Тайниковский, Юрий Винокуров

Кровь Василиска

Книга 1

Глава 1

Я знал, что умру молодым.

Всегда.

Три точечных удара поразили горло, сердце и печень.

Гильдия убийц решила действовать наверняка. Яд красноцвета на лезвиях клинков, блокирующий магию, свитки высшей невидимости, позволяющие не только становиться невидимым, но и стирающие все запахи, тепло человеческого тела, и даже слепок ауры.

И, разумеется, три ассасиарха.

Они думали, что у меня просто не будет шансов. Наивные.

Я немного сместил тело, чтобы удар, нанесённый в сердце, не был смертельным. Такому нас учили в гильдии.

Также, клинок, которым мне пронзили шею, не нанёс мне мгновенную смертельную рану и не будь у меня поражены сердце и печень, я бы даже смог выжить, благодаря магии, разумеется.

Укол в бок вообще можно было бы проигнорировать, если бы не особая форма лезвия ассасиарха, сделанного в форме волны.

Удар таким клинком обычно, в нужное место, — это смертный приговор, который и так уже был подписан, как только я заикнулся о том, что хочу отойти от дел.

Я усмехнулся про себя.

И на что я только надеялся? Из гильдии нельзя уйти, и в этом я сейчас убедился на собственной шкуре.

Сколько они думали мне там осталось жить: две — три секунды?

Время вокруг меня, казалось, остановилось. За какое-то мгновение передо мной пронеслась вся моя жизнь, прожить которую я не пожелал бы никому.

Даже своим убийцам.

А все из-за проклятого дара, с которым я был рожден в одной из самых дешевых комнат самой захолустной таверны Редстоуна.

Самый южный город империи Шиван всегда славился своей роскошью и богатством. Но, как всем известно, у огромных дворцов, дорогих таверн, садов, монументов и фонтанов была и обратная сторона монеты.

Если центр города утопал в богатстве, то окраины прозябали в кромешной нищете.

И вот на грязных простынях обычной деревянной лежанки, проеденной жуками и ставшей домом для нескольких сотен постельных клопов, появился ребёнок, мать которого умерла от потери крови во время родов. Этим ребенком был я.

Не знаю, была ли это удача или, наоборот, злой рок, но мне удалось выжить. Меня вскормила дочка молочника, которая пару дней назад потеряла собственного грудного ребенка. И чтобы хоть как-то заглушить её горе, её отец выкупил меня за серебряник у повитухи, принявшей роды.

Вот только в семью молочника я принес лишь несчастье. Открытие у него магического дара стало смертельным приговором для всей семьи, приютившей маленького меня. Такие дети, как я, всегда ценились, особенно когда они рождались у обычных людей, а не дворян. Платили за них полновесным золотом, но обычно не членам его семьи, а «перекупщикам». Семью просто убивали, чтобы не было лишних проблем. В итоге, вскоре я оказался в гильдии.

Дальше шли суровые тренировки, парочка побегов, которые всегда пресекались и серьёзно карались, потом первые заказы на убийства.

Благодаря своему магическому дару, который, казалось, был создан для убийств, уже будучи юношей, я быстро продвигался по карьерной лестнице и уже в шестнадцать стал одним из самых сильных ассасиархов гильдии.

Далее снова долгая череда из заказных убийств и роковая встреча. Казалось, такое могло быть только в дешевых книжках, но… Убийца не смог, точнее, не захотел устранить свою цель и, влюбившись в неё, решил завязать.

Вот только у наших старейшин было другое мнение. Уйти из гильдии можно было только «вперёд ногами». Сначала они убили мою любовь. Затем всех, кто был мне не то, чтобы дорог, а просто был знаком.

После этого я сам пришёл к ним. Старейшины умерли в муках, верхушка гильдии была устранена. Я сам чуть не подох, но выкарабкался. Без радости, без надежды, без смысла жизни… Зато, живой.

Я думал это конец. Но не тут-то было. Я совсем забыл про Арахеза — бывшего главу гильдии, который ушёл на заслуженный отдых. Дряхлый старик с чёрным сердцем. Казалось, он и соображать-то уже не мог. Оказалось, это не так. И всё началось снова…

Я убивал всех, кого присылали убить меня. Меня гнали по миру, а я пытался найти логово Арахеза. Один я против множества организованных убийц. Я почти успел… почти…

Сейчас я привычно потянулся к своему внутреннему ядру и… не почувствовал от него отклика! А потом заметил знакомый амулет, который висел на шее у одного из моих убийц. Самая большая ценность гильдии, в котором, я достоверно это знал, — остался последний заряд. Ведь предпоследний использовал лично я три года назад, когда убил Верховного Мага Андалуза — человека, считавшегося бессмертным. И последний заряд они решили потратить на меня? Серьёзно?!

— Кха, — я сплюнул кровью и улыбнулся.

Я ни о чем не жалел. Впервые за всё время, которое прожил, я испытал такое чувство, как любовь. И это было лучшее, что случалось со мной.

У меня оставалась лишь секунда и я знал кое-что из того, что не знали другие. У этого амулета был один «нюанс». Я чуть было не прочувствовал его на своей шкуре, но Андалуз умер быстрее, чем смог уничтожить своего убийцу. То есть, меня… Я же успею. Да, я уже не смогу выжить, но…

Я влил всю оставшуюся жизненную энергию и ману в магическую печать на моём теле.

Этого хватило, чтобы хоть на мгновение, но нейтрализовать действие артефакта, что позволило мне сделать этот прогнивший мир чуточку лучше.

Когда моё магическое ядро взорвалось от избытка магической энергии, которую я специально «перекачал» в него из всего тела, я умер, но забрал с собой ещё и моих убийц.

В том числе и бывшего главу гильдии Арахеза… Да, он был рядом, за стеной. Его старческий запах, запах смерти и тлена, я бы ни спутал ни с чем. Он решил лично посмотреть на то, как я умираю? Что ж… Добро пожаловать в ад, старый ублюдок!

А затем я услышал голос, который звал меня…

* * *

Я резко поднялся. Сердце колотилось с бешеной скоростью, а всё тело было липкое от пота.

«Неужели мне всё это приснилось?» — подумал я, пытаясь прийти в себя и успокоиться.

Нет, определённо это не было сном, и я точно умер.

Я посмотрел на свои руки, но не узнавал их. Тонкие, с болезненного цвета белой кожей и венами, которые выделялись на ней тёмными прожилками, отлично контрастируя с ней.

Что со мной?

Я встряхнул головой.

Последнее, что я помнил, это голос, который звал меня, а дальше ничего. Пусто.

Странно всё это. Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, но лёгкие сразу же обожгло сильной болью, а голова закружилась.

— Кха-кха, — я закашлялся и закрыл ладонью рот, а когда убрал её, увидел на коже кровь.

Я умираю? Судя по тому, что я видел, и по ощущениям, которые испытывал, меня отравили.

«Судьба — коварная сука», — усмехнулся я про себя. Родившись с ядовитым магическим ядром, я был снова отравлен, причем явно чем-то сильным.

Не повезло. Хотя везение никогда не было моей сильной чертой. Всему тому, что я достиг, я был обязан своему хладнокровию и уму. Глупо полагаться на удачу. Нужно просто всё тщательно спланировать и не косячить при исполнении. Это и есть секрет успеха.

Я посмотрел вниз. Оказывается, всё это время я лежал на кровати. Полумрак, царивший в комнате, не особо мне мешал и глаза привыкли к нему уже в первые несколько секунд пробуждения.

Не знаю почему, но я хорошо ориентировался в темноте, которая всегда была мне союзницей, нежели врагом.

Но, где я?

Осмотревшись по сторонам, я понял, что нахожусь в небольшой комнатке с окном в правой стене, на подоконнике которого стояло несколько горшков с цветами. Рядом с ним стоял письменный стол, на котором была чернильница, несколько разбросанных листов бумаги, а также парочка книжек.

В противоположной стене обнаружилась дверь, а рядом с моей кроватью шкаф и прикроватная тумбочка, на которой тоже стоял горшок с растением, которого я раньше никогда не видел.

Странно, травничество и ботаника всегда были моей сильной стороной.

«Хотя, постойте-ка!» — я внимательно присмотрелся к растению, и понял, что оно не совсем обычное. В нём явно чувствовалось что-то до боли мне знакомое, но что?

Я коснулся его пальцем и сразу же ощутил лёгкое покалывание на коже.

«В нем есть магия!» — сразу же понял я.

Но как? Почему?! В моем мире, такого быть просто не могло.

Я с трудом, но все же нашел в себе силы переместиться по кровати ближе к растению и, наклонившись, втянуть его запах.

Глаза невольно закрылись, когда я ощутил легкий и свежий аромат цветка, от которого по телу сразу начало распространяться приятное тепло.

В это было сложно поверить, но это растение обладало какими-то целительными свойствами.

Во всяком случае, его пыльца, которую я вдохнул с белоснежных бутонов, образующих нечто вроде колокольчика.

Почувствовав себя немного лучше, я попытался подняться. Получилось. Скользнув взглядом вниз, я окончательно осознал, что тело не мое. Вместо закаленного десятками лет тренировок и сражений тела убийцы, я смотрел на щуплое, худое и болезненное туловище, которое, словно паутина, было оплетено темными нитями вен.

Я попробовал переключиться на магическое зрение, дабы проверить магическое ядро и энергетическую паутину каналов, но у меня ничего не вышло, что было странно, учитывая, что это первое, чему учили человека, получившего магический дар.

Но магию-то я, почему-то, ощущаю!

Я вновь посмотрел на цветок. Он по-прежнему источал свой приятный аромат, который, как я уже понял, обладал каким-то целительным эффектом.

«Интересно, а тут есть зеркало?» — подумал я, и покрутил головой по сторонам.

Зеркало было. Оно висело над раковиной около двери. Сил встать у меня не было, но я уселся на кровати и смог увидеть свое отражение. Худощавое скуластое лицо в обрамлении длинных, слегка волнистых каштановых волос. Длинный шрам начинался на лбу и проходил через левый глаз, продолжаясь на щеке. Как удалось сохранить при такой травме сам глаз?

Этого парня определенно можно было назвать симпатичным. Плохо… Запоминающаяся внешность. Я улыбнулся… Старые привычки, от них так просто не избавишься. Изумрудные глаза смотрели холодно и немного отстраненно. Этот взгляд… Это был определенно мой взгляд. Всё, что у меня осталось…

Странно, что это тело еще живо и функционирует. Не знаю, чем оно было отравлено, но это явно была очень сильная вещь, ибо поражения, нанесенные организму, были колоссальные.

Сидеть на кровати оказалось для меня сложным, поэтому я лег.

Что со мной случилось? Как я оказался в подобной ситуации?

А еще этот голос, который никак не уходил из головы…

Я был так увлечен своими мыслями, что не сразу услышал приближающиеся в мою сторону шаги — для того, кто раньше был убийцей — непростительная вещь.

Я замер и притворился спящим, незаметно приоткрыв один глаз. Этого мне хватало, чтобы видеть дверь.

Шаги тем временем стихли у двери, а затем она открылась, и на пороге показался мужчина в годах. Высокий, широкоплечий, прямая и ровная осанка, волевые черты лица, все в нем выдавало то, что он военный.

Уж в чем в чем, а в людях я всегда умел разбираться. Мне не требовалось и минуты для того, чтобы многое узнать о человеке. Чем он занимается, что любит или не любит, сильные и слабые стороны и многое, многое другое.

Моя догадка насчет того, что незнакомец — военный, подтвердилась, когда я увидел, как он двигается. Во всех его движениях не было ничего лишнего, а сами движения были четкими и выверенными.

Тем временем мужчина подошел к кровати и замер возле меня. Я ощутил на себе его цепкий, изучающий взгляд, а затем он тяжело вздохнул и, покачав головой, вышел.

Вернулся он уже ведром и тряпкой.

«Ого!» — удивился я, когда незнакомец коснулся чего-то возле моей кровати, и сразу же стало светло.

— И за что только это вам все, — произнес он и, обмакнув ткань в воду, протер ею мой лоб и лицо. Затем он начал аккуратно обтирать тряпкой мое тело и когда с омовениями было закончено, он снова ушел.

Будучи чистым, мне стало гораздо комфортнее. Боль во всем теле никуда не исчезла, но зато я теперь не был липким от пота.

«Интересно, кто он?» — подумал я, а затем вновь притворился спящим, ибо услышал приближающиеся к моей комнате шаги.

Военный вернулся. В этот раз уже с подносом.

Мужчина же тем временем, поставив поднос на тумбочку, аккуратно взял мое ослабленное ядом тело и усадил меня на кровать, облокотив спиной на спинку кровати, не забыв при этом положить под спину подушку.

И что он собирается делать? Продолжая изображать бессознательное тело, что для такого специализированного убийцы вроде меня, было раз плюнуть, я позволил незнакомцу произвести манипуляции.

На подносе оказалась полупрозрачный пакет, который мужчина, слегка неловко соединил гибкой трубкой с катером, что стоял у меня в руке. Хорошо, что я его не выдернул, хотя очень хотел. Далее он произвел какие-то манипуляции и мне в вену медленно пошла жидкость. Я немного напрягся, так как там была магия. Но это был лишь питательный раствор, с каплей магии для лучшего усвоения организмом. Однако…

— Надеюсь, вы выкарабкаетесь, молодой господин, — произнес он, бросив на меня взгляд, полный сожалений, а затем забрал поднос и вышел из комнаты, при этом не забыв погасить свет.

Стоило мне остаться одному, как я сразу же решил узнать, что именно являлось источником света.

Им оказался небольшой кристалл ромбовидной формы, коснувшись которого, я сразу же почувствовал магию внутри.

Плюс он оказался теплым, практически горячим.

«В этом мире что, все магическое?» — моему удивлению не было предела, ибо там, где я родился, все было по-другому.

Да, кристалл, который мог светиться, создать было не особо сложно, но в тоже время он все равно бы стоил невероятных денег и не все богачи могли бы позволить содержание таких магических предметов у себя в комнатах.

Во всяком случае, не в каждой.

А тут же, я, только проснувшись, обнаружил два предмета, содержащих в себе магию.

А вот свою я никак почувствовать не мог.

Неужели у меня ее не было?

Хотя вполне логично. Тело-то другое. С чего я решил, что у меня будет тоже магическое ядро и сеть магических каналов, которые были у меня, когда я был в своем теле?

От этого осознания стало немного грустно.

С другой же стороны, я хотя бы жив. Вот только надолго ли? Тело, в котором оказалась моя душа, было сильно истощено последствиями отравления, и я был уверен, что часть яда все еще была в нем. Имей я возможность взаимодействовать со своим магическим ядром, то я бы быстро решил эту проблему. Проклятый ядовитый дар, который мне достался, легко позволял решать такие вопросы.

Как, впрочем, и другие, из-за чего я и попал в гильдию.

Дело в том, что моя магия позволяла мне создавать яды и синтезировать их, причем не только друг с другом, получая невероятные комбинации, но и проделывать это с предметами.

Я с легкостью мог придавать свойства тех ядов, которые впитал мой организм ранее, например, воде или металлам.

Да, хоть ложке или нужнику.

Не удивительно, что когда меня продали работорговцам, узнав, что я обладатель магического дара, а затем перепродали, когда гильдия узнала какой именно.

Воспоминания о своем детстве заставили меня горько усмехнуться, за что я сразу же поплатился приступом кровавого кашля.

Тем темнее, раствор из пакета помог, и теперь я был условно сыт и не удивительно, что ослабленному организму сразу же захотелось уснуть. Да, я мог подавлять это чувство, но зачем? Сон иногда бывает полезнее любого лекарства, поэтому я закрыл глаза и практически сразу провалился в глубокий сон.

* * *

Ночью внутрь заходил знакомый мужчина, чтобы отсоединить трубку и унести пакет, но после этого я снова заснул. Утром я проснулся я от того, что дверь в комнату открылась.

Разумеется, большой жизненный опыт позволил мне не выдать себя, и я даже не шелохнулся.

В этот раз ко мне пришел другой посетитель.

Мужчине было, как и вояке, далеко за сорок. Ленивые походка и движения, тучное телосложение, безразличный взгляд и одышка, уже говорили мне о многом.

Например, что человек ведет сидячий образ жизни, ест не совсем здоровую пищу и очень далек от физических упражнений.

Белая мантия с незнакомым мне гербом в виде чаши и короны над ней, вышитый в области сердца, была запачкана едой, а также на ней были несколько капель крови.

Все это создавало образ не совсем надежного человека, но сделать я ему, в любом случае, прямо сейчас ничего не мог. Тело, как и раньше, было слишком ослаблено и каждое движение требовало от меня больших усилий, поэтому даже этому толстяку я был не противник, реши он что-либо со мной сделать.

Пришлось положиться на волю случая, поэтому я продолжил лежать не двигаясь.

Незнакомец тем временем остановился возле моей кровати и достал из кармана склянку с темно-красной мутной жидкостью. Брезгливо осмотрев меня, он достал из другого кармана металлический шприц и, набрав в него жидкость, вколол ее мне в руку. Благо вену было найти не сложно.

Понаблюдав за мной пару секунд, он просто вышел.

— Фуу-х, — я позволил себе небольшой вдох, чувствуя, как приятное тепло от укола разливается по моему телу. Не знаю, что это был за эликсир, но от него мне точно становилось лучше.

А главное — там точно была магическая энергия. Я ощущал ее всем телом и душой, а это означало, что магию мой организм не отторгал.

Я даже позволил себе немного улыбнуться. Меня лечили, а не пытались убить.

Такого не случалось со мной, уже очень давно…

Дальше я несколько часов посвятил сну, а после встал и немного походил. После инъекции целителя мне стало немного получше, но, сделав несколько шагов, я вынужден был вернуться обратно в постель.

В обед ко мне снова зашел вояка, который помыл меня и «покормил», а затем удалился.

Вид у него, к слову, был очень уставший.

Также он зашел и вечером.

Так повторялось несколько дней.

Целитель делал мне инъекцию, после которой тело шло на поправку, а вояка кормил и мыл меня. Иногда даже немного разговаривал.

— Надеюсь, скоро вы очнетесь, — произнес он вечером третьего дня и устало вздохнул.

Мужчина был сильно измотан. Это было видно по кругам под его глазами, а также движениям, которые стали более медленными и тягучими.

Интересно, что происходит? Я понимал, что меня лечат и, что скорее всего, это все не бесплатно. Не знаю, как обстояли дела с магией в этом мире, но даже если она использовалась повсеместно, не думаю, что зелья, которые мне кололи, были дешевыми и все могли себе их позволить.

Помимо этого, мужчина всегда называл меня господином, а это означало, что он был моим слугой или наемником, причем в первый вариант мне верилось больше. Это могло говорить мне о том, что я мог быть, как аристократом, так и просто богатым человеком, например, купцом.

Хотя второй вариант, вероятнее всего, отпадал. Несмотря на то, что целитель приходил один или два раза в день, было видно, что место, где я нахожусь, не из богатых. Да, тут было чисто, но не более. Уверен, что более дорогие лечебницы выглядели гораздо лучше, как и сервис, который они предлагали.

Тем не менее, мне с каждым днем становилось лучше и лучше. И даже моя кожа теперь не была такой прозрачной и бледной, как четыре дня назад. А это не могло не радовать.

А вот то, что в этот вечер, когда ушел вояка, у меня забрали цветок с тумбочки, меня расстроило.

Во-первых, я к нему успел привыкнуть, и мне нравилось чувствовать его запах в комнате. А во-вторых, он хоть и немного, но позволял быстрее восстанавливаться моему телу. А на данный момент даже мельчайшие крупицы здоровья были очень для меня важны.

Интересно, незнакомец заметит его отсутствие?

* * *

Заметил, да еще как.

— Ты, жалкий червяк! — вояка схватил целителя за грудки и с силой вжал его в стену.

— Ты… Ты… Пожалеешь! Я позову охрану! — толстяк попытался высвободиться, но в силе явно проигрывал, поэтому просто продолжал орать, как резанная свинья.

Эта тактика, к слову, сработала и в комнату сбежался другой персонал лечебницы, который состоял, в основном, из женщин.

— Это ты пожалеешь, что решил обмануть меня, — процедил сквозь зубы незнакомец и тряхнул лекаря так, что тот взвизгнул.

— Я… Я не обманывал! — затараторил целитель. — Деньги, которые вы заплатили кончились и я…

— Кончились?! — взревел воин и еще сильнее вжал толстячка в стену. — Я дал тебе пять золотых!

— Этого хватило ровно до наступления вчерашней ночи! Но мы оставили его до утра! — начал оправдываться целитель. — Могу предоставить полный отчет! И…

Было видно, что моему слуге, или кем он там мне являлся, не хочется этого делать, но он отпустил человека, и тот упал на колени.

— С вас еще…

Одного взгляда вояки хватило, чтобы он заткнулся.

— Положите нас в комнату подешевле, — обреченным голосом произнес незнакомец, а затем повернул голову в мою сторону.

Как часто я видел этот взгляд в глазах тех, за кем я пришел.

Обреченность.

Воин стоял и смотрел на мое иссушенное ядом тело и понимал, что без должного ухода я умру. Может не сегодня и не завтра, но через пару дней точно. Без ухода, зелий и даже цветка, который у нас с ним отняли.

Ладно, хватит.

Я открыл глаза и повернул голову в его сторону.

Взгляд незнакомца изменился. Теперь в них было лишь удивление… и нежность?

— Господин, вы…

Я не знал его имени и даже своего, поэтому единственное, что я мог сказать и что звучало убедительно, это:

— Где я? — неуверенно спросил я, изобразив на лице удивление.

Для убийцы, всю жизнь прожившего во лжи, это не составляло труда.

— Господин! — радостно воскликнул незнакомец. — Кхм-м, — надо отдать ему должное, он быстро взял себя в руки. — Вы очнулись! — произнес он, а спустя буквально мгновение в комнату вбежали несколько вооруженных людей в латах.

Вояка сразу же напрягся, а его рука потянулась к поясу.

— Что тут происходит? — вперед вышел один из рыцарей, сменив присутствующих оценивающим взглядом.

— Ничего, все нормально. Ведь так? — произнес холодным тоном мужчина, посмотрев на толстяка, который еще больше вжался в стену, чем когда воин его держал.

— Да, все в порядке… Произошло недоразумение, — произнес целитель, который явно хотел быть где угодно, но только не тут.

В комнате, где я лежал повисло неудобное молчание.

— Хорошо, — первым его нарушил стражник. — Идемте, — он кивнул своим, и все воины покинули небольшую комнату, в которую мы все по непонятным причинам смогли вместиться.

— Господин, — незнакомец приблизился к кровати. — Вы в больнице Святого Хааля, — добавил он, изумленно смотря на меня.

Видимо, ему до сих пор было трудно поверить, что я пришел в сознание.

— Я ничего не помню, — сказал я следующую ложь, которая была ею лишь наполовину. У меня и правда не сохранились воспоминания о том, кем я был в этом мире, но зато остались те, которые я унес с собой из своего мира.

Голос, помнится, мне про это точно что-то говорил и я попытался вспомнить, но добился лишь того, что голова снова заболела.

— Ничего? Совсем ничего? — в голосе моего собеседника прозвучали нотки надежды.

— Нет, — покачал я головой и попытался приподняться на кровати, чтобы удобнее было разговаривать.

— Я помогу, — вояка бросился ко мне и начал помогать, хоть мне это особо и не требовалось. Я и сам бы мог справиться, но мне нужно было продолжать притворяться, дабы не выдать себя.

— Спасибо, — поблагодарил я мужчину, имени которого я так и не знал. — Кто ты? — спросил я, посмотрев собеседнику в глаза.

— Я… — он растерялся. — Я Фредерик, слуга вашего от… — он вдруг замолчал. — Ваш личный слуга, — поправил он самого себя.

— А кто я? — задал я вопрос, который давно крутился у меня на языке.

В прошлой жизни мое имя было похоронено в момент вступления в гильдию и было уже неважно, тот человек был мертв. Но по какой-то причине моя душа оказалась в совершенно другом мире.

Удача ли это, либо просто прихоть высших сущностей, но я остался жив, хоть и попал в тело…

— Так как там меня зовут?

— Вы — Люк Кастельмор, — ответил Фредерик, смотря на меня глазами, полными грусти. — На вашу семью было совершено покушение. Злоумышленники отравили еду и, к сожалению, выжили только вы, — добавил он, опустив глаза вниз.

Я усмехнулся про себя. Тот, кто раньше носил прозвище «Василиск», вселяющее в сердца людей страх, был отравлен за обычной трапезой.

Что ж, интересный расклад. Обязательно со всем этим разберусь, но сначала.

Я посмотрел на лекаря. Он инстинктивно, не отлипая от стены, медленно направился в сторону двери, смотря на меня глазами, круглыми от ужаса.

— Так в чем, собственно, проблема? — спросил я его холодным тоном и улыбнулся своей фирменной улыбкой.

Тот день, целитель по имени Тибольд из гильдии целителей, навсегда запомнил, как худший в своей жизни. Именно тогда, за всю прожитую им жизнь он ощутил такой страх, какой не испытывал никогда прежде.

Это тело, это немощное тело мальца, который чуть не отдал богу душу, так контрастировало со взглядом зеленых глаз, который сейчас пристально смотрел на лекаря. Казалось… Казалось, что прямо сейчас на него смотрит сама Смерть!

Глава 2

Следующие несколько дней прошли вполне спокойно. По причине нехватки денег, которые, как мне позже объяснили, ушли на достойное захоронение моих родственников, меня перевели в другую палату. Теперь я лежал не один, а в компании. Что мне даже было на пользу.

Общая палата, как она называлась в лечебнице, где я проходил лечение, была рассчитана на трех человек. В соседи мне достались капрал по имени Жак Порто и Густав Боансэ — владелец мясной лавки.

Первый — высокий, стройный, с крепким телосложением военный обладал привлекательной для женщин внешностью и наверняка пользовался у них большой популярностью. А вот острым умом создатель его не наградил. Прибыв на побывку в родной город, вместо того, чтобы как следует отдохнуть, выспаться и набраться сил, он в первый же вечер отправился в кабак, где и завершил его дракой. Проигравшись в пух и прах в карты, Жак не захотел отдавать свои кровью заработанные на войне деньги, в результате чего началась драка, во время которой он получил ножевое в бок, при этом накостыляв минимум пятерым шулерам.

По его словам, разумеется.

Вторым соседом был Густав. В отличие от бравого вояки, он имел вполне заурядную внешность. За такого даже глазу не за что зацепиться, как говорили у нас в гильдии.

Кстати, люди с такой внешностью, как у хозяина мясной лавки, были идеальными убийцами.

Идешь по дороге, а на встречу тебе такой вот Густав. Ты не обращаешь на него внимания, а затем у тебя под ребром уже торчит стилет, а самого Густава и след простыл.

И ведь в толпе такого не найти, ибо никто даже не запомнил, как он выглядел.

Но я что-то отвлекся.

В отличие от Жака, он попал сюда по причине ограбления. Закрыв свою лавку, при этом взяв всю недельную выручку, господин Боансэ отправился домой, и по пути его подкараулили неизвестные. Ударом по голове сзади они вырубили мясника, а затем обчистили до нитки. В принципе, обычное дело, да не совсем. На этом грабители не остановились и вместо того, чтобы по быстрому улизнуть, продолжили избивать бессознательное тело бедолаги.

— Ах-ха! Ты бы видел, каким он сюда попал! — Жак громко усмехнулся, указывая на нашего соседа пальцем. — На нем живого места не было! Весь синий был! Я сначала подумал, что это вообще какой-то стрыг с проклятых земель! Ан нет. Человек. Просто изрядно побитый, — добавил он и громко засмеялся.

Густав ничего ему не ответил, а просто перевернулся на кровати лицом к окну и спиной к господину Порто.

Я же, в свою очередь, услышал новое для себя слово.

— Проклятые земли? — поинтересовался я.

— Ну да, — удивился Жак. — Не слышал, чтоль, про них ничего? — спросил он. — А! — он хлопнул себя по лбу. — Забыл, что ты ни черта не помнишь! — он широко улыбнулся, провел рукой по своим роскошным черным усам и наставническим тоном начал вещать. — Проклятые земли появились во время Войны за Наследие, в результате которой случился страшный катаклизм. В результате погибла куча народа, плюс использованная кем-то магия оказалась настолько сильной, что во время этого самого катаклизма образовался огромный разлом, который отделил часть земель Галларии и Иллерии от основного материка. Эти земли в последующем начали называться проклятыми, — закончил бравый вояка, явно оставшись довольным своим таким умным и полным ответом.

Вопросов стало только больше.

— И что теперь с этими землями? — поинтересовался я.

— Хе-хе, а что с ними? Все с ними не так, как надо!

— А поподробнее, можно? — попросил я, когда понял, что это и был ответ на мой вопрос.

Жак недовольно цокнул языком.

— Ну магия там проклятая, твари всякие и так далее, — он достал из своего рваного мундира трубку и закурил ее, хоть этого в палате делать было и нельзя.

— Опять вы курить вздумали! — почуяв дым, встрепенулся хозяин лавки. — Прекращайте! Немедленно! А не то…

— А не то что? — Боансэ поднялся с кровати и сразу же поморщился. Колотая рана в боку дело не шуточное, но надо отдать должное, держался капрал на удивление хорошо. Видимо, военная выручка вкупе с телом, привыкшим к различным невзгодам армейской службы, сделали свое дело, и Жак был куда выносливее, чем казался на первый взгляд.

Подойдя к кровати Густава, вояка остановился и с надменной усмешкой начал буравить его своим взглядом.

— Я… Я позову…

— Да я тебя… — он занес руку, может для того, чтобы ударить, а может просто чтобы запугать, но я не стал оставаться в стороне.

Да, тело все еще болело после яда, но я уже начал понемногу приходить в себя.

— Не стоит, — я схватил его руку сзади.

Несмотря на военную выучку, Порто вздрогнул.

— Как… — он оглянулся назад. — Почему я…

Я улыбнулся.

Разумеется, сейчас в его голове родилась куча вопросов, вроде «Почему я не услышал, как он встал?» или «Как ему удалось подкрасться ко мне незамеченным?» и так далее, но все было просто.

Во всяком случае, для меня.

Мои навыки и умения ассасиарха понемногу возвращались ко мне. Да, я не мог использовать даже процент своей эффективности, ибо мое нынешнее тело было слишком ослаблено ядом, плюс банально не подготовлено для всех техник, которые я знал.

Даже будучи я здоровым, мне бы все равно не удалось выжать из этого тела и пяти-десяти процентов того, что я умел, ибо Люк Кастельмор — фамилия и имя человека, в чьем теле оказалась моя душа, был обычным молодым человеком двадцати двух лет, который не сильно заморачивался развитием своего тела, но сейчас в его теле был я — человек, имя которого со страхом и трепетом произносили те, кто меня знал.

Для тех же, за кем я был отправлен, оно звучало как приговор.

— Не стоит, — холодно произнес я, отпуская руку капрала. — Если у вас хватает сил на то, чтобы встать, не поленитесь выйти из палаты и покурить где-нибудь в другом месте, — добавил я, ибо запах табачного дыма был неприятен и мне.

Порто смерил меня недружелюбным взглядом и, не говоря ни слова, пошел в сторону двери, довольно ощутимо при этом задев меня плечом.

Я усмехнулся, провожая бравого вояку взглядом.

Не на того он решил оскалиться…

— Спасибо, господин Кастельмор, — тем временем обратился ко мне Густав.

— Не стоит, — я махнул рукой и вернулся на свою койку.

— Но если бы не вы…

— Ничего бы он вам не сделал, — спокойно добавил я, хоть и не был до конца уверен в том, что говорил. Несмотря на то, что Жак вел себя со всеми дружелюбно, часто улыбался и отпускал пошлые шуточки, его гнилую натуру я понял уже через несколько часов общения с ним.

Таких, как он, я чувствовал за версту.

— Так что все в порядке, — добавил я, чтобы мясник не переживал.

— Все равно спасибо, — мужчина добродушно улыбнулся.

А вот такие, как Боансэ, наоборот, всегда вызывали у меня симпатию. Несмотря на непримечательный внешний вид и кроткий характер, я был уверен, что этот человек был очень добр как с покупателями в своей лавке, так и с членами семьи.

Кстати о них.

Когда дверь в нашу палату открылась, я подумал, что это вернулся Жак, но сразу же понял, что это не так, потому что с его приходом обычно в комнату сразу же влетал запах табачного дыма.

Сейчас же, напротив, в палате запахло чем-то очень сладким, я бы даже сказал, приторным.

Я повернул голову и увидел на пороге молодую женщину, которой на вид было слегка за тридцать. Длинные русые волосы, приятные черты лица, скромная, но в тоже время красивая одежда, которая хорошо подчеркивала ее стройную фигуру, не открывая ничего лишнего.

«Дочка?» — подумал я, проследив за тем, как она, подойдя к кровати Густава, присела на ее край и поцеловала мясника в щеку.

— Привет, милая, — поздоровался он с незнакомкой. — Господин Кастельмор, позвольте представить вам свою жену, — произнес Боансэ и искренне улыбнулся.

Девушка встала и сделала легкий и изящный книксен.

— Роза Боансэ, — представилась она и ее изучающий холодный взгляд пробежался по мне.

Не найдя ничего интересного, она отвернулась и посмотрела на мужа.

— Как ты, дорогой? — спросила она голосом, в котором не было даже малейшего намека на заботу, не говоря уже о любви.

— Иду на поправку. Потихоньку. Через пару дней, возможно, смогу вернуться в лавку, — владелец мясной лавки, наоборот, источал радушие и буквально светился от переполняющих его чувств.

Даже появление в палате Жака не омрачило его радости.

— А, мадам Роза, — улыбнулся Порто. — Рад вас видеть. Вы как всегда прекрасны! — произнес он и провел рукой по своим усам.

Жена мясника смерила его уничтожающим взглядом и даже не удостоила ответом.

Жак хмыкнул и лег на свою кровать.

Видимо, такое происходило уже не первый раз.

Дальше пара начала о чем-то переговариваться и обсуждать дела. Я быстро потерял интерес к их разговору и поудобнее устроившись на кровати, закрыл глаза, решив заняться медитацией, которая была полезна не только для выздоровления физической оболочки тела, но также с помощью особых упражнений я собирался восстановить и свое магическое ядро, и энергетическую паутину.

Глубокий вдох и плавный выдох. Глубокий вдох и плавный выдох.

Благодаря накопленному опыту своей прошлой жизни я быстро пришел к духовному равновесию, которое сразу же нарушилось, когда с помощью магического зрения я увидел предмет в кармане Розы.

Это точно был какой-то яд.

Я сразу же открыл глаза, внимательно посмотрел на жену мясника — вроде ничего необычного. Разве что серьги в ушах выглядят уж больно дорого.

— Дорогой, пойдем выйдем, мне нужно сказать тебе что-то серьезное, — пока я смотрел на жену Густава, она встала с кровати и начала помогать подняться Боансэ и от меня не скрылся тот факт, что делала она это практически не скрывая своего раздражения, более того — презрения.

Вот только владелец лавки слишком любил эту женщину, чтобы увидеть это.

Пара вышла, а я вернулся к медитации. И в этот раз я собирался войти в «нужное состояние» не для выздоровления, а направить все свои силы, чтобы услышать разговор.

И мне это удалось. Благо, отошла чета Боансэ не слишком далеко.

— Вот, держи, — украдкой произнесла Роза, явно что-то давая своему мужу. — Это особые капли. Я купила их у лучшего лекаря в городе. Вышло дорого, конечно, но твое здоровье мне важнее любого золота, — добавила она.

Вот же хитрая лисица. Услышав ее слова, передо мной начала вырисовываться определенная картинка, где молодая и красивая, но бедная девушка, вышедшая замуж за обычного скромного мужичка при деньгах, вдруг находит любовника и единственным препятствием, отделяющим их от счастливой жизни, является муж.

Не зря же его избили до полусмерти, а не просто ограбили. Обычно воры так не поступают.

Но Густав выжил, а это явно не входило в планы Розы.

— Но, дорогая, это же, наверно, стоит огромных денег, — голос Боансэ прозвучал, как всегда, наивно.

— Главное, чтобы ты был здоров, — продолжила плести свою ложь жена. — Держи, — она, видимо, отдала ему пузырек. — Только у меня к тебе одна просьба. Принимай так, чтобы лекарь не видел. Сам знаешь, никто не любит, когда вмешиваются в их работу. И главное, спрячь это зелье от своих соседей. Особенно от этого урода Жака, — дала она ему наставления.

Послышался звук поцелуя.

— А теперь идем. Мне пора в лавку, — ответила она, и чета Боансэ вернулась обратно в палату.

Дальше она помогла мужу добраться до кровати, а затем удалилась.

— Хороша у тебя жена! — потирая усы, произнес Жак, провожая женщину взглядом. — И что она только в тебе нашла?

— Что-то, вот, нашла, — Густав был так рад приходу Розы, что даже слова Порто его не задели.

Я же, продолжая медитировать, заметил, что яд, где бы он не находился, перекочевал в карман к владельцу мясной лавки.

«Значит, решила отравить», — подумал я и, открыв глаза, с жалостью посмотрел на беднягу.

Я еще раз посмотрел магическим зрением на Боансэ, убеждаясь, что яд точно у него.

Хитра. Очень хитра. Отрава будет действовать потихоньку, а лекарь даже не узнает о том, что в его палате больной сам себя убивает.

Странно для человека вроде меня, но я захотел ему помочь.

Также я понял одну очень важную вещь. Раз я смог увидеть яд, а это было базовое свойство моего ядовитого ядра, значит, оно все еще со мной. Мне нужно было лишь его пробудить.

И я, кажется, знал, как это сделать.

* * *

Когда наступила ночь и все уснули, я бесшумно встал с кровати и подошел к кровати Густава. Мясник не отличался особым умом и решил спрятать флакончик с ядом под подушкой.

Аккуратно достать его, при этом не разбудив Боансэ, мне не составило труда, а затем я просто вернулся на свою кровать и начал внимательно изучать пузырек.

Визуальный осмотр показал мне, что отрава точно насыщена магической энергией, которая, наверняка, усиливает ее свойства.

Получается, что в этом мире тоже есть магические яды.

Это очень интересно!

Далее я откупорил пробку и понюхал.

Пахло очень вкусно. Легкий цветочный аромат с оттенком цедры.

Дилетантка! Если хотела выдать яд за лекарство, то серьезно просчиталась. Все лекарства пахнут плохо и имеют отвратительный вкус.

Кстати, насчет вкуса. Я капнул из склянки на кончик пальца и лизнул его. Спиртовая основа, логично.

Сладкий вкус, а это означало, что яд, скорее всего, имеет природное происхождение и создан из какого-то цветка.

Так, а теперь самое интересное. Я закрыл глаза и, приняв удобную позу, начал медитировать. И каким же было мое удивление, когда я увидел, как капелька яда с магией, попав в мое горло, стала чем-то вроде катализатора, запустив всю мою магическую цепь.

Я не смог сдержать улыбки, когда увидел, как медленно и неуверенно в моей груди — там, где располагалось магическое ядро, вдруг запульсировала маленькая изумрудная точка, пульсация которой с каждой секундой начинала ускоряться. Затем вдруг произошел выброс магической энергии, и моя энергетическая паутина начала заполняться уже моей ядовитой маной.

А теперь, посмотрим на что нынешний я способен.

Я положил пузырек на стол и, вытянув руку вперед, начал концентрировать на ней мою магическую энергию. Из-за того, что ядро было очень маленьким, а энергетические каналы очень тонкими, процесс был не быстрым, и по прошествии лишь часа мне удалось создать на кончике пальца небольшую капельку, которая была точной копией той, что я поглотил.

Моей радости не было предела. Я готов был встать и пуститься в пляс. Моя сила была со мной, а это означало…

Это многое значило, но в долгосрочной перспективе. Сейчас я был очень слаб как в физическом плане, так и в магическом, но, разумеется, я не собирался таким оставаться.

Голос, который говорил со мной, видимо, дал мне второй шанс, который я не собирался упускать. Да, в прошлой жизни я делал много всего плохого, но в этом мире у меня есть шанс начать все с чистого листа.

И я его не упущу.

Встав с кровати, я вернул пузырек обратно под подушку Густава, а затем лег на кровать. Разумеется, от меня не скрылся тот факт, что Жак, который был еще тем ушлым типом, заметил, как простак Густав что-то прячет под подушкой, и я уверен, что Порто был из тех людей, которые за деньги продадут мать родную.

Что ж, пусть так.

Я закрыл глаза и сделал вид, что уснул, а спустя около получала раздался звук шагов, а затем снова тишина. Спустя пару минут пробка флакончика была откупорена, а так как Жак, был недалеким и жадным, а главное, большим любителем выпить, то я был уверен на сто процентов, что он выпьет все содержимое склянки целиком.

Заснул я с улыбкой, ибо знал, что будет утром.

* * *

Проснулся я от криков одной из девушек, которые занимались уборкой в палатах и выносили ночные утки.

Открыв глаза, я не удивился тому, что увидел.

Жак Порто бездыханным телом лежал на кровати, а его роскошные усы, которые он так любил, были покрыты зеленой пеной.

Флакон, отданный Розой Густаву, лежал около его кровати и был практически опустошен.

На дне еще было несколько капель, но вот употребить их мне не удалось, ибо в палату пришел лекарь.

Тот самый, которого я напугал до состояния, что он чуть не обделался.

Стараясь не смотреть на меня, он подошел к вояке, проверил его пульс, а затем наклонился и поднял склянку.

— Вы раньше видели это у него? — спросил он, в первую очередь посмотрев на меня.

— Нет, — покачал я головой и когда он повернулся к Густаву, начал активно жестикулировать ему, стараясь показать бедолаге, что тот тоже должен быть не в курсе.

Боансэ оказался умнее, чем я думал и тоже ответил, что видит это впервые.

Дальше работники лечебницы унесли труп, лекарь забрал яд и постарался как можно быстрее покинуть нашу комнату.

Стоило нам остаться наедине, как я сразу же решил поставить все точки над «i».

— Густав, — я сел на кровать Жака, которая стояла между нами. — Ты понимаешь, что случилось? — спросил я, посмотрев хозяину мясной лавки в глаза.

— Нет, — он покачал головой.

Я тяжело вздохнул.

— Извини, но я подслушал твой разговор с Розой. Это зелье, которое она тебе дала — яд. Он должен был убить тебя, но Жак, видимо, увидел, что ты что-то прячешь под подушкой, и решил воспользоваться этим. Итог ты видел сам, — произнес я, и, если честно, на Боансэ было жалко смотреть.

— Но как… Почему? Роза же…

— Густав, послушай меня, пожалуйста. Внимательно, хорошо? — произнес я, а мясник кивнул.

Далее, я поделился с ним своей догадкой. Мужчина не сдержался и по его щекам потекли слезы.

— Но я же ее так люблю…

— Иногда, этого недостаточно, — произнес я. — А сейчас, всё еще любите?

— Я… я не знаю. Нет… наверное… — бедный Густав не находил слов. — Я так много для нее сделал… А она… Не хотела детей, и последний раз мы вместе спали через год после свадьбы… Но я не смогу… Я не смогу ничего сделать! Я всего лишь обычный предприниматель… Что… Что мне делать, Люк?

— Ничего не делать, господин Боансэ. Вы хороший человек, вот им и оставайтесь. Это от нее письмо? — я кивнул на его тумбочку, где лежал конверт.

— Да, — обреченно ответил он.

— Я возьму?

— Без разницы, — ответил Боансэ, после чего лег на кровать и повернулся к окну.

Сейчас его лучше было не беспокоить.

К тому же у меня уже созрел план мести, который я собирался осуществить.

Я взял письмо и вернулся на кровать.

Теперь попробуем смогу ли я использовать свои магические умения.

Первое, что от меня требовалось — это создать яд. Получилось. Капелька прозрачной бурой жидкости появилась на кончике моего пальца.

Далее я вложил большую часть оставшейся магической энергии, чтобы сделать эту каплю максимально концентрированной — и снова успех.

На это ушла, практически, вся моя мана, но это того стоило.

И последнее. Я взял конверт и коснулся его углом капли, а затем объединил между собой яд и бумагу.

Осталось дело за малым. Нужно было просто отдать конверт Розе. И этот шанс мне подвернулся днем.

Жена Густава вошла в палату, как всегда, с надменно поднятой головой. Боансэ все это время лежал в позе эмбриона, поэтому даже не повернулся к жене.

Еще бы, учитывая то, что она хотела с ним сделать.

— Дорогой, — Роза села на кровать и коснулась мужа.

И снова это отвращение на ее лице…

Густав даже не шелохнулся.

Так как любви у этой женщины к своему мужу не было, она даже не стала настаивать на дальнейшем общении.

Встав, она просто решила покинуть нашу палату, но я ее остановил.

— Это ведь ваше? — спросил я миссис Боансэ, протянув ей конверт.

— Да, откуда это у вас?! — она подошла и резко выдернула его из моих рук.

Перчаток нет. Замечательно!

Я внутренне возликовал, ведь весь мой план мести жене Густава мог рухнуть в один момент, если бы на ней были обычные перчатки.

— Валялось на полу, — соврал я.

— Ясно, — она явно не поверила мне.

Повернув голову к мужу, она спросила.

— Что с ним?

— Грустит от того, что вы пытались его отравить, — честно ответил я.

Надо отдать ей должное, актрисой она была хорошей. Ее лицо изменилось лишь на мгновение, но она быстро вернула контроль над своими эмоциями.

— Что вы несете?! — она окинула меня уничтожающим взглядом.

— Только то, что вы слышали, — все в той же спокойной манере ответил я. — Вы дали мужу яд, но по случайному стечению обстоятельств его выпил другой человек. Господин Жак, вы видели его ранее, — я кивнул на кровать Порто.

В комнате повисла неуютная тишина.

— Вы больны! — она посмотрела на кровать Густава и на ее лице промелькнули нотки раздражения.

Еще один уничтожающий взгляд достался мне, а затем она просто вышла из палаты.

— Люк, скажи, что мне делать? — стоило жене уйти, спросил меня Густав.

Признаться честно, я даже не знал, что ему ответить. В своей прошлой жизни я любил лишь единожды, и все это закончилось крайне печально, поэтому в этой теме я был плохим советчиком.

— Жить дальше, — ответил я.

В палате снова повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь всхлипами Боансэ.

— Но, как? — он перевернулся на другой бок и мы встретились взглядами.

— Не знаю, — я покачал головой. — В этом я тебе не помощник, — добавил я и в дверь постучали.

По стуку я сразу понял кто это.

— Входи, Фредерик — пригласил я своего слугу и он молнией влетел в палату.

— С вами все в порядке, господин?! — спросил он, смотря на меня глазами, в которых я почувствовал нотки страха.

— Да, успокойся, — улыбнулся я. — Со мной все в порядке.

— Хвала Регойду, — вояка облегченно вздохнул. — Когда я узнал, что здесь кого-то отравили, то сразу же подумал, что это будете вы, господин, — добавил слуга и посмотрел на пустую кровать рядом. — Выходит, отравили этого… Как там его…

— Жака Порто, — напомнил я имя капрала, которого Фредерик невзлюбил с самого первого их знакомства. Видимо, как и я, он сразу же понял, что из себя представляет этот человек, поэтому, даже будучи с ним практически не знакомым, он изначально не питал к нему ни малейшей симпатии.

Скорее даже наоборот — испытывал неприязнь.

— А, ладно, — без толики сочувствия произнес вояка. — Мир не много потерял с его уходом, — добавил он, и протянул мне какую-то коробку, которую я давно заметил в его руках. — Привез из дома то, что вы просили.

— Спасибо, — поблагодарил я Фредерика и, открыв ее, широко улыбнулся. Помимо того, что в ней оказались книги по истории, также в коробке обнаружилась тетрадь прежнего Кастельмора, в которой он делал записи своих экспериментов.

Как оказалось, бывший владелец тела, был человеком замкнутым и нелюдимым. Большую часть всего своего времени, он проводил в лаборатории, где не только создавал различные целебные настойки, мази, бальзамы и припарки, но также занимался ядами.

Не знаю, было ли это совпадение, что я попал именно в его тело и при таких обстоятельствах, но все было именно так.

Кстати, не удивительно, что из всей своей семьи выжил только Люк. Наверняка, за все те года, пока он работал с ядами, у него сформировался какой-никакой иммунитет к ним.

Я вообще не думаю, что этого молодого человека можно было отравить обычным ядом, а значит, он явно имел магическое происхождение, что меня вовсе не удивило, учитывая, что даже обычная жена мясника смогла его купить.

— Видимо, те, кому он должен был деньги, решили его запугать, но все зашло слишком далеко, — произнёс Фредерик, посмотрев на кровать Жака.

Эх, если бы…

Жаль, что все было по другому.

— Это меня хотели отравить, — голос Густава прозвучал очень тихо.

Фредерик посмотрел на меня и я кивнул.

— Жак просто вор и своровал яд, который был предназначен господину Боансэ, — сказал я вояке, и он пожал плечами.

— Что ж, получил заслуженное, — сказал и посмотрел на мясника, который лежал на своей кровати и просто смотрел в потолок. — В любом случае, я рад, что вы не пострадали, господин, — он сел на краешек кровати. — Мне нужно снова вернуться в поместье, дабы закончить дела, но вскоре я приеду за вами и отвезу вас домой, — мягко произнес он и его глаза остановились на тетради у меня в руках. — Надеюсь, благодаря ей вы сможете хоть что-нибудь вспомнить, — добавил он и тяжело вздохнул.

— Возможно, — соврал я, не желая заставлять грустить Фредерика.

— Хорошо бы, — грустно улыбнулся он. — Если вам что-то еще…

— Нет, спасибо, у меня все есть, — я кивнул на коробку с книгами.

— Тогда до встречи через пару дней, — вояка встал и пошел к выходу. — Кстати, выглядите гораздо лучше, господин, — остановившись в дверях, сказал он.

— Знаю. Когда приедешь, буду почти здоровым, — улыбнулся я слуге, и тот улыбнулся в ответ.

Затем он покинул лечебницу, ну а я, посмотрев на Густава, который, видимо, совсем потерял волю к жизни, решил его не беспокоить, поэтому углубился в чтение.

И начал я, разумеется, с тетради Люка.

Интересно, насколько он был хорош в создании ядов?

Глава 3

Последующие несколько дней пролетели для меня незаметно. Я словно губка впитывал информацию из книг, которые принес мне Фредерик, и смаковал тетрадку старого Люка, в которой было написано столько всего интересного, что я даже не знал с чего начать.

Помимо рецептов различных ядов, которых в ней было больше двух десятков. Бывший владелец тела с большой внимательностью и присущей ему скрупулезностью записывал и зарисовывал все травы, которые удавалось находить ему в родовом лесу, а затем сверял их записями прошлых поколений, которых была целая библиотека.

«Хочу туда!» — была моя первая мысль, когда я узнал о библиотеке, но так как Фредерик должен был приехать за мной только через пару дней, пришлось взяться за историю этого мира, которая оказалась очень даже интересной, но так как в первую очередь меня интересовала магия и как она здесь «работает», я сконцентрировался на изучении именно этого вопроса, и вот к каким выводам я пришел.

Во-первых. В этом мире магия у людей встречалась гораздо чаще, чем в моем. Многие люди рождались здесь с магическим ядром или, как тут его называли, «Магическим сердцем», вот только не у всех оно могло развиваться, оставаясь в зачаточном состоянии всю их жизнь.

В итоге такие люди могли разве что использовать предметы, в которых уже содержалась своя мана, вроде того же осветительного кристалла, который зажег Фредерик, когда я лежал в отдельной палате, но на большее их не хватало.

Помимо таких людей, которых было большинство, встречались и те, у кого магическое сердце и так называемые магические каналы, исходящие от него, развивались со временем. Запас магической энергии у таких людей был в раз больше, и благодаря этому у них появлялась возможность стать «магическими донорами».

Иными словами, они могли заряжать своей магией предметы, в которых исчерпалась мана. И, судя по тому, что я вычитал из книг, такие люди ценились в любой стране и получали за это приличные деньги.

Все вышеописанное касалось, только так называемого «нейтрального элемента» магии, с которым рождалось более девяноста процентов людей, обладающих магическим сердцем или, как в оно называлось в моем мире, магическим ядром.

Нейтральная магия или бесцветная не могла перетекать в какие-либо формы, а значит, люди, обладающие ею, не могли использовать заклинания.

При этом, помимо стязи быть «донором», люди с потенциально сильным магическим сердцем могли стать артефакторами, специализаций которых в этом мире было превеликое множество.

Те же зелья, содержащие магическую энергию, которые ежедневно вкалывали мне целители, были созданы благодаря алхимикам, а растение, усиливающее регенерацию, выращено «Друидом» — так называли здесь магического агронома или флориста.

Разумеется, существовали магические кузнецы, оружие из под молота которых могло быть невероятно сильным и, судя по тому, что я вычитал в книгах, не уступало по силе артефактам из моего мира.

Это все я вычитал в книге под названием «История Магии», которая лежала в коробке вместе с остальными.

— Густав, что ты знаешь про магию? — спросил я соседа. Во-первых, мне было интересно послушать, что он скажет, а во-вторых, я хотел хоть немного отвлечь его от мрачных мыслей, в которые он погрузился после того, как человек, которого он любил всей своей душой, пытался его отравить.

Боансэ немного оживился. Видимо, я был не прав, и ему хотелось общения, но врожденная скромность и стеснение не позволили ему заговорить со мной первым.

— Очень мало, господин Люк. К сожалению, я не обладаю и толикой магии. Вся домашняя магическая утварь была на Розе, — ответил он, и я заметил, как он напрягся при упоминании ее имени.

Не погрустнел, не отчаялся, а именно напрягся.

Неужели за несколько лет его отношение к этой женщине изменилось?

— Знаю только, что есть бесцветная магия — магия простолюдинов и цветная, с которой рождаются только те, в чьих жилах течет благородная кровь, — ответил хозяин мясной лавки, чем подтвердил информацию, которую я получил из книги.

Действительно, так называемой «цветной маной» обладали только аристократы и, как правило, дети наследовали тот цвет магического сердца, какой был у их родителей.

Что же касается цвета. Тут все сложно. Если верить информации из книги, то существовало четыре основных цвета, каждый из которых представлял одну из четырех стихий.

Красный — огонь. Синий — вода. Коричневый — земля и Светло-голубой — воздух. Это были четыре основных цвета, магическая энергия которых уже могла принимать различные формы — заклинания.

Помимо этих четырех элементов, существовали два более редких.

Первый — свет. Второй — тьма. Они встречались гораздо реже, чем четыре основных, но все же дети с золотой и черной маной время от времени появлялись на свет.

Опять же, отпрыски несли в себе цвет маны своих родителей, а древние рода с наследственным даром к черной и золотой магии все еще существовали.

Во всяком случае, на территории Галларии, если верить этой книге.

Последними были уникальные магические стихии, которые были крайне редки.

О них в книге, к моему великому сожалению, говорилось очень мало. У меня, судя по описанию, был как раз уникальный цвет маны — ядовито-зеленый, что означало, что я тоже смогу использовать заклинания. Осталось только понять как и какие.

Хотя я буду доволен даже тому, если смогу использовать те умения своего ядра, которые были у меня при жизни в другом мире.

— А еще что-нибудь? — спросил я Боансэ.

— Нет, господин Люк. На этом мои знания заканчиваются. Я никогда не интересовался этим вопросом. Вообще, если честно, я мало чем интересовался в этой жизни и, думаю, именно поэтому моя жена решилась пойти на этот шаг, — добавил мой собеседник и я заметил, как по его щекам снова потекли слезы.

— Все можно изменить, — ответил я Густаву.

— Не думаю, — он обреченно покачал головой. — Может мне стоит попросить Розу купить еще яда? Зачем мне жить? Зачем возвращаться в лавку и дом, где уже давно спит другой мужчина? Как мне вообще дальше жить, зная, что человек, которого я любил, предал меня, изменив, а затем и вовсе решив отравить? — произнес он и повернулся ко мне, явно намереваясь получить ответ.

Вот только я его не знал. Моя прошлая жизнь была далека от настолько приземленных проблем. Всю свою недолгую жизнь я только и делал, что пытался выжить, ибо каждая передряга, в которые я частенько попадал, могла оказаться для меня фатальной.

«Интересно, а нужно ему говорить о том, что его жена вряд ли ему уже что-то купит?» — подумал я, понимая, что моя манипуляция с конвертом, скорее всего, уже отправила Розу на тот свет.

— Самоубийство точно не выход, — ответил я. — Если вы убьете себя, то сделаете только одолжение своей жене и ее любовнику. Они получат все, чего добивались, а вы, соответственно, проиграете. Я бы посоветовал вам жить дальше. Да, измену пережить тяжело, но жизнь продолжается. Вы еще можете начать все заново. Найти женщину, которая будет любить только вас, завести детей и жить счастливо. Все в ваших руках. Главное перестать себя жалеть и, несмотря на все случившееся, жить дальше, — сам я так считал только частично, за измены и предательства наказанием считал только смерть и никак иначе, но этот человек мне нравился, и мне хотелось его подбодрить. Поэтому я постарался произнести все это уверенным голосом.

Мой собеседник всхлипнул.

— Но как? Как я вернусь? Она же…

Договорить он не успел, ибо дверь в палату резко отворилась, и на пороге появился седой мужчина в мундире городской стражи.

— Кто из вас месье Боансэ? — поинтересовался представитель местной власти.

— Я, — неуверенно ответил Густав и приподнялся на кровати.

— Меня зовут Паскаль Рожэ. Я сержант городской стражи. Роза Боансэ ваша жена? — спросил мужчина, окинув меня и владельца мясной лавки цепким оценивающим взглядом.

— Да, а что случилось? — спросил Густав дрожащим голосом.

— Она мертва, — ответил сержант.

Боансэ зажал рот рукой.

— Как это случилось? — растерянно спросил он.

— Отравилась ядом, — ответил Паскаль. — Тем же, которым пыталась отравить вас, — добавил он, смотря на бедолагу, который, казалось, в любую секунду готов был разрыдаться.

Несмотря на то, что эта женщина предала его, он ее все равно любил…

— Роза мертва, — Густав закрыл глаза руками. — Мертва…

Надо отдать Рожэ должное, он дал время Боансэ свыкнуться с этой мыслью и только потом продолжил.

— Мне нужно будет задать вам пару вопросов, — произнес он, почему-то смотря на меня.

— Мне выйти? — поинтересовался я.

— Да, господин…

— Люк Кастельмор, назвал я имя человека, в чьем теле находился.

— А, тогда не смею вас беспокоить, — произнес Паскаль, понимая, что я благородный.

Хоть и из пратически обнищавшего рода.

Но этого-то он не знал.

Хотя это было понятно уже потому, что я лежал мало того, что в общей палате, так еще и место, где она находилась, явно было не из лучших.

Тем временем Рожэ приступил к допросу, из которого я понял, что часть информации он уже и так знал, и ему ее требовалось лишь подтвердить.

А вот когда я услышал, что в расследовании фигурирует письмо, я насторожился.

— О каком письме идет речь? — удивленно спросил Густав, когда услышал теорию Паскаля, что она отравилась именно через бумагу.

— Это, — он достал из кармана стеклянную мензурку, внутри которой находился свернутый в трубочку конверт.

Надев толстые кожаные перчатки, мужчина осторожно откупорил крышку и достал письмо, а затем показал его Густаву.

Разумеется, он узнал его. Но вот что странно, мясник и бровью не повел, а лишь сказал:

— Это ее почерк, а не мой, — произнес Боансэ.

— Верно, — кивнул Рожэ. — Но вы ведь получали его?

— Да, но не успел прочитать. Я даже не успел его распечатать. Роза забрала его, сказав, что сама скажет о том, что в нем написано, — соврал Паскалю хозяин мясной лавки.

Сержант нахмурился.

— Странно, — задумчиво произнес он, а затем повернулся ко мне.

Я сделал вид, что устал от их разговора, смерив полицейского недовольным взглядом.

— Спасибо, что ответили на мои вопросы, господин Боансэ, — Рожэ нехотя пошел к выходу. — До свидания, господа, выздоравливайте, — сказал он уже в дверях, после чего, прежде чем скрыться за ней, еще раз посмотрел на меня.

Этот взгляд мне сразу не понравился. Я знал, что он значит, а это всегда сулило лишние проблемы.

Неужели придется…

Я покачал головой. Нет, нельзя думать, как Василиск! Я же решил, что начну жизнь с чистого листа.

Хотя не успел я переродиться, а уже стал причиной смерти одного человека.

Возможно, даже двух… Ведь я не помешал Жаку выпить отраву, хоть и мог.

Когда Рожэ ушел, некоторое время в нашей палате царило неуютное молчание. Густав бросал на меня косые взгляды, но, видимо, спросить напрямую то ли боялся, то ли просто стеснялся, поэтому пришлось взять инициативу в свои руки.

— Господин Боансэ, у вас ко мне есть какие-то вопросы? — вежливо поинтересовался я, повернувшись к мужчине.

— Нет… — неуверенно ответил он. — А вообще да, — следующие слова дались ему явно нелегко.

— Я весь во внимании, — спокойно ответил я.

— Моя жена, это вы ее… — он оборвал свою мысль на полуслове, ибо в палату вошла девушка, чтобы забрать утки.

Когда она ушла, он продолжил.

— Просто вы спрашивали про письмо и… А потом она…

— Думаете, я каким-то образом смог отравить ваше письмо? — изобразил я удивление.

— Но ведь господин Паскаль сказал, что она…

— Была отравлена, да, — закончил я за мясника.

— Но письмо…

— Я просто его передал, — спокойно продолжил я гнуть свою линию, продолжая сеять семена сомнений в его душе. — Как, по вашему, я мог его отравить?

— Я… Я не знаю, — ответил Густав.

— Тогда почему вы это спрашиваете у меня? — решил пойти я в атаку. — Вы когда-нибудь слышали, чтобы люди могли отравить что-то прикосновением?

— Нет, но…

— Могу я поделиться своим мнением на этот счет? — поинтересовался я.

— Да, конечно, — закивал Боансэ.

— Думаю, это сделал ее любовник. Их замысел не удался, и чтобы спасти свою шкуру, он отравил Розу, а сам, вероятнее всего, скрылся. Думаю, какие-то деньги у нее были, — произнес я, наблюдая за тем, как Густав все больше и больше верит моим словам.

Хозяин мясной лавки тяжело вздохнул.

— Вы правы, господин Люк. Скорее всего, так и было, — ответил он и сел на кровать.

— Что собираетесь дальше делать? — поинтересовался я.

— Жить дальше, — на его губах появилась грустная улыбка.

— Верное решение, — я тоже принял сидячее положение. — Я уверен, что вы еще сможете найти человека, который будет любить только вас. Неужели у человека вроде вас нет ни одной клиентки, за которой можно было бы приударить? — спросил я и понял, что попал в точку.

— Мадам Лешуа, частенько справлялась о моих делах и здоровье, — ответил Густав и немного покраснел.

— Эта та милая женщина, которая навещала вас пару дней назад? — спросил я, и щеки моего собеседника налились краской, аки спелый помидор. — Хочу отметить, что она весьма недурна собой!

— Ну что вы, господин Люк, прекратите меня смущать, — Боансэ махнул рукой в мою сторону.

Какой же он наивный и добродушный, — подумал я, немного даже завидуя этому человеку. Да, его постигла неудача, но он остался жив и сможет дальше продолжать свою спокойную жизнь. Может он снова жениться, возможно, у него даже появятся дети и так далее.

Я почему-то такой судьбы для себя не видел. Да, это был новый мир, где я мог бы начать все с чистого листа, но я не успел прожить здесь и недели, а уже успел отравить человека.

Да, она была той еще стервой и сама пыталась убить мужа. Но я же мог просто оставить все как есть и не лезть в это дело.

Вот только не смог.

Я грустно улыбнулся.

— С вами все хорошо? — обеспокоенным голосом поинтересовался Густав.

— Да, просто вспомнил кое-что очень грустное, — ответил я хозяину мясной лавки и, взяв в руки книгу по магии, которую я так и не дочитал, лег обратно на кровать.

— Прошу прощения, что я начал говорить гадости про вас, — виновато произнес Боансэ.

— Не переживайте, — я посмотрел на мясника и улыбнулся. — Забудем.

— Но…

— Забыли, господин Боансэ, — надавил я, и Густав, закивав головой, улегся обратно на кровать.

— Вас ведь скоро выпишут, да? — спросил он меня через пару минут.

— Скорее всего, — ответил я.

— Жаль, — грустно произнес мой собеседник.

— Почему? — удивился я, поворачиваясь к хозяину мясной лавке.

— Можете считать меня наивным идиотом и неудачником, но вы первый человек за много лет, который отнесся ко мне по доброму, — он лег на бок и повернулся к окну. — Могу я считать вас другом? — ему явно было сложно спросить это в лицо, поэтому Густав предпочел сделать это, обращаясь ко мне затылком.

— Можете, — спокойно ответил я, и Боансэ вздрогнул.

— Спасибо, — поблагодарил меня Густав, и я вновь услышал, что он зарыдал.

До утра следующего дня мы с ним не разговаривали. А у меня было время поразмыслить о том, что мне делать с моей новой жизнью…

Глава 4

На следующее утро я проснулся бодрым и с хорошим настроением. Тело, которое до конца все еще не было исцелено, было ослабленным, да и тошнота с головокружением тоже никуда не делись.

Но это все была ерунда, на которую я даже не обращал внимания, ибо то, что со мной происходило в прошлом мире, не шло ни в какое сравнение с этим.

Я покачал головой, отгоняя неприятные мысли прошлого, которые волной нахлынули на меня. В этом мире я подобного точно не допущу.

— Выглядите лучше, господин Боансэ, — дабы отвлечься от мрачных воспоминаний, я начал разговор со своим соседом, который почему-то светился от счастья. — Произошло что-то хорошее? — поинтересовался я и улыбнулся.

Мне нравилось видеть его таким.

— Да, рано утром, пока вы спали, ко мне заходила мадам Лешуа и принесла чудного печенья. Вот, угощайтесь, — он протянул мне бумажный кулек.

«Так вот откуда этот сладковатый запах», — подумал я, принимая угощение. Я знал, что Густав ненадолго покидал палату, но вот причину его отсутствия — нет.

От сердца немного отлегло, ибо посетителем мог оказаться господин Рожэ, который мог задать лишние вопросы, ибо «расколоть» наивного Густава, дело нехитрое.

Главное, чтобы это не случилось до того момента, как я покину стены этого города.

— Спасибо! — тем временем, поблагодарил я хозяина мясной лавки и попробовал печенье. — Как вкусно! — воскликнул я, ибо это была чистейшая правда.

В меру сладкое, рассыпчатое угощение к тому же еще обладало и очень вкусной начинкой из перетертых орехов, смешанных с карамелью.

— Согласен, — по-доброму улыбнулся Боансэ. — Мадам Лешуа, видимо, очень хорошая хозяйка, — добавил он и снова покраснел.

Нравится мне этот мужик. Вот честно нравится! Его простота и жизнерадостность была мне как бальзам на израненную душу. Рядом с ним я чувствовал себя… лучше?

После небольшого перекуса мы с соседом еще немного поболтали ни о чем, а потом я вернулся к книге, в которой, наконец, речь зашла о «цветной магии».

И каким же было мое разочарование, когда я выяснил, что там практически ничего о ней было не написано.

«Умеют же благородные хранить свои секреты», — сразу же понял я причину подобного дефицита информации и с грустью отложил книгу по магии в сторону, взяв другую.

«Проклятые земли. Туда и обратно» — прочитал я название и в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что я не только понимал язык этого мира, но мог на нем читать и писать.

Возможно, это было как-то связано с остаточными воспоминания самого тела, в которое я попал, так как слово «карамель» мне, например, до сегодняшнего дня было незнакомом.

— Проклятыми землями интересуетесь? — Густав отвлек меня от первой страницы книги. Видимо, мужчине хотелось поговорить еще, и я решил удовлетворить его желание.

— Да, — кивнул я. — Знаете, что-то о них? — без особой надежды спросил я, ибо не верил, что обычному хозяину мясной лавки может быть интересна эта тема.

— Знаю, — кивнул Боансэ. — Мой старший брат там бывал и когда вернулся, много рассказывал мне о них, — добавил мой собеседник, и я внутренне возликовал.

Вот это удача! Повезло, так повезло!

— Расскажете? — я положил книгу на тумбочку и уставился на Густава горящими глазами.

Вот только мой собеседник моего азарта явно не разделял.

— Хорошо, — он кивнул и сел на кровать.

По его поведению сразу было понятно, что тема эта ему не особо приятна.

— Если не хотите, то…

— Да нет, все в порядке, это дела уже давно минувших дней, — на его губах появилась грустная улыбка. — Мой брат лет десять назад ушёл туда во Второй Исследовательский Поход и не вернулся. Хотя правильнее будет сказать, что все, кто участвовал в этом походе, не вернулись, — добавил мой собеседник и взял в руки стакан с водой.

— Мне жаль.

— Вы же не виноваты, — усмехнулся Боансэ.

Он сделал несколько глотков и продолжил.

— Так что вы хотите знать о Проклятых землях? — спросил Густав и разумеется, я ответил:

— Все!

* * *

Если вкратце подытожить информацию, которую я получил от Густава Боансэ, то получалось, что Жак был прав и они образовались в результате войны Галларии и Иллерии, в ходе которой произошел магический катаклизм, который не только унёс жизни всех солдат, участвующих в войне, но навсегда изменил географию этого мира и саму его сущность, отделив большой кусок суши неким разломом.

Разумеется, люди, живущие на «отколотых» территориях, тоже остались с другой стороны разлома.

Это если вкратце.

— Вы сказали, что война унесла жизни всех солдат, так? — спросил я Густава, когда он сделал небольшую паузу в своем рассказе.

— Да, — кивнул мой собеседник.

— То есть кто-то видел их тела или кости? — уточнил я и хозяин мясной лавки задумался.

— Не могу ответить вам на этот вопрос, господин Люк, — произнес Густав. — Карл рассказывал мне, что первая их экспедиция не сильно продвинулась вглубь проклятых земель, ибо это очень опасное место и буквально все, что живет и растет там, может и хочет тебя убить, — произнес Боансэ и взял из кулька печенье. — Прошу, угощайтесь! — он протянул угощение и мне.

— Спасибо, — поблагодарил я добряка Боансэ. — Так, по поводу того, как все произошло, мне все понятно, а что касается жизни там?

— Жизни? — удивился собеседник.

— Да. Люди могут находиться за разломом?

— Да. Брат говорил, что воздух там не отравленный, но что касается растений и животных, — Густав задумался. — Поль сказал, что там все совершенно другое. Или, если говорить дословно — «там все пропитано магией», — добавил хозяин мясной лавки. — А почему вас там интересуют проклятые земли, господин Люк?

— Простая любознательность, — соврал я.

Признаться честно, мне уже не терпелось поскорее отправиться туда. Вот только сделать я этого пока не мог по ряду причин.

Во-первых, как я говорил, тело было все еще ослаблено. Во-вторых, магическое ядро и паутина энергетических каналов пребывала в крайне печальном состоянии, и прежде чем идти и смотреть эти Проклятые земли, не мешало бы ее как следует подлатать. В-третьих, мне нужно было разобраться с той флорой и фауной, которая существовала в обычном мире, а уже после переходить на ту, что находится в Проклятых землях. Ну и в-четвертых, нужно было разобраться в семейных проблемах и узнать, кто убил всю семью бывшего владельца тела и пытался убить меня. Зачем мне беспокоиться о судьбе по сути чужих людей? Ну… хотя бы в качестве благодарности за мой новый шанс и, собственно, за само тело. Я привык отдавать свои долги и не собираюсь отказываться от этой привычки и в этом мире.

— Вы ведь не собираетесь туда? — обеспокоенным голосом спросил Густав.

— Нет, разумеется, — усмехнулся я. — Как я уже говорил, я просто любознательный, — добавил я и приветливо улыбнулся.

— Люди, которые уходят за разлом, редко возвращаются. Да, мир за разломом таит в себе много богатств, но еще больше он таит опасностей. Я считаю, никакое золото не стоит жизни, — произнес мой сосед и вернулся в горизонтальное положение.

Его слова не удивили меня. Разумеется, то, что можно было добыть в землях, которые были пропитаны магией, высоко ценилось, даже при условии, что она была темной.

Хотя в последнем я не был уверен. То, что эти земли назывались Проклятыми, еще не значило, что все, что живет и растет там, пропитано темной энергией.

— Скажите, господин Боансэ, а те, кто живет за разломом, пересекают его? — задал я вопрос, который давно крутился у меня на языке.

— Брат рассказывал, что бывали случаи, — нехотя ответил Густав.

— Это были люди? Они были разумны?

— Нет, — покачал головой мясник. — Я не помню, как называл их Поль. Но единственное, чего жаждали эти монстры, это убивать. Не зря Людовик Мудрый вот уже как второй десяток лет огораживает земли нашей страны Великой стеной, — произнес Боансэ с легкой ноткой благоговения в голосе.

Видимо, нынешний король ему импонировал.

— Спасибо вам за информацию, господин Боансэ, — поблагодарил я соседа по палате, а сам вновь взялся за книгу.

«Даже будет немного жаль отсюда уезжать», — подумал я, краем глаза посмотрев на Густава, который повернулся к окну и, подложив под голову подушку, не без интереса наблюдал за небольшим садом, раскинувшемся под окнами нашей лечебницы.

Он частенько так делал, когда хотел подумать, и, разумеется, я не стал ему мешать. Завтра за мной должен был приехать Фредерик и увезти меня в родовое имение.

Надо будет сделать ему какой-нибудь небольшой подарок, — подумал я и углубился в чтение книжки.

За этим же занятием я провел и послеобеденное, и вечернее время. Отложил книгу в сторону, когда за окном уже стемнело и пора было укладываться на боковую.

Вот только в эту ночь поспать спокойно мне не удалось.

Все произошло, когда луна уверенно вступила в свои владения на ночном небе, поэтому, несмотря на глубокую ночь, в палате было достаточно светло из-за ее серебряного света, которым она щедро делилась с теми, кто не спал.

Ну и плюс ко всему, я был из тех, кому тьма — дом родной, поэтому отброшенная на пол в лунном свете тень не осталась для меня незамеченной.

Кто бы это ни был, проникнуть в палату он собирался через окно.

По телу сразу же пробежала приятная дрожь. Инстинкты ночного охотника никуда не делись, поэтому нож, который я украл еще в первый же день, во время обеда, уже давно лежал у меня под подушкой.

За ним-то я и потянулся правой рукой, внешне оставаясь неподвижным.

Видимо, те, кто убил всю мою семью, прислали кого-то закончить дело.

Что ж, их ждет большой сюрприз.

Я замедлил дыхание и начал медленно разгонять магическую энергию ядра по паутине энергетических каналов. Тело юного Люка Кастельмора было очень слабо, и в этом был виноват не только яд. Молодой человек в принципе был далек от физических нагрузок и вел сидячий образ жизни, много времени проводя за чтением и алхимическим столом, поэтому дряблые мышцы нужно было немного поддержать.

И сделать это я собирался маной.

Тем временем окно бесшумно открылось, и я понятия не имел, как это удалось сделать убийцам, ибо при каждом открытии или закрытии деревянная рама ужасно скрипела, а тут открылась, будто бы ее только сегодня смазали маслом.

«Видимо, профессионалы», — подумал я и напрягся. Будь я Василиском, мне бы и оружия никакого не потребовалось, чтобы лишить незваного гостя жизни. Но в текущем состоянии даже сколь нибудь опытный воин мог доставить мне немало проблем. Поэтому нужно было действовать на опережение и на всю использовать фактор неожиданности.

Я замер и слегка приоткрыл один глаз, чтобы видеть приближение противника или противников, если их было несколько.

Повезло и в комнату, не издав ни звука, проникла всего одна тень.

«Точно, профессионал», — сразу же понял я, определив это по тому, как человек двигался. Плавно, мягко и тягуче. Каждое его движение сразу же перетекало в следующее, и казалось, будто бы он не шел, а плыл.

При этом двигался убийца вовсе не медленно, а наоборот очень быстро.

Буквально за несколько мгновений, он оказался возле моей кровати. Остановившись около нее, он не стал доставать нож, струны или любое другое оружие бесшумного убийства. Вместо этого убийцы взял подушку с кровати Жака. Это и стало его роковой ошибкой.

Видимо, все должно было быть так, будто бы я умер сам. Поэтому, как только обе руки ночного гостя взялись за подушку, и она практически легла мне на лицо, я нанес удар.

Быстрый и очень точный.

Нож вошел аккурат в ушную раковину и через слуховой канал вошел в мозг.

Убийца даже пикнуть не успел, как оказался мертв.

Теперь нужно было действовать очень быстро.

Взяв в руки подушку, которой меня хотели придушить, я резко сдернул с нее наволочку и приложил к уху мертвеца, чтобы из раны не лилась кровь.

Дальше пошел детальный обыск, и вскоре прямо у меня на кровати оказалась небольшая кучка вещей убийцы, осматривать которую у меня не было времени.

Убедившись, что у трупа ничего не осталось, я вдруг осознал, что допустил небольшую оплошность. Поэтому, вернув убийце часть его вещей, аккуратно поволок его к окну, которое было уже открыто.

Ну а дальше, убрав от раны наволочку и придерживая за ноги, я свесил его головой вниз, а затем отпустил.

Упал как надо! Головой прямо на каменную брусчатку.

Хруст сломанных костей был тому доказательством.

Дальше я просто вытер кровь с подоконника и окна, пару капель с пола и рядом с кроватью той же наволочкой от подушки Жака и, вернувшись обратно, начал осматривать свои трофеи.

Густав, к слову, во время всего ночного действа даже не шелохнулся, мирно посапывая у себя в кровати.

* * *

Утро в лечебнице началось с громких криков.

«Заметили, наконец-то», — подумал я и усмехнулся. За время, пока труп не был найден, я успел сходить до нужника, утопить в нем наволочку, своровать из пустой палаты новую, а затем еще и разобрать предметы убийцы.

Из полезного я обнаружил в них несколько метательных ножей, три склянки с незнакомыми мне жидкостями, клочок бумаги с моим именем, месторасположением и устным описанием, кошель с деньгами и несколько странных шероховатых камешков от которых исходил магический фон.

Короткий клинок, пару ножей и две поясных сумки, в которых были еще метательные ножи, отмычки, склянка с малом и еще всякой мелочью, я вернул обратно убийце, чтобы все не выглядело подозрительно.

Я, к слову, даже успел капнуть несколько капель масла на карниз, на котором стоял ночной гость, дабы все это еще больше походило на несчастный случай.

И все это не заняло больше часа, в то время как труп нашли спустя еще несколько часов.

Хотя чего я удивляюсь? Это обычная лечебница, а не покои короля.

— Что случилось?! — Боансэ подскочил, будто ужаленной.

— Проснулся, значит, — усмехнулся я, смотря на растерянного хозяина мясной лавки, который даже не догадывался, что случилось ночью, прямо под его носом.

Решил его не терзать и немного внести ясности.

— Не знаю, — я демонстративно зевнул. — Может, с больным каким чего случилось, — добавил я и потер глаза.

— Крики прямо под окном, — Густав приблизился к нему и сразу же охнул.

— Что случилось? — спросил я, стараясь сделать так, чтобы мой голос звучал максимально заинтересовано.

— Там тело, — повернувшись ко мне, испуганно произнес Боансэ, прижимая руку ко рту.

— Тело? Живое?

— Не думаю, — вернувшись к просмотру, ответил мой собеседник. — Лекарь, вон, уже простыней накрыл, — озадаченно добавил он. — Точно мертвый.

Я встал с кровати и подошел к окну.

— Прямо под нашим окном, надо же! — удивленно произнес я. — Кто это может быть?

— Может, убийца? — не отрываясь от происходящего вокруг, предположил Боансэ.

«А-то, как же», — я улыбнулся так, чтобы мясник не видел.

— Но если это убийца, и он лежит под нашим окном, получается, он приходил за кем-то из нас?! — произнес я, стараясь, чтобы голос звучал испуганно.

— Думаете, любовник Розы решил отомстить? — Густав посмотрел на меня наивными глазами.

Ох, Боансэ, Боансэ…

— Думаю, что нет. Скорее всего, это те люди, которые пытались меня отравить, — ответил я, ибо все в городе и так уже знали историю о трагичной судьбе Кастельморов, всю семью которых отравили, и выжил только я.

Густав снова охнул и закрыл рот руками.

— Но как…

Договорить он не успел, ибо дверь резко открылась, и на пороге появился уже знакомый нам с хозяином мясной лавки сержант Паскаль Рожэ.

Мужчина вежливо кивнул нам, и его цепкий взгляд остановился на мне.

— Приветствую вас снова, господа, — произнес он и внимательно осмотрелся по сторонам.

— Господин Рожэ, — Густав улыбнулся гостю. — Вы видели уже мертвое тело под окном? — ну, прямо сама наивность.

— Да, поэтому я здесь, — ответил ему представитель городской стражи. — Вероятно, этот человек выпал именно из этого окна, — он кивнул в сторону оконного проема. — Я должен его осмотреть, — добавил он и искоса посмотрел на меня.

«Ему что, нужно мое разрешение?» — подумал я, не особо понимая местных порядков и уровня власти у аристократов, вроде меня.

— Пожалуйста, — вежливо ответил я Рожэ и взял с тумбочки книгу.

Видимо, мое разрешение все же ему требовалось, ибо только после моего дозволения, он подошел к окну и начал его осматривать.

— Господин Боансэ, скажите, оно всегда было смазано? — спросил он Густава, проверив, насколько плавно ходит рама.

— Нет, — мой сосед покачал головой. — Открывалось всегда так, будто бы кошки скреблись.

— Хм-м, ясно, — сержант кивнул, а затем высунулся из окна и я заметил, как он провел пальцем по карнизу.

Отлично. Нашел масло, которое я на нем оставил.

— Думаете, это был убийца? — поинтересовался Густав, когда Паскаль закончил досмотр оконного проема.

— Да. Осталось только понять, за кем из вас он пришел, — задумчиво произнес он, смерив нас с Боансэ изучающим взглядом.

Сержант городской стражи явно лукавил. Он наверняка знал, что пришли именно за мной, вот только зачем он это скрывает? Неужели что-то заподозрил?

— Думаете, его целью были я или господин Люк? — спросил Густав.

— Да. Палата над вами пустует, — ответил ему Рожэ.

— Ох! А если это со мной пришли поквитаться? — спросил мясник, но сержант на него даже не посмотрел.

— Не думаю, господин Боансэ. Скорее всего, целью был господин Кастельмор, — ответил Паскаль и я отвлекся от книги.

— Получается, заказчики решили закончить начатое? — спросил я.

— Вероятнее всего, — кивнул сержант.

— Тогда мне повезло, — мои губы расплылись в довольной улыбке. — Как умер убийца?

— По предварительной версии, поскользнулся на карнизе и, упав, сломал шею, — ответил Рожэ, явно сам не веря в свои слова.

— По предварительной? — я изобразил удивление.

— Да, — кивнул мой собеседник. — Ладно, господа, тут я закончил, поэтому не смею беспокоить, — Паскаль окинул комнату взглядом, после чего попрощался и вышел из палаты.

«А ведь он так и не ответил на мой вопрос», — подумал я, усмехнувшись про себя. Этот сержант городской стражи очень хитер. Надо убираться из этого города и чем быстрее, тем лучше.

— О! А это к вам! — голос Боансэ отвлек меня от мыслей.

Я удивленно посмотрел на хозяина мясной лавки.

— Там, внизу, господин Фредерик, — пояснил Густав, который снова занялся своим любимым делом — наблюдением в окно.

Признаться честно, я думал, он бросит хотя бы на время это занятие из-за трупа. Но, видимо, хозяин мясной лавки был не настолько трусоват, как я о нем думал.

Тем временем вояка что-то задерживался.

Неужели какие-то проблемы внизу?

Появился он спустя минут десять после того, как его заметил Боансэ, и вид у него был довольно обеспокоенный.

— Что-то случилось, Фредерик? — спросил я у слуги.

— Да, господин, — кивнул он. — На входе я встретился с сержантом городской стражи Паскалем Рожэ, и он сказал, что нам не следует покидать город, — произнес он и посмотрел на меня.

Хм-м, интересно. Не следует или мы не можем?

— Скажи, Фредерик, а у него есть полномочия запретить нам выезд? — поинтересовался я.

— Нет, господин. Без письма из королевской канцелярии он не имеет права удерживать вас, где бы-то ни было, — ответил вояка, чем подтвердил мои догадки.

— Хорошо, — я кивнул и встал с кровати. — Фредерик, займись нужными бумагами о выписке, а я пока соберу свои вещи, — приказал я слуге, и он, кивнув, вышел из палаты.

— Я ведь вас больше не увижу? — голос Боансэ был наполнен грустью и сожалением.

— С чего вы так решили, господин Боансэ? — по-доброму улыбнулся я, смотря на наивного хозяина мясной лавки, к которому уже успел немного привыкнуть. — Разумеется, увидимся. Обещаю вам, ведь мы же друзья.

Глава 5

Город мы с Фредериком покинули около полудня.

— О чем тебя спрашивал Рожэ? — спросил я вояку, когда небольшая телега, запряженная старенькой лошадью, проехала городские ворота, и мы оказались на тракте. Карет, как позже выяснилось, в семье Кальстельморов не водилось уже более десяти лет.

— О вас, господин, — ответил вояка. — О том, как вас отравили, кто желал смерти вам и вашей семье, занимались ли вы в детстве фехтованием или были ли у вас учителя по военной подготовке, — добавил он и с опаской посмотрел на меня.

«А этот Рожэ хитер», — в очередной раз убедился я.

— И что ты ему ответил?

— Правду, господин. Что из недоброжелателей есть только семья Рошфоров, и что с детства вы не питали никакого желания обучаться фехтованию, а любили книги, — ответил мне Фредерик, который был простым и прямолинейным человеком.

Эти качества мне в нем очень нравились, как в Боансэ его честность и наивность. Видимо, прожив всю свою жизнь во лжи, я испытывал дефицит в таких положительных качествах и подсознательно тянулся к таким людям.

— Понятно, — кивнул я, возвращаясь к разговору с Фредериком.

— Не нравится мне этот сержант, — нахмурился слуга. — Наверняка и дальше копать будет, — добавил он и посмотрел на меня. — Господин, тот мертвец, это ведь…

— Да, — кивнул я. — Ночью он приходил за мной, — честно признался я вояке.

Услышав мой ответ, он несколько секунд, не веря в услышанное, пялился на меня.

— Так это вы его порешили? — озадаченно спросил он.

— Да, — не стал обманывать я Фредерика.

Странно, но мой собеседник как будто бы даже не удивился.

— Вы стали другим, — смерив меня оценивающим взглядом, ответил он.

— Возможно, — я пожал плечами и улыбнулся военному. — Это плохо?

— Не знаю. Пока еще рано судить, — спокойно ответил он и несколько часов мы ехали молча.

Фредерик правил повозкой, а я вновь углубился в чтение. В этот раз в моих руках была книга под название «История Галларии. Двести лет войны».

Заговорил же со мной вояка, когда впереди показались люди. Фредерик замедлил ход повозки и от меня не скрылся тот факт, что он напрягся. Я посмотрел на людей впереди и сразу же понял почему.

— Разбойники? — спросил я слугу, и тот, кивнув, обернулся, продолжая одной рукой удерживать вожжи, а второй искать что-то в телеге.

Вскоре в его руке оказался небольшой клинок, который больше напоминал мясницкий тесак, нежели меч. Широкое, примерно в две ладони, лезвие было еще и достаточно толстым, чтобы создать впечатление, что оружие было очень тяжелым.

И каким же было мое удивление, когда Фредерик ловко крутанул его в руке, словно пушинку, уверенно взявшись за рукоять. Я же достал из сумки три метательных ножа.

«Интересно, как сильно упала моя точность?» — подумал я, смотря на небольшие ножи листовидной формы, которые достались мне от убийцы. Эх, надо было проверить это, прежде чем мы выехали из города.

Ну да ладно.

Я взял в руки один из ножей и с удивлением для себя отметил, что оружие имеет идеальный баланс за счет утяжеленного наконечника. Я подкинул нож в воздух, а затем ловко поймал его правой рукой. Фредерик, все это время искоса наблюдавший за мной, довольно крякнул.

— А ну! Пшли!!! — он немного ускорил ход повозки, и вскоре наши догадки по поводу того, что впереди бандиты, подтвердились.

Семеро. Еще до того, как мы подъехали к участку дороги, перегороженному сломанной повозкой, я сосчитал мужчин, которые, похоже, не были обычными крестьянами, решившими встать на путь разбоя.

Одного взгляда на них, мне хватило понять, что это бывшие военные, которых выдавало не только оружие, но и то, как они устроили свою засаду.

— Дезертиры, — процедил Фредерик сквозь зубы.

«Хм-м, а он молодец», — подумал я, в очередной раз убедившись в том, что слуга бывший военный и к тому же довольно наблюдательный.

— Самая главная проблема, это арбалетчик, — произнес я, смотря на молодого паренька, который стоял за бортом повозки и, положив оружие на край, уже целил в нас. — Но, думаю, я с ней разберусь, — добавил я и положил рядом с собой остальные два ножа.

— Вы меня удивляете, господин, — произнес Фредерик и покачал головой.

— Не сейчас, — ответил я, а буквально через мгновение нас окликнули.

— Стоять! — от основной банды отделился мужчина средних лет, который, видимо, был у них за главного.

— Проедь так далеко, как только сможешь, — шепнул я вояке, и он, едва заметно кивнув, поехал дальше.

— Галад, если этот дебил проедет хотя бы на метр дальше, то всади ему стрелу промеж глаз! — повернувшись к своим напарникам, холодно произнес дезертир. А ведь он точно не шутит.

— Тпру-у-у! — крикнул Фредерик и, натянув поводья, тем самым заставил лошадь остановится. Отлично. Несколько лишних метров ему удалось преодолеть, тем самым увеличив мои шансы на то, что я попаду в цель.

Тем временем мужчина, который был вооружен топором, остановился в паре метрах от нашей телеги и окинул меня с Фредериком изучающим взглядом.

— Ты, — он кивнул на моего слугу. — Служил? — спросил незнакомец, не спуская с вояки пристального взгляда.

— Да. Третья гвардейская пехотная дивизия генерала Фриаса, — ответил слуга.

Дезертир покачал головой.

— Воевали, значит, вместе при Комме.

— Было дело, — кивнул Фредерик. — Но это ничего не решает, так? — прямо спросил он.

— Нет, — мужик хлопнул обухом топора по мозолистой широкой ладони. — Если отдадите все ценное, то обещаю, что вас и пальцем не тронут. И лошадку с телегой вам оставлю в знак того, что воевали вместе, — добавил он и сделал несколько шагов в нашу сторону.

Это стало для меня сигналом для атаки, благо во время всего их разговора я пристально приглядывался и прицеливался к арбалетчику. Парень был, видимо, совсем зеленый. Вместо того чтобы держаться в укрытии и держать нас на мушке, он выпрямился и прислушивался к разговору, слегка приоткрыв щербатый рот. Извини, пацан…

Нож уже давно лежал у меня в руке. Продолжая сидеть, я резко размахнулся, а затем бросил его в цель и тут же схватил второй. Имей я свое прежнее тело, то я бы спокойно попал в цель и левой рукой, причем одновременно, ибо нас с детства натаскивали в гильдии все одинаково хорошо делать обеими руками, но тело молодого Люка не было готово к этому.

Скажу даже больше, я и правой рукой попал не туда, куда целился. Нож вошел пареньку в горло, хотя я целился в глаз, но этого ему хватило. Выронив оружие, он схватился руками за горло, пытаясь заткнуть рану. Его испуганный взгляд начал скользить по моему телу, в то время как сам он отчаянно пытался цепляться за жизнь. Вот только он был уже не жилец. С разорванной артерией шансы у простолюдина нулевые…

Второй нож я метнул в командира дезертиров. И снова попадание. Правда, мне снова не удалось попасть туда, куда я метил — в голову, и нож впился в его правое плечо.

Все произошло так быстро, что разбойники даже не успели никак отреагировать, а вот Фредерик был явно не лыком шит. Как только арбалетчик был устранен, он сразу же спрыгнул с телеги и ринулся на главаря бандитов.

И стоит отметить, что, несмотря на свой возраст, а вояке, как я выяснил, недавно исполнилось сорок девять, двигался он довольно резво и быстро покрыл разделяющее его с противником расстояние.

Между ними завязался бой, который явно не собирался быть честным, ибо в сторону сражающихся ринулись остальные дезертиры, которые уже успели прийти в себя.

Я посмотрел на последний оставшийся нож у меня в руке. Кроме него, никакого оружия при себе у меня больше не было. Хотя… Я не прав. Помимо воли на лице у меня появилась хищная улыбка. Скорее оскал, которого так боялись все те, кто меня знал в прошлой жизни. Эта улыбка означала лишь одно. Кто-то умрет. И это точно.

У меня всегда есть мой опыт, разум и навыки. Всё то, что десятками лет точилось у Василиска в суровых тренировках и закалялось в боях. Да, прямо сейчас именно тело у меня было так себе, но опыт и рефлексы все еще при мне.

Взяв последний нож в руку, я сделал глубокий вдох и улыбнулся еще шире, почувствовал, как на мой призыв откликнулось ядовитое ядро, начиная качать магическую энергию по каналам, тем самым усиливая своего владельца.

Ну, посмотрим, что можно выжать из этого тела! Я спрыгнул с телеги и сразу же ринулся в сторону дезертиров. Оббежав сражающихся Фредерика и его противника, которому оставалось не долго топтать землю этого мира, спустя буквально несколько мгновений я оказался возле одного из разбойников, у которого помимо меча был еще и щит.

Сделав ложный выпад в голову, я тем самым заставил его закрыться щитом, а сам, недолго думая, воткнул клинок ему в пах, а ударом ноги выбил оружие из рук, которое сразу же подобрал. Это было нетрудно. Он орал от боли и, очевидно, вышел из боя.

На этом я не остановился. В следующую секунду мне пришлось уйти в сторону, ибо один из противников чуть было не проткнул меня вилами.

«А ведь он не из их шайки», — сразу же понял я, ибо выпад, который он сделал, был слишком неровным и топорным. Так закидывают сено в сенник, а не пытаются проткнуть людей.

А вот мой выпад был выполнен филигранно и, разумеется, попал в цель. Короткий укол в сердце лишил бедолагу жизни, а буквально в следующую секунду мне пришлось расстаться с метательным ножом. Он угодил прямо в лопатку одного из дезертиров, который попытался схватить арбалет.

Громко вскрикнув, он обернулся, и когда увидел, что я убил еще одного из его друзей, а Фредерик покончил с их командиром, сразу все понял и со всех ног бросился бежать.

Добить остальных не составило нам с воякой большого труда и вскоре на дороге остались лежать лишь тела дезертиров.

— Я быстро! — сказав это, Фредерик устремился в сторону леса, куда убежал оставшийся в живых разбойник.

— Не убивай. Я хочу с ним поговорить, — крикнул я вдогонку слуге, понимая, что с такой раной, какую я нанес разбойнику, далеко он не убежит. Ну а пока верный слуга гоняется за ним, я решил заняться делом.

Ну, посмотрим, что им там удалось награбить.

* * *

В итоге, когда Фредерик притащил уже умирающего дезертира обратно на дорогу, я нашел парочку кошелей с деньгами на общую сумму в тридцать серебряных и сложил в кучу оружие, из которых самым ценным оказался тяжелый арбалет. Такой даже прочную металлическую броню прошить насквозь может, и наверняка должен стоить немало.

— Узнал, где у них логово? — спросил я вояку.

— Нет у них его. Говорит, только сегодня решились пойти на разбой, — ответил мой собеседник. — Мы были у них третьи.

— А что с остальными? Убили? — задал я вопрос, от ответа на который зависела жизнь этого дезертира.

— Не убивали! — взмолился он. — Забрали деньги и отпустили!

— Вроде не врет, — ответил слуга и протянул мне нож, который был уже очищен от крови.

— Спасибо, — произнес я. — А с этим, — я смерил горе-бандита презрительным взглядом. — Замотай ему рану, и пусть проваливает на все четыре стороны. Выживет — считай, повезло. Если нет, то, значит, так и должно было быть. Не надо было вставать на этот скользкий путь, — добавил я и, взяв в руки арбалет, понес его к нашей телеге.

Фредерик не стал со мной спорить. Подойдя к одному из трупов, он спокойно срезал с него рубашку, которую впоследствии порвал на лоскуты, коими забинтовал рану дезертиру.

В это время я успел погрузить все «пожитки» разбойников в нашу телегу, не взяв с собой только их еду.

Еще не хватало мне есть хлеб этих обросов.

— С телами будем что-то делать? — поинтересовался вояка, подойдя к телеге, на которой я уже сидел.

— Хм-м, — я задумался. — Да, думаю, надо хотя бы стащить их с дороги, — решил я и хотел было спрыгнуть на землю, но мой слуга меня остановил.

— Не надо, господин, я сам, — произнес он, после чего посмотрел на дезертира, который все еще был тут. — Эй, ты! — позвал он его, и бедолага вздрогнул. — Давай, стаскивай своих дружков с дороги, — приказал ему мой верный спутник, и тот, кряхтя и охая от боли, начал выполнять приказ, поняв что выбора у него особого и не было.

Затем он же расчистил путь, и только потом мы оставили его в покое и поехали дальше.

— Нам что-то будет за их убийство? — решил поинтересоваться я у Фредерика, по дороге.

— Нет, господин. Они дезертиры, и их головы все равно ждала бы плаха. — спокойно ответил бравый вояка. — Плюс они напали на благородного.

— Понял, спасибо, — кивнул я слуге.

— Господин, могу я задать вам вопрос?

— Да, конечно, — ответил я, уже зная, о чем пойдет речь.

— Вы ведь не Люк? — прямо спросил мой собеседник.

— Нет, — не стал я его обманывать.

Я повернул голову и посмотрел ему в глаза.

— Это может стать проблемой? — спросил я, и незаметно для Фредерика коснулся рукояти ножа.

— Нет, господин, — слуга покачал головой. — Я унесу эту тайну в могилу, но могу я вас кое о чем попросить? — последние слова дались ему явно нелегко.

— Да, — ответил я. Мне нравился этот человек, и если есть возможность укрепить его верность к себе, то почему бы ей не воспользоваться.

— Вы можете отомстить за смерть господина Этьена и его семейства? Он был хорошим человеком, поверьте мне, и никто из них не заслужил такой смерти, — произнес он с надеждой в голосе.

О, а вот об этом ему вовсе не нужно было беспокоиться.

От Василиска еще никто не уходил безнаказанным. Ведь виновные уже допустили одну ошибку. Они отправили за мной, уже именно за мной, наемного убийцу, а этого я уже простить не мог.

Плюс, тот убийца был лишь исполнителем, а значит, покушения продолжатся, пока я не устраню первоисточник — заказчиков.

— Разумеется. Виновные понесут наказание, — ответил я Фредерику. — Есть идеи, кто мог бы совершить подобное? — спросил я слугу.

— Да. Это Рошфоры! — не задумываясь, ответил вояка. — У них есть притязания на Карнатский лес.

— Хм-м, интересно, — задумчиво ответил я. — В нем есть что-то необычное или им нужна просто территория или древесина? — спросил я.

— Семейство Кастельморов издавна взращивала в лесу различные травы, которые сейчас могут встречаться лишь в Карнатском лесу. Это настоящий заповедник для тех, кто разбирается в этом, — ответил Фредерик, и я сразу же вспомнил о тетради Люка, в которой были зарисовки и описание различных трав и цветов, встречающихся в лесу их семейства.

Редкие травы, значит. Интересно.

— Понятно, — кивнул я слуге. — Не уверен, что я смогу отомстить прямо по приезду, так как мне потребуется время, но то, что убийцы поплатятся — в этом можешь быть уверенным, — произнес я и хищно улыбнулся.

— Мы с Зигфридой пойдем на все, чтобы помочь вам!

— Зигфрида? — переспросил я, ибо имя, названное Фредериком, я не только не слышал, но и еще оно мне показалось каким-то странным.

— Кухарка, господин. Она очень давно служит дому Кастельморов, — ответил слуга.

«Как простая кухарка может помочь мне в отмщении?» — подумал я, но уточнять этот вопрос не стал. Если вояка был уверен, что она может оказаться полезной, значит, это действительно было так.

А вот про имя я спросил.

— Она из Норскии, — ответил Фредерик, и на его лице появилась странная улыбка.

«Видимо, он неровно к ней дышит», — сразу же понял я, понимая, что такая же физиономия была у меня, когда я говорил о своей любви.

Воспоминания о моей любви из прошлого мира кольнули сердце, и настроение испортилось.

Видимо, это отразилось на моем лице, ибо Фредерик не заговаривал со мной вплоть до самого вечера.

— Остановимся здесь, господин, — произнес он, когда мы подъехали к небольшой придорожной таверне.

«Сытый боров» — прочитал я название.

— Не лучшее место, но зато чисто и еда вкусная, — отрапортовал вояка и меня его «доклад» полностью устроил.

Ночевать под открытым небом у меня не было ни малейшего желания.

Войдя внутрь, в нос сразу же ударил пряный запах жареного мяса и веселья.

Живот предательски заурчал, ибо хоть в лечебнице нас и кормили сытно, и в целом все было вкусно, но рацион в основном состоял из каш и супов, которые хорошо усваивал организм, нуждающийся в оздоровлении.

— Пахнет вкусно, — сказал я и Фредерик улыбнулся.

— Я пойду найду свободный столик, господин, — ответил бравый вояка и ушел. Вернулся он спустя несколько минут, и вскоре мы уже сидели за большим столом в самом тихом углу таверны. — Я пойду договорюсь о комнате. Официантка скоро подойдет, — добавил он, и я вновь остался один, но ненадолго.

— Приветствую вас в Сытом борове! — к столу подошла симпатичная девчушка и приветливо улыбнулась. — Чего изволите? — поинтересовалась она, с интересом разглядывая меня.

— А что посоветуете? — спросил я, смотря на рыжеволосую мордашку, усыпанную веснушками, которые делали ее еще милее.

Во всяком случае, в моих глазах. Всегда любил зеленый цвет. А ее огромные глазищи были цвета насыщенного изумруда.

— У нас очень вкусные ребра под луковым соусом! А еще к нам сегодня привезли бочку Кастонского красного эля! Он, говорят, очень вкусный! Но дорогой, — на всякий случай добавила она, чему я вовсе не удивился.

Уж на кого-кого, а на благородного, я сейчас, был не очень похож. Простая белая рубаха, черные штаны, заправленные в высокие ботфорты, которые много повидали в этой жизни. При себе у меня не было оружия, а руки и шею не украшали дорогие побрякушки.

Видимо, поэтому она даже не добавляла положенного «господина», когда разговаривала со мной.

И меня, к слову, это не особо волновало или задевало.

Скорее даже наоборот. Чем меньше наши с Фредериком персоны привлекали к себе лишнего внимания, тем лучше.

Кстати, вояка вернулся, когда я делал заказ и, разумеется, он, в отличие от Беллы, а именно так представилась девушка, положенного «господина» добавить не забыл.

— Комнату снял, господин. Также я заказал горячую воду, чтобы вы смогли умыться с дороги, — добавил он и, сев напротив меня, посмотрел на официантку, которую будто в чан холодной воды окунули.

Вояка удивленно посмотрел на меня.

— Не признала во мне благородного, — усмехнулся я, наблюдая забавную реакцию девчушки, которая готова была сейчас находиться, вероятно, где угодно, но только не здесь.

— Господин, простите, я не знала… Я… Прошу вас…

— Все в порядке, — спокойно произнес я. — Неси две порции ребер и две большие кружки того эля, про который ты говорила, — добавил я, и ее как ветром сдуло.

— Завтра к вечеру будем уже в поместье, господин, — произнес Фредерик, когда официантка ушла.

— Хорошо, — кивнул я вояке. — Сколько в поместье человек?

— Четыре вместе со мной, — ответил слуга. — Зигфрида кухарка, плюс она помогает с уборкой по дому Арлетт — это горничная в поместье. Есть еще Филипп, он сын Арлетт и тоже делает все, что нужно по хозяйству, но в основном его работа заключается в том, чтобы следить за животными и хозяйством. Оно небольшое, но все же есть, — он виновато улыбнулся.

— А что насчет растений? — поинтересовался я.

— Ими всегда заведовали вы… Господин Люк, — ответил мой собеседник. — В ваше отсутствие садом и оранжереей занимался я.

«Оранжерея!» — признаться честно, не думал, что услышу это слово.

Отлично! У семьи Кастельморов была оранжерея!

Данный факт не мог меня не обрадовать.

— Я же занимаюсь домом, и сопровождаю… Сопровождал господина Этьена в качестве охранника. Кто же знал, что с вашим семейством попытаются разобраться таким образом, — добавил Фредерик, и я заметил, как он сжал кулаки.

Видимо, чету Кастельморов этот человек действительно любил и уважал.

— А насколько богаты и влиятельны Рошфоры? — поинтересовался я.

— Очень, господин, — ответил мой собеседник. — Они, как и Кастельморы, тоже принадлежат к древним родам, в чьих жилах течет древняя кровь. Все потомки Рошфоров очень сильные маги, господин, поэтому короли всегда давали им всякие поблажки. Так произошло и в этот раз. Уверен, что это дело даже не расследовали, — произнес Фредерик и хотел было что-то добавить, но появилась Белла.

— Ваш заказ, господин, — произнесла она и начала выставлять на наш стол тарелки с едой и кружки с элем.

Когда все было расставлено, она также быстро испарилась.

— А ты знаешь, какой магией они обладают? — спросил я вояку.

— Да, огненной, — ответил Фредерик. — Рошфоры постоянные участники всех известных войн, и об их силе огненной магии ходят уже легенды. Особенно отличился их самый младший сын. Он ваш ровесник, но уже занимает какой-то высокий чин в армии.

Вот, значит, как.

— А что с детьми Кастельморов? Ты же сказал, что они принадлежат к древнему роду, а значит, тоже должны быть магами, или я что-то путаю? — задал я слуге вопрос, который давно крутился у меня на языке.

Фредерик помрачнел.

— Должны, вот только вашу семью постигло несчастье, господин, — ответил мой собеседник и начал рассказывать.

Кажется, судьба решила поместить меня в самый невезучий род этого мира…

Глава 6

— Понятно, — задумчиво произнес я, когда услышал, что случилось с семьей Кастельморов, последним магом в роде которых был прапрадедушка Жерар Кастельмор, которого постигло ужасное несчастье.

А все дело в том, что по каким-то причинам, его магическое сердце остановилось. Фредерик, не назвал мне причин, ибо их, вероятно, не знал и сам глава семейства, который жил пару сотен лет назад.

Именно тогда, один из самых уважаемых древних родов, специализирующихся на изготовлении магических зелий, мазей, припарок и ядов, начал медленно увядать и в итоге скатился к тому, что я сейчас имел — маленький особняк с небольшим хозяйством и четырьмя слугами в глуши страны.

Хм-м, интересно, а почему магический дар не мог передаваться по женской линии? Что-то в этой истории мне не нравится. Надо будет разобраться, в чем действительно дело. Но сначала Рошфоры.

Я взял в руки кружку и отхлебнул.

— Вкусно! — довольным голосом произнес я, когда оказалось, что красный эль имеет приятное послевкусие ягод и каких-то трав.

— Не стоило вам тратиться на меня, господин, — произнес Фредерик, когда я пододвинул вторую кружку ему, ибо понял, что он не собирается к ней притрагиваться.

— Все нормально, пей, — я кивнул ему на эль.

— Спасибо, — поблагодарил меня слуга и, подняв увесистую кружку, произнес. — За вас, господин!

«А он умеет пить», — была первая моя мысль, когда за несколько больших глотков, он опустошил половину содержимого в кружке, а затем довольно протер свои шикарные усы рукой.

— Хорош! — довольным голосом, произнес он. — Спасибо, господин, — не забыл поблагодарить он меня.

— Ешь, — я кивнул ему на еду и сам взял в руку ребрышко.

Обмакнув его в луковый соус, который оказался сладковатым на вкус, я попробовал местное фирменное блюдо и остался очень доволен его вкусом.

За ним в мой желудок отправились разносолы и еще одна кружка эля, который не пьянил меня из-за сопротивления организма различным токсинам.

В итоге захмелел только Фредерик, с которым мы пообщались по душам, в результате чего я узнал, что Фредерик ветеран трех войн, ему нравится Зигфрида и что покойному господину Этьену он обязан своей жизнью. Именно поэтому он верой и правдой поклялся служить моей семье, пока не умрет.

После разговора мы отправились в номер, где для меня уже была приготовлена кадушка с горячей водой.

Приняв водные процедуры, я предложил Фредерику остаться в номере вместе со мной, ибо кроватей было две, но он наотрез отказался, объясняя это тем, что слуги не должны делить комнату с господами, после чего ушел и я остался один.

Я уже собрался было отходить ко сну, когда в дверь постучали. Так как гостей я не ждал, то первое, что я сделал, это взял нож, а уже только потом подошел к двери.

— Кто там? — спросил я.

— Белла, господин, — послышалось с той стороны двери.

Интересно, что ей нужно? Я открыл дверь, и за ней действительно оказалась рыжеволосая официантка.

— Господин, — девушка сделала неловкий книксен и склонила голову.

— Тебе что-то нужно? — поинтересовался я, уже начиная догадываться, зачем она здесь.

— Могу я как-то услужить господину? — дрожащим голосом спросила Белла.

Мои догадки подтвердились.

— Ты рассказала хозяину о случившемся? — прямо спросил я.

Девушка, взгляд которой был прикован к полу, кивнула.

— Зайди, — я открыл дверь, впуская ее внутрь.

Переминаясь с ноги на ногу, официантка зашла в комнату, словно на эшафот.

«Что он ей такого наговорил?» — подумал я, закрывая за ней дверь.

— Сядь, — я указал Белле на стул, а сам подошел к кровати и сел на нее. — А теперь послушай меня, — произнес я, и моя собеседница снова вздрогнула. — Тебе не нужно мне «услуживать», поэтому посиди здесь, успокойся, а затем возвращайся к своим делам, хорошо? — спросил я, но девушка оказалась куда более решительной, чем я думал.

— Нет! — уверенно произнесла она. — Я…

— Все в порядке. Просто забудь, — не дал я ей договорить.

— Но ведь…

Казалось, она в любую секунду была готова расплакаться.

— Я же сказал, что не держу на тебя зла, — мягко произнес я. — Ты не сделала ничего плохого, — добавил я, но мои слова не возымели никакого эффекта.

Я тяжело вздохнул.

— Принеси мне горячий чай и что-нибудь сладкое, — сказал я Белле и, встав с кровати, подошел к двери, открыв ее.

— Хорошо, — она ушла и спустя минут пять вернулась с подносом, на котором стоял горячий чайник и несколько блюдцев со сладостями.

Все это она поставила на стол.

— Налей две чашки, — сказал я официантке, и она послушно выполнила мой приказ. — А теперь пей, — я кивнул на чай.

— Господин, но я…

— Пей, я сказал, — надавил я на Беллу, и она послушно взяла чашку в руку и сделала небольшой глоток. — И ешь, — я указал на сладости, и девушка взяла бисквит с медом.

Сам я тоже решил выпить перед сном чаю. Поэтому какое-то время мы молча сидели и просто пили пряный травяной настой с мятой.

Официантка потихоньку начала успокаиваться.

— А теперь еще раз повторяю. Нет ничего плохого в том, что ты не признала во мне благородного. Поэтому просто передай хозяину таверны, что все в порядке. Мы остановимся на ночь, а завтра утром нас уже тут не будет. И еще… — я не смог не спросить, меня этот вопрос почему-то сильно интересовал. — Часто хозяин посылает тебя «услуживать» незнакомым господам?

Лицо девушки, и так розовое от горячего чая, стало пунцовым.

— Что вы такое говорите, господин! — вскинулась она и глаза ее запылали гневом, но буквально через секунду потухли. — Моя мать умерла на прошлой неделе. Она присматривала за мной, давно работала здесь и… хозяин ничего такого не позволял. Но сегодня… Он сказал, что если господин будет недоволен, он меня прогонит… А мне не на что жить… А я…

В больших глазах у неё появились слезы. Долбанный ублюдок… Я пару раз вдохнул и выдохнул, усмиряя гнев.

— Так, иди спать. Бери сладости, и чтобы глаза мои тебя больше не видели, — я допил чай и поставил чашку на поднос.

— Спасибо, господин, — впервые за то время, пока она была здесь, Белла подняла глаза и посмотрела на меня.

«Чудной красавицей вырастет», — подумал я, смотря на веснушчатое лицо с глазами цвета дикого изумруда.

— Все, бери сладости и уходи, я хочу спать, — пробурчал я, и девушка улыбнулась.

Она быстро справилась с посудой, а часть печенья ушла в карманы, после чего она взяла поднос и остановилась уже в дверях.

— Большое спасибо, господин! Большущее! — она мне мило улыбнулась, а затем исчезла за дверью.

«Испортит он девчонку», — подумал я, когда вновь остался в комнате один.

«Всех все равно не спасти», — я встал и затушил свечу, а затем лег на кровать.

«А жаль», — была моя последняя мысль и, закрыв глаза, я уснул.

* * *

На следующее утро за столом нас обслуживал молодой паренек, который, судя по лицу и крупному носу картошкой, был сыном хозяина таверны, ибо уж больно был похож на него.

Беллы, к слову, нигде не было видно.

Странно, неужели…

Я посмотрел на хозяина Сытого борова, но тот был занят своими делами, поэтому не обращал на меня никакого внимания.

— Чего изволят господа? — тем временем поинтересовался пацаненок.

— Завтрак. Пара яиц, бекон, свежий хлеб и пару кружек морса, — ответил я, продолжая высматривать Беллу в залах.

— Что-то не так, господин? — разумеется, мое поведение не осталось для Фредерика незамеченным. Поэтому, когда хозяйский сынок ушёл, я рассказал ему историю о том, что случилось вечером. — Не удивлен, — спокойно ответил вояка. — Такое случается сплошь и рядом. Не завидую я ей.

— Это да, — я тяжело вздохнул. — Думаешь, теперь будет под всех ее класть?

— Скорее всего, да, — кивнул слуга. — Она красивая, а пара дополнительных серебрушек никому не будут лишними, — добавил мой собеседник и тоже осмотрелся по сторонам.

— Жаль девчонку.

— Да, но ничего не поделать. Такова судьба, — ответил мне Фредерик, и я невольно сжал кулаки.

Судьба, значит…

Я резко встал из-за стола и направился к стойке.

Вояка тоже поднялся и последовал за мной.

— Где девушка, которая вчера приходила ко мне? — спросил я хозяина Сытого борова, который при моем приближении закончил говорить с каким-то мужчиной и сразу же натянул на свое широкое лицо улыбку.

— Девушка? Вы про Беллу? — спросил он, и я кивнул. — Понравилась?! — спросил мужчина, который всем своим видом олицетворял название своей таверны.

Признаться честно, хотелось врезать ему по роже, но я подавил это желание. Не думаю, что даже благородный вроде меня может вот так просто и ни за что избивать любых не понравившихся ему людей.

— Да. Я могу с ней поговорить? — спросил я, и улыбка на его лице стала еще шире.

Почувствовал жажду наживы? Что ж, в этот раз он ошибся.

— Позови Беллу, — шикнул он своему сыну, который уже вовсю крутился рядом.

— Прошу, господа, садитесь за стол. Девушку скоро приведут, — услужливым голосом произнес хозяин Сытого борова, и мы вернулись к столу.

— Господин, могу я узнать, что вы задумали? — в свойственной ему сдержанной манере спросил Фредерик.

— Хочу взять ее с собой в поместье, — честно ответил я.

Мой собеседник нахмурился, но спорить не стал. А спустя пару минут к нам привели Беллу.

— Кто это сделал? — я встал из-за стола и посмотрел на хозяина таверны, который стоял вместе со своим сыном.

Видимо, выглядел сейчас я довольно устрашающе, потому что они начали осторожно пятиться назад.

— Я упала, господин, — ответила девушка, опустив глаза.

— Она очень неуклюжа и… — одного моего взгляда хватило, чтобы толстяк замолчал.

— Дай руку, — сказал я, видя, что Белла старательно пытается скрыть их у себя за спиной.

Дрожа, она выполнила мой указ.

Как я и думал, ее запястье представляло собой сплошной синяк.

Я обошел официантку и, взяв хозяина Сытого борова за грудки, спросил:

— Что она сделала?

Толстяк запыхтел, но ничего не ответил.

— Если мне придется повторить этот вопрос, клянусь, ты об этом пожалеешь, — процедил я сквозь зубы.

— Украла! Она украла сладости! — за отца ответил его сын.

— Сладости? — я не мог поверить своим ушам. Под глазом у Беллы красовался смачный синяк, ее верхняя губа была разбита, на запястье огромная гематома, и все это из-за печенья?

Мне стоило больших трудов не размазать эту семейку по стенам их же таверны.

— Собирайся, ты поедешь с нами, — произнес я, глядя на девушку, которая дрожала, словно осенний лист на ветру.

— Не могу, — сквозь слезы ответила она и покачала головой.

— Почему? — спросил я, отойдя от хозяина Сытого борова и его сына.

— У меня младший брат. Он сильно болен и деньги…

— Ты, говорила, что мать мертва, а отец?

— Мы его никогда не знали.

Я посмотрел на Фредерика, и он развел руками в стороны, мол, «вы эту кашу заварили, вам и расхлебывать».

— Хорошо. Собирайся и бери с собой брата. Вы едете со мной, — решил я, и Белла, подняв свои изумрудные глаза, в которых я увидел лучики надежды, посмотрела на меня.

— Господин, вы не шутите? — дрожащими губами спросила она.

— Нет, — ответил я и положил руку ей на плечо. — Иди, — я слегка подтолкнул ее, и девушка поспешила в сторону выхода.

Я же вернулся к разговору с отцом и его сыном.

— Вы избили ее из-за печенья? — холодным тоном процедил я.

— Воровство есть воровство, — ответил хозяин Сытого борова.

— Она сказала, что я ей его отдал? — спросил я, но в ответ услышал лишь тишину. — Сказала?! — рявкнул я на парочку так, что они оба вздрогнули.

— Мы подумали, она врет, — ответил толстяк постарше.

Врет, значит…

Интересно, а что я могу с ними сделать.

— Пойдем, — кивнул я Фредерику, и мы вернулись за стол. — Их можно как-то наказать? — спросил я бравого вояку.

— Если довести дело до суда, где снимут побои, то им назначат штраф, — ответил слуга.

— И все?

— Да, — кивнул мой собеседник.

Я недовольно цокнул языком.

— А если я просто пойду и набью им морду? — уточнил я.

— Не стоит, господин, — покачал головой Фредерик. — Они уважаемые люди, и у вас будут проблемы со стражей.

— Ваш завтрак, господин, — на стол опустились тарелки с яичницей и беконом, а также еще горячий свежий хлеб, который, видимо, только-только достали из печи.

Что ж… Придется вспомнить некоторые грязные приемчики из прошлой жизни.

— Ты плюнул мне в тарелку? — мрачно поинтересовался я, пристально глядя на парня.

— Что? Нет… Что вы такое говорите? — оторопел хозяйский сын.

— Ты тоже видел это, Фредерик? — как ни в чем ни бывало повернулся я к слуге.

— Что? Я… — под моим тяжелым взглядом честный вояка стушевался. — Да, господин, я видел.

— Но… Нет! Я этого не делал! — запротестовал парень и испуганно заозирался в поисках поддержки. — Отец!

Тут же рядом нарисовался толстяк.

— Какие-то проблемы, господин? — тут же заискивающе поинтересовался он, кланяясь.

— Твой сын плюнул нам в еду, — медленно процедил я и толстяк, кажется, впал в легкую панику.

— Я сейчас всё поменяю, господин, — он потянулся к тарелкам с едой со стола.

Зря он это сделал, ох, зря! Я широко улыбнулся.

— Поменяю? То есть, ты признаешь его вину?

Толстяк открыл рот, понимая, что он сделал что-то не так. Но было поздно. Ядро уже начало разгонять энергию по каналам и мой удар откинул его далеко назад, лишив большей части передних зубов. Он тонко заорал, скрючившись на полу и прижимая руки к окровавленному рту.

— Кто побил девчонку? — задал я быстрый вопрос сынку, пока он не пришел в себя и не мог лгать от стресса.

— Это отец… Я просто хотел быть у нее первым.

Хрясь!!!

Это хрустнул переломанный нос у неудавшегося насильника, и он, завизжав, рухнул на грязный пол.

— Так вы обслуживаете благородных господ? Портите им еду? Насмехаетесь? Да кем вы себя возомнили?!

Последние фразы я произнес громко, играя на немногочисленную публику, что сидела тут за завтраком.

— Мне вызвать стражу? — всегда знал, что лучшая защита, это нападение.

В этот момент в таверну вошла Белла с небольшим мешком в одной руке. Другой рукой она держала мальчишку лет шести. Ее сначала испуганный, а затем радостный взгляд, которым она наградила лежащих уродов, вознаградил меня за все усилия.

— Нет, прошу вас, господин. Не надо стражу! Всё за наш счет! Пожалуйста! — толстяк «поплыл». Возможно, позже он осознает, что подставился, но прямо сейчас ему было очень больно и очень страшно. Я знаю таких людей по прошлой жизни. Они с садистским удовольствием издеваются над слабыми, но стоит применить насилие к ним, как они полностью теряют голову.

— Готова? — спросил я девушку, и она уверенно кивнула. — Голодны? — поинтересовался я, смотря на то, как мелкий не сводит глаз с остатков еды на нашем столе.

— Нет, господин, — соврала девушка.

Ладно, о том, что не стоит мне лгать, я с ней поговорю потом, а пока кивнул на нетронутые тарелки.

— Садитесь и ешьте, — кивнул я, а сам повернулся к хозяину. — Так и быть, я тебя прощаю. На этот раз. Умойтесь и принесите еще две порции. И соберите нам еду с собой. Живо! Фредерик, проконтролируй.

— Да, господин, — слуга смотрел на меня странным взглядом, в котором читалось очень много чего, но объясняться будем потом.

Сейчас он помог подняться обоим и под ручку провел их за барную стойку на кухню.

Тем временем ребята сели за стол, и если Белла не спешила притрагиваться к еде, то мальчик не стал игнорировать мои слова и набросился на яичницу, попутно хватая со стола все, до чего дотягивались его маленькие ручки.

— Поль! Ты… — она виновато посмотрела на меня. — Прошу прощения, господин, — девушка опустила глаза вниз.

— Все в порядке. Ты тоже ешь, — я кивнул на еду, и девушка сдалась.

«Их что, морили голодом?» — подумал я, смотря на то, как брат с сестрой быстро уничтожают все, что было на столе.

Пока Белла и Поль ели, появилась незнакомая толстая женщина, которая принесла еще еды. Руки у неё тряслись от страха. С ней пришел Фредерик с дорожным мешком с провизией.

И уже мы приступили к трапезе.

— Лишние руки в доме ведь пригодятся? — спросил я вояку.

— Да, но на жалованье денег нет, — произнес он так, чтобы Белла его точно услышала. — Во всяком случае, если оно и будет, то небольшое, — добавил он уже более мягким тоном.

— Мне лишь бы на лекарства хватало, — оторвавшись от еды, ответила девушка и с грустью посмотрела на брата, которого наш разговор не особо интересовал, ибо все его внимание было приковано к еде.

— А чем он болен? — спросил я, смотря на худого ребенка, который, видимо, впервые за долгое время нормально ел.

— Зеленая хворь, — обреченно ответила она.

Я посмотрел на Фредерика, ибо это название было мне незнакомо.

— Скверно. Зараза из Проклятых земель, — произнес вояка и уже по другому посмотрел на мальчонку. — У него отмирают легкие, господин, — пояснил слуга.

То-то я заметил, что у мальчика странная одышка.

— Это все из-за большого содержания яда в крови. Где он подцепил эту заразу? — спросил он, обращаясь уже к Белле.

— Родился с ней. Наша мама… Она…

— Была больна Зеленой хворью? — спросил Фредерик, и девушка кивнула.

— Ясно, — он тяжело вздохнул.

— Этот недуг лечится? — поинтересовался я.

— Да, но лекарства стоят огромных денег, — ответил вояка. — Не все, даже среди благородных, могут его себе позволить.

«Ого! Ничего себе», — слова моего слуги удивили меня. Неужели ингредиенты для его производства настолько дорогие?

Или есть другая причина?

Ладно, разберемся!

Дождавшись, когда Белла и ее брат доедят, я прошел на кухню, где толстая тетка оказывала пострадавшим первую помощь. При моем появлении они все инстинктивно сжались. Я улыбнулся про себя. Знакомая реакция. Примерно так реагировали на появление Василиска люди, у которых совесть была нечиста. Я медленно, как для тупых, провел с ними беседу о том, как важно оставаться человеком и что происходит с теми, кто так не делает. Надеюсь, я донес до них эту мысль.

Ну а дальше уже вчетвером мы покинули «Сытого борова» и отправились дальше.

Стоило нам отъехать от места нашего пребывания подальше, как Белла, которая все это время молчала, разрыдалась. Мы с Фредериком переглянулись, ибо никто из нас не понимал причины ее поведения.

— Белла, что с тобой? — стараясь, чтобы мои слова звучали мягко, спросил я девушку.

— Господин, большое спасибо! — она посмотрела на меня красными от пролитых слез глазами. — Я… Я просто не верила, что все это происходит со мной… — сбиваясь, начала говорить она. — Я… боялась, что проснусь в этом проклятом хлеву… И… И…

— Успокойся, это не сон, — я положил руку ей на плечо, а в следующее мгновение она прижалась ко мне, и я ощутил, как она дрожит. — Все будет хорошо, — я провел рукой по ее волосам. Сейчас меня и самого переполняли эмоции, в которых смешались злость на хозяина и его сына, которые побили её, жалость от того, что я представлял, что пришлось ей с братом пережить, радость от того, что я смог ей помочь и еще куча других. Но я не мог их показать, ибо меня с детства учили, что это проявление слабости.

— Ой, простите, господин, — Белла резко отстранилась от меня и покраснела, когда поняла, что вот уже несколько минут рыдает, прижавшись ко мне.

— Ничего, — я улыбнулся. — Держи, — я протянул ей яблоко, а затем посмотрел назад.

Там спал младший брат девушки, которого сморила дорога.

Надо будет почитать об этой болезни. Мало ли, вдруг я смогу помочь. Ведь яды — это, по сути, те же лекарства, только с противоположным действием.

— Спасибо, — тем временем застенчиво поблагодарила меня наша новая спутница и оставшуюся часть дороги больше не разговаривала со мной. Перебравшись в телегу к брату, она обняла его и большую часть дороги занималась им, благо Поль оказался очень спокойным мальчиком и во всем слушался сестру.

Ну а к вечеру, как и обещал Фредерик, мы подъехали к поместью Кастельморов, которым оказался небольшой, но аккуратный домик, на крыльце которого нас уже ждали.

Что ж, пора знакомиться!

Глава 7

Первой, кто сразу же бросилась мне в глаза, была Зигфрида. Женщина лет сорока, как говорилось в моем прошлом, была «кровь с молоком». Высотой около двух метров она возвышалась над остальными жителями поместья Кастельморов, минимум на голову и при этом шириной своих плеч могла легко потягаться с Фредериком, который, несмотря на свои года, выглядел настоящим атлетом. Особенно по сравнению со мной.

При этом, несмотря на габариты, её смело можно было назвать красивой. Длинные белоснежные волосы, собранные в две тугие косы, спускались ниже пояса, а глаза цвета аквамарина могли свести с ума любого. Не удивлен, почему Фредерик испытывал к Зигфриде романтические чувства.

На фоне представительницы народов Норскии остальные жители поместья выглядели непримечательными. Арлетт была миниатюрной брюнеткой слегка за тридцать, чей цепкий взгляд сейчас изучал Беллу и ее брата. Ну а ее отрок был обычным пацаненком-ровесником Поля.

Я ловко спрыгнул с телеги, чем уже изрядно удивил прислугу семьи Кастельморов, после чего протянул руку Белле и помог спуститься ей. Да, она должна была стать служанкой в моем доме, но норм приличия еще никто не отменял, пусть даже я был и гораздо выше ее по сословию. Тем более, что правилам приличия мне нужно будет обучаться заново. Ее брату помог спуститься Фредерик. И вот наша четверка двинулась ко входу в особняк.

— Филипп! — громким недовольным голосом произнес бравый вояка. — А ну быстро взял вещи и потащил! — прикрикнул он на мальца, и тот опрометью бросился к телеге.

— Ты тоже помогай, — склонившись к брату, ласково произнесла Белла и мальчик, молча кивнув, развернулся и пошел обратно.

— Господин, — стоило мне приблизится к крыльцу, как обе женщины исполнили книксен, склонив при этом головы.

Я улыбнулся, наблюдая за тем, как хорошо он вышел у Арлетт и как неуклюже у Зигфриды, которая уже при первом взгляде на нее вызвала у меня интерес.

Во-первых, она точно была воином. Это было видно по тому, как она двигалась. Чем-то в своих движениях она напоминала мне Фредерика, но были кое-какие различия, вот только я не мог понять, какие именно.

Во-вторых, габариты кухарки. Стоило мне оказаться рядом, как я сразу же почувствовал себя некомфортно. Я был высок, но северянка возвышалась надо мной на полголовы, а в плечах была раза в два шире.

Да, будь я в своем теле, отличия были бы не такими разительными, но сейчас я был в теле Люка Кастельмора, который был довольно щуплым молодым человеком, ибо был далек от физических нагрузок и изматывающих тренировок. Ладно, ничего. Мы это исправим.

— Знакомьтесь, это Белла, — представил я девушку Арлетт и Зигфриде. — С этого момента она и ее брат будут жить в нашем доме и помогать по хозяйству, — произнес я, смотря на то, как служанки буравят бывшую официантку Сытого борова заинтересованными взглядами. — Помогите ей разобраться тут во всем, — добавил я и осмотрелся по сторонам.

«Интересно, а где тут оранжерея?» — подумал я.

Наверное, на заднем дворе. Сразу туда отправиться или немного отдохнуть? Или вообще сходить в лес и посмотреть местную фауну и растения, которые веками взращивались семейством Кастельморов. А может, в лабораторию?

Побывать хотелось везде, но я все же решил, что начну с оранжереи, ибо за ней должны были следить я и Фредерик, а последнего не было в поместье вот уже несколько дней. Да и книжка с записями Люка была уже со мной.

— Хорошо, господин, — тем временем ответила мне Арлетт. — Желаете передохнуть с дороги? Подготовить ужин? Или…

— Нет, я пойду в оранжерею, — ответил я служанке. — Мы перекусили в дороге, — произнес я и, открыв дверь, вошел внутрь особняка.

«Хм-м, неплохо», — было первое мое впечатление, когда я оказался внутри двухэтажного здания, которое, несмотря на отсутствие излишеств вроде статуй, ваз, гобеленов и так далее, выглядело вполне уютно, и главное, что тут было очень чисто. Помимо этого, особняк Кастельморов в буквальном смысле утопал в растениях, среди которых были не только цветы.

«А мне тут нравится», — подумал я и улыбнулся.

— Господин, — голос Фредерика, прозвучавший сзади, отвлек меня от созерцания своего нового жилища. — Прежде чем вы займетесь делами, будет правильно, если вы посетите сначала семейный склеп, — произнес вояка так, чтобы его услышал только я. Хм-м, а он ведь прав. Да, я не был Люком Кастельмором, но я хотя бы должен отдать дань уважения его почившей семье.

— Хорошо, — кивнул я. — Проводишь?

— Разумеется, — ответил слуга. — И еще, — произнес он и задумался, видимо, пытаясь подобрать нужные слова. — По поводу того, что с вами произошло…

— Скажи, что из-за яда я потерял память, — произнес я, когда мой собеседник замялся.

— Понял, я всех предупрежу, — мужчина склонил голову. — Пойдемте, господин, я провожу вас в склеп. Он тут недалеко, — добавил он, и мы, пройдя особняк насквозь, вышли в дверь, которая вела на задний двор поместья. И стоило мне его увидеть, как мои глаза сразу же загорелись.

Да это же просто сказка для любого алхимика! Чего тут только не было. И небольшой огородик с лекарственными травами, описание которых я видел в книге Люка. Оранжерея, которая хоть и была небольшой, под стать самому имению, но было видно, что за ней ухаживали, и стекла, как в стенах, так и панорамные, были прозрачными и чистыми. Ну а сразу за невысоким кованым заборчиком раскинулся тот самый лес, который уж очень хотели забрать себе Рошфоры.

Несмотря на то, что в прошлой своей жизни я был профессиональным убийцей, немало своего времени я посвящал алхимии, ведь свойство моего магического ядра, как раз располагало к этому, ведь с каждой изученной и сваренной отравой я становился сильнее.

«Поскорее бы тут все внимательно осмотреть!» — подумал я, идя следом за Фредериком и крутя головой по сторонам.

Вскоре мы оказались возле ворот. Открыв их ключом, мой слуга сделал приглашающий жест, пропуская меня вперед. Когда я вышел за ворота, он проследовал за мной и закрыл их за нами на замок. На мой вопросительный взгляд он ответил.

— Дикие звери, господин, среди которых можно даже встретить магических, — пояснил он свое поведение.

— Магические звери? — услышал я незнакомое сочетание слов.

— Да, господин, — кивнул слуга. — Они появились в результате катаклизма, послужившего причиной появления Проклятых земель. Многого я об этом не знаю, но могу сказать лишь одно: магические звери очень опасны. Как правило, они крупнее, быстрее и сильнее, чем их обычные сородичи, и при этом могут обладать необычными способностями, — пояснил Фредерик.

— Необычными способностями? Ты имеешь в виду магию? — удивленно спросил я.

— Да, господин, — снова кивнул мой слуга. — Я слышал, что последние пару лет охотники в лесах, да и обычные люди, начали натыкаться на них гораздо чаще. Если верить слухам, то все это из-за того, что проклятый разлом в последнее время стал более активным и с той стороны на наши земли и земли Иллерии все чаще и чаще начали соваться различные монстры и даже войды. И снова незнакомое слово.

— Кто такие войды? — спросил я.

— Хм-м, — Фредерик задумался. — Это проклятые люди. Вернее то, что от них осталось, — попытался объяснить вояка. Магия проклятых земель их сильно изменила, и несмотря на то, что они внешне напоминают людей, они ими вовсе не являются, — добавил слуга, заинтересовав меня еще больше.

В книги о Проклятых землях ничего про войдов и магических монстров написано не было.

— Получается, что твари с другой стороны разлома иногда пересекают его? — решил уточнить я этот вопрос.

— Да, господин. Поэтому король Людовик Мудрый и решил отгородиться от нее стеной. Вот только ее строительство требует огромного количество ресурсов, поэтому налоги нынче очень большие. Народ жалуется, и повсюду то тут, то там вспыхивают восстания, — ответил Фредерик, чем совершенно меня не удивил.

Подобное случалось и в моем мире. Люди — существа, конечно, терпеливые, но со временем плотина недовольства может не выдержать, и ее прорыв, как правило, кончается крайне печально. Причем для всех.

— Понятно. Спасибо, — поблагодарил я вояку, пока мы шли в сторону леса, где, видимо, и находился склеп семьи Кастельморов.

— И что? В нашем лесу такие есть? — поинтересовался я. — Ну, я про магических зверей, — уточнил я.

— Да, господин, — Фредерик заметно нахмурился. — Один, так точно.

Хм-м, интересно. В моем мире подобных существ не было. Да, с помощью магии, алхимии и химерологии ученым и магам удавалось создавать монстров. Но это были искусственно выросшие твари. А тут они появились в естественной среде… Занятно. Очень занятно!

— Ты сказал, что в нашем лесу один такой магический зверь точно водится, так? — спросил я у своего собеседника в момент, когда мы подошли к кромке леса.

— Да, — хмуро ответил он. — Если я правильно помню, такие, как он, зовутся Варгарами. Это волк, только необычный. Эта тварь крупнее, быстрее и умнее. Из-за нее у вашей семьи за последние несколько лет возникла одна серьезная проблема, — добавил он, и я сразу понял какая.

— Нельзя заходить в глубь леса? — решил я подтвердить свою догадку.

— Да, господин, — кивнул слуга. — Монстр рьяно следит за своими границами и никого не пропускает дальше Кривого ручья, — ответил он, пока мы шли по лесу, а я осматривался по сторонам в поисках чего-нибудь полезного — пока безрезультатно.

— И что? Этот Варгар уже кого-то убил?

— Да. Мужа Арлетт. Он был охотником и добывал для семьи Кастельморов дичь, но тварь его настигла и растерзала. И ведь даже не съела! Понимаете, господин! Как будто тем самым хотела показать, что в лесу она теперь главная, кто нарушит границы — будет убит, — ответил Фредерик, изрядно заинтересовав меня своим рассказом о необычном волке.

— А кто-то пытался приручить магических зверей? — спросил я вояку.

— Да, — кивнул слуга.

— И как успехи?

— По-разному. Кому-то удавалось, кому-то нет, — Фредерик пожал плечами. — Слышал, что в Альбии сильно интересуются этим вопросом. Вроде как у них даже получается разводить магических зверей, но я бы в это мало верил. Думаю, это всего лишь слухи, — ответил мой собеседник.

А я вот вполне мог поверить в подобное развитие событий. Если вояка прав, и эти самые магические монстры, помимо того, что сильнее своих обычных представителей, еще и обладают интеллектом, то вполне существовала вероятность, что они поддаются тренировкам. Интересно, на что эти монстры способны и какие секреты таят их тела.

«Нет, пока рано», — сразу же внушил я себе. Если этот Варгар так опасен, то соваться к нему пока слишком рано.

Для начала хотя бы нужно было окончательно выздороветь и привести хилое тело Люка в форму, а уже потом думать о таких вещах. Плюс забот у меня и помимо этого монстра хватало. С теми же Рошфорами еще нужно было придумать, что делать.

Пока я шел и был погружен в свои мысли, сам не заметил, как тропинка, по которой мы шли по лесу, привела нас на небольшую полянку, где и стоял фамильный склеп семьи Кастельморов, а рядом с ним было еще и небольшое кладбище, на котором, видимо, хоронили слуг.

— Будете заходить внутрь? — спросил меня Фредерик, когда мы остановились у старинного родословного склепа, который когда-то точно представлял собой величественное каменное строение. Сейчас же он выглядел немного забытым из-за мха и лишайника, обильно покрывающих его каменные стены.

— Нет, — покачал я головой. — Не думаю, что я имею право, — сказал я слуге, который и сам прекрасно понимал, что сейчас перед ним совершенно другой человек, хоть и в теле одного из семейства Кастельморов.

Я закрыл глаза и про себя прочитал небольшую молитву за упокой, которую было принято произносить перед усопшими.

— Можно возвращаться, — сказал я Фредерику, который молча стоял у меня за спиной.

— Хорошо, господин, — слуга вежливо склонил голову и мы уже собрались уйти, когда я вдруг заметил едва заметное в сумерках мягкое белое свечение, источник которого явно был на крыше склепа.

— Ты это видишь? — указал я вояке на крышу и сначала пристально присматривался, а затем снова кивнул. — Что это может быть?

— Понятия не имею, господин, — развел руками в стороны слуга.

— Надо проверить, — я подошел к склепу и внимательно осмотрел фасадную часть.

Нет, тут залезть будет проблематично. Можно, конечно, было заморочиться и притащить сюда лестницу, которая наверняка была в поместье, но, признаться честно, делать этого не хотелось. Поэтому я обошел склеп по кругу и, наконец, нашел место, где я мог бы забраться наверх.

— Фуу-х, — я сделал глубокий вдох и, размяв руки, взял небольшой разбег, а в конечной его точке, выбросил свое тело вверх, зацепившись руками за край выступающего камня, а затем подтянулся и схватился второй рукой за другой камень.

Разумеется, проделать все это я мог лишь благодаря разогнанной по энергетической паутине мане, так как тело Люка было просто не способно осуществить подобное.

Будь я прежним собой, мне бы понадобилось несколько секунд, чтобы оказаться наверху. В теле же молодого Кастельмора я буквально пересиливал себя, превосходя допустимые границы тела Люка благодаря магии.

В итоге, когда я оказался на крыше, с меня успело сойти семь потов, а дыхание было настолько неровное, что мне пришлось даже сесть на край, свесив ноги вниз, чтобы отдышаться.

— Все в порядке, — крикнул я Фредерику, который обеспокоенными глазами смотрел на меня снизу вверх.

После пары минут, когда дыхание, наконец, пришло в норму, я встал и аккуратно начал заползать по скатной крыше склепа наверх.

— Это еще что такое, — буркнул я себе под нос, когда оказалось, что ровное и теплое свечение издавал белоснежный цветок, похожий на лотос из моего мира.

Хм-м, такого я у Люка в его записях не видел. Я приблизился к цветку поближе и сразу же ощутил магический фон, исходящий от него и он был гораздо сильнее, нежели тот, который исходил от растения в палате.

Но была между этими цветами еще одна кардинальная разница. Если первый, хоть и немного, но увеличивал регенерацию, то это незнакомое мне растение, наоборот, излучало энергию смерти. Или, как ее называли в моем родном мире — некротическую.

— Интересно, — задумчиво произнес я, смотря как вокруг этого растения, которое каким-то непонятным образом решило пустить корни в небольшой трещине, образовавшейся за время существования склепа, находилась настоящая мертвая зона из тел многочисленных насекомых, которые слетались на пряный и сладкий запах этого цветка.

Гнилое мясо и что-то наоборот, живое и легкое — выделил я два разительно отличающихся друг от друга запаха, наблюдая за тем, как часть насекомых, которыми была усеяна крыша, уже успели превратиться в прах, часть которого наверняка попала в щель, где произрастал белоснежный цветок, став его удобрением.

— Господин, у вас все хорошо? — послышался с земли голос Фредерика.

— Да, — не спуская глаз с цветка, ответил я слуге.

Да уж, фауна этого мира не могла меня не удивить.

«Интересно, какими свойствами обладает это растение?» — подумал я, а буквально через несколько секунд ощутил какую-то легкую слабость, которая начала быстро распространяться по моему телу. Не иначе как это был эффект от белоснежного цветка.

Я вновь заставил магическую энергию заполнить каналы, и слабость вмиг исчезла. У насекомых такой возможности, разумеется, не было, поэтому все они сейчас лежали вокруг растения. Думаю, чтобы убить их, растению нужно было всего несколько секунд, а затем некротическая энергия просто превращала их тела в прах, пожирая жизненные силы.

«Обязательно вернусь сюда завтра днем», — твердо решил я. Затем аккуратно спустился на карниз крыши и ловко спрыгнул с него, уйдя в простенький перекат.

Ноги сразу же отозвались неприятной болью, но что поделать. Не заберись я туда, то не увидел бы это чудо. А это дорого стоило.

— Что там нашли, господин? — поинтересовался у меня Фредерик, когда я оказался на земле.

— Цветок, — ответил я и внимательно посмотрел на слугу, который выглядел не так, как обычно. — С тобой все в порядке? — спросил я.

— Голова раскалывается, — ответил он. — А так нормально, — вояка пожал плечами.

Ничего себе у этого цветка радиус действия.

— Давай возвращаться, — сказал я Фредерику, и тот молча кивнув, пошел вперед. Я последовал за ним, попутно размышляя о том, что я только приехал в поместье, а уже успел найти что-то настолько необычное.

Эх, поскорее бы осмотреть все остальное!

Глава 8

Вернулись мы домой, когда солнце практически зашло за горизонт.

— Я распоряжусь, чтобы подали ужин, господин, — произнес Фредерик, когда мы зашли в поместье, и ушел.

Я же пока решил немного осмотреться, поэтому первым делом отправился на второй этаж, который предназначался как раз для господ этого дома. На первом располагались подсобные помещения вроде кухни, кладовой, комнат прислуги. Там же находилась столовая и небольшая гостиная с камином, которую я мельком увидел, когда попал в дом. На втором этаже были комнаты Люка, его родителей — Этьена и Луизы Кастельморов, а также младшей сестры — Жанны.

Помимо этого, на втором этаже располагались еще кабинет главы семейства и библиотека. Лабораторию, где проводил большую часть своего времени Люк, я не нашел, поэтому решил, что она точно должна быть в оранжерее и на нее я посмотрю завтра.

Теперь, когда большая часть семьи Кастельморов покоилась в склепе, второй этаж значительно опустел, и нужно было придумать, что делать с ненужными комнатами. Решив, что этот вопрос может и подождать, я сразу же направился в комнату, которая принадлежала Люку.

Дверь оказалась незапертой, поэтому спустя несколько секунд я уже стоял в небольшой и светлой комнате, в который царил полный порядок. Люк, как я и ожидал, оказался очень педантичным молодым человеком, и у каждой вещи здесь было свое место.

Кровать в углу, возле одного из окон — рабочий стол, на котором в идеальную ровную стопку были сложены книги, бумага и письменные принадлежности. Прикроватная тумбочка пустовала, а вот книжный шкаф рядом с ней, наоборот, был забит книгами, которые выстроились ровными рядами и, скорее всего, даже в алфавитном порядке.

В противоположном углу от кровати нашел свое место платяной шкаф, открыв который, я обнаружил внутри несколько рубашек разных цветов, парочку штанов, староватый, но все еще неплохой камзол темно-зеленого цвета, несколько пар обуви, нижнее белье и так далее. Все вещи были аккуратно разложены по выдвигающимся ящикам и, разумеется, все они были чистыми.

Недолго думая, я решил переодеться с дороги, благо небольшая деревянная кадка с теплой водой уже стояла в комнате Приняв гигиенические процедуры, я надел чистую рубаху и штаны, а затем посмотрел на камзол.

«Нет, не сегодня, дружище», — решил я и хотел было уже заняться рабочим столом, как вдруг на груди, в области сердца, на камзоле я увидел незнакомый мне знак. Хм-м, а ведь это наверняка их родовой герб.

Я с улыбкой посмотрел на герб Кастельморов. Ну надо же! Не знаю, кто или что поспособствовало моему попаданию в тело единственного выжившего члена этого рода, но я, по крайней мере, понял его логику. Это был, конечно, не Василиск. Но огромный змей, который обвивает росток какого-то растения… Гхм… Кажется, я его узнаю. Это двурушник — сильнейший яд или лекарство «последней надежды», смотря как его обработать и как его использовать. Ну и девиз рода заставил меня улыбнуться еще шире: «Каждому по заслугам». Иронично…

Пока я осматривал содержимое платяного шкафа, в дверь постучали.

— Открыто, — ответил я и дверь открылась.

На пороге показалась Белла.

— Господин, ужин готов, — девушка сделала легкий книксен и улыбнулась.

— Хорошо, — ответил я. — Передай, что через несколько минут я спущусь, — ответил я девушке. — Тебя хорошо приняли? — поинтересовался я у рыжеволосой, наблюдая за тем, как та с интересом изучаем мою комнату.

— Да. Все в доме очень добры ко мне, господин, — ответила Белла.

— Это хорошо, — кивнул я. — Койку тебе и твоему брату тоже выделили?

— Да, мы будем спать в комнате Арлетт и Зигфриды, господин, — ответила она.

«Хм-м, что-то много их для одной комнатушки», — подумал я, понимая, что помещения, которые выделили под прислугу, явно не отличаются большими площадями.

Думаю, что их комната вряд ли больше той, в которой живу я.

— Позови ко мне Фредерика, — попросил я Беллу.

— Хорошо, господин, — ответила девушка и, бросив на меня лукавый взгляд, удалилась.

Не прошло и пары минут, как снова раздался стук.

— Заходи, Фредерик, — произнес я, уже зная манеру вояки стучаться в дверь.

— Звали, господин? — спросил слуга, оставаясь на пороге.

— Зайди, — я сделал приглашающий жест, и только после него он зашел в комнату. — Перейду сразу к делу. Я хотел с тобой поговорить о размещении слуг. Как тут обстоят дела с этим? — спросил я бравого вояку, который занимал в доме роль управляющего или дворецкого.

На мои слова Фредерик нахмурился.

— Поступили жалобы, господин? — спросил он, явно поняв, что если таковые и были, то они исходили от Беллы.

— Нет, — покачал я головой. — Просто интересно.

— Понятно, — собеседник явно не поверил мне. — Женская половина с сыновьями занимают комнату. Я ночую на чердаке хлева, — ответил Фредерик, чем изрядно удивил меня.

— На чердаке?

— Да, господин, — кивнул слуга. — Я не привередлив, — он пожал плечами.

— Других свободных помещений нет? — поинтересовался я у собеседника.

— Нет. Все другие помещения первого этажа заняты, господин, — ответил вояка.

— Значит, нужно использовать второй этаж, — ответил я, думая, что мои слова прозвучат разумно, но, видимо, Фредерику так не казалось.

Он нахмурился еще больше.

— Прошу прощения, господин, но так нельзя, — покачал он головой.

— Но много же комнат освободилось, и все они будут пустовать, — ответил я, но мой собеседник был непреклонен.

— Не важно! Слугам на втором этаже не место! — наотрез отказывался слушать меня Фредерик.

Хм-м, ладно. Я не стал с ним спорить. Видимо, так действительно было нужно, раз он так категорично к этому относится.

Тогда я решил зайти с другого бока.

— А во сколько обойдется пристройка к дому? — поинтересовался я, ибо ценообразование в этом мире для меня все еще был темный лес.

Я знал, что общая палата в лечебнице обходилась в три — четыре серебряника. Комната в Сытом борове с ужином стоила чуть больше одного. Осадный арбалет, который мы забрали у дезертиров, мог стоить уже десять серебра или один золотой, а целебная настойка, которой меня ежедневно пичкали в лечебнице, аж три серебрушки.

В общем, со всем этим нужно было разбираться, но пока у меня не было на это времени.

— Не знаю, господин. Нужно говорить с гильдией строителей, — озадаченно ответил Фредерик. — Не думаю, что у нас… извините, то есть вас, пока есть на это средства, господин, — добавил он, еще не зная, что у меня есть приличный такой кошель, который я забрал у ночного убийцы.

Убийца был опытным, но самонадеянным. Как иначе было объяснить то, что он пошел на дело с маленьким состоянием? Видимо, решил, что убить полудохлого паренька — простая задача. Что ж… Спасибо тебе, неизвестный дурачок.

В кошельке оказалось аж целых десять золотых, или как они тут назывались — луидоры. Помимо этого, в кошеле было еще несколько серебренников разного номинала — один назывался пистолем, а пять — ливром, ну и много медяшек — экю.

Плюс у меня до сих пор лежали склянки в количестве четырех штук, бирки на которых, разумеется, отсутствовали. Скорее всего, внутри был яд и мне уже не терпелось, поскорее изучить каждый из них. Хотя с большой вероятностью, что в одной из склянок мог оказаться и антидот, который тоже мог быть мне очень полезен.

— Ты когда собираешься в город? — поинтересовался я у Фредерика.

— Через пару дней, господин, — немного подумав, ответил вояка.

— В Сент-Эрен? — уточнил я название города, через который мы проезжали, когда ехали в поместье. Он был гораздо меньше Ланона, в котором я лежал в лечебнице, но все равно отличался, скажем, от деревень, которые мы проезжали, хотя бы наличием каменных стен.

Да и народу в Сент-Эрене было на порядок больше, чем даже в самой крупной деревне, которая встретилась нам на пути.

— Там есть гильдия строителей? — поинтересовался я.

— Да, господин, — нехотя ответил Фредерик, уже догадываясь, какой будет следующий вопрос.

— Отлично. Тогда узнай, во сколько нам обойдется каменная пристройка к особняку, скажем, в пару комнат, — сказал я слуге и улыбнулся, наблюдая за его реакцией.

Весь этот разговор ему явно не нравился. Видимо, Кастельморы привыкли экономить на всем и знали цену каждому экю, а тут я со своими пристройками.

— Не переживай, это планы на будущее, — произнес я, смотря на бравого вояку. — Сначала поднимем род Кастельморов с колен, а дальше уже займемся остальным, — я подошел к слуге и хлопнул его по плечу. — Идем ужинать, — добавил я и увидел на лице своего собеседника настоящую искреннюю и добрую улыбку, коих я практически не видел, когда был Василиском.

Я невольно улыбнулся ему в ответ и вышел из комнаты следом за Фредериком. Вместе мы спустились вниз, а затем прошли в столовую.

«Ого!» — сильно удивился я, когда увидел большой стол, который был уставлен всевозможными яствами.

И чего тут только не было! Настоящий пир! Мясо и овощи, разносолы, салаты, несколько пирогов и других десертов, название которых я не знал.

— Зигфрида разошлась не на шутку, — усмехнулся я, смотря на настоящий праздник на столе, который явно обошелся недешево.

— Так событие же, — ответил Фредерик. — Вы практически с того света вернулись, господин. Грех это не отметить, — добавил он и, подойдя к столу, отодвинул от него стул. — Прошу, угощайтесь, — сказав это, он направился в сторону выхода из столовой.

— Так, стоп, — остановил я слугу.

— Ты куда? — поинтересовался я у вояки.

Видимо, мой вопрос прозвучал настолько для него неожиданно, что Фредерик даже растерялся, поэтому ответил не сразу.

— Как куда, господин? — удивился вояка. — Вы же будете ужинать и…

— И ты будешь ужинать со мной, — закончил я за него. — И да, остальных тоже позови, — и если первые мои слова хоть и удивили моего собеседника, но он наверняка мог хотя бы говорить, то вот сказанное после совсем выбило бедолагу из колеи, и пришел он в себя не сразу.

— Прошу прощения, господин Люк, но так нельзя, — покачал Фредерик головой.

«Перешел, значит, на «господина Люка», — усмехнулся я про себя, уже давно заметив, что слуга так делал всегда, когда речь заходила о чем-то очень серьезном.

— Почему? — поинтересовался я, глядя управляющему семьи Кастельморов в глаза. — Ты посмотри сколько еды. Одному мне столько точно не съесть, — я кивнул на стол. — Все остальные Кастельморы покоятся в семейном склепе, а я не хочу, чтобы ужин, который был устроен в честь моего возвращения, я проводил в одиночестве, — произнес я, не собираясь уступать Фредерику.

Будучи Василиском, я и так был обречен практически всегда быть один. Единственное, когда все изменилось, это когда я встретил… её, и то счастье не продлилось долго. Её отняли у меня, и я вновь остался один.

Надоело!

— Зови всех, — уверенно произнес я. — Можешь считать это моей сегодняшней прихотью, — добавил я, и мой собеседник по моему взгляду понял, что переубедить меня не получится.

— Хорошо, господин, — тяжело вздохнув, ответил он и вышел из столовой.

Вернулся он уже не один. Вместе с ним пришли все, кто работал на семью Кастельморов.

— Садитесь, — я кивнул слугам на свободные стулья.

Переминаясь с ноги на ногу, они неуверенно посмотрели на Фредерика.

— Вы не слышали, что сказал господин? — холодным тоном произнес он и смерил их таким взглядом, что даже меня проняло.

И это при условии, что я многое повидал в своей прошлой жизни.

Первыми к столу, разумеется, подбежали дети. Усевшись на стулья, они уже потянули свои маленькие ручки к еде, но одного взгляда Фредерика хватило, чтобы они остановились и вернули руки обратно.

— Прошу прощения, господин. Я поработаю над их воспитанием, — произнес управляющий семьи Кастельморов, а затем кивнул девушкам в сторону стола, и те неуверенно расселись по местам.

Сам Фредерик занял место справа от меня, ну а я сел во главу стола. Я посмотрел на слуг. Все, кроме детей, сидели словно на иголках. Это нужно было исправлять.

— Фредерик, наполни всем бокалы, — сказал я вояке, и тот, взяв один из кувшинов, наполнил содержимым сначала мой бокал, а затем поставил графин на стол и, взяв другой, разлил вино себе, Арлетт, Зигфриде и Белле.

Отлично. Я взял в руки свой бокал и встал.

— Буду немногословен, — произнес я. — Мою семью постигло ужасное горе, но, как вам всем известно, мертвых не вернуть к жизни. Кто-то из вас уже давно служит моей семье, кто-то только начал, — я посмотрел на рыжеволосую девушку. — И сегодня я рад, что сижу за этим столом не один и делю свою трапезу с вами, — я окинул взглядом всех слуг поместья Кастельморов, а затем поднял бокал вверх. — За дом Кастельморов! — произнес я тост, и все, у кого было вино, поднялись со своих стульев и, повторяя за мной, выпили содержимое своих бокалов до дна. — А теперь не стесняйтесь и, ешьте! — произнес я, и проигнорировав правила этикета, потянулся к запеченной с яблоками курице и оторвал от ее тушки ножку.

Вся прислуга, включая детей, удивленно посмотрели на меня, а затем на Фредерика. Управляющий покачал головой, а затем кивнул. Это, видимо, послужило неким сигналом, ибо стоило ему это сделать, как все присутствующие за столом наконец-то вышли из ступора и присоединились к трапезе.

«Забавно», — подумал я, наблюдая за тем, как по-разному ведут себя люди за столом.

Арлетт и Белла, например, вооружившись вилками, аккуратно ели, наложив в свои тарелки всего помаленьку, при этом орудовали столовыми приборами не хуже чем я. Зигфрида же, наоборот, была их прямой противоположностью. Кухарка явно обладала отличным аппетитом и не гнушалась брать еду руками.

К тому же, в отличие от остальных, она успела наполнить уже третий раз свой бокал алкоголем, которым она запивала мясо и соленья, что методично уничтожались в определенном радиусе — до куда добирались ее руки. Надо признать, в довольно большом, ибо руки у Зигфриды были не только длинными, но и хорошо сбитыми.

«Такие, как она, могли подковы гнуть», — подумал я, в очередной раз убеждаясь, что кухарка была явно не простой норскийкой и определенно умела обращаться с оружием, скорее всего, даже воевала.

Как и Зигфрида, дети тоже не гнушались все брать руками, и шиканья Арлетт и Беллы никак не действовали на них. Малышня продолжала есть то, до чего дотягивались их ручонки, чем невольно вызывали у меня улыбку. Сама простота… Ну а самым приличным из всех слуг был Фредерик, который отлично работал как вилкой, так и ножом, и, казалось, вообще ел элегантнее меня.

Признаться честно, этому я даже не удивился. Да, управляющий поместьем Кастельморов в прошлом был военным и наверняка тем еще рубакой, но по прошествии многих лет службы семье Люка он многому научился и стал педантичным, дотошным и очень преданным слугой. И это я в нем сильно ценил.

— Прошу, господин, — вояка наполнил мне бокал и поставил рядом.

— Спасибо, — поблагодарил я слугу и с удовольствием опустошил его.

Затем еще и еще.

Когда я выпил третий, алкоголь, наконец, достиг определенной концентрации в моем организме, и тот уже не справлялся с тем, чтобы полностью нейтрализовать его, и я кое-что понял.

«Как же с ними хорошо», — подумал я, смотря на слуг поместья Кастельмора, которые сейчас ели, пили и о чем-то переговаривались друг с другом.

Сейчас все они, включая меня, были похожи на настоящую семью, которой у меня никогда не было. Вот только идиллия эта продлилась недолго. Из-за того, что все слуги поместья были в столовой, внутри которой было довольно шумно, никто не услышал, как кто-то зашел на территорию поместья и более того, внутрь усадьбы.

Затем этот кто-то пошел на звук разговоров, и я услышал приближающиеся шаги только тогда, когда нежданный гость уже подошел к столовой. Дверь открылась, и на пороге появился незнакомый мне молодой мужчина с ярко-красными глазами и шевелюрой цвета запекшейся крови. Незнакомец смерил всех присутствующих презрительным взглядом и произнес.

— Могу я видеть баронета Люка Кастельмора, — спросил он, продолжая смотреть на всех присутствующих в столовой, словно на мусор. — И вообще, кому из вас прописать плетей за то, что мне никто не открыл?! — молодой мужчина, который, вероятно, был моим ровесником, наконец увидел меня, и его лицо перекосила гримаса отвращения.

— Чем обязан? — я спокойно встал из-за стола и посмотрел незнакомцу в глаза.

Ответил он не сразу. Видимо, тот факт, что я ужинаю с прислугой, был настолько дик для него, что ему было сложно поверить в увиденное.

— Кхм, — привлек я его внимание. — Я Люк Кастельмор. Чем обязан? — я посмотрел в красные глаза незнакомца, и тот усмехнулся.

— Едите в компании слуг? — поинтересовался он с ядовитой улыбкой на лице.

— Да, а что? — поинтересовался я. — Для начала хотя бы представьтесь, — холодным тоном добавил я, глядя на своего собеседника.

Лицо незваного гостя изменилось. В его взгляде появилось еще больше отвращения, и он нехотя произнес.

— Габриэль Рошфор, из дома Рошфор.

Ого, как быстро они прознали о моем возвращении…

— Люк Кастельмор, баронет, — более официально представился я в ответ. — Раз вас настолько смущают мои слуги, то прошу за мной, — произнес я и, сделав приглашающий жест, вместе с ним вышел из столовой. — Пройдемте в кабинет, — вежливо сказал я, и мы поднялись на второй этаж. — Чем могу быть обязан? — спросил я одного из отпрысков Рошфоров, когда мы оказались наедине.

— Родители попросили справиться о вашем здоровье, — натянув на губы лукавую улыбку, ответил Габриэль.

— Как видите, иду на поправку, — ответил я собеседнику, а буквально через пару секунд в дверь раздался стук.

Это точно был Фредерик.

— Открыто, — сказал я слуге, и он вошел в кабинет с подносом, на котором были легкие закуски и пара графинов. Один с вином, другой с морсом.

Поставив поднос на стол, управляющий удалился.

— Угощайтесь, Габриэль, — я кивнул на поднос, но мой собеседник посмотрел на него с таким отвращением, что мне захотелось так сильно дать ему по роже, что я с трудом сдерживался, чтобы этого не сделать.

— Это с того стола? — спросил он таким тоном, будто ему предлагали какие-то объедки.

— Возможно, — я пожал плечами и, взяв с подноса графин, наполнил два бокала вином, один из которых взял в руки и сделал глоток. — Так чем обязан вашему визиту? — повторил я вопрос, заданный мною ранее.

— Как я уже говорил, приехал справиться о здоровье дорогого соседа, — улыбнулся Габриэль.

— Как видите, со мной все в порядке, — я тоже натянул на губы улыбку. — Кто бы ни пытался меня отравить, ему явно не хватило лудиоров, чтобы купить нормальный яд, — моя улыбка стала шире.

— Так вы считаете, что на всю вашу семью было совершено покушение? — попытался изобразить удивление Рошфор.

— Думаю, да, — кивнул я. — И клянусь честью, те, кто это сделал, сильно пожалеют о содеянном, — добавил я и сделал еще один глоток, после чего встал и подошел к окну.

— Может, вы кого-то подозреваете? — вежливо поинтересовался мой собеседник. — Я все же угощусь, — добавил он, и я заметил, что когда он потянулся к стакану, перстень на его руке открылся, и в мой бокал попал какой-то порошок.

Дилетант… И идиот. Какой же тупой идиот! Повторно отравить меня в моем доме? Здесь стража что, совсем мышей не ловит? Или Рошфоры купили всех давно и плотно? Нет у меня пока объяснения этой неимоверной наглости. Ну, да ладно…

— Есть определенные догадки, — ответил я, возвращаясь к столу.

— Поделитесь? — поинтересовался Габриэль.

— Не сегодня. Не хочу никого скомпрометировать, — ответил я, беря в руки бокал с вином.

«Ишь, как загорелись глаза», — отметил я про себя непрофессиональное поведение Рошфора.

— За то, чтобы справедливость была восстановлена! — молодой человек поднял свой кубок.

«О, в этом ты даже можешь не сомневаться», — подумал я и тоже поднял свой бокал.

— До дна! — радостно произнес Габриэль.

— До дна, — повторил я его слова и разом выпил содержимое своего бокала.

Стоило отраве попасть в мой организм, как магическое сердце сразу же активировалось.

«Хм-м, какой интересный яд», — подумал я, когда мое магическое ядро разложило его на составляющие.

В этот раз Рошфоры не поскупились. Мало того, что яд был магическим, так он еще и не сразу убивал свою жертву. Если верить моим ощущениям, то штука, которой меня «угостил» Габриэль, должна была убить меня в течение нескольких дней. Отрава воздействовала на нервные окончания, убивая их, поэтому уже завтра мне должно было стать плохо. Я должен был перестать чувствовать тело, затем лишился бы зрения и слух. Таким образом мое состояние ухудшалось бы до тех пор, пока все нервные окончания не умерли бы, как, впрочем, и я. И да, первые симптомы отравления должны наступить довольно быстро, не слишком опасные пока, но узнаваемые.

Вот только молодой Рошфор не знал, с кем связался. Перед ним был Василиск, который окончательно убедился в том, что все козни исходили именно от этой семьи. Убедившись, что я все выпил, Габриэль тем временем произнес.

— Ну, вижу, что у вас все хорошо, а значит, мне пора, — выпалил он и пошел к выходу из кабинета.

Я не стал ему мешать, благо за дверью уже ждал Фредерик, который должен был проводить гостя до кареты. Проводив гостя взглядом из окна, я вытянул руку и, закрыв глаза, воспользовался своим ядовитым ядром, с помощью которого без труда воссоздал капельку яда, которым меня пытались отравить, на кончике указательного пальца. На моих губах появилась хищная улыбка. Теперь я точно знал, как умрет Габриэль Рошфор.

Глава 9

Когда я вернулся в столовую, слуг за столом уже не было. Признаться честно, садиться обратно уже не хотелось. До появления одного из отпрысков Рошфоров мне наконец-то удалось получить то, чего у меня никогда не было.

И это у меня снова отняли. Как и у Василиска. Я сел за стол и, взяв в руки кувшин, наполнил стакан вином.

— Господин Габриэль Рошфор уехал, — произнес Фредерик, стоя в дверях.

— Присядь, — произнес я, кивая на стул справа от себя и вояка сел рядом.

Я наполнил его чарку вином.

— Выпьем, — я вытянул руку.

Управляющий тяжело вздохнул.

— Господин, так нельзя, — покачал он головой. — Вы же видели реакцию…

— Да плевать на него, — спокойно ответил я, махнув рукой. — Кстати, сегодня я убедился в том, что именно Рошфоры виновны в смерти остальных Кастельморов, — добавил я, и мой собеседник удивленно посмотрел на меня.

— Откуда вы знаете, господин? — спросил Фредерик, машинально взяв в руки кружку.

— Снова пытался меня отравить, — усмехнулся я, а Фредерик резко встал.

— С вами все в порядке, господин?! — всполошился он.

— Успокойся и сядь, — сказал я ему, кивнув на стул. — Как видишь, да, — добавил я и, взяв в руки чарку, отхлебнул из нее вина.

Я до сих пор ощущал легкое покалывание в теле от яда, которым решил угостить меня Габриэль Рошфор, но при этом я видел, как мое ядовитое ядро медленно и верно поглощает этот яд и становится крепче и сильнее.

Так было и в моем родном мире. Каждый поглощенный мною яд усиливал меня и понятное дело, что из-за подобной специфики магического сердца, как оно называлось в этом мире, я скупал всю отраву, до которой только мог дотянуться. Со всех стран, со всех континентов, со всех городов и со всех рынков, как обычных, так и черных. Разумеется, и в этом мире я собирался заниматься тем же. Благо удача оказалась на моей стороне, и я попал в семью, которая специализировалась на алхимии.

Да, Кастельморы в основном производили лекарства. Но, судя по записям Люка, он собирался заниматься совершенно другим. И в этом я его полностью поддерживал. За яды, особенно магические, можно было выручить куда больше золотых луидоров, и коль уж на мою душу выпала честь восстановить былое величие этой семьи, то я с удовольствием это сделаю и, может, в этом мире наконец-то буду счастлив и обрету покой.

Может, даже, заведу семью и детей…

— В общем, теперь мы точно знаем, кто стоит за покушением, — подытожил я, смотря на Фредерика. — И в скором времени эта семья пожалеет о том, что в момент первого их покушения им не удалось убить всю семью Кастельморов.

И еще больше они пожалеют о том, что в тело Люка Кастельмора попал именно я. Я улыбнулся своим мыслям и разом осушил бокал с вином.

— Что будете делать, господин? — спросил меня Фредерик, который сидел рядом и явно не без удивления взирал на меня.

— Много всего, — задумчиво ответил я. — Для начала нужно как минимум освоиться. Где Кастельморы хранили ценные бумаги? — спросил я.

— В кабинете, господин, — ответил мой собеседник. — Но они в сейфе и…

— За это можешь не волноваться, — я махнул рукой, так как взлом защит, как механических, так и магических, для меня не было никогда проблемой.

Фредерик усмехнулся и выпил вино.

— Мне нужно заняться делами, господин, — произнес он, и я кивнул. — Спасибо за вино, — поблагодарил он и встав, собрался было уйти, но остановился в дверях. — И за ужин, — на его губах появилась добрая улыбка.

— Как-нибудь обязательно повторим, — сказал дворецкому, и когда он ушел, тоже не стал засиживаться и отправился в свою комнату. Завтра я собирался встать с первыми петухами, поэтому мне нужно было хорошо выспаться.

Затушив свечу, я отправился в свою комнату и уже выходя из столовой, натолкнулся на Поля.

— Держи, — я присел на одно колено и протянул ему два пирога с яблоками, которые забрал из столовой. — Поделись с Филиппом, — произнес я, и мальчишка улыбнулся.

— Спасибо, господин, — ответил он, с радостью принимая угощение.

Я принял вертикальное положение и уже хотел было продолжить свой путь, но вдруг мальчишка начал громко кашлять, прижав одну руку ко рту, а второй продолжая держать пироги.

Кровь. Я увидел, как по его маленькой ладошке потек тоненький ручеек багряной жидкости. Черт! Я достал из кармана платок и отдал Полю, а затем посмотрел на него магическим зрением.

Яд, циркулирующий в его крови и о котором говорила Белла, имел магическое происхождение. И основная концентрация его была именно в легких.

«А пацан долго не протянет», — подумал я, глядя на брата Беллы, который, несмотря на ужасный кашель, отчаянно пытался удержать в руках мое угощение.

— Поль! — обеспокоенный голос его сестры послышался со стороны правого крыла. Я обернулся и увидел бегущую в нашу сторону Беллу.

Оказавшись рядом с братом она достала что-то из кармана платья и, откупорив пробку небольшого пузырька зубами, налила его содержимое в ложку, которая тоже оказалась у нее под рукой.

— Пей, — она протянула лекарство Полю, и тот послушно выпил его и поморщился от неприятного вкуса, коим оно, видимо, обладало.

— Прошу прощения, — Белла посмотрела на меня. — Такое бывает нечасто! Я…

— Все нормально, — успокоил я девушку, которая, казалось, еще немного и расплачется. — Думаю, я даже смогу помочь твоему брату, — добавил я, потому как все это время наблюдал за Полем магическим зрением, и оно показало, что лекарство, которое дала пацану сестра, лишь слегка купирует действие болезни, но совсем не лечит ее.

Взгляд рыжеволосой изменился, и в нем появилась надежда.

— Вы правда сможете? — спросила она, забирая из рук Поля окровавленный платок.

— Да, — кивнул я, наблюдая за тем, как медленно угасают магические частицы яда на окровавленной белой ткани.

Видимо, чтобы существовать, яду требовалось находиться внутри организма, а причиной этому, скорее всего, была определенная температура.

— Завтра займусь им, — произнес я, и пацан вздрогнул. — Не бойся, будет лишь чуть-чуть больно, — успокоил я брата Беллы. — Кстати, сегодня ему нужно поесть сладкого. Скажи, что это мое распоряжение, поняла? — спросил я девушку, и она закивала. — Отлично. Завтра утром я им займусь, — добавил я и задумался.

Если получится извлечь из него яд, то я смогу использовать его в своих целях. Я невольно улыбнулся. Уже столько всего успело со мной случиться, а я только сегодня приехал в поместье. Неизвестный цветок с некротической аурой, очередная попытка покушения, возможность помочь мальчонке. И все это меньше чем за день.

— Не забудь про сладкое, — на всякий случай сказал я девушке, после чего поднялся по лестнице и, наконец, оказался в своей комнате.

День был очень насыщенным, поэтому стоило моей голове коснуться подушки, как я сразу же провалился в сон.

* * *

На следующее утро, как и планировал, проснулся я очень рано. Умывшись, я вышел из комнаты и, уже спустившись на первый этаж, столкнулся с Фредериком.

— Доброе утро, господин, — поприветствовал меня он, вежливо склонив голову.

— Доброе, — ответил я. — Распорядись, чтобы завтрак мне принесли в оранжерею, хорошо? — попросил я дворецкого, и он кивнул.

Настроение было хорошим, ибо, во-первых, я наконец-то мог увидеть растения в оранжерее Кастельморов, а во-вторых, я нашел еще несколько тетрадей Люка на его рабочем столе, в которых также подробно были описаны и зарисованы различные цветы и травы.

«Ну а теперь глянем, что там и как», — подумал я, и стоило мне открыть дверь, как я сразу же ощутил пряный запах цветов и трав, растущих внутри.

Я даже на несколько секунд остановился, пытаясь разделить запахи. Потому как то, что улавливал мой нос, было гремучей смесью из десятков, а то и более запахов, но в какой-то момент понял, что это бесполезно. Можно, конечно, было усилить обоняние с помощью магического ядра, но это было чревато. Все же внутри наверняка росли и ядовитые растения.

Я зашел внутрь, и улыбка на моем лице стала еще шире от обилия того, что тут росло. Причем, помимо разнообразия, мне нравился еще и подход Кастельморов к выращиванию целебных и не толькорастений. Все горшки, от мала до велика, были выставленными ровными рядами, и возле каждого стоял номер, а также название, причем сразу на нескольких языках. Помимо этого, как я узнал позже, вся оранжерея была разбита на секции, которые также имели свою нумерацию.

Ну и разумеется, для всего этого разнообразия, в кабинете, который располагался здесь же, нашелся каталог, написанный рукой Люка.

И еще больше его записей, которые были уложены в ровные стопки на рабочем столе. Такому системному подходу, который я и сам любил, я просто не мог нарадоваться.

Вскоре ко мне в кабинет зашла Белла.

— Завтрак, господин, — произнесла рыжеволосая служанка, ставя поднос передо мной на стол.

— Спасибо, — поблагодарил я девушку. — После обеда займусь твоим братом, — добавил я, видя немой вопрос, застывший на её губах.

— Спасибо, господин! — радостно произнесла Белла.

— Пока еще не за что, — ответил я девушке.

Хотя, судя по тому, что я видел, помочь ее брату не составит для меня большого труда. Болезнь, которая прогрессировала в его теле, была не такой уж и страшной. Думаю, при наличии денег она вообще спокойно лечились обычными методами, вроде хороших лекарств с сильной магической базой. Вот только у Беллы, как, впрочем, и у большинства людей, принадлежащих к низшему сословию, средств на ее лечение не было, поэтому смертность от Зеленой Хвори наверняка была большой.

Обо всем этом я думал, просматривая каталог Люка, пока вдруг не натолкнулся на одно растение в третьей секции, которое меня сильно заинтересовало. Недолго думая, я покинул кабинет и вскоре стоял напротив ярко-красного цветка, принадлежащего к семейству лилейных, как гласила запись в тетради бывшего владельца тела.

— Багрянник, — задумчиво произнес я, смотря на цветок с очень сладким запахом, от которого у обычного человека начала бы кружиться голова. Если долго вдыхать его, конечно.

Меня же в багряннике интересовало не то, как он пах, а его свойства. Если верить записям Люка, то сок из луковицы корня этого растения, если смешать его еще с некоторыми ингредиентами из справочника Кастельморов, который был написан в десяти томах и находился в их библиотеке, можно было получить смесь, которая могла настолько сильно «разогнать» ритм сердца, что то просто не выдерживало и через некоторое время сумасшедшего «бега» останавливалось.

В малых дозах, это было лекарство, повышающее давление. В больших — яд. И меня в первую очередь интересовало именно второе. Проблема заключалась лишь в том, что цветков было всего два.

— Нужно будет посадить еще, — сделал я себе зарубку в памяти, после чего аккуратно выкопал багрянник из земли, а затем срезал часть его луковицы, немного повредив его, и вернул обратно на место. В принципе, при должном уходе ему подобное не должно было навредить.

Далее мой путь лежал в лабораторию, где с помощью одного инструмента, название которого я не знал, но который по своему функционалу был очень похож на тиски, извлек из луковицы мутный желтый сок, а затем при помощи пипетки взял одну капельку и капнул себе на язык. Мгновение и мое сердце так учащенно забилось, что мне даже пришлось воспользоваться магической энергией, чтобы немного сбавить его ритм.

— Неплохо, — довольным голосом произнес я и, закрыв глаза, сконцентрировался на своем магическом ядре, которое уже начало поглощать яд из багрянника, дабы «запомнить» его.

Плюс ко всему, за ночь с моей магической составляющей тела произошли некоторые метаморфозы. Яд, которым пытался отравить меня отпрыск Рошфоров, благотворно сказался на моем магическом сердце, укрепив как его, так и магические каналы.

Кроме этого, моему магическому ядру должна была пойти на пользу и отрава, которую я собирался извлечь из брата Лидии, а также сок багрянника, который, по сути, тоже являлся ядом, несколько его капель запросто могли остановить сердце даже здорового человека.

А ведь впереди меня ждало еще больше! Одна только пятая секция в оранжереи Кастельморов чего только стоила. Именно там, судя по каталогу Люка, произрастали самые интересные для меня ядовитые растения. А ведь был еще Карнатский лес.

И все это яды только растительного происхождения, а ведь в этом мире наверняка существовали еще и ядовитые животные. А еще магические монстры. И я не говорю о том, что росло и жило за разломом.

И все это могло сделать меня сильнее. Ведь чем больше ядов поглотит мое ядро, тем сильнее я в теории стану. А сила непременно мне понадобится, даже если я не захочу повторить свою судьбу из прошлого мира. Я горько усмехнулся, вспомнив жизнь Василиска. Нет, повторения ее я точно не желаю!

Ну а тем временем, пока я занимался делами в оранжерее, я и сам не заметил, как наступило время обеда. И узнал я об этом только когда в дверь кабинета, который еще и выполнял роль лаборатории, постучали.

— Входи, — произнес я, и на пороге появилась Белла.

— Господин, где желаете обедать здесь или в столовой? — поинтересовалась служанка.

— В столовой, — ответил я. — Все уже готово?

— Да, господин, — ответила девушка.

— Отлично, пусть накроют в поместье, а ты пока приведи Поля, — попросил я собеседницу и в следующий миг ее словно ветром сдуло.

Вернулась она в компании брата спустя несколько минут.

«Они бежали, что ли?» — подумал я, глядя на запыхавшуюся Беллу и ее брата, который тоже тяжело дышал.

Хотя пацан мог так дышать и из-за болезни. Я встал из-за стола и Поль вздрогнул.

— Не бойся, больно не будет, — сказал я ребенку и, подойдя к нему, присел на одно колено. — Дай руку, — я протянул свою, а мальчик посмотрел на свою сестру.

Белла ему кивнула, и тот нерешительно выполнил то, что я ему сказал. Он даже пикнуть не успел, когда я легким движением слегка надрезал кожу на его указательном пальце метательным ножом, который я заранее продезинфицировал и незаметно держал его во второй руке.

Девушка ахнула, но сразу же закрыла рот руками.

Я же тем временем надавил на палец мальчонки, и на его кончике появились несколько капель крови, а в них едва заметные магические частички яда. Далее, я зажал ранку Поля большим пальцем и, закрыв глаза, сконцентрировался на своей паутине энергетических каналов и ядовитом ядре.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем с помощью магического зрения я увидел, как губительные для тела мальчика частицы яда начали медленно стягиваться к порезу со всего тела. Процесс был небыстрый, но спустя несколько минут все было готово, и вся отрава, медленно убивающая ребенка, скопилась на кончике его пальца.

Я открыл глаза и увидел, как Поль морщится, но терпит.

— Сейчас боль уйдет, — пообещал я ему и начал поглощать весь яд, своим магическим ядром. — Готово! — довольным голосом произнес я и встал с колена.

«Ого!» — удивился я, когда у меня закружилась голова, да так, что пришлось опереться о стену рукой. Столь сложные и ювелирные манипуляции с магической энергией дали о себе знать.

Плюс яд оказался сильнее, чем я предполагал, и мое ядовитое магическое ядро хоть и нейтрализовало его основное вредоносное воздействие, но небольшие побочные эффекты я сейчас переживал на собственной шкуре. Легкие сразу же закололо, а дышать стало сложно.

Я посмотрел на мальца. Даже страшно представить, какие муки он испытывал, живя с этой болезнью.

— Ты как, Поль? — тем временем спросила Белла своего брата.

— Ничего не болит, — мальчик улыбнулся и удивленно посмотрел на меня. — Совсем ничего! Спасибо, господин! — он посмотрел на меня снизу вверх.

А вот его сестра оказалась более эмоциональной. Закрыв лицо руками, она просто разрыдалась.

— Белла, ты чего, — пацан, который был слишком мал, чтобы понимать ее чувства, взялся за подол платья сестры. — Белла…

— Все хорошо, — надо отдать должное служанке, она быстро вернула контроль над своими чувствами и, стерев с лица слезы, взяла брата за руку, а затем посмотрела на меня. — Я даже не знаю, как выразить словами всю мою признательность вам, господин! — произнесла она, и по ее щекам вновь потекли слезы. — Я… Я… правда не знаю…

— Все нормально, — я по-доброму улыбнулся. — Возвращайтесь в дом, — сказал я Белле и ее брату, а сам вернулся к рабочему столу.

Когда остался один я тяжело выдохнул.

«Видимо, прежде чем проворачивать подобное, нужно для начала укрепить магическое ядро», — подумал я, понимая, что после подобной процедуры мне как-то совсем не по себе.

В итоге в поместье я вернулся позже, чем планировал.

— Господин, — Фредерик вежливо склонил голову. — Обед подан.

— Отлично, — ответил я, понимая, что ужасно хочу есть. Манипуляции с магической энергией всегда были делом трудозатратным, и не удивительно, что сейчас я готов был съесть целого слона.

«Кстати, интересно, а здесь такие животные вообще есть?» — подумал я, но сразу же забыл о них, когда в нос ударил запах домашней еды.

Так что там у нас сегодня на обед?!

Глава 10

После того как я плотно поел и немного отдохнул, я почувствовал себя гораздо лучше. Ядовитое магическое ядро практически справилась с остатками яда от Зеленой хвори в моем организме, поэтому дышать уже было не так тяжело, как буквально час назад.

«Так, что дальше?» — задумался я.

С одной стороны, можно было вернуться в оранжерею и продолжить работать там. С другой же стороны, мне хотелось посетить Карнатский лес и посмотреть, что за растения растут «на воле». Помимо прочего, также нужно было глянуть на ценные бумаги Кастельморов, а то мало ли что. Кстати, раз уж я в поместье…

Я вышел из столовой и отправился на второй этаж. Кабинет оказался открыт, поэтому я без труда попал внутрь, и цепкий профессиональный взгляд за пару секунд определил, где находится сейф.

— Хм-м, механический, — подумал я смотря на железную крышку с тремя, довольно простыми механизмами, суть защиты которых была в том, чтобы подобрать нужную комбинацию.

Я усмехнулся про себя и, прильнув ухом к дверце, воспользовался магическим ядром, энергию которого по паутине энергетических каналов отправил к ушам. Взлом не занял у меня больше пары минут. При этом, будь я Василиском, мне бы хватило секунд двадцать для этого. Ну да ладно.

Открыв сейф, я достал из него несколько папок с бумагами и начал тщательно их изучать. Выяснилось, что большая их часть не представляла для меня особой ценности, а вот несколько документов были очень важными.

Первый — завещание, благодаря которому я наследовал титул Этьена Кастельмора. И теперь, как только я официально вступлю в наследство, то я стану уже не баронетом, а полноценным бароном, хозяином усадьбы Кастельморов и прилегающих к ней земель, в которые как раз входил Карнатский лес.

Второй — дарственная короля Иоганна Первого о том, что Кастельмором отходят земли, которыми сейчас они, а точнее сказать уже я, владеют.

Ну и третий документ о том, что семье Кастельморов разрешено проводить различные исследования и заниматься алхимией, в том числе и магической.

— Интересно, — буркнул я себе под нос, понимая, что, оказывается, в этом мире не всем разрешено заниматься той деятельностью, коей могли заниматься Кастельморы, и что для того, чтобы создавать зелья, в которых есть магическая энергия, требовалась отдельная лицензия.

«Хотя не удивительно», — подумал я, понимая, что подобная деятельность должна контролироваться короной. Мало ли чего там могут намешать неумелые алхимики. В моем мире, например, был инцидент, когда по вине одной ремесленной гильдии из-за вызванной ею эпидемии погиб целый город.

В общем, я увидел то, что хотел. Причем, изучая документы, я и сам не заметил, как наступил вечер. Поэтому, убрав все бумаги обратно в сейф, я отправился ужинать.

Стоило мне спуститься вниз, как я сразу же столкнулся с Фредериком, который, казалось, имеет какую-то мистическую силу появляться там, где это нужно.

— Изволите ужинать, господин? — спросил он, и я в очередной раз поразился, насколько ветеран идеально подходил на должность управляющего поместьем Кастельморов.

— Да, составишь компанию? — спросил я, но Фредерик покачал головой.

— Вы сами знаете ответ, господин, — вежливо «отшил» меня собеседник. — Я знаю, вы добрый, но так нельзя, — добавил он, и мы одновременно обернулись на приближающийся к нам источник звука, коим оказался Филипп. Дворецкий среагировал, словно хищник, ожидающий добычу в засаде, и ловко поймал мальца за шкирку.

— Сколько раз я говорил не бегать по поместью? — произнес он и, судя по ужасу в глазах мальчонки, тот догадывался, что эта встреча ничего хорошего ему не сулила.

Вслед за ним в холл вышел Поль, который в отличие от сына Арлетт, не бежал, а шел пешком. Не знаю, было ли так изначально, или он перешел на шаг только когда его друга поймали, и он сразу понял, что с воякой лучше не шутить, но факт оставался фактом.

— Бери пример с Поля! — управляющий указал на брата Беллы.

— Но… — Филипп хотел ему что-то возразить, но сам остановился. — Я не хотел, — виновато произнес он. — Прошу меня простить, господин, — добавил он и опустил взгляд вниз.

— Не ругай его сильно, — улыбнувшись, сказал я управляющему, а сам пошел в столовую, отметив про себя, что пацан молодец и не стал сдавать друга. Там, к слову, оказалось уже все накрыто, и когда мой желудок был снова полон, то я осознал, что уже не хочу идти в лес и пока не наступила ночь, займусь делами в поместье.

Первым делом я собирался отправиться в комнату Этьена и Луизы Кастельмор, ибо там наверняка могли остаться какие-то ценные вещи, которые, например, можно было продать и выручить денег, которых в этом семействе был большой дефицит.

Ну и Фредерик был уже тут как тут.

— Комната родителей открыта? — спросил я дворецкого.

— Нет, господин, — ответил вояка. — Вот, держите, — он выудил из внутреннего кармана своего потертого и видавшего лучшие времена камзола ключ и передал его мне.

— Спасибо, — поблагодарил я слугу и хотел было подняться наверх, но кое-что вспомнил. — Держи, — я протянул ему кошель, в котором было около трех луидоров монетами различного номинала.

Фредерик удивленно принял кошель и заглянул внутрь.

— Откуда…

— Убийца поделился, — подмигнул я вояке. — Купи все необходимое для поместья и слуг, — сказал я дворецкому, и он ошарашенно кивнул. — Кстати, — я достал из своего кошеля еще один золотой луидор и положил его в нагрудный карман Фредерика. — Обнови гардероб себе и остальным, — добавил я уже давно заметив, что хоть слуги в поместье и ходят в чистом, но их одежда уже давно нуждается в замене.

Поднявшись на второй этаж, я остановился возле двери, ведущей в комнату родителей. Закрыв глаза, я прочитал молитву об усопших и, вставив ключ, открыл замок и зашел внутрь.

«Несмотря на то, что комната пустовала, здесь явно убирались», — подумал я, смотря на идеальную чистоту в хозяйской спальне Кастельморов.

«Хм-м, а тут уютно», — я огляделся по сторонам. В отличие от комнаты Люка, который видимо был еще тем перфекционистом, комната его родителей выглядела совершенно по другому.

Сложно описать. Чувствовался здесь какой-то уют в каждой мелочи. Давно у меня такого ощущения не было. Интересно, какими они были? Надо будет спросить Фредерика.

Первым делом, оказавшись в комнате, я подошел к столу, который, судя по разнообразной утвари на нем, принадлежал как Этьену, так и Луизе. Помимо нескольких пустых шкатулок, в которых раньше, видимо, были украшения, обнаружились и документы, подписанные главой семейства.

Также, помимо прочего, на столе была бумага и письменные принадлежности. Ящики в основном были либо пусты, либо забиты различными безделушками, которые, скорее всего, были памятны супругам. В платяном шкафу, кроме платьев Луизы и нескольких костюмов Этьена, тоже не нашлось ничего полезного, да и дальнейший «обыск» родительской спальни тоже не дал результатов.

Ценного в комнате ничего не было, и я уже собрался было покинуть ее, но напоследок решил окинуть спальню Кастельморов магическим зрением. И каким же было мое удивление, когда в стене, прямо за картиной я увидел то, что привлекло мое внимание.

«Хм-м, а Кастельморы всё-таки полны сюрпризов», — я подошел к картине и снял ее.

Под ней оказалась голая стена, но Василиска подобным не проведешь. Приложив руку к ее поверхности, я начал внимательно ее изучать и прощупывать. И ву а ля! Едва слышный щелчок и часть стены немного вышла из пазов.

«Какая тонкая работа», — подумал я, глядя на то, как хорошо в стене была сделана скрытая ниша. Наверняка, такая работа стоила много денег, и не думаю, что заплатить за нее могли себе позволить нынешние хозяева поместья. Это означало, что ее сделали давно — тогда, когда Кастельморы еще имели какой-то вес в этом мире.

А теперь самое интересное.

Я аккуратно коснулся панели и она и попробовал отодвинуть ее вбок. Получилось! Она без каких либо проблем мягко и беззвучно отъехала влево, а за ней оказалась небольшая, но глубокая ниша, в которой лежал сверток, покрытый вековой пылью.

— Интересно, — буркнул я себе под нос, доставая его и стряхивая пыль, которая сразу же взорвалась серым облаком.

Автоматически я задержал дыхание, хотя это пылевое облако явно не содержало отравляющих веществ. Но привычка есть привычка. Смертельная отрава Маршацкой крипты тоже выглядела как пыль, но унесла множество жизней неудачливых авантюристов.

«Что же там такое?» — подумал я, когда понял, что в моих руках ткань, в которую было обернуто что-то длинное и твердое, а по всей длине обмотано тесьмой, которая когда-то явно была белой. Недолго думая, я развязал ее, а затем снял ткань.

— Шпага, — произнес я вслух, улыбаясь, когда понял, что в моих руках лежат пыльные ножны, из которых торчала рукоять, чей эфес был стилизован под змею, так что навершие рукояти заканчивалось ее головой. Тонкая работа! И явно стоит очень больших денег.

И что самое главное, эта шпага была магической, ибо только поэтому я смог обнаружить ее с помощью магического зрения. Я взялся за рукоять, которая словно влитая легла в мою ладонь, и вытянул лезвие из ножен.

— Неплохо, — резюмировал я, смотря на оружие длиной чуть больше метра, которое предназначалось для нанесения колющих ударов. Более того, качество стали было отменным. Это я тоже смог сразу отметить. Рад, что оружие оказалось именно оружием, а не декоративной бутафорией, предназначенной для торжественных приемов.

Я, конечно, предпочитал сражаться другим оружием, покороче и покомпактней, но и шпагой также владел в совершенстве. Поэтому дуэль на шпагах для моего потенциального обидчика, скорее всего, закончится для него весьма плачевно.

Не успел я насладиться смертоносной красотой моего нового приобретения, как в дверь постучали. Показывать Фредерику фамильное сокровище или нет? Это оружие наверняка стоило больших денег. Прекрасный металл, магические свойства и будь оно у Этьена, то, продав его, денежные проблемы Кастельморов были бы решены.

С другой стороны, это все же была фамильная реликвия. И не факт, что даже если бы наследнику древнего рода пришлось бедствовать, он бы продал эту шпагу.

— Заходи, — произнес я, убирая оружие в ножны. Дверь резко открылась, и на пороге появился взволнованный Фредерик.

— Там снова Рошфор, — произнес он обеспокоенным голосом. — Он требует вашей аудиенции, господин!

Пришел проверить, значит. Забавно.

— Хорошо, передай ему, что я скоро спущусь, — ответил я управляющему, и тот кивнул.

Остановился он в дверях.

— А если они снова…

— Все будет в порядке, — ответил я дворецкому. Когда он ушел, я вернулся к платяному шкафу.

«Хм-м. Думаю, будет впору», — я выудил из него темно-зеленый камзол, принадлежащий Этьену Кастельмору, и, надев его поверх белоснежной рубашки, подошел к зеркалу и убедился, что на мне он сидит как влитой.

Герб семьи тоже был вышит в районе сердца, и я не без удовольствия посмотрел на змейку, изображенную на ней. То, что надо для Василиска. Остался вопрос, брать ли с собой шпагу.

Если верить словам Фредерика, то все в семье Рошфоров были сильными магами огня. Получается, он заметит тот факт, что в моих руках магическое оружие. Хотя, может, подобные вещи в этом мире не такие уж и редкие, и я переоцениваю ее ценность?

Возможно, но только если денежную. Для рода Кастельморов она была бесценной. Я решил взять шпагу с собой. Пристегнув ножны к поясу и покинув комнату, спустился на первый этаж.

— Лорд Габриэль, чем обязан вашему позднему визиту? — произнес я, не без удовольствия смотря на то, как округляются глаза Рошфора от удивления при моем виде. — Что с вами? — поинтересовался я. — Вы будто бы призрака увидели, — добавил я и улыбнулся.

— Добрый вечер, — молодой человек, надо отдать ему должное, довольно быстро пришел в себя и, сняв шляпу, кивнул головой. — Я по делу, — произнес он.

«Убедиться, что я мертв?» — усмехнулся я про себя. Озвучивать эти мысли я, конечно же, не стал. — Да? И чем обязан? — уточнил я у Рошфора-младшего.

— Нездоровится, — соврал мой собеседник. — А коли уж от вас неподалёку, баронет, то…

— Барон, — перебил я Габриэля. Да, титул еще нужно подтвердить у нотариуса и подать все нужные документы, но, думаю, я уже имею полное моральное право на этот титул. Стараниями вашей семейки, разумеется.

— Кхм, барон, — поправил себя Рошфор и продолжил. — Так вот. Повторюсь. У меня скрутило живот, и раз уж раз мы так мило пообщались в прошлый раз и ваша семья так славится своими лекарствами, то я подумал, почему бы не заглянуть к вам еще раз и не купить его, — добавил аристократ, который неплохо контролировал свои эмоции.

— А, так вот в чем дело, — улыбка на моем лице стала еще шире. — Тогда вы точно по адресу, лорд Габриэль! — довольным голосом произнес я. — Фредерик, проводи нашего гостя в кабинет, а я пока посмотрю, чем я смогу ему помочь, — сказал я вояке, который молча стоял возле лестницы.

— Разумеется, — он склонил голову. — Прошу за мной, господин, — он сделал приглашающий жест в сторону лестницы.

Я же, в свою очередь направился в сторону оранжереи, где располагалась лаборатория и рабочий кабинет Кастельморов. Я там уже видел приготовленные настойки, зелья и припарки.

— Так, — я открыл шкаф и пробежался по его содержимому глазами. Как и в случае с самой оранжереей, все лекарства внутри были систематизированы, и на каждой склянке была бирка. Поэтому я без труда нашел нужный пузырек с надписью «От несварения» и, взяв его, отправился обратно в поместье.

Габриэль, нервно постукивая по столу пальцами, уже ждал меня в кабинете. Ужасно хотелось добавить в лекарство тот яд, которым пытался отравить меня Рошфор, но это наверняка повлекло бы за собой большие проблемы, ибо смерть отпрыска знатного рода в поместье другого была слишком уж подозрительной. Началось бы расследование. А так как я от яда не умер, а умер Габриэль, то и виновным остался бы я. Нет, если я и хочу его убить, то сделаю это по другому.

— Прошу, лорд Габриэль, — я протянул ему лекарство, а после сел за стол напротив него.

— Благодарю, — ответил он. — Сколько с меня?

— Десять луидоров, — расплывшись в широкой улыбке, ответил я своему собеседнику, понимая, что его честь не позволит ему не расплатиться со мной, даже зная, что лекарство, которое я ему дал, стоит многократно дешевле.

Габриэль недовольно цокнул языком, но спорить не стал. Достав кошелек, он выложил на стол небольшую стопку золотых монет.

— Что-нибудь еще? — спросил я своего незваного гостя. — У нас есть лекарства на все случаи жизни. От простуды, от головной боли, антидоты, — произнес я, наблюдая за его реакцией.

Рошфор, услышав про средство от яда, нервно заерзал на стуле.

— Может быть средство для мужской силы? — продолжал забавляться я, заговорщически понизив голос. — Не стесняйтесь, лорд Габриэль, у нас есть интересный семейный рецепт.

— Нет, спасибо, барон, — он резко встал со стула. — Я спешу, поэтому я заехал к вам лишь за этим, — он показал на пузырек.

— Тогда до встречи, — я встал из-за стола и протянул ему руку.

— До встречи, — ответил он, и мы обменялись крепким рукопожатием, во время которого я не забыл усилить магией свою кисть, и сжал его руку так, что Габриэль едва удержался, чтобы не вскрикнуть.

— Фредерик, проводи гостя, — позвал я дворецкого и, когда баронет был у двери, добавил. — Могу я навестить вас, лорд Габриэль, с ответным визитом?

Рошфор, держась за руку, обернулся, и я заметил, как его глаза загорелись.

— Разумеется, барон! На следующей неделе моя семья устраивает охоту. Официальное приглашение вы получите в течение нескольких дней. Буду рад вас видеть там! — довольно улыбнувшись, он вежливо кивнул и, надев шляпу, покинул кабинет.

Откинувшись на спинку стула, я довольно улыбнулся. Может, конечно, я и поспешил с тем, что решил самолично отправиться прямо в лапы к врагу. Но больно уж мне не терпелось посмотреть, что представляют собой Рошфоры. К тому же охота — такое мероприятие, на котором частенько случаются несчастные случаи.

И в этот раз без них точно не обойдется…

Глава 11

Как и обещал Габриэль Рошфор, семья которого уже наверняка планировала свое следующее покушение на меня, приглашение на охоту мне принесли аж на следующий день. Так сильно им хотелось, чтобы я на ней присутствовал.

Признаться честно, хоть меня и забавляли их попытки убить меня, но всему же есть предел. Поэтому на охоте я решил, что сделаю им предупреждение о том, что со мной лучше не связываться и им лучше бы оставить свои попытки убить меня. А иначе… Если хотят прожить меньше срока, который я им отвел, что ж, это их право.

— Господин, вы уверены, что поступаете правильно? — Фредерик застала меня на заднем дворе поместья Кастельморов, где я устроил себе утреннюю тренировку.

Нужно хоть немного привести это тело в порядок. Чем я, собственно, и занимался.

— Да, — ответил я управляющему, продолжая отжиматься. — Мне надоело, что ко мне в поместье вот так просто заявляются самодовольные снобы и пытаются отравить! — я влил еще больше магической энергии в каналы и немного ускорился при этом не сбив даже дыхания.

— Но ведь это очень опасно, господин! — обеспокоенно произнес слуга.

— За меня можешь не беспокоиться, — уверил я собеседника. — К тому времени, как я поеду на охоту, я уже буду другой, — сказал я и, оттолкнувшись руками от земли, принял вертикальное положение.

Разумеется, подобное я мог проделать только благодаря магии, которая сейчас заполняла мою паутину энергетических каналов, которая стала еще крепче из-за того, что я полностью поглотил яд Зеленой хвори. Помимо этого, увеличилось и магическое ядро, а это означало, что я на правильном пути. Фредерик тем временем тяжело вздохнул, и я прекрасно понимал его чувства.

— Кстати, скажи, а сколько хотя бы примерно стоит лекарство, которое я продал Рошфору? — поинтересовался я у дворецкого, ибо каталога с ценами на зелья Кастельморов я не нашел.

— Хм-м, — вояка задумался. — Думаю, пара пистолей, может меньше, господин, — ответил Фредерик, и я усмехнулся.

— Я за десять луидоров продал, — произнес я, и глаза слуги округлились от удивления.

— Но как…

— Сыграл на его чести, — спокойно ответил я, после чего подошел к деревянной лавке, на которую я скинул часть одежды и выудил из камзола несколько золотых монет. — Купи у портного приличную одежду для охоты. Мои мерки ты знаешь?

— Хорошо, господин, — приняв монеты, ответил Фредерик. — Знаю.

— Возьми, только чуть большего размера. В скором времени я собираюсь стать немного… В общем, возьми на размер побольше. Если что, я ушью, — произнес я, и мой собеседник покачал головой.

— Арлетт хорошо шьет, господин. Вам нет надобности заниматься такими вопросами, — добавил он. — Кстати, тетрадь с ценами на лекарства есть в комнате Надин Кастельмор. Она в основном занималась финансовыми вопросами, ибо с детства тяготела к цифрам и математике, — добавил дворецкий и заметно помрачнел.

— Хорошо, принеси ее в кабинет. Тот, что в оранжерее, — сказал я Фредерику и, вернув камзол на лавочку, взял в руки ножны и резким движением вытянул из них шпагу, а затем сделал несколько взмахов.

«Какое хорошее оружие», — сразу же понял я. Баланс у фамильного сокровища Кастельморов и правда был превосходным.

— Могу я вас кое о чем спросить, господин? — не сводя глаз с оружия у меня в руках, спросил вояка.

— Могу сразу ответить тебе на него, Фредерик, — произнес я и посмотрел на управляющего поместьем. — В спальне Этьена и Луизы я нашел скрытый тайник, и там лежало это оружие. Ты не видел его раньше?

— Нет, господин, — покачал головой дворецкий.

Значит, я оказался прав, и о существовании оружия бывший глава поместья не знал. Возможно, о нем не знали и родители Этьена. Хм-м. Интересно.

— Ты ведь не против? — уточнил я и встал в стойку для фехтования, после чего сделал несколько выпадов.

— Конечно нет, господин! — ответил Фредерик. — Я только рад, что вам удалось найти такое оружие! Оно вам очень подходит, — следя за моими движениями, добавил он.

— Сейчас смотри внимательно! — обратился я к управляющему. Тот согласно кивнул и прищурился, не собираясь ничего пропускать.

Я улыбнулся и пропустил по паутине магическую энергию, а затем изобразил одну интересную связку приемов из моего прошлого, но уже усилив себя магической энергией. Для Фредерика она не должна была ничем отличаться от той комбинации, что я перед этим использовал.

— Сколько выпадов ты увидел? — спросил я у дворецкого, который с изумленным видом стоял и смотрел на меня, будто увидел призрака.

— Три, господин, — ответил он. — Но как… Как вы так быстро? — спросил бравый вояка, явно не веря своим глазам.

— С помощью магии, — ответил я своему собеседнику, чем, видимо, еще больше удивил его.

Причем самое забавное, что на самом деле выпадов я сделал не три, а пять. Просто даже зоркий глаз Фредерика не смог уследить за всеми движениями.

— Так вы маг? — казалось, что дворецкий не может еще больше удивиться. Ан нет. Может.

— Да. Только прошу тебя, храни это пока в секрете, хорошо? — попросил я Фредерика, а затем снова принял стойку для фехтования и начал отрабатывать несколько упражнений уже без использования магии.

— Разумеется, господин, — не задумываясь, ответил мой собеседник. — Если потребуется, я унесу эту тайну в могилу! — добавил он. И я ни на секунду не сомневался в словах управляющего поместьем Кастельморов.

— Вот и славно. Ты сегодня в город? — уточнил я.

— Да, господин. Как раз собирался ехать, — ответил Фредерик.

— Когда вернешься?

— Вечером, господин. Кроме охотничьего наряда, есть какие-то еще пожелания? — спросил вояка.

— Во-первых, перестань постоянно добавлять слово «господин», — ответил я. — Во всяком случае, пока нас никто не видит. Хорошо? — произнес я. — Считай это моим распоряжением, — не дал я возразить собеседнику. — Во-вторых, не забудь про гильдию строителей. В-третьих, возьми с собой арбалет. Его наличие остудит пыл тех, кто захочет тебя ограбить. На этом все, — дал я Фредерику свои распоряжения, а затем продолжил упражняться в фехтовании.

Примерно через час я закончил с физическими упражнениями и, умывшись, первым делом направился в оранжерею. Прежде чем отправиться в логово врага, мне нужно было поглотить как можно больше различных ядов, чтобы укрепить свое магическое сердце и каналы. Этим я и собирался заняться в ближайшее время. Начал я, разумеется, с уже готовых ядов. Поэтому, как только я оказался в кабинете, я сразу же взял в руки каталог и открыл нужный мне раздел.

Мои губы растянулись в широкой улыбке, когда я увидел более двух десятков наименований ядов, которые должны были быть в шкафу уже готовыми зельями и припарками на продажу. Взяв с собой все записи Люка, а именно он в семье Кастельморов специализировался на изготовлении ядов, я подошел к стеклянному шкафу и нашел нужную секцию. Она располагалась обособленно от других и вообще была заперта на специальный ключ, которого у меня не было. Вскрывать отсек не хотелось. Там был очень слабый, но старый замок, сам собой являвшийся антиквариатом. Было просто жалко.

В принципе, очень правильное решение. Пришлось вернуться в поместье. Но и тут меня ждала неудача. Фредерик уехал в город, а остальных слуг я даже смысла не видел спрашивать о ключе. Небольшой обыск комнаты Люка тоже ни к чему не привел, и я решил дальше не продолжать, а уже дождаться возвращения Фредерика. Благо у меня и других дел хватало.

Переодевшись в одежду для прогулок, я покинул поместье, и теперь мой путь лежал в Карнатский лес, где помимо цветка с некротической энергией, меня интересовали и просто растения, которые там произрастали. Ведь если верить словам Фредерика, то Кастельморы сотнями лет занимались их культивацией, и мне просто необходимо было посмотреть, каких успехов им удалось добиться.

Но прежде я все же решил заглянуть в фамильный склеп.

* * *

В этот раз подъем на крышу дался мне гораздо легче. Благодаря магии я без труда забрался на ее конец и снова ощутил слабость во всем теле и головокружение — эффект действия некротической ауры цветка, название которого я не нашел ни в одной тетради Люка.

Чтобы сопротивляться вредоносному воздействию ауры цветка, пришлось «заставить» магическое сердце поработать и начать качать ману по всему телу. Стало гораздо лучше, и слабость прошла. Ну а цветок тем временем, как мне показалось, распустился еще больше, и радиус действия его некротической ауры также возрос.

«Как же мне тебя пересадить», — подумал я, наблюдая за тем, как быстро умирают насекомые, подлетая к белоснежному красавцу, польстившись на его приторно сладкий, ароматный запах.

«Хотя куда мне его пересаживать?» — вдруг пришла мне умная мысль. В оранжерее ему точно было не место.

Во-первых, он наверняка убил бы другие растения, а заодно и насекомых, опыляющих их. Во-вторых, его аура была губительна и для жителей поместья. Если честно, я бы не удивился, что окажись он где-то рядом с домом Кастельморов, то одними головными болями слуги точно бы не отделались.

«Но что тогда с ним делать?» — подумал я, смотря на цветок, которому я уже придумал имя.

— Не знаю, есть ли у тебя уже название, но тебя я пока буду называть «Ласковая смерть», — произнес я, разговаривая сам с собой.

Такое имя я дал этому белоснежному убийце не просто так, а понаблюдав за тем, как насекомые, попадая в поле действия некротической ауры, сначала становятся вялыми, а затем просто тихо умирают, впоследствии превращаясь в прах, который ветер разносил по крыше и коим набивалась трещина, где рос сам цветок, становясь его кровом и кормом.

Наблюдая за ним, мне в голову пришла одна идея. Я аккуратно приблизился к Ласковой смерти, а затем также аккуратно вырвал из его соцветия один белоснежный лепесток ромбовидной формы.

Несколько секунд я его изучал, а затем просто положил в рот и начал разжевывать. Как я и предполагал, на вкус он оказался сладко-горьким. Стоило лепестку коснуться моего языка, как ядовитое ядро сразу же активировалось, ясно давая понять, что в организм попал яд.

Первые несколько секунд со мной ничего не происходило. Да, я испытывал немного странное легкое покалывание по всему телу, но такое случалось часто, когда в мое тело попадал яд. А вот дальше началось самое интересное.

Первое, что я почувствовал, это сильное головокружение, из-за которого я чуть не свалился с крыши. Поэтому в срочном порядке пришлось начать слезать с нее. Но стоило мне ухватиться за карниз и упереться ногами в каменные стены склепа, как мои пальцы онемели, а головокружение стало настолько сильным, что я и сам не заметил, как начал падать вниз.

Перед падением я, благодаря инстинктам Василиска, успел сгруппироваться, но все равно больно ударился плечом и лопаткой. Воздух из легких выбило, словно по грудной клетке врезали молотом.

«Да что со мной происходит? Откуда такой сильный эффект?» — подумал я и, подняв руку вверх, с ужасом замер, наблюдая за тем, как вены на моих руках сначала синеют, а затем и вовсе становятся черными.

Помимо этого, мне стало очень сложно дышать, и каждый вдох сопровождался дикой болью. А затем все стало еще хуже. Глаза заслезились, и когда я попытался смахнуть с них слезы, понял, что это вовсе не они. Это была кровь. Плохо дело!

Я закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, каждый из которых сопровождался резкой болью, на которую я не обращал внимания. Такие ситуации были для меня не редкостью, поэтому если в самом начале я и подвергся страху из-за неожиданного эффекта и падения, то довольно быстро пришел в себя и сразу же успокоился.

Следующее, что мне нужно было сделать, это по максимуму заставить работать магическое ядро, чтобы начать «закачивать» ману туда, где поражающий фактор цветка был наибольшим.

Я сконцентрировался, чтобы определить самый большой очаг, и вдруг понял, что яду Ласковой смерти подвержено все тело, включая всю нервную систему. Несмотря на боль, я внутренне усмехнулся.

«Ну уж нет! Если Василиск от чего-то и умрет, то это точно будет не яд!» — уверенно решил я и начал заниматься тем, что умел лучше всего — разгонять яды по всему моему телу.

Ведь правильно говорили в моем мире: клин клином вышибают!

* * *

Подняться с земли я смог лишь под вечер. Все это время, до того, как наступили сумерки, я вел отчаянную борьбу с ядом Ласковой смерти, который оказался невероятно сильным.

— Фуу-х, — облегченно выдохнул я, принимая сидячее положение и вытирая губы от крови рукавом рубашки.

А вот с глазами было не все так просто. Веки намертво прилипли к коже из-за спекшейся крови. Благо у меня оставалось немного воды во фляжке, которую я захватил с собой в лес. Поэтому я смог промыть их и наконец-то открыть. Остальная часть воды ушла во время борьбы с ядом, ибо, как оказалось, он еще и неплохо высушивал оргазм, устраняя из него влагу.

— Да уж, — устало произнес я и покачал головой.

В следующий раз, встретив нечто неизвестное в этом мире, я сто раз подумаю, прежде чем решусь на подобную глупость. Ну или хотя бы буду таскать с собой антидот. Причем магического происхождения, так как от обычного не было бы никакой пользы.

Шатаясь, я все же встал с земли.

«И как теперь возвращаться в поместье в таком виде?» — я оглядел себя с ног до головы. Мало того, что я был похож на труп с кожей синеватого оттенка и с венами, которые пока оставались темными, так еще и одежда вся была перепачкана кровью.

Говорить, что из себя представляло лицо, я и вовсе не хотел. Даже при условии, что я не видел своего отражения. Я повернул голову и посмотрел на белоснежный цветок, который, казалось, смотрит на меня с усмешкой. Мол, будешь в следующий раз думать, прежде чем лепестки от меня отрывать.

Усмехнувшись разыгравшемуся воображению, я решил, что не буду возвращаться в поместье в таком виде, а пока погуляю по лесу и вернусь, когда остальные будут уже спать. На том и порешил.

В лесу я провел почти всю ночь. По лесу я погулял замечательно. Помимо того, что я наконец-то смог посмотреть, что росло в ближайшей доступности к поместью, я по памяти собрал небольшой пучок трав, с которыми собирался поработать завтра.

В этот раз все они были не ядовитыми, ибо я хотел создать отвар, который поможет мне быстрее восстановиться. Несмотря на то, что ядовитое магическое ядро справилось с отравой Ласковой смерти, часть некротической энергии, что была главной основой яда этого растения, все еще была в моем теле. И полезной для организма она вовсе не была. В любом случае это был очень хороший опыт, но больше я так делать не буду. Сначала изучение, а потом уже испытания на собственной шкуре.

Пока я шел и рассуждал об этом, я сам не заметил, как приблизился к поместью, ворота которого были уже закрыты. Так как для меня это не было особой проблемой, я легко перемахнул через них и оказался во внутреннем дворе своих владений. И первое, что я сделал, это направился к колодцу, который располагался недалеко от оранжереи, что облегчало поливку растений.

Оказавшись возле колодца, я набрал несколько ведер ледяной воды и сняв окровавленную одежду, начал умываться. В отличие от Василиска, организм Люка не был закален, поэтому процедура оказалась не особо приятной. Но другого выбора у меня не было. Поэтому, дрожа как осенний лист на ветру, я кое-как умылся и пошел в сторону дома, оставшись в одном исподнем. Каким же было мое удивление, когда, обходя конюшню с правой стороны, я чуть ли не лоб в лоб столкнулся с Зигфридой.

Я и словом обмолвиться не успел, как кухарка меня атаковала, не разобрав в темноте кто перед ней и, вероятно, спутав с грабителями или кем похуже, учитывая мой внешний облик.

«Ого!» — удивился я, когда брошенная ею кружка чуть было не снесла мне голову. С такой силой и скоростью она в меня летела. А еще с потрясающей точностью.

Как я успел заметить ранее, а сейчас мои догадки подтвердились, норскийка была не обычной кухаркой и явно имела за плечами интересное прошлое, которое, скорее всего, было военным.

Ну а тем временем, поняв, что глиняная кружка не размозжила мне голову, Зигфрида решила действовать наверняка. Вооружившись скалкой, она ринулась в ближний бой, в очередной раз поражая меня своей скоростью, которая была несопоставима с ее габаритами.

«Если попадет по голове, точно помру», — подумал я, уклонившись от удара по диагонали в голову, а затем делая перекат, так как воительница решила сделать мне подсечку. И магической энергии, как назло, осталось совсем чуть-чуть…

— Стой! Это я, Люк! — поняв, что я могу так нелепо умереть на заднем дворе своего собственного поместья, громко произнес я. Кухарка остановилась в полуметре от меня, уже успев замахнуться скалкой.

— Господин Люк, я подумала, что вы…

— Все нормально, — перебил я норскийку. — Я сам виноват, что хожу в таком неподобающем виде, — добавил я и продолжил. — Будем считать, что этого инцидента просто не было. Хорошо? — спросил я, и моя собеседница закивала головой.

— Господин, мне правда очень жаль. Я…

— Я же говорю, все в порядке, — улыбнулся я отважной воительнице и пошел в сторону поместья.

«Не знал, что она так допоздна работает», — подумал я, когда, обернувшись, я заметил кадку с водой и грязной посудой в ней, которую освещал тусклый свет одной свечи.

«Надо будет завтра обсудить эту тему с Фредериком», — решил я, заходя в дом и удивляясь тому, что управляющий меня не встречает.

«Хотя уже поздно, и он наверняка спит», — подумал я и направился прямиком в свою комнату, где, еще раз умывшись, я свалился на кровать, и стоило моей голове коснуться подушки, как я немедленно уснул.

Глава 12

Проснулся я на следующее утро не так рано, как планировал. Стоило мне открыть глаза, как я сразу же понял, что яд белоснежного убийцы все еще в моем организме, и магическое сердце не полностью поглотило его. Поэтому мышцы ныли неприятной болью, и меня слегка подташнивало.

Плюс сказывалось то, что я с самого утра не ел, поэтому энергии в организме вообще не было, а живот с того момента, как я бодрствовал, урчал громче, чем Карасанская гигантская жаба с Черного болота. Было такое интересное место в моем родном мире.

«Надо скорее поесть», — я умылся, благо вода была в комнате, а затем накинул на себя чистую одежду и спустился на первый этаж. А вот и Фредерик! А то я уж начал волноваться.

— Господин, что случилось? — управляющий окинул меня обеспокоенным взглядом.

— Все в порядке. Неудачный эксперимент, — улыбнулся я, ибо каждый раз меня умиляла его забота, которую он проявлял ко мне. — Не волнуйся, скоро я уже восстановлюсь, — добавил я. — Пойдем позавтракаем, мне с тобой нужно поговорить, — я кивнул в сторону столовой и, не дожидаясь его ответа, пошел завтракать.

Дворецкому ничего другого не оставалось, как последовать за мной. Уже за завтраком я поинтересовался:

— Ты знаешь, где ключ от секции ядов в шкафу с уже готовыми зельями? — спросил я Фредерика, вовсю орудуя вилкой и ножом, так как голоден был я настолько, что готов был съесть целого слона.

Благо, готовила Зигфрида всегда с запасом. Который, видимо, сегодня мне как нельзя кстати пригодится.

— Да, он у Жанны в комнате. Я не помню, зачем он ей понадобился. Видимо, хотела занести в каталог и оценить, — ответил управляющий поместьем, и я задумался.

Какое-то странное совпадение. Жанне Кастельмор понадобился ключ от секции ядов, а затем всю семью травят. Хотя и сама она тоже умерла от яда… Нет, я слишком много надумываю, что не удивительно, исходя из того, какую жизнь я прожил. Прежний я был еще тем параноиком.

— Принеси мне его в лабораторию, хорошо? — спросил я управляющего, и он кивнул. — Как вчера все прошло? — поинтересовался я. — Тебя что-то задержало?

— Да, госпо…

Я посмотрел на собеседника недовольным взглядом.

— Да, — кивнул мой собеседник. — В Сент-Эрене объявили карантин. Там какая-то зараза, поэтому всех на воротах осматривали, — добавил Фредерик, чем сильно заинтересовал меня.

— Есть внешние признаки проявления болезни? — спросил я.

— Да. Тело покрывается зелеными оспинами, — ответил дворецкий. — В основном на шее и груди.

— Вот, значит, как, — задумчиво произнес я. — Это уже известная болезнь?

— Нет, — покачал головой мой собеседник.

«Значит, и лекарства от нее нет», — подумал я, уминая уже третий пирог с картошкой.

Кстати!

— Скажи, а что ты знаешь про Зигфриду? — поинтересовался я у Фредерика.

— Не много. Знаю только, что она была очень серьезно ранена и ваш отец… Кх-м, Этьен Кастельмор спас ей жизнь, и с тех пор она служит этой семье, — ответил мне он. — Но точно могу сказать, что силенок ей не занимать. Такие, как Фрида, могут подковы руками гнуть. Причем это не оборот речи. Я лично видел, как она это делает! — с каким-то благоговением произнес вояка и даже немного покраснел, аки красна девица.

— То есть ты не знаешь, какое у нее прошлое? — уточнил я.

— Нет, — покачал головой мой собеседник.

— А почему? — удивился я, смотря на дворецкого, который, как мне всегда казалось, был не из робкого десятка.

Вон, даже спокойно размотал со мной дезертиров и даже бровью не повел. А тут такая робость. Неужели и правда влюбился? И если да, то я мог его понять. Ведь с…

Одно ее имя в моей душе вызывало сильную боль. Я не смог уберечь ту, что я любил. А ведь клялся, что сделаю это. Да, я, конечно, отомстил всем, кто был причастен к ее смерти, но ведь из мертвых это еще никогда и никого не возвращало. Ну, до последнего момента и исключительно со мной.

— Не знаю, — тем временем ответил Фредерик. — Как-то не заходил разговор, — он пожал плечами.

— Ясно, — я улыбнулся.

Мне все больше нравился этот простой и открытый человек, и я с этим ничего не мог поделать.

«Хотя может и не нужно?» — вдруг пришла мне в голову мысль. Это будучи Василиском я не мог позволить себе такой роскоши, как привыкать к людям. Но ведь в этом мире могло все быть совершенно по-другому! Должно быть по-другому!

— Думаю, тебе стоит с ней поговорить, — сказал я Фредерику. — Женщины любят, когда их слушают, — добавил я и задумался.

Интересно, а это относится ко всем представительницам прекрасного пола? Например, та же Зигфирида была не совсем обычной женщиной, и интересы у нее вполне могли быть весьма специфичными.

Мой собеседник удивленно посмотрел на меня.

— Зачем? — спросил он.

Он что, сам не понимает, что испытывает к ней симпатию? Да нет, вряд ли. Управляющий поместьем Кастельморов человеком глупым явно не был. К тому же он был уже в возрасте и должен был понимать, какие чувства и к кому он испытывает. Тогда почему он не хочет попробовать? Неужели боится быть отвергнутым?

Не-е-е, вряд ли.

Фредерик был мужчиной не из робкого десятка, и наверняка за всю свою жизнь у него были женщины, и думаю, не мало. А может, он боится, что я не одобрю их союз? Ну или дело вообще в самой норскийке. Ладно, в любом случае, это дело не мое. Они взрослые люди и сами во всем разберутся.

— Так что с вами случилось? — спросил Фредерик, когда я добрался до яичницы с сыром. — Выглядите неважно.

— Проводил один эксперимент, — ответил я ему — Не переживай, скоро восстановлюсь, — добавил я и, взяв в руки небольшую плошку с вареньем, обильно намазал его на хлеб, перейдя к десерту. Сахар сейчас мне был как нельзя кстати.

Дворецкий покачал головой, но никак не прокомментировал мои слова.

— А что с гильдией строителей? — вернулся я к вопросу о пристрое, ибо если не сейчас, а необходимость в дополнительных комнатах уже существовала, то рано или поздно он все равно бы понадобился. Я собирался возвращать фамилии Кастельморов былую славу, поэтому в недалеком будущем намеревался расширить не только поместье, но и прилегающую к нему территорию. Особенно меня интересовало увеличение площади оранжереи.

Плюс, мне точно в ближайшее время понадобится толковый садовник или еще лучше, травник, который возьмет на себя заботу о растениях в оранжерее и желательно в Карнатском лесу, так как я собирался посвятить всего себя изучению свойств тех или иных растений, а не их выращиванию.

— Заходил, — кивнул мой собеседник. — Управляющий, господин Жан Бастиа, сказал, что ему нужно приехать и посмотреть все на месте. Без этого он не сможет составить грамотную смету, — добавил управляющий поместьем, чем совершенно не удивил меня.

— Хорошо, тогда так и сделаем, — ответил я Фредерику.

— Собираетесь в город? — удивился вояка.

— Да, но не сегодня, а завтра, — сказал я дворецкому и, выпив стакан молока, поднялся из-за стола. — Фу-х, — я облегченно вздохнул, когда от чувства голода не осталось и следа, и силы начали понемногу возвращаться ко мне.

Я почувствовал себя гораздо лучше, и теперь можно было заниматься делами.

— Господин, вы не забыли, что в городе эпидемия? — вслед за мной из-за стола встал и Фредерик.

— Нет. И именно поэтому я и собираюсь посетить Сент-Эрен, — ответил я собеседнику. — Нужно начать возвращать известность семье Кастельморов и нет ничего лучше, чем сделать это разобравшись с неизвестной эпидемией, охватившей целый город, — добавил я и пошел к выходу из столовой.

Древний род в единственном наследнике которого я переродился, специализировался на изготовлении лекарств, и лучший повод заявить о себе, это попытаться помочь людям близлежащего города. Если мне удастся это сделать, то слухи о смелом дворянине, который не побоялся войти в зараженный город, а затем еще и спас его, быстро разлетятся по округе и это сильно сыграет мне на руку. Осталось только воплотить все это в жизнь.

Чтобы не тратить на это время завтра, а я планировал уехать из поместья ранним утром, я решил собрать сумку прямо сейчас. Поэтому сначала зашел в комнату, а затем сразу же отправился в оранжерею, где провел несколько часов, изучая записи Кастельморов о различных эпидемиях и их симптомах.

Ничего из того, что описал мне Фредерик, я там не нашел, поэтому в Сент-Эрене, видимо, придется импровизировать. Пока я занимался изучением материала, наступило время обеда, а затем и ужина, который застал меня в лесу за поиском полезных лекарственных трав, коих тут было превеликое множество.

Помимо этого, я нашел несколько разных видов грибов, которые, судя по их цвету, наверняка должны были быть ядовитыми. Поэтому их я тоже забрал с собой. Благо в записях Люка я что-то видел на эту тему.

— Ужин готов, господин, — произнес Фредерик, когда я вошел в поместье. Когда я недовольно на него покосился, управляющий кивнул на двух ребят и Арлетт, что протирали в холле пыль.

— Спасибо, Фредерик, — ответил я дворецкому и прежде чем отправиться есть, поднялся к себе в комнату, где вымыл руки, а заодно проверил, как там поживает мое магическое ядро.

Закрыв глаза, я сконцентрировался и с удивлением для себя обнаружил, что яд белоснежного убийцы был практически полностью выведен из организма, и в теле оставалось совсем немного некротических частичек, которые я мог убрать прямо сейчас. Этим я и занялся и даже практически успел это сделать, когда в дверь вдруг постучали. И я точно знал, что это был Фредерик.

— Заходи, — ответил я, открывая глаза и вставая с кровати.

«Пока ем, ядро справится само», — решил я и посмотрел на дворецкого, который зашел в мою комнату.

— Что-то случилось? — спросил я управляющего поместьем.

— К вам гости, — ответил он.

Хм-м, интересно. Кто это мог быть в такое позднее время?

— Хорошо, — кивнул я и, накинув на себя камзол с гербом дома Кастельморов, а заодно прихватив с собой шпагу, которая еще больше делала меня похожим на настоящего аристократа, коим не был Василиск, но был Люк, в теле которого я находился, я вышел из комнаты и пошел вслед за управляющим. — Ты знаешь этого человека? — спросил я Фредерика.

— Нет, — дворецкий покачал головой. — Он представился как Огюст Шален, — добавил мой собеседник. — И, судя по его словам, прибыл он из Ланона.

«Хм-м, интересно», — подумал я, выйдя вслед за управляющим к лестнице, где увидел мужчину лет сорока, невысокого роста и плотного телосложения, пухлое лицо которого выражало интерес, стоило незнакомцу меня увидеть.

— Добрый вечер, — спустившись на первый этаж, поздоровался я с гостем, который при моем появлении, будто ошпаренный, вскочил со стула, на котором до этого сидел.

— Добрый вечер, господин, — он вежливо склонил голову. — Мое имя Огюст Шален. Я направлен в город Ланон канцелярией Людовика Мудрого, — произнес он и выудил из кармана своей куртки письмо. — Вот, — он сделал несколько шагов в моем направлении и вручил его мне.

Я посмотрел на печать, которая, разумеется, была мне незнакома.

— Это печать короля, — прошептал дворецкий мне на ухо.

Ого! Интересно. Я достал один из метательных ножей, которые всегда были при мне и висели в ножнах на ремне сзади, и аккуратно вскрыл конверт, после чего ознакомился с содержимым. Затем я отдал письмо Фредерику.

— Значит, король говорит, что я должен оказать вам любое содействие в решении проблемы с эпидемией в Сент-Эрене? — задумчиво произнес я, смотря на мужчину, круглое лицо которого выражало обеспокоенность.

— Да, господин, — кивнул он. — Я слышал о несчастье, которое постигло вашу семью, и выражаю вам свои соболезнования. Но мне нужна ваша помощь. Если верить информации, которую я получил в канцелярии, эпидемия, с которой столкнулись жители города, имеет магическое происхождение. И нужно не только справиться с ней, но и выяснить причины ее возникновения, — произнес он, виновато смотря на меня. — Ваша семья, господин, славится своими познаниями в области медицины, поэтому король Людовик Мудрый и поручил это дело вам, а меня направил к вам в помощь, — добавил гость, нервно переминаясь с ноги на ногу.

— Хорошо, — кивнул я. — Фредерик, сопроводи нашего гостя в столовую. Я тоже к вам скоро присоединюсь, — произнес я и, выйдя из дома, направился к оранжерее, где у меня лежали все записи Люка.

Уже возвращаясь в поместе, я столкнулся с Фредериком.

— Что думаешь? — спросил я управляющего.

— Не знаю, — он озадаченно покачал головой, а затем вернул мне письмо. — Очень странная ситуация, — поделился он со мной своим мнением.

— Почему? Думаешь, хотят убрать меня с помощью эпидемии? — усмехнулся я.

— Возможно, — кивнул дворецкий.

— Но ведь Рошфоры уже пригласили меня на охоту, где собираются сделать это. Зачем придумывать еще и это?

— Не знаю, господин, — ответил мой собеседник, видимо, позабыв, о чем я его просил. — Но, как я уже сказал ранее, не нравится мне эта ситуация. Мне, конечно, повезло, и я успел покинуть город, пока из него еще выпускали людей. Но я думаю, что существует вероятность, что город окончательно закроют на карантин и даже вас статус благородного не позволит вам покинуть его стены, — пояснил причину своего беспокойства Фредерик.

— Понятно. Значит, нам нужно просто справиться с этой эпидемией, — усмехнувшись, ответил я собеседнику.

— Но вы же слышали слова этого Огюста о том, что мор в Сент-Эрене имеет магическое происхождение и…

Он оборвал предложение, так и не закончив его.

— Прошу меня простить, господин, — извинился дворецкий. — Я забыл, что вы…

Он снова замолчал, ибо, как и я, понимал, что у дома есть уши. Нас могли услышать другие жители поместья, и даже если верить в их абсолютную преданность, подобные знания все равно могли оказаться для них очень опасными. Это понимал я, и, видимо, понимал и Фредерик, в очередной раз доказывая, что он совсем не глупый человек, коим мог показаться на первый взгляд.

— Пойдем, не будем заставлять гостя ждать. Это невежливо, — произнес я и первым зашел в поместье, рядом со входом в которое и встретил меня дворецкий. Спустя пару минут я уже сидел за столом вместе с Огюстом Шаленном, от которого я узнал, что он один из эпидемиологов Людовика и занимается как раз эпидемиями магического происхождения.

Услышав это, я, разумеется, проверил, является ли мой гость магом. И да, он им был. Причем довольно сильным. Хотя рано было утверждать подобное, так как я не видел других магов, кроме Габриэля Рошфора, которого я забыл проверить.

Вывод же о том, что Огюст может быть сильным обладателем магических способностей, я сделал на основе размера наших магических сердец. У Шаленна оно, к слову, было хорошо развито и выглядело довольно прочным, не в пример моему. Хотя я только начал его развивать и все у меня было впереди.

— Получается, по приказу короля мы должны отправиться в город и справиться с эпидемией? — спросил я, и Огюст кивнул. — А у вас уже есть какие-то сведения об этой болезни? — поинтересовался я.

— Немного, господин, — ответил мой собеседник. — Инфицированные появились всего несколько дней назад, но зараза оказалась настолько сильной, что сейчас заражен практически весь Сент-Эрен.

— Смертность? — уточнил я.

— Пока зафиксировано всего пять смертей. Все были стариками, — ответил Огюст.

— Значит, наиболее подвержены смерти люди со слабым иммунитетом, — задумчиво произнес я. — Вы сказали, что эпидемия ранее вам незнакомая?

— Нет, господин. Я…

— Чтобы было проще, зовите меня просто Люк, хорошо? — предложил я собеседнику.

— Хорошо, — кивнул Шаллен. — Да, раньше я о подобных симптомах не слышал. Болезнь поражает желудок и легкие, вызывая тошноту и затруднение дыхания. Помимо этого, в местах поражения органов образуются струпья, которые, если лопаются, выделяют зеленый гной.

— Зеленый? — удивился я.

— Именно. Сначала мы подумали, что это какая-то запущенная версия Зеленой хвори, но потом пришли к выводу, что это не так. Разобраться во всем этом меня и направили в Сент-Эрен. По дороге, согласно распоряжению королевской канцелярии, я должен захватить вас, и уже вместе нам необходимо справиться с этой болезнью, — ответил собеседник. — И да, не посчитайте меня наглецом, Люк, но будет лучше, если мы отправимся немедленно, — виноватым голосом добавил он.

Хм-м. Видимо, дело и правда очень серьезное, раз король требует такой спешки.

— Хорошо, — кивнул я и встал из-за стола. — Вы на карете?

— Да, она ждет у входа, — ответил Огюст, по виду которого было видно, будто бы у него от сердца отлегло, когда он услышал мой ответ.

— Отлично, тогда мне нужно немного времени на сборы, и мы можем выезжать, — ответил я эпидемиологу из канцелярии короля и громко произнес. — Фредерик, собирай вещи, я отправляюсь в Сент-Эрен.

Глава 13

Карета, запряженная четверкой гнедых лошадей, мчалась по ночному тракту, а я, в свою очередь, наслаждался комфортом. Ведь, несмотря на скорость, которая была несравнима с той, что могла «выдать» наша телега, и неровность дороги, внутри было настолько удобно находиться, что казалось, будто бы мы движемся не по земле, а по воде. Так плавно она шла.

«Когда разбогатею, куплю себе такую же», — подумал я, наблюдая за тем, как увлеченно Огюст читает записи семьи Кастельморов о различных эпидемиях.

— Не знал, что у вашей семьи в руках такое сокровище! — оторвавшись от чтения, возбужденно произнес эпидемиолог короля. — Это же… Это же просто невероятно!

— Рад, что вы нашли записи полезными, — улыбнувшись реакции Шалена, ответил я мужчине. — Если хотите, могу сделать копию. Не бесплатно, конечно, но…

— Я согласен! — не задумываясь, ответил мой собеседник. — Я запрошу необходимые средства в канцелярии и обязательно выкуплю у вас копию этого сокровища! — руки Огюста аж дрожали от переполняющего его волнения.

Вот это, я понимаю, преданность человека делу. Именно благодаря таким, как Шален и делалось большинство открытий как в моем мире, так и наверняка в этом. Ведь нужно по-настоящему любить свое дело, а не заниматься им ради наживы, как делали многие.

— Хорошо, — ответил я эпидемиологу. — У вас уже есть идеи насчет того, как мы будем лечить заразу? — поинтересовался я.

— Пока нет, так как нужно сначала посмотреть на зараженных, — задумчиво произнес Огюст. — Кстати, вы так быстро согласились поехать со мной, что я даже не предупредил вас о том, что вы можете не беспокоиться о том, что заразитесь в Сент-Эрене болезнью, которая прогрессирует там, — добавил он и продолжил. — Хотя не могу не похвалить вашу самоотверженность.

«Ну, за меня-то он зря переживает», — подумал я, глядя на добродушное лицо мужчины, которое так и светилось оптимизмом.

Хотя, стоп. Он же не знает, что я обладаю ядовитым ядром и многие яды мне вообще нипочем. Тогда почему он так решил?

— О чем вы, Огюст? — решил я уточнить этот вопрос.

— А, не успел вам сказать, что я маг. У меня дар к магии света, и я владею заклинанием Очищения, которое может нейтрализовать негативное влияние любой заразы, — пояснил он. — Иными словами, вы не сможете заразиться от инфицированных никаким из доступных путей заражения, будь то отравленный воздух, прямой контакт, вода, еда и так далее, — добавил он и по-доброму улыбнулся.

Не надменно, а именно по-доброму. Хм-м, получается, он из благородных, раз обладает магическим даром? Я задал этот вопрос собеседнику.

— Нет, Люк, но в скором будущем надеюсь получить титул, — мечтательно ответил он. — Мне он не особо нужен. Меня полностью устраивает порядок вещей, сложившийся за то время, что я живу. Я занимаюсь любимым делом, имею возможность вести исследования и помогать людям. Но для своих детей я хочу лучшего будущего. Не хочу, чтобы на них смотрели, как на меня, — произнес он, и я заметил, как Огюст сжал кулаки, да так, что они побелели.

Видимо, многого ему пришлось натерпеться от благородных… Хотя не удивительно, в моем мире ситуация была не лучше. Просто я рос немного в другом обществе, а с благородными имел дело только когда получали от гильдии на них заказ.

— У вас уже есть дети? — спросил я.

— Да. Мальчик и девочка, — ответил мой собеседник. — Думаю, если мы справимся с эпидемией в Сент-Эрене, король присвоит мне титул. Я много сделал для Галларии, и надеюсь, король понимает это, — он тяжело вздохнул.

— А часто люди, не являясь благородными, рождаются с даром магии? — поинтересовался я у Огюста, пока была такая возможность.

Человеком он был умным и наверняка мог сказать мне по этому поводу много всего интересного.

— Нет, не часто, — ответил он. — Но я думаю, что во мне течет благородная кровь, — произнес он, и на его губах появилась грустная улыбка. — Думаю, я бастард, — добавил он.

Ого, так легко об этом говорит… Этот человек начинал мне нравится все больше и больше.

— И даже несмотря на магию, ваш род отказался от вас? — удивленно спросил я.

— Меня подбросили в церковь, где я вырос в приюте, — ответил мой собеседник. — В шестнадцать лет во мне пробудился дар, или, если изъясняться научными терминами, произошла магическая инициация. Оказалось, что у меня довольно редкий дар к магии света. Благодаря церкви меня зачислили на одно из бесплатных мест в Королевской магической академии, которую я закончил и попал в канцелярию Людовика Мудрого, в отдел, занимающийся эпидемиями. Вот, собственно, и все, — вкратце поведал о себе Шаллен.

— Понятно, — ответил я. — А много было учащихся в Академии, когда вы были там? — спросил я, чтобы прикинуть количество потенциальных магов в Галларии.

— Хм-м, — Огюст задумался. — Думаю, около тысячи, — ответил он.

«Ну надо же, неплохо. Даже очень неплохо! В моем мире такого большого количества одаренных в одной стране точно не было. Значит, маги в этом мире не такая уж и большая редкость. Что ж, это очень ценные знания».

— Понятно, спасибо, — поблагодарил я собеседника. — Получается, у вас редкий дар стихии света? И на что вы способны? — спросил я Шаллена, ибо мне до сих пор было интересно узнать насколько сильны маги этого мира.

— Если честно, на многое, — ответил Огюст и скромно улыбнулся. — Могу накладывать заклинание, при котором ни одна зараза, хворь и так далее не сможет воздействовать на организм, защищенный моим заклинанием. Могу очищать и обеззараживать воду, будь она трижды заразна, проклята или еще чего хуже. То же самое могу делать и с кровью. Ну и остальное понемногу. Вроде создания светоча или ярких вспышек, — добавил эпидемиолог, чем в очередной раз удивил меня тем, насколько более развита была магия этого мира по сравнению с моим.

— А заживлять раны вы можете? — решил уточнить я.

— Нет, — он покачал головой. — Лечение и заживление ран, увеличение регенерации тела и тому подобное — это немного другая специфика магического дара, к которой мой не предрасположен, — ответил мне собеседник.

Хм-м, интересно. Тут еще и различные специфики магии есть внутри определенного дара. Как хорошо, что я поехал в Сент-Эрен именно с Огюстом, который был просто кладезем информации о вещах, о которых я не мог узнать у кого-то из «домашних».

— Получается, что даже два человека, обладающих магическим даром, скажем, огня, могут иметь разные заклинания? — решил уточнить я.

— Именно, — кивнул Шален. — Могу сказать даже больше. Случается, что даже дети благородных от одних и тех же родителей могут обладать предрасположенностью к совершенно разным заклинаниям, — пояснил мой собеседник. — Над этим феноменом сейчас работают лучшие умы Галларии, но, судя по тому, что я знаю, пока безрезультатно, — добавил Огюст.

— Вы очень интересный собеседник, месье, — честно признался я эпидемиологу.

— Взаимно, Люк, — добродушно ответил собеседник. — Я читал про вашу семью. Мне искренне жаль, что вас постигло такое несчастье.

— Мне тоже, — ответил я, понимая, что он имеет в виду. — Кстати, работая в канцелярии, вы ведь наверняка сталкивались с представителями знатных и влиятельных родов, так? — поинтересовался я.

— Разумеется, — кивнул Огюст.

— А вам знакома фамилия Рошфоров? — поинтересовался я и Шален усмехнулся.

— Со старшим сыном Рошфоров я учился в Королевской Академии. Винсент Рошфор был моим погодкой! — как будто бы с гордостью добавил мой собеседник.

— Этот человек чем-то знаменит? — поинтересовался я, и Огюст смерил меня настолько удивленным взглядом, что я сразу же понял, что сморозил глупость.

— Вы не знаете Винсента по прозвищу Багровый палач?! — удивленно воскликнул Огюст, и я отрицательно покачал головой. — Странно, — озадаченно добавил он. — Ваши владения находятся рядом и, если я правильно понимаю, вообще граничат друг с другом, разве нет?

— Все верно, — кивнул я. — Просто в связи с некоторыми событиями недавно я потерял память, поэтому сейчас я словно чистый лист и практически вся информация, которую я слышу, для меня нова, — ответил я собеседнику, придерживаясь своей легенды.

— Хм-м, интересный случай, — задумчиво ответил Шален. — Первый раз с подобным сталкиваюсь. Если не секрет, что конкретное с вами случилось? — поинтересовался мой собеседник.

— Мою семью отравили. Выжил только я. Но после того, как очнулся, совершенно ничего не помню, — ответил я Огюсту.

— Ой! Прошу прощения! — эпидемиолог засуетился. — Я не знал. Примите мои соболезнования, — виновато произнес он и опустил глаза вниз.

— Все в порядке, вы же не знали, — спокойно ответил я. — И да, земли Рошфоров действительно соседние нашим. Проезжали через них? — поинтересовался я, решив сменить тему.

— Да. Повезло им с землей. Мало того, что им достался большой кусок от Роа до моря Черепа, так еще и недавно Людовик Мудрый позволил им забрать земли ближайшего соседа. Если я правильно помню, то это были Де’Франсоны, последний наследник которых погиб на войне, — ответил мне Огюст. — Кстати, земли им отдали как раз из-за того, что Винсен Рошфор совершил очередной подвиг, — добавил мой попутчик.

— Да? И чем же он отличился? — поинтересовался я.

— Сжег целое элитное кавалерийское подразделение Иллерийцев под предводительством самого Карлоса Де’Кастилья, прозванного Непробиваемым, — ответил Шален. — Та стычка, в которой он участвовал, могла привести к поражению в спорных землях близ Острого пика. Но благодаря Винсенту, чья атакующая огненная магия не знает равных, нам удалось победить. Кстати, Карлос Де’Кастилья взят в плен, и теперь его можно будет выгодно обменять на кого-нибудь из наших командиров, — закончил эпидемиолог.

«Вот значит как. Интересно, насколько же сильная у этого Винсента магия?» — подумал я, обдумывая услышанные слова.

— Вы сказали, что командира кавалеристов взяли в плен, но при этом он ведь сам вел свою роту конницы, по которой ударила магия Рошфора. Так? — увидел я небольшую несостыковку в рассказе Огюста.

— Верно, — кивнул он. — Он выжил благодаря тому, что тоже маг, — ответил мой спутник.

— А, вот оно что, — задумчиво ответил я. — А вы бы пережили такую магическую атаку? — спросил я у Огюста, и он задумался.

— Сложный вопрос, — почесав подбородок, ответил он. — Если бы потратил всю магию на защиту, то возможно, — добавил он. — Если бы успел, конечно же, так как это не так уж и легко. Заклинание Винсента Рошфора под названием Огненное Возмездие, помимо того, что обладает невероятной поражающей силой, еще и крайне быстрое. Во всяком случае, мне так говорили, ибо сам я не видел его магию в действии, — добавил Огюст, снова дав мне полезную информацию о магах этого мира.

Получается, что здесь, как и в моем мире, с помощью магии можно было защищаться, а не только усиливать тело, делая его сильнее, быстрее или придавая ему элемент. Хотя, по сути, техники защиты и техники усиления имели одну общую базу, просто работали немного по-другому. Многое бы отдал, чтобы посмотреть на боевого мага этого мира в действии…

«Вскоре, тебе предаставится такой случай», — вспомнил я о приглашении Рошфоров на охоту.

Может, зря я все же согласился? Если потомки этого рода настолько сильны, что способны сжигать целые подразделения солдат, то я со своим уровнем силы немногое смогу им противопоставить.

Я закрыл глаза и сконцентрировался.

«Ого!» — каким же было мое удивление, когда оказалось, что, справившись с ядом цветка и поглотив его, мое ядовитое ядро и энергетическая паутина каналов заметно окрепли, причем в разы сильнее, чем когда я впитал яд Габриэля Рошфора или избавил тело Поля от Зеленой хвори.

— Люк, с вами все в порядке? — послышался голос Огюста, отвлекая меня от созерцания своей окрепшей магической системы.

— Да, вполне, — ответил я. — Просто немного устал. Я не до конца выздоровел, и на меня порой накатывает слабость, — добавил я и зевнул.

Несмотря на то, что общаться с эпидемиологом было очень интересно, а главное, познавательно, мой орагазим за то время, что я провел в этом мире, успел уже привыкнуть к определенному ритму. И чтобы чувствовать себя завтра бодрячком, мне не помешало бы отдохнуть.

Тем более, завтра нам с Огюстом предстоял не самый легкий день. Зараженный неизвестной хворью город, это вам не легкая прогулка по саду. Помимо самой заразы, были и другие факторы, вроде мародеров, которые всегда шли в ногу с подобными событиями, общий неустойчивый эмоциональный фон зараженных и многое многое другое.

— Ой, — спохватился Шален. — Прошу меня простить! — виновато произнес он. — Разумеется, отдыхайте. Мне все равно нужно кое-что почитать, — он достал из-под сиденья кожаную прямоугольную сумку и начал в ней копаться.

— Все хорошо, — улыбнулся я, наблюдая за его действиями, а затем достал из внутреннего кармана небольшую ампулу с ядом, которую я взял из специальной секции с зельями в лаборатории Кастельморов, собираясь капнуть пару капель себе на язык. Если верить описанию в каталоге, то этот яд должен был лишать отравленного им зрения.

То, что надо. Я уже собирался было опрокинуть всю склянку, но вовремя себя остановил. Случая с тем лепестком, мне хватило, чтобы впредь не предпринимать поспешных решений. Мало ли насколько Люк мог сделать этот яд сильным.

Откупорив крышку и с удивлением для себя обнаружив, что яд не имеет никакого запаха, аккуратно перевернул пузырек, заткнув горлышко указательным пальцем, а затем вернул его в изначальное положение. На кончике осталась капелька, которую я сразу же слизнул. Буквально в следующую секунду ощутил покалывание во всем теле, а глаза начали предательски слезиться. Затем зрение начало медленно ухудшаться, а перед глазами все «поплыло».

Ничего себе! Даже несмотря на сопротивляемость тела Люка ядам и токсинам, а также моему ядовитому ядру, яд оказался на удивление мощным. До окончательной потери зрения он меня, конечно, не довел, но понервничать заставил знатно. Благо, спустя пару секунд активировалось мое магическое сердце и поглотило всю отраву, возвращая мне зрение.

— С вами все в порядке? — обеспокоенным голосом поинтересовался Огюст.

— Да. Это лекарство помогает мне нейтрализовать побочный эффект яда, которым меня отравили, — соврал я.

— Так я могу вам помочь! — оживился мой сосед по карете. — Моя специализация как раз очищение организма от токсинов и ядов! И это касается не только крови! — он по-доброму улыбнулся. — Вам помочь?

Я выругался про себя. И зачем, спрашивается, врал? Но не говорить же Огюсту, что я добровольно пью яды, чтобы тем самым стать сильнее из-за специфики своего магического ядра.

— Спасибо, не стоит, — вежливо отказался я. — Семейный лекарь настоятельно рекомендовал, чтобы никто не вмешивался в его лечение, — добавил я, и в этот раз принял сразу две капли.

— А, хорошо, — ответил Шален, явно расстроившись моим отказом.

Я же в это время вновь боролся с ядом в организме, который на пару секунд всё-таки лишил меня зрения, так как доза была увеличена в два раза.

— А что вы принимаете? — поинтересовался Огюст, который оказался довольно любопытным.

Неплохая черта для работы, но не очень хорошая, если ты занимаешься не совсем обычным делом, которое очень сложно объяснить, чтобы человек все понял. Скорее даже невозможно.

— Специальные капли, которые были приготовлены нашей семьей, — одна ложь сразу же порождала другую. Это я знал, ибо вся моя прошлая жизнь была такой.

Хотя то, что я говорил Огюсту, ложью было лишь отчасти, так как содержимое пузырька действительно было приготовлено семьей Кастельморов. Просто это были не совсем капли…

— Понятно, — тем временем ответил мой попутчик. — Ладно, не буду вам мешать, — он снова уткнулся в какие-то бумаги. А я снова увеличил дозу и в этот раз принял уже четыре капли.

Когда я потерял зрение больше чем на минуту, от дальнейших экспериментов я решил отказаться. Дозы яда, который я сегодня принял, должно было хватить моему магическому ядру, чтобы оно поглотило его и стало еще сильнее. Ну а завтра с новыми силами можно было заняться и эпидемией.

На том я и порешил. Устроившись поудобнее на своем месте, закрыл глаза и сразу же погрузился в мир снов. Вот только долго поспать мне не удалось. Я резко проснулся от очень странного магического фона, который ощутил буквально несколько секунд назад. Но даже проснувшись, причем резко, вида я все равно не подал, поэтому просто зевнул и нехотя открыл глаза.

Мое внимание сразу же привлек Огюст, который, видимо, почувствовал то же, что и я. А буквально в следующее мгновение до нас донесся голос возницы.

— Брр! А ну, стой! — карета начала замедлять ход, пока окончательно не остановилась, а спустя какое-то время ее дверь открылась. — Дальше не поеду, — произнес возничий.

Эпидемиолог посмотрел на меня, а затем повернулся к мужчине.

— Но вы должны доставить нас до города, — произнес он. — Вы…

— Не поеду! — уверенно ответил он. — Да вы только гляньте, что там происходит! Лошади совсем не слушаются! — он отошел в сторону, тем самым уступая дорогу Огюсту и мне. Стоило мне выйти вслед за моим попутчиком, как я замер на месте, не веря своим глазам.

Да что у них тут творится…

Глава 14

Когда я спрыгнул с подножки на землю, то, как и Огюст, уставился в одну точку — на город Сент-Эрен, над которым кружилась огромная стая птиц.

— Я поехал… — испуганным голосом произнес возницы, а мы не стали ему мешать.

Помощи от него все равно ждать не приходилось. Вскоре возле города мы с Огюстом остались одни.

— Есть идеи, что там происходит? — поинтересовался я, кивнув на запертые ворота Сент-Эрена.

— Видимо, люди умирают, и это привлекло внимание летающих падальщиков, — он кивнул на птиц, кружащихся в утреннем небе. — Но так как они в воздухе, вероятно, власти города поступили правильно и тела сжигают, — добавил Шален. — Оттого и такой запах.

Да, пахло здесь и правда прескверно. А еще магическая аура… Я посмотрел на эпидемиолога.

«Интересно, а он чувствует, насколько смрадный здесь магический фон?» — подумал я, всем своим нутром ощущая «грязь» этого города.

Да уж, представляю, что ждет нас внутри. Скорее всего, магия Огюста действительно лишней не будет.

— Люк, позвольте, — голос Шалена отвлек меня от мрачных мыслей о том, что скрывают стены Сент-Эрена.

Я посмотрел на эпидемиолога, который протянул в мою сторону свою руку.

— Прошу, дайте мне свою руку, — попросил он, и я выполнил его просьбу.

Коснувшись моей ладони указательным пальцем, я вдруг ощутил магию этого человека. И какая же она была яркая и светлая! Первый раз в жизни я видел такую ауру. Такая яркая и светлая…

«Хм-м, интересно», — подумал я, когда увидел, как действует заклинание Огюста, взирая на него при помощи магического взора.

Оказывается, магическая энергия этого человека тонким слоем обволакивала все тело, создавая вокруг него защитный контур, который, судя по всему, не должен был пропускать никакую заразу внутрь.

При этом на магическое тело заклинание эпидемиолога не оказывало никакого влияния, что было мне на руку, ибо я понятия не имел, как мое ядовитое ядро и энергетическая паутина могли отреагировать на магию Огюста.

— Все, — Шален отпустил мою руку, а затем я увидел, как он использовал заклинание на себя. Вокруг него тоже был возведен защитный контур, и теперь мы могли двигаться в город.

— Насколько долго по времени действует твоя защита? — поинтересовался я у эпидемиолога.

— Пока не закончится магическая энергия, — ответил мой собеседник. — По средним прикидкам, если буду поддерживать магию на нас двоих, то думаю, что смогу продержать магический барьер больше десяти часов. Дальше начнется магическое истощение, которого допускать не хочется. Поэтому придется передохнуть, — задумчиво добавил он.

— Хорошо. Просто не думаю, что нам удастся все решить в этом городе за несколько часов, — поделился я своими мыслями.

— Согласен. Все в Сент-Эрене выглядит куда хуже, чем я думал, — ответил он, смотря на город.

— Тогда не будем терять времени, — произнес я и первым пошел в сторону городских ворот.

— Не думал, что вы окажетесь таким, — быстро нагнав меня, произнес эпидемиолог.

— Каким? — поинтересовался я.

— Хм-м, даже не знаю, как сказать… — он задумался. — Самоотверженным… решительным… отважным? — попытался подобрать он подходящее, по его мнению, слово. — Не всякий благородный решился бы пойти на такое опасное мероприятие.

— Так это же приказ короля, — ответил я, хотя на самом деле он тут был вовсе не при чем. Я все равно собирался в этот город, и хорошо, что мне посчастливилось добраться не только с комфортом, но и получить столько интересной информации из уст Огюста, который был сведущ в вопросах магии.

Благодаря этому человеку мне удалось заткнуть пару логических дыр касательно этого мира и тому, как работает здесь магия, за что я ему был очень благодарен. Плюс он наверняка окажется очень полезен внутри города, ведь с эпидемиями в этом мире он сталкивался во много раз больше, чем я. Встречал ли я эпидемии в прошлой жизни? Предостаточно! Работал ли я над их устранением? Конечно, нет. Профиль у меня был несколько другой. Вот устроить что-то подобное в стане войска врага? Ладно, не о том думаю…

Пока я размышлял над всем этим, мы приблизились к воротам, где парочка стражников со стен сразу же направили на нас свои арбалеты.

— В городе карантин, — неразборчиво произнес один из них, так как говорить ему приходилось через плотную ткань, повязанную вокруг носа и рта, тем самым закрывающую ему больше половины лица.

— Знаю, — спокойно ответил я, решив, что именно мне нужно вести разговор, ибо я был назначен королем за главного, а Огюст должен был помогать мне в этом деле. — Я барон Люк Кастельмор, а это Огюст Шален. Он работает в канцелярии самого Людовика Мудрого. Мы приехали, чтобы разобраться с эпидемией, — быстро изложил я стражнику суть нашего визита.

Воины на стене переглянулись.

— А бумаги какие-нибудь есть? — поинтересовался второй.

— Да, — громко ответил я, доставая письмо, с которым приехал Огюст.

Так как у меня был хороший слух, который я еще немного и магией усилил, от меня не ускользнул разговор городских стражников. Один из них, тот, что заговорил со мной первым, винил второго, мол, зачем спрашивал про бумаги, раз они оба читать не умеют. Я усмехнулся про себя комичности сложившейся ситуации, но из-за того, что терять времени даром мне не хотелось, пришлось на них прикрикнуть.

— Ну, я долго буду ждать?! — я посмотрел на стражников, и тех как ветром сдуло.

— Ну, они хотя бы соблюдают карантинный режим, — произнес Огюст, смотря на городские ворота, которые были всё еще закрыты.

А ведь он был прав. Не соблюдай власти Сент-Эрена карантинного режима, то зараженные люди могли покинуть город и распространить заразу, а это было чревато очень печальными последствиями.

В моем мире, например, халатность властей и стражи привела к тому, что в течение года, вместо одного зараженного города заразилась целая страна судьба которой ожидаемо оказалась трагичной. Надеюсь, в этот раз до такого не найдет.

Во всяком случае, я постараюсь подобного не допустить. И, думаю, Огюст тоже в этом заинтересован. Причем не только из-за титула. За то время, пока я был Василиском, я научился хорошо разбираться в людях. Шален точно был хорошим человеком.

— Интересно, сколько нас тут продержат? — тяжело вздохнув, произнес эпидемиолог, глядя на городскую стену, на которой стояли стражники. — А ведь уже можно было делать что-то полезное, — он покачал головой.

— Бюрократия, — я пожал плечами. — К тому же никто не хочет брать на себя ответственность, — добавил я и, повернувшись к воротам, посмотрел в сторону Сент-Эрена магическим зрением.

«Хм-м, странно», — я сконцентрировался и сначала перестал смотреть на город с помощью магии, а затем снова использовал магический взор.

Ерунда какая-то…

— Господа, — послышался голос со стены и я отвлекся.

Подняв голову, я посмотрел на источник голоса.

— Представьтесь, — произнес я, смотря на мужчину, нижняя часть лица которого тоже была замотана повязкой, как это было в случае стражников, поэтому сложно было определить его возраст.

— Маркиз Жан Де’Бордо, — назвал он свое имя.

Благородный, значит. Интересно.

— Барон Люк Кастельмор, — представился я.

— Огюст Шаллен. Отправлен с бароном разобраться с эпидемией в городе, — тоже представился мой спутник.

— О, барон, я был знаком с вашим отцом! — почему-то радостно воскликнул наш с эпидемиологом собеседник и тут же сбился. — Соболезную вашей утрате.

— Благодарю. Но может, впустите уже нас? Не с руки стоять под стенами города и перекрикиваться. Мы направлены по поручению короля. Поэтому распорядитесь уже, чтобы нас впустили. Мы устали с дороги и хотим поскорее заняться делом, — произнес я с наигранным раздражением в голосе.

Да, моя семья не была богатой. Но это не повод держать благородного под воротами.

— Прошу прощения, барон, — ответил Жан. — Сейчас ворота будут открыты, — уверил он нас с Огюстом, и куда-то ушел. А спустя несколько минут послышался звук открывающихся ворот, и одна из створок немного приоткрылась.

— Прошу, господа, заходите, — встречать нас вышел все тот же Жан Де’Бордо.

— Благодарю, — ответил я маркизу и, кивнув Огюсту, зашел в Сент-Эрен. После чего ворота сразу же закрылись за нами.

Я огляделся по сторонам, и мое внимание сразу же привлек небольшой кордон, составленный из скамеек, шкафов и прочей мебели, а также щитов, поддонов, разобранных телег и так далее. Помимо деревянной баррикады, так же были установлены и несколько вышек, на которых стояли арбалетчики. В общем, к защите стен от вероятного внутреннего прорыва подошли с большой ответственностью. Вот только они, похоже, не видели настоящего людского отчаяния, если думают, что это жалкое укрепление может удержать бегущих в панике и страхе толпы людей, которым уже нечего терять…

— Необходимые меры предосторожности, — произнес Жан, когда поймал мой взгляд, обращенный на баррикаду.

— Понимаю, — кивнул я. — Я так понимаю, многие попытались покинуть город, несмотря на предупреждение о карантине?

— Не сказать, что многие, — ответил маркиз. — После десятка смертей местные поняли, что нужно соблюдать установленные правила, — добавил он и усмехнулся.

Я его радостного настроения не разделял. Как, впрочем, и Огюст.

— Тела сжигаете? — спросил он.

— Да, — кивнул Жан.

— Сколько уже скончалось именно от эпидемии? — уточнил Шален.

— Около двух десятков. Все бедняки без крыши над головой, — ответил Де’Бордо.

А вот это уже интересно.

— Нам есть где остановиться? — спросил я маркиза. — Может, для борьбы с эпидемией вы организовали оперативный штаб или что-то в этом духе?

— Еще не успели, барон, — ответил Жан. — Эпидемия началась всего несколько дней назад, и было полно других дел, вроде борьбы с мародерами, подавления недовольств и всего того, что обычно сопровождает эпидемии, — добавил он и кивнул вперед. — Прошу за мной. Сейчас я провожу вас в гостиницу. Я специально приберег один свободный номер, и если вам, господин Люк, не составит труда поделить его с…

— Огюст Шален, — снова представился эпидемиолог.

— Прошу прощения, голова забита другими вещами, — произнес маркиз и продолжил. — Так вот, если вы согласны…

— Да, это не проблема, — произнес я, поняв, к чему ведет Де’Бордо.

— Отлично, — он кивнул. — И-и, вот мы пришли, — он вдруг остановился возле небольшого двухэтажного строения, на котором не было никаких опознавательных знаков.

— Это точно гостиница? — я смерил здание подозрительным взглядом.

— Да. Не беспокойтесь, барон. Вывеску сняли в целях безопасности, — пояснил Жан. — Прошу за мной, — он толкнул дверь, и вскоре мы оказались в помещении, весь первый этаж которого занимала таверна со стойкой посередине и двумя залами со столами и лавками, большая часть из которых была уже занята.

Народ пил. И, судя по их лицам, уже давно.

— Я распоряжусь о комнате, — сказал маркиз и пошел в сторону стойки.

— Что скажешь? — спросил я, повернувшись к Огюсту.

— Все не так плохо, как я думал. Город довольно чистый, мародеры по улицам не бегают. Похоже, стража пока не разбегается. Животных тоже пока не видел. Могло быть гораздо хуже, — поделился своим мнением Шален.

— А что скажешь о маркизе?

— Не знаю, — эпидемиолог пожал плечами. — Если это он все организовал, тогда я считаю, что он неплохо справился. Мне просто непонятно, почему благородный всем этим занимается. У города наверняка есть губернатор, а у него, в свою очередь, помощники, — задумчиво произнес мой собеседник, и я был с ним полностью согласен.

Хотя подозревать маркиза в чем-либо было слишком рано.

— Все, господа. Ваша комната располагается на втором этаже, в левом крыле, самая дальняя по коридору. На этом все. Нужно заниматься делами, — произнес он и собрался было удалиться, но я его остановил.

— Где вас можно будет найти, маркиз? — окликнул я аристократа, когда тот был уже у лестницы.

— В моем поместье. Оно располагается у восточной стены города, — ответил он. — Кстати, губернатор пока тоже живет у меня. А всех зараженных мы поселили в церкви Святого Густава, — добавил он. — Вот вам отличительные ленты, которые позволят вам беспрепятственно ходить по городу. Вот пропуска с подписью губернатора, если вас всё-таки остановят патрули.

Он передал нам две зеленые ленты с сургучной печатью и заколкой, чтобы можно было прикрепить на лацкан, и два листа пропуска.

— Есть еще вопросы?

— Пока нет, — я покачал головой.

— Отлично. Тогда желаю вам побыстрее решить проблему в Сент-Эрене, — подняв шляпу, он кивнул и удалился.

Когда мы с Шаленом остались наедине, он спросил.

— Вы точно не против делить комнату со мной?

— Нет, — честно ответил я. — Вы интересный человек и собеседник Огюст, — я улыбнулся. — И мне приятно ваше общество.

— Спасибо, — мой собеседник смущенно улыбнулся. — Тогда предлагаю оставить вещи в комнате и сразу же отправиться в церковь Святого Густава, чтобы посмотреть на больных.

— Хорошо, так и поступим, — ответил я. Но, учитывая ситуацию в городе, оставлять вещи в гостинице не стал. Благо я все равно путешествовал налегке.

Со мной они будут в большей сохранности, нежели здесь. А вот у Шалена вещей было на порядок больше, поэтому часть их все же пришлось оставить в номере.

Когда все дела в гостинице были улажены, мы сразу же отправились в сторону церкви.

* * *

Пока мы шли по улицам Сент-Эрена, я смотрел по сторонам и частенько «переключался» на магическое зрение. Так как в городе был карантин, то все жители сидели по домам, и единственные, кто нам встречался по пути, это были патрули городской стражи, которых, к слову, было довольно много. Они скользили взглядом по нашим лентам и не задавали лишних вопросов.

Я насчитал шесть штук, и в каждом из них было минимум по пять солдат, трое из которых были вооружены арбалетами. Когда мы с Огюстом встретили седьмой, я окликнул солдат и, поравнявшись с ними, спросил.

— Часто происходят нарушения карантина? — спросил я одного из стражников, стоявших во главе патруля.

— Нет, господин, — он покачал головой. — Господа, а вы не боитесь ходить без масок? — поинтересовался он, смерив нас обеспокоенным взглядом.

— За нас можете не переживать, — ответил я. — А ваши маски… Они ведь чем-то пропитаны? — спросил я, улавливая незнакомый мне аромат дистиллята и каких-то медицинских трав.

— Да, вот этим, — он выудил из внутреннего кармана мундира склянку с желтой жидкостью и протянул ее мне.

Маркировки на ней не было.

— Знаешь, что это? — спросил Огюста, протягивая ему пузырек.

— Думаю, да, — кивнул Шален, и откупорив пробку, пару раз взмахнул ладонью в свою сторону, чтобы привлечь к себе запах от горлышка. — Да, точно. Это настойка янтарника, лиловой ромашки и листьев ведьминой ивы, — он вернул пузырек обратно стражникам. — Недешевое средство, — повернувшись ко мне, произнес он.

— А кто вам их раздал? — я кивнул на склянку.

— Маркиз Жан Де’Бордо, — ответил стражник, чему я совершенно не удивился.

— Понятно. Спасибо. — я протянул ему пару пистолей, и мы с Огюстом отправились дальше.

— Вам не кажется это странным, Люк? — спросил меня эпидемиолог, когда мы отошли от патруля на приличное расстояние.

— Что именно? — спросил я.

— Хм-м, сложно это объяснить, — задумчиво произнес Шален. — Просто интуиция подсказывает мне, что в этой эпидемии, что-то не так, — сказал он и почесал подбородок.

— Что именно?

— Пока не знаю. Просто это не первое мое дело. И обычно развитие эпидемий в таких маленьких городах, как Сент-Эрен, происходит совершенно по-другому шаблону, а не как здесь. Нужно, конечно, будет сначала посмотреть на больных, но… — он сделал паузу. — В общем, я не знаю, — он покачал головой.

— Понял вас, — кивнул я Огюсту. — Думаете, стоит присмотреться к маркизу? — прямо спросил я.

— Не знаю, Люк, — в голосе моего собеседника появились нотки сомнения. — Нельзя подозревать человека, полагаясь лишь на одну интуицию, — Шален вдруг резко остановился.

Я проследил за его взглядом и увидел крысу, которая сидела рядом со сточной канавой и, судя по всему, что-то ела.

— Удивлен, что это первая крыса, которую мы видим, — произнес Огюст и уверенным шагом пошел дальше. Поняв, что я продолжил стоять на месте, эпидемиолог обернулся и удивленно посмотрел на меня.

— Люк, что с вами? — поинтересовался он, в то время как я не мог поверить собственным глазам.

А вернее, магическому взору и тому, что оно мне показывало.

Какого черта тут происходит?!

Почему у этой твари есть магическое ядро?!

Глава 15

— Люк, что с вами? — спросил Огюст в то время, пока я наблюдал за крысой, обладающей собственным магическим ядром или сердцем, как оно называлось в этом мире, и собственной паутиной энергетических каналов. Причем самое удивительное то, что наши ядра были одного цвета.

— Ничего, — ответил я Шалену, «переключившись» на обычное зрение. Благо мы спугнули крысу, и она, бросив свою трапезу, скрылась в канаве.

— Вы будто призрака увидели, — обеспокоенным голосом произнес эпидемиолог. — Не хочу вас обидеть, но на всякий случай уточню. У вас боязнь крыс? — прямо спросил он.

— Нет, — я покачал головой. — Просто задумался, — произнес я и пошел вслед за Огюстом.

«Животные с собственным магическим сердцем. Уж не про них ли мне говорил Фредерик?» — идя по зараженному городу, думал я, пока не дошел до того места, где мы увидели тварь. Проходя мимо, я понял, что это была кошка и тут вставал вопрос.

Была ли она мертвой в момент, когда крыса нашла ее, или же охотник сам превратился в жертву? Если проводить параллели с магическими зверями и теми же магами по отношению к обычным людям, то с большой вероятностью крыса, наделенная магической силой, могла без особых проблем убить кошку.

Не исключаю возможность, что даже и собаку, так как магия слишком уж сильно увеличивала резервы организма, ставя обладателя магического ядра на одну или даже несколько ступеней выше над обычным человек, а в случае крысы — над животным.

Тем временем мы продолжили путь в сторону церкви, и нам снова попался патруль. Только в этот раз у стражников были проблемы.

— Что случилось? — к тройке воинов, которые тащили на себе еще двух, мы подошли, когда те сделали привал, положив прямо на мощеную камнем городскую дорожку. Я переключился на магическое зрение и сразу все понял. В теле стражника курсировал магический яд, который был того же цвета, что и магическая система крысы, которую я видел до этого.

— Мы спустились проверить подвал одного из домов, так как услышали там подозрительные звуки! — начал тараторить один из воинов. — Луи и Тибольд зашли первыми! А потом на них накинулись крысы! Больше десятка! И вот, — он кивнул на лежащих, которые выглядели совсем плохо.

И это еще при условии, что на них была броня и мы не могли посмотреть, что творилось под ней. Судя по количеству яда в их организме, который скапливался у желудка и печени, одними струпьями дело точно не обошлось.

— Я займусь этим, — я кивнул на того стражника, в котором яда было больше. — А ты пока очисти кровь у второго! — сказал я Огюсту, и тот кивнул. — Вы! — посмотрел я на других воинов. — Стаскивайте с него броню! — приказал я троице, и те безоговорочно повиновались.

Кстати, стоит отметить тот факт, что и у двух других стражников, что тащили на себе раненых, в организме тоже был яд. Значит и их покусали. Просто меньшее количество раз.

Ну а тем временем, пока городская стража копошилась над своими, я закрыл глаза и сконцентрировался, пытаясь очистить сознание, чтобы было проще работать с зараженной маной.

Шалену, в отличие от меня, видимо, было гораздо проще, ибо как только он начал работать, я сразу же заметил его яркую и золотую магическую энергию. Благо сейчас я взирал на окружающее пространство с помощью магического взора, который был мне необходим для того, чтобы сразу поглощать яд из эпицентров его скопления.

— Готово, господин! — послышался голос стражника, и я подошел к раненому.

Так, сначала печень. Тогда его организму будет немного попроще, — подумал я и коснулся торса мужчины указательным пальцем прямо под грудной клеткой — там, где концентрация яда была больше всех. А затем просто, как я проделывал это ранее с Полем, начал медленно поглощать магическую отраву.

«Интересно», — была моя первая мысль, когда первая частичка яда попала в мое тело и сразу же растворилась в моей энергетической паутине.

Вслед за ней то же самое произошло и с остальным ядом, который, в отличие от Зеленой хвори, не оказал на меня какого-либо вредоносного воздействия, что было странно.

— Люк, — голос Огюста отвлек меня от работы.

Я посмотрел на эпидемиолога, который стоял справа от меня и с удивлением взирал на то, что я делаю.

— Подожди. Не отвлекай, — не отрываясь от процесса, ответил я, продолжая выкачивать яд из городского стражника, перейдя уже на желудок.

Так продолжалось несколько минут, за которые моя энергетическая система успела поглотить довольно много заразы и при этом немного укрепиться.

— Все, — я поднялся с колена, когда понял, что яда в «пациенте» практически не осталось.

К этому моменту, к слову, стражник уже не был похож на мертвеца, и к его коже понемногу возвращался здоровый оттенок кожи.

— Очистишь остальное? — спросил я Огюста, и тот, кивнув, коснулся зараженного рукой.

Шалену потребовалось секунд десять, чтобы закончить с пациентом.

Как я и предполагал, время, которое эпидемиологу требовалось для того, чтобы избавить организм от отравы, было пропорционально ее количеству в теле.

— Все, их жизням ничего не угрожает. Но ближайшие пару дней им лучше отлежаться и не переутомляться, — произнес Шален, когда закончил.

— Благодарю! Благодарю, господа! Если бы не вы, то их, вероятно, было бы уже не спасти! Мы обязательно отблагодарим вас. Обещаю, господа! Мы…

— Все в порядке, — остановил поток его речи Огюст. — Мы с бароном здесь как раз ради этого, — добавил он и приветливо улыбнулся.

— Бароном?! — в голосе воина прозвучали нотки страха. — Господин, я не знал…

— Не переживай, — спокойно произнес я. — Огюст прав, это действительно наша работа. Кстати, можете рассказать, где находится тот подвал, в котором на вас напали крысы? — спросил я стражника.

— Хм-м, — он задумался. — Думаю, вы не найдете, — произнес он и посмотрел на тех, что стояли на ногах. — Вивьен, покажи им дорогу, — приказал он, и воин вздрогнул.

Возвращаться туда ему явно не хотелось.

— Не переживай, подходить близко тебе туда не придется, — утешил я трусишку. — Просто покажешь пальцем издалека и можешь возвращаться к своим, — добавил я и посмотрел на Огюста.

Я хотел было попросить эпидемиолога вылечить стражника, так как в нем хоть и в малых количествах, но содержался яд крыс, но вдруг понял, что нужно кое-что проверить.

— Отойдем, — сказал я их главному, и мы с воином отошли в сторону. — Тебя ведь не кусали те крысы? — спросил я мужчину, и он отрицательно покачал головой.

— А их? — я кивнул на тех стражников, что стояли на ногах.

— Не знаю, господин, — он покачал головой. — Там было темно.

— Ясно, — ответил я. — Скажи ему, — я кивнул на Вивьена, который должен был проводить меня к подвалу, — чтобы он завтра зашел в гостиницу. Знаешь ту, у которой вывеску сняли? Она недалеко от ворот, — спросил я, и мой собеседник кивнул.

— А что, он тоже…

— Все вопросы потом, — перебил я стражника. — Просто сделай, как я сказал, — я хлопнул его по плечу, зная, что он не будет мне перечить. — Рано утром! — уточнил я время, после чего вернулся к своему напарнику и Вивьену. — Так, — я посмотрел на эпидемиолога. — Я пойду гляну тот подвал, а ты иди в церковь, хорошо?

Судя по его реакции, Огюсту очень хотелось мне отказать и не разделятся, но спорить он не стал.

— Хорошо, — понуро ответил Шален.

— Идем, — я кивнул Вивьену. — Веди, — сказал я городскому стражнику, и мы с эпидемиологом разделились.

Всю дорогу мой новый спутник молчал. Видимо, он не верил в то, что я ему сказал. К тому же явно была боязнь из-за того, что рядом с ним благородный. В итоге к нужному месту мы подошли спустя минут пять.

Подвал, темный зев которого уходил вниз, был расположен в торце длинного трехэтажного здания, которое явно было нежилое.

— Что здесь? — спросил я Вивьена, который старался стоять как можно дальше от входа.

— Мануфактура купца Андреаса Лиске, господин, — ответил он. — Он занимается пошивом одежды.

— Ясно, — кивнул я, понимая, что в здании пока никого нет.

— Люди работают в карантин? — спросил я.

— Нет, господин. — ответил стражник, продолжая с опаской коситься на подвал.

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Все, можешь идти, — произнес я и его как ветром сдуло.

Оставшись в одиночестве, я вновь воспользовался магическим зрением и зашел в открытую дверь, попутно достав из ножен шпагу и метательный нож.

Спустившись на пару ступеней, я остановился, чтобы зрение адаптировалось к тьме, и когда все стало черно-белым, не спеша пошел дальше. Спустившись вниз, я остановился перед запертой дверью.

«Ничего себе!» — моему удивлению не было предела, когда я увидел, сколько магических крыс находится за ней. Один, два, три. Четыре с лишним десятка. И все с магическим ядром такого же цвета, как и у меня.

Видимо, тут у них было гнездо, так как одна тварь немного отличалась от остальных. Будучи крупнее, размеры крысы достигали размеров крупной кошки, она, ко всему прочему, еще и имела более развитую энергетическую паутину.

«Интересно, эти твари могут ею пользоваться так же, как и я?» — подумал я, аккуратно касаясь засова, и начал медленно отодвигать его в сторону.

Несмотря на то, что я пытался скрыть свое присутствие с помощью магии, стоило мне коснуться двери, как твари с той стороны сразу же услышали меня. Каким же было мое удивление, когда они не разбежались и не попрятались в разные стороны, а наоборот, начали скапливаться возле двери, действуя как единый организм. Главная же крыса, наоборот, отползла к самой дальней стене и, скорее всего, за чем-то спряталась.

Умная тварь. Логично будет подумать, что именно она и управляла той стаей, которая собиралась напасть на меня, как только я открою дверь.

«Да, сейчас бы как никогда пригодилась какая-нибудь зажигательная бомба», — подумал я, смотря на подвал, в который мне не особо хотелось заходить.

Будь я собой прежним, я бы даже и бровью не повел, так как крысы, пусть и магические, не были мне соперниками даже в таком количестве.

Мне хватило бы и пары секунд, чтобы порубить тварей в фарш. Вот только сейчас я не был Василиском, и эти крысы могли представлять для меня большую опасность. Отравить они меня, конечно, не смогли бы, но вот покусать — вполне.

Плюс это был последний мой более-менее приличный камзол с гербом рода Кастельморов, который мне хотелось бы сохранить в целостности.

«Вернусь завтра, когда раздобуду что-то подходящее под такой случай», — решил было я и, выйдя наружу, увидел еще один патруль городской стражи, который уверенно двигался в мою сторону.

Остановились они примерно в десяти метрах от меня, причем трое из них сразу же взяли меня на мушку своих арбалетов.

— Стоять на месте, — произнес один из них, выйдя вперед. — Вы арестована за нарушение… — оратор вдруг замолчал и, повернувшись к своим, начал с ними о чем-то шептаться.

Я воспользовался магией и направил ману к ушам. Усмехнулся, когда услышал разговор городской стражи. Дело в том, что заговоривший забыл слово «карантинный», и никто из его подручных не мог ему этого подсказать. Пришлось сделать это самому.

— Карантинного режима. Да, знаю, — громко произнес я, и стражники оживились.

— Да! Карантинного режима! Бросьте оружие на землю! — приказал оратор, но я и не подумал этого делать.

— Вы говорите с бароном Люком Кастельмором. Меня сюда отправили по приказу Людовига Мудрого. Все необходимые бумаги у меня имеются. Так что прикажите своим, чтобы перестали в меня целиться! — я кивнул на арбалетчиков.

Мой собеседник растерялся.

— Мне долго ждать?! — надавил я, и меня наконец-то сняли с прицела, и воины поравнялись со мной.

— Прошу прощения, барон, — извинился воин. — У нас приказ.

— Все в порядке, — ответил я, краем глаза заметив, что эти стражники несли с собой ящик с какими-то бутылками.

Неужели смародерили?

— Что это? — спросил я, кивнув на ящик.

— Так это… Зажигательная смесь, господин, — ответил стражник. — Наша задача ходить и искать гнезда крыс, — добавил он, и мои губы расползлись в широкой улыбке.

То, что нужно! Свезло, так свезло. Я посчитал количество бутылок.

— Могу я у вас забрать две? — спросил я воина, указав пальцем на бутылки с горючей смесью.

— Так это, господин, они каждая под отчет, — ответил воин, явно мечтая быть где угодно, только не тут.

— Вы же должны убивать ими крыс, так? — спросил я.

— Да, господин, — кивнул мой собеседник.

— Отлично. Вон там, — я указал на подвал за моей спиной. — Логово этих тварей. Больше четырех десятков. Они уже успели ранить двоих из ваших, чуть не убив их. Я же собираюсь облегчить вам задачу и зачистить гнездо лично. Поэтому переспрошу, я могу позаимствовать две бутылки этой смеси? — я кивнул на ящик.

Городские стражники переглянулись, и воцарилась неловкая пауза. Было видно, что им почему-то не хочется отдавать мне зажигательную смесь, но и спорить со мной тоже.

Во-первых, я был бароном, а во-вторых, я привел весомые аргументы.

— Хорошо, забирайте, — тяжело вздохнув, ответил солдат, и двое других стражников поднесли ко мне ящик.

— Отлично, — я довольно улыбнулся и, убрав шпагу в ножны, взял в руки две склянки. — Как действует? — на всякий случай уточнил я.

— Да просто все, господин. Кидаете, она разбивается и сразу же загорается, а потом также быстро тухнет, — ответил мой собеседник.

Хм-м, интересно. Получается, при контакте с воздухом содержимое бутылки самовоспламеняется, а потом еще и сама затухает, тем самым предотвращая возможность пожара. Очень удобно, особенно для подобных зачисток.

Надо будет взять на вооружение и затем как следует изучить эту смесь. Ну а пока…

Я уверенным шагом направился обратно вниз.

— Вам помочь, господин? — послышался голос стражника за спиной.

— Если часть крыс выбежит наружу, то убейте их, — крикнул уже возле двери я, после чего резко дернул засов. Мгновенно после этого я ловко метнул в собравшихся в кучу крыс сначала одну склянку, а вслед за ней и вторую, туда, где пряталась их главная, после чего резко закрыл дверь.

Полыхнуло так полыхнуло!

Даже находясь с другой стороны двери, я ощутил, насколько силен жар, что высвободился при взрыве склянок.

«Ну, была не была», — подумал я. После чего, вооружившись шпагой и метательным ножом, аккуратно открыл дверь, зная, что часть крыс остались живы.

Это мне подсказывало магическое зрение, благодаря которому я мог наблюдать, как магические твари носятся по подвалу, в то время как их предводитель, ну или предводительница наоборот, даже с места не сдвинулась. А все потому, что от огня ее защищали другие крысы.

«Неплохой маневр», — оценил я, когда тварь побольше заставила своих более мелких собратьев облепить себя со всех сторон, создав тем самым живой щит, который позволил не подпустить огонь к ее собственной шкуре.

Оказавшись внутри и видя все в черно-белых тонах, я сразу же двинулся к главной крысе. Вонь здесь стояла просто ужасная, но я, не обращая на нее внимания, продолжил двигаться вглубь подвала, попутно добивая магических крыс, что каким-то чудным образом выжили после того ада, что я им тут устроил. Благо, двигались они очень медленно, поэтому мне не составило труда добивать их даже без усиления себя магией.

А вот с их главарем я без усиления сражаться не хотел. Поэтому заставил магическое ядро немного «поработать», и оно послушно начало «накачивать» магическую энергию в паутину энергоканалов.

— Неплохо, — резюмировал я, когда, подойдя к самой дальней стене, возле которой прятался «крысиный босс», что, судя по потокам маны, которые я видел с помощью магического взора, не сильно-то и пострадал в результате моих атак. Придется добить вручную.

Я с помощью шпаги начал отшвыривать верхние слои «мясного буфера» крысы, попутно добивая тех, что еще были живы. Чем ближе я приближался к главной твари, тем было больше живых и быстрых магических зверей. Они мало пострадали от огня и теперь кидались на меня, стоило мне убрать с них мертвые туши сородичей.

Вот только я был в разы быстрее, поэтому все они сдохли. И когда я практически «докопался» до своего «приза», я вдруг заметил ярко-зеленую вспышку. Только благодаря магии я успел среагировать и закрыть рукой глаза.

Оказывается, тварь могла колдовать…

Глава 16

Моему удивлению не было предела, когда я понял, что магическая крыса сейчас использовала какое-то заклинание, позволяющее ей выстреливать ядом.

Среагировал я моментально. Быстрый выпад и моя шпага, пробив глаз крысы, вошла в мозг, убив ее на месте.

— Интересно, — задумчиво произнес я, смотря на свою кожаную перчатку, которая пришла в негодность из-за того, что яд магической крысы разъел ее и попал на кожу, оставив на ней небольшой ожог.

Не усиль я себя магическим ядром, последствия этой атаки могли оказаться куда хуже. Не будь у меня устойчивости к яду, я бы сейчас корчился на грязном и обожженном полу в смертельных муках.

Сняв перчатку, я выбросил ее, а затем наклонился и поднял магического монстра за хвост. Как мне показало магическое зрение, тварь действительно оказалась размером с кошку, причем крупную и весила не меньше пятнадцати — шестнадцати килограмм.

Крепкое тело, хорошо развитые мышцы, черная шерсть и длинный розовый хвост. По сути, она ничем не отличалась от других своих сородичей, кроме размера. Хотя… Эти глаза изумрудного цвета до сих пор источали в темноте подвала едва заметное холодное свечение.

«Возьму эту тварь с собой», — решил я и спокойно пошел на выход.

Выйдя из подвала и поднявшись по лестнице, я вышел наружу под удивленные взгляды стражников, которые были прикованы ко мне и к тому, что я нес в руке.

— Я зачистил гнездо, — произнес я, кивнув себе за спину. — Как раз сможете отчитаться за две потраченные бутылки, — добавил я и хотел пойти в церковь, но стражник, с которым я разговаривал до этого, меня окликнул.

— Постойте, барон!

Я удивленно обернулся.

— У вас в руке крыса, — неуверенно произнес городской стражник.

Какой догадливый.

— Да. И что? — спросил я.

— Но так нельзя, господин, — мой собеседник посмотрел назад, ища поддержку у остальных воинов, но те и не подумывали вмешиваться.

Потупив и опустив взгляд вниз, они начали изучать мостовую, при этом так рьяно, будто бы от этого зависела вся их жизнь.

— Почему? — холодно спросил я.

Да, я понимал, что в целях безопасности города не стоит расхаживать по нему с чумной крысой, которая, скорее всего, и стала причиной эпидемии. Но мне был нужен этот экземпляр, поэтому уступать своему собеседнику я не собирался.

Если что, задействую свое благородное происхождение.

— Но как… Она же заразная, господин, — надо отдать воину должное, он оказался храбрее, чем остальные.

— Мне нужно изучить ее, чтобы понять, как бороться с эпидемией, — ответил я. — Если что, все вопросы к маркизу Жану Де’Бордо, — добавил я и, развернувшись, пошел дальше.

В этот раз возражать он мне не посмел.

* * *

Когда я подошел к церкви, первыми, на кого я наткнулся, были все те же городские стражники, которые сторожили единственный вход в церковь Святого Густава, что стала приютом для всех зараженных.

— Стоять! — выкрикнул один из воинов, увидев меня и тушку крысы, которую я нес.

И в очередной раз за день меня снова взяли в прицел арбалетов.

Зачем мне вообще выдали эту нагрудную ленту, если на нее никто не смотрит? Мне что, глашатая нанять, чтобы он везде ходил за мной и во всеуслышание кричал, что я барон и что я прибыл в этот город по приказу короля?! Да, они, конечно, были не виноваты, но понемногу меня уже начало это раздражать.

Нужно будет сказать маркизу и губернатору Сент-Эрена, чтобы они уже предупредили городскую стражу обо мне и Огюсте и о нашей миссии здесь.

— Опустили оружие! — холодным тоном, приказал я. — Я барон Люк Кастельмор! И я здесь по приказу короля! — я смерил воинов уничтожающим взглядом. — Ну!

Стражники переглянулись и опустили арбалеты.

— Огюст Шален уже там? — спросил я, продолжая смотреть на воинов недовольным взглядом.

— Да, господин, — растерянно ответил один из них.

— Отлично, — я подошел к двери, ведущей в церковь, но вдруг вспомнил, что у меня в руках трофей, который хоть и ценный для меня, но нести его внутрь будет неблагоразумно. — Посторожите, — я бросил магическую крысу к стене, а сам открыл дверь и зашел внутрь.

Стоило мне оказаться внутри, как аура сразу изменилась. И сейчас я говорил не о магии.

Оказавшись в церкви, я сразу ощутил апатию, тлен, безысходность и страх, которые царили здесь. И казалось, что протяни руку и каждой из этих отрицательных эмоций можно было коснуться, настолько они были сильными. И лучом света во всем этот темном царстве был Огюст, светлая магия которого озаряла весь этот мрак. Эпидемиолога я застал на моменте, когда он лечил ребенка лет пяти-шести.

— О, Люк! — увидев меня, Шален приветливо помахал мне рукой.

— И снова привет, — поздоровался я с напарником, после чего воспользовался магическим взором, дабы оценить обстановку.

«Плохо. Очень плохо!» — была первая моя мысль, когда я увидел зараженных, жить которым осталось не больше суток. Может, двух, если повезет.

И самое плохое в этой ситуации, что мы с Огюстом не сможем вылечить всех, как бы нам этого не хотелось. Нам банально не хватит маны.

У того же Шалена она вообще была уже на исходе. А ведь ему нужно еще и защиту нашу поддерживать. Надо будет ему сказать завтра, чтобы не тратил на меня ману.

— Как тут дела? — спросил я эпидемиолога, хоть и сам все прекрасно видел.

— Плохо, — ответил он. — Я первый раз сталкиваюсь с такой заразой, — задумчиво произнес он, продолжая чистить кровь маленькой девочке, которая лежала без сознания.

— Удалось узнать, как все заразились? — спросил я, ибо это была первоочередная задача.

— Думаю, все дело в укусах, — ответил мой напарник. — На всех зараженных присутствуют характерные укусы грызунов. Могу предположить, что это крысы, — добавил мой собеседник.

Хм-м, логично. Если верить словам маркиза, то все эти люди бездомные, а значит, они вполне могли подвергнуться нападению этих тварей.

— Ясно, — задумчиво ответил я и огляделся по сторонам.

Все зараженные практически не двигались и либо лежали, либо сидели и тихо постанывали от боли. Эти звуки сливались в один и, будучи усиленными акустикой церкви, создавали настоящую песнь, наполненную болью и страданием.

— Нам нужна лаборатория, — произнес я и Огюст кивнул.

— Монсеньер Луи Бриан сказал, что в городе есть алхимическая лаборатория, но чтобы воспользоваться ею, нам нужно письменное разрешение губернатора или маркиза Жака, — ответил эпидемиолог.

«Да кто такой этот маркиз?!» — я посмотрел на ребенка и заметил, что уровень магических частиц яда с того момента, как я посмотрел на нее впервые, заметно сократился. Молодец, Шален! Вот только таким образом всех не спасти, а это означало, что нужно сделать лекарство.

— Я принес с собой образец крысы, — между делом сказал я Огюсту.

— Это хорошо! Можно будет ее препарировать и посмотреть, содержит ли ее кровь или слюна вирус, который мог повлечь за собой заражение, — ответил он, продолжая очищать от заразы девчушку.

«Уж будь уверен», — подумал я, но озвучивать свои мысли вслух не стал.

И вообще, стоит ему говорить, что эти крысы магические звери или нет? Судя по тому, что я видел, здешние маги не часто используют магическое зрение, так как на крысу, которую мы встретили по дороге, мой напарник никак не отреагировал.

«Хм-м, а может, они просто не могут?» — вдруг пришла мне в голову дельная мысль.

Тогда это все усложняет. Ведь как тогда объяснить Огюсту, что я знаю, что в городе магические звери? Хотя то, что я обладаю магией, он уже понял. Ведь Шален видел, как я вылечил одного из стражников. Вернее, я просто поглотил яд в его организме, но это роли не играет. Главное, что он был вылечен, и эпидемиолог это знал. В любом случае, нужно будет как-то объяснить ему все это…

— Да, — ответил я Огюсту. — Заканчивай с девчонкой, и нужно сразу же отправляться к маркизу. Ты взял кровь? — спросил я Шалена.

— Взял, — ответил он.

Не удивлен. Эпидемиолог уже успел зарекомендовать себя как человека исполнительного, что было очень полезной чертой в его работе.

— Все, — он поднялся с колена и отряхнул штаны. — Нужно вывести ее отсюда, чтобы она не контактировала с остальными, — произнес Огюст шепотом.

— Хорошо, — я взял невесомое тело девочки на руки. — Идем, — я кивнул в сторону двери, и вскоре мы оказались снаружи. — Так! — я посмотрел на стражников. — Нужно, чтобы вы доставили девочку туда, где есть крыша над головой и еда. Это понятно? — спросил я воинов, которые стояли передо мной, будто провинившиеся дети, и смотрели в землю.

Мне никто не ответил. Ладно…

— Ты! — я указал на воина, с которым говорил ранее. — Отвечаешь за нее головой! — я подошел к мужчине и передал ему тело девочки. — Она полностью здорова, и впоследствии нам нужно будет еще не раз осмотреть ее. Так что от нее зависит то, насколько мы быстро справимся с эпидемией в этом городе. Это понятно?! В глаза смотри! — рявкнул я на стражника.

— Да… Да, господин!

То-то же!

— Держи, — я аккуратно передал девчушку воину. — Не дай Бог с ней что-то случится! — произнес я холодным тоном, фирменной визитной карточкой Василиска. В этом мире он пока не был доведен до совершенства, и требовалось над ним еще много и много работать, но в мире Василиска от моего голоса люди мочили портки и делали кое-что похуже. Стражнику же просто повезло, и он отделался легким испугом.

— Все, идем, — сказал я Огюсту, подойдя к стене взял за хвост крысу и потащил ее с собой.

— Ого! — удивился Шален. — Огромная!

— Да, — кивнул я эпидемиологу. — Не знаю, понял ты или нет, но часть крыс, а может даже и все в Сент-Эрене — магические.

У моего собеседника округлились глаза.

— Люк, вы уверены? — не веря моим словам, спросил он.

— Да. Эта, например, мало того, что могла управлять особями поменьше, так еще и ядом плеваться могла, — ответил я Огюсту.

— Тогда многое становится понятно, — задумчиво ответил мой собеседник.

— Да? И что же? — полюбопытствовал я.

— Это нужно проверить в лаборатории, — не задумываясь, ответила Шален. — Поэтому нужно поспешить к маркизу и попросить разрешение! — добавил он, и мы ускорились.

* * *

Как и говорил Жан Де’Бордо, его дом действительно располагался возле восточной стены города и, судя по тому, что я видел перед своими глазами, бедным человеком маркиз точно не был, так как его трехэтажное поместье с роскошным садом впечатляло.

Подойдя ближе, я «переключился» на магическое зрение и не удивился тому, что в каменной стене, окружающей поместье, были спрятаны устройства магического происхождения. Магией были наделены и узорчатые кованые ворота, которые охраняли несколько стражников.

— Мы к маркизу Жану Де’Бордо, — произнес я, остановившись в паре метрах от воинов.

В этот раз, что удивительно, меня никто не взял на мушку, но я прямо чувствовал на себе изучающий взгляд одного из стражников, который явно был не простым выпивохой, коротающим свое время в броне и при оружии за зарплату, а воином. Причем довольно опытным воином.

— Как вас представить, господа? — ответил он, смотря уже не на меня, а на крысу.

— Барон Люк Кастельмор и Огюст Шален — эпидемиолог короля Людовика Мудрого, — представил я сразу обоих. — И побыстрее. Мы очень спешим! — добавил я, понимая, что подобная игра в раздраженного аристократа очень хорошо влияет на время выполнения различных поручений.

Вон, например, второй стражник сразу побежал в сторону поместья маркиза, и не последовало никаких дополнительных и уточняющих вопросов. А вот насчет крысы у меня в руке воин решил осведомиться.

— Прошу прощения, господин Люк, но с этой штукой, — он указал пальцем на магического зверя. — На территорию поместья нельзя.

Что ж, это было логично.

— Хорошо, оставлю ее тут, а вы посторожите, — спокойно произнес я и подошёл к кованым воротам, на которых был изображен герб рода — ворон, стоящий одной ногой на треснувшем черепе. Там я и положил тушу магической крысы рядом с одной из каменных колонн. Стражник, который следил за всем этим, даже бровью не повел.

— Это ценный материал, за него ты отвечаешь головой… — я посмотрел воину в глаза.

— Аксель, господин, — мой собеседник вежливо склонил голову.

— Отвечаешь головой, Аксель, — произнес я. — Возможно, эта крыса-ключ к решению проблемы с эпидемией в городе, — добавил я для пущей серьезности, но воина это никак не проняло.

— Хорошо, господин, — кивнул он. — Лично прослежу, чтобы ее никто не тронул и до вашего возвращения она осталась лежать на месте, — ответил он и усмехнулся.

Несмотря на то, что часть его лица скрывал платок, я все равно это понял.

«А мне нравится этот стражник», — подумал я, смотря на своего собеседника, который не испытывал ко мне страха, несмотря на мое благородное происхождение. Вскоре вернулся второй воин, стоявший на воротах.

— Маркиз вас ждет, господа, — произнес он и открыл ворота.

— Идем, — я кивнул Огюсту, и мы зашли внутрь.

Пройдя через большой сад, где помимо ухоженных кустарников и кустов роз обнаружились еще несколько скульптур и даже фонтан. В луидорах Жан Де’Бордо нужны точно не испытывал.

— Знаешь, чем занимается маркиз или его семья? — спросил я Шалена.

— Нет. Я первый раз слышу эту фамилию, — ответил мой собеседник, крутя головой по сторонам.

«Надо бы у кого-нибудь узнать об этом человеке», — подумал я, смотря на ровные кусты и деревья, за которыми явно хорошо ухаживали. И это точно делал не один человек.

Причем прислуги в саду вообще не было. Что было немного странно.

— Кстати, в разговоре ты упомянул некоего Луи Бриана. Кто это? — спросил я Огюста.

— Монсеньер Луи Бриан — это священнослужитель. Церковь Святого Густава — это его церковь. Во всяком случае, была таковой до того, как туда начали свозить всех зараженных, — ответил мой собеседник, и я задумался.

Интересно, какая власть в этом мире у представителей духовенства? В моем мире, во всяком случае, в империи, где я жил… точнее, выживал, все было довольно спорно. В этом же мире я понятия не имел, как я, к примеру, должен приветствовать того же монсеньора, о котором говорил Огюст. Надо бы подтянуть эти знания, ибо память Люка Кастельмора в этот раз мне ничего не подсказывала.

— Я так понимаю, он не особо доволен во что превратилась его церковь? — поинтересовался я у Шалена.

— Вы не правы, Люк, — ответил мой собеседник. — Именно он и предложил свою церковь для нужд больных, — добавил эпидемиолог. — Я пообщался с монсеньором Луи всего пару минут, но мне сразу же понравился этот человек, — напарник почему-то грустно улыбнулся.

А, точно. Он ведь рассказывал, что его в младенчестве подкинули в церковь. Видимо, вспомнилось что-то приятное из тех дней, которые он провел в приюте. У меня таких воспоминаний, к сожалению, не было.

«Создам их здесь!» — решил я и остановился возле крыльца, где нас почему-то никто не встречал.

— Странно, — произнес я, смотря на то, как в поместье горит свет. — Какое-то прямо неуважение, — добавил я, глядя на дверь, ведущую в дом.

— И правда, очень странно, — ответил Шален. — Так могли поступить со мной, но с вами, — он задумался. — И вы ведь уведомили о визите.

— Ладно, идем, — я кивнул вперед и пошел вперед. — Я, конечно, всего лишь барон, а он маркиз, но судьба людей всяко важнее этикета, — добавил я. Стоило только мне приблизиться к двери, как она тут же распахнулась, и я сразу же ощутил запах веселья, алкоголя и дорогих духов.

— О! Барон Люк! Рад вас видеть! — заплетающимся языком произнес покачивающийся маркиз, который явно был пьян.

Его, к слову, поддерживали две красотки, взгляд которых мельком пробежался по нам с Огюстом и не остановился ни на ком из нас. И не удивительно, учитывая, как мы провели этот день. Запах от нас исходил соответствующий. Тому подтверждением были платки, которыми дамы закрыли свои припудренные носики, продолжая под руки удерживать Жана.

— Присоединитесь?! — Де’Бордо кивнул в сторону открытой двери, за которой, судя по музыке и ароматам, шел самый настоящий праздник.

«Прямо пир во время чумы», — подумал я.

— Нет, маркиз. Мы здесь по делу, — холодным тоном произнес я. — Мне нужен ключ от лаборатории, — смотря в его пьяные глаза, добавил я, и на его лице появилась глупая улыбка.

— Лаборатории? — удивился он. — Ключ? — спросил он и икнул. — Не припоминаю!

Мы с Огюстом переглянулись.

— Дамы, оставьте нас, — произнес я, посмотрев на девушек.

— Но…

— Пошли прочь! — продолжил я оттачивать свой тон Василиска в этом мире, и спустя мгновение красавиц и след простыл. Мы остались с маркизом наедине.

— Что происходит? — спросил он и снова икнул.

— Огюст, ваша магия позволяет выводить токсины из организма? — спросил я.

— Вы имеете в виду, смогу ли я сделать его трезвым? — уточнил мой собеседник.

— Именно, — кивнул я, и подойдя к Жану, схватил его за руку. — Действуйте! — произнес я, но стоило мне это сделать, как до нас сразу же донесся незнакомый голос, исходящий из-за спины маркиза.

— Что тут происходит?! Стража!

Глава 17

— Держите его, — сказал я Огюсту, и эпидемиолог мне кивнул. — Выведите алкоголь из крови.

Я же, в свою очередь, обошел маркиза и посмотрел на мужчину в возрасте, черные волосы которого уже успела побить седина.

«А он привык командовать», — была первая мысль, когда я взглянул на волевые скулы и холодный и оценивающий взгляд голубых глаз, направленный на меня.

— Представьтесь, — произнес я, высоко вскинув голову.

На лице мужчины появилась улыбка.

— Ты тут гость, малыш, — холодно ответил мой собеседник.

А он не из робкого десятка. «Малыш»? Это меня позабавило. Как и переход на «ты». Что ж, я не из тех дурачков, кто продолжает проявлять уважение к грубиянам…

— Мне кажется, ты меня с кем-то спутал, неуважаемый. Это твой особняк? — спокойно поинтересовался я.

— Нет, — покачал мужчина головой. Но, судя по глазам, моя реакция его несколько напрягла.

— Тогда не изображай из себя загадочного незнакомца. Это выглядит глупо. Просто назови свое имя и можешь убираться к чертям, — я улыбался. Я всегда улыбался в сложных ситуациях. — У меня нет времени. Я пришел сюда по делу, а ты мешаешь, — добавил я и потянулся к шпаге.

— Не советую, — спокойно ответил незнакомец и кивнул на высокие галереи, на которые уже выбежали арбалетчики. И в очередной раз я оказался на мушке. Ох, не знаете, с кем вы связались…

— Думаешь, это меня остановит? — холодно ответил я и резким движением вынул шпагу из ножен.

Буквально в следующую секунду в каменный пол ударил арбалетный болт. Прямо возле моей ноги. Это был предупредительный.

— Хм-м, занятно, — задумчиво произнес я. — Стреляете в доверенное лицо самого короля и мешаете ему выполнять прямой приказ монарха? — добавил я и посмотрел наверх. Туда, откуда произошел выстрел.

— Мне кажется, или попахивает изменой, Огюст? — спросил я Шалена.

— Да, господин Кастельмор, — ответил эпидемиолог. — Нападение на барона, да еще и при исполнении воли Его Величества — это не шутки. Думаю, всех причастных вздернут на виселице, — задумчиво добавил он.

— Значит, это вы, барон, о котором мне говорил маркиз, — на слова моего напарника незнакомец и бровью не повел. Но перешел на «вы». — Может, уберете оружие? — он кивнул на шпагу в моих руках.

— И не подумаю, — спокойно ответил я.

— Ваше право, — мой собеседник пожал плечами. — В любом случае, прошу вернуть нам маркиза, — он сделал шаг в нашу сторону, и я сделал ответный, при этом встав в стойку для фехтования и заодно усилив себя магией.

— Еще шаг, и вы пожалеете об этом, — холодным тоном произнес я. — А на твоем могильном камне не будет имени, так как я всё еще не знаю, как тебя зовут.

Мужчина остановился, и улыбка на его лице приобрела хищные очертания.

— Уверены, барон? — спросил он. — Предлагаю вам одуматься, ведь все еще можно решить мирным путем, — произнес он.

— Да? Я почему-то так не думаю, — покачал я головой. — Во всяком случае, вы точно сухим из воды не выйдете. Вы нанесли мне оскорбление и заплатите за это! — я снял с руки оставшуюся «в живых» перчатку и с силой швырнул ее в незнакомца.

«Неплохо!» — я был изрядно удивлен, когда мужчина поймал ее прямо возле лица. И это при условии, что я метнул, усилив тело магией.

— Требую сатисфакции, — произнес я, смотря ему в глаза.

— Принимаю! — усмехнулся мой собеседник. — Где и когда?

— После того как мы разберемся с эпидемией в городе, — ответил я. — Которая, видимо, вас не особо волнует, — я посмотрел в дверной проём, где столпились гости.

— Почему же? — удивился незнакомец. — Мы с маркизом многое сделали для того, чтобы сохранить порядок с Сент-Эрене.

— Убивать мирных жителей, пытающихся спастись — много ума не надо, — парировал я. — В любом случае, мы пришли сюда по делу, и пока я не получу то, зачем я сюда пришел, я не уйду, — уверенным тоном произнес я.

— Могу я поинтересоваться, что же это? — любезно спросил незнакомец.

— Ключ от алхимической лаборатории, — ответил я. — Нам она необходима для исследований.

— Так дело в этом? — в этот раз удивление явно было не наигранным, нежели в прошлый раз. — Если бы вы сразу сказали, то всего этого можно было бы избежать, — спокойно добавил он и повернулся. — Принеси ключи, — приказал он кому-то из слуг.

— Что происходит? — к разговору наконец-то присоединился протрезвевший маркиз. — Барон? — недоуменно поинтересовался он.

— Мы всё ещё ожидаем ключ от лаборатории, маркиз. — ответил я. — Она нам необходима, чтобы разработать лекарство от эпидемии в городе, — добавил я, смерив Жана презрительным взглядом.

— Могли бы послать кого-нибудь. К чему такие сложности? — усмехнулся маркиз, который, видимо, не до конца избавился от опьянения и не понимал, что тут только что произошло.

— Послать кого? — поинтересовался я у собеседника, который уже начинал меня раздражать своей глупостью и недалекостью.

— Слуг, — в голосе маркиза послышались нотки удивления.

Идиот…

— Вы думаете, маркиз, я бы потащил в город, который охвачен эпидемией, своих слуг? — спросил я Жана.

— Хм-м, а я об этом даже не подумал, — снова усмехнулся он. — В любом случае, ключи… — он посмотрел на незнакомца, который, к слову, так и не представился. — У Жерома. Жером, ты… — Уже распорядился, — закончил он за маркиза.

— Славно! — довольным голосом произнес маркиз и посмотрел в сторону дома. — Барон, не хотите присоединиться к нашей милой вечеринке? — спросил он и я покачал головой.

Точно идиот.

— Нет, благодарю, — ответил я и заметил, как к Жерому приближается слуга, которому было приказано принести ключи.

— Господин, — молодой паренек поклонился и протянул мужчине небольшую деревянную шкатулку.

— Спасибо, — открыв ее, он несколько секунд рассматривал содержимое, а затем нашел то, что нужно. — Вот. Это ключ от алхимической лаборатории, — произнес он и протянул мне то, за чем я явился в это поместье.

— Благодарю, — ответил я, принимая из его рук ключ.

Я уже собирался уйти, когда Жером меня окликнул.

— Вы ведь не забудете о дуэли? — спросил он насмешливым тоном.

— Не надейтесь, — не оборачиваясь, ответил я.

— Дуэли? — послышался удивленный голос протрезвевшего маркиза. — О чем речь?

— Идемте, Жан, я вам все расскажу, — ответил ему мой будущий противник, так как я даже не посчитал нужным оборачиваться и тратить свое драгоценное время, которого и так было мало, на ненужные объяснения.

— Жаль, что так получилось, Люк, — произнес Огюст, пока мы шли по парку в сторону ворот.

— Вы о чем? О дуэли? — спросил я.

— Да, — кивнул мой собеседник. — Теперь вам придется сразиться с этим человеком.

— И? Думаете я проиграю? — поинтересовался я, посмотрев на Шалена.

— Не знаю. А вы искусный фехтовальщик? — спросил эпидемиолог.

— Кое-что умею, — немного подумав, ответил я.

Да, я, конечно, специализировался на другом оружии и на другой манере убивать, но и шпагой я владел если не в совершенстве, то, по крайней мере, очень хорошо. Вопрос только в ресурсах тела Люка, которое было не приспособлено под большинство техник, которыми я владел ранее. Была, правда, еще магия, которой я мог это компенсировать. Но и с восстановлением хорошей физической формы не стоит затягивать.

— А вы, кстати, знаете этого Жерома? — спросил я Огюста.

— Лично нет. А вот то, что Жером Прево занимает в Сент-Эрене должность губернатора, я знаю, — добавил он. И многое встало на свои места.

Понятно тогда почему он мог позволить себе так со мной разговаривать.

— Он из благородных? — поинтересовался я.

— Нет. Но я слышал, что король хотел пожаловать ему титул за прошлые заслуги, — ответил Шален. — Но пока, как видите, не дал.

— Прошлые заслуги? — поинтересовался я.

— Да. Этот человек бывший военный. Служил в личной гвардии его высокопреосвященства Армана де Лузиньяна, герцога Жумельяка. Больше я об этом человеке ничего не знаю, — ответил Огюст.

Интересно.

— Понял. Спасибо, — ответил я собеседнику. — Личная гвардия кардинала, значит, — задумчиво произнес я.

— Да. Кого попало туда не берут, — произнес Шален и тяжело вздохнул.

«Видимо, уже похоронил меня», — усмехнулся я про себя.

— Все будет хорошо, — спокойно ответил я. — В любом случае, сейчас нужно беспокоиться не о дуэли, а о том, как решить проблему в городе, — произнес я, и мы подошли к воротам, которые уже были открыты.

Покинув территорию поместья, я забрал тушу крысы с собой, и мы сразу же отправились в алхимическую лабораторию, которая находилась практически в самом центре Сент-Эрена. Открыв дверь ключом, мы оказались в довольно просторном светлом помещении, в котором пахло реагентами.

— Неплохо, — произнес я, окинув лабораторию изучающим взглядом.

— Подойдет, — кивнул Шален, который, судя по всему, работая в столице, привык к другим условиям. Но за неимением, как говорится…

Мне же достаточно было того, что внутри было чисто и имелось все необходимое оборудование.

Во всяком случае, на первый взгляд.

— Я займусь крысой, а вы изучите кровь, — сказал я эпидемиологу и он, кивнув, пошел заниматься делом, в то время как я занялся своим.

И первое, что мне требовалось сделать, это найти подходящие инструменты. Если я не ошибаюсь, то они должны быть здесь. Я подошел к металлическому столу с несколькими выдвижными ящиками.

Не ошибся. Выдвинув их, я нашел внутри все необходимые мне инструменты: скальпели, зажимы, пилы и так далее. Положив тушу крысы на стол, я вновь посмотрел на нее магическим зрением. Несмотря на то, что сама тварь уже была мертва, ее магическая составляющая все еще функционировала, и ядро продолжало «гонять» ману по энергетической паутине.

Занятно… В моем мире магия умирала вместе с физической оболочкой. Хотя так было с людьми. А это животное.

«Так, посмотрим», — я взял в руки скальпель и, перевернув крысу на спину, сделал аккуратный надрез на ее брюхе.

Какого?!

Лишь благодаря инстинктам Василиска я успел вовремя отпрянуть от туши, ибо из живота магической твари, стоило мне ее вспороть, вылезло еще одно существо, которое попыталось вцепиться мне в ладонь.

Вот только я оказался быстрее. Взмах скальпелем, усиленный моей маной, был быстр и точен. Мгновение и монстр, похожий на червя, будучи разрубленным, упал рядом с тушкой крысы, а оставшаяся его часть внутри животного продолжила мерзко подергиваться. Зрелище, конечно, не из приятных, но я за свою жизнь видел и похуже.

Я взял в руку отрубленный кусок червя, который обладал довольно интересным строением. Во-первых, у него была сегментная пасть, состоящая из четырех треугольников, каждый из которых внутри был усеян уголками-зубами.

Во-вторых, у этого червя были щупальца, которые тоже тянулись у него из пасти и заканчивались присосками, которые, видимо, позволяли ему надежно крепиться к жертве.

Ну и в-третьих, и это самое интересное, у этого паразита была собственная магическая система. Вернее, даже не так.

Только у него она и была, в то время как сама крыса была обычной, хоть и переростком. Да, она была крупнее остальных, но своего магического ядра у нее не было. И, скорее всего, увеличенный размер был как раз заслугой твари, которую я сейчас видел перед собой.

— Огюст! — позвал я эпидемиолога.

— Да, Люк, — подойдя ко мне, произнес Шален. — Что…

Он замолчал, когда увидел паразита.

— Что это такое? — проглотив ком, застрявший у него в горле, спросил мой напарник.

— Понятия не имею, — покачал я головой. — Какой-то паразит, — я сделал надрез больше, после чего достал остатки червя из крысы.

«Ого»! — удивился я, когда скрученный ранее паразит оказался длинной около полуметра.

— Первый раз подобное вижу, — ошарашенно произнес Огюст.

— Возможно, что все дело в этих паразитах, — произнес я, и мой собеседник кивнул.

— Эта… штука. Она явно с другой стороны разлома, — произнес Шален, не сводя глаз с червя, — Но как она оказалась в городе? — он недоуменно посмотрел на меня.

— Это риторический вопрос, друг мой? — улыбнулся я. — Пока не знаю, но обязательно узнаю. А по поводу конкретно этой твари, думаю, что информацию он ней можно выяснить в канцелярии. Так? — спросил я эпидемиолога.

— Да. Если я сделаю запрос, то наверняка получу ответ, — ответил напарник.

— Хорошо, займемся этим вопросом позже. Сейчас главное выяснить, как распространяется зараза и найти способ ее искоренить, — сказал я Огюсту, и тот снова кивнул.

— Так и поступим, — ответил. И мы занялись делом.

* * *

Я устало зевнул. Всё это время я, честно говоря, немного наслаждался происходящим. Как в старые добрые времена, когда я был учеником в Гильдии и нас учили препарировать разнообразных тварей.

Ведь кроме тела и оружия, одним из основных инструментов членов Гильдии были именно яды, и нас учили работать с ними, в том числе с их природными носителями. Ну а для меня это стало не просто изнурительными манипуляциями, но и жизненно необходимыми действиями, направленными на развитие тела и ядра.

Уже будучи полноценным ассасиархом, как я говорил, я всегда искал новые яды. Для меня было всё равно, кто их источник: растение или животное — мне подходило всё. Поэтому я достиг в этом некоторого совершенства и прекрасно знал физиологию многих животных, не говоря уже о людях. Ведь это помогало еще в понимании, куда направить единственный удар, дабы вывести врага из строя быстро и эффективно. Скорость ни раз и не два спасала мне жизнь, а мои скорость и точность рождались как раз из глубоких познаний и тяжелых тренировок.

Вот только магические твари для меня были внове. Что ж… Так даже интересней!

— Держите, Люк, — ко мне подошел Шален и протянул мне кружку горячего чая.

— Сколько мы уже тут? — устало спросил я.

— Больше шести часов, — ответил Огюст. — Вы не спали. Может, сделаете перерыв? — спросил он, но я покачал головой.

— Вы тоже не спали. Отдых нужен нам обоим, — произнес я, смотря на наши с эпидемиологом записи. За это время нам многое удалось выяснить об эпидемии, и теперь оставалось лишь сделать лекарство.

Как я и думал, заражение именно бездомных было не случайным. Все они подверглись укусам крыс, из-за чего и пошло заражение. Помимо этого, мы с Огюстом выяснили, что по-другому заразиться невозможно и что болезнь эта очень похожа на бешенство, только не совсем обычное. И я, и Огюст можем их излечить, но это «точечное» магическое лечение. Всех спасти мы просто-напросто не успеем. Поэтому нужно реальное лекарство. И много.

А необычность заключалась в том, что оно имело магическое происхождение. Именно это и усложнило нам с эпидемиологом задачу. Но зато мы точно знали, как прекратить дальнейшее распространение заразы по городу — нужно просто истребить всех крыс, в которых сидели эти паразиты.

— Придется снова идти к маркизу, — нехотя произнес я, беря в руки кружку и делая из нее несколько глотков.

— Да. Нам понадобятся люди, чтобы истребить всех крыс, — кивнул мой собеседник. — Вот только это будет непросто сделать. Город хоть и небольшой, но домов и подвалов тут хватает, и справиться со всеми грызунами будет совсем не просто, — добавил он и тяжело вздохнул.

Просто, если я лично этим займусь. Убивать-то нужно только магических тварей.

— Я сам займусь этим, — произнес я и встал из-за стола. — Вы разрабатывайте лекарство, а я займусь крысами.

— Но Люк. Как вы…

— Не беспокойтесь, справлюсь, — я улыбнулся. — Главное, придумайте, как спасти больных! — добавил я и пошел к выходу. — И да, сожгите эту тварь, а заодно и тело крысы в печи, — я кивнул на паразита. — А то мало ли, — сказав это, я вышел на улицу и снова зевнул.

Было уже около пяти или шести часов вечера, что говорило о том, что я не спал уже более суток. Но что такое один день без сна для Василиска, вышедшего на охоту?

Глава 18

Благодаря магическому зрению я быстро нашел первое гнездо, которое оказалось в подвале мясной лавки. Я постучал в дверь, но открывать мне никто не спешил, что было неудивительно, учитывая ситуацию в городе.

— Советую открыть, если не хотите присоединиться к тем, кто сейчас находится в церкви Святого Густава, — громко произнес я, и с другой стороны двери началась какая-то возня.

Спустя пару минут дверь все же скрипнула и немного приоткрылась.

— Кто вы? — послышался голос из образовавшейся щели между дверным полотном и косяком.

— Меня зовут барон Люк Кастельмор. По приказу его величества Людовика Мудрого я прибыл в этот город, чтобы остановить эпидемию, которая, судя по всему, вызвана крысами, — произнес я и снова «переключился» на магическое зрение.

Кто бы не стоял за дверью, они точно были не заражены. Отлично. Значит, грызуны никого не покусали. На обдумывание моих слов у хозяев мясной лавки, которая, скорее всего, служила им и домом, потребовалось еще какое-то время, а затем дверь открылась.

— Вы сказали, что мы можем заразиться? — голос мужчины, который меня впустил, дрожал.

— Да. У вас в подвале выводок крыс. Их укус заразен и влечет за собой заражение. Никто не спускался в подвал недавно? — спросил я для проформы.

— Нет, господин, — отрицательно закачали головами и он, и его жена.

— Хорошо. Тогда я быстро разберусь с крысами, а вы пока разведите камин или печь, где их можно будет сжечь, — сказал я и уверенным шагом пошел в сторону подвала.

Мне не нужно было знать, где он располагается, ведь я видел магических крыс внутри. Здесь их было меньше десятка, поэтому, как только мясник открыл мне подвал, мне не потребовалось и пары минут, чтобы с ними закончить.

Оставив мертвых тварей валяться в подвале, я поднялся.

— Где будем их сжигать? — поинтересовался я у мужчины и женщины, которые копошились возле входа в дом.

— Не знаем, господин, — хозяин лавки покачал головой.

Его жена тоже молчала.

— Печь в доме есть? — спросил я.

— Есть, господин, но ведь это…

— Растопите сильнее, и все будет нормально, — спокойно ответил я. — Кроме вас здесь никто больше не живет? — на всякий случай уточнил я.

— Нет, господин, — ответил мясник, который почему-то сильно напрягся при этом вопросе.

Жена его тоже занервничала. Странно. Я использовал магическое зрение и сразу же все понял.

— На чердаке кто-то есть, — спокойно произнес я, смерив хозяина лавки уничтожающим взглядом.

— Нет, господин, никого, — начал отпираться мой собеседник.

— Мне подняться? — спросил я, глядя ему в глаза.

— Прошу, господин, не губите! — его жена упала на колени. — Он… Он…

— Все будет в порядке. Просто приведите ребенка сюда, — произнес я, оценивая количество частичек магического яда в юном организме.

Их было очень мало. Значит, заражение случилось совсем недавно. Хозяйка заламывала руки, а здоровенный мясник косился на лежащий на столе огромный тесак. Знаю, любовь к детям может привести к беде, но сейчас мне это нужно меньше всего.

— Да приведите уже ребенка! Быстро! Я его вылечу! — рявкнул я на родителей. В этот раз подействовало, и хозяин лавки обреченно пошел наверх.

— Ты, — я обратился к его жене. — Раскочегарь печь как следует. Крыс все равно придется сжечь. Огонь поглотит всю заразу. Просто позаботьтесь о том, чтобы печь горела хотя бы пару часов, — добавил я, и женщина ушла на кухню.

А вслед за ней с верхних этажей спустился ее муж, который нес на руках молодого пацана лет четырех — пяти.

— Когда его укусили? — спросил я.

— Вчера вечером.

— Что случилось с крысой? — спросил я и на всякий случай еще разок окинул магическим взором весь дом мясника.

Кроме как в подвале, грызунов больше нигде не было.

— Убил, — ответил мясник.

— А дальше?

— Скинул в подвал, — нехотя ответил он.

Я покачал головой.

— В следующий раз сжигай! — произнес я. — А теперь надо заняться ребенком. Клади на стол, — приказал я хозяину лавки.

— Господин, прошу…

— Клади! — я начал терять терпение. — Я хочу помочь!

Мужчина тяжело вздохнул, но подчинился. Я снял перчатку и взял в руку маленькую ладонь ребенка, который был очень сонный и явно ослабленный болезнью. Сосредоточившись, я начал собирать с его тела частички яда в одну точку. Видимо, это было больно, потому что ребенок заплакал и начал звать родителей.

— Господин…

— Не мешать! — рявкнул я, продолжая концентрировать заразу в одном месте. А затем я просто взял и вывел ее из тела мальчика, впитав в себя.

Так как ребенок был только на начальной стадии заражения, и отравы в его организме было мало, то я ее даже не почувствовал, а мое ядовитое сердце быстро поглотило яд.

— Все, — я отпустил руку мальчишки и поднялся с колена. — Ведро! — крикнул я, и спустя несколько секунд в комнату вбежала мать пацана.

— Вот, господин, — она протянула мне деревянное ведро, а сама начала успокаивать ребенка.

Я оставил родителей и их чадо, а сам спустился вниз, где собрал всех крыс в ведро, оставив только одну. Ей я вспорол брюхо и убедился в том, что в ней живет такой же магический паразит, только более мелкий. Отлично!

Я покинул подвал и направился прямиком в кухню. Оказавшись там, я открыл металлическую заслонку и просто швырнул в огонь ведро, а затем сразу же вернул заслонку обратно.

«Ничего себе живучие!» — была первая моя мысль, когда с той стороны в металл ударили. Затем еще раз и еще. Покинув тела крыс, магические паразиты попытались выбраться из бушующего пламени, но я не собирался давать им такой возможности.

Спустя минуту удары прекратились, и я вернулся к хозяевам дома, которые не отходили от своего ребенка.

— Господин! Спасибо вам большое, господин! — жена мясника начала благодарить меня. — Если бы… Если бы не вы…

— Мне пора, — лестные слова мне, конечно, были приятны, но дел в Сент-Эрене еще было слишком много. После этого визита я понял, что одному мне со всеми не разобраться, а это означало, что как бы я не хотел, но нужно было возвращаться в дом маркиза.

Недолго думая, туда я и направился.

В этот раз через ворота меня пропустили без проблем.

Также проблем не возникло, когда я подошел к крыльцу особняка Жана Де’Бордо, где меня встретил слуга маркиза и проводил прямиком в его кабинет.

— О! Барон, рад вас видеть! — дружелюбно произнес аристократ, который вышел из-за стола с бокалом вина.

Видимо, с алкоголем Жан редко когда расставался.

— Мне нужна ваша помощь, маркиз, — произнес я, оглядывая кабинет моего собеседника.

— Какая? — спросил он. — Будете? — взял в руку графин и налил его содержимое себе в бокал.

— Нет, благодарю, — вежливо отказался я от алкоголя. — Мне нужны люди, — прямо сказал я Де’Бордо, продолжая рассматривать диковинки в его кабинете, которых тут было предостаточно.

Начиная от чучел животных, которых я никогда прежде не видел, заканчивая растениями и артефактами, от которых фонило магией. Использовав магическое зрение, я убедился в этом.

— Нравится? — усмехнулся мой собеседник, поймав мой заинтересованный взгляд. — Я был за разломом уже дважды, и многое из этого, — он обвел кабинет рукой. — Лично привез оттуда! — гордо заявил он.

Хм-м. Интересно.

— И когда вы там были последний раз? — полюбопытствовал я.

— Вернулся всего пару недель назад, — ответил он, и залпом осушив бокал, налил себе еще. — Вы даже не представляете, барон, что там можно увидеть! Какая флора! Какая фауна! А насколько интересные там дикари! Ахха-ха! — он громко рассмеялся.

— Дикари? — удивился я.

— Ну да. Никогда не слышали о них, барон? — все в той же радостной манере от алкогольной эйфории ответил мой собеседник.

— Не слышал, — честно ответил я.

— Ну, тогда я много чего могу рассказать вам! — усмехнулся Жан. — Вы полагали, что за разломом никто не живет? Ну, из разумных? — спросил он и снова залпом осушил свой бокал.

— Я бы с удовольствием послушал ваши рассказы, маркиз, но мне нужно заниматься эпидемией в городе, — ответил я аристократу.

«Которую, возможно, ты и устроил», — подумал я, но озвучивать свои мысли не стал.

— Понятно, так что вам нужно? — поинтересовался Де’Бордо.

— Люди, маркиз. Мы с Огюстом Шаленом выяснили причину возникновения эпидемии в городе, и теперь осталось устранить её, — ответил я собеседнику.

— Хм-м, вот как, — задумчиво произнес он. — И что же это? — спросил он.

— Крысы, — спокойно ответил я, наблюдая за его реакцией.

— Крысы?! Обычные крысы? — неподдельно удивился он.

— Не совсем обычные. Зараженные странным паразитом. Их укус вызывает что-то вроде бешенства, но с примесью магии, — ответил я, с интересом наблюдая за тем, как забегали глаза у аристократа.

Ясно. Значит, это не совпадение, что, как только он вернулся, в городе внезапно началась эпидемия. Получается, что именно маркиз завез сюда этих паразитов-червей. Но тогда встает вопрос. Специально это было сделано или случайно?

Хотя, мне-то какая разница? Выяснять это точно уже не моя работа. Пусть разбираются в канцелярии, которой будет предоставлен подробный отчет. Ну а пока…

— Так что? Вы выделите мне людей? — спросил я маркиза.

— Хм-м, все мои воины и даже часть слуг уже патрулируют город, так как на городскую стражу надежды мало. Плюс они немногочисленны, — ответил Жан.

— Не нужно много людей. Можете снять часть с патрулей. Не думаю, что у кого-то в городе появится желание высовываться из домов, пока по Сент-Эрену гуляет эпидемия. Мне нужны люди и та горючая смесь, которую я видел у стражников. Вместе мы быстро избавим город от крыс, а значит и уберем причину заражения, — ответил я маркизу, и он задумался.

— Но как вы найдете всех крыс? — задал он вполне логичный вопрос.

— А вот это уже моя головная боль, — спокойно ответил я. — Так что, могу я рассчитывать на ваше содействие? — спросил я и воспользовался магическим зрением.

Хм-м, а Жан Де’Бордо не так и прост! У маркиза тоже было магическое ядро. Причем, судя по тому, что я видел, по силе оно не уступало Огюсту, но имело другой элемент. Если верить своему опыту, то маркиз мог использовать землю.

— Хорошо, — ответил мой собеседник, а буквально в следующую секунду в дверь постучали.

— Открыто! — крикнул Жан, и на пороге его кабинета появилась уже знакомая мне фигура.

— О, барон, не знал, что вы здесь, — произнес Жером, когда увидел меня.

— Я уже ухожу, — ответил я, смотря на ехидную улыбку моего будущего противника.

— Когда вам нужны люди? — спросил Жан.

— Как можно скорее. Я пока сам начну истреблять зараженных грызунов, а вы постарайтесь сформировать несколько групп по два — три человека и достаньте как можно больше той зажигательной жидкости. Если вы, маркиз, предоставите мне все необходимые ресурсы, то в ближайшее время с эпидемией будет покончено. А теперь прошу меня извинить. Дела, — произнес я и уже пошел к выходу, но аристократ меня остановил.

— Барон, не хотите отменить дуэль? — вдруг спросил Де’Бордо.

Я обернулся и посмотрел на Жерома.

— Нет, — покачал я головой, так как сам его вид, а еще больше наглая и надменная улыбка раздражали меня.

— Уверены? — усмехнулся бывший военный.

«Смейся, смейся», — подумал я, смотря на Жерома. Посмотрим, кто будет смеяться последним…

Интерлюдия

Имение маркиза Де’Бордо, г. Сент-Эрен

Губернатор Жером Прево, стоя около большого окна, наблюдал, как юный барон покидает пределы поместья. Опытный боец, ветеран многих битв, Прево с некоторым раздражением признал, что странный парень произвел на него впечатление. Впечатление, которое ему совсем не понравилось.

Молодой Кастельмор выглядел как натуральный книжный червь, на которых Прево в свое время насмотрелся, будучи на службе у кардинала Жумельяка. Кардинал отличался широким кругозором, его библиотека была потрясающей, а его многочисленные помощники, что буквально жили в этой библиотеке, выглядели как этот пацан Кастельмор.

Вот только, несмотря на внешний вид и его молодость, этот барон его… нет, не пугал, Прево давно забыл, что такое страх, но он внушал некоторое уважение, как будущий противник. В любом случае, ему ли, некогда первому клинку 2-й гвардейской, бояться какого-то пацана?

— Жером, он подозревает! — сзади раздался встревоженный голос его делового партнера. Язык у маркиза заплетался, и это очень раздражало Прево. Нет, он и сам не против хорошего застолья, но не круглосуточно же прикладываться к бокалу?!

Прево, не оборачиваясь, пару раз вдохнул и выдохнул, дабы унять поднимающееся раздражение, и повернулся уже с улыбкой, что привык видеть на его лице маркиз. Как ни крути, но именно этому алкашу Прево обязан своей стремительной карьерой. Из гвардии кардинала он ушел… гхм… не очень хорошо и именно маркиз помог ему и выбил губернаторский титул этого затрапезного городишка. Ну, это всяко лучше, чем пыточная кардинала. Так что нужно быть благодарным… Пока…

В принципе, у них получилось вполне себе взаимовыгодное партнерство. Учитывая месторасположение городка, они контролировали поставки контрабанды из формально враждебной Иллерии и неплохо на этом наживались. При этом, учитывая удаленность от больших городов, они здесь были, можно сказать, «царями и богами». Маркиз владел большинством земель вокруг, а губернатор держал в руках стражу и, благодаря оставшимся связям в столице, держал руку на пульсе по поводу всяких внезапных гостей оттуда. Удивительно, как он пропустил визит этого эпидемиолога?

Несколько крупных землевладельцев вокруг погоды не делали. Большинство из них жили в столице, оставив земли под присмотром управляющих. Разве что Рошфоры тут жили постоянно, имея свой интерес, похожий на их собственный и используя месторасположение их области, да придурковатые Кастельморы до недавнего времени не могли никуда оторваться от своего драгоценного Карнатского леса. За что и поплатились.

Да, Прево был в курсе событий, что произошли в имении Кастельморов. Не, он «свечку не держал», но выводы сделал. Рошфоры подгребали под себя все окрестные земли. Зачем? Хотелось бы ему знать… Но пока они не трогают его, он закрывал глаза на их действия. Ведь периодически они оказывали друг другу важные услуги. Так устроена жизнь…

— Что именно он подозревает, Жан? — да, наедине Жером мог позволить себе обходиться без «ваших сиятельств».

— Что мы и есть причина эпидемии! — маркиз, похоже, сам испугался своих слов, поэтому тут же приложился к бокалу, и его кадык заходил туда-сюда, когда мужчина поглощал крепленое вино.

— Не «мы», а «ты», — скривился Прево.

От такой наглости своего партнера маркиз аж подавился и закашлялся. Он вытер губы некогда белым рукавом рубахи, сейчас уже изрядно запачканным как вином, так и другой грязью. Прево еле сдержал презрительную усмешку.

— Мы в одной лодке, Жерар! Ты не забыл, кому ты всем обязан?! — мутные глаза маркиза попытались собраться «в кучку» и сконцентрироваться на лице губернатора. Получалось не очень…

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — поклонился Прево, скрывая презрительную улыбку.

— Вот так! Знай свое место, — заплетающийся язык маркиза показывал, что он снова перебрал. — Что будем делать?

— Вы отдохните, ваше сиятельство. А я займусь Кастельмором.

— И этим… Как его? — пробормотал маркиз. — Королевским лекарем… Но, чтобы комар носа не подточил! Ты меня понял?

— Понял, Жан, прекрасно понял. Всё сделаю в лучшем виде.

— Смотри у меня! — маркиз приложился к бокалу и, поняв, что он пуст, грустно вздохнул. — А я пока и правда полежу… Что-то я устал от всего этого…

— Правильное решение, Жан, — кивнул Прево.

Несмотря на свои слова, он чувствовал, что в этом есть и часть его вины. Именно он нашел заказчика на Чумных Червей, которых этот пьянчуга, тем не менее, являющийся неплохим бойцом, привез из последней экспедиции в Проклятые земли. Вот только всё пошло совсем не по плану…

Глава 19

Выйдя из особняка маркиза, я решил заняться истреблением крыс лично, дабы не тратить время, пока Жан ищет мне в помощь людей. Я уже намеревался покинуть его владения, когда решил кое-что проверить. Максимально сконцентрировавшись, дабы усилить свои органы чувств с помощью магии, я направил ману в глаза, а затем использовал магический взор.

— Ясно, — усмехнулся я, когда понял, что в поместье Де’Бордо находятся сразу два обладателя магического дара.

И одним из них был не человек.

— Значит, прячешь тварь у себя в подвале, — задумчиво буркнул я себе под нос. — Интересно, — я еще раз взглянул на энергетическую систему монстра, которая отличалась от обычных паразитов, которых я видел ранее.

«Интересно было бы на нее взглянуть», — подумал я, понимая, что в ближайшее время мне точно этого сделать не удастся.

Во-первых, потому что нужно заниматься истреблением крыс, а во-вторых, вряд ли маркиз жаждет мне ее показать. Хотя, если у меня будут соответствующие бумаги от канцелярии короля… Или, может, поступить так, как поступил бы Василиск?

На моих губах снова появилась моя фирменная улыбка. Никакие бумаги мне не нужны, если я действительно хочу взглянуть на монстра, которого Жан Де’Бордо прячет у себя в подвале.

Вопрос только в том, — нужно ли мне это прямо сейчас?

Пока я размышлял обо всем этом, я и сам не заметил, как вышел за ворота и первый же дом в восточной части Сент-Эрена оказался логовом тварей. Не удивительно, если учитывать тот факт, что отправной точкой наверняка был дом маркиза.

А вот было ли это сделано умышленно или нет — вопрос уже другой.

— Откройте, — забарабанил я в дверь, заранее убедившись в том, что зараженных в доме нет.

Как это было в случае с мясной лавкой, на диалог со мной пошли не сразу. Пришлось снова представляться и уточнять, что я действую по приказу короля.

— Хм-м, а в восточной части города живут явно не самые бедные люди, — подумал я, когда зашел в дом. Первый этаж был обставлен не только богатой мебелью, но и был украшен другими предметами роскоши, вроде рыцарских доспехов, которые владелец дома, видимо, коллекционировал — так много их тут было.

— Барон, что вам нужно в моем доме? — спросил меня седой мужчина лет шестидесяти. Стоя на ступеньках между вторым и третьим этажом, он взирал на меня сверху вниз, стараясь тем самым демонстрировать свои доминирование и превосходство.

— Мне нужно посетить вашу кладовую или подвал, — ответил я.

— Хм-м. И зачем же? — спросил мой собеседник.

— В городе эпидемия, причиной которого являются не совсем обычные крысы. Их укусы приводят к заражению. Если не хотите, чтобы кто-то из вашей семьи или слуг оказался в церкви Святого Густава, то предлагаю дать мне возможность выполнить свою работу, — спокойно произнес я.

Мой собеседник, который, к слову, даже не представился, задумался.

— Вы уверены, что они там есть? — спросил меня незнакомец.

— Да. Если хотите, вы можете в этом убедиться, отправившись вниз вместе со мной, — спокойно ответил я богатею.

Интересно, он из благородных или просто настолько богат, что может позволить себе общаться с аристократом в такой надменной форме? Если бы я не боялся распространения заразы дальше, то после того приема, что он мне оказал, я бы просто проигнорировал наличие крыс в подвале дома. Но тогда в первую очередь пострадали бы слуги. Плюс я не знал, каким образом появляются новые особи паразитов, поэтому нужно было действовать наверняка.

— А знаете, я составлю вам компанию, — ответил мой собеседнику. — А то мало ли.

Он что, думает я собираюсь его обокрасть? Подвал?!

— Мало ли что? — холодным тоном процедил я.

— Да ничего, — мужчина невольно отступил еще на ступеньку выше, стоило ему поймать мой взгляд. — Показать, что там и как, — быстро сориентировался он.

— Хорошо, — я пожал плечами и направился прямиком к подвалу, который скорее напоминал дополнительный подземный этаж, нежели какое-то помещение для хранения чего бы то ни было. Все это я понял благодаря магическому взору и расположению магических крыс, спрятавшихся по всему периметру подземного этажа.

Оказавшись возле запертой двери, я обернулся к хозяину дома.

— Феб! Ключ от подвала! — громко произнес незнакомец и спустя несколько секунд мальчишка лет десяти принес то, что от него требовалось. Судя по внешности, это был то ли сын, то ли внук хозяина дома, вряд ли слуга. Уж больно пацан был похож на седого богача.

Тем временем дверь на нижний подземный этаж была открыта.

— Принеси подсвечник, — приказал мальчишке хозяин дома, и вскоре у нас появился еще и источник света, причем магический.

В канделябр было вставлено три осветительных магических кристалла, которые я уже видел ранее.

— Барон, не поможете? — спросил меня богатей, протягивая мне канделябр.

— Хорошо, — я коснулся каждого кристалла указательным пальцем, и они ярко засветились.

— Спасибо, — мой собеседник улыбнулся.

Это что, была проверка на наличие у меня магии? Мне этот мужик нравился все меньше и меньше.

— Пожалуйста, — ответил я и отошел в сторону, тем самым пропуская хозяина дома вперед.

— Я лучше после вас пойду, барон, — произнес он, и я усмехнулся.

Достав шпагу, я начал спускаться, продолжая с помощью магического взора следить за крысами, часть из которых «оживились», когда услышали, что дверь открывается.

«А ведь они атакуют без разбора», — подумал я, вспоминая, что, как правило, звери стараются не атаковать тех, кто больше их в размерах.

Хотя, возможно, крысы уже не управляли собственным телом, и всеми их процессами и поведением руководили паразиты внутри них, основная цель которых, вероятнее всего, была размножаться.

Я усилил свое тело магией. В отличие от подвала мясной лавки, здесь крыс было гораздо больше. Следовало, конечно, дождаться воинов маркиза, но об этом нужно было думать раньше, а не тогда, когда уже спустился в подвал.

Первые твари атаковали нас, не успела моя нога спуститься на каменное основание подземного этажа. Два молниеносных выпада и обе твари, будучи еще в прыжке, лишились жизни, упав на каменный пол уже мертвыми. Хозяин дома за моей спиной охнул.

— Я, пожалуй, лучше пойду наверх, — произнес он, и я усмехнулся.

— Мне нужен свет, — я протянул руку за канделябром.

— Да, хорошо, — ответил он и передал мне источник света.

Он уже хотел было убраться отсюда, но я его окликнул.

— Понадобятся ведра и огонь. Желательно сильный.

Мой собеседник остановился.

— Зачем? — удивленно спросил он.

— Сжигать крыс, — ответил я и убил еще двух тварей. — Вам лучше уйти и сделать это быстро! — добавил я, так как магическое зрение подсказывало мне, что сейчас тварей будет гораздо больше, чем в первые две атаки.

— Да-да, хорошо! — его как ветром сдуло. Ну а я остался один против нескольких десятков крыс.

Да уж, кто бы подумал, что Василиск будет заниматься подобным. До чего же ты докатился? Воюешь с жалкими крысами!

* * *

Я стоял и тяжело дышал. Вокруг меня были раскиданы мертвые тушки крыс, большая часть из которых была убита шпагой. Но среди мертвых тушек можно было найти и тех, чью черепушку я пробил канделябром, который в моих руках тоже превратился в опасное оружие и сейчас был весь покрыт кровью.

При этом досталось и мне. Несмотря на всю мою скорость, некоторым тварям все же удалось добраться до меня и укусить. И сейчас я не без интереса наблюдал за тем, как мое ядовитое ядро поглощает яд, который попал в мой организм после укусов.

«Камзол придется менять», — я посмотрел на свою одежду, которая пришла в абсолютную негодность из-за укусов и крови, как моей, так и тварей.

Хорошо, что хотя магия позволяла делать тело крепче, в результате чего укусы крыс с магическими паразитами внутри были не такими опасными и оставляли на теле лишь неглубокие царапины, которые, опять же благодаря магии, скоро должны были зажить. Еще одна причина сделать тело сильней. В прошлой жизни обычное оружие было мне не страшно. Мою кожу оно просто не могло пробить.

— Фуу-х, — я тяжело выдохнул и, убедившись, что живых тварей на подземном этаже поместья больше нет, начал подниматься по лестнице наверх, но чуть было не споткнулся об одну из ступеней. Кажется, мне пора отдохнуть.

Сейчас я был измотан не столько физически, сколько магически. Постоянные усиления, использование магического зрения и поддержание концентрации при вытягивании яда сильно истощали магическое сердце, и маны в энергетической паутине практически не осталось. Еще немного и наступит магическое истощение, которого допускать я очень не хотел.

«Надо бы прикорнуть пару часиков», — я устало зевнул, и коснувшись ручки, толкнул дверь — заперто.

— Открывай! Я перебил всех крыс, — произнес я, но ответа не последовало.

А вот то, что с другой стороны началась возня, я отчетливо слышал. Выбивать, что ли, придется? Не хотелось на это тратить остатки своей маны, но, видимо, ничего не поделаешь. Я уже собрался было вышибить дверь, как вдруг послышался звук открывающегося замка.

Вот только саму дверь мне никто не открыл. Пришлось это делать самому. Толкнув ее, я вышел из подвала и увидел хозяина дома, который держал в руке странный предмет, направленный мне в лицо.

«Хм-м, никогда прежде не видел подобного приспособления», — подумал я, смотря на металлическую трубу с ручкой, которую седой богатей сжимал в руке. Мы встретились с ним взглядом.

— Все крысы мертвы, — устало произнес я и собрался было покинуть его дом, но незнакомец нервно выкрикнул.

— Стоять на месте!

Что? Он вообще понимает, с кем говорит?! Я смерил его уничтожающим взглядом.

— Не знаю, что это у вас в руках, но если вы прямо сейчас не перестанете направлять мне это в лицо, то я сломаю вам руку, — холодным тоном произнес я, продолжая смотреть мужчине в глаза.

Его рука, удерживающая странный предмет, дрогнула, но не опустилась.

«Ладно, его право», — как бы мне не хотелось тратить остатки магической энергии на это, мне все же пришлось усилить тебя. Как только магия «растеклась» по энергетической паутине каналов, я резко сорвался с места.

А затем послышался громкий хлопок, а мою щеку что-то обожгло, но я уже был вплотную к хозяину дома. Не обращая внимания на сизый дым, образовавшийся во время хлопка, и странный запах, я перехватил руку богача и с некоторым удовлетворением услышал хруст ломающихся костей и его истошный крик, наполненный болью.

— Я предупреждал, — произнес я, смотря на корчащегося от боли мужчину, упавшего на колени. После чего коснулся щеки.

Кровь. Не сложно было догадаться, что в руках хозяин поместья держал какое-то оружие. Я наклонился и поднял странное устройство, после чего внимательно его осмотрел. В моем мире ничего подобного не было, а иначе я бы точно знал, что это.

— Ты! — я посмотрел на богатея. — Ты выполнил то, что я от тебя требовал? — холодным тоном произнес я.

— Ты хоть знаешь, кто я такой?! — истошно заорал на меня седой.

Я устало вздохнул. Некоторых идиотов жизнь совсем ничему не учит. Как он вообще умудрился дожить до такого возраста с таким характером? Отбросив неизвестное мне оружие в сторону, я наклонился и, взяв его за грудки, резко дернул вверх, после чего, не обращая внимания на слуг, которые с опаской наблюдали за всей этой картиной, вмял тело мужика в стену.

— Ты напал на благородного! — сквозь зубы процедил я. — И ранил. Я могу прикончить тебя прямо сейчас! — смотря в наполненные страхом глаза своей жертвы, произнес я. — Ты сделал, что я говорил?!

— Да… Да. На заднем дворе есть печь и…

— Ведра?!

— Да, стоят в холле…

— Тащи! — я отпустил его.

— Но… у меня рука! — заблеял он, враз потеряв всю наглость.

— Бегом! — рявкнул я, и мужчину как ветром сдуло. А спустя секунд двадцать он вернулся уже с ведром.

— Прикажи слугам грузить крыс в подвале в ведра и нести их сжигать. Я буду на заднем дворе, — произнес я и, подняв оружие, пошел в сторону выхода.

«Интересная, однако, штуковина», — подумал я, изучая предмет, из которого в меня выстрелили, пока шел к заднему двору поместья.

Судя по запаху, в результате какой-то химической реакции это оружие чем-то выстрелило в меня. Скорее всего, куском металла. Причем, скорее всего, шарообразной формы.

Надо будет получше изучить это оружие. Ведь возможность устранять цели на расстоянии всегда давала большое преимущество убийцам вроде меня. Да, я отлично обращался с арбалетом и неплохо с луком, но никогда не упускал возможности научиться чему-то новому.

Тем временем, оказавшись на заднем дворе дома, к которому прилегал небольшой сквер, я остановился возле довольно большой круглой печи, которая явно использовалась не для готовки.

Огонь внутри полыхал сильный, поэтому проблем с сожжением паразитов возникнуть не должно, но проследить за процессом мне все же требовалось. И первым, кто принес ведро, наполненное крысами, был хозяин дома. А ведь для него все могло сложиться по-другому, если бы он послушал меня.

— Кидай в печь вместе с ведром, — сказал я богатею и тот послушно выполнил мой приказ.

Пламя внутри оказалось настолько сильным, что паразиты даже не успевали вылезать из тушек сразу сгорая в нем.

А вслед за хозяином дома, который так и остался рядом со мной, к печи начали приносить остальные ведра с крысами, которые тоже отправлялись в огонь. В итоге прошло несколько десятков минут и от магических паразитов с той стороны разлома не осталось и следа.

— Все. Больше там крыс нет, — ответил подошедший последним слуга.

Так как я привык не доверять людям, то пришлось снова прибегнуть к магическому зрению.

— Хорошо, — я устало потер глаза и направился в сторону дома, ибо двор оказался колодезного типа, и выйти можно было только через особняк.

— Господин, — со мной поравнялся богатей, в котором не осталось и капли того высокомерия, что было вначале.

— Что? — холодным тоном процедил я.

— Прошу прощения за содеянное. Я испугался… И был не прав… Могу я рассчитывать на вашу милость? — дрожащим от страха голосом спросил хозяин дома. — Я испугался и…

— Есть еще такие? — я кивнул на оружие в моих руках.

— Пистолеты? — спросил мой собеседник.

А. Вот, значит, как они называются.

— Да, — ответил я и, зайдя на крыльцо, открыл дверь, ведущую в дом.

— Есть еще парочка и мушкет, — выпалил хозяин дома.

— Неси, — приказал я седому. — И мне нужно съесть что-то сладкое, — по-хозяйски зайдя в дом, я огляделся по сторонам и, увидев кресло, которые выглядело удобным, сел в него. — И умыться.

— Сейчас все будет, — залебезил богатей. — Ванная комната направо. Горячую воду сейчас поднесут.

А всего-то и нужно было сломать руку. Методы моего родного мира работали и в этом. Вскоре передо мной поставили поднос, на котором было несколько пиал с каким-то вареньем или джемом, печенье и графин с морсом, а также котелок с чем-то горячим и пряным.

«Вкусно!» — я попробовал то, что было в котелке. Это был какой-то сбор трав, который по вкусу отдавал хвоей, мятой и кучей других вкусов, но при этом не горчил на вкус.

Сделав несколько глотков горячего напитка, я съел ложечку варенья и, взяв в руки печенье, хотел нанести на него сверху джем, когда увидел хозяина дома, который держал в руках два пистолета, а пацан, которого я уже видел ранее, оружие помощнее.

Видимо, это и был так называемый «мушкет».

— Вот, — они положил на стол оружие и пока я ел, смог внимательно его изучить.

Технологии этого мира явно продвинулись вперед по сравнению с моим миром. Не знаю, насколько убойная сила этих пистолетов превышала арбалеты, но мне определенно нужно было такое оружие. Во всяком случае, пистолет. В вот что касается мушкета, точно я сказать пока не мог.

Да, стрелять из них по крысам я точно не собираюсь, но вот для убийства людей эти штуки, как мне кажется, вполне пригодны. Чересчур шумные, как по мне. Но раз такое оружие есть в этом мире, то мне точно нужно его изучить и научиться им пользоваться.

— Я забираю их, — перекусив, я взял в руки два пистолета и пошел в сторону выхода.

Хозяин дома даже не стал со мной спорить и заговорил, только когда я оказался двери.

— Господин, могу я просить вас об одолжении? — спросил он и я остановился.

— Говори, — произнес я, смотря, как он сжимает в руках мушкет, который я не взял.

— Могу я заменить один пистолет на мушкет? — жалобно спросил он. — Он стоит в разы дороже и обладает гораздо лучшей точностью. В охоте он будет просто незаменим, — начал расхваливать оружие богатей.

Хм-м, в охоте? Пойдет.

— Нужен какой-то определенный? — спросил я, смотря на пистолеты у себя в руках, которые немного отличались друг от друга.

— Этот, — собеседник кивнул на тот, из которого выстрелил в меня. — Он дорог мне как память, — добавил он и тяжело вздохнул.

— Хорошо, — я отдал ему оружие и взял мушкет.

Я был настолько уставший, что единственное, чего я хотел, — это прилечь хотя бы на пару часиков поспать.

Даже если этот мужик хотел меня обмануть и пистолет стоил больших денег — мне было все равно.

Больше не говоря ни слова, я покинул этот дом и пошел в сторону лаборатории.

Глава 20

Огюста я застал за работой.

— Как успехи? — спросил эпидемиолог, когда я зашел в лабораторию. — Ого! Добыли огнестрельное оружие? — немного удивился он.

— Добился помощи от маркиза и зачистил от крыс пару домов. В одном оказалось довольно крупное гнездо, — ответил я, садясь на стул. — А это, по сути, награда за проделанную работу, — соврал я, ибо рассказывать ему то, что произошло в доме седого богача, я не собирался. — У вас какие успехи?

— Лекарство почти готово, — устало улыбнулся Шаллен. — Я понял, что нужна обычная сыворотка от бешенства, которую нужно усилить маной. Причем любой, — ответил мой собеседник и присмотрелся ко мне. — Люк, у вас магическое истощение? — обеспокоенно поинтересовался эпидемиолог.

— Нет, — покачал я головой. — Но маны практически не осталось, — честно ответил я.

— У меня еще есть немного, — произнес Огюст, который и сам выглядел неважно.

— Маркиз маг, но на него я бы полагаться не стал, — задумчиво ответил я. — Огюст, нам с вами нужно немного передохнуть. Хотя бы пару часов, — произнес я, но мой собеседник покачал головой.

— Мне нужно еще немного времени, чтобы создать пробные экземпляры лекарства, которые необходимо проверить на больных. И если сыворотка сработает, то тогда можно будет и передохнуть. Все равно магической энергии у меня практически не останется, — добавил он, и я кивнул.

— Хорошо. Тогда я пока вздремну, а вы, как только первая партия будет готова, разбудите меня. Я возьму лекарство, проверю его на больных, а вы в это время поспите. Идет? — спросил я напарника.

— Да, хороший план, — кивнул он.

— Отлично, тогда так и поступим, — сказал я эпидемиологу, а сам отправился в подсобное помещение, которое заприметил ранее.

Там стояла кушетка, на которой я и собирался отдохнуть, но не успел я закрыть глаза, как меня уже разбудили.

— Люк, проснитесь, — послышался знакомый голос, и я открыл глаза.

Надо мной стоял Шален, который с усталым, но довольным видом сжимал в руках две склянки с темно-зеленой жидкостью.

— Сколько я спал? — спросил я и принял сидячее положение. Такое ощущение, что я проспал минут пять. Не больше.

— Около двух часов, — ответил Огюст.

Ясно. Я зевнул и поднялся.

— Лекарство? — спросил я эпидемиолога.

— Да, — кивнул он и устало улыбнулся.

— Отлично. Отдыхайте, а я испробую его на больных, — ответил я напарнику и принял протянутые мне пузырьки.

— Будьте осторожны, — в голосе Огюста послышались нотки беспокойства.

— Вы о чем? — немного удивился я.

— О больных. Узнав, что лекарства у нас ограниченное количество, в людях могут пробудиться самые низменные чувства. Я не раз сталкивался с этим, поэтому предупреждаю. Будьте осторожны, барон, — серьезным тоном произнес мой собеседник.

— Хорошо, Огюст, я буду осторожен, — ответил я Шалену и улыбнулся. — Отдыхайте, — я хлопнул эпидемиолога по плечу и, пройдя сквозь лабораторию, вышел из нее на улицу.

Мой путь лежал в церковь Святого Густава. Туда-то я и направился, прихватив с собой шпагу и один пистолет.

Я проверил, он был не заряжен. Но ведь об этом знал только я.

Так как людей маркиза рядом с лабораторией я не встретил, то, не задерживаясь, сразу же пошел к церкви и был у нее уже минут через десять. Благо место, где мы работали над лекарством, располагалось практически в центре города, да и сам Сент-Эрен был небольшим.

Подойдя к церкви Святого Густава, я снова ощутил эту тяжелую ауру обреченности и тлена, которая с последнего нашего посещения только усилилась.

Люди продолжали болеть и умирать. Судя по дыму, который струился с заднего двора церкви, пока нас с Огюстом не было, кто-то точно не справился с болезнью.

— Не видел вас раньше, — стоило мне подойти поближе, как один из людей, стоящих рядом с погребальной ямой, где сжигали умерших, отделился и подошел ко мне.

Судя по его церемониальной одежде, это как раз и был тот самый монсеньор, о котором говорил мне Шален.

«Черт!» — выругался я про себя, поняв, что не спросил у эпидемиолога как осуществляются взаимоотношения знати с духовенством.

— Я барон Люк Кастельмор, — представился я, поравнявшись с монсеньором.

— Луи Бриан, — представился в ответ старик и улыбнулся.

На вид священнослужителю было около семидесяти, может, чуть больше. Морщинистое лицо, высокий лоб, седая эспаньолка и добрые карие глаза, располагающие к беседе.

— Огюст говорил мне о вас, — ответил я собеседнику, продолжая присматриваться к нему.

«Глаза хоть и добрые, но взгляд острый и цепкий», — первое, что я заметил в монсеньоре. Плюс, судя по тому, как он двигался, а вернее его походка, выдавала в нем опытного воина. Этот священник был не так прост, каким хотел показаться на первый взгляд.

— Надеюсь только хорошее, — мягко ответил Луи.

— Да, — кивнул я монсеньору. — Сколько умерло? — спросил я, посмотрев на дым.

— Четверо, — ответил он. — Все старики.

— Ясно. Я принес лекарство, которое разработал Огюст. Если вы не против, то я хотел бы опробовать его действие на ком-нибудь из больных, — произнес я, посмотрев на старика. — Мне неприятно это говорить, но прежде всего меня интересуют молодые мужчины или женщины. Мне нужно удостовериться, что противоядие работает, прежде чем зараженный умрет, — сказал я ему все, как есть.

— Я вас понимаю, — кивнул Бриан. — Давайте я лучше сам приведу больных, — предложил он.

— Я не боюсь заразиться, — спокойно ответил я.

— Дело не в этом, — он грустно улыбнулся.

— А, понял вас, — я кивнул монсеньору, поняв, что он имеет в виду. — Хорошо, приводите двоих. Лучше одного мужчину и одну женщину, — сказал я Луи, и он ушел.

Вернулся он спустя несколько минут с двумя бездомными. Мужчина и женщина. Обоим чуть за тридцать и оба в ужасном состоянии. Яд был уже практически в каждом органе, и заражение распространилось очень быстро.

— Сколько они уже больны? — спросил я, осматривая зараженных, которые уже еле двигались. Их практически на себе вытащил монсеньор, в старом теле которого, видимо, еще сохранились силы.

— Одни из первых, — ответил Бриан.

Я взглянул на людей, покрытых зелеными струпьями, от которых разило так, что слезились глаза.

«Ладно», — я откупорил зубами пробку и, уложив женщину прямо на мощеную камнем церковную дорожку, аккуратно влил содержимое склянки ей в рот.

То же самое я повторил и с мужчиной. А затем использовал магическое зрение, благо, благодаря сну, хоть и короткому, магическая энергия немного восстановилась.

Работает! Не знаю, была ли это заслуга магии Огюста, которая в основном носила оздоровительный характер, но мана, содержащаяся в зелье, начала медленно, но неотвратимо убивать ядовитые частички магического происхождения.

Через десять минут зелье Огюста подавило треть ядовитой маны. Через полчаса — практически половину, и к коже больных начал возвращаться нормальный оттенок кожи, а струпья — темнеть.

Спустя час в организме зараженных практически не осталось магических частиц, вызвавших заражение, но от самого бешенства этим людям все равно придется лечиться дальше. Возможно, так как я не знал, как протекала болезнь в этом мире.

В итоге у обоих больных спустя два часа не осталось ни единой частички зараженной маны. И для нас это был настоящий успех!

— Они здоровы, — произнес я, смотря на больных, которые уже могли сидеть. Они с непонимающим видом крутили головой по сторонам. — Во всяком случае, магия их уже не убивает, — добавил я, глядя на исхудавших и оголодавших людей, которые последний раз мылись, наверно, в прошлом веке.

— Вы уверены, господин Люк? — мягко поинтересовался монсеньор.

— Да. Бешенством они, вероятно, еще заражены, но что касается эпидемии, из-за которой нас прислал сюда Его Величество, то от нее они вылечены, — ответил я священнослужителю и снова посмотрел на бездомных. — Какие у вас отношения с маркизом? — спросил я.

— Хм-м. Хорошие, я полагаю, — ответил Луи.

— В городе есть свободные дома, заброшенные бараки или здания, где хотя бы есть стены и куда будет сложно проникнуть крысам? От этого напрямую зависит то, как быстро мы с Огюстом справимся с эпидемией. — сказал я Бриану.

— Надо подумать, — произнес монсеньор. — Таких много, но все они кому-то принадлежат, и нужно будет договариваться с хозяевами.

— Хорошо. Если что-то придумаете, попросите маркиза или лучше губернатора выделить эти помещения под наши нужды. Ну а мы избавим Сент-Эрен от заразных грызунов, — сказал я священнослужителю. — Если сможете найти подходящее здание, поставки еды я организую, — добавил я.

Появился у меня в городе недавно один должник, который поможет мне в этом. Я уже успел сделать несколько шагов по дорожке в сторону выхода с церковной территории, когда ко мне обратились.

— Спасибо, господин, — послышался слабый женский голос, и я обернулся.

По лицу женщины, которую вылечило зелье Огюста, текли слезы.

— Спасибо, господин… — она закрыла лицо руками.

— Все в порядке, — несмотря на то, что только пару часов назад незнакомка была зараженной, к тому же пребывала не в самом чистом состоянии, монсеньор все равно сел перед ней на колено и провел рукой по волосам.

— Все в порядке, — мягко произнес Луи.

— Спасибо, господин, — мужчина был более сдержан.

Опустив глаза вниз, он потерянным взглядом просто смотрел на камни.

— Пожалуйста, — ответил я. — Но благодарить вам нужно не меня, а Огюста Шалена. Это он разработал лекарство, — добавил я. — Позаботьтесь о них и постарайтесь найти кров, чтобы они не заразились повторно, — сказал я, обращаясь уже к Бриану. — А вопрос с едой я в скором времени решу, — сказав это, я быстрым шагом отправился обратно в лабораторию.

Когда я подошел к лаборатории, то застал небольшую группу воинов рядом с ней. Маркиз не обманул и нашел мне людей.

Отлично.

— Я Люк Кастельмор, — представился я, зайдя на крыльцо лаборатории и окинув присутствующих взглядом.

Девять. Неплохо.

— Наша основная задача заключается в том, чтобы зачистить гнезда с крысами, — продолжил я. — Я знаю, что вы и раньше этим занимались, но со мной это сделать будет гораздо проще, — произнес я и увидел уже знакомых мне стражников, тех, которых мы спасли, пока шли к церкви.

Я им кивнул, показывая, что помню их.

— Детали объяснять не буду. Главное, я буду говорить вам, где крысы есть, где нет и сколько их, — снова продолжил я, смотря на воинов и три коробки зажигательной смеси.

«Надеюсь, этого хватит», — подумал я.

— Вопросы? — спросил я, но ответом мне была тишина. — Вопросов нет. Отлично, — закончил я свою речь. — Ждите здесь, я скоро выйду, — сказал я людям маркиза и зашел в лабораторию.

Огюст еще спал, но мне пришлось его разбудить.

— О, господин Люк, — сонно произнес он, а затем резко вскочил. — Сыворотка?!

— Успокойтесь, — произнес я и улыбнулся. — Она работает.

— Хвала Богам! — радостно ответил эпидемиолог и выдохнул. — Значит, нужно сосредоточиться на том, чтобы сделать как можно большее количество сыворотки! — произнес он и поднялся с кушетки.

— У меня к вам вот какой вопрос. Вы сказали, что эпидемия — это какая-то продвинутая форма бешенства. Так? — спросил я, и Шален кивнул. — А ваше лекарство устраняет все симптомы или только магические?

— Все, разумеется, — кажется, мой вопрос удивил собеседника.

Хм-м. Значит, лекарства в этом мире более продвинутые, чем в моем. Занятно.

— Хорошо, — кивнул я. — Я сейчас отправлюсь с людьми маркиза зачищать гнезда, а вы пока займитесь сывороткой. Сделайте, сколько сможете, но не перенапрягайтесь. И да, я напишу письмо маркизу, чтобы он поделился своей маной, раз она так необходима. Думаю, он мне не откажет. Отправлю одного из его людей обратно, а в письме надавлю на то, что по приказу короля нам все должны оказывать посильную помощь, — добавил я и улыбнулся. — Все таки это его город и в его интересах нам помочь.

«А еще он сам виноват в этой эпидемии», — подумал я, но озвучивать свои мысли не стал.

— Звучит как отличный план, — ответил мой собеседник.

— Хорошо, — я подошел к столу, за которым работал Шален и, взяв лист бумаги, перо и чернила написал, письмо Жану Де’Бордо, а затем вышел на улицу. — Подойди, — позвал я человека маркиза, отряду которого мы с Огюстом помогли. — Передай это маркизу. Лично в руки. Скажи, что это от барона Люка Кастельмора и что это срочно, — серьезным тоном произнес я. — Потом возвращайся к нам. Мы начнем искать гнезда по всему городу, начиная от ворот и двигаясь по стене в левую сторону, — добавил я, и мужчина, кивнув, убежал исполнять мой приказ. — Так, все остальные за мной! — громко произнес я и направился к городским воротам.

Город Сент-Эрен был небольшим, поэтому от лаборатории до ворот мы дошли быстро. Как я и сказал человеку маркиза, мой план был прост. Двигаясь от городских ворот в левую сторону, я собрался обойти город по периметру, а затем заняться уже внутренним кругом и центром, двигаясь по своеобразной сужающейся спирали. Так и поступили.

И буквально во втором по счету доме нашлось небольшое гнездо на пять голов.

— Я сам разберусь, — произнес я, когда стражники выломали замок, ибо я не собирался тратить свое и их время, чтобы говорить с каждым владельцем дома и просить впустить нас.

Особенно когда вход в подвал дома был снаружи.

Никто из людей маркиза не стал мне перечить. Поэтому, спустившись внутрь, я быстро убил крыс, а затем вытащил их наружу за хвосты и кинул на мощеную камнем дорогу.

— Собирайте пока в мешок, потом будем сжигать, — приказал я, но никто не спешил выполнять мой приказ. — Заразиться можно только при укусе, — произнес я, но когда и это не сработало, а люди маркиза начали испуганно переглядываться друг с другом, я понял, что так дело не пойдет и придется действовать по-другому.

Очень хотелось раздать тумаков. По собственному опыту знаю, что физической силой можно мотивировать людей гораздо лучше, чем простыми словами. Но я сдержался.

— Слушайте меня внимательно, — вздохнул я. — От трупов крыс вы не заразитесь. Я гарантирую. В любом случае, я смогу вас вылечить, даже если вы пострадаете. Со мной вы в безопасности. Подтвердите, бойцы!

Я обращался к тем стражникам, чьих друзей я вылечил. Они подтвердили мои слова, и вся моя «команда» немного успокоилась.

— Ты! — я указал на первого попавшегося воина, на котором я увидел перчатки. — Бери и кидай их в мешок! — приказал я, и стражник неуверенно подошел к зараженным грызунам, после чего начал их закидывать в мешок. — Все, идем дальше, — я кивнул вперед, и мы отправились дальше.

В итоге чуть больше чем за четыре часа мы обошли половину города и остановились на небольшую передышку возле вторых ворот, ведущих в город. Они тоже были закрыты, а рядом с ними была выстроена очередная баррикада с помостами, на которых сидели арбалетчики.

«Хм-м, интересно», — подумал я, смотря на городских стражников. В этом мире существовали пистолеты и мушкеты, но при этом в первый раз я увидел это оружие только в доме седого богача, коллекционирующего доспехи. Стража же была вооружена арбалетами. Выходит, что подобное оружие имеет большую цену, и лишь немногие могут себе такое позволить.

— Господин Люк, — я увидел приближающегося ко мне стражника, которого я отослал доставить письмо маркизу.

Подбежав ко мне, он немного отдышался.

— Я передал письмо, — отрапортовал он. — Долго не пускали во владения господина Жана, поэтому так задержался, — объяснил он причину своего долгого отсутствия.

— Хорошо. Что он ответил? — спросил я.

— Сказал, чтобы я вам передал, господин, что маркиз изволит помочь вам в ваших начинаниях, — ответил мой гонец.

Изволит. Как будто он мне делает одолжение, когда на самом деле все не так. Я был в Сент-Эрене по приказу короля, и в письме говорилось, что знать и губернатор должны содействовать мне в борьбе с эпидемией.

Я тяжело вздохнул.

Вот в чем мой мир был похож на этот, так это в отношении людей к проблемам других. Особенно это было заметно, когда дело касалось благородных и простолюдинов.

Аристократам было плевать, что в городе бушует эпидемия. Они не были заражены, а на остальное плевать. Чего уж там говорить, маркиз вон бал закатил, пока остальные либо боялись высунуть нос из дома, либо умирали в церкви, будучи зараженными.

А ведь это по вине Жана в городе случилась эпидемия! Я невольно сжал от злости кулаки. Я поспособствую, чтобы маркиз не избежал правосудия!

Я грустно улыбнулся. Что с тобой случилось, Василиск? Правосудие? Откуда такие мысли? Кажется, при перерождении в моей душе что-то сильно поменялось. Виной этому тело бедняги Люка или что-то другое? Я не знаю.

Но точно знаю одно. От гнева Василиска еще никто и никогда не уходил. Так было в прошлой жизни, так будет и в этой.

Глава 21

К вечеру мы с людьми маркиза обошли внешний круг города целиком. И, признаться честно, я просто валился с ног от усталости.

Мне постоянно приходилось использовать магическое зрение, но благодаря ему мы быстро находили гнезда зараженных паразитами крыс и быстро их зачищали. Где тварей было мало, я справлялся сам, где много — мы просто использовали горючую смесь, и дело шло быстрее. Задерживались мы ненадолго, только для того, чтобы сжечь крыс с паразитами, когда попадалась нужная печь.

Как я уже понял, паразит некоторое время сидел в мертвом теле спокойно, примерно через час начиная беспокоиться и пытаясь выбраться наружу в поисках нового «дома». Вот в течение часа и нужно было всё это сжечь.

— Завтра утром жду вас у лаборатории, — произнес я, обращаясь к моему небольшому отряду, и как только они ушли, я зашел внутрь.

— О! Люк, рад вас снова видеть! — Огюст был как всегда приветлив, несмотря на усталость. — Как ваша охота? — поинтересовался эпидемиолог.

— Удачно, — улыбнулся я. — Маркиз был?

— Да. Благодаря его мане мы создали много сыворотки. Сейчас заканчиваю последнюю партию, и можно будет отправляться в церковь, — ответил он, и его слегка качнуло в сторону.

— Я составлю вам компанию, — ответил я Шалену.

— Нет, что вы, Люк! Вам нужно отдохнуть! — попытался возразить мне собеседник, но я и слушать его не стал.

— Вам тоже нужен отдых. Отнесем сыворотку в церковь, а потом вместе отдохнем, — ответил я Огюсту, и тот попытался мне что-то ответить, но по моему взгляду понял, что это бесполезно.

— Хорошо, — сдался он.

— Вот и славно, — я улыбнулся. — Вам с чем-нибудь помочь? — поинтересовался я.

— Да, вот список, — не отрываясь от дела, Шален пододвинул мне листок по столу. — Сделайте все от тринадцатого пункта до семнадцатого. Это сильно мне поможет, — произнес Огюст, и я, кивнув, приступил к работе. Благо она не только для Люка Кастельмора была простой, но даже и для Василиска, специализацией которого были не сыворотки, а наоборот — яды.

В итоге мы закончили за час. Еще немного времени занял путь до церкви Святого Густава. Затем Луи, который, видимо, денно и нощно был тут, начал выводить людей небольшими группами. Сначала были дети, потом юноши и молодые девушки, а за ними наступила очередь взрослых. И как раз на этом моменте случился неприятный инцидент.

Сыворотки осталось всего три единицы, и монсеньор как раз вывел последних двух мужчин и женщину, но вслед за ними из церкви выбежал еще один человек, который сразу же рванул к нам.

— Назад! — сказал я Огюсту и закрыл его собой.

— Мне! Мне! Мне нужно лекарство! — с пеной на губах заорал мужчина, тело которого обильно было покрыто зелеными струпьями. — Пожалуйста! Я не хочу умирать! — махая руками, он бежал к нам, но вдруг его ноги подкосились, и он рухнул, разбив лицо и губы в кровь. — Прошу, — он поднял голову, и пена у его рта стала красной.

Я посмотрел на него магическим зрением — он умирал.

— Сыворотки осталось только три, — произнес Огюст, смотря на распластавшегося на дорожке мужика. — Я… Я не могу…

— Успокойся, — произнес я. — Лечи сывороткой этих, — я кивнул на людей, которых вел монсеньор. — А я займусь им, — добавил я и подошел к зараженному.

Присев на одно колено, я произнес:

— Сейчас я заберу часть заразы, и ты протянешь до завтра, — приложив к его печени руку, я начал медленно поглощать яд.

— Спасибо, господин, — простонал он и обмяк.

Я проверил пульс — всё еще живой. Поэтому я продолжил вытягивать из его тела яд, особо не напрягаясь. Лечение «напрямую» забирало гораздо больше сил, нежели передача маны в лекарство. Силы, затраченные на одного этого человека, хватило бы на пару десятков доз лекарства, которые спасли бы столько же людей. Нерационально.

Кроме того, если продолжу, точно получу магическое истощение, а это не шутка. Мало того, что пару дней будет ужасно кружиться голова, тошнить, а тело будет вялым, так еще магическое истощение пагубно сказывается на энергетической паутине и ядре.

— С ним я закончил, — я подошел к Луи Огюсту. — Он не вылечен полностью, но я убрал часть заразы, поэтому до завтра точно доживет, — устало произнес я.

— Я займусь им, — кивнул монсеньор. — А вы идите и отдохните. На вас обоих лица нет, — добавил он, и мы с шаленом переглянусь.

Судя по тому, что видел я, а вероятно, то же самое видел и мой напарник, нам и правда требовалось хорошо поспать и поесть.

— Идемте, нам нужен отдых, — сказал я эпидемиологу и он кивнул.

— До завтра, монсеньор, — попрощался он с Брианом.

— До завтра, — ответил священнослужитель. — Вы сегодня очень много сделали для людей и города в целом, — добавил он. — Да прибудет с вами благодать Шаалы, — он сделал странный жест указательным и средним пальцем, а затем пошел в сторону зараженного, который так и остался лежать на земле.

— Нам пора, — произнес я, и мы с Огюстом наконец-то отправились в гостиницу, в которой в последний раз были, когда только заехали в город.

Да уж, нелегкие выдались деньки… Я снова усмехнулся. Если карма существует, то сейчас я отрабатываю ее по полной, за всё то, что я совершил в прошлой жизни. Забавно…

* * *

Несмотря на усталость, на следующее утро проснулся я очень рано. Тихо одевшись и забрав вещи, я бесшумно покинул номер. Огюста будить не стал. Пусть еще поспит. Спустившись вниз, я быстренько перекусил, после чего сразу же направился в лабораторию, где меня уже ждали люди маркиза.

— Если сегодня до вечера разберемся с гнездами, с меня выпивка. Всем. Много, — решил я поднять мотивацию воинов, и разумеется, это сработало, так как меня поддержали громкими криками и гулом.

Отлично! Если все пройдет так, как надо, то сегодня удастся очистить город от паразитов, и тогда завтра можно будет покинуть Сент-Эрен, — подумал я, но вдруг вспомнил о еще одной важной вещи.

Дуэль. Я выругался про себя. Из-за этого Жерома Прево придется задержаться в городе. Ладно, думаю, времени много он у меня не отнимет. Да, может он сильный и опытный воин, но против Василиска у него нет шансов.

— Все, идемте! — приказал я людям маркиза и мы отправились жечь гнезда.

Спустя несколько часов.

— Ждите здесь, — приказал я воинам, когда мы оказались возле одного знакомого мне здания, хозяина которого я решил навестить, раз уж все равно оказался рядом.

Поднявшись на крыльцо, я постучал в дверь. В этот раз мне открыли быстро.

— Прошу, проходите, господин Лоран ждет вас в кабинете, — произнес слуга и, сделав приглашающий жест, проводил меня в нужную комнату.

Седой богатей действительно ждал меня в кабинете.

«Интересно, чем он занимается?» — подумал я, смотря на роскошь внутреннего убранства комнаты.

Судя по богатству, это вряд ли что-то законное. Есть у меня определенная чуйка на такие дела.

— Господин Люк, чем обязан вашему визиту? — поинтересовался хозяин дома, рука которого была забинтована.

Ишь, какой шелковый стал. Вон, даже улыбку приветливую нацепил. А всего-то и надо было сломать руку. Я усмехнулся про себя. Уж в чем в чем, а в этом плане наши миры были одинаковые. Сила решала все. Даже власть и деньги уходили на второй план и случай с этим богатеем был тому доказательством.

— Нужна ваша помощь, — ответил я, решив тоже стать вежливым.

— Да? И какого рода? — спросил мой собеседник, не особо удивившись моим словам.

Думает, я буду просить деньги. Не угадал.

— Мы с Огюстом Шаленом нашли лекарство от разразившейся в городе эпидемии. Она работает, и часть больных мы уже вылечили с помощью нее. Но люди после болезни слабы, и им требуется кров и питание. Луи Бриан вместе с маркизом Жаном Де’Бордо и губернатором решат вопрос с крышей над головой. Вас же я прошу обеспечить людей едой. В Сент-Эрене я по приказу короля, поэтому, когда буду писать подробный отчет о проделанной работе, то я укажу в нем вашу посильную поддержку нам, если таковая будет, — я посмотрел старику в глаза.

— Разумеется, — не задумываясь, ответил Лоран. — Мне только нужно знать конкретное место, куда доставить продовольствие. Остальные вопросы я решу сам, — вежливо добавил мой собеседник.

— Отлично, тогда не буду вас больше задерживать, — я поднялся с кресла.

— Отправьте мне письмо, и к вечеру все выздоровевшие уже будут сыты, — произнес хозяин поместья, и я кивнул.

Один вопрос улажен. Идем дальше.

Следующим пунктом назначения в моей «увеселительной прогулке» по Сент-Эрену была церковь. Правда, до нее я с людьми маркиза дошел сильно за полдень, но, учитывая, что моя миссия заключалась совершенно в другом, это уже был успех.

Огюста здесь не было, а это означало, что он работает в лаборатории. Почему-то у меня и мысли не было подумать о Шалене, что он до сих пор спит.

— Люк, рад вас видеть, — стоило мне зайти на территорию церкви, как меня сразу же вышел встречать Луи Брион.

— Взаимно, монсеньор, — ответил я и улыбнулся. — Я к вам по делу.

— Хорошо, — кивнул он. — У меня тоже есть для вас хорошие новости, — произнес он и, кажется, я понял, о чем идет речь.

— Нашли помещение для больных? — спросил я.

— Да. Была в Сент-Эрене одна мануфактура, которая прогорела. Выздоровевших временно можно поселить там. Помещения, конечно, заброшенные, но я и несколько небезразличных людей при помощи ресурсов губернатора приведем их в должный вид. Во всяком случае, крысы туда не смогут проникнуть, — ответил мой собеседник.

— Это и правда хорошая новость, — ответил я. — С продовольствием я тоже разобрался. Вам ведь знаком некий Лоран? Его дом располагается в восточной части города, недалеко от поместья маркиза, — спросил я монсеньора.

— Лорана Шари? — усмехнулся Брион. — Вы не знаете, кто такой Оружейный Барон? — удивленно спросил священнослужитель.

— Нет, — покачал я головой. — Дело в том, что после одного инцидента я потерял память, — сказал я собеседнику полуправду. — То есть он аристократ?

— Прошу простить мою бестактность, — извинился Луи и тут же улыбнулся. — Нет, он не аристократ. Лорана Шари знают не только в Сент-Эрене, но и много где еще. Его коллекция вооружения впечатляет, и, судя по тому, что я слышал, он способен достать любое оружие, лишь бы были луидоры. Ну а Оружейный Барон — это просто прозвище, он даже не сам его придумал, — добавил собеседник.

Ясно. Значит, вот каким образом он сколотил состояние. Контрабанда.

— В общем, этот человек предоставит необходимое продовольствие. Монсеньор, могу я попросить вас о небольшом одолжении? — спросил я Бриана.

— Разумеется, барон, — ответил Луи.

— Можете написать Лорану Шари письмо с указанием места, где именно будут содержать выздоровевших? С его слов, к вечеру они уже не должны будут голодать, — повторил я обещание «барона».

— С радостью, — довольным голосом произнес священнослужитель. — Ваша добродетель не знает границ!

— Я лишь делаю все, что в моих силах, — ответил я, и на душе стало тепло.

Делать хорошие поступки, оказывается, так приятно.

Алхимическая лаборатория, г. Сент-Эрен

Огюст трудился над лекарством от эпидемии, когда услышал, что в лабораторию вошли.

«Люк?» — подумал он, отвлекаясь от работы.

— Маркиз, рад вас видеть, — произнес эпидемиолог, поняв, что это не барон Кастельмор.

— Взаимно, Огюст, — приветливо ответил ему Жан, который с самого утра был уже навеселе. — Я к вам по делу, — он улыбнулся.

— Делу? — удивился Шаллен. — Если вы хотите снова поделиться своей маной, то…

— Нет. Это тут не причем, — ответил Де’Бордо. — У меня к вам есть деловое предложение, — на его губах появилась лукавая улыбка.

— Хм-м. Слушаю вас, маркиз, — эпидемиолог оставил свои дела.

— Отлично. Это касается вашего знакомого Люка Кастельмора, — произнес Жан, и Шаллен сразу же нахмурился. — Дело в том, что барон сует нос, куда не следует, и не только я, но и другие влиятельные жители Сент-Эрена хотели бы, чтобы он прекратил это делать, — произнес маркиз, смотря собеседнику в глаза.

— В каком смысле? — спросил Огюст, хотя ему и так все было понятно.

— Вы знаете в каком, — спокойно ответил Де’Бордо. — Если поможете, то обещаю, что уже к началу осени вы получите свой долгожданный титул барона, — улыбка на его губах стала еще шире. — Да-да! Я умею быть благодарным.

В лаборатории воцарилась гробовая тишина.

— Я приехал сюда не за этим, — холодным тоном процедил Шален. — Убирайтесь, маркиз! И только попробуйте навредить Люку! Клянусь, если вы хоть раз еще заикнетесь об этом или с бароном что-то случится, то я сделаю все, чтобы через пару дней вы гнили в Последнем Приюте за планирование покушения на благородного! — заявил Огюст. — Выметай…

Молниеносный укол шпагой в грудь заставил его прерваться на полуслове. Он в ярости поднял руку до этого и сдвинулся с места, поэтому укол не достиг сердца, как планировал маркиз. Глаза эпидемиолога округлились от удивления и страха.

— Надо было принять мое предложение, — усмехнулся Жан Де’Бордо и резким движением выдернул шпагу, собираясь добить Шалена, но яркая вспышка вдруг ослепила его.

— Тварь! — выругался маркиз и все равно нанес удар.

Послышался звук падения, и в лаборатории вновь воцарилась тишина. Он не промахнулся, и удар попал в сердце строптивого зазнавшегося простолюдина, который забыл свое место.

Глаза маркиза болели и слезились, поэтому выход из здания он нашел с трудом.

— Разгромите там все! — приказал он своим людям. — И усадите меня кто-нибудь в карету! — раздраженно произнес он, и вскоре карета везла его уже в поместье.

Огюст Шаллен остался лежать на полу лаборатории с пробитым легким и сердцем…

Глава 22

— Выпивку всем за мой счет! — весело произнес я, когда мы зашли в таверну, в которую нас заселили после «трудового» дня, во время которого мы с людьми маркиза избавили город от всех зараженных крыс.

Сам я пить не стал и поднялся наверх, в нашу с Огюстом комнату. Разумеется, его там не было.

Наверняка весь в работе, — подумал я. Спустившись обратно, подошел к стойке с трактирщиком и положил на нее полновесный луидор.

— Поите их вдоволь, — произнес я, и мужчина улыбнулся.

— Разумеется, господин, — ответил он. — Пока под столы не упадут, эль будет литься рекой, — пообещал мне трактирщик, и я со спокойной душой отправился в сторону лаборатории.

Шалену наверняка нужна моя помощь, и если все пройдет гладко, то уже сегодня в городе не останется зараженных эпидемией, а значит, завтра я убью этого Жерара Прево и спокойно отправлюсь домой, где смогу нормально отдохнуть и восстановиться перед охотой у Рошфоров.

С этими мыслями я и шел по дороге, пока не подошел к лаборатории, где мое чутье Василиска сразу же забило тревогу. Что-то тут не так!

Я внимательно огляделся по сторонам — никого и ничего подозрительного. Но почему же так неспокойно на душе?

Я подошел к лаборатории, поднялся на крыльцо и толкнул дверь. В нос сразу же ударил металлический запах, который был мне очень хорошо знаком. Запах крови.

— Огюст! — я бросился вперед, но, увидев лежащего на полу Шалена, понял, что опоздал.

Королевский эпидемиолог был уже мертв. Я подошел к растекшейся из-под его тела луже крови, которая уже давно свернулась, и закрыл Огюсту мёртвые глаза, которые взирали на мир удивленно и растерянно. Вокруг царил настоящий бардак, и все было перевернуто.

«Мародеры?» — была первая мысль, которая пришла мне в голову. Возможно, но нужно кое-что проверить.

Я аккуратно расстегнул Шалену рубашку и изучил его тело. Нет, это точны были не обычные грабители. Два укола, которые я увидел на его теле, были сделаны профессиональным фехтовальщиком. Причем, скорее всего, шпагой или на крайний случай — рапирой. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, кто это мог сделать.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на труды Огюста, которые были полностью уничтожены. Я быстро пробежался по полкам, отметив, что кто-то методично и планомерно уничтожил как заготовки, так и готовое лекарство. Лекарство, которое могло спасти множество людей.

Я почувствовал, как внутри меня начинает медленно, но неуклонно разрастаться гнев. Гнев Василиска. Исключительно редкое для меня чувство. Я вообще не думал, что оно у меня может быть, так как первым правилом хорошего убийцы был полный контроль эмоций, а лучше их полное отсутствие.

Честно говоря, я думал, что эмоции у меня отсутствуют. Думал до того дня, когда прижал к груди свою мертвую любовь. Вот тогда я понял, что я всё-таки обычный человек.

«Огюст-Огюст! Ну как так-то?» — покачал я головой, глядя на хорошего человека, у которого целью жизни было помогать другим. «Кто бы это не сделал, он обязательно за это поплатится», — пообещал я самому себе, после чего вышел на улицу.

Сейчас мне нужно было найти кого-нибудь из стражников, чтобы тот мог зафиксировать смерть человека, который искренне хотел помочь этому городу.

— Стой! — я окликнул патруль, который так удачно проходил рядом. — В лаборатории труп, — произнес я, и два стражника сразу же взяли меня на прицел своих арбалетов.

Неужели в городе еще остались люди, которые не знали, чем мы с Шалленом тут занимались? И еще те, кто не брал меня в прицел.

— Я барон Кастельмор! — уверенным тоном произнес я. — Возвращаясь в лабораторию, я обнаружил мертвое тело своего напарника — королевского эпидемиолога Огюста Шаллена. Кроме этого, кто-то учинил погром в лаборатории, — добавил я, посмотрев на стражников, которые все еще целились в меня из арбалетов.

— Опустили! — гаркнул на них один из воинов. — Прошу прощения, барон, они первый раз в патруле, — извинился он. — Мы можем зайти и осмотреть место преступления?

— Да, — кивнул я стражнику.

— Хорошо, — они поспешили в здание.

— Только ничего не трогайте там. Я сам все уберу, — предупредил я их.

«Не хватало, чтобы они что-нибудь еще сломали из того, что уцелело», — подумал я, решив остаться снаружи.

— Господин, что делать с телом? — голос вышедшего на улицу стражника отвлек меня от рассуждений о том, что мне делать дальше.

С одной стороны, нужно было закончить дело Огюста и вылечить оставшихся больных, зараженных эпидемией. С другой — у меня руки чесались перерезать маркизу или губернатору глотки. Возможно, сразу обоим, ибо я был уверен в том, что эта парочка в сговоре. И все, что происходит в Сент-Эрене, делается с их одобрения или даже пособничества.

— Господин…

— Несите в церковь, — ответил я.

— Хорошо, господин, — ответил стражник. — Мы принесем носилки. И да, мы там ничего не трогали. — добавил он и удалился, прихватив с собой еще одного воина.

Вскоре они вернулись с носилками, а спустя пару минут я наблюдал, как бездыханное тело Огюста уносят по мощенной камнем дороге города.

«Он был хорошим человеком, и я отомщу за него», — снова подумал я, удивляясь своим чувствам. За наше недолгое знакомство я, оказывается, сильно привязался к этому добряку.

Проводив небольшую процессию взглядом, я вернулся в лабораторию. Тут нужно было навести порядок, а затем закончить то, что начал Огюст. Этим я и занялся. И заняло это все время до поздней ночи. Всё-таки я смог сделать еще несколько порций лекарств из остатков ингредиентов, которые пришлось в буквальном смысле собирать с пола. Хватит далеко не всем, но хоть кому-то я еще смогу помочь.

— Фуу-х, — я устало выдохнул. Сыворотка требовала насыщения магической энергией, и потребовалось ее немало. Зато она была готова, и можно было нести ее в церковь.

— Господин Люк, — голос послышался с улицы.

Я выглянул в окно и в тусклом свете нескольких кристаллов освещения возле лаборатории увидел монсеньора Луи. Встав, я открыл священнослужителю дверь и впустил его внутрь.

— Мне доставили тело Огюста, — грустным голосом произнес он. — Примите мои соболезнования, барон.

— Да, это большая утрата для страны, — честно признался я. — Этот человек мог очень многое сделать для своего народа, — добавил я. — Прошу прощения, но могу предложить вам только воду, — виновато произнес я, так как в лаборатории действительно больше ничего не было.

— Благодарю. Воды будет достаточно, — ответил монсеньор.

— Хорошо, — я налил ему воды и протянул стакан.

— Я так полагаю, вы знаете, зачем я пришел, — произнес Бриан, сделав несколько глотков.

— Да, знаю, — ответил я. — Вот, — я кивнул ему на стойку, где ровными рядами были уложены склянки с лекарством от эпидемии. — Я закончил начатое.

— Вы меня удивляете, господин Люк, — старик улыбнулся.

— Чем же? — немного удивился я.

— Почему вы так стараетесь для этого города? — спросил мой собеседник.

— Приказ короля, — соврал я.

— Лукавите, барон, — покачал головой монсеньор.

— Да? Может, тогда вы знаете причину? — спросил я священнослужителя.

— Думаю, знаю, — ответил он. — Я долго живу на свете. Уверен, что после происшедшего с вашей семьей многих это сломило бы. Но не вас. Вы просто хороший человек, Люк Кастельмор. Вот и все, — добавил Бриан, смотря мне в глаза.

Ага, сказал бы это он прежнему мне…

— Возможно, — я пожал плечами. — Во всяком случае, спорить не буду.

— Вот и славно. Значит, вы говорите, лекарство готово? — Луи сменил тему.

— Да, монсеньор, — ответил я.

— Хорошо. Тогда предлагаю немедленно отправляться в церковь. После того как больные узнали, что Огюст умер, среди них начались волнения, — произнес Бриан, и я прекрасно его понимал.

— Тогда не будем терять времени, — я встал и начал укладывать лекарство в сумку. — Хватит не всем, вы это понимаете? И мне не из чего делать остаток.

— Да, понимаю, — вздохнул священник. — На все воля Всевышнего.

— А что случилось с телом Шалена? — уточнил я.

— Когда закончится карантин, я первой же каретой вышлю его тело родным, — ответил собеседник.

Хм-м, интересно.

— А оно не испортится? — удивленно спросил я, так как погода на улице стояла довольно жаркая.

— Нет, он же маг, — снисходительно ответил Луи. — Разве вы не знали, что мана в теле мага долгое время не позволяет физической оболочке разложиться, — добавил он, а я, в свою очередь, узнал что-то новое.

Занятный факт.

— Не знал, — честно признался я.

— Странно, — удивился монсеньор. — Хотя, если верить слухам, которые уже ходят по городу, то вы лишились всех воспоминаний. Верно? — спросил он, и я усмехнулся.

Быстро же, однако, распространяются слухи.

— Все верно, — коротко ответил я и кивнул на дверь. — Можем идти.

— Я помолюсь за ваших родных, — монсеньор склонил голову и что-то прошептал губами.

— Спасибо, — поблагодарил я священнослужителя, и вместе с ним, покинув лабораторию, мы отправились в церковь Святого Густава.

«А он в хорошей форме», — подумал я. Несмотря на свой возраст, Луи двигался на удивление бодро и резво. Он ни на шаг не отставал от меня и спокойно поддерживал разговор на ходу.

— Могу я у вас кое-что спросить, монсеньор? — поинтересовался я у священнослужителя по дороге в церковь Святого Густава.

— Да, конечно, барон, — ответил Бриан.

— Вы раньше были военным, монсеньор? — прямо спросил я.

Луи повернулся ко мне и окинул меня заинтересованным взглядом.

— Можете называть меня просто Луи, — ответил собеседник. — Вы меня все больше и больше удивляете, Люк Кастельмор, — усмехнулся монсеньор.

— Тогда тоже попрошу обращаться ко мне без фамилии, — ответил я. — Чем же я вас удивил на этот раз? — спросил я.

— Своим острым глазом, Люк, — ответил священнослужитель. — Как вы догадались?

— По манере ваших движений и… гхм… повадкам, — честно ответил я.

— Интересно, — задумчиво ответил Луи. — По движениям, значит. Думал, на подобное способны только опытные воины, — он снова улыбнулся. — Если мои сведения о вас верны, то к ратному делу вы никогда не испытывали интерес. Так? — спросил Бриан.

— Раньше нет, но после того, как жизнь позволила начать мне с чистого листа, собираюсь немного изменить свой прежний ритм жизни, — ответил я священнослужителю.

— Похвально, Люк. Похвально. Только вот я боюсь, что все ваши начинания могут кануть в Лету, — он озадаченно посмотрел на меня. — Понимаете, к чему я веду?

— Да, — кивнул я. — К дуэли.

— Именно. Мой вам совет: откажитесь от нее, — в голосе моего собеседника сквозила обеспокоенность.

— Нет, Луи, — я покачал головой. — Этого я сделать не могу.

— Но Огюст же сказал вам, кто такой Жером Прево?! — спросил меня монсеньор.

Так вот от кого о губернаторе узнал Огюст. Логично, учитывая, что кроме меня с ним никто больше не общался.

— Да, — кивнул я. — Но это ничего не меняет. Луи, можете не беспокоиться за меня. Завтра умру не я, а губернатор, — ответил я, и мой собеседник покачал головой.

— Если я смогу победить вас в тренировочном поединке, согласитесь ли отказаться от поединка? — вдруг спросил Бриан.

А ведь он за меня переживает. А кто переживал когда-нибудь за Василиска? За всю мою недолгую жизнь только один человек — моя единственная любовь.

— Мне льстит ваша забота Луи. Но я не думаю, что в этом есть смысл, — честно ответил я.

— Да? — его взгляд изменился. — Думаете, раз я старик, значит, ни на что не способен? — усмехнувшись, спросил он.

— Я такого не говорил. Просто я знаю, что завтра победа будет за мной и…

— Тогда вам не стоит бояться обычно спарринга со старым священником. Так? — спросил Бриан.

Вот же упертый старик.

— Хорошо, я согласен и принимаю ваши условия, — ответил монсеньору.

— Отлично. Тогда как закончим с больными, я вызываю вас, Люк, на тренировочный поединок. Если одержите победу — дуэль состоится. Но если выиграю я, то вы обещаете, что откажитесь от дуэли. Идет? — мой собеседник посмотрел мне в глаза, явно ожидая ответа.

— Хорошо, — сдался я.

Порадую старика. Главное — не перестараться. Хотя, судя по тому, как он настроился, именно Луи планирует победить в нашем тренировочном спарринге. Что ж, удачи ему.

За беседой с монсеньором время прошло быстро, и вскоре мы оказались возле церкви.

— Тут все нормально? — спросил я, смотря как территорию охраняют городская стража Сент-Эрена.

— Я же сказал, что после смерти Огюста среди больных начались волнения, — ответил мне Луи и, подняв руку, поприветствовал одного из воинов.

Тот склонил голову и кивнул на вход в церковь.

— И насколько все серьезно? — поинтересовался я.

— Пока обошлось без смертей, — ответил священнослужитель. — И в мое отсутствие, видимо, тоже, — добавил он и остановился.

— Только молодые и здоровые, как бы грустно не было это говорить, — напомнил я монсерьеру нашу договоренность.

— Ждите меня здесь, Люк, — нахмурившись, согласно кивнул он и пошел в церковь.

Вскоре он вышел с небольшой группой людей, среди которых был тот мужик, из которого я вчера удалил яд.

— Господин! — он упал на колени возле меня. — Спасибо, господин! — произнес он ослабевшим голосом.

— Луи, помогите мне, — попросил я монсеньора и протянул ему несколько склянок.

— Пей, — откупорив крышку, я, не доверяя его дрожащим рукам, сам влил сыворотку в его рот, а затем «переключился» на магическое зрение.

Работает!

Спасибо записям Огюста. Без них не знаю, сколько бы мне времени потребовалось, чтобы самостоятельно приготовить лекарство. Все же специализировался я немного на других вещах.

— Ведите следующих, — попросил я Бриана. Спустя некоторое время священник появился с другой группой зараженных.

«Так, перед завтрашней дуэлью неплохо было бы немного укрепиться», — подумал я, смотря на зараженных и ядовитую ману в их организме.

— Ты, — я указал на молодого парня, который, судя по количеству отравы в его организме, заразился в «последней волне». — Подойди, — приказал я ему, и когда он выполнил указание, коснулся указательным пальцем его шеи и стянул в нее большую часть яда, после чего поглотил его.

Можно, конечно, было сделать то же самое и с другими зараженными, оставшимися в церкви, но у меня практически не осталось магической энергии. Большую её часть я потратил на зачистку гнезд с крысами, а затем еще и на сыворотку. К тому же немного нужно было оставить на дуэль с монсеньором. Мало ли на что способен этот Луи.

— Пей, — я отдал ему лекарство, а затем раздал его и остальным.

В итоге, спустя около часа в церкви Святого Густава остались только самые старые или самые больные люди. В большинстве своем они были без сознания и мало что соображали. Я вздохнул. Тот самый выбор без выбора. И я его сделал. Как всегда.

— Проводите выздоровевших в мануфактуру, — сказал Бриан одному из стражников, и под присмотром других воинов вылеченных жителей Сент-Эрена повели к остальным выздоровевшим, где их ждала еда и крыша над головой.

— Спасибо вам, Люк, — подойдя ко мне, монсеньор по-доброму улыбнулся.

— Пожалуйста, Луи, — ответил я монсеньору. — Это был мой долг, и я его выполнил.

— Перед королем?

— Нет, перед Огюстом, — спокойно ответил я.

Теперь осталось за него отомстить, и тогда долг будет выплачен полностью. А тем временем мой собеседник грустно усмехнулся.

— Вы интересный молодой человек, — произнес он. — Я обязательно сообщу о вас его высокопреосвященству кардиналу Арману Де’Лузеньяну, герцогу Жумельяку, — добавил он и посмотрел в сторону церкви. — Я сейчас, — мой собеседник встал и вскоре исчез за дверьми церкви Святого Густава.

Вернулся он через несколько минут с двумя шпагами.

— Не беспокойтесь, Люк, они тренировочные, — с этими словами Бриан протянул мне один из клинков, которые он держал в руке.

— Не передумали, значит? — взяв шпагу, я легонько взмахнул ею.

Хм-м, а неплохо. Баланс, конечно, немного хромал, к тому же это оружие было гораздо легче, чем, например, то, что покоилось в моих ножнах, но зато этой шпагой было сложно пораниться.

— А вы? — спросил Бриан.

— Нет, Луи. Не передумал. Где хотите провести поединок? — спросил я монсеньора.

— Да, прямо здесь, — мой собеседник пожал плечами и встал в стойку для фехтования.

А старик не теряет время понапрасну.

— Хорошо, — ответил я и тоже встал в боевую стойку.

Луи сделал шаг назад и я последовал его примеру.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, а затем старик атаковал

Глава 23

«Ничего себе в нем прыти!» — было первой моей мыслью, когда первый же выпад Луи чуть не поразил мое сердце. Хорошо, что я хоть немного усилил себя магией и только благодаря этому смог парировать атаку Бриана.

Стоит отметить, что мой оппонент тоже удивился тому, что мне удалось отбить его атаку. Это видно было по глазам монсеньора, который, видимо, собирался закончить эту дуэль одним ударом.

Скажу даже больше. Скорее всего, это был его коронный прием.

Я заставил магическое сердце еще больше разогнать ману по энергетической паутине, ибо сейчас я просто не мог позволить себе проиграть. Почувствовав прилив сил, я и сам решил пойти в атаку. Сделав ложный выпад в голову, я резко вернул руку, а затем сразу же атаковал в живот.

«Ого!» — несмотря на то, что я усилил себя магией, Луи Бриан оказался очень серьезным противником. Уйдя в сторону, он контратаковал.

Я увел его укол в сторону и атаковал сам. Так мы обменялись еще несколькими атаками.

«Эх, жаль, нельзя использовать дагу», — подумал я, парируя очередной выпад моего оппонента. Будь она в моей второй руке, бой уже был бы выигран. Все же я был большим специалистом по кинжалам и стилетам, нежели шпагам.

— Думаю, достаточно, — монсеньор поднял шпагу острием вверх. — Я в вас ошибался, Люк, — произнес Бриан.

— В чем же? — спросил я.

— В ваших навыках фехтования. Вы чертовски хороши, — на лице старика появилась улыбка. — И теперь моя душа наконец-то успокоилась.

Я улыбнулся ему в ответ.

— Поверили, что у меня есть шанс победить в дуэли? — поинтересовался я.

— Да. Вы отлично фехтуете, и реакция у вас хорошая, не то, что у старика, — улыбка на его губах стала грустной.

— Вы себя недооцениваете, Луи, — честно сказал я монсеньору. — Вы очень опытный фехтовальщик.

— Видели бы вы, на что способен я был в расцвет моих лет. Эх, вернуть бы молодость, — мечтательно произнес старик. — Тогда я бы прожил свою жизнь совершенно по-другому, — произнес он, и я сразу вспомнил свою жизнь в прошлом мире.

Жизнь Василиска. В отличие от Бриана, прожить ее по-другому у меня не было возможности…

— Вы куда-то торопитесь, Луи? — поинтересовался я у священнослужителя.

— Нет, — он покачал головой. — В последнее время меня одолела бессонница, — добавил он и тяжело вздохнул. — Я просто хотел побыть около умирающих и проводить их души в последний путь.

— Тогда, может, расскажите мне о себе? — спросил я, ибо был не прочь послушать о жизни Луи Бриана, которая наверняка была у него довольно насыщенной. — Не думаю, что вы сможете им чем-то помочь на самом деле.

— Вам тоже не спится? — удивился монсеньор.

— Нет, у меня со сном все в порядке, — честно ответил я. — Просто скоро я покину этот город, и неизвестно, когда я буду здесь в следующий раз, а послушать истории из вашей жизни мне будет интересно. Вдруг чему полезному научусь? — произнес я, и глаза моего собеседника оживились.

— Хорошо. Тогда предлагаю это сделать под бутылочку хорошего вина. Помнится, осталась у меня одна, как раз на такой случай, — смиренно произнес Луи Бриан. — Идемте, Люк. Надеюсь, старику вроде меня найдется, что рассказать вам что-то интересное… Всех оставшихся в церкви я уже причастил. И вы правы, Люк, им осталось всего лишь отправиться к Всевышнему… — добавил он, и мы отправились в церковь Святого Густава, в которой у монсеньора оказался довольно удобный кабинет, как раз на такой случай, как наш.

* * *

В итоге от монсеньора я ушел за полночь.

— Хорошо отдохните перед дуэлью, Люк, — сказал Луи мне на прощание. — Я помолюсь за вашу победу, — он улыбнулся, и я, попрощавшись с Брианом, направился прямиком в гостиницу. А монсеньер ушел к умирающим.

Оказавшись на месте, я поел, а затем зашел в комнату и достал из внутреннего кармана камзола пузырек с ядом, который я пил еще в карете, и, сев на кровать, приложился к горлышку губами и немного отпил содержимого.

«Вот теперь можно и спать», — лишившись зрения и позволив ядовитому ядру бороться с отравой во сне, я закрыл глаза, которыми и так уже ничего не видел, и сразу же отрубился.

Проснулся я от назойливого стука в дверь. Нехотя поднявшись с кровати, я подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял мужчина, одетый в цвета дома Де’Бордо — желтый и черный.

— Господин Люк Кастельмор? — спросил он.

— Да, — я кивнул. — Вам письмо от губернатора Жерома Прево, — он протянул мне конверт.

— Постой, — остановил я человека маркиза, который хотел уйти, после чего открыл конверт и быстро пробежался по нему глазами.

«Как ему не терпится отправиться на тот свет», — усмехнулся я про себя, ознакомившись с посланием, в котором витиеватыми фразами Жером призывал меня не пятнать мою честь и не бежать из города, а выйти с ним на дуэль. Вот же шут…

Я достал бумагу и письменные принадлежности.

«Глубокоуважаемый губернатор Жером. Сим заверяю вас, что если вы думали, что вам удастся пожить еще один лишний день, то это не так. Но если сбежать решите именно вы, то не нужно лишних усилий. Я вас всё равно найду, и вы просто умрете усталым», — быстро написал я на бумаге.

— Держи. Передай это губернатору, — я отдал письмо вместе с парочкой экю человеку маркиза, а сам хотел было дальше завалиться спать, но прежде чем сделать это, решил проверить свою магическую систему.

«Неплохо!» — за то время, пока я спал, ядовитое ядро впитало отраву, которую я выпил перед сном, и немного «заматерело».

Изменения коснулись и энергетической паутины, которая стала крепче. Поэтому, прежде чем снова лечь, я повторил процедуру и в этот раз опустошил флакончик с ядом полностью и только после этого уснул.

Проснулся я свежим и бодрым как огурчик. Правда, уже вечером. Позвав прислугу, я запросил себе в номер воды, после чего, как следует умывшись и надев чистую одежду, я покинул комнату и спустился вниз.

Пообедав, а заодно и поужинав, я, недолго думая, сразу же направился в поместье маркиза, на полпути кое-что поняв.

— На это уйдет много маны, но я должен это сделать, — буркнул я себе под нос, после чего изменил направление и отправился к городским воротам.

Проблем со стражей не возникло, ибо барона, спасающего Сент-Эрен от эпидемии, в городе знала каждая собака. Поэтому, забравшись на самый верхний этаж — второй, я начал концентрировать свою магическую энергию в глазах.

Моя задумка была трудно осуществимой, но трудности для Василиска — обыденность. Концентрируя все больше и больше маны в глазах, я, наконец, остановился и, сделав глубокий вдох, открыл глаза и посмотрел на город магическим зрением.

— Фу-ух, — я устало выдохнул. Для тела Люка Кастельмора подобное проделать было очень сложно, но мне удалось, и мой магический взор окинул весь город.

Теперь я убедился в том, что в Сент Эрене осталось только трое обладателей магического ядра, одним из которых был я, вторым — маркиз, а третьим — существо, которое он прятал у себя в подвале.

Вот теперь со спокойной душой можно было идти в особняк Жана Де’Бордо разбираться с губернатором, а затем, с наступлением ночи, разобраться и с самим маркизом. Хотя прежде нужно было убедиться, кто конкретно из них убил Огюста.

Хотя они же оба в сговоре. Плюс это по вине маркиза началась эпидемия. И, по сути, в смерти Шалена, хоть и косвенно, он тоже виноват. Не было бы эпидемии — сюда не приехал бы эпидемиолог. Все логично.

«Да, пожалуй, убью обоих», — решил я и улыбнулся своим мыслям. Я пытался быть хорошим, честно, и мне это, пожалуй, даже нравилось. Но, кажется, этот мир не сильно отличается от моего прежнего. Что ж. Так тому и быть. Спустившись с башни, я отправился в восточную часть города — туда, где находилось поместье маркиза. Путь не занял много времени.

— Господин Люк Кастельмор, рад вас видеть! — поздоровался со мной один из стражников на воротах. — Слышал, что вы вылечили почти всех больных, да еще и обеспечили им еду. Спасибо вам большое! — он низко склонил голову.

— Это моя работа, — спокойно ответил я. — Маркиз у себя?

— Да, господин, — ответил воин.

— А губернатор?

— Тоже.

Отлично. Все в сборе.

— Прошу, — он открыл передо мной ворота и сделал приглашающий жест.

«Какие все вежливые. А всего-то и надо было спасти жителей города от эпидемии», — подумал я и усмехнулся про себя.

Я зашел внутрь, и быстро пройдя сквозь сад, вышел к крыльцу. Вот это неожиданность! И тут меня уже ждали.

— Барон, рад вас видеть, — произнес Жан Де’Бордо, который вышел меня встречать, опираясь на трость.

— Что с вашими глазами, маркиз? — поинтересовался я, смотря на будущий труп, ибо картинка при виде аристократа у меня сразу же сложилась в голове. Плохо я верил в совпадения, но проверить все же решил. Я использовал магический взор, и мои догадки подтвердились. На Жане были остатки маны Огюста, а это могло означать только одно.

— Обжегся, — соврал мне собеседник. — Несчастный случай, так сказать. Ничего, благодаря лекарствам скоро все заживет, — добавил он, в чем был абсолютно не прав.

— Жером Прево здесь? — поинтересовался я.

— Да, здесь, — ответил Де’Бордо. — Барон, одумайтесь. Предлагаю вам просто…

— Может, тогда прикажите своим людям позвать его. Хотелось бы поскорее закончить с ним. У меня еще остались дела в городе, — спокойно произнес я.

— Как пожелаете, барон. Я вас предупреждал, — мой собеседник пожал плечами, а про себя наверняка радуясь тому, что сегодня моя жизнь оборвется.

Он развернулся, но не торопился уходить и посмотрел на меня как-то неуверенно.

— Барон, что вы думаете о причине эпидемии?

Хах! Вот оно! Я вежливо улыбнулся.

— Подозреваю, что ее причиной был либо злой умысел, либо преступная халатность одного из жителей города. Так или иначе — это преступление.

Я внимательно следил за лицом маркиза и увидел, как он нервно сглотнул, но всё же продолжил.

— Есть предположение кто это?

— Я не стражник, а всего лишь скромный травник, — пожал плечами я. — Откуда у меня такие навыки?

Это, похоже, его немного успокоило и он, наконец, ушел.

Если этот Жан был недалеким, то я был уверен, что Жером гораздо умнее маркиза и наверняка уже начал что-то подозревать. Разумеется, он поделился своими соображениями с Де’Бордо, и тот наверняка решил действовать через Огюста. Ну а Шаллен, как человек чести, отказался, за что и был убит.

«Ничего, скоро я за тебя отомщу», — мысленно пообещал я эпидемиологу, и как раз в этот момент двери, ведущие в поместье, отворились, и на крыльцо вышел губернатор, лицо которого светилось от счастья.

— Барон, вы все же пришли? — произнес он с довольной улыбкой на лице.

— Разумеется. Не отказывать же себе в желании посмотреть на то, как вы умоляете меня о пощаде, которую вы всё равно не получите, — смотря своему противнику в глаза, произнес я холодным тоном.

Надо сказать, слова подействовали, и улыбка мигом слетела с его лица.

— Вы остры на язык, барон. А так ли остра ваша шпага?! — процедил Жером сквозь зубы.

— Сейчас и проверим, — я пожал плечами. — В поместье есть еще гости? Желательно благородных кровей? — спросил я. — Мне нужны свидетели, что поединок был честным, а то маркиз сейчас не лучший наблюдатель, — я позволил себе легкую усмешку.

— Хотите опозориться при свидетелях? — усмехнулся в ответ губернатор. — Что ж, ваша воля, барон, — он хлопнул в ладоши. — Позовите гостей. Сейчас устроим им небольшое представление, — приказал он слуге. Спустя несколько минут на крыльцо действительно вывалилась толпа богато одетых людей, которые с интересом начали взирать на меня.

— Довольны, барон? — поинтересовался Жером.

— Вполне, — ответил я. — Раз все в сборе, предлагаю начать. Мне хочется поскорее уже закончить и отправиться домой. С эпидемией мы справились, поэтому в Сент-Эрене меня больше ничего не задерживает, — сказав это, я вытянул из ножен шпагу.

«Может отравить его?» — подумал я, смотря на лезвие своего оружия, которое, как выяснилось, очень хорошо проводило магию. Точнее будет сказать, что магию отлично проводил сплав, из которого было выковано фамильное сокровище Кастельморов.

— Ну, раз вам так не терпится поскорее умереть, барон, тогда не буду заставлять вас ждать, — губернатор спустился с крыльца и тоже обнажил свою шпагу.

Кто-то из особо впечатлительных дамочек ахнул.

«Нет, пожалуй, просто убью его», — я решил не использовать против Прево свои ядовитые техники, а просто усилил свое тело маной.

Сколько раз я уже испытывал это чувство, как в своем родном мире, так и в этом, но каждый раз оно было настолько приятным, что я никак не мог к нему привыкнуть. Это ощущение силы, которой наливается твое тело за счет маны, разгоняемой магическим сердцем. Я невольно закрыл глаза и улыбнулся, насколько это было приятное чувство.

— Готов, — произнес я, приняв стойку для фехтования.

— Готов! — губернатор поднял шпагу острием вверх, а затем резко взмахнул ею по диагонали, выполняя то ли приветствие, то ли какой-то свой ритуал. — Маркиз, объявите, пожалуйста, начало, — попросил Жером друга.

— Начали! — громко воскликнул с крыльца Жан, и его дружок бросился на меня в атаку, но его резкий выпад проткнул лишь воздух.

Я был быстрее. Гораздо быстрее. Не знаю, как это выглядело со стороны, но для меня Прево перемещался будто бы в замедленном времени.

«Нет, так нельзя», — я убавил поток магии, чтобы моя скорость не так сильно бросалась в глаза, а затем проткнул Жерому легкое, как это сделал маркиз с Огюстом.

Моего противника выпад не только остановил, но и, как минимум, удивил, если вовсе не шокировал. Но на этом я не собирался останавливаться. Отбив его атаку, я оказался от губернатора сбоку и чиркнул острием шпаги по обратной стороне его колена.

Очередной его выпад был снова парирован и в этот раз мой укол пришелся в его руку, которая сжимала оружие.

— Кха, — он попытался мне что-то сказать, но из-за проколотого легкого из его рта послышались только нечленораздельные звуки, а затем и вовсе потекла кровь.

— Барон! — громкий голос маркиза оборвал воцарившуюся во время поединка тишину.

Не знаю, увидел ли он сам, или ему кто-то подсказал, но Жан явно собирался оборвать этот поединок, и я просто не дал ему это сделать. Молниеносный укол прямо в сердце Прево оборвал его жизнь до того момента, как Де’Бордо успел выкрикнуть «Остановитесь».

Поздно, маркиз. Слишком поздно.

— Да, маркиз? — учтиво поинтересовался я. — Я вас внимательно слушаю.

Я подошел к губернатору, который с изумленным видом так и остался стоять на одном колене, и вытащил из его кармана на камзоле батистовый белый платок. Вытерев им кровь Прево со своей шпаги, я убрал ее в ножны, а затем посмотрел на столпившихся на крыльце людей. Маркиз молчал. Все молчали.

— Надеюсь, вам понравилось представление, — произнес я, сделав изящный реверанс. — А теперь прошу меня извинить, мне пора, — я улыбнулся, не без удовольствия наблюдая за тем, как многочисленные гости маркиза с ужасом и страхом взирают на меня.

Не знаю, что там им успел наговорить Жером по поводу нашего предстоящего поединка, но, судя по лицам гостей Де’Бордо, для многих моя победа стала сюрпризом. Хотя был среди гостей маркиза человек, который не сомневался в моей победе.

— Могу я составить вам компанию, барон? — послышался знакомый голос, и от толпы на крыльце отделилась одинокая фигура в церемониальных одеждах.

— Разумеется, монсеньор, — вежливо ответил я Луи, и вместе с ним мы пошли к выходу из поместья маркиза Жана Де’Бордо.

— Великолепный бой, — произнес Бриан, пока мы шли в сторону ворот.

— Спасибо, — улыбнулся я священнослужителю. — А вы как оказались в гостях у маркиза? — поинтересовался я.

— Пришел посмотреть на дуэль, — ответил мой собеседник. — Уверены, что стоило убивать Прево? — поинтересовался Луи.

— Да. А что, из-за его смерти у меня могут возникнуть проблемы? — спросил я Бриана.

— Возможно, — задумчиво ответил он. — Я же вам говорил, где он служил. Думаю, у него наверняка сохранились преданные друзья, которые захотят отомстить за смерть своего боевого товарища, — добавил собеседник и посмотрел на меня.

— Тогда их будет ждать то же, что и губернатора, — спокойно ответил я, пожав плечами.

Луи усмехнулся.

— А вы храбры, Люк Кастельмор, — произнес он. — Что будете делать дальше?

— Отосплюсь, а затем покину город, — соврал я, ибо на сегодняшнюю ночь у меня в Сент-Эрене были совершенно другие планы.

— Получается, это наша последняя встреча? — в голосе Бриана послышались нотки грусти.

— Нет, Луи, — я покачал головой. — Сент-Эрен — ближайший к моему поместью город, так что я не раз еще успею побывать здесь, — произнес я и улыбнулся. — И если я буду здесь, то обязательно загляну к вам. Где вас найти — я знаю, — сказал я старику.

— Хорошо. Буду рад, если вы будете иногда навещать старика, — на губах монсеньора появилась сентиментальная улыбка.

Мы подошли к воротам.

— Что ж, видимо, настала пора прощаться с вами, Люк, — в голосе снова послышались грустные нотки.

— Да, монсеньор, — кивнул я и вежливо склонил голову. — До новых встреч.

— До новых встреч, — старик мне кивнул и, махнув на прощание рукой, легкой и бодрой походкой направился в церковь.

Мне же оставалось только дождаться наступления ночи и закончить свои дела в этом городе.

Глава 24

— Спасибо вам большое, господин! — поблагодарил меня молодой стражник, открывая ворота Сент-Эрена. — Но, может, вы все же одумаетесь? — произнес он с обеспокоенными нотками в голосе. — Дождитесь утра. На дорогах нынче по ночам опасно.

— А днем нет? — спросил я и улыбнулся.

Он задумался.

— Ночью опаснее, — определился он.

— Я могу за себя постоять, — усмехнулся я.

— В этом не сомневаюсь, господин. О вашей дуэли с господином Жеромом Прево уже легенды ходят. Он слыл опытным фехтовальщиком не только на весь Сент-Эрен, но и на все города в округе. Только за последние два месяца он убил несколько дворян. А вы, а вы… просто закололи его, как… — он осмотрелся по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, шепотом произнес. — Как свинью.

«Видимо, не особо жаловали в Сент-Эрене губернатора», — подумал я, выходя за городские ворота. Это, конечно, не было поводом лишать его жизни, но, во-первых, он оскорбил меня, а во-вторых, я был уверен, что Жером был причастен к тому, что произошло в этом городе. И к смерти Огюста тоже.

Вспомнив про эпидемиолога, который был хорошим человеком и не заслужил такой смерти, я в очередной раз убедился, что поступаю правильно и что маркиз заслуживает смерти. Хотя не сказать, что я особо в этом сомневался…

— Хорошей и безопасной вам дороги, господин, — произнес стражник и вежливо склонил голову.

— Спасибо, — ответил я и, проследив за тем, чтобы ворота за мной закрылись, я пошел вперед, а затем свернул с дороги в небольшой лесок, который так удобно располагался по мою правую руку. Углубившись в него, начал возвращаться в Сент-Эрен.

Мой путь лежал к его восточной стене, туда, где располагался особняк маркиза и где отсутствовали ворота, а значит, и стража, которая могла следить за окрестностями со стен.

Обратный путь не занял у меня много времени. Будучи усиленным магией, я бодро двигался по ночному холодку и вскоре был у цели. Ну а теперь самое интересное.

Я посмотрел на городскую стену, которая возвышалась надо мной метров эдак на пять. Для прошлого меня, забраться на нее не составило бы для меня никакого труда.

Думаю, я бы спокойно запрыгнул на нее прямо с места, на котором сейчас стоял, но для Люка Кастельмора, а вернее его тела, это было просто невозможно. Ну, будем работать с тем, что имеем.

Я подошел к стене и коснулся ее пальцами.

— Пойдет, — негромко буркнул я себе под нос и начал концентрировать магическую энергию в пальцах и мышцах рук. — Ну а теперь, — я сделал глубокий вдох и, коснувшись кончиками пальцев небольшого камня, выступающего из стены, подтянулся на одной руке, благо, благодаря магии сделать это оказалось не сложно. Затем схватился рукой за следующий.

Снова подтянувшись, я начал уверенно взбираться на стену и вскоре, уже был наверху.

— Фуу-ух, — я довольно выдохнул, когда мои ноги коснулись парапета стены. — «Надо что-то делать с физической формой», — твердо решил я, после чего посмотрел вниз. Перераспределив ману, теперь уже в ноги, я аккуратно спрыгнул со стены и по приземлению ушел в перекат.

Оказавшись на земле, я осмотрелся по сторонам — никого. Отлично, можно двигаться дальше. Я вынул из сумки запасную одежду, которую взял с собой и, сменив рубашку на черную, а лицо обернув в такого же цвета длинный кусок ткани, кинул сумку в ближайший куст, росший у стены, а затем туда же спрятал и шпагу.

Она была слишком узнаваемой, поэтому от нее пришлось отказаться. При себе у меня были метательные ножи. Их должно было хватить, чтобы разделаться с маркизом. Опять же, убивать Де’Бордо при помощи оружия я вообще не собирался. Слишком это уж могло выглядеть подозрительно.

А вот подстроить его самоубийство вполне возможно. Ну, или маркиз мог умереть от эпидемии, симптомы которой развились слишком скоротечно, и с ней не смог справиться его ослабевший от алкоголя организм.

Хм-м. Кстати, это вполне неплохая идея. Сам привез тварь с другой стороны разлома, сам от нее и пострадал. Над тем, как мне лучше убить маркиза, я думал, пока шел по территории его поместья, которую, как оказалось, не так уж и хорошо охраняли.

Хотя, может, в этом была и моя заслуга, учитывая, что всех самых боеспособных людей Жана Де’Бордо я сегодня напоил до бессознательного состояния. Во всяком случае, мне это обещал хозяин таверны. В итоге до особняка маркиза я добрался быстро, и теперь оставалось понять, где находятся его покои.

Я внимательно осмотрел здание, а затем «переключился» на магическое зрение, чтобы определить, где сегодня ночует маркиз.

«Черт!» — выругался я, увидев, что хозяин дома еще бодрствует. — «И чего ему не спится?!»

Придется ждать. Я снова сконцентрировал магическую энергию в ногах, а затем отошел от поместья и, разбежавшись, подпрыгнул. Далее я быстро «перегнал» ману в руки и, подтянувшись, забрался на балкон.

Так я оказался на втором этаже. Теперь мне оставалось найти какую-нибудь комнату, чтобы дождаться, когда маркиз отправится спать, и уже тогда закончить дело.

Хм-м, а может, чтобы не терять времени, посмотреть, что за тварь он скрывает в подвале? Наверняка ведь, доступ слугам туда ограничен, и шанс столкнуться там с кем-нибудь минимален.

«А неплохой вариант», — подумал я и, зайдя с балкона в поместье, начал украдкой передвигаться по коридору в поисках лестницы. Обнаружилась она в самом торце правого крыла и предназначалась, скорее всего, для слуг. По ней я спустился на первый этаж и замер, спрятавшись в темном проеме стены рядом с доспехом, так как услышал шаги.

Служанка бодро проскочила мимо меня наверх, в то время как я, дождавшись, когда она уйдет, наоборот, поспешил вниз и вскоре оказался уже на первом этаже.

К сожалению, эта лестница в подвал не вела, и мне пришлось искать другую. Нашел я ее не быстро. Угробив целых полчаса, ибо мне постоянно приходилось прятаться от слуг, я все же нашел нужную мне дверь. Аккуратно взломав замок при помощи прихваченных по дороге вилок и магии, я наконец-то нашел спуск в подвал и не спеша отправился вниз, продолжая при этом посматривать на магическую ауру Жана, чтобы не упустить момент, когда тот решит отправиться на боковую.

Спустившись по лестнице, я столкнулся с новой проблемой. Это была еще одна дверь. Вот только для того, чтобы открыть ее, импровизированных отмычек было мало, так как замок оказался магическим. Так как специального оборудования для открытия подобных замков у меня не было, то я решил действовать максимально топорно.

Первое, что мне нужно было найти — это сам магический замок, а вернее его средоточие магической энергии. Благодаря магическому взору сделать это оказалось проще простого.

— Ну что ж, вспомним молодость, — произнес негромко я и, коснувшись пальцем двери в месте, где был установлен магический замок, закрыл глаза и потянулся к нему своей магией. Вернее, потянулся я паутиной энергетических каналов, которые, словно микроскопические щупальца, увидев добычу, сразу же устремились к ней. Так, первый пункт магического взлома прошел успешно. Приступаем ко второму.

Следующее, что я должен был сделать, это начать вливать свою ману в магическое сосредоточение замка. Чем я, собственно, и занялся.

«Надеюсь, моей энергии хватит», — подумал я. Но буквально в следующий миг центр магического замка просто лопнул от переполнившей его магической энергии. Чего я, собственно, и добивался.

И все? Признаться честно, я даже был немного разочарован. Неужели в этом мире настолько плохи магические защиты? Ладно, с этим я разберусь позднее, а пока пора действовать дальше.

Я достал вилки, отогнул ненужные зубцы и аккуратно взломал и обычный замок, а затем толкнул дверь. Я уже собрался было зайти в комнату, но вовремя остановился и осмотрел комнату на наличие чародейских ловушек.

Все же чутье Василиска меня не подвело. Они здесь, конечно же, были.

«Интересная система», — подумал я, смотря на невидимые нити, тянущиеся по полу, тем самым создавая паутину. Заденешь — ловушка сработает, и вторженец пострадает.

Ну или просто оповестит хозяина подвала о вторжении в его частную собственность. И первого, и второго мне допустить не хотелось, поэтому я начал искать источник всего этого безобразия. И нашелся он довольно быстро.

Я посмотрел на самую дальнюю от входа стену и недовольно цокнул языком. С такого расстояния я эту систему точно не обезврежу. Ладно, действуем по-другому.

Я сделал глубокий вдох и сконцентрировался, наполняя свое тело магической энергией, а затем резко оттолкнулся от земли и, взметнувшись в воздух, допрыгнул до люстры и начал на ней раскачиваться.

Затем я выкинул ноги вперед и разомкнул руки. Приземление возле дальней стены было выполнено практически идеально. Для тела Люка Кастельмора, разумеется, а не Василиска.

Дальше все было просто. Я снова коснулся магического сосредоточения своим указательным пальцем и, запустив в него ману, просто перегрузил его. Итог был ожидаемый. Паутина, расстилавшаяся по полу подвала, исчезла, и теперь я мог нормально по нему ходить.

Проделав все это, я, наконец, мог позволить себе осмотреться. Судя по тому, что показывало мне магическое зрение, маркиз прятал монстра где-то в другой комнате, попасть в которую можно было прямо из этой.

— Туда, — определился я с направлением и уверенными шагами пошел в сторону левой стены, где стоял огромный книжный шкаф, явно закрывающий собой проход в потайную комнату.

Подойдя к шкафу, я внимательно его оглядел, и от цепкого взгляда Василиска не ускользнула книга, которой касались чаще остальных. К тому же рядом с ней отсутствовала пыль. Потянув за уголок, я услышал щелчок сработавшего механизма и с улыбкой на лице начал наблюдать, как книжный шкаф медленно отъезжает в сторону.

«Так что там у нас интересного?» — я зашел внутрь, и мое внимание сразу же привлек стеклянный купол, который явно был магическим. А вот за ним я и увидел тварь, из-за которой и началась эпидемия.

Больше всего насекомое напоминало мокрицу. Осмотрев комнату на наличие дополнительных магических ловушек, я подошел поближе к монстру, чтобы получше его рассмотреть. Длиной около сорока сантиметров, тварь имела сплющенное сегментированное тело черного цвета.

— Шесть, десять, шестнадцать, — посчитал я количество ножек, которыми монстр быстро перебирал, перемещаясь внутри стеклянного купола. Причем по прозрачным стенкам он тоже мог спокойно перемещаться. Но стоило мне подойти, как насекомое, если оно таковым являлось, затихло и сейчас неподвижно смотрело на меня всеми своими четырьмя парами глаз.

«Интересная тварь», — подумал я и только сейчас обратил внимание на писк внизу. Монстр так меня увлек, что я не заметил клеток, которые были набиты крысами.

«Еда?» — была первая моя мысль.

Скорее всего. Ну или был еще второй вариант. И здесь грызуны были ради экспериментов.

— Хм-м. Интересно, — произнес я, смотря на крыс и существо с другой стороны разлома. Эпидемия в Сент-Эрене была вызвана случайно или маркиз умышленно это сделал?

Если одна из подопытных крыс просто сбежала — это одно. Но если Жан специально решил опробовать, на что способны зараженные паразитами грызуны в городе — это все меняет. Не для маркиза, конечно. Его-то судьба была уже предрешена, и скоро жизнь Де’Бордо должна была оборваться. А для заказчика, если таковой был.

Я открыл одну из клеток и достал из нее крысу. Поднеся ее к стеклу, я увидел, как мокрица оживилась и буквально вжалась в стекло стенки, рядом с которой был я.

Найдя в защитном экране люк, я аккуратно открыл его и опустил туда грызуна. Крыса жалобно запищала и вжалась в стенку, в то время как магический монстр начал странно стрекотать, медленно подходя к своей жертве.

«Ого! Быстрый!» — была первая моя мысль, когда я увидел рывок насекомого, которое в мгновение сократило расстояние между собой и добычей.

А затем я увидел, как происходит заражение. Из пасти мокрицы вылезло щупальце, которое вцепилось в хребет грызуну, и он сразу же затих.

Я переключился на магическое зрение и с интересом начал наблюдать, как от магического монстра прямо из его живота отделилась частичка и по каналу — щупальцу устремилась к телу крысы. Оказавшись в нем, паразит, а это был именно он, прикрепился к позвоночнику. А затем мокрица убрала щупальце, оставив крысу в покое.

«Хм-м. Интересно», — подумал я, понимая, что монстр не собирается жрать свою жертву. Видимо, основной его функцией было именно распространение этих самых паразитов и больше ничего.

Прямо настоящее биологическое оружие, не иначе.

«Так. И что дальше?» — я смотрел на мокрицу и зараженного грызуна без понятия, что мне делать дальше. С одной стороны, можно было взять эту тварь с собой и уже в поместье начать ее как следует изучать, но это было слишком рискованно.

Насекомое не только могло сбежать, и тогда непонятно, что бы началось дальше, но также оно могло и заразить крыс уже в моем доме. А повторения истории Сент-Эрена я не хотел.

А что если…

Я взял в руки метательный нож, а затем открыл заслонку и сунул в образовавшееся отверстие свою руку.

Сначала монстр, увидев, что я лезу к нему своей рукой, испугался и забился вместе с зараженным грызуном в угол.

Значит, какие-то зачатки разума у этой твари есть. Понятно. Затем он нерешительно подполз к руке и даже забрался на нее.

— Ну? Будешь кусать? — спросил я. И буквально в следующую секунду тварь открыла пасть, и ее щупальце впилось в мою руку.

Как это было и в случае с крысой, по этому каналу в мою руку устремилась магическая частичка паразита. Но стоило ему коснуться моего предплечья, как он сразу же умер, даже не успев проникнуть внутрь.

С людьми, значит, не работает? Или только с магами?

К сожалению, выяснить это у меня не получилось, ибо магическим зрением я увидел, что маркиз спускается в подвал, то есть ко мне.

А что если…

Я выдернул свою руку из стеклянного купола и быстро выбежал из комнаты. После чего активировал механизм, возвращая шкаф в изначальное положение.

Далее я встал возле двери спиной к стене и приготовился к встрече с хозяином дома, который не заставил себя долго ждать. Шатаясь, Жан Де’Бордо вошел в комнату и замер. Видимо, он только сейчас понял, что дверь почему-то открыта, а его магическая ловушка обезврежена. Все же ударные дозы алкоголя, которые вливал в себя хозяин поместья, не шли ему на пользу.

Я поудобнее перехватил нож, а затем сконцентрировался и заставил свое ядовитое ядро начать синтезировать отраву, которой крысы заражали людей в Сент-Эрене, после чего напитал ею нож у себя в руках. Маркиз же, пошатнувшись, сделал пару шагов вперед, а затем вдруг обернулся, и мы встретились с ним глазами.

— Барон? — удивленно произнес он. — Какого…

Быстро к нему, однако, вернулось зрение.

Хотя не удивительно. Ведь он был магом.

Договорить он не успел. Усиленный магией, я в одно мгновение оказался возле него, и нож в моей руке оказался в опасной близости от горла благородного. Прежде чем убивать его, мне нужно было с ним поговорить и выяснить некоторые детали того, что произошло в этом городе.

— Чем обязан, барон? — спокойный голос маркиза немного удивил меня.

Я успел переключиться на магическое зрение, прежде чем понял, почему он так себя ведет. Не долго думая, я резанул отравленным ножом по его шее, но ранить его не получилось. Пьяница маркиз оказался умнее, чем я о нем думал и успел воспользоваться какой-то магией. Судя по его элементу земли и тому, что обычное оружие не смогло даже ранить его, это было что-то укрепляющее кожу. Я отпрыгнул в сторону, и мы встретились глазами.

— Есть у меня к тебе одно дело, — произнес я холодным тоном.

— Да? И какое же? — усмехнулся мой собеседник, а затем резко выхватил из ножен шпагу. — Знаете, как называли меня в магической академии, барон? — спросил он и резко взмахнул оружием. — Стальной Жан. И сейчас вы узнаете почему! — процедил он сквозь зубы и бросился на меня в атаку.

Глава 25

Несмотря на опьянение, двигался маркиз на удивление быстро. Но не быстрее меня.

Уклонившись от его первого выпада, я присел и попытался провести подсечку, но, ударив своей ногой по ногам маркиза, сразу же ощутил острую боль. Будто по стальной балке ударил!

Хотя, может, я и не был так далек от истины, учитывая, как себя назвал маркиз. «Стальной Жан», значит. Интересно в этом мире работает магия.

Сейчас кожа моего соперника, видимо, была прочнее стали. Но если маркиз думал, что этого достаточно для того, чтобы победить Василиска, то он сильно ошибся. Когда у меня не получилось сделать подсечку, я ушел перекатом в сторону, а затем поднялся и посмотрел на своего противника.

Де’Бордо все еще был пьян, но, видимо, адреналин немного отрезвил его, так как сейчас он уже не шатался, а значит, представлял куда большую опасность, нежели минуту назад.

Жан тем временем не нападал, а с интересом изучал меня.

— Повторюсь. Чем обязан вашему ночному визиту, барон? — усмехнувшись, поинтересовался он.

«Видимо, считает, что уже одержал победу», — подумал я и улыбнулся.

Ну что ж, такое часто случалось и в моем родном мире, когда я приходил выполнять заказы. Многие, вот так же, как и Жан Де’Бордо, смотрели на меня взглядом, полным надменности и чувством собственного превосходства. Но все они умирали от моей руки.

Так было, так есть и так будет. Маркиз был не исключением. Вернее, не станет им.

— Зачем вы убили Огюста? — прямо спросил я.

— С чего вы решили, что это я? — мой собеседник попытался изобразить удивление.

Не получилось.

— Маркиз, я знаю, что это сделали вы, — спокойно ответил я. — Что, пытались подкупить, но не удалось? — спросил я и сразу же попал в цель, ибо лицо маркиза изменилось, и на нем появились нотки раздражения.

— Дурак отказался от моей поддержки, за что и поплатился, — маркиз пожал плечами. — А вам-то какое дело до простого бастарда? — усмехнулся Жан, явно пытаясь вывести меня из душевного равновесия. Вот только все его попытки были обречены на провал.

В прошлой жизни со мной произошло слишком много дерьма, чтобы подобные высказывания о человеке, к которому я испытывал симпатию, могли спровоцировать меня.

— Ясно, — все в той же спокойной манере ответил я. — Тогда еще вопрос. Зачем вы устроили эпидемию в городе? — спросил я маркиза, смотря ему в глаза.

— Эпидемию? Я-то здесь при чем? — снова попытался изобразить удивление Де’Бордо, но у него снова не вышло.

Я читал его как открытую книгу. И если уж говорить совсем начистоту, лжец из него был никудышный.

— Я видел существо там, — я кивнул на шкаф, и мой собеседник сразу же изменился в лице.

— А ведь у тебя мог быть шанс договориться, щенок!

Видимо, поначалу он и правда хотел решить сложившуюся ситуацию при помощи слов, но, поняв, что дело запахло жареным, изменил свое решение.

Больше не говоря ни слова, Жан атаковал. В этот раз маркиз попытался поразить шпагой мой живот, но я легко ушел в сторону от его атаки и попытался контратаковать. Моей целью были глаза, которые, возможно, не были защищены. Заодно и проверю.

Промах. Нож чиркнул по щеке противника, так как тот ловко и, главное, вовремя поднял голову вверх. Видимо, глаза не были защищены, и об этом знал не только я, но и Де’Бордо, который и выстраивал свой стиль боя, полагаясь на эти знания. Значит, он будет защищать глаза. Логично.

«Получается, если я сделаю так», — я сделал резкий выпад метательным ножом, целясь маркизу в лицо, и в тот момент, когда он попытался защититься, закрыв глаза рукой, я ушел в бок и, заведя свою ногу за пятку противника, уперся ему в плечи свободной рукой и с силой толкнул маркиза назад.

Несмотря на то, что его тело было прочным, большим весом аристократ не обладал. Поэтому мне без труда удалось повалить Де’Бордо на каменный пол.

Когда маркиз оказался на земле, я попытался пинком выбить из его рук оружие, но хозяин дома оказался не настолько плох и при падении не выпустил шпаги. А моя затея не увенчалась успехом, ибо пальцы, сжимающие эфес, были прочны как сталь.

Противник же попытался отмахнуться от меня оружием, но я все еще был быстрее него и легко избежал его атаки.

«Вот только что с ним делать дальше?» — задумался я, пока Жан вставал на ноги.

Хм-м. А что если… Я сжал кулак и начал синтезировать в нем яд. А тем временем Де’Бордо поднялся и, не скрывая своего гнева, начал сверлить меня взглядом.

— Вы сражаетесь, как последний трус и подлец! — выпалил он, вновь принимая стойку фехтовальщика.

Я усмехнулся про себя и не стал удостаивать его ответом, продолжая концентрироваться на создании яда. Будучи в своем родном мире, я выживал, как мог, поэтому мой стиль сражения был очень далек от того, каким привыкли сражаться благородные. В свое оправдание могу сказать, что Василиск никогда не был благородным, поэтому, как говориться, с меня взятки гладки.

— Ты… — процедил маркиз сквозь зубы.

А вот и напускная вежливость исчезла.

— Я тебя… — я вдруг ощутил странный магический фон, а буквально в следующую секунду булыжник, который возник рядом с Жаном, чуть не размозжил мне голову. И то только благодаря инстинктам Василиска я сумел уклониться.

Скорость, с которой он запустил его в меня, была поистине огромной. Значит, припрятал козырь в рукаве. Любопытно. Вот, значит, на что способны маги этого мира. «А чем еще ты способен удивить меня, маркиз?» — подумал я и сделал шаг в его направлении.

Жан отступил назад, и в следующее мгновение в меня полетел новый камень, который, как и предыдущий, возник рядом с его рукой. В этот раз он целился не в голову, а в тело, поэтому попасть было легче. Острую боль в левом боку я ощутил сразу же. Она была настолько сильной, что у меня даже потемнело в глазах. Не будь я усилен маной, то эта атака Жана наверняка сломала бы мне ребра.

Хотя, судя по боли, может, и сломала. Но главное — не пострадали легкие, и я мог дышать, хоть и испытывал неприятные ощущения. Благо, я был привычен к боли, поэтому полученные повреждения никак на мне не сказались. А вот маркиз явно почувствовал себя гораздо увереннее, поэтому вслед за камнем попытался проткнуть меня шпагой.

Наивный… Я парировал его оружие ножом, а затем резко вскинул руку. Будучи усиленным магией, удар получился сильнее, чем это требовалось, и мой соперник, потеряв равновесие, начал падать. Вот только сделать это я ему не дал.

Схватив его за ворот камзола, я резко дернул его на себя, а затем ударил по глазам рукой, в которой я создавал яд, раскрыв ее в самый последний момент.

Открытая ладонь пришлась аккурат по глазам Жана, и яд попал не только на роговицу, но и расплескался по лицу, так как за время сражения я смог скопить его в достаточном количестве. Мой соперник упал и, закрыв глаза руками, начал истошно орать и кататься по полу.

«Позорище», — я смерил маркиза взглядом полным презрения.

— Если ответишь мне на вопросы, умрешь быстро и безболезненно, — произнес я. Но Де’Бордо меня, видимо, уже не слышал.

Крича, словно резаный, он осыпал меня проклятиями. Я переключился на магическое зрение.

«Кажется, перестарался», — подумал я, наблюдая за тем, как быстро мой яд распространяется по его телу.

А еще я обнаружил, что на маркизе больше нет его магической брони, делающей его тело крепким. То, что нужно. Я подошел к Жану и, взяв его за отворот камзола, резко дернул на себя, тем самым заставляя его подняться.

— Нет, прошу! — взмолился он. — Барон, пощадите! Я заплачу вам много денег! Только прошу, не убивайте! — начал тараторить он, но все его мольбы были напрасны.

— Сядь! — дотащив его до стула, я швырнул маркиза на него. — Рассказывай!

— Барон, не надо! Мне…

Звонкая оплеуха оборвала его бессвязную речь.

— Говори, зачем ты устроил эпидемию в городе! — рявкнул я на Де’Бордо.

— Я ничего не делал! Это вышло случайно! — паническим голосом ответил маркиз.

— А зачем ты привез эту тварь сюда?

— Я… Я не могу сказать! Меня убьют! — Жан хотел было подняться, но я не дал ему этого сделать.

— Сидеть! — приказал я, и хозяин дома подчинился. — Ты и так умрешь, маркиз. Просто это можно сделать быстро или очень медленно, — я вытянул указательный палец вперед, и спустя пару секунд на кончике появилась черная капелька — яд Ласковой Смерти.

Не задумываясь, я коснулся им кожи Де’Бордо, и он взвыл еще громче. Ничего, пусть орет. Здесь его никто не услышит.

— Отвечай!

— Я не знаю имен! Кто-то очень влиятельный из столицы. Возможно, знал Жером. Но я никогда не интересовался именами! Честно! Прошу, поверьте, барон! — взвыл маркиз, и я понял, что он не лжет. Этот пьяница был пешкой, которая доставила монстра с Проклятых Земель. Ему за это, скорее всего, неплохо заплатили, и этого для алкоголика Жана, видимо, было достаточно.

Так как его скулеж уже порядком мне надоел, я быстрым ударом вырубил хозяина дома, а затем поднял его шпагу и пошел в секретную комнату.

Монстра, который там жил, нельзя было оставлять живым, поэтому расшатал купол, который оказался на удивление прочным, используя кинжал, чтобы открепить его от пола. Ну и оставил там небольшую щелку, чтобы выглядело всё как… ну не знаю, как… тварь выбралась сама? Нет времени у меня на тщательную проработку. После чего схватил рукой мокрицу и вынес ее. Подойдя к маркизу, я проткнул тварь шпагой, а затем еще раз и еще, ибо мокрица оказалась на удивление живучей.

Единственное, что мне оставалось — это «накачать» Де’Бордо еще ядом паразитов, которых мог воспроизводить мертвый монстр, а затем устроить так, чтобы все это выглядело как бой между маркизом и тварью с другой стороны разлома. Ну, или где там нашел ее этот Жан.

Спустя пять минут все было готово. С таким количеством яда в теле маркиза жить ему оставалось от силы несколько минут. Можно было, конечно, привести его в чувства и посмотреть, как медленно и в муках умирает он, но я не хотел этого видеть. Хватит! Насмотрелся уже.

Подойдя к двери, я бросил последний взгляд на тело маркиза и насекомого. Имея большой опыт инсценировок несчастных случаев в прошлом, я все выставил так, как будто тварь сбежала из-под защитного купола. А когда Де’Бордо зашел в секретную комнату, между ними завязалось сражение. Монстр успел пару раз укусить Жана и занести ему в кровь много яда, а маркиз проткнул мокрицу своей шпагой, но из-за яда ослабел и не смог выбраться из подвала и умер на месте.

Яд же в глазах хозяина дома объяснялся простым способом: монстр мог просто им плюнуть. Не думаю, что эти существа изучены настолько хорошо, чтобы местные ученые мужи не могли предположить, что это насекомое может плеваться ядом. Ну или не способно само выбраться из ловушки.

Дело не только в Огюсте. Я бы не сохранил жизнь маркизу в любом случае. Уж слишком много невинных людей умерло из-за его жадности и тупости.

«Но что сделано, то сделано», — я покинул подвал и, все также стараясь двигаться скрытно, невидимой тенью проскользнул к ближайшему окошку и через него покинул поместье Жана Де’Бордо.

Вернувшись за своими вещами, я перебрался через стену тем же способом, коим я и забрался на нее. Оказавшись на земле, вышел на дорогу и отправился в сторону дома.

Путь был неблизким. Но что поделать? Других вариантов, как мне добраться до дома, у меня не было. Ну а раз мне предстоит долгий путь. Я достал из внутреннего кармана камзола пузырёк с ядом и, откупорив его зубами, сделал небольшой глоток. Если уж тратить время на дорогу, то хотя бы нужно это делать с пользой!

* * *

— Спасибо, господин. Вы очень щедры! — произнес пухлый мужичонка, когда я протянул ему пару пистолей за то, что он довез меня до развилки, одна из дорог которой вела прямиком к моему дому.

— Пожалуйста, — ответил я. — Желаю вам хорошо заработать в следующем городе, — добавил я, так как за время нашего небольшого совместного путешествия я успел выяснить, что хозяин небольшой тележки, груженой солониной, был торговцем.

Он знать не знал, что в Сент-Эрене эпидемия, поэтому, не попав в город, поехал дальше, где по дороге и повстречал меня. Попрощавшись с торговцем, я собрался было пойти по уже знакомой дороге, как вдруг услышал громкий стук копыт.

«Не меньше четверки», — прислушавшись, подумал я, смотря в ту сторону, куда уехал торговец солониной.

Или больше… Слишком уж странным был стук копыт.

Я остановился и решил посмотреть на богатеев, которые могли позволить себе карету и шестерку лошадей. И каким же было мое удивление, когда я увидел, что лошадей всего две.

«Это что еще за монстры?» — я стоял на обочине и наблюдал, как два здоровенных скакуна, каждый из которых был раза в полтора крупнее Тарасского тяжеловоза — самой мощной, крупной и выносливой лошади из моего мира, приближаются.

«Нет, с этими лошадьми точно что-то не так», — сразу понял я и использовал магическое зрение.

Признаться честно, я даже не удивился, когда увидел, что в этих зверях есть магия. Интересно, они тоже с другой стороны разлома или их просто научились выводить здесь? — подумал я, наблюдая за черными, как сама ночь, лошадьми, которые, к моему удивлению, замедлили ход.

— Тпр-р-р! — послышался громкий крик возничего, и карета остановилась прямо у развилки.

Мужчина, который управлял ею, спрыгнул с козлов и посмотрел на меня.

— Извините, не подскажите, эта ли дорога ведет в земли семьи Кастельморов? — поинтересовался он у меня, искоса поглядывая на мушкет, который висел у меня на плече.

«Хм-м, интересно, что это такой карете понадобилось в моих землях? Кто же там сидит?» — я снова «переключился» на магическое зрение, но не обнаружил магов внутри.

Там либо сидели обычные люди, либо карета была пуста.

— Верно. Дорога ведет к поместью Кастельморов, — ответил я. — И да, перед вами его владелец, — сразу же обозначил я себя.

— Господин Люк Кастельмор? — удивленно спросил возничий.

— Именно, — я улыбнулся, понимая, что совсем не похож на дворянина.

Надо срочно исправить это в ближайшем будущем.

— Я Живьен, господин, — молодой мужчина вежливо склонил голову. — Господин Поль Рошфор мне приказал доставить вас на ежегодную охоту, которая начнется через два дня в Восточном лесу, — произнес возничий, и все встало на свои места.

Смотрите-ка. Целую карету за мной послали. Да еще и такими монстрами запряженную. Сразу, видимо, решили показать насколько Рошфоры богаты. Думаю, все мое поместье стоило дешевле, чем одна такая лошадка.

— Сколько времени нужно, чтобы добраться до места? — спросил я Живьена.

— Хм-м. Около суток. Может, чуть больше, господин, — немного подумав, ответил мой собеседник. — Без ночевки я как раз примерно за день и доехал, — добавил он с интересом смотря на меня.

— Отлично. Тогда поступим так. Сегодня ты ночуешь в моем поместье, а завтра утром отправляемся в путь, — решил я.

— Хорошо, господин. Спасибо, — он по-доброму улыбнулся. — Тогда прошу, — он подбежал к карете и открыл передо мной дверь.

«Какое славное стечение обстоятельств!» — я подошел к карете и, закинув на сиденье мушкет, сам забрался внутрь.

Сам Живьен вернулся на козлы, и вскоре карета тронулась. Я раздумывал о том, что уже случилось со мной в этом новом мире. И думал о том, что еще интересного он мне готовит. Пока, мне всё нравилось. Одно меня смущало… Какой смысл в моем перерождении? Точнее, какова была цель Мироздания?

Я обязательно разберусь, но сначала текущие дела. Ведь завтра я отправлюсь во владение своих врагов, и они стократно пожалеют о том, что связались с Кастельморами. И уж тем более… С Василиском.

Интерлюдия

Столица Галларии г. Карис, резиденция кардинала

Кардинал Арман де Лузиньян был клириком, то есть человеком Церкви, но род имел знатный и имел наследный титул герцога Жумильяка.

Ему прочили славную воинскую карьеру, так как род Жумильяков всегда отличался храбрыми и сильными бойцами. Юный Арман не был исключением. Родовой дар стихии Воздуха делал его исключительно неприятным противником для всех без исключения Одаренных, а для простолюдинов он был, по сути, ходячей смертью.

Подготовленный в соответствиями с традициями рода и нуждами королевства, Арман к шестнадцати годам уже стал сносным мечником, метким стрелком и, самое главное, уже вполне опытным стихийным магом. Две экспедиции в Проклятые земли только подтвердили его готовность служить короне. Вот только участие в пограничном конфликте с войсками Иллерии перевернуло всё в голове уже семнадцатилетнего Армана. Он, будучи в походах за разломом, в живую видел все ужасы творящиеся на той территории и при этом люди, как ни в чем ни бывало, продолжали воевать с людьми!

Нет, Арман выполнил свой долг и лично поразил призванными молниями закованный в броню авангард иллерийцев, чей толстый доспех прекрасно защищал от арбалетных болтов, приемлемо — от мушкетных пуль, но являлся прекрасным проводником для электричества. Магов Воздуха очень любили и уважали в рядах своих. Так как трофеи оставались практически неповрежденными, в сравнении, с огненным ураганом, что вызывали Маги Огня.

Арман вернулся домой задумчивым и через несколько месяцев покинул поместье, пропав из вида. Вернулся он через пять лет уже в сане аколита, и объявил отцу, что решил посвятить свою жизнь Богу и Церкви, ибо только в службе Ему он видит спасение человечества от богомерзкой заразы Проклятых Земель.

Церковь… Церковь появилась еще до появления магических способностей у человека и еле-еле пережила этот факт. Ведь многие Одаренные почувствовали себя сродни Богу и попытались всячески доказать этот факт другим. Но именно Церковь объединила и примирила народы после Войны за Наследие, когда концентрация магии в мире поднялась настолько высоко, что мир не выдержал и в буквальном смысле треснул!

Именно Церковь придумала объяснение о Каре Господней, которое очень хорошо легло в умы необразованной части людей. Ну, а учитывая, что таких было подавляющее большинство — то Церковь добилась своей цели.

Одаренные и аристократы приняли это настороженно, но приняли. Тем более, что Церковь не покушалась на светлую власть, им было достаточно умов масс. И да, именно Церковь, в большей степени спонсировала экспедиции в Проклятые Земли, а также вкладывалась в исследования причины их образования. Чтобы вывести эту «язву» из Мира. Пока, надо признать, получалось не очень.

В общем, после возвращения Армана, у благородного главы Рода от таких новостей едва не случился сердечный приступ, но несостоявшийся наследник был уже в пути. Он записался в очередную экспедицию в Проклятые Земли в должности капеллана.

Так всё начиналось. И вот к чему это привело. «рыцарь без страха и упрека». Так называли великих воинов в древности, но это же можно было применить и к кардиналу Жумильяку. Он служил верой и правдой, сначала Богу, а затем — короне, но и то и то делал с чрезвычайной ответственностью и, одновременно, смирением. Поэтому неудивительно, что он был отмечен как Отцом Церкви, так и королем, с согласия которых и стал кардиналом.

Сейчас, кардинал Жумильяк стоял на балконе своей резиденции и задумчиво смотрел вниз. Не знающий кардинала, хотя в Галларии такого было невозможно, глядя сейчас на него вряд ли угадал в кардинале клирика.

Цвет и покрой кардинала определялся традицией и саном. С того момента, восемь лет назад, когда он стал кардиналом, ему полагались пурпурная мантия и шляпа, и именно таким его обычно виделю другие люди. Однако сейчас на нем было светское платье — охотничий костюм цвета опавших листьев с небольшой золотой вышивкой, на боку висела шпага, а на поясе — два пистолета..

В той системе управления государством, которая существовала в Галларии, интриги были способом добиться нужного результата с наименьшими потерями, поскольку альтернативой им было прямое насилие. Даже при поддержке короля, кардиналу приходилось лавировать между аристократическими кланами, в особенности между фракциями, связанными с членами королевского семейства — многочисленными родственниками короля той или иной степени. Естественно, он прекрасно владел искусством интриги, иначе его политическая карьера закончилась бы быстро и бесславно. Но и про шпагу и магию он также не забывал.

Прямо сейчас кардинал напряженно думал. В руках у него было распечатанное письмо, полученное от одного своего старого друга из прошлого. Монсеньер Луи Бриан. Когда-то, кардинал знал его под прозвищем Дикий. Он был лейтенантом мушкетеров и свое прозвище получил не просто так. Его уважали, а некоторое боялись. А его бойцы души в нем не чаяли, так как лейтенант всегда заботился в первую очередь о них.

Ну а свое прозвище он заслужил, когда будучи раненным и без сознания, он очнулся ночью на поле боя и решил пробиваться к своим. Вот только уже иллирийцы контролировали эту землю. А еще они собрали все оружие, в том числе и с Луи, приняв его за труп.

В итоге, у Луи был только погнутый о штык от мушкета и увесистая дубина, которую он сделал оглобли. Он шел две ночи но дошел до своих, приведя с собой ценного пленника — аристократа-иллерийца, еще и Одаренного. Как с ним справился Луи? Об этом история умалчивала, но аристократ искренне радовался, когда его забрали из цепких рук Дикого.

Кардинал, тогда еще молодой капеллан познакомился с Диким в одном из походов в Проклятые земли. И как-то так получилось, что лейтенант Бриан полюбил проповеди молодого де Жумильяка. А затем и осторожно попросил разъяснить некоторые непонятные моменты. Ну а потом… В общем, бывший бесстрашный лейтенант мушкетеров сейчас стал монсеньером маленького городка Сент-Эрене и наотрез отказывался от места потише и поспокойней.

А затем в Сент-Эрене случилась эпидемия и туда был направлен Огюст Шаллен — умный и очень усердный молодой человек, который оттуда не вернулся. Но, эпидемия была подавлена. Силами другого человека. Барона Люка Кастельмора.

Всё это подробно изложил монсеньер в своем письме и кардинал сейчас не знал, радоваться ему или огорчаться. Он знал про твари за Проклятых Земель. Он знал про продажного маркиза и губернатора. Но, он не знал их заказчика, что находился где-то здесь. Рядом с ним, кардиналом и рядом с королем. И это раздражало кардинала больше всего!

По сведениям его людей, встреча с заказчиком должна была состояться в этот понедельник, через три дня. И теперь ее не будет. Целый год работы коту под хвост!

Но! Эпидемия подавлена! Что-что, а гибель невинных людей каждый раз доставляла кардиналу невыносимые муки, тем более, если эти люди — его мирные сограждане.

Кардинал еще раз поднес к глазам письмо, покрытое резким неровным почерком бывшего военного, выхватив глазами нужный ему фрагмент.

«…Ваше Святейшество! Покорно прошу вас внимательно изучить вопрос присвоения баронского титула Огюсту Шаллену. Без него бы с эпидемией справиться бы не удалось. Он спас много невинных жизней. Если есть возможность, выдайте баронский титул его наследникам, вместе с причитающимися преференциями, в том числе, денежными. Молодой Шаллен жил в скромности и благочестии, я смиренно прошу вас воздать по заслугам его семье…»

Что ж… Это решаемо. Очень жаль юного Одаренного, из него в будущем мог получить неплохой экзорцист. Но, так угодно было Богу. В том числе, по воле божьей, предатель или шпион всё еще не был пойман и значит в этом был какой-то тайный смысл. Нет, кардинал не был фанатиком или фаталистом, он просто… старался не расстраиваться и действовал наверняка, отличаясь при этом смирением и терпением. Во имя Его! Это правилу кардинал следовал и оно не подводило.

Он снова взглянул в письмо. Люк Кастельмор. Молодой барон. Кардинал пробежался глазами по краткой характеристике, выданной барону самим монсеньером. Это… впечатляло. Но особенно его заинтересовала последняя фраза, заставившая обычно серьезного кардинала даже улыбнуться. Она звучала так:

«…Искренне полагаю, что такому таланту нет места в нашем захолустье. Смею рекомендовать обратить Ваше Сиятельное внимание на данного молодого человека. Уверен, что он принесет большую пользу в нашей славной столице, возможно даже подле вас, Ваше Сиятельство!»

Content

Тайниковский, Юрий Винокуров
Кровь Василиска
Книга 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Интерлюдия

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Интерлюдия