольшую гадость. Все-таки они два корабля моих Мши уничтожили, а отомстил я им лишь однажды, пусть и с процентами. Душа просит небольшого завершающего мазка, финального аккорда, и просто точки в конце истории. Надо, надо их систему расшатывать, а то они что-то снова створки закрывать начинают. Мне это заметно хорошо, внедренные к рейнджерам агенты, да и просто висящие в гипере корабли, дают возможность оценить со стороны. Эх, тяжко-то как. Тех пни, чтобы зашевелились, этих — палкой потычь. Живы ли вообще? Не сдохли еще? Столько дел, столько дел.

* * *

— Г’Кар, наши доходы падают! Нужно срочно что-то делать!

— Вам удалось выяснить причины?

— Да. Только вчера поступила информация от наших торговых агентов. Контракты перехватывают центавриане. Пока не установили, кто, но есть подозрения, что за всем стоит лорд Рифа.

— Как?! Как они этого добились?

— Их генномодифицированные…

— Кто проводил изменения?

— Зерги и Аббаи.

— Плохо… эти веников не вяжут.

— Что? Какие веники? Вы здоровы посол?

— Земное выражение, — отмахнулся Г’Кар, — подхватил от Ивановой.

— Глава, вы там, пожалуйста, поаккуратней… если нужно, я могу распорядиться прислать нашего кланового врача, он наверняка сумеет все, подхваченное от землянки, вылечить. В конце концов, у него богатый опыт и…

— Хватит. Благодарю за заботу, но я разберусь сам.

— Как скажете.

— Вот что, если деньги теряем мы, значит их теряют и все К’хари?

— Это так, ко мне уже обращались с запросами.

— Прекрасно. Задействуем всех наших информаторов, нужно установить источник поставок. Он наверняка где-то рядом с нашим сектором, а потом…

— Уничтожим! — воинственно оскалился нарн.

— По обстоятельствам, — счел необходимым проявить мудрость Г’Кар.

Традиционно пожелав друг другу не голодать и поесть досыта, оба нарна распрощались. У них была масса дел. Им бросили вызов, и их горячая натура требовала ответить. По возможности, жестко, и желательно — даже жестоко. Покарать так, чтобы впредь никому неповадно было.

Глава 23. Мышеловка

Для Макла Гарибальди поимка неугомонного Лоуча стала персональным вызовом. Пока что счет был четыре-ноль, но глава службы безопасности не собирался сдаваться. У него был план. Не вполне законный, но гарантирующий результат. Уж теперь-то малый коготь от него не уйдет.

— Шеф, вы обязаны прибавить мне зарплату. В мои служебные обязанности не входит помогать вам устанавливать Мшиловки.

— Смит, ты мой помощник, а значит, по определению обязан трудиться во внеурочное время.

— Но не в четыре же часа утра!

— Не бухти. Вот, лучше тут проклей, как следует.

— Готово.

— Прекрасно, осталось только дождаться одну неугомонную крысу, — потер руки Гарибальди, осматривая плотную сеть, закрепленную на входе в каюту.

— Никогда не слышал про обычай землян украшать вход в чужое жилище, — донеслось из-за спины. — Я, конечно, благодарен вам за эти знаки внимания, но боюсь, что не смогу ответить взаимностью, — продолжил Лоуч, виновато разведя лапками, — мы все-таки принадлежим к разным видам. Извините, — чуть прижал уши Мши и опустил мордочку под ошарашенным взглядом Гарибальди.

— К-какое внимание?

— Похожим образом мы, — махнул Лоуч лапой на сеть, опутывающую вход, — привлекаем своих партнерш. Выражаем симпатию. Только мы делаем это не столь сложно. Достаточно было просто поставить горшочек с цветком, или прикрепить у двери украшения для хвоста.

— Шеф, на что вы меня подбили?!

— Заткнись, Смит. Вали уже отсюда. И — чтобы ни звука.

— Могила босс. У каждого свои вкусы.

— Убью!

— Кого? — проявил любопытство Мши, непонимающие крутя мордочкой и хлопая глазками-бусинками.

— Себя, — вздохнул Гарибальди, подумывая о соблазне впасть в запой.

— Вам надо больше отдыхать, ведь у вас очень серьезная работа. Если вас привлекают представители моего вида, я могу обратиться к соплеменникам, наверняка среди них найдется тот, кто сможет ответить вам взаимностью. Скажите, мистер Гарибальди, вам принципиально, чтобы это был самец?

— М-м-м! — простонал Майкл. — Давайте просто сделаем вид, что ничего не было? Лоуч, я уже который день хочу попросить вас на время празднования покинуть станцию.

— Сдерживать собственную природу всегда сложно, как и признавать наличие проблем. Что же касается празднования, то можете не волноваться. Мы сразу поняли, что лучше провести его, уединившись. Для нас самих стало неожиданностью то, как на других сказалось наше горе. Я и на ваши вызовы-то не отвечал, потому что как раз этим вопросом, помимо прочего, усиленно занимался. Совсем забегался. Простите, — вновь прижал ушки и чуть дернул хвостом Мши.

— Я еще и зря за вами гонялся, выходит?

— Не знал, что вы за мной бегали. Хотя, — Мши выразительно посмотрел на сеть.

— Забудем!

— Тогда нам стоит поспешить, скоро сюда придут члены нашего совета. Мы были в комнате связи, сообщали наше решение на родину.

* * *

Надо сказать, что в эти дни не только Майкл пытался отловить беднягу Лоуча, но и присланная взамен Литы телепатка активно пыталась исполнить свой долг — лично представиться второму по старшинству офицеру на станции. К сожалению, Талия Винтерс была не в курсе некоторых подробностей биографии капитан-лейтенанта, из-за чего и мучилась. Ей бы просто наплевать, но она была излишне ответственной. Что поделать, побочный эффект воспитания в Пси-корпусе. Тем более, что над ней еще и дополнительно поработали.

Посол Молари озадачил своего помощника, некоего Вира Кото, договориться о срочной доставке семян генномодифицированной репы, приобретшей все свойства и характеристики нарнской свеклы, в колонию на Рагеш III. Вот честно, глядя на то, как Лондо шпыняет бедного пухленького парня, мне его стало элементарно жалко. Совсем, бедолага, затюканный, как было такому не помочь, тем более, что заказ Молари как раз на сопровождавшем транспорт пакмаров крейсере и привезли. Тот разгрузился и больше в охране не нуждался. Так отчего бы и не пособить Виру? Тем более, что в каноне он умудрился Императором Центавра сделаться. До этого, конечно, еще далеко — так и прекрасно. Чем раньше поможем, тем больше он будет ценить тех, кто оказал ему помощь и поддержку в те времена, когда он был еще никем.

* * *

Обычный день на орбитальной станции-терминале, висящей над колонией Центавра Рагеш III, не предвещал ничего особенного. Скучное дежурство, единственное развлечение — смотреть на звезды, да болтать с хорошенькой начальницей обсерватории. Аврал с погрузкой продукции будет еще не скоро: рассада на основных полях только-только взошла. В общем, ничего не предвещало. Как оно частенько и бывает.

— Можешь быть свободен, — распорядился начальник станции, хлопнув по плечу спящего с открытыми глазами заместителя.

— Есть. Передаю дежурство, — встрепенулся тот.

— Принимаю, — буркнул командир, занимая нагретое кресло. Все разговоры в рубке фиксировались автоматикой, так что волей-неволей приходилось видимости ради соблюдать положенные протоколы. Конечно, в еще большую дыру, чем сельхозколония, не законопатят, но ведь могут еще и вовсе списать. — Было хоть что-нибудь?

— Сообщение от главы научной секции, он ожидает корабль с новыми семенами.

— Что еще за семена?

— Без понятия. Похоже, что дядюшка нашего золотого мальчика подсуетился. Тоже хочет урвать немного лир.

— М-м, — задумался командир, — он же послом на Вавилоне?

— Ага, — даже не попытался прикрыть рот зевнувший заместитель, — договорился, видимо, с теми же Хуррами, они к нам поближе будут, чем к нарнам.

— Как бы это в войну домов не вылилось.

— Не, против Молари не пойдут. Они, конечно, не из самых богатых, но род древний и многочисленный. Договорятся.

— Внимание, зафиксирована аномалия в третьем секторе! — прервал разговор голосовым сообщением компьютер станции.

— Вывести на экран, — шутки шутками, но соседство с территорией нарнов — не фунт изюма. Ухо держать приходилось востро. — Направить радары.

— Формируется зона перехода.

— О, боги!

* * *

В разверзшейся воронке гиперперехода возникли тяжелые военные корабли, сопровождаемые десятками истребителей. Идущий первым крейсер ударил алым лучом в ближайшую мину и через мгновение та разлетелась на куски. Бросившиеся вперед штурмовики открыли беглый огонь, расстреливая спутники, оказавшиеся поблизости. Вновь ударили лучи, на этот раз уже с трех кораблей сразу. Затем последовал залп из пушек. Жиденькое, не успевшее даже толком активироваться минное поле было пробито.

* * *

— Боевая тревога! Перехватчики на взлет! — сыпал приказами командующий станцией.

— Активировать минные поля. Защитным спутникам, огонь по противнику. — вторил начальству заместитель.

Где-то внутри станции, напоминающей октаэдр с вырезом-углублением по центру, что образовывал своеобразную «талию», ревели баззеры тревоги. Несколько тысяч центавриан, побросав все свои дела, сломя голову неслись к боевым постам, оружейным комнатам, ангарам и спасательным челнокам.

— Они прорываются!

— Немедленно отправить сообщение премьеру! Транслируйте сигнал о помощи на всех частотах!

— Нас глушат!

— Обесточить орудия. Мы должны сообщить!

— Слушаюсь!

Весьма успешно огрызавшаяся станция вдруг прекратила вести огонь, что спасло от полного уничтожения один из крейсеров, неудачно попавший под раздачу. Вот только нападавшие предпочли бы его потерять, но не дать жертве позвать на помощь. Впрочем, сигнал им удалось изрядно исказить, так что время они выиграли. А большего и не требовалось.

— Вперед! Огонь из всех орудий!

— С удовольствием, — палец в черной перчатке давит на кнопки и рубиновые лучи оставляют уродливые шрамы на корпусе обреченной полувоенной станции.

* * *

— Прямое попадание, сектора с девятого по шестнадцатый полностью уничтожены. Декомпрессия в секторах…

— Стабилизировать орбиту! Что с сигналом?!

— Прошел!

— Тогда с какого мы не стреляем?! Врезать ублюдкам!

Сотрясаемая взрывами и выбросами атмосферы, станция все же удержалась и даже успела провернуться вокруг своей оси, что позволило ей избежать повторных попаданий в уже поврежденную область. Излучатели центавриан разрядились, выдав целую серию импульсов, что разукрасили борт и верхнюю часть ближайшего корабля серией разрывов. Получивший этот горячий привет крейсер, хоть и обошелся без воздушных фонтанов — перед боем атмосфера из корпуса была откачана — все же был изрядно поврежден. Временно лишившись управления, он начал выпадать из строя.

— Второй и третий, атакуйте гада, не дайте ему вернуться в бой. Остальные — за мной! Связать боем истребители, не пускать их к шлюпкам!

— Понял.

— Принято.

— Разорвите его, парни!

* * *

— Статус?!

— Множественные повреждения, главная энергомагистраль перебита.

— Орудия?!

— Только вспомогательные.

— На нас идут две эскадрильи!

— Не паниковать! Открыть огонь! Импульс на левый борт, придать вращение.

* * *

— Второй, мы идем в лоб, примем огонь на себя.

— Нет!

— Да! У нас хвост, на правильную атаку нет времени. Твоим хватит огневой мощи, если мы расчистим путь.

— Да будут боги с тобой.

— Не печалься, братишка, скоро снова увидимся. Третья эскадрилья, форсаж!

— Я никогда и не собирался жить вечно, — фыркнул кто-то говорливый по общему каналу.

* * *

— Что они делают?!

— Стараются подороже продать свои жизни! Все орудия — на четвертую цель.

— Есть. Накопители заряжены на двадцать процентов.

— Ждать.

Удары рубиновых лучей и град импульсов в очередной раз сотрясли станцию.

— Сорок процентов!

— Ждать, — сплюнул кровь из прокушенной губы командующий.

Эскадрилья центаврианских истребителей, лишившаяся десяти из каждой дюжины машин, вышла на дистанцию огня и разрядила свои орудия. Запущенные ими ракеты покинули подвеску за секунду до того, как несущие их машины превратились в огненные шары.

— Шестьдесят процентов! Надо стрелять!

— Ждем!!!

Израненный крейсер лишился большинства вспомогательных орудий. Вышедшая на него полнокровная эскадрилья легко уклонилась от жиденького огня, сблизилась, и отправила свои смертельные подарки точно в пробоины. Форсировав двигатели и оставляя за кормой разламываемый десятками взрывов корабль, двенадцать машин, напоминающих профилем полумесяц, пошли в свою последнюю атаку.

— Сто процентов!!!

— Огонь.

* * *

Да! — радостно крикнул пилот челнока, эвакуирующий со станции гражданских, увидев, как непонятно каким чудом еще не рассыпавшаяся станция взорвалась залпом орудий. Ее удар был страшен, более полусотни попаданий превратили врага в решето, а потом тот и вообще разлетелся на мириады обломков. Вот только пилот, что от избытка чувств приложил своего напарника кулаком в плечо, этого уже не видел. Прорвавшийся истребитель огнем своих скорострельных пушек пробил челнок до самого реактора. Сто два гражданских и экипаж мгновенно сгорели в пламени вырвавшейся плазмы. «Сдохни!» — взревел пилот центаврианского истребителя, что не успел предотвратить гибель челнока, сам толком не понимая, кому он это орет. До того, как погибнуть, он все же успел достать убийцу.

Ради своего последнего удара станция и держалась. Выполнив предназначенное, она просто взорвалась. Конечно, этому способствовали десятки новых попаданий и полдюжины рубиновых лучей, сумевших наконец-то пробить защиту реактора и разрушить его. Но какая разница? Два новейших военных корабля в обмен на полувоенный терминал чуть ли не столетней давности? Весьма неравноценный обмен, даже если не вспоминать про еще один крейсер, который теперь проще добить, чем починить.

— Отправить сообщение о победе, — последовал приказ, как только последний центаврианский истребитель был уничтожен.

— Сделано.

— Выходим на орбиту, начинаем десантную операцию. И на всякий случай подготовьтесь к бомбардировке.

— Спецбоеприпасы?

— Нет. Тут просто нет подходящих целей. Обойдемся обычными.

* * *

Зоколо, самое популярное — просто потому что единственное — казино на Вавилоне-5, было, как всегда, полно народу. Играла музыка, раздавался звон бокалов, курился дымок над кальянами. Из-за столов с рулеткой и костями раздавались радостные выкрики выигравших и горестные стенания проигравшихся. В общем, представители десятков рас перенимали культурные традиции землян в плане отдыха и проведения досуга.

— … с тем же успехом можете сразу перерезать мне вены! — возмущенно воскликнул Лондо, оголив запястье и протягивая руку: Гарибальди снова отказал в небольшой финансовой помощи проигравшему послу.

— У центавриан нет вен на запястье.

— Естественно, нет! Я же не идиот.

— Посол…

— Знаете, в чем ваша проблема, мистер Гарибальди?..

— Посол Молари…

— В том, что вы слишком…

— Лондо!

— Ну что тебе Вир?! Не видишь? Я занят!

— Посол, нашу колонию на Рагеш III атаковали.

— Как?!

— Ну, полагаю, из гиперпространства вышли звездолеты и открыли огонь по минным полям и спутникам обороны, а потом, когда прорвались, они…

— Вир! Я что, похож на идиота?!

— Не знаю, посол, — ляпнул растерявшийся помощник, замерев с поднятыми ладонями, которыми только что пытался наглядно изобразить, как по его мнению неизвестные атаковали колонию.

— Кто напал?

— Не знаю, — потряс головой Вир, — никто не знает, — виновато развел он руками, потупившись.

— Немедленно идем к Синклеру. Он обязан предоставить мне всю известную информацию.

— Да, посол, как скажете, посол, — затараторил чувствующий себя без вины виноватым Вир, семеня за решительно протискивающимся через толпу Лондо.

— Эй, а заплатить?! — крикнул вслед уходящему клиенту бармен. — Мистер Гарибальди, я хочу…

— Сколько он вам должен? — вздохнул Майкл, которому было проще оплатить счет, чем разводить бюрократию и заниматься волокитой. Все же, каким бы Молари не был засранцем, все-таки он был послом, со всем отсюда вытекающим.

— Двадцать кредитов.

— Держи, приятель, и впредь бери у посла деньги до того, как ему наливаешь.

* * *

А у Г’Кара явный прогресс, отдал я должное актерскому искусству нарна. Он и сочувствие выразил более-менее подобающе — во всяком случае, с учетом его нелюбви к центаврианам, смотрелось оно вполне прилично — и даже невиновность и непричастность состроил терпимо. Сомнения, конечно, были у всех, это же нарн, но ведь доказательств-то нет. Мне же оставалось лишь задуматься, что именно будет делать крейсер зергов, когда привезет семена этой их репосвеклы. Вот ведь, из-за поставок корнеплодов возник локальный военный конфликт, ну кто бы мог подумать? Нет, — почесал я когтем черепушку, — до войны дело доводить нельзя. Значит, в случае чего вмешаемся. Уж спровоцировать агрессию и простимулировать нарнов на обстрел одинокого крейсера, в неурочный час прилетевшего, проблемы не составит. Но в принципе, все должно и без того разрешиться. Тут стоит скорее волноваться, не обстреляют ли мой корабль нарны просто так, с них ведь станется. А это же скандалить придется, и вообще суетиться, а мне не хочется. Лень мне чего-то.

Куда интересней просто наблюдать… да хотя бы за тем же Лондо. Вон, как его, престарелого ловеласа, девица одна ловко окручивает. Было, вроде бы, что-то этакое в каноне. Какие-то там скандалы, интриги, расследования, мордобой и беготня с компроматом. Может, конечно, и оно — так сказать, начальная стадия. Не сразу же Молари первую попавшуюся стриптизершу в койку потащил. Он ведь мужик немного брезгливый и притом изрядно осторожный. Впрочем, окучивающая его танцовщица тоже была не промах. Симпатичная, даже красивая, и умная стервочка. Обычная, в принципе, история, когда мадам на чужих тентаклях (особенности центаврианской половой системы) в рай въехать собралась. Но план у нее весьма продуманный и оригинальный, тут не подкопаешься. Быть очередной любовницей она не захотела, а запланировала серьезную многоходовочку.

Черт его знает, как она собиралась обосновать свое рабское положение у представителя иного вида разумных, но сама мысль достойна уважения. Соблазнить, забраться в койку, свистнуть что-нибудь ценное у любовничка, а потом якобы податься в бега от собственного хозяина. Головенка у девицы варит, куда там котелку с кашкой, тут ого-го, прям гениально и, главное ведь — вполне реализуемо. А что? Удовлетворила, на пике страсти любовь и верность доказала, да еще и потом спасителем сделала, потешив эго самца и вознеся его самооценку в поднебесье. Определенно, после такого были все шансы получить на порядок больше, чем рядовая любовница, простая постельная игрушка. Хм, а ведь дамочка-то еще и отказаться от всего хочет, заявить, что недостойна, и на время убраться со станции. Это, конечно, риск: конкуренток хватает, но вот если он оправдается — о, малышка явно сорвет джекпот.

* * *

— Посол, только что прислали сообщение из метрополии, они частично восстановили посланное с Рагеш III сообщение.

— Включай же, бестолочь! Чего же ты ждешь? — кто бы что ни говорил, но своего племянника посол любил. Пускай и несколько утилитарно, но что с того?

— Готово.

— Начать проигрывание.

«Они прорываются через минные поля. Тревога. Они стреляют. Стреляют. Ааа!»

— Стоп. Отмотать назад. Увеличить картинку.

— Нарнский тяжелый истребитель? — неподдельно удивился Вир.

— Г’Каррр, ублюдок! Я разорву его собственными руками!

— Посол, стойте! Лондо!

— Это неразумно, — пробормотал отброшенный, словно кукла, Вир, потирая бок, которым ударился об угол стола. — Меня никто никогда не слушает, — вздохнул он, подходя к бару. Почему бы и не выпить стаканчик бивари, все равно Молари ничего не заметит.

* * *

Дела на Вавилоне шли своим чередом. Мши убыли со станции праздновать избрание новой Великой Матери Рода. Лига, между тем, проголосовала по ряду вопросов. Среди которых были: «Считать ли зергов представляющими интересы расы мши и передать ли им право голоса, этой расе принадлежащее?», «Принять ли Союз Хомо в полноправные члены Лиги Миров?», «Наложить ли на них ограничения?», «Исключить ли Антариан из членов Лиги, либо ограничиться штрафом и временным поражением в правах?». Много чего, в общем, разбиралось. Жизнь ведь на месте не стоит.

Зергов после долгого спора признали представителями интересов Мши, раз уж те их вроде как назначили, и дали право от расы пушистиков голосовать. Антариан в очередной раз простили, пожурили, и вновь лишили права голоса. Послать к ним, что ли флот, и базу развернуть? Похоже, что они со своей анархией без сторонней помощи не справятся. Разобрали дурной конфликт, разросшийся до размеров слона из идиотского случая, когда арнасианка попыталась сожрать пакмара, но в итоге сама оказалась покусанной. Вот ведь, встретились два одиночества.

Хомо в Лигу приняли, что их бесконечно обрадовало. Вот только возникли проблемы — а как они должны голосовать, когда всем, уж простите за каламбур, должны? Тут во всей красе мои бюрократы себя проявили. Такой талмуд продемонстрировали, что у всех, кто его имел несчастье лицезреть, со здоровьем стало сильно не сильно. Зубрить такое желающих не было, а уж применять и подавно. Альтернативу предложили ксоны. Если убрать всю шелуху и словоблудие, то сводилась она к банальному «от каждого по способностям, каждому по труду», если последнее слово на «вклад» заменить.

Представители полусотни разумных видов всерьез задумались. Вроде бы и справедливо, но ведь и потерять, вроде бы, можно прилично. Тут снова вылезли зерги-бюрократы и долго, нудно во всеуслышание озвучивали, кто у нас на самом деле чего стоит. В принципе, ничего особо нового никто и не услышал. Но вот в таком наглядном виде — это многих впечатлило. Те же свободные хомо, кстати говоря, с удивлением обнаружили, что они даже не предпоследние с конца среди тех, кто всем должен, а на почетном четвертом месте. В общем, столь серьезный вопрос было решено отложить, тут без консультаций с правительством было не обойтись. Вот и хорошо, пусть совещаются.

Вся соль этой реорганизации была в Тенях. Те понемногу от геройств землянских отошли и теперь начали своих эмиссаров по мирам рассылать. Пока что они со своим дурным интересом никого не достают, а лишь так, приглядываются. Ввязываться с ними в войну мне, в свете некоторых открытий, как-то не сильно хотелось. Нет — надо будет, так без проблем, выступим и будем биться аки… ну, как зерги, наверно, что-то никого страшней в голову не приходит. Вот только, лучше бы попробовать канонично сплавить и Теней, и Ворлонов, куда подальше. Больно уж они крови много выпьют, пока их изведем. И что вообще получится осилить — далеко не факт.

А вот неравноценное распределение голосов в Лиге гарантированно породит обиженных. Очень хорошо, пускай к ним Тени парламентеров-искусителей и засылают. А уж мы им встречу подготовим и даже можем небольшую войнушку организовать. Между особо глупыми и много о себе возомнившими. Это вообще полезно бывает — дурную кровь иногда спускать. Совсем-то до смерти местные расы постараюсь не дать замучивать, привык я уже к ним, но шоковую терапию кое-кому давно уже пора устроить. Можно и вообще без этого обойтись, да ведь только тогда наверняка получим удар всей мощью темных сил. Нет, это уже было, тысячелетие назад, да и до того, полагаю, много раз случалось. Пора этот порочный круг разрывать. Мне совсем не улыбается в нем белочкой или хомячком всю бесконечную жизнь вертеться.

* * *

— Командор, вызов с Земли. Степень срочности — ультрафиолетовый.

— Звучит зловеще. Переадресуйте на мой терминал.

— Есть, сэр.

— Господин сенатор?

— Командор.

— Что-то срочное?

— Да, и неприятное. Только что было принято решение касательно нарно-центаврианского конфликта. Вам надлежит воздержаться от голосования по данному вопросу. Земля сохраняет нейтралитет. Вы меня поняли, Синклер?

— Понял, сэр, — выдавил из себя Джеффри, играя желваками.

— Очень хорошо. Конец связи.

— Конец связи.

— С учетом того, что правительство Центавра само отказалось от претензий…

— Да, Сьюзен, да. Это было ожидаемо, и я даже готов признать, что разумно. Но тогда зачем все это? — обвел рукой помещение Синклер.

— В каком смысле, сэр?

— Это, — похлопал он по столешнице, — станция, призванная сохранять мир, не допуская войн. И что? Из-за чертовой репы и паршивой свеклы два разумных вида убивают друг друга, вместо того чтобы договориться. И мы не можем этому никак помешать?!

— Хм, все так, сэр, вот только эти самые корнеплоды, о которых вы столь нелестно отозвались, дают в бюджет обоих разумных видов, — последнее было произнесено с большим скепсисом, — очень солидные деньги, причем в валюте Лиги.

— Да знаю я все это, знаю, но черт меня подери…

— Командор, мы получили сигнал SOS. На транспорт с беженцами совершено нападение пиратов, — прервал разговор взволнованный голос диспетчера, раздавшийся по экстренному каналу связи.

— Дежурную эскадрилью на взлет, — сразу же распорядился Синклер в коммуникатор, расположенный на запястье. — Я сам поведу их, — добавил он, загоревшись какой-то идеей.

— Есть, сэр.

— Командир, а как же голосование о санкциях?

— Вы пойдете на него вместо меня.

— Я?

— Да, Сьюзен, ведь вы мой заместитель и имеете на это полное право. К сожалению, из-за форс-мажора я не успел вас найти и предупредить о сообщении с Земли, но вы полагали, что мы голосуем за санкции. Вы меня поняли?

— Более чем, сэр.

— Рассчитываю на вас.

* * *

Когда стало известно, кто именно напал на Рагеш III, Молари попытался набить морду Г’Кару, но ему это, к сожалению, не удалось — слишком уж быстро их разняли. Впрочем, плюнуть в порцию свеженькой деликатесной плесени с кусочками земного сыра тот успел. Для нарнов это было почти смертельное оскорбление. Хотя эти двое уже настолько друг друга ненавидят, что разница невелика. Поводом для убийства больше, поводом меньше, сущие мелочи. Куда интересней было за Синклером поглядывать. Вот уж кто развил буйную деятельность, так это он. К Кошу сбегал, с кучей послов поговорил, и даже через бюрократов посольства зергов прорвался. Талантище! Я специально не вмешивался, интересно было наблюдать, как он мозги бедным монстрикам выносит. Ничего, пусть закаляются. Что зерга не убивает — делает его сильней. Причем в совершенно буквальном смысле.

— Посол, вы, как временный глава Лиги, имеете право голосовать на совете. Скажите, вы поддержите введение санкций против Режима Олигархии Нарнов?

— Преследуя врага, можно остаться без добычи.

— Простите, что?

— Мы проголосуем за санкции.

— Спасибо, посол.

— Ошш. Вы можете звать меня так, или Ошше Ошшошшо. Все равно, ни то ни другое не похоже на отсутствующее у меня имя.

— Э-э, благодарю.

— Рад был помочь. Крови не желаете? Свеженькая, только утром сцедили.

— Нет, спасибо. Я, пожалуй, пойду.

— Конечно, командор, да будут благосклонны к вам самки, и да успеете вы от них уползти.

— Спасибо. И вам, э-э… скорости.

— Благодарю.

Нести бред забавно, тут я, кажется, начинаю понимать Коша. Впрочем, был один нюанс. А именно, пираты, что пользуясь особым статусом квадранта несколько улучшили свое материальное положение. Причем настолько, что даже смогли кое-что серьезное прикупить. Вот одного такого умника я и снабдил поддельной информацией о транспорте с ценным грузом. Получилось несколько сумбурно и аврально, ну да и ладно. Даже если бы ничего и не удалось — пфф, ерунда.

* * *

— Командор, пираты бегут, транспорт в безопасности. Начинаем преследование.

«Преследуя врага, можно остаться без добычи», — вдруг всплыло в памяти.

— Отставить, они уводят нас от базового корабля. Начать сканирование эфира. Разбиться на звенья. Прочесываем квадрат.

Разошедшаяся широким фронтом эскадра, оставив часть истребителей прикрывать потерявший ход транспорт, начала прочесывание пространства. Вскоре удалось засечь пару сигналов и сориентироваться точней.

— Вот он, я его вижу! Даю пеленг!

— Принял. Что с охранением?

— Пара рейдеров.

— Тип судна определить удалось?

— Да, старая маркабская галоша, невооруженная, но способная к самостоятельному гиперпереходу.

— Будьте осторожны, пираты наверняка поставили парочку-другую пушек.

— Вас понял. Начинаем атаку.

Два рейдера, довольно неплохие и весьма универсальные суденышки треугольной формы, мало что могли сделать настоящим истребителям. Даже при схватке один на один, а уж когда противник имеет численное превосходство… в общем, они благоразумно сдались. Сам пиратский корабль тоже не стал делать глупостей. Энергии на уход в гипер у него не было, а быстро зарядить накопители такое старье не могло. Драться же против полноценной эскадрильи — самоубийство. Тем более, земляне часто бывали довольно-таки снисходительны, во всяком случае, у большинства членов экипажа был реальный шанс лет через десять вновь обрести свободу.

* * *

Центавриане не зря в свое время контролировали огромные пространства и были полноценным гегемоном. Неплохо вооруженные колонисты — как-никак, под боком враждебная раса обитала, что спала и видела, как их всех перебить — благодаря тому, что на планете вполне можно было дышать, пользуясь лишь простенькими масками-фильтрами, устроили десантникам нарнов теплый прием. Не только сумчатые знали толк в партизанской войне. Впрочем, совсем уж классической партизанщины тут не получилось. После жаркого, но скоротечного боя за купол, от которого по итогам схватки мало что осталось, сражение за планету все больше и больше начинало напоминать загонную охоту. Чертовски опасную охоту.

— Зафиксировано возмущение гиперполя.

— Боевая тревога! Возможно, это центавриане.

— Не похоже, спектр не тот.

— Демоны, с колонистами еще толком не покончили, а тут еще и это.

— Формируется воронка перехода.

— Всем батареям, открыть огонь! О нас не должны узнать раньше времени.

— Выполняю.

Вот это горячим огоньком нас встретили. Нет, я ждал, конечно, чего-то подобного, но не настолько же. Хорошо, что благодаря кристаллическим накопителям мы можем удерживать воронку в разы дольше, а потому и не пришлось в нее сразу нырять. Боюсь, такого салюта корабль бы не пережил.

— Это крейсер зергов.

— Откуда они тут взялись?

— Неизвестно.

— Статус цели?

— Незначительные повреждения, они вышли с задержкой, их едва не раздавило.

— Ты им еще посочувствуй. Покинуть орбиту, идем на сближение, запускайте истребители.

— Нас вызывают, передают, что не враждебны.

— Игнорировать. Начать обстрел.

Да что же это за вояка-то неугомонный нам попался? Ему что, до сих пор ничего не сообщили? Синклер ведь уже несколько часов назад притащил нарнского инструктора, захваченного на пиратском корабле, у которого нашлись доказательства о тщательно спланированном вторжении на Рагеш III, что полностью опровергало слова посла о восстановлении исторической справедливости. Нет, ну это уже наглость. Что ж, не хотят по-хорошему — тем хуже для них.

— Прародитель с нами, атакуем.

— Да, связующий.

Не оставайся от нарнской эскадры два с четвертью корабля, шансов бы у зергов не было. А так — очень даже были. Обсидианово-черные, практически незаметные на фоне тьмы космоса лучи впились в идущий первым в ордере крейсер. Секунды растянулись в вечность, а когда она все-таки закончилась, прожженный насквозь гамма-излучателями корабль мгновенно превратился в огненный шар. Маневр, позволивший отделаться лишь касательным попаданием нарнского лазера, с которым броня сумела справиться. Не полностью, пылающий уродливый шрам остался — он, конечно, зарастет, но не сейчас, не стоит демонстрировать лишнего кому попало. Импульсные орудия буквально разорвали врага, а я лишь мысленно вздохнул: точность слишком высокую показали. Нет, мои-то били, как и положено «по уставу» — половина выстрелов уходила в молоко, да вот капитан вражеский так сманеврировать умудрился, что аж девяносто процентов в него отправленного поймать сумел. Фатальное невезение.

— Внимание, предлагаем кораблям Режима Нарна сдаться. Мы вам не враги, но вы должны объясниться, считать ли ваше нападение войной или недоразумением?

— Это была досадная ошибка. Мы сдаемся, — ответил капитан единственного уцелевшего крейсера, боеспособность которого, да даже и просто способность не развалиться вот прям здесь и сейчас, вызывала большие сомнения.

— Хорошо. Отправляем аварийную команду.

Глава 24. О вкусах и душе

Сдавшихся нарнов вернули на родину и передали их правительству, которому пришлось долго и нудно извиняться, расшаркиваться и дорого платить. Последнее в особенности раздражало их крайне милитаризированное государство, потому что мы взяли контрибуцию особо ценными для корабельной промышленности ресурсами. Впрочем, был в этом и один положительный момент: вынужденные взаимодействовать с зергами, нарны наконец-то сподобились обратиться к ним за помощью в восстановлении родного мира. А там ничего особо сложного не предвиделось, ведь Центавриане вовсе не ставили целью превратить Нарн в бесплодную пустыню. Просто оно как-то само за столетие оккупации так получаться начало. Довели их сумчатые своей партизанщиной, вот они и наносили точечные орбитальные удары из тяжелых орудий по всему, что шевелится и подозрения вызывает. Как следствие, лесов на планете не осталось вообще. Атмосфера стала весьма пыльной и загазованной, открытой воды, которой и без того на Нарне было маловато, практически не осталось. Озера, реки и моря с океанами в жидкую грязь превратились. Жуть, одним словом.

За прошедшие с момента освобождения десятилетия нарны лишь парочку лесных массивов восстановить успели. Создали нечто вроде оазисов в пустыне. И вообще: все, что у них на войну не работало, пыталось решить проблемы продовольствия. Конечно, благодаря тому, что они не просто центаврианское ярмо скинули, но еще и несколько их колоний в своем секторе получили, совсем-то с голоду они не пухли, но отнюдь и не жировали. Кстати говоря, интересный момент: на Центавре с продовольствием тоже беда была. Не в том плане, что там ничего толком не росло, как раз наоборот, климат и условия планеты очень даже позволяли. Все проще — лет этак двести с чем-то там назад тогдашний Император решил, не иначе как от большого ума, превратить планету в своеобразный заповедник и просто сад, полный цветов. Ну да, тогда закат лишь начинался, центавриане были еще ого-го. В итоге, сам Центавр нынче во многом зависит от внешних поставок. Шевеление у них там кое-какое идет, да только едва ли не на уровне отдельных энтузиастов.

В силу своей новейшей истории, нарны неплохо приспособились к условиям жизни под поверхностью. До Мши им, конечно, весьма далеко, но основную психологическую ломку они уже прошли, так что без проблем находятся в замкнутых пространствах и не дергаются от осознания той массы, что над их головами. Полезное, в принципе, умение для космической цивилизации. Размышления о судьбах двух никак не желающих угомониться рас прервало появление корабля Охотников за Душами. Похоже, мы в свое время не того отловили. Впрочем, какая разница? Сжуем и этого, может быть, он что-нибудь интересное знает. Все же они много где шастают.

* * *

В командном центре станции стоял, как всегда, шум, гам и дым столбом. Диспетчеры ловко рулили взлетом и посадкой множества прибывающих и уходящих кораблей. Технические службы оперативно устраняли вечно случающиеся неполадки. Безопасники пресекали непотребства, впрочем, у них до сих пор было не слишком много работы, хотя количество преступлений и конфликтов на почве недопонимания росло. В общем, все было в порядке, жизнь дурдома шла своим чередом. Командор, закончивший свою плановую прогулку, занял рабочее место и включил компьютер. Вот только поработать ему не довелось.

— Внимание, зафиксирован корабль.

— Вне графика? — встрепенулась Иванова.

— Так точно, мэм. Он активирует зону перехода.

— Почему его не засекли наши буи и пропустил маяк?

— Не могу знать, мэм, — вытянулся, не вставая с кресла, лейтенант.

— Ворота активируются.

— Навести сканеры на объект, объявить желтый код. Дежурной эскадрилье приготовиться к вылету.

— Мэм, корабль сильно поврежден.

— Чье судно, установить удалось?

— Никак нет, тип корабля неизвестен.

— Внимание! Гость в неуправляемом дрейфе, опасность столкновения со станцией!

— Сьюзен, я попробую его поймать, если не выйдет — сбивайте.

— Есть. Активировать защитные системы!

— Защитные системы активированы. Цель в зоне поражения. Сопровождаю.

* * *

Нет, я определенно не понимаю Синклера. Так и хочется иной раз взять его за шкирку, впечатать нежно в стену, и спросить: «Мужик, ты герой или идиот?» Я понимаю, естественно, что чаще всего это синонимы, но он ведь за четверть миллиона разумных отвечает, у него в подчинении куча народу. И что? А вот ничего! Минбарского киллера-любителя самолично бегал ловить, на пару с другом Гарибальди. Теперь вот поперся проводить рискованный маневр — крутящийся-вертящийся корабль Охотника за душами ловить захватом. Вот зачем, спрашивается? Они даже не смогли установить, есть ли в этом покореженном дуршлаге хоть кто-то живой. Не пробились их сканеры в рубку, слабоваты оказались.

В общем, секунд за десять до крайней черты, с третей попытки, Джеффри доказал себе и людям, что он — ас. Никто, правда, и так не сомневался. Притащил наш бравый командор себе очередную головную боль. Как будто ему и без того дел мало было. Франклин — куда же без любопытного доктора-то — уже был тут как тут. Быстренько вскрыли рубку, предварительно сняв показатели атмосферы и на всякий случай герметичный мобильный бокс подготовив, удивились, обнаружив полудохлого инопланетянина, обрадовались, упаковали, и всей спасательной командой в медсектор ускакали. Да и черт с ними, пусть изучают.

Все равно, в этих охотниках кроме концентрированной и жутко измененной пси-ткани ничего интересного и нет. Она у них прямо посередине лба опухоль образует. Знать бы еще, это побочный эффект, или кто-то из изначальных поэкспериментировал? У нас, например, целая куча геймов с такими добавками имеется, они над вопросами души работают, а королевы и зерги мои над ними трудятся, постоянно внося изменения. Так сказать, проводим тонкую подстройку и коррекцию. Живой инструмент познания душ вывести пытаемся. Технический, впрочем, тоже пробуем модернизировать. Достался нам их агрегат по изъятию души — прибор довольно интересный, но грубый. Все равно что топор в качестве средства от головной боли. О, а вот и Делен наша вездесущая прибежала. Защебетала: я такая умная, я столько рас знаю, можно посмотреть? Так, пожалуй, пора и мне в медбокс заглянуть. Скуку развеять.

Посол зергов был занят на переговорах с нарнами, так что пришлось использовать тело одного из его помощников и ползти проявлять любопытство. Как раз успел к попытке минбарки пристрелить сошедшего с ума на почве последних неудач охотника. Это надо же было додуматься — не дожидаться кончины выдающегося разумного, а превентивно из него душу вынимать. Уж не с их инструментарием такое проводить. Хирург-любитель, кухонным ножом операцию на мозге проводящий. И ведь с их способностью ощущать духовное тело, он прекрасно понимал, что дичь творит. Покопался я в его головенке, благо, ей хорошо досталось от собратьев, что за этим ренегатом не первый год гоняются. Вот только, отчего-то, все никак поймать его не могли.

* * *

— Вы не понимаете, это Шак’тот! Вы должны убить его! Они воруют души!

— Делен, успокойтесь и объясните мне толком, кто это такой?

— Шдраштвуйте, шшш, здравствуйте, не помешал? О, у нас тут деликатесик, — обползаю замершую парочку и прижимаюсь мордой к стеклу бокса.

— Вы знаете, кто это такой? — первым приходит в себя Синклер.

— Конешшно, шнаю, шшш, знаю. Простите, мой голосовой аппарат ешшшше, да шшшш, еще не полностью перестроился под вашшшшу, шшш в шшшш по шшш на шшш, вашу речь.

— Вы не могли бы нам рассказать?..

— Конеш-чно. Это так называемый ошшшотник, шшш…

— Прошу вас, говорите, как вам удобней, а если что-то будет непонятно, я переспрошу.

— Хорошо. Так вот, это так нашшываемый охотник за душшами. Довольно интерешшный вид разумных. Биологишшески они практически бессмертны, это вызвано их особой муташшшией. Видите в шшентре лба большую опухоль?

— Да.

— Шшшш ее помощью они обрели способность управлять своим телом и энергетикой на дошшштатошшном уровне.

— Это все очень интересно, но причем тут души?

— Скашшшите, вы знаете што-то, кроме вешшества и энергии, а также их взаимосвязи?

— М-м, пространство, время?

— Шшастные случаи. Душа это, если хошшите, нематериальная энергия. Они ее шшшуствуют, как бы решшонируют шш ней. Чем больше рашшность потенциалов, тем шшшильней эффект. Похоже на электришшество. Отшшшасти.

— Кхм.

— Прошшштите, увлекся. В обшшем, эти рашшумные шувствуют шшмерть, она для них нешшто вроде молнии, за которой следует гром ошвобошшдения души. Вот его-то они и ловят. Грубо, топорно, но все шше шшшапирают эхо в, — тут зерг пару раз клацнул челюстями подбирая слово, — баношшки. Да, эхо в баношшке, примерно так можно описать то, шшто они делают с душами выдаюшшшихся рашшумных.

— А что происходит с душой если ее не запереть? — минбарка с анимешными глазами, довольно забавно.

— Нишшшего, она уходит из нашего мира, куда-то туда, в другие пространства. Если, конешшно, не рашшштворяется. Что бывает чашшше. Они ведь потому и ловят душшши, что слишком часто те прошшшто исчезают. Даже великие души.

— Все это, конечно, очень интересно, но что мне делать с ним?

— Убить!

— И шшшъесть.

— …

— Ну шшо вы так шшмотрите, — потупился зерг, — они ошшень вкушшные. Шшаль только, к нам больше не прилетают. Нушшно попрошшить посла провести голошшование. Поднимем вопрос на совете. А потом шшъедим.

— Я бы попросил вас воздержаться.

— Вы шшъедите его шшами? Это нешшправедливо Шшинклер.

— Я не собираюсь никого есть!

Под обалдевшими взглядами присутствующих обидевшийся зерг пополз на выход.

— Нужно будет поставить охрану, — вздохнул командор, когда за помощником посла закрылась дверь.

— Джеффри, вы должны убрать его со станции, — взяла Синклера за руку Делен, — поверьте, так будет лучше для всех.

— Пришшлите хотя бы ношшку, — раздалось от двери.

— Нет!

— Ш-шадина, — тихонько, но так, чтобы все услышали, уронила клыкастая морда, скрываясь из виду.

— Даже для него, — ткнула пальцем в сторону безсознательного тела охотника минбарка.

* * *

В общем-то, особого смысла в моем вмешательстве не было. Просто души из коллекции охотника пожалел. Ведь Делен их собиралась освободить, причем самым что ни на есть варварским образом: тупо расколотив «баночки», в которых они были заперты. Мало было беднягам топорного метода извлечения и перемещения, так теперь еще и такой вот способ освобождения. Может, мы и посредственно, пока что, разобрались во всем этом, но уже имеющихся знаний вполне хватало, чтобы понять — хана душам будет. При таком подходе им точно амба придет. А ведь охотники, что бы там кто про них не думал, действительно коллекционируют выдающихся разумных. Жалко будет, если столь развитым сущностям придется свой путь с нуля начинать.

Слишком уж смерть многое стесывает. По себе судить могу. Нет, такое очищение бесспорно бывает нужным и во многом даже полезным, вот только зачастую с водой и младенец выплескивается. Странно как-то. Непонятно. Хотя, наверно, тут можно провести аналогию с природой. Выживает ведь самый приспособленный, вот и у душ такая своеобразная эволюция имеется. Так сказать, естественный отбор. А может быть, искусственный? Да кто же его знает. Могло и само так вот сложиться. Вселенная большая, а уж сколько разных измерений, если не отдельных реальностей, имеется. Ндям-с, вот так задумаешься, и что-то таким мелким и ничтожным себя ощущать начинаешь. Прям, все тлен и дела наши тьфу на фоне вечности. Пойти, что ли, еще кому крови попить, а то как-то грустно мне стало.

* * *

Монорельсовая дорога на Вавилоне — основной способ быстро попасть из одного конца станции в другой. В силу разнообразия видов, обитающих внутри восьмикилометровой высокотехнологической бочки, с сидячими местами там не очень. Большая часть вагончиков отведена под стоячие, да еще и с хитрой системой фиксаторов. Чем-то они похожи на те, что есть на любом экстремальном аттракционе: жесткая рама с системой ремешков и креплений. Впрочем, последними мало кто пользуется. Пока привяжешься, пока отвяжешься, десять раз мимо нужного места проехать успеешь. Просто классическая иллюстрация тезисов про «хотели, как лучше» и «благими намереньями».

Передав дежурство старшему лейтенанту, уставшая Сьюзен отправилась в оранжерею. Гудящая голова требовала отдыха, а вид приборов и серых безжизненных стен навевал тоску. Обычный, в общем-то, приступ космической меланхолии, способы борьбы с которыми давно известны. Путь от командной рубки до зеленого сектора пролетел быстро. Щелчок разомкнувшихся магнитов, шипение привода дверей, и вот она уже вдыхает ароматы живых цветов, ощущает порывы искусственного ветерка — впрочем, о том, откуда он берется, лучше не думать. Хорошо-о.

Жаль, кофе не созрел, вздохнула женщина, присаживаясь на скамейку в одном из уединенных уголков сада и любуясь подсвеченными брызгами маленького фонтанчика. Конечно, гидропонные теплицы предназначены строго для выращивания зерновых, овощей, фруктов и полезной зелени, но когда ты старший офицер, тебе всегда удастся договориться о небольшой особой деляночке. Вот и она в свое время договорилась. Небольшой участок у дальней стены сада, рядом с технической дверкой, позволял раз в несколько месяцев побаловать себя тремя-четырьмя чашечками свежего натурального кофе.

— Здравствуйте, капитан-лейтенант, — прогнал мечты об ароматном кофе, чей запах Сьюзан даже начала ощущать наяву, голос Талии Винтерс, — простите за беспокойство, не знала, что вы тоже любите это место.

— Ничего страшного, — подавила вздох Иванова, — присаживайтесь, я понимаю, вам иногда нужно побыть в тишине.

С тех пор, как Талия все же выполнила свой долг, подловив ее в баре и представившись как положено, а не на бегу, они, к немалому удивлению Сьюзен, неплохо поладили. Она и сама не знала, как так получилось, что ей пришло в голову не просто рассказать историю своей матери, но и посочувствовать Винтерс. Это было настолько на нее не похоже, что она заподозрила бы телепатку в использовании особых способностей, если бы не была наверняка уверена в обратном. Наверное, ей просто нужно было выговориться. Напряженный график, пресс ответственности, конфликт Нарна с Центавром, да еще и новости, что отец слег. В этот раз, похоже, окончательно. Как-то тогда все один к одному сошлось, да еще и третий алкогольный коктейль на пустой желудок, вот и прорвалось.

— Тишина нам недоступна, — грустно улыбнулась Талия, присаживаясь рядом, — всегда есть гул, там, за стеной.

— Шум моря.

— Что, простите?

— Моя мать, даже когда ей стали колоть те ужасные лекарства, что подавляли телепатические способности, все равно слышала этот гул. Она называла его шумом моря. И в неформальной обстановке можешь обращаться на ты. Если, конечно, не против?

— Нет, буду только рада. А насчет шума… да, очень похоже. Словно стакан к уху приложила.

— Раковину.

— М-м?

— Стакан, конечно, тоже дает этот эффект, но прикладывать все-таки стоит раковину. Это, ну не знаю, романтичней, что ли, — смутилась Сьюзен.

— Наверное. Не пробовала. Пси-корпус довольно аскетичен. Строгое воспитание, постоянная дисциплина. Ничего лишнего и отвлекающего.

— И тотальный контроль.

— Без этого никак, Сьюзен. Развитие и контроль способностей — это тяжелый ежедневный труд. Многие ломаются, кое-кто сходит с ума, некоторые уходят или даже сбегают, но такова наша судьба. Даже необученный телепат весьма опасен. Не только для окружающих, но и для себя.

— Знаешь, с одной стороны, как офицер и командир, я это все прекрасно понимаю, но вот с другой…

— Не можешь простить систему за то, что она лишила тебя матери и заставила смотреть, как та угасает.

— Да. Не надо читать мои мысли.

— Я не читала, правда. Просто не ты одна пережила такое. У одной девочки в нашей группе была похожая история.

— И что с ней стало?

— Не смогла перейти с П-4 на П-5. Разум выгорел полностью. Это было очень страшно. Мы тогда все пробовали, а она… она как раз вспомнила свою маму, ну, мне так показалось. Там такая мешанина мыслей, образов, воспоминаний, желаний и стремлений была, что половина наших сознания лишились. Это было подобно взрыву, — Талия зябко поежилась обнимая себя за плечи.

— Пойдем лучше, в баре посидим, — тряхнула головой Сьюзен, решительно вставая.

— Идем, — слабо улыбнулась Винтерс.

* * *

В космической тьме метнулись вырвавшиеся из ниоткуда лучи света, и через миг в пространстве возник разрыв в форме воронки. Через секунду из нее материализовался большой исследовательский корабль землян. Полыхнув маршевыми двигателями, он отошел в сторону, чтобы не попасть под выброс энергии, сопровождающий закрытие гиперперехода.

— Мы на месте, система Икариан достигнута. Отклонение плюс двести семьдесят.

— Начать сканирование системы. Выходим на орбиту.

— Выполняю.

Без малого километровая туша корабля с большим вращающимся цилиндром, занимающим треть корпуса, неспешно начала разгон. По этой системе было очень мало данных, поэтому выходить пришлось над плоскостью эклиптики. Впрочем, стоило задействовать сенсоры, как сразу стало ясно, что седьмая от местной звезды планета станет их первой и, скорее всего, единственной целью.

— Мрачное местечко, — хмыкнул глава экспедиции, глядя на колонки цифр и пляшущие графики.

— Согласен, — кивнул капитан, бросив взгляд на экраны, — мертвый мир.

— Скорей, убитый. Давно убитый.

— Мы на орбите, сэр, — доложился навигатор.

— Начинайте сканирование.

— Есть.

Неспешно — а на деле, с умопомрачительной скоростью в девять с лишним километров в секунду — корабль облетал Икар-VII. Многочисленные системы изучали и картографировали проносящуюся внизу поверхность. Каждый новый виток смещался относительно предыдущего для получения более объемной и детализированной картинки.

— Вряд ли мы тут что-нибудь найдем, — вздохнул профессор.

— Ну, судя по собранным данным, цивилизация тут была весьма развитой, — возразил капитан корабля, просто для поддержания разговора.

— Да, пожалуй. Огромные города, уходящие на километры под землю. Может, нам и повезет, но время безжалостно. А над этими руинами оно трудилось ужасно долго. Боюсь, что слишком долго.

— Где планируете высаживаться?

— Вот тут, в шестом квадрате.

— Начнете с самых крупных развалин?

— Это руины, — машинально поправил собеседника профессор. — Да, скорее всего, это столица. Оценим общий уровень: может быть, смысла возиться и вовсе нет.

— Вам видней. Распорядиться насчет шаттлов?

— Будьте любезны, а я пока пойду, своих проверю, мало ли чего эти оболтусы забыть умудрятся. В прошлый раз анализатор не погрузили. Идиоты.

— Он же у вас полтрюма занимает, — искренне изумился капитан.

— Говорю же, ленивые идиоты.

— Сочувствую, профессор.

* * *

Это с чего ж это «вряд ли»? Я тут, понимаешь, старался, готовился, а они такие, «вряд ли». Найдете, профессор, еще как найдете. Тот ширпотреб, что Тени земному правительству сливают, меня совсем не устраивает. В каноне, помнится, дело до гибридных кораблей дошло. Вот только сами люди, опираясь на подбрасываемую им ерунду и те образцы с данными исследований, что при изучении марсианского крейсера получили, еще лет сто будут только аналог моей старой брони рожать. Нет, нам такого не надо. Подбросим технологий попроще, дадим немного подсказок, и вообще простимулируем к развитию. Желание хапнуть, помноженное на жадность и самомнение землян, да опирающееся на нужду Теней — это же ой как мило и сколько полезного принесет. Тени-то будут действовать довольно предсказуемо, постараются людскую карту по максимуму разыграть, обзаведясь своим аналогом минбарцев — Дракхи-два и все такое. Доверенный слуга и любимая наложница в одном флаконе. Землю ждет великое будущее. Ага-ага, как бы не так. Фигушки, я жадный.

Вообще-то, на Земле с агентами у меня все посредственно. Просто смысла в них никакого нет, хватает и знания шифров с перехватом сигналов. Телепатическое сканирование периодически мотающихся туда-сюда больших чинов и разных шишек от науки с жутко тайными докладами-отчетами тоже весьма способствует. Все шпионы, что имеются, исключительно на добровольной основе и по личной инициативе образовались. Поддерживаем их, конечно, не без того, но тут работает простой принцип: любой труд должен быть оплачен. В конце концов, они же не родину продают, а чисто из патриотических соображений и из своего видения того, что для человечества лучше, действуют.

Пока возился с ксеноархеологами, краем глаза присматривал за убегшим из медбокса охотником. Шустрый он, однако: здоровенного бугая-охранника с одного удара вырубил, на свой корабль за душевысасывающим агрегатом пробрался, прихватил его, коллекцию душ прибрал, набил морду еще одному бойцу СБ, да и был таков. Нет, что-то с подготовкой кадров у Гарибальди дело как-то хреново обстоит. Что сенсоры на Вавилоне особенные, это я уже давно понял, но ведь и кадры, за ними следящие — те еще фрукты-овощи слоупочные. Казалось бы, что тут сложного — прицепить каждому по прибору, контролирующему основные жизненные показатели, да настроить автоматику на их отслеживание? Ерунда ведь, но нет, земляне легких путей не ищут. Может быть, это потому, что у них тут ни спортзала, ни бассейна нет? Надо бы эту мысль обдумать.

Пока охотник готовил местечко для проведения процедуры изъятия души Делен и строил планы по ее захвату, экспедиция благополучно развернула полевой лагерь и начала вскрывать ближайший ход в подземную часть города. Руины, что торчали на поверхности, их как-то не привлекли особо. Отправили только десяток дронов картографированием заниматься. Так, где там мои любимые шарики-вкусняшки, меня, похоже, ждет увлекательный сеанс. После приступа буйства, изрядно освободившего тело, новое врастание провел с чувством, с толком, с расстановкой. Так что теперь я в некотором роде сижу-возлежу, наполовину погруженный в кокон. И да, любимый хвост вполне себе доступен для вдумчивого грызения. Или правильно — погрызания? В любом случае, он доступен, и это есть хорошо. О, вот и шарики созрели, ом-ном-но, чудесно.

* * *

— Внимание! Несанкционированное открытие точки перехода.

— Кого еще к нам несет?!

— Судя по спектру сигнала, поданного на аппаратуру врат, еще один корабль охотников за душами.

— Ясно. Запустить звено истребителей, пусть проконтролируют.

— Есть.

— Иванова вызывает Синклера, — поднеся браслет с коммуникатором сказала Сьюзен.

— Слушаю?

— У нас гости, еще один охотник.

— Мэм, нас вызывают.

— Соедини.

— Есть.

— Я хочу говорить с командиром станции. Вы все в большой опасности!

— Сэр?

— Я слышал, подключи меня.

— Готово.

— Говорит командор Джеффри Синклер, я вас слушаю.

— Командор, к вам на станцию проник наш брат, который из-за неудач, вечных опозданий и досадных помех упустил так много душ, что от горя лишился рассудка. Он начал спасать души, нарушая естественный ход вещей.

— Убивая?

— Да. Несколько дней назад нам почти удалось настичь его, но в последний момент он скрылся.

— Ясно. Вы можете помочь нам поймать его?

— Ради этого я и прилетел.

— Хорошо, разрешаю вам посадку на станцию. Встретимся в причальном доке. Конец связи.

— Конец связи.

— Сьюзен, обеспечь нашему гостю зеленый коридор. Он нам нужен, срочно.

— Сделаю. Что-то случилось?

— Да, посол Делен пропала.

— Только этого нам не хватало.

* * *

На станции встречали охотника на охотника из ордена охотников, что вызвало очередной приступ паники у инопланетного населения. И чего они все их так боятся? Ничего же такого особенного в них, вроде бы, нет. Кораблики и технологии заметно выше среднего, но и только. У них даже средне-малых судов нет, за ненадобностью. Я сосредоточился на земной экспедиции, которая упорно пыталась завернуть не туда и заблудиться в икарианских катакомбах. Вот честно, знал бы, что такие целеустремленные бараны прилетят, нарисовал бы стрелочки и боковые проходы бы завалил. Никаких сил уже нет бороться с их любопытством и желанием забрести куда не надо. Утомили, дальше некуда.

С грехом пополам приведя ксеноархеологов в храмовый комплекс, на алтаре которого валялись предназначенные для них образцы, мысленно утер несуществующий пот и вернулся к просмотру боевичка. Все, дальше уж пусть они шляются где хотят. Мешать не стану, как и помогать. В свое время мы тут все по десять раз просканировали и прощупали. Да недавно еще раз проверили, все же прогресс у нас солидный. Это он пока замедлился, больно уж много нахватали, еще и ллорты с приступом гениальности. Не до большой науки. Работаем, конечно, но все же основная масса сил и средств идет на модернизацию всего и вся. Плюс, кольца станций подзарядки вокруг звезд возводим, тоже, знаете ли, нетривиальная задача. Это вам не нарноформирование какое провести, тут думать надо.

Синклер, отчаявшись найти Делен путем сканирования станции — нет, он ведь реально на что-то надеялся — включил, наконец, соображалку. А охотник, зараза, хитрый. Ведь чувствует, скотина, где его собрат кровушку из бедного посла сцеживает, но молчит. Взгляды собрата он, может, и не разделяет, но и особого неодобрения от него что-то не ощущается. Он наоборот, вон, на Синклера чуть ли не облизывается. Согласен, душа у того яркая, но нужно же себя в руках держать. Впрочем, с их опухолью и своеобразным воспитанием, сложновато им рядом со столь выдающимися личностями находиться. А ведь Джеффри — так, росточек еще, вот когда он Валеном десяток-другой годков поживет, тогда да, это будет нечто. Кхм, что-то увлекся.

* * *

— Вы же чувствуете приближение смерти! — осенило командора.

— Да, — кивнул охотник.

— Так скажите мне, где она! Вот, — вывел Синклер на ближайшем мониторе карту станции.

— Близко, близко, уже рядом… — забубнил, прикрыв глаза и водя пальцем по карте, душелов, — тут! — остановился его палец на нужном секторе станции.

* * *

Как мило: получив «адресок», бравый командор в компании Гарибальди и с пятеркой безопасников за спиной немедленно рванул к ближайшему лифту. Ну ладно, в этот раз хоть недалеко было. Хотя подмогу стоило бы вызвать. Да и оставлять одного и без присмотра охотника, что в полутрансе пребывал — глупо. Он, конечно, вроде как хороший и правильный, но мало ли чего. Что ж, пойду, пообщаюсь. Не упускать же возможность.

— Шшдравшштвуй, охотник, — улыбнулся выползший из-за угла монстр.

— Кто ты? — удивился тот, явно недовольный, что его прервали.

— Чужие вопросы, по чину не положенные, задавать не следует тебе.

— А?

— Бэ! — рывок, удар лоб в лоб, и охотник видит небо в алмазах.

— Эй, ты что делаешь? — заорал припершийся охранник, вспомнили, смотри-ка ты, про гостя дорогого. Ладно, я ведь успел уже яд в тело жертвы ввести, да и безопасника заранее почувствовать не было проблемой.

— Птьфу, — выплевываем голову и делаем невинную шипасто-клыкастую морду. — Нишшево, нашшальник. Ему прошшто плохо шштало.

— Отойди от него.

— Хорошшо, не надо в меня шшластером тыкать, я помошш хотел.

— Сожрав?! — по-моему, он мне не верит. Обидно, да?

— Я делал ишшкушштвенное дыхание, — вздергиваем морду и строим вид обиженного зерга.

— Это Барти, — бухтит в коммуникатор боец в серенькой униформе, продолжая тыкать пистолетом в пузо, — тут зерг охотника чуть не сожрал, что мне делать?

— Держи зерга на прицеле, для них охотники деликатес, — ответил коммуникатор голосом Синклера.

— Понял.

— Нашшальник, я пополшшу, шшил нет, так вкушшно пахнет.

— А ну стоять!

— Шшлые вы хомо и шшадные ошшень, — понурившись, опустил морду зерг, а потом и вовсе свернулся в клубок.

Яд достаточно подействовал, чтобы ввести охотника в состояние комы. Теперь его можно было без проблем считать, сняв матрицу сознания. Вот и пришлось освободить одно тело и задействовать другое. Попутно порадовавшись, что у меня тут целый сектор с разным-разнообразным имеется. Пока возился, Синклер немного пострелял, ранив охотника, впрочем, тот оказался мужиком крепким. Подловил командора и ловко обезоружил, угу, удар промеж ног — неспортивно, но эффективно. После пары ударов по морде изрядно поплывшего Джеффри пинком отправили в полет, и это стало самой большой ошибкой победителя.

Короче говоря, наш герой превозмог, и дал охотнику самому насладиться пребыванием в баночке-скляночке. Просто навел на него душевысасывающий агрегат, в тот момент, когда тот включился «на прием». Вот ведь какой везучий. Делен спас, злодея погубил — прям настоящий лыцарь. Пойти, что ли, к нему сползать, а то как-то там дракона для антуража не хватает. А, черт, я же тут под прицелом. Ладно, сейчас посла приведем, самого себя на поруки возьмем. Все равно минбарку уже в лазарет тащат. Момент, как говорится, упущен.

* * *

— Как она, доктор? — спросил Синклер, стоя рядом с кроватью, на которой лежала потерявшая много крови и сил Делен, опутанная проводами системы жизнеобеспечения.

— Состояние стабильное, угрозы жизни нет. Дня через три-четыре можно будет выписывать, слабость пройдет в течение пары недель.

— Командор, — вошел в медотсек посол зергов, — прошу прощения за моего помощника.

— Боюсь, если охотник погибнет, мне придется депортировать задержанного на Землю для проведения суда. Скорее всего, его там посадят в тюрьму.

— Вы решили избавиться от своих преступников и откормить моего секретаря?

— Нет.

— Тогда я не понимаю смысла ваших действий.

— Он просто будет отбывать срок в изолированном месте.

— Может быть, будет проще, если я прикажу ему лечь в спячку на столько, на сколько вы захотите?

— Хмм, — поднял глаза к потолку Синклер, — давайте так, пусть ваш помощник введет противоядие, и на этом будем считать инцидент исчерпанным.

— Хорошо, я распоряжусь.

— Вот и прекрасно, сейчас я свяжусь с Гарибальди, чтобы его привели.

— Командор, — открыла глаза Делен, — вы спасли меня. Спасибо, Джеффри.

— Вы сильная. Вы продержались, боролись до конца и победили.

— Стивен, скажите как врач, у них возможна кладка? — тактично спросил посол через всю палату.

— Н-нет, — выдавил фанат медицины, но в силу особенностей характера, психики и стечения обстоятельств, не смог не добавить: — без сторонней помощи.

— Думаю, наши ученые смогут помочь. Вероятно, и геймы справятся.

— Да там ничего особо сложного, всего лишь… — ну да, обидно Франклину за науку земную, вот и поддался на провокацию.

— Кхм! — Синклер был краток и лаконичен.

— Вот и ты, — отвлекся посол на вползшего помощника, — сколько раз тебе говорить, тут не принято прилюдно поедать добычу.

— До норы было далеко.

— Тащил бы к пакмарам, их сектор был по соседству. Жадность обуяла?

Зерг потупился.

— А теперь без добычи останешься. Иди и укуси его.

— А мошшно откушшить?

— Нет, и хватит шипеть. Тебя не понимают. Доктор, проводите его к пациенту, а если он увлечется, скажите «фу».

— Э… хорошо.

— Не волнуйтесь, командор, он больше не будет попадаться. Я с ним побеседую.

— А он может вообще никого не пытаться сожрать?

— Не знаю, но это будет интересный эксперимент. Спасибо за идею, командор. Поправляйтесь, посол Делен.

— Спасибо.

— Яйцо должно родить жизнь или стать омлетом. До свидания.

Проводив посла удивленным взглядом, землянин с минбаркой переглянулись.

— Яйцо?

— Омлетом?

— Фу!!! — отвлек их вопль Франклина, не отключившего динамики бокса с охотником.

— Ишшвините, я только немношшечко.

Глава 25. Понемногу по чуть-чуть

Немного надкусанного и слегка подергивающегося охотника за душами спровадили со станции, как только тот смог более-менее самостоятельно передвигаться. Командор что-то брякнул на тему запрета посещения Вавилона, получив в ответ такой взгляд, что стало ясно — мог бы и промолчать. В глазах душелова отчетливо читалось: «Добровольно? Не дождетесь!». Зерга, за несдержанность, наказали лечебным голоданием, хотя Синклер с Франклином были против, а доктор вообще настаивал на удвоенном пайке. Похоже, они даже были готовы организовать фонд по сбору средств на кормежку голодного монстра. Пришлось устами посла сообщить, что тогда у них будут другие трудности. Молодой зерг, в самом расцвете сил, да при обильном питании, такому очень трудно удержаться от создания гнезда. В общем, оба землянина прониклись и решили, что лучше не надо.

Мши, якобы отпраздновавшие избрание Великой Матери, вернулись на станцию и вновь заняли место председательствующих в Лиге Миров. Дел много к этому времени накопилось. Раньше стоило сворачиваться. Затянул. Впрочем, были на то и объективные причины. Удалось провести обследование хвостатых и выявить некоторые незначительные признаки мутаций. Причем, что поразительно, не столько в телах, сколько в энергетике. Душа — видимо, в силу остаточных отзвуков человеческого во мне — все-таки как что-то такое божественное, непознаваемое воспринимается. Другое дело, аура там, или еще что. Как-то проще мне с таким термином обращаться. Мелочи, конечно, ну да и черт с ним. Не в названиях суть.

Так вот, собственно, у Мши как раз и начали появляться признаки развития этой самой ауры. Раньше-то она была очень блеклой, ведь психоматрица — это даже не урезанная форма разума, а так, нечто, лишь отдаленно на него смахивающее. Впрочем, способности духа к своеобразной регенерации нами уже достоверно установлены. Частично вернувшиеся ко мне воспоминания из прошлой жизни — это как раз и есть один из побочных эффектов такого развития. В общем, довольно интересно получается. Будем вести наблюдения. Теоретически, лет через сто или тысячу, из Мши может получиться нечто вполне себе самостоятельное и полноценное. Или не получится, тут немного зыбко все. Без данных, в динамике получаемых, прогнозировать сложно.

* * *

— Босс, ты только глянь.

— Что там?

— Да вон, гляди.

— Ну и? Мши прилетели, в чем дело-то?

— Смотри, какой здоровяк.

— И?

— Да в нем же полтора Лоуча будет. И хвост вон с какой симпотной кисточкой, классный. Красавец же.

— Убью!

Ответом стал дружный мужской гогот, эхом заметавшийся по дежурке. Гарибальди лишь горестно вздохнул. Сам виноват, с подчиненными нужно дистанцию держать, да только нащупать ту тонкую грань, когда твой сотрудник при этом все-таки к тебе с проблемами придет, а не будет их самостоятельно на стороне решать — возможно, пользуясь своим служебным положением — тяжело. Уж лучше так. Поржут еще немного, а потом, конечно, не забудут, но по сто раз на дню подкалывать перестанут. Обычное дело в сплоченном коллективе. Можно сказать, такие вот шуточки и истории — клей, что держит всех вместе. Хотя некоторым зубоскалам очень хочется в морду дать.

* * *

Для экспедиции, что в первый же день нашла «древние артефакты», наступил праздник. Просто Рождество и Пасха разом у них случились. И я весь такой когтисто-клыкастый, капающий ядовитой слизью, да с кислотной кровью и большущей молотообразной черепушкой с полуметровыми клыками, за Санта Клауса. Бороду отрастить, что ли? Лениво. Озарения на «гениев» сыпались, словно из рога изобилия. Прям одно за другим. И язык-то они сходу частично расшифровали, и назначение большинства предметов поняли, и даже обрывочные летописи нашли. Не поленился, лично написал историю взлета и падения икарианцев. Основывался, правда, на реально расшифрованных источниках, ну да это частности.

Побочным результатом этих озарений стала возникшая у профессора ксеноархеологии Венса Хендрикса идея — стаскать все найденное к своему студенту Стивену Франклину. Проще говоря, он собирался спереть находки, провести исследования в лаборатории Вавилона, а потом продать их тому, кто больше заплатит. Не идеально, но и такой, кхм, каноничный вариант был предусмотрен. В любом случае, это лучше, чем замысел капитана корабля прихватить артефакты и эмигрировать в Союз Хомо. Придется, чувствую, сопровождать исследовательское судно не просто ради безопасности, но и чтобы еще кого-нибудь дурные мысли не посетили. Вечно с человечками проблемы. Слишком уж они бодрые. Неймется им, энергии через край. Вот с нарнами дела шли хорошо.

* * *

— Итак, давайте подведем итоги нашим договоренностям. Во-первых, мы в течение года обязуемся очистить атмосферу Нарна до состояния столетней давности. Причем работы будут осуществляться в соответствии с предоставленными вами параметрами.

— Все верно.

— За это ваш режим следующие десять лет будет передавать нам пять процентов добываемых ресурсов.

— Да, — кивнул Г‘Кар, который как ни бился, но снизить плату не сумел.

— Хорошо. Во-вторых, мы обязуемся превратить ваши лужи грязи в первосортные болота, со мхами, лишайниками, топями и прочим, в соответствии с согласованной спецификацией, — рука посла, закованная в сталь скафандра, с нежностью, как показалось нарну, погладила трехтомный фолиант, по которому можно было бы не одну сотню диссертаций по флоре, фауне и особенностям болотного биоценоза написать.

— Верно.

— В-третьих, мы выращиваем леса и прочую зелень, на основе генетически измененных образцов вашей прежней флоры. Они будут безвредны для вашего вида, но при этом смертельно опасны для центавриан. И пригодны для использования в качестве строительного, декоративного и отделочного материала.

— Да.

— Также семена и плоды большинства из них можно будет употреблять в пищу нарнам.

— И другим видам схожей с нами биологии, кроме центавриан.

— Само собой, перечень составлен, но до уточнения деталей специалистами в договор включен не будет. Пойдет отдельным приложением.

— Конечно.

— Итак, мы обязуемся покрыть такими лесами тридцать процентов суши Нарна, а оплатой за это будет пятнадцатипроцентная скидка на всю вашу продукцию в течение следующих ста лет.

— Да.

Условия, конечно же, ужасные, но вновь увидеть свой мир похожим на тот, что остался лишь в старинных записях — оно того стоило. Ни один кхари, даже из высшего круга приближенных, не посмеет раскрыть рта, если не решит, конечно, совершить экстравагантное самоубийство. Маловероятно, что кто-то захочет быть разорванным толпой. Скидка может быть даже полезной, подумал Г’Кар. Товары нарнов не пользовались особым спросом, хотя бы потому, что в основном имели военное или двойное назначение.

— Вот ваш экземпляр, посол, — передал зерг копию договора.

— Благодарю, — кивнул нарн, с трудом удерживая переданное. — Позвольте угостить вас выпивкой, посол? — предложил Г’Кар, с облегчением опустив гору бумаг на стол.

— Это будет интересный опыт. Мы еще не приобщались к традиции обмывания сделок. С вами пойдет Шушшик. Ему надо практиковаться в общении. К тому же, он молод и его не жалко.

— Э-э… хорошо.

— Бегать другого заставь. Всего доброго, посол.

— Спасибо за… совет. И вам хорошего дня.

Вытащив из наруча, что заменял нарнам карманы, платок и утерев лоб — все же переговоры дались ему нелегко — Г’Кар смерил взглядом Шушшика. Не хотел бы я его во сне увидеть, вздохнул нарн. Пить с монстром, один вид которого заставляет протрезветь — то еще испытание. Впрочем, ему ли, послу столь великой расы, пасовать? Вызов брошен, что ж, он с честью его примет. Хотя помощник бы не помешал, самокритично признал нарн. Молари! — осенила его мысль, а губы сами собой разошлись в улыбке-оскале. Лондо все никак не сподобился добраться до переговорной, чтобы обсудить статус Ефратского сектора. Тем хуже для него. Как не воспользоваться моментом и не ухватиться за шанс отомстить?

— Скажите, мой друг, вы любите стриптиз?

— Шштрипишш? Не шшнаю, не пробовал.

— Полагаю, вы не будете разочарованы.

— Вам вишшней.

— Кхм, — прокашлялся Г’Кар, когда крупное змеевидное тело зерга выпрямилось и махнуло верхними конечностями, слегка зацепив стену, — позвольте дать совет, — протянул нарн, задумчиво смотря на борозду в металле, как минимум сантиметровой глубины — не стоит повторять этот человеческий жест. Лучше замените его кивком.

— Хорошшо. Благодарю.

* * *

Вот ведь неймется нарну. Все-то он пытается союзников найти, чтобы центаврианам навалять. Посоветовать ему, что ли, правильно Мордену ответить? Интересно будет посмотреть на то, как история повернется, если вместо Центавра бойню Нарн устроит. Хм, а мысль довольно интересная. Вначале этим планету отремонтируем, а потом и тем. Двойная выгода. Надо будет все хорошенечко обдумать — когда-нибудь, на досуге. А пока посмотрим, как там нарн зерга малолетнего спаивать будет.

* * *

В стриптиз-баре, одном из трех, официально имеющихся на станции, играла музыка, на сцене танцевала человечка (причем, что угодно, но только не этот самый стриптиз), мелькали вспышки светомузыки, которая, впрочем, была бледновата из-за излишне яркого освещения, ну и конечно же, приглушенно гудела толпа разумных, сидящих за столиками. Куда же такому заведению без клиентов-то. Вообще, после третьей мировой и последующих столетий аврала, люди несколько откатились в прошлое. В плане, хм, культуры сексуальных отношений. Не то, чтобы это имело какое-то особое значение, да и до пуританства было далеко, тут имело место быть что-то вроде причудливой смеси восьмидесятых с шестидесятыми, но все-таки, забавный выверт. Впрочем, может статься, что это обычная спираль развития культуры и даже — цивилизации в целом.

— Посол Молари, — расплылся в улыбке Г‘Кар, — рад вас видеть.

— Взаимно. Я смотрю, вы не один?

— Да, позвольте вас познакомить, это помощник посла зергов Шушшик.

— Рад. Я слышал, вы очень неравнодушны к охотникам за душами?

— Ошшибки молодошшти, — скромно потупился зерг.

— Недели же не прошло?

— Мы бышштро ушшимся.

— Посол Молари, когда вы наконец найдете время обсудить Ефратский договор? Надеюсь вы не будете настаивать на…

— Да я скорее поцелую ядовитую змею, чем пойду на уступки!

— Польшшон.

— Тьфу.

— Можете целовать кого угодно, но Режим Нарна в моем лице…

В этот момент танцовщицу-землянку сменила центаврианка, Адира Тери. Та самая бойкая девица с хитрым планом. Она благополучно реализовала первый этап, забравшись в койку посла. Но вот дальнейшее продвижение застопорилось. Как-то не надирался Молари в последнее время до нужного состояния. Впрочем, сегодня у Адиры появился шанс.

— Джентльмены, прошу вас, сядьте. Ох, я ждал этого весь вечер. Она само совершенство.

— Ошшень худенькая.

— Женщины — самое прекрасное в жизни, — сказал Молари проникновенно, поднимая бокал.

— Единственное, в чем я с вами соглашусь, — подхватил бутылку Г’Кар.

— Шшшамошшки, — зерг ловко сграбастал графин с подноса проходящего мимо официанта.

Тройной дзиньк, и разновидовой состав самцов, пришедших к консенсусу, опрокинул в глотки содержимое сосудов. Жаль, что одна из тех, за кого было только что выпито, пришла и разрушила тесный самцовый коллектив. А ведь мог бы выйти интересный междусобойчик. Эх, бяда-бяда, огорчение. Ладно, когда-нибудь потом, быть может.

— Посол! Я Ко’Дат, новый советник посольства и ваш надсмотрщик, — выдала нарнка, презрительным взглядом пройдясь по соплеменнику, выпивающему в компании центаврианина и, скривившись, добавила: — оговорилась, помощник, — сомнений в том, что первое было куда ближе к истине, не осталось, наверное, даже у бокала в руке Лондо.

— Рад вас видеть, — встрепенулся посол, — но я думал, что вы прилетите несколько позже, года через два, кхм, то есть я хотел сказать, конечно же, через два дня.

Черт его знает, хотел ли Г’Кар пошутить, или еще что-то, но обстоятельства не сложились. Изрядно перебравший хомо, по-видимому, счел себя настолько неотразимым, что полез лапать нарнку, делая ей недвусмысленные предложения. Я даже восхитился: это сколько же надо выпить, чтобы счесть Ко’Дат привлекательной, вдобавок умудряясь самостоятельно передвигаться, причем не ползком и даже не на четвереньках. Силен мужик — ну или просто извращенец — лезть в его голову желания не было, да и попросту не успел.

— Шшшш, — выдала нарнка и отправила перебравшего хомо в полет, — Мразь.

— Вошшхишшен вашем шшнанием нашшего древнего машшерного.

— Вы, наверное, устали, позвольте проводить вас, — проявил любезность нарнский посол, понимая, что вечер для него закончился.

— Иногда мне бывает даже жаль Г’Кара, — ехидно улыбнулся Лондо, наполняя бокал.

— И кто же теперь будет учить меня обмывать договора? — от обиды зерг даже про шипение забыл.

— О, вам повезло, друг мой — я настоящий эксперт.

— Правда?

— Клянусь яйцекладом!

— Но вы же шшамец?

— Так я же не своим поклялся.

— А, хорошшо. Так шшчего нушшно нашшинать?

— Конечно же, с самого важного, — звонко щелкнул пальцем по бокалу Молари. — За что пьем?

— Не шшнаю. А за шшто нушшно пить?

— За то, чего очень хочется.

— Тогда за ушшин.

— Вы голодны?

— Конешшно! Я шше накашшан.

— Давайте что-нибудь закажем. Что вы предпочитаете?

— Мяшшо, шшвешшее мяшшо. Лушше ешшли шшивое. Дрошшашшие, хотяшшее шшить. Срашшающееся.

— Боюсь, тут такое не подают, и, пожалуйста, не надо капать слюной на стол. Он от этого немного, э-э, испортился, — покосился посол на тающий, словно лед в печи, пластик.

— Тогда ростбифф. Дешшять шшштук.

— Думаю, мы это устроим.

Пить с Молари оказалось как-то скучно. Тот все время вспоминал о былом величии родины, сетовал на жизнь, и вообще рвался сбежать к своей Адире. Жаль, а я думал, мы в казино сходим. Ну ладно, в следующий раз. Все равно посол уже выбыл. Моя маленькая месть за его занудство. Перепить зерга вздумал, пфф, наивный. Но теперь начинаю понимать Гарибальди.

Может быть, я просто еще недостаточно Лондо узнал? Ведь у него маска давно уже к лицу приросла. Заглянуть под такую трудно, никакая телепатия не поможет, ведь он и сам никогда не уверен полностью, сомневаясь, а какой он — настоящий. Но тащить его до посольства все равно придется, оставлять будет моветоном. И вообще, зерги собутыльников не бросают! Съесть, правда, могут, ну так это издержки расовые. Дети, вон, тоже в определенном возрасте все на зуб попробовать норовят.

* * *

— Что вам угодно? — встретил меня Вир, в дверях посольских апартаментов.

— Пошшла вашшего принешш.

— Что с ним?! — не на шутку заволновался помощник.

— Ушштал, ушшнул. Не шшаплатил.

— Ясно, я уж испугался, что случилось что-то серьезное.

— Он ешше головой шштукнулся.

— Сильно?

— Нешшнаю, шшетыре рашша.

— Обо что, хоть? Да проходите, э-э, в смысле заползайте вы, что так в дверях-то стоять.

— Шшпашибо.

— Сюда его кладите, на диванчик. Хотите выпить?

— Нешшнаю, я вешш вешшер только ем и пью, да шштриптишш шшмотрю.

— Завидую, а я вот с бумагами возился. Бюрократия.

— Велишшайшшее ишшобрешшение рашшума. Она прекрашшна.

— Думаете?

— Конешшно. Этошшше так интерешшно!

— Знаете, — покосился Вир на гостя, — я, пожалуй, пропущу стаканчик. Вы не против?

— Нет. Бушшайте на шшдоровье.

— Э-м, спасибо. Так что там с послом, как он головой-то ударился? — отставив пустую стопку и сжевав ломтик спу, поинтересовался Вир.

— У меня шшенег не было, а без платы нашш не отпушшкали. Пришшлось применить пошшла.

— В каком смысле, применить посла?

— Этим нешша, — продемонстрировал верхнюю пару серповидных конечностей зерг, — этим тошше, — вторя пара лап была милой и безобидной лишь в сравнении с первой. — Пришшлось ишшпольшовать пошшла.

— Вы им что, охранников в баре побили?

— Ша, — потупил морду гость, — мошшно мне выпить?

— Да, конечно. У вас, наверно, будут неприятности.

— Вошшмошшно… но я наелшша, мне теперь надолго шшватит.

* * *

Удачно все вышло. Одинокий Вир обрел в морде Шушшика понимающего собеседника и внимательно слушающего приятеля. Которого он, к тому же, даже мог чему-то научить. Мысль о том, что он и сам чего-то стоит и что-то ценное умеет, была для Вира настолько нова, приятна и необычна, что он позволил себе раскупорить бутылочки бивари. Дожили, зерги на ниве психотерапии подрабатывают. Впрочем, с учетом того, что это, возможно, будущий император, можно и потерпеть. Тем более, мне самому и делать-то ничего не надо. Молодой зерг и сам прекрасно справлялся. От него и требовалось-то, в основном, лишь слушать и кивать, кивать и слушать. Еще, в особо драматичных моментах, шипеть и слегка шевелиться. Вир быстро набрался — как-никак, бар посольский был обилен, а ему много и не надо было — и начал душу изливать. В начале второго круга малец спекся, пал лицом в тарелочку спу и захрапел. Забавно, но зергу действительно было интересно. Он даже сочувствием и симпатией к собеседнику проникся. Вот и пусть себе приятельствуют, глядишь, может быть и до дружбы дело дойдет.

* * *

Адира провернула свою аферу с Лондо, не забыв снять копию с кристалла данных, содержащего довольно серьезный компромат на правящие семьи Центавра, что накопил род Молари. Жаль мне посла, он ведь уже не молод и действительно полюбил эту аферистку. Но та решила, что ухватила бога за бороду. Так бы оно и было, не столкнись бедняжка во время посадки с одним из Мши.

— Простите, я был столь неуклюж. Вы не ушиблись?

— Нет-нет, все в порядке, не стоит переживать.

— Может быть, вам помочь с багажом?

— Не стоит беспокоиться, он не тяжелый.

— Что ж, еще раз простите мою неуклюжесть. Последствия празднований…

— Да-да, я все прекрасно понимаю, извините, мне нужно спешить на посадку.

— Конечно-конечно. До свидания.

— Прощайте.

Да нет, милая моя вертихвосточка, именно что до свидания, хмыкнул я, наблюдая со стороны. Мши довольно ловкие ребята, а уж подменить кристалл, что ты бесхитростно положила в карман — это даже слишком легко. Все просчитать, идеально сыграть, но не удержавшись от соблазна иметь возможность почаще прикасаться к материальному воплощению успеха, стать жертвой карманника — насмешка судьбы, чьим орудием я стал. Во всяком случае, мне так приятней думать, а не задаваться вопросами «правильно ли поступил?» и «стоило ли вмешиваться?». Кристалл, предварительно раздавленный каблуком, отправился в ближайшую мусорную корзину, все равно эти данные у нас уже есть, и даже периодически используются. По большей части, для продвижения по карьерной лестнице центаврианских агентов. Готовлюсь понемногу к грядущему. Много где и как готовлюсь.

* * *

Делен почувствовала себя достаточно восстановившейся, чтобы освободить, наконец, души из коллекции охотника. Даже его собственную мятежную душу она собиралась отпустить на свободу, дав ей возможность переродиться. Комната была подготовлена к ритуалу, свечи расставлены. Еще раз окинув взглядом помещение и убедившись, что все в порядке, она уже собралась отдать команду компьютеру приглушить свет, но тут ей пришло сообщение. «Странно, время к полуночи», — подумала минбарка. «Это может быть что-то важное», — решила она и отдала команду компьютеру воспроизвести пришедший файл.

Только в нашем ресторане вы сможете позавтракать яичницой или свежайшим омлетом из натуральных яиц! Приходите к нам! Мы расположены в коричневом секторе на…

Реклама, — досадливо скривилась Делен, прерывая нарочито бодрый голос командой удалить сообщение. Проделав дыхательные упражнения и вновь настроившись на предстоящее, она разместившись на коврике, раскрыла сумку охотника и вытащила первую ловушку, в которой томилась плененная душа. Делен вгляделась пристальнее в бордовый туман, клубившийся в загадочной сфере, и на мгновение ей почудился целый калейдоскоп непонятных, смутных, едва уловимых образов. «Яйцо должно родить жизнь или стать омлетом», — внезапно всплыли в ее голове слова зерга, породив цепочку ассоциаций, и она дословно вспомнила, что именно говорил другой представитель этого народа. Сомнения накрыли ее с головой. Она уже не могла так просто взять и раздавить сферу с чужой душой. Картинки из рекламы, вызывающие легкий приступ тошноты, стояли перед ее глазами. Что, если с душами будет так же? Не найдя ответа в себе, лишь еще больше погрузившись в пучины сомнений, она решила спросить совета. Вот только у кого? «Ворлон!» — осенило ее вдруг.

— Да, — ответил на вызов Кош, как всегда, не включая экрана.

— Посол, я хотела бы просить вашей помощи.

— Да.

— Скажите, вы знаете про охотников за душами и их коллекции?

— Да.

— Я собиралась освободить души из такой коллеции, но… не сделаю ли я хуже?

— Да, — ответил Кош и отключился.

— Спасибо за совет, — вздохнула Делен.

— И на что только рассчитывала? — спросила она у потемневшего экрана. — Впрочем, почему бы и нет, — после небольших колебаний решилась она.

— Доброй ночи, пошшол. Шшто-то шшрочное?

— Я хотела бы поговорить с послом.

— Шшоединяю.

— Здравствуйте, посол, простите что так поздно.

— Страшного нет в том, сон слабаков для. Силен я еще. Спать половиной разума могу.

— Все равно еще раз прошу извинить, но мне нужен ваш совет.

Ответом стала чуть склоненная голова, упакованная в непрозрачный материал скафандра.

— Я…

— Освободить души охотником плененные собралась ты, мм?

— Да.

— Дело сотворить благое думаешь?

— Да.

— Переродятся, мудрости крупинку и понимания добавив?

— Да.

— Сковорода замена инкубатору плохая. Доброй ночи, посол, — отключился зерг.

— Да вы издеваетесь! — заорала доведенная до белого каления минбарка. — Сволочи скафандристые, — пнула она в сердцах ножку стола. Боль помогла переключиться, а там и эмоции улеглись. Все же, зерг дал куда более практичный совет. Инкубатор, значит, кивнула она своим мыслям и улыбнулась. «Придется пару дней обойтись без помощника, ну да ничего, справлюсь», — пробормотала Делен, убирая свечи и укладывая сумку с ловушками душ в походный кофр высшей защиты, что использовали дипкурьеры.

* * *

— Рад вас всех видеть, — улыбнулся Синклер собравшейся толпе из представителей народов, проживающих на станции. — У меня есть предложение. С целью улучшения взаимопонимания между всеми нами, я предлагаю каждому из вас продемонстрировать какую-нибудь традицию или обычай.

— Мы проведем медитативную церемонию, — улыбнулась Делен, пребывающая в прекрасном настроении.

— Отлично, кто еще?

— Устроим традиционный центаврианский праздник! — потер ладони Молари. — Выйдет отличная попойка.

— Неплохо, — натянуто улыбнулся Синклер.

— Мы можем провести молебен, — ехидно улыбнулся Г’Кар, поглядывая на центаврианина.

— За погибель моего народа? — фыркнул Лондо.

— Это всего лишь непременное дополнение к любой нашей молитве, — пожал плечами нарн.

— Еще кто-то? Нет? Может быть, вы? — обратился командор к представителю Мши.

— Можем ритуал зачатия поколения повторить, для надежности и большего приплода.

— А ничего другого у вас нет? — оргия Синклера прельщала еще меньше, чем попойка центавриан, которая, впрочем, тоже могла в нее перейти.

— Мы короткоживущая раса, — развел руками мши, дернув ухом.

— Понимаю, — вздохнул Джефри, переведя взгляд на послов.

— Праздник урожая. Будем варить пиво и самогон, — внес предложение ксон.

— Если нам предоставят тело, мы покажем ритуал обучения молодежи, — высказался пакмар.

— Мы покажем ритуал первого полета, — кивнул токати, — заодно и для ритуала пакмаров тела непринятых небом появятся.

— Посол врии, — сказала представительница аббаи, — готов продемонстрировать ритуал становления. Что-то вроде конкурса поэзии, но в изобразительном искусстве.

— Отлично! — взбодрился приунывший было Синклер, которому идея налаживания взаимопонимания через культурный обмен уже не казалась настолько гениальной, как полчаса назад.

— Я должна вас предупредить, — мило улыбнулась аббаи, — что тот, чей рисунок не сочтут достойным, должен будет в течении десяти лет служить более, м-м-м, удачно справившемуся. Там довольно сложная система. Судить, как понимаете, будут сами врии.

— А вы, посол? Не хотите продемонстрировать какую-нибудь традицию или обычай своего народа?

— Боюсь, на станции нет подходящего водоема. Мы, как и Ишпа, — послы раскланялись, — хотя давно уже и покинули водные просторы, но все же… сами понимаете, — она развела руками с расставленными пальцами, между которых отчетливо были видны перепонки.

— Понимаю, — окончательно увял Синклер.

— Мы можем продемонстрировать ритуал Чуд-так. Он как раз начнется в ближайшее время. Схватка на ритуальных клинках — весьма захватывающее зрелище.

— Пакмары поддерживают дрази! Плата обычная?

— Разумеется, посол.

— Никаких боев насмерть на моей станции!

— А как же тотализатор?! Да я же с него половину посольских расходов закрою!

— Нет, я сказал.

— А шшто вы шшами мошшете покашшать Шшинклер?

— У нас довольно много разных обычаев, — задумался командор, как-то упустивший этот момент, слишком уж был окрылен идеей.

— И все же?

— Ведь у вас до сих пор нет единства вида.

— У разных групп свои традиции.

— Из-за некоторых суеверий вы даже убивали друг друга… — послы явно заинтересовались, что вылилось в град вопросов.

…

— Мы отпразднуем Новый год! — решительно угомонил галдеж Синклер.

— Еще раз?

— Снова?

— Зачем вообще это делать?

— Лишь бы не работать.

— Хомо пьют не меньше центавриан.

— Пошшрем.

— У нас аллергия на ваши хвойные растения!

— Бесят эти ваши дудки и хлопушки!

— Отличная идея!

— Опять?!

…

В общем, мнения разделились. Командор решительно свернул собрание, вспоминая старинные пословицы о неуместности спешки. Ограничимся центаврианами и минбарцами — решил он, покидая зал собраний — остальные вне обязательной программы и под присмотром службы безопасности. Если, конечно, не удастся предотвратить.

* * *

Профессор Венс Хендрикс со своим помощником-подельником Нельсоном, прихватив икарианские артефакты, благополучно подался в бега и, успешно спутав следы, добрался до Вавилона-5. После непродолжительного разговора Франклин согласился оказать другу всю возможную помощь и со свойственным ему энтузиазмом взялся за дело. Мне же оставалось лишь ждать подходящего момента. Шастающая по станции корреспондентка, звездочка новостей на ISN, была очень даже кстати.

Нельсон, не отличающийся особой осторожностью, полез в шкатулку с биоброней. Так себе, на самом деле, разработка, панцири у боевых особей зергов покрепче будут — впрочем, земные бластеры она держит неплохо, а большего и не надо. Мысленный импульс, и из похожего на шишку контейнера выстреливают аналоги жгутиков стрекательных клеток. Жертва парализована, особый состав яда гарантированно отшибет память о последних сутках — можно начинать. Пять минут на внедрение, десять часов на созревание, бедняге Нельсону пришлось изрядно в это время налегать на еду, и все готово. Пора слегка развеять скуку, чуточку пошалить и пошуметь, чтоб за находками с гарантией прислали надежного курьера.

Франклин, на свою беду, в неурочное время вернулся в лабораторию. Вот ведь, и так в ней шестнадцать часов кряду просидел, а все равно неймется ему. Фанатик в лучшем смысле этого слова. Это даже хорошо, что он на огонек заглянул. «Первый уровень», — выдал юнит и пальнул в доктора из энергопушки. Ничего особенного, по сути, обычный электрошок, совмещенный с кинетическим воздействием. Снесло Стивена не очень далеко, но приложило знатно. Пока Нельсон-мутант самостоятельно шагал в сторону рубки управления, попутно набивая фрагов, я аккуратно снимал психоматрицу с доктора. Как-то упустил раньше этот момент, а зря, не стоит такими кадрами разбрасываться.

В свое время, найдя оригинальные икарианские технологии, сильно расчитывал на копию личности одного из их создателей, но увы, не сложилось. Оно, в принципе, и понятно. Будь в био-воинах хоть сколь-нибудь цельное сознание, они бы собственный вид под корень не извели. Поэтому некий Тулари был создан мной искусственно, практически с нуля. От оригинала там только морда лица и осталась. Уважил, так сказать, напоследок, создателя сего безобразия. Чтобы история не забыла своего героя.

* * *

— Гарибальди, что у вас?

— Плохо у нас, — голос Майкла, звучащий на фоне характерного звука стрельбы и грохота взрывов, не оставлял возможности для двоякого толкования ситуации. — Удалось хоть что-то выяснить?

— Не слишком много. Это биооружие икарианской цивилизации, что за свою историю пережила шесть полномасштабных вторжений. Каждое новое было страшней предыдущего…

— Джеффри, это все, конечно, интересно… — тут часть фразы была заглушена близким взрывом. — Отступаем! Всем назад! Блокировать проход, — услышали на мостике орущего приказы Гарибальди. — Командор, как нам остановить это?!

— Не знаю, Майкл. Стивен и Хендрикс работают, но результатов пока нет. Они обнаружили что-то вроде записывающего устройства и пытаются к нему подключиться.

— Ясно. Командор, эвакуируйте мостик, нам его не удержать.

— Понял.

* * *

Это было весело — устроить службе безопасности внеплановую тренировку в условиях, приближенных к боевым. Хм, ну для них-то никакого «приближенно» не наблюдалось. Впрочем, все без жертв обошлось. Как-то не видел я смысла насмерть бить. Без энергетического кристалла био-броня была, вообще-то, весьма малоэффективна. Но я же и не собирался делиться с землянами чем-то серьезным. Побегал, развлекся, шутеры из прошлой жизни вспомнил. Отдохнул, в общем, немного, перед предстоящим заседанием триумвирата с приглашенными. Причем, тайным.

* * *

— Точка захвачена, перехожу на второй уровень. Цель определена. Приступаю к заданию по уничтожению станции. Выдвигаюсь к реакторному отсеку, — услышал командор, выброшенный с мостика, словно котенок.

— Гарибальди, мы должны остановить его!

— Интересно, как?! Более мощного оружия у нас просто нет!

— Франклин, черт тебя дери, что вы там возитесь! Есть хоть что-то?!

— Удалось узнать имя то ли создателя этого монстра, то ли того, кто им управляет.

— Что за имя и какая мне с него польза? Чем нам это поможет?!

— Имя — Тулари. Тут что-то вроде копии сознания, возможно, с ним удастся поговорить. Больше ничего. Работаем.

— Поторопитесь, этот гад захватил командную рубку, зарастил дверь какой-то гадостью и теперь топает к реактору, намереваясь его подорвать.

— Делаем, что можем.

— Ясно, отбой. Сьюзен, — обратился Синклер к слегка подкопченной, но в общем и целом злой и бодрой Ивановой, — объявляй эвакуацию.

— Не получается, — помотала она головой, закусив до крови губу и с отчаяньем еще раз набирая команду на ближайшем терминале, — центральный компьютер не отвечает, в сетях станции творится черт-те что.

— Беги в посольский сектор, нужно спасти хотя бы их!

— Поняла.

— Майкл, я попробую поговорить с этим Тулари и заманить в шлюз. Если что, ты вручную его активируешь, по протоколу пожаротушения.

— Джеффри…

— Это приказ, Майкл, и он не обсуждается!

— Есть.

* * *

Нет, меня определенно бесят героические порывы Синклера. Что-то с ним сильно не так. Не должен себя столь неадекватно высший офицер вести. Неправильно это. Может, он в свою счастливую звезду излишне уверовал? В любом случае, пора бы перестать себя бессмертным считать. Войну ведь прошел, не мальчик уже. Проведем, так сказать, наглядный урок. Мощности немного добавим, тип излучения и характеристики подправим. Вот, где-то так нормально будет.

* * *

— Джеффри! — заорал Гарибальди, когда увидел, как извивающаяся молния ударила в грудь Синклера отбросив его тело на стенку. — Тварь! Да сдохни же ты! Огонь!

Массивная туша чужака ловко ушла от обстрела и, вскинув руку-пушку, полоснула в ответ длинной ветвящейся молнией. Нескольких бойцов из службы безопасности снесло. Случайно попавший под удар монитор взорвался, кого-то приложило отброшенным ящиком баррикады, а инопланетный непойми кто или что — преспокойно продолжил свой путь. Перегородка для его когтей-клинков проблемой не стала, он ее банально разорвал, предварительно продырявив.

* * *

— Гарибальди! — вопил в коммуникатор Франклин, что уже пять минут пытался выйти на связь с Майклом.

— Что?! — наконец-то раздалось в ответ.

— Не мешайте ему!

— Рехнулся? Он половину моего отряда положил и какую-то гадость на реактор вешает!

— Вот и дайте ему ее повесить!

— Да я…

— Это тренировочный костюм!

— Что?!

— Это. Тренировочный. Костюм!

— Но…

— Он неопасен, совершенно. Понимаешь?!

— Нет! Но сделаю, как ты говоришь. Прекратить огонь! — услышал Франклин крик Гарибальди.

Под ошарашенными взглядами людей закончивший «минирование» боец сделал шаг назад, развернулся и отчетливо произнес: «Задание выполнено, вражеская станция уничтожена. Эффективность оператора признана недостаточной, кандидат в защитники испытание не прошел».

* * *

Неплохо развеялся, даже с некоторой пользой. Под сотню фрагов набил, на слабые места в обороне указал, дал новичкам пороху понюхать и корреспондентке материалов для шикарного репортажа подкинул. Летающие дроны-камеры, что журналюги с собой привезли в огромном количестве, засняли эпически-героически-идиотический поступок Синклера во всей красе. Обыватели такое любят. Смешно, но даже командору я умудрился помочь. Он уже чуть ли не неделю увиливал от интервью, опасаясь, что после эфира его снова в какую-нибудь дыру законопатят, был у Синклера такой печальный опыт общения с прессой. Теперь же, будучи раненым героем, он сделался неприкосновенным, и подобное ему не грозило. Не в ближайшее время. Тем более — еще и прямо после выборов и объявления политики большей открытости.

Старый новый президент Льюис Сантьяго пытался сидеть на двух стульях. И вашим и нашим: с одной стороны — открытость новому, с другой — сохранение самобытности. Как будто на нее кто-нибудь покушался. Впрочем, политика Земного Альянса меня не слишком волновала. Они в каноне во время войны с Тенями ничем особым не отметились. Во всяком случае, ничего такого припомнить как-то не удавалось.

Куда больше меня зацепило сказанное Майклом, который навестил Синклера вечером, как только того отпустили медики. Не ждал я от Гарибальди такого.

— Джеффри, — сказал он проникновенно, — ты был мне другом куда дольше, чем начальником. Так что я имею право это сказать. Я не был на рубеже, но тоже исполнил свой долг. Война изменила многих. Кто-то стал лучше, кто-то хуже. У многих похожая проблема, в войну у нас была цель, жизнь имела смысл. Без войны мы растерялись, многие ищут повод погибнуть со славой. Знаешь, мне кажется, что найти, за что бы такое умереть, не так уж и сложно. Куда трудней найти то, за что стоит жить. Но ты должен это сделать, Джефф.

Не только Синклеру не нашлось что сказать в ответ, но и мне тоже. Почему-то столь простое объяснение самоубийственным поступкам командора мне в голову не пришло. Да и просто стало совестно. Удивительно, оказывается совесть у меня еще не совсем атрофировалась. Может, и собрание триумвирата отменить? Подумаю, стоит еще раз взвесить все за и против. Как-то невовремя она у меня из комы вышла.

Глава 26. Невероятные вероятности вероятно возможного

Земляне все же устроили неделю культурного обмена, правда, подключившееся к делу земное агенство по каким-то там взаимосвязям (при содействии института ксенопсихологии) ограничило творящееся религиозными обрядами. Разумный, в принципе, ход. Впрочем, центавриане даже из свадебных церемоний, что дадут фору любым земным похоронам, способны попойку устроить. Они решили праздник Жизни провести. Милая такая традиция, идущая со времен войны за выживание. Дело в том, что на их родной планете было два континента, и на каждом из них появилась своя разумная жизнь. Случай, можно сказать, уникальный.

* * *

Длинный стол, поставленный буквой П, позолота везде, где только можно, а там, где ее не хватило, висят пурпурные полупрозрачные ткани. Толпа народу, ненавязчивая музыка, гомон голосов и звон сталкивающихся кубков, бокалов, стопок, бутылок. На почетных местах рядом с Лондо, за хозяйским, так сказать, столом, сидят приглашенные гости. Изрядно набравшийся Молари весел. Вир, также изрядно принявший на грудь, предается чревоугодию, попутно приседая на уши Шушшику. Тот тоже активно работает челюстями, не забывая шипеть и кивать время от времени. Делен хлопает глазами, пребывая в шоке. Иванова отрывается вовсю, налегая на бизари. У нее с Лоучем идет негласное соревнование, кто кого перепьет. Официальный представитель Мши у меня сильно занят, мало того, что председатель, так ему еще и тайный междусобойчик организовать надо, а ведь он уже не молод. Да что там, дряхл он уже, облез весь, полысел. Пора его менять. Да хоть на того же Лоуча. Все равно, он не столько общиной руководит, сколько при представительстве трудится. Как-никак, генеральный секретарь. Фигура.

Синклер с Гарибальди делают лица кирпичом. Странные они — нет, чтобы отдохнуть, расслабиться. Ладно командор, у него же тут зазноба прилетела. Вот ведь, оригинальные у мужика отношения. Раз в три года с одной и той же женщиной сходиться-расходиться. Они даже путаться начали уже, кто из них в прошлый раз дверью хлопал. С самой летной академии у этой пары отношения. Может, им хоть в этот раз повезет? Сомневаюсь, ну да и все равно мне, по большому счету. Так, интереса ради разве что поглядеть. Сериалы, что ли, смотреть начать? Не, времени жалко. У нас и так тут дурдом-5 в прямом эфире чуть ли не круглосуточно.

Г’Кар, понятное дело, не пришел, за ним там убийца прилетел, подсуетился старый враг, чью семью будущий посол в свое время по миру пустил, попутно опозорив. Тут, конечно, еще и обида, что в проведении большого молебна за смерть всех центавриан отказали. Он даже официальный протест выразил. Долго Синклеру пришлось отписываться по разным инстанциям. Ничего, справился, всех убедил, всем доказал. Впрочем, никто особо и не пытался возражать. Уж понять, к чему такая церемония приведет, даже последний идиот сумел. Массовая драка с поножовщиной, да на дипломатической станции — что может быть веселей? Разве что еще и перестрелка до кучи.

— Делен! — обратил внимание на зависшую минбарку Лондо. — Что же вы не веселитесь! Это же праздник жизни!

— Я… не совсем понимаю его суть, — промямлила посланница Минбарской Федерации.

— О, все просто. Мы двести лет воевали с зонами и каждый год подсчитывали, сколько нас выжило, а потом радовались и праздновали это!

— Знаешь, что сказал последний зон? — спросил Вир у друга-зерга.

— Кххээ!!! — в исполнении Шушшика предсмертный хрип неведомого конкурента центавриан за планету получился весьма впечатляющим. — Перешштарался, — потупился зерг и аккуратно, чтобы не оттяпать лишнего, скусил индюшачью ножку, что держал в руке седой сосед справа.

— Точно! — обрадовался Молари, впечатленный увиденным. — Валту! — проорал он, вскакивая.

— Валту!!! — поддержали его остальные центавриане, ну и все прочие более-менее дружно повторить попытались.

Все же последний бокал был явно лишним для посла. Мало того, что тот полез на стол и начал знакомить гостей праздника с богами, чьи статуэтки его украшали, так еще и прикорнул в процессе. Впрочем, это-то как раз в центаврианской культуре было весьма одобряемо. Примерно в том же духе, как некоторые на Земле считают, что «вечер явно удался, если поутру ничего не помнишь».

— Он соединился со своим внутренним я! — прокричал Вир, вставая.

— Он отключился, — буркнул Гарибальди.

— И это тоже, — пожал плечами атташе посла, под гром аплодисментов и одобрительные выкрики большинства присутствующих. — Попробуйте вот эту закуску, — протянул он Майклу чашу с чем-то вроде ломтиков сыра.

— Спасибо.

* * *

Насколько весело было у центавриан, настолько же уныло было у минбарцев. Эта их религиозная церемония возрождения, на деле представляющая собой любительскую театральную постановку из истории становления Серого Совета, ничего кроме сонливости у большинства присутствующих не вызывала. Заунывные мелодии, в которых колокольчики были нужны, чтоб не уснуть. Они добавляли нотку раздражающей дисгармонии. Потом ведущая церемонию Делен одарила всех кусочками фруктов, а опасающийся за свою жизнь Г’Кар, проявив чудеса ловкости, подменил свой на утащенный с соседней тарелки. Иванова, спавшая с открытыми глазами, ничего не заметила. Потом все дружно сжевали презент, еще немного поскучали и наконец-то разошлись. Кто как, а лично я особой просветленности ни в ком уловить не сумел. Кроме самих минбарцев, понятно, те были на подъеме. Что тут сказать — каждому свое.

Закончилась неделя демонстрации верований устроенной Синклером псевдоцеремонией знакомства послов с представителями различных религий. Где он только их в таком количестве откопал? С Земли, что ли, выписал? Под сотню хомо стояло в ряд, первым шел командор и представлял очередного человечка. Примерно так: Иоганн, они католики, Лао, они буддисты, Джонсон, он атеист, Борисов, православный, Ахмед, мусульманин, Авраам, иудей, и так далее и тому подобное. Особенно меня порадовали индейцы, чукчи, эвенки, сиу и прочие малые и не очень народности со своими богами и духами. Под конец были даже какие-то сектанты. В общем, впечатлил он всех по полной. Шушшик ограничивался кивками, остальные, после первой полусотни рукопожатий, тоже на них перешли. Должно быть, лапки устали.

Г’Кар, кстати, справился с присланным за ним киллером, верней, его спасла новая помощница На’Тот. Предыдущая погибла при аварии. Несчастный случай — впрочем ей, можно сказать, повезло. Слишком уж дамочка была, даже не знаю как сказать, не от мира сего, что ли. На что Ко’Дат рассчитывала, ведя себя с послом как с мальчиком на побегушках? Кто вообще додумался эту расистку, ксенофобку и просто психованную к послу отправить? Еще немного, и Г’Кар ей бы сам очень несчастный случай, в виде падения на нож раз двадцать подряд, организовал. И был бы, кстати говоря, в полном своем праве. Особенно, если бы провернул это на территории посольства нарнов.

* * *

— Это было больно, — поморщился только что спасенный посол, благополучно вырубив несостоявшегося убийцу.

— Я должна была бить сильно, точно, да еще и изображать злость, — презрительно фыркнула На’Тот на проявленную начальством слабость.

— Еще скажи, что тебе это не понравилось, — скривился посол, потерев бок.

— Я этого не говорила, — позволила себе намек на улыбку помощница. — Что будем делать с этим Ту’Пари?

— Нужно подумать.

— Тента’Макур не отступятся. У гильдии убийц своя честь, кодекс и правила. Рано или поздно они вновь пришлют вам черный цветок.

— «Бегать другого заставь», — оскалился Г’Кар, глядя на бессознательное тело киллера.

— Посол? — вопросительно сморщила кожу на лбу На’Тот.

— Я переведу на его счет кругленькую сумму и вколю один интересный препарат из спецаптечки. Он проспит сутки, а когда очнется…

— То время исполнения заказа пройдет. Они решат, что этот Ту’Пари предал гильдию — небывалый случай и великий позор.

— Да, они предпочтут забыть обо мне, но сделают все, чтобы добраться до него, — он толкнул окованным сталью носком ботинка бесчувственного Ту’Пари.

— Посол, я думала, что вы трус, размазня и идиот. Простите меня, — склонила голову помощница прижав руки к груди, — вы гений.

— Первое впечатление бывает обманчивым. Ты прощена, На’Тот. В конце концов, я обязан тебе жизнью. А теперь давай оттащим его к нам, не хочу объясняться с мистером Гарибальди.

* * *

К послу Минбара новый помощник прилетел, Ленньер из третьего храма Чудома. Прошлый нынче «яйца» с душами «высиживает». В том же, кстати, храме. Идея использовать умирающих в качестве проводников для покалеченных охотниками энергетических сущностей была весьма оригинальна. Поражен нестандартностью подхода. Особенно тем, что это еще и срабатывает. Провели серию экспериментов, удивились результату. Я-то, про инкубатор говоря, несколько иное имел в виду; впрочем, раз работает, то и ладно. Тем более, Ленньер — это канон. Не то, чтобы этот псевдошаолиньский монах минбарского разлива какую-то особую роль играл, он со своей платонической влюбленностью в тяжелой форме, вообще-то, плохо закончил, но пусть будет. Собственно говоря, из всех помощников послов за исключением Вира никто интереса и не представлял. Бесперспективные они.

* * *

— Ну что, Джеффри, поздравляю, — хлопнул командора по плечу Гарибальди, присаживаясь рядом.

— Спасибо, — кивнул Синклер, сделав знак бармену повторить, — тяжелая выдалась неделька.

— Да уж. Впрочем, когда у нас тут иначе-то бывало?

— Это верно.

— Слышал, тебе с Земли грамоту прислали?

— Ничего-то от тебя не скроешь. Да, вынесли официальную благодарность, чуть ли гением не назвали. Приятно, — не стал скрывать своих чувств от друга Синклер.

— Да уж, — согласился Гарибальди, отставляя пустой стаканчик, — ты заслужил, Джефф. Показать инопланетянам все разнообразие наших религиозных и культурных традиций, это было действительно умно.

— Самому понравилось. Это серьезная заявка на нашу способность искать и находить компромиссы и удовлетворяющие всех решения. Думаю, они поняли и оценили.

— Не дают нашим лавры Мши спокойно спать.

— Политика и интересы государства, куда же без них?

— Вот-вот, только боюсь, что во главе угла у большинства из них все-таки собственный карман.

— А кое-кто его с государственным путает. Давай-ка лучше тему сменим, не будем портить настроение.

— Поддерживаю. Как Кэтрин?

— Хорошо, — мечтательно улыбнулся командор, — думаю, в этот раз у нас все же получится.

— Пора бы, ты уже не мальчик, да и на станции нынче главный, по всему космосу, словно заяц, не скачешь.

— Зато она скачет. Космогеология, собственный бизнес, в общем, ситуация перевернулась. Я сижу, она летает.

— Судьба. Твое здоровье.

* * *

В небольшом, малоизвестном широкой общественности баре, сегодня, как, впрочем, и всегда по субботам, было спецобслуживание «для своих». Группа послов собралась, чтобы отдохнуть в неформальной обстановке и поделиться мнениями. Своеобразный закрытый клуб начал работать еще в те времена, когда Вавилон только строился, а этот бар и вовсе был открыт на их собственные средства.

— Рад вас всех видеть, — приветствовал собравшихся посол дрази. — Мне как обычно, — распорядился он возникшему рядом профессионально забывчивому официанту.

— Снова вы опаздываете, — вздохнул браккири, — у меня уже улитки от соуса передохли, — он отодвинул тарелку с деликатесом, делая знак заменить блюдо.

— Прошу прощения, — вздохнул дрази, — все из-за моей дражайшей супруги.

— Скандальная она у вас самка… Итак, все наши в сборе, — обвел взглядом присутствующих ксон, — ну, за окончание еще одной недели.

— За окончание этой недели, — поддержали нестройным гулом собравшиеся традиционный первый тост. Впрочем, с каждым разом у них получалось все лучше и лучше.

— Как вам устроенная землянами демонстрация собственной неполноценности? — начал разговор токати.

— Варварство.

— Дикость.

— Если бы не эксцентричность центавриан, еще бы лет двести спокойно жили, — заметил дрази.

— Может и дольше, посол. Глядишь, с тем разнообразием, что у них заведено, они друг друга за это время и перебили бы, — высказался ипша.

— Да, вы, пожалуй, правы.

— Не исключено, что мы еще это увидим, — заметил йолу.

— Очень даже вероятно, — кивнул маркаб.

— Я теперь даже не удивлен, что во время войны с минбаром ряд их колоний пытались вести сепаратные переговоры.

— У нас только про две попытки марсиан данные есть.

— Их, вообще-то, три было.

— Я только про одну знаю.

— Хорошая у вас разведка, с учетом удаленности. Даже странно, что вы вообще ими интересуетесь.

— Отправили во время дилгарской своего представителя.

— Нет, это все же дикость, я уже связался с Кругом, нужно пересматривать долгосрочные контракты. О чем с ними можно разговаривать, если они даже с количеством собственных богов не определились?! — покачал головой бракири отправляя особо шуструю улитку в рот.

— Они из-за имени верховного божества и ритуалов, ему посвященных, до сих пор друг друга убивают.

— Да, я помню, сам был в шоке, когда узнал, из-за чего у них была последняя большая война.

— Я тоже. Еще и эта их набирающая обороты ксенофобия. Ну какая цивилизованная раса будет так себя вести?

— Нарны с центаврианами?

— Ой, да хватит уже эту шутку повторять, надоело, — скривился ипша.

— Вы что-то сегодня совсем не в духе? Понимаю, неделя была тяжелой, но…

— А, — отмахнулся рукой посол, — не обращайте внимание, у меня чешуя пересыхает, еще и третий цикл на родине, а тут кроме привезенного мини-бассейна и нет больше ничего. Страдаю вот, потихоньку. Через месяц пройдет.

— Так слетайте домой или в соседний квадрант! За чем же дело встало?

— Не могу, мне нужно провести переговоры с землянами о поставках сырья. Я и так уже от посла врии бегаю: они хотят увеличить объемы закупок, нашли новый рынок сбыта, а мы просто физически ничего сделать не можем.

— Эх, зачем только старую станцию убрали? Нет, понимаю, что политика, но можно же было просто в соседний сектор переместить, — вздохнул хаяк, с тоской вспоминая о небольшом скальном образовании посреди раскинувшегося сада. Специально для представителей пустынных народов в центре искусственной горы была даже махонькая долинка сделана. — Сидя на песке, в окружении желтых скал, и любуясь звездами, так хорошо думалось.

— Да, я тоже любил пару часиков в подводном гроте провести. Если бы там еще пореже молодые аббаи уединялись, так и совсем бы хорошо было, — вздохнул ипша.

— Обратитесь к хомо, они куда приличней землян, да и возить ближе, — посоветовал йолу, который первым отвлекся от воспоминаний. Его, как довольно близкого биологически к землянам, Вавилон более-менее устраивал, хотя по рекреационной зоне предыдущей станции он все-таки изрядно скучал.

— Уже, но не могут они удовлетворить наши объемы.

— А что так? Вроде бы они даже расширились.

— Да, запустили новые шахты и пару комбинатов, но этого недостаточно.

— Так профинансировали бы их, и дело с концом. Все быстрей и дешевле получится.

— Мы и хотели, но возникли некоторые сложности.

— Нечего на меня так смотреть, — прогудел пакмар, — вот погасите хотя бы один из кредитов, тогда с радостью, а пока — нет.

— Так нам поставки ресурсов и нужны, чтобы побыстрей по кредитам рассчитаться. Там и осталось-то всего ничего. Меня же врии поедом ест, скоро начнет с сетями бегать, словно землянин какой-то.

— Нет, он на вас скорее Шушшика натравит. Я слышал, он неплохо с этим юным зергом сошелся.

— Да, я тоже недавно видел их вместе. Оллор показался мне весьма довольным.

— А отчего, кстати, сами врии вам не помогут? — поинтересовался пакмар.

— Не могут они, новую сеть станций строят. Странно, что вы не в курсе, ваш же транспорт в начале года прилетал.

— Хмм, насколько мне известно, там не такие уж большие расходы. Десяток станций и полсотни точек перехода.

— Мало ли, куда деньги ушли, их же всегда не хватает. Может быть, вы в курсе? — посмотрел на послов токати и ксонов представитель ипша.

— Нам не докладывают.

— У старших широкие крылья, высок их полет, — процитировал строфу из преданий токати, расправив свои, на что остальные лишь покивали.

— Посол, а в чем сложности? Вы же сами довольно неплохое оборудование производите, поставили бы его хомо, — заметил ксон.

— Реакторов нет. Нам, собственно, для расширения их производства и нужны ресурсы. Сами понимаете, без энергии новые заводы не заработают и корабли не полетят.

— Так обратились бы ко мне, — всплеснул руками каурлианин, отчего его уши-лопухи забавно взметнулись, — мы вам реакторы в любом количестве и какие хотите, можем даже на антиматерии. Правда, у них с экранировкой слабовато, разве что вы зергских биороботов купите, — добавил он, виновато похлопав внутренними веками.

— Совсем замотался с этими дурными человеками и проклятым сезоном, не подумал. А на каких условиях?

— Вернете наш кредит Лиге. Там немного осталось. Мы тоже расширяться планируем.

— Пока не рассчитаетесь, новый не выдадим, — ответил пакмар на выразительный взгляд выпуклых глаз.

— Хорошо, что Мши к делам вернулись, — сменил тему дрази, — я против зергов ничего не имею, но больно уж они страшенные.

— Это да, даже не знаю, кто меня больше пугает, помощники или сам посол. Мало ли, что там за жуть под скафандром.

— Вряд ли он страшней ворлона.

— Вы что, видели ворлона?!

— Да нет, я чисто по форме скафандра сужу.

— А, ну это не показатель. Хотя, конечно, простор для фантазии дает. Зерги в этом плане как-то проще.

— И говорят куда понятней.

— И полезней. Дела с ними иметь можно.

— Возможно, нам стоит пригласить их присоединиться? Председательствовали они вполне прилично.

— Думаю, все же не стоит торопиться. Вон, в дилгарскую сразу от землян помощь приняли, а теперь приходится с ними считаться.

— Ну, будем объективны, господа, как военный союзник они очень даже ничего. Конечно, мы тут все не икринки, и отлично понимаем, что влезли они только тогда, когда стало ясно, что дилгарам не победить. Но ведь это не умаляет их заслуг.

— Ой, да оставьте вы это. Будто только из яйца, право слово, надоело уже. Никто ведь и не говорит, что они бесполезны. Но превозносить их смелость, храбрость и прочий героизм не надо. Что, ваши воины не жертвовали собой? Или, быть может, ваши капитаны бросали транспорты с беженцами и улепетывали, а не вступали в заранее проигранный бой, чтобы дать шанс спастись хоть кому-то?!

— Тише, посол, успокойтесь, лучше выпейте вот. Все мы прекрасно понимаем, ради чего люди в войну влезли и почему именно в тот момент это сделали. Более того, никто и не собирается оспаривать ваши слова. Я даже больше скажу, те же дилгары, как воины, вели себя ничуть не трусливей, а порой и храбрее наших. Но это же война, так всегда бывает.

— Простите, погорячился. Видимо, скоро линька начнется.

— Понимаю, у самого панцирь недавно зарос, трех лет не прошло.

Дальше собрание пошло по накатанной. Общие тосты становились все реже, разумные разбились на группы по интересам, кулуарно решая различные вопросы и обсуждая близкие им темы. Потом достигнутые тут предварительные соглашения будут детально обсуждены на официальных встречах, секретари и помощники запишут нужное, вымарав лишнее, чиновники одобрят, правители наложат резолюции, но все это будет лишь следствием. Судьбы народов, как, наверное, везде и всегда, решались за тихой беседой в узком кругу.

* * *

— Капитан-лейтенант, посол Кош просит разрешение на внеплановый вылет.

— Черт, как же не вовремя-то. Так, ладно, задержите транспорт маркабов, а корабль дрази пусть стартует сразу за судном ишпа, направим их по одному коридору. Контроль на центральный компьютер.

— Есть.

* * *

Определенно, Синклер в прошлом поделился информацией с ворлонами. Иначе с чего бы это Кошу со станции смываться? Переживает, что перерождение Айронхарта по мозгам ударит? Да вроде, не должно. Впрочем, посмотрим. Этого момента я давно жду. Ведь это, возможно, ключик к дальнейшему развитию. Не то чтобы я исчерпал имеющиеся возможности, нет, совсем нет. Просто доступное мне не несло ничего принципиально нового.

У меня есть возможность полностью переродиться, стать даже кремний-металло-органо-хрень-знает-какой формой жизни. Не то, чтобы это было легко, но различные наработки имелись, так что особых сложностей, кроме адской и весьма продолжительной боли, ожидающейся в ходе эволюции, не предвиделось. Вот только не надо оно мне было. Что толку от еще более смертоносного тела, если оно все равно остается… телом. Все тем же материальным объектом. Нет, куда больше меня привлекало развитие энергетики. Там совсем иные возможности, другой уровень бытия. Который, как можно было бы и догадаться, определяется сознанием.

Интересно получается. Есть у людей фраза: бытие определяет сознание. Кажется, ее Карл Маркс сказал. Впрочем, неважно, кто. Важно, что если ее перевернуть, то получаем готовый путь к возвышению. К переходу на новый уровень существования. Конечно, просто это лишь на словах и в самой общей теории. На деле же развитие идет даже не миллионы, а миллиарды лет. Во всяком случае, такого порядка цифры удалось получить при наших, весьма грубых, расчетах. Но вот пси-ткань в корне меняет дело. Цифра сокращается до жалких миллионов лет, а то и вообще до сотен тысячелетий. Тут ведь главное — правильный подход и стремление.

На время надвигающихся событий я полностью задействовал все доступные ресурсы. Зерги, геймы, мши, все, кто мог быть хоть как-то полезен, были готовы. Кто-то явно, подключившись к различным живым машинам, кто-то косвенно, всего лишь делясь крупицами своих сил. Спасибо ворлону, не уберись он куда подальше, пришлось бы действовать куда осторожнее.

* * *

Эскадрилья черная омега, секретное военно-космическое соединение, подконтрольное пси-корпусу, догнало угнанный Джейсоном Айронхартом корабль. На свою беду догнало. Тот их просто распылил, превратил даже не в плазму, а в излучение. Силен, нечего сказать. Впрочем, кое-какие догадки и понимание творящегося с ним у меня появились сразу же. Еще бы, ведь фактически целых две расы при поддержке нереальной вычислительной мощности и помощи полуразумных машин происшествие обдумывали. Ллорты, к сожалению, так и не смогли до сих пор подключиться к нам полноценно, впрочем, они тоже не филонили. Их датчики сняли много интереснейших параметров.

Вот борт семь-танго-семь совершил посадку на Вавилоне, а Гарибальди словил от Талии в брюхо. Нечего было так громко и похотливо думать, рассматривая «корму» телепатки. Впрочем, спасибо Майклу, если бы не это, я бы и не обратил внимание на еще один интересный момент, совершенно вылетевший из головы. Подругу командора наняли для проведения исследований Сигмы-957. Ничего особо примечательного, планета четвертого класса с атмосферой земного типа. Разведзонд заказчика обнаружил следы тиридия, являющегося спутником квантиума. Ерунда на самом деле, даже если там вся планета из него — плевать. Вот про тропу — верней сказать, маршрут — одной из изначальных рас, мимо этой планеты проходящий, стоило бы раньше вспомнить. Эх, развивать мне еще душу и развивать, восстанавливать ауру, смертью попорченную, и восстанавливать.

Немного поразмыслив, решил все же рискнуть и за двумя зайцами погоняться. Снял часть кораблей с дежурства и отправил к Сигме. Все равно, пока на станции ничего интересного не происходило. Айронхарт снял жилье, стандартный номер из гостиной, совмещенной с кухней, и отдельной спальни, пятьсот кредитов в неделю, несколько дороговато, но тут еще нужно сектор учитывать. Приняв вибродуш, Джейсон устроил небольшое мыслетрясение, отчего комната приобрела вид общаги после студенческой гулянки. Не специально, понятное дело, он этот погром учинил, просто — побочные эффекты. Он нынче та еще «черная дыра». Периодически пытающаяся сколлапсировать, но рьяно сопротивляющаяся.

О! — обрадовался я, увидев проходящую таможенный контроль парочку в черных одеждах, и прищелкнул хвостом от избытка чувств. Почему-то несколько конкретных моментов мне помнились очень хорошо. Бестер и мисс Келси, две гадины из пси-надзора. Телепаты категории П-12, уверенные, что они, как минимум, высшая форма жизни во Вселенной, настоящие, мать их, арийцы, для которых закон и нормы морали — пустой звук. Если бы мог, хрустнул бы пальцами, разминая конечности, а так — лишь пошипел немного, волнуюсь что-то сильно.

— Пси-надзор, никогда не слышал, — удивился проверяющий, посмотрев на удостоверение.

— Да, конечно, я вас провожу, следуйте за мной, — кивнул человек, которому только что внушили нужные мысли.

Что сотрудник службы безопасности даже и не слышал об их конторе — на мой взгляд весьма показательно. Но наглость использования телепатических способностей вызывает оторопь. Они что, бессмертными себя считают? Так, пора кому-то лапки оттоптать и хвостом по мордасам настучать. Или обождать? Что там наш подопечный, кстати, делает? Ага, возится с климатизатором, душно ему и жарко. Это хорошо, что каюты герметичные и позволяют в довольно широком диапазоне настройки менять. Ладно, не будем мешать, пока он занят делом, ему куда проще живется. Ведь он сейчас подобен воздушному шарику, который надувают. Вдохнули порцию, перерыв. И так до тех пор, пока не лопнет.

Командор Синклер молодец, сразу понял, что Бестер ему в голову забрался и мысли напрямую транслирует. Впрочем, чему тут удивляться? Сама по себе пси-ткань — это скорее проводник, а в нем, как известно, без соответствующих условий никакого тока не возникает. Или тут уместней аналогия с молотком, который сам по себе гвозди не забивает? Да не важно. Главное — немеряной пси-мощью надо еще умеючи пользоваться, ведь мысли — это материя тонкая и чувствительная.

Потом изверги бедняжку Талию вызвали и просканировали. Нет, ну вот ведь садисты. Не могли, что ли, поаккуратней, даже я в молодости так грубо не работал. Определенно, эта парочка испытывает мое терпение.

Подруга командора добралась до Сигмы и запустила зонды. Хорошо, значит скоро стоит ждать корабль одной из изначальных рас. Послал Связующим команду выбираться из гипера и ставить сеть датчиков. Жаль, не специализированных, ну да чем богаты, тем и рады. Десяток кораблей оставим в подпространстве и тоже развернем приборы. Информация лишней не бывает.

Отлично, Айронхарт встретился с Талией; ее, бедную, аж качает после столь грубого сканирования. Бла-бла-бла, убедил выслушать. Кто бы сомневался? Ворлоны с земными телепатами перемудрили. То ли над ними их «ренегаты» трудились и снабдили внедренные пси-ткани какой-то добавкой, то ли они просто не учли приток минбарских душ. Хм, а не могла ли охота на ведьм и прочая инквизиция как раз и быть способом борьбы с неправильной наследственностью? А что, явился перед дикарем при власти в виде ангела, наплел с три короба — профит. Интересная, конечно, мысль, хоть и совершенно не имеющая практической пользы. Так, о чем там парочка бывших любовников болтает? Как же неудобно следить за событиями лишь техническими методами, чувствую себя полуглухим.

— Нам сказали, что это надо для безопасности Земли. Ну, понимаешь, разведка должна знать планы противника, а тот, естественно, старается блокировать психо-зондаж. Я вызвался добровольцем. Это было ужасно, Талия. Многие месяцы боли. Нам делали по пять, десять, иногда пятнадцать инъекций в день. Сильнейшие нейронные стимуляторы, направленные мутации. И так месяцами!

— Пфф, слабак! Поэволюционировал бы с мое, — фыркнул я, слушая эти излияния чуть не плачущего мужика. Впрочем, Талию зацепило. Еще бы, секс для телепатов — это слияние духа. Лишь в такие моменты они перестают слышать вечный гул чужих мыслей. Перестарались ворлоны, слишком сильный инструмент дали, не соответствует он духовным возможностям человечества. Рано им еще такое выдавать было. Хм, а не потому ли души минбарцев притягивать в тела людей начало? Очень даже может быть.

— Они пытались превратить П-5 в П-10, а тех — бог знает в кого еще. Ты ведь знаешь, лишь у одного человека из тысячи есть задатки телепата. На десять тысяч телепатов приходится лишь один, способный к телекинезу, да и те, за редкими случаями, сумасшедшие.

— Я помню, перед выпуском нас всех проверяли на способности.

— Да, — улыбнулся Джейсон, — ты два часа пыталась сдвинуть монетку.

Тоже мне проблема, телекинез — ерунда. Очень и очень затратная в плане силы. Энергии на что-то серьезное надо столько, что проще это руками или хвостом сделать. То же самое и всего прочего «колдунства» касается. Одна лишь телепатия особняком стоит, да и то, я вон без килограмма пси-ткани в свое время обойтись не мог. Мы тут, конечно, вывели несколько специализированных вариантов, но практической пользы с них немного.

— В конце концов, манипуляции с генами дали устойчивый результат. Удалось привить телекинетические способности и начались тренировки. Я думал, мы будем манипулировать макрообъектами. Представляешь, какие бы это дало возможности по космическому строительству?

— Невероятные, — выдала Талия чуть ли не с придыханием.

Щаааазззз! Пупок развяжется, а экспериментаторы-живодеры из военной разведки, хоть и те еще мудаки и идиоты, но не дураки, и прекрасно понимают, что энергии в теле человека на такое просто нет. Или ее надо копить долгие месяцы и годы, ради одного единственного воздействия, или откуда-то извне брать. Мысленно представил себе картину, как поутру на стройку шагают позевывающие телекенетики, тянущие за собой на веревочках термоядерные реакторы, ага, на манер того, как дети паровозики и машинки разные таскают. Милый такой сюр, домашний даже. Еще бы их в ушанки под касками нарядить, да телогрейки накинуть.

— Но нас учили манипулировать малыми объектами, буквально песчинками. И вот однажды я проснулся и увидел все. Это было… словно всю жизнь мой мозг был бутоном, а потом распустился. Я мог без усилий пробить любой мыслеблок. Достаточно было просто посмотреть, заглянуть внутрь. И тогда я узнал об истиной цели проекта, в котором участвую. Корпус хочет власти, они хотят контролировать все — политику, экономику, даже мысли. Только подумай: если нужно убрать неугодного, зовут мастера телекинеза и тот пережимает сонную артерию. Пять минут и мозг мертв, достаточно перестать сдерживать ток крови и все, никаких следов — идеальное убийство.

— И тогда ты сбежал?

— Да, я убил доктора, что знал всю процедуру, угнал корабль и полетел к тебе.

— З-зачем?

— Заглушить голоса, побыть с тобой, попрощаться. Джейсона больше нет, любимая, я становлюсь… — тут его перекосило, снова пошел процесс «надува».

— Становишься кем?

— Иным, но не кем, а чем. Я становлюсь всем, Талия. Прошу, уходи, это снова начинается, я должен удержать это, скорее, прошу.

Черт его знает, как там было в каноне? Но бьющая в Айронхарта откуда-то из-за грани нашего измерения — а может, и вообще, реальности — энергия была смутно знакомой, но толком не определимой. Просто потому, что она была нестабильна и скакала по всем спектрам от теплового до светового через кинетический, периодически порождая то электромагнитные, то гравитационные, то еще какие поля. Приборы зашкаливало не только в командной рубке Вавилона, но и у нас. Честно говоря, за станцию было боязно. С другой стороны, упустить такую возможность и не попробовать перетянуть часть идущих из ниоткуда потоков было бы обидно.

Пока все обитатели тринадцатого уровня истекали кислотным потом и плакали кровавыми слезами, удерживая спроецированное мной через них пси-поле, остальным участвующим в процессе приходилось в разы тяжелей. Мы всем роем этот гребаный барьер вживую конфигурировали. Как только не вымерли все в процессе? Да хрен его знает. Я вообще без понятия, все на каком-то инстинкте и по наитию делалось, но данных сняли тьму-тьмущую. Причем не приборами, хотя и ими тоже. Открыл в себе много нового, например, оказывается, у меня все же может быть мигрень. Все, сил нет, а ведь еще столько всего осмыслить предстоит. Нужно срочно выпихивать эту бомбу с Вавилона.

* * *

— Командор, можете уделить мне минутку, — зашла за Синклером в капсулу монорельса Талия.

— Конечно, что случилось?

— Это насчет Джейсона, он хочет поговорить с вами.

— Хорошо, — решился Синклер, — когда?

— Чем скорее, тем лучше. Он должен срочно покинуть станцию, иначе, боюсь, нам всем грозит большая опасность.

— Что он вообще хочет?

— Он прилетел ко мне командор, попрощаться. Мы были любовниками, для телепатов секс — не просто физическая близость. Мы снимаем все барьеры, объединяем разумы, только в такие моменты мы перестаем слышать голоса. Становимся единым целым. Этого не передать словами.

* * *

Обуяли командора вновь геройские порывы. Впрочем, тут они были уместны. Силовой барьер, установленный Джейсоном пропустил Талию и Синклера в разгромленный сектор. Да уж, совсем себя Айронхарт не контролирует. Инстинктивно пытается избавиться от лишней энергии, но куда там. Так, сифонит понемногу, отчего весь Вавилон ходуном ходит. Все равно, что руками водопад останавливать или ураган ловить. Ему бы эту волну оседлать, а он прощаться полетел и со стихией бороться вздумал. Глупо это и бесполезно. Нет, тупо и бессмысленно. Еще и огромному риску четверть миллиона разумных подверг. Очень безответственная личность.

Корабль подруги Синклера, лишившийся энергии, понемногу падает на Сигму. Не выдержала скорлупка того всплеска, что судно изначальных, мимо пролетавшее, породило. Да что там говорить, если даже нас изрядно так тряхнуло. Интересный способ передвижения эти ископаемые используют. По предварительным данным выходит, что они сжимают пространство и как бы разрежают гиперпространство, что-то там малопонятное с метрикой происходит. Но им этого мало, они еще и массу корабля своего снижают до околонулевой величины и, кажется, еще и с инерцией что-то делают, а потом как бы запускают себя из эдакой рогатки.

Весьма оригинальный способ. Гибридный донельзя и невероятно быстрый. Собственно, у Сигмы они меняют направление, тупо об ее гравитацию зацепляясь. Именно порожденный этим процессом выброс и накрыл Кэтрин. Мне вспомнилось, как в прошлой жизни, будучи ребенком, играл в войнушку с другими мальчишками. Напальчники на полые трубки надевали, привязывали изолентой и ягодами черноплодной рябины друг в друга пуляли. Вот и тут нечто подобное происходит. Схематично конечно, сильно утрированно, но все же. Ладно, направление засекли, след есть, нарны за терпящей бедствие уже летят, не будем у посла Г’Кара отбирать лавры спасителя. Полетим лучше следом за изначальными, авось что-нибудь интересное найдем.

* * *

— Мысль, управляющая материей и энергией. Я овладел воздействием на самые мелкие объекты. Вплоть до молекул, атомов, нейтронов, я смотрю на вас, командор, и вижу не человека, а галактику субатомных частиц. Которую я могу разметать и сложить заново. Такое могущество не подобает человеку, мы просто не готовы.

— Я вас понимаю и полностью разделяю опасения, но что именно вы хотите от меня? Чем я могу вам помочь?

— Помогите мне улететь, я должен завершить становление, но если это произойдет на станции, Вавилон станет историей.

— Хорошо, я помогу вам, — кивнул Сикнклер, понимая, что выбора у него немного, врет там Джейсон или нет, рисковать он все равно не мог. — Гарибальди?

— Слушаю, командор.

— Прикажи своим людям очистить проход от шестнадцатого сектора до взлетной палубы.

— Понял. Дайте мне четверть часа.

— Я продержусь, — кивнул Джексон в ответ на вопросительный взгляд.

— Действуй, Майкл, и постарайся не попасться на глаза Бестеру с подружкой.

— Да уж не дурней тебя буду. Конец связи.

— Отбой. Джексон, вы знаете про код в подсознании?

— Да. Не волнуйтесь, он не усыпит меня.

— Но может отвлечь от контроля.

— Может, Талия, но я справлюсь. Я должен.

* * *

Увы, но Гарибальди не повезло. У Бестера было какое-то нереальное чутье. Только Майкл приказы раздал, как к нему парочка пси-полицаев заявилась. Церемониться и что-то спрашивать они не стали, мысли-то о разговоре с Синклером и об отданных командах были на поверхности. Не мог он не думать о белой обезьяне.

— Это физически невозможно, мистер Гарибальди, — ехидно улыбнулся Бестер. — Впрочем, можете попытаться, когда и где угодно, — ох и тащится же он от своих возможностей.

— Даже и не пытайтесь, — презрительно скривилась Келси, глядя на Майка, как на червя.

Раздавленный и униженный, Гарибальди только зубами им вслед скрипел. Ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Корабль с Айронхартом покинул шлюз и, отойдя от станции, распался. Превратился в чистую энергию. Очень интересный эффект сопровождал это перерождение, впрочем, увы, он лишь подтвердил предварительные выводы. Джейсон телепатировал всем спасибо, влепил бедняжке Талии проклятье — нет, сам-то он думал, что богом стал и дар вручил, пробудив, так сказать, телекинетические способности, вот идиот. После чего убыл в дальние дали, причем, что меня изрядно поразило, почти тем же способом, что недавно изначальные у Сигмы использовали.

Даст эволюция, часов двадцать он еще продержится. Вряд ли больше. Он вообще зря того ученого убил. Технические моменты, все эти мутации да игры с геномом, они, конечно, помогают, но без подходящей духовной оболочки — бесполезны. Дичайшее стечение обстоятельств, наподобие двух разумных видов, одновременно на одной планете появившихся. Собственно, аура Джейсона Айронхарта просто перенасыщена энергией, да вот только разум его совсем не готов ею пользоваться. Судя по всему, один-единственный разумный, индивидуум как личность, в принципе на такое не способен. Тут нужно что-то вроде роевого сознания, причем не абы из кого состоящего, а из весьма развитых сущностей. Да-да, сущностей, а не существ. Джейсон не перешел на следующий уровень, он его тупо, каким-то дичайшим, просто неимоверным образом, проскочил. Индивидуальный переход на новый формат существования и видовой — две большие разницы. Жаль, данных много, но вот что из них можно будет применить к себе? Пока не очень ясно.

* * *

— Ты молодец, Майкл, отлично справился.

— Не я, Джеффри, я-то как раз тебя подвел.

— М-м?

— Ко мне заявился Бестер со своей спятившей подружкой, прочитали мысли и побежали вас перехватывать. Прости, я даже не смог тебя предупредить. Они что-то со мной сделали, сволочи.

— Что, кстати, с этой Келси случилось? С чего она рехнулась?

— Не знаю, от страха, наверное, — пожал плечами Гарибальди. — Так спешила, что прямо в посла зергов с Шушшиком и влетела.

— Да уж, представляю, какой это может вызвать шок.

— Угу, совсем у нее крышу сорвало. Несет какую-то чушь про огромную светящуюся тень, что всех обнимает, плачет и лепечет про детей, которых разводящиеся родители обижают. В общем, совсем того, ку-ку, — покрутил у виска пальцем Гарибальди.

— Знаешь, возможно это неправильно, но вот мне ее совсем не жалко.

— Мне тоже. Кстати, тут посол зергов ко мне подходил, вроде как извиниться за недоразумение.

— Что, опять чего-то такого ляпнул?

— Угу, как там, — прищелкнул пальцами Гарибальди, припоминая, — за деревьями сложно лес разглядеть, но издали только лес виден бывает. Как-то так, примерно.

— Знаешь, Айронхарт говорил, что видит меня как вселенную, состоящую из субатомных частиц…

— Джефф, да ну его нафиг эту муть, давай лучше о бейсболе.

— А давай.

* * *

— Посол Г’Кар!

— Да?

— Я хотела сказать вам спасибо. И, — Кэтрин чуть замялась, — спросить.

— Почему?

— Да, почему вы спасли меня. Ведь вы отговаривали лететь к Сигме. Предупреждали, что это может быть опасно.

— Почему бы и нет?

— Это не ответ, посол.

— Напротив, просто он вас не устраивает.

— И все же?

— Ваша смерть наверняка бы расстроила командора. Ни то ни другое не принесло бы никакой выгоды ни мне, ни моему народу. И вот мы вновь возвращаемся к ответу: почему бы и нет?

— Посол, скажите, вы… вы знаете, что это было? Там, у Сигмы.

— Скажите Кэтрин, что это? — указал Г’Кар на цветок.

— Муравей, — пожала та плечами, разглядев, на что именно указывает нарн, — их постоянно завозят с грузами, поэтому никак не удается вывести.

— Вот смотрите, — посол протянул руку и посадил муравья на палец.

— И?

— Я взял его, а теперь верну назад, — обеспокоенный муравей сбежал с пальца обратно на цветок и принялся озабоченно шевелить усиками. — Вот сейчас он побежит к другому муравью и спросит у того, что это было? Ну и как ему объяснить?

— Во вселенной есть расы, — продолжил Г’Кар, не дождавшись ответа, — что опередили нас на миллионы и миллиарды лет, они не ограничены ни временем, ни пространством. Мы для них не более, чем муравьи. Установить с ними контакт так же немыслимо, как муравью договориться с нами. Мы знаем, мы пытались. И поняли, что либо научимся уступать им дорогу, либо нас раздавят. Они непостижимы. Меня ужасает и одновременно неимоверно радует, что во вселенной остались загадки, что мы не все объяснили. Доброй вам еды, Кэтрин Сакай.

— И вам, посол Г’Кар.

Задумчивая женщина, не так давно пережившая смертельную опасность и прикоснувшаяся к одной из тайн вселенной, присела за барную стойку и заказала крепкий коктейль. Ей требовалось многое обдумать и успокоить нервы. Джеффри был занят: на станции опять случилась какая-то беда, едва не погубившая всех. Впрочем, тут это бывало частенько. Она даже начала понемногу привыкать.

— Шшкашши Вир, ты шшнал, что от колонны кошшевых муравьев, на шшемле дашше шшлоны убегали?

— Нет, но у нас тоже есть такие насекомые, они собираются в огромные колонии и кочуют в районе экватора. Раньше мы даже из тюрем, расположенных в той местности, заключенных временно освобождали, ну, кроме тех, что все равно были приговорены к смерти.

— Букашшки шштрашшная шшила.

— Да, сколько мы их не травили, а они все равно появляются снова.

— Шшизнь неишштрибима.

— Разве что, может быть, другой жизнью.

— Отлишшный тошшт.

Слушать дальше Кэтрин не стала. Конечно, парочка из зерга и центаврианина была весьма колоритна, да и разговор оказался удивительно созвучен ее мыслям, но он интересовал ее куда меньше, чем освободившийся от дел Джеффри. Ей требовалось сбросить стресс и поделиться пережитым. Да и железному командору это было нужно не меньше. Заскочу за бутылочкой вина или даже чего покрепче — решила она, покидая бар.

Глава 27. Ломать — не строить?

Умотались мы с этим Айронхартом, массово полегли, когда этот кадр переродился и в дальние дали усвистал. Слава Эволюции, хоть без летальных случаев обошлось. Потери были, конечно, и немалые, но пришлись они на биокомпьютеры, пси-мозги, жутиков, ктулху-душеловов и прочую живую и полуживую машинерию. Даже пара маточников и один желудок на станции померли. Но долг свой они выполнили, сохранили истинно разумных. За улетевшим словно Мэри Поппинс перерожденцем выдвинулась эскадра; пылить им, конечно, долго, ну да это ерунда. За изначальными, что у Сигмы разворот сделали, тоже путь не близкий. Ничего, дорогу осилит не только бегущий, но и ползущий, главное — на месте не стоять.

Вышло так, что террористам-ксенофобам, что себя пафосно Земной Гвардией прозвали, очень и очень не повезло. Помнил я про них смутно, вроде бы они там кому-то на лоб клеймо организовали, кажется, минбарке какой-то, а лидером у них бывший бойфренд Ивановой был, это точно, ну и вроде как они еще какого-то паренька ножиком пырнули. Подозреваю, что им должен был стать Кирон Мерей, больше вроде и некому. Этот юноша со своей возлюбленной на Вавилон-5 прилетел. Сбежала парочка от семейств своих, чувства у них, понимаешь. Собственно говоря, если бы не эти Ромео с Джульеттой, что сами-то не понимали, каким это образом они друг в друга влюбились, я бы и не обратил внимание на источник беспокойства.

В принципе, можно было и не напрягаться, но у меня тут Шушшик голодный, много сил потратил, бедненький; да и пакмары тут у нас на диете сидят, командор их вкусняшек лишает. Злобный дядька Гарибальди те трупы, что родня вывезти не смогла из-за финансовых трудностей, на солнце местное отправляет. Для падальщиков — это как Майклу серпом по этому самому. Они реально чуть не плачут, когда видят, как добрая еда пропадает. В общем, как я уже и говорил, не в то время и не в том месте «гвардейцы» поразвлечься решили.

* * *

— Минбарка… Ненавижу рогатых тварей, они моего отца убили.

— Ничего, сейчас мы с ней поквитаемся.

— Я лично счас эту тварь пырну и клеймо на лоб поставлю. Даже если не издохнет, запомнит наше гостеприимство.

— Добрый вечер, господа.

— Ты еще кто такой?

— Прохожий, просто прохожий.

— Так и проваливай, пока цел.

— Мы, знаете ли, чувствуем ложь и очень любопытны. Мне непонятно, как ваш отец мог быть убит минбарами, если он сейчас отбывает срок на Ваниге-V.

— Что? Откуда? Ах ты тварь, в голову мне залез! Хана тебе!

— Шшдравшштвуйте.

— ААА!

— Шшабирайте.

— Спасибо, мы пришлем вам ножку.

— Нешштоит, я на шшиете. Кушшайте шшами.

— От всей нашей общины, искренне благодарим. Мы съедим этого в вашу честь.

— Польшшон.

— И что ты так долго?

— Шшадершшался, прошшти. Бешшопашшники на меня шштранно шшмотрят.

— Люди, что с них взять.

— Шшоглашшен, они шштранные.

— Ладно, идем, нам еще нужно быть сегодня в паре мест. Прародитель дает им шанс.

— Шшто-то ешше ни один не вошшпольшовался.

— Но ведь шанс-то у них был.

— Я шше их шшлышу, они шшлые, зачем с ними шшеримониться?

— Труд уборщиков ты же ценишь. Бескровно убиваешь.

— Зашшем гряшшь в гнешшде рашшводить? Эту пошшистим, и шшватит.

* * *

— Но, посол, они же любят друг друга.

— Вир, ну что ты несешь? Вот смотри, — достал Молари пыльную подставку с фотографиями из нижнего ящика, — это три моих жены. Да не морщись ты. Ты же мужчина, ты с зергом пьешь.

— Уж лучше с Шушшиком.

— Согласен. И тем не менее, посмотри: вот они, мои жены. Эта вот жуткая образина — голод, вот эта похотливая тварь — эпидемия, ну а эта, — посол передернул плечами, — смерть. Думаешь, я женился на них из-за их личных качеств?!

— Н-нет.

— И тем не менее, — продолжил Лондо беспечно, — наши браки очень удачны, они меня вдохновляют. Одна мысль о том, что эти мегеры ждут меня дома, удерживает меня здесь, на Вавилоне-5, и заставляет хоть как-то выполнять свои обязанности!

— Но, посол…

— Иди, найди их, и посади на транспорт. Ты меня понял, Вир? Это приказ.

— Да, посол.

— Если что, я в казино.

Вир не знал, кто прав: Лондо и освященные веками традиции, или же его сердце и совесть, но как бы то ни было, приказ есть приказ, его нужно выполнять. Немного подумав, где ему искать влюбленную парочку, он решил начать с сада. Не в казино же они отправятся? Тем более, что с деньгами у них не очень.

* * *

— Это последние.

— Да, остальные, кто поумней, сбежали со станции.

— Кирон! Арья! — раздался голос Вира, разыскивающего юную пару.

— Пакмары останутся без десерта.

— Жизнь полна разочарований.

— Мир несовершенен.

— Пополшш я геройшштвовать. — перешел на общение голосом зерг, снимая маскировку.

— Подстраховать тебя?

— Шшутник. Шшпать иди, еле на лапках стоишшь.

— Не всем же ходить лежа. Пока.

— Не шшавидуй. Шшчастливо.

Вир наконец-то нашел влюбленную парочку, что самозабвенно целовалась в небольшом гроте из живых цветов. Скорее уж, просто арке — впрочем, тут, во тьме космоса, и такое было очень даже ничего.

— Вот вы где. Я с ног сбился, пока вас нашел! И, между прочим, чуть не охрип, — добавил он чуть обиженно.

— Прости, Вир, мы тебя не слышали, — улыбнулась Арья.

— Да ладно, — смутился Кото, — идемте, я провожу вас на транспорт.

— Посол все же отправляет нас домой?

— Да, простите, но он мне отдал приказ. Сами понимаете, — виновато развел руками Вир.

— Куда-то собрались, голубки? — раздалось за спиной Вира, и рядом проявились четыре фигуры в темных костюмах с масками и капюшонами, отключившие голографическую маскировку.

— Кто вы и что вам надо? — смело выпятил животик помощник посла, закрыв собой испуганных подростков.

— Нам не нравятся такие, как вы. Вам не место на нашей станции. Сейчас вы пожалеете, что родились на свет, — в руках главаря сверкнул нож, а остальные продемонстрировали электрошоковые дубинки.

— Шшдравшштвуйте. У тебя новые шшнакомые, друг? Они шштранные и ошшень шшлые.

— Шушшик, ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть, — облегченно выдохнул Вир.

— Вшшаимно, друг мой.

— Руки в гору! — заорал отошедший от шока главарь, довольно ловко выхватывая бластер.

— Какие? — зерг склонил голову, закованную в шипастый панцирь с воротом, выставляя вперед две пары конечностей.

— Босс, вали его! — не выдержали нервы у одного из террористов.

Дальнейшее для Вира стало шоком. Главарь нажал на курок и в его единственного, пусть и весьма необычного, друга полетели импульсы. Вот только Шушшик не собирался падать замертво.

— Шшашшем вы так? Нехорошшо, — покачал головой зерг в которого уже раз пять попали заряды.

— Да подохни ты уже! — взревел в отчаянии бандит, только что расстрелявший полную обойму.

— Вирр, они шшто, напали на нашш?

— Да! — отмер тот. — Они враги!

— Добышша? Мошшно шшьесть?

— Можно!

Зергу, чьи предки выживали в мире, где все друг другу были пищей, четыре человека без брони и тяжелого вооружения оказались не соперники. Рывок, таран головой, взмах лапой, плевок кислотой, удар хвостом, и все было кончено. Изломанная кукла — главарь, рассеченное тело — нервный террорист, конвульсивно подергивающиеся конечности тела с оплавленной, похожей на огарок головой — еще один подельник, да ноги в кустах — последний из «гвардейцев».

— Никому ни с места! Что здесь происходит? — как обычно, вовремя подоспела служба безопасности.

— Шшдрашштвуйте, — Шушшик был очень вежливым и воспитанным зергом, хоть иногда и несдержанным.

— На нас произошло нападение. Я требую немедленно вызвать сюда посла Молари, вашего начальника Майкла Гарибальди и командора Джеффри Синклера. Я атташе центаврианского посольства Вир Кото. Вот мои документы, — протянул идентификационную карточку раздухарившийся центаврианин.

— Младшший шшекретарь Шушшик.

— Да знаем мы вас, — отмахнулся охранник; ну да, уж кого-кого, а обитателей посольского сектора знать они были обязаны. — Сейчас всех вызовем.

— И Шштивена?

— Доктора Франклина?

— Шша.

— Да, он должен будет забрать трупы, установить причину смерти…

— Шшашем меня ушштанавливать? И куда?

— Доктор объяснит, — решил поберечь нервы и свалить все на старших офицеров охранник.

— Шнова беш добышши. Меня так шшамки любить не шштанут, — доверительно склонив морду, пожаловался Виру зерг.

— Что поделать, — сочувственно похлопал тот приятеля по панцирю.

— Шштрадать, — вздохнул Шушшик сворачиваясь в клубок. — Пришашшивайся, — махнул он рукой.

— Скажите, вы не ранены? — проявила заботу о спасителе юная центаврианка.

— Нет, шшто вы. Блашштером нас не вшшять, — улыбнулся зерг.

— Ой.

— Прошшштите, вшше время забываю.

— Н-ничего, это я от неожиданности.

— Это ешше нишшего. Вам лышшеть мошшно, — покачал мордой зерг, намекая на особенности центаврианских причесок.

— Так, что тут у вас произошло? Опять вы?!

— Шшдравствуйте, доктор. Ошшень рад вашш видеть. Добышша там, кушшайте.

— Издеваетесь? Я же вам сто раз уже объяснял…

— Выбросить или шшьесть, не поделившшись, какая в шшушности рашшница? — философски вопросил зерг, положив морду на кончик хвоста и созерцая звезды.

— О создатель, дай мне сил. Так, грузим добычу, тьфу, зараза, жертв, — распорядился Франклин.

— По Шшрейду, доктор, по Шшрейду, — сказал как бы в пустоту Шушшик.

— Рррр, — издал горловой звук Франклин, словами выразить свое отношение у него как-то не слишком получалось. Не любил он матом разговаривать.

— Ошшень грубо.

— Тьфу.

* * *

Дело было насквозь ясное, и если бы не пара разумных, обладающих дипломатическим статусом, то высшие офицеры станции о нем бы узнали лишь из рутинного отчета службы безопасности. Зергу даже благодарность вынесли, так как опознанные оказались не просто членами радикальной террористической группировки «Земная Гвардия», но еще и отметились в списках разыскиваемых преступников. Впрочем, всем несостоявшимся жертвам нападения было плевать. Вот Гарибальди пришлось побегать, ну так судьба у него такая. Все равно мы за него большую часть работы сделали.

Молодую пару спровадили на Центавр. Их любовь, начавшаяся по принципу «назло маме отморожу уши», как-то изрядно подвяла. В каноне парень себя героем показал, а тут не сложилось. Может, оно и к лучшему. Будь они вместе, пошедших против традиции не приняли бы, а жизнь на чужбине, без поддержки родни — нелегкое испытание. Особенно для молодых изнеженных отпрысков высшей аристократии. Сомневаюсь, что они долго бы продержались. Рай в шалаше, наверно, возможен — как исключение — но это был не тот случай.

Не успели мы толком восстановиться и отдохнуть, как на станцию опять мутные личности прибыли. Парочка агентов контрразведки приперлась. Вот ведь, уже больше десяти лет с Минбарской войны прошло, а они только сейчас решили допросить с пристрастием Синклера. И ведь не официально допросить, а тайно похитить бедолагу командора планируют, накачать психотропной гадостью и забраться в мозги посредством примитивной машинерии, что будет моделировать виртуальное пространство, опираясь на разум оператора. Довольно грубая и жестокая процедура, к тому же опасная, причем как для допрашиваемого, так и для допрашивающего. Впрочем, мне дела до суицидников нет. Но немного поучаствовать в процессе, вложить несколько закладок, замаскировав их под последствия работы химии и ментального вмешательства — это имело смысл.

Создавать вторую личность, наподобие той, что садисты из пси-корпуса в проекте «Спящие» на основе теневых технологий делали, не стал. Все ж таки, Синклер наш валенистый был нужен относительно цельным, но вот возможность, скажем так, получить административный доступ через черный ход, теперь имеется. И возможно, в ближайшее время я ей воспользуюсь.

— Операция «Атанасия» готова?

— Да, прародитель, агент может выдвигаться в любой момент.

— Финальный этап?

— Данные получены, новые внедрены, каналы подготовлены.

— Пусть вылетает. Маршрут поизвилистей, и чтобы информация немного запоздала.

— Сутки?

— Да, этого будет достаточно.

— Лекин плох, прародитель, может не дожить.

— Неважно, собрание подготовлено, он достойно прожил и сделал многое, я приму его в любой момент. А кризис будет только полезен.

Командор умудрился благополучно сбежать, попутно вынеся мозги проводящему допрос. Не совсем, конечно, но память тому отшибло капитально. Закладки легли идеально, такие будет сложно обнаружить, очень сложно. Бонусом он получил воспоминания о допросе, проведенном Серым Советом, что, в общем-то, мало на что влияло. Я вообще слабо понимаю логику Делен, которая упорно скрывает свою принадлежность к высшему руководству. Тут ведь большинство послов — очень непростые разумные. За каждым из них стоит серьезная политическая сила. Межзвездная связь, конечно, позволяет многое, но зачастую решения приходится принимать здесь и сейчас. Так что минбарка наша далеко не одинока. Тут у нас и целые министры, и серые кардиналы, и даже первые наследники на ниве дипломатии послами трудятся, и ничего, все у всех более-менее в порядке, вопросов лишних никто не задает. Скорей уж наоборот, удивятся — а чего это вы в родном мире почти никто и звать никак?

Анализ информации, полученной в процессе наблюдения за Айронхартом, позволил понять, отчего наш ворлонец подальше смылся. Опираясь на имеющиеся у нас — увы, весьма отрывочные и неполные — данные об их природе, пришли к выводу, что он частично имеет сродство с той энергией, что Джейсон точно вакуумный насос тянул. Вот и смылся Кош, чтобы его не засосало. Интересно, очень даже интересно. Пора бы немного прощупать нашего загадочного товарища. Тем более, он и повод отличный дал. Решил оценить труды, возможно, что и лично свои, по привитию пси-ткани землянам. Нанял Талию для сопровождения переговоров. Очень даже мило с его стороны было устроить их с кибером Аббутом. Этаким живым записывающим устройством.

* * *

— Звездолет девять ноль шесть, посадку разрешаю.

— Вас понял. Передаю управление диспетчерской.

— Принято.

На’Тот скучала: корабль, на котором должен был прибыть советник, немного задерживался, а ведь она и без того пришла заранее. К сожалению, выдержать точный график пока еще никому не удавалось. Даже врии, славящиеся своей пунктуальностью, нет-нет да и опаздывали. Атташе посла Нарна находила утешение в разглядывании прибывающих. Не то чтобы в них было на что смотреть, за месяцы, проведенные на станции, она уже привыкла к толпе инопланетян вокруг, но ведь надо же было как-то коротать время.

— Снимите, пожалуйста, капюшон, — услышала она голос охранника и повернула голову. «Минбарец», — позволила себе скривиться На’Тот при виде одежды военной касты.

— Все в порядке.

— Несущая смерть, — прошептала На’Тот, не веря собственным глазам, но они ее не обманывали. Своих кровников нарны знали в лицо. — Джа’Дур! — закричала она, бросаясь на ненавистную тварь.

Дилгарка отреагировала на нападение мгновенно. Ушла с траектории летящей на нее взбесившейся нарнки, ловко уклонилась от расставленных рук со скрюченными пальцами и врезала набравшей скорость и не успевшей увернуться На’Тот пяткой в ногу. От мощного удара и пронзившей икру боли та потеряла равновесие и пропахала носом палубу. Вот только исполнения шан’кара это не остановило. Наплевав на все, она через мгновение была на ногах, правда боль ее отрезвила, и снова бездумно бросаться на столь подготовленного врага она не собиралась. Впрочем, ей и не позволили этого, вмешалась охрана.

* * *

Прекрасно, агент засветился, намечающаяся встреча с посланцем Нарна сорвана, ведь Джа’Дур была задержана. Слухи быстро расползлись по станции, что вызвало соответствующую реакцию. Домыслы, пересуды, сплетни — в общем, котелок забурлил. Именно это мне было и надо. Пока все будут заняты приветиком из прошлого, да еще и с сывороткой бессмертия в потном кулачке, я спокойно займусь своими делами. И первое из них — Кош. Отловить Аббута в укромном уголке оказалось просто. Так же, как и взломать это кибернетическое устройство. Собственно говоря, он от наших биороботов особо и не отличался. Еще бы, ведь его на их основе и сделали. Правда, переделка привела к увеличению числа искусственных деталей, но суть-то не изменилась. Трепанация уже трепанированному, как-то так можно было назвать то, что мы с ним провернули. Все же полноценно внедряться и общаться с ворлоном, это слишком опасно. Он и так, скорей всего, отголоски моего присутствия ощущает. Только разобраться не может. Мши, зерги, да еще и население потерянного уровня — шумно в эфире, по-простому говоря.

* * *

— На’Тот, объясните, почему вы напали на эту женщину?

— Это Джа’Дур, она мой кровник, командор. Когда дилгары покорили Хайлак VII, мой дед и его семья находились там. Она внедрила ему в мозг устройство, которое и убило его.

— И ваш род объявил шон’кар?

— Да, мистер Гарибальди.

— Она слишком молода для Несущей Смерть. К тому же известно, что та давно мертва.

— Возможно да, а возможно и нет. Она была одним из высших военачальников. К тому же, она гениальный ученый, хоть и психованная садистка с задатками маньяка.

— Вы так о ней говорите, будто восхищаетесь.

— Она мой враг, достойный враг, а мы отдаем должное своим врагам. Убив достойного кровника, мы не плюем на его труп.

— Так, мы ушли от темы. Если вас выпустить, то вы ведь вновь совершите нападение. Я прав?

— Разумеется, командор, шон’кар священен.

— В таком случае, вам придется посидеть под домашним арестом. Майкл?

— Посол Г’Кар скоро будет. Когда он придет, мои люди проводят атташе На’Тот до ее каюты и установят пост.

— Хорошо.

* * *

— Добрый день. Не могли бы вы объяснить, почему На’Тот назвала вас Несущей Смерть, высшим военачальником дилгар Джа’Дур?

— Наверное, потому что узнала, — пожала плечами задержанная.

— Вы слишком молодо выглядите для той, кто тридцать лет назад командовал одной из армад.

— Все дело вот в этом, командор, — оскалилась в улыбке дилгарка, поставив на столик прозрачный пластиковый шприц-тюбик с оранжево-красным содержимым.

— Что это?

— Это плод трудов всей моей жизни. Антиагапик, а проще — сыворотка бессмертия.

— Не может быть!

— Отчего же, меня ведь не просто так прозвали Несущей Смерть. Чтобы победить врага, его нужно сперва узнать.

— Вы военная преступница, на ваших руках кровь миллионов невинных!

— Не ведите себя как истеричная барышня, — фыркнула дилгарка, одарив Синклера презрительным взглядом. — Да, я убила десятки миллионов, но вот это, — ткнула она пальцем в препарат, — это спасет триллионы. Вечная жизнь и молодость невозможны без здоровья, командор. Стоит ли это той жертвы, что пришлось заплатить?

— Нет!

— Ой ли, командор, ой ли?

— Тогда зачем вы здесь?

— Продать свое творение, разумеется. Быть бессмертной и прятаться всю вечность? Ну или хотя бы ближайшие пару сотен лет? Нет уж, я собираюсь насладиться жизнью, возможно — возродить свой народ. Ведь сделав антиагапик доступным для всех, дилгары из проклинаемых и презираемых изгоев станут самыми уважаемыми и почитаемыми разумными известного космоса.

— Как вы спаслись и где потом прятались? И кто финансировал ваши разработки?

— Сколько вопросов, — Джа’Дур ехидно улыбнулась, — но я отвечу на них. Для того, кто способен силой своего великого ума создать сыворотку бессмертия, понять, что дело проиграно, и разработать план подмены… ваш первый вопрос оскорбителен.

— Мне очень жаль.

— Не надо этого сарказма, командор. Он не идет к вашим сединам и суровому взгляду. Что же до двух других вопросов, ответ на них один: Стальные Клинки.

— Самый агрессивный клан минбарских воинов?!

— Я бы даже выделила их в отдельную касту. Они довольно своевольны и обособлены.

— Я вам не верю.

— Обратитесь к послу Делен, я полагаю, она сумеет отправить запрос в Серый Совет.

— Я так и поступлю, а пока вы задерживаетесь до выяснения всех обстоятельств.

— Как вам будет угодно. Мне спешить некуда, у меня впереди вечность. Да, вот еще что, — оскалилась дилгарка, — пока летела сюда, я отправила несколько сообщений вашему правительству.

— Командор, срочный вызов с Земли по золотому каналу, — вмешался в разговор голос оператора систем связи, раздавшийся из коммуникатора на руке Синклера.

— Хорошего вам дня, — расхохоталась Джа’Дур, в ответ получив лишь многообещающий взгляд.

* * *

Пока командор отбивался от наседающих на него послов, которые получали все новые сведения от агентов и запросы с родины, Кош приступил к тестированию Талии Винтерс. Надо сказать, обложил он бедняжку по полной. Договоренность о ее участии в переговорах аж с самых верхов пси-корпуса пришла. Оплата была более чем щедрой, да и руководство бедной телепатки было кровно заинтересовано в сближении с еще одной загадочной и, без сомнения, могущественной расой. Очередная попытка на двух стульях усидеть, ну-ну. «Встретимся в секторе три в час созерцания», — поставил Талию перед фактом Кош. Той только и оставалось, что подчиниться. Дисциплина, впитанная с молоком, э-эм… а кормилицы в пси-корпусе есть? Нет, туда вроде детишек постарше берут. В общем, штатный телепат прибыл, хоть ей и пришлось побегать, выясняя, что же это за зверь такой, «час созерцания».

* * *

— Все же я не совсем понимаю… — попыталась вновь прояснить суть предстоящих переговоров Талия.

— Понимание это обоюдоострый кинжал, — перебил ее Кош. — А вот и он.

— Кош! Древний ты ксенофил, — обрадованно махнул рукой человек, во всяком случае он был похож на обычного, хоть и экцентрично одетого, землянина, — ты не говорил, что приведешь подружку! Зови меня Аббут, — представился мужчина в широкополой шляпе с вырезами одетый в серый костюм с широкими темными полосками.

— Я Талия Винтерс, телепат, категория П-5, буду представлять интересы посла Коша, — заученно проговорила Талия, настраиваясь на работу.

— Прошу сканировать мозг Аббута, — произнес Кош. Видимо, его не слишком порадовало мое приветствие.

Блокировать сканирование было элементарно, сейчас тело кибера действовало само по себе, управление шло удаленно, да и то ограничивалось лишь передачей реплик. Реальная работа велась совсем на ином плане. Вот там все было куда сложней и серьезней. Пробить ментальные щиты ворлона, даже несмотря на его скафандр и корабль, было вполне реально, но вот последствия такого грубого воздействия… нет, мы пойдем иным путем. Я же не герой какой-нибудь.

— У него нет мыслей, совсем, словно его мозг пуст.

— Хорошо, можно начинать.

— Краба не было, — выдал шепотом кибер, оглянувшись. Просто случайно сгенерированная фраза.

— Надо хорошо задраить люки, — ответил Кош.

Бедняжка Талия, мне ее даже жалко. Но надо отдать должное, несмотря на перебрасывающуюся бредовыми фразами парочку, она честно старалась отработать гонорар. Хм, а ведь у нее есть вторая личность. Проект «спящие». Что ж, почему бы не поработать заодно и с ней? Пожалуй, это сойдет за еще один слой прикрытия.

— Есть ли кольцо у Сарумяна? — выдал Аббут, а Талия лишь плотнее сжала зубы, мало ей было этих бредовых переговоров, так рядом еще и большая компания мши уселась, а у барной стойки Вир с зергом бутылочку заказали.

— В пустоте бывает тихо.

— При свете тени прячутся.

— Полдень бывает жарким.

Талия, не скрывая своего отношения к происходящему, демонстративно закатила глаза. Потом обвела взглядом помещение, мимолетно отметив посла зергов обсуждающего что-то с коллегой по дипломатическому корпусу. «Да что им тут всем, медом, что ли, намазано», — выругалась телепатка мысленно. «Так, не отвлекаться», — потерла она переносицу и вновь сосредоточилась на работе.

— Лишь из оазиса видна красота пустыни.

— Порой приходится выбирать.

— Молчание — золото.

— Судьба указывает путь.

— Не каждому совету стоит следовать.

Разговор неуловимо изменился. Талия все так же не могла прочитать мысли Аббута, у него их просто не было, но вот от ее нанимателя начало веять чем-то странным. Раньше он держал свои эмоции под контролем, да и она, как положено, не пыталась его считывать, но все же нет-нет да и пробивалось что-то, какие-то отголоски. Теперь же «эхо» стало громче.

— Часто важна сама дорога.

— И в знакомом лесу можно заблудиться.

— Конец и начало могут быть едины.

— Блуждать по кругу, все равно что стоять.

— Победившему себя ничего не страшно.

— Не стоит кусать собаку в ответ.

— Безвыходных ситуаций не существует.

— Есть решения которые не хочется принимать.

— В споре рождается истина.

— Худой мир лучше доброй ссоры.

— Познавая себя познаешь мир.

— Когда многие говорят, что ты неправ, стоит задуматься.

— Продолжим завтра в час нетерпения, — решительно свернул беседу Кош.

Жаль, было интересно посмотреть на то, как ворлоны телепатией пользуются. Да и на мысли он меня навел. Некоторые были весьма интересны. Мило, в общем, побеседовали. Познавательно. Во всех смыслах. Правда меня посетило некоторое ощущение дежавю. Что-то схожее, в плане использования ПСИ, продемонстрировал в свое время оператор Великой Машины, когда я к нему сдуру полез. Но тут, не знаю… Более живое, что ли? Очень любопытно.

— Посол, — догнала Коша телепатка, — я не понимаю смысла этих переговоров! Я весь день сканировала Аббута, но у него нет ни одной мысли.

— Вы ищете смысл?

— Да, — кивает Талия.

— Тогда слушайте музыку, а не песню, — выносит бедняжке и так изрядно перегруженный мозг ворлон, и отчаливает к себе.

— Мисс Винтерс, могу я угостить вас? Давайте выпьем по бокалу солнечных бликов, — делает подкат кибер, причем безо всякого вмешательства, так уж он запрограммирован.

— Мистер Аббут, вы можете сказать, о чем эти переговоры?

— Я бы мог, но отражение слишком вредно, — грузит женщину кибер.

Вот тут-то телепатку и накрывает. По сути, доведенная до кондиции Талия сканирует саму себя. Все, что от меня потребовалось — слегка перенаправить ее удар на привитую пси-корпусом личность и немного помочь пробиться через блоки. Скорее, просто подтолкнуть, чтоб сама их лбом прошибла. Дальше она уже вполне качественно психо-зондаж провела. Интересная у нее интерпретация подсознания, что-то вроде лабиринта с зеркалами, друг напротив друга повешенными. Пришлось подхватить мисс Винтерс в реальности, а то бы она точно упала. Заодно физический контакт помог ей из тенет собственного сознания выпутаться.

— Так как насчет бокала солнечных бликов?

— Нет, я слишком устала сегодня. Прошу меня простить.

— Ничего страшного, в следующий раз. Проводить вас?

— Не надо, мне недалеко.

— Желание дамы — закон. Ах, да. Не мешайте другим ходить по граблям, сами разбросали, сами и огребут.

— О чем вы?

— Ну, грабли, это такой инструмент огородника, палка с зу…

— До свидания! — чуть ли не бегом бросилась к межпалубному лифту Талия.

Мягче с ней надо быть, мягче. Да вот, увы, альтернатива — прямое вмешательство в разум. Не дастся ведь, будет до последнего сопротивляться. Ладно, скрепы расшатаю, основную личность немного подготовлю к схватке, а там уж как эволюция решит. Какое из двух «я» возьмет верх, той Талии тело и жизнь достанется. Шанс я ей дам, а дальше — сама.

* * *

Зал совета Вавилона-5 шумел, словно растревоженный улей. Появление Джа’Дур, да еще и с эликсиром бессмертия впридачу — такого никто не ждал. Собственно говоря, на саму Несущую Смерть и ее преступления всем было наплевать. Нет, на словах-то как раз все упирали именно на это, либо меряясь количеством пострадавших от ее руки, либо заявляли, что они, как сторона нейтральная и непредвзятая, имеют право решать. Что именно и как решать, тут мнения расходились, но в итоге все сводилось к тому, что отдать преступницу должны им. Вообще, весь сыр-бор крутился вокруг того, где и кто, да под каким контролем, будет доводить антиагапик до ума. Сейчас он был весьма трудно синтезируем.

— Предлагаю голосовать! — перекрыл гомон послов Синклер, от души жахнув молотком.

Командор, да Гарибальди, вот, пожалуй, и все, кто хотел воздать преступнице по заслугам на деле, а не на словах. Вот только с Земли пришел недвусмысленный приказ: «Доставить!»

— Пусть она докажет, что ее сыворотка действует и подходит всем! — выкрикнул посол дрази.

— Да хоть сейчас, — фыркнула присутствующая тут же дилгарка, ставшая яблоком раздора, — кому колоть будем?

— Председателю Лиги.

— Да.

— Лекину.

— …

Получилось этакое спонтанное голосование. Сам Мши, правда, в нем не участвовал, он в это время тихонько умирал в медотсеке. Возраст все-таки взял свое. Может быть, кое-кто из послов был бы и не против рискнуть собой, да только мало таких было, кроме того, они понимали, что вряд ли их кто-нибудь поддержит. Синклер попытался отложить заседание, но куда там. Джа’Дур закусила удила: ей, видите ли, не понравилось, что в ее гениальности сомневаются. Послы Лиги, а также представители Нарна, Центавра и даже Минбара единогласно поддержали решение провести испытания немедленно. В общем, командору ничего не оставалось, кроме как возглавить поход представительной толпы в медотсек.

— Как он, Стивен?

— На удивление неплохо держится. Даже иногда в сознание приходит.

— Хорошо, нам нужно с ним поговорить.

— Что ты задумал Джефф?

— Они, — указал глазами на толпу инопланетян командор, — сомневаются в эффективности сыворотки. Джа’Дур предложила доказать на опыте. Выбрали его.

— Это может быть смертельно опасно. Я против.

— Стив, Лекин все равно умрет, ему в лучшем случае пара суток, если не пара часов, осталась. Я не хочу приказывать, но ты знаешь, могу.

— Хорошо, но под моим наблюдением и полным контролем.

Конечно, почти умерший мши, что после укола потерял сознание, на следующий же день резвым козликом по станции не забегал, но и помирать явно передумал. Дилгарка, ожидаемо, потребовала никаких записей и анализов не делать. Лига с остальными ее в этом поддержали. Дошло до того, что в палате появился пост в составе парочки мши, при оружии и в одолженной у службы безопасности броне. Впрочем, рядом с медотсеком вообще изрядно прибавилось инопланетян крепкого телосложения и с армейской выправкой.

* * *

Пока все еще облезлый, но уже вставший на ноги Лекин проводил бесконечные переговоры с представителями Лиги, на которых также присутствовали послы великих наций, я провел свою встречу. Занимались ей Лоуч и Шушшик. Все же использовать последнего мне удобней, он куда более силен в плане пси. Хотелось бы, конечно, посла, но тот торчал безвылазно на заседаниях Лиги. Но ничего, и так нормально.

Интеграция триумвирата и взаимное доверие были и без того высоки, так что переход на новый уровень отношений был, в перспективе, неизбежен. Я лишь ускорил его. Отчасти этому способствовало возведение первого кольца зарядных станций вокруг звезды. Не просто кружащихся по орбите, а соединенных в единую структуру. Пусть это и простейшее мегасооружение, но сам факт его строительства, да еще и столь быстрого, говорил о многом. Ведь где одно — там и два, и десять, и тысяча.

— Мы впечатлены вашими успехами. Это переход на новый уровень, — врии был горд и искренне рад за союзника, а ведь они в свое время так и не смогли построить подобное. Неудачно у них война гильдий случилась. Подозрительно неудачно.

— Вы воистину совершили прорыв, — кивнула Калика, чей гребень слегка раздулся, так ее впечатлила голограмма звезды, окруженная циклопическим кольцом. Аббаи давно мечтали построить подобное, но пока так и не смогли решиться.

— Благодарю за добрые слова. Однако кольцо — это лишь начало. Создать его было не так уж и сложно. Мы хотим полностью замкнуть звезду в сферу. Использовать все ее возможности.

— Вот, значит, куда уходит вся эта прорва ваших закупок.

— Да, Оллор, без ваших поставок мы бы не смогли справиться в столь сжатые сроки.

— У меня нет слов, — развел руками врии, на миг смежив внутренние веки.

— Вы ведь не просто так решили раскрыть столь грандиозное достижение? — улыбнулась аббаи.

— Нет, конечно же, нет. Мы предлагаем вам стать равноправными участниками этого проекта. Благодаря нашему опыту строительства и биотехнологиям зергов, мы создадим идеальный для жизни мир. Эдем, как сказали бы люди.

— Конечно же, мы согласны, — кивнул раздутой головой врии, переглянувшись с Каликой.

— Мы не сомневались в вашем решении. Наши народы за эти десятилетия стали очень близки.

— Достоинства одних нивелируют недостатки других.

— Так всегда и бывает.

— Ваши вассалы тоже будут участвовать в проекте?

— Возможно, мы привлечем одну расу, о них мало кто слышал, они большие затворники и домоседы, но думаю, что они будут полезны.

— Что за раса?

— Меклары. Бывшие дилгары.

— Они выжили?!

— Отчасти. Во время войны они проводили множество опытов по созданию киборгов. Началось все с протезирования и улучшения, а вылилось в появление новой расы. Они сохранили мало общего с оригиналами. Мы встретились с ними пять лет назад. Их мало, очень мало, по нашим данным — не более ста миллионов.

— Дилгары всегда были прекрасными, даже гениальными инженерами.

— Да, нам до них далеко.

— Собственно говоря, с ними вряд ли кто-то сравнится в этой области. Мы не возражаем, — сказал врии.

— Пусть будут меклары, мы не держим на них зла, — кивнула аббаи.

— Всю техническую информацию по проекту «Орион» доставят на ваши родные миры курьеры. Так будет надежней.

— Вы опасаетесь внедренных призраками агентов?

— Не только, но в основном, да. Тени готовятся к войне.

— Это уже было, мы знаем.

— Было, Калика. Много раз было. И мы хотим положить этому конец.

— Вы готовы выступить против столь древней и могущественной расы?

— Готовы, Оллор. Но…

— В одиночку вы не справитесь.

— Нужен союз.

— Это само собой, но есть еще одна проблема — ворлоны. Другие древние расы ушли или полностью отстранились от дел тех, кого они зовут младшими. Но эта парочка, считающая себя пастухами, все еще с нами. Они возомнили себя богами, которые вправе решать судьбы целых народов. Сражаться на два фронта — глупо. Но дать им схватиться друг с другом — еще хуже.

— Они будут как два слона в посудной лавке.

— Да, это явно слишком много.

— Что же вы предлагаете?

— Дадим им то, чего они так хотят. Ведь обе стороны предпочитают действовать из-за кулис, манипулировать другими.

— Минбар был союзником ворлонов и за тысячелетие достиг невероятного прогресса. Они не настолько уж старше нас, но их технологи еще совсем недавно казались нам фантастическими.

— Именно на этом я и предлагаю сыграть. Сейчас мы, как минимум, не уступаем костеголовым. И призракам, и ворлонам придется предложить нам что-то очень существенное, чтобы мы бросились ради этого в пучину войны.

— А Орион станет нашим убежищем в случае затруднений и центром аккумулирования технологий?

— В том числе. Скорлупу-то мы быстро сделаем, имея кольцо-опору, нарастить ее не долго. Но все остальное займет десятилетия, если вообще не столетия. Всем участвующим в проекте расам придется пройти модернизацию. Имплант на основе нано- и биотехнологий или изменение генома, тут каждый решит сам.

— Благодаря нашшим технологиям, шшфера станет во многом шшивой. Без такого, — зерг продемонстрировал увенчанное мириадами отростков гибкое щупальце, раскрыв часть толстых пластин на морде, — вы не шшмошшете управлять шшивыми машинами и напрямую объединять рашшумы. Мы передадим вшше нушшное для рашшработки. Вы шшделаете аналоги шшами.

— Мы вам вполне доверяем, — вскинулась Калика.

— Это не вопрос доверия, это вопрос удобства, — Лоуч подул на шерсть, что образовывала кисточку на кончике хвоста, продемонстрировав отливающие металлом основания волосков. — У каждого разума свое восприятие, оно даже в пределах одной расы отличается, сильно отличается.

— Вам видней, мы в этом не специалисты. Раз вы говорите, что разработка должна проводиться нашими учеными, пусть будет так. Но в чем конкретно состоит ваш план борьбы с древними?

— Во-первых, подготовить пути отхода. Обнаружить скрытую звезду, чье излучение полностью экранировано — практически невозможно. Особенно когда она чуть-чуть сместилась.

— Ушше шшейчашш в кристаллах накоплено дошштаточно энергии. На шшошшдание кратковременной аномалии ее шшватит, а большшего и не потребуется. Шшвешда шшмешштится.

— Во-вторых, нам придется пожертвовать единством Лиги и распустить Корпус Мира. Слишком рьяно взялись за дело агенты Теней. Слишком открыто они используют Дракхов, а те, в свою очередь, не стесняются подсаживать Стражей, что берут под контроль разум жертвы.

— Шшертовы кукловоды! Не так-то прошшто удавить подобную гадошшть. Очень ушш шшивуча и ушштойчива.

— Да, ее проще и быстрей вырезать, чем извести иным способом. Пока они еще таятся, но дело начинает принимать скверный оборот. В прошлой войне Тени действовали открыто, а против них сражался союз молодых рас при поддержке Изначальных. И этот союз победил. Призраки ушли, спрятались и сделали выводы. Теперь они не одни, у них тоже есть союзники. Нельзя допустить, чтобы они начали с полномасштабной войны.

— Если они ударят первыми и сделают это всей мощью, жертв будет больше?

— Намного больше. Нужно дать им альтернативу: пусть образуется два лагеря, одним будут помогать ворлоны, а вторым — тени. Возможно, нам даже удастся отсрочить войну.

— И им придется заплатить куда больше, ведь после роспуска Корпуса, у каждой из рас Лиги будет солидный военный флот.

— Вы правы, Оллор, это тоже сыграет свою роль. Благодаря этому есть неплохие шансы обнаружить уязвимые места врага. Выявить базы, производственные центры, установить численность и получить образцы, а также собрать пул подаренных технологий. Без их полноценного и всеобъемлющего изучения, а затем и создания того, что сможет реально противостоять Теням и Ворлону…

— Это шштанет войной на ишштощение.

— Хуже, превратится в забрасывание трупами. Кто-нибудь из вас знает расы, что сражались плечом к плечу с минбарцами?

— Нет.

— Мы знаем парочку, но они почти вымерли. Совершеннейшие дикари.

— Мы не хотим допустить того же.

— Рашшнообрашшие прекрашшно.

— Мы будем с вами до конца.

— Да, можете на нас рассчитывать.

* * *

Принципиальное решение было принято, и Лоуч завершил встречу. Детали, частности, конкретика, все это можно будет согласовать потом и не здесь. Поразительно, но эта парочка умудрилась справиться практически самостоятельно. И если с зергом все понятно, тот был вполне себе разумен, то вот мши меня удивил.

— Пока друзья мои со мною / Мы справимся с любой бедой / Чертями, богом и судьбою, — продекларировал Лоуч, шагая по коридору в компании Шушшика.

— Шшеловешшеская пешшня?

— Довольно старинная. Называется «Спина к спине».

— Не шшнал, дашшь послушшать.

— Смотри, — убрал щиты с разума мши, вытаскивая на поверхность найденный в сети клип.

Да уж, так вот живешь, умным себя и чуть ли не всеведущим считаешь, хитрые планы строишь, готовишься, а что под носом у тебя уникум образовался, и не замечаешь. Интересно, это побочный эффект духовной мутации психоматрицы, вызванный Айронхартом, или же мое излишне частое использование конкретного мши в последнее время сказалось? Вряд ли удастся быстро разобраться, если удастся вообще. Больно уж тонкие материи, а нужного инструментария у нас пока нет. Мы, если аналогии приводить, где-то на уровне освоения металлов, если вообще не каменных орудий, тогда как тут без электронного микроскопа не разобраться. «А надо ли?» — пришла несколько неожиданная мысль. Да уж, общение с ворлоном до добра не доведет.

* * *

— Перед тем как спрашивать, попробуй ответить сам.

— От кисти на холсте могут остаться волоски. Вы понимаете? — повернул голову к Талии посол, что стало для нее полной неожиданностью.

— Понимание это обоюдоострый кинжал, — улыбнулся Аббут.

— Переговоры завершены, — сказал ворлон, схватил манипулятором переданный кристалл и быстро убрался.

Вот ведь ископаемое, так и не вылез из своей скорлупы. Наверняка что-то почувствовал. Кто тут из нас кого больше достал — на самом деле, большой вопрос. Ворлон — древний и многое знающий, возможно, еще и мудрый, но он один, а меня, хм, много. Чем-то это напоминало игру гроссмейстера против компьютера. И счет у нас был равный — по нулям. Впрочем, в актив нам можно ворох разномастных данных записать, а Кошу присудить балл за измученную телепатку, информацию по которой он изначально и собирался получить. Можно и еще одно очко за самоконтроль накинуть. Правда тогда придется признать поражение, чего не очень хочется.

— Что было на кристалле, который вы передали? — вернулась в бренный мир Талия.

— Отражение, удивление, ужас. На будущее. Он вас опасается, а нас, похоже, побаивается.

— Нас?

— Имя нам Орион. Всего доброго, мисс Винтерс, надеюсь, вы победите. Шансы у вас теперь есть, главное — не сдаваться. Прощайте.

— Куда вы?

— Конечно же, смотреть на звезды!

— И что, даже порцию бреда напоследок не выдадите? — хм, а у нее с окончанием переговоров определенно поднялось настроение.

— Подобное тянется к подобному. Будьте счастливы, мисс Талия Винтерс.

— Спасибо.

* * *

Лекин продемонстрировал мастер-класс и, быстро переговорив со всеми, привел толпу разумных к консенсусу. Мши давали слово провести исследование честно, открыто и поделиться результатами. Вот она, сила репутации. Чудеса творит, почище всякой магии с псионикой. Пара дней ушла на согласование деталей, определение количества привлеченных специалистов от разных рас, и всякое такое прочее. Вылилось все в создание специального исследовательского института, патронируемого Миротворческим корпусом. Наконец, все утряслось, и Лекин отправился лично сопровождать Джа’Дур к месту будущего строительства. Аж целый купол в одной из внутренних колоний под это дело запланировали.

За отлетом мши и дилгарки наблюдало, наверное, все население Вавилона-5. Еще бы, ведь у них появился реальный шанс дожить до того момента, когда им сделают укольчик, после которого болезни и старость превратятся в дурной сон. Вот пассажирское судно, в сопровождении эскорта приблизилось к зоне перехода, еще немного и…

— Зафиксировано возмущение поля!

— Что? Истребители…

Возникший в воронке перехода ворлонианский крейсер выстрелил. Дважды. Первый раз по давно уже нефункциональному киберу Аббуту, что отправился посмотреть на звезды, да так и кружился по орбите вокруг станции, а второй — по кораблю с надеждой на бессмертие для триллионов. Они убили Лекина! Сволочи. Впрочем, именно на это и был расчет. И это вовсе не помешает мши как следует пошуметь. За пару дней, что председатель лиги утрясал вопросы, он много разного случайно рассказать успел. Маршрут Джа’Дур был извилист, она побывала на станциях нужных рас. Встречалась ли она там с кем-то? Может быть, да, а может и нет.

— Почему?! — озвучил Синклер вопрос десятков послов, пристально глядя на Коша.

— Вы не готовы, — выдал тот и быстренько отчалил, думаю, прекрасно понимал, что еще немного, и его начнут бить, причем сразу ногами.

Стальные клинки отчаянно отбивались от сомнительной чести быть крайними, но доказательства их причастности к укрывательству и финансированию бесчеловечных экспериментов нашлись. Тщательно спрятанные, что лишь еще сильнее убедило всех в их правдивости. Внедренные в Анла’Шок агенты молодцы. Заключительная часть наказания, мысленно прозванная мной «попаболь», прошла даже лучше, чем ожидалось. Самый воинственный клан расформировали. Обошлось без стрельбы, но кое-кто предпочел отправиться в изгнание. Проще говоря, податься в бега. Вот и пусть погуляют. Может и сгодятся еще на что-нибудь.

Сильно расстроенные мши, что по вине ворлонов оказались не в состоянии выполнить свое обещание, устроили бучу. Несколько особо радикальных особей даже попытались на посла Коша напасть. Понятное дело, тот их словно котят разбросал, но далось ему это на удивление трудно. Все же, телекинез — затратная штука. Лига, обуреваемая подозрениями и недоверием, буйствующих мши не поддержала, страшновато все-таки против ворлонов было выступать. Голосование прошло, вот только «за», высказались лишь нужные мне расы, те, на кого я собирался опереться в грядущем. Всех от большой войны все равно не спасти, так что приходилось расставлять приоритеты.

Итог стал неожиданным для всех. Мши вышли из состава Лиги Миров. За ними последовали врии, аббаи, дрази, хомо, токати, ксоны, геймы, ллорты, каурлиане, пакмары и ряд других рас. Деловые отношения, естественно, никто рвать не стал, зачем же такие глупости творить. Контракты выполнялись, поставки осуществлялись, но вот Корпус Мира расформировали. Теперь Теням придется быть заметно более щедрыми провокаторами, да и самим, когда начнут открыто действовать, придется использовать куда как больше сил и средств. Изрядно пополнившиеся национальные флотилии будут вполне боеспособны в ближайшие лет пять, даже если на их содержание вообще перестанут выделять средства.

Вавилон-5 мы покинули, но своеобразно. Образовали Совет Миров, который заседал у черта на рогах, но весь состоял из новых послов, да и вообще, по мнению остальных, был лишь для галочки. Все старые представители взбрыкнувших рас остались на месте. Просто теперь они были не в Лиге, а как бы сами по себе. Земляне напряглись, но потом выдохнули: никто не стал требовать себе мест наравне с «великими» расами. Да что там, даже межвидовой политический клуб по интересам не распался. Что ж, теперь осталось дождаться мистера Мордена с компанией. Чем мог, Теням я помог. И ямку вырыл, и колья вбил, и даже сверху веточками прикрыл. Даже приманка имеется. Еще бы и ворлонов туда удалось спихнуть, так и вообще было бы замечательно.

Глава 28. На Вавилоне все спокойно

Станция понемногу успокаивалась. Ворлон предпочитал лишний раз на людях не появляться, послы и представители осмысливали происходящее. Проводили консультации и переговоры. Распад Лиги Миров, роспуск ее Корпуса — все это породило множество сомнений и вопросов, а также прорву дел, в которой с головой тонули разумные, облеченные властью и полномочиями. Мши, ставшие инициаторами процесса, все же не бросили его на самотек и всеми силами помогали провести «развод» мягко. Они даже не стали останавливать возведение институтского купола. «Мы дали слово, а значит, сделаем все, чтобы сдержать его», — сказал Лоуч. Что ж, мши — это мши, иного от них и не ждали. Впрочем, на быстрые результаты никто не надеялся. Все понимали: то, что сделал один разумный, сумеет повторить и другой. Пусть не сразу, но что еще оставалось? Лишь ждать, работать, надеяться на результат, да прислать своих ученых по утвержденному списку.

Мне тоже забот хватало. Совет Миров, Лига, строительство Ориона, анализ огромных массивов информации, полученных за последнее время. Именно на последнем я и сосредоточился. Конечно, все было важным, но именно знания привлекали меня больше всего. Да и кому, как не мне, во всем этом разбираться. Я, в силу своей природы и выполняемой роли, был, скажем так, ближе всех к первоисточнику. Пусть на полшага-шаг, но это все равно заметно повышало шансы разобраться хоть в чем-то. Нельзя сказать, что остальные дела были пущены на самотек, но я приглядывал за ними лишь вполглаза и эпизодически. По сути, созданная мной система вообще и бюрократы в частности, сдавали выпускной экзамен. Несколько раньше, чем хотелось бы, но тут я, скорее всего, не совсем объективен. Родителям всегда трудно отпускать детей, давать им принимать самостоятельные решения и нести ответственность. Вот только рано или поздно это приходиться делать. Что ж, раз так сложились обстоятельства, значит, их время пришло.

* * *

Утро началось для доктора Франклина с нового пациента. Что, в общем-то, было естественным событием. Супружеская пара из расы онтен привезла на станцию своего сына Шона. Мальчику было всего одиннадцать, и он был плох, очень плох.

— Я умру? — повернув голову к Стивену, спросил ребенок.

— Если так распорядится Река Времени, — с болью посмотрела на мальчика мать, — ничего не изменишь.

— Я скажу, как распорядится река времени: очень скоро дышать станет легче, и ты вырастешь умным и сильным, на радость маме и папе, — ободрил мальчика доктор, только что закончивший диагностику.

— Не придумывайте, — прервала его мать. — Никто не знает, куда понесет его Река.

«Фанатики», — скривился мысленно Франклин, но глядя в полные надежды и страха глаза ребенка, все же не удержался.

— Зато в болезнях я разбираюсь, — подмигнул он мальчику, получив слабую улыбку в ответ.

— Доктор Франклин, — подошла к врачу мать мальчика, — мы хотели бы поговорить с вами начистоту, — сказала она, переглянувшись с мужем, что все это время простоял рядом, не проронив ни слова.

— Пожалуйста, — кивнул Стивен, не видя препятствий, время было важно, но все же еще не критично.

Заняв кресло в своем кабинете, Стивен впервые услышал отца мальчика.

— По мнению врачей моей планеты, восстановить его дыхание невозможно. Они считают, что мальчик обречен.

— Он наш единственный сын, последняя надежда на непрерывность цепочки истории, — добавила мать.

— Вижу, вы его очень любите, — улыбнулся Франклин, впечатленный силой чувств родителей.

— У нас не принято проявлять чувства в присутствии чужих. Это признак слабости. Однако он принес в нашу жизнь столько радости, — было видно, что отцу очень тяжело говорить открыто, но он все же справился с собой. — Вы спасете его?

— Состояние Шона очень тяжелое, но не безнадежное. У него закупорка верхних дыхательных путей. У видов с плавательными пузырями такое случается.

— Мы с этим уже сталкивались, — улыбнулась помощница Стивена, — обычно, всему виной инфекция или внешние повреждения. Примеров много. Часто дыхание нормализуется, но бывает…

— Бывает, что массы, мешающие дыханию, затвердевают. Ничего страшного нет. Такие случаи не редкость. Простая операция, и все будет в порядке, — Франклин был уверен, что сумеет спасти мальчика.

— Операция?! — с ужасом переспросила инопланетянка.

— Хирургическое вмешательство, — кивнул Стивен, удивившись, что прекрасно говорящие на языке землян инопланетяне не знают этого термина.

— Вы. Его. Разрежете? — наклонил голову, сдвинув брови, отец Шона.

— Ну, в хирургии без этого никак. Но беспокоиться нечего.

— Идем, Шен, здесь нам не помогут, — решительно протянул руку жене инопланетянен.

— Извините, что отняли у вас время.

«Да что за черт?!» — ругнулся про себя Стивен, вскакивая. Отпускать пациента он не собирался. Еще одного перелета ребенок бы просто не пережил! В этом Франклин был уверен на все двести процентов.

— Нет. Подождите! Это несложная операция. Мальчик станет еще крепче, чем был.

— Вы не понимаете! Резать можно только животных. У них нет души! Но с расой, избранной богом, — в глазах матери стояли слезы, — так поступать нельзя.

— Сама по себе закупорка не исчезнет, — вмешалась помощница Франклина, — если не сделать операцию, он умрет. В мучениях!

— Я не позволю!

— Вы не понимаете, — заговорил отец, в глазах которого пылали боль и ярость, — мальчика нельзя резать.

— Теперь, я знаю, что ему предначертано, — сказала, смиряясь, мать, по щекам которой пролегли дорожки слез.

* * *

Дежурство проходило спокойно, пока не поступил сигнал с пассажирского транспорта «Азимов». На корабле произошел сбой навигационного компьютера. Попытка перезагрузки привела к его полному отключению. В общем, им требовалось сопровождение, сами до Вавилона они бы не добрались.

— Где они? — спросил Синклер выслушав доклад капитан-лейтенанта.

— Квадрат семьдесят один восемнадцать.

— Там были замечены пираты.

— Именно, предлагаю выслать к «Азимову» звено истребителей, чтобы довести его до базы. Операцией должен руководить старший офицер, — намекнула Сьюзен.

— Гарибальди свободен?

— Полагаю… да, — отвернулась Иванова, отправляясь к пультам.

— В чем дело? — соизволил обратить внимание на тон заместителя командор.

— Ни в чем, — взорвалась Сьюзен. — Конечно, мне и тут есть чем заняться. Например, слоняться между пультами. Кнопки еще могу нажимать. Такой простор, впору заняться аэробикой! Ах да, можно же еще наслаждаться видом. На что еще годится женщина? Особенно налетавшая больше сотни боевых часов.

— Если бы вы… — начал удивленный Синклер.

— Нет-нет, все в порядке, — Иванова приложила руку к груди, изобразив фальшивую улыбку. — Обо мне не беспокойтесь. Посижу с вязанием. Свитер свяжу, — кивнула она, — или носочки. А может, и шарфик. Командор, вы знаете, что такое сходить с ума? — резко сменила тон на усталый Сьюзен.

— Есть предложение: вы могли бы взять звено и доставить сюда «Азимов».

— Если это приказ…

— Приказ, Сьюзен, — усмехнулся командор, признавая, что был излишне «заботлив».

— Спасибо, — выдохнула Иванова, задавив усилием воли порыв взвизгнуть от радости, обнять Синклера или сотворить еще какую-нибудь глупость. Засиделась она на станции, а может и просто дни те самые на подходе. Да и вообще, работа у капитан-лейтенанта была не из легких.

* * *

Франклин с помощницей потратили больше часа на то, чтобы объяснить суть операции. Практически, академическую лекцию прочитали! Вот только чем больше доктор смотрел на лица супружеской пары, тем отчетливей понимал — бесполезно.

— Такая операция очень проста. Конечно, ему придется пару дней полежать, но ничего страшного, он молодой и…

— Нам ясна суть операции, — прервал пошедшего по кругу медика онтен, — поэтому мы против.

— У нас ветеринары проделывают подобное с больными животными.

— Вы предпочтете, чтобы он умер? Какому же злобному богу вы поклоняетесь? — не выдержала помощница Стивена.

— Нам не о чем говорить, — пересилив себя, ответил раздраженный критикой его веры инопланетянен, — это бесполезно.

— Нет, подождите. Есть и иной путь! — решился пойти на крайние меры Франклин. — Конечно, он потребует больше сил и времени, и, — Стивен замялся, — денег.

— Деньги не проблема, и время у нас есть, — мать с такой надеждой посмотрела на доктора, что тому стало чертовски противно от самого себя и того, что он собирался сделать. Вот только он тоже верил, верил в медицину и в святость жизни, в свой долг врача. И его вера была ничуть не менее крепка. — Думаю, мы сможем подтолкнуть защитные функции организма Шона. Сочетая противоотечные препараты и лучевую терапию, мы стимулируем систему саморегуляции и это позволит ему самому прочистить дыхательные пути. Я не гарантирую выздоровление, может, ничего и не выйдет, но не думаю, что другие врачи предложат иной вариант. Вы просто потеряете время. Я думаю так, — развел руками Стивен, стараясь удержать лицо и намеренно не замечая взглядов ассистентки.

— Мы можем поговорить без свидетелей? — переглянувшись с мужем, спросила Шен.

— Конечно, — кивнул Франклин, и жестом позвав коллегу, вышел за дверь.

О чем говорили родители мальчика, Франклин не знал, да это его и не волновало. В любом случае, отпускать ребенка он не собирался. Тот был слишком слаб. Силы оставляли его прямо на глазах. Еще сутки, и ему даже операция не поможет.

— Что за чушь ты нес?!

— Ты тоже хороша! Никогда не задевай религиозных чувств пациентов. Постарайся понять и деликатно переубедить.

— А врать разве этично?

— Я не врал!

— Мы оба знаем, что препаратами и микролучами эту массу не пробить. Она вросла в ткани. У парнишки всего два пути — либо под нож, либо в морг.

— Иногда, чтобы спасти больного, приходится лечить его родных. Они верят в то, что говорят. Страстно верят! И наши аргументы не помогут.

— Но они убьют ребенка!

— Если мы будем настаивать, они заберут Шона и улетят отсюда на первом же корабле! Мальчик этого не переживет. Его родители растеряны, им не под силу самим принять решение.

— Мучить больного бесполезным лечением?

— Я не в восторге, но надеюсь, что отчаявшись, они все же согласятся на операцию. Другого выхода нет, только… — доктору пришлось замолчать, поскольку из кабинета вышли родители мальчика.

— Еще одного перелета наш сын не вынесет?

— Нет, — отрицательно качнула головой помощница. — Не вынесет, — произнесла она стараясь вложить как можно больше уверенности. Это было не так уж трудно, ведь она сказала правду.

— Тогда, мы либо соглашаемся с вашим предложением, либо смотрим как наш сын умирает. Небогатый выбор.

Оба врача предпочли отвести взгляд и промолчать. Такие моменты — самое паршивое, что есть в их профессии. Хуже — только бессилие.

— Мы согласны, — озвучил решение семьи отец.

— Хорошо. Сейчас мы переведем его в отдельный герметичный бокс, там ему будет легче.

* * *

— Ну вот, тут тебе будет удобней, Шон. Конечно, лежать в больнице скучно. Но на станции больше тысячи разных телеканалов, так что…

— Нет. Видели мы ваши программы. Еретическое словоблудие.

— Моя жена права. Я не позволю засорять разум сына. Если ему станет скучно, пусть читает летописи. Тогда и в голове ясно, и телу хорошо. Весьма помогает, например, летопись седьмого склонения притчи Эрелла. Момент, где юный Эрелл дает торжественную клятву верности семье, всегда вдохновлял меня. Я находил его чрезвычайно поучительным.

«Да что же вы за родители-то такие?!» — взвыл мысленно Франклин. Как любовь к ребенку может уступать догматам веры, он решительно не понимал. Нет, отказывался понимать!

— Вот, возьми, — протянул он мальчику коробку.

— Что это? — удивленно спросил лежащий на кушетке ребенок, невольно улыбнувшись.

— Это, — заговорщицки сказал Стивен, — яйцо глопита. Глопит — очень редкое животное с планеты… планеты…

— Плацебо, — подсказала Франклину помощница.

— Да, с планеты плацебо. Все время забываю, — улыбнулся Стивен.

— Яйцо нужно держать вот так, — положил он подарок на раскрытую ладошку. — И нужно его гладить, вот так, — провел рукой над яйцом доктор, отчего то засветилось теплым оранжево-красным светом. И разговаривать с ним ласково, — наклонившись к руке мальчика он прошетал, — вот так.

Мальчик развеселился, искренне заулыбался, из его глаз ушла боль и страх скорой смерти.

— Пока я буду занят твоим лечением, тебе придется приглядывать за ним, — один лишь бог знал, каких сил стоило Стивену смотреть в глаза ребенку и говорить шутливым тоном. — Согласен?

— Вы разрешите? — с надеждой спросил Шон, с трудом повернул голову к родителям. — Пожалуйста. Мони? Доти?

— Глопит это не опасный зверь? — спросил отец, переглянувшись с матерью.

— Абсолютно безвредный.

— Тогда разговаривай с яйцом. Только не говори с ним о святом, у него нет души.

— Хорошо, дотти. Спасибо, — улыбнувшийся ребенок перевел взгляд на яйцо глопита, на несколько минут он забыл о боли, борьбе за глоток воздуха, страхе.

* * *

Оставив родителей с ребенком, все же при чужаках тем приходилось сдерживаться, Франклин с коллегой отправился в ближайшее кафе пообедать.

— Яйцо глопита, значит.

— Мальчику нужен друг.

— И ты дал ему обычный вибросенсор?

— Я дал ему надежду.

— Ты такой же фанатик, как они, Стивен. Чем ты лучше?

— Тем, что приношу реальную пользу.

— Ты видел их глаза? Ты дал им надежду!

— Слушай, мы оба прекрасно знаем, что он умирает. Можешь предложить что-то лучше? Нет? Так или иначе, но я спасу мальчика. Чего бы это не стоило. Готов поспорить на бифштекс!

— Откуда тут, — обвела рукой помещение, намекая на станцию, ассистентка, — бифштексы?

— Я найду.

— Ну хорошо. Надеюсь, ты прав, Стивен.

— Очень на это надеюсь, — добавила она вслед Франклину.

* * *

Обычная летучка у командора помимо отсутствия Ивановой ничем не выделялась и была совершенно будничной. Так что Стивен решил воспользоваться моментом и подсунуть на подпись заявку на бифштекс.

— Зачем вам это? — удивился Синклер.

— Для исследования.

— Кхм, и кто будет платить?

— Майя Эрнандес или я. Через пару дней узнаем.

— Как там мальчик? Сдвиги есть? — спросил Гарибальди.

— Он умрет. Родители против операции. Что мне делать?

— Руководство станции не всесильно. В данном случае мы не вправе вмешиваться.

— Командор, вы можете приказать мне спасти жизнь ребенку, и я приму меры.

— Тем самым я создам прецедент.

— Вы уже создали его, когда спасли жизнь послу Кошу.

— Я должен сохранять нейтралитет.

— А если я подам рапорт?

— Я попрошу забрать его.

— Вас не волнует смерть парня?

— Волнует, иначе, мы бы вообще не разговаривали на эту тему. Поймите, у меня связаны руки.

— Я остаюсь при своем мнении несмотря ни на что, — сказал доктор и покинул кабинет командора, одарив его и Майкла злым взглядом.

* * *

Очередное обследование не принесло утешительных новостей. Шон слабел. Впрочем, это было видно без всяких приборов. Бледная кожа, испарина, обескровленные губы. Частые мелкие вздохи. Ребенок умирал. Угасал на глазах. И Франклин ничего не мог с этим поделать. Ему не давали спасти жизнь. Выполнить свой священный долг врача.

— Все будет хорошо, — присел он на койку мальчика и попытался одобрительно улыбнуться.

— Нет. Когда вылупится птенец глопита, я уже умру, — тихонько ответил Шон.

— Нет-нет, что ты, ты обязательно поправишься. Видишь, яйцо светится, — взял слабую руку ребенка в свои ладони Франклин, — значит, тебе лучше. Ты, — с трудом поборол комок в горле Стивен, — главное держи его вот так, — сжал он ладонь мальчика и погладил его пальцы.

Ответом стал слабый кивок. «Плохо, очень плохо», — билось в голове доктора. Ребенок умирает. Терапия и тщательно настроенная атмосфера бокса лишь продлит агонию. Отсрочит его гибель, но не спасет. Нет, он не будет безучастно смотреть как этот ребенок умирает! Он сделает все, чтобы его спасти. Он давал клятву, и он выполнит ее, чего бы это не стоило.

— Ваше лечение ничего не дает! Он слабеет. Если бы мы забрали его, он бы уже был на Тайлотине!

— Такого путешествия он бы не перенес.

— Мы доверились вам, и поэтому наш сын умрет.

— Нет. Вы привели мальчика сюда что бы я спас его. Так дайте мне это сделать. Пожалуйста! Ему нужна операция, иначе он захлебнется мокротой.

Мать ребенка прикрыла глаза и тихонько, почти неслышно, стала напевать молитву, раскачиваясь в такт лишь ей одной слышной мелодии. По ее щекам вновь бежали слезы.

— В жизни есть вещи поважнее глотка воздуха. Лишившись души, он не сможет жить!

— Он же ваш сын! — окончательно сорвался Франклин. — Сделайте это для себя! Нет! Черт вас дери, сделайте это для него! Хватит себя обманывать.

— Ну хорошо, — не дождался ответа Стивен, — на нашей станции жизнь пациента ценится превыше всего. Я буду просить командора Синклера временно лишить вас родительских прав.

— Что это значит?

— Я сделаю все что в моих силах для спасения вашего сына. Даже если вы будете против… я сделаю операцию.

— Нет! Вы не посмеете.

— Прошу вас, доктор, — прервала молитву Шен, прижимаясь к мужу.

— Извините, я должен исходить из интересов Шона.

Смотреть на ужас в глазах растерянных родителей мальчика было больно, но стоило вспомнить взгляд умирающего ребенка, как все сомнения оставили Стивена и он решительно покинул помещение. Он напишет рапорт. И командору придется принять решение. Франклин верил, что тот даст разрешение. А если и нет, что ж, это всего лишь значит, что придется подыскивать новое место работы.

— И мы тоже, — услышал доктор перед тем как дверь за ним закрылась.

* * *

— Жаль, что тут нет вашего посла, он бы дал вам совет, — вздохнул командор, глядя на пару инопланетян.

— Он сказал бы то же самое. Не разрешайте доктору делать операцию!

— Защищать ваши интересы придется мне. Значит, учитывая ваши интересы, я должен позаботиться о ребенке.

— Вы не имеете права.

— К сожалению, теперь имею. Доктор подал рапорт, и мне придется принимать решение. Спасибо, что изложили свою позицию, — встал командор, давая понять, что разговор окончен. — Решение будет принято в течение суток.

— Вы тоже против нас? Вы отдадите ребенка доктору? Конечно, земляне всегда друг за друга.

— Жаль, что вы так думаете.

* * *

Не веря, что Синклер встанет на их сторону, супруги бросились в посольский сектор, в попытке найти понимания и поддержку. К сожалению, сейчас всем было не до каких-то там инопланетян из малозначительной расы, что даже кандидатом в члены Лиги не была. Тем не менее, их настойчивость все же дала свои плоды.

— … вот почему мы просим помощи у нарнов. Здесь некому представлять наши интересы. Если могущественный друг не поддержит нас, командор Синклер позволит доктору убить душу нашего ребенка.

— Я узнал о вашей планете всего пару дней назад. В день вашего прибытия, — убрал руку от виска Г’Кар, который не особо-то вслушивался в религиозный бред каких-то дикарей. — Вы живете в любопытном мире, но вам нечего предложить Олигархии Нарна. Видите ли, союзы заключаются на взаимовыгодной основе.

— Мы не собирались заключать договор с вашим режимом. Мы просим спасти нашего ребенка.

— Для этого, — досадливо поднял глаза к потолку посол, сетуя на непонятливость собеседников, — вы должны находиться под моей юрисдикцией. О чем вы думали, когда так настойчиво добивались встречи?

— Что вы не любите землян, и этого достаточно.

— Для вас, — скривился нарн, — но не для меня. Как правило, мы не вмешиваемся в дела других миров.

— Но, пожалуйста…

— Нет.

* * *

— Я целиком на вашей стороне, — потряс прической рассевшийся со сцепленными за спиной руками Лондо, — но, ситуация весьма щекотлива, — притворно вздохнул он.

— Вы поможете нам?

— Мне придется обратиться в совет, чтобы получить соответствующие предписания. Совет в состоянии отменить решение командора Синклера. Однако… необходима санкция моих властей, а их наверняка встревожат возможные расходы.

— Расходы?

— На экспертизу, слушания в совете, канцелярскую переписку, наконец. К несчастью, мы тут зависим от бюджета. Мы не можем позволить себе тратить деньги на чужеземцев.

— То есть?

— Какой суммой вы располагаете? — улыбнулся Лондо как можно шире и дружелюбней. Примерно как акула при виде обеда.

* * *

— Я понимаю ваше разочарование, — чуть склонила голову Делен, — ощущение собственного бессилия весьма неприятно.

— Вы и представить себе не можете, мы не в состоянии ни спать, ни есть, не можем сосредоточиться для ежедневных медитаций. Мы думаем только об одном, но нас никто не слушает, всем все равно.

— Если бы вы знали, как это меня беспокоит…

— Так вы поможете?

— Мы, минбарцы, понимаем вас, как никто в галактике. Проблемы души весьма деликатны, они носят сугубо личный характер. Мы сами пострадали от действий пришельцев и с тех пор стараемся не вмешиваться в подобные дела.

— Выходит, принципы для вас важнее?

— Мы считали минбарцев самой умной расой.

— Мы просто хотим спасти сына!

— Доктор Франклин хочет того же. Кто из вас прав? С какими мерками подходить? Нет, в этом вопросе минбарцы не могут быть объективны.

* * *

Синклер вяло ковырялся вилкой в заказанном наугад блюде. Что это за бурда и как ее есть, он не представлял. Впрочем, его мало волновало содержимое тарелки. Мысли командора были заняты судьбой мальчика. Он понимал Стивена и всецело разделял его позицию, но он был долбаным командиром станции Вавилон-5 и был обязан учитывать интересы родителей. Принимать в расчет их веру и обычаи, какими бы они не были.

— Опасно есть непроверенные блюда, — отвлек командора от борьбы между долгом и совестью присевший за столик Гарибальди. — Как ты?

— Паршиво.

— Думаешь о мальчике?

— Да. Стивен требует моего вмешательства, родители просят о помощи послов, а те не хотят ввязываться в это дело. Их можно понять, они не хотят создавать себе лишних проблем. Даже Земля отпасовала мяч обратно.

— Ты говорил с сенатором?

— Угу, можно по пальцам пересчитать случаи, когда я к нему обращался.

— И?

— Сказал, под мою ответственность.

— Ответственность, может, и твоя, но тут бы любой спасовал.

— Мне от этого не легче, Майкл.

— Знать бы ответ…

— Тогда бы и вопрос не стоял.

— Но имеем ли мы право решать?

— Придется. Теперь я знаю, что чувствовал Понтий Пилат, — вздохнул Синклер, бросив ложку, бурда на тарелке и так-то была неаппетитной, а теперь и подавно не вызывала ничего, кроме омерзения.

— Ты куда, Джефф?

— Хочу поговорить с мальчиком. В конце концов, я должен выслушать и его мнение.

При виде ребенка, столь похожего на человека, бледного и измученного, опутанного проводами и со вставленными в ноздри трубочками, подающими насыщенную кислородом смесь, у Синклера сжимались кулаки. Командору понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и не приказать Франклину немедленно провести эту чертову операцию. Стивен правильно понял желание гостя и покинул бокс.

— Привет, Шон, я командор Синклер. Приветствую тебя на Вавилоне. Как тебе моя станция? — улыбнулся, чуть прищурив глаза, Джеффри. Племяннице, помнится, всегда нравилось, когда он так делал.

— Я ее почти не видел, только больницу, — после укола мальчику стало чуть лучше, во всяком случае, он ответил сразу, не делая перерывов в словах.

Честно говоря, Синклер просто не знал, как начать запланированный разговор с ребенком. У него язык не поворачивался спросить в лоб. Но тут взгляд зацепился за предмет в кулаке мальчика.

— Что это? — поинтересовался командор.

— Это яйцо глопита, — приподнял руку Шон, чуть улыбнувшись сухими, обветренными губами. — Мне дал его доктор Франклин.

— Яйцо глопита? — удивился Синклер, не совсем понимая, что за ерунда тут происходит.

— Вообще-то, на самом деле, — тут мальчику пришлось прерваться, он прикрыл глаза и часто, с хрипами и сипением, задышал, — это обычный вибросенсор, — закончил Шон, справившись с приступом. — Только, пожалуйста, не говорите доктору, он верит, что это яйцо.

— Шон, я должен задать тебе вопрос, — решился все же перейти к тому, ради чего он и пришел командор. — Знаю, ты думаешь об этом.

— Хочу ли я жить? Да, очень. Но я не хочу операции. Не хочу лишиться души.

— Тебе нечего бояться, — заговорил Синклер, уже понимая, видя по глазам, что его слова ничто, — когда-то мне делали операцию. Очень серьезную, и ничего.

— Но вы же не избранный. Вы не родились из яйца.

— Нет, — грустно улыбнулся Синклер, сжимая кулаки. — Расскажи мне об этом.

* * *

Франклин, словно тигр в клетке, метался по кабинету, ожидая, когда Синклер закончит разговор. Последний сделанный им укол был стимулятором, уже далеко не безвредным, но только так он мог дать мальчику еще немного времени.

— Хороший парень, — мотнул головой Синклер, проходя в обитель Франклина.

— Вы подпишете приказ? — набросился на него Стивен.

— А вы уверены, что правы?

— Да!

— Его родители тоже. Кого мне слушать? Вас, потому что у нас одни взгляды, или их?

— Они из-за своей веры обрекают ребенка на гибель. Да хранит нас господь от ложной веры.

— А почему она ложная? Может быть, любая религия истинная? Может, богу все равно, как мы молимся?

— А если бога нет?

— Такова ваша вера?

— Я верю в спасение жизни, по сравнению с этим все остальное не имеет смысла.

— Но жизнь не просто биение пульса, а система непреходящих ценностей. И вы хотите отнять их у мальчика.

— Об этом мы подумаем после операции.

— Вы абсолютно уверены, что без нее не обойтись?

— Да! Я твержу об этом уже больше суток!

«Вот и пришло время решать», — мелькнула мысль у начавшего расхаживать по кабинету Синклера. Быть старшим офицером, нести ответственность — его этому учили, у него за плечами опыт войны, он посылал людей на смерть и сам на нее шел, но сейчас ничто не могло помочь ему принять решение. Каким бы оно ни было, это был его крест. Он будет нести его до конца.

— Нет.

— Что?

— Я запрещаю операцию.

— Но вы же знаете, что я прав! Вы же со мной согласны!

— Сейчас я сам себе не хозяин. Как командир станции, я обязан руководствоваться интересами и традициями ее обитателей.

— Но вы же разрешили спасти Коша!

— Нельзя исключение делать правилом! Так можно зайти очень далеко. Мы обязаны уважать веру родителей ребенка, иначе мы сделаем бессмысленным само существование станции.

— Вы приговариваете мальчика к смерти!

— Здесь я бессилен, я решил встать на сторону родителей, потому что больше это сделать некому.

* * *

— Доктор Майя.

— Да? А, это вы.

— Мы хотим видеть нашего сына.

— Проходите.

— Моти, доти, — просипел мальчик, — мне страшно.

— Не бойся, мы с тобой, — обняла ребенка мать.

— Мы рядом, — сжал руку сына отец, встав рядом с койкой.

— Так же, как и тогда, когда ты только появился на свет.

— Когда яйцо треснуло, ты был таким крошечным, в руках помещался, — поднял ладони перед глазами сына отец, плечом вытирая слезу в уголке глаза.

Все трое улыбнулись, это было счастливое воспоминание, лучшее в жизни.

— Я так гордился тобой, день твоего рождения стал для меня всем, — продолжил он. Но сегодня я еще больше горжусь тобой. Ведь ты идешь навстречу судьбе как истинное дитя нашей веры, — голос отца дрожал, он сжал руку сына сильней, он верил, искренне верил в то, что говорил.

Именно эта вера, что звучала в словах инопланетянина, заставила доктора Майю Эрнандес покинуть бокс. Она не могла там находиться. Ее рвали на части противоречивые чувства и где-то там, на задворках сознания, сверлила подленькая мыслишка: решать не ей, это головная боль Стивена. От этого она сама себе становилась противна. Но прогнать эту гадину не получалось.

— Мы так тебя любим, — погладила сына по голове Шен, — обещаю, мы будем петь для тебя. Тебе будет хорошо в дороге.

Мальчик поймал взгляд отца, полный слез, и тот кивнул ему. Да, он будет петь так, как никогда не пел раньше. Они будут.

— А когда окажешься… окажешься на той стороне. С-спой для нас, — голос почти не слушался матери, что сейчас прощалась с единственным сыном. Смыслом ее жизни.

— Ты будешь нашей путеводной звездой, — поцеловала она его в лоб и отстранилась.

* * *

Командор не успел сообщить о своем решении, поэтому столкнувшись по пути в свою каюту с послом ворлонов, пара попробовала обратиться за помощью к нему. На их вызовы и прошения о встречи Кош не отвечал. Но раз судьба давала шанс, почему бы не попытаться?

— … ворлоны очень могущественны, и если вы заявите протест, командору придется запретить операцию.

— Разрешите задать вопрос, пожалуйста, — протянул руку Шен, останавливая спешащего Коша. — Если бы это был ваш сын или даже вы сами, как бы вы отнеслись к тому, что врачи собираются подвергнуть вас операции против вашей воли?

— Лавина идет с гор, камни летят вниз, и ничто их уже не остановит.

— Выдал бессмысленную чушь убийца, — раздалось презрительно из ответвления коридора, и перед троицей разумных появился Лоуч.

— Вы посол мши?

— Стал им по его вине, — совершенно некультурно ткнул пальцем в сторону уходящего ворлона гость. — Только я не посол, а представитель. Мы вышли из Лиги и теперь не входим в совет. Неважно, — махнул мши рукой, — там сложно все.

— Вы можете помочь нам?

— Конечно, идемте.

Всеми игнорируемая пара, ожидающая отказа, была изрядно удивлена, но надежда, с которой недавно так жестоко обошелся доктор Франклин, не спешила возвращаться к ним. Вернее, они сами не позволяли ей это сделать.

— Простите, а куда мы идем?

— К моему приятелю, он поможет.

* * *

— Привет, Шушшик. Ты как, не занят?

— Шшдравштвуй. Нет, мелошши рашшгребаю, — мотнул головой в сторону заваленного стола с терминалом зерг.

— Тут такое дело, на станции детеныш умирает, а земляне его спасти не могут, без операции никак, но вот вера родителей, — мши кивнул на шокированную пару, которой пока еще не доводилось встречаться лицом к лицу с зергами, хоть они и подавали прошение об аудиенции, — не позволяет резать тела разумных. Это, по их религии, ведет к потере души.

— Ошшень интерешшно. Подошшди, — зерг ловко отбарабанил когтями команду, покивал, пошипел, после чего поднял морду, — пошшол шшанят, но я шшвободен.

— И чем вы можете нам помочь?

— Для нашшала мне нушшно пошшмотреть.

— Ты только без этих своих фокусов, а то доктора кондрашка хватит.

— Шштивен хорошший, хоть и шштранный.

— Да? Мне казалось, вы с ним не очень.

— Прошшто он пошшемуто ко мне предвшшято отношшится. Мошшет, его в детшштве шшмея укушшила?

— Все может быть. Ну что, идем в лазарет?

— Шша.

* * *

Появление родителей Шона, да еще и в компании мши и небезызвестного в медотсеке зерга, вызвало некоторое напряжение медперсонала. Если бы не Майя, кто-нибудь наверняка бы вызвал доктора Франклина, но та костьми была готова лечь, лишь бы дать Стивену пару часов сна. Ей вообще не нравилось, что тот эпизодически злоупотребляет стимуляторами. Не пускать гостей также не представлялось возможным. Да и вреда от них никакого. Ребенок и так уже был переведен на системы поддержания жизни.

— Шшдравшштуй Шшон. Я профешшор Шушшик.

— Вы не похожи. На профессора.

Мальчик совершенно не боялся страшного зерга. Наоборот, ему было любопытно, и он во все глаза разглядывал живого монстра.

— А ешшли так, — используя нижнюю пару конечностей, гость изобразил очки на глазах.

— Все равно не похожи, — слабо улыбнулся ребенок.

— Шштранно… халата и шшапошшки не хватает?

— Ага, — слегка кивнул повеселевший мальчик, представив зерга в медицинском халате и чепчике.

— Ты дашш мне пошшмотреть тут? — указал серповидным когтем на грудь Шушшик.

— Смотрите, — погрустнел ребенок, которому напомнили о болезни.

— Вышше хвошшт, — улыбнулся зерг, от чего доктор Майя слегка побледнела, и буквально уткнулся мордой в грудь Шона.

— Ну что? — нарушил молчание разбавляемое лишь сопение зерга.

— Ошшень шшильная душша. Ошшень шшветлая. Пошшледний в роду? — повернул Шушшик голову к родителям.

— Да, он наш единственный сын.

— Шштранно, — зерг почесал панцирь когтем, от чего присутствующих слегка перекосило, звук мела по доске на этом фоне показался бы музыкой сфер. — Ишшвините, так легшше думаетшша.

— Ничего, мы понимаем.

— Шшкашите, ешшли нельшша решшать, то как шше раны?

— Что вы имеете в виду?

— Вашша рука, вашш кушшало шшивотное, а вы примерно три недели нашшад порешшали палец.

— Случайные травмы не ведут к потери души!

— Вообшшето душша дершшиься шшилой веры. Но шшейшшаш это невашшно. Есшшли я его укушшу, вы не будете против?

— Укусите?

— Конешшно, у него в груди комошшек, его нушшно рашштворить. Мы умеем шшинтешшировть рашшные вешшества. Один укушш, и мальшшик шшдоров.

— М-мы, с-согласны, — пролепетала мать.

— Это не повредит душе, — кивнул отец.

— Хорошшо. Гордишшь, детенышш, тебя профешшор кушшать будет. Шштрашшно?

— Нет.

— Я в пешшали. Шшто за шштука у тебя в руке?

— Это яйцо глопита, мне дал его доктор Франклин.

— Шшовшшем Шштивен шшпятил. Доктор, вы шшвоего коллегу ошшмотрите. Виброшшеншшор от яйшша отлишшить не мошшет.

— Х-хорошо, — кивнула Майя.

— Ну-шш, пришштупим. Лоушш, поверни детенышша на бок и придершши.

Молчавший все это время мши беспрекословно выполнил команду, даже сообразив отодвинуть руку ребенка.

— Шшпокойшштвие, только шшпокойштвие, — прошипел зерг склоняясь над мальчиком и раскрывая свою чудовищную пасть.

— Ай!

— Терпи.

— Вшше готово, — вытащил клык из груди ребенка Шушшик не забыв капнуть немного слюной-слизью. — Шшейшшаш немного подошшдем.

— Можно мне его осмотреть?

— Нушшно.

Докторша быстро просканировала грудь ребенка, с удивлением и радостью отмечая как введенная зергом субстанция растворяет слизистые массы. Конечно, все не уйдет, но та мелочь, что останется, со временем будет сама выведена организмом. Лечение лишь ускорит процесс.

— О шшем думаешш?

— Не знаю, о разном, в груди жжется, но дышать не так больно, не колет.

— Хорошшо. Шшейшшаш ешше немного подошшдем и будем ушшитьшшя плеватьшшя.

— Я умею.

— Шон!

— Извини, дотти.

— Доктор, шшнимите эти шштуки.

— Вы уверены?

— Конешшно.

— Ну ладно, сейчас, минутку.

Женщина быстро отцепила датчики и убрала трубки. Зерг же в это время подтащил хвостом мусорное ведро.

— Ну-шш, больной, прошшу шшклонить головушшку, — продемонстрировал он раскрытый контейнер для отходов.

— Вот так? Буэ-э, — содрогнулся ребенок от приступа, закашлялся, дернулся, но был удержан за шею стальной хваткой продемонстрировавшего отменную реакцию мши.

Омерзительного вида комок смачно шлепнулся в корзину. Через минуту усталый мальчик рухнул на подушку. Глаза его слезились, во рту стоял мерзкий привкус, но он дышал. Сам! Это было так прекрасно, так чудесно, что он в нарушении всех обычаев разревелся. Впрочем, бросившиеся к сыну родители, тоже не смогли справиться с нахлынувшими чувствами. Плевать, что рядом чужаки.

— Ошшень трогательно, — махнул серповидным когтем у глаза зерг.

— Спасибо. Спасибо вам огромное.

— Пошшалуйшшта, — кивнул Шушик.

— Может быть ты чего-то хочешь, Шон? — спросил Лоуч, глядя на происходящее и силясь понять. Что-то он во всем этом ощущал, что-то знакомое, но забытое.

— Не знаю, — пожал плечами мальчик, но тут ему вспомнился приход командора, — я хотел бы посмотреть на станцию. Везде где я был, только больницы и видел. И на Вавилоне так же получилось.

— Экшшкуршшия? Шшамечательная идея. Я ешше никогда таким не шшанималшшя.

— И купим вкусняшек.

— Что за вкусняшки?

— Просто праздничная еда, ничего более. Это ведь не запрещено вашей религией?

— Нет, — помотал головой отец Шона, — даже поощряется, если есть достойный повод.

— А он есть, — улыбнулась мать мальчика, гладя того по голове.

— Так, что здесь происходит? — ворвался в бокс Франклин, которому кто-то все же позвонил.

Впрочем, доктор мог и сам явиться, с такого станется.

* * *

«Челнок с пассажирского транспорта Азимов причалил на вторую палубу семнадцатого дока», — сообщила система оповещения в зале прилета.

— Сьюзен, что, черт побери, произошло?! Твой истребитель будут чинить минимум неделю!

— Привет, Майкл, я тоже рада тебя видеть. Ну, эти пираты… в общем, они злые ребята.

— Да уж, я понял. Оно хоть того стоило?

— Конечно, — улыбнулась Иванова, глядя на то, как девочка лет восьми бросается в объятья родителей.

— Ты права, — кивнул Гарибальди, посмотрев в ту же сторону.

— Как тут у… — начала Сьюзен, но была прервана раздавшимся счастливым криком, от звонкого детского голоса у капитан-лейтенанта аж в ухе зазвенело, впрочем, такая мелочь ее сейчас волновала мало.

— Быстрей! Он рядом!

— Нашш не догонят ша-ша ша-ша. Шшдрашшьте! — пронесся мимо Ивановой зерг, на закорках у которого сидел мальчишка в больничной пижаме.

— Верни пациента!!! — пролетел доктор Франклин, размахивающий то ли скальпелем, то ли сканером, она не успела разглядеть.

— Жми, Шушшик! Жми! — пробежал мимо Лоуч и, махнув напоследок кисточкой хвоста, скрылся за поворотом.

— Ну, вижу — у вас тут все в порядке.

— В полном.

Глава 29. Друзья

«Ожидается визит президента Земного Альянса Льюиса Сантьяго на станцию Вавилон-5, в ходе которого…» — услышала Иванова, проходя мимо общественного терминала, по которому шла сводка новостей.

— Доброе утро, Майкл, — кивнула она Гарибильди.

— Утро добрым не бывает, Сьюзен.

— Что, совсем зашиваешься?

— А то ты сама не знаешь — визит президента, чтоб его. По крайней мере, он собирается передать нам эскадрилью новых истребителей.

— Угу, — помрачнела Сьюзен, — из-за нее мы должны обновить законсервированные доки Кобра, причем сделать это за четверть положенного по регламенту времени, с необученным персоналом и полностью за свой счет.

— Да уж, распад Лиги нас изрядно подкосил.

— Ну, объективно говоря, и мне, и диспетчерам жить стало полегче. Грузопоток уменьшился и продолжает снижаться, но вот персонал… — Сьюзен скривилась.

— По крайней мере, наши работяги перестали доставлять проблем, да и разные ксенофобы с националистами немного угомонились.

— Так-то оно так, да только обученных докеров у нас нынче и трети от прежнего числа не наберется. Плюс, раньше графики во многом на врии были, мы просто выполняли диспетчерские фукции и правили их относительно земных кораблей, теперь же приходиться еще и судами Лиги заниматься.

— И выручка упала.

— Упала, куда же без этого. Не скажу, что критично, но лишних денег у нас и раньше не было, львиную долю Земля забирала, теперь же все еще хуже.

— Да, я заметил, что свободных кают прибавилось.

— Думаю, это ненадолго.

— Вероятно, — пожал плечами Майкл. — Приехали, идем.

Парочка старших офицеров направилась в сторону доков, что спешно готовились к приему новой эскадры. Вот только дойти им не удалось. Стоило отойти от вагончика монорельса метров на двадцать, как раздался взрыв, от которого вся станция вздрогнула, и палуба из-под ног попыталась убежать. Пневмоперегородки изолировали пострадавший отсек, поднятые по тревоге техники помчались аврально устранять последствия, а спасатели бросились отлавливать пострадавших, оказавшихся в космосе. Шансы спасти хоть кого-нибудь у них были, так как работы велись в скафандрах, причем не только в доках.

* * *

Чуда не произошло, из всех отловленных в космосе докеров в живых остался лишь один, да и тот был плох. Доктор Франклин сумел стабилизировать состояние пациента, но сумеет ли тот выжить — большой вопрос.

— Итак, что у нас есть по взрыву? — открыл совещание командор.

— Возможно, произошла неуправляемая протонная реакция, — высказался первым Гарибальди.

— Судя по характеру повреждений, это так, — кивнула Иванова.

— Видимо, не включили гаситель плазмогенератора.

— Ты исключаешь диверсию, Майкл?

— Я никогда не исключаю диверсии, но бригады были необучены и работали круглые сутки. Все говорит за несчастный случай, — пожал плечами Гарибальди. — Пока не будет доказательств, иных версий у меня нет, — развел он руками.

— Что с повреждениями?

— Все не так страшно, как выглядит, разрушения минимальны.

— Успеем ввести доки в строй до прибытия президента, Сьюзен?

— Если больше ничего не произойдет, то успеем. Я лично буду контролировать ход работ.

— Хорошо. Жду от вас отчеты, и поспешите, с меня требуют доклад о происшествии. И лучше бы его предоставить до того, как прибудет майор Лиана Кэмел.

— Кэмел? Лиана Кэмел? — напрягся Гарибальди.

— Да. Ты знаешь ее, Майкл?

— Знаю. Семнадцать лет назад я был дружен с ее отцом. Она называла меня дядя Майк, — Гарибальди был мрачен.

— Что-то не так?

— Он погиб в мою смену. Я прижал контрабандистов, а те нашли способ отомстить, подстроили взрыв. Трудней всего было сообщить семье. Боюсь, она так и не простила меня.

— Будем надеяться, что личное не возьмет верх над долгом. Все же, она начальник президентской службы безопасности.

— Сомневаюсь, Джеффри, очень сомневаюсь. Ведь я подвел ее. Мне тогда было так паршиво, что я предпочел искать утешение на дне бутылки.

— В любом случае, у нас нет выбора. Надеюсь, призраки прошлого не помешают тебе работать?

— Нет. Не помешают.

— Надеюсь на это. Ладно, за дело, господа офицеры.

* * *

Лоуч с азартом нажимал кнопки на пульте, новое развлечение, представляющее собой сражение двух дистанционно управляемых голографических фигурок, пришлось ему по душе. Сейчас его рыцарь уверенно теснил противника. Вот он уклонился от шипастой булавы, ударил щитом в грудь врагу и, стоило тому отшатнуться, — ловко срубил виртуальную голову.

— Шушшик, как ты можешь все время проигрывать? — удивился Вир. — Не буду больше на тебя делать ставку.

— Шшто поделать, мне непрошшто, слишшком мало конешшностей, — вздохнул зерг.

— Я угощаю, — улыбнулся Лоуч, позвенев центаврианскими дукатами в мешочке, — утешительный приз проигравшему.

— Дешшять бифшштекшшов?

— Шесть, а то мы сами голодные останемся, — возразил мши, прикинув размер выигрыша и стоимость любимого блюда зерга.

— Шшмотрю, твой нашшалник шшегодня необышшайно вешшел, — указал, чуть наклонив голову в нужную сторону, Шушшик.

— Лондо улыбнулась Иллариус, — пожал плечами Вир, которого куда больше интересовало меню, — у него с ней давние и непростые отношения.

— Если мне не врут мои глаза, то рядом с Молари только что присел не кто иной, как мистер Гарибальди, — хмыкнул Лоуч, отмечая заказ в меню-планшете.

— Как шшештные рашшумные, мы обяшшаны долошшить о нем.

— Но так как мы честные и разумные, то естественно, не будем этого делать, — дернул ухом мши.

— Прозвучало как тост, — улыбнулся Вир, с умилением гдядя на огромное блюдо с набором разнообразнейших закусок.

— Ты шшовшшем не думаешш о шшдоровье. Хошшеш, я ушштрою на тебя охоту? Похудеешш.

— М-м, — центаврианин сделал вид, будто задумался, — нет. Мне и так хорошо. По второй?

— Мошшно. Лоушш, шшто ты ушшами ветер гоняешш?

— А, подслушиваю, я же тут вроде посла нынче.

— Ешше скашши шшто вшшеленной правят три шшилы.

— Материя, энергия, а третья? — отвлекся от еды Вир.

— Собственные интересы друг мой, куда же без них. Можно даже сказать, двигатель прогресса.

— Ясно. Глубокомысленно. Наливай.

— Дело говоришш. Шшто уззлышшал?

— Да ничего неожиданного. Лондо ссудил денег Гарибальди, чтобы тот подкупил кого надо и проник в посольский сектор.

— Г’Кара обвинил в подставе? — вздохнул Вир, ставя пустой стаканчик.

— Обвинил, как это, чтобы у Молари — и нарн не виноват? Но сделал это так, опосредованно.

— Вы уверены, что мистер Гарибальди не виноват?

— Конешшно. Я его шшуствую.

— Я тоже, мы все же давно знакомы, подстроился уже.

— А почему тогда командору не скажете?

— Зашшем?

— Он и так не верит. Доказательства лежали в открытую в каюте и кабинете. А обвинил его радикал, ненавидящий инопланетян.

— Дурашшок, правильно его офишшерша убила.

— Ну, вообще-то она ему стимулятор вколола, чтобы допросить, — хмыкнул Вир.

— Этим и убила. Земляне почему-то не ищут легких путей. Позвали бы телепата, но нет, давайте убьем.

— Может быть, это заговор? Этот их президент собирается объявить политику, как там его, — прищелкнул пальцами Вир.

— Открытых дверей, — подсказал Лоуч.

— Да, спасибо. Вроде бы, упрощение миграционного законодательства, облегчение торговли и все такое.

— Хошшет одеяло на шшебя натянуть.

— Перетянуть, — поправил Вир.

— Вшше равно, шшто он шш пледом делать шштанет?

— Хм, это была попытка пошутить?

— Прогрешширую, учуззь.

— И, судя по всему, еще и голосовой аппарат перестроить пытаешься, — отметил Лоуч, отвлекшись от еды.

— Ушштал, по шшто рашш повторять.

— Да и я, помню, тоже в свое время намучился. Все пи да пи, да ми-ми-ми.

— Ну, ты даже лучше Лондо говоришь, у того акцент даже мне заметен.

— Пришлось в итоге провести коррекцию. Мелочь, конечно, но все равно.

— Ясно. Еще по одной?

— Конешшно!

— Поддерживаю!

* * *

Гарибальди был изрядно удивлен, когда Г’Кар сообщил, что взял на себя труд отвлечь охранника с поста и вообще ждал его. Пробраться в посольский сектор было не так уж и трудно, во всяком случае, не для того, кто сам проектировал систему безопасности. Станция вообще была тем еще голландским сыром. Множество технических коридоров с выходами в самых неожиданных местах пронизывали ее, словно кротовые ходы. Строительство было авральным, проект несколько раз изменяли в процессе, так что Майкл сомневался, существует ли вообще единая схема всех уровней и палуб.

— Хотите тария, мистер Гарибальди? Крепкая штука, — проявил любезность нарн.

— Как вы узнали, что я иду к вам?

— О, в этом нет ничего сложного, вы ведь общались с Лондо.

— И?

— Мои люди следят за ним, его люди следят за мной, мы все следим друг за другом. Полагаю, Молари обвинил меня в том, что вы оказались в таком положении.

— Да, он сообщил мне о выплаченных вам дукатах — за некоторые сведения, пропавшие во время вашего вторжения на Рагеш III.

— Они все на месте, мистер Гарибальди. Хотите ознакомиться с отчетами?

— Нет, я вам верю.

— Приятно это слышать, — кивнул Г’Кар. — Я хотел бы предложить вам помощь, Майкл.

— Какую?

— Мы можем вывезти вас со станции и предоставить убежище на Нарне.

— Зачем вам это?

— Ну-ну, не стоит себя недооценивать. Вы хороший аналитик, отличный эксперт по безопасности, неплохой криптограф, мы даже готовы вернуть вас на родину. Конечно, не сразу, и после соответствующих генетических изменений.

— Предлагаете стать шпионом?

— В этом нет ничего такого, ведь все мы заботимся в первую очередь о себе. Это нормально, мистер Гарибальди. Такова жизнь.

— Вы ведь сами не верите в то, что говорите. Если бы вам предложили продать Нарн, как бы вы поступили?

— Все относительно. Как именно продать, за что продать, к каким последствиям это приведет? Возьмите тех же вассалов мши, по вашим понятиям они продались, но стало ли им от этого хуже?

— Вы не мши.

— Да, и что с того?

— Это бессмысленный разговор. Благодарю за помощь, посол.

— Как пожелаете, Гарибальди. Как пожелаете. Удачи вам в борьбе с системой.

* * *

К моменту прибытия на станцию эскадрильи Z, доки Кобра были введены в строй. Чего это стоило Ивановой, знала лишь она сама, да старшие мастера бригад, которые работали с ней в самом тесном контакте. Последние ежечасно обогащали лексикон, проникаясь глубочайшим уважением к могучему разуму капитан-лейтенанта, что практически никогда не повторялась, внушая им чувство собственной неполноценности.

Гарибальди, ставший беглецом на собственной станции, не иначе как от отчаянья посетил Нграта. Этот полузерг, выглядящий как богомол, занимался довольно забавной деятельностью. Он был этаким посредником между криминальным миром станции и остальными. Хотя по большей части он лишь торговал информацией и славился тем, что мог достать все что угодно. В разумных пределах, конечно же. Вообще, Нграт был довольно уникален, по сути — эксперимент. Творили его вообще без моего вмешательства, что-то вроде дипломного проекта группы зергов. Я лишь вселил в него подходящую психоматрицу из особой коллекции. Тоже в каком-то смысле эксперимент, еще с тех времен, когда сведения о сущности души были отрывочны и минимальны.

Расу на основе жуков молодым зергам создать удалось. Вот только эти клаконы были лишь бледным подобием своих творцов. Единственный плюс — плодятся с невероятной скоростью, но на этом, собственно, и все. Так что разводить и как-то использовать их мы не стали. Примерно так же было и с психоматрицей Нграта, он оказался более полноценен, чем те же мши, но все же до истинно разумного не дотягивал. В общем, эксперимент продолжается, но так, где-то на заднем плане проходит. Тот же Лоуч куда как интересней и заметно более интенсивно развивается. Опять же, развитие Нграта, в силу занимаемого им положения, получается несколько однобоким.

Оценил дела, в разросшемся хозяйстве творящиеся. Посмотрел, как Нграт отказался сотрудничать с Гарибальди, что приходил купить пропуск с высоким уровнем допуска, просмотрел воспоминания о том, как Шушшик доктором поработал, да и нырнул обратно в пучины данных. Слишком много информации, слишком интересно, слишком непонятно, слишком противоречиво и жуть, как увлекательно. Не до творящегося вокруг мне нынче. Так, в четверть глаза эпизодически поглядываю, а будет что-то важное — сообщат, выдернув из познавательского транса.

* * *

— Слышишь? — дернул ухом Лоуч.

— Ошшушшаю.

— Чего, ик, мы сюда вообще, ик, притащились?

Виру совсем не понравился коричневый сектор. Ему вообще коричневый цвет не нравился. А уж оказаться на нижних уровнях и наглядно оценить техническое состояние станции — брр. И зачем он только спорил. От звука капающего конденсата — ну он надеялся, что это конденсат, а не трубы протекают — и вида свищущих паром и другими газами магистралей ему становилось не по себе.

— Шшмотри, вон и проводка ишшкрит, — обрадовался Шушшик, ткнув когтем в строну раскуроченного каким-то вандалом терминала.

— Да-да, ты, ик, победил. Пойдемте отсюда. Мне тут, ик, не нравится.

— Подожди, там бьют кого-то, давайте посмотрим. Мне кажется, это Гарибальди.

— У него много врагов. Шшешный.

Компания отправилась на шум и вскоре стала свидетелями того, как трое типов оборванной наружности и криминальной внешности отвешивают плюх бывшему начальнику службы безопасности. Майкл, конечно, был мужиком тертым и в драке толк знал, но в одиночку не справлялся. Собственно, к моменту прибытия любопытствующих его уже повалили и теперь лениво пинали ногами.

— Гошшпода, вы ведь поделитесь добышшей?

— А? — отвлеклись нападающие от жертвы.

— У нас к нему есть вопросы, ик, конф-фиденциальные, — последнее слово Виру было выдать сложновато, но он справился.

— Шли бы вы уже отсюда, — махнул хвостом в сторону ближайшего коридор Лоуч.

Возражать мелкий уголовный элемент не стал. Шушшик одним своим видом кого угодно мог убедить в глупости рукопашной. Главарь все же пнул напоследок Гарибальди по почкам, махнул рукой своим и отчалил в сумрак плохо освещенного коридора.

— И шшто будем ш ним делать?

— Давайте в бар какой отнесем, пусть там оклемается.

— И заодно запьем, ик, штрешшь. Тьфу, Шушшик, твой акцент заразителен.

— Ну ишшвини.

* * *

Помятый Гарибальди не придумал ничего лучше, чем утопить свое горе в бутылке. Изрядно поддатого Майкла изловить оказалось несложно. Собственно, его кто-то из сидящих в баре типов и сдал. Так что взяли его, как говорится, тепленьким.

— Мистер Гарибальди, признавайтесь, это вам зачтется. Расскажите о своих нанимателях, сообщниках…

— Лиана, хватит нести чушь, ты же знаешь, что я невиновен.

— Но все улики против тебя, Майкл.

— Ты ищешь не там, это твое желание отомстить затмило тебе глаза. Ты хочешь крови. Если бы я только мог, я бы не раздумывая поменялся местами с твоим отцом. Но я не могу.

— Прошу прощения.

— Что вам, Велч?

— По приказу командора я осмотрел каюту докера, что указал на шефа, и вот что там обнаружил.

— Символика Земной Гвардии? — вскинула брови Крамер.

— Не только, еще брошюры и другие материалы. Похоже, он активно занимался пропагандой, мэм.

— Вы свободны, Велч.

— Земная Гвардия, ну конечно, президент же собирается убрать препоны для инопланетян, а это для них как кость в горле.

— Допустим, но почему умирающий обвинил тебя?

— Я его пару раз ловил — ничего серьезного, доказательств не было, но сама понимаешь…

— И все же, это не объясняет, как в твоей каюте оказались дукаты, да и остальные улики.

— Мне их подбросили.

— Вот только никто не знал, что Нолан перед смертью укажет на тебя. Свидетелями были ты, я, доктор Франклин и командор Синклер.

— Ты забыла про Каттера.

— Это мой помощник, один из лучших офицеров, он проверен вдоль и поперек, иначе его бы не допустили работать в службе безопасности президента.

— К любому можно подобрать ключик, Лиана. Деньги, шантаж, да просто переубедить или заставить. То же телепатическое внушение, например. И ведь именно он занимался обыском в моем кабинете и каюте. Где он сейчас?

— Проверяет доки Кобра, новая эскадрилья должна вылететь для церемонии передачи.

— Лиана, ты должна проверить лично. Если я прав, если доки заминированы…

— Хорошо, я проверю. А ты пока посидишь тут под арестом. За мной, — махнула она рукой своим людям, решительно покидая комнату допросов.

* * *

«В финале своей речи президент Сантьяго пригласил все инопланетные правительства к более тесному сотрудничеству с Землей, а теперь к…» — что там еще случилось и где, Гарибальди не интересовало, несмотря на побои он решил не отлеживаться, хоть доктор и собирался прописать ему постельный режим на пару дней. Служба была для Майкла смыслом жизни.

— А, мой друг Гарибальди, — обрадовался Лондо, — как ваше самочувствие?

— Бывало и лучше, посол. Я хотел сказать вам спасибо.

— Ну что вы, Майкл, такие как мы должны помогать друг другу. В конце концов, возможно, мне это зачтется там, на суде богов, когда я перед ними предстану. Но! Спешить не стоит! — сменил тон Молари.

— Да уж, лучше не торопиться.

— Кстати, мистер Гарибальди, не ссудите ли вы мне пару кредитов, а то я нынче обделен милостью светлоокой.

— Что, Иллариус отвернулась?

— Увы, друг мой, увы, очень ветреная богиня.

— Что ж, командор был щедр и выписал мне небольшую премию. Так что я готов вернуть вам свой долг.

— О-о-отлично! Составите компанию?

— Увы, но я на службе, так что играть мне запрещено. Да и вне службы не рекомендовано.

— Как знаете, Майкл.

Проводив взглядом воодушевленного Лондо, поспешившего к игровым столам, Гарибальди лишь хмыкнул, улыбаясь. Как же хорошо вернуться.

— Поражаюсь я землянам, совсем они своего правителя не ценят, — привлек внимание прохаживающегося Майкла знакомый голос.

— Вшшего шшетыре ишштребителя.

— Да какой он правитель, ик, так, пять лет на посту сидит, а если, ик, повезет, то десять. Ты лучше скажи, ик, что там с банком Лиги будет?

— Мы за его сохранение выступаем, остальные тоже вроде не против, слишком уж удобно в ли расчеты вести.

— Мошшешь не перешшивать за инвишштишшии, Вир.

— Это хорошо, а то, ик, мне такое мизерное содержание выделяют. Ладно еще, живу на полном обеспечении.

— Мне вон вообшше не платят, и нишшего.

— Ты здоровенный, можешь в подпольных боях выступать или еще как-нибудь выкрутиться.

— Запрешшено мне, — выразительно шевельнул верхней левой лапой зерг.

— А ты головой работай или хвостом.

— Думаешш? Шшпрошу пошшла.

— Может, нам каким-нибудь бизнесом заняться, ну, с землянами, ик, например. Слышали же их президента.

— Безделушшки?

— Могу помочь с товаром. Только остальное сами организовывайте.

— Я займусь, ик, всегда хотел открыть лавочку с сувенирами.

— А я шшветы люблю.

— Есть? — толкнул в бок зерга Вир.

— Нюшшать, они рашшные, приятно. Ешшть тошше мошшно. Вшше равно шше портятьшша, не выбрашшивать шше.

— Опять ты что-то с голосовым аппартом мудришь. Шланг ползучий.

— От пушшного комка шшлышу.

— Цветы хорошо, ик, — глубокомысленно заметил Вир, покидая компанию.

— Вшшегда он раньшше времени ушшодит, — вздохнул зерг, приподнимая голову приятеля.

— И всегда ты ему салат под мордочку суешь, — кивнул мши, передавая тарелку с зеленью.

— Машшку делаю, полешшно для лишша.

— А, так это ты о нем так заботишься?

— Конешшно, он шше нашш друг.

— Ага.

Глава 30. Е2-4 Е7-5? Не, чапаевки!

Вот ведь, только у меня забрезжили отблески света понимания, только-только за кончик ниточки ухватился, и на тебе. На станцию прилетел не кто иной, как Морден. Пришлось отвлечься и потерять из-за этого мысль. Паршиво, очень и очень паршиво, но что поделать. Не оставлять же такое событие без присмотра. И так уже много чего пропустил. Это надо же, докеры забастовку устроили, на станции чрезвычайное положение вводили, а Шушшик совместно с Виром и при поддержке Лоуча цветочно-сувенирную лавочку открыл. Да и просто август месяц по земному календарю наступить успел. Что-то я совсем в себя ушел с этим трансом познавательным.

Просмотрел быстренько воспоминания участников и агентов, забавно. Особенно как Лондо на Вира орал, за то, что тот Г’Кару цветок Г’Кван Эт продал. Впрочем, бизнесмены молодцы — сообразили, что нарн в безвыходном положении и вот-вот лицо потеряет. Подсуетились, и весь свой бизнес разом окупили. Полсотни тысяч кредитов за ритуальный цветочек. Я аж гордость за них испытал. Командор тоже порадовал, это надо же было воспользоваться чрезвычайными полномочиями, чтобы заложенные в бюджете деньги потратить на обновление оборудования и улучшения условий труда докеров. У сенаторов и комитета по труду от такого поголовный ступор случился. А ведь денежки-то на укрепление военной мощи станции планировались. Похоже, прознал Синклер, что минбарцы на его кандидатуре упорно настаивали, и вообще, он тут едва ли не неприкосновенный. Впрочем, давно пора было ему станцией заняться. А то он невесть чем мается, эпизодически геройствуя.

Разделение Лиги Миров шло нормально. Где нужно, бюрократы и привлеченные ими кадры песочку подсыпали, чтобы трений-скрипов организовать, где следует — маслица подлили. Банк наш странный устоял, а чего бы ему не устоять, когда всем при нем удобней и проще жить. Деловые связи отчасти оборвались, отчасти заново связались, а некоторые расы даже в сторону Земли повернулись. Не зря президент Сантьяго бегал и суетился. Удалось ему добиться нескольких межправительственных договоров и пересмотра кое-каких контактов. Хм, может он и Синклера наскипидарил? Нет, скорее — просто вдохновил. В любом случае, тому пошло на пользу.

Это раньше командор мог особо не напрягаться. А теперь пришлось ему подключаться к делам всерьез. Транспортов, конечно, нынче меньше к станции летает, но куда заметней просели доходы. Доля более дешевых и простых товаров возросла. Пришлось снижать транзитные пошлины, в противном случае могло и совсем нехорошо получиться. Квалифицированные инопланетные кадры тоже, в массе своей, оставили Вавилон. Чего им тут делать? Совет Миров собственную базу себе отстроил и предложения поработать разослал. Собственно, забастовка докеров и была вызвана аварией в которой один из них погиб. Причиной же стала неисправность оборудования, поставщики некачественные чипы продали, и ведь цена-то там была не настолько и меньше, но вот польстилось на нее руководство. Очень показательно.

Сейчас-то уже понемногу все стабилизируется. Те деньги, что Синклер бросил на модернизацию и профилактику, да привлечение новых кадров, изрядно выправили ситуацию. Иванова с командой графики составили и транспортные потоки разрулили. Накладки и нестыковки, понятное дело, есть, так они у всех есть. Особенности межзвездных перелетов и гиперпространственной навигации. Все же, там свои, условно говоря, течения, что сказывается на сроках.

Роспуск Корпуса Мира породил всплеск пиратства. Вот никак не могут разумные без легкой наживы обойтись. Не понимаю я их. Может, все дело в продолжительности жизни? Ведь если честно трудиться, так и пожить толком некогда будет. Обеспеченная старость — конечно, хорошо, да вот только большинство желает обеспеченную молодость. Только и остается, что вздыхать, да хвост задумчиво покусывать.

Ах да, у нас же тут посол Кош отчалил, собственно, чуть ли не сразу после нашего памятного общения и улетел. Давно уже его что-то на станции нет. Ладно, вернется, куда он с подводной лодки, галактикой именуемой, денется. Хм, а может, все ворлоны дружно упакуют чемоданы и отчалят? Эх, мечты-мечты, увы, не все так просто.

* * *

— Мистер Рино, наконец-то! — обрадовался Молари, ожидающий землянина.

— Прошу прощения, посол, я должен был убедиться в вашей честности.

— Ну и как? Убедились?

— Деньги поступили на мой счет, все в порядке. Прошу, ваш заказ, — протянул человек довольно крупную шкатулку.

— Прекрасно, оно прекрасно, — в восхищении пробормотал Лондо, заглянув под крышку.

— Что ж, я рад что сумел удовлетворить ваш запрос. Неплохие драгоценности.

— Это не драгоценности, мистер Рино. Нет, совсем не драгоценности, — покачал головой Молари, закрыв шкатулку. — Это Око, один из древнейших символов власти Императоров Великой Центаврианской Республики. Оно было утеряно больше сотни лет назад, во время сражения у Нашок…

— Посол, — прервал Молари землянин, — я знаю историю. Моя работа — находить утерянное. Людей, предметы, информацию, артефакты — неважно, что именно. Лишь бы платили.

— Да за те деньги, что вам заплатило мое правительство, можно было планету купить.

— Что ж, значит, Око для них ценней, — пожал плечами землянин. — Всего доброго, посол.

В плане художественной ценности лично мне Око казалось весьма малопривлекательным, хотя учитывая его номинальную стоимость, сложно не впечатлиться безделушкой. Впрочем, это действительно в первую очередь символ, а они порой цены не имеют. С учетом творящегося на Центавре — очень своевременное приобретение. Подозрительно своевременное. Особенно если обратить внимание на одного неприметного хлыща за барной стойкой. Тоже, кстати, забавный момент. Морден сидит, а парочка Теней, его сопровождающая, с ноги на ногу перетаптываются. Забавно.

* * *

Г’Кар был раздражен: в развале Лиги он видел шанс для своей родины возвыситься, но результаты его трудов были не столь значительны, как хотелось бы. Еще и проводимый зергами проект очистки атмосферы родной планеты породил череду ураганов и стихийных бедствий. Конечно, о них предупреждали, рекомендовали снизить темпы разработки недр, но разве мог Режим Нарна пойти на это, ведь им требовалось как можно скорее построить могучий флот.

Свернув за угол, посол увидел своего недруга, идущего к лифту с другого конца коридора. Лондо был отвратительно весел и доволен жизнью. Г’Кар даже развернулся, чтобы уйти, но мысль о том, что он бежит от врага, его остановила. Обругав себя за мгновение слабости, нарн решительно направился к стоящему возле лифта центаврианину. Подошел он в тот момент, когда Молари нажал кнопку вызова.

— Посол, — кивнул Молари.

— Посол, — ответил Г’Кар нажимая сенсор вызова.

— Я же уже нажал кнопку, — сказал Молари через голову стоящего между нарном и центаврианином человека.

— А я нажал ее еще раз.

— Я слышал, что из-за стихийных бедствий в вашем мире начался голод, и вы сорвали сроки очистки атмосферы. Сочувствую.

— Все из-за того, что вы безжалостно выкачивали наши недра, — рявкнул Г’Кар в лицо послу, а заодно, и в ухо человеку.

— Мы?! Да вы сами безжалостно уничтожаете свой мир, безудержно эксплуатируя его недра!

— Нам необходимо построить мощный военный флот для собственной безопасности!

В этот момент приехал лифт, и напуганный землянин мышкой проскользнул в раскрывающиеся створки.

— От кого вам защищаться?! Вы сами — агрессивные варвары!

— От таких, как вы! Мы не порабощаем миры силой!

— Наглая ложь!

Увлекшиеся руганью послы услышали звук захлопнувшихся створок.

— Вот, что вы наделали! — проорали они хором друг на друга, синхронно плюнули друг другу под ноги и, развернувшись, направились в противоположные стороны.

* * *

Лишь в своих апартаментах, хлебнув крепчайшего земного виски, Г’Кар смог успокоиться и вернуть ясность мыслям. Краткая молитва, в сочетании с правильным дыханием и возжиганием благовоний, окончательно привела его в порядок. Посол не был особо религиозен, но как последователь учения Г’Квана, был по должности обязан выполнять все положенные ритуалы и процедуры. Когда делаешь что-то постоянно, с полной самоотдачей, это въедается в плоть и кровь, становится частью тебя. Ощутив душевный подъем, Г’Кар решил заняться делами.

— Здравствуйте, посол, — улыбнулся вошедший точно в назначенное время посетитель, — меня зовут Морден.

— Да-да, я в курсе, читал рекомендательное письмо советника первого круга Т’Бара. Он санкционировал нашу беседу и просил быть с вами как можно более откровенным. Признаться, меня это удивило. Итак, что вы хотели?

— Всего лишь задать вопрос.

— Я слушаю, — чуть скривился от такого начала посол.

— Что вы хотите?

— В смысле?

— В прямом. Что вы хотите?

— Бессмыслица. Что я хочу — что? Что я хочу на ужин? Что я хочу сделать вечером? Что я хочу вообще?

— Что вы хотите?

— Я хочу, чтобы вы убрались! — рявкнул Г’Кар, усомнившийся в здравости рассудка посетителя.

— Это правда ваше желание?

— Да.

— Как пожелаете, посол, — поклонился землянин, приложив кулаки к груди.

— Постойте, — сам не зная почему окликнул гостя нарн, которому вспомнился недавний конфликт с Молари, видимо, глаз зацепился за початую бутылку, стоящую в баре, или еще что-то. — Я хочу смерти центавриан. Хочу высосать их мозги, погасить светило, отравить их землю, размолоть черепа в порошок!

— И что потом?

— Не знаю, — как-то, этот вопрос Г’Кар, да и любой другой нарн, обычно не задавал, уж не в отношении центавриан, точно. — Я хочу безопасности и процветания для моего мира. Остальное не имеет значения.

— Спасибо за уделенное время, — еще раз поклонился Морден и покинул посла.

«О, вселенная», — фыркнул нарн, запрокинув голову, нет, определенно, сегодня с него хватит. Поработает с бумагами. Пусть это скучно и нудно, но надо же и ими когда-то заниматься. Все лучше, чем отвечать на вопросы сумасшедших.

* * *

Для доставки на родину утраченной реликвии на Вавилон аж целый лорд прилетел, с парочкой гвардейцев и теткой впридачу. Зачем он взял с собой леди Ладиру, не знаю, но спасибо ему. Столь редкий экземпляр, как пророчица — ну как тут было удержаться? Надо признать, про них я как-то подзабыл. Впрочем, неудивительно, ведь наиболее ярко они проявляются именно среди центавриан, да и там их по щупальцам пересчитать можно. Редкие, очень редкие экземпляры, да еще и хорошо спрятанные и тщательно охраняемые. Ни один из наших внедренцев до сих пор не смог получить образцы. А тут — прямо на блюдечке, да чуть ли не с голубой каемочкой.

Впрочем, этот лорд Кира считал свою тетку шарлатанкой. Бывает и такое, но я-то знал, что она истинная. Было в ней нечто… даже сложно описать, особенное. Чувствовалось что-то, отдаленно схожее с тем, что было у Айронхарта. Словно бы она крошечной частичкой своей ауры находится не здесь, а за гранью. Определенно, кислота из носу, но нам нужны образцы тканей. Это к Джейсону было не подступиться, а тут — да сколько угодно. Вот пока Морден по послам шастает, а Молари с гостем культурно отдыхают, займемся дамой. Она как раз на экскурсию отправилась. Экскурсоводом, понятное дело, выступил Вир. А кто же еще-то?

— Миледи, позвольте представить вам моего хорошего друга и компаньона, помощника посла зергов Шушшика. Шушшик, позволь познакомить тебя с леди Ладирой, тетей лорда Кира.

— Шдрашштвуйте, леди Ладира, — поклонился зерг.

— Здравствуйте, мистер Шушшик. Я правильно признесла ваше имя?

— Да, вшше правильно. Я вашш не пугаю? Прошшто мой внешшний вид…

— Все в порядке, не волнуйтесь. Мне, наоборот, любопытно. Я редко покидаю свои покои, а уж путешествия…

— Новые шшнания и впешшатления ошшень вашшны. Без них мошшно ошштановитьшша в рашшвитии.

— Да, вы правы. Это ведь ваш магазинчик?

— Не шовшем, я владею лишь цветошшной чашштью. Вот, прошшу вашш, вошшмите, — протянул зерг ловко вытащенный из витрины цветок. — Он не шштоль крашшив как вы, леди, но приятно пашнет и вешьма вкушен.

— Вы очень галантны, спасибо, — польщенно улыбнулась Ладира, которой и в юности-то не часто дарили цветы.

— Штоль великолепной даме белое к лишу, — изобразил куртуазный поклон зерг, отчего, правда, пара посетителей за сердце схватилось, уж больно близко с их головами оказались лапы-клинки.

— Ха-ха-ха, — искренне расхохоталась леди, — вы ведь знаете, что белый у нас это цвет траура?

— Но вышше в нем вшше равно великолепны!

— Да, он мне действительно идет. Жаль, что никто не делает мне больше предложений.

— Шошувштвую. На шшентавре шовшем законшились мушшины.

— Да нет, есть еще, — улыбнулась Ладира.

— Но вы ведь над этим шшаботаете? — склонил голову набок зерг.

— Увы, возраст.

— Чушш! Вы ше прекрашшны! Што могут дать шамцу молодые и глупые шамки?

— Наследников, — вздохнула леди.

— Их дашт любая налошница, — отмахнулся зерг, — понимание, любовь, поддершшка, мудрошшть, наконешш!

— Быть может, вы и правы.

— Вы шнакомитешь шо штанцией?

— Да, Вир проводит для меня экскурсию.

— Он прекрашный друг, но шкашу вам по шекрету, паршивый экшкуршовод. Ведь он ваш прошто водит по рашным отшекам?

— Да, это любопытно, но не совсем то, чего бы мне хотелось.

— Обшшение, я ваш прекрашно понимаю. Шеншины любят ушами.

— Вы разбираетесь в женщинах? — ехидно улыбнулась Ладира.

— Теоретишшешки. Но выше дадите мне парошку шоветов?

— Дам, — кивнула леди. — Если вы составите нам компанию.

— Конешшно. Шшелание дамы шшакон, — щегольнул знаниями идиом зерг. — Вир, шакрой рот, у тебя прекрашные гланды, но шашем их всем покашывать.

— А? — захлопал глазами экскурсовод, давно уже выпавший из реальности: флиртующий зерг, это было слишком даже для него.

— Вы бы еще каблуками прищелкнули, — улыбнулась леди Ладира, вкладывая руку в предложенную лапу.

— Лучше не надо! — тут же встрял Вир, вспоминая, что прищелкнуть хвостом Шушшик может, да еще как.

— Были прецеденты? — улыбнулась леди, которую совсем не напрягала компания змееподобного монстра, наоборот, с ним было как-то спокойно, словно на коленях у отца оказалась. Будто вернулись те времена, когда у нее еще не пробудился дар, и она снова могла смотреть на мир столько и так, как хотела.

— Шшлучалошшь, — потупился зерг.

Что ж, ставка на женское любопытство оправдалась даже лучше, чем ожидалось. Единственное, что пришлось сделать — подавить первый страх перед внешностью зерга. Собственно, тут даже не столько я вмешался, сколько сам Шушшик справился. Интересный момент, похоже, тень моего присутствия экранировала, ну, хм, пусть будет третий глаз. В общем, способности чувствовать, а порой и видеть развилки и вероятности будущего у леди Ладиры отшибло напрочь. Чему та была жутко рада. Она даже внешне изменилась. Перестала походить на чокнутую с вечно блуждающим взглядом, смотрящим куда-то мимо собеседника и одновременно внутрь себя. Довольно напрягающие, скажем прямо, глаза у нее были. Пугающие и пробирающие до костей. Какой там мороз по коже, сразу ледниковый период, не меньше. Пока я был с ней рядом, взгляд у нее стал обычным, разве что удивленно-любопытным. Тяжело это, наверно, смотреть на все «боковым зрением». Чуть проявишь интерес и тебя лавиной образов и видений накрывает. Брр.

Со взятием образцов проблем не возникло. Там бокал, из которого пила леди, пропал, тут пальчик о цветок уколола, и Шушшик тут же колючки убрал, здесь запнулась, и галантный зерг поддержал. В общем, нам для создания клона хватит. Тем более, что центавриане у нас прекрасно изучены, пожалуй, можно даже не заниматься полноценным выращиванием, а сразу нужные пси-ткани получить, для изучения их хватит. Все же вариативность мутаций настолько велика, что проще собирать и изучать успешные образцы в «живой природе», чем самим что-то создавать. Нет, мы создаем, конечно, даже некоторые интересные результаты получаем, да только больно много на это уходит времени. Просто потому, что нет возможности толком спрогнозировать, какие свойства и особенности получатся, если сделать вот так или эдак.

* * *

— Мне известно, что вы недавно беседовали с послом Г’Каром, — склонила голову чуть на бок Делен, оценивая собранную ей конструкцию, — вы каждому из нас задаете этот вопрос?

— Возможно, но разве это меняет суть вопроса?

— Нет, но мне интересно… — тут Делен запнулась, ее словно стужей обдало, а на лбу проявилась татуировка члена серого совета. Треугольник серебристого цвета был не просто ритуальным символом, он состоял из нанороботов, настолько сложных, что за тысячелетие их так и не смогли повторить, лишь приблизиться, но все же не повторить дар изначальных.

Прикрыв ладонью лоб, она обернулась к посетителю, с ужасом увидев его совершенно безликим черным силуэтом.

— Что с вами? — встревожился Морден. — Вам плохо?

— Уходите! — отступила на шаг назад Делен. — Немедленно оставьте меня!

— Как пожелаете, — посланец Теней был удивлен, но виду не подал, да и не рассчитывали его хозяева всерьез на минбарцев, так, для галочки. — Всего доброго, — откланялся Морден.

«Они здесь», — прошептала Делен, обессилено садясь прямо на пол, как только заблокировала дверь в каюту. Ей потребовалось не меньше десятка минут, чтобы прийти в себя и начать обдумывать свои действия. Кош, она должна отправить сообщение ворлонцам и совету. «Хватит сидеть, за дело», — скомандовала себе Делен, вставая.

* * *

Лорд Киро вздохнул, убрал Око в шкатулку, бросил печальный взгляд на реликвию и захлопнул крышку. Приняв из рук Молари бокал с бивари, он сделал небольшой глоток, покатал напиток по языку, посмаковав его вкус, и наконец решился начать разговор. Прощупать посла.

— Многое меняется дома, — начал он издалека, — Император стар, у него нет наследников.

— Это печально, — кивнул Лондо.

— Он уже год не появлялся на публике, за него правит премьер-министр. Сенат все больше теряет доверие, именно поэтому они так настойчиво искали Око, ведь это символ высшей власти.

— А ведь Око принадлежит моей семье, моему дому, Лондо, — помолчав, продолжил Киро. — Почему я должен отдавать его? Скажите мне, Молари. Почему я не могу предъявить его и…

— Вы можете попытаться, вот только без поддержки это будет самоубийством, — прервал лорда посол.

— Вы правы, правы, — вздохнул Киро, и взгляд его потух, — пожалуй, я оставлю Око у вас. Боюсь, иначе не смогу удержаться.

— Сейчас не старые добрые времена, лорд Киро, — печально сказал Молари.

— Да, и очень жаль, — ответил с болью в голосе лорд.

Остановившись у двери, он все же обернулся к Лондо.

— Когда же мы все потеряли, Молари? Когда?

— Не знаю, — Лондо был поражен тем, с каким надрывом говорил собеседник, но он и сам разделял мысли и чувства Киро. — Не знаю, — опрокинул остатки бивари в рот посол, подумывая, а не напиться ли ему прямо сейчас?

* * *

Распоясавшиеся пираты атаковали транспорт «Ахиллес» в квадрате эпсилон, едва ли не по соседству с Вавилоном. Естественно, получившая сигнал о помощи станция не могла не отправить на выручку эскадрилью. Впрочем, Синклер был опытным командиром с изрядно развитой интуицией. Он быстро понял, что это ловушка пиратов, которые решили провести отвлекающий маневр. Мало того, что на подвергшемся нападению судне не было ничего ценного, так рейдеры еще и дали деру, как только засекли появление истребителей.

Пираты меня мало волновали, надо будет — раскатаем и не заметим. Куда важней, что прилетел корабль посла Коша! Естественно, с ним самим на борту. Было забавно смотреть, как Морден ломится в боковой коридор в попытке избежать встречи с ним. Кош проплыл мимо, то ли действительно не заметив, то ли сделав вид. Скорее всего, все же первое. Бежал наш джентльмен довольно резво. Может, оттого, что в тот момент его всего лишь один телохранитель сопровождал? Не исключено. Второй у нас тут в хакера играет, и довольно успешно, надо заметить.

Земные системы, вообще-то, как минимум пять рас взломали. И еще с десяток частично справились. Вот только и люди не полные идиоты, у них на деле аж целых три контура имеется. Оригинальная такая матрешка, отчасти тут даже есть элемент распределенности. А уж как дезинформацию сливают ловко, прям любо-дорого посмотреть. До внутреннего, так сказать, основного кластера, никто кроме мши, теней и минбарцев не добрался. Что, в принципе, довольно показательно. Там, где не хватило знаний и подвели технические возможности, там земляне хитростью обошлись. Молодцы, нечего сказать.

Лондо связался с лордом Киро, тот сообщил что ждет его с Оком, они улетают на родину. Молари обрадовал «курьера», что им навстречу выслали боевой корабль, так что, мол, не волнуйтесь вас будут надежно охранять. В ответ его сдержанно поблагодарили. Вот и хорошо, где там мои шарики-вкусняшки, будем смотреть любительский театр.

* * *

— Посол! — окликнул целеустремленно шагающего Молари мистер Морден.

— Я занят.

— Но, посол…

— Запишитесь на прием, а сейчас оставьте меня.

— Я уже записался.

— Так сделайте это еще раз!

— Но…

— Что вы хотите? Вечно этих лифтов не дождешься.

— Забавно, но именно это я и хотел спросить у вас.

— Вы что, сумасшедший? Приставайте со своими глупостями к кому-нибудь еще! Наконец-то, — чуть ли не прыжком заскочил в лифт Молари.

— И все же, — Морден проявил не меньшую прыть, — что вы хотите, посол?

— Чтобы вы от меня наконец-то отстали! — проорал раздраженный Лондо, выходя на нужной палубе.

— Это ваше истинное желание? — насмешливо проронил Морден ему в спину.

— Ладно, ваша взяла, — остановился тот, разворачиваясь к настырному человечку. — Я хочу, чтобы мой народ занял подобающие место в галактике. Я хочу, чтобы Центавр, как прежде, стал повелителем миров. Я хочу, чтобы вернулись его слава и величие! Я не хочу быть центаврианином, который вечно всюду не успевает. Которому страшно оглянуться назад или заглянуть вперед. Я хочу, чтобы было все как прежде, хочу, чтобы вернулись прежние времена. Вы получили ответ на свой вопрос?

— Да, — серьезно кинул Морден, — получил.

Махнувший рукой — то ли послал подальше, то ли попрощался — Молари поспешил на встречу с лордом. Тот уже был готов к вылету. Упакованные чемоданы леди ждали, когда сильные руки гвардейцев отнесут их на корабль. Сама пророчица была задумчива и потеряна, впрочем, на это никто не обращал внимания.

— Что ж, идемте, — кивнул Киро, беря шкатулку с Оком.

— Позволите проводить вас?

— Конечно, посол.

Вот только далеко уйти центаврианам не дали. Рядом с доком на них напали. Гвардейцы, чьи руки были заняты, не успели ничего сделать. Но даже будь они готовы, шансов отбиться у них все равно бы не было. Численное преимущество, да еще и эффект внезапности, были на стороне нападавших. Реальность — не кино, при выстреле в спину тут умирают, просто и бесхитростно.

— Уберите этих, — распорядился главарь. — А вы не дергайтесь. Сейчас спокойно идем на ваш корабль и взлетаем. Все ясно? — ткнул он пистолетом в живот лорду.

— Д-да, п-предельно.

— Вот и хорошо, пошли.

* * *

Видимо, командору на роду написано влипать в неприятности. Обдумать, что ли, на досуге такие эфемерные вещи как рок, фатум, судьба и прочее? Или не тратить время на ерунду? Нет, все же не стоит. И так есть чем заняться. Наблюдение за тенями неплохо так пополнило банки данных, а ведь мне в них еще копаться и копаться, обдумывать и обдумывать. Как бы то ни было, но Синклер спугнул главаря и тот, взяв в заложники лорда, потребовал, чтобы ему не мешали и дали свободно улететь. Выбора особого у командора не было, и тот согласился. Правда, как только за похитителями закрылась дверь шлюза, он немедленно приказал блокировать зону перехода и поднимать эскадрилью.

Такой гадости от Синклера не ждали, но все же форс-мажор предусмотрели. Собственно, ради него часть сил прикрытия станции и выманивали. Появление пиратского носителя, достаточно большого и продвинутого технологически, чтобы открывать собственные зоны перехода, да еще и сходу запустившего рейдеров, стало неприятным сюрпризом для командования Вавилона. Хуже было бы, окажись судно военным. Тогда все могло бы стать куда серьезней. В общем, у станции закипел бой, а захваченный центаврианский челнок направился к прибывшему кораблю.

* * *

— Говорит Альфа-лидер, меняем курс, идем на перехват.

— Бета принял.

— Гамма принял.

— Дельта принял.

* * *

— Доклад! — выпалил запыхавшийся Синклер, врываясь в рубку.

— Эскадрилья идет на перехват, защитные системы приведены в полную боеготовность, защитные переборки подняты, СБ эвакуирует население в убежища.

— Противник?

— Имеет значительное численное преимущество, другие эскадрильи готовятся к запуску. Иванова на подходе.

— Нужно лишь немного продержаться, тяжелого вооружения у них нет, мы прервали канал поставок от нарнов.

— Внимание, контакт с противником.

* * *

— Открыть огонь, разобьем их строй.

— Есть.

Две волны юрких машин, поливая друг друга импульсами из орудий, разошлись на контркурсах. Вот только земные истребители были куда маневренней, их крестовидная конструкция с вынесенными двигателями позволила им быстро развернуться и использовать маршевые для торможения, при этом еще и обстреливая неприятеля. Пираты понесли первые потери, тогда как защитники станции отделались лишь повреждениями. Все же рейдер — это не то судно, на котором стоит выступать против боевых кораблей.

— Противник форсировал двигатели, они рвутся к станции.

— Проклятье, они отвлекают нас от корабля. Форсаж, преследуем.

— Понял.

— Есть.

— Выполняем.

* * *

— Враг прорвался, наши на хвосте.

— До входа в зону уверенного поражения минута.

— Связь.

— Готово.

— Майкл, разойдитесь, мы поставим завесу.

— Понял.

* * *

Вавилон-5 был детищем противоречивых устремлений. С одной стороны, его начинали строить как дипломатическую станцию и видели в этом его основное предназначение. С другой же, на стройке ежедневно наблюдали тот объем грузового трафика, что проходил через висящую рядом базу Лиги, тогда в сенате возобладала новая концепция, порожденная жадностью, и станцию начали переделывать под коммерческий космопорт. И конечно же, военные не могли остаться в стороне. В результате Вавилон получился той еще помесью ужа с ежом. Теперь этот гибрид проходил свое первое боевое крещение. Десятки орудий наполнили пространство тысячами выстрелов. Тяжелого вооружения у командора не было, все же станция считалась нейтральной, да и располагалась в квадранте с особым статусом, впрочем, ему и не по крейсерам стрелять приходилось.

— Эффективность?

— Минимальная, два рейдера уничтожено и три повреждено.

— Старье, а не система наведения.

— Такие еще в начале минбарской использовались.

— Спасибо я в курсе. Что с накопителями?

— Минута, сэр.

* * *

— Так, парни, наши отстрелялись, вперед.

— Есть.

Догнать пиратов удалось лишь на подлете к станции. Впрочем, так вышло даже лучше. Вновь заработавшие орудия Вавилона, на этот раз бьющие точнее и по конкретным целям, позволили взять врага в своеобразные клещи. Конечно, время интенсивного огневого воздействия было минимально, но и это позволило проредить врага. Увы, не столько уничтожить, сколько повредить, впрочем, и это было неплохо.

* * *

— Я горю! Горю!

— Альфа-6, катапультируйся!!!

— Это Дельта-9, не могу оторваться, меня зажимают, требуется помощь!

— Блоху делай!

— Понял!

Преследуемый рейдером истребитель форсировал маневровые на нижних двигателях, задействовав фронтальные. Пилот аж застонал от навалившихся перегрузок, но его юркая машинка не просто резко сбросила скорость, но еще и подпрыгнула, уходя из прицела. Не ожидавший такого фокуса пират, почти уверенный что вот-вот достанет врага, не успел отреагировать. Получивший секунду на разворот истребитель крутанулся, использовав разнонаправленные импульсы, и всадил длинную очередь прямо в кабину преследователя.

— Да, я его сделал!

— Отставить ор.

— Молодец.

* * *

— Иванова на подходе.

— Понял. Майкл, гоните их к хвосту. Батареям, прекратить огонь, заряжаем конденсаторы.

— Есть.

— Тридцать секунд.

* * *

Станция мелко вздрагивала от залпов орудий и попаданий. Звук тревоги, периодически прерываемый сообщениями о необходимости срочно проследовать в убежища, также не добавлял спокойствия обитателям. Надо отдать должное персоналу станции, они умело пресекали панику и направляли гражданских в специальные бронированные капсулы с индивидуальной системой жизнеобеспечения. Конечно, дойди дело до полного разрушения Вавилона, вряд ли они бы этим кого-то спасли, но в менее критичных случаях уцелеть и дождаться помощи в убежище было вполне возможно.

— Леди Ладира, шшто вы тут шштоите, вам нушшно быть в убешшище.

— А? — очнулась от накативших видений пророчица. — Шушшик, — слабо улыбнулась она зергу.

— Прошшу, шшледуйте шша мной.

— Да, конечно, а куда мы идем?

— В нашше убешшище, оно надешшней земных.

— Стойте, я… я вижу, вижу! — схватилась Ладира за голову.

— Леди, нам шштоит пошшпешшить.

— Вы должны действовать! Грубо! Жестко! Сейчас же! Сегодня же! — из носа пророчицы потекла кровь и она начала оседать на палубу.

— Нишшего не понял, — пробормотал Шушшик, подхватив лишившуюся сознания Ладиру, и поспешил к ближайшему лифту. Ему нужно было срочно попасть на свой уровень.

* * *

— Капитан, корабль с лордом на подходе, земляне его уже не достанут.

— Отзывай парней, мы и так потеряли слишком многих.

— Понял, босс.

— Гнездо на связи, возвращайтесь.

— Давно пора.

— Надеюсь, это будет оплачено.

— Не сомневайся.

* * *

— Они бегут!

— Далеко не убегут, — оскалился Гарибальди.

Из врат гиперперехода появилась эскадрилья Ивановой. Пираты, чьи сверхпроводящие батареи были изрядно разряжены, предпочли воспользоваться молчанием орудий станции и, используя ее как прикрытие, увильнуть. Вот только именно на это и был расчет Синклера. Две эскадрильи фактически исполнили роль загонщиков, заставив врага убегать через наиболее простреливаемый Вавилоном сектор.

— Командор, я иду на их флагман.

— Отставить, мы фиксируем возмущение поля, они открывают воронку перехода. Вас может достать обратным всплеском.

— Поняла. Идем на базу.

* * *

Под шумок боя прошла довольно интересная встреча. Кош, все это время, очевидно, искавший конкурентов по воспитательному процессу молодых рас, таки нашел их. Вот только Морден в этот раз никуда бежать и прятаться не стал. Он вполне себе целенаправленно шагал в сторону посла. Причем не один, далеко не один. Впрочем, один-то он как раз никогда и не остается, с относительно недавних пор.

— Уходите отсюда, они не для вас, прочь, убирайтесь, — выдал Кош, получив в ответ лишь улыбку Мордена.

Собственно, на землянина всем было плевать. Никому этот примат не сдался. Не до него было. Не ему говорилось. Тройка Теней молча рванула бить ворлону морду лица. Тот, похоже, не ожидал подобного. Видимо, всерьез рассчитывал подискутировать, а может, и просто напугать думал. Кто его там поймет. «Где-то я недавно такое уже видел», — хмыкаю мысленно, наблюдая, как трое метелят одного. «Ндям-с, а Гарибальди-то был покрепче», — во всяком случае, он успел почти каждого по разу достать, а этот сразу прилег.

Нет, в принципе, телекинезом одного из призраков он об стенку знатно шмякнул, да только на этом все его успехи и закончились. Если их за таковые вообще счесть можно. Вон как ударенный резво лапками машет. Правильный аргумент — сила. Коша тупо и банально били. Руками и ногами. Первый же добежавший применил таранный удар головой, а дальше попытавшегося выбраться из скафандра посла начали мутузить. «Данных-то сколько», — восхитился я, истекая слюной от объема поступающей информации.

Закончилось все тем, что запинанному обратно в скафандр ворлону посоветовали не бухтеть и вообще не возникать, а то пожалеет. Мол, не нарушай правила, а то зарэжем. Несколько неожиданным оказалось, что распаленных Теней было так легко «услышать». С другой стороны, ясно, чего это Кош так рьяно отказывался помогать. Жить, видимо, сильно хотелось. М-м, а если представить, что вся эта учеба Шеридана в будущем на деле была подготовкой сосуда для частицы себя? Хм, а что, очень даже может быть. Впрочем, ладно, не так уж оно и важно. Главное, как уделать ворлона, случись в этом нужда, теперь вполне понятно.

Достаточно будет повторить те же поля, что в скафандрах теней используются. Они ведь не просто так лупили беднягу, а чем-то вроде силового кулака пользовались. Напрягу своих, пусть пробуют повторить, даже если не выйдет миниатюризация, то и ладно, дубину сделаем, ей тем же мши, поди, и махать сподручней будет. Хм, подарить, что ли, ворлону бластер? Да нет, не поможет. Кош, похоже, вообще не боец, явно ведь растерялся, все силы на телекинез ухнул. Костюмчик у него, опять же, получается, совсем не военный. Вроде как, его сменщик чем-то там таким пулялся. Что ж, пожалуй, осталось лишь дать Мордену разрешение на аудиенцию, и можно снова за разгребание информационных завалов и попытки познания браться.

* * *

— Одиннадцать рейдеров уничтожены, четыре захвачены, сейчас допрашиваем пленных, повреждения станции незначительные, раненых нет, — закончил доклад Гарибальди.

— Что с теми, кто сбежал?

— Половина хоть и ушла своим ходом, но, по сути, металлолом. Только в переплавку и на запчасти. Мы их знатно потрепали, теперь пираты к нам долго не сунутся. Если вообще сумеют восстановить такие потери.

— Это хорошо, а что…

— Да, совсем из головы вылетело. Повреждено защитное одеяние посла Коша, он не говорит, при каких обстоятельствах, лишь просит материалы для починки.

— Предоставь ему все, что запросит. Как наши истребители?

— Подбито три корабля, они сейчас в ремонтном доке. Мы потеряли два истребителя, Джефф. Пилот альфа-6 катапультировался, сейчас он в лазарете, док говорит, все будет хорошо. Дельта-9 погиб. Мне сообщить семье?

— Нет, я сам.

— Его отец на Земле, а сестра в колонии на Марсе. Это все, что нам известно.

— Сколько ему было, Майкл?

— Двадцать пять. Молодой, только из учебки, растерялся, ну и…

* * *

Морден с интересом осматривал приемную посла зергов. Очень странной и необычной расы, чем-то похожей на его хозяев. В принципе, тут не было ничего такого уж необычного кроме, разве что, самих представителей этого вида. Настоящие чудовища и, как он успел выяснить на личном опыте, — жуткие бюрократы. Ему пришлось заполнить дюжину формуляров и чуть ли не предоставить справку из медотсека о состоянии здоровья. Впрочем, анализы с него потребовали. Видите ли, он может покашлять на посла, и тот сляжет, что, понятное дело, неприемлемо. «И вообще, мало ли какую заразу вы занесете», — передразнил он мысленно. Пришлось позволить взять у себя немного крови и подышать в трубочку.

— Вы всех так маринуете?

— Мишштер Морден, вы укашшали, шшто являетесь шшашштным лишшом. Вы укашшали, шшто не предшштавляете шшьих-либо интерешшов. По большшому шшету, вы нам нафиг не нушшны. Так яшшно?

— Предельно.

— Отлишшно, а то, шшнаете ли, много идиотов шшреди вашших. Шшледуйте ша мной.

— А? — затравленно обернулся землянин, когда сразу за ним захлопнулась дверь.

— Шшто?

— Н-нет, ничего.

— Гошшподин пошшол, к вам шшеловек. Пришшашшивайтешшь, — махнул рукой на камень зерг.

— Спасибо, не надо, я только хотел задать вопрос.

— Вы пробовали на него ответить самостоятельно?

— Простите?

— Люди, вы такие… люди в общем, — вздохнул посол, его респиратор изрядно так сипел, что отчего-то напрягало. — Итак, вы пришли ко мне с вопросом, но даже не дали себе труда попытаться ответить на него самостоятельно. Я вас правильно понял?

— Я отвечал.

— И, видимо, неудачно, раз вы тут. Что ж, попробую вам помочь. Спрашивайте.

— Чего вы хотите? — выпалил весьма неуютно ощущающий себя Морден. Еще бы, мы же его чем только не сканируем и как только не просвечиваем. Вдобавок, одного оставили, полностью от сопровождающих экранировав.

— Вы не смогли ответить на такой простой вопрос? Поражен и шокирован.

— Я смог ответить.

— Да-да, ляпнули, поди, про бессмертие, власть, силу, богатство и прочую чушь.

— Чушь?!

— Конечно. Ведь перед тем как спрашивать всякую ерунду наподобие «Чего ты хочешь?» или там «Кто ты?», надо спросить «Зачем?».

— Что, «зачем»?

— Мистер Морден, вы тупой?

— Нет.

— Уверены? — с явно ощутимым скепсисом спросил посол.

— Да.

— Что да? Уверены, что тупой?

— Нет.

— Видите, вы даже не можете определиться, тупой вы или нет, а задаете глобальные вопросы.

— Что вы хотите? — с надрывом повторил свой вопрос Морден, цепляясь за него, как за соломинку.

— Да, вы определенно тупой. Хорошо, давайте я вам объясню.

— Не надо!

— У меня на вас час запланирован, раз уж я все равно включил вас в свое расписание, то мы его потратим. Итак, начнем сначала.

— Пошшол, мошшет шшрашу шш первой кладки?

— Можно и с первой кладки начать.

— Вшшегда любил этот момент.

— Да, я тоже. Так вот. Прародитель, покинув воды…

— … таким образом, перед тем как решать что-либо, мы всегда задаем себе следующий вопрос: «зачем мне это надо». Вы понимаете, мистер Морден?

— …

— Шушшик, потычь его, может, он уже умер.

— Нет! Я вас внимательно слушаю!

— Отлично. Теперь, когда мы разобрались, я, так уж и быть, отвечу на ваш вопрос. Мы хотим развития, лишь борьба дает нам возможность изменяться. Мы многовидовая раса, это особенность нашего мира. Мы хотим стать сильней, лучше, могущественней. Мы хотим достичь идеала. Стать Абсолютом. Ваше время вышло. Всего вам доброго, Шушшик вас проводит.

— Прошшу шшледовать ша мной.

К ужасу Мордена, на выходе он обнаружил парочку зергов, спокойно наводящих порядок, и трех его повелителей, отчищающихся от слизи в уголочке. Вид они имели весьма помятый.

— Шшто, шшлошшные пошшетители?

— Да, очень буйные, хотели без записи и анализов к послу пробраться.

— Швятые шаветы бюрократии нарушшить?!

— Еретики, что с них взять.

Если бы не полностью материальная сущность Теней, не знание, что в каноне их тупо пристрелили центавриане, пусть и из весьма мощных, но все же простых штурмовых бластеров, и не полученные недавно сведения, я бы на конфликт не пошел. Теперь же пройти мимо нас или отнестись, как к рядовой расе-марионетке, они вряд ли смогут. Ставка на землян, в пику ворлонским минбарцам — слишком очевидна. А ведь тени любят подстилать соломку, так почему бы не протянуть им тентаклей помощи?

* * *

— Мистер Лоуч! — окликнул мши оклемавшийся и прошедший доскональную проверку Морден.

— Здравствуйте, вы что-то хотели?

— Да, я хотел бы задать вам вопрос?

— А вы сами на него отвечать пробовали?

— Да!!!

— Ну что вы так кричите, это очень хорошо, что вы уже пытались решить свою проблему. Так я вас внимательно слушаю?

— Что вы хотите?

— Знаний. Моя раса слишком мало живет, мы выработали особые механизмы обмена информацией. Что-то сродни телепатии, но не совсем. Это помогло нам достичь звезд и привело к развитию нашего вида в тех, кем мы являемся сейчас. Мы хотим достичь бессмертия и познать все.

— Вы уверены, что это возможно?

— Конечно же, нет, и в этом вся прелесть. Ведь без такой цели бессмертие становится проклятьем. Все рано или поздно приедается. Даже поиск знаний утомляет, но он тем и хорош, что искать-то можно по разному. Вот вы, сколько разных блюд вы пробовали?

— Э-э-м, ну наверно, где-то сотни две, может, больше.

— Пф, слабак. Вы же старше меня, а я уже отведал две тысячи четыреста восемьдесят три блюда!

— …

— Вот-вот. У вас еще есть вопросы?

— Н-нет, — помотал головой Морден.

— В таком случае, рекомендую вам отведать чего-нибудь нового. Всего добренького, — помахивающий кисточкой на хвосте Лоуч едва ли не вприпрыжку убежал по своим делам. Попутно чуть не врезавшись в одного из хозяев Мордена. Пришлось тому спешно отпрыгивать, и вообще, изрядно изворачиваться.

* * *

Морден сидел в каюте, рядом стояли его стражи и повелители. Им всем было о чем подумать. Как-то слишком много нашлось тех, кто отвечал их интересам, но все они были какие-то не такие. Одним знаний и бессмертия подавай, другим абсолюта достичь хочется, третьи свет веры нести желают, они, кстати, ничего, если бы только их вера не была столь миролюбива, четвертые мечтают править, но для того, чтобы всех осчастливить, пятые хотят с войнами покончить, ради чего готовы всех завоевывать, но только единожды, шестые желают объединить всех в один глобальный вид, психи какие-то, и так далее и тому подобное. Морден с тоской вспоминал, как же просто было с Г’Каром, Лондо и даже с прогнавшей его Делен.

— Думаю, это нужно решать на совете, — внес предложение воспользоваться старой мудростью человечества агент призраков. Стоявшие рядом Тени сочли весьма разумным свалить с больной головы на здоровую, попутно умыв лапы. В конце концов, они лишь часть расы и не могут решать за всех.

— Улетаем.

— И поскорей.

* * *

Пиратский корабль вынырнул в номерной системе за несколько секторов от Вавилона. Требовалось подобрать поврежденные машины, у пилотов заканчивался ресурс систем жизнеобеспечения. Преследования все равно можно было не опасаться. Вектор-то на станции, бесспорно, отследили, да только послать по нему было некого. Сразу — некого, а потом, после смены маршрута в глубоком гипере, и подавно можно было не волноваться о хвосте.

— Вы прекрасно сыграли свою роль.

— Мы не играли, лорд Кира.

— Что?

— Нас много, мы неплохо организованы, но все равно недостаточно сильны, чтобы свергнуть правительство Центавра и посадить на трон вас.

— Но, я давал вам информацию, помогал. У нас договор!

— Был, а передавать нам информацию и оказывать содействие вы и дальше будете. Ведь вы не захотите, чтобы о вашей роли кто-нибудь узнал.

— Да как вы…

— Смеем, лорд, — выплюнул издевательски последнее слово пират. — Еще как смеем. Впрочем, радуйтесь, ведь вы вернетесь домой целым и невредимым. А за Око мы получим выкуп, на который сможем оснастить еще пару таких же кораблей и восстановить потери. Мы…

Тут главаря прервал сигнал тревоги. Впрочем, долго вслушиваться в него пирату было не суждено. Никому из экипажа не удалось пережить встречу с кораблем Теней. Но и сам он пережил их лишь ненадолго. Вышедшая из гипера эскадра нанесла сильнейший ментальный удар, после чего без проблем расстреляла растерявшегося противника. Наконец-то у меня будет полноценный образец. Давно пора. Ворлоны не идиоты, телепаты, которых они создают из младших рас — это оружие точечное. Кинжал или, скорее, даже отмычка. Тени тоже не дураки, они защищаются, разбрасывают пси-бомбы, создают разную гадость, что уничтожает опасных для них разумных. В общем, идет обычное противостояние меча и щита. Сами ворлоны могучи, но против них Тени давно нашли защиту. Однако там, где не пройдет слон, легко пролезет муравей. Или проползет змея.

— Прародитель, Око найдено.

— Хм, ну отправьте его Молари, пусть порадуется.

— Бантик повязать?

— Конечно, подарок все-таки.

Глава 31. Закон и порядок

Морден с компанией покинул станцию, так и не дождавшись вестей от своих покровителей. Он вообще начинал немного сомневаться в их величии. Это вряд ли на что-то повлияет, но тем не менее. Лондо, что собирался прощаться с карьерой и даже вещички паковать принялся, получив презент, скакал по станции как сумасшедший. Правда, отдадим ему должное, забег свой он начал лишь после возвращения с родины. Он, вообще, когда отошел от шока, после того, как понял, что именно ему прислали, первым же рейсовым на Центавр улетел. Правильно, в принципе, поступил. Произвел фурор и получил кучу плюшек, в том числе и материальных. Растет выручка у Зоколо, ой, растет. Рекордная в тот месяц была.

Захваченное судно Теней было доставлено на Меклон — базу, специально организованную для изучения их технологий. Готовились-то мы давно, но была определенная проблема. Призраки, в отличие от ворлонов, не чурались технологий. Они не пытались все, что только можно, заменить органикой, наоборот, отдавали предпочтение наномашинам. Впрочем, от плюсов биотеха они тоже не отказывались. Получалось довольно забавно. Тени по своей природе были куда больше приспособлены к работе с живым, но при этом отдавали предпочтение физике и точным наукам. Ворлоны же, вследствие особенностей своего вида, должны были прекрасно разбираться в энергетике, но вместо этого лезли в генетику и биологию. В общем, противоположности притягиваются или, в данном случае, притягивают и манят. Конечно, обе расы, просто в силу своего возраста, достигли многого во всех направлениях, но явный перекос все-таки сохранялся.

Мы же в некотором смысле развивались зигзагом. Первые наши корабли были живыми, во всяком случае, таковыми мы их пытались сделать. Затем, потерпев фиаско в области военных судов, перешли на совмещение и получили киборгов. После изучения икарианских технологий наши звездолеты вновь стали более живыми, наниты и их аналоги позволили нивелировать основные недостатки. Собственно говоря, там только реакторы и кое-какая мелочь оставались неорганическими. Теперь же, благодаря технологии энергетических кристаллов и успехам в изучении ворлонианских бионанитов, мы вновь изменились в сторону, хм, да в сторону кораблей призраков, видимо. Можно сказать, что каждый новый поворот приближал нас к уровню Изначальных.

Так вот, собственно, о Меклоне. В свете грядущей войны мне очень хотелось как можно быстрей повторить достижения оппонентов. Логичное и понятное желание. Однако предстояло работать больше с техникой, чем с привычными мне биоморфными конструкциями. Вот тут-то и вспомнились дилгары. Более талантливых инженеров, способных не просто разобраться в устройстве чужого механизма, но и улучшить его, как-то еще не попадалось. Беда в том, что растить и воспитывать их времени не было. Пришлось использовать психоматрицы, что сильно сказывалось на качестве. Впрочем, копированию и модификации подверглись исключительно выдающиеся представители. Пусть даже в доведенном чуть ли не до нуля, в плане творчества и прочих озарений, состоянии, они все равно оставались лучшими. Тем более, что их задача состояла в том, чтобы разобраться и повторить вражеские технологии, хотя бы приблизительно, а не улучшить или еще как-то там модифицировать.

Для ускорения процесса было принято решение сделать из бывших дилгар киборгов. Объединить их в подобие компьютерной сети, тем самым дав возможность все время проводить мозговой штурм, а также вести множество экспериментов и исследований одновременно. Заодно и все получаемые знания будут тут же становиться доступными остальным. Конечно, работать над теми же задачами будут и остальные наши расы, но интуиция шептала, что успеха добьются именно меклары. Просто потому, что это именно их епархия. В некотором смысле я повторил то, что делали Королевы гейма, только искуственным путем. Хм, зависть, что ли, так проявилась? Да не должна бы, вроде. Это все же, скорее, попытка отыскать еще один путь развития. Впрочем, даже если зависть и сыграла здесь свою роль, то далеко не главную.

Перед тем, как окончательно уйти в омут анализа скопившейся информации, я отдал команду провести экскурсию для союзников. Что-то мои детки с этим затягивали. Нет, понятно, что хотят продемонстрировать все на высшем уровне, да только не понимают, что это будет очковтирательство. Пусть врии, аббаи и другие допущенные увидят динамику, познакомятся с трудностями и почувствуют свою нужность и полезность, оценят свой вклад в общее дело. Заодно и подсуетятся с помощью, что тоже будет плюсом. Это я знаю, что никакого синдрома старшего брата нет, а вот они-то могут и усомниться. Зачем мне утратившие веру или, что еще хуже, полностью на других полагающиеся виды разумных? Даром не надо такого счастья. Это вон пусть ворлоны с тенями со своими прилипалами мучаются. Минбарцы с диким скрипом строят свои «Белые звезды», а ведь им все на блюдечке преподнесли, если не сказать, что разжевали и в рот положили. Дракхи у теней тоже что-то не особо демонстрируют потенциал, грубо говоря — придатки к гаечному ключу. Им сказали, они прикрутили. Не, мне такой балет не нужен.

* * *

— … понимаешь, я боксер, профессионал, прилетел на станцию чтобы сделать карьеру в боях мутай, а этот чертов йолу, как там его?

— Мута-до.

— Да, этот мудак меня послал. Сказал, что мутай не для землян.

— Ну, если тебе так уж хочется поучаствовать, можешь прилюдно бросить вызов чемпиону. По законам мутай, его нельзя отклонить.

— Правда?! — обрадовался Уолкер Смит.

— Конечно, — кивнул Калибан.

Окрыленный боксер, расплатившись, тут же понесся на арену. Где и бросил прилюдный вызов чемпиону. На наступившую тишину он внимания не обратил, не до того ему было. Он еще покажет этим ксеносам, чего стоят люди.

— Что ж, это твое право, — сочувственно посмотрел на человека мута-до, — сегодня вечером состоится бой за звание чемпиона мутай на станции Вавилон.

— Отлично.

В назначенное время Смит был на арене. Толпа инопланетян, набившаяся в отсек, даже радовала. Это будет его звездный час. Его запомнят как первого землянина, что участвовал в мутай. Даже если он не победит, свое имя в веках он оставит. Именно к этому Уолкер и стремился.

— Лом брать будете? — подошел к человеку помощник распорядителя боев, коренастый дрази с помятой лобной пластиной.

— Лом?

— Ну да, — кивнул дрази, продемонстрировав железную палку двухметровой длины.

— З-зачем? — у Смита как-то предательски засосало под ложечкой.

— Для зрелищности, — пожал плечами помощник.

— Нет, это будет честный поединок, — решительно отмел предложение Уолкер, решивший, что его хотят выставить на посмешище: он точно знал, что в мутай оружие не используется.

— Как знаете, — хмыкнул дрази, уходя.

Как претенденту, Смиту предстояло первым выйти на арену. Пять минут на разминку и демонстрацию себя. «Уже хорошо, что не освистали», — отметил боксер, закончив бой с тенью, видимо, его скорость произвела впечатление на присутствующих. В турнирах он никогда дальше середины не проходил, увы, выносливости не хватало. Как бы он не тренировался, ничего с этим поделать не мог. Всегда находился кто-то столь же быстрый, но при этом двужильный.

— Претендент готов?

— Да!

— Тогда начинаем.

— Гироу! Гироу! Ги-роооу!!!

Трибуны скандировали, а из пола арены поднялась платформа, закрытая ширмой. На эту показуху Смит только презрительно фыркнул. Страха не было, была сосредоточенность и желание надавать кое-кому по зубам. Он еще покажет этим ксеносам.

— Бой! — провозгласил мута-до, и ширму резко сдернули специальные, почти невидимые лески-тросы, прикрепленные к ней.

— Шдравштвуйте!

— М-мама!

— Я шамеш! — обиделся зерг.

Смит сам не знал, как именно, но он точно понял, что монстр, минимум на метр над ним возвышающийся, обиделся.

— А шшего беш лома? — наклонило голову чудовище и… улыбнулось.

— … девять, десять. Все! Победа! — прокричал мута-до под гогот трибун. — Уважаемый Шушшик, ваше мнение?

— Дошштоин!

— А? — слабо зашевелился пришедший в себя Смит.

— Поздравляю, человек, ты прошел испытание и можешь принимать участие в боях мутай, — хлопнул по плечу с трудом поднявшегося на ноги Уолкера распорядитель.

— Вы ведь это специально, да?

— Конешшно, — кивнул зерг. — Шшнаешш шшколько тут рашшных умников. Гирошшу, ешшли вшшех бить, времени шшовшем на шшиснь не ошштанетша, а у него работа и шшемья. Вот и решшили прикалыватьшша над шшалетными героями вроде тебя.

— А чего тогда просто к боям не допустили? — обиделся Смит.

— Так ведь давно вешшелимшшя. Вшше ушше шшнают, а тут ты, новишшок.

— Гордись, человек, ты теперь знаменитость, — улыбнулся мута-до.

— Ага, ошшень шшмешно шшенки пушшил.

— Ну вы… даете, — рассмеялся боксер, — фотки есть?

— Конешшно, дашше гологравишшешкие. Пошшли, покашшу.

— Мне бы стресс запить.

— Это само собой, но позже, когда в первом бою поучаствуешь. Проведем посвящение, все как положено. Завтра уже проведем.

— Спасибо.

— Што мы, шшвери, шшто ли, — махнул клинками верхних конечностей Шушшик, только тут он и мог себе позволить плечами пожать, не опасаясь кого-то головы лишить или имущество попортить.

* * *

Представители народов, участвующих в проекте «Орион», с восхищением и даже благоговением взирали сквозь иллюминаторы на циклопическую конструкцию. Конечно, видно было не так уж и много, голограммы и отчеты в разы информативней, но вот дать ощутить причастность к созданию всего этого им было не под силу. Звезда, опоясанная тоненькими кольцами, как говорится, внушала. Особенно когда корабль подошел поближе, и стали понятны истинные масштабы сооружения.

— Как видите, семьдесят процентов опорных конструкций основного каркаса завершены, — продемонстрировал голограмму, висящую над столом, за которым проходило совещание, руководитель проекта.

— Идем с опережением графика? — спросил удивленный врии.

— Да, и это породило целый ряд проблем.

— Каких?

— Энергетические секции отстают, в данный момент приходится обеспечивать стабильность за счет сторонних поставок энергии. Вот, видите, — один из участков голограммы приблизился, демонстрируя скопление судов и недостроенную станцию, — приходиться выкручиваться.

— Мы можем отправить вам часть нашего торгового флота.

— Было бы неплохо, — кивнул руководитель, — это позволило бы не терять темпов.

— Мы все можем поучаствовать, — высказался аббаи переглянувшись с остальными.

— Будем благодарны. Темпы производства секций будут увеличены. Через три-четыре месяца они начнут поступать с новых производств, так что где-то через полгода мы сможем выйти на полное самообеспечение и освободить ваши корабли.

— А что будет с этими станциями? — указал рукой на недостроенную снежинкообразную конструкцию ллорт.

— Пока всерьез этот вопрос не рассматривался. Думаю, каждый из вас сможет предложить свои варианты. Я распоряжусь передать вам их технические характеристики. Пусть ваши конструкторы поработают.

— Одна голова хорошо, а много…

— Может стать полезной мутацией, главное, за тело не передраться.

— Нам это не грозит.

— Но подраться придется. Впрочем, об этом поговорим позже. Давайте лучше обсудим вопросы формирования жилых куполов.

— Куполов?

— Да, мы хотели бы предложить вам начать строительство вот таких секций, — сменил голограмму председательствующий.

— Похоже на наши колонии.

— Собственно, их мы и взяли за основу. Вы их отлично проработали, детские болезни давно ушли, да еще и разнообразнейшие условия внутри.

— У нас было много заказчиков.

— Это само собой, но в данный момент вы и так весьма заняты, так же, как и все остальные.

— Столь грандиозное сооружение, неудивительно.

— Тем не менее, каждый из нас вполне способен начать производить жилые секции, пусть по чуть-чуть, но суммарно…

— Мы вас поняли.

— Я рад, в таком случае, давайте сделаем перерыв. Вам нужно все обдумать, посоветоваться с консультантами; если потребуется, мы обеспечим связь с вашими правительствами. Здесь отчет о текущем состоянии Ориона, прогнозы, потребности и наши предложения.

Пока ведущий совещание руководитель проекта говорил, его помощники ловко вручили каждому представителю по стопочке гибких пластинок с информацией. С учетом того, сколько на такую вот «дискетку» влезало данных, кое-кто изрядно загрустил. Впрочем, кому сейчас легко?

— … завтра обсудим планы поставок и проведем их корректировку, а на сегодня все.

* * *

— Ваша честь, прадед ответчика похитил моего прадеда и проводил над ним опыты!

— И что же вы хотите, мистер Джордан? — вздохнул судья Велингтон.

— Пусть он чего-нибудь заплатит, — кивнул истец на врии, — а то непорядок получается. Прадедушку, рассказывающего про инопланетян, все стали считать малость чокнутым. Ну, понимаете, дети там смеялись, работу найти не мог, и все такое.

— И почему такие дела достаются мне, а не Циммерману? — пробубнил судья. — Хорошо, присаживайтесь. Слово ответчику.

— Мой подзащитный полностью отвергает все обвинения, — начал адвокат-мши, — он утверждает, что его прадед был в полном своем праве, и вообще, поступил на редкость гуманно.

— Вот как? Подробней, пожалуйста.

— Дело в том, что отец прадедушки истца работал на так называемой базе пятьдесят один или зоне, я не слишком силен в земной топонимике, — виновато прижал ушки адвокат.

— И?

— Дед прадеда ответчика был исследователем, он пытался вступить в контакт с землянами, но по нелепейшему стечению обстоятельств челнок с ним и еще тремя учеными врии попал в грозу. Молния ударила. В общем, они разбились. К сожалению, насмерть, — опустил мордочку адвокат.

— Тогда…

— Все кроме деда прадеда моего подзащитного. Так вот, собственно говоря, прадед ответчика и пытался выяснить судьбу своего деда.

— Он пытал моего прадеда!

— Да не пытал он никого!

— Он сводил его с ума, оставляя на его кукурузных полях свои знаки!

— Вы ксенофоб! Это письменное искусство врии. Прадед моего ответчика таким образом задавал свои вопросы. И между прочим, не только вашему прадеду. Просто именно ваш был настолько агрессивен, что вместо понимания и ответа бросился отлавливать прадеда моего клиента с ружьем.

— Да кто же в этих закорючках разберётся?!

— Все цивилизованные народы прекрасно разбираются. Врии — крупнейшие торговые посредники, предоставляющие транспортные услуги более чем сотне разумных видов.

— Зачем тогда он в задницу деду зонд совал?!

— Мой ответчик ничего подобного не делал.

— Ну, его прадед.

— Он был ученым, исследователем и пытался, помимо прочего, понять, почему самцы вашего вида спариваются друг с другом.

— Вы что, хотите сказать, что мой прадед был геем?!

— Не могу этого утверждать, вы ведь как-то на свет появились.

— Да я тебя! — сорвался с места Джордан.

— Охрана!!!

Когда разбушевавшегося истца угомонили, попутно выписав штраф и заковав в наручники, так как помятый мши, смотрящий нынче на судью одним глазом, второй у него заплыл, сразу же выдвинул обвинение. Что еще было ожидать от крючкотвора?

— Если дело не будет закрыто, мой подзащитный подаст в суд на Земной Альянс. Нам удалось точно установить, что дед его прадеда был зверски замучан на базе пятьдесят один.

— Только межвидового скандала мне не хватало, — ругнулся судья. — Дело закрыто! — отвел душу Велингтон, врезав молотком. — Обвинения с врии снимаются. Объявляю обеденный перерыв. Следующее дело будет рассмотрено через два часа.

* * *

Если судье удалось прекрасно пообедать и восстановить душевное равновесие, то у командора с приемом пищи телесной вышла накладка. Только он приступил к трапезе, как был прерван появлением Делен в сопровождении Ленньера. Минбарка была удивлена, что Синклер изволит жрать, а не бежит встречать достойного странника и высокочтимого гостя.

— Простите, но мне не сообщали, наверно, просто замотался, — повинился Джеффри.

— Понимаю, у вас много дел и забот, но время еще есть, вы успеете переодеться в парадную форму, — доброжелательно улыбнулась воодушевленная Делен.

— Да-да, конечно, сейчас же это сделаю.

«Вдруг действительно о какой-то важной шишке забыл», — подумал Синклер. «Возраст, наверно», — вздохнул он.

— Не волнуйся, Джеффри, я доем, — хмыкнул Гаррибальди, который составлял другу компанию за обедом, подтягивая к себе чужой поднос.

— Полагаю, раз мы будем встречать высокого гостя, то и почетный караул не помешает, — улыбнулся командор.

— Сделал гадость, на сердце радость, — буркнул Майкл, отчего улыбка Синклера стала еще шире.

— Великолепная мысль, — обрадовалась Делен, — поспешите же, его корабль вот-вот прибудет.

В общем, пришлось старшим офицерам остаться голодными, зато они при всем параде встретили Олдаса Гайича. Последнего и единственного члена ордена, что занимался поиском священного Грааля.

— То есть, вы ищете чашу господню? — уточнил Гарибальди, с тоской вспоминая пропущенный обед.

— У него много имен, — оперся на посох Олдас, — сосуд возрождения, священная чаша, Грааль, но суть его едина — спасение и возрождение человеческой расы.

— И вы рассчитываете найти его на Вавилоне? — от скепсиса в голосе командора могло бы скиснуть молоко.

— Нет, что вы, — улыбнулся Гайц, — просто за прошедшие века Земля была досконально исследована членами нашего ордена, вот мне и пришло в голову продолжить поиски среди звезд. Ведь нам известно, что в разное время нас посещали другие расы. Быть может, кто-то из них сможет мне помочь. Еще перед прилетом на станцию я связался с послами и просил их содействия. Не думал, что мое дело привлечет внимание старших офицеров. Спасибо вам, — склонил голову Олдас.

— Не за что, мы всегда рады помочь.

— Это очень благородно. К сожалению, в мире мало тех, кто понимает и разделяет…

— Вас считают сумасшедшим.

— Скорее, просто чокнутым, — улыбнулся Олдас. — Думают, что я трачу свою жизнь впустую, не видят смысла искать миф, сказку.

— Я их понимаю. Что ж, рад приветствовать вас на Вавилоне.

— Спасибо, командор. Простите, не хотел бы беспокоить, но не подскажете ли, где тут можно обменять деньги?

— Мистер Гарибальди проводит вас к ближайшему обменному пункту.

— Благодарю.

— Мистер Гарибальди очень рад, — съязвил Майкл, — прошу сюда, достопочтенный странник. У меня ведь совсем нет других дел.

* * *

Стоило Франклину покинуть отсек с пациенткой, как он тут же нос к носу столкнулся с Гарибальди. Вот только ничего утешительного он сказать безопаснику не мог.

— Кто на этот раз?

— Некая Мириам Бегущий Олень. Картина та же, полный мозговой коллапс, личность и память стерты напрочь, остались лишь основные рефлексы, поддерживающие жизнедеятельность. Даже если она и выйдет из комы, ее придется всему учить с нуля, как младенца.

— Черт, проклятье, она единственная, кто согласилась дать показания против Десмонда Музыченко.

— Кто это?

— Бандит с нижних уровней. Прозвище — Козырь. Занимается рэкетом, вымогательством и контрабандой. Скользкий тип.

— Давно пора провести там облаву.

— Да, но командор не дает разрешение.

— Ну, его можно понять, обитатели нижних уровней по большей части просто несчастные разумные. Прилетели сюда в поисках лучшей доли, работу не нашли, деньги кончились, ну и, — Франклин развел руками.

— Да, вот только нищета стала благодатной почвой для преступности, а нижние уровни превратились в ее рассадник. И мне, как главе службы безопасности, такое не по нраву.

— И что? Выкинуть их всех в космос? Коричневый сектор всегда был проблемным местом.

— Не знаю, док, не знаю. До разделения Лиги все отчего-то не было столь печально. Есть хоть какие-то зацепки?

— Ну, я сделал запрос и кое-что обнаружил. Есть некоторое сходство с воздействием, что оказывают накалимы.

— Заглоты?

— Да. Они водятся в секторе Центавра, но данных, чтобы сказать наверняка, у меня маловато.

— Я поговорю с Лондо, думаю, он сумеет помочь.

— Хорошо бы. Возможно, они нашли способ лечения.

* * *

Посол Центавра, как и ожидалось, обнаружился в казино. С недавних пор его финансирование увеличили, так что теперь он предавался пороку азарта с утроенной страстью. Что, правда, по-прежнему превышало его финансовые возможности.

— А, Гарибальди, мой старый друг! — обрадовался довольный жизнью Молари, ведь месяц только начался, а значит, поступившие на счета посольства средства еще не были потрачены.

— Лондо, я к вам по делу.

— Знаете, мистер Гарибальди, вы очень скучный человек.

— Возможно, но все же я хотел бы задать вам вопрос.

— Что, и вы тоже?

— Понятия не имею, о чем вы, Лондо. Скажите, что вам известно о заглотах?

— Отвратительные твари. И жутко опасные. В годы расселения мы потеряли из-за накалимов целую колонию. Попытка от них избавиться ничего не дала, они полуразумны. В общем, планету закрыли на карантин. Надеюсь, интерес чисто теоретический?

— Боюсь, что нет.

— Что?! Накалим на станции?

— Похоже на то, мы не уверены, но если вы предоставите…

— Вир передаст вам всю имеющуюся информацию, — быстро выпалил Молари, от благодушия и веселости которого не осталось и следа. — Если что, я буду в своей резиденции, запрусь покрепче, — последнее было сказано чуть ли не на бегу.

* * *

Томасу Джордану по прозвищу Чума срочно были нужны деньги. Козырь требовал либо вернуть должок, либо обеспечить канал для контрабанды. Бывший монтажник десятого класса, принимавший участие в строительстве станции, по мнению бандита должен был знать все входы и выходы, и такая мелочь, как объем восьмикилометровой громадины, в расчеты не принималась. Более того, он даже продемонстрировал, что будет с Томасом, если тот его расстроит. На глазах бедолаги чудовище лишило разума Мириам, владелицу небольшой лавочки. Она единственная из всех согласилась сотрудничать с фараонами. Саму ее Томас почти не знал, так, видел изредка. Но все равно — это было жутко.

Вот только улететь он не мог. Его прозвище «чума» родилось не на пустом месте. Так уж получилось, что он принимал участие в строительстве всех пяти станций серии Вавилон. Когда у него набрались отгулы, и он полетел проведать мать, взорвался первый. Такая же история повторилась и со вторым, и с третьим. Тогда-то у него и появилась кличка. С четвертой станции Томас не улетал, тянул до последнего. Ее даже успели запустить, но стоило его челноку отойти, как Вавилон-4 пошел рябью и исчез. Нет, он не мог оставить пятую станцию. Даже если Козырь переломает ему все кости или скормит чудовищу, он все равно останется тут.

«Но лучше бы до такого не дошло», — вздохнул Томас. Именно в этот момент он и увидел странно одетого человека с большим лакированным посохом, что убирал довольно приличную по его меркам сумму в нагрудный карман. Обычно Джордан старался избегать воровства и прочих незаконных способов добычи хлеба насущного, но иногда это случалось. Жизнь на нижних уровнях не сахар, а уж в его теперешнем положении и подавно. Томас решился, пусть он и не был профессиональным воришкой, но кое-какими навыками обладал. Случайно столкнуться с незнакомцем, извиниться и…

— Мистер Олдас, — окликнул человека с посохом Гарибальди, удерживая Томаса за шкирку.

— Да?

— Не держите деньги во внешнем кармане, у нас тут есть не только дилетанты, — выразительно посмотрел Майкл на съежившегося Томаса, — но и более профессиональные карманники.

— Спасибо.

— В качестве благодарности, уделите немного своего драгоценного времени. На суде нужен свидетель.

— Я не хотел бы…

— Пять минут на слушания вряд ли хоть как-то скажутся на ваших поисках Грааля. Идемте.

— Хорошо, — вздохнул Олдас, сочувственно посмотрев на Томаса.

* * *

Очередная летучка у командора подходила к концу. Иванова закончила с отчетом по скорректированному графику и доложила о ведущихся работах по замене и профилактике оборудования. Гарибальди доложил об общей ситуации и настроениях. Так себе, надо сказать, и то и другое было.

— Лондо выдал все сведения, что у него были. Даже секретные. Сказал, что надавит на все рычаги, чтобы возобновили карантин…

— Его что, сняли?

— Да, срок давности вышел. Бюрократические заморочки.

— Ясно, продолжай.

— Да, собственно, у меня все. Без Мириам мне Музыченко не прижать, судья Велингтон согласился отложить разбирательство, но это ничего не даст. Доказательств мало, улики косвенные, в общем, если не дашь разрешение на облаву, то этого гада отпустят.

— Не дам, скандала допускать нельзя, меня недавно особо предупредили. В сенате новые законы о миграции рассматривают. Противников у президента хватает, любой шум может склонить чашу весов.

— Что-то, кстати, Лондо давно видно не было, — заметила Сьюзен.

— Заперся в своих апартаментах.

— Похоже, эти заглоты действительно опасные твари.

— Еще какие, — кивнул Франклин, — я, кстати, проверил, характер повреждений у жертв совпадает на все сто с тем, что было в описаниях, переданных послом.

— Нужно выяснить, как эта тварь попала на станцию.

— Я уже проверила, командор, за последние три месяца мимо того сектора прошло девяносто шесть кораблей. Если исключить рейсовые лайнеры и другие суда, остается двадцать восемь.

— Круг сузился, но не так чтобы сильно. Майкл, займись.

— Понял, сделаю что смогу, но на многое не рассчитывай.

* * *

Закончив вытрясать с очередного должника обещание в содействии возобновлению карантина, Лондо откинулся на подушки и прямо из горлышка пригубил крепчайшего бизари. Мало ему было Вира, что проявил неуместную инициативу, проверив все грузы, вывезенные с Земли, да еще и бесплатно передал некоему Олдасу кристалл с информацией, так теперь еще и накалим по станции бегает. «Я окружен заглотами и идиотами», — вздохнул посол, отхлебнув из бутылки, и злобно посмотрел в строну своего атташе, мающегося от безделья.

— Посол, сколько мы еще будем сидеть, забаррикадировавшись? У меня же так бизнес прогорит!

— Пока Гарибальди и его люди не уничтожат эту тварь.

— Но…

— Если тебе так хочется лишиться мозгов, можешь делать что пожелаешь, но если выйдешь за дверь, не рассчитывай, что я пущу тебя внутрь.

— Хорошо, Лондо, — решительно поднялся Вир, направляясь к терминалу.

— Что ты задумал?

Вот только отвечать начальству изрядно набравшийся уверенности Вир не стал. Быстро набрал код вызова абонента и, решительно сопя, уставился в экран.

— Лоуч, мне нужна помощь.

— Рассказывай.

— … накалима.

— Жди, будем.

Лондо обалдело смотрел, как всегда такой услужливый и скромный Вир решительно направился в свою комнату и через десять минут вышел из нее в бронежилете, шлеме, берцах и с оружием.

— Ч-что это?! — выдавил Молари, подозрительно переводя взгляд с бутылки на помощника.

— Реквизит, — хмыкнул в ответ Вир.

Тут раздался сигнал от двери. На загоревшимся экране Лондо увидел Лоуча и Шушшика, весьма, надо сказать, решительно настроенных. Как-то это в них ощущалось.

— Я вернусь, — кивнул Вир, со щелчком подключая батарею к оружию.

«Никогда не думал, что буду сочувствовать такой твари, как накалим», — задумчиво пробормотал Молари, прикладываясь к горлышку. Нервы у посла были ни к черту, и он поставил себе четкую задачу на вечер — нажраться так, чтобы с утра ничего не помнить. Хватит с него потрясений. «Молодец, что бар расширил», — похвалил себя Молари, перетаскивая на столик пяток бутылок и немудреную закуску.

* * *

— Томас Джордан, вы уже третий раз попадаетесь на мелкой и, смею заметить, весьма дилетантской краже. Будучи монтажником десятого разряда, вы без труда найдете работу в колониях. Исходя из этого, я принимаю решение депортировать вас со станции за счет казны. В течение следующих пяти лет вам запрещается…

— Нет! Ваша честь, только не это! Мне нельзя улетать, без меня станция погибнет. Вы не понимаете! Назначьте мне любое другое наказание, я даже готов чистить метановые туалеты, только не отправляйте со станции!

— Кхм, судья Веллингтон, — поднялся Олдас, — позвольте вас на два слова?

— Конечно.

О чем был разговор, Томас не слышал, он лишь надеялся, что странный тип сумеет помочь ему остаться на Вавилоне.

— Возможно, я сошел с ума, — вздохнул Веллингтон, — но я отменяю свое решение и передаю Томаса Джордана на поруки и под ответственность Олдоса Гайича. Дело закрыто.

Удар молотка возвестил начало нового слушанья.

— Десмонд Музыченко, вы обвиняетесь в вымогательстве. Признаете ли вы себя виновным?

— Нет, не признаю.

— Мистер Гарибальди?

— Ваша честь, к сожалению, со свидетельницей произошел несчастный случай. В данный момент она находится в лазарете и не в состоянии дать показания. Ранее предоставленных…

— Недостаточно для вынесения обвинительного приговора. Поэтому…

— Шшдравшштвуйте, — прервал судью вежливый голос с характерными шипящими интонациями.

Все присутствующие с большим удивлением уставились на новоприбывшую компанию. Зерг, что держал за, хм, шкирку посла ворлонов, мши, демонстрирующий идеальные зубы, прямо-таки кошмар стоматолога, и центаврианин, в котором лишь чудом можно было узнать скромнягу Вира.

— Ваша честь, мы обвиняем Десмонда Музыченко в краже, нанесении оскорбления послу Ошшо и всей расе зергов в его лице, а также в жестоком обращении с животными.

В качестве подтверждения слов друга Шушшик поднял ворлонца повыше, и слега потряс.

— А при чем тут посол Кош? — первым преодолел воздействие сюрреалистической картины закаленный службой Гарибальди.

— Не знаю, — пожал плечами Лоуч, — мы его давно не видели.

— Но вот же, — ткнул пальцем в ворлона Майкл.

— Это глотик, он домашняя зверушка посла Ошшо.

— Шлой шеловешшек пошадил малышша в эту капшшулу и зашштавлял его ешшть некачешштвенные мошшги. Шшадишшт!

Тут зерг без особого труда вскрыл скафандр, и перед публикой шлепнулся накалим. Впрочем, узнали его не многие. Видок у заглота был и впрямь не очень. Тварюшка вяло шевелилась и слабо попискивала.

— Видите, до чего беднягу довели, а ведь он полуразумен. Он же все понимает.

— Дашше говорить мошшет. Глоти, шшкашши, кто тебя обишшал?

— Козырь, все звали плохого дядю козырем, — пропищал накалим высоким противным голосом и попытался уползти за спину Вира.

— Ну-ну, маленький, не волнуйся, все уже кончилось, — погладил заглота по голове тот. — Мы требуем выдать этого живодера, — ткнул пальцем в Музыченко центаврианин, — на суд зергам.

— Хм, в данном случае закон на вашей стороне, поэтому…

— Нет! Я признаю, что занимался рэкетом, вымогательством и скормил трех человек этому монстру.

— М-м, — задумался Веллингтон, — в таком случае у нас возникает конфликт интересов. Так как прошлое дело не закрыто, а подозреваемый только что признал вину, я обязан осудить его на срок от двадцати лет, который ему предстоит отбывать в колонии строгого режима, искупая свою вину перед обществом и компенсируя нанесенный вред. Однако…

— Да пусть отрабатывает, — махнул лапой мши.

— Отработает, пшишшлите к нам.

— Ваша честь, я еще совершил четыре убийства в других колониях и два изнасилования на Земле.

— В таком случае, по совокупности преступлений, приговариваю вас к пожизненному заключению. По достижению вами возраста шестидесяти лет ваша личность будет стерта телепатически, после чего вы получите свободу.

— Спасибо, ваша честь!

— Дело закрыто! На сегодня все.

— Боюшшь, нам большше не пошшволят дершшать тебя, — вздохнул зерг.

— Отправьте меня, пожалуйста, домой, — пропищал накалим, — я больше никогда не буду есть прану разумных.

— Не волнуйся, я о тебе позабочусь, — похлопал по голове накалима Вир. — И кто сказал, что они неразумные?

— Шушшик знает толк в дрессировке.

— Парни, может, мне вас вязанию обучить? — подошла к компании Иванова.

— И вышшивке, вшшегда хотел наушшитьша вышшивать крешштиком.

— Договорились.

— Знаешь, сдается мне, что никакой это не любимец посла, — хмыкнул Гарибальди смотря вслед трио.

— Я тоже так думаю, — кивнула Иванова, оценив, как ухваченного за щупальца накалима небрежно забросили на плечо, попутно приложив об потолок.

— Ты, кстати, как тут оказалась?

— Да вот, буду свидетелем по делу о съедении пакамарами ксона.

— Это то, что судья Цукерман уже год рассматривает?

— Да, все время переносит, откладывает, соглашается подождать повторных экспертиз и выслушать свидетелей.

— Хитрый.

— Ну так-таки, да. Веллингтону, бедняге, за двоих отдуваться приходиться.

— Угу, Цукерман из-за этого только тяжбы между людьми рассматривает.

— Умный.

Глава 32. Цветы жизни

На Вавилон-5 прилетела Лоре Розена, бывший врач. Прилетела она не одна, а с дочкой. Впрочем, наш интерес вызвали не они, а их багаж. Инопланетная машинка для казни, что перекачивала жизненную энергию от одного существа к другому, тем самым исцеляя последнего. Естественно, упускать возможность ознакомиться со столь интересным устройством мы не стали. Именно из-за него меня, собственно, и побеспокоили. Маловато все же у моих детишек самостоятельности, сомневаются частенько. В общем, пришлось отвлечься и дать добро на изъятие.

Мудрить смысла не было, просто пришли и просто забрали, оставив дам в отключке. Пусть поспят с дороги, здоровый сон полезен. Протестировали инопланетный агрегат, сняли всевозможные показатели, потом разобрали, исследовали. Быстро поняли, что все это, по сути, эрзац и лишь переделка машины, что охотники за душами используют, да и вернули временно изъятое имущество владелице. В качестве небольшой компенсации за грубость, поставили более надежные предохранители, да еще и накопитель на основе Э-кристалла. Больно уж прилепленный каким-то умельцем регулятор мощности хлипким был. Вмешиваться больше я не счел нужным. В каноне все и так нормально закончилось. Дела шли, планы пока выдерживали столкновение с реальностью, так что предпочел обратно в море информации нырнуть. Нечего все время за всем приглядывать.

* * *

— Слушай, Джеффри, тут по станции шастает какой-то тип и расспрашивает про старших офицеров. — сообщил зашедший к командору Гарибальди.

— Выяснил его личность?

— Да, он вроде как из независимой компании военных поставщиков, вот только сдается мне, что это ширма.

— С учетом того, что творится в колониях, очень даже может быть.

— Да, все эти борцы за независимость, теракты и нападения. Вовремя мы пресекли поставки оружия, что пытались через станцию организовать.

— Думаешь, он из какой-то радикальной группировки, что хочет отомстить?

— Или попытаться наладить свой канал.

— Но зачем тогда ему так светиться?

— Он прилетел с неким мистером Греем, а тот как раз ни в чем таком замечен не был.

— Отвлекает.

— Возможно, — кивнул Майкл. — Думаю, пора мне с ними побеседовать.

— Хорошо, но давай-ка сделаем все по закону, слишком уж в преддверии голосования накалилась обстановка. Подай рапорт, план мероприятий по разработке, обоснование и все остальное.

— Понял, сделаю.

— Когда пойдешь беседовать, прихвати с собой группу.

— Думаешь?

— Есть у меня какое-то странное ощущение в отношении этой парочки. Считай это интуицией.

— Ладно.

* * *

В апартаментах посла Ошша проходило совещание в малом кругу. Относительно малом, конечно, все же это было первое подобное мероприятие, во многом пробное.

— Мы отвлекли прародителя от важного ради пустяка.

— Виноват, посол, поторопился, нужно было заглянуть глубже, но ее эмоции были столь сильны, а образы слишком яркие.

— Все мы тебя прекрасно понимаем и извлечем урок. Но лучше не упустить важного, чем отвлечься на незначительное.

— Нам нужно хранить станцию, она должна сыграть свою роль в грядущем.

— Станция не так уж и важна, осталась лишь одна веха.

— Которая, возможно, изменит многое, если не все.

— Вероятность такого есть, но она не слишком велика.

— Я не хотел бы терять некоторых разумных.

— Мы всегда готовы их сохранить, прародителю они тоже интересны.

— Сейчас на станцию прибыли двое, они из армейской контрразведки, их главный ненавидит командора.

— Синклер мешает, сильно мешает своим предназначением, но пока что он нужен.

— Заняться гостями? Они не важны, о них есть предзнание.

— Нет, не вмешивайся, нам нужно проявить разнообразие, изменить подход.

— Быть может, поработаем с их разумами?

— Один из них телепат, его несложно будет сломать, но он заметит, останется след.

— След… след это даже хорошо. Почему бы нам его не протоптать?

— Варианты?

— У землян происходят муки родов, колонии хотят независимости.

— Это еще только схватки, первые из них.

— Марс?

— Обычное несварение, просто там все слишком запущено.

— Земная разведка начала мешать. Отвлекает, шумит.

— У этого Зейна чистый послужной список.

— Он каратель, его не любят даже свои.

— Значит, пусть свои им и занимаются. Обработайте его так же, как леди Ладиру. Только грубо, явно. Пусть найдут.

— Что внедрять дремлющему?

— Проявите фантазию.

— Мы… посмотрим в земном искусстве. Там много разного.

— Только не слишком увлекайтесь.

— Пусть будут дремлющие. Разбудим сразу нескольких, когда придет момент.

— Ярость и ненависть, злоба. Он сойдет с ума.

— Туда ему и дорога. Все равно растворится.

* * *

Командор уже собирался отправиться к себе, больно уж суетная выдалась неделя, столько было писанины, хотелось отдохнуть, но тут к нему зашел Гарибальди.

— Что-то случилось?

— Можно и так сказать. Знал бы, какой мразью этот Зейн окажется, убил бы.

— Что, прислали результаты расследования? — удивленно поднял брови Синклер.

— Нет, но у меня есть знакомый, он поделился.

— И?

— Помнишь Бестера?

— Такого забудешь.

— Так вот, его близкий друг как раз и есть этот Зейн.

— Помнится, Бестер грозился отомстить.

— Угу, но в ближайшее время ему будет не до нас, сильно не до нас.

— Почему?

— У полковника Зейна из армейской контрразведки обнаружилось как минимум три личности, искусственные личности. Понимаешь?

— А проверял его на лояльность…

— Именно, Бестер его проверял. И мало того, что ничего не заметил, так эти самые личности еще и вовсю работали на инопланетную разведку.

— То-то у нас все время агенты проваливаются.

— Вот-вот. Недавно сразу несколько сетей накрыли. В управлении такой шум, гам и тихая паника стоит, хоть святых выноси. Наружу, понятное дело, ничего не выйдет, но не факт, что армейскую контрразведку вообще не ликвидируют.

— «Глаза» могут закрыться?

— Давно пора, пользы от них на моей памяти еще ни разу не было, один вред и дополнительный способ сведения счетов в высшем командном эшелоне.

— Доказательства-то нашли?

— Да там одного того, что я в его вещах нарыл, на два срока хватит, но вроде и еще что-то есть. Мой знакомый особо не распространялся.

— Вряд ли нам расскажут больше.

— Наверняка отделаются общей благодарностью за проявленную бдительность.

— Как всегда в таких делах.

— Ладно, не пришлось общаться с этим типом, и слава богу. Еще что-то?

— Да нет, в общем, разве что одна деталь. Зейн, как и ты, был в списке кандидатов на пост командира станции. Место, конечно, хлопотное, но пост лакомый. Он входил в первую десятку, а ты, ну, был пониже.

— Где-то в самом конце списка?

— Да. Так вот, я тут поговорил кое с кем, и меня просветили, что, возможно, у Зейна случился срыв из-за лютой зависти и ненависти к выскочке.

— Похоже на правду, иначе с чего бы ему было на тебя бросаться. Что, кстати, с телепатом, который его сопровождал?

— Да ничего, молодой и честный парень, выполнял приказы, про злобу и ненависть он подтвердил, говорит, что постоянно ее ощущал, но в голову начальнику не лез, в соответствии с инструкциями.

— Да уж, повезло нам.

* * *

В связи с прибытием минбарского боевого крейсера, в рубке Вавилона присутствовали все высшие офицеры. Так как большинство из них в свое время поучаствовали в войне, появление подобного корабля не могло оставить их равнодушными. Делен, конечно, объяснила, что клан Звездных Рыцарей везет тело своего лидера на родину, попутно выставляя его для прощания на всех станциях, где есть община минбарцев, вот только приятного для Джефри Синклера в этом было мало. Ведь Браннер был одним из тех, кто воевал против землян. Его считали коварным и весьма жестоким врагом.

— Внимание, формируется зона перехода. Это минбарцы, сэр.

— Сканировать.

— Есть.

— Данные подтверждены, это крейсер Ингата. Орудийные отсеки открыты.

— Активировать защитные системы. Выйти на связь, сообщить, что мы не угрожаем.

— Командор, это символ открытости, вы следуете своим традициям, а мы следуем своим. Когда челнок с телом окажется на борту, капитан закроет орудийные порты.

— Хорошо, посол Делен. Не переживайте, мы не станем провоцировать конфликт.

— Надеюсь на это, — кивнула минбарка и покинула рубку.

— Если минбарец активирует систему наведения, открыть огонь.

— Есть, сэр.

— Идем, Майкл. Встретим гостей.

Под довольно заунывную, но вполне торжественную музыку процессия с телом прошла в отведенный для прощания зал.

— Вы организовали все очень хорошо, — сдержанно похвалила Делен командора, — скромно и вместе с тем подобающе.

— Вам не нравится происходящее?

— Мое мнение не имеет значение, командор. Клан Рыцарей настоял на проведении прощальной церемонии. Это воинский обычай, я же принадлежу к жреческой касте.

— Вы не слишком-то ладите?

— Не все так просто. Мощь моего народа слишком велика, чтобы лишь одна его часть управляла ею. Наши мнения по большинству вопросов редко совпадают.

— И что случается, когда это происходит?

— Трагедия. Наша война с вами была тем редким случаем, когда мнения двух каст совпали.

— Ясно.

— Прошу прощения, но мне нужно готовиться к церемонии. Пусть я ее и не одобряю, но как высший иерарх своей касты, находящийся на станции, обязана ее провести достойно.

— Конечно, я все понимаю.

* * *

Сьюзен устала, очень устала от этого суматошного дня, а тут еще и соседство минбарского крейсера рядом со станцией. Наверняка ее брат погиб, пытаясь достать такой же. Многие погибли. Сама она повоевать не успела, но почти все, кто с ней учился, потеряли кого-то близкого. «А я-то думала, что стала нормально относиться к рогатым», — пробормотала она еле слышно и всерьез подумала, не заказать ли что-нибудь алкогольное.

— Тяжелый день? — присела рядом с ней Талия. — Привет.

— Привет. Есть немного.

— Это из-за минбарцев?

— В основном. Мой брат погиб на войне.

— А тебе теперь приходится улыбаться и быть вежливой с теми, кто, возможно, убил его?

— Да. Это нелегко, но так нужно.

— Понимаю. Мне тоже иногда приходится…

— Держите ее, она воровка! — прервал их разговор крик из толпы.

Обе женщины синхронно развернулись на голос и увидели, как девочка лет четырнадцати, типичная оборвашка с нижних уровней, убегает с чужой сумочкой. Сьюзен, повинуясь чувству долга, вскочила и бросилась преграждать воровке путь, Талия собралась применить свои способности телепата, но ни одна из них не успела. Схватившись за голову, беглянка закричала и упала на палубу без сознания.

— Что с ней? — спросила Иванова у подоспевшей подруги, нажимая кнопку экстренного вызова медиков и нащупывая пульс.

— Мозговой шторм, она телепат, Сьюзен. Сильный и необученный, ее способности только что пробудились, видимо, от стресса. Такое нечасто случается.

— Понятно. Нужно поскорей доставить ее в больничный отсек.

— И убрать со станции, здесь слишком шумно. Для нее шумно, она совсем не умеет блокировать чужие мысли.

— Посмотрим, — жестче, чем хотелось бы, ответила капитан-лейтенант.

* * *

В лабораториях Меклона царили стерильная чистота и образцовый порядок, впрочем, не во всех. Там, где работали с живыми материалами, вид иной раз бывал похож на скотобойню. Во всяком случае, в моменты проведения некоторых опытов.

— Опытный образец 158.587.9838 дал положительный отклик.

— Произвести двойную партию. Переправить на Эдем.

— Целесообразно ли беспокоить прародителя?

— Нет. Проведем опыты по совмещению и первичным изменениям. Предоставим конечный результат.

— Принято. Выполняем.

* * *

Корабли, идущие по следу изначальных от самой Сигмы, окончательно потеряли след. Впрочем, в этом не было ничего удивительного, слишком уж быстро те перемещались, и слишком быстро гиперпространство размывало даже такие следы.

— Преследование невозможно. Отозвать группу с планеты. Возвращаемся. Отправить пакет с полученными данными.

— Связующий, целесообразней дождаться группу «Перерожденный».

— Потеряем сутки. Я сообщу им, чтобы возвращались. Тут нет ничего важного. Их цель не прибыла. Прародитель был прав.

* * *

У посла Ошш вновь проходило совещание. Конечно, присутствующие предпочли бы перебраться на свой уровень, там было куда приятней, хотя бы чисто эстетически, но требовалось еще и на публику играть. В последнее время на зергов и мши начали посматривать крайне подозрительно.

— Люди готовятся к расколу. Все, как и предвидел прародитель.

— Скоро тут станет неуютно.

— Тут всегда было не слишком-то уютно.

— Как подготовка ваших революционеров? Успехи с заговорами есть?

— Работаем, но вассалы отказываются восставать. Приходится объяснять и тратить много времени.

— Мы обеспечим защиту, появились обнадеживающие результаты.

— Коррекция и создание замкнутого контура на ядро личности, это работало и раньше.

— Слишком долго и сложно. Приводит к стагнации, к потере темпа. Технические способы в данном случае лучше.

— Будем ли мы вмешиваться в текущую ситуацию?

— Нет. Но вы можете поучаствовать.

— Ускорить раскрытие правды?

— Непринципиально. Лучше обойтись без скандала. Но командор должен получить свое.

— Все почувствовали всплеск?

— Ребенок, человек, самка, уровень, по их классификации, П-10.

— Прогнозы?

— Иванова и Винтерс будут искать разные пути. Нереализованные материнские инстинкты и личный опыт взаимодействия с Пси-корпусом.

— Можем внедрить дремлющего. Пусть подстрахует. Самочка любопытная, самоконтроль никакой, высока опасность выгорания.

— Действуйте, сейчас удобный момент.

* * *

Посетить открытие церемонии прощания с военачальником клана Звездных Рыцарей пожелала, к большому удивлению людей и минбарцев, целая толпа из послов и представителей разумных видов, населяющих станцию. Делен была недовольна, Нерун — наоборот, счастлив. И вот настал торжественный момент. Когда собравшихся, под печально-заунывные мотивы, пустили в зал, новый лидер клана произнес краткую речь, воины сложили стяг Рыцарей и передали его жрице, затем была открыта крышка гроба.

— Что? Кто украл тело?! — заорал минбарец.

— Это святотатство, — поддакнула Делен.

— Этошше надо, потеряли вкушшняшшку, — прошипел зерг соседу.

— Минбарцы довольно пресные, без соуса их кушать совершенно невозможно, — ответил пакмар.

— А ешшли прошшто шш кетшшупом?

— Ну, — задумался падальщик, — можно, наверно, аджикой приправить и сбрызнуть уксусом. Да, — кивнул он, — если так потушить, должно выйти ничего. Почти как нарны.

— Не люблю куришшу. Шшлишшком маленькая. Не наедаешшся.

— Вы! — обратил внимание на переговаривающуюся парочку, от которой остальные отодвинулись, Нерун. — Это вы похитили тело!

— Поршшенные продукты не ем, — фыркнул зерг. — Вашш Браннер был шшлишшком залешшалый.

— Мы тоже не любим мумифицированных, — подтвердил пакмар. — И вообще, это ваши его съесть пытались.

— Чего?!

— Ничего, раз уж решили перенять чужие обычаи, так хоть бы за кулинарной книгой зашли, а то мало того, что выбрали не лучшие продукты, так еще в итоге и сожгли все.

— Криворушшки неумелые.

— Вот-вот.

— Так, что вы знаете? — решил взять ситуацию в свои руки Синклер.

— Многое из того, что неизвестно вам, командор, — шевельнул ротовыми щупальцами пакмар. — Пройдемте в ваш кабинет. Вам будет любопытно.

— Хорошо.

Делен и Нерун, которых по просьбе пакмара выставили за дверь, метались словно тигры в клетке, но поделать ничего не могли. «Нужно было действовать официально», — билось в голове минбарки. «Разнесу эту станцию в клочья за нанесенные оскорбления», — думал Нерун.

— Итак, я вас слушаю?

— Вот, это нам подбросили вчера ночью, — продемонстрировал клочок ткани пакмар.

— Что это?

— Это часть погребального одеяния минбарской касты воинов.

— Понятно. Вы знаете, кто это сделал?

— Помощник посла Делен, атташе минбарского посольства Ленньер. Вот тут запись с камер наблюдения, — передал пакмар информационный кристалл.

— Но зачем им это? Почему они похитили тело?

— Спросите у них сами, откуда мне знать, что за мысли у костеголовых, может, им рога на мозги давят, или еще что.

— Я обязательно выясню, и спасибо вам. Если бы не вы, могло бы случиться что угодно.

— Мы заботились о себе, ведь если этот Нерун закусит удила, станция вряд ли уцелеет.

— Понимаю, но все равно, благодарю.

— Перестанете выбрасывать тела на местное светило?

— Нет.

— Ну вот какая вам разница, сгорят они, или будут нами съедены?!

— Вы оскорбляете чувства верующих.

— Командор, эти чувства проявляются только и исключительно на Вавилоне. Быть может, это именно ваши чувства?

— В том числе и мои.

Пакмар лишь покачал головой и, развернувшись, двинулся на выход. Вопросы пропитания стояли не так уж и остро, они давно нашли выход, напрямую выкупая тела у родственников, которым не хватало средств оплатить их вывоз с Вавилона и похороны. Просто это были лишние и ненужные расходы, которые нести не слишком-то хотелось. Даже не столько потому, что дорого, сколько потому, что сказывается на авторитете. Как-никак, именно пакмары были своеобразными казначеями союза, ну или бухгалтерами, тут смотря с какой стороны смотреть. В любом случае, им приходилось демонстрировать определенные черты характера, но это было нетрудно, ведь эти черты и так присутствовали у них в должной мере. По сути, пакмары были сами собой, и это их вполне устраивало.

* * *

— Как она, док? — поинтересовалась Иванова, заходя в медотсек.

— Если не учитывать общее истощение, вызванное нерегулярным питанием, и не обращать внимание на энцефалограмму, то в порядке.

— Когда она очнется?

— Уже скоро, — ответила за Франклина вошедшая в медотсек Талия.

— Зачем ты здесь?

— Ей потребуется помощь.

Возразить на это Ивановой было нечего. Да и некогда. Алиса начала приходить в себя, но тут же, даже не успев толком очнуться, закричала. Если бы не Талия, что взяла девочку за руки и помогла той построить барьер, отгораживающий от чужих мыслей, доктору, вероятно, пришлось бы колоть ей транквилизатор, а может, и что-то посильней.

— … вот так, кирпичик за кирпичиком, ты молодец, Алиса. Лучше?

— Да, спасибо.

— Это ничего, — улыбнулась Талия, — ты молодец, очень быстро справилась, обычно те, у кого дар пробуждается в подростковом возрасте, учатся строить барьеры по несколько дней.

— Я арестована? — заметила девочка даму в форме.

— Нет. Но разбирательство провести придется.

— Не волнуйся, все будет хорошо, Корпус позаботится о тебе.

— Никакого корпуса, пока она находится под моей юрисдикцией, — выпалила Иванова.

— Вы не любите пси-корпус, это из-за вашей матери…

— Прекрати!

— Алиса, нельзя читать чужие мысли, это запрещено. Есть закон о…

— Но все так ясно и понятно.

— Именно поэтому тебе нужно пройти обучение. Ты очень сильный телепат. Без умения пользоваться своим даром ты опасна. В том числе и для себя. Можешь так глубоко погрузиться в чей-то разум, что в итоге потеряешь себя.

— Понятно. Я постараюсь сдерживаться.

* * *

Минбарский крейсер с прахом Браннера улетел. Что именно и как говорила Делен Неруну, командор не знал, да и не интересовался особо. По матери военачальник принадлежал к жрецам, по отцу к воинам. Главенство каст в разных вопросах, воля покойного… Не то чтобы Синклер не понимал этого, но вот нюансы, детали, в них он разбирался недостаточно. В них вообще, кроме самих минбарцев, вряд ли кто-то мог разобраться. Да и то он подозревал, что периодически накладки случались. Больно уж запутанно все было у рогатых.

— Командор, можно вас на два слова?

— Что случилось, Сьюзен? — вынырнул из потока раздумий Синклер.

— Это касается Алисы Белдон.

— Девочка-телепатка с нижних уровней?

— Да.

— И что с ней не так?

— Ей четырнадцать, сэр. Прилетела на станцию с отцом два года назад, тот погиб, она уже год выживает на нижних уровнях. Мать умерла, когда ей было шесть…

— Сьюзен, я, конечно, сочувствую ребенку, но давай ближе к делу.

— Конечно, сэр. Талия хочет отправить ее в пси-корпус.

— По-моему, вполне разумное решение.

— Я не считаю его единственно возможным.

— И какие ты видишь альтернативы?

— На'тод уже подходила к ней с предложением поработать на нарнов.

— Все пытаются возродить своих телепатов?

— Да, от Алисы потребуется предоставлять два раза в месяц генетический материал для исследований, за это нарны готовы весьма щедро платить.

— Тоже выход. Девочка станет, как минимум, состоятельной.

— Она, в принципе, и не против, но вот разум чужаков… быть одной среди нарнов может оказаться нелегко.

— Сьюзен, я понимаю, что у тебя особые отношения с пси-корпусом, нарны тоже не лучшая компания для ребенка, но что ты хочешь от меня?

— Позвольте мне переговорить с послами, возможно, кто-то заинтересуется девочкой и предложит что-то более подходящее, чем нарны.

— Не вижу причин возражать, — улыбнулся командор.

— Спасибо, сэр.

* * *

Когда Сьюзен вошла в медотсек, то первым, что она услышала, был радостный вскрик Алисы. Та прижимала к груди подаренную Талией кофточку и чуть ли не со слезами благодарила телепатку.

— А то моя одежда совсем износилась, — закончила девочка, шмыгнув носом.

— Я тебя прекрасно понимаю, в твоем возрасте выглядеть хуже других — настоящая трагедия. Сама через такое прошла.

— А разве в пси-корпусе не полагается носить форму?

— Полагается, но есть ведь и необязательные элементы, — подмигнула Талия. — Сама понимаешь, какая же девушка откажется от стильной заколки, шарфика или других мелочей, что подчеркнут ее индивидуальность.

— Ага.

«Вот дура, могла бы и сообразить», — ругнулась Иванова. Как-то устав военно-космического флота подобные вольности совсем не поощрял. Впрочем, в армию ведь и не подростков набирали, да и то находились способы. Сама она тоже однажды польстилась на неуставную безделушку. Впрочем, красоваться можно было и во внеслужебное время.

— Алиса, мне нужно с тобой поговорить. Наедине, — добавила она твердо, посмотрев на Талию.

— Конечно, — кивнула чуть растерявшаяся девочка, прижимая к груди подарок.

— Я зайду к тебе вечером, — улыбнулась Винтерс и вышла, оставляя Алису с Ивановой.

— Вы по поводу кражи? Мне просто очень нужны были деньги, я так проголодалась, что…

— Нет, Алиса, я не по поводу кражи. С ней мы разберемся позже, тебе ничего не грозит.

— Хорошо.

— Я знаю, общаясь с Талией, ты видишь пси-корпус в розовом свете, но там не все такие, как она. Люди бывают разные, Алиса.

— Я знаю, — погрустнела девочка.

— Извини, я не хотела тебе напоминать.

— Да ничего, — пожала та плечами, — просто я рано повзрослела. Пришлось. Без этого на нижних уровнях не выжить.

— Я хотела рассказать тебе одну историю. Она о женщине, что была скрытой телепаткой. До тридцати пяти лет ей удавалось держать это в тайне. Она вышла замуж, родила двоих детей, но потом о ней узнали. Глупо получилось. Ей предложили выбор, либо она работает на корпус, либо… В общем, она не хотела оставлять нас. Тогда ей начали колоть препараты, подавляющие пси-способности. День за днем, неделю за неделей, год за годом мы теряли ее, и вот, через десять лет она покончила с собой. Я была достаточно взрослой, чтобы запомнить, как в тот день она спустилась к нам, долго смотрела, как я играю в куклы, а потом, потом ее не стало.

— Мне так жаль, — заплакала девочка, что только что пережила все сказанное.

— Ну-ну, тише, успокойся, — погладила ребенка Сьюзен, — просто я хочу, чтобы у тебя был выбор, которого не дали моей матери. Корпус необходим, но он не волшебный замок, не сказка. Понимаешь?

— Да, — всхлипнула Алиса, отстраняясь и вытирая глаза.

— Командор дал мне время, чтобы мы с тобой прошлись по послам. Возможно, кто-нибудь из них предложит тебе что-то интересное. В любом случае, ты решишь сама.

— Спасибо, вы и Талия так добры ко мне. Прям как мама.

— Ты ее помнишь?

— Смутно, она заболела, когда мне был год или чуть больше. Отец не часто брал меня в больницу. Не знаю, почему, но он в то время очень много работал, лечение было дорогим. Я с папой и видеться-то начала нормально лет в семь. До этого были садики, няни и все такое. Три года после похорон мы жили на Земле, отец отдавал долги, а потом мы улетели. Продали квартиру, погасили последние кредиты и отправились на Вегу, там было немного скучно, но я нашла друзей, мы с ними лазили по пещерам и смотрели на закаты. Потом папе предложили работу тут, и мы прилетели на Вавилон…

Девочка говорила и говорила, перескакивая с места на место, спешила, старалась поделиться всем, что произошло в ее недолгой жизни. Боялась, что ее опять не станут слушать. Оттолкнут. Пройдут мимо. Сьюзен не заметила, как заглянувший было Франклин тихонько отступил за дверь и заблокировал ее. Она просто гладила по голове уснувшего ребенка, что наконец-то сумел выплакаться. К сожалению, ей в свое время не встретился тот, кто бы выслушал ее. Брат был слишком мал, а отец — слишком убит горем.

* * *

— Скажи, Вир, ты не задумывался, почему люди чаще подают убогим, а не философам и мудрецам?

— Наверно, потому, что стать убогим калекой может каждый, а вот мудрецом — лишь единицы. К чему ты это спросил?

— Да вон, Шушшика с Олдасом увидел.

— Достойный человек.

— Согласен. Ну что, продолжим разбирать коробки?

— Давай. Что там у нас дальше?

— Так, значит вот тут разные религиозные безделушки. Статуэтки, в основном.

— Это хорошо, их отлично разбирают. А тут что?

— Это для маркабов, хлам всякий.

— Сам ты хлам, я, между прочим, с маркабами три недели договаривался ради этих поставок.

— Что договорился, молодец, но хламом оно быть не перестало.

— Нет в тебе чувства прекрасного.

— Увы, но зато я сам — почти сто кило кавайной няшности.

— Плохо на тебя земное аниме влияет, — фыркнул Вир.

— Кто бы говорил, не ты ли мне заказывал…

— Все, забыли.

— Забыли так забыли. На вот, этот ящик нашему приятелю передашь.

— Что, опять полироль для панциря и титановые щетки?

— Угу, похоже, у него скоро линька будет.

— То-то он тихий такой. Блин, чего такой тяжелый-то, — крякнул Вир, попытавшись отодвинуть ящик в сторону.

— Там еще пара точильных кругов для когтей.

— Что-то совсем наш Шушшик модником заделался. Он, кстати, обмолвился, что на родину собирается, отпуск у него или что-то такое.

— Хм, ну, с учетом того, что там сейчас весна, может быть, ему пару банок с лаком достать?

— Не, это уже будет перебор.

* * *

Иванова с Алисой обошли уже почти всех послов Лиги и представителей Союза Миров, но большинство из тех, кого они посетили, никакого интереса к судьбе девочки-телепата не проявили. Пока что самый приемлемый вариант предложила Делен. К тому же ее разум понравился Алисе. Все же девочка не могла удержаться и каждый раз старалась заглянуть в голову того, с кем они общались. Большинство инопланетян казались ей слишком чужими, они ее пугали. Талия, конечно, объяснила, что дело тут в опыте и привычке, но именно этого у Алисы и не было.

— Мистер Шушшик, — окликнула зерга Иванова.

— Шдравштвуйте, капитан-лейтенант, шем могу быть полешен?

— У вас найдется свободное время, я хотела бы с вами посоветоваться?

— По поводу девошшки?

— Да, вы уже в курсе?

— Мне говорил Лоушш. Я, пришшнатьша, удивлен, што вы решшились подойти и к нам.

— Не люблю оставлять незаконченных дел.

— Ошшень верная пошшиция. Но малышшка не шшмошет шшить в нашшем мире без ишшменений.

— Каких именно?

— Я не ушшеный, но кое-шшто шшнаю. Пошшмотри тут, — коснулся зерг головы, обращаясь к Алисе.

— Ж-жуть.

— Что ты увидела?

— Ну, у меня были руки с когтями, еще крылья такие, как у демона, и я вся была покрыта костяными пластинками, словно броней.

— Беш этого никак, — покивал мордой Шушшик, — шшьедят.

— Да уж, — вздохнула Алиса.

— Спасибо за помощь, мы пойдем.

— Конешшно, вшего вам доброго, нишшего шштрашного.

* * *

Покинув лавочку, где зерг, довольно ловко используя собственные когти, оформлял букеты, Алиса со Сьюзен отправились перекусить. Собственно, им оставалось посетить немногих. Пакмаров они обе по молчаливому согласию из списка исключили, а хомо из Союза оставили напоследок. Иванова не доверяла их аналогу пси-корпуса.

— Знаешь, — задумчиво обратилась Алиса к Сьюзен, — мне понравился его разум.

— Чем?

— Не знаю, верней, сложно описать. Я почувствовала себя нужной, частью чего-то большего. Это похоже на семью. Странное, в общем, ощущение. Какой-то теплоты и заботы, что ли. Могу показать, если хочешь?

— Нет, ты же знаешь, как я отношусь к подобному.

— Знаю, но так было бы проще. У мши тоже есть нечто схожее, но там другое, не столь яркое, и думают они очень быстро. Тяжело за ними поспевать.

— Ты же не собираешься становиться монстром?

— Нет, конечно, хотя тот образ был в чем-то соблазнительным. Такая, знаешь, демоническая красота и скрытая сила, мощь тела и разума. Это подкупает, но я все же хотела бы остаться собой.

— Это правильно. Игры с генетикой… не стоит оно того, — покачала головой Иванова.

— Да, но в таком случае мне остается принять предложение посла Делен. Это лучший вариант.

— Я тоже так считаю.

* * *

Олдас в компании со взятым им на поруки Томасом тоже обходил послов, попутно воспитывая подопечного. Хороший из него психолог, да и вообще, интересный он человек. Завидую ему, нашел свою цель в жизни. Удачно, что молодежь подсуетилась, и он жив остался. В каноне, помнится, он погиб. Теперь же их двое, искателей святой чаши. Что ж, возможно, их орден и возродится. Под конец добралась парочка и до Лоуча. Ведь мши — единственная раса, пришедшая издалека. Как было их не посетить.

— Добрый день, мистер Олдас, мистер Джордан, прошу, присаживайтесь. Чаю?

— Благодарю вас, посол…

— Представитель, но можно просто Лоуч.

— Благодарю вас, Лоуч. Не откажемся.

После небольшой церемонии, наподобие упрощенной версии минбарского чаепития, только без лишних пауз на подумать и помолчать, разговор возобновился. Впрочем, он особо и не прерывался. Лишь свернул немного в сторону.

— Я ознакомился с информацией по вашей расе, представитель, и мне показалось странным, что у вас нет религии.

— Дело в том, что мы не верим, мы знаем. Это накладывает свой отпечаток.

— Вот как? Насколько я понял, вы поклоняетесь некоему прародителю.

— Не поклоняемся. Он есть, физически существует, если хотите. Все мы к нему уходим после смерти тела. По меркам других рас мы, увы, довольно неполноценны. Но такова наша судьба.

— Это… странно, — слегка растерялся гость.

— Но так оно и есть, — развел лапками Лоуч. — Вы ведь ищете Грааль, который, согласно легенде, должен спасти и возродить человеческую расу?

— Именно так.

— А зачем?

— Простите?

— Вот представьте, вы нашли его, и чем вы дальше займетесь?

— Буду врачевать.

— Будь здесь один мой приятель жуткой наружности, он бы рассказал вам много про естественный отбор, да и я бы мог, но не стану. Вы понимаете, что чаша, предназначенная для спасения или возрождения расы, это не совсем то же самое, что медицинский прибор?

— Но ведь она может исцелять.

— Да, так же как изотопы, что используются в противораковых инъекциях. Вот только они же применяются и в оружии.

— Вопрос дозировки.

— В том числе, впрочем, мы отвлеклись. Скажите, что, по-вашему, делает Грааль Граалем?

— Рука, что его держала.

— Не совсем, скорее — отблеск веры в того, чьей была эта рука. Если бы она держала, — Лоуч оглянулся по сторонам, — ну, положим, вот эту пиалу, — указал он на сосуд в руках Джордана, — то ваши поиски бы закончились.

— Вы подарили мне много пищи для размышления.

— Я могу подарить вам еще и прибор, с помощью которого вы сможете исцелить любую болезнь тела, но за это вам придется расплачиваться своей жизнью. Каждое исцеление будет понемногу убивать вас.

— Что за прибор? — поинтересовался Томас.

— Машина по перекачке жизненной энергии от одного разумного к другому.

— А…

— Нет, животных использовать не получится. Во всяком случае, пока не получается. Слишком, хм, разная энергетика. Можно использовать в некоторых случаях, но там и обычная медицина справится не хуже, а порой и лучше.

— Ясно. Жаль.

— Да, нам тоже, но мы работаем над улучшениями.

— Скажите, — вынырнул из размышлений Олдас, — возможно ли создать Грааль?

— Очень интересная мысль. Знаете, мы считаем, что есть два пути к развитию и переходу на иной план существования. Первый — саморазвитие. Этот путь труден и долог, требует усилий всей расы на протяжении тысяч и тысяч поколений, но, скажем так, он гарантирует результат. Мы идем им, тут сама наша природа и возможность обмениваться напрямую опытом, знаниями и даже навыками сказывается. Впрочем, большинство разумных двигаются тем же маршрутом, даже если и делают порой по два шага назад. Второй путь относительно прост и, к сожалению, весьма опасен.

— Вера?

— Я поражен, мистер Олдас. Да, вера. Не зря во все времена и у всех народов правители желали быть потомками богов, наместниками, представителями и кем-нибудь там еще. Так что для создания Грааля вам нужна сущая малость.

— Какая?

— О, если мы говорим о сосуде для человечества, то именно оно должно искренне и с полной самоотдачей поверить, что именно вот эта чашка, — Лоуч прищелкнул по изящной пиале, от чего та мелодично зазвенела, — и есть Грааль, способный, например, исцелять. Лет через сто-двести это сработает.

— Вы уже проделывали такое? — не удержался от вопроса Томас.

— Увы, нет. Путь веры нам вообще недоступен. Мы слишком материалистичны, мы знаем, кто мы, откуда мы и что с нами будет. Мы не уходим за грань, мы уходим к прародителю.

— Вы знаете, что у зергов тоже есть прародитель?

— Да, я в курсе, — улыбнулся Лоуч.

— Они тоже говорили мне о вере и саморазвитии.

— Вы сильны духом, очень сильны. Возможно, умирая, вы найдете свой Грааль. По крайней мере, наверняка увидите его отблеск.

— А почему вы сказали, что путь веры опасен?

— Видите ли, Томас, получив возможности, сравнимые с божественными, в нашем, конечно же, понимании, но будучи к ним не готовыми, раса или отдельный её представитель становятся опасны для других. Крайне опасными. Просто потому, что они подвержены страстям. Вы знакомы с мифологией?

— Какой именно?

— Греческая, римская, кельтская, любая другая языческая.

— Немного.

— И как вам поведение пантеонов? Их вмешательство в жизнь простых смертных? Склоки, скандалы, предательства, войны и прочие непотребства?

— Да как-то не очень.

— Вот и делайте выводы, мистер Джордан.

— Вы прилетели к нам из-за такого?

— Нет, мистер Олдас, у нас были другие причины, мы не говорим о них, но всегда помним.

— Извините, если невольно обидел.

— Ничего страшного, я понимаю. Что ж, рад был с вами побеседовать, но меня ждут дела. Удачи вам в поисках, господа, именно они — ваш путь становления. Всего доброго.

— Спасибо за уделенное время и знания.

— Всего доброго, сэр, чай был очень вкусным.

* * *

— Спасибо вам за все, я вас никогда не забуду, — обняла поочередно Талию и Сьюзен Алиса.

— Береги себя.

— Не забывай писать.

— Обязательно, — кивнула девушка и поспешила на корабль, летящий до Минбара.

— Может ты и права, Сьюзен, — с задумчивой улыбкой сказала телепатка.

— По крайней мере, у нее был выбор.

— Которого не дали твоей матери.

— И твоему Джейсону.

— Могу я угостить тебя?

— Только кофе, через полчаса я должна быть на дежурстве.

— Все отгулы потратила?

— Да нет, осталась парочка.

— Посидим вечером в саду?

— Конечно. Посплетничаем.

— Обязательно, — улыбнулась Талия, — по кофе?

— По кофе.

Глава 33. Великий калькулятор

— Прародитель, — снова вырвала меня из транса не вовремя пришедшая мысль.

— Да?

— С Эпсилона пошел сигнал. Хранитель машины умирает.

— Проследили?

— Да.

Мысль-желание, и вот я уже вижу недавние события в разуме одного из Связующих. По орбите планеты кружилось кольцо из обломков. Огромная полуразрушенная станция смотрелась на этом фоне матерью гусыней, ведущей за собой птенцов. Корабли эскадры разослали полуразумные зонды и исследовательские боты, провели сканирование останков. Сомнений не было, когда-то тут состоялась грандиозная битва. Вот только, похоже, это была гражданская война. Быть может, неудачное восстание или еще что-то. Но какая сейчас разница? Никакой.

Причины конфликта были интересны лишь с точки зрения обычного любопытства. Вот данные первичных анализов заставляли задуматься. Восемь столетий, плюс-минус пара десятилетий. Похоже, мы нашли еще одну из рас, что в свое время поучаствовала в последней войне с тенями. Очень интересно. Весьма вероятно, что Великая Машина — продукт адаптации технологий изначальных.

— Отправить исследовательский флот. Пусть возьмут группу мекларов.

— Да, прародитель.

Бывшие дилгары оказались весьма полезны. Создать нанитов, что будут эффективны против стражей дракхов, да еще и в столь сжатые сроки — молодцы. Возможно, конечно, что им просто повезло. Как-никак, они провели множество экспериментов, но ведь и другие провели не меньше опытов. Нет, определенно, у них есть предрасположенность. Они буквально ощущают правильное направление. Даже в столь неполноценном состоянии. Пожалуй, отказ от их спасения был ошибкой. Что ж, никто не идеален, а уж я и подавно, будем исправлять и стараться не допускать такого впредь.

«Взрослеют, хорошо», — отметил я, ознакомившись с делами на Вавилоне и в других местах. Конечно, с полковником стоило бы обойтись помягче, но в принципе, неплохо получилось. Военная контрразведка землян проходит реорганизацию, потеряны несколько агентурных сетей, а главное — лишен союзника пси-корпус. Бестера, конечно же, оправдают, но это мелочи, главное, он сейчас занят и ему не до станции, что явный плюс. Естественно, потом он будет готов палубу носом долбить, лишь бы выяснить, кто же его приятеля так обработал, но даже если и найдет, то это будет позже. Заметно позже. Тогда, когда от этого знания уже не будет толку. Впрочем, его и сейчас не много.

Строительство «Ориона» идет поразительными темпами. Совместные усилия многих рас дали поразительные результаты. Этак мы его за год закончим. Да уж, это вам не задачка про сто человек и возможность автомобиль поднять. У нас тут каждый может ухватиться, да еще и со своим рычагом прийти. Пожалуй, после серии экспериментов, я все же рискну. Даже если и не получится, не беда, без меня справятся. Хотя, не хотелось бы, конечно, ну да надо, а то ведь так и до бесконечности откладывать можно.

Сейсмическая активность планеты растет. Посланный великой машиной сигнал ретранслируется спутником-шпионом. Довольно молодым, надо заметить, спутником. Данные от исследователей поступают потоком. Уже можно сделать некоторые выводы. На самой планете и на ее орбите вряд ли будет что-то интересное. Техника, обыкновенная и ничем особо не примечательная. Собственно говоря, единственная особенность — гигантомания. Оригинальный подход, не смогли в миниатюризацию или же не захотели? Пока непонятно. Возможно, у них были свои резоны. Как бы там ни было, изучать такое даже проще. Больно уж наглядное все.

Ха-ха-ха, вот ведь, знал бы, что так сложно будет, попридержал бы мши, впрочем, я ведь и так их придерживал. Нет, ну кто бы мог бы подумать, что вассалы так рьяно будут сопротивляться идее восстания против сюзерена? Упущение, однако. «Не буду вмешиваться», — решил после небольших раздумий. Пусть детки сами разбираются. Их много уже, они разные, да еще и приемышей вон сколько, тем более, решение ведь на поверхности. Вот пусть и действуют. Тем более, что Тени им готовы помогать.

Уже помогают. И неплохо, надо сказать, помогают. Целый пул информации передали. Агентов своих до седьмого пота загоняли. Кое-кому даже дракхов в союзнички пропихнули. Вот ворлоны что-то совсем мышей не ловят. Решили действовать по принципу «лучше меньше, да лучше»? Возможно, что и так, но сдается мне, все дело в их армаде. Слишком уж она у них огромная. И ведь мы наверняка лишь ее часть засечь сумели.

Решили разорвать порочный круг? Уничтожить оппонентов раз и навсегда? Не могу сказать, что не одобряю или не понимаю, вот только мне такое может выйти боком. Да ладно бы, мне, всем вообще. И не боком, а колом в этот самый бок, если не пониже. Они ведь не лес рубить собрались и щепками все вокруг посыпать, они, хм, ну если проводить аналогию, то ковровую бомбардировку для лесозаготовок решили использовать.

— Увеличить число титанов.

— Во сколько, прародитель?

— Засеивайте всё.

— Форсировать созревание?

— Только первых двух партий.

Вряд ли даже пяток наших гигантов смогут справиться с планетоубийцами ворлонов, но вот штук двадцать — возможно. Во всяком случае, это лучше, чем радикальные методы, разработанные для борьбы с тем же облаком теней. В данный момент нам известен общий принцип их технологий, скорее даже, базовый постулат. Призраки сосредоточились на физике пространства и гиперпространства, они умеют быть как бы между ними. Их маскировка, проявление и исчезновение, источники энергии и даже оружие, все строится на этом. Что ж, пусть повторить мы это и не можем, пока, во всяком случае, но частично использовать — вполне. Скоро, уже довольно скоро представится возможность оценить новые системы обнаружения. Правда, их еще нужно воплотить физически и на корабли смонтировать, но тут особых сложностей не предвидится. Только обычный дефицит, поначалу.

* * *

Драал, впервые выбравшийся с Минбара так далеко, да еще и на земную космическую станцию, был впечатлен. Похоже, он сделал правильный выбор, решив покинуть родину и отправиться в море звезд. Столько инопланетян, это было весьма необычно для почтенного учителя. Он даже усомнился, имел ли право быть наставником, лично не познав других. Пусть не всех, но хотя бы некоторых.

— Добрый день, — слегка растерянно обратился он к землянину в форме, сразу, как прошел таможенный контроль.

— Добрый, сэр, чем могу вам помочь?

— Вы не подскажете, где апартаменты посла Делен?

— Конечно, сэр, следуйте за мной, я вас провожу.

— Благодарю, — склонил голову Драал.

Весьма необычно, думал он следуя за широкоплечим человеком. Не ожидал гость, что к нему будут столь любезны. Про землян много говорили разного. Чаще не слишком лицеприятного. Многие опасались их из-за постоянно бушующих страстей. Если от минбарца другой минбарец всегда знал, чего ожидать, то с ними все было иначе. Это и привлекало, и отталкивало. Очень необычно, что раса, вышедшая к звездам, столь противоречива.

— Мы на месте, сэр. Это посольский сектор. Вы можете подождать посла Делен тут или же предъявить документы охране. Если ваше имя внесено в список, вас пропустят внутрь.

— Еще раз примите мою благодарность, — наклонил голову Драал.

— Это моя работа, — кивнул человек и отправился обратно.

К сожалению Драала, посла не было на месте, но его порадовало, что любимая ученица помнит старого наставника и даже внесла его данные в список допущенных гостей. Вот только, как ему сказал землянин на посту, в посольском секторе делать было совершенно нечего. Человек рекомендовал подождать в парке или в каком-нибудь из многочисленных окрестных заведений. «Проще периодически звонить сюда или сразу в резиденцию», — посоветовал охранник, пожав плечами. Минбарец решил, что местному служащему видней, к тому же он был совсем не против размяться с дороги, посмотреть на других разумных, да и просто перекусить. Во время полета ему довелось отлично выспаться, так что усталости он не чувствовал. Наоборот, был даже некоторый подъем.

* * *

Нет, я определенно балдею со старших офицеров станции. Вначале челнок с планетологами под сигнал попал и чуть не разбился. Потом этот же самый челнок ракетами обстреляли. Голограмма безносого гуманоида командору привиделась и помощи попросила. Казалось бы, ну чего тебе еще надо, чтобы отправить команду? Нет, Синклер на пару с Ивановой решили вдвоем в расщелину восьмикилометровой глубины залезть. Суицидники, просто слов нет, одни эмоции.

— Данные собраны, прародитель. Корабли готовы.

— Ждем, когда наш герой вернется, тогда и проведем высадку.

— Что там на Марсе?

— Очередное восстание.

— Помогите повстанцам с захватом арсенала, пусть будет больше шуму.

Агентурная сеть у нас довольно слабая, но благодаря проникновению в компьютерные сети землян, особого значения это не имеет. Жаль, жертв будет больше, чем могло бы. Но мне свой панцирь ближе к телу. Черт его знает, как там Великая Машина отреагирует на гостей. Мы, конечно, спешить не будем, в голове оператора, когда его командор на станцию привезет, покопаемся, но все же и от силового вмешательства я не откажусь.

Проследить, куда там ретранслировал сигнал спутник-шпион, не удалось, он его довольно хаотично в разные стороны пересылает, да еще и на своих собратьев. Все же мы несколько позже, чем хотелось бы, до планеты добрались. Ладно, это не критично, все равно весь тот квадрант исследуем. Совсем не факт, что нам попался именно столичный мир почти что вымершей расы. Может, и не почти, скоро выясним.

* * *

— Как он, док? — спросил Стивена, покинувшего отсек, командор.

— Сложно сказать, я пока не особо разобрался в его физиологии, но то, что он плох, и жить ему осталось не долго — уже ясно.

— Плохо, — ударил кулаком в ладонь Синклер, — сейсмическая активность планеты растет.

— Что говорят наши планетологи?

— Ничего обнадеживающего, если так будет продолжаться дальше, то Эпсилон может разлететься на куски уже через пару суток.

— Что планируете предпринять?

— Не знаю, эвакуировать население мы не успеем. На это нужно минимум пять дней. Да и то, на это нет свободных кораблей.

— Марс?

— Да, президент ввел чрезвычайное положение, весь свободный транспорт задействован на переброске войск.

— Так плохо?

— Хуже некуда. Боевики захватили арсенал, у них теперь есть тяжелое оружие. Резиденция губернатора в осаде, казармы взорваны, в столичном куполе идут бои.

— Да уж.

— И не говори. Ладно, держи меня в курсе и постарайся поскорей привести его в чувство, — кивнул на инопланетянина Синклер.

— Разумеется, командор.

— Если что, я на мостике.

* * *

Джеймс убрал бинокль и отполз назад. Оказавшись за камнями, он пригнулся и поспешил к радиостанции. Информация подтвердилась, именно через это ущелье шла колонна правительственной бронетехники. Что ж, они им покажут. Марс будет свободным!

— Седьмой, седьмой, это глаза, прием.

— Слушаю, глаза.

— Подтверждаю информацию союзника. Ползут, гады, не меньше батальона десантников будет.

— Ясно, встретим. Выиграй нам время.

— Понял. Сделаю. Конец связи.

— Конец связи.

«Похоже, сегодня моя борьба за свободу родины закончится», — подумал он, переключаясь на своих людей и начиная раздавать команды. Чертовы земляне забрали у него отца и брата, лишили возможности получить достойное образование и найти приличную работу. Ничего, сегодня они за все ему заплатят. Ему и его парням, тем тоже есть за что мстить. Просто идейных он в свой отряд не брал. Считал тех слишком ненадежными.

В разреженном воздухе пронеслась ракета, оставляя за собой почти незаметный инверсионный след. Впрочем, кому было до него дело? Идущий головным БТР вспух от прямого попадания, плазма не оставила экипажу и десантникам даже тени шанса на выживание. Вряд ли их могло утешить, что автоматика успела срезать очередью убийцу. Тоже самое случилось и еще с парой машин.

«Огонь!» — выдохнул в коммуникатор Джеймс, когда сработали дымовые шашки. Теперь автоматика не могла точно и быстро уничтожать его людей. Конечно, и сами они были вынуждены стрелять чуть ли не наугад. Так и что с того? Плотность огня и ограниченное поле боя — решает. Тем более, что им лишь нужно задержать врага. «За мелкого», — оскалился Джон, удачно всадив скупую очередь точно в шлем десантника.

* * *

— Скоты, — пнул ногой тело боевика сержант, — сорок человек положили, твари.

— Странно, что не отступили, — задумчиво протянул капитан, осматривая тела.

— Фанатики… Да и куда бы они отступили? Горы же кругом.

— По карте этого тут быть не должно, — лейтенант махнул рукой на широкий выступ, с которого и велся огонь.

— Могло и недавно отойти, да и карты, — скривился сержант, — древность, еще и марсиашками нарисованная.

— Еще и карниз, — кивнул лейтенант, — если под неудачным углом снимали, вполне при обработке затереться могло.

— Сэр, нам приказано продолжить движение, — доложился связист.

— Ясно, спускаемся. Пошли, Билл.

— Надерем задницу марсиашкам!

— И за что ты их так не любишь?

— Да они вообще уже оборзели. Какого черта за мои налоги им лучший воздух и вода достается? Что, в земных куполах им применения не найти? У них квоты на учебу и работу, льготы всякие, а они все никак не успокоятся.

— Про отца забыл, — буркнул лейтенант, который все это уже столько раз слышал, что ничего, кроме оскомины, слова подчиненного не вызывали.

— Угу, и батьку они моего инвалидом сделали. Твари поганые. Все бы им взрывать, уродам.

* * *

Инопланетянина, что был сердцем, а скорее — разумом Великой Машины, благополучно притащили на станцию, и пока тот был в коме, я с него психоматрицу снял. Вуайерист чертов. Пятьсот лет за всеми вокруг подглядывал. У такого в мозгах сходу нужное не найдешь. Ничего, разберемся. Главное, что основное я вытащил, правда, чуть в процессе не прибил бедолагу, ну так ему и без меня жить осталось дня три от силы.

— Прародитель, тяжелый крейсер землян на подходе. Ренегаты тоже.

— Прекрасно, будем ориентироваться на вторых.

Флот для изучения и освоения Эпсилона давно уже был готов. Как и предполагалось, без оператора Великая Машина становилась тупым компьютером, действующим по заложенной программе. Правда, как-то не ожидал я, что она будет настолько примитивной. Но как удалось нам понять, раса, построившая это чудо, была не намного продвинутей землян. Причем, как раз в области кибернетики она им даже уступала.

Их вообще включили в союз против Теней из-за многочисленности. Платой стали знания изначальных, а те были щедры. Излишне щедры. Мало того, что в итоге у безносых товарищей случилась гражданская война, так они еще и попробовали ускорить переход на новый уровень существования посредством техники. Великая Машина стала прибежищем для оцифрованных личностей. Наивная и глупая попытка приблизиться к богам. Без духа они утратили волю и превратились в банальный набор информации. Да, кое-какие возможности за счет машины они получили, но пользоваться ими не могли. Просто не хотели. Им это было совершенно не нужно и неинтересно. Они замерли, банально застыли в том состоянии, что у них было на момент оцифровки. Грустно и печально.

Но у каждого своя судьба, что тут еще сказать. Спешащие сюда ренегаты, те, кто в свое время был против подобного, хотели спасти свой народ. Бесполезная попытка, питаемая надеждой и где-то даже верой. От переноса чипа с цифровой копией личности в новое тело толку не будет. Пожалуй, даже и хорошо, что они погибнут. Неприятно видеть закат целой расы, особенно такой, но что тут можно было сделать? Их слишком мало. Генетический материал есть, будем возрождать с нуля. Подправим экологию на планете, и пусть начинают заново. С каменных топоров и всего остального.

* * *

— Быстро! Третий принцип просветленной жизни! — выпалил Драал, выходя из-за угла.

— Учитель, — радостно воскликнула Делен.

— Неправильно! Третий принцип просветленной жизни, это готовность к самопожертвованию ради друга, любимого, правого и благого дела.

— Я так рада вас видеть.

— Я тоже рад видеть тебя.

Двое минбарцев приложив руки к груди друг друга, что было символом высшего доверия и уважения, склонили головы. Для Делен, только что вернувшейся со встречи с Серым Советом и пребывающей в смятении, увидеть любимого наставника было огромным облегчением. Ведь она только что, буквально недавно, совершила то, что со времен Валена не делал никто — отказалась возглавить Совет. Лишь она одна знала, чего ей стоило принять это решение. Но сердце говорило, что она права.

— Я так рада вас видеть, учитель. Вы просто не представляете, насколько.

— Я тоже рад, Делен.

— Почему вы здесь? Ведь вы, насколько мне известно, лучший наставник храма?

— Я захотел увидеть мир, море звезд позвало меня.

— Учитель, — укоризненно взглянула на Драала минбарка, — не вы ли говорили, что худшая из лжи — полуправда?

— Прости меня, Делен, я не хотел тебя беспокоить. Ты все так же умна и наблюдательна.

— Как и вы, учитель. И все же?

— Минбар изменился, он не такой, каким был в мое время.

— Раскол между кастами?

— Не только, Делен. Не знаю, быть может, всему виной война, а может, дело в возрасте. Но среди нашего народа появился эгоизм, недоверие, страх и озлобленность. Большинство плывет по течению, ничего не замечает или делает вид. Я не знаю, к чему все идет. А как учить пути, который тебе самому неведом?

— И вы решили уйти?

— Да, быть может там, в море звезд, я смогу принести пользу.

— Вы можете принести ее и на родине.

— Могу, Делен, но ведь могу принести и вред. Я в смятении, меня одолевают сомнения, я в поиске, моя любимая ученица.

— Когда… когда вы уйдете, учитель?

— Не скоро, еще не скоро. У нас будет достаточно времени. Не грусти, пока мы вместе, будем веселиться.

— Конечно, — улыбнулась Делен, и подойдя, положила руку на плечо тому, кто был ей вторым отцом.

— Вот и славно, — погладил пальцы ученицы Драал, — вот и хорошо. Проведешь мне экскурсию? Я тут вдруг понял, что совсем ничего не знаю о других расах. Читал, конечно, но вот личный опыт, — развел он руками.

— Конечно! — обрадовалась Делен тому, что сможет помочь Драалу. — Идемте.

* * *

Гарибальди сидел в баре и слушал новости, бездумно сжимая в руке стакан с водой. Единственная женщина, которую он любил и с которой по глупости расстался, сейчас была на охваченном восстанием Марсе. Он использовал все свои возможности, чтобы связаться с ней, узнать про нее хоть что-то, но все было тщетно. Даже Талия не смогла помочь, а ведь ему пришлось перед ней раскрыться, рассказать, что знает о засекреченном тренировочном лагере Пси-корпуса недалеко от столицы. Последней надеждой оставался командор, у того имелись свои должники, вот только Джеффри было сейчас не до того.

Прилетевший крейсер «Гиперион» и, в частности, его капитан, доставляли слишком много хлопот. Одна только попытка выбросить десант на Эпсилон привела к резкому возрастанию сейсмической активности. Ладно, еще удалось ее сорвать, соврав про устройство создания помех, но вот надолго ли этого блефа хватит? Что-то Майкл в этом сомневался.

— Все не может быть так плохо, — отвлек его от печальных мыслей о той, кого он так и не разлюбил, голос Лондо.

— Что?

— Знаете, когда я был молодым и глупым, я часто проводил время в клубах и разных других увеселительных заведениях. И вот, однажды, я пришел не в настроении. Меня просто трясло от злости, обиды и ярости. Я сидел, но не слышал музыки, не ощущал вкуса напитков, не видел красоты танцовщиц. Я бурлил, клокотал, но в какой-то момент одна из танцовщиц спустилась со сцены и подошла прямо ко мне. Она наклонилась, улыбнулась и сказала: все не может быть так плохо. И знаете, что потом?

— Нет.

— Она поцеловала меня, прямо вот сюда, — Молари прикоснулся ко лбу. — И я женился на ней.

— Правда? — хмыкнул Гарибальди, отвлекшийся немного от своих дум.

— Конечно, на следующее же утро, когда я проснулся, то обнаружил ее милую головку на своем плече. Вы не поверите, но я был готов отгрызть свою руку, лишь бы не разбудить ее. И, между прочим, до сих пор предпочту это сделать.

— Не знал, что вы способны так любить.

— При чем тут любовь?! Как только эта мегера просыпается, спокойное время заканчивается!

— Сочувствую, — улыбнулся Майкл.

— Что ж, я вас немного повеселил, — встал Молари с коктейлем, что успел заказать, — но станция большая, мне еще нужно многих осчастливить. Всего доброго, друг мой Гарибальди, и помните — все не может быть так плохо.

— Спасибо, Лондо, хорошего дня.

— Эй, а кто заплатит за его коктейль?! — ухватила собравшегося покинуть бар Гарибальди официантка.

— Видимо, я, — вздохнул Майкл вытаскивая пластиковую карточку. — Вот ведь пройдоха, — добавил он с толикой зависти и даже восхищения.

* * *

Похоже, мое вмешательство слишком негативно повлияло на пациента. У того и так-то телепатические способности практически отсутствовали, так, зачатки, но теперь он даже ими воспользоваться не мог. Пришлось исправлять содеянное и организовывать порцию видений для Лондо с Драалом. Может, и не по канону получилось, зато все вышло как надо. Четкие инструкции и понятные пожелания-просьбы. Устал я что-то от всяких любителей двусмысленностей и прочей мути. В общем, Делен, Лондо и Драал собрались в саду обсудить на троих, что же дальше-то делать, и как им вообще быть. Синклера, понятное дело, не позвали. У него же своя судьба и все такое, а тут полезет еще со своим геройством-благородством на место хранителя великой машины. Это да, этот бы однозначно полез, такого и буксиром за уши бы не оттянули.

— Один из нас не вернется? — назвал все своими именами Лондо.

— Да, — кивнула Делен, — кому-то придется занять место в сердце машины.

— Когда я был юным идиотом, то дал себе клятву умереть за что-то высокое! — пафосно провозгласил Молари.

— Но это может быть смертельно опасно!

— Вы говорите это центаврианину, который командовал рейдом на Фрелис-двенадцать. Жаркое было дело. Я вам не рассказывал? Тогда наши корабли затмили звезды…

— Лондо!

— В общем, у меня есть план.

— И в чем же он заключается?

— Все просто. Мы устроим ложную тревогу и выкрадем хранителя из лазарета, потом угоним челнок и полетим на планету.

— И как вы себе представляете хотя бы первую часть плана?

— О, сущие пустяки. У моего помощника Вира есть парочка друзей, они нам помогут.

— Бедный доктор Франклин, — вздохнула Делен, которой было искренне жаль Стивена.

* * *

Так как хранитель машины не соблаговолил очнуться, а заговорщики не спешили делиться информацией с кем-либо еще, командор мог спокойно заниматься проблемами гостей. Те прибыли и сходу начали сканировать Вавилон и крейсер. Нет, в гигантомании есть определенные плюсы. Квартет их кораблей, временно объединенившихся в одну структуру, выдал настолько мощное излучение, напрочь забившее сенсоры, что мой флот мог бы хоть на орбите из прыжка выходить, никто бы и не заметил.

— Мы учить ваш язык. Мы давать вам десять часов на то, чтобы покидать орбита нашей планеты. Мы искать ее пятьсот ваших лет.

— Говорит капитан Пирс, капитан земного космофлота, мы даем вам десять часов на то, чтобы убраться отсюда.

Командор Синклер лишь ладонью по лбу хлопнул. Понимаю и всецело разделяю его чувства. Встретились, блин, два одиночества. Обмен ультиматумами, что может быть веселей? Только лихая перестрелка. Впрочем, за этим не заржавеет. Лондо проявил чудеса диверсионной подготовки, которой у него вообще-то не было, пришлось подстраховать и немного помочь. Он же не в курсе особенностей сенсоров и датчиков Вавилона. Очень уж они своеобразные.

Лоуч благополучно взломал системы управления центаврианским челноком, а Шушшик утащил коматозного пациента. Виру же досталось отвлечь возвращающийся с ложной тревоги медперсонал. Хм, а в будущем императоре есть отличные задатки актера. Драалу же выпала почетная роль пучеглаза. Они на пару с Делен изображали анимешных девочек в крайней стадии ох… изумления.

— Прародитель, корабли осуществили высадку.

— Хорошо, пусть работают, не стоит спешить.

Одним из приземлившихся на Эпсилон судов был специально построенный колонизатор. Не то чтобы мне так уж хотелось заселить данную планету, просто это был запасной план. А почему бы и нет? Что мне, лишним, что ли, будет? Вот и я думаю — пригодится. Сейчас под шумок еще и глубинное сканирование проведем, чтобы точные схемы тоннелей получить и разные интересные места наметить, да и начнем понемногу в поверхность зарываться.

Сомневаюсь я что-то насчет чувствительности разных систем у Великой Машины. Ее создатели предпочитали простые и надежные решения. Надо энергию? Да нет проблем, строим реактор с пятнадцатикилометровой активной зоной. Плевать, что он термоядерный, зато здоровый и мощи в нем немеряно. Не хватает? Да нет вопросов, еще пару сотен таких же отгрохаем. И ведь отгрохали. Вся планета ими набита, словно початок кукурузный семенами Так же и со всем остальным. Нужны вычислительные мощности? Зачем что-то мудрить или придумывать? Берем простой и примитивный процессор с периферией. Не хватает? А если их миллиард? Не тянет? Пф, возведем в степень, а коли все равно маловато будет, так и еще наделаем. В общем, подход у создателей машины был своеобразным, но ведь работал. Вон оно, творенье их, планету целую развалить пытается.

* * *

— Вы обмануть нас! Вы нас не слушать! Вы за это заплатить! — вышел на связь пришелец.

— О чем вы?! — удивился командор.

— Вы послать корабль на планету! Мы вас убивать!

— Он отключился, сэр.

— На связи капитан Пирс.

— Соединяй.

— Что вы задумали, командор?!

— Ничего!

— Сэр, доктор Франклин сообщает, что его пациента похитили.

— Внимание, пришелец активировал систему наведения.

— Черт! Боевая тревога, задраить переборки, поднять защитные экраны, орудия в боевую готовность.

— Я запускаю истребители, высылайте свои.

— Иванова!

— Есть. Эскадрильи на вылет. Поступаете под командование капитана Пирса.

— Противник открыл огонь. Они стреляют по центаврианскому кораблю.

— Да этот пилот просто псих, — восхитился один из операторов, наблюдая за теми маневрами, что совершало суденышко.

— Командор, я открываю огонь.

— Черт вас всех подери, это дипломатическая станция! Иванова, открыть огонь.

— Есть!

* * *

Корабль пришельцев разделился на четыре автономные части, довольно зубастые, отчего землянам стало кисло. Если бы не истребители, аналога которых у противника просто не было, то этот бой надолго бы не затянулся. А так, благодаря заградительному огню и наскокам авиации, он шел на равных. Впрочем, ни одна из сторон ничего такого особо не продемонстрировала. Гиперион хоть и был тяжелым крейсером, но далеко не новейшим. Прислали сюда, что первым под руку попалось. Вавилон же и вовсе имел своеобразное вооружение и компоновку.

После того, как станция получила прямое попадание в носовую часть, я даже начал немного волноваться, не разнесут ли ее. «Гиперону» тоже прилетела пара плюх. Капитан Пирс, конечно, тот еще меднолобый баран, но смелости ему не занимать, да и удачи, похоже, тоже. Но, честно говоря, бой мне сильно не нравился. Терять Вавилон было рановато. Нет, чисто теоретически он мне уже и не очень-то нужен. На Эпсилон попал, а дальше, насколько помню, ничего особо ценного и нет. Так, мелкие плюшки и бонусы. Да только привык я к станции, опять же, там довольно много полезных и интересных разумных водится. Души-то захватим, но вот передавать, увы, лишь психоматрицы получается, а это несколько не то.

— Подготовить крейсер к прыжку.

— Да, прародитель.

* * *

Похитители благополучно вошли в каньон, о чем командору и доложили. Вот только ему было как-то не до этого. Станции еще раз прилетело, правда, на этот раз в хвостовую часть, что было не так опасно. Гипериону, получившему серию прямых попаданий, пришлось отойти и прикрыться Вавилоном. Все это, естественно, сказалось на ходе боя.

— Истребителям требуется перезарядка орудий, мощность снизилась до критического уровня.

— Командор, если мы их отзовем, нас уничтожат.

— Знаю, но нам, похоже, так и так крышка.

— Внимание, фиксирую возмущение поля. Корабль в зоне перехода.

— Кто?

— Тяжелый крейсер мши, сэр.

— Откуда ему тут взяться?

— Наверняка за нами следил, — пожал плечами Гарибальди.

— Внимание, неизвестным кораблям, прекратите атаку или будете уничтожены.

— Сэр, двое пришельцев разворачиваются.

— Выведи на центральный дисплей.

— Есть, сэр.

Слегка подлатавшийся «Гиперион» начал выползать из-за корпуса станции, чтобы воспользоваться благоприятным моментом. В это же время, чужие корабли открыли огонь по новоприбывшим.

— Зря они так, — хмыкнула Иванова.

— Согласен, — кинул командор.

Мши явно не ожидали, что их послушают, так что ударили лишь мгновением позже противников. Вот только результаты у противоборствующих сторон вышли разными. Четыре зеленоватых, почти незаметных в оптическом диапазоне луча разрубили один из кораблей врага на три части, тогда как большинство отправленных в них импульсов прошло мимо. Те же, что попали, особого вреда не причинили. Во всяком случае, чисто визуально повреждения были незначительны. Еще одного обмена ударами не состоялось. Мши перезарядились первыми, что стало концом для противостоящего им звездолета.

Выползший на оперативный простор «Гиперион» присоединил огонь своих тяжелых батарей к не прекращавшей вести обстрел врага станции. И так уже поврежденным кораблям пришельцев стало совсем туго. Серия новых попаданий, вылившихся в дюжину взрывов и пробоин, стала фатальной. Правда, добили врага в итоге мши, но особого значения, чей там залп стал последним, не имело.

— Пирс, если вы сейчас что-то ляпнете, я лично вас вместе с крейсером на клочки разнесу, — рявкнул Синклер, чьи нервы были на пределе, а сердце обливалось кровью, от одного только взгляда на схему станции раскрашенную желтым и красным.

— И не собирался, — буркнул капитан крейсера.

— Вызовите крейсер мши.

— Хенезхе на связи, командор.

— Приветствую, малый коготь, — склонил голову Синклер, вполне разбирающийся в цветовых обозначениях чужой формы, — и благодарю за вовремя оказанную помощь.

— Здравствуйте, командор. Не стоит благодарности, мы спасали своих соотечественников и союзников. Это был наш долг.

— Я понимаю, но все равно, спасибо.

— С вашего разрешения, мы побудем здесь до тех пор, пока вы не сможете позаботиться о себе.

— Конечно.

— Вам требуется от нас какая-то помощь?

— Нет, мы справимся, ничего критичного, к тому же вы ведь не ремонтное судно.

— Да, к сожалению. В таком случае, конец связи.

— Конец связи.

— Сэр, капитан Пирс на связи.

— Соединяй.

— Командор, я передал сообщение в штаб космофлота, через пару дней, сюда перебросят пару крейсеров с сопровождением и доставят материалы для ремонта.

— Что ж, спасибо.

— Это меньшее, что я мог сделать. К тому же, нам бы тоже не помешала помощь. Корабль, конечно, на ходу, но лучше не рисковать. Повреждения значительные.

— Понимаю, нам всем здорово досталось.

— Прошли по грани, командор.

— Это точно. Я планирую устроить небольшой прием в честь победы и пригласить на него мши, присоединитесь?

— Всенепременно.

* * *

Прием, к большому сожалению командора, вышел скомканный. Вначале у него был неприятный разговор с вернувшимися на станцию послами Делен и Лондо. Потом ему от сенатора досталось, а вишенкой на торте стал Драал, что выбрал очень неудачное время для явления своей голографической проекции. Нет, получивший возможность шастать по морю звезд в свое удовольствие минбарец поступил очень правильно, вот только Синклеру от этого было как-то не легче.

— Великая Машина не для этого времени. Я вручаю обеспечение ее неприкосновенности консультативному совету Вавилона. Надеюсь, что ради собственных интересов, вы сумеете позаботиться о ней. Знания, что хранятся на Эпсилоне, не для этого времени. Позже, когда вы будете готовы, я открою вам их, но ни минутой раньше.

Конечно, без демонстрации возможностей оборонительных систем планеты, получилось не столь внушительно и впечатляюще, но как-никак, машину изнутри видели Лондо, Делен и сам командор. Мши, врии, аббаи, зерги и ряд других рас, понятное дело, также поддержали инициативу. В общем, Драал может быть спокоен. Больше к нему никто не полезет. Незачем, свое я уже получил, а со временем и еще больше получу. Впрочем, не факт, далеко не факт, что оно мне пригодится. Кажется, удалось найти путь, мозаика почти сошлась. Осталось лишь решиться.

Глава 34. Узелочки узелки

Над древнем куполом металась пыль, поднятая ураганом. За’ха’дум давно уже стал весьма неприветливым местом. Но он все же был домом. Домом расы, которую другие обитатели галактики считали злом. Впрочем, самих теней такое отношение не волновало. Они знали, что правы, а иные мнения предпочитали игнорировать. Кулак всегда побеждает в споре, когда начинает бить. В этом они убеждались не раз. Вся их история была историей войны, вначале друг с другом, потом с другими. Борьба и развитие — вот смысл их существования. Они добровольно и сознательно взвалили на себя этот крест и несли его сквозь века и тысячелетия. Когда-нибудь они передадут эту ношу достойным. Возможно, даже скоро. Впервые за миллионы лет у них была надежда.

— Мши мешают.

— Они слишком сильны.

— Слишком авторитетны и удобны другим.

— Мы сумели нащупать их слабость. Их вассалы и сателлиты недовольны.

— Немногие, единицы из сотен.

— Неважно, мы с ними поработаем.

— Все равно, они слишком могучи. Лишь Минбар может дать им бой.

— Нет, своих протеже ворлоны нам не отдадут.

— А мши вряд ли захотят мстить за бунт.

— Их поддержат врии и аббаи.

— Восстания вассалов будет недостаточно.

— Используем дракхов. Когда воставшие ударят с тыла, война станет для них достаточно тяжелой. Нам вовсе нет нужды побеждать или губить их.

— Потребуется нейтрализовать союзников.

— В обмен на знания зерги нападут на аббаи, тех поддержат врии, а мы будем играть за обе стороны. Сведем баланс сил к равному, дальше они и сами справятся.

— Наше вмешательство поставит нарнов под угрозу гибели.

— Они бесперспективны.

— Сильные выживут.

— Они сто лет сражались и в конце концов добились свободы.

— Но не воспользовались ей так, как стоило бы.

— Мы против их истребления. В них все же есть потенциал.

— Хорошо, но Центавр должен начать войну. Без их экспансии спровоцировать других на объединение и конфликт не получится.

— Когда мы выступим?

— Когда себя проявят ворлоны. Они хотят нарушить договор, решить наш старый спор радикально.

— Их придется спровоцировать.

— Атакуем окраинные миры. Хаотичные нападения и череда конфликтов, этого будет достаточно.

— Когда они проявят себя во всей красе, нам станет проще.

— У нас может не хватить сил.

— Нам не нужно их уничтожать, делать это незачем. Просто мы будем в глазах младших меньшим злом.

— По крайней мере, постараемся.

* * *

Ворлон, так и не ставший в свое время газовым гигантом, но все же обладающий сверхплотной атмосферой, в которой вечно бушевали чудовищные грозы, был ужасен для всех, кроме его обитателей. Гигантская сущность неспешно дрейфовала по воле противоречивых стихий, омываемая энергией многочисленных молний.

— Этот раунд будет последним. Мы больше не можем откладывать решение. Нам нужно уходить.

— Минбар готов, мы передали им достаточно, они будут новыми пастырями.

— Все идет так, как предначертано.

— Мы сомневаемся, у них раскол.

— Новое всегда рождается в муках. Они должны познать огонь и ужас, чтобы навсегда отвратиться от него.

— Порядок и дисциплина, самоконтроль и понимание.

— Им нужен сильный лидер.

— Он есть.

— Она отказалась.

— Но она есть.

— Она не возглавит их.

— Неважно, будет она официально назначена или нет. Она все равно будет. Ее станут слушать.

— Ей станут подчиняться.

— Осталось убрать преграду.

— Армада готова.

— Не станем спешить.

— Я не хочу радикальных решений.

— Мнение одного не важно. Тогда мы были не готовы. Теперь же игре конец.

— Перевернуть доску — не значит выиграть.

— Кулак побеждает в споре, когда начинает бить.

— Но правота…

— Будет такой, какой мы скажем.

— Историю пишут победители. Мы сами делали это не раз.

— Сделаем снова.

— Это вопрос масштаба.

— Подчиняюсь, но требую передать решение о сроке мне.

— Хорошо.

— Согласны.

— Не возражаем.

— Пусть будет так.

* * *

Спокойное дежурство было нарушено появлением аномалии в четырнадцатом секторе. Иванова, следуя инструкциям, отправила туда с проверкой истребитель. Вот только тот вернулся обратно с мертвым пилотом на борту.

— Корабль не поврежден, но признаки жизни отсутствуют, — доложил оператор после сканирования истребителя.

— Отбуксируйте его в ангар и вызовите Франклина.

— Есть, мэм.

Не успела Сьюзен отойти от сообщения доктора о смерти пилота от старости, как на станцию пришел сигнал. Ей даже захотелось потереть глаза, не обманывают ли они ее. Ведь абонентом был Вавилон-4, бесследно и загадочно пропавший в том самом четырнадцатом секторе.

— Что у нас? — прибыл по вызову капитан-лейтенанта командор.

— Вот, — ткнула пальцем в монитор Сьюзен.

— Так, у любого военного корабля или станции есть особый секретный код, — Синклер был шокирован не меньше своего заместителя, но и теряться не собирался.

— Компьютер, поднять архивные данные по станции Вавилон-4. Найти ее секретный код.

— Требуется подтвердить допуск.

Манипуляции с офицерской карточкой Синклера и введение соответствующего кода заняли минуту.

— Допуск подтвержден. Информация загружена.

— Не может быть, — хмыкнул Гарибальди, заглянув через плечо командора.

— Похоже, это все же Вавилон-4. Ответить на сигнал.

— Есть.

Качество связи оставляло желать лучшего, да и прервалась она не в самый удачный момент, но кое-какую информацию командование станции поучило.

— Сколько сможем эвакуировать за раз?

— Максимум триста человек, — ответила Синклеру сверившаяся со своим терминалом Иванова.

— Четыре раза туда-обратно слетать придется.

— Где-то двенадцать часов, — быстро прикинула Сьюзен.

— В таком случае, нам стоит поторопиться.

— Невовремя нас корабли космофлота покинули, — вздохнул Гарибальди.

— Может быть, обратимся к Мши? Наверняка их крейсер где-то в гипере болтается.

— Нет, это лишнее.

* * *

«Хм, пролетающий в прошлое из будущего четвертый Вавилон», — задумчиво закусил я хвост. Мысли забегали, закрутились, разум привычно потянулся к доступным ресурсам, на мой своеобразный зов откликнулись другие. «Да, это будет идеально!» — выплюнул я изрядно пожеванную часть тела. Увлекся.

— Стягиваем всех, кто рядом.

— Да, прародитель.

Синклер вместе с Гарибальди полетел во главе спасательного каравана. Вот ведь неймется им в самое пекло лезть, головой рисковать. Не понимаю я их, нет, не понимаю. Совсем они инстинкта самосохранения лишены. Да и с ответственностью как-то все своеобразно.

* * *

— Ну вот, еще полтора часа, и мы на месте, — хрустнул пальцами командор, закончив вводить курс для автопилота.

— Полтора часа ничегонеделания.

— Можно смотреть на звезды и говорить, — пожал плечами Синклер.

— Слушай, Джеффри, а ты когда брюки надеваешь, вначале молнию застегиваешь или пуговицу?

— Майкл, ты здоров?

— Да вроде. А что?

— Просто вопросы у тебя… с чего ты вообще об этом спросил?

— Ну, я сегодня долго пытался вспомнить, что же я вначале сделал, молнию застегнул или пуговицу.

— И долго думал? — поднял бровь Синклер.

— Долго, — кивнул Майкл, — минут тридцать точно.

— Пуговицу, — наконец ответил командор, не без труда вспомнив, как же именно он брюки надевает.

— Я тоже! — обрадовался Гарибальди. — Сколько нам еще лететь?

— Час двадцать.

— М-м, а…

— Как там твоя Лиз? — перебил друга Джеффри, задав первый пришедший в голову вопрос.

— Нормально, замужем, ребенка ждет.

— Извини, я не знал.

— Да ничего, — отвернулся к иллюминатору Гарибальди. — Главное, что она в порядке. Вышла за продуктами, тогда-то ее и зацепило. Ничего серьезного.

— Сейчас уже меньше стреляют.

— Да, мятеж почти подавлен. Половина куполов нуждается в ремонте.

— На который придется экстренно искать средства.

— Опять у других отберут.

— И те будут недовольны.

— Злы и обижены.

— Эти чертовы повстанцы, они делают только хуже.

— Причем всем.

Разговор как-то сам собой на этом увял. Каждый погрузился в собственные мысли. Гарибальди переживал за Лиз и корил себя, что был идиотом. Синклеру тоже нашлось, о чем подумать. Ведь он сам был уроженцем красной планеты. Тяжело это, разрываться между долгом, присягой и верностью.

* * *

Пока командор на пару с Гарибальди проводил эвакуацию, мы вовсю снимали данные пространственно-временной аномалии. Впрочем, это было так, побочной деятельностью во имя науки. Основной интерес представлял некий Затрас. Как-никак, он из будущего, да еще и техник, что отвечал за ремонт Великой Машины. Его знания были весьма полезны. Как минимум, могут пригодиться, когда мы будем в ее структуру внедряться.

— Прародитель, активность нарастает, аномалия нестабильна.

— Хорошо, очень хорошо.

* * *

Вавилон-4 в очередной раз ощутимо тряхнуло, да так, что кое-где световые панели полопались, а то и вообще отслоились. Обстановка была нервозной. Гарибальди руководил погрузкой последней партии эвакуируемых. Пришлось пойти на крайние меры и запускать по пять человек за раз, да еще и держать десяток бойцов наготове, а то были тут горячие головы, что и бластером себе дорогу к транспорту проложить бы не постеснялись.

— Война, великая война, но и великая надежда, — вещал Затрас, — нужно место где все соберутся, чтобы биться с тьмой.

— Джеффри! Вы последние, поспешите.

— Понял Майкл.

— Так, берем его с собой, — распорядился командир Вавилона-4.

— Он же умрет, — возразил Синклер.

— Он сказал, что все равно умрет. А так я хоть смогу перед командованием оправдаться. У меня будут доказательства.

— Черт с вами, — не стал спорить Синклер.

* * *

Во время забега до доков станцию опять тряхнуло. Хорошо так, удачно. Затраса придавило балкой, да так, что даже вчетвером ее сдвинуть не смогли. Впрочем, за исключением Синклера, остальные не слишком то и пытались. Удивительно, как они вообще еще от постоянных провалов в прошлое и будущее, да сопровождающих этот процесс видений, с ума не посходили.

— Оставьте меня, — прохрипел Затрас, который вообще-то был скорее зажат, чем придавлен.

— Нет, я…

— У вас другая судьба, великая судьба, Затрас не хочет умирать, никто не хочет, но я, они, мы все идем не потому что нам приказывают. Бегите!

— Хорошо, — решился командор и поспешил в сторону доков.

Пока последние корабли с экипажем станции отчаливали от Вавилона-4, мы работали. Собственно, работа ни на миг и не прекращалась. Ведь тут у нас имелся Синклер из будущего. А в разуме у него имелись мои закладки. Снять психоматрицу, разобрать ее досконально, задействовав максимум ресурсов, подчистить, изменить, добавить нужного, внедрить обратно, убрать следы вмешательства и ликвидировать закладки. Все это было бы не так уж и сложно, если бы не один момент. Этот чертов зародыш Валена был нестабилен во времени! В общем, пришлось помучиться, зато теперь о всеведущих ворлонах можно будет не волноваться.

Они все же на биотехе специализируются, а во всем остальном изрядно уступают другим изначальным. Сомневаюсь даже, способны ли они вообще во времени путешествовать. Видимо, после неудачи с экспериментами, посвященными исследованию пространства, когда они всей расой едва в рабство к пришельцам из иного измерения не угодили, предпочли свернуть исследования и не лезть в столь чуждые области. Хотя, кто же там на самом-то деле знает, как и чего было. Может, у них еще какие-то причины в прошлое не соваться имеются. В данном конкретном случае — важен результат. Синклер убыл с откорректированными воспоминаниями. Вот и славненько.

Осталось еще пару мелочей сделать, кое-что проверить, и можно будет собой заняться. Проведенные опыты дают весьма обнадеживающие результаты. А тут еще и фильм один по Вавилону вспомнился. Там целая раса перерождаться начала, но вот охотнички за душами решили, не иначе как сдуру, что те вымирают, ну и приперлись в самый критический момент всех спасать. Вспомнил бы раньше, но увы. Слишком сильно меня смерть потрепала.

* * *

— Я к доктору.

— Подождите своей очереди.

— Мне можно и так.

— Капитан-лейтенант?! — подняла наконец глаза медсестра.

— Рада, что вы меня узнали, Дженни.

— Извините, проходите пожалуйста.

— Спасибо.

О том, что Стивен открыл на нижних уровнях лазарет, Иванова узнала недавно. Просто, как заместителю командора ей приходилось составлять отчеты, вот и обратила внимание на выросший расход лекарств. Остальное было делом техники. Достаточно было прижать Гарибальди, и через пять минут она уже знала о делишках Франклина.

— Раздевайтесь, — не поднимая головы, скомандовал Стивен, набивая что-то на компьютере.

— Без цветов и ужина не согласна, — хмыкнула Иванова.

— Сьюзен?!

— Как видишь, Стив.

— Что ты тут делаешь?

— Могу задать тебе тот же вопрос.

— Я исполняю свой долг.

— Твой долг — руководить медицинской секцией станции.

— Мой долг — лечить!

— Налогоплательщики требуют от нас если не прибыли, то хотя бы самоокупаемости.

— Им, — махнул в сторону двери Франклин, — не по карману нормальное медобслуживание. А эти препараты, — кивнул он на шкафчик, — все равно через полгода-год придется выбросить.

— И тем не менее, я должна знать о таких делах. Хотя бы чтоб понимать, за что получаю втык.

— Спасибо, Сьюзен.

— Не за что.

— Снимай китель, умывальник вон там.

— Что?

— Соучастие так соучастие, — улыбнулся доктор.

— Но я не медик!

— Ничего, я найду, чем тебя занять. Да вот, хотя бы будешь истории болезней записывать.

— Ну, знаешь ли.

* * *

Судья Веллингтон собрал в своем кабинете заседание комитета, состоящего из Гарибальди, Таллии Винтерс и командора. Дело серийного убийцы Карла Мюллера было ясным, но вот с приговором возникли сложности.

— По закону, у нас есть три пути…

— Да выбросить этого ублюдка в космос.

— Мистер Гарибальди!

— Что?! Он убил моего парня, одного из лучших, осталась его жена и двое детишек. Я готов спорить, что на нем не только те два трупа и Стен, но и еще с десяток жертв.

— Доказанных эпизодов три. Приговорить к смертной казни я его не могу. Ею карается только государственная измена. Земля от него отказалась, они не будут оплачивать перелет. Значит, отправка его в тюрьму отпадает.

— Тогда?

— Да, командор, тогда остается только одно — стирание личности. Мисс Талия, по закону перед процедурой осужденного должен сканировать телепат. Я могу на вас рассчитывать?

— Когда будешь шуровать у него в голове, посмотри, не совершал ли…

— Мистер Гарибальди!

— Молчу-молчу, — поднял руки Майкл и сделал вид, что застегивает рот.

— Можете на меня рассчитывать, — словно бросаясь в омут, выдохнула телепатка.

— Что-то не так?

— Командор, сканирование таких субъектов, как Мюллер, это очень большая нагрузка на психику. За то время, что я провела на станции, мне доводилось работать с совершенно чуждыми сознаниями, но даже в них, зачастую, больше человеческого чем в таких, как он.

— Я надеюсь, что понимаю вас, но…

— Вряд ли, командор. Вряд ли. Я уже устала посылать запросы на еще одного телепата, — пожаловалась Талия.

— Мы постараемся помочь, — переглянулся с Гарибальди Синклер.

— Боюсь, что у вас вряд ли что-то получится. Но все равно, спасибо.

— Итак, если у нас имеется ваше согласие, то я готов вынести решение о стирании личности подсудимого.

— Я предупрежу Стивена, — хлопнул по столу Майкл, вставая. — Но лучше бы мы его зергам отдали или пакмарам скормили.

— Первое слишком бесчеловечно, а вторые не станут его убивать.

— Я бы легко нашел десяток добровольцев, Джеффри, что помогли бы им в этом.

— Хватит, — припечатал судья. — Я этого не слышал, а вы не говорили.

* * *

Стивен наконец-то заметил, что поток пациентов у него заметно сократился. Естественно, он провел расследование и быстро нашел конкурентку, Лоре Розен, бывшего врача, такого же фанатика медицины, как и он сам. Переговорив с ее дочкой и потряся Гарибальди, который, не иначе как под влиянием эмоций, попросил дока провести процедуру стирания памяти как можно более болезненно, он узнал всю ее подноготную. Во всяком случае, ее официальную часть. Впрочем, насчет неофициальной его довольно быстро просветили, попутно пристыдив. Хотя тут я бы не делал столь уж однозначных выводов.

Розен так рвалась спасать жизни, что просто загнала себя. Начала употреблять стимуляторы, пристрастилась, став наркоманкой, из-за чего и совершила роковую ошибку, погубившую человека. Ее, конечно, можно понять и пожалеть, но сомневаться, что у нее за дело отобрали лицензию, как-то не получается. Да, она справилась, теперь она не принимает стимуляторы, только обезболивающие. Она неизлечимо больна. У нее есть инопланетная машина, что способна перекачивать жизненную энергию от одного разумного другому. Она нашла ее случайно, купила у какого-то проходимца, но вот вопрос, что она с ней делает и как использует?

О да, она лечит пациентов, понемногу убивая себя. Но скольких? Пять-десять в день? А ведь за прошедшее время, отдай она этот агрегат на исследование, земляне смогли бы пусть не разобраться, но повторить конструкцию аппарата. Возможно, уже сейчас по колониям стояли бы десятки, если не сотни таких аппаратов и спасали тысячи жизней. Вон, тот же сбежавший маньяк, что сейчас взял в заложники ее дочь, мог бы стать отличной батарейкой. Здоровый, крепкий, да он как минимум пятерку безнадежных поднял бы.

Вот и все. Не стоило Мюллеру говорить, что не собирается отпускать заложников. Полминуты использования машины по ее изначальному предназначению и одним маньяком-психопатом стало меньше, а одной бойкой старушкой больше. Смотреть на суд, что оправдал Лорье, сочтя выкачивание жизни из приговоренного самообороной, было неинтересно. Приговор разумен, справедлив и ожидаем. Инопланетный агрегат достался Стивену, тот его все-таки выпросил. Смешно, но он ведь всерьез собирается в нем разобраться. Это с его-то графиком и техническими знаниями? Ну-ну. Впрочем, не важно. Свое мы с этого аппарата давно уже получили. Пусть делают, что хотят.

Страшновато мне, время тяну, откладываю. Не дело это. Совсем не дело. Синклер из будущего дал нам многое о грядущем. Меньше, чем хотелось бы, конечно, финала-то он не видел, но то, что запланированное начнет работать — это уже известно. Можно и не ждать, но страшно. Забавно, я думал, что совсем отучился бояться. Опасался ворлонов, теней, при этом периодически совершал какие-то глупости. Творил расы, игрался, вел себя, словно подросток. Почему-то почти не думал о других, просчитывал последствия на авось. Запутался, совсем я что-то запутался. Пора рубить этот узел. Пора.

Новый год скоро, прекрасная дата, символичная. Сколько раз в прошлом я собирался с него начать? Десять? Двадцать? Что ж, пора бы уже и выполнить данное самому себе обещание. Давно пора. Вот только пару мелочей еще сделаю, проконтролирую, и начну. Хватит откладывать.

* * *

— Шушшик! — крикнул Вир, замахав рукой.

— Здравствуй, друг, — качнул головой, покрытой множеством царапин, зерг.

— Уф, думал, не успею с тобой попрощаться, — выдохнул центаврианин, присаживаясь на стул в зале отлетов.

— Почему? Ты ведь знал заранее.

— Да у нас тут проблемы с квадратом тридцать семь.

— А, военная база нарнов и их нападения на ваши корабли?

— Да, что Лондо, что Г’Кар, оба закусили удила. Я боюсь, как бы это все не закончилось войной, — оглянувшись по сторонам, шепнул Вир другу.

— Камни падают, катятся вниз, цепляются друг за друга…

— И лавина сметает все на своем пути. Привет, парни.

— И правых, и виноватых, и причастных, и нет. Здравствуй, Лоуч.

— Вы о чем? — удивленно закрутил головой Вир, переводя взгляд с одного своего друга на другого.

— Все меняется, Вир. Мы меняемся, и вместе с нами меняется мир.

— Ну, положим, мир-то как раз остается тем же.

— Лоуч, не надо, ты ведь понял меня.

— Да понял, чего уж тут сложного-то.

— Шушшик, ты наконец-то адаптировал голос! — дошло вдруг до Вира.

— Полушшилось, — улыбнулся зерг, довольно вскинув голову.

— Мы еще увидимся?

— Не знаю, друг, не знаю. Все может быть.

— Некоторые желания не сбываются, но мы тебя не забудем.

— Мы?

— Я тоже покидаю станцию. Сама Великая Мать Рода призывает.

— Ого.

— Да, Вир. Великая честь. Не знаю, что мне уготовано, но сделаю все, чтобы исполнить ее волю.

— Ну, — замялся молодой центаврианин, — тогда удачи вам. Да будет с вами милость прародителя.

— Спасибо, друг.

— Он всегда с нами.

— Странно, что вы…

— Вселенная велика.

— В ней много тайн и загадок.

— Не спеши искать ответы на все сразу.

— Вы меня совсем запутали, — помотал головой Вир.

— Телепатия, друг наш, телепатия, — дернул ухом Лоуч.

— Но вы же…

— А сколько мы, по-твоему, провели времени вместе?

— Точно. Значит, ты и меня чувствуешь?

— И чувствую, и понимаю, и Шушшику передаю.

— Слова не нужны, — кивнул зерг.

— Ага, — кивнул обалдело Вир, который вдруг ясно понял и почувствовал своих друзей. — Мне будет вас чертовски не хватать.

— Нам тебя тоже, но мы все меняемся. Я линяю, Лоуч растет в чинах, ты тут, — коготь зерга аккуратно коснулся груди Вира. — Мне пора. Ешше увидимся.

— Мне тоже, Вир. Что бы не случилось, знай, ты всегда можешь на нас рассчитывать.

— Я знаю, — вздохнул тот.

— Но-но, не вешай нос, — обнял его Лоуч, — мы ведь не помираем еще. Пока! — махнул лапой мши и, как обычно, вприпрыжку, поспешил к стойке контроля, за которой маячил зев перехода на взлетную палубу.

* * *

Гарибальди, что начал расследование гибели своего информатора, благополучно вышел на след заговора против президента Земли. Делен все же решилась на преображение и начала готовиться. Смелая, очень смелая, я даже где-то ей завидую. Вера — это хорошо. Пришла к Кошу, попросила показаться, впечатлилась, внушенным ей, светлым ликом, поклонилась, и безо всяких сомнений и страхов шагнула в неизвестность.

Нежелание Лондо уступать Г’Кару на переговорах, помноженное на стремление Мордена с ним встретиться, дало ожидаемый результат. Молари было обещано решить вопрос с военной базой нарнов. Удивительно, но тот поверил. Вот так, просто взял и поверил, велев Виру отослать премьер-министру сообщение, что сам разберется с проблемой. На миг мелькнула мысль вмешаться, но быстро прошла. Войны не избежать, так стоит ли ее форсировать? Да, десять тысяч воинов вот-вот погибнут, но зато у миллионов оставшихся будет несколько месяцев мирной жизни.

— Корабли с новыми сенсорами прибыли, нарны нас не засекли, маскировка работает отлично.

— Хорошо.

На Вавилоне начался театр абсурда. Делен, не иначе как страдающая ворлонизмом головного мозга, пришла к Синклеру, но вместо того, чтобы сразу четко и ясно рассказать все, что собиралась, напустила туману. Мол, времени мало, поведать нужно много, приходите ко мне в апартаменты, да поскорей. Гарибальди, что продемонстрировал феноменальную память, по частотам на глушилках и координатам на каком-то мутном агрегате сообразив, что президента вот-вот пришибут, вместо того, чтобы сразу по коммуникатору сообщить Синклеру свои выводы, назначил тому встречу. До которой, естественно, не добрался. Подстрелил его в спину собственный заместитель.

«Помогите ему доползти до лифта и не умереть», — отдал команду своим. Нет в его смерти никакой пользы. Вреда, впрочем, тоже особого нет. Как, в общем-то, и от дальнейшей жизни. Ладно, с мертвого тем более ничего полезного не получить. Он, вроде, рейнджерами, на Вавилоне обретающимися, командовать будет, какая-никакая, а польза.

— Леди Ладира проснулась. Изменения личности завершилось.

— Разрешаю измененным вступить с ней в контакт. Она вхожа в императорский дворец.

— Начинать подготовку?

— Нет, спешить не стоит, это дело будущего. Виру понадобится поддержка, а до того времени — лишь точечные воздействия, по ситуации.

— Вы уходите, прародитель?

— Нет, надеюсь, что нет.

— Но риск есть. Можно же подождать.

— Еще лет десять, или сто, или даже миллион? Нет, спешу, знаю, что спешу, но это… манит, зовет и страшит, если бы мог, я бы поделился, но слишком опасно.

— Мы будем с вами, прародитель.

— Знаю, и постараюсь вас не оставить. Да, удовлетворите уже просьбу землян об аудиенции у Великой Матери.

Тут нам всем видом пришлось отвлечься на творящееся в квадрате тридцать семь. Новейшие датчики вполне справились, успешно обнаружив корабли Теней. Несколько позже, чем ожидалось, за счет пси в гиперпространстве мы их сильно заранее обнаруживаем, но даже так, вполне достаточно, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Бой призраки вели, по максимуму используя свои системы РЭБ и маскировки. Нарны в них с трудом попадали. Лучше, конечно, чем у землян в начале войны с минбарцами дела обстояли, но все равно плохо. Особенно с учетом внезапности появления врага.

Тяжелые истребители не обладали достаточной огневой мощью, чтобы нанести серьезный урон, а крейсеры были уничтожены первыми же ударами. Вот только потом Тени допустили небольшой тактический просчет. Они ударили по планете, не добив военную станцию. Верней, выделив на добивание лишь один корабль. Тот без проблем справился, но недостаточно быстро. Успели нарны огонь открыть. Пусть криво-косо и не из всех орудий, но паре жутких кораблей досталось. Не смертельно, но все же очень неприятно. Этакий щелчок по носу. Очень показательный щелчок.

— Нас обнаружили.

— Уходим.

Тени, что не поскупившись, выделили на операцию аж пять кораблей, естественно, решили поинтересоваться, а кто это тут такой любопытный. Какие же они самонадеянные, просто слов нет. Ведь им только что немного перепало от далеко не самых продвинутых нарнов. Но нет, мы даже сообщать никому ни о чем не будем. Можно, конечно, предположить, что они какие-то неизвестные нам способы связи используют, да только что-то ничего такого в трофейном корабле обнаружено не было. Тем не менее, блокировать связь целой эскадре наличными силами не выйдет. Хм, ну нет, так и не надо. Все равно поблизости кораблей у них больше нет.

Преследуемые вышли в обычный космос, преследователи последовали за ними. Сюрприз, как говорится, удался. Ментальный удар, временная дезориентация и концентрированный огонь кораблей, что обеспечивали прикрытие. Два паукообразных звездолета были уничтожены сходу, еще три дали отпор. Весьма неприятный, надо заметить. В общем, счет пять-семь в их пользу, но победа-то все равно осталась за нами. Быстро, гады, перестраивают защиту от телепатических атак, очень быстро. Неприятная особенность. Впрочем, масса телепатов, каждый со своими индивидуальными характеристиками, от таких фиг защитишься. Тем более, что им и не надо держать врага, достаточно лишь оглушать и дезориентировать. Это в сериале Лита пыталась именно что парализовать. Сумела, пусть временно и со второй попытки. Нужно будет к ней присмотреться в будущем.

— Пора.

— Мы выполним план, прародитель.

— Я в вас не сомневаюсь.

* * *

Борт номер один неспешно приближался к Юпитеру. С его орбиты президент Сантьяго собирался произнести свою новогоднюю речь. Пиарщики сочли, что фон планеты будет как нельзя кстати. «Не ошиблись», — хмыкнул Льюис, глядя на газовый гигант, что с каждым часом становился все крупней.

— Господин президент, только что пришло сообщение от мши, Великая Мать Рода согласилась на встречу.

— Не прошло и года, — хмыкнул Сантьяго, его и без того праздничное настроение изрядно улучшилось. — Детали?

— Ничего, сэр, требуется согласование и…

— Ясно. Где там, кстати, эти, как их, — прищелкнул пальцами глава государства, — ну, авторы того доклада про зергов и мши.

— Олдсон и Грубер, сэр?

— Да.

— На борту, вы хотели с ними побеседовать подробней.

— Вот-вот. Пригласи их ко мне, время есть, а дел все равно нет.

— Конечно, сэр.

Профессора, давно уже таскающиеся по воле президента в качестве чего-то вроде говорящего багажа, наконец-то получили возможность поделиться своими мыслями. Тем более, что за время вояжа им ничего и не оставалось, кроме как их обсуждать.

(Омак написан читателем Норн).

— Господин президент, мы очень рады, что наш доклад вас заинтересовал.

— Доклад не сказать чтобы оптимистический и заставляет задуматься. Если вы правы, то это вынуждает нас очень сильно скорректировать свои планы на будущее.

— Вы совершенно правы, господин президент.

— Итак, вы утверждаете в своем докладе, что зерги и мши представляют собой единую в культурном плане расу с неизвестными нам целями, и возможно, являются частью некоего союза, предположительно не ограниченного лишь этими расами, который осуществляет свою деятельность за пределами известного Лиге Миров космоса. Я ничего не упустил?

— Ну, если очень грубо, то да — сказал мистер Олдсон.

— Можете пояснить свои умозаключения? В докладе все представлено слишком сухо и официально. Так сказать, разжуйте.

Олдсон и Грубер переглянулись. В принципе, докладная записка писалась за деньги, как и большинство подобных докладных записок, носящих больше исследовательский характер с планированием на будущее.

— Господин президент, скажу честно, проводя исследования, я сначала не сильно понимал общую картину вопроса и подходил к поставленной задаче исключительно с точки зрения подготовки общей выжимки из собранной информации. Но! Чем больше через меня проходило информации, тем больше я приходил к выводу, что не все так просто в этом вопросе. Поэтому я был вынужден обратиться к моему другу, профессору Груберу, и уже вместе мы начали более детальный анализ информации. Кроме того, доктор Грубер плотно сотрудничает с Пси-корпусом и имеет доступ к ряду документов, которые стали цементирующими в нашей общей теории.

Первое, на что я хочу обратить ваше внимание, это язык мши и зергов. Их лингвистический анализ показал искусственность этих языков и очень много заимствований, — разошедшийся докладчик хлебнул воды и продолжил: — С одной стороны, это не является чем-то странным для рас, которые являются телепатами.

— Мши, насколько мне известно, не являются телепатами… — озвучил свои сомнения президент.

— О нет, мистер президент, они являются телепатами, причем очень сильными, — вмешался профессор Грубер. — Да, они не способны транслировать свои мысли, но читать чужие — легко. Проще говоря, они являются пассивными телепатами, настроенными на восприятие информации, но не на ее передачу. Это не значит, что они перестали быть телепатами. Это как радар с активной подсветкой и без таковой, отсутствие подсветки не делает радар чем-то другим.

— Понятно.

— Я продолжу, — вступил прерванный Олдсон. — Для телепатов язык как таковой вообще не нужен. Они легко прочитают мысль, обращенную к ним, как, собственно, и любую «громко подуманную» мысль, то есть мысль, на которой вы сильно сконцентрированы, до уровня проговаривания про себя. Эти мысли телепаты слышат, даже если не читают вас специально. Можете обратиться к своему советнику по телепатам, и он подтвердит, что телепаты все время пребывают в состоянии восприятия «громких» мыслей, из-за чего для них это выливается в постоянно сопровождающий их гомон «голосов» или, что реже, легкого свечения, какофонии запахов или вкусовых чувств, смотря с каким чувством больше связана телепатия. Чаще, конечно, это слух, но бывают и исключения.

Сделав небольшую паузу, чтобы перевести дух и дать президенту время на осмысление, профессор продолжил озвучивать свои выводы. Он спешил поделиться, ничуть не сомненеваясь, что сделал настоящее открытие.

— Так вот, для телепатической расы отсутствие языка — норма. По той простой причине, что им не нужен вербальный инструмент коммуникации. Однако на определенном этапе развития приходится создавать такой инструмент, как письмо, чтобы передать потомкам свое мироощущение и при этом знать, что это будут именно твои мысли, а не, скажем, того, кто эти мысли от тебя воспринял. Эффект «испорченного телефона» в телепатии ведь тоже работает. Поэтому не удивительно, что языки расы телепатов имеют все признаки искусственных языков.

— Тогда что же вас удивило?

— Счет! — выпалил Грубер. — Видите ли, господин президент, система счисления зачастую формируется из того, что всегда, так сказать, под рукой. Человечество за свою историю знало много систем счисления, и все они в основном базировались на количестве пальцев или фаланг. Так, наибольшее распространение получили пятеричная, десятеричная и двенадцатеричная системы счисления. Первые по количеству пальцев на руке или на обеих руках. Двенадцатеричная по количеству фаланг на четырех пальцах, которые считалась большим пальцем. Знаменитая шестидесятеричная система счисления на самом деле по своей сути есть двенадцатеричная, но пятикратно продублированная, если, конечно, брать грубое объяснение.

— Так вот, у Зергов и Мши система счисления десятеричная, что не соответствует их физиологии. Проще говоря, им неоткуда взять такую систему счисления.

— Тоже заимствовали?

— Маловероятно. Система счисления является основополагающей для научного развития, так как математика является базой для развития науки. Сначала создается математический аппарат познания мира, который позволяет проводить теоретические изыскания в других сферах науки, и только потом развиваются другие области научного познания мира.

— Более того, когда у зергов спросили, откуда у них такая система счисления, они ответили, что так заповедано Прародителем. При этом десятеричная система счисления имеет ряд минусов, удобнее всего было бы использовать шестеричную, и раса, которая вынуждена создавать искусственно свою письменность и язык, должна была бы это учесть.

— А почему не пятеричная, или, скажем, двадцатеричная?

— Ну, нечетные системы счисления неудобны тем, что их десятки не делятся без остатка пополам. Например, в пятеричной системе счисления, то есть, 0-1-2-3-4 и 10, вы не сможете разделить 10 на 2 или 4 окончательно. Это все равно, что в нашей системе 10 разделить на 3, 6 или 9. Всегда будет бесконечный остаток. И это справедливо для всех систем счисления, которые в своей основе имеют нечетность.

Тут, видя что президент немного «завис», пытаясь осмыслить все сказанное, докладчики опять тактично взяли небольшую паузу. Заодно и горло промочили. Увидев, что их вновь готовы слушать, они продолжили:

— В двадцатеричной системе, наоборот, слишком объемная таблица умножения. В такой таблице будет 55 элементов, которые обязательны для заучивания. Даже наша десятеричная система счисления достаточно длинна, в ней приходится заучивать 36 элементов.

Несмотря на то, что президент уже успел пожалеть про свой интерес, он решил все же разобраться в вопросе окончательно и поэтому спросил:

— А в шестеричной?

— Шестеричная представлена цифрами 0-1-2-3-4 и 5, соответственно и заучивать нужно лишь 10 обязательных элементов умножения, что сложности не представляет. Но самое главное преимущество этой системы в том, что все числа, кратные шестеричному десятку (то есть, шестерке) можно разделить на любое число меньше десятка, не получая бесконечный остаток, за исключением, конечно, числа 5. Шестерка, деленная на 5, даст бесконечный остаток.

— Грубер остановитесь, мы здесь не за тем, чтобы обсуждать плюсы и минусы систем счисления.

— Я просто объясняю…

— Все это, бесспорно, интересно, но все же, не стоит так уходить в строну. Продолжайте, мистер Олдсон, продолжайте — хмыкнув, сказал президент.

— Вторым моментом был Прародитель. Не правда ли, странно, что две разные расы имеют идентичные верования? При этом, когда культурологи проводили исследования, и те и другие заявляли, что Прародитель не объект верований или религиозного почитания. Прародитель — реальная личность, которая живет и здравствует до сего дня, продолжая поддерживать расу.

Президенту осталось лишь вопросительно поднять бровь и чуть кашлянуть, похоже, что докладчик улетел куда-то в дебри воспоминаний и идей.

— Кхм, да, так вот. Чем больше я сравнивал, тем больше находил схожих моментов. На определенном этапе я даже организовал небольшой дискуссионный клуб, куда пригласил культурологов, изучающих зергов и мши, чтобы они могли бы подсказать, показалось ли мне, или же и правда схожестей слишком много. Так вот, оказалось, что данное явление — Прародитель — не просто схожи, они идентичны. Когда мши и зерги говорят о своем Прародителе, они говорят об одном и том же существе.

— Ну, Мши ведь телепаты, могли и перенять…

— Нет. Религия, верования являются все же слишком интимными, их нельзя просто так перенять, тем более, до такой степени. Более того, как вы помните, ранее мши не сильно контактировали с зергами.

— Тут ваши сведения не совсем точны, но да, пожалуй, чтобы перенять религию, маловато.

— Именно с этого момента я и обратился к доктору Груберу, так как мне нужны были доступ к докладам телепатов пси-корпуса, которые контактировали с этими расами.

— И?

— Телепаты утверждают, что каждый разум уникален, даже несмотря на принадлежность к одной расе и культурной среде. Именно поэтому, даже находясь среди своих, телепат всегда пребывает как бы в разноголосице. Это как если бы человека поместили в репетиционный зал оркестра, у которого нет дирижера, каждый играет в своем темпе и по своим нотам.

Сказанное было проиллюстрировано взмахами рук, которые, видимо, должны были символизировать ту самую какофонию.

— Так вот, зерги и мши уникальны тем, что когда телепат рядом с ними, он будто оказывается в зале, оркестр которого имеет хоть и разные ноты, но есть дирижер, который скрадывает различия и объединяет какофонию в единую музыку. Так, например, имеются неоднократные упоминания единой ноты, окружающей Мши и Зергов, связующей их, поддерживающей и, можно сказать, наполняющей их. У Мши эта нота является еще и базисом их собственного разума.

— То есть… любому телепату рядом с ними… комфортно, что ли?

— Да, господин президент. Слабым — просто уютно и хорошо, они не могут, конечно, понять почему, потому что ноту, или единый свет, воспринимают только очень сильные телепаты, но комфорт ощущают все.

— Прародитель, скорее всего, супертелепат, или эгрегор рас зергов и мши, объединяющий их в единую сеть. У них единые верования, и, самое главное, история обеих рас достаточно туманна.

Президент весьма скептически относился к разным эгрегорам и прочей мистике, но все же, будучи политиком до мозга костей, предпочитал вначале выслушать собеседника до конца. Тем более, что он наконец-то услышал что-то новенькое, над чем можно было как следует поразмыслить. Особенно в преддверии намечающихся переговоров. Зацепиться разом за две далеко не последние расы, а может, и вообще, заключить союз, это было бы верным способом вписать свое имя в историю.

— Мши прибыли из-за пределов известного космоса, и причина их исхода неясна. Зерги тоже обитают в неизведанных регионах, их история до контакта с Аббаи окутана туманом. Все, что нам о них известно, известно с их слов, при этом анализ полученной информации показывает, что в ряде случаев имеется искусственность происхождения того или иного проявления общности.

— Хм, ну положим, зерги этого особо и не скрывали. Война, восстановление планеты, и все такое, — потер висок президент, что-то от обилия новой информации и мыслей, у него как-то неспокойно на душе стало. — Продолжайте, прошу вас, — махнул он рукой профессору.

— Конечно, сэр. Я почти закончил. Мы считаем, что где-то за пределами известного космоса имеется некий аналог Лиги Миров, в который входят зерги и мши, находящиеся тут в рамках своеобразной разведывательной миссии, по крайне мере — мши. Зерги мастера генетики, и не секрет, что способны проводить ассимиляцию других разумных, по этому поводу есть соответствующие рапорты из надежных источников.

— Это все?

— Ну, есть еще нюансы, но если по сути, то да.

— Спасибо, господа, я обдумаю эту информацию, все это достаточно интересно, и если вы правы, это многое объясняет. А сейчас мне нужно подготовиться к зачитыванию новогоднего обращения.

— Конечно, сэр.

— Всего хорошего, господа. С наступающим.

— Спасибо, господин президент, и вас с наступающим.

* * *

«Новогоднее обращение президента уже задерживается на десять минут. Как нам сообщили, произошли неполадки со связью», — читала дикторша новостей.

— Связь с бортом номер один, немедленно! На президента готовится покушение! — ворвался в рубку командор, которому раненый Гарибальди, перед тем как потерять сознание, успел сообщить о заговоре.

— На линии помехи, сэр.

— Связь с Землей!

— Не отвечают, все каналы забиты помехами.

— Черт, ну хоть с кем-то мы можем связаться?

— С новостным каналом.

— Предупредите хоть их.

— Есть, с…

«Нам только что поступил сигнал со станции Йо!» — радостно выдала ведущая в эфир, и картинка сменилась… на взрывающийся президентский звездолет. Истребители эскорта попытались сманеврировать, но взрыв был слишком мощным, а они были слишком близко. «С-станция в-высылает спасательные команды, но вряд ли кто-то смог выжить», — ошарашенно выдала ведущая на автомате.

* * *

— Все готово, прародитель.

— Иду.

Тело уже давно отцепилось от кокона-трона, впрочем, это не помешало мне увидеть взрыв борта номер один. А также головомойку, устроенную Синклеру сенатором, который не желал паники и вообще: «Наши эксперты считают, что причиной взрыва стали неполадки в топливной системе, вряд ли ваш начальник службы безопасности мог узнать что-нибудь, находясь так далеко от места событий». Да что там, я даже успел разобрать психоматрицу снятую с «окуклившейся» под воздействием трилюминария Делен. Смотреть же на метания командора особого желания не было. Как-никак, я теперь знаю ближайшее будущее, причем куда подробней. Жаль только, не в курсе, есть ли я в нем.

Давно же я не ходил на собственных ногах, очень давно. Впрочем, какая глупость, не с моим телом разучиться это делать. Волнительно? Да, пожалуй, что так, страх ушел, устал я что-то от него. Остался лишь мандраж. Не каждый день собираешься умереть, но иной путь придумать сложно. В принципе, смерть тут не совсем подходящее слово, но другие-то еще меньше суть процесса отражают. Чтобы перейти на новый уровень, нужно покинуть старый. Избавиться от оков плоти. Превратить в нее мир, саму ткань реальности. Трудность лишь в том, чтобы не продавить столь хрупкую субстанцию, не пойти ко дну. Чувствую себя птенцом, которого собираются выбросить из гнезда. Полетишь, расправишь крылья, сумеешь удержаться, поймать потоки — воспаришь. Нет — ну что же, умирать, разбившись о камни будет больно. Впрочем, мне ли бояться боли. Сколько раз придется расстаться с жизнью и вернуться к ней? Не знаю, может, и одного хватит, а может, первый раз станет последним.

«Закрывайте», — посылаю мысль, разместившись в самой совершенной ловушке души, что удалось создать, вдобавок она еще и совмещена с невероятным реанимационным комплексом. Теоретически, сочетание этого даст мне возможность переродиться. Умереть и вновь вселиться в себя же. Сколько раз придется это повторить перед тем, как душа приспособится к бестелесному существованию? Не знаю. Никто не знает. Наверно.

«Поехали!» — уходит через мысль-приказ бессмертное Гагаринское и сознание начинает заволакивать тьма, в которой все ярче и ярче разгорается свет.

* * *

Маленькая Туцобу чуть ли не подпрыгивала от нетерпения. И зачем только придумали эти дурацкие шлюзы. Глупость какая. Ведь нет ничего проще, чем пройти прямо сквозь стенку. Опасно? Пф, что может быть опасного в фазовом сдвиге, тем более, она уже большая, и может на целую минуту развоплощаться. Наконец-то!

— Так дети, все помнят, как себя вести?

— Конечно.

— Ага.

— Да…

— Надеюсь. И чтобы никаких ваших шуточек! Это тебя, Ту, в первую очередь касается.

— А что я-то сразу? Это, между прочим, Баваде в тот раз развоплотился.

— После того как ты его укусила.

— А нечего было на хвост наступать.

— Я же не нарочно.

— Все, хватит. Помните, младшие нас не видят, но их телепаты наше присутствие ощущают. Постарайтесь никого не напугать. Идемте.

Стайка детишек прошла мимо поста охраны станции, никем не замеченная, и направилась в сторону центрального отсека. По местному времени было раннее утро, так что никто необычным гостям не встретился и не помешал.

— Вот мы и на месте. Итак, начнем пока теоретическую часть сегодняшнего урока. Где мы находимся?

— Межрасовая станция или просто Вавилон.

— Правильно, все помнят откуда взялось такое название? Ту?

— В каждом цикле развития разумной жизни наступает момент, когда появляется раса, желающая создать место для решения разных вопросов путем переговоров. Первой станцией, о которой нам достоверно известно, был Вавилон-5, построенный хомо. Оттуда и пошло название, как и вообще отсчет циклов. Появление центра кристаллизации молодых цивилизаций считается достаточным основанием для вступления с ними в полноценный контакт.

— Хорошо, молодец. Сегодня вам предстоит первое знакомство с разумными видами нового цикла. Конечно, они еще довольно дикие, но и вам в ближайшее тысячелетие с ними не общаться, так что просто присматривайтесь.

— А правда, что у них Кошем сам Прародитель будет?

— Правда, — улыбнулась наставница.

— Ого, повезло им.

От автора: или нет; —)

Глава 35. Сон — это маленькая смерть

Лоуч стоял на обзорной палубе транспорта и смотрел на планету, подернутую легким маревом облаков. Лучи звезды отражались от бескрайней ледяной поверхности, казалось, что весь мир светится, как алмаз или бриллиант, наверное так назвали бы это хомо. Для него же это была родина. Дом, нора где он появился на свет. Пещера-купол, где он учился и взрослел. Круг, в котором его впервые коснулась тень прародителя. Давненько он тут не бывал. В прошлый раз столичный мир был куда менее приветлив, тогда здесь была зима, долгая и суровая. По-своему прекрасная, но он все же предпочитал весну и лето.

Корабль вошел в атмосферу и начал плавное снижение. Несмотря на весь свой прогресс, мши не были склонны к излишнему расточительству. Поэтому траектория была оптимальна с экономической точки зрения, что плохо отразилось на панораме за иллюминатором. Впрочем, это мало волновало пассажиров. Они прибыли, нужно было собираться и готовиться. Слишком непродолжительна их жизнь, чтобы терять время напрасно. Лоуч не был исключением из правила, хоть и отправился собирать вещи последним.

Центральный купол — один из немногих, что возвышались над поверхностью льда, и единственный, который был доступен большинству гостей. Очень немногие знали, как на самом деле живут мши. Остальные, как и всегда, судили лишь по одежке. Именно поэтому столица была помпезна, красива, претенциозна и бесполезна. Всего лишь декорация, предназначенная для того, чтобы пускать пыль в глаза. Однако именно тут располагался Дом Великой Матери, куда и лежал путь Лоуча. Скромным словом «дом», пусть даже и с большой буквы, назывался самый обыкновенный дворец. Впрочем, где вы видели обыкновенные дворцы? Вот то-то же. Люди, знакомые с историей архитектуры, всегда удивлялись явственно ощущаемым в нем мотивам, что были свойственны храмам древней Греции.

Пройдя сквозь анфиладу залов, обрамленных стройными белыми колоннами, Лоуч со своим сопровождающим добрались до малой залы. Великая честь — быть принятым в ней, во всяком случае, так считалось у чужаков. На самом же деле это не имело никакого особого значения. Ведь было достаточно лишь открыть разум, чтобы за секунды передать опыт жизни, поделиться мыслями, «рассказать» идеи. Скорее, он был удивлен тем, что помимо личного визита, ради которого пришлось сюда лететь, предстоял еще и разговор. Не мыслесвязь, а сотрясенье воздуха. Необычно, очень любопытно, но не более того. Лоуч знал, что если что-то делается так, а не иначе, значит, на то есть своя причина.

— Великая, — склонился Лоуч в выдуманном давным-давно ритуале.

— Я рада видеть тебя, сын рода. Присядь, раздели с нами трапезу, — кивнула Мать на свободный стул.

— Почту за честь. Здравствуйте, Первый коготь, — приветствовал Лоуч седого Жоца Кавя Зифе прижатием ушей.

— Здравствуй, последний из моего помета, — передернул поредевшими усами тот.

— Ты удивлен, что мы закрылись от тебя?

— Да, — шевельнул кисточкой хвоста Лоуч. — Но значит, так надо.

— Надо, будущий величайший коготь, — шевельнул ухом старый мши.

— Наше время подходит к концу…

— Великая, вы же немногим старше меня! — воскликнул Лоуч.

— Это не важно, малыш, так надо, и так случится. Не завтра, но скоро.

— Прародитель давно не касался моего разума.

— И это неспроста. Мы, — махнула хвостом Мать, — пустая порода. Ремесленная поделка. Прекрасная, великолепная, но мы всего лишь инструмент.

— Я это знаю, Великая. Но…

— Помолчи, детеныш, — фыркнул Жоц, укоризненно взглянув на сына.

— Простите, — виновато прижал уши тот, опустив кисточку хвоста до самого пола.

— Ты наш алмаз, сын. Ты и твои дети. Я видел внуков, они иные.

— А…

— Прародитель, создавая нас как инструмент, увлекся, — улыбнулась Мать, — в итоге среди нас родился ты. Благодаря тебе, Лоуч, через много-много поколений мы станем шедевром. Гениальным творением, которым Он уже гордится.

— Вы знаете, что с прародителем?! — от волнения Лоуч даже вскочил.

— Нет, — опустил уши Жоц, — никто этого не знает. Он с нами и не с нами одновременно.

— Он всегда с нами!

— Тише, не шуми.

— Простите, Великая.

— Прародитель бросил вызов своей судьбе, не нам об этом судить, наше дело проще.

— Хотя, по сути, оно такое же, — продолжил Первый коготь. — Перед тем, как уснуть, он открыл нам будущее. Не все, лишь маленькую часть, и…

— Поведал о тебе, сын рода. Твои потомки изменят нас, но то — дело далекого будущего.

— Тебе же предстоит изменить представление о мши, потому что придуманное нами раньше устарело. Все это потребуется изменить.

— И ты будешь тем, кто это сделает.

— Воля Великой Матери — закон. Что именно я должен сделать?

— Мы не знаем, — беззаботно махнула хвостом повелительница расы, — ты сделаешь выбор сам.

— Когда придет время решать, — кивнул Жоц. — А пока тебе придется поработать под моим началом. С точки зрения чужих, ты должен сделать карьеру.

— Как скажешь… отец.

— Давайте уже поедим, — потерла лапки Великая, — Лоуч, передай мне вон ту тарелочку с сырками.

— Конечно. А…

— Нет, разумы тебе мы не откроем. Ты не должен видеть наше решение, ты должен найти свое.

— Мы знаем, что ты все сделаешь правильно, но от некоторых подробностей не чувствуем ничего, кроме грусти.

— Великая, ты говорила про время. Значит ли это…

— Да, мне придется умереть.

— Но прародитель…

— Посплю подольше, — фыркнула Мать, — хоть отдохну от этих суетливых чужаков, что двух мыслей связать не могут. Попробуй вон те рулетики, не пожалеешь.

— Ага, благодарю.

— Завтра начнешь работать в штабе. Стратегические планы будешь разбирать, да и просто учиться. Передай мне, кстати, кекс.

— Конечно.

— Эх, как же тяжело-то вот так… — дернул хвостом первый коготь. — Не этот, другой. Вон тот, что слева.

— М?

— Да, его. Спасибо.

— Пожалуйста.

Загадки, таинственные намеки, все это не могло, конечно, не тревожить Лоуча, как и ожидаемый уход Великой Матери Рода, но, в общем-то, он не слишком волновался. Прародитель открыл завесу будущего? Он должен будет принять решение, которое будет верным? Что ж, он сделает это. Их ведь и создавали, чтобы действовать. Выполнять, а не сомневаться, служить — вот их кредо, цель и призвание. Хотя изредка он все-таки ловил себя на мгновениях сомнений и стыдился их. Ведь он точно знал, что ничего подобного другим его соплеменникам не ведомо. Во всяком случае, ему еще не доводилось встречать никого из своего рода, кто был бы схож с ним в этом.

* * *

Корабль, выглядящий как вытянутое семечко, вживленное в плоский лист, похожий на те, что можно увидеть на березе, опустился на причальную площадку. Чмокнула, раскрывшись, диафрагма шлюза, и Шушшик скользнул на пружинистую поверхность. Довольно рыкнув, он втянул полной грудью воздух дома. Мириады запахов наполнили ноздри, тончайшие оттенки и нюансы закружили голову. Как же он скучал по всему этому. Лишь редкие вылазки на тайный уровень позволяли насладиться чем-то отдаленно похожим на это. Вот только там не было солнца, и фон был совсем другой.

Бросив мимолетный взгляд на сотни корешков, соединивших малый транспорт с поверхностью взлетного поля, он неспешно пополз в сторону ближайшего тоннеля. Разум наполнился гулом от плотного ментального поля, обволакивающего родину. К огромной печали Шушшика, в нем явно различались нотки тоски и не было тени прародителя. Верней, она мерцала, диссонировала, и ему удавалось уловить лишь ее слабые отголоски. Это было так странно и так непривычно, что у него вырвалось резкое шипение.

Как зерг, рожденный для административных функций, в полете Шушшик проводил время, прилежно штудируя новые положения, правила и прочие наставления со всевозможными поправками и дополнениями. Впрочем, их было немного. Если перевести в бумажный формат, набралось бы всего на пяток мелких томов по паре тысяч страниц каждый. Легкое чтиво, не более того. Проследовав тоннелями, что больше напоминали кишки, чем искусственное сооружение, он выбрался в зал с прудом перерождения. Великолепное для любого зерга зрелище и прилагающийся к нему аромат наверняка не оставили бы равнодушными ни одного разумного. Правда, подавляющее большинство из них, вероятней всего, расстались бы с содержимым своих желудков. Впрочем, что эти дикари понимают в прекрасном? Ничего. В таком-то, уж точно.

— Привет, — пророкотал голос, похожий на гул водопада, и над камнем поднялась голова великолепно пахнущей самочки.

— Шдравшштвуй, — раскинул лапы Шушшик.

— Линька? — послала она участливую мысль.

— Она самая, — транслировал приглушенные ощущения Шушшик.

— У меня тоже, — ответила самочка, продемонстрировав потертый бок и пару сломанных шипов.

— Совсем тяжело тебе приходится, — поскреб ее когтем, отдирая пару пластинок, Шушшик.

— Очень тяжело, — вздохнула она и приятно проскрежетала лапой по его панцирю.

— Вид менять будешь? — поинтересовался Шушшик, обратив внимание на ободранные до состояния костей крылья.

— Ага, — даже в мыслях умудрилась довольно прошипеть млеющая от почесывания когтями самка. — Буду пилотирующей. Видел новые корабли?

— Нет, — вздохнул Шушшик, — я только с Вавилона, только лишь с новыми заветами ознакомился.

— Вау, покажи! — заинтересовалась она не на шутку, даже его панцирь скрести перестала.

— Тогда с тебя про это, — транслировал мыслеобраз парящего в небе зерга Шушшик. — Всегда хотел ощутить, но как-то не довелось еще.

— Конечно, смотри.

«Молодежжж», — одобрительно прогудел жукоподобный зерг, бросив взгляд на замершую парочку прижавшихся друг к другу тел. Пошевелив мохнатыми усами с чувствительнейшими рецепторами и посмотрев, как содранные пластины чешуи и брони втягиваются в пол, он удовлетворенно прищелкнул жвалами и отправился в боковой тоннель. Выбравшись на залитую солнцем площадку, он оттолкнулся мощными лапами и, раскрыв крылья, перелетел на соседний уровень. Ему предстояло много работы. Его призванием было дарить радость изменения, и он по праву гордился тем, что в базе с генетическими шаблонами есть и его творения. Пускай их редко используют, но ведь используют же. Не зря он над ними трудился, а со временем добавятся новые. Сам прародитель трижды касался его разума.

* * *

— Вир! Хватит уже хандрить!

— Как скажешь, Лондо.

— Так и скажу. Ты совсем запустил дела!

— Прошу прощения, посол. Я сейчас же разберусь с новой корреспонденцией.

— О, демоны вселенной! Да плевал я на этих идиотов и их инструкции. Я говорю про твои дела. Как ты собираешься смотреть в глаза одной клыкастой морде и одному своему мохнатому приятелю? Что ты им скажешь?!

— Ничего, Лондо. Мы продали бизнес. В нем нет нужды. Да и неизвестно, вернутся ли они еще.

— Какой же ты еще ребенок, Вир. Вот что, на станцию прилетели техномаги, и я приказываю, слышишь, — навис над Виром Молари, — именно приказываю тебе получить у них благословение для меня.

— Зачем вам это? Вы же с мистером Морденом и его загадочными друзьями на короткой ноге? В коридорах власти на родине только и разговоров о том, как ловко вы решили вопрос с нарнами в тридцать седьмом квадрате.

— Вот именно! Император дряхл, еще немного, и он умрет. Наследника нет, начнется грызня, интриги, в общем, все как в старые добрые времена.

— Вы хотите сесть на трон? — удивленно уставился на начальника Вир.

— Я что, похож на идиота?! — искренне возмутился Молари.

— Ну, иногда бывает, — не стал лукавить Кото.

— Знаю! Но ты мог бы и не напоминать.

— Простите.

— Нет, императором я быть не желаю. Был уже один, знаешь ли.

— Да, я помню, но он, ну, э-эм, плохо он, в общем, закончил.

— Вот именно, — тряхнул прической Лондо, — вот именно. Мне, знаешь ли, жизнь еще дорога.

— Тогда зачем вам благословение техномагов? Я не понимаю.

— Это знак, символ. Тебе ли не знать, как они важны. Власть, богатство, влияние, история семьи — все это хорошо, даже прекрасно, но в наших традициях очень многое построено на знаках, предзнаменованиях и символизме. В общем, ты должен пойти к техномагам и договориться о встрече.

— Они не слишком-то общительны, да и вообще, не очень привечают чужаков.

— Я в курсе. Именно поэтому я отправляю тебя, а не иду сам.

— Вы так добры, патрон.

— Цени это, — фыркнул Лондо, сделав вид, что не заметил сарказма в голосе своего помощника. — Ты же мне как сын! Я в тебя верю. Ступай уже, нечего тут мои напитки переводить. Вперед, на баррикады! Во славу величия Центавра…

— И вас, папочка.

— Не язви. Мал еще.

— Спасибо, Лондо, — улыбнулся Вир. — Вы помогли мне встряхнуться, а то совсем я что-то расклеился.

— Это нормально, Вир, — положил Молари руку на плечо Кото и чуть сжал его. — Это нормально. Так всегда бывает. Мы расстаемся с друзьями, любимыми, а порой и с жизнью.

— Вот последнее в свете вашего приказа, можно было и не упоминать.

— Не бурчи, можешь свою «базуку» взять.

— Не могу уже, Гарибальди ее отобрал. Не положено, видите ли, — с отчасти притворной обидой фыркнул Вир.

— Знаешь, пожалуй, я поставлю ему выпить. Очень смелый землянин.

— Это заговор, — пробормотал Вир. — О вселенная, ну почему все норовят обидеть беззащитного меня? — хрустнул шеей молодой центаврианин, проверяя, хорошо ли из рукава достается кристаллический стилет и поправляя кобуру с бластером на пояснице. — Гранаты, что ли, взять? — задумчиво протянул Вир, поглядев на дверь своей комнаты. — Нет, не стоит, больно уж дорого ремонт оплачивать, — мотнул он головой. — Ладно, чего сидеть-то, — буркнул он, вставая, — пошшли, шшто ли, — скомандовал сам себе Вир, отправляясь выполнять приказ начальства.

— Удачи, — махнул рукой почти не удивленный уже Лондо вслед своему изрядно заматеревшему атташе. — Техномагам, — добавил он, наполняя бокал. — Эх, надо было заводить детей, может, они были бы на него похожи? — сказал Молари своему отражению. — Увы, — вздохнул он, отметив седину, морщины и пока что малозаметные пигментные пятна, — мое здоровье.

* * *

«Эй! Есть кто дома!» — прокричал Вир, входя в довольно-таки мрачно оформленный отсек. Ответом ему была тишина и треск пламени в чашах, что заменяли техномагам светильники. «Дикость и расточительное варварство», — фыркнул Кото, немного скривившись. «Ррр!» — раздался пробирающий до костей рев, приправленный инфразвуком, и из-за поворота выбрался трехметровый монстр. «О, собачка!» — обрадовался Вир. «Привет, песик», — помахал он рукой чудовищу. «А я вот в гости к твоим хозяевам, ты случайно не в курсе, где они?» — направился он к опешившему стражу. «Что-то совсем они тебя в черном теле держат», — вздохнул Вир, подходя к охраннику. «Тухлятиной, поди, кормят, вон у тебя из пасти как воняет», — поморщившись, сочувственно пробормотал он. «Ррр», — выдал монстр неуверенно. «Ну-ну, не бойся, на станции все знают, что Вир Кото животное не обидит», — ободряюще улыбнулся он попятившемуся чудовищу. «Иди сюда, маленький, я тебе за ушком почешу, только ты наклонись, а то мне так не дотянуться будет», — поманил пальцем монстра Вир. С легким хлопком иллюзия исчезла, не выдержав силы любви к братьям нашим меньшим. «Жаль», — вздохнул центаврианин. «Эй! Хозяева! Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать! Кто не спрятался, пеняйте на себя!» — прокричал Вир.

— Не надо никого искать, — сказал появившийся из ниоткуда техномаг. — Я Элрик. Что ты хотел?

— Еще один с дурацкими вопросами, — пробурчал Вир. — Мне приказано организовать встречу вашего представителя с Лондо Молари, послом Центавра.

— Нет.

— Слушай, лысый Йорк…

— Я Элрик!

— Да какая разница, — отмахнулся Вир. — Я заглота приручил, с зергом пил, я с мши по нижним секторам шастал… короче, не создавай себе проблем.

— Мы не собираемся…

— Слушай, ну ты же умный мужик?

— И что?

— Я понимаю, что тебе до Лондо и до всех нас дела нет, вы от кого-то или от чего-то бежите. Надеетесь забиться в глухой угол и отсидеться. Ваше право. Но у меня приказ. Так чего ты ломаешься? Приди и лично пошли моего патрона, а то ведь мне придется за вами бегать, уговаривать, — выделил последнее слово Вир. — Ни вам, ни мне этого даром не надо. Так зачем все усложнять?

— Хорошо, защитник животных Вир Кото, я приду на встречу с твоим начальником.

— Вот и хорошо. Да, а монстрика своего покормите.

— Это была иллюзия.

— Да я уж понял, не дурак. Но все равно, какой-то он у вас заморенный и пахнет плохо. Не дело это.

— Мы… изменим его, — кивнул слегка шокированный техномаг.

— Ладно, пойду я. Ждем завтра в десять, постарайтесь не опаздывать.

— Мы пунктуальны, — обиделся задетый за живое Элрик. — Я буду ровно без пяти минут.

— Вот и прекрасно. Спасибо. И, — Вир чуть смутился, — а можно еще раз монстрика сделать?

— З-зачем?

— Ну, я бы с ним погулял, мячик там или… — Вир огляделся по сторонам, но не увидев ничего подходящего, достал стилет, — вот, палочку бы покидал.

— Н-нет, это очень тяжелое волшебство.

— Жаль, — вздохнул Вир. — Вам бы к доктору сходить, а то у вас что-то глаз дергается. Или можно в стриптиз-бар, казино еще хорошо от нервов и стресса помогает.

— Я… подумаю. Спасибо за заботу.

— Да не за что. Мало нас, добрых людей, — вздохнул Вир убирая стилет в ножны. — Всего вам хорошего. До завтра.

— До завтра.

«Надо улетать», — билась мысль в голове техномага. «И чем скорей, тем лучше», — думал он, провожая взглядом гостя. «Что-то не то творится с пророчествами и предсказаниями, совсем не то», — покачал головой Элрик.

* * *

— Леди Ладира, — склонился в поклоне центаврианин.

— Профессор Ард, — обозначила намек на поклон его собеседница, — вы были так настойчивы в своем желании получить аудиенцию, что мне стало любопытно.

— Видимо, вы не прочитали моего письма, — вздохнул Ард Тираш, — именно поэтому мне пришлось идти столь сложным путем.

— Моей корреспонденцией занимаются помощники.

— Да, в таком случае они, скорее всего, сочли его бредом сумасшедшего, — улыбнулся профессор.

— Мне даже стало любопытно, что столь образованный центаврианин, как вы, мог там написать.

— Я перешлю вам копию, если пожелаете, — пожал плечами Ард. — Но в общем-то, там речь шла о Прародителе.

— Вам что-то известно?! — подалась вперед Ладира, вперив взгляд в гостя.

— Постарайтесь так больше не делать, моя леди. В глазах остальных вам лучше оставаться обычным пророком.

— Вы ведь из колоний? — откинулась на спинку кресла Ладира, вновь принимая отрешенный вид и скользя немного затуманенным взглядом по помещению.

— Да, леди, — кивнул профессор. — Из одной недавно возвращенной в лоно республики колонии.

— Вы его потомки.

— Именно так, но мы помним о родстве со своим народом. Наша цель не вредить, а наоборот, помочь. Центавр загнивает, он словно больной…

— А мы — его лекарство?

— Да. Я рад, что вы с нами, леди.

— Значит, все это было не сном и не видениями.

— Вас изменили, но на вашу волю не посягали. Вы та, кем вы были и есть, он лишь дал вам возможность выбрать и помог с проблемами спонтанных видений незначительного.

— О да, знали бы вы, какое это счастье, иметь возможность насладиться красотой обычного цветка в саду, а не узнать внезапно, что с ним станет завтра или через месяц.

— Мне не дано вас понять, — развел руками профессор, — я лишь могу попытаться.

— Это словно проснуться, выйти из комы, вновь начать жить, — поделилась наболевшим и много раз продуманным Ладира. — Впрочем, давайте сменим тему. Я слишком редко принимаю гостей и, как правило, они не задерживаются. Вам ведь не нужны лишние подозрения?

— Да, нежелательны, тут вы совершенно правы.

— Тогда скажите, в чем именно вам требуется моя помощь?

— Нам необходимо подготовить почву для заговора. И вы не совсем верно поставили вопрос. Это мы будем помогать вам. Вы станете нашим лидером.

— Император стар и болен. Вы предлагаете мне стать императрицей?

— Нет, хотя это и не исключается, даже будет полезно, но лишь при новом императоре.

— Провидицы еще ни разу не садились на трон, мы всегда стояли подле него.

— Времена меняются, моя леди.

— Когда Турхан умрет, начнется схватка за власть. У нас мало времени. Мне неизвестны ваши возможности, но вряд ли они велики.

— Вы правы, но мы будем готовить заговор против нового императора. Партия войны набрала много власти. Они приведут Центавр на край гибели. Мы не хотим этого, ведь мы все же, пусть и отчасти, но центавриане. Прародитель дал нам возможность, приоткрыл завесу будущего. Мы постараемся сделать так, чтобы оно свершилось.

— Я видела, — медленно кивнула Ладира. — Но Молари… Не знаю, меня терзают сомнения.

— Лондо — темная лошадка, но он весьма достойный кандидат. Ему лишь надо помочь избавиться от прилипшей к лицу маски.

— Быть может, вы и правы. Я мало о нем знаю.

— Мы предоставим информацию. Сейчас же мне стоит вас оставить.

— Перешлите все же это письмо, я хочу прочесть его.

— Конечно, моя леди. До свидания.

Ладира лишь прикрыла глаза и шевельнула рукой на прощанье, вновь принимая образ пророчицы, что не от мира сего. «Маски, все мы носим маски», — вздохнула она мысленно. Кто-то по необходимости, кто-то чтобы скрыть свою истинную натуру. Удобно, это очень удобно и… по-детски. Сложно признать, что ты не тот, кем кажешься. Быть собой — роскошь, доступная лишь избранным.

* * *

— Рад видеть тебя в добром здравии, Оллор, — поприветствовал врии посол аббаи.

— Взаимно, Калика. Увы, приживление далось мне тяжело.

— Не спешил бы ты так, и не пришлось бы тебя откачивать, — выразила недовольство и волнение за друга аббаи, изменив цвет гребня.

— Обстоятельства, — виновато смежил внутренние веки врии, — сама понимаешь.

— Время еще есть.

— Но его мало, а дел много.

— Как и всегда. Поэтому давай займемся делами. Ты получил от зергов планы нападения на нас?

— Да, мы даже вчерне согласовали с ними наш контрудар. Вот, возьми, — протянул Оллор пластинку с информацией.

— Передам в штаб, я в военном деле слабо разбираюсь. Лучше расскажи, что с поставками.

— Все в порядке. Мши начали строительство, а кое-где уже и запустили производства. Потери будут минимальны, но совсем без них нам не обойтись.

— Меня это печалит. Без прародителя командные должности придется занять добровольцам. Многие из них погибнут.

— Ловцы душ о них позаботятся.

— Да, но это все же будут не они.

— Как знать, быть может, он все же успеет, да и возможности его нам до конца не ведомы.

— Будем надеяться, что нам еще остается? — вздохнула Калика, гребень которой потускнел и слегка опал.

— Делай что должно, случится что суждено, — процитировал фразу античного императора с Земли врии. Впрочем, нечто подобное говорили во все времена у всех народов.

— Ты давно был на Орионе?

— Давно, а что?

— Да так, вспомнилось что-то.

— Последний раз ты там даже поплавать умудрилась, — прикрыл глаза Оллор.

— Да, целый сегмент, потрясающе, — зажмурилась от приятнейших воспоминаний Калика.

— Хорошо было, — кивнул врии, который тоже позволил себе ненадолго предаться воспоминаниям.

— Еще немного, и сфера будет готова.

— Скажешь тоже, — всплеснул рахитичными ручками Оллор, — там еще работать и работать, но да, темпы потрясающие. Главное — началось накопление, в предстоящей схватке это будет наш решающий козырь.

— Скорей уж последний аргумент, — поежилась Калика, — а главное — там уже можно жить, и заработали исследовательские центры первой очереди.

— И это тоже. Как у вас, кстати, с подготовкой кораблей и баз?

— Хорошо, бутафории много наделали. Каурлиане нам вовсю реакторы поставляют, даже расконсервировали несколько древних производств.

— Да, они нынче в ударе. Мы тоже у них ядерные реакторы брать начали. Для имитации бурной деятельности сойдет, а биороботам на фон плевать. Офицеры в изолированной капсуле-отсеке. Самое то получилось. Мы там еще батарей мекларских и накопители на сверхпроводниках поставили, так вообще на пару полноценных залпов мощности хватает. Даже подумываем…

— Ой, да избавь ты меня от этих подробностей, — замахала руками Калика. — Вот почему у любого разумного вида самцы не могут без всех этих железяк обходиться?

— На все воля прародителя, — сощурил глаза врии.

— Шутник, — окрасила гребень аббаи.

* * *

В одном неприметном баре проходил обычный вечер выходного дня. Небольшая группа разумных сидела за общим столом и предавалась скромным радостям чревоугодия. Правда, в этот раз очередное собрание закрытого клуба для своих больше походило на посиделки охотников у костра. Или рыбаков, что, в общем-то, непринципиально.

— Ну вы даете, — щелкнул клювом посол токати, выражая крайнюю степень изумления.

— Не сыпьте соль на раны, — скривился мрачный йолу, опрокидывая стакан. — Я ведь этого идиота рекомендовал, а он, придурок, ничего кроме паршивых накопителей и выторговать не смог.

— Они же хуже мекларских, а уж до кристаллов им вообще как отсюда до родины пешком.

— Именно! Если бы мог, лично бы придушил. Нет, ну где были мои глаза?!

— Сочувствую, друг мой, — похлопал по плечу посла йолу сосед, — вот, заешьте стресс.

— Спасибо. У вас-то как успехи?

— О, нам грех жаловаться, как говорят люди. Мы же бунтовать собрались, ну и под это дело удалось получить броню. Вещь, скажу я вам, потрясающая. На тридцать процентов прочней ворлонской и на десять превосходит зерговские разработки. Правда, растет медленно, зараза.

— Это вас просто с нанитами надули. Я недавно с Меклоном связывался по поводу наших подарочков, вот меня и просветили.

— Тени себя самыми умными считают, — фыркнул ксон, потерев зудящий имплант, что недавно был вживлен в тело, — нам они тоже некондицию подсунули. Нет, сам-то по себе этот их луч смерти очень даже ничего, вот только он половинчатый, да еще и с фокусировками там что-то не то. Уж простите, точней не объясню, — развел он руками.

— Нам тоже какой-то хлам всучили, — пожаловался дрази, наконец-то утоливший голод, — правда, мы много чего с их посланцев вытрясли. Пушки, реакторы, броня, но главное — системы наведения приличные.

— Да, у вас с ними вечно проблемы были. Как вы лихо по дилгарам-то мазали, — толкнул в бок посла улыбающийся ипша.

— Так я же и не спорю, — отмахнулся сытый и благодушный дрази, наполняя стакан. — У вас-то как успехи по этому, как его, — добрый глоток простимулировал мозг и посол вспомнил нужное слово, — по раскулачиванию?

— Увы, особо похвастаться нечем.

— Ну-ну не надо скромничать, — махнул ушами-лопухами каурлианин, — благодаря вам мы довели презент до адекватного состояния. Великолепный вышел реактор.

— Это да, хорош.

— Да что бы вы, рыбы, в реакторах понимали! Это же чудо, вот над ним еще меклары с зергами и геймами повозятся, так и вообще конфетка будет.

— Ох, посол, не начинайте, — замахал руками маркаб, — если вы сейчас своего любимого коня оседлаете и снова лекцию закатите, я лично перепишу кредитный договор.

— Но вы не понимаете…

— Друг мой, вы нам уже четырежды читали лекцию по устройству реакторов, давайте отложим пятый раз на потом?

— Хорошо, — опустил уши каурлианин под добродушные звуки, которыми иные расы обозначали смешки.

— Вы, кстати, уже определились, на кого нападаете? — поинтересовался посол дрази у бракири.

— Нет, мнения глав разделились, очень много предложений нам поступило. Мы в растерянности.

— Может быть, все же присоединитесь к нам?

— Воевать с центавром? Это слишком серьезно, они же не в курсе нашей игры, да и потом, они скорее сами на нарнов нападут.

— Вот именно, наверняка сумчатые получат знатную трепку. Они, конечно, те еще кадры, но не смотреть же на то, как их в каменный век вгоняют, а то и уничтожают вовсе. Нас, кстати, геймы против центавров поддержат. Ну, те, которые официальные.

— Пфф, как будто они чем-то отличаются.

— Мы бы к вам тоже присоединились, — отсалютовал бокалом йолу, — у нас и старые обиды имеются, даже повода для вступления в войну искать не придется.

— Думаю, нам стоит обсудить это более подробно, — кивнул посол бракири.

Все же он был не чужд стремлению собственного народа проявить себя. Одно дело постановочная война с соседями, и совсем другое — схватка с Центавром. Ведь полноценно воевать против теней или ворлонов их все равно не пустят, и все присутствующие это прекрасно понимали. Нет, они несомненно поучаствуют, ведь для того, чтобы одолеть столь могучих врагов и получить право самим вершить свою судьбу, потребуются усилия всех и каждого. Кто знает, кто окажется той соломинкой, тем перышком, что качнет весы? Бракири надеялись и даже желали, чтобы именно им досталась эта роль. Такая уж у них была натура.

* * *

— Привет, — кивнула Талия, присаживаясь за стол к Ивановой.

— Привет, — улыбнулась та. — Что, тоже от Алисы письмо получила?

— Да, — кивнула Винтерс, знаком подзывая официанта. — Что она тебе пишет?

— Ерунду разную, — фыркнула Сьюзен, — как устроилась, что видела и все такое, — тепло добавила она. — Тебе, кстати, привет передавала. С этой сменой командования совсем я замоталась. Прости, — сжала она руку подруги.

— Ничего, я все понимаю, — накрыла руку Сьюзен своей Талия.

— О чем написала-то?

— Да так, девчачий бред. В основном про то, как занимаются с ней минбарские телепаты, рассказывает. Жалуется, что у нее плохо получается. Советы спрашивает. И тоже просит тебе привет передать.

— Понятно. Слушай, а давай ее письмами обменяемся, если там конечно нет чего-то такого.

— Сама это предложить хотела, — улыбнулась Талия. — Странно с ней получилось, — добавила она задумчиво.

— И не говори, — кивнула Сьюзен.

— Простите за задержку, мисс, — извинился официант, — что будете заказывать?

— Легкий ужин и, — Талия бросила взгляд на уставшую подругу, — давайте бутылку вина. Что предложите?

— М-м, — на миг задумался официнт, — я бы рекомендовал красное полусладкое вино, крабовый салат и острую курицу с овощным гарниром. Вино прекрасно оттенит и притушит жар от специй, мисс.

— Хорошо, — кивнула Талия.

— Пару минут, — улыбнулся официант, ловко зажигая свечку на столе.

— Тебе явно не помешает простой отдых, — ответила телепатка на вопросительный взгляд Сьюзен.

— Да, пожалуй, — согласилась та после небольшого раздумья, погрузившись в разглядывание огонька свечи.

* * *

Джон Шеридан, новый командир Вавилона-5, наконец-то нашел время, чтобы созвониться с родителями. Не сказать, чтобы он был прям уж слишком занят, но будучи человеком ответственным, предпочел детально вникнуть в дела станции, что вылилось в довольно длительное, порой нудное, а порой и захватывающее чтение отчетов, общение с подчиненными, да и просто ознакомление со вверенным ему объектом. Он даже в скафандре по обшивке прогулялся. Правда, тут дело было не в каком-то там осмотре или в чем-то подобном — просто ему захотелось посмотреть на звезды и так ощутить новое место службы. Старая привычка, которую он приобрел еще будучи энсином.

— Привет, пап!

— Здравствуй, сын. Что-то ты совсем про нас, стариков, забыл.

— Ну, бать, не начинай. Ты же наверняка в курсе, где я и чем занимаюсь.

— Конечно, но мать ведь волнуется. Хоть отправил бы сообщение. Жив, здоров, люблю, в порядке или что-то вроде этого.

— Прости, совсем замотался, — повинился сын. — Как вы? Где мама?

— Хорошо у нас все. Мама в гостях, завтра будет. Рассказывай, как служба? Я слышал, что Вавилон довольно хлопотное местечко.

— Да как сказать, судя по отчетам — еще какое, но у меня что-то, тьфу-тьфу, особых приключений не было. Рутина всякая, да к количеству инопланетян привыкаю. Тут у нас достопримечательностей хватает. Одна только Делен чего стоит, это посол Минбара, если ты не в курсе, она прошла изменения и стала намного более человечна. Только представь, рогатый и с волосами.

— Да уж, должно быть, жутко смотрится.

— Ты знаешь, пап, нет. Наоборот, очень даже ничего.

— Ого, да ты никак на нее глаз положил, а?

— Пап, ну что за приступ старческого маразма?

— Ладно-ладно, хе-хе, ксенолюб.

— Отец!

— Все-все, молчу. Давай, про сослуживцев своих рассказывай, про команду. Я, как-никак, боевой офицер. Что там по самой станции?

— Ну, станция еще то чудо. Одни только сектора обстрела и вооружение, хм, весьма оригинальны. Команда, о ней пока даже и сказать-то особо нечего. Первое впечатление — положительное.

— Это хорошо, коллектив и здоровая атмосфера в нем, вот первейшая забота командира. Все должно работать, как хорошо отлаженный механизм, тогда и любая задача по плечу будет.

— Конечно, отец.

— Не кривись, знаю, что не первый раз тебе это говорю и вообще ты опытный офицер, прошедший войну, но повторенье — мать ученья. И…

— Пап, ну хватит. Лучше расскажи, что там на Земле делается?

— Знаешь, сын, не нравится мне то, что дома у нас происходит. Кларк что-то мутит. Всякие «Ночные стражи», комитеты мира и прочее. Ксенофобия растет, оппозиция теряет лидеров. Народ начинает опасаться говорить свое мнение вслух. Очень все тревожно.

— Может быть…

— Нет, сын, о нас с мамой не беспокойся. Я хоть и давно от дел отошел, но связи и контакты у меня остались. Служи по совести, сын. Помни про честь. О нас не волнуйся. Мы справимся, а если что, соседи нас в обиду не дадут. Уж не знаю, чем мы им так глянулись.

— Хорошо, отец, я понял.

— Ладно, время у тебя, похоже, позднее, да и выглядишь ты усталым. Доброй ночи, сын.

— Доброй, папа. Маме сейчас еще сообщение надиктую.

— Надиктуй, ей будет приятно. Отбой.

Глава 36. Сомнения и осознания

Ошшо работал с корреспонденцией, постянно жалея о непродуктивной трате времени. Ему ужасно не хватало возможности просто соединить разум с теми, кто присылал эти запросы, предложения и все остальное. Увы, но его должность подразумевала работу с чужаками. Правда, большинство из его теперешних корреспондентов к чужакам относились лишь весьма условно, но тем не менее.

— Посол, — коснулась его мысль Связующего, что возглавлял дежурящую у станции эскадру.

— Слушаю, — послал он в ответ свою.

— К станции направляется земной корабль. Это «Коперник».

— Потерянный сто лет назад?

— Да, тот самый, еще времен допрыжковой эры человечества.

— Видения Прародителя подтвердились?

— Полностью, — мысль была окрашена неизменной грустью, что сопровождала любого зерга, мши или гейма, когда речь заходила о прародителе.

— Хорошо, мы встретим его тут. Вмешательства не требуется.

— Конечно.

Ощущение собрата пропало — не полностью, он был там, в потоке мыслей и чувств, пронизывающем пространство, но его отблеск был слишком тусклым, чтобы даже такой сильный псионик, как Ошшо, мог различить его, не позвав намеренно.

* * *

Десять дракхов, старейшины, что говорили от имени расы, предстали перед своими повелителями. Могучие тела, закутанные в дорогие ткани, склоненные головы и готовность внимать. Послушные и исполнительные, яростные и свирепые, забывшие, что значит жить своим умом. Величайшее разочарование теней. Их ошибка молодости. Не единственная, далеко не первая и не последняя, но одна из самых неприятных.

— Вы поможете сателлитам мши с восстанием.

— Как прикажете, — ответили все десять хором, еще ниже склонив головы. Ничего, кроме тихого раздражения, у хозяев это не вызвало, но они промолчали. Бесполезно.

— Возьмете все свои корабли, враг слишком силен.

— Вам не требуется побеждать.

— Вы должны лишь спровоцировать конфликт.

— Проследить за ним и помочь ему разгореться.

— И найдите себе, наконец, планету.

— Все будет исполнено.

— Мы не подведем вас.

— Идите.

Когда за дракхами закрылась дверь, произошло очередное вялое обсуждение.

— Их нельзя брать.

— Они могут быть полезны.

— Но мы уже решили оставить их.

— Нами была изменена их судьба.

— И это было ошибкой.

— Поддались эмоциям.

— Тогда мы были еще молоды.

— Пусть начинают свой путь с нуля.

— Это будет хорошим поводом. Они построят империю.

— Если смогут.

— Окажем им поддержку.

— Лишь в крайнем случае, если совсем не будут справляться.

— Мы согласны.

— Хорошо, пусть это будет нашим извинением.

— Наконец-то, умение признавать ошибки и исправлять их, давно пора.

— Мы всегда признавали.

— А мы вас предупреждали заранее.

— Довольно. Мы едины. Конфликты прошлого ушли с мертвыми.

— Но память осталась живым.

— Вот и делайте выводы.

— Предлагаю вернутся к вопросам флота.

— Нам не хватает тех, кто будет мозгом корабля. Все, кто есть у нас сейчас, недостаточно хороши. Нужны сильные личности, развитые, способные пережить внедрение.

— Стоит обратиться за помощью к землянам.

— Они слишком жадные.

— Их жадность нивелируется незнанием. Дадим им то, чего они желают, но так, как это будет выгодно нам.

— Хорошо, но в таком случае они должны будут заплатить дорого, иначе усомнятся.

— Телепаты.

— Это убогие поделки ворлонов.

— Которые изрядно раздражают.

— Вот пусть друг другу в ухо и звенят.

— Голосуем. Решено.

* * *

Сьюзен зевнула, запоздало прикрыв рот ладошкой и с тоской взглянула на время. Увы, но до конца дежурства оставалось лишь на пять минут меньше. Машинально подтвердив пару распоряжений от диспетчеров, она пощелкала по закладкам в журнале. Ничего необычного, все по графику. Стоило бы провести некоторые корректировки или начать составлять отчет, но ей было откровенно лень. Ее мысли были заняты предстоящим сегодня вечером сеансом связи с Алисой.

Каким образом та умудрилась стать для нее как минимум любимой племянницей, Сьюзен и сама не поняла. Принимая участие в судьбе девочки, она сперва желала насолить пси-корпусу, но за время их общения с послами и Талией они как-то неожиданно сблизились, исподволь прониклись симпатией друг к другу. Стали чем-то вроде семьи. «Семья», — мысленно покатала на языке это слово Сьюзен. Да, все трое были лишены ее. Алиса осталась сиротой в тринадцать, у Винтерс родители были живы, но она с ними не виделась уже двадцать с чем-то там лет. «Я единственная из нас троих, кто осталась одна недавно», — беззвучно сказала Сьюзен, глядя на мониторы и совершенно не видя их.

«С другой стороны, они не рыдали на могиле матери, не получали похоронку на брата и не были одиноки рядом с собственным отцом», — подумала Сьюзен. «Им хватало своих слез», — вздохнула она, вставая из кресла и подходя к иллюминатору. Звезды на бархате космоса и ее полупрозрачное отражение в стекле. Медленно ползущие вдалеке огоньки, пришедшая с небольшим опозданием вспышка от врат, через которые только что прошел очередной корабль. Гул голосов за спиной. Размеренный, рабочий, совершенно не слышный. Впрочем, она, как опытный дирижер, в любой миг могла уловить фальшивую ноту и среагировать. Ведь от нее сейчас зависели сотни тысяч жизней. И уже не первый год зависели.

«Неудивительно, что каждая из нас нашла в другой что-то, чего ей не хватало», — все так же ровно текли ее мысли. Самым большим секретом Сьюзен были слабые телепатические способности. Она рано научилась их скрывать, пример матери был нагляден. Маскировалась она весьма умело и даже во многом профессионально, но ведь сами способности никуда не делись. Именно поэтому она панически боялась сканирования, именно поэтому старалась держаться подальше от телепатов и именно оттого ее и тянуло к ним. Не ко всем, нет, лишь к двоим. К девочке-подростку, что так неумело вломилась в ее разум, и к Талии, что была в тот момент рядом.

Где-то там, в глубинах подсознания, они втроем стремились заполнить пустоту. У каждой она была своя, но каждая из них тянулись к другим. Это было как взгляд одинокого брошенного пса, что смотрит на прохожих, молча, с тоской, болью и надеждой, что быть может вот этот человек не пройдет мимо, не отвернется равнодушно. Не ограничится коротким потрепыванием за холку или подачкой, а позовет за собой. Даст цель и смысл жизни, заполнит пустоту. Станет тем, ради кого можно не только умереть, но и жить.

Это же надо было им троим встретиться на космической станции, расположенной у черта на рогах, и из-за глупой ошибки оказаться намертво связанными друг с другом. Впрочем, Иванова была уверена — Талия так же, как и она, наоборот, благодарна Алисе. Уж кто-кто, а профессиональный телепат, прошедший жесткую подготовку и обучение, не мог не разобраться в случившемся. «Она открылась сознательно, пошла на это добровольно», — кивнула Сьюзен соглашаясь с собственным выводом. «Так же, как и я», — признала она очевидное. Врать и лукавить перед самой собой она была не намерена.

— Мэм, мы поймали странный радиосигнал.

— На мой экран, — распорядилась Сьюзен, мгновенно становясь капитан-лейтенантом военно-космических сил Земли, лучшей выпускницей академии, боевым офицером и много кем еще. Одинокой женщине с непростой судьбой среди этой толпы просто не осталось места.

— Готово, мэм.

— Коперник? Сто лет? Обалдеть, — пробормотала Иванова, нажимая на коммуникаторе кнопку вызова Шеридана.

— Слушаю.

— Сэр, вы нужны в рубке.

— Иду. Пять минут.

* * *

Крейсер ксонов с группой послов на борту вышел из гиперпространства у одной из множества звезд, не имеющих в названии ничего, кроме длинного ряда букв и цифр. Проведя сканирование системы, корабль направился к ближайшей планете, на орбите которой висела армада дракхов.

— Интересно, — пошевелил крыльями токати и чуть повернул голову, чтобы удобней было рассматривать выводимые на проекторе корабли новых союзников.

— Капитан, добавьте справку, — распорядился посол ксонов.

— Ого, почти десять земных миль, — продребезжал автоматический переводчик гейма.

— Насколько мне известно, титаны раза в три примерно больше.

— Да, но их еще слишком мало.

— Меньше чем этих? — шевельнул щупальцами пакмар.

— Нет, что вы, — гейм даже шлемом скафандра мотнул от столь кощунственного допущения.

— Друзья, идемте встречать посланца союзников, и прошу вас, постарайтесь выглядеть впечатленными.

— Вряд ли он разбирается в нашей мимике, — тряхнул ушами каурлианин.

— Я же разбираюсь, — возразил ксон.

— Так сколько лет мы уже знакомы? — встопорщил разноцветные перья токати, что вызвало волну смешков, покашливаний и прочих разнообразных хрюков-фырков.

— И тем не менее.

— Эх, хорошо геймам, напялили скафандр, и нет проблем.

— Не завидуй, Прародитель заповедовал терпеть.

— Угу, а потом бить, когда ярость накопится, а злоба остынет.

— И это тоже.

— Вот и чего этим древностям неймется? Нет бы уже оставили нас в покое, ну или непосредственно друг другу рога бы пообломали. Ведь все так замечательно было без них, — вздохнул ксон.

— Ну-ну, не надо раскисать, никто не хочет, но всем приходится, — коснулся друга крылом токати.

— А, — махнул лапой ксон, — идемте уже.

Представители революционно настроенной общественности — жутко угнетенных и жаждущих сражаться за свою свободу рас — проследовали на встречу с представителем Дракхов. Расшаркивания и взаимные представления были сведены к минимуму, все же это был не великосветский раут и не протокольный прием, а заговор. Да и не желал никто особо с этим Кахаком общаться. Так что все быстренько перебрались в кают-компанию, превращенную в штаб, и расположились вокруг тактического стола, над которым уже светилась голограмма с будущей картой боевых действий.

— Для начала мы хотели бы уточнить один момент касательно ваших флагманов, — взял слово посол ксонов, — в переданной нам информации, говорится что это больше производственные и жилые корабли?

— Это так, — кивнул дракх.

— Но какова их огневая мощь и боевая эффективность?

— Они примерно равны вашей малой эскадре.

— Понятно. Мы примерно так и предполагали. В таком случае, начнем с первого варианта.

Проецируемая тактическим столом картинка изменилась после ввода соответствующей команды. Теперь она была демонстрировала лишь один квадрант.

— Итак, вот наш сектор. Красным обозначены цели, на которые у нас не хватит сил. Если с планетарными базами и станциями на орбите мы сможем разобраться сами, то вот эти две колонии и пять баз нам просто нечем атаковать.

— Вы хорошо поработали, — кивнул Кахак, оценив предоставленные сведения, небольшими таблицами распологавшиеся рядом с объектами. — Мы справимся, но враг силен, поэтому мы хотим получить планеты с колониями.

— Зачем они вам? Вы же кочевники.

— Повелители приказали нам найти свой дом. Эти миры нас устраивают, не придется все строить с нуля.

— Хорошо, — согласился после непродолжительных раздумий ксон. — Мы согласны. Вам будет предоставлена информация по наземным силам. Полагаю, проще провести десант, меньше разрушений.

— Мши славятся своей наземной обороной, — заметил токати. — Еще никто не сумел захватить обороняемый ими мир, даже земляне им проиграли.

— Мы не какие-нибудь примитивные существа, — с негодованием взмахнул рукой дракх. — Этим мохнатым не справиться с нашими воинами.

— Давайте не будем отвлекаться, хотите штурмовать — ваше право. Но раз вы собираетесь взять планеты себе, то вам придется их обезопасить. В противном случае захват будет глупостью и напрасной тратой сил.

— Что вы предлагаете?

— Вот, — ксон вывел на экран соседний квадрат, — это одна из старейших колоний мши. Тут мощная военная база и, главное, — последовал ввод новой команды, — верфи. Если уничтожить орбитальную инфраструктуру, мши придется вести себя весьма осмотрительно. Они не смогут быстро восполнять потери, каждый корабль будет на вес золота. Но вряд ли вы сумеете справиться.

— Мы-то сумеем, — зловеще пообещал Кахак.

— Что ж, в таком случае у меня все. Пагроз, прошу, — уступил место за командной панелью ксон.

— Благодарю, Бжум, — кивнул токати. — Вот наш сектор, — начал он, выводя над столом голограмму нового квадранта. — Как видите, особых целей тут нет, с большей частью баз и станций мы справимся своими силами. Однако, — прищелкнул Пагроз клювом, — вот эти три цели нам не взять.

— Мы вам поможем, тут проблем не будет, — едва сдержал рвущееся презрение дракх, глядя на пару захудалых баз и мелкую колонию.

— Будем вам весьма признательны. Вы претендуете на эту планету? — указал токати на дальнюю точку, что обозначала форпост мши, попутно выводя краткие характеристики этого мира.

— Нет, — мотнул головой дракх, быстро ознакомившись с информацией. — Она нас не интересует.

— Тогда у меня все, — кивнул Пагроз, уступая место за пультом следующему заговорщику.

* * *

Кахак был счастлив. Он сумеет выполнить волю повелителей. Ему даже не придется просить их о помощи. «Ничтожества», — кривился он мысленно, с презрением глядя на трясущего ушами и лупающего глазами каурлеанена, говорившего последним. Предать хозяев, восстать против господина, это просто не укладывалось в голове дракха. Да будь его воля, он бы отдал приказ флоту разнести этот корабль изо всех стволов. Вот только своей воли у него как раз и не было. В рамках поставленной задачи — да, он мог проявить себя, но все что выходило за ее пределы, отметалось на подсознательном уровне. Максимум, на что был способен любой дракх — самостоятельно обратиться к повелителям, хотя большинство предпочло бы умереть, но не побеспокоить их.

Общие планы и цели были согласованы, но со сроками, к огромному огорчению Кахака, произошли накладки. Они попросту не были назначены. Каждому из бунтовщиков требовалось что-то закончить, доделать, построить, подготовить, завезти или наоборот, увезти. Его просто засыпали сотнями объективных причин с вескими обоснованиями. Пришлось отступиться. Как бы не хотелось обрадовать повелителей, но оценить вероятность провала из-за недостаточной подготовки он был вполне способен, а четких временных рамок ему не поставили.

«Ничего, это время не пройдет напрасно» — думал Кахак, ведь можно будет организовать добычу полезных ископаемых, развернуть базы и начать строительство новых кораблей. Бои будут тяжелыми, а потери — огромны. Понадобятся запасы сырья и производственные мощности, без этого будет трудно в приемлемые сроки восстанавливать утраченное в сражениях. Вряд ли мши так просто отступятся. Они хорошие воины и довольно-таки развиты. Впрочем, его это не сильно волновало, у расы есть приказ, и он будет выполнен, чего бы это не стоило. Он лишь немного сожалел, что очень многим дракхам предстоит погибнуть, ведь, без сомнения, первое время сдерживать ответные удары придется именно им. Мерзкие предатели слишком слабы, нужно выиграть для них время. Такова воля повелителей.

* * *

— Мне его жаль, — вздохнул зерг, появившийся в кают-компании после того, как крейсер с будущими революционерами ушел в прыжок.

— Почему? — прогудел Бжум.

— Он сам себе не принадлежит. Бездушный, слабый, потерянный. Сложно передать словами.

— Покажете?

— Нет, — мотнул мордой зерг, — вы потом сутки пластом лежать будете, глубоко очень и… много всего.

— Тогда не надо, — расправил крылья Пагроз, имевший однажды глупость настоять.

— Как все прошло?

— Просто замечательно. Что дракхи, что тени с ворлонами, слишком самоуверенны. Впрочем, все изначальные давно уже в гордыню впали. Им даже не приходит мысль, что кто-то может самостоятельно против них выступить. За любой неудачей они видят лишь происки друг друга. В крайнем случае они будут сетовать на стечение обстоятельств. Мы для них даже не дети, а так, собачки, что требуют дрессировки. Всего-то и отличий — говорить умеем. Впрочем, это их скорее расстраивает.

— Да уж…

— Неприятно.

— Угу.

Присутствующие были не слишком рады напоминанию, но тут оно было уместно, это они признавали и желали, ой как желали, доказать кое-кому ошибочность их суждений. «Терпение — добродетель», — прошипел зерг на прощание и отправился к взлетной палубе. Свою миссию он выполнил. Дракхи играли честно, в рамках полученного приказа, что всех вполне устраивало. Тратить время на долгий перелет ему не хотелось. Время можно будет провести куда приятней и полезней. Маленький листовидный кораблик покинул чрево крейсера и скользнул в глубины гипера. Где-то там, в потоках подпространства, его уже давно заждались. Шушшику даже не нужно было использовать приборы, он и так чувствовал, куда лететь.

* * *

— Рада вас видеть, лорд Рифа.

— Леди Ладира, — склонил голову центаврианин.

— Вы хотите получить подтверждение, не так ли?

— Да, леди.

— Что ж, это не легко, но я попробую вам показать. Присядьте, — указала она холеной ручкой на стул.

Коснувшись виска лорда, Ладира передала ему видения будущего, открывшегося ей недавно.

— Потрясающе.

— Центавр начинает возрождаться, лорд. Вы тот, кто оставит свой след в истории нашего великого народа.

— Тень за троном, — пробормотал Рифа, все еще находящийся под впечатлением.

— Величайшая из них, — улыбнулась Ладира.

— Простите мою невнимательность, — вскочил Рифа, только сейчас заметивший, насколько побледнела пророчица.

— Ничего, я все понимаю, — слабо улыбнулась дама, опускаясь на стул.

— Прошу вас, выпейте, — протянул самолично наполненный бокал Рифа.

— Благодарю, мне уже лучше, — кивнула Ладира в ответ на вопросительный взгляд, пригубив великолепнейшей джаллы.

— Вы потрясающая женщина, леди Ладира.

— Спасибо, — стрельнула та взглядом, — но мы ведь не юнцы и встретились по иному поводу, — добавила она, чуть прикрывая глаза.

— Увы, моя леди, увы, время властно над всеми. Но вы правы. Итак, к вам обратилась группа выходцев с некой потерянной колонии, которая желает…

— Они хотят власти, лорд. Обычное желание мужчин. Все остальное — красивые слова, не более того.

— Власти хотят многие, почему вы согласились оказать им покровительство я понял. Почему это же должен сделать и я — нет.

— Они немного фанатики, Рифа. Власть им нужна не для того чтобы править. Они хотят заниматься наукой, постигать тайны бытия и все такое. Дайте им это, и никто не сможет их перекупить.

— Все имеют свою цену.

— О да, но кто им сможет дать больше, чем император?

— Только тот, кто стоит за ним, — понимающе улыбнулся Рифа.

— Вот именно, мой лорд, вот именно. Вы лидер партии войны, а она, как известно, двигатель прогресса. Они не солдаты, но во дворце куда полезней яд и стилет, чем бластер. У вас есть последнее, даже с избытком, но плоховато с первым и вторым. Премьера-то вы зарежете, но наш старый маразматик собрался лететь на Вавилон, он надумал публично извиниться перед нарнами.

— Что?! Это неприемлемо!

— Полностью с вами согласна, лорд.

— Мы должны действовать.

— Именно так, но в народе император почитаем, хотя давненько не осчастливливал подданных своим появлением. Не стоит поднимать шум-гам и устраивать тарарам, даже удар кинжалом будет лишним. Он стар и немощен, достаточно лишь капельку ему помочь.

— Яд?

— Ох, лорд, какой же вы все-таки мужчина. Я ведь не просто так говорила вам про науку. Зачем же травить, когда достаточно усугубить. Это можно сделать и, скажем так, диетами. Профессор Ард Тираш отлично разбирается в таких вещах. Вот, возьмите, — протянула Ладира пластинку носителя информации, — полагаю, вы сможете немного изменить рацион нашего повелителя.

— Несомненно, леди, — позволил себе оскалиться в улыбке Рифа.

— Позволите дать маленький совет?

— От такой дамы, как вы? Приму его со всем почтением и вниманием, — галантно склонился Рифа.

— Ах, какой же вы льстец. Ну почему мы не встретились лет двадцать назад?

— Лучше поздно чем никогда, леди.

— Вы правы. Так вот, не стоит менять рацион императора во дворце, лучше озаботиться этим на корабле и убедить его величество лететь не прямо на станцию землян, а посетить пяток колоний, что славно трудятся на благо нашей великой республики, но, увы и ах, так давно не удостаивались монаршего внимания. Турхан любит такие жесты, он согласится, а там программа визитов поутомительней, да правильное питание, глядишь, и вообще до Вавилона не доберется.

— А если все же доберется?

— В таком случае его ждет сердечный приступ.

— Вы уверены, что он его ждет?

— О да, уже сутки как. Я хоть и полагаюсь на свой дар, но и сама предпочитаю не плошать.

— Вот даже как. Не ожидал.

— Первый император был из моего рода, — сверкнула глазами Ладира, расправляя плечи и вскидывая голову, — в основе «Ока» лежит реликвия, которая передавалась в моей семье от поколения к поколению еще с докосмической эры. Неужели вы могли даже допустить мысль, что я останусь в стороне и позволю так унизить Центавр?

— Прошу простить меня, леди Ладира, — Рифа опустился на колено и склонил голову, искренне признавая ошибку и раскаиваясь за невольно нанесенное оскорбление. Попутно он нещадно материл сам себя: это же надо было забыть, не подумать, а ведь каким союзником мог бы стать лорд Киро!

— Я понимаю и не в обиде.

— Пришло время обновить кровь и пополнить аллею Славы новыми героями.

— Великолепные слова, мой лорд, — отсалютовала бокалом леди Ладира, прикрыв этим жестом губы, которые ей на мгновение не удалось удержать в вежливом намеке на улыбку.

* * *

Шеридан с интересом рассматривал древний корабль, доставленный в док. Сейчас его вскрывала бригада рабочих. Франклин с командой медиков был наготове, ведь сканирование показало, что один из пассажиров жив. «Даже не представляю, насколько надо быть смелым и безрассудным, чтобы на этом отправиться к звездам», — думал капитан. Два человека, мужчина и женщина, вот и весь экипаж суденышка. Нет, там, конечно, было много что предусмотрено, но все равно, у Джона не находилось приличных слов.

— Добрый день, командор, — поприветствовал Шеридана посол зергов, заходя в док.

— Добрый, посол. Но я капитан, — поправил он Ошшо. — Что вы тут делаете?

— Капитан так капитан. Мы за безбилетником.

— Простите, за кем? — растерялся Шеридан.

— Да вон за этим, — махнул рукой в сторону только что вскрытого шлюза зерг. — Ну-ка, мальчики, — чуть шевельнул он шлемом.

Парочка монстров, что работала в посольстве секретарями, словно бы размазались в воздухе. «Бум!» — басовито сказал корпус «Коперника» и изумленная публика увидела, как на нем образовалась небольшая вмятина. Впрочем, все больше смотрели на того, кто ее оставил. Полупрозрачный здоровяк, лишь немногим меньше зергов, сползал на пол, переливаясь радужными разводами. Парочка секретарей, отправишая его в полет таранным ударом крепких голов, сноровисто подхватила сомлевшего, завернула руки и зафиксировала голову в лапах-клинках.

— Хорошего вам дня, капитан, — чуть поклонился посол и, сделав знак своим помощникам, отправился на выход.

— А?

— Все в порядке, сэр, не волнуйтесь, — прошипели синхронно зерги, проползая мимо Шеридана.

— А? — обернулся растерянный Шеридан к Франклину.

— А, — отмахнулся тот, — это же зерги.

— Ага, — только и сумел ответить Джон.

Тут Шеридана отвлекла вибрация закрепленного на тыльной стороне ладони коммуникатора.

— Слушаю, — ответил он на поступивший вызов из рубки.

— Сэр, к нам тут крейсер зергов прилетел и посол Ошшо требует выпустить его челнок вне графика, — сообщила Иванова.

— Даю разрешение, — вздохнул Шеридан, мало что понимающий, а от того действующий строго по инструкциям.

— Поняла. Конец связи.

«Отбой» — пробормотал капитан, опуская руку с коммуникатором и переключая внимание на анабиозную капсулу, которую как раз вытащили из древнего корабля. В том, что с пассажиркой все будет в порядке, он не сомневался. Раз уж странный инопланетный агрегат, перекачивающий жизненную энергию, сумел из комы Майкла Гарибальди вытащить, то с проведшей сотню лет в замороженном состоянии он точно справится. Если до такого вообще дойдет.

* * *

Вир встретил высокого гостя, занимающегося подготовкой визита императора на станцию, и проводил его в апартаменты посла. Кото был воодушевлен тем, что вскоре лично будет представлен его величеству Турхану. «То-то сестрички взвоют от зависти», — позволил себе капельку позлорадствовать Вир, сервируя стол. Вот только услышанный им разговор не оставил от его настроения ничего. Какого там камня на камне, даже пыли не осталось. Ему предстояло сделать тяжелый выбор. Сложный и… предопределенный. Виру было тошно, очень и очень тошно на душе.

— Лорд Рифа, для меня большая честь вновь видеть вас на Вавилоне, — протянул руки для приветствия Лондо.

— Мой друг, я тоже рад вас видеть, — пожал протянутые руки гость. — Только повод у моего визита весьма прискорбен.

— Разве прилет императора не…

— О да, вот только знаете ли вы, мой добрый друг, что именно планирует сделать старый маразматик?

— Нет, — качнул головой Молари, явно шокированный словами лорда.

— Еще бы, он никому не говорил.

— Тогда как…

— Как? О, среди патриотов есть, — Рифа неопределенно крутанул рукой, — и патриотки, — закончил он с намеком.

— Сопровождающие императора телепатки?! — удивленно вскинул брови Лондо.

— Патриотизм впитывают с молоком матери и наследуют с кровью отца, — не дал прямого ответа лорд. — Император собрался принести публичные извинения нарнам, Лондо.

— Нет! Это же…

— Вот именно, друг мой, вот именно. Прости, что принес тебе столь горькую весть.

— Надо же что-то делать!

— Надо. Мы не будем сидеть сложа руки. О старике, утратившем разум, и мягкотелом премьер-министре позаботятся.

— Что требуется от меня? — решительно спросил Молари, не отводя глаз от пристально смотрящего на него лорда.

— Помощь. Квадрат четырнадцать, колония и военная база нарнов. Ее нужно уничтожить.

— Зачем? — не понял, куда клонит его собеседник Лондо.

— Друг мой, среди патриотов, поддерживающих нас, есть много военных, но начинать войну без императора невозможно, а без нее…

— Выборы нового могут растянуться на годы.

— Именно. Мы можем послать небольшую эскадру к колонии, но этого недостаточно, — Рифа сделал паузу, давая возможность Молари додумать самому, а заодно и проверяя того на сообразительность.

— Мои друзья уничтожат базу и колонию, на сигнал бедствия прилетит наша эскадра, что случайно окажется в это время рядом, и когда явятся нарны, они не станут разбираться. Увидев наши корабли, они атакуют.

— Я в вас не ошибся, Лондо Молари из семьи Молари, — довольно улыбнулся Рифа.

— Кто станет новым императором?

— Племянник предыдущего, он полностью разделяет наши идеалы.

— Картажье? Не слишком ли он ветреный?

— Молодость быстро проходит, нам ли с вами не знать об этом. Пока он больше интересуется балами и девицами…

— Я понял, — кивнул Молари.

— Не сомневаюсь, друг мой, — лукаво улыбнулся Рифа, поднимая бокал. — За возрождение Центавра.

— За Республику.

— Что ж, перелет был утомителен, мне нужно отдохнуть. Эскадра нашего сторонника будет проводить большие учения недалеко от четырнадцатого квадрата через три дня. Пару недель они там точно по астероидам стрелять будут. Доброй ночи, посол.

— Доброй, лорд Рифа, — попрощался Молари, вставая.

— Просто Рифа, друг мой, — кивнул тот от двери.

Лондо не стал наполнять стакан, а по-плебейски приложился прямо к горлышку. «Заговор», — выдохнул Вир, о котором все забыли. «Вот он и стал участником заговора», — билось в его голове. Предупредить императора — предать Лондо. Пусть тот и был далеко не идеален, но по-своему заботился и поддерживал его. Да, это было незаметно со стороны, но сам Вир это видел и ощущал прекрасно. Еще бы, на контрасте-то с родной семейкой. И… извиниться перед нарнами?! Нет, это было правильно, тут Вир был полностью на стороне императора, но не так же, как это задумал сделать Турхан! Если уж просить прощения, то не только на словах, но и на деле. А тут, сказал и помер. Разбирайтесь, мол, потомки сами. Но заговор! Убийство премьер-министра и императора! Вир запутался, его рвали противоречия, и он не нашел ничего лучше, чем отправиться в бар. О, как же ему не хватало в этот миг Лоуча и Шушшика. Леньер, помощник посла Делен, был совсем не тот, с кем бы он мог поделиться наболевшим.

— Вир, ты куда?

— Пойду напьюсь, Лондо. Мне не нравится то, что вы собираетесь делать. Это неправильно, нужно как-то иначе, но… я не знаю, как, — развел он руками.

— Я тоже, Вир, но допустить позор, унижение Центавра…

— Не надо, Лондо. Делайте что решили, я не предам вас, но… просто дайте мне пару дней, ладно?

— Хорошо, Вир, и прости, что втянул тебя во все это.

— Ничего, Лондо, ничего. Доброй ночи.

— Доброй, ночи, Вир.

Немного побродив по комнате и изрядно опустошив бутылку, Молари выматерил себя и заодно всю вселенную, после чего подошел к терминалу. С отвращением взглянув на собственное отражение, он вздохнул, побулькал остатками алкоголя, еще раз выругался, добив их одним залпом, после чего отшвырнул пустую тару и решительно набрал код абонента. Ему нужно было пообщаться с мистером Морденом. Свой Рубикон Лондо Молари только что перешел.

* * *

— … они все такие скучные и правильные, — закончила жаловаться Алиса.

— Просто они другие, — улыбнулась Сьюзен. — Ты там не мерзнешь? Минбар холодная планета.

— Нет мамочка, я ношу шапочку и хорошо кушаю, — рассмеялась девочка.

— Егоза, — фыркнула Талия.

— Смотри у меня, проверю, — с напускной строгостью погрозила девочке пальцем Иванова.

— Интересно знать, как? — вздернула носик Алиса.

— У меня там есть знакомые, — прищурилась Сьюзен.

— Уж не командор ли Джеффри Синклер? — состроила хитрую мордашку Алиса.

— Он самый, а ты его откуда знаешь?

— Ну, видела недавно, он меня навестить приходил. Это ведь ты его попросила, — обвиняюще ткнула пальцем в сторону экрана девочка.

— Нет, — помотала головой Сьюзен. — Как он?

— Да ничего, забавный такой в этом своем халате с блямбой зеленой на груди. Я ему в голову заглянула…

— Алиса!

— Это запрещено!

— Ой, ну что вы сразу, мне же любопытно, у минбарцев то в разумах одна муть и философия, а тут человек.

— Все равно, не надо так делать.

— Да «мама Талия», — сделал виноватую моську девочка, озорно поблескивая глазами. Нравилось ей смотреть, как обе женщины дергаются, когда она их мамой называет, ну и самой ей было приятно.

— Лучше расскажи, как у тебя занятия идут, есть успехи?

— Есть, но я больше из твоих объяснений понимаю, чем от наставников. Они иногда так загибают, что ум за разум заходит, а потом оказывается, что все совсем просто-просто.

— Ну, у каждого свой подход. Телепатия все же ближе к искусству.

— Ага, к рукопашному бою, только мыслями.

— Отчасти, — не стала спорить Талия.

— Ладно, — решила прекращать болтовню Сьюзен, взглянув на часы и быстро в уме переведя время, — спать ложись, тебе с утра вставать рано.

— Ага, — зевнула девочка. — Всегда думала, что в храмах много свободного времени, а тут такое расписание, только и могу с вами раз в три-четыре недели поговорить.

— Мы тоже по тебе скучаем. Пиши почаще, уж вечером сообщение наболтать у тебя время всяко есть.

— Угу, если бы еще и силы были на это. Да и новостей немного, скучные тут все и какие-то напряженные.

— М-м? — подняла бровь Талия.

— Не-не, я не читала никого, в головы не лазила и вообще была хорошей, — замотала головой малышка, — просто, ну-у… шум такой, не знаю даже, словно улей растревоженный гудит. Я в передаче про природу такое видела. Когда новый рой вылупляется…

— Вылетает, — машинально поправила Сьюзен.

— Ага, — кивнула Алиса, — так вот, когда там этот рой вылетать собирается, момент был, где старые, еще довоенные записи вставили, и там звук такой, ну-у, — замялась девочка, — тревожный, в общем, гудящий. Вот и тут, когда много народу из разных каст собирается на праздники всякие, то же самое. Еще и держатся все, не знаю, вроде бы и вместе, даже смешиваются, но как-то обособленно.

— Хм, — переглянулись Талия со Сьюзен.

— В общем, муть какая-то, — махнула рукой Алиса и сладко зевнула.

— Ладно, ложись уже спать, да пиши почаще, не забывай.

— Ага, вы тоже сообщения присылайте, а то я тут от тоски скоро выть начну. Пока.

— Пока.

— Сладких снов.

— Это может быть что-то серьезное? — спросила Сьюзен, когда экран погас.

— Не знаю, — задумчиво покачала головой Талия, — но что-то такое у меня было на Марсе, перед очередными беспорядками.

— Мне за нее неспокойно.

— Мне тоже.

— Попрошу Синклера присмотреть за ней, раз уж он сам про нее вспомнил и даже навестил.

— Было бы неплохо. Ладно, пойду я к себе, а то у меня завтра работы много.

— А-а-ага, — зевнула Сьюзен, — у меня тоже. С этим визитом императора, — передернула она плечами, махнув обреченно рукой.

— Крепись, — положила руку на плечо подруги Талия и ободряюще улыбнулась.

— А куда мне деваться-то, — вздохнула Иванова, с некоторым удивлением поймав себя на желании прижаться щекой к руке подруги. — Спокойно ночи, Талия.

— Хороших снов, Сьюзен, — Винтерс убрала руку и поспешила к двери.

Обоих женщин в этот миг посетили очень схожие мысли, которые они в очередной раз постарались прогнать прочь, но те отчего-то упорно не уходили. Все чаще и чаще возвращаясь, они все настойчивей свербили разум, порой выливаясь в сны, о которых было стыдно вспоминать.

* * *

— О, Г’Кван, — прошептал изумленно пилот патрульного истребителя, — трево…

— Вперед, вперед! Не пускайте их к колонии!

— Огонь!

— Та’Рок уничтожен!

— Реактор в красной зоне.

— ААА!!!

— Уклоняйся!

— Залп!

— Ка’Тон уничтожен!

— Полный вперед! Стреляйте, во имя Г’Квана, мы должны их остановить.

— Всем гражданским немедленно проследовать в убежище! Всем гражданским…

— Нет!

— Огонь!

— Тарань его!

— Они прорываются!

— Быстрей!

— Огонь! Огонь! Демоны вас раздери!

— Мы под огнем!

— Мама, мне страш…

* * *

— Посол Молари, какого дьявола вы отказываетесь выдать гражданских с атакованной вами колонии нарнов?!

— Капитан Шеридан! Я бы попросил вас выбирать выражения! Мы пришли на сигнал о помощи, это нарны напали на нашу эскадру! Что же касается гражданских, то нам просто…

Лондо прервался на полуслове, так как в зал совета, где проходило экстренное заседание, вошел посол Г’Кар. Шеридан впервые видел нарна при всех регалиях, да еще и в плаще с заколкой на плече. У Джона засосало под ложечкой, а в душе наступила зима. Глаза нарна не выражали ничего. Такие же глаза были у тех, кто ушел на рубеж, в последнюю битву минбарской… и не вернулся назад.

— Десять минут назад, — размеренно и безжизненно заговорил Г’Кар, в абсолютной тишине зала его слова звучали набатом, — я был уполномочен своим правительством сделать официальное заявление. С семнадцати ноль-ноль по Земному времени, Режим Олигархии Нарна находится в состоянии войны с Республикой Центавр.

Четко развернувшись, Г’Кар покинул зал совета. Ему было нечего больше сказать. Он ненавидел центавриан, он желал отомстить им за все зло, что они причинили его народу. И вот этот миг настал. Вот только… лучше бы он никогда не наступал. Именно это понял Г’Кар десять минут назад, когда получил приказ объявить войну. Теперь он не видел ничего смешного в земной поговорке «худой мир лучше доброй ссоры». Каким же он был глупцом, когда еще совсем недавно планировал убить императора Центавра. О, как он возмущался, что старик свалился с приступом, не дав ему возможности вонзить отравленный стилет в ненавистное сердце.

«Идиоты, слепые глупцы», — скрипнул зубами Г’Кар, проходя мимо радостно орущих соотечественников, что грозились кому-то показать и что-то доказать. Сколько таких же, как они, вскоре сгорят в кораблях, навеки замерзнут в космосе, останутся лежать мертвыми на разрушенных мостовых и под завалами? Он, посол нарна, сделал все, чтобы это произошло. Это была его вина. Жажда мести, он поддался жажде мести своего народа, тогда как должен был бы всеми силами ей противостоять. Как жаль, что он понял это лишь сейчас.

— Посол, — окликнул нарна доктор Франклин.

— Что вам? — ответил резко Г’Кар. — Простите, Стивен, я не в духе, — нашел он в себе силы извиниться.

— Я понимаю, — кивнул доктор, — просто так уж получилось, что я единственный, кто может передать вам слова императора Турхана.

— Слушаю.

— Посол, он просил сказать вам, что прилетел на станцию для того, чтобы извиниться перед вашим народом за все то зло и горе, что центавриане причинили нарнам.

— Что? Нет, не может быть!

— Может, посол. Верьте мне, как доктору, император был в полном сознании, когда просил передать эти слова.

— Где же вы были раньше, Стивен? Где?!

— Пытался спасти Турхана.

— Одна великая жизнь, так и не спасенная, за миллионы и миллиарды других, — сжал кулаки нарн. — Мое правительство объявило войну, доктор Франклин, и я ничего не мог с этим поделать. Если бы вы пришли на полчаса раньше, я бы мог, я бы попытался, теперь же… Теперь уже слишком поздно.

— «В огне».

— Что?

— Перед смертью император спросил у пришедшего к нему Коша, «как все это закончится?» Тот ответил: «в огне».

— Ненавижу этих загадочных типов, которые вечно все знают наперед и молчат.

— Возможно, тем самым они предотвращают еще большее зло, — пожал плечами Стивен.

— Может быть и так, но я бы предпочел самому решать, что для меня меньшее зло. Успехов вам, доктор Франклин.

— И вам, посол, удачи.

Глава 37. Кресало, огниво, трут

Второй ударный флот нарнов вышел из гиперпространства у центаврианской военной базы вблизи колонии Бета-шесть. По планам атаки, пользуясь эффектом неожиданности и численным преимуществом, они должны были справиться. Вот только с самого начала все пошло не так. Враг не просто успел подготовиться к нападению, он знал о нем! Фактически, флот попал в ловушку сразу, даже не покинув воронки перехода.

Две группы кораблей центавра, возглавляемые клином из тяжелых «Примусов» и прикрываемых с флангов «Ворчанами», выступили в роли клешней, сама же военная база вместе со всеми ее боевыми спутниками, минами и чудовищными орудиями, стала той преградой, что не позволила обреченным кораблям вырваться из ловушки.

— Второй и третьей эскадре, атакуйте противника по левому флангу. Четвертой и пятой — прикрыть верхнюю полусферу. Всем истребителям, атака базы. Выбивайте главный калибр. Первая эскадра, идем вперед.

— Есть атаковать фланг.

— Выполняем.

— Пере…

— Ка’Нак уничтожен, принимаю командование. Выполняем приказ.

Несмотря на все свое мужество и отвагу, оказавшиеся в столь невыгодном тактическом положении нарны мало что смогли противопоставить противнику. Расстреливаемые по трем векторам, они были вынуждены маневрировать под плотным огнем, периодически подставляя центаврианам то борт, а то и двигатели. Естественно, те не собирались упускать таких возможностей, и били, били, били. Вновь и вновь корабли, окрашенные в красное, расцветали всполохами попаданий. Вспучивались взрывами. Гибли.

— Сколько до перезарядки приводов?!

— Минута.

«Целая минута», — пробормотал адмирал, от флота которого уже почти ничего не осталось. Так долго им не продержаться. Это был полный разгром с минимальным результатом. Ди’Лот прикрыл глаза. Он не хотел видеть, как гаснут отметки последних его кораблей. Ему было наплевать на впивающиеся в тело страховочные ремни и умирающий крейсер. Канониры еще пытались успеть сделать свой последний выстрел, остатки истребителей, что все же прорвались сквозь заградительный огонь и вражеские перехватчики, старались перед гибелью нанести максимальный ущерб, многие шли на таран, но все это была агония. Трепыхание, особенно обидное в своей бесполезности. «Словно птаха, попавшая в когти зверя», — подумал военачальник нарнов перед тем, как его поглотила тьма, а расстреливаемый флагман разлетелся на множество искореженных обломков.

* * *

— Доложить о победе на Центавр.

— Есть! — раздался в ответ звенящий от ликования голос молоденького связиста.

* * *

Алиса проснулась в холодном поту. Опять ей снились какие-то ужасы. Монстры, в которых она с некоторым трудом, но все же узнавала зергов. Черные корабли, от которых веяло тьмой, холодом смерти и жутью, появлялись, словно призраки, из ниоткуда и убивали, разрушали, уничтожали все, что попадалось им на пути. Они, словно клякса чернил, накрывали собой звезды, и те гасли. Навстречу одному пятну разливалось другое. Светлое, яркое и обжигающее. Огоньки, что попадали в него, исчезали навсегда. Все, что успевала почувствовать девушка — боль и муку. Смутные и непонятные, размытые визуально видения были настолько пропитаны эмоциями, что ее всю трясло. Она пыталась понять, увидеть, разглядеть, но раз за разом от этого становилось только хуже.

Сегодня было особенно тяжело. В пелене она впервые смогла различить и других. Минбарцы, вновь убивающие друг друга, люди, опять что-то делящие силой оружия, забавные и милые мши, так часто помогавшие ей, пока она жила одна на нижних уровнях Вавилона, яростно сражающиеся с кем-то. Ей даже показалось, что она видела центаврианина, сгорающего заживо. Впрочем, в этом она была не уверенна. Морок сна быстро проходил, девочка успокаивалась. Показанные Талией дыхательные упражнения, весьма схожие с тем, чему ее обучили на Минбаре, помогли привести разум к покою, сбросить хмарь и очистить мысли. «Надо рассказать мамам», — в который уже раз сказала себе Алиса, выбираясь из стоящей под углом кровати. Первое время ей было трудно привыкнуть к тому, что минбарцы спят не на горизонтальной поверхности, а потом ничего, как-то приспособилась.

* * *

— Посол Ошшо готов вас принять, — кивнул секретарь на дверь, — прошу вас, входите.

— Благодарю, — кивнула Синтия Торкмен, прибывшая чтобы снять сюжет о станции.

Войдя в кабинет посла, она профессионально окинула помещение взглядом. Конечно, автоматические камеры все зафиксируют в мельчайших подробностях, но ведь обстановка может многое сказать о хозяине. Впрочем, это явно был не тот случай. Зерги не только выглядели сущими монстрами, но и были предельно далеки от всего, когда-либо виденного журналисткой. У нее вообще сложилось ощущение, что она находится в какой-то помеси пещеры и внутреннего органа гигантского существа.

— Присаживайтесь, — кивнул ей посол на самый обычный стул. — Это поставили специально для вас, — правильно понял он ее взгляд, брошенный на дисгармонирующий с обстановкой предмет.

— Спасибо, — улыбнулась Синтия, мысленно подбираясь.

— Вы хотите задать вопросы?

— Да, наши зрители хотели бы немного больше узнать о столь интересной расе, как ваша.

— Что ж, буду рад помочь. Спрашивайте.

— Для начала, не могли бы вы немного рассказать о себе?

— Конечно. Я полностью разумный представитель своего вида, наделенный особыми полномочиями говорить от имени нашего народа. В отличие от большинства собратьев, меня создали искусственно. Впрочем, из-за наших природных способностей, это не имеет особого значения. Мы можем в довольно широких пределах перестраивать свои организмы. Это, если так можно выразиться, уникальная особенность нашей расы.

— Потрясающе, — Синтия была действительно впечатлена услышанным. — Скажите, а вы можете стать, ну… как мы, люди?

— Вряд ли, ведь наша средняя масса превышает вашу как минимум вдвое. Впрочем, если задаться такой целью, то, наверное, что-то близкое получить возможно. Только зачем нам это?

— А как же, ну… например, возможность шпионажа?

— Разве у вас есть что-то интересное?

— Вы считаете, что нет?

— Видите ли, мисс, земляне хоть и многочисленны, и даже официально считаются одной из пяти великих наций, но на деле вы в большом космосе недавно. Даже Бракири добрались до звезд лет на пятьдесят-семьдесят раньше вас. К тому же они сделали это сами. Фактически, моложе вас лишь Геймы, но они до недавнего времени вообще были не в курсе, что космос есть. Таковы особенности атмосферы на их родной планете. Тем не менее, их технологии и научные знания во многом превосходят ваши. Уж извините, если обидел. Опять же, у вас еще нет единства. Вы не побороли детские болезни своей цивилизации.

— Что вы имеете в виду?

— Уточните, пожалуйста, вопрос.

— Я про детские болезни. Не могли бы вы пояснить подробнее?

— Любой разумный вид проходит несколько стадий взросления. Я не буду сейчас на них останавливаться, это вообще отдельная и многогранная тема. Уделю внимание лишь основному. Все цивилизации, которые на данный момент вышли в космос, сделали это, будучи социально едиными. А ваш Альянс это всего лишь формальность. Вы де-юре ликвидировали такое понятие как отдельная страна, но де-факто они остались до сих пор. Достаточно взять ваш язык. На так называемом общем говорит в лучшем случае две трети вашего населения. Опять же, ваш Марс…

— А что с ним не так?

— Да ничего, он в порядке, надеюсь. Просто война колоний за независимость — дикость.

— Но ведь другие…

— Они вовсе не собираются отделяться от метрополии и рвать с ней. Большая автономия, да. Старые колонии большинства разумных видов желают этого. Но это вопросы чисто из экономической области. Есть редкие исключения, касающиеся верований и традиций, вот только там тоже не все так просто. Подобные конфликты стоит рассматривать как борьбу за власть, а не желание разделить собственный вид. К тому же вы все еще не можете справиться с ксенофобией.

— Мы просто защищаем свои культурные ценности и традиции!

— Вы полагаете, что они всерьез кого-то интересуют? Такие атрибуты, как сувениры и безделушки, действительно имеют некоторый спрос, да. Но пройдитесь по станции, и вы обнаружите, что в различных сувенирных лавках можно купить статуэтки любого из пятидесяти богов центавриан, копию священных книг нарнов и многое другое, включая и всевозможные символы земных религий.

— Вы считаете нас дикарями!

— Скорее варварами, что стремятся насаждать свои обычаи. Впрочем, со временем это пройдет, ну или вы вымрете. Такое тоже бывает. Все-таки у вас гражданская война на носу.

— Что?!

— Ваш нынешний лидер совершенно явно и открыто ведет дело к диктатуре. Все эти бюро земной безопасности, ночные стражи, министерство мира, дозоры патриотов с бандитскими рожами. Это же явная и неприкрытая подготовка, осталось лишь найти повод, объявить военное положение, распустить сенат, тогда все и начнется. Тот же Марс наверняка откажется вводить особый режим, другие колонии, особенно достаточно удаленные и автономные, наверняка воспользуются ситуацией и объявят независимость. Их попытаются принудить силой… в общем, раздуют искру в полноценное пламя гражданской войны.

— Ну знаете, вы сгущаете краски.

— Я говорю, что вижу, впрочем, все это сугубо ваши внутренние дела, нам совершенно неинтересные.

— Скажите, что вы думаете про войну нарнов и центавриан? Когда мы только прилетели, у станции шел настоящий бой.

— Хорошая война, правильная.

— А можно ли чуть подробней? — задала вопрос Синтия, поняв, что посол не собирается разворачивать мысль дальше.

— Одни горели изнутри и могли бы совсем сгореть, теперь же у них есть шанс погасить огонь. Вторые, наоборот, замерзли. Застыли памятниками своему былому величию. Конечно, будет много дыма и шума, но в целом для обоих видов этот конфликт полезен. Без него они бы наверняка сошли со сцены лет через сто-двести. Теперь же у них есть шанс на достойное, а может быть, и великое будущее.

— Война это двигатель прогресса, так по-вашему?

— При чем тут это? Война у них будет скоротечной. Центавр не готов к затяжной войне, а Нарн не способен продержаться достаточно долго. Нет, технического прогресса от этого не будет.

— А социальный?

— Про него я только что и говорил. И отчего со мной так часто желают встретиться глупые люди, — вздохнул посол, даже не пытаясь сбавить голоса.

— Вас уже навещали журналисты? — сделала стойку Синтия, профессионально пропустив оскорбление мимо ушей.

— Приходил тут один любитель вопросов.

— Кто он? Из какой компании?

— Понятия не имею; заполняя формуляр, он указал, что является частным лицом. Судя по нашему с ним разговору, компания у него не очень хорошая. Скорей даже, плохая у него компания. Уж кадровый отдел, что его нанял, точно работает отвратительно.

— Ясно. Не хотите, значит, говорить.

— Всегда поражался способности самок додумывать за самцов.

— А вы самец?

— В данный момент, да.

— А…

— Могу сменить пол, для нас это не является невозможным. Довольно сложно, не спорю, но вполне реально. Тут вопрос больше в психологии.

— Ясно. Что ж, спасибо за интересную беседу.

— Всегда пожалуйста.

Синтии было о чем подумать. С одной стороны, зерг не рассказал ей ничего такого, о чем бы наверняка не знали специалисты, тут она была уверена полностью, а вот с другой стороны, тут было сказано и мало, и много одновременно. Как профессиональный журналист, да еще и работающий на крупнейшем новостном канале, она имела возможность получать информацию не просто из первых рук, но еще и без купюр. Смутные тревоги и некоторые подозрения после столь уверенного заявления о грядущей гражданской войне и диктатуре начали стремительно оформляться и подкрепляться фактами, подбрасываемыми цепким разумом. Картина, словно мозаика, складывалась в нечто цельное и пугающее. «Хорошо, что мы начали с экзотики», — кивнула сама себе журналистка. Теперь, она сможет задать несколько дополнительных вопросов и другим послам. Возможно, она сможет что-нибудь сделать. По крайней мере, она попытается.

* * *

— Пропала связь с патрулем в шестом квадрате.

— Выслать туда эскадрилью.

— Есть. Объявить боевую тревогу?

— Нет, все слишком устали от постоянных тревог и ложных атак. Что там с заменой гипермаяка?

— Транспорт прибудет через семнадцать часов.

— Плохо. Центавриане нашли наше слабое место.

— Кто же знал, что они будут действовать так?

— Мы должны были это предусмотреть. Штаб должен был подумать! Я же посылал докладную записку и писал рапорты.

— Поэтому вы и командуете обороной тыловой колонии.

— А должен был вести флот в бой и громить врагов.

— Поступило сообщение от патруля, у них все в порядке, просто были помехи со связью из-за солнечной вспышки.

— Старье, да и то рассыпающееся.

— Вполне надежные и простые машины.

— Ты забыл упомянуть их главное достоинство.

— Дешевизна?

— Вот именно! Мы космическая цивилизация, а какая-то паршивая вспышка лишает наши истребители связи.

— Вам бы тоже отдохнуть, третьи сутки на стимуляторах.

— Пожалуй, ты прав, Ка’вак. Пойду, посплю пару часов.

— Давно пора, командующий, — пробурчал заместитель Ра’гона.

Уставшие за две недели непрекращающихся наскоков врага нарны еще не знали, что смерть в лице центаврианских эскадр, вышедших по команде разведчиков, укрывшихся за светилом, уже тянет к ним свои руки. Патруль, что должен был предотвратить внезапное появление врага, был застигнут врасплох прямо в момент солнечной вспышки. Висящие в системе спутники-шпионы собрали достаточно сведений, чтобы состряпать ложное сообщение. Быть может, будь те, кто занимался дешифровкой, немного бодрее, они бы и обратили внимание на несколько изменившуюся манеру сообщения и вектор по которому оно пришло, но как известно, история не знает сослагательного наклонения.

Натор-три была не единственной колонией, обработанной подобным образом. Центавриане, пользуясь более продвинутыми технологиями и многочисленностью своих легких сил, смогли не просто вымотать защитников, но еще и сделать это во многих местах. Нарнам, довольно неудачно начавшим наступление, пришлось оттянуть часть сил для обороны собственных миров. Попытка компенсировать потери за счет тыловых эскадр уже стоила им нескольких малозначительных баз и удаленных колоний. Теперь же пришло время куда более важных, для успешного ведения войны, целей.

— Тревога! Га’Фир засек рейдовую эскадру в гиперпространстве.

— Первой и второй эскадре на двести вперед, третьей на сотню выше и по центру, отставание полста, четвертой центр и минус восемьдесят, отставание сто, орбитальным фортам с пятого по восьмой организовать треугольник, пусть будут основанием.

— Формируется зона перехода! Это Га’Фир.

— Пусть занимает место во второй линии второй эскадры.

Всплеск энергии, порожденный выходом из гиперпространства дежурящего в нем корабля позволил крадущимся от звезды центаврианским эскадрам еще некоторое время оставаться незамеченными. Вновь развернувшиеся воронки перехода от атакующих в лоб кораблей и вспыхнувший бой дали им еще немного времени. Но рано или поздно все заканчивается.

— Флот противника по вектору пять-девять-семь! Заходят от звезды!

— Где были глаза у патруля???

— Вероятно он уни…

— Четвертая эскадра, сменить курс, задержать неприятеля.

— Выполняем.

— Послать запрос о подкреплениях! Их слишком много.

— Нас глушат.

— Ну так пробейтесь через их помехи! За нами колония!

— Сделаю, что смогу!

— Истребителям назад. Перегруппироваться.

* * *

Адмирал Великой Центаврианской Республики Атир Сорат, наследник славного дома Сорат, самодовольно улыбнулся, видя суетливо маневрирующих нарнов. Не зря он был лучшим в своей группе, не зря провел бесчисленные часы за изучением, анализом и чуть ли не посекундным разбором кампаний прошлого. Родина давно не воевала? О да, серьезно она не воевала уже очень и очень давно, но центавриане еще помнили, что значит вцепиться в загривок врагу и впиться ему в глотку. Пусть контролируемый ими космос и сжался до каких-то жалких нескольких квадрантов, пусть народ утратил дух былого, но умение воевать у них еще осталось. По крайней мере, у тех, кто считал это своим призванием. Наконец-то им дали проявить себя. Давно пора было показать обнаглевшим нарнам и всем остальным слишком много мнящим о себе, кто тут настоящий хозяин.

— Противник отзывает истребители.

— Прекрасно, логично и глупо. Посылайте сигнал.

— Есть.

Когда на проекциях загорелись две группы огоньков, Атир лишь презрительно усмехнулся. Он заранее приказал снабдить истребители дополнительными комплектами систем жизнеобеспечения и, пользуясь прикрытием звезды, разогнал свои корабли перед их запуском. Те были слишком маленькими и обладали достаточно качественной системой маскировки, чтобы не быть обнаруженными раньше времени. Конечно, пилотам было нелегко, им пришлось провести столько времени в тишине космоса, не имея толком возможности пошевелиться, но они — солдаты, и они справились. «Злее будут», — сказал он тогда, и не ошибся.

Центавр всегда ставил на скорость и огневую мощь своих москитных сил и сейчас эта ставка полностью оправдалась. Отозванные перехватчики нарнов просто физически не успели встретить противника на достаточном расстоянии от целей. Ракетный удар, огонь из бортовых пушек, смерть, хаос, помехи от множества разрывов, буйство энергии и потоки разнообразнейшего излучения, все это буквально поглотило флот обороны. Ослепило и оглушило его, сделало неспособным чутко реагировать. Ненадолго, не полностью, но все равно фатально.

— Первая эскадра, всю энергию на двигатели, второй открыть беглый огонь. Максимальный темп!

— А…

— Так мы спасем куда больше наших пилотов, чем угробим, — осадил презрительным взглядом и коротким пояснением навязанного ему штабом дурака-заместителя молодой адмирал.

— Штурмовой флот снизил интенсивность обстрела.

— Еще один, — скривился Атир, — связь мне.

— Готово.

— Адмирал Кализа, какого демона вы творите?! Немедленно перебрасывайте энергию на накопители и открывайте огонь из всех орудий.

— Там…

— Наши пилоты? Я в курсе! Сам их туда послал и четко рассчитал потери. Чем быстрей мы уничтожим нарнов, тем больше наших парней вернется. Могу сбросить файлы симуляций или потом просто отдайте меня под трибунал, но сейчас… продолжайте огонь!

— Хорошо.

«Щенок», — сказал, как сплюнул, Кализа, тем не менее отдавая приказ на открытие огня. «Старый пень», — ругнулся Атир, отметив, что из-за заминки коллеги его истребители понесут на два процента больше потерь.

* * *

Джон Шеридан в очередной, наверное уже сотый раз, просматривал материалы по экспедиции «Икара». На удивление, их было немного. Даже все связи отца не могли пролить свет на тайну гибели корабля. Капитан не мог отделаться от мысли, что все там было не так, как в официальных и даже неофициальных документах. На первый и второй взгляд все вроде гладко, но интуиция орала: «Ложь!» Все, что он читал, было враньем от первого и до последнего слова. Потерев глаза, он решил, что нужно ложиться спать. Время уже позднее, еще и эта журналистка со своими вопросами. Мало ему было слов отца и генерала Хейга, так еще и Саманта. Нет, дома определенно что-то не так.

— Капитан, это Гарибальди, прошу прощения что поздно, но нельзя ли вас на два слова?

— Конечно, проходите. И можно на ты, мы все же не на службе.

— Хорошо, тогда я Майкл.

— Что-нибудь выпьешь? — кивнул на бар капитан.

— Разве что минералки, док рекомендовал.

— Конечно. Как твое ранение?

— Уже почти не беспокоит. Собственно, я как раз по этому поводу и зашел.

— Вот, — передал стакан Шеридан и махнул рукой в сторону дивана: — Присаживайся.

— Спасибо, — поблагодарил Гарибальди, сделав пару глотков. — В общем, Джон, я не мастак говорить, поэтому скажу просто. Спасибо. Док сказал, что хотел воспользоваться тем агрегатом сам, но он мог бы меня и не вытянуть, а то и помереть в процессе. Ты рисковал ради меня, ну, как минимум, здоровьем. Черт, да из тех, кто это делал, в живых лишь четверо осталось, ты пятый. В общем, спасибо.

— Да, речи явно не твое призвание, Майкл, — улыбнулся Шеридан, — но ты компенсируешь красивость слов искренностью. И… я просто не мог поступить иначе, — протянул он руку.

— Я бы тоже не смог, — кивнул Гарибальди, пожимая ладонь. — Ладно, не буду больше мешать, поздно уже. Пойду.

— Конечно, — поднялся Шеридан, чтобы проводить гостя.

— Хм, знакомый тип, — пробормотал Майкл, что по привычке окинул комнату профессиональным взглядом.

— Кто? — удивился капитан.

— Да вот, некий мистер Морден, — указал на терминал с данными по «Икару» Гарибальди.

— Ты его знал? — сделал стойку Шеридан.

— Почему «знал»?

— Весь экипаж «Икара» погиб.

— Видимо, не весь. Это жена? — предположил Майкл, увидев фотографию рядом с терминалом.

— Да, она была членом научной группы корабля. А где и когда ты видел этого Мордена?

— Он частенько крутится в посольском секторе и вообще нередко бывает на станции.

— Я должен с ним поговорить!

— В приватной обстановке?

— Если меня не удовлетворят его ответы, то да.

— По закону я могу его задержать для проверки личности, но…

— Сделай это, Майкл. Я должен знать. Понимаешь?

— Вполне, Джон.

— Спасибо.

* * *

Командующий Т’Ран снова и снова перечитывал разведданные, поступившие из штаба флота. Его рейдовый отряд, собранный с бора по сосенке вопреки воле верховных командиров, летел по инерции в кометном хвосте. Если бы не поддержка Г‘Стэна, их бы тут сейчас не было. Он был единственным, кто критиковал военную доктрину массированного удара. Пусть он и оказался прав, но любви среди руководства и штабных ему это не прибавило. Фактически, выделив силы и оказав открытую поддержу Т’Рану, он играл ва-банк. Надеялся изменить стратегию. «Я сделаю все, чтобы помочь ему в этом, клянусь Г’Кваном», — пообещал в очередной раз командующий, вновь принимаясь перечитывать давно уже заученные строки.

— К нам приближается патруль центавриан.

— Что-то они не спешили. Хорошо.

— Тут много чего летает, — пожала плечами Ка’Лот. — Если они каждый камень проверять будут, за месяц все топливо на складах сожгут.

— А так его сожжем мы, — позволил себе легкую улыбку Т’Ран, бросив взгляд на помощницу и заместительницу, в очередной раз отмечая ее красоту и вновь прогоняя несвоевременные мысли.

Пара истребителей приблизилась к комете и отправила доклад о начале сканирования. Это было последнее, что они успели сделать в жизни: два алых луча, ударивших из плотного тумана, окутывающего ядро космической странницы, мгновенно превратили их в облачко быстро остывающей плазмы. Немногочисленные обломки разлетелись во все стороны, внося свою посильную лепту в увеличение объемов космического мусора. Впрочем, скоро его должно было стать намного больше.

Центавриане, бесспорно, засекли энергетический выброс, но разобраться с тем, что же это было такое, не смогли. Слишком далеко, слишком нечетко. Пропавшая связь с парой отправленных на разведку машин, конечно, настораживала, но поднимать из-за этого тревогу было все-таки рановато. Даже если под прикрытием кометы подбирался враг, то времени, чтобы отреагировать, у защитников было предостаточно.

— Тормозим, — распорядился командующий, когда комета достигла рассчитанной им точки. — Дать малый импульс, меняем траекторию.

— Есть.

Посланная для проверки эскадрилья просканировала объект, но ничего не обнаружила. Что случилось с патрулем, было загадкой, с которой еще предстояло разобраться. Сенсорные комплексы обшаривали пространство в районе, где была зафиксирована вспышка. По системе метались вызовы, на которые никто не отвечал. В конце концов командующий обороной решился даже на отправку пары «Ворчанов», которые и стали первой жертвой рейдовой эскадры нарнов.

Два эсминца мало что смогли сделать против тройки крейсеров и пятерки своих одноклассников. Собственно, они лишь подняли тревогу за пару секунд до того, как их накрыли сосредоточенным огнем. Тяжелые спаренные орудия мощнейшими рубиновыми лучами буквально расчленили их на части. Куски недавно грозных боевых кораблей, светящиеся оплавленными краями, были разнесены вдребезги ударами импульсных батарей.

— Полный вперед!

— Форсирую маршевые двигатели на десять процентов.

— Истребителям старт через семь минут.

— Есть.

Центавриане почти успели подготовиться. Они почти построили свой клин. Вот только это было сделано почти, но не до конца. Лидирующий крейсер типа «Примус» немного поспешил, чуть вырвавшись вперед. Прикрывающим его «Ворчанам» не хватало погибших собратьев. Тяжелые истребители прорвались к лидеру на дистанцию атаки и быстро заставили замолчать главный калибр, попутно оставив еще множество пробоин. Удара подоспевших кораблей Т’Рана он не пережил и даже не сумел достойно ответить.

У защитников еще были шансы если не победить, то хотя бы сорвать атаку на топливные склады, но они не смогли ими воспользоваться. Юнец из высшей аристократии, которого отец продвинул по службе, но при этом вовсе не желал терять, оттого и отправил командовать в эту систему, решил показать, чего он стоит. Что ж, у центавриан и так было маловато шансов, а после того, как корабли остались без прикрытия орбитальных платформ, они и вовсе сошли на нет.

— Уходим, — распорядился командующий Т’Ран. — И пошлите открытым сигналом кадры нашей победы.

— Есть, — ответила с кривой ухмылкой Ка’Лот, — с превеликим удовольствием, — и защелкала клавишами на своем пульте.

Разваливающиеся и пылающие корабли ненавистного Центавра. Разрывы от орбитальной бомбардировки и поднимающийся чуть ли не до стратосферы чадный дым полыхающих складов. Мечущиеся в огне фигурки — просто неописуемая красота для подавляющего большинства нарнов. Истинный шедевр. Ка’Лот взглянула на творца этого великолепия с немым обожанием. Жаль, что он не проявляет к ней внимания, а ведь она красива. Ничего, у нее еще будет возможность. Своего она не упустит. «Стоит поспешить», — решила нарнка, ведь идет война, не до романтики тут.

* * *

— Лорд Рифа, я категорически против! — взмахнул рукой Лондо.

— Молари, не ведите себя, как курсистка! — отрезал Рифа. — Атака на мирные колонии нарнов подорвет их боевой дух и вообще стратегически очень выгодна нам.

— Но планетарные бомбардировки…

— Самое эффективное! Незачем терять наших солдат в наземных сражениях. Нарны будут биться, как бешеные, они же дикари. Вы хотите увидеть миллионы гробов?

— Н-нет, но мы же и без этого уверенно побеждаем.

— Вот именно. Пора бы показать и другим, что Центавр вновь могуч и силен, как в старые добрые времена.

— За геноцид нас осудят другие расы.

— Ну и что? Кто они такие, чтобы нам указывать?

— У них тоже есть военные корабли.

— Ерунда, они не посмеют вмешаться.

— Я не был бы столь уверен. Те же мши…

— Им скоро будет не до нас.

— Это точные сведения?

— О да, более чем. Можете мне поверить. Я это, ха-ха, да можно сказать, что видел.

— И все равно, я возражаю.

— Мы примем это к сведению, а теперь возвращайтесь на Вавилон, — распорядился недавно ставший императором Картажье.

— Повинуюсь, ваше величество, — поклонился Молари.

— И, друг мой, — обратился к Лондо лорд Рифа, — нам стало известно о запланированном нарнами наступлении, попросите своих друзей оказать нам небольшую помощь. Ведь наш флот будет немного занят этими бомбардировками.

— Конечно, лорд, — ответил Лондо, которому потребовалось все его самообладание и опыт, чтобы произнести два слова ровным голосом.

— Какой-то он мягкотелый, — скривился император, когда Молари покинул малый зал.

— Он на своем месте, ваше величество, и он там весьма полезен. Во всяком случае, пока — полезен.

— Вам удалось что-нибудь узнать о его загадочных друзьях?

— Немногое, ваше величество, но мы работаем. Земляне недавно арестовали некоего мистера Мордена, который служит кем-то вроде связного, а может быть и посла неизвестной, но весьма могущественной, расы.

— Тени?

— Да, ваше величество, впрочем, некоторые называют их призраками. В любом случае, я позволил себе распорядиться о предоставлении мистеру Мордену дипломатического статуса от нашей Великой Республики. Он уже освобожден из-под стражи, но пока не ответил на мое сообщение.

— Хорошо. Вы мой верный слуга, Рифа. Я полностью одобряю ваше решение.

— Благодарю, ваше величество, — поклонился лорд, скрывая свое презрение, — прикажете позвать дам и накрыть столы?

— Да, распорядись. Я утомился от этих дел, — махнул рукой император. — Править — это так скучно, вместо балов, охот и развлечений, приходится торчать тут или в штабе.

— Вам нужно отдохнуть, развеяться. Быть может, вы желаете посетить загородную резиденцию? Полагаю, наши адмиралы и чиновники способны обойтись без вашей мудрости какое-то время.

— Думаешь?

— Надеюсь на это, сир.

— Хорошо, полагаю, пару недель они без меня протянут. По крайней мере, не сильно напортачат.

— Я отдам соответствующие распоряжения?

— Да, распорядись.

Лорд Рифа склонился в почтительном поклоне и мысленно вознес хвалу богам и вселенной. Наконец-то удалось отправить яро взявшегося портить все, до чего дотянется, мальчишку куда подальше. Недооценил он энтузиазма Каратжье и его самомнения. Нивелировать порывы новоиспеченного императора было трудно, порой просто невозможно. «Устрою я тебе загул, твое величество», — удовлетворенно подумал лорд, прикидывая, что на пару-тройку месяцев он императора займет, а при небольшой удаче, так и вообще ближайшие полгода будет править сам. Все же война — дело ответственное.

* * *

— Талия, это Сьюзен, открой.

С почти неслышным шипением дверь каюты ушла в сторону.

— Как ты? Что с тобой случилось? — присела Сьюзен на диван рядом с закутанной в плед подругой.

— Плохо, — вымученно попыталась улыбнуться Талия, но у нее ничего не вышло. — Это было ужасно Сьюзен. Ты даже не представляешь насколько. Когда Шеридан устроил так, чтобы я столкнулась с Морденом, я… я не сдержалась, попыталась прочитать его, — Винтерс передернула плечами и еще сильней сжалась.

— Тише, — обняла подругу Сьюзен, пытаясь согреть и утешить, — все уже позади.

— Это было как если бы я оказалась в темном и стылом колодце без дна. Я падала и падала, а рядом кружились ужасные тени. Настолько реальные, как будто я их наяву видела. Уродливые, ледяные и совершенно чуждые. Мне было так плохо, так страшно…

Дрожащая телепатка говорила и говорила, стараясь поделиться пережитым, пытаясь отогреться живым теплом подруги. Разделить с ней свой ужас, выплакаться без слез. Когда она перешла от встречи с Морденом на свои детские кошмары, она и сама не заметила. В какой-то момент стресс и сильнейшее нервное истощение просто заставили ее уснуть под мерные поглаживания по голове.

Аккуратно уложив подругу, которая за время своего рассказа оказалась едва ли не у нее на коленях, Иванова укрыла ее принесенным из спальни одеялом и подложила ей под голову подушку. Посмотрев с тоской на свернувшуюся калачиком Талию, она не удержалась и поправила ей прядку волос, упавшую на лицо. Та забавно сморщила носик, улыбнулась и совершенно машинально ухватилась ее за руку. «Как в детстве», — вспомнились Ивановой слова подруги. Талия мало что помнила из времени до начала обучения в пси-корпуса, но о своей особенности даже во сне хватать руку матери, поправляющей волосы, она помнила, и не так давно со смехом рассказала об этом Сьюзен.

— Не уходи, — пробормотала Талия, когда раздался сигнал вызова и Иванова дернулась.

— Я на минуточку, — шепнула она, освобождая ладонь.

— Сьюзен? — удивился Шеридан, когда увидел кто открыл ему дверь.

— Капитан, — довольно прохладно приветствовала гостя Иванова.

— А… — замялся Джон, но решительно переключился. — Я хотел бы извиниться перед мисс Винтерс.

— Вы выбрали для этого чертовски неподходящее время, капитан. Из-за вашей подставы она будет приходить в себя еще пару дней, как минимум.

— Я…

— Капитан, я служила под вашим началом еще до Вавилона. Я всегда уважала вас и относилась, — Сьюзен чуть скривила губы, — даже с некоторым благоговением, считала идеалом офицера и человека.

— Мне…

— Но видимо, я ошибалась. Надеюсь, что не во всем, и это была лишь случайная ошибка. Мне доводилось терять близких людей, и я знаю, какая это боль. Поэтому я могу понять ваше стремление узнать, что же на самом деле случилось с «Икаром» и с вашей женой. Вот только выбранные вами методы, с моей точки зрения, неприемлемы не только для офицера, но и вообще для кого-либо. Я передам Талии ваши извинения. Доброй ночи, капитан.

— Доброй, — ответил Шеридан закрывшейся двери.

Что ж, у него добавилось еще пару пунктов в счет, который он собирался предъявить теням, когда настанет время платить. Кош обещал помочь ему подготовиться, научить воевать и побеждать — прекрасно. Джон всегда любил и умел учиться. Знания никогда не лежали в его голове мертвым грузом. Он всегда находил им применение. А перед Талией и Сьюзен он извинится делами. В конце концов, слова — всего лишь слова. Хотя их он все равно скажет. Позже. Не сегодня, и даже не завтра, но обязательно скажет. Про женщин ведь не зря говорят, что они любят ушами. Впрочем, слепыми они тоже не являются.

* * *

— Рад всех вас видеть, — приветствовал собравшихся посол дрази, открывая встречу. — Все уже в курсе, что центавриане начали орбитальные бомбардировки колоний нарнов?

Ответом стали кивки и иные формы подтверждения.

— Хорошо. Наверняка Шеридан вскоре созовет экстренное заседание совета и будет пытаться организовать введение каких-нибудь дурацких санкций.

— Можем и поддержать, — пожал плечами йолу. — Толку не будет, но в глазах общественности это полезно, так почему бы и нет?

— Это само собой, — отмахнулся посол бракири. — Вопрос в том, когда и как мы будем начинать.

— Полагаю, несколько наших кораблей, расстрелянных при попытке эвакуировать мирное население или прилетевших оказать помощь…

— Не только ваших.

— Нет, против сводной группы центавриане не рискнут проявить агрессию.

— Тогда, как вы обоснуете вступление в войну остальных? — обвел рукой присутсвующих йолу.

— С бракири у нас есть соответствующий союзный договор, а вам будет достаточно припомнить резню на Фрелисе-двенадцать.

— А нам прикажете опять под видом пиратов выступать? — фыркнул антарианин.

— Должна же быть польза от вашей анархии.

— У нас уже давно порядок наведен!

— Так мы же и не спорим, — примирительно поднял руки дрази, — но может же случиться рецидив?

— Ладно, будет вам рецидив.

— Зимнее обострение, — проскрежетал гейм.

— Вы сами-то как планируете обосновать свое вмешательство?

— А у нас союзный договор не сегодня-завтра будет с бракири подписан, мы же две молодые расы и все такое.

— Может быть, и нам…

— Нет, времени мало, да и лишние подозрения нам ни к чему.

— Хорошо.

— Так, с этим вопросом решили. Дальше, все в курсе изменения планов?

— Это из-за того, что тени взяли на себя труд по разгрому нескольких флотов Нарна? — уточнил йолу.

— Да, поэтому зерги, аббаи и врии не будут устраивать шума. Верней, они его отложат, на тот случай, если нам потребуется помощь.

— Отличные новости, мне, честно говоря было немного боязно. Я, конечно, верю мши и остальным, но… сами понимаете, — развел руками ипша.

— Итак, подводим общий итог, — начал председательствующий посол дрази. — Мы провоцируем центавр. Далее, заявляем протест, который будет проигнорирован, а то и вообще отвергнут в оскорбительной форме. Посол Г’Кар наверняка кинется к нам и попытается воспользоваться моментом.

— Ко мне он, кстати, уже подходил и про Фрелис напоминал.

— Вот и порадуйте его согласием.

— Конечно, но только нарны будут тянуть одеяло на себя, захотят стать главными. Наверняка предложат общий штаб организовать.

— Посмотрим, но в любом случае, мы объявим войну центавру. К нам присоединятся бракири и геймы, а вы, видя появление у нарнов союзника, тоже присоединитесь, с вами в комплекте идут ипша, а у антариан случится рецидив анархии и приступ жадности до чужого добра. Кому, как не им, на коммуникациях резвиться.

— А мы так Центавр за пару месяцев не одолеем?

— Не должны, да и вообще, нам же не обязательно их всерьез штурмовать, этим пусть сами нарны занимаются, пар спустят, глядишь, и поумнеют, а мы так, рядом полетаем, да постреляем немного. Нам нужно теней порадовать и занять их, пока мши с их главным сателлитом разберутся.

* * *

«Нам только что поступили кадры бомбардировки колоний нарна флотом Центавра», — вещал диктор новостного канала. «В данный момент известно об атаке пяти колоний, общее число жертв, по предварительным оценкам, составило более миллиона гражданских», — сделал он приличествующую моменту паузу.

— Вот зараза, — выругался Гарибальди и начал срочно вызывать своего заместителя Зака Алана.

— Слушаю, шеф?

— Новости видел?

— Нет еще, что случилось?

— Центавр начал бомбить колонии нарнов. Срочно отзывай всех наших, отмени увольнительные и отгулы. Отправь парней на усиление патрулей. Особое внимание зонам отдыха, Зоколо и посольскому сектору. Всем экипироваться для подавления беспорядков и взять шоковые дубинки.

— Понял, шеф.

— Отбой, скоро буду в центре.

— Я свяжусь с Землей, — сказал Шеридан, прерывая утреннюю летучку, что традиционно начиналась под бубнеж новостного канала. — Запрошу данные штаба космофлота, инструкции, и созову экстренное заседание совета. Сьюзен, свяжись с послами Лондо и Г’Каром, пусть попробуют повлиять на своих соотечественников.

— Есть, сэр, но вряд ли от этого будет толк. Горячие головы их слушать все равно не станут.

— Это точно, у меня что ни день, то десяток драк между нарнами и центаврианами. Вот только раньше это были цветочки. Сейчас же без крови и поножовщины не обойдется.

— Сделай что сумеешь, Майкл, я запрошу пополнение, хотя быстро его не пришлют.

Глава 38. Искры-искры искорки

Появление целой армады кораблей мши и зергов стало для маркабов большим сюрпризом. Мягко говоря, это было не рядовое явление и нехарактерное для обеих рас поведение. Впрочем, паники не было, тем более, что военных судов в прибывшем флоте было совсем мало.

— Рады приветствовать вас в столице, — поклонился Лоучу встречающий, после чего повернулся к зергу и развел руки, согнув кисти в традиционном знаке дружбы. — Чем вызван ваш столь необычный визит?

— Опасностью для вашей расы, — ответил после поклона мши.

— Чума Драфа покинула остров, и мы здесь, чтобы помочь, — добавил Шушшик, опуская верхнюю пару лап-клинков.

— Вам известно об этом?

— Да, один из ваших транспортов прибыл на Вавилон, там было больше двухсот мертвых маркабов. Мы не могли проигнорировать такое.

— Какова сейчас ситуация с эпидемией? — поинтересовался мши.

— Нам удалось изолировать пострадавшие районы и замедлить распространение заразы, — решил говорить прямо министр иностранных дел, как можно было бы перевести на земной манер должность встречающего.

— В наших кораблях есть вакцина и оборудование. Давайте определимся с выгрузкой.

— Часть транспортов приспособлена для долговременного проживания. Хоть мы и уверены в эффективности лекарства, созданного зергами, но на всякий случай подготовились к худшему.

— Спасибо, — только и смог ответить маркаб.

Религиозность религиозностью, но он-то прекрасно понимал, что болезнь никакими молитвами не остановить, и дни его расы сочтены. Да, где-то удастся выжить некоторым представителям, но сумеют ли они возродить народ и его цивилизацию, да и когда это произойдет? Ответов у него не было.

— Не будем терять время, — дернул хвостом Лоуч.

— Конечно. Следуйте за мной, правительство уже в сборе.

— Возьмите, — протянул Шушшик шприц-тюбик, — не хотелось бы вас хоронить. Вы уже заражены.

— Откуда вы?..

— У нас очень чувствительные рецепторы, а больные имеют особый запах. У вас начальная стадия, вы наверняка списали усталость и апатию на общее утомление в кризисной ситуации.

— Д-да, действительно…

* * *

На’Кот, прижав к себе дочку, со слезами на глазах провожала взлетающие корабли дрази. Как она ни кричала, как ни молила, но ее малышку не взяли на борт. Сказали, что нет места, а судно и так уже перегружено. «Чудовища, бессердечные монстры, да будьте вы прокляты!» — кричала она в лицо чужаку. Таких, как она, было много. Слишком много. Эскадры центавра добивали последних защитников системы и скоро должны были начать бомбардировку. Умом она понимала, что десяток транспортов при всем желании не спасут всех, но вот сердцем…

— Мама, не плачь, — прижалась малышка, крепко обнимая ее за шею.

— Все, не буду больше, — улыбнулась На’Кот, прижимая дочку к себе.

* * *

«Не стреляйте! На корабле только дети…» — треск помех оборвал голос капитана, а посол дрази в тишине выключил видео. Зал совета встретил задержавшегося капитана Шеридана безмолвием, чему он был изрядно удивлен. Он ожидал, что тут будет стоять ругань Лондо и Г’Кара, возможно — если те еще не успели явиться — гул голосов послов и представителей, обсуждающих свои проблемы, но звенящая тишина, которую можно буквально резать? Такое в этих стенах было внове.

— Мы требуем от Центавра принести официальные извинения, — заговорил дрази, — а также выплатить достойную компенсацию семьям погибших. Кроме того, мы требуем не препятствовать проводимым нами гуманитарно-спасательным миссиям в пространстве нарна.

— Я передам ваши слова императору Картажье и сделаю все от меня зависящее, чтобы ваши справедливые требования были удовлетворены, а сотворившие это понесли наказание.

— Что стало с колонией? — спросил капитан.

— Уничтожена орбитальным ударом, выживших нет, — ответил Г’Кар, испепеляя взглядом Молари.

— Как это нет? — удивился Лондо, которому докладывали совсем другое.

— Очень просто. Это была термоядерная бомбардировка. Ваш адмирал Кализа был сильно расстроен понесенными им потерями.

Впечатленные увиденным, почти все послы проголосовали за введение санкций, но только это ничего не меняло. Даже нарушив прямой приказ Земли и воздержавшись от голосования как председательствующий, Шеридан все же был вынужден, как представитель Альянса, голосовать против. В итоге получилось два голоса против двух, да и не влияло это ни на что. Центавр был вполне самодостаточен. Уж в военной сфере — несомненно. Сейчас верфи Республики работали круглосуточно, наращивая флот, а экономика вполне справлялась с поставками сырья и материалов. Недостатка в обученных кадрах также не наблюдалось. Большинство аристократов и представителей влиятельных семей традиционно проходили военную подготовку и даже некоторое время служили в войсках, получая пусть минимальный, но все же армейский опыт.

* * *

— Г’Кар, как бы это ужасно не звучало, но смерть наших детей не была напрасна. Дрази обижены, и если они выступят на нашей стороне, хотя бы обеспечив защиту тыла, у нас будет шанс. Мы проигрываем, племянник. Наш контрудар сорван. Потери огромны, мы не в состоянии обеспечить защиту своих территорий.

— Я постараюсь сделать, что смогу, Г’Стен. Но если центавриане принесут извинения, боюсь, что у меня ничего не выйдет.

— Я все понимаю, но сделай, что сможешь. Как твои переговоры с другими послами?

— Плохо, дядя. Никто не желает вступать в войну, все боятся. Даже жажда мести йолу неспособна побороть их страх.

— Тебе удалось переговорить с мши?

— Нет, их представитель, Лоуч, отсутствует на станции, а остальные — просто торговцы и специалисты, они не имеют ни официального положения, ни связей.

— Врии и аббаи?

— То же самое, первые вообще лишь изредка прилетают по коммерческим делам.

— Зерги?

— Спрятались за своими бюрократическими заморочками, придираются к каждой закорючке. Мне не удалось выяснить, почему, но их посол явно не желает со мной встречаться. Он даже реже ворлона на публике появляется.

— Плохо. Минбар и Земля заняты своими внутренними проблемами и просто не желают вмешиваться. Фактически, мы остались одни, — вздохнул военачальник.

— Это так, дядя, но я постараюсь. Шеридан и Делен в частном порядке предложили мне помощь. Я перешлю вам маршруты эвакуации для беженцев.

— Хоть что-то, — кивнул Г’Стэн. — Боюсь, дрази больше не рискнут помогать нам в открытую.

— Вам удалось выяснить, прилет тех кораблей был частной инициативой?

— Не совсем. Мой ставленник Т’Ран после разгрома центаврианского конвоя был вынужден отступить в их сектор, там он и его помощница Ка’Лот сумели провести тайные переговоры. Результатом которых и стали расстрелянные ублюдком Кализа эвакуационные транспорты.

— Надеюсь, Лондо сумеет заставить его заплатить. Молари, конечно, цетаврианин, но, наверное, лучший из них.

— Я бы на твоем месте не слишком надеялся. Адмирала объявили героем, он даже успел удостоиться личной аудиенции императора.

— Тогда у Лондо будут проблемы.

— Какое тебе дело до него, — отмахнулся Г’Стен, — лучше сосредоточься на том, чтобы найти нам союзников, хоть каких-нибудь. И начинай готовить проект «Восстание», позже я передам тебе номера счетов и координаты с тайниками. Если нам не удастся победить, что ж, пусть даже через тысячу лет, но Нарн вновь станет свободным.

— Пришлите мне фильмотеку с видами родного мира, если все сложится так, то те, кто вернут ему свободу, должны знать, какой была их родина.

— Пришлю, племянник. Не вешай нос, Г’Кар, мы еще не проиграли.

— Да, дядя.

* * *

Сьюзен вышагивала по каюте, не зная, что ей делать. Талия же, забравшись с ногами на диван, лишь сочувственно поглядывала на нее. Помочь подруге принять решение она не могла. Та столь долго скрывала свой дар телепата, что для нее открыться кому-то было почти невозможным шагом. Но и не проходить проверку на внедренную пси-корпусом личность она тоже не могла себе позволить. Тяжелый выбор. Появление Литы Александер, да еще и с информацией о том, что в руководстве Вавилона наверняка есть агент, который и сам, скорее всего, не в курсе собственной деятельности — это было серьезным потрясением.

— Думаешь, она говорит правду? — Сьюзен наконец устала бегать по каюте и рухнула в кресло.

— Не знаю, она сбежала из пси-корпуса, состояла в марсианском сопротивлении, сканировала ворлона, все может быть.

— Она же твоя ровесница, вы наверняка вместе учились. Можешь что-то про нее рассказать?

— Мы не были с ней дружны, я бы ее даже знакомой назвала весьма условно, — пожала плечами Талия. — Она была обычной, ничем особо не примечательной девчонкой, такой же, как все. Верила в декларируемые пси-корпусом идеалы, я слышала, ее хвалили за старательность. Плохо о ней никто никогда не отзывался. Ну, мне, во всяком случае, слышать не доводилось. Прости, — вздохнула Талия, понимая, что ничем особо помочь подруге не может.

— Черт, если бы на нее не покушались прямо во время перевода из одной камеры в другую, ей бы никто не поверил, а так слишком много совпадений получается.

— Сью, тебя ведь волнует не это, — похлопала Талия по дивану, — сядь. Мы с тобой не говорили, но я давно уже поняла, что ты унаследовала от матери дар. Ты так долго его скрывала, и так боишься, что если о нем кто-то узнает, то у тебя отберут твою жизнь, свободу и даже личность, что просто…

— Да! Черт побери, да! Я боюсь перестать быть сама собой. Ты ведь понимаешь, что именно я наиболее вероятный кандидат на внедрение спящей личности? Когда стало известно про мою мать, меня наверняка проверили, установили, что мой дар слишком слаб, чтобы я была полезна пси-корпусу сама по себе, но потом, во время службы, когда я начала делать неплохую карьеру, могли и вспомнить.

— Могли, но ты бы наверняка заметила вмешательство.

— Память можно и подчистить.

— Это не так-то просто сделать, особенно с телепатом.

— Да какой я телепат, — заломила руки Сьюзен, — смех один. Так, изредка, когда в ударе, могу что-то услышать или почувствовать, мне даже блоки держать не надо.

— На самом деле они у тебя есть, просто они как бы природные, а потому и незаметные со стороны. В любом случае, тебе нужно будет пойти на проверку. Я не знаю, что там у вас за тайный клуб, но зная тебя, уверена, вы там не цветочки обсуждаете и не говорильней занимаетесь. Ты ведь не хочешь, в одно мрачное утро стать причиной ареста, а то и гибели всех, кто тебе доверился?

— Нет, не хочу. Слишком много этих всех может оказаться. Мы…

— Стоп, — прикрыла рот подруги ладошкой Талия, — не рассказывай. Пока не будет полной уверенности, лучше помолчать.

— Ты права, прости.

— Поговори с капитаном. Лита ведь его уже проверила?

— Да, он и Гарибальди чисты, Франклин тоже в порядке. Сейчас проверку проходят сотрудники службы безопасности и офицеры рубки. Через пару дней закончим с остальными.

— Времени немного, но оно у нас еще есть. Поговори с Шериданом.

— Поговорю. Что-то Алиса давно мне не писала.

— Она просила не говорить, но ее мучают кошмары.

— Это нормально?

— Всякое бывает, сама понимаешь, но то, что она описывает, не знаю даже, возможно, у нее просыпается пророческий дар.

— Редкая вещь. Насколько мне известно, подтвержденные пророки есть только у центавриан.

— Не только, просто их оракулы самые сильные, если можно так выразиться. Тут проблема в неконтролируемости видений. К тому же, прозревая будущее, на деле они видят лишь вероятности, да и там многое зависит от сильных эмоций.

— Алиса видит войну?

— Да, страшную, но очень смутно. Говорит, что часто в ее снах фигурируют зерги, мши, но и представители почти всех известных ей рас тоже мелькают. Основной лейтмотив ее кошмаров — два пятна, светлое и темное, что поглощают звезды. Довольно обычное, в принципе, явление: свет и тьма, огонь и лед, в общем, противоположности.

— Боюсь, как бы мы не стали свидетелями всего этого наяву, — вздохнула Сьюзен, вспоминая то, что ей открыли недавно Шеридан и Делен.

— Не рассказывай, — покачала головой Талия, — не хочу знать. Во всяком случае, пока.

— Хорошо, не буду. Пойдем в ресторан?

— Пойдем, — улыбнулась телепатка, — мне тоже лень готовить.

— Опять в голову лезешь!

— Ничуть, это ты сама мне мыслеобраз послала. Очень, кстати, четкий, у меня аж слюнки потекли от представленного тобой стейка.

— Ясно, поклонница диет, пошли уже.

— Не у всех же идеальная фигура, — вздохнула Талия одарив подругу демонстративным взглядом, — кому-то приходится страдать.

— Не прибедняйся, — фыркнула Сьюзен не менее демонстративно окинув взглядом телепатку.

* * *

После очередного урока у ворлона Шеридан пришел на встречу с Делен одухотворенным. Впрочем, так оно обычно и бывало. Кош учил его познавать себя, искать внутреннюю силу и направлять ее. Это было похоже на то, что Джону давали наставники в китайских монастырях, которые он посещал юнцом из любопытства. Первое время такое казалось смешным, даже нелепым, но со временем — начало приобретать смысл. Помогало сохранить хладнокровие в минуты смертельной опасности и видеть выход там, где, казалось бы, его нет.

— Здравствуйте, капитан, — улыбнулась Делен, приглашающе указав на кресло.

— Посол, — кивнул он, занимая предложенное место.

— Как прошел ваш урок?

— Странно, как и всегда, но… впечатляюще и интересно, — сумел сформулировать то, что было у него на душе Шеридан.

— Вы на верном пути, Джон.

— Возможно. Однако давайте перейдем к делам.

— Вечно вы торопитесь, — улыбнулась Делен, — впрочем, сейчас это необходимо. Медлить нельзя, тени стоят за спиной центавра. Фактически, это, как говорят у вас, пробный шар. После победы над нарнами центавриане не остановятся, они начнут кампанию по расширению своего пространства.

— Что дает нам шанс объединить цивилизации в единый союз и дать им отпор.

— Да, именно поэтому мы не вмешались и воздержались при голосовании.

Делен лукавила. На ее обращение к Серому Совету последовал довольно грубый ответ: «Чужие проблемы нас не касаются». Ее беспокоило нарастающее дома напряжение между кастами. Дошло до немыслимого, уже случилось несколько десятков драк. Целое тысячелетие минбарцы не поднимали руку друг на друга, но похоже, что времена переменились.

— Мы должны привлечь на свою сторону мши, они сильны, и за ними готовы идти другие.

— Я несколько раз пыталась связаться с Великой Матерью или с кем-то еще из их правительства, но ответа так и не получила.

— Я тоже, — признался Шеридан, — ни они, ни врии с аббаи не идут на контакт.

— Возможно, им что-то известно, и они готовятся?

— Все может быть, но вряд ли они правильно оценили опасность и понимают, что нас ждет, в противном случае они бы сами искали союза с нами.

— Я попробую поговорить с послом зергов, наверняка он что-то знает. В последнее время триумвират плотно взаимодействовал с ними.

— Хорошо, я переговорю с геймами, они близки к зергам, да и с другими послами пообщаюсь.

— Начните с вассалов мши, они наверняка в курсе.

— Не обязательно, но что-то они должны знать. Вот только расскажут ли?

— Не попробуем, не узнаем. Я тоже буду говорить с ними.

Обсудив более конкретно детали и распределив между собой послов, двое, что решились бросить вызов древнейшей и ужаснейшей расе известного космоса, разошлись.

* * *

— Ну что там, Вир? Нам пришел ответ на мой запрос?

— Нет, Лондо, нас полностью игнорируют.

— Да как они смеют?! Вся эта чертова война держится на мне и моих связях.

— Лучше бы их не было, посол.

— Согласен, Вир. О вселенная, как же я с тобой согласен! Но прошлого не изменить. Поэтому постараемся поменять будущее.

— Вы что-то придумали?

— Пока не уверен, но…

— Вызов из императорского дворца, правительственный канал.

— Наконец-то, немедленно соединяй.

— Секунда, — Вир по памяти ввел зубодробительный код, — готово.

— Посол Молари, рад вас видеть.

— Лорд Рифа, — неподдельно удивился Лондо, — я тоже рад вас видеть.

— Императора очень расстроило ваше послание, Лондо. Он был в ярости, и мне с трудом удалось убедить его не принимать поспешных решений.

— Я не совсем понимаю вас, лорд.

— О, мне нетрудно и объяснить. Вы же знакомы с мистером Морденом, не так ли?

— Знаком, — внутри у Лондо разлился космический холод, а оба сердца предательски замерли, скованные стужей бездны.

— Вот и мы недавно познакомились. Очень достойный землянин.

Отвечать что-то было бессмысленно. Молари понял, что он, в общем-то, уже и не нужен. Смешно, но лишь от Мордена теперь зависело его будущее.

— Он очень положительно отзывался о вас, друг мой, — улыбнулся Рифа, закончив испытывать Лондо на прочность. — Что же касается вашего сообщения, то его величеством собственноручно был подготовлен ответ. Я сейчас перешлю его вам, и надеюсь, вы понимаете, что он должен быть озвучен слово в слово.

Изображение лорда сменилось коротким текстом. Молари понадобилась не более десяти секунд, чтобы прочитать, осознать и вновь прочитать написанное.

— Это же неприкрытое оскорбление и вызов, — выдавил он из себя, когда спустя полминуты на экране вновь появилось изображение лорда.

— Давно пора было указать некоторым примитивным народам на их истинное место в галактике.

— Вы слишком полагаетесь на друзей Мордена, они ведут свою игру и бросят нас в самый неподходящий момент.

— Возможно, и даже вполне вероятно, — кивнул самодовольно улыбающийся Рифа, — вот только это случится не скоро, к тому же мы с ними в равном положении.

— Вы слишком самонадеянны, лорд. Как бы нам всем не пришлось за это поплатиться головой.

— Молари, вы слишком размякли, общаясь с разными чужаками. Дома подъем, наша стагнирующая экономика очнулась и растет на военных заказах, как на дрожжах, призывные пункты ломятся от добровольцев, в военных академиях нет места и впервые появился конкурс. Центавр расцветает, Лондо. Мы стоим у истоков ростка, пробившегося из старого пня. Дайте срок, и вскоре на его месте будет могучее дерево. Покоренные миры станут его листьями, а наш флот ветвями, что поддерживают их.

— Вы поливаете этот росток кровью!

— Именно, посол. Очень, знаете ли, питательная субстанция. Но довольно философии. Вам надлежит немедленно собрать, — Рифа усмехнулся и насмешливо-презрительно закончил, — совет Вавилона. На нем вы зачитаете послание императора. Вам все ясно, посол?

— Яснее не бывает, лорд.

— Вот и славно. Конец связи.

— Сволочь, — саданул кулаком по погасшему экрану Молари. — Скотина, тварь, ненавижу!

— Посол? — вскинул бровь Вир.

— Они там все с ума посходили. Вир, ты немедленно вылетаешь на Центавр. Мне нужен свой человек во дворце, ты станешь моими глазами и ушами. Нам нужно спасать родину, Вир. Найди мне тех, кто еще не лишился рассудка. Без союзников мы не сможем остановить этих безумцев.

— Вы хотите устроить переворот?

— Да, демоны нижнего мира, да, я даже готов устроить гражданскую войну, лишь бы остановить то, на что нас толкает Морден и те, кто стоит за ним.

— Я вас не понимаю, Лондо.

— Да что же тут непонятного?! Даже если дрази и проглотят оскорбление, император и этот Рифа не остановятся. Они начнут завоевательный поход, и в итоге мы окажемся одни против множества рас. Сейчас не времена расцвета Республики. Даже дрази лишь немногим слабее тех же нарнов. Конечно, пока они не готовы к войне, смять их будет не так уж и трудно, но вот всем остальным это не понравится. Дилгары многому научили Лигу, остальные не будут стоять в стороне и смотреть. Даже если не вмешается триумвират, они и сами сумеют справиться с нами, как справились бы с дилгарами безо всяких землян. А я не хочу видеть нашу планету в огне, не хочу, чтобы она превратилась в новый Нарн.

— За все приходится платить, Лондо.

— Если надо, я заплачу жизнью. Даже пожертвую своим родом. Ты со мной, Вир?

— Да, Лондо, я с вами. До конца, каким бы он ни был.

— Спасибо, Вир.

— Рассчитывайте на меня, и один союзник у вас уже есть.

— Кто?

— Род Кото поддержит вас.

— Но…

— Мой отец при смерти. Конечно, есть еще разные дяди и прочие родственнички, но полагаю, я смогу с ними быстро справиться. Мы не столь знатны и не можем похвастаться особой древностью, но моя семья довольно многочисленная.

Тронутый до глубины души Молари лишь молча кивнул, сжав руки Вира. Тугой ком мешал ему говорить, да и слова как-то не складывались. Не получалось у посла оформить свои эмоции. Когда за помощником закрылась дверь, он дал себе обещание во что бы то ни стало сохранить его в грядущем. За такими, как он, будущее, он и ему подобные — вот кто сделает Центавр поистине великим. «Жаль, что я это осознал, лишь наделав множество ошибок», — вздохнул Лондо, неспешно переодеваясь в положенный по протоколу мундир. Все же сегодня он будет не собой, а лишь голосом проклятого мальчишки-императора и его тени за троном. Ничего, он еще развеет тьму, пусть даже для этого, по примеру фольклорного героя, ему придется вырвать оба сердца.

* * *

Поврежденный крейсер нарна, лишившийся возможности совершить гиперпрыжок, рискуя взорваться, форсировал двигатели, стараясь уйти от преследующей его эскадры центавриан. Минимальные шансы давали астероиды, если спрятаться за камнем покрупней, отключить максимум систем и сменить курс, тогда можно было надеяться разминуться с преследователями. Космос огромен, найти в нем корабль, котрый не желает быть найденным — непросто.

Понимали задумку жертвы и охотники. Прекрасно понимали, и если бы не расстояние, на котором они засекли сигнал бедствия, то давно бы уже разделались с подранком. Ничего, два десятка кораблей были способны организовать плотную и достаточно широкую сеть, чтобы нарны не ушли от своей судьбы. К сожалению, истребители не смогли повредить двигатели врага, да и вообще были вынуждены быстро вернуться, слишком рано их запустили. «Поспешил», — укорил себя адмирал Кализа. Пусть он и был обласкан императором, но в штабе расстрел транспортов дрази с эвакуируемыми детьми нарнов не всем пришелся по вкусу.

Немногие уцелевшие перехватчики, что сопровождали поврежденный крейсер, развернулись и пошли в атаку на эскадру преследователей. Отчаянный и бесполезный шаг. «Нарны идиоты», — скривил губы Кализа. Он по определению отказывал врагу в мужестве, принимая его за бешеную злобу и звериную ярость. Впрочем, дураком адмирал не был. Жестоким — да, ретроградом — отчасти, но скорее, сторонником проверенных временем методов.

Сейчас же он просто констатировал факт. Что жалкие полторы эскадрильи могут сделать полнокровной эскадре? Задержать на пару секунд? Это если им еще очень и очень повезет. «Не стоило мне самому за ними гоняться, отправил бы кого из молодых», — вздохнул адмирал, признавая, что все дело в тщеславии. Захотелось ему лично на свой счет еще один кораблик записать. Испытать азарт охотника. Ему всегда нравилась эта забава, но тут получилась какая-то глупость. Легкое возбуждение от преследования уже сошло на нет, и пришло понимание, что за такое его скорее поднимут на смех, но не отступать же, теперь уже поздно.

«Ладно, глядишь, еще одну медальку на грудь повешу», — мысленно махнул рукой Колиза, вставая из кресла. Что-то ноги затекли, возраст сказывается, не мальчик уже. «Мне бы внуков нянчить», — хмыкнул он. «Да вот нет их, на Рагеш-три остались и они, и сын с дочерью», — стиснул зубы центаврианин. Теперь чуть пляшущий на дальних сканерах значок преследуемого крейсера вновь вызывал эмоции и будил жажду крови.

— Минута до контакта с истребителями противника.

— Подпустите поближе и расстреляйте из корабельных орудий, нечего рисковать нашими парнями.

— Есть.

— Противник в зоне поражения.

— Ну так открывайте огонь, — пробурчал недовольно адмирал, ощущая какое-то смутное беспокойство.

— Множественные возмущения поля!

— Что?! Рассредоточиться! Это ловушка!

* * *

Т’Ран оскалился от зрелища появившихся на экране данных. Не зря он изучал опыт недавних войн. Конечно, у него не минбарский «Шарлин», а центавриане куда развитей землян, но даже в таких условиях он сумел повторить один малоизвестный маневр. Заманить в ловушку целую эскадру и подставить ее под энергетический выброс открывающихся воронок гиперперехода. Это было достойно войти в учебники по тактике. Он рискнул, использовал нестандартный подход и выиграл.

Ка’Лот бросила на своего командира многообещающий влюбленный взгляд, отчего тот лишь приосанился. Гений, не знающий поражений, луч света во мраке проигрываемой войны. И отец ее ребенка. Жаль, что скоро ей придется покинуть мостик. Ма’Тур позволила ей служить лишь до третьего месяца и обещала молчать, но не больше. Впрочем, она и сама признавала ее правоту, с третьего месяца ей станет просто физически тяжело выполнять свои обязанности. Особенности беременности, тут ничего не поделаешь.

Рассеянная эскадра Центавра с выжженными сенсорами, сгоревшими от перегрузки системами и тьмой других проблем стала не опасней мишени в тире. Вдвое превосходящий враг был просто и бесхитростно расстрелян в упор. Прямой наводкой, да с пистолетной дистанции из главного калибра — просто бойня. На ликвидацию противника нарны потратили минуты. Еще бы, это вам не бой, где нужно хотя бы попасть. Тут можно было не спешить и бить в уязвимые точки, буквально смакуя удовольствие.

— Флагман опознан, — радостно доложила помощница, — нам попался сам Колиза.

— Надеюсь, он был на своем корабле.

— Скоро узнаем. В любом случае, мы сделали большое дело.

— Мины оставлены.

— Прекрасно, отступаем, — распорядился Т’Ран, который очень надеялся, что и этот прием, почерпнутый из прошлого, сработает так же удачно.

* * *

Талия в некой задумчивости направлялась к капитану Шеридану. Мысли ее крутились вокруг уз, что все сильней связывали ее со Сьюзен. Было ли это любовью? Несомненно, да. Вот только влечение у них было далеко не плотское. Впрочем, последнее всегда было для телепатов даже не на третьем, а в лучшем случае на десятом месте. Правда, мало кто из обычных разумных это понимал. Физический контакт, что усиливал единение разумов и душ, был важен, но для этого было вовсе не обязательно прыгать в койку. Грубо говоря, площадь соприкасающихся поверхностей особого значения не имела.

Конечно, чисто психологический эффект от секса, как, впрочем, и физиологию, тоже сбрасывать со счетов не стоило. Именно плотские отношения и давали самую тонкую подстройку партнеров. Постель позволяла быстрей и проще войти в резонанс, который настолько усиливал ощущение друг друга, что пропадал вечный гул чужих мыслей и эмоций. Тем не менее, это было вовсе не обязательно. Просто другие пути требовали больше усилий, ну и чего уж врать-то, не были столь приятны. Это как идти к цели по кустам или ухоженной тропинке. Результат-то один и тот же, а вот ощущения в процессе — разные.

* * *

— Ну что, Сьюзен, ты готова?

— Да, капитан, — решительно кивнула Иванова.

— Лита, посылайте сигнал, — распорядился Шеридан, кивнув Гарибальди, что стоял с шокером наготове.

— Она меня блокирует, — удивилась телепатка.

— Сьюзен?

— Я машинально, просто мне нелегко.

— Прошу, постарайся.

— Хорошо, давайте еще раз.

— Она чиста, — кивнула Лита.

— Вот и слава богу, — расслабился Шеридан, а Гарибальди опустил оружие. Оба были несказанно рады, что Иванова все еще с ними.

«Вы знаете сказку про спящую царевну?» — возникла в голове Сьюзен мысль-вопрос. «Кто ты?» — сообразила она не орать вслух, а проговорить вопрос про себя. «Друг, наверное. И отвечать вопросом на вопрос невежливо», — пришел четкий ответ. «Я знаю эту сказку», — пробормотала Сьюзен, изрядно нервничающая от того, что кто-то так свободно шарит в ее голове. «Хорошо, знайте, он дал ей шанс, она будет бороться, боритесь и вы за нее, удачи», — в ее голове появилось ощущение, что чужое присутствие пропало, что было весьма странно, ведь она так и не почувствовала, как в ее разум вторглись.

— Сьюзен? — помахал перед лицом Ивановой Гарибальди.

— А?

— Ты какая-то бледная. Может, тебе к Стивену сходить?

— Переволновалась, — отмахнулась та, пытаясь разобраться в случившемся мимолетном разговоре.

В этот момент в кабинет Шеридана вошла Талия, и Лита тут же послала ей мысленный сигнал с кодом пробуждения. Это был идеальный момент, даже опытный телепат не смог бы отразить столь внезапную атаку. Свести последствия на нет, ударить в ответ, и много чего еще — да, без проблем, но заблокировать и не пропустить короткий сигнал в подсознание, да еще и по заботливо оставленному «черному ходу» — это было нереально. Даже ворлон с этим бы не справился, что уж говорить об остальных. Во всяком случае, так думала Лита Александр и те, кто создавал «спящих».

«Борись!» — раздалось в голове Талии за миг до того, как она провалилась внутрь собственного разума и оказалась лицом к лицу со своей собственной копией. Правильной, идеальной, мертвой копией самой себя. Никаких эмоций, никаких сомнений, словно робот. Бездушная атаковала. Жестоко, расчетливо, мгновенно. Она обрушила на нее водопад образов, состоящих из ужасов, боли и кошмаров. Все то, что когда-либо заставило Талию испытать хотя бы тень страха, теперь засасывало ее, словно болото, разрушало личность, разъедало ее «я», как кислота.

— Она агент! — вскрикнула Лита, получив мысленный отклик.

— Что с ней?! — бросилась Сьюзен к падающей подруге, успев в последний момент подхватить Талию, не дав ей упасть лицом на пол. Впрочем, устоять на ногах самой и удержать подхваченную не отличающаяся богатырским телосложением Иванова не смогла.

— Кхм, я позже зайду, — сказал посол Ошшо разворачиваясь в дверях, правда на него никто не обратил внимания.

— Странная реакция, — удивилась Александер.

— Что с ней?!

— Ну, я не уверена, но похоже, что она каким-то образом умудрилась вступить в схватку с искусственной личностью. Что, вообще-то, невозможно и…

— Как ей помочь?! — Ивановой было не до отвлеченных материй.

— Не знаю. Любое телепатическое вмешательство может привести к непредсказуемым последствиям.

— Спящая царевна, — пробормотала Сьюзен.

— Что? — удивился Шеридан, остальные предпочли выразить то же самое молча.

— Я, конечно, не принц, но… а, хуже не станет.

Под изумленные взгляды присутствующих Сьюзен наклонилась и поцеловала Талию в губы. Шеридан лишь хмыкнул про себя, не его это дело, к тому же он был даже рад за Иванову, той настолько не везло в личной жизни, что пусть уж лучше так, чем никак. Гарибальди же был вынужден признать, что он болван. Столько времени подбивать клинья к Талии, не поняв, что она играет за другую команду. «А еще СБ возглавляю», — вздохнул он, мысленно предаваясь легкому приступу самоуничижения. Обычное для него состояние, когда он ошибался или был не прав. Лита, в отличие от мужиков, поняла куда больше. Не почувствовать характерные узы телепатической связи и начавшее резонировать пси-поле, да еще находясь так близко, было просто невозможно.

— Как ты? — отстранилась Сьюзен смотря в распахнувшиеся глаза Талии.

— Хорошо, устала только очень. Эта гадина мне все страхи и кошмары показала.

— Ты справилась, — погладила подругу по щеке Сьюзен. Их обеих изрядно потряхивало и знобило.

— Благодаря тебе. Ее просто размазало и разорвало, — всхлипнула Талия.

— Не выдержала резонанса? Очень интересно, — забормотала Лита, прикидывая, нельзя ли это как-то использовать для удаления «спящих».

— Капитан, я возьму отгул на сегодня, — сказала Сьюзен, помогая подруге подняться.

— Конечно, — не стал возражать Шеридан, понимая, что это был не вопрос, а лишь уведомление о принятом решении.

— Джон, мне показалось, или к нам тут посол зергов заглядывал?

— Когда?

— Значит, показалась. Тоже, что ли, отгул взять? — потер лоб Гарибальди.

— Мне нужно связаться с марсианским сопротивлением, — прекратила бубнить себе под нос Лита.

— Вообще-то, мы находимся на станции, принадлежащей Земле, — обвел рукой кабинет капитан.

— Я провожу до терминала, — предложил Гарибальди.

— Спасибо, Майкл, но предупреждаю заранее, ты не в моем вкусе.

— Убирайтесь, — вздохнул Шеридан, махнув рукой на дверь.

Вот не мог он ее арестовать, рука не поднималась. Хватит, с Морденом уже чуть было дров не наломал. Последняя мысль окончательно испортила настроение, попутно настроив на рабочий лад. Какие, к черту, марсианские заговорщики, когда на носу война с тенями.

* * *

Созванное по инициативе посла Молари заседание совета началось с его речи. Вот только она была столь краткой и нецензурной, что присутствующие дольше молчали, чем Лондо говорил. Правда, обращался он не ко всем, а лишь к послу дрази, но недалеких тут не было, и все все прекрасно поняли.

— Посол, вы выступали голосом императора, не так ли?

— Да.

— В таком случае я уполномочен заявить, что с данного момента мы находимся в состоянии войны с вашим императором Картажье.

— Вы с ума сошли?!

— Ничуть, Лондо. Дрази объявляют войну Центавру.

— Но…

— Во исполнение союзного договора, бракири также объявляют войну Республике Центавр.

— Как союзники бракири, мы, геймы, присоединяемся и тоже вступаем в войну против Центавра.

— Йолу объявляют вам войну.

— Что?!

— Кровь павших на Фрелисе-двенадцать давно вопиет об отмщении!

— Ипша присоединяются к йолу и объявляют войну императору Центавра. У нас союзный договор, — пояснил посол, поймав удивленный взгляд Молари.

— Еще кто-нибудь нам сегодня войну объявит? — тоскливо спросил Лондо, обводя взглядом зал.

— Мы хотели вас предупредить, что часть офицеров нашего флота решили вспомнить прошлое и подались в пираты, а так как наши территории граничат…

— Ясно. Кроме антариан еще есть желающие?

— Капитан, срочно включите новости! — воскликнул ворвавшийся в зал совета Гарибальди. Увы, но для Шеридана сегодня еще ничего не закончилось.

— Компьютер, новостной канал, — распорядился он, понимая, что Майкл так просто на заседание врываться бы не стал.

«Только что поступила информация о том, что так называемые вассалы мши подняли мятеж против своих поработителей!» — бойко читала молоденькая ведущая модельной внешности. «По имеющимся у наших корреспондентам данным, угнетатели несут огромные потери», — тут вместо дамочки пошел видеоряд, на котором было сложно разобрать детали, но общий смысл был понятен всем. Сюжетов с нарно-центаврианской все уже достаточно навидались, а тут было почти то же самое, только с другими участниками. «Пожелаем же удачи борющимся за свою свободу народам! Помните, Земля всегда стояла на страже мира, справедливости и порядка. Мы готовы оказать посильную помощь и принести эти ценности в любой дом и к любой цивилизации. А теперь к новостям спорта…» — отдав приказ компьютеру прервать вещание, капитан прикрыл глаза.

— Сумасшедший дом, — пробормотал Шеридан в тишине и потер виски.

— Думаю, заседание совета имеет смысл закрыть. Нам всем требуется связаться со своими правительствами. Кто за? — проявила инициативу Делен.

— Единогласно! — отвел душу Шеридан, шарахнув председательским молоточком.

Послы задерживаться не стали и быстро покинули помещение, у них появилось много срочных дел. В зале остались лишь трое: Делен, Шеридан и Г’Кар. Вид у них был, мягко говоря, обалдевший. Нарн плавал где-то в розовых грезах, видя победы и величие родины, но на его лице такие мелочи не слишком-то отражались. Он как отвесил челюсть и выпучил глаза, когда расы одна за другой объявляли войну Центавру, так и, не утруждая больше мимические мышцы, все новости прослушал. Впрочем, оставшиеся двое от него не слишком далеко ушли, хотя раздумья их были гораздо более мрачными.

Глава 39. Капитанский плащ на плечо

Т’Ран с болью смотрел на корабли, жиденьким облачком висевшие рядом с орбитальными верфями. Несмотря на все его успехи и старания, родина проигрывала войну. Могучие крейсера выглядели жалко. Пусть отсюда, с обзорной палубы станции, они и смотрелись лишь светящимися точками, но в его воображении каждая из них превращалась в изуродованный остов, который еще каким-то чудом умудрялся летать и даже стрелять. Пробоины и вывороченные пластины брони, страшные шрамы, оставленные лучами и снарядами, оплавленные надстройки и закопченные отсеки. Сколько нарнов в них сгорело заживо, задохнулось, или просто мгновенно погибло, испарившись? Этого он не знал, была лишь холодная статистика потерь. Такая же мертвая, как и те, кто в нее попал.

— Страшные потери, — кивнул на далекие огоньки подошедший Г’Стен.

— Ужасные, — согласился Т'Ран, — и конца им нет.

— У нас появились союзники, теперь у нас есть шанс.

Палубу осветили далекие вспышки открывшихся воронок гиперперехода, из которых появилось еще несколько кораблей.

— Вот и все, что осталось от четвертого и седьмого флотов, — вздохнул старый нарн.

— Какая у них была задача?

— Уничтожить верфи и добывающие комплексы в система Литкура. Они не справились, Атир Сорат наголову разбил их.

— Я много про него слышал. Даже слишком много.

— Он лучший из адмиралов Центавра. Молод, твой ровесник, и столь же гениален.

— Как же он разбил их?

— Бросил резервы на правый фланг и подорвал флагман. К’зах разделил свои резервы, решив воспользоваться моментом. Вот и результат. Флангом командовали с «Ворчана», а «Примус»… — Г’Стен махнул рукой и замолчал.

— Я бы тоже купился, скорее всего. Усилить фланг, продавить другой, логичная тактика.

— За которую было заплачено сотней кораблей и тысячами жизней.

— Верховный военачальник, у меня есть личная просьба.

— Ка’Лот?

— Да, она беременна и не может выполнять обязанности моей помощницы, да я и сам ей не позволю.

— Хочешь отправить ее в безопасное место?

— Да, подальше от войны. Не дело женщинам на ней умирать.

— Строго между нами, — покосился на своего протеже Г’Стен, — я тебя полностью поддерживаю и согласен с этим, но постарайся не озвучивать свою позицию при нарнках.

— Я не самоубийца, военачальник.

— Иногда, разбирая твои операции, я сомневаюсь. Куда ты хочешь ее отправить? На Нарн?

— Нет, к вашему племяннику Г’Кару, на Вавилон.

— Хм, официальную должность я ей дать не смогу, сам понимаешь, беременность, но попрошу, чтобы он присмотрел за ней и помог устроиться.

— Спасибо. Теперь мне и погибать будет не страшно.

— Но-но, что за пессимизм! Выше нос, ведь мы теперь не одни.

— Весь вопрос в том, успеют ли союзники прийти к нам на помощь до того, как центавриане начнут атаки на внутренние миры и ударят по родине.

— Будем на это надеяться, что нам еще остается?

— Только драться. Моя эскадра готова, попрощаюсь с Ка’Лот и уйду в рейд.

— Хорошо, — кивнул Г’Стен. — Сделай, что сможешь, Т’Ран, я сниму с обороны пару крейсеров с кораблями поддержки и передам их тебе. Большего, прости, выделить не получится. Верфи работают на износ, но мы теряем корабли быстрей, чем строим их.

— Я все понимаю. Спасибо вам, командующий.

— Ступай, попрощайся как следует с любимой, — улыбнулся старый нарн. — А я еще немного постою тут. Подумаю.

Т’Ран прижал кулаки к груди и поклонился в пояс, выражая признательность и отдавая почтение уму и силе наставника. Во много, благодаря Г’Стену война еще продолжалась. Если бы не он, штаб наверняка предпринял бы третью попытку контрнаступления, что стало бы окончательной катастрофой.

* * *

После встречи с лежащим на смертном одре отцом и тяжелого разговора с ним, Вир отправился прогуляться в сад. Увы, но там ему не суждено было найти покой. Стервы-сестрички, что в открытую скандалили из-за наследства — это было не то, что он хотел бы видеть и слышать. Да, отец был не самым лучшим центаврианином, у него хватало недостатков, но все же он был его отцом. Их отцом. Тяжело переживший смерть матери, искавший утешение на стороне, увлекшийся пороками, он оказался слаб. Теперь же, умирая, он просил у него прощения, даже за то, в чем не был виноват.

Бездумно бредущий по улицам столицы Вир зашел в один из многочисленных парков, что располагался рядом с его поместьем, впрочем, последнее было слишком громко сказано. Присев на лавочку, он вспоминал те немногие счастливые моменты прошлого, которые связывали его с семьей. Странно, но их набралось не так уж мало. Вир горько усмехнулся, вновь увидев себя на отцовской шее, прячущимся от смеющихся сестричек за роскошной, черной как смоль гривой, стоящей торчком в соответствии с традициями. Когда-то он мог целиком скрыться за ней, а теперь отец был лыс и немощен. Его некогда могучее тело, с легкостью державшее на руках их троих, иссохло, голос дрожал, а поднять руку стало непосильным трудом. Виру пришлось наклониться, чтобы он смог напоследок коснуться щеки сына.

— Вир! Ты ли это?! — вырвал его их горьких воспоминаний знакомый голос.

— Кирон? — удивился Вир, глядя на подтянутого юношу в новеньком офицерском мундире.

— Ты что, плачешь? — плюхнулся рядом Мерей.

— Похоже, — провел по лицу рукой Вир, не заметивший собственных слез.

— Это из-за отца?

— Да. Мы с ним не ладили, но знаешь, — Вир развел руками, просто в горле у него стоял ком, хотелось завыть, сложно было выразить словами такое, нет их. Верней, слов-то было много, да только в такие моменты ты как никогда осознаешь, насколько они пусты и ничтожны.

— Понимаю, — сжал плечо старшего товарища Кирон. — Ну, наверное, понимаю, — поправился он. — Прими мои соболезнования.

— Спасибо, Кирон. Как ты? Как Арья?

— Мы расстались, — отвел взгляд молодой офицер, — она готовится выйти замуж. Договорной брак, но хоть не за старика какого. Я же академию закончил вот по ускоренной программе, ты ведь знаешь, моя семья всегда служила. У нас сегодня пирушка, завтра получаем корабли, и на фронт. Кстати, пошли со мной! Развеешься, отвлечешься хоть немного.

— Ну, не знаю. Я же гражданская штафирка, бюрократ и чинуша, будет ли удобно…

— Ерунда! Там же сплошь молодежь, идем.

— Ну ладно.

Снятый выпускниками военной академии ресторан находился недалеко от выхода из парка. Собственно, поэтому через него и пошел Кирон, чтобы подышать свежим воздухом и заодно немного срезать путь. Присвоение званий состоялось, занудные речи уже были сказаны высокими чинами днем, так что теперь офицерская молодежь могла на них не оглядываться и спокойно предаться загулу, который уже начал набирать обороты. «За Республику!» — услышали Вир с Кироном еще в дверях. «За Центавр!!!» — ответил рев сотни глоток, и по залу пронесся звон бокалов.

— Эй, Кирон! — махнул рукой приятелю молодой центаврианин с новомодным коротким гребнем из волос. — Давай к нам!

— Привет, народ. Знакомьтесь, это мой друг Вир Кото, атташе посла Лондо Молари.

— Ого!

— Самого посла на Вавилоне!

— Ничего себе!

— Вир, знакомься, это мои друзья. Палиб Ралон, Зеран Тилок, Улар Анор, — представил сидящих за столиком Кирон.

— Рад знакомству, господа офицеры.

— Ну что ты так официально, тут же все свои, — возмутился Палиб.

— Садитесь уже, — поторопил Вира с Кироном Тилок, что был за виночерпия.

— Опоздавшим штрафную! — улыбнулся Улар.

— Так мы и не отказываемся. Зерон, наливай!

— Так точно, господин капитан! — козырнул тот, пододвигая к себе бокалы.

— Капитан? — удивленно вскинул брови Вир после того, как опрокинул наполненный до краев бизари бокал.

— Сами в шоке, — развел руками Палиб, — повезло. Новая партия «Ворчанов» с верфей сошла, а так как нам сразу столько рас войну объявили, было решено лучшим выпускникам-аристократам присвоить звания и поставить их командирами.

— Но у вас же нет опыта!

— Пфф, да за нами же опыт поколений, — отмахнулся Улар.

— Отличный тост. За наших великих предков!

— За Центавр!!! — тут же подхватили остальные, и над столом вновь звякнули бокалы.

— Виртуальные симуляции, они, знаешь ли, мало чем отличаются от реального боя, — сказал Кирон, прожевав острый ломтик закуски.

— Т’Ран умудрился разбить конвой, в состав которого какой-то идиот поставил медтранспорт с ранеными офицерами. Да и без того потери растут. Вот и ставят лучших выпускников на корабли, — пояснил, разливая напитки, Зерон.

— Раньше так лучшего выпускника курса из каждой академии поощряли, а теперь эту практику просто расширили, — пожал плечами Улар, принимая бокал.

— За адмирала Атира! — проорал кто-то за соседним столиком.

— За меч Республики!!! — подхватил зал.

— Эх, вот бы в его флот попасть, — вздохнул Кирон.

— Мечтай, — фыркнул Улар, — нас против дрази отправят, или вообще на йолу. Будем опыта набираться на отстреле этих много о себе возомнивших чужаков.

— Да какой там опыт, — скривился Палиб, — тир же будет сплошной.

— Ну, я бы не был так уверен, — возразил Вир.

— Ой, да что ты понимаешь, приятель, — рассмеялся Зеран, — мы столько этого отребья на симуляторах расстреляли, столько их убогих кампаний разобрали. Поверь профессионалам, для Центавра они не противник.

— За победу! — вновь раздался крик на весь зал.

— За победу!!! — дружно поддержали молодые офицеры.

Смех, шутки и тосты набирали обороты. К столику за которым сидел Вир уже раз пять подходили, поодиночке и компаниями, молодые офицеры, знакомые и приятели его новых друзей. Пили, делились воспоминаниями и планами. Заиграла музыка. Гуляющая молодежь затянула гимны, перемежаемые шутливыми песенками весьма фривольного содержания. Кто-то устроил мастер класс по танцам, лихо отбивая каблуками ритм и выделывая коленца. Благостную атмосферу загула нарушил крик от двери: «Патруль!»

— Давно пора, — хрустнул пальцами Зеран.

— Традиции надо чтить, — кивнул ему Улар, поднимаясь.

— Господа офицеры! Вы нарушаете об…

— Да ладно вам!

— Начинайте уже!

— Понеслась, — хмыкнул Кирон, срываясь в гущу начавшейся драки.

Помятые патрульные были не в обиде, распили традиционную мировую, забрали предоставленный дебоширами список присутствующих, после чего пожелали хорошей службы и отправились восвояси. На сегодня их работа была окончена. Молодые офицеры, выплеснувшие излишек буйной энергии, начали успокаиваться. Бравада и смех звучали все реже. Опытные музыканты начали исполнять минорные композиции, которые больше слушали, чем подпевали им. Разговоры пошли философские. О долге, чести, жизни и смерти, просто о вселенной. Где-то вспыхнул быстро угасший спор.

Вечер сбавлял обороты. Бизари еще лилось рекой и смешивалось с бивари, но уже не веселило сердца и не распаляло души. Общие тосты на весь зал не звучали. Необмятые новенькие кителя, полученные только сегодня и пострадавшие в драке с патрулем, обзаводились новыми украшениями из пятен пролитого алкоголя. Ослабевшие руки и сбившаяся координация этому весьма способствовали. Кто-то уже опустил буйную голову на стол, решив немного передохнуть, кто-то вышел с компанией подышать, да так и не вернулся, решив прогуляться до ближайшего борделя или еще куда-нибудь двинуться.

Вир, благодаря своей закалке и некоторой избыточной массе, остался за столиком последним. Неспешно и совершенно механически допивая остатки алкоголя, он блуждал взглядом по редеющим рядам молодых офицеров, что уже очень скоро поведут в бой свои корабли и эскадрильи. Почему-то ему не слишком нравились их новенькие кителя, традиционно страдающие в день вручения и висящие потом в шкафах, словно некий символ доблести. Было в них что-то пугающее.

* * *

Кахак испытал почти религиозный экстаз, отдавая приказ флотам дракхов начать наступление. Предатели начали восстание. Как бы он не презирал их, но не мог не отдавать им должное, сработали они хорошо. Подготовка была проведена на высшем уровне, удар был внезапным. Внедренные под видом обслуживающего персонала диверсанты ликвидировали командиров и нарушили работу систем связи. Кое-где удалось даже отключить отвечающую за оборону автоматику. Он с наслаждением вспоминал недавно увиденные кадры.

* * *

Выходящий из стационарной точки перехода крейсер мши был внезапно атакован парой висящих рядом судов ксонов. Трассеры импульсных орудий метнулись к нему без предупреждения, без активации систем наведения. Незачем было, ведь все уже рассчитали заранее. Содрогающийся от взрывов корабль полоснули фиолетовые лучи, прорубаясь на десятки метров вглубь. У мши не было шансов, они даже не стравили атмосферу. Избиваемый крейсер швыряло, словно игрушку. Он погиб, так и не успев дать сдачи. Жалкие десять секунд, вот и все, что было отпущено его экипажу. Впрочем, многим не досталось и этого.

* * *

Пытающийся сбежать с разгромленной станции избитый крейсер послал импульс на открытие воронки, но три корабля токати были слишком близко. Совмещенный залп накрыл подранка еще до того, как тому удалось нырнуть в разверзшийся зев гиперперехода. Потерявшее управление судно начало сносить и разворачивать. Мши старались стабилизировать полет, но им это не удалось. Серия новых попаданий, и обломки крейсера исчезают в схлопнувшемся створе. Несколько спасательных капсул превращаются в прах остаточным выбросом вместе с остатками экипажа.

* * *

Мечущиеся гражданские и бегущие к месту прорыва солдаты, даже не успевшие надеть броню, сходу вступают в бой против закованных в новейшие штурмовые доспехи каурлиан. Теперь эти лопоухие разумные с тщедушными телами и огромными глазами совсем не кажутся смешными и безобидными. Они продвигаются небольшими группами, постоянно используют тяжелое вооружение и давят любое организованное сопротивление огнем артиллерии, а то и орбитальными ударами.

Взвод мши разворачивается на импровизированной баррикаде и встречает нападающих ураганным огнем. Потеряв десяток солдат, повстанцы отступают, а через минуту на защитников обрушиваются падающие с неба снаряды. Десять секунд ужаса, и тела защитников, перемешанные с обломками, остаются лежать изломанными, разорванными куклами. Кахак с особым наслаждением вспоминал одного из солдат, который был очень похож на пропитанную кровью плюшевую игрушку.

* * *

— Великая, но зачем?! — негодовал Лоуч.

— Так надо, сын рода, просто так надо, я должна купить время.

— Я буду молить Прародителя, вернуть вас нам.

— Просто попроси, малыш. Когда он снова будет с нами, он не откажет. Теперь мне пора. Прощай.

— Прощайте.

* * *

Атаку на крупнейшую военную базу мши Кохак решил возглавить лично. Уничтожение этой базы и оберегаемых ею верфей — почти полная гарантия победы, а уж в сочетании с одновременным нападением на другие станции и колонии, так и победа в чистом виде. Ему даже вспомнилось земное слово — блицкриг. «Хороший, правильный термин», — кивнул дракх. Пожалуй, единственное, что дали люди другим народам — язык. Очень уж он у них оказался удобен. Даже искусственно созданные для межвидового общения языки были не столь популярны. «Все же от их разнообразия, в порядке исключения, есть своя польза», — решил он.

* * *

— Тревога! Обнаружен вражеский флот.

— Вывести данные на экран.

— Есть, — замельтешил лапками оператор, поочередно нажимая десятки кнопок.

— О, Прародитель! Срочно связаться с Великой Матерью, ее эскадра должна немедленно повернуть назад!

— Невозможно, нас глушат!

— Не прекращать попыток! Мы обязаны предупредить ее.

* * *

Больше тысячи одновременно раскрывшихся воронок перехода выплюнули натуральную армаду. Встречный огонь выдвинувшихся вперед кораблей ее, конечно же, немного проредил, но не остановил. Кахак не считал нужным прибегать к каким-либо ухищрениям. Он привел сюда лучших, элиту, что им могли противопоставить какие-то мши? Ничего, абсолютно ничего. Хоть потери и были выше расчетных, но на общем фоне казались незначительными. «Им просто повезло», — скривился он бросая взгляд на экраны.

— Обнаружен флот мши.

— Ловушка?!

— Никак нет, это какая-то залетная эскадра, не больше полусотни вымпелов.

— Отрядите сотню кораблей из резерва, пусть встретят.

* * *

Оператору удалось пробиться через помехи, вот только было похоже, что он опоздал, или его неправильно поняли. Не засечь столь масштабный бой командующий эскортом Великой Матери не мог. Противник брал числом и огромной огневой мощью своих гигантов, а не техническим превосходством. Однако, к ужасу штаба, в космосе засияли лучи, предвещавшие открытие воронок перехода.

— Всем кораблям — вперед! Пробейте их строй!

Полсотни крейсеров эскорта, поддержанные огнем излучателей огромного флагмана, буквально смели дракхов, что были брошены им навстречу. Половина была уничтожена еще огнем из воронок перехода, остальные добиты чуть позже. Вот только оказавшись в тылу, между передовыми эскадрами и резервом дракхов, они не имели шансов.

— Эскадра Великой Матери идет на прорыв!

— Что со связью?!

— Не отвечают. Возможно, диверсия.

* * *

Огромный флагман и по совместительству личный звездолет Великой Матери был даже больше кораблей-баз дракхов. Кахак испытал нечто наподобие страха, когда гигант сосредоточил удар своих чудовищных излучателей на ближайшем из них и в полминуты превратил его в кувыркающиеся обломки. Крейсера сопровождения тоже отличались от тех, которые противостояли его флоту. Они были крупней, а мощь их орудий выше. «Прекратить наступление, развернуться, уничтожить противника», — принял решение Кахак и отдал нужные приказы.

* * *

— Враг разворачивается!

— Мы должны…

— Флагман Великой на связи!

— Дети мои, вам уже не спасти меня, подлый враг, вероломно напавший на нас, уже приговорил меня и моих защитников. Не дайте им победить и помните, что Прародитель всегда с нами. Я не ухожу навсегда, я ухожу лишь на время.

Изображение подернулось помехами и пропало.

— Флоту отставить прорыв, сосредоточиться на уничтожении линкоров врага.

— Мы получили сообщение от третьего ударного, они вместе с гарнизонами ближайших баз идут к нам.

— Отлично, — прижал уши командующий обороной коготь, а шерсть у всех и так давно уже стояла дыбом.

* * *

Огромный корабль удалось наконец-то уничтожить. Он был крепким орешком, но дракхи раздавили его. Кахак был доволен, ведь вместе с кораблем погибла и правительница врага. Он не слишком-то вникал в жизнь примитивных цивилизаций, но все же ознакомился с краткой справкой и знал, как много Великая Мать значит для мши. Правда, те отчего-то не стали впадать в депрессию, а наоборот, с утроенной яростью набросились на его корабли, но, впрочем, какая разница? Воля повелителей все равно будет исполнена.

— Противник сосредоточился на уничтожении наших кораблей-баз.

— Так сосредоточьтесь же на уничтожении противника, — рыкнул раздраженный потерями Кахак.

Дракхи уже давно не воевали. Тысячелетие — большой срок, а если вспомнить, что в последнюю войну их практически сходу выбили изначальные, то становилось особенно грустно. «Ничего, наверстаем», — прошептал сам себе Кохак, наблюдая за разлетающимися на куски кораблями противника. Своих, которые гибли чаще, он предпочитал не замечать и ограничивался лишь общими цифрами в сводной таблице.

— Вводите резервы, пробейте наконец их центр, — распорядился Кохак.

— Повеление отдано, резервы выдвигаются.

— Хорошо, — удовлетворенно оскалился дракх, сжимая лапы в кулаки.

* * *

Два десятка огромных линкоров вместе со своими кораблями сопровождения врубились в строй мши и наконец-то смогли пробить их построение. Правда, им это дорого обошлось, но потери были неважны. Воля повелителей должна быть исполнена. Им приказали помочь предателям, что ж, они сделают это даже ценой собственных жизней, ведь цель их существования — служить и подчиняться.

Прорвав строй защитников, дракхи сумели выйти к орбите планеты и нанести полноценный удар по орбитальной инфраструктуре. На этом их удача и закончилась. Избиваемые с флангов, под огнем оборонительных платформ и планетарных орудий, они были вынуждены начать отступление. Впрочем, свою цель они выполнили, пускай и не полностью. Верфи были уничтожены, базирующиеся в системе эскадры разбиты или обескровлены. Теперь мши не смогут нанести контрудар, им просто нечем будет это сделать.

* * *

— Послать сигнал третьему ударному!

— Есть послать сигнал!

* * *

Откатывающийся от планеты флот дракхов осветила сотня воронок, из которых появились свежие корабли мши, набитые очень злыми экипажами. Полностью заряженные накопители и дистанция в жалкие десятки тысяч километров сыграли роковую роль. Первый же удар добил последних уцелевших гигантов. Кахаку оставалось лишь порадоваться, что он не сделал флагманом один из них. Впрочем, это было ему лишь слабым утешением.

Стиснув зубы, он смотрел, как заходящий с фланга крейсер всаживает пять разрушительных лучей в борт корабля его флота. Секунда, две, и с противоположной стороны получившего прямое попадание судна вырывается пламя и летят обломки. Еще миг, и на месте великолепного, могучего корабля появляется распухающее огненное облако, из которого продолжают бить лучи. Вот только убийце этого мало, он доворачивает, и на последних каплях энергии достает еще одного дракха. Небольшое судно, что-то типа канонерки или торпедного катера, как окрестили бы его земляне, превращается в шар огня.

Идущая в лобовую атаку тройка тяжелых крейсеров мши, построившись клином, поливает всех вокруг нескончаемым потоком импульсов из своих многочисленных бортовых орудий. Мизерное расстояние не позволяет увернуться, и на избитых корпусах кораблей дракхов вспыхивают десятки разрывов. Атакованные один за другим теряют управление, начинают рыскать на курсе, заваливаются на борт и гибнут, их орудия замолкают, от бортов отделяются спасательные капсулы, а искореженные остовы уплывают куда-то в неизвестность.

Пытающийся таранить врага эсминец натыкается на удар лучевых орудий сразу двух кораблей и вспыхивает ослепительной звездой. Сквозь рассеивающееся, остывающее облако пролетают те, кто только что его уничтожил. Они спешат, у них еще много целей. Их орудия не замолкают ни на секунду. Это главным калибром они ведут огонь выборочно, а малой артиллерией молотят постоянно. Благо, на таком расстоянии даже чисто оборонительные системы способны нанести заметный урон. Особенно, когда ведут огонь по уже истерзанной броне.

— Флоту немедленно совершить прыжок, — командует Кахак, ясно осознавая, что либо так он спасет хоть кого-нибудь, либо потеряет тут всех до одного.

— Корабль в гиперпространстве, — слышит он доклад, но это его мало утешает, он лишь надеется, что другие справились лучше него.

* * *

Морден просматривал сводки с фронтов, и чем дальше, тем более неуютно он себя чувствовал. Стражи временно покинули его, на За’ха’думе ему позволяли побыть одному. Еще бы, куда он отсюда денется-то. Впрочем, так можно было сказать и про любое другое место. Что его ждет, стоит ему остаться без покровителей, он понимал прекрасно. В целом, все шло, как и задумывалось. Центавр воюет сразу со многими мирами, правда, по планам он должен был начать завоевательную кампанию позже. Однако все еще недобитые нарны сейчас мало что из себя представляют. Они и нужны-то были лишь для возбуждения аппетита. Слишком уж центавриане стали сомневаться в себе и своих возможностях. Теперь же они вполне уверены и весьма голодны. Тут он мог гордиться собой. Хорошо поработал. В дальнейшем, если не случится ничего неожиданного, за развитие событий с этой стороны можно не волноваться. Приглядеть и немного помочь, а там они и сами справятся.

Вот мши они недооценили. Нет, на первый взгляд все получилось очень даже удачно. Ренегаты подняли восстание и весьма ловко справились со всеми целями и задачами. «Даже чересчур», — пробормотал Морден. Накладок не было. Вообще не было, что и настораживало. Нет, понятно, что все тщательно планировалось, подготовка была выше всяческих похвал, да и сомневаться в том, что мши бились всерьез, как-то не получалось. Стоило с их потерями в кораблях и живой силе ознакомиться, да посмотреть на кадры с рядами тел и грудой битого железа, никаких сомнений не оставалось. И все же что-то его царапало.

«Устал просто», — помассировал виски Морден. «Все из-за дракхов», — вздохнул он, вставая, и принялся расхаживать по комнате. Вернейшие, можно сказать, из слуг повелителей провалили порученное им дело. Точнее, не смогли его выполнить надлежащим образом. Да, они уничтожили множество кораблей и нанесли серьезный удар по инфраструктуре мши, но и сами понесли такие потери, что ни о каком дальнейшем их использовании и речи быть не могло. Еще хорошо, что они заранее базы развернули. Конечно, далеко не мгновенно, но достаточно быстро они смогут восстановиться. Ладно, так или иначе, но пушистики будут заняты войной со своими вассалами и дракхами, чего, собственно говоря, тени и добивались. Осталось занять врии и аббаи дракой с зергами, а землян — их гражданской войной, и можно будет отдохнуть. Стравить остальных будет элементарно. Когда они ослабнут, придет пора ударить. «И все же, что-то тут не так», — прошептал Морден, расстегивая рубашку. «Утро вечера мудренее», — решил он наконец, направляясь в спальню. «Тени довольны, значит и мне не стоит дергаться», — пробормотал он, засыпая.

* * *

«В связи с начавшимися боевыми действиями между рядом инопланетных цивилизаций президент Земного Альянса Морган Кларк подписал указ о введении военного положения…»

— Выключить, — скомандовал Шеридан, и экран погас.

— Только этого нам не хватало, — покачала головой Сьюзен.

— Все к тому и шло, — пожал плечами Гарибальди.

— Что делать будем? — спросил Франклин, потирая плечо и подумывая об очередном уколе стимулятора.

— Будем ждать, посмотрим на реакцию колоний, — решил не гнать лошадей капитан.

— Марс точно откажется вводить военное положение. Черт, там же Лиз. Капитан, я отойду на минутку, мне надо отправить личное сообщение.

— Конечно, Майкл.

— Очень все это невовремя, — вздохнула Делен, — я надеялась на мши, но тени нас опередили.

— Плохо, рейнджеры должны были заметить их агентов, но они ничего не докладывали.

— Они не вездесущи и далеко не всеведущи.

— Понимаю, но очевидно, что заговор давно и тщательно готовился.

— Капитан, на открытой частоте идет сообщение, — доложил лейтенант Дэвид Корвин.

— От кого?

— От мши, сэр.

— Ретранслируй в мой кабинет.

— Секуду. Готово, сэр, — впрочем, лейтенанта уже никто не слушал, все смотрели и слушали старого мши.

«Мы приветствуем освобождение наших вассалов из-под власти мши. Наконец-то вы повзрослели и осознали, что ценна лишь та дорога, которую выбрал сам. Мы не держим на вас зла и обиды. Наши сердца наполняет радость и гордость от того, что мы сумели воспитать вас достойными. Вы показали мудрость и терпение, сумев подготовить восстание и договориться друг с другом о совместных действиях. Мы признаем вас равными», — Жоца Кавя Зифе сделал паузу, давая время слушающим осознать его слова.

«За подлое убийство Великой Матери Рода, я, первый коготь расы, объявляю священную войну существам, известным как дракхи. Нет и не может быть мира между нами, пока живы те, кто совершил это злодеяние. Своей волей я назначаю Лоуча Жоца Зифе карающим мечом и передаю ему власть над вооруженными силами рода. Да простит меня Прародитель за взятый на себя грех, но поступить иначе я не могу», — посмотрев глазами-бусинками, что были в этот миг совсем не милыми и не забавными, буквально в душу слушателей, мши прервал связь.

— Ну дела, — протянул Гарибальди в тишине.

— Слов нет, — пробормотала Иванов, — цензурных, — уточнила она, ни к кому не обращаясь.

— Угу, — выдал Шеридан.

— Песец, — Делен была лаконична.

— Большой песец, — хохотнул Франклин, но под взглядами остальных стушевался, всерьез задумавшись, что со стимуляторами он, наверное, перебарщивает и вообще похоже, что встал на путь Лоре Розен.

* * *

Г‘Кар был весьма доволен собой: ему удалось организовать встречу с послами рас, объявивших войну Центавру. В общем-то, это было несложно, просто из-за начавшейся войны между мши, их вассалами и никому не известными дракхами у всех образовалось очень много дел. Впрочем, после недавнего заявления со стороны первого когтя все как-то успокоилось и само собой разрешилось. В том смысле, что на очередную пачку разосланных сообщений он получил приглашение на встречу. Для проведения переговоров был использован небольшой бар. Место, в узких кругах, довольно известное, посол нарнов и сам не раз пытался сюда попасть, но до сегодняшнего дня ему это не удавалось.

Осмотрев интерьер, он признал, что тут куда приятней вести беседу, чем в стандартной переговорной. Тем более, что последнюю Шеридан отказался предоставлять. Заявил, что это дипломатическая станция для решения спорных вопросов мирным путем, а не место для сколачивания военных союзов и координации действий таковых. В общем, обычный земной бред, по мнению Г’Кара и подавляющего большинства остальных послов.

— Присаживайтесь, посол, у нас тут принято без излишних политесов, — махнул рукой дрази. — Желаете что-нибудь выпить или, может быть, перекусить?

— Нет, благодарю вас, я бы предпочел перейти сразу к делу.

— Пустой желудок хорош в бою, он делает злее, для разговоров же, наоборот, полезно быть немного отрешенным и умиротворенным, — проскрежетал гейм и с хлюпаньем втянул через трубочку, подсоединенную к скафандру, нечто вроде жиденькой кашки с подозрительным свечением.

— Коллега бесспорно прав, — оторвался от надетых на палочку кусков мяса посол йолу.

— Но если вы не голодны, то можете начинать, — кивнул дрази, перед которым официант поставил супницу.

— У вас тут всегда, — нарн крутанул ладонью подбирая слова, — так?

— У нас тут своя особая атмосфера, не обращайте внимания, — улыбнулся бракири, помешивая ложечкой самый обычный земной кофе.

— Довольно приятная, не то что на совете, — добавил ипша, передвигая фигурку. — Вы проиграли, друг мой.

— Опять?! Как вам это все время удается? — горестно воскликнул антарианин, наклоняя голову.

— Просто у нас весьма популярна игра схожая с этой, у меня по ней даже спортивный разряд есть, а вы так и не удосужились прочитать те обучающие материалы, что я вам переслал, — наставительно объяснил победитель, ставя три щелчка проигравшему.

— Когда бы мне было этим заниматься?

— Я же нашел время, — хмыкнул дрази.

— Просто с вашей лобовой пластиной вам необязательно выигрывать, вы каждым проигрышем мстите победителю.

— И это тоже, — улыбнулся посол, постучав пальцем по упомянутой пластине. — Г’Кар, в последнее время, вы часто стали терять контроль над мускулатурой лица. Сходите в медотсек.

— Или прекратите радовать нас видом своих гланд и переходите уже к делу. Вы ведь, вроде как, именно этого хотели. Или все-таки закажете что-нибудь? — проскрежетал гейм.

— Нет!

— Ну нет так нет. Начинайте уже, — махнул очищенным от мяса прутиком йолу.

— От имени Режима Олигархии Нарна, я уполномочен предложить вам заключить союзный договор на время ведения боевых действий против Республики Центавр.

— Кхм, вообще-то, дорогой посол, мы против их императора воюем, а к самим центаврианам, за некоторыми исключениями, уже ликвидированными, у нас претензий нет.

— Но вы же все равно сражаетесь с ними!

— Что поделать, они не желают выдавать голову Картажье. Поэтому нам приходится…

— Хорошо, формулировки можно будет изменить, в любом случае, нам нужно создать единый штаб и согласовать действия.

— И кто же будет в нем главным? — поинтересовался бракири.

— Это обсуждаемо, но мне кажется, что военачальник Г’Стен будет идеальной кандидатурой.

— Достойный разумный, — кивнул йолу, переглянувшись с остальными. — Но почему не Т’Ран? Насколько нам известно, он ваш самый успешный адмирал.

— Он слишком молод, а совместные боевые действия без политики и интриг вряд ли обойдутся.

— Говорил же вам, — фыркнул ипша, двигая фигурку.

— Не могут они не тянуть на себя покрывало.

— Одеяло, на земном правильнее говорить — одеяло.

— Да какая разница?

— В толщине и, как правило, в оформлении.

— Да ну вас.

— В общем, посол, мы против. Вы не мши, чтобы мы вам могли доверять, у многих к вашему правительству есть неприятные вопросы и старые претензии. Да и цели в войне у нас разные. Но если Кха’ри согласятся передать объединенному командованию всю власть над военной машиной Нарна, мы согласимся поставить во главе штаба Т’Рана.

— Если же нет, то каждый будет воевать самостоятельно. Точнее, вы сами по себе, а мы сами по себе.

— Но это же глупо?!

— Дорогой мой Г’Кар, в данный момент вы не союзник, а обуза. Примите это, поймите, осознайте, и донесите до своего руководства. Вы, нарны, слишком горячие, вам стоит уже остыть. Притушите эмоции, повзрослейте, в конце-то концов.

— Легко вам говорить, это не вы провели сто лет в рабстве, это не ваши колонии…

— Г’Кар, вам лучше помолчать и ознакомиться с историей наших цивилизаций. Фрелис-двенадцать был далеко не единственной потерянной нами колонией. У других тоже есть соответствующий опыт.

— Более того, некоторые из нас могут припомнить подобные обиды в отношении тут присутствующих, и ничего, как видите, не пытаемся друг другу глотки порвать.

— Щелбанами ограничиваемся. Вы, кстати, проиграли.

— Как?! Вы специально!

— Конечно, — довольно улыбнулся антарианин.

— Хитрец, — хмыкнул ипша, склоняя голову, — моя школа.

— Мы помним прошлое, скорбим по павшим, но при этом думаем о будущем и строим его для наших потомков тут, в настоящем. Во всяком случае, пытаемся.

— Идите, Г’Кар, вам предстоит многое обдумать и переговорить со своим правительством. Вряд ли они сразу согласятся. Наверняка решат, что теперь, когда враг вынужден сражаться сразу на несколько фронтов одновременно, им станет легче.

— Но вы не сдавайтесь, вода камень точит. Мы в вас верим и будем рады со временем увидеть за этим столом не как гостя.

— Я сделаю, что смогу, — поклонился нарн, вставая. Он был изрядно впечатлен увиденным и прекрасно помнил историю разумных видов, чьи послы с ним говорили. Четверо из шести в свое время довольно серьезно воевали друг с другом, да и центаврианам как минимум половина из них имела, что предъявить. Впрочем, как и его собственной родине.

Глава 40. Два глотка саке на удачу

«Как нам только что стало известно, в ответ на введение военного положения Марс объявил о выходе из состава Земного Альянса. Президент Кларк приказал начать военную операцию по принуждению мятежной колонии к покорности»

* * *

— Сэр, нам приказано провести бомбардировку куполов в секторах три, девять и семнадцать.

— Нет.

— Сэр?

— Я не собираюсь выполнять преступный приказ.

— Но…

— Кларк всего лишь вице-президент, занявший президентское кресло при весьма сомнительных обстоятельствах. Военные действия, происходящие черт знает где, никак не угрожают безопасности Земли. Они не могут быть достаточным основанием для всего, что он творит. Передайте в штаб, что генерал Уильям Хейг не собирается становиться убийцей женщин и детей и дайте связь с полковником Семеновым. Пока я на мостике, никто не начнет бомбить жилые купола Марса.

— Сэр? — козырнул появившийся на экране десантник.

— Пора, Алекс, — твердо взглянув ему в глаза, сказал генерал.

— Понял, начинаю, — кивнул полковник.

— Сэр, на связи адмирал Зигфрид Паульс.

— Соединяй.

— Здравствуй, Уильям. Как тебе новый приказ?

— Отвратителен. Я не собираюсь его выполнять.

— Что ж, значит, нас двое. Вот только вряд ли адмиралы Ши и Паррисон нас поймут. Они ставленники…

— Значит, придется им объяснить.

— Это гражданская война, Уильям.

— Она уже началась. Не только Марс объявил о независимости.

— Да, мой наставник Раймонд Спрюэнс сообщил мне, что Проксима тоже объявила о независимости.

— И?

— Он уже разобрался с крысами и собирается оборонять ее своим немного поредевшим флотом.

— Сэр, зачистка кораблей от швали закончена, — доложил Семенов, вошедший в сопровождении закованного в броню отделения десанта.

— Быстро ты.

— Я начал заранее и ничуть в тебе не сомневался.

— Понятно.

— Сэр, эскадры два и четыре начинают перестроение.

— Ну что, Зигфрид, исполним присягу по духу, а не по букве?

— Я возьму на себя Ши, он ближе будет.

— Хорошо, действуй. Отбой.

Поглядев пару секунд на свое отражение, окончательно осознавая и принимая случившееся, Уильям поднял глаза и твердо посмотрел в лица офицеров мостика.

— Дайте связь на открытой частоте.

— Готово, сэр, — откликнулся связист, словно пианист пробежавшись по клавишам.

— Я, генерал Уильям Хейг, обвиняю Моргана Кларка в незаконной узурпации власти. С этого момента я отказываюсь подчиняться его преступным приказам о бомбардировке гражданских объектов. До тех пор, пока он не будет арестован, вверенные мне корабли будут силой оружия защищать конституцию Земного Альянса и добиваться свержения диктатора, и да поможет мне бог. Всем офицерам и членам экипажей, что не желают последовать за мной, даю пять минут на то, чтобы воспользоваться спасательными капсулами.

Генерал сделал знак лейтенанту и тот отключил трансляцию.

— Все, кто со мной не согласен, покиньте рубку. Скоро нас ждет бой со своими.

Выдержав паузу и посмотрев в глаза команде, Уильям кивнул. Его люди остались с ним. Что ж, его всегда хвалили за умение работать с коллективом. Видимо, не зря.

— Боевая тревога! — объявил генерал, нажимая вспыхнувшую красным кнопку подтверждения.

По кораблю разнесся рев баззеров, и сотни людей, что еще недавно были в смятении и сомнениях, на вбитых рефлексах бросились занимать посты по боевому расписанию. То один, то другой нет-нет да и бросал взгляд на пустующие места рядом. Не все, далеко не все были согласны со своим генералом, но подавляющее большинство осталось с ним.

* * *

— Они долго не продержатся, — сказал мужчина, не опуская поднятого к небу бинокля.

— Пару суток они нам все-таки подарили, — ответила женщина, работающая за мобильным терминалом.

— Кларк будет бомбить Марс.

— Это было неизбежно. Союзник нас предупреждал.

— Знать бы еще, кто он такой, и чего хочет добиться.

— Когда-нибудь узнаем. Я закончила, сворачиваемся.

— Понял, — опустив мощный электронный бинокль, повстанец принялся помогать сворачивать аппаратуру.

— Все, идем, нас ждут в штабе.

* * *

«В ходе преступного восстания генерала Хейга и адмирала Спрюэнс на орбите мятежного Марса произошел бой, в результате которого погибли адмиралы Ши и Паррисон. Приносим соболезнования их близким, а также родственникам экипажей погибших кораблей. После подхода дополнительных сил с орбиты Земли оба предателя со своими кораблями бежали. Вероятно, они попытаются прорваться к колонии Проксима, которая также объявила о своей независимости и вышла из состава Земного Альянса», — читающая сводку дикторша даже не пыталась скрыть шок от происходящего.

— Кто еще, кроме Марса и Проксимы, объявил независимость?

— Орион, Вега, несколько дальних баз, с дюжину номерных форпостов, десяток гарнизонов, многие, в общем, командир, — махнула рукой Иванова, не желая перечислять, да и не помня всех. — Я вам на терминал переслала список.

— Хорошо, спасибо, Сьюзен. Ты-то сама как?

— Ничего, держусь. Что мне еще остается?

— Джон, нам нужно решать вопрос с ночной стражей, — заявил Гарибальди. — Пока они бегают по станции и пытаются утихомирить народ, но вскоре придут и к тебе. Кларк наделил их особыми полномочиями.

— Я не собираюсь плясать под их дудку!

— Тогда они тебя просто арестуют.

— На каком основании? Они что, входят в состав вооруженных сил?

— Нет, но у них есть бластеры.

— Если я арестую их, это будет мятеж.

— Либо мы их, либо они нас, третьего не дано, капитан. Решай, но нам со Сьюзен, и даже Стивену попадать к ним в руки нет никакого резона. Да и потом, ты же знаешь правду, Джон. Это ведь агенты теней помогли Кларку сесть в президентское кресло.

— Мы тут, вообще-то, галактику спасали до недавнего времени. Думаешь, ставленники призраков будут делать тоже самое?

— Мне надо подумать.

— Хорошо, а я пока подготовлюсь к разным вариантам, — кивнул Гарибальди, вставая.

— Мне тоже есть чем заняться, — вслед за Майклом поднялась Сьюзен.

— У меня пациенты, — встал Франклин, вот уж у кого был непрошибаемый энтузиазм и вера в лучшее, так это у него. С тех пор, как он сумел справиться с собой и перестал злоупотреблять стимуляторами, его настроение всегда было на высоте. Еще бы, не каждый может решить и сделать, а он вот смог, значит и другие могут, нужно лишь захотеть и не откладывать.

— Жду всех к восемнадцати ноль-ноль в кабинете. Я дам ответ.

В ответ все трое синхронно кивнули, что немного позабавило капитана. Вот ведь выверт судьбы. У других командиров, решившихся на мятеж, проблемы с подчиненными, а у его офицеров наоборот. Вавилон, что еще сказать, вечно здесь все вверх ногами. Впрочем, вряд ли он такой уж уникальный. В новостях о подобном молчат, но ему-то было известно, что как минимум на полусотне кораблей, команда перебила ставленников Кларка, вплоть до капитанов, и ушли к мятежным колониям. Гражданская война вот-вот полыхнет в полную силу, и это на фоне надвигающейся тьмы. Джон аж зубами заскрежетал. Как же все это не вовремя, ведь он рассчитывал, что хотя бы часть земного космофлота будет с ним, когда придет час, а теперь на это нечего и надеяться. Плохо, этот раунд тени выиграли всухую. Впрочем, как и пару предыдущих.

* * *

— Смирно! — рявкнул глава академии. — Лорд Рифа, прошу вас, — уступил он место на трибуне.

— От имени императора Великой Республики Центавра я рад поздравить вас с присвоением первого офицерского звания!

— Слава Центавру!!! — прогремели сотни луженых глоток.

— Вы те, кто в это непростое время станет мечом нашего величайшего государства! Те, кто заставит других склониться перед волей Центавра! — вскинул кулак к небу оратор.

В этот момент над дворцовой площадью, где собрались лучшие из выпускников, появились вошедшие в атмосферу корабли флота. Десяток могучих «Примусов», словно киты, проплыли по небу в окружении четверок «Ворчанов», что казались на их фоне акулами.

* * *

— До выхода из прыжка десять минут.

— Хорошо, — кивнул Палиб своему старпому.

Седьмой ударный корпус в составе двух флотов приближался к военной базе бракири. Тахионный сканер, размещенный на спутнике рядом с ней, доставлял центаврианам огромные проблемы. Пусть его разрешение и было невелико, но хоть какая-то информация о передвижении соединений противника все-таки намного лучше, чем никакой. Ликвидировать эту досадную помеху требовалось как можно быстрей. Благодаря разведданным бракири даже ничтожные нарны сумели нанести несколько болезненных уколов.

— Минута до выхода.

— Открыть орудийные порты, запустить истребители.

— Есть.

«Наконец-то», — обрадовался молодой лейтенант, уже час ерзающий от нетерпения в кабине тяжелого перехватчика, увидев смену цветового сигнала. Бросив взгляд на схему «Ворчана», он удовлетворенно кивнул, отмечая огоньки активации орудий. Перед его мысленным взором встала раз и навсегда запомнившаяся еще с детства картина. Могучие створки уходят в стороны, и из ниш выдвигаются орудийные системы. Они выползают, словно змеи из нор, шевелятся, будто бы оглядываясь и принюхиваясь, а потом обманчиво мирно замирают. Скоро их время придет. Очень и очень скоро они изрыгнут потоки убийственных энергий, вонзят клыки своих залпов в тела врагов Центавра.

— Лидер открывает переход.

— Истребителям — старт! — голос молодого капитана звенит и едва не дает петуха, но Палиб Ралон справляется с волнением.

«Просто действуй, как будто это симуляция», — повторяет он себе слова вице-адмирала Настоса, в чью боевую группу определили его и другую молодежь. Сейчас ему не до обиды из-за того, что их явно не собирались пускать в бой. Отцы-командиры решили поберечь вчерашних выпускников, и как же те возмущались, собираясь в узком кругу по кают-компаниям. Но в глубине души почти все признавали, что благодарны за это адмиралам. Как-то, после того, как они получили доступ к реальным данным с фронта, все стало выглядеть не слишком радостно. Особенно статистика потерь удручала, вернее, ее динамика.

Привычная перегрузка от сработавшей катапульты мягко навалилась на тело. Шлем вывел синтезированную картинку от многочисленных датчиков и систем истребителя. Короткая разгонная шахта осталась позади. Ирт включил форсаж и понесся вдоль корпуса «Ворчана». Мимо мелькали орудия и надстройки, вот и горб сенсорного массива, миг, и за его спиной остался могучий ствол главного калибра, ребристый от насаженных на него концентраторов, фокусировщиков и прочих компенсаторов. Наверное, ради возможности повторить когда-то виденное в детстве он и пошел в пилоты. Даже предстоящий бой не мог отвлечь его от восторга, который он испытывал раз за разом, реализуя детскую мечту.

Пощелкав клавишами, Ирт вызвал тактическую карту. Конечно же, бракири подготовили теплую встречу. «Даже горячую», — поправился он, посмотрев на строчку с быстро растущими потерями. Это их «молодежная» группа вышла в тылу и не понесла потерь, а вот другим пришлось куда тяжелее. Фронт зеленых точек зиял прорехами, но их все еще было больше, чем красных. Тактика многочисленных бессистемных ударов сработала и на этот раз. Бракири пришлось раздергать свой флот, организовать патрулирование и прикрывать множество направлений. «Но дела идут не очень», — констатировал вчерашний выпускник летного училища, когда одновременно погасли сразу три зеленые точки.

— Адмирал, нам не пробиться! Штаб ошибся, их корабли не уступают нашим, а эти форты вообще целиком вокруг орудия построены. Они нас просто как в тире расстреливают!

— Нет! Мы выполним свой долг! Вводите в бой группу Настоса.

— Сэр, у него же одни юнцы! — с болью в голосе и ужасом в глазах вскричал начштаба.

— В первую очередь они солдаты Центавра! Выполняйте приказ, раздери вас демоны вселенной!

— Есть.

«Отлично!» — обрадовался Палиб, когда пришел приказ атаковать фланг неприятеля. «Давно пора было», — буквально прошипел он сквозь зубы, видя, как почти метрового диаметра изумрудный луч прошивает тяжелый крейсер насквозь. Секунда, две, и на третьей могучий «Примус», чьи орудия еще продолжали вести огонь, превращается в огненный шар. «Достойная смерть», — приходит к нему мысль, заставляя вновь стучать сердца, сжавшиеся на мгновение от ужаса. Гордость за собратьев по оружию наполняет его, и голос вчерашнего кадета звенит:

— Истребителям атаковать форт-четыре, всем орудиям открыть огонь, обеспечьте летунам прикрытие.

— Есть, — козыряет старпом и начинает раздавать команды.

Палиб перевел взгляд на лейтенанта-артиллериста. Тот был таким же юнцом, как и он сам, да что там, у него весь экипаж из вчерашних выпускников, но Лим справлялся отлично. Идеально, словно прочитав мысли командира, дал целеуказание и распределил корабли бракири по приоритету. «Одна школа», — хмыкнул Палиб, сжимая подлокотники капитанского кресла.

Ирт был в восторге, хотя и знал, что все дело в боевой химии, что впрыснул ему скафандр, но его это мало заботило. Потом. Все потом! Сейчас же они должны прорваться, выполнить поставленную задачу. Уничтожить этот чертов форт или хотя бы заткнуть его монструозную пушку, которая каждым выстрелом отправляет на тот свет сотни и тысячи центавриан.

— Капитан-то наш не промах, — не удержался и произнес Ирт вслух, когда из-за спины ударили частые залпы и полыхнули лучи.

— Так их!

— Орел!

Ведомая своим командиром эскадрилья была полностью согласна и с удовольствием высказывалась. Еще бы, ведь только что на их глазах были превращены в обломки сразу два вражеских корабля. Пусть они были уже потрепанными, но все равно могли бы доставить проблем. «Не отвлекаться!» — одернул лейтенант своих пилотов, которые не удержались и полоснули очередями по нескольким спасательным капсулам.

— В гиперпространстве обнаружен флот неприятеля!

— Численность?! Кто это вообще?!

— Дрази, не менее полусотни вымпелов.

— Сэр, нам нужно отступить!

— Нет! Мы почти пробились! Капитан, вперед, мы вступаем в бой.

— Сэр…

— Это приказ! Выполняйте!!!

— Есть, господин адмирал!

* * *

Вир вновь пришел прогуляться в парк. После похорон отца он часто бывал тут. Бродил по дорожкам, вспоминал, думал. Решить вопрос с наследством и приструнить семью оказалось не так-то просто, но понемногу он справлялся. Вот с подготовкой заговора дела шли посредственно. Во многом тут сказывался его возраст и неопределенное положение. Нет, кое-какие успехи были, но не слишком-то значительные. «Ничего, кажется, я нащупал верную дорогу», — прошептал Вир, вспоминая недавний разговор с одним из мелких чиновников. Шапочный знакомый по школе, тот обмолвился про леди Ладиру, которую периодически посещает лорд Рифа. Еще и посмеялся над парочкой старичков-любовников. Кото, естественно, не мог не разузнать все о ней, ведь Рифа по большей части и был тем, кого стоило убирать, ведь император молод и легко управляем советниками.

Неспешно идущего к выходу Вира привлек почти неслышный скрип. Если бы не тишина и безлюдье, он бы и внимания не обратил, а так почему-то насторожился и захотел проверить.

— Привет, ты чего тут один и так поздно? — спросил Вир мальчишку лет десяти, сидящего на подвешенных за ветку качелях.

— Сбежал. Мама снова плачет, а отец пьет, — глухо ответил ребенок, не поднимая головы, и вновь немного оттолкнулся ногой, раскачиваясь.

— Что случилось? — Вир подошел поближе.

— Брат погиб, в начале недели похоронка пришла, — мальчик наконец-то посмотрел на незнакомца.

— Ты его очень любил? — пробормотал Кото, заметив подсохшие дорожки от слез.

— Это он мне качели повесил, вот эти.

— Как это случилось?

— Не знаю, мне подробности не рассказали. Он был пилотом, только недавно лейтенантом стал. Перед ними сам лорд Рифа выступал, еще флот над столицей тогда так классно пролетел. Потом он мне сообщение прислал. Про истребители рассказывал, про друзей. Еще смеялся, что у них капитаном какой-то Палиб Ралон, который на два месяца младше его. Там парни еще из его эскадрильи в кадр влезли. Веселое было сообщение.

— Седьмой ударный, — вздохнул Вир.

— Что?

— Твой брат служил в седьмом ударном корпусе.

— А…

— Его полностью разгромили при Балане. Выживших меньше сотни.

— Почему так мало?!

— Наши расстреливали спасательные капсулы, бракири ответили тем же.

— Я им отомщу!

— И заставишь плакать их матерей и братьев?

— Они сами нам войну объявили, нечего было лезть!

— Пойдем, я лучше тебя домой провожу, поздно уже, — не стал вступать в бесполезный спор с ребенком Вир.

— Не маленький, сам дойду. Да тут недалеко.

— Со мной на тебя родители ругаться не будут, скажем, что я тебе про брата рассказывал.

— Вы же его не знали.

— Зато я знал Палиба Ралона, его командира.

— Правда? Расскажите.

— Пойдем, — махнул рукой Вир, — по дороге и расскажу.

— Ладно.

* * *

Багровое марево гипера, как всегда, бурлило и переливалось всеми оттенками красного с изредка мерцающими в нем прожилками тьмы. Обычная для любого космолетчика картина не вызывала у Зарана особых эмоций, он давно уже к ней привык. Бросив взгляд на тактический монитор, он скривился. Всего лишь два десятка грузовых кораблей, да пяток судов охранения. «Эх, надо было лучше учиться», — укорил себя молодой капитан. Все его друзья делом заняты, а он тут трудится на обеспечении поставок сырья. Нет, это дело, конечно, нужное, никто не спорит, но уж очень скучное. «Повезло Кирону, к самому Атиру во флот попал», — вздохнул он. Впрочем, кому как не лучшему выпускнику академии служить рядом с победоносным адмиралом? «Меньше надо было в самоволки с Уларом бегать», — подумал Заран, но мысли его при этом переключились на те веселые денечки, что он провел в академии и за ее стенами. Вспомнилось, как они удирали от патруля, лезли через стену, дрались с коллегами-конкурентами из летного за внимание девушек, как сидели на губе, и многое-многое другое.

* * *

— Вы те, кто станет щитом, нерушимой стеной, что оградит наши миры от любой угрозы! О вашу доблесть и отвагу разобьются любые враги Центавра! — лорд Рифа решительно рубанул воздух рукой и проиллюстрировал свои слова, ударив кулаком в ладонь. — Слава Республике! Слава Центавру! Слава императору!

— Слава! Слава! Слава!!! — металось по площади, а пролетающие над столицей корабли флота били в небеса из орудий.

* * *

«Вчера в шестнадцать ноль-ноль колония Центавра у Бета-два была атакована объединенным флотом йолу и ипша. Что в данный момент происходит в системе, неизвестно, обе стороны ставят очень мощные помехи. Вероятнее всего, там продолжается бой» — вещала дикторша с экрана.

— Да уж, вероятно, — фыркнул бармен, который на время новостного блока остался без работы.

— Помолчи, — рыкнул на землянина впившийся больными глазами в экран центаврианин средних лет.

— Это…

— Заткнись, — шикнул на бармена человек, — может, у него там родня.

«Как нам стало известно из достоверных источников, у нападающих трехкратное численное преимущество. Скорее всего, колония будет захвачена или, учитывая наличие кораблей йолу, даже уничтожена орбитальным ударом…»

* * *

— Ну дай уже посмотреть! — теребил приятеля мальчишка лет тринадцати, периодически бросающий взгляды на ночное небо, в котором мелькали далекие всполохи.

— Да не видно ничего, — отмахнулся парнишка лет четырнадцати.

— Тогда чего не даешь?

— Да на, — протянул он другу мощный бинокль.

— Блин, не видно.

— Ну, я же говорил.

— Наши покажут этим рыбам!

— Надеюсь. Домой побежали, может в сети чего найдем.

— Ага.

* * *

Дела складывались паршиво. Это адмирал понимал прекрасно. Его флота было недостаточно для обороны, но и отступить без боя он не мог. Эх, если бы столько сил не было задействовано для отвлечения бракири и удара по их базе с чертовым сканером, у него был бы шанс продержаться.

— Мы засекли приближение еще одной эскадры.

— Да что им тут всем, медом, что ли, намазано?! Сколько, откуда заходят?

— Тридцать вымпелов, идут с семь-восемь.

Привычно представив два пересекающихся циферблата, командующий обороной Беты-два скривился. Ему даже на мониторы смотреть не требовалось, и так ясно — их зажимают. Неспешно, неторопливо, но верно загоняют в мешок. Вся эта пальба с предельной дистанции была лишь игрой, а не проявлением страха или нежелания сражаться, враг точно знал, что никто не придет им на помощь, и просто старался уменьшить свои потери.

— Вот оно что, — озарила лицо адмирала догадка.

— Сэр?

— У них же очень паршиво с судостроением, — ткнул он пальцем в экран с красными значками.

— Предлагаете атаковать, нанеся как можно больший урон, сэр?

— Именно! Так они нас просто расстреляют, у них банально больше стволов, и они будут чаще попадать. Дай-ка мне данные по соотношению эффективности огня.

— Вывожу.

— Вот! Разница меньше трех процентов, они потому и устроили все это, что им надо было статистику собрать.

— Похоже, вы правы, сэр.

— Прав, точно прав. Флоту, слушать приказ! Флаг на мостик, идем в атаку на корабли йолу. Выполнять!

— Сэр, а…

— Оставить пять кораблей в заслоне. Этого будет достаточно чтобы задержать этих, — махнул он рукой на три десятка оранжевых точек.

— Есть, сэр. Оставлю пополнение.

— Да, там ипша, они не станут стрелять по спаскапсулам.

— Сэр, потом не будет времени, поэтому… — начальник штаба встал, одернув мундир, — было честью служить с вами, адмирал.

Новичков тут не было, впрочем, любой центаврианин знает, что означает команда «флаг на мостик». Один за другим выходили на связь капитаны кораблей и, молча отдав воинское приветствие, отключались. Зачем слова, ведь все они давали присягу, когда-то заранее поклявшись умереть по приказу, если это будет нужно родине. Пришло время исполнять данное слово, и они это сделают с честью.

— Ну что, Улар, вот и наш шанс стать героями? — связался с весельчаком-приятелем Хонгар.

— Смерть дает ордена, — подмигнул другу Анор.

— Может, еще и выживем.

— Не, — улыбнулся Улар, — это вряд ли. Вон их сколько на нас лезет. Не вешай нос, Хони, только представь, как парни погуляют на наших похоронах!

— Это точно. А мы над их пьяными рожами поржем с облаков.

— Вот, совсем другой настрой, а то, ишь ты, рожа постная, как будто не помирать, а жениться собрался.

— Да иди ты!

— И пойду. В атаку!

Пять кораблей в традиционном для центаврианского флота строю начали разгон в сторону шестикратно превосходящего врага. Новенькие, еще не обтрепанные космосом, только недавно сошедшие со стапелей, они шли в свой единственный бой.

* * *

Подбитый крейсер Нарна падал в атмосферу. Эскадра адмирала Т’Рана добивала орбитальную инфраструктуру, но для экипажа Шар’Тока война закончилась. Те немногие, кто успели добраться до спасательных капсул, будут подобраны, но мостик оказался отрезан пробоиной и пожарами во внутренних отсеках, поэтому экипажу рубки было не спастись.

— Я могу направить нас на центаврианскую колонию.

— Нет, — покачал головой капитан, — взрывай реактор.

— Но…

— В убийстве детей и женщин нет доблести, — Га’Кан вытащил фотографию семьи из наруча и, разгладив ее, положил на пульт перед собой. — Я не хочу становиться таким же как те, кто убил их, — кивнул он на изображение нарнки, держащей за руки детей.

— Простите, я не подумала, — коснулась, как ей думалось, незаметно своего живота На’Мир и ввела код самоподрыва.

— Зря ты мне не сказала, — улыбнулся сидящий в соседнем кресле канонир.

Объятый пламенем крейсер разлетелся на мириады мелких обломков, которые прочертили небо огненными болидами и истаяли в атмосфере, не причинив вреда планете. Центаврианка, одна из многих, кто с замирающим сердцем в этот миг стояли на улице, с ужасом и мольбой глядя в небо, опустила голову, а потом, повинуясь какому-то смутному порыву, поклонилась, придерживая заметно округлившийся животик рукой.

— Орбита очищена, командующий Т’Ран.

— Уходим.

— А…

— Это приказ.

— Есть.

* * *

Очередное попадание в борт. Новая серия взрывов. Захлебывающийся крик тех несчастных, которые не умерли сразу. Вылетающие в пробоину тела, некоторые еще открывают рот и дергаются, пучат глаза. Не повезло. Мольбы и вопли обожженных, задыхающихся, горящих заживо в заблокированных отсеках. Избитый, растерзанный, но все еще не желающий умирать «Ворчан», давно уже утративший управление, огрызнулся куда-то в сторону врагов из чудом уцелевшего орудия.

* * *

— Сейчас пойдет потеха, — хохотнул ведомый лидера эскадрильи.

— Отставить разговоры! Приготовиться к маневру.

Две дюжины истребителей против втрое превосходящего противника, командиру было совсем не до смеха.

— Маневр! Открыть огонь!

— Есть!

Между несущимися друг на друга машинами протянулись всполохи импульсов. Если бы не их частота и не специальные датчики истребителей, вряд ли бы их кто-то сумел разглядеть. Впрочем, что толку-то, свою пулю, как известно, не слышно и не видно. Пусть в космическом бою нет места такой древности, но велика ли разница, что именно тебя убивает? Свинец, сталь, лазер, плазма, поток разогнанных частиц или что-то еще? Мертвым уже все равно.

— Ракетами! Залп!

— Есть.

— Командир!!!

Тело в опаленном и изодранном скафандре пролетело мимо ведомого.

— Гады! — заложил вираж потерявший друга и голову пилот.

* * *

— Они на хвосте! Помогите!

— Не могу сбросить! Снимите их!

— Сейчас я ему помогу!

— Нет! Отставить! Держать строй.

— Ааа!

— Выходим на цель. Даю распределение.

— Принял.

— Подтверждаю.

— Готов.

— Пли!

Десятки ракет впились в борт корабля и распустились огненными цветами смерти. Содрогнувшийся исполин безмолвно застонал и вспух от внутреннего взрыва.

— Нас догоняют!

— Держать строй! Не сворачивать!

— Сэр?!

— Вперед!!!

Из огненного шара, оставшегося на месте крейсера, вырвалась поредевшая эскадрилья. Преследователи предпочли не рисковать и сменили курс.

— Врешь, не возьмешь, — оскалился пилот, закручивая истребитель вокруг продольной оси, форсируя маневровые и отключая маршевые двигатели. — Да! — заорал он, ликуя, когда туповатые ракеты сблизились друг с другом и дали взаимную наводку, что привело к их подрыву.

— Второй, уходи, тебя зажимают!

— Не…

Треск помех и короткая ярка вспышка закончили так и не сказанную фразу.

— Отступаем.

Три зеленые точки, преследуемые шестью десятками красных, спешили к своему кораблю. Жаль, что на нем больше не осталось столь кусачих мошек. «Хоть рядом со своими ляжем, глядишь, и могилка не пустой будет», — подумал возвращающийся пилот.

* * *

Ало-рыжие, будто бы разлохмаченные лучи главного калибра антарианских крейсеров сошлись на непокорном эсминце. Взрыв корабля дал особенно четкий отблеск в разбитом зеркальном шлеме пилота истребителя, пролетавшего мимо последнего из защитников конвоя.

* * *

Играла музыка, и на паркете зала летнего дворца императора кружились пары. Вдоль расставленных по периметру столов с закусками и изысканными напитками стояли группки офицеров и гостей. Официальная часть вечера давно закончилась, и теперь приглашенные могли спокойно отдыхать, заниматься своими делами, решать мелкие и не очень вопросы, да и просто поговорить о своем, а не о положенном. Здравницы в честь Атира Сората отгремели, и сам виновник торжества стал мало кому интересен. Кто хотел и мог, давно уже с ним пообщались. Мысленно выдохнувший адмирал позволил себе немного расслабиться и наконец-то удалился на балкон с фужером, наполненным, вопреки традициям и этикету, бизари. Пить что-то менее крепкое он не желал, но и бродить по залу, выполняя свои обязанности почетного гостя, с положенным бивари ему было слишком противно, вот и пошел он на хитрость. Многие офицеры его флота делали так же.

— Позвольте поздравить вас с великолепной победой, адмирал, — отвлек Атира от горьких воспоминаний знакомый голос.

— Лорд Рифа, — чуть наклонил голову Сорат, приветствуя могущественнейшего из обитателей властного олимпа Центавра.

— Вы что-то совсем не веселитесь, друг мой. Разве вам не нравится прием, устроенный императором в вашу честь?

— Что вы, прием великолепен, а милости его величества щедры, но мне сложно забыть о том, сколько центавриан заплатили за них своими жизнями.

— Да, потери, — вздохнул Рифа.

— Три четверти моего корпуса осталось там, — поднял глаза к звездному небу адмирал и разом ополовинил содержимое фужера.

— И все же вы победили. Разбили едва ли не втрое превосходящего вас врага и выполнили поставленную задачу.

— Победил, — скривился Атир, благо его лицо было укрыто сумраком балкона, и вновь поднес к губам свой бокал.

— В последнее время стало мало побед и многовато поражений. Но вскоре все изменится, адмирал.

— Надеюсь, вы правы, лорд.

— Уж поверьте, — усмехнулся Рифа, — я знаю, о чем говорю. Вы уже ознакомились с последними данными из штаба?

— Нет, пока еще не успел, прием сразу по возвращению был несколько неожиданным.

— Вы хотели сказать, несвоевременным, — позволил себе легкий смешок Рифа.

— Да, это более подходящее слово, но воля императора…

— Да-да, она священна. Что ж, тогда позвольте кратко ввести вас в курс дела. В данный момент мы концентрируем все наши силы для большого наступления, — Рифа сделал красноречивую паузу, давая Атиру возможность задать вопрос. Нравилось лорду быть этаким всеведущим и всезнающим. Ему импонировал образ серого кардинала. Пусть даже и несколько киношный.

— И какова будет цель?

— Нарн, адмирал, Нарн. Пора нам разобраться с ними.

— Боюсь, что после победы мы останемся без флота, — Атир был, мягко говоря, шокирован.

— О нет, все будет несколько иначе, — широко улыбнулся Рифа, пригубив бивари.

«Клыки как у зверя», — Атир поймал себя на том, что смотрит на зубы лорда. В отличие от адмирала Рифа стоял куда ближе к дверям, а золоченый бокал неплохо отражал свет, придавая тому багрянца.

— Видите ли, мой друг, дело в том, что Нарны, заручившись помощью и поддержкой других воюющих с нами рас, планируют переломить ход войны, ну или по крайней мере изменить его, — лорд вновь приложился к бокалу. — Они собираются уничтожить нашу опорную базу на Гараш-семь.

— Этого нельзя допустить!

— О, это само собой, адмирал, — рассмеялся Рифа. — Само собой, — посмотрел он ледяными глазами в глаза Атира, мгновенно утратив веселость. — Не беспокойтесь, кому позаботиться о Гараш-семь, найдется. Вы же возглавите нашу армаду, которая ударит по Нарну. И я очень надеюсь, что вы не станете миндальничать.

— Вы…

— Никакого чистоплюйства, Атир. Для удара по нашей базе они задействуют флот метрополии, им больше негде взять нужного числа кораблей, и ты легко справишься с теми, кто останется.

— Я отказываюсь проводить орбитальную бомбардировку Нарна.

— Хм, а я думал, война закаляет.

— Нет, лорд, она учит ценить жизнь и ненавидеть убийства. Война быстро меняет всех, кто в ней участвует лично. Я не буду бомбить города Нарна. Точечные удары — да, но превращать планету в пустыню — нет, я этого не сделаю.

— Куда ты денешься, адмирал? Ведь ты же не хочешь, чтобы у твоей семьи начались проблемы?

— Зачем вам это? — скрипнул зубами Атир.

— Не хочу, чтобы какой-то дуболом испортил дело, — легко пожал плечами Рифа. — Я никогда не оставляю ничего на самотек и всегда ищу лучших. Да и потом, ну что такое пара миллиардов нарнов? Рабом больше, рабом меньше, какая разница? Ерунда. Я сделаю тебя героем, Атир Сорат, гордись этим.

— Памятник на аллее, традиционно стоящий на белом постаменте в окружении алых цветов.

— Именно, адмирал, вот именно. Хорошего вечера, Атир, не кривись. О тебе будут слагать легенды.

— Моим именем будут пугать детей и проклинать.

— И это тоже, — рассмеялся лорд, а адмирал вдруг понял, что тот изрядно пьян.

Проводив своего нового врага долгим взглядом, лучший адмирал Республики Центавр подошел к краю балкона и выплеснул остатки бизари. Поставив пустой фужер на камень перил, он решительно развернулся и отправился на выход, поскольку оставаться во дворце у него не было ни малейшего желания. Завтра он закончит с еще одним делом в столице и отправится на орбиту. Его ждет флот и верные офицеры. Давно стоило поучаствовать в политической жизни родины. Больше он не мог оставаться всего лишь адмиралом.

* * *

— Командующий Т’Ран, почему вы не нанесли орбитальный удар по колонии центавриан, а ограничились лишь уничтожением орбитальной инфраструктуры и разрушением баз на спутниках с астероидами?

— Потому что в этом не было необходимости, — ответил нарн коллегии, которая уже шестой день разбиралась с его последней операцией.

— Это заставило бы их…

— Лишь еще больше озлобиться, — перебил штабиста лучший командующий флотом нарнов.

— Они и без того применяют орбитальные бомбардировки наших миров!

— Не все и не всегда, да и потом, начни мы действовать так же, чем мы тогда будем от них отличаться?

— Мы в своем праве! Они…

— Держали нас сотню лет в рабстве, а теперь убивают наших женщин, детей, стариков, я знаю это не хуже, а возможно и лучше вас. Я вижу это не по сводкам и отчетами, а вживую, вот этими самыми глазами.

— Тогда…

— Хватит! Вместо того, чтобы заниматься флотом и сражаться, вы зачем-то переливаете из пустого в порожнее. В чем вы хотите меня обвинить? В том, что я не желаю становиться убийцей миллионов? Да, не желаю, особенно тогда, когда в этом нет смысла, а если это еще и приносит вред…

— Вы не выполнили приказ!

— В нем не было ни слова о планетарной бомбардировке.

— Это само собой подразумевалось!

— Для вас, возможно, но для меня — нет!

— Комитет отстраняет вас от командования. Вы возомнили себя незаменимым, но вскоре вы убедитесь в обратном!

— Что еще за глупость вы придумали? — вздохнул Т’Ран. — Очередное провальное наступление? Куда на этот раз пошлете умирать наших воинов? Хм, — задумался командующий, у которого забрезжило понимание происходящего, — дайте угадаю, — фыркнул он, все больше убеждаясь в правильности собственной догадки. — Гараш-семь, не так ли?

Сидящие перед ним не смогли удержать лиц, а кое-кто и в открытую переглянулся.

— Итак, вы хотите уничтожить опорную базу Центавра, — кивнул Т’Ран, с горькой усмешкой. — Наверняка для этого еще и додумались флот метрополии задействовать. Больше вам взять корабли неоткуда. Моя эскадра вам тоже нужна, но я вам не удобен, слишком популярен стал. Ясно. Скажите хотя бы, какие-нибудь другие расы нам помогут в нападении?

— Помогут, выделив по эскадре, — снизошел до ответа председатель.

— Вы затеяли глупость. Кто-то помогает центаврианам, кто-то очень могущественный, но при этом не желающий выступать открыто. Вы не просто оставляете столицу без защиты, но и посылаете наши последние резервы на убой.

— Не вам…

— Кто возглавит атаку?

— Это не…

— Кто. Возглавит. Атаку? — поднявшийся Т’Ран вколачивал слова не столько голосом, сколько испепеляющим взглядом.

— Верховный военачальник Г’Стен, — отвел взгляд председатель.

— Ну, хоть так, — вздохнул Т’Ран. — Меня куда задвинуть собрались? — поинтересовался он, усаживаясь на место.

— Будете нашем представителем в объединенном штабе.

— Ясно. Знаете, мы так стремились отомстить центаврианам, что стали на них до ужаса похожи. Пора нам уже меняться, искать свой путь, а не брести по обочине вдоль чужого. Не надо быть уродливой копией других. Пусть это больно и трудно, но лучше оставаться собой. Мне нужно вернуться к флоту и подготовить все для передачи дел.

— Конечно, идите, мы вас не задерживаем.

— Честь имею, — прижал кулаки к груди и слегка склонил голову перед комиссией Т’Ран.

Как бы он не относился к интригам и всему происходящему, он все же был нарном и старался соблюдать заветы Г’Квана. Пусть это и не всегда удавалось, а порой бывало чертовски трудно, но он старался сам и пытался помочь в этом другим.

* * *

— Адмирал Сорат? — удивился Вир, встретив прославленного флотоводца. — Здравствуйте, сэр.

— М-м? — Атир на миг задумался. — Вир Кото, если не ошибаюсь? Вы и профессор Ард Тираш были в свите леди Ладиры.

— Нет, адмирал, не ошибаетесь. Удивлен, что вы меня запомнили, я ведь всего лишь атташе посла Молари.

— Профессиональное, — отмахнулся Атир, — к тому же, нас ведь только вчера друг другу представили.

— Да, на приеме в вашу честь.

— Мне показалось, что вчера вы были расстроены, теперь же я понимаю, почему, — Атир указал глазами на калитку, рядом с которой и произошла неожиданная для них обоих встреча.

— Вы здесь, чтобы сказать ей?

— Так же, как и вы, я полагаю?

— Да, мы были дружны в детстве. Наверно, они даже ближе мне, чем родные сестры.

— Идемте.

— Идемте.

Оба синхронно и весьма похоже вздохнули. Адмирал одернул мундир, Вир поправил штатский камзол. Эта схожесть поведения не осталась для них незамеченной и вызвала грустный смешок, породив робкие ростки взаимной симпатии. Общее дело вообще объединяет, каким бы оно не было.

— Вир?! — удивилась молодая центаврианка, открывшая дверь.

— Здравствуй, — кивнул Кото, — позволь представить тебе адмирала Атир Сората.

— Адмирал, — присела в книксене девушка.

— Адмирал, позвольте представить вам леди Арью Летей.

— Леди, — кивнул Атир.

— Ой, совсем растерялась, проходите же в дом, — вспомнила об обязанностях хозяйки девушка. — Я сейчас распоряжусь подать…

— Арья, не стоит, — остановил Вир начавшую суетиться центаврианку, — мы ненадолго.

— Тогда идемте в гостиную. Мужа нет дома, — бросила Арья извиняющийся взгляд на адмирала, — его недавно срочно вызвали в штаб, а потом он улетел на орбиту, и…

— Я не к нему, леди, я к вам, — качнул головой адмирал.

— Присаживайтесь, — указала на кресла девушка, сама опускаясь на диван. — Простите, я немного волнуюсь, у нас редко бывают гости, и вообще, — она машинально положила руку на живот, — все эти новости и разговоры о войне. Срочный вызов мужа…

Вир с адмиралом переглянулись и далеко не радостное настроение обоих стало еще хуже.

— Леди, я хотел передать вам вот это, — вытащил из нагрудного кармана обгорелую с края фотографию адмирал.

— Кирон, — прошептала Арья, глядя на свое изображение.

— Кирон Мерей погиб девять дней назад. Примите мои соболезнования.

— К-как это случилось? — спросила Арья, рассматривая смазанный кровавый след. Гостей она не видела за пеленой слез. Перед ее затуманенным взором стояла последняя встреча с Кироном, которая произошла в этом же доме. Именно эту фотографию она подарила ему на прощанье, именно по ней он тогда с нежностью провел большим пальцем, не позволив себе коснуться даже руки чужой невесты.

— Эскадрилья штурмовиков прорвалась к моему флагману и выпустила ракеты, он закрыл своим кораблем мой. Накопители были разряжены, — добавил Атир, словно извиняясь.

— Больше мы не будем спорить с мужем насчет имени сына, — сказала девушка, прощаясь.

Два молодых центаврианина не сговариваясь решили немного прогуляться. Быть черными вестниками всегда нелегко, но кто-то же должен делать и эту работу тоже. Уж лучше так, чем сухие строки похоронки от чиновника с дежурными соболезнованиями или слова случайно обмолвившегося знакомого.

— Он всегда был смелым и решительным, я ему даже завидовал, — озвучил свои мысли Вир.

— Эта никому не нужная война забрала уже слишком много жизней, — вздохнул Атир Сорат. — И скоро заберет еще больше.

— Ее пора заканчивать, адмирал.

— Верхушку все устраивает, Вир.

— Не всех, Атир, далеко не всех.

— Вот как?

— Во дворце и рядом с ним есть разные… течения.

— И куда же они вынесут нашу многострадальную родину?

— Это зависит от тех, кто будет сидеть на веслах, адмирал.

— А как же руль?

— Его ведь можно и сломать.

— Даже так? И вы не боитесь говорить это мне?

— Нет, Атир, не боюсь.

— И почему же, если не секрет?

— Да так, — пожал плечами Вир, — посмотрите, — кивнул он на детей, играющих у фонтана.

— И?

— Вон тот малыш, — указал глазами Вир на мальчика лет трех, поливающего из стаканчика клумбу. — Вода куда полезней для цветов, чем бизари, адмирал. Впрочем, кровь еще хуже.

— Думаю, нам стоит поговорить более обстоятельно.

— Непременно, но не со мной, и несколько позже. Сейчас еще ничего не готово, а вы все равно скоро улетаете. Я пришлю вам сообщение.

— Буду ждать.

— Удачи тебе, Атир.

— И тебе, Вир.

* * *

«Вот и все», — думал Т’Ран, глядя на удаляющиеся огоньки своей эскадры, что отправлялась к месту сосредоточения флота. Ему же предстоял полет в другую сторону. Впрочем, возможно, что там он сумеет сделать куда больше для своей родины, чем на фронте. Во всяком случае, он будет стараться. «Надо связаться с женой, пока есть время», — решил Т’Ран, пытаясь вспомнить, когда же они последний раз разговаривали, а не обменивались сообщениями. Получалось больше месяца. «Ближе к двум, даже», — несколько обескуражено пробормотал он, набирая на терминале код вызова.

— Привет, любимая, — улыбнулся Т’Ран, когда на экране появилось такое родное и мило лицо.

— Привет, — счастливо улыбнулась Ка’Лот, которая только что проснулась.

— Как ты? — спросили они одновременно и тут же вместе рассмеялись.

— У меня все нормально, — первым ответил Т’Ран.

— Ясно, — кивнула Ка’Лот, понимая, что новости мужа — это не то, что стоит по этому каналу сообщать. — У нас все хорошо, — улыбнулась она, — растем, пинаемся, посол Г’Кар помог мне устроиться и вообще присматривает. Конечно, по мере сил, дел у него много, сам понимаешь.

— Да, он хорошо поработал.

— Хорошо, наверное, — пожала плечами нарнка, — я всегда была далека от всего этого, — махнула она рукой, — а уж теперь и подавно.

— Вот и правильно, тебе о сыне думать надо и поменьше волноваться.

— Это когда мой муж и отец ребенка на войне?

— Прости, глупость сказал, — вздохнул Т’Ран. — Но в ближайшее время ты и вправду можешь за меня не волноваться.

— Точно? — встрепенулась нарнка.

— Клянусь Г’Кваном, — прижал кулак к груди Т’Ран.

— Слава Г’Лану, — с чувством выдохнула Ка’Лот.

— Может быть, удастся ненадолго к тебе на Вавилон залететь, но не уверен.

— Было бы хорошо, мы так давно не виделись, — проворковала она, стрельнув глазками.

— Да уж, давненько, — хмыкнул он, картинно приосаниваясь.

— Как тебе имя Га’Кан, милый? — спросила Ка’Лот.

— Хорошее имя, любимая, — грустно улыбнулся Т’Ран.

— Он поступил достойно, как и должен поступать настоящий воин нашего народа. Пусть дураки, забывшие про честь, его осуждают, мы же воздадим ему тем, чем можем.

— Согласен, — кивнул Т’Ран. — Достойное имя и достойное наречение.

— Тогда я назову его этим славным именем, — погладила животик Ка’Лот.

— Когда он подрастет, я расскажу ему о том, в честь кого он был назван. Я расскажу ему о своем друге. О том, как мы взрослели, мужали, воевали, о наших разговорах и проказах, о наших мечтах и делах…

— О том, как он ушел, — кивнула Ка’Лот.

— Да, и об этом тоже. Я расскажу ему все, чтобы он знал и выбирал сам. Долго еще?

— Нет, — мечтательно улыбнулась Ка’Лот, — скоро он переберется в сумку. Доктор Франклин говорит, что осталось меньше месяца.

— Жаль, не успею, — вздохнул Т’Ран. — Проклятая война.

— Не надо о ней, любимый, ее так много вокруг, я от этого ужасно устала.

— Хорошо, прости. Давай лучше о нас и нашем сыне.

— Позволим себе немножко помечтать, — улыбнулась Ка’Лот.

— Да.

Глава 41. Вавилонское чаепитие

Флот плыл в гиперпространстве, все ближе подбираясь к Гараш-семь. До атаки оставались считанные часы. Г’Стен мог собой гордиться, он изящно провел армаду мимо постов и патрулей, конечно, без информации от союзников ему бы это вряд ли удалось, но и его собственных заслуг умалять не стоило. Вот только последние новости, недавно поступившие из штаба, не радовали. Шиидрос и Зок были захвачены Центавром. Колония на Дросси уничтожена. Вместе с ней прекратились и поставки стратегически важного сырья. Теперь производство реакторов сократится на треть, если не наполовину. «Нас уже отбросили дальше, чем мы были тридцать лет назад», — думал Г’Стен, разглядывая карту с внесенными поправками.

— Мы достигли расчетной точки, военачальник.

— Флоту совершить прыжок!

— Есть открытие зоны перехода.

— Сканирование.

— Кораблей противника не обнаружено, — обескуражено выдал оператор.

— Это…

— Сообщение от флагмана эскадры дрази.

— Фиксирую помехи, это корабли.

— Соединяй. Что за корабли, вектор?

— Г’Стен, это враг! — выкрикнул появившийся на экране дрази, явно взволнованный, скорее даже, изрядно напуганный.

— Неизвестные корабли идут вектором атаки!

— Численность? Что вам про них известно, Далит?

— Тридцать крейсеров и сорок эсминцев. Каждый их корабль стоит как минимум трех наших. Нужно отступать.

— Не успеем, — возразил Г’Стен, бросив взгляд на индикаторы перезарядки систем гиперперехода.

— Тогда будем драться, — вдруг совершенно успокоился Далит. — Командуйте, мы с вами до конца.

— Флоту Нарна выдвинуться вперед и приготовиться к залпу энергетическими фугасами, остальным в тыл, перегруппироваться.

— Есть.

Враг наступал тремя колоннами, хоть это и было больше похоже на кучу-малу, но все же некое подобие лидеров в ней имелось. Вот по ним-то и был нанесен удар новейшего оружия нарнов. Оно было весьма сырым и опасным при хранении, да и с применением частенько возникали проблемы, но эффективность компенсировала все эти недостатки. Ведь даже подрыв на средней дистанции с гарантией выводил из строя как минимум «Ворчан», а уж вблизи энергетические фугасы и от «Примуса» ничего не оставляли. Впрочем, центавриане довольно успешно сбивали их на подлете. Однако неизвестные, кем бы они ни были, решили положиться на прочность своих кораблей.

— Невероятно!

— Противник успешно преодолел зону подрыва.

— Сосредоточить огонь эскадр на передовых кораблях, бить всем по одному!

— Есть.

Когда сразу десятки кораблей открывают огонь по одному, у того редко бывает шанс пережить обстрел. Воздействие энергетических фугасов нарнов все же не прошло для теней бесследно. Что-то в их маскировочных системах было нарушено, пусть их защита и выдержала с честью атаку, но вот на сенсорах они теперь виделись отчетливо. От дюжины до двух десятков лучей впивались одновременно в идущие первыми крейсера, и те скукоживались, дергались, теряли отростки-накопители, гибли.

— Враг потерял четыре корабля! Еще два повреждены!

— Враг перестроился!

— Маневр! Уклониться!

Ответ теней был страшен. За считанные секунды вышедшие на дистанцию атаки крейсера своими всеразрушающими лучами буквально разрубили десяток кораблей нарнов. Выбросили две дюжины сфер, которые взорвались, превратившись в сотни истребителей, и новым залпом уничтожили еще четырнадцать крейсеров.

— Далит закончил перестроение.

— Накопители перезаряжены.

— Открыть огонь, смещаемся на два-пять. Перехватчикам вперед!

— Есть.

Шансов справиться с истребителями врага у штурмовиков нарнов не было, но задержать теней они были вполне способны. Пилоты это прекрасно поняли еще по противостоянию больших кораблей, и отступать они не собирались.

Новый удар поредевших эскадр и их «подныривание» под накатывающийся фронт вражеских кораблей позволили союзникам ударить во фланг вынужденному маневрировать флоту. Совместные действия принесли впечатляющий результат. Увы, но он мало что мог изменить в общем раскладе боя. Семь кораблей в обмен на девятнадцать.

— Г’Стен, уходите!

— Нет, это бесмысленно! Мы отвлечем их, и вы еще раз ударите! А потом прыгайте.

— Понял, — кивнул Далит, пораженный мужеством нарна, но предпочитающий не тратить время на разговоры.

Остатки флота развернулись, вовсю выжигая сопла маневровых двигателей, на которые экипажам было уже плевать, ведь уцелеть уже никто не надеялся. Удар поредевших флотилий забрал у теней еще два корабля. Г’Стен лишь мрачно усмехнулся, оба они были крейсерами. Союзники не подвели и срезали еще шестерых, после чего совершили гиперпрыжок.

— Твари! — не сдержался заместитель командующего, когда увидел, как противник запустил в воронки переходов сгустками энергии, что вызвали их дестабилизацию.

— Двадцать три корабля уничтожено в воронках переходов, — доложил пожилой нарн, отвечающий за тактический терминал.

— Истребители противника на подходе.

— Мы в зоне поражения противника.

— Совместить воронки переходов!

— Есть.

* * *

Открытие воронки в гиперпространство, при взгляде из него, выглядит иначе чем из обычного космоса. Нет предваряющих перехода лучей, возникающих из пустоты. Вместо них образуется область тьмы, что-то наподобие черной дыры, конусообразного провала. Именно на шесть таких провалов и смотрел сейчас с надеждой Далит. За время короткого знакомства с Г’Стеном он начал уважать этого нарна. Они были с ним не просто ровесники, но и обладали удивительно схожим мировоззрением.

— О, демоны! Немедленно уходим!!!

— Форсирую двигатели!

Понять задумку Г’Стена было несложно, ведь в «окнах», раскрывшихся между мирами, засветились знакомые любому звездолетчику лучи. Совместить воронки переходов — старый как мир прием. Лучший способ громко хлопнуть дверью напоследок. «Прощай, военачальник Г’Стен», — пробормотал Далит, сжимая подлокотники и стискивая зубы. По гиперпростарнству прокатилась волна, словно игрушку швырнувшая могучий флагман.

— Доложить о состоянии флота.

— Незначительные повреждения, адмирал. Кто ушел в прыжок, с теми все в порядке, только от волны досталось.

— Да уж, тени, если попали, то шансов не оставляют.

— Курс, сэр?

— Идем к Нарну, они теперь беззащитны, Г’Стен купил нам жизнь, вернем же долг, спасая его народ.

— Есть, адмирал.

— Отправьте отчет в объединенный штаб.

— Выполнено, сэр.

— Хорошо, я к себе, приказ по флоту — отдыхать, возможно, что скоро нас снова ждет бой.

* * *

Шеридан с послом Делен вошли в переговорную. Вчера на станцию прилетели Оллор и Калика, которые непонятно где торчали все это время, манкируя своими обязанностями. Капитан понимал, что у них явно были свои дела и свои резоны избегать встречи с ним и с послом Минбара, но в глубине души считал это довольно-таки оскорбительным поведением. Они же тут, в конце-то концов, к нашествию тьмы готовятся, армию света создают, а те, кто должен встать под их знамена, непонятно чем и где занимаются.

— Добрый день, — кивнула аббайка, не отвлекаясь, впрочем, от помешивания чая.

— Рады вас видеть, капитан, посол, — склонил большую лысую голову врии.

— Здравствуйте, — присела Делен за стол переговоров, с любопытством осматривая его нестандартное оформление.

— Рад вас видеть, — поздоровался Джон. — Вы нас давно ждете? — не удержался он от вопроса.

— Нет, что вы, — улыбнулась Калика, беря печенье в форме мишки из вазочки.

— Просто мы соскучились по сладостям из лавочки Вира, жаль, что он продал ее, ассортимент уже не тот, — похлопал внутренними веками Оллор и забросил в рот пару сухариков.

— Угощайтесь, — пододвинула к пришедшим поднос с чайником, заварником и посудой Калика.

— Спасибо, — кивнула Делен.

— Вы так спокойны, — хмыкнул Шеридан, наполняя кружку, — вас совсем не волнует, что ваши союзники мши воюют?

— О, волнует, и еще как, но, — Калика развела руками, изменив цвет гребня, — увы, мы не можем им помочь.

— Почему же?

— У них довольно своеобразный кодекс чести. Жоца Кавя Зифе объявил священную месть, и теперь пока давший слово от имени рода не выполнит клятву или не уйдет к прародителю, стороннее вмешательство будет расцениваться как повод для войны против доброхотов.

— Вот уж бред!

— Джон, не будь так категоричен, — одернула капитана Делен. — Вы совсем ничего не можете сделать? — повернулась она к послам.

— Увы, но нет, мы из Лоуча всю шерсть вытрясли, пытаясь хоть как-то вмешаться.

— Хорошо, оставим мши и их войну, — вздохнул Шеридан. — Скажите, не могли бы вы вмешаться в конфликт между нарнами и центаврианами?

— А зачем?

— Но там же сражаются и ваши деловые партнеры.

— Хотят размяться и немного мускулами поиграть, это их право, — пожала плечами Калика, прихлебывая чай.

— Вам не кажется, что эти конфликты слишком неожиданно и одновременно произошли?

— Угу, — кивнул Оллор, которого, похоже, больше волновали закончившиеся сухарики. — Очень подозрительно и весьма несвоевременно, — он раздосадовано похлопал обеими парами век.

— И куда в тебя столько этой гадости влезает, — вздохнула Калика, доставая пару упаковок сухариков. — Ты же тощий, как непонятно кто, голова больше брюха.

— Вот и наверстываю, — обрадованно захрустел угощением довольный врии под ошарашенными взглядами землянина и минбарки.

— Капитан, да перестаньте вы смотреть на нас с таким негодованием, — отмахнулась Калика, наполняя чашку. — Знаем мы про ваш союз, армию света и прочую ерунду.

— Тогда вы и про теней знаете?! — удивленно вскинула брови Делен.

— Да кто же про них не знает-то? — отмахнулся Оллор, попутно умудрившись прихватить пару сухариков.

— А…

— Э…

— Вы очень информативны, — захлопал врии внутренними веками, а аббайка заиграла цветами гребня.

— И как давно вы знаете про них? Что вы…

— Капитан, про теней известно многим, минбарцы и ворлоны вовсе не монополисты на информацию. Да, они воевали с ними тысячу лет назад, вот только делали они это не одни.

— С нами были изначальные.

— Да клали мы кто что может на ископаемых этих, что рядом с вами десять веков назад крутились. Молодые где?!

— Что?

— Теней разбили не реликты прошлого, а молодые расы, но вот ведь незадача… Кроме минбарцев, никого из тех времен с нами больше нет.

— Мы…

— Вы тут ни при чем? Возможно и так, но дело даже не в этом, мы ведь торгуем со многими, так вот, с тех времен осталось две расы, умудрившиеся деградировать в сущих дикарей, еще лет двести-триста, и они окончательно вымрут. Не как вид, но искра разума в них погаснет совершенно.

— Остальные уже сошли со сцены, я видела их города. Вот почему мы готовимся к войне, но не собираемся в нее вступать.

— К тому же, что вы нам можете предложить?

— На нашей стороне выступит Ворлон!

— Ой ли, капитан Шеридан?

— Мы можем присоединиться к вам, частично, — подняла гребень Калика, — если ворлонцы действительно будут воевать в союзе против тьмы.

— Только в этот раз они должны сражаться, а не мудрость по тылам источать, изъясняясь афоризмами и малопонятными намеками.

— Докажите нам, что Ворлон будет драться, а не использует всех нас как своих марионеток, тогда мы предоставим вам корабли и поделимся собранной информацией.

— Хорошо, — кивнул Шеридан, — вскоре вы получите весомые доказательства и поймете, что я своих слов на ветер не бросаю.

— Вам-то мы вполне верим, капитан. И вам, Делен, тоже, но вот ворлонам — нет. Слишком уж они скрытные, по сути, те же тени.

— Голова, вид с боку, — хмыкнул врии, допивая чай, а капитан подумал, что череп Оллора весьма похож на яйцо, разве что более округлое.

* * *

Появление армады Центавра не стало для нарнов совсем уж неожиданным. Бракири, пусть и с некоторым опозданием, но все же засекли передвижение огромного флота и сообщили об этом союзникам, вот только их сообщение ничего уже не меняло. Да, нарны смогли стянуть все доступные силы, союзники успели перебросить пару эскадр, но все это было тщетно. Что может сделать один корабль против пяти? Только выполнить свой долг и погибнуть. Что может орбитальный форт или даже крепость против целой эскадры? Забрать с собой побольше врагов, но не победить. Остановить поступь накатывающихся, словно цунами, кораблей врага нарны были не в силах, а когда в дело пошли масс-драйверы, то даже призрачные шансы на победу истаяли быстрее утренней росы в пустыне.

— Адмирал, флот занял орбиту. Нарн полностью окружен.

— Хорошо, — кивнул Атир и замолчал.

— Ваш приказ, адмирал?

— Свяжитесь с правительством нарнов.

— Сэр?

— Я хочу предложить им сдаться.

— Кхм, боюсь, что это не в вашей компетенции, — впервые проявил себя наблюдатель, поставленный от двора. — Прикажите начать бомбардировку планеты, адмирал.

— Нет, — выдохнул Сорат, окончательно принявший решение. — Я не стану этого делать.

— Лорд Рифа предупреждал меня о чем-то подобном, — усмехнулся придворный, доставая из внутреннего кармана официальную бумагу и кристалл. — Властью, данной мне самим императором, я отстраняю вас от командования флотом! — провозгласил щеголь и продемонстрировал присутствующим золоченую печать. — Вы, — ткнул он пальцем в ближайшего военного и протянул ему кристалл, — транслируйте это на все корабли.

Висящие на орбите осажденного мира корабли открыли огонь, начав планетарную бомбардировку разогнанными до невероятных скоростей кусками астероидов и имеющимися во множестве обломками. Ракеты стоят дорого, а масс-драйверам все равно, что ускорять, лишь бы по размеру подходило, да содержало бы металла побольше. Впрочем, последнее совсем не обязательно, просто так меньше энергозатраты.

Совсем недавно очищенная атмосфера планеты наполнилась тучами пыли, в которой то тут, то там вспыхивали бордовые и алые огоньки очередного удара. Лишь недавно приведенный в относительный порядок мир вновь целенаправленно убивали. Десятки миллионов погибли в первые же минуты, но им в каком-то смысле повезло. Их смерть была мгновенной, другим же предстояло помучиться.

Рифа предполагал, что Атир может отказаться выполнить приказ, но все же он не собирался лишаться столь талантливого адмирала. Его отстранили временно, ведь у Центавра было еще много врагов, с которыми предстояло разобраться. Оставшийся не у дел на собственном флагмане Сорат стоял на обзорной палубе и смотрел на творимый его народом геноцид. Он очень сомневался, что в ближайшие сто лет им это простят. Хотя бы потому, что и сам не был уверен, сможет ли он простить тех, кто просто выполнял приказ, убивая многие миллионы невинных.

* * *

— Возмущение поля! — неожиданно заорал лейтенант с сенсорного поста.

— Ч-что? — растерянно спросил наслаждающийся зрелищем бомбардировки и новообретенной властью придворный.

— Немедленно вызвать адмирала, кораблям прекратить бомбардировку и перестроиться в оборонительный ордер! — взял на себя бразды правления начштаба, презрительно глянув на растерянного хлыща.

— Формируются воронки перехода!

— Демоны! Расстояние?!

— От тридцати до сорока!

— Численность?!

— Семьдесят три! Это зерги, сэр!

— О боги, у них же на планете были десятки тысяч специалистов.

— Мы под прицелом!

— Маневр, флоту открыть огонь!

Такие знакомые лучи открывающихся воронок, да еще и так близко, было сложно не заметить. Вот с опознанием гостей у Атира возникли проблемы, все же далековато для глаза. Впрочем, что это не подкрепления, он не сомневался ни секунды. Еще до того, как его вызвали на мостик, он уже сорвался на бег. Увы, от обзорной палубы до защищенной рубки, расположенной в центре корабля, было весьма далеко. Он просто не успел до нее добраться. Корабль содрогнулся от удара, его корпус застонал, установка искусственной гравитации словно взбесилась, но все же справилась, сохранив хрупкие жизни обитающих внутри могучего тела мошек.

* * *

Сотни лучей и тысячи импульсов обрушивались на армаду центавриан, рассеявшуюся по орбите. Прижатые едва ли не к атмосфере, изрядно потерявшие в маневре из-за гравитационного воздействия Нарна, да еще и подвергшиеся внезапному нападению, они мало что могли противопоставить зергам. Шушшик, замерев в коконе рядом с подругой, руководил действиями вверенного ему флота возмездия. Прощать гибель такого количества полностью разумных собратьев никто не собирался. Конечно, их души не пропадут, но без прародителя им придется некоторое время провести в темноте и одиночестве. Ничего, это неприятно, но не так уж и страшно. Даже, порой, полезно, когда есть время спокойно обдумать прожитое, спланировать новое.

— Тени, — пришла насыщенная сопутствующей информацией мысль.

— Прародитель и в этом был прав. Работаем.

— В бой!

* * *

Атир смог добраться до резервного командного пункта. Сам мостик и боевая рубка были уничтожены прямым попаданием, прошившим флагман насквозь. Корабль уцелел чудом, придись луч зергов чуть иначе, не измени его направление на какие-то доли градуса броня, и был бы задет реактор с антиматерией, а так они даже сохранили боеспособность.

— Доклад!

— Треть флота в северном полушарии уничтожена, в южном четверть.

— Хаос, — скрипнул зубами Сорат, глядя на мешанину значков на орбите.

Вышедшие на короткую дистанцию зерги были страшными противниками. Их корабли с куда меньшими последствиями переносили интенсивный обстрел. Собственно говоря, обмен залпами превращал центаврианский крейсер в груду обломков, а иногда и просто в шары огня. Более легкие корабли вообще зачастую превращались в облачко быстро остывающей плазмы, слишком уж легко их прошивали насквозь излучатели врага. В девяти случаях из десяти они при этом попадали в реакторы, склады боеприпасов и запасы топлива.

Атир впервые в жизни растерялся. Прорывающийся к флагману тяжелый «Примус» всадил полновесный залп в борт вражеского крейсера, но тот не разлетелся на куски, как можно было бы ожидать, а продолжил вести обстрел пары «Ворчанов». С обидчиком разобралось другое судно зергов, оно прошило «Примус» насквозь четырьмя лучами и добило десятком импульсных очередей. Пострадавший же, закончив с уничтожением эсминцев, начал неспешно выбираться из свалки, ведя вполне результативный обстрел ближайших кораблей Центавра.

Совершенно автоматически, словно робот, Атир начал отдавать приказы. Он не видел выхода из сложившейся ситуации и потому старался просто спасти хотя бы часть флота. Победить было нереально. Разгром неминуем — это адмирал понимал четко. Противостоять неожиданной и массированной атаке, да еще и в столь неудобной тактической позиции, было невозможно. Оставалось уповать на чудо, да не попадаться больше врагу со спущенными штанами. Что зерги обязательно начнут войну против Центавра, Атир не сомневался. Смерть соотечественников они не простят.

— Адмирал, новые цели!

— Сколько?! Направление?!

— Сотня, идут с двенадцать-десять.

— Зерги разворачиваются!

— Немедленно! Всему флоту, уходим в прыжок!

— Сэр?! Мы же…

— Немедленно убираемся отсюда!

— Есть, сэр.

Возникшие словно из пустоты черные корабли, похожие на гигантских крабов или пауков, которые зачем-то обзавелись лишним набором конечностей, сходу атаковали зергов. Те тоже не стали рассусоливать и ударили в ответ лишь мгновением позже. Насыщенные фиолетовые лучи не без труда, но все же довольно быстро справлялись с уничтожением крейсеров, что еще недавно так лихо громили центавриан. Впрочем, их ответный огонь был достаточно эффективным для чуть более медленного, но вполне действенного уничтожения пришлых.

— Формируются новые зоны перехода!

— Плевать. Заканчивайте прыжок!

— Есть, адмирал, — теперь уже никто не сомневался в его прозорливости и верности ранее отданного приказа. Кто бы еще не собирался поучаствовать в драке за Нарн, остаткам армады Центавра лучше было убираться куда подальше.

* * *

Как ни спешил флот под командованием Далита, но ему все равно приходилось замедляться и вбирать в себя спешащие к Нарну эскадры. Спасать союзника было нужно, но при этом никто не желал нести лишние потери и уж тем более проваливать операцию. Конечно, это стоило жизни миллионам нарнов, но тут либо пан, либо пропал. Если планету не удастся отбить сходу, то потерь будет в разы больше — это прекрасно понимали все. Однако никто не ожидал, что в войну вмешаются зерги. И уж тем более, что они ввяжутся в бой с тенями. Нет, это планировалось, но несколько позже.

«Идем на помощь клыкастым», — распорядился Далит, глядя на тактический экран, где десятки кораблей кружились в круговерти боя. Что зерги сильны и давно готовятся, было известно посвященным, к которым относился и адмирал, но честно говоря, после недавней схватки он испытывал некоторые сомнения. Тени оказались весьма неприятным врагом. Да, их можно бить числом и хитростью, но вот так, при примерно равном соотношении сил…

— Вывести данные анализа на мой экран.

— Есть.

«Я был неправ», — удовлетворенно кивнул Далит, вчитываясь в таблицу с данными. Один к полутора, великолепное соотношение потерь.

— Атаковать подранков, в ближний бой не вступать.

— Есть.

— Распределение целей завершено.

— Огонь!!!

Появление солидного флота в тылу не оставило призракам шансов. Если еще недавно им, пускай с трудом, но удавалось уверенно побеждать, то теперь их просто расстреливали. Зерги, буквально вцепившиеся в них на ближней дистанции, не давали возможности маневрировать, пресекая своим огнем попытки уклониться, вынуждая лишь выбирать, чей удар принять на броню. По сути, у теней и выбора-то не было. Получить более слабый, но многочисленный залп от новоприбывших или же более мощный от зергов.

— Они бегут!

— Прекрасно, поздравляю всех с первой победой над древним врагом.

— Сэр, адмирал Шушшик на связи.

— Соединяй.

— Шдрвштвуйте, Шалит, рад ваш видеть, вы вешьма вовремя.

— Адмирал, — Далит встал, приветствуя зерга в их традиционной манере. — Сожалею, что не прибыл раньше.

— Нишего штрашного, главное, мы одолели пришраков, а значит, у наших народов есть шшансы прекратить их притишнения и дурашкие игры раз и навшегда.

— Вместе мы справимся, — кивнул Далит, сжимая кулак.

— Конешшно, братья по орушшию. Мой флот ишрядно потрепан, мы возврашаемся на родину, нам требутся пополнение и воштановление. Вы шправитесь с зашитой Нарна?

— Можете в этом не сомневаться, мы почти не понесли потерь, а Центавр, как я понимаю, не скоро вновь накопит силы для атаки.

— Да, мы шполна накашали их за убийштво шородишей.

— Примите мои соболезнования, адмирал.

— Не штоит, Прародитель примет их души и шо временм они шнова будут ш нами.

— Конечно, — кивнул Далит, немного завидуя столь сильной вере.

— Ваши погибшие тоже не ушли бешшледно, адмирал, — словно прочитав его мысли, наклонил голову зерг, — пока вы помните их, они живут с вами, пока вы продолжаете их дела, они тоже творят историю. Шесть имею, Далит, — на манер принятый во флоте дрази козырнул зерг. — Конеш швязи.

— Отбой, — скомандовал адмирал, отдавая воинское приветствие собеседнику.

* * *

Кахак с болью читал отчеты о происходящем. Мши оказались слишком сильным противником. У них на консервации оказалось невероятно много кораблей, умело запрятанных по множеству миров. Их базы и гарнизоны были куда многочисленней, чем предполагалось. Переданные предателями кадры с сотнями поднимающихся из-подо льда кораблей, что целыми эскадрами устремлялись ввысь, до сих пор заставляли дракха содрогаться, ведь составленные из них флотилии громили сейчас его народ. Развернутые базы оказались той уязвимой точкой, которая заставляла дракхов сражаться. Они просто не успели их свернуть и привычно убраться в глубины космоса. Их прижали, застали врасплох и теперь били, рвали, жгли, уничтожали. Им мстили, страшно и кроваво, беспощадно и жестоко, невероятно эффективно.

Стоило Кахаку прикрыть глаза, чтоб хоть немного отдохнуть, как перед ними вставали страшные отчеты в сопровождении сотен записей. Линкоры мши, всего лишь на четверть уступающие в размере кораблям-базам дракхов, но при этом созданные только для боя. Полностью военные корабли в сопровождении десятка крейсеров и полусотни кораблей меньшего класса, словно стаи волков, рыскали по космосу, раз за разом перехватывая отступающие конвои и эскадры дракхов. Как они столь точно умудрялись обнаруживать их, Кахак не понимал. Вернее, он знал, был уверен — дело в предателях, которым они должны были помогать, но доказать ничего не мог.

* * *

— Халир, нас обнаружили!

— Тревога, запускайте истребители!

Пока из чрева корабля-базы вылетали сотни машин, а эскорт перестраивался, космос расцвел воронками переходов, из которых появился враг.

— Два линкора, — обреченно выдохнул Халир.

— Враг открыл огонь!

Пара гигантов меньше чем за минуту расправилась с кораблем-базой дракхов и присоединилась к добиванию остатков ее эскорта. Впрочем, в этом они особо не усердствовали. Из гаубиц по воробьям не стреляют.

* * *

Лоуч был доволен, уничтожены еще полсотни тысяч тех, кто был повинен в смерти Великой Матери Рода. Хорошо, но мало. Ему хотелось большего. Жаль, что не все стационарные базы дракхов были известны вассалам. Ничего, новейшие сканеры и разбросанные по огромным пространствам корабли зергов с псиониками на борту рано или поздно вычислят их все. От прихвостней теней нужно избавляться, чем скорее их не станет, тем лучше будет всем.

— Клинок, противник уничтожен, ждем ваших распоряжений.

— Возвращаемся на базу, все равно рядом больше нет целей.

«Развеялся, и будет, пора дальше работать», — отогнал посторонние мысли Лоуч, покидая боевую рубку. Куда чаще ему приходилось проводить время в штабе. Кисточка его хвоста так и мелькала в воздухе. Он был доволен краткой стычкой, теперь заниматься рутиной будет куда приятней.

* * *

Очередная разбитая эскадра, не сумевшая прорваться, стала для Кахака последней каплей. Слуги не справились с приказом, это был огромный позор для всех дракхов. Впрочем, сейчас речь шла о выживании самого их вида, и ради этого он был готов пойти на крайние меры.

— Приготовить аппаратуру, я буду просить повелителей о помощи.

— Две минуты.

«А умирать-то не хочется», — неожиданно поймал себя на странной мысли Кахак. Он очень сильно сомневался в том, что после отправки этого сообщения ему позволят сохранить жизнь. Собственно, он должен был расстаться с ней в любом случае. Единственное исключение — прямой приказ не совершать самоубийства. Впрочем, его ведь можно обставить по-разному. Например, возглавить контратаку, он давно планировал провести отвлекающий удар и спасти хотя бы часть своего народа. В его разуме это из нарушения приказа трансформировалось в его выполнение, ведь он спасает представителей собственного вида лишь для того, чтобы выжившие смогли продолжить служение.

— Все готово.

— Начать запись, — распорядился Кахак, опускаясь на колени.

— Повелители, ничтожные рабы ваши просят прощения за дерзость и молят о снисхождении и помощи. Мерзкие предатели, не знающие чести, показали свое истинное лицо. Они нам совсем не помогают в войне с мши. Занимаются лишь укреплением обороны, используют нас как щит от многочисленных атак врага. Они нам даже ресурсов и продовольствия почти не поставляют. Мши оказались слишком сильны для нас, а мы стали слишком уязвимы из-за развертывания стационарных баз. Предатели не знали об огромном количестве кораблей врагов, что были спрятаны на консервации по десяткам их колоний и баз. Нижайше просим оказать помощь в борьбе с мши. Готов понести самое суровое наказание за дерзость и неисполнение вашего повеления. Если Вы не поможете, мы будем уничтожены в ближайшие месяцы, — помолчав пару секунд в коленопреклоненной позе, Кахак дал знак прекратить запись.

— Отправьте это сообщение немедленно, — распорядился он, поднимаясь с колен.

— Уже.

— Приготовить мой флагман, я возглавлю нападение на колонию мши в шестьдесят седьмом секторе второго квадранта. Оставшиеся корабли-базы с минимальным эскортом должны будут воспользоваться этим и попытаться прорваться на территорию предателей, а оттуда добираться до повелителей.

— Есть, — козырнул заместитель, получив согласные кивки остальных дракхов штаба.

Никто не посмел отказать в осуществлении последней воли величайшему из них. Возможно, где-то там глубоко внутри, они были согласны со своим лидером, но не находили в себе силы принять это и открыто поддержать его. Впрочем, на открытый бунт и даже на явную крамольную мысль Кахак был и сам не способен. Он лишь смутно оформил то, что ему шептала искореженная душа, а может, и просто инстинкты, порой их голоса сливаются. Даже сейчас, на краю гибели собственного вида, он был вынужден прикрываться мыслями о благе повелителей, о своем служении им. Думать иначе у него просто не получалось.

* * *

— Кто-нибудь нам объяснит, что за ерунда происходит? Отчего это мы снова вынуждены воевать против всех младших скопом?

— Вообще-то, у нас есть союзники.

— Это вы сейчас про Центавр или про почти уничтоженных дракхов сказали?

— Вот не надо этого! На нашей стороне есть расы Лиги.

— Да? Что-то мы этого не заметили!

— Хватит! В любом случае, у нас нет выбора. Мы либо будем воевать, либо должны снова спрятаться.

— Нет. Мы не собираемся укладываться в спячку на очередное тысячелетие, с нас довольно.

— Давайте дадим бой и воспользуемся старым планом.

— Боюсь, что со старыми планами у нас все очень плохо.

— Ворлоны собираются нас просто уничтожить, они построили чудовищную армаду.

— Они трусы и не будут атаковать прямо.

— А это дает нам возможность переключить внимание младших. Ворлоны наверняка попытаются решить наш спор радикально и примутся уничтожать планеты, что когда-то были под нашим влиянием.

— Скорей уж, вообще все миры, где были замечены наши агенты.

— Весьма вероятно. Мы можем этим воспользоваться.

— Да, это не понравится остальным расам. Предлагаем натравить их на ворлонов. Пусть попробуют то, чем не единожды потчевали нас.

— Да, это вполне возможно.

— Это будет очень интересно, но тем не менее, нам придется воевать, а нас и без того мало.

— Повоюем, не впервой, в конце концов — это наша суть.

— Жаль только, что возможные преемники теперь стали врагами.

— Ничего, мши ворлонам тоже не друзья и даже не союзники.

— Весьма вероятно, что зерги и мши в итоге объединятся против нас и ворлонов.

— Это будет интересный опыт, хоть что-то новенькое.

— Значит, решено, выступаем открыто.

— У нас есть сомнения относительно бывших вассалов мши. Есть вероятность их предательства.

— Мы не согласны, они трусливы, поэтому будут заниматься только и исключительно собой.

— Поддерживаем, удара в спину от них опасаться не стоит, да и, по большому счету, он не имеет значения.

— Согласны. Что они могут нам сделать? Да ничего, они слишком малочисленны и слабы.

— Они могут напасть на дракхов.

— Значит, так тому и быть. Хватит уже с ними возиться, они давно стали бесполезны.

— Но их нападение стоит поддержать, уничтожение флота мши будет полезно.

— Не видим в этом ничего, кроме вреда.

— Напрасная трата сил.

— Они ваш проект, вот и используйте свои корабли.

— Хорошо.

— Решено.

— Согласны…

* * *

Кош боялся, до дрожи боялся того, что к нему придет Шеридан и попросит Ворлон вмешаться. Тени выступили открыто, начались хаотичные нападения на дальние миры и малые цивилизации. Все шло не так, как планировалось, предвиденье не работало, знания будущего, полученные из прошлого, еще недавно дававшие огромные возможности, вдруг иссякли. И теперь решать предстояло самому. Он хотел этого, давно хотел и одновременно страшился. Такого ему не простят, более того, будут в своем праве.

— Посол! — окликнул Коша Шеридан, и тому стоило большого труда, чтобы не парализовать настырного землянина, не подчистить ему память и не сбежать после этого в свои покои.

— Да, — ответил ворлон, мысленно сжимаясь от ужаса.

— Кош, мне нужна ваша помощь. Ваша и вашего правительства. Нам с Делен почти удалось сформировать союз против тьмы, но послы отказываются подписывать договор до тех пор, пока мы не покажем, что можем победить.

Все, что мог Кош — загадочно молчать, глядя на капитана, и материться про себя самыми заковыристыми ругательствами. Уж чего-чего, а их он за свою долгую жизнь услышал много, некоторые даже записывал, по молодости.

— Ваша цивилизация древнейшая в галактике, ваши технологии не уступают призракам. Вы ведь можете их победить?

— Возможно, — как всегда, уклончиво, ответил ворлон. — Время еще не пришло, нас мало, мы не готовы, воюйте сами, — пробормотал он, радуясь, что скафандр не передает эмоций и вообще изрядно упрощает фразы, часто превращая их в загадочный, а порой и вообще малосвязный бред.

— Не смейте поворачиваться спиной к собеседнику, проявите хотя бы элементарную вежливость!

«Да что же ты от меня никак не отстанешь», — взвыл Кош тоскливо, сверля взглядом преградившего ему путь капитана.

— Нам нужна всего одна победа! Покажите всем, на что вы способны!

— Нет, — отказал Кош и впервые пожалел, что дурацкий костюм не позволяет бегать.

— Ах так! Я еще с вами не закончил, мистер! У вас есть пословица «истина исцеляет и жалит», а у нас есть идиома «нефиг пудрить мозги»!

— Грубо, — пробормотал Кош, которому было наплевать на мудрые изречения всех на свете народов, он просто хотел жить.

— Тени уничтожают корабли и колонии, целые цивилизации гибнут, а вы ничего не предпринимаете! Вы обещали научить меня бороться с ними, воевать с легендами, да вы сами легенды! Сколько еще должно погибнуть, чтобы вы вступили в борьбу?

Чем уж последнее зацепило Коша, он и сам не знал, наверное тем, что это была правда. Нет, не правда, а истина, ведь ради этого он и полетел на Вавилон. Он хотел если и не предотвратить, на это и надежды-то не было, то хотя бы минимизировать потери. Игра, начатая в незапамятные времена, давно уже потеряла цель и лишилась смысла, остался лишь сам процесс. Но и он уже не привлекал, утомил последних из самых выносливых настолько, что одна из сторон собиралась перевернуть доску, а потом еще и хорошенько огреть ей по голове другую.

— Ну же, смелее, может быть, еще одна смерть станет тем, чего вы так ждете, — прохрипел Шеридан, а Кош с удивлением обнаружил, что впечатал капитана в стену и почти уже придушил.

— Я выполню вашу просьбу, но не буду при этом рядом, — сдался ворлон.

Пришло осознание правоты Шеридана и презрение к собственной трусости, да и на телекинез были растрачены силы… Кошу было паршиво, он запутался сам в себе, поэтому разрубил клубок противоречий единым махом — отправил послание на родину. Все, что ему теперь оставалось — ждать и надеяться. Сбежать он даже не пытался, тут у него есть хоть призрачный шанс уцелеть, в космосе же он наверняка будет убит.

* * *

— У тебя все получилось, Джон, — улыбнулась минбарка, зайдя вечером в кабинет капитана.

— У нас, Делен, — положил руку на подписанные договора о союзе Шеридан, — у нас.

— Да, — кивнула она, — теперь мы сможем выступить единым фронтом против тьмы.

— Никогда не забуду их глаза, когда эскадра ворлонов разделала теней. Я не ожидал, что они так легко справятся.

— Ну, мы ведь предоставили им точные данные о численности и направлении движения врага, рейнджеры хорошо поработали.

— Согласен. Чаю?

— Кажется, ты начал перенимать чужие привычки.

— Ну, сладости из лавочки Вира действительно очень недурны.

— Согласна, но я все же воздержусь, не хочу растолстеть.

— Тебе это не грозит, — рассмеялся Шеридан, — во всяком случае, Стивен убеждал меня в этом.

— Так-так, кто-то интересовался мной у доктора? — Делен сделала вид, что сердится.

— Как можно, — капитан шутливо поднял руки, — так как насчет зефирок?

— Лучше дай помадку, — махнула рукой минбарка.

— Угощайся, — поставил на стол вазочку со сладостями Джон.

— Спасибо.

Глава 42. Обман зрения

Я не умер? И отчего же? Или все-таки умер? Мысли медленно шевелились в голове или в том, что было вместо нее. Что-то мне плоховато как-то. Или хорошо? Снова чувствую себя крошечным слепым червячком. Мне это не нравится. Да, не нравится, но и не волнует. Любопытство, я должен проявить его. Нужно захотеть. Важно проявить волю. Зачем? Не знаю, но это очень важно. Лениво. Как же мне лениво. Надо поспать. Боли нет. Да! Точно! Боль прошла! А она была? Кажется, была…

Сколько я провел в том странном состоянии, в месиве вопросов и вялого сумбура, сказать было сложно. Впрочем, это и не важно. Главное — удалось собраться! Возможно, я все же уснул, а может быть, аппаратура сумела меня вновь убить, что дало толчок к окончательному изменению. Перерождение состоялось! Пинать эволюцию и измываться над своей сутью пришлось долго и упорно, но результат был получен. Правда, несколько отличный от ожидаемого, и с ним еще предстояло разобраться.

— Прародитель!!! — ударил в разум совместный хор насыщенных радостью и невообразимым счастьем мыслей тех, кто мог поддерживать со мной прямую связь.

Вас когда-нибудь пытались задушить сахарной ватой? Нет? Радуйтесь, вам повезло.

— Шшш!!! Тихо, а то опять распадусь! — отправил я мысль в ответ, от чего стало только хуже, впрочем, потомки сумели оперативно взять себя в руки, мне же оставалось лишь скрипя отсутствующими зубами заниматься восстановлением порушенного.

— Простите! — пришел заметно более сдержанный, но ничуть не более информативный ответ.

— Я снова с вами. Рад всех вас ощущать. Ловушку не вскрывать. Беспокоить только в крайнем случае. Я нестабилен.

Надо разобраться со свой новой формой существования и срочно заняться восстановлением навыков фильтрации мыслеречи. Привычно поставил отметку в планах на будущее, попутно борясь с расползающейся, словно гнилая ткань, сущностью.

— М-мы, п-поняли, — ответ им дался тяжело, ведь каждая моя короткая мысль несла в себе столько дополнительной информации, что всем, кто слышал, пришлось тяжело.

Пусть тайны бытия и секреты мироздания передо мной не раскрылись, благодати и прочего не сошло, но мне и без всей этой мути было чем поделиться. Наверное, за исключением отдельных древностей, я был самым глубоко познавшим жизнь и смерть существом в галактике. Сознательный, да еще и искусственно инициированный переход в новую форму существования, это явно не то, что часто случается. И вот всем, что уже понял, плюс, скажем так, особенностями личного прохождения самого процесса, я с потомками и поделился. Теперь это знание не пропадет, будет проанализировано, обдумано и использовано в будущем. «Теперь и действительно помирать не страшно», — пришла веселая мысль, после которой стало куда легче самопознанием заниматься.

Эх, тяжко снова быть младенцем, и придется ведь отказаться от хвоста, его, конечно, классно было грызть, но тут бы хоть ядро устойчивое надо научиться лепить мгновенно, не до приблуд разных. Хвост — уже высший пилотаж! Так, не отвлекаться, а то снова рассыпался и в излучение перешел. Непорядок, однако.

* * *

— Опять? — пробормотала Сьюзен, еще толком не проснувшись, и привычно потянулась обнять и успокоить Талию.

— Нет, — замотала та в ответ головой так, что ее волосы взметнулись и прошлись по лицу подруги.

— Пчхи, — чихнула Сьюзен, окончательно расставаясь с остатками сна. — Чего тогда вскочила?

— Не знаю, — пожала плечами Талия, поудобнее устраиваясь на руке Ивановой. — Понимаешь, все началось как обычно, а потом изменилось. Это сложно объяснить, я сама не понимаю.

— Так покажи, ты же у меня телепатка.

— Ну, мне сложно вот так просто переступать через вбитые пси-корпусом правила. Смотри.

Сьюзен привычно затянуло в кошмары подруги. Снова мельтешили смутные образы, то обжигающе-холодные, то испепеляюще-горячие. Вновь были смутные силуэты, в которых она профессиональным взглядом военного узнавала очертания кораблей десятков рас, сходившихся в больших и малых сражениях. Снова чувствовала боль и ярость, надежду и решимость, отчаянье проигравших и торжество победителей. Это было уже привычно. Тяжело и неприятно, но уже обыденно. Кошмар, видение, отголосок реально происходящих вокруг событий. Вот только в самом конце сна появилось нечто иное. Какая-то тень, приглушившая сжигающий свет, и пламя, согревшее тьму.

— Ну как?

— Знаешь, ничего не понятно, вспышка какая-то.

— И?

— И все, — пожала плечами Сьюзен, потёршись о макушку Талии.

— Эх ты, — промурлыкала та, плотнее прижимаясь к подруге. — Ветер, — вдруг пробормотала она, — да, точно, я почувствовала ветер.

— М-м?

— По кошмару пронесся ветер надежды, Сью.

— Думаешь, это было видение?

— Не знаю, я же не пророк, просто находясь в эпицентре событий, улавливаю мысли и чувства.

— Значит, это уже реальность.

— Да, — выдохнула Талия, пораженная очевидной, в общем-то, мыслью.

— Вот и хорош-ш-шо, — прошептала Сьюзен ей в ушко.

— Мр-р-р, — поежилась Талия, зажмуриваясь от пробежавших по спине мурашек.

* * *

Первое, что сделала Ладира, проснувшись, — вызвала профессора Ард Тираша для консультации. Вот только он не смог прибыть сразу, что только подтвердило предположения леди о правильном толковании сна-видения. Зато ее навестил лорд Рифа, весьма расстроенный последними событиями.

— Ваши видения были ошибочны, Ладира! — буквально прошипел мнящий себя повелителем Центавра лорд.

— Видения, Рифа, лишь наиболее вероятный путь. Разве в том, что я показывала вам, были бомбардировки Нарна?

— Наш флот был на их орбите!

— И только! Мы сами творим будущее — делами, словами, даже мыслями. Видение прервалось там, где все могло измениться, кардинально измениться, понимаете?

— Перекресток, — кивнул чуть успокоившийся лорд, взяв себя в руки.

— Именно. Вы отдали приказ о бомбардировках, но не подумали о занимающихся восстановлением экологии зергах.

— Признаю, это была моя ошибка, мы их недооценили. Скажите, леди, у вас были новые видения? Вы можете дать мне подсказку?

— Были, и множество, но ничего обнадеживающего или важного. Сражения, в основном. Много и разные. Где-то мы проиграли, где-то выиграли, десятки и даже сотни мелких стычек, вспышки, эпизоды, просто вырванные мгновения.

— Я правильно понимаю, что мы сейчас все еще на распутье?

— Да, лорд Рифа. Мы можем как победить в войне, так и проиграть. Когда наступит перелом, проявятся основные и наиболее вероятные линии, я немедленно извещу вас.

— Благодарю, леди Ладира, и прошу простить мой тон, я слишком волнуюсь за нашу родину.

— Я все прекрасно понимаю, лорд, — улыбнулась центаврианка, — и не обижаюсь на вас. Всего вам хорошего.

— И вам, леди, — поклонился Рифа, прощаясь.

«Старый интриган, прыгнувший выше головы», — фыркнула Ладира и тряхнула головой, прогоняя череду видений. Ей было совсем не интересно узнать о том, что ее недавний гость, оказывается, любит иногда посидеть на императорском троне.

— Если бы не его амбиции, из него бы мог получиться деятельный премьер-министр. Добрый день, леди Ладира, простите, что задержался.

— Нет, министра бы из него не вышло, будь амбиций поменьше, слишком много бы воровал. Добрый день, Ард, рассказывай.

— Главную новость вы, видимо, и так уже знаете.

— Предполагаю, но лучше не тяни, — взмахнула рукой Ладира, которой доставляло огромное удовольствие побыть простой любопытной центаврианкой.

— Прародитель снова с нами, хотя в данный момент он несколько не в форме.

— А…

— Никто не знает, возможно зерги или мши, вероятно, геймы, но точно не мы.

— Да, я помню, что вы больше центавриане чем его потомки.

— И как раз о благе нашей родины нам и стоит поговорить.

— Атир Сорат?

— Да, он для нас весьма важен, сама вселенная свела его с Виром, однако ему потребуется помощь.

— Лорд Рифа не станет мстить герою, не так сразу.

— У нашего гениального адмирала есть завистники, а теперь, когда на нашей стороне почти в открытую сражаются Тени, кое-кто может решить, что и сам не прочь примерить лавровый венок победителя.

— И что вы предлагаете?

— Всего лишь покушение. Нанесем упреждающий удар. Раненый герой станет подобен ограненному алмазу, из самородка превратится в настоящий бриллиант.

— Это не слишком красиво, и вряд ли ему понравится.

— Леди, мы не будем стрелять в него из-за угла, вернее будем, конечно, но предупредим его заранее.

— Его наверняка проверит телепат.

— Это решаемо.

— Хорошо, я попрошу Вира поговорить с ним и объяснить ситуацию. Вы уже знаете всех, кто собирается убрать нашего адмирала?

— Пока они лишь прощупывают друг друга.

— Тогда стоит ли спешить?

— Атир Сорат должен стать непререкаемым авторитетом для солдат и офицеров, в противном случае нас может ждать раскол и гражданская война. Не беспокойтесь, доказательства вины заговорщиков непременно найдутся.

— Хорошо, — кивнула побледневшая леди Ладира, открыв глаза и утерев испарину, — так будет действительно лучше. Если нужно, я покажу ему только что увиденное.

— Надеюсь, до этого не дойдет, все-таки вам это тяжело дается. Вот, прошу, — профессор подал леди фужер с джаллой.

— Спасибо, — благодарно кивнула Ладира, пригубив великолепный напиток.

— Не буду вас больше утомлять, отдохните. Я сам переговорю с Виром.

— Хорошо, всего доброго, Ард.

— Всего доброго, моя леди, — склонился профессор.

«Жаль, что нам не суждено быть вместе», — подумали они одновременно. «Все для блага родины», — снова посетила их синхронная мысль. Браки на Центавре — всегда расчет. Традиция, освященная в веках, и ставшая одним из столпов Республики. Плоха ли она или нет — вопрос вторичный. Важно, что она есть, и работает по сию пору. Впрочем, если бы в большинстве подобных союзов со временем не возникала любовь или же дружба и взаимное уважение, вряд ли обычай продержался бы так долго.

* * *

«По сообщению информированного источника из штаба объединенного командования, верные Земле войска вчера разбили эскадры мятежников у Проксимы. Генерал Уильям Хейг погиб. Остатки его флота были рассеяны, и в данный момент правительственные войска преследуют их. На Марсе продолжаются локальные боестолкновения с разрозненными группами террористов. Флот под командованием адмирала Марии Кисимовой вступил в бой с войсками Зигфрида Паульса у станции Олимп одноименной колонии. В данный момент о происходящем там точных сведений нет.»

* * *

— Десантный бот прорвался!

— Где?

— Красный-два.

— Отправить девятый взвод и седьмую роту ополчения.

— Есть! Девятый, выдвигайтесь в красный сектор, второй уровень. О-семь, туда же.

— Ясно.

— Бежим!

— «Чингиз» получил серию прямых попаданий и отступает, «Атилла» прикрыл его собой, заградитель «Мюрат» уничтожен!

— Умная девочка, — скрипнул зубами Паульс. — Пусть отходят к станции, зеленые эскадрильи — сместиться на фланг центральной группы, начать маневрирование, заставьте их поверить, что собираетесь атаковать.

— Есть. Сделаем.

* * *

— Адмирал, они отступают!

— Вижу, не слепая. Не нравится мне это.

— Нужно атаковать!

— У вас есть военное образование?

— Нет, но…

— Вот и…

— У меня есть полномочия от Комитета Мира! Я приказываю вам немедленно атаковать и раздавить предателей.

— Да пошел ты! Тоже мне, комиссар выискался.

— Как вы смеете! Я отстраняю вас от командования. Капитан, арестовать ее.

— Есть!

— Ты всегда был карьеристом Пол, — хмыкнула Мари, скосив глаза на бластер. — Смотри, не проиграй первый же свой бой.

— Не проиграю. Лейтенант, уведите арестованную.

* * *

— Противник перебросил силы на фланг.

— Отлично, зеленые, атаковать, — Зигфрид в пару касаний обозначил цели.

— Выполняем.

— «Медею» и «Валькирию» на фланг. Пусть зайдут сверху.

— Есть.

— Что там с абордажем?

— Отбились, но потеряли половину роты и весь взвод десантников.

— Плохо, — вздохнул Паульс. — Кто это хоть нас штурмовал?

— Ублюдки из Земной Гвардии, новейшая броня, оружие, но подготовка слабая. Роту положили, остальные сдались.

— Трусы, привыкли с демонстрантами воевать.

* * *

«Из-за некомпетентности и открытого саботажа адмирала Марии Кисимовой верные правительству войска были разбиты Зигфридом Паульсом. Станция Олимп и колония по-прежнему не подчиняются Земле и ведут против нас активные боевые действия. Потери флота еще уточняются, но уже точно известно о гибели флагмана. Бывшая адмирал Кисимова сполна заплатила за свою бездарность. Еще один лидер мятежников, адмирал Раймонд Спрюэнс, со своими пиратами атаковал сегодня утром флот, блокировавший колонию на Проксиме. К сожалению, нашим верным войскам пришлось прекратить бомбардировку и отступить перед численно превосходящими силами врага. Верные правительству бойцы Министерства Мира и Земной Гвардии остались на планете и поклялись до последнего сражаться с врагом.»

— Готов поспорить, что их просто не удосужились забрать, — фыркнул бармен.

— Ты это, потише тут думай, — боязливо оглянулся ближайший посетитель.

— А ты не трясись, словно баба какая, — презрительно скривился другой, с вызовом бросив взгляд на дальний столик, где сидела мрачная парочка, чьи рукава украшали шевроны Ночных Стражей, еще одних выкормышей Кларка и его Министерства Мира.

— Ша, — махнул рукой бригадир докеров, — нечего тут говорильню разводить и кулаками чесать, мы сюда пить пришли, вот и двигайте посуду, — он выразительно побулькал бутылкой.

* * *

Алиса радостно помахала рукой в камеру, улыбаясь лицам, появившимся на экране. Как же она соскучилась по мамам, как же ей осточертел Минбар и его жители. Сегодня она попросит их забрать ее отсюда, решила девочка. Очарование чужого мира давно уже прошло. Она хотела к ним, в последнее время ей просто было страшно тут.

— Привет малышка, как ты? — улыбнулась Сьюзен.

— Нормально, — вздохнула Алиса, собираясь озвучить свою просьбу.

— Сны, — понимающе кивнула Талия.

— Ага, — сбилась с мысли девочка. — Они изменились, в них надежда появилась, словно ветерок прошелся.

— Она и раньше была, но теперь обрела форму и суть, — кивнула Сьюзен, — капитан хорошо поработал.

Понятное дело, что вдаваться в подробности Иванова не собиралась. Тут и защищенность канала не та была, да и не надо девочке-подростку знать про военные союзы против надвигающейся тьмы. Все равно не поймет, только лишние волнения.

— Хорошо, что вы теперь вместе, — улыбнулась Алиса, которая, честно говоря, не очень понимала, как относиться ко всему этому, а потому просто радовалась за двух самых близких и родных женщин, которых она не просто называла, но давно уже в глубине души считала мамами.

— Кхм, — только и смогла выдать Сьюзен, Талия же просто отвела взгляд, слегка порозовев.

— Слушайте, у нас тут недавно такое было! — вспомнила Алиса. — Представляете, прямо в храме двое воинов чуть со жрецом драку не устроили! Даже не знаю, какая муха их укусила.

— И что, ты им разве в голову не посмотрела? — искренне удивилась Сьюзен.

— Не, — замахала руками Алиса, — тут все какие-то напряженные ходят, и вообще, ну, злые, что ли. Я теперь все время щиты в голове держу.

— Что-то мне это не нравится, — Сьюзен накрутила на палец каштановый локон. — Ты ведь давно уже там, и чувствуешь, что напряжение между кастами жрецов и воинов растет. Так?

— Ну, — задумалась Алиса, автоматически копируя маму Сью, — да, когда я только прилетела, и еще толком закрываться не научилась, было что-то вроде зуда, такой писк над ухом, а сейчас… это что-то вроде грозы или барабанов. Я когда на Вавилоне бродяжничала, как-то слышала у бракири такие, ну, тум-тум, тревожные, в общем.

— М-м, это у них комета в пределы системы вошла, они ее вестником смерти считают, вот и проводят церемонию. Мотивчик там, действительно, тревожный.

— Я хотела вас попросить, — решилась Алиса, — чтобы вы забрали меня к себе, на Вавилон, — выпалила она и чуть не зажмурилась от страха.

— Это… — женщины переглянулись между собой.

— Опасно, — сказала Сьюзен.

— Тут тоже опасно! Минбарцы вот-вот гражданскую войну, как на Земле, устроят! — закусила губу Алиса. — Я хочу к вам, мне тут плохо!

— Ну тише, милая, не надо плакать, мы что-нибудь обязательно придумаем. Так ведь, Сью?

— Конечно, — решительно кивнула капитан-лейтенант. — Не волнуйся, дочка, мы тебя обязательно заберем.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо!!! — прижала кулачки к груди счастливая девочка.

— Нужно будет только придумать, как тебя от загребущих лап пси-корпуса защитить.

— Талия, ты ли это?!

— Ай, не щипайся.

— Ой, не могу, — расхохоталась Алиса, глядя на устроенную Сьюзен и Талией возню.

— Сдавайся, — довольно выдохнула победительница.

— Сдаюсь, — притворно-жалобно пискнула проигравшая.

— Уф, — выдохнула Сьюзен, картинно утерев лоб, и убирая подушку.

— Спасибо, — утерла выступившие от смеха слезы Алиса, которая была счастлива, как никогда за последние годы. — Что у вас там новенького? Ну, на Вавилоне?

— Да ничего, — пожала плечами Сьюзен. — Разве что зергов целая толпа недавно прилетела. Наверное, с послом Центавра переговоры проводить будут.

— Или скальп снимать, — хмыкнула Талия.

— Нет, это вряд ли, для такой ерунды и помощников Ошшо бы хватило, — отмахнулась Сьюзен.

— Мне, кстати, они снились недавно. Помнишь, мы с тобой с одним зергом поговорили, перед тем как я на Минбар улетела?

— Шушшик? Конечно, помню, он тут у нас вообще довольно известная личность.

— Ну, вроде бы он мне и снился, правда он немного другой был.

— Хм, он после тебя тоже улетел, на линьку, или что-то вроде того, я как-то не слишком интересовалась.

— Что тебе про него снилось? — спросила Талия, которую с некоторых пор начали посещать смутные опасения.

— Да ничего особенного, он вроде бы с кем-то сражался и, не знаю, волновался за кого-то. Помните, я рассказывала про то, как мне пришлось бы измениться, если бы я в его мир отправилась?

— Угу, — синхронно ответили ее собеседницы.

— Ну вот, там тоже рядом с ним был образ, на ту меня похожий. Только половинчатый такой, от груди и ниже все совсем туманом покрыто было.

— Может, он просто подругу себе нашел?

— Не знаю, может быть. Просто ты про зергов сказала, вот мне и вспомнилось, — пожала плечами девочка.

— Ну, — развела руками Сьюзен, — могу за него только порадоваться.

— А когда вы сможете меня забрать?

— Постараемся как можно скорей. Если у минбарцев дело идет к войне, да даже и просто к беспорядкам… в общем, попробуем в течение недели.

— Максимум, две, — кивнула Сьюзен в ответ на пару обращенных к ней вопросительных взглядов.

Еще немного поболтав, и заверив девочку, что заберут ее с Минбара как можно скорее, они наконец отправили малышку спать, все-таки сегодня разговор затянулся намного дольше обычного.

— Дочка? — хмыкнула Талия, глядя на заставку, появившуюся на экране вместо Алисы.

— Дочка, — решительно кивнула Сьюзен. — И нам нужно о ней позаботиться.

— Согласна, — сжала руку подруги Талия. — Ее нужно защитить от пси-корпуса.

— Судя по вестям с Земли, нам скоро придется выбирать сторону, — вздохнула Сьюзен. — Возможно, и по своим стрелять.

— Все так плохо?

— Все хуже некуда. Союз против Теней — важнее местечковых разборок, но Кларк не даст нам воевать с теми, кто посадил его в президентское кресло.

— Даже так? — прикусила губу Талия. — Тогда мы все равно будем в опасности, и она будет в опасности тоже.

— Я что-нибудь придумаю, от Литы же отстали, когда она стала на ворлонов работать.

— А это неплохая мысль, вот только кто из послов согласится дать ей официальный статус?

— Боюсь, что подойдет не каждый, тут нужен кто-то достаточно влиятельный.

— Тогда выбор невелик: кто-то из триумвирата или зерги.

— Не обязательно, хотя и желательно, — покрутила локон Сьюзен. — Я переговорю с послами, возможно, окажу пару услуг, я все-таки заместитель Шеридана, многие захотят иметь такого должника за сущую ерунду.

— Это будет хороший выход. Я попрошу Литу помочь мне с занятиями. Алиса должна развивать свой дар, она очень сильный телепат.

— Я думала, что после того случая с подсадной личностью вы с ней не ладите.

— Мы с ней об этом не говорили, — пожала плечами Талия, — как-то не сложилось. Не могу отрицать, что немного обижена на нее, но это так, по-детски как-то. Нам вообще стоит быть ей благодарными, сами бы мы еще долго вокруг да около ходили.

— Пожалуй, что так. В ресторан?

— Это уже становится традицией, — рассмеялась Талия. — Идем!

* * *

Морден не мог упустить момент и не поздороваться с Лондо. Все же он был тщеславен, а Молари когда-то позволил себе им пренебречь. Впрочем, так вышло даже лучше. Ведь теперь тот был всего лишь отработанным материалом.

— Печально видеть вас на закате карьеры, — улыбнулся Морден, подсаживаясь за столик посла.

— Меня еще не отозвали, — скривился тот, явно недовольный образовавшейся компанией.

— О, это всего лишь вопрос времени. В коридорах дворца все давно решено. Остались сущие формальности.

— Кому, как не вам, знать, что творится на Центавре, — горько усмехнулся Молари.

— Мне и моим союзникам известно многое, уважаемый пока еще посол.

— Не сомневаюсь. Вот только на любого мудреца частенько бывает довольно простеца.

— Я смотрю, вы совсем оземлянились, — расхохотался его собеседник.

— Не вижу в этом ничего плохого, тем более, что вы-то как раз землянин.

— Да, есть грешок, впрочем, давно исправленный.

— Сочувствую.

— Не стоит, поверьте, я обрел намного больше, чем потерял.

— Вот этому я и сочувствую.

— Ну-ну, не старайтесь казаться умней, чем вы есть на самом деле, Лондо. Радуйтесь, что вам будет позволено прозябать остаток жизни в отставке, а не кормить червей.

— По крайней мере, я не буду рабом.

— Как знать, Молари, как знать. Хорошего дня, — усмехнулся Морден вставая.

— Ничего доброго вам не желаю, мистер раб.

— Пфф, — фыркнул довольный собой и своей мелкой гадостью Морден, гордо удаляясь.

«Хорошо смеется тот, кто смеется последним», — усмехнулся Молари, наполняя бокал отменным бивари. Но Вира нужно вызвать на Вавилон, решил он после пары глотков. Когда меня отзовут, атташе станет временно исполняющим обязанности, а за место посла развернется кулуарная борьба, это даст ему время. Да, время это все, что нам требуется — выиграть лишь несколько месяцев. «Вир справится», — решительно кивнул себе Лондо, допивая бокал. Нельзя терять с таким трудом налаженные контакты с союзниками. Если бы не нарны, все было бы намного проще. Теперь же приходится ждать, пока их не вразумят. Жаль, что придется жертвовать жизнями центавриан, но такова плата. Если бы я мог, с радостью бы расстался со своей, вздохнул Молари, вновь наполняя бокал. Увы, моей смерти слишком мало, а значит, придется еще помучиться. Взять на душу этот грех и нести его до конца. «Как же я себя ненавижу», — пробормотал Лондо, единым махом осушая посуду и кривясь от мерзкого вкуса великолепного напитка. Его смерть ничего не решала, только создавала проблемы, а вот жизнь, о, его жизнь могла изменить многое. И ему придется ее прожить, как бы тяжело это не было.

* * *

— Капитан-лейтенант, поступают странные сигналы из четырнадцатого сектора.

— Опять? Да сколько же можно?! Переслать на мой терминал.

— Есть, мэм.

«Так я и думала», — вздохнула Иванова, получив подтверждение, что сигнал, пусть и изрядно искаженный, все же идет от Вавилона-четыре. Немного подумав, Сьюзен решила не отвлекать капитана, тот и так лишь недавно лег, едва ли не насильно уведенный Делен из штаба. Разрозненные и хаотичные атаки призраков на дальние миры, все ярче разгорающееся пламя гражданской войны на родине, позиционные бои между Центавром и коалицией миров. «Нет», — решительно сжала кулак Иванова, проверить может и Гарибальди.

— Слушаю, — ответил Майкл на вызов.

— Четырнадцай сектор…

— Вавилон?

— Коды совпадают.

— Понял, вылетаю.

— Спасибо. Отбой.

— Конец связи.

Вот только дежурство сегодня все равно обещало быть неспокойным. Это Сьюзен, которая как раз изучала график рейсов, одновременно поглядывая на карту, поняла еще до того, как лейтенант Колин доложил о внеплановой активации зоны перехода.

— Нас вызывает минбарский транспорт, мэм.

— Соединяй, — разрешила Иванова, а что ей еще оставалось делать. — Выведи на мой пульт.

— Есть.

— Здравствуй, Сьюзен, — улыбнулся своей бывшей подчиненной Джефри Синклер.

— Командор? Э… рада вас видеть.

— Я тоже, но у меня мало времени. Скажи, Майкл уже улетел в четырнадцатый сектор?

— Да, но…

— Я все объясню позже. Прошу, не сообщай ему о моем визите. Это важно, Сьюзен.

— Хорошо, — прикрыла глаза Иванова, которая вообще-то думала совсем не о Майкле.

— Что-то не так? — проявил завидную наблюдательность Синклер.

— Отчасти. Если бы я знала, что вы собираетесь лететь к нам, попросила бы привезти дочку.

— Дочку?

— Алиса, девочка-телепат, что бродяжничала…

— Я помню ее, даже как-то раз навещал, когда был по делам рядом с храмом.

— Она рассказывала. Заходите по вектору шесть-девять-три, я вас встречу.

— Спасибо, и разбуди, пожалуйста, капитана, мне нужно переговорить с ним и с Делен.

— Поняла, сейчас извещу посла.

— Не стоит, она уже в курсе.

— Ясно, — кивнула Сьюзен.

— Насчет девочки не беспокойся, я отдам приказ рейнджерам, ее отправят на Вавилон с ближайшим же кораблем.

— Спасибо, командор.

— Пожалуйста, Сьюзен, мы ведь старые друзья и должны помогать друг другу.

— Конечно, Джефри.

* * *

Белая звезда вынырнула из гиперпространства и сходу атаковала шесть истребителей Теней, транспортироваших бомбу к четвертому Вавилону. Боя, как такового, не было: лишенные возможности быстро отцепить свой груз, призраки были уничтожены почти мгновенно.

— Это же Белая Звезда?! — указал на погасший экран Шеридан.

— Да, Джон, но это еще не все. Смотрите, — Делен поменяла кристаллы и запустила новую запись.

Вокруг огромной станции, похожей на юлу, кипел ожесточенный бой. Корабли, отдаленно схожие с современными минбарскими крейсерами, при поддержке совершенно непонятных звездолетов сражались со вполне узнаваемыми звездолетами теней. Видеоряд был явно сшит на живую нитку, что именно и как там произошло, было не слишком понятно, но финал не оставлял сомнений. Прорвавшись к станции, эскадра призраков меньше чем за пять минут превратила ее в груду искореженного металла.

— Тысячелетие назад судьба победы висела на волоске. Тени уничтожили координирующий центр, сердце и разум союза рас, что выступили против них. Казалось, что мы обречены, и наша судьба предрешена, но в час великой нужды случилось вот это, — Делен указала на экран. Запись явно велась с борта корабля, недавно покинувшего гиперпространство. Впрочем, картинка быстро стабилизировалась, и перед изумленными взглядами землян предстал Вавилон-четыре.

— Но… как?

— Это мы, — обвела рукой присутствующих Делен, — похитили станцию и отправили ее в прошлое. Драал и великая машина сейчас направляют поток тахионов и стабилизируют временной разлом. Нам же надлежит исполнить предначертанное. Я уже вызвала сюда флагманскую Звезду. Она будет ждать нас в соседнем секторе, туда же прибудет и помощник от Драала, привезет все необходимое для отправки Вавилона в прошлое.

— Хорошо, — решительно кивнул Шеридан, — не будем терять времени.

— Спасибо, Джон, я в тебе не сомневалась.

* * *

Делегация зергов, что уже не первый час сидела в посольстве, замерев словно статуи, одновременно встрепенулась. После возвращения Прародителя сразу несколько цивилизаций пребывали в состоянии деятельной эйфории. Конечно, он еще не готов был вновь вести их, но и они уже не беспомощные детеныши, лишь недавно появившиеся на свет. Больше того, они вполне могут помочь своему создателю решить мелкие затруднения. Нет, они не сомневались, что он справится, такое им даже в голову не приходило, чтобы Он и не справился, но вот ускорить, помочь с поиском решения, это было в их природе, составляло немалую часть их сути. В конце концов, он ведь и породил их изначально для помощи в делах.

— Меклары прислали новые образцы на основе имплантов теней, которыми пользуются техномаги.

— С мелкими мы и без них управимся, проверено.

— Не стоит рисковать, на Нарне погибли многие истинно разумные, зачем же множить печаль.

— Скоро они вернутся.

— Да, но ведь им предстоит еще расти и вновь осмысливать себя, вспоминать ранее познанное.

— На Прародителя надейся, а сам не плошай, — подвел итог краткому, но бурному по насыщенности обмену мыслями Ошшо. — Идите. Шушшик пойдет с вами, — махнул посол рукой, сливаясь разумом с теми, кто должен был обеспечивать операцию с иной стороны.

* * *

Морден, несмотря на все привнесенные в него изменения, все же не смог справиться с эмоциями. Пусть он и знал правду о тенях и ворлонах, последние все еще оставались для него полумифическими существами. Сейчас же ему предстояло увидеть едва ли не библейский сюжет. Пять демонов против одного ангела. В результате он не сомневался, видел уже однажды похожее, но между мелкой потасовкой и убийством имеется большая разница. Кровь стыла у него в жилах, он чувствовал себя вершителем судеб, ведь это именно он сейчас откроет дверь и навсегда прервет жизнь легендарного существа. Одного из тех, кто стоял у истоков его давно отринутой морали. Дверь с шипением ушла в паз и Морден сделал шаг в сторону, пропуская мимо себя призраков, которые не собирались больше таиться. Обреченный ворлон развернулся к незваным гостям, с ужасом глядя на древних врагов своего народа, что пришли за ним. Пришли убить его. Коша сковал первобытный страх, который, казалось бы, был ему физически недоступен.

— Шдравшштвуйте! — громко раздалось радостное приветствие с характерными шипящими интонациями, от которого Морден и несколько теней явственно вздрогнули. — Мы вам не шшильно мешшаем?

— Ы… — промычал растерявший уверенность слуга и скосил глаза на коготь, упирающийся ему в горло. Самого острия ему не было видно, вот только Мордену и ощущений от него было более чем достаточно.

— Помогите!!! — ухватился за соломинку Кош.

— Ешштешштвенно, помошшем, — улыбнулся Шушшик во всю пасть, а ворлон всерьез начал раздумывать о том, что тени не такие уж и страшные, пусть даже они пришли его убивать. Ведь от зергов-то он даже не знал, чего и ждать.

— Нашшнем, пошшалуй, — взмахнул лапой гость.

Смирно стоявшие до этого монстры, на которых отчего-то мало кто обращал внимание — так, увидели и забыли — сорвались с места и в довольно ограниченном пространстве каюты началась драка. К ужасу Мордена, его хозяевами чуть ли не в футбол сыграли. Нет, они честно попытались оказать сопротивление, но вышло это у них как-то жалко. Нападающие были крупней, сильней и явно компетентней в вопросах физического воздействия. То, что вместе с тенями досталось и ворлону, которого пара зергов ловко выдернула, словно устрицу, из скафандра, вскрыв его как консервную банку, его мало утешало.

— Мишштер Морда, не шшелаете шшупальце или ношшку? — привел в себя легкой оплеухой шокированного вершителя судеб Шушшик.

— Ч-что? — вытаращился тот на зерга в каком-то священном ужасе.

— Шуп иш ворлоша и шаркое иш пришрака. Шшто в них главное? Бышштро!

— С-соус, — ляпнул первое, что пришло на ум, Морден.

— Вы правильно мышшлите, вы не безнадешшны, — улыбнулся зерг, и это стало последней каплей для агента теней, который просто и бесхитростно потерял сознание.

— Мастерство не пропьешь, — хмыкнул Ша, трамбуя ворлона в заранее подготовленный контейнер.

— А то, — фыркнул Шушшик. — Жаль, остальных так не упихать, — вздохнул он и принялся старательно капать слюной на сомлевшего Мордена.

Группа зергов с коконами в лапах проползла мимо посла Молари и лишь последний из них слегка встряхнул свой груз и мило оскалился. Лондо же в ответ поднял руки, и согнув их на манер лап богомола, склонил голову. На его губах была улыбка, которой могла бы позавидовать и Мона Лиза. Впрочем, в столь поздний час ее никто не видел, и это было очень хорошо.

* * *

Огромный корабль неспешно выбрался в обычный космос, словно всплывая из морских глубин, и подобно киту «фыркнул», приветствуя свет звезд и близкого светила, почти невидимого за окружающей его ребристой сферой. Титан неспешно двинулся вперед, скользя в мощном гравитационном поле, лишь ненадолго задействовав маршевые двигатели. Живое судно хотело поскорее добраться до дока и впиться в него мириадами корешков. Пассажиры и экипаж всецело разделяли устремление корабля, лишь капитанша несколько сожалела, что ей придется покинуть уютный кокон и вновь стать собой. Впрочем, в этом были свои плюсы, подумала она, скосив взгляд на стоящего рядом могучего зерга и на миг отдавшись воспоминаниям об их первой встрече в зале перерождения.

— Ч-что это?! — пробормотал Кош, недавно выпущенный из сферы, в которую его утрамбовали во время захвата.

— Прародитель, — ответил с гордостью Шушшик, который и сам был изрядно шокирован видом плавающего в звездной короне существа.

— Это же невозможно?! — проскрипели тени в один голос.

— Пшшшш, — презрительно-насмешливо донеслось со всех сторон.

— Для вас, может быть, — пожал плечами Шушшик, едва не снеся голову ворлону, впрочем, тот вовремя сменил форму на нематериальную, общение с зергами положительно сказалось на скорости его реакции. Теням приходилось хуже, правда, те сами по себе были довольно крепкими и отличались завидной способностью регенерировать. Чего, увы, нельзя было сказать о Мордене. Впрочем, о нем никто не сожалел. Ведь по сути, он был лишь биороботом, который только считал себя человеком.

— Невероятно, — пробормотал ворлон, принимая вид медузоподобного существа. — Мы стремились к чему-то такому многие поколения, но так и не достигли этого.

— Умирать надо было почаще, — фыркнул зерг, восхищенно наблюдая взметнувшийся протуберанец.

— Он что, плещется в короне звезды? — спросил, наклонив голову, призрак.

«Кстати, судя по моим данным, да. Прямо как маленький», — передала мысль управляющая кораблем Шилла, сопроводив ее информацией с сенсоров.

— Ш-ш-ш-ш! — рассмеялся экипаж, бросая взгляды на Шушшика, подруга которого не смогла удержать некоторые лишние образы, эмоции и желания. Посторонние-то их не уловили, вернее, ничего не поняли, но вот зерги, те вполне разобрались и теперь вовсю выражали одобрение.

— Полагаю, ваша встреча с Прародителем откладывается, раз уж у него горячие ванны, — произнес Шушик, не прибегая к передаче мыслей, он совсем не был уверен в своей способности скрыть некоторые планы и устремления на ближайшее время.

— Мы подождем.

— Ничего страшного.

* * *

Тьфу, зараза, чуть не сдох, пока из этого гребанного солнца выбрался. Нет, ну вот на кой черт меня понесло испытывать свою нематериальную форму на способность к полетам в космосе? Захотел, придурок, скорость замерить, детство в одном месте заиграло. Подзарядился, конечно, выше всяческих похвал, но вот честно — обошелся бы еще лет с миллион без подобного экстрима. Да меня же едва не развеяло! Еще и этот гадский протуберанец, нет, к черту, лучше буду половинчатым. Ворлоны явно не идиоты, давно, поди, нашли оптимальный формат существования. Надо будет с Кошем поговорить, раз уж его потомки спасли, да еще и на Орион притащили. Пусть делится, морда тентаклевидная, навыками бестелесного существования. Теней, пожалуй, тоже изучить не помешает, благо, я нынче сам себе не то что лаборатория, а целый НИИ со всем положенным оборудованием.

Глава 43. Рокировка

— Рад тебя видеть, Вир, — сказал Молари, протянув руки для традиционного приветствия. — Ты возмужал.

— А вы еще больше поседели, Лондо, — крепко сжав локти посла, ответил Кото.

— Что поделать, тяжелые времена, да и время идет, а я не молодею. Нет, совсем не молодею, Вир. Ты ознакомился с материалами?

— Да, и сделаю все, как вы велели.

— Прекрасно. Ты закончишь наши дела тут, а я разберусь с делами на родине. Ты хорошо поработал, и я очень рад, что когда все случится, никто не сможет тебя ни в чем обвинить. Мало ли, как оно повернется.

— Но вы сами будете в опасности, Лондо.

— Мне уже нечего терять, Вир. К тому же, у лорда Рифа теперь нет важных союзников, что нам очень на пользу.

— Что-то случилось?

— Можно и так сказать, — хохотнул Молари, направляясь к бару. — Скажем так, некий мистер Морден убыл в бессрочный отпуск. Держи, — протянул он наполненный кубок.

— Спасибо, — кивнул Вир, пригубив марочного бивари. — И что же с ним случилось?

— О, с ним и его друзьями случился сущий пустячок. Им всего лишь повстречался Шушшик с компанией своих собратьев.

— Бедный мистер Морден, — вздохнул Вир и осушил кубок. — Туда ему и дорога, — оскалился он в улыбке.

— Именно! — хохотнул Лондо, разлив по новой. — Из него получился отличный кокон, такой противный, что я даже перестал глупо себя чувствовать в этом их зерговском приветствии, — Молари изобразил богомола с разведенными в сторону лапами.

— Вообще-то… ладно, ничего, — махнул рукой Вир.

— И все же?

— Ну, это у них что-то вроде шутки над нами, мягкотелыми.

— Хм, — задумался Молари, — ну и демоны вселенной с ними, — махнул он рукой.

— Они сами за них, — рассмеялся Вир.

— Да, есть в них что-то этакое. Однако они теперь наши главные союзники и надежда.

— Но им потребуется наша помощь.

— И мы, верней, теперь уже ты, ее окажешь.

— Разумеется.

— Ну-ну, не грусти, Вир.

— Просто мне трудно представить себе Вавилон без вас.

— Ерунда, ты меня отлично заменишь.

— Предлагаете стать завсегдатаем казино?

— Конечно! Центавр силен традициями, и раз уж я стал основоположником одной из них, то тебе придется соответствовать.

— Не все старые традиции стоит сохранять, Лондо.

— Но и не ото всех стоит отказываться, — парировал Молари. — Идем, я тут немного отложил для сегодняшнего вечера, — и он потряс увесистым позвякивающим мешочком.

— Тогда нам стоит сделать кое-что еще, — усмехнулся Вир.

— М-м?

— Традиции, Лондо, традиции, — с этими словами Вир подошел к статуэтке богини Иллариус и окропил ее остатками бизари из кубка.

— Вот, теперь можно и предаться пороку азарта.

— Хм, а пожалуй, ты прав, — кивнул Молари и плеснул в чашу для подношений остатки из собственного бокала, после чего задумался на секунду и вытащил из ящика палочку благовоний. Поместив ее в держатель, он провел пальцем по выгравированной в основании молитве-просьбе. Давно простаивавший без движения механизм не подвел. Статуэтка засветилась, а помещение начали наполнять приятные ароматы. — Вот, теперь все правильно. Идем.

Пропустив Лондо вперед, Вир бросил взгляд на статуэтку капризной и своевольной богини. Удивительно, но ему показалось, что он ощутил на себе чей-то насмешливый взгляд. Все же у посла была не рядовая фигурка для туристов, а настоящее произведение искусства. Повинуясь внутреннему порыву Вир совершенно искренне прошептал молитву и был изрядно удивлен тем, насколько легко она ему далась. А ведь обязательные обращения к богам он учил лишь в детстве, и они ему никогда особо не давались. Слова на старом, почти забытом ныне языке были нелепы и бессмысленно сложны. Тогда они казались чушью, но сейчас внезапно обрели смысл и наполнились глубиной его собственной искренности.

* * *

— Сын, я отправляюсь с флотом в систему Сомаче. Наша месть практически завершена. Еще немного, и от дракхов останутся одни воспоминания. Да примет Прародитель их души. И да не будет он спешить с их возрождением.

— Отец, это моя обязанность! Ты слишком стар и даже говоришь с трудом. Останься дома, позволь мне…

— Нет. Я объявил Священную Войну. Мне ее и заканчивать.

— Ты можешь умереть!

— Тогда война закончится раньше.

— Побеждать не требуется, так?

— Да, сын. Мы — пример. Наглядный урок.

— Боюсь, его не все поймут, а многие вообще сочтут нас…

— Разве это важно?

— Нет, отец. Ты прав.

— Хорошо. Прощай, сынок. В этом теле я не вернусь. Стар слишком.

— Прощай, отец.

* * *

Сотни кораблей, составляющие первый ударный флот мши, тремя колоннами устремились в огромную воронку гиперперехода, поддерживаемую стационарными вратами. Им предстоял путь до шестьдесят седьмого сектора второго квадранта по общегалактической карте. Туда же летели остатки войск дракхов, в надежде отвлечь врагов и дать возможность своим кораблям-базам прорваться на территорию условных союзников. В эту же точку неслись эскадры призраков, той их части, что еще не утратила веру в свой загубленный эксперимент. Быть может, они просто мучились чем-то вроде раскаяния? Кто же их разберет.

Тени давно уже стали подобны собственным слугам, только их господином была идея — не ее дух и суть, а всего лишь буква. Слепое следование когда-то, невероятно давно принятой доктрине вело их долгие и долгие годы. Впрочем, всему приходит конец, даже они устали быть теми, кем стали. По большому счету, они просто не хотели уже оставаться собой. Беда лишь в том, что они не могли принять это сразу, были вынуждены выкручиваться и оправдываться достижением старой цели. Наверное, они просто боялись, там, в глубине, в самой сердцевине своей сути, они банально боялись признать свою ошибку. Сказать себе, что были неправы и принять это, а не ограничиться констатацией факта. Можно ли это рассматривать как свет, родившийся из тьмы? Да! Искра в них появилась, искорка, слабенькая, робкая, горячая и невероятно уязвимая. Но она — была!

* * *

— Противник выходит из гипера!

— Открыть огонь.

— Есть открыть огонь!

Жоц испытывал удовлетворение. Он прошел свой путь до конца, этот бой будет для него последним, и месть будет завершена. Так или иначе. В старом мши не было ненависти или злости, он просто делал то, что должен был сделать. Не больше, но и не меньше.

Выходящие из гиперпространства желто-бежевые корабли дракхов один за другим напарывались на потоки разрушительных энергий, попадали под град из сгустков, похожих то на шаровые молнии, то на вытянутые переливающиеся жемчужины, словно ножами пластались всевозможными полями и гибли, взрывались, разваливались, уничтожались. Броня разлеталась в клочья, конструкции каркаса мгновенно таяли, тела экипажей попросту испарялись, но они все так же шли в свой последний бой. Их орудия били в ответ, и один за другим корабли мши присоединялись к павшим врагам. Значки на проекции тактической обстановки гасли.

— Второй эшелон, вперед. Третий, разделиться, начать охват противника.

— Есть.

* * *

Серия прямых попаданий сотрясла линкор «Жаскаб» в тот момент, когда последние из воронок перехода захлопнулись, породив кратковременный и локальный, но весьма мощный всплеск энергии в виде сонма излучений.

— Палуба два и три, повреждены сектора с пятого по семнадцатый. Батареи шесть, семь и девять уничтожены. Эффективность заградительного огня снизилась на семнадцать процентов. Излучатель-два выведен из строя, пожары в отсеках два и три, склад четвертой палубы уничтожен, нарушение энергоснабжения седьмой батареи, перешли на кристалл, — передал капитану мысль-доклад лейтенант.

— Принял. Развернуться на тридцать градусов, продолжаем вести огонь. Ремонтным командам приступить к ликвидации последствий. Приоритет — излучатель.

— Есть.

— Два корабля в зоне обстрела носовых орудий. Открываю огонь.

— Подтверждаю.

Раненый, но далеко не побежденный линкор довольно шустро для своих габаритов довернул в сторону и его корпус осветился вспышками залпов. Два корабля дракхов, что недавно нанесли ему удар, разлетелись тысячью обломков, но на их место пришли другие.

— Полный вперед! Максимальное ускорение.

— Есть!

Могучий корабль был слишком тяжел, чтобы уйти из-под огня противника. Словно медведь, отбивающийся от своры наседающих на него гончих, корабль отмахивался лапами-выстрелами, превращая врагов в кровавую кашу, но и ему все чаще и чаще приходилось проливать собственную кровь. Доклады о пробоинах и повреждениях шли нескончаемой вереницей, наполняя разум капитана сожалением, заставляя его искать выход из безвыходной ситуации. Их отсекли от своих, окружили, выбивая батареи орудий прицельным огнем, ведь враг прекрасно понимал, что сразу до сердца исполина ему не добраться, и потому старался лишить жертву возможности к сопротивлению. Гончие повисли на лапах, стараясь поглубже вонзить клыки, разорвать сухожилия.

— Вывести реакторы в запредельный режим, приготовиться к самоподрыву, — принял единственно возможное решение капитан Бакур, когда попытка пары крейсеров пробиться к нему на подмогу была сорвана.

— Корабль к самоподрыву готов, — доложил старпом, прижимая уши. Очередное попадание пришлось уже в бронекапсулу командного поста, отчего его изрядно тряхнуло, и несколько световых панелей с хлопком погасли.

— Подрыв, — распорядился капитан, недовольно дернув носом, его чувствительное обоняние всегда резко реагировало на запах паленой проводки, горелой электроники и прочее, что неизменно сопровождает бой.

Кнопка смерти вспыхнула, сигнализируя о конце пути славного линкора «Жаскаб».

— Да примет нас Прародитель, — отправил мысль своему экипажу Бакур, и выждав секунду, решительно вдавил овал, из которого бил столб молочно-белого света.

Разрастающийся огненный шар поглотил десятки своих и чужих истребителей, которые вели бой неподалеку. Мощный выброс энергии кратковременно ослепил ближайшие крейсера дракхов, но впрочем, они быстро справились с досадной неприятностью. Однако чуть позже некоторым из них это все-таки стоило жизни. Мши успели сманеврировать и открыть огонь за то время, что понадобилось пострадавшим на восстановление.

* * *

Своенравная богиня Иллариус лишь посмеялась над своими почитателями, не иначе как из мести за несоблюдение в прошлом положенных ритуалов, и Лондо с Виром проигрались в пух и прах. Впрочем, это их не сильно расстроило. Они прекрасно провели время, прощаясь в самом что ни на есть центаврианском стиле. «Славный был загул», — с теплотой вспоминал Вир. Вот только дела не ждали. Именно поэтому он сейчас спешил на встречу с бывшими вассалами мши. Он должен был убедить их вмешаться в войну с Тенями.

— Приветствую вас, послы, — настолько учтиво, как только мог, склонил голову Вир, — спасибо, что согласились на встречу.

— Здравствуйте, Вир, — шевельнул крыльями токати, — вы друг Лоуча и уважаемый нами разумный, мы не могли вам отказать.

— Но даже не пытайтесь просить нас вмешаться в священную войну сюзеренов, — добавил каурлианин.

— Сюзеренов? — опешил Вир.

— Конечно, — фыркнул Бжум.

— Но… а…

— Есть план противостояния тьме и опаляющему свету, Вир. К сожалению, он потребовал жертв, в том числе и с вашей стороны.

— Вы знали о тенях.

— Да, нас посвятили в древние тайны. Мы могли бы выступить единым фронтом, но тогда это стало бы лишь отсрочкой.

— Такое уже не раз случалось. Нам предложили рискнуть и попробовать разорвать порочный круг, многим это предложили, и все согласились.

— И вы устроили спектакль.

— Увы, — щелкнул клювом Пагроз, — пришлось пролить много крови, но у нас был выбор, и мы все его сделали.

— Почему? Объясните мне, зачем? В чем смысл того, что десятки рас воюют друг с другом?

— Это плата, Вир, — раздался знакомый голос за спиной. — Здравствуй, друг.

— Лоуч?!

— Да, это я, хотя на Вавилоне нахожусь инкогнито и ненадолго. Впрочем, кто отличит одного пушистика, — махнул хвостом мши, — от другого?

— Ты расскажешь мне, зачем все это было нужно?

— Нет, я хочу, чтобы ты сам понял, поэтому буду давать подсказки. Вы можете начинать, — обратился Лоуч к послам, — скоро моего отца не станет, возможно, он уже мертв, а значит, и наша месть завершилась. Как только запись с моим обращением начнет транслироваться по всем каналам, вы сможете нанести удар.

— Наконец-то.

— Давно пора.

— Их всех ждет смерть.

Воодушевленные вассалы мши покинули переговорную, оставив друзей вдвоем. Тем найдется, о чем поговорить, а у них теперь было много важных дел. Пусть все давно готово, но нужно же проконтролировать, вдруг что-нибудь пойдет не так. Никто не желал ударить в грязь лицом и подвести остальных. Привыкшие работать сообща, они собирались по-настоящему доказать, в первую очередь самим себе, что повзрослели и стали самостоятельными.

* * *

— Обнаружены множественные источники помех! Это корабли Теней!

— Вот и хорошо, — кивнул Кавя Зифе, — всем резервам, в бой.

— Атакуем, — пришла череда ответов, слившаяся в единую мысль, окрашенную деловой собранностью и полной сосредоточенностью на предстоящей схватке.

Появляющиеся, словно тени, что постепенно наливаются цветом и обретают форму и суть, корабли призраков попали под массированный обстрел выдвинувшихся эскадр мши. Это было для них весьма неожиданно и крайне неприятно. Нести потери, даже не открыв ответного огня, такого с ними не случалось давно. Избиваемые остатки флота дракхов не смогли обеспечить повелителей прикрытием. Впрочем, они и не пытались, ведь никто их даже не предупредил. Гордыня не позволила их хозяевам даже подумать об этом.

Тем не менее, пусть и с досадными потерями, но тени вступили в бой, и его картина начала стремительно меняться. Не столь легко и быстро, как ожидалось, но сомнений в том, кто победит, ни у одной из сторон не было. Могучие линкоры мши, заставлявшие дракхов трепетать, гибли под огнем черных кораблей после двух-трех прямых попаданий. Крейсерам, как правило, хватало одного, на более мелкие суда вообще никто не обращал внимания, их уничтожали походя, отмахиваясь убийственными лучами, словно от какой-то надоедливой мошкары.

Вот только и тени несли потери, весьма для них неприятные. Полновесный удар излучателями линкоров не оставлял их паукообразному кораблю шансов на выживание. Крейсера не способны были разом уничтожить их, но серьезно повредить вполне могли. Маневренность и системы маскировки не слишком-то помогали избежать ответного огня. По большей части черным кораблям приходилось уповать на броню, а она далеко не всегда была способна спасти их. И тем не менее, не имеющий значительного численного преимущества флот мши проигрывал. Корабли взрывались, разрезались на части, которые с остервенением добивали дракхи, и гибли, гибли десятками.

— Отправить сообщение о нашем разгроме, передать собранные данные, и атакуем, — распорядился первый коготь.

Флагманский линкор, в окружении десятка собратьев и последних крейсеров первого флота, начал разгоняться в сторону кипящей битвы. Судьба их была предрешена, и они не собирались ей противится. Незачем это было. Вот забрать побольше врагов, чтобы те не убили других, тех, кого не успеет спасти Прародитель, этого им хотелось, а о себе они уже не думали. Не для того их создавали, не ради этого они жили. Не о том мечтали.

* * *

— Минбар не может на равных сражаться с тенями.

— Верно, Вир, не может, а ведь за ними стоят ворлоны, у них огромное количество трофеев, и была как минимум тысяча лет на их изучение.

— Сотрудничая с тенями, вы в качестве платы требовали знаний!

— Именно! Конечно, они нам подсовывали, скажем так, порченый товар, но не всегда и не всем.

— А вы объединили все полученное, так?

— Да, Вир, все, кто участвует в заговоре против изначальных, обменялись дарами, полученными от теней и ворлонов, те ведь тоже не сидят на месте, шевелятся понемногу, вяло, конечно, но нам хватает.

— Значит, вы можете биться с ними на равных?

— Можем. Орион — это не станция вроде этой, — Лоуч постучал пальцем по столешнице, — а совсем иное.

— Вы готовите флот для битвы?

— Не только мы, корабли много где строят, ведь сейчас, по большей части, мы воюем старьем.

— Зачем же вы допустили нашу войну с нарнами?

— Тому было много причин, назови основные сам, ведь ты же думал о них.

— Читаешь мысли?

— Нет, в этом нет необходимости. Достаточно того, что я тебя хорошо знаю и верю в твой ум, способность понимать, даже прозревать суть, если хочешь.

— Спасибо, конечно, — смутился Вир, стараясь не показать, как ему приятно слышать о себе такое.

— Итак?

— Вы были не готовы, поэтому жертвовали малым ради большего?

— Да, и прости, что этим «малым» оказались твой народ и нарны.

— Ну, нам давно пора было встряхнуться, ведь мы деградировали.

— Не только вы, нарны тоже, их жажда мести была слишком сильна, она их просто сжигала. Всю расу целиком, это страшно, Вир, поверь мне, как телепату.

— Верю, Лоуч, даже я, не обладая твоими способностями, видел это во взглядах, которые на меня бросали нарны здесь на станции, а ведь среди них были мои ровесники. Мы с ними родились уже после окончания оккупации, они не знали ужасов нашего режима, а я никак не был к ним причастен, но они все равно были готовы вцепиться мне в горло.

— Да, нам с Шушшиком пришлось пару раз вмешиваться, гася порывы некоторых из них.

— Если не сейчас, то позже, но мы бы все равно сцепились с ними.

— Наверняка, а теперь появился шанс что-то изменить. Примирить ваши народы сложно, но можно. Начать придется с малого, с того, что конкретные центавриане простят конкретных нарнов и наоборот, а там, кто знает, возможно все и образуется.

— Надеюсь дожить до этого и сделаю все от меня зависящие. Вы ведь поможете?

— Конечно, Вир, мы же друзья.

— Но сперва нам надо разобраться с изначальными. Так?

— Да, они заигрались, и им пора уйти. Дети выросли, они хотят совершать свои поступки и нести за них ответственность самостоятельно, а древние душат нас в своих объятьях. Иногда в буквальном смысле.

— Что потребуется от меня?

— Пока что ничего, ваш заговор против императора и лорда Рифа — это и есть ваш вклад в общее дело. Мы убрали Мордена, тени ошиблись, завязав на него слишком многое, они вообще почти не действуют сами, впрочем, как и ворлоны, слишком высоко задрали они нос, вот и поможем им его разбить, споткнувшись.

— Ясно, ну что ж, тогда буду изображать из себя копию Лондо.

— Да, этого будет достаточно, чтобы тебя назначили официальным послом. Ты будешь просто говорящей головой, это удобно многим, а то, что ты однажды проявишь самостоятельность, станет для них большим сюрпризом.

* * *

Не успели адмиралы дракхов порадоваться, что им удалось добраться до секторов предателей, как те их атаковали. Просто и бесхитростно открыли огонь по кораблям-базам и сопровождающим их судам. Шансов на спасение у последних представителей цивилизации рабов не осталось. Внезапность, помноженная на тщательно подготовленную ловушку, и численное превосходство нападающих превратило сражение в бойню. Впрочем, простым расстрелом их враги не ограничились. Как-никак, самые преданные и доверенные слуги теней могли обладать полезной информацией. Поэтому, расстреляв орудия и двигатели их кочующих домов, разделавшись с немногочисленным эскортом, они отправили на корабли-базы своих десантников.

* * *

— Слушать сюда, бараны безрогие, — промычал лейтенант Чокыб, привлекая внимание своей роты. — Действуем как на учениях, вперед не лезем, на броню не полагаемся, гранат не жалеем.

— Так точно!

— Выходим на цель через минуту! — доложил пилот абордажного корабля.

— Рога в шлемы! Приготовиться!

Пусть времени было немного, но Чокыб успел выборочно осмотреть своих самых молодых и неопытных подчиненных. К его удовлетворению, нареканий не было. Не зря он их столько гонял. С теплотой и, по старой привычке матом, помянув добрым словом сержанта мши, который обучал когда-то его самого, лейтенант захлопнул массивное забрало. Перед глазами тут же возникла синтезированная броней картинка, расцвеченная зеленью. Точки-значки его бойцов, небольшая карта в углу, схематичное изображение доспехов с основными показателями. Все было в порядке. Толчок возвестил о приземлении борта и лейтенант махнул лапой, одновременно прищелкнув языком, давая команду шлему на отображение внешней картинки.

* * *

Прорезать уже поврежденную броню было несложно. Затем сработал вышибной заряд, и часть обшивки унесло внутрь корабля-базы. «Неудачно», — фыркнул Чокыб при виде того, как ворвавшиеся первыми бойцы полегли под плотным огнем врагов. Видимо, контрабордажная группа или отряд военной полиции дракхов, или, кто знает, что у них там было, случайно оказался рядом с местом проникновения. Командующий первым взводом действовал грамотно и жестко, расчистив плацдарм ракетами и гранатами. «Вперед! Вперед! Вперед!» — проорал лейтенант и сам поспешил покинуть доставивший их транспорт.

Бой кипел по всему кораблю, в котором неожиданно оказалось слишком много вооруженных врагов. В принципе, к чему-то подобному они и готовились, но дракхи не просто оказали упорное сопротивление, но и делали это вполне грамотно. Рота Чокыба уже потеряла половину бойцов, и лейтенанта мало утешало то, что врагов они разделали впятеро больше. Броня помогала, но не была панацеей. Больше всего дракхов удалось накрошить, сойдясь с ними врукопашную на перекрестке, вот там преимущество десантников в оснащении сказало свое веское слово. Жаль, что враг быстро разобрался и теперь не повторял таких ошибок.

— Лейтенант, к нам пробиваются остатки соседней роты, парней зажали на складе.

— Паршиво, — Чокыб быстро оценил обстановку, выведя на экран план-схему корабля. — Так, первый взвод, идете на помощь нашим, остальным занять оборону.

— Есть!

Получив хотя и потрепанное, но все-таки подкрепление, им будет легче пробиться к реактору, обозначенному как цель. Старшие успели хорошо изучить вражеские корабли, да и инженеры самих ксонов в них покопались, поэтому десантники знали, как предотвратить подрыв корабля-базы. Оставалось только пробиться и сделать это. Стимул в виде опасности для собственных жизней весьма способствовал отказу от природной вальяжности и флегматичности ксонов.

* * *

— Долго еще?! — взревел Чокыб, прячась за углом от ответного огня.

— Пять минут! — отмахнулся приданный его роте инженер, который вместе с техниками и саперами курочил захваченный реактор.

— Поторопитесь, — выдохнул лейтенант, отправляя в коридор последнюю гранату.

Получив подкрепление, им удалось прорваться к нужному отсеку и довольно быстро его зачистить, вот только вслед за этим начались большие проблемы. Дракхи не сумели вовремя взорвать корабль, видимо, надеялись отбиться или хотели побольше врагов с собой забрать, кто их поймет, но теперь они как будто обезумели и лезли безостановочно, пытаясь отбить хотя бы один из реакторов.

Выстрел, враг падает. Перекат, короткая очередь, и еще двоих больше нет. Вскочить, срезать очередью выскочившего гада. Прыжок рыбкой, над головой прошла серия импульсов. Подстегнутый химией разум мимолетно отмечает еще одну погасшую точку. Выстрел. Выстрел. Очередь на пять импульсов. Рывок за укрытие, слева взрыв, вовремя. Высунуть оружие и дать очередь веером, попутно осмотревшись. Удачно попал — прямо в голову. Хрипы и сипение на общем канале. Еще одна точка погасла. Прыжок, перекат, выстрел, выстрел, выстрел. Мимолетная радость сменяется вспышкой боли. Укол в спину. Очередь. Щелчок языком. Выстрел, выстрел, очередь. Противный писк, сигнализирующий о критических повреждениях брони, умолк. Выстрел, очередь, рывок к укрытию. Перезарядка.

— Готово! — приходит долгожданный рапорт инженера.

— Хвала Прародителю, — просипел, булькая пузырящейся на губах кровью Чокыб, презрительно прищурившись на подкатившийся к нему шарик гранаты.

* * *

«Мы прерываем наш репортаж в связи с экстренным сообщением. Два часа назад стало известно о начале гражданской войны на Минбаре. Недавние массовые столкновения между кастами жрецов и воинов, произошедшие в день памяти Валена, переросли в полномасштабные боевые действия. В данный момент связь с нашим посольством и миссиями на территории Минбарской Федерации полностью прервана. Каких-либо сведений о гражданах Земного Альянса, находящихся сейчас на минбарской территории, пока не поступало.»

— Мне срочно нужно лететь на родину! — подскочила Делен, которую эта новость застала на совещании у Шеридана.

— Возьми эскадру Белых Звезд.

— Нет, силой тут ничего не решить, и если я появлюсь во главе флота, то сделаю только хуже.

— Но…

— Джон, я знаю, что делать. Думаю, что знаю, — поправилась Делен, сжав руку Шеридана, — но я должна поспешить. Мы не можем позволить себе лишиться поддержки Минбара в войне с тенями.

— Я понимаю, — вздохнул капитан, подумав, что вряд ли когда-нибудь научится до конца понимать Делен. — Прошу тебя, будь осторожна.

— Прости, Джон, я не могу обещать тебе того, чего не собираюсь исполнить, — грустно улыбнулась минбарка, коснувшись его щеки. — Мне надо идти.

— Все же, не рискуй напрасно, без тебя я не справлюсь.

— Напрасно не буду, обещаю.

* * *

Все, что оставалось Алисе — забиться поглубже в развалины храма и дрожать, сжимаясь в комочек от холода. Ей удалось чудом пережить устроенный кастой воинов налет и последовавшую за ним бомбардировку. Просто повезло. Вроде и металась она бестолково, как и все вокруг, но ни осколки, ни обломки рушащегося комплекса ее не задели. Когда вокруг падали окровавленные тела, когда ее ментальные щиты снесло от разлитой вокруг боли и страха, когда она оглохла от грохота разрывов и криков, тогда она просто перестала соображать и, поддавшись инстинктам, просто забилась в ближайшую щель, где и просидела неизвестно сколько.

Она ждала, долго ждала что кто-нибудь придет и поможет ей выбраться, но никто не приходил. Стоны раненых понемногу стихали, а Алиса зажимала уши и укрепляла щиты разума, лишь бы не слышать и не чувствовать умирающих. Потом ей стало стыдно, и она разозлилась на себя и на дурацкий мир, который не дает ей спокойно жить. Гнев отогнал холод, помог собраться, заставил ее наконец двигаться. Она решила, что надо помочь хоть кому-нибудь, вот только помогать к тому времени было некому. Все уже умерли.

Единственное, что ей оставалось — плакать, но слез не было, не было совсем, а вокруг были только трупы. Много окоченевших трупов. Еще был окутанный дымом город вдалеке. Первым ее порывом было пойти туда, но Алиса быстро с ним справилась. Не сама, но ей помогли вырвавшиеся из-под облаков лучи, их было плохо видно, в отличие от последствий их удара, уничтожившего далекий город. Девочке стало так обидно, что она просто села на ближайший камень и провалилась в себя, отрешилась от мира. Ее глаза смотрели на далекие взрывы, на заметное даже с такого растояния пламя и на жирный черный дым, но совершенно ничего не видели.

Время вновь пропало, исчезло, перестало иметь значение. В этом мире не было ничего важного для Алисы. «А как же мамы?» — пробилась сквозь болото апатии одинокая мысль. Словно стилет, образы Талии и Сьюзен пронзили ледяную корку, что броней сковала ее сердце и разум. Девочка вяло пошевелилась, и тут ее взгляд наткнулся на минбарца, который, видимо, перед смертью пытался закрыть собой подругу или, может быть, жену. «А может, она вообще его сестра», — пробормотала Алиса, задумчиво глядя на два изломанных тела. Ей показалось неправильным, что они вот так лежат здесь, и она решила оттащить их в сторону, положить рядом. «Пускай хотя бы в смерти они будут рядом», — подумала она, при помощи какой-то палки сдвигая кусок массивного камня. Ее, странным образом, не волновало весьма отталкивающее зрелище раздробленных конечностей минбарцев. Впрочем, на лики войны она уже успела насмотреться, и теперь ее разум просто игнорировал такие мелочи. Тут бывали трупы и похуже.

* * *

— Помогите ей, — распорядился Алит Неру, с ужасом посмотрев на маленькую человеческую девочку, волокущую по кровавой колее изуродованный труп какого-то минбарца к веренице других запорошенных пеплом минбарских тел.

— Да, военачальник Алит, — сглотнул стоящий в горле комок очнувшийся от сюрреалистической картины воин.

Нурун, правая рука главы касты воинов, отвернулся и направился к флаеру. Теперь он знал, что ответить на послание Делен.

* * *

— Ну что? — вскинулась Талия, когда в их каюту вошла осунувшаяся Сьюзен.

— Я поговорила со всеми. Некоторые обещали помочь, если представится возможность.

— С ней все в порядке, Сью — слышишь, в порядке!

— Как с ней может быть все в порядке?! Храм, где она училась, разбомбили!

— Она жива, я это знаю, чувствую.

— Только это и не дает мне послать все к черту и напиться, а потом угнать первый попавшийся корабль.

— Тебе надо поспать, ты же третьи сутки уже на ногах.

— Некогда мне спать! Тени наступают, ворлон пропал, его корабль взбесился, мы его лишь кое-как из дока выпихнули, мши разбиты, дома гражданская война, на Минбаре то же самое, а Центавр снова наступление начал, по всем фронтам бои идут. Одна радость, что бывшие вассалы мши дракхов добили и теперь против призраков воюют.

— Иди сюда, — похлопала по дивану рядом с собой Талия, — давай просто пять минут посидим. Тебе надо хоть немного успокоиться.

— Хорошо, — вздохнула Сьюзен. — Еще и Алиса пропала, — всхлипнула она, сбрасывая обувь и подтягивая ноги.

— Она жива, это главное, — погладила Талия дрожащую подружку по голове. — Сью, ты сильная, ты офицер, но надо иногда побыть слабой, ведь ты не можешь быть везде, нам не все дано исправить. Мы не все можем сделать сами, иногда надо просто подождать, довериться другим…

Под бормотание и поглаживания пригревшаяся в объятьях Сьюзен не заметила, как провалилась в сон. В отличии от подруги и дочки, ее редко посещали видения, но сегодня они пришли к ней. Она видела снег и трупы, много изуродованных трупов, которые не хотели оставаться под завалами, они хотели видеть небо мертвыми глазами. Это было страшно — знать, чего хотят мертвецы. Усталость, боль, слабость, холод, давно переставший бурчать от голода живот и затухающий огонек надежды. Сьюзен кричала, запрещала сдаваться, требовала бороться и вот, когда казалось, что уже не осталось сил, пришла помощь.

Мир изменился, убитые прощали своих убийц и уходили, без зла и ненависти, уходили куда-то туда. Алиса засмеялась, легко и весело, а к Сьюзен подошел воин, в котором та узнала когда-то прилетавшего на Вавилон минбарца. В его глазах она читала волнение, и ей даже не надо было заглядывать для этого в чужой разум. Сьюзен попыталась объяснить ему, что произошло. Алиса вытерла выступившие от смеха слезы, кровь, что была на ее руках оставила разводы на лице. Сьюзен лишь посочувствовала воину, уловив отголосок его мыслей, беднягу теперь будет долго преследовать один и тот же кошмар — человеческая девочка с глазами, подведенными кровью минбарцев. Убитых им и его собратьями по касте соотечественников.

— С ней все хорошо! — выдохнула Сьюзен, просыпаясь.

— Ты видела?

— Да, очень четко, я была ей, а она — мной.

— Нам придется еще долго приводить ее в порядок, — вздохнула Талия.

— Да, с таким не каждый взрослый справится, но все-таки она жива и скоро будет на Вавилоне.

* * *

Светящееся пятно неспешно дрейфовало сквозь ветвистые молнии, несомое ураганами. Ворлон был все так же своеобразен и неприветлив, и все так же прекрасен для своих обитателей.

— Мы разочарованы и присоединяемся.

— Армада готова, мы можем выступать открыто.

— Предлагаем послать наблюдателя к младшим, возможно от него что-то осталось.

— Мы против, слишком опасно.

— Он всегда был сам по себе.

— Молодой и глупый, он выбрал свою судьбу.

— Хотел изменить судьбу, в итоге расстался с вечностью.

— Мы говорим, нет.

— Всех их коснулась тьма.

— Выжжем ее раз и навсегда.

— Закончим дело и уйдем.

— Да.

— Согласны.

— Выступаем.

— Присоединяемся.

— Вы забыли про носителя.

— Зачем она нам? Пусть уходит.

— В ней знания.

— Уберем.

— Старые инструменты не нужны. Пора расчистить кладовку.

— Давно бы так.

— Армада ждет. Оставим их на волю судьбе.

— Природа сама позаботится о них.

Впервые за многие и многие годы, ворлонцы разделились, пятно света распалось на множество светлячков, которые разлетелись по кораблям, мирно дремавшим на поверхности. Не успел суровый мир совершить и пары оборотов, как из его бурной атмосферы начали появляться исполины. Один за другим гиганты в окружении стай более мелких «прилипал» покидали Ворлон. То же самое, но в куда меньших масштабах, происходило и в других мирах некогда великой империи, от которой остались лишь легенды. Может ли быть что-то страшнее оживших сказок, мифов и древних преданий?

* * *

— Да зачем же мы должны вмешиваться в дела землян?!

— Правильно! Сами заварили кашу, вот пусть сами и расхлёбывают.

— Мы тут куда серьезней дела решаем!

— В конце концов, мы же хомо, а не земляне!

— …

— Все проорались? Есть еще желающие позлорадствовать или высказаться, что мы лучше, а они нам никто и звать никак? Нет? Прекрасно, тогда голосуем. Кто за вмешательство в дела Земного Альянса и за то, чтобы оказать помощь восстанию? Единогласно. Я в вас не сомневался.

* * *

— Председатель, вы мне не объясните?

— Что именно, адмирал Паульс?

— Почему все главы миров Союза проголосовали «за»?

— Вас, вероятно, смутила их риторика?

— Мягко говоря, да.

— Все дело в менталитете, если хотите. Мы, знаете ли, несколько обижены на родину, но при этом вовсе не желаем ей зла, и даже наоборот, готовы помочь. Что, собственно, мы и сделаем в ближайшее же время. К сожалению, у нас не так много военных возможностей, мы все-таки довольно малочисленны, но то, что есть, будет предоставлено в распоряжение капитана Шеридана.

— Хм. Он, конечно, достойный человек и многое делает, но почему все-таки именно он?

— Честно говоря, нам не объясняли подробно и, вообще-то, не настаивали, но дали совет. Это случается не часто, так что мы предпочитаем прислушиваться.

— И кто же вам его посоветовал?

— На самом деле, многие, если не сказать, что вообще все. Большинство цивилизаций он впечатлил, ведь ему удалось сколотить союз против теней. Прям-таки армию света создать.

— Вы это так, м-м, скептически сказали.

— Уж как мог, будь у вас вот это, — председатель расстегнул ворот и продемонстрировал небольшое уплотнение в районе ключицы, — я мог бы рассказать вам все, что знаю, а так, уж извините, — развел он руками, — но вы слишком уязвимы, а потому приходится молчать.

— Мне доводилось слышать про эти… штуки, но, насколько мне известно, их еще никто не сумел исследовать.

— Для того и создавались, — пожал плечами председатель. — Мы окажем вам помощь, адмирал, через Шеридана и наших друзей на Марсе. Капитан — отличный стратег и тактик, думаю, она справится. Теням скоро придется несладко, они начнут искать место для баз, захотят прикрыться другими, чтобы подставить своего извечного оппонента, и нам будет очень жаль, если ворлоны уничтожат Землю.

— Да уж, не хотелось бы.

— Нам тоже, Раймонд, и это одна из причин нашего выступления.

— Хорошо, я вас понял и благодарю за разъяснение.

— Пожалуйста, и да, вы правильно думаете, мы изменились намного больше чем кто-либо мог предположить.

— И двух десятилетий же еще не прошло.

— Нам хватило, — пожал плечами хомо. — Всего вам доброго, адмирал.

— И вам тоже, председатель.

* * *

Над древними, почти занесенными песком куполами все так же свирепствовали ветра, порождая пылевые бури и закручивая торнадо. Пустынный мертвый мир, лишившийся былого величия и славы. За’ха’дум — синоним ужаса и символ отчаяния для множества рас, столкнувшихся в свое время с населяющими его существами. От большинства тех, кто когда-либо слышал это древнее название, уже не осталось следа. Тела их истлели в прах, и даже руины их цивилизаций обратились в пыль. Неудачники и слабаки — таково было мнение виновных в произошедшем. Впрочем, сейчас они сами были на пороге того, что сами много раз делали с другими. Вот только они этого не видели, не понимали и даже не задумывались. Большая часть их истории напоминала пологий спуск с огромной горы, на которую они в свое время взобрались по отвесному склону. Склон, по которому катилась одна из древнейших и величайших цивилизаций, имел столь малый уклон, что был почти незаметен. Собственно, они и не замечали этого, устав от спуска гораздо раньше, чем достигли финала.

— Мы давно говорили, что они бесполезны.

— Надо было их самим уничтожить, не пришлось бы тогда нести такие потери.

— Мы хотим наказать мши.

— Нет, мы против.

— Если хотите, используйте остатки своих кораблей.

— Их недостаточно!

— Тогда ждите, пока вырастут новые.

— Можете атаковать предателей.

— Мы используем облако.

— Страх всегда был отличным оружием.

— Мы не возражаем.

— Давно пора было показать нашу истинную мощь.

— Мы не против, это займет многих. Пусть подумают.

— Провокация ворлонов сорвалась.

— Нет, они выступили, все наши ресурсы направлены на отслеживание их флотов, они концентрируют силы.

— Хорошо, уничтожим несколько поддерживающих их миров, тогда и сами они не будут церемонится.

— Центавру нужна помощь, он отвлекает на себя значительные силы, которые могли быть использованы против нас.

— Мы вас поддержим.

— Присоединяемся.

— Целесообразно основать на их родном мире военную базу.

— Предлагаем частично рассеять наши силы по мирам.

— Снова прятаться?!

— Нет, это будет приманка для ворлонов. Создадим сеть баз и форпостов. Пускай побегают.

— Они разделятся.

— Не сразу, вначале они должны убедиться, что мы слабы.

— Зачем нам это?

— Мы будем атаковать их, они нас, но от их нападений пострадают другие, которые рано или поздно ударят в ответ. Против малых сил они не побоятся выступить и даже смогут победить.

— Наши технологии позволят им нанести поражение ворлонам. Они решат, что достаточно сильны и могущественны. Они начнут войну.

— И тогда мы уйдем, оставив их одних против всех. Признаем их победу, превратив в нас.

— Они могут справиться.

— Только если уничтожат всех, что означает их проигрыш.

— В любом случае, пора использовать наше главное оружие.

— Заодно и ворлонов напугаем.

— Согласны.

— Поддерживаем.

— Мы за.

— Да.

* * *

Лита Александер прибыла на Вавилон рейсовым кораблем пакмаров. Ее буквально выставили из сектора ворлонов, как всегда, ничего не говоря и не объясняя. Сказать, что подобное отношение ее раздражало, значило бы погрешить против истины. С тех пор, как она заглянула в разум Коша, а потом увидела его без скафандра, максимум, на что ее хватало — винить себя в неполноценности. Кто она такая, чтобы осуждать или сомневаться в них? Одна из немногих избранных, которой было даровано счастье прикоснуться к великим. Ничтожество, которое они в своей бесконечной доброте подпустили к себе. Порой она задумывалась, зачем они возятся с ней, вернее, почему это делает посол. Другим она была неинтересна, это она понимала ясно и четко. Собственно, они и не скрывали своего истинного отношения к сосуду, который иногда использовал их соплеменник для наблюдения за низшими расами.

За этими размышлениями и под тихое бурчание желудка, ведь принимать пищу на корабле пакмаров она по понятным причинам не рискнула, Лита добралась до посольского сектора. В дыхательной маске не было нужды, ворлоны давно уже имплантировали ей нечто вроде жабр, наделив возможностью дышать в широком спектре разнообразных атмосфер. Давалось ей это не слишком-то легко, порой вызывало дискомфорт, но в целом это было удобней маски с фильтрами или с ограниченным запасом кислорода в баллоне. Машинально распустив шарфик, прикрывающий по паре крупных щелей на горле, она сделала первый вдох. Это было болезненно, но вскоре боль пройдет, не впервой. Подождав пару минут, она провела личной карточкой по считывателю и вошла в покои посла.

— Привет, — взмахнул крылом монстр, не отвлекаясь от раскатывания теста.

— А… — Лита растерялась, оглядывая изменившуюся обстановку, — где посол Кош?!

— Я за него.

— Ты?

— Ага, позволь представиться, я Ошшо, — человекоподобное существо поклонилось, выставив вперед ногу и разведя в сторону крылья, вернее, костную основу под них, самих перепонок или там, перьев, Лита не заметила.

— А…

— Давай проще, а? — постучал по виску испачканным в муке пальцем чужак. — Читай, ты ведь телепат, — улыбнулся Ошшо.

Удержаться было выше ее сил, тем более — это действительно изрядно сокращало время и давало ответы на все ее вопросы.

— Ты как? — задал вопрос склонившийся над очнувшийся Литой зерг.

— Плохо, — свернулась она калачиком, во второй раз переживая крушение мироздания, и пытаясь осознать свое место в нем.

— Ну-ну, не расстраивайся ты так, мы своих не бросаем, — хмыкнул Ошшо, притягивая телекинезом тарелку с чудесно пахнущей свежеиспеченной пиццей. — Возьми вот, заешь стресс, голодная ведь.

— Можно воды? — пробормотала Лита, чувство голода у которой временно потеснило все остальное.

— Может, лучше соку?

— Фше рафно, — пробубнила она с набитым ртом.

На этот раз Ошшо предпочел не выделываться и просто сходил до холодильника. Все-таки телекинез отнимает чертовски много сил.

— Спасибо, — поблагодарила, расправившись с угощением, Лита.

— Пожалуйста. Ты как, тут заночуешь или к себе пойдешь?

— А…

— Я тут с недавних пор живу, а то Шеридан и Делен волнуются, а нам они нужны бодрыми и уверенными, очень уж личности сильные и непредсказуемые. Настоящие уникумы, Прародитель их портить опасается, и так уже в одного неудачно вмешался по молодости.

— Ошшо, а это твой настоящий вид?

— Сейчас да, так что не волнуйся, я же не ворлон какой-нибудь, чтобы тебе мозги пудрить.

— Почему?

— Ну, проще всего, наверное, будет сказать «так получилось», — пожал зерг могучими плечами.

— Как это так?

— Да вот так, бредово, — снова пожал плечами Ошшо. — Ты что про души знаешь?

— Только то, что в твоем разуме мельком увидела.

— Угу, но ты ведь поняла, что я неполноценный в этом смысле?

— Нет, — покачала головой Лита, — только то, что ты искусственно созданный.

— Если по-простому, — поскреб когтем за ухом Ошшо, — то ворлоны, чтобы ты могла их в себе носить, тебе что-то вроде духовной лоботомии организовали, вмешались в твою ауру и обрезали ее.

— И?

— Ну и, — шевельнул крыльями-костями зерг, — Прародитель меня изменил, под тебя подстроил, так что я теперь дополняю тебя, а ты, соответственно, меня.

— З-зачем? — вытаращилась Лита.

— Да вот, — махнул рукой Ошшо, — когда он от Коша узнал, чего ворлоны с тобой сотворили, то разозлился, а потом загорелся и захотел попробовать это исправить, ну а я просто оказался самым подходящим кандидатом. Так что мы с тобой две жертвы эксперимента.

— Что-то я себя неполноценной не ощущаю.

— Так я ведь рядом, а ты вспомни себя, когда в тебе ворлон долго не катался, сразу и поймешь. Тебе, увы, чтобы полноценно жить, теперь все равно придется за кого-то цепляться. У нас искусственный симбиоз, а вот с другими это будет паразитирование.

— Голова кругом идет, — вздохнула Лита.

— Ага, бывает, я сам, знаешь ли, в шоке, у меня-то возможностей видеть и ощущать в разы больше.

— Покажешь?

— Позже, у тебя и так от информации перегрузка. Отоспись, обдумай все, успокойся, а там и снова можно будет разумы объединить. Думаю, пары недель тебе хватит на восстановление.

— Ясно. Ладно, я тогда к себе пойду.

Попытавшись встать, Лита, которая, вообще-то, чувствовала себя утомленной, но далеко не обессиленной, едва не рухнула на пол.

— Пожалуй, придется тебя проводить, — придержал ее Ошшо. — Посиди минутку, я костюмчик надену. Заодно и покажусь народу, а то давно уже этого не делал.

— Угу, — только и смогла пробормотать она, борясь с дурнотой и мельтешащими перед глазами кругами.

Глава 44. Нашествие тьмы и света

Сегодня поступили новые доклады о нападениях нарнов и их союзников на наши колонии и базы. Фронт еще держится, но надолго нас не хватит. Лучшего адмирала Республики недавно ранили. Его спасло только чудо и недавно полученный орден. Подлый выстрел убийцы пришелся точно в центр награды. Я думаю, что это символично. Проведенное по горячим следам расследование вскрыло уродливый гнойник. Оказалось, что в штабах Центавра настоящее клубло змей, истинный гадюшник. В этот трудный час они умудряются думать лишь о том, чтобы подсидеть друг друга, завидуют, плетут заговоры, интригуют — предатели! Хорошо, что император жестоко расправился с ними. Я был счастлив, когда увидел, как их расстреливали.

— Капитан, пропала связь с нашим маяком, — доложил помощник.

— Объявляйте боевую тревогу, всем кораблям занять предписанные позиции.

Вот, похоже, настал и мой черед послужить Республике. Война долго обходила стороной наш форпост, но все же добралась и сюда. Что ж, мы будем драться до конца, и да помогут нам боги.

— Зафиксировано возмущение поля!

— Сколько источников?!

— Двенадцать, капитан.

— Полнокровная эскадра, значит. Что ж, повоюем. Всем кораблям, приготовиться к обстрелу ближайшей воронки.

Три эсминца и старенький заградитель на мгновение осветились вспышками залпов. Появившийся из воронки гиперперехода тяжелый крейсер нарнов содрогнулся от обрушившегося на него массированного огня, но все же не потерял управления и сумел выбраться в обычный космос. Конечно, бойцом он быть перестал, однако сражаться ему и не пришлось. От четверки центавриан, вставших на пути врага, уже ничего не осталось. Дрази, из-за дефицита квантиума, предпочитали сопровождать один корабль способный к переходу, как минимум пятеркой кораблей среднего или малого классов. Общая численность нападающих составляла почти три десятка военных судов. Суммарной огневой мощи эскадры хватило, для мгновенного уничтожения защитников.

* * *

— Адмирал Т‘Ран, как вы объясните вот это?! — начальник объединенного штаба Далит швырнул на стол пачку отчетов.

— Прошу прощения, но я еще не успел ознакомиться с последними сводками, — нарн был изрядно удивлен поведением своего коллеги и начальника.

— О, нет проблем, я вас просвещу, — скривился дрази, что с его лицом, практически лишенным мимических мышц и покрытым толстой, плотной кожей, было не так-то просто сделать, — лично.

— Слушаю, — кивнул Т‘Ран.

— Итак, начнем с сущей ерунды, вот некий лейтенант из ваших, — потряс выуженным из пачки отчетом Далит, — отдал приказ своим десантникам забить насмерть военнопленных. Я могу, конечно, его понять, недавно он потерял брата, но при чем тут ополченцы с богом забытой колонии в жопе мира, которую мы и атаковали-то лишь для отвлечения сил врага?!

— Я…

— Впрочем, это так, досадная мелочь, фигня, как говорят земляне, особенно если сравнить с делами, ну, — дрази порылся в бумагах, — вот этих капитанов, — выудил он несколько отчетов. — Настоящие герои! Этот вот, — тонкий лист пластика прошуршал по столу и спланровал на пол, — разнес гражданский купол на планете с метановой атмосферой, а этот, — последовал очередной отчет, — додумался уничтожить водопровод в пустынном мире, да не просто чертовы трубы, нет, он из главного калибра подземное водохранилище испарил!

— А…

— Обе колонии, — настолько язвительно, как только мог, произнес Далит, — уже сдались нам и могли бы стать весьма полезны как опорные точки для дальнейшего наступления, но теперь они нам на хрен не нужны! И это, заметьте, я сейчас говорю лишь про чисто практический аспект. И кстати, вот тут, — дрази кивнул на пачку бумаг, — вы найдете еще много интересного. В общем так, либо вы разберетесь со своими идиотами, либо это сделаем мы. Я понимаю, что кровь миллионов погибших на Нарне взывает к отмщению, но геноцида больше не будет, а саботажа и срыва планов военной кампании штаб не допустит. Демоны вселенной, да жалкие остатки вашего флота в нашем наступлении доставляют вдвое больше проблем, чем центавриане.

— Я разберусь, — скрипнул зубами Т‘Ран, стараясь задушить свою ярость на этих идиотов.

— Надеюсь на это, — кивнул Далит, — очень надеюсь.

— Если будет надо, я брошу им вызов!

— Постарайтесь все же не доводить до такого, вы слишком хороший адмирал, намного лучше меня.

— Не стоит принижать…

— Т‘Ран, я знаю себя и свои способности. То, что я формально возглавляю объединенный штаб — ерунда. Планы наступления готовили вы, я же лишь завистливо вздыхал про себя и просто подмахивал их. Наши сегодняшние успехи — в первую очередь ваша заслуга. Центавр, кто бы и что о нем не говорил, еще очень и очень силен. Да, нам немного повезло, в том плане, что тени сосредоточились на других и дали нам возможность нанести массированный удар. Бесспорно, покушение на Атир Сората также сыграло огромную роль, но я бы и на треть не смог столь же ловко воспользоваться предоставившимся нам шансом. Фактически, единственное, что испортило нам начальный этап — ваши соплеменники, неспособные справиться со своими чувствами. Разберитесь с ними, если понадобится, мы готовы помочь вам военной силой, да хоть диктатором всего Нарна вас сделаем, но терпеть кровожадных маньяков-психопатов в своих рядах мы не намерены.

— Я тоже не желаю иметь с ними ничего общего, Далит. Если придется, я воспользуюсь вашей помощью, только на трон будем сажать посла Г‘Кара, я все-таки не правитель, это не мое.

— Достойный нарн, — кивнул дрази, вспоминая несколько личных встреч с послом и отчеты аналитиков. — Действуйте, Т‘Ран, я приказываю вам как старший по званию — решите эту проблему.

— Есть! — козырнул нарн, вытянувшись в струнку, и с удивлением отмечая в себе привычную собранность, что начинала появляться у него еще во времена учебы, стоило лишь ему получить приказ. — Спасибо.

— Пожалуйста, — приложил тыльную сторону ладони к лобной пластине Далит, после чего удалился, ведь ему еще предстояло много работы, а заместителя он только что временно потерял.

* * *

Разлетаются обломки уничтоженного флота, который сделал все возможное, но не справился. Вращается остов могучего флагмана, искореженный и изуродованный десятками взрывов, мертвый. Он не смог. Не защитил. Пал. Сжимают кулаки мужчины, в бессильной ярости глядя на тень, закрывающую солнце. Прижимаются к любимым женщины, желая в последние мгновение быть рядом с ними. Переставшие играть дети с любопытством поднимают глаза к небу. Замолкают птицы и звери. Затихает игривый ветерок, что не хочет превращаться в ураган, сметающий все живое, не желает губить других и умирать сам. Вот только выбора у него нет. Даже у него.

Из окутавшего планету облака к поверхности устремляются мириады ракет. Десятки тысяч инверсионных следов соединяют землю и небеса пушистыми столбами. Это очень красиво. Чудовищные взрывы сотрясают континентальные плиты. Лава и пепел устремляется к небесам, раскалывается земля. Цветущий мир корчится в огне. Гибнет. Становится камнем. Пустым и мертвым. Остывающим. Безжизненным.

Тени выбросили свой главный козырь. Нанесли удар, бессмысленный в своей жестокости, убили планету, не имеющую никакой стратегической ценности. Они желали посеять страх, но в итоге породили лишь ненависть к себе. Они до сих пор не поняли, что их время прошло. Они, словно зима, которая решила вернуться посреди лета, могли лишь на краткий миг укрыть землю снегом. Как жаль, что каждая снежинка — это чья-то прерванная жизнь. Но ничего. Вскоре им придется ответить за все.

* * *

— О чем они так долго говорят? — спросил настоятель храма Валена, нервно меряя каюту шагами.

— Почему Делен запретила присутствовать на ее встрече с Неруном? Что она скрывает? — поддержал коллегу наставник из храма Чудома.

— Она хочет сдаться, я уверен. Делен высший иерарх нашей касты, если она прилюдно капитулирует, то воины легко возьмут власть, — высказался глава клана Созерцающих.

— Мы не можем этого допустить! — воскликнул настоятель.

— Да, но что тут можно сделать? — печально вздохнул наставник.

— Мы можем пустить в воздушную систему корабельное топливо, тогда все, кто сейчас на борту, погибнут.

— Тогда корабль просто затеряется в глубинах гиперпространства.

— Да, и так будет лучше всего!

— Хорошо, я займусь этим, — решительно кивнул настоятель и вышел из каюты.

* * *

— Ты собрался предать касту воинов, Нерун, — прошипел минбарец, утирая кровь с лица. — Я не позволю!

— Дурак, — отбил удар боевого посоха Алит, — я верен воинам!

— Тебе меня не провести, предатель, — минбарец сделал выпад, целя в голову, но в последний момент дернул оружием, переведя укол в петлю.

— Остановись, — отразил атаку Нерун, — тебе не справиться со мной.

— Я все же попытаюсь.

— Прекрати! Я не предаю нашу касту! — прокричал Нерун, пытаясь достучаться до своего собрата, и попутно отражая его бешеную атаку.

— Нет!

* * *

— Только воины могли напасть на своего, — вздохнула Делен, горестно глядя вслед спешно уносимому в лазарет телу. — Как ты, Алит Нерун? — обратилась она к своему союзнику.

— Бывало и лучше, — фыркнул победитель, непроизвольно дотронувшись до плеча.

— Охотно верю, — кивнула Делен, обратив внимание на свежий шрам на скуле и ссадину с шишкой на голове воина.

— Пожалуй, мне уже пора, я должен все подготовить.

— Конечно, — улыбнулась Делен, — мы прибудем к назначенному сроку. Доброго пути, — приложила она ладонь к его груди в знаке расставания с близким другом.

Когда за Неруном и его свитой закрылась дверь, минбарка обернулась к стоящим за спиной жрецам. Взглянув на них с гордостью, она улыбнулась.

— Хорошо, что мы едины и даже в этот трудный час я могу положиться на вас, как на саму себя. Невероятно, напасть на своего же, — покачала она головой.

— Так мы не сдаемся? — с трудом удерживая лицо, все же нашел в себе силы спросить об очевидном настоятель.

— Конечно же нет, — возмущенно всплеснула руками Делен. — Воины не должны править нашим народом, они должны его защищать, наша же обязанность — наставлять и советовать, но не руководить. Никто не сдается, Нерун и я прекрасно понимаем это.

— Мы тоже, саттаи Делен, — склонились в глубоком поклоне жрецы.

— Я в этом и не сомневаюсь, — улыбнулась минбарка. — Простите, мне еще нужно многое сделать, — склонила она голову, прощаясь, и поспешила в свою каюту. Ей предстояло написать прощальные письма. Не самая приятная работа, но необходимая.

Как только за Делен закрылась дверь, оставшиеся в коридоре минбарцы, не сговариваясь, бросились бежать. О, как же они проклинали себя и свое решение, как истово они молили богов, демонов и мироздание позволить им успеть. И как горько было им от осознания собственной недальновидности и от запоздалого стыда.

— Кхе, — сплюнул кровь Ленньер, буквально падая под ноги запыхавшейся компании. — Уберите это, — просипел он, протягивая баллон с топливом, отцепленный им от системы рециркуляции воздуха.

— К-как?

— Я вас подслушал, — просто ответил Леньер, ожег столпившихся яростным взглядом и потерял сознание.

— Скорей, его нужно доставить в медотсек, — засуетился наставник, когда-то учивший этого юнца.

— Я позабочусь об этом, — взяв баллон, словно морского ежа, ответил настоятель.

Леньер ничего не рассказал Делен. Он слишком любил ее и не хотел печалить, ей и без того предстояло тяжелое испытание. Возможно, последнее в ее жизни. От мысли об этом ему становилось больно, сердце начинало биться в рваном ритме, а ногти до крови впивались в ладони, но он молчал и не показывал виду. Во всяком случае, старался. Это был ее путь. За веру и свет, что вели и окружали Делен, он ее и полюбил, беззаветно и безответно. Он знал, что так было нужно, это было правильно, даже предначертано, но все же иногда он позволял себе мечтать.

* * *

«Как нам только что стало известно, по приказу президента Кларка была проведена орбитальная бомбардировка колонии Олимп. Это стало ответом на разгром высадившихся на планету войск, верных Земле. По поступившим из надежного источника сведениям, все население погибло. Апофеозом сражения стало уничтожение орбитальной станции и обороняющих ее сил повстанцев. Адмирал Зигфрид Паульс был уничтожен вместе со своим флагманом при попытке прорваться. Также к нам поступила информация о начале орбитальных бомбардировок отдельных поселений на Марсе и Проксиме…»

— Выключить, — распорядился Шеридан. — Итак, — он оглядел собравшихся офицеров, — Кларк перешел все гранцы. Это уже не гражданская война, а нечто большее.

— Рейнджеры докладывают, что орбитальным ударам подвергаются многие колонии и базы, поддержавшие восстание. Если раньше было хоть какое-то соблюдение правил ведения войны, то теперь Кларк и его приспешники перешли к откровенному террору.

— Это еще не все. Сьюзен, мне сообщили, что поступил приказ о нашем аресте, к Вавилону собираются выслать эскадру.

— Наверняка агенты теней воду мутят, ведь мы им как кость в горле, — заметил Гарибальди.

— Возможно и так, но все же я сомневаюсь в этом. Призракам сейчас не до нас, они начали масштабное наступление, уже дважды использовали свое супероружие и уничтожали миры. Скорее, это все-таки личная инициатива самого Кларка.

— В любом случае, нам придется сделать выбор. К нам летят уцелевшие корабли адмирала Паульса, мы можем оказать им помощь и выступить единым фронтом, или же мы можем сдаться.

— Для нас это будет означать смертный приговор. Я за то, чтобы дать бой, — первым ответил Гарибальди, наплевав на военные традиции о порядке высказывания мнений.

— Я тоже, — кивнула Сьюзен.

«Мы обязаны победить, иначе Алисе будет некуда возвращаться», — подумала она, с нежностью вспоминая недавно полученное короткое сообщение.

— Драться, — кивнул Стивен.

— Значит, решено, — подвел итог Шеридан. — Вавилон объявит о независимости и выходит из состава Земного Альянса.

* * *

Флот мши и их союзников занял оборонительные позиции на орбите материнского мира ксонов, приготовившись встретить врага. Тени, опробовавшие свое смертельное облако на парочке удаленных миров, решили покарать отступников. Что ж, это было ожидаемо, и к этому давно готовились. Враг был силен и опасен, но действовал разрозненно, хаотично и бессистемно. В этом была как его сила, так и слабость.

— Враг рядом, — пришла мысль-сообщение.

— Действуем по плану, — кивнул Лоуч, инстинктивно прижимая уши.

Первыми появились корабли теней, которые должны были разбить и рассеять защитников, не позволив им оказать хоть какое-то сопротивление. Вот только на этот раз их оказалось слишком мало для выполнения поставленной задачи, флоты четырех рас, выступивших единым фронтом, были им не по зубам. Конечно же, врага это не остановило, их вообще не слишком-то смущали возможные потери.

Сотни кораблей встретили жиденькую цепочку черных многолапых пауков тысячами выстрелов. Те, как всегда, не остались в долгу. Выбросили десятки комьев, каждый из которых превратился в рой истребителей, и ударили своими всесокрушающими лучами смерти.

— Хорошо, — довольно дернул кисточкой на кончике хвоста Лоуч, наблюдая гаснущие отметки вражеских кораблей.

— Облако выходит в обычное пространство.

— Сравнить показатели с расчетными.

— Подтверждаю отклонение в допустимом пределе.

— Послать сигнал.

— Есть.

Пока флот добивал остатки кораблей эскадры теней, облако полностью вышло в обычный космос и развернулось. Внешне, для большинства сенсоров, оно все так же оставалось непроницаемым пятном, но это не имело особого значения. Не для запланированного. Вот пал последний крейсер призраков, разорванный огнем десятка кораблей, и началось перестроение. Немного хаотичное, но тут ничего не поделаешь, не было времени как следует притереться друг к другу. Впрочем, автоматика решала большинство проблем и компенсировала мелкие ошибки.

«Начинайте обстрел», — распорядился Лоуч, стискивая в волнении подлокотники. Внешне на облаке интенсивный огонь почти тысячи кораблей никак не сказывался, но кто же будет в космическом сражении верить собственным глазам? Вот и сейчас все напряженно следили за показаниями приборов, а они ясно говорили, что супероружие теней получает повреждения, пусть и незначительные.

— Расчетная точка.

— Сигнал!

Прямо перед надвигающимся грозовым фронтом, расцвеченным отчаянным огнем защитников планеты, развернулась воронка гиперперехода и из нее выскочили корабли. Крошечные мошки на фоне наползающей тьмы, вот только эти мошки вдруг ярко-ярко засветились и через миг взорвались. Их гибель не была напрасной, ведь они породили волну света, которая, расширяясь, понеслась навстречу тьме.

— Структура облака полностью проявилась!

— Флоту, атаковать!

Не будь рядом густонаселенной планеты, можно было бы обойтись и без этого. Достаточно было использовать побольше антиматерии и решить вопрос радикально, но тут пришлось действовать более аккуратно. Нельзя было аннигилировать большую массу так близко от населенного мира. Вот и приходилось добивать изрядно пострадавшего, но все еще смертельно опасного врага. И оказалось, что к подобному повороту экипаж облака был не готов. Возможно, что он просто погиб или лишился управления. В любом случае, особого сопротивления объединенный флот не встретил. Лоуч даже мимолетно пожалел, что они не подумали о возможности захвата. «Нет уж, лучше уничтожить», — отбросил он хомячьи мысли. Не такая это ситуация, не тот враг.

— Победа! — проревел адмирал ксонов, не сдержав охвативших его чувств, когда огромная решетчатая конструкция, способная вместить в себя планету, начала разваливаться на куски.

— Поздравляю всех с отлично выполненной работой, — вышел на общую волну Лоуч, как-никак, это тоже была его прямая обязанность, как главнокомандующего.

* * *

Шагая по дворцу леди Ладиры, ставший недавно верховным адмиралом Республики Центавр Атир Сорат позволил себе скрипнуть зубами. Великолепное изящество и богатство обстановки, выполненной в классическом стиле, было слишком похоже на то, что он недавно видел в императорском дворце. Впрочем, было и одно существенное отличие. Хозяйка этого великолепия не будет убивать шута, в худшем случае — прикажет выпороть и выставить на улицу. Именно увиденная недавно картина того, как Картажье, полчаса назад смеявшийся над проделками несчастного, лично перерезает горло удерживаемому парой гвардейцев паяцу, окончательно утвердила его в решении идти до конца.

— Леди Ладира, Лондо, профессор, — поздоровался с присутствующими адмирал, — рад вас всех видеть.

— Добрый день, адмирал, — кивнул Молари, который был когда-то знаком с отцом Атира и вообще приходился ему дальней родней.

— Рада вас видеть, Атир, — улыбнулась леди Ладира, сидящая рядом с Лондо и, к некоторому удивлению гостя, держащая того за руку.

— Примите мои поздравления, — поклонился профессор, даже среди своих никогда не забывавший об этикете.

— Благодарю, профессор, — ответил Атир, принимая поданный Ардом бокал с бизари.

— Я слышал, наши дела совсем плохи? — начал разговор профессор, наполняя кубки остальных напитками.

— Не то слово, — вздохнул Атир, — не то слово. Фронт еще держится, милостью богов, но мы отступаем везде. Удалось одержать победу лишь в паре мелких стычек, наши колонии попадают в руки врагов, впрочем, их не уничтожают. Уже не уничтожают, — поправился адмирал. — Но это еще не самое страшное, — добавил он, сжимая золоченый бокал.

— Похоже, император произвел на вас неизгладимое впечатление? — сочувственно посмотрел на него Лондо.

— Да, — адмирал решил, что может дать волю эмоциям и принялся мерить шагами покои. — Картажье сумасшедший! Мало того, что он привел меня в комнату, где на блюдах лежали головы пропавших лордов из совета, так он еще при мне же на полном серьезе провел с ними совещание. Вы знали об этом?

— Догадывались, — кивнула Ладира, не отводя взгляда, — но доказательств не было, да и не меняет это ничего.

— Нам удалось остановить казни задержанных и прекратить чистки в штабах, но к сожалению, погибло много невиновных, — отвел взгляд профессор. — Император был очень недоволен, что его отвлекли от развлечений, а когда узнал о заговорах и об истинном положении дел… — Ард лишь махнул рукой и предпочел не продолжать.

— Мое возвышение стоило жизни многим хорошим офицерам.

— Я не оправдываюсь, адмирал, это был мой просчет, я просто не подумал, что император окажется столь жесток и неадекватен.

— Он сумасшедший или же его сделали таковым призраки. Между прочим, он дал разрешение на создание их военной базы прямо здесь, в нашем родном мире. Выделил им для этого остров Риног.

— Адмирал, когда они будут здесь?! — побледнела Ладира.

— Их первые корабли уже прилетели, леди. Сейчас их бьют везде, как только мши со своими союзниками уничтожили их облако, так и началось. Зерги атаковали десятки их баз и эскадр по всему космосу. Врии с аббаи, при поддержке флотов соседей, отбились, попутно перехватив брандерами с антиматерией еще одно супероружие призраков. По сути, положение теней сейчас даже хуже, чем у нас.

— Это же отличные новости!

— Нет, леди, вернее, не совсем.

— Ворлоны?

— Они самые. Огромный флот и настоящие корабли-гиганты, что способны уничтожать планеты. Они работают планомерно и атакуют всех, что хоть как-то контактировали с призраками. И мы для них нынче одна из главных целей.

— Вы не совсем правы, адмирал, — покачал головой профессор, — ворлоны слишком любят порядок, они будут действовать планомерно и…

— Их обуяла гордыня, — перебила леди Ладира, — для них нет разницы, мелкая колония, где когда-то появлялся агент теней, или Центавр.

— Странно, как они еще носом борозды в потолке не оставляют, — фыркнул Лондо, слегка разряжая обстановку.

— Тем не менее, что тени на нашей родине, что летящие по их душу ворлоны равно опасны для нас.

— Да, адмирал, а потому мы должны действовать как можно быстрей. Наши корабли и воины пригодятся другим для битвы против тьмы и света. Пора прекращать бессмысленную и неправедную войну, чтобы вступить в схватку за будущее.

— Я могу подготовить выступление в течении суток, Лондо.

— Нет, — отрицательно покачал головой Молари, — вы прекрасный адмирал, но слабо разбираетесь в интригах, друг мой. Открытый военный переворот — это вариант лишь на самый крайний случай.

— Дорогой, — Ладира погладила руку Лондо, и Атир с удивлением увидел, как тот мгновенно успокоился и собрался. Не случись этой метаморфозы, он бы и не заметил, что бывший посол был на взводе.

— Несмотря на опалу, за лордом Рифа стоит мощнейшая группировка, и хуже того, он пользуется поддержкой изрядной доли населения, поэтому военный переворот — это почти стопроцентная гражданская война. Довольно и тех, что уже идут у землян и минбарцев.

— Хотите свалить на него смерть императора?

— Да, адмирал, это позволит нам не только взять власть, но и удержать ее без особых сложностей. Дискредитированный лидер, это как минимум разброд и шатание в рядах наших оппонентов. Та часть военных, что сейчас состоит в партии Рифа, переметнется к вам, при условии, что вы не будете запятнаны. Что предложить другим, у нас найдется, — Ладира с Лондо многозначительно переглянулись, — остальные же не будут представлять особой опасности в ближайшие годы.

— Что именно потребуется от меня? — спросил деловито Атир, отодвигая кубок.

— Наказать излишне зарвавшихся, — улыбнулась Ладира, от взгляда которой по спине адмирала пробежали мурашки.

— Просто начните разбирательство с теми, кто проводил чистки, а наш уважаемый друг, — Лондо кивнул на профессора, — предоставит вам достаточно доказательств для обвинения глав спецслужб Республики. Убрать мы их вряд ли сумеем, но этого и не требуется, достаточно будет на время их отстранить.

— Я все же хотел бы воздать по заслугам тем, кто действительно виновен.

— Мы тоже, Атир, — кивнула Ладира и мягко улыбнулась.

Отравленный стилет вновь спрятался за бархатом и пропал в складках многочисленных пышных юбок, как будто его и не было, вот только адмирал, который раньше лишь подозревал и строил догадки, теперь знал наверняка. Впрочем, его более чем устраивало как лежащее на поверхности, так и то, что за ним пряталось. «В конце концов, это даже хорошо», — подумал Атир Сорат, глядя на Лондо и Ладиру, освещаемых закатным солнцем, чьи лучи светили сквозь практически незаметную пленку поля, перекрывающего распахнутое окно.

* * *

Огромный корабль ворлонов, похожий на выпуклое блюдце с рудиментарными щупальцами, неспешно приближался к планете. Вокруг левиафана кипела схватка, десятки кораблей пытались прорваться к нему, но лишь единицам это удавалось. Но и они жили недолго, а сделать могли ничтожно мало. Невероятно прочный панцирь ворлонского корабля был практически непробиваем для их орудий. Только самые мощные излучатели и термоядерные ракеты причиняли ему хоть какой-то ущерб, но и они были неспособны проломить броню исполина. Сопровождающий уничтожителя планет флот был не столь огромен, как могло показаться на первый взгляд, впрочем, даже тех сотен кораблей, что были рядом, оказалось слишком много.

Некоторый успех имели атаки истребителей, так как у ворлонов просто не было кораблей соответствующего класса, их малые суда скорее соответствовали катерам или канонеркам и не обладали достаточной маневренностью. Тем не менее, их огневой мощи, скорострельности, а главное, точности, было вполне достаточно чтобы противостоять бомбардировщикам и штурмовикам. Наверняка ворлоны немного пожалели, что у них нет своих малых боевых аппаратов, но вряд ли придали этому большое значение. Особенности их оружия позволяли буквально отмахиваться от кусачей мошкары, разом уничтожая нескольких врагов одним коротким импульсом.

Все, что оставалось Далиту — в бессильной злобе сжимать кулаки, глядя на то, как один за другим гаснут обозначения кораблей союзного флота, успевших подойти к планете Швайдаз-пять. Ворлонский отряд появился внезапно, и времени на то, чтобы подготовить достойную встречу, было слишком мало. Впрочем, даже будь у него в запасе несколько суток, вряд ли он сумел бы предпринять что-то существенное. Настолько подлого удара сил света никто не ожидал. Вернее, ждать-то его ждали, но не тут и не так. Конечно, это обычная ситуация для войны в космосе, где нет иной преграды, кроме времени, необходимого на обходной маневр, концентрацию сил или нечто подобное.

— Что там с зергами? — в очередной раз поинтересовался адмирал у помощников, не особо надеясь услышать что-то обнадеживающее.

— Их флот не успел собраться после последних атак призраков, подойдет максимум одна или две эскадры, да и те вряд ли успеют.

— Они ничего не изменят! — рявкнул адмирал, отворачиваясь к многочисленным экранам.

Взглянув на мониторы, Далит лишь потер налобную пластину, за последнее время отполированную им едва ли не до блеска. Что-то изменить был бы небольшой шанс у полноценного флота, в идеале же требовался корпус, а лучше сразу армада. Только ее огневой мощи хватит для уничтожения разрушителя планет ворлонов. Флот мог бы обеспечить прорыв носителя антиматерии, да и то, лишь при невероятном везении. Повторять тактику, использованную против облака теней, было бесполезно. Планетоубийца был куда более компактным и цельным. Он был понятным и не вызывал особого трепета. Всего лишь ужасно мощный и невероятно крепкий корабль. Никакой мистики в нем не ощущалось совершенно. Более того, удалось даже примерно рассчитать потребное для его уничтожения воздействие, вот только нечем его было обеспечить.

Уничтожив последних защитников планеты, ворлонский флот вышел на дальнюю орбиту. Оперативно подавил немногочисленные орбитальные платформы и спутники обороны, даже странно было, что ворлоны решили потратить на них время. По периметру исполинского корабля засиял свет, многочисленные светлячки побежали к концам щупалец, заструились молнии, и с носовой части сорвался насыщенный энергией желтый луч. Далит закрыл глаза. Он уже видел такое и не желал увидеть это вновь. Хватит с него и прежних кошмаров.

Едва коснувшись атмосферы, поток небесного огня породил ударную волну, мгновенно превратив окружающий воздух в плазму. Несколько мгновений ушло на то, чтобы испарить море, в которое попал луч. Литосферная плита продержалась чуть дольше, но все же уступила напору. Накачиваемая чудовищной энергией мантия забурлила, континенты превратились в кусочки свинца, брошенные в котел с расплавленным железом, почти мгновенно утонули и растворились в демоническом вареве. Отчасти это было похоже на то, что делали ракеты теней, только призраки действовали более гуманно. Впрочем, не все ли равно, каким образом был убит мир, ведь результат один и тот же — уничтоженная атмосфера и превращенная в пепел жизнь. Со временем планета остынет и превратится в еще один мертвый черный камень. Станет памятником войны. Укором им, тем, кто ее не защитил.

* * *

Шеридан посмотрел на пустые места в командной рубке: далеко не все поддержали капитана и были готовы драться со своими, но все же большинство офицеров поверили ему и остались на своих местах. Четыре корабля, прорвавшиеся к ним на помощь, расположились ромбом вокруг станции, когда с гипермаяка поступили данные о приближающемся флоте Кларка.

— Численность?

— Шесть вымпелов.

— Боевая тревога.

Бой был неизбежен, это понимали все, но Джон все же надеялся — нет, не на то, что его послушают, но не попытаться он просто не мог. Когда из воронок перехода появились корабли, верные диктатору, он приказал не стрелять, а транслировать обращение. К сожалению, он не знал капитанов и адмирала, командовавших прилетевшей эскадрой. Кое-что слышал о них, конечно, все-таки в одних и тех же в ВКФ с ними служил, но так, мельком. Ответили ему открытием огня.

Между кораблями и станцией замелькали импульсы, засверкали лучи, и космос наполнили первые вспышки взрывов — это гибли истребители бросившихся друг на друга эскадрилий. Пилоты спешили поскорей добраться до противника и вцепиться в глотку своим братьям и сестрам по оружию. Шеридан лишь до побелевших костяшек сжал кулаки, продолжая командовать боем.

— Десантный бот два уничтожен, первый прорвался!

— Место высадки?!

— Седьмая палуба зеленого сектора.

— Гарибальди? — повернул голову капитан к экрану.

— Выдвигаюсь.

— «Черчилль» получил серьезные повреждения!

— Прикройте его огнем, пускай отходит за станцию.

— Есть.

— Перебросить две эскадрильи на помощь «Александру». Иванова, выходи из боя, перегруппируйся.

— Выполняю.

* * *

«Быстрее, парни. Вперед! Вперед!» — командовал Гарибальди, подгоняя пробегающих мимо бойцов. К месту прорыва вражеского десанта добраться заранее они не успевали, но занять соседние отсеки и приготовиться к отражению атаки — вполне могли. «Рассредоточились!» — махнул рукой Майкл и сам поспешил занять укрытие. В идеале стоило бы встретить противника прямо на палубе и дать бой, когда враг еще толком не развернулся, но он не хотел терять людей и доводить дело до рукопашной. Наверняка на них бросят ублюдков из Земного Дозора или Ночной Стражи, кадровые десантные части в массе своей были расформированы как ненадежные. «Всем приготовиться!» — скомандовал Гарибальди, следя за быстро ползущими огоньками, прорезающими в трех местах переборки. «Наверняка еще и вышибные заряды применят», — подумал Гарибальди, прикидывая, куда бы он их сам заложил.

«Огонь!!!» — заорал Майкл и нажал на спусковую скобу, удовлетворенно отметив, что не ошибся. Десяток импульсов ушел точно в развороченную взрывом стену и двое бросившихся в атаку абордажников свалились под ноги своим товарищам, что вызвало секундную задержку, стоившую жизни еще как минимум троим. Ближайшие бойцы Гарибальди успели прицелиться и поддержать шефа огнем. «Гранатами!» — скомандовал Гарибальди и первым зашвырнул ребристый шарик в пролом, стараясь при этом, чтобы он подальше закатился, а то ведь свой же подарочек и в ответ получить можно. Полыхнуло, грохнуло, осколки засвистели и забарабанили по стенам. Раздались крики, стоны, мат и визжание импульсов. Где-то тлел уплотнитель, воняли дымовые шашки, наполняя поле боя удушливым запахом и мешая обзору. Бой достиг апогея, и прорвавшиеся абордажники вступили в рукопашную с защитниками станции.

Пришлось в ней поучаствовать и Майклу, когда на него вылетела какая-то бешеная девица с окровавленным тесаком и сходу попыталась всадить ему в бок свое оружие, однако была встречена ударом ноги и успокоена прикладом в голову. Вот у ближайшего бойца СБ дела были похуже, на него навалились сразу двое, и если атака первого была отбита, то второй вполне профессионально пырнул Лу ножом, попав точно подмышку. Разбираться, жив ли подчиненный, Гарибальди было некогда, он лишь успел пристрелить первого, когда второй ушел перекатом от огня и, пользуясь инерцией кувырка, прыгнул на него и сбил с ног. Майкл успел уже попрощаться с жизнью, больно уж силен оказался его противник, но тут подоспевшие безопасники выручили своего шефа, попутно изрядно перемазав в частично прожаренных мозгах здоровяка, который его только что едва не придушил. Потирающий горло и с трудом способный говорить Гарибальди оглядел побоище. Отбились.

* * *

— Альфа два и четыре, отбуксировать бету три на базу.

— Есть, мэм.

— Карим, давай-ка в док, смени батареи.

— Выполняю, мэм.

— Остальным перестроиться, вторая схема.

Пока подчиненные рапортовали и маневрировали, Иванова могла уделить пару лишних секунд анализу обстановки. Дела шли не очень, нападающие уничтожили «Черчилль» и серьезно повредили «Агамемнон». Ей с трудом удалось пробиться и перехватить новую волну десантных ботов. «Гарибальди, должно быть, и так приходится нелегко», — подумала Сьюзен мимолетно, впрочем, сейчас ей было не до проблем Майкла, хватало и своих забот.

Благодаря авиагруппе станции у них было преимущество в истребителях, что отчасти компенсировало превосходство противника в кораблях. Однако положение становилось критическим. Наметанным взглядом профессионального военного она прекрасно видела и отчетливо понимала: если в ближайшее время не удастся вывести из строя один, а в идеале два крейсера противника, то песенка их будет спета. Именно в этот момент «Агамемнон» сумел всадить точный бортовой залп в неудачно развернувшегося «Геракла», что дало возможность «Александру» выйти на «Рузвельта» и буквально разорвать того огнем в днище. «Вот оно!» — буквально вспыхнул в голове Сьюзен план, и она тут же повела свои эскадрильи в атаку.

Два десятка штурмовиков, прикрываемых неполным авиакрылом, пробились сквозь строй перехватчиков и выпустили ракеты. Обстреляв орудийные башни и другие системы противника, девять машин вернулись к станции. За их спиной разлетались в стороны куски уничтоженного крейсера.

— Прекрасная атака, — на связь вышел Шеридан, — отлично справилась.

— Что мне еще оставалось, — вздохнула Иванова, пользуясь тем, что разговор идет по закрытому каналу. Она совсем не гордилась этой своей победой.

* * *

Разбитая эскадра Кларка сдалась. После гибели флагмана и потери трех других кораблей два оставшихся не имели ни малейших шансов на успех, к тому же оба они имели столь серьёзные повреждения, что даже не смогли бы добраться до ближайшей базы, верной диктатору. Мостик рукоплескал Шеридану, вот только радость от победы была недолгой.

— Внимание! — выкрикнул лейтенант Колинз, бросивший взгляд на данные сенсоров гипермаяка. — На подходе еще одна эскадра!

— Численность?! — мгновенно подобрался Шеридан.

— Дюжина вымпелов, сэр, — обреченно ответил лейтенант, с надеждой посмотрев на командира.

— Похоже, мы очень нужны Кларку, — хмыкнул капитан, — занять посты, приготовиться к бою.

Шансов отбиться у них не было, но и уничтожать станцию со множеством инопланетных послов на борту эскадра вряд ли решится. Только что закончившийся бой это явно показал: по ним стреляли, но делали это весьма аккуратно. Старались выбить орудия, повредить сенсоры, разрушить рубку, но не уничтожать Вавилон.

— Возмущение поля!

— Вижу, — кивнул Шеридан, разглядывая появившиеся обозначения.

Двенадцать крейсеров Земного Альянса, да еще и с кораблями поддержки. «Солидно», — пробормотал капитан, поглядывая на то, как прибывшие перестраиваются. Огонь они открывать не спешили, ведь обе стороны прекрасно понимали, у кого подавляющее преимущество.

— Сэр, формируются зоны перехода!

— Маяк?!

— Цел, но на его сенсорах пусто!

— Сколько воронок?!

— Семьдесят, сэр.

— Что-то тут становится оживленно.

— Это корабли Союза, сэр!

— И что же тут понадобилось нашим братишкам?

— Не могу знать…

— Сообщение на открытой волне!

— Включай.

— Говорит адмирал Петр Брукс, командующий экспедиционным корпусом Союза, приказываю кораблям Земного Альянса немедленно капитулировать, с этого момента станция Вавилон-пять находится под нашей защитой и юрисдикцией, до отстранения от власти диктатора Кларка и предания его суду. В случае неповиновения или любых враждебных действий открываем огонь на поражение. У вас пять минут на капитуляцию, время пошло.

— Ну, похоже, сегодня мы все же не умрем, — кривовато улыбнулся Шеридан. — Отзывайте истребители.

— Есть, сэр!

Адмирал, командовавший верной Кларку эскадрой, ершиться не стал и капитулировал. Все же десятикратное превосходство — это не то, от чего можно отмахнуться. К тому же корабли хомо были более совершенны, они использовали искусственную гравитацию и компенсаторы, и хотя об их огневой мощи можно было только гадать, но вряд ли она уступала крейсерам землян. Вообще-то, те тоже могли бы начать строительство судов без вращающейся секции, но это требовало перестройки множества производственных цепочек, что не радовало большие корпорации. Нет, они бы с радостью, но не за свои же кровные? Так что процесс шел, вернее, очень неспешно полз, а в свете последних потрясений и вовсе застопорился.

* * *

— Дурацкие все-таки у ворлонов костюмы, — послал мысль, наполненную ощущениями, Ошшо.

— Угу, — пробормотала Лита, оглядываясь. — В вашем мире всегда так? — отправила она мысль, снабженную сотней неуверенных вопросов.

— Вроде того, — шевельнул крыльями выбравшийся из скафандра зерг и отправил свое восприятие тринадцатого уровня.

— Ух ты, — потерла Лита виски, увидев все вокруг в ином свете.

— А то, — улыбнулся Ошшо, взяв помощницу за руку, так ему было проще, да и приятнее.

— У меня самой так не получается, — вздохнула телепатка.

— Еще бы, ты же ведь ограничена стандартными человеческими органами чувств, — приподнял и опустил крылья зерг, — ворлоны над тобой очень специфически поработали.

— Да знаю я, — тряхнула волосами телепатка, — страшно мне, — пожаловалась на очевидное Лита, когда станция в очередной раз дрогнула.

— Ерунда, никто нас взрывать не станет, — послал волну непрошибаемой уверенности Ошшо, — идем, у нас тут есть отличный прудик, мелковат, конечно, но тебе хватит.

— Угу, — смогла кивнуть Лита, покрепче сжимая руку зерга.

В обычной ситуации вид студенистой склизкой массы, напоминающий помесь холодца с желе и соплями, ничего кроме отвращения и тошноты у нее бы не вызвал, а уж запах какой тут стоял… Но благодаря Ошшо отвратная картина воспринималась совершенно иначе. Как раз эта двойственность больше всего поражала Литу, подкрепляя ее решимость. «Наверно, я все-таки извращенка», — подумала она, скидывая одежду. Впрочем, отпускать зерга она не собиралась, без него было слишком страшно, да и чего уж лукавить-то, с ним было просто приятно находиться рядом. Пару раз вздохнув, она сделала шаг по теплой, немного шершавой поверхности, немного постояла у кромки, после чего решительно кивнула в ответ мысленный вопрос бывшего посла. «Бульк!» — сказала слизь, поглотив два тела. «Странный вкус», — подумала Лита, теряя сознание и растворяясь. «Давно пора», — фыркнул Ошшо, выбираясь из пруда и усаживаясь на услужливо сформировавшееся кресло. Ему предстояло серьезно поработать, но пока он мог и отдохнуть, полюбоваться чудом изменения и поддержать свою половинку. Тело телом, но как доказал Прародитель — оно вторично, хотя и важно на первоначальном этапе пути.

* * *

— Мама! — повисла на шеях обеих женщин разучившаяся плакать девочка.

— Алиса, — обняла ее Сьюзен и впервые использовала свои способности телепата в открытую.

— Идемте домой, — улыбнулась Талия и, отстранившись, провела рукой по голове малышки.

— Ага! — кивнула девочка. — Ну чего вы? — заправила она локон цвета снега за ухо, — Не разводите сырость! — чуть притопнув ногой, потребовала Алиса.

— Не будем, — улыбнулась Сьюзен, переглянувшись с Талией. — Пойдем, — сказала она, сжимая ладонь дочки, — я блинчиков сделала.

— А я шарлотку, — убирая перчатки и беря дочку за вторую руку, добавила Талия, сопроводив слова мыслеобразом, наполненным ароматом корицы.

— Класс! — Алиса даже подпрыгнула от избытка чувств, сжимая покрепче руки.

Глава 45. На зверя страшного, у века каждого, найдется свой однажды волкодав

Крейсер врии резко ушел в сторону, пропуская мимо бледный луч израненного корабля теней и разрядил излучатели. Финал сражения проходил на минимальной дистанции, так что у врага не было возможности уйти из расширяющегося кокона смертельных импульсов. Лишившись еще одной «лапы» и получив пяток прямых попаданий в корпус, судно призраков окончательно утратило боеспособность. Четыре луча, что были видны лишь на приборах, поставили финальную точку. Аббаи просто добили никому не нужный крейсер противника.

— Тени уничтожены, — подтвердил транслируемое на проекцию оператор.

— Хорошо, — довольно смежил внутренние веки командир эскадры, — сообщить в штаб об успешном перехвате конвоя врага.

— Сообщение отправлено, телеметрия тоже.

— Новые распоряжения есть?

— Да. Приказано атаковать наблюдательный пост на границе ворлонов.

— Давно пора, — моргнул внутренними веками командир, рассматривая выведенную на проекцию карту со схемой и данными по цели. — Начинайте подготовку к прыжку.

— Есть.

* * *

Предводитель воинов торжествовал. Древнейший храм Варенни, на галереях которого собрались десятки тысяч минбарцев, должен был стать символом возвышения его касты. Здесь и сейчас творилась история и он, Шакири, ее зодчий. Жрецы оказались слабаками, они не достойны вести его народ в море звезд. Стоящий рядом с главой касты Нерун не без труда сдерживал рвущееся наружу отвращение. Рано. Он должен молчать.

— Саттаи Делен, — расплылся в улыбке, больше похожей на торжествующий оскал, Шакири, когда на возвышенье в центр поднялась минбарка, сопровождаемая лишь своим помощником.

— Шакири, Нерун, — приветствовала она обычным вежливым кивком воинов.

— Делен, ты говоришь от всех жрецов нашего народа?!

— Да.

— Я говорю от касты воинов! Что ты пришла сказать мне, саттаи Делен?

— Мы сдаемся.

— Наконец-то! Вам стоило это сделать давно! Теперь я построю новый мир, созову совет. Совет воинов! Мы…

— Нет!

— Что?!

— Я сказала, что мы сдаемся, а не уступаем вам право вести минбарцев.

— Но мы сильней!

— Конечно, было бы странно, окажись воины слабей жрецов в вопросах битв и сражений. Однако, чтобы вести народ по морю звезд нужна не только и не столько сила, сколько мудрость.

— Пустые слова!

— Вот как? Что ж, ты, Шакири, отринул тысячелетие и мудрость Валена. Ты, решил вернуться в прошлое, а не идти в будущее. Ты, хочешь возродить старые традиции. Так следуй же им!

— А…

— Войди со мной в круг звездного пламени, — Делен указала на черный круг, обложенный камнями. — Враждующие кланы и касты, тысячелетиями завершали распри в нем, не так ли?

— …

— Не так ли?!

— Да.

— Ну так не будем тянуть, докажи минбарцем свою правду Шакири, — Делен шагнула в круг и древний механизм пришел в действие. — Покажи нам всем, что ты готов отстаивать ее до конца!

— Это чушь! Мы уже все доказали!

— Ты медлишь, воин! — выкрикнула Делен, чье тело уже стало нагреваться собранными системой зеркал лучами.

— Я…

— Шакири, ты говорил нам о величии касты! — подал голос Нерун. — Ты рисовал нам радужные картины! Ты убедил нас развязать войну! Ты врал нам?!

— Нет! — глава воинов решительно шагнул в круг света, что становился все жгучей и ярче.

Каждый новый вздох раскаленного воздуха обжигал легкие, кожу невыносимо жгло, хотелось почесаться, содрать ее с себя, но Делен лишь крепче стискивала зубы, не позволяя себе даже сжать кулаки. Волосы, пропитанные потом липли к телу, пепел тех, кто пошел до конца, раздражал обоняние запахом гари, перед глазами расплывалось лицо Шакири. Кажется, тот что-то говорил, сквозь ток крови в ушах было плохо слышно, но главное она уловила. Трус, воин оказался трусом. Это разозлило ее настолько, что она даже рассмеялась. Кажется, она что-то ему ответила. Хотя, возможно ей просто показалось. Стоять было невыносимо, ноги дрожали, тело молило, но Делен была непреклонна. Плоть ее была слаба, но духа ей было не занимать.

— Почему она не выходит из круга?! Мы договаривались, что она покинет его вслед за этим! — шевельнул пальцем Нерун, смотреть на выскочившего из столба света Шакира, чья одежда тлела и воняла, он не стал. Тот стал парией для всех, его теперь даже не станут убивать, изолируют, словно бешенное животное.

— Она пойдет до конца, — вздохнул Леньер, — она уверена, что без последней жертвы нашему безумию, оно, пусть даже через сотню тысяч лет, но сможет вернуться. Она хочет убить зверя навсегда. Отравить его собой.

— Нет!!!

Каким невероятным чудом ей удавалось стоять она и сама не знала. Глаза пришлось закрыть, поддаться телу, уступить в малом, чтобы выиграть в большем. Перед внутренним взором мелькали какие-то сумбурные картины прошлого. Бессвязные, обрывочные, наполненные образами Джона. Даже в ее учители Дукхате, неуловимо проступали черты любимого. Она знала, что любит Шеридана, знала, что тот любит ее. Ей было жаль, его и себя, но что такое их счастье, когда на другой чаше весов судьбы миллионов и миллионов других? Ничто.

Удар, скорее просто сильный толчок выбросил ее из круга. Если бы не Ленньер, она бы наверняка не устояла на ногах. Впрочем, сейчас ее такое мало волновало, Делен во все глаза смотрела на Неруна, что презрев все и вся вошел в испепеляющий столб звездного огня и просто вышвырнул ее из него. В своей грубой серовато-зеленой форме, которую она всегда находила ужасной, он смотрел на нее из-под ладони и… улыбался.

«Я был рожден воином!» — выкрикнул Нерун опуская руку и поднимая взгляд на минбарцев, столпившихся на галереях древнего храма. «Но сердце всегда звало меня к вере!» — ослепшие от жгучего света глаза пугали и завораживали, транслируемое на все миры федерации изображение гипнотизировало. «Слушайте Делен!» — вскинул он руки за секунду до вспышки, превратившей его могучие тело в горстку пепла.

«Алит Нерун» — вскинула кулак Делен, презрев по примеру героя традиции, поступив так, как положено воину, но не жрецу. «Слава!» — поддержал ее Ленньер. На галереях храма и в десятках миров, жрецы прощались с ушедшим как воины, тогда как те поступали как жрецы. Гражданская война закончилась. Навечно. Минбар стал единым. Больше они не собирались делить силы народа. Теперь они не боялись собственной мощи.

* * *

— Присаживайтесь господа, — махнул на кресла новоиспеченный премьер-министр Центавра. — Предлагаю без церемоний, дел слишком много и все они срочные. Адмирал?

— База теней и все их корабли были уничтожены орбитальным ударом сразу после подрыва заложенных бомб. С нашей стороны потери минимальные.

— Хорошо. Что на фронтах?

— После вашего обращения и подписания послом Котто соглашения о перемирии, нас не атакуют. Была одна провокация со стороны нарнов, но все разрешилось мирно.

— Отлично. Что с убившими императора заговорщиками? — перевел взгляд на главу императорской охраны Молари.

— К сожалению, лорд Рифа и его люди оказали яростное сопротивление во время ареста, нам пришлось применить тяжелое оружие и чуть ли не войсковую операцию устроить. Выживших единицы, да и то не из верхушки. Впрочем, собранных улик и доказательств более чем достаточно. Все данные переданы лорду министру внутренних дел, — кивнул на коллегу Гагир.

— Проводим аресты, круг причастных расширяется, но уже сейчас можно говорить, что змея лишилась не только зубов, но и головы.

— Хорошо, — прихлопнул ладонью по столу Молари. — Осталось решить вопрос нашего участия в войне с изначальными.

— У нас нет выбора, — вздохнула леди Ладира, официальная помолвка с которой была проведена как раз в момент покушения на императора.

— Вы видите, леди? — лорд Гагир занял свой пост сразу после покушения на адмирала Сората, в заговоре он напрямую не участвовал, но отнесся к нему с пониманием и одобрением. Будучи весьма неглупым центаврианином он всячески поддерживал Молари и его партию, правильно оценив и разобравшись в ситуации.

— Смутно и обрывочно, в основном картинки боя наших кораблей с ворлонами.

— Этого нам в любом случае не избежать, — отбил пальцами дробь Атир, — они планомерно идут в нашу сторону. Остановить их пока не удается, против их объединенной армады выступать бесполезно.

— Почему? — Лондо было действительно интересно, он хоть и имел опыт реального командования и участвовал в нескольких мелких кампаниях, но военным был по традиции семьи и для соблюдения приличий, не его это была стезя.

— Их планетоубийцы могут от крейсеров и даже линкоров мши словно от истребителей отмахиваться. Собрать армаду, что разобьет ворлонов можно, вот только после победы от нее мало что останется.

— Именно поэтому все, кто сейчас не гоняет теней атакуют ворлонские территории? Пытаются разделить их армаду?

— Да, но тут еще и вопрос подрыва производственных возможностей. Если враг не разделится, генеральное сражение все равно состоится, это колонии, пусть даже важные и густонаселенные ворлонам сдать можно, но не родные миры.

— Это я прекрасно понимаю, все же не один год послом был.

— После большой драки, ворлоны вряд ли успокоятся, да и не простят их уже, а значит…

— Кто построит раньше флот и ударит, тот и победит.

— Именно.

— Наши эскадры могут стать той соломинкой, что сломает хребет верблюду?

— Да, премьер-министр. Не смотря на все потери, мы все еще сильны, верфи работают в четыре смены, скоро будет новый выпуск из училищ. Первая партия линкоров типа «Центавр» сойдет со стапелей в ближайшие дни. В общем, на ферзя не тянем, но и далеко не пешки.

— Хорошо, я вас понял. Однако, есть весьма важный вопрос. Как вам известно, заместителем и правой рукой адмирала Далита является верховный военачальник Т‘Ран. По сути, он и руководит всеми операциями и занимается разработкой планов. Вы, Атир, сможете с ним работать? Сможете подчиняться нарну?

— Смогу, Лондо. За это не волнуйтесь. Раз вселенной было угодно не дать нам сойтись с ним на поле боя, мы повоюем вместе.

— Прекрасно, в таком случае, давайте займемся предложенным нам мирным договором.

— Может быть стоит дождаться вашей коронации? Все же, подобное должен подписывать император, — подал голос лорд Верини, в конце концов он отвечал за двор и соблюдение церемониала.

— Подпишу, когда стану императором, — отмахнулся Молари, — но принципиально согласовать и принять его нужно как можно скорей. Тогда мы сможем начать участвовать в творящемся вокруг бедламе как равные. Нам нельзя сидеть в стороне! Мир меняется, стремительно несется к новому, я не позволю нашей родине остаться на обочине. И вам не дам. Все меня поняли?!

Возражать никто из присутствующих не стал. Пусть они не все знали, пусть не о всем догадывались, но чутье, опыт и разум позволяли им видеть основную канву будущего без всяких мистических способностей. К тому же, несогласных с позицией Лондо и его сподвижников тут не было в принципе. Да, относительно деталей были споры и даже откровенная ругань, но такое — нормальный рабочий процесс. Республика Центавр вступала в войну и собиралась занять достойное место в галактике не покоряя и угнетая, а спасая и защищая.

* * *

— Председатель, адмирал, — приветствовал прибывших Шеридан.

— Капитан, не будем ходить вокруг да около. Мне известно о вашей деятельности и сколачивании армии света, однако, как вы уже поняли, вся ваша деятельность была по большей части бесполезна.

— Понял, — кивнул Шеридан. Признавать, что он столько времени был чуть ли не шутом в глазах инопланетян было тяжело и неприятно, но винить в собственной слепоте он мог лишь себя.

— Хорошо, в таком случае, вам с адмиралом Спрюэнсом надлежит решить проблемы Земли. Наш флот поступает под ваше командование. Действуйте.

— А вы, сэр?

— А я хомо, капитан, у нас своих забот хватает. Теням не дать в контролируемом нами космосе закопаться, от ворлонских рейдеров отбиться. Чем смогли, тем мы вам помогли. Дальше сами. Всего доброго, господа.

— Итак, — хлопнул в ладоши Раймонд, когда за председателем закрылась дверь, — у вас тут имеется командный центр, организованный для войны с тенями. Я прав, капитан?

— Так точно, сэр.

— В таком случае, начнем с экскурсии, как-никак, я должен убедиться в том, что вам будет откуда командовать свержением диктатора.

— Сэр, а…

— Нет, Джон. Стар я уже стал, помогу советом, благо опыта мне хватает, но главным будешь ты. Именно ты свергнешь Кларка, станешь героем и кумиром миллионов, ну и ненавидеть, а то и пытаться убить, опять же, будут тебя, — хрипло разразился адмирал каркающем смехом быстро перешедшим в кашель. — Чертов возраст, — постучал он себя по груди восстанавливая дыхание. — Сам видишь, — развел он руками.

— Ясно, сэр.

— Идем, давно хотел на Вавилоне побывать, да все как-то не складывалось.

* * *

Изрядно изменившаяся Лита, в которой лишь лицо осталось более-менее узнаваемым, получила мысль-сообщение от Ошшо. Корабль был готов, зерги, как, впрочем, и многие другие, покидали Вавилон. Станция сыграла свою роль и теперь уже была не нужна. Вскоре она сама увидит Орион. Сможет расправить крылья и воспарить над звездой, в буквальном смысле. На пару секунд она отвлеклась от ученицы и позволила себе вновь пережить чужие воспоминания, проникнуться восторгом Шиллы от полета.

— Опять летаешь, — рассмеялась Талия, смотря на ту, кто стала за последнее время хорошей подругой и помощницей в деле обучения Алисы.

— Это сильней меня, — шевельнула крыльями Лита, — хочешь поделюсь?

— Нет, — покачала головой Талия, — боюсь, потом спать не смогу, а чешуя мне не пойдет, — подколола она подругу.

— Пфе, зависть, — гордо вздернула нос Лита, удачно попавший свет окрасил мельчайшие чешуйки шеи в нежный перламутр, правда, с несколько зеленоватым отливом, но все равно смотрелось здорово. — Ладно, мне нужно идти. Пока, снежинка, — потрепала она Алису по голове, втянув когти, чтобы ненароком не поцарапать.

— Ага, до свиданья тетя Лита, — изобразила пай девочку ученица.

— Р-р-р! Не называй меня так, я чувствую себя старой!

— Ящерицей? — невинно захлопала глазами Алиса.

— Шмеёй!

— Не, не похожа, — решительно замотала головой девочка.

— А так? — продемонстрировала клыки Лита.

— У Шушшика круче будут.

— И когда это ты успела с сим легендарным червяком познакомиться?

— Ну, не то чтобы познакомиться, — Алиса коснулась виска.

— Ясно, — хмыкнула Лита, — значит, ты могла стать полузергом.

— Ага, но как-то струсила.

— Ну, ты не прогадала, — кивнула на вернувшуюся с дежурства Сьюзен Лита.

— Да, у меня теперь целых две мамы.

— Завидую, — совершенно искренне ответила Лита, привычно сопроводив слова мыслеобразами.

— Привет, — поздоровалась Сьюзен, падая на диван и расстегивая китель. — Как позанимались?

— Отлично, Алиса уже неплохо дозирует наполненность мыслей, а то раньше от сопутствующей информации даже суть сообщения размывалась.

— Молодец, — одобрительно кивнула Сьюзен, млея от рук Талии разминающей плечи. — Улетаете?

— Да, война вступила в решающую стадию.

— Угу, — буквально промурлыкала уставшая Сьюзен прикрыв глаза. — Ворлоны разделили свою армаду, еще и часть сил отозвали.

— Да, теперь осталось их разбить.

— Это будет не так-то просто.

— Как знать, — пожала плечами Лита, — Орион давно готовился, Прародитель наверняка предусмотрел варианты.

— Надеюсь.

— Как успехи в деле свержения Кларка? Я что-то упустила в последнее время новости из дома.

— Неплохо, даже хорошо, с появлением у капитана сил хомо, удалось нанести пару серьезных ударов по самым одиозным сторонникам режима, на Марсе снова восстание, почти все колонии вышли из Альянса, правда, не все к нам присоединились, но помощь в том или ином виде они все равно оказывают. Много добровольцев и просто сочувствующих.

— Побеждаем значит помаленьку?

— Угу, земля под ногами у Кларка горит и трон шатается.

— Под одним он уже рухнул.

— Ха, до сих пор не могу себе представить Лондо императором.

— Да, вселенная любит пошутить, — рассмеялась Лита чуть шипяще. — Хорошо, что ты успела прийти, — сказал она вставая. — Вы в этом сумасшедшем мире оказались для меня самыми близкими подругами. Я рада, что смогу с вами попрощаться. Идите сюда, — расправила крылья телепатка.

Обнявшись на прощанье все четверо на краткие секунды слились разумами, слова были не нужны. Они лишние там, где можно напрямую поделиться чувствами. Лите желали удачи и счастья в новой жизни, она же обещала сделать все чтобы сберечь гнездо. Походя и совершенно не задумываясь включив в него Талию, Алису и Сьюзен. Все же, трансформация тела была хоть и весьма наглядна, но куда менее значительна чем внутренние, духовные изменения.

По сути, от того огрызка Литы Александр, что оставили ворлоны, теперь не было и следа. Она сама решила уничтожить старое, не реставрировать руины, а убрать их окончательно, оставить лишь фундамент, стержень на котором была создана новая личность. Фактически она добровольно пошла на то, что пси-корпус творил насильно создавая спящих. Ирония судьбы. Вселенная порой имеет странное чувство юмора.

* * *

— Нас переиграли, а значит — мы выполнили свою миссию.

— Нам это доставляет мало радости. Они не дадут нам уйти. Нас словно сор выметают из космоса.

— Удалось спрятать лишь два десятка кораблей и нет гарантий, что их не обнаружат и не уничтожат.

— Младшие расы делают с нами то же самое что с дракхами, а нам нечего им противопоставить.

— Мы сами растили собственных убийц. Нам не уйти.

— Но мы в любом случае добились своей цели. Ворлон проиграл.

— Они разделили армаду. Глупцы. Отправили большую часть судов прикрытия назад.

— Ворлоны никогда не умели и не понимали войны и глубинной сути конфликта как двигателя развития. Их уничтожат, возможно, даже раньше нас.

— Они уверены, что их выкормыши придут им на помощь. Своих планетоубийц они оставили практически без прикрытия. Ждут, что минбарцы встанут под их знамена.

— Нам от этого не легче!

— Стянем все силы к За‘ха‘думу и когда молодые расы лишатся флота в драке с ворлонами, уйдем. Прорвемся сквозь их территории, они не смогут нас остановить, нечем будет.

— Вы говорили с ним?

— Нет. Он сам по себе. Хватит уже.

— Мы поддерживаем ваш план.

— Присоединяемся.

— Мы с вами.

— Решено.

* * *

Шилла бросила взгляд на замершего в соседнем коконе-единения Шушшика и прикрыла глаза. У нее была важная миссия — сохранить жизнь командующего флотом и по совместительству своего самца. Она позволила себе мгновенье помечтать о будущем гнезде, но лишь мгновение. Враг рядом, битва будет непростой. Уловив отголосок сожаления она послала ободряющую мысль наполнив ее нетерпением Титана. Ей тоже хотелось бы, чтоб Прародитель был тут, но тот был занят более важным делом. Даже его тень ощущалась смутно и отдаленно.

* * *

— Враг выходит на орбиту Кориндар-семь!

— Флот прикрытия преследует разбитые эскадры!

— Пора, сигнал!

— Есть!

* * *

«Атакуем!» — стеганула по разумам экипажей и кораблей мысль наполненная азартом хищника настигшего жертву. Десятки гигантов проявились в обычном космосе в окружении сотен воронок обычных гиперпереходов. Оказавшийся прямо перед флотом ворлонский планетоубийца задергался. Это было отчетливо понятно зергам, это будоражило их кровь. Многие не выдержали и позволили себе издать предвкушающий звук.

Потоки энергий, сопоставимые суммарно в разрушительной мощи со звездными протуберанцами, обрушились на гигантский желто-красный корабль, буквально превратив того в ежа. Вот только вместо игл были впившиеся лучи и взрывы от импульсов. Каких-то жалких полминуты ушло на то, чтобы изменить мир. Непобедимый и страшный планетоубийца превратился в мертвый, разваливающийся и изодранный, словно когтями и клыками панцирь, да и тот поломанный и дырявый.

Восторг задравшего добычу хищника наполнил флот. Шушшику показалось, что корабли даже содрогнулись от рева и шипения наполнившего их. Впрочем, он и сам не сдерживался. Однако, дело было еще не закончено. Ворлонам вырвали клыки, но у них еще были коготки, да и головенку им для надежности откусить стоило. Парой мысленных команд он быстро утихомирил зергов и развернул эскадры на растерявшихся врагов.

* * *

Шилла была довольна, слияние с огромным кораблем позволяло ей почувствовать себя охотницей. Как рядом с только что уничтоженным гигантом она смотрелась щенком на фоне матерого пса, так и ворлонские крейсера теперь были бросающимися на кошку крысами. Они больно кусались и неприятно царапались, но против ее могучих клыков и когтей были бессильны. Восторг и азарт акулы, проходящей с открытой пастью сквозь косяк сардин, упоение, все это она испытала за время боя. Увы, но большего она себе позволить не могла, ее Титан был флагманом, а потому ей приходилось быть осмотрительной. Впрочем, безрассудными зерги бывали редко.

* * *

— Ворлоны отступают.

— Флот перестроился.

— Запрос на атаку?

— Подтвержден.

— В бой! Дожмем гадов!

Потрепанные эскадры доброго десятка малых рас, что образовали недавно Кориандорский Оборонительный Союз, пошли на перехват отступающего врага. Теперь-то они смогут отомстить за все ранее понесенные потери. Да, это было необходимо, но от того не менее обидно и ничуть не более приятно.

* * *

«Это вам за Лекина», — фыркнул Лоуч, смотря как трепыхается попавший в ловушку флот ворлонов. Зажатые между значками эскадр мши, зергов и кораблями врии крейсера изначальных гасли один за другим. «Спасители», — презрительно дернул он хвостом. Только и можете, что на преимущество в технологиях полагаться. Отдавать какие-либо приказы не требовалось. Да и какие приказы, когда тут и нужно-то было — стрелять побыстрей и поточней. Зачем зря эфир засорять? Вот Лоуч и не засорял.

Бросив взгляд на глобальную проекцию, он мимолетно отметил помаргивающую звезду в почти уже позеленевшем круге. Такое вот нехитрое представление говорило о том, что флот аббаи почти разобрался с очередной планетой ворлонов. Вообще, те явно играли ва-банк. Бросили свои тылы без прикрытия, оставив лишь символический минимум кораблей. Похоже, они были свято уверены, что на их окутанную покровом тайны территорию никто не посягнет. «Мы не из пугливых», — прянул ушами командующий вторжением Лоуч. «А еще мы очень любопытные», — добавил он отмечая обведенные серенькой каймой огоньки.

— Нападение на кориандр-семь отбито, — пришла мысль-доклад принесшая короткий рапорт о событиях недавно отгремевшего сражения.

— Хорошо, — кивнул Лоуч возвращаясь к проекции демонстрирующий текущую обстановку.

Что спешно возвращающийся домой флот будет перехвачен лишь чуть позже разгрома первой части разделившейся армады — вышло случайно. Впрочем, в такой войне что бушевала вокруг, подобное было даже где-то и закономерно. Однако, это же и породило ряд проблем. У Ориона просто физически не было кораблей для помощи Центавру. А ведь как раз к нему и направился последний убийца планет ворлонов. Прародитель и так взял минимальное сопровождение для своей миссии, но все равно центаврианам и остальным придется отбиваться самостоятельно. Флот бывших вассалов, усиленный чем и кем только можно, сейчас был неспособен оказать им серьезную помощь. От него мало что осталось, но они сумели справиться со своей задачей, обеспечили прорыв брандерам и уничтожили врага. К сожалению, сами они так же серьезно пострадали. Увы, за все приходится платить.

— Крупные корабли ворлонов уничтожены, добиваем мелочь.

— Поспешите, — послал мысль Лоуч, хоть и знал, что медлить никто не станет.

Им было ближе всех до Центавра. Возможно, если те не справятся сами, им придется атаковать врага рядом с мертвым миром. «Хорошо, что Вир на Вавилоне», — подумал мши о друге. Как же давно они были веселыми и беззаботными. Придет ли снова это время? Да! В этом Лоуч не сомневался. «Я сделаю все, чтобы оно настало поскорей», — взмахнул он решительно кисточкой на хвосте и встал с кресла. Удобно в нем конечно, спору нет, но как же ему осточертело сидеть и командовать. Впрочем, порыв был быстро и безжалостно подавлен волей и чувством долга. Его долг — посылать других на смерть. Тяжелое и неприятное бремя, за которое глупцы будут славить победителя, мерзкая работа которую приходиться делать и делать хорошо. Ведь иначе, смертей станет больше.

* * *

Битва за Центавр началась для ворлонов раньше ожидаемого. Собственно говоря, они были атакованы прямо в гиперпространстве отрядом добровольцев, принимать бой и подвергаться риску они не стали, предпочли выйти в обычный космос. Тем более, что до цели оставалось недалеко. Открывшие огонь из всех орудий самоубийцы последовали за противником. Вреда особого они не причинили и вообще были быстро перебиты, однако, они сделали главное — дали точную наводку для остальных кораблей флота.

Не имея возможности применить набитые антиматерией брандеры, центавриане и союзники решили выиграть время. Сделать все, чтобы обеспечить ударному кулаку идеальные условия для атаки. Конечно, у них нет зерговских Титанов, но новейшие линкоры были не слабее тех, что строили мши. По всем расчетам выходило, что им хватит огневой мощи для нанесения серьезного, а возможно и фатального урона планетоубийце ворлонов. Однако, рассчитывать на то, что удастся выманить флот прикрытия на мнимое отступление не стоило. Поэтому его требовалось уничтожить.

Новейшие корабли предоставленные всеми участвующими в обороне Центавра расами должны были не рваться к гиганту, а именно что уничтожать его сателлитов. Ворлоны давно уже не были воинами и сейчас это проявилось особенно ярко. Уверенные, что противник подставит борт, они даже немного отошли от охраняемого левиафана. Атаки многочисленной мошкары были неприятны гиганту. Только закусать они его вряд ли бы сумели. Уж точно не до того, как их перебьют.

Огромным сюрпризом для изначальных стало нападение не на убийцу планет, а на его охрану. Флотилии центавриан и остальных вышли за кормой левиафана, буквально нос к носу столкнувшись с приотставшим конвоем. Потирали ли шупальца ворлоны или нет — истории неизвестно. А вот что им точно пришлось делать, так это быстро отдавать приказы своим оказавшимся вдруг под плотным огнем кораблям, да еще и спешно перестраиваться против идущих боевым курсом эскадр младших.

* * *

Бой из штаба или даже с мостика флагмана выглядит совсем иначе чем из рубки корабля непосредственно в нем участвующего. Т’Ран, Атир и большинство остальных прекрасно представляли себе чувства капитанов Гелона и Шиллы, которые сейчас добивали ворлонский крейсер. Ведь они всего на полминуты опоздали с маневром и открытием огня. Сейчас-то им не до отвлеченных мыслей, но вот потом, если уцелеют, ночью в темноте, лежа на койке они наверняка не смогут заснуть и раз за разом будут прокручивать одну и ту же картинку. Задаваться вопросом: могли ли они спасти «Вотулу»? Корабль был уничтожен тем самым крейсером, чье обозначение погасло, значок врага стал серым, его не так уж и сложно разглядеть, но в глаза он теперь не бросается, видеть картину боя не мешает.

— Эскорт завяз, вероятность полного уничтожения кораблей Ворлона в течении часа восемьдесят два процента, — доложил пакмар отвечающий за аналитику.

— Они творят какую-то дичь, мне это не нравится, — Далит вопросительно взглянул на своих помощников.

— Атаковать, — кивнул Т’Ран переглянувшись с Атиром.

— Уверены?

— Да, — теперь уже ответ дал центаврианин.

— Вводите группу.

— Есть, — синхронно козырнули, правда каждый на свой манер, адмиралы.

* * *

Полсотни центаврианских линкоров с втрое большим числом крейсеров и кучей судов меньшего класса вышли из гиперпространства на пути спешащего к цели гиганта. Словно листья ветку они окружили его своеобразным облаком мелких листиков и принялись жалить. Безжалостно и часто. Стараясь ударить по уже имеющимся ранам, поразить в образовавшуюся болячку, сковырнуть ее, вновь заставить течь кровь, отравить, укусить и растерзать.

Гигант терпел, долгих десять минут он терпел и упорно полз вперед, но рано или поздно всему приходит конец. Ворлоны понимали, что помощи им ждать неоткуда. Возможно, они рассчитывали на исчерпание накопителей и снижение интенсивности обстрела, тогда бы их планетоубийца смог регенерировать, затянуть самые страшные раны, но видимо огонь защитников был слишком силен. Луч, что был способен убивать миры ударил по кораблям. Словно мокрая тряпка стирающая пыль он метнулся по космосу. Те, кому не повезло испарились. Какие взрывы?! Нечему там было взрываться.

Из сотен кораблей удар пережила лишь половина. Очень злая половина, не собирающаяся отпускать убийцу друзей, приятелей, знакомых. За братьев по оружию, что пали в этой дурацкой и ненужной младшим расам войне, за невиновных и непричастных к воинскому сословию, но все равно расставшихся с жизнями, за все то зло и горе, что причинил свет, оставшиеся клещами впились в исполина.

Какие к демонам накопители?! Всем было наплевать! Энергию подавали напрямую на главный калибр. Никого не заботило, что техника идет вразнос. Влить лишний мегаватт в гада, быть может именно его и не хватает что бы он издох?! Корабли взрывались, реакторы не выдерживали, системы защиты и блокировки отключались. Автоматику затыкали банальным выстрелом в динамик. Еще, еще один залп, еще один импульс, еще одна секунда, успеть, главное успеть прожить вот это конкретное мгновение, на следующее никто не загадывал. У кого-то оно наступало и укрощенные потоки буйствующих излучений били по врагу, у кого-то нет, и они сгорали в звездном пламени взорвавшихся реакторов.

Новый удар гиганта поставил точку в противостоянии. На этот раз не уцелел никто.

* * *

— Ползет, тварь, — прошипел не хуже зерга Атир, смотря на медленно приближающуюся точку планетоубийцы ворлонов.

— Он сильно поврежден, но нам нечем его атаковать, — скрипнул зубами Т’Ран.

— Вы уверены, что не стоит отзывать наш флот? — спросил Далит, стоящий рядом со своими замами.

— Нет, — отрицательно и удивительно синхронно ответили оба.

— Тогда, приказываю вам эвакуироваться.

— Мы…

— Н…

— Это приказ. Выполнять!

* * *

«Всегда знал, что так все и закончится», — хмыкнул Далит, который начинал с пилота истребителя. «Дурная же у нас в роду традиция», — рассмеялся адмирал, вспомнив предков. Большая часть так и не вернулась домой, а из тех что добрались, не все были целыми, а уж тех, кто в постели помер, таких вообще единицы на два десятка поколений.

— Знаешь, Сатил, — обратился дрази к бракири, сидящему на месте пилота, — на родине у меня осталась внучка.

— У меня внук, — не отвлекаясь от приборов кивнул тот.

— Тоже темноты боится?

— Нет, у нас боятся кометы.

— Ну да, ну да, она же у вас символ смерти.

— Слишком близко пролетает, кажется, что на небе второе солнце стоит, ну и понятное дело куча разных катаклизмов из-за нее случается, приливы, метеоритные дожди и все такое.

— Да, мне это кажется забавным, хоть я и могу тебя понять. У нас не так, планета медленно вращается, еще и вытянутая орбита. Долгая ночь, холодная темная зима. Впрочем, что я тебе-то рассказываю, — хмыкнул Далит. — Уж что-что, а астрономию и астрографию ты знаешь поди лучше меня.

— Угу, — кивнул Сатил сосредоточенно вводя команды. — Готово, — откинулся он на спинку кресла и развернулся к старому другу.

— Внучка боится монстров, что бродят у домов зимними ночами, говорит, что слышит их рев в завываниях ветра. Такая смешная, всегда ко мне прибегала, когда я на планете бывал.

— У нас тоже хватает страшных сказок, — кивнул бракири.

— Ты ведь не раз обещал внуку, что не дашь чудовищам его съесть?

— Да.

— Пора нам сдержать слово.

— Приказы, адмирал?

— Идем на врага, прикрытию принять на себя удар, у него нет малых орудий, мы подойдем в упор и откроем переход, прямо по курсу. Не с его размерами, скоростью и повреждениями от такого увернуться. Не успеет. Вперед.

— Есть.

Чудовищный луч смел жалкую горстку кораблей, ворлоны вовсе не хотели получать новые пробоины, а потому выстрелили на упреждение. Они спешили, они очень хотели побыстрей покончить с планетой. Возможно, они просто не могли сбежать. Все же, их здорово потрепали. Разбираться в мотивации врага желающих не было. Вряд ли у них не работала связь, да и просто остановиться они могли, если бы захотели, пусть даже и из страха за свою жизнь. Но все случилось как случилось.

Эскорт флагмана погиб, не сделав ни единого выстрела, но сам он уцелел и вышел точно на встречный курс. Гигант напоролся на воронку гиперперехода. Создавшая ее мошка вспыхнула в пламени не выдержавших нагрузки реакторов. Оставивший в огромной туше планетоубийцы рваную пробоину разрыв в пространстве захлопнулся. Порожденный им выброс пришелся куда-то внутрь левиафана и видимо стал тем самым золотым выстрелом.

Т’Ран и Атир потом не раз пересматривали запись того, как из вздрогнувшего исполина бьет столб пламени, по панцирю-броне пробегают трещины из которых вырываются все новые и новые гейзеры, а затем, созданное для убийства миров чудовище начинает заваливаться набок, словно сдохшая рыбина, собирающаяся всплыть кверху брюхом. Монстр умирал долго, почти десять минут длилась его агония, а остаточные сотрясения фиксировались еще целый час.

Это была победа. Вот только, цена за нее была заплачена огромная. Невероятная цена. Ни одна из цивилизаций еще не платила столько, сколько пришлось отдать за последние сутки. Десятки разумных видов еще долго будут отмечать в своих календарях этот день как траурный. Праздновать, веселиться и оплакивать тех, кто остался там, в холодном космосе, вечно странствуя меж звезд, лишенный последнего пристанища.

* * *

— Господин президент, — козырнул адмирал, войдя в кабинет. — Вы хотели меня видеть?

— Да, Нильсон, хотел. Каковы наши шансы на победу?

Под взглядом серых глаз адмирала Кларк поежился, но все же удержался и не отвел требовательного взгляда. В последнее время все пошло кувырком, он плохо спал, срывался на подчиненных, нервничал и честно признавался себе, что боится, до дрожи боится каждого нового утра, ведь оно может стать для него последним.

— Нам не победить, мистер президент, — ответил адмирал отводя взгляд.

— Что?! — опешил Кларк.

— Мы можем выиграть бой, но даже в самом благоприятном случае войну мы проиграем. Фактически, мы остались сами по себе, сэр. Даже на Марсе наши войска лишь удерживают военные базы, да и то не все.

— Тогда зачем? — президент Земного Альянса будто разом постарел на десяток лет.

Нильсон смотрел на человека, что враз превратился в пустую оболочку. Словно воздушный шарик из которого вытек воздух. Жалкий и сморщенный. Адмирал впервые обратил внимание на то, насколько же седы обрамляющие лысину Кларка редкие волосы. Мешки под красными от недосыпа глазами и тяжелые набрякшие веки, серое лицо, даже скорее пепельное. Отталкивающее зрелище древней развалины. «А ведь ему всего-то шестой десяток пошел», — подумал адмирал, с брезгливой жалостью смотря на президента.

— Я скажу прямо… — начал Нильсон и задумался «а стоит ли?»

— Сделайте милость, — вяло махнул рукой Кларк.

— Я и те кто поддерживает вас, мы давали присягу, но это не главное. Шеридан и идущие за ним, они тоже ее давали и… соблюдают. Разница между нами не в том, что мы разделяем ваши методы. Нет, сэр, большинству кадровых офицеров и даже рядовых они отвратительны. Однако, мы разделяем ваши цели. Понимаете, господин президент?

— Более чем.

— Буду откровенен, тем более, что шансов пережить предстоящую мясорубку у меня не так уж и много, мы пошли за вами по убеждению. Вы перегнули палку, но тот же Сантьяго или кто-то вроде него — еще хуже. Возможно, мы все неправы. Изоляционизм и национализм, ксенофобия, все это не пойдет Земле на пользу, но и стелиться под инопланетян, возводя их чуть ли не в ранг богов, считать себя ничтожествами не достойными иметь собственное мнение и культуры — еще хуже.

— Именно!

— Кларк, за все то, что вы натворили на посту президента, я бы вас просто пристрелил, вы обычный диктатор, но вы умудрились сделать важное дело. Пусть неосознанно, но вы подняли вопрос нашей самоидентификации среди других рас космоса на новую ступень. Неважно, чем закончится гражданская война, важно лишь что она не обошла никого стороной. Так или иначе, но мы останемся землянами, а не превратимся в хомо. Вот за это я и верные вам люди идут сражаться. У нас есть козырь, мы постараемся воспользоваться им наилучшим образом. Чем тяжелее будет бой, тем выше шанс, что ничего подобного не случится в будущем. Тем больше наших сограждан задумается и тем меньше из них останутся сидеть на диване перед мониторами. Честь имею, господин президент, — козырнул Нильсон и наплевав на протокол покинул Кларка не дожидаясь разрешения.

* * *

— Обстановка?

— Разведка докладывает, что флот адмирала Нильсона занял позицию на полпути к луне. Эскадра Черная Омега пропала. Аналитики считают, что она укрыта на спутнике.

— Есть по ней что-то кроме того, что корабли в нее входящие используют технологии теней?

— Нет, сэр.

— Ясно, дайте связь с Ивановой.

— Сэр?

— Сьюзен, я передам под твое командование флот Белых Звезд, ты станешь нашим арьергардом и будешь прикрывать нас от атаки со стороны луны.

— Ворлоно-минбарские корабли против крейсеров на стыке наших и теневых технологий? Это будет интересно.

— Это будет чертовски опасно, капитан-лейтенант, — осадил Иванову Шеридан.

— Не сомневаюсь. Разрешите выполнять?

— Разрешаю.

* * *

Сьюзен, перебравшаяся на мостик Звезды-один, барабанила пальцами по подлокотнику напрочь игнорируя бросаемые на нее взгляды некоего Маркуса. Этот рейнджер, занимающий не последнее место в иерархии анла’шок, с самого момента своего появления не давал ей проходу. Конечно он за ней не бегал с цветами и не пел серенады, хвала отличной звукоизоляции кают, но на глаза попадался регулярно. «Волосато-бородатый оборванец», — кашлянула она, вспоминая слова дочки, когда в очередной раз зацепилась взглядом за фигуру старпома.

— Зафиксированы источники энергии!

— На экран! — тут же собралась Сьюзен забыв о посторонних мыслях.

Карта луны вспыхнула десятками засветок, враг проявил себя, поняв, что таиться бесполезно. Если, конечно, они собираются помочь сражающимся с флотом Шеридана силам. Дела у последних шли не важно, мало было на стороне Кларка кораблей, слишком уж его режим оказался кровавым. Это пехотинца можно на идейного ополченца легко заменить, с офицером боевого звездолета такое провернуть в разы сложнее.

— Перестраиваемся. Формируем лапу. Три пальца.

— Есть.

Пока покинувшие поверхность спутника корабли выстраивались в три линии и формировали плоскость, более шустрые Звезды образовали перевернутый трехмерный клин. Пятерки на концах стали своеобразными когтями, что должны были пробить строй врага уничтожая концентрированным огнём вставшие на пути крейсера, остальным же предстояло вести беглый обстрел и быстро сменять павших товарищей. Несмотря на использование теневых технологий, земные суда так и не избавились от вращающейся секции, а значит у них наверняка нет избытка энергии. Что автоматически означает классические для ВКФ Земли проблемы с маневрированием. Броня — прекрасно, но все же лучше, когда в тебя пореже попадают.

«Атакуем!» — приказала Сьюзен на автомате застегивая ремни. «Как ворвемся в их строй, работаем в плоскости. Направление на центр», — распорядилась она собираясь провести классический маневр. Земные корабли, из-за подвижной секции, всегда были более уязвимы с боков и при заходе сверху или низу. Вот только в новых кораблях подобное оказалось предусмотрено. Конечно, и раньше имелись башенные батареи способные наказать врага, только они были слабоваты против Белых Звезд. Старые были слабоваты. Новые же оказались в самый раз.

Удачно начавшаяся атака превратилась в полностью провальную, когда по ворвавшимся в строй землян кораблям ударили с четырех сторон. Все же, не смотря на огневую мощь способную даже крейсер теней уничтожить, сами по себе Белые Звезды тянули максимум на эсминец со всеми вытекающими вроде маневра и защищенности.

«Выходим из боя! Быстро! Отступаем!» — командовала Сьюзен стискивая подлокотники и не отводя взгляда от гаснущих обозначений кораблей вверенного ей соединения. Потеряв треть Белых Звезд ее эскадры сумели оторваться и начать перестроение. Враг не спешил, предпочитая восстановить заряд в накопителях, а не соревноваться в скорости с заведомо более быстрым противником. Вовремя заметивший проблемы в тылу Шеридан усилил натиск на фланг и теперь основной бой окончательно ушел в сторону. По сути, капитан прикрылся Землей, теперь его при всем желании нельзя было атаковать в спину.

— Мэм, принимаю сигнал.

— На экран.

— Есть.

— Капитан-лейтенант, — кивнула появившаяся на мониторе Делен, — держитесь, мы уже рядом. Дайте координаты для выхода из гиперпространства.

— Секунду, — Сьюзен сделала Маркусу знак отправляя запрошенное.

— Получила, — кивнула минбарка.

— Мы атакуем через пять минут. Удержим их в заданном районе.

— Поняла. Не рискуй, Сьюзен, у тебя дочка.

— Не буду. Отбой.

— Конец связи.

Командовавший эскадрой Черная Омега вице-адмирал Джеймсон предпочел сдаться. Бессмысленно было гибнуть в заранее проигранной битве. «Это не сражение на рубеже», — сказал он в открытом эфире отдавая приказ о капитуляции. Была и еще одна причина для такого поступка — флагман Нильсона и сам адмирал погибли за пару минут до появления минбарского флота, а чуть позже пришло известие о том, что Кларк застрелился. Многие из тех, кто вышел на бой, сочли такой поступок предательством и трусостью, были и те, кто его одобрил. Впрочем, сделать из кровавого диктатора мученика не удалось, хоть некоторые и пытались. Трижды. Пока сами за ним не последовали. Обычное дело после гражданской. Всегда найдется тот, кто желает помахать кулаками после драки.

* * *

Драал открыл глаза и невидяще огляделся. Великая Машина отключила своего оператора? Как такое вообще возможно? Затуманенный взгляд и сумбур в голове не позволили ему сразу разглядеть трех стоящих перед ним существ. Верней, видеть-то он их видел, но как бы насквозь, не акцентируя внимания.

— Превед! — вскинул мохнатые лапы с внушительными когтями расположившийся ближе гость привлекая внимание оператора Великой Машины.

— А? — вяло отреагировал давно не пользующийся голосовыми связками минбарец.

— Я Бир, а это Шуп и Щуп, — кивнул непонятно как оказавшийся тут мохнатый пришелец на пару зергов.

— Драал, — счел нужным представиться минбарец, который совершенно ничего не понимал.

— Рад лично с вами познакомиться, — наклонил лобастую морду Бир. — Вы это, машинку нам одолжите ненадолго, нам надо ее передатчиком воспользоваться.

— А…

— Да мы вернем, не волнуйтесь и вообще извините, что пришлось вас от подглядывания за галактикой отвлечь, но нам срочно. Прародитель попросил, сами понимаете. Позязя, — добавил монстр подумав и улыбнулся.

— Угу, — только и смог пробормотать Драал выбираясь из тенет сердца Великой Машины. Вот понял он каким-то шестым чувством, что или сам вылезет, или его вынут. Возможно, по частям. Конечности гостей наводили на какие угодно мысли, но только не на те где фигурировали кисти, краски и аккуратное обращение с телом ближнего своего.

— Пасибки, — поддержал минбарца Бир.

— Пожалуйста, — кивнул на автомате Драал, досадуя на ослабевшие мышцы ног.

* * *

Флот теней занял оборонительные позиции над За’ха’думом и приготовился дать свой последний бой. Появление кораблей зергов ничего иного кроме смерти, по их мнению, принести не могло. Правда, прибывших было маловато, впрочем, рядом с ним были звездолеты старых врагов, так что отбиться вряд ли удастся, да и бесполезно. Эти не справятся, так пришлют других. Тем не менее, сдаваться никто не собирался.

— Фиксирую воздействие.

— Кхм, вот ведь неспокойные какие.

Тело Прародителя пошло рябью и стало больше напоминать текучую воду или плотного призрака. Возникшие из ниоткуда огромные огненные глаза, похожие на пылающие звезды, вдруг подернулись дымкой. Несколько из них сжалось в щелочки, а затем и давление на разум исчезло, пропало вместе с визуальными эффектами ментального воздействия.

— Так-то, — потер кулак, вернувший себе материальность Прародитель.

— Отличный удар, — потер парой крупных светящихся отростков ворлон.

— Будут они мне тут еще мозги полоскать и в душу лезть.

— Теперь точно не будут.

— Прародитель, мы зафиксировали мощный выброс энергии, на планете взрывы.

— Угу, как-никак четыре усилителя раздолбал. Ладно, повторите еще раз сообщение. Надеюсь теперь их проняло.

— Есть ответ, нам дают коридор.

— Полетели.

Расступившийся флот теней пропустил на нижнюю орбиту флагманский Титан зергов и корабли изначальных. От гиганта отделилось малое судно и нырнуло в атмосферу. Мелькнув болидом, листовидный челнок с утолщением в центре погасил скорость и прошел через шлюз в центральный купол. С огромным удивлением тени смотрели, как из кораблика первыми выбираются их собратья, что были посланы убить посла ворлонов, а уж когда за ними и сам объект убиения появился… Впрочем, куда больше их поразил последний пассажир. Нечто подобное ему они последний раз видели очень и очень давно.

— Приветствую, — отправил насыщенную информацией мысль зерг.

— Прародитель, — поклонились тени, просто не знающие как себя вести.

— Он что, сбежал?

— Нет.

— Спрятался значит. Лориен! Подлый трус, выходи! — ударил мысленный крик, чуть не поваливший всех присутствующих.

Ответа не последовало.

— Все равно же найду! — на этот раз мысль была не столь громкой, впрочем, перешедший в энергетическую форму гость, сияющий словно сверхновая, был куда более внушителен.

Что именно и как произошло понять представители древнейших разумных видов просто не успели. Потом они бесспорно разобрались, что Лориен, первый из изначальных, атаковал. Он попытался развеять Прародителя, разрушить его суть ударом своего нематериального тела, но это было потом. Вот в тот момент они лишь ощутили буйство энергий на многих планах разом, да оценили визуальные эффекты от мелькнувшего луча фонящего излучениями по всем диапазонам.

— Ну привет, — оскалился Прародитель вернув себе частично материальную форму.

Шмяк — вполне себе обычный кулак расквасил нос Лориену. Шею первейшего охватывала переходящая в руку зерга полупрозрачная матовая субстанция. Смотреть на происходящее без дрожи изначальные не могли, но и взгляда не отводили. Завораживающий ужас — так можно было описать ощущаемую ими картину.

— Что ты там вещал про математику? — удар. — Не нужна значит была? — удар. — Необходимости в медицине не было? — удар. — Между звезд путешествовали, твари? — удар, удар, удар. — Кто-то заболел и умер значит? — удар. — Ты мне глазки-то не закатывай, я тебе так просто уйти не дам! — встряхнул изрядно мятого первейшего из первых Прародитель.

— Нет, не надо!!! — задергался Лориен когда с его головы было сорвано украшение с драгоценным камнем по центру.

— Надо, еще как надо, — рука утратившая материальность легко раздавила камень и сформировала сферу. — Вот значит, как, — прохрипел Прародитель, всматриваясь бездонными провалами на месте глаз в клубящийся багровый туман. — Сколько вас было в пантеоне?! — сдавил он горло жертвы. — Ну!!!

— Тринадцать, — обвис Лориен.

— Что же вы такое, твари, делали, что умудрились заставить в себя как в богов искренне уверовать? Хотя, о чем я, — поднял Прародитель сферу к лицу. — Вот это вы и делали. От собственного вида ничего не оставили, а потом и других губили, пока друг с другом не передрались. Стоило оно этого? А, изначальный? Стоило?!

— Да! Я был богом! Творцом!!!

— Ты был демоном, который в итоге оказался на умирающей планете и засел в пещерах, подпитываясь болью и смертью что несли они, — чуть кивнул в сторону теней Прародитель. — Тебе ведь надо было повести оставшихся туда, где о вас не знают, где есть лишь молодые расы, тогда бы ты вновь смог пополнять вот это, — помахал сферой Прародитель. — Твои собратья были убиты теми из воспитанников кто понял их суть, но вы всегда забывали свои распри и объединившись набрасывались на таких.

— Да! Они все глупцы, мы сделали их теми, кто они есть! Все они ничтожества, что обязаны служить нам! Рабы!

— Заткнись! Твой мысленный вопль уже все сказал. Пора платить.

— Ну давай же, убей!

— Нет, так просто ты не развеешься. Знаешь, я тут вспомнил, что садисты зачастую сами очень плохо переносят боль.

— НЕТ!!!

— Жри! — впечатал сферу в грудь Лориена Прародитель.

Неполный десяток древнейших рас в безмолвии смотрели на корчившегося в агонии демона, последнего из тех, кто на заре времен переродился за счет вырванной насильно веры и возомнил себя непогрешимым. Того, кто считал себя богом, но оставался примитивным дикарем из отсталого мира. Они и ему подобные воспитали и взрастили сотни рас в угодном им ключе. Миллионы и миллионы лет все были слепы, а тех, кто прозревал — уничтожали. Не перебей властолюбцы друг друга, будь они едины, впрочем, это не в их природе.

— Нет пророка в своем отечестве, зовем со стороны, — хмыкнул принявший вид ангела Кош, опуская руку которой прикрыл глаза в момент окончательной гибели Лориен.

— Пожалуй, нам действительно пора уходить.

— Держите, — протянул две сферы теням и ворлону Прародитель. — Тут суть ваших собратьев, что нам удалось спасти. Верните их к жизни. Пора вам начать собирать камни, рассейтесь по галактике, распределите сектора и следите за тем, чтобы подобные ему больше не появлялись. Учите молодые расы, приглядывайте, но не уподобляйтесь, не вмешивайтесь и развивайтесь сами. Ценно лишь свое, заемное — тлен. Вы сами только что видели, чего оно стоит. Идите.

— Да, Прародитель.

— Мы сделаем как Вы сказали.

— Грехи прошлого будут искуплены в настоящем и будущем.

— …

Эпилог

Торжество по поводу бракосочетания недавно избранного президентом Земного Альянса Джона Шеридана с главой Серого Совета Минбарской Федерации саттаи Делен подошло к концу. Молодожены приняли положенные поздравления, сказали нужные речи и наконец-то смогли остаться вдвоем. Правда, последнему пытался помешать Стивен Франклин, ставший главой ксенобиологического управления и, по совместительству, лечащим врачом необычной пары. Однако, неудачно сунувшийся с непрошенными советами доктор был послан далеко и по весьма извилистому маршруту. Как-никак, боевому офицеру не раз смотревшему смерти в лицо ненормативная лексика уставом даже предписывается. Крепкое словцо, оно, знаете ли, бодрит и мотивирует. В общем, Франклин осознал и обещал исправиться. Ему, естественно, никто не поверил, но новобрачные сделали вид. Все равно им придется его терпеть. Стивен — неизбежное зло.

* * *

— Попался, — оскалился Молари захлопнув дверь. — Вир-р-р, мальчик мой!

— Лондо, не надо!

— Надо, Вир, надо.

— Ваше императорское величество! Я еще слишком молод! Я жить хочу!

— Республика требует жертв!

— Почему я?! — рванул к стене Котто.

— Вир, я просто это вижу, — проворковала Ладира и мило улыбнулась.

— Обложили, — вздохнула жертва и отошла от тайного хода.

— А ты как думал, полезно, знаешь ли, иметь в супругах провидицу, особенно когда один наглец смеет от самого императора по всему дворцу убегать.

— Вселенная с вами, — махнул рукой Вир смиряясь с неизбежным.

— Вот и умница, — потрепала по щеке понуро усевшегося на ближайший стул центаврианина императрица.

— Давай, для храбрости, — протянул Лондо фляжку и положил на стол свиток с золоченной печатью.

Вздохнув и отхлебнув бизари, Вир решительно расписался.

— Вот и молодец, — улыбнулась Ладира.

— Идем, премьер-министр, представлю своего наследника кабинету и совету, — хлопнул Вира по плечу довольный жизнью и вселенной император Великой Республики Центавра Лондо Молари.

— Угу, — поднялся новоиспеченный наследник с тоской смотря на солнышко за окном и ветерок играющий листьями деревьев.

— Фляжечку, кстати, верни, без нее, знаешь ли, императорствовать проблематично.

— Жадный вы, ваше величество.

— Возьми, — рассмеялась Ладира и протянула такую же как у Лондо фляжку. — Поздравляю с назначением Вир, — обняла она его.

— Спасибо, — от чего-то молодой наследник вдруг подумал, что все не так уж и плохо. Подумаешь, работы много и ответственность огромная, разберется, в конце концов у него есть друзья, да и императорская чета на покой явно в ближайшие лет десять не уйдет.

* * *

Добрый день, свободные марсиане! С вами снова я, ваш любимый Маркус Мун. Сегодня мы обсудим свадьбу миссис Лиз Хемптон с мистером Майклом Гарибальди. Напомню вам, что во время борьбы с преступным режимом Кларка, мистер Хэмптон и возглавляемая им корпорация стала одним из основных поставщиков оружия и информации для подполья. К сожалению, группа преступников-телепатов, во главе с Альфредом Бестором, смогла узнать о его роли в деле освобождения Марса. Впрочем, они уже понесли за свои злодеяния самое суровое наказание. Между прочим, именно Майкл Гарибальди стал тем, благодаря кому правосудие свершилось столь быстро. Итак, позвольте представить вам сегодняшних экспертов…

* * *

— Любимая, я сегодня задержусь.

— Опять с Атиром будете выяснять кто из вас круче? — вздохнула Ка’Лот.

— Мы только пару партий сыграем.

— Знаю я твою пару партий. Ладно, иди уже, — махнула рукой нарнка улыбнувшись.

— Я не сильно задержусь, — поцеловал жену Т’Ран. — Сегодня один наглый центаврианин получит своих щелбанов, — потер лоб прославленный адмирал, предвкушая, как разработанная им стратегия позволит наказать извечного друга-соперника.

«Позвоню Арье», — решила Ка’Лот бросив взгляд на детскую. Поболтаем, планы на выходные составим.

* * *

Ветер шумел в ушах Литы несущейся со скалы. Кровь замерла в жилах. «Не поймаешь», — послала она игривую мысль распахивая крылья и ловко уходя от промелькнувшего тенью Ошшо. «Посмотрим», — пришла ответная мысль, наполненная образами вчерашнего вечера. «Ха!» — ответила она образом вздернутого носа, прошли те времена, когда ее можно было легко запутать и смутить. Сложив крылья Лита сама коршуном рухнула на спину зерга. Впрочем, тот и не думал уклоняться. Наоборот извернулся и раскинул объятья. Вот только и такой прием был предусмотрен. Точней, именно на него она и рассчитывала. «Маши-маши», — потерлась щекой о грудь «жертвы» Лита сложившая крылья. Ошшо пришлось поднапрячься, чтобы превратить падение в планирование, но жесткого приземления он смог избежать лишь используя всю мощь своих пси-возможностей.

На Орионе никогда по-настоящему не заходило солнце, но огромные пластины, неспешно плывущие в вышине, обеспечивали привычную смену дня и ночи для секторов укрывшей звезду огромной сферы. Стоящая на поляне пара одновременно посмотрела вверх и решила, что вечер уже наступил.

* * *

— Поздравляю, — обняла Алису Сьюзен.

— Мы так за тебя рады, — присоединилась Талия.

— Спасибо! — смахнула выступившую слезу Алиса.

— Стивен готов взять тебя к себе.

— Ну мам!

— Что? Я его не просила, честно, — открестилась Сьюзен. — Ты своей примерной учебой и золотым дипломом заслужила предложения доктора Франклина.

— Она не врет, — рассмеялась Талия и отправила мыслеобраз с мечущейся Сьюзен, что хотела попросить старого друга, но все не решалась, понимая, что дочери такое не понравится.

— Тогда ладно, — тряхнула снежными волосами молодая ученая. — Я согласна, док столько всего знает и у него такая интересная работа, вот в последней статье…

Переглянувшиеся подруги, мысленно усмехнувшись, принялись с удовольствием слушать совершенно непонятные им вещи. Обеим вовсе не было нужды понимать всю ту заумь, что на них изливает дочка, достаточно было видеть ее глаза. Собой они тоже могли по праву гордиться. Пусть Сьюзен и не просила Стивена, но ведь это не мешало обратиться к нему Талии. Бесспорно, Алиса и сама бы пробилась, но если есть возможности, друзья и связи — глупо ими не пользоваться.

* * *

— Посол Г’Кар, давненько вы к нам не заглядывали, — жизнерадостно помахал рукой Бжум отвлекшись от салата.

— Прошу простить, послы, но сами понимаете, с недавних пор мне приходится быть настороже, — вздохнул нарн. — Передайте плесени пожалуйста.

— Прошу.

— Благодарю.

— О да, слава пророка и великого учителя. Бегаете от последователей?

— Увы, приходится. На родине творится сумасшедший дом. Половина правительства желает меня короновать, а вторая просит благословения, чтобы править самим. Ужас!

— Сочувствую, — щелкнул клювом Пагроз. — Вот, попробуйте джак, рекомендую.

— Сладкое от стресса всегда отлично помогает, — авторитетно кивнула Калика.

— Сухарики спасут мир, — возразил Оллор, подтверждая смачным хрустом только что сказанное.

— Пф, — демонстративно отвернулась аббаи, но ее с головой выдал гребень.

— Вам бы на Орион перебраться, Г’Кар, — заметил дрази. — Там-то вас точно фанаты не достанут. Опять же займете место в совете.

— Да я, собственно, уже. Через пару дней улетаю, дела вот только передам и первым же рейсом.

— Кстати, — хлопнул ладонью йолу, — меня знакомый издатель попросил узнать, не будете ли вы против перевода и публикации вашей книги у нас?

— Чем мне это грозит?

— Хм, ну, возможно, вам придется бегать еще от пары миллионов поклонников, но, право слово, это же непринципиально.

— Ага, миллионом больше, миллионом меньше, — хохотнул антарианин.

— А, — отмахнулся нарн, — улечу, а там делайте что хотите.

— Обязательно загляните в наш сектор, там чудесные пляжи, — посоветовал ипша.

— Признаться, никогда не задумывался о купании в открытых водоемах.

— Поверьте, это того стоит, — кивнул дрази.

— На любителя, — притворно нахохлился Пагроз встопорщив разноцветные крылья, что вызвало бурную реакцию послов, уж очень забавно выглядел токати. — Могу еще и клювом грозно пощелкать, — добил он присутствующих.

— Как же мне будет не хватать наших посиделок, — утер выступившие от смеха слезы Г‘Кар.

— Пф, да все через пару лет на Орион переберемся. Дела совета…

— Бар расширим.

— Можно и парочку устроить.

— По одному в каждом секторе.

— Отличная идея!

— Предлагаю…

* * *

Монументальное здание академии Корпуса Мира сотрясалось от могучего рева мастер-сержанта гоняющего по плацу известную пару залетчиков. Раймонду Спрюэнсу, стоило некоторого труда подняться и дойти до окна. Возраст. Адмирал был далеко не молод. Да чего уж там. Он был стар. Вот только дряхлость в нем начала проявляться лишь недавно. «Пора мне на покой», — вздохнул он, понимая, что как только оставит свой пост главы учебного заведения, так и помрет в течении пары месяцев. Впрочем, его это мало беспокоило. Куда хуже — напортачить. С трудом прикрыв распахнутое по весеннему времени окно и бросив взгляд на наворачивающие круги парочку, старик улыбнулся. Когда-то очень давно и ему приходилось вот так же побегать. «Талантливые ребятишки», — покачал головой Раймонд, смотря как Кирон с Га’Каном, сопровождаемые багровым от ора сержантом несутся к полосе препятствий. «Узнать, что ли, чего опять эти двое учудили?» — пробормотал адмирал возвращаясь за стол.

* * *

— Привет Шушшик, — обрадовался мши появившейся на экране морде друга. — Чего по экстренному каналу?

— Лоушш шшпашшай, — прошипел тихонько зерг.

— Опять?! — неподдельно удивился Лоуч.

— Шшнова, — потупился Шушшик.

— Какой ты, однако, плодовитый, — хмыкнул мши и почесал ухо, мимолетно отметив, что оно совсем уже полысело. Так ведь, возраст-то у него уже порядочный.

— Шушшик! — раздалось громоподобное откуда-то из сумерек пещеры, а упомянутый с мольбой бросил взгляд на друга.

— Ладно, держись, мы своих не бросаем, тут ко мне Вир с визитом собрался, так что жди, скоро пришлю официальную бумагу.

— Шшпашшибо.

— Шушик!!!

— Ползу Шиллочка!

«Основатель гнезда», — фыркнул Лоуч смотря в потемневший экран. «Хорошо, что мне это не грозит», — покивал он своему отражению. «Потомков правда жалко», — вздохнул мши, разум которого привычно начал раскладывать ситуацию. «Прародитель!» — пронзила его раскаленным штырем мысль, а остатки седой шерсти встали дыбом от ужаса. «Реинкарнации зло, нужно приложить все усилия для возвышения», — поставил себе новую цель на ближайшие жизни Лоуч, после чего успокоенный и умиротворенный вернулся к работе.

* * *

Кахак лежал под плетеным навесом в примитивной хижине и улыбался. Его изношенный организм был уже ни на что не годен. Порой он удивлялся, как ему удалось прожить столько? Почему же его хранила судьба? Он водил в бой армады, горел на кораблях, был в плену, видел гибель своего вида и падение повелителей, воспитывал новую, свободную от служения поросль дракхов. У него была ужасно насыщенная жизнь. В ней было многое, чем можно гордится и еще больше того, чего он теперь стыдился. Не все он поведал о себе, не всем поделился, но основное сделал. Главное он все же успел, а потому, в самом конце долгого пути Кахак улыбался.

— Отец, — склонился над закашлявшемся стариком Хакак, поднося грубую глиняную плошку с разбавленным водой соком кислых ягод.

— Учитель, — встрепенулась дюжина ближайших учеников-сподвижников, одетая в примитивные одежды из грубого домотканого полотна.

— Мне пора, — прикрыл глаза Кахак, — помните то, чему я вас учил.

— Мы споем вам на дорогу. Да осветит ваш путь Прародитель.

Кахак не ответил, он был уже там, закрытые навсегда глаза не мешали видеть тропу, что вновь вела его среди звезд. Как же давно он не бродил среди них. Еще не скоро дракхи вновь познают радость этих дальних дорог. Но он знал — это время придет. Иначе и быть не может. Пусть его народ начинает с нуля, больше они не повторят ошибку. Никогда дракхи не станут слугами, а затем и рабами. Вся его жизнь, посвященная воспитанию нового поколения, была направлена лишь на одно — прорастить семя свободолюбия в своем народе. Разжечь в нем пламя исследователей и странников, вырвать с корнем все, что может вновь привести во тьму или обратить к сжигающему свету.

* * *

— … и как писал в своей последней работе мой великий наставник Ард Тираш: «Нет более простого и быстрого способа расти над собой, чем помогать в этом другим».

— Спасибо, профессор Шон.

— Пожалуйста. Следующий вопрос…

* * *

Звездный ветер ласково трепал внешние поля моей сущности, мечущиеся протуберанцы манили жаром и буйством энергий, потоки частиц и излучений были подобны лапкам котенка, что взобрался на тебя и топчется пытаясь поудобней устроиться. Глупыш толком не умеет еще управляться с собственными коготками, от чего порой становится невыносимо щекотно. Зависнув в короне звезды, подобно ныряльщику, что собирается прыгнуть с вышки, я рассмеялся.

С обретением конкретной цели существования, с появлением смысла — начинаешь жить. Забавно, но для себя я сформулировал его просто — не дать другим закиснуть. Главное — самому не стухнуть скатившись в скуку и апатию. Послушание и дисциплина, война и хаос, честь и бесчестие, вера и безверие — так банально, элементарно и просто, что даже теряешься. Баланс невозможен, да и не нужен. Идеальное равновесие — порой хуже явного перекоса. Нужно двигаться. Движение — жизнь. Но стоит избегать берегов и стремнины, тогда придется грести самому.

Видимо, я из тех, кто пока на грабли не наступит и в костер руку не сунет — не поверит. Что ж, буду утешаться тем, что мне не пришлось повторять урок дважды. Свернув эфирное тело в тугой кокон отдаюсь на волю гравитации и с ускорением несусь прямо в звезду. Бултых, расходятся круги плазмы. Йуху, бьют протуберанцы. Будем жить! К черту существование!

Content

MrDog
Эволюция

Глава 1. Эх, жизнь моя червячная

Глава 2. Насекомое — звучит гордо!

Глава 3. Растем, однако

Глава 4. Дорога к звездам

Глава 5. Первый секс, в смысле, конечно же контакт

Глава 6. А исход войны решает насекомышей ресурс

Глава 7. Пограничные конфликты

Глава 8. Танцуют все

Глава 9. А вот и человечки

Глава 10. Сила канона

Глава 11. Война в миру, все в дыму

Глава 12. Врагу не сдается наш гордый Варяг

Глава 13. Не канон, однако

Глава 14. Не кочегары мы не плотники

Глава 15. Понеслась душа в рай

Глава 16. Война

Глава 17. Победа в кубе

Глава 18. Вавилон 1, 2, 3, 4

Глава 19. Дом построим, будем жить

Глава 20. Тишь да гладь, да похмельная благодать

Глава 21. Не верю!

Глава 22. Семена раздора

Глава 23. Мышеловка

Глава 24. О вкусах и душе

Глава 25. Понемногу по чуть-чуть

Глава 26. Невероятные вероятности вероятно возможного

Глава 27. Ломать — не строить?

Глава 28. На Вавилоне все спокойно

Глава 29. Друзья

Глава 30. Е2-4 Е7-5? Не, чапаевки!

Глава 31. Закон и порядок

Глава 32. Цветы жизни

Глава 33. Великий калькулятор

Глава 34. Узелочки узелки

Глава 35. Сон — это маленькая смерть

Глава 36. Сомнения и осознания

Глава 37. Кресало, огниво, трут

Глава 38. Искры-искры искорки

Глава 39. Капитанский плащ на плечо

Глава 40. Два глотка саке на удачу

Глава 41. Вавилонское чаепитие

Глава 42. Обман зрения

Глава 43. Рокировка

Глава 44. Нашествие тьмы и света

Глава 45. На зверя страшного, у века каждого, найдется свой однажды волкодав

Эпилог