Сидоров В Леонид ладимирович

Демон поневоле

Сидоров Леонид Владимирович

Демон поневоле

Вступление

— Прохладно, — поёживаясь, пробормотал Алексей, откинув плащ и нехотя расстёгивая молнию спальника. Небольшой костерок, разложенный ночью для уюта, уже давно потух, слегка дымясь остатками ольхи. Дохнул пару раз в ладони, растёр заспанное лицо. «Зато комары не донимали» — с удовольствием вспомнилось удачное ночное бдение.

Он просто фанател от рыбалки, правда, без традиционного русского «возьмём с собой три литра и можно не выходить из автобуса». Шумные компании с застольями неизменно вызывали стойкое отвращение, специфика рода занятий, так сказать. Общения, самого разнообразного, с избытком хватало и на работе — в службе технической поддержки. Кто знает — поймёт, а кто не знает, тому лучше не рассказывать, для здоровья полезней. Вот и старался, если выдавался редкий выходной, в одиночку выбраться на рыбалку, взяв только рюкзак, снасти, термос, армейский котелок и спальник, тем более повод был соответствующий — май на дворе, по ночам стал кормиться крупный сом.

Разминая изрядно одеревеневшие за ночь мышцы, неторопливо спустился к воде и тихонько приподнял тяжёлый садок. Два усатых сома — трофеи ночной охоты шумно затрепыхались, недовольно шевеля усами и грозно разевая щетинистую пасть. «Килограмм на восемь потянут, дома каждого отдельно взвешу» — прикинул он вес садка, бережно опустив его в воду.

Река жила обычной майской жизнью. Утреннее солнце, проглянув сквозь набежавшие за ночь тучи, начало ощутимо пригревать, и окрестные лягушки, воспрянув духом после прохладной ночи, завели многоголосый брачный концерт с новой неистовой силой.

«Вот надрываются, природа-мать» — невольно усмехнулся дружным лягушачьим раскатам. «Однако это жжж неспроста, тучка вон над лесом нарисовалась уж больно подозрительная. Надо бы в темпе домой собираться, цигель, цигель…». Как бы в подтверждение мыслям, недалеко, на противоположной стороне реки, над лесом, глухо пророкотал первый раскат грома. «Люблю грозу в начале мая, когда весенний, первый гром, как долбанёт…Однако ускоряемся. До остановки минут сорок топать, да и то быстрым шагом, сверху плащ наброшу, лесок-то нормально пройду, а вот потом скакать по лугу в грозу как-то не очень хочется» — в темпе собирая пожитки в рюкзак, раздумывал он.

Предвещая нешуточный ливень, дунул резкий холодный порыв ветра, неприятно холодя лицо. Лягушки, как по команде, затихли, поперхнувшись на особо сложном брачном аккорде. Деревья по берегу реки тревожно зашелестели молодой едва проклюнувшейся майской листвой. Спокойная с ночи речная вода подёрнулась мелкой рябью.

Алексей, чертыхаясь, трусцой спустился к реке, снял с ивовой рогатульки смотанный с ночи короткий спиннинг, на ходу другой рукой вынимая садок из воды. Быстрой рысью рванул вверх по берегу к месту ночёвки, вытряхивая от воды садок с бессильно бьющимися сомами. «Так, рыбу прямо в садке в целлофановый пакет, сверху и снизу крапивой, часа два спокойно полежат, не протухнут, да и прохладно сегодня с утра. А крапивы молодой тут видимо-невидимо. Можно ещё и для зелёных щей нарвать домой…»- хозяйственно размышляя, упаковывал рюкзак Алексей.

Уже рядом бабахнуло так, что сердце испуганно ёкнуло. «Синоптики хреновы. Дождь ведь только завтра обещали. Да и то местами. Видимо, здесь то самое место». Впопыхах надев рюкзак, он накинул сверху шуршащий непромокаемый плащ и краем берега торопливо тронулся в путь.

Майская, толком не просохшая глинистая земля, слегка чавкала под разношенными «берцами». Заморосил мелкий холодный дождик. Оскальзываясь на ходу, он торопливо оглянулся назад. Громыхающая сизая туча уже накрыла место ночёвки, основательно и неторопливо занимая всё пространство над оставленной позади рекой. «Небольшая фора по времени ещё есть, сейчас вот в лесок зайду, а там ходу и ходу. Главное, чтобы гроза на открытом месте не застала. Пожалуй, сейчас я тут самый высокий предмет» — переходя на лёгкую трусцу, тревожно подумал он.

По плащу часто забарабанили тяжёлые капли. Спасительные деревца быстро приближались. Немного ускорив темп, отдуваясь, забежал в густой мокрый осинник. «Ну вот, первая часть пути прошла. Теперь немного переведём дух и продолжим, так сказать, движение» — устало прислонился к осинке спиной Алексей.

Сверху по листьям шелестел дождь. Беспомощно трепетали под порывами ветра макушки осин. Грозовой фронт разошёлся не на шутку, проходя где-то невысоко над местом убежища. Раскаты грома то и дело чередовались вспышками молний. «Да, на грозу лучше, конечно, смотреть дома из окна в спокойной обстановке. Присесть, что ли? Вроде бы теперь не должно долбануть. Целая куча деревьев, и все высокие. Пережду немного здесь, а там посмотрим. Чёрт, телефон выключить забыл»- мелькнула судорожная мысль.

Алексей, левой рукой неловко задрав мокрый плащ, правой начал торопливо вынимать из внутреннего кармана камуфляжа включенный мобильник. Поднёс к глазам, тыча влажным пальцем на кнопку питания. Очередная вспышка молнии оглушающе рванула над головой. Тело судорожно изогнулось. Уже падая и теряя от боли сознание, остатками гаснущего сознания ощутил, как мир вокруг переливается тончайшей мыльной плёнкой, наслаивая на окружающие деревья пустынный песочный пейзаж.

Глава 1

Прибытие

— Кажись обошлось, — с трудом сплюнув из пересохшего рта, прошептал Алексей. Здорово подташнивало, во рту ощущался противный металлический привкус. Превозмогая сильную слабость во всем теле, неловко присел, с досадой скидывая налезающий на глаза капюшон.

— Однако… — потрясённо произнёс, озираясь по сторонам. Дождливый осинник, сменился на вечернюю песчаную местность. Мгновенно пробил холодный пот, в висках гулко застучало от волнения. Скидывая надоевший плащ, он с трудом приподнялся на ноги и ошарашено огляделся. До самого горизонта простирались сменявшие друг друга самые, что ни на есть, классические унылые песчаные барханы. Ещё не веря глазам, согнувшись и оскальзываясь на вязком песке, Алексей медленно вскарабкался на макушку и растерянно плюхнулся на остывающий вечерний песок. «Это как, вообще? Как это вообще может быть» — лихорадочно меняя друг друга, вертелись мысли.

Кроваво-красное солнце величаво закатывалось за горизонт. Тени от барханов неторопливо удлинялись, накладываясь друг на друга. Оглушающая тишина, непривычная городскому жителю, просто давила на уши. Алексей ошарашено посмотрел на заходящее светило и оглянулся назад. Густая тень контрастно выделялась на фоне песка. Почему-то знакомая, неизменная вещь, странным образом успокоила и вернула чувство реальности. Он с трудом скинул тяжёлый рюкзак со спины и заглянул внутрь. Сомы, заботливо переложенные крапивой, лежали на месте. Безвольно опустив руки, медленно заваливаясь назад, он улёгся на прохладный песок и безучастно уставился в вечернее небо.

Сознание медленно выстраивало цепочку развития событий. «Похоже, молния. Электрический разряд в мобильник. В осиннике его и посеял. Ничего другого быть просто не может. Никаких розыгрышей и съёмок скрытой камерой. Что-то похожее, по слухам, было у американцев. Кажется, во время войны они занимались исследованиями мощных электромагнитных полей. По-моему, эсминец назывался «Элдридж». Он вроде бы тоже вместе со всей командой исчез во время испытаний из одного места и появился в другом, за сотни километров. С командой ещё потом всякие непонятки творились. Историю, конечно, замяли и объявили очередной журналисткой уткой. Но мне-то что делать? Дома теперь скажут, загулял парень. Искать начнут. А с работы выпрут, как пить дать. А я тут, и на ночь глядя. Останусь, пожалуй, здесь до утра, а там и осмотримся»- задумчиво глядя на быстро темнеющее небо, размышлял он.

Принятое решение побудило к привычным действиям. Волоча за лямки рюкзак, Алексей спустился вниз к скомканному плащу. Устало и как-то апатично, зарыл пакет с сомами в песок, сожалея рыбацкой душой о пропавшем улове. Вздохнув ещё раз, скинул берцы, расстегнул тугую молнию спальника до середины и влез ногами внутрь. Закинул под голову опустевший рюкзак и неожиданно легко погрузился в сон.

С рассветом проснулся от сильной жажды и потянулся в рюкзак за фляжкой с водой. Присев, отхлебнул несколько солидных глотков, закрутил крышку, вылез из спальника и начал обдумывать незавидное положение. «Надо же, пустыня пустыней, а роса всё равно выпадает. Рюкзак со спальником ощутимо влажные наощупь. А если тут несколько дней придётся мотаться, то без воды долго не протянуть. Оазисы, какие-никакие тут должны быть. И вообще, в какую это Сахару меня занесло?» — невесело рассуждал он.

Обувшись, полез на ближайший бархан оценивать обстановку. Утреннее солнце быстро поднималось из-за горизонта. Поднеся ладонь козырьком к глазам, в стиле классического богатыря Васнецова, медленно оглядел окрестности. В утренних лучах со стороны восхода отчётливо поблёскивала шапками льда горная гряда. «На глаз километров пятьдесят, плюс минус. Фигня вопрос, максимум два дня лёгкой ходьбы, с ночёвкой в пустынных условиях, зато со сменой обстановки и массой новых впечатлений. Главный приз — вода. А там у местных дорогу поспрошаем» — иронизировал Алексей. Настроение стремительно улучшалось. Есть не хотелось совершенно, да и продолжало подташнивать. Быстро собрав пожитки, тронулся в путь.

На гребнях барханов, по холодку, первые километры дались легко. По пути, на коротком привале, свернул рулоном камуфляжную куртку, подоткнул под верх рюкзака, сделав воздушный зазор между тканью и вспотевшей спиной. Полуденное солнце начало здорово припекать и через полчаса решил сделать большой привал в слабой тени здоровенного бархана. «Да уж, никогда не думал, что по песку так трудновато идти. Странно вообще, уже целых полдня иду, а не встретилось ни одной местной зверюги, да что там зверюги, хотя бы какие-нибудь саксаулы-шмаксаулы тут должны расти»- отхлебнув из фляги, иронично рассуждал он.

Отдохнув, двигался до вечера с короткими привалами, ориентируясь на горы. К концу дня, здорово утомившись, он остановился на ночлег. «Вообще, если честно, то мне ещё здорово повезло, что ударило сразу не на глушняк. Помню, читал про случаи, когда молния людей в угли разносила, а иногда просто оплавляла на человеке золотую цепочку на шее, а он сам целёхонек. И вообще, если разобраться, куча людей девается непонятно куда. А случаи спонтанного самовозгорания человека? Эх, вот доберусь до дома, и придётся шлангом прикинуться. Ничего, мол, не помню. Закрытый перелом, очнулся в Сахаре. Ладно, где-то тут в заначке с рыбалки пара сникерсов завалялась. Надо тянуть на несколько дней. Перекушу и баиньки. Завтра к вечеру уже к горам подойду. А за ночь можно попробовать воды из росы набрать. Вдруг получится. Фляжка вон уже фигу показывает»- сосредоточенно размышлял Алексей.

Сунув руку на дно рюкзака, достал свёрнутый в плотный рулон целлофановый чехол от двухметровой компаковской серверной стойки, хозяйственно припасённый с работы. Потом поочередно вытащил из капроновых вшитых пазов рюкзака две длинные, скруглённые на концах, гибкие нержавеющие полоски, поддерживающие спинку. Воткнув железки вертикально в песок, изолентой из рыбацкого набора прихватил к верхушкам целлофан. Критически осмотрел хлипкий гамак, махнул рукой и пошёл спать.

Утром, едва проснувшись, стал проверять изобретение. Задумка не подвела. В нижней точке двухметрового гамака поблёскивала сконденсированная за ночь влага. Обрадовано слил долгожданную воду в крышку термоса и осторожно глотнул. Приободрившись, прожевал кусок шоколадки и тронулся в путь.

Устало смотря под ноги, монотонно побрёл к горам. Местность понемногу начала меняться. Барханы становились меньше и ровнее, стали попадаться засохшие корявые деревца. «А мы плывём по Африке, по Африке, по Африке…» — в такт дыханию, назойливо крутилась в голове незатейливая мелодия.

С небольшими перерывами он упрямо продолжал двигаться к цели. Горная махина становилась всё больше, стали попадаться мелкие камни и чахлая сухая трава. К заходу солнца до гор осталось всего километров пять, но изрядно умотавшийся за день Алексей решил остановиться. Привычно собрав конструкцию для сбора воды, он распинал ногами мелкие камни, залез в спальник и мгновенно уснул.

Глава 2

Попутчик

Утром разбудили странные дребезжащие резонирующие звуки. «Вот блин, ну даже в глухой пустыне человеку поспать не дают. Там были лягухи, а кто тут? Судя по звукам, именно так может орать самец карликовой коноплянки, с трудом поместившийся в зарослях двухметровой конопли» — воспроизведя в голове характерный голос Николая Дроздова, ехидно подумал он.

Позавтракав способом скромного монаха-отшельника, уселся на ближайший валун, задумчиво теребя металлическую полоску рюкзака. «Так, до цели я практически добрался. Подойду к подножию гор, попробую отыскать ручейки. Макушки наверняка подтаивают. Ручеек потечёт к реке, а на реке люди. А там и домой легче добраться» — размышляя таким образом, Алексей машинально прижал край полоски к камню и начал дребезжать в такт окружающим звукам.

Сзади послышался шорох, и он резко повернулся на звук. На соседнем валуне, независимо вращая глазами в разные стороны, нервно вихляя скруглённым в кольцо хвостом, сидел самый настоящий хамелеон. «Так вот ты какой, северный олень! Такой здоровенный. А я-то думал, что они только в джунглях водятся» — восхитился Алексей.

Между тем, хамелеон, изрядно раздражённый таким явным отсутствием классического музыкального образования, издал протестующий дребезжащий звук, и замер, сведя глаза в кучу, гордо смотря в небо. Алексей, подавившись хохотом, объявил:

— Ну что, ударим рок в вашей дыре!

Прижав один конец железяки к камню, с силой поднял и отпустил другой. Железо издало низкий, вибрирующий гул. Окружающая какофония звуков мгновенно стихла.

— Понял, как надо? Только так и должен реветь каждый уважающий себя хамелеон! — назидательно обратился он к рептилии. Та приняла бледно жёлтый цвет, затихла и прижалась к камню. Алексей улыбнулся и развернулся к рюкзаку. Только минут через пять потрясенная окружающая фауна смогла издать сначала робкие, затем всё усиливающиеся звуки. Он закинул рюкзак и неспешно побрёл в сторону гор. Сзади раздался негодующий вопль.

— Ну что, опять? — повернулся он к своему знакомцу, дивясь страхолюдности рептилии.

За время, пока он собирал свои пожитки, хамелеон тихонько подобрался почти вплотную. На глаз зверушка имела сантиметров шестьдесят в длину вместе с хвостом, покрытое мелкими бугорками тело легко меняло цвет. Тело прочно опиралось на маленькие когтистые лапы, а мордашка заканчивалась тремя забавными небольшими кожистыми рожками.

— Ну, чистый красавец. Ты вообще девочка или мальчик? Извини, глупый вопрос. Конечно, с такими рогами можно быть только мальчиком. Да что там мальчиком, настоящим самцом! — хмыкнул Алексей.

Хамелеон слегка добавил красноты в цвет и нервно переступил передними лапами.

— Мне, конечно, очень лестно за столь высокую оценку моего скромного труда с твоей стороны, но я больше не могу продолжать концерт. Видишь ли, я тут в некотором роде проездом гастролирую. Спешу! — расстроено сказал Алексей, поворачиваясь идти.

Пройдя метров двадцать, оглянулся. Настырная рептилия сосредоточенно ковыляла вслед по камням. Остановившись и подождав упрямца, Алексей произнёс:

— Понимаешь шустрик, ну не местный я, не местный. Ухожу отсюда насовсем.

Хамелеон меланхолично выслушал речь, сосредоточенно вращая глазами. Алексей прыснул снова.

— Могу только предложить подвезти тебя до какой-нибудь ближайшей речки. У меня дома, понимаешь, немного прохладно и туговато с насекомыми в зимний период. На время пути буду называть тебя Чучундрик.

Присев, и осторожно протянув руку, почесал пальцем горло хамелеона. Тот, приподняв голову, блаженно затих. Аккуратно подхватив руками, Алексей посадил его сзади на рюкзак. Чучундрик, медленно повращав глазами, оглядел зелёное камуфлированное место дислокации и тихо замер, слившись с пёстрым фоном. «Вот даёт Зелёный, мне бы так» — позавидовал рептилии Алексей.

— Ну, а теперь ты доволен? Трогаемся! — объявил он.

Воспрянув духом, довольно бодро отмахал остаток пути к горам. Чучундрик освоился на новом месте, и время от времени, молниеносно выстреливал длинным языком, ловя пролетающих мимо назойливых слепней. Алексей, кося глазом на ходу, восхищённо комментировал успешную охоту питомца. Рептилия скромно вращала глазами, дескать, мы хамелеоны хитрые бестии и ещё и не такое умеем. Подойдя к самому подножию гор, Алексей остановился передохнуть и осторожно снял рюкзак. Хамелеон набычился и с силой вцепился коготками в ткань.

— Ладно, сиди уж… — махнул рукой Алексей, и стал внимательно разглядывать горные кряжи. «Где же мне найти воду? Если рассуждать логически, ледники больше всего должны таять с солнечной стороны, значит, если двигаться в этом направлении, то рано или поздно, но я её найду. Лучше, конечно, рано» — рассудил он, определив направление. Взвалив рюкзак с присмиревшей рептилией, стал обходить скалы, время от времени посматривая наверх. Часа через два ходу заметил блестящую ленту водопада и прибавил темп.

Достигнув долгожданной цели, Алексей оставил рюкзак на берегу и осторожно спустился к шумному ручью, берущему начало от водопада. Ладонью зачерпнул холодноватой воды, попробовал её на вкус и, наконец, напился вдоволь. Потом с шумом перевёл дух и, смочив мокрой ладонью голову, оценивающе поглядел на солнце. «Часов пять до заката. Никуда больше сегодня не пойду. Сейчас поищу топливо для костра, и кого-нибудь в качестве еды», выразительно посмотрев на хамелеона. Тот смирно сидел на рюкзаке, разомлевший на солнышке.

Пройдя ниже по течению вдоль растущих по берегу небольших деревьев, вернулся назад с огромной охапкой сучьев и с грохотом сбросил около рюкзака. Хамелеон меланхолично перевёл на хозяина один глаз, другим продолжая методично обшаривать окружающее воздушное пространство.

— Ты только далеко по рюкзаку не уходи, заблудишься ещё с непривычки, — иронично подбодрил зверюгу Алексей, и, прихватив спиннинг, направился вниз по ручью.

Спустившись далеко по течению, добрался до небольшого тихого плёса. «Попробуем забросить здесь, а если не повезёт, то будем искать ещё что-нибудь другое» — закидывая лёгкую блесну, рассудил Алексей. Через несколько пустых забросов кончик удилища резко согнулся. «Никогда такую не ловил, форель, наверное» — с интересом разглядывал он пойманную рыбу. Поймав ещё пару и решив, что на сегодня вполне достаточно, неспешно вернулся назад. На рюкзаке произошли существенные перемены — Чучундрик переместился на другой край.

— Неплохо, а всего за неделю упорных тренировок ты даже уделаешь по скорости всех окрестных раненых улиток и черепах! — похвалил питомца Алексей и, чиркнув зажигалкой, запалил костёр в кучке валунов, занявшись приготовлением рыбы.

Булькнув куски рыбы в котелок, недовольно морщась от дыма, он торопливо примостил его сверху костерка над валунами. «Ну вот, кажется жизнь налаживается. А потом поищу каких-нибудь ягод для чая. Где-то неподалёку растут небольшие кусты. Всё равно до вечера время осталось» — благодушно щурился на огонь Алексей.

Утолив голод и прихватив отдраенный песком котелок, он неторопливо прошелся вдоль шумного ручья, распугивая крупных водяных крыс, вышедших на вечернюю кормёжку. Добравшись до примеченных колючих кустов, выбрал ягоду покрупнее и закинул в рот на дегустацию. Убедившись в приятном, напоминающем кизил вкусе, набрав почти половину котелка, вернулся назад. Обновив затухающий костерок и вскипятив ягоду, перелил отвар в термос и уложился спать.

Утро началось со знакомого концерта. Чучундрик, благополучно выспавшись на рюкзаке, задрав голову и с упоением вращая глазами, начал утреннее сольное выступление. Алексей, снисходительно выслушав дребезжащие трели питомца, решил выступить от имени мэтра. Прижав железяку к камню, с минуту выдавал самые мощные аккорды. Округа надолго затихла. Рептилия, пожелтев и уставив фокус обеих глаз в небо, потрясённо молчала, явно находясь в экстазе от берущего за рептилию душу музыкального произведения.

— Ладно, Зелёный, продолжай усиленно тренироваться, — ободрил его Алексей, и спустился к ручью, постирать одежду и искупаться.

Раздевшись, несколько раз с силой шмякнул курткой об воду. Повторив ту же процедуру с остальными вещами, развесив их на больших валунах, решил искупаться сам. Набрав холодной воды в котелок, намылился припасённым куском мыла и быстро освежился. Ухая от холода, он мгновенно покрылся гусиной кожей и бегом вернулся на место ночлега, согреваясь на ходу. Солнце поднялось над окрестными скалами, быстро согревая воздух. Выбрав удобный нагретый камень, Алексей уселся поудобнее и неторопливо позавтракал варёной рыбой. Сытый желудок благодушно заурчал, и Алексей классически завершил завтрак настоянным за ночь чаем. Чучундрик тоже не терял времени даром, изредка постреливая языком. За время завтрака одежда обсохла. Алексей свернул лагерь и неспешно тронулся дальше.

К полудню, почувствовав неожиданный прилив сил, любуясь почти альпийскими пейзажами, вспугнув по пути несколько косуль на водопое, Алексей наткнулся на отчётливо натоптанную тропу. Извилистая дорожка уходила в глубокое ущелье. Сощурив глаза, он разглядел нитку небольшой речушки. «Наверняка заповедник какой-то. Такая глухомань. Даже пластиковых бутылок нигде не валяется. В наших краях давно уже всё порвали и сожрали. Встречу местных егерей, а там и до дому доберусь» — сосредоточенно размышлял он, вышагивая по тропинке. Отмахав к вечеру порядочное расстояние, набрав на привалах изрядный запас знакомых ягод и поймав пару форелей, остановился на ночлег. Привычно поужинав и заварив чай, Алексей бережно устроил оцепеневшую в темноте рептилию на рюкзаке и завалился спать.

Глава 3

Аборигены

Утром, торопливо позавтракав, двинулся дальше. По ходу движения ущелье расширялось, а русло реки становилось шире. Двигаясь до полудня, он достиг большой развилки и остановился передохнуть. Примостившись на траве со стаканчиком бодрящего чая в тени большого валуна, он рассеянно наблюдал за охотой Чучундрика. Переведя взгляд, и заметив какое-то движение вдалеке по ходу ущелья, Алексей прищурил глаза. Поднимая клубы пыли, навстречу двигалась большая отара овец. «Ну вот. И всего делов. Сейчас дождемся этого почётного местного пастуха-оленевода и спросим дорогу» — подлив горячего чайку, обрадовано подумал он. За стадом неторопливо трусил мужичок на лошадке. Взвалив рюкзак и пропуская отару, Алексей, привалившись к валуну, поджидал пастуха.

Молодой паренек с азиатским чертами лица и оттопыренными ушами, уверенно правил конём, отпустив поводья, негромко напевая заунывный мотив. Алексей машинально отметил поразительное сходство наездника с пастухом из мультфильма «Бурёнка из Маслёнкино». Неожиданная мысль сильно развеселила, и он медленно выступил из-за тени валуна метрах в десяти от пастуха. Тот, замедляя движение и удивлённо открыв рот, уставился на чужака.

— Гуттен таг, батыр-сан! — подняв правую руку, поприветствовал Алексей. — До финской границы не подбросишь? А то я тут от поезда отбился, причём еле-еле, — улыбаясь, продолжил он.

Пастух ошарашено молчал, недоверчиво осматривая чужака снизу доверху. Видимо раздражённый непроходимой тупостью собеседника, хамелеон вскарабкался на плечо Алексея и, увидев лошадь, громко зашипел.

У пастуха резко расширились глаза, на время приобретя вполне европейский вид, неразборчиво вскрикнув и хлестнув лошадь, он сломя голову ломанулся прочь. «Да уж, ну и дикие они тут, на контакт совсем не идут. Возможно, нужно было провести допрос с пристрастием, а в качестве пристрастия использовать хамелеона» — проводил взглядом удаляющуюся спину Алексей. Чучундрик, успокоившись и прогнав чужаков со своей территории, вращая глазами, вернулся патрулировать рюкзак.

Решив посетить родину пастуха, Алексей неторопливо побрёл в направлении появления отары. Пройдя несколько километров, вышел в зеленеющую долину, посредине которой отчётливо виднелось несколько юрт. Невдалеке от них паслись какие-то здоровенные чёрные животные. Приободрённый открывшимся видом, Алексей уверенно рванул к жилью. На подходе первыми поприветствовали большие лохматые собаки, выкатившиеся откуда-то из-за ближайшей юрты. Гулко лая, псы подбежали, окружая чужака. Хамелеон, покраснев от злости, вскарабкался на плечо и бешено вращая глазами, сипло зашипел на всю округу. Собаки, принюхавшись и поджав хвосты, побежали назад, оглядываясь на странную пару.

Алексей скосил глаз на питомца:

— Слушай, а наверняка ты что-то не договариваешь про себя?

Услышав знакомый голос, хамелеон успокоился и присмирел. Подойдя к юрте, Алексей остановился, озадаченно изучая жильё. Грязно-серый войлок обтягивал каркас из жердей. По бокам у входа торчали два столба с потемневшими от времени звериными черепушками наверху. «Надо же, какой местный самобытный колорит. И где у них тут входной звонок, интересно?» — рассеянно раздумывал Алексей, оглядывая юрту.

— Эй, кто-нибудь дома?

Немного подождав, и не дождавшись ответа, побрёл к следующему вигваму. Тот снова оказался пустым. «Так, а очень похоже, что весь народ в поле» — недоумевал Алексей, подходя к последней юрте. Жильё несколько отличалось от остальных. Столбы у входа украшали грубо размалёванные красным головы местных идолов, увенчанные шапками из конских хвостов. «А ничего себе текстурка» — подходя ближе, восхитился Алексей.

Повторив традиционный вопрос, выжидательно уставился на вход. Через минуту внутри послышался хриплый кашель и шаркающие шаги. Откинув полог, на порог вышла сухонькая сморщенная маленькая старушка, с традиционно непроницаемым азиатским лицом, закутанная в длинный грязный халат.

Старуха молча, сощурив и без того узкие глаза, разглядывала чужака. Одетый в странное пятнисто-зелёное одеяние, на две головы выше любого из ранее встречавшихся самых высоких мужчин, светлокожий чужак, улыбаясь невиданной в этих местах белозубой улыбкой, широкими зелёными глазами смотрел сверху вниз. Странный чужеземец кого-то очень сильно напоминал.

— Здорово, бабуля! Водички испить не найдётся, а то так есть хочется, что даже заночевать негде, — без запинки отбарабанил фразу из анекдота Алексей. «Ну, опять не повезло, там дикие, тут глухие…» — огорчённо подумал он, не дождавшись никакой реакции. Вздохнув, изобразил небольшую пантомиму. Показав, как ест воображаемую еду, наклонил набок голову и положил обе ладони под правую щёку.

— А так понятно?

Раздражённый затянувшимся диалогом, на плечо медленно выполз хамелеон, выясняя причину внезапной остановки. Удивлённо расширив глаза, старуха что-то хрипло прошамкала и сделала круговой отстраняющий жест рукой. Она, наконец, узнала странника, вспомнив многочисленные рассказы о богах и демонах, передающихся из поколения в поколение в роду. Люди прогневали богов. Явился один из грозных Асуров — Ранутра, зелёный хранитель земли и леса, бывших богов, а ныне ставших демонами.

На странном пятнисто-зелёном мешке за спиной Ранутры сидел слуга, крупный зелёный ракшас, один из оставшихся сыновей Вритры, дракона тьмы. Старуха вспомнила, что, прикоснувшись к нему, потом мучительно долго умирал любой, даже самый сильный человек. Об этом, передавая из поколения в поколение, рассказывали люди рода. Поэтому никто и никогда не пытался прикоснуться к ракшасу, тем более что сами они, неожиданно исчезая и появляясь в самых неожиданных местах, не проявляли зла к людям. Некоторые люди, в чьи уши, очевидно, нашёптывал сам Равана — повелитель демонов, даже считали детей Вритры очень полезными, потому что ракшасы ловили так досаждающим всем слепней и мух.

— Так мне можно зайти, или нет? — громко спросил Алексей.

Старуха, оглянувшись по сторонам, дрожащей рукой махнула внутрь юрты. Алексей, сильно пригнувшись, вошёл внутрь, с интересом осматриваясь.

Вокруг царил полумрак. В центре торчал потемневший от времени шест, поддерживая каркасные жерди. На небольшом каменном очаге в глиняном горшке ароматно булькало мясо, судя по запаху, баранина. Поднимающийся лёгкий дым от костра исчезал в верхнем отверстии юрты.

Алексей непроизвольно сглотнул набежавшую слюну. Старуха, зашедшая следом, заметила непроизвольное движение демона. Указав Асуру на лежащую циновку, начала ловко выкладывать в глиняную плошку дымящееся мясо, цепляя куски старым ножом с выщербленным лезвием. Сунув плошку демону, опять сделала рукой странный жест. Алексей прижал правую руку к сердцу и склонил голову, поблагодарив.

Бабулька уселась на циновку неподалёку, опустив глаза и перебирая в руках каменные чётки. Медленно блуждая взглядом по стенам, Алексей пережёвывал ароматное мясо. «Да уж, глухомань. Обстановка прямо-таки спартанская. А вот это предметы, явно имеющие несомненное местное историко-религиозное назначение» — оценил он какие-то косточки на кожаных шнурках, в изобилии развешанные на стенах среди пучков трав.

Прожевав мясо, отнёс плошку к очагу, жестом поблагодарив старушку. «Надо бы чайку накатить, да и бабульке предложить, для поддержания разговора» — подумал он, доставая термос. Хозяйка заинтересованно следила за демоном. Ранутра вытащил из мешка блестящую пиалу и неожиданно легко отделил верхнюю часть. Вверх заструился лёгкий дымок. Было очевидно, что внутри пиалы сидят мелкие демоны, всегда поддерживающие огонь. Алексей, порывшись в рюкзаке, наполнил чаем одноразовый прозрачный пластиковый стаканчик. Старушка ошеломлённо следила за Асуром. Тот спокойно налил слегка дымящуюся жидкость в пустоту, принявшую строгую форму не разливаясь вокруг.

Алексей осторожно принёс пластиковый стаканчик с чаем бабуле:

— Чай будешь?

Старуха сморщенными руками осторожно взяла стакан и принюхалась. Асур предложил напиток, очень похожий на сому, из росших в горах кроваво-красных ягод. Очевидно, что злой демон пришёл забрать её в царство духов. Этот напиток очень редко готовила мать, потомственная ведунья. Даже от меньшего количества напитка она могла три ночи подряд лежать на кошме и во сне разговаривать с давно ушедшими предками, пытаясь вызвать душу умирающего охотника, привезённого родичами для исцеления от болезни.

Алексей отошёл и сел на циновку, приподняв крышку термоса в шутливом тосте:

— На здоровье!

Старуха обреченно отхлебнула из странной пиалы. Кисловато-горькая жидкость слегка обжигала рот, но в целом приятна на вкус. Алексей, дружески улыбаясь, время от времени дул в крышку, прихлёбывая чай. Хозяйка глоток за глотком допила остатки чая, протянув назад стакан.

— Не надо, это вам на память, сувенир — отрицательно махнул рукой Алексей.

Старуха поняла, что ждать осталось уже недолго и приготовилась умирать. Она прожила долгую жизнь и не боялась смерти. Наступил вечер, но демон не торопился уводить её за собой. Старуха тихонько вздохнула и лучинкой от очага зажгла чадящую плошку с маслом, дающую слабый мерцающий свет. Алексей тем временем приготовился ко сну. Прямо на циновке расстелил спальник, положил рядом рюкзак с окаменевшим хамелеоном и, пожелав бабульке доброй ночи, завалился спать. Старуха, поняв, что сегодня умирать не придётся, тихонько улеглась в углу на кошму.

Ночью Алексей проснулся от сильного храпа. Бабуля — божий одуванчик, лёжа в своём углу, выдавала такие раскатистые басы, что Алексей, оценивая великолепную акустику помещения, мрачно положив голову на локоть, только теперь понял, почему все окрестные юрты покинуты людьми. Перед рассветом, когда мощный храп хозяйки начал стихать, Алексей зарёкся более ночевать под одной крышей с пожилыми дамами и уснул коротким тревожным сном.

Утро разбудило привычными трелями. «Похоже, бабка была в сговоре с хамелеоном» — мрачно подумал он, открывая глаза. Хозяйка отсутствовала. «Видно, корм пошла давать курям» — решил Алексей, сворачивая пожитки. Снаружи послышался шум, и в юрту скользнула бодрая старушка, неся кожаное ведро с водой. Увидев, что демон проснулся, стала хлопотать у очага, готовя еду.

Алексей откинул полог юрты и отошел подальше к ручью умываться. Дожидаясь, пока хозяйственная бабулька приготовит завтрак, неторопливо прогулялся взад-вперёд, засунув руки в карманы и размышляя, как бы выяснить у старухи дорогу к цивилизации без знания местного языка. Подойдя поближе к мирно жующим траву, мохнатым черным животным, Алексей удивленно присвистнул. «Надо же, настоящие яки, у нас таких даже не во всяком зоопарке увидишь. А тут гуляют себе, бесхозные» — поворачивая назад к юрте, подумал он.

За время, пока Ранутра отсутствовал, старуха снова убедилась в демонической природе гостя. Переливая воду в горшок для варки мяса с помощью подаренной волшебной пиалы, нечаянно оборонила её в очаг. Прозрачная вещь вспыхнула ярким огнём, превратившись в лужицу и бесследно исчезла. Потрясенная чудом старуха долго не могла прийти в себя, внимательно разглядывая очаг.

Откинув полог, в юрту протиснулся Алексей.

— Ну как, завтрак готов? — весело поинтересовался он, указывая на очаг.

Старуха поняла, что демон рассержен за испорченную дорогую вещь. Побледнев, начала рассказывать, что просит Асура не гневаться, так как сама очень сильно переживает за драгоценный подарок.

Алексей напряжённо всматривался в отчаянно жестикулирующую старуху. Та то подносила руки ко рту, то указывала на огонь. «Наверное, рот обожгла, когда готовила? Ага, понятно, стаканчик спалила. Они в своей глухомани сроду с пластиком не сталкивались» — думал Алексей, расчехляя рюкзак в поисках очередного стакана, из маленькой упаковки припасённых на всякий случай.

— Да не переживай ты так сильно. Вот тебе ещё один!

Старуха поняв, что Асур прощает ошибку, бережно взяла стаканчик, поставив в сторону повыше от огня. Тем временем мясо как раз подоспело. Хозяйка щедро наложила полную плошку, протянув демону без всяких отстраняющих жестов. «Видать, привыкла» — усмехнулся Алексей, принимая еду.

Позавтракав и поблагодарив за заботу, Алексей жестами показал, что нужно выйти из юрты вдвоём. Сообразив, что пробил смертный час, бабулька обречённо поковыляла на выход.

Алексей пролез через тесный дверной проём и повернулся, дожидаясь обречённо бредущую старуху. Вздохнув, начал изображать очередную пантомиму.

— Где тут у вас ближайший аэропорт, — показав рукой на небо, он раскинул руки, изображая воображаемые крылья. Громко подражая рёву самолёта, заходил кругами вокруг ошеломленной старухи. Алексей остановился и вопросительно уставился на хозяйку.

— Ладно, проехали, я так понял, что к вам самолёты вообще не летают. Топливо экономят. Но машины-то к вам должны ездить, где они? — заревел он, вертя руками воображаемый руль.

Старуха чувствовала, как демон, обходя вокруг, ревя и размахивая руками, накладывает смертельное заклятие. Ощущая смертельную слабость, закрыла глаза, готовясь перенестись в страну мёртвых. Алексей остановился и развернулся. Старуха будто уснула. «Ну, понятно. Ночной сон у сильно храпящих людей некрепок, сердечно-сосудистые органы сильно страдают от нагрузки, повышается общая утомляемость организма. Всё это накладывается на пожилой возраст. Вот она и спит на ходу, бедняга» — подумал он, с сочувствием поглядев на старушку.

Он наклонился и подобрал небольшой прутик. Подойдя близко к закрывшей глаза бабуле, носком ботинка разровнял небольшую площадку.

— Бабуля, проснись. Смотри сюда, — негромко позвал он, трогая хозяйку за рукав халата.

Старушка открыла глаза и осмотрелась. Демон передумал забирать с собой в царство мёртвых и что-то показывал, направив прутик вниз.

Алексей убедился, что бабулька пришла в сознание и начал чертить по земле.

— Смотри, вот юрта, — начертил ровно обрезанный овал, указывая на юрту.

— Вот ты, — изобразил старушку, убедившись, что она начинает соображать.

— Вот я, а вот горы вокруг, — продолжил рисовать он.

— Как мне найти дорогу с машинами, — громко поинтересовался он, вычерчивая извилистую линию с грубым силуэтом машины на круглых колесах.

Старуха, глядя на художества Асура, сосредоточенно размышляла, чего хочет добиться демон. Вглядываясь в корявый силуэт, неожиданно вспомнила, что в пяти днях пешего пути отсюда располагается многочисленный род. Те странные люди используют большие повозки на колёсах для перевозки тяжёлых грузов. Не про это ли место спрашивает Ранутра?

Просияв лицом, указав пальцем на слабую тропинку, ведущую от стойбища к горам, старушка перевела руку на небольшую гору, расположенную впереди и вильнула в сторону.

— И на том спасибо, значит, говоришь, как только пройдешь Большую Медведицу, так сразу поверни налево, — мрачно подвёл итог Алексей.

— Ну, будем прощаться.

Порывшись в рюкзаке, выудил небольшую поблескивающую искусственными чешуйками блесну, с ярким красным пёрышком, имитирующим хвост рыбы.

— Это тебе, на память. Амулет от злых духов со стразами. У нас от таких штучек все женщины в возрасте слегка за тридцать ну просто тащатся. Ты его себе над дверью, до кучи повесь, — протягивая блесну, улыбаясь, произнёс Алексей.

Старуха, поняв, что Асур дарит амулет на прощанье, медленно протянула руку и взяла блесну, осторожно удерживая кончиками пальцев. Амулет весело переливался на солнце всеми цветами радуги.

— Ну, бабуля, пока-пока, сильно не храпи, — весело махнул рукой Алексей и направился в путь.

Старушка долго стояла, сжимая амулет демона в ладони и смотря вслед. Неестественно высокая фигура Асура становилась всё меньше и меньше, а потом неожиданно слилась с окружающим фоном и исчезла. А она, вздохнув и направившись к юрте, думала о том, что когда с дальнего пастбища приедут сыновья и внуки, долго будет рассказывать о том, как сюда приходил сам великий Ранутра с зелёным ракшасом, оставив её в живых. А если дети не поверят и посмеются, то снимет со стены и покажет странный амулет и заколдованную пиалу, которые теперь будут долго передаваться из поколения в поколение в их роду.

Глава 4

Малгун

Покинув стойбище с гостеприимной хозяйкой, отдохнувший и отъевшийся Алексей бодро отмахал кучу километров без передыха. К полудню, обойдя указанную гору, натолкнулся на накатанную дорогу с отчётливой двухколёсной колеёй. «Цивилизация. Ну, наконец-то» — облегчённо вздохнул Алексей.

Колея тянулась вдаль по берегу небольшой речки, текущей в широкое невысокое, поросшее густым кустарником ущелье. Туда, отдохнув, и направился Алексей. По пути на коротких привалах набрал целый пластиковый пакет знакомой ягоды. Двигаясь вдоль безлюдной дороги до вечера, разбив лагерь и наловив рыбы, он устроился на ночлег. Также однообразно прошел ещё один день.

Рано утром третьего дня, разбуженный будильником-хамелеоном, он привычно позавтракал. Все эти живописные горные пейзажи начинали прилично выматывать. «И всё-таки, остались ещё у нас нетронутые места с дикой природой. Скорее всего, занесло меня куда-то к китайцам. Вон они тут все, какие-то узкоглазые. Ну ничего, помню, наши пропавшие байдарочники с месяц по китайским горам и весям болтались, и вернулись домой худые и целёхонькие. Правда, питались они одними кузнечиками. У меня-то с едой получше будет» — паковал рюкзак Алексей. Он решил двигаться до полудня, сделав потом большой перерыв для отдыха и ловли рыбы на ужин. По пути ущелье становилось всё ниже, и идти под уклон стало легче.

Примерно около полудня, он остановился у большого скального навеса, нависающего на трёхметровой высоте над широким плёсом текущей внизу горной реки. Ниже по течению, метрах в тридцати, ущелье делало резкий поворот, поэтому река в этом месте была перегорожена естественной запрудой, состоящей из нагромождения каких-то обломанных брёвен, застрявших между огромными, омываемыми быстрым течением, валунами.

Мощная струя воды с шумом срывалась с запруды вниз, пенясь и унося мелкий мусор. На отвесном берегу, метрах в трёх выше, дорога, идущая вдоль берега, сильно сужалась на повороте. В воздухе пахло свежестью и близкой водой. Возвышающийся справа над дорогой склон ущелья избороздили многочисленные расщелины, заросшие буйно вьющимся плющом. Обследовав опасный поворот, Алексей вразвалку вернулся к навесу.

Поставив рюкзак с разомлевшей от солнца рептилией на траву в тени здоровенного валуна, расположенного совсем в нескольких метрах от дороги, Алексей, усевшись на нагретый солнцем навес и болтая ногами, некоторое время любовался окрестностями. Внизу между острых торчащих камней, на большой глубине прямо у берега, отчётливо сновали крупные рыбины. Алексей почувствовал рыбацкий азарт.

Торопливо метнувшись к рюкзаку за спиннингом, он обнаружил, что спокойный было хамелеон, задрав голову, яростно шипит в направлении поворота. Алексей напрягся и прислушался, но шум текущей воды здорово гасил звуки. На всякий случай он осторожно присел и спрятался на фоне травы в тени валуна.

Недоумевая, от чего так всполошилась рептилия, вдруг отчётливо расслышал истошное конское ржание. Из-за поворота, едва не сорвавшись с обрыва, вдруг выскочила окровавленная лошадь, храпя и мотая растрёпанной головой. Свисая с седла, размазывая кровь по камням, за лошадью волочился, зацепившись ногой за кожаное стремя, мёртвый всадник, в разорванной и окровавленной одежде.

Лошадь, роняя куски пузырящейся пены, унесла страшный груз выше по дороге. Секундой позже выскочила вторая, но без седока. Мотая мордой с оборванной уздечкой, загнанно дыша, унеслась вслед за первой.

Алексей испуганно сжался на траве и продолжил наблюдение. За поворотом послышались ожесточённые людские крики, чей-то хриплый рёв и испуганное ржание лошадей. Затем всё стихло. Взмокнув от напряжения, Алексей боялся даже пошевельнуться.

Неожиданно из-за поворота выбежал зарёванный и испуганный мальчонка. Он оглянулся назад и припустил вверх по дороге, не замечая ничего вокруг. Попытавшийся окликнуть ребёнка Алексей неожиданно осёкся. За малышом, хрипло ревя и размахивая окровавленной сучковатой дубиной, выскочило нечто.

— А это ещё что за урод, — хриплым от волнения голосом прошептал Алексей.

Мальчишка, оглянувшись, закричал и беспорядочно заметался по дороге между текущей рекой и нависающей скалой. Трёхметровое, поросшее густыми чёрно-рыжими длинными волосами человекообразное существо, не заметив притаившегося Алексея, грузно прошагало мимо. Вслед за уродом распространялся густой, устойчивый смрад.

Громко ревя, отвратительное существо быстро настигло ребёнка, с размаху жахнув дубиной. Мальчишка, взвизгнув, успел увернуться и бросился к скале. Урод бросился вслед за ним, в бешенстве молотя дубиной по земле. Алексей в ужасе зажмурил глаза, не желая видеть страшную детскую смерть.

Неожиданно громкий рёв стих, а потом возобновился с новой силой, чередуясь с мощными ударами. Алексей приоткрыл глаза и обрадовался, что шустрый мальчонка ещё жив, потому что забился в какую-то узкую низкую щель в нависающей над дорогой скале. Чудовище, громко ревя, топталось рядом, пытаясь достать ускользнувшую добычу, и поэтому яростно лупило дубиной поперёк щели в скале.

— Пропадёт пацан, — с горечью прошептал Алексей, не зная как помочь.

Было ясно, что кровожадный монстр не оставит добычу в покое. Алексей немного успокоился и начал придумывать стоящий план. Быстро оценив шансы, понял, что мигом превратится в пятно на дороге одним ударом дубины, а урод потом вернётся закусывать малышом.

Единственное, что можно сделать, это как-то отвлечь внимание монстра, а когда существо отвлечётся, шустрый малыш, если захочет жить, перебежит куда-нибудь и затаится. «Шанс у меня только один, а если не выйдет, то сигану прямо с обрыва подальше в речку, а там под водой доплыву до той стороны и отсижусь в камнях. Больше я ему ничем помочь не смогу» — начиная глубоко дышать, усиленно вентилируя лёгкие, лихорадочно размышлял Алексей.

Успокоившись, со странно звенящей пустотой в голове, словно в лёгком тумане, он плавно поднялся, прихватив правой рукой с земли горсть мелкого гравия. Подойдя к самому краю обрыва, медленно опустил расслабленные руки, повернулся спиной к воде, мгновение посмотрел на мерно молотящее по скале чудовище и коротко и резко свистнул.

Заслышав незнакомый звук, чудовище резко развернулось и увидело новую добычу. Перехватив дубину поудобней, чудище коротко взрыкнуло и неторопливо направилось к обрыву. Алексей с ужасом замер, глядя на приближающегося кровавого трёхметрового вонючего монстра. С близкого расстояния, Алексей, холодея, разглядел один-единственный чёрно-коричневый глаз в центре волосатой морды и широко раскрытую влажную клыкастую пасть. «Похоже, конец» — мелькнула и исчезнула мысль. От этой короткой и такой ужасной мысли сердце в груди бешено и гулко заколотилось, гоняя внезапно загустевшую кровь.

Забившийся в щель, накрывший от ужаса голову руками малыш, услышав, что шаги чудовища удаляются, испуганно глядя в уходящую спину, осторожно высунул голову, и быстро осмотрелся по сторонам, готовясь перебежать и спрятаться понадёжней. Но неожиданно остановился, сообразив, куда направился монстр. На краю обрыва, возникнув прямо из каменистой почвы, покрытой редкой зелёной травой, спокойно опустив руки, стоял странно высокий зелёный, похожий на пятнистую большую ящерицу, человек.

Пространство и время вокруг Алексея вдруг странным образом изменились. Медленно, словно в покадровом фильме, чудовище продолжало двигаться вперёд, а рёв, идущий из широко раззявленного рта монстра, стал смещаться куда-то в сторону инфразвука. Алексей, тяжело, словно поднимая пудовую гирю, взмахнул правой рукой, швырнув пригоршню гравия, целясь в морду урода. Гравий завис в воздухе и неторопливой россыпью шлёпнул по морде циклопа, молотя по глазу и носу, забиваясь в открытую пасть.

Дубина циклопа медленно опускалась на добычу. Оттолкнувшись левой ногой, Алексей сделал полуразворот, став боком к удару, пропуская чудовищную мощь мимо в обрыв. Внезапно ослеплённый и потерявший равновесие монстр плавно оторвался от земли следом за тяжёлой дубиной. Чудище, утробно рыча, полетело прямо на острые камни вниз.

Малыш, находясь в оцепенении, не в силах оторвать глаз, разглядел, как чудище приблизилось к странному зелёному человеку и с хриплым рёвом начало опускать дубину. Человек вдруг медленно и повелительно взмахнул правой рукой, приподняв чудовище над собой и швырнул в реку, потом плавно поблёкнул и исчез.

Находясь в состоянии странного транса, Алексей поднял взгляд от монстра, неподвижно лежащего внизу на камнях посреди воды, и вдруг остолбенел. Ущелье совершенно поменялось. Скальный уступ под ногами огородился аккуратно окрашенной белой металлической изгородью. Опасный поворот впереди заметно расширился и сгладился, доверху укрытый прочной ячеистой сеткой. Ярко-жёлтые разделительные полосы чётко виднелись на аккуратно заасфальтированном шоссе, плавно уходящем за поворот. Но самое главное, что никак не вписывалось в ситуацию, виднелось всего в паре шагов. Рядом на стоянке сверкал стёклами двухэтажный туристический автобус. А на фоне живописной скалы оживлённо чирикали пожилые японские туристы, весело фоткая друг друга.

Алексей судорожно сглотнул и попытался сделать шаг к японцам, но картинка съёжилась и смешала краски, словно попав в бурный водоворот. Автобус и японцы закрутились в ярко вспыхнувшую точку и исчезли. Мышцы скрутило судорогой. Тело мгновенно одеревенело, а к горлу подкатила рвота. Борясь с тошнотой, он устало присел на краю обрыва, свесив ноги.

Мысли медленно подыскивали разумное объяснение. «Так вот значит, как меня молнией накрыло. Интересно, а век сейчас на дворе пятый или десятый. И собственно, какая мне теперь, нафиг, разница. Идти-то всё равно уже некуда» — продолжая тупо смотреть в одну точку, грустно раздумывал он.

Мальчишка, с широко раскрытыми, напряжённо смотрящими на место битвы глазами, сморгнул, и вздрогнул. На пустом месте на краю обрыва появился неподвижно сидящий и сгорбленный зелёный человек, печально смотрящий вниз на журчащую воду. Боясь даже дышать, малыш некоторое время тихонько постоял, а потом бочком, не спуская глаз с неподвижно сидящего человека, попытался уйти. Потом, вспомнив о событиях, произошедших за страшным поворотом, сел прямо на мелкие камни дороги, и тихонько всхлипнув, громко во весь голос отчаянно зарыдал.

До слуха находящегося в полном ступоре Алексея донёсся безудержный детский плач. Он повернулся, и дёрнулся было пойти успокаивать ревущего мальчугана, но неожиданно остановился. «Пусть поплачет. Ему сейчас ещё хреновей, чем мне. Похоже, урод, который на нас напал, за поворотом кого-то из его близких положил. Не стал бы он так от испуга-то надрываться. А может быть, и стал. Ведь он маленький, вон какой. А на китайцев совсем не похож, личико-то смугленькое, да и одет совсем по-другому, те всё больше халаты предпочитают, скорее всего, индус» — искоса глядя, боясь не напугать ребёнка, разглядывал его Алексей.

Ашок, всхлипывая всё реже, понемногу успокоился, не зная, куда теперь пойти. Он попал в эти места вместе со старшими братьями и слугами, чтобы собрать целебные травы, растущие только высоко в горах, а также добыть внутренности ценных животных, для приготовления лекарств. Два старших брата и три воина-слуги теперь мертвы. Всех их, неожиданно выскочив сзади из скрытой зелёной расщелины, убил огромной дубиной страшный одноглазый великан Малгун. Об этих опасных и редких тварях, живущих высоко в горах, рассказывал дедушка Садхир.

Мальчик вздрогнул, вспомнив, как отчаянно закричали братья и слуги, пытаясь развернуть лошадей на тесной горной дороге. Старший брат, Абхай, в давке сорвался с седла, размозжив голову. Мертвого седока унесла напуганная лошадь. Воин-слуга брата сорвался прямо с лошадью в воду с обрыва и погиб. А двух других храбро сражающихся воинов, рычащий великан просто снёс с коней одним замахом дубины. Средний же брат, Аджит, до конца закрывал спиной от опасности перепуганного малыша, спасая отход. Ашок навсегда запомнил, с каким отчаянием Аджит повернулся и крикнул:

— Спасайся, Ашок, убегай!

И тогда не оглядываясь, плача от страха, он убежал за поворот, слыша за спиной страшные звуки битвы. И вот сейчас, сидит на камнях посреди дороги, беспомощный и одинокий, а впереди безучастно разглядывает текущую шумную реку высокий, зелёный и слабый с виду, но бесконечно сильный человек, могущий одним взмахом руки убить ужасного Малгуна.

Ашок стал разглядывать пятнисто-зелёную спину молча сидящего на краю обрыва человека. С близкого расстояния видно, что зелёная пятнистая окраска чужака вовсе не кожа, а хитро раскрашенная одежда, невиданная в этих краях. Чужак не обращал никакого внимания вокруг.

Мальчик вспомнил, как легко тот поднял в воздух рычащего Малгуна, швырнув в реку, а потом, ненадолго исчезнув, появился опять. Ашок понял, что этот человек может быть только одним из Асуров. Про них часто рассказывал дедушка Садхир. Дождливыми вечерами он говорил о новых богах нашего мира, которые в долгой битве изгнали старых, а те потом стали называться Асурами. Асуры ушли, но не сдались, появляясь, время от времени на земле, почти ничем не отличимые от обычных людей. А в их отсутствие, за поступками людей, добрыми или злыми, наблюдали слуги Асуров — ракшасы.

Алексей сидел, размышляя о том, что же теперь делать дальше. Цель, к которой так долго стремился, стала вдруг странно недостижимой. «Интереснейшая же всё-таки это штука, время. Я ведь ясно видел будущее, оно было рядом, только возьми и протяни руку. И вдруг всё мигом исчезло. И вообще, а что это значит, «я видел». Ведь глаза в обычном понимании не видят, а только передают перевёрнутую картинку в мозг. А уже этот странный сгусток воды обрабатывает картинку, как хочет, выстраивая живую реальность. И вообще, что оно такое, эта наша реальность. Раньше я считал нереальным вот этого мёртвого урода, а теперь на себе убедился, что он реальнее некуда. И правильно говорил мой спившийся друг, вернувшийся c войны, что реальность — всего лишь наша иллюзия, вызванная отсутствием алкоголя в крови. Но как же мне теперь жить, в этой конкретной реальности. Да и житьё-то во все времена всегда сводится просто к ежесекундному выбору, или сдаться, или барахтаться до конца, надеясь, что всё получится. Дома у меня теперь нет, а за спиной сидит этот зарёванный, грязный и одинокий пацан. И если я здесь и сейчас, то я буду делать то, что должен, и пусть случится то, что случится. Вот тебе и весь выбор» — сделал выбор Алексей, и словно очнувшись от долгого сна, неожиданно широко зевнул.

Повернувшись к ребёнку и сверкнув зелёными глазами, Алексей отвернулся, набрав горсть мелких камешков. Потом несколько раз медленно пересыпал с ладони на ладонь, очищая от пыли и начал пулять в воду, наклонив набок голову и с интересом прислушиваясь к булькающим звукам.

Ашок, с удивлением заметил, что совсем перестал бояться Асура. А тот сидел спиной к дороге и с каким-то детским азартом занимался тем, что ловко швырял мелкие камушки вниз, провожая взглядом и вслушиваясь. Мальчику стало сильно любопытно, а что же такое делает странный чужак. Он робко, шажками, боясь высоты, приблизился к краю обрыва, метрах в пяти от развлекающегося Алексея и быстро заглянул вниз.

Мальчик зажмурился и отшатнулся. Внизу на камнях, омываемый струями мерно текущей воды, лежал мёртвый Малгун, навеки застыв со страшным оскалом звериной морды. Ашок шарахнулся от обрыва и быстро взглянул на беспечно сидящего рядом Асура.

Алексей между тем, восстановившись от пережитого шока, внимательно вглядывался в лежащего на камнях мёртвого монстра. Омывающая циклопа вода смыла кровь и грязь с мёртвого тела и разгладила шерсть. С удивлением глядя на страшную морду, Алексей вдруг заметил, что это совсем не циклоп. На оскаленной скошенной морде, рядом с невидяще уставленным в небо единственным глазом, но немного ниже, заросший кожаной плёнкой и покрытый мелкими волосами, приютился второй глаз. Алексей только теперь осознал, что легенды многих народов, населяющих Землю, о гигантских циклопах, охотящихся на людей, основаны на вполне себе реальных историях.

Ашок переборол страх и присел на корточки на краю обрыва, молча смотря вниз. Посидев некоторое время, тихо спросил, обращаясь к Асуру:

— Са мар, — вопросительно показывая маленькой рукой на мёртвого врага.

Алексей встрепенулся, заслышав чужой, но в то же время, странно понятный язык.

— Да, умер, — устало глядя вниз, выдохнул Алексей. «Надо же какой знакомый певучий язык. Помню, еще в советское время, когда с отцом был в Вологде в гостях у родственников, а потом все вместе выбрались на охоту и рыбалку в глухую деревню, я слышал, как так же чудно, но понятно, разговаривали между собою местные староверы, проживающие где-то рядом, на отшибе» — удивленно раздумывал Алексей, не догадываясь о том, что, в общем-то, и до этого общался, используя основу одного, изначально общего для всех европейских языков, санскрита.

Ашок, услышав странный, но в то же время понятный ответ Асура, удовлетворённо замолк и немного расслабился. Алексей сидел и сосредоточенно думал. «Однако рассиживаться нечего. Часов через шесть уже закат. Надо же как-то выбраться отсюда с пацаном к людям. Он местный, сможет им всё объяснить» — решил Алексей, и устало поднявшись, пошёл к рюкзаку.

Малыш, сначала напрягшийся при движении встающего Асура, снова расслабился, увидев, что тот всего-навсего лишь пошёл в сторону большого камня у дороги. Лежащий внизу труп Малгуна всё равно был очень страшный, поэтому Ашок робко двинулся вслед за Асуром.

Алексей, молча собрав рюкзак, аккуратно закинул на спину, стараясь не спугнуть разомлевшего на солнце Чучундрика. Ашок стоял неподалёку и удивлённо замер, увидев крупного зелёного ракшаса на странном зелёном мешке Асура. Он сразу понял, что это сам Ранутра, хозяин зелёного леса. О нём очень часто рассказывал дедушка, описывая Асура как высокого зеленоглазого человека, почти невидимого для людей, ходящего по лесам с ракшасом на спине.

Алексей, увидев испуганную реакцию малыша, медленно снял рюкзак, осторожно поставив на землю.

— Ну что же вы тут все так от него шарахаетесь, — в сердцах воскликнул он, показывая рукой на встрепенувшегося хамелеона.

— Да мой Чучундрик даже мухи в своей жизни никогда не обидел, — проникновенно продолжал врать Алексей.

— Ведь правда, Чучундрик? — приподняв рюкзак, обратился к рептилии он.

Тот, выразительно скосив один глаз, подтвердил сказанное, ловко зацепив языком пролетавшего мимо слепня.

Алексей, не в силах больше сдержаться, положил рюкзак и корчась от смеха, повалился на траву. Ашок, ошеломлённо наблюдающий за представлением, ни слова не понял из речи Асура, но сам его вид, безудержно хохочущего и катающегося на траве, настолько рассмешил, что он невольно прыснул и присоединился к веселью.

Алексей, отсмеявшись, вытер выступившие от смеха слёзы и произнёс:

— Ладно, хорошего понемножку, пора уходить.

Он снова закинул рюкзак и, обернувшись к ребёнку, махнул вдаль рукой:

— Пошли.

Ашок, немного постояв и глядя в удаляющуюся спину Ранутры, двинулся следом. Подойдя к опасному повороту, Алексей замедлил шаг, стараясь наступать как можно тише. Прижавшись к скале, выглянул за поворот. Безжизненная горная дорога плавно уходила вдаль, а метрах в пятидесяти дальше виднелась сцена ужасающей бойни. Вздохнув и бросив сочувственный взгляд на бредущего следом малыша, Алексей тихо скользнул за поворот.

Медленно ступая на напряженных ногах, подошёл к неподвижно лежащему, окровавленному молодому мужчине, осматривая тело. Страшные по силе удары размозжили и переломали руки и ноги у трупа, словно сухие спички. Ясно, что человек дрался до последнего, потому что сломанная пополам сабля, валялась тут же, рядом с неподвижно лежащей и скрученной судорогой рукой. Очевидно, что циклоп, придя в совершенную ярость от ожесточённого сопротивления воина, измочалил здоровенной дубиной сначала тело, а потом и оружие мужчины. Глядя на изломанное тело, Алексей, побледнев, только сейчас осознал, что монстр мог сотворить и с ним. Павшая от удара, переломавшего хребет, вьючная лошадь воина лежала неподалёку. Рядом валялись какие-то пыльные помятые мешки.

Малыш неожиданно выбежал из-за спины и с плачем бросился к мёртвому.

— Аджит, — заплакал он, взяв мертвеца за руку.

Алексей, рассудив, что сейчас его никак не утешить, двинулся дальше, осматривая место бойни. На каменистом обрывистом берегу реки отчётливо виднелась широкая борозда со следами крови. Как будто бы отсюда что-то грузное сбросили вниз. Осторожно подошёл к краю и глянул вниз. Вода безразлично обтекала труп лошади, придавившую мёртвого человека.

— Третий, — потрясённо, тихо прошептал он, вспомнив про первого унесённого лошадью мёртвого всадника.

Сразу два трупа, лежали метрах в двух друг от друга. Рядом валялись короткие сломанные копья. У первого воина была напрочь снесена голова, вместе с частью грудины. Алексей потрясенно оглядел торчащие сверху тела шейные позвонки и вывороченную сломанную ключицу трупа, лежащего в огромной луже крови, вытекшую из разорванных шейных артерий.

Другому воину, лежавшему почти на одной линии падения с первым, пришедшийся удар просто свернул шею, и он лежал неподалёку, с неестественно вывернутой головой. Очевидно, лошади всадников, лишённые седоков, рванули, мешая друг другу на узкой дороге. Изуродованные тела лошадок валялись внизу за обрывом, одна над другой.

Алексей понял, что отсюда и началось внезапное нападение монстра. Покрутившись на месте, начал искать возможное место укрытия. Не могли же ведь пятеро здоровых мужчин не заметить такую махину. Осматривая увитые плющом вздымающиеся скалы, заметил неподалёку обрывки плюща. Проследив направление, двинулся к скале, зорко вглядываясь в заросли.

Впереди вроде бы возвышалась сплошная зелёная стена, но в ноздри шибанула жуткая вонь. Подавив тошноту, подошёл к направлению запаха вплотную и осторожно отодвинул зелёную завесу плюща, обнажив высокую нишу. Внутри скалы чернела огромная пещера. Оценив опасность, Алексей тихо задвинул кусты, скрывающие убежище циклопа, решив не испытывать больше судьбу. Успокоив дыхание, он разыскал взглядом малыша.

Ашок, прорыдав над своим мёртвым братом, поднял голову, ощутив, как тихо стало вокруг. Последний раз всхлипнув, приподнялся от мёртвого тела, отыскивая глазами бесшумно бродившего Асура. Как и в прошлый раз, демон куда-то исчез. Стало очень страшно, что опять остался один посреди мертвецов на дороге. Малыш испуганно посмотрел по сторонам, дожидаясь Асура. Потом тихонько попятился, чтобы спрятаться у скалы в зелёной стене плюща.

Алексей, увидев, что мальчик испуганно оглядывается, поспешил назад. Ашок испуганно повернул голову на едва слышный звук и облегчённо вздохнул. Ранутра снова вернулся. Алексей подошел поближе, стараясь раздельно и чётко выговаривать слова, произнёс:

— Жди здесь! — плавно указывая рукой вниз.

И пошёл хоронить погибших. Действовать нужно быстро, до заката осталось не так много времени, а от страшного места нужно уйти как можно дальше. Подойдя к ближайшему трупу, Алексей поднял обломок сабли. Осмотревшись, нашёл подходящее место и начал яростно разрывать каменистый грунт, стараясь не обращать внимания на распространяющийся вокруг запах мертвечины. Передохнув, он выкопал неглубокую, широкую могилу.

Подойдя к первому трупу, морщась от напряжения, приподнял погибшего за подмышки. Стараясь не дышать, тяжело переволок в могилу. Ашок грустно наблюдал за Асуром, прощаясь с погибшим братом. Передохнув, Алексей вернулся за двумя погибшими воинами, перетащив одного за другим. Уложив мертвецов в могилу, начал таскать окрестные камни, накрывая могилу, чтобы прах умерших не растаскало окрестное зверьё.

Прилично утомившись работой, сделав небольшой курган, Алексей немного отдохнул. Отдышавшись, сходил за сломанными копьями, водрузив поверх кургана. С минуту постояв над могилой, Алексей решил, что теперь пора подумать и о живых.

— Жди! — кивнул Алексей малышу и вернулся к погибшей вьючной лошади.

Взрезав ножом мешки, Алексей пристально осмотрел содержимое на предмет пригодности. Отставив в сторону холщовые мешочки с солью, крупой и кучей каких-то незнакомых специй, среди которых смог различить только чёрный перец, развернул тесёмки следующего. Ноздри учуяли приятный запах сухофруктов. На компот пригодится. В последнем мешочке оказалось около килограмма сушёного мяса, баранины, судя по запаху. Пришла очередь большого мешка. Внутри лежало свёрнутое в плотный рулон крашеное шерстяное одеяло. Торопливо переложив пожитки в рюкзак, он затянул клапан.

Вернулся с поклажей к терпеливо ожидающему малышу. Критически осмотрел обувь и одежду. Белая, а сейчас пыльно-белая одежда ребёнка была хороша для прогулки под жарким солнцем, но никак не подходит для скрытной ходьбы. «Скорее всего, вещички малыша были в мешках других лошадей. Что же с ним делать, он ведь будет светиться, как тополя на плющихе. А ведь точно…» — принял мгновенное решение Алексей.

Он вытащил нож и решительно двинулся к заросшей скале, решив смастерить для ребёнка классический костюм «Леший» из подручных средств. Иначе шансов добраться до дома живыми вдвоём было бы маловато. После мутанта он не питал никаких иллюзий о том, что может встретиться на пути.

Нарезав ножом приличную вязанку зелёных лиан, вернулся к ребёнку. Поблёскивая карими глазёнками, малыш смотрел как Асур, набравший целый ворох плюща, начал плести какое-то загадочное одеяние.

Связав из прочных унизанных зелёными резными листьями стеблей плюща два венка, один для себя, другой для ребёнка, Алексей критически осмотрел их и отложил в сторону. Свернув несколько витков кружком, сделал два круглых несущих каркаса для шеи и пояса. Затем равномерно навесил по кругу несущего каркаса гирлянды отдельных висящих тонких лиан, примерно метровой длины. Повернувшись к ребёнку с первым каркасом, сделав успокоительный жест, Алексей обернул вокруг худенькой талии, словно юбку, зелёный полог. Верёвкой прихватил концы, для надёжности. Надел венок на шею, и ещё один, на голову малышу, завершив камуфляж. Тщательно всё осмотрев, остался доволен работой.

Ашок с изумлением оглядел одежду, сделанную Асуром. Пожалуй, сейчас он сам стал очень похож на демона. Алексей, напялив венок из плюща, присел, глядя на малыша.

— А сейчас нам нужно идти к людям. Туда, где осталась твоя семья. Ты понимаешь меня? — медленно выговаривая слова, произнёс он.

Ашок, внимательно слушая, как что-то объясняет Ранутра, понял лишь странно изменённые, но очень понятно звучащие слова «тава самья», сообразив, что Асур хочет только вернуть его домой, в семью. Доверчиво глядя прямо в зелёные глаза Ранутры, он коротко и согласно кивнул.

Глава 5

Знакомство с Алахеем

Закинув рюкзак и подойдя к кургану вместе с малышом, Алексей остановился, давая ребёнку попрощаться с погибшими. Насупленный мальчуган стоял рядом, прикусив нижнюю губу и стараясь не разреветься. Он первый раз потерял близких. Алексей сожалел, что не смог, следуя принятым у индусов обычаям, кремировать павших. Да и диковатой казалась сама попытка сжечь трупы, и, кроме того, и не чем. Заросли плюща и мелкого кустарника, в изобилии росшие вокруг, на погребальный костёр никак не годились.

— Извини, что я не смог развести костёр. Во всей округе только кусты. Они не дадут большого огня, — прервав молчание, тихо сказал Алексей. Ашок молча кивнул, поняв, что Ранутра не сможет разжечь огонь.

— Брат? — тихо спросил Алексей.

— Бхратар, — горько всхлипнул малыш.

Алексей сочувственно вздохнул. Сегодня, всего за каких-то часа два Ашок натерпелся столько, что выдюжит далеко не каждый взрослый мужик.

А потом Алексей, внимательно глядя по сторонам, возглавил возвращение к людям. Приноравливаясь к шагам малыша, выбирал темп движения. Чучундрик явно находился в полном восторге от зелёного венка, спадающего хвостами плюща на рюкзак. Он упорно порывался залезть прямо на голову хозяину.

Алексей, шагая по дороге, стойко вынес несколько попыток гнездования, и, наконец, не выдержал и стащил с головы царапающуюся рептилию, поднеся прямо к лицу:

— Послушай меня, ты, маленький и зелёный, ещё раз мне на голову залезешь, то я тебя прямо в рюкзак засуну, к сушёной баранине! — зловещим шёпотом прошипел он прямо в морду возмущённо вращающего глазами хамелеона.

Ашок, похожий на маленький куст, шагал за Ранутрой, внимательно наблюдая. Зелёный ракшас Асура постоянно карабкался по спине демона. Наверно, он плохо видел дорогу из-за спины хозяина, поэтому упрямо лез вверх по листьям плюща прямо на голову демону. Асур время от времени останавливался и что-то тихо и убеждённо доказывал ракшасу.

Малыш всё больше и больше убеждался, что видит именно хозяина леса. Ведь в родной деревне никто не умел разговаривать с ракшасами. А уж взять в свои руки рогатую, покрытую твёрдыми бугорками тварь, не посмел бы даже и самый храбрый охотник. Все знали, как ядовиты бывают ракшасы, а также их близкие родственники — змеи и жабы.

Алексей, держа темп ходьбы, напряжённо раздумывал. «А ничего, шустрый пацан. Хорошо переносит дорогу. Похоже, они здесь привычны к этому делу, не то, что у нас. Надеюсь, что до жилья топать недолго. Пока пойдем по прямой, свернуть ведь отсюда некуда, а завтра придётся как-то выяснять у него дорогу. А мне нужно хоть что-то придумать до вечера, как местное зверьё отпугнуть, а то жечь костёр всю ночь как-то стрёмно, зайдет ещё одно чудо-юдо на огонёк, и всем привет» — размышлял Алексей, цепко оглядывая путь впереди.

Когда до заката осталось примерно час, Алексей решил заночевать. По расчётам позади осталось километров восемь. Дорога всё также упрямо вела вдоль ущелья, правда став ниже к реке и намного шире. В сезон дождей здесь бывали сильные ливни, наполняя реку водой в несколько раз выше обычного уровня. И тогда вода бешено вспучивалась, волоча за собой всё, что попадалось на пути, захватывая руслом идущую рядом дорогу. По бокам, вдоль всего берега в изобилии валялись сухие пожухлые листья, перемешанные с обломками сучьев.

Обнаружив широкую расщелину в скале у дороги, Алексей решил прямо в ней разбить лагерь. Вспомнив про засаду циклопа, усадил малыша на камень, решив тщательнее осмотреть скалу. Осторожно направляясь к намеченной расщелине, оценивающе оглянулся на малыша, мысленно поставив себе «отлично» за задумку с камуфляжем. Малыш словно превратился в небольшой куст, неотличимый от остальных зарослей.

Исследовав место будущей ночёвки, Алексей нашёл его удовлетворительным. Со стороны дороги оно совершенно не будет просматриваться, а у самой скалы можно будет разжечь костерок. А на случай крайней опасности у стыка скалы с поверхностью почвы, он присмотрел небольшую, бурно заросшую плющом, вымоину. Туда можно запрятать малыша. Он неторопливо вышел из расщелины и призывно махнул ребёнку рукой.

Занявшись ночлегом, Алексей начал с подготовки подстилки. Нарезав у скалы целый ворох мягких лиан, подошёл к малышу. Ребёнок сильно вымотался за день и начинал клевать носом, примостившись на камне.

— Э нет, так дело не пойдёт. Подожди, сейчас ещё есть будем, а потом спать, — расшевелил малыша Алексей, перекладывая на подстилку и снимая камуфлированное одеяние.

Устроив ребёнка, Алексей немного прошелся вдоль берега, подбирая крепкие сучья. Возвратившись к месту стоянки, выбрал камней поудобней, устроив круглый очаг. Потом полез в карман за зажигалкой.

Ашок, сидевший на мягкой подстилке и осоловело наблюдающий за Асуром, вдруг удивлённо замер, не веря глазам. Ранутра явил очередное чудо. Из хитрым образом сжатой в кулак, вытянутой руки Асура, вдруг вырвался маленький, но отчётливо видный, настоящий мерцающий огонёк. Ранутра поднёс руку к сложенным горкой дровам. Небольшой костерок помалу разгорелся и вспыхнул настоящим жарким огнём.

Алексей, небрежно засунув зажигалку в карман, корявым сучком немного подправил костер.

— Ну вот, сейчас быстренько кашу сварим, поедим и баиньки! — весело глянув на обалдело смотрящего на огонь малыша, произнёс он.

Сбегав с котелком за водой, и оценив имеющиеся припасы, Алексей решил сначала приготовить компот. Вскипятив воду, вытащил термос и засыпал сухофруктами примерно на четверть, залив подоспевшей водой. Схватил опустевший котелок и снова отправился за водой. Пока вода повторно закипала, вытащил из рюкзака мешочек с крупой и с сомнением развернул. «Чечевица, наверное». Запарив кашу с сушеной бараниной, добавил ещё щепотку соли и перца. «Обалдеть, да я даже дома вот так не ужинал» — с сарказмом подумал он, укутывая котелок в одеяло.

Усевшись рядом с малышом на подстилку, согнув ноги в коленях и обхватив руками, Алексей немного задумался. Малыш тихонько посапывал носом. «По идее неплохо бы выставить на ночь часовых. Логично предположить, что часовым всю ночь буду я. А это значит, что завтра я буду не ходок. Что бы такое придумать»- блуждая взглядом по сторонам, размышлял Алексей.

Коротко глянув на засыпающего малыша, Алексей осторожно поднялся и направился вдоль края дороги, подбирая спутанные остатки сухой прошлогодней травы. Вернулся с приличным ворохом к малышу. Ребёнок спал, тихонько посапывая. «Дети во все времена одинаковы» — улыбнулся Алексей, осторожно укрывая одеялом с раскутанного котелка. Решив перенести ужин на завтрак, Алексей, стараясь не греметь, пристроил котелок с кашей в камнях, оставив на утро.

Уже начало смеркаться, когда он, прихватив с собой запасную катушку с леской, отошёл примерно метров на сто от стоянки. Привязав конец лески к сломанному сучку, крепко воткнул у самого берега реки. Потом, отматывая леску с катушки, перегородил поперек всю дорогу. Оставшийся конец лески прикрутил к другому колышку, натянув на небольшой высоте над дорогой. А рядом пристроил домиком камни, чтобы незваный гость, задевший леску, осыпал пирамидку камней, предупредив о нежданном визите издалека. Проделав такую же процедуру с другой стороны дороги и подхватив с земли два корявых сучка метровой длины, уже по темноте, Алексей вернулся к костру.

При дрожащем свете угасающего пламени он плотно навертел на концы сучьев ленту из сухой травы. Потом тихонько уселся на спальник, прихлёбывая стаканчик ароматного подоспевшего компота. Малыш тихонько сопел рядом под одеялом. Алексею не спалось. «Надо же, как оказывается можно иногда сходить на рыбалку» — вертелись в голове истерзанные трупы и мёртвый циклоп.

Пытаясь уснуть, долго вслушивался в темноту. Природа вокруг жила тихой ночной жизнью. Рядом в остывающих камнях пиликали сверчки, над потухшим костром с шелестом проносились летучие мыши. Немного успокоившись, он проверил зажигалку. Пристроив рядом светодиодный налобный фонарик и два факела, осторожно залез в спальник и закрыл глаза.

Ночью Алексей спал плохо, вполуха слушая каждый шорох, заснув только перед самым рассветом. За ночь так никто и не потревожил. Проснувшийся с восходом солнца жизнерадостный Чучундрик проникновенным скрежетом объявил всему миру о начале нового дня.

— Тихо ты, кремлёвский курсант, разбудишь мальца! — заполошно вскочив, шикнул на него Алексей, бросив взгляд на ещё спящего малыша. А сам, завершив утренние дела, и смотав устроенные на ночь ловушки, занялся разогревом завтрака.

Умиротворённо рассматривая окружающие пейзажи, осторожно помешивая ложкой дымящуюся кашу в котелке, чтобы она не подгорела, он немного расслабился. В утреннем свете произошедшая история казалась не такой уж и страшной. «В конце концов, чтобы мне было психологически легче, будем считать пребывание здесь просто немного затянувшейся рыбалкой. А если ещё немного приложить голову, то нормально прожить можно даже и тут» — настраивал себя на мажорный лад Алексей.

Малыш, спавший на боку, лицом к скале, зашевелился. И тут же присел на своей подстилке, отыскивая взглядом Ранутру.

— С добрым утром! — успокаивающе подняв ложку, улыбаясь, произнёс Алексей.

Вначале конечно, Алексею пришлось исполнить обязанности воспитателя, сводив ребёнка за кустики и сполоснуть ему руки. Ещё сонному малышу хлопочущий Асур очень напоминал старенькую бабушку Лилавати, которая точно также с утра квохтала с любимым внучком. Потом когда Ранутра привёл его обратно к костру и усадил поудобнее, Ашок уже совершенно перестал опасаться загадочного Асура.

Когда Алексей протянул ему алюминиевую ложку, малыша ждало новое потрясение. Он озадаченно вертел в руках незнакомый предмет из очень лёгкого серебристого металла. В своей жизни Ашок конечно видел тарелки, котлы и сковородки из бронзы и меди, но такой металл не держал в руках никогда.

— Вот оно, типичное отсутствие детсадовского воспитания, — проворчал Алексей, вынимая вторую ложку и показывая малышу как нужно пользоваться столовым прибором.

Сначала неуверенно, а затем вполне сносно, малыш неторопливо доел кашу из верхней крышки котелка, совсем ненадолго отстав от Алексея.

— А это на третье! — Алексей протянул компот в пластиковом стакане, показав, что из этого пьют.

Ашок растерянно принял мягкий и тёплый стаканчик. Сегодня чудеса сыпались одно за другим, и вместо того чтобы пить, принялся разглядывать стакан на просвет. Ранутра дал свою волшебную пиалу, она была лёгкой и мягкой наощупь, и при этом прозрачной. На дне потрясённый малыш отчётливо разглядел разваренные изюминки и кусочки абрикоса.

— Пей, — показал жестом, глядя на удивлённого малыша, улыбающийся Алексей.

«И вообще. Раз уж мне теперь здесь придётся пожить, то нужно пройти у малыша краткий курс местного языка. Так сказать, методом полного погружения в языковую среду. Не век же мне жестами с ним объясняться» — улыбаясь, размышлял Алексей, глядя на старательно прихлёбывающего компот ребёнка. А тот, выпив компот до дна, поступил точно так же, как и все современные дети. Опустив на колени стакан, малыш сосредоточенно пальцами доставал со дна разваренные абрикосинки и причмокивая, тащил в рот.

Когда малыш завершил выуживать десерт, Алексей забрал стакан и показал на него пальцем.

— Стакан, понимаешь, стакан, — медленно и растяжно протянул он.

— Алексей, — переведя палец на грудь, произнёс он.

— А ты, как тебя зовут, — вопросительно перевел палец на ребёнка.

— Ашок, — тихо произнёс малыш.

— Ну, будем знакомы, Ашок, — торжественно встал и протянул ладонь Алексей.

Малыш растерянно смотрел на протянутую пустую ладонь, не зная, что предпринять. Тогда Алексей осторожно взял ладошку ребёнка и бережно пожал, отпустив. Ашок поразмыслил над поступком Ранутры, назвавшимся Алахеем. Он понял, что Алахей дал что-то невидимое, но очень важное, потому что тоска о погибших братьях неожиданно исчезла, сменившись просто светлой грустью.

В путь выступили с лёгким сердцем, найдя общий язык. Ашок шёл рядом и старательно по слогам повторял названия окружающих предметов, на которые вопросительно указывал пальцем Ранутра. Алахей медленно и смешно повторял слова. Ашок начинал заливисто смеяться, поправляя Асура. Примерно через час Алексей поменял роли, и стал называть предметы, названия которых запомнил. Малыш, идущий рядом, радовался при удачном попадании, или снова начинал заливисто смеяться, когда Ранутра путал названия. Так незаметно и прошло время до полудня, когда Алексей решил сделать привал.

Устроившись в тени, Алексей предложил малышу на выбор компот из термоса или воды из фляжки. Ашок пожелал воды. Это название Алексей вспомнил легко. Утоливший жажду Ашок попросил налить ещё воды и стал рассматривать прозрачные блики света в стаканчике. Алексей сел рядом и умиротворённо прихлёбывая остывший компот, мысленно стал повторять краткий словарь. Потом, прикинув пройденный путь, решил, что река по пути начала плавно мелеть, и поэтому не помешает разнообразить ужин, наловив немного рыбы.

Оставив рептилию охранять рюкзак, вытащив спиннинг и катушку в коробке с набором блёсен, направился вниз к реке, вместе с заинтересованно идущим малышом. «Нет, ну надо же, все пацаны во все времена одинаковые. Как увидят мало-мальски технологичную вещь, так не отстанут, пока не разберут её на запчасти» — улыбался Алексей, глядя на восторженно поблёскивающие глазёнки ребёнка.

Ашок вместе с Алахеем подошёл к горной реке, которая неторопливо несла воды куда-то вдаль. Он даже и думать забыл, что раньше считал стоящего рядом весёлого и загадочного человека грозным Асуром, победителем Малгуна. Между тем Алахей снова совершил очередное чудо.

Алахей ухватился за кончик странной чёрной тонкой блестящей палки. На солнце весело сверкнули блестящие колечки. Он плавно удлинил палку, сделав даже выше своего необычно высокого роста. Алексей осторожно протянул спиннинг малышу:

— На, подержи.

Ашок напряг мышцы, готовясь удержать явно тяжёлую на вид вещь. Руки неожиданно дрогнули вверх, когда, не рассчитав нагрузки, взял лёгкий спиннинг в обе ладони. Малыш удивлённо замер, разглядывая странную палку с восторгом задрав голову. Непонятно для чего Алахей пришёл именно сюда. Между тем, Алексей раскрыв рыбацкий ящичек, определился с блесной и вытащил катушку с леской.

— Ну-ка, дай, — протянул руку за снастью.

Малыш осторожно, как знамя, передал спиннинг. Алексей, улыбаясь произведённым эффектом, уперев нижний конец снасти на землю, снова сложил спиннинг. Небрежно вставил катушку в пазы пробковой ручки, готовясь продеть леску в кольца. Малыш опять открыл рот. Ранутра засунул странную палку в землю, почти на всю длину. Приглядевшись, разглядел, что палка просто укоротилась волшебным образом, став такой же длины, как и прежде.

Продев леску в кольца, Алексей привязал блесну и, раскрыв спиннинг на всю длину, коротко взмахнул снастью. Ашок, восхищённо наблюдавший со стороны, удивился, как Алахей резко взмахнул странной палкой. С её кончика устремилась далеко в воду маленькая блестящая молния, держась на почти незаметной для глаза прозрачной паутинке.

Алексей плавно подтащил блесну к берегу. Пусто. Забросил ещё раз, подальше, но помедленнее подтягивая блесну. Уже подводя к берегу, почувствовал сильный рывок и резко, в азарте, подсёк. «Есть! Нифига себе рыбина. Килограмма три чистого веса. Прямо компенсация какая-то, за выброшенных в пустыне сомов. Ну везёт же тут людям. Пришел себе, не торопясь, на речку, забросил, и тут же наловил. А дома прёшься на ночь в автобусе, почти за полста километров, и приезжаешь домой пустой» — рассматривал он поднятую добычу. Малыш ошалело смотрел на пойманную неизвестным способом громадную рыбину. Попытав счастья ещё пару раз, Алексей вытянул форель даже чуть больше первой.

Смотав спиннинг и вручив снасть вместе с коробкой с рыбацкими причиндалами счастливому малышу, Алексей, двумя руками неся пойманных рыбин за жабры, вместе с ребёнком неторопливо направился к рюкзаку. Чучундрик совсем разомлел на солнце, но бдительно нёс нелёгкую службу. Неторопливо сканируя воздушное пространство, вращал независимыми друг от друга глазами-радарами, уничтожая языком слишком близко подлетевшую авиацию насекомых. «Вот, блин, многозадачная рептилия. Интересно, а за что он вообще принимает мой рюкзак. Наверное, после своей унылой пустыни, до сих пор пребывает в кайфе на рюкзаке в эмиграции, как и все эмигранты, которые впервые вырвались в свободный западный мир» — иронично размышлял Алексей, осторожно, чтобы не потревожить Зелёного, упаковывая пожитки в рюкзак.

Глава 6

С Асуром по пути

Остаток пути до вечера прошёл очень быстро. За день Алексей твёрдо выучил уже около полусотни местных слов, ни разу не спутав названия. Малыш уже настолько доверял Алахею, что всю дорогу шёл рядом, держась за ладонь. Ашоку было интересно и смешно учить Асура родному языку.

Примерно за два часа до заката, когда Алексей начал задумываться о ночлеге, дорога вывела к небольшому горному озеру. Порыскав по берегу и подыскав укромное местечко, Алексей разбил лагерь на ночь. Сожалея о том, что забыл факелы на прошлой стоянке, покрутившись вдоль берега, изготовил их снова, сделав зарубку на память. А малыш всё-таки очень устал за день, и тихо сидел на камне у самого берега озера, прищурившись на вечернюю гладь заката.

Быстренько сварив компот и залив в термос, Алексей освежевал рыбу и добавил специй, сотворив уху, и теперь сидя напротив друг друга, наперегонки стучал ложками с малышом.

Устроив на ночь ловушки, Алексей уложил ребёнка и улегся рядом, пристроив рядом ночной набор подручных средств. Ночь протекла спокойно, тишину нарушал только крик ночных птиц и плеск крупной рыбы в озере.

Наступившее утро серьёзно убедило в том, что деревенские петухи это прямые потомки хамелеонов. Оттащив подальше от спящего малыша рюкзак со скрипуче приветствующей рассвет рептилией, Алексей занялся делами.

Когда Ашок проснулся, вместе неторопливо позавтракали. Алексей решил, что раз уж представилась такая возможность, искупаться и постирать вещи. Он дождался, пока солнце немного прогреет камни. Разделся, оставшись в одних трусах и кинул белье в воду у берега. Вещички немедленно всплыли. Побросав сверху камни, Алексей с громким шумом разбежался по мелководью и нырнул.

Ашок, с интересом наблюдающий за Алахеем, снова убедился в его нечеловеческом происхождении. Люди в родной деревне, расположенной на берегу могучей священной реки Ганга, сильно боялись демонов Апсаров, живущих под водой. По рассказам очень уважаемого в деревне дедушки Садхира, Апсары обычно принимали облик женщин с рыбьим хвостом. Время от времени рыбаки живущие в деревне, уплывали рано утром на лодке вниз по реке, и больше не возвращались домой. Иногда пропадали и женщины, которые в одиночку ходили стирать бельё. Люди тогда рассказывали друг другу, что Апсары забрали их с собой под воду, чтобы сделать своими слугами. Ребятня, конечно, очень боялась страшных рассказов, но устоять перед искушением побарахтаться в жаркий полдень по пояс в тёплой воде не могли.

Тем временем Асур совершил совсем невозможное. Он разбежался по мелкой воде, пролетел короткое время прямо по воздуху, а потом с шумом исчез под водой. На озере стало очень тихо, только по поверхности шла цепочка мелких пузырей. Ашок похолодел от мысли, что Алахея забрали к себе Апсары, и он снова остался один. Через некоторое время, когда Ашоку показалось, что уже прошла целая вечность, голова Алахея с шумом появилась из-под воды и скрылась опять.

Ашок немного подумал и понял, что Алахей, хоть и очень похож на человека, но всё-таки демон, Асур, и он всего-навсего лишь разговаривал под водой со своими родственниками Апсарами. Смеющийся Алахей, выскочивший из-под воды, только лишь укрепил в этой мысли. Мальчик с грустью подумал, что тоже вот так бы радовался, если бы сейчас увидел семью.

Вдоволь нанырявшийся в прозрачной воде Алексей вынырнул, перевернувшись на спину, и блаженно растянулся на воде. Ашок растерянно посмотрел на демона. Асур лежал на спине в центре озера, совершенно не двигаясь, но не тонул. Полежав так некоторое время, Алахей вдруг спокойно сложил руки на груди и начал плавно двигаться к берегу, лёжа на спине. Ашок даже подпрыгнул на месте от удивления, представив, сколько расскажет дедушке о демоне Ранутре, называющем себя Алахеем. «А вообще, жизнь прекрасна, даже здесь. Шмотки сейчас простирну, да и мальца искупаю» — размышлял Алексей, щурясь на яркое солнце, обсыхая на лёгком ветерке.

— Купаться будешь? — обернулся он к малышу.

Ашок ничего не понял.

— Ну, вода, двигаться, — уже на местном языке, повторил Алексей.

Ашок испуганно помотал головой.

— Так мыться же надо, — укорил Алексей.

Ашок сообразил, что хочет Ранутра, но очень опасался Апсаров. Конечно же, дома, когда над ним хлопотала бабушка Лилавати, мылся каждый день, и даже чистил зубы специальной палочкой с порошком из целебных трав. Кроме того, вода в озере по людским меркам просто ледяная, и плавать в ней могут только демоны. Но, вспомнив нахмуренные брови дедушки Садхира, когда под всяческими предлогами избегал омовений, вздохнул и подошёл к воде. Уныло сбросил сапожки, стянул пыльные шаровары, подвязанные веревочкой, развязал тесёмки верхней курточки, оставшись в одном ланготхи, и покрывшись ледяными мурашками, зашёл по колено в воду.

Алексей с интересом разглядывал ребёнка. А тот, смуглый и худенький, с кислым лицом скинул одежду, остался в каких-то трусах, сшитых из единого куска белой материи с поясом. Потом обречённо взглянул на Асура. Алексей ободряюще кивнул. Медленно вышагивая и подтянув согнутые в локте руки вверх, словно цапля, малыш по колено зашёл в воду, мгновенно покрывшись мурашками. Алексей, разглядывая комично выглядевшего ребёнка, с трудом сдерживал смех.

Ашок медленно, трясясь от холода, набрал ладошкой воды и сполоснул рот, потом неохотно вымыл лицо, и, пятясь, испуганно глядя на поверхность воды, двигаясь задом, вышел на берег. «Скорее всего, какие-нибудь местные религиозные предрассудки» — рассудил Алексей, протягивая полотенце, заодно выясняя название.

Малыш комком вытер лицо и что-то неразборчиво пробубнил. Алексей повторил, как расслышал. Ашок тут же скрючился от смеха и обессилено плюхнулся на камень. Алексей улыбнулся и, взяв детские вещи, полез в озеро заняться стиркой. Хорошо прошлёпав бельё об воду, разложил шмотки на окрестных камнях.

Закончив со стиркой, уселся на камень рядом с малышом, и некоторое время неподвижно смотрел на воду, обсыхая. «Надо бы выяснить названия предметов, которые можно только нарисовать. Всё равно нам пока делать нечего» — размышлял он, глядя на спокойную гладь озера. Немного обсохнув, поманил малыша к шероховатой скале. Взяв подходящий рыхлый камень, начал рисовать.

Согревшийся Ашок с интересом наблюдал за рисунками. Алексей по памяти нарисовал примитивный дом из индийских фильмов советского периода. Малыш узнал знакомое изображение. Он понял, что Алахей снова хочет учиться разговаривать, и с восторгом подхватил новую игру. Около часа Алексей рисовал предметы обихода, затем увлёкшись, с робкой надеждой, нарисовал на скале контуры самолёта и автомобиля.

Малыш, озадаченно нахмурил брови, долго разглядывая незнакомые предметы. Затем, распознав в автомобиле повозку, взял мелкий камешек, и старательно высунув язык, пририсовал спереди легко узнаваемый силуэт маленькой лошадки, гордо выдав название. «Значит, всё-таки, нет» — огорченно вздохнул Алексей.

Подождав ещё минут десять, Алексей решил пойти проведать бельё. Вещи ещё не просохли. «Да, придётся немного подождать. И к тому же, пацан может простудиться. Они тут к этому делу непривычны, малейший сквозняк и лови насморк. Чем бы пока его занять? Вон как мается. Прямо как наши детишки в панамках на пляжах Анапы, когда родители в море не отпускают» — размышлял Алексей, посмотрев на Ашока, бесцельно ковыряющего мелкие камушки около воды.

Алексей порыскал по берегу и поднял маленький и плоский камень. Прикинув вес, подозвал Ашока. Прервав изыскания, малыш подошёл, с интересом сверкая глазёнками.

— Смотри, — сказал Алексей, нагибаясь к воде и резко запустив по поверхности камень блинчиком. Ашок в изумлении открыл рот. Камни в воде всегда тонут. Это известно совершенно точно. Но загадочный Алахей каким-то волшебным образом заставлял камни скакать по воде. Алексей ещё несколько раз повторил хитрый фокус. Повернулся, глянув на малыша. Ребенок, открыв рот, с мечтательным восторгом смотрел снизу вверх. Алексей на секунду почувствовал себя львом Бонифацием на каникулах и рассмеялся.

— На, попробуй, — протянув подходящий камень малышу.

Ашок, не глядя, с размаху с громким бульком запустил камень в воду и растроенно повернулся к Алахею.

— Кто ж так бросает, — Алексей вложил в маленькую руку новый камень, и медленно управляя малышом, показал, как именно нужно бросать.

— Давай, — задорно крикнул он.

Малыш неловко повторил заученное движение. Камень вылетел из руки и, сделав два небольших блинчика на воде, затонул. Малыш с восторгом взвизгнул и бросился искать ещё. «Ну вот, дело пошло, теперь до вечера отсюда не уйдём, а уровень озера переполнится» — добродушно посмотрел Алексей на резвящегося пацана, направляясь сворачивать рюкзак.

Когда бельё просохло, Алексей с трудом оттащил от воды заигравшегося ребёнка. Ашок что-то громко затараторил, размахивая руками с выразительно просящим лицом.

— Никаких «ну ещё немножко», — строго глянув сверху вниз, произнёс Алексей.

— Ты ещё скажи мне спасибо, что я тебе сончас не устраиваю, мы вообще-то домой идём, или где?

Ашок, поняв, что поблажек не будет, скорчил грустное лицо и пошёл одеваться. Алексей на секунду словно бы очутился в пионерском детстве, вспомнив, как воспитатели выгоняли резвящихся детей из воды. Улыбаясь, наклонился к рюкзаку и первым делом исправил вчерашнюю оплошность, с трудом упихнув факел в рюкзак, скрученной макушкой травы сверху. Чучундрик задумчиво приподнял голову и с вожделением уставился на далёкую верхушку. Алексей строго шикнул на ящерицу и нарядил малыша в камуфляж. Подхватив запасной факел левой рукой, взял Ашока за руку и медленно побрёл вперёд.

Глава 7

Страшная подсказка

Остаток пути до вечера промелькнул как один миг. Настырная рептилия всё-таки осуществила заветную мечту и приняла форму флага. Чучундрик взгромоздился на самую макушку травяной обвязки факела, выглядывающего почти на полметра из рюкзака, и наслаждался быстрой ездой, высокомерно поглядывая по сторонам.

Алексей, следуя методам полного языкового погружения, всю дорогу вёл за руку малыша и называл окружающие предметы. Ашок внимательно слушал смешную речь Алахея. Малыш уже не смеялся при неверных названиях, а только вспыхивал улыбкой и поправлял по слогам.

Дорога вывела к горному перевалу, где вдруг исчезла, разбившись на несколько мелких дорог. Алексей остановился на самой вершине, окидывая взглядом открывающийся вдаль простор. Внизу зеленели ярко освещённые солнцем раскидистые деревья, прерываясь местами ниточками ручьёв, уходя прямо до самого горизонта. «Примерно этого я и боялся. Надеюсь, что Ашок приблизительно знает дорогу. А то ведь здесь можно годами блуждать. На ночь глядя мы туда спускаться не будем, а переночуем где-нибудь здесь, утро вечера мудренее» — с тревогой окинул зелёное море внизу Алексей.

Вернувшись с перевала немного назад, остановились в укромной зелёной расщелине. Алексей привычно устроил малыша, занявшись обустройством временного быта. Поужинав кашей с бараниной, и установив на ночь предупреждающие растяжки, отошли ко сну. Ночь прошла беспокойней, чем предыдущие. Временами Алексей просыпался то от громкого уханья филина, то от каких-то визгливых подтявкиваний и басовитых порыкиваний, раздающихся снизу из ночной долины.

— Утро красит нежным светом стены древнего Кремля, — проснувшись, тихонько вторил Алексей упоённо скрипящему на восходящее солнце хамелеону. «Да, сегодня решающий день. Эти чёртовы горы наконец-то закончились, а куда идти, и что нас там ждёт внизу, неизвестно. Надо бы как-то порасспросить мальца» — сосредоточенно раздумывал Алексей, хлопоча над готовкой завтрака. Проснувшийся Ашок вяло поел, всё-таки было заметно, что он непривычный к таким похождениям.

Алексей, не забыв про факелы, быстро свернул лагерь и вместе с малышом неторопливо направился к перевалу. Усевшись на камень на самой вершине, показал рукой вниз и медленно подбирая слова, спросил у Ашока на местном диалекте:

— Ашок, где дорога в твой дом?

Малыш коротко и тревожно взглянул на Асура. Он понял, что дальнейший путь теперь зависит только от него. Взобравшись на камень рядом с Асуром, он осторожно встал и, вытянув шею, напоминая маленький кустик, стал осматриваться по сторонам. Алексей стоял рядом и не торопил с ответом. Ашок понуро слез с камня и расстроено покачал головой.

— Понятно, ну не расстраивайся, сейчас будем думать, — на русском успокоил Алексей и присел на камень, задумчиво уставившись вниз. Ашок понял из интонации Алахея, что нужно подождать, и терпеливо присел на корточках рядом. Он был немного расстроен, что не запомнил дорогу. Когда он проезжал с братьями этот перевал, поднимаясь снизу, то ехал на одной лошади вместе с Аджитом, сидя впереди. Задумчиво держась за гриву коня, он слушал рассказы брата о диковинных зверях и растениях, встречающихся в этих горах.

Алексей пробовал рассуждать логически. «Да, жалко. Малец не помнит дорогу. Да в принципе, я был точно такой же, в его-то возрасте. По идее, внизу в долине обязательно должны жить какие-то люди. Ведь эта дорога протоптана не зверями. Скорее всего, самая натоптанная тропа и есть самая главная. Дойдём по ней с малышом до людей, а он у них спросит дорогу. Теперь только нужно как-то определить эту самую тропу» — начал шарить глазами внизу Алексей. Оценивая на глаз спускающиеся вниз тропы, Алексей заметил внизу какой-то зеркальный отблеск и мгновенно насторожился.

Подождав еще немного и напряженно всматриваясь в сторону блеска, Алексей увидел отряд всадников, неторопливой змейкой обтекающих деревья внизу, и поднимающихся наверх. По мере того, как всадники приближались, Алексей примечал всё больше пугающих деталей. Опасный отблеск являлся наконечником поднятого вверх копья, которое держал в руке рослый всадник авангарда отряда. Позади него, неторопливо покачиваясь в сёдлах, в такт движения своим низкорослым лошадкам, ехали еще около двух десятков вооруженных копьями седоков. Когда отряд выехал на открытое место, сердце Алексея испуганно сжалось. Посреди конного отряда, понуро свесив головы вниз, двигалась вереница связанных пленников. Движение завершал десяток наездников, с двумя собаками на поводках.

«Вот попали. Уходить надо и прятаться. Чёрт, костёр наш ещё тёплый. А у них собаки. Так, главное сейчас без паники. Люди нас пока не заметили. А вот собаки могут учуять. На старое место нельзя. По камням уходить, на следы сыпать перец и прятаться в плюще у скалы. Минут через двадцать они будут здесь» — принял решение обливающийся холодным потом Алексей.

Алексей присел рядом с испуганным малышом и начал торопливо рыться в рюкзаке. Вынув мешок с перцем и остальными неизвестными пряностями, торопливо ссыпал их в один общий мешок, и резко встряхнул, перемешивая. Низко пригнувшись, и делая Ашоку знак следовать впереди по камням, Алексей начал время от времени делать ложные широкие петли, посыпая следы пахучей смесью. Потом неожиданно перепрыгивал в сторону, обрывая след и делая новую петлю. Не дойдя метров сто до прежней стоянки, Алексей заметил небольшую расщелину слева от дороги. Указав на неё рукой испуганно глядевшему малышу, Алексей спокойно и тихо произнёс короткое местное:

— Иди и жди там!

Ашок мышкой порскнул в указанном направлении и затаился в плюще, совершенно скрывшись из виду. Проследив за ним, Алексей повернулся и начал торопливо уводить следы прямо к прошлой стоянке. Сделав огибающую петлю у слабо дымящегося костра, разбежался и сиганул далеко в сторону, чуть не отбив пятки об камни при приземлении и с трудом удерживая равновесие. Посыпал порошком сзади и сделал ещё одну петлю, отпрыгнув вбок. «Чёрт, я еще и факел на перевале забыл. А если порошок не поможет, и нас всё равно учуют, то надо как-то будет ломиться вверх на скалу» — загнанно дыша, размышлял Алексей, приближаясь к схрону ребёнка. Коротко осмотрев убежище снаружи, размашисто посыпав порошком вокруг, втиснул Ашока повыше, между скалой и зелёной массой плюща, и залез следом, стараясь успокоить дыхание. Рядом сосредоточенно посапывал носом Ашок, разглядывая дорогу сквозь нависающие лианы. Алексей опустил голову вниз, тихонько тронул малыша за плечо и, встретив ответный взгляд, прошептал, прижав палец к губам:

— Т-ссс!

Потекли минуты напряжённого ожидания. Напрыгавшийся и взволнованный Алексей покрылся крупными каплями пота, но боялся даже пошевельнуться, напряженно вслушиваясь и всматриваясь сквозь нависающие над глазами листья.

Неожиданно где-то в стороне перевала послышался гулкий лай собак и громкие людские голоса, которые многократно окрест разносило эхо. Спустя несколько томительных минут в поле зрения показался первый всадник с копьём. Он медленно ехал на коне, держа поводья левой рукой, свесив копьё наизготовку и внимательно глядя по сторонам. Следом потянулись остальные рыскающие по сторонам всадники. Похоже, заметив остатки костра, отряд остановился. Вперёд выдвинулись спешенные наездники, ведя рвущихся с поводка собак. Невольники, одетые в пыльные лохмотья, воспользовавшись неожиданной остановкой, неловко подогнув ноги, уселись прямо на камни. Некоторые, видимо самые слабые, вообще просто кулем свалились вниз.

Нукеры, с натугой держа собак на поводке, проследовали по уводящему к костру ложному следу. Покрутившись вокруг прежней стоянки, и цыкнув на фыркающих собак, ожесточённо жестикулируя, работорговцы немного посовещались гортанными голосами, внимательно рассматривая окружающие скалы. Затем, сделав круг на более широком расстоянии от костра, потоптались и ни с чем вернулись назад.

Немного погодя, всадники тупой стороной копий подняли невольников на ноги, и колонна неторопливо продолжила движение. Алексей насчитал около сорока всадников и примерно около двадцати связанных пленников. Когда последний наездник с собакой исчез, Алексей тихо перевёл дух. «Да уж, весёленькое нынче время. Настоящая работорговля. Извините, ребята. Я вам ничем помочь не смогу. Слишком неравные силы. И так хорошо, что я вовремя сообразил, как запутать следы. А вот задержись я с малышом на озере. А тут эти красавцы. И бери нас прямо в трусах, тёпленькими. И всё-таки, самый страшный зверь во все времена, это человек. Как был, так и остался» — чувствуя, как его колотит нервная дрожь, размышлял Алексей. Еще немного подумав над произошедшим, неожиданно осознал, что теперь жизнь, честь и достоинство не защищает никто, даже гипотетическая милиция. Осознавая, что теперь всё зависит только от самого себя, Алексей почувствовал, как рушатся все моральные запреты и ограничения, наложенные прошлым. Прокрутив всю эту бурную кашу в голове, вздохнул и немного расслабился.

Чуть повернув голову вниз, и заметив вопросительный взгляд малыша, Алексей ободряюще подмигнул и отрицательно покачал головой. Подождав контрольных двадцать минут, Алексей осторожно покинул убежище, оставив Ашока наверху. Пригибаясь между камней, осторожно посмотрел в сторону удалившихся работорговцев. В воздухе ощутимо пахло кислым запахом конского пота и целой толпы немытых тел. Подождав ещё пять минут, Алексей вернулся к убежищу и вытащил малыша. Присел рядом на корточки, немного помолчал и, встретившись взглядом с Ашоком, неожиданно для себя выдал ребёнку на местном:

— Звери лучше людей, Ашок.

Глава 8

По следам работорговцев

Осторожно подходя с Ашоком к спешно покинутому перевалу, Алексей сосредоточенно обдумывал, как отыскать семью малыша. Автоматически обходя яблоки лошадиного помёта, щедро разбросанные вдоль дороги, он неожиданно остановился, несколько напугав идущего рядом ребёнка. Ашок тут же испуганно закрутил головой по сторонам в поисках опасности. «А ведь точно» — сделав успокаивающий жест, сообразил Алексей. «Если двигаться по следам работорговцев, то рано или поздно мы обнаружим какое-нибудь селение. Те невольники наверняка из местных. Хотя можно сходу нарваться и на такой же отряд. А, скорее всего, нет. Думаю, взяв в плен жителей местных деревень, они навели здесь такой шмон, что ещё несколько месяцев здесь ловить будет нечего, пока народ не привыкнет и не вернётся на обжитые места».

Подойдя к роковому перевалу, он осторожно оглядел дорогу. Покрутившись на вершине, отыскал свой брошенный факел и распрямился во весь рост, оглядывая окрестности и обдумывая дальнейший путь.

Ашок, стоящий рядом, тревожно взглянул в ставшее очень суровым лицо Алахея. Малыш очень привязался к загадочному спутнику. Он понимал, о чём сейчас думает Асур, но совершенно не знал, чем помочь. Стараясь хоть как-то исправить бестолковость, Ашок неожиданно подёргал Алахея за рукав странной пятнистой куртки, и серьёзно смотря снизу вверх, произнёс:

— Мой дом у реки Ганга, Алахей.

Алексей повернулся к малышу и, поняв смысл, ободряюще подмигнул. «Ну вот, дело сдвинулось. Значит всё-таки Индия. Хоть какая-то определённость на местности» — обрадовался Алексей, половчее перехватывая факел в левую руку и припоминая на ходу географию. Об Индии вспомнилось только то, что цены на курортах Гоа в этом сезоне немного поднялись, что там хорошие программисты, а также то, что в Бразилии много диких обезьян.

Со всей осторожностью отмахав километров пять от перевала, остановились передохнуть. Здесь внизу было намного теплее, чем в горах. Это сразу подчёркивали густо зеленеющие, а местами обильно цветущие местные деревья. Отовсюду доносился неугомонный птичий гвалт. Алексей с интересом рассматривал окружающую незнакомую зелень, из множества которой смог опознать только характерные стебли бамбука. Ашок тоже заметно приободрился и оживлённо вертел головой. В джунглях он чувствовал себя намного увереннее, чем в горах.

Дорога неторопливо виляла среди пологих, густо заросших лесом холмов. Глядя по сторонам, Алексей испытывал двойственные чувства, с одной стороны, есть куда спрятаться в случае опасности, а с другой стороны, откуда её ждать, эту опасность. Картина со связанными невольниками очень живо врезалась в память, поэтому он двигался черепашьим шагом, а перед каждым поворотом сворачивал в кустарник рядом с дорогой и оттуда чутко вслушивался в шум окружающего леса.

Солнце уже перевалило за полдень, когда конные следы вывели к опустошённому селению. Алексей с интересом разглядывал десяток деревянных домов, построенных из вертикальных жердей и покрытых соломенной крышей, и поэтому еле успел ухватить за плечо рванувшего в деревню Ашока.

— Ты куда это направился, про бандитов забыл? — по-русски сурово спросил Алексей, тыча большим пальцем за спину на торчащие позади горы. Ашок испуганно взглянул и потупился.

— Сиди и жди, — махнул вниз рукой Алексей, переходя на местный. Скинул рюкзак с рептилией и вручил факел присевшему на корточки малышу. Ашок на всякий случай пересел немного подальше от странного мешка Алахея. Его постоянно охранял свирепый ручной ракшас. Алексей хмыкнул, наблюдая за сценой. Сделав знак сидеть тихо, Алексей проверил висевший на поясе чехол с ножом и начал наблюдать за деревней.

Убедившись, что поселение совершенно безжизненно, короткими перебежками, прикрываясь кустами, приблизился к первому дому и спиной прислонился к нагретой солнцем деревянной стене, немного переводя дух. Затем мелкими шажками переместился к углу дома, и осторожно высунув голову, осмотрел улицу.

Дома в деревне были ориентированы лицевой частью к центру селения, а тыльной частью к лесу, образуя разорванный круг. К жилищам были пристроены сарайчики для скота. Окна и двери домов видимо когда-то закрывались травяными циновками, но после тотальной зачистки отряда работорговцев они были сорваны и беспорядочно разбросаны по пыльной красновато-глинистой почве. Примерно посредине селения располагался большой колодец, с колесом для подъёма воды, грубо обложенный камнями. Глядя на него, Алексей сделал зарубку на память, пополнить запасы воды в дорогу, всё-таки здесь внизу было жарковато и постоянно хотелось пить.

Двигаясь вдоль стен домов, стал осторожно заглядывать внутрь через открытые окна. Обстановка комнат внутри была довольно скудной, никакой мебели, циновки расстелены прямо на земляном полу, а обстановка носила явные следы грабежа. Внутри жилища были разбросаны какие-то глиняные кувшины, пол был усыпан многочисленными припасами из разорванных холщовых мешков.

Когда Алексей скрытно обходил угол очередного дома, прямо из-под ног, возмущённо кудахтая, выскочила хохлатая пегая курица, и часто хлопая на бегу крыльями забилась куда-то под соседний дом. «Напугала, чёрт» — прислонился к стене Алексей, провожая её взглядом и чувствуя, как бешено колотится сердце.

Чертыхнувшись ещё раз, Алексей продолжил осмотр. Подходя к последнему, стоящему немного на отшибе жилищу, он услышал доносящееся изнутри унылое бормотание. Алексей насторожился, и сжав рукоятку ножа, заглянул через окно внутрь. Спиной к нему, сидя на полу и сжав голову руками, сидела маленькая пожилая женщина, в оранжевом традиционном индийском сари, с растрёпанными седыми волосами. Она что-то тихо и монотонно бормотала, раскачиваясь вперёд-назад. Прямо перед ней, на залитом кровью земляном полу, подтянув к животу тощие ноги, лежал на боку пожилой длиннобородый старик, на голом и смуглом теле которого контрастно выделялись бёдра, обёрнутые грязно-белой, обильно залитой кровью тканью. Вокруг роились вездесущие мухи. «По любому, старик уже труп, со скорой помощью тут напряжёнка» — отметил Алексей, осторожно заходя в дом.

Внутри помещения стоял резкий запах крови. Алексей немного постоял у стены рядом со входом. Женщина не обратила на него никакого внимания. «Да она старуха совсем. Похоже, умом тронулась» — посмотрел он с сочувствием на убитую горем женщину.

Алексей, стараясь не наступить на кровяную лужу, подошёл осмотреть старика. В нижней части правого бока погибшего виднелась глубокая рана, кровь на которой уже давно запеклась. Потускневшие глаза умершего безжизненно уставились на старуху. Рядом c трупом валялся серп.

Алексея замутило. Он вышел на улицу и присел, сдерживая тошноту. «Похоже, что старик попытался дать бандитам отпор, и вот результат. Остальные жители кто разбежался, а кто в плену. А старуху про дорогу даже и спрашивать не стоит, она невменяемая совсем» — поднимаясь и направляясь к Ашоку, расстроено думал Алексей.

Проходя рядом с колодцем, увидел двух мёртвых собак. Обе были убиты мастерским ударом по голове, снёсшим почти половину черепа. «Скорее всего, саблей махнули. Ребята спецы по мокрухе. Чёрт, как бы эти уроды трупы в колодец не набросали» — мелькнула страшная мысль.

Он рывком приподнял деревянную крышку, прикрывающую колодец, и стал напряжённо вглядываться в тёмную глубину. После перехода от яркого дня к темноте, внутри ничего не было видно, но когда глаза приспособились, разглядел дно колодца, чисто отблёскивающее водой. Алексей с облегчением опустил крышку и направился за малышом, решив по пути не травмировать психику ребёнка и скрыть от него мёртвых собак.

Забрав порядком заскучавшего на отдыхе Ашока, Алексей остановился далеко от колодца, внимательно разглядывая ближайшие дома. Определив подходящее строение, откуда нельзя было разглядеть трупы собак, взял Ашока за руку и решительно направился к выбранному дому.

Войдя в жилище, Алексей поднял с земляного пола циновку почище и встряхнул, выбивая от пыли. Потом постелил в углу и обернулся к топчущемуся у двери малышу.

— Иди, садись, я пойду, воды наберу, — с трудом подбирая слова, обратился к ребёнку Алексей. Ашок пока никак не мог привыкнуть к тому, как смешно разговаривает Алахей, расцвёл в улыбке и присел на циновке, обхватив колени руками. Алексей порылся в рюкзаке в поиске котелка, и спокойно помахивая, направился к колодцу.

Вытащив полное кожаное ведро воды, Алексей осторожно пальцем попробовал её на вкус. «Вода как вода. Но лучше прокипятить. Подхватишь тут что-нибудь и привет, всю дорогу потом из кустов не вылазить» — раздумывал Алексей, наполняя котелок доверху.

Вернувшись к малышу, Алексей занялся костром. Во дворе домика была выложена камнями небольшая закопченная каменная печь, на которой бывшие домочадцы готовили пищу. Порыскав в пристроенном рядом с домом сарайчике для скота, довольный Алексей обнаружил целую вязанку хвороста. Запалив дрова, пристроил котелок с водой на чадящую печку и уселся на крыльцо дома, дожидаясь, пока вода закипит. Ашок тихо подошёл и сел рядом. Немного поёрзав, он подхватил прутик и начал задумчиво им рисовать по земле. Затем неожиданно обернулся к Алексею и спросил:

— Почему в домах нет людей, Алахей?

Алексей на минуту задумался, подбирая ответ.

— Страшные люди забрали, — с трудом подбирая слова, ответил он. Ашок серьёзно взглянул прямо в глаза, вздохнул и вернулся к прерванному занятию. Чтобы он не скучал, Алексей отсыпал ему горсть сушёных абрикосов.

Между тем Алексей задумался над предстоящим ночлегом. С одной стороны хотелось заночевать под защитой стен, а с другой, к ночи в свои дома могут вернуться местные жители, которые по горячим следам утыкают чужаков серпами, а потом начнут разбираться. Да и непредсказуемая старуха совсем рядом. Тщательно взвешивая все плюсы и минусы, дожидаясь пока остынет вода, всё-таки принял решение уйти отсюда подальше и переночевать в лесу. Выждав пока вода в котелке станет терпимой наощупь, он перелил её во флягу и термос. Собрав пожитки, тронулись в путь.

Когда Алексей обходил очередной пологий заросший высокими деревьями каменистый холм, вдруг услышал жалобное собачье повизгивание. Он резко затащил испуганного Ашока в кусты и затаился. Ожидая, что из-за поворота вот-вот появятся работорговцы, Алексей с малышом, ступая как можно тише, двинулись к вершине холма, прячась между стволами деревьев.

В напряженном ожидании прошло несколько минут. На дороге по прежнему никто не появлялся. Визг с перерывами раздавался откуда-то сбоку. Алексей обернулся к притихшему малышу и кивком головы показал следовать за собой. Осторожно перемещаясь по направлению к источнику звука, Алексей с малышом вышли на небольшую укрытую высокими деревьями пологую поляну.

В центре стоял здоровенный волчара и напряжённо смотрел прямо на каменистую почву. «В капкан он, что ли попал, или задрал кого. Кто же тогда так визжит» — недоумевал Алексей. На всякий случай подсадил Ашока в развилку ближайшего дерева. Малыш испуганно обхватил руками толстый ствол и притих. Волк услышал возню и, ощерившись, развернулся на звук. «Волчица» — отметил отвисшее брюхо Алексей, перехватывая факел и приготовив зажигалку. Отчаянный визг, идущий откуда-то из-под земли, заставил зверя развернуться назад.

Алексей, начиная догадываться, держа наготове факел, осторожными шагами стал приближаться к животному. Волчица оскалилась и, прижав уши, зарычала, медленно пятясь назад. Не отводя взгляда от горевших зелёным глаз зверя, осторожно подошёл к небольшой неглубокой трещине на склоне холма. На дне среди кучи пожухлой листвы сидел маленький, ещё подслеповатый волчонок. Увидев человека, он испуганно забился в угол и затих.

Алексей ухмыльнулся простой разгадке так напугавшего визга. Отхлынувшая тревога настроила на дурашливый лад. В принципе, со всеми зверями он находил общий язык с детства, почему бы не попробовать поговорить и с волком. Алексей насмешливо уставился на негромко рычащую волчицу и его понесло:

— Погоди, не старайся, я попробую рассказать всё сам. Этот слащавый козлище понаобещал тебе с три короба. Потом была свадьба, счастливый медовый месяц и всё такое. Через месяц он тебя поматросил и бросил. Алиментов не плотит. И теперь ты осталась одна с шестью детьми, крутишься как белка в колесе на двух работах, вот и не усмотрела за сорванцом. Я ничего не упустил? — улыбаясь, уставился на умолкнувшую волчицу, которая слушала речь, немного склонив голову набок.

Сидевший на дереве Ашок понемногу успокоился. Асур совершенно не испугался огромной рычащей волчицы, и что-то спокойно рассказывал ей. Волчица выслушала длинный рассказ Асура, согласилась и прекратила рычать.

Алексей, по-прежнему не спуская со зверя глаз, медленно положил факел и отстегнул рюкзак. Чучундрик, увидел волчицу и предупреждающе зашипел, грозя ей нешуточной карой, если она только попробует подойти к его личному рюкзаку. Волчица замерла и начала принюхиваться.

— Ну, вот и договорились, — подвёл итог Алексей, осторожно опускаясь в неглубокую яму, стараясь не напугать детёныша.

Внутри ямы, доходившей чуть ниже плеч, скинул куртку и осторожно накрыл испуганного волчонка. Потом поплотнее закутал детёныша, и, вытянув руки, бережно положил сверток на поверхность.

Выбравшись наружу, удерживая свёрток впереди, Алексей немного приблизился к настороженно глядевшей на него мамаше.

— Вот, забирай обратно своего шалопая, — ворчливо произнёс он, разворачивая волчонка и подталкивая к волчице.

Детеныш, почуяв мамашу, восторженно повизгивая, стал подпрыгивать около морды, взахлёб облизывая языком. Волчица глухо заворчала и, глянув прямо в глаза Алексею, развернулась спиной и бесшумно потрусила куда-то вниз. Волчонок, неуклюже косолапя, побежал следом.

Алексей счастливо улыбался, провожая взглядом волчью семью. На душе стало как-то спокойно и легко. Таким улыбающимся он и вернулся за малышом. Ашок видел историю спасения детёныша волка от начала и до конца, но никак не мог понять, для чего Алахей помог опасному хищнику. Люди в родной деревне очень боялись волков и всегда старались любыми способами прогнать их подальше от своего жилья.

— Зачем ты это сделал, Алахей? — спросил Ашок, когда Асур помог слезть с дерева.

Счастливо улыбающийся Алексей немного подумал и ответил:

— Это их семья, Ашок.

Ашок надолго задумался над словами. Он никогда не видел, чтобы люди в деревне разговаривали с дикими животными и помогали им. Единственное домашнее животное, к которому испытывали почтение, были священные коровы. Их никогда не обижали и не прогоняли даже тогда, когда жующая корова лежала прямо посредине дороги, мешая движению повозок. Тогда люди старались не потревожить священное животное и осторожно объезжали, а если это было невозможно, то терпеливо дожидались, когда корова уйдёт.

Здесь в лесу, Ашок своими глазами видел, что с волком можно просто поговорить. А мама-волчица, точно так же, как и любая человеческая мама, переживает за каждого своего малыша и пытается помочь ему. Именно это и хотел объяснить хозяин зелёного леса, Ранутра, когда спас маленького детёныша волчьей семьи.

Глава 9

Длинная дорога в джунглях

После спасения волчонка, Алексей расстелил на земле куртку и прилёг, закинув руки за голову, мечтательно уставившись в раскинувшиеся наверху зелёные кроны деревьев. Ашок посмотрев на отдыхающего Алахея, немного побродил вокруг, а потом уселся около ямы и с интересом начал швырять камушки вниз.

Алексей отдыхал и раздумывал о дальнейшем пути. Спешить теперь было особо некуда. Собственно впервые, с тех пор как выбило из родного времени, он почувствовал настоящую свободу. Теперь никуда не нужно спешить, ему никто не указывал и он никому не был ничем обязан. Даже решение вернуть Ашока в семью, было продиктовано только собственной волей и совестью.

До заката солнца оставалось ещё часа четыре, и, осмотрев место, Алексей решил остановиться на ночь прямо здесь. Он поднялся и начал заниматься постройкой шалаша.

Порыскав вокруг, нашёл жерди подходящей длины и, ухватив в подмышки, одну за другой перетащил к дереву, где Ашок прятался от волчицы. Используя развилку дерева как основание шалаша, уложил на неё концы жердин, уперев нижние в землю. Получился надёжный каркас. Потом подозвал малыша и направился с ним к ближайшим кустам.

Нарезав целый ворох зелёных ветвей с мелкими листьями, показал Ашоку, чтобы он помогал перетаскивать их к шалашу. Перетаскав за несколько ходок кучу ветвей вместе со старательным малышом, Алексей показал ребёнку, как нужно обкладывать ими каркас.

Ашоку нравилось строить домик в лесу. Он сосредоточенно пыхтел, обкладывая ветвями нижний слой шалаша. Алексей обходил следом и закладывал верх. Построив жилище, Алексей с малышом отошли немного в сторону, чтобы оценить работу издалека.

— Класс, — показав Ашоку большой палец, улыбнулся Алексей.

Ашок, увидев странный жест Алахея, сначала задумался, а потом заулыбался, поняв, что это была высшая оценка собственного труда.

Оставшееся до вечера время прошло в хозяйственных хлопотах. Наскоро поужинав с малышом, Алексей решил отказаться от компотов, чтобы экономить воду. Окружающая живность не обращала на прячущихся людей никакого внимания, живя своей вечерней жизнью. Вокруг что-то ухало, скрипело и перекликалось многоголосыми голосами. Отдыхающий на спальнике Алексей с некоторой тоской стал вспоминать о своих ночёвках в горах.

Когда перед самым закатом он решил ставить предупредительные растяжки, то сразу же понял, что старая стратегия защиты себя исчерпала и теперь потребуется сразу вся леска с запасной катушки. Расставив колышки вокруг шалаша, натянул между ними леску. Получился круг диаметром приблизительно метров пятнадцать. «Маловато, но деваться некуда» — решил Алексей, заводя конец лески в шалаш и привязав к нему маленький колокольчик от донной удочки.

Ашок тут же заинтересовался новой вещицей, и Алексею пришлось объяснить ребёнку весь смысл этой затеи. Он вывел ребёнка из шалаша и устроил небольшое представление. Показав Ашоку смотреть внимательно, Алексей отошёл подальше и аккуратно переступил защитный круг, а потом осторожно начал подходить к шалашу и задел ногой леску. Колокольчик внутри шалаша мелодично загремел. Ашок пришёл в полный восторг, восхищённо осматривая и ощупывая колокольчик. Алексей сделал заметку на память, подарить громышок малышу, когда доведёт до дома.

Ночью Алексей долго лежал без сна, вслушиваясь в новые звуки. Убаюканный близкими трелями ночных цикад, постепенно сомкнул веки и спокойно заснул. Ночью их никто не потревожил.

Утро началось нестандартно. Ещё не начался рассвет, когда Алексей пробудился от мягких шелестящих ударов крупных дождевых капель. Он тихо вылез из шалаша и поставил снаружи котелок. «Лишняя вода никогда не помешает. А вот завтрак сегодня придётся отложить, с сухими дровами пока напряжёнка. Изюм с курагой пожуем, да водичкой запьём» — бросив короткий взгляд на окрестности, решил он. Чтобы почуявшая рассвет рептилия не разбудила беззаботно спящего Ашока, Алексей расстегнул молнию своего необъятного синтетического плаща, прикрыв разом рюкзак и спящего малыша. Сам улёгся с краю и попытался уснуть. Мало-помалу, вслушиваясь в успокаивающий шелест дождя, он смежил веки и задремал.

В полусумраке шалаша Ашок проспал намного дольше обычного, и, наконец, зашевелился, просыпаясь и шелестя плащом. Алексей стянул с него накидку, и сонный Ашок зевая, сел на одеяле. Дождь уже почти утих, но шалаш начал протекать, и крупная капля воды сорвалась ребёнку прямо на голову.

— Дождь, — подняв указательный палец в небо, улыбаясь, произнёс Алексей.

Ашок машинально вытер голову рукой и, улыбнувшись, повторил фразу на родном языке. Пока они неторопливо позавтракали сухофруктами, дождь закончился совсем. Алексей подождал минут десять и вылез осмотреться. Котелок был наполнен водой примерно на пятую часть объёма. «Всё равно пригодилось» — обрадовался Алексей, переливая жидкость во фляжку.

Свернув лагерь и оскальзываясь, они спустились с холма к дороге. «Плоховато»- расстроился Алексей, пытаясь разыскать следы. Прошедший за ночь дождь размыл все следы отряда работорговцев. «Делать нечего, дорога всё равно куда-нибудь приведёт» — махнул малышу Алексей, трогаясь вдоль дороги.

После дождя двигаться было душновато, и он снял верхнюю куртку. Сразу же появилась проблема насекомых. Ашоку было намного легче, колеблющиеся при ходьбе лианы, которые Алексей своевременно заменял, отгоняли назойливых тварей. Алексей сначала отгонял комаров сорванной веткой, но потом, хлопнув по лбу, остановился. Ещё с той памятной рыбалки в рюкзаке остался крем-репеллент от комаров.

Алексей остановился и намазался кремом. Ткнув пальцем на убитого комара, объяснил малышу назначение процедуры, надеясь часа на три избавиться от проблемы. Ашок очень благосклонно отнёсся к намазыванию кремом, потому что уже видел подобное. Его дедушка был ведуном и частенько изготавливал различные мази и настои из трав, которые потом охотно покупали люди во всей округе.

Часа через три они пересекли по шаткому бамбуковому мосту журчащий внизу ручей. Откуда-то снизу, из-под моста, шарахнулась стайка визжащих обезьян, немало напугав Алексея. Он ошарашено смотрел им вслед, машинально держа в руке горящую зажигалку, пока не обжёг себе палец.

— Развели тут всякие обезьяньи питомники, — чертыхаясь и засунув обожженный большой палец в рот, бурчал он, залезая в ручей за водой.

Алексей, помня о том, что здесь воды много не бывает, наполнил сразу все имеющиеся у него ёмкости и даже пару целлофановых пакетов, завязав их глухим узлом и бережно уложив в рюкзак. Дорога повернула вдоль ручья и он обрадовано сообразил, что ручей наверняка впадает в реку. А на реке всегда есть поселения людей. Поэтому с лёгким сердцем подмигнул Ашоку и немного прибавил ход. По пути из ручья с водопоя ещё пару раз шарахались стайки обезьян, немало напугав их. Алексей каждый раз нервно выдёргивал зажигалку, очень надеясь, что неожиданный огонь от факела отпугнёт любую местную тварь.

Уже близился вечер, и Алексей начал было присматривать место для ночёвки, когда впереди среди леса, окружающего дорогу, показался неожиданный просвет. Они осторожно вышли на расчищенное пространство. Вдоль дороги тянулись заброшенные поля, на которых уже обильно начала разрастаться буйная местная зелень. Метрах в пятистах подальше виднелась небольшая заброшенная деревенька. Ашок неожиданно подергал за рукав:

— Смотри, Алахей!

Малыш испуганно указывал рукой куда-то влево от дороги. Алексей перевёл туда взгляд и сразу же увидел зловещий символ, которого так испугался Ашок. «А нехилые у них тут дорожные указатели» — непроизвольно поёжился Алексей. Чуть ниже его роста, в придорожных зарослях бамбука, стоял обвитый плющом бамбуковый столб, на конце которого зловеще щерился в окружающее пространство отбеленный солнцем человеческий череп.

Алексей немного потоптался у столба, пытаясь определить примерное время убийства. Вздохнув и поняв, что этот человек равновероятно мог быть убит как год, так и десять лет назад, взял за руку испуганного Ашока и побрёл по направлению к поселению.

Ашок на ходу то и дело испуганно оглядывался назад. Он вспомнил рассказы о злобных маленьких лесных людях, поклоняющихся кровавому демону Раване. Они время от времени похищали людей из окрестных деревень и приносили их в жертву своему кровавому демону. Люди старались уйти из таких мест, потому что облавы, которые устраивали местные охотники, результатов не приносили. Лесные люди умели передвигаться по лесу совершенно бесшумно и прятались где-то в глухих местах на болотах.

Добравшись до деревни, Алексей сноровисто обследовал заброшенные дома. Везде царила разруха и запустение. Местная буйная растительность уже начала отвоёвывать занятые у неё территории, опутывая дома вездесущими зарослями плюща и молодого бамбука. Он поднялся к последнему дому и краем глаза заметил зеркальный отблеск воды, мелькнувший где-то метрах в ста за жилищем в зарослях.

Обогнув дом, намётанным рыбацким глазом наткнулся на небольшую тропинку, уводящую куда-то вниз. Алексей окликнул Ашока и, отводя рукой в сторону мешающие стебли почти двухметрового тростника, двинулся вниз. Тропинка вывела к берегу неширокой реки. Рядом из тростника испуганно заклекотав, шарахнулась в воздух здоровенная цапля. Под ногами захлюпала вода. Из-под самых ног бултыхнулись в воду зелёные пятнистые лягушки.

Далее радостному взору открылась поросшая мелкой травой спокойная гладь реки. «Метров тридцать» — прикинул на глаз расстояние до противоположного берега. Берега реки с обеих сторон реки густо заросли бамбуковыми зарослями и тростником. Алексей скинул рюкзак, и, сделав знак «отдыхай» притомившемуся мальцу, пошёл осматривать берег выше по течению.

Немного пошарив в тростнике, чуть не споткнулся о небольшую деревянную лодку, наполовину вытащенную на берег. Лодка была выдолблена из цельного куска дерева, а на дне виднелась дождевая вода вперемешку с мусором и небрежно выструганный обломок дерева, заменяющий весло.

Алексей отложил в сторону весло и с натугой вытащил утлое судёнышко на берег, перевернув кверху дном. «Похоже, целая» — обрадовано мелькнула мысль, когда он тщательно осмотрел густо облепленное чёрными пиявками и ракушками дно лодки.

Не откладывая, Алексей решил провести судовые испытания такой ценной находки. Вытолкнув лодку на воду, приноровился к управлению веслом и неторопливо подплыл к уже клюющему носом малышу.

Ашок проснулся, услышав всплеск и шуршание тростника, когда Алексей затаскивал лодку на берег. Алексей улыбнулся и спросил:

— А как это у вас называется? — указывая на лодку.

Малыш обрадовано вскочил и начал рассматривать лодку, что-то оживлённо рассказывая. Алексей слушал и улыбался, от осознания того, что они уже почти достигли цели, понимая слова Ашока только с пятого на десятое.

Сгоряча он решил отчаливать прямо сейчас, но желудок настойчиво напомнил, что неплохо бы и что-нибудь поесть. И желательно посущественнее кураги и изюма. Алексей удивлённо поймал себя на мысли, что здесь чувство голода стало намного меньше, чем дома. Подумав немного над этим вопросом, махнул рукой, наверное, всё объясняет местный тёплый климат, поэтому калории на обогрев тела не расходуются, не то, что у нас, холодной зимой. Да и не стоит плыть по незнакомой реке, на ночь глядя.

Пока он занимался хозяйственными вопросами, пока поужинали, ощутимо начало смеркаться. Алексей решил ночевать прямо на берегу. В брошенных наверху домах после благожелательного придорожного указателя ночевать совершенно не хотелось. Он поднялся и сказал Ашоку, осоловело смотрящему на догорающий костерок:

— Я немного пройдусь, — указывая рукой на тропинку наверх.

Ашок испуганно оглянулся на реку и торопливо вскочил:

— Я пойду вместе с тобой.

Алексей добрался по тропинке наверх почти до самого крайнего дома пустынной деревушки. Вокруг стояла непроходимая стена из зарослей молодого бамбука вперемешку с тростником. В зарослях громко ухала какая-то вечерняя птица, на короткое время прерывая дружный лягушачий хор, эхом раздающийся вдоль берега реки. «Надо же, ну прямо совсем как у нас дома» — ностальгически вздохнул Алексей.

Решив немного усложнить задачу гипотетическому врагу, который захочет незаметно подкрасться к ним ночью по тропинке, Алексей, внутренне зловеще хихикая, с натугой согнул над тропинкой стебель бамбука толщиной примерно с запястье руки взрослого человека. Отрезал ножом верхушку ствола и отпустил, проверяя эффект. Согнутый ствол, с гулким звуком разрезая воздух, принял исходное горизонтальное положение.

Алексей, довольный эффектом, попросил Ашока отойти немного вниз по тропинке, завершая ловушку. «И всё-таки наши люди на такси по ночам в булочную не ездят» — усмехаясь, подумал он, деловито заправляя конец ствола бамбука в петлю на противоположной стороне тропинки. Закрепив идущую от петли незаметную леску так, чтобы она была натянута параллельно стволу бамбука, решил сам проверить изобретение.

Палочкой ткнул леску, имитируя движение ноги идущего. Леска потянула за сдерживающую петлю и скинула её с напряжённого стебля. Освобождённый от петли ствол бамбука с басовитым гулом вернулся в исходное положение. Алексей на секунду зажмурился, представив в этот момент, что над стволом находятся разведённые ноги идущего, неважно хищника или человека. «Надеюсь, что дети у него уже есть» — подумал он, ухмыляясь, чтобы самому с утра перед отъездом не забыть снять растяжку. Припорошив стебель согнутого бамбука легкими тростниковыми листьями, Алексей удовлетворённо вздохнул.

Он продублировал ловушку метрах в двадцати пониже и уже в сумерках вернулся на место к затухающему костру. «Пуганая ворона и куста боится» — засыпая под мерное кваканье лягушачьего ночного хора, сонно улыбаясь, думал он.

Глава 10

Спешный отъезд

Если бы Алексей знал, что параноические попытки хоть как-то обезопасить ночной покой в эту ночь будут весьма обоснованы, то уехал бы с Ашоком на лодке сразу, не дожидаясь ночи.

Всё дело в том, что после бамбукового моста, на их отчётливые следы на мокрой глинистой дороге наткнулось лесное кровожадное племя, которого так опасался Ашок.

Старый вождь племени, присев и отставив в сторону копьё, долго рассматривал и ощупывал пальцами глубоко вмятый в грунт, странный ребристый след на дороге, оставленный ботинком Алексея. Совсем рядом с ним лежал след маленького ребёнка.

Вождь шумно втянул воздух ноздрями. Глаза кровожадно сверкнули, когда он повернулся к терпеливо ожидающим его решения молодым охотникам:

— Дети мои. Здесь прошёл один крупный молодой мужчина и маленький ребёнок. Завтра мы принесём Раване богатую жертву.

Охотники выстроились цепочкой и бесшумной тенью двинулись по следу.

Ночью Алексей спал плохо. В тростниках что-то постоянно чавкало и хлюпало, пару раз почти по самой голове пробегал какой-то суетливый местный грызун, с разжёванными стеблями тростника во рту. «Здесь прямо дурдом какой-то» — злобно проводил взглядом очередного визитёра Алексей, включив налобный фонарик.

Почти перед рассветом, когда он забылся некрепким сном, его буквально подкинул на месте жуткий вопль, раздавшийся со стороны поставленных на ночь ловушек. «Чёрт, первый готов. У нас только секунд сорок в запасе» — бешено заколотилось сердце в груди.

Дрожащими руками закинул прямо с одеялом испуганного сонного ребёнка в лодку, следом не разбираясь, рюкзак и спальник, и раздирая жилы, со стоном вытолкнул приготовленную с вечера лодку на чистую воду, переваливаясь через борт к малышу.

Алексей схватил весло и рысью переметнулся на нос лодки, чуть не сбив в воду испуганного Ашока. Бешено отталкиваясь веслом, начал сноровисто уводить лодку вниз по течению. Сзади раздался второй леденящий душу вопль. Алексея, несмотря на испуг, пробил нервный смех. «Идиоты какие-то. Теперь уже двое остались без яиц» — прыснул он, на ходу оглядываясь назад.

Ашок, увидев смеющееся лицо Ранутры, успокоился и посмотрел назад. Всё-таки в этом времени люди не привыкли к таким скоростям изменения обстановки. Ещё мгновение назад он сладко спал, а потом раздался жуткий вой на берегу и он сразу очутился в лодке с Алахеем посреди реки.

Примерно через минуту, когда Алексей увёл лодку метров на сто от места ночёвки, с громким треском ломающегося тростника на берег выскочил небольшой отряд приземистых голых мужчин с копьями и луками. Людоеды мигом оценили обстановку и возмущенно заорали, увидев что лёгкая добыча, за которой так долго охотились, безвозвратно исчезает.

Среди них не было вождя и колдуна, которые смогли бы подсказать, как поступить с ускользающей добычей, потому что оба они сейчас, скорчившись и стоная, держались за свои отшибленные гениталии и валялись на тропе наверху.

Алексей быстро оценил расстояние. Отложив весло в сторону, он спокойно привстал на лодке. Ашок с интересом посмотрел снизу вверх.

— Эй, мужики, — заорал Алексей. — Вы там яйца свои поберегите! — и, не удержавшись, показал воякам интернациональный жест, понятный мужчинам во все времена.

Выпрямился в шаткой лодке во весь рост, и злорадно улыбаясь в сторону врагов, хлопнул себя ребром левой ладони по бицепсу правой руки, отчего та рефлекторно согнулась в локте и задралась вверх, указывая сжатым кулаком в небо.

Очевидно, что этот жест имел свои корни и в этом затерянном лесном племени, потому что, увидев его, воины возмущенно завыли и начали пускать в его стороны беспорядочные стрелы. «Не, ну точно идиоты» — успокаиваясь и берясь за весло, подумал Алексей. «Так бездарно потратить боеприпасы, ведь между нами метров сто пятьдесят уже» — весело думал он, уложив Ашока на дно лодки и азартно гребя веслом, увеличивая расстояние.

Глава 11

Приток Ганга

Двигаясь только на одном переизбытке адреналина, Алексей без остановки махал веслом почти два часа, отрываясь от возможной погони. Потом, почувствовав, что плечи уже почти онемели, оглядел буйные заросли переплетённых деревьев по обеим сторонам реки, и решил, что теперь можно и немного передохнуть.

Он причалил лодку в шуршащую стену зелёного тростника, распугав прячущуюся стайку мелких щебечущих птичек, и устало положил весло на дно лодки, повернувшись к малышу.

Ашок слегка продрог сидеть в лодке почти два часа без движения на утренней реке. Чтобы было теплее, закутался с головой в одеяло, оставив наружу только один любопытный глаз. Алексей устало повернулся к ребёнку и не сдержал смех:

— Здорово, Кутузов!

Ашок ничего не понял, но мгновенно просиял лицом и весело улыбнулся в ответ. Алексей подвинулся поближе и расстелил спальник поудобней на дне лодки, перенеся рюкзак с намертво вцепившимся Чучундриком поближе к носу судна. Потом, пытаясь расслабить сведённые непрерывной работой мышцы, медленно прилёг на спальник. Уставившись в бездонное небо, начал безмятежно наблюдать за проплывающими лёгкими облачками, изредка обращая заинтересованный взгляд на барражирующих разноцветных стрекоз.

Не глядя на Ашока, легонько похлопал ладонью по спальнику:

— Ашок, ложись, отдохни.

Ашок, опасливо покосившись на окружающую речную гладь, прилёг рядом.

— Вон, смотри, как это называется? — указал пальцем на тучу Алексей.

Ашок, помня о том, что Алахей не понимает слова с первого раза, раздельно по слогам повторил название тучи на родном языке. Алексей, медленно повторил следом, запоминая.

— Смотри, а вон ещё одна. Как сказать один и ещё один, — спросил Алексей, показывая два пальца на руке.

Ашок с гордостью вспомнив семью, назвал цифру. Хотя до обряда инициации оставалось ещё больше года, он многое запомнил из рассказов дедушки, отца и братьев.

Алексей окунул палец за борт и нарисовал высыхающей водой на тёмном дереве внутреннего борта лодки изображение двойки.

— А у нас так, — с грустью глядя на быстро исчезающее изображение, произнёс Алексей.

Ашок, осторожно выглянув за борт, окунул в воду палец и нарисовал рядом две горизонтальные палочки.

— А ещё, — заинтересовался Асур.

Малыш увлечённо нарисовал всю линейку цифр до десяти.

— Ясно, значит у вас ещё не всё потеряно, — обрадовано по-русски произнёс Алексей.

Ашок вопросительно уставился на Асура.

— Хорошо, говорю, — перешёл на местный диалект Алексей, закидывая руки за голову и устраиваясь поудобнее. Малыш немного поёрзал на спальнике и тоже сосредоточенно уставился в небо, думая о своём.

Чучундрик не терял времени даром. Приобретя цвет окружающего тростника, стал медленными движениями, имитируя покачивающуюся на ветерке зелёную ветку, приближаться на расстояние выстрела языка к большой синеватой стрекозе, зависшей в воздухе прямо над рюкзаком. Выбрав подходящий момент, ловко хлестнул языком и промазал. Реакция у стрекозы оказалась отменная. Алексей невольно ухмыльнулся, глядя на остекленевшие от изумления глаза рептилии.

— Ну что, Акела, промахнулся? — насмешливо спросил он хамелеона.

Чучундрик обиженно потускнел и замер, превратившись в изваяние.

— Да ладно тебе, ну с кем не бывает, — примирительно произнёс Алексей.

Отдохнув ещё с полчасика, Алексей лениво взялся за весло. Вспомнив, что с утра так и не позавтракали, вопросительно обернулся к малышу.

— Ты есть хочешь?

Ашок просиял лицом и с энтузиазмом закивал.

— Понятно, значит, будем искать пристань, — пробормотал Алексей, выводя лодку на чистую воду и медленно выгребая веслом по течению.

Когда удирали от кровожадных охотников за головами, то было совсем не до местных красот. А сейчас, отдохнув и тихонько шевеля в воде веслом, Алексей крутил головой по сторонам, невольно восторгаясь окружающими пейзажами.

Изумрудная зелень, стеной поднимающаяся по берегам реки, была покрыта жемчужной россыпью блестящей утренней росы, которую освещало нежаркое с утра южное солнце. В зарослях стоял оживлённый утренний птичий гвалт. Пару раз он разглядел на отмели в тростниках стайку важных объевшихся пеликанов, дремлющих на утреннем солнышке после сытной рыбалки. Время от времени разноцветные зимородки, сидящие у самой воды на засохших ветвях, с пронзительным писком бросались под воду и возвращались назад с мелкой серебристой рыбёшкой в клюве.

Заметив подходящую отмель, Алексей попробовал было причалить, но, ткнув веслом вязкий грунт, задумался. Весло ушло почти до рукоятки в глубокие залежи вонючего ила. «Не хватало ещё здесь в грязи утонуть. Да уж, ушли от одной проблемы, зато нашли себе другую» — разочаровано подумал он, поворачивая судно.

Медленно проплыв по течению ещё минут двадцать, заметил поваленный ствол засохшего дерева, вполне пригодного для трапа. По скрюченным веткам весело гонялись за мелкими мошками суетливые трясогузки. Распугав птиц, Алексей покрутился вокруг, вглядываясь в близкий берег. Вроде бы всё спокойно.

Ткнувшись носом лодки в тугую древесину, задумался над маленькой проблемой. Течение у реки достаточно быстрое, и вероятность того, что вода унесёт пустую лодку в светлую даль, была очень высока.

Алексей немного поковырял остриём ножа потемневшую от времени древесину лодки. Задубевшее дерево практически не поддавалось усилиям. «Броневая, однако» — проникаясь невольным уважением к посудине, восхитился Алексей.

Рассеянно порылся в рыбацком ящичке. Вытащил припасённый китайский мультитул со всевозможными короткими инструментальными отростками, раскладывающихся от одной основы. Ашок с интересом уставился на новую вещицу.

Алексей ногтем с натугой подковырнул и раскрыл лезвие небольшой пилки и принялся споро опиливать паз на носу лодки, чтобы потом обвязать капроновым шнурком.

Ашок уселся рядом. Алахей сноровисто подпиливал лодку. Как и все его странные вещицы, вначале они вызывали жгучее любопытство, граничащее почти с религиозным восхищением. В памяти невольно возник дедушка, знаменитый во всей округе лекарь и ведун. Он тоже использовал железные инструменты. Но за ними приходилось уезжать в столицу Паталипутру. Только там работали искусные кузнецы, которые могли изготовить изящные тонкие специальные инструменты для лечения людей.

Ашок вдруг вспомнил момент, когда Алахей в один миг развёл первый костёр. Тогда показалось, что огонёк выходит прямо из руки. Уже потом, когда Алахей заметил интерес, он дал попробовать извлечь огонь из маленькой полупрозрачной вещицы. Больше всего тогда поразило, то, что внутри вещицы отчётливо переливалась вода. Каким образом Алахей заставлял гореть воду, это самая большая загадка.

Впрочем, дедушка не раз рассказывал истории о том, что жившие много лет назад боги, даже те, которые стали затем Асурами, вначале тоже были людьми, но потом, в силу полученных великих тайных знаний приобрели невиданное могущество, и даже умели летать на странных извергающих огонь повозках — виманах.

Алексей тщательно уложил в паз огрызок капронового шнура и затянул конец верёвки. Облегчённо вздохнув, плавно причалил к дереву, рядом с внушающим доверие толстым обломанным сучком. Быстро обмотав свободный конец шнура, оглянулся назад.

— Приплыли, выходим, — обратился к малышу, ловко цепляя рюкзак. Малыш, осторожно балансируя руками, сошёл следом.

Вытоптав в зарослях тростника небольшой круг, кивнул Ашоку и двинулся с ним выше по берегу, подбирая мелкие сухие сучья для костра. Доверив довольному ребёнку разжечь костёр зажигалкой, срезал роготульки для котелка и пристроил над огнём.

Пока готовился суп, усевшись рядышком, задумчиво смотрели на огонь. Алексей ловил себя на мысли, что уже постепенно начинает привыкать к этому опасному, но в тоже время такому неторопливому времени, в сравнении с загаженным и сумасшедшим двадцать первым веком. В принципе, ещё здорово повезло, что повстречался с Ашоком. Так постепенно вклиниться в местную жизнь, встреть вместо ребёнка взрослого человека, было бы трудновато.

Ашок сидел рядом и думал примерно о том же. Впервые в жизни увидев смерть близких людей, понимал, что если бы не загадочный Алахей, к которому очень привык, то, скорее всего, был давно уже мёртвым. А находясь в пути рядом с ним, узнал очень много неожиданных вещей об окружающем мире.

Алексей прервался от своих философских раздумий и, подув на горячую ложку, попробовал суп.

— Готово, — повернулся к малышу, протянув ложку.

После завтрака, разомлев на солнце, Алексей решил, что торопиться теперь уже некуда. Река под боком, рыбу всегда можно наловить, да и ускользнуть от опасности можно практически мигом. Он неторопливо вытащил из лодки спальник со скомканным одеялом, расстелил на берегу и решил немного передохнуть. Ашок немного покрутился рядом, а потом как-то застенчиво попросил дать посмотреть мультитул.

Алексей сначала не понял, чего хочет малыш, но тот показал на лодку и очень образно изобразил, как распиливает дерево.

— А, пилку, — понимающе протянул инструмент Алексей. — А как она у вас называется?

Оживившийся Ашок радостно ухватил инструмент, развернулся и побежал к стеблям бамбука, выкрикнув название на ходу.

Алексей с интересом принялся наблюдать за малышом. Ашок уселся у ближайшего толстенного ствола и сосредоточенно наморщив лоб, попытался высвободить тугое лезвие маленькой пилки. Наконец это удалось, и он увлечённо принялся опиливать ствол бамбука по кругу. «А, кстати, этот дрын нам вполне пригодится, потом можно будет прямо на течении вбить колья в грунт, привязать лодку и спокойно спать» — решил Алексей, щурясь от яркого солнца, глядя на работу малыша.

Ашок с радостным гиканьем повалил подпиленный ствол. Проследив за плавным падением, повернулся и принялся за другой. «Вот так и началось хищническое истребление девственных индийских джунглей» — улыбался Алексей, наблюдая за увлёкшимся ребёнком.

Ашок повалил ещё три ствола бамбука и наконец, угомонился. Он остановился, поднёс зубчатое лезвие близко к глазам, осторожно провёл пальцами по зубчикам пилки, а потом завертелся по сторонам, удовлетворённо осматривая оставшиеся короткие бамбуковые пеньки. С чувством выполненного долга защёлкнул лезвие в паз и вернулся к Алексею, протянув инструмент.

Алексей улыбнулся, забрал пилку и направился к поваленным деревцам. Выбрал из кучки два ствола понадёжнее и ловко отчекрыжил им макушки, оставив примерно четыре метра толстого стебля. «В хозяйстве всегда пригодится, да и трогаться уже пора» — подумал он, осторожно укладывая колья в лодку, оставив торчать за бортом выступающую часть.

Закинув пожитки в лодку, Алексей взял Ашока за руку и помог перешагнуть за борт внутрь шатающейся на воде лодки.

— Из-за острова на стрежень… — вдохновенным басом подражая Шаляпину, начал выводить лодку на середину реки.

Ашок сначала испуганно притих при изменившемся тембре голоса Алахея, но вслушиваясь в протяжные мелодичные звуки, подумал, что у Асура сейчас очень хорошее настроение и он просто поёт песню на родном языке.

Алексей, старательно распевая, неторопливо управляя лодкой, рассеянно поглядывал по сторонам. Окружающая картина не отличалась разнообразием, вокруг всё также стояли непроходимые девственные джунгли. Несколько раз он тревожил стайки крикливых обезьян, пришедших на водопой. Проезжая их, усмехался, слушая несущиеся вослед пронзительные вопли животных, возмущённых таким наглым вторжением.

Прошло примерно час, когда он, убаюканный мерным журчанием воды за бортом, перевёл взгляд на привлёкший внимание неподвижно лежащий на отмели полупогруженный в воду замшелый обрубок бревна. Услышав всплеск весла, бревно вдруг неожиданно зашевелилось и с громким шумом ушло под воду. «Мама моя, да это ж настоящий крокодил» — испугался Алексей. Потом, вспомнив, что он здесь главный, взял себя в руки и повернулся к напугано выглядевшему ребёнку.

— Ашок, а ты случайно не помнишь, как правильно пишется, кракодил, или крокодил, — стараясь, чтобы голос не задрожал, обратился по-русски к малышу. Ашок, услышав вопросительную интонацию, не отрывая тревожных глаз от скрывшейся из виду рептилии, машинально выдал местный эквивалент.

Алексей решил как можно быстрее уплыть из этого места, надеясь, что крокодил просто испугался и затаился под водой. Стараясь грести как можно бесшумнее, чтобы не раззадоривать хищника, плавно увеличил скорость, внимательно окидывая взглядом берега по обе стороны реки.

— Ашок, смотри сзади за крокодилами, — не оглядываясь, бросил он через плечо.

Впрочем, Ашок и сам завертел головой по сторонам в поисках опасности. Он хорошо знал, какую угрозу несёт опасный хищник.

Река стала намного шире, и солнце хорошо прогревало мелкую, заросшую водорослями середину, видимо, поэтому это место и облюбовали хищники. «А может, у них тут гнездо» — стараясь не сбить дыхание, размышлял Алексей, равномерными толчками двигая лодку.

Встретившиеся дальше по пути трёхметровые рептилии проявили живой интерес к быстрому незнакомому предмету. Парочка крокодилов, некоторое время почётным эскортом двигалась вслед за лодкой, целиком скрывшись по водой, выставив наружу только глаза и ноздри, но, сочтя добычу слишком крупной для них, один за другим бесшумно погрузились под воду и скрылись из глаз.

Алексей немного утомился и стал грести помедленнее, напряжённо поглядывая по сторонам. «Интересно, а смогут ли они перевернуть нашу лодку» — настойчиво колотилась мысль в голове. Потом, вспомнив, что животные каким-то образом чувствуют страх человека, он несколько раз сжал и расслабил мышцы тела, пытаясь дышать медленно и равномерно. Успокоившись таким образом, подмигнул вопросительно смотревшему малышу.

— Да не бойся ты, где наша не проплывала, — по-русски приободрил обеспокоенного Ашока.

Медленно проплыв ещё метров сто, он заметил, что метрах в двадцати сзади лодки, оставляя за собой слабый волнистый след, настойчиво движется хищник, заинтересованный необычной добычей. «Да в конце то концов, вы все достали уже. Вам, что тут, жрать больше нечего» — вскипел Алексей, тихо положив весло на дно лодки. Шёпотом попросил Ашока медленно пересесть на нос судна, а сам переместился на корму. Крокодил, мысленно предвкушая сытный комплексный мясной обед из двух блюд, был уже метрах в восьми от хвоста лодки.

Внутренне свирепея, Алексей обеими руками тихонько приподнял над головой четырёхметровый бамбуковый шест и застыл, начав поджидать хищника. Голодная рептилия медленно сократила дистанцию до трёх метров. В прозрачной воде отчётливо виднелись короткие мощные лапы хищника, с растопыренными когтями по бокам. «Пора» — решил Алексей, на резком выдохе опуская плашмя вниз прямо на спину хищника бамбуковый кол.

По окрестностям разнёсся оглушительный жёсткий удар. С испуганным клёкотом шарахнулись в воздух из зарослей тростника стаи цапель и пеликанов. Пулемётной очередью осыпались с берегов в воду поперхнувшиеся квакающие лягушки. На реке вдруг стало очень тихо.

Оглушённый мощным ударом крокодил юлой завертелся под водой, создав небольшой мутный водоворот, и, наконец, неподвижно всплыл кверху жёлтым пластинчатым брюхом над водой позади лодки. Алексею стало даже немного жаль рептилию. «Неужели убил» — мелькнула удивлённая мысль.

Он стоял, держа в руках шест наготове. Крокодил судорожно задёргался, приходя в сознание, потом медленно перевернулся животом вниз, и неуверенными виляющими движениями поплыл по поверхности в сторону берега. «Наш счёт один ноль» — бодро подумал Алексей.

Неподвижно держа шест горизонтально на уровне пояса двумя руками, зорко огляделся вокруг. На этом участке реки царила абсолютная тишина, нарушаемая только лёгким плеском воды о борт.

— А вот кто ещё хочет комиссарского тела, — вкрадчивым голосом вопросил он окрестные заросли.

Подождав ещё минуту, осторожно уложил шест на днище лодки и подмигнул приободрившемуся малышу.

— А ты как думал, мы ведь тоже не шиком бриты, — счастливо улыбаясь, прокомментировал маленькую победу Алексей.

Выработав стратегию борьбы с опасными хищниками, медленно повёл судно по реке почти до вечера, подыскивая место для ночёвки. Пару раз пришлось прибегать к решительным мерам и произвести предупредительный выстрел по воде, отпугнув особо ретивых хищников.

В свете открывшихся обстоятельств, пересмотрел первоначальное решение о ночёвке в лодке на воде, и решил остановиться на ночь в любом подходящем месте, поднявшись на берег повыше от воды.

Наконец, впереди, открылась небольшая отмель. Мощным толчком уверенно направил лодку к берегу.

— Вроде прибыли, — удовлетворённо перевёл дух Алексей, делая малышу знак вылезать из лодки.

Разбив лагерь повыше от воды и скоро поужинав, улеглись спать. Ночь прошла без происшествий, а утром Алексей привычно выслушал стандартный набор скрипучих славословий солнца от хамелеона.

Пока Ашок спал, похлопотал по хозяйству, потом неторопливо позавтракали и отправились в путь.

Глава 12

Неожиданная подсказка

С утра на солнце здорово парило. Активно налегая на весло, Алексей немного вспотел и снял майку. Небольшой утренний ветерок приятно холодил тело. Расслабленно зевая и поглядывая по сторонам, вывел лодку из очередного плавного поворота реки и растерянно замер. Прямо впереди по течению, покачиваясь на воде, дрейфовала ещё одна лодка с двумя загорелыми аборигенами на борту. Один ловко управлялся с веслом, а второй быстро перехватывая руками верёвку, что-то вытягивал из воды. Приложив ещё немного усилий, абориген приподнял над водой сложенный ковшом невод с бьющейся в нем пойманной рыбой, терпеливо дождался, пока она обтечёт и перекинул добычу в лодку.

Затем оба склонились головами внутрь лодки, негромко оживлённо переговариваясь и разбирая сеть. Алексей недоверчиво оглядел туземцев. Те не обращали никакого внимания вокруг, всецело занятые выпутыванием рыбы. «Вроде бы, как и не людоеды, да и одеты прилично» — хмыкнул Алексей, имея в виду типичный набедренный кусок ткани туземцев. Он вопросительно повернулся к малышу.

— Слушай, Ашок. Я подплыву к ним поближе. Спроси у них дорогу домой.

Ашок согласно кивнул головой. Алексей взялся за весло, и, стараясь держать лодку немного правее туземцев, чтобы в случае неожиданностей, они попались бы под правую руку, начал медленно выгребать лодку по течению.

Аборигены услышали всплеск и настороженно уставились на незнакомцев. Вид молодого мужчины сидящего в лодке с маленьким мальчиком успокоил, и они что-то вопросительно выкрикнули. Алексей покосился на Ашока и выразительно кивнул в сторону рыбаков.

Ашок несколько мгновений собирался с мыслями, затем сложил ладони вместе под подбородок и почтительно поздоровался. Потом выпрямился и начал что-то расспрашивать звенящим детским голосом. Из-за высокой скорости разговора Алексей разобрал только несколько знакомых слов.

Рыбаки неожиданно почтительно ответили на приветствие малыша, затем, активно размахивая руками, начали что-то горячо показывать, раскачивая утлую посудину, вразнобой указывая во все стороны горизонта. Алексей всерьёз начал беспокоиться, что горячие местные парни всё-таки опрокинут лодку, но Ашок неожиданно прервал беседу, что-то уточнив. Алексей понял только то, что речь идёт о падающей воде. Ашок приветливо распрощался с рыбаками. Повернулся и медленно выговаривая слова, обратился к Алахею:

— Алахей, нужно плыть два дня. Они сказали, что впереди на реке падающая вода. Потом будет Ганга.

Алексей кивком головы показал, что всё понял. «Эх, чёрт, не повезло. Похоже водопад. Жалко будет бросать лодку. Ладно, на месте посмотрим» — огорчённо рассуждал он, отплывая от рыбаков. Те уже совсем перестали обращать на них внимание, бросив перебирать рыбу, и о чём-то ожесточённо заспорили, размахивая руками.

Проплыв вниз по течению, минут через двадцать, Алексей услышал заливистый собачий лай с левого берега реки. Насторожившись и прижав лодку к правому берегу, вытянувшись во весь рост, всмотрелся в опасный берег. Постепенно тростник уступил место вытоптанной площадке. Откормленные местные коровы, провожали лодку удивлённым младенческим взглядом, задумчиво пережёвывая вечную жвачку. Рядом шутливо играясь, нападали друг на друга две рыженькие собачки. Увидев чужаков, шавки залились звонким лаем.

За бортом миновала небольшая деревня. Дома едва проглядывались через заросли тростника и бамбука. Алексей воспрянул духом. «Значит мы на верном пути. Правда немного смущает такая невысокая плотность местного населения. В наше время здесь под миллиард человек проживало, по-моему. Надо же, проживало» — хмыкнул он, поймав себя на мысли о том, что стал думать о будущем времени, как уже о прошедшем прошлом.

Постепенно берега реки стали выше, а растительность у среза воды заметно оскудела. Заросли переместились наверх и уступили место наслоениям песчаника. В воздухе появились скопления голосящих крачек. Алексей догадался, что скоро последует водопад. Он стал править немного помедленнее, будучи уверенным, что уж если не заметит опасного края реки, то наверняка услышит.

Проплыв ещё около получаса, услышал характерный шум падающей воды. Воздух заметно посвежел. Обрыв появился метрах в тридцати впереди. Над ним протяжно покрикивая, кружились суетливые крачки, временами зависая в воздухе и бросаясь отвесно вниз. Алексей причалил лодку к крутому каменистому берегу и обернулся к ребёнку.

— Ашок, нужно сходить посмотреть.

Малыш согласно кивнул и полез за борт. Алексей подхватил ребёнка под мышки и перенёс на берег.

— Пошли, — коротко кивнул вперёд.

Вдвоём подошли к обрыву и осторожно заглянули за край. «Метров пять точно будет» — прикинул высоту водопада Алексей. Под водопадом поток падающей воды выбил большой круглый котлован. Именно в бурлящие внизу, богатые кислородом струи воды, кишащей мелкой рыбой и ныряли прожорливые крачки. «В принципе, можно попробовать. Всё равно лодку бросать. Да и крокодилов вокруг не видать» — принял решение Алексей.

Тронул за плечо Ашока, заинтересованно смотрящего вниз.

— Ашок, жди меня здесь. Я схожу к лодке и приду — напрягая голос, чтобы перекричать шум падающей воды, произнёс Алексей.

Ашок оглянулся на лодку и присел на нагретую солнцем глыбу песчаника, недалеко от края водопада. Алексей вернулся к лодке, забрал все вещи и возвратился к терпеливому малышу. Сгрузил пожитки рядом, разделся до трусов, успокоительно махнул рукой вопросительно глядевшему ребёнку и, морщась от уколов мелких камней о голые ступни, вернулся за лодкой.

Он забрал весло и бамбуковые шесты, ногой вытолкнув лодку по направлению к середине реки. Обогнав по берегу неторопливо плывущую к краю обрыва лодку, сбросил деревяшки рядом с удивлённым Ашоком.

— Подожди меня, я пойду ловить лодку — подмигнул Алексей ребёнку и спустился вниз по камням сбоку от падающей струи воды.

Отойдя метров на двадцать от обрыва, он остановился и начал дожидаться появления лодки. Наконец над краем водопада на короткий миг показался нос лодки. Перевернувшись в воздухе вертикально вверх, отвесно рухнула вниз. Наверху показалось удивлённое лицо Ашока, который привстал на камень и проводил падение лодки заинтересованным взглядом.

Алексей дождался, когда многострадальное судно выскочит из-под воды, прикинул направление движения и спокойно поплыл на перехват. «По сравнению с горным озером, плавать в такой тёплой воде одно сплошное удовольствие. Хорошо ещё, что крокодилов поблизости нет» — хватаясь рукой за борт полузатопленной лодки, подумал Алексей.

Перехватываясь руками, переместился к носу судна. Ухватившись за борт левой рукой, широко загребая правой, стал медленно подплывать к берегу.

Коснувшись ногами дна, с натугой опрокинул лодку на бок, выливая воду. Немного переведя дух, наполовину затащил судно на берег, оставив просыхать на солнце.

Ашок терпеливо маячил наверху. «А все-таки, какой послушный ребёнок» — ухмыльнулся Алексей, карабкаясь по камням наверх.

Когда спустили вещи вниз, он решил воспользоваться моментом и попробовать наловить рыбы. Ашок, знакомый с современным процессом рыбной ловли, помог Алахею раскрыть стеклопластиковый спиннинг. Алексей прикрепил лёгкую блесёнку и сделал пару пробных забросов. Пусто. «Похоже, здесь нет хищных рыб, а может и мелочи полно, поэтому на блесну и не берёт» — расстроился он. Решив попытать счастья на границе бурлящей воды, сделал ещё пару длинных забросов, едва не зацепив блесной суетливую крачку, решившую перехватить блесну прямо в воздухе.

Сделав ещё один дальний заброс, Алексей стал вести блесну над самым дном. Есть зацеп. Сделал резкую подсечку и стал азартно подматывать леску, подтаскивая активно сопротивляющуюся рыбу. Ашок радостно суетился рядом. «Так-с. Это уже что-то жерехообразное. Килограмма на полтора точно потянет. На уху хватит» — прикинул облик и размеры пойманной рыбы Алексей.

Он поручил нести пойманную добычу счастливому Ашоку, показав, как правильно держать рыбу за жабры. Вернувшись к подсыхающей лодке, Алексей решил сразу заняться добычей дров для костра. Порыскав повыше от воды, набрали куски сухой древесины. Алексей протянул зажигалку Ашоку. Ребенок вполне научился обращаться с необычной вещицей, и даже почти перестал обжигать пальцы.

Пообедав вкусной ухой, после короткого перерыва, Алексей с натугой перевернул просохшую лодку, погрузил вещи, и плавно вытолкнул судно на стремнину.

Как и предсказывали ранее повстречавшиеся рыбаки, к полудню следующего дня река плавно соединилась с другой могучей рекой.

— Чуден Ганг при тихой погоде, — процитировал классика Алексей, уважительно оглядываясь на широкие водные просторы мутноватой реки. Ашок, услышав знакомое слово, утвердительно и важно кивнул. Стараясь держаться поближе к берегу, Алексей с интересом оглядывался по сторонам. Потом, сосредоточившись на достижении цели, немного прибавил скорость.

До заката оставалось часа четыре, когда тихо сидевший сзади Ашок, неожиданно звонким голосом произнёс:

— Я знаю это место, Алахей. Скоро мой дом.

Алексей заинтересованно повернулся к малышу. С уважительным выражением лица ребёнок указывал рукой куда-то вправо. Алексей проследил за направлением и заметил остатки древнего полузаросшего храма, едва возвышающегося макушкой над буйными джунглями правого берега реки. Он согласно кивнул и приналёг на весло.

Глава 13

Родина Ашока

Уважаемый гуру, дедушка Ашока, Садхир, устало перевёл дух и взмахом руки отпустил немногочисленных учеников. Весенний день выдался на редкость душным. Скоро начнётся по-настоящему жаркий сезон, и учеников можно будет отпустить по домам, к их родным и близким.

Не торопясь, как и достойно учёного мужа, зашёл в покои и опустился на циновку, украшенную богатым орнаментом. Немного отдышался, наслаждаясь приятной прохладой полусумрака, и легонько хлопнул в ладоши, попросив безмолвно возникшего слугу принести чаю с молоком. Слуга поклонившись, бесшумно удалился, а дедушка поудобнее откинулся на мягкую подушку, стараясь дать покой усталой спине.

Расторопный парень, управившись на кухне, быстро вернулся и ловко сервировал низенький столик, почтительно склонился и покинул покои.

Садхир неторопливо налил небольшую пиалу ароматного чая, посмаковав тонкий вкус, закрыв глаза и наслаждаясь приятным пряным послевкусием. Во внутреннем дворике царила редкая тишина. Любимый внук, весёлый сорванец Ашок вместе со старшими братьями и слугами уехал в горы за целебными снадобьями.

Старик невольно улыбнулся, вспомнив как Ашок буквально вымолил у него и отца Сумана эту поездку в горы. Дед был против, но отцовское сердце растаяло, и он скрепя сердце, согласился, дав строжайший наказ старшим братьям следить за маленьким непоседой.

Сыновья уехали, а через три дня на взмыленном скакуне к нему в деревню примчался гонец из столицы, передав наказ царя Ашоки, прислать уважаемого Сумана, врача, известного специалиста по ядам и отравлениям.

Шёпотом гонец рассказал, что по столице гуляют слухи, что царь почувствовал себя плохо, потому что ему подложили яд. А в этом чёрном деянии якобы подозревают внука царя Сампади и царицу Тишьяракшиту. Суман спешно собрался и вместе с супругой Савитри и слугами отбыл в столицу.

Садхир осуждающе поцокал языком, вспомнив неприятный разговор. Он очень хорошо знал нынешнего правителя, ведь когда-то давно он был его личным врачом. В честь правителя и нарекли самого младшенького внука, Ашока.

Прошли годы, и, устав от мирской суеты, он покинул шумную столицу, уехав на покой в родную деревню. Здесь он обучал основам практической хирургии учеников из соседних деревень. Иногда к известному врачу приезжали и другие гуру, вместе со своими учениками. Ведь гуру Садхир в своё время закончил знаменитую школу в Таксиле, городе, известном своей медицинской школой, где подробно изучались труды самого Сушруты.

Дедушка неторопливо добавил ароматного напитка и предался семейным воспоминаниям. Его сын, Суман, избрал несколько другую стезю — врача по лечению отравлений и изготовлению противоядий. Старший внук, Абхай, выучился на хирурга, немало польстив тщеславию деда, средний же внук, Аджит, получил богатую практику в изготовлении целебных настоек и порошков из трав и органов диких животных. Дедушка втайне надеялся, что младшенький, любимый внучок Ашок пойдёт по его стопам и станет хирургом.

В дверном проёме возник немного смущённый слуга и сбивчиво поведал, что на плывущей по реке лодке, возвращающиеся в деревню охотники заметили его внука Ашока вместе с чужеземцем. Охотники ехали на быстрых скакунах, и поэтому, если уважаемый гуру выйдет к реке сейчас, то увидит прибытие своего внука.

Садхир, слегка недоумевая, оттого что старшие братья направили внука домой с чужестранцем, спешно поднялся, кликнув с собой двух слуг. По двору быстро разнеслась весть о возвращении Ашока, вслед за уважаемым гуру вышли несколько старших учеников, по пути к ним присоединились жители деревни, поэтому вскоре на берег реки спешила целая делегация.

Тем временем Алексей издалека услышал лай собак и догадался, что они, наконец, достигли цели. Ощущая некоторую растерянность и торжественность момента, он повернулся к малышу. Ашок, сверкая глазами, радостно осматривал родные места.

Алексей сбавил ход и плавно причалил лодку к глинистому травянистому берегу. На берег тут же выскочили вездесущие мальчишки, при виде которых Ашок радостно оживился, выскочил из лодки и размахивая руками, начал что-то громко рассказывать им.

Алексею стало немного грустно. Всё-таки, пока они вдвоём с Ашоком добирались до дома, в этом времени он был не один. И вот сейчас он вернёт Ашока родителям, а перед ним снова откроется проблема одиночества. Теперь с ним останется только Чучундрик.

Алексей вытащил из лодки рюкзак с замаскировавшимся хамелеоном. В этот момент Ашок, приподняв обе руки со скрюченными пальцами в страшном жесте над головой, взахлёб рассказывал что-то ошарашено глядевшим на него маленьким друзьям. Полностью насладившись драматическим моментом, Ашок небрежно указал рукой на застывшего на рюкзаке высокого Алахея хамелеона, увидев которого, чумазые дети дружно охнули и немного подались назад.

Ашок просиял лицом и, ухватив Алексея за руку, важно прошёл с ним мимо настороженно смотрящих на них детей. Малышня немного пошушукались вслед и начала возиться в лодке. Алексей обернулся и строго погрозил пальцем озорной ребятне. Детишки испуганно притихли.

Пройдя несколько шагов, Алексей остановился. На берег спешила гомонящая толпа разномастно одетых жителей деревни. Делегацию возглавлял сухощавый седой старик с аккуратно остриженной бородой и умными, пронзительными глазами, в традиционном белом одеянии, состоящим из куска ткани, обёрнутого вокруг бёдер и перекинутого через правое плечо. Сзади, по бокам за стариком почтительно следовали двое молодых индусов, в похожем одеянии.

Ашок увидев деда, радостно вскрикнул и бросился навстречу. Алексей вздохнул и остановился, мягко скинул рюкзак и приготовился ждать, внимательно наблюдая за происходящим.

Малыш не добежал до старика всего один шаг, остановился как вкопанный, а затем отдал деду низкий поклон, прикоснувшись к его стопам. Дедушка Садхир, улыбаясь, медленно положил руку ему на голову, приветствуя любимого внука. Потом Ашок выпрямился и обнял деда двумя руками.

Старик, просияв лицом, ласково приобнял малыша.

— Что случилось, Ашок. Почему старшие братья отправили тебя домой на лодке с чужеземцем? — улыбаясь, спросил дедушка, гладя маленького непоседу по голове.

Ашок вскинул наверх голову и приготовился было рассказать обо всех ужасах, которые приключились с ними по дороге, но тут сзади со стороны реки, раздался пронзительный, внезапно оборвавшийся детский визг. Алексей рывком развернулся на крик. «Чёрт, они всё-таки доигрались» — мелькнула отчаянная мысль.

В то время, когда местные жители были отвлечены зрелищем прибытия младшего внука всеми уважаемого Садхира, местная ребятня тоже не теряла времени даром. Дружной ватагой они набились в лодку, а когда она отплыла от берега, испугались и беспорядочно попрыгали в воду. Один из них, самый маленький, отчаянно завопил, молотя по воде руками и ногами, а потом захлебнувшись, скрылся под водой.

— Чёёё-ррт, — злобно прошипел Алексей, на бегу прикидывая место, куда течение могло отнести малыша. На берегу началась паника, женщины отчаянно закричали, мужчины бросились к воде. Алексей покружился на течении, стараясь набрать побольше воздуха в лёгкие и нырнул. Под водой было мутновато. Он сделал круг, другой, пусто, одни только колышущиеся течением зелёные водоросли. Вынырнул, сделав несколько быстрых вдохов, и снова нырнул. Вертя головой по сторонам, поплыл под водой вдоль по течению. Внезапно, заметил впереди промелькнувшее белое пятно. Мигом вспомнилось, что точно в таких же трусах разгуливал Ашок на горном озере. В голове от недостатка кислорода уже предупредительно стучали настойчивые молоточки.

Алексей вынырнул и судорожно закашлялся. Стараясь не потерять направление, поборов кашель, глубоко вздохнул, и снова погрузился под воду. Нагнал безвольно раскинувшего руки и ноги, уносимого течением ребенка, схватил левой рукой за волосы и активно отталкиваясь ногами и правой рукой, выскочил из-под воды и устремился к берегу. Невесомый в воде малыш болтался в руке, словно кукла. «Не успел» — настойчиво билась страшная мысль в голове.

Он вытащил ребенка на берег, переломив животом о правое колено. Из горла малыша на траву хлынул поток воды. Тем временем голосящая взволнованная толпа добежала до Алексея. Он вытянул ладонью левую руку вперед, останавливая людей.

— Стоять! — прохрипел мокрый и взъерошенный Алексей на местном диалекте, обводя собравшихся жителей мутным бешеным взглядом.

Садхир повелительным жестом остановил старших учеников, ринувшихся было помочь утонувшему ребёнку. Странный высокий чужеземец, прибывший с Ашоком на лодке, пока всё сделал правильно.

Убедившись, что толпа затихла, Алексей торопливо постучал ладонью по согнутой худенькой загорелой спине малыша, выбивая остатки воды из бронхов. Потом уложил его, сняв майку, подложив под шею неподвижно лежащему малышу. Мягко запрокинув назад голову ребёнка. Сделал несколько торопливых вдохов в нос малыша, закрыв ему ладонью рот. Приложился ухом к неподвижной груди. «Неужели умер» — испуганно подумал он.

Алексей сложил ладони крест-накрест в области сердца ребёнка и в отчаянии, боясь раздавить рёбра, сделал несколько быстрых толчков. Торопливо переметнулся к носу малыша, с шумом вдувая воздух. Дождался, когда воздух с шипеньем и пузырьками выйдет наружу и снова начал ритмично делать массаж сердца.

Прошло ещё несколько томительных минут. Алексей почувствовал собственное бессилие. Малыш внезапно скорчил лицо, громко со рвотой закашлялся, и со стоном перевернулся набок, поджав колени к животу. «У меня всё-таки получилось» — мелькнула счастливая мысль.

Алексей приподнялся и ошалелым взглядом обвёл отшатнувшуюся толпу. Для подавляющей массы собравшихся на берегу людей этот странный чужак, забрав из реки законную добычу Апсаров, долго вдувал прану, жизненную силу, в утонувшего ребёнка и странным образом оживил дитя.

Садхир торжествующе поглядел на ошеломлённого внука и озадаченных учеников, затем тщательно оглядел чужака. Высокий и худой, аккуратно и коротко остриженный юноша, с непривычной для этих мест белой кожей и ярко-зелёными глазами, устало стоял перед толпой. «Судя по всему, он из благородной семьи, молодой и умелый врачеватель» — сделал выводы старик, вспомнив повелительный жест чужака, остановивший целую взволнованную толпу людей и опытные действия по спасению ребёнка.

Алексей собрался с мыслями и обратился к людям, медленно подбирая слова.

— Ему нужно тепло и отдых, — хрипло произнёс он, указывая на ребёнка. Малыш понемногу пришёл в себя и неловко присел. Было видно, что он ещё очень слаб.

Люди отошли от пережитых волнений и выжидательно поглядели на дедушку Садхира. Гуру согласно кивнул ученикам. Расторопные парни подхватили на руки вялого малыша и понесли в деревню.

Проводив взглядом ребёнка, Алексей поднял с травы измятую камуфляжную майку. Выжав мокрую ткань, устало поплёлся к рюкзаку сквозь расступающуюся галдящую толпу.

Ашок внезапно подёргал деда за руку и заговорщицким шёпотом произнес:

— Деда, а ты узнал, кто он такой?

Дедушка лукаво посмотрел на внука.

— Если ты представишь мне своего уважаемого попутчика, то я, конечно, узнаю, — глядя вслед удаляющемуся Алексею, пряча улыбку в бороде, произнёс дед.

Ашок глубоко вздохнул и сходу затараторил:

— Это хозяин лесов, Ранутра, он путешествует вместе со своим зелёным ядовитым ракшасом, но сам велит называть себя Алахеем.

— Почему ты так решил, внучок? — удивлённо спросил дед.

Ашок немного собрался с духом, погрустнел и потупившись вниз, очень тихо произнёс:

— Дедушка, по дороге в горы на нас напал великан Малгун. Он убил Абхая, Аджита и всех слуг. Но тут появился Алахей и сбросил Малгуна в реку. Потом Алахей взял меня с собой и вернул домой.

Садхир, бледнея лицом, выслушал страшный рассказ внука и почувствовал, как подкашиваются ноги.

— Подожди, Ашок, — медленно хватаясь рукой за сердце, пытаясь вдохнуть внезапно потяжелевший воздух, прошептал дед.

Пошатнувшегося дедушку поддержали бросившиеся на помощь ближайшие люди. Ашок тревожно смотрел на деда. Садхир немного отдышался, собираясь с силами, и, поблагодарив встревоженных людей, твёрдо выпрямился на ногах.

— Алахей может разговаривать на нашем языке? — грустно взглянув на маленького внука, устало спросил дедушка.

— Да. Но он плохо знает наш язык, поэтому с ним нужно разговаривать медленно и простыми словами, — тревожно глядя снизу вверх, произнёс Ашок.

— Пойдем, нам нужно пригласить гостя в дом, там всё расскажешь подробней, — дед взял маленькую ладошку внука и медленно пошёл к Алексею.

Пока Ашок разговаривал с дедом, Алексей уселся у рюкзака, снял и отжал штаны и вылил воду из берцев. Впереди снова ждала полная неизвестность. Жители деревни разбились на группы и оживлённо обсуждали произошедшие события. Время от времени, понижая голос, выразительно показывали друг другу важного Чучундрика, лениво постреливающего мух на рюкзаке.

«Сам Ранутра явился» — с досадой расслышал Садхир тихий голос молодых женщин, перешёптывающихся между собой, опасливо косившихся на чужака. «И они туда же» — устало подумал дед, подходя с внуком с Алахеем, сходу определив, что зелёный ракшас, сидящий на заплечном мешке чужеземца вовсе не ядовит.

Алексей, завидев импозантного деда, ведущего за руку маленького Ашока, встал и повернулся в их сторону. «Старик, похоже, дедушка Ашока. Хорошо, хоть, что они не китайцы, у тех вообще все сразу могут победить на конкурсе двойников» — определил некоторое семейное сходство Алексей, найдя общие черты между ребёнком и стариком.

Садхир остановился перед чужаком, некоторое время испытующе глядя на него. Алексей спокойно встретил взгляд, для малыша он сделал всё, что смог. Совесть теперь была абсолютно чиста. Старик задумчиво опустил глаза. Он был врач и умел читать в душах людей. Ему понравился спокойный и уверенный, с некоторой смешинкой и одновременной глубоко затаённой грустью открытый взгляд Алахея. Единственное, что смущало деда, это возраст странника. Судя по тому, что он прочитал в глазах чужеземца, Алахей мог одновременно быть и двадцатилетним юношей, и в то же время прожившим долгую жизнь стариком.

— Приветствую тебя, мужественный Алахей. Я Садхир, дедушка Ашока. От всего сердца благодарю тебя за спасение моего младшего внука, и прошу тебя, будь в моём доме гостем, — торжественно глядя на Алексея, произнес дед.

Алексей напряжённо распознавал незнакомые слова. Судя по смыслу, дед был благодарен за Ашока и приглашал в дом. В знак ответного приветствия Алексей приложил правую руку к сердцу и коротко склонил голову. Быстро оделся, закинул за спину рюкзак и медленно пошёл следом за дедом и внуком.

Глава 14

В доме Ашока

Во дворе Ашока с громкими радостными причитаниями заключила в крепкие объятия маленькая сухонькая седая старушка. Алексей невольно улыбнулся, глядя на затисканного счастливого малыша, с любопытством осматривая двор. Дом Ашока был не чета ранее встреченным деревенским домам.

Громадный каменный хозяйский дом был покрыт позеленевшей от времени черепицей. Дом опоясывался широкой деревянной верандой, на которую выходило множество дверей, завешенных затейливыми разноцветными циновками. В центре двора возвышалось огромное мощное дерево, состоящее из множества сросшихся между собой стволов. В его густой тени располагался большой каменный колодец, с плотным бамбуковым навесом от дождя. Во внутренний дворик выходило также множество хозяйственных построек. Под большим деревянным навесом располагалась закопченная каменная печь, вокруг которой хлопотали слуги.

Уже темнело, поэтому во дворе зажгли небольшие ароматические масляные плошки, расставленные во множестве на небольших каменных возвышениях. При неровном отблеске живых трепещущих огоньков, окружающая обстановка сразу приобрела какой-то тайный, загадочный вид. Мелкая мошкара, начавшая было атаковать Алексея с приходом темноты, при запахе ароматного дыма быстро исчезла.

Садхир горестно вздохнул, наблюдая, как радуется возвращению младшего внука бабушка Лилавати. Сейчас ей придётся поведать страшную весть о гибели старших братьев Ашока. Он подозвал слугу и, дав короткий наказ, обнял супругу и внука. На ходу обдумывая предстоящий непростой разговор, повёл их в свои покои.

Усадив пожилую супругу, дед предусмотрительно дал ей выпить успокоительного отвара из трав. Налил отвар себе, и, поморщившись от горького вкуса, залпом выпил раствор.

— Ашок, твоих родителей призвали к магарадже в столицу, поэтому расскажи нам с бабушкой о том, что произошло с вами в дороге, — тихо обратился он к внуку.

Ашок, встревожено посмотрев на бабулю с дедом, задумчиво потеребил края рубашки, собрался с мыслями и начал страшный рассказ.

Недослушав до конца, бабушка зарыдала и торопливо вышла. Садхир проводил её сочувственным взглядом и спросил оробевшего внука:

— А почему ты вообще вдруг решил, что Алахей, спасший тебя, является Асуром?

— Дедушка, но ведь он одним взмахом руки выбросил в реку могучего Малгуна, носит на спине ядовитого ракшаса, умеет разговаривать со всеми животными, и даже иногда умеет исчезать, становясь невидимым для людей. Ты же сам мне о нём рассказывал, — шёпотом закончил Ашок, недоумённо глядя на деда.

Дед помялся, некоторое время отсутствующим взглядом смотря мимо внука.

— Кх-м, — прокашлялся он, начиная объяснительную речь.

— Понимаешь, всё, что ты мне сейчас рассказал о нём, сможет сделать и наш любой опытный воин. Ракшас, которого он носит с собой, совершенно безобидная зверушка, которая неплохо ловит мух и умеет скрытно подкрадываться и исчезать. Когда летом у нас деревне будет проходить праздник змей, ты своими глазами увидишь обычных людей, которые звуками своих дудочек управляют ядовитыми кобрами.

— А что касается его исчезновений, возможно, что ты, находясь в сильном душевном волнении, не заметил его быстрых движений. Наши воины тоже могут одним незаметным для глаза взмахом сабли разрезать в полёте тончайшую шёлковую ткань. К тому же, его пегая зелёная походная одежда очень способствует незаметному передвижению в джунглях, — твёрдо глядя на внука, закончил свои разъяснения дед.

— Дедушка, ну почему же ты мне не веришь, он ведь правда умеет исчезать, — в сердцах топнув ногой, расстроенный Ашок выбежал из покоев. Старик, глядя вслед, грустно покачал головой, задумавшись над тем, что завтра написать в письме его отцу о гибели сыновей.

В это время, к Алексею подошёл пожилой индус, традиционно поприветствовав, движением руки попросил следовать за собой. Хозяин дал строгий наказ, отвести друга семьи, важного молодого чужеземного господина, в гостевые покои.

Проведя Алексея по широкой веранде, слуга откинул занавеску от дверного проёма, вежливо приглашая войти внутрь. Войдя в покои, Алексей с интересом оглядел помещение. Внутри было опрятно и чистенько. Побеленные стены украшали чеканки с тончайшим рисунком. Каменные полы были укрыты травяными циновками. Около небольшого занавешенного окна на каменном постаменте горела ароматическая масляная лампа. Рядом стояла плошка и глиняный кувшин с водой. В углу Алексей разглядел плетёные шлёпанцы и аккуратно сложенную местную одежду. Над полом немного возвышалась широкая бамбуковая кровать, с травяным матрасом, покрытая хлопковым покрывалом с богатым орнаментом.

«Простенько, но со вкусом» — оценил обстановку Алексей, скидывая рюкзак в угол. Снял берцы и, откинув покрывало, лёг на кровать, закинув руки за голову. Подушка была набита ароматными травами и успокоительно пахла. В животе голодно заурчало. «Интересно, а как тут у них с ужином» — подумал он, прислушиваясь к бурчанию пустого желудка.

Спустя некоторое время, за дверью послышался шорох и вопросительный вежливый голос слуги.

— Заходи, — просто сказал Алексей, с интересом глядя на дверь.

Зашедший внутрь уже знакомый индус, с почтительным наклоном головы, начал что-то говорить, указывая руками наружу. Алексей, разобрав приглашение на ужин, утвердительно кивнул, надел шлёпанцы на голые ноги и направился вслед за слугой.

Индус привёл в небольшое помещение с покатым каменным полом, освещённое тусклым светом масляной лампы. В углу отчётливо виднелось маленькое сливное отверстие. Рядом на каменном помосте стоял здоровенный деревянный бак с черпаком, наполненный водой. На бамбуковой перекладине на стене висело хлопковое полотенце. Рядом на бечёвке поблёскивало небольшое отполированное бронзовое зеркальце.

Слуга вежливо указал на плошку с вязкой приятно пахнущей жидкостью. Алексей ткнул в середину плошки указательным пальцем и поднёс к носу. Судя по запаху обычное ароматное жидкое мыло. Он спокойно снял майку и намылился до пояса. Слуга с готовностью зачерпнул ковшом тёплой воды и помог смыть грязь.

Немного освежившись и фыркая, Алексей тщательно растёрся полотенцем и наскоро пригладил руками мокрые волосы. Провёл ладонью по щетинистому подбородку и усмехнулся. За время странствий борода и усы здорово отросли, появись в таком виде на улице, мигом упекли бы в кутузку до выяснения личности.

После умывания, слуга вежливо проводил по веранде в обеденный зал хозяина. Войдя внутрь, Алексей увидел восседающего за невысоким широким столом дедушку Садхира, рядом сухонькую бабульку и счастливого Ашока. Стол ломился от снеди. Крепкие пряные ароматы раздразнили ноздри. Он непроизвольно сглотнул слюну.

— Присаживайся за стол, дорогой гость Алахей, — торжественно поприветствовал дед, указывая на место рядом с немного оживившимся Ашоком.

— Позволь представить тебе бабушку Ашока, Лилавати, — продолжил он, указывая на супругу, когда Алексей неловко уселся по-турецки на циновку рядом с весёлым Ашоком. Алексей незаметно подмигнул ребёнку. Малыш радостно оживился. От внимания деда не ускользнуло, с какой простотой странник и внук общаются между собой. «И всё-таки в Алахее есть какая-то загадка. Так всё же, сколько ему лет?» — между делом подумал старик.

Бабушка Лилавати крепко обняла единственного оставшегося в живых внука, и тихим голосом проникновенно поблагодарила высокого молодого мужчину за его спасение. Алексей, чувствуя некоторую неловкость от такого повышенного внимания, немного робея, с трудом выдёргивая из контекста знакомые слова, догадался, что пожилая бабушка Ашока, благодарит за спасение внука. Алексей прижал правую руку к сердцу и ответно поблагодарил за учтивую речь.

Закончив с церемонией знакомства, дедушка Садхир перешёл к вечерней трапезе. Он немного побрызгал чистой водой из широкой серебряной тарелки на окружающую еду. Сидевшие за столом домочадцы и присоединившийся к местному обычаю наблюдательный Алексей, неторопливо повторили его жест. Затем приступили к трапезе.

Алексею было немного непривычно есть руками. С некоторой тоской вспомнилась оставленная в рюкзаке простая родная алюминиевая ложка. Сидевшему рядом Ашоку, судя по всему, было совершенно всё равно, чем есть, рукой или ложкой. Он с удовольствием таскал правой рукой в рот ароматную домашнюю еду, по которой изрядно соскучился за время своего отсутствия. Бабушка Лилавати заботливо следила за внучком, время от времени подкладывая в тарелку вкусные кусочки.

Слуга, приставленный присматривать за дорогим гостем Алахеем, предупредительно подкладывал в тарелку новые порции изрядно сдобренной специями пищи. Алексей, чувствуя некоторую неловкость, тщательно пережёвывал сдобренные соусом мягкие кусочки, пытаясь распознать на вкус, рыба это, или мясо. Наевшись до отвала, осоловев от еды, решительно отодвинул тарелку, показав слуге, что достаточно сыт. Дедушка Садхир и бабушка Лилавати, кушали мало, поэтому закончили свой ужин немного раньше, и теперь вежливо дожидались, пока уважаемый гость закончит свою трапезу. Чумазый Ашок уже давно поел и смирно сидел за столом. Алексей чинно поблагодарил хозяев.

Садхир негромко хлопнул в ладоши. Вошедшие слуги принесли чистой тёплой воды и принялись убирать со стола. Вымыв руки, Садхир вежливо кивнул гостю, пожелав доброй ночи. Забрав с собой Ашока, семья покинула покои.

К оставшемуся в одиночестве Алексею неслышно подошёл вежливый слуга и попросил разрешения проводить господина в собственные покои. Дойдя до своей комнаты и вежливо поблагодарив индуса, Алексей разделся и завалился спать, зарывшись лицом в мягкую, ароматно пахнущую подушку. Тёплая южная ночь ласково приняла в свои объятия. Впервые за много дней в этом времени он безмятежно уснул.

Глава 15

Подарок и потеря

Утром разбудили протяжные многоголосые крики местных деревенских петухов, затеявших раннюю перекличку. Он сонно потянулся, приоткрыл один глаз, с трудом скосив в угол на рюкзак. Окошко было маленькое и занавешенное, поэтому впадающий в оцепенение в темноте хамелеон не распознал рассвет. «Проспал, зеленый будильник», насмешливо подумал Алексей, надевая штаны и шлёпки, направляясь в туалет.

Во дворе уже стояла утренняя суета. Около печи тихо переговаривались слуги, разжигая хворост. Посетив комнату для омовений, Алексей приятно освежился и вернулся досыпать. Подушка с сонно пахнущими травами была чудо как хороша, поэтому он немного поворочался на кровати и снова уснул.

Сквозь сон послышался осторожный голос слуги из-за входной циновки. Алексей присел на кровати и спросонья спросил на русском:

— Чего там?

Слуга, услышав голос молодого господина, вошел внутрь, почтительно приветствуя. Алексей поздоровался ответным кивком. Перейдя на местный диалект, спросил:

— Слушаю тебя.

Обрадованный понятной речью слуга, начал что-то быстро и оживлённо объяснять, показывая то на одежду, то на выход наружу. Алексей сообразил, что во дворе ожидают какие-то важные люди. Согласно кивнув, начал одеваться. Индус вышел подождать за дверью.

Слуга проводил по веранде до парадного входа. Здесь собралась целая толпа. Алексей вежливо приветствовал Садхира и Лилавати, слегка прихватил за нос мгновенно повеселевшего Ашока.

— Уважаемый Алахей. Вчера ты совершил мужественный врачебный поступок. Ты спас из воды и вернул к жизни маленького Васу, одного из внуков нашего уважаемого раджи Вишала. Теперь раджа прибыл сюда лично и хочет отблагодарить тебя, — многозначительно глядя, важно произнёс Садхир.

Алексей внимательно выслушал длинную речь старика, разбирая на понятные куски. Местный певучий язык постепенно начал укладываться в голове. Ашок увидел некоторое замешательство, решительно взял Алахея за руку и шагнул навстречу толпе. Алексею невольно сделал шаг вперёд.

Увидев бледного высокого чужеземца со сверкающими зелёными глазами в таком же чудном одеянии, Вишал сразу же понял, что это спаситель маленького внука. Именно таким его описали взбудораженные дворцовые слуги, присутствующие при чудесном спасении Васу из реки. Отец ребёнка служил в личной гвардии царя в столице, и поэтому пока ничего не знал о происшествии.

Раджа торжественно вышел вперёд, приветствуя чужеземца. Алексей с восторгом уставился на грузного, украшенного массивными золотыми украшениями, богато одетого мужчину, с пышными, торчком стоящими усами. «Ну вылитый наш народный герой, Семён Михайлович Будённый. А золота на нём точно с полпуда будет» — с трудом сдерживая улыбку, подумал Алексей.

— Здравствуй уважаемый Алахей. Я раджа Вишал, дед спасённого накануне тобой Васу, — указывая рукой на нарядно одетого по такому случаю внука, стоящего позади, начал цветистую речь раджа.

— Я не останусь в долгу за твои поистине волшебные врачебные труды, и поэтому решил достойно вознаградить тебя, — продолжил он, нетерпеливо прищёлкнув в воздухе пальцами, сверкнув здоровенными перстнями.

Из-за широкой спины раджи вышли двое важных слуг, держа на вытянутых руках серебряный поднос с грудой золотых монет, драгоценных камней и массивных перстней. Алексей мысленно присвистнул от такого богатства. «Понятно, это значит моё скромное вознаграждение за реанимацию пацана. Спасение местных детей становится здесь моей доброй личной традицией. А вот возьму я у него это золотишко, разожгу в местных крестьянах алчность, и дойду живым с золотом и брильянтами только до первого тёмного угла. Этот Будённый, похоже, местный авторитет. Вот ведь, во все времена люди остаются одинаковыми. Психология одна, что у наших новых русских, что у местных старых индусов. Раз хапнул богатства, значит всё можно купить за деньги. А вот фиг вам. Раз здесь мне дана новая жизнь, то я постараюсь играть её по своим правилам» — внутренне решил Алексей.

Продолжая вполуха слушать разглагольствующего раджу, Алексей наклонился и тихонько прошептал Ашоку:

— Ашок, а как будет по-вашему, когда у тебя нигде и ничего не болит?

— Здоровье, — машинально ответил немного удивлённый Ашок.

Алексей собрался с мыслями и, приложив правую руку к сердцу, торжественно произнёс ожидающему ответной благодарности радже:

— От всего сердца благодарю тебя, о Вишал. Но я не могу принять твой подарок.

— Чего же тогда ты хочешь? — сверкнув глазами, гневно воскликнул раздражённый раджа.

— Лучшим подарком для меня будет здоровье твоего внука Васу, — спокойно ответил Алексей.

Поражённый ответом, Вишал заметно стушевался и надолго замолк. Следом замолчала и окружающая толпа. «Юноша точно из благородной семьи врачей. Он полностью соблюдает заветы великого врачебного труда Сушруты Самхиты» — с благоговением подумал гуру Садхир об Алахее.

Раджа, тщательно обдумавший ответ благородного целителя Алахея, снова поднял взгляд. Из могучего воина теперь можно было делать мягкое масло и намазывать на бутерброды. Растроганно глядя на Алексея, он негромко и душевно произнёс:

— Ты воистину благородный человек, о Алахей. Позволь же тогда мне от всей души преподнести тебе на добрую память о нашей встрече и о спасённом тобой ребёнке мой личный подарок.

Он решительно расстегнул на полном животе инкрустированный крупными алмазами, богато расшитый золотом пояс, с изящным кинжалом в серебряных ножнах. Подошёл к ошеломлённому Алексею, и ловко обернув пояс вокруг худенькой талии, застегнул массивную золотую пряжку на самой последней дырке. Порывисто обнял Алексея и отошёл на шаг, любуясь работой.

Алексей изумлённо посмотрел вниз на богатый подарок раджи. Потом перевёл взгляд на Вишала.

— Благодарю тебя, — тихо и искренне произнёс Алексей.

Раджа, удовлетворенный ответом, коротко кивнул и отошёл к безропотно держащим поднос слугам.

— А это, — громко произнёс он, обращаясь к людям, — я дарю на содержание школы врачей уважаемого гуру Садхира. Пусть он учит других учёных мужей исцелять людей также хорошо, как делает это благородный Алахей.

Немало поражённый таким поворотом дела Садхир, учтиво поблагодарил щедрого Вишала. Передав поднос с драгоценностями слугам при дворе Садхира, удовлетворённый таким количеством добрых дел, совершённых за один день, раджа кивнул многочисленной свите. Колыхая опахалами с пышными павлиньими перьями, процессия важно покинула двор.

Восхищённый дорогим подарком Ашок, подёргал Алахея за руку и попросил посмотреть кинжал. Алексею и самому было интересно полюбоваться подарком раджи. Он осторожно вытянул почти полуметровый тонкий стальной клинок из серебряных ножен. Выдернул из головы волосинку и осторожно поднёс к острию. Волос легко коснулся острия и переломился пополам.

— Нельзя тебе в руки такие штуки, — строго глядя на расстроенного Ашока, подвёл итог Алексей.

«А я им хлэб буду рэзать. Хорошо хоть, что ношение наградного холодного оружия в этом времени является обычным атрибутом мужчины. А у нас дома за такое на меня сразу бы всех собак повесили», — рассудил он, осторожно задвинув кинжал обратно в ножны.

— Слушай, Ашок, а чем занимается твой дед? Я заметил, что его очень уважает раджа, — между делом поинтересовался Алексей, осмыслив пламенную речь Вишала. Ашок удивлённо посмотрел вверх.

— Все мужчины нашей семьи занимаются исцелением людей. Когда я вырасту, тоже стану врачом, — важно закончил он.

Алексей глубоко задумался над такой ценной информацией. Идя в свои покои, и обходя встречающихся на пути слуг, заметил, как уважительно изменились их взгляды. «Похоже, я приобретаю некоторый вес в здешнем обществе» — усмехнулся он, заходя в комнату. Решив запрятать пояс раджи в рюкзак для парадных выходов, а кинжал перевесить на стандартный поясной кожаный ремень, Алексей потянулся было к рюкзаку, и тут же заметил отсутствие хамелеона.

Недоумевая, куда это могла задеваться рептилия, обычно характеризующаяся истинно олимпийским спокойствием, начал внимательно осматривать помещение. Проведя прищуренным взглядом по потолочному брусу, заметил Чучундрика, замаскировавшегося под цвет дерева.

— Слушай, Зелёный, а за каким тебя туда занесло — удивлённо обратился он к питомцу.

Чучундрик ничего не ответил, а только досадливо завращал глазами, продолжая осторожно подкрадываться к залетевшей в комнату маленькой ночной бабочке.

— Понятно, я значит, тут, пачками вытаскиваю младенцев из воды, меня лично награждает именным маузером незабвенный герой революции, сам товарищ Семён Михайлович Будённый, а он тут бездельничает, за всякими молями по потолкам шарится, — возмущённо глядя наверх, надрывался Алексей.

— Ладно, в комнате жрать тебе будет нечего, похоже, придётся устроить тебе местный грин-карт на дереве во дворе.

Он решительно снял с каменной тумбы погашенную лампу и передвинул тумбу. Встав на твёрдую опору, снял с потолка сопротивляющегося хамелеона. Прошёл во двор прямо к росшему в центре огромному дереву и, чувствуя неожиданно подкативший к горлу комок, подсадил Чучундрика повыше на дерево.

— Живи, Зелёный, — грустно прошептал Алексей, провожая взглядом неторопливо карабкающуюся по мощному стволу наверх голодную рептилию.

Глава 16

Выбор пути

Отпустив на волю питомца, чувствуя на душе некоторую пустоту, Алексей вернулся и прилёг на кровать. «В конце концов, я сделал всё правильно. Притащил его из полупустыни, и, как и обещал, отпустил в хорошем и тёплом месте. С голодухи теперь точно не помрёт. Кстати, я Ашоку хотел по прибытии домой колокольчик от донки подарить. А мне нужно теперь определяться с выбором, чем тут дальше заниматься. Специалисты в области информационных технологий здесь конечно сильные. Будут. Через неопределённое количество лет. А может, это действительно знак судьбы. Если у меня не получилось стать врачом в моём времени, то получится в этом. Медицинские дипломы тут никто не спрашивает, а судят по результату. Нужно будет с Садхиром поговорить, он ведь местный врач» — размышлял Алексей, решая проблему выбора дальнейшего жизненного пути. Слегка расслабившись на подушке, стал вспоминать о прошлом, которое осталось далеко в будущем.

Окончание школы с серебряной медалью совпало со временем распада Советского Союза. Он рос в интеллигентной семье. Мама работала школьный учителем и просила сына по совету деревенской бабки-травницы, закончить мединститут и стать хорошим врачом. Отец, инженер развалившегося оборонного предприятия, рекомендовал закончить технический вуз.

Взвесив все за и против, Алексей прошёл курсы специальной медицинской подготовки и отнёс документы в приёмную комиссию мединститута. Секретарь комиссии, пухлый розовощёкий мужичок, нехотя пролистал документы и намекающе посоветовал подстраховать возможную неудачу на экзамене. Алексей не принял намёка. Да и таких денег у семьи всё равно не было. В результате не поступил.

Потом оттрубил службу погранцом на глухой медвежьей заставе на Кольском полуострове. Местный медработник, обнаружив толкового коллегу, хотя и без диплома, активно эксплуатировал его таланты, так как сам не выходил из состояния лёгкого постоянного опьянения, имея бесконтрольный доступ к запасам медицинского спирта. По его словам, этот ценный медицинский продукт на заставе использовался исключительно в целях протирки тонким слоем особо чувствительной медицинской оптики.

После службы Алексей окончил технический университет и устроился на работу инженером в телекоммуникационную компанию. А душа всё равно тяготела к медицине.

— Сахиб Садхир приглашает дорогого гостя Алахея к завтраку, — прервал воспоминания вышколенный слуга. Алексей торопливо засунул в карман колокольчик и направился следом. Пройдя в обеденную залу, увидел за столом уже знакомый состав семьи Ашока.

Старик вежливо пригласил к столу. Плотный завтрак проходил в сосредоточенном молчании. Садхир время от времени внимательно посматривал на Алахея, не решаясь за столом завести разговор о важных делах. Управившись с завтраком, Алексей перехватил на выходе рванувшего куда-то по своим делам Ашока.

— Ашок, я хотел подарить тебе эту штуку, когда верну тебя домой. Держи, — улыбаясь, протянул ребёнку маленький блестящий колокольчик.

Ашок моментально вспомнил, для чего в джунглях пригодилась эта вещь. Радостно ухватил колокольчик, уже на бегу поблагодарив Алахея. Гремя железякой на всю округу, побежал хвалиться к друзьям.

Дед услышал неожиданный звук и вышел посмотреть, что случилось. Улыбаясь, проводил взглядом маленького убегающего непоседу и обратился к Алексею:

— Алахей, удели мне малую толику своего драгоценного времени. Нам необходимо обсудить с тобой важные вещи, — продолжил он, вежливо указывая рукой на свои покои. Алексей, немного робея, вошёл в хозяйский кабинет, в предчувствии судьбоносного разговора.

Присев по-турецки на циновку около низенького широкого столика, Алексей выжидающе посмотрел на хозяина. Старик, покряхтывая, уселся немного наискосок по другую сторону стола.

— Насколько мне подсказывает мой опыт, ты прибыл к нам из дальних северных стран, а твоя семья благородного происхождения, — медленно начал свою речь Садхир.

— Несмотря на свой юный возраст, ты имеешь большие познания в исцелении людей. Исходя из этого, я полагаю, что целью твоего визита сюда является постижение новых знаний. Боги неспроста направляли твой путь. Ведь я, подобно тебе, также имею знания о лечении и болезнях. Мои старшие внуки, помогающие мне в работе, погибли. Мой сын Суман, отец Ашока, уехал в столицу. Мне нужен опытный помощник. Не будешь ли ты согласен быть им, — испытующе глядя на Алексея, закончил Садхир.

Алексей, убеждённый атеист, несколько похолодел от мысли, как изворотливо иногда может повернуть линия судьбы. Ведь буквально за несколько минут до разговора со стариком, он и сам размышлял о чём-то подобном. «Наши мысли материальны» — неожиданно вспомнил он. Твёрдо глядя в глаза Садхира, коротко и просто ответил:

— Да. Я согласен.

— Вот и хорошо. Я буду рад обменяться с тобою знаниями. Что касается твоего пребывания здесь, прошу тебя ни о чём не беспокоиться. Наша семья тебе навсегда обязана за спасение внука. Вдобавок, — слегка усмехнулся старик, — щедрый подарок раджи, который ты заслужил по праву, можешь использовать по своему усмотрению.

— Спасибо. Я и так ни в чём не нуждаюсь, — убедительно произнёс Алексей.

— Ответ достойный учёного мужа, — похвалил его старик, — тем не менее, я дам распоряжения своему управляющему. Если тебе потребуются средства, обращайся к нему. А пока располагай собой, как тебе будет угодно. Я заметил, что вы очень дружны с Ашоком. Изучай наш язык. Если мне будет необходима твоя помощь, слуги известят тебя. Алексей согласно кивнул и легко поднявшись, покинул кабинет Садхира.

Глава 17

Деревенские будни

Прошло несколько дней после памятного разговора с Садхиром, когда Алексей приобрёл некоторое подобие семьи, а также любимое дело, которое так всегда привлекало. Неторопливо прогуливаясь с Ашоком на местном колоритном и крикливом восточном рынке, болтая ни о чём, накупив разнообразных сладостей, приготовленных на живом огне, Алексей жадно впитывал в себя местную жизнь, которая пока была в диковинку.

Почти все встречные мужчины носили усы и бороды. Усы были тщательно завиты, а бороды окрашены разнообразными красителями. Алексей с невольным восторгом проводил взглядом очередного проходившего мимо воина, в богатом красном одеянии, с пышными завитыми усами и бородой, окрашенной в яркий синий цвет. Решив последовать местной моде на цветные бороды, Алексей с сожалением ощупал свою жиденькую бородёнку, и запасливо прикупил разных красителей.

Плотно закутанные в разноцветные сари местные женщины, носили затейливые причёски. Проборы причесок закрывались продольными нитями бус, которые заканчивались на лбу круглой золотой бляхой или украшением в виде цветка или луны. Молодые женщины носили в левой ноздре золотое украшение в виде одного камня или колечка.

Естественно, что бесчисленное количество переносимых на себе местным слабым полом колец и золотых браслетов, подсчёту не поддавалось. В центре на лбу у многих было нарисовано маленькое цветное пятнышко. Почти у всех женщин были подрисованы чёрные брови и веки. Лицо и шею покрывали белила, щёки были подрумянены. Губы некоторых, видимо особо продвинутых местных богатых молодых особ, поблёскивали нанесенной на них золотой губной помадой. За дамами тянулся стойкий аромат лаванды и жасмина.

Удивлённые взгляды местного населения, откровенно разглядывающих странного чужеземца, порядком достали Алексея, поэтому, недолго думая, прикупил рубаху и просторные шаровары местного покроя. Потом добавил удобные плетёные шлёпанцы в придачу. «Який же я гарный хлопэц получився» — ухмыляясь, примерял покупки Алексей.

Рассеяно осматривая очередную богато украшенную торговую лавку, наткнулся на хмурого торговца игрушками. Видимо, сегодня торговля особо не шла. Ашок оживлённо разглядывал убогие ярко раскрашенные глиняные свистульки. Встречались и белые фигурки воинов с оружием, слонов и тигров. Алексей подумал, что они изготовлены из мрамора и оценивающе приподнял ближайшего солдатика. Обычный гипс. Вдруг осенила неожиданная идея.

— Пойдём домой. Попробуем сделать одну вещь — заговорщицки подмигнул он малышу. Заинтригованный Ашок последовал следом.

Достав из рюкзака уже знакомый Ашоку металлический мультитул, Алексей решительно направился к бамбуковым зарослям, буйно разросшихся за оградой двора. Прикинул на глаз и отрезал порядочный кусок стебля и вернулся во двор, усевшись в тени дерева. Ашок с интересом вертелся рядом.

Сощурив глаз, Алексей ловко отрезал небольшой кусок сочленения стебля бамбука. Получилась закрытая с одной стороны пустотелая деревянная трубка. Прикинув диаметр, вырезал под него тонкое бамбуковое колечко, насадив на внешний ободок узкую палочку. Сверху пустотелого цилиндра пристроил маленькую деревянную крышку. Подмигнул недоумённо смотрящему малышу и быстро сходил за жидким мылом, наполнив до половины трубки.

Алексей налил внутрь цилиндра немного воды и вышел во двор к терпеливо ожидающему малышу. Загадочно улыбаясь, слегка взболтал в трубке мыльный раствор.

— А теперь смотри, — несколько волнуясь, медленно вынул из трубки палочку с бамбуковым колечком. Роняя мыльные капли, легонько подул на мыльную плёнку. От лёгкого дуновения воздуха с колечка один за другим сорвалась целая вереница маленьких блестящих мыльных воздушных шариков и понеслась по двору, весело переливаясь на солнце.

Привлечённые необычным зрелищем слуги побросали работу и заворожено уставились на мыльные пузыри. Ашок, потрясённый чудом до самой глубины души, стоял рядом, разинув рот.

— Держи. Попробуй сам, — Алексей протянул малышу бамбуковый цилиндр с мыльным раствором.

Ашок словно под гипнозом уставился на невиданную забаву, двумя руками осторожно сжав трубку.

— Ну что ты на неё так смотришь, давай вытаскивай палочку и дуй в кольцо, только тихонько, — поторопил Алексей.

Ашок торопливо вытащил палочку с кольцом. Поднёс к сложенным трубочкой губам, и несильно подул на радужную плёнку. Маленький мыльный пузырь не смог надуться до конца и лопнул. Ашок растерянно посмотрел на Алексея.

— Дуй немного посильней, — приободрил он.

Малыш с шумом надул лёгкие и медленно выдул из колечка несколько больших мыльных пузырей. Заворожено застыв, следил за полётом до тех пор, пока пузырьки не скрылись из глаз. Потом медленно повернулся к Алахею. Алексей невольно засмеялся, таких восторженных детских глаз он не видел никогда в жизни.

Ашок покрепче сжал трубку. Взвизгнув, побежал показывать мыльные пузыри дедушке и бабушке. «Похоже, я первый, кто в этом времени додумался до такой простой детской забавы» — ухмыльнулся Алексей, провожая взглядом довольного малыша.

На следующий день богатые семьи деревни охватила пузырьковая эпидемия. Мыло на местном рынке мгновенно взлетело в цене. Весёлые мыльные пузырьки запускали все, от мала до велика. Почтенные отцы семейств, ничуть не стесняясь своей, в общем-то, детской забавы, с ребячьим восторгом в глазах предавались новому развлечению. Даже уважаемый гуру Садхир, запустив в небо пару десятков мыльных пузырьков, с большим недоумением размышлял, почему такая простая забава до сих пор не пришла в головы местным умельцам. «Видимо, таковы весёлые обычаи далёкого северного народа, породившего благородного Алахея, умеющего превращать такие простые вещи в радость для людей всех возрастов» — рассудил он.

Алексей продолжал бродить по окрестностям с малышом, с каждым днём постигая местный язык и обычаи. Время здесь текло настолько размеренно и неторопливо, что он иногда даже забывал, насколько давно тут очутился. Ашок хвостиком следовал за ним, потому что старших братьев, отца и деда очень уважал и слегка побаивался, а с загадочным и весёлым Алахеем было просто и интересно общаться. К тому же, он знал и умел множество странных вещей. Несмотря на успокаивающие объяснения деда, Ашок всё равно был уверен в том, что Алахей всё-таки Асур.

Сам Алексей и в прошлом старался общаться с детьми как с равными. Не умел притворяться и обманывать, демонстрируя окружающим умилительное сюсюканье при общении с маленькими. Дети, не чувствуя фальши, тоже всегда отвечали доверием.

Глава 18

Медицинское крещение

.

Однажды утром, на выходе за ворота Алексея окликнул торопящийся запыханный слуга.

— Сахиб Садхир просит твоего присутствия, — торопливо поприветствовав, сообщил он.

— Ну, раз надо, так веди, — пожал плечами Алексей.

Дожидаясь прихода Алахея, гуру Садхир сосредоточенно осматривал сквозную рану на бедре у молодого мужчины по имени Иша касты воинов из соседней деревни, и комментировал действия окружающим ученикам, внимающим в почтительном молчании. Иша скакал на верном скакуне по дороге в джунглях, пытаясь побыстрее встретиться с будущей невестой из деревушки по соседству, но, испугавшись неожиданно пробежавшего через дорогу гепарда, жеребец встал на дыбы, сбросив седока. Воин неудачно упал в придорожный кустарник, пропоров бедренную мышцу левой ноги острым сучком наискось.

Мужественно превозмогая боль, извернулся всем телом и отрезал кинжалом коварный сучок под самый корень, освободившись. Затем разорвал рубаху и перетянул ногу. Успокоив коня, Иша взобрался в седло, стиснув зубы от боли. Прямо с сучком, примотанным к левой ноге, доехал до известного во всей округе целителя Садхира.

Алексей вместе с робко идущим следом Ашоком вошёл в просторное светлое помещение. На каменном постаменте сидел бледный молодой мужчина, с распоротой окровавленной штаниной. В глаза сразу бросилась волосатая окровавленная нога с торчащим корявым сучком.

— А вот и уважаемый Алахей. Проходи, — поприветствовал гуру. Заметив входящего следом Ашока, дедушка Садхир изумлённо приподнял брови. Обычно робкий младший внук боялся даже любого вида крови. «И всё же, целитель Алахей благотворно влияет на внука. Может быть, из Ашока в итоге получится хороший хирург» — с тайной надеждой подумал дед, молча делая внуку указующий жест на свободную циновку рядом с учениками.

— Знакомься. Этот раненый муж — Иша из касты воинов.

— А это мои ученики, — Садхир сделал широкий круг рукой, обводя сидящих на циновках молчаливых молодых людей, с любопытством взирающих на Алексея. Двое из них уже видели его в деле при спасении маленького Васу из воды. До остальных доходили разные слухи, что в доме уважаемого гуру Садхира остановился толи сам Ранутра, толи странник из загадочной горной страны Шамбхалы. Но про то, что сам раджа Вишал наградил его несметными сокровищами и подарил свой личный изумрудный пояс с кинжалом, знала вся округа. Иша тоже слышал разное о загадочном госте Садхира и, немного отвлекшись от терзающей мучительной боли, внимательно разглядывал знаменитого Алахея, изумляясь зелёным глазам, невиданных в этих местах.

Алексей почтительно поздоровался с окружающими и немного волнуясь, подошёл к раненому.

— Что ты скажешь, Алахей, — вопросительно указал на рану Садхир.

Алексей молча подошёл к чану с тёплой водой и тщательно вымыл с мылом руки и лицо. Вытеревшись о висящее рядом с чаном полотенце, вернулся к раненому и начал тщательно осматривать входное и выходное отверстия раны. Сделав выводы, обратился к Садхиру.

— Рана неприятная. Нужны мыльный раствор кипячёной воды, куски ткани для повязки, чистые инструменты. Сучок лучше всего обрезать сверху и вытащить снизу. Важные сосуды не задеты, но нужно быть осторожным. Ише нужно дать, — он немного замялся, подбирая слово, — вещество, которое во время извлечения деревяшки затуманит его разум. «А ещё впороть ему противостолбнячную сыворотку, противошоковое, лошадиную дозу обезболивающего и антибиотики» — мрачно подумал про себя Алексей.

Старик довольно улыбнулся в усы. Всё-таки учёного мужа видно сразу. Примерно об этих же требуемых медицинских манипуляциях рассказал своим ученикам ранее. Величаво кивнув, гуру Садхир дал необходимые распоряжения старшим ученикам.

Быстро обернувшись, на чистом подносе ученики принесли льняные полоски ткани, аккуратно скрученный пучок длинных конских волос, чан с остывшей кипячёной водой, какие-то полупрозрачные стеклянные пузырьки и небольшой сандаловый ящик.

Водрузив поднос на каменный стол неподалёку от раненого, расселись по циновкам и выжидающе замерли. Под руководством гуру, старший ученик налил густую жидкость из пузырька в широкую чашку. Поднёс снотворное к губам воина.

— Пей, — повелительно произнёс Садхир. Иша, судорожно задвигав здоровенным кадыком, несколькими глотками осушил чашу до дна, слегка поморщившись.

— Приступим, Алахей, — гуру медленно открыл крышку деревянного ящика, явив удивлённому Алексею его содержимое. Ожидая увидеть в лучшем случае какие-нибудь примитивные бронзовые ножи, Алексей с изумлением вгляделся в целый набор аккуратно уложенных в пазы настоящих стальных медицинских инструментов. Ящичек был заполнен широкими и узкими остро отточенными скальпелями, скребками, щупами, шовными иглами и даже несколькими видами пил.

Садхир подошёл к раненому и, задрав большим пальцем верхнее веко, посмотрел в зрачок. Наркотическое средство уже подействовало и взгляд раненого слегка затуманился. Гуру неторопливо вымыл и тщательно вытер руки.

Тем временем Алексей распорол скальпелем подходящий кусок ткани до середины, завершив разрез небольшим круглым отверстием, как раз под диаметр сучка. Откинул в стороны разрезанные половины штанины раненого и осторожно закрыл подготовленным куском ткани операционное поле. Отверстие под сучок в ткани почти совпало с истинным диаметром сучка. Гуру удовлетворённо пожевал губами, наблюдая за ловкой работой нового ассистента.

Алексей вытащил малую пилку и внимательно осмотрел зубья. Вроде сойдёт. Осторожно шевельнул сучок в ноге раненого и посмотрел на реакцию. Иша сидел слегка заторможенный, расфокусировав взгляд. «А хорошая у них тут наркота. А вообще, как говорят настоящие анестезиологи, хорошо связанный больной в наркозе не нуждается» — мысленно ухмыльнулся Алексей, пристраивая пилу к сучку.

— Крепко держи кусок дерева снизу, — показал он на нижнюю часть сучка, торчащего из ноги пациента, стоящему рядом молодому ученику. Юноша вопросительно взглянул на гуру. Садхир лёгким кивком подтвердил сказанное. Ученик присел на корточки и замер, крепко взявшись руками за нижний край деревяшки.

Придерживая левой рукой верхнюю часть дерева, правой рукой Алексей быстро отпилил верхнюю, покрытую запёкшейся кровью, часть сучка и небрежно бросил на каменную поверхность стола. Рядом аккуратно положил ненужную более пилку. Осторожно убрал в сторону с ноги воина усыпанный мелкими опилками кусок ткани. Взглядом указал ученику отпустить деревяшку и бережно, сантиметр за сантиметром, ожидая потоки крови из задетой артерии, вытянул оставшуюся часть деревяшки. Потекла густая тёмная кровь. «Не страшно, несильное венозное кровотечение, повязкой прижмётся и остановится»- быстро оценил кровопотерю Алексей.

Садхир сделал знак ученику и тот, подставив под ногу больного широкий таз, осторожно обмыл рану слабым мыльным раствором. Тщательно оглядев неширокую чистую рану, Садхир указующе кивнул Алахею. Алексей, прищурившись, быстро оценил состояние разреза.

— Я бы наложил только один шов, — подвёл итог он.

Взявшись за подбородок, Садхир на мгновение задумался и согласно кивнул.

— Пожалуй, ты прав, — произнёс он, делая знак старшему ученику. Тот быстро промыл длинный конский волос в чаше с остро пахнущей прозрачной жидкостью и, вдев его в иголку, проведённую над огнём, протянул Алексею. Удивлённый таким разделением труда, Алексей осторожно взял кривую шовную иглу и ловко наложил по одному шву на входном и выходном отверстии раны. К его немалому изумлению, прямо поверх раны воина шустрый ученик наложил мелко нарезанные стрелки обычного зелёного лука и забинтовал поверху повязкой.

— Пробуди его, — указал гуру Алахею на заторможенного Ишу.

Алексей жёстко пошлёпал осоловелого воина ладонью по щеке. Мотнув головой, тот с трудом сфокусировал осмысленный взгляд.

— До свадьбы заживёт, — весело улыбаясь, громко произнёс Алексей, указывая на зашитую рану. Садхир удивлённо замер. «А как же он мог узнать о его готовящейся свадьбе. Ведь Алахей с Ашоком пришли намного позже рассказа Иши о своих злоключениях» — недоумевал гуру Садхир, дав указания своим ученикам собирать инструменты и проводить больного домой. Зерно сомнения зародилось в душе.

Примерно также думал пришедший в себя, прихрамывающий Ишу, бредущий к повозке, присланную встревоженным отцом, бережно поддерживаемый под руки двумя старшими учениками Садхира. «И всё-таки, люди говорят правду, этот Алахей действительно загадочный человек, он даже может слышать мысли других людей. А вдруг он и вправду не человек, а настоящий асур Ранутра? Ведь мне рассказывали, как он вдохнул жизнь в мёртвого внука раджи, которого забрали себе Апсары» — мысленно терзался Иша, устраиваясь в повозке поудобнее. Кивнув возничему, поехал домой.

Глава 19

Стиль решает всё

Рассматривая очередным ранним утром загорелое отражение в бронзовом зеркале в комнате для омовений, Алексей с усмешкой решил, что борода и усы уже очень даже готовы к проведению небольшого творческого эксперимента.

Посмеиваясь и вспоминая незадачливого Кису Воробьянинова, тихонько насвистывая незатейливый бравурный мотивчик, тщательно окрасил усы и бородку в радикальный зелёный цвет. «В конце концов, у каждого должен быть свой стиль. Бравые местные ребята по какой-то непонятной мне причине, упорно красят свои бороды в синий цвет. А моя борода с усами пусть назло всем будет зелёной, как раз под цвет глаз. Буду этаким эмо-ортодоксом. Может волосы и брови до кучи тоже окрасить? Нет, пожалуй, это будет перебор. Как-нибудь в другой раз. Однако местный краситель похлеще нашей зелёнки будет» — с невольным уважением подумал он, пытаясь оттереть от краски позеленевшие руки.

Взглянув ещё раз на себя в зеркало, не выдержал и громко расхохотался. «Да Бармалей просто отдыхает» — с восторгом подумал он, рывком оттянув в стороны и резко отпустив лихо торчащие в стороны, тёмно-зелёные концы усов.

Входя в злодейский образ, сурово сдвинув брови и шевеля губами, синхронно двигая линейкой зелёных усов, Алексей направился в комнату немного вздремнуть до завтрака. Заходя за угол, чуть было не столкнулся с торопившимся куда-то с кучей дров слугой. Увидев Алексея, тот испуганно шарахнулся в сторону, с грохотом рассыпав свои деревяшки.

— Тихо! Ты что, своих не узнаешь? — лучезарно улыбаясь, бросил вслед Алексей.

— Ой, здравствуй, уважаемый Алахей. Но ты вдруг так неожиданно изменился, — испуганно повернувшись, неопределённым жестом проведя рукой вокруг лица, ответил изумлённый индус.

Алексей скосил вниз оба глаза в одновременной попытке разглядеть радикально окрашенные усы и бороду. Убедившись, что без зеркала всё равно ничего не получится, удручённо вздохнул.

— Ах, так ты об этом, — с облегчением произнёс он, указывая на бороду. — Да понимаешь, что-то я начал сильно зеленеть на вашем солнце. Там, у себя, я больше привык без света обходиться, — сокрушенно улыбаясь, посетовал Алексей, надеясь, что индус оценит шутку.

Растерянно покивав словам, слуга молча бросился собирать рассыпанные дрова. Алексей решил помочь, быстро нагрузив слугу подобранными дровами. «И всё-таки хорошо, что я ещё брови с волосами не покрасил. Всё же есть у меня некое врождённое чувство меры. Можно подумать, моя зелёная борода хоть чем-то отличается от его синей» — проводил он немного насмешливым взглядом торопливо идущего слугу, время от времени испуганно оглядывающегося назад. Пожав плечами, Алексей направился досыпать.

Завтрак прошёл в удивлённом молчании. Ашок почти ничего не ел, изумлённо поглядывая на шевелящиеся при еде, зелёные усы невозмутимо жующего Алахея. Бабушка Лилавати, опасливо поглядывая на движущиеся, словно живые, усы и бороду гостя, время от времени почти силой засовывала остывающую еду в рот удивлённому внучку. Дедушка Садхир молча подивился странному выбору Алахея. «Видимо, в его дальней северной стране так принято у мужчин. Ведь красят же наши мужи свои бороды в синий цвет». Откланявшись, Алексей завершил завтрак и вышел во двор. Сделав бабуле жалобное и просящее лицо, сразу следом за ним из-за стола выскочил Ашок.

Алексей, закрыв глаза, наслаждаясь приятной утренней прохладой, сидел под Чучундриковым деревом, слушая как где-то высоко наверху, разливается соловьём жизнерадостный питомец. Расслышав еле слышную лёгкую поступь, догадался, что приближается малыш.

— Давай посидим вместе, — не открывая глаз, похлопывая рукой рядом по толстому корню, негромко произнёс Алексей. Удивлённый Ашок тихонько примостился рядом, искоса поглядывая на зелёные усы Алахея. Наконец, не выдержав, робким шёпотом спросил:

— Алахей, а почему они зелёные?

Алексей быстро приоткрыл один глаз, блеснув зелёной радужкой на малыша.

— Видел, какого он цвета?

— Да, — радостно ответил Ашок, начиная понимать.

— Вот потому, — нарочито суровым басом ответил Алексей, и, не выдержав серьёзности момента, рассмеялся.

Ашок, догадавшись, что это всего лишь шутка, залился смехом. Алексей удовлетворённо пошевелил усами. «Хорошо, что хоть Ашок сообразил, в чём суть дела, сразу видно мою школу. Парень с чувством юмора. А то слуга шарахается от меня всё утро, как чёрт от ладана».

Посидев ещё немного, уже собираясь вставать, Алексей услышал, что кто-то осторожно карабкается по стволу дерева. «Опять моей беспокойной рептилии наверху почему-то неймётся» — заинтересовался он, задирая голову наверх, пытаясь отыскать источник звука. Ашок тоже вопросительно уставился в раскидистую крону.

Ожидая увидеть блуждающего по дереву беспокойного Чучундрика, Алексей с удивлением уставился на здоровенного серо-полосатого котяру, который, поняв, что обнаружен, замер, нервно подёргивая кончиком пушистого хвоста, прислонившись к мощному стволу.

— Ты там наверху не прикидывайся хамелеоном, тебя сейчас хорошо видно. Давай спускайся. А моего Чучундрика тебе всё равно не поймать. Я его и на своём рюкзаке не сразу находил, — сурово обратился на русском Алексей к очумело смотрящему вниз коту.

Ашок с удивлением осознав, что Алахей вдруг опять перешёл на незнакомую речь, стал напряжённо всматриваться в крону дерева, пытаясь разглядеть того, с кем он сейчас разговаривал. Разглядев контуры кота, радостно вскрикнул:

— Это же наш Раджив! Он вернулся.

— Здорово. А кто такой Раджив, и откуда он вернулся?

Ашок оживлённо повернулся.

— Это наш кот. Он куда-то пропал в самом начале весны. Мы его потом долго искали. Отец сказал, что его наверно задрали злые волки или собаки.

— Понятно. Ну, так зови его вниз, а то он там за моей зверушкой вздумал охотиться. А вот если он её сожрёт, кто тогда мух со двора будет отгонять?

Осознав всю важность стоящей перед ними проблемы, Ашок стал радостно суетиться под деревом, на все лады подзывая котяру. Тот ни в какую не желал спускаться вниз.

— Ладно, Ашок. Он там застрял. Ты пока тут не надрывайся, а то от твоих криков с дерева уже листья начали осыпаться.

Ашок опасливо покосившись наверх, замолк, озадаченно посмотрев на Алексея.

— А как же тогда он спустится вниз, — жалобно спросил он.

— Есть у меня для животных свои способы убеждения, — успокоил Алексей. — Подожди пока тут. Я скоро вернусь.

Оставив под деревом утихшего малыша, Алексей направился прямиком на дворовую кухню. С тамошним тщедушным поваром Рагху он уже давно был в приятельских отношениях.

В первые дни пребывания здесь, Алексей, восхищённый местной стряпней, решил лично поблагодарить повара за вкусно приготовленную еду. Ожидая увидеть на кухне добродушного полного розовощёкого здоровяка, Алексей с некоторым изумлением уставился на щупленького лысоватого индуса, суетящегося вокруг дымящихся на плите сковородок. «Мужик наверняка упорный фанат йоги. И часами стоит на своей голове, открывая тайные чакры» — подумал тогда Алексей, рассматривая впалый живот и сверкающую на южном солнце загорелую лысину повара.

Алексей в красочных выражениях поблагодарил искусного Рагху за поистине бесценное умение. От неожиданной похвалы семейного гостя Алахея, повар расцвёл в польщённой улыбке. Искренне желая хоть как-то увеличить весовые показатели доходяги, Алексей торжественно вручил сияющему, как блестящая медная сковородка Рагху, свою начищенную по такому случаю, алюминиевую ложку, объяснив, как пользоваться этим предметом.

Рагху с большим энтузиазмом выслушал объяснения и растрогано принял дорогой подарок с ответной благодарственной речью. Правда, распорядился совсем не так, как объяснял гость. Он проделал маленькое отверстие в ручке ложки и на медной цепочке повесил на свою тощую шею, с гордостью демонстрируя окружающим.

Таким же суетящимся с подрагивающей в такт быстрым движениям висящей на шее ложкой, застал его подошедший к кухне Алексей.

— А, уважаемый Алахей. Здравствуй, проходи, — вытирая руки о передник, обрадовано заспешил повар, уважительно косясь на радикальные усы.

— Здравствуй и ты, уважаемый Рагху. Тут такое дело. Хозяйский кот вернулся. Похоже, что ему память совсем отшибло, никого не узнаёт. Застрял на дереве и всё. Чтобы он снова привык ко двору, я хочу дать ему немного молока. Найдётся у тебя свежее молоко? — торопливо объяснил суть визита Алексей.

— Конечно. Обожди. Сейчас принесу, — понятливо заверил повар, быстренько куда-то убегая. Буквально через минуту вернулся, довольно держа в руках небольшую полную крынку и маленькую широкую глиняную миску.

— Парное, — объяснил он, передавая молоко гостю.

— Вот спасибо, — искренне поблагодарил Алексей, принюхавшись к аромату свеженадоенного молока.

Вернувшись к дереву, осторожно пристроил миску между перекрученных мощных корней. Наполнил до краев свежайшим молоком, восторгаясь приятным свежим травяным запахом. Ашок с интересом наблюдал за манипуляциями. Алексей немного помахал рукой над миской, гоняя запахи к коту наверх.

— Всё. Садись, только тихо. Ждём, — обратился он к малышу.

Присев недалеко от миски, вдвоём стали наблюдать за реакцией кота. Сначала кот недоверчиво стал принюхиваться к воздуху. Потом, убедившись, что это не галлюцинации и снизу действительно доносится запах молока, кот, со скрежетом цепляясь когтями за кору, пятясь задом, и время от времени сверяясь с высотой над уровнем почвы, спустился вниз на землю. Осторожно подошёл к миске, недоверчиво обнюхал и плотоядно заурчав, начал жадно лакать молоко. Алексей остановил Ашока, дёрнувшегося было к своему коту.

— Пока не время. Испугается тебя, вскочит опять на дерево, потом ещё до зимы просидит. Пусть хоть вдоволь наестся.

Громко мурчащий кот вылакал целую миску, заметно надувшись, лениво облизнулся, и уставил на людей перепачканную молоком морду. Алексей невольно улыбнулся. Кот был боевой. Половина левого уха напрочь отсутствовала, а наискось кошачьей морды пролёг крупный, уже заросший рубец. «Похоже, пришлось поучаствовать в активных боевых действиях» — с уважением подумал Алексей.

До отвала наевшийся котяра между тем по-хозяйски привстал на задних лапах, оперевшись передними о кору дерева. Неторопливо поочерёдно наточил мощные когти о кору, оставив заметные полосы. Удовлетворённо замурчал и подошёл обнюхать сначала Ашока, а затем и Алексея. Убедившись, что вокруг находятся только исключительно мирные и психически уравновешенные люди, кот потёрся головой сначала об улыбающегося Ашока, потом, важно задрав хвост, направился к Алексею. Плавно прыгнув на колени, кот устроился и замурчал, по кошачьей привычке поочерёдно перебирая лапами.

— Надо же, — гладя кота по голове, обиженно произнёс подошедший малыш. — Сразу к тебе на колени запрыгнул.

— Наверное, запомнил, кто ему вкусное молоко принёс, вот теперь и благодарит, — успокоил Алексей.

Почесав кота некоторое время за уцелевшим ухом, подробно рассмотрев шрам на разомлевшей морде и кем-то отгрызенное левое ухо, Алексей осторожно переложил мягкое пушистое тельце на колени счастливому Ашоку, а сам пошёл немного искупаться. Южное лето почти вступило в свои права и к полудню становилось по-настоящему жарко. Кот уважительно посидел немного у малыша и музыкально мурлыкнув, соскочил с колен и устремился вслед за Алексеем, важно задрав хвост и путаясь в ногах. Ашок медленно направился следом.

— А, привет, Везунчик, — расслаблено обратился к коту вниз Алексей, слегка обмахиваясь снятой от жары майкой. — В тени тебе значит, не сидится. А вообще, советую подумать над своим поведением. Таким солидным ветеранам боевых действий, как ты, негоже охотиться на беззащитных хамелеонов. Тебе, как минимум, надлежит охотиться на амбарных крыс.

Ашок поняв, что Алахей опять затеял какой-то важный разговор на своём непонятном языке с котом, слегка приотстал, вслушиваясь и пытаясь разобрать хотя бы одно слово. Так ничего и не поняв, расстроенный Ашок развернулся и побежал запускать мыльные пузыри.

Глава 20

Новые знания

Ранним утром следующего дня Алексей проснулся от негромкого басовитого урчания. Присев на кровати, в мерцающем свете горящей ночной лампы, разглядел Везунчика. Кошара спокойно спал, свернувшись в ногах калачиком.

Более того, пытаясь исправить допущенные вчерашним днём досадные оплошности в охоте, кот в знак примирения и установления добрых отношений, положил у изголовья кровати лично задушенную на ночной охоте здоровенную серую крысу.

Алексей в некотором недоумении поочерёдно разглядывал то беззаботно дрыхнувшего кота, то крысу, валяющуюся внизу около кровати. Конечно, он слышал и ранее, что коты часто приносят хозяевам подобные сюрпризы, но чтобы вот так, один к одному совпало со вчерашним шутливым разговором с котом. «Бывают же такие странные совпадения» — недоумевал он, неспешно одеваясь, чтобы выкинуть крысу.

Брезгливо взяв крысу за холодный, хлыстообразный хвост, вытянув руку вперед, Алексей направился к выгребной яме, расположенной в самом дальнем углу подворья. Проснувшийся кот отправился следом, басовито урча и пытаясь потереться об ноги прямо на ходу.

Слуги, хлопочущие с утра во дворе, с недоумением наблюдали за странной картиной. Алахей, держа на вытянутой руке большую серую крысу, невозмутимо и вежливо поздоровался и прошествовал в дальний конец двора, беседуя на ходу на непонятном языке с негромко мурлыкающим котом, торопливо идущим следом.

Алексей поздоровавшись, прошёл мимо слуг, давая на ходу дружеские наставления идущему рядом коту.

— Я, конечно, понимаю, что ты великий охотник и твои интересы чисто эстетические, а не гастрономические. Но мне-то зачем её прямо в кровать приносить. Раз уж ты поймал крысу, придуши её по-тихому и оставь в кустах. Ты вроде бы как на молоко теперь перешёл…, - прервав беседу, с силой размахнувшись, выкинул крысу далеко в кусты. Вернувшись назад, тщательно вымыл руки, и в знак установления дружбы снова напоил молоком довольного Везунчика.

Весь оставшийся день Алексей провёл с Ашоком и Садхиром. С приходом настоящей летней жары гуру отпустил учеников по домам. Теперь он мог уделить побольше времени обучению Алахея, а заодно и крутившемуся вокруг Ашоку.

Новый ассистент оказался очень толковым, запоминая целебное воздействие основных трав и лечебных минералов буквально с одного раза. Алексей и раньше не жаловался на память, к тому же, в далёком детстве проводил летние школьные каникулы у бабушки в лесной деревне. Электричество в деревушке бывало не всегда, и тогда тёмными вечерами бабуля зажигала на кухне свечи и начинала рассказывать маленькому внуку про травяные сборы. Её мягкая, окающая речь прочно запала в детской памяти.

Местное разнообразие целебных трав, основное назначение которых объяснял Садхир, по своему лечебному воздействию не отличались от тех, про которые рассказывала в детстве бабушка. Просто выбор в южных широтах был гораздо шире, чем на скудном растительностью Севере. Порядком вымотавшись за день, усваивая новую для себя область знаний, быстро ополоснувшись, Алексей добрался до кровати и моментально уснул.

Пробуждение было довольно неожиданное. Сквозь сон Алексей расслышал деликатное покашливание, раздающееся прямо за символической дверью. Ещё не вполне доверяя внутреннему ощущению времени, посмотрел на оконце. Царила глубокая ночь. Он осторожно приподнял с каменного постамента едва светящую масляную лампу, и, отодвинув в сторону циновку, прямо в трусах вышел за дверь. В коридоре неуверенно переминался с ноги на ногу заспанный и испуганный слуга, молодой парень по имени Рахул.

— Рахул, а ты утро с ночью случайно не попутал? — подозрительно спросил Алексей, поднеся лампу близко к лицу слуги.

— Доброй ночи, уважаемый Алахей. В гостевых покоях тебя ждут сахиб Садхир, а с ним важный господин, из свиты самого раджи Вишала, — испуганно раскрыв глаза, несвязно пролепетал слуга. Недоумевая, что ночью могло потребоваться от него самому радже, Алексей быстро собрался и проследовал за Рахулом.

В гостиной негромко беседовали Садхир и полный, богато разодетый мужчина. У самого входа стоял знакомый сандаловый ящичек с хирургическими инструментами и набитая мягким сеном корзина. Через её мягкую подстилку проглядывали аккуратно уложенные склянки. Завидев Алексея, гуру прервал разговор:

— Прости, Алахей за столь бесцеремонное прерывание твоего ночного отдыха. Этот благородный муж — Викрам, управляющий нашего уважаемого раджи Вишала.

Услышав своё имя, Викрам взглянул в глаза Алексея, уважительно прижал правую руку к сердцу и неторопливо наклонил голову. Алексей вежливо кивнул в ответ.

— Нас ожидает повозка. Молодая супруга Вишала разрешается от бремени. Конечно, за ней присматривает старая повитуха Сандхия, но раджа очень беспокоится за свою молодую жену. Это её первые роды.

— Как это могут быть её первые роды? Да он вроде бы уже давно как дед, — недоумённо спросил Алексей.

— О, это очень печальная, и в то же время, радостная история, — бархатистым голосом вступил в разговор Викрам.

— Ты прав, уважаемый Алахей, что сиятельный раджа Вишал, да продлятся бесконечно его годы, является строгим отцом и любящим дедом своего многочисленного семейства. Амита, первая супруга нашего влиятельного раджи, бабушка маленького Васу, которого ты волшебным образом недавно возвратил к жизни, к нашей огромной скорби, скончалась два года тому назад. Раджа безутешно скорбел над потерей любимой супруги целый год, а потом не устоял перед чарами юной и обольстительной Тары, племянницы самого великого магараджи Ашоки. Она и стала его новой супругой. Завтра утром солнце уже дважды взойдёт над головой роженицы. Вот потому раджа и направил меня за вами, о несравненный гуру Садхир и благородный Алахей.

Произнеся всю эту витиеватую тираду, Викрам взволновано порылся за пазухой, вытащил белый платок и тщательно промокнул вспотевший от напряжения лоб. «Да уж, душевная история. А наш Будённый, оказывается тот ещё перец» — ухмыльнулся Алексей.

Направившись к выходу, Алексей потянулся было забрать корзину и ящик с хирургическими инструментами, но его остановила мягкая рука Садхира, опустившаяся на плечо.

— Не трудись, Алахей. Вместе с уважаемым Викрамом к нам на подворье прибыл верный десяток гвардейцев раджи. Они похлопочут, — пояснил гуру.

Пожав плечами, Алексей проследовал за Садхиром. Старик бодро уселся на мягкое сидение богато украшенной повозки, где уже нетерпеливо дожидался Викрам. Алексей быстро запрыгнул на сидение покачнувшейся под его весом повозки, заработав одобрительный взгляд Викрама. Идущие следом за Алексеем усатые гвардейцы, посматривающие на его разухабистые усы с мрачноватым интересом, осторожно передали ему в руки ящик и корзину. Надёжно пристроив вещи рядом, Алексей ободряюще кивнул Викраму. Управляющий грозно прикрикнул на замешкавшегося возничего.

Кавалькада всадников плотно окружила повозку, освещая дорогу ярко горящими факелами. Сопровождаемые гулким лаем деревенских собак, проехали по главной улице спящей деревни, и свернули в сторону, углубившись в джунгли. На неровностях дороги повозку начало здорово потряхивать. Алексей с некоторой тревогой начал поглядывать по сторонам.

— Дворец нашего раджи расположен немного в стороне от деревни, — пояснил Садхир, наклонившись к самому уху.

— Позволь спросить тебя, Алахей. Я полагаю, что в силу своей молодости, тебе ещё не доводилось принимать роды у женщин, — негромко поинтересовался он. Алексей, мысленно представив попытку принятия родов среди солдат на глухой северной пограничной заставе, где из особей женского пола были лишь одни свирепые поисковые овчарки, улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Это не беда, ведь опыт всего лишь дело времени, — мягко успокоил Садхир. По мере своих сил и по воле богов я помогу роженице, а вместе с этим передам тебе и свои знания. Алексей благодарно наклонил голову в знак согласия. Гуру удовлетворённо закрыл глаза и откинулся на спинку сидения, слегка задремав.

Через некоторое время колёса гулко загрохотали по каменным плитам, устилающим подъезд ко дворцу Вишала. Повозка плавно остановилась около широкой мраморной лестницы, уходящей ступенями наверх во дворец. Спешившиеся гвардейцы торопливо окружили повозку, освещая для важных гостей факелами лестничные ступени.

Запыхавшийся Садхир, поднявшись по ступеням наверх, сделал знак Алексею, что нужно слегка отдышаться. Присев рядом с дедом на низенький широкий диванчик у стены огромного зала, Алексей с любопытством вертел головой, рассматривая внутреннее богатое убранство.

Окружающая роскошь буквально кричала о себе. Стены зала украшали красочными фресками, изображающие панорамные охотничьи сцены. Витые колонны из белого мрамора поддерживали куполообразные, покрытые массивной позолотой потолки. Просторные залы освещали светильники, выполненные в виде золотых фигур хищных зверей, извергающих огонь прямо из задранной наверх, широко оскаленной пасти. Несмотря на ночное время, по залу свободно бродили важные павлины. «Теперь становится понятно, почему сюда во все времена стремились толпы завоевателей всех мастей. Но как-то благостно тихо кругом. В какой же тогда период истории я сейчас попал» — рассеянно размышлял Алексей, с интересом рассматривая красочный пышный хвост близко подошедшего павлина.

— Раджа уже извещён о вашем приезде и с нетерпением ожидает, — торопливо оповестил гостей подошедший к дивану Викрам.

— Прошу вас следовать за мной, — продолжил он.

По пути к ним присоединились два гвардейца, бережно несущих медицинские принадлежности. Проводив гостей до зала, ведущего в покои роженицы, Викрам многозначительно указал глазами на двустворчатую резную арочную дверь. Сделав страшные глаза гвардейцам, столбом стоящих позади Алексея, и проводив торопливо удаляющиеся спины свирепым взглядом, лично занёс внутрь покоев роженицы сандаловый ящик и корзину со снадобьями и, ободряюще улыбнувшись гостям, удалился прочь.

— Ах, вот вы где, мои дорогие спасители, — раздался сзади заплетающийся голос раджи.

Обернувшись, Алексей и Садхир с недоумением наблюдали за Вишалом, приближающимся нетвёрдой походкой, небрежно сжимая в руке вместительный, слегка побулькивающий при ходьбе кувшин. Раджа был босой и растрёпан, в красном, прошитом золотой тесьмой небрежно распахнутом халате, из которого выглядывало внушительное волосатое брюшко. «Однако вы уже порядком набрались, ваше благородие, пока стресс снимали»- улыбнулся Алексей, наблюдая за раджей.

Подойдя совсем близко к гостям, раджа остановился и слегка покачиваясь, обвёл умильным взглядом, распространяя вокруг густой винный запах. Остановив взгляд на зелёных усах Алексея, с недоверием разглядывал их некоторое время, а затем поднёс пустой кувшин близко к глазам и стал подозрительно разглядывать. Бросив ещё один недоверчивый взгляд на невозмутимого Алексея, неуверенным жестом выцедил из кувшина на ладонь оставшиеся капли вина. Гримаса отвращения исказила лицо раджи. Брезгливо понюхав унизанные перстнями пальцы, он зажмурил глаз, широко размахнулся и, крякнув с натуги, с силой швырнул кувшин, целясь в проходящего мимо павлина.

С удовлетворением проследив за истошно вопившей бестолковой птицей, убегающей из покоев, он сбивчиво обратился к гостям:

— Уважаемый Садхир, благородный Алексей, вы даже не представляете, я так рад, так рад, что вы уже здесь. Моя любимая супруга Тара весь день так ужасно кричала, испытывая родовые муки, что я не сдержался и выпил для храбрости немного вина. Наша дворцовая повитуха Сандхия уже давно ожидает вас.

Со стороны покоев роженицы раздался протяжный женский крик.

— Слышите, у неё опять начались схватки, помогите же ей, прошу вас, — раджа испуганно замахал руками в сторону покоев супруги.

Переглянувшись, Алексей с Садхиром вошли внутрь. Алексей оценивающе оглядел помещение и слегка покраснел. «Да уж. Детям до шестнадцати сюда точно лучше не заходить» — опуская глаза, стараясь не разглядывать слишком уж откровенные фрески, покрывающие высокие стены, смущённо подумал он. В центре покоев возвышалась широкая кровать с балдахином. Рядом суетилась маленькая седая старушка. Садхир, заметив смятение молодого ассистента, слегка улыбнулся в бороду.

— Проходи, Алахей. Пока разбери корзину со снадобьями, — поторопил он смущённого Алахея, направляясь к стонущей роженице.

Алексей поочередно перетащил медицинские принадлежности к изящному резному столику рядом с кроватью. На нём уже громоздилась куча серебряных чаш и свёрнутые рулоны белой льняной ткани. Рядом стоял большой серебряный чан с тёплой водой, несколько широких пустых медных тазов и затейливая золотая чаша с жидким мылом. Решительно сдвинув всё это мешающее барахло в сторону, Алексей достал из корзины все склянки и аккуратно расставил на столе. Открыл ящик с медицинскими инструментами и нерешительно замер, дожидаясь инструкций Садхира.

Гуру некоторое время пошептался с оживившейся старухой и целеустремлённо направился к Алексею.

— Роженица молодая и очень устала. Нужно ей немного помочь, — пояснил Садхир.

Полив друг другу на руки тёплой водой из чаши, подошли к столу. Бережно подняв вместительную склянку, с просвечивающимся сквозь стенки корнем растения в виде человеческой фигурки, гуру показал её молодому ассистенту.

— Знаешь ли ты это растение, Алахей?

Алексей вгляделся в смутно знакомые контуры и догадался, что это может быть только корень женьшеня.

— Да, это очень редкое растение. Оно встречается на моей родине в далёких восточных лесах. Обычно его дают ослабленным людям и тогда они выздоравливают гораздо быстрее.

Садхир торжественно кивнул, переливая жидкость в серебряную чашу.

— Ты прав, Алахей. Твой прежний наставник хорошо обучил тебя. Мы называем его корнем жизни. Возьми чашу с его настойкой и напои роженицу. Её плод совсем скоро будет выходить и ей потребуется много сил.

Немного оробев, Алексей принял чашу из рук и вместе с гуру направился к кровати. «Назвался груздем, так полезай в кузов» — мрачно приободрил себя он. Услышав шаги, старуха, заботливо вытирающая капли пота со лба Тары, обернулась и с любопытством уставилась на молодого помощника Садхира, о котором так долго судачили во дворце. Алексей чуть было не отшатнулся, разглядев лицо старой повитухи. «Непонятно, зачем нас вообще сюда пригласили. Если бы я сам увидел её в первый раз, то сразу бы двойню родил» — с испугом подумал он, рассматривая сморщенное лицо древней старухи, с бельмом на глазу и единственным зубом, торчащим наружу изо рта.

Откинув полупрозрачную занавеску кровати, увидел обессилевшую молоденькую девушку с огромным животом, выпирающим из-под лёгкой вуали, закрывающей обнажённое тело. Сандхия, увидев наполненную целебным зельем чашу, бережно приподняла голову роженицы. Тара с трудом приоткрыла глаза, разглядывая окружающих.

— Пей, тебе нужны силы, — сочувственно глядя в глаза Тары, мягко произнёс Алексей. Роженица сделала несколько мелких глотков и закашлялась. Он терпеливо дождался завершения кашля.

— Тебе нужно допить до дна, — твёрдо сказал он, требовательно поднося чашу ко рту. Немного пришедшая в себя Тара уже осмысленно вгляделась в лицо Алексея, остановившись на странных глазах, мгновенно вспомнив рассказы дворцовых служанок о бледном высоком Алахее, вдохнувшем новую жизнь в утонувшего маленького Васу. Чувствуя, как спокойный зелёный взгляд Алахея наполняет неведомой и уверенной силой, медленно и послушно допила остатки зелья. «Теперь всё будет хорошо» — едва слышно шепнул в ухо чей-то тихий и завораживающий голос.

— Нам нужно немного подождать. Дадим ей собраться с силами, — положив на плечо Алексея ладонь, мягко произнёс Садхир, увлекая за собой. Пока гуру терпеливо дожидался новых схваток роженицы, Алексей, пытаясь отвлечься, кругами бродил по мозаичному полу зала, считая шаги. Заслышав новый истошный крик Тары, растерянно обернулся к Садхиру.

— Помогай. Уже показалась головка младенца, — призывно махнул рукой гуру.

Внутренне собравшись, Алексей метнулся на помощь. Крики Тары слились в один протяжный вой. Сандхия наклонилась к самому уху роженицы и что-то горячо шептала.

— Смотри. Если ребёнок правильно располагался внутри матери, то он выходит лицом вниз, — напряжённо произнёс Садхир, осторожно придерживая показавшегося младенца. — Внимательно смотри за пуповиной, она не должна пережать шею младенца, — торопливо добавил он.

Алексей, чувствуя холодный пот, отстраняясь от окружающего мира, придерживал скользкую иссиня-красную пуповину, тянущуюся за младенцем от матери.

— Мальчик, — облегченно выдохнул Садхир, дождавшись, когда младенец полностью вышел на свет.

— Он должен сделать свой первый вдох. Очисть ему рот от слизи, — пояснил гуру, удерживая обмякшего ребёнка двумя руками.

Алексей намотал на мизинец клочок ткани и, обмакнув в воду, торопливо прочистил беззубый рот и крошечные ноздри покрытого желтоватой смазкой, молчащего младенца.

— А теперь вдохни в него жизнь. У тебя это очень ловко получается, — тепло улыбнулся старик, бережно передавая Алексею новорождённого. Чувствуя некоторую растерянность, боясь занести младенцу микробов, Алексей осторожно накрыл крошечный рот клочком ткани и осторожно выдохнул воздух в ребёнка. Секунду спустя новорождённый хрипло прокашлялся и обиженно задрожав подбородком, заплакал. Держа плачущего сына раджи на руках, Алексей устало посмотрел в его пока бессмысленные глаза и испытал чувство некоторой нереальности происходящего. «Чёрт меня побери, а если разобраться, кто же из нас старше, он или я» — мелькнула в голове неожиданная мысль.

— Положи дитя около матери, — одобрительно глядя на Алексея, произнёс Садхир. Сандхия материализовалась рядом и умилительно засюсюкала беззубым ртом, склонившись над младенцем. «Хорошо, что ребёнок пока ничего не соображает. Я даже не знаю, умеют ли тут лечить энурез и детское заикание» — постепенно приходя в себя, ухмыльнулся Алексей.

Оставив новорождённого на попечение радостной повитухи, они отошли к столику. Садхир зачерпнул ковш воды и поливая Алексею на руки, одобрительно произнёс:

— А ты силен духом, Алахей. Теперь можешь обрадовать раджу наследником.

Чувствуя огромную усталость, на ватных ногах он вышел из покоев. Раджа мирно похрапывал на диванчике. Алексей нетерпеливо потряс новоиспечённого папашу за плечо.

— Кто, — с придыханьем спросил тот, мгновенно пробудившись от сна.

— Сын, — устало улыбнулся Алексей.

Раджа в порыве переполняющих чувств, порывисто обнял Алексея.

— Я знал, — восторженно встопорщив усы, прошептал он, лихорадочно стаскивая с пальца массивный золотой перстень с изумрудом сочного светло-зелёного цвета. Быстро управившись, Вишал схватил немного опешившего от такого напора Алексея за руку и молниеносно надел ярко блеснувший перстень на безымянный палец.

— Тебе на память. А сына я назову Алахеем, — уже убегая к супруге, радостно кричал Вишал на ходу.

Алексей устало опустился на диван, дожидаясь Садхира. «А всё же хороший мужик наш Будённый. Уже куча внуков. Взял себе молодую жену. Снова родил сына. Счастливый…» — улыбаясь, вспоминал он искреннюю радость раджи. Минут через десять из покоев роженицы вышел слегка ошарашенный гуру. Алексей понимающе усмехнулся, разглядев сверкающий тёмно-зелёный перстень на руке Садхира.

— Едем домой, Алахей, — улыбнулся старик, заметив похожую драгоценность на руке помощника.

Глава 21

Древняя врачебная этика

Добравшись до своей комнаты уже под самое утро, Алексей с возмущением скинул с подушки бесстыдно дрыхнущего кота и даже не раздеваясь, ничком повалился в кровать. Озадаченный кот некоторое время походил вокруг кровати, затем осторожно взобрался на спину хозяина. Немного помассировав, кот успокаивающе замурчал и уснул.

Проспав до полудня, Алексей проснулся c тяжёлой головой и отправился мыться. Взбодрившись и заметно повеселев, на обратном пути наткнулся на Ашока.

— Здравствуй, Алахей. Пока ты спал, сюда приезжали воины раджи. Они привезли с собой два каких-то красивых сундучка и ящик с дедушкиными инструментами. Дедушка никому не разрешал тебя будить и просит тебя, чтобы ты зашёл к нему, когда проснёшься, — скороговоркой выпалил малыш.

— Хорошо, я сейчас переоденусь и приду, — кивнул Алексей.

Зайдя в покои Садхира, увидел самого хозяина, задумчиво восседающего за столом. Взгляд сразу остановился на двух одинаковых красных ларцах, затейливо инкрустированных золотом. Скрывая интерес, Алексей вопросительно посмотрел на деда. Гуру выглядел усталым, от нервной бессонной ночи под глазами набрякли тёмные мешки, но он всё равно держался молодцом.

— Проходи, уважаемый Алахей. Сиятельный раджа Вишал, восхищённый благополучным разрешением своей молодой супруги от бремени, достойно вознаградил наше врачебное мастерство, — торжественно произнёс гуру, поочерёдно открывая ларцы.

Алексей с любопытством заглянул внутрь, и, оторопев от неожиданности, некоторое время ошеломлённо разглядывал крупные алмазы, ярко поблёскивающие безукоризненно отшлифованными гранями. «Да уж, наш местный олигарх не разменивается по мелочам. Такие камешки у нас только в Алмазном фонде увидишь. Хотя, если учесть, как он этой ночью переживал за роды своей молодой жены…» — не отрывая завороженного взгляда от камней, оценивал неожиданно свалившееся богатство Алексей.

— Выбирай любой, — шутливо указал старик на совершенно одинаковые с виду ларцы.

— Пусть будет этот, — недолго думая, Алексей ткнул пальцем в ближний ящичек.

— Да будет так. А теперь я хочу поговорить о твоём будущем, Алахей, — посерьезнел лицом гуру.

— Позволь дать тебе совет. Я вижу в тебе огонёк настоящего целителя. Но чтобы он разгорелся в настоящее пламя, его нужно постоянно раздувать и поддерживать. Я владею лишь малой частью поистине необъятного врачебного искусства, и смогу обучить тебя лишь тому, что знаю сам. Этой осенью мой сын Суман повезёт Ашока в столицу для обучения врачебному мастерству. Обычно туда не принимают иноземцев, но я напишу для тебя рекомендательное письмо наставнику тамошней врачебной школы, моему старому другу Бхаскару. Вот тогда тебе и пригодится подарок раджи. Подумай над этим, благородный Алахей.

Алексей задумчиво уставился на алмазы. «А старик прав. Кроме хирургии и акушерства в медицине есть ещё целая масса других разделов. В деревушке полноценного опыта особо не наберёшься. Да и местную письменность тоже не помешает изучить. Раз уж мне довелось попасть сюда, то нужно использовать благоприятные шансы на всю катушку. Оплачу алмазами получение здешнего высшего образования, не чахнуть же мне, в самом деле, как Кощею над златом…»

— Я согласен, уважаемый гуру, — склонил голову Алексей.

— Рад, что ты сделал правильный выбор, — с облегчением выдохнул Садхир.

— Минувшей ночью ты проявил немалое хладнокровие, впервые принимая участие в родах. Ведь бывало и так, что многие учёные мужи теряли самообладание и допускали ошибки, слушая невыносимые крики рожениц. Как своему самому толковому ученику, я хочу сделать тебе небольшой подарок, — старик загадочно улыбнулся и быстро вышел из покоев.

Вернувшись, торжественно протянул небольшую затейливую серебряную чашу.

— Давным-давно, когда я удачно принял свои первые роды, мне подарил её мой наставник. Теперь я передаю её тебе. Может быть, когда-то и ты вручишь её своему лучшему ученику, — проникновенно произнёс он.

Алексей с почтением принял необычную реликвию, мгновенно узнав стилизованное изображение змеи, обвивающей чашу.

— А знаешь ли ты, что она означает, — спросил гуру, указывая на чашу.

— Это символ врачебного искусства, — тонко улыбнувшись, ответил Алексей.

— Удивительно, насколько далеко проникает свет истинных знаний, — просиял лицом Садхир, и добавил:

— Владей же ею по праву.

Алексей немного призадумался, чем бы можно отблагодарить старика в ответ. В хозяйские покои робко просунулся слуга с большим подносом. Расставив на столе высокие дымящиеся пиалы, вазочки с засахаренными фруктами и две небольших широких чаши, уважительно поклонился и бесшумно вышел.

— Алахей, а доводилось ли тебе вкушать ранее этот удивительно бодрящий напиток, — поинтересовался гуру, наливая чаю себе и гостю из высокой пиалы.

Внутренне поморщившись, Алексей утвердительно кивнул. Чай здесь готовили особым образом, прокипятив минут десять на крутом кипятке и добавляя различные специи, сильно меняющие исконный вкус ранее любимого напитка. Получался своеобразный чифирь.

— Да. Но у нас его готовят немного иначе. Уважаемый гуру, я ненадолго отлучусь. У меня тоже есть для тебя подарок.

Торопливо обернувшись, улыбающийся Алексей протянул удивлённому Садхиру блестящий небьющийся термос из нержавейки.

— Вот. Подарок на память.

— Что это? — удивлённо спросил старик, внимательно изучая необычную вещь.

— Это очень полезная пиала. Если нужно долго сохранять воду или пищу холодной или, наоборот, горячей, — немного замялся Алексей, подбирая на местном языке слово «температура».

— Мне нужны сухие чайные листья и кипяток, — торопливо добавил он.

Садхир негромко хлопнул в ладоши, коротко объяснив возникшему рядом как по волшебству, слуге необычную просьбу гостя. Немного удивлённый индус, быстро обернувшись, принёс небольшой деревянный ящичек с заваркой и медное подобие чайника с длинным носиком.

Алексей медленно продемонстрировал заинтересованному гуру, как откручивать верхнюю крышку термоса. Отвинтив пластиковый клапан, Алексей отмерил на глазок горстку чайных листьев, засыпал внутрь термоса и добавил кипятку, завинтив клапан.

— Какая тонкая работа настоящего мастера, — восхищённо произнёс Садхир, тщательно осматривая внутреннюю винтовую резьбу на крышке. «Обычный китайский термос, правда, не из дешёвых. По любому он тут гарантированно в единственном экземпляре. По сути дела, эксклюзив» — немного смутился восторженных отзывов старика Алексей.

— Нужно немного подождать, когда сухие листья отдадут в горячую воду свой вкус и аромат. Для этого не обязательно долго кипятить чайные листья в воде, как это принято делать у вас. Эта пиала долго держит тепло внутри себя, подобно стенам вашего дома, которые сохраняют приятную прохладу внутри, когда вокруг царит жаркий зной, — объяснил Алексей.

— Так в стенках этой чудесной пиалы тоже находится слой камня? — уточнил Садхир.

— Совершенно верно, — невольно восхитился стариковской прозорливости Алексей, вспомнив про порошковый наполнитель внутренних стенок термоса. Прикинув, что уже прошло около пяти минут, Алексей принялся разливать готовый напиток по чашкам.

— Для вкуса можно добавить мёд, но лично я предпочитаю пить его совсем без сладкого, — неторопливо прихлёбывая, наслаждаясь истинным вкусом настоящего чая, пояснил Алексей.

Гуру заинтересованно отхлебнул из чашки разрекламированный Алексеем, по новому приготовленный напиток. Закрыл глаза и пожевал губами, оценивая слегка вяжущий вкус и аромат.

— Да действительно, твой способ приготовления гораздо лучше сохраняет тонкий аромат чайных листьев, но для настоящего богатства вкуса я бы добавил ещё немного специй, — задумчиво произнёс Садхир.

Немного помолчав и задумчиво глядя на ларцы с алмазами, Алексей решился выяснить у Садхира неясный вопрос.

— Гуру, я всё время хотел спросить тебя, а ваши целители лечат только богатых людей?

Садхир медленно отставил в сторону недопитую чашку и тщательно вытер губы платком. Задумчиво опустив глаза, гуру некоторое время сосредоточенно молчал, обдумывая ответ.

— Работая рядом с тобой, я всё время забываю, что хотя ты и опытен, но пока не посвящён в основы нашего ремесла, — неожиданно сурово начал Садхир.

— Все мальчики нашей касты проходят торжественный обряд посвящения во врачебное ремесло. Ещё будучи маленьким ребёнком, во время проведения моего обряда, на глазах у моего отца Виджая, я поклялся перед богами, что отрину чувственность и гнев, жадность к деньгам, гордость, тщеславие, недовольство, эгоизм, праздность и обман, что буду лечить всех нуждающихся так, как если бы я лечил своих родных. Но я могу отказать в лечении охотникам, птицеловам и закоренелым грешникам… — гуру ненадолго прервался, отхлебнув глоток чая.

Немного переведя дух, продолжил.

— Настоящий врачеватель должен всей душой стремиться к исцелению больного. Я не могу предать своих больных даже ценою собственной жизни. Ни о чем из того, что происходит в доме больного человека, я никогда и никому не скажу.

Строго посмотрев на немного напуганного таким оборотом дела Алексея, Садхир слегка смягчившись, продолжил.

— Что касается оплаты моего труда. Я никогда не буду требовать вознаграждение за лечение от обездоленных, моих друзей и брахманов.

— Но, — поднял палец гуру.

— Если зажиточные люди отказываются от оплаты за лечение, мне присуждается всё их имущество. Если же я нанесу вред больному своим лечением, то он вправе потребовать с меня штраф. Когда первая супруга раджи тяжело заболела, он умолял меня вылечить её, обещая немыслимые богатства. Я с тяжелым сердцем был вынужден отказаться лечить её, потому что просто не знал, как помочь. Она была неизлечимо больна, — тихо закончил Садхир.

— Прости меня, — потрясённо произнёс Алексей.

— Не кори себя, Алахей. В том нет твоей вины. Ты узнаешь об этом, когда пройдёшь наше врачебное обучение, — успокоил гуру, неторопливо отхлебнув из чашки.

Алексей некоторое время молча прихлёбывал чай, размышляя над такими важными сведениями. «Да уж. Сурово, но справедливо. А у нас врачи даже младенцам ошибочно руки-ноги по пьяни отрезают, и всё как с гуся вода. Ничего и никому не докажешь».

Глава 22

Неожиданная способность

Через несколько дней в деревне случилось одно неприятное событие. После завтрака Алексей и Ашок вместе спасались от жары в густой тени дворового дерева. Малыш, вытянув шею, увлечённо наблюдал за Алексеем, выстругивающим походным ножом игрушечную лодку из толстого куска коры.

В ворота забежал молодой и запыхавшийся индус и сходу начал кричать:

— Беда, беда! Хозяина укусила змея!

На пронзительные крики из дома вышел встревоженный Садхир.

— Успокойся. Кто твой хозяин и что с ним случилось, говори подробней, — твёрдо глядя в глаза впавшего в полный ступор слуги, спокойно поинтересовался гуру.

— Я Лочан, слуга уважаемого торговца Торила. Он только что зашел в амбар и страшно закричал. Когда я кинулся к нему на помощь, то увидел, что он лежит на земле и страшно кричит, держась за ногу, а ужалившая змея уползла куда-то к задней стене амбара. Моя госпожа Радха сразу же послала за помощью и заклинателем змей.

— Думаю, что помочь бедняге будет уже сложно, — мрачно сказал Садхир подбежавшему Алексею.

— Ашок, будь добр, принеси мне мою лекарскую сумку, — мягко обратился гуру к внуку.

Оставив протестующего Ашока во дворе, они проследовали за торопливым слугой к дому Торила. Внутри двора у амбара уже толпилась целая галдящая толпа взволнованных деревенских жителей. Увидев всеми уважаемого гуру, дружно расступились, давая проход к телу пострадавшего. Алексей последовал следом за стариком и сразу же увидел лежащего на земле скрюченного пожилого мужчину. По всей видимости, он был уже мёртв.

Гуру широко приоткрыл и тщательно осмотрел неподвижный зрачок мужчины, помрачнел лицом и взглядом указал Алексею на неподвижно распростёртое тело. Алексей присел рядом с трупом на корточки и пощупал шейную артерию бедолаги. Встретившись взглядом с гуру, отрицательно покачал головой.

— Где супруга хозяина, — обратился к людям Садхир.

Сквозь окружающую толпу с трудом пробилась напуганная полноватая женщина. Садхир бережно взял её за руку и, говоря что-то утешительное, отвёл жалобно запричитавшую женщину в сторону от толпы. Алексей с сочувствием глядел вслед в одночасье овдовевшей женщины. Поручив вдову подошедшим дворовым слугам, гуру вернулся к Алексею.

— Нужно вывести отсюда людей и отыскать ужалившую змею, — произнёс Садхир, строго глядя на Лочана, растерянно топчущегося рядом с Алексеем. Слуга, сглотнул кадыком, как бы проглатывая обременительную ношу и широко расставив руки, укоризненно склонив набок голову, шаг за шагом, начал вытеснять гомонившую толпу за ворота амбара. Внутри сразу стало намного тише.

— Алахей, я начну поиски змеи от дальней стены по ходу солнца, а ты двигайся ко мне навстречу от ворот, но будь осторожен и смотри под ноги, — предупредил старик, лавируя между штабелями мешков, направляясь в угол и внимательно разглядывая земляные полы, посыпанные белым песком.

Алексей зябко поёжился. Змей он всегда недолюбливал с самого детства, с момента, когда сильно напугал уж, неожиданно выползший навстречу из тёплой грядки. Смотря под ноги и заглядывая между штабелями мешков, Алексей начал медленный осмотр пола.

Неожиданно в ворота амбара решительно зашёл тщедушный босой старик, в набёдренной повязке, с большим мешком за спиной и тонкой крючковатой палочкой в морщинистых руках. Увидев бездыханного Торила, нерешительно остановился у самого входа.

— Ага, сам старый Сандип к нам пожаловал, — обрадовано поспешил к нему навстречу гуру.

— Знакомься, этот благородный муж — врачеватель Алахей, прибыл к нам из дальних краёв.

Индус, уважительно посматривая на зелёные усы чужеземца, поочерёдно поприветствовал Садхира и Алексея. Гуру коротко обрисовал ситуацию. Сандип тщательно осмотрел две синеющие точки на ноге погибшего, расстроено поцокал языком и низко пригнувшись, начал кругами ходить вокруг трупа, внимательно разглядывая песок. Садхир и Алексей с интересом наблюдали за ним.

— Это наш самый старый и опытный заклинатель змей, — шепнул гуру Алексею, стараясь не отвлекать от своего дела сосредоточенно рыскающего змеелова. Раз за разом увеличивая радиус кругов, Сандип неожиданно остановился, присел и тщательно осмотрел песок, плавно проводив взглядом найденный след ускользнувшей змеи. Он медленно приподнялся и сделал приглашающий жест рукой.

Осторожно двигаясь за змееловом, идущим по едва видимому следу змеи, они подошли к небрежно сваленной куче старых плетёных корзин в самом дальнем углу амбара. Сандип сделал предупреждающий жест рукой, останавливая идущих следом Садхира и Алексея. Змеелов положил свою хитрую палочку рядом и осторожно начал разбирать корзины, внимательно осматривая днище и поочерёдно откладывая их в сторону. Приподнимая очередную корзину, вдруг резко поставил на место и удовлетворённо обернулся к напряжённо смотрящим Садхиру и Алексею.

— Она там. Молодая кобра — нагиня, — восхищённым шёпотом произнёс он. Алексей совершенно не разделял восторгов змеелова. «Что на неё там смотреть, шарахнуть её со всей дури палкой по башке и выкинуть в кусты» — недоумевал он. Между тем, змеелов ещё больше удивил Алексея. Скрестив ноги, он уселся около корзины, неразборчиво произнося слова какой-то молитвы. С минуту пошептав заклинания, медленно приподнял двумя руками корзину и убрал в сторону. Кобра, спрятавшаяся под ней, мгновенно свернулась в тугой клубок и вытянула часть напряженного туловища вверх, образовав характерный капюшон сразу под узкой змеиной головой, уставив чёрный немигающий взгляд прямо на замерших людей.

Сандип начал медленно подводить зацеп на конце палки к самому капюшону змеи. Сделав резкое движение, ловко подсёк за туловище и быстро засунул кобру в мешок вместе с палкой. Обвязав мешковину верёвкой, покряхтывая, змеелов закинул мешок на плечо, вежливо попрощался с Алексеем и Садхиром и вразвалочку направился к выходу.

— Идём домой, Алахей, больше мы тут ничем не поможем — проводив змеелова взглядом, подвёл итоги гуру.

Алексей неторопливо шёл рядом с Садхиром по деревенской улице, размышляя над произошедшей трагичной историей. Многие вещи остались неясны.

— Гуру, позволь спросить тебя. А почему всё так сложно. Почему Сандип просто не убил змею. Она же умертвила ни в чём не повинного человека?

Садхир изумлённо приподняв брови, посмотрел на молодого ассистента. Вспомнив, что Алахей всё-таки нездешний и не знает многих обычаев, смягчился, и некоторое время шёл молча, обдумывая ответ. Собравшись с мыслями, старик начал неторопливый рассказ.

— Змея считается у нас священным животным. Убить змею, даже случайно, это очень тяжкий грех. Совершивший это считается проклятым и навсегда изгоняется из селения, дабы не навлечь на него гнев царицы змей — Манасы. В конце лета ты увидишь, как люди в деревне будут радостно отмечать Нагапанчами — праздник змей. Послушай старую легенду моего народа об этом празднике. Это было очень давно. Один старый земледелец в день Нагапанчами совершенно позабыл о древнем обычае и отправился на своё поле. Прокладывая борозду, он нечаянно раздавил детенышей кобры-нагини. Змея-мать это увидела и решила ему отомстить. Она проследила за ним, тихо заползла в дом, когда семья уже уснула и убила их всех, от мала, до велика. Потом кобра вспомнила, что одна из дочерей земледельца живет в соседнем селе. Горя жаждой справедливого мщения, она приползла и туда, но вдруг увидела, что молодая женщина всё приготовила к празднику, выставив за дверь цветы и угощение для змей — сладости и молоко. Кобра была очень великодушна и переменила гнев на милость. Сама женщина, увидев, что угодила змее, набралась смелости и попросила её оживить отца и остальных родственников. Змея выполнила её просьбу и оживила людей. Понимаешь ли ты теперь, Алахей, насколько ужасно для нас убить змею?

«Страшноватая история» — непроизвольно поёжился Алексей, утвердительно кивая.

— Кроме того, змея никогда не укусит человека напрасно. Значит, такова была его дхарма, — убеждённо произнёс старик. «Да уж. Карма упрямая штука. С ней не поспоришь» — задумался Алексей, вспоминая свои приключения. Скрюченный труп торговца всё равно упрямо стоял перед глазами. Алексей немного подумал и спросил:

— Скажи, о гуру. А может ли змея вползти и в ваш дом?

Старик некоторое время помолчал и спокойно ответил:

— Нет. Ещё мой дед Калидас построил этот дом. Тогда вокруг деревни было много болот и полы жилищ иногда заливало водой. Ты, наверное, заметил, что наш дом высоко приподнят над почвой на отвесной каменной основе?

Алексей обрадовано кивнул.

— С тех пор его перестало заливать водой. А змеи уже не смогут заползти на такую высоту. Поэтому, можешь об этом не волноваться, — снисходительно успокоил Садхир. «А дед Садхира был толковый мужик. Сдаётся мне, когда он строил свой дом, то его больше беспокоила вероятность быть укушенным змеями, чем немного поплавать в болотной воде»- облегчённо вздохнул Алексей.

На входе во двор их встретил Ашок. Прочитав немой вопрос в глазах внука, дед отрицательно покачал головой.

— Он умер. Мы уже ничем не смогли помочь ему, — вздохнул Садхир.

— Ашок, пойдём, доделаем лодку, — отвлёк малыша Алексей.

Вернувшись с малышом к прерванному занятию, Алексей, пытаясь отвлечь его и себя от грустных мыслей, немного заострил нос игрушечной лодки. На тонкую бамбуковую палочку приладил тряпичный клочок. Воткнул получившийся парус в середину лодки и протянул обрадованному малышу.

— Можно запускать, — отложив в сторону нож, пояснил Алексей.

Убирая руку в сторону, краем глаза заметил необычное зрелище. Его многократно проверенный походный нож, спокойно лежащий на земле, вдруг повернулся вокруг своей оси, словно стрелка компаса, следуя за движением руки.

Затаив дыхание, и не веря глазам, Алексей медленно крутанул пятернёй невысоко над ножом. Тот не прореагировал. «Похоже, у меня начались глюки от жары и нервов» — облегчённо перевёл дух Алексей. Желая ещё раз убедиться в адекватном поведении ножа, Алексей напряг мышцы пальцев и опустил руку на расстояние десяти сантиметров от ножа, немного подержал над ним ладонь и резко сдвинул в сторону. Нож послушно повернулся вслед за ладонью. «Ну и что это за финт ушами» — закрыв глаза и пытаясь собраться с мыслями, устало прислонился к стволу Алексей.

Он открыл глаза, твёрдо взял нож в руку и прислонил его плашмя к груди. Ощущая непонятную щекотку, с удивлением увидел, что нож послушно висит на груди. Ашок заворожено наблюдал за очередным фокусом Алахея.

— А меня научишь, — с надеждой в глазах спросил он.

— Не могу, — Алексей с сожалением отрицательно покачал головой. «Знать бы кто меня самого этому обучил» — прислушиваясь к своим ощущениям, подумал он.

— Пойдём с тобой лучше лодку проверим, — оставив нож висеть на груди, приободрил малыша Алексей.

Не обращая внимания на слуг, удивлённо таращивших на него глаза, Алексей с малышом прошёл через двор к небольшому выложенному камнем бассейну, около которого располагалась уютная бамбуковая беседка. В порядке эксперимента он наклонился над водой, надеясь, что настырная железяка всё-таки бултыхнётся в воду. Нож висел как приклеенный. Ашок позабыв про лодку, с интересом наблюдал за Алексеем.

— А мне можно попробовать, — робко спросил он, указывая на нож.

— Давай, — улыбнулся Алексей.

Малыш дотянулся до ножа, осторожно снял его с груди Алексея, повертел в руках, даже попробовал на зуб. Сделав несколько безуспешных попыток заставить нож висеть на груди, Ашок с сожалением повесил его обратно на Алексея.

— У меня пока не получается, — со вздохом заметил он.

— Ничего, у меня раньше тоже не получалось, — успокоил Алексей, протягивая руку за лодкой. «А даже удобно. Ножны теперь не нужны, а нож всегда будет под рукой» — иронизировал он, осторожно опуская лодку на воду.

Игрушка получилась на славу. Малыш, позабыв о фокусах с ножом, увлечённо надувал парус, гоняя лодку по краям бассейна. Глядя на его раздувающиеся щёки, Алексей порылся в кустах и протянул ему тонкий бамбуковый шест.

— На середине ты парус не надуешь, придётся толкать шестом, или самому по воде ходить, — пояснил он свои действия малышу. Идея пришлась Ашоку по вкусу, и он начал гонять лодку уже через весь бассейн, подталкивая шестом в случае необходимости. «И всё же, не наблюдал я за собой таких способностей раньше. Похоже, что молния подкузьмила. Хожу теперь, как магнит. Хотя, помню, по ящику для цветных картинок показывали разных чудиков. Один даже утюг на своей груди удерживал. Вот бы проверить, может и я на рекорд потяну. Хотя с такими шутками тут надо поосторожней. И так народ уже косится. Да и утюг создадут только через кучу веков» — погрустнел Алексей, наблюдая за суетящимся малышом.

Вечером, уже в спокойной обстановке, оставшись в обществе тихо мурчащего кота, Алексей выгреб из рюкзака все металлические предметы, проверяя свои вновь приобретённые способности. Алюминиевый котелок никак не желал прилипать к груди и громыхнулся сразу же, напугав шарахнувшегося кота. Притягивались только металлические блёсны и кинжал раджи, старые латунные блёсны категорически отказывались висеть, с печальным звоном падая на пол. Стоя в трусах посреди комнаты, любуясь на изобилие железа, поразвешанного на груди, вдруг вспомнил про дорогого Леонида Ильича Брежнева и громко расхохотавшись, начал собирать железяки обратно в рюкзак. Ещё всхлипывая от смеха, приласкал испуганного кота и завалился спать.

Глава 23

Гиблая пещера

Дни плавно потянулись своей чередой. Садхиру очень приглянулся подарок молодого ассистента, и теперь он частенько приглашал Алексея на чай. Экспериментируя со множеством местных специй, из которых Алексей узнал на вкус только ваниль, корицу, бадьян и кардамон, совместно с Садхиром решили остановиться на кардамоне. Потом в компанию постепенно втянулся маленький Ашок.

Сам Алексей постепенно пристрастился пить чай с мёдом, который раньше и на дух не переносил. Мёд добывали в джунглях у диких пчёл, он был здесь необыкновенно вкусный и духовитый. Тайком, пару раз он попробовал притянуть к руке термос, но тщетно. Видимо состав металла термоса отличался от блёсен и ножа.

Отдуваясь и распивая очередную чашку чая в приятной компании, Алексей было потянулся за очередной чашкой, как вдруг в покои почтительно вошёл слуга Рахул.

— Во двор прибыл уважаемый Викрам. Вместе с ним всадники раджи, — объявил он.

— Пригласи его сюда, — распорядился Садхир.

Буквально через минуту в гостевые покои вошёл управляющий раджи. Хозяин вежливо поприветствовал и пригласил к столу.

— Здравствуй уважаемый гуру Садхир, а также благородный Алахей. Прошу простить меня за столь бесцеремонное повторное вторжение. Но приключилась беда, и я приехал к вам за советом, — ловко садясь за стол, поприветствовал их Викрам бархатным с лёгкой хрипотцой голосом.

Заметив, как Алексей испуганно изменился в лице, Викрам мгновенно уточнил:

— Наш блистательный раджа и его семья живы и здоровы, да хранит их милость богов. Беда случилась с двумя лучшими воинами личной охраны раджи. Вы, наверное, знаете про гиблую пещеру, неподалёку от дороги в нашу деревню?

Внимательно слушающий гостя Садхир утвердительно кивнул, а Алексей весь обратился во слух.

— Так вот, — продолжил Викрам. Когда всадники раджи, Ракеш и Сурадж сегодня рано утром возвращались из дворца раджи к себе домой, на них неожиданно напал кем-то подраненный тигр. Кони от испуга встали на дыбы и сбросили седоков. Сурадж при падении ненадолго лишился чувств. Когда очнулся, то услышал раздающийся из пещеры яростный рёв тигра и крики отбивающегося Ракеша. Ракеш вдруг внезапно затих, а следом замолчал и тигр. Сурадж подумал, что они убили друг друга и зашёл в пещеру. Там было очень темно, а он был без факела. Тогда он прибежал за помощью во дворец. О происшествии узнал сам раджа. Он тут же собрался туда и взял воинов на подмогу. В пещере обнаружилось странное, неспроста она слывёт среди людей дурным местом…

Викрам сделал паузу, глотнув немного горячего чая, и продолжил.

— Когда двое воинов раджи зажгли факелы и, обнажив оружие, вошли вглубь пещеры, их факелы затухли, один за другим, а сами они почувствовали, как невидимая рука сдавливает горло. Они едва успели выскочить наружу, боясь задохнуться. Наверняка это вход в царство ужасного Раваны, иначе бы пещеру так не сторожили призрачные демоны, — закончил рассказ Викрам, потянувшись за новой чашкой чая.

Ашок тихо сидел и слушая страшный рассказ, боялся даже пошевелиться. Неожиданно он встрепенулся и испуганно посмотрел на деда. Садхир неторопливо пожевал губами и спокойно заметил:

— Люди давно рассказывают плохое об этой пещере. Я сам, ещё в далёком детстве, слышал от своего отца и деда рассказы о том, что в ней пропадают люди, а другие, которые шли к ним на помощь, не возвращались назад.

Алексей с интересом задумался над жутковатым рассказом. Сопоставив факты, быстро догадался о причине удушья людей и тушения факелов. Желая уточнить некоторые неясные моменты, обратился к Викраму:

— Уважаемый Викрам, скажи, а пещера наверняка уходит вниз, а не вверх?

— Да, так оно и есть, — уважительно посмотрел на него Викрам.

«Понятно. Скорее всего, внизу пещеры скопился углекислый газ. Если бы там был метан, то он бы сразу рванул так, что этих воинов с факелами потом ложками со стен отскребали» — определился с выводами Алексей.

— Благородный Алахей, так ты знаешь, что произошло в пещере? Ты можешь помочь нам вытащить Ракеша? — с надеждой спросил Викрам.

— Я могу лишь о том догадываться, но попробую, — задумчиво ответил Алексей.

— Скажи, а что для этого нужно?

— Мне надо будет определиться на месте. А пока нужны мотки очень тонких, но крепких верёвок и несколько больших пустых кожаных бурдюков, в которых перевозят свежую воду, — немного поразмыслив, ответил Алексей.

— Я еду с вами, вдруг потребуется моя помощь, а к тому же, я хочу осмотреть воина, упавшего с коня, — решил гуру.

— Сердечно благодарю вас, я буду ждать во дворе, — приложил руку к сердцу Викрам и решительно направился к выходу.

— Дедушка, возьми меня с собой, — вдруг подал голос Ашок.

— Нет, это может быть очень опасно, — отрезал дед.

— Ну, дедушка, как же я тогда стану настоящим целителем, как все вы, если я всё время буду сидеть дома! — в отчаянии вскрикнул малыш.

Дед удивлённо посмотрел на внука.

— А ты прав, Ашок, — гуру ласково погладил внука по голове.

— Хорошо, поедем вместе, но чтобы ты от меня ни на шаг! — строго посмотрел он на просиявшего внука.

Вернувшись к себе в комнату, Алексей тщательно зашнуровал берцы и переоделся в камуфляж. Задумчиво покрутил прилипающий к руке походный нож, немного поколебался и засунул в поясной чехол. Затем, порывшись в рюкзаке, вытащил светодиодный фонарик и, проверив батарейку, засунул в брючный карман. «Теперь вроде бы готов» — собрался с мыслями Алексей и решительно направился во двор.

Быстро погрузившись в повозку, они выехали со двора. Проехав уже знакомым Алексею маршрутом, возничий свернул на полдороге в едва заметный просвет среди деревьев. Ещё минут через двадцать показалась старая, заросшая коренастыми деревцами скала. Возничий плавно остановил повозку, которую сразу же окружили воины раджи, помогая спуститься прибывшим. Алексей спрыгнул сам и, разминая ноги, прошёлся по поляне. К нему поспешил Викрам.

— Сам раджа расположился вон там, в тени, — махнул он рукой, указывая направление.

— А где Сурадж? — поинтересовался подошедший к ним Садхир с внуком.

— Все воины там, рядом с походным шатром Вишала. Я уже послал всадников за верёвками и бурдюками, они скоро будут здесь, — пояснил Викрам.

Подойдя к лёгкому шатру, Алексей увидел вольготно восседающего раджу в окружении мягких подушек, лежащих на большом ковре, расстеленном прямо на земле. Неподалёку от шатра расположились его воины, жарившие на костре освежёванную молодую антилопу.

— Ага, уважаемый Садхир! Благородный Алахей! — с распростёртыми руками поспешил к ним радостный Вишал.

— Как здоровье маленького Алахея? — улыбаясь, после взаимных приветствий, поинтересовался Алексей.

— Отменное, сын растёт прямо на глазах, — восторженно откликнулся раджа.

— Старая Сандхия сказала мне по секрету, что у тебя очень лёгкая рука, Алахей, — наклонившись, прошептал он.

— Без мудрых советов моего наставника, я был бы беспомощней твоего новорождённого сына, — смущённо взглянув на улыбнувшегося похвале гуру, скромно произнёс Алексей.

— Ну да, — хлопнув его по плечу, захохотал раджа.

— В любом случае, я рад снова вас видеть, хотя повод для нашей встречи скорее печальный. Викрам уже рассказал вам, что здесь произошло? — становясь серьёзным, поинтересовался раджа, делая приглашающий жест в шатёр.

— Похоже, что пещера опять взяла свою новую жертву, — скорбно произнёс Садхир, усаживаясь поудобнее. Ашок робко примостился рядом.

Некоторое время они посидели молча, думая о своём. На дороге появилось двое торопливо скачущих всадников. Проворно спешившись, они сняли со своих скакунов вьючные мешки и направились к скале. В шатёр тихо вошёл Викрам.

— Воины уже прибыли. Они привезли всё необходимое, — пояснил он.

— Я пока осмотрю Сураджа, — поднялся со своего места Садхир.

Викрам вышел из шатра, зычно окликая воина по имени. Тот послушно оторвался от толпы негромко переговаривающихся у костра воинов и быстро направился к шатру.

— Гуру заинтересовался твоим здоровьем после твоего падения с коня, — пояснил ему Викрам. Почтительно поздоровавшись, Сурадж безропотно дал старику осмотреть себя. Садхир, удовлетворённый результатом, вопросительно посмотрел на Алексея.

Алексей вплотную подошёл к молодому воину, который оказался наголову ниже его и тщательно вгляделся в его карие глаза. Воину стало немного не по себе от пристального затягивающего взгляда зелёных глаз высокого чужеземца, про которого ходили разные слухи. Внезапно ему показалось, что его верная сабля будто бы шевельнулась и потянулась к незнакомцу. Сурадж непроизвольно придержал её рукой. «Почудится же такое» — с испугом подумал он, пытаясь расслабить напрягшиеся мышцы.

— Дай мне свою руку, — буднично произнёс Алексей. Он сразу сообразил, что воин тоже почувствовал самостоятельное движение своей сабли. «Надо бы мне научиться как-то поосторожней обращаться с железом. Привлекут тут ещё за колдовство, потом вовек не отмажешься» — между делом промелькнуло в голове.

Сурадж собрался с духом и решительно протянул ему правую руку. Алексей закрыл глаза, считая немного учащённый пульс воина и определяясь с диагнозом. «Да, видок бледноватый. Похоже, что лёгкое сотрясение всё-таки есть. Но парень храбрится» — отпуская руку и открывая глаза, подумал он. Чувствуя лёгкое жжение, сохраняющееся в руке после прикосновения чужеземного врачевателя, воин смущённо переминался с ноги на ногу.

— Ты чувствуешь тошноту? — утвердительно спросил его Алексей.

— Да, — ответил удивлённый Сурадж.

Алексей повернулся к Садхиру, внимательно наблюдающим за работой своего ассистента.

— Воин немного ушиб голову. Ему нужен покой, — вынес свой окончательный вердикт Алексей.

Гуру удовлетворённо кивнул, соглашаясь с диагнозом.

— А теперь вместе пройдём к пещере. Нас уже ждут, — поторопил их Викрам.

Поспешив за Викрамом, они увидели задумчивого раджу, который, сложив могучие руки на груди, неторопливо прохаживался рядом с зияющим чёрнотой провалом подземелья. Рядом со входом на траве лежало несколько солидных мотков крепкой верёвки и свёрнутых кожаных бурдюков. Воины раджи широким полукольцом оцепили вход.

Алексей сделал пару шагов внутрь пещеры и принюхался. «Да тут, похоже, ещё и сероводорода полно» — поморщился он, унюхав характерный запах тухлых яиц.

— Ну что скажешь, Алахей? — пытливо спросил его Вишал.

— Мне ещё будут нужны два факела, — задумчиво вглядываясь в темень подземелья, произнёс Алексей. Викрам согласно кивнул головой и зычным голосом отдал воинам необходимые распоряжения.

Пока воины готовили факелы, Алексей решил заняться подготовкой бурдюков. Критически осмотрев их, выбрал из них две пары, выглядевших понадёжней. Затем в несколько приёмов надул их один за другим, чувствуя, как от сильного притока кислорода слегка закружилась голова.

Когда Алексей разобрался с мешками, к нему подошёл взволнованный Садхир, держа внука за руку.

— Алахей, ты уверен в том, что ты делаешь, ведь из пещеры ещё никто не возвращался назад, — тихо спросил старик, тревожно глядя Алексею в глаза. Ашок, потрясённый словами деда, непроизвольно крепко сжал его ладонь.

— Я думаю, что всё будет хорошо. Раньше я уже встречался с подобным, — успокоил Алексей, вспоминая, как на заставе пришлось вытаскивать из погреба с зимовавшей капустой двух нечаянно задохнувшихся там солдатиков-первогодков. Правда, самому работать пришлось в изолирующем противогазе. Потом ещё долго снились синюшные трупы ребят. По факту гибели военнослужащих разборки в части были нешуточные, на самом высоком уровне. Командиру потом нервы помотали изрядно, даже в госпиталь попал с язвой.

Воины быстро соорудили солидные факелы и полили их пальмовым маслом. Два готовых факела сразу же передали Алексею, а третий, уже горящий факел один из воинов терпеливо держал в руке, застыв у самого входа. Алексей придирчиво осмотрел факелы и быстро надел на голову налобный фонарик.

— А что это, — удивлённо спросил раджа, указывая ему на лоб.

— Это моя особая лампа, творение искусных восточных мастеров. Она ярко светит без огня, подобно светлякам, резвящимся в ночи, — уклончиво объяснил Алексей, вспоминая свою покупку фонарика китайского производства в туристическом магазинчике.

— А зачем тогда тебе нужны факелы, ведь они всё равно сразу погаснут в пещере, — заинтересовался раджа.

— Хочу проверить одну вещь, прежде чем далеко заходить туда, — вешая пару воздушных мешков сзади на поясной ремень, произнёс Алексей.

— Я быстро, — заверил он, зажигая факелы и сделав несколько глубоких вдохов. Задержав дыхание, Алексей плавным шагом двинулся внутрь пещеры, экономя кислород и отсчитывая шаги. Удерживая один факел на уровне пояса, а другой на уровне головы, старался определить высоту слоя углекислого газа в пещере. В неровном колеблющемся свете факелов виднелись в изобилии лежащие на осклизлом полу пещеры полуразложившиеся трупы задохнувшихся мелких животных, прельстившихся мнимым приютом подземелья. Повсюду валялись старые, обильно покрытые плесенью кости.

Нижний факел плавно потух уже на десятом шагу, верхний продержался на пятнадцать шагов больше. Отметив в затухающем свете неясные очертания неподвижно лежащих тел здоровенного тигра и человека шагах в десяти впереди, Алексей отбросил в сторону ненужные более обгоревшие черенки. Врубив фонарь, торопливо отстегнул от пояса первый бурдюк с воздухом, сделал из него пару вдохов живительного воздуха и быстро вышел с ним наружу.

Глядя на яркий свет, исходящий из странной вещи на лбу Алахея, воины удивлённо загомонили. «Значит до трупа около сорока шагов, а воздух для человека моего роста становится полностью непригодным для дыхания уже в двадцати шагах от входа» — выключая фонарь и вдыхая полной грудью ставший удивительно вкусным воздух джунглей, прикинул он.

— Ну что там? — шёпотом поинтересовался раджа, заинтересованно поглядывая на фонарик.

— Я не дошёл до трупов тигра и человека около десяти шагов, — с трудом успокаивая дыхание, ответил Алексей.

— Ты разглядел того, кто убил их? — спросил раджа, c волнением теребя в руках темляк сабли.

— Нет, это явление вообще невозможно увидеть. Оно бесплотно и неосязаемо. Когда вытащим труп Ракеша, я всё расскажу подробно, — успокоил Алексей, занявшись подготовкой верёвки.

Он ловко сделал узел на конце и вручил заинтересованному Викраму. Сделав ему знак оставаться на месте, разматывая за собой верёвку на ходу, Алексей отсчитывал шаги и остановился на пятидесятом, с запасом, шаге. Решительно отрезал лишнюю часть и, сделав петлю, стал сноровисто наматывать верёвку через локоть на ладонь, возвращаясь обратно. Воины с интересом следили за его действиями. Алексей подошёл к Викраму и, показав аккуратный моток, деловито спросил:

— А она точно выдержит вес человека?

— Можешь быть в этом уверен, наши воины усмиряли ею даже самых бешеных диких жеребцов, — успокоил Викрам.

— Я дам тебе в помощь двух моих самых храбрых воинов, — решительно встопорщив усы, произнёс подошедший к ним раджа. Воины стоящие рядом, тревожно переглянулись.

— Уважаемый Вишал. Я очень благодарен тебе за помощь, но прошу тебя оставить твоих воинов здесь, помочь вытаскивать труп. Посуди сам. В пещере нет ничего живого и оружие там не поможет. Воины просто не смогут мне помочь, потому что не знают, с чем придётся столкнуться. И вместо одного трупа ты можешь получить сразу три, — призвав на помощь всё своё красноречие, с жаром пояснил Алексей.

— Будь по-твоему, пусть помогают здесь, — уступил раджа.

Алексей благодарно кивнул и вручил Викраму свободный конец верёвки. Подвесил на пояс новый воздушный бурдюк и двинулся к подземелью. У самого входа в пещеру несколько раз глубоко вдохнул, с усилием двигая диафрагмой, чтобы полностью провентилировать лёгкие. Дождавшись, когда в ушах слегка зашумело, Алексей сделал глубокий вдох, включил фонарик и, подхватив верёвку, решительно пошёл внутрь пещеры, разматывая её за собою на ходу.

Быстро миновав старые кости, перешагнув через тигра, Алексей подошёл к лежащему навзничь трупу и невольно восхитился мужеством воина, не бросившего оружие даже мёртвым. Выдернув мешающую саблю из мёртвой руки, неожиданно ощутил как она, ласкаясь словно кошка, прильнула к своему новому живому хозяину. Чувствуя странную мольбу оружия, которое словно бы не хотело навечно остаться в этом безжизненном холодном подземелье, Алексей быстро вложил её в ножны мёртвого хозяина.

Удерживая мертвеца приподнятым, оперев на своё полусогнутое колено, торопливо накинул верёвочную петлю на безвольное тело и затянул под мышками трупа. Вдохнув свежего воздуха из мешков, сжигая последние остатки кислорода, с усилием протащил мертвеца над тигром, и, бросив его, почти побежал к выходу. У самого выхода Алексей всё-таки не выдержал и судорожно вдохнул вонючий воздух подземелья.

Кашляя и отплёвываясь, пробкой выскочил из пещеры. При его шумном и неожиданном появлении воины мигом выхватили сабли, но узнав его, быстро успокоились. Ашок, вздрогнувший при появлении Алексея, вырвался из руки деда и радостно бросился к живому Алахею. Сам Садхир, с напряжением ожидая возвращения своего лучшего ученика, облегченно перевёл дух.

Алексей некоторое время бурно восстанавливал дыхание, согнувшись и уперев обе руки в колени, чувствуя себя так, как будто бы только что спринтерски пробежал целую четырёхсотметровку. Почувствовав себя более-менее сносно, вырубил фонарь и медленно распрямился.

— Ну ты и силён, — восхищённо протянул раджа, хлопнув его по плечу. Алексей улыбнулся в ответ и машинально почесав место удара, снял и засунул фонарь в карман.

— Уважаемый Вишал. Теперь можно вытаскивать труп Ракеша. По пути спина трупа немного обдерётся, но другого способа забрать его из пещеры я не вижу. Это был очень храбрый воин. Он погиб, но так и не выпустил из рук своего оружия. Я сам вложил саблю ему в ножны, — пояснил он радже.

Выслушав, Вишал выбрал пятёрку воинов покрепче и коротко объяснил суть задачи. Поплевав на руки, они крепко ухватились за верёвку и сноровисто, без рывков перехватывая, плавно вытащили погибшего товарища наружу. Остальные воины тихо подошли и в скорбном молчании окружили мёртвое тело.

Раджа потемнел лицом, подошёл к телу Ракеша и начал тщательно осматривать.

— Так что же убило моего молодого и сильного воина? Я сам не силён во врачебном деле, но даже я понимаю, что его раны были не смертельны, — с трудом подавляя гнев, обратился он к Алексею.

— Если говорить правду, то никто и ничто. Внутри пещеры нет злых демонов или бесплотных духов. Каждый, кто заходит вглубь пещеры, будь то человек или животное, делает неосторожный вдох и сам убивает себя, — тихо объяснил Алексей. Окружающие воины, затаив дыхание, слушали каждое слово странного молодого чужеземца. Даже сам Садхир с профессиональным интересом прислушивался к словам Алахея, так просто объяснившим загадку жуткой пещеры.

Раджа в изумлении уставился на Алексея. Он даже и не слышал о таком жестоком способе убийства.

— Как это можно убить самого себя одним лишь только вдохом? — удивлённо спросил Вишал.

— Мы все настолько привыкли дышать воздухом, что даже и не задумываемся о нём, когда делаем вдох. Воздух, который находится в пещере, очень коварен. Он совсем не пригоден для дыхания. Человек или животное заходит внутрь, делает несколько шагов и лишается чувств. Но если его быстро вытащить наружу, то ещё можно будет спасти. Твоим оставшимся в живых воинам ещё очень повезло, что они сразу повернули обратно, иначе они бы тоже присоединились к Ракешу, — пояснил Алексей, кивая на мёртвое тело.

— Тогда как же ты сам прошёл внутрь и вернулся живым обратно? — изумился раджа.

— Я с самого начала догадывался о коварстве пещеры и поэтому, начиная от входа в подземелье, затаил дыхание и не вдыхал внутри неё отравленный воздух. К тому же я сделал запасы пригодного для дыхания воздуха в бурдюках. Из них я и дышал внутри пещеры, — пояснил Алексей.

— Знаешь Алахей, временами мне кажется, будто бы ты не юный учёный муж, а убелённый благородной сединой старец, — задумчиво произнёс Вишал. Садхир внимательно слушающий разговор, машинально кивнул головой, соглашаясь с мнением раджи.

Вишал ещё с минуту склонив голову постоял над телом мёртвого воина. Его нахмуренное поначалу лицо медленно прояснилось.

— Викрам, — резко окликнул он своего сподвижника. — Сколько людей осталось в его семье без кормильца?

— Старые родители, жена, сын — подросток и две маленьких дочери, — немного подумав, ответил Викрам.

— Отвези тело родственникам. Передай его семье золото. Я хочу, чтобы они ни в чём не нуждались, — жёстко скомандовал ему Вишал. — И вот ещё, передай его сыну саблю погибшего отца, — неожиданно мягко добавил он, протягивая оружие воина.

Викрам почтительно склонил голову, принял саблю в свои руки и зычно скомандовал воинам. Те бережно подхватили на руки погибшего товарища и перевалили через круп нервно переступающего и шумно всхрапывающего коня, почуявшего на своей спине мертвеца. Рослые воины ловко вскочили в сёдла и медленно двинулись по дороге, уводя за собой на поводу коня с траурным грузом.

Алексей с неожиданным уважением посмотрел на раджу. «Эх, всё-таки не ошибся я в хорошем мужике. Вот что значит настоящий командир. Теперь каждый воин будет знать, что даже после его смерти семья не останется нищей. Такому будут служить не за страх, а на совесть» — с горечью подумал он, вспоминая брошенных на произвол судьбы семьи погибших офицеров в своём прошлом будущем.

Проводив траурную процессию, раджа повернулся и начал тепло прощаться с Садхиром и Алахеем, провожая в повозку. Алексей, ещё находясь под сильным впечатлением заботы раджи о своих воинах, неожиданно остановился и вытащил из кармана фонарь.

— Уважаемый Вишал. В своей жизни я видел много разных правителей. Но мало кто из них был способен так сопереживать своим людям. В знак личной приязни я хочу подарить тебе на память эту вещь, ведь она тебе приглянулась, — с улыбкой протянул фонарь радже.

Тот обрадовался подарку словно ребёнок, крутя в руках необычную вещь.

— Эта лампа зажигается так, — пощёлкал кнопкой питания Алексей. Если ей пользоваться нечасто, то она прослужит тебе очень долго, — пояснил он сияющему радже, вспоминая про мощные алкалиновые батарейки фонаря.

— Спасибо тебе за всё, Алахей, — неожиданно серьёзно произнёс Вишал, сжимая фонарик в руке. Проводив повозку, Вишал ещё долго в глубокой задумчивости глядел вслед. Оставшиеся воины тихо стояли рядом, не решаясь потревожить раджу.

Несколько минут Алексей ехал молча, обдумывая произошедшие события. Садхир и Ашок тоже погрузились в печальные размышления.

— Гуру, а можно спросить тебя о радже? — неожиданно прервал молчание Алексей.

— Конечно. Я поведаю тебе все, что знаю о нём, — оторвался от грустных мыслей Садхир.

— Я знавал ещё его отца, раджу Чампаканагара. В то время он ещё не был очень богат. Вишал родился поздним единственным ребёнком в семье. Потому отец его очень баловал. Когда Чампаканагар трагически погиб на охоте, его вдова Индира смогла отправить молодого сына Вишала на службу в личную гвардию самого магараджи Ашоки, тогда ещё тоже очень молодого.

В то время я уже закончил обучение в Таксиле и был одним из лекарей во дворце магараджи. Когда я узнал, что Вишал мой земляк, то очень обрадовался. С тех пор мы и подружились. Потом магараджа собрал бесчисленное войско и пошёл войной на соседнее с нами государство Калинга. Сеча там была страшная. Иногда я не спал несколько дней и ночей подряд, зашивая раненых и ампутируя изуродованные конечности.

— А ты что думал, — ухмыльнулся в бороду старик, глядя на удивлённое лицо Алексея. — Думаешь, я всю жизнь был тихим деревенским лекарем, принимающим роды?

— Нет, — воодушевлённо продолжил он. В то время хирургия была очень востребована. Сам магараджа заметил мои успехи во врачебном деле и приблизил меня к себе. Так я и стал личным лекарем магараджи Ашоки. Кстати, мой самый младший внук был назван именно в его честь, — усмехнулся гуру, глянув на задремавшего под мерное поскрипывание колёс повозки малыша.

— Так вот, — продолжил гуру. Вишал был одним из первых воинов, кто ворвался во дворец их правителя. Будучи сам весь израненный, истекая кровью, он яростно пробивался сквозь полчища врагов. Потом я сам зашивал его раны, опасаясь, что не смогу выходить воина. Сам магараджа узнал о его мужестве и наградил несметными богатствами. Когда Вишал смог самостоятельно передвигаться, то вернулся с сокровищами назад к себе во дворец.

— Ну а его дальнейшую историю ты уже знаешь, — улыбнулся старик. Алексей невольно улыбнулся в ответ, неожиданно вспомнив в деталях, как раджа снимал стресс во время родов молодой жены и удирающего от его праведного гнева расфуфыренного павлина.

Глава 24

Траурная церемония

Вечером перед сном в памяти Алексея опять всплыли трупы погибших ещё тогда, в будущем времени ребят, потом воспоминания плавно переключились на храброго Ракеша, так нелепо погибшего в пещере. Пытаясь хоть немного расслабиться, Алексей присел на кровати, взял на колени сонливого растёкшегося кота и начал почёсывать ему за ушами, задумчиво глядя на едва мерцающий огонёк ночной лампы. Поначалу безучастно лежащий кот постепенно проснулся и начал громко мурчать, совсем как старый тарахтящий холодильник «ЗиЛ», который за давностью лет родители перевезли из дома на дачу.

Постепенно расслабившись, перебирая пальцами мягкую шерсть за ушами кота, Алексей с удивлением почувствовал, что в ладони каким-то странным покалыванием ощущаются контуры кошачьей головы. Решив проверить новые ощущения наверняка, медленно положил разомлевшего кота на кровать, плотно зажмурил глаза, несколько раз крутанулся, чтобы сбить себя с толку и, выставив ладони вперёд, начал поиски кота вслепую.

В области переносицы моментально возникло ощущение некоторой щекотки. Алексей вдруг необъяснимым чувством осознал окружающий объём и расстояние до стен помещения. Немного насладившись новыми непонятными ощущениями, продолжил поиски кота. Ориентируясь на изменения степени покалывания в пальцах от окружающих предметов, мягко передвигаясь по комнате, Алексей внезапно ощутил, что точно чувствует впереди себя живую материю. Уверенно наклонившись, он прикоснулся к пушистому мягкому тельцу кота. Постепенно в мозгу возникло объёмное изображение комнаты в серых полутонах, словно в предрассветной мгле.

Проведя ещё пару успешных опытов, Алексей открыл глаза и растерянно прилёг рядом с довольно мурчащим котом. «Выходит, всё это правда, хоть у нас и расплодилась тьма-тьмущая всяких паразитирующих шарлатанов-экстрасенсов, якобы чувствующих руками и обильно стригущих деньги на этом деле. Хотя, собственно, что мне теперь это знание даст» — немного успокоившись, рассудил он, уложив кота на край кровати и постепенно засыпая.

Утром после завтрака его остановил мрачновато-торжественный Садхир.

— Алахей, сегодня вечером семья Ракеша просит нашего присутствия на похоронном обряде. Туда прибудет сам Вишал и его воины. Слуга принесёт тебе подобающую траурную белую одежду.

Алексей внимательно посмотрел на него, понимая, что отказаться нельзя, согласно кивнул головой.

Когда начало темнеть, Алексей в компании Садхира и внука расположились на каменной площадке около реки и терпеливо дожидались начала траурной церемонии. Рядом тихо переговаривалась большая разновозрастная толпа мужчин. Заметив недоумённый взгляд Алексея, гуру наклонился к его уху и тихо пояснил:

— По нашим обычаям в похоронном обряде принимают участие только мужчины. Мать, жена и дочери погибшего, конечно же, тоже присутствуют, но в стороне от остальных.

Гуру указал взглядом на группу траурно одетых женщин с детьми, скромно ютящихся в сторонке около небольшой пагоды.

Место кремации представляло собой невысокую каменную платформу, в центре которой был вытесан ложемент для костра в виде прямоугольного корыта. Над ним возвышалась целая пирамида уложенных в несколько рядов дров, высотою с рост человека. Рядом с платформой стояли несколько высоких кувшинов с ароматическими маслами.

Вскоре со стороны деревни показалась неторопливо идущая большая траурная процессия. Тело погибшего уложили на бамбуковые носилки и завёрнули в белый саван. Носилки бережно несли четверо рослых воинов. Во главе процессии шёл сын погибшего, совсем ещё подросток. Время от времени он раздавал нищим милостыню и традиционные сладости. В другой руке он держал глиняный горшочек с горящими углями, от которых потом будет разожжён погребальный костёр. Вслед за носилками медленно двигались исключительно мужчины — родственники, раджа, Викрам и мрачные воины. Заметив Садхира и Алексея, Вишал мрачно поприветствовал их одним лишь взглядом и молча указал на место в процессии рядом с собой.

Тело Ракеша занесли и установили внутри пагоды. Воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая только редкими криками ночных птиц, доносящихся далеко из джунглей. Брахман, присутствующий на церемонии, торжественно воздел руки к небу и начал нараспев читать мантры, подготавливая всё ещё заточённую в умершем теле душу к новому возрождению.

Как не старался Алексей, всё равно не понимал из его речи ни единого слова, но, судя по тому, с каким вниманием Садхир слушал мантры, этот язык был ему понятен. Ашок насупив брови, тихо стоял рядом с дедом. Через несколько минут над телом совершили обряд последнего омовения. Воины дружно подхватили носилки и перенесли тело Ракеша на пирамиду из дров, положив ему на колени сандаловое бревно.

Сын умершего медленно подошёл к изголовью дровяной, обильно политой ароматическими маслами пирамиды и торжественно разжёг погребальный костер. Мгновенно занялось жаркое, почти пятиметровой высоты бешеное пламя, унося красные искры высоко в небо и ярко освещая собравшихся вокруг людей, окрашивая их белую одежду в кровавые полутона. Прощаясь с погибшим, процессия мужчин в траурном молчании медленно совершила ровно семь кругов вокруг погребального костра. Стоять у жаркого огня стало совсем невыносимо, поэтому Алексей и старик с малышом отошли от костра подальше.

— Вот и всё. Когда останки превратятся в пепел, брахман развеет его по ветру, дабы он навеки смешался со священной водой. Он поручает пепел от тела четырем стихиям: земле, из которой оно развивалось и сформировалось в человека и которая так долго питала его, чистому огню, забравшему его тело, дабы дух его также был очищен от всего греховного и мог попасть в вечное блаженство к Мокше, воздуху, которым он дышал и тем самым жил, воде, которая очищала его физически и духовно, поила его и теперь принимает его пепел в чистое лоно своё, — тихо и торжественно пояснил гуру Алексею.

Алексей неожиданно вспомнил про могильный курган, который он воздвиг над погибшим братом Ашока и воинами.

— Садхир, я должен сказать тебе тяжёлую вещь. Когда я хоронил брата Ашока и воинов, которых убило чудовище, то не разжигал погребальный костёр. Я смог сделать над ними лишь небольшой могильный курган, как принято хоронить погибших у нас, — виновато посмотрев на старика, произнёс Алексей.

Садхир коротко взглянул на него и немного подумав, ответил:

— Не печалься о том, Алахей. Они уже обрели своё искупление в последний миг своей жизни, завершив свои земные дела. Я говорил об этом с нашим брахманом.

Немного помолчав, старик добавил:

— Раз уж ты сам рассказал мне об этих трагических событиях, скажи, а как тогда тебе удалось победить свирепого одноглазого Малгуна?

Алексей немного задумался над ответом.

— Честно говоря, я пока сам не понял, что тогда произошло. Чудище загнало Ашока в узкую дыру у основания скалы. Я в тот момент оказался рядом и решил помочь ему. Но я был один и без оружия. Тогда я встал на краю высокого отвесного берега горной реки и привлёк внимание чудовища. Оно быстро подошло ко мне и замахнулось дубиной. В этот момент я запорошил его единственный глаз мелкими камнями. Чудище потеряло равновесие и разбилось о камни внизу. Сказать по правде, испугался я тогда жутко, даже руки и ноги тряслись, — коротко объяснил Алексей.

Садхир молча согласно покивал головой, мысленно сопоставив рассказ Алахея с историей, которую уже давно поведал внук.

— Наверное, боги очень благоволят тебе, Алахей, раз ты смог уберечься сам и спасти моего внука, единственного оставшегося в живых продолжателя нашего древнего рода. Хочу ещё раз сердечно поблагодарить тебя за это. Смалодушничай ты в тот момент, об этом всё равно бы никто и никогда не узнал. Но ты принял непростое и мужественное решение и победил, — голос гуру немного дрогнул.

Через некоторое время раджа тепло попрощался с родственниками Ракеша, остающимися у погребального костра и начал собираться домой во дворец. Вслед за ним двинулись Алексей и Садхир вместе с внуком.

Тихо переговаривающаяся толпа людей медленно двигалась от берега реки назад в деревню. Погрузившись в размышления о бренности бытия, Алексей изредка рассеянно поглядывал по сторонам. Неожиданно его внимание привлёк идущий сбоку странный паренёк. Ещё не понимая, что привлекло в этом обычном с виду молодом индусе, Алексей стал ненавязчиво его разглядывать. На вид ему было лет пятнадцать. «Ага. Всё ясно. Глаза и нервный тик» — догадался Алексей. Похоже, что парень был немного не в себе. Правая половина лица время от времени подёргивалась, а взгляд отдавал явным безумием. Садхир заметил интерес Алексея.

— Да, ты всё верно подметил. Это Лал, сын нашего знатного торговца Индержита, дальнего родственника Ракеша, — печально произнёс он, положив ладонь на плечо Алексея.

— К сожалению, боги не дали ему душевного здоровья. Он совершенно безвреден и свободно бродит по всей округе. В раннем детстве он был обычным ребёнком, но после перенесённой им болезни душевно занемог. В своё время его отец обратился ко мне за помощью. Я сделал для его сына травяной настой, который лишь смягчает приступы. Жаль, что душевные болезни неизлечимы, — с горечью закончил гуру.

Пареньку, который видимо, находился под впечатлением гигантского костра и массового скопления людей, стало намного хуже. Он упал на землю и забился в конвульсиях. Из рта пошла пузырящаяся пена. Ближайшие к нему люди испуганно вскрикнули и бросились в разные стороны. Его отец в отчаянии растерянно топтался рядом.

Садхир окликнул Алексея и поспешил на помощь к безумному.

— Прижми его тело и старайся удержать его голову, я поищу кусок палки, иначе он в судорогах откусит себе язык, — громко крикнул Садхир, торопливо обшаривая кусты. К месту происшествия уже спешили воины раджи с факелами. Алексей с некоторым опасением навалился на выгнутое, словно стальное, тело безумного. «Только эпилепсии нам ещё не хватало» — с испугом подумал он, с силой удерживая двумя руками голову бьющегося о землю безумного паренька и стараясь не обращать внимания на несвязные крики. Безумный, зажатый его руками, вдруг отчаянно вскрикнул и постепенно обмяк.

Изрядно запыхавшийся Садхир с куском палки в руках быстро вернулся к Алексею. За ним спешил испуганный Ашок и встревоженный Вишал с воинами.

— Что здесь произошло? — потребовал объяснений раджа. Его воины сноровисто оттеснили любопытных и застыли, освещая факелами пыльную дорогу.

— Я Индержит, а это мой безумный сын Лал, — дрожащим от волнения голосом, ответил отец, стоящий рядом с неподвижным телом сына.

— У него опять случился припадок, а я не знал, как помочь ему. Но хвала богам, рядом оказался наш уважаемый гуру Садхир и его чужеземный гость Алахей. Гуру посоветовал Алахею держать моего сына, чтобы он не покалечил себя, а сам начал искать палку, чтобы мой сын прикусил её зубами и не смог откусить себе язык. Когда Алахей сжал своими руками голову моего сына, он вскрикнул и затих, — торопливо объяснил он радже.

— Что с ним, почему он теперь неподвижен? — уже мягче спросил Вишал, указывая на лежащее тело.

Алексей недоумённо пожал плечами в ответ и пощупал пульс паренька.

— Не знаю, по-моему, он просто спит.

Раджа вопросительно посмотрел на Садхира. Гуру растерянно отбросил в сторону ненужную палку, которую до сих пор удерживал в руке и склонился над неподвижным телом. Приоткрыв глаз паренька, тщательно осмотрел зрачок, прислонился к его груди и прислушался к мерному дыханию. С чувством полного удовлетворения он медленно приподнялся и внимательно посмотрел на своего ученика, а потом повернулся к радже.

— Алахей прав. Лал действительно всего лишь крепко спит.

— Такое бывало с ним раньше? — обратился Вишал к испуганному отцу.

— Нет, обычно его успокаивают только лишь травяные отвары нашего уважаемого гуру. Но чтобы он просто заснул во время приступа, происходит впервые.

Вишал задумчиво посмотрел на Алексея. Потом указал рукой на спящего парня своим воинам.

— Возьмите беднягу и помогите отцу донести его до дома. Викрам, успокой людей, пусть расходятся по домам, — скомандовал раджа своему молчаливо стоящему рядом сподвижнику.

— А вам доброй ночи, друзья, — обратился он к растерянному Садхиру и Алексею. Ещё раз приветливо кивнув, в окружении воинов, решительно расталкивающих собравшуюся толпу, раджа быстро направился к ожидающей его неподалёку повозке.

Дождавшись, когда воины, несущие на руках крепко заснувшего парня скрылись с глаз, Садхир с внуком и Алексей неторопливо направились домой по редко освещённой деревенской улице. Когда взволнованно шушукающаяся толпа людей осталась далеко позади, Садхир задумчиво бредущий по дороге, прервал молчание.

— Скажи Алахей, а что ты на самом деле сделал с головой бедного парня?

Алексей, не ожидающий такого вопроса, несколько замялся, не зная, что можно ответить.

— Да, в общем-то, и ничего. Честно говоря, я первый раз вплотную сталкиваюсь с подобным душевным заболеванием, и всё сделал по твоему совету. Просто навалился на него и несильно удерживал его голову руками. Парень вскрикнул и обмяк. После этого он уснул.

— И всё? Никаких тайных заклинаний и колдовства?

— Лично я не верю ни в какое колдовство, — пристально посмотрев в глаза старику, укоризненно произнёс Алексей.

— Может и так, но некоторые вещи не зависят от нашей веры или безверия, — вздохнул старик.

— Прости Алахей, но я на какой-то миг усомнился в тебе. Когда ещё я проходил своё обучение, мой старый наставник рассказывал мне, что существуют люди, обладающие необъяснимой силой. Они могут как исцелять, так и убивать людей одним лишь только прикосновением. Но скажу честно, прожив свою очень долгую жизнь, я пока не повстречал таковых, — успокаивающе погладил гуру голову немного напуганного внука, внимательно прислушивающегося к разговору старших.

Остаток пути они провели в молчании. Добравшись до кровати, Алексей немного погладил кота, погрузившись в размышления. «А всё-таки очень интересно, этот безумный паренёк Лал напрочь вырубился от каких-то там моих необъяснимых магнитных штучек, или просто утомился брыкаться. Вроде бы сам я не прикладывал никаких усилий к этому процессу» — уже в полудрёме раздумывал он.

Глава 25

Уроки окружающего мира

Утром после совместного завтрака, спасаясь от ранней жары, сидя за столом в прохладных хозяйских покоях, Алексей за бесчисленными чашками чая вёл неторопливую беседу с Садхиром о северных холодных землях и народах, заселяющих их. Ашок раскрыв от удивления рот, молча слушал учёную беседу, даже позабыв своей давно остывшей чайной чашке.

— Прости, уважаемый Алахей, но это совершенно невозможно, — непривычно горячился старик, выслушав рассказ Алексея о жизни эскимосов.

— Уважаемый гуру, хоть это и выглядит непривычным для ваших мест, но это самая настоящая правда. Замёрзшая от жуткого холода вода там никогда не тает, а зимняя ночь длится непрерывно ровно половину года. Следующую половину года там царит нескончаемый день. Причём такое положение вещей сложилось в настолько стародавние времена, что иногда там находят давно замёрзших древних диковинных животных, которых видели только наши самые давние прапращуры. Ведь в вечной мерзлоте их тела совсем не подвергаются разложению и могут сохраняться веками.

— Как же тогда там могут произрастать зелёные растения. Ведь замёрзшая вода не может питать их корни. А как известно, растения основа нашей жизни. Ими питаются животные и люди. А если нет растений, то нет и животных, тогда чем же питаются эти странные люди, о которых ты мне рассказал?

— Берега их дальней страны омывает огромное холодное море. Хотя оно и очень холодное, но всё равно не полностью покрывается замёрзшей водой, из-за огромного количества содержащейся в ней соли. В этой солёной воде и живут морские животные, которые питаются морскими водорослями. Люди охотятся на морское зверьё с копьями и питаются одним лишь только их сырым мясом и жиром. Кстати, свои копья они делают из длинных и острых костей всё тех же морских животных. А плавают они на лодках, сделанных из их шкур.

— Хорошо, такое может быть. Но опять, Алахей. Рассуди сам, если здесь у нас день и ночь чередуются местами через равные промежутки времени, то как же они могут различаться в любом другом месте и длиться половину года. Ведь бытие для всех протекает одинаково, и для тебя и для меня, и так до самой мельчайшей букашки, ползающей по земле. Одним только лишь богам под силу менять течение времени. Алексей слегка вздрогнул при упоминании о времени и продолжил:

— Прости уважаемый гуру, но это так. Даже в тех северных местах, откуда я родом, зимой солнце лишь слегка приподнимается над горизонтом и быстро уходит прочь. Затем наступает долгая ночь. Длится она очень долго. А поздней весной, когда солнце начинает припекать и замёрзшая вода дружно тает и превращается в воду, всё происходит совершенно наоборот. День длится очень долго, а ночью настолько светло, что можно не зажигая лампы спокойно вдеть нитку в иголку.

— Кстати говоря, — Алексей неторопливо отхлебнул из чашки, готовясь удивить своего наставника.

— Когда-то, давным-давно даже здесь находился огромный слой льда, покрывающий землю, который простирался с севера далеко на юг, в страны, где живут люди с кожей, настолько чёрной, какой бывает самая безлунная ночь.

— Как же это стало тебе известно? — изумился старик.

— Наши учёные мужи изучают многие явления природы, по камням, по мельчайшему составу почвы они могут многое рассказать о земле, породившей их.

— Удивительно, насколько всеохватен и могуч может быть разум истинно учёного мужа, — восхитился гуру.

— Раз уж зашёл разговор о дальних южных странах, — усмехнулся в бороду старик. — Хочу поведать тебе одну историю, когда я впервые повстречался с людьми, цвет кожи которых чернее ночи. Помню, во времена, когда я был молодым лекарем во дворце магараджи, однажды тихим вечером я возвращался в свои покои. Коридоры дворца освещались тусклыми светильниками, и внутри царил полумрак. Вот тут-то я и столкнулся нос к носу с одним чёрным магрибинцем, служащим при дворце. В темноте я разглядел только белки его глаз и белую одежду. Приняв его за исчадие тьмы, я закричал от ужаса и позвал на помощь стражу, — засмеялся старик, с удовольствием вспоминая события своей давней молодости.

— Стража, конечно, быстро примчалась и схватила ни в чём не повинного юношу. Начальник стражи, узнав в чём дело, скорчился от смеха и повалился на мраморный пол дворца. Сквозь слёзы он кое-как объяснил мне, что этот юноша всего-навсего лишь один из помощников личного повара магараджи. Я тогда посмеялся вместе с ним, хотя признаюсь, поначалу мне было совсем не до смеха. Об этой смешной истории потом узнал сам магараджа Ашока и долго хохотал над моим провинциальным невежеством. Уже потом, когда я долгое время прожил в столице, я повидал много разных людей и чудес. Однажды я даже видел выступление группы бродячих людей, потешавших столичную знать. Они показывали на потеху почтенной публике своих совершенно ручных зверей, совершающих осмысленные действия, совсем как маленькие живые люди. Но больше всего меня поразила их громадная мужеподобная женщина с настоящей мужской бородой и усами. Такого противоестественного зрелища я больше не видел никогда в своей жизни.

Алексей вежливо улыбнулся и покивал головой в ответ. «Интересно, насколько бы он удивился, увидев наших трансвеститов, поменявших свой пол. Эх, вот что значит реальная жизнь, в отличие от нашей, искусственно надуманной и вывороченной. Мужчины здесь являются мужчинами, женщины — женщинами, хотя наверняка тайных извращенцев хватает и тут. Взять хотя бы того же знаменитого Калигулу, кстати, интересно, он уже есть, или ещё только будет. Впрочем, я думаю, что разговор с ними тут будет очень короткий. Никаких тебе гей-парадов на площади. Чик бритвой по горлу и в колодец» — мысленно усмехнулся Алексей, вспомнив крылатое выражение из любимого фильма.

— Многоуважаемый торговец Индержит просит принять его, — громогласно объявил вошедший в покои Рахул, прервав их учёную беседу.

— Пригласи его к нам, — негромко произнёс Садхир, бросив быстрый взгляд на немного взволнованного этим известием Алексея. «Чёрт, кабы не случилось чего страшного за эту ночь с его сыном» — тревожно подумал Алексей, дожидаясь прихода торговца. Ашок разочарованно вздохнул, словно оторвавшись от сказочного сна, решительно встал из-за стола и направился на улицу играть с друзьями.

Чуть не столкнувшись с ним в двери, почтительно поздоровавшись, в хозяйские покои робко вошёл Индержит, бросив опасливый взгляд на Алексея.

— Уважаемый, проходи к столу, поведай нам, что привело тебя сюда на этот раз, — спокойно произнёс Садхир, вежливо указывая правой рукой на стол.

Индержит неловко уселся, и некоторое время изумлённо разглядывал диковинный блестящий термос посреди стола, собираясь с мыслями.

— Уважаемые Садхир и Алахей. Прошу прощения, что потревожил вас в столь ранний час. Я пришёл рассказать вам о чуде, которое произошло сегодня с моим сыном. Могучие воины нашего милосердного Вишала, да продлятся вечно его дни, вчера вечером бережно донесли домой моего сына и даже помогли уложить на кровать. Лал проспал всю ночь, словно младенец. Я несколько раз за ночь поднимался к нему, чтобы проверить его сон. Когда взошло солнце, он открыл глаза и узнал меня, впервые за много лет, — голос Индержита неожиданно задрожал и прервался. Стыдясь своих чувств, он на несколько секунд отвернулся от мужчин. Вытерев мокрые глаза тыльной стороной ладони, собрался с духом и продолжил:

— И тогда я увидел, что взгляд моего единственного сына больше не безумен. Боясь напугать его снова, я тихо позвал супругу. Когда она вошла в покои, сын улыбнулся и назвал её мамой. Жена, увидев такое чудо, зарыдала у меня на груди. Лал поднялся с кровати и стал ходить по всему дому, разглядывая его так, словно бы видел его впервые. Супруга осталось с ним, а я пришёл сюда отблагодарить искуснейшего иноземного целителя Алахея за его поистине великое врачебное искусство.

Индержит торопливо порылся за пазухой и бережно положил перед ошеломлённым таким оборотом дела Алексеем коротко звякнувший объёмистый мешочек. Алексей озадаченно посмотрел на наставника. Похоже, что старик был удивлён случившимся не меньше ученика, ответив растерянным взглядом. Алексей вздохнул и решил взять инициативу в свои руки.

— Уважаемый Индержит. Я очень рад твоему счастью. Но к чудесному исцелению твоего сына я не прикладывал никаких усилий. Поэтому я не могу взять этой платы.

Торговец ошеломлённо посмотрел на Алексея.

— Но как? Ведь вчера вечером все люди видели, как ты сжал руками его голову, когда он бесновался. Сразу же после наложения твоих рук он вскрикнул и уснул. А сегодня утром он проснулся уже здоровым… — сбивчиво объяснил он.

— Тем не менее, это так, — Алексей был непреклонен.

— Уважаемый Индержит, — тихо вступил в разговор Садхир. — Наверное, сами боги сжалились над ним, вернув ему разум. Забери деньги назад и сходи вместе с супругой в храм. Вместе с ней воздайте богам щедрую жертву, — торжественно закончил гуру.

Индержит растерянно поморгал глазами, оглядел лица сидящих напротив мужчин и нерешительно потянулся за деньгами. Положив мешочек обратно за пазуху, он некоторое время помолчал, словно погрузившись в себя.

— Я всё понимаю. Недаром люди говорят, что… — неразборчиво пробормотал Индержит, неожиданно прервав свою мысль. Он вежливо попрощался и быстро покинул гостевые покои.

Садхир проводил его слегка недоумённым взглядом. Немного подумав, он обратился к ученику:

— Алахей, а у вас бывали случаи подобного исцеления?

— Честно говоря, я не очень разбираюсь в подобных душевных заболеваниях. У нас этим занимаются особые врачи, которые, по моему личному мнению, и сами не особо разбираются в этом предмете. Душевное здоровье человека вообще очень загадочная вещь, — задумчиво пояснил Алексей, ещё находясь под влиянием рассказа торговца о чудесном исцелении.

— Да, действительно, сегодня произошёл особый случай, мне обязательно нужно будет выбрать время и навестить паренька, — согласился гуру.

В покои неожиданно вбежал зарёванный Ашок, придерживая левую руку.

— А с тобой что случилось? — посуровел лицом дед.

— Я играл с ребятами и упал в кусты. Вот заноза болит, — внук обидчиво протянул деду руку.

— И всего-то? Нечего теперь реветь, ведь ты же будущий врач. Неси скорей сюда мою сумку — скомандовал ему дед, бросив мимолётный взгляд на рану.

Ашок быстро сгонял за сумкой с врачебными принадлежностями и поставил на стол перед дедом. Садхир тщательно разложил на столе чистую льняную салфетку, кусок белой ткани, маленькую склянку, небольшой скальпель и маленькую иглу. Затем разорвал несколько клочков ткани и тщательно смочил жидкостью из пузырька.

— Алахей, не мог бы ты попытаться подцепить и вытащить его занозу иголкой. Мои глаза, к сожалению, уже не настолько зорки, как бывало раньше?

— Конечно, о чём разговор, — удивился Алексей.

Благодарно кивнув, старик сноровисто протёр мокрой едко пахнущей тканью руки Алексея и внука. «Да, настоящих профессионалов видно во все времена. Хотя в тропических условиях даже самая пустяковая царапина может стать очень большой проблемой»- невольно восхитился Алексей, оценив проведённую стариком дезинфекцию, даже казалось по столь пустяковому поводу.

— Давай мне руку, — обратился Алексей к малышу.

Малыш гордый тем, что стал пациентом, протянул маленькую ладонь. Алексей внимательно рассмотрел деревянный кусочек, длиной около сантиметра, вошедший наискось глубоко в ладонь ребёнка. Левой рукой прижал запястье малыша к столу, а правой осторожно подцепил иголкой и попытался вытащить занозу. Ашок испуганно ойкнул. Алексей остановился и строго посмотрел на него. Малыш притих и закусил губу. Тогда Алексей сделал ещё одну попытку, на этот раз оказавшуюся успешной. Ловко вытащив занозу, осторожно положил на клочок ткани и вместе с воткнутой в ткань иголкой протянул клочок старику. Тот одобрительно пожевал губами, со всех сторон рассматривая злосчастную занозу и похвалил ученика:

— А весьма ловко, даже обошлось без разреза. Жалко, если бы всё же пришлось резать ему ладонь, обычно в таких подвижных местах рана заживает очень долго.

Ашок совершенно не разделял их восторгов, испуганно уставившись на ладонь. Из освобождённой после занозы подкожной полости выступила тёмная кровь.

— Ну, это совсем не беда, — укоризненно произнёс Садхир, вытирая внуку кровь клочком ткани и накладывая поверху лёгкую повязку.

Довольный тем, что всё так хорошо разрешилось, Алексей решил приободрить малыша, показав старый детсадовский фокус с отрыванием большого пальца:

— Смотри, Ашок. Я, например, могу совсем оторвать себе палец и даже крови не будет.

Алексей прислонил к груди левую ладонь, максимально спрятав внутрь последнюю фалангу её большого пальца. Сделав вид, что с усилием отрывает большой палец руки, скрытно приставил к ней фалангу большого пальца правой руки, собрав новый палец уже из частей двух рук. Потом на глазах оторопевших от такого необычного зрелища деда и внука, быстро подвигал вперёд-назад вдоль указательного пальца левой руки якобы оторванную фалангу, выглядывающую из полусжатого кулака правой руки, и быстро приставил назад на место, просто распрямив большой палец левой руки.

Старик и начисто позабывший о своей занозе Ашок зачарованно уставились на Алахея.

— Как такое может быть, Алахей? — потрясённо спросил Садхир.

Алексей улыбнулся, довольный произведённым эффектом.

— Ну конечно, на самом деле я ничего себе не отрывал. Это всего лишь простой обман зрения. Самое главное, куда и с какой стороны смотреть, — пояснил Алексей, медленно повторив действия. Сообразительный Ашок моментально ухватил саму суть фокуса и тут же попытался повторить. Убедившись, что даже с повязкой на руке фокус всё равно получится, Ашок восторженно закатил глаза и прошептал:

— Ну, я им такое покажу, — и гикнув, пулей выскочил из комнаты.

Проводив его взглядом, старик и Алексей непроизвольно переглянулись и дружно расхохотались.

— Да ты настоящий мастер иллюзий, Алахей, — довольно похвалил Садхир.

— Недаром Ашок рассказывал о вашем возращении назад столько невероятного. Непонятно как вы вообще нашли сюда дорогу. Ты ведь не знал нашего языка?

— Нет, но пришлось выучить. Ашок оказался очень способным учителем, — улыбнулся Алексей.

— Да, он непоседа из непосед, но очень толковый. Всё схватывает с первого раза, — ответил улыбкой старик.

— Скажи Алахей, а правда что ты действительно можешь заставить обыкновенные камни скакать по воде и не тонуть? — немного смущённо поинтересовался старик.

— Это наша обычная детская забава. Камни действительно можно бросить так, чтобы они недолго скользили по воде и не тонули. Для этого лучше всего подходят плоские и округлые камни. Я даже научил Ашока этому развлечению.

— Надо же, сколь всё это просто, но столь удивительно. Недаром многие необразованные люди в деревне даже опасаются тебя, Алахей, — вздохнул старик.

— А чего им меня опасаться. Я вроде бы никому не причинил зла?

— Большая часть из них никогда в своей жизни не покидала пределов нашей деревни. А уж увидеть здесь чужеземца со светлой кожей кажется для них совсем в диковинку. Большинство людей вообще устроены так, что всё отличающееся от обыденного кажется им непонятным и опасным, — с досадой произнёс старик.

— Да что там далеко ходить за примерами. Даже мой внук до сих пор, правда тайно, считает, что ты сам Ранутра.

— А кто это? — заинтересовался Алексей.

— Это наша древняя легенда о временах сотворения мира, обожди немного, сейчас я покажу тебе одну нашу очень старую книгу, — старик медленно поднялся и вышел из покоев.

Вернувшись с огромной книгой в богатом кожаном переплёте, старик торжественно водрузил её на стол.

— Вот, посмотри здесь, — медленно перелистывая слегка потемневшие от времени страницы с красочными рисунками и знаками неизвестной Алексею письменности, произнёс старик.

— Это Асуры, могучие соперники и враги богов, некогда низвергнутые с неба и превратившиеся в демонов.

Алексей с интересом вгляделся в изображение высокого обвитого зеленью усатого мужчины. На его плече сидел огромный зелёный рогатый хамелеон, почти точная копия Чучундрика.

— Многие люди считают хамелеонов маленькими злыми лесными духами — ракшасами, умеющими превращаться в человека, и, кстати, очень ядовитыми, — пояснил старик, указывая на рептилию.

— Но он же совершенно безвреден, — удивился Алексей.

— О том знаю я и немногочисленная образованная знать. Но попробуй объясни это нашим простым людям, — погрустнел старик. — Хамелеонов у нас боятся и почитают, почти так же, как их многочисленных родственников — ядовитых змей и жаб.

— Так уж совпало, что ты неожиданно появился в нашей деревне со своей безобидной зверушкой, в странной зелёной одежде, напоминающей Асура Ранутру. Тут же спас из воды и чудесным образом вернул к жизни маленького внука раджи Вишала. А ведь у нас многие люди даже близко боятся подходить к воде, опасаясь подводных духов — Апсаров. Вот поэтому люди и разносят о тебе разные небылицы. Кто-то считает тебя Ранутрой, кто-то странником из загадочной горной страны Шамбхалы, — вздохнул старик.

— Кстати, на твоей родине что-либо известно о ней?

— Одни лишь домыслы и слухи. Добраться туда обычному человеку практически невозможно, только лишь избранным. Считается, что там в огромных пещерах живут таинственные гуру, обладающие сверхъестественными знаниями. Если погибнет наш мир, то они будут основателями новой расы людей.

Внимательно выслушав его рассказ, старик надолго задумался.

— Несмотря на твою молодость, временами я сильно поражаюсь твоей образованности, Алахей. Чувствуется, что твоя семья смогла преподать тебе прекрасное образование. Это такая редкость в наше время. Обычно юноши в твоём возрасте предпочитают вести разгульный и праздный образ жизни.

Алексей смущённо улыбнулся столь лестной оценке, а старик воодушевлённо продолжил:

— Вот и наш просвещённый правитель Ашока хорошо понимает важность хорошего образования. Он направляет огромные средства на развитие медицины, постройку дорог и караван-сараев. Он даже основал специальную буддийскую школу Наланда. Не слышал ли ты о ней, Алахей?

Алексей на секунду задумался и отрицательно покачал головой.

— Я уверен, что ты ещё посетишь её, — успокоил его старик. — Сын написал мне в письме, что правителю уже намного лучше. Его действительно пытались отравить. В столице не всем по нраву пришлось его мудрое правление. Ах да, прости, ведь ты же ничего не знаешь об этих печальных событиях. Незадолго до вашего прибытия к нам прибыл гонец с известием, что царь очень плох и его пытались отравить. Как ты уже знаешь, правитель доверял мне своё здоровье ещё с молодости. Он знает и моего сына Сумана, известного специалиста по ядам и противоядиям. Вот поэтому сыну и пришлось спешно уехать в столицу присматривать за здоровьем Ашоки. Суман обещал вернуться сюда уже к осени. Ну а там вы уже все вместе поедете в столицу, как мы обговорили с тобой ранее.

Алексей благодарно кивнул в ответ.

— Ну вот и славно, — улыбнулся старик.

Глава 26

Неожиданное откровение

Деревня готовилась к большому празднику. Это было видно во всём. Улицы подметались особенно тщательно, около входа жилищ стали появляться красочные панно из живых цветов с изображением кобры.

После завтрака к Алексею подошёл торжественный Садхир.

— Алахей, послезавтра в нашей деревне будет проходить праздник чествования змей Нагапанчами. Однажды я уже рассказывал тебе о нём. Сегодня ближе к вечеру, когда спадёт жара, наш старый знакомец — заклинатель змей Сандип со своими молодыми помощниками отправляется в ближайшие окрестности нашей деревни ловить змей для праздника. Не хотел бы ты посмотреть на это захватывающее зрелище?

— Честно говоря, я ещё с детства очень боюсь змей, хоть у нас там и было их очень мало, — непроизвольно поёжился Алексей.

Старик немного огорчился.

— Я хорошо понимаю тебя. Детские страхи самые сильные. Порой человек носит их в себе всю свою сознательную жизнь. Что ж, не буду тебя неволить. Просто я хотел захватить с собой тебя и Ашока, чтобы вы увидели самое начало подготовки к столь красочному торжеству.

— Гуру, а не будет ли опасно брать с собой маленького ребёнка?

— Что ты, Алахей. Я бы не стал участвовать в торжествах, будь они столь опасны, и тем более приглашать тебя и внука. Раньше я всегда брал с собой моего тогда ещё маленького сына Сумана. Конечно, мы не будем даже прикасаться к змеям. Их будет ловить опытный Сандип и его молодые помощники, которым он передаёт свои навыки. Мы будем лишь простыми наблюдателями. Кроме того, для ходьбы по лесу у нас будет плотная одежда, защищающая от укусов змей и насекомых, впрочем, не тебе рассказывать о нужной одежде, — усмехнулся старик.

Алексей ненадолго задумался. «Ну, если расклад такой, да плюс ещё опытный Сандип-змеелов. Можно попробовать, всё равно пока делать нечего. Пациентов нет. Сандип с командой пойдёт впереди. Прямо как на мины» — усмехнулся он.

— Я согласен.

— Я рад, что ты согласился, Алахей, — просиял лицом старик. — Мы с внуком зайдём за тобой вечером.

Дневная жара стала совсем невыносимой, поэтому весь день Алексей провёл время за чтением местного букваря. После памятного разговора о богах и демонах, он попросил у старика любую книгу, по которой тут обучают грамоте детей. Старик очень трепетно отнёсся к его просьбе, предоставив их целых пять штук. Книги были с красочными рисунками и рукописные. «Да уж, до печатного дела тут ещё далековато. Может, когда приеду в столицу, встречусь с нужными людьми и подкину им пару идей, как ускорить процесс выхода книги в свет. Впрочем, думаю, что пока в этом нет необходимости. Ведь подавляющая масса местного населения всё равно безграмотна. Собственно, методы массового печатания книг и придумали, когда возникло промышленное производство и начальная грамотность большинства людей» — между делом размышлял Алексей, перелистывая очередную страницу.

Рахул прервал его раздумья, важно сообщив о том, что сахиб с внуком уже ожидают во дворе. Алексей рассеянно поблагодарил и начал переодеваться в камуфляж. Немного поколебавшись, порылся в рюкзаке и сунул в карман репеллент от комаров. Проверив наличие ножа в поясном чехле, быстро вышел во двор.

У самых ворот, дожидаясь его прихода, гуру и Сандип степенно вели неспешную беседу. Рядом переминались с ноги на ногу два молодых индуса с грубыми джутовыми мешками за плечами, видимо те самые ученики змеелова. Ашок, одетый в памятные ещё по джунглям костюм и сапожки, присел на корточки рядом с дедом и подобранной палочкой чертил затейливые узоры на пыльной земле. Садхир переоделся из своей традиционной одежды в белую лёгкую рубаху и мешковатые синие шаровары, заправленные в кожаные сапоги, в одночасье став похожим на заправского казака. Сам Сандип и его ученики были босиком и одеты только лишь в одну набедренную повязку. Стало ясно, что этих истинных детей природы укусы змей и насекомых особо не беспокоят. Несмотря на приближающийся вечер, воздух был ещё жарковат.

— Ну вот, теперь все в сборе, — удовлетворённо произнёс Садхир, когда Алексей подошёл поближе и поприветствовал собравшихся.

— Здесь недалеко. Нужно пройти поближе к болотам. Там много мелких грызунов — любимой пищи молодых кобр, — пояснил старый змеелов. Он поднёс ладонь козырьком к глазам и бросил короткий взгляд на солнце.

— Сейчас ещё рановато, но пока мы дойдём до места, станет немного прохладнее и змеи выползут из нор. Садхир согласно кивнул в ответ и вытащил из холщовой котомки маленькую бамбуковую трубку с крышкой.

— Это моё обычное зелье для отпугивания насекомых-кровососов, — намазывая внуку и себе открытые участки тела, пояснил он заинтересованно смотрящему Алексею.

Завершив с нанесением крема, старик предложил его окружающим. Сандип и его команда вежливо отказались.

— У нас есть своё тайное зелье для умиротворения змей. Его запах никогда нельзя смешивать с другим, — пояснил ему старый змеелов, убедительно хлопнув ладонью по своему плечу, на котором висел уже знакомый Алексею змеиный мешок на крючковатой палочке.

Садхир пожал плечами в ответ и протянул зелье Алексею. Алексей понюхал предложенный крем, распознав сильный запах камфары и гвоздичного масла.

— Спасибо, уважаемый гуру, но у меня тоже есть своё средство, — вежливо пояснил он старику.

Небрежным жестом вытащил заранее припасённый репеллент. Открыв тюбик, выдавил немного крема на ладонь и тщательно намазал открытые участки рук, шею и лицо. Собственный крем, купленный по случаю в туристическом магазинчике не издавал почти никакого запаха, по крайней мере, ощутимого для человеческого обоняния.

— Алахей, разреши мне взглянуть на эту интересную вещь, — попросил почувствовавший профессиональный интерес Садхир.

Повертев в руках мягкий ярко раскрашенный пластиковый тюбик и приоткрыв крышку, старик тщательно принюхался к запаху крема.

— И всё же, насколько это простая, и в тоже время удивительная вещь. Странно, — недоумённо произнёс он, возвращая тюбик назад. — Я не чувствую почти никакого запаха, кроме едва ощутимого аромата лаванды. — Ты уверен, что тебя не обманули и это странное зелье будет отпугивать насекомых?

— Конечно. Это уже проверенное средство. Когда мы с Ашоком бродили по джунглям, только им и спасались, — улыбнулся Алексей.

Садхир вопросительно посмотрел на внука. В ответ малыш сделал максимально правдивое убедительное лицо и часто закивал, подтверждая сказанное Алахеем. Дед улыбнулся и погладил внука по голове.

— Вот теперь мы полностью готовы, — обратился он к змеелову.

Завершив подготовку, вся компания неторопливо тронулась в путь. Алексей пристроился в хвосте замыкающим. Садхир неторопливо шёл за змееловом, крепко держа за руку малыша, оживлённо вертящего головой по сторонам. Быстро миновав деревню, змеелов уверенно свернул на едва заметную тропинку, уводящую в тенистые заросли. Заслышав близкий птичий галдёж,

Алексей невольно стал вспоминать собственные приключения в джунглях. Судя по всему, эти же мысли пришли в голову и малышу, потому что он на ходу повернулся и вопросительно посмотрел на Алахея. Перехватив взгляд, Алексей ободряюще улыбнулся и подмигнул. Смешливый Ашок мгновенно вспыхнул ответной улыбкой и отвернулся, едва не споткнувшись о корень.

— В лесу нужно быть очень внимательным, — тут же укорил дед.

Тропинка пошла под уклон. Деревья стали встречаться реже. Уродливо изогнутые стволы и нижние сучья широкими лентами обвивали длинные зелёные бороды мха, обильно изгаженного птицами. Воздух стал ощутимо влажней и прохладнее. Откуда не возьмись, налетели нудно зудящие комары. Время от времени тропинку стали быстро перебегать суетливые мыши. Ашок подпрыгивал от неожиданности и провожал их заинтересованным взглядом. Дед тихо посмеивался в бороду, наблюдая за внуком, время от времени обмениваясь добродушным взглядом с Алахеем. Незаметно от малыша Алексей понимающе улыбался в ответ.

Примерно через полчаса неторопливой ходьбы Сандип идущий впереди и мерно отмахивающийся от назойливых комаров сорванной веточкой, неожиданно остановился.

— Остановимся здесь, впереди уже начинаются болота.

Алексей окинул взглядом окрестности и, приметив удобное поваленное дерево недалеко от тропинки, направился отдохнуть. Садхир с внуком последовали его примеру. Примостившись на покрытом мягким мхом стволе, они с интересом принялись наблюдать за командой змееловов.

Выудив из заплечного мешка кожаный кисет со своим тайным зельем, Сандип щедро зачерпнул ладонью вязкую желтоватую массу и принялся экономно размазывать её по телу. Ученики стали поочерёдно намазываться кремом вслед за ним.

Пока выдалось свободное время, Алексей с удовольствием вдыхал полной грудью прохладный лесной воздух. Вокруг басовито гудели редкие лесные пчёлы, видимо в поисках близкой воды. Непоседливый Ашок не смог просидеть без дела больше пяти минут, соскочил с бревна и тут же принялся увлечённо расковыривать замшелый ствол, с интересом рассматривая отваливающиеся куски старой древесины. Садхир некоторое время понаблюдал за приготовлениями змееловов, потом наклонился к Алексею и заговорщицки прошептал:

— Лично я не уверен в действенности их зелья. Скорее всего, это просто старый ритуал, который пришёл к нам из самой глубины веков. На самом деле укусы змей среди этих людей встречаются довольно часто.

— И что, все умирают? — ахнул Алексей.

— Ну конечно же, нет, — снисходительно успокоил старик. — Сызмальства они делают у себя на коже небольшой разрез и втирают в свою кровь очень маленькие порции змеиного яда. После этого некоторое время они чувствуют себя неважно. Но к зрелому возрасту укус даже большой змеи для них может быть уже неопасен.

— Понятно, — задумчиво пробормотал Алексей. «Ну а что. Этот метод вполне может сработать. Ведь нашу противозмеиную сыворотку делают именно таким образом. Правда, на лошадях. Вводят им в кровь несмертельную дозу яда, а когда животное переболеет, выделяют из их крови готовые антитела к конкретному змеиному яду. А потом уже вводят готовую сыворотку пострадавшему, если конечно его успеют ещё живым доставить в больницу».

Сандип бережно вытащил ловчую палочку из заплечного мешка и передал его в руки молодому помощнику. Осторожно глядя под ноги, раздвигая ступнями невысокую траву, он медленно двинулся вперёд. Немного погодя молодые змееловы тронулись следом, тщательно копируя его действия.

Алексей и Садхир переглянулись и неторопливо побрели за компанией змееловов. Дед цепко держал за руку восторженно осматривающегося по сторонам внука. Метров через двадцать Сандип остановился и предупреждающе поднял руку. Все замерли в напряжённом ожидании. Перед ним из травы, зловеще шипя и плавно покачиваясь, поднялась небольшая серая кобра, в своей классической угрожающей стойке с капюшоном. Алексей невольно залюбовался её смертельной грацией. Убедившись, что нарушившие её покой люди уже изрядно напуганы, кобра развернулась и неторопливо поползла прочь.

Старый змеелов быстро наклонился к земле и бережно прижал палочкой тело кобры к земле. Безбоязненно перехватив рукой извивающуюся змею у самого основания головы, Сандип кивнул помощнику. Ловко опустив пойманную кобру в сноровисто приоткрытый учеником зев мешка, Сандип выпрямился и торжествующе взглянул на окружающих. Садхир с внуком и Алексей восхищённо смотрели на змеелова. Насладившись триумфом, старик повернулся и двинулся вперёд. Минут через двадцать в мешке извивалось уже семь штук разновозрастных змей.

Сандип передал ловчую палочку ближайшему юноше. Теперь уже ученик внимательно шарил глазами по земле, а старый змеелов с мешком следовал за ним. Спустя некоторое время юноше повезло, и он тоже поймал небольшую кобру. Наблюдая за учеником, Алексей машинально отметил, что его действия были не столь уверенными, как отточенные движения старого змеелова.

Двинувшись дальше вслед за компанией, Алексей рассеянно окинул взглядом окрестности и вдруг остановился, отметив неожиданную деталь рельефа. Метрах в двадцати впереди виднелся глубоко врытый в землю, грубо отёсанный замшелый каменный столб. Заинтересовавшись таким неожиданным явлением на самой границе болота, он направился к нему, внимательно глядя под ноги. Заметив отставание Алексея, Садхир остановился и повернул следом. Старый Сандип было встревожено окликнул целителя, но гуру успокаивающе махнул рукой. Команда змееловов спокойно развернулась и занялась своими делами.

Подойдя к столбу, Алексей начал медленно обходить вокруг, внимательно осматривая артефакт сверху донизу. На вершине округлой каменной глыбы он увидел настолько неожиданный для этого времени символ, что мгновенно замер. На зеленоватом фоне старого мха отчётливо выделялась свастика, глубоко высеченная в камне. Правда символ был не такой, каким его рисовали фашисты, а с зубчатыми утолщениями на концах и аккуратными точками между ветвями свастики. Под ним сверху вниз были высечены полустёртые древние письмена. Пока он напряжённо раздумывал над здешним происхождением символа, подошёл запыхавшийся Садхир с внуком.

— Что с тобой, Алахей. На тебе лица нет, — встревожено спросил старик.

— Уважаемый гуру, а тебе знаком этот знак?

Садхир сощурился и подслеповато посмотрел на свастику.

— Конечно. У него имеется много толкований. Это древний символ жизни, света, щедрости и изобилия бога Агни у огнепоклонников. Их много живёт в соседней деревне. Деревянный алтарь для добывания священного огня в их храмах имеет форму этого знака. Его плашмя кладут на землю, а в середине делают небольшое углубление для стержня. Служители бога Агни истово вращают стержень до появления огня на алтаре своего божества.

Старик немного передохнул и внимательно глядя на успокаивающегося Алексея, продолжил:

— Мы называем этот знак Печатью Сердца. По нашему древнему преданию, он был запечатлён на сердце самого Будды. Впрочем, теперь люди часто его используют на свадьбах и праздниках как символ счастья и плодородия.

— А что тебя так потрясло в нём, Алахей?

— Да так, — уклонился от ответа Алексей. — Просто у нас очень похожий на этот символ использовали очень жестокие люди, сгубившие огромное множество ни в чём не повинных людей.

— Кто же посмел извратить этот изначально светлый символ? Почему я даже ничего не слышал об этом? — вознегодовал старик.

Алексей вздохнул и виновато пожал плечами.

— Расскажи мне об этом, Алахей, — уже успокаиваясь, тихо попросил старик. Алексей надолго задумался, как можно переложить историю фашизма двадцатого века на местные реалии.

— Я не хочу осквернять этот светлый знак своим рассказом. Те люди творили настолько ужасные вещи, что даже говорить об этом страшно. Уважаемый гуру, а знакомы ли тебе письмена, начертанные под этим символом? — поинтересовался Алексей, желая сменить тему разговора.

Садхир подошёл к стеле вплотную и кончиками пальцев бережно ощупал выбитые в камне древние символы.

— Нет, — с сожалением произнёс он. — Это очень древняя письменность. Я думаю, что даже наши самые старые жрецы уже не смогут прочитать их. Эти камни стоят здесь уже с незапамятных времён.

Внимательно выслушав Садхира, Алексей прищурил глаза и начал жадно осматриваться по сторонам в поисках ещё каких-нибудь древностей. Змееловы увлеченно рыскали по траве метрах в ста впереди. Переведя взгляд налево, среди низеньких корявых деревьев метрах в сорока Алексей отметил ещё одну замшелую стелу и целеустремлённо направился вперёд. Садхир с внуком медленно направились следом.

Когда Алексей делал очередной шаг, всего в метре впереди, словно тугая пружина, неожиданно взвилась вверх огромная яростно шипящая кобра. Паническая волна ужаса таящегося в сознании с самого детства захлестнула мозг, и мощный выброс адреналина переполнил кровь. Чувствуя как от страха темнеет в глазах, теряя над собой контроль, Алексей мгновенно присел и, оттолкнувшись ногами, взвился высоко в воздух, отпрыгивая в сторону.

Садхир идущий следом, даже не успел испугаться, увидев, что огромная кобра неожиданно выскочила перед Алахеем. Молодой ученик молниеносно подпрыгнул высоко вверх, резко размазался в воздухе и исчез, оставив после себя только сильно рассерженную змею. Кобра разочарованно покачала телом и, успокоившись, быстро юркнула в траву.

Старик ошарашено огляделся по сторонам. Старый Сандип с молодыми учениками был уже далеко впереди, совершенно не обращая внимания на окружающее. Исчезнувшего Алахея нигде не было видно. Дед растерянно посмотрел на внука. Было похоже, что малыша совершенно не волнует очередное исчезновение таинственного Алахея.

— Деда, ну помнишь, я же тебе уже рассказывал, что Алахей иногда исчезает. Он скоро вернётся, — успокоил внук. Ашок терпеливо уселся на корточки и начал гонять палочкой пробегающего рядом большого рогатого жука.

От спокойного объяснения внука деду стало ещё хуже. Круговорот мыслей одна нелепей другой завертелись в голове. Неловко присев прямо на траву рядом с внуком, он начал безучастно наблюдать за безуспешными попытками бегства жука.

Ощущая неожиданно появившийся давно позабытый металлический привкус во рту, Алексей приземлился недалеко от места нападения кобры и быстро огляделся по сторонам. Увиденное потрясло до самой глубины души. Ни болота, ни леса вокруг уже не было. Во все стороны простиралось огромное зелёное поле, заросшее какой-то неизвестной сельскохозяйственной культурой. Метрах в ста впереди дружно трудилась мотыгами группа индусов в разноцветных футболках и джинсах с большими белыми панамками на голове.

В небе гулко бабахнуло. Алексей испуганно шарахнулся в сторону и задрал голову. Проследив за белым инверсионным следом реактивного самолёта, летящим на сверхзвуковой скорости, Алексей едва не закричал от счастья.

— Я дома, — не веря себе, прошептал он. В висках ещё гулко стучало от пережитого стресса. Время от времени сплёвывая от переполняющего рот противного привкуса металла, он уверенно направился к людям. Поначалу идти было очень легко. А потом шаги стали понемногу вязнуть, а воздух подёрнулся расплывчатым маревом и опасно заколыхался. Группа работающих индусов потеряла фокус и стала расплываться в воздухе. Причудливо накладываясь на их быстро блекнущее изображение, перед потрясённым Алексеем вновь плавно начала проявляться оставленная до прыжка старая реальность.

Заслышав шорох, Садхир приподнял голову. Неподалёку неподвижно стоял Алахей. Старик глубоко вздохнул и стал недоверчиво рассматривать ученика. Ашок обрадовано вскрикнул и кинулся к Алахею. Сам Алексей, ещё не освоившись от перехода, растерянно улыбнулся подбежавшему радостному малышу. Дед медленно направился следом за внуком.

Алексей смотрел на приближающегося старика и не знал, как теперь поступить. Объяснить неожиданное исчезновение будет очень непросто. «Да уж, вот теперь я крупно попал. Возможно, даже придётся спешно бежать отсюда» — с тоской подумал он. В то же время, теперь он был твёрдо уверен, что будущее и прошлое существуют в некотором роде одновременно. Просто после удара молнии этот загадочный инструмент познания мира — его человеческий мозг начал сильно барахлить именно в моменты смертельной опасности, неверно воспринимая события временного потока. Другого объяснения всему происходящему он придумать просто не мог.

Алексей неожиданно вспомнил, как однажды разглядывал картинки с якобы объёмным изображением. Тогда он ещё очень сильно ругался на книжный магазин, продавший липовую книгу. Мозг никак не хотел воспринимать объём с затейливо разрисованной страницы. Просидев около получаса, до боли напрягая слезящиеся глаза, он упорно таращился на бумажную картинку. Каким же откровением тогда было, когда обессилив от бесплодных усилий, он устало посмотрел сквозь книгу на стену. Мозг моментально сложил иллюзорное изображение в изящный объёмный парусник, выступающий наружу прямо из книжного листа.

Старик подошёл почти вплотную. Испытующе глядя Алексею в глаза, тихо спросил:

— Кто ты на самом деле, Алахей?

Алексей задумался над ответом. От пережитых волнений в голове ещё сильно шумело, а от внезапной слабости на теле выступил холодный пот.

— Уважаемый гуру, если я расскажу тебе всю правду, то буду выглядеть в твоих глазах самым последним лжецом.

— После того, что я сейчас увидел, я попытаюсь понять любую правду, Алахей.

— Будь по твоему, уважаемый гуру. Но я не хочу, чтобы то, что я расскажу, мог бы услышать кто-либо другой.

Садхир задумчиво посмотрел на Ашока, который внимательно слушал разговор.

— Хорошо, тогда я буду ждать твоего рассказа после того, как мы вернёмся домой.

Алексей облегчённо перевёл дух, оглядываясь по сторонам, неожиданно подумав о том, что вот прямо сейчас где-то здесь недалеко в далёком будущем продолжают обрабатывать землю индусы. В попытке разглядеть сокрытое, Алексей сильно напрягся и сощурил глаза, надеясь, что временная завеса вновь приоткроется. От сосредоточенных усилий вокруг ничего не менялось. «Значит, автобус с туристами был вовсе не глюк, как я подумал тогда, оставшись живым после дубины циклопа. Похоже, что фокусы со временем у меня выходят только после мощного выброса адреналина. Кто его знает, что вытворяет мой мозг, уходя от опасности. Выходит, и в тот раз Ашок был свидетелем моего невольного исчезновения. Представляю себе, как он тогда испугался. Немудрено, что он подумал про меня, чёрт знает что…» — посмотрев на беззаботного малыша, подумал он.

Команда змееловов споро возвращалась назад, оживлённо переговариваясь. Подойдя ближе, Сандип весело указал на шевелящиеся мешки за спинами помощников:

— Вы почти всё пропустили. Там их была целая тьма.

— Что-то случилось? — поменялся в лице он, увидев напряжённые лица Садхира и Алексея.

— Меня кобра напугала, — спокойно объяснил Алексей.

— А, это бывает с непривычки. Обычно они всегда стараются напугать, а кусают, только если на них наступить, или растоптать их гнездо, — успокоил словоохотливый змеелов.

— Скоро стемнеет, нам уже пора возвращаться, — делая приглашающий жест, произнёс Сандип, двинувшись по тропинке назад к деревне.

Глава 27

Разговор по душам

Компания вернулась в деревню, когда уже начало смеркаться и в домах зажглись первые вечерние огоньки. Алексей наскоро освежился и вернулся в свои покои. Присев на кровать, некоторое время прокручивал в голове предстоящий непростой разговор с Садхиром. Поразмыслив некоторое время, Алексей обречённо махнул рукой. «Эх, будь что будет. А кто же знал, что я могу делать такие выкрутасы» — вздохнул он, направляясь к старику.

Зайдя в гостевые покои, он увидел, что Садхир в ожидании его прихода задумчиво листает какую-то древнюю книгу при неярком свете небольшой лампады. Завидев входящего Алексея, старик бережно закрыл её и отодвинул на край стола.

Алексей уселся с противоположной стороны, и некоторое время смотрел на мигающий огонёк, собираясь с мыслями. Старик сидел молча и не торопил.

— Уважаемый гуру. Ты сам сказал, что хочешь услышать обо мне любую правду, какой бы она не была.

Садхир утвердительно кивнул головой.

Алексей вздохнул, и словно кидаясь в бездонный омут, тихо начал рассказ.

— Чтобы ты не подумал обо мне страшное, хочу сразу сказать, что я не чёрный колдун или злой демон, а обычный человек. Я действительно родился и долгое время жил в далёкой отсюда северной стране. Однажды в меня ударила молния. После удара я остался жив, но очнулся в пустыне неподалёку от этих мест. После этого со мной стали происходить странные вещи. Разыскивая дорогу домой, я направился в горы. Там я и стал свидетелем нападения свирепого чудовища на Ашока. О моих дальнейших приключениях с ним ты уже знаешь. Сегодня во время исчезновения я очень напугался неожиданного нападения змеи. Могу лишь предположить, что молния наделила меня и этой странной способностью. Ничего другого мне в голову не приходит.

Рассеянно рассматривая поверхность стола, Садхир покивал головой, выслушав рассказ. Через некоторое время он спокойно произнёс:

— Мой опыт подсказывает, что ты говоришь мне правду. Но не всю, — жёстко сказал он, неожиданно подняв глаза на Алексея.

— Совсем недавно ко мне наведывался один богатый торговец, мой старый знакомый, очень почтенный и просвещённый муж, кстати, большой друг нашего раджи. Увидев на этом столе диковинную пиалу, которую ты подарил мне, он долго восхищённо её рассматривал и расспрашивал о её происхождении. Потом рассказал мне о волшебной лампе раджи. По его рассказам, Вишал никогда не расстаётся с ней.

— Я рад, что мои подарки показались ему столь удивительными, — дипломатично произнёс Алексей.

— Да, — согласно вздохнул старик. — Они оказались настолько удивительными, что он стал долго перечислять мне далёкие страны, в которых он побывал, или товары которых он покупал или продавал. Он не знает ни одной страны, мастера которой настолько искусны, что смогли бы изготовить такую лампу или пиалу. Он долго изучал надписи на донышке пиалы и на лампе раджи, и прямо сказал мне, что он может говорить и читать на большинстве известных языков, но никогда не видел знаков такой письменности. «Да уж, удружил мне этот местный эксперт-полиглот, всё на свете он знаёт, а элементарного английского он, видите ли, не знает» — мрачновато подумал Алексей.

— Я допускаю мысль, что твои необыкновенные способности являются следствием удара молнии, ибо остаться в живых после этого само по себе достойно изумления и объяснимо лишь прямым вмешательством богов. Но как объяснить твои удивительные для столь юного возраста знания? Эти странные вещи, о которых не знает даже самый опытный и уважаемый торговец, побывавший почти во всех известных странах? Уж его-то словам, о том, что их не может изготовить ни один мастер, а также моему жизненному опыту я могу доверять. Всё вместе это становится просто невероятно. Поэтому, хоть это и противоречит всем нашим традициям гостеприимства, я по-прежнему хочу знать, кто ты, Алахей? — Садхир пронзительно посмотрел прямо в глаза.

Алексей потупил голову. Неподвижным взглядом уставившись на лампаду, глухим от волнения голосом произнёс:

— Твои предположения верны, уважаемый гуру. Эти вещи сейчас действительно не сможет сделать ни один, даже самый искуснейший мастер. Даже страны, в которой они были сделаны, пока нет. Впрочем, нет и страны, в которой я родился. Даже и меня здесь сейчас быть не должно, потому, что я родился гораздо позже.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Алахей, — потрясённо перебил старик.

Алексей поднял голову и грустно усмехнувшись, произнёс:

— Да на самом деле всё очень просто. Удар молнии перенёс меня сюда из грядущих веков.

Садхир оторопело сглотнул и удивлённо замер. Алексей, грустно улыбаясь, посмотрел прямо в глаза старику.

— Вот и вся правда, уважаемый гуру, какой бы невероятной она тебе не казалась. Такие вещи смогут изготавливать только через очень много лет, в огромной стране, которая будет к востоку отсюда. А я родился и вырос в стране, которая будет граничить с ней. Но всё это будет через очень много лет, — Алексей горько вздохнул и умолк.

В покоях наступила тишина. Садхир изумлённо рассматривал Алексея, безучастно смотрящего на мерцающий огонёк. Кашлянув от волнения, старик громко хлопнул в ладоши и попросил расторопно возникшего слугу принести кипяток и чайные принадлежности.

Привычно заварив в термосе чай с кардамоном, Алексей аккуратно разлил его по чашкам. Садхир начал молча прихлёбывать чай. Было видно, что он сильно потрясён услышанным. Алексей спокойно добавил мёда себе в чашку и присоединился к чаепитию.

— Это самая невероятная история, которую я когда-либо слышал, — тихо прервал молчание старик. — Но она многое объясняет, а то я уже и не знал, что и думать. Скажи Алахей, раз уж там у вас прошло много лет, слышал ли ты истории о чём-либо подобном?

Алексей облегчённо вздохнул, опасаясь совсем другой реакции старика.

— У нас вообще было много разных историй о чудесах. Но лично я не верил ни одной, потому что люди, которые их распространяют, зарабатывают на этом огромные деньги.

— Да, но теперь ты здесь, — впервые слегка улыбнувшись, возразил Садхир.

— А кто об этом узнает, — вздохнул Алексей. — Дома наверняка меня уже считают мёртвым.

— Твои родители и возлюбленная? — поинтересовался старик.

— Мать и отец. Возлюбленной пока нет, как-то всё недосуг было, то обучение, то военная служба, потом опять обучение, в общем, некогда. А потом пришлось день и ночь работать.

Садхир удивлённо посмотрел на него.

— Твоя семья небогата?

— Да не то чтобы очень богата. Просто случилось так, что могучее государство, в котором я жил, в одночасье развалилось на кучу мелких, которые стали постоянно грызться между собой. Деньги, которые были накоплены трудом моих родителей, стали ничем. До этого момента мы жили очень хорошо, отец и мать были образованными и уважаемыми людьми. А после развала страны знания и труд стали вообще никому не нужны.

Старик удивлённо похлопал глазами.

— Ты говоришь удивительные вещи, Алахей. Неужели такое возможно?

— Я тоже думал, что невозможно, но так уж случилось, — помрачнел Алексей.

— Хорошо, Алахей, не хочу огорчать тебя подобными расспросами. А не мог бы ты всё же поведать мне о том знаке, что увидел сегодня на болотах. Из твоего рассказа я понял, что его светлое назначение у вас было совершенно искажено?

— Конечно, могу. Честно сказать, уважаемый гуру, до этого в разговорах с тобой и другими людьми я всегда боялся сказать что-нибудь лишнее. А сейчас даже рад, что ты узнал, кто я на самом деле, — улыбнулся Алексей.

— А теперь можно рассказать и о знаке, — посуровел лицом он. Примерно за три десятка лет до моего рождения, между моей бывшей страной и одним из соседних государств разразилась страшная война. К тому времени почти весь мир так или иначе втянулся в неё. Напавшее на нас государство избрало своим символом этот светлый у вас знак, только у них он был немного повёрнут на бок и без четырёх отметин между ветвями.

— Алахей, вынужден тебя огорчить, но люди всегда вели, и, судя по твоему рассказу, и дальше будут продолжать вести разрушительные войны. Такова человеческая суть, — сочувственно произнёс Садхир.

— Да, это так. Но смотря какими способами, — возразил Алексей. — Их воины убивали наших безоружных женщин и детей. И не только убивали, но и сжигали живьём вместе с жилищами и травили собаками для развлечения. А их врачи, чтобы проверить действие своих новых лекарств, насильно заставляли наших людей их есть. Когда люди умирали, ловили и привозили новых. А ослабленных сжигали в печах живьём…, - неожиданно осёкся Алексей, увидев побелевшее лицо старика.

— Уважаемый гуру, прости меня.

— Ничего, Алахей. Я просто не знал, что всё это будет настолько чудовищно, — тихо прошептал старик, и продолжил:

— А что случилось потом?

— А потом мы их победили, но погибло слишком много наших людей. Моя бабушка до сих пор плачет, когда вспоминает о той войне. В её семье было двенадцать человек. После войны из всей семьи живой осталась только она. Мой уже умерший от ран дед и она повстречались в самом конце той войны. А символ государства, начавшего такую ужасную бойню, стал настолько ненавистен выжившим людям, что даже само упоминание о нём в некоторых странах стало сурово караться. Вот поэтому я очень сильно удивился, когда увидел его здесь, много веков назад.

— А сколько прошло веков? — живо заинтересовался Садхир.

— Честно говоря, я не знаю. Мне просто не с чем сравнивать. Да и к тому же, я никогда особо не интересовался историей.

— Жаль. А хотя бы то, что произошло с моей страной, ты можешь припомнить?

— Смутно, — застыдился Алексей. — Здесь у вас вплоть до века моего рождения почти постоянно велись войны. Потом всю землю, на которой расположена ваша страна, захватили люди с крошечного острова к северо-западу отсюда. Это их несуществующий пока язык не смог прочитать твой почтенный торговец. На их холодном острове никогда не было таких сказочных богатств, которые есть на вашей земле. Поэтому они почти два века силой забирали богатство вашей земли и очень на этом разбогатели. Лишь только после той страшной войны ваша страна смогла освободиться от них, но северная часть вашей земли отошла к другому государству.

— Да, люди неисправимы. Снова и снова бесконечные войны… — разочарованно прошептал старик.

Алексей согласно кивнул и продолжил.

— Мало того. Оружие для ведения войн постоянно становилось всё разрушительнее. В итоге учёные мужи на беду всему миру придумали такое оружие, что его применение стало совершенно бессмысленно. Его даже опробовали на одном крошечном островном государстве, далеко к востоку отсюда. Чтобы оценить его мощь, они сбросили его с летающей по воздуху повозки сначала на большое селение в гористой местности, а затем на равнинной. В один миг погибли тысячи безвинных людей. Они даже не погибли, а мгновенно превратились в пепел от чудовищного жара того оружия. Оставшиеся в живых стали болеть, у них выпадали волосы и зубы, а многие потом всё равно умерли. А дети оставшихся в живых стали рождаться со странными уродствами.

Садхир изумлённо поднял брови.

— Прости уважаемый Алахей. А почему ты решил, что удар молнии перенёс тебя именно из грядущих веков?

— Но так ведь… — Алексей от неожиданности потерял дар речи и неопределённо повёл рукой вокруг.

— Я понимаю, о чём ты, — невольно усмехнулся старик. — Ты хотел сказать, что здесь никто не умеет делать таких загадочных вещей?

— Ну вроде того, — нашёлся Алексей.

— Не совсем так, — старик встал из-за стола и в волнении заходил вокруг. — Просто твоя история о самом разрушительном оружии и летающих по небу повозках уже давно описана в наших древних книгах. Я думаю, что на самом деле ты один из древних, Алахей, — торжествующе произнёс старик, вновь усаживаясь за стол и раскрывая книгу.

— Древних? — удивлённо переспросил Алексей.

— Именно, — не отрываясь взглядом от бережно перелистываемых страниц книги, возбуждённо ответил старик. — Сейчас я разыщу здесь описание того, что сможет сильно удивить даже тебя, Алахей. — Вот оно, — торжественно произнёс он, впиваясь взглядом в книгу и воздев указательный палец правой руки в потолок.

— И были они светлы и ростом велики, а жили за северным ветром, — слегка нараспев произнёс он, бросив внимательный взгляд на Алексея. — А ведь и ты, уважаемый Алахей отличаешься завидным ростом и светлой кожей, а родом из дальних северных мест, — заметил старик и продолжил:

— Но хлынул великий потоп и в одночасье сгинул древний народ.

Садхир на мгновение прервался и быстро перелистнул несколько страниц. — Здесь описываются века хаоса и разрушения, наступившие после потопа, — пояснил он. — В постоянных битвах с полчищами диких народов, оставшиеся в живых после потопа великаны заселили остров Ланку. Они и передали свою тайную науку о небесном оружии одному нашему великому мудрецу Аурве. Послушай же, Алахей, описание одной из битв, где применялось то страшное оружие, о котором поведал мне ты. Оно называлось оружие Агни.

Старик негромко откашлялся и продолжил читать книгу вслух:

— Сжигаемый жаром оружия Агни, мир зашатался, как в лихорадке. Боевые слоны отчаянно трубили и дико носились в поисках защиты от ужасной силы, но загорались подобно факелам от нестерпимого жара и сотнями валились на землю. Вода стала горячей, мёртвая рыба всплыла, звери погибали, враг был скошен, а неистовство огня валило деревья рядами. Тысячи колесниц были уничтожены, а потом опустилась глубокая тишина. Начали дуть ветры и земля осветилась. Трупы погибших воинов были изувечены ужасным зноем так, что они больше не походили на людей.

— А теперь самое главное, Алахей. Здесь излагается описание разрушения одного древнего города, последствия которого я наблюдал воочию, — произнёс Садхир, переворачивая пару страниц. — Как тебе известно, наша деревня расположена на берегу священной реки Ганга.

Алексей, молча слушая старика, оторопело кивнул. Садхир, бросив короткий внимательный взгляд, тихо продолжил:

— Много веков назад на другой нашей могучей реке, именуемой Инд, располагался огромный город, в котором проживало множество людей. Рядом были ещё два города талантливых мастеров и ремесленников. И вот однажды, один из могучих богов, прилетевший на быстрой и огромной вимане, послал против этих трёх городов мощный удар, наполненный всей мощью мира. Сверкающий столб огня был подобен тысячам солнц. Погибших людей потом было невозможно узнать, а у выживших выпали волосы, зубы и ногти и прожили они недолго. С тех пор люди перестали селиться в тех местах, и это страшное место стало называться у нас Холм мёртвых.

Прочитав об этом ещё в молодости в одном древнем манускрипте, я и несколько других молодых юношей, отправились туда, движимые жаждой познания. Когда мы добрались до этого места, я ужаснулся. Там почти не растёт трава, а в оплавленных развалинах жилищ всегда тоскливо завывает ветер, гоняя струи песка по безжизненным улицам. Этот песок скрывает тысячи человеческих скелетов, умерших в один момент от страшного жара. Когда я превозмог свой малодушный страх перед огромным количеством останков людей и прошёл великий когда-то город от начала и до конца, то заметил множество маленьких чёрных шаров, беспорядочно разбросанных по песку. Заинтересовавшись, я поднял и внимательно рассмотрел один из них. Это был спёкшийся в шар керамический горшок. Ты можешь представить себе всю чудовищность жара, который смог расплавить керамику, Алахей?

Алексей обалдело слушая старика, медленно кивнул. «Тысячи полторы градусов, не меньше. Это что же получается, старик действительно прав и это наше будущее? Да ещё и эта свастика на столбах. С ней-то не поспоришь, ведь вон сами немцы, в годы войны, где-то тут совсем рядом по Гималаям шарились, всё время искали что-то. Вот и попробуй определи, была ли она тут со стародавних времён или это наследие фашистов, если я ни черта не знаю, какой сейчас год. Ну допустим, пусть это прошлое. Тогда как объяснить это одномоментное сожжение древних городов, вплоть до последнего камня? Выходит, после того, как я там у нас пропал, Индия с Пакистаном всё-таки схлестнулись между собой и обменялись ядерными боеголовками? А значит, потом после ядерной войны кто умер, а кто разбежался, полярные шапки растаяли и наступил всеобщий упадок цивилизации? Но тогда здесь должны были остаться какие-то развалины от инфраструктуры моей современности. Или уже столько веков прошло, что всё совсем развалилось? В общем, непонятно…» — лихорадочно размышлял он.

— И это ещё не всё, Алахей. Последствия того чудовищного огня мы ощущаем до сих пор, — продолжил старик. В окрестностях Холма мёртвых выжившие животные странно изменились. Многие из них так и не смогли давать потомство, а те немногие, которые смогли плодиться, превратились в ужасных химер, нападающих на людей. Их почти всех перебили, но оставшиеся в живых укрылись далеко в горах. Да ты и сам уже повстречался с одним из них, Алахей, когда спас от него моего внука, — тихо произнёс Садхир.

— Так то одноглазое чудище произошло оттуда? — холодея от вновь нахлынувшего ужаса при воспоминании о встрече с циклопом, прошептал Алексей.

— Да. Раньше встречи с ними были нередки и в джунглях далеко от гор, но потом уцелевшие чудовища стали осторожнее и умнее, нападая на редких путников только в горах. А там, среди камней их очень трудно обнаружить, — с горечью ответил старик.

— Вот поэтому, когда ты рассказал мне об этом страшном оружии огромной разрушительной силы, я сразу вспомнил, что я однажды уже читал об этом. А посему выходит, уважаемый Алахей, что удар молнии перенёс тебя к нам именно из прошлых веков, — спокойно закончил Садхир.

Выслушав такой вполне логичный довод, Алексей почувствовал неожиданную сухость в горле и молча налил чаю в чашки себе и старику. Выпив горячую жидкость одним глотком, тихо поставил пустую чашку на стол и безучастно уставился в пространство.

— Не переживай так сильно, Алахей. Раз уж ты не можешь вернуться к себе обратно, я советую тебе основать свои корни здесь, завести семью и много детей. Правда, жениться тебе у нас будет очень нелегко, — помрачнел Садхир.

— Да в общем-то, я и сам не особо горю желанием. А всё же, почему нелегко, я что, такой страшный? — удивлённо вскинулся Алексей.

— Дело совсем не в этом, — досадливо поморщился старик. — Телесная красота — удел обольстительных женщин. Да, уважаемый Алахей, у тебя есть молодость, недюжинный ум и благородство. Но ни одно семейство в нашей и всех окрестных деревнях никогда не выдаст свою дочь за тебя замуж.

— Но почему, неужели всё из-за денег, — уже возмутился Алексей.

— Не горячись, Алахей. Я понимаю тебя. Но таковы наши древние обычаи, нарушить которых не сможет никто. Как ты, наверное, уже заметил, вся наша семья по мужской линии является врачами. Род наших занятий — это знак принадлежности к высшему сословию и передаётся детям по наследству. Даже мой малолетний Ашок уже почти с самого рождения помолвлен с девочкой из врачебной семьи, живущей в соседней деревне.

Взглянув на возмущённого Алексея, старик мягко улыбнулся в бороду и продолжил:

— Уважаемый Алахей, но ведь наш с тобой старый разговор о продолжении твоего обучения по-прежнему остаётся в силе. Осенью ты поедешь в Паталипутру. Там много юных особ из иноземных благородных семейств. У них нет таких строгих запретов на браки, подобных нашим. Я уверен, что ты со своими знаниями и необычными умениями быстро войдёшь в высшее общество и завоюешь сердце какой-нибудь иноземной красотки. На самом деле, всё в твоих руках, Алахей, — глядя на уже смущённо улыбающегося Алексея, лукаво закончил Садхир.

Алексей, продолжая улыбаться, неожиданно для себя самого широко зевнул и смущённо посмотрел на старика.

— Да-да, ты прав уважаемый Алахей, за разговорами про чудеса мы совершенно потеряли счёт времени и засиделись далеко за полночь. Доброй ночи тебе, Алахей, — добродушно произнёс старик, вставая из-за стола.

Глава 28

Праздник Нагапанчами

Жизнь снова вернулась в своё обычное неторопливое русло. За исключением того, что к вечеру следующего дня повсюду на веранде и во дворе были расставлены блюдечки с молоком и рисовыми шариками. Алексей, вышедший на веранду после обильного ливня полюбоваться на красочный закат, застал за этим непонятным занятием дворового повара Рагху, который блестя капельками пота на лысой голове, самозабвенно расставлял по двору маленькие блюдца и сердито шикал на Везунчика. Кот, уже раздувшийся словно шар, считал своим священным долгом снять пробу с халявного молока из каждого блюдца и лениво преследовал повара по пятам.

— Добрый вечер, уважаемый Рагху. А что это ты тут делаешь? — удивлённо спросил Алексей.

— А, здравствуй, уважаемый Алахей, — утерев лысину, радостно приветствовал повар, отставив в сторону большой кувшин с молоком. — Вот, расставляю дары для нагов. Ведь уже сегодня в ночь наступает великий праздник.

— И что, змеи действительно выпьют за ночь столько молока? — удивился Алексей, подозрительно посмотрев на измусоленную морду Везунчика.

Машинально взглянув на довольного наступающим праздником змей лоснящегося кота, Рагху смущённо потеребил передник в руках.

— Ну может и не всё. Но я думаю, что когда этой ночью наги сползутся сюда, они будут очень довольны.

Алексей ещё раз окинув взглядом множество расставленных блюдец, ободряюще пожелал Рагху доброй ночи и отправился спать.

Утром после завтрака, даже не оставшись на чаепитие, Ашок сразу же умчался на улицу. Там уже вовсю шла подготовка к празднику. Садхир с улыбкой проследил за непоседливым внуком и обратился к Алексею:

— Алахей, сегодня в полдень в нашей деревне начнётся торжество Нагапанчами. Помня о твоём страхе перед змеями, я хочу сразу предупредить тебя, что кобр там будет очень много. Возможно, сегодня для тебя разумней будет вообще не выходить на улицу?

Алексей глубоко задумался. С одной стороны всяких змей он боялся просто панически, а с другой, остаток жизни придётся провести здесь. А змеи тут живут повсюду и нужно как-то к этому приспосабливаться, ведь местные люди испокон веков живут с ними вместе и ничего, даже живы, ну по крайней мере, подавляющее большинство из них. Да и к тому же, уже сильно начал одолевать информационный голод.

— Уважаемый гуру. Нравятся мне змеи, или не нравятся, но мне здесь жить. Я постараюсь перебороть свой страх.

— Ответ достойный разумного мужа, — похвалил старик. — Только уж постарайся снова не исчезать, Алахей. Я и так уже постарел на добрый десяток лет, увидев такое, — усмехнулся Садхир. — А что подумают наши люди, предугадать вообще невозможно.

Алексей, глядя в лукавые глаза старика, невольно улыбнулся и согласно кивнул головой:

— Я постараюсь изо всех сил.

Ближе к полудню торговую площадь заполонила нарядно одетая толпа. Откуда не возьмись, появились ярко наряженные факиры, развлекающие почтенную публику огромными языками пламени, неожиданно возникающими прямо из их рта. Ашок, открыв рот от удивления, недоверчиво разглядывал их, по гусиному вытянув шею. Завороженные таким необычным зрелищем люди мгновенно окружили факиров, загородив ребёнку весь обзор. Алексей, заметно выделяющийся из толпы своим гигантским ростом, с ухмылкой посмотрел на малыша и бережно посадил себе на плечи, удерживая за лодыжки. Ашок сначала испуганно притих, боясь упасть, а потом осмелел и начал восторженно крутить головой по сторонам, глядя на мир с высоты огромного роста Алахея. Садхир только тихо посмеивался в бороду, наблюдая за внуком.

Потом появились одетые в белые наряды брахманы. Народ сразу же переключил своё внимание на них. Позади жрецов Алексей с удивлением увидел старого знакомого. Сандип, приодетый по такому торжественному случаю в нарядные одежды, гордый от осознания собственной важности, медленно вышел вперёд, держа в руках большую, нарядно украшенную плетёную корзину. Главный жрец деревни, седой как лунь благообразный старик обратился к людям с короткой приветственной речью и торжественно принял корзину от старого змеелова, высоко подняв над головой. Народ взорвался ликующими криками. Затем, прямо на глазах изумлённого Алексея, брахман медленно положил корзину набок прямо на землю и спокойно открыл крышку. Оттуда быстро выкатился целый клубок сплетённых змеиных тел, распавшийся на множество разновозрастных кобр, которые начали деловито расползаться во все стороны.

С улыбкой проследив за снующими вокруг смертоносными змеями, Сандип совершил совсем невозможное, сильно поколебавшее все бывшие представления Алексея о мироздании. Из второй маленькой корзины голыми руками он бережно взял небольшую упитанную кобру и торжественно передал брахману. Тот с улыбкой на лице спокойно положил змею на шею, словно живой извивающийся воротник. Алексей, подозревая какой-то подвох, потрясённо поглядел на Садхира. Тот спокойно встретил взгляд и тихо пояснил:

— Я же говорил тебе, Алахей. Кобры кусают насмерть только тех, кто нарушил дхарму.

Приветствуя неторопливо расползающихся змей, люди впали в религиозный экстаз, начав осыпать их лепестками олеандра, жасмина и красного лотоса. Алексей тихо стоял на месте и боялся даже пошевелиться, представляя десятки искусанных змеями людей. К немалому удивлению, кобры спокойно расползлись по ближайшим кустам, даже никого и не укусив. Садхир искоса наблюдая за Алахеем, облегчённо перевёл дух.

Затем наступил черёд театрального действа. Посредине торговой площади был возведён деревянный помост, закрытый сейчас богато расшитым занавесом. Красочный орнамент изображал большую семиглавую кобру, несущую по волнам человека, лежащего на ложе из колец её тела. Под громкие звуки фанфар и ликующие крики толпы занавес медленно раздвинулся в стороны и началось представление. Актёры выглядели очень своеобразно. Тела были раскрашены яркими красками, а лица некоторых из них, очевидно играющих роль злых демонов, скрывали огромные страшные маски.

Ашок сидя наверху, уже совсем притих и не отрывая взгляда, расширив глаза, смотрел на представление. Насколько Алексей разобрал из сюжета, разыгрывалась местная древняя легенда о семиглавой кобре по имени Ананта, носящей на себе спящего бога Вишну, который предаётся долгому отдыху в перерывах между многотысячелетними эпохами творения. Музыканты в такт театральному действу играли на местных музыкальных инструментах, поддерживая игру актёров. Неожиданно для себя Алексей увлёкся музыкальной постановкой, которую актёры играли мастерски, вкладывая в неё всю свою душу. В конце толпа разразилась одобрительными выкриками, на все лады прославляя игру актёров и музыкантов.

Потом процессия во главе с брахманами двинулась по улицам. Многие люди несли большие изображений кобр, сделанных из ткани и богато украшенных вышивкой, блёстками и гирляндами цветов. По пути вереница людей много раз останавливалась одарить мелкими монетками заклинателей змей, которые самозабвенно наигрывали на дудочке незатейливые мелодии, заставляя кобр из корзинки медленно танцевать под музыку. Алексей задумчиво посмотрел на восторженные лица окружающих людей. Он прекрасно знал о том, что все змеи абсолютно глухи, но неожиданно понял, что будет последней свиньёй, если когда-либо расскажет об этом Садхиру.

Глава 29

Природный катаклизм

Алексей вот уже несколько дней подряд начал чувствовать непонятную нарастающую тревогу. Казалось бы, оснований для беспокойства совершенно нет. Он всё также вёл неторопливые беседы с Садхиром, играл с Ашоком и изучал местную грамоту. Тревога усиливалась ночью, в промежуток времени между явью и сном. Тогда Алексею хотелось завыть во весь голос и выскочить из дома, неважно куда, лишь бы не оставаться под крышей.

Садхир заметил перемены в поведении ученика.

— Что с тобой, Алахей. Сильно тоскуешь по дому? — сочувственно спросил он за чаепитием.

— Раньше конечно тосковал, а сейчас привык. Всё равно я ничего уже не могу изменить. Раз уж случилось то, что случилось, зачем же тогда мне понапрасну рвать душу. Нет, уважаемый гуру, меня беспокоит другое, а что, я никак понять не могу. Мне почему-то становится боязно находиться под крышей, особенно ночью, — объяснил Алексей.

— Странно. Обычно все люди наоборот стараются найти ночной приют под крышей.

— Вот это и непонятно, уважаемый гуру. А непонятное кажется мне опасней вдвойне, — невесело рассудил Алексей. «А может быть всё объясняется очень просто, и у меня слегка крыша поехала от всей этой чертовщины, что последнее время творится со мной?» — мрачно подумал он. Так ничего и не придумав, разошлись ни с чем.

Ближе к вечеру Алексей уже всерьёз обеспокоился состоянием своего здоровья. В надежде, что на воздухе будет полегче, вышел во двор и уселся под Чучундриковым деревом. Увидев нового хозяина, кот, не ночевавший дома уже вторую ночь подряд, музыкально мурлыкнул и опрометью подбежал и начал ласкаться. Алексей с улыбкой потянулся к нему рукой и почесал за уцелевшим ухом. Вопреки установившейся традиции кот не прыгнул на колени, а начал отрывисто мяукать, но как-то уж слишком необычно и жалобно. Обеспокоенный Алексей подхватил его на руки и начал тщательно осматривать, подозревая очередное болезненное ранение в сражениях с другими котами и крысами. Везунчик терпеливо перенёс всю процедуру осмотра и вырвался из рук, недовольно подёргивая хвостом. Потом начал кругами ходить по двору, отрывисто и жалобно мяукая.

С недоумением наблюдая за таким необычным поведением кота, Алексей откинулся поудобнее, прислонившись спиной к нагретому за день солнцем шершавому стволу дерева. «Это уже становится странно. Похоже, не только у меня одного крыша съезжает. Котяра тоже что-то чувствует, но вот что?» — думал он, щурясь от бьющего прямо в глаза заходящего за горизонт вечернего солнца.

Закрыв глаза, несколько раз медленно и глубоко вздохнул, стараясь расслабиться. Прислушиваясь к внутренним ощущениям и окружающему миру, вдруг почувствовал проходящий сквозь тело низкий вибрирующий гул, идущий изнутри ствола. Начиная догадываться, не открывая глаз, он отстранился от дерева. Гул мгновенно пропал. Для проверки снова прижался спиной. Дрожь в теле возобновилась. Он открыл глаза и посмотрел на кота. Вздыбив шерсть, тот уже яростно шипел в окружающее пространство. Алексей вскочил с места и кинулся к Садхиру.

Старик, как обычно, находился в личных покоях и неторопливо читал книгу. Увидев взбудораженного Алексея, бережно отложил книгу в сторону и обеспокоено обратился к ученику:

— Проходи, Алахей. Что случилось?

— Случится, уважаемый гуру. Я понял, что творится со мной, — перевёл дух Алексей, усаживаясь за стол напротив заинтересованного Садхира.

— Скажи, уважаемый гуру, а часто ли бывает в ваших местах такое, что землю сотрясает дрожь, разрушающая людские жилища?

— Ты говоришь о землетрясениях? Конечно бывали, правда, уже давно, — произнёс старик, внимательно посмотрев на Алексея. — В моей памяти отложилось лишь одно, но очень сильное, произошедшее в то время, когда я был ещё молод. Были и поменьше, едва ощутимые… — начал было, старик.

— Прости, уважаемый гуру, но я совершенно точно уверен, что оно снова повторится в ближайшее время, — прервал Алексей.

— Почему ты так думаешь?

— Мой необъяснимый страх. Я понял, откуда он. Вот уже несколько ночей подряд я почти не сплю. Сегодня вечером мне стало совсем невмоготу. Тогда я вышел посидеть на свежем воздухе во дворе и прислонился к дереву спиной. Я сразу ощутил дрожь земли. Да ещё и беспокойный кот убедил меня в моей правоте. И тут я вспомнил, что когда-то уже читал ещё там у себя, что животные всегда чувствуют приближение землетрясений и становятся очень беспокойными, — с жаром пояснил Алексей.

Как бы в подтверждение словам где-то далеко в джунглях протяжно завыли волки. Через мгновение, вторя им, в деревне начался разноголосый беспокойный лай собак. Алексей со стариком машинально повернули головы на звук. Лай собак не пропадал, а превратился в какое-то визгливое и протяжное подвывание.

— Да ещё и Рагху сегодня утром пожаловался мне, что у коров пропало молоко… — растерянно пробормотал Садхир, переводя тревожный взгляд на Алексея.

— Нужно предупредить людей, чтобы сегодня они ночевали на улице, — решительно начал Алексей.

— Да, нужно, — согласился с ним старик. — А вдруг ты ошибаешься, уважаемый Алахей. Что если грядёт обычная воздушная буря. Как я объясню это людям?

Алексей задумался. Действительно, выставить почтенного Садхира на всеобщее посмешище в случае ошибки будет просто непозволительно.

— Верно, будет очень неприятно напрасно побеспокоить людей. Ладно, я сам пройдусь по деревне и предупрежу всех. Всё равно меня тут все опасаются, хуже уже не будет, — произнёс он, вставая из-за стола.

— Не торопись, Алахей, — мягко осадил старик, хлопнув в ладоши. — Негоже тебе, словно простолюдину, ходить по деревне, — пояснил он.

Обратив взгляд на расторопного слугу, возникшего в покоях в мгновение ока, Садхир строго наказал ему:

— Возьми коня. Предупреди людей в ближайших к нам деревнях, что сегодня ночью возможно произойдёт землетрясение. Пусть ночуют вне дома или в амбарах с лёгкой крышей, чтобы не придавила. Донеси эту весть и до сиятельного раджи Вишала! Ты хорошо понял меня?

Побледневший слуга с испугом взглянул на Алексея и коротко поклонился сахибу.

— Можешь идти, — смягчился Садхир.

Проводив его взглядом, старик произнёс:

— Я прикажу постелить всем нам в большом амбаре. Там лёгкая крыша из сухих бамбуковых листьев, она уж точно никого не придавит. «Ну и кашу я заварил» — мысленно ужаснулся Алексей.

— Уважаемый гуру, не стоит так беспокоиться обо мне. На самом деле мне не впервой ночевать и под открытым небом. Я пережду эту ночь под деревом во дворе, у меня есть для этого всё необходимое, — вскинулся Алексей.

— Как желаешь, Алахей, — устало вздохнул старик, вставая из-за стола и давая понять, что решение уже принято и разговор окончен.

Алексей метнулся к себе в комнату. Вытащил из рюкзака спальник и плащ. «Эх, почти совсем как в старые добрые времена» — ностальгически вздохнул он, выходя с вещами во двор и направляясь к дереву. На улице стало уже совсем темно. Лишь многочисленные ароматические светильники, в изобилии расставленные по двору и отпугивающие мошкару, давали неяркий мерцающий свет. Он расстелил на земле спальник и устроился между мощных корней дерева. «Да нет. Не должен я так ошибаться, этой ночью оно точно произойдёт» — с тревогой подумал он, задумчиво разглядывая мерцающие вокруг него огоньки.

В эту ночь деревня не засыпала. Прямо на улицах разожгли костры, между ними кое-где деловито мелькали людские тени. Собаки продолжали подвывать. Окружающие деревню джунгли тоже не спали. В ясном ночном воздухе были отчётливо слышны визгливые истеричные крики обезьян и раздражённые ими басовитые порыкивания хищных зверей. Тоскливо-переливчатый многоголосый волчий вой немного отдалился от ярко освещённой огнями деревни, но и не прекращался. Взошла полная луна, освещая окрестности призрачным серебристым светом.

Спустя некоторое время, когда на душе стало уже совсем паршиво, Алексей вздохнул и присел на спальнике, обхватив руками согнутые в коленях ноги. Так стало немного легче. «Похоже, заснуть мне сегодня совсем не удастся» — мрачно подумал он. Когда всё тело уже порядком затекло, Алексей плюнул на сон, поднялся на ноги и начал прогуливаться по двору. Вдруг все звериные голоса разом замолкли. «Вот оно…» — почувствовав пробегающий по спине холодок, подумал он.

Земля издала низкий, ощутимый на самой грани сознания стон, и заходила ходуном. Всё окрестное зверьё, словно дождавшись нужной команды, разом взвыло дикими голосами. В какофонии чудовищных звуков отчётливо слышались треск ломающихся стен домов, испуганные людские крики и детский плач. Алексей, побелев от ужаса, закрыл уши руками и встал посреди двора, согнувшись и с трудом удерживаясь на ногах. Вторая волна колебаний земли прошла через минуту за первой. Затем последовал третий мощный толчок. И хотя мелкие колебания ещё продолжались, Алексей почувствовал, как внутри словно развернулась гигантская пружина, отпуская его. Прислушиваясь к ощущениям, с удивлением понял, что таких мощных толчков больше уже не будет. Выместив сполна на всём живом всю накопившуюся ярость, земля ещё слегка рассержено подрожала и успокоилась.

Слегка ошалев от всего произошедшего, Алексей растерянно огляделся по сторонам. В деревне ещё были слышны испуганные людские крики. Во дворе прямо на земле весело горели многочисленные масляные лужицы из опрокинутых каменных светильников. Он поднял с земли ближайшую чадящую плошку и, подняв повыше над головой, направился прямиком к амбару.

Внутри были слышны приглушённые неразборчивые голоса. Алексей осторожно приоткрыл покосившуюся дверь и заглянул в темноту, подсвечивая плошкой. Дрожащее пламя осветило перепуганные глаза Ашока. Алексей ободряюще улыбнулся и подмигнул малышу.

— А где дедушка? — спокойным голосом спросил он ребёнка.

Ашок сглотнул и попытался выговорить, указывая рукой куда-то в угол:

— Они там…

— Что там, они живы? — метнулся в угол Алексей.

— Мы все живы, Алахей, — кряхтя и отряхиваясь от нападавшего сверху пыльного мусора, ответил Садхир, поднимаясь откуда-то из-за больших плетёных корзин. Следом появилась испуганная бабушка Лилавати. Пару раз досадливо чихнув, старик, улыбаясь, подошёл к Алексею.

— А знаешь, Алахей, на самом деле ты ведь не так прост, как кажешься. Мы благодарим тебя от всего сердца, — просто сказал он, глядя в глаза.

Алексей, не ожидавший такой реакции от старика, оторопело спросил:

— Почему?

— Я прожил много лет, но никогда не слышал о том, чтобы обычный человек смог точно предсказать предстоящее землетрясение. Ты хоть представляешь себе, скольких людей ты сегодня спас? — немного торжественно спросил Садхир.

Алексей, успокоившись, неопределённо пожал плечами:

— Ну, наверное, всех, кто поверил в моё предсказание и не остался ночевать под каменным сводом.

— Это верно, — помрачнел старик. — Идём, я подозреваю, что в ближайшие дни нам предстоит много тяжёлой работы.

Во дворе уже вовсю суетились напуганные слуги, расставляя опрокинутые светильники. Садхир медленно прошёлся вдоль стен дома, подсвечивая факелом. Алексей с Ашоком безмолвными тенями плелись следом. Кроме нескольких глубоких трещин на стенах и местами осыпанной с крыши черепицы, дом больше не пострадал. Завершив осмотр жилища, Садхир облегчённо вздохнул и повернул голову к Алексею:

— Хвала светлому Вишну, наше жилище уцелело, а то я опасался худшего.

— Я думаю, что болотистые почвы вокруг деревни сильно сгладили дрожь земли, — живо отозвался Алексей.

— Да, теперь я вполне могу доверять твоим предчувствиям. Скажи, а людям уже можно без опасения заходить в свои жилища? — поинтересовался старик.

Алексей на секунду сосредоточился на внутренних ощущениях:

— Да. Моя тревога бесследно прошла. Если ещё что-либо и будет, то уже совсем неощутимо.

Садхир удовлетворённо кивнул. Сощурив глаза, поглядел на звёздное небо и произнёс:

— До рассвета ещё далеко. Алахей, я прошу тебя вместе со мной обойти деревню. Должно быть, кому-то сейчас требуется наша помощь.

— Ашок, а ты как единственный мужчина, остающийся в доме, успокой нашу бабушку. Ты ведь слышал, что сказал нам уважаемый Алахей? — обратился он к внуку, строго посмотрев вниз.

Ашок серьёзно посмотрел на обоих взрослых снизу вверх и медленно кивнул головой.

— Вот и хорошо, — смягчился старик. — Тогда скорее неси мою сумку, нам с Алахеем уже нужно идти.

Освещая дорогу чадящими факелами, Алексей со стариком вышли со двора. На освещённой кострами деревенской улице ещё бестолково метались люди, но уже чувствовалось, что паника постепенно проходит. В воздухе ощутимо несло гарью. Завидев спокойно идущих вместе уважаемого Садхира и загадочного Алахея, люди понемногу затихали и долго смотрели им вослед, не решаясь потревожить. Алексей старательно обшаривал взглядом жилища, пытаясь отыскать рухнувшие крыши или стены, под которыми могут быть погребены люди.

Неожиданно к Алексею с плачем подбежала молодая растрёпанная индианка и, схватив за руку, начала что-то быстро и сбивчиво говорить сквозь слёзы. Пытаясь разобрать хотя бы одно слово, он растерянно посмотрел на встревоженного Садхира. Старик солидно откашлялся и что-то переспросил у девушки, причём явно на другом, неизвестном диалекте. Индианка быстро переговорила со стариком, и ещё раз благоговейно коснувшись руки Алексея, стыдливо отвернулась и убежала.

— Что это с ней? — недоумённо спросил Алексей. Старик выглядел немного смущённым.

— Их семья живёт здесь не так давно. Они приехали сюда далеко с юга. Поверив в твоё предсказание, в эту ночь они все заночевали в амбаре, а в покоях, где раньше спали трое её малолетних детей, рухнула огромная потолочная балка, вдребезги размозжив кровать. Все её дети в эту ночь остались живы. Вот она и благодарила тебя за это, Ранутра, — с улыбкой добавил Садхир.

Заметив возмущённый взгляд Алексея, старик продолжил:

— Да-да. В их дальних южных краях, заросших огромными непроходимыми лесами, могущественный асур Ранутра особо почитаем. Я же уже рассказывал тебе нашу древнюю легенду. А своим сбывшимся предсказанием в эту ночь ты только укрепил их веру.

Алексей сокрушённо вздохнул. «Не, ну что за дикое средневековье кругом, буквально повсюду им демоны с чертями мерещатся. Ладно Ашок, он хоть маленький и ему простительно, но ведь остальные-то вполне взрослые люди. И ведь хочешь как лучше, а получается как всегда. А собственно, что я так возмущаюсь? Вон у нас батюшек новые Мерседесы опрыскивать от злых духов зовут, и ничего, это считается вполне нормальным и даже модным». Он ещё раз огорчённо вздохнул, удивляясь бытующим во все времена стойким людским суевериям, и двинулся следом за стариком.

Мало-помалу деревня успокаивалась. Истерический собачий лай и скулёж утихли, превратившись в ленивое побрёхивание. Проходя мимо основательных усадеб, Алексей отметил, что пострадали в основном каменные дома, стоящие на крепком фундаменте, да и то все повреждения свелись к змеящимся по стенам трещинам и обильно осыпанной черепице. Судя по всему, землетрясение было не очень сильным, или деревню уберегли от разрушения обширные болотистые пустоши, расположенные поблизости и загасившие амплитуду колебаний земной коры. «А что творится внутри домов вообще неизвестно. Может быть, стены и крыша целёхоньки, а потолки рухнули на пол, как у той индианки. Не будем же мы, в самом деле, в каждый дом заходить для проверки, хозяева сами нас позовут, если что…» — рассудил Алексей, неспешно минуя очередной дом.

Увидев яркий отсвет пожара где-то на самом краю деревни, Садхир повернул встревоженное лицо и указал вдаль рукой:

— Поспешим туда, Алахей!

Прибавив ходу, быстро добрались до горящего деревянного дома. Вокруг уже вовсю суетились люди, окатывая полыхающие огнём стены водой из кожаных вёдер. «Никаких шансов, лучше бы окрестные крыши поливали, ведь огонь запросто на них перескочит» — мгновенно оценил масштабы происшествия Алексей.

Садхир быстро переговорил с людьми, которые кто с интересом, а кто с испугом косились в сторону Алексея. Старик вернулся к ученику и прокомментировал события:

— Хозяева живы. Когда всё началось, они спали во дворе, а лампаду в доме потушить забыли. От сотрясения почвы она упала на пол, масло разлилось и вспыхнуло.

Алексей понятливо кивнул головой.

— Гуру, я бы советовал им не тратить силы. Их дом уже всё равно не спасти, а вот на соседние дома огонь может легко перекинуться. Бывало, у нас так целые деревни выгорали дотла. Пусть они лучше соседние крыши поливают, — посоветовал Алексей.

Сокрушенно покачав головой, старик отправился к людям. Те уважительно посмотрели в сторону Алексея, скромно стоящего в сторонке, и двинулись с вёдрами к соседним домам. Алексей обрадовано перевёл дух. Сзади на дороге послышался дробный топот, и он испуганно обернулся на звук.

К месту пожара быстро спешили всадники. Позади на ухабах подпрыгивала пустая повозка раджи. Садхир подошёл к Алексею и встал рядом, спокойно дожидаясь наездников.

Увидев Садхира и Алексея, молодой парень, возглавляющий кавалькаду, резко осадил коня и спешился. Быстро подбежав и почтительно поклонившись, на одном дыхании он произнёс:

— Здравствуйте, уважаемые. Я Каси, сын Викрама. Во дворце случилась беда. Я едва отыскал вас. Наш сиятельный раджа Вишал просит о помощи!

— Что случилось? — спокойно спросил старик.

— Моего отца и нескольких воинов придавило рухнувшим потолком дворца. Они не успели выбежать, — дрогнувшим голосом пояснил юноша.

— Сейчас же едем, — решительно воскликнул Садхир, тревожно взглянув на Алексея и направляясь к повозке.

Каси уважительно сел вместе с ними, поручив скакуна другому всаднику. Взяв под уздцы лошадей, возничий медленно развернул повозку, вскочил на место кучера и прищёлкнул кнутом, споро трогаясь с места. Конные воины вырвались вперёд, освещая дорогу факелами.

— Разве мой слуга загодя не предупредил вас о грозящей опасности? — поинтересовался у Каси старик, удерживаясь рукой о борт трясущейся на ухабах повозки.

— Предупредил, — помрачнел воин, опустив голову.

— Просто случилось так, что этой ночью мы засиделись допоздна, празднуя рождение моего первенца, — немного посветлев лицом, пояснил он. — С нами был и наш сиятельный раджа Вишал. Памятуя о грозном предсказании, — бросив быстрый взгляд на Алексея, продолжил он, — раджа ещё вечером повелел нам возвести большие шатры в дворцовом саду и запретил находиться внутри дворца. В шатре мы и праздновали. Ближе к полуночи раджа отправился спать в свой шатёр к молодой жене, а мы тихонько продолжили праздник. Но воинам не хватило вина, и они хотели отправиться за новым бочонком на кухню. Мой отец всячески увещевал их, напоминая о предсказании. Воины послушались и уложились спать, но трое ослушавшихся молодых юношей тайком пробрались на кухню. Когда началось сотрясение почвы, отец вскочил на ноги и пересчитал воинов. Обнаружив пропажу, мы кинулись их выручать, но было уже поздно. Рухнула часть колонн и потолка, воздух наполнился пылью, факелы не помогали. Я потерял отца из виду и начал звать его. Он не отзывался. Вместе с ним пропали и ещё два молодых воина. Раджа пришёл в ярость оттого, что воины нарушили запрет. Он зажёг свою волшебную лампу, подарок уважаемого Алахея, — воин опять быстро взглянул на Алексея, — и начал искать пропавших. Но даже она не помогла, было слишком много пыли и поэтому ничего не было видно. Тогда наш сиятельный раджа повелел мне разыскать вас, в надежде, что к этому времени пыль уже осядет и пропавшим воинам потребуется врачебная помощь.

«Да уж. Из-за нескольких молодых пьяных олухов хороший человек в беду попал. Викрам уже дедом стал, а тут такое несчастье, придавило теперь. И главное, их предупреждали…» — сокрушённо вздохнул Алексей, надеясь на лучшее. После рассказа воина Садхир осуждающе поджал губы, но вслух ничего не сказал.

Загремев по дворцовой брусчатке, повозка лихо остановилась. Было ещё очень темно. В этот раз гостей встречал сам раджа, наспех одевшись в белые шёлковые штаны и остроносые туфли. Алексей снова испытал чувство некоторой нереальности происходящего, увидев яркий луч света, исходящий из налобного фонарика раджи. Воины с чадящими факелами робко толпились позади. Чувствовалось, что они только что получили хорошую взбучку.

— Здравствуйте, уважаемые! — поприветствовал Вишал, едва гости вылезли из повозки.

— Как себя чувствуют маленькие Алахей и Васу? Надеюсь, с ними ничего не случилось? — мигом поинтересовался Алексей.

— Благодарю вас, уважаемые. В эту ночь пришлось снова потревожить вас. Признаться, когда мне донесли весть о грозящей опасности, я не поверил. Но когда я узнал, что эта весть исходит от тебя, уважаемый Алахей, я отбросил все сомнения. Именно поэтому я и моя семья уцелели, — раджа грозно посмотрел на воинов, стоящих позади. Те испуганно потупили взгляды и чуть подались назад.

— Каси уже рассказал вам о беде, постигшей нас в эту ночь?

Садхир утвердительно кивнул.

— Тогда пойдёмте, пыль уже достаточно улеглась, и внутри дворца уже кое-что можно разглядеть. Надеюсь, в эту ночь больше сотрясений земли не будет? — Вишал мрачно взглянул на Алексея.

— Нет, — твёрдо ответил Алексей, исподволь разглядывая обнажённый торс раджи. Только теперь с близкого расстояния он разглядел многочисленные старые шрамы с отметинами аккуратных стежков, в изобилии украшающие полноватый мощный торс бывшего воина. «А ведь Садхир нисколько не преувеличил, когда рассказывал про ту страшную мясорубку, в которой они побывали вместе с раджей. Нехило тогда старик его заштопал. Удивительно, как он вообще остался жив, ведь судя по всему, кровопотеря была нешуточная и болевой шок наверняка…» — машинально раздумывал Алексей, следуя за раджей, который уверенно шёл вперёд, освещая путь фонариком.

Поднявшись по треснувшей мраморной лестнице, раджа остановился. Дальнейший путь преграждали рухнувшие колонны, между которыми кое-где пробивались маленькие лучики света от догорающего прямо на каменном мозаичном полу масла. Пыль всё ещё стояла столбом. «Представляю себе, что тут было во время самого землетрясения. Вот ведь, действительно, пьяные идиоты, море им по колено, а землетрясение пофигу. Как их тут теперь найдешь, а искать всё равно нужно. Викрама жалко», — зло подумал Алексей, вглядываясь в темноту.

Садхир в красноречивом молчании обозревал масштабы разрушений и только горестно качал головой.

— Я пошёл, — Каси решительно рванул вперёд.

— Куда ты пошёл, — мощным рывком развернул раджа, слепя глаза юноши фонариком. — Нужно обдумать, где их искать. Или ты все рухнувшие колонны один будешь приподнимать? Хватит, сходили уже, — раздражённо рыкнул он.

Каси испуганно притих, словно нашкодивший школьник потупился и тихо встал рядом с раджей. Алексей вздохнул и решил взять инициативу в свои руки. Присев на корточки, начал указательным пальцем выводить на пыльном полу примерный схематичный план дворца, руководствуясь впечатлениями от первого визита. Раджа изумлённо посмотрел на пол.

— Что ты делаешь, Алахей?

— Я хочу выяснить, как нам лучше отыскать их, — не отрываясь от рисунка, прокомментировал художества Алексей.

— Это все покои дворца, какими я запомнил их с прошлого раза, когда помогал принимать роды у твоей супруги, — показал пальцем он.

— Я ничего не понимаю, какие покои? — раздражённо переспросил раджа, вглядываясь в непонятный рисунок.

Алексей, мысленно чертыхнувшись, пояснил:

— Уважаемый Вишал, представь, что ты большая птица и паришь над дворцом сверху. Крыши у него нет, и ты видишь внизу под собой все покои дворца сразу.

На постепенно разглаживающемся от удивления лице раджи начала отражаться усиленная работа мысли. Алексей решил немного помочь.

— Вот смотри. Мы сейчас вот тут, стоим у входа, — нарисовал жирную точку Алексей. — Если двигаться сюда, мы пролетаем один зал, потом второй, а вот здесь родила маленького Алахея твоя супруга, — пояснил он.

Раджа изумлённо посмотрел на Алексея.

— Я понял, — восхищённо воскликнул он. «Ну, наконец-то» — с облегчением вздохнул Алексей. Каси восторженно сверкал глазами. Судя по всему, до него дошло намного раньше, что же такое изобразил на пыльном полу этот странный чужеземец.

— А теперь, уважаемый Вишал, не мог бы ты мне показать, где на этом рисунке проходит путь на дворцовую кухню. Ведь именно туда могли направиться твои слегка нетрезвые молодые воины, — напоследок тонко съехидничал Алексей.

— Слегка? Да они уже были намного пьяней вина, которое собирались выпить! — снова взъярился раджа. Воины позади дружно шарахнулись от его рыка, едва не выронив факелы. Вишал рывком развернулся назад и смерил их уничтожающим взглядом. Переведя взгляд на план дворца, смягчился и присел на корточки рядом с Алексеем.

— Можно пройти этот зал и свернуть в эту маленькую дверь, но я не уверен, что сейчас через неё можно пройти. А можно зайти вот здесь, сбоку от входа во дворец. Тут обычно разгружают всякую снедь и вино в подвалы, — раджа опять слегка повысил голос, увлечённо рисуя указательным пальцем на пыльном полу.

— Поступим так, — поднялся на ноги Алексей, отряхивая от пыли ладони. — Воины прошли от главного входа, а Викрам пошёл вслед за ними. Если дверь на кухню завалена, то мы попытаемся пройти с бокового входа. А если вообще всё завалено, то… — Алексей красноречиво развёл руками и замолчал.

— Там мой отец, — побелев, одними губами прошептал Каси.

Раджа мрачно посмотрел на него и повернул голову к Алексею.

— Алахей, я думал, что к вашему приезду пыль уже осядет и воинов можно будет найти. Я сам уже попробовал отыскать их, но не смог пройти далеко. Там очень трудно дышать и ничего не видно.

— Идти нужно сейчас. Время работает против нас, — твёрдо произнёс Алексей. — Нужны самые гибкие, но сильные воины.

— Я пойду, — заволновался Каси. К нему твёрдо подошли ещё пятеро совсем молодых воинов.

— Пойдёшь, — мрачно подтвердил Вишал. — Только вот как вы будете искать их в такой пыли?

«Эх, была не была. Проведём творческий эксперимент в реальных полевых условиях. На кошках я уже потренировался. А теперь проверим мои розыскные навыки и на людях» — решил Алексей.

— Уважаемый Вишал. Позволь мне на время возглавить твоих воинов. У меня есть некоторые навыки розыска людей вслепую.

— Вслепую? — удивлённым эхом откликнулся раджа, уважительно взглянув на Алексея. На секунду задумавшись, он принял решение.

— Сам Алахей поведёт вас. Слушайтесь его во всём, — повелительно обратился Вишал к молодым воинам, которые с удивлением слушали разговор.

Алексей выступил вперёд.

— Воины, слушайте меня внимательно. Внутри сейчас очень опасно. Прежде чем делать хоть один шаг, внимательно смотрите себе под ноги. Потом переступайте и осматривайтесь по сторонам. Вокруг ничего не трогайте. Если увидите человека, не трогайте его. Зовите меня и никуда не двигайтесь. Я пойду немного впереди вас. Всё ясно? — Алексей выжидательно посмотрел на воинов. Те утвердительно закивали головами.

— А теперь главное, — задумчиво прошёлся перед строем Алексей. — Внутри сейчас много пыли и долго дышать ею вы не сможете. Начнёте задыхаться и кашлять. Поэтому нам всем нужна защитная повязка. Кто-нибудь, принесите мне кувшин воды и большой кусок ткани.

Один из воинов стремглав сорвался с места и быстро убежал по ступеням вниз в темноту. Он обернулся буквально за три минуты, осторожно поставив узкий кувшин с водой на каменный пол.

— Это от старого шатра, — восстанавливая дыхание, коротко пояснил он, протянув Алексею небрежно свёрнутый кусок ткани.

— Разрежь его на семь длинных полосок, так чтобы их можно было завязать узлом сзади на голове, — скомандовал ему Алексей. Воин выхватил кинжал и быстро, словно опытный мясник ловко искромсал ткань.

— Неплохо, — одобрил Алексей, забирая свой клочок ткани. — А теперь разбирайте свои повязки и обильно смачивайте водой, отжимайте и завязывайте как я.

Алексей скомкал в руке ткань и щедро полил из кувшина. Быстро выжал воду и обернул клочок вокруг головы, завязав на затылке, словно классический американский ковбой. Воины, с интересом проследив за новым командиром, в точности повторили все действия. «Им бы еще стволы добавить и любой банк будет наш» — ухмыльнулся из-под повязки Алексей, наблюдая за своими временными орлами.

— Всё запомнили? — ещё раз уточнил Алексей. Те дружно закивали головами.

— Тогда пошли, я в пяти шагах от вас, а вы все за мной, — махнул рукой Алексей и развернувшись, закрыл глаза и вытянув руки ладонями вперёд, словно лунатик, ловко перешагнул через первую упавшую колонну.

Раджа с жутковатым интересом проследил за плавно удаляющимся в темноту Алахеем и раздражённо повернулся к оставшимся воинам. Выхватил горящий факел у ближайшего и резким взмахом руки отправил их с глаз долой. Садхир немного ссутулившись, спокойно смотрел вслед ученику.

— Он действительно пришёл к нам из самой Шамбхалы? — тихо спросил Вишал, выключая фонарь. Между собой они уже давно разговаривали запросто, без громких титулов и званий, как старые добрые друзья.

— Нет, мой старый друг. Просто он искусно владеет древними знаниями, которые, к моему большому сожалению, нами уже давно утеряны, — вздохнул Садхир, задумчиво глядя в темноту.

Раджа стоял рядом и задумчиво игрался с кнопкой питания фонарика.

— А знаешь, эта горящая без огня лампа здорово помогла нам этой ночью. Во всей этой суматохе я совсем запамятовал отдать её Алахею с собой. Выходит, он ещё тогда у пещеры неспроста подарил её мне?

Неожиданно молодо сверкнув глазами, Садхир обернулся к нему:

— На самом деле эта вещь гораздо древнее, чем ты вообще можешь себе представить.

Шумно сопя через мешающую повязку, Алексей легко перемахнул очередную поваленную колонну. Поначалу двигаться в помещении такого объёма было довольно непривычно. Постоянно сбивали с толку догорающие масляные пятна на полу, расцвечивая слепой мир в яркие цвета совершенно невероятных оттенков. Ещё не вполне доверяя приобретённому дополнительному чувству, он то и дело приоткрывал глаза, сверяя повседневные зрительные ощущения с внутренними.

Потом, привыкнув к необычной слепой картинке окружающего мира, он уверенно пошёл вперёд, осматривая разрушенный дворец только внутренним зрением. Даже не оглядываясь назад, ощущал медленные движения воинов раджи позади, которым в пыльном воздухе приходилось ориентироваться только на своё зрение. Во внутреннем слепом мире воины выглядели спутанными мохнатыми клубками разноцветных искрящихся линий, несущими в отростках-щупальцах огромные колышущиеся цветные шары, испускающие во все стороны ослепительно яркие стрелы. «Да уж, весёленькая картинка нарисовалась. Сальвадор Дали просто отдыхает» — ухмыльнулся увиденному зрелищу Алексей, продвигаясь вперёд.

Плавно пройдя коридор, вошёл в первый огромный зал с полуобвалившейся крышей. Открыв глаза, Алексей остановился, дожидаясь приотставших воинов, и c грустью огляделся по сторонам. Масло, догорающее на полу, тускло освещало потрескавшиеся стены с когда-то живописными фресками охотничьих сцен. Часть мраморных колонн, поддерживающих потолок, не выдержала подземных толчков и обвалилась, густо усеяв своими осколками затейливый рисунок мозаичного пола.

Порядком запыхавшиеся воины гурьбой вывалились из коридора, и, увидев командира, остановились как вкопанные.

— Никого не заметили? — поинтересовался Алексей.

Каси отрицательно замотал головой.

— Нужно осмотреть весь этот зал целиком. Становимся в ряд на расстоянии пять шагов друг от друга, и медленно идём вперёд прямо до противоположной стены, — скомандовал Алексей.

— Пошли, — махнул рукой, делая шаг вперёд.

Сделав около десяти шагов, Алексей насторожился. Впереди явно что-то менялось. Он открыл глаза и внимательно обшарил взглядом пол. Шагах в трёх впереди разглядел две рухнувшие крест-накрест колонны. Сами по себе они были ничем не примечательны, странно было то, что там явно чувствовалось присутствие живого. Только оно не было похоже своим видом на контуры человека, уж больно маленькое и несуразное.

Алексей медленно подошёл к мраморным обломкам и осторожно перешагнул. Прямо перед лицом, здорово напугав, в воздух неожиданно взвился затаившийся в обломках павлин, густо усыпанный белой гипсовой пылью. С испуганным курлыканьем он начал низко носиться по залу, поднимая обильные клубы пыли частыми взмахами крыльев. Молодые воины вздрогнули от неожиданности и мигом ухватились за эфесы сабель. «А всё же ребята молодцы. Уж чего-чего, а с рефлексами у них всё в порядке» — невольно улыбнулся Алексей. Махнул ребятам рукой в направлении стены.

Ближайшие воины понимающе закивали головами в ответ и целеустремлённо двинулись вперёд. Не считая перепуганного павлина, зал оказался пустым. Достигнув потрескавшейся стены, Алексей развернул воинов и двинулся вдоль, разыскивая дверь на кухню. Проём оказался не заваленным. Смело свернув внутрь, он попал в узкий коридор. Внутренне осмотревшись, призывно махнул воинам.

Коридор закончился небольшим каменным завалом, за которым снова чувствовалось что-то живое. Алексей открыл глаза и попросил Каси, идущего следом, подсветить потолок факелом. Оценив крепость нависающего каменного свода, принял решение разобрать завал.

— Так, там впереди за камнями есть кто-то живой. Поэтому осторожно берём камешки, передаём их друг другу и складываем за собой вдоль стены, — пояснил воинам Алексей, передавая первый камень Каси по цепочке. Воины воткнули древко факелов в щели каменной кладки коридора и дружно принялись за работу.

Когда они быстро расчистили проход, Алексей разглядел полузаваленное запылённое человеческое тело, неподвижно лежащее лицом вниз среди камней. Склонившись над пострадавшим, не переворачивая, взял за руку и осторожно пощупал пульс. «Вроде бы живой, просто без сознания. Наверно камешком по голове здорово приложило. А крови нет, видно скользящий удар пришёлся, вон шишка какая вздулась. Придётся переворачивать, внешне позвоночник и шея целые, а рентгена тут нет» — принял решение Алексей, с натугой переворачивая безвольное тело. Остальные воины тихо столпились вокруг.

— Это Биджай, — быстро взглянув в лицо воина, носовым голосом произнёс Каси сквозь туго натянутую повязку.

— Ты повязку-то себе немного ослабь, так и задохнуться недолго, — сдерживая улыбку, посоветовал Алексей, сразу вспомнив характерный гнусавый голос переводчика первых видеокассет с западными фильмами.

— Забирайте Биджая и несите его к почтенному Садхиру, — скомандовал воинам Алексей.

Каси ослабил узел повязки и вопросительно взглянул на маленького коренастого паренька. Тот согласно кивнул и присел на корточки около неподвижного тела, а два других воина бережно взвалили Биджая ему поперёк спины.

— Дотащишь? — уже нормальным голосом поинтересовался Каси. Немногословный воин только крякнул с натуги и снова утвердительно кивнул головой.

— Ты пойдёшь впереди, а когда донесёте Биджая, сразу возвращайтесь к нам, — распорядился Каси, передавая факел ближайшему воину.

Проследив за удалившимися воинами, Алексей повернулся к Каси:

— Значит, впереди ещё пять?

— Пять, — подтвердил тот, размазав рукой грязные капли пота по лбу. — Дальше будет маленький зал, а сразу за ним лестница вниз на кухню.

— Тогда пошли, — мотнул головой вперёд Алексей.

Свернув в тёмный зал, Алексей остановился, осматривая помещение. Пыль уже начала понемногу оседать. Здесь почти всё уцелело, только отвалилась позолота с потолка, и кое-где потрескались стены. «Может фундамент неоднородный, или материалы разные. Похоже, и здесь их во время строительства тоже подтыривают потихоньку» — машинально отметил он, оценивая разрушения. Закрыл глаза и осмотрел зал. Всё чисто, вокруг сплошная серая тусклая пелена, нет даже и малейшей искры живого. Для очистки совести слегка побродил по залу, и, целиком убедившись в своей правоте, с лёгким сердцем махнул воинам в направлении заваленного прохода на кухню.

Остановившись перед завалом, он сосредоточился и почувствовал впереди под камнями присутствие сразу двух человек. Сзади послышался лёгкий шум. Обернувшись, Алексей увидел, что к ним уверенно направляются два воина, подсвечивая путь фонарём. Порядком запыхавшийся коренастый крепыш, унёсший на себе Биджая, подошёл к Алексею и почтительно протянул фонарик:

— Наш раджа велел передать это тебе.

— Спасибо, — машинально поблагодарил Алексей, надевая фонарь на лоб.

— Как там? — поинтересовался у крепыша, махнув рукой в сторону выхода.

— Наш уважаемый гуру Садхир уже привёл Биджая в чувство.

— Это хорошо, а здесь впереди у нас ещё двое. Нужно разбирать завал. Опять становимся гуськом, камни складываем вот здесь, вдоль стен.

Поработать пришлось изрядно. Камни были не очень крупные, вперемешку с изогнутыми брёвнами и досками. Похоже, их когда-то использовали строители для придания арочной формы перекрытия. Пальцы Алексея уже начали саднить от непривычной работы. Когда показалась неподвижная пыльная скрюченная фигура лежащего на боку человека, облегчённо утёр пот со лба.

— А вода там у кого-нибудь есть? — поинтересовался в темноту. Откуда-то сзади по цепочке передали маленькую кожаную флягу.

Алексей жадно отхлебнул из фляги несколько глотков и вернул назад. Наклонившись над находящимся без сознания человеком, бережно ощупал его голову, шею и позвоночник. Всё цело. Перейдя к рёбрам, Алексей досадливо поморщился. «Явный перелом двух рёбер, а может и ещё нескольких, под гематомой так сразу не разберёшь. Опять на горбу его тащить нельзя, лёгкие сразу порвутся, если уже не порвались, хотя кровавых пузырей изо рта нет, скорее всего, целы». Перейдя к осмотру конечностей, Алексей сходу обнаружил перелом предплечья правой руки. Ноги воина оказались целы, но в многочисленных синяках. «Ситуация усложняется. Этот в отключке от болевого шока. Ему нужны носилки и второму впереди наверняка тоже. Вроде бы он там пока ещё светится, надеюсь, что мёртвого я бы уже не увидел» — принял решение Алексей, разыскивая взглядом того шустрого паренька, принёсшего кувшин с водой для повязок.

Осветив лицо юноши лучом фонарика, он поманил его рукой.

— Как тебя зовут, воин? — негромко поинтересовался Алексей.

— Мадхукар, — робко представился он.

— Слушай меня, Мадхукар. Парень ты шустрый и сообразительный. Нужно, чтобы ты быстро сбегал наружу и принёс сюда две вот таких вещи, — снимая с лица повязку, попросил Алексей, выбирая на полу место почище.

— Смотри, срубаешь две бамбуковых палки, чуть выше твоего роста. Потом оборачиваешь их тканью, чтобы в промежутке между ними смог спокойно лежать человек, — увлечённо рисуя, комментировал свои действия он. — А края ткани закрепишь вот так, — положил он на пол свою повязку, — протыкаешь кинжалом оба её края, словно бы здесь прошла лиса, и просовываешь в дырки бамбуковую палку. Потом попроси одного из воинов лечь на ткань и с кем-нибудь вдвоём поднимите его, чтобы проверить, удержит ли она его вес. Нужно сделать две таких вещи. Всё понятно?

Мадхукар угрюмо кивнул и добавил:

— У нас эта вещь называется носилки.

— Ну я же нездешний, вобщем сделай носилки, только побыстрее, — сокрушённо вздохнул Алексей, обнаружив очередную дыру в своём местном словарном запасе.

Отправив расторопного Мадхукара наружу, Алексей повернулся к раненому. Каси сидел рядом на корточках, остальные воины устало расположились вдоль стены. Встретившись взглядом с Алексеем, Каси тихо произнёс:

— Это Нарендра. Он тоже побежал за ними вместе с моим отцом.

— Надеюсь, что всё обойдётся. А Нарендра жив, у него только рёбра сломаны и поэтому он лишился чувств от боли. Давай-ка лучше дальше завал разбирать, там впереди ещё кто-то есть, — приободрил Алексей.

После небольшого отдыха дело пошло быстрее. Вскоре показались пыльные ноги лежащего человека, заваленного сверху досками и камнями. Сзади опять послышался шум, и Алексей оглянулся на звук. В ярком луче фонаря узнал Мадхукара с носилками и ещё двух коренастых воинов.

— Раджа узнал о Нарендре и направил нас в помощь, — коротко пояснил коренастый крепыш, щурясь от яркого света фонарика.

— Кладите носилки около него. Вы их хорошо проверили? — поинтересовался Алексей.

Мадхукар обиженно вскинул голову и гулко ударил кулаком себе в грудь, после чего у Алексея сразу развеялись все сомнения в их грузоподъёмности.

— Тогда слушайте меня. Сейчас мы все четверо берём Нарендру, и когда я скажу клади, медленно перекладываем его на носилки. Понятно? Тогда дружно взялись, клади!

— Всё, давайте уносите его и сразу назад, — скомандовал Алексей, убедившись, что Нарендра не свалится при переноске.

Проводив воинов с трёхсотым грузом, Алексей поправил рукой сбившийся фонарь и повернулся к Каси. Тот сидел на коленях около неподвижного тела и, сжав лицо ладонями, беззвучно качался вперёд-назад.

— Ты чего? — растеряно спросил Алексей.

— Это отец, — отворачивая лицо, глухо произнёс Каси.

— Понятно, — вздохнул Алексей. Похоже, всё это время молодой воин крепился, надеясь на лучшее, а когда разобрал завал и опознал в лежащем среди каменных обломков пыльном теле своего отца, его нервы не выдержали.

— Подожди горевать-то, сейчас я его посмотрю.

Алексей наклонился над неподвижным телом и начал последовательный осмотр. У Викрама оказался сильный ушиб грудины, по крайней мере, большая синюшная гематома сильно убедила в этом. Сколько не старался, но не смог нащупать сломанных рёбер. Похоже, что доски, которые лежали на воине сверху, сильно смягчили удар. Руки и ноги Викрама оказались целы, но были все в синяках, багрово просвечиваясь даже сквозь густую пыль.

Викрам тихо застонал и приоткрыл глаза.

— Отец! — обрадовано кинулся Каси.

— Куда ты, раздавишь его, — с трудом оттащил его Алексей. — Воды лучше дай!

Каси метнулся куда-то в темноту. Алексей склонился к Викраму:

— Викрам, ты слышишь меня? Если тебе больно говорить, то просто моргни.

Заметив едва заметное движение ресниц, Алексей облегчённо вздохнул. Взял фляжку из трясущихся рук Каси и начал бережно смывать пыль с лица Викрама.

— Ну, видишь, жив твой отец, жив, дальше легче будет, — успокоил молодого воина Алексей, внутренне содрогнувшись. Лицо Викрама представляло собой один большой лиловый синяк.

Взгляд воина сделался более осмысленным. Он даже сделал слабую попытку привстать, но со стоном откинулся назад.

— Лежи, лежи, тебе сейчас нельзя вставать, — торопливо навис над ним Алексей.

— Как тебя вообще угораздило сюда пойти. Ведь всех вас предупредили!

В ответ на это Викрам обессилено закрыл глаза и подёргал кадыком, потом едва слышно медленно прошептал:

— Ты… не понимаешь… они все для меня… как дети…

Глядя на изувеченное неподвижное тело, Алексей едва не выругался, сильно желая дополнить, какие это и чьи дети, но сдержался. Выжав из фляги остатки воды на голову и бодро встряхнувшись, протянул её молчаливо стоящему рядом Каси:

— Выбери себе воина покрепче, вместе с ним унесёшь отца.

— Навин, иди сюда, — негромко позвал в темноту Каси.

Бережно переложив с подошедшим долговязым парнем отца на носилки, Каси вручил чадящий факел возвратившемуся Мадхукару:

— Подсветишь нам по пути.

Алексей протянул было им фонарь, но Каси отрицательно махнул рукой:

— Не надо. Там впереди дверь, а за ней кухня, больше они отсюда никуда свернуть не могли. Теперь втроём там… — неразборчиво пробормотал он, взглянув на отца.

— Ты, главное, уноси отца, мы теперь тут сами разберёмся, — обнадёжил Алексей, поворачиваясь к завалу.

До двери на кухню осталось всего каких-то семь метров. Алексей задумчиво оценил количество каменного мусора в проходе и, убедившись в полном отсутствии чего-либо живого, решительно полез вверх по камням почти под самый свод потолка. Оставшиеся воины начали поочерёдно карабкаться наверх. На карачках подобравшись к остаткам деревянной двери, выдавленной грудой камней внутрь кухни, Алексей осторожно спустился вниз, поднимая густые клубы пыли, и с интересом огляделся по сторонам.

Просторная тёмная кухня совсем не пострадала. В луче фонаря на каменных столах виднелись в изобилии разбросанные остатки зелени, пустые медные сковородки, бамбуковые туески с какими-то специями и большие кухонные ножи. С шумом осыпая камни, сверху спустился первый воин.

— Ну и где тут у вас хранится вино? — поинтересовался Алексей.

— Я сейчас покажу. Бочонки вон там, за поворотом у дальней стены, — торопливо махнул рукой тот, направляясь вперёд. Алексей улыбнулся и неопределенно хмыкнув, направился следом.

Миновав маленькое оконце, где уже брезжил рассвет, свернули за угол кухни и сразу увидели всю троицу ушедших в самоволку молодых воинов во всём великолепии. Друзья вповалку лежали на обильно залитом красным полу. Рядом валялся опрокинутый солидный бочонок.

В ноздри резко шибануло густым запахом винных паров. Алексей медленно подошёл к беззаботно дрыхнущей троице и присел на корточки около неподвижных тел. Едва сдерживая истерический смех, насмешливо взглянул снизу вверх на своего спутника. Тот стоял, уперев мускулистые руки в боки и критическим взглядом оценивал неподвижных товарищей. Остальные воины тесной группой окружили лежащую на залитом вином полу пьяную троицу и с кривыми ухмылками обменивались понимающими взглядами. «Ну почему так? Почему во все времена дуракам всегда везёт, а вместо них страдают другие? Эти дружбаны так набрались, что даже землетрясение проспали» — с трудом подавляя нервный смех, устало подумал он.

— Ладно, выносите отсюда этих друзей, — махнул вниз рукой Алексей, направляясь к выходу.

Над джунглями всходило красное туманное солнце. Алексей снял с лица опостылевшую повязку и с удовольствием втянул носом прохладный и свежий утренний воздух. Медленно перелез через поваленную колонну, и устало присел на каменный пол рядом с Каси, сидящим около носилок отца. Услышав шум, Викрам приоткрыл один глаз и слабо улыбнулся. Алексей ободряюще улыбнулся в ответ.

Садхир тихо беседовал о чём-то с раджей. Завидев Алексея, оба поспешили навстречу.

— Как он? — первым делом поинтересовался у старика Алексей, указывая на Викрама.

— Я дал ему выпить травяную настойку, которая на время снимёт боль. Как только она утихнет, ему нужно будет выпить снадобье, снимающее отёки, — благожелательно ответил Садхир.

— А где Биджай и Нарендра? — поинтересовался Алексей.

— Биджая я разрешил забрать его родственникам, а вот Нарендра с Викрамом пока побудут у нас в поместье. Их увечья намного сильнее, — помрачнел старик.

— А где те трое? — спросил Алексея раджа.

— А их сейчас вынесут, — неопределённо хмыкнул в ответ Алексей. Раджа тревожно нахмурил брови. Алексей отрицательно мотнул головой:

— Да живы они все, одним словом — зелень бестолковая…

Алексей умолк на полуслове и порывшись в кармане, вытащил фонарик и протянул Вишалу.

Из полутёмных глубин дворца послышались приглушённые голоса. Шумно пыхтя, воины раджи поочерёдно перетащили мертвецки пьяных товарищей через колонну и словно мешки, одного за другим сгрузили в кучу перед ошеломлённым Вишалом.

Раджа потрясённо оглядел тела и вопросительно взглянул на Алексея. В ответ Алексей только молча пожал плечами и обескуражено развёл руками. Остальные воины, в предчувствии приближающейся грозы почтительно отошли от раджи и встали полукругом поодаль.

Вишал побагровел и с шумом втянул носом воздух. Он нагнулся и рывком приподнял за грудки ближайшего безмятежно спящего молодого воина. Откинув назад голову, тот безразлично повис на руках. Раджа зарычал от бессильной ярости и швырнул тело вниз словно куклу, в бешенстве пытаясь выхватить правой рукой из ножен отсутствующую на поясе саблю.

Между тем, другой в дупель пьяный воин из великолепной тройки, лежащий в совершенно невообразимой для человека позе, громко всхрапнул и спокойно перевернулся на другой бок, укладываясь поудобнее. Столь естественное движение для человека в его положении вызвало бурную реакцию трезвых товарищей. Не в силах больше выдерживать эту комедию, воины вдруг дружно загоготали так, что Вишал даже вздрогнул от неожиданности и, зашипев от злости, рывком повернулся назад. Но даже под разъярённым взглядом командира они так и не смогли остановиться и продолжали гоготать так, что из ближайших кустов шарахнулись в воздух испуганные птицы.

Раджа растерянно повернулся к Алексею. В его глазах прыгали весёлые бесенята.

— Нет, ты только посмотри на них! Да что с них взять, истые жеребцы, — упавшим голосом прокомментировал он недостойное поведение подчинённых, и вдруг неожиданно откинулся всем телом назад и захохотал так, что Алексей даже испугался, что раджу хватит удар. Глядя на безудержное веселье грозного командира, воины разошлись ещё пуще прежнего, до хрипоты, а некоторые даже повалились на пол. С мокрыми дорожками слёз на щеках, морщась от боли, смеялся даже Викрам. Его безуспешно пытались успокоить Каси и Садхир, которым было далеко не до смеха.

Выпустив пар, Вишал указал воинам на безмятежно спящую троицу и слабым голосом повелел убрать их прочь. Вытерев тыльной стороной ладони нежданно выступившие от смеха слёзы, медленно повернулся к Алексею.

— Там хоть что-нибудь уцелело? — снова становясь решительным владыкой, негромко поинтересовался он.

— Первый по ходу зал сильно разрушен. Крыша почти полностью обвалилась, а все стены в трещинах. Во втором можно свободно пройти, а вот перед кухней придётся повозиться, мусора очень много, а сама она не пострадала, только дверь в щепки разнесло.

— Ммм-да, а я то надеялся на лучшее, — немного задумавшись, огорчённо вздохнул раджа. — А, ерунда, всё это пустое. Дворец я снова отстрою, главное, что мы сами убереглись, — решительно махнул рукой, благодарно взглянув на Алексея.

— А где же ты разместишь своё семейство на время строительства? — спросил Садхир, заинтересованно слушающий разговор.

— Потесню свою челядь, часть из них будет жить в шатрах, а я с семьёй в их жилищах рядом с дворцом, ведь они почти не разрушены.

— Уместно ли мне будет предложить тебе иной путь, ведь сезон дождей уже начался. Мой дом сейчас почти пуст, — голос старика немного дрогнул. — Ученики приедут назад от родни только осенью. Суман с невесткой тоже будут нескоро, поэтому я предлагаю вам погостить у меня.

— Старый друг, ты всегда помогал мне… — растрогано полез обниматься Вишал. — Я от чистого сердца благодарю тебя за помощь. Но посуди сам, мой верный Викрам, которому я уже много лет всецело доверяю, сильно пострадал и ему нужно длительное лечение. Конечно его сын будет на время управляющим во дворце, но он молод, горяч и неопытен. А за ходом строительства будет нужен хозяйский глаз, да и к тому же, — понизил голос раджа, — моя сокровищница останется здесь без должного присмотра. Поэтому я принял решение и остаюсь.

— Воля твоя, но помни, что я всегда буду рад принять вас, — вздохнул старик. — А теперь нам с Алахеем пора возвращаться домой и забрать с собой пострадавших.

Ещё раз в порыве чувств дружески приобняв старика, раджа повернулся и зычно подозвал Каси.

— Пока твой отец болен, ты будешь вместо него моим управляющим. Возьми десяток людей и две повозки. Отвези отца и Нарендру в поместье почтенного Садхира.

Каси вспыхнул от гордости и благодарно приложив правую руку к сердцу, коротко поклонился Вишалу. Затем молча развернулся и направился исполнять первое поручение в новой высокой должности.

Глава 30

Основы современной травматологии

После тревожной бессонной ночи Алексей незаметно задремал прямо в повозке под мерное успокаивающее поскрипывание колёс. По прибытии домой Садхир терпеливо дождался, когда воины раджи перенесут и разместят раненых, и только потом мягко пробудил ученика:

— Алахей, проснись, потерпи ещё немного. Помоги мне наложить жёсткую повязку на руку Нарендры.

— А почему повязку, ему же гипс нужен, — спросонья недоумённо вскинулся Алексей. — У него вроде предплечье было сломано, или я второпях ошибся в темноте?

— Ты не ошибся Алахей, одна из двух костей предплечья действительно сломана, а вторая наверняка треснула, но хвала светлому Вишну, перелом чистый и без костных осколков. По крайней мере, я их не нащупал, а это очень важно.

— Но ведь жёсткая повязка всё равно ненадёжна. Рука Нарендры в ней будет слегка шевелиться, а из-за этого у него даже может вырасти ложный сустав. Ему нужен только гипс, — отрезал Алексей.

Садхир удивлённо пригладил рукой бороду.

— Поясни, Алахей, правильно ли я понял тебя, ты говоришь о белом минерале, из которого изготавливают незатейливые детские игрушки и покрывают стены жилищ изнутри?

— Ну да, он же продаётся на здешнем рынке. Я сам видел… — неожиданно осёкся Алексей, начиная догадываться. «Ё-моё, да они же тут вообще не применяют гипсовые повязки при переломах. Очень странно всё это, сами вовсю оперируют людей стальными хирургическими инструментами, а про гипсовые повязки ничего не знают. Не могли же люди за всё это время забыть о таком простом способе фиксации повреждённых конечностей, или действительно не додумались ещё? Где же я тогда, чёрт побери…»

— Уважаемый гуру, а позволь мне самому заняться лечением руки Нарендры. Я покажу, как это делают у нас.

— Ты сильно заинтересовал меня, Алахей. Ничего подобного я даже и не слышал. Что тебе для этого нужно?

— Да всего ничего, самый наитончайший войлок, небольшой кувшин сухого гипса, большой таз, неплотная ткань для повязок и обычная вода.

— Тогда идём. Рахул пока проводит тебя к больному, а я здесь немного распоряжусь… — куда-то неожиданно заторопился старик, по пути дав указания слугам, прибирающимся во дворе.

Рахул быстро проводил Алексея до покоев Нарендры. Зайдя внутрь, Алексей слегка смутился, не ожидая увидеть здесь незнакомых людей. Бледный, с лиловыми синяками на лице Нарендра неподвижно лежал на низкой кровати с полузакрытыми глазами. Пострадавшая рука была обмотана тугими жёсткими листьями и неподвижно зафиксирована бамбуковой палкой. Туловище воина было также туго замотано, чтобы он мог только едва дышать. Около кровати, не отрывая тревожного взгляда от его лица, молча сидели немолодая женщина и седой худощавый мужчина. «Наверно его родители» — отметил Алексей, тихо поздоровавшись и подходя ближе к больному, оценивая состояние.

Нарендре во время обвала дворца явно досталось больше всех. Похоже, это сразу понял и Садхир, поэтому и погрузил юношу в полубессознательное состояние, чтобы он не страдал от мучительной боли в сломанной руке и рёбрах.

— Что с ним? — тревожно спросил отец Нарендры.

— Его завалило камнями во дворце раджи во время землетрясения. Теперь у него сильно ушиблено тело, сломана правая рука и несколько рёбер, а чтобы он не мучился от боли, пока мы с почтенным гуру будем править его руку, его погрузили в сон. Вот поэтому он сейчас не слышит и не узнаёт вас, — как мог, успокоил Алексей.

— Мы вылечим вашего сына, — раздался сзади спокойный голос Садхира, тихо вошедшего в комнату. — Но вам пока лучше уйти. Наш уважаемый целитель Алахей всё верно сказал вам. Сегодня Нарендра будет спать до самого вечера, навестите его завтра утром, когда он уже придёт в себя.

Тепло попрощавшись с родителями воина, которые ушли с немного просветлевшими лицами, старик повернулся к Алексею.

— Сейчас нам принесут всё необходимое.

Буквально через минуту в дверях появились слуги, которые молча расставили перед кроватью Нарендры все принадлежности и быстро удалились.

— Тогда приступим, — немного волнуясь, произнёс Алексей.

— Для начала нужно проверить гипсовый порошок. Он должен быть сухой, без посторонних камешков и слежавшихся комков, — пояснил он заинтересованно слушающему старику, зачерпнув ковшом ладони мелко размолотый гипс из широкого кувшина.

— Потом расстилаем бинты и втираем в него гипс. Руку Нарендры потребуется обернуть в пять слоёв.

Садхир немного понаблюдал за действиями ученика, а потом решительно взял широкий бинт и, расстелив на каменном полу, начал увлечённо втирать в него гипсовый порошок.

— Теперь нужно подготовить руку Нарендры. Если нет очень тонкого войлока, то перед накладкой гипса нужно обязательно сбрить волосы на руке. Но во время бритья кожу можно легко повредить, а внутри под гипсом ранка будет плохо заживать и потеть. Поэтому возможности лучше использовать самый тонкий войлок, чтобы к коже обязательно поступал воздух, и она не отмирала.

Алексей бережно развязал старую лиственную обвязку с руки Нарендры. Сквозь натянутую кожу багрово светилась гематома. «Ну хоть немного повезло, что закрытый перелом лучевой кости и без осколков. Вроде локтевая кость уцелела. Но как это определил старик, ума не приложу…»

— Гуру, скажи, а как же ты определил, что одна из костей предплечья уцелелела? Скажу честно, в этой синей опухоли я теперь вообще ничего не могу разобрать.

— Ну конечно, сейчас бы и я тоже не сразу разобрал, — добродушно усмехнулся старик. — На самом деле всё очень просто. Когда ты будешь проходить обучение в столице, у тебя разовьётся необыкновенная чувствительность пальцев. Поэтому каждый врач должен очень бережно относиться к своим рукам. Это основной инструмент нашего ремесла. Береги их, Алахей, — очень серьёзно произнёс он, добавив:

— А как же у вас определяют переломы костей? Я думаю, что люди и в твоё время каждодневно сталкиваются с этим неприятным явлением.

— У нас с этим намного проще. Наши врачи просто видят место перелома, подобно нарисованной картинке в книге.

— Как же это возможно? — изумлённо выдохнул Садхир.

— Есть у нас такие хитрые механизмы. Они испускают невидимые глазом лучи, которые проходя через живую плоть, рисуют на особом пергаменте внутренний рисунок костей, подобно тому как солнечный свет просвечивается через зелёный лист, выделяя в нём все прожилки скрытые в его глубине. Но так уж хитро устроена природа, что за это могущество приходится жестоко расплачиваться, — невесело усмехнулся Алексей.

— Хоть они и помогают увидеть внешне незримое, но сами незаметно разрушают человеческую плоть. Кстати говоря, эти лучи имеют одинаковую природу с теми, которые разрушили тот самый город, ставший впоследствии Холмом мёртвых.

— На это я могу сказать лишь одно. Ещё мой старый учитель говорил, что любое лекарство может как исцелить человека, так и умертвить его, — с сожалением вздохнул старик.

— Впрочем, мы немного отвлеклись, — опомнился Алексей. — То, что я сейчас оберну вокруг руки Нарендры, называется у нас гипсовая повязка. Для этого нужно рыхло свернуть подготовленные бинты и положить в воду, чтобы они пропитались и из них вышли пузырьки воздуха, — тщательно комментировал каждое действие он.

— Ну вот, а теперь мы накладываем войлок на руку, а поверх него начинаем слой за слоем без усилий наматывать слегка выжатые гипсовые бинты.

Садхир с профессиональным интересом следил за ловкой работой молодого ученика.

— Вот и всё готово, сейчас бинты быстро засохнут и рука Нарендры будет зажата гипсом по всей длине, следуя всем изгибам. Так кости будут срастаться намного надёжней. Правда к середине дня будет нужно обязательно проверить, хорошо ли в руку поступает кровь. Если пальцы за это время сильно посинеют и распухнут, это значит, что повязка была наложена очень туго и её придётся снять и всё повторить заново.

Выждав ещё минуты три, Алексей обратился к учителю:

— А теперь уважаемый гуру, убедись в этом сам.

Недоверчиво взглянув, старик осторожно коснулся указательным пальцем загипсованной неподвижной руки Нарендры.

— Смелее, — приободрил Алексей.

Садхир осторожно пошатал гипс, потом даже постучал по прочной поверхности костяшкой указательного пальца. Слегка склонив голову набок, недоверчиво выслушал глухой затухающий звук и восхищённо прокомментировал результат:

— Выглядит так, словно поверх его руки наросла новая кость.

— Так оно и есть. Ведь природа гипса и человеческой кости одинакова, — с улыбкой откликнулся Алексей.

— Алахей, я очень благодарен тебе, что на самом склоне лет я получил с твоей помощью новые знания, снова почувствовав себя совсем как в былые года, молодым учеником, — неожиданно преклонил седую голову старик.

Алексей даже засмущался от такой высокой похвалы. Всё-таки в родном времени такие искренние и открытые проявлениям чувств были непривычны.

— Это самое малое, что я могу сделать. Всё остальное к чему я там привык, здесь, к сожалению недоступно.

— Почему? — заинтересовался Садхир.

— Вообще сама медицина у нас сильно переплелась с другими науками и зависит от разных вещей. Многие вообще не существуют в природе, поэтому их изготавливают особым образом. С их помощью даже можно пересаживать от человека к человеку повреждённые внутренние органы и само сердце.

— Сердце? — поражённо охнул Садхир.

— Правда, это очень дорого стоит, и поэтому денег хватает не у всех, — смутился Алексей.

— Дороговизна нашего ремесла будет непреложно сохраняться во все времена. Ведь согласись Алахей, самая дорогая вещь для каждого человека это собственное здоровье. На него порой не хватит никаких самых безумных денег, — погрустнел старик.

Ещё раз ощупав руку Нарендры, неожиданно усмехнулся:

— А как же это снимать, когда его рука зарастёт?

— А никак. Только распилить и выбросить, — простодушно улыбнулся Алексей.

Услышав такой неожиданный ответ, старик на секунду удивлённо замер, осмысливая услышанное, а потом от всей души захохотал.

— Уж потешил, так потешил. Действительно, а что же ещё с ним делать, — подвёл итоги Садхир, дружески приобняв ученика за плечи.

— А теперь прости уважаемый Алахей, но я вынужден напомнить, что тебе, да впрочем, и мне самому уже пора идти спать, — от души широко зевнул старик, и Алексей согласился, чувствуя, как наливаются свинцовой тяжестью веки.

Глава 31

Ориентирование во времени

Жизнь понемногу снова начала входить в своё нормальное русло. Только врачебной работы гораздо прибавилось. Уже на следующий день в поместье известного во всей округе старого целителя потянулись пострадавшие люди из окрестных деревень, которые не успел оповестить слуга.

Садхир по достоинству оценил новый метод лечения переломов и уже сам уверенно накладывал гипс всем пострадавшим, да так, что Алексей даже удивлялся, насколько ловко у него это получается. Первое дни работы было много, однажды вдвоём даже пришлось ампутировать напрочь раздавленную кисть пожилого индуса, спасти которую уже не взялся и сам Садхир, опасаясь развития гангрены. Алексей даже закрыл глаза, когда Садхир, морщась от резкого запаха палёной человеческой плоти, прижигал раскалённым прутом крупные кровеносные сосуды на окровавленной культе бедолаги.

Каждое очередное утро старик с Алексеем начинали с осмотра пациентов. Нарендра, после того как очнулся, долго с изумлением разглядывал неподвижную белую руку, пытаясь хоть немного согнуть. Садхир сделал строгое лицо и запретил даже подниматься с кровати. Впрочем, выздоровление молодого воина поочерёдно скрашивали родители и молодая невеста.

Викрам тоже понемногу шёл на поправку. Он даже уже смог слегка привставать на кровати, морщась от боли в отшибленной груди. Его теперь часто навещал сам раджа и Каси. Гостеприимный Садхир неизменно приглашал высоких гостей на чай. Вишал всегда брал в поездку маленького Васу, чему несказанно радовался Ашок, ведь сезон дождей уже вступил в полную силу и большую часть времени дня ему приходилось проводить в доме и на веранде, что было безумно скучным для малыша.

Как ненароком выяснил Алексей, грозный Вишал оказался большим сладкоежкой. Об этой маленькой слабости раджи перед очередным чаепитием шёпотом поведал Садхир. Поэтому всякий раз к его приезду благодаря стараниям Рагху на столе всегда появлялись диковинные сладкие блюда, чему несказанно радовался Алексей, почувствовав в радже родственную душу.

Во время очередного приезда важных гостей расстаравшийся повар приготовил творожные шарики в розовом сиропе, жареный миндаль в мёде и завершил кулинарные изыски любимым блюдом раджи — шариками из сухого молока, пропитанных мёдом и приготовленных во фритюре.

Ашок и Васу тоже присутствовали за столом и вначале не мешали непонятным разговорам взрослых. Малыши сидели бок о бок и чинно пили чай. Время от времени дети быстро таскали друг у друга сладости, а когда всё это надоело, постепенно начали баловаться.

Вишал вначале мягко, а потом уже резче призвал к порядку расшалившегося Васу. Внук нахохлился и обиженно надул губы. Алексей уже основательно насытился сладким и поэтому решил немного разрядить обстановку с поправкой на местную восточную специфику:

— А давайте я сейчас расскажу вам одну очень интересную историю. Она произошла с молодым богатым купцом по имени Синдбад. Кстати, он жил неподалёку от этих мест. Однажды ему захотелось своими глазами увидеть чудеса и диковины дальних стран. И вот Синдбад уже в пути…

Алексей неожиданно почувствовал прилив вдохновения, встретив благодарных слушателей. Входя в образ, красочно описал любимое с детства одно из семи путешествий Синдбада, смачивая время от времени пересыхающее горло глотком уже давно остывшего чая. Перед глазами как будто воочию пролетала гигантская птица Рухх, унося в когтях Синдбада высоко в горы.

— … и живым и здоровым он вернулся домой, — победно закончил Алексей.

Раджа и Каси независимо друг от друга шумно перевели дух и переглянулись. Малыши уже давно утихли и сидели рядышком, словно два испуганных маленьких воробышка. Садхир только восхищённо сверкал глазами.

— Это всё была правда? — недоверчиво спросил Вишал.

— Эту историю я прочитал ещё в детстве. Но у меня на родине говорят, что в каждой сказке всегда есть маленькая доля истины, — улыбнулся Алексей, неожиданно вспомнив встречу с циклопом. «Чёрт, а действительно, попробуй теперь разбери, что тут правда, а что неправда. Может это действительно какой-нибудь птеродактиль был» — чувствуя неожиданный холодок между лопаток, между делом подумал он.

— Конечно нет, — неуверенно произнёс Каси. — Ни одна даже самая большая птица никак не сможет приподнять слона.

Вишал согласно кивнул в ответ. Ожесточённо жестикулируя, мужчины пустились в жаркие споры. Было ясно, что слоновья тема затронула самые глубинные воинственные чувства в душе. Выслушивая повадки специально обученных боевых слонов и методы охоты на диких зверей с их помощью, Алексей не вступал в дискуссию, слушая разговоры вполуха. Потом беседа плавно переключилась уже на способы ведения боевых действий с помощью слонов. В разговоре Вишал несколько раз с уважением упомянул имя самого великого воина Аликосудара.

В голове Алексея загорелся огонёк смутного понимания.

— Какое странно звучащее имя, а не тот ли это Аликосудар, который пришёл сюда с многочисленным войском, а потом повернул назад? — плавно вошёл в разговор Алексей, чувствуя, как от волнения слегка заколотилось сердце.

— Да, уважаемый Алахей, именно так оно и было, — воинственно встопорщил усы Вишал. — Это был поистине самый величайший завоеватель. Он со своим бесчисленным войском вторгся к нам со стороны Бактрии через Хайберский проход, перешёл реку Инд и двинулся дальше. Но наши прадеды готовились встретить его в последней решающей битве у нашей священной реки Ганг. Увидев тысячи наших яростно ревущих боевых слонов, его войско перестало повиноваться, и ему пришлось уйти.

— А что, неужели и в твоих далёких северных краях стало известно о нём? — искренне удивился раджа.

— Конечно известно, — задумчиво ответил Алексей. «И о нём, и о многих других, которые ещё будут. Только вот я не всех знаю и помню не обо всём. Совсем мне здесь все мозги запудрили. Выходит, никакое это не будущее, а самое настоящее прошлое. Македонский ещё лет за триста до нашей эры тут со своими архаровцами прошёлся. Это я помню более-менее точно. Историчка тогда мне всю плешь проела. А как же тогда древние ядерные взрывы? В школе про них точно ничего не было. Ладно, спишем это на мою общую историческую безграмотность. А может про подобие взрывов что и было, да только я не обратил внимания. Вон сколько лапши нам в прессе в начале девяностых навешали, не всему же можно было верить»

— А как давно это было? — поинтересовался Алексей, желая точно определиться со временем.

— А ещё при самом магарадже Чандрагупте. Это был дед нашего великого магараджи Ашоки, — небрежно ответил Вишал.

«Ага, а вот так оно конечно, будет значительно яснее» — мысленно чертыхнулся Алексей.

— Прости меня, о Вишал, но я прибыл к вам издалека и не знаю имён прежних правителей. Сколько лет прошло с того вторжения?

Раджа задумался, шумно отхлебнул чайку и, устремив глаза в потолок, беззвучно зашевелил губами, поочерёдно загибая унизанные перстнями пальцы.

— Да вот уже скоро около девяноста будет, — выдал он итоги подсчётов.

Ухватив сразу несколько тающих во рту сладких творожных шариков, Алексей медленно пережёвывал вкуснятину, задумчиво глядя в пространство. «Ну вот, словно живого родственника здесь повстречал. Вот уж чего я никак не ожидал. Значит, сейчас примерно двухсотые года до нашей эры, с чем я себя собственно, и поздравляю».

— А потом в одном из сражений он ещё был ранен стрелой в грудь, но выжил после этого? — уточнил Алексей, желая определиться наверняка.

Вишал утвердительно кивнул в ответ с набитым ртом. Отхлебнув ещё глоток горячего чая, вдохновенно продолжил:

— Это случилось с ним уже в землях маллов недалеко отсюда. Они укрылись в хорошо укреплённом городе. Аликосудар сам повёл на штурм половину своего войска. Он первым поднялся на городскую стену по лестнице, но она обломилась под тяжестью его воинов, и он остался на крепостной стене всего с тремя телохранителями. Маллы закричали от радости и стали метать в него снизу дротики, а с башен обстреливать из луков. Тогда он спрыгнул со стены вниз в город и укрылся за деревом от их стрел. Увидев это, маллы решили схватить его, но он стал яростно отбиваться мечом и метать в них камни. Один из раненых маллов рассвирепел и выстрелил в него из лука почти в упор. Стрела была тяжёлой и в два локтя длиной. Она пробила панцирь над правым соском и глубоко вошла в лёгкое. Аликосудар закричал от боли, но продолжал отбиваться, истекая кровью, пока не лишился чувств. Увидев падение повелителя, воины бешено взревели и перебили всех жителей этого города, не пощадив ни женщин, ни детей.

— А как же тогда он смог выжить с таким тяжёлым ранением? — оторопело спросил Алексей.

Раджа молча пожал плечами в ответ и вопросительно посмотрел на Садхира, внимательно слушающего разговор.

— У него был очень хороший врач, — тихо продолжил старик рассказ раджи. — Это был Критодем с Коса. Как стало известно после того боя, у Аликосудара было действительно пробито лёгкое, потому что из раны с хрипом выходили кровавые пузыри воздуха. Тогда Критодем вначале обломал древко стрелы, а потом разрезал рану на груди Аликосудара и вытащил наконечник. По слухам, он был в три пальца шириной и четыре пальца длиной. Воины были подавлены и думали, что он умирает. Чтобы поднять их боевой дух, он уже через семь дней сумел сам сесть на коня и показался живым своим людям. После этого народ маллов покорился Аликосудару.

Когда Садхир закончил рассказ, Вишал шумно вздохнул и торжествующе оглядел окружающих. Алексей удовлетворённо кивнул в ответ. «Ну таких деталей я, конечно, не знал, но про ранение Македонского во время его возвращения домой я помню точно. Похоже, его личный врач был из супер категории, раз он смог буквально на коленке в полевых условиях и без антибиотиков за неделю поднять пострадавшего на ноги с перфорацией правого лёгкого и обильной кровопотерей. Честь и хвала тебе за это, Критодем. Имя ещё какое-то греческое. Ну а то, что пациент потом быстро загнулся от малярии, это уже не его вина. Кремами от комаров надо было активно пользоваться, книжки в детстве про Бармалея читать вдумчиво и вдоль по Африке не ходить. Кстати, а хинное дерево тут растёт, или в другом полушарии? И как оно вообще выглядит? Вот уж действительно, никак не угадаешь, что может здесь пригодиться. А если взглянуть на всё случившееся со мной серьёзно, то становится даже немного жутковато. Вот только вдуматься, прямо сейчас я запросто сижу за одним столом с людьми, живущими за две сотни лет до начала нашей эры и плюшками балуюсь. А они даже и не подозревают об этом, ну кроме Садхира, конечно. Хотя, что это я вдруг так обрадовался? Впрочем, положа руку на сердце, нужно честно признать, что здесь всё складывается для меня в целом неплохо…»

Глава 32

Родители Ашока

А уже к позднему вечеру седьмого дня после землетрясения в поместье наконец-то вернулись долгожданные родители Ашока. Алексей даже из своих покоев услышал, как во дворе радостно во всё горло кричит Ашок. Чувствуя некоторое волнение, Алексей наспех оделся и степенно вышел во двор. Там словно муравьи суетились слуги, разгружая многочисленные повозки.

На парадном крыльце стояли Садхир и Лилавати, с умилением глядя на Ашока. Малыш кричал что-то восторженно-неразборчивое и поочерёдно прыгал на шею к родителям. Алексей встал немного позади Садхира и с интересом разглядывал прибывшую супружескую чету.

Суман, отец Ашока, высокий сухощавый мужчина, с аккуратно подстриженной бородкой, в которой уже начали пробиваться первые нити седины, немного покружил заливисто смеющегося сына на руках и бережно опустил на землю. Одновременно приобняв Ашока и супругу Савитри, миловидную счастливо улыбающуюся полноватую женщину, он направился к дому.

Машинально сравнивая семейное сходство, Алексей отметил, что внук всё-таки больше похож на деда. «Впрочем, удивляться тут не приходиться. Ведь и моя мама всегда говорила, что я вылитый дед. Он тоже был каланчой под два метра ростом. Похоже, наследственность всегда берёт своё через одно поколение. Наверно именно поэтому все дедушки с бабушками обычно души не чают во внуках и внучках, когда видят в них собственное маленькое продолжение».

Видимо основное приветствие состоялось уже до этого, потому что Садхир дождался момента, когда улыбающаяся супружеская пара подошла совсем близко, и медленно повернулся, торжественно указывая рукой на Алексея:

— А вот и наш знаменитый иноземный целитель Алахей, о котором я так много писал вам.

Алексей немного встревожено вопросительно посмотрел прямо в глаза Садхиру. Проницательный старик мгновенно догадался, что так могло взволновать ученика, и отрицательно покачал головой. «Значит, про моё истинное появление тут они ничего не знают» — облегчённо вздохнул Алексей.

— А это родители нашего непоседы, Суман и Савитри.

Отец Ашока неожиданно стал очень серьёзным. Он молча прижал правую руку к груди и коротко поклонился Алексею вместе с повторившей поклон супругой. Алексей учтиво склонился в ответ.

— А теперь пройдёмте в дом, — распорядился сияющий дед.

Совместный ужин прошёл очень быстро. Вновь прибывшие супруги вяло поели, было видно, что они очень устали. Поняв это, Садхир быстро свернул все расспросы и благоразумно перенёс на следующий день.

Утром после завтрака к традиционному обходу больных присоединился и Суман. Викрам уже смог самостоятельно вставать с кровати и даже тихонько ходить. Жуткие синяки на лице и груди хотя и сильно уменьшились, но пока ещё не прошли. После взаимных восторженных приветствий и расспросов, все вместе решили дождаться традиционного визита Вишала, которому, похоже, тоже было скучно без привычной компании.

Алексей хорошо понимал его. Выбор развлечений здесь был весьма небогат, а погрязший в непривычных хозяйственных делах по организации ремонта разрушенного дворца Вишал находил хоть маленькую, но отдушину, в общении с привычным кругом друзей. Женщины к такому к сугубо мужскому времяпровождению тут категорически не допускались. Как уяснил из местных обычаев Алексей, эмансипация в современном понимании этого слова здесь быть в принципе не могла. Нет, конечно, здесь их холили, лелеяли и оберегали, но многие вещи оставались для них табу.

Когда Алексей ещё в первые дни обращал внимание на заслуживающих внимания местных дам, то сразу ощутил, каково это быть горячим кавказским парнем где-нибудь в российской глубинке. Только теперь всё было с точностью наоборот. Местные бравые парни хищно раздували ноздри, заметив совершенно безразличный на вид взгляд Алексея, устремлённый даже сквозь их дражайшую половину, очевидно подозревая его в намерении массового обесчещивания девушек всех окрестных деревень кряду. «Как будто бы снова в армию попал» — криво ухмыльнулся он тогда, вспомнив затворническую жизнь в медвежьей глухомани во время прохождения военной службы.

Впрочем, и в своём времени он очень щепетильно относился к вопросам взаимоотношения полов. Возможно, был и несколько старомоден, но всё время считал, что брак должен быть только один раз и навсегда, прекращая всякое дальнейшее общение с очередной подружкой, если уже в первые дни знакомства она ненавязчиво переводила разговор на выяснение его финансового состояния. «Сынок, ты же так никогда не женишься» — печалилась мать, озабоченная отсутствием перспективы понянчить маленьких внуков в ближайшее время и советующая очередную, на её взгляд, перспективную девушку. Отец же, наоборот, всячески поддерживал, сетуя на распущенность современной молодёжи, и говорил, что с этим делом всегда успеется.

«Эх, и как они теперь там вдвоём без меня…» — грустно вздохнул Алексей, наблюдая за тем, как во двор неторопливо заезжает повозка раджи в окружении десятка личной охраны. Завидев приветливо улыбающихся Сумана, да ещё и самого Викрама, в придачу уже твёрдо стоящего на ногах, Вишал быстро соскочил с повозки, бережно ссадил маленького внука, которого уже давно дожидался Ашок, и с распростёртыми объятиями устремился к старым друзьям. Улыбающийся во весь рот Каси тактично следовал на шаг позади.

Из всех пострадавших во дворце раджи только Нарендра ещё не поднимался с кровати. Садхир пока запрещал ему вставать, опасаясь смещения зарастающих рёбер. Поэтому скучающий молодой воин несказанно обрадовался, увидев такое количество навестивших его знакомых людей одновременно.

Суман и Викрам сразу очень заинтересовались неподвижной загипсованной рукой молодого воина. Поочерёдно с восторгом ощупали гипсовую повязку, которую Нарендра с гордостью продемонстрировал, не вставая с кровати.

— Совсем не болит, только сильно чешется, — бодро отрапортовал он, с тайной надеждой поглядывая на Садхира.

— Нет, вы только послушайте этого молодого пройдоху! Уже чешется у него. Ты давай лежи пока, потом ещё вдоволь начешешься! — жизнерадостно захохотал раджа.

— Рука может и не болит, а рёбра едва начали зарастать. Вот не послушаешься меня, попробуешь встать, твои рёбра снова треснут и всё придётся повторять заново, — пряча в бороде улыбку, добродушно ворчал Садхир, пугая молодого парня.

— Потерпи ещё немного, едва закончатся дожди, и ты будешь снова здоров как буйвол, и свободен как ветер, — обнадёжил старик.

Приободрив таким образом Нарендру, вновь поручили парня матери, которая денно и нощно ухаживала за сыном. Садхир пообещал, что сына скоро можно будет перевезти домой.

За столом разговоры стали гораздо непринуждённее. Когда все присутствующие основательно заморили червячка, Вишал стал пытливо выяснять у Сумана все последние столичные новости.

— Как это не печально друзья, но нашего великого магараджу действительно пытались отравить, — Суман грустно обвёл глазами окружающих.

Заметив округлившиеся от удивления глаза раджи, тихо продолжил:

— Как только я прибыл во дворец магараджи Ашоки, то сразу понял, что тут дело нечисто. Придворные сановники под всяческими пустяшными предлогами старались не допустить меня к магарадже. По правде сказать, я даже немного растерялся, не зная, что же мне предпринять, как вдруг увидел одного своего старого знакомца. Я переговорил с ним, а он шепнул верным людям о моих затруднениях. Магараджа к этому времени уже совсем занедужил и даже не вставал с постели. Узнав о том, что меня не допускают в его покои, страшно рассердился. Меня тут же пропустили к нему. Когда я осмотрел владыку, то сразу понял, что он действительно отравлен, и стал поить отварами трав, выводящими яды из печени и мокроту из лёгких. К вечеру ему стало значительно лучше, и он даже повеселел. Успокоенный тем, что здоровье так явно пошло на поправку, я покинул покои, пообещав, что вернусь проверить его здоровье рано утром. Как и было мной обещано, я посетил его утром, едва забрезжил рассвет. Каково же было удивление, когда я увидел, что за прошедшую ночь его здоровье сильно ухудшилось. Я стал расспрашивать, что он кушал или пил после моего ухода. Он раздражённо заверил, что не пил вообще ничего, кроме чистейшей родниковой воды, которую всякий раз пробует личный телохранитель. Я посмотрел на пышущего здоровьем свирепого магрибинца, охраняющего его покои, и понял, что уж вода точно не была отравлена. Находясь в мучительных раздумьях, с ведома магараджи, я стал тщательно разыскивать источник яда, — перёвел дух Суман, с удовольствием посмаковав несколько глотков чая.

— Я шаг за шагом исключил всё, и как же вы думаете, где оказался яд? — Суман торжествующе оглядел собравшихся за столом.

— Воздух? — полувопросительно произнёс раджа. Алексей с невольным уважением взглянул на воина, быстренько перебирая в уме возможные варианты отравления императора. Вишал оказался очень способным учеником, крепко запомнив урок, однажды преподанный смертельной пещерой. Заметив взгляд Алексея, он хитро улыбнулся и подмигнул.

— Так оно и было, — с искренним удивлением ответил Суман.

— Кто-то весьма изощрённый в применении ядов, подмешивал малые порции в масло светильников, которые зажигались на ночь в покоях правителя. Наш магараджа был настолько потрясён известием, что его едва не хватил удар. Я как мог, успокоил, обнадёжив тем, что мы обязательно найдём этого подлого отравителя. Слабым голосом он сказал, что и так может назвать его имя. Собравшись с силами, рассказал мне всё. Как вы, наверное, уже знаете, наш император очень благоволит последователям учения Будды. Он всегда направлял необычайно щедрые дары их общине. Со временем столичные сановники начали сначала тайно, а потом уже открыто роптать, что он полностью разорил этим государственную казну, хотя сами воровали при каждом удобном случае. Магараджа продолжал делать подношения. Тогда его внук Сампади, по совету тех подлых наушников, запретил хранителю казны выдавать драгоценности вопреки приказам магараджи под страхом лишения головы. Впрочем, немало сил к этому приложила и супруга магараджи Тишьяракшита. Она вообще открыто называет ересью само учение Будды. Испугавшись за свою жизнь, магараджа сделал меня своим личным врачом, не доверяя более никому во дворце. Поэтому всё это время я никак не мог вернуться назад. Узнав о сильном землетрясении в нашей округе, я взмолился перед правителем. Он скрепя сердце отпустил меня домой. Правда, мне пришлось клятвенно пообещать, что сразу после сезона дождей я вернусь, а это произойдёт уже скоро, — закончил невесёлый рассказ Суман.

За столом установилась гнетущая тишина. Алексей, опустив голову, сосредоточенно размышлял над ценными сведениями. «Да уж, как говорится, все признаки революционной ситуации здесь налицо. Верхи не могут, низы не хотят. А я что думал, в сказку попал? Вот помрёт император и начнётся тут такая грызня за власть, совсем как у нас в семнадцатом году, а их страна разлетится как карточный домик, как это было с нашим Союзом. Ладно, вот уеду в столицу, подучусь немного местной медицине, и надо будет сразу к римлянам подаваться. По-моему они тут сейчас в Пунические войны режутся. Лет пятьдесят ещё они точно будут длиться, так что я попаду наверняка, а врачи им всегда будут нужны. Может даже и чего-нибудь из нашей техники там приспособлю, только для обороны, чтобы никак нельзя было использовать её в качестве наступательной. Пошли они все, и так вся наша история делалась на море людской крови. А на всякий случай в столице надо будет сделать себе оружие последнего шанса, поджигной какой-нибудь, или простейшую бомбу. Китайцы ведь до невинных огненных фейерверков здесь уже давно додумались, вот и куплю у них для себя немного горючего порошочка, килограмм эдак с пяток, в хозяйстве всегда пригодится. А кстати, очень мне интересно, почему это вдруг царский внук стал здесь всем рулить, где же тогда родные дети императора?»

— А почему всем начал распоряжаться внук магараджи, где же его прямые наследники? — не обращаясь ни к кому конкретно, поинтересовался Алексей.

Мужчины за столом смущённо переглянулись, а потом начали прятать глаза, как будто бы он произнёс что-то неприличное. Алексей терпеливо ждал ответа на вопрос.

— С сыном нашего великого правителя однажды случилось большое несчастье, — неловко кашлянув, тихо произнёс Садхир. — Он был рождён за год до победы над Калингой и был назван Куналом, за свои красивые глаза, подобные глазам редкой горной птицы. Когда он возмужал и был в Удджайини, его мачеха Тишьяракшита страстно возжелала его, но он отказал. Тогда отвергнутая женщина, горя жаждой страшного мщения, взяла письмо нашего правителя, якобы для того, чтобы почитать и втайне надписала точку над одной из букв, исказив смыл самого слова так, что оно стало означать его ослепление. Магараджа пришёл в страшную ярость, узнав об этом, но было уже поздно. С тех пор Кунал уже много лет бродит слепым музыкантом по нашей земле, — горестно вздохнул старик.

Алексей с замиранием сердца выслушал страшный рассказ. «И после этого мне тут все будут рассказывать, что у них нет эмансипации? Да тут вообще нормальным мужикам находиться опасно. А, я всё понял. Это мне старик тогда такой тонкий намёк делал. Не женись мол, на наших девках, у нас это строго запрещено и всё такое. Лучше найди себе иностранку в столице. Ага, щазз. Да тут вообще лучше быть пещерным монахом-отшельником и вести затворнический образ жизни, включая целибат. По крайней мере, для сохранения остроты зрения это будет гораздо полезнее, а то не так взглянешь на какую-нибудь местную девицу, а утром без глаз проснёшься, если вообще проснёшься…» — мрачно подумал он.

С весёлым шумом в гостевые покои ворвались разгорячённые Ашок и Васу, до этого гонявшихся друг за другом где-то во дворе. Неожиданное появление вызвало улыбки на суровых лицах мужчин, собравшихся за столом. Увидев столько взрослых людей сразу, дети нерешительно остановились. Ашок робко огляделся и прямиком направился к Алексею.

— Алахей, а ты снова расскажешь нам сказку?

— А почему бы и нет? Вот только вам про кого? — с улыбкой поинтересовался Алексей.

— Про Синдбада! — подскочил обрадованный Васу.

Алексей вопросительно взглянул на Садхира и Вишала. Получив одобрительный взгляд, устроился поудобнее и продолжил:

— Ну тогда присаживайтесь рядом и слушайте. После прошлого путешествия Синдбад совсем недолго пробыл дома. Старые страхи уже совсем позабылись, и он снова поплыл в дальние страны. Через несколько дней пути корабль остановился у поросшего большими деревьями и прекрасными цветами острова, который оказался гигантской рыбой…

После очередного рассказа о новых приключениях Синдбада, за столом некоторое время царило зачарованное молчание, которое деликатно нарушил Суман:

— А ведь и Алахею с Ашоком уже совсем скоро тоже будет нужно собираться в дорогу. Как и просил отец, я переговорил с наставником врачебной школы в столице. Конечно Ашока начнут обучать врачебному делу наравне со всеми, с самых азов, а вот к нашему уважаемому гостю Бхаскар приставит собственного опытного наставника. А посему, как только минуют дожди, нас будут там ждать.

Алексей благодарно склонил голову в ответ. Вот и наступают очередные перемены, о которых уже всё было давным-давно обговорено, но, как и всегда от их ожидания, становится очень тревожно на душе.

— Как жаль, — сокрушённо вздохнул Вишал. — А вот выучишься, приезжай обратно, Алахей. Будешь врачом в моём дворце, а хочешь, построим тебе собственный дом, — с тайной надеждой продолжил он.

— Спасибо на добром слове, — улыбнулся Алексей. — Но я не люблю загадывать на будущее.

— Вот это правильно, — легко согласился раджа. — Ладно, решено, я еду вместе с вами.

Заметив удивлённый взгляд Алексея, Вишал от души рассмеялся и пояснил:

— Нет, уважаемый Алахей, ты совсем неверно понял меня. Я не собираюсь учиться врачебному делу. Раз уж вы уезжаете в столицу, мне будет с вами по пути. Васу уже давно не видел отца, да и у меня самого возникло несколько неотложных дел. Вдобавок, на дорогах становится неспокойно, а лишний десяток моих воинов вам никогда не помешает.

— Загодя известите меня о своём отъезде, — обращаясь к Суману, он решительно встал из-за стола, считая этот вопрос решённым.

Глава 33

Путь в неизвестность

Как и предрекал Суман, дождливый сезон как-то быстро и незаметно подошёл к своему концу. Воздух стал немного прохладнее, если конечно эту слегка смягчившуюся безумную жару было можно назвать прохладой. Викрам за прошедшие дни мало-помалу совсем окреп и после окончательного вердикта Садхира о полном выздоровлении, сердечно распрощался со всеми и уехал назад вместе с довольным раджей.

В поместье один за другим стали возвращаться ученики Садхира. Гуру немного задержал изнывающего от скуки Нарендру, чтобы на его примере показать новый метод лечения переломов. Собрав всех учеников около насторожившегося от такого необычного внимания Нарендры, торжественно объявил:

— Вот, наконец, и наступил тот день, которого ты так долго ждал, — и решительно снял с груди так опостылевший молодому воину стягивающий корсет.

— Теперь ты можешь встать.

Нарендра неловко присел, бережно придерживая левой рукой загипсованную правую, а потом медленно поднялся и встал около кровати.

— Вздохни полной грудью, ничего не болит? — поинтересовался старик.

Тот неуверенно сделал пару глубоких вдохов и отрицательно мотнул головой:

— Нет, только голова немного кружится.

— Это с непривычки и скоро пройдёт, — успокоил Садхир.

— А с этим как? — Нарендра вопросительно поднял вверх загипсованную руку.

— А от этого тебя сейчас избавит наш уважаемый Алахей, — повернулся в сторону учеников Садхир, отыскивая глазами Алексея.

Алексей, как и было условлено заранее, небрежно взял в руки пилку и продемонстрировал молчаливым ученикам Садхира:

— Вот этим инструментом можно снять и гипсовую повязку. Только пилить нужно без особого усердия, ведь рука ему ещё пригодится, — мрачновато пошутил он, белозубо улыбаясь и поворачиваясь с пилой в руке к побледневшему Нарендре.

— Давайте все вместе пройдем во двор, там уже всё готово, — поспешно объявил Садхир, увидев нешуточный испуг в глазах молодого воина.

На улице стоял удобный деревянный чурбак, около которого и сгрудились тихо перешёптывающиеся ученики.

— Давай клади сюда руку, — буднично скомандовал парню Алексей, между делом пробуя большим пальцем остроту зубьев пилы.

Нарендра робко положил загипсованную руку и с надеждой поглядел на Алексея.

— Да ты не беспокойся, сейчас мы гипс снимем, и всё будет в полном порядке, — ободряюще улыбнулся Алексей, залихватски шевельнув поблекшими зелёными усами и вспоминая фразу из любимого фильма, половчее пристраивая пилу к руке.

Ученики, да и сам Садхир с некоторым волнением смотрели, как Алахей ловко распиливает грязновато-белую повязку на живой руке Нарендры. Вокруг сразу же повисло лёгкое облако мельчайшей гипсовой пыли.

— Ну вот и всё, — напряжённо выдохнул Алексей, с хрустом сломав распиленную повязку на две части.

— Держи, это тебе на память, — протянул он гипсовые половинки обрадованному уцелевшей руке воину.

Нарендра растерянно прижал куски гипса к груди левой рукой, пытаясь подвигать правой.

— Плохо получается, — пожаловался он.

— Обязательно получится. Твоя сломанная рука долго была неподвижна и поэтому её мускулы отвыкли от работы. Отныне ты здоров и можешь идти домой, — подвёл итоги гуру.

Вечером сразу после ужина Садхир остановил Алексея и как-то грустно объявил о том, что на послезавтра рано утром назначен отъезд.

— Ехать недолго, первую ночь заночуете в караван-сарае, а к вечеру следующего дня будете уже в Паталипутре. Поэтому собирайся в дорогу, Алахей.

— Да что мне собирать. Возьму свою дорожную сумку, вот и все мои сборы.

Весь следующий день прошёл в хлопотах. Собственно, в основном готовились к отъезду Ашока, набив вещами целую повозку. «Однако же основательно они учиться собираются» — с уважением подумал Алексей, провожая взглядом громко пыхтящего слугу, спешащего к повозке с очередной туго набитой корзиной.

Собственные вещи уместились на дне рюкзака. Прямо в спальник Алексей завернул ларец с алмазами, туда же спрятал и перстень раджи с изумрудом. Поверху бережно положил серебряную чашу, подарок Садхира. «А собственно ехать мне в чём? Если опять надену камуфляж, так у людей снова начнутся нездоровые ассоциации со всякими демонами. Придётся в местной одежде ехать, так меньше вопросов будет, а на ноги сандалики эти смешные надену. Да уж, до нашей обуви им ещё далековато, даже левая и правая нога никак не различаются. Ввести что-ли здесь новую моду? Пояс раджи с брюликами от греха подальше тоже в рюкзак спрячу, а вот тесак повешу на ремень, в дороге пригодится. Чёрт, вот с самого детства у меня какой-то неприятный мандраж наступает перед дорогой. А это мама так приучила. Говорила всё время — присядем на дорожку, вот и запало c детства в мозги» — бодрился он перед дальней поездкой.

Вечером перед дорогой совсем не спалось. Он беспокойно ворочался, мешая отдыхать коту, спокойно дремлющему на краю кровати в ногах. Везунчик, словно почувствовав упадническое настроение, решительно взобрался хозяину на спину и начал басовито-тихо мурчать, по кошачьей привычке плавно перебирая лапами. «Хоть и насекомое, а ведь тоже понимает…» — печально улыбнулся Алексей, неожиданно успокоившись и постепенно засыпая.

С утра было сильно ветрено, и прощание вышло недолгим. За воротами нетерпеливо ожидал в повозке раджа с внуком, окружённый верным десятком всадников.

— Ты приезжай к нам, Алахей, — тихо сказал Садхир, прощаясь.

— Если смогу, — честно ответил Алексей.

— Это возьмёшь с собой, — тоном, не терпящим возражений, произнёс старик, протягивая звякнувший монетами увесистый кожаный мешочек.

Алексей было укоризненно взглянул, но не посмел ослушаться, наткнувшись на строгий взгляд старика.

— Спасибо, — благодарно прошептал он. Садхир только грустно улыбнулся в ответ и пошёл прощаться с внуком и сыном. В этот раз Суман решил оставить супругу дома.

И конечно так уж получилось, что Ашок и Васу дружно напросились в повозку к Алексею, предвкушая очередную сказку по дороге. Впрочем, он и сам не возражал против маленьких пассажиров, надеясь очередной историей скрасить долгий путь. Суман только улыбнулся, глянув на возню шустрой малышни, и пересел в повозку раджи.

— Трогаемся, — небрежно махнул вознице Вишал.

Поскрипывая колёсами, вереница повозок в сопровождении всадников медленно тронулась в путь. Алексей оглянулся назад. Садхир и все домочадцы молча смотрели вслед. «Ну, вот и поехали…» — вздохнул Алексей. Вот, наконец, и пришлось покинуть этот спокойный мирок навстречу неопределённости.

Ехать рано утром в открытой повозке было сплошное удовольствие. Встречный ветер приятно холодил тело и отгонял докучливых комаров. Алексей время от времени окидывал рассеянным взглядом буйные после прошедших дождей джунгли, зелёной массой нависающие над дорогой с обеих сторон и неторопливо рассказывал притихшей малышне очередную историю. Правда, на этот раз про волшебную лампу Алладина. Вслушиваясь в монотонный голос, поднятые с постели рано утром и поэтому совершенно не выспавшиеся малыши постепенно начали клевать носом и, наконец, совсем заснули.

Алексей умолк на полуслове, с усмешкой глянув на убаюканных детей. Поправив рюкзак, небрежно пристроенный в ногах, внимательно огляделся по сторонам. Неторопливая двигающаяся вереница повозок и всадников растянулась по лесной дороге на добрую сотню метров. Тихое равномерное поскрипывание колёс действовало очень усыпляюще, и поэтому, убедившись, что охрана раджи бдительно несёт свою службу, Алексей широко зевнул и, поудобнее прижавшись в угол сидения, быстро задремал.

Вокруг извилистой дороги постепенно возникли невысокие, поросшие раскидистыми деревьями каменистые холмы. Склоны были густо изборождены ещё влажными следами ручьёв, стекавших с вершин во время дождей. В макушках деревьев вовсю хозяйничал ветер. Могучий дуб, росший на самой вершине холма, внезапно не выдержал силы ветра и шумно рухнул на склон, вывернув корнями из размытого грунта огромную каменную глыбу, покатившуюся вниз на дорогу.

Когда Алексей сквозь полудрёму услышал жуткий треск, хоть как-то среагировать было уже слишком поздно. Пробив широкую просеку в мелком кустарнике, каменная махина выбросила на дорогу скомканную кучу остатков мелких придорожных деревьев и мощно ударила в правый бок повозки, перевернув на бок. Подброшенные страшным ударом сонные малыши взлетели в воздух, даже не успев ничего осознать. Отметивший полёт детей краем глаза, испуганный Алексей, пытавшийся встать, зацепился ногой за лямку рюкзака и уже не успевал выбраться. «Не успел…» — в отчаянии подумал, почувствовав сильный удар затылком о борт накрывающей сверху повозки. В мозгу полыхнула жуткая боль, но её мгновенно поглотила милостивая спасительная чернота.

Находившиеся в начале колонны Вишал и Суман услышали громкий удар и предсмертный крик раздавленной лошади, когда уже всё закончилось. Даже не останавливаясь, на ходу выпрыгнули из повозки и бросились назад. На месте трагедии суетились несколько спешившихся воинов из арьергарда колонны.

Запыхавшийся Суман успел добежать к месту происшествия первым и, побледнев от ужаса, остановился. Даже и без вопросов всё уже было ясно. Раздавленная лошадь неподвижно валялась на дороге. Поверх разлетевшейся на части повозки лежала огромная расколовшаяся на три куска глыба песчаника. В придорожной канаве заросшей мелким кустарником лежал на спине возничий, неестественно вывернув при падении шею.

Раджа прибежал чуть позже и, увидев произошедшее, молча отвернулся и невидяще отошёл в сторону. Через некоторое время взял себя в руки и повернулся к воинам.

— Срубайте шесты покрепче, — безжизненным голосом скомандовал он. — Нужно убрать камни.

Те расторопно бросились в подлесок выполнять приказание. Вдруг один из них радостно вскрикнул и позвал на помощь Сумана. С безумной надеждой во взоре тот метнулся к нему, сразу увидев считавшихся мёртвыми детей. Лёгких малышей в момент удара просто выбросило из повозки и, пролетев несколько метров по воздуху, упали в густой придорожный кустарник, смягчивший падение. И теперь изодранные и очень испуганные они очнулись от шока и, наконец, смогли немного пошевелиться.

— Живы, — не веря своим глазам, во всё горло закричал смеющийся от счастья Суман, сжимая в объятиях испуганно моргающего глазами Ашока. Прибежавший на крик Вишал, пытаясь совладать с выскакивающим из груди сердцем, молча держал на руках тихо плачущего внука, который был помладше Ашока.

Держа малышей на руках, выбрались из подлеска и понесли в начало колонны. Увидев раскиданные остатки повозки и мёртвого кучера, Ашок побледнел ещё больше и тихим голосом спросил отца:

— А где Алахей?

— Пока не знаем, нужно разобрать завал.

Усадив малышей в повозку, Суман и Вишал вернулись к месту трагедии. Труп лошади и раздавивший её каменный обломок уже оттащили с дороги и сбросили в канаву.

— Забери его и отвези назад. Скажи об этом Викраму, он знает, что делать, — скомандовал воспрянувший духом раджа одному из воинов, указывая на мёртвое тело кучера.

— А вы слушайте меня. Становитесь здесь и сталкивайте камень в сторону, только осторожно, вдруг он там ещё жив, — зычно распорядился Вишал, направляя работу людей.

Ашок уже немного успокоился после произошедшего. Впомнив про удивительные возможности таинственного Алахея, в глубине души он твёрдо верил, что какой-то камень, пусть даже и очень большой Асуру уж точно не повредит, и он как всегда невидимый бродит где-то поблизости. Малыш внимательно огляделся по сторонам и, не увидев его среди суетящихся людей, тихонько слез с повозки и решил сам разыскать Алахея. Опасливо оглядевшись по сторонам, Васу нерешительно двинулся следом.

Пройдя самым краем дороги, дети подошли к страшному месту, где их едва не настигла смерть. Вишал и Суман стояли бок о бок и напряжённо смотрели, как кряхтящие от натуги воины толстыми шестами пытаются сдвинуть камень с остатков повозки. Наконец дружно крякнув, рывком сдвинули глыбу в канаву. Примяв разбросанные на дороге хрустнувшие молодые деревца, камень шумно скатился в канаву и замер.

Воины побросали шесты и начали откидывать в сторону сломанные доски и сучья, отыскивая тело Алахея. Вдруг один из них вскрикнул и отшатнулся, делая круговой отстраняющий жест рукой.

— Ранутра… — потрясённо произнёс он.

Остальные воины в суеверном страхе повторили жест. Из-под остатков повозки с трудом выбрался неизвестно как оказавшийся здесь небольшой пыльный зеленоватый хамелеон и, приволакивая заднюю левую ногу, медленно заковылял к придорожным кустам.

Ашок первым опомнился от изумления. Вот, наконец, он и узнал, как на самом деле скрывается от людских глаз Алахей. Малыш радостно вскрикнул и бросился вслед за рептилией. Почувствовав приближающиеся шаги, раненый хамелеон прибавил ходу и быстро юркнул в кусты.

— Алахей, постой, я помогу! — в отчаянии крикнул малыш.

Раздвигая руками колючий кустарник, отважно двинулся вслед за скрывшимся Алахеем. Исколов руки и поняв безнадёжность поиска, Ашок остановился и в последней бессильной попытке вернуть его, протяжно закричал:

— Ала-а-хей!

Отчаянно-звонкий детский голос разнёсся по ближайшим окрестностям и, отразившись эхом, быстро затих. Ашок всхлипнул носом и, глотая слёзы начал выбираться на дорогу. Навстречу уже спешил пришедший в себя от изумления отец.

— Он совсем ушёл, — уже во весь голос отчаянно зарыдал малыш, прижавшись к отцу.

— Но ведь он остался жив, ты же сам видел. Просто он не смог больше оставаться человеком, — как мог, успокаивал Суман, дрожащей рукой гладя сына по голове, сам пытаясь хоть немного успокоиться. Сегодня прямо на его глазах произошло двойное чудо. Дети уцелели от страшного удара, а странный, невероятно высокий для человеческого роста семейный гость Алахей, спаситель сына, действительно оказался Асуром, как уже давно тайно перешёптывались люди. Никто кроме демона не смог бы остаться живым после произошедшего.

Когда вдвоём выбрались на дорогу, воины уже почти полностью расчистили место трагедии. Вместе с Ранутрой исчезла и таинственная зелёная дорожная сумка. Раджа даже гневно прикрикнул на воинов, когда глухо ропща в суеверном страхе, они побоялись разбирать завал дальше.

— Послушайте меня все вы! Да будь он хоть сам Равана, но он же всегда помогал людям, или у вас настолько короткая память? Он вынул из воды и снова вдохнул жизнь в моего Васу, он убил в горах самого Малгуна и привёл домой Ашока, сына Сумана, он излечил многих наших людей и никогда ничего не требовал взамен! Где бы вы все сейчас были, если бы он не предупредил всех нас о землетрясении, когда вы напились, словно свиньи? Если когда-либо он снова появится в нашем селении, я всегда буду привечать его и лично зарублю всякого, кто осмелится сказать против него худое слово. Вам всё ясно? — гневно сжимая эфес сабли и раздувая ноздри, Вишал обвёл сощуренным взглядом собравшихся.

Пристыженные воины потупили головы и смущённо спрятали взгляд.

— А теперь нам пора ехать, иначе придётся заночевать в лесу, — уже немного успокаиваясь, скомандовал раджа.

Вереница повозок опять тронулась в путь. Ашок потупив голову, молча сидел рядом с отцом. Время от времени он оглядывался назад. После слов отца и грозного раджи в нём опять затеплилась робкая надежда, что Алахей когда-нибудь снова вернётся, едва залечит рану и опять сможет стать человеком.

Глава 34

Домой!

Алексей не успевал спастись от неумолимо наваливающегося огромного камня, да впрочем, это было уже и неважно. Теперь было очень важно, успеет ли затормозить молодой индус, сидевший за рулём старенького раздолбанного пикапа, прямо перед которым в облаке пыли на дорогу, словно из ниоткуда, вывалился странный очень высокий турист с огромным камуфлированным рюкзаком, зацепившимся за ногу.

Алексей пришёл в себя от резкой боли в ладонях и коленях, которые разодрались в кровь от удара об асфальтовое покрытие шоссе. Зашипел от боли и открыл глаза. Впереди всего метрах в пяти, обдавая резким запахом машинного масла и бензина, застыл маленький грузовичок с открытым кузовом, который доверху был забит какими-то коробками и клетками с кудахтающими курами. За стеклом в кабине виднелся молодой индус, который ошалелым взглядом пялился на дорогу.

Алексей машинально вытер разодранную правую ладонь о штаны и осторожно пощупал затылок. Явно наметилась солидная шишка. «Как-то неудачно я сегодня поехал учиться…» — устало подумал он, выпутывая правую ногу из лямки рюкзака. Вспомнив, что сейчас опять произойдёт привычный откат во времени, подхватил рюкзак и на всякий случай отошёл на самый край обочины, поближе к кустам. Глубоко вздохнул и помахал перепуганному водителю саднящей рукой на прощание, терпеливо ожидая переключения мозга на режим восприятия прошлого.

Вокруг ничего не менялось. Мозг продолжал стабильно воспринимать только настоящее. Алексей недоверчиво хмыкнул и критически осмотрел одежду. За исключением гудящей головы и глубоких ссадин на ладонях с коленками, вроде бы ничего больше не болело, только одежда испачкалась и порвалась при падении. Безразлично пожав плечами, вынул припрятанный в рюкзаке камуфляж и, не обращая внимания на округлившиеся глаза наблюдающего водителя, начал снимать старую одежду.

Расстегнув пояс с клинком раджи, Алексей, ожидая уже привычной прилипчивости холодного оружия, приготовился резко дёрнуть рукой, чтобы освободиться от металла. И сразу же понял, что всё происходит совсем не так. Стальное оружие отнеслось к объятиям совершенно равнодушно. Клинок выскользнул из руки и со звоном ударился о щебёнку обочины дороги. Ещё не веря в случившееся, судорожно порыскал в рюкзаке и вытащил собственный нож, пытаясь прилепить к груди. Нож проявил дружескую солидарность со своим гораздо более старшим собратом и с весёлым звоном свалился рядом. «Вот оно что…» — осенило Алексея. Похоже, что после удара по затылку, который основательно перетряхнул мозги, родное настоящее снова стало основным и только единственным временем.

Сдерживая рвущийся наружу радостный крик, быстро переоделся в камуфляж и привычные берцы, комком затолкнув старую одежду и ставшие непослушными ножи в рюкзак. Рывком вскинув поклажу на плечи, Алексей спокойно подошёл к водителю.

— Хэллоу. Говорите по-английски? — с улыбкой обратился он к молодому парню.

— Да, немного.

— Как тебя зовут?

— Мустафа.

— Мустафа, у тебя есть немного чистой воды?

Успокоенный вежливой речью и приветливой улыбкой, Мустафа повернулся и достал из-за спинки пассажирского сидения видавшую виды пластиковую бутылку с водой, протянув иностранцу.

Алексей отрицательно махнул головой.

— Нет, мне не пить, пожалуйста, полей мне на руки.

Совсем успокоившийся Мустафа наконец-то сообразил, чего хочет этот молодой сумасшедший иностранец с пышными бородкой и усами, почему-то окрашенными в зелёный цвет. Вылез из машины и прошёл вместе с туристом к обочине, чтобы не мешать движению транспорта. Алексей подставил руки ковшиком под струю воды и смыл с лица и рук более чем двухтысячелетнюю грязь. Радостно фыркнув, запросто утерся рукавом и обратился к водителю:

— Слушай, Мустафа. Сделай доброе дело. Подвези меня до столицы.

— Дели? Не могу, это далеко, — ахнул индус.

— Тогда в ближайший город.

— Хорошо. Я еду на рынок в Патну. Садись, — сделав приглашающий жест, Мустафа вразвалку направился к грузовичку.

Алексей залез на пассажирское сидение и поставил рюкзак в ноги.

— Может в кузов? — вопросительно кивнул головой назад Мустафа, трогая пикап с места.

— Нет, он без меня никуда, — улыбнулся Алексей.

Мустафа улыбнулся шутке и прибавил скорость. Алексей наслаждался бодрящим ветром из полностью открытого окошка. Водитель приумолк всецело занятый управлением. Мимо окон резво пролетали дорожные указатели. «Патна, 75 километров» — прочитал надпись на английском Алексей. «Может вздремнуть, нам целый час ещё точно ехать. Нет, пожалуй, уже хватит, один раз сегодня я уже хорошо вздремнул. Да уж, похоже, я теперь совсем вернулся. Что делать-то? Надо как-то обратно легализоваться. Кажется через суд можно доказать, что я был ошибочно умерший. А что, приду в родные органы сдаваться, и расскажу им только чистую правду. Так, мол, и так, дорогие мои. С искренним и глубоким раскаянием, спешу сообщить вам, что неведомою мне, но очевидно злой силою я был без моего письменного согласия помещён в Древнюю Индию. Чтобы заработать на корку чёрствого хлеба и глоток грязной воды, я был вынужден вкалывать там по непрофильной мне специальности врача широкого профиля на полставки. Между прочим, очень успешно получалось, надо вам сказать. Ну а уже потом, в шестой палате, я сообщу лечащему врачу-психиатру малозначащие детали про распитие неалкогольных напитков за одним столом в одной весёлой компании с тамошним раджей Вишалом. Ладно, проехали. Может вообще не нужно домой возвращаться. Как вспомню бывшую контору, так сразу вздрогну. В антикварной лавке загоню тут что-нибудь из бриллиантов, правда, нужно будет организовать всё это по-тихому, чтобы местные головорезы сразу башку мне не открутили. Поживу немного здесь, осмотрюсь, а потом и настоящий диплом врача получу. Где тут у нас приличные университеты, Германия, Швейцария? Ладно, это на скорое будущее. А пока будет нужно родителям позвонить, что я жив и здоров, а не шлялся всё это время по бабам. Скажу, что пока не смогу приехать, потому что всё это время я выполнял важное правительственное спецзадание и впоследствии меня обязательно наградят, даже ещё при жизни. Блин, вот меня понесло. Сразу домой звонить нельзя, их сердце точно не выдержит, если уже не выдержало. Да нет, живы они. Ведь мёртвым меня точно не видели, а значит, надежда в них будет жить до конца. Вот и позвоню, сначала какой-нибудь соседке, да вот хоть Клавдии Ивановне, Колькиной матери. Скажу, чтобы родителей к звонку подготовила, а я им потом перезвоню. А ей и расскажу весь этот бред про спецзадание» — закрыв глаза, сосредоточенно размышлял он.

Проехав еще минут десять, мысли приняли совершенно иное направление. «Жалко если пацаны там так и не уцелели, зря я их что ли спасал. Да и Ашок вон какой смышлёный оказался. Сначала шарахался от меня, как от прокажённого, а потом не хуже наших продвинутых тинэйджеров стал, не скажешь, что две тысячи с лишком лет назад родился. И чувство юмора у него было чисто нашенское. Да что тут теперь впустую гадать, я этого точно никогда не узнаю» — с сожалением вздохнул он.

В окне уже показались пригороды Патны, и Мустафа снизил скорость, осторожно лавируя в шумном потоке машин. Впереди прямо посреди дороги остановилась толстая неповоротливая корова, задумчиво пережевывающая вечную жвачку и с немым укором взирая на загрязняющие окружающую среду нетерпеливо сигналящие машины. Сразу же образовалась гигантская пробка. «Ну вот и приехали, как будто и никуда не пропадал» — снисходительно улыбнулся Алексей, от нечего делать внимательно разглядывая окрестности.

Страна готовилась к очередным президентским выборам. Вокруг были развешены красочные многометровые транспаранты, обещающие каждому отдельно взятому гражданину его светлое персональное будущее. «Ну, надо же. Только успел вернуться, а тут тебе сходу демократия…» — ухмыльнулся он, всегда игнорируя любые выборы. Безразлично скользнув взглядом по разномастным портретам кандидатов, перевёл взгляд дальше, но вдруг похолодел от осознания увиденного.

Не веря глазам, он недоверчиво вгляделся в фото ещё совсем молодого кандидата. Симпатичный парень с широко расстёгнутым воротом рубашки, улыбаясь совершенно открытой голливудской улыбкой, со смешинкой в глазах взирал на окружающую суету. У него было лицо повзрослевшего Ашока.

Алексей закрыл глаза и попытался немного успокоиться. Представив в голове образ малыша, открыл глаза и начал придирчиво разглядывать детали лица на фотопортрете. Ошибки быть просто не может. Это действительно настоящий потомок маленького Ашока. Неожиданно он почувствовал настоящую гордость. И всё-таки целая часть жизни была прожита не зря. Глубоко вздохнув, торжественно прошептал:

— Ну, здравствуй, Ашок.

Content

Сидоров В Леонид ладимирович Демон поневоле

Сидоров Леонид Владимирович Демон поневоле

Вступление

Глава 1 Прибытие

Глава 2 Попутчик

Глава 3 Аборигены

Глава 4 Малгун

Глава 5 Знакомство с Алахеем

Глава 6 С Асуром по пути

Глава 7 Страшная подсказка

Глава 8 По следам работорговцев

Глава 9 Длинная дорога в джунглях

Глава 10 Спешный отъезд

Глава 11 Приток Ганга

Глава 12 Неожиданная подсказка

Глава 13 Родина Ашока

Глава 14 В доме Ашока

Глава 15 Подарок и потеря

Глава 16 Выбор пути

Глава 17 Деревенские будни

Глава 18 Медицинское крещение

Глава 19 Стиль решает всё

Глава 20 Новые знания

Глава 21 Древняя врачебная этика

Глава 22 Неожиданная способность

Глава 23 Гиблая пещера

Глава 24 Траурная церемония

Глава 25 Уроки окружающего мира

Глава 26 Неожиданное откровение

Глава 27 Разговор по душам

Глава 28 Праздник Нагапанчами

Глава 29 Природный катаклизм

Глава 30 Основы современной травматологии

Глава 31 Ориентирование во времени

Глава 32 Родители Ашока

Глава 33 Путь в неизвестность

Глава 34 Домой!