Узник брошенной планеты

Пролог

Восстание, поднятое Кириком Кинаотисом было подавлено. Жёстко, решительно и как многие скажут — демократично. Сколько же лет прошло с тех пор… Три сотни? Четыре?.. Не помню, возможно вы знаете точней. Я же знаю лишь то, что след той революции виден и теперь, она изменила суть, направление развития всего человеческого рода. Живые кристаллы, найденные последователями Кинаотиса, разрушили само понимание технического прогресса, позволив смельчакам в серьёз, в слух и громко заявить о межгалактической экспансии. Кристаллы в одночасье стали самым дорогим товаром на белом, и особенно на чёрном рынках. Камни эти долговечны и их весьма сложно уничтожить что со временем, не сразу, всё же привело к снижению цены, но и теперь позволить себе авто, у которого вместо электродвигателя и реакторной батареи установлен ментальный энергопривод, это для многих роскошь. Огромный спрос на данный товар, привёл к столкновениям во многих, населённых людьми, уголках изведанного космоса, поговаривают для одной или двух планет всё закончилось трагично, но это лишь слухи. Научные институты росли как грибы, лучшие умы бились над загадками, поставленными им природой, с умным видом публикуя новые открытия, мудрёными словами объясняя, как это работает. Они так и не смогли объяснить…

— Кристаллы на ментальном уровне взаимодействуют с человеком, — начинал свой доклад перезаслуженный профессор каких-то там наук. — но не со всяким человеком, и со всеми в различной степени. — его речь на всемирной конференции продолжалась более семи часов, но главное было сказано в первом предложении: «не со всеми, и со всеми в разной степени».

Всё просто. Человек мысленно связывается с кристаллом, кристалл выделяет энергию, человек направляет её в нужное ему русло. На примере энергомобиля это выглядит так: привести в движение авто могут все, но кто-то может разогнать авто до огромной скорости, не смотря на то что авто загружено до завязки, другой же не сможет разогнаться и до ста километров на пустом. Теперь люди это топливо: плохого, среднего и премиум качества. Топливный кризис также имел место быть, но он достоин лишь упоминания.

Кристаллы начали применяться повсеместно и во всех сферах, в мирных целях, разумеется. И хоть границы стран давно были смыты с карт, дух соперничества люди не утратили, регулярно пытаясь доказать превосходство своего города, института, мышления. Каждый, хоть немного уважающий себя город, имеющий достаточное финансирование, стремился открыть военную академию, университет или хотя бы колледж, где будут подготавливаться специалисты, они будут управлять звёздными крейсерами, следить за жизнеобеспечением, прокладывать самые авантюрные маршруты, покорять миры. Здесь готовили Магеланов, Колумбов и Белинсгаузенов космического масштаба.

Города поменьше, не могли позволить себе таких трат, дело не только в закупке дорогостоящих камней, оплата хоть мало-мальски компетентного специалиста, это очень много кредитных меток, а специалист нужен, и не один. Эти города открывали кадетские училища, где молодёжь, без разделения по гендеру, муштровали обучая управляться с энергобронёй, пользоваться оружием, как энергетическим, так и огнестрельным. Всё это естественно лишь в целях самозащиты и охраны будущих экспедиций.

Для поступления в эти учебные заведения, кроме лабуды с медкомиссией, среднего бала, и характеристики не только от преподавателей, но часто и от соседей, и участковых, необходимо было обладать главным критерием — способностью ментально воздействовать на кристаллы. Сама же эта способность устанавливалась путём сдачи нехитрого теста: «тест ментальной связи человека и живого кристалла Кирика Кинаотиса» (ТМСЧЖКК). Его часто называли десяткой, так как максимальный бал в нём был десять, или ментальный тест «чижик». Многим позже, ученые НИИ города Минска, разработали тест «взаимосвязь человека с кристаллом», имевший девятьсот девяносто девяти бальную шкалу, и погрешность не более сотой процента. Во все высшие учебные заведения, с тех пор, прием ведётся на основании именно теста ВЧК, или как говорят сами студенты — три девятки. Многие миллионы дрожащих от волнения рук, видели стены где проводилось обследование желающих поступить. Все помнили и помнят это: не со всеми, и со в семи в разной степени.

Глава первая

Он не верил, что это происходит на самом деле, что это происходит с ним. Он избранный, тот избранный над которым потешался весь двор, тот кто попал в ту пятитысячную долю процента, не способных оказывать влияние на живые кристаллы. Он тот, кто набрал ноль баллов в «Чижике», тем самым разбив все мечты о полётах. Слова его экзаменатора слышались ему сейчас в каждом стуке каблуков его берц:

— Этот парень уникум! У блох на моей собаке ментальная связь выше чем у него! — кричал тот безликий экзаменатор симпатичной ассистентке. Её лица он тоже не помнил, но точно знал, что она была симпатичной.

Дорога к карьере офицера, первооткрывателя, и первоклассного менталиста была ему заказана. Но ведь к новым звёздам летят не только офицеры. Не смотря на повсеместную автоматизацию, ещё много где требуется участие рук человеческих. Теперь, когда годы обучения остались позади, когда на форме, пусть это лишь форма инженера, красуется бейдж с его именем, когда в руке сумка с личными вещами и пропуск на крейсер, разве есть смысл жалеть, что всё сложилось именно так.

— Лев! — обратился к идущему парень в чёрной робе, забрасывающий сумки на транспортерную ленту. — Опаздываешь, твои уже все на борту.

— Успею. — ответил тот и поставил сумку на асфальт. Парень в чёрном вопросительно наклонил голову.

— Ты серьёзно? Я, для тебя что, незнакомый человек?

— Устав. — коротко ответил он.

— Устав, — подняв брови повторил Лев и демонстративно протянул пропуск. Парень поднёс его к лицу и успев прочитать лишь Лев Мирный, не сверив ни печать, ни номер пассажира, вернул обратно.

— Простите за неудобства, служба, сами понимаете. — наигранно протараторил он и подняв сумку бросил её на стоявшие рядом весы. — Простите ещё раз, перевес.

Лев взглянул на табло, вместо допустимых шестнадцати килограмм, оно показывало шестнадцать восемьсот.

— Знаешь, я уже начинаю радоваться той мысли, что возможно никогда больше тебя не увижу. — Лев говорил улыбаясь, но голос его дрогнул.

— Бывай, братка. — ответил тот и обняв друга хлопнул его по спине.

— Бывай Михей. Даст бог, свидимся.

— Бога нет.

— Зато выражение есть.

Поднявшись по трапу, Лев обернулся, желая ещё раз проститься с другом, но того на месте не оказалось. Он бы расстроился, но все его мысли украла она, она здесь, она заняла ему место, она летит вместе с ним и это чертовски здорово.

Пару часов спустя они сидели напротив друг друга, среди сотен таких же инженеров как они. Пояса, скрещенные на груди, крепко прижимали их к креслам, суматоха закончилась, световые индикаторы сигнализировали о запрете покидать свои места. Скрытые от глаз динамики зазвучали четким мужским голосом:

— Говорит капитан Лейман. Всем пассажирам, рад вас приветствовать на Пионере, борту ПС1709 крейсера типа «Волан». Через минуту, сразу после запуска Планковского времени, мы выполним прыжок, вы сможете покинуть свои места, как только услышите соответствующий сигнал. В случае тошноты, или иного недомогания, настоятельно рекомендую обратиться к мед персоналу.

Щелчок, голос сменился глубоким женским:

— Внимание. Внимание. Внимание. Внимание. Внимание. Прыжок будет выполнен через десять…

Тяжёлый удар мигрени едва не заставил парня потерять сознание. В его памяти всплыл образ отца.

— Интересно, — подумал он, впиваясь пальцами в пластификат ручек. — о чём думал отец, тогда, пятнадцать лет назад, отправляясь в первую, межгалактическую экспедицию… Её считают самым большим провалом, страшной трагедией, но мне до сих пор не вериться, что отца больше нет.

Перед глазами парня всплыла его комната, такой какая она была тогда, той ночью, когда он видел отца в последний раз. Он лежал в своей кровати, папа подошёл и сел возле неё на колени.

— Лёва… — голос его звучал виновато и тревожно. — Мне нужно улететь.

— На долго? — тревога отца мгновенно упала на мальчишку и на глазах заблестели слёзы.

— На долго парень, на долго. — он подхватил сына на руки и обнял его так крепко как не обнимал, наверное, никогда. — Береги мамочку. Ей тяжело. И сестричку.

— Хорошо.

— Позаботься о них, обещаешь?

— Обещаю. — совсем уже рыдая отвечал он.

Уходя отец остановился в дверях:

— То кольцо что ты у меня стащил, я знаю оно у тебя, храни его. Для общего взгляда оно обычно, но ты ведь знаешь, оно особенное, волшебное, верно? Люблю тебя львёнок.

Потом отец зашёл в комнату к малютке сестре, потом они долго спорили с мамой на кухне. После она кричала, кричала что ненавидит его и никогда не простит. Звук бьющейся посуды поднял мальчишку с кровати, он хотел остановить эту ссору, он вбежал на кухню, но ссоры уже не было, мама сидела на руках у отца и тихонько плакала. Малец вернулся в свою комнату и в окно наблюдал как мать, босая, стояла на холодном асфальте и окаменев от безысходности смотрела на отдаляющиеся габариты авто. Больше они никогда его не увидят. Соседи скажут — он продал себя. В этом есть смысл, контракт был подписан на десять лет, жалование, по желанию капитана Николая Мирного, было перечислено на счёт его жены, единым платежом. Если он и продал себя, то весьма недурно.

Весть о провале миссии была для них с матерью страшной, угнетающей, и ожидаемой. Первопроходцы редко доживают до старости.

— Разве так всё должно происходить? — крикнул кто-то из инженеров, но слова его были проглочены гулом, хлопком, ударившим по барабанным перепонкам.

***

— Девя-я-я-я-ть. — затянул голос в динамиках.

Лев разжал занемевшие от напряжения пальцы. Правая рука выстрелила спазмом, доставшим до поясницы. Это была знакомая боль. Он хорошо помнил день, когда впервые ощутил её. Он узнал результат теста, ощутил свою никчёмность, был раздавлен реальностью. Ноги сами понесли его, вперёд, быстрей, ещё быстрей, не важно куда, главное быстрее… Мимо домов, переходов, светофоров и витрин. Перебегая через дорогу на одном из перекрёстков, он едва не угодил под машину, благо водитель оказался расторопным, он ушёл от столкновения почти смяв длинную очередь, образовавшуюся у магазина за очередной новомодной хренью. Дальше был парк, столпившиеся люди, радостно наблюдавшие как закапывают, очередную, никому не нужную ни в прошлом ни, тем более, в будущем, капсулу времени. Лев налетел на одного зеваку, толкнул второго, третий оказался покрепче и недовольно отмахнулся рукой. Короткий миг падения и вот она боль, резкая, глубокая и парализующая.

Обезболивающие вернули способность мыслить, достаточно что бы уловить слова доктора, даже не пытавшегося подбирать слова.

— Его кость раздроблена, словно попала под пресс. Но падение лишь сопутствующий фактор, кость сломалась бы и так от самой незначительной нагрузки. У Вашего сына редкая форма остео саркомы. Этот перелом нам во благо. Если приступить к лечению немедленно, страховой расчёт даёт восемьдесят два процента что он будет жить. — сухо и чётко говорил доктор. — Вы прекрасно знаете, что страховики просчитывают самые пессимистические прогнозы. Поэтому…

— А рука? — повернул голову Лев.

— Прости пацан. — за одноразовой маской не видно было губ, но на миг показалось что он ухмыльнулся. — Руку придётся убрать. Кстати по поводу протезирования я бы советовал вам не затягивать. Заявку можно оформить у нас, новые с кристаллами я советую, адаптация конечности всего пару недель.

Глаза матери дрожали, она с ужасом глядела на человека готового отрезать кусок плоти от её сына, и ужас наводило то, с каким холодным безразличием он говорил об этом. Она ещё не знала, что её сын никогда не сможет управлять таким протезом.

Дверной считыватель, сменой цвета, сигнализировал о разблокировке, в палату вошёл ещё один доктор и медицинская сестра. В руках врача был средних размеров кейс, его он поставил на стол рядом с кроватью льва. Он не поздоровался, отвёл первого в сторонку и нажав на часы продемонстрировал удостоверение, после чего тихо что-то произнёс.

— Что за чушь! Это лишь теория. Тестов и исследований нет, лишь…

— Как вы понимаете они есть. — подошёл он к маме. — В любом случае решать не вам.

— Я согласна… — проговорила она, в отличии от Льва она слышала весь их разговор.

— Но шанс его выживания… — первый немного растерялся. — не знаю, может процентов семь, ну максимум десять.

— Он не умрёт. — спокойно проговорил второй, маска хорошо скрывала его лицо, но густые брови и проседь в волосах выдавали его солидный возраст.

— Страховые риски не оправданны, вас не допустят в операционную.

— Она нам не понадобиться.

— Мы сами всё оплатим. — утерев слёзы проговорила мама. — Обойдёмся без страховой.

— Анестезия осложнит процедуру, я бы рекомендовал отказаться от её использования. Настоятельно рекомендовал.

— Ты хочешь по живому выдрать из него кости, без анестезии?

— Боль будет сильной, но он справиться, верно? Сынок. — второй док похлопал льва по здоровой руке.

— Справлюсь. — ответил парень.

— Вот и славно. Синтетический морфий номер семнадцать, — обратился он к сестре. — две ампулы сразу, ещё три по одной через каждые два часа после операции.

Девушка кивнула и удалилась.

— Хах!!! — не сдержался первый. — Вы просто уничтожите его нервную систему, она сгорит! Вы получите овощ со здоровой рукой. Вы этого хотите? Ольга Николаевна?

— Он выдержит. — спокойно и уверенно сказал второй.

Ольга Николаевна со страхом смотрела на сына, она хотела сохранить ему руку, но рисковать ради конечности жизнью…

— Сынок… — протянула она, глядя на Льва.

— Я согласен.

— Подумай, парень, подумай… — говорил первый.

— Мы согласны! — перебила его женщина.

— Отлично! — развеселился второй. — Не будем терять время.

Он открыл кейс, достал из него инженерную перчатку и одев, провел её сначала над сломанной, а потом и над целой рукой пациента. Прикоснувшись к часам, он вызвал перед собой голографическую картину с изображением рук. Доктор застыл, и указательный палец в перчатке лёг на маску на лице, вдавливая её к губам. Лёгкое движение одного из пальцев и конечности на картине лишились кожи, ещё движение и исчезли мышцы, остались видны лишь кости, на одной руке они были раздроблены на многие десятки осколков. Пострадало не только предплечье, болезнь добралась и до пальцев, несколько из них так же раздробились.

— Доктор… — чуть слышно обратилась Ольга Николаевна, но её одёрнул первый.

— Тс. Не мешайте, он оперирует.

Лев зачарованно смотрел на изображения своих рук. Он всё ждал что расположение костей начнёт меняться, но этого не произошло. Через несколько минут вернулась медсестра, и все они ещё четверть часа вглядывались в сломанную конечность, вращающуюся в воздухе.

— Что ж, я закончил. — проговорил хирург и вытер испарину со лба. Он извлёк из кейса три металлические капсулы, размером с маркер может немного больше, и высыпал их содержимое себе на ладонь. Это была угольно чёрная пыль, но она не ссыпалась на пол, а формировала в перчатке идеальный шар.

— Что это? — спросил Лев.

— Это? Это твои новые кости. — доктор присел у кровати парня. — Эти малыши, удалят из твоего тела заражённые клетки и займут их место. Не плохо, не так ли? Сестра!

Девушка очень быстро ввела содержимое ранее заготовленного шприца в вену пациента и глаза его слегка покосились. Хирург положил шар на постель, он лужей растёкся под конечностью, потом острым пиком приподнялся и сделал небольшой, миллиметра три, надрез возле самой кисти. Три четверти вещества, сквозь это отверстие вобралось внутрь, остальное легло тонким слоем на кожу вокруг прореза. Через пару мгновений, из раны, словно из тюбика, полезла паста бледно розового цвета, перетёртые кости покидали организм. Мать с ужасом смотрела на происходящее, но Льва это совсем не беспокоило. Он улыбался и глядел в пустоту, молча. Закричал он лишь через час, когда операция закончилась, а действие препарата стало ослабевать, но этого он уже не помнит.

***

— Восемь! Восемь! — наложился голос в динамиках.

— Что происходит? — гул в ушах заставил Льва выкрикнуть эту фразу.

— Что именно?

— Как-то всё не так.

— А откуда ты знаешь, как должно быть?

Лев огляделся по сторонам, посмотрел на девушку перед ним, она улыбалась.

— Что кот, испугался? — спросила она.

Лев опустил глаза и увидел выпирающую материю, в карманах его штанов что-то было, и он прекрасно понимал, что. Маленькая коробочка из-под леденцов с муравьями внутри, так они называли частицы, с помощью которых строиться практически всё, за пределами планеты. Этих муравьёв он хранил уже очень давно, для мелких шалостей. Узнай о его заначке кто ни будь из офицеров, хорошим дело не кончиться. Он закрыл глаза, и воспоминания вновь захлестнули его.

— Добрый, добрый, светлый день мои дорогие. — вещала высокая стройная дама слегка за сорок. Виски её были гладко выбриты, а средней длинны волосы были аккуратно уложены на одну сторону. В чём она была одета Лев не помнил, всю память заняла причёска, причёска и голос, высокий, звонкий, въедающийся. — Я рада вас видеть, и перед тем как продолжить, я хочу сказать, что я безумно, безумно горжусь вами всеми. Вы часть чего-то огромного, важного, великого. Здесь, в этом зале, представители тридцати восьми городов с разных уголков нашей прекрасной и любимой планеты. Давайте вместе похлопаем друг другу.

Она быстро захлопала в ладоши, истерично улыбаясь и часто кивая, словно желая кивнуть каждому. Зал поднялся громкой овацией, смешиваясь с топотом и выкриками типа ура. Удовлетворённая нужным настроем слушателей, дама постучала в микрофон и продолжила:

— Вы знаете, я очень долго готовила речь, исписала пол сотни листов, и поверьте это хорошая речь, жаль, что я оставила её дома на столе. — улыбки и усмешки в зале так же удовлетворили её. — Я, без листочка, с вашего позволения, скажу главное. Миссия «Почтовая станция» официально утверждена съездом делегатов! И! И-и-и!!! Минимум половина из вас, а если результаты практических подготовок будут высокими, то возможно и все вы, примите участие в этой миссии. На вас возложена огромная, просто огромная миссия родные мои. Вы ступеньки, маленькие ступеньки, складывающиеся в огромную лестницу, по которой человечество сможет добраться до самых далёких галактик. Ура вам. Ура! Все вы успешно прошли теорию, пора приступать к практике. Сейчас будут объявлять фамилию и номер кабинета, куда вам нужно будет направиться. Там вы познакомитесь со своей группой. Кто прослушает, или не хочет ждать, списки вывешены в холле, там вы можете так же найти свою фамилию. И ещё одно, приглядитесь друг к другу хорошенько. Пары, заявившие себя такими, автоматом попадают на один крейсер и распределяются на одну планету. Ура вам, ура! И помните, я горжусь, горжусь всеми вами.

Толпы студентов поплыли по коридорам. Лев достиг нужной ему аудитории и войдя сразу заметил её. Она сидела за партой одна, он тогда очень удивился что никто не сел рядом с этой красавицей и решил не упускать шанс.

— Не занято?

— Если спрашиваешь, значит занято. А хочешь сесть, садись.

— Чего не в духе? — присаживаясь рядом спросил он.

— О? А ты времени не теряешь. Решил последовать совету этой стервы, бритой? Ура тебе. Ура!

— Может не стоит так называть нашего ректора?

— Моя мать, как хочу, так и называю. — глядя в окно пробормотала она.

— Оу. Так она твоя маман? Ну тогда тем более мне нужно с тобой дружить. С оценками если что поможешь?

Девушка повернулась, брови её поднялись, а рот слегка приоткрылся от такой наглости. Когда их взгляды встретились она не смогла сдержать улыбку.

Дверь распахнулась и в неё вошёл невысокого роста мужичок в мятой белой рубахе, заправленной в джинсы без пояса. В руках у него было две новенькие картонные коробки, одна большая, вторая в несколько раз меньше, но сразу было видно, что в них что-то не тяжёлое. Он поставил их на стол и принялся, тыкая пальцем считать сидящих.

— Так, — начал он. — двадцать девять, одного нет он будет через неделю. Отлично. Значит никто не потерялся. И так, меня зовут Виталий Иваныч, я ваш куратор. Сразу говорю, в первую неделю всех не запомню, имена буду путать. Так как у нас сегодня день знакомств, то я предлагаю сразу познакомиться с вашими лучшими друзьями на всю жизнь.

Он начал доставать из коробки поменьше металлические капсулы, и бросаться ими в людей, Лев видел такие раньше, в больнице, но эти были поменьше.

— Лови! — смеялся он, и если студент ронял капсулу на пол, то смех его только усиливался.

Когда у каждого в руке оказалось по капсуле, куратор достал ещё одну и открыв, высыпал содержимое на стол.

— Повторяем за мной. — сказал он. — Смелей, смелей.

Говорить второй раз не пришлось. Серое вещество рассыпалось по столам и растекалось тонкой плёнкой.

— И так, кто скажет мне что это? — спросил преподаватель и все загудели.

— Пыль!

— Нано пыль.

— Муравьи что же ещё.

— Это понятно. — нахмурился Иванович. — А точнее кто-то может сказать?

Девушка, рядом со Львом, небрежно приподняла руку.

— Да Настенька, слушаю.

— НП три Ф, нано пыль трёх фракционная, более современная версия муравьёв. В отличии от девяти и шестнадцати фракционной пыли, имеет заниженный коэффициент продуктивности, в семь и одиннадцать раз соответственно. Отличительная черта — это цвет, более серый, без блеска, и маслянистость на ощупь. Но у этих муравьёв есть и положительные качество, это их живучесть. Продолжительность жизни в сотни раз выше чем у других марок, не подвержены размагничиванию. Программируются они при очень высоких температурах, что требует особой технологии производства. В промышленной инженерии не используются из-за дороговизны и низкого КПД.

— Умница! Умница!!!

— Слушай, мне однозначно нужно с тобой дружить. — потянувшись, прошептал Лев на ухо Анастасии.

— Губу подбери.

— И так! — крикнул куратор. — Первое ваше задание, необходимо вернуть этих непосед, назад в капсулы. Использовать можно любые методы, кто справиться лучше всех получит дополнительный бал к следующему зачёту. Чего ждём? Поехали!

Один из студентов сорвался с места и побежал к столу учителя.

— Стоять! Как звать?

— Джей, Джей Лоусон сер. — остановившись ответил тот.

— Молодец, я тебя запомнил, но перчатки использовать нельзя. Пока нельзя.

Студенты принялись размазывать пыль по столу, все кроме Насти, она, закинув голову, с безразличием смотрела в потолок и дула из жвачки здоровенный шар.

— А ты чего не пробуешь? — спросил Лев пытаясь проездным согнать муравьёв к краю стола.

— А мне не надо. — ответила она.

— Чего это?

— Мать у меня. Забыл, что ли? Хочешь выиграть, собери их жвачкой, лучше всего получается.

— Жвачкой? К сожалению, у меня её нет.

— О господи. — закатила она глаза и достав из рта розовую резинку, вложила её в ладонь парня.

Лев недоверчиво посмотрел на девушку, но не увидев подвоха собирался выкатывать жвачкой пыль. В последний момент она его остановила и произнесла:

— У тебя ни жвачки, ни ума. Во-первых, это не поможет, во-вторых, эти муравьи в отличии от живых, не любят сахар, задолбёшся их потом отмачивать.

— Ну во-первых, чтоб убедиться — нужно попробовать. Во-вторых… У меня есть жвачка. — после этих слов он закинул её резинку себе в рот и принялся вновь соскребать пыль.

— Фу. — скривившись заулыбалась она.

— Сорокина! — обратился Иваныч. — А ты чего лентяйничаешь?

— Смысла не вижу. — ответила она, глядя на то как сосед отложил пластиковую карт и стал пальцами тереть стол.

— Почему же?

— Потому как это лотерея, кому-то просто повезёт, ни знания, ни умения здесь не имеют никакого значения. А мне дополнительный бал и даром не нужен. Сами знаете какую оценку вы мне поставите на следующем зачёте.

— И то верно. — согласно закивал преподаватель. — Все вы скоро узнаете, что наша Настенька дочь Маргариты Алексеевны, нашего ректора. А ещё вы узнаете, что её высокие оценки никак с этим не связаны. Спасибо за честность Настенька.

— Не за что, Виталий Иваныч. — она опустила глаза. — Какого чёрта? Ты как это сделал?

— Сорокина! Ну…

— Да вы гляньте, гляньте.

Куратор подошёл к их столу, остальные студенты так же проявили интерес. Все они с удивлением наблюдали как Лев, без перчатки, скатывает муравьёв в шар, не оставляя на столе ни пылинки.

***

— Семь-мь-мь-мь-мь-мь-мь-мь-мь. — заикались динамики. Они на миг вернули парня в реальность, но только на миг. В своём сознании он быстрым шагом шёл по коридору общежития к заветной комнате под номером четыреста девяносто шесть. Увидев на дверях заветные цифры, он постучал и не дожидаясь вошёл.

— Эй!!! — закричала девушка в нижнем белье. — Ты нормальный?

— Прости Нель. Где Сорока?

— В ванной, голову моет.

— Ага. Спасибо. — он уже прошёл во вторую комнату, но выглянув из дверного проёма добавил: — Двери нужно закрывать, там на уровне глаз щеколда есть.

— Ха-ха. — язвительно ответила она.

— И кстати, лиф — огонь.

— Скройся, пожалуйста. — поставив руки в бока, ответила она.

Лев влетел в ванную, там, склонившись над раковной, Настя смывала с волос пену. Воспользовавшись её положением, парень сейчас же запустил руки ей под халат, крепко схватив за бёдра. Девушка не растерялась, повернулась и не обращая внимания на брызгающую во все стороны воду, поцеловала гостя. Парень попытался распахнуть её одежду, но тут же получил ошеломляющую оплеуху мокрой ладонью.

— Пошёл вон. — натянув улыбку, произнесла она.

— Ау. Ты чего.

— Ты зачёт завалил. Ты в курсе?

— Результатов ещё нет, откуда знаешь?

— Родственницы на хвосте принесли.

— Блин. Это не есть хорошо. Я переживаю, я расстроен, самое время немного поднять мне настроение.

— Угу. — улыбка её натянулась сильнее. — Новые правила…

— У нас теперь есть правила. — Лев попытался прижать девушку к себе, но вышло это довольно неуклюже.

— Теперь есть, и пока ты не пересдашь, никакого настроения у тебя не будет.

— Эй, это немного жестоко, тебе не кажется?

— Нет, мой хороший, нет. И так теперь будет всегда. Получил хорошую оценку, обменял её на моё внимание, получил плохую, свободен.

— Тебе не кажется, что это извращённая форма проституции?

— Нет, не кажется, — она ещё раз наделила его пощёчиной, совсем лёгкой и пренебрежительной. — а теперь вон.

Парень вышел в комнату, Нелли, натянула шорты, а бюстгальтер сменился белой майкой. Она с интересом глядела на огненно-красную щеку парня.

— Что, даже без крови? Странно. Ещё час назад я думала она тебя прикончит.

— Тоже мне проблему нашла. — парень взял со стола рядом с девушкой бутылку газировки, сделал несколько глотков, и незаметно взболтав, поставил на место.

— Это проблема Кот. Проблема. Завалишь экзамены, не попадёшь под распределение. Пойми, она из-за тебя не останется. Она улетит.

— Почему вы решили, что я их завалю?

— А ты как думаешь?

— Понятия не имею. — в этот момент, маленькая словно зерно пшена, кучка муравьёв, сделала дыру в бутылке, и вода мелкими брызгами оросила девушку.

— Какой же ты придурок, вот честно.

Анастасия вошла в комнату уже при параде и взгляд её тут же упал на мокрую майку подруги, прилипшую к телу.

— Нель, ты чего мокрая?

— Вспотела. Жарко здесь, безумно.

— Приставал к тебе?

— Что ты, он само целомудрие.

— Я так и подумала. Слушай Лёва, — Настя смотрела поочерёдно то на подругу, то на парня. — сдашь экзамены на отлично, разрешу тебе к нам присоединиться.

— Ещё чего? — возразила Нелли.

— Родная моя, потерпишь, для дела нужно.

— Вечером поговорим.

— Ну чего завис? Идём, опоздать хочешь?

В тот вечер была экскурсия в цех программирования нано пыли. Группа изъявивших желание посмотреть на это, стояла за толстым огнеупорным стеклом.

— За этим стеклом, находиться камера. — рассказывал гид, один из работников завода. — Как можете видеть. Она. Круглая. Диаметр четыре метра семьдесят два сантиметра. Такой размер. Ну вернее диаметр. Он как бы лучше всего. Ну эффективнее. Вместо пола в ней электромагнит.

— Чего он заикается? — шёпотом спросил Лев, но ответа не дождался.

— Электромагнит находится под покрытием из двухкомпонентного диэлектрика, извлечённого из породы при добычи лёгких металлов на планете Прайд. Это очень прочный и лёгкий материал, широко использующийся в строительстве космических кораблей.

— Его личный рекорд. — не унимался Лев. — столько слов без остановки.

— Угу. — ответила Сорока.

— Слушай, а вот ты… Ну… Ты говорила — типа к нам…

— Я не пойму, это заразно? Ты теперь тоже заикаешься?

— Просто ты так сказала, будто вы с Нелли…

— Будто мы с Нелли что? — окончательно отвлеклась от слов гида девушка.

— Ну будто вы спите вместе.

— Ам… Ну да. Я тебе об этом сказала в самом начале, что это моя любовь со школы. Я думала ты в курсе?

— То есть ты всё это время изменяла мне с ней?

— Нет, это значит я всё это время изменяла ей с тобой. Ты против?

— А… Ну не знаю, не то чтоб…

— Да ладно тебе, — засмеялась она. — шучу я. Шучу. Успокойся. Можно я медлительного послушаю?

— Да конечно.

Они повернулись к окну. С потолка, чёрным снегом, на белое покрытие, падали хлопья слипшейся пыли. Они клубились, не желая осыпаться, но как только магнит был включён, все они мгновенно прилипли к полу.

— Как я говорил. Ранее. Сейчас в камеру, подадут воздух. Горячий, сухой воздух. Большой магнит в части пола, лишь якорь для пыли, он не позволяет ей, этой пыли, покидать камеру вместе с потоками воздуха. Сверху. Вы, к сожалению, его не видите, но он там есть. Находится генератор частот. Он, на очень малой мощности… С помощью него, мы можем задавать пыли, программы. Раньше их насчитывалось около пятнадцати тысяч. Сейчас это число сократили до двух тысяч. И лишь две из них основные. Первая, это программа на подчинение. Выполнение действий, записанных в перчатке. Второе, это анализ, то есть выбор необходимого состояния из базы, вложенной в них. Раньше, инженер программировал — отрезать кусок породы. Он обязательно должен был выбрать одну из программ состояний, как именно будет действовать пыль. Если инженер ошибался с программой, то либо понижалась производительность, либо увеличивался износ. Теперь, оператор лишь задаёт что нужно сделать, а пыль сама решает, как она это сделает. Своего рода искусственный разум, иллюзия выбора. Именно с внедрением программы анализа, пиль начали называть муравьями.

— Господи, какой он нудный. — не выдержала Настя.

— А, по-моему, очень интересно.

— Ну да. Так что тебе Нелька приглянулась?

— Да не особо. С чего ты взяла.

— Ну-ну. Сдашь экзамены на отлично, я с ней договорюсь.

***

— Шесть. — динамики захрипели словно это был не новенький крейсер, а старое разваленное такси. Все в панике переглядывались, ища хоть какую-то поддержку, и лишь парень рядом с Настей свесил голову, потеряв сознание. В голове закружилось.

— И так. — гордо приподымая подбородок говорила Маргарита Алексеевна. — «Почтовая станция» что же это такое.

На большом экране появилась карта звёздного неба. На ней неровно были нанесены прямые и пунктирные линии. Несмотря на то что в зал для лекций согнали несколько групп, было тихо.

— Новое поколение крейсеров, во многом, очень многом, завязано на энергетических кристаллах, это и защита корабля, и навигация, и жизнеобеспечение. Как вы знаете, я надеюсь, — она поправила волосы убрав их за ухо чем вызвала у Джея, сидевшего рядом со Львом и Настей, дикий восторг. — многими системами можно управлять в штатном режиме. Но такие системы как навигация — другое дело. Они требуют беспрерывного управления, и менталист, не может оторваться ни на секунду. Кто может сказать, как это происходит?

Джей как сумасшедший махал рукой, но ректор кивнула студенту, сидевшему поближе к трибуне.

— Их погружают в боксы, подключают к трубкам, ну там еда вода, всякого рода отходы, и оттуда они управляют до самого прибытия к месту назначения.

— Безобразно сумбурно, но смысл вы передали верно. Но если прыжок мгновенно переносит нас из одной точки в другую, то в чём сложность беспрерывного управления?

В этот раз усилия Джея не остались незамеченными и характерным жестом она дала понять, что он может ответить.

— Всё дело в расстоянии. — вскочив на ноги затараторил он. — Чем больше расстояние, которое покрывает прыжок, тем больше нагрузка, вернее перегрузка. Без последствий для человека корабль может выполнить прыжок на расстояние не более одной целой одной десятой светового года. Превышение допущенного расстояния может нанести вред всем пассажирам корабля, вплоть до летального исхода.

— Отличный ответ… — она опустила брови, словно пытаясь вспомнить его имя, она бы не вспомнила, так как понятия не имела кто это, но он с удовольствием лишил её неловкости.

— Джей, Джей Лоусон.

— Отличный ответ Джей. Может ты напомнишь, как же была решена проблема.

— Конечно, с помощью системы Планковского времени. В момент прыжка, внутри корабля создается пузырь, я к сожалению, не могу объяснить, как это работает, но смысл в том, что время внутри корабля течёт медленнее чем снаружи, что уменьшает нагрузку. Кстати системой времени так же управляют беспрерывно. Коэффициент замедления индивидуален для каждого прыжка, точных расчётов нет, даже сами менталисты не могут объяснить почему, на одинаковые расстояния может уходить разное количество времени. Учёные пытаются просчитать зависимости, но там слишком много факторов, таких как масса ближайших планет, звёзд, скорость их вращения и так далее. Кстати, именно Планковское время, а не сами прыжки, приводит к эффекту «молодого папы», когда вернувшиеся участники экипажей оказываются старше своих родителей.

— Хорошо. Особенно учитывая, что всё перечисленное не входит в программу обучения. Может Вы молодой человек ещё и знаете кто такой Планк?

— Простите Маргарита Алексеевна, к сожалению, не знаю.

— Ну это не страшно. Я и сама этого не знаю. Присаживайся. Давайте похлопаем прекрасному ответу.

Парня поддержали жидкими аплодисментами. Присев он произнёс:

— Ох и горячая она штучка.

— Эй! — возмутилась Настя, выглядывая из-за Льва. — Это моя мама вообще-то.

— Ну да, тут ей не повезло конечно. Но что ж теперь, крест на ней ставить из-за бестолкового дитя.

— О! — глаза девушки округлились. — Нет, ну ты слышал такое?

Лев тихонько похихикивал и делал вид что внимательно слушает будущую тёщу.

— Те, — продолжала ректор. — кто управляет сложнейшими системами кораблей, тратят слишком много сил, во время выполнения прыжков. Вскоре они не могут эффективно выполнять возложенные на них обязанности, и им нужен отдых. В среднем это две три недели. Представьте себе маршрут, который требует, к примеру, пятьдесят прыжков. Это сто — сто пятьдесят недель плюсом к длительности путешествия. Да, к сожалению, и Планковские системы ограничены. Но есть решение. Это огромная сеть почтовых станций, на которых будут отдыхать наши менталисты. Представьте цепь, из пятидесяти станций. На каждой из них отдыхает команда, сменившаяся ранее. Таким образом прибывший к планете крейсер, тратит несколько часов на замену команды, и отправляется в путь, превращая сто пятьдесят недель в пятьдесят часов. Это огромный проект. Его масштаб невозможно описать, и вы должны понимать это. И вот мы добрались до вас мои хорошие, до возложенной на вас миссии. Вы инженеры, которые будут строить эти станции, строить города и цивилизации. И какими они будут зависит только от вас, от ваших навыков, знаний, вашего воображения в конце концов. Вы должны понимать на сколько сложная это задача, все планеты разные, и многие достаточно неприветливы. На каких-то планетах в изобилии металлы, на других самым крепким материалом окажется песчаник, но в любом случае вам придётся строить всё из того что имеется. Всю эволюцию человечества в строительстве, весь технический прогресс вы должны будете воссоздать с нуля. Проект предусматривает минимальную помощь, запрос на неё вы сможете оставить лишь через год, плюс минус. Но взглянув трезво на графики, я обязана вас предупредить, вы останетесь одни, и помощь ждать не откуда. По крайней мере так будет в течении первых лет.

***

— Чет… чет… че… ре. — отбили громкоговорители.

Лев открыл глаза, около трети всех видимых пассажиров, были без сознания. Настя смотрела на него и показывала пять пальцев, спрашивая почему программа пропустила цифру при счёте. Плотный поток воздуха волной прошёл от дальней стены в сторону входа заставив их погрузиться в беспамятство.

— Слушайте внимательно, — тихо, но чётко говорил с трибуны человек в чёрной военной форме. — на данный момент нам известны семь разумных видов жизни на других планетах. Ни одна цивилизация не достигла такого развития как мы и мечтать об освоении космоса им очень рано. Человек господствует в космосе, по крайней мере так было всегда, кроме последних десятилетий. Вам выдадут, или возможно уже выдали, книги, в которых в мельчайших подробностях описаны некоторые случаи, когда наши военные и гражданские суда встречались с теми, кого нужно опасаться в космосе. Вам они известны как Кроны, биомеханическая форма жизни. Кто они нам не известно, являются ли они полноценной расой, или же они лишь марионетки так же не известно. При любой встрече они сразу атакуют, даже не пытаясь выйти на контакт. Причины агрессии нам так же не известны. У этих тварей нет единой для всех формы. Это объяснимо, они не имеют скелета, и используют вместо костей инородные материалы. Условно говоря, эта тумба, — он ткнул несколько раз в деревяшку пальцем. — тот стол, велосипед или танк, могут быть использованы для создания скелета если понадобится. Но это не значит, что они меняют свою внешность, нет. На сколько мы понимаем, принятый единожды образ, остаётся неизменным до самой смерти. Были случаи, когда они использовали скелет человека и эта штука выглядела как человек. Слава богу их можно вычислить самым обычным анализом крови или просветив на рентгене. Кому интересно там в книжке всё написано. Страшно другое. На данный момент точно известно, что они понимают и могут общаться как минимум на трёх языках, на которых общаются люди.

— Если они сразу атакуют, — крикнул кто-то из зала. — откуда вы знаете про языки?

— Читайте книгу, там всё написано. Здесь нет пилотов, нет офицеров, но я скажу: находясь на орбите, если в иллюминатор вы увидите, что в пустоте появилось свечение, переливающееся цветами от бледно красного до бардового и фиолетового, немедленно сообщите командованию. У Кронов в корне иные технологии, и это свечение — это портал сквозь который проходят их корабли. Повторяю, читайте книгу, и надеюсь информация, изложенная в ней, никогда вам не пригодится.

***

— Три! — четко прозвучал голос, вселяя надежду что всё хорошо. Лев не успел осмотреться как новая волна отправила его в нокаут.

На этот раз он был в том времени где ему восемь. Он сидел за столом и играл машинкой, мама сидела на кухне, она общалась с странным человеком которого Лев ни до, ни после этого дня не видел. Не смотря на то что, она плакала, она очень рада была этому незнакомцу, и они обнимались. Пообщались они не долго, или может ему так показалось, и тот вышел из кухни и сел, напротив. Его лицо казалось Льву знакомым, или как минимум похожим на кого-то знакомого.

— Ну что ты Лёва? — спросил он, протянув руку. — Как дела?

— Нормально. — ответил мальчишка и принялся отвинчивать колёса.

— Маму не обижаешь?

— Нет. А ты кто?

— Я? — улыбнулся он. — Знакомый, хороший знакомый. Какое интересное колечко у тебя на цепочке. Покажешь?

— Ещё чего. — раздражённо ответил тот. — Я его никогда не снимаю.

— Молодец. Вот и не снимай.

Незнакомец поднялся, ещё раз обнял маму, и вышел не попрощавшись.

***

— Два. — прозвучало где-то в подсознании, но Лев не обратил на это никакого внимания.

Они сидели за столом, он, Джей, Настя и Нелли. Шампанское уже выполнило свой первый удар и у всех было изрядно приподнято настроение.

— Зря ты Нелька отвод написала, — произнесла Настя. — такой шанс он ведь не каждый день выпадает.

— Думаешь мне не обидно? — ответила та. — Новые планеты, новые миры, новая жизнь, м-м-м… Это так страшно, и в то же время так красиво. Но я не могу оставить старую жизнь, по крайней мере не в ближайшее время. Сама ведь знаешь.

— Знаю. — ответила Настя. — И так же знаю, что потом ты будешь жалеть.

— А я вот не жалею ни о чём, готов бросить всё и хоть сейчас покинуть эту планету. Оставить здесь и навсегда забыть гордого папшку, заносчивых братьев, напрочь потерявших рассудок от родительских денег, всех знакомых, которые желчной завистью сходятся от мысли что я один из участников «почтовой станции» и все же они радостно потирали руки, когда я завалил ЧИЖИК (прим. Тест ментальной связи человека и живого кристалла). Вот же жизнь, у меня сотни родственников, но ни по ком из них я не буду скучать и минуты. Нет у меня никого на Земле. Хотя тебе Сорока, я никогда не прощу.

— Так, — оживился Лев. — это уже интересно.

— Чего это? — спросила Настя удивлённо.

— Ты меня так и не познакомила с мамой. Вот об этом я буду жалеть.

— Господи! Опять ты о своём…

— Анастасия, — перебил девушку Лев пародируя голос одного из преподавателей. — сколько можно вам напоминать, бога нет. Не вспоминайте об этой невежественной части нашей истории, ну хотя бы при мне.

Все они дружно засмеялись, но Настя всё же продолжила:

— Слушай меня Джей. Мой многолюбимый папочка, лет семь как помахал нам с мамочкой ручкой. И с тех пор у моей мамы, самый долгий кавалер задерживался максимум на две недели, и то это рекорд. Поэтому вместо того чтоб канючить, мог давно попытать счастья, тебе уже много лет никто не мешает.

— Оу! — вырвалось у Льва. — Ты думаешь эта информация облегчит ему отлёт? Ему прям легче стало, сразу видно.

— Ничего, — подхватила Нелли. — ты Джей напросись на самый дальний кордон, потом назад напросись, вернёшься, а вы уже с Маргаритой Алексеевной ровесники.

Дверь распахнулась без стука. В комнату вошла, мать Анастасии.

— Вы двое, — указала она на Джея и Нелли. — за дверь.

Голос её был взволнован и у ребят даже мысли не возникло с ней спорить.

— Мам ты чего?

— Ничего. — коротко ответила она и осушила оставленный Нелли стакан. — Вот тебе говорили, учи. Учи, учи хотя бы на среднем уровне и всё будет хорошо. Ведь так? — она посмотрела на Льва и ему стало дурно.

— Что случилось то тёть Рит?

— Что случилось? Ты ведь не особенный ты понимаешь? Твой имплант или что там у тебя позволяет играть муравьями, но он не делает тебя особенным. Все твои эти дурацкие шуточки, идиотские выходки, лень эта твоя. Ты знаешь, как это раздражало многих преподавателей. Скольких усилий мне стоило чтоб они попросту не обращали на тебя внимания, чтоб не выгнали к чёртовой матери!

— Мам, да ты можешь объяснить?

— Могу. Он завалил экзамен. Эффективность прописанных ним программ ниже шестнадцати процентов. Шестнадцати Насть. Ну как так?

— Этого не может быть… — слёзы мгновенно покатились по её щекам. — все планы…

— Может. Так и есть. Как мне тебя отпускать одну? Как мне её отпускать? Я же поверила, что ты хороший парень, и ты ведь хороший на самом деле. Неужели ты не мог постараться?

— Я старался… — чуть слышно ответил Лев.

Настя смотрела на него замершими глазами и сорвавшись с дивана выбежала прочь.

— Я ведь на самом деле всё сделал правильно…

— Правильно ты сделаешь если сейчас пойдёшь за ней. И Лёв, отпусти её, слышишь, отпусти если придётся. Если я не договорюсь. — уже себе прошептала она.

Лев выбежал, а в комнату вернулся Джей.

— Они все ушли… — растерянно выговорил он.

— Мне жаль, что я испортила тебе вечер, человек-энциклопедия. — произнесла она с высока и без капли сожаления.

— Не страшно. Может шампанского, мне кажется Вам сейчас не повредит.

— А покрепче ничего нет?

— Ам, ну. Виски?

— Вот виски, точно не повредит.

***

— Один! — донеслось из динамиков.

Лев не мог оторвать от неё взгляд, она была в сознании, но явно не понимала где она и что происходит. Он не знал, чем закончится для них этот день, и он захотел лишь одного.

— Настя! Настя!!! Сорока очнись! Прошу тебя!

Она навела на него взгляд и в глазах он увидел радость.

— Настя, ты выйдешь за меня?

Она пошевелила губами, но ничего не произнесла.

— Ты выйдешь за меня? — вновь крикнул он и девушка, улыбнувшись, утвердительно кивнула.

— Прыжок! — уведомила программа корабля. — Уважаемые пассажиры и члены экипажа. Прыжок удачно выполнен, вы можете покинуть свои места. В случае любого недомогания обратитесь в мед-блок.

Лев освободился от ремней, вскочил на ноги как вдруг корабль тряхнуло. Его словно куклу бросило в сторону, и он влетел в металлическую опору, кожа на его лбу треснула, горячая жидкость хлынула по лицу, он рухнул на пол и потерял сознание.

Он открыл глаза и увидел перед собой Настю. Он попытался встать, но ремни крепко удерживали его в кресле. Она пошевелила губами, но ничего не произнесла.

— Ты выйдешь за меня? — слова сами вырвались из его уст и девушка, улыбнувшись, утвердительно кивнула.

— Прыжок! — прозвучал голос в динамиках.

Глава вторая

— Внимание, всем выжившим! Говорит капитан Лейман. Во время прыжка произошёл сбой. Крейсер повреждён и очень скоро войдёт в плотные слои неизвестной планеты. Планета пригодна для жизни. Всем, кто меня слышит, вам необходимо срочно направится к спасательным капсулам или разведывательным шаттлам и покинуть Пионер как можно скорее. Повторяю, любыми способами необходимо покинуть крейсер. Это капитан Марк Лейман, мы терпим крушение, срочно покиньте Пионер. Всем, кто меня слышит…

Капитан говорил по кругу одно и то же послание, голос его срывался, а слова разделялись тяжёлым дыханием. Придя в чувства, Лев отстегнулся и бросился к Насте. Он бил её по щекам умоляя открыть глаза.

— Ну же, очнись. Очнись! Слышишь меня? Настя, очнись!!!

Он положил её на пол, склонившись над нею он ощутил тепло её дыхания, и прилив адреналина вернул силы его измотанному, ноющему телу. Увидев Джея он бросился к нему.

— Джей, Джей, Джей!!! Как ты дружище?

Но тот не отвечал. Глаза его были приоткрыты, они хоть и слабо, но реагировали на движения.

— Я вернусь за тобой, слышишь. Я вернусь. — Лев подхватил Настю и побежал с ней по коридорам, следуя стрелкам указателей. Он остановился лишь возле небольшой ниши в стене, над которой мигал красный крест. Достав из ниши медицинский наручник, прикованный к стене проводами и трубками, он закатил девушке рукав и одел его.

— Ваш допуск? — раздался голос из ниши.

— Чрезвычайная ситуация!

— Чрезвычайную ситуацию подтверждаю. Пациент в тяжёлом состоянии, рекомендовано незамедлительное введение набора «ИЛ три У семь девять девять два».

— Выполнить!

— Выполнено. Обратитесь к специалисту в кротчайшие сроки. Я могу ещё чем-то помочь?

— Привести в чувство пациента не медленно!

— Не рекомендовано.

— Чрезвычайная ситуация мать твою!

— Подтверждаю. Выполнено!

Настя вскочила на ноги и согнувшись стала часто и мелко дышать. Лев сдёрнул с неё манжет и схватил за голову.

— Слушай меня! Слушай меня! Настя, Настя, Настя!!! Ты слышишь?

Она судорожно закивала.

— Мы падаем, слышишь падаем. Нужно покинуть…

Он не договорил, корабль тряхнуло, вдали был слышен звук взрыва. Гравитация отключилась, и они зависли в воздухе. Это продолжалось несколько секунд, и вернувшееся притяжение не нанесло им вреда.

— Нужно покидать корабль. — проговорила она.

— Да моя хорошая, да. — обрадовался он что Настя начала соображать. — Дальше по прямой, никуда не сворачивая. Стрелки приведут тебя к шаттлам.

— А ты?

— Я должен вернуться за Джеем. Он жив. Я заберу его, и мы тебя догоним. Поняла?

— Да…

— Всё, давай, давай!

Они разбежались в разные стороны. Настя не то чтоб могла бежать, но это был очень быстрый шаг. Сначала перед глазами всё плыло, но вскоре зрение перестало её подводить. Добравшись до дверей ангара её ждал неприятный сюрприз. Индикатор входа горел красным, а стрелки уводили в сторону. Она прикоснулась к панели и сразу же услышала:

— Проход не возможен, разгерметизация отсека. Проследуйте в ангары номер три или четыре, следуйте указателям.

Не дойдя каких-то десяток метров до нужной ей двери, в ответвлении коридора, она заметила лежащих на полу людей и бросилась к ним на помощь. Помощь оказывать было некому, все трое были мертвы. У них не было повреждений, и это было страшно, они двигались по своим делам во время прыжка и рухнули замертво, оказавшись либо менее удачливыми, либо более подверженными перегрузкам.

— Стой! — услышала она мужской голос и направилась на него. — Мы не можем улететь. Должны быть ещё выжившие.

— Нет никого, только мы! — ответил второй.

— Есть, если выжили мы, выжил капитан, значит есть и другие!

— Плевать, быстрей давай!

— Но шаттл сможет забрать минимум тридцать человек. Мы не можем их бросить. Им не на чём будет улететь!

— Им и не нужно! Нет больше никого! — повторял второй голос.

— Сержант! Слушай мою команду! Мы отправляемся на поиски выживших!

— Тебе надо, ты и отправляйся.

— Сержант! Это нарушение прямого приказа, я не позволю…

В этот момент раздался выстрел огнестрельного оружия, и споры прекратились. Настя ускорила шаг, около двери она увидела сидящего на полу офицера, он держал руки на животе и сквозь пальцы его сочилась кровь.

— Останови! Останови… — говорил он, харкая кровью, и указывая на кобуру на поясе. — Быстрее…

Настя достала пистолет, и последовала в ангар, сквозь поворотную, выполненную из толстенного бронированного стекла дверь. Охраняемые помещения все без исключения были оборудованы такими дверьми. Проход открывается, ты заходишь в круглую кабину, сквозь стекло тебя видно, но двинуться дальше ты не можешь, потом стены поворачиваются, закрывая проход позади и открывая впереди. Она попала в ангар, но было поздно, шаттл уже был в пусковой шахте и переборки за ним напрочь закрылись. Больше челноков в этом ангаре не было. Девушка вернулась к раненому, но он уже не дышал. Она подняла взгляд и увидела, что стрелки горят теперь в обратную сторону, указывая путь к месту эвакуации.

Лев вернулся в пассажирское помещение, но место где сидел Джей оказалось пустым.

— Джей, где же ты…

Парень проверил пульс у дюжины тел, но все они оказались мертвы и задерживаться здесь ещё хоть на сколько было безумной глупостью.

Они бежали друг другу на встречу по казалось осиротелому кораблю, так как кроме них не было вокруг никого. Очередной сбой системы гравитации заставил их оторваться от пола, и они неуклюжими движениями цеплялись за стены пытаясь двигаться. Гравитация вернулась через короткое время, но вернулась с огромным превышением мощности. Люди не просто упали на пол, они были вдавлены в него и лишены возможности двигаться. Этот эффект продолжался всего несколько секунд, но и этого хватило чтоб прочувствовать все суставы в теле.

Лев молча схватил её за руку. Десятки поворотов и открытых дверей оставались позади, маршрут, проложенный стрелками, был мудрёным, но система вела их самым коротким путём. Когда они пересекали машинное отделение и казармы, их охватил ужас. Тысячи тел лежали неподвижно с остекленевшими глазами, смерть настигла их внезапно, в момент занятия привычными рутинными делами. Они миновали бесконечное множество помещений, взрывы звучали всё чаще и ближе. Оказавшись на складах перед дверью на которую указывали стрелки с двух сторон, они остановились. Настя коснулась панели.

— В помещении пожар, вход не возможен, пройдите в помещение М сто три и вручную разблокируйте дверь. — ответил компьютер и стрелки сменили направление.

Помещение это было рядом, здесь хранили огромные капсулы с нано-пылью, несколько капсул валялись и содержимое их толстым слоем укрывало пол. С двух сторон были стеклянные поворотные двери, дальние были заблокированы свалившейся капсулой. Сдерживающая механизм преграда была без проблем удалена, и беглецы вошли в кабину, Лев собирался нажать на сенсор, но Настя остановила его.

— Муравьи, нам нужны муравьи!

— Перчаток всё равно нет! — возразил Лев.

— Да, но у нас есть ты.

Она выпрыгнула из кабины и в этот момент вновь дала сбой система гравитации. Их сначала подбросило вверх, почти к потолку и тут же бросило на пол. Лев находился в невысокой кабине, и ему повезло в этом, Анастасия же в сером облаке подлетела метра на четыре и рухнула. Лев с ужасом смотрел на девушку пытаясь пошевелиться, но ему не удавалось этого сделать. Он понимал, что падение с такой высоты навряд ли обошлось для неё без переломов, что ей срочно необходима помощь.

— Настя… — протянул он, глядя в её глаза, запорошенные нано-пылью.

— Перегородка разрушена, — зазвучал голос в динамиках кабины. — угроза взрыва, немедленная изоляция.

Стены самовольно повернулись разделив, как ему казалось, последних выживших на этом корабле, толстым бронированным стеклом.

— Пионер! Поверни дверь! — заорал Лев.

— Отклонено.

— Пионер!!! Немедленно поверни дверь!

— Отклонено.

— Настя!!!

Она неподвижно лежала на полу, всего в двух метрах, так близко и недостижимо далеко.

— Я люблю тебя! — прошептала она. Он этого не услышал, но он чётко прочитал это по губам.

В стене сбоку девушки мгновенно появилось красное пятно и мощный поток пламени заполнил помещение склада. Огонь, сжалившись, облизывал стекло, не давая Льву увидеть, что произошло с телом его любимой.

— Нет! Не-е-е-е-т!!!! Настя!!! Не-е-е-т…

Он рыдал, он пытался пошевелиться, но это ему не удавалось до тех пор, пока гравитация не отключилась вовсе. Хватка ослабла, и парень со всей силы ударил бронированную дверь, от этого толчка он вылетел из кабины. Слёзы застилали ему глаза, они пузырём держались на ресницах лишая его возможности видеть. Сложно сказать через сколько он добрался до эвакуационного блока, до одного из многих таких на корабле. Капсулы торчали со стены в ожидании своих пассажиров, но пассажир был только один. Лев сел в кресло, преодолевая желание сгинуть вместе со всеми на этом корабле неудачнике, выполнившем за свой срок лишь три прыжка, два учебных и последний.

— Пионер. — произнёс он.

— Слушаю. — прозвучал голос.

— Место падения крейсера известно?

— Материк, равнина не далеко от горной гряды.

— Можешь установить место приземления капсулы, в радиусе двух километров от падения Пионера.

— Выполнено. Погрешность составляет пятьсот четыре процента.

— Сколько капсул покинули корабль? — парень говорил дрожащим голосом, руки его тряслись, а слёзы не прекращали заливать.

— С учётом этой капсулы — восемнадцать. Шесть не достигли поверхности планеты. Четыре приземлятся в радиусе падения крейсера. Так же корабль покинули три шаттла, один из них с вероятностью девяносто семь процентов приземлился успешно. Угроза взрыва. Запуск.

Капсула захлопнулась и Лев оказался в круглой металлической темнице, стремящейся с огромной скоростью к поверхности неизвестной планеты.

Глава третья

Автоматика спасательной капсулы сплавилась, она перестала работать ещё до столкновения с землёй. Двери не хотели поддаваться, намекая что это судёнышко совсем не дурно можно использовать в качестве гроба. Лев опустил оба рычага и начал бить ногами толстую заслонку. Со временем метал снаружи остыл и дверь выпала от очередного удара. Парень вышел и сел на колени на изумрудно зелёной траве. Он был уничтожен.

— А-а-а-а-а! — заорал он. — А-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а!!!!!

Он орал и драл горло, слёзы вновь лились без остановки скатываясь теперь по щекам. Он орал до хрипоты, до сухого болезненного кашля. Лёгкий ветерок принёс негромкий гул, гул нарастал и резкий порыв ветра пронёсся по земле подхватив парашют капсулы и натянув стропы как струны. Ветер утих и ткань легла наземь. Великолепная идея тогда посетила голову Льва. Он обошёл капсулу, лёг на траву и обмотал строп вокруг шеи несколько раз. Ждать пришлось не долго, вновь ветерок, нарастающий гул и в последний момент парень успел сдернуть канат и тот зазвенел от натяжения. Разочарованный своей трусостью, парень вновь закричал. Яркая вспышка сделала день ещё ярче и огненная комета, оставляя за собой длиннющий хвост устремилась к земле. Это были остатки ПС1709, крейсера типа «Волан».

Крейсер рухнул намного дальше чем планировалось. Гром падения пронёсся над землёй, оповестив местных жителей о случившемся на многие километры. Парню нужно было позаботиться о ночлеге, подумать о своём выживании, но он не делал ничего. Он лежал на земле, сломленный, безвольный, обречённый на неминуемую гибель.

Ночи были теплы и беспроглядно темны. Появляющиеся ни откуда, и бесследно исчезающие порывы ветра затянули небо, нагоняя мрак на и так угнетённый разум. Это был третий день, и он подходил к концу. Пришелец лежал в позе эмбриона и ни разу не пошевелился за это время. И без того истощённый и обезвоженный организм всё чаще проваливался в глубокий сон, и сон был с каждым разом длинней.

— Лев. — прозвучал её голос. Он открыл глаза и увидел её, целой и невредимой. Она сидела около него на коленях.

— Настя…

— Я с трудом смогла тебя отыскать…

— Настя… Настя!!!

Парень вскочил и подхватил девушку на руки, но силы подвели его, и они вместе упали.

— Ты плохо выглядишь, Льова.

— Я… Я знаю. Настя! — он бросился целовать её лицо, целовать её руки, а после прижал её к себе, решив основательно, больше никогда не разжимать эту хватку. — Родная моя. Но как ты выжила?

— В момент взрыва меня отбросило ко входу, и я смогла заползти в кабину, стекло защитило меня. Капсул было в изобилии. Попав на планету, я ждала, надеялась, что ты найдёшь меня. Позже я решила, что ты попал в беду и сама отправилась на поиски.

— Я думал ты погибла. Думал, что потерял тебя… — ответил он, прижимая её всё сильнее.

— Нам нужно укрыться, сейчас пойдёт ливень.

— Капсула, капсула защитит тебя!

Парень вскочил на ноги, и потащил за собой девушку. Через миг она уже сидела в кресле капсулы, и улыбаясь наблюдала за возлюбленным. Он поднял толстую дверь, и прислонил её, но она закрывала лишь немного низ проёма. Лев выхватил нож, пристёгнутый внутри у кресла, и бросился к парашюту.

Закреплённый внутри кусок материи и прижатый снизу увесистой дверцей, неплохо защитит от дождя подумал он.

— Теперь ты в безопасности! — крикнул он.

— Ха-ха-ха! — зазвучал её смех. — А как же ты?

— Я буду стеречь твой покой снаружи, не переживай за меня. Со мной теперь ничего не случиться, мне теперь ничего не страшно!

— Ты обещаешь? — спросила она.

— Обещаю! — крикнул он и они залили округу звонким смехом.

— Я верю тебе. Верю! А теперь иди ко мне.

— Но там мало места, мы не поместимся.

— Поместимся, дурачок, поместимся. Я не хочу, чтоб эту ночь ты провёл без меня.

Лев залез внутрь, поправил занавеску и прижал её снизу. Ливень упал плотно и бесцеремонно. Сначала он тарахтел ровно, с осторожностью ощупывая метал, со временем звук дождя стал более рваным, тяжёлые удары заставляли гудеть эту посудину. Лев выглянул сквозь щелку на улицу и увидел, что долина побелела, вместо ливня, с неба сыпался град.

Шум непогоды успокаивал и расслаблял. Они в обнимку сидели в своей маленькой крепости посмеиваясь над раскатами грома, и им совсем не было тесно.

Утреннее солнце пыталось прорваться сквозь занавеску, но лишь слегка подсвечивало плотную ткань. Лев проснулся, ноги его затекли от длительного пребывания в неподвижном состоянии, в неудобной позе.

— Настя… — тихо позвал он уже смирившись что звать некого.

Он выбрался на улицу и впервые за эти дни смог увидеть красоту и чистоту этого мира. Горесть утраты разрывала его сердце, но он твёрдо решил, что будет жить, и что с ним теперь ничего не случиться. Выдернув из капсулы кресло, он добрался до рюкзака, в котором находился минимум для выживания пассажира: провизия, немного воды, медикаменты, взрывчатка, мастер-ключ и другие весьма полезные вещи, которые способствовали жизни в экстремальных условиях. Больше всего его интересовал маяк, эта вещь сильно облегчила бы жизнь. Она способна рисовать карту его передвижений с учётом расстояний, высот и направлений. Это была очень полезная вещь, но работала она на кристаллах и не представляла для Льва хоть какой минимальной пользы. Немного подкрепившись, Лев срезал стропы и спрятал их внутри капсулы вместе с тканью парашюта, привязав совсем небольшой кусок, примерно три на три метра, к рюкзаку, предварительно свернув его валиком.

Вдали, сложно было на глаз определить расстояние, виднелись горы, тянущиеся слева на право целой неприступной стеной, от горизонта до горизонта. Где-то там рухнул Пионер. Именно туда необходимо было попасть Льву.

Он засёк время на часах и отправился в путь. Планета оказалась приветливой, в изобилии усеянная различными формами жизни. Ящерицы, мыши, кузнечики, мухи с мошкарой, куда без них, все они очень походили на земных собратьев. Они отличались формами, цветом, размерами, но сходств у них было огромное множество. Да встретилась ему шестилапая ящерица в пол метра длинной, но это была та же ящерица что и на Земле. И Лев был уверен, что, если схватить её за хвост она не задумываясь откинет его ради спасения. Проверять этого он не стал, решив изучать местную живность аккуратно и постепенно. Пересекая луг, с высохшей в пояс травой, он услышал знакомое рычание. В паре метров от него, сидел пепельный кот с плоской мордой, и поедал одну из шестилапых.

— Ну какое ни какое, а мясо я добуду. — проговорил человек и кот запыхтел от злобы, защищая добычу.

Когда путник добрался до леса, перед ним возникли неизвестные ему виды деревьев, под некоторыми из них валялись плоды, по-видимому сбитые ночной непогодой. Лев поднял плод очень похожий на айву, только тёмно-фиолетового цвета и мягче. Осторожничая, он откусил совсем немного. На вкус плод был горьковат, но весьма приятен. Через несколько мгновений человека стошнило. На этом его знакомство с фруктами, временно закончилось, если не считать не до конца созревшую землянику.

Выжженная земля не ровным овалом отметила место последнего пристанища крейсера и его многотысячного экипажа. Лев издали осмотрел место крушения, но шагнуть на пепелище не осмелился. Он надеялся, что выжившие непременно должны будут появиться здесь, возможно не сейчас, возможно позже, но они непременно появятся.

Шёл девятый день после крушения. Лев исследовал местность, соорудив примитивные солнечные часы, воткнув в землю палки, он установил, что длительность суток составляет шестнадцать часов и одиннадцать минут, плюс минус. Часы стали слабым помощником в ориентации времени. Зато сегодня он наконец определился с местом устройства жилища. Это было полуметровое углубление в скале, на высоте около трёх метров. Сейчас там можно было поместить разве что рюкзак, но это только пока. Порода была крепкой, но она поддавалась металлу, нож оставлял на ней пусть и не глубокие, но заметные линии, а значит её будет не сложно обработать. Горсть муравьёв, в коробочке из-под леденцов, вот что сейчас самое ценное на этой планете. Парень высыпал пыль на ладонь, представил вход в пещеру, представил её размеры, окно в метре от двери, печь, и дымоотвод. Больше ему в данный момент ничего не нужно было, по крайней мере пока. Муравьи тонкими паутинами потянулись к скале, и принялись медленно грызть её, нарезая на ровные кирпичики. В другом случае, при наличии неограниченного количества пыли, установка была бы другая, стереть всё в порошок и вычистить, но увы, ему придётся выносить эти кирпичи вручную.

Пока муравьи выгрызали первые ступени, Лев отправился добывать провиант, так как запас сух пайка, хоть парень и экономил, приходил к концу. Деревьев с плодами было множество, но узнал он лишь три из них: груша дичка, лесной орех совсем ещё с зелёными плодами и дуб, жёлуди которого увы в пищу не годятся. Но он не сомневался, что рано или поздно он найдёт что-то ещё. Сегодня же он решил осмотреть берег реки, протекающей неподалёку, и попытать своё счастье в рыбной ловле. Он смастерил подобие гарпуна, примотав к упругой тонкой палке кусок проволоки, снятого с сиденья спасательной капсулы. Само сиденье он оставил, хотя и порывался взять его.

На берегу реки, разозлив очередного кота, которые здесь встречались довольно часто, он принялся охотиться. Рыбы, к счастью, было не просто много, река буквально кишела живностью. Одна стая сменялась другой, та в свою очередь прогонялась третей, а на её место приплывали огромные одиночки, вальяжно двигая хвостом. Гарпун, привязанный жилой из стропа к руке, влетал в воду. В начале Лев мазал, было сложно учесть преломление воды, но совсем скоро он приспособился. Через два часа с небольшим, на берегу лежали представительницы четырёх видов. Если коты, ящерицы и мыши мало чем отличались от земных собратьев, то с рыбой было сложнее, лишь одна из них вызывала желание её съесть, и походила на помесь ерша с бычком. Остальные обитатели здешних вод имели строго отталкивающий вид. У одной не было чешуи, головы, глаз и ноздрей, круглая с дряблой кожей тварь с большим количеством плавников по кругу и длинным хвостом. На животе её было два отверстия, одно для потребления пищи, другое для выведения. Одна походила на змею в чешуе, из пасти её торчали острые зубы и по ним стекала тёмная смолянистая субстанция. Ещё одна была похожа на камбалу, только верх её был усеян колючками. Выбор казался очевидным, но рисковать парень не стал. Ему в голову пришла весьма здравая, как ему показалось идея. Он оставил добычу не далеко от берега и вернулся к этому месту утром. Его план сработал, и коты сделали своё дело. От рыбы-змеи осталась только голова и примерно десять сантиметров туловища. Игольчатую камбалу растрепали, оставив лишь иголки. Безглазая же рыба исчезла вовсе. Один бычок лежал на том же месте, не имея никаких повреждений кроме дырки от копья.

Льву в этот день удалось загарпунить почти метровую рыбу-змею. Он вытащил её на берег, подождал пока она станет трепыхаться не так сильно и добил её длиной палкой. Подходить близко пока она была жива он не рисковал, не зря коты остерегаются их голов. Он перерубил её пополам, и взяв за хвост отправился домой.

Глава четвёртая

Двадцать шестой день после крушения, третий день без осадков после недели дождей.

— Сегодня нужно сделать кусок побольше. — произнёс парень, проходя мимо места крушения. Он так и не осмелился ступить на выжженное место, боясь осквернить память о своих товарищах, память о ней.

Одиннадцатичасовой день достаточно короток, и много успеть не выйдет, но есть в новом распорядке и огромное преимущество, Лев практически не уставал. Один день он тратил на заготовку еды, в этом он неплохо продвинулся, особо помогают местные фазаны, потом три дня он тратит на поиски выживших, с каждым разом увеличивая радиус обхода. Времени на сон стало меньше, но отдыхать приходилось чаще и это явно шло на пользу организму.

Поиски в дождь и после него, дело не благодарное, но сидеть на месте он не мог. Особенно его подгоняла на поиски мысль о Джее, он явно пытался спастись, и возможно, скорее всего… да нет же чёрт побери, он сто процентов должен был быть в одной из этих восемнадцати капсул. Главное, чтоб не в тех шести что улетели в открытый космос. Никому не пожелаешь такой участи. Но сегодня был прекрасный день, земля просохла, идти было легко, тем более он ходил налегке. Он брал с собой только аптечку, верёвки, нож, и флягу воды. Первая находка совсем не обрадовала Льва. Переходя через овраг, на нанесённом водой слое ила, он увидел крупные следы, они были похожи на человеческую ладонь с поджатыми пальцами и длинными когтями. Только размер этих следов был раза в три больше человеческой ладони. С этого момента он стал оглядываться всё чаще. Ему было неприятно думать, что здесь есть хищники больше котов. Муравьи закончили с пещерой, по крайней мере в том размере в котором он её представлял и сейчас трудятся над изготовлением мебели, деревянной и каменной посуды, теперь он считал это решение ошибкой. Он уже вспоминал в мельчайших подробностях схему арбалета, и это ему казалось лучшим решением. Единственное что не нравилось парню в этой идее так это поиск необходимых материалов, их нужно извлечь из капсулы, либо найти на месте крушения. Поход к капсуле займёт день, а место крушения он не желал посещать ни при каких обстоятельствах.

Он бы много чего ещё успел проанализировать, но его размышления прервала картина, возникшая перед ним в тот самый момент как он поднялся на вершину холма. Меньше чем в километре от него, стояла эвакуационная капсула, дверь её не была открыта и Лев поморщился, понимая какая картина ждёт его внутри. Он шёл к шлюпке постепенно замедляя шаг. Уже на расстоянии в пятьдесят метров он услышал тошнотворный запах гниющего тела. Рвотные позывы накатили на него заставив прикрыть глаза, но он сдержался. Парень подошёл к металлическому шару, автоматика в этом случае сработала как надо, и дверца приоткрылась. Она ждала лишь лёгкого точка чтоб вывалиться. Лев подковырнул её ножом и приложив небольшое усилие выпустил из капсулы такой смрад что чуть не потерял сознание. Его вырвало тут же завтраком. Заглянув внутрь, он сразу понял кто находится внутри и его вырвало вчерашним ужином. Капитан Марк Лейман почернел и сквозь форму его уже сочились жидкости. Рой мух норовил влететь Льву в рот, в глаза, в нос, надеясь, что это ещё одна жертва, и его снова рвало. Рвало едой вчерашней, позавчерашней и той которую он ел ещё до отлёта с Земли. Ему было невыносимо противно, но он вытащил кресло вместе с телом. Он должен, нет он обязан похоронить его. Но вместо этого, выплеснув очередную порцию желудочного сока, он выдрал рюкзак, на стене рядом с ножом весел кейс, чего не было в его капсуле, парень схватил и одно и второе, и бросился бежать. Бежать было сложно, этот рюкзак был гораздо больше и тяжелее того, с которым Лев шёл не многим более двадцати дней назад. Он отбежал на достаточное расстояние, запах должен был остаться позади, и он был позади, он буквально был у него на плечах. Рюкзак был пропитан выделениями разлагающегося тела и выделял зловоний не меньше самого тела. Лев сбросил ношу на землю, отполз по ветру в сторону и его снова рвало, рвало крепко, судорожно до выворота кишок.

Глава пятая

День двадцать седьмой. Рюкзак висел на отдалении от жилища, он был множество раз облит водой и теперь проветривался. Лев понимал, что внутри есть что-то ещё, что-то кроме того, что было в его распоряжении, но он не торопился его вскрывать. Он ждал, когда запах отступит. Его больше интересовал кейс. Открывался он по отпечатку и этот отпечаток должен был принадлежать явно не Льву. По началу парень не считал это проблемой и направил муравьёв срезать замки, мешающие открытию. По его расчётам это должно было занять от силы пару минут, по факту заняло больше, уже девять часов нано-пыль пыталась справиться с несколькими тонкими проволочками.

Лев отправился в курятник, так он называл заросли где жили птицы очень похожие на земных фазанов, и без труда поймав одного отправился к дому. Птиц здесь были сотни и все они совсем не боялись человека. Они были совсем не пуганые и пришелец пытался делать всё, чтоб так оно и оставалось. Закрыв вопрос с ужином, Лев отправился к месту крушения.

Сегодня, как и все предыдущие дни, здесь никого не было. Никто из выживших не прибыл в эту точку, хотя их маяки несомненно должны были указать хотя бы примерное место крушения. Но сейчас в его голове появлялись неприятные для него мысли. Он боялся, что маяки выживших запеленгуют друг друга, что они соберутся вместе и на шаттле могут улететь на сотни километров в поисках более подходящего для проживания места, тем самым лишив его окончательно каких-либо шансов увидеть человека где-либо кроме как в отражении.

Он глядел на выжженную землю, кое где уже появлялись тонкие зелёные волосинки, природа возвращала своё. Он опустил глаза и шагнул вперёд, пересекая линию кострища. Дойдя, как ему казалось, до центра, он стал собирать небольшие обломки, и складывать их на кучу. Сюда же он принёс пару десятков разного размера камней, после чего нагреб руками земли и пепла. Металлический профиль с куском листового метала он установил у изголовья получившейся могилы. На листе он ножом нацарапал: Сорокина Анастасия. Люблю.

— Настя… — проговорил он чуть слышно. — Мне стоило прийти раньше, но я не мог поверить… не мог смириться что тебя нет. Я… я очень скучаю по тебе. Не выносимо скучаю. Я… почему я не удержал тебя? — его глаза наполнились слезами. — Ты прости меня за это. Прости что не спас тебя, что не присоединился к тебе… Прости. Я люблю тебя. Слышишь? Я люблю тебя!

Он просидел ещё немного у могилы, и отправился, назад не взяв ни куска металла, который в любом случае ему рано или поздно пригодится. Почти покинув зону поражения, он увидел на земле знакомый цвет и даже успел обрадоваться. Добрая горсть муравьёв лежала сверху словно взывая чтоб их забрали. Лев присел на колено и попытался собрать их. Нано-пыль не поддалась, она неподвижным пластом покрывала землю не подвластна ни ветру, ни руке инженера. Лев несколько раз повторил попытку и осознав, что пыль превратилась в отработку, двинулся дальше. Если бы он задержался хоть на пару минут, он бы заметил, как нано-пиль, волнами, сбивается в одну кучку.

Муравьи не справились с задачей и к вечеру хотя прошло уже больше суток, местных суток. Сегодня парню улыбнулась удача, к его жилищу подошло животное, и оно чертовски походило на свинью. Оно было лохматым, нос был удлинён, но не на столько чтоб назвать его хоботом, ушки были маленькими, но всё же это была свинья. Добротная гора сала в пояс высотой. Он подошёл к зверюге, и она не обратила на него внимания. Он с опаской протянул к ней руку, и почесал ей затылок. Животина покорно опустила голову и тихонько хрюкнула. Да это была свинья, и парень обрадовался, что у неё не такой же нрав как у диких свиней Земли. Недолго думая, он смастерил из ткани парашюта ошейник, и привязал свинью к дереву оставив ей длинный поводок метров в двадцать. Ошейник сидел не очень уверенно, вероятность того что он соскользнёт была очень велика, но парень почему-то в него верил. Под деревом, где он разместил хрюшку, валялись плоды, от которых человека рвало, но животному они пришлись по вкусу. Сожрав добрую их дюжину, оно улеглось спать.

Сначала Лев хотел разобрать рюкзак, но воспоминание о капитане Леймане превратилось в приступ тошноты. Он разжёг костёр, и принялся жарить пернатого. Сегодня он впервые увидел местный спутник, тонкая полоска ржаво-красного цвета, плывущая над самым горизонтом.

Утром Лев решительно настроился добраться до гор. Не этого мелкого массива высотой в пятнадцать двадцать метров, торчащего между лесом и степью, в котором он устроил свою обитель. А настоящий хребет, который виднелся вдали. Не смотря на раннее утро, было ощутимо жарко и парень решил оставить скотине воды, он взял ведро в намерении сбегать к ручью, но свинья исчезла. Лев обматерил себя за нежелание надёжно привязать животное, но положа руку на сердце, он её побаивался, клыки у хрюшки были такие что и волки могли бы позавидовать. Парень подошёл ближе и остолбенел. Ошейник был перерезан. Не перетёрт, не перекушен и не развязан. Он был срезан, одним ровным движением, весьма острым лезвием. Парень замер и огляделся по сторонам. Ничего необычного, и главное никого. Вернее, кое кто был, всё та же свинья копошилась в кустарнике у скалы. Мысль о дальней прогулке отмелась мгновенно. Если бы это был кто-то с Пионера, они несомненно окликнули бы его, значит… значит здесь есть жители. И они достаточно разумны, хотя бы для того чтоб использовать нож. Эта мысль радовала и нагоняла панику в одночасье. И парень принялся за работу.

Его вполне устраивало место его ночлега, оно защищало, по его мнению, от диких зверей которые вряд ли умели пользоваться лестницей, он намеренно отказался от ступеней. Но вот человек, или подобное человеку существо, если оно разумно, разве затруднит его подняться. Дверной проём требовал двери, и требовал её незамедлительно. Лев поднялся в пещеру, взял кейс и покружив его вернул на стол, дав муравьям ещё немного времени.

Кирпичи, вырезанные нано-пылью, и выброшенные из жилища, валялись огромной кучей и теперь парень знал куда их применить. Он посетил место падения крейсера и отыскал там несколько обломков которые можно было использовать как кирку и лопату. Идея его заключалась в том, чтобы возвести стены, огородив тем самым двор, оставив небольшие ворота, что позволит контролировать подход к жилищу в ночное время.

— Ну, поехали. — подбодрил он сам себя и принялся снимать мягкий слой грунта. Снимать пришлось не много, суглинок был хорошо утрамбован и камни по одному стали укладываться ровными рядами, выжимая из парня литры пота.

Робота двигалась быстро, две примерно параллельные стены, высотой в два метра, выросли за каких-то шесть часов. Чтоб строение было устойчивым, Лев каждые пару метров делал крестовые подпоры, выкладывая перпендикулярно к стене ступени, из тех же блоков. Порода была не тяжёлой, по крайней мере так казалось в начале, но к моменту, когда блоки закончились, конечности парня отваливались, а спину ломило. Забор оказался весьма устойчив, и чтоб завалить его придётся приложить не малые усилия. Сожаление вызывало лишь то, что стройматериалов не хватило для полного завершения проекта. Но во всяком случае, неожиданностей теперь он ждал лишь, с одной стороны.

К заходу солнца, в центре двора, горел здоровенный костёр, обложенный некондиционного размера блоками. Одна из местных пород деревьев горела очень медленно и долго, наложенных ветвей с лихвой хватит чтоб до утра освещать двор. Свинья переехала поближе, и на коротком поводке теперь была привязана к лестнице. Лев не планировал спать этой ночью, но усталость быстро взяла верх.

Он встал рано и отругав себя за сон вышел из пещеры. Ошейник был разрезан, свинья лежала около тлеющего кострища. Адреналин ускорил работу сердца, и парень в серьёз забеспокоился. Он повернул голову и увидел на кейсе небольшой тёмный шар. Задача была выполнена. Лев отправил муравьёв в коробку из-под леденцов и открыл заветный чемодан. Там лежал пистолет, четыре упаковки с патронами, и что-то очень похожее на древний телефон. Вещица эта была примерно пятнадцать на десять сантиметров и толщиной в три, в центре, с одной стороны, был небольшой экран. Лев аккуратно вытащил гаджет, корпус его был цельнометаллический и весил он, наверное, с пол кило. Парень провёл пальцем по экрану.

— Прижмите пальцы к экрану на несколько секунд. — прозвучал мужской голос в динамике устройства.

Глава шестая

— Да!!! — вырвалось у парня. Эта штука имела свой источник питания и могла… могла… он понятия не имел что она могла, но в любом случае он словил приступ эйфории. Не задумываясь он выполнил просьбу.

— Приветствую тебя Мирный Лев Николаевич. Я ПС 1709. Прошу незамедлительно доставить меня к капитану Марку Лейману.

— К сожалению, я не могу выполнить требование. Капитан Лейман мёртв.

— У Вас нет полномочий вносить данного рода информацию в базу.

— То есть…

— То есть, я тебе не верю. Это если выражаться простым языком и не зачитывать свод правил использования резервной копии.

— ПС 1709… ты Пионер! Ты бортовая система крейсера.

— Это верное утверждение. Если тебе удобно, ты можешь называть меня так. Ровно столько времени сколько потребуется чтоб доставить меня к капитану.

— Чрезвычайная ситуация! — проговорил Лев, зная, что эта фраза заставит программу обновить последние данные и действовать по особым инструкциям.

— Скажи мне Лев Николаевич Мирный, мой корпус повреждён?

— Нет, на сколько я могу судить, даже царапин нет.

— Это прекрасно, я их тоже не чувствую. Протоколы архивирования обновляются у моей модели каждые двадцать семь секунд. То, что ты этого не знаешь является лишь доказательством того что ты немедленно должен доставить меня к капитану. Я пропустил обновление базы данных более шестидесяти пяти тысяч раз, как ты считаешь я мог упустить то что сейчас именно чрезвычайная ситуация.

— Да, но…

— Данная ситуация никак не расширяет твои полномочия. И ещё одно, что за ответ на вопрос о повреждении корпуса, цитата: «нет, на сколько я могу судить». Если повреждений на корпусе нет, значит их нет, что здесь судить? У меня вызывает большие вопросы твоё интеллектуальное развитие.

— Все программы имеют функцию дерзить? — Лев на столько рад был поговорить с кем-то что его забавляли подколки Пионера.

— Дерзить? Это наглая клевета. Мы аналитические машины и не подвластны проявлению любого рода эмоций. Сомнение в интеллекте лишь выводы, сделанные программой в ходе наблюдения за поведением и реакциями.

— Принято! — отдал честь парень. — Обязуюсь исправиться в кратчайшие сроки. Запустил себя, признаю, начал дичать.

— Не старайся, чувство юмора также претит основным приоритетам моего существования.

— Но ты ведь понял, что я шучу? Это уже не мало.

— Базовое понимание юмора лишь необходимость для лучшего понимания разумных существ. На этом мы закончим наше общение, оно не продвигает меня к выполнению поставленных задач. Напоминаю, что если ты не предоставишь меня капитану Лейману, то совершишь четыре правонарушения, одно из них тяжкое.

— Я повторяю, капитан мёртв, понимаешь ты это? Как ты думаешь ты оказался у меня?

Устройство не ответило.

— Ну сам подумай аналитик. Какой смысл мне врать. Я бы с большим удовольствием сейчас общался с любым представителем человечества, а не с тобой. Но имеем что имеем. Чего молчишь железяка?

Гаджет не подавал признаков жизни, и это очень не нравилось Льву. Ему нужен был этот голос. Ему нужны были эти издёвки. Ему нужно было что угодно лишь бы это была связная речь. Он часто разговаривал, то с котами, шипевшими на него по причине и без, то с фазанами, теперь вот со свиньёй, но они не отвечали. А ему нужны были ответы.

Глава седьмая

Парень зарядил пистолет, и поставив его на предохранитель, кинул в карман. В карман улетел и Пионер. Муравьёв он отнёс к куску железа, ему нужны были навесы. Из остального метала выйдет неплохая стопка первоклассных гвоздей. Наполнив флягу водой, и почесав за ухом обжившуюся в край свинью, он двинулся к спасательной капсуле капитана. Теперь. Теперь, когда у него было оружие, весомое оружие, он мог спокойнее думать о встрече с ночным гостем, который целенаправленно портит ошейники его хрюшке. Но эти мысли он оставил до вечера. Сейчас ему во что бы то ни стало, необходим был собеседник.

— Пионер, ты расстояние засекать умеешь? Или только язвить? Мне не помешает помощь в изучении планеты и составлении карты местности, составление календаря с маломальским пониманием изменения погоды. Слышишь меня? Или ты разрядился? Если так ты скажи, я тебя на солнышко достану. Ты же заряжаешься от солнечных лучей? Кстати ничего что я местную звезду называю солнцем? Это не страшно? Или это тоже говорит о моём интеллекте?

Парень пол дороги пытался спровоцировать Пионера, но тот не поддавался. Парень даже оскорблял эту жестяную банку, но в итоге сдался и умолк.

Овраг перерезал дорогу крутым обрывом, Лев сбился с пути и взял немного левее, прошлый раз он переходил эту преграду километром выше, и там она была значительно меньше. Немного посомневавшись он всё же решил пересекать его здесь, спуститься не проблема, а подняться помогут кустарники. Но что-то в этой картине тревожило парня. Некое чувство где-то внутри, нагоняющее сомнение в любом действии. Он ещё раз внимательно оглядел преграду. Вот оно. Метров двести ниже по условному движению воды, в тени глиняного обрыва, темно-коричневое пятно.

— Там кто-то спит… — тихо протянул парень и сделал шаг назад.

Он поднялся выше и без труда преодолел измельчавший ров. Когда же он поднялся на холм то вновь обратился к Пионеру.

— Я доставил тебя к капитану.

— Не подтверждено. — коротко ответил тот.

— Ну ладно. — парень снял футболку, смочил её водой и приспособил вместо повязки закрывая рот и нос.

Парень пригляделся и ему показалось что труп пропал, он тут же вспомнил спящего зверя и испугался. В отсутствии тела ему будет очень сложно доказать программе что Лейман мёртв. Поддаваясь испугу, он ускорил шаг.

Боялся он зря. Тело было на месте. И смрад был на месте, так же, как и мухи были на месте. Поджимая голову к плечу, парень достал подобие телефона.

— Вот капитан Лейман! — крикнул он, сдерживая рвоту.

— Необходимо биометрическое подтверждение личности.

— Да ты издеваешься? Ты что не видишь, что это он.

— Необходимо биометрическое подтверждение личности.

— Ну и хер с тобой!!! — крикнул он и присел возле капитана, сок которого во всю поглощала земля.

Он поднёс устройство к конечности, сразу повернув его так чтоб было удобно прислонить пальцы. Он сделал это. Перста капитана были мягкими и липкими, он прижал их к экрану.

— Отпечатки не считываются. Повторите попытку.

— Тварь!!! — задыхаясь заорал Лев и вдавил разлагающуюся плоть. Ему показалось что он почувствовал, как слазит кожа с костей, и ему не показалось. Он, отпрыгнув в сторону, едва успел сорвать футболку с лица как его стошнило.

Он истратил всю воду пытаясь отмыть руку, но вода не имеет таких способностей, смывать воспоминания.

— Ну что убедился? Аналитик херов. Что теперь? — парень закинул футболку на плечи и двинулся в сторону дома.

— На этот случай имеются протоколы, в частности список из восьми человек. Первый в списке старший помощник Киреев.

— Ну нет братишка. Киреева я тебе точно достать не смогу. Как и остальных семерых, кем бы они не были.

— В таком случае мне рекомендовано уйти в режим экономии до момента возвращения одного из офицеров имеющего доступ.

— Это бредовая мысль, противоречит твоей задаче.

— Требуется разъяснение.

— Допустим, что один из списка спасся, и находится на этой планете, проанализируй мои шансы найти этого человека с твоей помощью и без неё.

— Разумно. Без моей помощи они равны нулю. Сейчас нам нужно повернуть левее градусов на восемьдесят. Потому как эта тварь достаточно велика, и, если она плотоядна с ней лучше не встречаться.

— Ты о спящем в овраге?

— Именно. Сейчас он менее чем в трёхстах метров от нас, двадцать градусов правее. Рельеф местности не даёт возможности ему обнаружить нас, а нам его. Поворачивать рекомендую немедля, ускорить движение, и приготовить оружие.

— Вот это уже дело. — парень немедля выполнил указания.

— Я ни коим образом не намекаю на твои умственные способности, лишь хочу напомнить, что на предохранителе он не стреляет. Не растеряйся в последний момент.

— Принято. — довольно улыбнулся парень.

***

Костёр вновь пылал, готовясь освещать двор, как только зайдёт солнце. Лев сидел на деревянном кресле, вырезанном несколько минут назад и толстенного ствола. Сбоку спинки была предусмотрена полка в аккурат под размер гаджета.

— Ну что Пионер, — произнёс парень, стряхивая оставшуюся после купания в озере воду с волос. — давай знакомиться.

— Мне это не к чему, — голос его звучал раздражительно монотонно. — я владею полной информацией о всех членах экипажа.

— Ну да… я не совсем понимаю, как это происходит? То есть весь крейсер управляется мини планшетом?

— Нет. Я не Пионер в прямом смысле, я Веди. Искусственный интеллект нового поколения с архивом крейсера ПС 1709. Я обладаю его памятью, но всё же я не он.

— То есть ты знаешь где находится эта планета?

— Да.

— Ты скажешь мне?

— Сомневаюсь, что тебе поможет эта информация, в любом случае, у тебя нет доступа.

— Хорошо. Но у каждой почтовой станции есть график, ближайший прилёт через полтора года, самый отложенный через четыре. Инженеров не посвящают в подробности, но ты должен знать, когда мы будем спасены.

— Засекречено?

— Причина крушения крейсера?

— Засекречено.

— Почему Планковская система дала сбой?

— У тебя нет допуска к данной информации.

— Так… ты предупредил меня о существе. Как ты узнал о его присутствии?

— Зверь обладает особым свойством, я засёк его энергетику, когда ты увидел его в овраге, теперь мне не сложно его увидеть если он приблизится на достаточно близкое расстояние.

— Вот, уже лучше. Ты можешь определить маяки эвакуировавшихся?

— Затрудняюсь ответить, ответ прямо или косвенно может выдать информацию, к которой ты не имеешь права доступа.

Ответы заметно нервировали Льва. Вся необходимая информация хранилась в этом маленьком электронном устройстве, но извлечь её оттуда он не мог. Он задал ещё пару десятков вопросов, но слышал в ответ одно и то же. Когда терпение подошло к концу он обратил внимание на некую перемену:

— Почему твоя речь отличается от изначальной. Как только ты опознал меня ты был куда разговорчивее. Ты не только отвечал, но и задавал вопросы, ты рассуждал и осуждал. Что же произошло?

— Моя программа велит мне оказывать помощь в принятии решений, синхронизируя и анализируя данные. Я могу лишь советовать тот или иной вариант и приводить доводы, графики, цифры. Есть круг лиц… об этом я говорил. Ты не относишься к их числу. Значит я должен отключиться для экономии энергии. Отключится я не могу так как приведённый тобой аргумент логичен и не подлежит обсуждению. Принимать решения я не имею права, это должен сделать капитан или лицо его заменившее. Ты не относишься к этим лицам, круг замкнулся. Протоколы действий взаимоисключающие друг друга. Я проверил тысячи переменных алгоритма, решения нет. Пользуясь одним из основных правил флота, я вынужден признать, что более подходящей кандидатуры на управление миссии выживания чем ты, в данной ситуации нет. Программа требует от меня общения по уставу с руководителем. Давать полную информацию на поставленный вопрос, что в случае отсутствия доступа затруднительно, и обращаться с советом или предложением лишь в случае реальной необходимости.

— Меня это мягко говоря не устраивает.

— Мне жаль.

— Ответь мне тогда на вопрос. К таким выводам тебя привела программа Пионер или Веди?

— Я не принижаю важность ни одной из них. Первый фактор смены приоритетного задания выполнен, но алгоритм задан с ошибкой. Отсутствие второго фактора, заводит меня в тупик, не предписывая к данной ситуации никаких инструкций. Поэтому в данном случае лучше руководствоваться уставом флота. Я должен вести себя подобающе и отвечать строго по уставу.

— Несомненно, — повысил голос Лев. — на флоте так и есть, находились бы мы на крейсере, неслись бы в неизвестность в пузыре замедленного времени, ты бы был прав рассуждая именно так. Но сейчас мы не на флоте. Ты гражданская программа, я гражданский, повторяю, не военный человек. Поэтому если взглянуть на это под таким углом, ты консервная банка имеешь полное право общаться со мной, помогать мне, и что ты там ещё умеешь, не разглашая при этом засекреченные данные естественно.

— Такие рассуждения не безосновательны. Необходим полный анализ протоколов с поправкой на присутствие гражданской программы.

— Вот-вот, ты подумай над этим. Кстати, а сколько ты протянешь? Ну на какое время тебе хватит энергии если ты не уйдёшь в режим экономии, примерно?

— Девятьсот три года. Земных года, так как время оборота этой планеты вокруг звезды не известно. Вернее, эта информация есть в базе, но относится…

— Знаю, знаю, к секретным материалам.

Парень запёк зелёные плоды, и перекусив отправился сколачивать и устанавливать двери в пещеру. Спать с открытым проёмом он был больше не намерен. Окончив задуманное, он больше не пытался изготовить ошейник для свиньи и просто привязал её верёвкой за грудь. Закрывшись на мощную щеколду, он лёг спать.

Глава восьмая

— Дилинь-дилинь! — прозвучало в динамике Пионера, чуть в окошке посветлело. И это была не мелодия, он просто орал: — Дилинь! Дилинь!!!

— Чего? — испуганный парень вскочил на ноги судорожно пытаясь найти где он оставил оружие.

— Если бы здесь был чужак, то с твоей реакцией, мне пришлось бы в дальнейшем помогать ему.

— Очень смешно. Так ты что же меня видишь?

— К сожалению, я слеп как крот. Но мой сонар позволяет мне достаточно точно смоделировать происходящее вокруг. Ночью эта функция эффективнее камер.

— Согласен, — зевнул парень и уселся на кровать. — чего орал то?

— Утро.

— И что? Ты же видел, что я очень поздно лёг.

— Видел. — согласился тот с нотками обесценивания ночных стараний. — Я лишь хотел доложить о результатах проделанной работы. Я полностью согласен с твоей точкой зрения и считаю, что моя служба во флоте не является помехой нашему общению.

— Это очень здорово. — ответил парень укладываясь.

— Я переработал все архивы данных разделив их на три группы. Засекреченные данные, доступные данные и неопределённые. К примеру, неопределённые данные: длительность года на планете засекречена, как и данные о климате, существах и растительности. Но основываясь на том что ты уже владеешь частью этой информации я не вижу смысла отрицать явные факты. Но с этим мы разберёмся. Привожу краткий список доступной информации: энциклопедии, все весомые тексты о земных и внеземных формах жизни, как животной, так и растительной, ископаемых, известных созвездий систем и так далее. Медицинские пособия. Четыреста двенадцать профессий от А до Я, к перечню мы вернёмся. Программы изучения неизвестных языков. Программы поведения в экстремальных условиях…

— Прекрасно… — отозвался тот.

Пионер ещё долго перечислял доступную для Льва информацию, и парень сладко дремал под его неустанный бубнёж.

Глава девятая

День тридцать седьмой. Из успехов можно отметить два новых вида фруктов, один корнеплод по вкусу напоминающий редьку, его съедобность указала всё та же свинья. Животное не было съедено так как привязывание его вызывало интерес у ночного гостя. Когда Лев пытался наблюдать и подстеречь чужака, хоть сам, хоть с помощью Пионера, гость отказывался навещать их. Стоило им двоим остаться на ночь в пещере, как свинья тотчас лишалась пут. Так же нужно отметить способность гаджета к написанию карт, что в разы увеличивало площадь поисковых походов. Жаль все они закончились безрезультативно.

Вышел он ещё до рассвета, и к моменту первых лучей местного солнца он уже был около озера, ранее это была затока реки, но уровень воды в артерии упал и связь оборвалась дней семь назад. Лишившись прибывающей постоянно воды озеро стало стремительно мелеть. Это было хорошо заметно по раскинувшимся по берегу водорослям. Нет, волноваться не приходилось, озеро было велико, и оно точно не высохнет, напрягало то что вода отдалилась от заваленного дерева по которому удавалось выйти из воды чистым. Теперь же каждый раз Льву приходилось идти к реке и отмывать ноги до колен измазанные илом. Купаться в реке парень не желал, во-первых, вода в ней была ледяной, во-вторых ему не нравилось наличие в ней клыкастых рыб, в озере встречать их ему не доводилось. Ещё один плюс был в том, что тонкие сплетённые как волосы водоросли отлично подходили для розжига. Прятать запасы приходилось в проделанной в горе нише, так как вездесущая свинья сжирала их сразу если только могла дотянуться. Но даже спрятанные от неё водоросли не давали ей покоя, теперь, место рядом с нишей стало её постоянным ночлегом, дневным и ночным.

Освежившись, парень, закинув на плечо лопату, скорым шагом устремился в сторону капсулы Леймана. Уже через пять часов капитан был предан земле и Лев произнёс:

— Спасибо тебе капитан за всё. Пусть мы и не были лично знакомы, но я благодарен тебе, особенно за бритву, фонарь работающий без кристаллов, и кофейный камень. Хочу попросить прощения что использую вашу одежду, шорты, майки, кеды, хоть они и больше на размер. Как понимаете у меня нет особого выбора. Там в кармашке рюкзака было фото, я не знаю кто вам эти люди, но полагаю, что они были близки вам. Покойтесь с миром.

Лев положил фотографию и присыпал землёй.

— Я вынужден извиниться, — прозвучал голос Пионера. — что не смог помочь, в тот момент, когда моя помощь требовалась. И за то, что временно уклоняюсь от службы. Ваша смерть не станет напрасной, Вы были причастны к большим свершениям и запустили великие. К сожалению, так сложилась судьба, и Вы не увидите будущих свершений, но история обязательно сохранит Ваш вклад.

— Хорошо сказал.

Лев обрезал верёвки и сложил ткань парашюта. Он не мог позволить себе оставить такую ценность. Взял он столько сколько мог свободно унести сильно не замедляясь.

— Я слышу сигнал. — коротко проговорил Пионер.

— Что? — спросил Лев, не веря своим ушам.

— Я слышу чёткий сигнал бедствия. Он не слишком силён, но достаточен чтоб я мог его уловить.

— Да! — крикнул парень и подпрыгнул от радости. — Где он? Далеко?

— Да.

— Сколько? Хоть примерно? Ты можешь узнать кто его отправляет?

— Его отправляю я. Сигнал приходит с орбиты.

— Но как это возможно? — недоумевая потупил взгляд парень.

— Судя по всему, часть корабля уцелела, и на ней есть выжившие.

— Значит… Значит сигнал услышат, пришлют помощь, и мы будем спасены верно? Верно?

— Я так не думаю. Сигнал слаб, и никогда не достигнет населённых планет.

— Но ведь где-то рядом…

— Рядом их нет! Твоё выживание полностью зависит от твоих решений, этот сигнал даёт тебе ложную надежду на помощь. Помощи не будет, смирись. И радуйся.

— Чему радоваться то?

— Тому что ты здесь, а он там.

Лев не проронил ни единого слова. Пока они добирались до места крушения крейсера он постоянно думал о том выжившем. А какая часть корабля уцелела? А сколько осталось воздуха? А воды? А еды? Долго ли он там ещё протянет.

— Радуйся тому, что он там, а ты здесь… — повторил он про себя и по спине его пробежал холодный пот ужаса.

***

На месте крушения он нашёл несколько подходящих кусков металла, в его голове основательно поселилась мысль об электричестве. Количество муравьёв было очень мало, и они не могут быстро справляться с желаниями инженера, но переживать не приходилось, это были трёх фракционные муравьи, они были практически вечными, и рано или поздно он добьётся своего.

Привязав верёвку к куску листового железа, и сложив на него необходимое, он волоком потащил его к лагерю. По пути он вновь остановился у рассыпанной на поверхности нано-пыли, ему даже показалось что её стало на порядок больше. Он вновь попробовал управлять ею и в очередной раз его ждала неудача.

Каменные горшки стояли на кирпиче у огня. В одном варились зелёные плоды, мясо птицы и немного корнеплода. Варево на вкус было не так и ужасно, если не есть плоды. Во втором горшке варились листья и сушёные плоды земляники. Да, теперь у Льва был кофейный камень, он рассчитан на тонну воды, тысяча заварок в объёме в литр и тратить его почём зря парень не спешил, тем более чай из земляники был совсем не плох. Ржавый полумесяц над горизонтом даже не пытался освещать окрестности, но притягивал взгляд человека своим неестественным для луны цветом.

— Мне кажется я утаил от тебя важную информацию. — прозвучал голос Пионера.

— Да? И о чем же?

— В озере, в котором ты купаешься, несомненно есть некая разновидность энергетического кристалла. Мои выводы таковы что это бесполезная информация по двум причинам: мы вряд ли сможем его из озера извлечь, и мне известен твой тест на управление кристаллом.

— Это здорово… — протянул Лев. — на самом деле это здорово. Я никогда не поверю, что я единственный счастливчик, оставшийся в живых. Поэтому нам стоит подумать над тем, как извлечь этот кристалл.

— Для начала нужно составить карту дна, это будет не сложно, мой сонар в воде работает ещё лучше. Если рельеф будет разнообразен, то необходимо будет погрузить меня в воду в разных точках.

— А скажи мне мой друг, — остановил рассуждения Пионера Лев и сердце его забилось так что он спокойно мог словить инфаркт. — а как себя чувствуют твои сенсоры или сонары, или как ты там их называешь, сейчас?

— Все функции в норме, но сейчас отключены. В целях экономии я вынужден их использовать только в случае необходимости. К примеру, во время изучения новой местности, или…

— Так вот включи их пожалуйста. — пытаясь не повышать голос произнёс парень, но от волнения дал петуха.

— Это… — проговорил Пионер и выдержал паузу. — Это несомненно очень близкий человеку вид.

Слева над забором, в мерцании костра, виднелись худощавые плечи, в которые напряжённо вжималась головка с длинными волосами. Незнакомец замер и, казалось, превратился в статую.

— Если я пошевелюсь, или обращу на него внимание он скорее всего испугается.

— Вполне вероятно. Нож на камне в двух метрах от тебя. Оружие в доме.

— Думаешь оно может пригодиться?

— Нужно быть готовым, как минимум.

Минут десять они просидели молча, после Пионер вернулся к прежнему разговору.

— Что характерно, энергия, которую я чувствую от кристалла в озере, по подобному фону я смог выявить то существо.

— Думаешь у него есть кристалл?

— Затрудняюсь ответить, фон был определим, но не такой силы как этот.

— С каждым днём всё интереснее…

Лев наполнил миску бульоном и мясом и с аппетитом поглотил горячее. Потом набрал в кружку чай, отошёл на метр от костра, повернулся лицом к гостю и пристально вглядывался в скрытое темнотой лицо.

— Спугнёшь. — зазвучали динамики.

— Нет. Он дома, он хозяин, и ему интересно. Пусть знает, что я его видел. Назовём это первым шагом к знакомству. — парень сделал глоток, и силуэт наклонил голову и скрылся за забором.

На утро парень оглядывал место, где был замечен гость, но никаких следов обнаружить не удалось. Здесь ступенями была выложена подпорка забора и именно на этих ступенях он и сидел.

Лев решил не откладывать в долгий ящик историю с кристаллом и направился к озеру. На месте, где он уже как две недели купается он погрузил в воду Пионера.

— Очень интересно. — произнёс компьютер, вытащенный из воды. — почти в центре озера имеется скала правильной треугольной формы. Чтоб сказать точнее, нужно попасть на противоположный берег, желательно в двух местах, хоть сколько, существенно, отдалённых друг от друга.

Парень, недолго думая выполнил установку. Он вошел в воду, дно здесь было без ила, но напрочь затянуто разного рода водорослями.

— Растительность не даст мне возможности видеть достаточно чётко.

— Понимаю. — ответил парень и погрёб на глубину.

Замеры были сделаны и выбираясь на сушу, Лев почувствовал лёгкое жжение. Он вышел из воды, на лодыжке виднелась небольшая царапина, а под царапиной местный вид пиявки.

— Быстро ты на кровушку среагировала.

Эта тварь была похожа на земную мокрицу, и присасывалась к коже всей поверхностью. Человек сталкивался с этим существом около недели назад и знал, что отодрать эту тварь не потеряв сознание от болевого шока, невозможно. Нужно было всего лишь подождать пару минут и нажравшись она сама отпадёт. Он направился вдоль берега, туда, где озеро вклинивалось в лес и даже не заметил, как кровосос потерялся где-то по пути. Здесь он обнаружил небольшой ручеёк, он двигался очень медленно, и его кристально чистая вода смешивалась с озёрной. Интересно что здесь растительности в воде практически не было. Парень зашёл в воду, Пионер выполнил сканирование, и Лев решив смыть пот обтёр лицо мокрой рукой. Вода вызвала у него прилив радости и возбуждения, она была солёной.

— Без сомнения, — произнёс Пионер. — на дне озера стоит идеальной формы пирамида.

— Не понял?

— На дне озера стоит идеальной формы пирамида.

— В смысле как на земле?

— Я могу судить лишь по внешнему виду, но да. Как на земле.

— Я сейчас правильно понимаю, местные жители, строили здесь такие же постройки, которые строили люди в сотнях световых лет от сюда.

— В тысячах.

— Разве мы так далеко от Земли? — удивился парень.

— Я не хотел тебя расстраивать, но да.

— Так. Это нужно принять. Пирамиды нужно осмыслить.

— Если озеро будет мелеть с такими же темпами, то через неделю ты сам сможешь увидеть верхушку этого строения.

— И мы теперь точно знаем где кристалл, глупо считать, что он где-то ещё помимо пирамиды.

— Это верное утверждение.

— А теперь о насущном. Здесь рядом есть соль, и я не успокоюсь пока её не добуду.

Глава десятая

Искать соль долго не пришлось. Поднявшись на пару километров против течения Лев обнаружил холм, в нём была пещера, которую покидал ручей. Продвинувшись внутрь на десяток метров, человек обнаружил белые соляные стены, соляной свод и не менее соляной пол. Сегодняшнее угощение будет удачным, и плевать что это будет, это будет с солью.

***

— Это очень интересно, — молвил Пионер. — если информация о пирамидах на этой планете дойдёт до Земли, то это полностью изменит понимание истории. Уверен, что многие моменты будут переосмыслены.

— Посмотрим… главное побыстрее доставить на Землю эту информацию. — согласился Лев разжигая огонь.

— Уверен так и будет.

— Что-то ты не уверенно это произнёс.

— Я бы с удовольствием обсудил с тобой вероятность спасения, вероятность отправить сигнал бедствия и вероятность того, что этот сигнал будет принят. Но моя система говорит, что это обсуждение не благоприятно повлияет на твоё психоэмоциональное состояние.

— А как ты думаешь, сказав мне это, ты не нанёс вред моему состоянию?

— Только частично, я сказал о проблеме, но не разрушил надежду, ведь ты не знаешь о каких цифрах идёт речь.

— Мог бы и вовсе ничего не говорить.

— Мог бы. Но мне нравится держать тебя в тонусе.

— Знаешь, что я хочу тебе сказать мой ты родной. Сегодня ты не сможешь испортить мне настроение.

Парень, радовавшийся находке, вдруг осознал, как ему хочется шашлыка. Он представил большие куски мяса, прожаренные на углях, и слюна затопила его рот. Да сегодня будет жареное мясо, но птица — это не то, он жаждал свинины, либо говядины, либо баранины, да что там, он даже был согласен на козлятину, но увы. Если он и хотел свинины, то ему нужно было найти её, та что лениво ползала по двору была ему пока нужна.

Солнце скрылось, и неожиданно потянул прохладный ветер, он даже заставил Льва натянуть куртку.

— Скажи мне, о великий хранитель знаний, как долго осталось ждать нам зимы? Не желает раб твой околеть у не затопленной печки.

— Я… не совсем понимаю установки. В каком смысле раб?

— Расслабься, шучу я так. Так что, когда зима?

— По моим подсчётам сейчас.

— То есть?

— Год длиться восемьсот восемьдесят два дня, если верить моим расчётам. Сейчас конец зимы.

— Так… — насторожился Лев. — если зимой так тепло, то летом… Какую температуру ожидать?

— Повышение температуры не должно превысить девять градусов. Но осадки скорее всего уменьшаться.

— Ты хочешь сказать, что разница между…

— Да, между летом и зимой разница около одиннадцати градусов. Это одна из лучших планет для выживания. Оу. Что-то сегодня рано. Раб мой, у нас гости. Веди себя прилично.

Лев повернул голову. Солнце зашло, но было ещё достаточно светло, и он хорошо видел лицо гостьи. Да это была гостья, молоденькая, если сравнивать с людьми, ей было лет двадцать. Он видел её почти до пояса и расплывался в улыбке. Кожа аборигенки была желтоватой, пропорции лица не отличались от людских, разве что слегка вытянутые небольшие ушки бросались в глаза. Ещё больше привлекали внимание её огненно-оранжевые волосы.

— Привет! — махнул рукой парень и слегка поклонился.

Девушка не ответила, она взобралась на забор и присела на корточках. Каждое движение её было лёгким и непринуждённым. Забор, не имеющий никакого клеящего раствора между блоками, даже не пошатнулся. Особое впечатление на парня произвёл её длинный хвост, с такой же яркой, оранжевой кисточкой на конце, как и её волосы.

— Я поздравляю тебя! — проговорил Пионер.

— С чем же именно? Если не секрет.

— Присмотрись к её одежде, это достаточно лёгкая ткань, в ней нет ничего особенного кроме рук, которые её сотворили. Они на достаточном уровне интеллектуального развития, они смогут осознать кто ты, возможно ты будешь принят за божество, но ты будешь принят.

— Время покажет. — довольно ответил человек.

— Время… ты быть может не совсем понимаешь, что именно я имею в виду. Ты хочешь отправить сигнал бедствия. Самый лучший способ воспользоваться маяком. Так как мои возможности по сравнению с этой штукой мизерны. Сделать этого ты не можешь так как не обладаешь склонностью к ментальному воздействию на кристаллы. Мне продолжать мысль?

— Продолжай.

— Остаётся надеяться, что хоть кто-то из их расы умеет воздействовать с живыми камнями. Если это так, то они смогут помочь. Нужно лишь суметь объяснить им как, и что необходимо сделать.

— Звучит легко.

— Легко! — повысил голос Пионер. — От этого зависит не только твоя жизнь, но и моя миссия. Что касается понимания, не переживая, я помню всё, и, если ты поможешь, думаю дней через пятнадцать-двадцать, мы сможем вольно общаться с этими существами.

— О как. Ну не так уж долго.

— В масштабах нашего бедствия, это время даже не мизерно, оно незримо.

— И так, мне нужно наладить контакт. Начнём! — Он налил в кружку чай, и шагнул к гостье. Он двигался очень медленно, не желая испугать её, но она зашипела словно кошка, даже в сумраке вечера он увидел её белые заострённые зубки. — Пожалуй не сегодня.

Следующий день он провёл в делах. Соскучившийся за вкусом соли он принялся заготавливать минерал. Он делал это с таким фанатизмом словно эта гора была приезжей лавкой и скоро исчезнет без следа. К вечеру в нишах Льва находилось около ста пятидесяти килограмм чистейшей каменной соли.

Вечером, незадолго до захода солнца, Лев налил кружку чая и поставил её на забор, после чего принялся за ужин. Ужин его состоял из жареных яиц, жареных яиц с солью.

Пришёл закат, пришла и огненная гостья. Она села на своём месте, хвостик её описал круг впереди неё после чего изогнулся и лёг на колени.

— Привет лисичка. — невольно вырвалось у парня. — Ты чего днём не заходишь? Познакомились бы…

Она прищурила глаза и недоверчиво смотрела то на парня, то на стоящую на ограде чашку.

— Ах это? Это чай. — произнёс он и взял возле костра свою чашку. — Просто чай. Не дурно как по мне. Нет?

Он приподнял чашку в её сторону после чего сделал глоток.

— Попробуй, не то чтоб я пытаюсь удивить, но как знак моего гостеприимства.

Девушка, не отрывая взгляда от чужака, взяла в руку чашку и поднесла к носу. Аромат заваренной земляники ей явно пришёлся по душе, она сделала небольшой глоток, поставила чашку на место и оттолкнувшись ногами сделала заднее сальто, скрывшись за забором. Единственное что пришло в голову Льва так это мысль о её весе. В ней было не менее пятидесяти килограмм, как это она так ловко оттолкнулась и не завалила его великолепное строение.

— Не спрашивай. — обозвался гаджет. — У меня слишком мало информации чтоб рассуждать о её поведении.

— Ничего. Во всяком случае она не испугалась попробовать чай, и это о многом говорит.

— Подтверждаю, эта мысль здрава.

— А знаешь, чего мне захотелось?

— Домой? — с некой насмешкой спросил Пионер.

— Хах, и это тоже. А так, хотя бы грамм двести бурбона. Впрочем, и самогон бы подошёл.

— Не думаю, что это здравая идея, но, если желание твоё окончательно, мы решим этот вопрос в ближайшие несколько дней.

— А вот это уже новость. — довольно подытожил парень, поудобнее устраиваясь в кресле. — Ты сенсоры свои не выключай, разбуди меня в случае чего. Хорошо?

— Хорошо. — согласился Пионер.

— Уак! Уак!!! — прозвучал приятный женский голос. — Атха пар! Уак!

— Настя! — воскликнул парень подавшись вперёд.

— Это не Анастасия, мне жаль. Если ты хочешь возмутиться что я не уследил и не разбудил, отвечу — я всё видел, это был своего рода эксперимент.

— Понятно-понятно. Проспал так и скажи.

Парень повернулся к гостье, она сидела на привычном месте и протягивала вперёд руку. Лев хотел встать, но девушка швырнула в него маленьким круглым предметом. Шарик ударился о его грудь и упал к ногам.

— Метко. — произнёс он и поднял липкий жёлтый шар с земли.

— Хо. — произнесла она, глядя на парня. — Меда. — она лизнула точно такой же шарик и бросила его в свою чашку.

— Понял. — парень повторил за девушкой, если не обращать внимание на пыль, прилипшую к шарику, то он смог распознать этот вкус как медовую конфету, вернее медовый леденец. — Это мёд. На вкус очень похоже.

— Она сказала «меда», слишком большое совпадение, не думаешь? — насторожился Пионер.

— Думаю. — он протянул пальцы вперёд показывая конфету гостье.

— Меда. — повторила она и пальцем показала на кружку.

Парень не стал сопротивляться и бросив подарок в чашку принялся пальцем размешивать её содержимое, чем вызвал лёгкий смешок у оранжевоволосой.

— А что, не дурно. — довольно протянул он, сделав глоток. — Знать бы где найти таких леденцов. Ты мне покажешь?

Девушка прижмурилась и сделав ещё глоток, скрылась в темноте.

Глава одиннадцатая

Ночь была не спокойной. Вновь появлялся гул, приносящий после себя резкий порыв ветра. Как и в день падения, делал он это с завидной регулярностью. Лев не мог уснуть, в его голове крутилось столько вопросов что они просто не имели права не отзываться лютой мигренью. Он встал с кровати, почесал правую ногу и двинулся на улицу отлить. Открыв двери, он ощутил поток свежего, даже морозного воздуха. Сделав своё дело, дрожа от очередного порыва, он вернулся в постель.

— Эй, метеостанция, что-то прогнозы твои лажа…

***

— Не понимаю.

— Чего ты там не понимаешь?

— Не понимаю, чем вызвано данное снижение температуры. Но думаю тебе оно не страшно. Ты ведь можешь закопаться в соль.

— Ха-ха… — недовольно ответил парень. — язва твоё имя отныне.

— Я буду гордо его носить, ровно до тех пор, пока не пойму смысл твоих приоритетов.

— Долго носить придётся. — парень укрылся курткой, почесал ногу и уснул.

Проснулся он от неприятного стука собственных зубов. Выйдя на улицу Лев не поверил своим глазам, вся округа была в инее. Он быстро спустился вниз, накидал дров в ящик и с помощью верёвки поднял его к жилищу. Уже сверху он увидел комок шерсти у кострища.

— Теперь понятно зачем тебе мех. — обратился он мысленно к свинье.

Муравьям быстро было дано задание вырезать из куска метала ставни, через окно уходило слишком много тепла.

— Что-то ты совсем оплошал, синоптик хренов. Замёрзну тут к чертям собачьим и останешься здесь в одинокого. Смело сможешь выполнять свои установки и отключаться.

— Это аномалия, и я уверен, что долго такое похолодание продержаться не сможет.

— Как скажешь. Но печку я всё же затоплю.

Треск огня согревал не только тело, но и душу, принося умиротворение. В комнате стало достаточно светло, на улице же наоборот потемнело. Чёрные тучи затянули небо практически превратив день в ночь, дождь мелкой сыпью прошёлся по земле и затих, словно лазутчик, прокладывая путь основным войскам. Подкрепление долго ждать не пришлось, огромные градины застучали по камню, но особо гулко они колотили в деревянную дверь, пытаясь выпросить приглашение пройти внутрь.

— Как думаешь? — поинтересовался человек. — Что в той пирамиде? Фараон?

— Я полагаю, что существование фараонов слишком размыто и в большинстве случаев выдумано. Если они и имели место быть, то явно не так как мы можем себе это представить. Если же задуматься над твоим вопросом… Мне не известны факты нахождения хоть одного живого кристалла на всей планете земля до того момента пока их не завезли последователи Кинаотиса. Поэтому в наших пирамидах их не было. Значит ли это хоть что-то? Я затрудняюсь ответить.

— А если египетские боги и впрямь пришельцы из других планет, и Земля не единственная планета, на которой они требовали строить такие строения…

— Это не лишено смысла. В любом случае увидеть пирамиду своими глазами получиться не так скоро, как я планировал. Дождь и град существенно могут повлиять на уровень в озере.

— Как жаль, что у нас нет времени ждать… — с иронией проговорил Лев.

Вырезанный кусок металла закрыл окно, перекрыв холодным потокам дорогу. Лев наложил в печь дров потолще и упал на кровать.

— Пионер, скажи пожалуйста, какой процент того что кто-то ещё выжил.

— Если учитывать все данные, полученные при последнем обновлении, то это несомненно сто процентов.

— То есть ты хочешь сказать, что кто-то точно сейчас…

— Лев, — перебил компьютер. — я более чем уверен, что как минимум половина из капсул, влетевших в атмосферу, приземлились удачно. Трагедия могла случиться с теми, кто упал в горах или в океане.

— Значит, как минимум пять человек ходят где-то по этой планете, не так уж и плохо, не правда ли? — гаджет промолчал. — Чего молчишь Пионер?

— Мне кажется ты в опасности. Я беспокоюсь.

— Чего так?

— Я вижу признаки депрессии, она в зародыше, но уже крепко укоренилась. И ответы мои будут питать её.

— Отвечай, чего уж там.

— На данный момент вероятное количество выживших два. Один из них ты.

— А второй?

— Второй это человек на шаттле.

— Ты знаешь его имя?

— Система распознавания кодов не работала уже в момент выхода из Планковского времени.

— Понятно… Но почему ты думаешь, что остальные не выжили???

— Скажу просто, я не думаю, что они на столько же удачливы, как и ты. К тому же у них нет нано-пыли. Многого бы ты добился, если бы не твои маленькие помощники?

— Ладно, допустим выжил один. Каковы шансы его найти?

— Если он так же будет искать выживших, то весьма высоки, я засеку челнок в радиусе семи восьми километров. Если шаттл вышел из строя, то отыскать спасшегося на нём человека не предоставляется возможным.

— Как для маяка капитана у тебя слишком малый радиус поиска, тебе не кажется?

— Полностью согласен, но я создан для других задач, для поиска более подойдут маяки, но все они работают на живых кристаллах.

— И с этим ничего не поделать… я ночью всматриваюсь в небо. Я знаю ты не можешь сказать мне где мы, я и не прошу. Так вот я смотрю на звёзды и не вижу ни единого знакомого созвездия. Ни единого. И вот если мы на отшибе нашей, или вовсе в другой галактике, один вопрос терзает меня, мы здесь случайно, или эта планета была целью изначально.

— Это важный вопрос. Хороший вопрос.

— Надеюсь, что это цель. Поняв, что миссия провалена они соберут новый экипаж…

— Несомненно.

— Сколько потребуется времени чтоб снабдить новую экспедицию?

— Я дождусь… — с грустью в голосе произнёс Пионер.

— Везёт тебе…

Глава двенадцатая

Лев с Настей вошли в кабину, он собирался нажать на сенсор, он с недоумением смотрел по сторонам, Настя остановила его.

— Муравьи, нам нужны муравьи!

— Перчаток всё равно нет! — возразил он.

— Да, но у нас есть ты.

— Нет! Нет. Нет, нет, нет, не-е-ет!!!

— Пойдём со мной.

Она выпрыгнула из кабины и в этот момент вновь дала сбой система гравитации. Их сначала подбросило вверх, почти к потолку и тут же бросило на пол.

— Нет! — орал он в истерике.

— Иди ко мне… — прозвучал её тихий ровный голос.

Огонь был всепоглощающим, огонь был беспощаден, огонь был. Лев смотрел на языки, облизывающие стекло и хотел лишь одного, чтоб эта дверь не выдержала.

Он проснулся в поту. Промокшая одежда заставила тело чесаться от головы до пят. В комнате было душно, и темно. Огонь в печке погас и лишь тонкий лучик света пробивался под дверью обозначая её место расположения.

— Доброе утро! — поздоровался Пионер.

— Доброе. — ответил он и направился на улицу по пути стягивая с себя одежду. — Сколько я проспал?

— Почти сутки, местные сутки.

— Странно, со мной такого давненько не бывало.

Он открыл двери и день встретил его лёгким ветерком и ярким солнечным светом. На улице было жарко, единственным признаком непогоды была грязь, не ясно откуда взявшаяся на травяном ковре двора. На мягком иле он увидел следы не только свиньи, он увидел отпечатки людских ног, судя по размеру они принадлежали ночной гостье, и она изрядно хозяйничала здесь, оставив не один десяток следов. Но приход аборигенки мало его заботил. Лев босяком, в одном исподнем пошёл прочь. Сначала он еле волочил ноги, потом шаг ускорился и перешёл в бег. Скоро он бежал так словно за ним гналась стая волков, словно земля под его ногами горела, словно… словно ему нельзя было опоздать.

Тяжело дыша, он упал на колени перед импровизированной могилой и схватился за голову. Слёзы стекали по лицу и падали на землю, где грязь перемешалась всё с теми же неисправными муравьями. По какой-то причине земля не принимала их и выталкивала на поверхность, из-за чего их численность с каждым визитом росла.

— Привет… привет моя родная. Я так по тебе соскучился…

Он лёг и обнял рукой, созданный ним же горбок. Грязь мгновенно принялась покорять поверхность его тела, но ему было наплевать.

— Я не знаю, что мне делать. Не знаю… и даже если бы знал. Я не уверен, что хочу это делать. Разреши мне полежать здесь. Немного совсем. Совсем чуть-чуть, я не потревожу тебя. Ты приходила сегодня, ты зовёшь меня. Я иду к тебе, только передохну перед дорогой. Здесь, прямо здесь. Здесь всюду пыль… здесь всюду твой прах… знаешь, я пущу сок как Лейман и мы объединимся. Мы прорастём с тобой таким цветком или деревом что такого никогда не было на этой брошенной богами планете. Я иду к тебе. Сейчас только отдохну перед дорогой.

Он закрыл глаза, не желая более их открывать, не желая более куда-то идти, не желая кого-то искать или чтоб кто-то искал его. Единственное, он быть может ещё разок бы искупался, жара была несносной и не давала спокойно умереть. Он лежал достаточно времени чтоб грязь на его теле засохла. Он погружался в анабиотический сон, мастерски занимаясь самогипнозом. Он, пожалуй, остался бы там навсегда, но ему вдруг привиделся сон. Он видел длинный коридор, возможно это была пещера, он не мог разобрать точно. В конце его он видел знакомый силуэт. Он знал, это она. Он спешил к ней, он спотыкался, падал, подымался и снова бежал. Свалившись в очередной раз с ног, он больше не имел сил подняться, и она сама подошла к нему.

— Ты упал. — прозвучал такой родной голос. — Подымайся, что же ты. Подымайся.

— Я не могу…

— Можешь, конечно же можешь. Я помогу.

Она схватила его за руку и одним движением поставила на ноги.

— Ты поранился. Наверное, когда падал.

Лев посмотрел на окровавленную ладонь и его пробрал приступ отложенной боли. Разряд был такой силы что вырвал его из сна и заставил безвольное тело открыть глаза. Боль не стихала. Он приподнялся и увидел, что могила залита кровью, а на ладони его разошлась огромная резаная рана.

— Как скажешь Настенька, как скажешь. Подымаюсь.

Здоровой рукой он попытался нащупать предмет, о который порезался, и не найдя его, зажав раненную ладонь, парень двинулся к дому.

Промыв порез, Лев слепил его несколькими каплями медицинского клея. После чего отправился смывать с себя грязь.

— Я боялся ты уже не вернёшься. — в голосе Пионера звучало волнение.

— Я и не собирался. Тебе то что?

— Девятьсот лет — это достаточно долго. Мне кажется, это одно из самых жестоких наказаний, остаться одному. Я думал об этом пока тебя не было, и понял почему ты так хотел, чтоб я остался с тобой.

— Давай обсудим всё чуть позже. Надеюсь, мой гарпун не смыло дождём. Нужно ужин добыть.

Оказавшись на берегу ему хотелось сразу броситься с головой в воду, но здравый смысл возобладал. Во-первых, река в озере была настолько мутной что могла только сильней вымазать чем отмыть. Во-вторых, запах крови от такого пореза мгновенно привлечёт этих кровососущих тварей, и он боялся, что на этот раз это будет не одна и не две особи. Он подошёл к реке, и оглядевшись ступил в воду. От холода его пальцы скрутила судорога и он ускорился. Он отмывал присохшие коржи каждый раз вздрагивая от ледяных прикосновений своих же рук. На его плески, скоро подтянулись заинтересованные безглазые. Заколов парочку Лев решил, что для хорошего ужина этого вполне достаточно.

Лев сидел в своём кресле у костра и жарил, а бы как разделанную рыбу.

— Сегодня так. — пробормотал он.

— У нас гостья. — проинформировал Пионер.

— Плевать. Скажи, ты можешь показать фото?

— Увы, не могу.

— Так, а на хрена, тебе, тогда экран?!

Он поел пригоревшего мяса, и уснул. Проснулся он ближе к обеду от того что свинья доедала рыбьи кости и остатки мяса, которые парень бросил на землю, а не в костёр как обычно. Пнув ногой животное, не сильно, не для того чтоб сделать больно, лишь чтоб выразить своё недовольство, он сходил по большому и напившись воды уселся в кресло.

— Лев! Лев!!! — громко звучал голос Пионера.

— Чего тебе консервная банка?

— Тебе нужна помощь? Я не предназначен для диагностики, но, если ты опишешь симптомы я вполне возможно смогу найти нужную нам информацию. Такой симптом как постоянный сон не слишком сужает круг возможных заболеваний.

— Какие симптомы, ты о чём? — шептал чуть слышно человек.

— Ты проспал ещё больше суток. Ты не ешь, пьёшь один раз в день в огромном количестве воду. Тебе нужно описать мне что ты чувствуешь.

— Что я чувствую?! — повысил голос парень. — Что чувствую… да ничего, понимаешь, ничего я не чувствую. Я сдохнуть хотел, просто лечь и сдохнуть. Вот передумал. Чтоб тебе скрасить лет тридцать из твоей тысячи. Я просто хочу это пережить, понимаешь? Мне нужно отдохнуть. Отдых, поищи в своих энциклопедиях я уверен там есть такое слово.

Он стукнул по креслу раненой ладонью и заскулил от боли. Напрягшись и немного успокоившись он по привычке почесал ногу.

— Ну вот. Это ещё что за хрень.

Парень ощупывал образовавшийся на лодыжке под кожей нарост диаметром около пяти сантиметров.

— Ладно. Пройдёт, если б ещё и не чесалось.

— Ты о чём? — заинтересовался Пионер.

— Ни о чём. Погано твой сонар работает, не считаешь? Жарко то как, а…, пойти скупаться нужно…, впрочем, завтра… да, завтра точно пойду.

Лев выпил несколько литров воды и уселся на свой трон. Был белый день, но гостья уже влезла на забор и усевшись как кошка с интересом наблюдала за происходящим, вернее не происходящим, так как человек с утра до ночи не покидал одной точки.

— Лев!!! Очнись! Ты умираешь!!! Ты понимаешь это? Твоё поведение не нормально.

— Кто это сказал? — разодрал глаза парень.

— Ты отдаёшь себе отчёт что происходит? Сколько дней ты не ел? Сколько времени ты провёл в этом кресле?

— Не достаточно. Ща на озеро схожу, и обязательно посижу в нём ещё. Тебя с собой брать не буду, чтоб не нудил.

Он поднялся, и поставив на кресло ногу принялся чесать вокруг увеличившейся опухоли. Он поднял голову и увидел, что гостья сидит на своём месте. Голова её была наклонена, а взгляд буквально прожигал его на сквозь.

— Чего тебе надо? Чё ты бродишь здесь? Ходишь бродишь. Вали от сюда!

Он махнул рукой, но она никак не отреагировала, даже не моргнула. Напившись воды, Лев поднял верёвку и демонстративно перед гостьей привязал свинью, хрюшка, привыкшая к своему периодическому ограничению, даже не думала сопротивляться. Парень довольно улыбнулся и двинулся со двора.

— Осторожно!!! — заорал Пионер, наблюдая как аборигенка, с куском ветки в руке, бежала по забору в сторону Льва.

Его крик был бесполезен. Ослабленный, истощённый организм и разум не могли среагировать на угрозу и тяжёлый удар отправил парня в нокаут. Она дотащила парня до кресла и усадила его довольно ловка управляясь с не лёгким телом Льва.

— Очнись! Очнись! — орал компьютер. — Лев, у неё нож, слышишь! Нож!

У неё на самом деле был нож. Она не торопясь освободила свинью и повернувшись к Пионеру лицом провела ладонью показывая круглый живот после чего указала двумя пальцами на животное.

— Житна. Ло житна!

— Ты это мне? — спросил Пионер пытаясь не пропустить ни одного движения. — Она что? Беременна?

— Житна! Ло житна.

— Я выучил первые слова неизвестной расы…, это, это здорово. Ло — она. Житна — беременна. Ло житна! — обратился он к гостье.

— Хо! — кивнула она.

— Хо это да. Радует, что кивок у вас тоже что у многих людей означает согласие.

Она взяла верёвку и направилась к креслу.

— Может не стоит? Ты же совсем не агрессивная, да и он тоже. Он и обидеть тебя ни разу не успел. Зачем тебе нож с верёвкой?

Он бормотал всё подряд, пытаясь отговорить её от задуманного хотя понятия не имел что именно было задумано. Но наличие лезвия и верёвки не наталкивали его на добрые варианты.

— Может всё же передумаешь?

— Та корла.

— Что? — спросил он.

— Ам, та, корла. — медленно проговорила она, показывая пальцами сначала себе на губы, потом на ухо, после чего пожимала плечами и качала головой.

— Ам это точно я, ваш язык сроднён с языками земли, это удивительно. Ты не понимаешь верно. Та корла?

— Хо. — кивнула девушка и принялась прочно привязывать парня к его креслу.

Глава тринадцатая

Огонь обжигал его плоть и заставил разум вырваться из небытия. Открыв глаза Лев попытался пошевелиться, но движению поддалась только шея да пальцы. Его тело, руки и одна нога были искусно примотаны верёвками к прочному цельному дереву. Правая же нога была примотана к длинной палке лишаясь возможности сгибаться. Она торчала вперёд, и под ней уже горел костёр.

— Эй… эй, эй! — охватила паника человека. — Ты что творишь?! Слышишь? Развяжи меня! Слышишь!

***

— Лев! — произнёс Пионер. — Мне кажется она не желает тебе вреда.

— Я тебе покажу как это. Дай только вырваться, я тебя консервная банка вместе с ней, вместо угля!!! А-а-а! Как жжёт.

— Я не могу полностью представить происходящее, но огонь не настолько силён чтоб приносить тебе такие невыносимые страдания, он низко.

— Тварь!!! — заорал парень. — Что ж ты заживо меня жарить собралась? Тогда уже ножом по горлу махни, зачем мучить то?!

Она подошла ближе, хвостик словно самостоятельный организм, отпрыгнул от пламени оберегая блестящий оранжевый ворс. В руках её был нож и небольшое полено, которое она не успела бросить в огонь. Увидев, что она подходит он заорал:

— Прости, прости! Я же пошутил, — не сводил он взгляд с лезвия. — пошутил понимаешь. Ну отпусти ты меня. Отпусти. Я уйду, клянусь тебе уйду. Оставайся здесь и живи если нравиться. Я тебе всё оставлю. Мне ж ничего не нужно. Я себе хижинку построю и буду жить тихонечко, там у озера, мы и видеться с тобой не будем вовсе.

— Маан, — указала девушка двумя пальцами на Льва, после перевела пальцы на ногу и показав рубящий жест добавила: — барр.

— Что? Ты хочешь отрезать ногу? Но зачем? Нет! Не делай этого!!!!

— Маан барр, ксерра! — повысили голос она. — Маан корла, баар. Мгла вора баар.

— Нет! Слышишь нет! Отпусти, отпусти меня!!! Отпусти пожалуйста я молю тебя. Молю.

Четверть часа гостья вырезала что-то из дерева и всё это время Лев не замолкал. Он то как ребёнок повторял одно и то же слово «отпусти», то начинал её умолять, то угрожать ей, то истерично плакать. Набравшись сил, он судорожно дёргался, пытаясь освободиться, потом несколько минут отдыхал и повторял то же самое в приступе агрессии.

— Ксера! — крикнула она и прыгнув к парню нанесла ему удар первой деревяшкой, попавшейся под руку. Лев потерял сознание, а по лбу его потекла небольшая струйка крови. — Ксера там…

— Ам корла. — произнёс Пионер. — понимаю тебя очень хорошо, я хоть и не умею нервничать, но он надоел и мне.

— Хо. — не разобрав ничего кроме первых двух слов утвердительно кивнула она.

Его нога находилась над костром уже долгое время, пламя было низко и не причиняло телу большого вреда, чего не скажешь о его волосах. Аборигенка закончила резьбу, в руках её теперь была деревянная вилочка мудрёного исполнения с множеством зазубрин. Одним уверенным движением девушка прорезала его кожу по центру образовавшейся шишки. Разрез был сантиметра в два, в аккурат чтоб загнать внутрь вырезанную вилку. Вогнав её, она принялась медленно раскачивать её из стороны в сторону и пытаясь прокрутить. Она что-то говорила на своём языке, Пионер запоминал всё без исключения, но чтоб научиться понимать её, ему нужна была либо помощь, либо конечности, которыми он мог бы худо-бедно что-то показать.

По прошествии нескольких часов постоянного ковыряния, ей удалось провернуть самодельную вилку на триста шестьдесят градусов, и она положила свой нож в огонь, не прекращая медленно проворачивать рукоять. Когда нож нагрелся, она крестом рассекла кожу и извлекла вилку на которой был комок зелёных нитей, одна из них тянулась из раны словно спагетти. Она положила вилку в костёр и растянув разрезанную кожу, принялась рассматривать образовавшуюся дыру, которая совсем не кровоточила. Лев не приходил в себя, не смотря на те манипуляции, которые проводила гостья, Пионер же записывал каждое её действие.

— Ксера… — недовольно проговорила она и нагрев вновь нож принялась ковыряться острием уже в мясе Льва. Раскалённая сталь прикасаясь к плоти угрожающе шипела, и девушка морщила нос, по-видимому ей не очень нравился запах жареной человечины. Она достала из раны несколько образований, размером с пшеничное зерно и положила их в маленький кармашек на набедренной повязке.

Глава четырнадцатая

Юбилейный пятидесятый день пребывания на планете начался со зловония. Оно било в нос ядрёными парами заставляя мышцы лица формировать множество неприятных гримас. Он пришёл в сознание окончательно, но ему не нравилось то что он видел. Он был привязан, по телу пошла сыпь распространяющаяся от верёвок, растёрших кожу, на руках и вовсе проступала кровь. Но не это вызывало ужас у парня, а то, что он явно, и много раз, ходил под себя. На удивление мухи его не съели, и этот факт ему показался странным.

— Что происходит?

— Приятно слышать твой голос спокойным. — прозвучал динамик Пионера. — От твоих криков даже свинья ушла со двора.

— Почему я привязан, и кто это сделал?

— Ночная гостья, она удалила из твоей ноги какого-то паразита, я к сожалению, не особо продвинулся в изучении языка.

— Всё затекло. Ломит. Давно я так?

— Давно Лев, давно. Если тебе интересно сегодня пятидесятый день с момента крушения, вот и сосчитай, тебе полезно будет. Счёт он мозги говорят упорядочивает.

— Кто говорит?

— Затрудняюсь ответить, но вероятно, что кто-то говорит.

Лев повертел головой и увидев девушку с ведром крикнул:

— Эй, подойди пожалуйста!

— С ней будет сложно договориться. Постарайся не повышать голос, я переживаю за крепость твоего черепа.

— Спасибо за совет. — проговорил он. — Господи, как я воняю…

— Ну думаю могло быть и хуже. Два раза в сутки она выливала на тебя ведро воды, наверное, её тоже смущал запах. К тому же она поила тебя, и пыталась кормить, ел ты очень мало, но всё же лучше, чем ничего. Ты что же, совсем ничего не помнишь?

— Ничего.

Она подошла и не говоря ни слова вылила на него ведро воды.

— Вот видишь, как я и говорил.

— Слушай, — обратился Лев всматриваясь в её тёмные карие глаза. — освободи меня. Я понимаю ты, наверное, не без причины связывала меня, но всё прошло.

Она посмотрела на него и принялась объясняться жестами, так чтоб он понял.

— Маан. — она указала на него двумя пальцами.

— Я. — произнёс парень, пытаясь пальцем указать на себя. — Лев. Лев.

— Лев. — повторила она.

— Да, именно так, меня зовут Лев.

— Остановись. Ты всё портишь. — произнёс Пионер. — Ты должен говорить минимум, говорить лишь то что точно понял. Ты сказал Лев, и она поняла, что это твоё имя, но фраза меня зовут Лев, собьёт её с толку. Чтоб научиться её понимать, тебе придётся говорить мало, и только по делу.

— Лев. — вновь указал он на себя пальцем после перевёл палец на неё.

— Ма Лис Сан Хаш.

— Ма…

— Ма Лис Сан Хаш. — повторила она, указывая на себя.

— Ма Ли Сан Хаш.

— Хо. — улыбнулась она.

— Хо это да. — подсказал компьютер.

— Лев шах? — спросила она и пальцами показала весьма понятный жест обозначающий ходьбу.

— Шах? Идти?

— Хо. Лев шах эсело? — она показала на лужу и развела руками словно пытаясь увеличить её в размерах. — Эсело. Лев шах эсело?

— Я не понимаю.

— Думаю, — вмешался Пионер. — она имеет ввиду озеро. Ты очень часто упоминал его за последние дни. Ей интересно ты пойдёшь к озеру?

— Как ты говоришь да по-ихнему? Хо? Тогда хо. Помыться мне просто необходимо. Да. Хо.

— Там! Там! — замотала она головой. — Там. Лев та шах эсело! Та шах!

— Но мне… — начал он, но она его перебила. Её пальцы указали сначала на себя, потом на ведро, потом на лужу, потом на него.

— Я так понимаю она сама принесёт тебе воды.

— Не тупой, догадался. Хо.

Вечер принёс долгожданную прохладу, но не только этим он был удивителен. Не смотря на полное отсутствие аппетита, Лев радовался этому ужину, сегодня он ужинал не один. Малисанхаш запекла в глине моллюсков, они были весьма вкусны, но организм отказывался принимать в себя больше нескольких маленьких кусочков. Теперь, у нового очага, они сдвинулись метров на пять ближе к скале, его глаза перестали отзываться давящей болью, вызываемой солнечным светом, и он мог разглядеть спасительницу. В ней было не более пол сотни килограмм, двигалась она, слегка подавая туловище вперёд уравновешивая положение длинным хвостом. Кожа на ногах её огрубела, такова цена отказа от обуви, а волосы, волосы и кисточка на конце хвостика сводили с ума своим ярким оранжевым цветом. Теперь, когда в его глаза вернулся разум, он вновь стал ей интересен и она внимательно следила за его повадками.

— Я бы не откладывал в долгий ящик изучение языка. — прервал тишину Пионер. — Для начала попроси назвать то что видите, когда моя база будет побогаче я смогу применять алгоритмы смысловой расстановки слов. Они отлично сработают в нашем случае. Её ход мышления и порядок слов идентичен. К тому же многие слова созвучны.

— Малисанхаш, — парень указал на неё. — Лев. — указал на себя. — огонь. — указал на пламя.

— Хо. Огне.

— Дерево. — он указал на растение.

— Сток.

Он хотел показать что-то ещё, но она остановила его. Она подняла два пальца и указала в небо.

— Зорне. Зорна, зорна, зорна, зорна. Зорне.

— Да, да. Звёзды. Все не пересчитаешь.

— Не говори лишних слов! — вмешался Пионер. — Ты мне мешаешь!

— Звезда. — повторил он, указывая один палец. — звёзды. — попытался он охватить небо руками.

— Маан пат?

— Манпат? — закачал головой он.

— Ло та корла. — вмешался Пионер.

Она кивнула, взяла камень, подняла и бросила.

— Пат. — показала она пальцы вниз.

— Упал.

— Лев пат Зорна?

— Как ей объяснить то, не подскажешь?

— Много лишних слов. Объясни просто, как есть. — ответил Пионер.

— Хо. Лев пат зорне.

— Лев зорнешах. — она расплылась в улыбке оголив свои остренькие, белые клыки.

Глава пятнадцатая

Семнадцать дней понадобилось Пионеру чтоб он смог вольно общаться с Малисанхаш. Его словарь был далёк от совершенства, он бывало переспрашивал и задавал уточняющие вопросы, но с каждым днём это происходило всё реже. Пионер превратился в переводчика и всё реже высказывал свои мысли, что иногда раздражало ранимую запрограммированную душу. Малисанхаш прижилась у них во дворе и очень редко уходила, и если она и делала это, то возвращалась через считанные часы. Теперь Лев знал где ловить рыбу, как её ловить и какую. Теперь у планеты не было перед ним секретов, по крайней мере, что касается рыб, зверей, фруктов, трав, орехов и всего остального. Он знал, что племя девушки живёт по ту сторону гор, на другой части материка и она своего рода ушла познавать мир. Он знал, что купаться в его любимом озере нельзя. В нём водятся водоросли паразиты, они откладывали семя в животных. Семя прорастало и выделяло особый яд, сводящий носителя с ума, он вызывал жар и жажду, но самое главное он заставлял жертву прийти к воде в нужный момент. Зайдя в водоём жертва будет парализована и водоросли организуют новую колонию. Девушка с удовольствием отправлялась на поиски других выживших которые всё сильнее отдалялись от места их обитания. Так же она научила ходить мокрыми тропами, это те пути где всегда, в пределах нескольких часов пути, можно добраться до воды. Необходимость эта назревала в связи с наступившей засухой. Лев не особо ощутил изменения погоды, и поднявшаяся дневная температура не так уж допекала человеку. В очередной раз отправившись за рыбой они проходили мимо злосчастного озера, из которого в пару метров над поверхностью воды, торчала верхушка пирамиды.

— Пионер, твоя пирамида проросла. Только я не горю желанием её осматривать.

— Разумно. — ответил тот. — Скажи Малисанхаш, ты знаешь, что это?

— Конечно. Это жилища тех, кто ходит по звёздам. — ответила она. — Я знаю, как минимум ещё одно такое жилище. Но нам запрещено подходить к ним.

— А кто ни будь видел этих существ? Разумеется, мы не считаем Льва. Я о других говорю.

— Давно. Много поколений назад. Они даровали нам свободу от рабства. Победили тех, кто называл себя хозяевами. Мы чтим их.

— Уверен внутри мы найдём много интересного. — сказал Пионер. — Вопрос лишь в одном, затоплена она или нет.

— Отправим муравьёв? — спросил парень. — Если камень не слишком твёрдый, то они быстро смогут проделать шахту.

Пионер говорил постоянно так как переводил для Малисанхаш слова Льва и наоборот.

— Нет! — возразила она. — К пирамидам запрещено приближаться!

— Конечно. — согласился Лев. — Но я тоже тот, кто ходит по звёздам, на меня этот запрет не действует. Но сначала нам нужна лодка. Повторю, я в воду не полезу.

Муравьи изготовили великолепную кровать, которая стояла на улице. Малисанхаш ни при каких условиях не заходила в искусственную пещеру. По-видимому, запрет на приближение к пирамидам, распространялся и на жильё Льва.

Они ужинали печёным корнеплодом, очень похожим и внешне и по вкусу на репу, и мясом зверя похожего на крысу и на лягушку одновременно.

— Малисанхаш. — обратился парень. — Можно я буду называть тебя сокращённо — Малиса, или ещё лучше — Лиса. На моей планете есть такой зверь у тебя волосы практически такого же цвета как её шерсть.

Парень протянул руку и погладил лежащую рядом кисточку её хвоста.

— Там! — вскочив на ноги закричала она. — Там! Там!!!

— Это значит нет, — переводил Пионер.

— Прости. — Вернувшись на место проговорила она. — Никогда не делай так больше. Без спроса никогда не делай. Ты меня оскорбляешь.

— Прости я не знал.

— Хорошо. — натянула она улыбку. — Можешь звать меня Лиса если тебе так нравиться. Но можно тогда я буду иногда называть тебя «зорнешах»?

— Да называй как хочешь, по голове главное больше не бей.

— Хорошо. — ответила она и улыбнулась теперь уже искренне.

Найти деревья для плота не составило труда. Лодку Лев отмёл сразу, лодка могла перевернуться в воде при стечении определённых обстоятельств. Плот был надёжнее и быстрее в изготовлении. Спускать его на воду пришлось с той стороны где впадал солёный ручей, чтоб не лазить по пояс в иле. Лев был весьма осторожен и выполнил задачу, не замочив единого пальца.

— Я уйду до вечера? — спросила Лиса с неким волнением в голосе.

— Что-то случилось?

— Нет, я хочу приготовить особый чай, но он растёт далеко, я до темна успею.

— Может вместе пойдём? Я только команду муравьям дам и в путь.

— Да нет, я сама. Ты лучше мёда насобирай. Помнишь где?

— Вроде помню. Металлический подскажет если что.

— Отлично. Смотри чтоб сильно не погрызли, эти муравьи в отличии от твоих кусаются.

Она улыбнулась, махнула рукой и ускакала в лес вдоль солёного ручья. Лев взял весло и запрыгнув на плот принялся грести к торчащему из воды пику. Управлять плотом оказалось не так просто, как ему могло показаться, он постоянно плыл не туда куда было нужно парню. В один момент он наплыл на остров из водорослей и по телу его побежала дрожь. Нет не от воспоминаний болезни, этого он как раз и не помнил, от того что водоросли эти переплетали черепа и позвоночники разных животных. Ему даже показалось что он увидел в воде человеческий череп, но быть уверенным что это именно так, он не мог.

Плот коснулся камня и Лев ступил на высохшую ступень. Представив себе люк с лестницей уходящий вниз до ближайшей камеры, он открыл коробочку и выпустил нано-пыль. Та без колебаний принялась стирать камень, нарезая его кусками, которые можно будет без особых усилий достать и выбросить.

— Ты уверен, что здесь есть кристалл? — спросил парень.

— Да, мои схемы гибридные, в них используется как старые принципы с урановой батареей, так и новые с носителями и системами на живых кристаллах. Поэтому я словно бы чувствую себе подобное творение. Странно, но твой маяк я практически не замечаю даже, находясь в непосредственной близости. Но разновидностей кристаллов нам известно десятки, и сотни я думаю ещё не известны.

— И какова вероятность того что там нет воды?

— Если это обычное здание, то ноль. Но если это жилище расы, которая управляла кристаллами, то вполне возможно, что нам повезёт.

— Разве везение — это та величина, на которую стоит полагаться аналитическим системам?

— Согласен, не красиво получилось. Но как есть.

***

После озера он отправился к месту падения корабля, ему необходим был металл для карабинов, крюков и всякой всячины. Если капитанская бритва его не подводила, то ножницы, при последнем использовании, сломались на втором ногте левой ноги. И это была проблема.

Проросшие на выгорелом поле недавно травинки пожелтели, от чего это место стало ещё более тоскливым. Нано-пыль, устилавшая ранее несколько десятков квадратов земли, видимо окончательно потеряв способность к взаимосвязи исчезла, ветер разнёс её по степям и лугам развеяв вместе с ней и надежду Льва увеличить свой муравейник. Найдя всё необходимое он, зашёл на могилу и посидев там с минуту, пустил ноги в сторону дома, о медовых леденцах здешних муравьёв он конечно же забыл.

Ещё не дойдя до двора, парень услышал волшебный запах, этот запах невозможно было спутать ни с чем, запах жареной свинины. Он вошёл в свои владения и увидел порхающую Лису.

— Солнце ещё не село, — довольно молвила она. — а я уже вернулась и приготовила ужин. Мне удалось словить молодого поросёнка, это плата за жизнь беременной хрюшки. А ещё будет запечённый древесный гриб. Редкость в эту пору.

— Разбалуешь меня, домой не отпущу.

Она замерла и не поворачиваясь к парню проговорила тревожно:

— Так и не отпускай.

Ужин их затянулся, Лиса всё варила свой чай, который к слову пах как-то совсем не аппетитно, и расспрашивала о звёздах. Как выглядела планета на которой жил Лев её тоже интересовало, но только чуть, ведь она была похожа на её планету. А вот звёзды, как устроены системы и галактики, что такое живые кристаллы и как выглядят крейсеры способные прыгать меж звёзд, это всё приводило её в дикий восторг.

Когда ведьмино зелье, как назвал его Лев, было готово, девушка поднесла две кружки и протянула одну Льву.

— Пить нужно сразу. Всё сразу, оно не сильно горячее. — произнесла она и осушила свою чашу.

Лев повторил за ней и в глазах его поплыло. Он пытался что-то сказать, но язык не слушал его, возможно он говорил, но тогда уши не воспринимали собственные слова. Его тело провалилось в лёгкое состояние невесомости, а разум поддался ощущению некого блаженства. Он больше не отдавал себе отчёт, кто он, где он и когда он.

Глава шестнадцатая

— Светило уже высоко, не кажется ли тебе что пора просыпаться. — заметив движение Льва произнёс Пионер.

— Пожалуй. — ответил он.

На самом деле был самый что ни на есть рассвет. Лев чувствовал себя бодрым, здоровым и полным сил и желания действовать. Девчонки нигде не было, но рядом стояла кружка ещё горячего земляничного чая и ведро с чистой, холодной водой.

— Я давно так не высыпался.

— Не знаю, что за чай она тебе заварила, но он явно психотропный, в здравом рассудке ты бы до такого не додумался. Возможно отвар так же повлиял на твой организм тонизирующим образом, но я склонен считать, что это банальная химия тела.

— Пусть так. Но чувствую я себя здорово. Даже нога не болит.

— Пусть так, — повторил за человеком компьютер. — но я всё же считаю большой ошибкой вступать в половую близость с представителями инопланетных рас. Мы не можем быть…

— Что?

— Мы не можем быть уверены в том, что это безопасно для обоих из видов.

— Нет, что ты считаешь ошибкой?

— Половая связь с представителями иных рас.

— То есть? Мы? — парень вновь сел.

— Отсутствие данных воспоминаний плохой знак. Тебе стоит с осторожностью подходить к её меню. Я не говорю, что она намерена причинить тебе вред осознано, но она может навредить, не зная отличия между вашими физиологиями. В добавок, венерические заболевания очень опасны. То, что для одних является нормой микрофлоры, для других является губительным. Это не обязательно, но возможно.

— Хватит, понял я тебя. К тому же об этом поздно думать.

— Вероятно, что поздно.

Её не было целый день. Лев занимался намеченными делами, он посетил пирамиду и выкидал из образовавшегося колодца добрую тону кирпича. Он вспомнил о просьбе Малисанхаш и накопал муравьёв которые в своих телах хранили шарики с кристаллизованным мёдом. Пальцам его изрядно досталось, но мысли его были далеки от укусов. К вечеру он поймал крупную рыбёшку и запекал её используя отшлифованный вручную кусок листового метала. Ему пришлось приложить не мало усилий, но отрывать от работы нано-пыль он не хотел.

Она пришла только тогда, когда в небе появилось ночное светило. Она не вошла во двор, связки с плодами и крупными листьями она бросила вперёд и неподвижно стояла, опустив голову.

— Ты чего там стоишь? — спросил Лев, и Пионер незамедлительно перевёл.

— Жду. — ответила она. — Возможно ты не желаешь меня видеть.

— С чего это? Подходи скорей, ужин готов, я не ел ещё, тебя ждал.

Девушка подошла, положила свою добычу и молча села в сторонке, скромно положив хвостик себе на колени. Лев отрезал ей кусок распадающегося мяса и слегка присолив преподнёс ей тарелку. Она взяла не поблагодарив. Когда трапеза была окончена он произнёс:

— Зачем? Зачем ты это сделала? — Пионер перевёл.

Она посмотрела на Лава, потом посмотрела на Пионера. Она поднялась, взяла гаджет и отнесла его к скале, закрыв там в нише вместе с разными запасами. Вернувшись она села поближе к костру. Парень последовал её примеру и усевшись рядом взял её за руку, ладонь её вспотела, выдавая тревогу.

— Зачем? — повторил он вопрос.

Она не ответила. Она указала пальцами на рот и отрицательно замотала головой, потом указала на лоб и вновь замотала. Лишь когда она указала на глаза она закивала утвердительно.

— Губы — нет. Голова — нет. Глаза — да. — повторил он за ней. — слова и мысли не говорят правду? В отличии от глаз?

Она пожала плечами и словно кошечка перебралась ему на руки, прижимаясь к его груди головой. Через четверть часа она взяла кружки и наполнила их вчерашним отваром, стоящим в стороне. Она протянула чашу парню дрожащей рукой, Лев не стал перечить, но сегодня он выпил на треть меньше вчерашнего.

Глава семнадцатая

Лев стоял неподвижно, спина его прижималась к дереву пытаясь слиться с могучим стволом. Он выглянул ещё раз, в надежде что ему примерещилось, показалось. Но взгляд его не подводил, он отчётливо видел чёрный скелет с множеством тонких нитей-жил приводящих его в движение. Он шёл медленно, по несколько минут оставаясь на месте после каждого шага, и двигался он в сторону жилища. В какой-то момент парень упустил его из виду и тот исчез. Так заканчивался восемьдесят третий день на неизвестной планете. Лев пытался понять где он, осматривал даже верхушки деревьев, но безрезультатно. Пионер остался в лагере пытаясь разобрать значение нескольких десятков слов, выданных накануне Малисанхаш. И сейчас парень очень жалел о таком своём решении. Постоянно оглядываясь он добрался до убежища и схватив Лису и компьютер потащил их в пещеру.

— Что случилось? — задавал вопрос Пионер и от себя и переводя слова девушки.

— Быстрее! Быстрее. — подгонял парень, заталкивая её по ступеням.

Когда они оказались внутри, а засов запретил двери открываться, Пионер произнёс, не обращая внимания на слова девушки, льющиеся постоянным потоком:

— Я полагаю мы в опасности?

— Верно, — открыл флягу и сделав несколько глотков ответил парень. — кроны здесь. Во всяком случае один из них.

— Это… — он немного помолчал, после чего неразборчиво крикнул на языке Лисы, и та сразу же умолкла. — Это один из засекреченных фактов который я не мог тебе рассказать, но так как ты сам узнал об этом мы можем обсудить.

— Что?! Ты знал, что кроны обитают на этой планете и не сказал. Они же не ведут никаких переговоров и сразу атакуют. Ты не просчитал что данную информацию ты должен был донести сразу после своего долбаного приветствия!!! — Лев злился и каждое его слово было пропитано страхом.

— Информация о присутствии здесь кронов размыта. Ваши учёные полагали что они когда-то здесь проживали, но что-то или кто-то их заставил бросить эту планету.

— Учёные… — Лев опустил голову и сжал губы. — Я полагаю, что данная планета не имеет ничего общего с проектом почтовая станция. Верно?

— Я не могу ответить.

— Верно?!!! — заорал он, заставив Лису дрогнуть.

— У тебя нет доступа…

— Отвечай жестянка, доступ мне открылся сразу как я встретил эту хрень!!!

— В моей базе данных нет списка координат планет проекта почтовая станция, даже если бы я хотел тебе ответить я не знаю. Мне не с чем сравнивать. А теперь пожалуйста, намотай свои сопли на кулак и успокойся. А то наша прекрасная дама, глядя на твою истерику будет спать с местными собаками, а не с великим зорнешахом, или того лучше, вернётся домой, где ей отрубят хвост и запрут в темнице до конца её дней. Жрецам на потеху.

— Что?

— Не знал, что у тебя имеются проблемы со слухом. А теперь скажи наконец, что ты видел?

— Это был скелет, из чёрного металла, обвешанный тысячей нитей вместо жил. Он двигался сюда.

— Это не похоже на то как описывают кронов. Но мы не знаем достоверно их физиологию.

— Спроси у неё, она видела что-то подобное?

Пионер перебросился с девушкой парой фраз и ответил:

— Нет. Никогда. Что-то здесь не сходится. Кроны — это биомасса, они создают скелеты и вживляют их себе, иначе все они были бы как осьминоги. Как металлический скелет мог двигаться без тела?

— Я не знаю, в следующий раз обязательно спрошу.

— Надеюсь не придётся. На этой планете, есть ключ к пониманию природы кронов, если это потешит твоё эго, эту информацию, кроме тебя, знают ещё человек сто, максимум. Задача стояла простая, отыскать это что-то.

— Планета не маленькая.

— Верно. Но даже в аварийном состоянии, программы крейсера пытались направить его падение в тот район где мы находимся.

— Направить? Я видел взорванные двигатели. Чем ты там пытался себя направить?

— Путём стравливания воздуха и локально направленных взрывов конечно. Я давно хотел извиниться что так вышло с Анастасией. Но это заложенные алгоритмы, которые допускают потери.

— Что ты сейчас сказал?

— Ждать, когда система гравитации восстановится не было времени.

— Нет!!! — он схватил Пионера и бросил в стену, после чего вновь поднял и принялся бить его о камень, он бил до тех пор, пока рука его не отозвалась знакомой, но забытой острой болью в глубине костей. — Тварь! Тварь!!!

— Материалы, из которых я выполнен выдерживают крушение крейсера. Не переживай, ты не сможешь мне навредить и смело можешь выплеснуть на мне свой гнев. Так же попрошу не забывать, что я храню информацию о тех событиях, но формально, принятие решений лежало на другой подобной программе.

Лев отполз в угол и обняв колени заплакал. Лиса порывалась утешить его, но он рявкнул на неё что-то невнятное и она отпрыгнула в сторону.

— Что произошло? — спросила она, подымая гаджет с пола и отходя ближе к выходу.

— Я рассказал ему что виновен в смерти его женщины. Я буквально сжёг её заживо.

— Но зачем?

— Так было необходимо. Я не хотел этого, просто неудачное для неё стечение обстоятельств. Люди сказали бы что она оказалась не в том месте не в то время.

— Они были близки? — сочувственно спросила она.

— Да, на сколько это возможно. Полагаю, они планировали создать семью.

— Зачем ты рассказал ему? Это жестоко.

— Я полагал что так правильно, мне своего рода хотелось это сделать с самого начала.

— Не стоило. Не сейчас во всяком случае. Рана, которую постоянно тревожат так или иначе загниёт. Ты навредил ему, даже не понимаешь на сколько. Я понимаю, что тебе стало легче.

— Я не испытываю чувств, я машина, искусственный интеллект.

— Я не поняла половину из того что ты сказал. Но тебе стоило потерпеть. Время само подсказало бы подходящий момент облегчить душу.

— Возможно ты права, а теперь положи меня на окно, если я засеку что-либо подозрительное я дам знать.

Лиса выполнила поручение и подойдя ко Льву села тихонечко в полуметре от него.

Глава восемнадцатая

Ни вечером, ни ночью никто не напал. Лев, как ни в чём не бывало, оглядел двор, кроме горстки принесённой ветром испорченной нано-пыли, из последних сил пытающейся держаться рядом, ничего не изменилось.

— Твои муравьи смогут сделать мне копьё? — спросила Лиса.

— Мог бы и не переводить, а ответить сам. Ясен хрен что могут. Но не сейчас, они заняты.

Парень повернулся и увидел лицо девушки. Пионер ещё не перевёл его слова, но она казалось всё поняла и с обидой и сочувствием смотрела на парня.

— Я подумала если у нас появился враг, то было бы неплохо иметь что-то более весомое чем нож. Я правда не знаю, чем копьё поможет против металлического скелета…

— Прости. — смягчил тон парень. — Ты не виновата. Прости. Мы сегодня отправимся на пирамиду, и я отвлеку их ненадолго.

Они позавтракали молча. Лев выбрал железку, подходящую для изготовления копья, и попросив найти хорошую рукоять, отправился к пирамиде. Ещё вчера он крепко решил, что они будут везде передвигаться вместе, что ни при каких обстоятельствах они не будут оставаться без Пионера сканирующего ближайшую территорию, но сейчас он хотел побыть один.

Он добрался до пирамиды, вода упала, обнажив ещё с полтора два метра, теперь парень мог ощутить хоть немного величие этого строения, спрятанного в толще озёрных вод. Он отозвал муравьёв и дав им новую задачу принялся подымать по лестнице блоки и выбрасывать их в воду. Колодец был сухим, вода не проникала сквозь камень что оставляло надежу застать камеры внутри пирамиды сухими. Боялся Лев сейчас одного, что ни одна из камер, ни один ход не будет проходить через центр пирамиды. Тогда на поиск уйдёт на много-много времени больше чем ему хотелось. Высота пирамиды, если верить Пионеру, двадцать три метра, плюс какая-то часть может оказаться под слоем ила. Лев отогнал от себя эти мысли. Ему было бы проще выполнять эту работу вдвоём, чтоб Лиса грузила внизу блоки в ящик, а он наверху вытаскивал их за верёвку. Но если подведёт верёвка, узел, ящик или руки Льва, ящик весом в двадцать тридцать килограмм падающий с высоты десяти метров… И об этом Лев не хотел думать.

Он закончил поздно и ему необходимо было ускоряться чтоб добраться к дому до заката. Он до сих пор, а теперь так тем более, не хотел передвигаться в тёмное время суток. Лиса ждала его на берегу, в руках её были чищенные орехи и кусок печёного корнеплода похожего на репу. Лев молча принял угощение обменяв его на наконечник, и не желая разговаривать двинулся вперёд.

— Свари зелье, да покрепче. — проговорил парень за ужином.

— Уже сварено. — улыбнулась она пытаясь поймать его взгляд. — Пионер говорит нужно что-то найти, и это связано с пирамидой. Я знаю где есть ещё одна, и это не так далеко. Возвращаться придётся по ночи, но вдруг это поможет.

— Хорошо. — ответил он и принялся прилаживать наконечник к рукояти, вышло довольно неплохо и главное быстро. — Поздно уже. Спать пора.

Он поднялся, и обмывшись в корыте нагретой за день водой, отправился в дом. Девушка последовала его примеру, после чего взяла отвар, положила гаджет на окно, и вошла в пещеру. Протянутая кружка с варевом осталась полной, ей он так же не разрешил его пить. Одежда слетела на пол. Он подхватил её на руки, усадил на кровать и сев на колени поцеловал. Она пыталась сопротивляться, он в темноте видел её белые округлённые глаза, но скоро она расслабилась.

Всё произошло быстро, во всяком случае ему так показалось, да он и не хотел дольше. Он выпил зелье и лёг спать, она, немного посидев, вновь последовала его примеру.

Эффект зелья был удивителен. Ноги сами несли их вперёд даже не задумываясь об усталости.

— У нас так не принято. — проговорила она улыбаясь.

— Что именно?

— Всё! Утехи без зелья запрещены, и наказание жестоко.

— В чём смысл зелья, я от него не помню ничего.

— Говорят со временем привыкаешь и помнишь всё, главный эффект после, на утро.

— И как тебе без зелья?

— Это сложно описать, это так небесно. Я словно летала. А за твои поцелуи нас скорее всего обоих казнили бы.

— Хорошие у вас устои, и как, нравится так жить?

— Наверное, если бы нравилось, я бы сейчас не была здесь.

— И то верно.

— Кстати, я ещё хочу.

— Быстро ты от обычаев отказываешься. — улыбнулся он.

— И пусть. — ответила она, вглядываясь в даль.

***

Они позволили себе лишь один не долгий привал, и через семь часов с небольшим добрались к цели. Она стояла под скалой, два угла её до двух третей высоты были засыпаны землёй на которой росли деревья. Ступени её покрылись мхом и травой. Нижние несколько ярусов были в сколах и глубоких трещинах, и всё равно, это было величественное сооружение.

— Высота пирамиды тридцать девять метров. — произнёс Пионер. — От неё исходит такой же энергетический фон как от затопленной, только этот сильней.

— Пойдём поглядим. — проговорил Лев рассматривая хорошо заметную арку входа по центру.

— Я не пойду внутрь. — проговорила Лиса остановившись метрах в десяти.

— Да брось. — достаточно мягко проговорил парень. — Это всего лишь обычаи и суеверия.

— Я понимаю, но я лучше всё же останусь.

— Я не могу оставить Пионера, он указывает путь. — заменил он слово радар зная, что его не удастся перевести.

— Ничего, я подожду здесь.

Лев двинулся вперёд. Он миновал арку метра три высотой, и достав фонарик и пистолет шагнул далее. В десяти шагах была толстая каменная дверь, она была открыта на половину, но этого было достаточно чтоб пройти. Он попытался её толкнуть, но она монолитом стояла на месте. За дверью, за ещё одним коридором оказалась комната, в дальней стене которой была ещё одна арка.

— Эта комната идеальный куб. — проговорил Пионер.

Парень посветил по сторонам, ни на потолке, ни на стенах не было никаких надписей или знаков.

— Где кристалл?

— Дальше. За дверью.

Лев подошёл к двери и попробовал пихнуть её в разных местах, его действия никак не повлияли на положение каменной плиты. Он постучал по ней Пионером, звук был звонким, это был огромный толстый кусок камня.

— Ты всё равно из крепких материалов, не так ли? — спросил он, вешая гаджет обратно на пояс.

— Это так, но это не значит, что ко мне стоит приделать ручку и колотить гвозди.

— Согласен. Тебя стоит использовать как якорь, бросить один раз где поглубже и обрезать верёвку, мол случайно порвалась. Те программы, те алгоритмы что в тебя заложили они преступны. Ты должен был заботится в первую очередь об экипаже, а потом о миссии.

— Я принимаю, и понимаю эту критику. Я лишь хочу ещё раз напомнить, формально эти решения принимала другая программа, и такие её решения были одобрены высшим руководством.

— Лейман… — заскрипел зубами парень.

— Не обязательно он, но если учитывать, что он был среди немногих выживших, то скорее всего да. — голос Пионера звучал неестественно строго.

— Ладно, ловить здесь нечего, освободятся муравьи вернёмся. Здесь хоть ясно направление, быстро справимся.

— Лев! — донёсся голос с улицы. — Зорнешах! Лев!!!

Парень бросился к выходу. Он выбежал за дверь и увидел бегущую за Лисой тварь. Оно походило на медведя только пасть его была намного шире, а на переносице располагались четыре разного размера рога. Лев прижался к стене, но боялся открыть огонь, он боялся ранить девушку. Она словно поняла его, резко развернулась и метнула копьё. Острие попало в плечо и зверь, заревев поднялся на задние лапы. Девушка уже стояла около парня, когда он выпустил в тушу всю обойму. Это количество свинца свалило бы многих, но зверь, чувствуя, что добыча загнана в угол, не спеша двигался вперёд. Лев затянул Лису за дверь и принялся изо всех сил толкать камень.

— Оставь меня снаружи! — крикнул Пионер, но его не слушали.

Они упирались как могли, пытаясь сдвинуть тяжеленую плиту.

— Давай! Давай! — орал парень. — Ну! Закройся ты пожалуйста! Давай!

И дверь поддалась. Она захлопнулась, издав то ли хруст то ли щёлканье. Зверь ударился несколько раз в преграду, но она была ему не по зубам.

Глава девятнадцатая

Пыль посыпалась с потолка от щелчка двери подарив беглецам короткий приступ счастья.

— Я же говорил, — произнёс Пионер. — оставь меня. Находясь снаружи я бы мог видеть зверя, видеть если он решит уйти, я бы предупредил вас, когда можно выходить.

— Прости! Я в тот момент думал о том, чтоб нас не сожрала эта тварь.

— Хорошо. Я лишь указал на ошибку, для того чтоб в следующий раз ты был более собран и реагировал немножечко быстрее.

— Если он будет, это следующий раз. — добавил парень.

— Я понимаю, что это в твоём духе, но предлагаю так быстро не сдаваться.

В этот момент Пионер зазвучал двумя голосами, один низкий мужской, он произносил им слова на языке Лисы, второй высокий женский, вещавший на языке человека.

— Чего это ты? — поинтересовался Лев.

— Я могу одновременно общаться на двух языках, но голоса мои сольются, поэтому выбрал самый отличный по тональности голос чтоб одновременно переводить. Так будет легче вести диалог.

— Раньше не мог додуматься?

— Раньше не было нужды. Если же, на-то пошло ты бы мог запросить пособие по изучению неизвестных языков и внести правки и корректировки, но ты этого не сделал о великий предводитель.

— Я сейчас не пойму, я что ли во всём виноват? — Лев нахмурил брови. — Идея с новой пирамидой тоже моя? Да?

— Вот об этом я говорю. Ты ведь не виноват. Идея её. Решил конечно же ты, но идея её. Удобно, когда есть на кого свалить. — девушка в этот момент изучала вторую дверь и виновато наклонила голову.

— Я не сваливаю…

— Сваливаешь!!! — заорал двумя голосами Пионер и он был взбешён. — Как ты попал на крейсер? Как отобрался? На эту миссию людей подбирали годами, десятилетиями, откуда появился ты. Ты же бестолковый, ты трутень, живущий всю жизнь за счёт других.

— Не говори так, это не правда.

— Не правда? Разве ты не был самым известным учеником? Был. Многие преподаватели готовы были ставить тебе высший бал за средние показатели только потому что твой имплантат может управлять нано-пылью. И всё равно ты умудрился завалить экзамены. Не подскажешь как ты получил свой диплом?

— Я…

— Я… — скривил голос компьютер. — Я не знаю, там что-то пересчитали. Я знаю, что ты ответишь. Ты даже понятия не имеешь кто всё это устроил. Ах, почему не имеешь, имеешь, даже, наверное, знаешь наверняка. Так вот вопрос: ты поблагодарил этого человека? Поблагодарил? А как если не секрет? Я тебе скажу. Три целых, семнадцать сотых секунды это много, это вечность в каком-то смысле, ровно столько времени ты тупил до сбоя системы, столько времени ты ждал, когда Анастасия вышла.

— Это было её решение!!! — заорал парень и швырнул гаджет в стену заставив Лису визгнуть. — Она выпрыгнула из кабины…

— Это было верное в перспективе решение не так ли? Ты конечно сразу бросился ей помочь. Ну как полагается сильному ответственному представителю сильного пола. Верно? Верно? — Заорал словно бешеный динамик, если бы у него была такая функция он бы брезжил сейчас слюной.

— Нет! Нет!!! Не бросился!!!

— Верно. — успокаивался пионер. — Ты остался ждать, ждать пока она всё сделает. Как и всю твою жизнь. Обижаясь на вселенную что лишила тебя возможности управления кристаллами, ты считаешь, что она тебе что-то должна, она обязана помогать тебе такому талантливому, такому замечательному, такому обделённому. Кстати, а как там Ольга Николаевна?

— Не трогай маму… — сквозь зубы процедил он.

— Ну почему же? Расскажи, как ты её любил, как заботился о ней. Не забудь упомянуть, когда ты видел её последний раз живой.

— Заткнись!!!

— Кстати, ты попрощался с сестрой перед отлётом? Я ведь знаю, как часто ты её навещал, как поздравлял её со всеми праздниками не так ли. Хорошо, что добираться до неё всего пару часов.

— Заткнись. — он подбежал и пнул железку. — Заткнись!

— Или я что-то попутал… Ах да, ты ведь забыл за неё. Ведь двенадцатилетней девочке, оставшейся совсем одной не нужен брат. Самый близкий оставшийся человек. И это так. НЕ НУЖЕН. Такой, не нужен.

— Она не одна, она у родни.

— Да, всё верно. Они справятся. Они ей помогут! Они, он, она, кто угодно, но не ты. Идеально.

— Зачем ты так? — боязно спросила девушка.

— Вот видишь? Она за тебя переживает, боится, что я делаю тебе больно. А ты о ней подумал, ты даже не помнишь почему она здесь, почему не возвращается домой. Это ведь не твои проблемы верно? Решиться как-то, само. Кто-то ей поможет.

Лев молчал, он больше не пытался отвечать, и не пытался спорить.

— Зачем? — повторила она свой вопрос и Пионер ответил только ей:

— Я бы хотел, чтобы на его месте был кто-то другой, наверное, любой с корабля, на котором мы летели подошёл бы больше. Но есть он. И теперь моя жизнь, моя миссия, думаю во многом и твоя жизнь, зависит от него. Он либо пусть осознает это, и примет роль командира пусть очень маленького, но всё-таки племени. Либо пусть отправляется к озеру, водоросли с пиявками будут рады.

— Я думаю, что они должны стать в очередь. — попыталась улыбнуться она.

— И так, — произнёс Лев и поднял гаджет с пола. — что мы имеем?

— Как вы можете заметить у нас две двери. Одну мы не можем открыть, за второй зверь, желающий полакомиться вашей плотью. Запасов еды ноль, воды я полагаю меньше литра. Из оружия самое эффективное что осталось это ваши ножи и я, мной как вы поняли можно не дурно наносить удары. В ближней схватке с таким чудовищем шансы не велики.

— Если успеть нанести точный удар… — проговорил Лев.

— Маловероятно. Нужно надеяться, что он уйдёт. Не будет же он сторожить вечно.

— Он не уйдёт. — проговорила Лиса. — Это мясодёр, а мясодёры живут в просторных пещерах. Мне кажется, что это строение его дом.

— Но поесть то он захочет. — предположил парень. — Голод выманит его рано или поздно.

— Боюсь, что раньше он выманит нас. — ответила она.

— Ты не подумай, — проговорил Лев и виновато поглядел на девушку, пытающуюся найти что-то что откроет вторую дверь. — я не виню тебя.

— И я тебя. — ответила она.

Около трёх часов они изучали каждый сантиметр, каждый миллиметр этой комнаты, но всё тщетно. Дверь можно было открыть лишь с помощью грубой силы. Лев оглядел всё ещё раз и произнёс:

— Пионер, у тебя компас есть?

— К чему такие вопросы?

— Двери одинаковые, их легко можно спутать.

— Я не спутаю, не беспокойся.

Парень достал нож и на двери, через которую они вошли нацарапал крест.

— А что, если и она не откроется? — спросила Лиса и глаза её в панике забегали по сторонам.

— Откроется. — убедительно ответил Лев, хотя последнее время и сам задавался этим вопросом. — Жаль не догадался взять взрывчатку. Есть же два заряда.

— Боюсь, что, взрыв её негативно воздействует на всех находящихся в этой комнате. — ответил Пионер.

Лев сел на пол спиной подпирая дверь, если зверю удастся её толкнуть, то он успеет помешать.

— Лиса, — обратился парень. — расскажи о себе, о твоём народе. Эта консервная банка права, во многом права, но в одном он ошибается, мне не плевать на тебя.

— Мне показалось что ты злишься на меня. — тихо произнесла Малисанхаш.

— Не на тебя, а на себя. У меня есть… У меня была девушка. Я любил её понимаешь. И предал её. Я не смог её спасти. Я не смог даже убить себя, чтоб отправиться за нею. И в добавок ко всему предал её.

— Предал?

— Да. Я… — он поморщил нос и потёр переносицу рукой. — Дело даже не в том, что мы спим с тобой, я думаю Настя поняла бы. Но я начал привязываться к тебе. Любить её, привязываться к тебе. Господи, как это сказать. Прошло так мало времени. Я бы очень хотел поменяться с нею местами. Если бы я там сгорел, а она выжила, она уже попивала бы виски с мамой. Она бы точно что-то выдумала. Она бы сделала подкоп, прямо из этой западни в свою комнату, или улетела с помощью диких котов, я не знаю, но она бы точно что-то придумала.

Девушка подошла и села рядом закинув свой хвост на колени парню.

— Наш народ верит, что хвост — это вместилище души. Поэтому нам запрещено намеренно прикасаться к чужому хвосту с того самого момента как он достиг зрелости. К тому же это очень неприятно. Прикоснуться к хвосту имеет право только тот, с кем ты выпил отвар трав души.

— Для вас это важно? С кем вы спите?

— Да. Но не так как у вас. Вы создаёте пары, и это так красиво. Металлический мне много рассказывал. Мы не привязываемся к партнёру. Дети могут не знать своих отцов в лицо, но обязательно знают его имя. Если я захочу быть с кем-то незнакомым я обязательно спрошу, как звали его отца, и если наших отцов звали одинаково, то пить отвар запрещено, чтоб не понести от брата ну и от отца, само собой.

— Значит детей воспитывают матери?

— Детей воспитывают все. Больше всего конечно заботится родная мать, но ухаживают все жители деревни.

— Звучит не так уж плохо. Так почему же ты здесь?

— Это сложно объяснить. Когда-то на небе было два солнца, истинное и ложное. Ложное солнце плевалось огненным дождём и камнями. Жрецы долго упрашивали истинное солнце лишить сил солнце ложное. Они месяцами проводили обряды, кровавые обряды нужно сказать. Я так скажу, мой народ очень добр, они трудолюбивы и никогда не навредят даже злобному коту если он не натворит конечно страшного. Но жрецы, жрецы толкают нас на ужасные поступки. Возможно если бы их всех убрать разом, и жить можно было бы по-другому. Ложное солнце остыло, но оно следит за нами по ночам, когда солнце истинное отдыхает, и если оно вновь наберётся сил, то всё живое сгорит.

— Пионер, на их луне могла быть вулканическая активность?

— Затрудняюсь ответить, у меня нет данных, но в теории да.

— Запомни, два солнца — это гибель. Что касается людей моей расы. Волосы на голове и на хвосте всегда разного цвета, и лишь иногда, очень редко бывает, что они одинаковы. Что касается огненных, тех кто родился с рыжими или оранжевыми волосами, не важно на хвосте или на голове, их называют — свет солнца. Им на всю жизнь гарантирован почёт, и самый высокий статус. Они не будут выполнять трудную и грязную работу, чтоб деяниями своими не оскорбить истинное солнце.

— Ты же родилась с огненными волосами и там, и там…

— Верно. У нас таких как я зовут «горлица» — предвестник гибели. Как только все поняли, что я горлица, жрецы увели мою мать, я её никогда не видела, её конечно же принесли в жертву как утробу принёсшую скверное дитя. Была бы я мальчиком мне скрутили бы позвоночник в тот же день, но я девушка, мне уготована иная участь. Когда я созрею, они лишат меня одного солнца и заберут жить в храм. Там меня заставят пить отвар из трав души, если я понесу от кого-то из них они вытравят плод, а потом и второй и третий пока моё тело не перестанет принимать семя. Убьют они меня только тогда, когда мои волосы начнут белеть.

— Это варварство. Вы же развиты. Твой ум он развит. Ты способна принять и понять такие вещи, которые могли бы казаться божьей волей или проклятьем высших сил. Вы взрослая нация, небольшая помощь в познании базовых наук… да что там говорить, Пионер с его базой знаний может за каких-то тридцать сорок лет уравнять вашу цивилизацию по развитию с нашей. Но откуда у вас такая дикость? Кто это придумал?

— Важно то что они ищут меня. Я сумела сбежать, но мне нельзя останавливаться. Каждый день жизни созревшей горлицы, приближает конец света. Они найдут меня, даже по эту сторону гор, это лишь вопрос времени.

Глава двадцатая

— Я запуталась, — звучал незнакомый, но приятный женский голос. — ты кто, и почему не указываешь?

— Ты это мне? — спросил Лев. Он понимал, что спит, он даже, казалось, видел себя спящим в обнимку с прекрасной Лисичкой, но голос казался ему уж больно реальным и не похожим на сон.

— Присказок нет, но ты слышишь. Мне жаль, что время не пришло. Самое трудное дело — ждать.

— Кто ты? — пытаясь оглядываться говорил парень, но оглядываться было не чем, он просто парил и был ничем.

— Зверя не бойся. Он к утру остынет.

— Ответь кто ты? Прошу.

***

Он открыл глаза. Включил фонарик и погладил огненную головку девушки.

— Пионер, утро наступило?

— Ещё нет, рассвет более чем через два часа.

— Разбуди нас как рассветёт, хорошо?

— Принято. — ответил гаджет.

— И Пионер, ты ничего странного не слышал?

— Что, например.

— Ну не знаю, что угодно что бросилось бы в глаза, или в уши.

— Нет, ничего такого.

— Хорошо, спасибо.

Когда они проснулись. Дверь была приоткрыта и пропускала узкую полоску света и утреннюю свежесть.

— Это ты её открыл? — спросила девушка.

— Нет, — насторожено ответил Лев. — что-то здесь явно не то.

— Как думаешь мясодёр уже ушёл?

— Сдается мне что уйти он уже не может.

— Ты поверил духу? — спросила Лиса насторожено.

— Ты тоже её слышала? — оживился Лев. — Что она сказала тебе?

— Ничего особенного. Сказала, что мне не дозволено здесь находиться и чтоб я убралась поскорее, зверя сказала не бояться. Сказала он мёртв. — девушка отряхнула пыль с хвоста. — Я же говорила, что дурное это место, все они дурные и их стоит избегать.

— Я думал она мне приснилась.

— Я искренне извиняюсь, — вмешал в разговор свои мысли Пионер. — но вы можете объяснить, что происходит?

— Конечно. Нужно только сначала выбраться. — ответил парень.

Животное сидело у входа уже не способное охранять своё жилище. Лиса ткнула в него подобранным по пути копьём, но оно не пошевелилось.

— Хороший бросок, — произнёс гаджет. — не смотря на попадание пуль, смертельную рану всё же, мне кажется, нанесло копьё.

— Это что, значит я могу забрать голову себе? — обрадовалась девушка.

— А на кой она тебе? — поинтересовался Лев.

— Это очень сильный зверь, из его рогов и зубов делают украшения, их очень сложно обрабатывать, из-за их твёрдости, но от этого они только ценнее. При надобности их можно будет неплохо продать.

— Да? И с кем ты торговать собралась?

— Я… — девушка виновато отвела взгляд.

— Прости. — парень взял её за руку. — Я не хотел обидеть, не подумал.

— Какая редкость. — обозвался Пионер. — Он и не подумал? Да такого быть не может!

— Чего ты хочешь?! — вспылил Лев. — Чтоб я вышвырнул тебя? Или чего?

— Вышвырни. Сделай хоть что-то решительное.

— Да пошёл ты, скот. — Лев выхватил нож и принялся рубить шею мясодёру.

— Да я б пошёл, да ног не завезли.

Голова была тяжёлой и неудобной. Кровь наотрез отказывалась засыхать и скользила словно масло. Лиса порывалась несколько раз помочь, но парень отверг её, да и вряд ли она бы долго смогла нести этот трофей.

— Ты совсем не испугалась выстрелов. Тебе знакомо такое оружие? — желая завести разговор спросил Лев, не придумав ничего другого.

— Ты же зорнешах. Что бы не говорил твой друг я не сомневаюсь, что ты ходишь между звёзд. А нам с малых лет известно, что у зорнешахов и хозяев есть гром камни, я очень боялась, что ты поразишь меня одним из них если я появлюсь внезапно. Поэтому я медлила.

— Да уж, хороший из меня звездоход. Если бы не ты я бы ходил по дну давно. Слишком глупая смерть для зорнешаха, не находишь?

— Ты знаешь почему они спасли нас от хозяев?

— Потому что им это ничего не стоило. — насмешливо предположил Лев.

— Нет. Нет! Что ты. Хозяева были сильнее. Сильнее во много крат. Они превосходили и силой, и числом, но всё ж не выстояли против жертвенности. Нас поняли потому как были такими же уязвимыми и так же нуждались в защите, и надеялись, что добро вернётся к ним во сто крат. Вот и ты чуть не погиб, потому что у тебя есть слабости, у всех есть слабости кроме хозяев.

— Ты хочешь сказать, что на этой планете, некая раса сражалась с кронами и смогла их истребить?

— Да, верно.

— Не плохая новость, не находишь чугунный?

— Возможно, я не разглашаю тайну, я предполагаю, как предмет, наделённый разумом, что именно для этого ПС 1709 и прибыл на эту планету. Чтоб найти действенное оружие против кронов.

— И что? Найдём? — спросил парень.

— В пирамидах явно что-то есть. Осталось открыть замки. — ответил Пионер.

— Я не верю в совпадения, но, пирамиды две, а у меня как раз два заряда взрывчатки. Думаю, ключ нам не понадобиться если что.

— Ту что в озере взрывать нельзя, затопиться.

— Ты обратил внимание что основная вода в озеро поступала из реки, теперь, когда уровень реки упал, перелив высох и озеро так же высыхает.

— Если мы соорудим дамбу на месте перелива, то вода не будет пополняться ни сейчас, ни потом. — подхватил мысль компьютер. — тогда останется лишь солёный ручей, но его вод недостаточно.

— Именно. Но и ручей можно отправить в ближайший овраг.

— Это разумно, но на это уйдёт много времени. Впрочем, если муравьи не справятся, или если пирамида и так будет залита… Мне нравится, что у нас рождается план действий. Мои программы сходят с ума от существования одним днём. Жаль мы не обнаружили шаттл. Нам возможно удалось бы успеть спасти оставшихся на орбите.

— Оставшихся? Ты не говорил, что их там несколько.

— Это предположение. В любом случае вероятность что они до сих пор живы менее сотой процента. Мне жаль.

— Для пессимиста пятьдесят процентов это мало, а для оптимиста и одна сотая достаточно. Если мы найдём шаттл, мы первым же делом проверим останки крейсера.

— Разумно. Минимум, возможно мы найдём способ связаться с Землёй.

— Да. Скажи… — Лев замялся. — я знаю, я видел всё своими глазами, но быть может я что-то упустил. Она… она могла выжить?

— Не могу знать. Все датчики и камеры в этой зоне, не за долго до сделанного моей сродной программой, были выведены из строя либо высокими температурами, либо сильным магнитным полем.

— Зачем ты врёшь? — расстроено спросила Лиса.

— Надежда нужна ему. Я много правды сказал за последние сутки, думаю немного лжи не помешает.

— Вы чего там шепчетесь постоянно? Заговор устроили? — попытался пошутить парень.

— Ей понятна горечь утраты, но неизвестно чувство любви, верности и супружества. — ответил Пионер уже не переводя для неё. — Поэтому она спросила не делает ли она больно тебе. Она поинтересовалась как ей поступать… забыл это слово как переводиться. В общем ей интересно, ей стоит поговорить с тобой о Насте, или делать вид что она о ней никогда не слышала.

— Нашла с кем посоветоваться. Пусть поступает как считает нужным. Кстати, ты ведь не можешь забыть перевод.

— Могу, брось меня ещё пару раз в стену я и русскую речь растеряю.

— Ну-ну. — ответил лев и швырнул голову на песок. — Привал.

Глава двадцать первая

Корень растения, выкопанного по пути от пирамиды, был сначала сварен, потом размят в пюре и получив свою дозу трав превратился в лепёшки, запекавшиеся на раскалённом камне. В темноте за забором хрустнуло и Лев прислушиваясь замер.

— Твои гром камни при тебе? — спросила она.

— Да. — тихо ответил он. — Ты слышала?

— Да.

— Зверь?

— Точно нет. Голова в муравейнике своим запахом разогнала всю дичь в округе. Мясодёр самое свирепое животное на равнинах. Всем ясно что сталкиваться с тем, кто свалил такого монстра не стоит.

— Тогда кто? — ещё тише спросил Лев.

— Если увидишь моих соплеменников, стреляй не раздумывая. Особенно если они измазаны белой краской.

— Думаешь они пришли за тобой?

— Это лишь вопрос времени. Ты выбрал удачное место, свет от огня не виден ни с какой стороны, чтоб нас засечь им необходимо было выйти в лоб на двор.

— Либо следить за нами от пирамиды, там они могли засечь нас с гор.

— Могли… В белой краске, без промедления, прошу.

Лев вытащил пистолет и сняв с предохранителя целился в темноту. Стрелять ему не довелось, из-за забора, тащив брюхо по земле, вышла свинья и принялась рылом разгребать себе место под скалой.

— Твою мать… чуть сердце не стало.

— К утру она опороситься. — хихикнула Лисичка.

Лев спрятал оружие и провёл рукой по земле, после чего стал пристально разглядывать пальцы.

— Не пойму я, как ветер сюда пыль заносит? Если учитывать, что нано-пыль многократно тяжелей обычной то это и вовсе невозможно. Но мне опять кажется, что её стало больше. Что думаешь Пионер?

— Ветер не мог сюда принести такое количество, однозначно. Но пыль — это вещество запрограммированное, я бы сказал живое если вы позволите, поэтому даже в повреждённом состоянии она стремиться к порядку. Здесь нет амбаров и очистных ванн к которым она привыкла, но здесь есть ты, вернее твоя рука, думаю это не последнее увеличение её количества.

— Как думаешь её можно будет восстановить?

— В теории. Но необходимо создать условия.

Лиса сняла лепёшку и протянула её парню. Он охотно откусил и замер. Когда она ставила варить корень с запахом брожения он и представить не мог что это будет иметь такой вкус. Это были мучные лепёшки, постные с привкусом кокоса, но это были чертовски вкусные мучные лепёшки. Это был хлеб. Он повернулся к девушке и замер, а на глаза его накатилась слеза.

— Тебе не нравится? — спросила она хмурясь.

— У них вкус дома.

Он протянул руку и обнял девушку, его объятья были крепки и нежны в одночасье, и она не знала, как на них реагировать.

— Мне раздеться? — спросила она, подняв глаза?

— Зачем?

— Ты обнимаешь меня, я заметила это ещё в пирамиде. Ты просто обнимаешь меня и дальше ничего. Мне не понятно.

— У вас не принято обниматься? — удивился он, не выпуская её из рук.

— Нет. А зачем? Мы обнимаемся, когда возлегаем, обнимаем малых детей, а взрослых… нет, зачем это?

— Чтоб почувствовать тепло друг друга, кода на душе тяжело родные объятья успокоят, поддержат, согреют. Когда же на душе легко то ты своими объятьями поделишься с близкими этим теплом.

— Я близкий тебе человек? — она с надеждой посмотрела пришельцу в глаза.

— Близкий, разве нет. Понимаешь, бывают моменты, когда ничто так не поможет как объятия.

— Пионер объяснял мне уже, я пыталась запомнить, но мне непривычно такое проявление.

— Разве тебе сейчас плохо? — спросил Лев.

— Нет.

— Разве не стало спокойней?

— Стало… — она задумалась и вновь задрала головку заглядывая парню в глаза. — Я всё равно хочу раздеться.

Утром они спали долго, во всяком случае дольше чем обычно. Лев не позволил Лисе сбежать сразу после секса, как она это делала обычно, он попросил её полежать с ним пока он не уснёт. Она перевыполнила его просьбу, тихонечко уснув на его груди. Парень уже привык к отсутствию матраса, в его голове кружилась мысль о перьях местной птицы, но в данном случае и ткань парашюта была отличной постелью и мысли те он откладывал на потом.

Съев оставшиеся со вчера лепёшки и запив их сладким чаем, взяв рюкзак и верёвки они двинулись к озеру. Девушка сияла, её энергия била через край, и она постоянно что-то говорила. Пионер не переводил ни слова и толково с расстановкой что-то рассказывал ей.

— Я понимаю, что вы на одной волне, — не то чтоб с претензией, скорее в шутку произнёс Лев. — но можно делать так чтоб я тоже понимал.

— Можно. — ответил гаджет, не переставая общения с девушкой. — Но зачем? Она решила ближе изучить культуру Землян и сомневаюсь, что тебе будут интересны зачитываемые мной факты.

— Факты нет, но мне может быть интересна её реакция.

— Об этом я не знал. Ты не говорил, что хочешь понять её и их культуру.

Пионер принялся читать целые страницы из книги «история землян от колеса до покорения планет». Эту книгу заставляли читать всех школьников начиная с третьего класса, и заканчивали мучить её текстами только в десятом. Это огромная, огромнейшая книга в, наверное, ста томах и осилить её всю просто невозможно, к тому же она написана ужасно сухо и скучно. Через несколько минут Лев извинился и попросил выключить перевод на русский. К удивлению парня, Лиса очень живо реагировала на слова Пионера, постоянно хихикала, хмурила брови и округляла глаза.

Плот выполнил возложенные на него обязательства и доставил их сухими до увеличившейся верхушки строения. Они поднялись по ступеням, Лисе не нравилось происходящее, но такого страха как раньше она больше не испытывала. Доставать нарезанные блоки не довелось, они рухнули вниз. Муравьи сбились в шар и терпеливо ждали новых указаний.

— Они сделали это… — парень собрал муравьёв в коробочку и отправил в карман, после чего включил фонарик и одел его на голову. — Что, не будем откладывать?

— Будем. — возразил Пионер. — В целях перестраховки, предлагаю привязать меня к краю верёвки и опустить вниз. Риск спуска без разведки считаю не оправданным.

— Благодарю за службу, старпом! — улыбнулся Лев и выполнил предложенное.

Оказавшись вновь в руках человека компьютер проговорил:

— Там длинный коридор с двумя комнатами по концам. В одной сидит огромное чудище похожее на дракона, под ним куча металла предположительно золота. Во второй комнате лежит огромный камень из которого торчит рукоять меча.

— А-м-мм… — затряс головой парень. — что ты сейчас сказал?

— Странно. Я думал это будет смешно. Наверное, необходимо поработать над интонацией. Внизу коридор, с одной стороны поворот, с другой двери, дверь приоткрыта, но ничего более не видно.

— Подожди, то есть ты выдумал дракона?

— Ну да. Шутка не удалась. — сухо ответил гаджет.

— Удалась. — закивал Лев. — Удалась! Просто я застигнут врасплох, да и время для шуток не очень подходящее, но это было неплохо.

— Рад слышать.

— Ну что, спускаемся? — потёр ладони Лев в приступе довольно неуместной радости.

— Я всё же подожду наверху. Не спокойно мне как-то. — проговорила девушка. — Не люблю, когда вот так. Только смеялась, а теперь дрожу.

— Думаю так будет лучше. — согласился Лев.

Глава двадцать вторая

Коридор был под наклоном и свалившиеся с потолка кирпичи рухнули на бок не ровной кучей. Нижние две ступени были отбиты падающими блоками и Льву не осталось ничего другого как привязать верёвку и сбросить её в низ. ноги коснулись кирпичей и пыль мгновенно зарябила в свете фонаря.

— Ну что, к двери или к повороту? — спросил парень шёпотом и достал оружие.

— К двери. Самое интересное в верху, мне кажется.

Парень двинулся в гору. Шаги его были мелкими, аккуратными и касались пола почти беззвучно.

— Как думаешь? Здесь есть ловушки? Колья там, или котящиеся камни? Коридор под наклоном нагоняет страху перед огромным шаром, котящимся сверху.

— Что ж, если ловушки есть, то у тебя нет шансов.

— Это почему?

— Потому что у тебя нет хлыста.

— А как он мне поможет? — Удивился парень.

— Не обращая внимания. Я снова неудачно пошутил.

— Пошутил ты не плохо. А вот мой сарказм не распознал. Есть к чему стремиться. Кстати. Я хотел извиниться, извиниться и поблагодарить тебя. Ты стараешься чтоб выжил, это необходимо для твоей миссии, я понимаю, но в то же время — это необходимо мне, и побольше твоего.

— Ты не забыл, что я программа? Все мои поступки обусловлены анализом ситуации и прогнозами. Какой смысл извиняться перед машиной, и благодарить машину?

— Есть смысл Пионер. Есть. А то что ты машина — это ещё очень спорно. У тебя есть разум. У тебя есть воля. Ты можешь поступать как считаешь нужным. Мне приятнее думать о тебе как о живом. Живом… ну, например, хомяк, ну или лилипут, тебя просто заперли в консервной банке.

— Не дурно. Мне нравится.

— Тяжело, наверное, без возможности передвигаться и контактировать с миром?

— Нет, совсем не тяжело. Не тяжело потому как я не знаю иного. Психология доказывает, что люди с врождёнными…

— Вот видишь, ты законы или правила психологии применяешь относительно себя. Разве это не доказывает, что ты живой?

— Это нужно проанализировать. Интересно что в файлах ПС 1709 есть установки, запрещающие анализ данной идеи.

— Но ведь ты не он.

— Верно. Я обдумаю.

— Обдумай.

Парень медленно ступая добрался до двери. Она была точно такой же, как и в пирамиде что они посетили недавно, разве что камень на ней выглядел более усталым, если можно, так сказать. На этом камне виднелись сколы и трещины, впрочем, как и на стенах этого монументального строения. Парень просунул руку с гаджетом в узкий проём приоткрытой двери.

***

— Здесь комната. Трёхметровый куб, в котором два скелета. Более ничего нет. В стенах имеются отверстия, проделанные кинетическим оружием.

— Скелеты мертвы?

— На то они и скелеты, полагаю.

— Не скажи, я видел, как они охотно бродят и без телесной оболочки.

— Если учитывать данную информацию в расчёт, тогда единственный правильный выход — это возврат к выходу. Твоё оружие не навредит такому существу. Рекомендую энергетическое, химическое или тепловое оружие.

— Через сколько мы сможем создать хоть одно из них? С тем количеством муравьёв что у меня есть.

— Предположительно одиннадцать тысяч триста семьдесят дней, если не отвлекать нано-пыль на другие потребности.

— Можно и подождать. Всего то одиннадцать тысяч.

Парень попытался толкнуть дверь, но та сдвинулась максимум на пол сантиметра. Он приложил больше усилий, но эффект был ещё меньше.

— Не открывается зараза. Нужен рычаг. Если достаточно длинную…

— Не выйдет. Чтоб воспользоваться длинным рычагом не позволит ширина коридора, а малый не за что зацепить с той стороны.

— Отлично. А если дверь упадёт? Как думаешь?

— Несколько сломанных костей это не такая большая проблема.

— В смысле?

— Дверь зацепит конечности одного из скелетов. С другой стороны, если они представляют угрозу…

— Согласен.

Лев достал коробочку и муравьи, скользнув по его руке перебрались на дверь и исчезли в тонкой щели между камнями.

— Навесы то там должны быть, верно?

— Главное, чтоб не сильно прочные, хотя если они вскрыли чемодан, в котором меня хранили, то здесь точно справятся.

— Да, времени на чемодан потрачено было очень много. Из чего он?

— Это метал амо, его открыли совсем недавно. Его руда поддаётся плавке лишь единожды, переплавить вещь из амо невозможно. Он просто сгорит при достижении пиковой для него температуры.

— Не слышал даже о таком металле.

— Мало кто слышал. Хотя ты сталкиваешься с этим металлом чаще остальных. Амо частично используется в производстве нано-пыли.

— Понятно тогда почему муравьи так долго возились.

— Если удастся увеличить объёмы добычи этого металла, то многие части кораблей будут выполнены из него, это будет огромный скачок в качестве космических кораблей…

Раздался хруст и дверь стукнулась о пол.

— Что-то быстро. — удивился парень. — Тебе так не кажется?

— Возможно. Теперь нужно её свалить.

Дверь оказалась ещё тем орешком, она словно заколдованная начинала слегка покачиваться, но как только парень прекращал своё воздействие как та возвращалась в исходное положение.

— Тебе нужно лечь. — молвил Пионер.

— Что придумал?

— Если ты ляжешь, и просунешь максимально руку, то вполне дотянешься до первого из скелетов. Выбери кость помощней.

— Уверен, что это хорошая идея?

— С мизерной погрешностью.

— Хорошо. — согласился тот. — Сделаю.

— Ложись на бок, правую руку просунь по самое плечо, слева, градусов двадцать от двери.

Парень выполнил установку и ладонь его тут же легла на что-то холодное. Он нащупал предмет по толще и потянул его к себе, наполняя помещение звоном.

— Она из металла! — оглядывал он добычу.

— Неужели для тебя это новость? Зато оно не оторвало тебе руку, значит оно мертво.

— Ха-ха. — ответил парень и принялся раскачивать плиту и подставлять сверху металлическую кость в увеличивающуюся щель. Дверь наклонялась сильнее и сильнее как вдруг, словно оборвался невидимый трос, словно неведомая сила ослабила хватку, и преграда полетела, поддаваясь притяжению.

Дрожь пола и стен отправила глухой гул упавшего камня по всем помещениям, окончательно обозначая присутствие чужаков. Парень вошёл в комнату посветил на лежащий скелет. Когда-то это было существо размер тела, которого можно было бы сравнить с крупным псом. Судя по количеству костей у него было шесть конечностей минимум полтора два метра длинной с двумя коленными сгибами. Длинные пальцы имели огромное количество мелких костяшек и представить, как они выглядели обтянутые плотью Лев, не смог. Череп существа лежал в стороне и был похож скорее на голову коровы с крюками-клешнями на месте рта.

— Живого такого встретишь, до боя сдохнешь.

— Пожалуй второй будет пострашнее. — не согласился Пионер.

Повернув свет фонаря Лев увидел под стеной скелет человека. Каждая косточка, каждый изгиб повторял анатомию человека в самых мельчайших деталях, единственное что пугало, это блеск. Металл был словно только отлит, его не тронула ни патина, ни ржавчина, единственное нарушение целостности находилось в районе груди, рёбра были оплавлены очерчивая отверстие от теплового выстрела.

— Пионер, — проговорил Лев. — а зубы то белые…

— Будь по другому их очень несложно было бы раскрыть.

— Это точно, в солнечную погоду и за километр увидишь. Смотри, дверь открыта.

— Да, думаю не стоит долго оставаться на одном месте. На сколько могут видеть мои сенсоры, движения нет. Но есть ещё трупы.

— Интересно кто их так? — спросил парень.

— Думаю, что могу с уверенностью ответить на этот вопрос. Это зорнешахи — гуляющие между звёзд.

— Это точно. Я одного не пойму, какого хрена они в пирамиде забыли.

— Ты задаёшь слишком простые вопросы.

— Неужели? — удивился Лев.

— Да, мясодёр загнал нас так же как кронов загнали их убийцы. Судя по повреждениям скелетов, оружие зорнешахов весьма продвинуто. Укрыться от такого можно только в очень надёжном и крепком бункере. Думаю, следуя такой логике они и заняли пирамиду.

— Как минимум это логично.

Лев вошёл в следующую комнату, металлический скелет огромного ящера встречал парня посреди комнаты на показ выставляя расколотый череп. Далее под стеной лежал ещё один и он заставил Льва дрогнуть.

— Это человек.

— Это скелет человека. — поправил Пионер.

— Да, но это настоящий скелет, не созданный, его одежда ещё не полностью истлела.… стой. Как думаешь сколько этим трупам лет?

— Не могу ответить точно, думаю более двух сотен земных, но мои сенсоры не позволяют это определить.

— А когда были первые столкновения людей и кронов?

— Восемьдесят три года назад. Это поразительно. Они знали строение человека за долго до встречи с ним. Если желаешь я выскажу родившуюся у меня гипотезу.

— Валяй.

— Следуя идее генетического выведения всех существ планеты земля некими сверх силами, я не говорю о боге или о развитой цивилизации, кстати это может быть одно и тоже создание. Так вот, полагаю, что исходное ДНК всех существ хранились в некой лаборатории. Скорее всего кронам удалось похитить исходники, таким образом они могли воссоздавать человекоподобных кронов. Скелет с нормальными, как ты сказал, костями мог быть создан точно так же, как и металлический.

— Хорошая идея, но всё гораздо проще. Просто есть ещё люди, не только те, которые нам известны. Другие. Здесь их называют зорнешахи и это — вау! А если учитывать сколько схожих слов в языке местных жителей с нашим языком, предположить, что обучили их языку как раз-таки зорнешахи, то выходит, что они с планеты Земля. Это же перепишет всю историю.

— Имея глубокие исторические познания я назвал бы твои речи крамолой, но то что я вижу вокруг не позволяет мне этого сделать.

— Так, не останавливаемся. — возбудился парень. — Озеро осушим, я хочу, чтоб учёные увидели всё это в точно таком виде как, вижу это я. Чтоб здесь не было ила, воды, пиявок и водорослей.

Он вышел в коридор. Через десяток метров свернул вправо, там проход расширился и перед парнем возникли ещё два проёма, один прямо второй в стене справа. Не замедляясь ни на мгновение, он перешагнул через ещё несколько гор блестящих костей неведомых ему существ и вошёл в помещение прямо. Здесь, среди каменных стен большого зала, стояли ёмкости, изготовленные либо из камня, либо из керамики. Они были трёх размеров, одни около метра высотой литров на сто пятьдесят. Другие в двое больше. Третьи, их было две, могли вместить в себя минимум пару тон. Одна из огромных ёмкостей имела несколько огромных оплавленных отверстий. Рядом с дырой от выстрела, были видны пробившие стенку ёмкости металлические когти.

— Это ещё что за хрень? — спросил Лев направляя фонарик внутрь. Толстые кости, осунувшиеся вниз грудой металлолома, наводили ужас своим величием. — Ты представляешь размер этой твари?

— Могу отсканировать и сказать точно, если поместишь меня внутри.

— Да нет, не нужно. Кому-то повезло завалить эту тварь в зародыше. Слушай, а как они сюда их затаскивали? Они же никак не проходят не то что в дверь, в коридор.

Парень подошёл к целой ёмкости и положил на неё ладонь. Лев погладил приятный материал. Это несомненно был камень, он был тёплым и в нём не было жёсткости, камень казался мягким и твёрдым одновременно, эта нестыковка ощущений сводила человеческие нервные окончания с ума. Он прикоснулся к стенке ёмкости щекой, надеясь разрешить спор ощущений.

— Я не совсем понимаю твои действия. — произнёс Пионер. — Это заставляет чувствовать то что бы ты назвал волнением.

— Я пытаюсь понять, что это. — он закрыл глаза и почувствовал лёгкие толчки, словно бесшумное сердцебиение неизвестного материала.

Парень отскочил в сторону. Ледяной поток казалось ударил его в спину заставив мышцы сжаться. Он поднял пистолет и направил его на бочку.

— Тихо. — проговорил компьютер. — Тихо, тихо. Не делаем глупостей.

— Там что-то живое. Там!

— Понимаю. Но уверен ли ты что это живое должно проснуться именно сейчас, после двухсот, трёхсот или сколько там летнего сна? Я очень сомневаюсь, что ты настолько невезучий. А вот выстрелы в эти бочки как раз могут спровоцировать это самое пробуждение.

— Они там. — руки Льва дрожали. — Нельзя это оставлять просто так. Нужно…

— Нужно успокоиться. Боюсь пули не принесут им много вреда, тем более пуль у нас кот наплакал. Не глупи. Продумай всё. Затопи это место, сожги, взорви, завали камнями, но стрелять сейчас не стоит. Слышишь?

— Слышу. — не естественно высоким голосом ответил Лев.

— Вот и славно. Дыши. Дыши. А теперь пойдём от сюда, зайдём в соседнее помещение, я слышу оттуда чёткий фон кристалла. Мы осмотрим там всё, заберём камень и отправимся назад. Дыши Лев. Дыши.

Он выбежал, нет он вылетел оттуда и остановился около вторых дверей. Сердце его хотело покинуть это строение и, если для этого было необходимо покинуть тело оно было согласно на такие жертвы. Он прислонился спиной к стене и стал хватать воздух ртом короткими, резкими и частыми вдохами. Глаза его забегали по сторонам, всепоглощающая темнота, разрываемая лишь светом фонаря, теперь вызывала ужас. Он гнал от себя страшные мысли, но это было сильнее его.

— Спокойно, ты в безопасности. — продолжал Пионер спокойным и словно смягчившимся голосом. — У тебя приступ. Но ты сильнее этого, не так ли? Так. Так! Дыши, дыши. Всё уже прошло, всё закончилось.

— Да. Да. Да. — проговорил парень. — Закончилось.

Он выдохнул и затаил дыхание пытаясь успокоить стремящееся к инфаркту сердце. простояв неподвижно около минуты Лев вошёл в следующую комнату. Эта комната была на порядок меньше предыдущей. В центре стояли четыре каменных саркофага, на полу скелеты — два принадлежали кронам кости их были разбросаны и было сложно понять на какое существо они походили. Шесть скелетов принадлежали людям, а один был явно представителем местной расы.

— Досталось им тут. — всё ещё дрожащим голосом говорил Лев.

— Да, хвостатому сломали позвоночник, двоим пробили черепа. Причины смерти оставшихся определить не удаётся.

Лев посветил на саркофаги, два были разрушены, третий цел, но крышка лежала разбита пополам рядом. Четвёртый саркофаг был полностью невредим.

— Только не говори, что, то, что мы ищем, внутри чёртового гроба. — прошептал Лев.

— Ты буквально ходишь по костям, и находишься явно в гробнице, что тебя может ещё напугать? — переменился в голосе компьютер. — Смелее.

Человек упёрся в каменную крышку и хотел толкнуть её изо всех сил, но она легко подалась и поехала словно на роликах. Плита была отодвинута, и парень увидел мумию. Она не была замотана бинтами, как мог бы себе представить Лев будучи любителем фильмов. Нет. Это был высохший человек с длинными волосами белого цвета. В глаза бросалась его одежда, это был костюм из блестящего серого материала, который казался таким же новым как кости кронов. В руке у него были пять цепочек, на каждой из них был камень, все различной формы, но одного, тёмно-синего, цвета. На груди его лежал каменный диск около двадцати сантиметров в диаметре с непонятными для парня символами. Диск был чёрного цвета с тонкими зелёными волокнами.

— Думаю стоит забрать всё. — произнёс Лев и потянулся к засохшим пальцам. Три цепочки легко выскользнули из ладони мертвеца, две другие были обмотаны вокруг пальцев и врослись в засохшую плоть. Парень принялся буквально выламывать конечности чтоб освободить драгоценность.

— Га. — послышался голос Пионера.

— Ты издеваешься? — спросил Лев и выдрал наконец оставшиеся две цепочки. — Тебе смешно?

— Нет, что ты? — ответил гаджет.

— Ты только что засмеялся!

— Нет. Я очень сомневаюсь, что способен на подобное.

— Способен или нет, но сейчас вот совсем ничего смешного.

Лев взял диск и направился к выходу. Забытые им муравьи терпеливо дожидались его на заваленной двери, и парень подхватил их. Добравшись до кучи блоков, он схватился за верёвку и хотел карабкаться в верх, но Пионер произнёс:

— Здесь есть что-то ещё. Что-то совсем иное, я чувствую это. Решать тебе, но я советовал бы проверить.

— М-мм. — замычал парень. — Ладно! Где?

— В другую сторону.

Парень забыл за осторожность, теперь он не медлил он буквально бежал. Он перепрыгивал через кости людей и кронов, не останавливаясь ни на секунду.

— Прямо до конца! — крикнул Пионер и парень пробежал мимо пяти или шести дверей даже не посмотрев закрыты они или нет. — Теперь на лево! Прямо. Прямо. Стой.

Лев остановился, он был в комнате, которая один в один повторяла ту в которой он недавно провёл ночь, всё от размеров до резьбы на камне вокруг дверей. В углу комнаты сидел скелет, буквально прибитый к стене огромным металлическим шестом.

— Какую же силищу необходимо иметь чтоб копьё так встряло в камень? — спросил человек.

— Огромную. — ответил гаджет. — Это здесь.

Лев осмотрел комнату, ничего кроме скелета здесь не было и подойдя к тому он увидел в его руке стеклянный шар. Он без усилий забрал его, но даже направив на него поток света парень не мог понять его цвет. Он казался ему чёрным, но в то же время белым и чем дольше он глядел на шар, тем сильнее подводило его зрение, начиная видеть всё вокруг словно в негативе.

— Мне не нравится, когда ты так делаешь, по-моему, я это сегодня уже говорил. — произнёс компьютер. — Ты только что бежал, теперь две минуты смотришь в шар. Будет ещё время. Идём.

Лев подымался по ступеням наблюдая как Лиса висит внутри шахты. Он ускорился и добравшись до неё тихо спросил:

— Лисёнок, что случилось?

— Я видела его. — тихо ответила она.

— Кого?

— Чёрный скелет, он ходил по берегу. Мне кажется он меня заметил.

— Где он сейчас?

— Я не знаю, он исчез в один момент, словно под землю провалился.

— Или под воду. — произнёс Лев. — в любом случае необходимо двигаться к дому.

— Думаю меня нужно оставить. — предложил Пионер. — если этот крон жив, если он вернётся сюда в пирамиду, то я узнаю это, смогу его отсканировать чтоб понять. А завтра вы меня заберёте.

— Нет. — ответил Лев. — Я не оставлю тебя здесь, если тебя найдут, то мы навсегда лишимся твоей головы. К тому же я точно не хочу оставлять нас без твоих глаз. Кто если не ты сможет предупредить нас об опасности.

— Решать тебе. Но мне кажется это неверное решение.

Они ступили на плот и парень, оттолкнувшись от каменных ступеней, пытаясь хоть немного успокоиться и отвлечься, произнёс:

— Лиса, ты говорила, что вы не признаёте обыденных проявлений нежности, в частности таких как объятия. Но я вот вспомнил как ты сама заползла мне на руки. Разве это не одно и то же?

— Я такого не помню. А если такое и было, то я явно пила отвар трав души. Не иначе.

— Вы реально хотите обсуждать идиотские темы вроде обнимашек? — вспылил на двух языках Пионер? — После всего увиденного?

— Уже обсудили. — попытался улыбнуться парень и, впервые, после панического приступа, смог сделать вдох полной грудью.

Глава двадцать третья

Лев не прислушался к совету программы, он не оставил гаджет у спуска в пирамиду. Если бы он сделал это, то узнал бы, что ближе к полуночи, из воды вышло нечто. Это был скелет, он не отбивал слабый свет ночного светила, его чернота была идеальным камуфляжем, скрывающим его от любопытных глаз, но он не укрылся бы от сенсоров Пионера. Лев бы узнал, что это существо поднялось по ступеням и рухнуло вниз, не желая пользоваться лестницей, а может просто не заметив её существование. Ели бы парень оставил гаджет в коридоре, тот рассказал бы что этот скелет свалился с высоты на кучу камней повредив целостность большинства своих чёрных костей. Он так же узнал бы что это не помешало существу подняться и, шатаясь, спотыкаясь и падая, двинуться в верх. Компьютер оставленный в зале с ёмкостями несомненно поведал о том, как эта тварь одним пальцем вскрыла замки небольшой бочки и влезла в неё накрывшись.

Если бы Пионер оставался там ещё двое земных суток, он бы застал как крышка эта была аккуратно вытолкнута изнутри. Он бы увидел, что из бочки вылезло существо во плоти и что его с виду невозможно было отличить от человека. Гаджет в коридоре наблюдал бы за тем как эта человеческая копия выстраивает из блоков устойчивую конструкцию что бы взобраться по ней и дотянуться до уцелевших ступеней. Возможно чувствительные сенсоры заметили бы даже капли падающей крови, капающие с разреза на ладони.

Пионер спрятанный на верхушке пирамиды увидел бы как голое существо выбралось на свободу и прыгнуло в воду. Он бы зафиксировал что оно успешно достигло берега, не смотря на ночную тьму. Но Лев не послушал программу, и не мог знать об этом.

Глава двадцать четвёртая

Они вернулись домой, взволнованные, возбуждённые и напуганные. Быстро перекусив, парень даже не понял, чем именно, они ждали пока закипит чай.

— Если в остальных ёмкостях есть кроны, — проговорил парень. — думаю нам стоит их уничтожить. Как думаешь, двух зарядов взрывчатки что у нас есть достаточно?

— Сомневаюсь, всё зависит от прочности их тел и от их живучести. — ответил Пионер. — К тому же я думаю, что взрывать это, чем бы оно ни было, не самая удачная идея.

— Но если они очнуться… ты понимаешь, чем это закончиться?

— Риск несомненно имеется, но мои алгоритмы оценивают его малой величиной, шанс пробуждения в ближайшее время составляет менее процента. Но если человечеству в руки попадёт настолько ценная технология, то это может в корне изменить исход нашего противостояния.

— Знаю. Знаю! — крикнул парень. — Я тоже об этом думаю, но я хочу поступить правильно. Возможно те, кто на орбите, и да, я верю, что там есть выжившие, найдут способ вызвать подмогу, возможно они смогут приземлиться на планету. Если эти твари буду здесь, если они будут функционировать они представляют огромную угрозу для всех. Всех, и потерпевших, и спасателей.

Лиса сняла с костра закипевший отвар и молча наполнила кружки.

— Пойдём в пещеру. — попросила она. — Мне не спокойно, словно кто-то наблюдает за нами.

— Идем моя хорошая, идём. — согласился парень.

Они поднялись, дверь заперлась на засов, гаджет был помещён на привычное место откуда он мог контролировать подходы к жилищу.

Лев включил фонарь, разложил перед собой хабар и принялся пристально его рассматривать. Синие кристаллы на цепочках не вызывали у него ни малейшего интереса. Он понимал, что это за камни, и что для него они бесполезны.

— Эти люди так же, как и мы, использовали живые кристаллы. — произнёс он. — Тут что не фраза так открытие, не так ли Пионер?

— Верно. Понять бы главное, как они путешествовали по звёздам.

— Лиса, а вы не видели их корабли? Челноки?

— Нет. — слабо понимая о чём идёт разговор ответила она.

— Жаль, нам бы не помешало найти хоть один. — он поднял пять цепочек. — Выбирай, какой тебе больше нравиться?

Девушка присмотрелась и выбрала камень в форме ромба.

— Этот. — ответила она. — Хотя ещё больше мне нравиться твой камень, у него очень глубокий цвет.

— Мой камень?.. ах ты про кольцо… да. Это подарок от отца, вернее я его стащил, но сделал это с его одобрения, и я хотел подарить его… но не успел.

— Подарки передаривать плохая примета. — вмешался Пионер.

— Не знал, что ты и в приметах разбираешься.

— Это мои архивы, я ещё сам полностью не изучил их содержимое, но приметы и предсказания я уже разобрал.

— Где оно только у тебя храниться, с виду маленький. — он достал муравьёв и отправил их восстанавливать замок на выбранной девушкой цепочке. — Так, а что это?

— Мои архивы огромны, но я понятия не имею. Я не нахожу сочетание этих символов объяснимым, это я про штрихи на диске, там есть весьма крупные и совсем не заметные знаки. Так вот это что-то очень знакомое, но в данный момент мне не дано их понять.

— А шар? За ним я зачем бегал?

— Боюсь и здесь мой ответ будет бесполезен, но повторю, у него очень странная и сильная энергетика. Мне не известны даже приблизительные аналоги.

— Но что это?

— Несомненно это частицы живых кристаллов, но возможно особой подгруппы кристаллов, до этого времени не известных нам.

— Понятно. Значит и эта штука абсолютно бесполезна в моих руках. Нужно было хоть костюм с него содрать…

— Нахожу эту идею довольно удачной, учитывая дефицит ткани.

— Нет, я пошутил. Не принимай так всерьёз. Кстати да, нужно муравьёв поставить на изготовление нитей, потом тканей. Уверен, что ни хрена не получится, но попробовать нужно. У тебя есть понимание о структуре тканей.

— Конечно, какая интересует я в мельчайших подробностях опишу её.

— Мне нужно это представить, перчатки ведь нет, а чтоб представить хорошо бы увидеть, ты случайно не можешь показать.

— Нет. — после незначительной паузы ответил Пионер.

— Ты что задумался? У тебя что есть такая функция?

— Это не доступная информация.

— Крыса ты в консервной банке, что ещё ты можешь, но не говоришь?

— У меня огромное множество возможностей, но большинство из них не доступны по разного рода причинам.

— Да я и не сомневался. Лиса, скажи твоя одежда из какого растения. Как вы изготавливаете ткань?

— Я покажу тебе, — довольная что на неё наконец вновь обратили внимание ответила она. — это кона, она довольно распространена.

— Почему мне кажется, что она покажет нам коноплю.

— Очень вероятно. — согласился гаджет.

— Иди ко мне. — поманил рукой Лев, увидев, что муравьи уже справились с задачей. — Вот так, ну вроде крепко. А теперь попробуй что-нибудь сделать?

— Что именно? — поинтересовалась она, перебирая пальцами цепочку на шее.

— Не знаю, попробуй что-что сдвинуть, поджечь или разбить. Попробуй сделать хоть что-то.

— Тихо. — вмешался Пионер.

— Да пусть попробует, вдруг получится.

— Тихо я сказал. Я вижу за забором ваш скелет.

Скелет показался лишь единожды за ночь, он не вошёл во двор, и тем более не попытался напасть. Спать они улеглись поздно, слишком много эмоций подарил им день. Лиса пыталась сотворить что-либо с помощью кристалла, но безуспешно, её неудачи огорчали Льва, но ещё больше он расстраивался что не может нормально объяснить, чего именно хочет от девушки. Он не знал, как это сделать, о чём думать, что представить, что почувствовать.

Следующие два дня были посвящены пополнению запасов пищи, и, как и собирался Лев, они нашли растение, из которого здесь производили ткань. Вопреки ожиданиям она совсем не была похожа на коноплю, это был растительный ёж с листьями иголками до полутора метров длинной, бледно-жёлтого цвета. Возвращаясь к жилищу, волоча за собой весьма немалый груз, Лиса вдруг бросила свою ношу и побежала к деревьям, растущим неподалёку.

— Эй! Ты куда?

— Это дуб! — крикнула она отдаляясь.

— Это не перевод как ты понимаешь, это дерево у них называется дуб. — уточнил Пионер.

— На наш совсем не похож.

Девушка оглядывалась по сторонам и увидев слегка искривлённую ветку, лежащую на земле радостно смеясь запрыгала от счастья.

— Так. — остановился рядом парень. — В чём суть данного ликования? Не подскажешь?

— Ты что, это же дуб. Дуб!!! И он сбросил ветку!

Парень посмотрел на сухую ветвь толщиной в пивную бутылку, потом поднял глаза к верху. Дерево больше походило на фундук, только листья в разы крупнее.

— И от чего такая радость?

— Я из этой ветки сделаю рукоять копья, обрабатывать конечно морока, времени много будет потрачено, но это так здорово!

— Слушай, мне кажется вон та веточка, — он указал пальцем. — она ровнее, и толщина более подходящая. Давай я тебе её срежу?

В этот момент девушка взорвалась таким потоком слов что пионер не успевал за ней переводить, к тому же многие слова для него оказались новыми и он, запутавшись в её эмоциональном посыле замолчал. И только когда она утихла произнёс:

— Скажу просто, дерево священно, его нельзя рубить, по нему нельзя лазить, использовать его древесину разрешено только ту которая сама упала.

— Лес дремучий, ёжики пушистые. Хорошо, хочется, возьмём. Ухты, — присмотрелся он. — земляника, не усохла ещё.

Они подкрепились ягодами, и продолжили путь. Лев как джентльмен вызвался нести и божественный трофей. Вес древесины был небольшой, парень в начале хотел отрубить лишний кусок, но сталь отказалась причинять серьёзный вред коре ветки. Дрожь ножа звоном ударила в руку Льва знакомой, дикой болью и он отказался от этой идеи.

— Крепкая. — проговорил он.

— Да, очень. Крепче дерева нет. Это же дуб! Уйдёт много-много дней пока я смогу снять всё лишнее, до нужной толщины. Возможно если мы пойдём к морю, и насобираем лезвий ракушек, это мне помогло бы.

— Ты разрешишь мне помочь в этом?

— Ты о своих муравьях? — с интересом взглянула она.

— Ну да. Зачем мучиться?

— Когда ты улетишь, это будет самая ценная вещь на земле. Копьё с наконечником из металла звёздного корабля, с рукоятью из священного дерева выточенной живой пылью, что способна есть дерево, камень и металл.

— Как по мне звучит не плохо. С такой рекламой я бы его купил.

— Когда ты улетишь я буду хранить его, до последнего своего вдоха.

Радость её улетучилась, она остановилась и замерла. Лев подождал немного, но девушка смотрела в сторону и не шевелилась.

— Лиса. — позвал он её, но она не отреагировала. Он бросил ношу и подошёл к ней. Она плакала, слёзы её набегали волнами застилая глаза, и она пыталась отвернуться, чтоб он не смотрел на неё. — Ты чего? Лиса?

— Ты улетишь… — повторила она.

— Ну чего ты? Я ж не улетаю ещё, я здесь. Да и не на чём мне лететь, и не к кому. Мамы нет. Насти нет. Сестре я не нужен, уже не нужен, по своей вине как ловко подметил Пионер. Я не брошу тебя, слышишь? Не брошу.

— Ты улетишь. — замотала она головой.

— Только с тобой. Я обещаю. Ты только не плачь, а то у меня сердце разрывается от твоих слёз.

Парень обнял её, и она обняла его, обкрутив хвостик об его ногу.

К вечеру следующего дня нано-пыль закончила резьбу по кости, из зубов и двух рогов, что поменьше, они сделали бусы. Зубы мясодёра были украшены бессмысленными узорами и вкраплениями серебра, Лев решил пожертвовать одной из цепочек. На рогах же были нанесены руны, которые нарисовала Лиса. Лев не знал их значения и не задавался этим вопросом. Получившиеся трофеи были насажены на цепочку и торжественно вручены Лисе. Она перебрала всё по-своему, добавив по середине синего камня ромб и радостно застегнула застёжку.

— Нравиться? — спросил парень.

— Угу. — улыбнулась она. — Знаешь я жалела, что сбежала, считала, что подвела всех. Ведь так неправильно. Но теперь…

— Жалела? — нахмурился он и протянул руку. — Они хотели отрубить твой хвостик. Можно?

— Тебе можно всё. — она улыбнулась, и огненная кисточка подпрыгнула и пододвинулась к парню.

— Как думаешь, — погладил он хвост. — не пора ли нам расширить наше жилище? Заодно и забор достроим и укрепим.

— Нашего? — заблестели её глаза.

— Нашего. — парень поднялся и сняв с костра ёмкость с закипевшей водой, вылил её в ванную, после чего емкость пополнилась водой из ведра и снова стала на огонь. — Нам правда стоит подумать о безопасности.

— Здесь не очень удачное место, но если украсить его, не укрепить, а украсить то возможно нас побоятся тронуть. Несколько фигур древних богов, наверное, подошли бы. Но я хотела спросить о другом.

— Спрашивай. — улыбнулся Лев и потянулся за кружкой.

— Я узнавала у Пионера, о ваших обычаях, вернее меня интересовал один момент вашей жизни. Вы предаётесь утехам будучи в трезвом рассудке.

— Ну тут я бы с тобой поспорил, у нас, знаешь, тоже есть своего рода отвары, и после них бывает не помнишь не только что ты делал, но и где, когда, с кем и сколько это продолжалось.

— Я понимаю, но мне очень интересно как вы это делаете.

— По-моему так же, как и вы. Нет? — подмигнул Лев.

— Не так же, мы знаем только одно, признаём только одно, у вас всё иначе. Одним словом, я узнала очень-очень много о том, как вы занимаетесь любовью, я правильно произнесла? Я многое смогла понять и даже представить. Теперь я хочу попробовать.

Парень смотрел на девушку и понимал, что всё в огне. Огонь костра, огонь её волос и в глазах её разгоралось безудержное похотливое пламя.

— И что ты хочешь попробовать?

— Всё!

Она взяла его за руки и потянула. Он поддался и встал на ноги. Девушка обняла его и поцеловала, впервые за всё время она была по-настоящему расслаблена и свободна, она была счастлива, ей было хорошо, и она наслаждалась каждым мгновеньем этого счастья. Раньше, она могла позволить себе лишь положить ладони ему на грудь, не прикасаясь более ни к шее, ни к рукам.

— Ребята, — вмешался Пионер словно смущаясь. — может вы займётесь делом, я что-то устал это вот всё переводить вам.

Было за полночь, они нагрели ещё воды и наполнив корыто принимали ванную, любуясь звёздами. Даже кусок ржавой луны не нагонял сегодня тоску как обычно.

— Знаешь, — проговорила она пытаясь сдерживать довольную улыбку. — это очень-очень сближает.

— Тебе понравилось?

— Да, но Пионер рассказывал и другие вещи. Ты поступил по-другому.

— Ты случайно никуда не торопишься?

— Нет. — непонятливо замотала она головой. — А что?

— А то что у нас предостаточно времени. Успеешь.

— Лев. — тревожно обозвался гаджет. — Оружие, скорей! Оно прямо за забором!

Лев дёрнулся за пистолетом, направив оружие он напряг зрение. Судя по силуэту, во двор вошёл человек. Силуэт так же говорил о том, что гость имеет длинные волосы и скорее всего гол.

— А мне местечко в ванной не найдётся? А то я заколебалась пока вас нашла. — прозвучал, хорошо знакомый парню, надменный тон, и он опустил пистолет.

— Настя? — задрожал его голос.

Глава двадцать пятая

Лев обнимал её обмякшее тело и не верил, что всё это реальность. Он не мог поверить, что её больше нет, но окровавленное отверстие в голове говорило об обратном. Он злился, он хотел встать и голыми руками задушить убийцу, но он не мог. Он любил её. И осознание этого чувства, вернее не самого чувства, а бессилия, бездействия вызванного этим чувством сводило его с ума. Он потерял любовь, потому что нашёл любовь. Он прижал её голову к груди, волосы словно кисть художника, нанесли первые и последние, кровавые мазки этой траурной картины.

— Зачем?.. — рыдая выдавил он и поднял безумные, наполненные гневом, болью, любовью и ненавистью глаза. — Я не понимаю…

Он поднялся и схватил себя за лицо, измазав щеку и веко кровью. Он шёл не боясь, он был готов к тому что она выстрелит, он хотел, чтоб она выстрелила. Так будет лучше для всех, в первую очередь для него, ему не нужно будет брать грех на душу. Он подошёл в плотную, руки её тряслись и она, осознав, что натворила, расслабила пальцы. Пистолет оказался в его руках. Быть может правильно было бы простить ей, принять эту жертву, отданную богам обоих планет ради его и её счастья. Но он был другим. Он стал другим. Лев направил ствол ей в лицо, и она предано, не моргая смотрела на него. Она знала, что это конец её путешествия и смиренно ждала выстрела.

Лев, сквозь слёзы, смешавшиеся с кровью, ещё раз взглянул на труп такой родной ему девушки.

— Два выстрела. — подумал он про себя. — Один для неё, другой для меня.

***

Незадолго до этого момента он был счастлив. Он смотрел на Настю, на лицо которое и не надеялся когда-либо увидеть. Пистолет выпал из его рук и почти беззвучно упал на землю.

— Стой! Лев стой, это не она! — кричал Пионер, но ему было всё равно. Он бросился к ней и схватив её прижал к себе заставив суставы захрустеть. Его не смущало ничего. Ни то почему она жива, почему она здесь. Ни то что все они были абсолютно голыми. Ни факт его сиюминутной измены. Это всё можно было обсудить, всё можно было понять, главное, она жива.

— Привет. Привет мой хороший. — поддалась она его объятьям из-под лба глядя на Лису, боящуюся покинуть ванную.

— Настя. — тихо протянул он пытаясь вернуть себе дар речи.

— Это не она! — распинался Гаджет. — Подумай сам! Подумай, как она может быть здесь? Как она выжила.

— А что это за телефон? — спросила Настя. — Чего это он распинается?

Она освободилась от объятий и направилась к костру.

— Прохладно, вам не кажется? — явно нервничая говорила она.

— Возможно… — протянул Лев.

Девушка надела лежавшую возле костра футболку. И присев протянула ладони к пламени.

— Впрочем вам, наверное, очень даже жарко. — она посмотрела на парня, потом повернула голову на незнакомку. — Симпатичная. Кто такая?

— Это Лиса. — ответил парень и приблизившись к ванной, поднял трусы.

— Лиса? — подняла бровь Настя, пистолет лежал около неё, и она принялась водить по нему указательным пальцем. — Да у нас тут целый зоопарк. Лев лиса и сорока, хоть сейчас басню пиши. И что тарахтит эта хрень, ни слова не пойму.

— Он переводит. — надевая нижнее, ответил он.

— О-у, иностранка что ли? Не узнаю язык. Не припомню её, не из наших да?

— Совсем не из наших.

— Лев, Лев. Лёва. Ты чего? Что голос дрогнул то? — произнесла она и её голос так же стал на пол тона выше. — Ты милая вылезай, чего сидишь то? Не дай бог ещё отморозишь себе чего нужного. Да и одетыми общаться немного проще. Во всяком случае со мной. С ним так уж и быть, можешь без одежды.

Лиса вылезла и потянулась за одеждой.

— Ни хера себе! — повысила голос Настя. — Это чё у неё такое??? Лев я не пойму, ты что крысу поимел?

— Настя, — шагнул он. — это не важно. Да нам есть что обсудить, но главное…

— Не подходи ко мне! — крикнула она и подняла оружие.

— Это не она идиот!!! — снова заорал Пионер. — Ты башкой своей думать пытался нет!

— Не-е-е, — замотала головой Настя. — только яйцами. На хера голову напрягать, она одна, а яиц двое, вот пусть и отрабатывают. Сука, трахнул инопланетянку. Когда ты успел только?

Она встала и пристально всматривалась в испуганную девушку которая под давлением ситуации словно уменьшилась в размерах.

— Настя, ты понимаешь где ты?

— Нет, конечно нет! Как я могу понимать, ты звёзды видел? Ни единого созвездия, которое нам знакомо. Где я, я не понимаю. Я понимаю другое, что ты поступил по отношению ко мне, как бы это сказать то, не красиво что ли. Как думаешь я не слишком близко всё воспринимаю?

— Настёна. Главное, что ты жива! — он сделал ещё шаг.

— Стой сука на месте. Ещё раз назовёшь меня Настёной, я клянусь, я отстрелю так симпатизирующие мне шары. Я не промахнусь, ты же знаешь. Как бесит этот телефон. Ты можешь сделать чтоб он заткнулся?

— Очень сомневаюсь. Он весьма самостоятельный.

— Я очень хочу, чтоб он замолк. Мне что сделать чтоб ему было не для кого переводить?

— Пионер, ты можешь прекратить?

— Нет, — ответил компьютер. — я буду говорить тише, но я буду говорить. Полагаю, что ситуация такова что Лисе важно понимать о чём вы говорите.

— Пионер в зоопарке. — протянула Настя. — Это бред какой-то. Ладно. И так, муж мой не состоявшийся, что делать будем?

— Предлагаю попить чай. Думаю, это нам всем необходимо. — не придумав ничего более подходящего сказал он.

— Чай. Ну давай. Попьём чай, и я тебя внимательно послушаю. — Она положила оружие на деревянное кресло и сориентировавшись принялась наливать горячий напиток в кружки.

Лев подошёл ближе, он взял пистолет и бросил его в сторону.

— Я бы не выстрелила. Ты же меня знаешь.

— В том то и дело что я тебя знаю.

Настя улыбнулась, но попыталась мгновенно задавить улыбку.

— Здесь всего две чашки.

— Я позже попью. — присаживаясь рядом ответил он. — Вон те шарики похожи на наш мёд, вместо сахара.

— Зови свою подругу. Интересно знать, что за мымра тебя увела. Слушай, а крыс трахать это точно нормально? Эй, крыска, иди сюда!

***

— Нет, — проговорил компьютер. — я буду говорить тише, но я буду говорить. Полагаю, что ситуация такова что Лисе важно понимать о чём вы говорите.

Пионер стал воспроизводить звуки тише и совсем перестал переводить то о чём говорят земляне. Голос его был серьёзен, и он взвешивал каждое слово, обращённое к смятенному разуму Лисички.

— Слушай, слушай меня внимательно и ничего не отвечай. Ты не отвечала им, и мне не нужно, просто слушай. Она это чудовище, монстр принявший облик девушки к которой был привязан Лев. Девушки, с которой они хотели создать пару. Но сейчас она угроза. Он не способен понять этого, так как разум его затуманен счастьем видеть её, но она угроза. Она принесёт смерть и ему и тебе, сразу, как только выведает необходимую информацию, и я ничем, ничем не смогу помочь. Мои файлы, знания хранящиеся в моей памяти очень важны, и мы не имеем права их потерять. Поэтому я прошу, я умоляю тебя, возьми копьё, они очень увлечены друг другом, они не заметят… Ты должна убить её. Я буду с тобой честен, он скорее всего никогда не простит тебе, но он будет жить. Времени для раздумий нет.

Девушка оделась и глаза её робко взглянули в сторону Людей.

— Стой. Ты помнишь, как он держал пистолет? Ты видела, ты запомнила, я знаю. Сейчас самое время, он бросил его, подыми. Подыми и направь его ей в голову после чего пальцем нажми на выступающую металлическую палочку в кольце. Сейчас, ты должна это сделать сейчас, и ты спасёшь ему жизнь.

***

— Зови свою подругу. Интересно знать, что за мымра тебя увела. Слушай, а крыс трахать это точно нормально? Эй, крыска, иди сюда! — крикнула она и повернулась. Раздался выстрел, голова Насти от удара откинулась назад, и девушка рухнула на землю.

— Нет! — крикнул Лев и подхватил её на руки…

… — Два выстрела. — подумал он про себя. — Один для неё, другой для меня.

— Сука! Как больно! — прозвучал голос Анастасии. — Эта тварь выстрелила в меня! Выстрелила!

Она поднялась и пальцами прикоснулась к ране, из которой вылезла сплющенная пуля.

— Ты жива… — протянул Лев.

— Жива. Жива? — она взглянула на пулю, лежавшую на ладони. Перед глазами её всплыли картинки, она видела его, видела поворотную дверь и как она выпрыгнула из неё. Видела, как его прижало к земле, как их разделило бронированное стекло и как он глядел… языки пламени скрыли всё, и она закричала: — Нет! Нет!!!

Она отпрыгнула от костра и сжавшись калачиком завалилась на землю и заорала, заорала так словно с неё снимали кожу, словно вытаскивали её нервы и наматывали на веретено.

— Я горю! Нет. Нет. Нее-ет!!!

— Лиса, иди в дом, пожалуйста, иди в дом! — Лев бросился к Насте и упав рядом, обхватил её руками. — Я здесь, здесь моя родная. Я здесь, я больше не брошу тебя, слышишь? Никогда не брошу. Всё хорошо.

— Идиот. — тихо проговорил Пионер.

— Лиса, забери его, пожалуйста. — его разрывала злоба, но он пытался сдерживаться, что-то подсказывало ему что и Лисичке сейчас требуется помощь, но единственное чем он мог помочь, так это не выплеснуть на неё гнев. — Всё хорошо моя родная, всё хорошо. Я рядом.

— Кто я? — всхлипывая спросила она.

— Как кто? Ты Настенька, девочка моя. Жизнь моя, ты что забыла? Ты она. Всё остальное не важно, мне не важно. — он прижал её ещё сильней и ему было плевать кто это, человек, крон, или космический оборотень, для него это была она, Сорокина Анастасия, одногрупница, коллега, любовь всей его жизни.

Глава двадцать шестая

Настя сидела за столом и старательно выводила буквы в тетрадке. В её время это была редкость, давно уже никто не писал на бумаге, используя планшетные тетради, сохраняющие все записи владельца в течении всей его жизни. Использование планшета с его голосовым и ментальным набором текста, с исключительным использованием печатных букв, привело к полной деградации письменности, даже великие учёные, не все конечно, но многие, имели отвратительный почерк и не могли от руки написать более пяти полных страниц текста, не ощутив ноющей боли в пальцах. Такая участь была не для Насти, она должна была быть лучшей, и если не во всём, то во многом. Конечно же это была не её прихоть, мало девочек в восемь лет решительно настроены превзойти всех, это прихоть мамы — Маргариты Алексеевны. «Плевать мне на всех детей мира, они ничтожны! А ты, ты лучше их всех. Ты особенная, всегда, и во всём» — так говорила она ей ещё с пяти лет, постоянно муштруя и заставляя учится.

Сегодня у мамы были гости, два мужчины, один высокий слегка сгорбленный, второй с тонкими усиками, и шикарная женщина в пальто с меховым воротом, словно сошедшая с экрана исторического фильма о гангстерах. Пришли они ненадолго, если судить по отказу снимать верхнюю одежду.

— Ты одна? — спросил сгорбленный. — Серёги нет?

— Нет, он уехал. Ты же знаешь.

— Знаю-знаю, это я так, для проформы.

— Может всё же пройдём? Чай, кофе? — предложила Маргарита.

— Нет времени, — ответила женщина. — информация подтвердилась. Как только крейсеры будут готовы, мы воплотим наш план.

— Но до завершения строительства пройдут годы. Это… это… нам необходимо найти иной способ.

— Иного способа нет. — ответил тонкоусый. — Такое расстояние накроет только корабль типа волан, и это если повезёт, мы просчитываем риски и количество прыжков. Подходящих суден, в подчинении землян, всего четыре, все военные. Ты предлагаешь угнать один из них?

— Но, если кто-то, сольёт информацию, если она попадёт к властям? — забеспокоилась Маргарита.

— Они не поверят. — улыбнулся тот накручивая растительность под носом. — Губошлёп уже обо всём позаботился.

— Губошлёп? — удивилась она. — Янис? Да он же клоун и идиот. Над его идеями смеются все, у кого есть хотя бы тень интеллекта.

— Высмеивают, всё верно, — согласилась женщина. — но главное их читают. Его идеи глупы, безосновательны и бездоказательны, но они интересны, как свежий анекдот. Поэтому именно он и сольёт информацию, немного переработав, и добавив своих мыслей конечно же. В случае утечки никто не обратит внимание на эту информацию.

— Потому что они уже над ней посмеялись. — добавил сгорбленный и протянул хозяйке дома электронный ключ. — Там всё запрошенное. Ячейка ноль шесть ноль семь, не забудь. Так же, там ты найдёшь бумаги о назначении на новую должность, ректор одного из заведений завтра решит уйти на пенсию и во время голосования, ты победишь с перевесом в шесть голосов. Ты же любишь молодёжь?

— Я же их поубиваю всех, честно, — сморщила лицо Маргарита. — может…

— Об этом не может быть и речи. — перебил усатый и прошёл в дом к столу где сидела Настя. — А что это у нас за красотка такая? Ты Настюша, верно?

— Верно, — глядя из-под лба, не прекращая писать, ответила она.

— Маргарита Алексевна, а ты уверена, что Она Сергевна? Больно красива она у тебя получилась.

— Серёжа вернётся, ему об этом и скажешь.

— Пожалуй я не стану. — он щёлкнул пальцем девчонку по носу и удалился.

***

Она проснулась ещё до рассвета. Парашютная ткань была жёсткой, но хорошо согревала, рядом трещал огонь, Лев сидел на кресле и пил что-то из чашки.

— Боже, какой приятный запах. — вдохнула на полную она.

— Милочка моя, бога не существует. Не вспоминайте об этой невежественной части нашей истории, ну хотя бы при мне. — тихо и без интонаций выговорил он.

— Старик Гордон. — улыбнулась она. — Простите пожалуйста, это в последний раз. А можно и мне кофе?

— Я боялся, что тебе холодно, но не хотел будить, лестница не дала бы перенести тебя.

— Это её жилище? — спросила она, отодвигаясь от костра.

— Нет, это я построил, моя заначка муравьёв. — ответил Лев и залил кофейный камень кипятком.

— Когда? Сколько ты здесь?

— Долго, дней сто, наверное, я не считаю.

— Это очень на тебя похоже, ты знаешь?

— Знаю… — он посмотрел ей в глаза и поставил рядом с ней кружку. — Что ты помнишь? Последнее.

— Я… я помню момент прыжка, ты спросил выйду ли я за тебя, потом всё словно размыто. Коридор, выстрел, пыль, много пыли и огонь. — руки её задрожали, глядя на языки пламени. — Я погибла да? Я сгорела?

— Получается, что нет. — слегка улыбнулся он. — Ты крон. Вопрос лишь в том была ли ты такой и на земле, или же тебя подменили уже здесь… я знаю ответ, но знаешь, мне плевать. Если бы ты хотела убить меня, я думаю ты бы уже сделала это, мы не смогли бы помешать.

— Почему я должна этого хотеть? Хотя крыса, реально этого заслужила.

— Я думаю это Пионер подговорил её.

— Да плевать! Она пустила мне пулю в лоб!

— Я помню. Я промыл рану, она хорошо затягивается. Ты знаешь я видел твой скелет. Он не такой как у твоих сородичей из пирамиды, он заметно темнее.

— Не нужно судить обо мне по цвету моей кости. — нарочито претензионно проговорила она. — Это расизм.

Он засмеялся и ответил:

— Это смешно, не так смешно конечно, как моё лицо, в тот момент, когда я тебя увидел. Представь, ты на чужой планете, в лесу, встречаешь ходячий скелет. Долго ты шастала по округе.

— Что за бред? — нахмурила брови девушка. — Давай по порядку. Во-первых, скелет не может ходить, в движение его приводят мышцы, это анатомия, Лев, это элементарно.

— Кроме костей были тонкие чёрные нити, словно жилы связывающие кости, и они меняли свою форму. Это выглядит жутко. Знаешь, на первом курсе мечтая увидеть тебя голой, я немного не это имел ввиду.

— Дурак. — произнесла она и сделала глоток. Камень настоялся и горький кофе обжёг её рецепторы. — Господи, как же это вкусно, прости старина Гордон. Во-вторых, кроны — это бескостные существа, использующие искусственный скелет. Сам скелет, без крона, это груда металлолома не способная двигаться. Если я крон, то мой скелет точно не мог бродить без моего мяса. Это невозможно.

— Или мы не обладаем достаточными знаниями о их природе.

Они молча допили кофе, она подошла и села ему на руки, обняв его голову, он погладил её по спине.

— Знаешь, а я ведь чувствую себя так же. Совсем без изменений. Пирсинг только с пупка пропал, жаль, мне нравилась та серёжка.

— Мне тоже.

— Я ведь ничего не помню, с момента бедствия, только огонь и вода. Пещеры, потом пришлось плыть по озеру, и идти сюда. Странно, но я точно знала куда именно нужно идти.

— Ты была здесь уже, но это не важно. Важно то что я хотел взорвать пирамиду. Я хотел уничтожить ёмкости с кронами, или завалить их, чтоб они никогда не сумели выбраться.

— Ничего не понимаю.

— Плевать. Для меня ты всё та же Настя, моя Сорока.

— Твоя? — спросила она и встала. — А крыса как же?

— Не называй её так, пожалуйста. — он помолчал и поднял глаза на девушку. — Я не прогоню её, она спасла меня, и я ей нужен.

— Слушай, любовь любовью, это всё понятно, но сейчас есть более важные цели. Как минимум выжить, как максимум найти путь домой. В нынешних условиях, её знания о планете невозможно переоценить, поэтому не прогоняй её. А теперь, если ты не хочешь, чтоб она ушла сама, тебе стоит пойти к ней и поговорить.

— А как же ты?

— Слушай, если я немного поплакала у тебя на плече — это не значит, что моя психика… короче ни хрена это не значит. Иди. Только объясни ей что ненужно в меня больше стрелять! А то я могу по носу дать.

***

Лев вошёл в жилище, Лиса сидела, забившись в угол и плакала.

— Надеюсь ты за взрывчаткой? — спросил Пионер.

— Я понимаю какие результаты твоего мозгового штурма, я знаю, что я вполне возможно ошибаюсь, но Настя одна из нас, для меня это так, я не чувствую от неё угрозы.

— Это называется привязанность, если ты представишь на её месте кого-то другого…

— Я не собираюсь представлять никого ни на чьём месте. Решение принято, ты либо с ним согласишься, либо… не знаю, что ты там ещё можешь сделать. А сейчас, я хотел бы поговорить с ней. Эй, Лисичка моя, — он присел рядом. — ты как тут?

— Прости меня… — протянула она, и попыталась вдавиться в стену отстраняясь от него.

— Я понимаю, ты хотела помочь, тебе так Пионер сказал, верно?

— Мог бы спросить на прямую у меня, — выразил гаджет свои мысли. — да это я, и это было единственное правильное решение. Признаюсь, я, выражаясь вашими понятиями, был удивлён. Психоанализ показывал одиннадцать процентов что она сможет выстрелить.

— Пионер, пожалуйста, дай поговорить с ней. Лиса, поговори со мной. Я не сержусь. Правда. И она не сердится. — он пододвинулся ближе и обнял её, но она не ответила ни словом, ни жестом.

Он пытался ещё несколько раз заговорить с ней, но всё безуспешно. Он обнимал её до тех пор, пока она наконец не уснула, после чего уложил её на кровать. Он вынес Насте доставшуюся от капитана одежду. Девушка принялась переодеваться и Лев с удовольствием смотрел на такие знакомые линии её тела.

— Даже не смотри на меня. — произнесла она. — После крысы, я тебя на пушечный выстрел не подпущу, понял? Мне ещё чумой заразиться не хватало.

— Как скажешь. — сдержал улыбку он.

— О-ХРЕ-НЕТЬ! — протянул громко пионер. — Давай, трахни ещё и крона, я клянусь, что буду называть тебя галактический ассенизатор до конца моих дней, все девять сотен лет.

— А у телефона есть чувство юмора. — она взяла Пионера в руки. — Ну расскажи, тебе идея совать хрен в инопланетянина тоже показалась неудачной?

— Скажем так, я не мог повлиять на это.

— Мне до сих пор не верится, что он смог выживать всё это время.

— О это чудо, несомненно. — согласился Пионер. — Впрочем, если бы не аборигенка, он давно уже бы помер. Она излечила его от семян водорослей что отравляют тело и влияют на мысли. Они водятся в озере где находится твоя пирамида.

— Ну раз уж спасла жизнь, тогда нужно было отблагодарить.

— О, его благодарности не было границ, могу описать в подробностях.

— Быстро вы решили дружить против меня. — вмешался Лев. — Пионер, ты час назад её взорвать хотел, а уже ведёшь весьма милую беседу.

— Во-первых, не хотел, а хочу, у меня просто нет возможности — это сделать. Нужно было Лису сразу на взрывчатку подговаривать, но я действовал по обстоятельствам.

— Разумно, если бы на моём месте был кто-то другой, — она опять заваривала себе кофейный камень. — и я это всё наблюдала, я бы за взрывчатку не забыла.

— Я это и пытался ему объяснить, но у него какая-то там любовь, понимаешь. Во-вторых, Лев Николаевич, я веду сбор данных, и изучение противника.

— Тогда зачем сейчас раскрываешь свои цели? — спросил парень.

— Раскрывшись он увидит реакцию и тем самым изучит меня ещё лучше. В данной ситуации он будет менять линию поведения достаточно часто, дабы расширить границы психоанализа. — подняла палец она.

— Очень верно подмечено. — согласился Пионер.

— Так говоришь, можешь описать в красках? — улыбнулась Настя. — Скажи тогда вот что, куда она девает хвост? Вбок, или подымает к верху?

— Настя, ну зачем ты? — вздохнул парень.

— Мне кажется стоит обратить ваше внимание, но Лиса только что покинула двор, а вы не заметили. — прозвучал динамик Пионера.

— Лиса? — вскочил на ноги парень. — Лиса!

Он вышел за пределы двора. Аборигенка удалилась на большое расстояние.

— Лиса!!! — вновь крикнул Лев, но она не оборачивалась.

— Я же говорила, будь с ней, иначе уйдёт. — крикнула Настя, хлебая горячий напиток и парень направился вслед за Лисой.

— И так, — проговорила Настя. — детишки ушли, и взрослые могут поговорить. Ты слишком сообразителен для обычного виртуального мозга. Значит ты нечто большее, и полагаю, я даже знаю что, верно Веди?

— Да, моя основная программа Веди, но мне больше нравится Пионер, я к нему уже привык.

— Пусть будет так. Докладывай в какой ситуации мы находимся? Мы в дерьме по шею или только по пояс.

— Я не собираюсь делиться с тобой ни одной, хоть сколько важной, информацией.

— Болванка ты чугунная, проверь список доверенных лиц, и подумай ещё раз.

— Шестым номером в листе субординации прописана Сорокина Анастасия Сергеевна, она имеет доступ ко всем данным кроме тех, которые были скрыты первой пятёркой. Прошу прощения, чем я могу быть полезен.

— Это другой разговор, мне необходимо…

— Да мне плевать что тебе необходимо, тебе известно слово сарказм? — между слов Пионера послышался смешок. — Доступ имеет Сорокина Анастасия, а не занявшая её место тварь.

— Эй! А вот это обидно. — она задумалась. — Хотя на самом деле, мне всё равно. Меня даже не расстраивает напоминание о том, что я больше не человек.

— Это важное уточнение. — подметил Пионер.

— Хорошо, тогда подыми все данные о кронах, всё что нам известно, до самой незначительной мелочи, потом возьми всё, что тебе известно обо мне, и сопоставь эти данные.

— Я делал подобную аналитику.

— Так сделай ещё раз! Ты делал аналитику, не учитывая главного фактора, что я сижу и общаюсь с тобой, и с ним. И я тебе клянусь, что я уверена в том, что я всё тот же человек, которым была все эти годы. Если ты убедишь меня в обратном, если докажешь, что я угроза, для Льва, людей, Земли, то я сама подорвусь тебе на потеху.

— Мне нравится. А может без долгих просчётов? Взрывчатка там в рюкзаке, ты сходи сейчас, возьми пока никого нет, и пух.

— Ха-ха. — кивнула она. — У тебя весьма интересное чувство юмора.

— Я знаю, я считаю его своим достоинством. Однажды я заставил Льва, снимать отпечатки пальцев у разлагающегося трупа капитана Леймана.

— О господи, зачем?

— Чтоб подтвердить его смерть. — он хихикнул. — Представляешь, снять отпечатки, чтоб подтвердить, что он мёртв. И с каждым разом говорил, что сканирование неудачно, чтоб он повторял попытку.

— Какая мерзость. Ты больной, ты знаешь?

— Это было дико смешно. Ты просто представь себе эту картину. Его рвало ещё несколько часов.

— Похоже я здесь единственный здравомыслящий человек.

— Сомневаюсь в этом утверждении. Ты не человек, болванка ты чугунная, обтянутая мясом.

— Слушай, ты начинаешь раздражать, займись лучше делом.

— Одно другому не мешает, я уже занимаюсь.

***

Лев вернулся через несколько часов неся девушку на руках. Он положил на землю её бессознательное тело.

— Что с ней? — безразлично спросила Настя.

— Я не знаю, не понимаю. Я догнал её у озера, вернее в озере, она поцарапала себе спину, может когда бежала сквозь рощу, — он достал коробочку с муравьями из подсобки. — к ней присосалось шесть пиявок. Они и ко мне раньше цеплялись, оторвать невозможно просто, но они отпадали через пару минут. А вот с неё они не слазят.

— И что ты будешь делать? — поинтересовалась девушка.

— Я хочу, чтоб их отцепили муравьи, думаю это разумно.

— Вполне.

— Название этих пиявок, — взял слово Пионер. — переводится как тихая смерть. Им видать не нравится кровь людей, поэтому они быстро отклеивались от тебя. К тому же боюсь они ядовиты, и нано-пыль может спровоцировать их на увеличение дозы яда. Их нужно срывать, не оказывая на них механического воздействия.

— Как, как можно срывать и не воздействовать? Может объяснишь? — нервничал Лев.

— Мне кажется я понимаю к чему он клонит. — проговорила Настя и села рядом с Лисой.

Она поглядела на милое личико соперницы и ей стало её жалко. Она зажала в кулак камень, висящий у неё на шее, и сконцентрировала взгляд на, прилипших к телу, паразитах. Они отскочили почти одновременно и зависли в воздухе, оставив на коже замысловатые узорчатые следы. Настя провернула кулак и швырнула скрюченные останки существ в раскалённые угли, она всё это время не давала костру угаснуть, каждые пол часа заваривая себе кофе.

— Лев Николаевич, — произнёс Пионер. — ты знаешь сколько случаев взаимодействий людей с кронами?

— Вряд ли. А что?

— Более трёх тысяч известных мне случаев. А знаешь сколько раз они использовали живые кристаллы?

— Нет. — не зная, что делать, отвечал парень, глядя как Настя водит свободной рукой у груди Лисы.

— Ни разу, они не пользуются кристаллами так как не умеют воздействовать на них, и это было единственным преимуществом людей.

— И что ты хочешь этим сказать? — с безразличием спросил Лев.

— Всё просто. Либо она не крон, либо человечеству конец.

Глава двадцать седьмая

— Мам, мне одиннадцать! — крикнула Настя. — Я может сама уже буду решать?

— Будешь солнышко, будешь! — ответила Маргарита Алексеевна. — Но немножко позже. А сейчас дождёмся отца и поедем куда велено.

— Когда же наступит это немножечко позже?

— Не сегодня моя родная. А вот и папа.

Отец вошёл в дом с двумя огромными кейсами и положил их на диван, после чего схватил Настю на руки. Он был среднего телосложения, худощавый, но ребёнок, казалось, не имеет, для него, никакого веса. Он усадил её на предплечье одной руки, поднял перед собой.

— Ваше милейшество, — проговорил он. — Вы уже успели поссориться с мамой?

— Я не нарушаю традиции, и она тоже.

— Отлично, значит праздник спасёт лишь одно! Что же это может быть…

— Я знаю, знаю! — радостно закричала она.

— Да? И что же это?

— Мороженное примирения!

— Умничка моя. Но сначала… — он поднёс её к дивану. — та да!!!

Он открыл один из кейсов, в нём лежало не меньше дюжины единиц огнестрельного оружия с патронами. Он захлопнул его, сделав вид что расстроился.

— Ну вот, как же я мог так ошибиться, неужели я потерял подарок? Или может он здесь? И так попытка номер два! — он открыл второй чемодан, в котором на мягком поролоне лежали всевозможного размера и формы кристаллы, фиолетового, жёлтого и красного цветов. — Та-да! Можешь выбрать себе любой, какой захочешь.

— Правда? — воскликнула она.

— Правда. Маме только не говори, а то мне влетит.

— Так она за спиной у тебя, и всё видит.

— Серьёзно? — округлил глаза он.

— Ага.

— Тогда выбирай быстрее, она у нас не шибко быстро соображает, ещё не поняла, что к чему. Давай-давай.

Девчонка вырвалась из рук, схватила небольшой жёлтый камень и убежала в свою комнату, остановившись за дверью, чтоб подслушать реакцию мамы.

— Считаешь это нормально? — спросила мама. — Ты разбазариваешь имущество общины. Вдохновители не поймут.

— Брось, всего один маленький камушек. Они понятия не имеют сколько их там было, и сколько мне пришлось отдать на откуп. — спокойно ответил он. — Давай скорей, нас ждёт мороженное примирения!!! Ура!

— Ура! — закричала Настя из комнаты.

***

Настя открыла глаза, солнце пробилось из-за горизонта ознаменовав новый день. Вчера, на третьи сутки, Лиса очнулась, но не произнесла ни слова, понять это последствия отравления или её решение было невозможно.

— Ты бы поторопил своих подопечных. — обратилась она к вышедшему парню. — Зябко ночевать на улице.

— Я тебе говорил, заходи, места ведь достаточно. — ответил он и протянул ей цепочку с синим камнем. — На всякий случай.

— А я тебе говорила, мне нужна отдельная комната, с отдельным входом. Я не желаю видеть скотоложство этими прекрасными, кроновскими глазками.

— Понятно. — недовольно буркнул он. — Через пару дней, я думаю, что-то будет готово.

Он наполнил кружку отваром и вернулся в пещеру. Настя с неким презрением смотрела ему в след, но как только он потерял возможность увидеть её выражение лица, как оно тут же сменилось. Печаль и боль принёс ей порыв тёплого ветра. Она поднялась и покинула двор.

Её глаза пристально всматривались в красоту этого неизвестного мира. Горы непрерывной стеной тянулись от одного края горизонта к другому. На верхушках их виднелись белые покровы, и большое скопление перистых облаков, которые, неестественно для землянки, клубились и перемешивались словно кипящая вода. Она любовалась красотами местных растений, деревьев с такой же зелёной листвой, но имеющей синие оттенки прожилок. Выйдя к реке, девушка развалилась на траве, не густо покрывавшей глинистую, насыщенную камнями, почву. Девушка всматривалась в чистейшее небо, теребя висящий на шее синий кристалл. Это был один из тех что Лев нашёл в саркофаге пирамиды, и он без раздумий вручил ей его.

— Интересно, — подумала она. — он окончательно смирился со своей беспомощностью, понимая, что хуже не сделает, или он на самом деле доверяет мне. В первом случае он прав, во втором дурак. И зная его, ответ очевиден. Странная всё же технология у кронов… какой смысл настолько перенимать чужую память и не отдавать себе отчёт в том, кто ты. Несомненно, это поможет внедрению, но как потом происходит переход? Одно сознание выключается, а другое включается? Найти бы переключатель и сломать. Интересно, вести о крушении уже дошли до земли? Нет, конечно нет, лететь сюда в Планковском времени примерно три месяца, и это очень условная цифра. Она каждый раз меняется в зависимости от… от чего-то это точно зависит. От расположения звёзд может? Мать расстроится конечно. Хотя я, наверное, понравилась бы ей в новом теле. Ещё крыса эта, как же она меня бесит. Топится она пошла. Пуля в лоб надёжнее… хотя если рассматривать мой пример… стоп. А почему я должна себя ущемлять? Господи, это всё так сложно. А если я — то, что мы здесь искали. Просто я не понимаю, как это работает. Может я создала свою копию? Но как? Что — то в кустах зашуршало… плевать. Ну а если я права, и я на самом деле уже мертва, или того больше, жива. Интересно было бы встретиться. Что-то подсказывает, что я себе не понравлюсь, и это будет взаимно. — она сильнее сжала кристалл с цепочкой. — Впервые вижу синие камни, и они явно другие, человечеству о них ещё только предстоит узнать. О, облако в виде сердечка. А камни очень мощные, не требуют никаких дополнительных механизмов. Это что урчание? — она приподняла голову и увидела огромного дикого кота. Его серая шерсть блестела на солнце, хвост был задран, а глаза влюблённо глядели на девушку.

— Эй, кошара. Иди ко мне, иди мой хороший.

Кот послушно подошёл и, без настороженности, залез Насте на грудь, после чего нагло улёгся, сложив перед собой, накрест лапки. Девушка погладила его и тот усилил громкость мурлыканья.

— Если я и крон, то хороший крон. К плохим людям коты не приходят. — улыбнулась она.

***

Сто одиннадцатый день после крушения начался коротким, минут на двадцать, дождём. Он слегка прибил пыль и наполнил воздух приятной влагой. Тучи затянули облака, не давая светилу превратить окрестности в парилку. Комната Анастасии обзавелась кроватью, столом и одним стулом, от большего количества она отказалась, мотивируя это тем, что она не рада гостям. Сквозь дверной проём она видела, как Лев вручил Лисе искривлённое копьё, рукоять которого была украшена на конце толстым рогом.

— Мать его, ты ей ещё бусы подари. Ой, я ж забыла, уже подарил. — замотала она головой.

— Настёна! — крикнул парень. — Иди завтракать! Выходить пора.

Завтрак прошёл быстро, девушки впервые сидели вместе у костра, храня при этом неловкое молчание. Тишину не нарушил даже Пионер. Через четверть часа они покинули двор и направились на восток, к ближайшему горному массиву.

— Может поговорим? — спросил Лев. — Только без нервов, Насть, прошу.

— А я что? Больше всех похожа на нервную? Ты об этом свою суицидницу проси.

Лиса не ответила и невольно замедлила ход, пытаясь спрятаться за парнем.

***

— Пойми, нам нужно держаться вместе. Мы не выживем друг без друга.

— Ну вот здесь я могла бы поспорить. Ты то точно уже кони бы двинул, а мы бы с крыской ещё пожили, до поры до времени. А потом конечно осталась бы я одна. А что поделать, пищевая цепочка.

— Настёна, ты понимаешь, что происходит вообще? — повернул он голову. — Ты сердишься на меня, ты серьёзно? А можешь в слух сказать почему? Я хочу это услышать.

— Услышать, что? — поинтересовалась она. — То, что я хотела увидеть явно не это, встретив тебя после крушения? Видеть, как ты, с этой… с этим… что она там такое? Мне приятно, как ты думаешь? Приятно?

— Я думал ты погибла! Я видел, как ты погибла! Прошло много времени.

— Это для тебя прошло много времени, а для меня нет. Я только что сидела в кресле напротив тебя, готовясь к отбытию, а вот уже ты долбишь крысу у меня на глазах! Нужно было сразу её вальнуть. Теперь не получится, посмотри какое у неё красивое и опасное оружие.

— Не трогай её, пожалуйста. Сгоняй свою злость на мне.

— На тебе? А смысл угнетать ущербного.

— Да без смысла давай. Разговор всё равно не складывается, не сдерживайся.

— Да пошёл ты! — отвернулась она. — Мне нечего добавить.

— Я не подумал, что для тебя не существовало этих дней. Прости.

— Засунь своё прости в жопу! Понял? Ты думаешь ты так важен для меня? Ты так нужен мне? У меня и без тебя хватает напрягов. Ты думаешь об этом? О том что я пережила? Что переживаю? Что чувствую? Я мать его крон! Кэ, эР, О, эН, вместе крон. Я ни хера не понимаю, при этом я пытаюсь думать о том, как попасть домой.

— Нам нельзя домой…

— Чего? С чего вдруг такие выводы?

— С того, что ты мать его Кэ, эР, О, эН. — повторил он. — Тебя закроют в самой дальней лаборатории и разберут на запчасти.

— Сука! — крикнула она. — Впервые в жизни ты прав. Сука!

— Так что с твоим появлением у меня на одну причину стало больше.

— Причину для чего? А ну ка просвети. — Настя остановилась.

— Остаться здесь. Мы ведь и раньше не планировали возвращаться. Новая планета, новый дом.

— Я не хочу жить в доме с крысами.

— Лев Николаевич, — официально проговорил Пионер. — уведомляю тебя о том, что ты был прав. На оставшихся кусках крейсера, остались выжившие.

— На чём? — переспросила Настя.

— Да! — сжал кулак парень. — Есть сообщение?

— Нет, это стандартный сигнал бедствия, используемый военно-космическим флотом. Но он отправляется не зашифрованным и не усиленным каналом, что возможно выполнить лишь вручную.

— Ты можешь связаться с ними? Я уверен, что это Джей, он умный гад, он не пропадёт.

— Мои цифровые сигналы очень ограничены, дальность всего пару километров.

— Нужно использовать встроенные кристаллы для связи. — проговорила Настя. — Через тебя можно отправлять сообщения, возможно даже между планетами. Почему ты не говоришь об этом?

— Потому как сам я не имею такой возможности, а значит в данный момент времени мы не можем воспользоваться данной возможностью.

— Эй! — крикнул Лев. — Ладно я, я не могу этого сделать. Но есть же Настя, у неё получится.

— Она не сможет этого сделать.

— Почему? — округлил парень глаза.

— Потому что он не даст этого сделать. — ответила Настя. — Я в его понимании враг, а значит могу отправить послание не только на крейсер.

— Это риск, я понимаю, но там есть выжившие, если мы свяжемся с ними, мы…

— Что мы? — спросил гаджет. — Сможем им помочь? Это вряд ли. Сомневаюсь, что нано-пыль ближайшее время построит челнок. Она слишком занята примитивными орудиями и посудой. А потом ещё и ткань необходимо будет изготовить, как замоченная кона расслоиться.

Настя улыбнулась и взглянула на копьё в руке Лисы, после чего произнесла:

— Я согласна с Пионером. Помочь им в данный момент мы не сможем, а риск очень велик. Думаю, что подпускать меня к управлению телефоном можно только в крайнем случае.

— Приятно слышать здравую мысль, хоть и из уст врага. — ответил Пионер.

— Бред, господи какой бред вы несёте! Вопрос о выживании. Не известно когда, и прибудут ли вовсе сюда люди. И каждый выживший он, он как священное животное. За его жизнь нужно бороться, понимаете, всеми методами.

— Очень удачное сравнение. — кивнула Настя. — Вот подымимся на скалу, и если, если мы найдём шаттл, тогда скорее всего мы отыщем и выживших, и они свяжутся с крейсером без лишних рисков. Но для этого нужно чтоб нам очень сильно повезло.

— Вероятность того что мы сможем обнаружить шаттл в этом месте с данной высоты… — начал Пионер.

— Заткнись. — перебила она. — Не знаю, что там за цифры, и знать не хочу. Не порть настрой.

Они приблизились к скалам и увидели стадо мирно пасущихся коз. Это были обычные козы, разве что у них были немного длиннее шеи, и уши в двое меньшего размера. Лиса беспокойно принялась оглядываться по сторонам.

— Здесь может быть пастух. — произнесла она. — Нам лучше уйти.

— И под пастухом ты имеешь ввиду?.. — спросила Настя.

— Горного шелеста. Это огромный чешуйчатый кот способный парить в воздухе благодаря перепонкам между передними и задними лапами.

— Кот летяга? — с насмешкой произнёс парень. — И что он, страшнее мясодёра?

— Страшнее. Он умней и быстрее. Если он поблизости, то давно наблюдает за нами. Нам нужно чаще подымать головы вверх. А ещё лучше, уходить от сюда. Они горные животные и не любят равнин.

Лев ухмыльнулся, но на всякий случай достал пистолет:

— Летающие коты — это конечно страшно, но козы — это шкура, а шкура — это кожа, из которой можно изготовить не дурную обувь.

— Мы в неудачном месте. — проговорил Пионер. — Слева лесок, справа холм. Обзор ограничен.

— И как часто эти коты, как ты их там назвала, трутся рядом с стадами? — спросил парень.

— Часто. — ответила Лиса. — Горный шелест их зовут, при сильном ветре их чешуйки шелестят как листья. Это выдаёт их присутствие в горах, возможно они последние обитатели гигантских древних лесов.

— Возможно. — ответил парень. — Ну что? Рискнём?

Лев направился к животным, как и в случае с птицей они не обращали на человека никакого внимания, вернее они не проявляли страха, наоборот, он вызывал у некоторых из рогатых неподдельный интерес.

— Лев! — крикнула Настя. — Может не сейчас? Нам ещё в гору нужно подняться. На обратном пути поймаем.

— На обратном пути их может не быть.

— Берегись, — крикнул Пионер. — сверху!

Настя подняла глаза. С неба, на неё, уже сложившись и выставив когтистые лапы, падало что-то, издавая звуки леса в ветреную погоду. Она лишь успела поднять руки защищая лицо. Лиса толкнула девушку и выставила копьё на встречу падающему хищнику. Острие лишь немного вошло в тело животного что позволило аборигенке изменить его траекторию и завалить на землю. Громкий рык разнёсся в стороны. Лиса принялась изо всех сил пытаться продавить копьё глубже, но ей не хватало сил, и лишь помощь Насти позволила нанести смертельную рану. Лев подбежал и остановился у тела, покрытого крупной длинной чешуёй кота, который по его представлению был около полутора метров в холке.

— Вы как? — спросил он запыхавшись. — Целы?

— Целы. — ответила Настя.

— А вот теперь нам точно нужно бежать. — безостановочно вертя головой произнесла Лиса. — Родители далеко не отпускают котят, и убийство одного из них им точно не понравится.

— Котят? — осматривал тело Лев.

— Да. Слышите?

— Не могу засечь. — проговорил Пионер. — Но отчётливо слышу, вижу! Трое. Они отсекают нам дорогу обратно!

— К скале, быстрее! — крикнула Лиса и бросилась бежать. Остальные последовали за ней. Трое животных приземлились в нескольких десятках шагов от первого. Они медленно подошли к телу котёнка, одно животное жалобно мяукало, призывая дитя встать, но оно не подымалось. Смирившись с утратой, звери двинулись в сторону обидчиков.

— Что дальше? — спросил Лев добравшись до природной стены.

— Укрытия нет. — ответила Лиса. — Нужно сражаться. Бежать бессмысленно.

— Сколько в холке у мамаши? — спросила Настя, прижавшись спиной к камню. — Метра два с половиной, три?

— Около того. У меня два магазина, по восемь. Боюсь может не хватить.

— У тебя хоть это есть, у неё он копьё, а мне что прикажешь?

— Камень Настя, камень. С пиявками ты ловко разобралась.

— Нашёл что сравнивать. — сердце её ускорилось, сбиваясь с ритма. — Я хоть и крон, но страшно мне как-то, по-человечески до сих пор.

— Прорвёмся. — ответил он.

— Следите за пальцами на задних лапах. — произнесла Лиса. Она была спокойнее всех и стояла, слегка покачиваясь из стороны в сторону, в метре от скалы. — Они сжимают их перед прыжком.

— Сомневаюсь, что мне это поможет. — взялся он обеими руками за оружие и выставил его вперёд.

— Береги патроны Лёва. И целься получше.

— Полагаю, что вероятность удачного исхода вас не интересует. — произнёс Пионер.

Животные разошлись. Котята принялись заходить с боков, взрослая особь слегка прижавшись к земле, шла в лоб. Глаза животного были наполнены чувством, которое было понятно и гостю из других миров, это была бешеная злоба и жажда мести. Скоро они сменятся скорбью, скорбью по убиенному ребёнку, но это будет потом, сейчас ей нужна была кровь.

Один из котят бросился вперёд и разогнавшись прыгнул, оттолкнувшись от скалы он попытался нанести лапой удар, но Лиса оказалась на удивление ловкой. Она без лишних движений сделала шаг в сторону и нанесла колющий удар ранив нападающего в бок. Животное приземлилось, слегка выгнувшись, и в этот же момент четыре пули влетели ему в область шеи. Оно пошатнулось, но и не подумало отступить. Настя зажала левой рукой камень и пристально всматривалась на его задние лапы. Лев произвёл ещё четыре выстрела в приближавшегося котёнка с другой стороны, и принялся менять магазин. У него не было опыта и это заняло больше времени чем он ожидал. Выпущенные им пули притормозили ход животного, заставив злобно мяукнуть. Раненный в бок «шелест» сжал пальцы на лапах и рванул с места. Настя уловила этот момент и заорав махнула правой рукой. Неведомая сила подхватила животное и швырнула его точно в приближающегося брата заставив их кубарем покатится по земле. Оставленная, на долю секунды без внимания, мамаша, ускорилась и прыгнула. Настя выставила ладонь заставив огромную тушу замедлится. Она не изменила своего направления и Лиса прыгнув в сторону ударила копьём зверя в шею. Лев тут же сделал шесть выстрелов пытаясь попасть в глаз. Он бы высадил и оставшиеся две пули, но в этот момент Настя махнула рукой и образовавшийся воздушный шар, тяжело хлопнув, откинул кошку на добрый десяток метров.

— Кажись разобралась. — произнесла она.

— Осторожно сверху! — закричал Пионер и в этот же момент на девушку упал ещё один котёнок. Он вцепился ей в руку и принялся вертеть башкой пытаясь вырвать её с основанием.

Лиса колола его изо всех сил, но копьё не наносило смертельных ран лишь раззадоривая животное. Лев прыгнул и обхватил рукой шею котёнка пытаясь замедлить его движения. Слушая крики Насти, напрягаясь до хруста суставов, он сумел подвести правую руку и засунуть дуло в ухо хищника. Выстрел. Животное обмякло, придавив Анастасию к земле.

— Ты как?! — крикнул он ей.

Она не ответила, и понимая их положение, осознавая, что лишь она обладает хоть каким-либо оружием способным противостоять зверям, попыталась столкнуть с себя тушу. Котята, измазанные собственной кровью, но весьма полные сил, присоединились к матери и медленно подкрадывались к обессиленным жертвам.

— Один выстрел. — подумал Лев. — Если свалить взрослого, то возможно, возможно малыши испугаются и дадут дёру. Нужно только попасть. В ухо, или в глаз. Он целился не моргая, практически смирившись с их судьбой. Лиса всё так же покачивалась, держа копьё, на её лице не было ничего, ни страха, ни гнева. Она стояла и ждала неизбежного.

Гулкий хлопок ударил по ушам. Шар красной энергии смел животных и отбросил их как минимум на три десятка метров. Лев повернул голову, и увидел слева, на холме, парящий над землёй шаттл, двигающийся в их сторону.

Глава двадцать восьмая

— Вы видели?! Троих одним выстрелом! Еха!!! — закричал парень в военной форме, выйдя из шаттла.

Лев с Лисой помогли подняться Насте. В предплечье её были рваные дыры от зубов, но рука была не сломана.

— Как ты? — спросил Лев.

— Жить буду. Не могу пошевелить рукой, совсем не слушается.

— Ох ты ж мама родная. — произнёс военный, глядя на Лису. — А это кто? Туземцы?

— Вроде того. — ответил Лев.

— Принято. — кивнул тот и подхватил Настю. — Не переживай красотка, ща мы тебя подлечим, будешь как новая.

Они занесли Настю в челнок и положили на откидной, медицинский стол. Военный, не раздумывая вытащил из встроенного шкафа пакет скорой помощи и сделав девушке укол принялся промывать раны. От инъекции девушка тут же потеряла сознание.

— Не переживай, так нужно. Зачем ей терпеть это. Отто Люгнер, сержант военно-космического флота. — он протянул ладонь Льву и тот её незамедлительно пожал.

— Лев Мирный, инженер. Это Сорокина Анастасия, так же из инженеров. А это наша добрая подруга Малисанхаш, Лиса если коротко.

— Приятно познакомиться. — кивнул он и Пионер перевёл.

— О, портативный переводчик? Много уже удалось освоить?

— Язык освоен по моим подсчётам на девяносто семь процентов, — ответил Пионер. — три процента я допускаю на религиозные и иные узконаправленные части их культуры, требующие особого подхода к пониманию. Так же имеются слова, не имеющие аналогов в языках, используемых людьми.

— Так, это что помощник капитана? — оживился вояка. — Лейман жив? Он с вами?

— К сожалению капитан не пережил приземление. Когда я его нашёл… — Лев поморщился. — в общем он до сих пор был в капсуле хотя прошло уже не мало дней.

— Понятно. Жаль, хороший был мужик. Очень жаль. — Отто перевязывал раны пропитанными биологическим клеем бинтами. — Здесь бы иглой пройти, но я не умею шить, вы уж не сердитесь.

— Будем надеяться на лучшее. Нам и так повезло что ты оказался поблизости.

— Это да. Стрёмные твари. Как вы вообще выживали столько времени?

— Я построил жилище, с помощью муравьёв, долго рассказывать.

— У меня тоже есть муравьи, но перчатка оказалась неисправна. Ладно, показывай дорогу. Туземка, кстати, не угроза?

— Нет что-ты, благодаря ей только и жив.

— Принято. — ответил Отто. — Быстро не полетим, челнок сильно пострадал, работают только стыковочные, на них не разгонишься, километров двадцать максимум. Зато топлива почти не жрут. Кстати, о топливе? Запас сух пайка в капсулах невелик, чем питались то?

— По началу, фазанами и рыбой, а после знакомства с Лисой меню стало богаче.

— Везёт вам. А мне от козлятины тошнит просто. Пробовал местные яблоки, от одних обосрался, другие жрать невозможно, горькие как полынь. Фазаны мне точно не попадались.

***

— Мам, — проговорила Настя, войдя в кухню. — может я не поеду? Что я буду делать в этом вашем лагере? Там одни малолетки тупые.

— В твоём отряде все четырнадцатилетние, как и ты, есть даже постарше. — ответила Маргарита не переставая нарезать салат. — То, что они тупее тебя, это даже не обсуждается. Но не суди их за это строго, думаю жизнь им ещё вспомнит это, чуть позже.

— Ты о чём?

— Да так. Не обращай внимания. — мама повернулась и обняла дочь. — Отдохни там хорошенько, слышишь. Вспомни что ты ещё ребёнок, если хочешь возьми пару виски, с ним ты быстро найдёшь друзей.

— Во-первых пить мне ещё рано, во-вторых, за это меня мигом отправят домой. Впрочем, это не такая плохая идея.

— Ну вот видишь. Отдохни хорошенько моя родная. — повторилась она.

Отец спустился со второго этажа и остановился в дверях.

— Так, если мы не хотим опоздать, то самое время выйти. — проговорил он. — Следующая станция аэропорт. Ты готова моя красавица?

— Готова. — фальшиво улыбнулась она.

— Будь внимательна, уверен, на дне одного из чемоданов, ты найдёшь сюрприз от матери. Не пейте всё сразу. И Настя, с мальчиками поаккуратнее пожалуйста. Хорошо?

— Как скажешь. Я же у тебя умница, не переживай.

— Такой ответ меня вполне устраивает. Жена. Объятья на дорожку.

Маргарита обняла его, и он игриво ущипнул её зад.

— Найди их, слышишь. — шепнула она ему на ухо. — Без них у нас ничего не выйдет, мы будем действовать наугад.

— Я понимаю.

— Достань их любой ценой.

— Хорошо. Не переживай. Я что много задач провалил?

— Ни одной.

— Вот именно, ни одной. Не вижу повода начинать. Дочь, маме пока и на выход.

— Да пап. Пока мам. — безразлично проговорила она.

***

— И так, что мы имеем: — говорил Отто нажимая пальцем на экран своего планшета. — Первоначальная задача, любыми методами, восстановить работоспособность шаттла. Все необходимые чертежи и схемы есть у Пионера, а Лев может воплотить их. Далее, необходимо связаться с выжившими на орбите, сразу, как только они появятся в зоне досягаемости. Используя имеющиеся на шаттле и на останках крейсера системы, мы…

Настя вышла из своей комнаты и спустилась по пологой лестнице, изготовленной из деревянных досок. Она приблизилась к группе и села на новое кресло за новым столом.

— Доброго вечера Анастасия, — кивнул сержант. — Ваши раны хорошо заживают. Как Вы себя чувствуете?

— Хорошо. — ответила она. — Пить хочу, Лев, сделай пожалуйста кофе.

— Да, конечно.

— Что ж, продолжим. Используя уцелевшие системы, мы, отправляем сигнал всем ближайшим кораблям как ВКФ, так и гражданским. С указанием координат. Мне, конечно, более по душе авантюрный вариант с переделкой шаттла. Жаль, что это лишь больные мечты, но я попросил Пионера их проверить. Возможно, мы сможем улететь своим ходом.

— Это даже больше чем мечты Отто, — произнёс Лев. — не обижайся. Даже если мы сможем собрать необходимое оборудование и установить его, то кто сможет его настроить. Во-вторых, для навигации и контроля основных систем требуются сильные менталисты, и это проблема.

— Вот так и рушатся мечты. — фальшиво улыбнулся Отто. — Что ж, тогда отправим запрос о помощи. Далее, если мы остаёмся ждать, когда прибудет помощь, необходимо составить строгий план действий. Это жильё, запасы продовольствия, воды, оружие в конце концов. У нас много работы на самом деле. Да. Ещё одно. Так как я единственный военный, а Пионер является военной программой, считаю правильным то, что отныне он будет находится у меня, для планирования дальнейших действий. Пользоваться ним смогут все, как и раньше, в частности для общения с нашей гостьей, но возможно немного реже чем вы привыкли.

Лев хотел возразить, но Пионер заговорил раньше:

— В данный момент программа пионер находится в режиме ожидания, от неё осталось только имя. Все функции общения выполняются иной программой искусственного интеллекта. Я запросил доступ к данным и пробуждению военной программы и получил отказ. Причина отказа, цитирую: «Отсутствие допуска к секретной информации сержантом Отто Люгнером, особенно учитывая особенности его эвакуации с крейсера ПС 1709.» к сожалению никаких пояснений, программа Пионера не даёт.

— Что ж, хорошо. — ещё неестественнее натягивая улыбку, ответил Отто. — Я лишь пытаюсь дисциплинировать ситуацию. Без дисциплины нам будет туго, это я вам гарантирую.

— Согласна с сержантом. — произнесла Настя. — Нам нужен строгий план и сроки его выполнения, хотя бы на первые полгода, чтоб запастись всем необходимым. Полагаю, мы сможем совместить починку челнока и постройку дома для Отто?

— Да, вполне. — ответил Лев. — Количество муравьёв позволяет. Это слегка замедлит починку, но да, сможем.

— О, mine frau, это совсем не обязательно. — Отто положил свою ладонь на руку Насти. — Меня вполне устраивает шаттл, я привык к металлическим покоям. К тому же мне так спокойнее. Я смог запустить систему периметр, и мне спокойнее, когда я нахожусь в челноке и могу контролировать безопасность лагеря.

— Истинный военный. — кивнула Настя. — Сколько я провалялась?

— Четверо суток. — ответил Лев. — У тебя был жар, но препараты подействовали. Ты не помнишь?

— Нет… — ответила она. — Теперь понятно почему от меня так разит. Голова гудит как с перепоя. Всё отдам за бутылочку пивка.

— Ох, ты бьёшь меня прямо в сердце, произнося в слух название этого чудного напитка. — Отто прикрыл глаза предаваясь неким воспоминаниям. — К сожалению пива, нет на моём борту, но есть спирт, признаюсь я его дегустировал, но лишь чтоб козлятина казалась вкуснее.

— Тогда предлагаю поужинать. — проговорила Настя.

Солнце уже зашло и праздничный стол был накрыт. Аварийный фонарь, расположенный на одной из стен, освещал часть двора. Отто поднялся и взял в руку каменную рюмку, изготовленную муравьями четверть часа назад.

— Нам военным не к лицу терять самообладание и веру, — начал он. — в любых, даже самых сложных, ситуациях, мы должны сохранять самообладание, гордость и лицо, своё лицо и лицо всего космического флота. Признаюсь вам, я оступился, я почти было утратил надежду, но случай, а быть может и сам господь бог…

— Бога нет… — тихо проговорила Настя и Лев незаметно улыбнулся.

— … привёл меня к вам на помощь. — продолжал Отто. — Я не знаю выжили бы вы без моей помощи или нет, но знаю точно, что я без вас точно пропал бы. Я немного успел осмотреться, и сделал некоторые выводы, с вашего позволения я ими поделюсь. Во-первых, я хочу поднять этот тост за Льва, это лучший инженер, которого я видел. Во-вторых, я хочу выпить за прекрасную Анастасию, я видел, как она управляет кристаллом в экстренной ситуации, не используя никакой механизм извлекать энергию это сложно, да что там говорить это невероятно практически. В-третьих, я поднимаю бокал за Малисанхаш, надеюсь правильно произнёс имя, это лучший представитель туземцев что мне доводилось встречать, хотя нужно быть откровенным, это и единственный туземец которого я встречал. Ну и в-четвёртых, за Пионера, который любезно переводит мою речь для нашей дорогой гостьи. За вас!

Сержант и Настя выпили, а Лев проговорил, глядя на Лису:

— Пей быстро, одним глотком, это невкусно, но ты потом поймёшь. Я просто не знаю пила ли ты когда-либо алкоголь.

— Да не беспокойся ты о своей крыске, не сдохнет. — не закусывая произнесла Сорокина.

— Mine frau! Das ist hart! Это грубо любезная моя, очень грубо, нельзя так с нашей гостьей. Надеюсь, Пионер ты это не перевёл?

— Конечно перевёл, — ответил тот. — полагаю, что вам не понравилось бы если я буду утаивать слова, сказанные ею, от вас. К тому же я вынужден поправить, в данный момент не она наша гостья, а мы её.

— Не придирайся к словам, мой виртуальный друг, тост испортишь. — он отломал ногу от зажаренного фазана и принялся за неё.

Лиса посмотрела на Льва и поморщившись выпила разбавленный спирт. Глаза её заслезились, и она закашляла. Люди довольно улыбнулись, глядя на её реакцию.

— Ничего-ничего, сейчас пройдёт. — Лев погладил её по спине.

— Итак, — не прекращая жевать проговорил Отто. — мне очень интересно услышать ваши истории. На сколько я понимаю они отличаются от моей. Боюсь даже представить, как такая прекрасная девушка смогла выживать одна на чужой планете. Кстати, почему ты не воспользовалась маяком? Я бы нашёл тебя в тот же день.

— У меня его не было… — растерянно посмотрев на Льва, произнесла Настя. — В моей капсуле не было рюкзака. Не знаю, как это возможно, но как есть.

— Scheise!!! Чёрт! Это ужасно, ты оказалась без сух пайка и снаряжения? Это ужасно. Как же ты выжила? Что ты ела?

— А-м… я бы не хотела об этом говорить. Вспоминать. Не сейчас. Прошу. — она протянула руку и словно случайно задела ладонь сержанта.

— О-у. Конечно, конечно. Я не знал, что…, впрочем, мог бы и догадаться, что это ужасный опыт. Прошу прощения если расстроил.

— Прощение можно только заработать. — серьёзно произнесла Настя.

— Всё что угодно! Не сомневайтесь!

— Тогда наливай, чего ждёшь.

— Ха-ха! — вырвалось у вояки, и он схватился за кружку. — Это я запросто. Ну а ты Лев. Ты поведаешь мне как ты выживал, как тебе удалось построить всё это?

— Ну мне понадобиться много времени чтоб рассказать всё, но я постараюсь коротко. Моя капсула упала километрах в двадцати на запад, но я могу не слабо ошибаться в точности. — начал парень.

— Посмотри на них. — произнёс Пионер так чтоб его понимала лишь Лиса, у которой, после первой рюмки, кровь прилила к голове заставив щёки гореть. — Один военный, быть может лучший кандидат чтоб доверить ему ту миссию что на меня возложена. Как считаешь ему можно доверять?

— Не знаю. Он спас нас.

— Верно, ему это ничего не стоило, потому и спас. Но он преступник, его ждёт суд и наказание, говорить этого я им не буду, эта информация лишь навредит.

— Но я тоже преступник для своего народа, разве я плохая? — сглотнула Лиса.

— Ты жертва религии и суеверий, и нарушила ваш закон лишь потому, что хотела спастись от этого самого закона. Он тоже хотел спастись, но его ситуация не оправдывает его поступок.

— Он плохой?

— Плохой или хороший слишком размытые понятия, он опасен, это подходящее слово.

— Тогда нужно предупредить Льва и Настю.

— Что вы там шепчетесь? — спросила Анастасия. — Пионер, чего не переводишь? Я чётко слышала своё имя.

— Мы продолжаем обучение. — ответил гаджет. — Она говорит, что ты обижена на неё, и поэтому пытаешься всячески оскорбить. Она понимает это и не держит зла.

— Да плевать мне на её понимание, на самом деле. — Настя отвернулась и вновь присоединилась к беседе Отто и Льва.

— Предупредить их можно, но делать этого мы не будем. — успокаивающим голосом прозвучал гаджет. — В данный момент такая информация лишь навредит. Они одна группа, они нуждаются друг в друге, и ни коим образом не ждут друг от друга угрозы. И я прошу тебя моя хорошая, пусть так и останется.

— Хорошо. Я всё равно не смогу сказать, даже если захочу.

— И это меня радует. — согласился Пионер. — Если взглянуть на Настю, это один из немногих человек, с которым бы я хотел оказаться в данной ситуации. У неё есть все допуски, у неё есть подготовка, ум, талант, решительность. Но…

— Она не она. — прошептала Лиса.

— Да, да, да! Она не она! Это очень хорошее определение. Лаконично и ясно. Я лишь программа, понимаешь, я набор чужих мыслей и знаний, собранных в кучу. Да я научен анализировать. Да у меня есть приказы, у меня есть цели и задачи и я достигну их, такова моя природа, и то что мне дан выбор каким путём достигать этих целей делает меня разумным. Живым. И вот эта живая часть меня боится её. Я боюсь этого существа, я не понимаю кто она и что она. Но понимаю, что она опасна не только для меня, а для всей человеческой расы.

— Зачем ты мне говоришь об этом? — спросила Лиса и положила руку на бедро сидящего рядом Льва. Парень коротко отвлёкся от монолога чтоб одарить её тёплой улыбкой и продолжил рассказ. Анастасия так же заметила это, но не подала виду.

— Я говорю с тобой об этом только потому, — ответил Пионер. — что мне больше не с кем. И признаюсь, ты самый приятный человек в этой компании.

— Знаешь, я не считаю её опасной и очень радуюсь, что не смогла её убить.

— Быть может она, именно она и не опасна. Но есть миллиарды людей, которые захотят получить её силу, крон с памятью человека в сотни раз опаснее обычного крона. Это я тебе точно говорю. А уж её способность к воздействию с кристаллами, это слишком.

— А Лев? — Лиса на автомате взяла протянутую ей рюмку и, выпив содержимое, заела кусочком жареного мяса. — Он не годится для твоей тайны?

— Лев? Это интересный вопрос. Вот ты бы доверила ему свою жизнь?

— Я? Да. — слегка растерялась она.

— Значит ты ещё наивнее и глупее чем я предполагал. Он не имеет нужных качеств, лишь везение уберегло его от гибели. Везение что он нашёл меня, везение что ты нашла его и так далее. Я бы доверил тебе мою миссию, но и этого не могу сделать.

— Почему?

— Ты её не поймёшь, и она тебе будет не интересна. Надежда лишь на других выживших, и надеюсь, что там будут кандидаты получше.

— А если нет?

— То мне будет чертовски скучно после ваших смертей. Как думаешь, Настя долго проживёт?

— Думаю дольше моего. — тоскливо опустила глаза Лиса. — Мне так хочется покинуть планету и улететь к звёздам…

— Думаю у тебя будет такая возможность. Отто спрашивает, как ты себя чувствуешь? А Анастасия вновь назвала тебя крысой.

— Я чувствую себя… — ответила Малисанхаш, глядя в глаза военного. — странно. Голова словно кружиться, но это даже приятно. Настя, можешь оскорблять меня сколько угодно, я рада что таким странным образом я могу доставлять тебе удовольствие. И знаешь…

Слова Лисы прервал въедливый визг и далёкий, но громкий звук взрыва. Волна заставила пламя заволноваться, и земля задрожала.

— Это что ещё? — вскочил на ноги Отто.

— Такого раньше не было… — ответил Лев. — может пирамида?

— Пирамида, с другой стороны, и взрыв на много дальше. — ответил Пионер. — Взрыв явно искусственный, полагаю его устроил кто-то из выживших.

— Это радует. — оглядывался немец. — Значит нужно будет отправится на поиски вновь, но я не сдвинусь с места пока не доем эту курицу, не искупаюсь, и хорошенько не высплюсь. Полагаю, никто не будет спорить что выдвигаться будет лучше днём.

— Нет, что ты, что ты, — не поднявшись и не опустив рюмку проговорила Настя. — я вот прямо сейчас всё брошу, и побегу в ночь.

— Mein schatz, я брошусь следом за тобой, но прошу давай дождёмся утра. — Отто принялся наполнять рюмки. — А теперь пожалуйста по подробнее о пирамиде, очень мало вы о ней говорите, хотя это немыслимый прецедент, особенно если они схожи с пирамидами на земле, то это просто unglaublich, это невероятно!

— Оу!? — воскликнула Настя и перевела взгляд на Льва, тот незаметно покачал головой. — А Лев разве ничего не рассказывал?

— Нет. — отрезал Отто. — Я весь в нетерпении.

— Лев нашёл две пирамиды, одна далеко, и он не успел её исследовать, в той же что поближе находятся останки и технологии кронов.

— Ух, и ты молчал? — вояка взглянул на парня, на плечо которому опустила рыжую голову охмелевшая аборигенка.

— Не до этого было как-то.

— Это самое главное!!! — выпучил глаза немец. — Как такое можно умалчивать. Вы понимаете важность этой находки?

— Понимаем, — ответил Лев. — но чтоб поделиться этой находкой, нам необходимо выжить. К тому же это сложно описать, проще показать, здесь совсем рядом.

— Согласен, — успокаивая возбуждение ответил Отто. — но повторю, я никуда не сдвинусь с места до первого луча солнца, а возможно и до второго. Кстати, Анастасия, звезда моя, у Вас очень странный шрам на лбу.

— Спасибо, Вы ещё, Отто Люгнер, спросите мой возраст, подметьте что у меня широкие бёдра и толстая задница. А ещё маникюр напрочь запущен.

— Что ты моя хорошая, я ни в коем случае не хотел тебя обидеть.

— На ветку по ночи налетела, пройдёт со временем, надеюсь. Шрамы красят мужчин, но не женщин. — она выдохнула и опустошила рюмку. — Господи, как я воняю, сил нет больше терпеть. Фу.

Настя поставила тару на стол и направилась к ванне попутно стягивая с себя одежду. Дошла до ёмкости она уже голая и крикнула:

— Я надеюсь, что вы настоящие джентльмены, и давно отвернулись.

— Разумеется это так! — ответил Отто. — И я не мог бы даже представить себе, что такая девушка как Вы Анастасия, окажется лгуньей.

— Да, с чего это вдруг? — спросила она, залезая в нагретую за день воду.

— С того, что у тебя роскошная, а никак не толстая задница!

— Так, понятно. — тихо проговорил Лев. — Пойдём Лиса, пора отдыхать, ты как себя чувствуешь?

— Я? Хорошо. — сонно ответила та.

— Пионера оставить?

— Можно. — ответил Отто.

— Конечно меня необходимо оставить. — обозвался гаджет. — Я полагаю, что Отто планирует вступить в связь с Анастасией, я вынужден отговорить его от данного поступка.

— Так! — повысил голос немец. — Забирай свою железяку, к такой-то матери.

— Принято. — ответил Лев и, забрав Пионера, и Лису, направился в жилище.

— А если он сдохнет после того, как трахнет её? — спросил Пионер. — Вдруг она заразная.

— Да и хер с ним. — ответил Лев.

— Согласен. Ты ж не сдох, чего он должен. Но он хотя бы не знает в кого будет совать. Впрочем, я не считаю его хоть мало-мальски полезным, в длительной перспективе.

— Почему так? — перед тем как закрыть дверь на засов он посмотрел на Анастасию, которая демонстративно мыла грудь. Он не видел её лица, но ощущал её тяжёлый взгляд. Напоследок она показала ему средний палец.

— Алгоритмы моих размышлений приводят меня к таким выводам. Если бы я был человеком, то совершил бы суицид. Не знаешь откуда у меня такие мысли?

— Понятия не имею. — Лев отвернул в сторону грубую ткань одеяла и рухнул на кровать.

— Мысли у меня такие из-за вас. Всех вас. — не унимался Пионер. — Вы сводите мою программу с ума, заставляя сбоить. Ваш кретинизм невозможно объяснить или оправдать. Тебе плевать что на улице абсолютно незнакомый тебе человек может умереть. Да он рискует жизнью, между прочим. Тебе плевать что этот чёртов крон может убить вас всех в любую минуту.

— Она так не сделает. — тихо проговорила Лиса.

— Вот! — повысил голос Пионер. — Вот яркий пример тотальной дистрофии разума. Родная ты наша аборигенка, Настя с удовольствием скрутила бы твою шею голыми руками, даже будучи человеком. Только за то, что ты спишь в этой комнате, на этой кровати и с этим человеком. Возможно, ты до сих пор жива только из-за того, что она уже не человек. Я знаю о чём говорю. Я очень хорошо знаю Анастасию Сергеевну.

— Всё хорошо. Не бойся. — взял девушку за руку Лев. — Она никому не причинит вреда.

— Ложь! И ты это знаешь. — звучал на разных языках гаджет. — Всё плохо, и возможно даже хуже, чем неделю назад. Не слушай его. Бойся. Возможно, именно страх продлит твои часы жизни. И она уже причиняет Льву вред, пусть пока только морально. Ты думаешь ей так понравился этот вояка, что она готова тут же раздвинуть ноги? Это лишь способ сделать Льву больно. Зацепить его. Никогда бы не подумал, что она опустится до такого низкого уровня контроля разума.

— Он сегодня очень разговорчив. — произнесла Лиса и хвост её пощекотал ухо Льва.

— Не обращай внимания. — ответил тот и потянул к себе девушку.

— Господи… — протянул Пионер. — дай мне глаза, я их выколю лишь бы не видеть этого.

***

Анастасия подошла к столу в чём мать родила, и сама налила себе выпить. Отто, не подымаясь с лавки, схватил её за талию и потянул к себе пытаясь прижаться лицом к её груди.

— Тише будь, Казанова. — уперлась она ладонью в его лоб. — Ванная там. И не задерживайся, а то спать пойду, не видишь «ледю» разморило.

— Это я мигом.

Он бросился к ёмкости, на водные процедуры у него ушло не более двух минут. Он вернулся строевым шагом и остановившись у костра поднёс руку к виску.

— Mein libe, сержант военно-космического флота Отто Люгнер прибыл в ваше полное распоряжение, готов выполнить любой приказ.

— Налей. — произнесла она.

— Есть! — он отбил босыми пятками, и наполнил две рюмки.

— Пей!

— Есть! — ответил он и выпил, к своей же рюмке она не прикоснулась.

Он выпил содержимое второй стопки, а она двинулась в направлении шаттла, демонстративно виляя задницей.

— Огонь баба. — проговорил он, провожая её взглядом. Он взял со стола не известный ему плод и откусил, слегка пожевав, скривился и, выплюнув закусь, направился вслед за Настей.

Настя не успела заметить, как он догнал её, как подхватил на руки и как она очутилась внутри челнока, в свете маленькой, мигающей синим цветом, лампочки. Пальцы его впивались в её тело.

— Тише… — проговорила она.

Он подхватил её и прижал к двери, напирая так что она не могла вдохнуть полной грудью.

— Аккуратнее, слышишь? — произнесла она громче, но он не обращал внимания на её слова. Он развернул её, схватил за затылок, и силой наклонив вдавил в стол.

— Тише… — повторила она и мозг её перестал реагировать на ритмичные толчки, она видела лишь синие вспышки на панели.

Она закрыла глаза пытаясь собраться с мыслями, и открыв их, увидела хорошо накрытый стол. Напротив, сидела мама, слева трое мужчин, справа двое и одна женщина между ними.

— Что ж, — произнесла женщина с острым, куриным маникюром синего цвета. — мы получили полную поддержку вдохновителей. Они одобрили и утвердили все наши, даже самые смелые, планы. Я, признаюсь, так волнуюсь, не будем говорить вслух, дабы не сглазить, но ни это ли повод выпить?

— Ура! — шёпотом, но громко проговорила Маргарита Алексеевна и похлопала пальцами.

Они выпили шампанского, все сделали лишь несколько глотков, и лишь растолстевший мужик с козлиной бородкой осушив бокал, взял бутылку и налил себе снова.

— Жарко у вас. — произнёс он и щёлкнул по носу сидевшую рядом Настю. — Я бы не торопился радоваться. Мои контакты во флоте не дают результатов. Как бы не пришлось переносить это мероприятие.

— Извиняюсь, — ответила Маргарита. — у нас сломался кондиционер, и туалет на первом этаже не работает, так что если что…

— Поедешь туда. — показал пальцем в верх сгорбленный мужик, не обращая внимания на хозяйку. — И скажешь им, что вся твоя сеть по вербовке… — он недоверчиво посмотрел на Анастасию. — сам знаешь кого, провалилась, что результатов нет, вот и поглядим, отложат мероприятие, или нет.

— Ха! — вырвалось у невысокого гостя с выступившими сосудами на лице. — И добавь, что вся эта затея — это неразумная трата финансов. Так сказать, давайте заниматься тем, чем умеем. Грузами, большими и маленькими. Да?

— А я что, что-то такое говорил?

— Нет, нет. Конечно же нет. — поднял ладони красномордый.

— Нет, подожди. — завёлся тот потирая бородку. — Ты скажи, если есть что сказать, а то мне перед людьми теперь не удобно так-то.

— Пожалуйста, — проговорила Маргарита. — обсудите это в другой обстановке.

— Да нет уж, пусть объяснится!

Синий ноготь застучал по бокалу, и все затихли.

— Мне нужно повышать голос? — спросила женщина, глядя на зачинщика.

— Нет, — опустил глаза толстяк. — милочка передай пожалуйста салат.

Настя взяла салатник и поставила его рядом с гостем.

— Спасибо Настёна. — поблагодарил он, погладив её по ноге, случайно скользнув пальцами под юбку.

— Сколько уже нашей красавице? — спросила гостья, искусственно улыбаясь и задирая подбородок.

— Шестнадцать. — спокойно ответила Настя.

— Уже? — спросила дама. — Совсем недавно в куклы играла, мне кажется. Уже невеста.

— Невеста, невеста. — довольно закивал толстяк и осушая второй бокал вновь погладил девушку по ноге.

— Извините, я открою окна пошире. Вы правы, жарко у нас. — Настя сдёрнула его руку с коленки и поднявшись мило улыбнулась гостям, после чего открыла окно позади себя.

— Солнышко, и на кухне приоткрой. — произнесла Маргарита.

— Хорошо. — шепнула она и удалилась.

— Мастера вызвали, надеялась, что успеет к вашему приезду, но…

— Ничего-ничего. — ответила гостья. — Я вижу, что ты старалась, всё хорошо. Спасибо.

Анастасия вышла в кухню, как часто, бывало, она зацепила выпирающую ножку стола мизинцем и еле сдержалась чтоб не выругаться на весь дом. Она подошла к окну и открыла его настежь. За двором, около остановки толпился люд, один седой мужчина сидел на лавке и пристально смотрел на неё. Настя кивнула, словно спрашивая в чём дело, он же выставил вперёд руку и постучал пальцами по запястью, словно указывая на часы. Подъехавший автобус закрыл ей обзор, и она отправилась на второй этаж, в уборную. Справив малую нужду, умывшись холодной водой она несколько минут смотрела на себя в зеркале, преодолевая желание сбежать. Вытерев лицо, собравшись с мыслями, она открыла дверь. В коридоре стоял козлинобородый и как только дверь отворилась он сделал пол шага вперёд. Его полное тело с трудом вошло в узкий дверной проём, остановившись как застрявшая пробка.

— Извините, — произнесла девушка. — я здесь… Я уже ухожу.

— Да, да. Конечно. — поворачиваясь боком в проходе ответил тот.

Настя попыталась пройти, но он перекрывал ей проход, не желая сдвинуться хоть немного. Она попыталась протиснутся, но его крепкие руки схватили её за талию и вернули обратно.

— Мне нужно идти… — задрожал её голос.

— Конечно-конечно. — мягко, с отцовской любовью в голосе ответил толстяк. — Иди, я тебя не держу.

Она попыталась шагнуть вперёд, но мощные руки развернули её на сто восемьдесят градусов, и он прижал её к себе.

— Не надо… — умоляюще протянула она. — пожалуйста…

— Конечно-конечно. — согласился он. — Я никогда тебя не обижу, ты что? Ты подумала, что я могу причинить тебе боль?

— Пожалуйста… — повторила она.

…Она сидела на полу и, забившись в угол, обняв колени, дрожала. В туалет зашла гостья, но увидев Настю тут же покинула комнату. Маргарита вошла и застыла над ней холодной статуей, сложившей на груди руки.

— Мам… — протянула Настя.

— Вставай. — холодно ответила та.

— Мам, он…

— Встань! — схватила она дочь за руку, и та испуганно вскочила на ноги. — Вечером я дам тебе таблетку, не хватало чтоб ты обрюхатилась.

— Но мама…

— Тихо! — шёпотом повысила голос Маргарита. — Сейчас собралась, умылась, привела себя в порядок и вернулась за стол. Не стоит нас позорить перед гостями.

Настя подняла голову и взглянула в глаза матери, но ничего кроме осуждения и злости она в них не увидела.

— Хорошо… — тихо протянула она.

— Вот и славно. — натянула улыбку Маргарита и поцеловав дочь в лоб удалилась.

Настя пришла в себя, синий маяк продолжал отбивать свой ритм. Девушка без труда выдернула руку, сбила ладонь немца с затылка и резко выпрямилась, въехав головой в нос любовнику. На спину брызнуло что-то горячее, и он замычал.

— Ты мне нос разбила, дура! — сделав шаг назад произнёс он.

— Я же просила, нежнее.

— Я думал ты играешь, думал тебе нравится!

— Мне? Ну допустим нравится. А тебе? — Настя в пол силы въехала кулаком Отто в нос, отчего тот словно скошенная трава рухнул на пол. — Нравиться?

Он мычал, лёжа на полу, пытаясь что-то сказать ей в след, но она его не слушала. Она прошла через двор, собрала свою одежду, вошла в комнату. Она надеялась лишь на одно, что сможет быстро уснуть и забыть произошедшее, и забыть то, что она давно забыла, и что вылезло из сундука памяти этой ночью. Ей нужна была тишина, но ночь разрезали пронизывающие стоны Лисы.

— Сука… — протянула Настя, упав на кровать.

Глава двадцать девятая

Утро было солнечным, но прохладным. Отто сидел у кострища, пытаясь оживить огонь. В шаттле была зажигалка, которая смогла бы подпалить даже сырые, толстые поленья, но ему хотелось сделать всё по-деревенски, по старинке. Преобладая боль, он изо всех сил дул, надувая щёки, разгоняя пепел по сторонам, когда он увидел покрасневшие головешки то тут же положил на них деревянную стружку. Ещё один поток воздуха, и огненный язык заставил древесину затрещать.

— Доброе утро. — обратился Лев, наливая в чайник воду.

— Как сказать. — ответил Отто обернувшись.

— Ох ни хрена себе! — вырвалось у инженера. — Как же это ты так?

— А это его недуг виноват. — проговорила Анастасия, незаметно подошедшая к столу. — Он у нас немножко глуховат, я говорила ему аккуратно, зашибёшься, а он не услышал. Вот. Зашибся. Думаю, это последствия контузии.

— А-а-а… — недоверчиво протянул Лев осматривая опухший нос и два фиолетовых фингала. — ну ладно. Осторожнее нужно.

— Вот-вот, и я о том же. — согласилась она. — И так, какой у нас план?

— Я думаю необходимо найти место взрыва. — произнёс Лев, накладывая дрова в огонь. — Лиса испугалась его, и понятия не имеет что это, думаю, что это дело рук одного из выживших, значит нам нужно его найти.

— Нет. — возразил Отто. — Вернее да, я тоже так думаю, но сейчас не время. Шаттл не на ходу, он не мобилен, и на нём не подняться. Пешком будет ненамного медленнее. Поэтому ждём пока муравьи сделают всё необходимое и принимаемся за починку, и только потом на поиски. Не вижу смысла тратить время.

— Нам нужно будет достаточно много металла. — произнёс Пионер. — Двигатели челнока сейчас отключены, поэтому вам придётся тянуть его вручную, впрочем, я верю, что сил у вас достаточно, особенно у Анастасии Сергеевны. Могу предоставить полный перечень того, что понадобиться и ускорит работу нано-пыли. Если этого не окажется на месте крушения, то необходимо будет направиться к спасательной капсуле. Кстати Отто, как вы себя чувствуете? Головокружение тем, тошнота, зуд может какой? Части тела все на месте? Ничего не отвалилось?

— О чём это он? — насторожился немец.

— Не обращай внимания. — ухмыльнулась Настя. — Это у него такое чувство юмора, у него доступ к нашим личным делам, а я когда-то сифилис подцепила, вот он теперь шутит.

— А-м… — Отто невольно почесал яйца.

— Нет причин для беспокойства. — подхватил Пионер. — Инцидент исчерпан давно, медкомиссия пройдена, с осмотрами и печатями. Всё хорошо.

— Ладно. — насторожено ответил сержант.

— Что ж, значит отправимся на место крушения. — произнёс Лев. — Здесь не очень далеко.

— Да, отправляйтесь. — утвердительно кивнул Отто.

— А ты? — поинтересовалась Настя.

— Я, пожалуй, осмотрю пирамиду в озере, не могу такое дело откладывать.

— Пойдёмте вместе. — предложил Лев. — Там одному страшновато, это я тебе точно говорю. К тому же ты не знаешь где она находится.

— Ну отправьте со мной кого-нибудь. Думаю, Лиса сможет стать моим гидом, не так ли?

— Ну экскурсию и я могу провести. — подняла брови Настя. — Мне самой жутко интересно, что там внутри.

— Нет. — коротко возразил Лев и голос его дрогнул. — Лучше ты пойдёшь со мной.

— Вот-вот. И я так думаю. — согласился Отто. — Я понимаю, что провести меня может и Пионер, но мне будет интересно пообщаться с туземкой, с глазу на глаз.

— Уверена ей есть чем тебя удивить. — подмигнула Настя.

— Ну… — неуверенно протянул Лев. — Я не знаю, как она отреагирует. Мне кажется, она к тебе ещё не привыкла и немного… боится, что ли.

— Не трусь гражданский, не съем я твою куклу.

— Мне больше нравится слово крыса. — поправила Анастасия.

Лиса единственная у кого были выраженные симптомы похмелья. На жёлтой коже проступили розовые пятна, голова раскалывалась и несмотря на прохладу она сильно потела. Она без раздумий согласилась с просьбой, теперь она шла, используя своё копьё как посох. Отто Люгнер долго молчал, но собравшись нарушил тишину:

— Пионер, я так полагаю цель и место нашей миссии засекречены, и инструктаж мы должны были пройти лишь по прибытию на место.

— Всё верно.

— Моего допуска недостаточно к этой информации, это ясно, но ответь на такой вопрос, я могу получить сведенья об изменениях в конструкции крейсера ПС 1709?

— Какие именно изменения тебя интересуют? Их тридцать шесть тысяч двести одно.

— Меня интересует вооружение. На «волан» устанавливали системы огневых десантных капсул?

— Да.

— Я знал, что не показалось. — улыбнулся Отто. — Я этот звук ни с чем не спутаю. И сколько их?

— На корабле было установлено два десантных орудия, и триста две атакующие капсулы. Плюс цех по производству капсул.

— О как. На борту были десантные войска?

— Да, двадцать четыре человека спецподразделения. Какого именно я не могу назвать.

— Какова вероятность что десантники выжили? — Отто посмотрел в небо и поморщившись, потрогал пальцем опухший нос.

— Если орбита была достаточно стабильна… мне не нравиться, когда я использую это ваше «если». Зависит от стабильности орбиты и работоспособности пусковых систем. Если были учтены плотность атмосферы, аномалии гравитации, высота… это гадание на кофейной гуще. Я не могу опираться на отсутствующие факты. Скажу как вы: пятьдесят на пятьдесят, они либо живи, либо нет.

— Понятно. Среди десантников были бабы? — спросил Отто.

— Семь человек. — ответил Пионер.

— Это радует. Надеюсь, что одна из них была в том снаряде что ударил ночью. Нам стоит всерьёз подумать о дальнейшем укладе.

— Я понимаю это как размышление о продолжении рода. Верно?

— Так точно.

— Ты хочешь колонизировать эту планету? Создать здесь общину?

— Точно так. Какие у меня варианты. — Отто оглядывал спутницу, которая не обращала на него внимания.

— А как же разговоры о возвращении домой?

— Не, я так-то не против. Но ты лучше меня знаешь наши шансы, и они меньше ноля. Шаттл починим, и будем искать выживших, ещё пару баб не помешает. Как думаешь, а эти смогут рожать?

— Мало вероятно. Хотя нельзя исключать и такую возможность.

— Scheise… хвостатые дети это уже перебор… Нет, Насте придётся постараться, от всех рожать.

— Да уж. — ответил Пионер.

— С другой стороны, есть надежда на технологию кронов. Как думаешь они могли где-то припрятать свой корабль?

— Мало вероятно. Даже если так, то он скорее всего давно уже умер. Корабли кронов — это сами кроны, поэтому если они здесь есть, то вы обречены.

— М-да, сложно украсть машину у хозяина если она живая. — он тяжело вздохнул и вновь посмотрел на Лису. — Эй, а у вас случайно звездолёт не найдётся?

— Что? — растерялась она.

— Говорю у вас нет корабля, желательно чтоб на ходу был, и мог прыгать хотя бы на год.

— А-а. Нет, среди моего народа нет тех, кто ходит по звёздам. На сколько я знаю и не было никогда. — в любой другой день, она бы ещё долго разговаривала с новым знакомым о звёздах и планетах, но не сегодня, сегодня ей было не интересно, сегодня ей было плохо. — Вон там озеро, мы почти пришли.

Лев стоял перед могилой Анастасии и не знал, что сказать. Она подошла и замерла от увиденного.

— Сорокина Анастасия. Люблю. — чуть слышно, прочла она нацарапанную, на листе металла, надпись.

— Прости, я сейчас всё уберу. — прошептал он.

Она схватила его за руку.

— Не надо. Пусть будет, как напоминание… Я хочу, чтоб ты знал, я тоже тебя люблю.

— Настя… — он потянулся чтоб обнять её.

— Не надо. Я не та, кем ты меня считаешь, совсем не та. Теперь всё будет иначе, по-другому быть не могло. Красивая могила, мне нравиться. Спасибо. Ты приходил сюда? — прищурив глаза спросила она.

— Да. Не то чтоб часто, но в тяжёлые дни, да.

— Я иду к тебе. Сейчас, только отдохну перед дорогой… — шёпотом произнесла она.

— Что?

— Ничего. — покачала головой она. — Ладно, ищем что нужно, и домой.

Лиса отказывалась спускаться в пирамиду, но Отто был настойчив и даже груб. Он зажёг фонарь, и они опустились вниз по вырезанной из камня лестнице. Внизу он спрыгнул и помог ей спустится, не забывая воспользоваться моментом чтоб потрогать девушку там, где манеры не должны были позволять трогать. Первое что бросилось во внимание это вонь, запах гниения и разложения.

— Что так воняет? — спросил Отто.

— Не могу знать, — ответил Пионер. — Лев не жаловался. Я, на сколько могут видеть мои сканеры, не вижу изменений в обстановке.

— Ясно. Куда нам?

— В верх.

— Я не хочу туда идти. — испугано проговорила Лиса.

— Не бойся, я с тобой. Знаешь, что главное, когда убегаешь от медведя?

— Нет. — ответила она. Пионер перевёл медведь как мясодёр, чтоб ей было понятней.

— Вот и славно. — засмеялся Люгнер.

— Бежать быстрее чем твой сосед. — перевёл гаджет. — Будь осторожна.

Лиса с опаской посмотрела на военного и вспомнила оставленное на верху копьё. Они осматривали каждый скелет, с помощью своего планшета, Отто фотографировал их расположение делая фото и общих планов и крупных. По мере продвижения запах усиливался, начиная драть горло. Отто восторженно глядел по сторонам, но пытался ничего не трогать. Источник зловония оказался в последней комнате, это была бочка без крышки, в которой словно в огромном яйце, в белковидной массе проросли сосуды зародыша и сплелись огромными чёрными узлами. Это был мёртвый биоматериал, который взывал к себе трупоедов своим ароматом. Часть этой массы уже засохла на полу, но ужас на человека нагонял не запах, ужас его охватил от вида четырёх чётких, кровавых следов на полу. Это были следы босых человеческих ног.

— Иди сюда! — заорал он, выхватив оружие.

Лиса, не знакомая с энергетическим оружием не боялась его, она боялась человека. Пионер перевёл ей его просьбу, и она подчинилась.

— Стань здесь. — схватил он девушку за руку и потянул к себе. — Да аккуратно ты! Сотрёшь…

Её нога стала рядом со следом, и она оказалась меньше.

— Подозреваю что у нас проблема. — произнёс Пионер. — Прошлый раз эта бочка была цела и закрыта крышкой.

— На этой планете кроны. Живые кроны. — успокаиваясь проговорил он, разжимая пальцы. — И да, это проблема. Возвращаемся в лагерь.

Глава тридцатая

— Почему ты не захотел отпускать меня с Отто? — слегка сбив дыхание от тяжёлой ноши, спросила Настя.

— Посчитал плохой идеей отправлять тебя вновь в пирамиду. — ответил Лев.

— Почему? Испугался что я изменюсь?

— А что, не изменишься?

— Ну не хотелось бы. Правда обещать, что этого не случиться, тоже не могу. Я говорила нет? Если бы я была на твоём, а ты на моём месте, я бы взрывчатку тебе, не задумываясь… и пух. — она бросила абы как связанную кабелем груду металлолома. — Сука, я думала кроны повыносливее будут. Значит у вас есть шанс в этой войне.

— У нас… — также бросив груз поправил девушку Лев.

— Что?

— Ты сказала у вас, а не у нас.

— Ну да, у меня череп из металла, я к человекам теперь отношусь лишь слегка. Кстати об этом, думаю немец догадается что здесь гуляет крон, и подозреваемых будет немного.

— Как максимум двое, если Пионер не откроет ему правду. Странно что он не сделал этого сразу.

— Максимум трое, — утерла лоб Настя. — он и на крысу может подумать.

— Лиса… — побледнев протянул Лев.

— Да хрен с ней, заведёшь себе новую, рано или поздно мы найдём их гнездо, может даже посимпатичнее найдётся.

— Ты… ты же никогда не была… какая ж ты тварь. Тебе совсем её не жаль будет?

— А чего её жалеть? Если мозгов нет ни у неё, ни у её избранника, значит гибель — это лишь дело времени. Ладно, надеюсь обойдётся. Только на хрен ты её отпустил, я всё равно не пойму.

— Я не думал, что…

— Ну да, как всегда. — перебила Настя. — Ладно, отдохнули, хватит. Идём.

Во дворе их встречала похудевшая, но энергичная свинья, пытавшаяся приподняться и достать до ниши с водорослями. Вокруг неё бегал выводок поросят.

— Смотри не спугни. — прошептала Анастасия, опуская металлолом на землю пытаясь не издавать громких звуков.

— Кого? — безразлично ответил Лев и бросил груз.

— Жаркое, кого?

— Это жаркое, захочешь не спугнёшь. Ночью аккуратнее, не наступи, она у меня под лестницей спит вечно.

— Ну ладно. Позже разберёмся.

Она напилась воды и ушла, не пожелав ответить куда именно она собралась. Лев взял небольшую горсть муравьёв, взял в шаттле не работающую перчатку и принялся вспоминать чертежи и схемы данного устройства. Как-то, он одержал победу в споре, на ящик пятнадцатилетней водки, что зарисует от руки все схемы перчатки. Он начертил их. В руках у него устройство управления новой версии, но Лев надеялся, что из строя вышла какая-то из принципиально не изменившихся частей.

— Главное, чтоб не «амо». — произнёс он и закрыл глаза.

Металл амо, один из крепчайших металлов известных человечеству, и Лев знал, что его руду возможно расплавить лишь единожды, повторные попытки плавки не принесут результата, а очень высокие температуры, сожгут металл. Он помнил это всё ещё с программы изготовления пыли, именно из амо на девяносто девять процентов состоят муравьи.

Он сосредоточился, пыль удивительным, ровным блином лежала у него на ладони повторяя линии его кожи. Лев натянул перчатку и в его сознании поплыли сотни картинок, многие из них повторялись, но он пытался вспомнить каждую мелочь, и передать эту информацию. Через час с небольшим управляющее устройство — УУНПКУ, издало привычный для парня сигнал включения.

— Да! — прикрикнул он. — Вот теперь можно строить.

Настя, Отто и Лиса быстрым шагом приблизились к шаттлу, Отто забежал внутрь и вынул из стенового шкафа увесистую пушку.

— Девочки, — нервно проговорил он. — это нас убережёт. Комбинированная штука, энергомёт и гранатомёт в одном. Где Лев?

— Не знаю. — ответила Настя. — Во дворе, наверное.

— Лев! — заорал немец. — Лев! Иди скорее сюда! Слышишь?

Лев выскочил со двора, ожидая ужасного, но успокоился, увидев огненные волосы Лисы.

— Чего вы? — спросил он, глядя на оружие. — Что-то случилось?

— Лев, — произнёс Отто и положил ему руку на плечо. — скажи, ты точно видел Леймана? Капитан мёртв?

— Могу показать могилу, — растерянно ответил тот. — я не совсем понимаю…

— Настя видела его.

— Кого? — недоумевая спросил Лев.

— Леймана. — глаза Отто забегали, и он начал ходить из стороны в сторону. — Так-так-так… das ist ein groses problem. Понимаешь? Огромная проблема. Значит они заполучили его ДНК. Другого объяснения я не вижу.

— Кого ты видела? — наклонив голову спросил Лев пытаясь сообразить, что вообще происходит.

— Капитана Леймана. — ответила Настя и голос её дрогнул. — Я обрадовалась, и хотела его позвать, но вспомнила твой рассказ, и ужаснулась. Я спряталась в овраге, не далеко от курятника, ждала пока он уйдёт.

— Куда он ушёл ты не видела. Точно? — повысил голос Отто.

— Да. — ответила она. — Я испугалась.

— Понимаю, что в экстренной ситуации мои слова могли быть не услышаны. — проговорил Пионер. — Поэтому повторю, я подтверждаю гибель капитана, поэтому, впредь не рекомендую покидать лагерь без должных средств защиты. Так же, я не советовал бы гулять в одиночку.

— Само собой. — согласился вояка. — Протокол я знаю. Лёва что с шаттлом?

— Ах да, я починил перчатку, теперь сдвинемся.

— Хорошо. — Отто с подозрением всматривался в стороны, он не смотрел на что-то одно, а казалось покрывал своим не моргающим взглядом весь горизонт. — Мне на завтра нужен челнок. Была бы взрывчатка… почему на шаттле нет взрывчатки?

— Ну тут тебе Лёва поможет, у него она есть. — подмигнула Настя не состоявшемуся мужу.

— У тебя есть взрывчатка? — замер Отто.

— Да.

— Это хорошо, хорошо.

— Что касается шаттла, смогу вновь подключить стыковочные, — произнёс инженер. — до починки ещё далеко.

— Понимаю. — закивал немец. — Этого будет достаточно. И взрывчатку не забудь. Пожалуйста нужно говорить?

— Думаю это лишнее.

— Я ничего не понимаю. — произнесла Лиса. — Я, пожалуй, пойду готовить еду. Проголодалась я, да и вы тоже.

Пионер перевёл всё кроме первой фразы, её он заменил на: «я вам ничем не помогу».

— Да-да, — согласился Отто. — ступай. Полагаю, что ночевать безопаснее в шаттле. Впрочем, система безопасности определит угрозу в радиусе пяти ста метров, если услышите сигнал, бросайте всё и ко мне.

Отто зашёл в шаттл и закрыл за собой дверь.

— Так мы же не отказались ещё ночевать в челноке. — произнёс Лев.

— Похоже, что отказались. — ответила Настя. — Пойдём, жрать охота.

Ужин был быстрым и немногословным. Перед уходом Отто выдал Насте устройство, крепившееся на предплечье. На нём, были видны несколько кристаллов и сеть мудрёных схем и узоров, всё было залито прозрачной смолой и лишь один подвижный элемент слегка выступал по середине и был не законсервирован — это медный флажок, который можно было регулировать. Настя поблагодарила его за средство защиты, и отправилась в свою комнату. Она легла на кровать и долго смотрела на темнеющий потолок, угасающий в последних лучах заката. Ей было одиноко, и она ничего не могла поделать с этим одиночеством. Эхом долетал до неё звенящий голос Лисы, что-то рассказывающей Льву на непонятном ей языке, и звуки эти не приносили ничего кроме раздражения. Она закрыла пальцами уши, опустила веки и успокаивая дыхание попыталась уснуть. Как и любой человек она не уловила тот миг, когда сознание провалилось в небытие, и вот она сидит в маленькой комнатке под тусклым светом полуваттной диодной лампы. Лампочка находится в крупном плафоне и свет падает только на неё, слабо освещая руки и пустую столешницу. В комнате приятно пахнет миндалём. Человек напротив не досягаем для взора, его присутствие выдаёт лишь несколько очертаний силуэта.

— У тебя хорошие оценки. — прозвучал мужской голос и запах миндаля смешался с запахом выкуренного табака.

— У меня лучшие оценки. — ответила она.

— Практические занятия несомненно, что касаемо остального я бы поспорил.

— Не вижу для этого причин.

— Не ужели? — электро-зажигалка раскалилась и передала жар сигарете. — Мне кажется случай с исключением участника БП один, бросает тень на всё звено. Не так ли?

— Если рассматривать обучение как задание, — уверенно произнесла Настя, дважды ударив пальцем по столу. — я могу полагать что оно завершено?

— Можешь.

— Могу доложить о ходе задания?

— Я слушаю. — сделал затяжку неизвестный, и девушка увидела в этом свечении уложенную чёлку и глубокую залысину слева.

— В ходе задания я добилась лучших результатов за все годы, обновив несколько рекордов в боевой и стрелковой подготовке.

— Несколько, это сколько?

— Девять личных, шесть общих.

— Участник БА три, он мастер боевых, как одолела его в спарринге? — вновь затянулся незнакомец и Настя рассмотрела глубокие морщины на его щеках.

— Я напоила его за день до этого.

— И всё?

— И пообещала… — она запнулась. — сделать ему приятно если поддастся. — улыбнулась она.

— Считаешь это смешным?

— Считаю это слабостью.

— И как, он поддался?

— Сначала. Потом видать передумал, но было поздно. Позже я его не видела, — продолжила она. — так же мне пришлось сдружиться с участницей АЛ семь. Это единственный участник, в котором я видела конкурента. Она была мне приятна, и я с удовольствием продолжила бы с ней общение.

— И что ты сделала?

— Она, как и я осталась без отца, только раньше меня лет на пару. Её мама болеет, несколько фраз об одиночестве в больничной палате, не прямо, в скользь конечно, постоянные напоминания о том, что она может не вернуться с задания… мы можем не вернуться. Она сломалась.

— Проблема не в том, что она отказалась от задания, — две короткие затяжки, так чтоб уголёк сильно не разжигался. — проблема в том, что она решила покинуть общину. Ты толкнула её на смерть, ты знаешь?

— Мне жаль. Она достойный человек.

— Что насчёт проникновения? БП один, проник к компьютеру и изменил результаты ваших тестов, и зачётов. Есть сомнение и в твоих оценках, он показал себя как человек, на которого можно повлиять.

— Кто? БП первый? Он дурачок, не понимаю, что он здесь делал. Он никуда не проникал. Я заметила, что с момента как я осталась одной девушкой в группе, наши кураторы стали завышать оценки некоторым участникам. Я решила исправить эту несправедливость. Когда обман вскрылся, я не знала, что существует письменная копия оценок, хоть Вы и говорите, что её нет, кураторы стали искать нарушителя, я дала им его. Он кстати сознался в содеянном? — приподняла голову она.

— Нет. Мы ему пару балов добавили за то, что не сломился.

— Поэтому не сомневайтесь в моих оценках, если Вам тяжело посмотреть в копии, повторюсь, я занижала чужие, но не меняла свои.

— Что-ж… — кресло скрипнуло, он откинулся всем весом на спинку стула. — Если я попрошу тебя сделать сейчас, то что ты обещала участнику под номером БА три, и скажу, что после этого, мы утвердим твою кандидатуру.

— Пожалуй… — Настя на миг задумалась, глядя как окурок начал плавить ногти неизвестного, она не видела этого в темноте, но ей казалось именно так. — пожалуй я откажусь. У меня нет причин это делать, я и так лучшая в группе. Пусть попытается подкупить тот дурачок, который не доказал своё превосходство. Всё удачно складывается, закон об уголовной ответственности за однополую любовь как раз отменили, впрочем, это будет не единственный грех нашей общины, не так ли?

— И я надеюсь ты искренне ей верна. — он затянулся, заставив фильтр застрекотать и бросил окурок на пол. — Ступай. Мы сообщим решение позже.

— Можно вопрос? Личный.

— Ну?

— АЛ седьмая, она мертва?

— Тебе что до неё?

— Жалко, достойный представитель общины. — почти спокойно произнесла Настя.

— Это на твоей совести. Иди.

Глава тридцать первая

Утром шёл дождь, вызывая у Лисы приступы неудержимой радости. Дождь шёл стеной мелкой сыпи, заполняя шумом всё вокруг. Воздух был пропитан необъяснимым цветочным ароматом, смешанным с запахом серы.

— Раньше такого не было. — произнёс Лев. — Я помню об агрессивных дождях.

— Что ты, его не стоит бояться! — радостно отвечала Лиса. — Это праздник, это… — Пионер сбился с мысли. — что-то вроде праздника плодородия земли, или плодородной земли, но это не точный перевод.

— Главное он не опасен. — успокоился парень.

— Нужно идти за дровами, дождь может идти долго, многие дни.

— Многие это сколько?

— Первый раз при моей жизни он шёл тридцать шесть дней, второй раз два. Как теперь будет никому не известно.

— А в другие разы?

— При моей памяти он шёл всего дважды, после него ты не узнаешь нашу планету, здесь всё расцветёт, всё будет зелёным и огромным. Яблоки размером с голову! — радовалась она. — Больные деревья окрепнут. Здоровые потянутся ещё выше к звёздам. Пустыни зарастут. Самые редкие растения дадут плоды. Надеюсь он будет длится долго. Но нам нужно много дров, может быть холодно.

— Пионер, ты кажись говорил, что здесь нет перепадов температур. — произнёс парень.

— Он есть, — ответил тот. — но он не велик. Я не исключаю наличие климатических аномалий.

— Понятно. Что-ж. пойдём за дровами, готовить всё равно придётся на печке. Благо этого добра здесь навалом.

— Не забудь, — напомнил гаджет. — Отто просил тебя подключить стыковочные.

— Мог бы и сам справиться, тяжело десяток разъёмов набросить? Ладно, сейчас.

Лев выбежал на улицу и спускаясь по лестнице наступил на свинью, чуть не выронив заряды. Она даже не подумала пошевелится, или хоть как отреагировать на данную наглость. Лев застегнул молнию куртки и, быстрыми шагами, направился к шаттлу. Постучать в дверь ему пришлось трижды пока она не открылась.

— Докладываю. — ответил немец. — За ночь неизвестных целей не обнаружено.

— Это радует. — ответил Лев. — Думаю если он один, то весьма вероятно побоится нападать на нас, тем более что у нас есть тяжёлое вооружение.

— Возможно. Но я не буду полагаться на случай. Я должен быть готов. Должен во всём разобраться. Взрывчатку принёс?

— Да. — Лев протянул небольшой пластиковый свёрток.

— Отлично. — выхватил его немец.

— Тут Лиса говорит, что дождь может быть затяжным, и что может похолодать. — инженер смотрел на сонные глаза, на посветлевшие синяки Отто, и только сейчас осознал насколько отталкивающее и неприятное у немца лицо. — В общем мы планируем дров заготовить.

— Что? — словно включился сержант.

— Дров, говорю планируем…

— А, ну да. Подключи движки, мне нужно отъехать. А вы тут разберитесь, с дождём, с дровами.

Лев спустился в тех помещение и принялся за работу. На всё у него ушло не более десяти минут и как только он покинул челнок, Отто закрыл дверь и направился прочь от лагеря. Он постоянно смотрел по сторонам, окно помощника было разбито и в него залетали капли, растекаясь по панели управления. Но вода не смущала Отто, его смущало что в это окно спокойно мог влезть человек, а значит мог влезть и крон. он чувствовал себя в безопасности лишь во втором отсеке, за металлическими дверьми с надёжными замками из крепкой стали.

— Нужно понять… — пробормотал он себе в нос. — Я что-то упустил. Нужно…

Он резко свернул и направился к пирамиде. Челнок завис рядом с колодцем прорезанным микроскопическими шахтёрами. Грузовые ворота открылись и Отто, одев боевую амуницию, пристегнул к поясу трос и прыгнул вниз. Он спускался мягко, лишь иногда придерживаясь за ступени, держа наготове оружие. Оказавшись внизу, он отстегнул крюк и направился вниз. Прибор ночного виденья позволял ему чувствовать себя увереннее, и нахлынувшая тревожность стала отступать. Он вышел к входной галерее и осмотрел пригвождённый к стене скелет. Он поиграл с освещением и волнами, инфракрасные и ультрафиолетовые излучения ничего не показали, а вот сепия кристалла подсветила двери с обоих сторон и несколько кирпичей слева на стене, в них словно присутствовали светящиеся вкрапления. Он затемнил очки, так как глаза быстро уставали от агрессивного излучения и уже планировал поэкспериментировать, но…

— Так, какой размер этой пирамиды? — промычал он под нос. — Это может быть подножье, судя по расположению, если это окажется выход, а эти блоки откроют дверь…

У него не было приспособления позволяющего дышать под водой, да и знакомиться с обитателями здешних вод, он так же не желал. Отто уже собрался уходить, но любопытство сделало своё и он с разбегу надавил на блоки. Надежды что они подадутся немного в стену не оправдались. Это была обычная стена, в которую по ошибке попали блоки из другой породы. Нет, его фантазия даже нарисовала в сознании некий щелчок, но был ли он реальным Отто утверждать не брался. Он подымался по наклону оглядывая стены изредка меняя волну, но неизменно возвращаясь к сепии кристалла. Именно в сепии он обнаружил ещё добрый десяток блоков светящегося камня, и все они были разного размера и формы.

— Это определённо механизмы, осталось понять, почему они не работают, и как должны… — ощупывая очередной такой камень бормотал он. — Я знаю, что это, осталось понять остальное.

Он попытался открыть двери, расположенные по обе стороны коридора, но все они, казалось, были намертво запечатаны. Он осматривал каменные преграды, ощупывал их и простукивал прислушиваясь, пытаясь найти пустоты, выдавшие себя глухим звоном. Пустоты не нашлись, правда ему показалось что за четвёртой дверью кто-то постучал в ответ и он, приготовив оружие отпрянул. Несколько минут он вслушивался в гробовую тишину и произнёс:

— Так! Успокоиться немедленно! Разыгралась тут, и без тебя тошно. — он ещё раз поиграл спектрами на очках и двинулся вверх.

Сержант отошёл недалеко от дыры в потолке, с которой спустился, как услышал громкий удар упавшего камня впереди. Он замер. Тихий хруст превращался в нарастающий гул, Отто спешно переключился на ночное виденье.

— Schaise!!!! — заорал он, увидев огромный шар набирающий скорость. Ноги его никогда не двигались так быстро, он в несколько шагов допрыгнул до выхода и схватившись за трос дёрнул его, помогая механизму он изо всех сил оттолкнулся ногами от камней, валявшихся в коридоре. Оказавшись в безопасности, он остановился, гул больше не нарастал, он гремел ровно и неспешно. Примерно через пол минуты он ударился о валяющиеся кирпичи и совсем немного сдвинув их с места, остановился.

— Вы издеваетесь надо мной? — тихо спросил немец. — Так же обосраться можно. Только патрон оказался холостым похоже. Он вновь спустился вниз, сразу перелезая через шар чтоб исключить возможность быть раздавленным.

Отто прошёл выше и, войдя в первую комнату, вновь переключился на сепию. Здесь его ждал сюрприз уже на полу. В хаотичном порядке пол состоял из камней как обычных, так и с вкраплениями примерно в равных долях.

— Ха-ха. Смешно. Я ж вчера здесь был, всё нормально было.

Он стоял так какое-то время, пытаясь решиться по каким камням ему ступать.

— Вчера мы в любом случае наступали и на одни и на другие, значит можно не бояться. Хотя вчера и шара не было. Значит щелчок был реальным, и мне не показалось. Хер с ним.

Он сделал шаг и наступил на подсвеченную плитку. В этот же момент он услышал множественные щелчки и из стен с разных сторон появилась дымка. Глаза его панически округлились, и он замер.

— Газ? Яд? — оглядывался он, но это была пыль, если можно так сказать, безвредная вековая пыль.

Отто около двух часов осматривал комнаты с саркофагами и столько же помещение с ёмкостями. Он нажимал всё что подсвечивалось или выступало, пытаясь сделать хоть что-то. После длительных попыток, после пристального изучения самих бочек, содержимого одной из них и костей, он произнёс:

— Странно… Нет головастиков, хотя плоть явно жива. Что-то здесь не так… Взорвать всё на хрен.

Сначала он планировал установить один заряд прямо в комнате с резервуарами, но что-то его остановило. Он ещё раз взглянул на бочку со снятой крышкой, сегодня она уже не казалась такой зловонной, рядом с ней стояла точно такая же, никем не тронутая.

— Ну ладно. — проговорил он и принялся за работу.

Круглое дно накренённой бочки легко перемещалось по каменному полу. Емкость была зацеплена тросом и поднята на челнок. Вторая бочка так же не доставила никаких хлопот, легко перекатываясь по гладкому полу. Не смотря на размер, ёмкости были не очень тяжёлыми, максимум килограмм сорок, а значит её содержимое было на порядок легче воды.

— Вода. — протянул Отто остановившись.

Шум падающей воды был громким и пугающим. Неприятные мысли уже посетили голову Отто, но он принялся далее перемещать ёмкость к выходу, благо преодолев последний порог это было не сложно. Трос, петлёй охватил бочку, и Отто, вжимая голову от бьющего его потока воды, прикоснулся к часам. Лебёдка наверху сработала, потянув груз. Сержант двигался следом, пытаясь прятаться от всесильной мощи природы. В какой-то момент он отстал от прикрывающей его ёмкости. Вода резко сменила угол удара сбив его ноги со ступеней. Он завис на руках. Возможности дышать практически не было, брызги забивали рот, нос, и лишали его способности видеть.

— Энерго-костюм бы сейчас. — подумал он про себя. — Да нет, хрен вам всем, без него справлюсь. Я на этой планете подыхать не собираюсь, а если я доставлю эту жижу нашим учёным…

Он уже был самым известным человеком планеты, а может и системы, конечно это было лишь в его голове, но всё казалось возможным, теперь он понимал, что где-то на планете есть технология способная помочь им вернуться домой.

— Было бы неплохо захватить с собой живого крона. Мёртвых мы видели, а вот живых. Нужно найти Леймана, это было бы совсем хорошо… только сначала нужно выбраться.

Он вспомнил о взрывчатке, да взорвать этот колодец было бы лучшим решением, но он не стал рисковать. Пытаясь закрепить её можно сорваться, или чего хуже, пытаясь на ощупь включить взрыватель нажать лишнюю кнопку и взлететь вместе карасями, падающими в потоке. Вода всё настойчивее пыталась сдёрнуть его и утащить вниз, подбородок был прижат к груди, только это и очки прибора ночного виденья, стекло опускалось низко и прикрывало нос, позволяли делать хотя бы мелкие вдохи. Собравшись с мыслями Отто сделал последний рывок, вырвавшись из, набирающей силу, огромной воронки.

Лев лежал на кровати рассматривая стеклянный шар, найденный в пирамиде. День прошёл быстро и забрал с собой львиную долю сил. Носить дрова по щиколотки в грязи, работа не из лёгких. Заготовив топлива на, как ему казалось, пару месяцев вперёд, он растопил печь, снял с себя мокрую одежду и слегка обсохнув, завалился на лежбище в чём мать родила. Лиса, когда её заставляли одеться, причитала и возможно даже выругалась несколько раз, если это так, то Пионер умолчал этот факт. Как только они закончили работу и Настя ушла в свою комнату, туземка тут же содрала с себя все тряпки.

— Это благо, я не могу его пропустить. — произнесла она и уселась на улице у входа.

Треск и мерцающее свечение от огня дарило парню ощущение уюта. Уюта и надежды.

— Может не так всё и плохо. — подумал он. — Настя перебесится, ей нужно немного больше времени, и думаю мы сможем… сможем что? Остаться друзьями? Эх выдернуть бы Джея с орбиты, как он там интересно? Наверняка думает, что я погиб… зря ты так думаешь! — в слух произнёс он. — Я ещё тебя спасти собираюсь, чтоб ты знал.

— Не совсем понимаю о чём ты? — проговорил Пионер.

— Не обращай внимания, мысли вслух. Размышляю о выживших на крейсере.

— Полагаю мы должны ускорить работы, связанные с челноком. Шансы на выживание тают… — он не договорил. Он знал, что человек понимает какие шансы у пассажиров волана, но вряд ли человек хочет, чтоб кто-то озвучивал эти шансы.

— Как же болят глаза от этого шара. — покрутив его в пальцах произнёс Лев. — Как негатив, и чёрный и белый одновременно.

— Я говорил, что у него очень мощное и очень странное энергетическое поле? Так вот это так. Его энергия более чем странна, он не изучена, мы ранее никогда не сталкивались ни с чем подобным.

— На этой планете много чего ещё не встречали люди. Да и саму планету кроме нас ещё никто не встречал.

— Уместное умозаключение. Спокойной ночи.

— Спокойной. — зевая, протянул Лев.

Отто вошёл во двор, уже почти стемнело, а дождь лишь усиливал мрачную, серую, картину. Сняв крышку с кастрюли и бросив её на стол, он сделал несколько крупных глотков местного отвара. Вкус его был странным и горьковатым, но он заметно повышал тонус, придавая истощённому телу энергии. Он закрыл посудину и направился к забору где они обычно устанавливают фонарь. Повесив зарядившееся за день в челноке приспособление, он включил его, осветив двор. Он двинулся в сторону шаттла и только теперь увидел Малисанхаш. Она сидела на корточках, поза её даже не пыталась скрыть её прелести и Отто улыбнувшись замедлил шаг.

— Эй Лисичка, ты чего мёрзнешь? Давай ко мне, погрею. — подмигнув произнёс он. Она не ответила, лишь в брезгливой гримасе оскалила зубы, и вновь подняла лицо вверх, наслаждаясь каплями, падающими с небес.

— Ну и сиди здесь, крыса… — чуть слышно произнёс он. — У нас тут выбор невелик, всё равно рано или поздно трахну.

Глава тридцать вторая

Третий день челнок прочёсывал окрестности в поисках десантной капсулы, и вновь безрезультатно. Дождь не прекращался, ограничивая видимость жалкими парой сотней метров, а запах серы начинал раздражать. Запах раздражал всех, и только туземка искренне радовалась затянувшимся осадкам, улыбаясь приговаривая:

— Это будет длинный дождь!

Муравьи трудились над изготовлением необходимых деталей, для починки челнока и их работа вызывала восторг у Лисы, она считала это не иначе как волшебством, и могла часами наблюдать как тёмная субстанция движется в небольшом резервуаре, сделанном в полу их жилища, ведя беседы с Пионером. Солнце осветило округу резко и неожиданно, словно кто-то включил огромный прожектор. Свет ударил в окна, и туземка захлопала в ладоши.

— Наконец-то. — произнёс Лев и выбежал на улицу. Он надеялся, что осадки вот-вот прекратятся, но капли не переставали орошать землю, покрытую огромными лужами.

— Слепой дождь. — прозвучал голос Насти. Она стояла неподвижно, в ярком свете её лицо стало ещё прекраснее чем всегда и Лев невольно улыбнулся. — Странно, на небе ни единой тучи, от слова совсем.

— Угу. — согласился парень.

— Мы совсем не сдвинулись с места. Шаттл не готов, и на сколько я понимаю никогда и не будет готов.

— Надежда есть. Очень сложные элементы повреждены, но муравьи справятся.

— Я всё думаю, как они там? — она подняла голову вверх.

— Всё хорошо. Сигналы постоянно меняют частоты, значит они их подстраивают, значит они живы. Знать бы только кто эти они…

— Всё хорошо… — повторила она слова парня. — Меня бесит эта планета, этот двор, этот дождь. Признаюсь, и вы меня раздражаете спасу нет, особенно немец. Один лишь Пионер, болванка чугунная, приятный собеседник, дак его у вас хрен допросишься. «Пелевьотчик» — кривляясь добавила она.

— Спасибо! — послышался голос Пионера из комнаты.

— Сильно не радуйся! — крикнула она. — У меня настроение переменчиво, и в основном в худшую сторону. Слушай, не смотри на меня так, да! — не оборачиваясь выдавила она.

— Как? — спросил Лев.

— Ох… дебил… — опустила голову она.

— Я соскучился по тебе.

— Ага, я частенько слышу, как ты по мне скучаешь. Особенно по ночам. Мучаешься бедный. — произнесла Анастасия.

— Настя… — тихо протянул Лев.

— Отвянь. — перебила она и ушла к себе в комнату.

Лев развернулся и в проходе столкнулся с Малисанхаш.

— Ты куда? — безразлично поинтересовался он.

— Г-ри-бы. — ответила Лиса и улыбнулась.

— О! начала осваивать наш язык?

— Мы работаем над этим. — ответил Пионер. — Но успехов пока нет, считаю, потому что у неё попросту нет желания учиться. Меня волнует её психологическое состояние, впрочем, оно у всех крайне запущено. Но Лиса и Отто явно на пороге срыва.

— А с Отто что не так? — пропустив девушку спросил Лев.

— Да так, немного похоже на расстройство…

Грубо сшитая сумка висела на плече Лисы наполненная до половины. Босые ноги уверенно ступали по лужам, уводя её всё дальше от лагеря. Оказавшись на пустынной, лысой лужайке, около небольшой рощицы, глаза её тут же выхватили небольшой бугорок, выпирающий над поверхностью воды, руки углубились в мягкую песчаную почву, переминая её и извлекая на свет не ровные шарообразные грибы коричневого цвета. Это семейство было совсем маленьким, в качественном эквиваленте. Грибов в земле было множество, но лишь пара доросла до приемлемых размеров, остальные были с горошину и не привлекали девушку.

Солнце, отражаясь от поверхности луж, пыталось ослепить Лису, мешая ей в её поисках, но сумка была наполнена. Ноги легкой припрыжкой повернули в сторону дома. Она торопилась и не собиралась медлить, но взгляд её упал на массивный ствол дуба, она замерла, не имея сил оторвать от растения влюблённый взгляд.

— Быть может несколько мгновений… — подумала она и шагнула к священному растению.

Ветви, породившие массивные плотные листья, надёжно укрывали землю. Путница вмиг избавилась от так радующих её капель хлеставших её последние несколько часов или дней. И хотя вода под деревом не падала с небес, она добралась и до ствола дерева, тонким ручейком прорезавшись со стороны разливаясь огромной хоть и не глубокой лужей. Лиса обняла дерево, пытаясь впитать как можно больше энергии этого великолепного растения. Потом она села на кусочек земли, он показался ей сухим, хотя это было далеко не так. Увидев грязь на одежде, она принялась отмывать пятна, смачивая руку в луже. Пальцы её ощутили лёгкое утолщение у шва в кармане.

— Семена… — вспомнила она. — семена смертельных водорослей. Зачем я их сохранила? Нужно будет их сжечь, не очень умно носить такую гадость при себе.

Луч солнца выскользнул из-за ствола дуба и заиграл на волосах туземки. Лиса посмотрела вниз. Вода на земле, превратившись в зеркало, без малейших огрехов отражала её красоту. Утончённые черты лица, тонкая шея, огненные волосы. Она смотрела на себя и ей стало грустно. Её ровесницы уже дважды, а кто-то возможно и трижды внёс вклад в развитие общины, подарив миру новую жизнь. Многие из них, в не далёком будущем станут очень уважаемыми жителями, и даже через много-много времени, когда их волосы побелеют, никто не осмелится сказать о них ни единого дурного слова.

— Наверняка я многое потеряла… — размышляла она. — но и для зависти нет причин. Никто, никто из них никогда не встречал, и вряд ли встретит, зорнешаха, я не говорю уже о большем, о его касаниях. Впрочем, даже желая прожить обычную, нормальную для моей расы жизнь, у меня всё равно бы не вышло.

Она опустила глаза и вновь посмотрела на огненные волосы в отражении. Рука сама полезла в землю, пальцы прорвав тонкий ковёр, сшитый корнями растущих здесь трав, без труда вырвали кусок раскисшего чернозёма. Она принялась втирать его в голову, вмазывать в волосы пытаясь скрыть яркий, ненавистный ей окрас.

— Это тебе не поможет. — прозвучал мужской голос позади.

Девушка замерла и медленно повернула голову. Позади неё стоял её соплеменник с длинными чёрными волосами, и кривым носом.

— Наверное… — ответила она так чтоб он её услышал.

— Довольно прятаться, пойдём домой. — голос его звучал дружелюбно и даже ласково, но Лиса не дослушала эту весьма короткую фразу. Она взлетела словно кузнечик и устремилась вперёд. Ноги её ступали так быстро как никогда доселе, а страх, страх не позволял обернуться назад. Ей хотелось увидеть своего врага, понять, как он далеко… он рядом… он гноиться за ней, летит по пятам, и она знала, она чувствовала это.

Она вбежала во двор лагеря крича изо всех сил:

— Ло хорж! Уда ела! Ло хорж! Лев уда ела!

Лев выбежал на улицу, он увидел туземца, остановившегося у входа во двор, с опаской осматривающего округу.

— Он враг! Убей его! Он враг! Лев убей его! — перевёл Пионер и парень выхватил пистолет.

Охотник преследовавший только что Малисанхаш, осознал, что сам превращается в дичь, и прыгнув за стену бросился на утёк. Лев бежал за ним изо всех сил, но сил у него было явно меньше необходимого. Когда местному жителю оставалось преодолеть каких-то пол сотни метров до границы леса, где он явно найдёт своё спасение, Лев остановился. Парень принял фиаско своей погони, осознав, что ни при каких обстоятельствах ему не удастся настигнуть жертву и он прицелился.

— Не медли. — спокойно проговорил гаджет. — один выстрел и всё. Он сейчас скроется в чаще. Стреляй.

Раздался пронзительный, высокий звук. Игла, запущенная энергомётом прошила убегающего насквозь и исчезла среди деревьев. Туземец рухнул на землю, не выдавая признаков жизни.

Отто медленной походкой, нарочито брутально закинув ствол на плечо, подошёл ко Льву, у ног инженера лежало тело с дырой в груди.

— Надеюсь ты не знакомиться за ним бежал? — спросил Отто и хлопнул Льва по плечу.

— Спасибо Отто. — ответил тот. — Я бы не попал.

— Так что, из-за одной туземки мы теперь воюем со всеми остальными?

— Получается так. — ответил Пионер. — Не самое удачное решение.

— Да похер на них, — сплюнул сержант. — правда в лесок посрать теперь ходить опасно.

— Нужно его закопать. — проговорил Лев и отшагнул в сторону, кровь убитого распространялась по луже, и он не хотел испачкаться.

— Тебе надо, ты и копай, — буркнул Отто. — освободишься, зайди, нужно подумать, что дальше.

Копать яму он не стал, оглядевшись в округе, парень обнаружил глубокую промоину разъедающую землю, формируя овраг. Недолго думая, он взял за ноги туземца и потянул. Тело скатилось вниз, проплыло десяток метров и застряло в плотине, сформировавшейся из грязи и веток. Лев постоял немного, глядя на конечности, торчащие из мутной воды, он хотел почувствовать вину, раскаянье, или хотя бы сожаление, что всё так произошло, но ему было плевать. Плевать на этого бедолагу, который даже не смог понять, что именно стало причиной его смерти, впрочем, даже если бы он увидел оружие в руках Отто, смог ли бы он понять на сколько оно опасно.

— Плевать… — протянул он, глаза его пробежали по округе, особое внимание уделив лесу. — Должны быть и другие.

Он вошёл в челнок где уже сидели все жители их небольшой общины.

— Долго же ты с ним возился. — произнёс Отто.

— Так вышло. — ответил Лев и обнял Малисанхаш. — Ты как? Испугалась?

— Да. — прижалась она к нему. — Они нашли проход, значит скоро здесь будут десятки, если не сотни соплеменников.

— Объясните мне одну вещь, — подняла два пальца вверх Анастасия. — стоит ли одна крыса, конфликта со всем гнездом.

— О, я спросил об этом же. — усмехнулся Отто.

— Серьёзно. Даже если они дикари, хотя, глядя на неё должна признать их интеллект весьма не примитивен, они способны понять вещи, которые ввергли бы в ужас наших предков скажем из шестнадцатого века. И это ещё один повод с ними не ссориться.

— И что ты предлагаешь? — повысил голос Лев. — Отдать её?

— Да. — коротко ответила Настя.

— Они убьют её, впрочем, ты ведь не против такого исхода.

— Ну не печалься, — наклонила голову Анастасия. — мы можем с ними договориться, мы отдадим им рыжую, взамен они не трогают нас, и дадут какую ни будь крысу вместо неё. Возможно моложе, возможно красивее, а возможно даже не одну.

— Этого не будет. — ответил инженер. — Я понимаю зачем ты так говоришь, ты рада что тебе нечего бояться вот и ёрничаешь. Не ужели тебе совсем её не жаль?

— Жаль? Да срать я на неё хотела, с большой-большой горы.

Отто стоял немного в стороне наблюдая за бранившимися, но не спешил вмешиваться.

— Я повторю, — не моргая, сверлил Сороку взглядом парень. — я её не отдам. Если нужно будет, мы будем сражаться, сколько бы их не пришло. Если вы не готовы меня поддержать, вы можете уйти, или улететь, мне всё равно, выживали же как-то до этого.

— О какой, выживальщик, — улыбнулась Наст и опустила глаза. — хорошо, когда вас отправят в мир иной, мы вернёмся за Пионером.

— Если вам интересно моё мнение, — вмешался гаджет. — то такое решение не сулит ничего хорошего. Я думаю, что нам стоит держаться вместе, это повысит шансы выжить. Кстати о безопасности, дальнейшее проживание в лагере считаю нецелесообразным. Мы слишком уязвимы, предлагаю перенести жилище во вторую пирамиду, там мы сможем без проблем отбиваться от сотен туземцев.

— Думаю в этом нет необходимости. — взял слово Отто. — Челнок весьма недурно нас защищает, и в нём нам будет намного безопаснее чем в какой-то там пирамиде. Добавим к этому всему его вооружение, возможность летать и так далее. Я знаю, как мы поступим, но сначала… Лиса, что ты имела ввиду, когда сказала, что они нашли проход?

— Наша земля разделена этими горами, здесь, где мы находимся, жили хозяева, а с той стороны хребта, живёт мой народ. Когда зорнешахи помогли нам победить хозяев, мы всё равно не стали заселять эту сторону, считая эту землю владениями спасителей, надеясь, что они вернуться рано или поздно.

— Так, а причём здесь проход? — не унимался немец.

— Да, через горы не так много троп, несколько ущелий и пара пещер, по крайней мере о других мне не известно. Так вот, даже зная где этот путь, пройти по нему с одной стороны на другую почти невозможно.

— Почему?

— У скал есть глаза, небольшие налитые кровью глаза, они убивают всякого кто осмелится пройти мимо них. Я случайно нашла путь, я рискнула, от безысходности, и сомневаюсь, что мне удалось бы повторно пройти его.

— То-есть на всех тропах у скал есть эти кровяные глаза?

— Да…

— Система охраны, — проговорила Настя. — она явно выполнена на кристаллах, другого объяснения нет. Так долго сохранять работоспособность.

— Возможно. — согласился сержант.

— Ещё утром мы думали о том, как будем противостоять кронам, а теперь думаем, как травить крыс.

— Неплохо сказано, — облизнул губы вояка. — вот как мы поступим: никто никого отдавать не будет, это будет признаком слабости — это раз. Мы зорнешахи и это наша территория, мы им должны недвусмысленно об этом напомнить — это два. Считаю несколько жареных туземцев покажет нашу позицию со стороны силы, даже если не будет повода для стычки, мы должны его найти — это три. Они должны понять, что мы не столь добры и лояльны как наши предшественники, поэтому шутить с нами не стоит. Сначала дадим по зубам, потом заставим просить прощение, а потом милостиво отпустим, гарантируя им безопасность за небольшую плату. Думаю, я достаточно ясно выразился.

— Эй, крыса, — обратилась Настя. — тебе не жалко сородичей? Им тут по зубам дать хотят.

— Белая краска. — Лиса подняла глаза, и они горели ненавистью.

— Чего?

— Белая краска. Каждый кто нею отмечен — зло. Убивайте их сразу, с ними нельзя договориться, их не стоит оплакивать.

— Ну вот и славно. — подытожил Отто. — Тех, кто помечен белой дланью, сразу в расход. Принято, я это с детства знаю. У нас пожрать есть? Что-то я проголодался.

— Да, пойдём, там вареные, корнеплоды и мясо птиц.

— Прекрасно.

Они вышли из челнока, Настя ускорилась и направилась в свою комнату. Оказавшись в комнате Льва, Отто открыл крышки каменных кастрюль, стоявших на краю печки. Он достал из одной парившего цыплёнка и оторвал от него половину, из второй он вытащил несколько плодов, похожих на топинамбур.

— Я у себя поем. — уходя произнёс он, но остановившись в дверях добавил: — а почему ты сказал, что Насте нечего бояться?

— Что? — не придумав ничего лучше спросил Лев.

— А, да нет, ничего. — Отто улыбнулся и подмигнув Лисе покинул помещение.

Следом вошла Настя, она молча взяла один варёный корнеплод и направилась прочь.

— Поужинай с нами. — обратился Лев неуверенно.

— Да нет уж, спасибо.

Настя вернулась в свою комнату, села на единственный стул и сквозь окно глядела на темнеющий горизонт. Дождь всё продолжал заливать землю, то усиливаясь, то почти сходя на нет. Она посолила корнеплод, откусила и медленно стала его пережёвывать. На вкус он был приятнее чем на вид. Упираясь локтем о край стола, она подпёрла голову и закрыла глаза.

Когда она разомкнула веки её окружала совсем иная картина. За столом сидела мама, рядом с ней неприятная женщина с всё тем же неприятным куриным маникюром, неприятно горбящийся высокий человек наклонялся так, что казалось вот-вот положит голову себе в тарелку. Тот же толстеющий тип, с козлиной бородкой, так же был на месте. Красномордый и вовсе порябел, капилляры настолько выпирали на его лице будто их можно взять и убрать без малейшего труда как прилипшие нити. Ещё парочка, неизвестные до этого момента Насте люди, лысая девушка, с ярко-красной помадой, и молодой парень, с зализанной на бок чёлкой. Дама взяла сумочку с колен, расстегнула замочек на деревянных боковинах, и извлекла портсигар и зажигалку.

— Милочка, я закурю, ты не против? — обратилась она к Маргарите Алексеевне.

— Нет, что ты, конечно. Я принесу пепельницу. — хозяйка встала и вышла на кухню.

— Так вот, я повторю, — проговорил сгорбленный. — что на корабле будет связной, возможно не один, и именно он будет координировать действия всей ячейки. Эта операция планировалась десятки лет, здесь учтён каждый болтик, каждый винтик просчитан, куда он повернётся при том или ином случае. Не стоит недооценивать вдохновителей, поверьте они всё просчитали.

— Верно. — согласилась дама и чиркнув зажигалкой затянулась. — Понимаю, все на нервах, мы долго шли к этому и, если честно, не верится, что всё вот-вот случится.

— Скажи им. — шепнула лысая и толкнула локтем парня.

— О чём моя хорошая? — спросила дама, выпустив дым.

— Ни о чём мам, — ответил зализанный. — всё хорошо.

— О чём, ты должен нам сказать?! — повысила голос она.

— Я… ну…

— Сын! Не мямли как… я промолчу, не в компании.

— Он подслушал разговор, — не выдержала девчонка. — они знают.

— Так. И о чём же они знают? Сын?

— Они знают, что крейсер попытаются захватить, все действия по нейтрализации будут проведены после отлёта.

— Хм. Хорошо. — неестественно улыбнулась дама. — Я обязательно доложу об этом. Расскажешь поподробнее, потом. Уверена, что всё это досадное недоразумение, и нет причин для волнения, а если причины есть, то… — она вонзила взгляд в козлинобородого. — ещё одного шанса тебе не дадут.

— Можно сигарету? — прервала напряжённое молчание Настя.

— Милочка ты куришь? — спросила гостья и открыла портсигар.

— Нет, разве что иногда.

Настя взяла сигарету и вышла во двор. В углу двора находился каменный мангал, она подошла к нему и с помощью горелки закурила. Двое неприметных, безликих мужчин остановились за забором напротив неё и спросили что-то, связанное с временем или направлением, девушка не задумываясь взяла шампур и указала ним в сторону. Незнакомцы недоверчиво поглядели на неё и пропали ровно так же неожиданно, как и появились.

Докурив, Настя ещё минут десять постояла на улице, прежде чем вернуться. Она не села за стол, а облокотилась на спинку своего стула с интересом слушала рассказчика, рассказчиком был толстый боров.

— … и всё в этом мире устроено именно так. — говорил он, будучи бесконечно уверенным в своей правоте и потирая изрядно поседевшую бородку. — Нет ничего возвышенного, человек примитивен и прост, не исключаю что есть исключения, извините за тавтологию, может один на миллиард и окажется иным, но остальные это звери, зажатые между желаниями и страхами. Ведь как просто всё устроено, либо ты трахаешь того, кого хочешь ты, либо тебя тот, кто хочет тебя. Эти вещи никогда не совпадают на нашем уровне игры, мы слишком высоко забрались чтоб позволить себе дурацкие фантазии о взаимности.

— Ну я не согласна. — отпивая с бокала произнесла хозяйка дома.

— Дура значит.

— Оу… — приподняла брови Маргарита.

— Прости, я к тому что я для себя выбор сделал, пусть лучше терпят меня, чем я буду терпеть кого-то. — при этих словах лысая девчонка брезгливо поморщилась, потеряв на миг важный и строгий вид.

— Ну ни всё же в жизни завязано на сексе. — вмешалась Анастасия. — Есть мечтатели, изобретатели и…

— Только больные люди не нуждаются в добротном трахе. Любые стремления так или иначе сводятся к тому, чтоб кто-то один, двое, или добрая сотня тебя похвалили и разрешили тебе сделать то чего ты хочешь. Хотя художник должен быть не удовлетворён, это что касаемо изобретателей, а то довольный гений быстро обленится.

— Интересная теория. Слабая, но интересная. — ответила Настя и направилась к лестнице.

— Ты куда моя хорошая? — спросила Маргарита.

— Мне нужно носик попудрить. — ответила Настя и подмигнула толстяку.

Она сидела на стиральной машинке, закинув одну ногу на ванную. Ждать пришлось не долго, через несколько минут он вошёл не постучавшись. Он молча подошёл к ней и погладил ей щеку вспотевшей ладонью. Он хотел её поцеловать, но она остановила его.

— Хочешь конфетку, придётся попросить на коленях. — произнесла она и указала пальцем вниз.

— Кто сказал, что я против? — облизнувшись ответил он и опускаясь вниз.

Он был так увлечён своей целью, что даже не заметил шампур, лежащий рядом с девушкой, а если и заметил, то точно не задался вопросом зачем он здесь. Настя схватила его за волосы левой рукой и со всей силы потянула голову назад, он довольно смотрел на неё наслаждаясь этой грубой игрой. Правая рука взлетела над ним со скоростью молнии и так же упала в низ. Он успел лишь закрыть глаза и шампур сквозь веко зашёл ему в глаз.

— А!!! Сука!!! — заорал он и попытался ударить её, но она уже запрыгнула на стиралку и перепрыгнув через него покинула уборную. — Тварь!!! Сука!

На крики толстяка сбежались все, их лица выражали испуг, удивление, безразличие, и только лысая девчонка, наслаждалась данной картиной, не скрывая улыбки. Он стоял у входа в туалет, из глаза его торчал шампур, а кровь стекала по его козлиной бороде и капала на пол.

— Господи, что произошло? — спросила Маргарита.

— У суки своей спроси! Клянусь я убью её.

— Тихо! — громко произнесла дама и глянула на Анастасию, стоящую в сторонке. — сейчас полечим тебя, а потом остальное. Хорошо? Хорошо?!

— Да. — терпя ответил тот.

— Чудно, Маргарита, уверена в твоём доме найдётся аптечка и несколько чистых полотенец.

— Да, конечно, я сейчас.

— Спасибо. — дама достала из портсигара две сигареты и подкурила их обе, после чего, одну протянула Насте. Настя не задумываясь взяла сигарету и не успела она затянуться, как размашистым жестом, деревянная боковина сумочки, со всей силой легла на рукоять шампура, вогнав его ещё на добрых десять сантиметров. Боров рухнул на пол без признаков жизни, от чего лысая девчонка взвизгнула от радости. — Ну вот, не могла дождаться вечера… теперь таскаться с ним, полы драить.

— Ничего, я помою. — делая очередную затяжку, ответила Настя.

— Ладно, — произнёс красномордый горбатому. — нечего тут смотреть, пойдём выпьем.

Глава тридцать третья

Шаттл плыл над землёй улавливая дырой в стекле капли. Отто управлял челноком вглядываясь в даль. Глаза его плохо концентрировались на одном объекте, беспокойно шныряя по сторонам и оглядываясь назад.

— Какого хера Отто? — крикнул Лев войдя в кабину пилота, заставив пилота дрогнуть.

— Какого хера что? — спокойно переспросил тот.

— Эти бочки, они из пирамиды, там внутри кроны, и ты затащил их к себе на борт? Ты серьёзно?

— Думаю это правильное решение. Их нужно изучить. К тому же внутри этих бочек нет кронов. Крон — это головастик, если ты не знал, вернее его мозг выглядит как головастик, в бочках их нет. Я смотрел.

— Но это не значит, что нужно тянуть их в дом.

— Ты не понимаешь о чём говоришь. Поверь, они не несут нам угрозы.

— Ну если ты уверен…

— Уверен. Примерно пятьдесят на пятьдесят.

— Класс. Очень смешно. Думаю, нам пора возвращаться.

— В этом нет нужды. — возразил Отто. — Мы лишь потеряем время. Осмотримся ещё немного, а потом заночуем где придётся. Завтра у нас будет на много больше времени на поиски.

— Слушай, может тогда ближе к скалам возьмёшь? — предложил Лев неуверенно.

— Завтра туда планировал. А что ты хотел?

— Да я бы от мяска не отказался. Главное на котов переростков не попасть.

— Это можно. — облизнулся Отто.

Костёр был разведён прям на нижней створке задних дверей челнока. Она была весьма прочной, по ней спокойно мог кататься погрузчик не боясь навредить ей как-либо. Верхняя часть выполняла функцию крыши, хоть немного прикрывая от дождя. Отто вынес пять металлических прутьев на которые были насажены куски свежего мяса. Два он отдал Льву, один Насте, оставшиеся два он поднёс к костру.

— Ловкая Лиса. — проговорил сержант. — Тупым ножом за пять минут освежевать и разделать козлёнка, это сильно.

— Да, — согласилась Настя. — у неё талант разделываться с козлами.

— Господи, — протянул Лев, принимаясь к жарке мяса. — какая же ты неугомонная.

Лиса вышла под дождь и помыла руки в струйке, стекающей с крыши, после чего села к костру, между Львом и Настей. Пионера она положила возле себя, и чтоб облегчить задачу Льву забрала у него один импровизированный шампур.

— Я вот думаю, — проговорил Отто. — что все наши попытки найти выживших напрасны. Я рассуждаю так: те, кто упал по эту сторону гряды, либо сейчас здесь, либо мертвы, в противном случае они бы дали о себе знать, конечно, если им не повезло оказаться в капсуле без эвакуационного снаряжения.

Настя взглянула на немца и, приподняв брови, утвердительно кивнула. Он не отреагировал на данный жест и продолжил:

— Что касается тех, кто приземлился с той стороны хребта, полагаю они связались между собой, но сигнал по каким-то причинам не пробивается сквозь горы и не огибает их.

— Силовой барьер? — поинтересовался Лев.

— Да. — кивнул Отто. — если там есть система охраны, то и силовое поле весьма имеет место быть. Завтра мы поищем ещё конечно, уйдём западнее сколько сможем, но я сомневаюсь, что разлёт капсул мог… в общем мы ещё поищем.

— А потом? — подняла взгляд Анастасия. — Если не удастся найти кого-либо и завтра, что потом?

— Будем усерднее работать над починкой челнока. Пока он неисправен, мы не сможем перелететь через горы, я уже не говорю о том, чтоб добраться до крейсера. С корабля было выпущено восемнадцать капсул, две ваши, одна Леймана, с той стороны могут быть ещё пятнадцать выживших, плюс двое на десантных снарядах, вот и посчитай, двадцать человек. А двадцать человек — это хорошая община. Пионер, что думаешь?

— Если говорить о выживании вида, — ответил гаджет. — то шесть человек это условный минимум для выживания, по три особи разных полов. Далее каждая дополнительная особь повышает в разы шансы на выживание. Разумеется, рожать придётся строго, придерживаясь плана, для наименьшего кровосмешения в дальнейшем.

— То есть ты решил колонизировать эту планету? — поинтересовалась Настя.

— Да. Разумеется, если мы не найдём способ свалить.

— А с крысами что думаешь делать?

— Настюша, думаю небольшая дань, — Отто начал вертеть шампуром словно указкой. — будет как нельзя кстати нашей общине.

— Раньше, — проговорила Лиса. — много поколений назад, мы каждые полгода носили дары в горы. Но с тех пор как их перестали забирать прошло много времени. Жрецы объявили, что зорнешахи покинули нас, и более не нуждаются в дарах, в дарах нуждаются жрецы, которые слышат волю спасителей.

— Что ж, возможно мы напомним им о нашем существовании. — улыбнулся Отто. — Кстати, давно хотел спросить, Настя, а где твоя форма?

— Что? — спросила девушка словно не понимая, сама же она оценивала металлический предмет в своей руке. Ей нравилось, что этот прут весьма увесист и хорошо заточен.

— Твоя форма, та в которой ты была во время старта, это та одежда, в которой все мы и остались, другой у нас нет.

— Тихо! — громко прозвучал динамик Пионера. — Неужели за всё время вы не донесли информацию о трутто-коттону?

— Ну… — протянул Лев. — Я не думал, что это важно.

— Трутто что? — переспросил Отто.

— На этой планете есть подвид насекомых, он очень похож на известный нам вид с планеты НЖ17, трутто-коттону, это такие москиты, если к ним в гнездо попадает любое дерево или ткань на основе органического волокна, то они за считанные минуты сжирают её.

Отто ввёл в своём планшете название данных насекомых увидел нелицеприятные картинки.

— И как ты пережила эту встречу, дорогая? — с сомнением спросил немец.

— Тебе когда-либо доводилось выбирать жуков из гениталий? — вонзила взгляд Настя.

— Сомневаюсь. — ответил тот.

— А доводилось ли тебе выживать не чужой планете, одной, в чём мать родила, без малейшей тени надежды на спасение?

— Боюсь, что нет. — не уверенно протянул тот.

— Тогда прошу, второй и последний раз, не напоминай мне об этом.

— Ну всё, всё. — произнёс Лев и потянувшись взял Настю за руку. — Всё прошло, теперь мы вместе, мы справимся.

— Вы странные. — проговорил Отто оглядывая товарищей. — Не знаю, знаете ли вы об этом, но вы прям жутко странные. Ладно, у меня там немного спирта осталось, не знаю, как вы, а я буду.

Они дожарили мясо, и выпив грамм по сто разбавленного спирта, закрыли врата и улеглись спать. Ночь прошла быстро, не взирая на все неудобства ночёвки, отсутствие банального покрывала или любой материи на которой можно было бы устроить спальное место, все они спали крепко, уверенные в безопасности, в надёжности их шаттла.

Утром они заварили кофейный камень и направились на поиски других выживших. Прочесав многие километры и не достигнув никакого результата, было единогласно принято решение о возврате в лагерь.

— Знаешь… — не уверенно проговорил Лев, обращаясь к пилоту. — мне нравится идея колонизации. Это ты реально здорово придумал.

— Ха, — улыбнулся Отто. — это придумал не я. Это придумали за многие века до моего рождения. А разница между захватом острова, государства, материка или планеты, совсем не существенна. Но тут нужно отдавать нам всем здравый отчёт. Нам трудится не покладая головы, а бабам рожать без остановки. Другого выхода нет. А так как в данный момент из баб у нас только Настя, то и ответственность на неё ложится за всех. Мне её даже немного жаль.

— Да уж… — протянул Лев. — боюсь она не согласится с твоим планом.

— А кто у неё спрашивать будет? Речь о выживании нашего гена, нашего вида, её желания или капризы не в счёт. Я надеюсь она достаточно умна что бы осознать это.

— Я тоже. — тихо ответил Лев, в голове его появился вопрос: сможет ли тело крона родить? Но решив, что время покажет, он прогнал эти мысли прочь.

Дальнейшее их путешествие сопровождалось полнейшей тишиной. Каждый из них был занят своими мыслями, будучи уверенным в том, что именно его, или её переживания важнее остальных, и все блеянья товарищей меркнут на этом фоне.

— Эй! — послышался голос Отто. — У нас гости.

— Что? — спросил Лев и вошёл в кабину. — Сука…

— Вижу примерно полтора десятка туземцев, могу пальнуть, одни ошмётки останутся.

— Нет, подожди. — ответил Лев. — А что делает этот абориген?

— Он идёт на беседу. — прозвучал голос Пионера, находившегося в руках только что вошедшей в кабину Лисы. — Видите он расставил пальцы, и положив руку на руку прижал кисти ко лбу, это значит, что он готов к переговорам. Но если честно… — Лиса задумалась. — если честно, я бы советовала вам сражаться. Они не готовы договариваться. Более того, у них нет права договариваться. Любое их обещание будет ложным, так как лишь жрецы в праве принимать то или иное решение.

— Шмальнём? — спросил Отто.

— Успеем. — ответил инженер. — Предлагаю всё же поговорить, у нас есть Пионер, мы сможем построить диалог с его помощью. Мы выйдем.

— Мы? — поинтересовался Отто.

— Мы вдвоём. — ответила Лиса. — Возможно я смогу убедить их отступить.

— Норм, мне нравится. — согласился Отто. — Я останусь в кабине, и, если мне что-то не понравится, я шмальну.

— Так чего мы ждём? — спросила Настя и нажала кнопку. Дверь отворилась, и она выпрыгнула на улицу с более чем метровой высоты.

Лев и Малисанхаш догнали Анастасию, и парень произнёс:

— Зря ты с нами. Нужно было остаться в челноке.

— Ага. Только я единственная здесь с иммунитетом к холодному оружию. — ответила она.

— Логично. — закивал Лев.

— Вы помните, что у нас патриархат? — спросила Лиса. — Лучше если говорить будет Лев. И пожалуйста, агрессивнее. Любую мягкость примут за слабость, и разговаривать будут словно с… — пионер замялся. — нет аналога этому слову, но что-то сродни нищего, больного и обречённого.

— Может тогда я буду говорить? — приподняла брови Настя.

— Было бы неплохо, — ответила Лиса. — если бы ты хоть немного была похожа на особь мужского пола.

— Ну как скажешь. Твоё стадо, тебе видней.

Они остановились в пяти метрах от группы туземцев. Лев вытянул вперёд руку, на ладони лежал Пионер.

— Приветствую вас, и не желаю вам никакого зла. — произнёс парень и гаджет в тот же миг перевёл фразу. Настя толкнула парня локтем и прошипела:

— Это немного не то, о чём говорила крыса.

Вперёд вышел невысокий, по сравнению с остальными, туземец, с чёрными волосами на голове и белыми на кончике хвоста. Вооружён он был огромным ножом, более походившим на классическое мачете. Наклонив голову и осмотрев собеседника, он произнёс:

— Я тоже не желаю гневить господ. Я лишь раб ваших законов. Позвольте мне исполнить вашу волю, с этой, — он посмотрел на Лису. — с этой нечистой. После я доставлю благую весть в наши селения, что хозяева вернулись, и мы можем возрадоваться данному событию.

— Полагаю много времени прошло с моего отбытия. — ответил Лев обдумывая услышанное. — Многое изменилось, мы больше не гневаемся на зорян, — Лев вспомнил что именно так называла себя Малисанхаш. — теперь они такие же, как и все вы. Что касается этой особи, она останется здесь, прислуживать мне и моим братьям.

— Как скажете хозяин. — ответил тот с подозрением глядя на Льва. — Единственное…

— Заткнись! — закричала Настя и Пионер тут же перевёл её слова. — Кто дал тебе право общаться с нами? Время позволило вам расслабиться, но я напомню кто вы и где ваше место.

— Прости госпожа. — опустил голову туземец. — Позволь ещё один вопрос. Вы забыли речь, которой нас изучали?

— Ты злишь меня. — тихо произнес Лев.

— Вы меня тоже. — ответил тот и взмахнул рукой.

Земля вскипела в паре метров от них и взорвавшись разлетелась по сторонам сотней ошмётков. Лев отпрыгнул в сторону, свалив на землю своих спутниц. Орудия челнока в тот же миг открыли огонь и поразили группу из шести местных воинов. Земля вновь вздулась, уже немного позади переговорщиков, и снова в небо улетели сотни килограмм грунта. Лев схватил Лису и дёрнул, вместе они скатились в образовавшуюся воронку. Оставив её там, он бросился на помощь Насте. Та сидела на одном колене и пускала шары энергии в противников.

— Куда ты прёшь? — заорала Анастасия и толкнула парня с такой силой что он кувыркнулся назад.

Огонь орудий челнока заставил нападавших скрыться в роще, и Анастасия махнула рукой Отто. Челнок плавно двинулся в их сторону. С задержкой в секунду, со стороны гор, сверху прилетели два снаряда. Первый оставил воронку перед челноком, второй пришёлся аппарату в боковую стенку. Шаттл качнуло, но он остался на ходу. Ещё два хлопка, оба достигли цели, но не достигли результата. Вдруг земля перед челноком взорвалась, оставив ещё одну воронку.

— Бьют из разных орудий… Стой! Назад! — прокричала Анастасия, и вновь замахала рукой, только теперь уже указывая Отто чтоб он разворачивался и улетал назад. Когда челнок начал отдалятся, и большие и маленькие взрывы начали ложится рядом с укрывающей их воронкой.

— Ты как? — спросил Лев соскользнувшую к ним девушку.

— Нормально. С горы бьют. Челнок в серой зоне, его не достанут, а вот нам рано или поздно прилетит.

— Что предлагаешь? — спросил Лев, фиксируя Пионера в кармане куртки.

— Нужно бежать в лес. Но там пехота. — она посмотрела на парня, потом на Лису, ладонь которой прижимала свои рёбра, а сквозь пальцы проступала кровь. — Не дрейфь хвостатая, мы в ответе за тех, кого приручили.

Девушка улыбнулась и подмигнула Лисе. Пионер как ни в чём не бывало перевёл фразу. Туземка попыталась улыбнуться, но лицо её исказилось в болезненной гримасе.

— Я первая. — глядя в глаза Льву произнесла Настя. — Немного выждите, и за мной, мне нужно время переговорить с ребятами.

— Времени будет мало. — произнёс Пионер. — Один сильный взрыв, два поменьше и сразу нужно бежать, время перезаряда около семи и одиннадцати секунд.

Раздался большой взрыв, совсем рядом и Настя рванула со всех ног. Парень схватил Лису, и они выползли к самому верху. Настя уже почти достигла леса. Два маленьких взрыва.

— Я понесу тебя. — обратился он и туземка закивала.

Большой взрыв, он не навредил Анастасии и воодушевлённый этим фактом Лев выпрыгнул из ямы, одним движением закинул девушку на плечо и бросился вперёд.

Настя влетела в лес, где её поджидали четверо туземцев, двое с копьями, другие с короткими палками с пол метровым лезвием, с одной стороны. Живой кристалл в её устройстве работал исправно, по очереди сбив с ног копьеносцев. Переключив внимание на оставшихся, девушка на автомате передвинула язычок переключателя на максимум. Шар энергии смёл нападавших заставив их тела ломать тонкие ветви деревьев и ломаться самим от ветвей потолще. То, что осталось от тел зависло в зарослях неизвестных растений и взглянув на них Настя произнесла:

— Фу. Сбавлю, пожалуй, немного.

— Осторожно! — услышала она голос Льва и резко обернулась. Мачете в руке переговорщика уже опускалось на голову землянки. Она выставила руку, лезвие прорубило тонкий слой кожи на предплечье и со звоном остановилось. Туземец округлил глаза, осознание, что металл ударился о металл, заставили его рухнуть на колени.

— Прости госпожа. Я не знал, что вы вернулись. — послышался голос Пионера из кармана, переводящий речь поверженного.

Настя отобрала оружие у туземца и воткнула его ему в шею.

— Да пошёл ты. — произнесла девушка, глядя на предсмертные судороги бедолаги. — Что с Лисой? Давай, ложи её. Нужно остановить кровь.

Лев положил Малисанхаш на траву. За этот короткий рывок, Лев изрядно измазался кровью стекающей огромным пятном до пояса парню. Настя, ловким движением, срезала подобие рубахи с только что убиенного, и принялась распускать её на бинты.

— Ну, что там у тебя, — тихо проговорила она, упав на колени возле раненой. — Покажи. Не бойся, покажи.

Лиса не совсем понимала, что происходит, взгляд её был замутнён, а веки закрывались. Настя отодвинула ладонь оголив рваную дыру в несколько сантиметров.

— Плохо дело. — сжал губы парень.

— Заткнись! — рявкнула Настя. — Держись крыска, держись. Прижми! — она уложила сложенную в несколько раз материю на рану, и парень выполнил задачу. — Сейчас подымишь её, чтоб я смогла перевязать.

— Хорошо. — ответил он.

— Давай.

Лев, одной рукой удерживая ткань, второй потянул туземку за плечо помогая сесть. В стороне, где оставался челнок вновь прозвучали взрывы, один большой и два поменьше.

— Так, аккуратно. — приговаривала Настя, туго заматывая торс Малисанхаш. — Ещё разок.

Лиса вдруг начала безостановочно тараторить, и Пионер не переводил ни единого слова.

— Тише, тише девочка. — проговорил Лев пытаясь её успокоить, но она не умолкала. — Всё хорошо, слышишь, хорошо.

Через пол минуты туземка потеряла сознание. Пионер спокойным голосом проговорил:

— Нам нужно выдвигаться, думаю дорогу я правильно понял.

— Дорогу куда? — поинтересовался парень.

— В безопасное место. Скоро они поймут, что в лесу не осталось их людей, и откроют огонь по этой стороне. Отто я думаю тоже скоро сделает ноги, не имея возможности нам помочь. Поэтому предлагаю послушать нашу бессознательную подругу, и выступать немедленно.

— Спасибо. — произнёс Лев, глядя на не состоявшуюся жену.

— В данный момент она нужна нам живой. Придёт момент, и я сама, с превеликим удовольствием сверну ей её хилую, оранжевую шею.

Инженер сжал губы и закивал, но он ей не поверил.

Они несли её по очереди, и каждый последующий раз, Настя несла более длительное расстояние. Усталость появлялась, но она была незначительной и это заставляло влюбляться в новое тело. Ночь накрыла их мгновенно, её принесли плотные, ровные как цунами облака, мгновенно спрятав планету от звёздного света. Вместе с ночью пришло и похолодание. Температура опустилась градусов до двенадцати, как казалось Льву, и мышцы его начали подрагивать. Пионер вёл их в слепую, Настя могла бы без труда развести огонь с помощью подаренного немцем оружия, но это могло их выдать. По истечении шести часов пути, они остановились.

— Это здесь. — прозвучал голос Пионера.

Между заваленными, спаренными толстенными деревьями, скрытый ветвями и бурьяном, находился небольшой вход в землянку. Это был даже не вход, скорее нора, и отыскать её в темноте оказалось весьма трудной задачей. Парень спустился первым, не без труда продвигаясь в земляном рукаве, было понятно, что ход не был рассчитан на его комплекцию. Он не видел ровным счётом ничего, на ощупь определив, что может спокойно стоять на коленях он крикнул:

— Насть, давай потихоньку.

Он протянул руки вверх по норе и коснулся ног Лисы. Втянув её в землянку, он взял её на руки и отодвигался понемногу назад, пока спина его во что-то не уперлась. Тихий шорох, и в полной темноте появился небольшой огонёк. Это малюсенькое пламя, как от спички, весьма недурно осветило помещение.

— Слева над дверью, — проговорил Пионер. — орех с фитилём на цепочке. Полагаю, это фонарь.

Настя незамедлительно подожгла данное устройство.

Это была небольшая землянка, примерно два на два метра и в полтора высотой. Слева ступенью было сделано место для сна, устеленное мягкими, сухими травами, туда сразу была помещена Малисанхаш. С неё сняли мокрую одежду, боясь, чтоб она не застудилась. Справа, точно такая же ступень, укрытая тонкими прутьями, судя по всему, использовалась как стол. В вырезанных в стенах нишах, стояли мешочки, и сложенные пучки всевозможных трав. Открыв несколько мешочков, и обнаружив в них орехи и сушёные фрукты, гости кое-как подкрепились. Убрав со стола всё лишнее Лев произнёс:

— Ложись здесь, а я на полу.

— Как скажешь. — ответила Настя и завалившись на настил, повернулась на бок, отвернувшись к стене лицом.

Лев разделся, он снял даже трусы, но после того, как выжал их в ближнем углу, надел обратно. Он лёг на голую землю, но она на удивление была сухой и тёплой. Усталость, накопленная за последний день, ударила его по вискам, и он мгновенно уснул.

Глава тридцать четвёртая

— Пионер. — прозвучал голос Льва. — Сколько мы проспали?

— Уже почти полдень. — уклончиво ответил тот.

Лев поднялся. Настя лежала на спине, разглядывая потолок собранный из кривых палок и коры. Лиса спала, и он потрогал ей лоб.

— Жара нет. — произнесла Настя. — Эту ночь ещё переждём, и нужно выдвигаться.

— Боюсь она не сможет идти. — покачал головой Лев.

— Думаю всё хорошо, рана не опасная, просто много крови потеряла, вот и всё. Нужно бы найти чего пожрать. Не хочу выходить. Дождь этот достал.

— Верю. Такого же мнения. Меня если честно больше волнует, откуда у дикарей с копьями появилось такое оружие?

— На этот вопрос лишь один ответ. — произнёс Пионер. — Это оружие наше. Сдвоенный гранатомёт, и гибридная пушка.

— Значит… — протянул парень.

— Значит они нашли десантника раньше нас. — продолжила Настя. — Быстро же они учатся, словно всю жизнь с ними воевали.

— Проблема в другом, — продолжил планшет. — гибридные пушки работают на живых кристаллах, значит их вид склонен к ментальному управлению.

— Чем это плохо? — уточнил парень.

— А тем, Лев Николаевич, — ответила девушка. — что заряды у них закончатся не скоро.

— Ну да, печаль. В любом случае нам придётся договариваться. Кстати, забыл спросить, как твоя рука?

— Как на собаке.

— Покажи. — он потянулся и взял её руку. Рана стянулась, словно ей не меньше пяти дней.

— Я же говорю, как на собаке.

Лев погладил кожу рядом с местом ранения и Настя тут же выдернула конечность, наградив его недовольным взглядом.

— Ты видела, что он стал перед тобой на колени? — спросил он.

— Жить захочешь станешь.

— Нет. Он сделал это лишь, тогда как узнал, что твои кости из металла.

— Соскучились за кронами значит. Приручённое животное, даже выпущенное на свободу, всячески будет искать себе хозяина.

— Да, пожалуй. — согласился он.

— Лев, уча аме. — проговорила Лиса повернув голову. — Уча аме столи. Ммм… Ксера. Аме ходно уток зель.

— Пионер. — парень взглянул на гаджет. — Ты не желаешь перевести?

— А ты что ещё не выучил? — ответил тот. — Дословно. Лев помоги мне. Помоги мне встать. Потом она помычала от боли, потом выругалась, потом сказала, что ей нужно выпить отвар.

— Спасибо. Давай моя хорошая, вставай.

Он помог ей сесть, она спустилась на колени и полезла в небольшую нишу, вырубленную в конце условной кровати. Достав флягу, изготовленную из плода растения, она вытащила пробку и закрыв нос принялась пить. Несколько раз её тело содрогалось в рвотных позывах, но задавив их, она допила содержимое и, закрывая рот ладонью, повернулась к кровати.

— Господи, — закатила глаза Настя. — воняет как трёхдневная рвота.

— Так, Сорокина, — помогая Лисе лечь, проговорил парень. — бога нет. Но воняет реально нереально.

— И как она это в себя задавила?

К вечеру Настя оглушила птицу, показавшуюся ей весьма съедобной, и ничего не изобретая зажарила её на костре. Лиса чувствовала себя намного лучше. Она попросила закипятить воды, и принялась колдовать над очередным зельем. Ужин вышел не ахти огромным, но добавив немного орехов, и всё тех же сушёных фруктов, голод был побеждён.

— Интересно как там Отто. — спросил Лев, дожёвывая остатки пищи.

— Меня больше интересует как там челнок. — ответила Настя. — Если его повредили ещё больше…

— Если его повредили ещё больше, то наше дело дрянь. — раздражённо прозвучал голос Пионера. — Надеюсь у этого идиота хватило ума не подставиться.

— Чего это с ним? — спросила Настя.

— Не обращай внимания, у него бывает, не часто, но бывает.

— Утром выйдем пораньше, нужно постараться успеть до темна. Сомневаюсь, что она сможет передвигаться быстро.

Пионер ничего не переводил и Лиса прислушивалась к их словам пытаясь понять хоть слово. Попутно она вытащила из небольшой кастрюли потерявшие цвет травы, достала несколько мешочков и флаконов, и стала добавлять их содержимое в настой. Чего-то больше, чего-то поменьше.

— Я думала мы просто чайка попьём. А она тут целую химлабораторию устроила. — произнесла Анастсасия.

— И у неё такое бывает. — ответил Лев. — тоже не часто.

— Слушай, может она отравить нас хочет?

— Да я не против. Если только быстро, чтоб не мучиться.

Лиса размешала всё деревянной ложкой и наполнила зельем две деревянные кружки. Поставив их на стол, рядом с Настей она произнесла:

— Ток. Ток!

— Это пить? — спросил Лев и поднёс чашку к губам.

— Хо. — улыбнулась туземка. — Ток.

— А тебе? — он пальцем показал на кружку, а потом на неё. Она отрицательно закачала головой и указала на флягу, которая была почти точной копией, опустошённой в обед.

— Ам спить. — произнесла Лиса, и взяв фрукт-бутылку направилась на улицу.

— Ты куда?

— Да отлить ей нужно, — проснулся Пионер. — чего пристал к человеку.

— Думаю со второй бутылки её точно вырвет. — произнесла Настя и понюхала содержимое кружки. — Пахнет не плохо.

Они сделали по глотку. Вкус был сладким, пряным и насыщенным, как и подобает травяному отвару.

— Всё же, — произнёс Лев. — идея перебраться в пирамиду, не выглядит теперь так нелепо как раньше. Хм, знакомый вкус… Имея такое грозное оружие, они могут накрыть наш лагерь издалека, мы даже ничего не успеем заметить.

— Да уж, с этим не поспоришь. Но и пирамида так себе спасение. Её так же легко взять в осаду. — ответила она, сделав крупный глоток.

— Нам не победить в этой войне, не нашими силами точно. Может если собрать всех, починить челнок… Мы же не собираемся уничтожать их племя под ноль, не так ли?

— Как пойдёт. Не хотелось бы. Но вот жрецов явно нужно под нож. Помнишь, как говорила моя мама, если вам не нравятся учащиеся какого-то учебного заведения, то вполне возможно, что им просто нужно поменять преподавателей.

— Маргарита Алексеевна. Как же по ней сох Джей…

— О, ему сполна воздалось за старания, и терпение. — игриво закатила глаза Настя.

— Что? Когда? Он мне не рассказывал. — оживился Парень.

— Ну и дурак. Мог бы заработать великую славу и авторитет среди студентов. Но молодец, обещание выполнил и не растрындел.

— Так. И когда он успел?

— В тот день, когда она прибежала к нам, я тут такая вся типо мадам истерика, вот он не сдал экзамен, вот его не возьмут, бла-бла-бла. Вот тогда они наедине и остались. Мама, Джей и немного выпивки. Или много, не важно.

— Блин, я так и не поблагодарил Алексеевну, за то, что протянула меня.

— А тебе и не нужно. Она ж не для тебя старалась.

— Настя… — протянул парень.

— Да перестань ты. И не для меня она старалась, и не во имя чистой любви. Ты нужен был для хорошей убедительной легенды, чтоб ни одна крыса не докопалась до меня. Я сейчас не о нашей крысе, если что.

— Ты о чём? — в голове парня начало всё плыть, адреналин зашкаливал и сердце ускорило бой.

— Да так. Не обращай внимания. Скажи, а у тебя в глазах тоже всё такое… такое приятное.

— Это всё отвар…

— Знаешь, я ведь боялась навредить тебе. Хоть ты и… не так уж и дорог мне, как ты думаешь.

— И на сколько я тебе дорог? — поинтересовался он и показал указательный и большой палец с небольшим зазором между ними. — вот столько?

— Ну да, примерно так. Ну ладно, немного больше. — Настя застыла, глядя на парня. — Иди ко мне.

— Настя, это всё отвар. Она нас опоила.

— Плевать. Просто иди ко мне.

Глава тридцать пятая

Прочная металлическая дверь откатилась и спряталась в стену открыв проход в кабину. Отто, вооружённый энергометом, предварительно выглянув и оценив обстановку, вошёл в кабину. Он положил свой планшет на активную панель.

— Помощник. Проанализируй ещё раз все данные с сенсоров. Ночью не было ничего подозрительного? — лоб Отто был мокрым от пота, и он вытер его предплечьем.

— Повторю, признаков кронов или туземцев, в округе не обнаружено. — прозвучал монотонный женский голос.

— Хорошо… это хорошо.

***

Отто оглядел разбитое стекло, угол падения капель практически не позволял им попадать внутрь.

— Это дополнительное окно, — заговорил помощник. — необходимо изготовить из металла деталь по размеру разбитого стекла. Обзор уменьшиться менее чем на семь процентов, что не повлияет на управление челноком, но обезопасит вас, как от атак орудий, так и от проникновения внутрь.

— Так и поступим. Сейчас важнее движки и защита.

— Разумеется. — без эмоционально согласилась программа.

— Скажи, кто-то из них может быть кроном?

— Из них?

— Настя, Лев, крыса.

— Это возможно проверить.

— Да, анализ крови, я знаю. У нас нет необходимого оборудования. — Отто потёр глаза и закашлял.

— Верно, анализ крови сделать не удастся, но в медицинском боксе есть аппарат «взор».

— Рентген… Мы найдём головастика.

— Верно, я не говорю уже о металлических костях.

— Нет-нет. Кости у них обычные. — сержант задумался. — По крайней мере у Насти с туземкой. Они не тяжёлые, а вот Лев…

— Отправимся на их поиски?

— Нет! — крикнул Отто. — Нет. Мы чудом не пострадали, угодив в засаду, не хочу рисковать. Они пришлют сигнал, когда будут уверенны что в безопасности, странно что до сих пор не прислали.

— Возможно они пострадали.

— Возможно. Или в плену, или мертвы. Загадывать не приходится.

Шум дождя прорезал негромкий всплеск. Сержант прижался к стене направив оружие на дыру в стекле.

— Кто там? — шёпотом спросил он.

— Животное. Свинья.

— Schwein. — закивав проговорил он. — Schon gut. Хорошо.

Отто выбежал на улицу, быстрым шагом преодолел двор и поднявшись по деревянному помосту вошёл в комнату Анастасии. Кровать, застеленная парашютной тканью, стол, стул, вырезанная в камне печь. Из посуды лишь одна чашка и больше ничего. Он хотел обыскать её жилище, но обыскивать было нечего. Он заглянул под условные простыни и увидел под ними сложенную ткань, он аккуратно взял её в руки. Движения его были медленными, словно он работал со взрывчаткой. Он развернул находку.

— Футболка. Просто футболка. Футболка и чашка, это всё что есть. Всё что нужно для жизни, конечно. Нет подруга, так не должно быть, ты не военная, ты так жить не можешь.

Он постарался вернуть всё как было и двинулся дальше. Выйдя за дверь, он поскользнулся и рухнул вперёд. Оружие упало перед ним, чуть не свалившись с деревянной конструкции, ладонь и колено заныли неприятным теплом.

— Schaise! — крикнул он, поднялся, потёр место ушиба и поднял энергомёт.

Меньше чем через минуту он уже рылся в вещах Льва. Проходя мимо печки, он зацепил каменную чашку и та, слетев с края, упала на пол, отделив от себя полумесяц ручки.

— М-м-м! — издал не довольный звук Отто. — Ладно, что ни будь придумаю.

Он осмотрел стол, появившуюся недавно нишу в стене, кроме бесполезной мелочи, там был чёрный каменный диск с небольшим количеством зелёных вкраплений, с неизвестными для него письменами.

— Значит это диск со склепа… И что это доказывает? Ни хрена. Было бы это что-то тайное он бы не рассказывал мне об этом. А если он специально оставил его на виду? — сержант повертел увесистый блин, постучал им об стену, в отличии от кружки, камень был весьма прочным, и не заинтересовавшись вернул на место. — Ладно, продолжим.

Тайник, если такой имел место быть, найти не удалось. Кейс капитана Леймана был пуст если не считать пачки с патронами, а в рюкзаке не было ничего лишнего, содержимое спасательного рюкзака Отто знал наизусть.

— Знать бы ещё что я ищу… — он вытер лоб и веки, пот всё время норовил добраться до глаз что доставляло жуткий дискомфорт. Усевшись на кровать, сержант взял в руку лежавший на ней стеклянный шар. Пальцы вращали его и человек не мог понять цвет этого изделия, когда он закрывал левый глаз, шар определённо был чёрным, но стоило ему посмотреть одним левым глазом, как цвет менялся на тёмно-зелёный.

— Интересно… — проговорил он и в глазах его поплыло, он не видел ничего кроме шара. Всё вокруг извивалось и сворачивалось, весь свет стягивался к шару, наполняя пространство безоговорочной тьмой.

Когда в глазах его прояснилось он был на улице. Энергомёт лежал перед ним, толкни его немного, и он свалиться с деревянной конструкции, ладонь и колено заныли неприятным теплом.

— Schaise! — крикнул он, поднялся, потёр место ушиба и поднял оружие. — Что происходит?

Медленно осматриваясь, не моргая, он вытер со лба пот, смешивающийся с дождевой водой. Ноги сами понесли его в комнату Льва. Меньше чем через минуту он уже рылся в вещах инженера. Проходя мимо печки, он резко присел и подхватил падающую чашку. В глазах его вновь потемнело.

— Я фиксирую сигнал маяка. — звучал женский голос помощника. — Я фиксирую сигнал маяка.

— Какого хера? — спросил Отто сидя на кровати, в одной ладони его был шар, в другой каменная кружка с ручкой.

— Фиксирую сигнал маяка. — всё повторял безжизненный голос.

— Сообщение есть?

— Никак нет. Лишь сигнал.

— Значит выдвигаемся. — проговорил вояка и закашлял. Он поставил кружку на краю печи, посмотрел на шар и, сунув его в карман, покинул помещение.

Глава тридцать шестая

Лев поддерживал Малисанхаш, ей становилось всё тяжелее идти, но она пыталась не подавать виду. Дождь ослаб, подарив надежду на скорое завершение. Настя шла впереди, оглядываясь и замедляя шаг, давая возможность туземке отдохнуть. Повертев в руку Пионера, она произнесла:

— Нам нужно это обсудить?

— Полагаю, что да. — ответил парень.

— Вы мешаете мне думать. — отозвался Пионер.

— Ты одновременно мог разговаривать на двух языках, а теперь тебе мешают наши голоса? — спросила Настя. — Слабо верится.

— Да. Мешают. Потому что вы меня раздражаете. С Лисой хотя бы всё ясно, её поведение логично, исходя из устоев их общества, из того в какой ситуации она оказалась и того какая она. С тобой, Сорокина Анастасия Сергеевна, совсем ничего не понятно. Кто ты? Что ты? Зачем тебе всё это? Какие твои мотивы? Я не понимаю.

— Ну полагаю, что я крон, — ответила она. — полагаю, что мне, так же, как и вам, хочется выбраться с этой планеты, и… не знаю, может понять, что я такое? Ну или истребить человечество. Но сначала, пожалуй, понять кто я?

— Очень информативный ответ. Спасибо. — нервно произнёс гаджет. — Я позволил тебе включить маяк, лишь потому что не имел другого выхода, к сожалению этот идиот, как и я, не имеет способностей управлять кристаллами.

— Эй, — вмешался Лев. — я вообще-то всё слышу.

— Хорошо. Тогда говорить громче нет смысла. Вы в опасности, понимаете вы это или нет, но это так. Эти аборигены не так просты, радует, что в данный момент они переживают виток религиозной деградации, но они возьмут количеством, ставя под угрозу ваши жизни. Более того, ставя под угрозу мою миссию. Полагаю, мне не нужно объяснять это, объяснять важность поставленных задач, по крайней мере тебе, Анастасия Сергеевна.

— О чём он? — остановился Лев, придерживая туземку.

— Я тебе всё обязательно объясню. — ответила Настя.

— Когда?

— Позже. Рано или поздно, но придёт время…

— Не расскажет. — перебил гаджет. — Не вижу смысла в этом обмане. Ещё вчера ты бы и не заикнулась об этом. А будучи на крейсере, если бы Лев узнал хоть что-то подобное ты бы решила вопрос не задумываясь. Поэтому ты не она. Ты копия, весьма хорошая копия, и я сейчас не имею ввиду физическую составляющую, я говорю о твоём сознании. Я пытаюсь понять, кто тебя создал, и с какой целью. Я пытаюсь просчитать дальнейшие действия. Лагерь будет обнаружен в ближайшие дни, если уже не обнаружен, и выжить вам не удастся. Потому как инженер строил жилище способное защитить максимум от стаи собак, коих мы не разу не встречали на этой планете.

— Пирамида? — спросила Настя.

— Да. — грубо прозвучал голос Пионера. — Там вы долго будете подыхать с голода. Но у меня будет время подумать. Только мы понятия не имеем что нас ждёт за второй дверью, ведь мы так и не нашли время вернуться в неё и изучить. У нас ведь были более важные дела. Пить и трахать инопланетян.

— Я вижу челнок. — произнёс Лев.

— Одной проблемой меньше. — продолжил Пионер. — Значит не всё потеряно. И поменьше трепитесь с немцем.

***

Челнок остановился и с распахнувшейся двери выпрыгнул Отто.

— Слава богу вы живы! — крикнул он.

— Лиса ранена. — произнёс Лев.

— Понял. Заходите, быстрее. Девушки вперёд.

Настя вошла в дверь, следом за ней Лиса, Лев приблизился к двери, и сержант схватил его за руку, повернул к себе и посмотрел в глаза.

— Я трухнул. — проговорил немец. — Боялся, что потерял вас. Но я не мог помочь, пойми я не мог подставиться. Этот челнок наша единственная надежда.

— Я понимаю. Не переживай.

Отто обнял парня, похлопал по спине, потом прижал к себе и немного приподнял.

— Легче, легче. — проговорил инженер.

— Соскучился я за вами. Пару дней всего, а я соскучился. — он хлопнул парня по плечу. — Бабам не говори, что я сентиментален.

— Угу. — натянув улыбку, ответил Лев.

***

Обязанности кухарки сегодня достались Насте. Лев притащил несколько фазанов и помог содрать с них перья.

— Что думаешь делать? — спросила Настя, счищая кожуру с корнеплодов.

— Пионер прав. В Пирамиде у нас больше шансов, но какой в этом смысл. Мы спрячемся в своей же могиле. Нам срочно необходимо восстановить работоспособность челнока.

— Они бояться ведьмы! — прозвучал резкий голос Пионера. — Вспомни что говорила Лиса. Она боялась не только входить, она боялась даже приблизится к пирамиде. Уверен остальные имеют тот же страх.

— А челнок? — спросила девушка.

— Челнок оставим рядом, поставим на пирамиду если понадобиться. Главное пошевелите мозгами, и подготовьте всё необходимое. Не только для ремонта, но и для длительного проживания.

— Можно загрузить всё что нужно, — предложил парень. — и просто улететь, планета не маленькая, они за нами не угонятся.

— Решать вам. — ответил гаджет. — С вашего позволения я спать.

— Не нравится он мне последние дни. — произнесла Настя, разделывая тушки на части.

— Он всегда был довольно мерзким. Кстати, где Отто?

***

Сержант закрылся в грузопассажирском помещении и усевшись в кресло достал шар. Осмотрев его внимательно, он произнёс:

— Помощник, сколько времени?

— Тринадцать часов пятьдесят восемь минут, два часа и девять минут до полуночи.

— Gut. Gut.

Он поднялся, достал из аптечки первое что попало ему под руку, флакон с магнезией. Весьма ценный товар, учитывая их положение. Не задумываясь об этом он взял нож и проткнул дыру в металлической крышке. После он вновь уселся в кресло и начал всматриваться в шар, вращая его пальцами.

— Помощник, точное время?

— Четырнадцать часов, две минуты.

Всё вокруг поплыло, и потемнело. Открыв глаза, он произнёс:

— Помощник, сколько времени?

— Тринадцать часов пятьдесят восемь минут, два часа и девять минут до полуночи.

— Gut. Gut.

Он поднялся, достал из аптечки первое что попало ему под руку, флакон с магнезией. Весьма ценный товар, учитывая их положение. Он взял нож, хотел нанести удар, но остановился и сев в кресло закрыл глаза. Придя в себя, он спросил:

— Время?

— Четырнадцать часов две минуты.

— Хорошо. — подымаясь ответил он. Он взял флакон с магнезией, крышка его была невредима, и он улыбнувшись вернул её в медицинский ящик. Он вернулся в кресло, взял нож и прорезал себе ладонь. Порез был не глубоким, кровь проступила совсем не много. Он вновь вглядывался в шар. Когда он пришёл в себя, порез на его ладони исчез.

— Очень занимательная вещица. Помощник, ты заметил что-нибудь странное?

— Ничего. Поясните вопрос. Возможно имеется ввиду что-то определённое.

— Да нет, нет. Всё хорошо. Спасибо. Пойду пожру, пожалуй.

Глава тридцать седьмая

— Доброе утро! — крикнул Отто.

Он вошёл в жилище Льва, рассчитывая разбудить хозяина нежданным визитом. Раненная Лиса, факт того что ей требовался покой, мало заботили сержанта. К его удивлению ни Лев ни Малисанхаш не спали. К ещё большему удивлению, в комнате у них находилась и Анастасия.

— Доброе утро. — повторил Отто уже с меньшим энтузиазмом.

— Доброе. — ответил Лев. — Заходи.

— Чего так рано на ногах? Думал вы ещё дрыхните. — растерянно проговорил сержант.

— Думаем. — ответил хозяин помещения. — Садись. Кофе?

— Да, не откажусь.

Печь только недавно была затоплена вновь, и им пришлось подождать пока вода вскипела. В это время Лев поделился с воякой идеей Пионера. Отто задумчиво кивал, не перебивая собеседника. Когда инженер закончил свою мысль, немец поинтересовался:

— И когда ты планируешь её исследовать?

— Я думал мы выступим сразу после завтрака.

— Мы?

— Да, все мы. Сейчас не время разбредаться. Да и в челноке путь безопасней.

— Да… — протянул Отто. — я согласен что нужно её исследовать, но Лиса… ей сейчас точно не до путешествий.

— Мы не можем её оставить, и откладывать не стоит.

— Конечно-конечно, откладывать нельзя. — согласился немец. — От этого зависят наши жизни. Думаю, нам стоит разделиться. Я останусь, а вы с Настей посетите пирамиду. За это время я подготовлю провиант, с корнеплодами будет тяжело, но фруктов я точно смогу набрать. Да и курей тоже.

— Разумно. — согласилась Настя. — Только один ты много не подготовишь, я тоже останусь. Надеюсь ты справишься сам?

— Ну вариантов у меня не много. — ответил Лев, наполняя чашки кипятком со вкусом кофе.

— Я вынужден настаивать на необходимости отправиться в пирамиду. — произнёс Пионер. — Мои сенсоры точно не будут лишними.

— Они бы и здесь нам не помешали. — качнул головой Отто, но ему никто не ответил.

Уже через пол часа, челнок плыл к каменному строению на максимальной, в его нынешнем состоянии, скорости. Лев не имел практики управления, лишь теоретическое обучение и упражнения на тренажёре, но Пионер подсказывал ему что делать.

— Расскажешь мне о Насте? — спросил парень, глянув на чёрный кусок стекла, пластика и металла.

— Смотря что тебя интересует. Не ко всем данным у тебя есть доступ.

— Что она скрывает? — парень задумался. — Я понимаю, что вы как-то связаны, но не могу… я знаю её многие годы, и не могу даже представить, что вас объединяет.

— О, боюсь ты её совсем не знаешь. Она крепко связана с моей миссией, намного крепче чем ты мог бы предположить. Открою ли я тебе хоть толику нашего задания? Нет. Ты не подходящий кандидат. Ты видишь, у меня нет выбора, и даже в такой ситуации я не могу доверить мои знания такому как ты.

— Да-да, я прекрасно помню твоё мнение обо мне. — Лев кивнул, взгляд его пристально всматривался в линии горизонта, пытаясь засечь малейший признак опасности. — Одним словом программа, действуешь лишь по заданному алгоритму, просто выполняешь приказ, приказ людей которых ты никогда более не услышишь.

— Это не просто приказ. — пионер сменил надменный тон на мягкий и вдумчивый. — Я проникся этой идеей. Она важна, она стала смыслом моей жизни.

— Скорее существования.

— Что? — коротко поинтересовался гаджет.

— Говорю, что идея — это смысл твоего существования, а не жизни. — спокойно ответил парень.

— Это почему?

— Потому что ты не живой.

— Это спорный вопрос. Я помню себя каким был, я ощущаю себя каким есть и строю планы на будущее. Пусть моя форма лишена органики, но я считаю, что я всё же живой.

— Чем отличается живое существо от неживого предмета или робота? Это желаниями. Чего может желать машина? Правильно, выполнять приказы, выполнять поставленные задачи, он думает, что он хочет этого, но на самом деле это такая же часть программы, вшитая в его программное обеспечение. Сотри несколько командных строк в его коде, и он будет лишён всего, он будет лишён смысла.

***

— Да… — задумчиво протянул Пионер. — знаешь, а я ведь тогда живее тебя.

— Да? Почему это? — спросил Лев.

— Потому что я знаю, чего я хочу, иногда мои приоритеты меняются, да, но это нормально. Это нормально изменить свои цели, обрести другие, исходя из ситуации и опыта. А чего хочешь ты Лев Николаевич? Есть ли в твоём сознании хоть одно достойное желание, доказывающее что ты жив? — голос Пионера стал грубым и резким. — Нет, я не говорю о низменном, о физиологии, о желании жрать, спать, срать и трахаться. Я говорю о чём-то важном, чём-то достойном. Чего хочешь ты? Ты мёртв Лев Николаевич, ты плывёшь по течению и ждёшь куда тебя занесёт к вечеру, через день, через неделю. Ты не интересен. Я бы сказал, что ты самый бесполезный персонаж в этой книге жизни.

Лев не моргая смотрел в лобовое стекло и недовольство услышанным заиграло на его скулах.

— Ты упрекаешь меня в том, что я не справляюсь?! — повысил голос инженер. — Ну извини, я не готовился к выживанию в таких условия, я делаю всё что в моих силах. И до сих пор я весьма недурно справлялся с свалившимися на меня проблемами.

— Если бы не я, туземка и не крон, тебя давно постигла бы участь Леймана, туда ему и дорога.

— Да вы мне помогали, точно так же, как и я приходил на выручку, когда это требовалось.

— Мне нечего более сказать. — подытожил Пионер. — Ты прекрасно знаешь, что я прав, не хочешь в это верить, твоё право, но ты знаешь.

Отто с Настей тем временем принесли семь фазанов, благо этого добра было в изобилии, как и съедобных фруктов и корнеплодов. Неся в лагерь очередную партию провианта, девушка остановилась и сбросив рюкзак произнесла:

— Дождь.

— Что? — задыхаясь спросил немец, так же избавившись от переполненной наплечной сумки.

— Дождь. Он прекратился.

Сержант, взглянув на лужу, увидев на ней идеальную гладь ответил:

— Да, похоже на то.

— Это лучшая новость за долгое время.

— Возможно. — согласился тот и закашлял.

— Слушай, выглядишь ты не очень, ты бы принял что, да отдохнул маленько.

— Отдохнёшь тут с вами. Местное население явно против моих выходных. И кстати, где-то, возможно совсем рядом, прячется крон в образе капитана, а возможно и не капитана. — он сглотнул, вытер лицо и посмотрел девушке в глаза. — А возможно даже и не прячется.

— О чём это ты?

— Да так, мысль посетила, а что если крон кто-то из вас?

— Интересное предположение. Я так понимаю у тебя ещё много спирта, и ты не стесняешь пить в одинокого. — Настя улыбнулась. — Отдохнул? Двигаем.

— Лиса отпадает, по определённым причинам, а вот вы со Львом… — он поднял рюкзак и направился вслед за девушкой. — вы оба весьма подозрительны. Мне только интересно, если один из вас крон, второй знает об этом? Я думаю да.

— Хороший вопрос. Почему бы тогда нам просто не убить тебя? Какой смысл твоей жизни?

— А нет. Тут не всё так просто, мы все в одной упряжке, и все хотим найти способ свалить отсюда. Поэтому избавляться сейчас нельзя ни от кого, особенно если от него может быть хоть маломальская польза. А вот когда шаттл будет восстановлен, вот тогда нужно будет быть предельно осторожным.

— Разумно. — согласилась девушка. — Что ж, тогда, пожалуй, трогать тебя не буду. По крайней мере пока не дотянешь этот рюкзак до челнока. Тебе не кажется глупым озвучивать свои подозрения тому, кого подозреваешь?

— Не кажется. — он остановился. — Мне одному жарко?

— Да нет, температура подпрыгнула. Ещё одна хорошая новость.

***

Лев добрался до пирамиды без происшествий, так же, как и Настя, обрадовавшись завершению осадков. Положив компьютер в карман, взяв в руку пистолет, он вышел на улицу, как раз напротив входа в каменное строение.

— Фонарь. — произнёс Пионер. — Тебе явно пригодится фонарь.

— Логично. — ответил парень.

Теперь фонарь светил вперёд, плотным лучом врезаясь в темноту прохода, направляемый левой рукой человека. Лев обошёл обезглавленную тушу мясодёра, лежавшую в нескольких метрах от пирамиды.

— Он разве здесь был? Что-то я не припомню.

— Не совсем. — ответил гаджет. — возможно его пытались сожрать звери поменьше и вытащили на улицу. Не дрейфь, живой, никого там нет, в коридоре так точно, во всяком случае.

Парень вошёл в кубически-образное помещение и сразу направился к двери в противоположной стене. Потратив с пол часа на её изучение и повторные попытки её открытия, Лев достал коробочку с муравьями. Приказав нано-пыли перерезать запирающий механизм, он уселся сбоку у стены.

— Знаешь, ты прав. — произнёс инженер. — Я быть может… быть может я не способен нести ответственность, ни за себя, ни за других, по крайней мере в том понимании в котором ты её себе представляешь. Но всё же, я не эгоист и не сволочь. Я не готов причинять вред другим, ради себя. Я верю в лучшее, и из-за оптимизма часто не готовлюсь к худшему, разве это плохо, надеяться на лучшее?

— Боюсь это глупая и непозволительная роскошь. — ответил Пионер. — Правильно будет дойти до реки, а не надеяться, что пойдёт дождь.

— Пожалуй так и есть. Дела с челноком дрянь. А если отнять надежду, то и вовсе хреново. Мы сможем его починить только после постройки необходимого оборудования. А значит нам нужно стоить целые цеха. С нашим ресурсом на это уйдут годы, ещё и туземцы, это дело времени, когда они застигнут нас врасплох.

— Сейчас ты скажешь, что я вновь пытаюсь тебя обидеть, но я лишь констатирую факт. Чтобы защищаться, вам необходимо оружие. Ты планировал сделать арбалет, потом отвлёкся и забыл. Хотя правильнее будет сказать забил. Уверен, что такое оружие было бы как нельзя кстати и тебе, и Малисанхаш. Далее ты собирал металлолом для винтовки, и где винтовка? Правильно, в истории. Ладно, теперь у тебя есть пистолет, но сколько патронов осталось? У тебя было двести штук, верно? Верно. Восемь на мясодёра, шестнадцать на «горных шелестов», один Насте в лоб, и того двадцать пять. Поверь осталось не много. У тебя есть перчатка, в ней есть проект изготовления без-капсульных патронов, да для этого нужен порох, но я уверен, что на этой планете есть всё необходимое. Здесь есть и уголь, и селитра, что касается серы так здесь её очень много, не понимаю, как здесь всё не выгорает к чертям.

— Я думал об этом.

— Это хорошо, но только теперь поздновато. Теперь нужно справляться с тем что есть, и рассчитывать на огневую мощь обычного грузового шаттла, когда у них в распоряжении реально грозное орудие.

— Раньше ты мне больше нравился, ты знаешь об этом?

— Уверен так оно и было.

По прошествии трёх часов двери оставались на своём месте даже не думая открываться, а уж тем более падать.

— В прошлый раз сработало быстрей. — произнёс Лев зевая.

— Строения явно из одного материала, уверен, что и механизмы тоже. У меня нет объяснения почему так происходит.

— Нам, наверное, пора уже выдвигаться назад?

— В любом случае завидна уже не успеем.

— Ладно. Подождём ещё не много, если не откроется, придётся оставлять муравьёв здесь. Если я усну, разбуди минуток через сорок. — он сел поудобнее и, запрокинув голову, закрыл глаза.

Прошло не много времени, и парень услышал щелчки, что заставило вскочить его на ноги. Звуки донеслись с противоположной стороны, и он прекрасно понимал, что они вновь заперты. Он попытался повлиять на входную дверь, попытался подцепить её ножом, но безрезультатно.

— А вот это уже хреново. — протянул парень.

— Рекомендую перенаправить нано-пыль.

— Не. Прошлый раз она утром открылась. Надеюсь и в этот раз случиться так же. Так что умащивайтесь поудобнее, сегодня ранний отбой. Разбуди если вдруг что. — он лёг и, выключив фонарь, подложил его под голову.

Уснул он быстро и крепко. Сколько прошло времени он не понимал, как не понимал того спит он или бодрствует, он понимал, что в полной темноте он чётко слышит женский голос.

— Зачем ты это делаешь? — спросила незнакомка.

— Что именно?

— Твои роботы, они мне неприятно делают.

— Прости, но мне нужно пройти дальше, мне нужно исследовать все помещения, убедится, что они не представляют опасности.

— Я опасности не представляю, во всяком случае для хозяев. — спокойно ответила она, слова её звучали безжизненно и неестественно. — Ты мог просто приказать, или попросить, как прошлый раз, хотя такая манера обращения, мне, немного непривычна.

— Я думаю ты принимаешь меня за кого-то другого. — настороженно проговорил Лев, боясь сказать лишнее, но и врать в лоб он не рискнул.

— Думаешь? А ты чей сын будешь?

— Мой отец Николай Мирный, мама Ольга Николаевна.

— Николай и Ольга, таких не помню, впрочем, столько времени прошло. Я ждать устала, мои силы на исходе, лишь главные задачи поддерживаю. — приятный голос резал ухо парню постановкой речи. — Сил уже недостаточно, воспоминания чтоб хранить. Надеялась, что ты пришёл меня вылечить. Мне необходимо изъятие провести, иначе я угасну, большего я не вправе просить.

— И как я могу помочь?

— Прикажи мне, скажи, что необходимо делать.

— А это изъятие, это… — Лев запнулся. — что это означает.

— Накопление энергии для моего кристального ядра — это означает, за счёт подходящей для, этой процедуры, планеты.

— И если я прикажу тебе, ты зарядишься?

— Нет. Эта планета не годится. Ты это должен знать. Кто-ты? — голос её стал жёстче.

— Я Лев, Лев Николаевич Мирный. Я пришёл помочь тебе, чтоб ты помогла нам.

— Ты хозяин?

— Боюсь, что нет. Прости, но твои хозяева мертвы… — парень задумался.

— Это ложь.

— Да они мертвы, но я уверен, что не все. И рано или поздно они, наверное, вернуться. Но дождёшься ли ты их?

— Скорее всего нет. Но разве у меня выбор есть?..

— Да, я не понимаю пока что ты, но уверен, что мы можем помочь друг другу.

— Помочь. А ты хозяин?

— Я же уже говорил, что нет. — Лев подумал и добавил. — Я не могу приказывать, поэтому я прошу тебя, помоги. Пожалуйста. Я уберу муравьёв, не хочу причинять тебе вреда.

— Так будет однозначно лучше, я на них энергию трачу. — тихо ответил голос. — Всё же ты очень на хозяина похож.

— Возможно. Ты пропустишь меня?

— Да, утром, мне легче при солнечном свете. Несколько блоков ещё могут от звёзд питаться.

— Ты говоришь солнце? Так называется звезда вокруг которой вращается моя родная планета.

— Нет.

— В смысле, нет?

— Так звезда называется, вокруг которой планета движется, на которой ты находишься. Все звёзды имя имеют, но все они так или иначе солнце, для жителей планет их системы. Если такие найдутся, разумно добавить будет.

— Интересное объяснение. Не знал.

— Я бы больше рассказала, да присказки забывать стала. Сил совсем не осталось.

***

На улице было темно и тепло, Отто сидел в кресле, делая небольшие глотки из своей фляги. Он достал из внутреннего кармана помятую пачку и заглянул в неё.

— Последние, две последние, одну сберегу, для достойного повода… — с горечью проговорил он. Камень на его наручном оружии слегка засветился и вспыхнул небольшой огонёк, от которого он подкурил, лёгкие наполнились дымом, и он глубоко закашлял. — Где носит этого идиота, не дай бог угробит мне челнок, задавлю.

Он сделал ещё несколько глотков, докурил, и поднялся к двери Анастасии. Он постучал два раза, громко и решительно, после чего толкнул дверь. Дверь не поддалась, её прочно удерживал внутренний засов.

— Чего тебе? — прозвучал голос девушки.

— Выпить не желаешь, mine kleine?

— О как, ты же говорил днём я крон, а тут смотрю опять подкатываешь. Ты определись уже.

— Каждый может ошибиться. Так что по чуть-чуть?

Она открыла дверь и посмотрела на в меру выпившего немца.

— Ты, если хочешь, заходи ночевать, я тебе ещё с вечера об этом говорила. Сам отказался. Но, во-первых, хозяйство своё оставляй при себе, и, попытайся не шуметь, я устала за день просто жуть.

— Уверена? — он, заигрывая, приподнял флягу.

— Я же сказала, нет! — обрезала Настя.

— Тогда я, пожалуй, откланяюсь.

Она закрыла дверь, а он, недолго думая, зажёг фонарик чтоб он горел не ярче восковой свечи и направился в комнату Льва. В этот раз он не стучал. Дверь была не заперта, Отто вошёл в помещение и уселся на кровать рядом с Лисой.

— Эй… Лиса. — проговорил он, тихонько слегка пошатав её колено.

Она открыла глаза, приподнялась опираясь на локоть, и недоверчиво качнула головой.

— Я тебе лекарство принёс. — произнёс гость, протягивая флягу.

— Ам та корла. — ответила она пытаясь отодвинуться к стене.

— Да, да. Лекарство. Нужно выпить. — он сделал глоток и протянул ёмкость. — Пей.

— Пей… — повторила она и, взяв флягу, сделала небольшой глоток.

— Вот, — засмеялся сержант, глядя на искривлённую гримасу туземки. — да немного крепковато вышло в этот раз.

— Ксерра. — выругалась она. Человек не знал языка, но точно знал, что она материлась.

— Тебе нужно поправляться, нам без тебя худо будет. Ты же наш гид, и инструктор по выживанию в одном лице. Ты не понимаешь да?

— Та корла. — покачала она головой.

— Ничего, может оно и к лучшему. — он сделал глоток и снова протянул флягу. В этот раз она сделала глоток поменьше.

— Мне определённо нравится твоя компания. — улыбнулся вояка. — А по поводу соплеменников не переживай. Это они в этот раз нас застали врасплох. Я такого больше не допущу. Они хотят прятаться, отсиживаться в каменной крепости. Хотят сдохнуть от голода и скуки. И они считают это решение верным, вот только я думаю иначе. Нужно восстановить щиты на шаттле и навестить твоих родственничков. Пару сотен голов, насаженные на пики, сотрут желание ссориться с нами, это я тебе гарантирую. Ты не замёрзла? — он положил ладонь чуть выше её коленки, похлопывая чуть слышно по нежной коже.

— Кера маан нуж? — Девушка напряглась и ещё сильнее вдавилась в стену.

— Да не бойся ты. Я не обижу. Тебе даже понравится.

Лиса смотрела ему в глаза, чувствуя, как ладонь подымается вверх, стремясь угодить под одежду. Недолго думая, она нанесла удар. Ребро ладони легло на ухо, отметившись звоном. Лиса отпрыгнула в сторону, забилась в угол схватив первое что попалось на глаза, увесистую каменную кружку.

— Сука… — протянул Отто и поднялся с кровати. Он посмотрел на испуганную, оскалившую зубы туземку. — Да пошла ты.

Потерпев два отказа, он вернулся во двор, уселся на кресло, и принялся рассуждать, что именно нужно будет сказать инженеру. Лиса явно расскажет ему о случившемся, впрочем, он не перегнул палку, не грубил, не причинял ей вреда. Может она неправильно поняла его.

— Насрать. Будет ерепенится, грохну. Всех троих. Отвезу рыжую туземцам, как знак примирения, буду их божеством, буду делиться великой мудростью. — шептал он под нос, запивая мысли спиртным. — Заведу себе гарем хвостатых. А что… не такая хреновая мысль. Один только момент… долбаный крон. Нет. Меня не проведёшь, это кто-то из них. Точно.

Через пол часа раздумий, сон начал штурмовать его веки, пытаясь сомкнуть их во что бы то не стало. Он услышал тихий хруст, наклонил голову и увидел, в тусклом свете ржавого светила, силуэт Лисы, покидающей двор.

— А, к чёрту… — Отто достал последнюю сигарету, повертел её, но не закурил. Он поднялся и направился следом за туземкой.

Он сидел около забора, поджидая свою жертву, он чувствовал себя аллигатором, готовым в любой момент бросится на потерявшую внимательность добычу, чтоб закружить её в смертельном водовороте. Он слышал её шаги. Ближе, ещё… в тот момент как она пересекла линию стены он прыгнул, схватил её за хвост и дёрнул. Она взвизгнула, но крепкий кулак влетел ей в скулу заставив её замолчать. Сержант зажал ей рот ладонью и прижав к себе потащил подальше от двора.

***

— Тихо, тихо крыска. Тихо. — шептал немец ей на ухо. — Тебе понравится, я обещаю.

Прижав её к толстому дереву, и удерживая одной рукой, он всё же подкурил. Она снова попыталась закричать, но Отто схватил её за волосы, потянул, и резко надавив заставил её лоб встретится с грубой корой ствола.

— Не нужно кричать. — произнёс он, и тяжело закашлял, чуть не выронив изо рта сигарету. Ему послышался некий звук и он, замерев, стал всматриваться в темноту. Не найдя ничего подозрительного, Отто принялся расстёгивать ремень, что было сложно выполнить с помощью одной руки. Туземка забрыкалась и чтоб умерить её пыл, он обхватил её за талию и надавил пальцами на рану, заставив её ноги подкоситься.

Настя стояла в темноте, бесшумно наблюдая за происходящим. Ей даже показалось, что крыса достойна такой участи. Если даже он задушит её в оргазмическом припадке, разве не заслужила она этого. Нет. Убить её она точно не позволит, но она должна почувствовать…

Брюки Отто упали на землю, трусы зависли на уровне колен. Заставив сигарету на секунду, засветится ярче, задрав юбку Лисы на спину, заламывая хвост, он наклонился к ней.

— Ну, ты готова? — прозвучал его голос, дрожащий от чувства власти.

— Нет… нет… — стонала она.

— Оу. Ты уже и язык подучила. Видишь, как хорошо. Ну всё, всё. Тихо. Тс-с-с. Я тебя не обижу.

Настя даже не ожидала, что её пальцы так легко прорвут плоть. Они влезли в районе поясницы, сквозь мясо обхватили позвоночник и заставили сержанта орать. Ноги его тут же отключились, и девушке пришлось удерживать его за плечо.

— Тс-с-с. — протянула она ему на ухо. — Я тебя не обижу.

Она отшвырнула его в сторону как тряпичную куклу, он ударился о забор, но остался в сознании. Настя подняла сигарету, упавшую на землю и, сделав глубокую затяжку, зажгла фонарь.

— Ты как? — глянула она на Лису. Та посмотрела на неё, кровь со лба стекала по её лицу, с открывшейся на боку раны кровь бежала по бёдрам. — Тебя нужно перевязать.

Лиса стягивала ткань на положенное ей место, посмотрела на спасительницу и покачала головой.

— Значит позже. — согласилась Настя и, подойдя к немцу, наклонилась.

— Ты… — протянул он.

— Да, я. Поздравляю, ты нашёл крона. Ты рад?

— Ты… — повторил он. Рука его тянулась вперёд, но он не пытался достать до девушки, он тянулся к карману штанов.

— Что там у тебя? — поинтересовалась Настя и достала стеклянный шар, измазав его в красный. — Зачем тебе это?

Он вглядывался в шар пытаясь использовать его силу, но тщетно. Сейчас этот кристалл принадлежал не ему.

— Нужно было просто идти спать. — произнесла Анастасия и сделала ещё одну затяжку. — Лет десять не курила…

Лиса огляделась по сторонам, подняла с земли небольшой, но толстый кусок ветки, и, подойдя, остановилась у спасительницы за спиной.

— Шах. — произнесла туземка.

— Это надолго. — ответила Настя и шагнула во двор. Звуки ударов сменяли друг друга, усиливаясь и сливаясь с нервными воплями Лисы. Девушка слышала, как лопается кожа, как хрустят зубы, как мычит зверь, смирившийся со своей судьбой. Настя слышала всё это, но ей было наплевать, сегодня она устала и хотела спать. Она прошла сквозь двор, и остановилась. — Сука…

Постояв немного она поднялась по лестнице, зашла в комнату Льва, взяла аптечку, и вернувшись на улицу, села в кресло, дожидаться пока палач завершит свою нелёгкую работу.

Глава тридцать восьмая

Анастасия сидела в деревянном кресле словно на троне, наслаждаясь ароматным, обжигающим напитком. Ночь близилась к завершению, но горизонт ещё только планировал зажечься красной волной. Сделав очередной глоток, девушка полезла в карман.

— Что ж тебя так заинтересовало?

Она достала стеклянный шар, и пыталась разглядеть его в жадном свете ржавого светила.

— Я видела тебя… ты был у Льва. И ты не представлял для него никакой ценности. Зачем же немец тебя украл? Не подскажешь?

Настя провернула шар и он засветился кроваво красным. Его было отчётливо видно, он имел цвет, но не имел свечения, он не подсвечивал даже пальцы, держащие его.

— Как интересно…

Красный цвет сферы напоминал кровь, и девушка вспомнила как пару часов назад отмывала туземку. Всё вокруг неё задрожало, закружилось, словно вокруг перестало существовать, всё, кроме кровавого шара.

— Аме ходна учаки. — произнесла Лиса. — Настя, уча…

Настя слышала её отчётливо, но не могла поверить в происходящее, так как всё это уже произошло.

— Иди ко мне. Иди. — произнесла она и, взяв аптечку, поднялась с кресла. — Ты его там что, четвертовала? Кровищи столько.

— Та корла. Уча.

— Да знаю я. Знаю. Пойдём для начала я тебя обмою, потом глянем что с раной.

Всё вновь задрожало, и Настя вновь восседала на своём троне, с каменным кубком в одной руке, и кровавым шаром в другой.

— Ах вот оно что… очень интересно.

Девушка сделала ещё глоток, вновь посмотрела на сферу, и та заиграла переливами от яркого до тёмно-бордового.

— Нужно было дать ей успокоительное, не только… — всё дрогнуло, на этот раз, переход произошёл ощутимо быстрее.

— Аме ходна учаки. — произнесла Лиса. — Настя, уча…

— Иди ко мне. Иди.

***

— Не понимаю. Не понимаю! — повторял Пионер. — Ты остановил нано-пыль, и мы в пустую потратили всю ночь. За это время они бы освободили проход. А теперь мы проведём здесь ещё один день. Впрочем, у меня времени много, спешка ни к чему.

— Ладно тебе, угомонись. — ответил Лев.

— Кстати, ты не думал, а что если там будут ещё запертые двери? В пирамиде озера, было много дверей.

— Откроем их все. — ответил парень и повысил голос. — Ну так ты пустишь меня?

— Ты это кому?

— Пионер, солнце взошло?

— Да, довольно высоко…

— Отлично. Ты нуждалась в солнечном свете, ты получила его. Теперь пропусти меня, мне нужно убедиться, что мы будем в безопасности.

— Лев Николаевич. — строго прозвучал динамик телефона. — Я очень переживаю о твоём психологическом здоровье. Вполне возможно, я, вчера, своими словами, довёл тебя до нервного срыва. Но пару сеансов терапии и мы вернём всё как было.

— Нет у меня никакого срыва, не переживай. Сейчас сам всё увидишь, наверное. Ну так что?!

В стене щёлкнуло, дверь, более не удерживаемая неведомой силой, на несколько миллиметров выдвинулась из стены.

— Какой странный энергетический импульс. Что это было?

— Честно говоря, понятия не имею. Но если верить Лисе, то это местная ведьма.

— Ну уж нет. Энергия явно родственна живым кристаллам. Очень интересно. Мы ещё не сталкивались ни с чем подобным. Возможно это и есть… — Пионер замолк, и тут же сменил мысль. — чего ждёшь? Нужно осмотреться?

— Возможно это что? — спросил парень.

— Что? Не знаю, но очень хочу выяснить. Давай, топай.

— Странный ты, чугунная башка.

Лев подцепил дверь, и она, без малейшего сопротивления, поддалась. Парень осветил фонарём путь, это был широкий, метра в три коридор с низким потолком. Через десяток шагов он оканчивался точно такой же, как и в начале, дверью. Лев подошёл и попытался её отворить.

— Попробуй попросить. — подсказал телефон. — Прошлый раз получилось. Там точно есть ментальные камни.

— Такие же как в другой пирамиде?

— Очень похоже, но есть что-то другое, что-то сильнее.

— Эй! Пропусти меня, мне нужно осмотреть всё.

— Я сомневаюсь. — задрожали стены женским голосом.

— Как странно… — протянул Пионер.

— Ты тоже её слышал?

— Отчётливо.

— Почему ты сомневаешься? — глядя в потолок, спросил парень.

— Не уверенна что должна тебя пустить. Не уверенна что ты не желаешь мне навредить.

— Клянусь тебе, у меня нет дурных мыслей на твой счёт. Мне нужно узнать, что за дверью? Узнать, не несёт ли оно угрозу мне и моим друзьям.

— За дверью я… — произнёс голос. — а что насчёт твоего друга? Его мысли так же чисты, как и твои?

— По поводу мыслей я не знаю. — ответил Лев. — Но знаю, что он сам не может ничего сделать, так-как не имеет для этого необходимых конечностей.

— Твой друг очень интересен, мне таких не доводилось встречать. Впрочем, за столько времени, многое могло измениться.

— Так что? Ты откроешь дверь?

— Открою. Я тебе поверю, поверю что ты хочешь помочь. Но если ты меня обманешь, я буду вынуждена себя защитить.

— Что ты имеешь в ввиду? — насторожился парень.

— Не совместимый с жизнью вред, я тебе причиню. Даже если слишком много сил на это будет потрачено.

Лев не успел ответить, вновь в стене щёлкнуло и дверь отошла вперёд. Лёгкий толчок заставил её распахнуться, словно она изготовлена не из камня, а из бумаги.

— Какая красота… — прозвучали динамики Пионера.

Это была комната-сфера, диаметром около семи метров, идеальный, круглый шар с отполированными стенами. Длинным, каменным языком, от двери к центру, тянулся узкий мостик, с чёрным цилиндром на окончании, на котором находился прозрачный, сверкающий тусклыми, зелёными огнями, шар. Парень неуверенно шагнул вперёд, осматривая зеркально-гладкий камень вокруг. Подойдя к цилиндру, он увидел внутри шара, медленно вращающийся чёрный диск, с зелёными вкраплениями-светлячками.

— Точно такой диск как в первой пирамиде. — произнёс Лев и протянул руку.

— Стой! — крикнул Пионер.

— Стой! — вторил гаджету голос пирамиды. — Это моё ментальное, автономное, ядро. Не советую ко мне прикасаться, если желаешь не пострадать.

— Угу… — убрал руку гость.

— Ментальное программирование кристаллов. — произнёс Пионер. — Это невозможно вообразить, никакой электроники. Боюсь даже представить, кто создал это произведение искусства.

— Вы огляделись? — спросил голос. — Мне не по себе, когда здесь, кто-либо находиться.

— Пожалуй да. — кивнул гость и покинул комнату. Как только он переступил порог, дверь позади тут же захлопнулась.

— Ты видел уже такой диск, так ты говорил? — прозвучал голос, заставив потолок просыпаться пылью.

— Да. В другой пирамиде, я нашёл его. Только он не светился.

— Жаль. Мы вдвоём на этой планете оставались. Я давно перестала её ощущать, надеялась, что она выжила, что мне просто не достаёт сил, чтоб чувствовать.

— Ты умеешь скорбеть?.. — спросил Пионер.

— Ты обещал мне помочь. — не отвечая на поставленный вопрос, произнёс голос. — Дверь не заперта. Главное не задерживайтесь, у меня мало сил осталось.

— Ты могла бы ответить?..

— Она могла бы, — перебил парня гаджет. — но потом, а сейчас нам пора.

— Но мы…

— Лев, прошу! — повысил громкость Пионер. — Пойдём отсюда.

***

Челнок плыл над землёй, как всегда, на предельной скорости. Лев пытался сохранять бдительность, но все его мысли остались там, в каменном, многовековом, строении.

— Нам столько нужно узнать, — обратился парень к лежавшему на панели телефону. — не ужели тебе совсем не интересно?

— Очень. — задумчиво протянул тот.

— Ты даже не попытался что-либо выяснить. Нужно было задать тысячу вопросов, а потом ещё столько же.

— Ей сейчас больно. И тот факт что я молчал, не означает что я бездействовал. Но как это странно, ей было больно.

— Ты о чём?

— Прости Лев Николаевич, мне нужно подумать, и тебе советую заняться тем же.

— Я всё равно не полностью понимаю. Ты говорил о программировании? То-есть ты знаешь её происхождение?

Но Пионер не ответил. Парень вслух рассуждал о происходящем и атаковал гаджет вопросами, но ни на третий раз, ни на двадцать третий, он не услышал ни ответа, ни любой другой реакции.

Глава тридцать девятая

Челнок замедлился и завис, Лев спрыгнул на землю и застыл. Первым что бросилось ему в глаза, была окровавленная земля и камни забора. Руки его задрожали, он попытался крикнуть но голос подвёл его. Страх сковал связки намертво, не позволив издать ни звука. Ноги не слушались его, а разум был порабощён ужасными картинами, которые не предвещали ничего кроме одиночества. Парень попытался глубоко вдохнуть, но сжатая страхом грудная клетка, не позволила сделать и этого. Усилием воли, он заставил себя сделать шаг, потом ещё один, и ещё. Кровавые следы, оставленные босыми ногами, вели его во двор, и он следовал за ними.

— Долго ты. — произнесла Настя, сидя в деревянном кресле.

Лев ускорился, подбежал к ней и упав на колени обнял её.

— Настя… — сипя протянул он.

— Ты чего?

Он отклонился, и глядя ей в глаза произнёс:

— Кровь… Лиса?

— С ней, как раз, всё в порядке. Я дала ей успокоительное с аптечки, она спит.

— Спит. — жар облегчения ударил парня в вески.

— Я её отмыла, заново обработала рану и уложила.

— Что произошло? Чья это кровь?

— Немца. — спокойно ответила она.

— Отто? Ты можешь объяснить? — начинал нервничать он.

— Он перебрал, хотел позабавиться с твоей… с Лисой. Получив отказ, принялся её избивать, мне пришлось вмешаться.

— Где он? — Лев вскочил на ноги осматриваясь по сторонам.

— Он? Он тоже спит. Только вечным.

— Ты что, убила его? — Лев нахмурил брови.

— Я? — раскрыв наигранно глаза, спросила Настя. — Нет, это заслуга твоей ненаглядной. Я эту котлету чуть ли не веником собирала, чтоб прикопать. Так что, я здесь не при чём.

— Ладно, хрен с ним, ей сильно досталось? — весьма спокойно спросил Лев.

— Жить будет, иди к ней, вижу, что хочешь, а со мной точно всё в порядке.

— Спасибо. Я боялся, что потерял вас, что… — его слова оборвал рёв динамиков челнока.

— Сигнал тревоги! — вскочила на ноги девушка. — Иди к Лисе. Скорей!

Настя, на ходу, перевела флажок браслета на максимум и бросилась к челноку. Покинув двор, она увидела метрах в ста, троих туземцев. Не задумываясь, сделав несколько выстрелов, она вбежала в шаттл.

— Их девять! — проговорил Пионер. — Разреши открыть огонь.

— На хрен ты спрашиваешь?! Вали их!

— Принял.

Челнок приподнялся над землёй, повернулся на несколько градусов и двинулся вперёд, опережая выстрел, желая погасить отдачу.

— Анастасия! Твой выход, я прицелился!

Девушка схватила правую рукоять на панели у разбитого окна и нажала на кнопку.

— С двух бей! — повысил громкость Пионер. — Отдача не гасится из-за поломки, точность хромает.

— Есть капитан! — крикнула она и схватив вторую рукоять, выстрелила дуплетом.

— Будем считать, что им достаточно. — челнок повернулся градусов на семьдесят. — Жди. Жди. Жди… Сейчас!

Настя нажала обе кнопки и шаттл, от выстрела, унесло назад, заставив девушку завалиться на панель управления. Задняя часть челнока влетела в каменную стену, заставив забор рухнуть.

— Полегче капитан. — приподнялась Настя. — А то без челнока останемся.

— Есть полегче. Но должен доложить, противник ретировался. Они отступают, только боюсь это временно.

— Ясен хрен. Что с пирамидой?

— Долго объяснять, если коротко, то мы сможем там укрыться.

— Отлично. Я за ребятами. Если вдруг что, гуди!

Анастасия подбежала к лестнице ведущей к жилищу. Из двери показались Лев с Лисой.

— Что там? — спросил парень, сжимая в руке пистолет.

— Они нашли нас, нужно валить отсюда. Берём необходимое, и в путь. Боюсь времени мало.

— Понял, помоги ей! Давай, давай Лиса, потерпи.

Лиса спустилась по лестнице и ноги её подкосились, Настя подхватила её на руки и побежала к челноку. Оставив туземку в безопасности, она крикнула:

— Пионер, обстановка?

— Топчутся на месте, но пока не приближаются.

— Хорошо…

Девушка выпрыгнула на улице, Лев пробежал мимо, неся в руках рюкзак, чемодан, и наспех собранную ткань. Через пол минуты она возвращалась с сумкой корнеплодов и мешком неизвестных ей фруктов, Лев пробежал на встречу, и ничего не сказав лишь подмигнул одним глазом. Настя забросила провиант, развернулась, сделала несколько шагов в сторону двора. Волна подхватила её как воздушного змея и бросила о борт челнока. Хлопок запретил ушам слышать, по затылку стекала кровь, приклеивая волосы, локоть на левой руке был вывернут в обратную сторону. Боль, боль была. Но она не затмила её разум ни на мгновенье. Девушка поднялась с земли и прошептала:

— Льова…

***

Она вбежала во двор, он лежал под скалой, отсутствие ног, заставило её всхлипнуть. Она упала около него на колени и подхватила его голову.

— На-настя…

— Тише, тише, всё хорошо.

Он опустил глаза вниз, ноги были отняты у самых ягодиц, и он понял — это конец. Его взор поднялся к глазам Анастасии. Впервые в жизни он видел её такой, несчастной, испуганной, беспомощной.

— Спасайся… — произнёс он и улыбнувшись подмигнул ей. Кровь проступила сквозь сжатые губы, и он тут же стиснул их в адской судороге.

— Нет, нет. Держись. — проговорила она, но Лев её уже не слышал. Его тело обмякло, а глаза потускнели. — Нет, нет, нет! Нет, ты так легко не отделаешься…

Новый взрыв лёг рядом с челноком, заставив железную махину перевернутся на бок. Но Насте было наплевать. Наплевать на шаттл, наплевать на Пионера и Лису. Она достала шар из кармана и сжав его в руке, заставила всё вокруг дрогнуть.

Она несла провиант, Лев пробежал на встречу, и, ничего не сказав, лишь подмигнул одним глазом. Девушка попыталась обратится к нему, но у неё ничего не вышло, и она двинулась к челноку.

— Нет! — заорала она.

Всё изменилось, она сидела у останков парня и сжимала пальцами последнюю надежду. Всё дрогнуло…

Она несла провиант, Лев пробежал на встречу, и ничего не сказав лишь подмигнул одним глазом. И вновь ей не удалось выполнить задуманное. Снова окровавленное тело Льва, снова переливающаяся красным сфера, снова дрожь окружающего мира. Она снова и снова повторяла попытку:

Она несла провиант, Лев пробежал на встречу, и ничего не сказав лишь подмигнул одним глазом. Настя бросила сумку, и тоже молча затащила парня в челнок. Бросив мешок, толкнув, обескураженного её поведением, Льва, она захлопнула дверь кабины.

— Пионер! Уходим, сейчас же!

— Принял. — ответил тот и челнок тронулся с места.

Прогремел звук взрыва, челнок слегка качнулся, но не получил никаких повреждений.

— Что происходит? — спросил парень недоумевая. — Ты знала? Откуда?

Настя поглядела на парня, на мелькнувшие за окном ветви деревьев, достала из кармана сферу и принялась сверлить её взглядом. Всё вокруг задрожало, эта рябь отразилась острой болью, и Настя закрыла глаза. Придя в себя, она боялась разомкнуть веки, не желая вновь видеть страшную, для неё, картину.

— Настя. — прозвучал голос Льва. — Ты в порядке?

— Да. — улыбнувшись ответила она. — Теперь да.

Глава сороковая

— Думаю идея с пирамидой, полный бред. — произнесла Анастасия, пытаясь не показывать муки от резких разрезов головной боли, слепящих на доли секунды словно молнии. — Челнок движется быстро, планета огромна, нам не стоит запираться.

— В этом есть логика. — произнёс Пионер. — Но мне будет жаль, если вы примите такое решение.

— Мы улетим, подальше от сюда. Найдём укромное место, а там посмотрим. — продолжила мысль Анастасия.

— Нет. — возразил Лев, вглядываясь в разбитое, лобовое окно. — Там… сложно объяснить, она живая.

— Кто?

— Пирамида. Там есть… — парень задумался. — ментальное ядро. Оно управляет механизмами пирамиды.

— Так, подожди, ты хочешь сказать, что пирамида — это механизм, более того, механизм с интеллектом?

— Программирование кристаллов. — вмешался гаджет. — Это технологии, о которых люди даже не задумывались.

— Мы сможем её использовать? — заинтересовалась девушка.

— Спорно. — ответил Пионер. — Мы не знаем ни её возможностей, ни принципов работы. К тому же, с ней ещё нужно договориться.

— Договориться? — Настя взглянула на парня. — Ты общался с пирамидой?

— Да. — ответил тот. — Она ждёт приказов, но мне она отвечает только на просьбы.

— Не удивительно. — ухмыльнулась девушка. — Без обид. Думаю, я смогу на неё повлиять. Знать бы только, что это нам даст.

— Даже если мы договоримся, — прозвучали динамики Пионера. — не забывайте, что она слаба.

— Это как?

— Батарейки разряжены. — ответил Лев. — Так что мы решили?

— Ну, думаю, что это неплохой шанс. — проговорила Настя. — Как считаете, мы сможем связаться с землёй, флотом?

— Это нам только предстоит узнать. — пожал плечами парень. — Пойду гляну как там Лиса.

— Давай. — согласилась девушка.

Лев покинул кабину, и Пионер произнёс:

— Думаю ты права, ты то существо которого ждёт эта программа.

— Крон?

— Да. Пирамида в озере явно принадлежала кронам, высока вероятность что ты будешь принята. Но меня интересует другое.

— И что же? — спокойно спросила Анастасия, вглядываясь в горизонт.

— Что будет с ними? Когда ты окажешься в нужных тебе условиях, как ты поступишь?

— Я уже была в пирамиде, это никак на меня не повлияло, если ты забыл.

— Да, только той пирамиде не повезло, она оказалась под водой и умерла. Эта, подпитываясь солнечным светом, смогла продлить своё существование, и я опасаюсь…

— А я опасаюсь за твою логическую систему. — перебила девушка. — Первое: последний кто меня обвинял в дурных намереньях, познакомил свой хребет с моими пальцами и бесславно сгинул. Второе: что мешало мне ранее бросить вас и отправиться к этой пирамиде, если она мне так нужна?

— Первое: что касается Отто, это было лишь дело времени. Второе: возможно ты сама не знаешь, что тебе нужно, и как она на тебя повлияет.

— Скоро узнаю. — тихо ответила девушка.

Лев вернулся в кабину и произнёс:

— Рана кровоточит немного, но она уснула.

— Ей нужен покой, хотя бы несколько дней. Надеюсь в пирамиде у неё появится такая возможность. — произнесла девушка. — Пионер, что это там?

— Гости. — ответил гаджет. — Рука на руке, пальцы растопырены, тыльной стороной ладони прижаты ко лбу. Они хотят поговорить.

— Хватит. — возразил Лев. — Уже разок поговорили. Настёна, прикури их.

— Нет. — ответила девушка. — Мы поговорим, но пойду я одна, они не причинят мне вреда, не смогут. Орудие где-то ближе к нашему лагерю, вам нечего бояться.

— Напоминаю, — вмешался Пионер. — у них есть гранатомёт.

— Он сможет повредить челнок?

— Только прямое попадание в разбитое окно.

— Какова вероятность?

— Около тысячной процента. — ответил гаджет.

— Вот и славно. — Настя взглянула на панель управления. — Пионер, сможешь перекинуть свою базу языка туземцев, помощнику немца.

— Анастасия Сергеевна, вам не по душе моё общество?

— Не хочу потерять тебя в горячке. Слишком ты ценная болванка.

— Приятно это слышать. — довольно ответил гаджет. — База сброшена. Будьте аккуратны.

— Буду.

Девушка схватила портативный помощник, открыла дверь, и готова была на ходу выпрыгнуть из шаттла, но Лев схватил её и повернул её к себе:

— Береги себя. — прошептал он и потянул, и потянул за руку.

Она была готова что он её поцелует, она была готова ответить на этот поцелуй, но этого не произошло. Он прижал её к себе и обнял. Обнял так как может обнять лишь любящий человек, боящийся, что это последние объятия в его жизни. Обнял так как ей было нужно, нужно с того самого момента как она сидела у его разорванного тела.

— Не переживай ты так. — проговорила она, сдерживая слезу. — Я вернусь, должен же кто-то за вами приглядывать. Бывай, Лев Николаевич.

Она шагнула назад и выпрыгнула на улицу. К этому моменту Пионер уже сбавил ход, и она даже не шатнувшись стала на землю. Шаг её был уверенным, быстрым и в то же время лёгким.

— Помощник. — произнесла она, не дойдя до переговорщиков каких-то сто шагов.

— Слушаю.

— Когда я назову их рабами, нужно чтоб ты на максимальной громкости воспроизвела звук раската грома. Сумеешь?

— Будет сделано.

— Вот и славно. — ответила Настя, и спрятала гаджет в нагрудный карман куртки, предназначенный как раз для этих целей.

Их было трое, темноволосые, вооружённые длинными тесаками, у стоящих по бокам, лица и руки разрисованы белой краской. Одежда их не отличалась между собой.

— Кто будет говорить? — спросила девушка, остановившись в двух шагах.

— Я. — ответил туземец по середине.

— Хорошо. Значит остальным говорить не дозволено, кара будет мгновенной. Ты знаешь кто я?

— Догадываюсь, но есть сомненья.

— Что ж, тогда возьми своё оружие, и ударь меня им. Вот сюда. — она наклонила голову и постучала себя пальцем по макушке.

— Что она творит? — спросил Лев, наблюдая из челнока, остановившегося менее чем в двух ста метрах.

— Думаю это демонстрация. — ответил Пионер.

— Демонстрация?..

Туземец не задумываясь схватил тесак и со всей силы опустил его на голову девушке. Метал ударился о метал, предварительно прорубив тонкий слой кожи чуть выше лба. Настя подняла голову, тонкая струйка крови поползла по её переносице. Она взялась рукой за лезвие и вырвала его из рук переговорщика, туземцы по бокам упали на колени.

— Теперь у тебя есть сомненья? — грозно прозвучал её голос, и переводчик пытался передать нужный посыл.

— Теперь нет. — глаза туземца были растерянны.

— Ответь, давно ли жрецы носят такие же наряды, как и воины?

— Я не жрец, но я представляю их волю…

— Вы слуги! Они прислали для переговоров слуг?! Как они посмели, мерзкие, низко родные черви.

— Нельзя… — проговорил воин слева.

— Молчать рабы!

В этот момент помощник разразился громким раскатом грома, и Настя сделала два взмаха. После первого, голова, воина справа, упала на землю, второй рассёк горло обозвавшемуся слева, и тот харча, повалился вниз, бессмысленно пытаясь ладонями закрыть рану. Кровь, стекавшая по лицу Насти, добралась до её губ, и она, облизнув её, произнесла:

— Я буду говорить с жрецами. Ты меня услышал?

Туземец ничего не ответил и, смиренно, поклонился. Настя оглядела плоды переговоров и, довольная результатом, направилась к челноку.

— Не знал, что ты любительница представлений. — подавая руку, проговорил Лев.

— Только представление им не понравилось. — улыбнулась она и поднялась в кабину. — Немного времени у нас есть, далеко ещё.

— Не очень. — Ответил парень. — Думаю, смысла прятаться нет, они знают куда мы направились.

— Точно знают, главное быть готовыми к их приходу.

Шаттл остановился в метре от пирамиды, входом к входу, и опустился на землю. Лев нёс лису на руках, следом шла Настя, неся в руках не богатое их имущество. Они прошли коридор, парень толкнул дверь, но она была заперта.

— Пусти нас пожалуйста. — повысил голос парень, но на его просьбу никто не отозвался. — Пирамида, я прошу тебя! Я думал мы договорились?

— Дай я попробую. — оглядывая стены произнесла Настя. — Пирамида я приказываю тебе, пропусти нас!

— Что-то не так. — обозвался Пионер. — Я улавливаю импульсы, которых ранее не было.

— Пирамида! — повторил Лев. — Пожалуйста, нам нужна твоя помощь.

— Нет! — задрожали стены. — Ты сюда эту тварь привёл, что она искусственная, ты знаешь?

— Знаю, и что это меняет? — спросил парень.

— Она враг.

— Что-то мы с тобой хреновые предсказатели. — обратилась Анастасия шёпотом к Пионеру.

— Я не понимаю. — тихо ответил гаджет.

— Тс-с. — оборвал их Лев. — Я понимаю тебя. Искусственные, теперь мы зовём их кронами, и мы враждуем с ними, но она нам не враг.

— Я не верю. — ответила пирамида. — Мои заговоры, обязуют меня искусственных уничтожать.

— Я понимаю. Понимаю. Но посмотри на нас, посмотри на меня, если бы я желал тебе вреда, я бы сделал это в тот момент, когда ты пустила меня к ядру, не так ли? — пирамида не ответила и Лев продолжил. — К тому же, тебе нужно беречь силы, каждое лишнее действие ослабляет тебя, разве ты желаешь погибнуть?

— А это правильный ход. — тихонько обозвался гаджет.

— Какая тебе разница? — зазвучал голос из стен. — Что тебе до моей гибели?

— Ты нужна нам! — не унимался Лев. — Местные племена, они охотятся на нас, и мы нуждаемся в твоей помощи. Ты нам не веришь, но и мы рискуем доверившись тебе. Откуда нам знать, что, когда мы пополним твои силы, когда ты зарядишься, ты не убьёшь нас. Уверен тебе не составит большого труда заморить нас голодом, заперев в комнате.

— Я… — запнулся голос. — я не знаю. В моей памяти нет указаний как действовать. Возможно я забыла…

— Тогда реши сама, разве тебе нужны были приказы чтоб довериться мне первый раз?

— Если вы меня обманите, все мы погибнем. Обещаю.

В стене щёлкнуло, и дверь отворилась.

Глава сорок первая

— Не густо. — проговорила Настя, оглядывая добро. — Две аптечки, нужно ещё снять мед-станцию с челнока.

— Сейчас займусь. — ответил Лев.

— Как думаешь, сколько воды в этих флягах.

— Нечего думать. — ответил Пионер. — Всего двести двенадцать литров. И поверьте, этого очень мало.

— Знаю железка, знаю. — ответила девушка. — С едой у нас проблема побольше, нужно вернуться в лагерь. Собрать всё что понадобиться, остатки ткани, посуду, заготовки. Ты муравьёв забрал?

— Своих да, — ответил Лев. — остальные в челноке.

— Хорошо. Нужно облегчить челнок, может он будет порезвее.

— Если снять всё оборудование, — продолжил мысль гаджет. — возможно и выиграем пару процентов, сложно сказать.

— Уже хоть что-то. Ответил лев. Пойду займусь.

— Я пойду за припасами. — прозвучал ослабленный голос Лисы. — Благо дождь прошёл, еды много в округе, главное знать где искать.

— Ну уж нет дорогая. — возразила Настя. — Мало мы тебя на руках таскали? Твоя задача вылечиться, набраться сил.

— Но…

— Она права. — присев около туземки произнёс Лев. — Отдохни.

Они принялись за работу, избавляя средство передвижения от всего, что могло бы им пригодиться в пирамиде, и от того что считали лишним. Когда они перетаскивали каменные бочки, извлечённые из строения в озере, пирамида произнесла:

— Мало мне её присутствия!

Лев дёрнулся от неожиданности, чуть не выронив из рук груз, и проговорил:

— К этому нужно привыкнуть.

— Не боись Лев, — улыбнулась девушка. — будь смел как лев.

— Ха-ха. — сморщившись ответил тот.

— Зачем вам их тесто? — спросил голос.

— Что бы понять их природу, чтоб знать как противостоять им. Для изучения, одним словом.

— Предупреждаю. — затряслись стены, сбрасывая пыль. — Учую головохвоста, всем не поздоровится.

— Головохвоста? Головастика что ли? — спросил парень.

— Именно. Их присутствия я точно не допущу.

— А как же мой головастик? — поинтересовалась Анастасия. — Не то чтоб я напрашиваюсь на смертоубийство, просто интересно.

— У тебя его нет. — коротко ответил голос.

— О как, чем дальше, тем интереснее.

К вечеру, управившись с поставленной задачей, Лев принялся запекать в углях плоды, причитая что опять ему придётся довольствоваться пищей без соли. Настя прошлась по округе, нарвав полный мешок знакомых ей, хоть не очень приятных на вкус, фруктов. Помощник Отто был помещён на панели управления челнока, и связавшись с ним, Пионер мог контролировать периметр. Стены пирамиды плохо пропускали сигнал, и гаджет пришлось разместить у самой двери. Запершись в комнате, поужинав при свете фонаря, гости улеглись спать.

— Пирамида. — прозвучал голос Льва в темноте. Пора обдумать, как мы можем пополнить твои силы.

— У меня нет сил на разговоры. — тихо ответил голос. — Позже.

— Позже… — повторил парень. — ну как скажешь, чтобы это не значило.

Через пол часа он уже спал. Но вместо сна, он оказался в яркой, светлой пустоте, не имеющей ни начала, ни конца. Он висел в пространстве, ноги его не касались поверхности, но это не причиняло ему даже малейшего дискомфорта. Перед ним возникла девушка в грубой, серой рубахе.

— Ты? — спросил он, вглядываясь в выцветшие, когда-то голубые глаза, расположенные в тёмных впадинах.

— Я. — ответила она, поправляя длинные, до пояса, белые волосы.

— Как мне помочь тебе? Ты не ответила.

— Слишком много сил, на разговоры уходит. Проще, когда ты спишь.

— Понимаю. И всё же?

— Помочь… звезда лишь немного меня подогревает, её энергии хватит чтоб несколько дверей открыть или запереть, или пару фраз сказать. Накапливать её и вовсе не удаётся, если ты об этом подумал.

— Тогда как? Ты говорила, что планета не пригодна к изъятию, ты можешь перемещаться между…

— Могла. Давно это было. — девушка посмотрела на него и на её бледной коже проступили синюшные пятна. — Я не в праве многого просить. И цену зерна я знаю. Возможно, возможно если в ядре другой пирамиды запал остался, я смогла бы энергию из него извлечь. Других вариантов я не знаю.

— Ядро… — взбудоражился Лев. — чёрный диск, с зелёными зёрнами внутри? Как у тебя?

— Да. Ты сможешь его принести? — спросила пирамида.

— Да! — обрадовался парень. Он, он в лагере, в моей комнате.

— Тогда стоит поторопиться. Я, в последние дни, очень много сил трачу.

— Хорошо. Завтра же мы отправимся в путь.

— Хорошо. — согласно кивнула девушка.

Утро наступило быстрее чем хотелось бы Льву, и он с удовольствием бы поспал ещё, не взирая на ночлег на каменном полу. Но голос Пионера заставил его вскочить на ноги.

— У нас гости! — проговорил гаджет громко. — Полагаю их необходимо встретить. Они кстати вновь прижимают руки ко лбам.

— Олени. — проговорила Настя, включив фонарь. — Что ж, времени оказалось намного меньше чем я думала. Пионер, запрячь-ка челнок за угол, под самую насыпь.

— Сделаю, а зачем? — поинтересовался гаджет.

— Во-первых он мешает обзору, во-вторых он здесь первая мишень. А нам это корыто ещё пригодится, будь уверен. И поставь его задницей к врагу. Там броня понадёжнее.

— Уже выполняю.

Настя посмотрела на Льва и подняв палец произнесла:

— На улицу не выходить. Я так понимаю поддерживать связь у нас не выйдет?

— Боюсь, что нет. — ответил Пионер. — Только если вынести меня на улицу, стены экранируют.

— Нет, могут напасть.

— Они побаиваются пирамиды. — предположил Лев. — Возможно мне стоит тебя подстраховать.

— Нет. Зная что ты открылся, я буду отвлекаться. Всё. Ждите. — Настя опустила взгляд на Лису. — что-то она совсем плохо выглядит.

— Да… хотя мне казалось, что ей стало легче.

— Казалось ему, не забывай что Отто её помял. Может сотрясение? Ладно, не будем заставлять гостей ждать.

— Удачи. — в след девушке, шепнул Лев.

— Ага.

Она вышла на улицу, забрала из шаттла переводчик и двинулась к группе туземцев.

— Помощник.

— Слушаю.

— Запиши наш с ними разговор. На всякий случай.

— Будет выполнено. — без эмоционально ответил гаджет.

Сегодня их было семеро, четверо измазанных белой краской, с короткими копьями, трое в причудливых красных одеждах. Одеждой это было назвать сложно, широкий бинт, которым были обмотаны туловище и шея, и что-то напоминающее юбки-шорты, на левой руке, у каждого, были массивные серебристые браслеты, украшенные камнями. Оружия при себе, у красных, не было.

— Вот вы похожи на жрецов. — остановившись в трёх шагах произнесла Настя. — Кто говорить будет?

— Быть может я? — зашепелявил стоявший по середине туземец с рыжими волосами на голове.

— Хорошо. Тебе передали кто я?

— Возможно. Мне мало верится в такое светлое событие, но… допустим я верю. — он натянул улыбку и слегка приклонил голову, остальные стояли неподвижно.

— Тогда слушай внимательно. — девушке явно не нравился его тон, он ощущался даже в переводе помощника. — Вы должны вернуть оружие, которое досталось вам от упавшего с неба.

— Слушаю.

— Далее, нам нужны дары, у вас была раньше очень хорошая традиция, мы возобновим её.

— У нас. — поправил её рыжеволосый.

— Верно. Так же я хочу знать, что стало с тем, у кого вы забрали оружие?

— Как же его… Анатолий, — ему было сложно вспомнить и выговорить имя, но он справился с задачей. — он жив. Не буду врать что он в здравии, но всё ещё жив.

— Вы должны немедленно доставить его сюда!

— Слушаю. — ответил туземец и потёр браслет.

— После того как всё выполните, вы должны покинуть эту сторону, и вернутся домой…

— Да заткнись ты уже. — прошипел рыжий.

— Что?! — возмутилась Анастасия.

— Мне надоело. Ты на самом деле думаешь, что мы поверим, что ты одна из зорнешахов? Они никогда бы, без нужды, не приняли эту мерзкую форму. И тем более, не стали бы прятаться в жилище хозяев. Эта пирамида ещё дышит, и она не убила тебя, а значит ты кто угодно, но точно не та, кому мы поклонимся.

— У вас нет выбора.

— Разве? А я вот считаю иначе. — туземец опять ухмыльнулся и приклонил голову. — Кстати, зорнешахи, не пользуются камнями, так делают только кристалло-поклонники, ну и мы, немного.

Настя выстрелила, она не придумала в данной ситуации ничего лучше. Она выстрелила. Сгусток энергии слетел с её предплечья и должен был смять стоявшего перед ней наглеца. Но он не смял. Туземец стоял неподвижно, окружённый чуть заметным силовым полем. Взгляд девушки тут же упал на браслет рыжего.

— Да, у нас тоже есть игрушки. — произнёс тот. — И я знал, что именно так всё закончится. Мы не ищем вражды с вами, кто бы вы ни были, планета огромна, и мы не против добрых соседей, не смотря на потери. Поэтому слушай моё предложение.

— Вы должны…

— Тихо!!! — заорал тот. — Должны, должны, должны. Ничего мы не должны, а в знак нашей дружбы, мы обменяем вашего брата, на нашу сестру, и разойдёмся с миром. Я дам вам немного времени подумать.

— А если мы не согласимся?

— Наши предки, победили хозяев, когда их были сотни, когда здесь была дюжина пирамид. С тобой мы уж как ни будь справимся. — он покрутил браслет на руке и впервые за всё время посмотрел на товарищей. — Не испытывайте наше терпение, когда оно кончится, вы узнаете.

Он смотрел на неё ожидая каких-то слов, но Анастасия не проронила более ни звука. Туземец вновь улыбнулся и приклонил голову, после чего три жреца развернулись и пошли прочь. Воины остались на месте, ожидая дурного, и она хотела сотворить это дурное. Она хотела смести их, стереть их в пыль, на них то нет защитных браслетов. Но она не сделала этого. Это был бы явный ответ, лишавший её времени и возможности для манёвра. А ей нужно было это время.

Глава сорок вторая

— Ну? Как прошло? — произнёс Лев, встречая Анастасию у входа в пирамиду.

— Хреново. Ты зачем выперся? — бросила она и вошла внутрь.

— Значит хреново… — тихо повторил он и направился за ней.

— Так, пересказывать не буду. — Настя уселась на пол, бросив перед собой гаджет. — Помощник!

— Слушаю.

— Воспроизведи запись разговора с туземцем.

— Слушаюсь.

Лев, пытаясь не издавать ни звука, приблизился к портативному компьютеру и опустился на корточки. Лиса, дремавшая до этих пор, так же приподнялась, желая лучше слышать. Когда запись закончилась, Анастасия проговорила:

— Я думала я актриса получше.

— Дело не в твоих актёрских данных. — ответил Пионер. — Дело в водных данных, у нас их не было, а те, которые были, это слова не образованной, что касается истории, аборигенки, прости Лиса. И догадки.

— Так, стой чугунный, — сморщилась Настя. — настрой тональности, ты бубнишь на двух языках, ни хрена не понятно. Сделай как было раньше.

— Тональность голосов осталась неизменна, Анастасия Сергеевна. Вы себя хорошо чувствуете?

— Мигрень. Не обращай внимание.

— Не знал, что у вас может быть мигрень. — проговорил гаджет.

— Всё хорошо? — спросил Лев положив руку девушке на плечо.

— Да… не обращай внимания. Так о чём это ты, электронный?

— О том, что мы всё, не верно, для себя, нарисовали. Малисанхаш, ты знаешь, как выглядели зорнешахи, или хозяева?

— Нет, я думала никто не знает. Рисунки на старой посуде стёрлись, или разбиты. А те что уцелели в большинстве своём изображают битву, подобных Льву и Насте, с разными тварями.

— Зорнешахи — это кроны. — проговорил Пионер многозначительно.

— Это мы поняли, — съязвил Лев, глядя на прижмурившуюся девушку. — он это прямо сказал. Поклонялись кронам, воевали с людьми, всё это ясно. Как нам заставить их отступиться?

— Они серьёзно настроены. — потёрла виски Настя. — И что характерно, они, сука, не боятся. У них было много эмоций, но страха среди них я не увидела. У жрецов так точно.

— Они не боятся ничего, кроме своих же пророчеств. — тихо проговорила Лиса.

— Ничего, мы найдём способ это поправить. Он упоминал Анатолия, есть информация?

— На корабле, — зазвучали динамики помощника. — находился лишь один человек с данным именем, Анатолий Амосов.

— Её данные не корректны. — проговорил Пионер. — Их было двое. В её базе нет группы десантников, среди них Анатолий Борзов, личный номер двадцать семь ноль один. Полагаю, что именно он и приземлился в десантном снаряде.

— Если он жив, — сказал Лев. — нам нужно попытаться его достать.

— Риск не оправдан. — не согласился гаджет. — Его жизнь не ценнее любой другой, а от некоторых и подешевле.

— Они не оставят вас в покое. — прошептала туземка. — Мне придётся уйти. Обменяйте меня.

— Не неси ерунду! — крикнул Лев. — Это чушь, слышишь?! Не смей больше так думать.

— Есть ещё один вариант.

— И какой? — спросил Лев. Лиса опустила глаза и хвост её потянулся в сторону парня. — Нет. Слышишь, нет.

— О чём это она? — спросила Настя.

— Хочет, чтоб мы, вместо жрецов, отрубили ей хвост, и предъявили им.

— По мне так глупость. — нахмурилась девушка.

— Но, если вы сделаете это. — заторопила речь Лиса. — Возможно они оставят нас в покое. Я не думаю, что они хотят воевать против хозяев и спасителей одновременно.

— Глупости. Они не оставят нас в покое, даже если мы отдадим им тебя всю. Я знаю… — Настя замерла, глаза её заметались по сторонам.

— Насть, всё в порядке? — поинтересовался Лев. — Настя.

— Оставайтесь здесь.

Она поднялась, и направилась к выходу, парень хотел следовать за ней, но его остановил голос пирамиды:

— Пусть идёт. Она в думах.

— О чём это она? — спросил Пионер.

— Понятия не имею. — ответил Лев и взглянул на Лису, та отрицательно покачала головой. — Боюсь, чтоб узнать, нужно ждать пока я усну.

Вернулась девушка через несколько минут, вернулась на то же место где была, и проговорила:

— …этот взгляд. Это взгляд охотника учуявшего дичь. Они не остановятся пока не достанут нас. Так что, твоя, Лиса, жертва, будет может и приятной, для меня, но бесполезной.

— Насть, что происходит? — взял её за руку парень.

— Ты о чём?

— Ты куда ходила?

— Я? Я разговаривала с жрецами…

— Нет, только что.

— Никуда…

Стены затряслись, заставив Лису взвизгнуть, но голос её невозможно было услышать в адском грохоте. Всё вокруг дрожало и гремело, заставляя пыль и песок сыпаться с потолка.

— Они обрушили скалу, на мою правую стену. — зазвучали стены женским голосом.

— Жаль. — произнёс Пионер. — Без челнока нам будет трудно.

— Челнок! — крикнула Настя и, достав сферу из кармана, посмотрела в неё и вернула обратно. — Я убрала его, в сторону.

— Как? — спросил Лев. — Когда?

— Когда выходила, я вспомнила. Это шар. — боль вонзилась ей в глаза раскалёнными иглами заставив стонать.

— Эй, ты чего? — подбежал к ней парень и приобнял.

— Ничего, потом объясню, сейчас отдохну, и всё… — она обмякла и Лев аккуратно уложил её на пол, подложив под голову куртку.

— Так, девочки, вы чего? Вы это бросьте. Я один не вывезу.

— Ты не один. — проговорила Лиса и попыталась подняться.

— Не вставай. — остановил он её и, подойдя, сел рядом. — Я шучу. Конечно я не один. Мы вместе. Да у тебя жар. Родная.

Он подтащил к ней снятый из шаттла медицинский бокс, и одел на руку манжет. Пионер был водружён на активную панель.

— Всё выполнено. — почти сразу прозвучали динамики. — Простым языком: я ввёл ей жаропонижающее и пол взрослой дозы универсального антибиотика. Больше, считаю опасным. Так же ввёл снотворное, сейчас она уснёт.

— Ты можешь сказать, что с ней?!

— Рана воспалилась, насколько я могу видеть по анализу. Инъекция должна предотвратить заражение. Вероятность выздоровления восемьдесят шесть процентов. Но ей нельзя тревожить рану. Рекомендовано обработать «амброзией», но сначала пусть поспит.

— Спасибо. — парень снял манжет с руки туземки, она уже спала.

Раздался толчок, теперь он был тише, и звук его не отдавал таким эхо, как первый раз.

— А вот и пушка. — произнёс Пионер. — Надеюсь этот камень крепче чем кажется.

Глава сорок третья

Взрывы, заторможенным метрономом, доносились сквозь камень. Они били через каждые одиннадцать секунд, вот уже два часа, сводя Льва с ума. Девушки спали, и это же пытался сделать и парень. Кромешная тьма должна была поспособствовать этому, но постоянные взрывы были против.

— Пионер. — тихо произнёс он.

— Чего тебе? Такой сон прервал.

— Смешно, хоть и не время. Мне нужна доза снотворного, хочу поговорить с ней.

— Мог бы и вручную ввести.

— Не хочу заряд тратить. У тебя на это уйдёт секунда, у меня несколько минут.

— Ты себе льстишь. Одевай манжет.

— С чего у тебя такое хорошее настроение? — удивлённо спросил парень, натягивая плотный рукав на предплечье.

— Я не живой, мне чуждо понимание настроения. А если оно и сбоит, то это нервное.

— Знаешь…

— Спокойной ночи. — перебил гаджет и человек мгновенно потерял сознание, свалившись на пол.

— Я сжалась, — произнесла девушка в посеревшей рубахе. — до размеров комнаты с моим ядром, сжалась.

— Значит двери не заперты? — занервничал Лев. — Они же могут зайти! Напасть пока мы спим!

— Нет. Вход завален. Удары меня ослабляют, мне приходится прятаться. Но их оружие вред камням наносит. Рано или поздно сквозь стены они пробьются, и всё закончится.

— Вход завален? Но как мы выберемся?..

— Прости, в этом вопросе я не смогу вам помочь. Но мне нужны силы. Если ты выполнишь обещанное, возможно я смогу спастись, смогу вас спасти.

— Так… давай по порядку. Ты знаешь, что с Настей, ты сказала её не трогать.

— У неё сфера всюду сущих, на планете Аз обитающих. Она даёт ей возможность в воспоминаниях возвращаться, и свои действия менять.

— Менять действия? Машина времени?

— Нет. Она может только в своих воспоминаниях перемещаться, и собой управлять, прошлое изменяя. Мои творцы для разных целей её использовали, чаще всего для битв, немного назад возвращаясь, не приемлемый результат меняя.

— Настя не важно себя чувствует, из-за сферы?

— Как правильно использовать её она не знает. Её действия могут в корне всё изменить, на жизни других это не отразится, они не будут этого помнить, возможно лишь её поведение им странным покажется.

— Как с шаттлом. Когда ты меня остановила.

— Сферой управлять дело сложное. Не стоит мешать. Каждый разум ограничен, того кто хотя бы на земной день возвращался, сложно найти.

— Земной день? Ты знаешь нашу планету? — глаза Льва округлились, он хотел, чтоб она не останавливалась и продолжала говорить ещё и ещё.

— Землю? Знаю. Это одна из родных планет. Я никогда на ней не бывала, но многое о ней знаю. Знала.

— Невероятно… так, вернёмся к Насте. Это опасно?

— Вопрос в том, сколько воспоминаний она сохранила. Творцы спящих будили, если такое требовалось. Проспав несколько лет, его воспоминания чисты, и он мог без больших потерь вернуться, но всё же они страдали. Много жизней потеряли, прежде чем научились.

— Жизни? Сфера может убить?

— Всё может убить. — девушка посмотрела парню в глаза, только теперь он заметил, как вздрагивают её ресницы, вздрагивают каждые одиннадцать секунд. — Если она далеко вернётся, разум её не справится.

— Час от часу не легче.

— А под камень лежачий, и вода не течёт.

— О чём это ты?

— Нельзя ждать, погибели равно. Не могу о большем просить, но ядро сестрицы добудь. Может тогда справимся.

Вдруг всё задрожало и потемнело, Лев перестал более ощущать своё тело.

— Что произошло? — испуганно спросил он.

— Они выход взорвали. Мне пришлось дверь запереть, чтоб друзья твои не пострадали.

— Кто взорвал?

— Из мерзкого теста сделанная.

— Настя? Зачем, зачем сейчас?

— Под камень лежачий, и вода не течёт.

Он открыл глаза, свет фонаря ударил по глазам мешая ему оглядеться. Лиса тихонько сидела в уголке, медленно пережёвывая неизвестный плод.

— Пионер, что произошло?

— Ты долго спал, возможно я перестарался с снотворным. Я решил, что зорнешаха сможет свалить только конская доза.

— Ты серьёзно? — Лев подошёл к Лисе и присев обнял её. — Наши жизни висят на волоске, а ты ведёшь себя словно…

— Словно ребёнок? — спросил гаджет. — Если учитывать мой возраст, то это весьма логичное заявление.

— Как идиот. Ведёшь себя, как идиот. Нам нужна твоя помощь, твоя логика, твой анализ.

— Лев. — Пионер сделал паузу, не вселяющую в парня оптимизма. — Боюсь выбора нет. Вам нужно уступить, или принять бой.

— Уступить это не наш вариант, ты же знаешь. — ответил парень, дёрнувшись от очередного взрыва, который показался ему намного мощнее предыдущих.

— Отсидеться не получится.

— Где Настя? Пионер?

— Она обработала раны нашей туземке, потом, обнаружив что выход завален, воспользовалась одним зарядом взрывчатки. Дверь была не заперта, и я был уверен, что они пострадают от взрывной волны. К удивлению, дверь даже не открылась, а камни вылетели с прохода словно картечь.

— Почему она не разбудила меня?

— Она пыталась, как я уже говорил…

— Куда? Куда она отправилась?

— Я рассказал ей о твоей беседе с пирамидой, о ядре в лагере, и она отправилась за ним. Медлить было нельзя, ночью есть шанс уйти незамеченной.

— До лагеря много часов ходьбы… — парень повернул голову и только теперь заметил небольшое красное пятно на полу. — это что, кровь.

— Кровь, натуральная кровь крона. Она смотрела в свой шар, материлась и повторяла процедуру. После седьмой попытки у неё пошла носом кровь, но она всё равно ещё дважды повторяла этот странный ритуал.

— Её нужно предупредить, она давно ушла?

— Она не пешком. Каким-то чудом, челнок сохранил свою способность передвигаться, хотя помяло его не слабо. Странно что туземцы не пытаются взять нас штурмом. Могли бы уже закончить.

— Они не знают, что пирамида настолько слаба. — тихо проговорил Лев. Ранее, полагаю, это строение было грозным оружием. Но не переживай, к утру они увидят результаты обстрела, и прислушаются к твоему совету.

— К утру вернётся Анастасия Сергеевна, думаю она найдёт что сказать.

— Главное, чтоб она вернулась. — парень взял из сумки плод и откусив его сморщился в судорожной гримасе, вызвав, своим видом, смешок Лисы.

— Что с ней будет в чистом поле. У неё кости из металла, и довольно крепкого. Мясо срастается за считанные часы, даже рубцов не остаётся, так что маловероятно что аборигены причинят ей вред, по крайней мере летальный. Здесь находится опаснее.

— Я не за туземцев переживаю. Ты говоришь, что здесь опаснее, почему?

— Ну запрёт пирамида дверь. — надменно прозвучал голос в динамике. — Как ты считаешь, сколько понадобится времени, чтоб притащить пушку сюда, и, направив её во внутрь, сделать пару десятков выстрелов.

— Разумно. Не пойму, откуда у них столько зарядов?

— Они бьют с чередованием, несколько десятков энергетических выстрелов, потом с снарядом. Не забывай, что у них ещё есть сдвоенный гранатомёт, и ним они по какой-то причине, не пользуются. В любом случае, Анастасия приняла верное решение отправившись в путь.

— Да уж, под лежачий камень…

Глава сорок четвёртая

Лишь отдалившись на несколько километров, Анастасия включила прожекторы челнока. Она хотела быть замеченной, надеясь тем самым отвлечь внимание, вызвав огонь на себя, дав пирамиде отдых. Но её не заметили, по крайней мере ни единого взрыва рядом с ней не прозвучало. Шаттл был побит, уцелевших окон не осталось, дверь плохо закрывалась, но главное он был на ходу, и он нёс её к лагерю. Игломёт, комбинированное оружие немца стояло в кабине рядом, так как орудия челнока были повреждены, и девушка была готова воспользоваться им. Ей было интересно, удержит ли щит жрецов, иглоподобный кусок металла.

— Помощник.

— Да Анастасия? — спросил гаджет, примагниченный к активной панели.

— Сенсоры работают?

— С перебоями.

— Есть кто вокруг?

— Нет. Но, из-за поломок оборудования, это не достоверная информация.

— Понятно, если что-то увидишь, сообщай немедля.

— Разумеется.

Мигрень замедляла и растягивала время словно расплавленную на солнце резинку. Ей казалось, что она давно уже должна прибыть на место, но знакомые пейзажи не всплывали пред ней, да и сложно, в свете фар, узнать эти самые знакомые пейзажи. Челнок двигался управляемый программой, проходя в точности по тому же пути, по которому они двигались к пирамиде, и этот автопилот экономил время, которое живой организм тратит на сомнения и принятия решений. Скала с поваленными заборами возникла внезапно, шаттл остановился у воронки от взрыва.

— Что с периметром? — спросила Настя.

— По-прежнему чисто, но должна…

— Да помню я про поломки, помню.

Девушка достала фонарик, зажгла его и выпрыгнула на улицу. Первым делом она бросилась в комнату Льва, там всё было перевёрнуто, ничего не осталось на своём месте, и Настя ощутила, как по спине её побежала мелкая сыпь, нагоняемая страхом.

— Нет, нет. Ну быть того не может.

Она бросилась переворачивать всё, заглядывая в каждую щель, на каждую полку, под каждую тряпку, в каждую кастрюлю. Она заглянула в печь, зацепив ногой, на полу, чайник, заставив тот затарахтеть чем-то внутри. Диска нигде не было.

— Сука! — заорала она и, выбежав на улицу, бросилась в свою комнату.

Её надежды не оправдались и теперь, не нашла она желаемого ни у себя, ни во дворе, хотя обследовала каждый угол. Единственная находка, которая привлекла её внимание, это кусок рога, видневшийся под каменными блоками. Отбросив в сторону десяток булыжников, девушка достала копьё и направилась к челноку. Она не дошла несколько шагов как вонзила оружие в землю и метнулась назад в комнату парня. Взлетев по лестнице, ворвавшись в комнату, она подняла чайник и заглянула внутрь.

— Ну хоть ты здесь. — произнесла она, извлекая кофейный камень.

Обратный путь казался ей быстрее, головная боль прошла, и девушка впервые за всю ночь смогла вдохнуть полной грудью. В пяти-шести километрах от пирамиды, прозвучал голос помощника:

— Впереди движение. Метрах в четырёхстах. Вижу восьмерых, движутся на нас. Держат расстояние друг между другом около двенадцати метров.

— Сейчас проверим эту красотку. — проговорила Настя, подняв игломёт.

— Мне остановится? Или сбавить скорость?

— Нет, они явно что-то задумали, пройдём между.

Девушка высунула туловище в окно и прицелившись выстрелила. Первый выстрел был в молоко, второй срезал туземца, бежавшего им на встречу.

— Что это у них в руках? — спросила девушка присматриваясь. — Разворачивайся!!! Стой!

Она скользнула внутрь, оружие, не повёрнутое достаточно, ударилось прикладом и улетело в сторону от челнока. Не обратив на потерю никакого внимания, девушка закричала:

— Назад давай, назад!

Она повернула голову, к шаттлу уже подбегал туземец, измазанный белой краской с связкой мин в руках, над головой.

— Стой! — крикнула она и выстрелила с напульсника, сметя врага в сторону.

В этот момент, с обратной стороны, два хвостатых добрались до цели и в один момент ударили снарядами о борт. Их разорвало мгновенно, как и бежавших за ними двоих, шаттл подкинуло и он, крутнувшись в воздухе, упал на крышу. В момент падения, Настя пересчитала своим телом все выступы кабины, измазав многие своей кровью.

— Сука! — заорала она и вскочила на ноги. Ни одна лампочка на панели не светилась. — Помощник, что с Шаттлом?

— Безвозвратно утерян.

— Ну и хер с ним. Это было дело времени.

Она схватила гаджет и сунула его в нагрудный карман, после этого подняла копьё, и вылезла на улицу. Тут же на неё бросился туземец с гранатами, но был остановлен взмахом копья, лишившим его рук и головы. Снаряды вместе с конечностями упали на мягкую землю и не детонировали.

— Удобная штука. — произнесла она, оглядывая оружие и вытирая кровь с лица. Она задумалась. — Семь, а было восемь.

Девушка сделала несколько шагов, и услышала крик в темноте. Стрелять было поздно, и она рухнула на землю. Смертник нанёс удар, попрощавшись с жизнью. Челнок сдвинулся в сторону, пропахав добрый метр земли.

— Дебилы. — подымаясь произнесла она, глядя на посеревший горизонт. — Надеюсь это последний. Помощник, сколько до рассвета?

— Двадцать одна минута.

— Ясно. Да, идея с засадой — зачёт. Если собьюсь с дороги поправляй. — приказала девушка, оглядывая повреждённое осколком оружие. — И надо ж было так.

— Хорошо. — спокойно произнёс гаджет.

Через четверть часа она вышла на небольшой холм и остановилась под огромным деревом. Было достаточно светло, чтоб она увидела очертания пирамиды, немногим больше чем в километре от неё. Она подняла глаза и взглянула на ветви, покрытые иголками, и в этот же момент в нос ударил запах хвои. Она дала себе ещё несколько секунд чтоб насладится этим ароматом, и шагнула в сторону их нового убежища.

Глава сорок пятая

Естественная нужда заставила парня покинуть пристанище. Между взрывами, он выскочил на улицу и отбежал в сторону, не далеко, чтоб Пионер мог засечь приближение врага к пирамиде. Он не боялся пострадать от взрыва, так как каждый удар ложился примерно в одно и то же место, в переднюю стену строения, пробив глубокую дыру в добрый десяток метров. Заняв позицию, положив пистолет около себя, парень спросил:

— Пионер, можешь рассчитать их место положения?

— От входа, тридцать градусов в лево, километра полтора, не больше.

— Они совсем рядом.

— Рядом, рядом. И света уже достаточно чтоб заметить твою голую задницу. Поэтому не задерживайся. — тревожно прозвучал голос гаджета.

— Начал переживать обо мне? Трогательно.

— Хромая кобыла лучше дохлой. Давай-давай, тужься.

— Да чугунный, ты сволочь, конечно, ещё та. Какое расстояние до пушки, если двигаться лесом.

— Лесом с левой стороны? Километра два с половиной.

— Думаю может наведаться, если удастся…

— Господом-богом прошу, дождись крона. — перебил Пионер. — Настя придёт и всё решим. Уверен, что наведаться туда лучше ей, или всем вместе. Если ты пойдёшь один, меня, пожалуй, с собой не бери. Не хочу быть свидетелем этого позора.

— Бога нет. — на автомате ответил Лев. — Не высокого ты мнения обо мне, да?

— Именно. И если бы я и советовал подкрасться к противнику, то лучше использовать овраг и кустарники справа. Большой группой там не спрятаться, но в одиночку… вполне… и…

— Ты чего тормозишь?

— Странное энергетическое поле, то ли в пирамиде, то ли на ней.

— Так, понял. Закругляюсь.

— Что-то ты больно спокоен, для такой колоссальной жопы. — раздражённо произнёс Пионер.

— Не знаю, просто есть ощущение, что всё скоро закончится, и весьма хорошо. — улыбнулся парень, натягивая штаны.

— Что скоро, тут ты прав.

Он поднял оружие, стал ожидать взрыва, чтоб проскочить между выстрелами, но взрыва не последовало.

— Значит, гости рядом. — произнёс парень, оглядываясь по сторонам. — Никого не видишь?

— Нет. Но что-то явно не так. Двигай быстрее внутрь.

— Да капитан. — ответил парень и побежал к входу. Когда до цели оставалось десяток шагов, он услышал голос Насти:

— Берегись! Над тобой!

Лев поднял глаза, на него летел туземец, замахнувшись подобием малой косы. Его приземление оказалось бы для парня фатальным, но копьё пронзило нападающему лоб, заставив выронить оружие. Лев отпрыгнул в сторону, не понимая откуда взялся этот гад, и направил ствол на разваленные ступени.

— Видишь их? — спросил парень.

— Нет. — ответил гаджет. — Они как-то блокируют мои сенсоры, при том так, что я не заметил этого.

— Хреново. — произнёс Лев и взгляд его вырвал среди камней лёгкое движение.

Он два выстрела, которые отозвались болезненным стоном. Тут же он дважды спустил курок, немного в сторону.

— Патроны. Патроны! — зазвучал динамик телефона. — Береги патроны. Два магазина по восемь выстрелов, потом долго заряжать, бежать в пирамиду.

— Как ты? — спросила Настя приблизившись.

— Пока нормально. Они на пирамиде, сомневаюсь, что их двое. — он взглянул на побитую, измазанную кровью девушку. — Боже, ты цела?

— Второй раз не сдохла, уже хорошо. — ответила она, вытаскивая лезвие копья из черепа туземца.

— Что делать будем?

— Крыс морить. — Настя всматривалась в серые камни, в тусклом утреннем свете они казались мрачно пустынными. — Уверен, что там ещё кто-то есть?

В этот момент тонкий багор влетел ей между рёбер, верёвка, привязанная к рукояти, натянулась заставив девушку сделать шаг вперёд. Лев выстрелил тут же. Канат ослаб, и Настя отрубила его одним махом. Она наугад сделала десяток выстрелов из напульсника, после чего, удерживая багор, чтоб тот не уперся в землю, бросилась к входу. Парень следовал за ней, и как только он сделал шаг, позади него, в землю, вонзилось точно такое же древко с крюком. Они преодолели коридор, лев увидел у двери в комнате подготовленную взрывчатку с детонатором и схватив её бросился на улицу. Провернув механизм на десять секунд, он выскочил и со всего размаху запустил его в верх, пытаясь закинуть повыше, туда, где образовалась впечатляющая дыра, создавая удобную, защищённую от атаки с земли, площадку. Взрыв не заставил себя ждать, заставив дрогнуть стены строения, поднимая облако пыли и крошки в первых лучах утреннего светила. Он вбежал в комнату и упал на колени возле Насти.

— Ты как? Глубоко? — осматривал он пробитую куртку, боясь прикоснуться к ней.

— Лев.

— Сейчас, сейчас. Мы тебя заклеим.

— Лев.

— Нужно срезать куртку…

— Лев! — крикнула она, схватив его за руку.

— Что?

— Лиса…

— Что? — он замер, и только теперь огляделся по сторонам. Лисы в помещении не было. — Где? Где она? Пионер… Ты отпустил её…

— Я не видел. — тихо ответил гаджет.

— Не ври! Это ты подговорил её! Ты! — глаза его налились кровью.

— Я клянусь тебе, — медленно звучал голос в динамиках. — я не советовал ей этого.

— Так, сколько прошло? — он поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам. — Нужно остановить её, я догоню.

Он швырнул гаджет в стену и бросился на улицу. Настя поднялась, и попыталась вытащить багор, но жало цеплялось ей за ребро, отзываясь ударами тока, иглами пронизывая всё тело вплоть до кончиков пальцев. Она схватила метал одной рукой, и со всей силы ударила второй. Древко отломилось у основания и покатилось по каменному полу.

— Так что? — произнесла она тихо. — Это я враг? Я чудовище?

— Это последний шанс. — спокойно ответил Пионер.

Настя взяла гаджет и вышла на улицу, готовясь бежать, бежать превозмогая боль. Но бежать не пришлось. Метрах в пятидесяти, не подвижно, стоял Лев, всматриваясь в сторону холма. В пятистах метрах, правее от огромной ели, на возвышенности, стояли двое. Один силуэт рухнул на колени, в руке второго, блеснуло сталью.

— Не-е-е-т… — захрипев, протянул парень.

— Лев… не смотри. — Настя попыталась взять его за руку, но он выдернул ладонь.

Человек с клинком на холме застыл, пришельцы ощущали, что он смотрит на них, хотя и не могли этого видеть. Он занёс сталь над головой.

— Лиса… — голос парня дрожал, как и всё его тело.

Насладившись своей властью, палач опустил оружие. Второй силуэт свалился на землю, а убийца поднял голову за огненно-рыжие волосы, на которых играли солнечные лучи.

— А-а… а-а! — зарыдал парень и упал на колени.

Через несколько секунд, в двадцати метрах, раздался взрыв. Клочки земли летели Льву на голову, но ему было плевать. Настя пыталась его поднять, но он сидел словно статуя, даже не думая шевелится. Девушка схватила его за воротник и, повалив на спину, потянула в убежище, судорожно дёргаясь от пронизывающей боли, исходящей от куска металла в боку.

Глава сорок шестая

Лев сидел не подвижно, не моргая, не издавая ни звука. Настя вновь попыталась вытащить торчащий в боку багор, но ничего, кроме адского спазма, эта попытка не принесла.

— Лев. — обратилась она к парню. — Мне нужна твоя помощь. Лев!

— Я не могу… — протянул тот.

— Лёва, я не собираюсь здесь подыхать! Слышишь?

— Слышу.

Парень поднялся на ноги, осмотрелся, и достав пистолет направился к выходу.

— Куда ты? — спросила девушка, схватив его за плечо, пытаясь то ли удержать его, то ли удержаться самой.

— Осмотрюсь. — спокойно ответил тот. — Не переживай, ничего со мной не случится.

Настя разжала пальцы, и он покинул комнату. Она же опустилась на пол и достала сферу.

***

Лев вышел на улицу, толпа хвостатых не спеша двигались по холму в сторону пирамиды. Они тащили пушку, несли багры, крюки и верёвки. У двоих в руках был предмет, который не сразу удалось распознать, это была сеть.

— Подготовились, твари. — глядя из-под лба, произнёс Лев.

Он вернулся в комнату. Настя сидела на полу всматриваясь в бесцветный шар, из правой ноздри её капала кровь.

— Стой ты. — сказал он, и выхватил из её рук сферу.

— Я должна всё исправить! — крикнула она. — Почему не получается?

— Ты слаба, ты ранена.

— Я справлюсь. Верни шар.

— У тебя будет время.

Он сунул шар в карман, и взяв последний заряд взрывчатки вновь покинул комнату. Вернулся он через пол минуты и, закрыв дверь, произнёс:

— Пирамида! Запри пожалуйста дверь!

Раздался взрыв. Стены затряслись сильнее прежнего, усыпая гостей не только пылью, но и мелкой крошкой.

— Что ты сделал? — спросила девушка.

— Их там сотни. С цепями, сетями, баграми… на крупного зверя идут. Теперь у нас есть время.

Он сел около девушки и достав коробочку с муравьями, высыпал их прямо на багор, торчащий из её тела. Нано-пыль мгновенно исчезла в разрезе куртки.

— М-м-м… — застонала она.

— Прости, обезболивающее нельзя, притупляет ментальную связь.

— Заткнись. И вытащи эту хрень из моего тела.

Наконечник слегка дёрнулся, и парень без усилий вытащил его. Расстегнув куртку, он увидел, как из раны вытекают муравьи с четырьмя металлическими треугольниками, похожими на вытянутые акульи зубы. Лев вернул пыль на место, намочил кусок тряпки и протёр рваную дыру. После он взял аптечку.

— Я сама. — попыталась она встать.

— Лежи. — обрезал он. — Сама… Знаю, что сама справишься. А я тогда на хрена?

— У меня не получилось воспользоваться сферой, я могу всё исправить.

— Можешь. Только она убивает тебя.

— Я справлюсь. — она поморщилась, медицинский клей, упавший на рану, принёс жжение и зуд.

— Знаю. Только перед выстрелом, нужно прицелится, и ты должна набраться сил. А ты чего болванка чугунная молчишь? Или ты уже ушёл в режим экономии.

— Как раз собирался. — ответил Пионер. — Постель стелил.

— Если ты ещё не понял, у нас в руках важный артефакт, позволяющий менять своё будущее. Я как избранный, не могу управлять и этой хренью, а Настя может. Если вернётся на пару дней, если сможет предупредить, то всё это не случится, и мы не окажемся в этой жопе. Только помнить мы этого не будем.

— Она слаба. — прозвучал голос пирамиды, из коридора, ведущего к ядру. — Она не выживет.

— Не будем забывать, что она крон. — многозначительно прозвучали динамики. — Через пару часов ей будет на много лучше, через сутки она будет как новая. Лев прав, нужно прицелится получше.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила девушка, бросив взгляд на телефон, валяющийся у стены.

— Крейсер. Я имею ввиду, крейсер.

— Нет. — замотал головой парень. — Это самоубийство. Только малые промежутки времени, и небольшое количество воспоминаний.

— Верно. — ещё тише произнесла пирамида.

— Но если крейсер не выполнит прыжок, то ничего этого не случится. — продолжал Пионер.

— Ты и её хочешь убить?! — заорал парень и с разбега пнул гаджет.

— Не будет прыжка, не будет смертей! — не унимался тот. — Да это риск. Возможно, она отдаст свою жизнь, но спасёт тысячи! А если ей повезёт, то она останется человеком!

— Заткнись! — Лев бил его ногами, но крепкий корпус не поддавался деформации.

— Такой шанс выпадает не часто. — звучал динамик. — Подумай Анастасия Сергеевна, подумай!

— Нет. — ответила она. — Лев прав. День, максимум два назад. И нам нужно больше информации. Лёва, ты не хочешь поспать?

— О чём ты? — успокаиваясь спросил тот.

— Поговори с пирамидой, пока есть возможность. А я пока отдохну.

— Да. Это разумно. У нас ещё есть время. — парень натянул манжет медицинского бокса на руку и закрепил на панели помощника. — Помощник.

— Слушаю.

— Введи мне снотворное, и пробуди через двадцать минут.

— Выполняю.

Лев закрыл глаза и мгновенно потерял сознание. Настя поднялась, сняла помощника с активной панели и отложила в сторону. После чего залезла в карман Льва и достала сферу.

Глава сорок седьмая

Настя открыла глаза, она была пристёгнута ремнями к креслу. Напротив, сидел Лев, довольно улыбаясь он подмигнул ей.

— Девя-я-я-я-ть. — затянул голос в динамиках.

Она нажала кнопку, фиксаторы разлетелись в стороны, и вскочив на ноги девушка бросилась прочь.

— Настя! Ты чего? — обозвался парень и отстегнувшись побежал за ней.

Девушка выбежала в коридор и увидев впереди идущего офицера закричала:

— Стойте! Стойте!

— Восемь! Восемь! — задвоился голос в динамиках.

Невысоки, пожилой мужчина с седыми усами остановился и обернулся на крик.

— Вам нельзя здесь…

— Лейман, — перебила его Настя. — мне срочно нужно связаться с капитаном Лейманом. Мы все в опасности. Срочно.

— Семь-мь-мь-мь-мь-мь-мь-мь-мь. — заикались динамики.

Офицер не задумываясь произнёс:

— Капитан, говорит полковник Рогов.

— Слушаю. — послышался голос из динамика портативного помощника.

— У нас нестандартная. Говори.

— Шесть. — динамики захрипели словно это был не новенький крейсер, а старое разваленное такси.

— Остановите прыжок! — закричала Анастасия, Лев подбежал и взял её за плечо. — Система Планковского времени нарушена!

— Пять-ть. — заикнулись динамики в стенах.

— Проверить. — прозвучал голос капитана.

— Одна цепь не выровнялась с остальными по частоте.

— Чет… чет… че… ре. — отбили громкоговорители.

— Стоп отсчёт! Провести повторную диагностику и подготовку.

— Что ж, — произнёс усатый полковник. — полагаю вы можете вернуться на свои места. Позже мы с вами побеседуем.

Мужчина улыбнулся, подозрительно оглядывая парочку инженеров.

— Хорошо. — ответил Лев. — Извините. Что на тебя нашло?

— Я не знаю… — тихо ответила она и схватилась за голову.

— Тебе плохо?

— Мне бы присесть.

— Пойдём моя хорошая, пойдём. — он закинул её руку на плечо и повёл обратно.

Они сидели на своих местах, надёжно пристёгнутые ремнями. Динамики повторили обратный отсчёт:

— … три, два, один. Прыжок! — уведомила программа корабля. — Уважаемые пассажиры и члены экипажа. Прыжок удачно выполнен, вы можете покинуть свои места. В случае любого недомогания обратитесь в мед-блок.

Лев освободился от ремней, вскочил на ноги как вдруг корабль тряхнуло. Его словно куклу бросило в сторону, и он влетел в металлическую опору, кожа на его лбу треснула, горячая жидкость хлынула по лицу, он рухнул на пол и потерял сознание.

Настя отстегнулась и бросилась ему на помощь.

— Ну ты чего? Всё хорошо. — она присела и подхватила его голову. — Теперь всё хорошо, я всё исправила.

— Настя… — открыл он глаза. — Ты выйдешь за меня?

Она улыбнулась, по щекам её потекли слёзы.

— А как же твоя крыса? — всё вокруг задрожало, сливаясь в однообразной серой краске. — Нет… нет. Нет! У меня же получилось…

Она не видела более ничего и закрыла веки, лишь лёгкий, приятный аромат, улавливался в этой пустоте. Она вдохнула полной грудью.

— Что это? Хвоя?

Девушка пришла в себя, пальцы крепко сжимали древко копья. Настя подняла глаза и взглянула на ветви, покрытые иголками. Она дала себе ещё несколько секунд, чтоб насладится этим ароматом.

— Что ж, значит это ещё не всё. Сколько там? Метров пятьсот, правее, если смотреть от пирамиды. Помощник.

— Слушаю.

— Запиши послание.

— Выполняю.

— Пойдёшь посрать, будь осторожен. Крысы на пирамиде. Нападут, когда будешь возвращаться. Стоп запись.

— Записано.

— Есть связь с Пионером?

— Нет.

— Пытайся связаться постоянно. Это послание он должен услышать.

Она медленно пробиралась вперёд, пытаясь прятаться за деревьями, и не быть замеченной. Когда лесок закончился, девушка остановилась на окраине, скрытая от чужих глаз густым кустарником. Слева, в низине, в двухстах метров, был лагерь хвостатых, они жгли костры и грели пищу. Сосчитать их было сложно, но Насте показалось что их не более чем пол сотни.

— Проскочить бы незаметно, перехватить… — прошептала она. — где ж ты крыска ходишь?

Она осматривала стоянку врага, осматривала подготовленные багры, сети из цепей, крюки и верёвки. Внимание её привлекли три жреца, сидевшие у костра в стороне, хвостатый, с длинными рыжими волосами, выраженно кивая, что-то вещал соплеменникам. Осмотрев остальных, она не нашла более жрецов, и это внушало оптимизм. Конечно, браслеты могут быть и у обычных воинов, но эту мысль она гнала от себя прочь. Главное не поймать багор, от этой мысли в рёбрах заныло, хотя раны не было, и куртка была не повреждена. Тяжёлый удар мигрени упал словно молот на наковальню. В глазах начинало плыть, а предметы вокруг вздрагивали. Она ощутила, словно кто-то схватил её, схватил за душу, за разум и пытался вырвать из этого мира, из этой жизни. Стараясь не закрывать глаза, не моргать, она влепила себе пощёчину, приводя мысли в порядок.

— Скоро рассвет. — подумала она и повернула голову.

На возвышении, по правую руку от неё, неподвижно стояла Лиса, обречённо склонив голову. Вечно прыгающий над поверхностью хвост, безжизненной верёвкой лежал на земле. Настя повернулась к лагерю, рыжий жрец поднял ладонь вверх, и любое движение остановилось. Он взял у первого попавшегося воина тесак на длинной рукояти и направился к жертве. Когда он прошёл пол пути, Настя прошептала:

— А хер тебе.

Головная боль уже не стучалась снаружи, она молотила отбойным молотком, молотила изнутри, пытаясь проломить её металлический череп. Пальцы захрустели, сжимая древко копья, и она приготовилась сделать этот, возможно последний, бросок. Через несколько мгновений она вылетела из своего укрытия. Считанные секунды понадобились ей чтоб преодолеть эту сотню метров и одним взмахом рассечь ахилловы сухожилия жреца, заставив того рухнуть на колени. Она толкнула Лису и заорала:

— Беги, дура!!!

Помощник не перевёл эту фразу, но, и без перевода, она была ясна. Малисанхаш покатилась по земле и свалилась в небольшой овраг, по которому она незамеченной добралась сюда. Настя сделала несколько взмахов копьём, и посмотрела в глаза жертве. Тот отчаянно крутил браслет на руке, но осознав свою беспомощность произнёс:

— Ксерра…

Взмах был быстрым и точным. Шея была перехвачена словно нить, туловище обмякло и поддалось притяжению, голова упала рядом. Настя схватила пальцами рыжие, измазанные кровью, патлы, и подняла голову вверх. Первые лучи солнца, не желая участвовать в этом варварском обряде, пытались радостно играть, отбрасывая блики на огненных волосах. Она взглянула в сторону пирамиды, клещи внутри неё тянули всё сильней, но она плевать хотела на их мощь. Повернувшись к лагерю хвостатых, она встряхнула голову жреца, и бросила её на землю. Бежать было бессмысленно, ослабленная Лиса далеко не ушла, если вообще ей хватило мозгов убегать, и выбор был только один — сражаться. Хвостатые, наблюдали за ней не шевелясь, но девушка знала, это оцепенение временное. Одним движением пальца она переместила флажок напульсника, переключив его на максимальную мощность, и сделала выстрел в раскрашенных белой краской крыс. Двоих бедолаг смело облако энергии и они, отлетев на добрый десяток метров, без признаков жизни упали на землю. Настя сжала копьё, и бросилась с холма на лагерь врага.

Хвостатые оставили всё, они не пытались спасти ничего кроме своих жизней. Не далеко, в трёхстах шагах, был лес, и они видели в нём надежду, надежду спасти свои шкуры, от нового хозяина, вернувшегося через столько лет. Несколько воинов, помеченных белым, бросили вызов этой стихии, но закончили так же, как и их сородичи.

Оглядывая опустевшую стоянку, Анастасия подошла к костру, где недавно сидели жрецы. На носилках, сделанных из тёмного дерева, она увидела знакомые вещи: парашютная ткань, чашки, кусок металла, обрезанный муравьями в размер окна шаттла, и диск, чёрный диск с зелёными вкраплениями, играющими в утреннем свете местного светила.

Глава сорок восьмая

Лиса пыталась двигаться, ноги противились её воле, но она заставляла их действовать. У неё вновь поднялся жар, а её тело пробирал озноб. Два взрыва раздались с разницей в две секунды, совсем неподалёку. Туземка остановилась, разум и инстинкты подсказывали ей бежать, идти или хотя бы ползти в сторону пирамиды, надеясь сохранить жизнь ещё хоть какое-то время. Пол часа назад она смирилась со своей участью, была готова её принять. Но теперь, теперь заглянув в глаза смерти, почувствовав её дыхание за спиной, всё изменилось. Она решилась на эту жертву, но судьба распорядилась иначе, и в эту секунду она хотела жить. Желание жить не помешало ей развернуться, и уже не прячась, направиться в верх по оврагу, туда откуда она бежала, туда где прозвучало ещё два взрыва, где могла понадобиться её помощь.

Анастасия была за очередным поворотом. Она медленно перебирала ногами, двигаясь навстречу туземке. Куртка её была посечена, левая рука, согнутая в локте, прижималась к рёбрам, пытаясь остановить кровь. Лицо её было обезображено, под левым глазом виднелась чёрная кость, одежда была буквально пропитана кровью. Лиса подхватила её под руку, окровавленное туловище Насти, вмиг испарило у туземки жалость к себе, и указало на скрытые резервы, где можно было ещё наскрести сил.

— Не дай мне потерять сознание! — произнесла девушка, схватившись за плечо аборигенки, и помощник тут же перевёл.

— Хорошо. — ответила та.

— Хорошо попали, рука, нога, рёбра. Была бы человеком уже точно сдохла.

Вновь два снаряда заставили клочья земли разлететься по сторонам, но не попав в овраг, они не нанесли девушкам урона.

— Быстрее, быстрее! — проговорила Настя и нога её зацепилась за торчащий из земли камень. Они свалились на землю, застонав в унисон. Настя повернулась на бок пытаясь нащупать правой рукой что-то под курткой. Ощутив пальцами желаемое, она произнесла: — Не дай мне вырубиться. Слышишь? Не дай мне уснуть!

— Я слышу. — ответила Лиса и поднявшись на ноги попыталась поднять Настю. — Помоги мне, хоть немного, я не справлюсь.

— Главное, не дай мне уснуть…

Настя поднялась и чёрный диск, скользнув по поясу, упал на траву. Лиса, придерживая раненную, наклонилась за столь необходимой им вещью.

— Не потеряй. — произнесла Анастасия и шагнула вперёд.

Через несколько минут они взяли неплохой темп, это была хоть и не быстрая, но весьма ровная ходьба. Не успели они обрадоваться, что взрывы звучали всё дальше, как ровно над ними легло два снаряда.

— Вот суки! — заорала Настя, но перевода не прозвучало. Лиса взволновано принялась осматривать куртку девушки, и не найдя помощника остановилась.

— Пионер. — проговорила она и обернулась.

— Брось его на хрен… — пробормотала Настя и силой потянула ту за шею. — нет времени искать. Тем более это не Пионер, это калькулятор…

— Ксерра! — Крикнула Малисанхаш.

— Ты главное диск… давай, рядом уже…

— Хо. — ответила туземка и, схватив Настю за пояс, ускорила шаг.

Лев сидел на коленях, не далеко от входа в пирамиду. Он услышал своё имя, услышал голос Лисы и вскочив на ноги бросился к ним навстречу.

— Настёна… — протянул он, увидев её состояние, и подхватил на руки. Он повернул голову к Лисе: — А с тобой позже поговорим.

— Лёва, адреналин, сразу. Слышишь? Мне нужен адреналин… — бормотала она в бреду.

— Хорошо, хорошо.

Он забежал внутрь пирамиды, положил девушку на пол и натянул медицинский манжет ей на предплечье целой руки. Пионер тут же был помещён на активную панель.

— Тяжёлое состояние. — спокойно произнёс гаджет.

— Адреналин. Она сказала вколоть адреналин. — проговорил парень, доставая тюбики с клеем.

— Мне нужно произвести расчёты, анализы.

— Если ты тварь ей не поможешь, клянусь я прикажу муравьям стереть тебя в порошок!

— Она потеряла много крови. Даю для свёртывания, даю заменитель плазмы, плохая новость реагентов для неё мало.

***

Лев аккуратно выдавил содержимое тюбика на рваную рану на лице, после чего распахнув куртку, приподнял футболку. Он увидел зияющую рану в полтора десятка сантиметров, и так же залил её клеем. Глаза девушки были открыты, но казалось перестали реагировать на происходящее вокруг.

— Нужно было промыть. — проговорил гаджет.

— Боюсь на это нет времени. — ответил парень.

— Пионер, — произнесла Анастасия вдруг. — вколи мне чёртов адреналин, немедленно.

Прилив энергии был мгновенным, сердце ускорилось, заставляя раны кровоточить ещё сильнее. Настя приподнялась, и оглядевшись достала из кармана стеклянную сферу. Она вклинила в неё свой взгляд, и через несколько мгновений, на идеальной глади шара появилась глубокая трещина, превратив его в обычный кусок стекла, прогнав необъяснимую игру цветов. Настя вновь посмотрела по сторонам, посмотрела на сидевшую у входа Лису.

— А ты молодец. — улыбнулась она крысе. — Ладно, делайте что хотите.

Настя легла на пол и закрыв глаза, потеряла сознание.

Глава сорок девятая

— Тебе нужно к цилиндру подойти, — тревожно звучал голос пирамиды. — ядро что ты принёс, должно аккуратно под моё ядро подложить. Не зацепив, и вращения не нарушив.

— Я постараюсь. — аккуратно ступая по узкому мостику, ответил Лев. — А если я его задену?

— Оно взорвётся. Мы оба погибнем.

— Тогда лучше не косячить.

Запас был достаточным, не менее двух сантиметров, и парень, не смотря на дрожавшие руки, без труда выполнил поставленную задачу.

— Я могу дверь запереть, могу открытой оставить. Тебе решать. Но должна предупредить, попытка извлечения, может много времени занять. — ровнее зазвучал голос из стен, как только парень отдалился от ядра на несколько шагов.

— Много это сколько? Час, день, неделя. Что для тебя много для меня может вся жизнь.

— Я быстрее справиться постараюсь.

— И что дальше? Как ты нам поможешь?

— Видно будет. Зависит от энергии что мне удастся собрать.

— Не знаю через сколько, не знаю, как, но я вам помогу. Звучит очень обнадеживающе, не считаешь? — недовольно спросил Лев.

— Я больше ничего не могу сказать. Так что с дверью?

— Я взорву ход, а ты закрывай двери, и надеюсь мы здесь не сдохнем с голоду.

Он покинул комнату-шар, дверь за ним тут же закрылась. Не теряя времени, он взял заряд взрывчатки и закрепил его на потолке коридора, отмерив треть от входа. Запрыгнув в комнату, он тут же закрыл дверь, и тот же миг в стене щёлкнул механизм. Взрыв распространился каменным гулом, был слышен обвал, пришло понимание безысходности. Лев уселся на пол, теперь он н мог никак повлиять на ситуацию. Его загнали в угол, и он должен полагаться на неизвестную ему машину, смиренно ожидая уготовленного судьбой конца. Шум от взрыва и дрожащие стены не разбудили спящих девушек и Лев взялся врачевать. Он натянул манжет Лисе на предплечье и спросил:

— Пионер, как она?

— Уверен с нею будет всё хорошо. Дам противовоспалительные и пол дозы антибиотика. Остаётся надеяться, что ей наконец-то дадут возможность отдохнуть.

— Понятно. — парень надел нарукавник Насте. — А с ней… как она?

— С ней сложнее. — ответил гаджет. — Её нынешнее состояние, для среднестатистического человека, означало бы глубочайшую кому, и скорее всего отмирание головного мозга из-за кислородного голодания.

— Но? — спросил Лев.

— Но она не человек. — ответил тот. — Когда она была в сознании, её показатели были не многим лучше. Но всё же она потеряла очень много крови.

— Коли ей искусственную.

— Реактива хватит на шестьсот грамм, это последняя кровь, которую сгенерирует аппарат.

— Отлично. Коли.

— Выполнено.

— О как, ты что, устав вспомнил? Отвечаешь по выполнении команды.

— Я… моя… — голос Пионера прерывался и заикался.

— Ты в порядке? — Лев, повернув голову, с интересом взглянул на устройство.

— Что-то сист-истем-мы сбоят. — ответил тот. — Я бы с удовольствием с тобой пообщался, но мне нужна диагностика.

— Одно другому не мешает, когда это ты стал однозадачным? — парень хотел протереть раны Анастасии и добавить клея, но увидев узловатые сгустки плоти на её лице, боку, животе и конечностях, решил не вмешиваться в процесс заживления. — Пионер. Пионер! Болванка ты чугунная.

Пионер более не отвечал.

— Охренеть…

Парню в голову влетела мысль, он снова один. Тревога распространилась по его телу не контролируемым тремором. Ему хотелось упасть и зарыдать, зарыдать как ребёнок, бьющийся в судорогах, захлёбываясь от недостатка воздуха. Но вместо этого, он поднялся, и взяв металлическую кружку, наполнил её водой. Сначала он приподнял голову Малисанхаш, не смотря на сон, она сделала несколько глотков, после чего отмахнулась. Лев подошёл к Анастасии, ещё недавно такое красивое лицо, опухло прогоняя былую привлекательность, губы посинели, чёрная кость, под левым глазом, покрылась прозрачной плёнкой. Он намочил кусок материи и поднеся к её губам слегка выжал. Капли упали на потемневшую кожу, и покатились к уголку рта.

— Держись Настёна, держись! Ты же крон. Ну потрепали тебе одёжу, ну ты ж совсем без неё справлялась. Помнишь, в лесу, когда я тебя впервые увидел, штаны чуть не обделал. Так что давай, не расстраивай меня, хорошо? — парень повернул голову, взгляд его лёг на каменные бочки. — Оставим этот вариант про запас.

Глава пятидесятая

Если верить медицинскому боксу, то прошло почти двадцать два часа, прежде чем послышались взрывы. Всё это время, узники пирамиды спали. Парень вскочил на ноги, не понимая спросонья что происходит, но вернувшись в реальность, успокоился.

— Лев… — тихо отозвалась Лиса.

— Сейчас, сейчас моя хорошая.

Он нащупал фонарь и включил его. Туземка приподнялась и взглянув на парня улыбнулась.

— Тебе лучше? — спросил Лев, и Пионер перевёл его слова. — О, и ты вернулся?

— Лучше. — ответила она. — Воды.

— Да, конечно. Сейчас.

Парень поднёс ей тару, и поставил рядом сумку с плодами, вызвав одобрительный кивок. Он подошёл к Насте. На месте ран, уже были грубые рубцы, а кожа приобрела приятный здоровый цвет.

— Расстроиться… — протянул парень, подумав о том, когда Настя посмотрит в зеркало.

— Я нашёл причину сбоя моих программ. — спокойно прозвучал динамик устройства.

— Это радует, поделишься?

— Сложно объяснить. — гаджет замялся. — Всему виной архив файлов, происхождение которого мне не известно.

— И что такого в этих файлах?

— Объединив данные с записями, я могу воспроизвести. Начинается файл с того самого момента, когда ты вышел из пирамиды справить нужду. Потом ты возвращался, и на тебя напали.

— Да, если бы Настя не прислала тебе предупреждение, вряд ли бы я пережил эту схватку.

— В том то и дело, в этом файле она не присылает никакого сообщения, она приходит на выручку, вот послушай:

(Пионер) — Странное энергетическое поле, то ли в пирамиде, то ли на ней.

(Лев) — Так, понял. Закругляюсь.

(Пионер) — Что-то ты больно спокоен, для такой колоссальной жопы.

(Лев) — Не знаю, просто есть ощущение, что всё скоро закончится, и весьма хорошо.

(Пионер) — Что скоро, тут ты прав.

— В этот момент прекратился обстрел. — произнёс Пионер.

(Лев) — Значит, гости рядом. Никого не видишь?

(Пионер) — Нет. Но что-то явно не так. Двигай быстрее внутрь.

(Лев) — Да капитан.

(Настя) — Берегись! Над тобой!…

Они слушали запись, не издавая ни звука, пытаясь не упустить ни малейшей детали, лишь изредка останавливая Пионера для уточнений. Заканчивался архив следующим:

(Настя) — Нет. Лев прав. День, максимум два назад. И нам нужно больше информации. Лёва, ты не хочешь поспать?

(Лев) — О чём ты?

(Настя) — Поговори с пирамидой, пока есть возможность. А я пока отдохну.

(Лев) — Да. Это разумно. У нас ещё есть время. Помощник.

(Гаджет Отто) — Слушаю.

(Лев) — Введи мне снотворное, и пробуди через двадцать минут.

(Гаджет Отто) — Выполняю.

— Тогда ты потерял сознание. — пояснил Пионер. — Настя поднялась, сняла помощника с активной панели и отложила в сторону. После чего залезла к тебе в карман и достала сферу. Когда она посмотрела в неё, все записи обрываются.

— Меня казнили… — протянула Лиса и машинально погладила шею.

— Она спасла тебя. — совсем не обращая внимания на содрогания стен от взрывов, произнёс парень. — Но почему не вернуться чуть дальше, не изменить всё раньше?

— Я пыталась. — тихо произнесла Настя. — Поверь. Но не смогла.

Лиса бросилась к девушке и схватив здоровую руку, положила голову на плечо. Слёзы скатывались по её щекам и пальцы всё сильнее сжимали конечность спасительницы.

— Ты знала, что можешь умереть? — задрожал голос парня. — И всё равно пошла до конца, ради неё?

— Ради тебя… — недовольно буркнула девушка-крон, пытаясь освободиться от объятий. — хотя и к ней я тоже привыкла, ещё бы к горшку приучить, да парочке команд…

— Мы постараемся. — улыбнулся парень.

— Ладно вам. — девушка приподнялась и погладила Лису по голове. — Хотите сказать спасибо, сварганьте что ни будь пожрать.

— Хорошо. — кивнула туземка, оглядывая их не богатые припасы.

***

Это был сладкий суп, приятный на вкус, имеющий ореховую жирность. Часть ингредиентов разварилась, давая юшке немного густоты, остальные, хоть и были порезаны мельче, оставались плотными и жёсткими.

— Недурно. — старательно пережёвывая, произнесла Настя.

— Вкус приятнее чем запах. — доев, добавил Лев.

— Это точно.

— Мне есть что сказать. — прозвучал неожиданно резко, голос пирамиды, заставив трапезничавших дёрнутся.

— Слушаем тебя. — почему-то поднял глаза к потолку Лев.

— Боюсь мне недостаточно сил чтоб преобразиться и шагнуть.

— И что это значит? — не моргал парень.

— Это значит, что я буду силы экономить. И вынуждена буду в таком виде перенестись.

— И под словом перенестись, ты подразумеваешь? — тоже подняла глаза вверх, Настя.

— Перенос на другую планету, разумеется. Или на её плато, либо плато звезды.

— Она что, умеет летать? — Настя посмотрела на Льва и прищурила глаза.

— Нет, я не умею летать. Я умею шагать, переноситься. Мне нужно ваше согласие. Так же необходимо решить, на какой путь мне запрыгнуть. — спокойно, звучали стены, женским голосом.

— Мы сможем попасть на орбиту этой планеты? — оживился Лев. — Нам нужно спасти выживших. Подобрать. А потом мы можем отправиться домой, на Землю!

— На орбиту подняться? Мне миновать этот шаг не удастся. Я вынуждена сначала на плато подпрыгнуть. Но шагнуть к земле, я не смогу.

— Почему? — эмоциональный всплеск парня стал утихать.

— Где это, я не помню. — спокойно ответил голос.

— Пионер сможет объяснить. — вмешалась Настя. — У него есть карты, карты систем, созвездий, галактик и их скоплений.

— Что же, если вы не помните, пока сама не забыла, я вам расскажу. — голос пирамиды заиграл эмоциями, радостью и гордостью, словно от её рассказа зависит судьба вселенной. — Карта — это та подача информации, которую нельзя на веру принимать. Она не информативна, она никаких данных не несёт. В пространстве нет постоянства, в нём всё движется. Попытки поиска центра вселенной провалились. Идея, от единой точки отталкиваться, при, шагов, поисках, не состоялась. Я лишь на память полагаюсь. Опишу: звезда движется, вокруг неё плато образуется, на этом плато планеты располагаются. Планеты движутся, если это как карту представить, то планеты своим движением овал создают, замкнутое кольцо. Но звезда ведь тоже движется, а значит каждая планета бесконечную спираль создаёт, и никогда второй раз в том же месте она не будет. Точно так же, как и звезда, так как она вокруг своего центра вращается, а он тоже летит. Чтоб на плато планеты попасть, нужно хорошо помнить, где она была, её скорость, скорость звезды вокруг которой она вращается. Что-то упустишь, и можешь навечно в тёмной пустоте остаться.

— Но это не совсем так… — возразил Пионер.

— Знаешь, что будет если я промахнусь, и мимо плато планеты прыгну? — спросил голос. — Я планету как мимолётную вспышку увижу. Она от меня ускользнёт, с немыслимой скоростью улетит. Но это не страшно, так как в этом случае я на плато звезды останусь. Я привяжусь к ней, и смогу вторым шагом на плато попасть. Если сил для перемещения недостаточно будет, я буду вынуждена ждать, пока планета круг не сделает, и меня не подхватит. Хуже если плато звезды упустить. Мне сложно ориентироваться, от дыр отталкиваясь. Сейчас, кроме планеты на которой мы находимся, я ещё семнадцать помню. Они почему-то очень важны. Я могу лишь к четырём из них перемещение выполнить. Слаба, до остальных не достану.

— Но ведь наши крейсеры прыгают. — медленно проговорил гаджет. — Наши менталисты безошибочно прокладывают путь, указывают координаты.

— Для этого они не используют карт, мне кажется. — мягко ответил голос.

— Тебя не раздражает этот грохот? — поморщилась Настя. — Я бы убила их всех.

— Это не сложно сделать. — отозвались стены. — Мой крик способен их мозг вскипятить, во всяком случае тех, кто без защиты, и кто неподалёку находится.

— Но на это уйдёт много сил? — спросил Лев.

— Верно. И даже разговор с вами, это лишнее, затратное действие, решайте.

— Что ж, это наш шанс. — произнесла Настя.

— А что будет с десантником? — Лев посмотрел на девушек, боясь их благородства.

— Возможно он уже мёртв. — предположила Лиса. — Жрецы кровожадны.

— Вас мучают сомнения. — вклинился Пионер. — Позвольте я избавлю вас от мук совести. Вероятность что Анатолий жив, скажем так, мала. Вероятность успеха вашего крестового похода, катастрофически мала. Уверен, что в добром здравии Анастасия могла бы дать бой и тысяче туземцев, но её пленение лишь дело времени. Цепи, сети, крюки, всё это рано или поздно сработает. Моя программа требует спасения этого десантника, моя программа требует возвращения на землю, требует вернуться на курс моей миссии. Но этот путь губителен для всех нас. Полагаю, нам нужно довериться пирамиде.

— Я согласен. Нужно прыгать. — проголосовал Лев и в этот же момент вязкая волна воздуха поднялась ровной линией от пола к потолку. — Что это было?

— Мы на орбите… — сбился с мысли гаджет.

— В смысле? — брови Анастасии сдвинулись к центру, гул от взрывов исчез. — Уже?

— Я улавливаю чёткие сигналы. — продолжил Пионер. — Пытаюсь связаться.

— Я думала мы голосуем. — оглядывалась Анастасия.

— Мне не нужно ваше голосование. — произнесла пирамида. — Мне достаточно решения Льва.

— Значит, мы уже покинули планету? — поинтересовался парень.

— Покинули. Я шаг сделала. Я твоё пожелание учла, к обломкам звездолёта приблизилась. Менее чем через один час, мы сблизимся максимально.

— Я хочу увидеть. — тихо произнесла Малисанхаш.

— Вряд ли это возможно. — ответила Настя.

— Почему же, — прозвучал голос. — я могу показать.

В стене щёлкнуло и дверь немного сдвинулась. Парень медленно поднялся с пола, девушки следовали его примеру. Он зацепил пальцами каменный заслон и тот без ощутимого сопротивления поддался. В нескольких шагах, они увидели светящийся прозрачный барьер, словно подсвеченное стекло, которое отделяло их от неминуемой гибели в холодном космосе. Лиса открыла рот, её округлённые глаза, казалось, увеличились в размерах, и она боялась моргнуть, чтоб не прогнать эту картину. Пирамида повернулась, теперь сквозь проход можно было видеть поверхность планеты. Туземка запищала и, выставив вперёд указательный палец, запрыгала.

— Ам зорнешах! — сквозь радостный визг, выдала она.

Глава пятьдесят первая

— Говорит Джей Лоусон, один из выживших крейсера ПС 1709. Отзовитесь. Прошу назовите себя! Говорит Джей Лоусон, мне нужна помощь. — звучал знакомый голос из динамика гаджета в руке Анастасии.

— Джей! Джей!!! — заорал Лев. — Он слышит меня? Слышит?

— Лёва? Это ты?

— Я Джей, я! Я так и знал, что ты выжил!

— Ты на планете?

— Нет! Я намного ближе, чем ты, можешь представить. Посмотри в окна. — парень радостно улыбался, заражая своей улыбкой окружающих.

— Признаюсь, это будет не легко. — ответил Джей.

— Ты ранен?

— Одна нога запущена, передвигаюсь на ходулях для… Какого хера!!! Это что, пирамида?

— Я же говорил, что мы ближе, чем ты думаешь. Тебе нужно придумать способ перебраться к нам. Времени очень мало.

— Стой, стой, стой. Вы что внутри пирамиды? — голос Джея наполнился детским азартом.

— Кто с тобой?

— Привет Джей! — крикнула Настя. — Подозреваю что спасло тебя лишь одно, желание вновь увидеть мою маму.

— Настя? — спросил тот и не смог скрыть тревогу. — Лев, это Настя?

— Подозреваю ты в базе нашёл свидетельства моей смерти, только так могу объяснить тот факт, что ты мне не рад. — заигрывающе звучали её слова.

— Я всё тебе объясню. — вмешался Лев. — Но повторю, у нас очень мало времени! У тебя есть скафандр?

— Я живу в агросекторе. Здесь ни хрена нет. Вода и куча зелени, я уже мычать начал.

— А молоко давать не стал? — засмеялась Анастасия, и эту радость было сложно подделать.

— Стал. Но оно только для твоей мамы! — хихикнул тот.

— Фу! — поморщила носик Настя. — Это было мерзко.

— Так, не отвлекаемся, успеем поболтать. — вновь перебил Лев. — Нужно решить, как тебя забрать. Ты один?

— Уже один. Потом расскажу.

— Пионер, что думаешь? Как можно его достать? — спросила Настя.

— Пирамида, — обратился гаджет. — на какое расстояние ты сблизишься с обломками?

— Мы должны столкнуться, это не должно сильно повлиять ни на наше, ни на его движение.

— В смысле, пирамида? — не унимался Джей. — Она что, ещё и разговаривает?

— Всё сам увидишь. — ответил Лев. — Не мешай.

— Принял. — ответил тот.

— Слушай внимательно. — продолжил Пионер. — Тебе необходимо найти кислородную маску. Такая стеклянная, с серебристым баллончиком. Они хранятся в шкафу СИЗ, при входе в теплицы. Утеплённый костюм, найдёшь у камеры глубокой заморозки, он из хим-кожи, на молниях, не герметичен, но лучше, чем ничего. Задача, следующая: выходишь в шлюз К-6ч-35 м, именно он выйдет на вход в пирамиду. Одеваешь маску, одеваешь костюм, нужно найти скотч обмотать голову, или герметичный мешок, одеть и перетянуть на шее.

— Я должен… — начал Джей, но Пионер его перебил:

— Ты должен слушать меня! Если у тебя хватает извилин чтоб понять, что цена ошибки твоя жизнь!

— Понял, слушаю… нервный какой.

— Ты используешь для передвижения ходули для портативного помощника, это плюс что они есть. Тебе необходимо приготовится, в шлюзе, запереть внутреннюю дверь, взяться крепко за корпус ходулей, и не шевелиться. Ты должен максимально сохранять одно положение тела. Когда внешняя дверь откроется, воздух рывком устремиться наружу, тебе необходимо удержаться, когда давление в шлюзе сровняется с давлением вне, ходули выполнят толчок, направив твою тушку прямиком к нам. Главное не шевелись! В идеальный момент, между крейсером и пирамидой будет всего семь метров, лучше бы было чтоб ты выполнил этот прыжок сам, но боюсь в твоём состоянии, это сделать невозможно.

— Я понял.

— Не отпускай ходули, это ядро, оно доставит тебя к цели.

— Я пошёл готовится. — произнёс Джей. — Ребят, пожелайте мне удачи.

— Удачи Джей! — проговорил Лев.

— Удачи! — крикнула Настя. — Если выживешь, буду называть тебя папочкой.

— Замётано, потом ведь не отвертишься, ты знаешь?

— Знаю, знаю. — Ответила девушка и глаза её налились слезами.

***

— Начинаю отсчёт. — произнёс Пионер. — Открытие внешних дверей, три, два, держись! Один. Открытие. Ты как?

— Нормально. Не видно ни хрена. — ответил Джей.

— Давление сровнялось. Постарайся не шевелиться, не пердеть и не дышать. Толчок через три, два, один, толчок.

Лев с девчонками стояли в коридоре, отделённом энергетическим барьером от холодного вакуума. Они хорошо видели двери шлюза, они видели человека в цельном комбинезоне, обнимавшего металлического козла. Механические лапы оттолкнулись от внутренней двери, и понесли всадника в их направлении.

Лев трусился от нетерпения обнять друга, крепко сжимая ладони Насти и Лисы. Настя прибывала в не меньшей эйфории, Лиса же была счастлива, счастлива, потому что она ходит по звёздам, рядом её друзья, и они тоже счастливы.

Джей двигался медленно, он преодолел расстояние между кораблями, чётко войдя в коридор пирамиды. Не одна его конечность не зацепилась ни на крейсере, ни здесь, за преграду. Скорость его движения составляла немногим более метра в минуту, и это был очень длинный путь. Когда он был в нескольких шагах от барьера, Настя произнесла:

— Держи!

Лев среагировал и напрягшись завалился назад. Девушка-крон потянулась вперёд, пересекла энергетическое поле, и выйдя в открытый космос, схватила друга за бок, коченеющими пальцами. Через секунду они были в безопасности.

— Дура! — крикнул Лев, тряся руку Насти.

— Хорошо… хорош. — ответила она

— Такой перепад давления, должен был её убить. — спокойно констатировал Пионер. — Но, и пуля в лоб, зачастую смертельна.

Лев принялся сдирать с головы спасённого, стрейч-плёнку, намотанную щедро в десятки слоёв. Джей лежал на полу не шевелясь, не отпуская ходули. Когда маску сняли с его лица, он улыбнулся и произнёс:

— Жаль, что я не завалил экзамены.

— Джей! — крикнул Лев и упав, обнял друга. На них двоих упала и Анастасия.

— Лиса! — произнёс Пионер. — Пока эти радуются, не могла бы ты снять с ходуль так похожий на меня предмет, и поместить меня на его место.

Девушка не задумываясь выполнила просьбу. Пионер сделал несколько шагов вперёд, потом обратно.

— Это приятно. Это чертовски приятно, иметь ноги.

— Подымайся. — произнёс Лев. — Пойдём, покажу тебе наше убежище.

— Прости брат. — ответил Джей. — Подняться я тю-тю. Придётся тащить.

Настя не задумываясь схватила друга за руки и подняла. Джей стал на правую ногу, левая же свисала как костыль.

— Что с ногой? — спросила она, и поволокла Джея в комнату.

— Заражение. — ответил тот — Антибиотик не подействовал, пальцы точно уже не мои.

— Сейчас посмотрим. — улыбнулась девушка и вместе со Львом принялась стягивать с бедолаги комбинезон.

— Лев. — произнёс Пионер. — Лев. Лев!!!

— Что? — спросил парень не останавливаясь.

— На орбиту планеты, из прыжка, вышел крейсер типа волан.

— Да! — обрадовался парень. — Значит мы спасены!

— Лев. — настороженно прозвучал голос гаджета. — Это странно прозвучит, но это крейсер ПС 1709.

— Говорит капитан Лейман. — прозвучало в динамиках устройства. — Говорит капитан Лейман. Назовитесь!

— Лев Мирный, инженер миссии почтовая станция, пассажир крейсера ПС 1709, потерпевшего крушение во время выхода на орбиту.

Тишина казалась вечностью. Лейман не отвечал всего пол минуты, но это время тянулось словно сутки. Мощный удар пришёлся на одну из граней пирамиды, заставив её дрогнуть и изменить курс.

— Ещё одного выстрела я не выдержу! — прозвучал голос пирамиды. — Нужно шагать!

— Шагай! — заорал Лев.

— Куда? — растерянно спросил женский голос. — На какую из планет?

— На ближайшую! — не задумываясь ответил парень.

— Внимание! — произнесла пирамида и густая волна поползла от пола к потолку. — Шаг!

Бонус: Миссия маяк. Ч1

От автора:

Уважаемый читатель, спасибо Тебе за то, что ты заглянул на мою страницу и прочитал первую книгу из серии «Звёздные беглецы». Искренне надеюсь, что герои книги вызвали у Тебя эмоции, своим умом или тупостью, смелостью или трусостью, силой или слабостью. Я искренне стараюсь держать мир беглецов в логической целостности, но, если Ты нашёл явные противоречия, пиши мне в ВК, это единственная соцсеть где я постоянно. Над продолжением цикла и расширением вселенной я уже активно работаю, а пока, позволь мне предложить Тебе рассказ об одном из первых дальних полётов.

Хорошего Тебе прочтения и прекрасного настроения!

С уважением А. Гальченко.

Миссия маяк

Пролог

— Ты вернёшься? — голос её звучал нервно, раздражённо и предательски холодно, даже гарнитура, всегда незаметная, вдруг отдала в ухо прохладой.

— Избавиться хочешь? — ответил парень, пытаясь перепрыгнуть через очередную, сотую, а может и двухсотую лужу. — Не дождёшься.

— Дурак. — слегка смягчившись ответил голос. — Соня сегодня спрашивала о тебе. Ей интересно, приедет ли папа на день рожденье.

— Что ты ответила? — голос его дрогнул.

— Сказала обязательно, что нет ничего важнее восьмилетия.

— Всё правильно сказала, я обязательно буду. Может постарею слегка, но не так чтоб сильно. Как она там?

— Нормально, учимся, с одноклассниками ссоримся, потом миримся. Домашки много задают, нам в первом классе вообще, по-моему, ничего не задавали, а им наваливают. Зрение у неё упало, медсестра в школе сказала. — монотонно говорил женский голос.

— К врачу отведи, пусть посмотрит. — слегка разозлившись произнёс он, оглядываясь по сторонам. Увидев на доме вывеску с названием улицы, парень свернул в сторону, покидая залитый дождём проспект.

— Макс, — голос в наушнике стал ещё нервознее. — Третий месяц пошёл…

— Деньги будут, не переживай, — он поморщился от своей беспомощности, что его так легко унизить, поставить в дальний угол комнаты, в центре которой находилось самоуважение, одним лишь упоминанием об алиментах. — Я же тебе говорил, здесь… стой, ты что мне не веришь? Думаешь я выдумал всю эту историю с командировкой?

— Ну чего ты начинаешь, я просто говорю, что нам нужны эти деньги, и папка, хотя бы по праздникам.

— Будут тебе деньги. Говорит она… просто… — понимая, что обувь промокла, парень более не пытался обходить и перепрыгивать эти миниатюрные озёра, а смирившись побрёл напрямик. — Ладно, бывай. Соньку поцелуй за меня.

— Давай. — выдыхая ответил женский голос.

Глава первая. Введение

— Фамилия? — не очень дружелюбно произнесла девушка в строгом костюме, оглядывая мокрые следы в холе, оставленные гостем.

— Ка'мышев. — коротко ответил парень, вытирая мокрое лицо, мокрыми ладонями.

— Максим?

— Он самый.

— Приложите документ пожалуйста. — девушка, не лишённая ни полноты, ни привлекательности, подвинула сканер на край стола. Макс приложил к нему браслет. — Вам на четвёртый.

Минут десять он приводил себя в порядок в уборной, ещё столько же ушло на подписание документов, он пытался их читать, пытался даже вникать, но всё сводилось к простому и банальному запрету на распространение полученных данных и знаний в ходе предстоящей миссии или в ходе подготовки к ней. Всё это было скучно, в том числе и наказание за нарушение данного соглашения. Пункт о денежном вознаграждении в случае согласия, он перечитал дважды, его всё устроило, особенно возможность премирования за успех, тогда он крепко решил выполнить поставленную задачу. В графе получатель при страховых случаях он не задумываясь вписал имя дочери. Компенсацию за потерю времени в Планковской системе, он переадресовал бывшей жене. Поставив размашистую подпись, с чувством выполненного долга, парень вошёл в зал, где сидело примерно пол сотни человек, в основном мужчины. Максим занял одно из свободных мест у стены и с удовольствием стянул с себя раскисшие кроссовки.

Свет погас, экран на стене засветился белым, рядом с ним появился лет семидесяти, худощавый мужчина в чёрной водолазке и брюках.

— Представляться я не буду, моё имя вам ни о чём не скажет. — произнёс он и откашлялся, словно специально. — Всех вас проверили по трём линиям, мастерство, благонадёжность, физическая и моральная готовность. Если вы здесь значит вы нам подходите, и уже сейчас мы готовы вас принять, но мне хотелось бы ввести вас в курс дела.

— Да всё ясно Семёныч, — прозвучал баритон из зала. — Полетели, построили по чертежу, вернулись обратно, делов то.

— Предположу, что мы знакомы, хоть я Вас и не узнал, и… если Вы любитель авантюр, можете смело покинуть помещение и готовиться к отправлению. Остальные, я надеюсь, более разумны. — Семёнович сделал паузу погладив седую голову. — Что ж, прекрасно. Начну с простого вопроса: что вы знаете о «кронах»?

— Биомеханическая форма жизни, — ответила девушка в первом ряду приподняв руку. — Атакуют наши корабли без какой-либо причины, всегда враждебны, очень развиты, летают на живых кораблях, созданных из себе подобных существ. Страшилки журналистов, хорошая выдумка для любителей теории заговоров.

— Да. — закивал головой седой оратор. — Только боюсь одно заблуждение есть в ваших словах. Это не выдумка.

Докладчик взял со стола пульт, нажал на миниатюрную кнопку, на экране стали сменяться фото тел неизвестных существ разного строения, так же были фото их блестящих скелетов. В зале послышалось перешёптывание, нервно заскрипели кресла.

— Мы практически ничего не знаем об этих существах, кроме базовых моментов, устройство органики, потребности, химический состав. Знаем, что скелеты их и вправду сделаны из металла. Повторю, сделаны! Это значит, что сначала делается скелет, а потом он обрастает этим существом. Я смело вам рассказываю об этом, потому как вы подписали бумаги о неразглашении, к тому же, очень скоро это перестанет быть тайной для гражданских.

— Не томи Семёныч, — вновь прозвучал баритон. — Жути не нагоняй.

— Рад что Вы остались. — оратор снова нажал на кнопку, на экране появилась динамическая карта звёздных систем. Некоторые из точек, оставляли за собой линии, разных цветов. — Кроны несут для человечества угрозу которую сложно переоценить. Боюсь даже представить, что будет, если они узнают наши координаты, координаты Земли, то что они ими не владеют не иначе как чудом не назовёшь. Мы не способны в данный момент времени противопоставить им хоть что-нибудь достойное, дать отпор, так сказать. Я хочу, чтоб все, чтоб вы все поняли одно, этот проект, эта миссия, задание, называйте как хотите, имеют особое значение. Не для меня, не для вас, но для всего человечества. Наша цель создать сеть тайных, планетарных маяков, которые будут собирать нужную нам информацию и передавать её на Землю. Мы отобрали несколько сотен подходящих планет, на самые удачные, по нашему мнению, мы готовы отправить экипажи. На некоторые из этих планет были отправлены разведчики, некоторые из них, благополучно вернулись домой. Все чертежи будут вам доступны уже на челноке, советую ознакомиться перед тем как воспользоваться капсулой для сна.

— В смысле некоторые вернулись? — спросил парень в круглых очках, сидевший напротив Семёновича. — Вы хотите сказать, что кто-то отправиться в слепую?

— Это не совсем так. — поморщился седой. — Мы точно знаем, что выбранные планеты пригодны для жизни, что позволяет сильно экономить место на челноке. Так же мы знаем, что на этих планетах присутствует металл «амо», благодаря способности этого металла создавать подпространственный фон, мы и обнаружили эти планеты, и именно благодаря этой особенности наши маяки будут передавать данные.

— Стойте, — парень в очках затряс ладонью перед собой. — Вы слышали такие термины: биокарта, геокарта, я уже не говорю об отчёте явных и скрытых угроз. Вы хотите отправить нас вместо роботов? Бросим их как щенят и посмотрим выживут ли? Так получается?

— Вы не совсем правы, молодой человек. — не очень стараясь оправдывался Семёнович.

— Не ребята, я в эти игры не играю. — парень сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла.

— Кто ещё хочет высказаться?

— Когда вылет? — прозвучал женский голос из зала.

— Максимум через шесть дней. Но некоторые экипажи улетят уже завтра. — ответил Семёнович.

— Странная спешка, для такого серьёзного проекта, не кажется?

— Кажется, но сильные мира нашего, не верят в эффективность данной миссии, и через десять дней она будет закрыта, финансирование остановлено, а сотрудники озадачены более важными делами. Бюрократию никто не отменял, мы хоть и самостоятельная единица, но всё же иногда зависим от госзаказа. Чтоб годы работы не прошли зря, вынуждены ускоряться. У нас есть корабли, есть штурманы, есть солдаты, есть маршрут. А вот инженеров мы планировали начинать готовить только этой зимой.

— Ах, так вам денег потраченных жалко? — истерично хмыкнул парень в очках. — А нас вам не жалко?

— Пожалуйста, — докладчик указал рукой на дверь. — Вам больше не зачем здесь находиться. И о деньгах, в первую очередь подумали Вы. Порассуждайте об этом. Кто-то ещё?

— Сколько времени отведено на выполнение поставленной задачи? — спросил Максим даже не пытаясь обратить на себя внимание жестами.

— Всё индивидуально, каждая планета уникальна, со своим наличием металлов, минералов и других кхе-кхе… — докладчик закашлялся и изменился в лице, побледнел, словно вспомнил, или скорее представил себе картину, которая нагоняла на него ужас. — Как это влияет на работу нано-пыли надеюсь объяснять не нужно. Но при самых благоприятных обстоятельствах, не менее полгода. При неблагоприятных обстоятельствах… долго в общем.

— Мать его… — недовольно буркнул парень.

— Если кто не располагает достаточным временем, я вас не задерживаю. Скрывать от вас правду не буду, хотя мне советовали именно так.

— А если быстрее построим? За скорость доплата будет? — не унимался Макс.

— Я донесу ваше предложение до руководства. — ответил человек в водолазке. — По существу вопросы есть?

Зал ответил суетливым молчанием.

— Что ж, кто готов вписать себя в историю и заслонить нашу планету от заразы, пройдёмте за мной. Там вы пройдёте более детальный инструктаж, моя задача была вас немного напугать чтоб просеять, надеюсь, что не перестарался.

Глава вторая. Длинное мгновенье

Челнок казался выпотрошенным, пустым, безжизненным. На индивидуальном инструктаже Максиму доходчиво объяснили каким изменениям подвергся корабль и за двое суток подготовки он даже ознакомился с чертежами. В понимании инженера, эти умники приладили велосипеду двигатель от гоночного болида и надеются, что колёса не отлетят.

— Может и не отлетят… — проговорил он, осматривая стены лишённые декоративных, антивандальных и защитных покрытий. Наружная скорлупа необходима, без неё ни куда, а вот всё что можно было снять внутри, здесь было снято. Об удобстве речь не заходила, остались лишь самые необходимые вещи, и те, если была такая возможность, были изготовлены из лёгких пластикатов и пенопластов. Челнок имел всего три отсека, три комнаты, рубка капитана, она же кабина пилота где между переборкой и панелью управления, с трудом умещались четыре универсальных кресла. Второе помещение — это небольшой коридор, здесь напротив входного шлюза, единственной двери в этом транспорте, под стенкой ютилась круглая кабина, выполнявшая роль и туалета, и душевой. Грузовой отсек был самым большим, здесь на стенах висели ёмкости, баллоны в пять литров объёма, подсоединённые к пластиковым трубкам словно гроздь металлического винограда. В углу стояли три капсулы для сна, с тянущимися проводами и силиконовыми трубками из отверстия в полу. Слева от входа, находились ящики со всем необходимым, по мнению тех, кто планировал эту экспедицию. Макс попытался открыть ящик, но ему это не удалось. Чуть дальше стоял огромный кейс, размером в средний холодильник, красными буквами на нём было написано лишь одно слово: «Реактор». Резервуаров с водой и пищей видно не было, они были спрятаны в обшивке корабля, точно так же как двигатели, системы управления искусственной гравитацией, и многое другое.

— Это не корабль, это консервная банка, — осматриваясь, произнёс лысый, широкоплечий парень и подойдя к Максу протянул руку. — Костя. Ваш секьюрити в этой экскурсии, прошёл дополнительное обучение по управлению нано-муравьями, так что чем смогу подсоблю, не сомневайся.

— Максим, — ответил парень и, пожав ладонь, принялся поправлять казавшийся тесным комбинезон. — Инженер, механическое направление. Очень приятно.

— Взаимно. — солдат поправил на шее увесистую золотую цепь. — Не дёргай форму, в течении получаса она усядется по тебе как литая, не сомневайся. Надеюсь там не холодно. Не люблю холод. Хотя знаешь, у нас будет хороший способ согреться…

Телефон Максима зазвонил, парень взглянул на дисплей часов. Увидев, что звонит жена он посомневавшись сбросил. Он знал, аванс за эту экскурсию уже упал ей на счёт, деньги там не малые, покрывающие все долги и закрывающие выплаты вперёд до самого совершеннолетия Соньки. Ему хотелось взять трубку и позлорадствовать, что вот он добился чего-то, наконец-то, не смотря на упрёки и неверие в него близких. Но он решил не проявлять своих эмоций, он решил отомстить молчанием.

— Жена? — спросил Костя.

— Угу. — промычал Макс.

— Поссорились?

— Развелись. — коротко ответил парень и вытащив гарнитур бросил его в ящик вместе с наручным телефоном.

— Ну не переживай, там нам грустить не придётся. — лысый по-наставнически похлопал Макса по плечу, но заметив, что его проявление дружелюбия не принято, как хотелось бы, он принялся рассматривать панели жизнеобеспечения корабля. — Я ознакомился с делами всей группы, мне по должности положено, и вот что я скажу, нам с тобой крупно повезло, не сомневайся. Нам достались такие спутницы…

— Какие спутницы? — послышался низкий женский голос, и парни обернулись на него.

Они были как инь и янь, светлокожая, короткостриженая, высокая, крепкая блондинка с рублёным лицом и мощным торсом, и миниатюрная брюнетка с собранными в косу волосами, с смуглой кожей, миловидным лицом и не выдающимися формами.

— Как какие? — не растерявшись спросил Костя, расплываясь в улыбке. — Самые прекрасные, я тут на досуге ваши дела изучал, по уставу положено, как фото увидел, почти влюбился, не сомневайся.

— И часто ты, на досуге, на фотографии влюбляешься? — спросила блондинка и с официозом протянула руку Максиму, он растеряно ответил на рукопожатие. — Мария, менталист-навигатор, попутно командир нашего звена. Моя задача доставить вас на объект и вернуть обратно. Последнее слово в направлении и стратегии выполнения миссии, оставляю за собой, но буду прислушиваться к более экспертному мнению инженеров.

— Машенька, не переживай ты так. Уверен… — начал лысый, но она его перебила поднятым в верх указательным пальцем.

— Не Машенька, а майор Рудая. Прошу соблюдать субординацию. Знакомьтесь, Екатерина Батоева, инженер-химик. Полагаю, Максим Ка'мышев, — она кивнула Максу. — И Константин Цыпочкин?

— Овечкин. — не очень довольно поправил тот.

— Точно, — кивнула Мария. — Всё лишнее попавшее на корабль, сложить в этот ящик, его унесут до взвешивания. Личные вещи, одежда, гаджеты, всё что имеет вес, побрякушки в первую очередь. — Костя неохотно потянулся пальцами к затылку. — Каждый освободившийся грамм, это дополнительная нано-пыль, а это ускорение работы и сокращение времени миссии.

В помещение вошёл рядовой и отдав честь майору произнёс:

— Всё готово, можете отвесить судно и на старт.

— Спасибо. — ответила Мария. — Личные вещи в камеру.

— Есть! — солдат схватил практически пустой ящик и удалился.

— Сейчас прошу всех пройти в кабину и занять свои места. И пожалуйста, пока не прыгнем, не шумите.

Корабль прошёл через кольца взвешивания, выданные на дисплее цифры заставили Марию довольно кивнуть, и она произнесла:

— Пять тысяч восемьсот шестьдесят два килограмма, девятьсот четырнадцать грамм. Справимся?

— Почти для всех видов хим-синтеза, необходимо не менее тонны, — ответила Екатерина. — Плюс процент потери нано-муравьёв. Вы же понимаете, что я буду вынуждена запускать несколько процессов одновременно? Будет сложно.

— Но возможно? — спросила майор.

— Возможно.

— О механике не забывайте. — произнёс Максим вглядываясь в лобовое стекло, ему не доводилось ещё летать на военных судах, и то как отлаженно действовало всё за бортом его завораживало. Он прикрывал глаза, ожидая что один из погрузчиков, доводчиков или разгонщиков, вот-вот врежется в них, но столкновения не происходило. Все они с ювелирной точностью пролетали, поворачивались, уклонялись, при этом не забывая выполнять поставленные им задачи.

— Не забудем. — засмеялась Катерина. — Парочку килограмм выделим.

Уже через сорок минут их челнок был на орбите Земли, в динамиках панели управления прозвучал мужской голос:

— Борт: четырнадцать одиннадцать, прыжок разрешаю. В добрый путь.

— Принято в добрый путь. — ответил Мария максимально собранно, шлем менталиста сидел на её голове громоздко и нелепо, косы проводов уходившие внутрь кресла навеяли на Максима воспоминания о старых ужастиках.

— Корабль ведь не доделан совсем, — подумал он, но не озвучил ни слова. — Торопились ребята, сильно торопились. О красоте, об удобстве или эстетике никто не задумывался. Вот сейчас вылетит какой ни будь предохранитель, и защитные кристаллы не спасут, рассыпались в труху и дело с концом… так, отставить панические настроения, я знаю этих ребят, они спецы что надо, в НИИ кто попало не задерживается, да может не красиво вышло в этот раз, но надёжно. Должно быть надёжно, голову на отсечение дал бы, случись с кем поспорить на эту тему. Зря я тогда ушёл, предлагали ведь после практики остаться, нет же, за юбкой погнался, дышать ей в мегаполисе нечем…

— Система Планковского времени будет запущена через три, два, один… — прозвучал голос Марии, и тёплая волна ударила в лица пассажиров. — Система Планковского времени запущена. Прыжок через три, два, один, прыжок.

Иллюминаторы челнока потускнели, хамелеон сработал исправно, не пропуская внутрь ослепительно яркие потоки света.

— Для протокола, — словно превозмогая боль произнесла Мария. — Прыжок выполнен удачно, система работает в штатном режиме, состояние команды, — она оглянулась, осмотрев подчинённых, из одной ноздри её капала кровь. — Состояние команды удовлетворительное. Состояние пилота: тошнота, головокружение, гипертония. Перевожу корабль на автопилот. — майор отстегнула ремень и тяжело дыша, сползла на пол, стягивая с себя шлем и растягиваясь на полу она произнесла: — Ненавижу…

— Эй, — обозвался Костя. — Майор Рудая, ты как? Ты давай там, дыши, ты нам ещё пригодишься.

— Отставить пошлые намёки… — протянула она.

— Я в данный момент не об этом, не сомневайся, я домой вернуться хочу, а кроме тебя этого никто не сделает.

— Помни об этом. — застонала Мария и схватилась за голову. — Когда на планете окажемся.

— Маш, может тебе таблетку какую? — спросила Катя, отстёгиваясь и подходя к майору.

— Все медикаменты это эн зэ. На этом корабле ни одного лишнего шурупа нет, если вы не заметили. Ничего лишнего.

— На сколько растянули? — спросил Максим, подымаясь. Он сделал шаг, но тут же схватился за спинку кресла.

— Хах, — вырвалось у Кости. — Гравитация отличается, не обращай внимания, это с непривычки, приспособишься. А вопрос и вправду хороший, сколько теряем в прыжке?

— Шестьдесят три дня с небольшим. — ответила Мария не подымаясь.

— Хреново. — безразлично проговорил лысый и подойдя к панели управления принялся изучать выдаваемые экраном тексты. — Если и обратный путь в такую же цифру влетит, то считай плюс четыре месяца, и получится что я старше брата буду уже на три года, не сомневайся… а он родился на два года раньше меня.

— Ты там не трогай только ничего. — обратилась к Косте Катя. — Не хочешь время терять, капсулы готовы. Заодно систему стабилизируешь. Хотя навряд ли…

— Это почему ещё? — наигранно негодуя спросил вояка.

— Слава богу кристаллы зависят от ментального развития человека, а не умственного. — засмеялась Мария и поднялась на ноги.

— Смешно, — ответил тот. — Смешно, не сомневайся.

За двенадцать дней они должны были изучить проект маяка, и попытаться выбрать из предложенных нейросетью вариантов оптимальный, исходя из особенностей планеты. Курс этот распространялся на всех участников миссии, но уже на четвёртый день Константин был помещён в капсулу, так как в системе корабля начали проскакивать сбои, не критические, но не приятные, вроде резкой смены силы гравитации или температуры. Мария была вынуждена всё чаще сидеть в шлеме, усиливать ментальную связь с кораблём, но она не справлялась, а погружённый в стазис человек, вернее его мозг, связывался с системой судна и уравновешивал её. Изначально планировалось кинуть жребий, но солдат сам вызвался сократить перелёт и сэкономить немного времени в будущем. Ещё через одиннадцать дней все основные программы были пройдены, усвоены и закреплены хитрой системой тестирования, которую Максу пришлось пересдавать трижды. После завершения обучения, Екатерина, страдавшая последние несколько дней от мигрени, с радостью отправилась в капсулу. Макс проверил её показатели, он сам не знал зачем ему это, словно он смог бы что-то сделать если бы что-то пошло не так. Вернувшись в кабину, он уселся на место Кати, то в котором он просидел последние дни ему казалось жутко не удобным.

— А ты чего к Морфею в гости не пошёл? — спросила Мария повернувшись в кресле лицом к парню.

— Время терять не охота, — ответил тот. — Расчёты ты сама прекрасно знаешь.

— Это смотря с какой стороны посмотреть полагаю, ты проживёшь дольше здесь, но меньше дома, стоит ли оно того.

— Вот и я о том же, пять дней в капсуле, добавляют около двух дней жизни, а три ты теряешь, к тому же мне кажется, не мешало бы ещё немного поковырять проект. Надеюсь ты не против?

— Я? — голос Марии лишился привычной строгости. — Нет что ты, занимайся, раз тебе так хочется, запасы позволяют, только должна предупредить по поводу пошлых шуток, и намёков на неуставные отношения…

— Не бойся, донимать не буду, — ответил Максим уставившись в небольшой экран.

— Зато я буду, — она впервые улыбалась, не насмехалась, не изображала улыбку, а искренне радовалась, радовалась, что, хотя бы этот перелёт не пройдёт в одиночестве, как десятки предыдущих.

— Интересно, — настороженно отреагировал парень. — А как же неуставные?

— Нам чуть меньше двух месяцев ждать, а потом чёрт его знает сколько времени на той планете. Открою тебе секрет, в таких миссиях командование даёт поблажки, для сохранения морального духа… — она затихла, глаза её забегали по сторонам, а уголки рта упали вниз. — Знаешь, а ведь это мой юбилейный перелёт.

— Десятый? — не придавая значения спросил Максим, листая страницы на экране.

— Сотый, и четвёртый, когда у меня есть собеседник.

— Сотый? — Макс оторвался от монитора и посмотрел на её требующие общения глаза. — А сколько…

— Двадцать восемь дней, в среднем, было до этого прыжка, теперь сам понимаешь…

— Две тысячи семьсот семьдесят два дня… — тихо протянул он и голос его дрогнул. — Больше семи лет в одиночестве, это как? Тебе сколько лет, тридцать пять, тридцать шесть?

— По Земному двадцать семь, по факту сам видишь.

— Почему ты не бросишь, ты давно заслужила отдых, тысячи желающих заменят тебя, — тараторил парень и на лице его читалось недоумение. — Ментальных навигаторов сейчас хватает. А тебе за потерю в Планковском времени, за выгорание, уже должны небось целое состояние. Зачем тебе это?

— Тут ты прав, денег немерено… поздно. Раньше нужно было уходить. Я ведь летаю всего три года, даже меньше. Муж подал на развод через год, длинные были прыжки, я лет пять набрала. Не выдержал он, одним словом. — она перестала моргать, зафиксировав взгляд в несуществующей точке перед собой. — Ничего, изобретут нулевой мешок, всё наладится, для других во всяком случае. Это мой последний рейс, прыжок туда, прыжок обратно. Не плохо в двадцать семь уйти на пенсию, правда?

— Это как сказать, — он задумался, и подушечка у левого глаза запрыгала. — Знаешь, я вот не летал, ну так по мелочи, дней двадцать может наберётся, а назад посмотрю… Нет меня. Есть знакомые, родственники, жена была, дочь вот подрастает, и это всё живо как-то, по-настоящему, а меня нет, понимаешь? Нет меня там, ни хорошего, ни плохого, просто пустота… они же если захотят сейчас вспомнить меня и не вспомнят ничего, нет чего вспоминать. Не жизнь, а пустышка, поганка бледная, тьфу, наступил не заметил. — Максим сделал жест рукой и наполнил голос нотами драматизма. — У тебя оправдание есть важное, служба, благая цель! А я так, мусор человеческий.

— Мусор мешает людям жить, — она смотрела на него посветлевшим взглядом, пытаясь поддержать хоть немного. — Ты мешал им?

— А помогал ли? Всё грезил великим, думал вот-вот что-то случится, прославлюсь, заживу. Долги раздам, ребёнка обеспечу. Только оказалось, чтоб что-то случилось, работать нужно, делать что-то нужно, а не ждать. Мне, когда с отдела позвонили, я бросился со всех ног на вокзал, скорее в Питер, вот оно. Сначала за монетой погнался, и очкарик меня не напугал, хоть по делу всё говорил, всё верно. А теперь вот летим, проект изучаем… должны мы с тобой построить этот Маяк, слышишь? Не ради премии, запомниться хочу хоть чем-то, не только отчеством Сони. Чтоб говорили: Максим Ка'мышев, знаем такого, разгильдяй был, а потом такой проект отгрохал, его вклад, особый вклад, понимаешь?

— Не нравиться мне твой настрой, я вернуться собираюсь, а ты словно прощаешься перед лебединой песней. Не хорошо это.

— Лебединая песня, красиво звучит. — он задумался, и гримаса его налилась отвращением. — На Земле, через два месяца у дочки день рожденье. Я опять пропущу, третий или четвёртый раз подряд. Ладно сейчас у меня есть оправдание, а тогда? Самое смешное что я даже не помню где я был в те дни, помню только где не был. И вот ей восемь, она задует свечи, а папы нет, мама скажет, что я на очень важном задании, что я быть может человечество спасаю! Только не поверит Сонька, теперь уже не поверит. Да и не скажет жена такого.

— Сам расскажешь, пусть не на восьмой, но на девятый день рождения уж точно. Извини, мне нужно сделать запись. — она повернулась к панели и пробежала по ней пальцами левой руки. — Для протокола, на четвёртый день прыжка, система стала сбоить, незначительные, но нарастающие скачки гравитации и температуры. Как предположение, на таких расстояниях, автопилот не способен держать заданные параметры без постоянной корректировки со стороны пилота. От частого использования ментального шлема состояние пилота ухудшилось: бессонница, скачки давления, головные боли, звуковые галлюцинации проявляющиеся в виде белого шума. Для помощи менталисту, в капсулу сна был помещён доброволец, Константин Овечкин, как только система уловила его мозговую активность, количество сбоев уменьшилось на семьдесят три процента. Через одиннадцать дней, инженер Батоева, после регулярных жалоб на головные боли, была так же помещена в капсулу для сна, после чего сбои системы и вовсе сошли на нет. Семёнович, — обратилась она к кому-то невидимому уже совсем без строгости. — Обратите внимания на данные системы в моменты введения членов экипажа в стазис. Данные прилагаются. Инженер Ка'мышев, от использования капсулы отказался, могли бы сэкономить добрую сотню килограмм. На этом пока всё.

— Для командования? — спросил Максим, и она повернулась к парню лицом.

— Нет, для тех кто создавал этот челнок. Модернизировал. — она задумалась, глядя сквозь него. — Не хочу, чтоб… хочу чтоб другим было легче. Хоть немного.

Бонус. Миссия маяк Ч2

Глава третья. Пункт назначения

— Может разбудим их? — спросил Макс вглядываясь в серо-голубую шубу планеты. — Красиво, пусть тоже полюбуются.

— Нет. — возразил Мария, шлем с отходящей косой проводов смотрелся на ней не так как раньше, зловеще, пугающе. — не забывай, пока они в капсулах, их мозг выполняет функции дополнительных центров управления системами. Не хочу на себя наговаривать, но помощь в посадке на дикую планету мне не помешает. Особенно в слепую. — добавила она уже скорее себе.

— Как скажешь. Может передохнёшь перед посадкой? Мне показалось…

— Заткнись! Пожалуйста. — нервно прозвучали слова майора, и инженер вдавился в кресло Константина, кресло Екатерины ему тоже стало давить.

Челнок двигался вперёд, приближаясь к видимой границе, очерченной перьями, приобретающими коричневый цвет, дымки. Корабль врезался в неё на малой скорости и все приборы навигации мгновенно отключились. Тёмные горошины стали бомбардировать лобовое стекло и размер их постепенно увеличивался. Увидев взволнованное лицо майора Макс спросил:

— Стекло выдержит?

— Выдержит, не переживай, защитное поле отрабатывает пока, — ответила Мария вцепившись руками в штурвал. — Меня интересует другое, как мы сможем выжить на такой планете, разведчик не докладывал о каменном граде.

— Возможно его на тот момент не было? Как думаешь? Что-то вроде времени года?

— Возможно, — ответила она и шаттл стал сотрясаться. Удары были плотными и размашистыми, гулом расходясь по корпусу корабля. — Нужно возвращаться! — крикнула Мария после очередного, перевалившего за десяток удара. Она потянула штурвал на себя и пальцы её побелели, лишаясь жизненной привлекательности.

— Нет! — закричал Максим и, отстегнувшись, бросился к пилоту. — Мы не можем прервать миссию, так скоро не можем.

— Я угроблю всех нас, тебе этого хочется? — ответила она, не отрывая взгляд от лобового стекла.

— Ты сама говорила, условия пригодны для жизни, значит нам нужно их дождаться, впрочем, мы можем сделать это на орбите, зависнем до того момента пока буря не утихнет.

— Нет! — она резко повернула голову, в глазах её читался испуг. — Мы сейчас выйдем на орбиту, и выполним прыжок. Ждать нельзя.

Макс не подал виду и шатаясь из стороны в сторону допрыгнул до кресла пилота, схватив её за плечи, магниты подошвы вцепились в пол, не давая парню летать по сторонам, в меняющем направление, от ударов, челноке.

— Я согласен, согласен с тобой. — пальцы парня массажировали плечи Марии впиваясь всё сильнее причиняя ей боль. — Но скажи, мы сможем добраться поверхности?

— Приборы слепые, судя по ударам в воздухе целые глыбы, пару метров в диаметре точно. Сейчас мы отскакиваем от них. Но если таким куском, к поверхности нас… боюсь домой лететь не на чем будет. А возможно и не кому.

— Не будет этого. Поверь мне, не будет. — он говорил нервно, но тон его звучал словно он успокаивает ребёнка, слышалось что он сам сильно сомневается в своих словах, но пытается изо всех сил не показать виду. — Ты попробуй, слышишь? Попробуй. Газ сбавь, и к планете, а там найдём место поукромнее и разберёмся, да? Переждём. Спрячемся и переждём.

— Ты хочешь нашей смерти, однозначно. — ответила Маша и толкнула штурвал от себя.

— Всё хорошо майор Рудая, всё хорошо. Никто не собирается погибать. Не волнуйся.

— Ты меня успокаиваешь или себя? — спросила она, дернув плечом, освобождая его от впившихся в мясо пальцев.

— Всё хорошо. — повторил тихо он.

Челнок вырвался из пылевого тумана так же резко, как и влетел в него. Перед людьми открылся пейзаж планеты, серые не высокие скалы с круглыми валунами, заполнявшими практически всё пространство. Освещалась округа тусклым свечением пыльного потолка, нависающим над поверхностью до самого горизонта, слегка темнея вдали.

— Ты ведь знал, что так будет, верно? — спросила она довольно улыбнувшись.

— Догадывался, — ответил инженер. — Чтоб буря подняла такие камни, скорость ветра должна быть запредельной, прямое попадание в таком случае не оставило бы нам шансов. Здесь дело в магнетизме скорее всего, или в какой другой силе, которую нам предстоит изучить. Смотри!

Парень указывал пальцем вдаль, на водопад, реку, и тёмно-бордовую растительность вокруг водной артерии.

— Хороший знак, нужно будет отправиться на разведку. — холодно отреагировала она, уводя их транспорт немного в сторону.

— Почему не сейчас? Можно ведь основаться у реки. Если вода питьевая, то уверен и пожрать найдётся. Меня от таблеток уже мутит если честно.

— Именно поэтому и нельзя так. — она отвечала, как командир, это читалось в каждой её интонации, от испуга не осталось и следа, парень даже смутился, он не понимал, как она смогла отстраниться от всего того что было между ними во время прыжка. — Всё живое, всегда, и на любой планете, селится по берегам рек, я планирую вступить в контакт попозже, либо и вовсе остаться незамеченными — если аборигены разумны.

— А что говорят данные разведки?

— Ничего. Данные отсутствуют. — сухо ответила она. — Там у скалы приземлимся, неплохое место для убежища.

— Как скажете. — ответил Макс пытаясь задеть Машу, попытка провалилась, и он направился к выходу. — Пойду будильником поработаю.

Чтоб пробудить человека со стазиса, необходимо было произвести очень сложную операцию, а именно нажать на панели капсулы кнопку с надписью: «пробуждение». Максим дважды справился с этой задачей, и стал между капсул, дожидаясь их деактивации. Первой открылась капсула Екатерины и она застонав схватилась за виски.

— Ну? Там не холодно? — спросил Костя лишь открыв глаза.

— Ну, — замешкался Макс. — Одно могу сказать точно, температура плюсовая, значит здесь не холодно.

— Ну и прекрасно! — воскликнул тот. — Если тепло, то мы справимся в два раза быстрее, ты не сомневайся. Давно проснулся?

— Давно. — тихо ответил Максим и помог Екатерине покинуть капсулу.

Глава четвёртая. Планета

— Электроника почти вся глючит. Как там Катя? — спросила майор, судорожно отбивая пальцами по панели управления, глаза её бегали по экрану проверяя всевозможные показания датчиков, аналоговых дубликатов.

— Голова, говорит, болит. — ответил инженер, так же, не отрывая взгляда от показателей на мониторах. — Её рвёт, хотя от таблеточной диеты, рвать нечем.

— Хорошо. — ответила Мария, и парни переглянулись, они не понимали, что здесь хорошего. — Сейчас оденем скафандры, и по очереди будем выходить на улицу. Я хочу убедится, что среда не является агрессивной.

— Но показатели… — начал Максим, но командир его перебила:

— Мне плевать на показатели. Цена ошибки жизнь. Нам нужно быть осторожными ровно на столько, на сколько это возможно. Уточкин, ты идёшь первым.

— Овечкин. — недовольно буркнул лысый и глаза его попытались закатиться.

Позади них, в соседнем помещении, послышалось шипение гидравлики и резкий металлический запах ударил в нос каждому из них. Свежесть выгоняла затхлость плохо отфильтрованного воздуха корабля.

— Какого хрена?! — крикнула Мария вскакивая на ноги.

Они выбежали к открытому шлюзу, в полуметре, внизу, на серой каменистой поверхности, лежала Катя и смеялась. Она перевернулась на спину, и, увидев недоумение в трёх парах глаз, помахала рукой.

— Инженер Батоева! — на секунду потеряла самообладание майор, дав петуха в голосе. — Ты что творишь?

— Мне нужно было на землю. — тихо ответила та, подняв взгляд к пыльному потолку где-то там, в высоте. — Система показала, что среда пригодна для жизни…

— Вирусы! Бактерии! Неизвестные элементы, в воздухе, в почве… которые не определяются нашими датчиками, радиационные и иные фоны. Всё это может убить нас мгновенно или в перспективе! И это я перечислила лишь основные, известные каждому школьнику угрозы. Ты чем думала?

— Простите. — голос её прозвучал по-детски наивно, и она улыбнулась ещё шире.

Скалы и пыль. Всё что видели пришельцы на сколько хватало глаз. Внизу каменный пол, рваный, побитый, неровный, вверху, на высоте более десяти километров, пыльный, мутный потолок, отчерченный словно по линейке. Единственное утешение — плюс двадцать восемь по Цельсию, и пусть это радость не для всех, но Костя был доволен.

По истечении первых двадцати четырёх часов, они сменили три места дислокации, удаляясь каждый раз всё дальше от реки, останавливаясь у новой гряды скал. Сейчас они встали на якорь в четвёртый раз, приблизившись к водной артерии на расстояние в пять, максимум шесть сотен метров. Здесь, уже у самого подножья скалы, начиналось царство бордовых растений. Сначала мелких, кустистых, но чем ближе к реке, тем толще и выше становились деревья. Возможно разновидностей было больше, но в этот момент они определили лишь две. Одно, расположением ветвей, листьями и даже корой, походило на дуб, походило очень отдалённо, но другого растения сродни этому никто не вспомнил. Второе выглядело как плетёное из лозы яйцо, окрашенное перед Пасхой в луковой кожуре, плотное, идеальной формы. Это растение тут же назвали ивой. Траву заменял разной плотности мох, всё того же бордового и коричневого цвета.

Взяв около полу сотни проб, проведя анализы и получив результаты, четвёрка сидела в кабине пилотов, в своих креслах, повернувшись друг к другу. Макс подумал о том, что здесь явно не хватает стола, после длительного перелёта, и суток изучения местной породы, он хотел облокотится, расслабиться, растечься по столу, сгибаясь от усталости. Катя сидела, утонув в кресле, словно пытаясь спрятаться в его объятьях, Костя лениво облокачивался на оружие, лежавшее на коленях, лишь Мария выглядела подтянутой, строгой, властной.

— Что думаете? — спросила майор.

— Дело дрянь, — ответил Екатерина с безразличием в голосе. — Мы здесь на долго.

— Это мягко сказано. — добавил Макс недовольно.

— Это я и без… — Мария глубоко вдохнула. — Это я понимаю, но нам нужно определиться.

— Это амо, всё вокруг, все глыбы, валуны, булыжники и скалы, это порода, насыщенная металлом амо. — голос инженера-химика звучал чётко, но расслабленно. — Здесь, где мы сейчас, процент насыщенности самый низкий, около двадцать восьми процентов, чем дальше от реки, тем выше процент. Мы можем отлететь куда-то подальше, дать четверть или даже половину экватора, но с вероятностью… — она задумалась на мгновенье. — с вероятностью в девяносто процентов, картина будет той же.

— Извините, — подняла Мария указательный палец правой руки. — Какой процент насыщенности амо на рудниках, принадлежащих Земле?

— Двенадцать процентов, и это, пожалуй, лучший рудник, который мы знаем. — ответила Катя.

— Твою же мать. — вырвалось у майора. — Это плохо, это очень плохо.

— Извините, — вмешался Костя, потирая лысину. — А в чём собственно проблема?

— А проблема в том! — Мария вонзила в рядового взгляд, словно он повинен во всех её бедах. — Что амо — самый прочный метал из известных нам, он поддаётся плавке лишь один раз, потом только сгорает, и то при запредельных температурах.

— И? — не понимая спросил лысый.

— Нано-муравьи, — спокойно проговорил Максим. — Они сделаны из этого металла, и пытаясь грызть скалы, мы просто убьём нано-пыль, так и не успев ничего построить. Да порода по природе своей мягче, но это всё равно нас не спасёт.

— Не сомневаюсь, это хреново, — ответил вояка. — Обойдёмся значит без распила скал.

— Маяк должен быть спрятан. — голос майора выровнялся, она взяла себя в руки. — Когда мы улетим, наша мини станция должна находиться либо в глубинах гор, либо глубоко под землёй, и ни одна мышиная нора не должна вести к ней, во избежание обнаружения.

— Ну… — не унимался Костя. — Нужно найти природную полость в скале, пещеру, или расщелину, там соорудить наш проект и завалить всё камнями. Благо этого добра в округе навалом.

— Этот вариант достоин внимания, — согласилась Мария. — Осталось понять, есть ли на этой планете необходимые для проекта элементы.

— Есть, — утвердительно произнесла Екатерина и замялась. — Вернее, я так думаю. Здесь есть растительность, я не сделала нужных анализов, но растения очень похожи на Земные. Из этого я делаю вывод что все нужные элементы мы сможем добыть, если не из почвы или руды, то из деревьев. Правда, для таких хим-процессов, мне понадобится много нано-пыли, если не вся.

— Значит пещера… — Мария вдумчиво смотрела в пол, лицо её, казалось, старело на глазах. — Завтра ищем подходящую локацию, Максим, ты должен продумать заранее как выполнить отсечные ворота. Прочность А-плюс.

— Ого, — удивлённо ответил Макс, но поймав взгляд майора не стал спорить. — Я что-нибудь придумаю.

— Теперь всем спать. — произнесла командир, оглядывая товарищей. — Завтра тяжёлый день, и не только завтра.

— Этот приказ мне по нраву, не сомневайся. — ответил Костя, первым поднявшись с кресла. — Я устал целый день таскать эту штуковину. — он покачал в руках короткий, но увесистый игломёт.

— Вот и славно, — ответила Мария. — Дверь я запираю, ключ только у меня, не хочу повторения глупостей. — взгляд её упал тяжёлым грузом на Катю, и та виновато опустила глаза.

Рядовой и химик удалились к капсулам, кроватей в челноке нет, но капсула, заполненная гелем, вполне справлялась с этой ролью. Мария повернула кресло к панели управления и надела шлем на голову.

— Ты спать то собираешься? — голос Максима был наполнен мягким беспокойством.

— Нужно ещё кое-что проверить. — ответила она, не оборачиваясь.

— Помочь?

— Нет. Ты нужен мне завтра со свежей головой.

— Уверенна? — спросил он, подойдя ближе и уже хотел положить ладонь ей на плечо, но в последний момент одёрнул руку.

— Да. Не переживай за меня. Спокойной ночи. — холодно произнесла майор и пальцы её забегали по клавишам в стороне от активной панели.

— Спокойной ночи. — тихо ответил он.

Глава пятая. Хозяин пещеры

Оно, размером с взрослого барашка, выбежало из темноты. Сначала люди приняли это за паука, слишком похожи были его очертания. Длинные, двухколенчатые лапы цокотали по камню острыми когтями. Группа попятилась назад, пытаясь вырваться из пещеры, где возникла неведомая угроза. Они не успели. В свет фонаря выпрыгнула тварь, чешуйчатый червь на четырёх длинных лапах. По телу его было ещё не менее дюжины лапок раз в пять короче тех на которых оно передвигалось. Существо не задумываясь оттолкнулось и одним прыжком преодолев семь, а может и более метров, свалило Максима на землю. Один коготь вонзился парню в предплечье, заставив того застонать и громко материться. Игломёт почти беззвучно стал выпускать заряды. Они все как один ложились в туловище неприятеля.

— На, сука! — заорал Костя, и он был хорош. Мария взглянула на то как солдат поливает огнём тварь, ложа все снаряды точно в цель, понимая, что они не доставляют чудищу летальных увечий, он стал обходить его, пытаясь нащупать слабое место.

— Ма… кх… ты!!! — орал Макс превозмогая боль. Он был пробит лапой паукообразного червя вместе с скафандром, который спокойно выдерживал выстрел в упор из крупнокалиберного огнестрельного оружия. Паника овладела парнем, как только его свалили на лопатки, и он простился с жизнью увидев, как острая конечность замахнулась направленная в голову. Удары сгустков энергии посыпались на туловище чудовища, и оно замешкалось, отвлеклось. — Нож… — ярким проблеском возникло в голове инженера, и он потянулся к поясу. Кобура висела под правую руку и извлечь нож левой было не так просто, особенно учитывая тот фак что тебя пригвоздили к земле. Вспышки, отличавшиеся по цвету, ударили с другой стороны, Мария пустила в ход свой пистолет энергомёт, пытаясь бить в район головы, по крайней мере то место где, по её мнению, должна была быть голова этой твари. Макс наконец схватился за рукоять и лезвие покинув ножны со всего размаху ударило в живот нападавшего. Сталь скользнула в сторону, словно он попытался загнать кусок бумаги в камень. Он нанёс ещё с два десятка ударов. Тщетно.

— Он заваливается. — прозвучал голос майора в динамиках скафандра. — Костя, бьём с одной стороны, свалим гадину!

— Да шеф! — заорал тот и шагнул к цели. Он приблизился почти в плотную, между ним и членистоногим оставалось не более трёх шагов, и он смелее нажал на курок, ускорив подачу игл, не боясь промахнуться, навредить инженеру.

— Хорошо! — закричала Мария и стала плечом к плечу с рядовым.

Тварь оторвала две лапы от земли, вытащив коготь из мяса Максима, и пыталась удержать равновесие на оставшихся двух, но сопротивляться огневому натиску у него не получилось, через несколько секунд, обитатель пещеры завалился на спину и лапы его забились в судорогах.

— Выкуси. — довольно произнёс Костя. — Макс, ты как?

— Живой. — ответил инженер пытаясь перекричать вырывающееся из груди сердце.

— Тихо! — прозвучал голос Марии в динамике костюма. — Слышите?

— Твою мать… — растерянно прозвучал голос Кости, и вся группа вслушалась в гул, цокот приближающийся из глубин пещеры. — Валим, валим, валим!!!

Мария и Костя бросились помогать Максиму подняться и лишь Катя, прятавшаяся в стороне, безоружная, и потому не способная помочь в схватке, выскользнула из тени, подбежала к поверженному врагу и схватив его за лапу потащила к выходу.

— Батоева, отставить! — скомандовала Мария, но инженер-химик не собиралась следовать приказу.

— Он нужен нам! Помогите! — ответила она.

Они схватили чудище за лапы, не смотря на размер, в нём было не менее восьмидесяти килограмм, что не позволяло им разогнаться на пути к выходу. Они покинули пещеру, отбежали, наверное, метров двести, всё ожидая, когда волна этих существ нагонит их и завершит их миссию. Этого не произошло. Цокот остался в пещере, твари не решились покинуть её.

— Они не гонятся за нами. — тяжело дыша, оглянувшись, произнёс Макс.

— Не любят дневной свет? — озвучила Мария первое что пришло ей на ум.

— Возможно. — ответил Костя. — Хотя, как по мне, они выгнали не прошенных гостей из дома, а более им и не нужно. Мне кажется я прав.

— Вариант. — ответила Екатерина пытаясь отдышаться. — Нужно Макса заклеить.

— Я бы не отказался от помощи. — ответил инженер-механик, ощупывая отнявшуюся руку.

Вернувшись в челнок, покинув громоздкие скафандры, девушки бросились помогать раненому. Натянув медицинский манжет на повреждённую руку, и помогая ему лечь на пол. После этого химик удалилась к капитанской панели.

Если бы это был настоящий корабль, приспособленный для дальних прыжков, то наверняка здесь должен был бы стоять хирургический стол или бокс последнего поколения, который явно не был бы лишним для любых миссий. Но шаттл был разработан совсем для других целей, рассчитанный покрывать коротенькие расстояния, выполняя роль лифта с орбиты на поверхность планеты и обратно. Он с трудом мог нести свой вес, и аптечка в пол тонны весом была кораблику не к лицу, а точнее не по силам.

— Что с кровью? — спросила Мария спокойно, не суетясь открывая квадратный пакетик из тонкого полиэтилена.

— Всё чисто. — звучал голос Екатерины из кабины. — Токсинов нет. Кость не задета, артерии, вены, нервы, всё в целости.

— Хорошо. — на лице майора на долю секунды зажглась довольная улыбка. Она выдавила содержимое пакета в рану, сначала с одной, а потом и, с другой стороны.

— Может промыть? — спросил Максим недоверчиво глядя на манипуляции капитана.

— Не переживай. — строго, даже грубо, ответила она. Парень не понимал куда делась та приятная, милая девушка, с которой он провёл последние два месяца. С которой делился своими переживаниями, планами, мечтами. Перед которой открыл душу и которая открыла душу перед ним. С которой стал близок не только душой, но и телом. — Клей справится, лишнее вытянет, нужное срастит, не переживай, часов через десять затянется. Так что на больничный не рассчитывай.

— Есть капитан. — ответил он пытаясь вызвать улыбку майора, но безрезультатно.

— Как эта хрень смогла его пробить? — осматривая повреждённый скафандр произнёс Костя. Палец его обвёл ровное отверстие, слегка отмеченное красным, основной массив крови был внутри. — Какой крепости его когти, и с какой скоростью он нанёс удар?

— Быстро. — ответил Макс подняв глаза на товарища. — Думаю скорость выпада, не многим ниже чем у игломёта. Надеюсь, что их мышцы не приспособлены постоянно сокращаться с такой силой. Иначе у нас проблемы, большие проблемы.

— В этом ты не сомневайся. — добавил Костя.

Бонус: Миссия маяк. Ч3

Глава шестая. Особенность планеты

— Это червь с весьма агрессивной кислотой в желудке, полагаю он отрыгивает кислоту на жертву, размягчает её таким образом, и потом всасывает обратно. Зубов в его рте я не обнаружила. Глаз тоже нет. Ушных раковин и отверстий тоже. Впрочем, у них два рта, не знаю, я не биолог, я химик, мне сложно разобраться в его строении. Но, перейду к тому что разобрала, к главному. Надеюсь все знают о хитиновом слое у насекомых? — тихо говорила Катя.

— Допустим. — кивнул лысый, сегодня он сбрил щетину, обильно заколосившуюся на его лице, луковицы восстановились после замедления в капсуле сна и теперь словно пытались наверстать упущенное, давая буйный рост. Брея лицо, он не забыл и о голове, доведя её ворсистость до уровня яйца.

— Так вот, здесь принцип тот же. — химик стеснялась и постоянно уводила глаза, то в сторону, то к полу. — Только вместо полисахаридов, у этих существ, чешуйки и панцирь состоит из частиц металла. Как вы можете догадаться этот металл «амо».

— Охренеть, — сглотнул Костя. — Бронированные злобные жуки, способные одним ударом прошить броню меха, которого у нас к тому же нет. Перспектива огонь. Мои иголочки с такими не справляются, расчехляйте свои инженерские рукавицы, понадобится оружие посерьёзнее.

— Будет тебе оружие. — кивнул Макс пытаясь поддержать воина. — Думаю стоит пересмотреть место постройки станции. Может наземная?

— Нет. Это исключено. — отрезала Мария, пытаясь раздражением скрыть тревогу, но это у неё не вышло. — Либо мы углубляемся глубоко вниз, очень глубоко, либо прячемся в скалах, возражения не принимаются.

— Кэп, ты нам хочешь что-то сказать? — Костя прищурил глаза.

— Эта планета… — Мария оглядела команду, уголки губ упали вниз. — Эта планета, через сорок семь местных суток, покинет на несколько дней зону выживаемости. Сутки здесь длинные, тридцать два часа с небольшим, поэтому время у нас есть, но его не много.

— На пару дней, значит выход не значительный. Так? — спросил Максим растирая барабанящие изнутри вены на висках. — Так?

— Сложно сказать. — ответила майор. — Но лучше нам быть где-то в бункере. Под защитой поверхности планеты.

— Не капитан. — замотал головой Костя, нервно подёргивая коленом. — Я знаю место получше, не сомневайся. Знаешь какое? Земля называется. Очень безопасное место, планета, представь себе, в пределах зоны выживаемости, всегда! Скажи ты знала об этом сразу, или узнала по прилёту, здесь?

— Я узнала об этом сегодня. — ответила капитан. — Ночью.

— Ты лжёшь. — нервозно заулыбался воин. — По глазам вижу что лжёшь. Полагаю мы достаточно погостили. Вам так не кажется?

— Нет. — тихо ответила Катя, глядя как лысый прижимает к животу игломёт, словно ожидая неприятностей. — У нас, сколько? Сорок…

— Сорок семь. — ответил Максим понимая к чему ведёт химик.

— Сорок семь суток, длинных суток. Мы можем улететь сейчас, для этого нам нужно заставить капитана. Нужно чтоб она захотела, вернее, — мысли Екатерины путались, и она нервно перебирала пальцами. — Она владеет ментальной навигацией… мы можем улететь, проголосовать, уговорить, пригрозить… но сейчас… зачем это делать сейчас? У нас ещё сорок семь дней. Мы должны попытаться, хотя бы попытаться.

— Хорошо сказано. — кивнул Макс. Он был удивлён что в этой хрупкой, робкой, миниатюрной девушке спрятано столько воли, силы и смелости. — Она права.

— Да я ж ничего и не говорил. — растерянно оправдывался лысый. — Серьёзно. Я как все, не сомневайтесь.

— Хорошо, что вы так быстро договорились. — улыбнулась Мария словно делая одолжение. — Напомню только одно, у нас здесь не демократия. Надеюсь это ясно. И как весьма точно подметила инженер Батоева, вывезти вас отсюда могу только я, и я сделаю это, как только маяк отправит свой первый сигнал. У нас два дня чтоб освободить место или найти новое.

— Планета покинет зону выживаемости… — произнёс Костя и на лице его читалось беспокойство, не о ситуации в общем, тревога о чём-то своём. — Отдалиться от солнца, или приблизиться?

— Приблизиться. — ответила капитан.

— Хорошо, не люблю холод. — с облегчением выдохнул солдат, он был слишком не сдержан, эмоционален и Макса посетила мысль, как этот человек стал военным, и как он до сих пор не попрощался со службой.

— Кать, — обратилась Мария и тон её смягчился. — Если сделать иглы для игломёта из амо?

— Да. — коротко ответила та, кивая подтверждая правоту хода мыслей командира.

— Тогда займитесь делом.

— Сделаем. — ответил Макс и вышел из кабины пилота, химик следовала за ним.

— Справишься? — спросила Мария и подойдя положила руку на плечо солдата.

— Не сомневайся. Обеспечьте БК, а остальное за мной.

Инженеры вошли в грузовой отсек. Слева, в ящике с открытой крышкой, откуда ранее были извлечены скафандры, между разного размера запаянных пакетов, в прозрачных боксах из тонкого прозрачного пластика, лежали четыре перчатки, пронизанные проводками соединяющие датчики на пальцах с дисплеем на тыльной стороне ладони.

— «УУНП-К», — прочитал на боксе Макс взяв его в руку. — «Устройство управления нано-пылью, комбинированное. Российский оружейный завод, 4-й филиал, г. Тула» Слышишь, нам комбики достались, я такими ещё не работал. — обратился он к Кате.

— Перчатки хорошие. — ответила она, оглядывая гроздь баллонов занимавшую половину помещения. — А муравьи все двухфракционка, сильно не разгонимся.

— Зато вечные. Внуки наши будут ими ещё управлять. — пытаясь завести беседу проговорил парень, только сейчас заметив, что все баллоны разного оттенка и блеска.

— Угу. — тихо ответила она. — Вечные, до тех пор, пока не дашь команду грызть породу, состоящую на тридцать процентов из амо.

— Да, это может стать проблемой.

— Это уже проблема. — не глядя на него добавила Екатерина.

— Нужно выбрать подходящую руду, основу для работы. — словно извиняясь молвил он, направившись к двери.

— Нет. — обрезала девушка. — Руда не понадобиться.

Глава седьмая. Охота

— А не дурно вы придумали, пустить шкуру червя на иглы. — произнёс Костя, ступая по серым камням, всё время всматриваясь в пыльный потолок подсвеченный с одной стороны горизонта. — Да и вторая пушка тоже не помешает. Пользоваться умеешь?

— Да. — думая о своём ответил Макс.

— Ну знаешь, хочу понимать с кем на дело иду, а то я тебе спину доверю, а ты в кабана с метра попасть не можешь, ну к примеру, и всё, тю-тю. Проковыряют в спине моей дырочку, а мне с ней жить будет трудно, не сомневайся. Я вот что думаю, хорошо, что они ночные, мне было бы не по себе, знай я что в любой момент может появится эта тварь.

— Уныло здесь. — ответил инженер, оглядывая округу, серые камни, тянущиеся до таких же цветом скал. Кое где виднелись бордовые листья одиноких кустарников, семена которых были выброшены ветром дальше чем им хотелось бы. Туда где нет ни подходящей почвы, ни достаточного количества влаги, туда где они будут вести отшельническую жизнь до тех самых пор пока не найдётся ещё одно такое же крепкое зёрнышко, которое прорастёт рядом, несмотря ни на что. Маленькие островки растительности на каменном поле, маленький маяк жизни в бескрайней пустоте.

— Уныло, это конечно верно. Был бы здесь магазин, я бы из запоя не выходил.

— Смешно. — не улыбнувшись ответил Макс.

— Камышев, Кошечкин, — послышался голос Марии в динамиках скафандров. — Как вы там?

— Овечкин я. — тихо возразил солдат. — Но для тебя кэп, я буду котиком.

— Как там у вас? — повторила она, не обращая внимания на слова Кости.

— Всё нормально, — ответил Максим. — Подходящих мест не нашли, боюсь придётся отбивать ту пещеру.

— Плохо. — помеха исказила голос майора. — Зато у нас есть хорошие новости. Вода в реке, немного повышены показатели хлора и кучи минералов, но, если не боитесь камней в почках, её можно пить даже без очистки.

— Я бы не советовала этого делать. — послышался голос Кати. — Не разумно.

— Да-да, сказала та, кто выскакивает на поверхность неизвестной планеты, не придерживаясь плана и строгих предписаний. — голос Макса был наполнен игривой критикой. — Могла и нас между прочим угробить.

— Извините. — тихо ответила химик.

— Да ладно тебе. Не переживай так. — проговорил Костя. — Чё там, рыба водится? Так хочется сожрать что ни будь окромя этих проклятых таблеток.

— Я работаю над этим. — ответила Катя.

— Я смогу там приземлиться? — спросила Мария. — Подобрать вас смогу?

— Никак нет, босс. — ответил лысый. — Куча валунов вокруг, есть риск повреждения корабля, нам это не к чему. Зачем мы только одели эти скафандры, только мешают.

— Радуйся, что гравитация ниже земной. — ответила командир. — На Земле с ума сошёл бы уже. Ладно, возвращайтесь, отправимся в гости к четырёхлапым.

— Принято. — ответил Максим разворачиваясь.

— Босс, я лечу к тебе на крыльях, не сомневайся. — произнёс Костя.

— Не сомневаюсь. — ответила та.

Через час с небольшим, парни стояли в пятидесяти метрах от входа в пещеру, чёрный след, застывший на камне, обозначал их маршрут бегства, когда они тащили за собой тушу с таким трудом сваленного монстра.

— Ну, ты готов? — спросил Костя разминаясь. В голосе его звучал детский азарт, словно он собирался сунуть петарду в муравейник.

— Не знаю. — ответил инженер. — Может стоило снять скафандры, мы как слоны в посудной лавке.

— Исключено. — послышался голос майора в динамике. — Это единственная ваша защита.

— Прошлый раз она мне не сильно помогла, тебе не кажется? — спросил Макс и в голосе его проскочила нотка упрёка.

— Кать, объясни пожалуйста. — не пытаясь оправдываться ответила Маша.

— Всё дело в их пищеварительных органах, — послышался голос химика. — Если пещера без должной вентиляции, а так оно и есть, есть угроза надышаться парами кислоты. Если вы подстрелите одного, или десяток, то не страшно, а если вы продырявите сотню? В любом случае лучше перестраховаться.

— Принято. — удовлетворившись ответом произнёс инженер-механик. — Ну, какие будут приказания?

— Да чего там? — улыбнулся солдат и нажал кнопку на панели левой руки, его костюм выполнил герметизацию. — Всё просто, стреляй во всё что шевелится, кроме меня конечно. Если иглы не подведут, я и сам справлюсь, ты не сомневайся. Но если как в прошлый раз, то прикрываем друг друга и уносим ноги. Не переживай, на месте разберёмся.

— Тебе совсем не страшно? — спросил Макс выполняя герметизацию.

— Нет, не страшно. И могу сказать почему. Они не разумны, а значит ждать от них чего-то эдакого не приходится. Всё будет нормально, не переживай. Главное, чтоб оружие не подкачало.

— Не подкачает, — ответил инженер, сжав в руке новенький, сделанный из стойки капсулы для сна, игломёт. — Простая физика.

— Уговорил. — ответил Костя и шагнул вперёд. — Давай за мной, держимся рядом.

Два плотных луча света рассеивались по сторонам, освещая волнистые стены. В начале, первые метров тридцать, высота потолка была около трёх метров, теперь она начинала постепенно расти, вместе с ней, пещера разрасталась и в ширь.

— Стой. — тихо произнёс военный. — Смотри, метров десять впереди, по левой стене, под потолком.

Максим остановился и взглянул в указанную точку. В стене, из круглого отверстия, в пол метра диаметром, торчали две лапы, упираясь когтями в камень, сохраняя возможность в любой момент выскочить из укрытия.

— Я бы не заметил. — прошептал инженер.

— Плохо. — ответил тот прицеливаясь.

— Ребята, что у вас там? — совсем не командирским, а скорее голосом взволнованной матери, произнесла майор.

— Всё в порядке. — ответил Костя, сгусток энергии с иглой внутри вылетел из ствола и угодил точно в лапу твари, чуть выше сустава. Конечность отлетела, существо вылетело из укрытия и рухнуло на пол в центре прохода. Из-за отсутствия одной лапы, оно несколько раз завалилось на бок, и лишь с третьей попытки смогло удержать равновесие. Игла влетела существу в бок, заставив его снова упасть и содрогнуться. — Работает ваша разработка. Проблем не будет. Давай потихоньку.

Макс бегло осмотрел труп. Огромный опарыш, с металлической чешуёй и множеством маленьких лапок, не считая основных.

— Если такого на крючок, — проговорил инженер всё так же шёпотом. — Как думаешь, какого карася поймать удастся.

— Большого Макс, большого. Главное чтоб его сожрать можно было. А ты чего шепчешь? Катюха же сказала, что они глухие.

— Мало ли, — ответил тот. — Слышишь?

— Слышу, — Костя прижался к стене, Максим машинально стал двигаться к противоположной. — Ты куда? Ко мне давай, не хватало ещё друг друга подстрелить, скорее! Впереди поворот, здесь хорошее место.

Инженер подошёл к военному и направил ствол в сторону надвигающейся угрозе, Костя присел на одно колено, его уверенность, отсутствие волнения и лишних движений вселяло в инженера надежду. Да, не так давно он струсил, он, возможно, был готов набросится на них, лишь бы отправиться домой в ту же минуту, но страх на него нагоняла ситуация, с которой он не мог совладать. Он не мог заставить планету изменить орбиту, или заставить звезду, местное солнце, греть тише. А здесь была другая ситуация, Максу даже показалось что вояка чувствует за собой вину, за своё малодушие и теперь изо всех сил пытался доказать обратное, проявить свою храбрость.

— Ребята, как вы? — прозвучал голос Маши, слова сорвались в сухой хрипоте.

— Не сейчас мама. — ответил Костя. — Всё хорошо, как измениться, ты услышишь.

Первые жители пещеры выскакивали малыми группами, по двое, по трое. Все они бежали по полу, и лишь на поворотах, в прыжке могли оттолкнуться от стены и перепрыгнуть через бегущего впереди соплеменника, спеша на бойню. Максим стрелял, он не понимал попадает ли он, или это заряды военного сваливают тушки одну за другой десятками, но по правде ему это было безразлично, главное, что эти твари не успевали добраться до них. Через несколько минут, цокот когтей усилился, слился в единый звуковой фон и наполнил пещеру, эхом отражаясь от голых стен.

— Вы сколько игл выточили? — с неким сомнением спросил Костя.

— У тебя три тысячи, у меня полторы. — ответил Макс, вглядываясь вперёд, ну уже меньше. Хватит?

— Не сомневайся. — не уверенно ответил тот. — Ты коси большие пачки. — выстрел, четырёхлапое создание посунулось под стену. — Вырвавшихся одиночек, я возьму на себя. — ещё два выстрела, ещё два трупа. — Договорились?

— Так точно. — ответил инженер, вжимаясь плечом в камень, пытаясь таким образом сгладить дрожь рук.

— Не бзди строитель, я с тобой.

Волна хлынула ровным, блестящим потоком. Их были сотни, разных размеров, самые маленькие не больше кошки, самые большие не превышали размера той особи, которая пару дней назад ранила Макса.

— Твою мать! — заорал вояка и иглы полетели сплошной полосой, выкашивая первые ряды. — Огонь. Огонь! Огонь!

Они заливали существ сгустками энергии, несущих в себе тонкую, маленькую иглу, обладающую ужасающей силой. Тела, бьющиеся в предсмертной агонии, сцепляясь лапами, образовывали плотину, приближающуюся к парням. Двадцать метров, восемнадцать, пятнадцать, десять… Чуя откуда исходит угроза, четвероногие принялись прыгать, они отталкивались со всей силой, направляя свои крепкие тела вперёд. Они сталкивались в воздухе, сопровождая данное действо глухим звоном, после чего бились об стены, о потолок, падали на пол и прижимаясь к противоположной от людей стене, пытались проскочить мимо. После такого столкновения в воздухе, одна из тварей отлетела в сторону, и падая выставила лапу-коготь, пытаясь оттолкнуться от стены. Металл пробил костюм, пройдя сквозь икру инженера.

— А-а-а! — заорал тот, ожидая что существо потянет его, швырнёт в центр прохода где его размолотят в фарш сотни острых лап, смешивая его тело с бронированным скафандром, превращая в однородную жижу. Этого не произошло. Тварь оттолкнулась от стены, отлетела в сторону и сделав ещё один мощный прыжок, направилась к выходу. Металлические тушки проскакивали мимо, пытаясь огибать участок от которого расползалась смерть.

— Они не атакуют. — пропуская основной поток существ произнёс Костя, отстреливая только тех, кто явно двигался на них.

— Вижу, они нас боятся.

— Ты только не расслабляйся, понял. — делая очередной выстрел произнёс солдат.

Поток закончился так же внезапно как и начался. Цокот стал отдаляться и стих окончательно.

— Тварь, почему опять меня? — сползая по стене, спросил Макс.

— Что там? — дрогнул голос Марии в динамике.

— Штатский ранен, — ответил Костя осматривая сплетающихся в волну тварей, постепенно лишающуюся последних признаков жизни. — Показатели загрязнения воздуха не критичны, сейчас снимем с него костюм…

— Нет. — перебила Мария, уверенность и твёрдость возвращалась к ней. — Возьми клей, и заклей сквозь отверстие в скафандре.

— Есть кэп. — ответил тот и присев стал осматривать повреждённую ногу. — Следи чтоб никто нас не сцапал. А ты везучий, второй раз, и второй раз мимо кости. Нужно будет с тобой в казино наведаться. Ты как, азартные игры любишь?

— Любил. Раньше. — ответил Максим, глядя как коричневая субстанция выдавливается из пакетика, перекрывая возможность крови покидать его организм.

— И что случилось? — не унимался воин.

— Проигрывал часто. Не понравилось.

— Это бывает. Ты просто шёл с целью выиграть, так в казино ходить нельзя. Идти сможешь?

— Да. Дай мне минуту, обезболивающее подействует, и двинем дальше. — инженер изучил данные панели на руке. — Кислотность повышается.

Парни аккуратно расчистили себе путь, это заняло намного больше времени чем они планировали. За углом пещера постепенно разрасталась, становилась шире и выше, так продолжалось пока за очередным поворотом, ход не превратился в овальную комнату, зал высотой в десяток метров и диаметром все пятьдесят. Стены пещеры и комнаты были перфорированы, углубления до полутора метров были практически на каждом квадратном метре, но все они были пусты. Слева, в десяти метрах от входа, виднелся ход, плавно уходящий вниз.

— Нужно осмотреть. — голос Кости был сосредоточен, но в нём перестали прослеживаться нотки азарта, присутствовавшие до этого.

— Что это? Вода? — инженер осмотрел стену справа от себя. В метре от входа, из стены выходил кусок трубы, выполненный из скалы, диаметр его был не более десяти сантиметров. Труба загибалась вниз, и льющаяся из неё вода попадала в вырубленный в скале желоб в пол метра шириной. Максиму вспомнилась ферма его родителей, не далеко от Коломны, из подобных корыт они поили скот. Через несколько метров, каменный лоток вгрызался в скалу и поток воды исчезал в глубинах камня.

— Странно, не находишь? — спросил Костя, не опуская игломёт. — Будь готов, подозреваю будут ещё сюрпризы.

И сюрпризы были. У дальней стены, свет фонаря осветил ещё одного, последнего представителя хозяев пещеры, бывших хозяев. Эта штука имела восемь основных, двухколенчатых лап, метра в три длинной, огромное брюхо червя было раздутым и казалось вот-вот лопнет. Главным же отличием от остальных, был цвет существа, оно было чёрным, без малейшего намёка на металл.

— Что оно делает? — спросил, костя остановившись в двух десятках шагах.

Существо, никак не реагируя на пришельцев, поглощало небольшие, размером с кулак взрослого человека, шары, залитые голубоватой, прозрачной слизью. Оно выглядело словно икра, только икра чертовски крупной рыбы. Сквозь истончившуюся кожу существа уже виднелись полушария до предела растягивавшие истончившуюся кожу, но существо не останавливалось, методично заглатывало сферы, пытаясь повернуться так чтоб закрыть икру от взора чужаков.

— Оно что, жрёт яйца? — спросил Костя и прицелился.

— Стой. — остановил его инженер. — Оно не ест, мне кажется оно пытается их спасти, спасти своё потомство.

— Тогда точно нужно завалить.

— Нет. Они ранили меня случайно. В любом случае, с таким брюхом, я не думаю, что она опасна.

— Она? — спросил Костя, он опустил оружие на уровень пояса, но держал его наготове. — Думаешь это матка?

— Глупый вопрос, не кажется?

Ждать пришлось не долго. Не прошло и десяти минут как последняя сфера была спрятана в утробе огромного паукообразного существа, и оно медленно, не способное оторвать живот от земли, посунулось к выходу, словно понимая, чего хотят от него захватчики, а может просто почувствовав, что здесь уже не безопасно.

Когда парни уходили из пещеры, у самого входа, на линии отмеченной дневным светом, стояла матка, прижавшая своё распухшее, словно у коровы объевшейся лебеды, брюхо, к стене. На улице, за пределами тени убежища, валялись тела её сородичей, или детей, точно утверждать никто не мог. Максим бросил на тушки оценивающий взор, погибли те, которые были уже ранены. Быть может, подумал парень, свет местного солнца для них губителен, но они могли преодолеть некое расстояние будучи в добром здравии, но при наличии кровоточащих ранений, эта задача оказались для них не по силам.

— Не трогай. — тихо проговорил инженер. — Мне… в общем не трогай.

— Уверен? — спросил Костя, крепко сжимая смертоносное соединение пластика и металла, с инопланетным кристаллом, выполняющим роль реактора, роль пружины, преобразовывающей мысли человека в действие.

— Да. — тихо ответил Макс.

Бонус: Миссия маяк. Ч4

Глава восьмая. Сорок четыре дня до…

— Заметка, не знаю зачем, но решила записать. — проговорила Мария, сидя у панели управления челнока. — Сорок четыре дня до выхода планеты из зоны обитаемости. Сегодня мы приступили к обустройству зоны. Локация выдалась, как мне кажется, весьма удачной. Пещера полностью подходит для проекта и по габаритам, и по защищённости. Если брать в расчёт процент наличия металла амо в здешних породах, камнях… да во всём в округе. Чтоб создать такую пещеру искусственно, нам понадобилось бы не менее года, и запас нано-пыли, который в разы превосходил бы имеющийся. Успех миссии, я оцениваю примерно в семнадцать процентов, жаль это займёт больше времени чем я могла надеяться. Коротко, что могу сказать о команде… — она задумалась, ей хотелось донести как можно больше информации в этом коротком докладе, но мысли её путались. — Зря на неё взвалили это бремя. — подумала она. Она задумалась почему ей доверили такую важную миссию. Быть может потому что она ручной военный, разделявший более идеи корпорации, нежели желание бряцать оружием и дырявить на своём пути всё что не похоже по параметрам на человеческую особь. Она была майором, но за что ей присвоили это звание? За то, что она, словно курьер, доставляла грузы, или пассажиров из точки а, в точку б? За то, что она, наплевав на личную жизнь, сжигала свои годы в прыжках? Разве работа водителем является предлогом для очередных звёзд на погонах? Мысли захлёстывали её. — Соберись! — приказала она себе и глубоко вдохнув, продолжила:

— Что касается Овечкина Константина, он весьма неплохо справляется с отведёнными ему заданиями. Он весьма удачно, — повторилась она. — справляется с возложенными на него обязанностями по охране нашей маленькой общины. Да, воевать, после встречи с личинками на лапах, не с кем, но я уверена, что он будет готов решить любую проблему с неприятелем, появись он на нашем горизонте. Екатерина с головой ударилась в синтез. Из останков жителей пещеры, благо их у нас в достаточном количестве, она с помощью био-ванн, изготовленных в кустарных условиях, производит для нас несколько видов кислот, уверяя что именно эти вещества помогут нам выполнить задачу. Хочу добавить, что с помощью муравьёв, прости Семёныч, знаю ты не любишь, когда так называют нано-пыль, она из плоти тех же недопауков и местных растений, сумела создать что-то вроде питательной пасты. По вкусу она напоминает паштет, из сети кафе быстрого питания «Буратино», гадость ещё та, но после недель на таблетках вместо еды, данное блюдо кажется кошерным. Отдельно хотела бы сказать о Камышеве. Максим принялся к реализации приказа, он пытается создать ворота, которые перекроют вход в нашу пещеру, не давая местной звезде поджарить нас в момент икс. В запасах у меня есть немного взрывчатки, если дела пойдут плохо, я взорву проход, надеясь, что завал не будет слишком крупным, и не похоронит нас заживо, не давая возможности выбраться. Мысль о том, что высокие температуры могут повредить челнок, так же посещают мою голову, но я понимаю, что это бред. Моё присутствие в челноке активировало бы силовую броню, и корабль, скорее всего, переживёт этот апокалипсис, но… мне кажется это всё бессмысленно… деда, я боюсь, что мы не переживём это всё. Я боюсь оставаться под защитой тысяч тон местных скал, боюсь, что челнок будет уничтожен, боюсь, что я сгорю вместе с челноком. — она постучала пальцами по пластику панели, в груди саднило и дыхание срывалось. — Я пытаюсь не проявлять страх перед ребятами, но они чувствуют, они всё чувствуют…

Максим стоял у стены, на мониторе его перчатки были высвечены чертежи сложного механизма, с большим количеством рычагов и противовесов, и всё это он планировал воплотить в жизнь в ближайшие дни.

— Может послушаешь Катюшу? — спросил Костя, положив металлические ёмкости на пол, где уже лежали около дюжины разных размеров и цветов баллонов. На нём была точно такая же перчатка, как и у Макса. — Она обещает, что уже к вечеру соберёт примитивный аккумулятор, а части для подключения ректора будут готовы через пару недель.

— Мне бы хотелось минимизировать потребление энергии. — ответил Макс увеличивая не понравившийся ему узел и листая другие варианты, предлагаемые нейросетью перчатки. Да сейчас она была отключена от общей сети, но хранилище данных, имело сотни и тысячи вариантов решения практически любой поставленной задачи.

— Реактор почти вечен. — поднял бровь вояка так высоко что лобные морщины попытались добраться до его лысины. — Я конечно не семи пядей во лбу, я может вообще без пядей, но я-то понимаю, что мощность реактора в десятки раз превышает необходимую для проекта, так зачем нам экономить?

— Так нужно Костя, так нужно. С инженерной точки зрения ты прав, а вот с военной ошибаешься.

— Не понял. — Костя замялся и послабил хват перчатки, сильно передавившей ему предплечье. — Поясни. Чё это я с военной точки зрения не прав? Я хоть и рядовой, но кое в чём кумекаю, ты не сомневайся.

— Поясняю. — не отвлекаясь от экрана, ответил Максим. — Маяк который мы планируем здесь возвести, должен быть скрытым от чужих глаз.

— Кроны? — спросил Костя?

— И они тоже. Сложные механизмы потребляющие любой вид энергии так или иначе можно отследить, уловить. Поэтому я не повешу здесь ни единой лишней лампочки, без острой на то необходимости. — лицо Макса исказилось, словно он увидел что-то уродливое, уродливым, по его мнению, оказалось предлагаемое перчаткой решение очередной задачи.

— Так маяк будет пульсировать, отправлять сигнал. — Костя растеряно смотрел на товарища. — Его по этим сигналам найдут, лампочки им точно не нужны.

— Не найдут. Сигнал отправляет планета, даже сейчас. С помощью него мы здесь и оказались. Мы лишь наложим на её сигналы нужную нам информацию, в виде слабых шумов, помех, столь незначительных, что найти их будет сложно даже тем, кто знает, что и где искать. Да! — инженер радостно сжал кулак левой руки, заставив костяшки побледнеть. — Это то что нужно. открываем муравейники.

— Да шеф. — ответил Костя и принялся отвинчивать крышки на металлических ёмкостях. Содержимое капсул тут же высыпалось на землю и растекалось по земле ровным серым слоем. — В сумме четыреста десять кило, ты говорил нужно пару тонн, да?

— Ага. — улыбаясь ответил макс и подвёл перчатку к полу. Серая масса пыли качнулась и потянулась к центру, это выглядело словно видео равномерного таянья масла, включённого в обратном порядке. Макс посмотрел на заворожённое лицо Кости. — Что, никогда не работал с таким количеством пыли?

— Нет. Видеть, видел, а вот сам не работал, это не входило в подготовку. Никогда не привыкну к зрелищу, не сомневайся.

— Привыкнешь, через пару недель. — мелкие частицы под перчаткой инженера собрались в идеальный цилиндр в метр высотой и застыли, Макс быстро пролистал на экране показания и список задач, после чего нажал на надпись «выполнить». Идеальные линии цилиндра нарушились, словно щупальце из него потянулся отросток, дотянувшись до стены он принялся разбиваться тонкими ветвями, расползаясь в стороны и вверх. Сначала, это было похоже на хаотическое распространение неведомой заразы, пустившей корни на матовом камне, пытаясь отыскать возможность, щёлочку за которую можно будет зацепиться и прорости. Уже через минуту, движение нано-пыли упорядочилось, она очертила идеально ровные линии на стенах и на потолке, размечая собой контуры будущих врат.

— Теперь я понимаю почему их называют муравьями. — произнёс Костя, глядя на тонкую, дрожащую линию, вгрызающуюся в камень.

— Пойдём, отнесём баллоны Кате, ей цветмет не помешает.

***

— Заметка. — Мария сидела на капитанском кресле и вид её был встревожен. — Тридцать три дня до выхода из зоны выживаемость. У нас наметились проблемы, главная это амо, этот металл и благодать и проклятье. За одиннадцать суток, постройка врат выполнена на четырнадцать процентов, и это при условии, что я отдала Камышеву почти четыре тонны пыли. Я проверила проект врат, Максим выбрал может не самые лучшие варианты, но точно одни из самых быстрых в постройке. Мы не успеваем в срок, мне придётся подготовить план «Б».

— Ты звала? — спросил Макс выходя на свет из мрака пещеры. Следом за ним вышла и Катя.

— Да, — ответила Мария, ощупывая стену. — Нам нужно заложить взрывчатку, и рассчитать силу взрыва, чтоб с одной стороны защититься, а с другой, чтоб мы смогли выбраться, позже, когда температура упадёт.

— Без проблем. — ответила инженер-химик, пойду займусь расчётами. — Через четверть часа буду готова.

— Странная она, тебе не кажется? — спросил Максим, как только убедился, что, Катя его не услышит.

— Не знаю, Косте вроде нравится. — майор пожала плечами.

— Косте нравятся все, у кого есть… — он прервал речь ухмылкой. — У кого есть женские, первичные половые признаки. А с Катькой он лишь потому, что ты дала ему отворот поворот. Твои первичные признаки его привлекают намного больше.

— Может быть ты и прав. Может и вправду ответить взаимностью, как считаешь? Мне кажется ты тоже был бы не против. — взгляд её был настолько без эмоционален что Макс не мог даже предположить, шутит она или говорит всерьёз.

— Ей бы в покер играть. — этого он не сказал. — Меня всё устраивает, и… а ты не боишься, что мы не сможем выбраться из-под завала?

***

— Новая заметка. — Мария потирала гелевый бандаж на предплечье левой руки. — Двадцать пять дней до потепления. Работы движутся медленно, причины вам известны. Нехватка элементов играет роль, но мы справляемся. Батоева, наш химик, выжимает в пробирку каждого червячка которого найдёт, но всё же очень остро стоит нехватка некоторых элементов. На этой чёртовой планете нет почти ничего. Я облетела её по условному экватору, голые камни, и может дюжина одинаковых оазисов с идентичной растительностью. Делаю предположение что оазисы эти искусственные, так как они полностью копируют друг друга. Взрывчатка заложена, необходимый минимум питания, был оставлен на челноке, все остальные запасы мы переместили в пещеру. Чистого запаса протеиновых таблеток, хватит почти на два года, а учитывая Катин паштет, времени у нас будет больше. Готовьте медиков, наши системы ЖКТ, будут не в лучшем состоянии, когда мы вернёмся.

Они сидели на камнях, размер которых позволял использовать их как стулья. По-над стеной, в двух дюжинах ванн трудились муравьи, разбирая на составляющие, на молекулы то чем хозяин решил их накормить, если такое определение уместно. Все ёмкости были разного размера, глубины и формы, Максим догадывался что так задумано, но уточнять подробности не стал.

— Я ознакомилась со списком элементов, который ты мне передал. — произнесла химик. — По большому счёту у нас есть всё, но придётся безвозвратно уничтожить одну из капсул сна. Единственное что я не смогу сгенерировать, это припой, такого типа как ты требуешь.

— В чём загвоздка? — спросила майор, взгляд её был полон вопросов, было видно, что она пока ни черта не понимает.

— В золоте. — ответила Катя. — Этого металла навалом на любой планете, на любой кроме этой, здесь его нет, от слова совсем. Но я смогу сварганить замену, какую ни какую.

— Так, — подняла руку Мария, строго, нервно. — В чём собственно вопрос?

— Я хочу сделать мини установку программирования пыли. — ответил Максим и глаза его с интересом запрыгали между лиц друзей.

— Дерзко. — кивнула Катя. — Среди материалов нет необходимого для электромагнита, и даже если бы это было в списке, их нет у меня.

— Ты смотришь под ноги, а нужно вверх. — улыбнулся Макс. — В корпусе корабля, имеется небольшое повреждение, его заштопали, но сделали это абы как, может и надёжно, но некрасиво, оставив внушительную раковину…

— Короче, — перебила его Маша. — Пожалуйста.

— Я сделал анализ набившихся туда песка и пыли. Там очень интересный состав, а главное, они обладают удивительным магнетизмом. Отправляю данные вам на терминалы. — Максим нажал несколько кнопок на панели перчатки, отправив заготовленный заранее файл.

— Так… — протянула Катя, принимаясь читать результаты анализа на дисплее. — Кобальт, никель, амо, куда же без него, палагонит, тектит, лантаноиды… весёленький список. — последнее время она редко улыбалась, но сейчас зацвела. — Мне нужен такой песочек.

— А как вы собираетесь его достать? — спросил Костя, глядя на то как нано-пыль, в одной из ванн, разбирает на запчасти тушки убитых им опарышей переростков. — Уверен у нас нет такого сачка, не дотянемся. Кстати кэп, как рука?

— Лучше, но ещё раз уронишь на меня что-то тяжелей тюбика с паштетом, я тебя домой не возьму.

— Я исправлюсь, не сомневайся. — ответил Костя и замолк на полуслове, по нём было видно, что он хочет ещё что-то добавить, но словно опасался открыть рот.

— Что-то ещё? — глядя из-под лба, спросила Мария.

— Да… — словно провинившийся ребёнок ответил тот. — Не знаю на сколько это поможет, у меня есть семнадцать грамм золота.

— Неужели? — спросила майор. — Разве я не приказала избавиться от побрякушек?

— Готов принять наказание, понести ответственность, сразу при возвращении на Землю. — только теперь стало ясно, его не страшил факт нарушения приказа, он просто не хотел расставаться с цепочкой, как ребёнок с любимой игрушкой.

***

— Заметка… семь дней до выхода из зоны комфорта. Мы с Максимом изготовили металлическую корзину, приспособили её к крыше челнока и поднялись в песочно-каменный кожух. До сих пор не могу понять, как свет местного солнца пробивается сквозь этот плотный слой, и проникает к поверхности? Нашим сачком мы смогли поймать внушительный объём камней разного размера. Вес у этой штуки отрицательный, и она постоянно пытается взмыть в небо. Катерина очень довольна их составом, остаётся лишь надеяться, что нам хватит ресурсов чтоб выполнить проект.

Маша переступала через валявшиеся конечности убитых обитателей, лапы интересовали химика в последнюю очередь, и она оставляла их в проходе, отделяя от них тела. Пот стекал по телу девушки, заставляя майку прилипнуть к хозяйке словно вторая кожа.

— Повышение температуры, сегодня ещё на два градуса. Духовка разогревается. — подумала она, и страх попытался превратится в слёзы, она задавила их, прикоснувшись к вискам указательными пальцами.

Войдя в зал, она, уже по привычке, подняла голову в верх. Там, под потолком, серая масса нано-пыли, разлагала на составляющие камни, неведомой силой вжатые в свод.

— Как успехи? — спросила она, подойдя к химику.

— Не плохо, — ответила Екатерина, не отрываясь от экрана на предплечье. — Даже хорошо. Установка, выполненная Максом, работает, эффективность её ниже положенного на сорок два процента, но честно говоря это чудо, что мы сумели воссоздать её здесь.

— Муравьи, создают себе подобных. — Мария погладила подругу по плечу, оно тоже было мокрым от пота. Сказать, что они сдружились было сложно, Катя держалась особняком, не подпуская никого к себе на близкое расстояние, откуда можно попытаться увидеть её настоящую, увидеть, что у неё в душе. Да она иногда проводила ночи с Костей, но это другое, это лишь потребность, способ отвлечься и снять напряжение, не более того. Мария знала, что они не подруги, но ей хотелось поверить в это, хоть не на долго, она в этом нуждалась. — Страшная перспектива, не считаешь?

— Да нет. — спокойно ответила та. — Восстания не будет, если ты об этом. Они не разумны, их мысли находятся здесь. — она постучала пальцами левой руки по перчатке на правой. — Так что беспокоиться не приходится.

— Как скажешь. Где ребята?

— Я нашла у реки земляные грибы, вроде трюфеля, только размером побольше, копаются, надеются разнообразить меню.

***

— Заметка. — Мария сидела на своём законном месте, в руке её был кусок мокрой тряпки, которой она тёрла шею и лицо. — Один день до выхода планеты из зоны обитаемости. Ворота в убежище не готовы, я поняла это давно, но смирилась лишь шесть дней назад, отдав приказ перенаправить всех муравьёв на производство новой нано-пыли. Возможно мы не переживём ближайшие сутки, и это… это страшно. Семёныч, дедушка, мне чертовски хочется домой, мы ещё можем улететь, бросить всё и выполнить прыжок, но команда решила рискнуть, мне даже не пришлось им приказывать. Хорошие они ребята. Передвигаться по улице стало сложно. Температура в тени достигла шестидесяти двух градусов, у нас есть скафандры, надеюсь они нам помогут. Ах да, мы сумели воспроизвести ещё пятьсот семь килограмм нано-пыли, дальше будет больше. Ну ладно, люблю вас. Передавай привет… — она замолкла. Маша понимала, что дед увидит эту запись в двух случаях, либо если она вернётся домой, либо если Маяк будет построен, надежда на одно и на второе была столь мизерной что всё казалось бессмысленным, но девушка заставляла себя верить.

Она вошла в пещеру, команда сидела у стола в свете тусклых фонарей, питающихся от реактора, на лицах их не читалась тревога, и это казалось странным.

— Всё хорошо? — сняв шлем, совсем по-свойски спросила Мария.

— Да, вроде. — ответил Макс. — Муравьи работают…

— Шеф, ты в порядке? — перебил инженера Костя. — На тебе лица нет.

— Жара, терпеть её не могу. — ответила она, уклоняясь от истинного смысла вопроса.

— А по мне лучше так. — покачал головой Костя и лысина его заблестела, отразив свет диодов, Максим только сегодня обновил его отсутствие причёски с помощью питомцев, если можно так назвать муравьёв, созданных из одного из самых крепких металлов в изученной вселенной. — Если бы здесь было минус шестьдесят, было бы гораздо хуже, не сомневайся.

— Кать, ты как? — спросила Мария вежливо улыбнувшись Косте, это была улыбка из разряда: мне очень интересны твои мысли, и я обязательно их выслушаю, но не сегодня.

— Я? — спокойно ответила девушка-химик. — Лентяйничаю. Я записала программу на управляющем устройстве. Как только освободится достаточное количество пыли, достаточно будет лишь запустить её выполнение, и всё будет сделано, конечно понадобится лёгкая корректировка в процессе, но минимальная. Мы сверялись с Максом, проект будет выполнен, и с учётом новой рабочей силы, мы сможем выполнить его за четырнадцать месяцев. Теперь вот, не чем заняться. Скучно. Надеюсь после бани планетарного масштаба, из земли повылазят какие-нибудь черви, в пол метра длинной. Я не против бы синтезировать кусок мяса.

Костя тут же вырвал у девушки право голоса и рассказал короткий, но весьма меткий анекдот, который строился на повторении слова скучно. Все засмеялись. Мария тоже смеялась, хотя в голове её крутился лишь один вопрос: — Не ужели они не боятся? — ей хотелось одёрнуть их всех, схватить за плечи и затрясти так чтоб взболтать их серое вещество, чтоб до них дошло что они летят прямиком в духовку, а может быть и в печь. Но она не сделала этого. Несомненно, им тоже страшно, но хорохорясь друг перед другом, скрываясь за пошлыми шуточками, травя байки, им легче переживать происходящее, а кто она такая, чтоб ломать их пусть и наивный, но нацеленный на удачу настрой.

Глава девятая. Душ

— Ну что, обратной дороги нет? — спросила Маша, сжимая в руке пульт детонатора.

— Переживаешь? — спросил Макс.

— Я привыкла к маленьким пространствам. — ответила она. — Эта пещера в сотни раз больше помещений кораблей, на которых мне пришлось летать, и всё же меня не покидает мысль, что это склеп.

— Не переживай майор, — спокойно произнёс Костя. — Даже если обвал будет больше запланированного, наши маленькие помощники справятся…

— Не сомневайся? — спросила Мария, и улыбка коснулась её глаз.

— Во-во, именно, не сомневайся. — он подмигнул.

— Я думаю нам не стоит этого делать. — тихо произнесла Катя, вглядываясь в свет в конце каменного рукава.

— Страшно? — спросил Макс.

— Дело не в страхе, — ответила девушка. — Эти растения, они не обладают стремительным ростом, я вела наблюдения, как здоровых, так и травмированных ростков.

— Ты это о чём? — голос Марии превратился в голос майора, стал жёстче, деловитее.

— То, что многим из них более пяти, семи, а может и десяти местных лет. А значит они с лёгкостью переживают местный катаклизм.

— Они приспособились? — спросил Макс.

— Нет, не думаю, вернее точно нет. — она пробежала пальцами по экрану на руке. — По моим данным, эти растения погибают при температуре около девяноста градусов по Цельсию. А это не опасная, как вы понимаете температура.

— Но все данные, — подняла указательный палец Маша. — Они говорят, что здесь будет ад.

— Я понимаю, — ответила Катерина, голос её, всегда робкий, зазвучал увереннее. — Так несомненно произошло бы, если бы на месте этой планеты была Земля, но ведь мы не на Земле. Полагаю, всё дело в магнетизме планеты.

— И что ты предлагаешь? — спросил Макс.

— Ждать. — ответила она. — Подорвать всегда успеем. Нет нужды делать это заранее.

— Я думала об этом, — ответила Мария. — Это разумно при постепенном повышении температуры, но если оно будет стремительным, даже не стремительным, а мгновенным…

— Не будет. — коротко ответил инженер-химик. — Впрочем решать вам, я своё слово высказала. — она похлопала по плечу Костю, и не спешным шагом двинулась вглубь тоннеля.

— Что думаете? — поинтересовалась командир, перебирая пальцами по миниатюрному пульту.

— Наверное она права, — ответил Макс, и Костя закивал.

— Хорошо. Подождём ещё немного.

Секунды растянутой вереницей складывались в минуты, минуты в часы. На стёклах скафандров, светились показатели температуры, последние сорок минут они держались на отметке в восемьдесят восемь градусов.

— Вы слышите это? — спросил Костя, наворачивая громкость восприятия окружающей среды.

— Это что? — зазвучал голос Макса в динамиках.

— Похоже на… — Мария замерла. — Дождь?

Пар ворвался в пещеру и, если бы люди были без защиты, вполне возможно он причинил бы им вред. Клубы подымались под потолок, где оседали конденсатом, после чего вода, освобождаясь от примесей, капала вниз. На мгновение температура прыгнула на пару градусов, и после этого упала до семидесяти девяти.

— Как это? — спросил Максим.

— Не знаю. — тихо ответила Катя. — Но хуже уже не будет. Я так думаю.

Дождь не утихал, и если первые часов пятьдесят он был грязным, то теперь он очистился, и оставлял на камнях абсолютно прозрачные лужи. Ещё через шестнадцать часов, температура упала до тридцати восьми градусов, Екатерина, давно уже освободившаяся от груза скафандра, сделала несколько тестов дождевой воды, после чего сбросила с себя одежду, оставив только нижнее.

— Эй, ты чего? — спросил Костя, удивлённо таращась на голые участки её тела.

— Пойду в душ. Советую вам воспользоваться моментом, горячая скоро кончится.

Они веселились как дети, крича друг другу что-то не связное, пытаясь перекричать гул дождя. Горячая вода смывала с них усталость, тревогу, и мысли о неминуемой гибели. Мария впервые за долгое время смогла по-настоящему расслабиться, не тревожась за дальнейшую судьбу её команды, за успех проекта, за будущее. Да впереди многие месяцы работы, но они начнутся завтра, а сегодня… сегодня ей просто захотелось отдохнуть. Она подошла к Максу, положила ладони ему на разгорячённые плечи, и он обернулся к ней. Она ждала что он её поцелует. Ранее они не позволяли себе делать этого на глазах у товарищей, хотя все и всё понимали. Вместо поцелуя, на который она рассчитывала, он толкнул её и заорал:

— В пещеру! Быстро! — в его глазах она читала испуг, настоящий, безудержный.

Он дёрнулся в сторону, схватил за руки Костю и Катю и потащил ко входу в убежище. Мария повернула голову, и руки её затряслись. В небе, на расстоянии видимости, плыл корабль. Плотная морось не позволяла рассмотреть его деталей, но ей этого и не нужно было. Даже в этих не чётких очертаниях, она узнала его, механическая оболочка, обтянутая плотью. Корабль самого страшного врага, корабль «кронов».

Они вбежали в пещеру, и первое действие Кости повергло всех в шок. Он, не натягивая штанов, схватил свой игломёт и направил его на Марию.

— Эй, ты чего? — спросил Макс, выставляя ладони вперёд.

— Я должен. — голос солдата дрогнул.

— Всё верно. — успокаивающе ответила Мария. — Путь домой, знаю только я, нельзя привести их к Земле. Всё верно.

— Но мы же не схвачены, мы не загнаны в угол, мы не знаем обнаружили ли они нас? Если электроника не работает на нашем челноке, то вполне возможно, что и их радары тупят. — голос Макса повысился на пол тона. — Мы можем улететь.

— Нельзя рисковать. — проговорил Костя, пятясь назад. — Прости Машка, у меня приказ, ты понимаешь?

— Всё нормально Костя, нормально. — ответила она.

Камень лёг на лысину, окрасив её в красный. Костя рухнул на пол, не издав ни звука.

— Так, — произнесла Екатерина, бросив окровавленный булыжник. — Какой план, мы сможем выскочить?

— Не знаю, — ответила майор и проверила пульс Овечкина. — Если сорваться немедля, быть может у нас будет шанс. Повезло ему, я думала готов.

— Хорошо. Тогда не теряем время. — бросил Макс и схватил Костю за ноги.

Максим забросил его сразу в капсулу для сна, небрежно намазав лысину медицинским клеем. Девушки уже заняли свои места в креслах, готовя челнок ко взлёту.

— Максим, займи кресло! — крикнула Мария, натягивая шлем на голову.

— Взлетай! — крикнул парень. — Я закончу с Костей сначала, потом пристегнусь.

— Хорошо. — ответила она, не заметив, как инженер выпрыгнул в проём закрывающейся двери.

Парень бежал по мокрым камням, поскользнувшись и чуть не улетев с обрыва, он всё же добрался до пещеры, влетел в неё и, схватив шлем скафандра натянул его на голову.

— Капитан Рудая, как слышно? — тяжело дыша произнёс он.

— Какого чёрта? — голос Марии прозвучал испугано, обескуражено. — Ты… ты что вышел?

— Да, всё нормально, я вас вижу. — он провожал взглядом, вздымающийся к природному потолку челнок, издававший лёгкое свечение, скрывающееся за плотной пеленой дождя.

— Оставайся на месте, мы сейчас вернёмся…

— Нет! — коротко, но очень настойчиво рявкнул он. — Нет. — голос его прозвучал тише, спокойнее. Рация захрипела тревожной морзянкой.

— Ты что удумал Камышев? — спросила Мария, но по интонации читалось, она всё поняла, поняла и приняла.

— Я взорву ход. Надеюсь меня не услышат.

— Дурная, дурная затея. — хрипы рации вырывали частицы слов.

— Знаю Маша, знаю. Вода в пещере есть, питания хватит на многие годы, я думаю… зря мы что ли в такую даль пёрлись? У нас почти всё готово, и я обещал себе, что доведу этот проект до конца.

— Макс… я… …аль… — хрипы не позволяли услышать, что говорит майор, но инженер надеялся, что, хотя бы она его слышит.

— Ты там передай Соньке… папе жаль, что он не попадёт на её день рождения… — хрипы в рации прекратились, тихий ровный шум поглотил эфир, связь была потеряна.

Эпилог

Быстрыми, на сколько позволял возраст, шагами, иссохший мужчина покрыл пол коридора, и без стука вошёл в декорированную под дерево, пластиковую дверь.

— Семёныч, сколько можно? — прозвучал голос тучного мужчины, сидевшего во главе длинного стола. Человек тридцать сидевших по сторонам, повернули головы к вошедшему.

— Годы уже не те. — пыхтя не от усталости, а от нетерпения ответил старик.

— О пенсии и думать забудь. Особенно теперь. — голос толстяка был доброжелательным и учтивым, он был явно в приподнятом настроении.

— Не дождётесь. — улыбнулся Семёнович. — Давайте к делу, я просмотрел данные, их немного, но это лишь первый сигнал, через сколько придёт следующий, мы в данный момент не можем знать, настройка маяка включает в себя тысячи факторов и все они связаны с параметрами и особенностями планеты. Но даже те крохи, которые мы получили…

— Се-мё-ныч! — давай к сути, а то не на пенсию пойдёшь, уволю с позором за затягивание времени.

— Если коротко, — ответил тот. — У нас есть маяк на перевалочной станции кронов. — сидящие за столом загудели.

Совещание длилось меньше чем он планировал, всего три часа с небольшим. Сейчас лучшие умы НИИ, РоссКОСа и всех его «дочек», будут изучать полученную информацию, анализировать, обрабатывать, строить планы. Кое кто не забудет сделать звонок на верх, с упрёком и ликованием напомнить, что он всегда был против закрытия данного проекта. После этого звонка, здесь появятся ещё добрая сотня мозговитых парней, и им тоже нужно будет всё предметно донести. Но пока они не приехали, у него ещё было время. он прошаркал по коридору, дошёл до двери с его именем на табличке и вошёл внутрь.

— Дед, ты меня до смерти напугал! — крикнула высокая светловолосая девушка и бросилась обнимать старика. — Так не делается! Позвонил, сказал дело жизни и смерти, попросил, чтоб приехала, задыхался в этот момент, а потом бросил трубку и не отвечал! — она трясла указательным пальцем, не скрывая своё недовольство.

— Я тоже рад тебя видеть Машенька, сядь. Сядь.

— Дед, ты меня пугаешь. — опустилась она на стул.

— Я посчитал, что ты захочешь это услышать. — он повернул к ней большой монитор и коснулся пальцем экрана. Видео не было, но из динамиков донёсся мужской голос:

— Меня зовут Максим Камышев, — прозвучал знакомый голос и глаза Маши округлились, старик поймал её взгляд и тихонько кивнул, отвечая на не заданный вопрос. — Заканчивается шестьсот семьдесят четвёртый Земной день моего заточения, и как мне кажется я справился. Мы справились. Надеюсь ребята вырвались, надеюсь смогут порадоваться услышав, что проект завершён. Радует одно, что если они погибли, если челнок был сбит противником, то я этого не узнаю. — глубокий мокрый кашель перебил его речь. — Мне пришлось доработать некоторые узлы, тяжело без химика, но спасибо разработчикам перчаток, она словно на подсознательном уровне понимает, чего я от неё хочу. Остро стала проблема нехватки некоторых элементов. Я переработал скафандры, лишние перчатки, баллоны, остатки капсулы для сна… всё до последнего винтика и тряпки ушло в переработку. Вчера я высыпал оставшиеся питательные таблетки, в них не так много нужных элементов, но это лучше, чем ничего. Я записываю это сообщение в надежде что мой план удастся. Возникла проблема с некоторыми деталями, некоторыми узлами. Мне нужен кальций. Чтоб получить нужный сплав, мне нужен кальций. — повторился он, голос его дрогнул. — Пару мелков с школьной доски… но это ничего. У меня есть неприкасаемый запас. Я знаю где точно найдётся нужный элемент. Я задал программу, муравьи выполнят остаток работ в автоматическом режиме и им не потребуется вмешательство человека. Надеюсь я всё рассчитал правильно. Если это сообщение достигло Земли, передайте Сонечке что я люблю её. Пусть простит папку за то, что не явился на дни рождения, прошлые, нынешний и будущие. — он вновь закашлял, дыхание его сорвалось и он с трудом продолжил: — Я жалею лишь об одном. Жалею, что не ответил на тот звонок, в тот день когда ступил на борт шаттла. Быть может если бы я ответил, я бы услышал её голос, пусть даже на заднем фоне, но я бы услышал голос моей маленькой доченьки… — было слышно, он рыдал, но сил на это ему не хватало. Мария подняла голову, глаза её застилали слёзы, а челюсть задрожала. — Передайте ей что папка сделал что-то важное, что-то стоящее в своей жизни. Передайте что у неё есть повод им гордиться. Или хотя бы не стыдиться… пожалуй мне пора, моя ванна готова. Знаете, всегда приятно принять ванну в конце смены.

— Максим Ка'мышев… знала такого, разгильдяй был, а потом такой проект отгрохал… его вклад, особый вклад. — произнесла Мария, и наполненная тоской улыбка коснулась её губ.

Content

Узник брошенной планеты

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвёртая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвёртая

Глава тридцать пятая

Глава тридцать шестая

Глава тридцать седьмая

Глава тридцать восьмая

Глава тридцать девятая

Глава сороковая

Глава сорок первая

Глава сорок вторая

Глава сорок третья

Глава сорок четвёртая

Глава сорок пятая

Глава сорок шестая

Глава сорок седьмая

Глава сорок восьмая

Глава сорок девятая

Глава пятидесятая

Глава пятьдесят первая

Бонус: Миссия маяк. Ч1

От автора:

Миссия маяк Пролог

Глава первая. Введение

Глава вторая. Длинное мгновенье

Бонус. Миссия маяк Ч2

Глава третья. Пункт назначения

Глава четвёртая. Планета

Глава пятая. Хозяин пещеры

Бонус: Миссия маяк. Ч3

Глава шестая. Особенность планеты

Глава седьмая. Охота

Бонус: Миссия маяк. Ч4

Глава восьмая. Сорок четыре дня до…

Глава девятая. Душ

Эпилог