Двойник Короля 3

Глава 1

Я медленно оглядел кабинет, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Недавние события мелькали перед глазами, как кадры из фильма. Сергей, пронзённый клинком… Его кровь на асфальте… Жуткая тварь с головой Керасова, её противоестественные движения… Женские руки на мужском теле… И этот леденящий душу смех.

Встряхнул головой, но видения не желали отступать. Битва… Была она реальной или нет? Слишком чёткие детали, слишком яркие ощущения. Даже сейчас чувствовал фантомную боль в ноге, где когти твари оставили след.

Как я вообще здесь оказался? Вырубили по дороге? Маловероятно — с моей реакцией это сложно провернуть. В висках заныло от внезапной догадки: «Ментальная магия?»

Я прислушался к источнику внутри. Ядро беспокойно колыхалось, словно живое существо, пытающееся что-то сказать. Магия, влиявшая на меня, ещё оставалась в источнике. Теперь главный вопрос: это следы некромантии или ментального воздействия?

«Вот бы ты говорить могло…» — мысленно обратился к источнику, вспоминая, как раньше различал характер чужой магии. Вся проблема в том, что в прошлой жизни я не сталкивался с такими видами.

Взгляд снова упал на Сергея. Это ключевой момент: если бы битва была реальной, его бы смертельно ранили. Я своими глазами видел, как клинок пробил грудь насквозь, как он истекал кровью на дороге. И вот стоит здесь как ни в чём не бывало.

Либо это действительно ментальное воздействие, либо… В памяти всплыла сцена в переулке, когда слугу задела тень некроманта. Тогда он тоже быстро оправился. Может ли быть, что Серёжа — ещё одна кукла, а там мне показали представление?

— Магинский! — рявкнул Запашный в ярости, вырвав меня из размышлений.

Сергей уже суетился рядом, вливая в хозяина какие-то зелья. Его движения были слишком плавными, неестественными — как у той твари на дороге.

— Слушаю, — я придал лицу такое же бесстрастное выражение, как у слуги.

— Мы договорились? — процедил сквозь зубы ставленник императора.

— Не уверен… — хмыкнул, отмечая, как дёрнулся уголок рта у лысого.

— Ты издеваешься надо мной? — Запашный до хруста сжал подлокотники. Иглы в его лице едва заметно шевельнулись. — Ты отзываешь все свои писульки. Обращаешься в СБИ и всё сваливаешь на Зубаровых. За это я дам тебе двести тысяч рублей.

Интересное предложение. Вот только слишком простое для такого хитрого человека. Где же подвох?

— Хм… — поднял взгляд к потолку, словно размышляя. — Думаю, что я… согласен!

— Наконец-то! — выдохнул Запашный. В его глазах мелькнуло торжество.

— Согласен со своими условиями! — оборвал ставленника императора. — Полмиллиона. Это раз! Насчёт того, что во всём виноваты Зубаровы… Даже не знаю. Если к этому добавить магический кристалл, то, возможно, я бы пошёл на уступки и защитил вас.

Лицо Запашного покрылось красными пятнами, на шее вздулись вены. Он пыхтел, как паровоз на подъёме, но… в его глазах не было удивления от названной суммы. Словно повытчик ожидал чего-то подобного. А вот Сергей еле сдерживал улыбку. Уголки его бледных губ едва заметно подрагивали, как у хищника перед прыжком.

— Откуда у меня, простого слуги императора, кристалл? Они все подотчётны, — выдавил Запашный.

Вот оно что… Сумма его не смущает — значит, готов был заплатить и больше. Деньги — не проблема для «простого слуги». Любопытно.

Я-то ждал ловушку где-нибудь по дороге — засаду, нападение, попытку убийства. А оказаться перед Запашным и торговаться… крайне странно. Что-то здесь не сходится.

— Уверен, вы сможете найти что-нибудь, — улыбнулся. — Ну, или я пошёл?

Повисла тяжёлая пауза. Запашный буравил меня взглядом, пока слуга извлекал иглы из щеки. Они со звоном падали на отполированную поверхность стола. Зелья, которыми его напоили, похоже, ослабили действие яда. Видимого эффекта нет, но, надеюсь, отрава уже проникла глубже, делая свою работу.

— Серёжа, — дёрнул щекой ставленник императора. — Принеси деньги и кристалл.

Слуга застыл, убрал руки от хозяина и отвесил церемонный поклон. Мы остались в кабинете вдвоём. Во взгляде Запашного читалась странная смесь эмоций — ненависть и злость переплетались с плохо скрытым интересом.

Что бы здесь ни произошло, я их явно зацепил. Семён Владимирович оказался куда опаснее, чем я предполагал. По какой-то причине он решил меня не убивать. Хотя, возможно, и пытался, просто не вышло.

Моё же желание прикончить эту тварь росло с каждой секундой. Сейчас у нас временное перемирие, но стоит ему только разобраться со своими проблемами — ударит как можно сильнее.

Что же его так напугало? Мои угрозы? Или Служба безопасности империи? Запашный не тот человек, кто станет договариваться просто так. И сейчас я уже придумывал план, как уничтожить его первым.

В кабинете густо пахло женскими духами и сексом. Если бы эти тяжёлые шторы хоть иногда открывали, запах бы выветрился. Я рассматривал обстановку, пытаясь вспомнить, как очнулся в комнате, и взгляд невольно зацепился за рыжий волос на ковре.

Так и подмывало спросить, как я здесь оказался. Но это означало бы раскрыть свою уязвимость, показать провал в памяти. Не будь у меня опыта прошлой жизни, так бы и поступил. А пока подыграю немного. Пусть думают, что у них получилось, что бы они ни пытались сделать.

Вернулся Сергей с кожаной сумкой и резной шкатулкой в руках. Положил передо мной.

— Вот! — Запашный махнул рукой. — Забирай, и я надеюсь, что в ближайшие дни твои слова и показания изменятся. Не советую со мной играть.

— Конечно, — встал я и открыл шкатулку.

Внутри лежал кристалл размером с теннисный мяч. Его грани переливались всеми цветами радуги. От камня исходили волны чистой силы. Они покалывали кожу, как электрические разряды. Когда я коснулся кристалла, источник внутри встрепенулся, будто голодный зверь. Ядро заворочалось, жадно впитывая энергию, исходящую от камня. По каналам потекла энергия.

— Устраивает? — в голосе Запашного прозвучала едва уловимая насмешка.

— Более чем, — кивнул я, пряча кристалл обратно в шкатулку.

— Деньги пересчитывать не будешь? — на лице повытчика мелькнула хищная улыбка.

— Вы же серьёзный человек, — состроил я невинный вид. — Уверен, что там всё чётко, — сделал паузу. — Если не будет хотя бы рубля, то сделка сорвётся.

— Благодарю, что вы, Павел Александрович, посетили мой особняк! — кивнул ставленник императора. — Надеюсь, наши с вами недомолвки решены.

— Я тоже надеюсь, — подхватил сумку и коробку.

— Серёжа вас проводит, — бросил Запашный мне вслед.

Мы вышли со слугой. Я невольно замедлил шаг, разглядывая убранство дома. Хрустальная люстра под потолком отбрасывала радужные блики на мраморные стены. Ступени лестницы устилал персидский ковёр, его ворс пружинил под ногами. На площадках замерли античные статуи, их белый мрамор контрастировал с тёмным деревом панелей.

Картины в тяжёлых золочёных рамах следили за каждым шагом. Полотна мерцали под стеклом: батальные сцены, портреты императорской семьи, пейзажи далёких стран. У парадной двери массивные колонны подпирали расписной потолок, фрески изображали сцены из древних легенд. Вот и выход из особняка.

На улице меня ждал знакомый тёмно-синий автомобиль.

— Спасибо! — Сергей отвесил глубокий поклон, его лысина блеснула в лучах заходящего солнца. — Вы отличный собеседник.

В голосе слуги сквозила издёвка, но я не обращал внимания. Забрался в машину. За рулём сидел уже другой водитель, как я и предполагал. Крепкий мужчина средних лет, руки в мозолях от оружия. Явно не простой шофёр — костюм с иголочки, да и магический источник у него есть.

— Господин, вас домой? — спросил мужик, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида.

— Да, — кивнул я. — Именно туда.

Мотор заурчал, и машина тронулась. Ядро в груди беспокойно трепетало от недавнего магического воздействия.

Мне хватило опыта с Лампой и подарком Жоры. Всё ещё не могу забыть, как алхимик поглотил мой кристалл в одно мгновение. Нужно переходить на новый уровень, и ждать я не намерен. Достал камешек, сжал в ладони. Он приятно холодил кожу.

Потянул энергию в себя, такую знакомую, плотную, мощную. Не чета той манапыли, которую использовал раньше. От каждой волны силы по телу пробегали мурашки. Этого кристалла точно хватит для третьего уровня.

Губы сами растянулись в улыбке. Скоро я смогу скопировать вторую магию, и тогда…

Нужен только подходящий соперник. С этим проблем не будет — могу выбрать кого-то из своих людей. Хотя нет! Лучше взять магию на дуэли с Зубаровым. После того, как на них спустят всех собак, они наверняка захотят быстрее провести поединок и избавиться от меня. Глупцы сами полезут в ловушку.

Именно поэтому я и согласился на условия Запашного. Всё, что он строил годами, теперь рушится, как карточный домик. Прикормленные роды отворачиваются один за другим. Требуховы уже мои, и не просто под контролем, а с кровными узами через скорый брак. Зубаровы тоже встанут против ставленника императора. Деваться им будет некуда. Идеально…

Дом лучше ломать с фундамента, а фундамент — это земельные аристократы. Как только они отвернутся от Семёна Владимировича, останется только раздавить его самого. Интересно, поймёт ли он, что сам дал мне в руки все инструменты для своего уничтожения? А когда разберусь с остальными мелкими родами…Енисейск будет моим! От прежней власти останутся только воспоминания.

Энергия втягивалась в тело мощным потоком. Источник пульсировал всё сильнее, каналы расширялись до предела. Каждую клетку тела покалывало от переполняющей силы. Ядро увеличилось, и громкий хлопок заставил меня оскалиться. В груди разлилось приятное тепло. Ещё одна ячейка для магии готова.

Уже собирался откинуться на сиденье и насладиться дорогой, как внутри запустились незнакомые процессы. Источник словно обезумел. Начал вибрировать, пульсировать, выкачивая что-то из пространства вокруг. Не может быть… Да такого никогда не было! Он сам стал копировать магию, без моего контроля. А выбрать может только из того, что на меня уже действовало.

Твою мать! Нет! Нет! Стой. Я сам выберу! Не хватало ещё подцепить какую-нибудь дрянь. «Некромантия…» — от этой мысли по спине пробежал холодок. Трупы — точно не моё.

* * *

Запашный после того, как ушёл Магинский

Мужчина сидел и разглядывал своё лицо в позолоченном зеркале. Дырки от игл пульсировали болью, портя его холёную внешность. Ставленник императора всегда гордился своей красотой. Ухоженная борода, правильные черты лица. А теперь…

— Иглокрот? — задумчиво произнёс он, рассматривая зеленоватые шипы на столе. — Странный выбор.

— Семён Владимирович, — в кабинет бесшумно скользнул слуга, только что проводивший гостя. — Что произошло?

— Ничего! — голос Запашного звенел от сдерживаемой ярости.

— У вас не получилось? — Сергей подался вперёд. — Но как так? Ведь сопляк всего на втором уровне, а у вас пятый. Не может быть, чтобы вы не справились…

— Заткнись! Закрой свой рот! Ты совсем уже обнаглел? Да я тебя!.. — взревел Запашный, вскакивая с кресла.

Лысый слуга сжался, изображая страх и трепет, хотя в глубине бесцветных глаз плясали искры злорадства.

Хозяин особняка тяжело дышал, не отрывая взгляда от бутылки коньяка. Рука сама тянулась к хрустальному графину. «Нет!» — оборвал он себя мысленно. Семён Владимирович не мог, не хотел признавать поражение.

То, чем он так гордился, — его уникальная сила, проложившая путь наверх, — дала сбой. Такого не случалось… никогда! Ментальная магия открыла двери в высшее общество, сделала его тем, кто он есть. А тут какой-то сопляк просто взял и справился с ней.

— Почему ты не убил Магинского по дороге, как мы договаривались? — процедил Запашный сквозь стиснутые зубы.

— Я пытался, — голос слуги упал до писка. — Мы остановились по центру. Сделал так, что сломалась машина. Он вылез, и я напал. Кто же знал, что Магинский так силён? Его движения… Я не мог их прочитать. Реакция, приёмы — словно парня во дворце империи тренировали. А как он клинком владеет, да ещё из когтя водяного медведя… — Серёжа перевёл дыхание. — Он меня вообще-то чуть не убил!

Слуга задрал рубашку, демонстрируя уже затянувшуюся рану на животе.

— Если бы не зелья, которые вы купили, я бы умер. Могу вам сказать: отличное качество, эталонка первого уровня творит чудеса, — добавил лысый с плохо скрытым сарказмом.

— Вот и я хочу у тебя узнать, как ты, находясь на четвёртом уровне, не справился со вторым? — попытался съязвить ставленник императора. А потом задумался: «Где Ярослав смог так обучить сопляка? Денег на лучших тренеров империи нет даже у элиты столицы. А тут, в этой дыре… Что-то здесь не так».

— Если бы не наши люди, напавшие на него… — начал Серёжа.

— Десять человек! — оборвал Семён Владимирович. — Столько мы потеряли. Если бы не твоя пространственная магия и перенос сюда, то… С твоим трупом на руках.

— Но я всё равно не понимаю, — слуга позволил себе едва заметную улыбку. — Ваша сила… Даже император её оценил. А тут он…

— Пошёл вон! — взмахнул рукой Запашный.

Эти вопросы и так сводили его с ума. Когда Сергей вышел, ставленник императора всё-таки сдался и налил себе коньяка.

— Павел-Павел… — прошептал лысый за дверью, доставая из пиджака человеческую кость. — Вот зачем ты мне сломал куклу? Я её так долго собирал, напитывал энергией. А ты всё разрушил… Плохой Магинский, плохой!

Его пальцы любовно поглаживали кость.

— Ничего… У меня есть кое-какие детали. Оставшиеся я заберу у тебя, Магинский! — зубы слуги скрипнули от предвкушения.

Запашный встал и рывком раздвинул шторы. Свет заходящего солнца ударил в глаза, заставив поморщиться. Всё внутри клокотало от бессильной ярости. Его ментальная магия, всегда безотказная, почему-то не сработала на мальчишке. Ещё и слуга облажался.

Вся надежда была на то, что он сотрёт Павлу часть памяти и сделает своей марионеткой, как когда-то с Елизаветой. «Послушный Магинский» — как сладко звучало бы это.

Семён Владимирович готовился тщательно. Артефакты для усиления магии, магический кристалл, сложнейший ритуал, требующий огромных затрат. И всё впустую! В груди шевельнулось давно забытое чувство поражения.

Магический источник Павла был каким-то неправильным. Каждый раз, когда Запашный пытался его схватить и подавить, тот растекался, как дым. Силы большого кристалла хватило только на попытки удержать его, но и это не помогло.

Пришлось прервать ритуал, когда Магинский начал приходить в себя.

— Маленький гадёныш! — процедил ставленник императора, касаясь пульсирующей щеки. — Тварь!

По крайней мере, сопляк не понял, что произошло. Запашный успел внедрить ему в голову картинку прибытия и переговоров. Но и тут Павел удивил — вдруг полностью вернул контроль над разумом, потребовал больше денег. Хотя это не проблема, Семён Владимирович взял с Зубаровых целый миллион на улаживание проблем.

А вот с кристаллом Магинский крупно просчитался. Ставленник императора подал знак Серёже принести бракованный. Такие редко попадаются, раньше встречались только на руднике Магинских. Обратный, как его называют знающие люди.

Сначала он даёт силу, а потом высасывает её обратно. И человек не только не переходит на новый уровень, но и скатывается вниз. Павел сам себе вырыл могилу своими руками.

— Думал, что станешь сильнее? — рассмеялся Запашный, поднимая бокал к свету. — Сюрприз!

* * *

Друзья! Обязательно поддержите книгу лайком и комментарием. Это важно для ее продвижения. Буду крайне благодарен за вашу помощь. Переходите сюда и действуйте.

https://author.today/work/400910

* * *

Глава 2

Я изо всех сил сдерживал взбесившийся источник. Энергия носилась внутри, как ураган. Каналы швыряли её туда-сюда не в силах удержать. Что за чертовщина? Кристалл пытается высосать из меня магию?

С трудом разжал сведённые судорогой пальцы и отшвырнул камень.

— Господин, с вами всё в порядке? — водитель бросил на меня обеспокоенный взгляд, посмотрев в зеркало заднего вида.

— Да-а-а! — процедил сквозь стиснутые зубы. — В туалет хочу…

— Осталось недолго, скоро будем у вас, — хмыкнул мужик.

А в это время внутри меня бушевал настоящий хаос. Ядро расползлось от груди до живота, пульсируя и дёргаясь, словно живое существо. Я скрипел зубами, пытаясь удержать контроль. Источник, будто издеваясь, всё норовил скопировать какую-то чужую магию.

Картинка за окном расплывалась мутными пятнами. Я впился ногтями в ладони до крови. «Давай, дружище. Справляйся… Не знаю, что там внутри творится, но ты должен! Не подведи меня…»

Машина остановилась. Мигом схватил сумку, швырнул кристалл в шкатулку и вывалился наружу. У крыльца меня уже ждал Витас с людьми.

— Вы вернулись, Павел Александрович! — просиял Лейпниш.

— Угу, — выдавил сквозь зубы, чувствуя, как пот заливает спину.

Автомобиль Запашного развернулся. Я же держался из последних сил — хрен покажу слабость водителю. Чтобы он потом передал ставленнику императора? Ну уж нет.

Как только машина скрылась за воротами, мои ноги подкосились.

— Господин! — Витас едва успел подхватить. — Что с вами? Вас отравили? Напали?

— Отведи меня в комнату, — прохрипел я. — Сумку и шкатулку возьмите.

Повис на руках Лейпниша и Медведя. Моё состояние не укрылось от их встревоженных взглядов.

— Не нужно было мешать водку и пиво! — крикнул, чтобы успокоить людей. Первое, что пришло в голову.

В висках стучало, особняк плыл перед глазами. Слуги метались вокруг, как испуганные птицы. Жора командовал принести зелья и горячую воду, его голос доносился словно сквозь вату.

На лестнице мы столкнулись с Ольгой. Девушка побледнела, увидев меня, но сил на объяснения ещё и для неё не осталось.

Наконец, моя комната. Сумка с деньгами глухо стукнула у двери, шкатулка легла на стол. Меня расположили на кровати.

Не успел коснуться подушки, как в рот полилось что-то горькое… Кажется, зелье восстановления магии. Вкус хвои обжёг горло теплом. Я перестал сдерживать источник. Твою мать!

— Выйти! Быстро свалили на хрен отсюда! — выдавил из последних сил.

Мужики и слуги вылетели за дверь. Энергия вырвалась наружу зелёными волнами, расходясь по комнате. Стены темнели на глазах, превращаясь в чёрное месиво. Что за?.. Из носа хлынула кровь — зелёная, светящаяся в полумраке.

Я схватил флаконы с лечением и восстановлением магии, опрокинул в себя залпом. О-о-о-о! Какая мерзость! Челюсть свело судорогой, едва смог разжать, чтобы глотнуть воздуха. И вдруг рухнул на подушку.

Сука… Попытался обуздать взбесившийся источник. Внутри творился такой бардак, что впору было начать… Я сжал ядро силой воли, заморозил бушующую энергию. В глазах потемнело.

Давай! Да! Да!.. Получилось — весь этот хаос застыл, подчинившись мне.

Я выдохнул, и мысли хлынули потоком. Первое, что осознал: энергии слишком много. Больше, чем мог дать один кристалл. Ядро захлёбывалось силой, каналы трещали по швам. То, о чём говорил и что передал Запашный, на такое точно не способно.

За фактами постепенно проступала неприятная правда. Запашный, усиливавший меня во время отключки? Бред. Но всё указывало на то, что я уже поглотил как минимум ещё один кристалл.

С этим разберусь позже. Сейчас важнее подарок ставленника императора — никогда не видел ничего подобного. Проклятый камень пытался высосать мою силу обратно, словно гигантская пиявка. Даже с опытом прошлой жизни я не могу понять, что творится внутри. Слишком много энергии бурлит в каналах, и, если её вернуть… От одной мысли по телу пробежала дрожь.

Самопроизвольное копирование магии я заморозил, но именно это наводило на странные выводы. Может, Запашный действительно пытался меня усилить? Если кристалл был достаточно мощным, и в момент, близкий к переходу, на меня воздействовали магией… Такое могло сработать. Хотя зачем ему это? Что получится скопировать?

Я перебирал возможные варианты, и каждый нравился мне меньше предыдущего. Земляная магия Требухова слабовата, да и было давно. Так что вряд ли. Яд из шариков? Кровная магия наёмников — мерзость та ещё. И самое отвратительное — некромантия. При мысли о ней к горлу подкатила тошнота. Хотя… У тени была магия пространства. Вот от такой я бы не отказался, с ней можно развернуться.

Вспомнил ощущения, которые испытал, находясь в кабинете Запашного. Давление на голову, путающиеся мысли, словно в тумане. Точно такое же было в поединке с Димой. Наконец, мой мозг уже начал выстраивать логическую цепочку, и от каждого нового вывода холодело внутри.

На меня воздействовали магией, и, судя по схожему эффекту… Во рту появился привкус желчи. Запашный, сука! Кажется, я понял его силу и причину высокой должности. Мыслеклюй — ментальный маг. Теперь все его действия обрели новый смысл.

Губы растянулись в вымученной улыбке. Дрозд будет доволен, ведь у нас полный букет. Некромант, кровные маги, теперь ещё и ментальный. Вот только что ставленник императора с такими возможностями забыл в этой дыре? Снова мысли вернулись к руднику, царапая сознание. Значит, есть что-то важное для императора, о чём я не знаю. Что-то настолько ценное, раз сюда отправили весьма полезного мага.

Факты складывались, как кусочки мозаики, вырисовывая неприятную картину. План Запашного был прост: убить меня без свидетелей! Нет… То видение — вымысел, с моим сознанием игрались.

Выходит, ставленник императора сейчас напуган, раз пытался заставить меня договориться. Ещё одна зацепка — найти источник этого страха и надавить сильнее. Что может пугать мага такого уровня? Что-то связанное с рудником? Или с императором?

— Бред! — выдохнул я в потолок, чувствуя, как пульсирует жилка на виске.

Зачем внушать картину битвы с тенью? Проще было бы так: добрался, поговорили, и всё остальное. Если только… В голове забрезжила новая догадка. В висках наконец перестало пульсировать, теперь могу мыслить яснее. Что-то здесь явно нечисто, и я намерен докопаться до правды.

— Павел! — позвал чей-то голос в комнате.

Я приоткрыл глаза. Рядом с кроватью сидела Ольга. Даже не заметил, как она пробралась сюда. Девушка расположилась на полу, вытирая пот с моего лба прохладным полотенцем. Её волосы щекотали мне щеку.

— Что ты тут делаешь?

— Пришла позаботиться, — в голосе девушки звучало искреннее беспокойство. — Когда я вас увидела, подумала, что вы ранены.

— Всё в порядке. Просто несварение, — дёрнул щекой, пытаясь отстраниться. — Можешь идти.

— А… я… хочу остаться, — слова вырвались словно против воли. — Простите!

Закрыл глаза. Женщины… Всегда всё усложняют.

— Вы правда скоро женитесь? — в голосе Ольги прозвучала плохо скрытая боль.

— Замок… Большой… Такой, чтобы если закрывался, никто не мог зайти, — пробормотал, надеясь перевести тему.

— Понятно… — когда открыл глаза, на её лице застыла такая горечь, что защемило сердце. — Наивная, глупая. Кто я и кто вы. Даже ваш слуга лучше меня в алхимии.

Она влила мне в рот лечебное зелье, снова промокнула лоб. Новое зелёное платье с глубоким вырезом подчёркивало её фигуру. Бретельки бежевого кружевного белья предательски выглядывали из-под ткани.

— Мой отец вернулся с вашего задания, — голос девушки стал официальным, холодным, словно ледяная корка. — Продали зелье за полмиллиона рублей.

— Хорошо, — кивнул я, чувствуя, как она пытается спрятать свои чувства за деловым тоном.

— Когда он… — Ольга выплюнула следующее слово. — Увидел Борова, то даже разговаривать стал вежливо с моим отцом и не смотрел на меня. А недавно обещал изнасиловать. Тварь!

— Ты под моей защитой, — собрался с силами, пытаясь сесть.

Через несколько часов мне кровь из носу нужно выйти с братьями на рудник. Плана, как попасть туда, до сих пор нет, а я тут разбираюсь с девичьими страданиями.

— А эта… Люська, — уголки губ Ольги дёрнулись, в голосе прозвучала плохо скрытая ревность. — Она килограммов сто с лишним. Но толстой не назвать. Очень крепкие руки, как у Медведя. Крайне яркая дама.

— Представляю, — невольно усмехнулся, рисуя в голове образ женщины-богатыря.

— Когда мы вернулись, Боров всем заявил, что это его женщина. И чтобы никто к ней не подходил, — девушка помолчала, теребя край платья. — Медведь решил пошутить над красотой Люськи. Теперь у него разбит нос.

— Павел! — дверь распахнулась с грохотом, и на пороге возникла Вероника.

Требухова окинула Ольгу таким взглядом, словно та была грязью на её туфлях. От прежней беспомощной девушки, которую я спас в лесу, не осталось и следа.

— Кто это? — в голосе Вероники прозвучала властная нотка избалованной аристократки.

— Выйди из моей комнаты! — приподнялся на локте, чувствуя, как внутри снова начинает бурлить хаос.

— Я? — она выпятила грудь, словно павлин перья. — Я Вероника Требухова, земельная аристократка! И ты мой будущий муж. Не смей так со мной говорить! А ты пошла вон отсюда, дешёвая подстилка!

Ольга открыла рот и захлопала глазами, как ребёнок, которого ударили. Вероника метнулась вперёд змеёй, вцепившись в светлые волосы Смирновой. Дёрнула на себя с такой злостью, словно хотела выдрать их с корнем.

— Выметайся из комнаты моего будущего мужа. Ему больше не нужны твои услуги! — лицо истеричной дамы исказилось от ярости.

Ольга только схватилась за голову, из глаз брызнули слёзы. Она смотрела на меня с такой мольбой, что внутри всё перевернулось.

Ни минуты покоя! И ведь знал, что эта идея со свадьбой выйдет боком…

Преодолевая слабость, поднялся с кровати. Перехватил руку Требуховой, надавил на запястье. Она разжала пальцы с тихим вскриком. Ольга упала, но Вероника уже занесла ногу для удара. Дёрнул её в сторону, заставляя отшатнуться.

— Ты! — в глазах Требуховой плескалось неверие. — Защищаешь подстилку? Она же никто! Просто девка. Хочешь, я дам тебе своих служанок? Они хоть воспитаны и девственницы, не то что эта белокурая дрянь!

Ольга рыдала, закрыв лицо руками. Её плечи тряслись, и каждый всхлип отдавался у меня в висках.

В этот момент в комнате появился Жора. Слуга окинул ситуацию цепким взглядом, его лицо на миг дрогнуло.

— Я же вам сказал, Вероника Сергеевна, что Павел Александрович плохо себя чувствует! — в голосе Георгия прорезалась сталь.

— Вижу… — она выглянула из-за плеча, губы скривились в презрительной усмешке. — Ты только посмотри! Я тут рядом, а он кувыркается с дешёвкой! Да после того, что было… Ты меня видел голой, трогал. И тебе не понравилось?

Ольга при этих словах зарыдала ещё громче, сжавшись в комок на полу. В её всхлипах слышалась такая боль.

— Жора, выведи её отсюда! — процедил сквозь зубы, с трудом сдерживая бушующий внутри хаос. — Запри в комнате со служанками и не выпускай. Узнаю — казню!

— Да, господин! — кивнул слуга и попытался подтолкнуть Веронику к выходу.

Хлопок. Ещё один. Голова Жоры мотнулась сначала в одну сторону, потом в другую от пощёчин. Его идеально уложенные волосы растрепались, но лицо осталось таким же бесстрастным. Он, не обращая внимания на случившееся, методично пытался вывести девушку.

Следующий удар я перехватил. Сжал её запястье и влепил лёгкую пощёчину. Вероника завыла в унисон с Ольгой, на бледной щеке расцвёл алый след.

— Слушай сюда! — дёрнул её за руку, заставляя смотреть в глаза. — Это мои люди! Ты поняла? Их никто не смеет трогать! Никогда! Это мой дом. Если что не устраивает — вали! С твоего отца я взыщу долги!

— Павел Александрович, — повернулся ко мне Жора. — Госпоже будет опасно дома.

— Не мои проблемы! Видимо, Вероника забыла, где она, как сюда попала и чего мне это стоило, — рыкнул. — Нужно было оставить её там. Пусть бы Зубаровы развлекались.

Требухова рухнула на колени. Синее платье задралось, обнажив стройные ноги и кружевную кромку белья. Вся спесь слетела с неё в один миг.

— Нет! Я прошу! Не надо! — она захлёбывалась словами, вся дрожа. Лицо девушки, только что надменное, исказил животный страх. — Меня…

— Скоро Требуховых не станет, — холодно отрезал я. — Если хочешь оставаться тут, соблюдай правила и мои приказы. Будешь сидеть в комнате, пока я не решу! А сейчас быстро извинилась перед Георгием и Ольгой.

— Я… — она подняла глаза, полные ужаса.

Уж не знаю, что там ей сказал отец, но домой она явно не рвалась. Впрочем, такое поведение я терпеть не собираюсь.

— Геор-гий, — запнулась Требухова, словно каждое слово давалось ей с болью. — Простите меня!

Лицо девушки покрылось красными пятнами. Для земельной аристократки извиняться перед слугой — хуже смерти.

— Ты! — она перевела взгляд на Смирнову и осеклась.

— Ольга Игоревна! — подсказал я, глядя, как та бледнеет ещё сильнее.

— Ольга… Игоревна… Простите меня! Я была не права! — губы Вероники тряслись, из глаз катились слёзы унижения.

— Свободна! — махнул рукой. — Жора, сопроводи её.

Слуга помог Требуховой подняться. Разорванное спереди платье обнажало нижнее белье. Она пыталась прикрыться, пятясь к двери.

Твою мать… Может, и правда построить особняк рядом? Тихо, спокойно, без этих женских страстей.

Перевёл взгляд на рыдающую Ольгу. Покачал головой, подхватил её за подмышки. В следующий миг она повисла на моей шее.

Всхлипы сотрясали тело, слёзы впитывались в куртку. От рыдающей девушки пахло травами и чем-то сладким.

— Тише, — погладил по мягким волосам. — Тише. Всё в порядке.

Заплаканное лицо поднялось ко мне, и вдруг её губы прижались к моим. Соль слёз смешалась со сладостью поцелуя.

— Ты защитил меня перед своей будущей женой, — прошептала она с такой надеждой, что внутри что-то дрогнуло. — Значит… У меня ещё есть шанс!

Она отпрянула и выскочила из комнаты, оставив меня стоять с открытым ртом. Женская логика в который раз ускользала от моего понимания. Я тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли.

А с Вероникой вышло неплохо. Сначала воспитаем девушку, потом можно думать о будущем.

И вдруг в груди всё сжалось. Хреново! Присел на кровать. В этот момент снова скрипнула дверь. Да твою мать! Поднял взгляд. Жора.

— Господин! — обратился он ко мне. — Вижу, что вы переходите на следующий уровень.

— Что? — удивился я, ощущая, как пульсирует источник.

— Почувствовал, когда вы схватили госпожу Веронику, — на его лице промелькнула понимающая улыбка. — Где вы раздобыли магические кристаллы? — в голосе слуги звучало искреннее любопытство.

— Запашный решил поделиться, — хмыкнул я.

— Он? — лицо Жоры вытянулось от изумления. — Как вы этого добились? Это же собственность империи! И тем более вам…

— Глаза красивые, да и шутки у меня смешные, — не удержался от ухмылки. — Вот ставленник императора и расщедрился.

— Только одного не пойму, — Жора подошёл ближе.

Его руки легли мне на плечи, он закрыл глаза и медленно кивал, словно прислушиваясь к чему-то.

— Что с вами происходит?

— Кризис возраста, — юмор в таких ситуациях всегда помогает.

— Вы скачете с «Адепта» до «Посвящённого», и так по кругу. Я такого никогда не встречал, — Жора нахмурился.

— Не могу решить, на чём остановиться, — да я в ударе.

— А где кристалл? — слуга повернулся к столику.

В ответ махнул рукой на шкатулку. Жора открыл её и взял странный камень. Я не переживал, что он начнёт его впитывать. И вдруг руки мужика затряслись, а сам он побледнел.

— Дурак! — рявкнул на слугу. — Ты чего?

— Это… Это… — губы Жоры дрожали. — Обратный кристалл. Они крайне редки, и все под запретом. Если обнаружат, то могут и казнить, даже аристократа.

— Что? — резко вскинул голову.

— Они сначала дают энергию, а потом забирают. Маг может откатиться на ранг или два назад. И потом больше никогда не поднимется выше. Это по факту гильотина. Если не получится сдержать энергию — смерть. Только не говорите, что вы его использовали?

— А ты сам не видишь? — кивнул я.

— Нет! — Жора задрожал всем телом. — Не позволю!

Мужик оказался рядом, его руки снова легли мне на плечи.

— Перевёртыша тебе в жёны… — только и успел выдавить я.

В меня хлынула чужая магия с такой силой, что на миг показалось: Жора не слуга, а Архимаг шестого ранга. Все барьеры, что я выстроил, рухнули, как карточный домик.

Смотрел на Георгия, не веря своим глазам. Его фигура покрылась инеем, словно ледяная статуя. А в моих каналах уже текла энергия льда.

— Что ты творишь? — выдавил я из себя.

Глава 3

Энергия врывалась в меня неудержимым потоком. Каждая клетка тела горела от переполняющей силы. Жора в попытках помочь мне выкладывался полностью — его фигура светилась голубоватым сиянием, от которого в воздухе плясали морозные искры. Мои каналы растягивались до предела, грозя вот-вот лопнуть. Боль прошивала насквозь, выкручивая суставы.

В какой-то момент я потерял контроль над происходящим. Источник жадно впитывал чужую магию, словно губка. Перед глазами плясали цветные пятна, мысли путались. Сквозь мутную пелену видел, как по рукам Жоры ползут узоры инея, превращаясь в корку льда.

Вспышка ослепила, и сознание погасло. Не знаю, сколько прошло времени, но, когда смог снова видеть, едва сдержал изумлённый возглас. Передо мной застыла ледяная статуя — Жора, с головы до ног покрытый коркой инея и снега. Его глаза превратились в две замёрзшие льдинки, грудь не двигалась. Даже воздух вокруг, казалось, застыл.

Я попытался встать, но тело не слушалось. Заглянул в себя, прощупывая состояние источника. Ядро наконец успокоилось, пульсируя ровно и уверенно. А вот каналы… Их словно пропустили через мясорубку — растянутые, воспалённые, они едва справлялись с потоком силы.

«Поздравляю!» — хмыкнул про себя, ощущая, как внутри перекатывается мощь третьего ранга. Посвящённый… Неплохой результат для того, кто только что чуть не умер.

Магия яда, ставшая частью меня, теперь ощущалась иначе — глубже, стабильнее. Свободная ячейка для новой силы манила своей пустотой. Самое главное — обошлось без некромантии. Теперь я сам могу выбрать следующую магию.

Слабость постепенно отступала. Я наблюдал, как «снегурочка» медленно оттаивает. Иней на коже Жоры превращался в капли воды, стекающие по застывшему лицу. Только сердце под промёрзшей грудью всё ещё не билось.

Поднялся на нетвёрдых ногах. Тело дрожало, словно в лихорадке. До ванной добрался, цепляясь за стены. Включил горячую воду на полную мощность. Обычно от такой температуры кожу обжигает, но сейчас даже не почувствовал жара. Стоял под горячими струями, пытаясь согреться.

Мысли текли лениво. План, кажется, начал выправляться. Переход на новый уровень получился, до рудника я точно дойду. Осталось придумать, как проникнуть туда незамеченным.

Вода барабанила по плечам, но озноб всё не проходил. Закрутил кран. Вытерся насухо, накинул халат и вышел. Жора стоял всё там же, только теперь от него не веяло арктическим холодом.

— Господин… — голос слуги звучал измученно, в нём слышалась неприкрытая усталость. — У меня получилось…

— Наверное, — пожал я плечами, разглядывая бледное лицо Георгия.

— Вы бы умерли, — в его глазах мелькнула тень воспоминаний. — Так было с вашим отцом. Он тоже использовал обратный кристалл, и Ярослав Афанасьевич его спас. Пришлось спуститься на уровень ниже, а потом дуэль… Александр плохо себя чувствовал, вот и проиграл.

Внутри всё кипело от ярости. Значит, Запашный и раньше проворачивал такой трюк? Ничего, мы с ним ещё сочтёмся! За всё и сразу.

— У вас получилось то, чего не было в истории нашей страны, — Жора говорил тихо, но в его голосе звучало благоговение. — Кристаллы сильнее людей. Ваш источник… Он вас спас! А развитие… продолжится!

«Слышал? — мысленно обратился я к ядру. — Ты снова справилось… Молодец!»

Тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли. Что ж, пора заняться делами.

— Сколько нам нужно для содержания особняка? — взглянул на слугу.

— Ста тысяч хватит на месяц, — ответил он.

Я достал из сумки пачку купюр — новенькие, хрустящие банкноты легли в дрожащие руки Георгия.

— Что там с проверкой на перевёртышей? Когда? — вспомнил о своём поручении.

— Через несколько дней, — Жора поклонился, пряча деньги.

— Следи за тем, что тут происходит, — начал переодеваться в охотничий костюм. — Держи всех в ежовых рукавицах. Чтобы больше никаких разборок и проблем!

— Как прикажете, — слуга помедлил. — Не злитесь на госпожу Веронику. Она… Её воспитывали как будущую хозяйку. Тем более скоро будет первой женой, а это накладывает определённую ответственность. Она просто хотела себя проявить.

— Мне плевать, — отрезал я, застёгивая куртку. — Мой дом — мои правила! Запомни это. Не они нам помогают, а я. Очень хочу, чтобы об этом не забывали и вели себя соответственно. И следи, чтобы ничего против моего алхимика не предприняли.

— Вам нравится Ольга? — вопрос застал меня врасплох. — Пусть она имперская аристократка, вы можете взять её наложницей или даже женой.

— Жора… У тебя все дома? — искренне удивился я, разворачиваясь к слуге. — Ты о чём думаешь?

— О продолжении рода! — снова поклонился Георгий.

— А я о выживании и захвате власти, — проверил карманы, пересчитывая иглы. — Меня чуть не убили уже хрен знает в какой раз. Больше не поднимай эту тему.

— Как прикажете, — ответил он и, кивнув, вышел за дверь. Наконец-то меня оставили одного.

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в багрово-золотые тона. Тёплый летний ветер приносил запахи леса и недавно скошенной травы. Я стоял на улице, чувствуя, как постепенно отступает напряжение после недавних событий. Сумка с деньгами, полученными от Запашного, оттягивала руку — приятная тяжесть.

Заметил, как ко мне спешит Витас. Лейпниш поправлял форму на ходу. На территории уже зажигались первые фонари, их свет отражался в начищенных пуговицах его мундира.

— Вот тут четыреста тысяч, — протянул я сумку. Купюры зашелестели, когда он принял её. — И плюс у Смирнова полмиллиона.

— Откуда столько? — Витас с трудом сдерживал удивление.

— Найми ещё людей, — окинул его внимательным взглядом. — И в этот раз… никаких мутных типов!

Лейпниш чуть сжался под моим взором.

— Только местные и те, кто принесут клятву крови. Выбери сильных. Закупи оружие, может, есть что-то более серьёзное, — продолжал я, наблюдая, как он быстро кивает. — Приступайте к работе над стоянками. Я хочу, чтобы ими был усеян весь наш лес. Охота после окончания стройки должна вестись постоянно.

Остановился, переводя дыхание. Вдалеке мелькали фигуры охранников, менявших посты.

— И постройте укрепления около Сопли! — добавил жёстче. — Не хочу, чтобы ко мне больше приходили Зубаровы. Не смотри так, я знаю про монстров. Придумай что-нибудь.

— Понял, — Витас кивнул, его руки крепче стиснули сумку.

— Всё это нужно было сделать ещё вчера, — бросил я взгляд в сторону тренировочной площадки, где Фёдор гонял новичков. — Отправь в город Медведя.

— Вы мне больше не доверяете? — Лейпниш опустил голову, пряча глаза.

— Да и нет! — ответил честно, наблюдая за его реакцией. — Тут, скорее, чтобы у тебя была замена на непредвиденный случай. А как ты заметил, они у нас постоянно происходят.

— Сделаю, — в его голосе появилась уверенность.

— Ещё жду от тебя мысли по поводу того, что мы будем делать, если Требуховы станут частью рода Магинских.

Витас застыл, словно громом поражённый. В сгущающихся сумерках его лицо казалось восковой маской.

— Вы… Как?

— Неважно, — отмахнулся, глядя, как последние лучи солнца гаснут за верхушками деревьев. — Мы должны быть готовыми к расширению нашего рода хотя бы в теории. У меня уже есть идеи, но я хотел бы услышать и твои предложения.

— Займусь! — Лейпниш с трудом сдерживал возбуждение, уголки губ предательски дёргались в улыбке.

— Пока меня не будет… С охотой сильно не старайся. Воспользуемся временем для укрепления позиций, — понизил голос. — И нам нужна ещё машина. Используй связку Медведя и Борова для поездок в город.

— Будет исполнено.

— Где они? — спросил, оглядывая территорию.

— Ждут вас в своём домике, — Витас указал рукой на небольшое строение, в окнах которого уже горел свет.

Братья ждали в небольшой комнате. Николай изучал карту, разложенную на столе, а Василий мерил шагами помещение. На моё появление в дверях даже не обратили внимания.

— Ну что, герои, готовы? — спросил я, проходя внутрь.

— Мы умрём… — простонал Василий, сжимая и разжимая кулаки. — Точно умрём! Я чувствую.

— Заткнись! — оборвал его старший брат, не отрываясь от карты.

Я подошёл к столу, разглядывая путь, который им предстояло пройти. Особняк Зубаровых отмечен красным крестом — оттуда их поведут к руднику. Охрана, патрули… Всё, как обычно.

Хм… Интересно. Получается, эта территория раньше принадлежала Магинским — река и дальше. Ожидаемо, что рудник находится почти у серой зоны. Даже если там ничего нет, возвращать земли нужно. Это очень упростит жизнь и охоту.

— Зубаровы в курсе, что вы прибудете, — провёл пальцем по бумаге. — А вот здесь…

— Вы издеваетесь? — Василий навис над столом. — Они нас сразу убьют. Даже разговаривать не станут.

— Не ной! — Николай поднял взгляд. — Нам заплатили за работу.

Я усмехнулся, наблюдая за их перепалкой. Карта… В голове уже складывался другой маршрут. Можно обойти с востока, через серую зону. Не слышал, чтобы кто-то из наших туда вообще заходил. Зато выйду прямо на земли Зубаровых, минуя посты.

Вот только риск… Он запредельный. Пока говорили с Витасом, заметил, как с охоты с добычей вернулась одна из групп. Значит, скорее всего, монстров там сейчас немного. Наверное…

Третий ранг. Я просто обязан проверить новые силы. А для этого как раз подойдёт хорошая битва. Тянуть своих людей, чтобы меня проводили, не хочу. Пока о моём желании попасть на рудник знает ограниченное количество душ. Пусть так и остаётся. После подосланных наёмников лучше подстраховаться.

Глаза ещё раз пробежали по карте. Судя по всему, там не так уж глубоко нужно заглядывать в серую зону. Всего на километр. Ну, может, три. Потом перейти Соплю, и ещё три километра по территории Зубаровых.

Я гладил подбородок и думал. Другого решения нет, всё подготовлено к этому шагу. Зелья! Вот что требуется взять с запасом. Благо у нас «вышак» есть, его должно хватить. Иглы, клинок из водяного мишки — всегда со мной. Можно было бы захватить ружьё, но шум привлечёт ненужное внимание. Ладно…

— Слушайте внимательно, — опёрся руками на стол. — Как только попадёте на рудник, ждите внутри. Никуда не суйтесь, не геройствуйте.

— А вы… — Василий сглотнул. — Вы что задумали?

— Меньше знаешь — крепче спишь, — подмигнул ему.

— Господин, — Николай сложил карту. — Мы… понимаем риск. Но, может…

— Может, обсудим нашу награду? — перебил его младший брат. — Раз уж такое дело.

— Я уже выдал её авансом, — оскалился в улыбке. — Ваша жизнь — чем не награда?

Василий побледнел и отшатнулся. Николай только покачал головой.

— Машина ждёт, — кивнул я на дверь. — Довезут до особняка Зубаровых. Дальше сами.

— А если… — начал было Василий.

— Если провалите задание, — прервал его, — молитесь, чтобы вас убили твари, а не я.

Развернулся и вышел, чувствуя спиной их взгляды.

План начал обретать форму. Медлить было нельзя — ночь не ждёт. Витас с десятком бойцов вызвались сопровождать до края территории. Большего я не позволил, хотя Лейпниш настаивал.

— Господин, — в который раз начал он. — Вы единственный глава рода. Если что-то случится…

— Именно поэтому иду один, — оборвал его.

Стража осталась позади, а я углубился в лес. Миновал сгоревший домик, который мы недавно отстроили. Где-то здесь лежали тела наших людей… Остановился на мгновение и кивнул.

Знакомые тропы петляли между деревьев, словно змеи. Прошёл мимо пепелища, забираясь глубже в чащу. Тишина давила на уши — ни птичьего щебета, ни шороха мелкой живности. Монстры проснутся позже. Утром и днём мы убиваем тех, кто не успел уйти в серую зону.

В голове прокручивал слова Лейпниша и его предложение пойти вместо меня. Даже Медведь вызвался. Но я отказал, объяснять не стал. И дело тут не в геройстве или глупости. После перехода на третий ранг появился редкий шанс. Если найти магический кристалл и поглотить его сейчас, можно рвануть сразу на четвёртый — уровень Чародея.

Такое случается крайне редко, обычно сила растёт медленно, годами. А тут возможность взлететь вверх одним прыжком. Судя по тому, что об этом никто не обмолвился, делиться информацией из прошлой жизни я не намерен. Тем более, что после четвёртого ранга рост замедлится.

Это так называемый путь начала. Ранги достигаются за несколько лет, но в моём случае значительно быстрее. Упустить возможность перейти на средний путь я не хочу. Гнал от себя мысль, что в руднике может не оказаться магических кристаллов. Да даже если так… Плевать! Монстры четвёртого ранга — тоже неплохая причина. Алхимия всё вернёт и с процентами. То же усиление магии должно выйти крайне приличного качества.

Сила нужна сейчас, как воздух. Дуэль с Зубаровыми маячит на горизонте, Запашный плетёт интриги, ещё эта его ментальная магия. Да и тень некроманта не забыта. Враги не станут ждать, пока я стану сильнее — следующий удар по мне будет мощнее.

Наступила ночь. Лунный свет едва пробивался сквозь густые кроны, рисуя на земле причудливые узоры. Мягкий мох пружинил под ногами, доносилось тихое журчание ручья. Прохладный воздух пах влажной землёй и хвоей.

Внезапно я заметил странность. Участок почвы впереди был чуть вспучен, словно кто-то недавно рыл здесь нору. Остановился, разглядывая примятую траву и свежие комья земли. Губы сами растянулись в улыбке: «Иглокрот… Начал готовиться к охоте? Вот же ты мой хороший».

Осторожно приблизился и топнул ногой рядом с холмиком. Земля осыпалась, открывая тёмное жерло норы. Успел отпрыгнуть за мгновение до того, как оттуда высунулась морда монстра. Два чёрных глаза-бусины уставились на меня с каким-то злобным любопытством. Они моргнули, и существо оскалило мелкие острые зубы.

— Ну привет! — усмехнулся, доставая клинок из когтя водяного медведя.

Лезвие неожиданно вспыхнуло ярким зелёным пламенем, словно отзываясь на мой зов. Наконец-то… Я метнулся вперёд, пока тварь не успела нырнуть обратно в своё убежище.

Иглокрот дёрнулся всем телом, его шкура пошла волнами. В следующий миг воздух наполнился свистом. Не меньше тридцати чёрных игл вонзились мне в грудь и руки. Я приготовился к параличу, но… ничего не произошло. Новый уровень сделал своё дело — яд монстра больше не действует на меня.

Взмах клинка рассёк ночной воздух. Лезвие, окутанное зелёным сиянием, с чавкающим звуком снесло половину морды твари. Тёмная кровь брызнула во все стороны, окропив ближайшие кусты. Иглокрот захрюкал, его тело билось в агонии.

И тут внутри меня что-то щёлкнуло. Словно открылся новый канал, о существовании которого я не подозревал. Сила хлынула в руку потоком, сворачиваясь в плотный шар ядовито-зелёного цвета. Магия пульсировала, как живое сердце, готовая вырваться наружу.

«Ну, давай!» — швырнул сгусток энергии в умирающего монстра. Попал!

Чёрные иглы твари вспыхнули, как сухая солома на ветру. Зелёное пламя перекинулось на тело, пожирая плоть быстрее любого огня. Иглокрот даже не успел пискнуть, и через минуту от него осталась только дымящаяся лужица.

Я постоял, разглядывая дело рук своих. В носу щекотало от запаха палёной шерсти. Давно не было хорошей охоты, соскучился уже по настоящим монстрам. Да и новые возможности приятно удивили.

Внутри грыз «хомяк», что я не получил свои иголочки. Осталось штучек семьдесят. «Но зато проверил клинок и магию», — успокоил себя. Хочу ещё! Возбуждение от проявляющихся сил придавало уверенности и бодрости. Как же меня достало быть такого низкого уровня… Хорошо, что теперь я стал гораздо сильнее.

Миновал последнюю стоянку, где только пепел напоминал о недавних событиях. Слева шумела Сопля. Решил ускориться и побежал — тело требовало нагрузок.

Ещё быстрее. Перепрыгнул через поваленное дерево и споткнулся, нога провалилась в мох по колено. Выругался, с трудом выдирая сапог из зелёного плена.

Пригляделся к растительности. Мох здесь рос какой-то неправильный — толстый, пружинящий, с серебристым отливом. Я наклонился, провёл рукой по ворсистой поверхности. Пальцы покалывало, словно от слабых электрических разрядов.

Поднял взгляд и замер. Сосна впереди… Её ствол был не толще моей руки, но при этом взмывал ввысь метров на тридцать. Обошёл дерево, разглядывая неестественно тонкий силуэт. Кора под ладонью пульсировала, будто живая.

Хотел глубоко вдохнуть от удивления, но закашлялся. Воздух застрял в горле вязким комком. Ещё попытка — та же история. Словно пытаешься дышать киселём.

Что-то мелькнуло в ветвях. Присмотрелся: небольшая птица с радужным оперением чистила крылья. Таких раньше не встречал. Рядом зажужжало, и мимо пронёсся жук размером с кулак. Его панцирь переливался всеми цветами радуги.

Шаг за шагом я продвигался вперёд. Под ногами что-то постоянно шуршало и копошилось. А в кронах деревьев разворачивался настоящий концерт — десятки незнакомых голосов сливались в странную симфонию.

Ядро внутри вдруг дёрнулось, словно пытаясь вырваться из груди. По каналам потекла энергия — густая, тягучая, как мёд. Она пропитывала всё вокруг: воздух искрил от магии, трава сияла едва заметным светом, даже земля под ногами пульсировала от переполняющей её магии.

Развернулся вокруг.

— Ну здравствуй, серая зона, — протянул я, наблюдая, как между пальцев проскакивают зелёные искры. Источник жадно впитывал окружающую силу, и от этого кружилась голова.

Глава 4

Я опустился на одно колено, разглядывая выжженный след в серебристом мхе. Интересно, что могло оставить такой отпечаток. Старался прислушиваться к звукам и присматриваться к движениям. Но после нашего тихого леса тут сосредоточиться крайне сложно.

Магия вторгалась в тело. Источник продолжал стучать, реагируя на окружающий фон. «Может, ну его, этот рудник? — мелькнула шальная мысль. — Здесь и так силы хоть отбавляй».

Внезапно радужный жук пронёсся мимо моего уха, заставив дёрнуться. Тварь размером с кулак приземлилась на тонкий ствол сосны. Я потянулся было к нему, но существо растаяло в воздухе, оставив после себя лишь серебристую пыльцу.

Тихий шорох позади заставил меня резко обернуться. Деревья затряслись, пригибаясь к земле. По светлому мху пробежала рябь, будто по воде. Что-то большое приближалось к поляне, раздвигая тонкие стволы.

Я медленно потянулся к клинку, готовясь к встрече. И тут… На пролесок, горделиво вышагивая, выплыла здоровенная птица. Метра три в высоту, не меньше. Её перья отливали металлическим блеском, словно начищенные доспехи. А вместо крыльев… Я протёр глаза. Нет, не показалось — полупрозрачные сгустки энергии, похожие на кожу, как у летучих мышей.

Замер, разглядывая странное создание. Птица неторопливо шла по поляне, оставляя глубокие следы в серебристом мхе. При каждом шаге её металлические перья тихо позвякивали, а крылья переливались всеми цветами радуги. Да они, похоже, из энергии состоят…

— Вот это курочка! — присвистнул я, невольно любуясь существом.

Тварь резко повернула ко мне голову, и я едва сдержал смех. Клюв, длинный и острый, как копьё, вдруг раздвоился, будто у змеи. А из горла монстра вырвалось…

— Ко-ко-ко? — угрожающе пропела птичка, склонив голову набок.

От существа волнами исходила сила, мой источник мгновенно отозвался глухой пульсацией. Насчёт её уровня даже думать не хотелось. Тут сразу понятно, что она не слабее меня.

— Офигеть… — выдохнул я. — Это что за петушок-металлист? Журавль-змея? Нет, стоп… Курица-робот?

Воздух вокруг птицы сгустился. Её «крылья» полыхнули светом, и в меня полетели серебристые перья. Я перекатом ушёл в сторону. Снаряды врезались в дерево позади, разорвавшись с оглушительным треском. Тонкий ствол сосны переломился, как спичка.

«Откуда она их выплюнула?» — промелькнула мысль в голове.

— Ну ты и истеричка! — крикнул я, вскакивая на ноги. — Может, договоримся? У меня как раз с собой есть…

В ответ птица расправила крылья во всю ширь. Полупрозрачные потоки энергии заструились по поляне, выжигая мох. А потом она издала свой боевой клич:

— Кукареку!

Воздух задрожал от этого звука. Магия существа хлестнула по моим каналам, заставляя источник съёжиться. Твою ж… Это уже не шутки.

Монстр взмыл в воздух, его металлические перья засверкали. Энергетические крылья оставляли вокруг светящиеся следы. Красиво, если бы не одно «но» — эта красота собиралась меня убить.

— Ладно, — произнёс я, чувствуя, как клинок скользнул в руку, тут же вспыхнув зелёным огнём. — Раз ты такая принципиальная курица…

Птица камнем рухнула вниз, целясь раздвоенным клювом мне в голову. Я перекатился в сторону, успев заметить, как существо погрузило свой «клинок» в землю по самое основание. Твою ж… Тварь играючи пробила почву и камни.

— Ко-ко? — разочарованно протянула она, выдёргивая клюв.

Из пасти… Не знаю, как назвать это… Она пережёвывала землю и булыжники.

Я метнул три иглы, целясь в шею. Металлические перья вдруг встали дыбом, создавая подобие брони. Отравленные шипы отскочили с противным звоном.

— Шулер! — возмутился, уходя от нового выпада. — У кур не должно быть доспехов!

Существо взмыло вверх, его крылья-сгустки полыхнули ярче. В меня полетел настоящий град серебристых перьев. Я укрылся за тонким стволом дерева, но оно разлетелось щепками от взрывов почти сразу.

Побежал. Резко останавливался, менял направление и снова рывком в другую сторону. Перья втыкались рядом, счёт шёл на секунды. Блин, даже прикрыться нечем. Нормальная защита появляется как раз на третьем уровне, но не у меня. Сука… Перо воткнулась в сапог. Хорошо, что чуть левее и не задело ногу.

Внезапно всё прекратилось. Я задрал голову. Тварь заложила вираж, заходя на новую атаку. И тут… Она начала раздваиваться. Одна птица превратилась в две абсолютно одинаковые копии.

— Да ладно! — выругался, пятясь назад. — Ты ещё и размножаться умеешь? Хотя… — пригляделся внимательнее. — Иллюзия?

— Кукареку! — гаркнули обе твари хором.

Они атаковали синхронно, пикируя с разных сторон. Клинок в моей руке полыхнул ярче, словно отзываясь на опасность. Я присел, пропуская первую птицу над головой, и резко крутанулся, выставляя лезвие навстречу второй.

Меч прошёл сквозь одну из копий, не встретив сопротивления. Иллюзия! А вот настоящая тварь уже разворачивалась для новой атаки.

— Давай, курочка, порадуй меня! — крикнул я, чувствуя, как возбуждение от битвы растекается по венам.

Пришёл к выводу, что иглы бесполезны, буду их экономить. Монстр тем временем снова создал копию. Теперь курочек стало три. Они закружили надо мной, осыпая градом взрывающихся перьев. Кувырок, ещё один. Жар опалил спину, когда долбаные перья начали взрываться. Мох позади меня разлетался клочьями.

Хреново… Почему-то у копий настоящие атаки, а не для отвлечения внимания. Мой мозг судорожно искал способ убить пернатую тварь. Источник внутри забурлил, отзываясь на поставленную задачу. По телу прошла дрожь, сила требовала выхода. Я позволил энергии течь свободно, и руки окутало зелёное пламя.

— Ко-ко-ко⁈ — удивлённо воскликнули птицы хором, когда в них полетел сгусток ядовитой магии.

Уже приметил копии, а значит, зелёный шарик полетел в кого нужно. Две иллюзии попытались защитить себя, но растаяли. Настоящая тварь рванула вверх, уходя от моей атаки. Её металлические перья встопорщились, создавая подобие купола. Мой яд впитался в эту броню, и… ничего.

— Серьёзно? — я даже восхитился. — Ты ещё и мою магию поглощаешь?

Птица горделиво тряхнула башкой, словно красуясь. А потом перья начали сиять изумрудным светом. Вот же… Она не просто поглотила — она её использует!

Уклонился от веера отравленных перьев. Теперь снаряды не взрывались, а плавили всё, во что попадали. Тонкие деревья за моей спиной тлели, словно свечи.

— Ну всё, — процедил сквозь зубы, перехватывая клинок поудобнее. — Достала! Слишком много у тебя преимуществ…

Тварь кукарекнула и полетела вниз на меня. Её клюв раздвоился, и оттуда вырвалась магия — что-то похожее на луч. Я рванул вперёд, уходя от её залпа. Источник откликнулся на ярость, и клинок полыхнул так ярко, что на миг ослепил нас обоих. Птица была рядом, но замешкалась, начала трясти башкой…

Я воспользовался секундным замешательством твари. Подпрыгнул, используя поваленное дерево как трамплин. В следующую секунду клинок прочертил сияющую дугу, метя в основание крыла-сгустка.

— Кудах! — истошно заверещала птица, когда лезвие рассекло поток энергии.

Свечение померкло, а крыло обвисло безжизненной тряпкой. Существо повело в бок, оно пыталось удержать равновесие. Его металлические перья отчаянно звенели, царапая землю. Поднялись, закрывая монстра бронёй.

— Что, не нравится? — оскалился я, готовясь к новой атаке.

Тварь метнулась в сторону, волоча повреждённое крыло. Попыталась взлететь и рухнула. Осознав, что летать у неё не получится, развернулась на меня. Её клюв раздвоился сильнее обычного, и она выплюнула в меня сгусток… Моего же яда?

— Вот же дрянь находчивая! — восхитился, уворачиваясь от собственной магии.

Птица попыталась ещё раз взлететь на одном крыле, но лишь неуклюже подпрыгнула. В этот момент источник внутри меня словно взорвался. По телу прокатилась волна силы, сконцентрировавшись в руках.

Я швырнул в тварь сразу два сгустка яда. Она попыталась закрыться металлическими перьями, но… В этот раз что-то пошло не так. Зелёное пламя впиталось в броню и начало плавить её изнутри.

— Ко-ко-ко… — жалобно пискнула птица, когда доспехи начали стекать, как расплавленный воск.

Я бросился вперёд, вкладывая в удар всю оставшуюся силу. Клинок вошёл точно в грудь монстра, прошив насквозь. Металлические перья зазвенели в последний раз и осыпались.

— Ко… — выдохнула тварь и рухнула, подняв облако серебристой пыли.

Я опустился на колено, тяжело дыша. Пот заливал глаза, руки дрожали от напряжения.

— Вот это птичка… — выдохнул, разглядывая поверженного монстра. Крутанулся на месте, подумав: «Нет ли ещё кого?» Но вроде спокойно.

Про такую тварь мне никто раньше не рассказывал. Подошёл ближе к телу. Потрогал остывающие перья — всё ещё вибрируют. Такой материал… Если я правильно понял, то он способен впитывать магию. А это мне и нужно. К тому же пёрышки взрываются. Ещё одна интересная способность — защита.

Улыбнулся, радуясь победе. Мой внутренний «хомяк» ликовал.Эта добыча куда интереснее, чем иголочки «чудо-ёжика». Я склонил голову набок, осмотрел тело «курочки». Клюв тоже можно забрать, да и когти.

И тут в голову пришла крайне интересная мысль: «Мы с монстром чем-то похожи». А может, получится как-то использовать способность копировать магию?

— Хоть бы кто подсказал, что у этой твари полезного есть, — произнёс я, перехватывая меч.

За моей спиной висел мешок, который устраняет запахи и сохраняет свойства собранных частей монстров. Клюв, когти, перья уже закинул туда.

Начал разделывать тушу, прикидывая, как потащу всё это добро обратно. И ведь не выкинешь — такие образцы! Боюсь представить, что мои алхимики из неё смогут сделать… Вырезал основные органы, надеясь на их пользу. Тяжеловато, но такими трофеями не разбрасываются.

Перья чуть вибрировали при каждом шаге, пришлось остановиться. Разместил их так, чтобы они не соприкасались. Лишние звуки мне сейчас не нужны.

Двинулся дальше, считая шаги. До границы владений Зубаровых ещё с километр — чуть-чуть осталось. Местность постепенно менялась. Серебристый мох уступал место чёрной, будто обугленной, траве. Тонкие деревья сменились более привычными — крепкими, коренастыми.

«А тварь была интересная, — размышлял я, перешагивая через поваленный ствол. — Если бы не пыталась меня убить, цены бы ей не было. Представляю лицо Лампы, когда притащу ему эти образцы».

Магия в воздухе постепенно редела, становилась привычнее. Источник внутри всё ещё жадно впитывал её, но уже без прежнего азарта. Интересно, это свойство серой зоны или…

Замер и прислушался. Снова тишина. Значит, я близко к границе выхода? Медленно повернул голову и застыл. В паре метров от меня, прямо на стволе дерева, сидело нечто… Или оно стояло?

Белый паук размером с лошадь лениво перебирал лапами, что-то скручивая в паутине. Его полупрозрачное тело словно светилось изнутри, а на спине росли самые настоящие магические кристаллы.

Даже присвистнул от осознания этого факта. Бывают и такие полезные твари? Существо повернуло ко мне морду, и я увидел не восемь, а двенадцать глаз, мерцающих всеми цветами радуги.

— Вот же… — только и успел выдохнуть, когда тварь начала растворяться в воздухе, становясь почти невидимой.

Швырнул мешок с трофеями в сторону — драться с таким монстром с грузом не получится. А в том, что драться придётся, я уже не сомневался.

Тварь метнулась вперёд. Такая махина не должна двигаться настолько быстро! Её передние лапы, утыканные кристальными шипами, чуть не снесли мне голову.

Нырнул под брюхо паука, пытаясь достать мягкое место. Клинок высек сноп искр. Даже там броня! Существо развернулось с невероятной ловкостью, выпуская в меня пучок ледяных игл. Одна чиркнула по плечу, и рука сразу онемела.

— А ты поинтереснее курицы будешь, — усмехнулся, отпрыгивая назад.

Тварь снова начала растворяться в воздухе. В этот раз я уловил, как кристаллы на её спине вспыхнули, преломляя свет. Значит, невидимость — это их работа?

Полупрозрачная паутина полетела откуда-то сверху, заставляя уходить перекатом. Дерево, на которое попала субстанция, начало покрываться инеем.

— Ещё и магия холода? — процедил я сквозь зубы. — Сколько талантов в одной…

Договорить не успел, паук возник прямо передо мной. Его лапы сомкнулись, пытаясь поймать меня в смертельные объятия. В последний момент я метнул горсть игл прямо в морду твари.

Существо отпрянуло, но… Иглы застряли в кристаллической броне, даже не оцарапав её. Паук издал звук — что-то похожее на довольное урчание.

— Ладно, — мои губы растянулись в улыбке. — Раз ты такой крепкий…

Источник внутри забурлил, реагируя на ярость. Зелёное пламя окутало клинок, стекая по лезвию. Паук повернул голову чуть в сторону, разглядывая меня всеми двенадцатью глазами.

— Давай проверим, что крепче! — произнёс я.

Старался не действовать безрассудно и не показывать сразу все свои козыри, которых не так много. Новые твари… Нужно изучить их возможности, а то потом смогут неприятно удивить. Да и так я хоть вижу, что может быть полезным.

Прыгнул вперёд. Паук качнулся в сторону, пытаясь достать меня передними лапами. Ещё прыжок. Клинок со звоном чиркнул по кристаллам, высекая сноп зелёных искр. На белой броне осталась едва заметная царапина.

Тварь развернулась, подминая кусты своей тушей. Воздух вокруг неё сгустился, покрываясь инеем. Температура упала так резко, что дыхание превратилось в пар. Существо выпустило в меня целый шквал ледяных игл.

Источник дёрнулся, предупреждая об опасности. Я упал на колено, выставил клинок. Яд хлынул по лезвию потоком, создавая подобие узенького щита. Иглы врезались в преграду, плавясь и испаряясь.

Паук снова растворился в воздухе. Его кристаллы замерцали, они преломлял свет. Тишина… Резко развернулся — никого, пустота вокруг. Тварь словно растворилась.

Удар сзади едва не снёс меня. Я перекатился, уходя от атаки, но паутина всё же зацепила ногу. Холод мгновенно пробрал до костей, сковывая движения.

Существо возникло в паре метров, его глаза сверкали торжеством. Кристаллы на спине начали пульсировать, накапливая силу.

Я рванул застывшую ногу, разрывая сковавшую её паутину. Осколки хрустнули под сапогом. Чёрт, больно!..

Паук медленно приближался, его кристаллы пульсировали всё ярче. Воздух вокруг монстра покрылся морозными узорами.

А мои пальцы уже открыли пробку бутылька. Зелье восстановления магии одним махом оказалось внутри меня. Источник поблагодарил за угощение приятным ритмом. Я выдохнул. По каналам потекла сила, концентрируясь в руках. Выставил клинок, готовясь к атаке.

Тварь замерла, словно оценивая ситуацию всеми своими глазами. Она ударила внезапно, будто обладала пространственной магией. Исчезла в одном месте и появилась в другом — рядом со мной. Лапы с кристальными наростами метили в грудь. Я перекатился вперёд, уходя из-под удара, и оказался под брюхом монстра.

Клинок полыхнул зелёным, вспарывая белую шерсть. По лезвию пробежала дрожь, меч звенел и вибрировал. Пришлось использовать всю силу, чтобы удержать рукоять и не выпустить её. Возникли искры. Они падали прямо на лицо, обжигая его. Хотелось прикрыть глаза, но я смотрел и давил. Давай! Давай же…

Броня всё-таки поддалась. Мой клинок проник глубже, и почувствовал это не только я. Паук дёрнулся, попытался придавить меня своей тушей.

Едва успел откатиться в сторону, когда его тело рухнуло вниз. В то же мгновение воздух наполнился ледяными иглами. Они летели со всех сторон, превращая пространство в смертоносную ловушку.

Яд хлынул по телу потоком, окутывая защитной плёнкой. Иглы плавились, не долетая до цели. Вот только ударная волна никуда не делась. В меня словно несколько десятков пуль всадили через бронежилет.

Я вскочил. Тварь уже исчезла, растворившись в морозном мареве. Услышал звон кристаллов за спиной, развернулся, встречая новую атаку. Монстр материализовался в прыжке. Паук-лошадь летел навстречу, его передние лапы сложились в подобие копья. Существо целилось точно мне в голову.

Времени на отступление не оставалось. Источник взорвался яростью, выплёскивая силу через все каналы разом. Клинок окутало такое яркое сияние, что на миг всё вокруг окрасилось в ядовито-зелёный цвет.

Паук не успел среагировать. Его самодельное ледяное копьё из сложенных лапок столкнулось с моим клинком. Меня потащило назад. Руки вздулись от напряжения. Все, что я мог, — это давить! И вот результат. Толкнул оружие вперёд и махнул. Две части размером с мою руку отделились от монстра.

Тварь не успела сгруппироваться, и её поволокло. А я отскочил в сторону. Прыжок! Лезвие, усиленное ядом, вошло точно между кристаллов и его спины. Раздался оглушительный звон, и… тварь остановилась. Тучное тело упёрлось в дерево.

По её белоснежной броне пробежала трещина, расползаясь от места удара. Кристаллы на спине начали мутнеть, теряя прозрачность. Яд проник внутрь, разъедая существо.

Паук рухнул на землю, его лапы расползлись. Существо пыталось подняться. Я уже занёс клинок для последнего удара, но тварь внезапно засветилась изнутри. Её тело начало… таять? Растворяться в воздухе?

Отпрыгнул в сторону. Кристаллы вспыхнули в последний раз и осыпались ледяной крошкой. Там, где только что лежала огромная туша, осталась лишь горстка мерцающих осколков.

Я выдохнул, опираясь на меч. По телу разливалась усталость. Давно не приходилось так выкладываться. Только я хотел пожаловаться, что после боя мне ничего не осталось, как лёгкий шорох привлёк внимание.

Медленно повернул голову и похолодел. Из кустов, окружающих поляну, выползали десятки маленьких белых паучков. Каждый размером с собаку, и на их спинах уже пульсировали знакомые кристаллы.

— Вот же… — только и успел выдохнуть, когда первая волна малышни рванула в мою сторону.

Глава 5

У мелких тела не такие прозрачные, цвет больше оттенок кости напоминает. Кристаллы на их спинах пульсировали, разгоняя подступающую темноту холодным светом.

Пауки заполнили поляну, окружая меня плотным кольцом. Обратил внимание, что они немного разные по размеру. Трое покрупнее держались позади, их кристаллы светились ярче остальных. Эти явно опаснее. Еще пятеро размером поменьше двигались более нервно, то и дело пощелкивая жвалами. А вот совсем мелкие, их было около десятка, пока жались по краям, словно ждали команды.

«Стая», — мелькнула мысль. Как волки, есть матерые охотники, молодняк и щенки.

Крупные особи неторопливо обходили меня по кругу, их движения были выверенными, осторожными. Мелочь постепенно растекалась в стороны, пытаясь зайти с флангов. А вот средние уже припадали к земле, готовясь к атаке.

Я покрепче сжал меч. Твою мать… Другая рука уже нырнула в куртку и нащупала зелье. Срочно нужно восстановиться, но достать его не успел.

Первый атаковал без предупреждения — в полумраке мелькнул лишь размытый силуэт. Я едва успел отпрыгнуть, когда его кристальные жвала клацнули возле бедра. Охренеть, у них пасть, как у собаки, такие и кусок приличный могут оттяпать. Тут же второй бросился мне в спину, целясь ледяными наростами на лапах.

Я крутанулся, выставляя клинок впереди себя. Лезвие чиркнуло по броне, высекая сноп искр во тьме. Тварь отскочила, даже не поцарапанная. Крепкие, уроды, как и их мамаша. Повезло же мне найти такую хорошую добычу.

Но есть и отличие в поведении мелких тварей. Они двигались быстрее родительницы, будто меньший размер придавал им невероятную ловкость. Третий паучок метнул в меня паутину. Я перекатился, уходя от кристаллизующейся субстанции.

Удар сзади застал меня врасплох. Острые наросты на лапках располосовали куртку, обжигая кожу арктическим холодом. Я развернулся, огрев тварь рукоятью меча. Паучок отлетел, кувыркнулся в воздухе, но тут же приземлился на все восемь лап.

— Ох! — вырвалось из меня.

Магия в каналах начала становится какой-то вязкой. Пальцы с трудом нащупали флакон в кармане. Стекло скользило в повлажневшей от пота ладони. Твари словно почуяли мою слабость. Задвигались активнее, сжимая кольцо. Не придумал ничего лучше, чем начать крутиться на месте с мечом. Требовалось выиграть хоть несколько секунд.

Зубами вытащил пробку. Руки были заняты обороной. Жидкость обожгла горло, растекаясь огненной волной по телу. На миг даже в глазах потемнело от мощного прилива силы. Источник затрепетал, принимая новую энергию, каналы расширились, пропуская усиленный поток магии.

Твари словно почувствовали, что я восстановился и начали действовать. Три паучка прыгнули одновременно, целясь в разные части тела. Один метил в горло, второй — в живот, третий — в ноги. Я перекатился вперёд, пропуская их над собой. Кристаллы на спинах пауков вспыхнули ярче, заливая поляну мертвенным светом.

Выпрямился, разворачиваясь. Клинок полоснул ближайшего по лапам, на этот раз лезвие вошло в плоть. Тварь завизжала, кувыркнулась, оставляя на земле белёсые капли крови. Остальные замерли, словно оценивая ситуацию.

Один из паучков дёрнулся, его источник на спине вспыхнул. И в воздухе тут же повисла морозная взвесь. Температура упала так резко, что дыхание застыло в горле ледяным комом.

Не успел среагировать. Сразу двое метнули паутину, которая затвердела на лету, превращаясь в острые иглы. Одна чиркнула по плечу, вторая впилась в бок. Я зашипел от боли. Холод начал расползаться от ран, сковывая движения.

Твари атаковали единым фронтом. Они двигались слаженно, словно стая хищников. Двое отвлекали, пока третий заходил со спины. Четвёртый готовил магическую атаку, а пятый прикрывал раненого собрата.

Выдохнул, осматривая наше поле сражения. Совсем мелких я перебил. Кого-то просто раздавил, других разрубил. У них не было кристаллов, проблем не возникло, но вот последние крупные твари… Если бы не знал, что это монстры, подумал, будто они разумны. Действуют, собаки, очень правильно.

Началась новая атака. Я развернулся вокруг своей оси, выпуская поток яда широким кругом. Зелёное пламя отбросило ближайших тварей. Один паучок не успел увернуться — яд попал на его кристаллы. Они потемнели, теряя свечение.

— Нравится? — оскалился я. — Иди сюда угощу еще. У меня много добавки!

Тварь без магии стала заметно медленнее. Её движения потеряли былую точность. Остальные мгновенно перестроились, закрывая ослабевшего собрата своими телами.

Метнул три иглы в ближайшего паука. Тот попытался уклониться, но один снаряд всё же вошел. Яд проник в внутрь, и существо забилось в судорогах. Его кристаллы потускнели, а потом…

Я едва успел отпрыгнуть, когда тварь взорвалась изнутри. Осколки разлетелись во все стороны острым градом. Один вонзился снова мне в плечо, обжигая холодом.

«Плохая идея, — поморщился, вытаскивая кусочек из кожи. — Так без трофеев останусь». Хорошо, что крови почти нет. Мороз немного помогает.

Другие паучки отступили, перегруппировываясь. Их кристаллы пульсировали в унисон, наполняя воздух морозной силой. Похоже, готовят что-то серьёзное.

Достали! Давайте, нападайте всем скопом! Где ярость и жажда моей крови? Суки осторожные…

Битва уже знатно выбила из сил. Раны болели, а магия всё хуже слушалась. Если они хотят меня вымотать, то у них отлично получается… Минут пять ещё продержусь.

В воздухе закружились снежинки — сначала редкие, потом всё гуще. Холодные искры падали на кожу, мгновенно тая и снова замерзая. Твари создавали локальную метель, и видимость падала с каждой секундой. Белые силуэты почти слились со снежной пеленой, только кристаллы на их спинах тускло мерцали во тьме, словно болотные огни.

Ветер усиливался, швыряя в лицо колючие ледяные иглы. Дыхание застывало в воздухе белым облаком, мешая следить за противником. Каждый вдох обжигал горло арктическим холодом. Пауки словно растворялись в метели, появляясь то справа, то слева призрачными тенями.

Один прыгнул справа — клинок чиркнул по пустоте. Второй слева — снова промах. Их тактика стала понятна: они не просто прятались в снежной буре, они использовали её как оружие, дезориентируя и изматывая жертву.

Удар сзади сбил меня с ног. Я перекатился, уходя от клацающих жвал. Иней покрыл куртку там, куда достали ледяные наросты на лапах твари. Резко вскочил, прижимаясь спиной к дереву.

«Так не пойдёт, — стиснул зубы, оценивая ситуацию. — Нужно забрать их кристаллы… Но как?»

Источник внутри отозвался на мысли. Яд потёк по клинку, окутывая лезвие зелёным сиянием. Может, не убивать их магией, а…

Паук прыгнул прямо в лицо. В последний момент я успел выставить меч. Не рубящий удар — аккуратный, точный. Лезвие прошло по шее твари, отделяя голову от туловища.

Тушка рухнула к ногам, кристаллы на спине погасли, но не взорвались. Получилось! Остальные твари зашипели, отступая во тьму.

«Значит, так… — оскалился я, перехватывая клинок поудобнее. — Будем действовать аккуратно».

Метель тем временем усилилась. Три паука атаковали одновременно. Их тела сплелись в единый комок когтей и кристаллов. Я отпрыгнул в сторону, позволяя им пронестись мимо. Разворот, выпад. И ещё одна голова отделилась от тела.

Тварь рухнула, не успев даже дёрнуться. Её собратья метнулись в разные стороны, растворяясь в снежной круговерти. Похоже, быстро учатся на своих ошибках. Вот только ненадолго…

В грудь ударила волна холода. Два паука зашли с флангов, их кристаллы пульсировали в унисон. Воздух вокруг начал кристаллизоваться. Одежда затрещала от мороза, дыхание перехватило.

Я крутанулся вокруг своей оси, проворачивая клинок. Лезвие чиркнуло по одной твари — мимо! Но второй не повезло. Голова отлетела, тело рухнуло, конвульсивно дёргая лапами.

Метель вокруг превратилась в настоящий буран. Снег хлестал по лицу, забивался в глаза. Тварь растворилась в белой мгле, только тусклое мерцание выдавало её присутствие.

Удар справа — едва успел отбить. Слева — снова защита. Сзади… Не успел! Когти полоснули по спине, обжигая холодом. Ноги начали неметь, каждое движение давалось всё труднее. Последний монстр оказался самым прытким.

«Ещё немного, и превращусь в ледышку», — стиснул зубы, борясь с подступающим онемением.

Паук выскочил из метели, целясь лапами мне в грудь. Вот оно! Я позволил твари сбить себя с ног. Холод пронзил тело, когда мы покатились по снегу.

Существо нависло сверху, его жвала клацнули возле шеи. А я… В последний момент извернулся и всадил клинок точно под кристалл. Лезвие вошло в плоть, словно в масло.

Паук дёрнулся, пытаясь отпрыгнуть, но я уже провернул меч, подцепляя нарост. Кристалл отделился одним движением — чисто, аккуратно. Тварь забилась в агонии, её лапы царапали землю.

А потом… Тело монстра начало распадаться. Без кристалла оно словно потеряло целостность. Снежная буря тут же стихла, только белые хлопья ещё кружились в воздухе.

Я приподнялся на локте, разглядывая добычу. Кристалл в моих руках медленно темнел, теряя силу. Но он был цел — главный трофей этой безумной схватки.

Встал на ноги, морщась от боли. Раны от холодных когтей саднили, но хоть кровь больше не текла. Заледенела… С хрустом размял затёкшие мышцы. Огляделся и понял, что метель окончательно улеглась, позволяя оценить поле боя.

Четыре обезглавленных тела лежали там, где упали. Их кристаллы тускло мерцали в темноте. Пятый паук, которого я убил ядом, превратился в груду осколков. Последняя тварь… От неё остались лишь белёсая жижа на земле и огромный кристалл в моих руках.

«Так, с чего начать?» — оглядел добычу, прикидывая варианты. Конечно же с их штуковин на спине. От них просто фонит магией. Воткнул клинок и… Первая попытка провалилась — тело рассыпалось. Может, если аккуратно подпилить у основания? Нет… Та же история.

Достал иглы. Яд должен растворить плоть вокруг кристалла. Но стоило мне воткнуть ее в нарост на спине, как тот взорвался, осыпав меня ледяной крошкой. Твою ж…

Подошёл к ближайшему трупу. Попробую что-то другое. Ледяные наросты на лапах выглядели многообещающе, такой материал алхимикам точно пригодится. Я перехватил меч, примерился… Аккуратный надрез, и острая штука отделилась вместе с кусочком плоти.

«Отлично, — убрал трофей в мешок, валяющийся рядом. — Теперь кристаллы…». Никак они меня не отпускали.

Склонился над пауком. Нарост на спине всё ещё пульсировал, хоть и слабее. Я попытался подцепить его, но тело твари мгновенно рассыпалось серой пылью.

— Твою ж… — отпрыгнул, выругавшись.

Потратил несколько минут. В конечном итоге у меня получилось собрать несколько десятков наростов и три кристалла. Ох, и повозился же я с ними. Пришлось голыми руками тащить. Порезался, замерз. Но магия на кончиках пальцев позволила вытащить, не разрушая их.

Осмотрел свои труды. Хреновенькая добыча, что тут скажешь. Хомяк в моей душе негодовал. С большого паука ничего не досталось, так ещё и с малышки жалкие крохи. Может, результат был бы лучше, если бы я не торопился?

Мешок заметно потяжелел. Я поморщился, закидывая его на спину. Раны от когтей всё ещё саднили, но времени на лечение нет. Нужно успеть к руднику до восхода.

Двинулся через лес, сверяясь с картой в памяти. Серая зона постепенно редела, но ее странности все еще проявлялись. Заметил, как стволы деревьев словно выпрямлялись, возвращаясь к привычным формам. Мох под ногами уже не искрил от каждого шага, а тихо пружинил.

Воздух менялся. Из густого, напитанного силой киселя превращался в обычный ночной. Дышать стало легче, но источник внутри словно загрустил, потеряв подпитку извне. Даже звуки становились другими: вместо странного гула и шепота послышался привычный ночной лес.

На границе зон уловил едва заметную рябь. Будто воздух подрагивал, как марево над костром. Ещё шаг, и… реальность словно щёлкнула, возвращаясь к норме. Обернулся. За спиной клубился полупрозрачный туман. Интересно…

Впереди замелькали огни. Выбрался на небольшой пригорок, пригибаясь к земле. Костры охраны горели по четкой схеме — три больших по периметру, создавая основное освещение, и несколько маленьких ближе ко входу, для часовых.

Сам рудник напоминал небольшую возвышенность. Вход подпирали толстые брёвна, словно челюсть какого-то древнего чудовища. И смотрело оно, что характерно, прямо на земли Магинских.

Патрульные двигались парами, соблюдая дистанцию. Подождал и посчитал про себя. Интервал — пять минут, маршрут проложен грамотно, без слепых зон. У самого входа в рудник четверо: двое сидят у огня, двое стоят по бокам.

Факелы описывали круг, но… Вот оно! Между сменой патрулей и обходом часовых была крошечная пауза. Буквально полминуты, когда тени ложились так, что создавали узкий тёмный коридор к входу.

Пополз вперёд, прижимаясь к земле. Мешок с трофеями тянул вниз, но бросать его нельзя, слишком дорого он мне достался. Холодная роса пропитала одежду, заставляя ёжиться. Раны от когтей отзывались болью при каждом движении.

Я замер, вжимаясь в траву. Луч факела скользнул совсем рядом — патрульный проходил по своему маршруту. Сердце пропустило удар, когда свет замер в паре метров от меня. Охранник остановился, прислушиваясь.

«Давай, двигай дальше», — мысленно поторопил его.

Человек зевнул, потянулся и побрёл своей дорогой. Я выждал ещё минуту и пополз дальше. До следующего патруля должно быть около трёх минут, если они держат равномерный интервал.

Впереди маячил особенно яркий костёр. Пришлось сделать крюк, уходя в более глубокую тень. В темноте я нащупал какую-то ямку и замер в ней, пропуская очередной патруль.

— Холодно сегодня, — донеслись голоса охранников у входа.

— Да и вообще душно как-то…

— Это ты после вчерашнего.

Скрип шагов. Кто-то направился в мою сторону. Я вжался в землю сильнее, надеясь, чтобы мешок не выдал меня случайным звуком. Свет факела метнулся совсем близко, заставляя задержать дыхание. Сапоги прошли в метре от моего укрытия. Охранник остановился, шумно высморкался и побрёл обратно. Я досчитал до ста, давая ему время отойти подальше.

До входа в рудник оставалось метров тридцать открытого пространства. Чтобы добраться туда, придётся пересечь освещённую костром зону. Наконец. дождался, когда очередной патруль скроется из виду.

— Эй, там! — окрик заставил вжаться в землю. — Смена через час!

— Да идём мы, идём… — один из охранников потянулся. — Отолью только.

— И я с тобой, — второй зевнул. — Задубел тут стоять.

Оба отошли к кустам. Порыв ветра донёс их приглушённые голоса и смех.

Вдруг в темноте что-то мелькнуло — словно шнурок извивается высоко в воздухе. Я присмотрелся: водяной змей. Тварь кружила над входом, выискивая добычу.

Один охранник вернулся, поёживаясь от ночной прохлады. Огляделся, заметил отсутствие напарника:

— Эй, Мишань, ты где там?

В ответ только шелест ветра в кронах. Что-то темное мелькнуло в вышине, заставив меня прижаться к земле. Водяной змей… Тварь беззвучно скользила между звезд, выискивая добычу.

— Миша! — в голосе мужика появилось беспокойство.

Я напрягся, глядя как второе существо заходит с другой стороны. Достал иглы, прикидывая варианты. Если твари нападут, шум привлечет весь лагерь. Долбанные летающие колбаски, не могли другое выбрать для своей охоты?

Влажный свист рассёк воздух. Охранник вскинул голову, успев только вскрикнуть. Змей камнем рухнул вниз, хватая человека поперѣк туловища. Тело дёрнулось в воздухе, как тряпичная кукла.

Выстрелы разорвали тишину, второй охранник открыл огонь из кустов. Пули впивались в чешуйчатое тело твари, не причиняя вреда. А потом сверху спикировала еще одна тень, утаскивая стрелка в ночное небо.

По лагерю прокатился сигнал тревоги. Факелы заметались, послышались крики и топот десятков ног. Кто-то орал команды, пытаясь организовать оборону.

«Сейчас!» — мысль заставила двигаться.

Я вскочил, сжимая мешок. Трофеи внутри предательски звякнули. Сердце колотилось как бешеное, когда рванул к темному зеву рудника. Позади грохотали выстрелы, звучали проклятья, но я уже влетел во вход.

Темнота и затхлость ударили в лицо. Ничего не видя, побежал вперёд. Мешок бился о стены, и эхо разносило звон по туннелю. Крики снаружи становились глуше, а тьма впереди — гуще.

Нога вдруг зацепилась за что-то. Тело по инерции полетело вперед. Я выставил руки, но это не помогло — камни больно ободрали ладони. Кубарем покатился дальше, пытаясь сгруппироваться.

Наконец замер, тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле. И тут пальцы нащупали что-то… мягкое и тёплое?

— Что за?..

Глава 6

Рука ещё раз сжалась, ощупывая мягкую округлость. Я с осторожностью прислушивался. Снаружи творилась настоящая вакханалия. Выстрелы гремели почти непрерывно, крики сливались в единый гул. Змеи, похоже, разошлись не на шутку.

— Понравилось? — вкрадчивый женский голос прозвучал настолько близко, что я вздрогнул.

— Сложно так сразу ответить, — произнёс, лихорадочно соображая, куда попал.

— Хм…

Яркая вспышка на миг ослепила. Факел в чьей-то руке разогнал тьму, и в то же мгновение за спиной раздался грохот. Вход в рудник засыпало камнями. Звуки снаружи стали глуше, словно нас отрезало от мира. Вот только кого «нас»?

Глаза постепенно привыкали к неровному свету. Тени плясали на стенах, и в их движении проступил до боли знакомый силуэт. Сердце пропустило удар. Передо мной стояла та самая служанка из особняка — брюнетка с короткой стрижкой. Перевёртыш, который убежал. Маргарита? Или Симона?.. Так и не научился их различать.

На девушке была какая-то грязная накидка, едва прикрывающая тело. Там, где края сходились, проглядывала обнажённая кожа. Её глаза в свете факела казались почти чёрными, а кожа казалась белой, как мел.

— Павел Александрович, — она улыбнулась, и в этой улыбке мелькнуло что-то хищное. — А вы тут что делаете?

— Я? — машинально ткнул в себя пальцем, пока другой рукой уже шарил в поисках меча. — Да так, прогуляться решил.

Нащупал рукоять и потянулся к иглам. Перевёртыш здесь… Почему? Что она охраняет?

— Думаю, не стоит… — девушка сделала шаг навстречу, и я невольно сглотнул. — Знаете, вы первый молодой человек, который имел наглость меня трогать за грудь, — в её голосе прозвучала неприкрытая угроза.

— Правда? С почином, — кивнул, лихорадочно просчитывая варианты. — Вот только я не специально, просто споткнулся.

— Конечно… — протянула брюнетка. — Я лежу, отдыхаю, никого не трогаю, а тут меня щупают, да ещё так жадно.

Мысли метались, как обезумевшие. Что она здесь делает? Случайность?.. Нет, слишком уж всё подготовлено. В руднике явно что-то есть, раз его охраняет перевёртыш, или…

— А я вас ждала, — эти слова обрушились, как камни.

— Рад, что не подвёл.

Холодок пробежал по спине. Откуда она могла знать о моём приходе? Тёркины… Живы ли братья? Если перевёртыш их схватила и пытала, они могли рассказать о цели визита. А может, просто играет со мной, пытаясь выудить информацию?

— Скажите честно, — девушка шагнула ближе, грязная накидка на её бёдрах чуть разошлась. — Вам так не терпелось узнать, что тут в руднике?

Моя рука крепче сжала рукоять меча. В голове крутились варианты: «Атаковать сразу или попытаться выяснить про братьев?» Перевёртыш явно знает больше, чем показывает.

— Раз уж мы так мило беседуем, — поднялся я с колен, — может, расскажете, где Тёркины?

Её улыбка стала шире:

— А вы переживаете за них? Как мило…

Факел в руке брюнетки качнулся, тени заплясали по стенам. На миг показалось, что они обретают собственную жизнь, тянутся ко мне. Я дёрнул головой, прогоняя наваждение.

— Знаете, — девушка вдруг стала серьёзной. — Мне приказали убить любого, кто сюда войдёт. Но… — она облизнула губы. — Вы меня заинтересовали.

— Польщён, — процедил сквозь зубы, отмечая, как плавно смещается её тень в полумраке, пытаясь загнать в угол. — Но обычно дамы знакомятся немного иначе.

— О, я не обычная девушка, — тихо рассмеялась брюнетка. — И вы это прекрасно знаете. Кстати, как там проверка на перевёртышей? Нашли кого-нибудь?

Твою ж… Она в курсе даже этого. Значит, в особняке есть ещё шпионы. Или Жора проболтался? Нет, он бы не стал. Хотя это вполне логично — после того, как мы вычислили её, решили проверять остальных.

— Очень устал, дорога сюда вымотала, — начал я, разминая затёкшие плечи. — Давайте без игр. Где мои люди? Чего вы хотите? И что делаете в моём руднике?

— Вашем? — девушка изящно изогнула бровь. — Хм… А я думала, что это место уже давно стало собственностью Зубаровых.

— Они тоже так думают, — сделал шаг к ней, пальцы крепче сжали рукоять, — но ошибаются. Как ваша сестра, кстати?

— Симона! — имя прозвучало, как удар хлыста. Выходит, передо мной Маргарита? Но это сейчас уже не имело значения, ведь перед моим взором предстала пугающая картина.

В следующий миг её тело начало меняться. Кожа потемнела, словно впитывая тени от факела. На ней проступила жёсткая чёрная шерсть, блестящая в неровном свете. Глаза залила густая карамель, превращая их в бездонные омуты. Уши вытянулись и заострились, а накидка затрещала, не выдерживая трансформации.

Меня схватили так быстро, что я успел только метнуть две иглы ей в голову и выставить клинок. Лезвие упёрлось между грудей твари, но… не причинило вреда. Когтистые пальцы стиснули мою челюсть.

— Ненавижу! — прорычала она голосом, больше похожим на звериный рык.

— Я не понимафю! — выдавил я, чувствуя, как сжимаются её пальцы, впиваясь в щёки.

«Даже коготь водяного медведя ничего с ней сделать не может», — мелькнула паническая мысль.

— Георгий ранил Симону, она чуть не умерла! — гремел голос существа, бывшего когда-то Маргаритой. — Еле её тут выходила.

— Рад, что она жива, — произнёс, когда хватку чуть уменьшили. Слова царапнули горло.

В следующий миг меня швырнули, как тряпичную куклу, в сторону. Спина и затылок встретились со стеной. В глазах потемнело, воздух вышибло из лёгких. Клинок вылетел из ослабевших пальцев, жалобно звякнув где-то в темноте.

Я сполз по шершавой поверхности, чувствуя, как по спине течёт что-то тёплое. Но руки уже окутывало знакомое зелёное свечение. Источник отозвался на опасность, наполняя каналы силой. Значит, ещё повоюем!

— Вы мне не соперник! — заявила девушка, и её тело снова стало человеческим.

Факел высветил изящный силуэт. Я невольно залюбовался — красивая, зараза.

— Если хотите попытать удачу… Вперёд! — она помедлила, и вдруг в голосе промелькнула неуверенность. — Я бы вас убила, но мне нужна помощь.

«Вот оно что!» Значит, не всё так просто. Пока можно поиграть по её правилам. Думаю, близнецы где-то здесь, да и информация о перевёртышах лишней не будет.

— Странно вы просите! — поднялся, морщась от боли. Взгляд заметался в поисках мешка с трофеями.

— Это из-за вас она пострадала! — в голосе Маргариты прозвучала неприкрытая боль.

— Спорно, — подошёл к своим трофеям, краем глаза следя за девушкой. — Вы убили моих служанок и приняли их форму. Что-то выведывали, пытались навредить.

— Неправда! — она дёрнулась, словно от пощёчины. — Их убила ваша подстилка — Елизавета!

Я удивлённо поднял брови. Верить на слово существу, способному менять облик, не собирался. Но информация… интересная.

Маргарита тем временем, ничуть не смущаясь наготы, подобрала обрывки ткани. Ловкими движениями соорудила некое подобие одежды — набедренную повязку и что-то вроде топа.

— А с чего мне верить? — спросил, поднимая мешок. — Вы же перевёртыш.

— Мы, — она выделила это слово, — не убиваем просто так! У нас есть честь и правила.

— Ха-ха-ха-ха! — взорвался я смехом. — Дети, которых меняют насильно ещё в раннем возрасте. Кормят манапылью и зельями, дают пробовать кровь монстров. И всё, чтобы вырастить из них идеальных шпионов и убийц.

— Да что вы знаете! — тут же покраснела девушка. — Да! Нас создали против нашей воли. Мы с сестрой были захвачены в плен монголами, и они… лишили всего! Думаете, я об этом просила? А Симона? Мы пережили такие ужасы, что вы и представить не можете!

— Мне пожалеть? — спросил я.

— Нет! Нам нужно поговорить, — Маргарита шагнула ближе, в свете факела её глаза снова блеснули нечеловеческим огнём, — но не здесь. Слишком близко ко входу.

— А мои люди? — напомнил я.

— С вашими близнецами всё хорошо, — девушка кивнула куда-то в темноту. — Они дальше. Правда, немного… испугались, когда меня увидели.

— Могу их понять, — хмыкнул, вспоминая её трансформацию. — Ведите.

— Только без глупостей, — предупредила она. — Я действительно сильнее вас. И быстрее.

— Даже не сомневаюсь, — потёр ушибленную спину. — Но раз нужна помощь, думаю, до смерти калечить не станете.

Маргарита усмехнулась:

— Умный. Это в вас и привлекает. Идёмте, покажу кое-что интересное.

«Ну-ну, — подумал я, шагая следом. — Посмотрим, что ты припасла. А заодно выясним, что тут происходит на самом деле».

Шли молча. Пещера постепенно расширялась, потолок поднимался выше. В свете факела стены отливали странным блеском.

Я наклонился, разглядывая пол. Мелкий серебристый песок покрывал камни тонким слоем.

— Манапыль? — провёл пальцем, и крупицы магии заискрили.

Зачерпнул горсть, засыпая в карман. Поднял взгляд выше и замер. В стене тускло мерцали крошечные кристаллы, похожие на звёзды.

Маргарита улыбнулась, заметив мой интерес:

— Там дальше её больше.

«С такими ресурсами…» — мысли сразу заметались между возможностями. Теперь я не просто хочу этот рудник обратно. Он уже мой, и всё, что в нём есть, — моё! Рука жадно сжимала горсть манапыли в кармане. Очень хотелось потянуть магию из неё, но решил оставить это на потом.

— Почему сюда не заходили Зубаровы? — спросил я.

Что-то не сходится. Ведь тут всё достаточно рядом, и чтобы это не забрали? Не верю. Монстров у самого входа я не видел. Странно…

— Скоро узнаете, — девушка качнула факелом, освещая поворот туннеля.

Шорох в темноте заставил меня насторожиться. Красные глаза сверкнули впереди, как угли. Огнелис. Длинное мускулистое тело, покрытое чёрной шерстью, выскользнуло из тени. Но что-то с ним было не так — крупнее обычного, и хвост светится изнутри тусклым огнём.

Тварь зашипела, как огромная змея, обнажая клыки, и… растворилась в воздухе.

— Не бойтесь, — Маргарита даже не дрогнула. — Они тут все такие. Сильнее своих лесных собратьев.

Словно в подтверждение её слов из бокового прохода выползла воздушная змея. Но не та, что я видел раньше, — эта была раза в два длиннее. Её огромная голова покачивалась в воздухе, а вдоль тела пробегали волны силы, от которых воздух вокруг дрожал.

В следующем зале нас встретила стая грозовых волков. Их зрачки сияли не просто электрическим светом. Настоящие шаровые молнии перекатывались в глазницах. Пластины на телах отливали металлическим блеском, а вокруг лап плясали уже не искры, а полноценные разряды.

Под ногами хрустнуло. Я опустил взгляд. Человеческий череп, расколотый чьими-то мощными челюстями. И чем дальше мы шли, тем больше попадалось останков. На некоторых костях ещё висели куски почерневшей плоти.

Вожак стаи, заметив нас, лишь повёл ухом. Никакой агрессии — только холодный оценивающий взгляд существа, знающего свою силу.

Всё это время я сжимал рукоять меча и держал иглы наготове. Никак не мог поверить, что вот, совсем рядом, вижу тварей, а они не нападают. Маргарина бросала на меня взгляды и лишь улыбалась.

Прокрутил в голове варианты. Как бы ни хотелось признавать, но она сильнее меня. Пока… Хотела бы убить — сразу бы убила.

Тем временем стая грозовых волков скользнула мимо, растворяясь в темноте. Но я кожей чувствовал их присутствие. Они не ушли, а затаились, наблюдая. Странно, все твари здесь вели себя одинаково: замечали Маргариту, оценивали меня и отступали в тень. Словно выжидали.

— Они… разумные? — выдохнул я, перешагивая через очередной скелет.

— Не совсем, — Маргарита покачала головой. — Просто эволюционировали. Магия рудника меняет их.

— Значит, это всё из-за магии рудника? — я поднял горсть манапыли, позволяя ей рассыпаться между пальцев. — Но почему они вас слушаются?

— Не слушаются, — Маргарита качнула головой. — Просто… Признают во мне свою. Такую же тварь, — последнее слово она произнесла с горечью.

Девушка замерла. Из бокового туннеля донеслось тяжёлое дыхание. Водяной медведь… Он двигался неторопливо, почти лениво. Его чешуя тускло светилась в темноте, между пластин пульсировали отростки.

Тварь принюхалась, и вдруг её мутно-белые глаза уставились на мой клинок. Что-то изменилось в этом взгляде — будто монстр узнал оружие, сделанное из когтя его собрата.

И в следующее мгновение рёв сотряс стены туннеля. Медведь бросился вперёд, двигаясь с нечеловеческой для такой туши скоростью. Маргарита дёрнулась, пытаясь изменить форму, но… ничего не произошло. Тварь снесла её, ударив сильно о стену.

Обдумать сей странный факт я не успел — мишка уже был рядом. Этот монстр отличался от того, которого мы убили с отрядом. Крупнее, быстрее, и его чешуя словно жила собственной жизнью, переливаясь зеленоватым светом.

Я отпрыгнул, уходя от удара когтей. Они вспороли камень, выбивая куски породы из стены. Клинок чиркнул по боку твари, срывая несколько чешуек. Монстр взревел, разворачиваясь в тесном пространстве.

Нырнул под его лапу, метя в брюхо, но тут хвост медведя, покрытый острыми шипами, снёс меня с ног. В глазах потемнело от удара о стену.

Очнулся я, глядя в оскаленную пасть. Жёлтые клыки размером с кинжал тянулись к моей голове. Только меч, зажатый в руках, не давал твари сомкнуть челюсти на моём горле.

Источник внутри взорвался яростью. Зелёное пламя окутало клинок, и я дёрнул его вверх, разрезая что-то внутри пасти монстра. Яд хлынул в рану.

Медведь заорал так, что заложило уши. Его голова металась из стороны в сторону, разбрызгивая светящуюся жижу.

Момент! Иглы скользнули между пальцев, вспыхивая ядовитым светом. Первая партия вошла точно в левый глаз, вторая — в правый. Тварь взвыла, пятясь назад. А я уже формировал шары концентрированного яда. Один за другим они врезались в морду существа, разъедая плоть.

Медведь бился в агонии, его тело ударялось о стены, обрушивая камни. Светящаяся жижа, заменявшая ему кровь, заливала пол. Отростки между чешуй потускнели, превращаясь в обычные водоросли.

Я перехватил клинок, готовясь нанести последний удар.

— Не убивай его! — отчаянный крик Маргариты отозвался эхом.

«Чего?» — пронеслось в голове.

— Он страж…

Но было уже поздно. Мишка сдавал позиции. Его огромное тело содрогалось в конвульсиях, чешуя тускнела на глазах. Ещё один вздох, и туша рухнула на пол.

— Что ты наделал⁈ — подскочила девушка, не обращая внимания на слетевший с груди топ. — Без него сюда могут проникнуть новые монстры, и они не будут признавать меня и сестру. Мы слишком слабы для этого!

— Он первый начал, — хмыкнул в ответ, вытирая пот со лба.

— Миша был на грани перехода на пятый уровень… И твой клинок…

Внутри что-то ёкнуло. Пятый? Тогда почему он так легко умер?

— У монстров эволюция не такая, как у людей, — в её голосе звучало неприкрытое сожаление. — Во время перехода они становятся слабыми.

Я достал нож, примериваясь к огромным клыкам. Каждый размером с мою руку, ещё и острый, как бритва.

— Ты что делаешь? — возмутилась Маргарита.

— А, по-твоему, не видно? — продолжил работу. — Такие трофеи не каждый день достаются. Представляешь, какие клинки из них получатся?

— Но это же… Это же Миша!

— Был Миша, — поддел очередной клык, — а теперь отличный материал.

Собрал всё, что смог, с туши. Клыки легли в мешок первыми. Следом когти. Забрать органы? На почти пятом уровне они крайне ценные, но возиться с разделкой. Перемазаться… Да ещё вес увеличится в мешке. Он и так уже тянет меня к земле.

Маргарита стояла рядом, недовольно цокая языком и качая головой. А я думал: «Что-то здесь неладно». Перевёртыш внезапно ослабела — не смогла изменить форму, когда на нас напал медведь. Да и сама признала свою слабость. Возможно, у них есть какие-то лимиты в умениях. Или я чего-то не знаю, что повлияло на девушек в этой пещере. А значит…

Поднялся, разворачиваясь к девушке. Клинок упёрся ей в живот. Глаза Маргариты расширились от неожиданности.

— Зачем мне тебе дальше помогать? — спросил прямо.

— Но… но… — она занервничала. — Потому что твои люди у нас, и они погибнут.

— Твоя сестра тоже, — парировал я.

— Их убьют монстры! — выдала девушка. — Как только нас не станет… Вы — еда. Их много, и вы не справитесь. Все поляжете тут.

— Тоже верно, — кивнул и опустил оружие.

— Пойдём! — она дёрнула меня за руку.

Я оттолкнул её ладонь, прислушиваясь к ощущениям. Источник внутри пульсировал, словно рядом притаился монстр. Но никого не было видно…

— Идём! — снова потянула девушка. — Нам нужно торопиться. Симона… Она долго не… Пойдёмте, пожалуйста.

Её глаза стали мокрыми и умоляющими. А я медленно повернулся к туше медведя. Там что-то есть, нутром чую.

— Нет! — Маргарита толкнула меня в грудь.

Какой-то особой силы я не почувствовал, словно обычная девушка.

— Значит, не показалось, — озвучил свои мысли вслух.

— Нет! Нет! Не забирай! Оно наше с сестрой! — в меня стучали кулаками.

Я отодвинул в сторону Маргариту. Девушка поджала губы и смотрела на меня. С трудом воткнул меч в живот твари и резанул вдоль. Ожидал увидеть кристалл, но… Разочарование накрыло волной.

Глава 7

Я читал, что внутри тварей на пятом уровне могут быть кристаллы. Магия накапливается там годами, превращаясь в твёрдый камешек — результат поглощения силы убитых магов и манапыли. Но его здесь нет! Разочарование скрутило внутренности. Столько всего полезного уже нашёл, а это стало бы жемчужиной моей охоты. Жаль…

Но источник продолжал подавать сигналы. Ядро билось внутри, словно пыталось сказать, передать. Что-то здесь есть, что-то важное…

— Не надо! — Маргарита дёрнулась ко мне, голые ступни девушки оставляли влажные следы на камнях. — Прошу, не лезь туда!

Проигнорировал её слова, погружая руку глубже в тушу медведя. Тёплая кровь-жижа обволакивала пальцы, пульсируя в такт с чем-то внутри. Каждое движение отзывалось всплеском света.

Остатки магии монстра ещё теплились в теле. И тут… Что-то шевельнулось, ткнулось в ладонь влажным и тёплым. Я замер. Нащупал… Круглое, размером с кулак, колотилось как бешеное. Сердце? Нет, там что-то ещё.

— Медвежонок? — прошептал я, когда пальцы коснулись крошечного тельца, свернувшегося клубком рядом с сердцем матери.

— Отойди от него! — в голосе девушки звенело отчаяние. Её кулаки сжались, аногти впивались в ладони до крови.

Я осторожно потянул существо наружу, стараясь не повредить. Тельце легко скользнуло в руки, оставляя за собой светящийся след. Размером едва ли с кошку, оно умещалось в ладонях.

Чешуя ещё не затвердела. Мягкая, почти как кожа. Между пластин едва заметно пробивались светящиеся отростки, похожие на нити водорослей. Маленький хвостик дёрнулся, когда детёныш поднял голову. Мутно-белые глазки уставились на меня с любопытством. Совсем как у взрослой особи, только без той жестокости.

Маргарита метнулась ко мне, пытаясь выхватить медвежонка. Её движения казались слишком медленными, неуклюжими. Я просто поднял руки над головой, и она даже в прыжке не смогла дотянуться. Странно видеть перевёртыша таким… обычным.

— Отдай его! Немедленно! — голос девушки срывался, в нём слышалась мольба вперемешку с яростью.

Детёныш в моих руках вздрогнул от этого крика. Его тельце напряглось, а потом… стало светиться изнутри. Сначала едва заметно, словно угли в затухающем костре, потом всё ярче. Сила наполняла его, как вода наполняет сосуд.

И вдруг яркая вспышка ударила по глазам, заставляя зажмуриться. Когда я проморгался, понял, что в руках пусто. Только тепло ещё растекалось по ладоням да покалывало кожу, будто подержал шаровую молнию.

Мой источник забился сильнее, как в момент копирования магии. Я дёрнулся всем телом, заглянул в себя — пустота. Ячейка оказалась не занята. Что это было? Почему такая реакция?

— Нет! — крик Маргариты больше походил на звериный вой. Она рухнула на колени, раздирая ногтями камни. Капли крови с её ладоней падали на серые булыжники, оставляя тёмные пятна. — Ты всё испортил! Всё!

Перевёл взгляд на тело матери-медведицы. Теперь её поведение перед смертью обретало смысл. Отчаянная атака, странная слабость во время перехода на новый уровень… Она готовилась к родам.

Эта мысль прошила сознание, как молния. В той книге о подобном не было ни слова. Монстры способны размножаться?

— Что это было? — провёл ладонью по лицу, стирая с него брызги светящейся жижи. Поморщился от резкого запаха — смесь железа и чего-то похожего на озон. — Зачем вам медведь? И почему детёныш просто… исчез?

Маргарита поднялась, пошатываясь. В её глазах плескалась такая ярость, что я невольно положил ладонь на рукоять меча. Девушка дёрнулась, словно хотела броситься на меня, но… Вместо этого просто развернулась и побрела вперёд по туннелю, бормоча что-то себе под нос.

Я смотрел ей вслед, мысленно выстраивая картину происходящего. У перевёртышей должен быть хозяин. Тогда почему они прячутся тут, на моей земле, пусть пока и занятой Зубаровыми? Ещё этот странный страж с детёнышем… Не просто же так подселили к нам сестёр.

Стены туннеля постепенно расширялись, уходя вверх тёмными сводами. В камне поблёскивали крошечные кристаллы, похожие на застывшие капли росы. Шаги отдавались гулким эхом, а воздух… Он становился гуще, словно наполнялся невидимой силой.

Вдруг что-то мелькнуло в темноте. Тень размером с небольшую кошку метнулась прямо мне под ноги. Источник внутри дёрнулся, реагируя на опасность. Рука автоматически легла на меч, пальцы сжали рукоять.

Но вместо атаки… По телу прокатилась волна эмоций: страх, такой острый, что перехватило дыхание, растерянность, от которой закружилась голова, и голод — тянущий, выворачивающий внутренности. Я замер, пытаясь разобраться. Эти чувства… не мои. Они принадлежат существу, которое прячется во тьме.

— Не трогай его! — Маргарита развернулась молнией, схватила меня за руку. Её пальцы дрожали, пытаясь оттащить мою ладонь от меча.

Я сделал несколько осторожных шагов вперёд, вглядываясь в темноту. Свет факела выхватил из мрака съёжившуюся фигурку. Медвежонок, тот самый, что растворился у меня в руках, вжался в землю и жалобно поскуливал. Его крошечное тельце дрожало, а мутно-белые глазки светились уже не любопытством, а животным страхом.

— Я чувствую его эмоции, — произнёс задумчиво, пытаясь осмыслить происходящее. Волны чужого страха накатывали снова и снова, отдаваясь внутри дрожью. — Как такое возможно?

— Неважно! — фыркнула Маргарита, но её голос дрогнул. — Уже… неважно.

Вот тут я категорически не согласен. Ощущать эмоции твари — такое в мои планы точно не входило. Огляделся, запоминая каждую деталь. Каменные своды уходили во тьму, в стенах поблёскивали прожилки кристаллов. Это мой рудник, и скоро я отсюда всё вытащу. Каждый кристалл пойдёт на личные нужды.

«Перевёртыш думает, что использует меня…» — ухмыльнулся про себя. Всё наоборот. Пройти глубже без сражений с монстрами — бесценная возможность. Ещё и своих балбесов нужно забрать. В итоге получаю даже больше, чем рассчитывал.

Заметил, как медвежонок неуверенно двинулся следом, прижимаясь к стенам. Крошечные отростки между чешуек едва заметно пульсировали, создавая причудливые тени. Странное создание… От него накатывали новые волны эмоций: страх постепенно уступал место любопытству, а голод становился всё острее, отзываясь спазмами в моём собственном желудке.

Туннель резко расширился и вывел нас в просторный зал. Факел Маргариты здесь казался лишним — стены испускали собственное сияние, заливая пространство холодным светом. Я застыл, не веря своим глазам.

Кристаллы. Десятки, сотни магических кристаллов пронзали камень, словно клыки неведомого чудовища. От крошечных, размером с ноготь, до огромных — с ладонь.

Они пульсировали в такт друг другу, будто единый организм, наполняя воздух густой силой. Источник внутри меня затрепетал, жадно впитывая исходящую от них мощь. По каналам потекла чистая энергия, заставляя кожу покрыться мурашками.

«Моё. Это всё моё!» — от одной мысли сердце забилось чаще. С таким количеством кристаллов… Четвёртый ранг? Легко. А может, и выше получится прыгнуть.

Пришлось оторваться от созерцания своего будущего богатства. В центре зала, у самого большого кристалла, застыла напряжённая сцена.

Близнецы Тёркины держали на мушке бледную девушку. Симона… Её лицо исказилось от боли, на шее проступили чёрные линии, похожие на выжженное клеймо. По венам растекалась тьма, превращая кожу в паутину чёрных нитей.

— Сестра! — Маргарита ринулась вперёд, оставляя за собой погасший факел.

— Стоять! — рявкнул Василий, передёргивая затвор.

Эхо выстрела заметалось под сводами. Его руки дрожали так сильно, что пуля ушла в потолок, выбив сноп искр.

— Ещё шаг, и твоя сестричка получит пулю в голову! Я эту суку перевёрнутую… — он облизнул пересохшие губы. — Размажу ей мозги по стенам! Посмотрим, как вы восстановитесь.

— Павел Александрович, — голос Николая звучал глухо, словно из-под земли. Старший брат держался спокойнее, но пальцы, сжатые на прикладе, выдавали напряжение. — Вы живы! Мы думали, что эта тварь убила вас.

— Они монстры! — Василий сорвался на визг, его зрачки расширились от страха. — Как те, в туннелях. Только хуже! — он судорожно держал ружьё, костяшки пальцев побелели. — Притворяются людьми, а потом… — его передёрнуло, ствол ружья заходил ходуном. — Мы чуть с ума не сошли, когда поняли, что рассказы отца о перевёртышах — правда.

Симона закашлялась, по её подбородку потекла чёрная жидкость. Запах… Я принюхался. Что-то знакомое. Яд? Пытался вспомнить: «Это точно не мой. Тогда в особняке я даже не ранил сестёр. Жора? Нет, тоже не мог».

— Помоги ей! — в голосе Маргариты зазвенело отчаяние. Девушка побежала к сестре, но замерла, когда Василий лязгнул затвором. — Она умирает!

— Отлично! — истерический смех младшего Тёркина эхом отразился от стен. — Сама сдохнет, а мы вместе прикончим вторую тварь!

— Тихо! — рявкнул я так, что медвежонок у ног подпрыгнул.

Осмотрелся, оценивая ситуацию. Одна умирает, а другая настолько слаба, что даже форму сменить не может. Самое время избавиться от перевёртышей… Проблема решится сама собой. Но Маргарита права… Без проводника нам отсюда не выбраться.

У входа в туннель снова мелькнули тени монстров. В проходе то и дело вспыхивали глаза тварей — красные, белые, янтарные. Они выжидали, наблюдали. Не знаю, как сёстры на них воздействуют, но хочу научиться такому же.

Бросил ещё один взгляд на братьев. Дальше пути нет, придётся возвращаться через лабиринт. Втроём против всех тварей у нас не получится пройти такой путь.

— Коля, держи на мушке того, кто пытается напасть на господина! — крикнул Василий, тыча пальцем в мою сторону.

Я опустил взгляд. Медвежонок жался к ногам, его крошечное тельце дрожало. Чужие эмоции накатывали волнами: страх, растерянность, голод. Они начинали раздражать, путали мои собственные мысли, но сейчас было не до этого.

Симона снова закашлялась, её тело выгнулось дугой, как от удара током. Чёрная жидкость уже не просто сочилась, она фонтаном брызнула изо рта. Тонкие струйки потекли из глаз и ушей, словно кровавые слёзы. Запах… Принюхался сильнее. Странный, ни на что непохожий аромат.

Девушка рухнула, ударившись затылком о камень.Тело затрясло, как в эпилептическом припадке. Маргарита вонзила ногти в свои ладони с такой силой, что между пальцев потекли струйки крови. Они капали на пол, смешиваясь с чёрной жижей.

— Пристрелить их обеих! — Василий трясся, как в лихорадке, ствол ружья в его руках ходил из стороны в сторону. — Они же твари! Нелюди! Сами видели. И эти когти, и шерсть, и…

— Успокойся, — повысил голос Николай, хотя его собственный взгляд метался между мной и перевёртышами. — Хозяин разберётся.

— Разберётся⁈ — младший сорвался на визг, брызгая слюной. — Ты видел, что они делали? Как менялись?

Маргарита метнулась к сестре. Грянули выстрелы — близнецы разрядили ружья в перевёртыша. Эхо заметалось под сводами пещеры, осыпая нас каменной крошкой. Едкий запах пороха перебил вонь странного яда, но толку от стрельбы не было никакого.

— Стоять! — рявкнул я, когда братья потянулись за мечами. Лезвия уже наполовину покинули ножны.

Маргарита приблизилась к сестре, её пальцы дрожали, когда она пыталась приподнять голову Симоны. Если не ошибаюсь, сейчас можно получить очень ценный подарок. От одной мысли источник внутри затрепетал.

— Не двигайся, сука! — Василий дёрнулся, как припадочный, сжимая рукоять меча. Пот заливал его лицо. — Ещё шаг, и я снесу тебе голову!

— Заткнулись! — рявкнул на близнецов.

Двинулся вперёд, глаза жадно выхватывали детали. Кристаллы в стенах пульсировали. Сила, чистая сила — она моя. Я сдерживал улыбку, чтобы не выдать своих мыслей. Скоро откроется ещё одна ниша для копирования магии.

Маргарита рыдала. Она даже не повернула голову, когда я приблизился. Будь у неё возможность, уже бы давно разорвала братьев на части. А я подметил мысленно: «Момент идеальный, пока её силы не вернулись».

Склонился над Симоной. Чёрные узоры на коже пульсировали, словно живые змеи. Интересно… Очень интересно. Таких свойств у ядов я ещё не встречал. Определённо стоит потом поэкспериментировать. Но сначала…

— Вы с ума сошли? — Василий нервно переступал с ноги на ногу. — Она же тварь! Нелюдь! Убейте её!

Медвежонок снова ткнулся мне в бедро, от него волнами исходило беспокойство, смешанное с любопытством. Чужие эмоции уже порядком достали — мешали сосредоточиться.

— Брысь! — отпихнул его локтем. — Мешаешь.

— Я его пристрелю! — младший Тёркин вскинул ружьё, прицеливаясь в маленького монстра.

Грохот выстрела ударил по ушам. Эхо разлилось под сводами, осыпая нас каменной крошкой. Медвежонок растворился в воздухе, как утренний туман, чтобы через секунду материализоваться снова у моих ног. Его страх отозвался внутри моей груди ледяным комком.

— Вася, хватит! — Николай перехватил руку брата, когда тот потянулся за следующим патроном. — Дай Павлу Александровичу работать.

Я выпустил немного своей силы, направляя её тонкой струйкой через ладони. Метка на шее Симоны вспыхнула зелёным огнем. Девушка выгнулась дугой, из горла вырвался нечеловеческий вой.

Чёрные линии под кожей забурлили, словно живые змеи. Я сконцентрировал свой яд вокруг метки, заставляя его замереть на месте. Чужая сила сопротивлялась. Густая, вязкая, она пыталась растечься дальше по венам. Но я держал крепко, не позволяя ей ускользнуть.

Два потока сплелись в странном танце. Мой яд, яркий и обжигающий, против чужого — холодного, тягучего. Источник внутри дрогнул, когда они соприкоснулись. Я чувствовал, как чужая сила пытается подавить мою, высосать, обезвредить…

А потом что-то изменилось. Чёрные линии вдруг потускнели, словно выцветая. Чужой яд больше не давил на тело девушки. Наоборот, он потянулся к моему, жадно впитывая. Симона задрожала, её дыхание стало ровнее.

«Вот оно!» — дёрнул на себя, втягивая чужую силу через ладони. По каналам потекла субстанция. От неё немели пальцы, а в голове появилась звенящая пустота.

Источник содрогнулся, принимая новую энергию. Что-то в этом яде было… особенное. Он словно пытался подчинить, подавить, лишить воли.

— Господин, может, не стоит? — голос Николая дрожал. Парень опустил ружьё, но рука всё ещё лежала на рукояти меча. — Она же… не человек.

— Точно! — подхватил Василий, брызгая слюной. — Видели бы вы, во что превращается! Шерсть чёрная, когти…

— Она приходит в себя! — Маргарита подалась вперёд. В её голосе прозвучала надежда.

— Стоять! — Василий щёлкнул затвором последнего заряженного ружья. — Ещё шаг, и…

Воздух сгустился, словно перед грозой. Каналы обожгло ледяным огнём. Чужой яд внутри будто ожил, забурлил. Симона распахнула глаза, полыхнувшие янтарным светом.

Земля содрогнулась. Кристаллы в стенах вспыхнули ярче, отзываясь на всплеск силы. А внутри… Внутри что-то менялось. Чужой яд растекался по телу, неся с собой странное оцепенение. Источник дрожал, пытаясь справиться с новой силой.

В следующий миг земля под ногами содрогнулась, будто проснулось древнее чудовище. Тело Симоны изогнулось. С её пальцев сорвались искры — золотистые, будто капли расплавленного металла. Они впитывались в камень, заставляя его светиться.

— Сука! — Василий нажал на курок. Щелчок… — Патроны закончились.

Земля вздрогнула снова, на этот раз сильнее. Кристаллы в стенах запульсировали ярче. Я попытался вскочить, но ноги подкосились. Упал на одно колено, стараясь удержать контроль. Каналы горели огнём. Две силы сражались внутри, не желая уступать.

— Симона… — Маргарита ринулась к сестре.

— Стоять! — рявкнул я.

Медвежонок заскулил, прижимаясь к ногам. Его страх накатывал волнами, перемешиваясь с моей болью. Твою ж… В глазах темнело.

Симона приподнялась. Кожа её пошла рябью, словно под ней перекатывались волны. Воздух вокруг девушки сгустился.

— Господин! — Николай дёрнулся ко мне, но застыл на полушаге.

По стенам пещеры пробежала трещина. Она змеилась между кристаллами, заставляя их мерцать ещё ярче. Откуда-то сверху посыпались камни. А потом… Всё взорвалось.

Вспышка ослепила. Ударная волна швырнула всех к стенам, только Симона осталась стоять. Её тело окутал золотистый кокон света. Я попытался подняться, но ноги не слушались.

— Павел… — голос Маргариты донёсся словно издалека. — Бегите!

С потолка посыпались камни размером с кулак. Один ударил по плечу, заставив зашипеть от боли. Кристаллы в стенах пульсировали всё ярче.

«Мои кристаллы…» — мелькнула паническая мысль. Нет, только не это! Такое богатство…

— Госпо… — начал было Николай, но его прервал грохот.

Часть свода обрушилась, открывая чёрную дыру наверху. В проёме метнулись тени, блеснула сталь. А потом… Воздух разорвали выстрелы.

Пули высекали искры из камней. Василий с Николаем скатились за выступ, прячась от шквального огня.

— Павел Александрович! — крик старшего брата потонул в грохоте выстрелов.

Новый взрыв потряс пещеру. В образовавшийся провал хлынул яркий свет, выхватывая из тьмы силуэты в камуфляже. На их шлемах поблёскивали странные символы.

— Монголы? — выдохнул Николай. — Какого чёрта они здесь делают?

Симона вскинула руки. Золотистое сияние вокруг стало нестерпимым. Маргарита метнулась к сестре, подхватывая её. Тела девушек начали меняться, покрываясь чёрной шерстью.

— Остерегайся их… — донёсся до меня шёпот Маргариты. — Они уже близко.

Очередной взрыв обрушил ещё часть свода. Я с замиранием сердца смотрел, как драгоценные кристаллы исчезают под обвалом. Внутри всё сжалось от бессильной ярости.

Перевёртыши скользнули в боковой туннель, растворяясь в темноте. Из образовавшейся дыры бросили верёвки — сверху уже спускались люди в форме. По нам стреляли.

— Используй то, что у тебя в руках, — прозвучал голос Маргариты у меня в голове.

Я опустил взгляд и увидел, что сжимаю…

Глава 8

Кусочек кристалла… Вот и вся благодарность от перевёртышей. Стиснул его до боли в пальцах, держа руку в кармане.

Мы продолжали стоять за выступом, пока сверху сыпались пули. Искры высекали фонтанчики из камней, осколки летели во все стороны. Тянуть энергию в себя я даже не пытался. Спасибо, хватило подарка Запашного — еле оправился тогда.

— Господин, — дёрнул меня за плечо Николай. — Что делать?

— Биться! — кивнул на монголов. — Твари залезли на мою землю, а я очень не люблю делиться.

— Я пустой, — Василий показал разряженное ружьё и поморщился.

— Тоже, — подтвердил его брат, проверяя патронник.

— А мечи вам на что? — достал свой клинок, прикидывая расстояние до противников. — Попытаюсь уложить тех, кто с оружием. Как упадут, рвитесь к ним и хватайте их огнестрелы.

Иглы скользнули между пальцев. Последние двадцать штук — надо использовать с умом. Я выглянул из-за укрытия. Трое с ружьями держали нас на прицеле, двое спускались по верёвкам. А за ними ещё.

— Да сколько ж вас, тварей? — спросил вслух.

Метнул первую партию, целясь в горло ближайшему. Яд сработал мгновенно — монгол захрипел, его палец судорожно дёрнул спусковой крючок. Выстрел ушёл в потолок, осыпав всех каменной крошкой.

— Пойдём! — рявкнул братьям.

Они рванули вперёд, пока я посылал следующие иглы. Ещё один противник рухнул, роняя оружие. Третий успел развернуться, но опоздал. Отравленная игла прошла над дулом и воткнулась ему в узкий глаз, которым он целился.

Количество стреляющих росло быстрее, чем я от них избавлялся. Непрекращающиеся выстрелы заставили прижиматься к земле.

Спускавшиеся сверху противники успели занять позиции, их пули выбивали искры из камней совсем рядом с моей головой. Я перекатился за упавшую глыбу, краем глаза замечая, как Тёркины подхватывают брошенные ружья.

Последние иглы… Значит, нужно бить наверняка. Высунулся на долю секунды, выцеливая узкие глаза за прицелами. Бросок! Один есть — монгол завалился набок, его оружие разрядилось в пустоту.

Василий нажимал на курок. Хлопки следовали друг за другом, каждая пуля находила цель. Головы монголов лопались, как перезревшие арбузы, забрызгивая стены красным. Николай бил по корпусу, превращая животы в решето. А я… чертыхнулся! Всё оружие валялось слишком далеко.

Сверху лезли «тараканы». Спускались по верёвкам, поливая всё свинцом. Прижался к камню, выжидая момент. Есть!.. Когда очередной боец завис на полпути, рванул вперёд.

Краем глаза заметил, как близнецы отбросили опустевшие ружья. Их руки сплелись в замысловатом жесте. В следующее мгновение земля вздыбилась, выпуская каменные шипы. Враги не успевали среагировать, насаживаясь на острые пики. Следом полетели каменные шары, разбивая черепа. Что-то похожее на копья прорастало прямо под ногами противников.

«Интересно…» — отметил про себя. Братья действовали синхронно, словно единый организм. Их магия земли соединялась в общее заклинание, удваивая силу.

Но додумать не успел. Передо мной возникла пятёрка монголов. Клинок описал широкую дугу, рассекая воздух. Первому я снёс голову, второму распорол грудь. Тела падали, а меч продолжал свой смертельный танец. Третий, четвёртый… Кровь брызгала во все стороны, окрашивая камни в багровый.

Рванул к следующей группе. Бросил быстрый взгляд на братьев — молодцы, справляются. Количество врагов заметно уменьшилось, но монголы продолжали лезть.

Услышал звон металла о камень. Что-то покатилось под ноги, потом ещё. И ещё. Клинок вошёл в горло очередному врагу, второму я распорол бок, но разум уже кричал об опасности.

— Граната! — заорал, разворачиваясь к близнецам.

Они не слышали, увлечённые боем. Сука… Меч превратился в клюшку. Я на бегу отбивал взрывчатку в стороны. Тёркины продолжали крошить врагов, не замечая опасности. Успел добежать, ударил по последней гранате, отправляя её в полёт.

Грохнуло. Серия взрывов накрыла пещеру, превращая бывший рудник в ад. Ударная волна подхватила меня, швырнула вперёд. Я врезался в близнецов всем телом, сбивая их с ног. Нас отбросило к стене и засыпало каменным крошевом.

— Твою мать… — прошипел сквозь звон в ушах. В голове гудело, словно там поселился целый улей пчёл.

Взгляд лихорадочно метнулся по стенам. Я сжал кулаки до боли, заскрипел зубами. Мои кристаллы… Всё богатство погребено под завалом!

Николай лежал рядом, его лицо заливала кровь, часть уха просто отсутствовала. Василий распластался чуть дальше, из раны в плече сочилась тёмная жижа. Старший вскочил и рванул ко мне. Затряс за грудки, что-то крича, но звуки доходили словно сквозь толщу воды.

Быстро оценил обстановку. Мы в полной заднице! Проход в туннель почти завалило, только сверху свисали обрывки верёвок. И пока мы тут валялись, монголы уже успели спуститься. Вот же твари… Окружают, берут в кольцо.

— Мы не сдадимся! — наконец прорвался сквозь звон голос Николая.

— Ты что, головой ударился? — попытался спросить нормально, но из горла вырвался крик.

— Да-а! — заорал в ответ парень.

Рука машинально нырнула в карман, но вместо игл нащупала только кристалл. Плевать! Ладони окутало зелёное сияние. Я сформировал маленький шарик яда, потом ещё один. В итоге семь сгустков выстроились ровной линией. Вжух! Выпустил их веером в приближающихся уродов.

Четыре разбились о водяной щит первого монгола. Сука! Но хотя бы остальные три нашли цели — прожгли дыры в телах, заставив врагов забиться в конвульсиях. По нам тут же открыли шквальный огонь.

Я нырнул за камень. Николай закрыл своей спиной брата, на его куртке расцветали алые пятна.

Машинально уже формировал новую партию ядовитых шариков. Выскочил, метнул их веером. Монголы, заметив снаряды, притормозили — главарь выставил водяную стену.

Я же рванул к Тёркиным, схватил Николая за шкирку, затащил в укрытие. Вернулся за Васей. Положив братьев на камни, проверил пульс — живы. Выхватил лечилку, зубами выдернул пробку. Плеснул зелье на раны обоим, остатки влил в горло.

— Выходи, русский! — прогремело с акцентом.

— Сам ты узкий! — вырвалось само собой.

— Отдай перевёртышей, и, возможно, я убью тебя быстро, — предложили мне.

— В жопу иди! — сконцентрировал большой шар яда.

— Ха-ха-ха! Правду говорят, что вы безумцы. Отдай моё!

«Где ж я тебе найду Симону и Маргариту, придурок?» Хотя… Теперь вот знаю, кто хозяин. Но все вопросы потом!

Источник застучал как бешеный. Я выставил руки, растягивая шар в подобие щита. Слабенького, но его хватило, чтобы поглотить водяное лезвие, снёсшее наше укрытие.

Схватил меч. И тут возникла одна идея… Рванул к монголам. Главарь уже формировал новую атаку. Я ускорился и принял его магию на клинок. Руки обожгло, словно кипятком облили. Ноги заскользили назад по камням. Упёрся всем телом, но… Я выдержал. А вот оружие — нет! Урод!

В меня уже летела новая волна. Вдруг понял, что не успеваю! Дёрнулся в сторону, приняв быстрое решение: рана останется, но жить буду.

И тут передо мной возник водяной медвежонок. Тварь прыгнула, принимая удар на себя. Маленькое тельце врезалось в живот, словно пушечное ядро, выбивая воздух из лёгких. Я согнулся пополам, дрожащими руками прижимая к себе существо. Его эмоции хлынули в меня потоком — только боль, чистая и яркая. А следом накрыло волной такой ненависти, что в глазах потемнело.

Монгол хохотал, наслаждаясь зрелищем. Я опустил медвежонка на камни, чувствуя, как источник внутри бурлит от ярости. Вся магия рвалась наружу, но устремилась в карман, где лежал кристалл. Ногу обожгло, а в голове стало пусто, словно вычерпали все силы разом.

Грохот за спиной заставил обернуться. Твари, которые встречались нам в туннелях, прорывались сквозь завал. Грозовые волки били телами о камни, расчищая проход. Первыми протиснулись воздушные змеи — их гибкие тела скользнули в щель.

«Твою мать!» — приготовился к битве. Кроме кулаков, ничего не осталось, но… «Колбаски» пронеслись мимо, устремляясь прямо к монголам. Их главарю пришлось выставлять водяные щиты один за другим.

Грозовые волки материализовались рядом с врагами. Молнии плясали между клыков тварей. Огнелисы замыкали атаку, их хвосты извергали потоки пламени. Воздух наполнился криками, выстрелами и рёвом монстров.

Тот урод — явно маг не ниже шестого ранга — крошил тварей, как капусту. Но даже ему пришлось отступать под слаженными атаками воздушных змеев. Один из них обвился вокруг монгола и рванул вверх, утаскивая того в пробитую дыру.

Я стоял с открытым ртом, наблюдая за бойней. В голове билась единственная мысль: «Когда монстры закончат с врагами, они переключатся на нас?» Но, если все твари здесь, туннель должен быть пуст. Это наш шанс!

Рванул к близнецам. Ноги поскользили, я чуть не упал. Дёрнул головой и посмотрел на мишку ещё раз. Не думал, что буду благодарен монстру.

— Господин! — Василий смотрел на меня круглыми от ужаса глазами. — Коля… Он…

— Потом! — рявкнул я, хватая Николая, лежащего без сознания.Близнец помог закинуть брата мне на плечи.

— Бери мой мешок, и руки в ноги!

Василий бросил последний взгляд на побоище, кивнул и подхватил сумку. Мы ринулись к туннелю, пока твари были заняты остатками монголов.

Неслись по тёмному каменному коридору, спотыкаясь о каждый выступ. Ни черта не видно. Василий несколько раз падал, с хрустом проезжаясь лицом по булыжникам, но тут же вскакивал, догоняя меня. В висках стучала кровь, мысли путались — слишком много всего случилось, нужно время переварить.

— Павел Александрович! — крикнул за спиной Василий, его голос дрожал.

— Беги! — бросил через плечо. — Всё потом!

— Господин! — в вопле прорезались истерические нотки.

Я сбавил скорость, чувствуя, как ноют плечи под тяжестью Николая.

— Коля… Он не дышит! Я чувствую… Он… Он…

Скинул старшего на землю, развернулся к проходу. Прислушался, ведь в любой момент могли нагрянуть монголы или твари. Пальцы легли на шею близнеца. Сука! Пульса нет.

Руки заметались по куртке, выгребая всё оставшееся зелье. Бутыльки с глухим стуком покатились по камням.

— Вливай всё ему в глотку! Нет! Просто открой и положи рядом, — рявкнул на Василия.

— Коля мёртв! — младший опустил голову, плечи его затряслись.

Звук пощёчины эхом разнёсся по туннелю. Голова Василия мотнулась в сторону.

— Быстро! Я не спрашивал твоего мнения, — рявкнул в ответ, и парень стал рефлекторно открывать бутыльки.

Я сложил свои ладони на груди Николая, начал ритмично давить. «Раз, два, три…» — считал про себя.

— Как скажу, вдувай ему воздух в губы. Нос зажми, — бросил застывшему Василию.

— Целовать? — его глаза расширились от шока.

— Давай!

Младший набрал полные лёгкие воздуха, прижался к губам брата. Я продолжал непрямой массаж сердца, пока не почувствовал под ладонями слабый толчок. Есть!

Схватил открытые бутыльки. Скорость? Нет, не то! Влил в горло зелье восстановления магии, следом выносливость. Последнюю лечилку опрокинул туда же.

Николай закашлялся, его тело выгнулось дугой. В это же время из глубины туннеля донёсся шорох.

— Бежим! — вздёрнул старшего на спину.

Василий подхватил мой мешок, и мы рванули дальше в темноту. Впереди забрезжил выход из туннеля.

Притормозил, хмурясь: «Разве его не завалила Маргарита? Какого хрена тут происходит?» Плевать! Ускорился и резко застыл у самого выхода, щурясь от яркого света.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Я огляделся по сторонам — вроде чисто. Хотя нет, у входа валялось несколько тел в форме людей Зубаровых. На некоторых виднелись следы звериных клыков, других изрешетили пулями.

Я прикинул маршрут до своих земель. Чёрт, даже сигнальной ракеты нет, чтобы вызвать Витаса. Его помощь была бы сейчас как никогда кстати.

— Ладно, бежим! — сказал я и рванул в сторону реки. — Найдём Соплю, перейдём её, и мы дома.

Руки немели под тяжестью Николая. Магия того монгола знатно потрепала не только братьев. Старший начал постанывать мне прямо в ухо. Василий, услышав голос брата, просиял, словно ему золотой слиток подарили.

Лес мелькал перед глазами размытыми пятнами. Мышцы горели от напряжения, в боку кололо. Каждый шаг отдавался болью во всём теле.

— Помолчи! — рявкнул я на Николая, когда тот снова застонал. Вертел головой, пытаясь уловить шум реки. Есть! — Туда! — бросил через плечо и побежал на звук бурлящей воды.

Мутные потоки неслись между крутых берегов. Даже в сумерках было видно, как здесь глубоко.

— Я плавать не умею! — голос Василия дрожал.

— Я тоже, — обернулся к нему, — но выбора нет. Либо вода, либо монголы, либо монстры, либо Зубаровы… Решай сам.

Младший Тёркин опустил глаза:

— Оставьте меня. Спасите брата!

— Щас! — дёрнул щекой.

Вдохнул поглубже и прыгнул. Холодная вода обожгла тело. Течение тут же подхватило, потащило в сторону. Николай судорожно вцепился в мои плечи, мешая грести. Его пальцы впивались до синяков, а тяжесть тянула ко дну.

Я вынырнул, хватая ртом воздух. До берега оставалось метров пять. Снова нырнул, работая руками и ногами. Коля, похоже, потерял сознание — хватка его ослабла.

Наконец, пальцы нащупали камни. Я навалился на берег, выталкивая бесчувственное тело Николая. Пришлось упереться ногами в скользкое дно, чтобы протолкнуть его подальше.

Перевёл дух и снова в воду. На том берегу маячил силуэт испуганного Василия.

— Слушай внимательно! — крикнул ему. — Я беру мешок, ты хватаешься за шею. Только не дёргайся и не паникуй!

— А можно я ногами помогу? — в голосе парня звенел страх.

— Нет! Просто держись!

Трофеи упали в воду. Я подхватил мешок — сука, тяжёлый. Василий шагнул в воду, закрыв глаза и нос, и тут же ушёл в глубину. Началась паника. Я нащупал его под мутной толщей потока и вытащил. Он тут же вцепился в шею мёртвой хваткой, его трясло.

Поплыл. Каждое движение давалось с трудом. Мешок тянул вниз, Вася душил. Паника младшего крайне мешала. Мои лёгкие горели от нехватки кислорода и напряжения.

Берег показался спасением. Вот он, совсем рядом. Осталось немного. Наконец, Василий оттолкнулся от моей спины, пытаясь выбраться. Но вдруг соскользнул с камней, чуть не упав в воду, и случайно ударил по моей руке. Мешок выскользнул из моих пальцев.

— Ползи! — рявкнул я, глядя, как течение уносит драгоценные трофеи.

«Хрен я лишусь своей добычи! — мелькнула злая мысль. — Хватит того, что кристаллы похоронило под завалами».

Набрал в лёгкие побольше воздуха и нырнул в мутную воду.

В первые секунды не видел ничего. Только размытые тени. Течение било в грудь, норовя перевернуть. Глаза щипало от грязной воды.

Что-то тёмное мелькнуло внизу. Мешок! Оттолкнулся от дна, но поток снёс в сторону. Воздух в лёгких заканчивался, а трофеи уносило всё дальше.

Снова вынырнул, жадно хватая ртом воздух. Заметил, как мешок вынесло на отмель метрах в десяти ниже. Поплыл туда, борясь с потоком.

В ушах шумело, руки и ноги наливались свинцом. Очередная волна накрыла с головой, во рту появился привкус ила. Но я уже видел цель — кожаный ремень сумки зацепился за корягу. Нужно только стянуть, и тогда получится спасти и забрать трофеи.

«Ну, давай!» — подбодрил себя, делая последний рывок.

Пальцы схватили мокрую кожу. Дёрнул на себя — мешок не поддавался. Нырнул, пытаясь разглядеть, за что он зацепился. Это оказался недоеденный тварями и морскими гадами труп.

Воздух кончался, в глазах темнело. Ещё рывок. Ремень наконец поддался. Я оттолкнулся от коряги, выталкивая себя и добычу на поверхность.

Только собрался вынырнуть, как что-то тяжёлое обрушилось в воду рядом. Сердце пропустило удар. О нет, только не водяной медведь! Но в мутной воде мелькнуло знакомое лицо. Николай⁈ Да вы издеваетесь?

Старший Тёркин камнем шёл ко дну. Я поплыл к нему, выпуская из руки мешок. Поймал безвольное тело за воротник, потащил наверх. Лёгкие горели от нехватки воздуха. Кое-как ногой зацепился за лямку своей поклажи, чтобы её не утащило, подтянул и взял.

Вынырнул, отплёвываясь от илистой воды. Конечности едва слушались: в одной руке мешок с трофеями, в другой — бесчувственный Николай. Течение сносило к берегу, когда зрение наконец прояснилось.

Вася готовился к атаке, а на него надвигался огнелис. Тварь больше, чем я встречал в нашем лесу… Её хвост светился багровым пламенем, выдавая силу монстра минимум третьего ранга.

Огненный шар сорвался с хвоста твари. Василий вскинул руки, пытаясь создать земляной щит, но… Магия прошла сквозь его защиту, ударила прямо в живот. Вспышка озарила берег, и младший отлетел, словно тряпичная кукла.

За спиной раздался утробный рёв. Я резко обернулся. На том берегу, где мы только что были, возвышался водяной медведь. Его морда была измазана кровью. В огромных челюстях безжизненно повисла часть тела человека из отряда Зубаровых.

Выдохнул и услышал выстрелы рядом.

«Почему бы и нет? — подумал я, и на лице заиграла улыбка. — Да уж, дрянной выдался денёк…»

Глава 9

Рванул к берегу, борясь с течением. Река била в грудь мутными волнами, холод пробирал до костей. Коля безвольно болтался на плече, его намокшая одежда тянула вниз. Мешок, зажатый в другой руке, казался чугунным.

Позади раздался всплеск — водяной медведь прыгнул в воду. По поверхности пошли волны, они накрывали с головой, забивая рот илистой жижей.

На берегу огнелис приближался к поверженному Василию. Его хвост раскачивался, подобно маятнику, на конце собирался огненный шар. Тварь готовила смертельный удар. Младший Тёркин пытался отползти, оставляя кровавый след на земле.

Вдруг грянул выстрел. Пуля чиркнула по шкуре монстра, высекая искры. Огнелис развернулся, ощетинившись. Второй выстрел, третий… Тварь отпрыгнула от града свинца.

«Наши!» — мелькнула в голове мысль.

Я швырнул мешок на берег. Он плюхнулся в прибрежную грязь. Следом вытолкнул Николая, надеясь, чтобы старший был ещё жив. Позади совсем близко плеснуло. Медведь нагонял. Рывок вперёд, пальцы вцепились в прибрежные камни, соскальзывая с покрытых тиной поверхностей.

Морда монстра вынырнула рядом, обдав волной вони. Тухлая рыба, гниль и что-то ещё, от чего к горлу подкатила тошнота. Мутно-белые глазатвари уставились прямо на меня, между пластин чешуи сочилась светящаяся жижа.

— Огонь! — рявкнул знакомый голос откуда-то сверху.

Грохнул залп — не меньше десятка ружей. Пули вспенили воду вокруг твари, некоторые отрикошетили от чешуи. Медведь взревел. Тварь нырнула, но тут же последовал новый залп. Вода вокруг чудовища вскипела от свинца.

Я рывком выбрался на берег, колени подкашивались. Одежда, пропитанная речной водой, казалась чугунной. Из горла вырвался приступ кашля — организм пытался избавиться от грязной воды.

По склону спускались люди с ружьями, впереди шёл Медведь. Бойцы перезаряжали оружие на ходу, не сводя глаз с реки. Двое уже спешили к Василию с бутыльками зелий.

— Господин! — Фёдор просиял, протягивая руку. — Живой?

Его лицо светилось такой неприкрытой радостью, что я невольно усмехнулся:

— Ага.

Поднялся и глянул в воду: мишка решил не выныривать. Сплюнул речную муть. Во рту всё ещё стоял привкус ила. Окинул взглядом отряд. Человек двадцать, все напряжены, ружья наготове.

Двое помогали Василию — зелье уже влили, теперь закладывали тряпками живот. Младший стонал. Значит, жив! Николая тоже подхватили, понесли вверх по склону. Старший был бледен, как смерть, но грудь слабо вздымалась — тоже выкарабкается.

— С вами всё в порядке? — Медведь протянул фляжку.

— Даже не знаю, как ответить, — честно признался, делая глоток.

Вода прочистила горло, смывая привкус тины. Сознание прояснилось, и тут же накатило осознание: «Мы едва выбрались. Ещё чуть-чуть, и…» Тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли. Несколько раз было очень близко, буквально в шаге от смерти.

Снизу донёсся всплеск. Водяной медведь снова показался на поверхности. Бойцы вскинули ружья, но тварь держалась на расстоянии. Её мутные глаза следили за нами, чешуя пульсировала зеленоватым светом.

— Нужно уходить, — Фёдор оглянулся на доносящиеся издалека выстрелы. — Монголы проникли на наши земли!

— Заметил, — кивнул я, разминая затёкшие плечи.

— Вы их встретили? — подался вперёд один из бойцов. — Убили кого-то? — и тут же осёкся, склонив голову. — Простите… Просто супостата нужно бить и давить!

— Что ещё знаешь? — спросил я у Медведя.

— Наши люди прочесали лес — никого не нашли. Они почему-то двинулись к Зубаровым, — в его голосе смешались облегчение и недоумение. — Судя по канонаде, там настоящий бой был.

— Выдвигаемся? — спросил кто-то из бойцов.

Я кивнул, с трудом поднимаясь. Мышцы дрожали от усталости, мокрая одежда неприятно липла к телу. Подхватил мешок с трофеям. После всего, что случилось в руднике, ни за что его не брошу.

Люди рассредоточились, занимая позиции для нашего победного возвращения. Шестеро несли братьев — по трое на каждого. Остальные держали периметр, ружьяу всех наготове.

Шли быстро, насколько позволяла ноша. Из-за деревьев доносились странные звуки. Это необычный ночной лес, что-то явно изменилось после рудника.

— Господин, — окликнул один из бойцов. — Как монголы прошли незамеченными?

— Через серую зону, — бросил я. — Ну, или их кто-то впустил…

— Да кто это мог быть? — тут же возмутился другой мужик. — Невозможно! Одно дело друг другу глотки драть, и совсем другое… — голос говорившего стал тише, когда на него зыркнул Медведь. — Врага все ненавидят!

Люди переглянулись.

— Как бы они прошли через серую зону? — хмыкнул Фёдор. — Да ещё такой толпой… Их бы разорвали!

Василий снова застонал. Сквозь тряпки, которыми были затянуты раны, проступала кровь, несмотря на зелья. Огнелис третьего ранга, а может, и сильнее. Хорошо Николай начал приходить в себя, хоть и оставался слаб. Открывал глаза, смотрел в пустоту и снова закрывал.

— Стой! — Медведь поднял руку.

Впереди хрустнули ветки. Отряд замер, вскидывая ружья. Из кустов выскочил огнелис — крупный, с пылающим хвостом. Залп грянул прежде, чем тварь успела атаковать. Монстр отпрянул, растворяясь в темноте.

— Твари словно взбесились! — пробормотал боец, перезаряжая ружьё. — Лезут и лезут. Раньше такого не было.

— Может, из-за боя? — предположил кто-то. — Шум их привлёк?

А вот тут у меня просто куча предположений. И первое из них — кристалл. Рука сама скользнула в карман, где лежал подарок Маргариты. Странная вещица… Вроде просто камень, но источник отзывается на него, как на что-то живое.

Перевёртыши… Теперь многое начинало проясняться. Сёстры появились в особняке не просто так. Собирали информацию? Изучали? Не вяжется… Род был слаб, ещё пара месяцев, и Магинские бы исчезли.

А потом, когда мы их раскрыли, — девицы сбежали в рудник. Почему именно туда? И Симона… Кто-то специально отравил её этим странным ядом. Что бы они делали, если бы я не пришёл?

Слова монгола всплыли в памяти. Им не нужны были кристаллы, они искали перевёртышей и почему-то решили, что я их прячу.

Замер, поражённый внезапной догадкой.

— Господин? — Медведь встревоженно глянул на меня.

— Всё нормально, — мотнул головой.

Но мысль уже оформилась. Девочки не хотели возвращаться. Бежали от хозяев, спрятались в единственном месте, где их не стали бы искать. А монстры… Монстры Маргариту и Симону почему-то не трогали.

Очередной залп вдалеке заставил всех пригнуться. Канонада раздалась на землях Зубаровых. Там ещё остались враги? Это нам даже на руку. Уже накидал несколько идей, как использовать слабость их рода в своих целях.

— Получается, монголы пришли с большими силами? — подал голос один из бойцов. — Может, война началась, а мы и не знаем?

— Помолчи! — оборвал его Медведь.

Рука снова коснулась кристалла в кармане. Как бы я ни гнал от себя эту мысль, но, похоже, твари подчинились моему приказу и атаковали монголов. Вопрос в том, как работает? И главное — как воспользоваться?

Только этот подарок полностью окупает весь путь к руднику. Применение занятной штуковине я точно найду. Пришлось тряхнуть головой. Старая привычка: стоит на чем-то задержаться, как мозг тут же подкидывает варианты действий и рассчитывает последствия и пользу.

В другом кармане что-то кольнуло пальцы. Манапыль… Я же набрал прилично. Источник внутри затрепетал в предвкушении. Ещё немного, и прорыв на следующий уровень. Вот только…

— Чья магия мне больше подойдёт… — произнёс я вслух. — Лёд Жоры или что-то другое?

— Что? — непонимающе уставился на меня Медведь.

Отмахнулся. Среди этих людей чувствую себя относительно безопасно, поэтому не боюсь озвучивать мысли вслух. Нужно выбрать правильно. Яд уже стал родной стихией, но основные знания лежат в других областях. Хотелось чего-то привычного.

Хорошо, что у меня получилось остановить копирование во время поглощения обратного кристалла…

Я немного отвлёкся от пути и вдруг заметил кое-что. Первый монгол возник из-за деревьев внезапно — словно тень соткалась из сумерек. На груди блеснули металлические бляхи с незнакомыми символами. За ним ещё и ещё, будто лес рождал их из темноты. Изогнутые мечи описывали плавные дуги в воздухе.

— Огонь! — рявкнул Медведь, вскидывая ружьё.

Залп прогремел слаженно, словно один выстрел. Трое противников рухнули, окрашивая траву кровью. Остальные рассыпались между деревьями, змеиными движениями уходя от пуль.

Один взмыл прыжком в воздух. Зелёный шарик яда настиг его на взлёте, прожигая грудь насквозь. Тело рухнуло, дёргаясь в конвульсиях. Враги что-то кричали на непонятном языке.

Глянул на мужиков. Да я таких довольных лиц не видел, даже когда мы водяного мишку положили. Наконец, последний противник упал. Я оценил ситуацию: справились хорошо.

— Медведь! — повернулся к запыхавшемуся командиру. — Хочешь, чтобы я учёт вёл, сколько вы магических патронов тратите?

— Что? — проглотил Фёдор.

— Последнего, которого ты убил, — кивнул на тело. — Три в живот и четыре в голову. Тебе было интересно посмотреть на мозги?

— Что? — замер Медведь и как будто только сейчас увидел, что сделал. — Нет! Я… Да плевать мне.

— Горячка боя, — продолжил в ответ. — Всё понимаю, но думайте головой! Экономьте ресурсы.

— Понял, господин! — вытянулся по струнке мужик. — Больше не повторится.

Тогда в пещере у меня не было времени разглядеть их экипировку. Кожаные доспехи с металлическими пластинами лежали внахлёст, словно чешуя. Высокие сапоги оплетала странная шнуровка, похожая на змеиные кольца. На груди блестели бляхи, покрытые письменами. Ещё шлемы…

— Перезаряжай! — крик одного из бойцов вырвал меня из размышлений.

Монголы метнулись вперёд единым движением, их клинки сливались в сверкающий поток. Сформировал два шарика яда, метнул навстречу. Зелёные сгустки прожгли дыры в груди ближайшего врага. Он рухнул, не издав ни звука. Фёдор всадил пулю точно в лоб другому монголу. Брызги крови окропили траву.

— Господин! Справа! — заорал кто-то из бойцов.

Я развернулся рывком, выставляя защиту из яда. Клинок противника чиркнул по зелёному щиту. Моя рука выхватила меч из ножен. Дёрнул конечностью и располовинил монгола от плеча до пояса.

Внезапно слева раздался треск веток. Из леса вывалилась группа людей. Форма Зубаровых, их было человек двенадцать. Они бежали, спотыкаясь и оглядываясь через плечо. Что же тут забыли?

— Стоять! — рявкнул Медведь, разворачивая ружьё.

Наши тоже направили стволы. Люди Зубаровых замерли, тяжело дыша. В их глазах плескался животный страх.

Низкий рык прокатился по лесу. Из тени деревьев выступили грозовые волки — не меньше десятка. Их глаза пылали молниями, между клыков плясали электрические разряды.

— В кого стрелять? — Фёдор держал на прицеле и монстров, и людей Зубаровых.

— В тварей! — крикнул я, формируя новые сгустки яда.

— А это кто? — один из бойцов дёрнул стволом в сторону чужаков.

— Монстры! — закричал кто-то из людей Зубаровых. — Убейте их!

Первый волк прыгнул без предупреждения. Грянул нестройный залп — пули высекли искры из его шкуры. Тварь рухнула, но следом понеслись остальные.

Мир взорвался хаосом. Выстрелы мешались с криками и рычанием. Молнии вспарывали сумрак, озаряя оскаленные морды и перекошенные от страха лица. Люди и монстры сплелись в один клубок.

В какой-то момент Зубаровы перемешались с моими. Приходилось целиться, перед тем как использовать магию и прикрывать только своих.

Зелёные шары яда прожигали тела волков. Двое, трое… Краем глаза заметил, как один из людей Зубаровых упал, разорванный клыками. Его товарищ всадил клинок в глаз твари, но тут же получил удар молнией в грудь. «Слаженности им не хватает», — мелькнула мысль.

Медведь палил уже из двух ружей, его лицо почернело от пороховой гари. Наши держались плотным строем, прикрывая друг друга. Сука… Двое ранены, и один мертв.

Тварь метнулась ко мне — оскаленная пасть, пылающие глаза. Слишком близко, не успею сформировать шарик яда. Рука сама поднялась вперёд. Отступил в сторону и схватил за искрящуюся шерсть на холке.

По телу прошёлся электрический разряд. Все мышцы напряглись разом. Дыхание перехватило. От спазма пальцы, окутанные зелёным сиянием, сжались сильнее. Я вырвал кусок плоти.

Волк взвыл. Молнии в его глазах погасли, электрические разряды между клыков исчезли. В другой руке я уже сформировал шарик и закинул его в открытую пасть. Пошатнулся, когда снова смог управлять мышцами.

Осмотрелся. Вроде бы всех положили. Выдохнул и облизал сухие губы. Кровь? Вроде бы больше жертв среди моих нет. Ненавижу терять людей!

— Тварь! Ты убил моего брата! — человек в форме Зубаровых бросился на меня с мечом.

Грохнул выстрел. Голова нападавшего разлетелась красным облаком. Медведь опустил дымящееся ружье.

— Один выстрел, — кивнул он мне.

Хорошо, что успел выставить ядовитый щит и кровищей меня не задело.

Поле битвы затихало. Попытался понять, кто за кем гнался. Зубаровы преследовали монголов? Или обе группы бежали от взбесившихся тварей?

Люди уже деловито подцепляли мёртвых монстров на лапы. Я посмотрел на Фёдора, но тот лишь пожал плечами:

— Не пропадать же добру, господин.

Кивнул, разглядывая поле боя. Тела людей и монстров вперемешку. Зубаровы все мертвы… Не только я их не прикрывал, но и мои люди тоже. По факту они стали наживкой, которая заняла тварей, пока мы с ними расправлялись.

После всего, что сделали против Магинских… Ещё и на моей земле. Скажите спасибо, что сразу не убили.

— Сдохли не на своей земле…. — хмыкнул один из мужиков, пиная тело того, кто попытался на меня напасть. — Вы, твари, тоже убили моего брата! А ещё отца…

— Идём! — отдал приказ Медведь. — Помогите раненым и нашего оставьте. Хорошо ушёл на своей земле. Мы запомним его.

Остальные кивнули. Мои пальцы скользнули в карман, нащупывая кристалл. Он словно пульсировал в такт с затихающей энергией мёртвых волков. Очень надеюсь, что не эта штука их сюда привела… Выбросить?

Рука в кармане всё ещё сжимала кристалл. В голове крутились десятки вопросов, но сейчас важнее добраться до дома. «А там… — усмехнулся про себя. — Там будет время во всём разобраться».

— Коля! — пришёл в себя Василий. — Брат!

Близнец попытался встать, но его тут же положили обратно на землю.

— Спокойно, — подошёл к нему. — Мы уже у нас, и братец твой жив.

— Хватит истерить… — процедил через зубы Николай. — Живы будем — не помрём.

Младший выдохнул и закрыл глаза. А Николай жестом попросил меня наклониться к нему.

— Господин, — прошептал он. — Вы спасли меня и брата и не один раз. Тут не только клятва… Я и Вася… Мы ваши должники и расплатимся за всё.

— Отдыхай, — кивнул ему. — Сейчас доберёмся до особняка, ещё зелий получите, и вас осмотрят.

Раненых подняли, и мы двинулись вперёд. Заметил, что уже не обращаю внимания на тяжесть своего мешка. Мысленно предвкушал момент разбора трофеев. Это словно Новый год и подарки под ёлкой.

Пусть и немного, но кое-что получилось с собой забрать. Даже улыбнулся от этой мысли. Оставалось ещёё немного до домика, где раньше химичил Лапма.

Тихо… До сих пор не понимаю, почему лес тут так себя ведет, а в серой зоне по-другому. Словно жизнь там… Впереди мелькнули силуэты огнелисов — уже третья стая за последний час. Твари даже не пытались напасть. Просто следили, держась на расстоянии.

— Странно они себя ведут, — Медведь поравнялся со мной. — Словно у них есть приказ. Никогда такого не видел.

На что я кивнул, соглашаясь. Канонада стихла, только редкие выстрелы нарушали тишину. Выдохнул, когда оказались на моей земле. Такой голод накрыл, что даже тошнить начало.

— Что за… — я замер.

Горели костры. Много костров. Много машин по всей территории, ещё и грузовики. Мелькали десятки силуэтов. Жандармы, люди в форме Службы безопасности империи и какие-то военные. Заметил Запашного, рядом маячили глава Зубаровых и представители других родов.

— Что тут происходит? — добавил после паузы.

— Мы ушли в лес, как услышали выстрелы, — виновато пробормотал Фёдор.

— Близнецов как-нибудь незаметно пронесите, — приказал я. — Их не должны заметить.

— Всё сделаем, господин, — закивал Медведь. — Вы назначали собрание родов?

— Что-то не припомню, — дёрнул щекой. — А я хотел трофеи разобрать и с алхимиками пообщаться.

Глава 10

Мои люди окружили гостей плотным кольцом. Витас заметил нас издалека — метнулся навстречу, на ходу поправляя форму.

— Господин! — поклонился он. Взгляд его забегал по моей мокрой одежде.

— Докладывай, — оборвал я расспросы.

— Информации мало, — Лейпниш понизил голос. — Монголы напали на земельных аристократов. Точно пострадали Зубаровы, Смолёновы и Бочкарёвы. Много раненых. Потом нагрянула Служба безопасности империи, следом ставленник императора и главы родов. Ищут вас, хотят поговорить.

— Что ты им сказал?

— Все на охоте, — Витас бросил взгляд на носилки с близнецами. — И вот вы вернулись.

Двинулся к дому, пока Медведь с Витасом занялись Тёркиными.

«Поговорить, значит, хотят? Что ж, и мне интересно узнать про нападение монголов. Не могли же они устроить такое только из-за пары перевёртышей…» — раздумывал я.

Гравий хрустел под ногами. Люди в форме СБИ провожали меня внимательными взглядами. Мешок на моём плече отлично вписывался в легенду об охоте.

У входа встретил Жора:

— Павел Александрович, — поклонился он. — Гости в зале, ждут вас. Я распорядился принести новый костюм к вашей комнате.

— Спасибо, дружище! — шагнул к лестнице и увидел человека, маячившего за спиной слуги.

— Это моя работа — следить за домом и покоями, — Жора едва заметно поджал губы. — К сожалению, не всегда удаётся сделать так, чтобы вас не беспокоили.

Я поднялся по лестнице, замечая людей СБИ на каждом пролёте. Вот это уже перебор. Одно дело чинно ждать в зале, и совсем другое — расползтись по всему дому.

Поднялся к себе, схватил костюм, отпер дверь. И сразу понял, о чём говорил Жора. Они были в моей комнате! Глаза быстро пробежались по обстановке: ящики выдвинуты, бумаги на столе явно перебирали. Взгляд зацепился за пустое место на полке. Шкатулка! Там же обратный кристалл…

Сердце ухнуло вниз, я заставил себя успокоиться. Хотели бы схватить — уже сделали бы это. Но за обыск всё равно спрошу…

Сжал зубы от нахлынувших воспоминаний из прошлой жизни. Следящие устройства в каждом помещении. Служба безопасности, дышащая в затылок. Чтение переписки и постоянные обыски. Не выношу, когда в мою жизнь так бесцеремонно вторгаются.

Мешок с добычей свалился на пол, следом полетела мокрая одежда. Времени мало, но, раз не торопят, можно и в душ. Холодные струи ударили по плечам, смывая речную грязь и усталость.

Я уже натягивал костюм, когда в дверь постучали.

— Кто? — замер с галстуком в руках.

— Господин, гости очень вас ожидают! — голос слуги звучал приглушённо.

— Вызови Витаса, — велел ему. — И сам приходи.

Ответом послужили быстрые шаги. Пока есть минутка, окинул взглядом трофеи, поморщился. Кристалл от Маргариты и говорилку Дрозда переложил во внутренний карман. Поправил манжеты, одёрнул пиджак.

Путь до зала показался бесконечным. За каждой дверью мелькали тени людей СБИ. В голове крутилось: «Что им известно? Зачем пришли? И почему именно ко мне?»

Толкнул двери. Свет из высоких окон заливал помещение, выхватывая пылинки в воздухе. Первым делом я отметил, как расположились гости — кто с кем держится рядом, кто старается отойти подальше. В зале витал тяжёлый запах табака и пота.

Двери закрылись за спиной, петли тихо скрипнули. Мой взгляд упал на кресло хозяина дома — массивное, с высокой резной спинкой. Там развалился Горбачёв, закинув ногу на ногу, словно у себя дома.

Синяя форма СБИ идеально выглажена. Начищенные до блеска сапоги поблёскивали в лучах закатного солнца. Мужик впился в меня взглядом, будто препарировал. В уголках его губ притаилась циничная усмешка.

Рядом в кресле сгорбился Запашный. Под глазами залегли глубокие тени, словно он не спал несколько суток, но взгляд по-прежнему источал привычное высокомерие.

Зубаров замер у окна, нервно теребя хвост тёмных волос. Дорогой костюм помялся, словно в нём спали, а на правом рукаве виднелись следы засохшей грязи. На скуле багровел свежий синяк размером с куриное яйцо. Когда наши взгляды встретились, он отвернулся первым.

У дальней стены жались ещё двое. Маленький колобок с окладистой бородой на круглом лице то и дело промакивал платком блестящую от пота лысину. Шёлковая ткань уже промокла насквозь, но человечек продолжал механически вытирать голову.

Его сосед — прямой, как жердь, с копной вьющихся чёрных волос — старался держаться в тени. Глаза мужика бегали по сторонам, выдавая нервозность. Пальцы теребили пуговицу на жилете — того и гляди оторвёт.

— А вот и молодой Магинский! — Горбачёв чуть наклонился вперёд, сидя в моём кресле, кожа протяжно скрипнула под его весом. Улыбка стала шире, обнажая ровные белые зубы. — Как прошла охота?

В его голосе звучала едва уловимая издёвка. Я невольно сжал кулаки. Хозяин дома, вынужденный стоять перед гостями, которые без спроса заняли его кресло… Что ж, поиграем.

Ничего не ответил и молча прошёл по залу. Встал напротив лейтенанта, чувствуя спиной взгляды остальных.

— Это моё место, — спокойно произнёс я, отмечая, как дёрнулся кадык Запашного.

— Правда? — изобразил удивление Горбачёв, его брови взлетели вверх. — Не знал… Вы уж простите.

Мужик медленно поднялся. Сапоги скрипнули по паркету, когда он занял место рядом с Запашным. Ставленник императора старательно отводил глаза, делая вид, что разглядывает узор на стене.

Я уселся в кресло, всё ещё хранившее тепло чужого тела. А в зал тем временем заглянули Витас и Георгий — их силуэты замерли в дверном проёме.

— У нас тут разговор не для ушей слуг, — открыл рот лейтенант, поджимая тонкие губы.

Жора уже развернулся к выходу, но я успел ответить:

— Мой дом, мои люди, мои правила! — каждое слово падало, как камень. — Если вас что-то не устраивает, я никого не задерживаю. Это вы без приглашения пришли, а они тут живут и служат.

— Олег Сафронович, — подал голос Запашный, его пальцы нервно теребили пуговицу на пиджаке. — Оставьте, я же вам говорил, что у молодого человека нет манер, уважения. Да и опыта тоже.

— Слушаю! — закинул ногу на ногу, устраиваясь поудобнее.

— Вы в курсе, что монголы предприняли вылазку? — дёрнул щекой Горбачёв. На его скуле заиграли желваки.

— Было что-то такое, — даже не повернулся к нему, разглядывая реакцию остальных. — Пока я следил за своими землями, охотился и убивал монстров, напали несколько десятков.

— Вы их схватили? — тут же взволновался лейтенант, подаваясь вперёд всем телом.

— Сначала да, — кивнул, глядя на Витаса. — А потом убил.

— Павел Александрович, — слово взял Зубаров, пальцы которого всё ещё теребили хвост волос. — Сейчас у нас тут собрание родов земельных аристократов.

— Не вижу Требухова, — перебил его, отмечая, как вздрогнул человечек у стены.

— Сергей Геннадьевич? — ставленник императора фыркнул, словно услышал дурную шутку. — Он занят.

— Сейчас на допросе у нас, — улыбнулся Горбачёв, и в этой улыбке не было ничего приятного. — Как и вы скоро окажетесь.

— Не советую угрожать в стенах моего дома, — повернулся к лейтенанту, чувствуя, как внутри поднимается холодная ярость. — Что ж вы никак не поймёте это простое правило Магинских?

— А я не угрожаю вам, молодой человек, — он встал и подошёл к окну. Закатное солнце очертило его силуэт красным.

Горбачёв достал из внутреннего кармана потёртый портсигар. Ударил папиросой о металлическую крышку — глухой звук эхом разнёсся по залу. Чиркнул спичкой, и сладковатый запах табака поплыл в воздухе.

— Монголы редко устраивают диверсии, — выпустил он струйку дыма. — Последняя была десять лет назад, и её масштабы… Не такие, как сейчас. И пострадали все. Понимаете, к чему я клоню?

— Что вы не справились со своей работой? — ответил вопросом на вопрос, отмечая, как дёрнулся кадык лейтенанта.

Зубаров подавил в себе смешок и тут же вернул лицу серьёзность. Его пальцы перестали перебирать волосы.

— Не понимаю, чем занималась разведка… — продолжил я, наблюдая за реакцией гостей. — Как проворонили монголов?

— Они пришли через серую зону! — повысил голос лейтенант. Жилка на его шее запульсировала. — А дальше земли аристократов. И отсюда вопрос…

— Как монголы могут перемещаться там, не боясь монстров? — снова перебил Горбачёва, наслаждаясь, как темнеет его лицо.

Мужик напрягся всем телом. Он сделал глубокую затяжку — дым заструился из ноздрей, — но ничего не ответил.

— Да, — кивнул ставленник императора, его голос стал вкрадчивым. — Именно это нас и беспокоит. Подобная возможность бесценна. Монарх хочет разобраться в столь важном вопросе, — Запашный наклонился. — Пока о вылазке монголов знаем только мы, и слухи не должны дойти до столицы. Паника никому не нужна.

— Что-то я не понимаю, — перевёл взгляд на Запашного, отмечая, как тот невольно отклонился назад. — Собрались мы тут, чтобы что? СБИ — понятно, хочет прикрыться и пытается повесить на меня и Требуховых сговор с врагами.

— А что, это не так? — Горбачёв оживился, как гончая, взявшая след.

— Доказательства есть? Или у вас снова предположения, которые вы хотите натянуть на факты? — улыбнулся я, чувствуя, как внутри растёт холодная ярость. — Давайте представим, что мы виновны.

— Решили наконец-то сознаться? — лейтенант потянулся к револьверу. Кобура скрипнула под его пальцами.

— Я и Сергей Геннадьевич как-то пропустили врага из серой зоны, — не отреагировал на Горбачёва. Уже начинает раздражать. — Вот только что делать с теми монголами, которых мы убили на охоте? Странный у нас договор, не находите?

Повисло молчание. Двое у стены переглянулись, их лица побледнели ещё сильнее.

— Мы тут собрались лишь для одной цели, — Запашный выпрямился, словно проглотил палку. Он делал вид, будто занимается тем, ради чего его прислали сюда. — Никакие разногласия между родами не должны мешать общей цели. Император ждёт, что вы защитите свою территорию.

— Хм… — посмотрел на Георгия, замечая, как слуга слегка кивнул. — Что-то много всего получается, не находите? От монстров — это я ещё понимаю. А вот от армии другого государства…

— Магинский! — Горбачёв выбросил сигарету на пол, искры разлетелись по паркету. — Смеешь ослушаться?

— Да! — кивнул я, наблюдая, как его лицо наливается кровью. — Георгий?

— Господин, — поклонился слуга. На его бесстрастном лице не дрогнул ни один мускул. — По закону земельные аристократы могут быть использованы в случае официально объявленной войны. В их обязанности входит защита своих территорий от монстров. В остальном они вольны действовать и поступать на своё усмотрение.

— Вопросы? — кивнул я, отмечая, как побелели костяшки пальцев лейтенанта.

Горбачёв пыхтел, словно закипающий чайник, а Запашный морщил нос, будто учуял что-то неприятное.

— Я человек маленький, — подмигнул ставленнику императора. — Людей у меня немного. И жертвовать ими я не собираюсь.

— Это измена! — Горбачёв дёрнулся к кобуре.

Витас среагировал мгновенно — холодный щелчок взведённого курка эхом разнёсся по залу. Дуло его ружья смотрело точно в лоб сотруднику Службы безопасности империи.

— Тише, лейтенант, — глянул на ещё дымящуюся сигарету, от которой по паркету расползалось чёрное пятно. — Вы у меня дома, и я в своём праве.

— Павел Александрович, — голос Запашного стал мягче, словно мёд полился. — Ввод войск, объявление войны… Это крайние меры, которые вызовут в стране не самые хорошие настроения.

— Ну так и не я император, чтобы об этом думать, — пожал плечами, замечая, как нервно постукивает носком сапога Горбачёв. — Что вам нужно от меня?

— Я… — поднялся ставленник императора, расправляя складки на пиджаке. — От имени нашего государства прошу вас не разжигать конфликты между родами и сильнее контролировать свою территорию! — его рука скользнула во внутренний карман. — Вот, — на стол лёг небольшой предмет. — Это артефакт связи с СБИ и военными. В случае ещё одного проникновения врага мы должны отреагировать немедленно.

— Магинский, — Горбачёв шагнул ближе, от него несло табаком и потом. — Если вы настоящий аристократ, то не только о своей земле будете переживать, но и о государстве, — его палец упёрся мне в грудь. — Я вас не забрал на допрос лишь потому, что, в отличие от Требухова, вы не сидели спокойно в особняке, пока монголы топтали наши земли.

— Мои земли! — поправил лейтенанта, не отводя взгляда. — И я сам с этим разобрался.

— Павел Александрович, — Запашный встал, одёргивая манжеты. В его движениях появилась нервозность. — Пока есть угроза — никаких дуэлей, претензий и разногласий. Постарайтесь меня услышать, иначе это будет расценено как государственная измена.

— Как только всё закончится, — Горбачёв наклонился ко мне, обдавая запахом перегара, — сам лично тебя на каторгу сопровожу.

Я медленно перевёл взгляд на сотрудника СБИ. Тот достал из кармана обратный кристалл, который тускло блеснул в лучах заходящего солнца.

— Свидетели есть, — улыбнулся он, поигрывая камнем. — Нашли у тебя в комнате. Так что жди, Магинский. А если будешь послушным мальчиком, может быть, я забуду об этой штуке.

Я сохранил внешнее хладнокровие, хотя внутри всё кипело от ярости. Ставленник императора повернулся, на его лице играла довольная ухмылка. Один за другим гости стали покидать зал, оставляя после себя только запах табака.

— Повышенная готовность! — перевёл взгляд на Витаса. Лейпниш уже подобрался, словно перед прыжком.

— Уже, — кивнул он и вышел из комнаты. Его шаги быстро затихли в коридоре.

— Простите меня, — Жора склонил голову так низко, что подбородок коснулся груди. В его голосе звучало искреннее раскаяние. — Я ничего не мог сделать. У них был официальный документ на осмотр особняка.

— Разберусь, — встал, чувствуя, как затекли мышцы от долгого сидения в одной позе.

Мысли крутились в голове, словно осы в гнезде. Запашный, сука… Картина складывалась отвратительная. Мало того, что тогда пытался убить и подчинить своей воле, а когда не вышло — решил поиграть с кристаллом. Так теперь ещё и меня выставили владельцем этой дряни.

Лейтенант думает, что прижал к стенке и, пока я нужен, воспользуется? Губы растянулись в хищной усмешке.

— Ошибаешься! — оскалился я, глядя на закрывшуюся за Жорой дверь.

Получается, император не хочет шумихи из-за ситуации с монголами — слишком много потрясений для страны. Хорошо… А эти ещё и попытались на меня надавить, чтобы я не воспользовался слабостью родов. Зубаровы, Смолёновы и Бочкарёвы… Какая замечательная возможность предоставилась, и её тут же забрали.

Вернулся в комнату. Мешок с трофеями лежал у кровати, дожидаясь своего часа. Я развязал тугой узел — пора сделать ревизию добычи. Замер, когда в голову пришла идея.

Пальцы нащупали говорилку Дрозда. Выпустил магию, активируя артефакт, и по металлу пробежала рябь.

— Да! — голос капитана прозвучал глухо.

— Егор Климович. Не отвлекаю?

— Что нужно, Магинский? Я занят, — процедил он сквозь зубы. В его дыхании слышались хрипы, словно сейчас бежит.

— Помните, что у вас есть долг передо мной, — не обратил внимания на грубость. Что-то в его голосе царапнуло слух.

— Да? — удивился мужик. Затем раздался звук, похожий на лязг металла.

Мешок едва заметно дёрнулся. Я бросил быстрый взгляд, но ткань снова замерла.

— Хочу, чтобы одна вещица исчезла у одного человека, как и бумаги, — продолжил я, наблюдая.

— Если это не нарушает закон… Помогу, — выдохнул Дрозд. Его голос стал ещё более прерывистым.

— Ну, тут как посмотреть.

— А вот и ты, собака сутулая! Наконец-то я нашёл тебя, — засмеялся капитан.

Тишина обрушилась внезапно. В голове мелькнуло: «О ком это он?»

Я влил ещё магии, но говорилка молчала, только по металлу бежала едва заметная рябь. Пожал плечами и отложил артефакт.

Оставлять кристалл и документы у Горбачёва нельзя! С этим нужно разобраться. И, как только развяжутся руки, начну действовать.

Бросил металлическую пластину на кровать. Снова повернулся к мешку — тот явно шевельнулся.

— Магинский? — прозвучало из артефакта. Голос изменился до неузнаваемости. Металлический, словно через трубу говорили.

— Магинский? — произнесли настойчивее.

Я медленно поднял пластину, не сводя взгляда с мешка.

— Пора нам с тобой встретиться и поговорить. Через три часа. «Четыре Гуся».

Стоны Дрозда на фоне ударили по ушам. Кукловод! Тот самый некромант собственной персоной.

— Магинский, нет! — последний хрип капитана оборвался, и артефакт погас.

Мешок дёрнулся сильнее, ткань натянулась. Я сжал кулаки, готовясь к атаке. Зелёное пламя вспыхнуло на руках.

Глава 11

Мешок дёрнулся снова. Руки засветились ещё ярче, сформировал несколько шариков. Что за?..

Замер, когда пришло осознание. Я тащил на спине нечто живое! Холодок пробежал между лопаток. Тварь всё это время была рядом, пока я плыл, сражался, бежал.

Ткань натянулась сильнее, и из горловины показалась… маленькая мордочка водяного медвежонка. Его мутно-белые глазки уставились на меня с любопытством. Крошечный хвост высунулся следом, оставляя на мешке влажные следы.

Убрал магию, и сразу мелькнуло облегчение. Почему-то я рад, что мелкий выжил. Но тут же в голове щёлкнуло:

— Как ты туда забрался? — шагнул к мешку, разглядывая малыша. — Когда успел?

Медвежонок склонил голову набок, словно не понимая вопроса. Его чешуйки тускло мерцали в полумраке комнаты.

«Что же мне с тобой делать? — подумал я. — Ладно, с этим потом разберусь».

А пока начал выкидывать добычу. Клыки водяного медведя со звоном раскатились по полу. За ними металлические перья птицы, тускло поблёскивая в полумраке. Следом выложил её острый раздвоенный клюв размером с мой локоть. Когти-наросты с лап, похожие на доспехи, глухо стукнули о паркет. На пол полетели шипы морозных пауков.

А где кристаллы? Те самые, что я с таким трудом срезал с мелких многоногих засранцев? Перетряхнул мешок — пусто. Медвежонок с интересом следил за моими действиями, его мордочка светилась довольством.

— Ну ты… — сжал кулак, когда понял, что произошло. — Тварь! Сожрал мои кристаллы?

В ответ малыш протопал ко мне и потёрся о ногу, словно домашняя собака. От его чешуи исходило приятное тепло. После поглощения кристаллов светящиеся отростки между пластин стали ярче.

Я собрал трофеи, стараясь не обращать внимания на довольное посапывание у ног. «Хомяк» в душе рыдал от потери ценных кристаллов… Стараясь не обращать внимания на гложущее чувство, открыл шкаф, начал раскладывать добычу по полкам.

В этот момент в дверь постучали.

— Кто? — обернулся, машинально загораживая собой медвежонка.

— Павел Александрович, это Ольга! — голос девушки звучал взволнованно.

Едва я открыл дверь, как она отпрянула назад. Её глаза расширились от ужаса, когда медвежонок протиснулся между моих ног, с любопытством принюхиваясь.

— Тварь! — взвизгнула девушка. — Монстр!

Топот сапог прокатился по коридору. Охрана среагировала мгновенно — двое вылетели из-за угла. Воздух вокруг них уже наливался силой огня и ветра.

— Стоять! — рявкнул я, закрывая собой мелкого. — Всем успокоиться.

Медвежонок тем временем уже обнюхивал подол платья Ольги. Его светящиеся отростки на спине мягко пульсировали.

— Отбой! Всё под контролем, — махнул охране. Схватил Ольгу за дрожащую руку и затащил в комнату. Закрыл дверь.

— Но… — девушка замерла, разглядывая существо. — Он такой маленький?

— Да ладно? А я и не заметил! — хмыкнул в ответ.

Ольга медленно присела на корточки, не сводя глаз с монстра. Её пальцы судорожно комкали ткань платья, но любопытство явно перевешивало страх.

— Невероятно, — прошептала девушка, наклоняясь вперёд для лучшего обзора. — Они никогда не выходят из серой зоны, пока не вырастут. Где вы его нашли?

— Вынул из медведицы, — пожал плечами, а Ольга поморщилась.

— Что? — её голос сорвался на шёпот. — Но это невозможно! Никто не знает, как размножаются монстры. Есть только теории…

— О том, что на определённом ранге это происходит? — закончил за Смирнову.

Ольга закивала, не сводя взгляда с медвежонка. Тот вдруг заглянул ей под платье и упёрся лапами в ноги, пока она сидела на корточках. Девушка замерла, даже дышать перестала.

— Он смотрит? — прошептала сдавленным голосом.

— Не знаю, — пожал плечами.

— Можете его убрать? По-жа-луй-ста! — её лицо исказилось от смущения и страха. — Мне очень неловко, что он там…

Подошёл, наклонился. Приподнял край платья, отчего Ольга резко вдохнула, и вытащил мелкого засранца. Толкнул его ногой. Медвежонок обиженно фыркнул и потопал в сторону.

— Что ты хотела? — перевёл тему, пока девушка не начала расспрашивать о деталях похода.

— А? — она моргнула, словно очнувшись. — Ах да! Готова новая партия зелий.

— Отлично, — кивнул в ответ. — Раздай нашим бойцам, что останется — на продажу. Поедете так же с Боровом и возьмите ещё людей.

Мысли невольно вернулись к Дрозду. Если получится его спасти, он точно поможет с Горбачёвым. Наверное… Других идей всё равно нет. Алхимик меня сам нашёл. Так почему бы не узнать, что я получил?

— На вот, посмотри, что принёс, — развернулся к шкафу. Краем глаза заметил, как медвежонок навострил уши.

Открыл дверцы, и Ольга невольно ахнула. Её глаза заблестели при виде добычи.

— Шипы морозного паука! — девушка протянула руку, но замерла в сантиметре от находки. — Или как его ещё называют — невидимка. Но откуда? У нас такие не встречаются.

Я невольно усмехнулся, вспоминая битву. Сначала с огромной тварью, а потом с её выводком. Мелкие, но шустрые монстры чуть не загрызли меня.

— А это… — Ольга взяла в руки раздвоенный клюв. — Металлический журавль? Копирующая птица?

— А я думал, курица! — хмыкнул в ответ.

— Что? — девушка уставилась на меня с таким изумлением, что я едва сдержал смех. — Это же редчайшее существо! Из его клюва можно сделать невероятные артефакты. А перья… — она благоговейно коснулась металлического оперения. — Они впитывают любую магию!

— Забирай, — махнул рукой. — Когда закончите, передай остальное Борову. Клыки и когти водяного медведя — тоже.

«Жаль только, что меч сломался. Хороший был», — подумал с грустью.

Девушка осторожно собрала часть трофеев, то и дело поглядывая на медвежонка. Тот развалился на моей кровати, свесив хвост.

В комнату заглянул Лампа. Его глаза жадно блеснули при виде добычи. Алхимик молча подхватил оставшиеся трофеи, и они с Ольгой исчезли за дверью. Так, с одним делом закончено.

Внутренний «хомяк» довольно урчал. Неплохой улов, несмотря на потерянные кристаллы. Я повернулся к кровати и замер. Тварь нагло забралась под одеяло, оставив снаружи только кончик светящегося хвоста.

— Что же с тобой делать? — пробормотал я.

— Господин! — появление Жоры было бесшумным, как всегда. Удивительно, но слуга, казалось, совсем не удивился виду монстра в моей кровати.

— Не хочешь мне наконец-то рассказать про рудник? — повернулся я к нему. — Что в нём такого, раз все его хотят? Уже начинают раздражать недосказанность и секреты. Хватит и того, что старик свалил кувыркаться и скинул всё дерьмо на меня.

— Ваш дедушка… — Георгий замялся. — Не мог открыть многие тайны, потому что связан клятвой. Я всего не знаю, — слуга сделал паузу, поглядывая на хвост твари. — Есть легенда, что Магинские стали сильными, потому что научились приручать монстров.

— Да там не совсем всё так вышло… — поморщился я, глядя на посапывающего медвежонка.

— Когда только ваш род сюда пришёл, серая зона была шире, — продолжил Георгий. — Магинские отвоевали территории. И, говорят, им в этом помогло их умение.

— Хорошая легенда, — кивнул я.

— Рудник здесь был ещё до вашего рода. Если Магинский в него зайдёт, то может получить эту уникальную способность. Ваши дедушка и отец… У них не получилось. Но вы! — Жора светился радостью.

Что-то мне подсказывает, вся эта легенда строится на кристалле, который дала Маргарита. Не верю я в уникальные способности рода. Блин, и показать штуковину некому! Если узнают, все захотят себе. Вон Запашный…

«А нет, случаем, у монголов такой же штуки? А, может, даже несколько? — мысли понеслись дальше. — Перевёртыши ли им были нужны?»

— Вам лучше его запереть, — произнёс слуга.

— А? — отвлёкся я. — Где?

— В подвале. Пока он маленький, это его сдержит. А потом решите, что с ним делать.

— Ты даже не предлагаешь его убить? — улыбнулся.

— Конечно, нет! — лицо Жоры стало серьёзным. — Это живое доказательство вашей силы и способностей.

— Никому ни слова! Поговори с Ольгой и Лампой, ещё с теми двумя. Узнаю, что информация просочилась… Полетят головы.

— Хорошо! — поклонился слуга.

— Подвал? Отличная идея! Хвалю.

— Спасибо, господин.

— Вот тебе и исполнять её, — усмехнулся я. — У меня дела. Не забудь за собой закрыть.

Вышел из комнаты, бросив последний взгляд на медвежонка, и направился вниз.

На улице меня встретила прохлада. Голова гудела от мыслей. Иголок нет, меча тоже. Ещё и со мной хотят поговорить… Последние встречи с куклой проходили крайне туго. А если он явится сам, получится ли справиться?

Поморщился, глядя на тёмное небо. Всё заволокло тучами. Не идти? Показать, что боюсь? Нет! Дрозд мне никто, но может быть полезен. Да и урод тот, если честно, уже достал. Деньги украл, создал кучу проблем — с ним нужно разобраться.

Мимо прошёл отряд наших бойцов. Привлечь своих людей?.. Нет, иначе они станут лишь запасными частями для куклы. А мне бойцы и тут нужны.

Значит, один. С пустыми руками? Нет, тоже не вариант. Остаётся… Рука опустилась в карман. Привычка из прошлой жизни — носить всё с собой. Нащупал две говорилки, манапыль и кристалл.

На крыльце алхимической мастерской мелькнула фигура Жоры. А почему бы и нет? Я развернулся, чтобы пойти за ним, но тут передо мной выскочил бледный, как смерть, Витас. В его расширенных глазах плескался страх.

— Павел Александрович! Это срочно! — начал мужик.

— Давай потом, — отмахнулся от него.

— Прошу вас, это касается моего задания и семьи!

Я остановился.

— Пойдёмте в мой домик, пожалуйста.

Дёрнул щекой и направился за Лейпнишем. Когда мы зашли внутрь, мужик закрыл дверь и достал конверт из жёлтой бумаги, на котором были следы крови. Положил его передо мной.

— И? — спросил я.

— Откройте, — Витас часто дышал.

Я раздвинул бумагу и обнаружил внутри завёрнутое в тряпку человеческое ухо. Судя по виду, мужское.

— Это… Это… Моего отца! — прошептал Лейпниш. — Я узнал его.

— Джунгары? — спросил я.

— Да! После того, как вы попросили присутствовать на собрании, я вернулся сюда, а тут это.

Витас протянул лист бумаги — крайне плотная и жёлтая. На ней написано… Да хрен знает, что. Тут не по-русски. Но и язык любой другой, который мне известен, не узнаю.

— И что здесь? — поднял взгляд на Витаса.

Тот проглотил и ответил:

— Я должен найти в городе монгола Отгонбаярын Батбаяра и убить его. У меня неделя, иначе моего отца пришлют по кускам.

— Дела… — выдохнул. — Кто же мог доставить это послание?

— Я не знаю.

Мужик дрожащими руками налил себе настойки и вопросительно посмотрел на меня. Когда я отказался, то он залпом выпил её.

Перебрал в мыслях все возможные варианты. Служба безопасности империи, военные, Запашный и другие роды. Слишком большая выборка. Почему-то даже не удивлюсь, что где-то среди них может быть человек джунгар. Такой же, как Витас, — подневольный.

— Ладно! — кивнул я. — Дай мне время. День-два обдумаю ситуацию, и потом решим, что делать.

— Спасибо! — поклонился Витас.

— Да ещё рано.

— Всё равно!

— Собрался и занялся делами, — произнёс я командным голосом. — Работа помогает выбросить лишние мысли из головы.

— Понял! — кивнул Лейпниш.

Я вышел из домика и направился к ангару алхимиков. По дороге перехватил Жору.

— Пойдём со мной. Ты мне понадобишься.

Слуга удивлённо приподнял бровь, но молча последовал.

Толкнул дверь ангара. Внутри царило оживление — Смирнов, Ольга и Лампа склонились над столом, разглядывая мои трофеи.

— Невероятно! Просто невероятно! — Игорь Николаевич поднял к свету шип морозного паука. Острая штуковина мерцала. — Такой чистый образец!

Лампа осторожно поворачивал металлическое перо, любуясь, как оно отражает свет.

— Господин у нас — лучший охотник! — восторженно произнёс парень, заметив меня. — Самый удачливый! Как вам удаётся добывать такие редкие экземпляры?

— Потом расскажу, — оборвал поток восхищения. — Мне нужно усиленное манапылью зелье для четвёртого ранга.

Ольга, державшая в руках раздвоенный клюв, резко повернулась:

— Вы уже Посвящённый? Но когда?

— Тогда, — дёрнул уголком губ.

— Это слишком быстро! — Смирнов нахмурился, но вдруг его брови взлетели вверх. — Вы нашли магические кристаллы? Где? Они же все принадлежат…

— Да-да! — прервал его. — Собственность императора. Вот только если бы… — достал из кармана горсть. — Одна манапыль.

— Поздравляю вас, Павел Александрович! — довольно произнёс Жора за моей спиной.

— Потом, — отмахнулся я. — Сделать сможете?

— Да, Евлампий вполне справится, — ответил за паренька Смирнов. Лампа приосанился от такой похвалы.

А я заметил, как Ольга поджала губы. Девушка отложила клюв и скрестила руки на груди:

— Тоже могу попробовать!

— Сколько нужно? — перевёл взгляд на её отца.

Смирнов задумчиво потёр подбородок:

— Четыре грамма для зелья. Лучше сделать два… Восемь, — он прищурился, считая. — И ещё десять поглотить.

Подошёл к их столу, отодвинув склянки с разноцветными жидкостями. Нашёл весы с медными чашами, высыпал всё из кармана на блюдце. Смирнов начал добавлять гирьки — одну, вторую, третью…

— Пятьдесят граммов… — у алхимика перехватило дыхание.

— Возьми сколько нужно. Остальное в бутылёк пересыпь и мне отдай.

Все трое тут же засуетились у стола. Лампа разжигал горелку, Ольга доставала реактивы, а Игорь Николаевич бережно отмерял манапыль.

— А что вам нужно от меня, господин? — тихо спросил Жора.

— Чуть потерпи, — усмехнулся я, наблюдая за работой алхимиков.

Смирнов колдовал над большой колбой, куда Ольга осторожно добавляла измельчённую манапыль. Жидкость внутри начала светиться красноватым сиянием.

— Евлампий, — позвал алхимик, — добавляй экстракт по капле.

Лампа сосредоточенно отсчитывал прозрачные капли из маленького флакона. При каждом попадании жидкость в колбе вспыхивала ярче.

— Теперь помешивай против часовой стрелки, — командовал Смирнов. — Медленнее… Ещё медленнее.

Зелье начало густеть, превращаясь в тягучую субстанцию. В ней плавали крошечные искорки, похожие на звёзды.

— Ольга, — кивнул алхимик дочери, — твоя очередь.

Девушка положила ладони на колбу. Её глаза закрылись, а губы беззвучно зашевелились. Жидкость внутри забурлила, искорки закружились быстрее.

Как только Ольга закончила, то повернулась ко мне с восторженной улыбкой. Даже голову задрала. Её руки дрожали, а на лбу выступил пот. Девушка вытерла ладони о платье и снова повернулась к столу.

Довольный Смирнов лично разлил зелье по двум бутылькам и протянул мне. Я покрутил их в руках — внутри была красноватая жидкость с мерцающими вкраплениями.

— Лучше после этого вам поспать, — посоветовал Жора.

— Твои слова да богу в уши, — открыл пробку.

Поднёс к носу. Странный сладковатый аромат. Клубника? Нет, откуда ей тут взяться? Сделал глоток.

Твою ж!.. Словно самогон в сто градусов. Лицо мгновенно вспыхнуло жаром. Смирнов протянул мне бумажку с отмеренной манапылью.

Я выпил второе зелье. Комната качнулась, пришлось ухватиться за край стола. Начал втягивать энергию из манапыли. Каналы засветились изнутри, пульсируя всё ярче.

«Может быть, хоть один переход у меня выйдет спокойным и без проблем?» — мелькнула надежда.

Источник жадно потянулся к силе. Ещё и ещё… В глазах потемнело. Вот это забористая штука! Бесформенное ядро потекло к горлу и низу живота, растекаясь по телу. А потом… Хлопок! Губы сами растянулись в довольной улыбке.

— У вас получилось! — воскликнул Лампа. — Я даже не думал, что выйдет. Ольга говорила, такие быстрые переходы очень опасны и случаются крайне редко.

Промолчал про особенности своего источника и необходимость молниеносно проскочить третий ранг. Ещё один бонус к моей уникальности, о котором лучше помалкивать.

— А теперь, Жора, — повернулся к слуге, чувствуя, как новая сила бурлит внутри, заставляя каналы пульсировать, — у нас есть дело.

— Чем могу помочь, господин? — он выпрямился, ожидая приказа.

— Используй магию! — выдохнул я.

Руки Георгия засветились белым. На коже начал потрескивать иней, формируя тонкие кристаллики льда. Холодные искры срывались с его ладоней, растворяясь в воздухе.

— Ударь ей меня! — приказал я, чувствуя, как пустая ячейка внутри жаждет заполнения.

— Что? Нет! — Георгий отступил на шаг, его глаза расширились от ужаса. — Я не могу…

— Давай! — повысил голос, делая шаг вперёд. — Мне так нужно!

— Господин, я могу вас ранить! — в голосе слуги звучало отчаяние. — Это слишком опасно.

— Хватит болтать! — поймал его взгляд. — Сделай то, что я прошу.

Источник внутри дрожал от нетерпения. На четвёртом ранге откроется возможность копировать магию третьего уровня. Мой яд станет сильнее, а к нему добавится ещё одна магия такого же уровня.

«Если я справлялся с куклой на втором ранге, сейчас должно быть проще», — мелькнула мысль. А также сюрприз… От меня ведь никто не ждёт ещё одного вида магии?

Жора, наконец, решился. Волна ледяной силы хлынула в меня, обжигая морозом каждую клетку тела. Воздух в лёгких мгновенно застыл, превращаясь в колючие кристаллы. По коже побежали узоры инея, прорисовывая причудливый узор.

Я стиснул зубы, концентрируясь на процессе копирования. Пустая ячейка внутри задрожала, словно живое существо, почуявшее добычу. Источник затрепетал, раскрываясь навстречу чужой силе.

Первая волна холода ударила в грудь ледяным тараном. Каналы протестующе сжались, пытаясь отторгнуть чуждую магию. Но я держал их открытыми, заставляя принимать силу льда.

Ощущения были… странными. Словно пытаешься проглотить кусок льда целиком. Он обжигает горло холодом, тает, растекается внутри ручейками. Мой яд заметался по каналам, будто не понимая, что происходит.

Вторая волна принесла настоящую боль. Мышцы сводило судорогой, кровь, казалось, начала кристаллизоваться в венах. Перед глазами поплыли белые пятна.

Источник жадно впитывал силу, словно губка — воду. Пустая ячейка наполнялась, как сосуд, который долго ждал своего часа. Холод больше не был чужим — он становился частью меня, сплетаясь с ядом в странном, почти завораживающем танце.

Две силы кружились внутри, как яд и лёд, жизнь и смерть. Они то сталкивались, порождая вспышки боли, то расходились, оставляя после себя странное чувство пустоты. А потом… начали сливаться.

Новая магия текла по каналам уже свободно, словно всегда была их частью. Источник довольно пульсировал, принимая дар. Я почти закончил, когда…

Краем глаза заметил движение — отростки морозных пауков на столе загорели неестественно ярким светом. Они медленно поднялись в воздух, словно повинуясь невидимой силе.

Ольга только и успела что визгнуть. Лампа бросился наперерез, пытаясь закрыть меня собой. Но светящиеся шипы просто обогнули его, как вода огибает камень. Даже Жора застыл с поднятыми руками, не успев среагировать.

Отростки ударили точно в грудь. Ровным строем, словно солдаты в атаке. В первое мгновение не было боли, только странное чувство холода, растекающегося от места удара. А потом…

Глава 12

Сознание взорвалось. Источник внутри забился, как пойманная в клетку птица. По каналам хлынула новая сила — чистая, холодная, незнакомая. Она сметала всё на своём пути, затапливая разум ледяным потоком.

Перед глазами поплыли образы. Замёрзшие леса, покрытые инеем деревья, кристальные пещеры, уходящие в бесконечность. Я видел, как рождается лёд, как растут кристаллы, как застывает само время.

Колени подогнулись, и я рухнул на пол. Тело било крупной дрожью. Две силы льда — от Жоры и от шипов паука — сплетались внутри в причудливый узор.

— Господин! — сквозь шум в ушах пробился встревоженный голос Георгия.

— Павел! — это уже Ольга. Её тёплые руки коснулись моих щёк.

Я с трудом открыл глаза. Над головой склонились встревоженные лица. А внутри… Внутри бушевала настоящая буря. Источник жадно впитывал обе силы, сплавляя их воедино.

— Павел Александрович! — Лампа метался рядом. — Это я… Всё я! Простите! Дурак! Тупой! Неумеха!

Я медленно заглянул в себя, прощупывая источник. Твою ж… Одна ячейка светилась чистой белизной, а другая — ядовитой зеленью. Стоило коснуться новой магии, как… Губы растянулись в улыбке. Неужели счастливый случай всё-таки заглянул на огонёк?

— Лампа, — позвал алхимика, пытаясь подняться. — Хватит ныть!

— Господин! — парень рухнул рядом на колени, заливая слезами мою куртку.

Жора мягко, но настойчиво отстранил его. Слуга смотрел на меня настороженно, в глазах плескались десятки вопросов. Смирнов водил руками над моим телом. Его диагностическая магия приятно покалывала каналы.

— Павел Александрович, — алхимик нахмурился, — впервые вижу, чтобы одна магия поглощала другую.

— Я тоже, — хмыкнул, напрягаясь всем телом. Не ожидал от мужика такой проницательности. Пришлось выпятить энергию яда, заглушая лёд.

— У вас очень сильная основа, — задумчиво протянул он.

Наконец, я поднялся, чувствуя на себе встревоженные взгляды. Шея затекла. Размял её, прокручивая голову. Ольга всё ещё тряслась, пальцы девушки комкали подол платья.

— С вами точно всё в порядке? — прошептала она.

— Да, — кивнул я. — Занимайтесь делами.

Развернулся и вышел из ангара. Прохладный воздух приятно освежил голову. Губы сами растягивались в довольной улыбке. Случилось настоящее чудо, иначе не назовёшь.

Источник даёт уникальную возможность копировать магии, но до седьмого ранга они всегда слабее моего уровня и только после Магистра выравниваются. А сейчас…

Эти морозные отростки паучков каким-то образом проникли прямо в источник. Магия льда внутри пульсировала силой четвёртого уровня, хотя должна быть третьей. Жаль только, яд остался на положенном месте.

— Господин, что сейчас было? — Жора шёл рядом.

Как он так умудряется тихо передвигаться? Словно вообще земли не касается. Не знал бы, что Георгий жил у Магинских много времени, подумал, что служил в очень интересном месте.

— Ничего, — вынырнул я из размышлений. — Просто предчувствие. Тогда благодаря тебе я не ушёл на второй ранг, твоя магия спасла. И сейчас мне показалось, что она снова подсобит. Результат ты видишь — четвёртый ранг, Чародей. Кстати, ничего не хочешь мне сказать?

— О чём вы? — лицо слуги стало непроницаемым.

— К примеру, о том, что после того раза с обратным кристаллом ты откатился на ранг вниз, — остановился, внимательно глядя на него.

Жора не дрогнул ни одним мускулом, только в глазах мелькнула тень.

— Как вы узнали? — в его голосе прозвучало искреннее удивление.

— Ты сейчас на каком? — ответил вопросом на вопрос.

— Не могу вам сказать, — замер слуга.

На моих губах снова заиграла улыбка. Раньше Георгий не мог — клятва крови со стариком связывала. А теперь он верен мне.

— Седьмой, — опустил голову Жора.

— Охренеть…

Выдохнул и совсем по-новому посмотрел на слугу. Вот это да! Он тут у нас самый сильный… Был Магистром стихии, а стал просто Магистром.

Внимательно вгляделся в его лицо, словно впервые видел. Следом накатило разочарование. Седьмой ранг. Ему потребуется много ресурсов, чтобы вернуться обратно, а их у меня пока нет даже на себя.

— Вот! — протянул остатки манапыли. — Используй. Может, наши алхимики помогут тебе ранг восстановить. Не знаю, получится ли у них сварить зелье восьмого уровня? Понимаю, это крохи для тебя. Но должно хватить хотя бы на поддержание штанов.

— Я не могу это принять, — возмутился слуга, но я уже пересыпал порошок в его ладонь, пока он пыхтел от возмущения.

Мысль о руднике не отпускала. Нужно разобрать завалы, там столько всего осталось… Но тут же осёкся. Вопрос с Зубаровыми пока нельзя решить.

Краем глаза заметил, как Георгий бережно прячет манапыль. Может, взять его с собой на встречу с некромантом?

— Жора… — дождался, пока он закончит возиться с карманом. — А ты не хочешь прогуляться? Может быть, сразиться?

— Сделаю, что прикажете, — его голос прозвучал ровно.

— Не… Давай вот без этого, — поморщился в ответ. — Всё понимаю, просто то, куда я пойду… Там будет жарко. Во всяком случае, я так думаю.

— Господин, — Жора посмотрел мне прямо в глаза, — вы мой хозяин. Как прикажете, так и поступлю.

Соблазн использовать его силу был огромным. Но если что-то пойдёт не так? Готов ли я его потерять? Нет! Да и в серьёзном бою придётся использовать обе магии…

Хоть Георгий и предан мне, пока я не готов раскрывать свой главный секрет. Всю прошлую жизнь держал его при себе. Делал всё аккуратно, маскировался, прятался. Сложно это побороть.

— Если вы хотите узнать о моих желаниях, — вдруг тон слуги изменился, став почти наставническим, — я надеюсь застать продолжение рода Магинских. У вас есть две…

— Стоп! — поднял руку. — Вот только не начинай, и других проблем сейчас хватает. Не знаю, за какую браться. Ты сам видел.

— Просто… — Жора говорил теперь совсем как заботливый отец. — Павел Александрович, будьте осторожны. У нашего рода остались только вы да…

— Кто? — тут же подался вперёд.

— Простите, есть секреты, которые не могу раскрыть, — пожал плечами слуга. — Лишь надеюсь, что они вас обойдут.

Мужик медленно побрёл дальше. Я остановился у ринга, где не так давно дрался с Димой. В голове крутился вопрос: «Случайно ли джунгары и монголы активизировались одновременно?»

— Боря! — окликнул водителя. — Готовь машину.

Мужик метнулся к транспорту. Я поморщился, ощупывая пустые карманы — без иголок «чудо-ёжика» и меча чувствую себя голым. Надо срочно обзавестись артефактами или чем-то полезным. Может, Боров с алхимиками что придумают? Пусть и немного, но трофеев я принёс.

«Чёрт! — опомнился, глянув на домик. — Совсем забыл про близнецов». То, что я задумывал в руднике, не вышло. Сначала перевёртыши, потом монголы…

Выдохнул. Открыл дверь машины. Кожаное сиденье скрипнуло под моим весом. Гравий брызнул из-под колёс, когда мы тронулись. А за окном сумерки уже окутывали природу синей дымкой.

— Куда? — Боря крутанул руль.

— К «Четырём Гусям». Рюмочная такая, — подавил зевок. — Близко не подъезжай, где-нибудь рядом встанешь.

Водитель вопросительно взглянул на меня и тряхнул пачкой сигарет.

— Кури на здоровье, — закрыл он глаза.

Сон навалился предательски быстро, но даже в дрёме мозг продолжал работать. Выстраивал приоритеты, связывал события, искал решения. Я дёрнулся и пришёл в себя, когда мотор заглох. Свет фонарей ударил по глазам.

— Приехали, — буркнул Боря.

Часы показывали, что до встречи ещё час. Рюмочная… Странный выбор для такого разговора — слишком людно. Что же задумал этот некромант?

— Жди меня, — бросил водителю и открыл дверь машины.

Улица гудела, как улей. Толпа подхватила меня и понесла. Я слился с потоком, оглядываясь по сторонам. Приблизился к «Четырём Гусям». Выглянул из-за переулка.

За столиками у рюмочной сидели люди: одни — с пенным пивом и вяленой рыбой, другие — с вином. Самые стойкие уже опрокидывали рюмки водки.

На всякий случай прощупал пространство источником. Никаких следов активной магии. Значит, артефактов поблизости нет. Осмотрел узкую улочку: для боя не годится. Если тень снова начнёт скакать через пространство, здесь не развернёшься.

Двинулся вдоль стены, изучая каждый закоулок, каждый проход. Где принять битву, куда отступать в случае чего? В одном из переулков заметил пожарную лестницу, уходящую под крышу трёхэтажного дома.

— А ты можешь пригодиться, — пробормотал, прикидывая углы обзора.

В памяти всплыл последний бой с куклой — её рваные движения, молниеносные атаки, жуткие прыжки через пространство. В этот раз нельзя позволить заманить себя в пространственный карман. Нужно держать дистанцию и…

Я остановился у перекрёстка. Здесь светло, да и места хватает. Драться лучше всего тут. А уйти можно по той пожарной лестнице в случае, если ситуация станет патовой.

Вернулся к рюмочной, по пути отмечая все фонари. Официантка как раз зажгла лампы над столиками, создавая уютный полумрак. Слишком уютный…

Прошёл мимо веранды здания напротив, разглядывая публику. Обычные работяги после смены, парочки за вином, компании студентов. Никто не выделяется, не следит исподтишка. Но в этом и проблема — в такой толпе кукла может затеряться, подобраться незаметно.

Старинные часы на башне пробили половину. До встречи осталось тридцать минут. Рука сама потянулась к карману, нащупывая кристалл. Он пульсировал в такт сердцу, словно живое существо, отзываясь теплом на прикосновение.

И вдруг со стороны веранды донёсся взрыв хохота. Я вздрогнул и обвернулся. За угловым столиком шумела компания. Молодые парни в расстёгнутых пиджаках размахивали руками, чокаясь стаканами. Осколки льда звенели о стекло, пена стекала по запотевшим кружкам. Обычный вечер, обычные люди…

— Извините, — пьяный мужик в помятом костюме едва не впечатался в меня. Его шатало, галстук съехал набок. — Я это… перебрал малость.

Быстро просканировал его источником — ни следа магии. Простой работяга после смены. Я перестал тратить энергию на проверку, ведь нужно экономить силы.

Слишком много свидетелей. Придётся уводить бой отсюда, иначе оставлю за собой вереницу трупов. В этот момент позади мелькнула тень. Я успел усилить спину льдом, но к горлу уже прижалось что-то металлическое. По коже растёкся жар чужой огненной магии.

— С вами хотят поговорить, — шепнули мне на ухо. В голосе отчётливо слышался акцент.

— Занят немного, — ответил я, не поворачиваясь. Краем глаза заметил, как официантка уронила поднос, увидев нас.

— Лучше выполнить просьбу, пока она вежливая, — бросил кто-то небрежно.

Новые игроки? Только этого не хватало…

— Идите! — толчок в спину заставил шагнуть вперёд.

Клинок убрали, но магия осталась. Я уже встречал такие артефакты — метка на коже, которая активируется по желанию владельца. Очень неприятная штука.

Лёд мог бы помочь, заморозив ткани вокруг метки, но это значит получить рану перед встречей с некромантом. Я дёрнул щекой, сдерживаясь. Как же хотелось просто начать раскидывать этих уродов…

Впереди маячил чёрный силуэт автомобиля. Длиннее и шире моего. Свежая полировка поблёскивала в свете фонарей, хромированные детали отражали блики. Машина явно не местная.

Я распахнул дверцу по настойчивой «просьбе» того, кто стоял за спиной. В полумраке салона различил силуэт мужчины. Длинные пальцы с зажатой сигаретой, струйка дыма поднимается к потолку. Тонкое холёное лицо с острыми скулами, словно вырезанное из слоновой кости. Шёлковый костюм мерцает в отблесках уличных фонарей. Монгол-дипломат сидел, закинув ногу на ногу, излучая спокойствие и властность.

— Павел Александрович! — улыбнулся он. — Присаживайтесь.

Я опустился на кожаное сиденье напротив. Салон поражал роскошью: полированное дерево панелей, хрустальные плафоны, встроенный бар. Пахло дорогим табаком и кожей.

— Отгонбаярын Батбаяр, если не ошибаюсь? — намеренно исковеркал имя. — Чем обязан?

Монгол опустил тонированное стекло и бросил несколько слов сопровождающему. Момент! Я сформировал крошечный шарик яда, метнул в того урода. Магия почти достигла цели, но вспыхнула огненная плёнка. Засранец среагировал. Мой яд увяз в ней, хотя часть силы всё же просочилась.

Мужик согнулся в приступе кашля.

— Не люблю, когда мне угрожают, — процедил он холодно.

Убить не вышло. Передо мной явно не слабак, но несколько часов приятных ощущений в теле ему обеспечены.

— Уважаемый Павел Александрович, — монгол стряхнул пепел в хрустальную пепельницу, — я просто хочу поговорить.

Странно… Джунгары пытаются убить его руками Витаса, а их дипломат жаждет беседы?

— Я весь внимание, — откинулся на спинку. — У меня ещё есть пять минут.

— Скажите, это вы? — он протянул сложенный вчетверо лист.

Развернул бумагу. Карандашный портрет, выполненный уверенной рукой. Каждая черта прорисована с фотографической точностью, даже шрам не забыли. Откуда у них моё изображение?

— Похож, — кивнул я, разглядывая рисунок.

— Можете оставить себе, — Батбаяр выпустил струйку дыма. — У вас есть кое-что, принадлежащее моей стране.

— Да? — удивлённо вскинул брови. — Что-то не припомню ничего такого.

— Давайте не будем играть? — монгол наклонился вперёд, в его дыхании смешивался запах табака и чего-то пряного.

Источник внутри меня дрогнул, ощутив силу чужака. Даже не знаю, кто сильнее — он или Жора. Страха не было. Есть чем удивить в случае чего.

— А вы говорите загадками, — откинулся на спинку.

— Девушки, — его глаза блеснули в полумраке. — Две прекрасные принцессы. Сёстры.

— Это вам в публичный дом, — хмыкнул я. — Там разные есть, на любой вкус.

Волна чужой магии хлестнула по салону. Монгол тут же взял себя в руки, но я успел почувствовать его ярость.

— Я говорю о Цэцэг и Сарангэрэл, — процедил он сквозь зубы.

— Впервые слышу.

— Даже так? — Батбаяр удивлённо приподнял бровь. — Возможно, они использовали имена Маргарита и Симона.

— Перевёртыши? — оскалился, не сводя с него глаз.

— Так вы видели этих прелестных созданий? — улыбка монгола стала хищной. — Они собственность моей страны.

— А что делают тут? — спросил, хотя знал, что ответа не получу.

— У вас два дня, чтобы мне их вернуть, — дипломат стряхнул пепел. — Та скромная вылазка была лишь посланием, что нельзя забирать наше.

— Ищите! — пожал плечами.

— Уже нашли. Много лет назад они сбежали и спрятались у вас в роду. За эту доброту мы отплатим. Сто тысяч ваших денег вас устроит? Но девушкам пора возвращаться домой.

— У меня их нет.

— Вы лжёте! — в его голосе прорезалась сталь. — Наши люди видели обеих в пещере с вами.

Значит, тот урод, которого унёс воздушный змей, жив?

— Послушайте мой совет. Просто верните их, и я дам вам ещё столько же. Мы умеем быть благодарными… как и мстительными.

— Не боитесь угрожать земельному аристократу в другой стране?

— Я пока ещё не угрожаю, — он выпустил струю дыма. — А насчёт ваших властей… Мне ничего не будет. Я дипломат.

— Ваше проникновение не пройдёт бесследно!

— Разве? — Батбаяр рассмеялся, обнажая белоснежные зубы.

— Время вышло! — толкнул я дверь.

Выбрался из машины. Урод, который меня сюда привёл, ещё отплёвывался от яда, что проник в его тело. Напоследок я толкнул его корпусом.

Направился к рюмочной. Голова гудела от вопросов, но я заставил себя успокоиться. Что-то знатное намечается…

Занял столик. Заказал воды, хотя официантка удивлённо подняла брови

— Здесь обычно пьют что-то покрепче. — сказала она.

— Только воды, — положил на стол сто рублей.

Девушка воровато схватила их и запихнула себе в бюстгальтер. Оглянулась по сторонам и ушла.

Время же текло медленно. Я сканировал пространство, проверяя каждого посетителя. Но ничего подозрительного.

Часы пробили условленное время. Источник внутри застучал чаще, готовясь к возможной схватке.

Минута. Вторая. Пять. Десять… Играет со мной? Хочет, чтобы я расслабился, потерял бдительность?..

Официантка принесла ещё воды, звякнув стаканом о поднос. Я уже собирался встать, когда за спиной раздался знакомый голос:

— Павел Александрович! Простите за задержку. Торопился со всех ног. Но вы и сами понимаете…

Медленно обернулся. Ко мне через веранду шёл Сергей — слуга Запашного. Его лысина поблёскивала в свете ламп, на бледном лице играла привычная услужливая улыбка.

Глава 13

Я разглядывал слугу Запашного, пытаясь уложить в голове происходящее. Преданная тварь своего хозяина, что он забыл здесь в такое время? А если… В висках застучало от внезапной догадки: «Вдруг он и есть некромант?»

Но тут же отмёл эту мысль. Сильный маг такого уровня не станет прислуживать ставленнику императора — какой в этом смысл? Да и тогда, когда вёз меня, мог легко убить. Нет, та битва с тенью и смерть слуги были лишь иллюзией. Вот только некромант сам назначил встречу здесь и сейчас…

Сергей приблизился, растянув губы в привычной угодливой улыбке. Но что-то в нём было не так. Когда он опустился на стул напротив, его движения показались слишком… механическими? На мгновение по лицу слуги пробежала тень страха, и я понял: передо мной марионетка.

— Павел Александрович, — голос Сергея дрожал. — Вы не поверите, меня схватила тварь. Сильная. Очень, — его глаза расширились от ужаса при воспоминании. — Такой мощи я никогда не встречал. Его магия… Она невероятна. Способности выше всего, что можно представить.

Я внимательно следил за слугой, не прекращая сканировать пространство источником. Что-то в его поведении царапало взгляд — восхищение в голосе, когда говорил о некроманте, плохо вязалось с показным страхом.

— Чего он хотел? — решил подыграть, хоть пока и не понимаю правила игры.

— У этого… опасного человека, — Сергей промокнул лысину платком, — к вам почти нет претензий.

— Почти? — приподнял я бровь.

— Да. Вы поломали его игрушку, — слуга сглотнул. — А он очень ценит творения своих рук. Очень, — последнее слово прозвучало с каким-то странным придыханием. — Обычно за такое готов разорвать любого. Но сейчас есть то, что он может вам предложить, а вы — ему.

Очень хотелось послать Сергея куда подальше, но я сдержался. Всё же нужно дослушать до конца.

— Внимательно… — процедил сквозь зубы.

— Помните, я лишь посланник, которым управляют и которого схватили, — его пальцы начали отбивать нервный ритм по столу. — Многие слова даже не принадлежат мне.

— Давай уже, говори!

— Вы… Вы… — слуга побледнел ещё сильнее, пот катился по его лбу, слова застревали в горле. — Должны избавиться от ставленника императора!

Выпалил и весь съёжился, словно ожидая удара. Его руки дрожали, когда он снова потянулся к платку.

— Что? — изобразил я удивление, хотя внутри всё напряглось.

— То, что услышали, — продолжил Сергей чуть увереннее.

— И зачем мне это делать? — положил я руки на стол, краем глаза отмечая, как дёрнулся слуга.

— Запашный пытался уничтожить ваш род, вашего деда, — слова полились потоком. — При его попустительстве погиб ваш отец. Все страдания Магинских — из-за него самого и и его желания получить все земли под Енисейском.

— Правда? — поднял брови. — Невероятно…

— Павел Александрович, может, хватит? — в голосе Сергея прорезались злые нотки, совсем не вяжущиеся с его испуганным видом.

— Мои отношения, претензии никого не касаются, — отхлебнул воды. — И я так и не услышал, зачем мне всё это.

— За вашу помощь в данном вопросе, — лысина слуги заблестела ярче от пота, — вы получите живого Дрозда. Насколько он знает, капитан вам нужен для решения других проблем, — его глаза вдруг стали пустыми. — Но это ещё не всё. Кроме того, вам дадут десять магических кристаллов.

— Как щедро, — покивал с сарказмом. — Пойти против императора? Стать предателем? Пожалуй, я…

— Решайте сами! — Сергей пожал плечами таким механическим движением, что сомнений не осталось: им управляют. — Тот, кто меня послал, поможет вам и с другими вопросами. Зубаровы и остальные роды… Их главы могут исчезнуть в один день, а собственность на рудник и другие земли перейдут к вам. Вы станете родом, которому принадлежат все территории под Енисейском. Фигурой, с которой придётся считаться даже императору, — он сделал паузу. — Думайте, с вами ещё свяжутся.

Слуга поднялся, двигаясь, как марионетка на нитях, и пошёл прочь. В его походке не осталось ничего человеческого.

Я смотрел вслед уходящему Сергею. У самого выхода с веранды он вдруг споткнулся, замер на мгновение, будто прислушиваясь к чему-то, и исчез в темноте.

— Не желаете ли чего-то покрепче? — раздался женский голос.

Поднял глаза на официантку. Молоденькая, лет двадцати, с растрёпанной косой и раскрасневшимся от беготни лицом. Её передник был заляпан пивной пеной, а в кармане торчал блокнот с загнутыми углами.

— Да, — кивнул я. — Не откажусь.

Она упорхнула, на ходу отмахиваясь от призывов других посетителей. Какой-то пьяный работяга пытался ухватить её за подол, но девушка ловко увернулась.

А я продолжал держать источник активным, ожидая нападения. Сила медленно утекала, но расслабляться нельзя. Невольно улыбнулся. Кто бы мог подумать, что в этой дыре, как все её называют, будут твориться такие страсти?..

На стол опустился пузатый графин с коньяком — янтарная жидкость маслянисто блеснула в свете ламп. Рядом пристроилась стопка с толстым дном. На тарелке сиротливо примостились ломтик лимона, уже начавший подсыхать, и неровно отломанный кусок шоколада.

Налил в стопку на два пальца, поднёс к носу. Аромат был правильный — пряный, с нотками дуба и ванили, никаких посторонних запахов. Опрокинул в себя, чувствуя, как жидкий огонь прокатывается по горлу.

Что же у нас выходит? Монголы жаждут вернуть перевёртышей, каким-то образом связанных с моим родом. Устроили целое вторжение, положили людей — и всё ради двух девушек?

Плеснул ещё коньяка, разглядывая янтарные блики в стопке.

Важный дипломат готов платить за Маргариту и Симону целое состояние. Но ведь у них наверняка десятки, если не сотни подобных созданий. Почему именно эти две так важны?

Язычок пламени на свече качнулся от сквозняка. За соседним столиком громко рассмеялись. А мои мысли уже перетекли к Витасу: «Джунгары требуют убить того монгола… Какая между ними связь? — сделал глоток. — В целом плевать на дипломата… Он из другой страны и явно приложил руку к нападению. Вот только Лейпниш не потянет этого засранца, слишком силён».

Я ощутил его магию — не чета Витасу. Но выбора мужику не оставили… А значит, пришлют отца по кускам.

И тут ещё некромант, словно чёрт из табакерки… Пальцы стиснули стопку сильнее. Он объявился в городе, начал методично убивать императорских аристократов, привлёк внимание. А теперь хочет моими руками избавиться от Запашного. Почему сам этого не сделает?

Я замер, когда в голову пришла догадка. Ментальная магия! Должно быть, не может пробиться через защиту ставленника императора. Это бы всё объяснило.

Щёлкнул пальцами, подзывая официантку за новой порцией.

Всю эту странную картину дополняет желание Службы безопасности империи и ставленника замять историю с проникновением монголов.

Неудивительно, что дипломат так уверен в своей безнаказанности. А сверху ещё попытка остановить мои претензии к другим родам. Да и обратный кристалл забрали.

На губах заиграла улыбка. Такая, от которой официантка чуть не выронила графин. Вот они — настоящие интриги и хитросплетения. Прямо как в прошлой жизни. Разница лишь в том, что у меня почти нет ресурсов и информации. Значит, с этого и начнём.

Я опрокинул последнюю стопку залпом. Положил деньги на стол, добавив щедрые чаевые, ведь девчонка старалась. Поднялся, чувствуя приятное тепло внутри.

Шёл по улицам, не прекращая сканировать пространство источником. Лунный свет серебрил булыжники мостовой, тени от фонарей складывались в причудливые узоры. Я двигался намеченным маршрутом, который прикинул для боя с куклой или некромантом.

В душе кольнуло лёгкое разочарование — всё-таки хотелось проверить новую магию в деле. Да что уж там, увидеть, как лёд четвёртого ранга работает в сочетании с ядом. Должно получиться нечто особенное…

Подошёл к машине и не обнаружил водителя. Открыл дверь, заглянул внутрь. Может, Боря решил покемарить, пока я общался с важными персонами? Но салон встретил пустотой, а в нос ударил запах табака. Выходит, он был здесь недавно и курил.

Крутанулся на месте, прощупывая пространство источником. И тут заметил в переулке тёмную фигуру. Рванул туда, на ходу узнавая знакомые черты, — Боря лежал у стены, сжавшись в комок.

— Господин, — застонал водитель, когда я опустился рядом. — Простите!

— Тише, — быстро осмотрел его. Левой руки не хватало выше локтя.

Я поджал губы, помогая мужику подняться. Кровь толчками вытекала из обрубка. Пошарил по карманам: твою ж мать, ни одного зелья! Осмотрел повреждения на теле водителя. Кто-то «милосердно» оставил рукав от забранной руки, обмотанный вокруг раны.

Я дотащил Бориса до машины, уложил на заднее сиденье. Он держался молодцом — ни стона, только тяжёлое дыхание. Снял ремень с брюк, перетянул его рану потуже. Глянул на водительское место и чертыхнулся. Вот ведь… Водить я не умею! В прошлой жизни просил об этом, но мне не позволили. Зачем монарху такой «бесполезный» навык?

— Боря! — позвал тихонько. — Сфокусируйся, будешь давать советы.

— Поверните ключ зажигания, — голос водителя звучал тихо, но твёрдо.

Я сделал, как велено. Машина издала утробный рык и… заглохла, дёрнувшись так, что мы чуть не пробили головами крышу.

— Простите, — Боря даже улыбнулся сквозь боль. — Педаль левая, выжмите её полностью. И дёрните коробку, поставьте на нейтралку.

Так… Есть! Завёл! Маленькая победа.

— Будет непросто словами объяснить принцип переключения передач, — водитель поморщился.

— А ты попробуй, — повернулся к нему. — У нас всё равно выбора нет.

Я положил руки на руль, внимательно слушая инструкции. Ничего сложного — следить за оборотами, слушать двигатель. При переключении выжимать сцепление, бросать газ, потом снова его давить, но плавно. Ах да, ещё тормозить и не забывать про сцепление…

— А назад как ехать? — спросил я, разглядывая загадочные символы на ручке.

— Там на коробке нарисовано, — Боря скривился от боли.

Ну, поехали! Сделал всё по инструкции. Для начала назад… Ба-бах! Въехал в чью-то машину.

— Чёрт! — вырвался сдавленный стон водителя.

— Не нужно было так близко ставить, — пробормотал я, успокаивая себя и пытаясь понять, куда делась педаль сцепления.

А какие у нас ещё варианты? Мужик с одной рукой вести не сможет. Оставаться тут? Нет! Искать кого-то? Тоже нет. Да и самому давно хотелось попробовать…

Пока выезжали из города, я взмок так, словно пробежал марафон. Поглядывал на Борю — как бы не отключился. Хотя, судя по его выпученным глазам и мёртвой хватке за сиденье здоровой рукой, он даже о ранах временно забыл. Особенно когда я путал педали.

— Перекрёсток! — хрипло выдохнул водитель, вжимаясь в спинку.

— Вижу, — уверенно кивнул, выворачивая руль и случайно задев какой-то столб.

— Правила! — взвыл Боря.

— Какие правила ночью? — философски заметил я, объезжая телегу по встречной полосе.

— Выехали! — облегчённо простонал он, когда город остался позади.

— А ты говорил, что сложно, — подмигнул я в зеркало, игнорируя дрожащие руки и пот, заливающий глаза.

На трассе решил проверить возможности машины.

— Нет! Стойте! — заорал Боря, когда я начал обгон телеги. — Мать моя женщина… Там же поворот!

— Всё под контролем, — улыбнулся, выкручивая руль.

— Господин! Павел Александрович, тормозите! — снова взвыл водитель. — Впереди… А, нет, уже проскочили.

Машину занесло, но я удержал — спасибо рефлексам. До особняка оставалось немного. Боря уже начал отключаться — потеря крови давала о себе знать. Чтобы держать его в сознании, решил чуть поддать газку на поворотах.

— Мы все умрём… — бормотал он, вцепившись в сиденье. — Нет, уже умерли… Это посмертие…

Наконец, я остановился у домиков бойцов, лихо развернувшись прямо на газоне. Не то чтобы специально, просто забыл, с какой стороны тормоз. Открыл дверь и гордо вышел, стараясь не показывать, как трясутся колени. Витас, заметив, кто за рулём, на секунду застыл с отвисшей челюстью, а потом рванул к нам.

Вдвоём мы помогли выбраться Боре. Как только водителя поставили на землю, его тут же скрутило. Кажется, мой стиль вождения впечатлил даже желудок бедолаги.

— Что случилось? — Лейпниш переводил встревоженный взгляд с окровавленного водителя на помятый бампер.

Наши люди уже подхватили Борю под руки. Один флакон вылили на рану, второй — в горло. Мужик наконец-то расслабился, перестав шептать молитвы.

— Много всего, — дёрнул я щекой, вспоминая столбы и заборы, которые пострадали по дороге.

— С вами всё в порядке? — Витас внимательно осмотрел меня.

— Да, — кивнул. — Через десять минут приходи в кабинет.

Направился к особняку, прокручивая в голове разговор с Борей. Он не видел нападавшего. Ублюдок просто выдернул водителя из машины и одним движением лишил руки. Чисто, профессионально…

Кстати, чуть не забыл. Тот, кто это сделал, просил передать: «Лучше принять предложение, иначе количество людей в роду сильно уменьшится». Некромант, тварь! Решили простимулировать? Хорошо, я всё понял…

В особняке столкнулся с Жорой. Слуга выглядел слегка взволнованным. Надо же, я научился различать эмоции на его каменном лице и в сухом тоне.

— С вами очень хочет поговорить госпожа… — начал Георгий.

— Меня нет, — оборвал его. — Так и передай. Нападение монголов, её отец на допросе. Сейчас не до бесед.

— Я вас понял, господин! — поклонился Жора. — Вы что-то хотите?

— Есть! — вспомнил я. — Мясо и много! Ещё женщин красивых в постель и пару суток отдыха.

— У вас же… — снова начал свою песню слуга.

— Не, — покачал я головой. — Еды принеси. А всё остальное — это так, мечты вслух.

Поднялся по лестнице и открыл дверь своей комнаты. Голова уже собирала все события в единую картину, словно кусочки мозаики. Значит, поиграть со мной решили? Что ж, посмотрим…

Сбросил одежду, но кристалл и говорилки забрал с собой. В этот раз позволил себе роскошь — набрал полную ванну горячей воды. После всего, что случилось, я заслужил небольшой отдых.

Погрузился в воду, положил влажное горячее полотенце на лицо. Мышцы медленно расслаблялись, отпуская накопившееся напряжение. На короткий миг показалось, что все проблемы исчезли.

Вода медленно остывала, но вылезать не хотелось. В кои-то веки можно позволить себе просто полежать, ни о чём не думая. Хотя… Кого я обманываю? Разум уже выстраивал планы, просчитывал варианты, искал решения.

В дверь постучали — наверняка Жора с едой. Пора возвращаться к делам, но ещё минутку…

Снова удар. Идиллия закончилась. Я вылез из воды, завернулся в халат, на ходу кинул в карман кристалл и говорилки. Открыл дверь в комнату.

На пороге стояли Витас и Ольга. Кивнул, чтобы проходили. Девушка светилась счастьем, а вот Лейпниш напряжён — понимает, для какого разговора я его позвал.

Тут же за ними появилась служанка с подносом. Она проскользнула и поклонилась мне. Еду расположили на столе, а я занял место.

— Приятного аппетита, господин! — пискнула девушка и удалилась из моей комнаты.

— Вы не против, что я на ходу буду есть? — спросил я и, не дожидаясь ответа, приступил.

Взял вилку и нож. Стоило надрезать кусок мяса, как сок тут же выступил и потёк рядом в картофельное пюре. Желудок заурчал, во рту проступила слюна. Проглотил. Кажется, что у меня перед глазами взорвались фейерверки.

Запил квасом, откусил большой кусок хлеба. Витас и Ольга всё это время молчали и просто наблюдали за мной. Как только я съел половину от принесённого, остановился.

— Говорите, — махнул рукой.

— Павел, — начала Ольга. — Мы кое-что сделали из всего того, что вы принесли.

На лице девушки сверкнула улыбка. Судя по тому, как она дрожит, — ещё сдерживает себя.

— Боров тоже принёс нам то, что у него получилось, — сжала она кулачки. — Вы даже не представляете, это… Мы превзошли сами себя!

Я остановился. Оружие, артефакты, зелья очень мне сейчас нужны. Сдержал желание вскочить и бежать смотреть новые «игрушки», хотя очень хотелось.

— Молодцы, — спокойно ответил я. — Скоро буду, похвастаетесь.

— Мы вас ждали, Павел. Хорошо, приходите, — Ольга поклонилась и вышла.

Вот снова! Называет меня по имени. Хочет показать, что наши «отношения» изменились? Ладно.

Дверь закрылась, и Витас чуть расслабился.

— Господин! — устало выдохнул он.

— Я тут думал насчёт требования джунгар, — отвлёкся от еды и поднял взгляд.

Лейпниш при одном только упоминании начал бледнеть. А глаза такие… Как у собаки — преданные. Словно у меня есть ответы на все его вопросы.

— И что вы решили? — наконец спросил Витас после затянувшейся паузы.

— Думаю, тебе нужно согласиться на их условия, — пожал плечами.

— Убить монгола Отгонбаярын Батбаяра? — проглотил мужик.

— Да! — кивнул в ответ. — Но у меня есть несколько мыслей, как это сделать правильно.

— Я вас слушаю, — Лейпниш сел на стул напротив.

Глава 14

Особняк Запашного. Ночь

Семён Владимирович ворочался в постели, а сон всё не шёл. Недавнее сообщение от императора не давало ему покоя: «Скоро нападут монголы на границе Енисейска — ничего не делать. Отгонбаярын Батбаяру оказать всяческую поддержку и защиту. Не дать информации проникнуть дальше губернии».

Запашный поморщился, вспоминая витиеватый почерк монарха. Вроде ничего нового. Политические альянсы возникают и рвутся постоянно. Но почему сейчас, когда он так близок к завершению своего плана?..

Мужчина сбросил шёлковое одеяло и сел на кровати. Босые ноги коснулись холодного пола, заставив поёжиться. Он нашарил стопами тапки и побрёл к окну.

Пятнадцать лет назад, когда впервые узнал об этих землях, всё казалось проще. Случайно подслушанный разговор двух старых геологов в столичной таверне. Они спорили о странных аномалиях вблизи серой зоны под Енисейском. Запашный тогда насторожился: описание очень походило на признаки крупного месторождения магических кристаллов.

Он усмехнулся, глядя в темноту за окном, вспоминая судьбоносное событие. Император удивился, когда его верный слуга попросился в эту дыру на краю империи. Но согласился — кому, как не проверенному человеку, присматривать за неспокойным регионом?

А Семён Владимирович начал действовать. Годами прощупывал почву, исследовал земли здешних родов под видом проверок. Разведчики изучили много мест, и о том, что они обнаружили, знает только Запашный. Ведь свидетели мертвы.

Нужно было только подкупить роды, оказать поддержку, и Зубаровы, Требуховы… Все остальные охотно пустили его на свои территории. Идиоты даже не подозревают, на каком богатстве сидят. А Запашный сделал всё, чтобы они не узнали.

Только Магинские со своим открытым рудником мешали. Пришлось подтолкнуть Зубаровых отобрать месторождение у Ярослава. Старик слишком глубоко копал, мог найти то, чего не должен был…

Запашный подошёл к графину с водой, налил себе стакан. Руки слегка подрагивали. От предвкушения или от ночной прохлады? План был прост и изящен: стать наследным земельным аристократом. Избавиться от старой аристократии тут. Объединить и забрать все эти земли себе.

Тогда не только связь с императором сделает его сильным, но и появится настоящая независимость. А уж он-то знает, как распорядиться кристаллами… Не обязательно всё отправлять в столицу.

Это было ещё одной причиной стать ставленником императора здесь, в Енисейске. Узнать изнутри, как работает система. Найти её слабые места и использовать в свою пользу. За годы службы он досконально изучил все схемы добычи и сбыта магических кристаллов.

Кому и за сколько продавать, как обходить законы. Даже прикинул, кого поставит на место императорского ставленника после себя — найдётся немало желающих. А уж с таким-то богатством под землёй он легко справится с любым преемником.

Возможно, со временем и весь Енисейск перейдёт под его руку. Плевать, что это дыра на самой периферии империи. С такими залежами кристаллов можно создать здесь настоящую силу, да чего уж там — государство в государстве! Тут же две страны под боком.

Он отхлебнул воды, поморщился. Служба безопасности империи уже остановила все донесения императору о случившемся и его причастности к событиям. С Горбачёвым удалось договориться легко. Лейтенант оказался типичным карьеристом с раздутым самомнением. Его так задело неуважение какого-то сопляка-Магинского… А когда служивый узнал про обратный кристалл, и вовсе забыл о своём долге.

Что именно приказал службе император, Семён Владимирович не знал, да это и неважно. Сейчас главное — сохранить стабильность. Все заслуги Запашный, конечно же, запишет на свой счёт. А пострадавшие роды будут сидеть тише воды, ниже травы.

— Монголы? — прошептал ставленник императора, глядя в ночную тьму за окном. — Как же вы вовремя!

Отличная возможность ускорить задуманное. Когда он избавится от всех неугодных, никто и слова не скажет. Ещё бы — земельные аристократы не справляются со своими обязанностями. Точнее, скоро не смогут…

На губах повытчика заиграла хищная улыбка, но тут же померкла. Живучий мальчишка Магинский — как заноза в боку. Убрать его через Елизавету не вышло — девка куда-то пропала, ни следа не осталось. Даже ментальная магия не помогла его сломить.

— Тварь живучая! — процедил он сквозь зубы. — Но ничего…

Главное — не дать ему вернуть земли. С новым приказом императора дуэли между Магинским и Зубаровыми не будет. А Горбачёв ещё и заставил мальчишку поумерить пыл.

Каждый день Запашный испытывал бессильную ярость, вспоминая, как ни ему, ни Сергею не удалось убить или подчинить Павла. Даже обратный кристалл не сработал, хотя водитель доложил, что мальчишка его использовал. Как такое возможно?

Признавать силу Магинского или то, что он действительно интересный противник, Семён Владимирович не желал. Зачем тратить мысли на человека, который скоро умрёт? В жизни Запашного было немало подобных — умных, сильных, амбициозных. И где они все? Гниют в земле! Каждый думал, что сможет бросить вызов ставленнику императора. Наивные идиоты…

Запашный потянулся, подавляя зевок. Наконец-то навалилась сонливость. Он забрался обратно в тёплую постель, натянул одеяло до подбородка. Завтра позовёт кого-нибудь, чтобы развеять дурное настроение.

А ещё… Губы растянулись в довольной улыбке. Один человек из столицы уже согласился приехать. Профессиональный убийца, способный справиться даже с Магистром. А Магинский, будь он хоть на третьем уровне, хоть на четвёртом… Какая разница? Мальчишке всё равно конец.

И как только Павел исчезнет, можно будет заняться остальными родами. Всё сложилось идеально: монголы, приказ императора, СБИ на его стороне.

Семён Владимирович повернулся на бок, устраиваясь поудобнее. В полудрёме перед глазами проплывали картины будущего. Он — наследный аристократ, властитель огромных земель и несметных богатств… Губы дрогнули в последней улыбке, прежде чем сон окончательно завладел им.

* * *

Сергей, слуга Запашного, у себя в комнате

Лысый мужчина склонился на одно колено перед другим — тем, кто сидел в кресле. Длинный капюшон плаща скрывал его лицо.

— Хозяин! — произнёс слуга. — Я сделал, как вы просили.

— Смеёшься? — прозвучал грубый голос. — Я тобой управлял.

— Моё тело служит вам, — ещё ниже опустил голову Сергей.

— Ты показал ему, что будет, если он не сделает то, что я хочу? — мужчина закинул ногу на ногу.

— Да, — поднял взгляд слуга и оскалился. — Уверен, что он понял послание.

— Наконец-то я избавлюсь от этого ублюдка-извращенца! — хмыкнул человек в плаще.

— Всё, что вы пожелаете, — трепетал Сергей перед своим учителем, хозяином и сильнейшим некромантом, — будет исполнено. Но почему он?

— Магинский? — сделал паузу мужчина. — Мальчишка упрям, умён не по годам. Ещё его источник, в нём есть что-то… Я пока не могу понять.

— Господин, — губы слуги задрожали, в голосе прозвучала обида. — Но вы обещали его мне. Магинский сломал мою игрушку, а я так старался её сделать…

— Меня не интересует его тело, — мужчина в плаще небрежно махнул рукой. В тусклом свете свечей блеснуло что-то металлическое на запястье. — Можешь забрать себе, когда закончим.

— Благодарю… — Сергей почти распластался по полу, его голос дрожал от возбуждения.

— Ты уверен, что на него не подействовала ментальная магия того ублюдка? — в голосе некроманта прозвучало странное напряжение.

— Да! — голова слуги резко поднялась вверх. — Запашный даже ритуал провёл, использовал кристалл, но подчинить его воле не получилось. Только воспоминания слегка изменить смог.

— Вот тебе и ещё один ответ на вопрос «почему Магинский?» — гость достал флягу из складок плаща. В воздухе разлился терпкий запах чего-то пряного. — Магический источник этого сопляка… Очень уникальный. И я хочу получить его себе.

Сергей наблюдал, как тёмная жидкость льётся в горло хозяина, и на губах расползалась безумная улыбка.

— Всё, что пожелает господин, — слуга рассмеялся вместе с некромантом.

Тени на стенах вдруг пришли в движение, заструились по углам комнаты, словно живые. Человек в кресле поднял руку, и они замерли, послушные его воле.

— Иди, — приказал мужчина. — Скоро мы нанесём визит нашему общему… другу.

* * *

Витас смотрел на меня, пока я заканчивал с едой. Промокнул губы салфеткой, отложил приборы.

— Тот монгол сильнее тебя. И ты ничего не сможешь ему сделать, — произнёс я прямо, наблюдая за реакцией Лейпниша.

— А? — он растерянно моргнул. — Но… отец.

— Я встречался с ним пару раз, — перебил его. — Даже у нас с тобой нет никаких шансов. Он очень непростой человек и неслучайно оказался тут.

— Тогда как вы предлагаете его убить? — в голосе Витаса звучало отчаяние.

— Никак, — улыбнулся краем губ. — Ты меня не слышал? У тебя не получится.

Повисла тяжёлая пауза. Лейпниш сжал кулаки так, что побелели костяшки.

— Но вот когда подготовим место и, если привлечём некоторых людей… — я встал, прошёлся по комнате. — Есть шанс, что ситуация примет другой оборот.

Остановился у окна, глядя на своё отражение. По территории особняка ходили патрули, в свете фонарей поблёскивало оружие.

— Что-то масштабное намечается, и пока все силы лишь пробуют друг друга на зуб, — продолжил задумчиво. — Используют чужие руки, посылают намёки. Нас хотят сделать пешками.

— Откуда вы знаете? — спросил Витас.

— Читал, — усмехнулся своему отражению. — Хотя сейчас это неважно.

Помассировал виски. Как же вас, тварей, друг с другом столкнуть, да так, чтобы перегрызли глотки? Вариантов немного. Точнее, их совсем нет. Проблема в том, что интересы слишком расходятся. Вот если бы всем нужно было меня убить — справился бы, а так…

— Господин, — тихо позвал Витас. Его голос дрожал. — Я просто обязан попытаться. Мой отец и брат… — он сглотнул. — Хоть джунгары и звери, но слово своё держат, да и другим показывают. Выполняешь приказы, и даже если погибнешь — родственников отпустят. Да и зачем им мои родные? Пользы ноль. Так я верну свою клятву крови — спасу их.

— Пойдёшь против моего слова? — медленно повернулся к нему.

— Нет, — Лейпниш склонил голову. — Но вам придётся убить меня.

— Я обещал что-нибудь придумать, значит, сделаем.

В висках стучало. За кого же браться? Выдохнул, глядя на раздавленного мужика. В рот мне ноги… Чувствую, пожалею об этом.

— Скажи, ты сможешь выкрасть своих родных? — помедлил. — Нет, не так. Ты знаешь, где они?

— Нет, — Витас покачал головой. В его глазах плескалось отчаяние.

Да твою ж… Давление в висках усилилось. Я крутил мысли и так и этак. Выхода нет. Отправлю Лейпниша — он труп, близкие свободны. Убью его сам — тот же эффект. Самому попытаться? Хм… Глупо! Не найду перевёртышей — монголы нападут. Не убью Запашного — тень и некромант…

Чёрт, совсем забыл про Дрозда! Схватил говорилку, попытался вызвать, но она даже не активировалась. Дёрнул щекой. Жаль мужика, весёлый был. Вот только своей манией довёл себя до могилы.

— Ладно, — выдохнул наконец. — Пойдём прогуляемся и там всё решим. Нужен позитивный стимул.

— Что? — Витас удивлённо поднял брови.

— Мои трофеи от похода к руднику… — замер я на полуслове. Так! А это уже немало, с их помощью можно попробовать кое-что сделать. Требуются небольшие опыты и проверки.

— Вы что-то придумали? — в голосе Лейпниша появилась надежда.

— Кажется, да, — пробормотал, погружённый в свои мысли. — Опасно, рискованно и дерзко.

— Прям как вы любите, — хмыкнул мужик.

— Ты мне ещё поговори.

Я сбросил халат, открыл шкаф. Достал спортивный костюм, похожий на тот, в котором дрался с Димой. Что-то меня прям тянет на подвиги ночью.

Территория встретила жизнью. Боря сидел на скамейке с перемотанной рукой и с сожалением смотрел на машину. Он прижимал культю к груди и чуть раскачивался. Я взглянулна это с сожалением и злобой — долг некроманта и его куклы только что вырос. Ничего, вы мне ещё за всё заплатите…

Пришлось изменить маршрут и подойти к мужику. Боря тут же вскочил, когда я оказался рядом.

— Господин, — опустил он голову.

— Спасибо, что объяснил, как ездить на машине, — хлопнул его по здоровому плечу.

— Рад стараться, — водитель не поднимал глаз. — Вам теперь нужно найти…

Я поднял руку, останавливая:

— Нет, братец. Ты прав, это не моё. Так что тебе и дальше возить меня.

— Но как? — его голос дрогнул. — Я же теперь… инвалид. Бесполезный и…

— Слушай, хватит, а? — дёрнул его за плечо. — Хочешь перечить своему господину?

— Что? Нет! — в глазах Бори блеснула жизнь.

— Водить будешь и дальше, я что-нибудь придумаю. Обещаю тебе.

Он смотрел на меня с такой надеждой, что стало не по себе. Я улыбнулся и двинулся дальше. Так, сначала алхимики, потом Боров.

— Вам было не обязательно… — тихо произнёс Витас за спиной.

Но я ничего на это не ответил. Сказал, что он снова будет водить, значит, так тому и быть.

Толкнул дверь ангара алхимиков и застыл на пороге. Смирнов играл на губной гармошке, пристукивая ногой по полу. А Лампа с Ольгой танцевали и смеялись, кружась между столами с колбами.

— Мы пропустили момент, когда алхимики сошли с ума? — процедил сзади Витас.

— С языка снял.

Действо продолжалось. Танцующие приблизились, и вдруг Ольга выпорхнула из объятий рыженького прямо ко мне. Сам не знаю, почему ответил — может, воспитание из прошлой жизни сказалось. Никогда не отказывал дамам в танце. А что? Не зря же меня дрессировали почти шесть лет.

Лампа попытался подхватить Лейпниша, но мужик всем видом показал, что участвовать в этом безумии не собирается. Алхимик словно очнулся от наваждения — поклонился и отступил.

— У нас получилось! — Ольга сияла, прижимаясь ко мне всем телом. — Мы смогли. Всё. Выложились на максимум!

Смирнов наконец заметил меня, и губная гармошка мигом исчезла в кармане. Отец девушки сделал виноватое лицо:

— Простите, Павел Александрович. Просто тут такое… такое…

— Мне кто-нибудь скажет, что? — отпустил Ольгу, хотя она продолжала сжимать мою ладонь.

— Осталось несколько шипов паучков, — выпалил подскочивший Лампа. — Оказывается, когда я пытался вас прикрыть, они врезались мне в спину. А ещё перо птицы — не знаю её названия — и коготь медведицы. Вы поняли, что это была самка?

— Догадывался, — кивнул, не предполагая, к чему ведут.

— А ещё она была почти пятого уровня! — глаза Ольги сверкали от возбуждения.

— Вот тут удивлён. Как вы поняли?

— О, это очень долгая и интересная история, — начал Смирнов.

— Меня устроит короткая, сжатая и ведущая к тому, как и что я смогу использовать, — прервал его.

Они засыпали меня сложными терминами, постоянно перебивая друг друга, словно соревновались, кто дольше проговорит. Но главное я уловил: мамаша мелкого находилась на грани перехода, что объясняло мою лёгкую победу. В этот момент их тело становится слабым, органы меняются.

Алхимики использовали её коготь как основу для зелья. Добавили перо птицы, способное копировать магию. Завершили коктейль шипы пауков с их способностью к невидимости. Всё это они грамотно смешали, усилив обычные зелья. Формально получилась эталонка второго уровня, но многократно улучшенная. О таком даже Смирнов не слышал.

Скорость, выносливость, восстановление магии и лечение — всё супер-сверхмощное. Они преподнесли мне это как дар — обычные с виду бутыльки. Ольга, передавая их, чуть не уронила от волнения.

— Говорят, такие зелья стоят от миллиона и выше, — выдохнул Смирнов.

— Так ты же сказал, что ни о чём подобном не слышал? — поднял бровь.

— Это да, — мужик смутился. — Просто прикинул примерно. Думаю, каждое будет стоить столько.

Я убрал флаконы в спортивную куртку, где уже лежали кристалл и говорилка. Продать? Соблазн есть, но с таким количеством врагов сила нужнее денег.

— Молодцы, — похвалил. — Превзошли сами себя. Горжусь вами.

Лампа с Ольгой синхронно покраснели.

— Точно! — спохватилась девушка. — Боров вас ждёт. Он, как только получил такие материалы… — Смирнова запнулась, улыбнулась. — Этот громадный человек заплакал. Я даже испугалась. Альберт молился и благодарил случай и жизнь за столь ценные материалы.

Внутренний «хомяк» ликовал, и я вместе с ним. Оставил алхимиков дальше радоваться их успеху. Нужно только узнать, что за новое оружие мне сделал Боров. Должно быть, что-то стоящее, раз он заплакал. Предвкушение разрывало изнутри.

По дороге достал говорилку, которую мне дали во время нашего собрания.

— Горбачёв? — произнёс в устройство.

— Павел Александрович! Сколько лет, сколько зим, — ответил мне высокомерный голос.

— Я тут подумал, что всё-таки хочу захватить другие роды. Ничего не могу с собой поделать. Такая возможность редко выпадает.

— Что⁈ — возмутились в трубку.

— А ещё не просто захватить, но и убить глав родов и их наследников, — продолжил я разговор под удивлённое лицо Витаса. — По закону получу право на всё. Стану единым правителем земель.

— Магинский! Я тебя посажу! — начал верещать голос.

— Плевать! — улыбнулся в ответ. — Поэтому у меня к тебе, лейтенант, такое предложение. Моя территория должна кишеть сотрудниками СБИ, чтобы меня остановить. Военными — чтобы мои люди не отравились в поход.

Разорвал связь.

— Господин! — открыл рот Лейпниш. — Что вы делаете? Зачем?

— Решаю часть наших проблем, — кивнул ему.

Глава 15

На меня непонимающе смотрел Витас.

— Друг мой, — стал я серьёзным. — Помимо проблемы с джунгарами, у нас есть и другие. И я пытаюсь выиграть себе немного времени, пока буду разбираться с одной штуковиной.

— Вы мне не доверяете? — обиженно констатировал факт мой собеседник.

А я остановился и выдохнул.

— Доверяю, — чуть соврал о глубине этого чувства. — Смотри. Джунгары хотят, чтобы ты убил монгола. А этот самый козёл требует от меня найти кое-кого. А я в душе не ведаю, да и если честно, не хочу. В противном случае, он заглянет с большой компанией на мою землю. Что произойдёт дальше, ты знаешь.

— Тогда его нужно убить, — тут же начал злиться мужик. — Вам, мне, нам.

— Вот у тебя как всё просто? Почему-то твои старые приятели вдруг решили его прикончить, а он что-то хочет от меня. И это только часть сложностей. Ещё есть тварь, которая требует убить другого человека. Угрожает, что иначе ситуация с Борей повторится, — продолжил я.

— Но…

— Добавляем сюда Запашного, цели которого не изменились, и СБИ, — хмыкнул я. — Так что работаем.

— Зачем вы тогда спровоцировали Горбачёва? — Витас решил узнать всё.

— Денег у нас достаточно. Найми людей из города. Проверенных. Строим наши стоянки, как договаривались. Устанавливаем сигнальную систему. Укрепляем оборону. И ещё охотники нужны, — выдал приказы. — У меня тут должны шнырять люди.

— Хотите так обезопасить себя? — выдал здравую мысль Лейпниш.

— Что-то типа того. Когда много людей, есть шанс, что кто-то не дёрнется при свидетелях. А Горбачёв мне нужен для двух целей. Первая — монголы или некромант. Тут уже не получится просто прийти убивать. Пусть его люди послужат щитом, пока я, безумный аристократ, решил идти против всех. А ещё…

Подошёл ближе к Витасу и почти на ухо сказал:

— Уверен, что такой же, как ты, подневольный служка джунгар работает в СБИ, и мы должны его поймать. Попытаемся узнать какую-нибудь информацию. А твоя задача будет его найти.

— А-а-а-а, — растянул Лейпниш. — Вон оно что. Но куда вы собрались?

— Играть свою роль, — тем временем мы оказались у ангара Борова. — Горбачёв не купится иначе. Мол, ушёл в лес проверять, как лучше напасть на другие роды. Купятся на мой возраст и поведение. Надеюсь, сработает…

— Хитро, — дал свою оценку Витас.

— Запомни. Когда тебя прижали к стенке и вариантов почти нет или силы не хватает. Используй то, чего от тебя не ожидают. В моём случае это Горбачёв. Мужик решил манипулировать мной и приструнить. А я его немного удивил.

Не стал говорить Лейпнишу, что собираюсь идти к серой зоне. Вариантов у меня немного против некроманта, монгола и Запашного. А вот если получится использовать кристалл и монстры мне подчинятся… Попробую качнуть чашу весов в свою сторону.

Яркий свет ударил в глаза, когда мы вошли в ангар. У верстака сидел Боров — огромный, потный, с блаженной улыбкой на лице. Заметив нас, он тяжело поднялся, отвесил поклон.

— Господин, — его глаза лихорадочно блестели. — Материалы переходного монстра — это мечта каждого кузнеца! И пусть я не полноценный артефактор, но… — он махнул рукой в сторону стола. — Кое-что получилось.

На отполированной поверхности расположился меч. Изогнутое лезвие отливало синевой, словно вороненая сталь. Рукоять, обмотанная чёрной кожей, заканчивалась массивным навершием в виде оскаленной пасти. По всей длине клинка вились странные узоры, похожие на застывшие волны.

— Большая часть когтей ушла на него, — Боров с гордостью провёл пальцем по лезвию. — Крепкий, острый и очень опасный.

Я взял оружие в руки. Тяжелее привычного, но балансировка идеальная. И тут произошло невероятное… Клинок словно ожил, откликнулся на прикосновение. По лезвию пробежала волна энергии, узоры засветились изнутри, хотя я сам ничего не делал.

Магия яда сама впиталась в металл, окутывая его зелёным сиянием. А когда я невольно потянулся к второй силе, по клинку проступили белые морозные разводы.

— Мать моя женщина… — выдохнул Боров, отступая на шаг. — Как такое возможно? Ваша сила способна проникнуть в клинок. Такое… Такое только у самых отличных артефактов бывает.

Я же ничего не ответил и отложил меч в сторону, разглядывая остальное.

Рядом лежал набор из шести кинжалов. Изящные изогнутые клинки, вырезанные из клыков медведицы. Рукояти украшала искусная резьба в виде чешуи. Я потянулся к ним и отпрянул: кинжалы сами прыгнули мне в руку, словно притянутые невидимой силой.

— Джунгаров в родственники! — Витас отшатнулся. — Что это было?

Попробовал ещё раз. Каждый кинжал сам летел в ладонь, стоило лишь подумать. Чистая магия, никаких механизмов. Двое не верили своим глазам, а я не хотел ничего объяснять.

— А это… — Боров бережно поднял последнее творение. — Помните клюв?

В его руках поблёскивал механизм размером с ладонь. Раздвоенный клюв птицы преобразился до неузнаваемости. Теперь он напоминал экзотический пистолет. Металл отливал серебром, а по бокам змеились те же узоры, что и на мече.

Клюв раскрылся с тихим щелчком, и оттуда выстрелила длинная лента — язык твари. Пять метров гибкого, словно живого, металла хлестнули по железной балке. Сталь осыпалась трухой, будто проеденная кислотой.

Затем начались подарки. Из-под верстака появилась система ремней для ножей. Чёрная кожа с серебряными пряжками и застёжками. Каждая деталь была выточена с ювелирной точностью.

Ножны для меча крепились особым образом. Механизм позволял носить клинок как на спине, так и на боку. Я провёл пальцем по выгравированным на коже узорам — те же волны, что и на лезвии. Какое внимание к деталям…

Последним стало крепление для «револьвера» — сложная система ремней на предплечье.

— Тут спусковой крючок под большой палец, — Боров колдовал над застёжками. — Дёрнете, и язык вылетит.

Примерил всю экипировку. Село как влитое, будто всю жизнь носил. Кинжалы удобно легли под руками, меч не мешал, не стеснял движений.

— Ну как? — в глазах кузнеца застыла надежда.

— Идеально! — хлопнул его по плечу. — Просто отлично!

— Я рад, что вам понравилось, — Боров расплылся в улыбке. — И ещё раз спасибо за Люську! И тебе, Витас, тоже.

Лейпниш смутился. Он ведь даже не успел обсудить это со мной. Но я только подмигнул ему.

Дверь распахнулась с грохотом, что-то огромное понеслось в мою сторону. Рука метнулась к мечу, но было уже поздно. Меня схватили и подняли в воздух, словно пушинку. Лицо утонуло в чём-то невероятно мягком и горячем.

Воздуха не хватало, рёбра затрещали в стальных объятиях. Где-то рядом надрывался Витас:

— Отпусти! Отпусти его, или я тебя…

— Люся, хватит! — прогремел голос Борова. — Это господин, нельзя так! Нельзя!

С трудом вырвался из тисков, отступил на шаг и… застыл в изумлении. Передо мной возвышалась женщина, по габаритам не уступающая Борову. Её необъятная грудь грозила в любой момент разорвать несчастный передник, который держался на честном слове и молитвах. Круглое, как полная луна, лицо украшала ослепительная улыбка, обрамлённая пухлыми губами, накрашенными ярко-алой помадой.

— Спасибо вам! — она попыталась изобразить изящный поклон, от которого передник издал жалобный треск.

Люська… Массивные руки, способные согнуть подкову, и кокетливые кружева на запястьях. Богатырский рост и детские банты в толстых косах. А её плечи могли бы посоперничать с мышцами грузчика.

Когда она повернулась к Борову, стало ясно, почему тот выбрал именно её.

— Люсия Великолепная, — представилась дама.

Сдержал улыбку. Если поженятся, стоит обоим взять двойные фамилии. Великолепные и Красивые.

Тряхнув головой, опомнился. Чуть на радостях от нового оружия не забыл, что хотел попросить у Борова.

— Это… — поднял взгляд. — Слышал про Борю?

— Да, — громко выдохнул громила. — Жалко мужика. Любит он машины и водить.

— Сделай ему руку, — сказал я. — Используй ресурсы. Если нужны будут деньги, то у Витаса попроси. Сможешь?

— Да? — как-то не очень уверенно ответил мужик. — Постараюсь.

— Вот и ладушки, — кивнул я.

Всё, позитивная стимуляция прошла. Теперь можно двигаться дальше. Мы уже вышли из ангара.

— Жди Горбачёва и людей, — бросил Витасу, проверяя крепления. — Следите за ними, пошлите за материалами и строителями. Найми охотников — всё, как я сказал. И поймай тварь, которая оставила тебе послание от джунгар. Спрячь его, потом вместе поговорим.

— Вы надолго? — в голосе Лейпниша звучало беспокойство.

— Надеюсь, что нет.

Мы остановились у границы домиков. Тёмный лес манил, обещая новые возможности. Кристалл в кармане. Хотелось проверить его силу, испытать новое оружие. Да и магию льда стоило освоить.

Деревья расступились, пропуская меня в свой сумрак. Хорошо, что я попросил отряд охотников пройти следом через пол часа. Пусть подберут трофеи, если будут, да и сами, может, кого убьют. Кризис кризисом, а работать нужно.

Лес обступал со всех сторон, звуки постепенно стихали. Только ветер играл в кронах деревьев, бросая тени на влажную землю.

Что-то мелькнуло между стволов. Размытый чёрный силуэт. Я замер, вглядываясь в сумрак. Огнелис? Только его шкура впитывает свет, делая тварь почти невидимой. Длинный хвост, светящийся багровым, на миг показался и снова исчез. Монстр решил не прятаться и сразу себя обозначить?

Пальцы сжали рукоять нового меча. Тварь выпрыгнула из темноты, её клыки метили мне в горло. Я даже не успел подумать. Тело само развернулось, уходя с линии атаки. Клинок описал широкую дугу.

Голова огнелиса отделилась от тела одним движением. Никакого сопротивления, словно разрезал воздух. Тело монстра рухнуло на землю, хвост ещё несколько секунд светился во тьме.

«А Боров постарался», — провёл пальцем по лезвию. В отполированной поверхности отразилась моя ухмылка.

Земля вздрогнула под ногами. Я успел отпрыгнуть за миг до того, как почва вспучилась. Иглокрот вынырнул, как кит из морских глубин. Его чёрные иглы топорщились во все стороны.

Меч в руке отозвался на мою ярость. По лезвию потекла зелёная энергия, смешиваясь с морозными узорами. Тварь разинула пасть, готовясь выпустить веер отравленных игл.

Не дал ей такой возможности. Клинок вонзился точно в морду монстра, прошивая насквозь. Металл с ядом прошёл сквозь плоть, как раскалённый нож через масло. Иглокрот дёрнулся в последний раз и обмяк.

Я вытащил меч из его туши и уже сделал шаг вперёд, но замер. Развернулся, разглядывая чёрные иглы, торчащие из шкуры монстра.

— Ну уж нет, — губы растянулись в улыбке. — В этот раз я возьму максимум.

Клинок описал плавную дугу, срезая первую партию игл. Лезвие входило в плоть легко. Ещё взмах, и очередная порция отравленных шипов легла в ладонь.

Начал методично обдирать тварь, складывая добычу в карманы куртки. Иглы втыкал прямо в ткань, некоторые шипы оказались длиной с мой палец. На лице улыбка. Давно я без своих иголочек, как же мне их не хватало.

Земля под ногами завибрировала. Но не так, как от иглокрота, а словно стадо неслось через лес. Я выпрямился, прислушиваясь. По спине пробежал холодок, когда различил треск электрических разрядов.

Из темноты проступили силуэты. Грозовые волки… Не меньше десятка тварей окружали меня полукольцом. Их глаза пылали молниями, между клыков плясали голубоватые искры.

Один из монстров выступил вперёд — массивная тварь размером с пони. Воздух вокруг него потрескивал от напряжения. Волк припал к земле, готовясь к прыжку.

«Да вам что, мёдом тут намазано?» Рука метнулась к поясу, но кинжалы сами скользнули в ладонь, словно живые. Рукояти идеально между пальцев. По лезвиям побежали морозные узоры.

Волки атаковали разом, их тела превратились в размытые молнии. Первый прыгнул справа — клинок чиркнул по твари, высекая сноп искр. Второй — слева, и я едва успел уклониться от щёлкающих челюстей. Откуда ж вы такие быстрые?

Перекатился под брюхом третьего, пропуская массивную тушу над головой. Кинжалы зажили своей жизнью. Стоило подумать, и они уже летели в цель. Один вонзился в глаз твари, второй располосовал горло другому волку.

Крупная особь взревела, выпуская поток молний. Я отпрыгнул за дерево, но ствол тут же разнесло в щепки. Мысленно потянулся к оружию, и кинжалы сами вернулись в руки, покрытые кровью монстров.

«Ну, давайте поиграем!» Закружился между тварями, позволяя клинкам вести меня в этом смертельном танце. Волки бросались со всех сторон. Один кинжал, второй, третий… Каждый находил свою цель.

Четвёртый волк попытался достать меня лапой. Разряд молнии скользнул по рукаву. Я перекатился, уходя от удара, и отправил очередной клинок точно в глотку твари.

Оставшиеся три монстра перегруппировались, их глаза полыхали яростью. Самый большой расположился впереди, готовясь к последней атаке.

— Танец клинков! — выдохнул я, раскидывая руки в стороны.

Кинжалы взмыли в воздух, описывая сверкающие дуги. Волки не успели среагировать. Шесть лезвий одновременно вонзились им в глаза, проникая глубоко в черепа. Тела рухнули, подёргиваясь в предсмертных конвульсиях.

Клинки сами вернулось в мои руки. Я выдохнул, чувствуя, как по телу разливается приятная усталость.

Опустился на колено рядом с поверженными тварями. Пальцы машинально очищали лезвия от крови и ошмётков плоти, а мысли уносились в прошлое. В той жизни я читал множество трактатов о магии. Помню истории о великих магах, годами пытавшихся освоить навык управления предметами силой воли. А тут…

Провёл пальцем по рукояти кинжала. Клинки слушались меня, словно части тела. Стоило подумать, и они уже в руке, готовые к бою. Летят в цель с убийственной точностью. А мне… нравится!

— Хорошая медведица была, — хмыкнул, убирая очищенные клинки в ремни. — Столько подарков преподнесла.

Рука сама скользнула в карман, нащупывая кристалл. Он пульсировал. Тёплый на ощупь, испускающий едва заметные волны силы.

«Что-то здесь не так», — мысли снова закрутились в голове. Тогда, возвращаясь с рудника с отрядом, мы отбивались от тварей на каждом шагу. Но сейчас… Стоило углубиться в лес, и монстры словно с цепи сорвались.

Огнелис, который даже не пытался скрываться, сразу пошёл в атаку. Потом иглокрот, выпрыгнувший как на заказ, без обычных своих ловушек. А теперь целая стая грозовых волков, да не абы каких — матёрых. И, судя по всему, с вожаком.

Достал кристалл, поднёс к глазам. В глубине камня переливались радужные всполохи.

— Ты что у нас, привлекаешь тварей в спокойном состоянии? — спросил вслух, разглядывая странные узоры внутри. — Для охоты это, конечно, хорошо, — хмыкнул, убирая новую порцию игл в карман. — А вот в жизни так себе.

Двинулся дальше, перешагивая через поваленные стволы. Монстры первого и второго ранга теперь для меняне проблема — хоть пачками коси. Новое оружие творит чудеса, да и ранг подрос.

Сгоревшая стоянка встретила чёрными головёшками. Запах гари ещё витал вокруг. Двинулся дальше. Впереди уже виднелась граница с серой зоной. Воздух там подёргивался рябью, словно марево над костром.

Сглотнул. Нужна сила, а управлять тварями… Слова Жоры о легенде Магинских эхом отразились в голове, а следом мысль: «Что ж, попробуем воплотить её в жизнь».

Я сжал кристалл до боли в пальцах. Магия хлынула по каналам. Яд и лёд сплелись в единый поток, устремляясь в камень. Штуковина отозвалась, начала пульсировать сильнее. Влил ещё энергии, чувствуя, как дрожит воздух вокруг.

Где-то на грани слуха зазвучала странная вибрация. Высокая, почти мелодичная. Она нарастала с каждой секундой, заставляя кожу покрываться мурашками.

Граница серой зоны вздрогнула. По полупрозрачной плёнке пробежала рябь, словно по поверхности пруда. Она натянулась, задрожала и… лопнула.

Из разрыва выскользнули огромные пауки. Морозные, как их называла Ольга. Полупрозрачные тела тварей светились изнутри, а на спинах пульсировали кристаллы. По двенадцать глаз у каждого мерцали всеми цветами радуги.

Холодок пробежал по спине, когда следом появились журавли. Их металлические перья звенели при каждом движении. Птицы взмыли в воздух, расправляя крылья из чистой энергии.

Пауки растворились в воздухе, а «курицы» начали пикировать на меня.

— Так, привлечь тварей посильнее получилось, — криво усмехнулся, чувствуя, как по телу разливается странное возбуждение. — Теперь нужно их подчинить.

Глава 16

Прислонился к дереву, ощутив, как немеют пальцы. Кровь заливала глаза — своя или чужая, у же не разобрать. Посмотрел на небо. Чистое, несколько ленивых облаков плыли куда-то в сторону. Солнце? Не уверен, что сейчас — восход или… Времени следить за этим не было.

В моей сломанной ноге пульсировала боль, а из груди торчали серебристые перья копирующего журавля. Куртка превратилась в изящный… Не знаю, как назвать, — кусков ткани нет, и она стала короче.

Смех вырвался сам собой — хриплый, дребезжащий. Губы растянулись в улыбке, от которой на лице треснула засохшая корка крови. Вынимать сейчас пёрышки не лучшая затея, слишком уж глубоко они проникли в тело. Проглотил и продолжил смотреть за облаками.

Хотел подчинить тварей? Получи… Новый приступ смеха перешёл в кашель, и на траву упали тёмные капли.

* * *

Особняк и территория Магинского

Лейпниш стоял на крыльце, наблюдая, как люди Горбачёва занимают территорию. Чёрные мундиры службы безопасности мелькали между домами, словно стая воронов. Сотрудники расставляли посты, проверяли каждый угол, каждую постройку.

Люди Магинского тоже не сидели без дела. Бойцы господина выстроились по всему периметру, держа оружие наготове. Медведь расставил стрелков на крышах, Пётр организовал патрули между домами. От их присутствия люди в чёрном заметно нервничали — руки то и дело тянулись к кобурам. Внутренняя охрана забаррикадировалась.

— Открыли особняк! — раздался властный голос. Горбачёв приближался размашистым шагом, на его лице играла снисходительная улыбка.

— Нет, — Витас даже не повернул голову. — Приказ господина. Никто не смеет заходить в дом без его разрешения.

— Вы не подчиняетесь Службе безопасности империи? — желваки заходили на скулах лейтенанта.

— Я подчиняюсь Магинскому Павлу Александровичу, — в голосе Лейпниша зазвенела сталь. — Это его земля, и он тут хозяин. Если вы попытаетесь силой зайти, то наши люди будут вынуждены…

— Тогда все умрёте, — процедил Горбачёв сквозь зубы.

— Вы тоже, — пожал плечами Витас, отмечая, как напряглись стрелки на крышах.

— Где твой хозяин? — лейтенант сделал шаг вперёд и снова задал этот вопрос. — Почему его так долго нет?

— Ушёл по делам, — Лейпниш позволил себе лёгкую улыбку. — Как вернётся, так вернётся. Моё дело маленькое — исполнять приказы.

Горбачёв побагровел. Его люди застыли с оружием наготове, но каждый понимал: одно неверное движение, и начнётся бойня. Воздух звенел от нарастающего напряжения. Витас был уверен, что Горбачёв не рискнет. Напасть на земельного аристократа на его землях, когда монголы рядом… Это вызовет бунт. Император точно на такое не пойдёт и не позволит.

Лейтенант смерил презрительным взглядом Лейпниша. А после развернулся на каблуках и зашагал прочь. Мужчину била дрожь от злости, Витас видел, как подрагивали плечи Горбачёва под мундиром.

СБИ здесь, только чтобы Павел Александрович сейчас не напал на другие роды.

— Витас, — Медведь приблизился почти бесшумно, несмотря на свои габариты. — Расставил наших, как приказывали. Уже сменились. Пётр и Виктор сейчас дежурят у твоего домика

Витас кивнул, и Фёдор удалился. Сейчас Лейпниш ждал и надеялся, что задумка господина сработает. Специально отошёл от своего домика, делая вид, будто проверяет посты. Может, кто-то клюнет, попробует проникнуть внутрь. Взгляд его невольно скользнул в сторону леса, куда ушёл Павел Александрович.

Другой бы аристократ давно бы прибил за то, что он поведал. Никто не терпит предателей у себя в роду и тем более — предателей страны. И уж точно господин не стал бы думать о решении проблем какого-то Витаса. А Магинский, он другой…

Лейпниш невольно вспомнил, как Павел Александрович разрешил Борову привести его Люську. Или та история с рукой для Бори.

— Витас! — окрик Медведя вырвал из размышлений.

Фёдор бежал. СБИ напряглись, когда заметили махину, что рванула вперёд. Медведь предусмотрительно сбросил скорость и подошёл ближе, наклонился и шепнул на ухо:

— Взяли кого-то! Пытался пробраться в дом.

Сердце Лейпниша пропустило удар. Значит, наживка сработала. Не привлекая внимания, он двинулся следом за Фёдором. Подошёл к своему домику и кивнул мужикам, чтобы те разошлись. Мысли в голове путались. Витас не знал дальнейших планов господина.

Он шагнул внутрь. В небольшой комнате, куда бросили оглушённого нарушителя, оказалась… девушка.

Пленница лежала на полу. Длинные тёмные волосы спадали вниз, словно шёлк. Тонкая талия, высокая грудь вздымалась под формой СБИ. Она пришла в себя.

Лейпниш упёр ей в горло меч. На точёном лице дамы застыло выражение испуга, но в зелёных глазах плясали искры ярости.

Витас методично обыскал нарушительницу, игнорируя её возмущённые возгласы. В карманах ничего не оказалось, но мужчина не собирался останавливаться. Не просто же так она сюда заглянула?

Пальцы скользнули под китель. Девушка возмутилась, когда коснулись её груди. Вот только Витаса интересовало то, что он нащупал в бюстгальтере — сложенный листок бумаги. Пленница дёрнулась, пытаясь помешать, но Лейпниш вытащил послание. Тряхнул его и увидел письмо на монгольском языке.

— Скоро ты всё расскажешь, — произнёс спокойно, разглядывая бумагу дальше. — Осталось дождаться господина.

Витас нахмурился, глянув в окно. Сутки прошли, а Павел Александрович так и не вернулся. Что-то неприятно свербило в груди. Но приказ чёткий — ждать и следить за гостями.

* * *

— Господин, с вами всё в порядке? — голос одного из моих охотников пробился сквозь пелену боли.

Я с трудом разлепил веки. Отряд окружил меня полукольцом, на лицах застыло беспокойство. Перья копирующего журавля всё ещё торчали из груди, отдаваясь болью при каждом вдохе.

— Да! — выдавил из себя, сплёвывая кровь. — Забирайте всех и тащите к нам.

— Но… — мужик запнулся, пока меня разглядывал.

— Давайте! Схватили добычу и потащили к нам, — повторил я приказ.

Прикрыл глаза, и память тут же вернула меня к началу…

Первый морозный паук возник из ниоткуда — его полупрозрачное тело соткалось из воздуха прямо передо мной. Кристаллы на спине пульсировали, наполняя тварь силой. Журавли спикировали следом, их металлические перья звенели в морозном воздухе.

Меч взлетел, встречая атаку паука. Лезвие высекло искры из кристальной брони, но не более. Тварь растворилась, чтобы снова появиться, но уже за спиной. Едва успел развернуться, и кинжалы сами прыгнули в руки, отражая удар ледяных лап.

Журавли атаковали сверху, их раздвоенные клювы метили мне в голову.

Перекат, кувырок. Земля под ногами покрылась инеем от паучьей магии. Я выпрямился, посылая веер кинжалов в ближайшую птицу. Клинки пробили металлические перья, но тварь даже не замедлилась.

Попытался дотянуться до их сознания через кристалл. Сила хлынула потоком, но… Монстры словно отгородились стеной ярости. Чем больше я давил, тем яростнее они сопротивлялись.

Второй журавль ударил с разворота — его клюв рассёк воздух в сантиметре от моей шеи. Металлические перья взметнулись веером, готовясь к выстрелу. Я нырнул под тварь, одновременно выпуская волну яда. Бесполезно — птица взмыла выше, а токсин растворился в воздухе.

Паук возник справа, его кристаллы полыхнули ослепительным светом. Воздух вокруг затрещал от мороза. Я выставил меч вперёд, пропуская по лезвию магию льда. Первый раз использовал эту силу. Холод обжёг каналы непривычным ощущением, но клинок откликнулся, покрываясь изморозью.

Две стихии столкнулись — мой лёд против его. Воздух между нами застыл хрустальной стеной. Тварь снова растворилась, но теперь я был готов. Кинжалы сами нашли цель. Один вошёл точно в кристалл на спине паука, когда тот материализовался для новой атаки.

Визг монстра ударил по ушам. Его невидимость замерцала, словно испорченный фонарь. Следом журавли атаковали разом. Три потока смертоносных перьев устремились ко мне. Перекатился за дерево, чувствуя, как снаряды вонзаются в кору.

Кристалл в кармане пульсировал всё сильнее. Я снова попытался дотянуться до сознания тварей. Сила потекла по каналам, но существа словно взбесились. Их ярость била через край, затапливая всё вокруг волнами безумной агрессии.

Раненый паук бросился вперёд, выпуская веер ледяных игл. Одна чиркнула по плечу, в ту же секунду заморозив рукав. Я развернулся всем телом, вкладывая в удар остатки магии. Меч вошёл точно между кристаллами, рассекая тварь пополам.

Журавли среагировали мгновенно. Их крылья из чистой энергии полыхнули ярче. Первый спикировал, целя раздвоенным клювом в грудь. Второй заходил слева, готовясь метнуть перья. Третий набирал высоту для решающего удара.

Я перехватил меч удобнее, чувствуя, как лезвие отзывается на мою ярость. Нырнул под атаку первой птицы, одновременно выбрасывая руку с кинжалом. Клинок вошёл точно в сочленение металлических перьев, но тварь даже не замедлилась.

Серебристые снаряды второго журавля вспороли воздух. Я развернулся, выставляя меч. Перья взрывались при столкновении с лезвием, осыпая искрами. Один снаряд всё же чиркнул по боку, оставляя глубокий порез.

Третья тварь камнем рухнула сверху. Её клюв раздвоился сильнее обычного, из глотки вырвался поток концентрированной энергии. Едва успел откатиться, но волна силы всё равно задела — словно кипятком плеснули.

— Ко-ко-ко! — издевательски прокричала птица, готовясь к новой атаке.

Кинжалы снова оказались в руках. Я метнул первый, второй, третий… Журавль играючи уклонился. Четвёртый клинок достиг цели — вонзился твари в крыло, нарушая поток энергии.

Птица рухнула, но тут же перекатилась, выпуская новый веер перьев. Её собратья атаковали с флангов, зажимая меня в клещи. Времени на размышления не оставалось.

Я выпустил в раненую «пташку» поток яда, одновременно разворачиваясь к её собратьям. Зелёное пламя окутало журавля, но тварь… начала копировать мою магию. Её металлические перья позеленели, наливаясь токсичной силой.

— Вот же дрянь! — выругался, уходя перекатом от встречного потока яда.

Открыл глаза, переводя дух. Мозг всё ещё анализировал поединок. Тела первой волны тварей уже утаскивали мои люди, но это было только начало…

Снова пытался подчинить монстров. Три журавля и огромный паук держали меня в бою несколько часов, пока я не убил и их. Вышло чуть проще, чем с первой волной, — уже появился опыт в сражении с этим видом. Накатило разочарование, и второй раз установить связь с тварями у меня не получилось.

А потом появился водяной медведь… Тварь шестого ранга, как я понял после. Ну, или пятого. Настоящий князь серой зоны. Его чешуя пульсировала изнутри, между пластин извивались светящиеся отростки.

Бой длился… Да хрен знает, сколько! Зелья скорости и выносливости уходили одно за другим, пока наконец не удалось загнать монстра в угол. Но даже смертельно раненный, он не поддавался контролю.

Магия льда помогла — я смог убить тварь. Уже собирался возвращаться. Силы заканчивались, зелья тоже. В общем, попытка не увенчалась успехом.

Когда из серой зоны показалась человекоподобная фигура, я даже обрадовался. После медведя человек казался лёгкой добычей. Как же ошибался…

Тварь, облепленная водорослями и мхом. Ещё и какая-то с неё слизь стекала. Даже пробовать подчинять это существо не стал — атаковал сразу.

Сменил тактику: сначала ослабить и только потом использовать кристалл. Как же я удивился, когда любая магия просто растворялась в неизвестной твари.

Пришлось драться руками и оружием. Монстр двигался с нечеловеческой грацией, каждый удар грозил переломать кости. Кажется, я с ним возился столько же, сколько и с мишкой. Меч, по ощущениям, уже весил тонну. Руки не слушались.

Последнее зелье от алхимиков спасло. Я выпил лечилку и рассёк тварь пополам… Выдохнул.

Сил нет, пора домой. Развернулся, что чуть не стало моей ошибкой — мне почти свернули шею. Обернулся, а тварь срослась обратно! Водоросли извивались, затягивая рану. Существо поднялось как ни в чём не бывало, пока её часть душила меня. Благодаря кинжалам вырвался из пут и разорвал дистанцию.

— Твою ж!.. И как тебя убивать? — спросил я у монстра.

Но тварь уже неслась в новую атаку. Убил её ещё дважды. Даже не знаю, как это вышло. Действовал исключительно на одних морально-волевых. Сука живучая…

Все теперь точно конец. Силы истощились, цель не достигнута. И тут попёрли они… Морозные пауки — несколько десятков мелких особей.

Развернулся и улыбнулся, подумав: «А почему бы и нет?»

В какой-то момент боя, когда очередная рана обожгла бок, я вдруг почувствовал их — словно нить протянулась между нами. Кристалл в кармане раскалился добела. Всю свою оставшуюся энергию влил в эту связь. В глазах начало темнеть.

Первый паук замер. Его двенадцать глаз вспыхнули новым светом. За ним второй, третий… Десяток тварей подчинились моей воле. А потом… Они набросились на своих собратьев. Невидимые убийцы против невидимых убийц — жуткое зрелище.

— Господин! — снова позвали меня, возвращая в реальность. — Мы уходим. Вы с нами?

Охотники отшатнулись, заметив морозных пауков, затаившихся на ветвях дерева, к которому я прислонился.

— Тихо, не трогать! — махнул рукой. — Они мои.

Мужики смотрели на меня со смесью страха и благоговения. После подчинения тварей требовалось укрепить связь. Этим я сейчас и занимался, сидя у дерева. Балансировал между контролем над пауками и попытками не истечь кровью.

Всю магию направлял в тонкую нить между нами, одновременно сдерживая боль от ран. Наконец, готово. Стоило мне только подумать, и паучки растворились в воздухе, став невидимыми.

— Где они? — один из охотников дёрнулся, вскидывая ружьё в сторону дерева. — Только что были тут.

— Ушли, — улыбнулся я, с трудом поднимаясь на ноги, — но обещали вернуться.

Мне передали зелья, которыми я ранее предусмотрительно снарядил отряды. Пока выдалась свободная минута, наконец-то вырвал проклятые перья «курицы» из груди.

Каждое движение отзывалось вспышкой боли. Вылил лечилку на раны, ещё несколько флаконов опрокинул в горло. Мужики смотрели с таким восхищением, что стало неловко. Интересно, видели ли они мои битвы или прибыли недавно? Я ведь запретил вмешиваться.

Внутри всё скрутило, словно раскалённое железо разлилось по венам. Выдавил кривую улыбку, пытаясь не показать, какую адскую боль испытываю. Пот размывал засохшую кровь на лице.

Зелья начали действовать. Я уже влил в себя пять штук лечебных, три на выносливость и столько же для восстановления магии.

Щелчок! Сломанная кость встала на место.

— А-м-м… — не сдержал стон. — Пойдём.

Меня подхватили под руки. Пока нога полностью не восстановилась, требуется поддержка. Остальные тащили мешки с трофеями: морозными пауками, копирующими «курицами», водяным медведем… Жаль, от человека-водоросли ничего не осталось. Нужно будет выяснить, что это была за тварь такая.

Двинулись к дому. Мои новые питомцы спрыгнули с дерева, следуя за нами невидимыми тенями. Расставил их грамотно: часть — впереди отряда, часть — позади, две группы — по бокам. Даже мои люди не замечали их присутствия.

Возился с «управлением». Процесс оказался сложнее, чем я думал. При желании мог видеть глазами любого паука, но, когда попытался подключиться ко всем сразу, чуть не рухнул от головокружения. Слишком много образов, слишком много чужих ощущений.

Пришлось перейти на более простой способ связи. Теперь улавливал только базовые инстинкты: «Враг!», «Опасность!», «Еда!», «Отдых!», «Боль!» Они передавали эти сигналы мгновенно и чётко, без лишней нагрузки на мой и без того измученный разум. Оставалось лишь понять, от какого маленького засранца это исходит.

Лес вокруг казался другим. Я видел его не только своими глазами, но и через восприятие пауков. Каждый шорох, каждое движение отзывалось в сознании, словно удар колокола. Пауки улавливали малейшие вибрации, замечали любое изменение в окружающем пространстве.

«Враг!» — пришёл сигнал от передовой группы, и я напрягся. «Еда!» — изменилась оценка. Это оказался всего лишь заяц.

Вот так, экспериментируя со своими новыми питомцами, мы добрались почти до нашего особняка. Пару раз встретился огнелис, но мои «ребята» с ним справились. К концу маршрута я уже шёл сам.

Окинул взглядом территорию особняка. Люди в чёрной форме СБИ повсюду, среди них мелькают военные мундиры. Отлично, всё идёт по плану.

Весть о моём возвращении разлетелась мгновенно. «Господин вернулся!» — крики передавались от человека к человеку, как волна.

Витас, услышав новость, рванул ко мне. За ним, как стая воронов, устремилась группа СБИ. Лейпниш сиял от радости и возбуждения. Я протянул руку для приветствия, но вместо рукопожатия он рухнул на колени:

— Мы поймали! Как вы и говорили.

— Магинский! — из группы преследователей вырвался Горбачёв, его лицо побагровело от гнева. — Ты ослушался приказа императора?

Глава 17

Поднял Витаса с колен, чувствуя, как дрожат от усталости руки. Тело молило об отдыхе, желудок требовал еды.

— Магинский, я с тобой разговариваю! — лейтенант подступил ближе. — Ты ослушался и пошёл…

Улыбнулся, ощущая, как невидимые пауки занимают позиции вокруг сотрудников СБИ. Вот только дайте мне повод, я вам тут устрою.

— И что же я сделал? — уточнил спокойно. — Пошёл воевать со всеми родами сам? Один? — обвёл рукой территорию. — Мои бойцы ведь здесь.

Горбачёв менялся в лице, жилка на его шее запульсировала сильнее.

— Это неважно! Только благодаря нам твои люди не последовали за тобой.

— Разве? — изобразил удивление, хотя каждое слово давалось с трудом. — Витас, я приказывал нападать на кого-то?

— Нет, господин! — Лейпниш выпрямился.

— Вот видишь.

— А где же ты был? — процедил Горбачёв сквозь зубы.

— Бегал! — сказал чистую правду, чувствуя, как паучки реагируют на растущее напряжение. — Охотился. Вот, глянь, лейтенант. Видишь, сколько мешков с тварями?

— На «вы» со мной! — он попытался придать голосу властности.

— Это ты другим говори, — хмыкнул в ответ, игнорируя пульсирующую боль в рёбрах. — Сам со мной на «ты» перешёл. Тем более ты сейчас на моей земле, проник без разрешения.

— Что? — лицо лейтенанта налилось кровью.

— Заметил людей из города, которые приезжали и уезжали, — продолжил я, краем сознания отмечая сигналы беспокойства от пауков. Твари чувствовали нарастающую агрессию. — Так вот, все в Енисейске уже знают, что ты второй раз проникаешь на землю аристократа без его ведома и когда его нет, — давил голосом на мужика.

— Ты!.. — губы лейтенанта затряслись, на шее вздулись вены.

— Уж не знаю, что там император скажет, — продолжил я, чувствуя, как пауки готовы к атаке. Мне пришлось их сдерживать, — но вот роды по всей стране такого хамства не потерпят. Монголы нападают, а монарх пользуется доверием и преданностью, подсылает людей забрать земли… Ох, чувствую, это действительно может вызвать бунт в государстве.

Горбачёв дрожащей рукой выхватил револьвер, направив его мне в грудь. В то же мгновение воздух наполнился лязгом взводимых курков. Мои люди и СБИ целились друг в друга. Никто не желал уступать.

— Император мне ничего не приказывал! — выплюнул лейтенант. Его рука с револьвером подрагивала, выдавая нервозность.

— Тем более, — хмыкнул я, наблюдая, как Витас пытается закрыть меня собой. Магия льда уже текла по каналам, незаметно проникая в механизм оружия Горбачёва. — Ты совсем уже берега попутал, мужик. Или форма жмёт?

От пауков пришёл сигнал тревоги. Они чувствовали нарастающую напряжённость. Я поморщился от ощущения, что инстинкты начинают ими управлять. Некоторые чуть не вцепились в идиота.

— Ты связался со мной и сказал о своих планах! — всё никак не сдавался Горбачёв. Пот катился по его лицу, несмотря на прохладный воздух.

— Свидетели? Реальная угроза? А их нет, — сплюнул я под ноги, чувствуя, как лёд уже заполняет ствол револьвера. — Есть лишь твои слова, подозрения и факт нарушения моих прав.

— Да я тебя сгною на рудниках! — взвёл курок мужик. Металл скрипнул, покрываясь изморозью изнутри. — Ты использовал обратный кристалл. За это тебя не спасёт… ничего!

— Ну, давай, — сделал шаг навстречу, игнорируя протестующий стон измученного тела, — если силёнок хватит… Флаг тебе в руки и барабан на шею! Витас, слушай мой приказ. Как только эта продажная шайка свалит, мы выдвигаемся на Зубаровых, а следом на остальных.

Горбачёв нажал на курок. Грянул выстрел, но вместо вылетевшей пули револьвер разорвало в его руке. Осколки металла, смешанные с кровью, брызнули во все стороны. Витас уже дёрнулся вперёд, закрывая меня.

— Стоять! — гаркнул я, чувствуя, как от крика отозвались болью все раны разом.

Лейтенант с воем схватился за искалеченную руку. Его лицо побледнело, когда он увидел торчащие из ладони осколки, покрытые инеем. Пауки среагировали на запах крови, их возбуждение передалось мне волной острого голода.

— Слушай сюда, гнида! — шагнул к Горбачёву, давя подступающую тошноту. — Ты бросил мне вызов. Сам или император — мне плевать…

Люди в чёрной форме застыли, не зная, как реагировать. Их командир только что попытался застрелить земельного аристократа на его собственной территории.

— Если он допустил, чтобы такие идиоты работали на службе… — голос звенел от едва сдерживаемой ярости. — Считай, что только что ты своими действиями разорвал мой договор с монархом. Объяснять ему будешь сам.

Все продолжали стоять и просто смотреть. В воздухе повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь стонами Горбачёва.

Вот это я представление устроил! Как пропал Дрозд, нужно было искать новый способ обезопасить себя. И, кажется, я его нашёл.

Окинул взглядом застывших людей в чёрной форме. Война не объявлена, против меня нет ни дела, ни суда. СБИ должны быть крайне послушными и вежливыми. Но, видимо, из-за придурков — таких, как Горбачёв — они почувствовали слишком много власти.

Да, это задница империи, самый край, но не просто же так тут Запашный обосновался. Появились монголы и джунгары. Вот только никто не смеет приходить на землю аристократа без его разрешения и официальной бумаги. Другой род попробует? Сразу война. Император — ещё можно понять…

А вот его шавки… Тут есть закон, и сейчас он на моей стороне. Земельные аристократы по всей стране не потерпят такого отношения. Баланс сил крайне хрупкий. И, если будет прецедент, как у одного пытались силой отжать… Монарху не понравится то, что потом начнёт происходить.

Поэтому Запашный делал всё медленно и поступательно. Проблемы никому не нужны. Лучше, чтобы род сам себя изжил, загнулся. Вот тогда хватай всё, что не приколочено. А так…

Хмыкнул про себя. Ведь мне ничего не мешает стать подданным монголов или джунгар. Моя земля — делаю, что хочу. А вот монарху крайне важно, чтобы я оставался в империи. Горбачёв тут сейчас нарушил всё, что только возможно. Но спасибо ему, хоть прикрыл, пока меня не было.

Я двинулся с группой вперёд, каждый шаг отдавался болью во всём теле. Мужики тащили мешки с ценными ингредиентами — качество просто изумительное, каждая тварь оказалась настоящей сокровищницей. Моим алхимикам должно понравиться.

На лице расползлась довольная улыбка, когда увидел, сколько строительного материала и рабочих рук появилось на территории. Скоро начнут возводить базы до самой серой зоны. Это сильно упростит охоту.

Рука машинально коснулась кармана, где лежал кристалл — лучшая приманка для монстров. В теории можно подчинить многих, и я обязательно попробую. Но, пока алхимики будут работать над зельями, армия тварей пока не нужна. Хотя, если такая потребность возникнет…

Паучки проскальзывали между людьми, невидимые для всех, кроме меня. Их присутствие отзывалось в сознании тихим гулом. Много маленьких глаз следили за каждым движением вокруг. Мы приближались к домику Витаса, где уже ждал наш особый гость.

Мешки с добычей отправились к ангару алхимиков. Я передал, чтобы часть оставили Борову. Его оружие уже доказало свою эффективность. Посмотрим, что он сделает с новыми материалами.

Пришлось остановиться, опершись о стену. Тело, несмотря на лечебные зелья, молило о передышке. Каждая мышца дрожала от перенапряжения. А ещё голод… Мой смешался с чувствами мелких засранцев и увеличился на порядок.

— Вы правда хотите выйти из подданства императора? — голос Лейпниша звучал тихо, в нём слышалось беспокойство.

— Посмотрим, — дёрнул головой. — Сейчас пока рано говорить об этом.

— Но вы всё сделали, чтобы Горбачёв остался, — Витас внимательно наблюдал за моей реакцией.

— Ага, — кивнул, пытаясь собраться с мыслями. Усталость накатывала волнами. — Я чуть дух переведу и займусь остальными проблемами. Охрана лишней не будет.

— А где им жить, есть, пить? — в голосе Витаса звучало искреннее удивление.

— Не моя проблема, — пожал плечами, чувствуя, как натягиваются недавно зажившие раны. — Не я же их начальник.

— Как скажете, — Лейпниш кивнул на свой домик. — По поводу пойманного шпиона… Я связал и запихал кляп. Пока тут такой разброд и шатание, пропажу сотрудника не заметят.

Он толкнул дверь, пропуская меня вперёд. Взгляд сразу выхватил фигуру в углу комнаты.

— Девушка? — брови сами поползли вверх.

— Джунгарам плевать на пол тех, кого они заставляют работать на себя, — Витас произнёс это с плохо скрываемым презрением.

— Усади её на стул, — я опустился рядом, чувствуя, как подкашиваются ноги.

На столе заметил графин с настойкой. Налил себе стакан и залпом опрокинул. Приятное тепло растеклось сначала по рту, потом по горлу и утонуло где-то в желудке. На мгновение прикрыл глаза.

Стоило только сесть, как сразу же навалилась усталость. Словно стену бросили на плечи, да ещё и веки начали предательски слипаться. Я заставил себя сфокусироваться на пленнице.

Длинные тёмные волосы спутались, но даже сейчас струились по плечам, как шёлк. Тонкая талия, высокая грудь. На точёном лице застыло выражение ярости, зелёные глаза метали молнии. Она что-то невнятно мычала через кляп.

Как только Витас придвинул её ближе, моя иголочка молниеносно вошла шпионке в ляжку. Девушка зашипела сквозь кляп, дёрнулась всем телом. На шее вздулась вена, грудь часто вздымалась от прерывистого дыхания. А потом она застыла, словно статуя.

— Послушай, — закинул я ногу на ногу, борясь с подступающей дремотой. — Это яд. Смертельный. Ты не можешь двигаться. Таковы лишь первые симптомы. Дальше у тебя начнут плавиться органы, — почувствовал её источник, — потеряешь связь с магией. Тело позеленеет, и что-то там было ещё… Уже не помню. Но в любом случае ты умрёшь. Мучительно и больно. От тебя останется лужа, которую мы уберём.

— Господин… — Витас сглотнул, кивнув на пленницу.

Тёмное пятно расползлось по штанам девушки. Я покачал головой. Первая мысль была о том, что переборщил. Впрочем, специально старался это сделать. Времени на долгие разговоры нет, да и верить ей не собираюсь. Опыт прошлой жизни научил: люди, прошедшие подготовку, — отличные манипуляторы.

Хотя… Может, просто давно хотела в туалет? Сколько она уже у Витаса? А сейчас тело парализовано, контроля над мышцами нет.

— Открой ей рот, — кивнул Лейпнишу.

— Ты покойник! — девушка выплюнула кляп, глаза её горели яростью. — И ты тоже! Твоих отца и брата нашинкуют, как капусту, и пришлют по частям. А потом сам станешь целью. Трус, который отказался от клятвы. Позор! Баба! Дешёвка!

Витас сжал руку в кулак, желваки заходили на его скулах. Он уже замахнулся…

— Ай! — вскрикнула девушка, когда я воткнул ещё одну иголочку в ногу, чуть ближе к туловищу.

— Деточка, — разочарованно выдохнул, наблюдая, как расширяются её зрачки от боли. — Мне плевать на угрозы, как и моему дорогому другу. А вот то, что я могу сделать с тобой… Твои хозяева даже предположить не смогут.

— Ой, да иди ты! — она скривилась в презрительной усмешке. — Слабый аристократ, об которого вытирают ноги. Род Магинских — это так… Мусор на свалке. Вас первых и сомнут.

Голова девушки мотнулась в сторону, на губах выступила кровь. Витас влепил ей пощёчину, вложив в удар всю свою ярость. Какая преданная шпионка нам попалась…

Я перевёл взгляд на двух паучков, что бесшумно проскользнули в домик. Их присутствие отзывалось в сознании лёгким гулом. Устало вздохнул.

Вот почему все хотят по-плохому? Можно же просто ответить на вопросы и идти дальше по своим делам. Трудись на врага, делай, что хочешь… Но нет, нужно показать гонор, несгибаемую волю и силу. Хотя тут она меня приятно удивила — с таким характером лучше бы служила на моей стороне.

— Выйди, пожалуйста, — попросил я Лейпниша.

— Хо-ро-шо, — процедил мужик сквозь зубы, испепеляя пленницу грозным взглядом.

Дверь закрылась с тихим скрипом.

— И что ты мне сделаешь? — девушка оскалилась. — Изнасилуешь? У тебя там хоть что-нибудь вообще выросло? Порежешь? Смеш…

Её голос оборвался на полуслове. Я отвернулся, наливая себе ещё настойки. Мне потребовалось всего пять минут, чтобы узнать всю правду, и то последние две я приводил пленницу в чувства. Девушка отрубилась.

— Умница, — погладил её по голове, словно маленького ребёнка. — Вот видишь, как всё оказалось просто.

— А-мам-а-а-ам, — бормотала она, когда я убрал иглы и нейтрализовал яд в её теле.

— Ну тише ты, тише, — развязал руки и поднял со стула. Девушка дрожала, как осиновый лист. По лицу текли пот и слёзы. Штаны стали ещё более влажными.

Аккуратно поправил помятый китель, пригладил растрепавшиеся волосы. В её глазах застыл ужас.

— Всё, как мы и договорились? — спросил, поддерживая девушку за локоть.

— А-мам-а-ам-ма, — она только хлопала глазами, словно новорождённый птенец.

Налил ей настойки. Пришлось самому поднести стакан к губам. Руки тряслись так сильно, что она бы всё расплескала. Алкоголь должен немного притупить пережитый шок.

— Алия, — забрал пустой стакан. — Ты пока тут посиди, пусть штаны высохнут. И ещё… У Витаса попроси прощения за свои слова. Он очень хороший мужик. Договорились? — чуть надавил голосом.

— Да-а-а! — девушка закивала с такой готовностью, словно от этого зависела её жизнь. Хотя… так оно и было.

Открыл дверь и вышел к ожидающему Витасу. Паучки проскользнули следом, их присутствие отзывалось в сознании удовлетворённым гулом. Они хорошо поработали.

— Больная сука! — выдал сразу мужик. — Я таких видел, им мозги промывают. Становятся не только подстилками джунгар, но ещё и преданными собаками. Тварь! Я бы её убил. Она оскорбила вас, род… Да за такое кожу нужно содрать. Баба не имеет права так говорить…

— Знаешь, — потёр виски, чувствуя нарастающую усталость, — девушка оказалась крайне приятной. Просто разволновалась чуть-чуть в самом начале. Очень её смутила ситуация с… неловким происшествием при мужчинах. Мы с ней душевно пообщались.

— Что? — Витас уставился на меня, словно я отрастил вторую голову.

— Её зовут Алия, и она нам поможет. Можно сказать, тебе повезло, мой друг, — прислонился к стене, давая отдых гудящим ногам. — Твои родные в Енисейске, там же группа джунгар. Привезли, чтобы лучше воздействовать на таких, как ты. Да и сложно это — куски человеческой плоти отправлять за сотни километров.

— Что⁈ — лицо Лейпниша вытянулось, глаза расширились. — Па-па и брат тут?

— Алия решила с нами сотрудничать, — кивнул, наблюдая, как паучки бесшумно скользят по стенам. — Мы её мать вызволим, и она снова будет свободным человеком. Даже предложила служить мне. Представляешь?

— Как? — прошептал мужик севшим голосом.

— Исключительно дипломатия и вежливость, — улыбнулся, вспоминая ужас в глазах девушки. — Ты только дыши. Я придумаю, как нам спасти твоих близких. Пока занимайся нашими делами.

— Господин! — Витас рухнул на колени, его плечи дрожали.

— Охотники нам нужны, — потянул вверх за плечо. — И хватит постоянно падать передо мной. Чувствую себя неловко в такие моменты.

Лейпниш застыл соляным столбом, когда я направился к дому. Мысли уже путались от усталости.

Служба безопасности империи никуда не делась. Стоят, как верные псы. Молодцы! Пусть охраняют мои земли и людей.

В особняке меня встретили слуги. Первым, конечно, появился Жора — его глаза мгновенно оценили моё состояние. Одного взгляда хватило, чтобы позвать подмогу. Я вцепился в двоих парней, и они потащили меня наверх.

В голове крутились блаженные картины: горячая ванна, от которой поднимается пар, сытный ужин, а потом мягкая постель. Спокойный, безмятежный сон… Что ещё нужно для счастья? Пришлось слегка преувеличить слабость, чтобы мои невидимые друзья-пауки незаметно проскользнули в дом.

Пока не решил, где их разместить. Часть можно оставить в комнате, других — за дверью, а остальных расставить по особняку. Удобно, что эти твари умеют ползать по стенам и потолку, словно тени. Их бесшумность стала приятным сюрпризом.

Жора, похоже, что-то почувствовал. Но моё «ухудшившееся» состояние отвлекло его внимание.

— Еды… — повернул я голову, борясь с настоящей, ненаигранной усталостью. — Ванну горячую. И загляни ко мне потом, кое-что тебе расскажу.

— Как прикажете, господин.

Многоглазые помощники передали сигнал опасности. Я замер, медленно повернулся к двери. Неужели мне не дадут сегодня отдохнуть? По ту сторону слышались взволнованные голоса.

Жора метнулся наружу и тут же вернулся. Я же невольно задумался. А сколько ему лет? На безэмоциональном лице ни морщинки, только проседь в волосах выдаёт возраст. Тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли.

— Господин, — слуга поклонился. — С вами очень хочет поговорить лейтенант Горбачёв. Сказал, что это важно и в ваших интересах.

— Ванну, еду, — повторил, соскальзывая с поддержки слуг.

Сам доковылял до двери, открыл. Охрана не пропускала Горбачёва — бледного, с перебинтованной рукой. В его глазах плескались паника и страх.

— Милости прошу, — хмыкнул я, кивая своим людям.

— Павел Александрович, — мужик сглотнул. — Спасибо, что согласились поговорить! Это правда важно и очень срочно.

Глава 18

— Проходите, лейтенант, — я с трудом опустился в кресло рядом. Тело уже кричало об отдыхе, но нужно закончить разговор.

Если он не совсем идиот, то постарается пойти на уступки. А я это использую себе во благо.

Горбачёв переминался у двери, прижимая к груди перебинтованную руку. От былой спеси не осталось и следа. Передо мной стоял загнанный в угол человек, лишь сейчас осознавший масштаб своих ошибок. И ладно бы только это. Именно последствия для собственной шкуры заставили его прийти ко мне.

— Павел Александрович, я… — он сглотнул, подбирая слова. — Приношу свои глубочайшие извинения! То, что произошло… Это непростительно.

— Да? — приподнял бровь, наблюдая, как Горбачёв бледнеет ещё сильнее. — А мне показалось, вы были весьма уверены в своих действиях. Как тогда сказали? Сгноите на рудниках? Ещё и убить пытались на глазах моих людей. Запомните: вы живы сейчас только по моей милости.

Жора, стоявший у стены, дёрнул бровями от удивления, но быстро вернул лицу обычную бесстрастную маску. Краем глаза я заметил, как его пальцы едва заметно сжались. Единственный признак эмоций, который он позволил себе показать.

Горбачёв судорожно сглотнул, его кадык дёрнулся. Здоровой рукой он полез во внутренний карман, движения оказались неловкими.

— Эмоции, — голос дрожал, когда лейтенант достал платок и промокнул взмокший лоб. Ткань оставила влажные разводы на бледной коже. — Я позволил себе… Я ошибся… Это возмутительно, — он запнулся, подбирая слова. — В общем, готов всё исправить.

Дрожащими пальцами Горбачёв выложил на стол документы — желтоватые листы с печатями легли веером. Ордер на обыск моей комнаты, свидетельские показания и… обратный кристалл. Камень тускло блеснул в свете ламп, словно подмигнул мне.

— Все улики против вас, — голос мужика сорвался. Он прочистил горло и продолжил тише. — Если вы согласны не поднимать шум…

— Даже так? — я сдержал улыбку, разглядывая, как его пальцы нервно теребят край кителя. — Вот только получается не совсем равноценная сделка.

Горбачёв опустил голову, плечи поникли:

— Понимаю. Но это всё, что я могу предложить.

Я скользнул взглядом по бумагам и кристаллу, едва заметно кивнув Жоре, чтобы тот забрал их.

— Знаете, — подался вперёд, понизив голос до доверительного шёпота. — Эта вещица не моя. Думаю, вы не поверите, но это действительно так. Ставленник императора дал мне кристалл в качестве откупа.

— Что? — глаза Горбачёва расширились от удивления. Его здоровая рука замерла, перестав теребить бинты.

— Угу, — кивнул я, внимательно следя за реакцией мужика. — Зубаровы и мои с ними разногласия. Запашный не хотел конфликта. Он подумал, что, ослабив меня, когда я воспользуюсь кристаллом, вн выиграет… Но не ожидал, что я осведомлён о его силе.

Лейтенант нахмурился, на лбу мужика пролегла глубокая складка:

— Почему вы не сдали его немедленно?

— Да как-то не до того было, — пожал я плечами, разглядывая, как свет лампы играет в гранях кристалла. — Монголы, защита земель — много всего навалилось. Можете мне не верить, но вам стоит быть аккуратнее с этим человеком.

Один очень хороший стратег когда-то сказал умную мысль, хотя у него их было немало. «Если против тебя вышли несколько сил, внеси разлад между ними и объединись с кем-то из них».

Уверен, ставленник императора как-то воздействовал на лейтенанта. Но самоуверенность и глупость поставили его в тупик. Понятно, что сразу он не изменит своего мнения о Запашном. И всё же зёрна сомнения я заронил. Не просто же так мужик, который был готов рвать и метать, вдруг изменился и стал покладистым?

— Хорошо, я принимаю ваши условия, — наклонился вперёд, опираясь локтями на стол. Что бы вы там ни думали на мой счет… Я не хочу создавать смуту.

— Благодарю! — Горбачёв с заметным облегчением выпрямился, слегка пошатнувшись. — Мы немедленно…

— Постойте! — остановил его жестом. В голове уже сложился план. — Думаю, вы можете остаться ещё на денёк. Считайте это моей благосклонностью, — сделал паузу, наблюдая, как недоумение проступает на его лице. — Так вы покажете, что по-прежнему держите ситуацию под контролем и не прогнулись перед аристократом.

Вот это лицо лейтенанта перекосило. На нём появилась смесь недоверия, настороженности и проблески надежды.

— Что? — щёки порозовели, выдавая смущение. — Зачем это вам?

— Инвестиция, — позволил себе лёгкую усмешку. — Надеюсь, что вы её оцените. А принимать или нет, — развёл руками, морщась от боли в плече, — решайте сами. Простите, я устал и хочу отдохнуть.

Горбачёв застыл в нерешительности, явно пытаясь найти в моих словах подвох. Его взгляд метался между мной и дверью, словно он прикидывал пути к отступлению. Наконец, коротко кивнул и направился к выходу. У самой двери обернулся, будто хотел что-то сказать, но передумал.

Когда за ним закрылась дверь, я позволил себе довольно улыбнуться. Моё предложение достигло цели: я получил обратный кристалл и все документы. Ни обвинений, ни давления, а ситуация почти вернулась к началу.

— Жора, — повернулся к слуге, — передай Витасу и остальным: никакого напряжения с людьми СБИ не создавать.

— Будет исполнено, господин, — поклонился он.

Я с трудом поднялся с кресла, чувствуя, как ноют все мышцы. В голове мелькнула мысль о монголах и ослабленных родах — сейчас самое время нанести удар. Но тут же одёрнул себя: «Некромант и джунгары… Сначала нужно разобраться с ними».

В голове снова рисовались блаженные картины: горячая ванна, плотный ужин и мягкая постель…

Я толкнул дверь своей комнаты. Жар от растопленного камина окутал тело приятным теплом — слуги постарались. В воздухе витал аромат трав и мыла, из приоткрытой двери ванной поднимался пар, обещая приятный отдых.

Скинул остатки изорванной одежды. Горячая вода обожгла кожу, когда погрузился в неё. По телу прокатилась волна дрожи. Мышцы начали расслабляться впервые за долгие часы.

Лёгкий стук в дверь прервал мою дрёму:

— Господин, — голос Жоры звучал приглушённо, — я принёс зелья и ужин.

— Входи, — ответил я, приоткрыв глаза.

Слуга поставил поднос на столик у ванны. Три флакона с зельями поблёскивали в свете свечей: два лечебных и одно для восстановления магии. Рядом исходил паром бульон, запах которого заставил желудок жалобно заурчать.

— Сначала зелья, господин, — Жора протянул мне первый флакон.

Я проглотил горьковатую жидкость, чувствуя, как по телу разливается тепло. Второе зелье усилило эффект. Боль отступила, сменившись приятной лёгкостью.

Магическая жидкость обожгла горло прохладой. Источник внутри встрепенулся, жадно впитывая силу. По каналам потекла энергия, заполняя опустошённые резервы.

— Теперь поешьте, — Жора пододвинул столик ближе.

От одного вида еды рот наполнился слюной. В глубокой тарелке плавали кусочки нежного мяса, золотистые капли жира поблёскивали на поверхности бульона. Рядом лежал свежий хлеб, ещё теплый, судя по исходящему от него пару.

Первая ложка обожгла нёбо, но я не мог заставить себя есть медленнее. Бульон наполнял желудок теплом, возвращая силы измученному телу. А хлеб оказался с хрустящей корочкой, мякиш же таял во рту.

Жора молча стоял рядом, готовый выполнить любое распоряжение.

Лёгкое покалывание на краю сознания усилилось — мои новые питомцы просились внутрь. Я улыбнулся, позволяя части пауков проскользнуть в комнату. Остальных распределил по особняку: два — у входа, пара — на крыше, несколько — в коридорах.

— Друг мой, сейчас я кое-что тебе покажу. Ты только не кричи и не переживай, у меня всё под контролем. Договорились? — спросил я, наблюдая за реакцией слуги.

— Что? — Жора удивлённо приподнял бровь. — Господин, я долго живу на белом свете, и меня мало чем можно удивить.

— Хорошо, — кивнул я, мысленно потянувшись к своим питомцам.

Два паука материализовались из воздуха, словно соткались из тумана. Их полупрозрачные тела размером с крупную собаку мерцали в свете свечей. Кристаллы на спинах пульсировали холодным сиянием, между пластин брони струились потоки морозной силы. Двенадцать глаз каждого существа переливались всеми цветами радуги, внимательно изучая человека.

Жора застыл, его лицо побледнело до цвета мела. Глаза расширились, когда один из пауков бесшумно прошёл мимо слуги, оставляя за собой дорожку инея на полу.

— Господин… — Георгий рухнул на колени, его голос дрожал. — Вы… Вы смогли! Древняя сила рода вернулась!

На глазах слуги блеснули слёзы. Даже поперхнулся бульоном от такой реакции. Один из пауков дёрнулся на звук, но я мысленно успокоил его.

— Поднимись, — вздохнул, наблюдая, как существа занимают позиции по углам комнаты. — Они просто погостят в особняке немного.

— Вы истинный Магинский! — Жора смотрел на меня с таким благоговением, будто перед ним явился сам император. — Теперь род возродится во всей своей славе! Ваш дед говорил, что однажды…

Слуга запнулся, его взгляд метался между пауками. Понятно… Снова какие-то клятвы и обещания. Всё, чтобы мне было проще жить.

— Ладно, — кивнул я, отставляя пустую тарелку.

Паучки уже освоились, один даже попытался забраться на шкаф.

— Ты иди, отдыхай. А я… — зевнул, чувствуя, как наваливается усталость. — Посплю.

— Но как же… — слуга всё ещё не мог оторвать взгляда от тварей.

— Жора, — улыбнулся устало, — всё под контролем. Они мои.

Когда за ним закрылась дверь, я добрался до кровати, чувствуя, как подгибаются ноги. Глаза закрылись сами собой… Мгновенно провалился в сон. Кажется, это самое приятное, что я испытывал за последнее время.

И тут что-то влажное и тёплое коснулось моего лица.

Я дёрнулся, готовый атаковать, но… Передо мной сидел водяной медвежонок, его хвост радостно вилял из стороны в сторону. Мутно-белые глаза смотрели с таким обожанием, что я невольно усмехнулся.

— Ты как из подвала выбрался, мелкий паршивец? — спросил устало, разглядывая довольную морду.

Медвежонок только фыркнул и, не дожидаясь приглашения, забрался на кровать. Его чешуя тускло светилась в темноте, между пластин пульсировали крошечные отростки. От зверя пахло тиной и почему-то… печеньем? Тварь развалилась на подушке, как домашний кот, ещё и живот подставила, явно намекая на ласку.

Не успел я удивиться этой наглости, как воздух наполнился морозной силой. Один из пауков, видимо, решив, что хозяину угрожает опасность, материализовался прямо над мишкой. Двенадцать глаз полыхнули яростью, кристаллы на спине вспыхнули ослепительным светом.

— Стой! — крикнул я, но было поздно.

Паук атаковал, выпуская веер ледяных игл. Медвежонок с неожиданной для его комплекции ловкостью увернулся, попутно цапнув тварь за лапу. Они покатились по комнате, сшибая мебель. Столик с остатками ужина полетел в угол, осколки тарелки брызнули во все стороны.

Я метнулся к ним, пытаясь погасить сигнал тревоги, который уже разлетелся по сети пауков. В голове звенело от десятков панических «Враг! Опасность!», а эти двое продолжали крушить комнату.

Паук взобрался на стену, его невидимость мерцала, создавая причудливые тени. Медвежонок встал на задние лапы, раздувшись от важности. Со стороны это выглядело до смешного нелепо, учитывая его размеры. Между чешуек засветилась вода, готовая превратиться в смертоносные струи.

— А ну, прекратили! — рявкнул я, пытаясь достучаться до обоих.

В ответ паук плюнул кристаллизующейся паутиной, а мишка выпустил поток воды. Заклинания столкнулись в воздухе, окатив меня ледяным душем.

«Защищать! Враг! Опасность!» — паучья сеть разрывалась от сигналов тревоги. Я чувствовал, как остальные твари рвутся в комнату, и сдерживал их.

Медвежонок, воодушевлённый своим попаданием, прыгнул на стену следом за пауком. Его когти оставили глубокие борозды на дорогих обоях. Паук в ответ метнул ещё порцию паутины, сковывая лапу противника льдом.

В коридоре послышался топот — похоже, шум привлёк внимание охраны. В дверь забарабанили.

— Господин, у вас всё в порядке? — голос Жоры звучал встревоженно.

Я едва успел увернуться от нового потока воды. Медвежонок, несмотря на промёрзшую лапу, умудрился зацепить паука хвостом. Тварь слетела со стены, но ловко перевернулась в воздухе. Её кристаллы полыхнули с новой силой.

— Всё хорошо! — крикнул я, пытаясь перекрыть шум битвы. — Кошмар приснился!

— Но мы слышали… — начал было слуга.

— Я сказал: всё в порядке! — рявкнул, одновременно пытаясь усмирить разбушевавшихся питомцев.

Мишка теперь скакал по комнате, оставляя мокрые следы на полу и стенах. Паук преследовал его, методично заковывая в лёд всё, до чего мог дотянуться. Шкаф покрылся изморозью, занавески превратились в ледяные сосульки.

— Хватит! — процедил я сквозь зубы, усиливая ментальный приказ магией.

Паук замер первым. Его кристаллы потускнели, двенадцать глаз виновато уставились на меня.

Медвежонок плюхнулся на задницу, поскуливая и зализывая пострадавшую лапу. На его морде красовалась глубокая царапина от паучьих когтей.

Я осмотрел поле боя: перевёрнутая мебель, разбитая посуда, изодранные обои, лужи на полу вперемешку с осколками льда. Прекрасно… Просто прекрасно!

— Ну и что мне с вами делать? — устало опустился на кровать, разглядывая этих двух… разбойников.

Паук, прихрамывая, подполз ближе: мишка едва не оторвал ему лапу. Медвежонок тоже придвинулся, жалобно поглядывая то на меня, то на свою рану.

— На ингредиенты обоих пущу, — проворчал я, рассматривая их жалкие мордашки. — Тебя, — ткнул пальцем в мишку, — вообще в подвале запер. А ты как выбрался?

Медвежонок обиженно фыркнул, его светящиеся отростки потускнели. Вот же… актёр! Паук между тем подобрался ещё ближе, явно намереваясь что-то сделать.

— Ты чего?.. — начал я, но тварь уже вцепилась мне в руку. — Гадёныш!

Острые жвалы прокусили кожу, но вместо боли я почувствовал странное тепло. Паук жадно глотал мою кровь, и его раненая лапа на глазах восстанавливалась.

«Что за?..» — уставился на это чудо. Может, дело в зельях, которые я выпил? Восстановление магии и лечилка? Или в том, что у меня теперь есть магия льда, усиленная его собратьями?

Медвежонок, увидев такое дело, тоже пододвинулся ближе. Морда зверя с кровоточащей царапиной оказалась прямо передо мной. В глазах читалось явное: «А как же я?»

Монстр закончил лечить себя, подёргал повреждённой лапкой. Проверил, что всё в порядке, и пополз на стену. Я выдохнул. Второй многоглазик, что тут был… Сложно было удержать его. А ещё те, за дверью. Нужно будет поработать над усилением ментальной связи.

Совсем не плюшевый монстр попытался занять мою подушку.

— Даже не думай! — погрозил ему пальцем. — Спать! Вон там, в ногах.

Мишка печально вздохнул, а потом послушно устроился в указанном месте. И тут я понял странность… С пауками у меня чисто ментальная связь, команды и контроль. А этот… словно понимает каждое слово. Но как такое вообще может быть?

Посмотрел ещё раз на монстра.

— Вот бы тебя тоже как-то прятать научиться, — пробормотал я, поглаживая тёплую чешую медвежонка.

Когда эти засранцы дрались, чтобы угомонить пауков, мне пришлось схватить кристалл. И сейчас он в моей руке вдруг вспыхнул ярким светом. Тело мишки задрожало, начало терять плотность. Я с изумлением наблюдал, как зверь превращается в светящийся туман, который втянулся в камень спиралью.

— Чего?.. — уставился на кристалл. — Миша? Пушистик? Ау! Да не злюсь я на тебя!

Камень тускло мерцал в ответ, но медвежонок не появлялся. Паук на стене заинтересованно склонил голову.

— Как тебя теперь оттуда достать? — потряс кристалл. Ответом была только лёгкая пульсация силы внутри камня.

«Потом», — решил я, чувствуя, как наваливается смертельная усталость. Положил кристалл на прикроватный столик. Паук занял свой пост в углу. Отличная способность у тварей, которая мне очень поможет. Сон накрыл меня, едва голова коснулась подушки. Но длился он недолго…

Резкий сигнал тревоги от пауков выдернул из забытья. «Чужой! Опасность!» Тело отреагировало мгновенно: рука метнулась к мечу, кинжалы сами скользнули в ладонь. Куртка с иглами лежала рядом.

В окно кто-то смотрел. Я видел незваного гостя глазами своих шпионов. Тёмный силуэт завис в воздухе на уровне третьего этажа. Как этот наглец вообще там держится?

Тень за стеклом шевельнулась и, словно дым, просочилась в щель между рамами. Пауки среагировали мгновенно. Два многоглазика материализовались из воздуха по обе стороны от окна. Их кристаллы полыхнули ослепительным светом, наполняя комнату морозной силой. Паутина брызнула веером, мгновенно кристаллизуясь на лету.

Фигура попыталась метнуться в сторону, но мои шпионы превзошли сами себя. Ледяная сеть оплела тело наглеца от шеи до пят, оставив свободной только голову. С глухим стуком непрошеный гость рухнул на пол.

— А мне так нравится, — довольно протянул я, поднимаясь с кровати.

В правой руке сжимал меч, кинжалы привычно упирались в горло нарушителя. Не спуская глаз с пленника, дотянулся до лампы.

В тёплом свете проступили знакомые черты. Маргарита лежала, окутанная морозной паутиной, но на её лице, вопреки ситуации, играла лёгкая улыбка.

— У тебя получилось? — в голосе девушки звучало искреннее любопытство. — Ты смог подчинить тварей?

Глава 19

Маргарита лежала на полу, скованная паутиной моих маленьких убийц. Магия инея покрыла тонкой коркой льда её руки и ноги. Девушка не выглядела испуганной, скорее… Заинтересованной?

— У тебя получилось, — в её голосе звучало искреннее любопытство и восхищение. — Ты смог подчинить тварей?

Посмотрел на перевёртыша. Просто ли так она отдала мне эту ценную штуку? Пробовали ли Маргарита и Симона сами подчинить себе тварей? Хотя! Монстры на них не нападают. Тогда я решил, что существа просто видят в них своих сородичей.

— А у тебя не получилось? — задал вопрос.

— Я даже…

Обошёл её и сел на кровать.

— Не нужно врать. Если ты хочешь, чтобы я тебя выслушал и не убил, то не стоит…

Паучки беспокойно зашевелились, реагируя на мои эмоции. Один спустился по стене, замер прямо над головой девушки. Его двенадцать глаз мерцали в полумраке всеми цветами радуги.

Маргарита зажмурилась, когда жвалы несколько раз клацнули над её лицом.

— У меня не вышло, — выдохнула она. — У Симоны тоже. Кристалл нас не принял, вот я и отдала тебе. Слышала как-то легенду про Магинских.

А вот это уже крайне полезная информация. Выходит, не у всех получается использовать кристалл. Но это не исключает желание им владеть. Если я способен, значит, есть и другие. И снова эти слова про мой род… Что-то часто они стали всплывать.

— Ну и? — хмыкнул. — Ты же не пришла ко мне ночью, чтобы просто полежать рядом на полу?

— Нас с сестрой сделали перевёртышами монголы, — девушка опустила взгляд, и я почувствовал волну горечи в её словах. — Заставляли делать… разное. Мы сбежали. Я больше не хотела… Симона, она очень ранимая.

— И пришли к Магинским? — не сдержал улыбку. — Почему?

— Случайно вышли на ваш род. Я уже рассказывала. Елизавета убила двух девушек.

— И вы подумали, что это отличная идея — взять их тела и остаться в особняке?

— Глава охраны Магинских решила, что они выжили и потеряли память, — ответила перевёртыш. — Мы же не круглые дуры. Похоронили тела и сами приняли форму. Елизавета пришла проверить и увидела нас живыми. Если бы напала… Мы бы её прикончили. А она нас со слугами отнесла в особняк, так потом и остались в доме.

Где-то на краю сознания возникла мысль связаться со стариком. Но я её отогнал. Он человек взрослый и всё знает о Елизавете. Решил сохранить жизнь? Его выбор. Но, если наши пути ещё раз пересекутся и она что-то сделает против меня… Это будет её последнее решение.

— Монголы искали нас. Все их шпионы, все связи задействованы. Но у Магинских было спокойно, пока… — она посмотрела мне в глаза. — Пока вы с Жорой нас не раскрыли.

— И тогда вы сбежали на рудник.

— Да. Место с огромным количеством кристаллов, так говорил твой дед. Хотели отсидеться там и уйти дальше, — Маргарита поморщилась. — Но Зубаровы и Запашный заинтересовались территорией. А когда мы выходили… На нас напала тварь, которая оказалась хуже, чем мы сами.

— Некромант, — закончил я за неё.

— Он ранил Симону, отравил, — в глазах девушки блеснули слёзы. — Моя сестра умерла бы, если бы не ты.

Я задумчиво побарабанил пальцами по столу. Паучки отреагировали на моё беспокойство — их кристаллы засветились ярче.

— Монголы не просто так пришли тогда, верно? — прищурился. — Они ищут что-то конкретное.

Маргарита улыбнулась и кивнула в сторону кристалла:

— То, что мы украли.

«Да мне везёт! Если они узнают…» — подумал и выдохнул.

Отдавать его я не намерен, слишком уж полезная вещица. Главное — у меня получается с ней взаимодействовать. Пусть пока ещё не очень хорошо, но… Благодаря кристаллу чаша весов может оказаться на моей стороне.

— Ты не представляешь, какая сила заключена в этом кристалле, — Маргарита подняла голову, насколько позволяла паутина. — У монголов есть легенда о Чёрных временах. Они верят, что именно такие кристаллы стали причиной всех бед.

Чёрные времена… Про это я уже слышал. День, когда монстры дружно решили сократить поголовье людей. Если это правда, то подобные штуки…

— С их помощью можно привлекать и подчинять монстров, — продолжила девушка. — Как ты уже сам убедился.

— И кому понадобилось натравить всех тварей на людей? — спросил я, заметив, как дрогнули её ресницы.

— Я не знаю, — она покачала головой, пряди тёмных волос упали на лицо. — Это лишь осколок от того кристалла. Монголы ищут такие. У них есть одна часть, а у тебя сейчас вторая.

В памяти всплыла встреча с Батбаяром. Теперь его поведение обретало смысл. Он не просто хотел вернуть беглянок, уроду нужен мой кристалл.

— Сколько всего частей? — наклонился чуть ближе.

— Не знаю, — в её голосе звучала искренность. — Монголы очень хотят вернуть своё. И, если нужно, они даже развяжут войну, — девушка сделала паузу. — Ваш император тоже знает об этом.

— Что? — сказанное ею стало для меня неожиданностью.

— Я слышала, как они говорили, что на вашей земле тоже есть осколок, а может быть, и не один. Уже много лет монголы хотят собрать весь кристалл и стать… — Маргарита дёрнула носом и закрыла глаза. — Джунгары, Китайское царство. У всех есть похожие легенды.

Все знают и все хотят… Логично. Мысли заметались в голове: «А не поэтому ли кристаллы отправляются монарху? Не просто чтобы сдержать рост магов, но и найти кое-что особенное…» Паучки уловили моё возбуждение. Их кристаллы замерцали ярче.

— Ты меня освободишь? — вдруг спросила Маргарита, и в голосе появились кокетливые нотки. — Или тебе нравится чувствовать власть над девушкой?

— Так ты не человек, — хмыкнул в ответ. — И тем более не девушка.

— Сам ты не человек! — она дёрнулась в путах. — Я девушка! Понятно⁈

Её возмущение было таким искренним, что я невольно улыбнулся. Паучки отреагировали на мой приказ мгновенно — ледяные жгуты растаяли, освобождая пленницу.

Помог Маргарите встать, и тут одежда, разъеденная паучьей магией, осыпалась к её ногам. Она стояла передо мной обнажённая, лунный свет очерчивал изящный силуэт.

— Нравится? — в её голосе смешались вызов и насмешка.

Молча прошёл в ванную, взял халат. Вернувшись, накинул ей на плечи. В глазах девушки промелькнуло удивление.

— Зачем ты пришла и что тебе нужно? — спросил прямо.

— Защити нас от монголов, — голос Маргариты стал тише.

— Хм… — усмехнулся. — А зачем мне это?

— Потому что они твари и будут нас использовать, — девушка стиснула края халата. — А перед этим накажут.

— Меня очень попросили вас найти и вернуть, — протянул я. — Даже заплатить обещали.

— И ты согласился? — в её глазах мелькнул страх.

Промолчал, наблюдая за реакцией.

— Кто с тобой говорил? — она наклонилась вперёд.

— Отгонбаярын Батбаяр.

— Он? — Маргарита напряглась всем телом, тонкая ткань соскользнула с плеча. — Я могу тебе помочь с ним.

— Да? И как же? — заинтересовался я.

— Нужно подумать и обсудить с сестрой, — Маргарита запахнула халат. — Ладно, мне пора.

Девушка снова стала дымом, исчезла так же быстро, как и появилась.

Я посмотрел в окно. Выходит, ставки повысились. Теперь это не просто грызня за кусок земли — моей земли. Это противостояние стран… Если хоть часть из её слов правда…

Подошёл к кристаллу и взял в руку. Мой источник тут же откликнулся на энергию. Они пульсировали в унисон… Эта штука позволит мне стать тем, кем я захочу.

На лице воссияла улыбка. «Придётся кое-какие планы изменить», — мелькнула мысль. Я хмыкнул и вернулся в постель. Пока же требуется разобраться с насущными проблемами.

Паучки заняли свои места, а я закрыл глаза

* * *

Проснулся от храпа. Громкого, с присвистом, словно кто-то пытался играть на расстроенной дудке. И каково же было моё возмущение, когда увидел источник звука. Мелкий засранец развалился рядом на кровати. Медвежонок каким-то образом выбрался из кристалла и сейчас счастливо посапывал, распластавшись на моей постели.

Мало того, что всю кровать испачкал своей тушкой, так ещё и подушку присвоил. Вон сутулая морда обнимает её всеми лапами и похрапывает, словно старый морской котик.

Я выдохнул, чувствуя, как рука до сих пор сжимает кристалл. Разобраться бы, как туда запихивать и вытаскивать монстров. Стоп! А только одного можно? Или… От этой идеи по телу растеклось приятное тепло. Очень хотелось верить, что в камешек поместится немало тварей.

Картины уже рисовались в воображении: раз — и вот перед тобой мобильная армия монстров, готовых выполнить любой приказ. Но пока это лишь мечты. На данный момент получилось приручить только несколько мелких паучков да этого наглого засранца.

И то не уверен, что он мне подчиняется. Скорее, просто привязанность. Вдруг решил, что я его родственник. Брат родной от мамы другой…

Медвежонок протяжно захрапел словно в подтверждение моих мыслей. Я схватил подушку и швырнул в него:

— А ну, просыпайся, морда! Солнце уже высоко.

Ноль реакции. Только перевернулся на другой бок и засопел ещё громче.

Я бросил попытки разбудить обнаглевшего монстра и встал, направляясь в ванную. Холодная вода смыла остатки сна. Уже вытирался полотенцем, когда в дверь постучали.

Жора, как всегда, пунктуален. Слуга застыл на пороге, увидев картину: я в халате, а на кровати развалился водяной медведь, сладко посапывая в обнимку с подушкой.

Лицо Георгия преобразилось. Такого восторга я у него ещё не видел.

— Ладно бы там девушка была или две, — хмыкнул, глядя на его реакцию. — А это же тварь.

— Ваша сила меня радует нисколько не меньше, чем возможная связь с дамами и продолжение рода, — серьёзно ответил слуга. — Кстати об этом. Госпожа Требухова очень хочет с вами поговорить.

— А я сейчас где? — вопросительно глянул на него.

— Вы уехали в город, — без запинки ответил Жора. — А перед этим отбивали атаку монголов, ещё раньше — охотились. Но долго продолжаться так не может, вам нужно с ней поговорить. Госпожа Вероника ваша…

Жора внезапно замолчал и напрягся. Его источник активировался. Медвежонок, проснувшись, сейчас с интересом обнюхивал ногу гостя. Слуга старался держаться невозмутимо, но я видел, как подрагивают его пальцы. Что бы он тут ни говорил, рефлексы и чувство опасности никуда не делись.

— У меня ещё есть несколько незавершённых дел, — ответил я, наблюдая, как медвежонок тычется носом в ногу Жоры, оставляя влажные следы на начищенных до блеска туфлях. — Как только разберусь, вернёмся к вопросу Требуховой.

— Перевёртыши… — произнёс Жора с явным облегчением, отступая на шаг от любопытной твари. — Наконец-то приехали люди с артефактом. Они с утра проверили всех слуг и наших людей. Больше этих существ в доме нет.

— Отлично, — мой взгляд упал на остатки одежды Маргариты, разбросанные по полу. — Пусть у меня уберутся. И это… Попроси, чтобы сделали какой-то вольер или клетку для этого засранца. Всю кровать испачкал своей слизью.

Медвежонок, словно поняв, что говорят о нём, поднял морду и издал обиженное «фыр». Чешуя на его спине слабо засветилась, между пластин заструились тонкие ручейки воды.

— Господин! — Жора сделал шаг ко мне, его голос стал тише, почти шёпот. — Никто не должен знать о вашей связи с монстрами. Никто! — в глазах слуги читалась тревога. — Даже друзья могут стать врагами.

— Хорошо, — кивнул, понимая его беспокойство.

Сжал кристалл в руке, размышляя о том, как научиться лучше им управлять. И тут произошло неожиданное. Мишка вдруг покрылся дымкой, его тело стало полупрозрачным и начало втягиваться в камень, словно вода в воронку.

Жора застыл с открытым ртом, глядя на это представление. Его глаза расширились от изумления, как у ребёнка, увидевшего лучший фокус в мире. Даже обычно невозмутимая маска лица дала трещину.

Я вышел из комнаты, чувствуя, как мои многоглазые питомцы тут же начали двигаться, бесшумно скользя по стенам. Их присутствие успокаивало. Смертоносные охранники, невидимые для всех, кроме меня.

Солнце уже стояло высоко, когда я вышел на территорию. Люди СБИ всё ещё были здесь. Чёрные мундиры мелькали между домами, как вороны на кладбище. Горбачёв выполнил моё предложение остаться. Но я понимаю, что долго так продолжаться не будет.

Окинул взглядом своих людей. Витас сидел на скамейке около домика, задумчиво выпуская кольца дыма. При моём появлении он тут же поднялся, затушив сигарету:

— Господин.

— Что случилось? — спросил я, отмечая его потухший взгляд.

Лейпниш горько усмехнулся:

— Столько лет ждал, мечтал, как освобожу родных. Строил планы, готовился… — Витас сжал кулаки. — А они сейчас здесь, так рядом. В Енисейске.

Я молча смотрел, как играют желваки на его скулах. Паучки тоже уловили эти эмоции. Волны боли и ярости накатывали одна за другой.

— Алия… — Витас покачал головой. — Несколько часов приходила в себя. Всё бормотала что-то про монстров и пауков. Говорила, будто видела настоящих демонов с множеством глаз, — его голос дрогнул. — И они лезли к её лицу.

Мужик достал новую сигарету:

— Шарахалась от каждого звука. А потом плакала. Долго… — затянулся он. — Жалела себя, что предала страну, начала служить джунгарам. И умоляла ей помочь. Вот же дурёха!

Я пожал плечами, стараясь, чтобы лицо оставалось бесстрастным. Один из паучков над головой Витаса замер, его кристаллы едва заметно пульсировали:

— Понятия не имею, о чём она. Я её и пальцем не тронул, — это было совершенной правдой. — Просто Алия поняла, на чьей стороне и к чему это всё ведёт. Кстати, где она?

— Ушла к своим, — Витас кивнул в сторону города.

— Она рассказала?

— Да, — его лицо помрачнело. — Адрес, где сидят минимум тридцать джунгар и родственники их шпионов. До сих пор не понимаю, как они спокойно прошли границы и заселились, — в голосе Витаса зазвенела ярость.

— Деньги, — хмыкнул я, наблюдая, как дым от его сигареты растворяется в утреннем воздухе. — Они творят чудеса… Ладно, собирайся.

— Куда? — Лейпниш удивлённо поднял брови.

— В город, — мои паучки уже пришли в движение, чувствуя передавшееся им волнение от предстоящего дела. — Разведаем обстановку и решим, как нам действовать с этими тварями.

Мужик сначала даже не понял, про что я. А после тряхнул головой, чтобы собраться.

— Возьмём грузовик, — бросил я, направляясь к гаражу.

— Зачем? — Витас нахмурился, щурясь от яркого света. — Можно же на обычной машине. Да и в городе грузовиком сложнее маневрировать.

— Материалы нужны? — вопросом на вопрос ответил я.

Наблюдал, как мои паучки скользят по стенам гаража, исследуя каждый угол.

— Да, — кивнул Витас, проведя рукой по щетине. — Строители говорили, что заканчиваются. Уже несколько стоянок почти возведены.

— Убьём двух зайцев, — резюмировал.

Не говорить же ему про паучков и их способность занимать место. Без них я никуда не поеду.

Грузовик выкатили под открытое небо. Мужики попытались завести эту капризную малютку, но ничего не вышло. Позвали Борова. Только у него налажены хоть какие-то отношения с машиной.

«В будущем нужно будет купить ещё транспорт в род», — мысленно отметил я.

Альберт выскочил из мастерской, на ходу вытер руки промасленной тряпкой. Его лицо светилось от счастья.

— Он в последнее время сам на себя не похож, — повернулся Витас ко мне. — С мужиками силой не меряется, стал спокойнее. Это всё Люська. Строит его баба.

Она может… Перед глазами всплыло то, как меня схватила и чуть не раздавила.

Тем временем двигатель взревел под умелыми руками Борова, выпуская облачко сизого дыма. Я забрался на пассажирское сиденье, кожаная обивка которого потрескалась от времени. Витас сел за руль, его пальцы нервно постукивали по потёртому рулевому колесу.

Боров подошёл к открытому окну, вытер пот со лба.

— Господин, я кое-что придумал для Бори. Люська подсказала, — он замялся. — Можно ли мне использовать части тварей, которых вы недавно добыли?

— Да, — кивнул я, разглядывая, как солнечные блики играют на металлических застёжках его фартука. — Скажи об этом нашему водителю, а то вон какой смурной сидит. Будет у него новая рука… И машина тоже.

Паучки незаметно забрались в кузов, растворяясь между досками обшивки. Грузовик тронулся, колёса захрустели по гравию. Пыль поднялась облаком, оседая на начищенных сапогах людей СБИ, лениво прогуливающихся по территории.

Кто-то из них дёрнулся доложить. Перед тем, как мы покинули нашу территорию, я встретился взглядом с Горбачёвым. Мужик ничего не сказал и только кивнул. Машина набрала скорость.

— Убью их всех, — процедил Витас сквозь зубы, выруливая на дорогу к городу. Солнце било в лобовое стекло, заставляя щуриться. — Каждую тварь, которая посмела удерживать моих родных… Медленно. По одному. На куски порежу тех, кто отца тронул!

— Понимаю, — спокойно ответил я, наблюдая, как его пальцы до хруста сжимают руль. На виске пульсировала вена, выдавая напряжение.

Грузовик уже катился по городским улицам, а Витас не замолкал всю дорогу:

— Каждого найду. За отца, за брата, — его голос срывался. — Всех достану! Под землёй, в любой норе. Своими руками придушу!

Я кивал в ответ, понимая его чувства. Пусть выговорится. Заметил, как паучки в кузове беспокойно зашевелились, реагируя на эмоции мужика.

Наконец, машина замерла у трёхэтажного здания с вывеской «Гостиный двор купца Селезнёва». Красный кирпич, белые колонны у входа, широкие окна с коваными решётками.

Витас дёрнул щекой:

— Гостиница? Вот же твари! У всех на виду засели.

— Может, хозяин и не знает, кого приютил, — заметил я, разглядывая группу мужчин у входа.

Джунгары отличались от монголов, с которыми мне уже приходилось встречаться. Длинные шёлковые халаты поверх костюмов, замысловатые пояса с металлическими бляхами. На поясах изогнутые клинки — явно не для красоты.

Мои паучки передали волну ярости, исходящую от Витаса. Его пальцы побелели, сжатые на руле, желваки заходили на скулах.

Один из джунгар повернулся в нашу сторону. Длинные усы завиты колечками, в ухе поблёскивала золотая серьга. Он прищурился, разглядывая грузовик.

Витас вдруг зарычал, как зверь. Его рука метнулась к кобуре. Я не успел среагировать. И мужик уже выскочил из машины, сжимая револьвер.

Глава 20

Вот же идиот! Куда ты поперся? Так, срочно спасать ситуацию. За короткий миг успел просчитать возможности. Физически его не остановить, не успею. Все, что наработали, пойдет псу под хвост.

Зажмурился, посылая мысленный приказ паучку занять позицию. Тут же подключился к его зрению. Двенадцать глаз! Ух, мама дорогая… Картинка расслоилась, словно я вдруг стал пьяным осьминогом с похмелья. От такого количества информации мозги закипели.

«Господа монстры, как вы вообще так живете?» — негодовал про себя, пытаясь совладать с наплывом образов.

Двинул морозного убийцу на крышу грузовика. Твою ж… Джунгары напряглись. Один потянулся к оружию и уставился на Витаса. А этот горе-мститель уже готов разразиться пламенной речью в лучших традициях бульварных романов.

«Так, паутина, паутина, где тут у вас кнопка?» — лихорадочно шарил по ментальным рычагам управления многоглазым чудом. Чувствовал себя мартышкой за штурвалом дирижабля.

— Я вас всех порешу! — взревел Витас, как контуженный медведь.

На углу истошно завизжали две дамы:

— Монстр! Там монстр на крыше!

Что? Твою мать! Случайно дернул не тот рычаг — паук стал видимым. «А если вот эту штуковину…» Вместо паутины из лап твари вырвался поток морозных шипов. Десяток ледяных игл вонзился Лейпнишу в спину. Мужик замер, как статуя на постаменте.

Выскочил из машины, мысленно проклиная все на свете. Витас застыл в героической позе, словно памятник «Мститель с револьвером». По его спине расползалась корочка льда.

В добавку ко всему мимо идет патруль! Жандармы уставились на живую скульптуру, как дети на леденец.

— Ну что вылупились⁈ — рявкнул я. — Первый раз человека в обмороке видите? Жара, знаете ли!

Торопливо выдергивал шипы из спины Лейпниша. Не хватало еще, чтобы стражи порядка заинтересовались необычной формой сосулек. Подхватил тело, матерясь сквозь зубы:

— Ну и тяжелый же ты, друг мой боевой.

Закинул его на сиденье, как мешок с картошкой. Утер пот. Джунгары, к счастью, перестали смотреть на нас и увлеклись беседой. Один крутил ус, поблескивая серьгой.

«Твою ж дивизию», — простонал мысленно, плюхаясь за руль. И ведь это только утро! Что же будет дальше?

Паучок на крыше машины сочувственно пошевелил жвалами.

— Почему вы меня остановили? — простонал Витас. По его лицу катился пот, а рука все еще сжимала рукоять револьвера.

— Знаешь, у меня возникла интересная мысль, — хмыкнул я, разглядывая джунгар у входа. — Может, стоило тебя просто убить? Зачем возиться с проблемами идиота, который не способен держать себя в руках?

Повисло тяжелое молчание, нарушаемое лишь скрипом кожаного сиденья под Витасом. Мужик пытался восстановить контроль над замерзшими мышцами. Лейпниш, похоже, наконец включил мозги и осознал весь масштаб своей глупости.

Смотрел на врагов и не понимал. Какого черта творится? Джунгары вальяжно прохаживались у входа, словно хозяева положения. Их одежда — причудливая смесь восточной роскоши и нашего стиля — резко выделялась на фоне местных жителей.

Даже монголы вели себя так, будто имеют полное право находиться здесь. Прохожие огибали их по широкой дуге, но никто не выказывал удивления. Словно они граждане страны.

— Простите, господин, — Витас с трудом повернул шею. Корочка льда на его спине потрескалась от движения. — Я…

Он замолчал, не сводя воспаленных глаз с гостей из другой страны. Его пальцы нервно теребили край куртки, оставляя на ткани влажные разводы от растаявшего льда.

— Не знаю, что на меня нашло, — выдохнул он с горечью.

Капля пота скатилась по его виску, оставляя влажную дорожку на бледной коже.

— Витас-Витас, — покачал я головой. — Вроде мужик с опытом. Война, плен, столько лет в роду Магинских… А повел себя как девица, что застукала хахаля с другой.

Барабанил пальцами по рулю, соображая как теперь быть. Кожаная обивка под ладонями потрескалась от времени, обнажая желтоватый поролон. Еще два паучка выбрались на крышу, их кристаллы едва заметно пульсировали в такт моему беспокойству. Картинка от их множества глаз наслаивалась одна на другую, создавая причудливую мозаику из фигур джунгар.

— Понимаешь, эти двое, — кивнул я на стоящих у входа. — Теперь знают тебя. Я постарался к ним не поворачиваться. Просто так зайти уже не получится. А у меня был неплохой план.

— Простите меня! — в голосе Витаса зазвучало отчаяние.

Он дернулся всем телом, пытаясь избавиться от остатков льда. Осколки посыпались на сиденье, тут же превращаясь в лужицы.

— Что случилось-то? — спросил, краем глаза отмечая, как к гостинице подъехал роскошный экипаж. Из него выпорхнули две дамы в пышных платьях

— Один из них: Боро-Муунчек, — Витас процедил имя сквозь зубы. — Тварь, что издевалась надо мной в плену. Помешанный ублюдок. Брату отрезал… — его голос сорвался, кадык дернулся, будто подавился собственными словами. — Отца сделал калекой. Все пальцы переломал, один за другим. Медленно… со вкусом. Увидел его… И в глазах потемнело.

— Ладно, — дернул щекой.

Снова оглядел здание, прикидывая варианты. Три этажа красного кирпича, широкие окна с коваными решетками. Эх, была бы пространственная магия… Но чего нет, того нет. Шуметь и делать все грязно?

Меня это не смущало. Паучки на крыше беспокойно зашевелились, уловив мое возбуждение от предстоящего дела. Уже просчитывал, как использовать ситуацию многогранно. Просто перебить джунгар?

Из гостиницы вышла служанка с корзиной белья. Ее передник слегка запылился, когда она присела в реверансе перед Боро-Муунчеком. Тот даже не повернул головы в ее сторону, продолжая о чем-то беседовать со своим спутником.

Освободить родственников шпионов — дело хорошее. Тот же Витас принесет клятву крови, можно будет чуть больше доверять. Но как много невинных людей живет в этой гостинице? Купцы, их жены, дети…

Мимо снова брел патруль жандармов. Те самые, что видели замершего Витаса. Старший бросил на наш грузовик подозрительный взгляд. Остаются монголы с их желанием найти девушек и мой кристалл.

Тряхнул головой, отгоняя лишние мысли.

— Слушай меня внимательно, — повернулся к Витасу. Тот все еще не мог оторвать взгляда от своего мучителя. — План такой: ты едешь за материалами. Заглянешь куда следует, наймешь людей. Обычных и наемников. Только теперь выбирай аккуратнее.

— А вы? — Лейпниш стиснул зубы, будто я его задел.

— А мы? — усмехнулся. — Мы пойдем гулять. Попробую что-нибудь придумать. Сам понимаешь — если туда войти сейчас, поднимется шум. Заложников положат, да и обычные люди пострадают.

Витас вздрогнул. Медленно убрал руку от оружия. По его лицу пробежала тень — наконец-то начал думать о последствиях.

Боро-Муунчек докурил и бросил окурок прямо под ноги проходящей мимо дамы. Та испуганно отпрянула, едва не споткнувшись о подол собственного платья.

— Встретимся здесь через три часа, — произнес я, поворачиваясь к Витасу. — Чтобы как штык был.

Вышел из грузовика, разглядывая соседние здания. Рядом с гостиницей обнаружил трехэтажный дом с удобным выступом на крыше. Если забраться туда… Может и получится устроить диверсию.

Подошел к зданию. Крутанулся на месте разглядывая крышу. Другого варианта в любом случае нет. Перевел взгляд на вывеску, что гласила — «Развлекательный клуб Енисейска». Толкнул тяжелую дубовую дверь. Та открылась почти бесшумно.

В нос ударил аромат дорогого табака и духов. Мягкий свет хрустальных ламп выхватывал из полумрака бархатные диваны вдоль стен. За массивной стойкой из красного дерева расположилась женщина лет сорока.

Ее пальцы лениво поглаживали длинный перламутровый мундштук. Дым от сигареты поднимался к потолку причудливыми кольцами, а искусно уложенные рыжие локоны отливали медью в неярком свете. Темно-синее платье струилось по фигуре, подчеркивая каждый изгиб.

Она повела плечом. Ее взгляд скользнул по мне — цепкий, оценивающий. На губах, накрашенных темно-вишневой помадой, заиграла легкая улыбка.

Из-за приоткрытой двери в соседнюю комнату доносились звуки рояля. Кто-то играл что-то классическое, изредка сбиваясь с ритма.

Женщина поднялась со своего места. Каблуки ее туфель утонули в ворсе ковра. Браслеты на запястье тихо звякнули, когда она стряхнула пепел в хрустальную пепельницу рядом.

Две девушки в крайне открытых платьях скользнули мимо, одарив меня профессиональными улыбками. От них пахнуло сладкими духами. Одна что-то прошептала другой на ухо, и они обе тихо засмеялись.

Дамочка выпустила струйку дыма и слегка склонила голову, разглядывая меня. Глаза, подведенные черным, смотрели с легким любопытством.

— Что привело к нам столь… необычного гостя? — ее голос, низкий и бархатистый, прокатился по комнате.

На винтовой лестнице показался мужчина в помятом костюме. Его галстук съехал набок, а на щеке остался след от губной помады. Он достал толстый кошелек, отсчитывая купюры трясущимися пальцами.

— Всегда рады видеть вас, господин советник, — проворковала одна из девушек, провожая его к выходу.

Мои паучки уже карабкались по стенам на потолок. Теперь приходится о них думать. Держал дверь открытой и выжидал, пока они все зайдут. «Словно отец семейства» — мелькнула мысль в голове.

— На крышу хочу подняться, — произнес я, поглядывая на своих многоглазиков.

— Простите? — она изящно выгнула бровь. Серьга с бриллиантом качнулась, поймав отблеск свечи. — Вы точно пришли по адресу? У нас есть много других… развлечений.

— Барон Магинский, — представился, наблюдая, как меняется выражение ее лица. — Павел Александрович.

Она выпрямилась, словно проглотила штык. Ее взгляд стал острым и цепким, как у хищной птицы.

— Могу предложить вам прекрасных дам для незабываемого отдыха. Блондинки, брюнетки, рыжие. Любой возраст. Есть даже монголки и джунгарки. На любой вкус.

— Земельный аристократ желает подняться на крышу и побыть один со своими мыслями. Проходил мимо, возникло такое желание. Думаете, это странно?

Достал двести рублей. Хозяйка заведения скользнула ко мне кошачьей походкой. От нее волнами исходил тяжелый аромат дорогих духов. Она изящно взяла деньги двумя пальцами и спрятала их в платье.

— Все, что пожелает господин, — промурлыкала она. — У нас воплощают в реальность любые фантазии.

Мы поднимались по лестнице, с каждого этажа доносились звуки веселья. Дамочка зачем-то очень сильно виляла бедрами пока мы шли по ступенькам. Я не торопил свою провожатую. В тесном пространстве паучкам требовалось время, чтобы не мешать друг другу.

Наконец я оказался на крыше. Женщина открыла рот, но я уже закрыл дверь, для верности заморозив замок. Осмотрел расстояние до гостиницы. М-да, будет непросто…

Мелкие монстры начали беситься и бегать. Один чуть не свалился. Я мысленно на них рявкнул, чтобы они успокоились. Твари замерли и уставились на меня.

Подошел к выступу на и опустился на нагретую солнцем черепицу. Закрыл глаза, беря управление первым паучком. Монстр двинулся вперед, его кристаллы тускло мерцали. Забрался на край и прыгнул.

Сердце екнуло. Тварь чуть не сорвалась. В последний момент зацепилась шипами за стену гостиницы. Куски штукатурки посыпались вниз.

Те двое джунгар у входа подняли головы. Паучок замер, его тело слилось со стеной. Боро-Муунчек что-то сказал напарнику, махнув рукой. Когда они отвернулись, многоглазый убийца пополз дальше.

Через открытое окно забрался внутрь. Начал осмотр с третьего этажа. Странное ощущение. Монстр словно чувствовал, кто перед ним. Легкое покалывание в сознании, когда рядом женщина, глухой стук — мужчина, звенящий сигнал — ребенок. Тьфу! Как они это делают?

Спустился на второй этаж. Сука! Как и думал — полно обычных постояльцев. Купцы с женами, путешественники… Двинулся дальше. Оказался на первом.

Вот тут паучок напрягся всем телом. Маги! Много магов, рассредоточенных по комнатам. В одном номере их особенно много. Источники пульсируют, как рой разъяренных шершней. Будем считать, что тут кто-то главный сидит.

Осмотрелся еще. А где заложники? Тварь скользнула по потолку дальше. И тут я почувствовал… Скопление людей внизу. Подвал? Хозяин гостиницы действительно не задавал лишних вопросов. Вот же ублюдок…

Оставил паучка у входа в подвал, приказав не двигаться. Разорвал связь.

Открыл глаза. Пот заливал лицо, рубашка промокла насквозь.

— Плохо, — хмыкнул, вытирая лоб.

На таком расстоянии управлять уже не получается, связь рвется как гнилая нить. Посмотрел на здание и поморщился:

— Витас… будешь должен.

Взял под контроль второго паука. В этот раз вышло легче, но напряжение все равно выкручивало мозги наизнанку. Поставил тварь у двери, где сидели джунгары.

Дальше работал как конвейер. Одного за другим отправлял монстров через пропасть между зданиями. Пульс грохотал в висках, перед глазами плыли разноцветные пятна. Пробовал управлять двумя сразу. Чуть не потерял сознание.

Когда последняя парочка заняла позиции, откинулся на черепицу, тяжело дыша. Взгляд упал на часы на башне. Черт, хоть бы немного времени передохнуть…

Поднялся, пошатываясь. Разморозил дверь и начал спуск по лестнице.

— Все хорошо, господин? — встретила меня хозяйка с неизменной сигаретой.

— Бывали дни и получше, — улыбнулся, протягивая еще двести рублей. — Меня тут не было. Надеюсь на вашу женскую забывчивость. Не хотелось бы возвращаться сюда с людьми моего рода.

— Молодой человек! — она картинно возмутилась. — Вы ошиблись адресом! Это не гостиница, она рядом.

Умная женщина… Кивнул и вышел на улицу. Вдохнул полной грудью. Теперь самый скользкий момент. На таком расстоянии управлять паучками не могу. Попытался дотянуться по ментальной связи — глухо.

Посмотрел на вход в гостиницу. Вариантов немного… Направился к дверям. Двое джунгар тут же преградили путь.

Боро-Муунчек шагнул вперед, его холеное лицо исказила презрительная усмешка:

— Тебе чего?

— А тебе? — разглядывал завитые усы, вспоминая рассказ Витаса про переломанные пальцы. — Я барон Магинский Павел Александрович.

— Гостиница занята, — джунгар оскалился, демонстрируя ряд белоснежных зубов. — Номеров свободных нет.

Они стояли, расставив ноги и заложив большие пальцы за витые пояса. Такие уверенные, наглые… На земле моей империи указывают земельному аристократу!

От злости клинки сами скользнули в ладони. Лезвия уперлись им в глотки, прежде чем эти ублюдки успели моргнуть. Сплюнул на мостовую:

— Я что, спрашивал у тебя совета? — голос упал до шепота. — Я земельный аристократ. Если хочу — зайду в это здание.

Джунгары переглянулись. Их руки легли на рукояти мечей. И клинки все же покинули ножны.

Надавил сильнее. На их шеях выступили капли крови. Дураки… Если прирежу их прямо тут, поднимется такой шум — весь план пойдет в пешее эротическое приключение. Да еще Витас расстроится. Хотя, плевать — не был бы таким идиотом, не пришлось бы менять планы.

«Ладно, — выдохнул, — меняем стратегию».

— Хочу кое-что передать от одного очень уважаемого человека, — произнёс я почти шёпотом, впиваясь взглядом в лицо джунгара.

Боро-Муунчек замер, его рука всё ещё лежала на рукояти меча. Второй охранник нервно облизнул губы, переводя взгляд с меня на своего коллегу.

— Отгонбаярын Батбаяр передаёт привет тебе, — сделал паузу, наблюдая за реакцией, — Боро-Муунчек…

Глаза мужика расширились. По его лицу пробежала тень, а холёные усы дрогнули. Он явно не ожидал услышать это имя.

— Убери оружие, — процедил он на ломаном русском. — Пойдём.

Кинжалы скользнули обратно в потайные карманы. Боро-Муунчек коротко кивнул напарнику и двинулся к входу. Я последовал за ним, ощущая, как по спине стекает холодный пот.

В гостинице царил полумрак. Тяжёлые шторы на окнах почти не пропускали солнечный свет, создавая гнетущую атмосферу. И тут я почувствовал их — своих многоглазых убийц.

Странно, но за то короткое время, что мы были знакомы, я уже привык к постоянному гулу в голове от их сигналов. Сейчас же в сознании воцарилась непривычная тишина.

Мы миновали несколько комнат. В нос ударил запах табака и чего-то пряного. Наконец остановились у двери, за которой, как я помнил, находилось больше всего источников.

Боро-Муунчек постучал, произнеся что-то гортанное на своём языке. Замок щёлкнул. Сердце забилось чаще, отсчитывая секунды до неизбежного. Я проглотил, чувствуя, как пересохло в горле. После возни с пауками сил осталось не так много.

Внутри оказалось человек десять. Джунгары расположились кто где: некоторые сидели прямо на полу, скрестив ноги, другие развалились в креслах. Их яркие одежды резко контрастировали с тёмной обивкой мебели.

При моём появлении атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Их источники вспыхнули, словно костры, в которые плеснули масла. Руки потянулись к оружию.

— Этот русский говорит, что знает Отгонбаярын Батбаяра и хочет передать от него послание, — произнёс Боро-Муунчек.

Из кресла у окна поднялся крупный мужчина. В полумраке что-то знакомое мелькнуло в его движениях. Я напряг память, пытаясь уловить, где видел эту фигуру раньше.

— Что? — произнес он.

Голос. Этот голос я точно знал. В груди похолодело, когда понял.

Передо мной тот самый слуга дипломата. Тот, что недавно очень вежливо просил меня побеседовать с Отгонбаярын Батбаяром. В его руке блеснул знакомый кинжал.

— Магинский! — его лицо исказилось от ярости, смешанной с удивлением. — Ты…

Глава 21

Я призвал силу, чувствуя, как по каналам потекла энергия. В правой руке сформировал небольшой шарик яда размером с монету. В левой — такой же, но чуть меньше. Первым ударил Боро-Муунчеку в центр груди, вторым — точно в кадык стоящему рядом джунгару.

Зелёная дымка окутала их тела, впитываясь в кожу. Они рефлекторно дёрнулись к мечам, но яд уже проник в кровь. Сосуды вздулись чёрными змеями под кожей. Боро-Муунчек выпучил глаза, его холёное лицо побагровело. Завитые усы нелепо дёрнулись, когда он открыл рот в попытке закричать. Вместо крика из горла вырвался хрип — связки уже превратились в кашу.

Первый бросил в меня сгусток пламени. Лёд потёк по каналам, выстраивая стену. Огонь зашипел, превращаясь в пар. Второй ударил землёй — острые шипы пробили пол в попытке достать меня. Я перекатился, уходя от удара. Сформировал три шарика яда и метнул веером. Один попал в цель — джунгар осел, хватаясь за горло.

Монгол выбросил вперёд руку. Поток воды ударил с такой силой, что сбил меня с ног. Спину обожгло болью, когда тело впечатало в стену. Кинжалы сами прыгнули в ладони. Я метнул первый, но тварь отклонилась с нечеловеческой скоростью. Второй чиркнул по плечу, оставив глубокий порез.

Маг земли создал каменный кулак размером с бочку. Тот устремился к моей голове. Я вовремя пригнулся, чувствуя, как воздух свистнул над макушкой. И в то же мгновение стена за спиной разлетелась вдребезги.

Два джунгара бросились в ближний бой, клинки сверкнули в воздухе. Мой меч сам скользнул в руку. Лезвие запело, принимая на себя двойную магию. Я отбил первый удар, второй. По клинку побежали морозные узоры, смешиваясь с ядовитой зеленью.

Нанёс рубящий удар сверху. Поставил блок. Противник улыбнулся, думая, что загнал меня в угол. Я же позволил яду стечь по лезвию. Джунгар отшатнулся, но поздно. Его меч уже покрылся зеленоватой плёнкой, клинок рассыпался трухой.

Ударили сбоку. Я не успел уклониться, и лезвие чиркнуло по рёбрам. Боль обожгла бок. Развернулся всем телом, вкладывая в удар силу льда. Голова противника покрылась инеем и разлетелась осколками.

Остальные джунгары начали формировать заклинания. Воздух загустел от их магии. Огонь, земля, вода сплетались в единую волну. Времени на раздумья не осталось.

Я выпустил силу потоком. По левой руке заструился лёд, превращаясь в острые кристаллы. Правая окуталась ядовитой дымкой. Десятки маленьких шариков яда сорвались с пальцев, а следом полетели ледяные иглы.

Джунгары ударили разом. Я нырнул под огненный вихрь, перекатился через плечо, уходя от каменных шипов. Вода хлестнула совсем рядом, обдав ледяными брызгами.

Мои снаряды нашли цели. Яд прожёг дыры в телах, словно кислота. Маги захрипели, когда токсин добрался до внутренностей, а ледяные кристаллы вошли глубоко в плоть. Иней начал расползаться от мест попадания, покрывая кожу морозным узором.

Один за другим джунгары стали падать. Кто-то ещё пытался колдовать, но пальцы их уже не слушались. Последний рухнул на колени, и его лицо превратилось в ледяную маску.

И тут монгол ударил. Водяной хлыст сбил меня с ног, впечатал в стену. В глазах потемнело от боли, рёбра хрустнули. Похоже, парочка точно сломаны. И рот наполнился кровью.

Монгол шагнул вперёд, вокруг него кружились потоки воды.

— А ты неплох, мальчик, — голос мужика звучал почти без акцента. — Но пора заканчивать.

— Как я с тобой согласен, — выпрямился, сплёвывая кровь.

Кинжалы уже отправились в полёт. От первого монгол отмахнулся водяным щитом. Второй клинок он поймал голой рукой, даже не поморщившись. Остальные упёрлись в его защиту. Вот же собака…

Я сформировал сразу несколько шаров яда, но магия противника оказалась быстрее. Водяной хлыст сбил их на полпути. Попытался ударить льдом, но вода в его руках превратилась в настоящий шторм, сметая кристаллы.

Меч запел в руке, откликаясь на мой гнев. Я бросился в атаку, вкладывая в удар обе стихии. Монгол встретил клинок потоком воды такой силы, что меня отбросило назад.

— Это всё? — он покачал головой. — Я ожидал большего. Хотя чего от тебя ещё ждать? Ты же сопляк.

— Не переживай, у меня есть несколько сюрпризов, — хмыкнул в ответ.

Водяные плети хлестнули со всех сторон. Я успел выставить ледяной щит, но его просто смело. Новый удар швырнул меня к стене, и в ушах зазвенело.

Монгол неторопливо приближался. Вода вокруг него закручивалась спиралью, готовая ударить снова. И тут сквозь выбитую дверь в комнату скользнула тварь.

— Фас! — выкрикнул я.

Паучок материализовался прямо над головой монгола. Тот дёрнулся, но опоздал. Ледяная паутина оплела его руки, сковывая движения. Он попытался разорвать путы потоком воды, но тварь была уже слишком близко.

Двенадцать глаз вспыхнули всеми цветами радуги. Кристаллы на спине паука полыхнули ослепительным светом. Монгол закричал, когда морозные шипы вонзились в его тело. Иней побежал по коже, сковывая каждое движение.

— Что за?.. — только и успел выдохнуть он, прежде чем превратился в ледяную статую.

Паучок победно пошевелил жвалами. В его кристаллах всё ещё плясали отблески магии.

— Молодец, — похвалил я своего маленького убийцу. Постучал по его спинке рукой.

Монстр трясся от возбуждения, кристаллы пульсировали. Будь у него хвост, он бы сейчас вилял им, как собака, которая только что порадовала хозяина.

— Да-да, — усмехнулся я, глядя на это чудо природы. — Ты хороший убийца.

Сигналы от паучков внезапно усилились, сливаясь в единый гул: «Еда! Голод!» Твою ж… Я совсем забыл, что имею дело с монстрами. А они, как и все твари, любят полакомиться после хорошей драки.

Держась за ушибленный бок, побрёл по коридору. Картина впечатляла: выбитые двери, следы боя на стенах. Тела джунгар застыли в неестественных позах. Почти все покрылись корками льда, другие превратились в живые статуи.

Я заметил мужика, трясущегося под одним из моих паучков. Бедолага вжался в пол, не понимая, что происходит.

— Кто ты? — спросил, подходя ближе.

— С-самсон Палыч! — затараторил он. — Хозяин гостиницы. Да, знал, что это джунгары, но у них документы были! Честное слово, всё официально! На год вперёд заплатили за этаж, через неделю уезжать собирались.

Один из паучков успел заморозить лестницу на верхние этажи. Я чуть не пропустил удар монгола, когда перехватывал над ним контроль. Мои многоглазые помощники передали сигнал, что много людей рвутся к лестнице. Пришлось их остановить.

— Не пе-пе-переживайте, — бормотал хозяин гостиницы. — У ме-меня хорошая звукоизоляция. Много гостей сюда приходит с дамами из соседнего заведения.

Сдержал улыбку… Но хоть тут повезло. А я уже прикидывал, как буду разбираться с жандармами.

«Еда! Голод!» — снова загудело в голове. Задумался: «Кто-то в империи очень легко пускает к нам и монголов, и джунгар».

Иголочка сама скользнула в руку. Самсон Палыч даже пискнуть не успел — рухнул без сознания.

— Кушать подано! — передал я своим помощникам.

Паучки с энтузиазмом принялись за дело. А я пока прислонился к стене, переводя дух. Если не считать пары моментов импровизации, всё прошло неплохо.

И тут что-то важное мелькнуло в памяти. Метнулся обратно в номер, где проходила драка. Самые ценные трофеи там!

— Фу! Не трогать! — крикнул уже от двери. Твари чуть не сожрали мой подарок для Витаса.

Наклонился, проверил пульс джунгара — жив, гад. Кивнул сам себе и пошёл к выходу. Коллеги Боро-Муунчека нигде не видно. Сбежал, значит? Молодец. О, а вот и Лейпниш…

Грузовик резко затормозил посреди дороги. Витас выпрыгнул, сжимая в одной руке револьвер, в другой — меч. Мужик побежал навстречу, оглядываясь по сторонам.

— Господин! — выдохнул он мне в лицо. — Что случилось? Вы ранены?

— Всё нормально, — хмыкнул в ответ. — Расклад такой: джунгарам не повезло. Почему-то вся группа, которая приехала сюда, погибла. Видимо, не их день.

— Что⁈ — глаза Витаса расширились. — Это вы?

— Где-то да, где-то нет. Неважно!

— А отец? Брат? — дёрнулся Лейпниш, но я удержал его за плечо.

— Подожди. Сначала нужно отвлечь внимание людей и жандармов, чтобы всех вытащить.

Взгляд упал на публичный дом напротив. И план созрел мгновенно.

— У тебя деньги с собой? — поинтересовался я.

— А? — дёрнулся мужик. — Что?.. Да.

* * *

— Вы хотите нанять всех моих девушек на полчаса? — поинтересовалась дама с сигаретой.

— Совершенно верно, — положил я десять тысяч на стойку. — Мне ненадолго, как раз полчасика, и всё.

— Очень… — женщина оценила меня совершенно другим взглядом. — Необычный заказ. Я уже и забыла, какие молодые люди ненасытные.

— Да, насчёт этого, — пододвинул деньги. — Часть из них должны поднять шум где-нибудь тут рядом, чтобы отвлечь внимание людей и жандармов. А другая поможет нам кое-что погрузить из гостиницы в грузовик.

— Они элитные проститутки, а не… — дама возмутилась.

Ещё пять тысяч помогли им на полчаса сменить профессию. Я оставил Витаса охранять вход в гостиницу, а сам уже вышел из дома развлечений. За мной последовали несколько десятков девушек. Хозяйка борделя не врала: у неё действительно на любой вкус есть.

Пришлось сделать эту заминку. Для начала дать возможность моим паучкам покушать. Дальше — выйти им из гостиницы и перебраться на крышу грузовика. Теперь же всё готово.

Часть моей арендованной бригады направилась в сторону поднимать шум. А другая подошла ко входу.

— Люди в подвале, — сказал я Витасу. — Вытаскиваем всех заложников, которые там есть.

— Понял, — кивнул мужик.

— Девушки помогут с транспортировкой. Ты бригадир. Управляй, — продолжил я. — И это… Там в одной из комнат лежит твой «друг» — мой тебе подарок. Его тоже заберём с собой, чтобы ты смог поговорить с ним.

— Господин! — Лейпниш снова попытался встать на колени, но я его поймал. Даже не знаю, чему он больше рад: что своих вернёт или мести.

Сил никаких. Потратил почти всё для переброски паучков, а потом ещё и битва. Но результат меня порадовал. Никто из людей не пострадал, кроме хозяина гостиницы. Мужик обмочился, ну, может, парочку раз сны плохие ему приснятся.

Наконец, забрался в грузовик и закрыл глаза, если точнее, то меня просто выключило. Стоило выпить несколько зелий восстановления магии и лечилки, и всё.

По дороге я несколько раз приходил в себя от тревожных сигналов паучков. Многоглазые помощники постоянно сканировали пространство, передавая импульсы опасности. Их присутствие отзывалось в сознании глухим гудением, мешая полностью отключиться.

Меня аккуратно потрясли за плечо, когда грузовик въехал на нашу территорию. Я открыл глаза и с удивлением отметил первое изменение: люди в чёрной форме исчезли. С одной стороны, хорошо — меньше лишних вопросов и внимания к нашим делам. Но, с другой, потеряли какую-никакую защиту от внешних угроз.

Витас выпрыгнул из кабины и тут же начал отдавать приказы. Его голос звенел от возбуждения, когда он командовал, куда нести освобождённых людей.

Я сполз с сиденья, чувствуя, как ноют все мышцы. Паучки передали сигнал тревоги, опасностью они посчитали моё состояние. Вот о чём гудели всю дорогу?

Отмахнулся от их беспокойства. Глянул на то, как помогают спасённым людям, и улыбнулся. Одну проблему мы решили: Витас свободен от клятвы джунгарам. Его отец и брат спасены. Теперь нужно сделать так, чтобы эта история помогла убрать хотя бы одного противника.

С монголами и некромантом сражаться одновременно… Нет, две такие силы мне пока не потянуть. Усмехнулся от невесёлой мысли: в последнее время возвращаюсь домой исключительно побитым. Пора что-то менять в распорядке дня, хотя сегодня и не ночью приполз.

Едва переступил порог особняка, как Жора материализовался рядом. Его каменное лицо на мгновение дрогнуло, когда он оценил мой внешний вид.

— У нас появились… гости, — произнёс я, тяжело опускаясь в кресло. — Нужно их выходить, накормить. Узнать про семьи и связаться с родными. И да, подготовь всё для клятвы крови. Приведёшь Витаса в… — задумался на секунду. — Кабинет.

— Будет исполнено, — поклонился слуга. — И ещё… Госпожа Вероника настойчиво требует встречи. Она дважды пыталась вас найти, — в голосе Жоры появились необычные нотки. — Девушка… смирилась с ролью пленницы, но желает обсудить с будущим мужем детали и дату свадьбы.

— Серьёзно? — искренне удивился я, демонстративно разводя руками и показывая раны. — Ты посмотри на меня.

— Сделаю всё возможное, чтобы отложить разговор, — Жора снова стал бесстрастным. — Но вам действительно стоит уделить внимание даме. Её похитили, почти изнасиловали, осрамили, держат взаперти, объявили о свадьбе… А дальше полная неизвестность. Это… неправильно.

— Я пошёл, — поднялся, игнорируя протестующую боль во всём теле. — Ты лучше о ритуале и Витасе позаботься.

Направился в кабинет старика. Слуга навёл здесь идеальный порядок: ни пылинки, ни соринки. Тяжело опустился в кресло. Пальцы сами начали отбивать рваный ритм по столешнице.

Мысли крутились вокруг насущных проблем. Запашный и земельные роды, рудник с моими кристаллами… Нужно поторапливаться. С новыми помощниками-паучками исследовать серую зону будет проще. Осталось только разобраться, как работает кристалл. Пока даже не понимаю всех зависимостей.

В дверь постучали. Жора и Витас вошли вместе. Слуга нёс всё необходимое для ритуала клятвы крови. Глаза Лейпниша светились такой благодарностью, что даже паучки на стенах передали волну его эмоций.

— Господин! — Витас рухнул на колени. — Вы спасли моего отца и брата. Я… Могут ли они остаться здесь? Хотя бы на время?

— Конечно, — кивнул я. — Пусть живут. И остальные тоже — им нужно прийти в себя после плена. Потом свяжемся с их родственниками.

— Благодарю вас! — Лейпниш склонил голову ещё ниже. — Вы не просто спасли моих родных, вы освободили столько людей от власти джунгар! Они теперь свободны.

Мужик поднял взгляд, и я увидел, как что-то хищное мелькнуло в его глазах.

— Боро-Муунчек мёртв, — произнёс Витас с мрачным удовлетворением. — Я думал… Мечтал о пытках. Но, когда встретился с ним лицом к лицу, просто отрубил голову. А тело уже горит в костре на нашей земле.

— Хорошо, — откинулся в кресле, разглядывая своего человека. — Теперь я жду от тебя большего. Все должны быть готовы к нападению или проникновению врага. И что там с наймом людей?

— Пятнадцать местных согласились, — отчитался Витас. — И ещё пять наёмников. Завтра все будут здесь.

— Отлично, — кивнул в ответ.

Лейпниш принёс мне клятву крови. Теперь появился ещё один человек, которому я могу почти полностью доверять. Сказал бы мне кто в прошлой жизни, что для этого ещё и постараться придётся… Не поверил. А сейчас улыбнулся.

— Свободен, — как-то это многозначительно прозвучало. — Иди займись делами.

Когда дверь за ними закрылась, я позволил себе прикрыть глаза. День выдался… насыщенным.

Перебрался в комнату, едва переставляя ноги. Паучки по стенам следовали за мной, у кровати уже ждали флаконы с зельями. Даже в полумраке было видно, что это новая партия от алхимиков — стекло переливалось необычным светом.

Открыл, понюхал. Запаха почти нет. Хм, интересно, насколько они эффективнее? Рядом белел листок, взял его в руки. От Ольги. Почерк аккуратный, с лёгким наклоном вправо. Девушка благодарила за возможность стать частью рода Магинских, за те перспективы, что открылись перед ней.

С нескрываемой гордостью сообщала об успехах — достигла четвёртого уровня в алхимии, теперь как отец. «И это только начало…» — читалось между строк воодушевление. Пусть у неё нет природного дара, как у Лампы, но она докажет свою полезность.

Уже собирался сложить письмо, когда заметил внизу несколько строк, написанных более мелким почерком, словно девушка колебалась, стоит ли их добавлять: «Я скучаю по вам, мой господин».

Выдохнул, откидываясь на подушки. Женщины… В любой другой момент я бы, возможно, отнёсся к намёку иначе. Но сейчас просто нет ни времени, ни сил отвлекаться на подобное.

Схватил первый флакон, опрокинул в себя. По телу прокатилась волна жара. Второй бутылёк вылил на раны, морщась от жжения.

Сила зелий оказалась поистине невероятной. Рёбра щёлкнули со звуком встающих на место костяшек домино. Порезы затягивались прямо на глазах — края ран срастались, оставляя после себя розовую кожу. Синяки бледнели и исчезали, будто их стирали невидимой рукой.

Воодушевлённый успехом, я принял следом восстановление магии

Источник внутри расширился, как воздушный шар, заполняемый горячим воздухом. Каналы растянулись, пропуская потоки силы. Сознание поплыло от переизбытка энергии. В ушах зазвенело, словно все колокола города ударили разом.

В глазах стремительно темнело. Я успел только выдохнуть:

— Хорошее зелье…

Пришёл в себя от удушающего жара. Всё тело покрылось испариной, рубашка промокла насквозь и противно липла к коже. Открыл глаза и замер. Рядом лежала Вероника, её рыжие волосы разметались по подушке. Она прижала мою руку к своей груди.

Сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле. Какого?.. Почему меня не предупредили паучки, что кто-то проник в мою комнату? Чуть приподнял голову и заметил своих многоглазиков. Эти собаки сутулые спали…

В спину упёрлось что-то мягкое. В ухо ударило возбуждённое дыхание.

— А вот и я, — раздался знакомый голос, от которого по коже пробежали мурашки. — Как и обещала.

Глава 22

— Только не говори, что ты голая, — начал поворачиваться.

На меня смотрела Маргарита. Красивая наливная грудь торчком, которая только что упиралась в мою спину. Её темные глаза блестели хитрым огоньком, на пухлых губах играла лукавая улыбка.

Хотя бы одна из них одета и спит. Но там скорее прозрачная занавеска, чем ночнушка. Вероника… Какого хрена ты сюда припёрлась? У меня же замок… Так ещё и эта!

Впрочем, не это беспокоило больше всего. Мои многоглазые помощники, обычно отзывчивые на любую опасность, сейчас молчали. Все до единого. А ведь я почти полностью доверял их инстинктам. Что могло так вырубить монстров? И как теперь с этим быть? Придётся держать в голове, что они могут подвести. Сука! А какие планы были…

— Ну, чего молчишь? — Маргарита легонько ткнула меня пальцем. — Нравится?

— Ничего так, — ответил максимально нейтрально.

— Дурак! — она фыркнула. — Вот как ты умудряешься обидеть девушку в столь волнительный момент? Я бы поняла, если бы набросился, а так… Чувствую себя какой-то неполноценной.

— Может, потому что ты не человек? — уточнил я, продолжая мысленно звать паучков.

— Сам ты не человек, — она снова ткнула пальцем в плечо.

В прямом противостоянии с перевёртышем у меня мало шансов. Кинжалы далеко, меч — тоже, да и убийцы спят. Но я не прекращал попытки достучаться до нашей с ними связи.

— Выкладывай, зачем пришла, — упал на подушку, глядя в потолок.

Маргарита повернулась боком, закинула ногу и положила голову мне на грудь.

— От тебя вкусно пахнет… — промурлыкала она.

Промолчал. Ситуация начинает выводить из себя. Все мои инстинкты кричали об опасности.

— Ой, ладно тебе, — она неожиданно лизнула мою кожу. — Весь такой недосягаемый, словно ледышка. У тебя тут голая, возбуждённая девушка. А ты…

— Маргарита! — процедил сквозь зубы.

Она шумно выдохнула и потянулась всем телом, прижимаясь ко мне своей промежностью. А я улыбнулся. Наконец-то получилось!

Из кристалла материализовался мой мохнатый друг — медведь бесшумно оказался у кровати, его острые когти уже сжимали горло перевёртыша.

«Хоть ты меня не подвёл», — с благодарностью подумал я.

— Вот даже тут умудрился убить всю романтику! — Маргарита застыла, не смея пошевелиться.

Осторожно выбрался из-под неё, стараясь не разбудить Веронику. С этой особой у меня тоже будет отдельный разговор. Соскочил с кровати и накинул халат. Одеяло соскользнуло, открывая все прелести перевёртыша. Даже в такой ситуации я невольно залюбовался. Идеальное тело, созданное магией и природой.

— Ещё раз спрашиваю: что ты тут делаешь? — заставил себя сосредоточиться.

— Монгол… — она сглотнула, косясь на когти у своего горла. — Мы с Симоной нашли его. Придумали план нападения, но тут случилось… Взрывы, стрельба и погоня. На Батбаяра напали джунгары. Они обвинили его в убийстве своей группы.

Я с трудом сдержал торжествующую улыбку: моя задумка сработала идеально. Представиться его человеком и оставить одного джунгара живым. Пусть даже там был один из людей монгола, но пришёл второй, и они вместе устроили бойню. Другому государству это явно не понравилось, и в результате охотятся не за мной, а за Батбаяром. Лучше не придумаешь!

— Понятно, — кивнул. — Теперь ты свободна и можешь уйти вместе с сестрой.

— Но нам некуда идти, — заявила она с такой уверенностью, словно это моя проблема.

— Очень сочувствую.

— Павел, прошу, позволь нам остаться на твоих землях, — в её голосе появились умоляющие нотки, но глаза смотрели всё так же дерзко.

— И зачем мне это?

— Ну… Мы тебя давно знаем, ты — нас. К тому же нет сложностей с тем, кто мы.

— А если честно? — щёлкнул пальцами, и мишка чуть сжал лапу.

По белоснежным подушкам начали расползаться алые пятна от тонких струек, побежавших по шее девушки.

— Кристаллы! — выдохнула Маргарита. — Они нам нужны. Ты лишил нас нашей пещеры.

— Это мой рудник, — поправил её.

— И ладно. Тебе что, жалко несколько десятков для своих служанок?

— Вы не мои.

— А можем стать. Хочешь? — глаза вспыхнули. — Мы можем не только убираться в особняке, защищать его и тебя. А ещё и… — Маргарита медленно провела рукой по своему телу, очерчивая соблазнительные изгибы.

— Не интересует.

— Ну пожалуйста! — в голосе снова появились умоляющие нотки. — Где мы найдём ещё кристаллы? Монголы вернутся, нам нужно стать сильнее.

— Снова не моя проблема.

— Ну что ты за мужчина? — она надула губки. — Тебе сложно помочь бедным девушкам, оказавшимся в беде?

Прямая манипуляция начала утомлять. Что за создания?… Всем нужны мой рудник и мои кристаллы. Никого не волнует, что я только-только встал на ноги и пытаюсь удержать власть.

Опустился в кресло, обдумывая ситуацию. Секс? Заманчиво, что уж скрывать. Безопасность? Это уже интереснее. Две особы в особняке — как звучит? Помимо Жоры с его седьмым рангом, ещё и два перевёртыша. Добавить сюда моих паучков… Получается почти неприступная крепость. Да и использовать сестёр можно по-разному: та же охота или тайные поручения.

Вот только ответственность за них ляжет на меня. Кстати…

— Свет мой зеркальце, скажи да всю правду покажи, — усмехнулся. — Яви-ка мне свой истинный облик.

Маргарита дёрнула щекой, но кивнула. Её тело окутала лёгкая дымка. Через мгновение передо мной лежала… Невольно сглотнул.

Всё та же брюнетка, но волосы стали длиннее, струясь по подушке чёрным шёлком. Они едва прикрывали увеличившуюся грудь. А тело… Раньше оно было просто великолепным, теперь же — совершенным. Чёрные глаза смотрели гипнотически. Острый носик, пухлые губы и маленькая родинка над ними придавали лицу какое-то хищное очарование.

— Моя сестра — точная копия. Мы близнецы, — её голос стал мягче, бархатистее. — Только представь, что ты получишь от двух…

— Завязывай! — резко отвернулся, чтобы не пялиться. — У меня не сошёлся свет клином на постели.

— Тогда что ты хочешь? — в её тоне появился искренний интерес.

— Власть, сила, — пожал плечами и посмотрел на девушку. — Может быть, своё государство. А может, и не одно.

В глазах перевёртыша что-то сверкнуло. Мои слова явно задели какие-то струны в её душе.

— Так, ладно, — вздохнул я. — Сейчас прошу меня оставить. Дай время подумать, и тогда приму решение.

— Поверь, ты не пожалеешь, — она грациозно поднялась с кровати, замерев прямо передо мной. В свете луны, льющемся через окно, её кожа казалась фарфоровой.

— Я думала, что ты пацан с одной лишь мыслью в нижней голове, — голос Маргариты стал серьёзным и деловым, хотя это странно контрастировало с её обнажённым видом. — Ошиблась. Всё, что я сказала, ты получишь. И даже больше. С тебя дом и кристаллы, а с нас — что только пожелаешь. Захочешь захватить страну или две… Мы будем рядом.

— Вали! — махнул рукой, пытаясь прогнать наваждение. — И что ты сделала с Вер…

— Усыпила, — перебила она. — Ты представь, я за окном жду, пока ты придёшь в себя. И тут эта девка заявляется, смотрит: ты спишь, и давай раздеваться. А потом полезла в кровать, — Маргарита фыркнула. — Твоих друзей не было. Вот я её и положила спать, пока грела своим теплом тебя.

Покачал головой. Перевёртыш повиляла бедрами и растворилась дымкой, исчезая через открытое окно.

А я откинулся в кресле, обдумывая ситуацию. Согласиться или нет? Оставить в доме три независимые силы: Жору, паучков и два перевёртыша. Шанс, что на меня нападут, становится практически нулевым. Даже предательства можно не бояться — все они связаны со мной разными узами, да и друг друга будут уравновешивать.

Взгляд упал на спящую Веронику. И с этим тоже нужно что-то решать, но уже утром… Сейчас голова гудела от усталости и переизбытка впечатлений. А ещё нужно разобраться, почему мои паучки так внезапно отключились. Не нравится мне эта загадка.

Виски пронзило такой болью, словно в голову вбили раскалённый штырь. В глазах полыхнула яркая вспышка. Казалось, что сам воздух искрит от напряжения. Руки затряслись, пальцы судорожно вцепились в подлокотники кресла, костяшки побелели от напряжения.

Связь с паучками вернулась одним мощным рывком, будто плотину прорвало. В голове загудело от их сигналов, перемешанных с моими собственными мыслями. Каждый из многоглазых помощников транслировал панику и растерянность. Они сами не понимали, что произошло.

Или это мои ощущения? В сознании творилась такая каша, что уже не разобрать, где чьи эмоции. Мысли путались, накладывались друг на друга. Казалось, я одновременно смотрю через все глаза каждого паука.

Попытался встать с кресла. Ноги подкосились, словно ватные, и я рухнул на пол. Снова поднялся, цепляясь за стену трясущимися руками. Тело отказывалось подчиняться. Моя магия стремительно утекала по связи к спящим паучкам, будто они высасывали её, как пиявки.

— Миша! — процедил сквозь зубы, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. — Давай кристалл!

Мысленно старался передать медведю образ того, что мне нужно. Тот засуетился, пытаясь помочь. Его массивное тело двигалось на удивление грациозно для такой тушки. Сначала он всунул мне в руки кинжалы.

— Нет, — отбросил я их в сторону, морщась от новой волны головной боли. — Кристалл. Камень. То, куда ты прячешься.

В следующий момент в ладонь лёг меч. Тварь смотрела на меня преданными глазами, явно гордая своей сообразительностью.

— Да ёклмн! — выругался. — Собака ты сутулая… Кристалл!

Наконец-то получил желаемое. Схватил камешек и сжал его, выпуская магию мощным рывком. И… неожиданно оторвался от пола. В буквальном смысле. Моё тело медленно поднималось к потолку, словно привязанное к невидимым нитям.

Паучки очнулись все разом, и мир вдруг взорвался калейдоскопом образов. Я ощущал вибрации реальности, чувствовал магические источники людей в особняке, улавливал малейшие движения воздуха. Всё это смешалось в один безумный водоворот ощущений.

Втянул силу тем же способом, что использовал с обратным кристаллом. Грохнулся на пол, но хотя бы прекратил это сумасшествие. Только в глазах всё ещё плыло, а комната слегка покачивалась.

Один из паучков, видимо, решив проявить инициативу, спрыгнул с потолка прямо на спящую Веронику. Его жвалы клацнули в опасной близости от её лица. Еле успел схватить засранца за лапу.

— Фу! Плюнь! Хватит! Отставить! — заорал я, путаясь в командах, как новобранец на плацу.

Тварь замерла, медленно повернула ко мне все свои глаза с таким виноватым выражением, что я растерялся. Двенадцать зрачков смотрели умоляюще, как у нашкодившего щенка. С каких пор у пауков вообще бывает щенячий взгляд?

А потом он неуверенно ткнулся мне в ногу, и… в голове отчётливо прозвучало: «Па-па».

— Нет! — попытался пресечь это безобразие в зародыше. — Я тебе не папа!

— Па-па? — медведь, до этого молча наблюдавший за сценой, тоже подполз, уцепился за халат своей огромной лапой и подтянулся.

— Чего⁈ — я искренне офигел. — Ты, собака сутулая, ещё и говорить научился?

Тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Представил, как эта туша будет требовать кормёжки, а потом самочку захочет… От одной мысли стало дурно.

— Ты — в кристалл! — ткнул пальцем в медведя. — А ты… На стену и сидеть тихо! Не то одного в уху переведу, а из второго… — задумался, разглядывая паука. — Даже не знаю, что из тебя можно сварить, но проверим.

Твари мгновенно послушались, хотя во взглядах читалась явная обида. Я сполз в кресло, массируя виски. Связь с паучками стала крепче, теперь уже лучше чувствовал их эмоции. Похоже, после сытной трапезы они эволюционировали на новый уровень. В отличие от людей, у монстров всё завязано на физиологии. Отсюда и отключка.

Вот только мне совершенно не нравилось, что многоглазик вдруг решил объявить меня папашей. Да ещё и медведь заговорил. Пусть это просто повторение слов, но от того не легче. Сразу представилась картина: огромная туша требует завтрак и ластится, как домашний пёс…

Вздохнул и выдохнул. После таких открытий даже внезапное появление Вероники и Маргариты казалось мелочью.

Сон не шёл совершенно. Решил спуститься на кухню. Может, удастся чем-нибудь перекусить и привести мысли в порядок.

Оказавшись там, застал забавную картину: один из слуг замер с набитыми щеками, будто хомяк, испуганно глядя на меня. Видимо, не ожидал гостей в такой час.

— Расслабься. Мне сейчас точно на это плевать, — махнул я рукой, тяжело опускаясь за стол. — Дай чего-нибудь перекусить.

Мужик с пирожком во рту медленно кивнул и заметался по кухне, словно перепуганный таракан под лампой. Через несколько минут передо мной возникла целая композиция: румяный пирожок с капустой, источающий соблазнительный аромат, сочный кусок мяса, от которого до сих пор шёл пар, запотевший кувшин с квасом и что-то похожее на медовый пряник.

Я показал большой палец и кивнул, приглашая слугу составить компанию. Тот нерешительно примостился на краешке лавки, явно готовый в любой момент сорваться с места.

— Тоже бабы достали? А потом монстры начали называть папой? — спросил я, вгрызаясь в пирожок.

Тесто оказалось восхитительным. Хрустящая корочка и нежная, тающая во рту начинка. Капуста идеально приправлена, с лёгкой кислинкой.

Слуга замер, вытаращив глаза так, что они грозили выпасть из орбит.

— Я просто кушать захотел, — проглотил мужик. — Целый день ничего не ел.

— Ну, тоже причина, — кивнул я, принимаясь за мясо.

Сочная вырезка таяла во рту, специи придавали особый вкус. Не перебивали, а лишь подчёркивали натуральный аромат. Квас приятно освежал, а медовый пряник оказался именно таким, как в детстве из прошлой жизни, — с лёгкой корицей и имбирём.

Краем глаза заметил своих помощников. Три паучка, оставленные на кухне для наблюдения, внимательно следили за каждым моим движением. От них исходили волны любопытства, смешанные с лёгким беспокойством. Видимо, переживали, что хозяин ест без них.

«Только попробуйте напроситься на угощение», — мысленно предупредил монстров. В ответ получил обиженное сопение и картинку недавней трапезы в гостинице. Твари явно намекали, что уже сыты.

Я откинулся на стуле, мысленно подводя итоги. С джунгарами и Витасом разобрался — даже лучше, чем планировал. Людей спас, а монгол и вовсе сам свалил. Можно сказать, гора с плеч.

Что там по списку осталось? Некромант со своим требованием убить Запашного. Сам ставленник императора, который никак не уймётся. Зубаровы с моим рудником… Да и в целом пора брать все земли под контроль. Вроде ничего сложного?

Поблагодарил слугу за угощение. Внезапно захотелось подышать свежим воздухом. Выбрался на улицу прямо в халате, уселся на крыльце. Мои люди уже начинали свой день: кто-то спешил на посты, кто-то менял караул.

Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в нежно-розовые тона. Можно сказать, день начинается неплохо. «Тьфу-тьфу-тьфу!» — постучал по деревянному поручню.

Заметил приближающегося Витаса. Что-то радости от спасения родных на его лице не видно. А я ведь думал, это для него важнее всего. Лейпниш тяжело опустился рядом.

— Господин! — достал сигарету, прикурил дрожащими пальцами.

— Утречка! — кивнул ему.

— Это моя ответственность, — произнёс он и замолчал, глядя куда-то вдаль.

— Ты обрюхатил какую-то из служанок? — выдал первое, что пришло в голову.

— Что? Нет! — его лицо стало растерянным. — То есть… Как вы узнали?

— Да ладно! — расхохотался. — Серьёзно? Охренеть… Поздравляю, наверное.

— Вы не подумайте ничего такого, — Лейпниш замотал головой. — Мы встречаемся уже три года и любим друг друга.

— Да на здоровье! — хлопнул мужика по плечу. Надо же, а у него время на личную жизнь есть. Хотя задач и правда меньше, чем у меня.

Хорошее утро начинается с хорошей новости. Неужели день будет спокойным? Улыбнулся солнцу и показал большой палец.

— Я виноват, — снова начал Витас.

— Слушай, это нормально, когда от связи мужчины и женщины получается кто-то ещё, — попытался успокоить его.

— Господин, я не про это, — он дёрнулся, словно от удара. — Вы не понимаете! Послушайте… — голос дрогнул. — Утром я устроил обход. Троих не было. Ни крови, ни следов борьбы — просто исчезли. А ещё одного… — Лейпниш сглотнул. — Нашёл около первой стоянки. Ему оторвали руки и ноги, оставили так умирать.

— Сука! — с чувством сплюнул и показал средний палец восходящему солнцу.

Хрен мне на весь макияж, а не спокойный день. И ведь знал же, что не стоило радоваться раньше времени…

Глава 23

— В рот тебе ноги! — выругался я, чувствуя, как внутри всё сжимается от злости.

— Мне-то за что? — тут же отпрянул Витас, его лицо побледнело.

Я смотрел вдаль, но мысли крутились вокруг произошедшего. Думал, что у меня больше времени, вот только некромант или его кукла решили поторопить события. И ведь послание более чем красноречивое — оторванные конечности… Они явно намекают, что я должен поторопиться с убийством Запашного.

Вот только эти твари просчитались. Ненавижу, когда меня пытаются заставить что-то сделать! В прошлой жизни наелся этим по горло — будь то Совет аристократов или очередной убийца.

Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, челюсти напряглись.

— Господин, вы знаете, почему это произошло? — поинтересовался Лейпниш, его голос дрогнул.

— Догадываюсь, — процедил сквозь зубы. — Я тебе сказал быть настороже?

— Но… — открыл рот мужик, и в глазах мелькнула растерянность.

— Это на твоей совести, — оборвал его. — Усилить охрану ночью. Если нужно, пусть вообще не спят и сидят за ручку.

— Я… я… вас понял, — Витас поклонился, его плечи поникли. — Всё будет исполнено.

Выдохнул, пытаясь успокоиться. Мысли понеслись вскачь, как лошади в галопе. Некромант явно торопится, хочет, чтобы я убрал ставленника императора. Да чего уж там, я и сам не прочь избавиться от этого ублюдка, но на своих условиях. Просто так прикончить Запашного — значит, похерить все планы. Слишком много сил и времени вложил, чтобы в одночасье всё разрушить необдуманными действиями.

Закрыл глаза, массируя виски. Ладно, будем действовать так, как никто не ожидает. Кивнул сам себе и поднялся.

Заметил алхимиков, возвращающихся со своего рабочего места. Трудятся по ночам? Ольга приветливо махала рукой, её светлые волосы растрепались, а на щеке темнело пятно от какого-то реагента. Но вместо того, чтобы пойти навстречу, я развернулся к Лейпнишу. Мужик как раз отчитывал Медведя, его голос разносился по всей территории.

Фёдор стоял, опустив голову, — выглядел сейчас, как нашкодивший ребёнок.

— Хватит! — прервал я поток ругани.

На меня уставились: Витас — с недоумением, Медведь — с облегчением.

— Слушай мою команду, — продолжил твёрдо. — За алхимиками глаз да глаз, никогда их не оставляйте одних. Если они работают ночью, вы с ними. Охраняете ангар и внутри. И в случае чего защищаете.

— Есть! — вытянулся Витас, словно проглотил штык.

— Господин! — раздался зычный голос Борова издалека.

Земля задрожала. Громила нёсся ко мне, как взбесившийся носорог. Люди шарахались в стороны, освобождая дорогу. Его массивная фигура в прожжённом фартуке приближалась, сотрясая почву при каждом шаге. Наконец, он остановился, тяжело дыша.

Боров перевёл дух, его глаза за тонкими стёклами очков возбуждённо блестели. Он огляделся по сторонам, словно проверяя, нет ли лишних ушей. Вытер пот со лба тыльной стороной ладони, оставив на коже чёрную полосу.

— Павел Александрович, — произнёс с таким видом, словно только что изобрёл бессмертие. — Готово!

— А? — приподнял я бровь, разглядывая сияющую физиономию кузнеца.

— Ну, то, что вы просили, — подмигнул он с загадочным видом.

Повисла пауза, пока я пытался сообразить, о чём это Альберт и почему такой счастливый.

— Рука! Она готова, — выпалил Боров.

— Рука? Боря? — наконец дошло до меня.

— Да! — кузнец расплылся в довольной улыбке, его усы встопорщились. — Я торопился. Вы же знаете, что недавно Борька чуть не повесился?

— Что? — встрепенулся от столь неожиданной информации.

— Ну, я ему рассказал про руку. Взял мерки, мы с ним выпили, по душам поговорили. Вот… — Боров шумно вздохнул, его массивная грудь заходила ходуном. — И он такой: «Я бесполезный». А я ему: «Да чё ты за чушь несёшь!» Ну, мы поборолись.

— Стоп! — поднял руку, чувствуя, как начинает пульсировать в висках. — Он жив?

— Да! Остался у меня в ангаре, и мы спать легли. Просыпаюсь, а Борис в петлю. Я испугался, ну и дал ему, — Боров виновато потупился.

— Что дал? — процедил сквозь зубы, едва сдерживая раздражение.

— В морду, — признался кузнец. — Но не рассчитал силы. Его вырубило, и до сих пор он без сознания.

— Пойдём, — резко развернулся я в сторону ангара.

Альберт плёлся следом, словно нашкодивший медведь, и без остановки бубнил, что старался как лучше, не хотел делать больно, а только помочь. Я молча кивал, думая о том, что водитель действительно совсем расклеился.

Толкнул дверь ангара и застыл на пороге. Время словно остановилось, когда я увидел, как Боря одним движением отсекает голову какому-то мужику. Тесак в его руке отливал синевой — явно из когтя водяного медведя. Голова с влажным чавканьем покатилась по полу, оставляя за собой кровавый след, будто жуткую подпись.

Боров рядом со мной перестал дышать. Я машинально сформировал ледяной кристалл — тело среагировало быстрее разума. Водитель заметил нас, его лицо дёрнулось, как у марионетки, которую тянут за ниточки. А потом он рванул в нашу сторону.

Огромный кулак Альберта врезался ему в голову. Время замедлилось, позволяя во всех деталях разглядеть, как нос Бори складывается набок, словно картонный. Губы лопаются, будто перезрелые ягоды, а зубы разлетаются веером, поблёскивая в тусклом свете ламп. Удар был такой силы, что тело водителя отбросило на несколько метров.

Он крутился в воздухе, как тряпичная кукла, но, рухнув на пол, тут же вскочил. Схватил окровавленный тесак и бросился на нас. А я дёрнул недовольно щекой, выпустил ледяной шип. Нужно остановить его, пока ещё кто-нибудь не пострадал. Магия пробила здоровое плечо мужика, выбив оружие из руки.

Боря отлетел, снося какие-то ящики, но тут же поднялся. И я увидел его глаза… Чёрные, без белков, затопленные безумием. В них не осталось ничего человеческого.

— Господин! — крикнул Боров дрожащим голосом.

Я сформировал сосульку, морщась от собственного решения. Выбора нет. Выставил руку, и ледяной снаряд вошёл точно между бровей водителя.

Он застыл на мгновение. Тонкая струйка крови прочертила дорожку по его лицу, но Боря снова двинулся на нас. Теперь его движения стали совсем механическими.

Почувствовал, как Альберт напрягся для нового удара. Остановил его жестом и создал шарик яда. «Прости, друг», — мелькнула мысль, когда зелёная сфера прошила грудь водителя насквозь, оставив дымящуюся дыру. Только теперь он, наконец, рухнул.

Я метнулся к нему, остановился рядом с телом. Яд уже начал разъедать плоть, но Боря был ещё жив.

— Простите… — его голос стал едва слышным шёпотом. — Это… Я не знаю, что со мной. Тело не слушается. Я не хотел убивать. Честно, думал, в петлю залезу. Простите!

Рядом со мной рыдал Боров. Его огромное тело сотрясалось, он издавал странные звуки, больше похожие на скулёж раненого зверя:

— Это я виноват. Не успел. Из-за меня он погиб и другие! Если бы я…

Размахнулся и влепил ему пощёчину. Твою ж мать! Словно ударил по каменной стене. Суставы хрустнули, адская боль прострелила до самого локтя. А Боров даже не шелохнулся, но это привело его в чувство.

— Ты ни при чём! — произнёс твёрдо, глядя ему в глаза. — Его разум затуманили враги. Он боролся и пытался… Похорони Бориса. Не говори никому, что тут случилось. Ты меня понял?

— Да… — закивал мужик, утирая слёзы. — Но как же объяснить?

— Я сам! — дёрнул щекой. — Мы пришли, а он в петле. Депрессия.

Толкнул дверь и покинул ангар. Внутри всё кипело от ярости. Некромант перешёл все границы! Использовать моих людей, как марионеток…

— Всё в порядке? — Витас возник рядом, словно из ниоткуда, его взгляд был полон тревоги.

— Нет. Боря мёртв. В петлю залез, — бросил через плечо, не останавливаясь. — Найди ещё водителей. Два отряда приготовь. И одежду мне, пойду в лес.

Проигнорировал остальные вопросы Лейпниша. Смерть мужика неожиданно задела меня. Не сказать, что хорошо его знал, но… Да это неважно! Боря был моим человеком…

В особняке отыскал Жору — слуга, как всегда, материализовался в нужном месте в нужное время.

— Георгий, — обратился к нему. — Не знаю, как, но нам нужно придумать. Найти место для алхимиков, чтобы они тут занимались своими делами и были под охраной.

— Хо-ро-шо… — в голосе слуги проскользнули непривычные нотки неуверенности.

— И ещё следи за ними, — добавил твёрдо. — В моём доме с ребятами ничего не должно произойти.

— Я вас понял, — кивнул Жора, и его лицо снова стало бесстрастным.

Пришлось вернуться, чтобы забрать с собой многоглазиков. Да и оружие своё. Оставил их и приказал защищать. Хоть наша связь чуть удлинилась, но всё равно на расстоянии не получается им послать сигнал.

Твари послушно снялись со своих постов и двинулись за мной к выходу. Мелькнула мысль оставить их здесь, но какой толк от монстров без контроля? Нет, только со мной.

Отряды, которые просил собрать, уже ждали на улице. Я схватил вещи, приготовленные Витасом. Пристроил меч на пояс, надел «жилет» для кинжалов, распихал по карманам иголочки.

Лейпниш аккуратно подошёл ко мне, чтобы уточнить о планах. И я поведал. Выложил ему всё: про монгола с его требованиями, про перевёртышей, джунгар, рудник. Не забыл упомянуть Запашного и некроманта.

Витас только глаза округлил и рот приоткрыл, будто рыба на берегу.

— Господин… — поклонился он. — Вы не перестаёте меня удивлять! Столько всего свалилось на ваши плечи.

— Ага, — кивнул я, проверяя застёжки. — Давай следи тут пока за всем, — дал распоряжение и направился на выход.

Лес встретил нас прохладой и тенями. Отряды двигались слаженно, шли след в след. Мы остановились на первой стоянке. Бревенчатые стены поднимались метра на четыре, по углам — караульные вышки. Ворота из толстых досок, окованные металлом. Внутри — два дома для охраны и склад с припасами.

Мои паучки скользили невидимками между деревьев. Основная часть впереди прощупывала путь, ещё пара прикрывали фланги, один замыкал. От них приходили ровные сигналы: пока всё спокойно.

Фёдор шагал рядом, его массивная фигура возвышалась над остальными. Ружьё в руках казалось игрушечным. Взглянув на него, отметил для себя, то у нас теперь хватает денег, чтобы всем выдать оружие и усиленные магические патроны.

Двинулись дальше. Вторая стоянка оказалась копией первой, только добавились загоны для лошадей. Работа кипела: люди укрепляли стены, таскали брёвна.

— Как стройка? — спросил я у старшего.

— Третья стоянка почти готова, — ответил тот, вытирая пот со лба. — К вечеру закончим.

Отлично. Хоть тут всё по плану. Укрепления позволят нам лучше контролировать лес, больше охотиться и не бояться внезапной атаки. И неважно, кого — монголов или Зубаровых. Система сигнальных огней работает, у каждого охотника есть свои «фейерверки». На стоянках тоже. Цвета определены для разных видов опасностей.

Третья застава впечатляла размерами. Здесь, помимо обычных укреплений, появились хитрые ловушки. Под землёй — сеть туннелей, которые в случае угрозы можно обрушить на тварей. По периметру — глубокий ров с кольями на дне. На стенах бочки с маслом. Если что, можно создать огненное кольцо.

Все работники защищены. Мало кто согласится трудиться в лесу без охраны. На каждую группу строителей выделил по шесть человек. Пока нападений монстров не было.

И вот мы миновали третью заставу. Добрались до места, где раньше была наша единственная стоянка, которую недавно спалили. До серой зоны рукой подать — воздух уже подёргивается рябью, словно марево над костром.

— Туда идём? — Медведь кивнул в сторону мерцающей границы. Его обычно добродушное лицо стало напряжённым, между бровей залегла глубокая складка.

Я улыбнулся, чувствуя, как паучки передают волну беспокойства:

— Не сейчас. У нас несколько другие планы. Значит так, вы остаётесь здесь, — обвёл взглядом напряжённые лица, — держите оборону и будьте готовы к бою. В серой зоне сейчас бродят твари посерьёзнее обычных.

Медведь нахмурился ещё сильнее, его рыжая борода встопорщилась в разные стороны.

— Морозные пауки — хитрые твари, — продолжил я. — Становятся невидимыми, плюются ледяной паутиной. Если увидите, как воздух странно преломляется, словно в мареве, — сразу стреляйте. Не ждите. В случае чего отступайте.

По лицам мужиков пробежала тень. Один машинально передёрнул затвор ружья.

— А ещё тут летают копирующие журавли, но я бы их назвал «железными курицами», — добавил, наблюдая, как бледнеют охотники. — Эти твари любят атаковать с высоты. Их перья взрываются при попадании, а сами птички могут копировать магию. Не подпускайте близко — бейте издалека.

— Но они же не полезут? — спросил кто-то неуверенно.

— Не должны, — пожал плечами. — И всё же лучше быть готовыми.

Мужики заметно напряглись, начали проверять оружие. Даже Медведь, обычно невозмутимый, как скала, поглядывал в сторону серой зоны с плохо скрываемым беспокойством.

А я двинулся вперёд, чувствуя, как мои невидимые помощники растекаются по лесу. Передний дозор паучков прощупывал дорогу, сообщая об опасности. С ними стало намного проще: твари, пересекавшие наш путь, больше не были сюрпризом.

Вот справа мелькнул силуэт огнелиса — паучки передали сигнал заранее, и я просто обошёл его территорию. Группа иглокротов впереди? Какого хрена они вообще собрались вместе⁈ Сменил маршрут, даже не приближаясь к их норам. Сейчас не время для охоты и сражений.

Память услужливо подсказывала дорогу к землям Зубаровых. Выпустил паучков из серой зоны, и они тут же растворились в воздухе. Рядом темнел вход в заваленный рудник. На губах заиграла улыбка — очень хотелось забраться внутрь и вынести оттуда все кристаллы. Если, конечно, у меня получится разгрести завалы. А может, они уничтожены?

От этой мысли стало как-то не по себе. Такого сокровища очень не хотелось лишаться.

Выглянул из серой зоны. После визита монголов охрана Зубаровых заметно поредела, можно и рискнуть… Вообще никого нет. А ведь раньше тут была стоянка, которую я спалил. Ну и ладушки!

Расставил своих многоглазых помощников по периметру, на максимальном расстоянии, где ещё мог поддерживать связь. Если кто приблизится, сразу узнаю.

Теперь самое важное. Сжал кристалл в ладони, позволяя магии течь. Мой источник отозвался, их пульсация постепенно синхронизировалась. Добавил энергии. Камень засветился, начал нагреваться. В воздухе возникла знакомая вибрация, та самая, которую я ощущал у серой зоны, когда пытался призвать и подчинить тварей.

Звук нарастал, от колебаний воздуха закладывало уши. Казалось, саму реальность потряхивает, как желе. Паучки забеспокоились. По связи хлынул поток сигналов: «Враг! Еда! Сила!»

«Хм… Так вот что вам показывает кристалл?» — мелькнула мысль.

Минута. Две. Ничего не происходило. Мелкие засранцы совсем взбесились. Стремились то удрать подальше, то броситься в атаку на невидимого врага. Приходилось разрываться между двумя задачами: сдерживать их безумные порывы и поддерживать действие кристалла.

Пять минут. Граница серой зоны подёргивалась рябью, но никто не спешил появляться на мой зов. В висках уже пульсировало от напряжения.

Десять минут. Паучки метались, как одержимые, едва удерживаясь на местах. А по моему лбу катился пот — непросто одновременно контролировать их и наращивать силу призыва.

Пятнадцать минут.

— Да где же вы все? — процедил сквозь зубы, вглядываясь в колышущийся воздух на границе.

Кристалл раскалился добела, обжигая ладонь. Многоглазые помощники уже откровенно скулили по ментальной связи, не понимая, что происходит.

В это мгновение граница серой зоны взорвалась. Просто лопнула, как мыльный пузырь, — без предупреждения и намёка. Ударная волна подхватила меня вместе с паучками и швырнула, словно осенние листья. В какой-то момент я врезался в своих многоглазых помощников. Они так переплелись лапами, что напоминали живой клубок ниток.

В ушах звенело, когда поднялся на ноги. Там, где раньше была граница серой зоны, разверзлась чёрная дыра. Клочья тумана по краям извивались, как щупальца гигантского спрута. И из этой бездны полезли они…

Воздушные змеи вылетали целой стаей, их длинные тела переплетались в воздухе, создавая жуткую пародию на кружевной узор. Огнелисы выпрыгивали один за другим. Два водяных медведя вывалились следом, с их чешуи стекала светящаяся жижа. Поднялись на лапы и заревели.

Земля затряслась от тяжёлых шагов. Что-то двигалось к нам, лес содрогался. И тут оно появилось…

Слегка склонил голову, разглядывая существо. Лошадь? Нет, только ноги от неё — мускулистые, с огромными копытами. Выше начиналось массивное туловище, покрытое чёрной шерстью. Не то волчье, не то… Даже не знаю… А венчала это всё львиная голова, украшенная рогами, как у горного козла. Из пасти капала огненная слюна, прожигая землю.

Все монстры расступались перед этим чудовищем, как простолюдины перед императором. Даже водяные медведи начали жаться к деревьям.

Я обернулся и едва сдержал смех. Бесстрашные убийцы, гроза врагов и защитники, — морозные паучки — прятались за моей спиной, прижавшись к земле. Их кристаллы тускло мерцали от страха, а двенадцать глаз каждого умоляюще смотрели на меня. Похоже, эта тварь — действительно что-то особенное.

А монстры всё лезли и лезли из прорыва, словно горох из порванного мешка.

— Ну, почти как я и планировал, — кивнул сам себе.

Теперь бы решить, что делать. Как закрыть эту дыру? Может, просто свалить, пока не поздно?

«Чудо-юдо хрен пойми что и сбоку бантик» с рогами разинуло пасть. Поток пламени вырвался оттуда, как из адского брандспойта.

Рефлексы сработали быстрее мыслей — я выставил ледяную стену. Удар! Меня окатило горячим паром, защита таяла на глазах.

Паучки рванули к реке. Предатели… Хотя нет, просто умные. Но что делать мне?

Глава 24

Всё случилось одновременно. Твари разом повернули морды в мою сторону, будто по команде «смирно». Огнелисы перестали красться, их хвосты замерли. Воздушные змеи повисли, как бельё на верёвках. Даже водяные медведи застыли статуями.

А эта рогатая тварь… От её взгляда моё сердце не просто пропустило удар. Оно, кажется, решило временно эмигрировать куда-то в район пяток. Глаза неизвестного монстра полыхали адским пламенем, и в их отблесках читалось что-то первобытное.

«Так, спокойно, — сказал я себе. — Ты же не просто какой-то маг. Ты тот, кто пережил шестьсот шестьдесят шесть покушений! Ну… почти». Проглотил комок в горле, который, кстати, казался размером примерно с арбуз.

Кристалл продолжал пульсировать в руке, словно сердце перепуганной птички. Ничего сложного, нужно лишь решить один простой вопрос. Как объяснить этой армии монстров, что им надо идти громить территорию Зубаровых? Может, нарисовать карту палочкой на земле? Или сыграть в «Горячо-холодно»?

Не успел додумать эту светлую мысль, как твари рванули с места все разом. Время замедлилось, словно кто-то сверху решил поиздеваться над законами физики. Рука сама потянулась к мечу. Клинок радостно запел, будто только этого и ждал. Лёд и яд потекли по каналам, сплетаясь в причудливый узор.

«Ну, держитесь!» — мысленно подбодрил себя, направляя силу в кристалл. На всякий случай прикинул, сколько тварей смогу уложить до того, как меня сожрут. Выходило не очень много.

Первая волна — огнелисы. Их чёрные тела скользили, словно тени в полдень. За ними змеи, извивающиеся в таком сложном танце, что любой факир удавился бы от зависти. Водяные медведи пыхтели и переваливались с лапы на лапу, как пьяные купцы после ярмарки.

О побеге можно забыть. Они окружили плотным кольцом, будто гости — праздничный стол с закусками. Только в роли закуски почему-то выступаю я.

Сжал рукоять меча до хруста в пальцах. «Ну что ж, — подумал философски, — по крайней мере, это будет эффектно. Жаль только, некому оценить».

Рогатая тварь приблизилась, от её шагов дрожала земля. В пасти плясало пламя. Когти на лошадиных ногах высекали искры, словно она пыталась прикурить от камней. Чудовище нависло надо мной подобно живой горе.

И тут… Они просто начали обходить стороной, как прохожие огибают столб. Огнелисы проскальзывали мимо с такой независимостью, будто и не собирались меня есть. Змеи пролетали над головой, делая вид, что я — просто не очень интересный пейзаж. Водяные медведи неуклюже отстранялись. На секунду показалось, что в их рыке было что-то похожее на «пардон-пардон».

А это рогатое чудовище… Оно просто прошагало мимо, обдав жаром, как печка, и даже не удостоило взглядом. Я почувствовал себя немного оскорблённым. Мог бы хоть рыкнуть для приличия, что испугался со мной связываться.

Когда последняя тварь скрылась за спиной, позволил себе выдохнуть. Посмотрел на руку, всё ещё сжимающую меч, и криво усмехнулся:

— Вам повезло, а то порвал бы всех… — произнёс с кривой улыбкой на губах. — Но я сегодня добрый.

Паучки, уже успевшие спрятаться в воде по самые кристаллы, осторожно высунули головы. В их глазах читалось явное сомнение в моих словах. А зря!

Направился к реке. Храбрые засранцы наконец-то выбрались из своего убежища и уставились на меня.

— Вот тебе и монстры, — хмыкнул, проходя мимо. — То есть подавай, то вы спать завалились, переходя на новый уровень, а теперь испугались.

В голове звенели их сигналы: «Опасность», «Враг», «Смерть».

— Да ладно? А я и не понял, что там было горячо…

Начал переходить реку Соплю через брод. Холодная вода обожгла ноги, течение сносило меня. Мелкие твари дёрнулись следом. Паучков тут же смыло. Ростом ещё не вышли, и их лапки заскользили по камням. Пришлось остановиться и нырять.

Послал команду, чтобы выбирались из воды, а двоих я успел поймать перед тем, как их унесло. Вылез на берег. Посмотрел на паучков и помотал головой.

— Стройся! — рявкнул я.

Мелкие засранцы сообразили быстро: схватились друг за друга, а первый вцепился мне в грудь. Ледяные шипы впились в плоть. Больно, между прочим. Хорошо хоть холода не чувствовал. Как заботливый «отец» семейства, перевёл своих подопечных на другой берег.

Рухнул на траву, тяжело дыша. Закрыл глаза, позволяя мыслям течь свободно: «Какого хрена сейчас произошло? Почему твари просто не вышли, как в прошлый раз, а случился именно прорыв? Прорыв…» — повторил слово мысленно, и картина начала складываться.

Чёрное время… Теперь я убеждён: его кто-то устроил, и эта тварь была невероятно сильна. Вот только зачем? Ладно, оставлю сей вопрос историкам. Важно другое: кристаллы, точнее, осколки, обладают пугающей мощью.

Приоткрыл глаза, наблюдая за паучками. Мелкие трясли лапками, пытаясь стряхнуть воду. Идиоты, с них же и так стекает! Они ведь не собаки, в конце концов.

Снова задумался: «Один осколок — у монголов, ещё как минимум один здесь… А сколько их вообще? И что будет, если соединить все части?» От этой мысли по спине пробежал холодок. Но одно очевидно: свой кусок я не отдам никому.

Сел, разминая затёкшие мышцы. В планах по захвату власти, кажется, появилась новая задача. Нужно найти остальные осколки, и плевать, сколько придётся путешествовать. Эта сила… Она меняет расстановку и даёт большие возможности.

Жаль только, что не до конца понял механику прорыва. И, что важнее, как направить тварей куда нужно? В тот момент действовал чисто на инстинктах, даже мыслей толком не было. Ладно, придётся ещё потренироваться.

Твою ж… А как мне теперь эту дыру вообще закрывать?

Поднялся на ноги, отряхивая мокрую одежду. Пора возвращаться к насущным делам. Паучки тут же выстроились за мной.

Выбрался к своим людям. Охотники стояли, сжимая ружья побелевшими пальцами. В глазах застыло напряжение.

— Что случилось? — Медведь шагнул вперёд. — Тут такие звуки были, словно сотни тварей рядом, и никто не вышел.

Кто-то из мужиков поёжился и глянул на серую зону.

— А потом будто взрыв какой-то, и земля затряслась, — продолжил Фёдор, его рыжая борода подрагивала от волнения. — Мы уже собирались идти за вами.

— Молодцы, что выполнили приказ, — кивнул я. — Что случилось? У Зубаровых произошёл прорыв. Людей мало, тварей не убивают. Вот они и почувствовали слабость. Вышли… Я, как только увидел, что там творится, сразу обратно.

— Как⁈ — в глазах Медведя мелькнул неподдельный страх.

— Вот так, — пожал плечами, стараясь выглядеть беспечным. — Предчувствие было, решил проверить. И убедился.

— И что делать?

— Ну, мы как род обязаны защищать людей и не дать тварям проникнуть в город, — задумчиво протянул. — Да, это не наша земля и ответственность, но, как только твари закончат там, перекинутся на нас.

— Господин, я вас не узнаю, — Медведь нахмурился. — Вы хотите помочь Зубаровым?

— Почти, — улыбнулся, наблюдая, как он достаёт сигнальный кристалл.

Руки здоровяка заметно дрожали. За всё время службы с таким им сталкиваться не приходилось. В следующую минуту красная искра взвилась в небо, оставляя за собой дымный след. Сигнал тревоги — прорыв.

Мужики крепче сжали оружие, на лицах застыло понимание: «Скоро начнётся». Где-то вдалеке раздался рёв монстра, и по напряжённым кулакам и ладоням охотников пробежала дрожь. Паучки за моей спиной беспокойно зашевелились.

Время тянулось медленно. Мы ждали, а я прокручивал в голове свой план. Запашный ни за что не допустит объединения земель под моей властью, но я слишком много сил потратил, чтобы держать всех разрозненными. Зачем мне дуэль с Михаилом, если можно просто забрать себе всё?

Зубаровы сейчас ослаблены, Требуховы после такого сами попросятся под крыло более сильного рода. Остальные два… С ними вообще проблем не будет. А главное — это лишит ставленника императора той власти, что он себе тут выстроил. Годами плёл паутину интриг, стравливал роды между собой, и теперь всё рухнет.

Улыбнулся, вспомнив испуганное лицо Горбачёва. Эта пугалка обезврежена, монголы исчезли. Да и выглядеть всё будет так, будто у меня не было выбора. Твари-то вышли на земли Зубаровых, а я как истинный аристократ просто выполнял свой долг.

Где-то вдалеке раздался грохот. Пусть развлекаются мои новые друзья. Заодно и поголовье охраны немного проредят. А потом придём мы — благородные спасители.

В моём плане оставался только некромант. Ничего, эта сука у меня на десерт останется! Как только получу власть над всеми землями, можно будет больше времени уделить… особым развлечениям. От этой мысли на губах заиграла улыбка.

Медведь нервно поглаживал ствол ружья, остальные охотники перешёптывались. А я ждал, чувствуя, как внутри растёт предвкушение большой игры.

Витас появился бесшумно, коротко кивнул и протянул мне ружьё.

— В особняке оставил двадцать человек под командованием Петра. Люди недовольны, но я настоял. Служба охраны, слуги — все предупреждены и вооружены.

— Молодец, — забрал я боеприпасы и раздал остальным. — Медведь!

Фёдор тут же возник рядом, его рыжая борода топорщилась в разные стороны.

— Возвращайся в особняк, — скомандовал ему. — Будешь там за старшего.

— Но, господин! — в голосе мужика прозвучала неприкрытая обида. — Я готовился…

— Именно поэтому ты мне там нужен, — оборвал возражение. — Если что-то пойдёт не так, ты единственный, кому я могу доверить защиту дома.

Медведь помрачнел, но спорить не стал. Развернулся и зашагал прочь, его широкие плечи поникли.

— Итого у нас сорок бойцов, — Витас достал карту. — Какой план?

— Простой до безобразия, — усмехнулся я. — Заходим через Соплю и двигаемся лесом к особняку Зубаровых. Получится, что с одной стороны они, с другой — мы. Пока твари заняты ими, будем отстреливать.

Про существо решил не рассказывать. Смысл? В любом случае никто его не потянет. А я? А разве есть выбор?..

— Выкосим всех, и что дальше? — в глазах Витаса мелькнул хищный огонёк.

— От рода мало что останется, — пожал плечами. — Но мне нечего предъявить. Помог, спас… А если начнут возникать, напомню, как они поступили с Магинскими. Не справились с прорывом — значит, не достойны земель. И кому их передать? Правильно, тому, кто спас положение!

Витас растянул губы в понимающей улыбке. Молодец мужик, схватывает на лету.

Мы двинулись к реке. Сорок человек — не армия, но для такой вылазки должно хватить. Да и больше у меня людей всё равно нет. Так что придётся!

Оглядел мужиков: у каждого за спиной по два ружья. Патроны, как сказал Витас, вытащили почти все. Нужно покупать ещё.

— Никогда не думал, что окажусь тут безнаказанно, — пробормотал кто-то из охотников, когда мы переходили Соплю.

— Вот так бывает, — хмыкнул его товарищ. — Вчера в них стреляли и убивали, а сегодня спасаем.

Продвигались мы осторожно, след в след. Лес на землях Зубаровых отличался от нашего — гуще, темнее, больше буреломов и зарослей. Видно, давно не чистили.

На первое тело наткнулись в километре от реки. Мужик в форме Зубаровых, разорван почти пополам. Судя по следам… Тут не угадаешь. Вроде как водяной мишка постарался. Хотя есть отметины от ожогов и откушенные части летающей колбасы.

Люди заметно напряглись, крепче сжали оружие. Дальше трупов становилось больше. Некоторые ещё держали в застывших руках ружья. Другие, видимо, пытались убежать, но смерть настигла всех. Где-то вдалеке неслабо громыхнуло.

— Господин, — Витас указал вперёд.

Особняк Зубаровых уже виднелся сквозь деревья. Точнее, то, что от него осталось. Половина здания горела, из окон валил чёрный дым. Вокруг кипел бой.

Водяные медведи крушили стены. Огнелисы носились между защитниками, то появляясь, то растворяясь в воздухе. Воздушные змеи пикировали сверху, хватая людей своими длинными языками.

А в центре этого хаоса возвышалось оно — чудовище с лошадиными ногами и львиной головой. Перед ним, выставив огненный щит, стоял сам Вячеслав Зубаров. По бокам от главы рода его дети — Михаил и Елена, за спиной — последние защитники.

— Что это за тварь? — прошептал кто-то из мужиков.

— Без понятия, — пожал плечами. — По команде открываем огонь. Целиться в голову. Держимся группой, не распыляемся. Давим числом и мощью.

Выстроились цепью за деревьями. Сорок стволов направлены на поле боя. Я поднял руку:

— Огонь!

Залп грянул, словно гром. Пули с визгом впились в тела тварей. Два огнелиса рухнули, даже не поняв, что произошло. Воздушная змея, как подкошенная, долбанулась об землю.

Твари замерли, не ожидая удара в спину. Этой заминки хватило. Второй залп уложил ещё нескольких монстров. Люди Зубаровых воспряли духом, их магия ударила с удвоенной силой.

Огонь вырывался из рук одних магов, другие создавали ледяные копья, кто-то метал молнии. Искры разлетались во все стороны. Земля под ногами тварей вздыбилась, утаскивая их в наспех созданные ямы.

— Перезарядить! — скомандовал я. — Целься! Пли!

Снова грянул залп. Мои охотники действовали, как единый механизм. Перезарядка, прицел, выстрел. И снова. Зачем тратить магию, если можно пока так убить?

Три огнелиса рухнули, их чёрная шерсть дымилась. Воздушные змеи падали один за другим. Без возможности взлететь они становились лёгкой мишенью. А мне так нравится. Массовое истребление тварей…

Паучки прикрывали наши спины и фланги. В случае возникновения опасности должны сообщить. Мелкие засранцы уже мне сделали всю голову. Постоянно шли сигналы от них, что они тоже хотят повеселиться и поучаствовать в битве.

Приходилось останавливать. Ишь какие храбрые… Вот только где всё это было, когда появилась та тварь?

Куда⁈ Кинул ружьё за спину и сжал кристалл. Один засранец всё-таки вырвался из-под моего контроля и рванул на огнелиса. Тварь умерла быстро.

Сначала монстру заморозили хвост, а потом лапы. Ну, и морду сожрали. Хорошо, что все были увлечены боем и никто не заметил. Мысленно послал сигнал паучку, мол, я тебя запомнил и ты у меня ещё получишь.

Вернул в руки ружьё и продолжил стрелять. Моё командование быстро перехватил Витас.

Водяной медведь развернулся в нашу сторону, его светящаяся слюна прожгла дерево рядом. Пять стволов тут же нацелились на тварь. Залп — и монстр пошатнулся, пули чуть пробили его чешую. Второй удар разнёс голову в клочья, тело рухнуло, заливая землю светящейся жижей.

Маги Зубаровых действовали слаженно. Огненные шары вырывались из рук одних, сплетаясь с ледяными копьями других. Воздух трещал от разрядов. Но, к счастью, им это не особо помогало.

Монстры наконец-то осознали, что основная опасность сзади. И часть всеобщего боя повернулась к нам.

— Господин, они приближаются! — крикнул Витас.

Первыми рванули огнелисы. Их чёрные тела растворялись в воздухе, только горящие глаза выдавали положение. Три змеи спикировали с деревьев, длинные языки извивались в воздухе.

— Рассредоточиться! — скомандовал я. — Группами по пять человек. Прикрывайте друг друга!

Люди моментально перестроились — не зря мы гоняли их на тренировках. Первая группа открыла огонь по огнелисам, вторая сосредоточилась на змеях. Остальные продолжали поддерживать Зубаровых.

Тварь появилась справа от меня — раскрытая пасть метнулась к горлу. Выстрел в упор снёс огнелису полчерепа. Рядом кто-то вскрикнул — змея утащила одного из охотников. Три залпа разорвали её в клочья, но было поздно: мой человек уже мёртв.

Маг из наёмников, которые поклялись мне в верности, создал земляную стену, прикрывая фланг. Другой метнул огненный шар в группу наступающих тварей. Третий работал с водой. Мужик пытался куполом утопить монстров.

Я перекатился, уходя от атаки сверху, вскинул ружьё. Выстрел — и очередная змея рухнула, извиваясь в агонии. Перезарядка, прицел… Огнелис материализовался прямо передо мной, его клыки клацнули в опасной близости от лица. Выстрел в упор разворотил твари грудь.

— Сзади! — крикнул кто-то.

Развернулся. Два водяных медведя прорвались через нашу линию. Их чешуя светилась, с клыков капала ядовитая слюна. Пять ружей ударили разом, но пули увязли в плотной броне.

Оскалился. Теперь моя очередь! С рук сорвались ледяные шипы и ядовитые шарики. Первая атака сделала небольшую брешь в броне, а дальше уже действовал мой яд.

Их прошило словно из пушки. Много маленьких дырок в теле, чешуя начала зеленеть. Мишки снова зарычали, встали на задние лапки и рухнули.

Витас удивлённо посмотрел на меня. Пришлось продемонстрировать, что я владею двумя типами магии. Теперь он принёс мне клятву крови, и можно не беспокоиться.

Маги Зубаровых, воодушевлённые поддержкой, усилили натиск. Вячеслав создал огненное торнадо, его сын метал разряды молний. Так вот какая магия у Миши? Елена работала с огнём, как её отец. Шары с завидной частотой и точностью попадали в рожу монстра.

Бой переместился ближе к особняку. Твари, зажатые с двух сторон, начали нести серьёзные потери. Ещё чуть-чуть, и мы их победим. Ну как… Основных монстров. А вот что делать с этим «хрен-пойми что», я ещё не придумал.

Глава рода Зубаровых… Какой у него ранг? И мужик не справляется. Сдерживает — да. И то, если бы не было детишек и группы поддержки за спиной, справился бы он вообще?

— Витас! — крикнул я. — Продолжайте мочить тварей!

— Вы куда? — Лейпниш дёрнулся в мою сторону.

— Я помогу вон там, — кивнул на рогатое чудовище.

— Давайте мы закончим тут, и потом все вместе…

— Нет! — оборвал его. — Это вы заканчивайте, а после туда на помощь. Я пока попробую его сдержать.

Скинул ружьё за спину, выхватывая меч. Во второй руке пульсировал кристалл. А вокруг царил полный хаос. Горящие обломки особняка, разорванные тела людей и тварей, кровь на траве. В воздухе висел запах гари, смешанный с железным привкусом крови.

Паучки получили приказ следовать за мной, но, стоило им увидеть цель… Вся их хвалёная храбрость испарилась, как роса под утренним солнцем. Мелкие засранцы прятались за моей спиной, передавая волны ужаса по нашей связи.

По пути на меня попытались напасть. Огнелис… С ним всё вышло достаточно просто — его теперь две половинки целого. Как же мне нравится мой меч! А вот летающая «колбаса»… Она даже спикировать на меня не смогла.

Мои многоногие друзья выпустили в неё дружно свою ледяную паутину. В итоге на землю упала замороженная «колбаса», разлетелась на много осколков под ногами. Прошёлся по ним — хорошо хрустит…

Приблизился к главе рода. Вячеслав заметил меня первым, его глаза расширились от удивления. На лице промелькнула целая гамма эмоций: недоверие, злость и что-то похожее на стыд.

— Магинский? — процедил он сквозь зубы, не опуская огненный щит. — Пришёл позлорадствовать?

— Отец, это он во всём виноват! — Михаил дёрнулся в мою сторону, но новый удар твари заставил вернуться на место. — Уверен, его рук дело.

Елена промолчала, только бросила быстрый взгляд. В её глазах читался страх пополам с надеждой. Девушка держалась из последних сил. Одежда в крови и копоти, светлые волосы растрепались.

Я посмотрел на чудовище. Его львиная голова возвышалась над нами, как башня. Копыта крошили землю, оставляя дымящиеся следы. В глазах монстра плясало адское пламя, а между рогами проскакивали искры.

Кристалл в моей руке начал пульсировать сильнее, словно сердце загнанной птицы. По телу прошла волна жара, будто я оказался рядом с доменной печью. И тут тварь перевела взгляд на меня.

Время застыло. В огненных глазах существа я увидел своё отражение — маленькая фигурка с мечом и светящимся камнем. А следом что-то древнее и жуткое посмотрело в ответ. Это был взгляд самой бездны.

Тварь ударила копытом, переступила с ноги на ногу. Небрежно, словно отмахнулась от назойливой мухи. Защитники Зубаровых, стоявшие за спиной главы рода, превратились в красный туман. Их просто размазало по земле. Даже не понял, как…

Между рогами чудовища вспыхнула искра. Яркая, ослепительная, словно маленькое солнце. Она росла, наполняя воздух потрескивающим напряжением. Волосы на руках встали дыбом. Я кожей чувствовал, как вокруг концентрируется чудовищная энергия.

Удар! Молния, родившаяся между рогами твари, вспыхнула. Я сместился влево и сформировал ледяную стену, а внутреннюю её часть покрыл ядовитой плёнкой. Вячеслав успел создать огненный щит, заслоняя детей.

Я обернулся в место удара. Михаила просто не стало. Там, где только что стоял наследник рода Зубаровых, теперь зияла дымящаяся воронка. Его словно расщепило. Часть особняка за спиной тоже испарилась, как будто и не было никогда.

Вячеслав закричал. Его правая рука, всё ещё пытавшаяся удержать огненный щит, отделилась от тела. Просто растворилась в воздухе, оставив после себя горелый обрубок. Глава рода рухнул на колени, зажимая уцелевшей ладонью дымящуюся рану.

Елену отбросило взрывной волной. Она врезалась в обломки стены и затихла. По её лицу стекала тонкая струйка крови.

Я медленно сглотнул вязкую слюну. В голове крутилась одна мысль: «Оно просто играло с нами всё это время». Крутанул меч в руке, чувствуя, как по лезвию бегут морозные узоры, сплетаясь с ядовитой зеленью.

Тварь склонила голову набок, разглядывая меня с каким-то любопытством. Между рогами снова начала разгораться искра.

— Фас! — команда сорвалась с губ прежде, чем я успел подумать.

Многоглазые убийцы выскользнули из-за моей спины. Их кристаллы полыхнули ослепительным светом. Существо подняло массивную голову, и в его глазах мелькнуло удивление.

А потом началось то, чего не должно было быть в принципе…

* * *

Вот и закончилась третья книга про Павла Магинского. Хочу всех поблагодарить, за то что читали ее. В новой книги ставки начнут расти. Амбиции Магинского сильно вырастут, а вместе с ними появятся новые враги, да и старые никуда не делись. Должна быть свадьба и захват территорий. И многим это не понравится. Но Павел применит все своё обаяние и маленькую армию, чтобы убрать с пути всех.

Жду вас в четвертой книге. Переходите на первую главу — https://author.today/work/407104

P. S не забудьте лайк, коммент. И этой книге, если не поставили и новой. Награды тоже принимаются =). До встречи в новой книге.

На всякий случай переходим вот сюда — https://author.today/work/407104

* * *

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Двойник Короля 3

Content

Двойник Короля 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Nota bene