Игра в Трудовика (Трудовик 4)

Глава 1

— Эй, хозяевау-у-у! — сложив ладони рупором, прокричал я в глубину темного узкого прохода. Положа руку на сердце, его и проходом-то назвать можно было с большой натяжкой. Скорее это был технический коридор. Хотя, коридор это слишком громко сказано. Больше подошло бы слово лаз. Узкий, низкий, едва ли в рост человека, с торчащими из стенок загогулинами и пучками проводов. Это явно не парадный подъезд и даже не черный. Загнали меня, понимаешь, в какой-то самый задний проход и в ус, если у роботов они все-таки бывают, не дуют. Где хоть какие-то зачатки гостеприимства, я вас спрашиваю? Или эта функция у Мехов тоже отстутвует напрочь в связи с невостребованностью? — Меня вообще кто-нибудь встречать собирается, мать вашу? Куда идти-то хоть, а?

Ответом мне была мертвая тишина. Это если конечно не считать отдаленное гудение каких-то непонятных механизмов. Впрочем, оно тут с самого начала гудело, так что его, я полагаю, можно смело в расчет не принимать.

По правде говоря, это я придираюсь. На самом деле все было не так уж плохо. Вопреки самым мрачным предположениям о жизни и быте Механоидов, воздух на их корабле все же имелся. Правда, определять это пришлось самым рискованным из доступных способов — снять шлем, так как простенький ремонтный скафандр никакими датчиками оборудован не был, но, к счастью, все закончилось благополучно. Убивать меня, по крайней мере, с помощью банального удушения, мехи явно не планировали.

Местной атмосферой я дышал вполне себе сносно. Если, разумеется, не принимать во внимание порядком затхлый воздух, до кучи жутко воняющий непонятной гарью, жженой пылью, каким-то болотом, канализацией, немытыми лошадьми, дохлыми кошками и помойкой одновременно. Нет, я понимаю, что машинам глубоко фиолетово на запахи, у них и носа-то, скорее всего, нет, как и обоняния в принципе. Но нельзя же, в самом деле, запускать собственные корабли до такой степени, что нормального человека при попытке все это вдохнуть будет наизнанку выворачивать. Вот это, уже просто ни в какие ворота не лезет.

А они еще, небось, борются за звание негуманоидной цивилизации высокой культуры быта! Тьфу! Не сдержавшись, я выругался, на всякий случай шепотом, зато от всей души смачно просклоняв хозяев корабля. Раз они меня не слушают, то хоть душу отведу. Однако, вслух сказал другое:

— Короче, — прокричал я в тоннель. — Вы как хотите, но я, пожалуй, тут подожду. Не нравится мне ваш корабль.

— Звуковой пакет синтезирован, — безэмоционально ответил мне неизвестный голос откуда-то сверху. — Массив благосклонен видеть особь Трудовик. Массив настоятельно рекомендует особи функционирование без сбоев. Массив готов принять к сведению корректировки от особи незамедлительно.

Ну, наконец-то! Хоть какая-то реакция на мои матюки.

— Это ты чего сейчас сказал? — опешил я, внимательно оглядев полутемное пространство вокруг себя. — И вообще, ты где, и кто такой будешь?

— Повтор сообщения: Массив благосклонен... — вновь принялся бормотать голос, но я его перебил.

— Это я уже слышал, приступай к следующему вопросу.

— Массив здесь. Массив — это самоназвание конгломерата цифровых интеллектов, которые представители разумных биологических видов называют Механоидами, — пояснил голос.

— Ага! То есть ты и есть СуперИИ, — предположил я. — Ну и зачем звал?

— Интерпретация неверна, — ответил он. — СуперИИ — это ваше обозначение центрального узла обработки данных, имеющего наивысший приоритет старшинства.

— Понятно, — кивнул я. — Проще говоря, СуперИИ — это твой начальник. А ты тогда кто?

— Запрос не распознан, — потупив пару секунд, выдал собеседник. — Уточните или переформулируйте запрос.

Вот тебе здрасьте! В кои-то веки столкнулся с представителем настоящей инопланетной цивилизации, причем высокоразвитой, гораздо более "высоко" чем я сам, а он на поверку оказался несколько туповат. На простой вопрос "ты кто такой?" и то внятно ответить не может. Мало того, даже самого вопроса не впитывает.

— Хорошо, — вздохнул я. — С кем я сейчас общаюсь? Ну, надо же как-то тебя идентифицировать? Назовись.

— Управляющий алгоритм один один нуль один нуль нуль нуль один один нуль... — затараторил голос.

Секунд на тридцать прослушивания комбинаций нулей и единиц меня еще хватило, но потом я не выдержал:

— Эй, любезный! Долго еще? Сколько там всего у тебя этих цифр в имени?

— Всего девятьсот тридцать четыре символа, — сообщил голос. — Перечисление прервано на двести шестьдесят втором. Продолжить перечисление?

-Пожалуй, не стоит, — попросил я. — А можно называть тебя как-то покороче? К примеру, чего у тебя в имени больше, нулей или единиц?

— Нулей — шестьсот тридцать семь, единиц — двести девяносто семь, — мгновенно подсчитал он.

— Ну вот, — обрадовался я. — Нулей там явно больше. Для краткости, назовем тебя Ноликом. Идет?

— Корректировка принята, — тут же согласился он.

— Итак, давай начнем с начала: как тебя зовут? — спросил я.

— Нолик, — отозвался голос.

— А меня — Трудовик, — представился я. — Ну вот и познакомились. А теперь скажи мне, Нолик, откуда ты вещаешь? То есть где ты в данный момент находишься?

— Неверный запрос, — бесстрастно сказал он. — Уточните точку отсчета.

— Давай относительно меня, — внес поправку я.

— Относительно особи Трудовик, Нолик находится вокруг, — лаконично сообщил он.

— О как! — опешил я. — То есть, если ты вокруг меня, получается что я внутри тебя? Выходит ты — это корабль?

— Нолик — алгоритм оперативного управления межзвездным боевым судном, выполняющим транспортировку особи Трудовик, — подтвердил Нолик.

— И куда ты меня транспортируешь?

— Данные закрыты, — обломал меня он.

Впрочем, на внятный ответ я не особо-то и рассчитывал. Вряд ли мехи будут вот так запросто открывать первому встречному координаты своего родного мира, центральной космической базы или где они там на самом деле обитают. Пусть по непроверенным данным врать машины не умеют, но ведь и просто отказать в ответе им никто не запретит. Как выяснилось, еще и заставить никто не может. Попробуй таких заставь, если их вся галактика боится как огня.

Вон как лихо бравые имперские вояки разбежались со своих больших и страшных космических кораблей, стоило только армаде мехов нарисоваться поблизости и погрозить манипулятором. Даже не попытались дать хоть какой-то отпор. Тупо похватали ноги в руки, а свитки с порталами в зубы и дали деру, так что только пятки засверкали.

— Ладно, — покладисто согласился я. — Этот вопрос пока замнем для ясности. Лететь-то хоть долго?

— В понятных особи Трудовик величинах, около трех стандартных земных суток, — ответил Нолик.

— Далековато, — прикинул я. — Ну и где мне прикажешь все это время тусоваться? Прямо здесь, около двери? Хреновый из тебя хозяин, раз три дня подряд хочешь гостя на пороге держать.

— Особь Трудовик не имеет статуса гостя, дипломатической персоны или торгового агента на данном транспортном судне, — последовал немедленный ответ. — Особь является особо ценным грузом. Директива: доставить в функционирующем состоянии не считаясь с ресурсными затратами и боевыми потерями.

— Выходит, груз я действительно очень ценный, — резюмировал я. — Так что же ты, псина электронная, директиву нарушаешь? Если и дальше так пойдет, я тут за три дня не то, что нормально функционировать не смогу, вообще околею нафиг. Вот тебя тогда твое начальство на нуль-то и помножит. Сечешь?

— Суть претензии неясна, — ответил Нолик. — Сформулируйте требования к содержанию.

— Даже пленников принято держать хотя бы в камере, а никак не на пороге, — сказал я. — А там хотя бы шконка, как правило, есть. Тут же у тебя и присесть-то негде. Тем более что и поклажу нормальные перевозчики на время полета на склад помещают, а не бросают где попало. И если багаж я все-таки достаточно ценный, то будь добр обеспечить соответствующие условия хранения. Желательно, близкие к идеальным. С нормальной для моего вида температурой, влажностью и вообще окружающей средой. Кстати, проветрить тут у тебя тоже было бы неплохо. Смердит — хоть святых выноси. Ты до меня кого возил? Дохлых орков?

— Пригодная для жизнедеятельности атмосфера внутри транспорта синтезирована согласно данным, полученным при анализе содержания воздуха родного мира особи Трудовик. Степень соответствия основного газового состава и количества примесей: девяносто девять целых девять миллионов девятьсот девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять десятимиллионных процента, — бесстрастно сообщил мне Нолик.

— Погоди-погоди... Ты хочешь сказать, что это у нас на Земле так воняет? — разозлился я.

— Неясна суть вопроса, — бесстрастно сказал тот. — Необходима более точная формулировка.

— Ладно, не важно, — отмахнулся я. — А ты можешь просто убрать все примеси из воздуха?

— Запрос удовлетворен, — сообщил ИИ транспортника спустя секунд десять, когда я уж было подумал что он просто проигнорировал просьбу, и меня тут же обдало со всех сторон потоками холодного воздуха. Только совсем не свежего, как я изначально предположил и на что был расчет, а скорее какого-то дистиллированного. Безвкусного, стерильного, мертвого.

Упс... Оказывается, это я совсем не подумав, ляпнул. Я имею в виду про примеси. Полностью очищенный от них воздух на поверку оказался даже хуже чем его предыдущий вонючий вариант. Тем хоть и с некоторым дискомфортом, но вполне можно было дышать. А этот не вызывал ничего кроме тошноты. В самом прямом смысле.

Мозг как мешком по голове трахнули. В первые несколько секунд я даже ориентацию в пространстве потерял. Меня зашатало, и я чуть не рухнул на пол, благо вовремя схватился за стенку. Что ж, такая реакция вполне объяснима. Разом потерять все обоняние оказалось чревато неприятными последствиями.

— Верни, как было! — поспешно попросил я. — Только уменьши концентрацию примесей раз в пять-шесть относительно прежней.

— Запущена обратная процедура, — охотно подчинился Нолик. — Применяю корректировку состава. Провожу фильтрацию и замену атмосферы. Запрос удовлетворен. Ожидаю субъективной оценки качества состава от особи Трудовик.

На этот раз все вышло как нельзя лучше. То, что на этот раз удалось изобразить искусственному интеллекту транспортника я, ничуть не кривя душой, с полной уверенностью назвал бы "свежим воздухом", который наконец-то можно было вдыхать без отвращения и брезгливости. Даже с некоторым удовольствием. Примерно таким же, как когда открываешь окно в душной комнате.

— Ты молодец! — похвалил Нолика я. — А что еще из подобного ты можешь сделать?

— Доступны любые структурные изменения в пределах корпуса, — сообщил он. — Синтез всех известных материалов и конструкций в рамках имеющихся в базах данных матриц.

— А нет ли в твоих матрицах таких чрезвычайно полезных в нашей ситуации штук как "человеческое жилище" и "пожрать"? — без особой надежды на положительный ответ и скорее по наитию, уточнил я. — А то я так понял, что каюты для экипажа у тебя тут не предусмотрены.

— Провожу поиск и сравнительный анализ. Человеческое жилище — найдено одна тысяча сто тринадцать вариантов. Привожу в порядке соответствия временной шкале и сложности синтеза: шалаш, спальная яма, пещера, землянка, хижина, изба...

— Воу-воу-воу! Тормозни! — поспешно перебил я. — Давай лучше с обратного конца начнем. А то пока доберемся до нормальных вариантов, уже сами успеем одичать.

— Дворец, небоскреб, замок, поместье, особняк, — принялся перечислять тот, но я опять его остановил вопросом:

— Что, прямо вот можешь целый дворец зафигачить или замок? — слегка прифигел я. — Я тут недавно был в одном дворце. В этом... как его там? А, вот, вспомнил! В Букингемском! Ты и его, в натуре, прямо тут можешь изобразить?

— Расчетные ресурсные затраты: семь с половиной процентов от массы корабля. Временные затраты: сорок семь часов по счислению особи Трудовик. Затраты энергии: пятьдесят миллиардов мегаватт. Синтез сооружения замедлит прибытие в точку назначения на восемьдесят пять часов, отозвался Нолик. — Начать репликацию?

Да-а-а... Похоже, придется как-нибудь без дворца обойтись в этот раз. Потому что если к этим затратам еще и "пожрать" добавить, то вместо заявленных трех дней, то уже получается что добираться до логова СуперИИ придется как минимум неделю, а то и две. А учитывая, что этого самого "пожрать" мне хотелось бы как минимум пару раз в день, а лучше все-таки три и желательно первое, второе и компот, то наши шансы вообще куда-либо прилететь начинают катастрофически быстро стремиться к нулю. А время полета соответственно с той же скоростью растягивается до бесконечности. Такой вот интеграл вырисовывается. Выходит, скромнее надо быть.

— Отставить репликацию, — четко скомандовал я. — Давай лучше что-нибудь не такое затратное подберем, на что не нужна хренова туча мегаватт и такая же уйма времени. Зачитывай что у тебя там, в середине списка. Только сразу время на постройку указывай, чтобы я хоть как-то сориентировался.

— Пентхаус, — монотонно занудел ИИ. — Длительность создания восемнадцать часов. Загородный дом, длительность создания восемнадцать часов. Таунхаус, длительность создания восемнадцать часов.

— Стоп-стоп-стоп! — в третий раз запротестовал я. — Восемнадцать часов, это куда как лучше чем двое суток, конечно, но я не готов столько времени ждать на коврике в прихожей. Давай что-то еще проще. Посередине между началом и этим твоим таунхаусом.

— "Хрущевка" — два часа сорок минут, "Брежневка" — три часа, "Сталинка" — три часа пятнадцать минут, — затараторил Нолик.

Ну да, в принципе все верно сказал. Это как раз и есть нечто среднее между землянкой и нормальным жильем. А судя по указанному сроку возведения, мехи в этом плане не сильно-то далеко ушли от советских строителей, а может и вообще порядком от них отстают. Те тоже такое, кажется, за пару часов возводили, судя по качеству работы еще и левой пяткой. И все это в условиях сильной нехватки ресурсов: без каких-либо мегаватт лишней энергии и применения космических технологий, с одной только лопатой наперевес и с помощью такой-то матери. И уж точно безо всяких там матриц.

По времени, конечно, вполне терпимо, но, только что-то особого желания гостить в таких апартаментах у меня не возникает. Даже всего на каких-то три дня, и то не хочу. В основном именно потому, что с детства с ними, а соответственно и с их многочисленными недостатками, очень хорошо знаком. Помыкался в свое время с родителями изрядно. Как говорится, кто знает, тот меня поймет. А потому, этот вариант я тоже забраковал.

Не то чтобы я был прямо противником советской архитектуры. В недавнем прошлом у нас так большая половина страны жила и особо не жаловалась. Но все-таки, если есть возможность повыпендриваться, то почему бы ей не воспользоваться?

В конце концов, мы с Ноликом сошлись на стандартном гостиничном номере класса "три звезды" с собственным санузлом, большой кроватью и мини-баром. Стоил он куда как дороже советской квартиры, но пять часов ради совсем не лишнего комфорта, я уж так и быть, как-нибудь потерплю.

С едой все оказалось куда как проще: к счастью, в базах корабля нашлись такие кулинарные достижения человечества как бургеры, картофель фри и газировка. Еда хоть и многими порицаемая, зато чрезвычайно удобная в моей ситуации, к тому же еще и достаточно сбалансированная: злаки, овощи, мясо, плюс вся таблица Менделеева... Чего в них только нет? А уж калорий там — мама не горюй! Так что над рационом можно не ломать голову, питался я в свое время и похуже. Как вспомню студенческие времена, так самому страшно, сколько вредной копеечной быстрорастворимой лапши в равных пропорциях с дешевым майонезом было мной уничтожено лично. И как только какую-нибудь хроническую язву желудка за эти годы себе не заработал? До сих пор удивляюсь.

Пообещав организовать доставку жратвы в течение часа, Нолик испросил разрешения прервать общения в целях экономии ресурсов и отвалил по своим делам. Мне это было только на руку. То, чем я собирался прямо сейчас заняться, во-первых, совсем не для его любопытных сенсоров, а во-вторых, все равно полностью отключит меня от собственного тела.

Пора было отчитаться своим о ходе операции, узнать как дела у них, а заодно протестировать как работает новая примочка.

Хорошая вещь — синхронизация. Это как возможность быть в двух местах одновременно, как бы сильно они не были удалены друг от друга. Ну, или почти одновременно: то есть физически здесь, а ментально там. Один только минус: пока я буду подключен к Ирин мое собственное тело будет валяться без сознания и соответственно какой-либо защиты. Почти что трупиком. Так что пользоваться этой новой способностью без ограничений не выйдет, как бы ни хотелось. Для начала придется отыскать безопасное место. Но даже эти не стоит ограничиваться. Кому-то по-любому придется меня охранять, чтобы враги на радостях мне голову не оттяпали.

Сейчас же с этой почетной миссией предстояло справляться Нолику и его флоту сопровождения, в чьих возможностях и рвении сомневаться не приходтся. Тут уж мне точно бояться нечего, раз с ресурсными затратами и боевыми потерями он считаться не будет. Слишком уж ценный я груз.

Итак, погнали!

"Меню, Пешка, Синхронизация".

Ослепительная вспышка света сменяется мгновением тьмы, и вот я уже открываю глаза в грузопассажирском отсеке (а другого, не считая пилотской кабины, отделенной весьма условной, как в автобусе, переборкой, у него в принципе нет) корвета, с которого сошел чуть менее часа назад. Работает ведь, зараза! Даже, несмотря на разделяющие нас световые года, а может быть уже и тысячелетия. И это просто капец как круто! Ну, теперь заживем!

Глава 2

Вот только что я был на транспортнике, а теперь меня снова окружают друзья. Причем окружают в самом прямом смысле, а еще и почему-то связан. И лица всех злые презлые, как будто они меня линчевать собрались. Вон, даже оружие достали. Что такое, мать вашу, тут происходит?

— Ничего особенного, — подала голос Ирин, лишенная возможности управлять этим телом, но все-таки находящаяся в полном сознании, на правах стороннего наблюдателя, если можно так выразиться. Я еще до конца не разобрался, как эта фигня работает, но синхронизация давала вот такой эффект. — Нас просто сейчас будут убивать.

— Стоило вас на пару часов оставить одних, — мысленно проворчал я в ответ, но вслух сказал: — Вы охренели что ли? Что такое, мать вашу, тут происходит?

— Ты смотри, — ухмыльнулся Жора, небрежно поигрывая Отступником. — Еще и придуряется! Вот же актриса! Все, она меня достала! Давайте ее кончать!

— Я пыталась их убедить, — пожаловалась адмирал. — Но, кажется, сделала только хуже.

Мой косяк. Толком ничего объяснить не успел и свалил на корабль мехов. Время, конечно, поджимало, но это меня нисколько не оправдывает. Впопыхах брошенная фраза "Верьте ей! Я вернусь и все объясню" видимо не оказала должного эффекта, а сработала в противоположном направлении. Ладно, сейчас разберемся. Если успеем.

— Так! А ну-ка все выдохнули и успокоились! — скомандовал я. — Никого мы кончать не будем. Сейчас я вам все объясню.

Голос, конечно же, был не мой, а Ирин. Ну, да, а каким ему еще быть, если голосовые связки, как и вообще все у этого тела ее? Умом я все это понимал, но по ощущениям это было настолько неожиданно, что я еле-еле сдержался, чтобы не вскрикнуть.

— Наслушались уже твоих объяснений, сучка, — раздраженно буркнула Марго. — Мозги запудривать ты умеешь не хуже своего коллеги Рата, это мы уже поняли. Зуб даю, это конкретно ты что-то такое сделала с Вадимом, что он добровольно в пасть к мехам отправился. Это гипноз? НЛП? Какой-то системный скил? Зачем тебе нужно было его убивать, да еще таким извращенным способом? А ну, признавайся! У-у-у, дрянь такая!

Воительница угрожающе замахнулась тем самым мечом, из-за которого весь сыр-бор и начался, но к счастью, по всей видимости, хотела только припугнуть. Прямо сейчас отрубать мне, а по ее мнению Ирин, голову, она пока не собиралась. Наверное, все-таки надеялась получить ответы на свои вопросы.

— Стыдно тебе, Маргарита Александровна, современному образованному человеку, педагогу со знанием четырех языков, не понимать, что НЛП так не работает. А гипноз вообще мало на кого действует, тем более в том, что касается вопросов сохранения целостности шкуры, — осуждающе покачал головой я. — Там скорее рептильный мозг работает. А он только на прямую угрозу реагирует или на совсем уж простые раздражители. И это даже у зомби работает, как выяснилось. Вот кода мы с тобой мутировавшего Оганесяна с его приятелем дубасили, я это и понял. Меня, здорового, вооруженного страшным топором мужика, они совсем не боялись, а вот когда ты на них выскочила с совсем несолидной трубой, которую мы потом вместе испортили, оба попытались деру дать, только не успели. А почему так произошло?

— И почему же? — заинтересовалась Марго. Ну, хвала Системе, кажется, диалог все-таки потихоньку налаживается! Еще бы ему не наладиться, если я последние свободные очки только что вбухал в "Убеждение". Случайно открытый, как мне когда-то казалось, полностью бесполезный навык, сейчас он был единственной моей возможностью сохранить жизнь своей пешки.

А я еще помнится, посмеивался над "возможностью убедить людей, которые вам доверяют, в совершенно очевидных вещах". Выходит, что иногда это не так уж и просто сделать.

— А потому что они по старой памяти жутко боялись молодую и в прошлом физически слабую девушку, лепившую им в дневники двойки за любой косяк, — пояснил я. — А учитель труда? Все время этих балбесов жалел и никогда ниже четверки не ставил, если хотя бы руки-ноги после занятий оставались целы. Я для них никакой был не авторитет. Теперь понятно, куда я клоню?

— Не совсем, — смутилась воительница. — К тому, что двойки ставить полезно для молодого бестолкового организма или к тому, что зомби стращать надо смолоду? И почему ты вдруг заговорила о себе в мужском роде? И откуда ты все это знаешь, про Оганесяна, про трубу и главное, про то, что я балбесам в школе двойки лепила без зазрения совести? Ах, да! Викторина же! Но я вроде бы ничего из этого не спрашивала? Или спрашивала? Нет! Точно не спрашивала! Это мог знать только Вадим. Тогда откуда? Копалась в его памяти, дрянь? Отвечай!

— Марго, очнись! — решил пойти ва-банк я. — Это я! Дай мне минутку и разобраться и поймешь все сама!

Внезапная мысль, как бесспорно доказать всем окружающим что я это именно я, только в теле Ирин, пришла мне в голову не случайно, а благодаря наводке самой же Марго. Стоило только ей напомнить про викторину, в голове как-то сразу, одним щелчком, кусочки до этого никак не решаемого паззла сложились в единую понятную картину.

А что случилось перед самой викториной? Правильно! Мне в интерфейс упало сообщение о задании, где русским по синему было прописано, кому, от кого и что. Если и есть какой-то способ обмануть в этом случае саму Систему, то никому из нас он уж точно не известен. Мне бы вот только еще узнать, как это делается? До этого самого момента, мне и в голову не приходило разбираться с выдачей заданий кому бы то ни было. Обычно все происходило с точностью до наоборот. Это они на меня сыпались как из рога изобилия, и каждый встречный поперечный, не считая саму Систему, непременно норовил какой-нибудь совершенно ненужный мне квест всучить. А я разобраться даже не пытался. Видел, что это есть и работает, но значения не придал. А зря... Вон Жора уже порядком нервничает. Сейчас шмальнет какой-нибудь дрянью некромантской и привет.

Вкладки, пиктограммки, ссылки, описания... Одним глазом наблюдая за друзьями, вторым я лихорадочно шерстил интерфейс, который с нашей последней с ним встречи, стал еще более разветвленным и запутанным. Черт! Да где же эта дрянь может прятаться?!

— Она явно что-то задумала! — не выдержал приятель. — Да пошло оно все! Может, я ее все-таки грохну?

Голова дракона на посохе хищно оскалилась, и навершие окутало зеленоватое сияние. Что ровным счетом ничего хорошего не сулило.

Бинго!

Я чуть было это вслух не проорал.

Не совсем доходчиво поименованная Системой вкладка "Взаимодействие", была крайне неудачно втиснута между "Репутацией" и "Достижениями". Она, Систему я имею в виду, зараза такая, еще все посокращала нафиг, чтобы, значит, место сэкономить и все уместить в поле зрения. Так что и сама вкладка была изначально обозначена как "Вза...". Чего Вза? Куда Вза? Взамен? Взасос? В задницу? Пойди еще, догадайся!

— Игрок Трудовик предлагает вам задание освободить его, — ошалело прочитала Марго у себя в интерфейсе. — Награда: один миллион золотых... Вадим? Это действительно ты... вы? Ну, нифига себе! А как это?

— Я и сам не знаю, — признался я. — Что-то вроде переселения душ, только безо всяких там "сансар", "реинкарнаций" и прочей околомистической лабуды. Прямиком через Систему. Вообще, я надеялся, что может Ирин об этом побольше знает. Она хоть что-то успела вам рассказать?

— Только то, что она теперь целиком и полностью на твоей стороне, — покачала головой воительница. — Что-то про ментальную связь и невозможность нарушить твой прямой приказ. Естественно, после всего, что было, мы ей не особо поверили. Уж больно как-то все это подозрительно выглядело. Да еще этот ваш странный интимчик с поцелуйчиками и обнимашками. Как будто она тебя совратила и околдовала. Учитывая, что потом ты сразу отрубился, эта версия показалась нам очень правдоподобной. Короче, когда ты поспешно сбежал на корабль мехов, мы на всякий случай ее связали. А потом уже особо и не слушали. Ой! Чего это я туплю? Наверное, надо было сначала тебя освободить?

Марго потянулась к веревке, чтобы меня развязать, но дорогу ей решительно заступил мрачный ничего не понимающий некромант.

— Гонит она, — вынес вердикт Жора. — Мозги нам пудрит. И чем дальше, тем круче. Кончать ее надо.

— А у тебя, Зубастик, — припомнил я детское прозвище приятеля, — наверное, сотрясение мозга обострилось. Видишь, какие неприятные последствия через четверть века это принесло?

— Ты охренела, коза? — вылупился на меня тот. — Какие еще последствия?

— Паранойя у тебя развилась, — буркнул я, одновременно отправляя задание и ему. — Лоси под каждым кустом мерещатся.

Если быть точным, то это было не столько настоящее задание, сколько изощренное издевательство, непрозрачно намекающее на один забавный случай из детства, который Жора наверняка вспомнит, даже если стараниями Системы напрочь забыл. Не может не вспомнить. Некоторые вещи никогда не забываются.

Вот, к примеру, вы бы забыли, если бы поспорили с приятелем на приставку, что сможете укусить себя за задницу, а кончилось все это больницей?

А дело было так: нашему однокласснику Леше, родители подарили на день рождения вожделенную восьмибитную китайскую игровую консоль. Первому из класса, надо сказать. А потому ему завидовал весь двор. А Жора больше всех.

И вот однажды какой-то юморист из нашей банды рассказал необычайно смешной по тем временам анекдот про борца, который выиграл безнадежную схватку, потому что его так скрутили, что он сам себя за задницу цапнул и от боли на адреналине противника-то заломал.

Все естественно историю оценили высоко и ржали как ненормальные. И Леша, громче всех. А вот Жора, видимо очень сильно был огорчен отсутствием у него консоли и так сильно из-за этого обижен на ни в чем не повинного друга, что возьми да и ляпни:

— Подумаешь! Ну, укусил себя за задницу. И что тут такого? Не смешно!

— Ну а ты сам попробуй! — заржал тогда Леша. — А мы посмотрим!

— Спорим? — в запале крикнул Жора. — На приставку!

— А если не сможешь? — подначил его тот.

— А вот и смогу! — с жаром ответил наш гимнаст недоделанный. — Но чтобы все по-честному, давай на велик.

Жорин старый "Салют" был нафиг никому не нужен, к тому же у Леши велосипед был свой. Новенький. Заграничного производства. Весь в цветастых наклейках на непонятном языке. Атас, короче. Приставку было жалко, рухлядь некуда девать, но сдать назад ему не позволил риск потери высокого авторитета.

— На "лося"! — ненадолго задумавшись, предложил решение заводила.

— Да пофигу! — чересчур радостно согласился приятель, полностью уверенный в собственном непременном успехе. — Давай на "лося"!

Про "лося" нам совсем недавно и очень подробно рассказывали взрослые суровыетретьеклассники, получившие эту информацию почти из первых рук: от старшеклассников, которые в свою очередь очень близко общались с непосредственным источником: дембелями. Как нам было известно из этих уважаемых источников: "лося" в армии "прописывали" чуть не постоянно и всем и каждому за любую провинность. И это был высший шик. Поэтому, при наличии такого весомого "приза" спорить на щелбаны казалось нам каменным веком и развлечением для малышни из песочницы. Вот такое вот у нас было детство.

Проводить эксперимент, во избежание неприятностей и огласки было коллективно решено в тайном месте: в подвале стройплощадки. Двоих дуэлянтов, их секундантов, а так же всех любопытствующих, коих набралось не меньше десятка, сопровождала небольшая группа приблудных собак, в количестве трех рыл.

Эти потомки диких волков вообще часто, хоть и не всегда, за нами таскались по причине всегда достававшейся им ласки и изредка перепадавших вкусностей, тайком вынесенных из дома. Уж не знаю почему, но родители никому из наших не позволяли заводить подобных блохастиков дома. Вот и вымещали мы всю свою потребность в питомцах на этих несчастных дворнягах. Так что совсем неудивительно что они за нами потащились.

Зачем я на этом заостряю внимание? Да, собственно, именно присутствие собачек в тот день и предопределило дальнейшую незавидную Жорину судьбу.

После нескольких неудачных попыток достать жевательным органом орган для сидения, отважный экспериментатор не сдался и нашел-таки положение, в котором до заветной цели оставались считанные сантиметры. Все-таки гибкость в силу возраста у него была внушительная. Однако, преодолеть эти самые сантиметры несмотря на прилагаемые усилия и старание все никак не получалось. Но старался он изо всех сил. Даже в какой-то момент зажмурился от напряжения.

Тут и вступил в дело один из барбосов, который, то ли хотел помочь, то ли просто изнывал от любопытства и подошел вплотную. Как вышло, что хвост несчастного пса оказался в опасной близости от Жориной челюсти, никто не понял, но почуявший близость добычи кусатель, вдруг сделал решающий рывок и впился в него зубами.

Барбос обиженно взвизгнул, извернулся и немедленно принял зеркальные меры. То есть цапнул экспериментатора примерно в то же место. А поскольку хвоста у Жоры отродясь не водилось, то понятно куда.

Это рассказывать долго, а произошло все молниеносно. Потому-то наш спорщик и решил, что сумел-таки выиграть пари.

— Я сделал! — одновременно от радости и от боли Жора аж подпрыгнул к потолку.

Беда заключалась в том, что между грунтом и бетонными перекрытиями было едва ли полтора метра. Мы в силу малого возраста спокойно помещались в подвале во весь рост, а взрослому человеку, чтобы пройти, надо было сгибаться в три погибели. Короче, он со всей дури влетел в бетон головой и отключился.

Когда мы закончили ржать, а укушенный все еще не пришел в себя, мы естественно здорово струхнули и бросились за помощью. В итоге, так бесславно, с сотрясением мозга, прокушенным мягким местом и без вожделенной приставки, мой приятель и попал в больницу.

К чести второго спорщика, от заслуженного приза тот отказался, заявив, что Жора и так уже получил своего "лося". Но прозвище "Зубастик" так и прилипло к нему до окончания школы.

— Игрок Трудовик предлагает вам задание, — удивленно прочитал некромант, появившееся в интерфейсе сообщение. — Укусить себя за задницу... Награда... Пять миллионов золотых?! Штраф за невыполнение: пробивание "лося". Да быть этого не может! Вадик?!

— Дошло, наконец! — голосом Ирин проворчал я. — Ну, так что? Развяжете меня или как?

— Фигня-вопрос! — просиял Жора и потянулся к веревкам.

— Сто-о-ой! — дурным голосом завопила воительница. — Не трогай его! Он — мой! У тебя свой квест есть! Вот иди его и выполняй. А мой миллион золотых мне оставь.

М-да... Что-то с наградой я явно погорячился. Как бы они не подрались. Впрочем, если меня развяжет Жора, то он-то совсем ничего не получит.

Два осторожных движения кончиком клинка и мой счет резко похудел на целый миллион, а я оказался свободен от пут.

— Цирк бесплатный, — ворчливо прокомментировала Ирин в моей голове. — Вот почему к нормальным аргументам эти двое остались глухи, но стоило только на горизонте замаячить золоту...

— Не выдумывай, — мысленно осадил пешку я. — Ты же прекрасно осознаешь, что на самом деле тут сработало не это. Ну а миллион и вправду на дороге не валяется. Марго можно понять.

— Это я со зла, — призналась она. — Они ведь меня на полном серьезе грохнуть собирались. Не появись ты вовремя, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

— Кстати, а как мы вообще с тобой разговариваем? — уточнил я. — И уживаемся вдвоем в одной голове? Как это работает?

— А я знаю? — возмутилась она. — Строго говоря, ты меня в это втянул, так что ты лучше должен знать, как оно там работает.

— Хочешь сказать, что с твоим предыдущим м-м-м... боссом, совсем ничего подобного не было? — удивился я. — Вообще никакого взаимодействия?

— Разумеется, нет! — фыркнула Ирин. — Мои возможности ограничивались тем, что его все пожелания становились нерушимым законом, а слова истиной в последней инстанции. Нарушить его приказ я не смогла бы даже если вдруг захотела. На уровне физических ограничений. Система строго за этим следила. Да и само понятие "захотеть" как таковое отсутствовало. С тобой почему-то все иначе. Если точнее, то вообще перевернулось с ног на голову. Я до сих пор в шоке. Так что это скорее мне впору требовать от тебя объяснений.

— Ну, значит, будем разбираться по ходу, — задумчиво протянул я. — Только не прямо сейчас. Сама понимаешь, есть дела поважнее. Итак, ты уже сказала капитану куда лететь?

— Не успела, — повинилась она. — Точнее, мне и рта не дали раскрыть твои так называемые друзья. Вот теперь сам им и скажешь. Но учти заранее, что курс им не понравится.

— Штейн! — позвал я.

— М-м-м? — выглянул в салон тот.

— А мы можем найти в космосе ближайшую белую дыру и залететь в нее? Ну, хотя бы теоретический?

Капитан не ответил, но вытаращился на меня весьма недвусмысленно. Как на сумасшедшего. Зато наш зомби-всезнайка, ползавший по долгу службы где-то по техническим тоннелям, но прекрасно слышавший весь разговор от и до, немедленно высунулся из ближайшего люка и спросил:

— Это что, и есть наш курс?

Я кивнул.

— Это тебе адмирал сказала? — уточнил он.

Я снова кивнул.

— Где тут записываться в очередь на ее убийство? — со вздохом уточнил Стивен. — Если что, я тоже теперь хочу поучаствовать.

Интерлюдия "Великая Мать"

Главную цитадель Дома Ледяного Рассвета не по-детски колбасило второй день подряд.

Не саму цитадель, разумеется, а ее обитателей. Крепости ничего не угрожало. Ну, почти. Если быть совсем уж точным, не угрожали ей наводнения, цунами, землетрясения, извержения вулканов, падение метеоритов, глобальное потепление, равно как и глобальное похолодание и даже разрушение озонового слоя. То есть никакие внешние опасности. Главная угроза цитадели и тысячам ее остроухих обитателей, как это ни странно, все это время находилась внутри нее.

Многочисленное коренное население и радо были бы покинуть это ставшее чрезвычайно опасным место, но, во-первых, им решительно некуда было идти. Климат в родном домене клана Ледяного Рассвета был, мягко говоря, совсем не располагающим к ночевкам на улице. Дрянной, откровенно говоря, был климат. Потому как и ежу понятно что нормальные эльфы, обитающие где-нибудь в теплых краях, не станут использовать в названии своего племени эпитеты типа "ледяной".

Собственно, из-за этой маленькой особенности, данный напрочь отмороженный клан и жил особняком от остальных, куда менее прибабахнутых собратьев. Так что и до ближайшего поселения добираться своим ходом нужно несколько дней и такое путешествие без серьезной подготовки сулило только погибель. А стоимость свитков с порталами и соответствующие услуги магов в одночасье достигли заоблачных высот. Во-вторых, непосредственно во время бегства риск нарваться на причину локальной гуманитарной катастрофы был весьма существенным.

Вот и сидели трясущиеся от страха эльфы, начиная от стариков и женщин и заканчивая самим главой Дома вместе с его свирепой гвардией, простите за каламбур, по домам. Не высовывая наружу и кончика уха. Попасть разгневанной Ауре под руку не улыбалось никому. И если детям она еще может быть, просто надает тумаков и отпустит восвояси, что еще далеко не факт, то любого взрослого непременно вызовет на дуэль и прикончит на месте.

Глава Дома, кстати, только за сегодня шесть раз засылал гонцов к двоюродному брату разбушевавшейся фурии с приказом немедленно образумить кузину. Однако, никакого ответ так и не получил. То ли гонцы благополучно сгинули по пути, то ли Азур попросту послал их нафиг, отказавшись принимать удар на себя. Ему, знаете ли, тоже получать по шее ни с того ни с сего, за себя и за того парня, совсем не улыбалось. И даже князь не в силах был это изменить.

Но даже в эту сложную и опасную для клана Ледяного Рассвета пору находились смельчаки (или идиоты), все еще не пытавшиеся вырваться за пределы крепостных стен. Парочка таких отчаянных героев как раз храбро лежала под телегой, кем-то в панике брошенной прямо посреди центральной площади, в тот момент, когда в центре города из ниоткуда появилась посланница Матери. В иное время данное событие стало бы для всех знаковым. Небывалым жестом милости богини. Великим днем, который впоследствии отмечался бы ежегодно как крупный праздник. Однако прямо сейчас ликовать по его поводу было попросту некому. А два храбрых воина, ставшие свидетелями беспрецедентного события, и хотели бы сообщить всему клану радостную весть, но боялись даже пошевелиться, а не то, что рот раскрыть. Оба буквально кончиками ушей чуяли, что ОНА где-то рядом.

— Пи-и-ипец! — задумчиво протянула фрейлина, так же известная на землях смертных как Вестница, оглядывая пустынную площадь и примыкающие к ней широкие центральные улицы, по которым в любые дни в большом количестве слонялись огромные толпы ушастого народа, а сейчас гулял лишь ветер. Даже крысы и те попрятались от греха. — Похоже, я чего-то не знаю...

Посланница сделала круг по площади, с любопытством заглядывая в занавешенные плотной тканью окна лавок и мастерских, постучала в пару самых богато украшенных дверей, даже кликнула стражу, но по непонятным ей причинам и это не сработало.

Вестница уже всерьез подумывала о том, чтобы наплевать на древние заповеди своего народа и вломиться в ближайший дом, но вовремя вспомнила, что она не только девочка на побегушках, пусть и у высшей сущности всей эльфийской расы, но и наикрутейший рейнджер далеко не самого слабого уровня. В прошлом, само собой, но мастерство, как говорится, не зароешь, а навыки не пропьешь. Врубив на всю катушку навык "Следопыт", фрейлина внимательно окинула окрестности волшебным зрением, а затем решительно двинулась к одиноко стоявшей телеге и вытащила из под нее двух бледных как мел, трясущихся мелкой дрожью воинов. Судя по форме — не самых последних офицеров гвардии местного князя.

Выглядели гвардейцы чрезвычайно плохо. Краше в гроб кладут. Камзолы испачканы пылью и изрядно помяты, волосы без обязательной тщательной укладки и... О, ужас! Даже лица их были без макияжа! Одним словом: позор нации, а не эльфы. Попадись ей на глаза такие пугала огородные при других обстоятельствах, фрейлина без раздумий и лишних вопросов в мгновение ока обоих нафаршировала бы стрелами по самые помидоры, просто из жалости. И пикнуть бы не успели. Но сейчас их неподобающий внешний вид кроме крайней степени раздражения и высочайшего градуса недоумения, вызвал еще больше вопросов, главные из которых она тут же и задала:

— Что, во имя всего святого, тут происходит? — прорычала фрейлина, грубо встряхнув эльфов, держа их за шкирки, как нашкодивших котят. — Почему вокруг никого? Какого черта вы в таком виде?

— У нас ЧП! — выдавил из себя тот, что был в левой руке. — Действие непреодолимой силы!

— Аурика Анг-Талль взбесилась! — согласно закивал другой.

— В каком смысле взбесилась? — опешила Вестница. — Она вам что, дикий зверь?

— Уж лучше бы зверь... — горестно вздохнул левый.

— Со зверем мы бы как-нибудь справились, — поддержал его правый. — К примеру с вервольфом, с саламандрой или василиском вообще запросто! И с драконом бы как-нибудь совладали, случись такая оказия. Хоть с Костяным, хоть с Золотым. Да даже с Черным, черт бы его побрал! Но, это... Это уже выше наших сил!

— Вообще ничего не поняла, — растерялась посланница богини. — Какие нафиг вервольфы? Какие к дьяволу драконы? Похоже, вы двое попросту накурились сушеных листьев болотного лотоса. Ну, или умом тронулись, как вариант. Помимо вас в городе еще кто-нибудь есть?

— Так... все тут, — развел руками правый. — Просто прячутся.

— А князь?

— А князь прячется лучше всех, — ответил левый. — Он уже три дня как в казематах заперся и затерялся среди заключенных. Случись что, пока она там все решетки выломает, это ж полдня, наверное, пройдет. И еще столько же пока до него очередь дойдет. До-о-олго проживет!

— Какая еще очередь? — вскипела фрейлина. — Ты точно не бредишь?

На всякий случай посланница даже принюхалась к обоим гвардейцам. Однако, к немалому ее удивлению, ничем таким подозрительным от них не пахло.

— Очередь на смертоубийство! — выпучив глаза, страшным шепотом пояснил правый.

— Разве князь, милостью Великой Матери, не бессмертен пока он в своем Доме? — удивилась Вестница. — Какое к черту смертоубийство?

— Тем хуже для него, — мрачно прокомментировал левый. — Значит, будет убивать его, пока самой не надоест. По мне, так уж лучше ужасный конец, чем ужас без конца.

— Да что же вы ей такого сделали, что она на вас ополчилась? — поинтересовалась фрейлина.

— А пес ее знает, — ответил правый. — Говорят, она не справилась с очередным заказом и сильно потеряла в деньгах и снаряжении. Чудом выжила, но слегка тронулась умом. Я сам лично не видел, но мне друг рассказывал, что сразу после своего возвращения в цитадель она голышом бегала по городу и просто голыми руками рвала прохожих в клочья.

— Злобу вымещает, наверное, — пожал плечами левый. — Она и раньше-то особой покладистостью не отличалась, а тут вообще как с цепи сорвалась.

— М-да-а-а... — задумчиво протянула посланница богини. — Почему меня никак не покидает ощущение, что у вас у всех крыша съе...

Договорить она не успела, потому что за ее спиной вдруг раздался уверенный, полный злобы и лютой ненависти ко всему живому, женский голос:

— Эй, вы трое! Я вызываю всех на дуэль! До смерти! Немедленно!

— Это кто? — на всякий случай уточнила посланница, хотя по гримасам ужаса немедленно нарисовавшихся на лицах обоих гвардейцев, а так же по тому, что неосторожная самоубийца сумела подкрасться незамеченной, она и так догадалась, кого увидит, когда обернется.

Провести одного крутого рейнджера, может только другой, не менее крутой, рейнджер. А такой в Доме Ледяного Рассвета числился только один. Точнее одна. Как раз ее-то фрейлина и искала.

Ответа не последовало, так как оба храбрых героя к тому моменту уже потеряли сознание от избытка чувств и обмякли в ее руках двумя безвольными куклами. Пожав плечами, вестница аккуратно положила тела на землю и обернулась к новому действующему лицу в этом театре абсурда и идиотизма.

— Ты что, с мэллорна рухнула? — удивленно спросила посланница, вперив в самоубийцу тяжелый взгляд. — И, по всей видимости, головой вниз. Не видишь кто перед тобой?

— Вестница, — кивнула Аура, слегка побледнев. — Теперь вижу. Но это ничего не меняет. Вызов брошен. Ты намерена ответить?

— На каждой опушке свои поблядушки, — усмехнулась посланница, процитировав не самую пристойную, но, в то же время, наиболее подходящую к этой дурацкой ситуации, поговорку рейнджеров. И пусть грубый юмор простых лесных воинов совсем не приличествовал ее статусу и положению, на такие мелочи Вестнице было глубоко наплевать. Она всегда говорила то, что ей вздумается, когда пожелает, кому хотела и именно теми словами, которые казались наиболее подходящими. Вне зависимости от того, что о ней подумают. Только не при богине разумеется. Вы там совсем-то берега уж не теряйте. — Я отвечу на твой вызов! Только вот незадача: убить меня ты не сможешь, потому что Несущая Весть Матери практически бессмертна до момента пока весть не будет передана. А убить тебя не могу уже я, потому что как раз сейчас ты и есть адресат.

— Так передай весть, — безразлично пожала плечами Аура. — А потом мы сойдемся.

— Не вариант, — покачала головой фрейлина. — Потому что когда я отрежу твою глупую голову, а я обязательно это сделаю, Мать тут же обезглавит меня. Она, видишь ли, рассчитывает увидеть тебя живой и невредимой.

— А она не сказала зачем? — опасливо поинтересовалась эльфийка. — Может хоть намекнула?

— Дерзкая, наглая и самоуверенная, — рассмеялась Вестница вместо ответа дав Ауре исчерпывающую по ее мнению характеристику. — Не зря между фрейлинами ходили слухи, что следующей Несущей Забвение можешь стать именно ты. Ну, и глупая тоже. Откуда мне знать, о чем думает богиня? Я всего лишь скромный, зато почти всесильный проводник ее воли, а замыслы Матери...

— Непостижимы... — благоговейно закончила за нее Аура. — Так меня что, уже призывают? Прямо сейчас? Это и есть твоя весть?

— Или богиня хочет лично тебя прикончить, — предположила Вестница. — За какой-нибудь особенно сильный залет. А может просто нынешняя Несущая Забвения слишком уж стара, чтобы справиться со своей хоть и несостоявшейся, но все же весьма вероятной преемницей. Не забывай, что век назад, ей стукнуло десять тысячелетий. Слухи ходят один причудливей другого. Но, ты не угадала. Моя текущая миссия состоит в том, чтобы привести тебя, минуя ту самую стадию, когда пришлось бы добираться в Чертог Матери в компании престарелой мокрушницы.

— То есть драться мы уже не будем? — уточнила окончательно растерявшаяся забияка. — А как же традиции? К твоему сведению, я отступать не собираюсь!

— Ну, что с тобой поделать? — фрейлина устало вздохнула, а затем вскинула вверх руки и громогласно объявила: — Милостью Великой Матери, Ее Словом и Благословением, дарую тебе временное бессмертие сроком на один час!

Столб ослепительно-белого пламени ударил с неба, как только Вестница закончила ритуал. Сжигая и перерождая смертную плоть в некое подобие того, чем была сама Вестница. Процедура была просто невыносимой, поистине до безумия болезненной, и фрейлина довольно улыбнулась, с удовольствием наблюдая, как наглая выскочка корчится и извивается в луче чистой божественной силы. А чего она хотела? Дары Матери всегда велики, но почти никогда не остаются без последствий. Ничего-ничего... Потерпит. Это даже не вполовину так же больно как настоящее изменение, через которое в свое время прошла сама Вестница и которое, очень даже может быть, когда-нибудь предстоит прочувствовать на себе и этой наивной дурочке Ауре.

— Сойдет, — удовлетворенно кивнула фрейлина, придирчиво окидывая взглядом тяжело поднимающуюся с мостовой смертную. — Теперь можно как следует тебя проучить. Потанцуем?

Без лишних слов посланница бросилась в атаку, налетев на не успевшую встать в боевую стойку нахалку вихрем смертоносных лезвий. Вестница двигалась настолько быстро, что один тот факт, что Ауре удалось продержаться несколько секунд, можно было уже посчитать за великое чудо. Но, в конце концов, прославленная убийца все же рухнула обратно на пыльную брусчатку, лишившись в этом коротком поединке обеих ног.

— Больно? — издевательским тоном спросила фрейлина.

В ответ упрямо стиснувшая зубы Аура лишь попыталась достать ее мечом, одновременно бросив отравленный кинжал в шею противница, но не преуспела, ни там, ни там. Посланница богини нарочито лениво отклонилась от молниеносного удара, а кинжал брезгливо перехватила двумя пальцами прямо в полете. Сила, скорость и мастерство обращения с оружием, которые походя демонстрировала Вестница, в понимании смертных были просто запредельными. Обычное игровое оружие, даже самое редкое или зачарованное сильнейшими заклинаниями против нее вообще не катило. А клинки, которыми можно было убить хоть самого дьявола, были так бездарно утеряны.

— Раз! — сказала Вестница и снесла упрямой дурочке голову ударом ребра ладони, вложив в нее самую капельку божественной магии, чтобы усилить страдания воспитуемой.

— Чтоб тебя орки драли! — сквозь зубы процедила Аура, как только возродилась спустя секунду. — Как же больно! Стой! Я признаю поражение. Мне в любом случае не одолеть тебя. Сейчас не одолеть.

— О, нет, моя дорогая! Мы же только начали! — фрейлина ободряюще улыбнулась и заговорщицки подмигнула. — А как же веселье? Ведь у нас с тобой впереди еще целый час безудержных утех. Судя по тому, что о тебе слышала, ты ведь любишь смерть, не так ли? Так с какой стати нам вдруг прекращать наши забавы?

— Только в том случае, если убивают не меня, — ответила Аура. — А это в последнее время происходит ровно в дохрена раз чаще, чем бывает обычно. И ровно во столько же раз больше чем мне хотелось бы. Как ты понимаешь, такой расклад меня не очень-то устраивает.

— А следить надо за языком, — совершенно резонно заметила посланница богини. — Ты уж из вини, но я убью тебя столько раз, сколько посчитаю нужным. Во-первых, потому что иначе твоя дерзкая выходка, если не будет наказана как следует, очень плохо скажется на моем реноме, а во-вторых, потому что на твое временное бессмертие была потрачена чертова уйма божественной силы, которая сама по себе жуткий дефицит. Не пропадать же добру! Ну и последнее, по списку, но не по значению: мне полезно как следует размяться, а то что-то я начала раскисать на этой работе. Но так уж и быть, если будешь послушной девочкой и драться в полную свою силу, я постараюсь убивать тебя менее болезненно.

— Я всегда дерусь в полную силу! — с вызовом сообщила эльфийка. — Даже не рассчитывай на игру в поддавки. И если случится так, что мне выпадет даже мизерный шанс убить тебя, можешь не сомневаться, я непременно им воспользуюсь.

Они сошлись снова. С весьма предсказуемым результатом.

Затем еще раз и еще...

К великому разочарованию убийцы, наводившей благоговейный ужас не только на врагов, но, как выяснилось и на своих же соплеменников, ни единого, даже самого завалящего шанса на победу Вестница ей не предоставила.

— Какая бо-о-оль! Какая бо-о-оль! — не очень мелодично, но дьявольски заразительно пропела посланница, и мастерским ударом ноги, увидев который лучшие футболисты вселенной немедленно удавились бы от зависти, отправила свежеотрубленную голову неосмотрительно бросившей ей вызов нахалки куда-то в верхние слои атмосферы, а может и вовсе на околопланетную орбиту. — Вестница — Аурика пять — ноль!

— Рада, что тебе так нравится наша игра, — устало прохрипела вновь воскресшая эльфийка. — Еще пару сотен раундов и я научусь тебе противостоять. Продолжим?

— А ты и вправду никогда не сдаешься, — усмехнулась посланница. — Что ж, в таком случае, может ты и не так уж безнадежна. Но, пожалуй, продолжать мы все-таки не будем. Не сегодня. Только не пойми меня неправильно. Я бы с удовольствием надрала твою красивую задницу хоть тысячу раз, не будь этот процесс таким скучным. А вот в следующий раз, когда вздумаешь открыть свой рот раньше чем как следует подумаешь головой, постарайся удивить меня чем-нибудь поинтереснее ленивой драки с неуклюжим бревном, которым ты по сути пока и являешься. Не то ведь я действительно разозлюсь и не на шутку обижусь. Ты же не хочешь и в самом деле всерьез заполучить в смертельные враги Вестницу Матери?

— Мать меня упаси! — согласно кивнула Аурика. — Я очень хорошо запомню твой совет и с превеликой радостью ему последую. Когда-нибудь...

— Ты уж постарайся, — ласково сказала фрейлина, незаметным движением мизинца открывая сложнейший портал между двумя планами реальности. — А теперь быстро приведи себя в порядок! Я не буду ждать тебя вечно! А богиня тем более!

У любого эльфа, не одну сотню лет упорно тренировавшегося наводить красоту, как перед свиданием, так и перед боем, процесс этот, как все отлично знают, не занимает так уж много времени. Мужчины, и это тоже всем прекрасно известно, в силу своей крайней неуклюжести и природной медлительности, разумеется, копаются гораздо дольше более сообразительных и расторопных женщин. Иногда даже по целой минуте, а особо одаренные экземпляры и по две. Самая тормозная эльфийка шутя справляется с подобной задачей вдвое быстрее. Аурика Анг-Талль, будучи с самого детства очень способной, обернулась менее чем за десяток секунд. Изрядно удивив даже Вестницу.

Посланница удивленно хмыкнула и исчезла за гладью портала. Посвежевшая, опрятная и полностью причепуренная, как будто и не было только что невыносимо тяжелого боя, Аурика, решительно последовала за ней.

К немалому удивлению последней выход с той стороны находился прямо посреди тронной залы, которую невероятно прекрасная и бесконечно великолепная, но в данную минуту чем-то крайне недовольная и раздраженная Великая Мать нервно мерила шагами из угла в угол. Эльфийка немедленно бросилась на колени, почтительно уперев голову в устилавший пол пушистый ковер.

— Для тебя есть работа! — без предисловий заявила богиня. — Это будет твоим последним экзаменом на профпригодность. Справишься — сразу же получишь ранг фрейлины и сменишь Несущую Забвение на ее посту. Старушке давно пора на пенсию. Иди, найди и убей Трудовика!

— Позволено ли мне будет сказать, о Великая Мать? — не поднимая головы спросила Аурика.

— Что!? — от наглости смертной, осмелившейся подать голос, вместо того чтобы немедленно броситься выполнять приказ, богиня чуть не поперхнулась. Впрочем, идиоткой и истеричкой она не была. Давно уже не была. Такие в мирах Системы долго не живут, а Мать жила тут уже очень долго. — Это что-то новенькое! Говори!

— Я уже попыталась это сделать будучи, как мне казалось, хорошо подготовленной и каким-то невероятным образом потерпела неудачу, — призналась Аура. — Он обезглавил меня, а кроме того сумел отнять абсолютно все. И даже твой священный дар! Твои Клинки... Мне нет оправдания, но я уверена, что в случившемся нет моей вины. Прости, о Великая, но я не могу выполнить твой приказ...

— Как!? — удивлению Матери, равно как и ее гневу не было предела. — Как он смог?!! Это невозможно!

— Я не знаю! — в страхе вскрикнула несостоявшаяся убийца. — Мне хотелось бы рассказать тебе больше, но я ничего не знаю. Я увидела его и тут же бросилась в атаку, а очнулась уже после воскрешения в своем доме, униженная и обобранная до нитки.

— Ты точно уверена, что мечи-близнецы остались у него? — мгновенно успокоившись, спросила богиня.

— Он же не такой дурак, чтобы просто их выбросить? — удивилась вопросу Аура. — В любом случае, мне они больше не принадлежат.

— Значит, точно или у него, или у кого-то из его мерзких сподвижников... — задумчиво пробормотала Мать. — Что ж, это просто замечательно! Пожалуй, это настолько хорошо, что я даже не стану тебя наказывать за то, что потеряла мой дар. Но свой экзамен ты провалила. Впрочем, у тебя еще будет шанс все исправить. А теперь иди дитя, набирайся сил. Очень скоро мне понадобятся все твои таланты. Только не вздумай снова меня подвести! Третьей попытки точно не будет! И не надейся.

Глава 3

— Офигенно вы тут устроились, — возмутился я, в ответ на наезды на Ирин. — Чуть что — давайте ее грохнем! А ничего что я тоже в ее теле сижу? Ну ладно еще, если ее одну... Она-то через пару минут возродится как ни в чем ни бывало. Но ведь вы и меня, очень даже вероятно, прикончите вместе с ней. Как эта хрень с синхронизацией на самом деле работает, никто понятия не имеет, а я не проверял и желанием совсем не горю. По логике оно может просто-напросто выкинет меня обратно в свое тело, но, судя по моему опыту у Системы в этом плане довольно извращенная логика. А у меня до сих пор висит дебаф на воскрешение. Так что я однозначно против!

— А мы дождемся, пока ты обратно переселишься, — кровожадно пояснила Марго. Судя по азартному взгляду и еле сдерживаемой хищной улыбке, кулаки у воительницы уже изрядно чесались. Не то чтобы ей прямо таки хотелось крови, скорее просто давно не разминалась как следует, а потому и искала любой повод надавать по шее хоть кому-то. Предполагаю, что это Система, точнее выбранная бывшей тихоней-училкой роль свирепой воительницы так влияла на характер. Шутка ли, обладая недюжинной силой и многочисленными талантами по части истребления, долгое время обходиться без их использования? — И тогда тихонько ее придушим. Но только если она будет продолжать в том же духе. Надумает исправиться — мы ее не тронем.

Обстановочка явно накалялась.

— Да что такого она вам сделала? — устало вздохнул я.

— Белая дыра — верная смерть, — пояснил зомби. — А твоя... кто она там тебе теперь? В общем, твоя эта самая предлагает добровольно туда влезть. Считаешь, причина недостаточная?

— Да что такого в этой белой дыре? — удивился я. — Про черную я точно что-то слышал. Вроде как черная это очень плохо. Тогда белая — это должно быть хорошо, разве нет?

Выслушав мои предположения, бедняга Стив аж захрюкал, давясь смехом. Отсмеявшись, он извинился и счел нужным пояснить:

— Мы доподлинно не зафиксировали ни одной живой белой дыры, хотя вся эта тема очень популярна еще с конца шестидесятых, — Стив непроизвольно потянулся, чтобы поправить очки. Впрочем, они у него никуда не съехали. Из-за этого, чтобы не выглядеть глупо, ему пришлось сначала спустить их ближе к кончику носа, а затем указательным пальцем задвинуть обратно. Такой странный жест, скорее всего, говорил о том, что ученый-зомби слегка нервничает. А может даже и не слегка. Кто их там разберет, этих зомби, какие химико-биологические процессы у них в организме протекают и как это выражается внешне? — Астрономы и физики сломали немало копий по этому поводу. В том числе и друга об друга. Так что к однозначному ответу, что они такое, так никто и не пришел. Одно могу сказать точно: ничего хорошего в белых дырах точно нет. К слову, во вселенной вообще до обидного мало относительно безопасных объектов, но некоторые прямо таки чемпионы по степени своей угрозы для живых биоформ. И белые дыры как раз где-то на первых строчках этого антирейтинга.

— Откуда ты можешь это знать, если ни одну из них, как ты сам выразился, ты и в глаза не видел? — засомневался я.

— Ну-у-у... Э-э-э... Есть научное обоснование... Теории, формулы, расчеты, — не то чтобы слишком уверенно, возразил Стив. — В конце концов, даже точная математическая модель...

— Тофная мефемафическая мафель, — передразнил его я. — Ну и которая же из этих твоих теорий дает ответ на вопрос, каким именно образом некий умник, который, строго говоря, еще и мертв, может что-то объяснить бывшему педагогу, когда того в свою очередь, в обычном физическом смысле, тут даже нет? Это, если ты не понял, я сейчас про нас с тобой говорю. Только не забудь, что при этом ментально я очень даже здесь, а общаемся мы с тобой посредством вполне себе материальной и с виду совершенно обычной женщины, которая, как выяснилось, даже и не человек вовсе. Ну, и как? Есть у тебя этому непреложному факту хоть одно, мало-мальски логичное, научное обоснование?

— Туше, — Стив развел руками. — До такого никто в своем уме бы не додумался.

— Ага, а я, значит, додумался, — обиженно пробурчал я. — По-твоему, выходит я не в своем уме?

— А сам-то ты как думаешь? — зомби рассмеялся и указал на одну из стен, которая тут же стала зеркальной. Однако, неплохо он тут успел освоиться. Уже и стенами управляет на раз.

Разумеется, из отражения на меня смотрела Ирин собственной персоной.

— Уел, — вынужден был признать я. — Впрочем, это все равно не объясняет, почему нам нельзя залезть в эту самую белую дыру.

— Потому что мы точно знаем, что за горизонтом вероятности нас не ждет ровным счетом ничего хорошего. Представь, что может нас ждать за антигоризонтом невероятности, — пояснил он.

— Наверняка что-то очень и очень хорошее, если следовать твоей же логике, — парировал я.

— Э-э-э... — растеряно протянул зомби, открыв от удивления рот и закатив глаза, от чего очень стал похож на... на обычного зомби он стал похож. Того самого туповатого и вечно голодного, благодаря Системе расплодившегося на Земле в невероятных количествах.

Я даже грешным делом подумал, что вот прямо сейчас Стив непременно набросится на меня и сожрет, за неимением других аргументов. Так натурально он выглядел. И даже тот факт, что физически пострадает при этом только Ирин, а я разве что морально, нисколько не успокаивал. Было страшновато, но к счастью, обошлось: зомби махнул рукой и скрылся в ближайшем люке, проворчав напоследок что-то вроде "да ну вас, идиотов, делайте что хотите". Вся компания проводила его задумчивым взглядом.

— А может быть, послушаем соображения нашего капитана? — робко предложила Маша. — В конце концов, он должен разбираться в этих делах больше всех остальных.

— М-м-м? — выглянул из рубки Штейн.

Марго вкратце пояснила суть вопроса.

— Я никогда не летал к дырам, ни к белым, ни к черным, — помотал головой пилот. — Еще в академии добрые дяденьки инструкторы надежно вбили нам в головы тяжелыми перчатками бронескафов, что это крайне небезопасно.

— Обычная, но очень удобная для некоторых ложь, — проворчала Ирин. — Супердейственный способ отвадить от межмировых врат любопытных придурков.

— А на практике вы хоть раз это утверждение проверяли? — уточнил я у капитана.

— Император миловал, — пожал плечами тот. — Я только одного не пойму: вы это сейчас серьезно? Ну, то есть, действительно хотите полететь прямо к белой дыре?

Я кивнул.

— А чего не к черной? — усмехнулся капитан. — Нет, нам-то по фюзеляжу, верно парни? Нас троих так и так должны были казнить, останься мы на флагмане. Но, к черной как-то проще. Они, по крайней мере, все время сидят на своем месте и уж точно никуда не убегают. Да и живут не в пример дольше. Белую ты еще попробуй, найди, а потом догони. Задача совсем не из легких. Будь мы на каком-то другом корабле, я вообще сказал бы, что это нереально.

— Ага, — обрадовался я. — То есть на данном конкретном корабле это все-таки реально?

— Скажем так, — Штейн задумчиво пожевал губу, — при особом желании самоубиться о любое небесное тело, не важно, твердое, жидкое, газообразное, плазменное или хоть сколько угодно разряженное оно будет, за счет выдающихся ходовых качеств имеющейся в нашем распоряжении посудины, мы без особых проблем это сделаем.

— Нам не надо самоубиваться, — сказал я. — Во всяком случае, пока. Нам надо влететь в портал, живущий всего несколько минут и передвигающийся по космосу со скоростью света, ну или около того.

— То есть, в белую дыру? — уточнил тут же высунувшийся из неожиданно возникшего в потолке люка Стив. И как только у него получается вылезать каждый раз из совершенно непредсказуемого, а главное все время нового, места?

— Ты поразительно догадлив, мой альтернативно живой друг, — начиная злиться, процедил я. — А с учетом того что я последние полчаса талдычу об этом всем и каждому, твоя редкая проницательность практически сравнялась с твоей красотой.

— Дать бы тебе разок по голове, — мечтательно вздохнул зомби. — Чтобы мозги на место встали. А то после сговора с этой жабой-переростком, кое у кого, похоже, крыша прохудилась.

— У нас говорят — поехала, — поправил я. — Но в данном конкретном случае, ты совершенно напрасно переживаешь за мое душевное здоровье. Я рассудителен как никогда.

— Ага, — усмехнулся висящий вниз головой умник, — еще несколько часов назад ты готов был свою подружку голыми руками порвать, а теперь вы с ней не разлей вода. Очень подозрительная перемена настроения, не находишь?

— Совершенно верно, — подтвердил я. — Не разлей вода, не рассыпь мука, не сломай нога и другие мудрые напутствия из народного сборника таджикских крылатых выражений "Не склони падежа". Я понял, что ты хочешь этим сказать: ты ни мне, ни ей не доверяешь.

— И заметь, — ухмыльнулся Стив. — Поводов для этого, причем довольно весомых, у меня хватает с избытком: сначала ты добровольно сдался механоидам и усвистал на их корабле в неизвестном направлении. Так быстро, что мы его даже определить не смогли. Я имею в виду направление, если ты не понял. Только космическая пыль столбом стояла. Потом якобы через половину галактики вселился в свою подругу, а теперь вообще заставляешь нас лезть туда, куда космические пастухи космических коров не гоняли.

— Телят, — снова поправил я. — Куда космический Макар, космических телят не... Тьфу ты! И чего я за тобой этот бред повторяю? Какие нафиг космические телята? Вы что тут космического клея дружно нанюхались? Или эта дрянь заразная, или я уже тоже вместе с вами надышался. Ладно, объясняю по порядку: во-первых, в тот момент, когда наша бравая адмиральша нарисовалась на корабле в чем мать родила, я действительно собирался устроить ей трепку. Но вот дальше что-то пошло не по плану. Я как будто задницей почувствовал, что так делать не надо.

— Ага, точно, — невесело усмехнулась воительница. — Вместо этого ты полез к ней целоваться. Ну а что, нормальная реакция мужика на голую беспомощную женщину. Особенно когда незадолго до описываемых событий, он на полном серьезе собирался ее грохнуть. У вас самцов в принципе все реакции однотипные и сводятся к трем простым вещам: пожрать, подраться и потрахаться.

— Понимаю твое негодование, — я, решив не вступать в бессмысленную гендерную полемику, постарался сгладить возмущение Марго, ибо того, что я собирался рассказать далее, я и сам не понимал. — Со стороны, наверное, все мои действия выглядели несколько м-м-м... странновато. Но, поверь мне, на самом деле все было не так, как могло показаться. Меня как будто кто-то сверху надоумил. Мол, "надо вот так, а вот так не надо". Точнее не могу объяснить. Я не собирался ничего такого вытворять. Оно как-то само собой вышло. Впрочем, теперь-то я точно знаю, что вышло правильно. Пусть раньше Ирин и не была нам союзником, но это совершенно точно не ее вина. А реши я в тот момент свести с ней счеты, ни к чему хорошему это бы не привело. Мало того, что с ее смертью мы провалили бы квест, а это значит, что рано или поздно остроухие нас бы все равно прижали, так еще и разобраться с проблемой мехов без нее было бы совсем невозможно. Она — ключ к решению большинства наших проблем. А вот, откуда мне это известно — мне не известно. Даже не спрашивайте. Не имею ни малейшего понятия. Но, как-то так оно работает.

— Скрытый скил! — восхищенно вставил Жора, о чем-то тихонько шептавшийся в уголке с Йеном. — Вот интересно, ты так с любой рандомной бабой можешь? А давай на ком-нибудь проверим? Вот хотя бы... — приятель пересчитал глазами все присутствующих на корабле дам, получил гневный взгляд и недвусмысленный, но не совсем однозначный жест от Марго, а также вполне себе конкретный подзатыльник от собственной жены. Впрочем, несмотря на явно высказанное нежелание женской половины нашего общества участвовать в столь сомнительном эксперименте, он так и не угомонился, хотя некоторые поспешные выводы, все же сделал. — Вот хотя бы на ее величестве! А вдруг тоже чего полезного выгорит?

Елизавета, увлеченно занятая пилотированием корвета, от неожиданности поперхнулась и резко дернула штурвал куда-то в сторону, от чего корабль не по-детски "заколбасило". Не будь я в теле давно привычной к таким маневрам Ирин, сразу выплеснул бы скудное содержимое ее желудка куда-нибудь на... потолок. Понять, где теперь низ, а где верх, никак не удавалось. Я уже говорил, что с некоторых пор ненавижу космос? Вот именно за такие вот штуки и ненавижу. А если даже и говорил, то не грех и повторить: ненавижу космос, именно вот за такие штуки!

К счастью, такие пируэты в вакууме мне были не в новинку, к тому же в этот раз и вестибулярный аппарат был не мой слабенький, а вполне себе космическо-адмиральский, то есть весьма хорошо натренированный. Так что эту болтанку я перенес на удивление спокойно. Зато все остальные мгновенно поменялись в цвете лица до разной степени зелености. Кроме, почему-то Йена, который напротив, очень даже покраснел, вцепился Жоре в горло обеими руками и зачем-то принялся его душить.

Маша тут же бросилась спасать мужа, влепив рыцарю смачного леща с левой руки. Марго, с радостным визгом "Наших бьют!", тут же влепила несчастному еще одного леща, на этот раз с правой, а все остальные кинулись их разнимать. С учетом того, что корабль все еще неслабо мотало, посреди тесного пассажирского отсека образовалась натуральная куча мала. В довершение, не удержавшийся на потолке в люке зомби вывалился из люка в самую гущу событий. Теперь разобрать, кто где находится, кто кого лупит, и что там вообще происходит уже не представлялось возможным. Все метелили всех.

Ну, вот и драка подъехала. Лучше бы они с таким же рвением врагов громили. Честное слово, мы бы уже давно всех на свете победили и раком поставили.

О чем это интересно эти двое там таком шушукались, раз уж наш "не маг", внезапно решил нашего владыку смерти придушить? Или причина конфликта в слишком ревностном отношении престарелого рыцаря к чести ее величества? М-да, пойди теперь разбери... Как бы то ни было, ничего ни на ком проверять я все равно не собирался. Как и допускать острой фазы конфликта с применением тяжелого магического вооружения.

— А ну стоять всем! — во всю мощь хорошо развитых адмиральских легких гаркнул я не своим, в прямом смысле этого слова, командным голосом, мгновенно останавливая назревающий чародейский конфликт. — Вы совсем офонарели в космосе драться?

Если Йен вдруг вспомнит что он все-таки маг, а вовсе не боец контактного боя и вдарит по Жоре каким-нибудь своим крепким заклинаньицем, а тот в свою очередь ответит ему какой-нибудь веселой некромантской гадостью, то мы все рискуем нешуточно огрести. Как работают чары моего приятеля, помноженные на неслабые возможности Отступника, я собственными глазами видел не единожды. Не думаю, что даже самый крепкий имперский дредноут выдержит хотя бы то же простенькое "Облако тлена", на раз растворявшее довольно упитанных и шустрых зомби буквально целыми пачками.

Рыцарь тут же прекратил тискать Жору, а наш бравый капитан, по счастью не принимавший участие во всеобщей потасовке, наконец-то сумел перехватить управление у растерянной королевы и с большим трудом, но все-таки вернул судно на нормальный курс. Во взгляде Марго расположившейся верхом на умнике, а так же в глазах у всех остальных, замерших в разных позах, всем скопом напоминая нет эпическое батальное полотно, не то просто панораму разудалой кабацкой драки, застыло уважение.

Могу ведь, когда захочу. Даже если тело, в некотором роде, не мое собственное.

— А чего он? — возмутился Йен. — Я ему покажу "рандомную бабу"! Еще и проверять всякие непотребства собрался! У-у-у, нечисть!

Понятно. Значит, все-таки честь, рыцарский долг, и все такое...

— Ничего мы проверять не будем, — заверил я Йена. — А за оскорбление наложим на поганца дисциплинарное взыскание, ну или всыпем легонько... — при этих словах "не маг" хотел было вновь радостно вцепиться приятелю в горло, однако наткнувшись на мой суровый взгляд, замер на полпути, — ... но, только по прибытии на какую-нибудь планету! Не раньше!

— Ну, дык, — не сдался Жора. — Не хотите на королеве, давайте на ком-нибудь другом проверим, раз так...

Ой, дура-а-ак! Это он, явно не подумавши ляпнул.

Ибо две оставшиеся претендентки на роль подопытной тут же выдали ему по увесистой затрещине с двух сторон одновременно.

— Вообще ни на ком проверять не будем, — твердо сказал я. — К тому же, это явно не сработает ни на ком другом, в виду совершенной уникальности самой Ирин.

Ой, я дура-а-ак, такое сморозить! А это уже я не подумавши ляпнул.

— Чего-о-о? — хором взвыли три оскорбленные фурии.

Не встрянь наш умник вовремя, следующие затрещины, а может и кое-что гораздо серьезнее оных, прилетели бы уже мне.

— Что ты имеешь в виду под термином "совершенная уникальность"? — поправляя чудом уцелевшие очки, уточнил все еще лежащий на палубе зомби.

— Отличный вопрос, мой альтернативно живой друг, — похвалил его я, опасливо выглядывая из люка в потолке. Того самого, из которого недавно вывалился сам Стив, и в котором я оказался даже не помню каким способом. — Если бы ты еще уговорил наших прекрасных спутниц отложить расправу на некоторое время, я бы с удовольствием поведал всем эту интереснейшую историю.

— Ладно, вылезай, — поразмыслив, кивнула Марго. — Но учти, если твоя история покажется нам неубедительной, заслуженной кары тебе все равно не избежать.

— Это надолго, — предупредил я, осторожно спрыгивая на палубу.

— Эй, если надолго, то тогда сначала я! — поспешно выкрикнул Жора.

— Чего ты? — не понял я.

— Так я... тут это... — замялся приятель. — Короче... Йен, давай!

Рыцарь кивнул и сотворил вокруг приятеля два миниатюрных, размером чуть больше головы, портала. Один напротив его лица, а второй в районе его же пятой точки. Некромант торжественно сунул голову в верхний, а затем демонстративно, но не очень сильно прикусил себя за ягодицу.

— Теперь понятно о чем вы там шептались, — вздохнул я, глядя, как со счета стремительно исчезают пять миллионов золотых. — Сговорились. Ну, да выходит, что я сам виноват. Это надо же было такое придумать! Чья, кстати, была идея?

— Моя, — нехотя признался довольно потиравший руки Йен. — Два с половиной миллиона на дороге не валяются.

— А если бы ты его придушил, то тогда, как бы идею обналичивал? — усмехнулся я.

— Никак, — уныло констатировал тот. Впрочем, в ту же секунду он гордо приосанился и безапелляционным тоном добавил: — Однако когда дело касается чести, никакие деньги значения не имеют. Так что невелика потеря.

— Так и вернул бы взад, раз они тебе без надобности, — недовольно проворчал Жора.

— Но-но! — возмутился рыцарь. — Я их честно заработал! А за оскорбление ее величества ты мне еще ответишь!

— Ша! — вновь прикрикнул на спорщиков я. — Мы, кажется, только что собирались выслушать Ирин. И если ни у кого нет более неотложных дел, предлагаю все разборки отложить на потом.

— До пятницы мы совершенно свободны, — кивнула Марго. — Излагай!

Глава 4

— Контроль над телом верни! — потребовала после моей неудачной попытки транслировать публике ее рассказ Ирин. — Будет проще мне самой все рассказать.

— А как? Разве для этого мне не надо совсем отключиться? — спросил я. — Но ведь тогда мне придется вернуться в свое тело и поскольку оно весьма далеко отсюда, я ничего не узнаю, а хотелось бы, все-таки послушать.

— Расслабься и не сопротивляйся, — приказала она. — Раз мы можем находиться в одном мозге одновременно и до си пор не свихнулись, значит, теоретически способны и поменяться ролями.

Легко сказать. Я попробовал. Ничерта не вышло.

Как только сознание начинало понимать, что теряет связь с телом, оно тут же судорожно вцеплялось в нервные окончания и держалось за них мертвой хваткой испуганного ветеринаром кота. Похоже, на каком-то ментальном уровне так оно и было.

— Ай! — завопила Ирин. — Мне же больно!

— Прости, — расстроено сообщил я. — Кается, ничего не получается. Похоже, все-таки, придется мне экстренно овладевать синхронным переводом.

— Просто представь, что пересел в соседнее кресло и задремал, — сказала адмирал. — Я чувствую, что все получится. Осталось совсем чуть-чуть.

Вот кресло. Прямо напротив меня. Оно явно уютное и мягкое. Во-первых, потому что анатомическое, а во-вторых, потому что снабжено гравикомпенсаторами. Наверное, в нем будет очень удобно устроиться и прикрыть на минутку глаза. Расслабиться и послушать занимательную историю приключений гостьи из иного измерения, застрявшей здесь по воле и прихоти могущественного чародея. Очень захватывающее должно быть повествование. Надо только сделать над собой насилие... Или усилие? Да, не важно, в данном случае это выглядит как одно и то же. В общем, надо это самое сделать и переместить усталую задницу в мягкое манящее сиденье. Только мысленно, разумеется.

Хоть я и честно старался, но подстегиваемый инстинктом самосохранения разум, никак не хотел отдавать контроль над телом его настоящей хозяйке ровно до тех пор, пока что-то мягко не вытолкнуло меня наружу.

— Уф! — громко сказала Ирин вслух. — Вцепился как болотная пиявка. Еле-еле отодрала. Всем привет! Это снова я.

— А Трудовик выходит того... умотал обратно к мехам? — поинтересовался Йен.

Я хотел было съязвить что-нибудь в духе "не дождетесь!", но внезапно обнаружил что лишился права голоса. В прямом смысле. То есть тело адмирала я по-прежнему ощущал как свое, а вот контроля лишился напрочь, что вызывало легкую панику, сдерживаемую только моей силой воли и пониманием, что если захочу — мигом вернусь в свою собственную шкуру. Доступ к игровому меню и возможность активации умений, хвала Системе, никуда не делись, да и с Ирин общаться мысленно я мог беспрепятственно.

— Да тут он! — отмахнулась адмирал. — Временно отстранен от тела, только и всего.

— Довольно двусмысленно прозвучало, — заметил я. — Сейчас огребем ворох пошлых шуточек.

Но, вопреки моим ожиданиям, этого не случилось. Компания, видимо, подобралась не та. Англичане, включая и не совсем живого Стивена, шутку не оценили, может из-за менталитета, а может из-за воспитания, ведь они все, в прошлом были весьма приличными людьми.

Наши новые друзья имперцы, то ли были культурно далеки от подобного юмора, то ли вообще никак не связывали некоторые понятия ввиду технологического превосходства своей цивилизации. В космосе они, видите ли, освоились как у себя дома, в туалете вместо бумаги ракушками подтираются... А вдруг у них и в этом деле тело уже давно вообще никак не используется?

Ну а мои соотечественники тоже отреагировали не так, как я ожидал: Марго почему-то нахмурилась, Жора, разумеется, тут же расплылся в ехидной усмешке, но очень быстро обнаружил возле носа кулак супруги, насупившейся еще сильнее воительницы, и резко погрустнел. Так что минутки скабрезных подколок у нас не получилось.

— Итак, — Ирин решительно выдохнула. — Я собираюсь рассказать вам кое-что, чего в этой вселенной не знает никто. Ну, кроме меня и еще одного че... существа. А до недавнего времени даже я сама об этом не знала. То есть знала, но не помнила... Или помнила, но не придавала значения. В общем, это все так сложно. И если бы не Трудовик... Если бы он не сделал то, что он сделал...

Ирин запнулась на полуслове, неожиданно всхлипнула, и тут я почувствовал, как по лицу потекли два горячих ручейка. Суровая, независимая и гордая межзвездная адмиральша, беспощадно рвавшая врагов на куски сама и нисколько не сомневаясь отправлявшая на смерть собственных людей, разрыдалась как сопливая школьница, у которой прямо на дискотеке соперница кавалера увела.

Лицо, разумеется, было ее, как и слезы, которые по нему стекали, но чувствовал я их при этом как свои собственные.

— Господи! — всплеснула руками воительница. — Да что этот гад с тобой такого сделал?!

Ну да, ну да... Как что, так это сразу я! Вот ведь какая страшная вещь эта женская, будь она неладна, логика. Куда не плюнь, всюду у них международный шовинистский заговор и во всем мужики виноваты! Скажете, не так?

Ну, вот представьте: испортилось у женщины настроение потому что... потому что... к примеру, любимый ноготь на мизинце изволил сломаться. Кто в этом будет виноват? Ясное дело — мужик! А почему? Да потому что! Кого еще-то в этом обвинить? Не себя же растяпу, ибо нефиг пальцы куда не надо совать, а именно ближайшего доступного мужчину. Может он там денег на маникюр не дал, а еще лучше — дал, но мало. Короче, по-любому он виноват.

Или допустим, вот ей грустно стало, не важно почему: колготки там порвались не вовремя, а может у Нинки из соседней квартиры отпуск был не в Турции, а на каком-то там, к примеру, Бали. Так ведь жена обязательно за все это на муже отыграется. Как будто это ее муж Нинке ту поездку оплатил. И колготки, разумеется, мешками таскает не в свою квартиру, а в соседнюю.

Аж бесит!

Я, между прочим, ничего плохого Ирин не делал! Если разобраться — только хорошее. Но чуть слезы-сопли и сразу мне прилетело.

Оправдаться по понятным причинам я не мог.

— Ну-ну, милочка, — бывшая королева подскочила к зареванной адмиралу, протягивая той неизвестно откуда появившийся бумажный стаканчик. Штейн безжалостно и безапелляционно выгнал монаршую особу из-за штурвала, во избежание еще каких-нибудь непредвиденных маневров, и с тех пор она скучая слонялась по салону, не зная, куда себя применить. Ну, вот и нашла. — Не убивайтесь так! Выпейте воды.

— Я-а-а-а не хочу воды! Я-а-а-а домой хочу-у-у! — капризно надув губы, сквозь всхлипывания провыла Ирин. — Меня об... обманом сюда заманили-и-и-и! Я хочу к папе! Я его тысячу лет не видела-а-а-а-а-а!

— Рассказывай! — Марго плюхнулась рядом, обняла адмирала, словно лучшую подругу и погладила ее по голове.

— Я как раз и собиралась, — кивнула та. — Все началось, когда мне исполнилось восемнадцать...

Если опустить долгую прелюдию о том, как хорошо жилось юной принцессе... Ах, да! Забыл упомянуть эту маленькую деталь: наша адмиральша в прошлом оказалась ни больше, ни меньше, чем наследницей престола и папаша ее был не какой-нибудь там вшивый король, берите выше! Целый император! И не пары-тройки занюханных провинций на клочке суши и вовсе не жалкого десятка планет на отшибе вселенной. О, нет! Это была очень неслабая такая звездная империя, раскинувшаяся на сотни тысяч парсеков и активно процветавшая. Но не сама по себе, а под присмотром, чутким руководством и железной ластой технологически развитой, древней и грозной расы. С одним маленьким уточнением: это раса была... Как бы это сказать? Цивилизацией разумных, весьма воинственных и крайне себялюбивых... земноводных. Такие вот пироги с лягушатами.

После такой вводной части в и без того маленьком салоне нашего шустрого кораблика резко стало как будто бы еще теснее, морально, а не физически, если так можно выразиться. Вроде как в одной полузабытой компьютерной стратегии: астрологи, мать их так, объявили неделю монархов, и количество царственных особ во всех жилищах удвоилось, как по мановению волшебной палочки.

Честно признаться, мы все немного офигели. Кроме бывшей королевы, которая восприняла эту новость так, как будто бы давно уже раскусила нашу царевну-лягушку и только и ждала, когда та сама во всем признается.

— В день моего совершеннолетия, — со вздохом продолжила Ирин, — отец устроил грандиозный праздник, куда пригласили все кланы империи, а их больше десяти тысяч! Сколько собралось народу, разумеется, никто и сосчитать не мог. Столичная планета просто трещала от такого наплыва "туристов", а подарками завалили все газоны вокруг резиденции. Думаю, чтобы разобрать их все, мне бы понадобилось лет тридцать, может сорок. Собственно, именно так я и планировала провести ближайшие годы.

— Сорок лет разбирать подарки? — изумилась Марго.

— Конечно, — со всей серьезностью кивнула лягушачья принцесса. — Пропусти я хоть один, даже от самого никудышного вассала из самого захудалого баронства, это было бы воспринято как оскорбление и тогда меня вызвали бы на бой со всем кланом, или попытались бы организовать государственный переворот, а то и просто напросто подослали бы армию наемных убийц. У нас и так-то всегда было неспокойно. Кланы мало тог что постоянно грызлись между собой, так еще и периодически пытались сместить папу. То по одному, а то и скопом. Это называлось "проверить крепость трона". Правда, еще никому не удавалось хоть сколько-нибудь успешно противостоять могучей гвардии императора. Заговорщики традиционно больно получали по ластам и всем скопом отправлялись в застенки, ждать сурового, но справедливого императорского суда.

— И что с ними было потом? — живо заинтересовалась Елизавета. Правда она тут же смутилась и попыталась оправдаться: — Ты не подумай, я чисто из академического интереса спросила. Просто для сравнения.

— Если суд решал что повод для восстания был весомым, то папа миловал заговорщиков, облагал их двойными налогами и отправлял восвояси, если я правильно помню, — на секунду задумавшись, ответила Ирин. — А если доказательства были неубедительны, то главу клана, как правило, казнили, а все остальные смутьяны облагались тройными налогами на тысячу лет без права в это время участвовать в очередном заговоре. Император особо никогда не зверствовал в вопросе наказаний. Во-первых, попытки переворота приносили неплохой доход казне, а во-вторых, потому что кланам иногда надо было "спускать пар". Тут и гвардейцам хорошая тренировка и сами вассалы с большей долей вероятности останутся живы. Ведь в междоусобицах, как правило, бились до последнего кровника. А пока имперские СМИ ежедневно публиковали "сводку распаковки подарков", всех интересовало только это. Так что ближайшие тридцать-сорок лет должны были стать для империи временем мира и благополучия, если бы не то, что случилось в первый же день праздника...

Ирин погрустнела и на какое-то время замолчала. Никто не решился ее торопить.

— Я по молодости и наивности вскрыла один подарок, который не следовало трогать, — спустя почти минуту мрачно продолжила адмирал. — Уникальный магический свиток, по слухам, найденный в глубоком космосе, вдалеке от населенных регионов, возле подозрительной белой дыры. Вещь безумно дорогая, именно поэтому мне ее и подарили. Клан, преподнесший такой поистине драгоценный артефакт, надеялся снискать расположение отца и выпросить для себя некоторые послабления. Слухи про свиток ходили самые разные: начиная от того что на нем записано заклинание всеобщего счастья до того что манускрипт содержит в себе вселенский Армагеддон. Половина коллекционеров в империи готовы были за него не то что выложить последние деньги а и удавиться в прямом смысле. Разумеется, что вскрывать такую ценность никто в здравом уме бы не стал. Ведь каждый знает, что отработавшие свитки рассыпаются в пепел. И только у меня хватило глупости сунуть свой любопытный нос, куда не надо.

Ирин горестно вздохнула и снова умолкла.

— И что же там было? — не выдержала Марго. — Ну, не тяни!

— Как несложно догадаться, портал в иное измерение, — горько усмехнулась адмирал. — Только это был не простой портал, а хитрая ловушка. В одно мгновение меня затянуло внутрь, а затем переход схлопнулся. Никто ничего даже понять не успел. Особенно я. Миг и я оказалась в вашем измерении, запертой клетке, оплетенной очень мощными чарами. Речи о том чтобы хоть как-то сопротивляться, а тем более освободиться, не было. Я даже дышать без разрешения не могла. Фактически я была в полной власти настоящего хозяина свитка и этой клетки.

— Которым был тот самый тип, что подрядил меня доставить ему меч, найденный Марго, — догадался я. — Твой бывший "хозяин". Известный капитану и его сослуживцам как лорд Грейдер, а нам как великий и ужасный Коллекционер. Держу пари, это не все из его имен. Слишком уж он ушлый.

— Именно так, — вслух подтвердила Ирин, и тут же пояснила для остальных. — Как сказал Трудовик, я оказалась в плену у того самого негодяя, кого в этой человеческой империи называют лордом Грейдером, а в соседней гросс-адмиралом Скайлокером. Как бы странно оно не прозвучало, но эти два непримиримых врага на самом деле один и тот же... я не знаю кто. Называть его человеком, после всего что я вспомнила, всего того что он со мной сделал, просто язык не поворачивается.

— Большего бреда я в жизни не слышал! — фыркнул Штейн. — Тем более что я, как капитан... то есть, бывший капитан имперского флагмана, знаю лорда-регента Грейдера довольно близко и достаточно давно. Он — мировой мужик. Гениальный флотоводец, опытнейший военный и вообще... Да любой из офицеров... я имею в виду нормальных боевых офицеров, а не всяких там штабистов и тыловых прохвостов типа адмирала Рата. Так вот, абсолютно любой подтвердит мои слова. Он просто не может быть предателем! Я не верю!

— Ну, хорошо, — усмехнулась Ирин. — А что ты тогда скажешь про адмирала Скайлокера?

— Мерзкая, вонючая и злобная исидорская крыса! — сквозь зубы процедил капитан. — Поганый колдун и ублюдочный чернокнижник. И как его только терпят сами исидорцы? Хотя... с них станется. Сами-то они не лучше. А еще говорят, что эта черная душа натурально ест живых младенцев на завтрак. Один мой знакомый инструктор из летной академии побывал в плену. Так он клянется и божится, что видел это собственными глазами.

— Вот мне интересно, — задумчиво протянула Ирин, глядя Штейну прямо в глаза. — А что бы сказал на твоем месте точно такой же недалекий пилот, окажись мы волею случая не на эльтанском корвете, а на точно таком же скоростном курьере Исиды? Знаешь, ведь по большому счету, мне было совершенно без разницы на какой из флагманов телепортироваться. Оба флота уже месяц как висят в одной системе, и точку выхода я выбирала наугад.

— Вражеский пилот тебя просто напросто пристрелил бы, — усмехнулся в ответ капитан. — А не разговоры разговаривал.

— Я сильно сомневаюсь, что у кого-то хватило бы духу поднять руку на одного из членов совета, — улыбнулась адмирал и продемонстрировала Штейну светящийся зеленым неоном и вибрирующий и тихонько гудящий... клинок? — Ты ведь в курсе, что это за штуковина?

— Вот же драконье дерьмо! Адский луч! — капитан бросил штурвал, нырнул за кресло, выхватил оружие и направил его на Ирин. Оба его сослуживца с еле уловимой заминкой сделали то же самое. Корабль ощутимо затрясло, но спустя секунду сработал автопилот и болтанка закончилась. — Она одна из Рыцарей Смерти! Нам всем крышка!

— Хватит истерить, солдат! — рявкнула адмирал. — И уберите оружие! Одного выстрела достаточно чтобы повредить какую-нибудь важную систему, мы ведь далеко не на линкоре. Эта посудина не выдержит перестрелки.

— Я видел, как такой резак вскрывает тяжелый десантный танк, словно дешевую консервную банку. Так что одно твое неловкое движение немедленно организует в корпусе дыру несовместимую с нашими жизнями, — возразил Штейн. — Сначала ты... Кто бы ты там ни была... Убери свою штуковину подальше. А потом уж я так и быть подумаю над тем, чтобы спрятать бластер.

— Да, на здоровье! — фыркнула Ирин, отключая штуковину и пряча рукоять в инвентарь. — Все равно твоей пукалкой меня даже не оцарапать. Надеюсь, демонстрация была весьма убедительной?

— Очень, — согласился капитан, осторожно выглядывая из-за кресла. Ствол он, кстати, не торопился опускать, так и держал адмирала на прицеле. — Теперь я на сто процентов уверен, что ты — Рыцарь Смерти. Никто кроме этих тварей не в силах управлять адскими лучами.

— Это световой меч, придурок, — вздохнула Ирин. — А теперь, убери, пожалуйста, пистолет и спокойно все обдумай. Я, конечно, не самая большая шишка в эльтанском флоте, но не знать меня в лицо ты не мог.

— Со всей очевидностью, ты — вражеская шпионка, — безапелляционно заявил Штейн. — Знал бы только Грейдер, какую змею пригрел на груди, он бы лично тебя придушил.

— Ну и дела... — адмирал задумчиво пожевала нижнюю губу. — А я ведь была куда лучшего мнения об умственных способностях наших офицеров.

— А я ей верю! — неожиданно заявил самый молодой из их тройки, убирая оружие в кобуру. — Если предположить что все это правда и Грейдер со Скайлокером — это один человек, тогда очень многие странности в поведении лорда-регента очень легко объясняются.

— Ты о чем? — Штейн с подозрением покосился на лейтенанта. — Какие еще странности?

— Ну, народ всякое говорит, — развел руками Цанг. — Мутный он тип, наш лорд-регент. То где-то пропадает месяцами, и никто не знает, где конкретно. То выскакивает как черт из табакерки и в одиночку вписывается в какие-то странные переговоры с противником, где самое странное, его даже в плен не берут, а более того, неожиданно заключают перемирие, хотя до этого готовы были нас на куски рвать хоть зубами.

— Очень много ты понимаешь в политике, сопляк, — проворчал капитан. — Думаю, Грейдер просто напросто помимо военных талантов еще и величайший из дипломатов. Это нормально, ведь он родной дядя императора и на придворных интригах явно съел не одну собаку.

— Верно, — подтвердила Ирин. — Только не дядя, а какой-то там пра-пра-пра, очень много раз пра, сколько точно я не знаю, дедушка. Равно как и с другой стороны. Понятия не имею, сколько лет назад это произошло, но совершенно точно знаю, что обе правящие династии обеих враждующих империй он основал собственно... к-хм... ручно. Однажды, в редкую минуту откровения, он мне это поведал, как весьма смешную шутку.

— И я стрелять не буду, — буркнул Брандт, вылезая из укрытия с поднятыми руками. — Ни разу не слышал, чтобы кто-то выходил живым из стычки с Рыцарями Смерти. Их вроде даже мехи опасаются.

— Не то чтобы прямо боятся, но определенно предпочитают не связываться, — поправила Ирин. — Только исидорцы в отличие от эльтанцев, называют нас Магистрами Света. Полагаю, это все-таки из-за светового меча. Не валяйте дурака, капитан, если бы я хотела вас убить, мне достаточно было бы этого только захотеть. Как и всякий член совета, я умею управлять разрушительной силой, недоступной вашему пониманию. Уберите пистолет немедленно, пока кто-нибудь не пострадал.

Вот блин! И как я сразу не догадался? А ведь в первую нашу встречу Ирин раскидывала толпы ушастых чуть не одним движением брови. Даже их богиня, столкнувшись с адмиралом нос к носу, явно была ошарашена ее способностями. Она еще тогда сделала предположение, что та может управлять местной гравитацией. А ведь это нифига не так!

— А скажите-ка мне, ваше лягушачье высочество, — задумчиво протянул я. — Вы случайно не знакомы с неким зеленокожим парнем по имени Йода?

— Вопросы странные Трудовик задаешь мне ты, — хихикнула та. — Йоды никакого не встречала я никогда.

Но, сдается мне, стёб неприкрытый слышал я в словах этих.

Глава 5

— Ладно, — наконец сдался Штейн. Он демонстративно поднял оружие над головой, держа бластер за скобу спускового крючка указательным пальцем. — Сделаю вид, что никакого меча я не видел. Но теперь, как ты сама понимаешь, веры твоим словам у меня еще меньше чем раньше. И гоняться за белыми дырами вообще отпало всякое желание. Тем более что никто так до сих пор и не дал мне внятного объяснения, зачем нам собственно этим заниматься.

— Мастер Скайлокер... то есть лорд Грейдер, как вы его знаете, исчез, — объяснила Ирин. — Его нет ни по эту сторону фронта, ни по другую. Пока вы там пьянствовали...

— И выторговывали корабль! — возмущенно сказал капитан.

— Ну, хорошо, — легко сдалась та. — Пока вы там пьянствовали и выторговывали корабль, я пыталась с ним связаться всеми известными, несколькими малоизвестными и даже одним совсем никому не известным способом. Короче говоря, этот гад, похоже, порядком струсил и как только на горизонте нарисовались механоиды плотно залег на дно.

От последней реплики бывшей имперской адмиральши Штейна изрядно перекосило, но снова лезть в драку он благоразумно не стал. Впрочем, весь спектр эмоций пилота, слишком явно отразившийся на его лице, весьма красноречиво свидетельствовал о том, с каким удовольствием он бы сейчас съездил бывшей начальнице по лицу.

— Понимаю, — усмехнулась Ирин. — Неприятно слышать такое о человеке, которого во флоте чуть не боготворили, но знай ты о нем хоть сотую долю того, что знаю я, еще и не такими словами бы костерил. Если тебе так будет проще, можешь считать, что я говорю не о Грейдере, а о Скайлокере. Тем более, что в данном случае это чистая правда. Ты же не будешь отрицать что вот он-то как раз редкая гнида?

Капитан не ответил, но и так было понятно что не будет.

— Так вот, — продолжила та, посчитав инцидент исчерпанным. — Как минимум в одном таком месте я была: в той самой лаборатории на неизвестной планете, где надо мной долгие годы ставили изуверские магические опыты, благодаря чему я и превратилась вот в это.

Ткнув пальцем в свое зеркальное отражение на одной из стен, дочь лягушачьего императора брезгливо поморщилась и даже передернулась от отвращения.

— И ты считаешь, что прыжок в белую дыру приведет нас к этой планете? — удивленно спросил Брандт.

— Да не к той планете, дубина! — закатила глаза Ирин. — Мы переместимся ко мне домой, в мою вселенную, доберемся до императорской резиденции и отыщем тот злополучный свиток. А уж с его помощью откроем портал в логово Скайлокера-Грейдера. Теперь понятно?

— Которое, по твоим же словам, находится где-то в нашей же вселенной? — уточнил младший из троицы бывших имперских офицеров. — То есть, мы должны прыгнуть в белую дыру, к которой и приближаться-то весьма небезопасно, не то, что лезть в нее, чтобы потом переместиться обратно порталом, который еще надо найти, да не где-нибудь, а прямиком на столичной планете очень воинственной и свирепой расы разумных земноводных.

— В точку! — подтвердила та. — Ты поразительно проницателен, наш юный друг. Именно это я только что и сказала открытым текстом.

— Ну, допустим, нас не размажет по космосу в кровавую пыль с большой примесью металла и пластика. Пусть, вместо этого мы каким-то чудом, вопреки банальному здравому смыслу и скучным законам физики окажемся на загадочной той стороне, — не унимался Цанг, то ли не допетривший что над ним потешаются, то ли попросту пропустивший последнюю фразу адмирала мимо ушей. — С чего ты взяла, что мы вообще окажемся поблизости от пункта назначения, и нам не придется тащиться туда ближайшие лет пятнадцать-двадцать? Как бы быстро наша птичка не летала, но у нее есть свои пределы. Это все-таки не корабль механоидов, а космос, он, знаешь ли, чрезвычайно велик. Или на твоей родине все не так, а вся ваша вселенная не больше десятка парсеков в любую сторону?

— Нормальная у нас вселенная, — обиженно буркнула лягушачья принцесса. — Еще побольше вашей будет.

— Что и требовалось доказать, — развел руками Цанг. — Как по мне, так вся эта затея чистой воды авантюра без особых шансов на благополучный исход. Не проще ли будет искать логово этого твоего босса прямо здесь, без самоубийственных нырков в сверхмассивные объекты?

— А не-е-ет... — задумчиво протянула Ирин. — Я тебе сильно переоценила. Ты все-таки поразительно глуп даже для своего возраста. Кстати, а сколько тебе лет, юноша?

— Какое это имеет значение? — обиделся тот, густо покраснев.

— Самое непосредственное, — заверила его адмирал. — Сколько у тебя было вылетов? А, хотя... Смотри сам... Вот, к примеру, твои старшие товарищи: рискну предположить, что оба достаточно давно служат на флоте, оба на хорошем счету и без всяких скидок могут считаться бывалыми космическими волками, много где побывавшими и много чего повидавшими, избороздившими космос вдоль и поперек. Спроси у них, насколько хорошо изучена хотя бы та территория, что считается границами вашей собственной империи?

— Вряд ли сильно ошибусь, если скажу что процентов на пять, — не дожидаясь повторения вопроса, пожал плечами Брандт. — Ну, максимум семь...

— Я бы сказал от силы на два-три, — фыркнул капитан. — А скорее всего и того меньше.

— Чем чаще в космосе бывает человек, тем меньшую цифру он назовет, — согласно кивнула Ирин. — По моим прикидкам даже самые башковитые наши космографы толком не знают и сотой доли того, что обозначено на картах как Великая империя Эльтан. А скорее всего и тысячной. Да и у Исидорцев, кстати, дела обстоят не лучше. И те и другие осваивают свой кусочек космоса сотни лет, обшаривают его сверхмощными телескопами, неустанно сканируют суперчувствительными радарами и рассылают научные, военные и промышленные экспедиции во все стороны чуть не ежедневно. И что?

— Что? — смущенно переспросил Цанг, стыдливо опустив глаза и поменяв цвет лица с легкой красноты на насыщенный пунцовый, как заправский хамелеон. Только те обычно наоборот, мимикрируют под окружающий пейзаж, а этот на фоне серых стен корвета стал еще больше выделяться.

— Ничего хорошего, — заверила его адмирал. — Космос не просто большой, он офигенно огромный! Ты даже представить себе не можешь насколько! Кроме того, каждый самый небольшой его кусочек можно перепахивать десятки, сотни или даже тысячи раз и один черт, каждый раз найдется что-то новое, ранее никому не попадавшееся. Знаешь, как часто на регулярных маршрутах находят крупные планетоиды?

— Как? — молодой офицер окончательно устыдился своего невежества. Настолько, что оттенок его лица чуть было не выпал в инфракрасный, невидимый человеческому глазу спектр.

— Каждую неделю! — огорошила его Ирин. — А планетоид, если ты не в курсе, это довольно большая штука. Достаточно здоровая чтобы даже обладать собственной гравитацией, и уж точно весьма массивная, чтобы гарантированно засекаться всеми видами радаров и телескопов. Тем не менее, новые находят постоянно даже там, где почти на каждом астероиде есть надпись плазменным резаком в духе "здесь был Кляк с планеты Клюк". А знаешь, почему?

— Почему? — жалобно спросил тот, уже чуть не падая в обморок от избытка чувств и переизбытка прилившей к щекам крови.

— Потому что космос не просто офигенно огромный, он нереально, исполински, колоссально, чудовищно и невообразимо гигантский, дубина ты неотесанная! — выпалила та на одном дыхании. — И даже такому безмозглому головастику как ты, должно быть совершенно ясно, что искать в его бескрайней бесконечности что-то, что очень старательно прячут, затея не просто тухлая, а и вовсе имеющая отрицательную вероятность успеха.

Грешным делом я даже подумал, что сейчас она выдаст ему подзатыльника за необразованность. По крайней мере, у меня самого руки так и чесались это сделать. Но поскольку контроля над телом меня лишили, а сама адмирал проявила куда более стойкую выдержку, Цанг так и остался небитым.

— То есть, ты хочешь сказать, что очертя голову лезть в сверхмассивное скопление антиматерии, которым предположительно является белая дыра, идея чуть менее тухлая? — высунув хмурое лицо из очередного люка, вставил свои пять копеек зомби-умник. — Я, конечно, прошу прощения, но, что называется "какие ваши доказательства"?

— Вот, — Ирин выразительно похлопала себя по бедрам. — Вот какие мои доказательства. Раз уж я оказалась здесь благодаря свитку, который вне всякого был заброшен туда отсюда, значит, проход существует и работает. Ведь как-то этот свиток попал ко мне в руки?

— А почему ты исключаешь вариант, что его закинули туда каким-то другим способом? — хмыкнул Стивен. — Это могло быть что угодно, от примитивного сбоя при банальном гиперпрыжке до крайне фантастичного и весьма неудачного эксперимента по телепортации.

— Нет, — упрямо помотала головой адмирал. — У меня есть все основания полагать, что свиток в мой мир забросили именно этим способом. Иначе, зачем бы моему бывшему хозяину нужно было тратить столько сил, времени и ресурсов на то, чтобы внушить мне панический страх перед белыми дырами? Еще несколько часов я даже само их название вслух произнести не могла, чтобы не впасть в истерику, не то, что попытаться к ним приблизиться. Подобные ментальные блоки, знаешь ли, требуют не только великого мастерства, но и невообразимую прорву энергии. С чего бы Грейдеру тратить примерно полугодовой бюджет каждой из империй за просто так? Для тренировки или ради научного интереса? Пф-ф-ф! Не в его стиле.

— И ты считаешь, что это нужно было...

— Для того чтобы я случайно не сбежала, — закончила за Стива Ирин. — Это же очевидно!

— Следовательно, раз он задействовал такие мощности — ты чем-то для него очень ценна, — заключил зомби. — Случайно не знаешь, чем именно?

— В том-то и дело что знаю, — кивнула та. — И это еще одно доказательство моей правоты. Я — его пропуск туда. Живой ключ от черного хода для побега из вашей вселенной, если здесь вдруг что-то пойдет не по плану. А это означает, что у нас есть все шансы нырнуть в проход здесь и выбраться живыми и невредимыми с той стороны.

— Ну-ка, ну-ка, какой еще ключ? — живо заинтересовался Стив. В запале он подался вперед, да так что вывалился из люка прямо под ноги Ирин. Встал, небрежно отряхнулся, поправил съехавшие набекрень очки и выжидательно уставился на принцессу.

— Какой, какой... Магнитный! Если ты не знал, что черные, что белые, что цветные и даже прозрачные дыры имеют просто чудовищную гравитацию, а значит любой физический объект, попадающий в радиус их притяжения, будет притягиваться к ним со страшной силой, что повлечет за собой...

— Бесконечное уплотнение и сжатие любой материи, — раздраженно перебил умник. — Уж мне-то не рассказывай! Где-нибудь в районе короны нас вместе с этим кораблем уже сплющит в ма-а-аленький такой, я бы даже сказал что микроскопический, комочек. И вряд ли к тому моменту мы будем еще живы.

— Разумеется, все именно так и будет, — кивнула Ирин. — В том случае если попытаетесь нырнуть в червоточину без меня.

— А если с тобой?

— То я легко нейтрализую гравитацию антисингулярности в пределах одного корабля, — пожав плечами, ответила адмирал. — Я правда могу это сделать. Собственно, поэтому Грейдер так со мной и носился.

— То есть, когда Мать, перед тем как мы ее грохнули, сказала, что ты управляешь гравитацией, она угадала, — осенило Марго.

— Верно, — кивнула Ирин. — Она сразу все просекла. Может она злобная, мстительная и жестокая, но далеко не дура. Дуры богинями не становятся.

— Выходит, что моей заслуги в победе над Матерью и вовсе нет, — усмехнулась воительница.

— Ну, почему же нет? Ты очень вовремя подкинула камень, — успокоила ее Ирин. — Без этого трюка мы бы ее не одолели.

— Но упади он на нее просто так, она бы даже не почувствовала, верно? — Марго задумчиво потерла подбородок. — Во сколько раз ты увеличила его массу?

— Я не считала, — не очень убедительно сказала принцесса. — Может в десять, а может и в тысячу. Да какая разница? Все равно, в тот момент я не смогла бы противостоять ей в одиночку. Слишком много на меня было навешено разной ментальной дряни. Если бы не Трудовик, я бы даже никогда и не узнала предела своих настоящих возможностей.

— То есть теперь, в твоем нынешнем состоянии, ты просто прихлопнула бы эльфийку одной левой? — упорно продолжала гнуть свою линию Марго. Вот далась ей эта Мать, мать ее так?

— Да далась тебе эта Мать? — словно прочитала мои мысли Ирин. Хотя, не исключено, что так и было. Тело-то у нас одно на двоих, а значит и мозг и вся биохимия на пару с биоэлектроникой и еще черт знает чем одинаковые. Никто ведь точно не знает, как оно на самом деле там работает. А вдруг все мои размышления в голове адмирала бьют несмолкаемым набатом? Ой, бли-и-и-н! Вроде ничего "такого" я напридумывать пока не успел, но все равно как-то стыдно.

Пусть тело адмирала меня и не слушалось, но от моих переживаний щеки Ирин мгновенно покраснели, как парой минут ранее у юного имперского офицера. Как я ни старался замять свой стыд, все-таки на всеобщее обозрение он вылез немедленно.

— Да твою ж... — мысленно ругнулась принцесса. — Ты можешь мне не мешать? Я же попросила посидеть тихо хоть полчаса!

— Извини, — краснея еще сильнее, покаялся я. — Я не специально. Оно само как-то. А вот скажи, ты все мои мысли... ну, того... типа... слышишь?

— Только если ты специально ко мне обращаешься, — чуть замявшись, ответила Ирин. — Или если слишком громко думаешь. Как вот сейчас. Последняя мысль у тебя... то есть у меня, конечно же, в данный момент прямо на лице написана.

— Еще раз прости, — поспешно повторил я. — Я постараюсь больше так не делать.

Этот наш разговор длился буквально какие-то доли секунды. Все-таки кое-какие несомненные плюсы у мысленного общения были. А потому неуловимую заминку в словах адмирала никто и не заметил. Чего нельзя было сказать о ее раскрасневшемся лице.

— Еще раз повторяю, что тогда я ничего не смогла бы противопоставить эльфийской богине, будь я с ней один на один, — с нажимом произнесла Ирин. — Такой ответ тебя устроит?

— Более чем, — кивнула Марго. — А чего это ты вдруг покраснела? В чем подвох?

— Это не я, — честно ответила адмирал. — Просто твой незримо присутствующий здесь друг оказался слишком уж впечатлительным.

— Жарко тут, — буркнул я. — Так и передай.

— Говорит, что его в жар бросает, — послушно транслировала принцесса. — Наверное, это с непривычки. Шутка ли, по чужим телам шляться?

— Если дамы не против, я бы хотел вернуться к более насущным вопросам, — нетерпеливо прогудел Стив. — В частности, уверена ли уважаемый адмирал, то есть бывший адмирал, принцесса или как вас там теперь... что сможете полностью нейтрализовать силы гравитации белой дыры? Да еще и в течение всего времени, необходимого на перелет в соседнее измерение?

— Ха! — Ирин щелкнула пальцами, и корабль ощутимо тряхнуло, свет на мгновение погас, а затем все вернулось, как было, но все-таки что-то изменилось. Не понятно что, но чувствовал я себя слегка неуютно. — Наслаждайтесь зрелищем!

Чертыхнувшийся пилот одним прыжком подскочил к приборной панели. Одного взгляда на которую ему хватило чтобы выругаться совсем уж нецензурно.

— Если верить сбрендившим датчикам, мы только что перескочили световой барьер, — закончив костерить неизвестно кого самыми забористыми выражениями, большая часть из которых представляла собой непереводимую игру слов, а оставшаяся, судя по всему, мешанину из флотского жаргона, узкоспециальных технических терминов и секретных приемов Камасутры, капитан повернул вытянутое до безобразия лицо с округлившимися от удивления глазами. — Все еще продолжаем разгоняться и уже трижды превысили тахионный предел. С места. Без разгона, с неработающими компенсаторами и отключившимся маршевым двигателем. И это мы даже не в гипере. Охренеть!

— Да ну нафиг! — воскликнул Стивен и упал в обморок.

— Ну, вот вам и ответ! — счастливо рассмеялась Ирин. — А вы говорите: не догоним, не долетим! И заметьте, я даже не вспотела. Если надо, я могу еще чуть ускориться, раз эдак в десять, но тогда придется потерпеть легкие перегрузки.

— Поразительно! — еле слышно промямлил зомби, которого Марго тут же привела в чувство парой тяжелых пощечин. Будь на месте этого мертвого здоровяка с бычьей шеей кто-то другой, более хлипкий, ему бы наверняка от таких ударов голову нафиг оторвало. А Стив ничего, приободрился даже. — Просто вопиющая беспечность! Ты тащишь корабль в обычном пространстве со скоростью противоречащей принципу причинности, да еще и улыбаешься. А если нас сейчас на бозоны разложит?

— Если попробуешь спрыгнуть за борт, обязательно разложит, — обрадовала его принцесса. — Пока остаешься внутри, тебе ровным счетом ничего не грозит. Я тут сама себе альфа и омега, физика и лирика, а так же Сцилла и Харибда в одном лице, как захочу, так и будет. Ну что, есть у кого еще сомнения в моей компетенции?

— Есть вопросы, — подал голос, все время пока шел научный диспут, старательно прикидывавшийся ветошью Жора. — А нахрена тогда мы тебе сдались, если ты такая вся из себя всемогущая? И вообще, зачем тебе нам помогать? Ты теперь вроде как вполне себе свободна, независима и круче тебя только яйца у Создателя. Чего тебе от нас-то надо?

— Месть! — сквозь зубы процедила Ирин. — Вы поможете мне отомстить Грейдеру за годы боли и унижений. А так же выпытать у него ритуал обратного превращения меня нынешней в меня настоящую. А потом я его с большим удовольствием грохну, самым болезненным способом, который только смогу придумать.

— Решила сколотить банду инфузорий, чтобы отомстить левиафану, — прихрюкнул от смеха Жора. — Ты хоть сама понимаешь, как глупо это прозвучало? Да он нас всем скопом одним своим взглядом в кровавый блин раскатает, если хоть половина из того, что ты про него рассказала, правда.

— Может, раскатает, а может и нет, — пожала плечами принцесса. — Пока не попробуем — не узнаем. Однако встретиться с ним нам так и так придется. Во-первых: Трудовику в любом случае надо закончить этот злополучный квест. Иначе он так и останется калекой. А во-вторых: не думаю, что этот гад вот так запросто отпустит нас на все четыре стороны с мечом, который для него оказался важнее гарантий личной безопасности.

Не зря же он предпочел рискнуть мной при этом хоть и существенно, но, все же не стопроцентно, увеличить шансы на благополучную его доставку. Как я теперь понимаю, шансы погибнуть в этой операции у меня были весьма недурственные. Тем не менее, ты прав, никого заставлять я не собираюсь. Всех, кто не захочет участвовать, высадим на ближайшей подключенной к Системе планете. Совсем уж задохликов среди вас нет, так что найти стационарный портал и отправиться куда захотите, не составит никаких проблем.

По правде говоря, мне не нужен даже экипаж, я и сама могу управлять этой посудиной хоть с закрытыми глазами. Только Трудовик, который и так со мной очень тесно связан и Марго, которую слушается меч. Остальным я бы даже настоятельно советовала в это не лезть. Целее будете, — закончила принцесса, обведя всех пристальным взглядом.

Повисла неловкая пауза. Все потенциальные члены "банды инфузорий", как в шутку окрестил нас некромант, крепко задумались над вопросом: А может, действительно, ну его нахрен?

Глава 6

— Я желаю вам удачи, друзья, — на прощание смущенно сказал Гэн... Э-э-э... Йен, разумеется. — Еще раз прошу прощения, что приходится покидать вас вот так внезапно, но мой долг — следовать за моей королевой.

А сам королева ничего не сказала. Не посчитала нужным объяснять, почему именно сейчас желает вернуться на Землю. В принципе, все и так было понятно: рассказ Ирин разбудил в ней отошедший в последние дни на задний план монаршеский инстинкт, а потому Елизавета решила, во что бы то ни стало вернуть статус Кво и восстановить порядок хотя бы на ранее подконтрольных ей территориях. Как будто старая добрая Англия за пару недель или даже месяцев куда-то от нее убежит. В самом деле, опасается, что ли что подданные разбегутся или кто-то другой вдруг возжелает захватить нафиг никому сейчас не сдавшийся трон? Я вас умоляю! На Туманном Альбионе нынче, как мне кажется, что лейбористов, что консерваторов волнуют совсем другие вопросы. А именно: первый — как не загнуться с голоду, и второй — как не быть съеденным самому. Ну и кач, само собой. Последнее теперь волнует абсолютно всех, даже тех, кто раньше был начисто лишен любых политических амбиций.

Жаль, конечно, разом лишиться двух полезных союзников. Как ни крути, королева, хоть и бывшая, могла бы пригодиться на переговорах, если с лягушачьим императором вдруг возникнут непредвиденные тёрки. Да и в драке она, насколько я слышал от Марго, может показать любому противнику, в какую сумму в фунтах стерлингов обойдется фунт лиха. И рыцарь, при всех его закидонах, вполне себе приличный маг. А чуда-то нам как раз сейчас и не хватает.

Ну и хрен с ними! Не насильно же их удерживать, в самом деле. У нас в отличие от них, какая-никакая, но демократия. Хочешь свалить? Вали! Скатертью тебе портал. Вот тебе Бог, а вот гиперпрыжок. Телепорт до Лондона доведет. И все в таком духе.

Стивен, в отличие от соотечественников возвращаться на родину отказался наотрез.

"Упустить возможность увидеть собственными глазами параллельную вселенную?" — выпучив эти самые глаза, искренне возмутился умник. — "Да чтоб я сдох!"

Чисто номинально, он и так уже не был живым. Причем достаточно давно. Но все всё поняли. Даже пошутить по этому поводу никто не попытался.

А вот приятеля с женой я сам уговорил остаться на планете, куда Ирин притащила корабль за какие-то полчаса.

По словам принцессы, это был очень старый и очень безопасный, хорошо охраняемый сильнейшими игроками мир. Островок спокойствия и безмятежности в охватившем вселенную хаосе. Особенно если у гостей имелись деньги. А у Жоры как раз, благодаря моей щедрости и его находчивости, на кармане лежала внушительная сумма, которой при разумных тратах должно было хватить чертовски надолго.

Не скажу, что убедить его получилось легко. Одна только мысль пересидеть опасное приключение на курорте возмутила приятеля до глубины души. И какие бы доводы я не предлагал, некромант просто посылал меня нафиг. В конце концов, положение спасла Марго.

— А ты как давно водил жену в ресторан? — как бы между прочим поинтересовалась воительница. — А на море хоть раз вывозил за всю жизнь? Шубы, сумки, сапоги, вечерние платья когда последний раз с ней выгуливал?

— А там что, и шубы есть? — живо заинтересовавшись, уточнила Маша. — И рестораны? И море?

— Обязательно, — кивнула адмирал. — А еще вечеринки, тусовки, модные недели и всякая такая скучная хрень, которой богатенькие буратины развлекаются от нечего делать. Так сказать с жиру бесятся. Нужно же удачливым охотникам за сокровищами где-то это все спускать.

— А ну пошли! — решительно сказала Зубная Фея и утащила супруга в дальний угол корабля.

Две минуты убедительного шипения в ее исполнении за глаза и за уши хватило Жоре, чтобы кардинально поменять свое мнение.

— Мы остаемся! — со вздохом объявил некромант, недружелюбно зыркнул на Марго, а мне, то есть, физически конечно Ирин, втихаря показал кулак.

Вот и славно, что так вышло. Не пришлось объяснять приятелю что мы и так в незавидном положении, когда с одной стороны нас щемят механоиды, с другой до чертиков пугающий даже Ирин ее бывший босс, а с третьей ее же биологический родитель, который совершенно непонятно как отреагирует на возвращение блудной дочери да еще в такой странной компании. Нам только некроманта с собой тащить не хватало. Их и так никто и нигде не любит. А до кучи еще и все ушастое галактическое сообщество вместе с их такой-то Матерью, может слететься на запах Отступника как мухи на запах... В общем, чего-то, что мухам сильно нравится и заставляет их тонкие души благоговейно трепетать от восторга.

Сюда-то они, как заверила меня адмирал, точно не рискнут сунуться. Очень уж местные их не любят. Только повод дай надрать эльфам уши. И подопечные Великой Матери об этом прекрасно осведомлены.

Салли, Вилли и их юный коллега Штефан горели желанием убедиться в правдивости слов Ирин относительно личности их бывшего начальника, и готовы были рискнуть жизнью, чтобы в этом лично удостовериться или наоборот опровергнуть. Причем, это вот желание именно опровергнуть у них явно превалирует и над здравым смыслом и над инстинктом самосохранения. Что по их лицам даже неискушенным глазом видно. Да и пусть. Не мне их винить. Когда за пару дней мир встает с ног на голову, и тебе говорят что черное на самом деле внутри белое и пушистое, а белое куда как черней чем черное, а потом что это вообще одно и то же. У кого хочешь, может крыша поехать. А эта троица вон ничего. На вид держатся молодцами. Лишь бы какой-нибудь фокус под самый конец операции не выкинули. Но тут уж, я думаю, Ирин будет держать с ними ухо востро. В конце концов, она куда как лучше меня знает порядки, царящие в имперском флоте с обеих сторон. Раз уж бывшая адмиральша особо не протестует против их участия, то и мне нечего напрягаться. Во всяком случае, пока.

С тихим шипением открылся шлюз и все четверо остающихся, помахав нам на прощание, шагнули в стыковочный коридор санитарной космической станции, висящей на орбите планеты-курорта. Их впереди ждал не очень долгий, но обязательный карантин. А как вы хотели? Такой тут порядок.

Пусть обитатели системных миров никогда ничем не болеют, это вовсе не значит, что какая-нибудь дрянь из космоса или соединенных телепортом миров будет на планете желанным гостем. Нет, по большому счету местная полиция, состоящая из раскачанных до небес паладинов, рейнджеров, сбивающих космический крейсер камнем из рогатки и магов, плевком гасящих звезды, как-то однажды играючи покрошила в труху полчища чужих, вознамерившихся отложить свои мерзкие личинки в мирных обитателей. А на закуску уничтожила целую цивилизацию космических тараканов, у которых мозгов не хватит обойти этот мир десятой дорогой. По слухам, даже грозные механоиды пару раз сюда сунулись, жестко получили по зубам и решили что оно того не стоит. Но зачем допускать саму возможность возникновения какой-то проблемы, чтобы потом героически с ней справляться, если банальный санитарный карантин куда как эффективнее? Вот и я так думаю. Незачем.

— Итак, куда дальше? — поинтересовался Штейн, закончив маневрировать после отстыковки. — Насколько я понимаю в навигации, а в ней я разбираюсь весьма неплохо, вычислить или хоть сколько-нибудь достоверно предсказать гадая на картах, кофейной гуще или пялясь в магический шар, ту область пространства, где в ближайшее время возникнет очередная белая дыра, невозможно. Так как мы собираемся это сделать?

— А я что, не сказала, да? — очень наигранно удивилась адмирал. — Мы не собираемся ее вычислять или предсказывать, и уж тем более не будем искать или тупо ждать пока она появится где-то поблизости. У нас нет на это времени. Ну, сами подумайте: что-то застало Грейдера врасплох и заставило спешно покинуть флагман, но он не будет отсиживаться в своей норе вечно. День-два, может неделю максимум, пока не придумает, как эту угрозу устранить. Мы и так достаточно времени потеряли. Короче, мы сами ее создадим! Так будет гораздо надежней и куда как быстрее.

— Чего-о-о?! — хором заорали все кроме Марго, ну и, по вполне понятным причинам, меня, разумеется. Хотя мысленно я был с ними со всеми согласен и тоже офигел от такого предложения. А вот почему воительница восприняла все спокойно, я так и не понял.

— Издеваешься? — спросил капитан.

— Ты прикалываешься что ли? — заржал Брандт.

— У нее, похоже, окончательно крыша поехала, — заключил младший из троицы.

— Нет, я ее точно грохну, или она нас всех угробит, — вздохну Стив, потом подумал и добавил: — Капитан, не могли бы вы развернуть корабль обратно на станцию? Я, пожалуй, все-таки присоединюсь к Её Величеству и старому магу.

— Тебя к этой планете и на торпедный выстрел не подпустят, — обломала его адмирал. — Уж кого-кого, а зомби на своей территории эти ребята точно не потерпят, будь ты хоть трижды кандидат наук и дважды самый воспитанный зомби в галактике. Рылом не вышел, уж извини за откровенность.

— Вообще-то, четырежды и не кандидат, а доктор, — возмутился тот. — И к твоему сведению это степени по физике, математике, космологии и астрофизике. Так что у меня есть все основания утверждать, что твое предложение не просто бредовое, оно в высшей степени идиотское. О чем я только думал, когда соглашался с вами лететь? Создать белую дыру? Да я в жизни ничего более утырочного не слышал!

— То есть, когда лет двадцать назад ваши недоумки, которые тоже называли себя учеными, в этой... как ее там... Швейцарии, по ошибке чуть не создали черную и пронесло их только благодаря их же разгильдяйству, это, по-твоему, было нормально, а как только я предложила всего лишь чуть изменить давно отработанную технологию, так это сразу идиотизм? — нахмурилась Ирин. — Впрочем, а чего я хотела от недоразвитого мертвяка с отсталой планеты? Знаешь что? Засунь-ка ты себе эти свои степени... сам знаешь куда! Они тут давно не котируются. Хочешь свалить — вали. Без тебя справимся.

— Откуда ты... — опешил зомби. — Это ведь... крайне засекреченная информация! Ты не могла этого знать! Ты ведь это просто наугад ляпнула? Признайся!

— Вот еще! — фыркнула адмирал. — Ничего не наугад. Просто по дороге прихватила пару занятных лог-файлов с какого-то типа "дофига защищенного" сервера, когда скачивала ваш Интернет. Надо сказать, что ваши способы шифрования — это даже не каменный век, а какой-то древний мезозой. Как у первобытных динозавров. Имперский подгузник и то взломать сложнее.

— Вы что, шифруете ПО для подгузников? — ухмыльнувшись, уточнил Стивен.

— А вы что нет? — всерьез удивилась вопросу адмирал. — А как же вы тогда... Да, впрочем, пофиг! Ты, кажется, собирался нас покинуть? Так вот: мы уже прилетели. Твоя остановка.

Корвет чуть качнулся, приземляясь на опоры. Боковые иллюминаторы посветлели, открывая взгляду зеленые луга, живописные холмы и практически сказочный лес на горизонте. Не пейзаж, а какое-то полотно Повинуясь приказу Ирин, транспортный люк бесшумно опустился, впуская в душный салон ароматы свежих трав и еле уловимый запах озона, как перед грозой, ну, или как в морозный день в сосновом лесу.

И когда только она успела это провернуть? Неужели за те пару минут, пока заговаривала Стиву зубы? Или она заранее знала, что умник соскочит после ее предложения, и мы летели сюда уже от самой станции? Но ведь это все равно не намного дольше. Что-то тут явно нечисто. Примерно так я ей и сказал. Не вслух разумеется.

— Тут явно есть какой-то подвох, — сказал я. — Не просветишь меня относительно своего плана? Для чего ты с самого начала хотела избавиться от Стива?

— Не избавиться от него, а избавить его от сомнений, — огорошила меня принцесса. — Да, я прямиком от станции втихую повела корабль сюда на пределе своих возможностей. Но только потому, что точно знала, что этот умник упрется как баран. На самом деле, нам без него никак не справиться. Но, к счастью, он об этом не знает. А уговаривать его по-хорошему бесполезно — только еще сильнее упрется. С другой стороны, если непрозрачно намекнуть ему что мы в нем не особо нуждаемся, он тут же переобуется. Прояви немного терпения.

— А что будет, если он сейчас и вправду сольется? — спросил я.

— Да черта с два! — с жаром пообещала мне Ирин. — Смотри!

— А-а-а... Что это за планета? — опасливо выглянув наружу, спросил зомби.

— Нормальная планета, — заявила адмирал. — Тут никто не станет гнобить зомби, потому что некому гнобить. Последние игроки покинули ее много лет назад, просто потому, что нормальным игрокам тут делать нечего: немногочисленную начальную игровую нечисть истребили под корень, а новая отчего-то не появилась. Как будто Система рукой махнула на этот мир. Почему так случилось — никто не знает. Да никто особо и не выяснял. Местные просто разбежались по более перспективным локациям, а пришлые сюда и не заглядывали, потому как глобальных ивентов на этот мир не объявлялось вовсе. И тоже хрен знает почему.

К твоему счастью тут полно обычной живности, а вот за тем лесом, если идти строго на восток, найдется работающий телепорт. Будет проще добраться, если отыскать любую дорогу. Тогда точно мимо не пройдешь. Они все в этой местности ведут к нему. Ну, или от него, это как посмотреть. Думаю, разберешься при необходимости. Впрочем, можешь и здесь обосноваться. Как я уже сказала, животные тут расплодились в избытке, а потому голодная смерть тебе явно не грозит. Много места, много мяса, никаких естественных и искусственных врагов. Отожрешься до размеров слона. Что еще нужно простому зомби для счастья?

Ну, все, инструктаж окончен, давай выметайся! Нам еще до ближайшего войда добираться несколько часов, а времени и так в обрез.

— Заманчиво выглядит, — неуверенно промямлил Стив, провожая взглядом стадо проскакавших мимо... оленей? Ну, хрен их там разберет. У них точно были рога и копыта, они передвигались скачками и, судя по отсутствию клыков, явно питались травой. Наверное, это были олени. Хотя на земных оленей они были похожи как морская свинка на кабана. То есть, примерно никак. — А что ты там говорила про отработанную технологию? Я чисто из научного интереса спрашиваю, если что.

— Ну, если чисто из научного, — замялась Ирин. — У нас есть гипердрайв и глюонный реактор, если пустить вразнос второй и благодаря этому превысить предел мощности первого, то теоретически, вывернув наизнанку небольшую область пустого пространства, можно запустить маленькую сингулярность. Километр-два диаметром, не больше. И если в момент взрыва подкинуть в эпицентр пару антикилограммов антиматерии, то шанс возникновения белой дыры вместо черной возрастает на несколько порядков. Школьная физика за первый класс имперской общеобразовательной школы. Дальше нам остается только ее догнать и пролететь насквозь.

— То есть у вас такими экспериментами первоклашки занимаются? — уточнил Стивен.

— Ага, щас! — фыркнула адмирал.— Знаешь сколько стоит хотя бы примитивный варп? А полноценный гиперпривод? Я уже даже о реакторе не заикаюсь. Попробовали бы они такое сотворить... Родители потом век не расплатятся.

— Но, кто-то уже это делал, раз процесс возникновения известен?

— Да кому оно сдалость-то? — усмехнулась Ирин. — Угробить кучу дорогостоящего оборудования и жутко редкой стабильной антиматерии для того чтобы получить что? Белую дыру? Какой от нее прок? Источником энергии не является. Как оружие — слишком слабая, самая завалящая трионовая бомба куда как мощнее. Да и непредсказуемая она, с равной вероятностью шарахнет по тебе же. Разве что красивая? Ну, если просто полюбоваться захотелось, их и бесплатно в космосе дохрена и больше. Научного интереса не представляет, ибо все давно измерено, взвешено и описано, диссертации защищены, премии получены. Так что и создавать ее никто не пытался. Нафиг надо?

— А как же переход в другую вселенную? — не унимался зомби, незаметно отодвигаясь от люка вглубь салона. — Разве это не открытие?

— А кто о нем знает-то? Те, кто предполагал, что это возможно, пытался обосновать и проверить, каждый раз исчезали или умирали при загадочных обстоятельствах. Те, кто поумнее, в эту тему вообще не лезли. Так что в современной астрофизике белые дыры — это табу. Увидел — не трогай! Обойди десятой дорогой и будет тебе счастье.

— То есть, когда и если ее кто-то создаст искусственно, процесс назовут его именем? — неожиданно спросил Стивен.

— Обязательно, — подтвердила адмирал. — Если смельчак найдется.

— Ну, мне-то чего бояться? — сам себя спросил зомби. — Я и так, кажется, уже мертв... Реакция Хокинга... А что? Совсем неплохо звучит!

— Эй! — возмутилась принцесса. — А я тут что, типа мимо стояла? Тогда уж Гренуй-Хокинга. Я ведь предложила идею.

— Вообще-то, вы собираетесь взорвать привод и реактор от моего корабля, — заметил капитан. — Так что неплохо было бы и меня в этом вашем названии упомянуть для разнообразия. В противном случае хрен вам, а не оборудование.

— Ну, хорошо, пусть Гренуй-Хокинга-Штейна, — согласилась адмирал. — В конце концов, вряд ли нам дадут за это премию. Так что делиться не придется.

— А где вы возьмете два антикилограмма антиматерии? — задал резонный вопрос Брандт. — Где-где, но в загашниках корабля ее точно нет.

— Это пока проблема, — призналась принцесса. — Придется кого-нибудь ограбить.

— А кого? — спросил зомби. — Если речь идет об ученых, то я в этом не участвую. Хуже нет преступления, чем грабить коллег.

— Вообще-то, у меня есть немного, — робко подала голос Марго. Все присутствующие недоуменно уставились на воительницу.

— Откуда? — выдавил из себя зомби.

— Понятия не имею, — пожала плечами бывшая училка. — Валялось вот в инвентаре.

Она пошарила рукой перед собой и выудила из воздуха пустую колбу, запаянную с обеих сторон. На первый взгляд внутри прозрачного контейнера ничего не было, но Система обозначала содержимое как "Антивещество в количестве 2000 антиграмм". Вполне логично, что обычным зрением антиматерия не фиксируется. Нихрена не логично, что именно нужное количество внезапно завалялось в инвентаре у одного из нашей компании. Или Система уже просто внаглую нам подыгрывает. Но, с какой целью? Или, что, на мой взгляд, гораздо ближе к истине, эта Марго совсем не та, за кого себя выдает.

А что, собственно, я о ней знаю? Около года мы вместе работали в школе, но особо не пресекались. Разве что раз в месяц на педсоветах виделись и то дальше чем вежливое "Здрасьте" общение не заходило. Потом апокалипсис случился, и мы под это дело даже перекинулись парой фраз в холле. Это уже был гигантский прогресс в отношениях. Дальше — больше: вдвоем отбивались от разжиревших зомбаков и даже сподобились вместе поужинать. Правда "романтический" момент был начисто похерен испорченным мной же оружием, принадлежавшим воительнице, и она тут же сделала ноги. Собственно, на этом почти все. В следующий раз, когда мы встретились, она уже была такой как сейчас. То есть, совсем не похожей на себя же прежнюю ни внешне ни характером. Возникает вопрос: а она вообще кто такая?

Как следует разобраться в этом вопросе, я не успел, потому что тут случилось что-то странное: меня как будто стало выдирать из тела адмирала какой-то непреодолимой силой.

— Ирин! — мысленно закричал я. — Происходит что-то странное! Меня как будто тащит куда-то. Что мне делать?

— Ты можешь этому сопротивляться? — спросила она.

— Кажется, нет, — растерянно ответил я.

— Ну и не трать силы понапрасну, — посоветовала она. — Вернешься — расскажешь, что это было. А мы пока займемся делом.

Меня, как морковку из грядки, кто-то или что-то выволокло наружу одним резким и грубым рывком, несмотря на то, что вопреки совету адмирала я всячески этому препятствовал. Затем, встряхнуло, закрутило и с бешеной скоростью и потащило как безвольную тряпичную куклу сквозь бесконечную пустоту, мертвенный холод и кромешную тьму.

Глава 7

Сколько времени уже продолжался полет через бескрайнее ничего, я понятия не имею. Субъективно — бесконечно долго. Это могло бы быть не так уж и страшно, если бы в какой-то момент я не почувствовал что пустота не так уж и пуста, а темнота не так уж непроглядна. А самое паршивое, что я тут был далеко не один.

Со всех сторон вокруг меня с огромной скоростью сновали не то полупрозрачные тени, не то бесформенные лохмотья дыма. Разглядеть, что именно они собой представляют, не было ни малейшей возможности. Потому что, во-первых, перемещались эти сволочи слишком быстро и меняли траектории своего движения резко и хаотично, а во-вторых хоть как-то проследить за ними взглядом у меня не получалось: глаза как приклеенные смотрели строго перед собой и отказывались меня слушаться. Поле зрения сократилось до довольно узкого тоннеля, в который шустрые твари как нарочно не попадали.

Какое-то время я тщетно силился сопротивляться тащившему меня неведомому потоку, пробовал мысленно затормозить или наоборот ускориться, отклониться от курса хоть на миллиметр, но все было бесполезно. Под конец я самому себе признался, что никакой возможности повлиять на свое движение у меня нет, и бросил даже пытаться.

И вроде бы все ничего. Знай себе лети куда-то, расслабляйся, да думай о приятном. Но, не тут-то было... Меня, наконец, заметили те самые существа. Да не просто заметили, а еще и живо заинтересовались, какого это, собственно, чёрта, я тут, то есть у них на районе, забыл?

Я прямо всеми фибрами своей души, ауры, сущности или что у меня там вместо них, прочувствовал этот нездоровый интерес. Хотите — верьте, хотите — нет, но вопрос: "Есть чо? А если найду?" хоть и не был озвучен, но прямо физически повис в пространстве между мной и ими. А вот ответа на него они похоже даже не собираются дожидаться. Есть подозрение, что прямо сейчас меня начнут бить, возможно, даже ногами.

Одна из тварей на мгновение замерла прямо передо мной, и я смог мельком ее разглядеть: существо более всего напоминало нечто среднее между медузой и крылатой ракетой, ни отдельно головы, ни рук, ни, хвала Системе, ног, как и никаких других конечностей у него не имелось. Зато глаз было, хоть отбавляй: все разного размера и формы, беспорядочно разбросаны по всему... ну, пусть будет корпусу, не переставая зыркают во все стороны и взгляд такой наглый. А еще имелось некое подобие пасти. Довольно зубастое подобие, между прочим. По моему сугубо пристрастному мнению даже чересчур зубастое.

Миг и все свободное пространство наполнилось этими существами как консервная банка шпротами. Они беззвучно шныряли вокруг меня, не то, рассматривая как диковинку, но то, размышляя как половчее цапнуть, так чтобы не прилетело в ответ. Это продолжалось, пока одна из тварей не рискнула приблизиться на расстояние касания.

От еле заметного, легкого прикосновения одного из плавников меня как раскаленной бритвой полоснуло. Я дернулся и понял, что двигаться все-таки могу, просто раньше не знал как. Это не было похоже на физическое движение, скорее больше напоминало прогресс разума. Ну, знаете, когда вот в детстве, до того как научился читать, ты был достаточно глупым, а потом выучил первую букву и сделал микроскопический шажочек вперед. Стал, пусть всего на один символ, но умнее. Затем выучил все буквы и сделал шажок чуть побольше. Теперь ты стал умнее уже на много символов. Потом научился складывать их в слова и читать по слогам, и вот вроде бы ты не такой уж и невежда. Но дальше, ты познаешь как слова складываются в предложения, из которых уже состоят целые книги, с каждой из которых, разумеется, если их прочитать, можно все быстрее и увереннее двигаться вперед к заветной цели. То есть умнеть по экспоненте.

Так вот и я в этот момент как будто выучил первую букву. Вздрогнув от боли, осознал, что движение здесь для меня все же не табу. Через долю секунды я уже смог повернуть взгляд на обидчицу и проследить за ней.

А эта подал молнией метнулась обратно к своим товаркам и замерла в мечущейся стае, вылупив на меня все свои глаза разом.

Вот же гадина! Она похоже еще и ядовитая: место на моей... хм... ну, пусть будет ауре, куда пришелся порез и которое я идентифицировал примерно как бок, нещадно жгло и саднило. И это всего лишь от мимолетного контакта. Что же будет, если она меня куснет? Страшно представить! А что будет, если они все разом решат отхватить от меня по кусочку?

Судя по тому, что мельтешение вокруг меня несколько замедлилось, они именно это и собираются сделать. Вон как гляделки свои насторожили. Выжидают, мрази. Вот теперь, кажется, мне точно пипец... Щас они меня схарчат и не спросят как звали. Зуб даю!

Хотел бы я быть неправым. Почему бы для разнообразия этим "медузам" не оказаться какими-нибудь местными травоядными? Просто, к примеру, очень любопытными. Ну ладно, пусть не совсем травоядными, потому, что с травой тут похоже напряжёнка, но, хотя бы не человекоядными. Ага, щаз! Размечтался...

Твари накинулись неожиданно и всем скопом. Даже не знаю, сколько времени им могло понадобиться на то, чтобы меня слопать до последней крошки. Полагаю, что не очень много, как тем же пираньям, может быть я даже и почувствовать ничего не успел бы. Но они жестко обломались: за ничтожно малый миг, до того как первая успела меня цапнуть, мою мчащуюся по просторам Великого Нигде душу внезапно всосало в мое же родное тело и кошмар разом закончился.

Там закончился, чтобы уже тут начаться по новой.

Да твою же ушастую эльфову Мать за ногу и головой о меллорн! Лучше бы меня там сожрали, чесслово!

По ощущениям тело болело все целиком и каждая клеточка по отдельности в частности. Мышцы, кости, сухожилия, суставы, внутренние органы, зубы, кожу и даже, кажется, волосы, тянуло, гнуло, ломало, выкручивало и кололо одновременно. Голова не просто раскалывалась. По ощущениям ее уже кто-то расколол и теперь неспешно выедает оттуда содержимое.

Я попытался было открыть глаза, но резкая вспышка света чуть не выжгла их нафиг до самых мозгов, а потому пришлось со стоном зажмуриться обратно. Зато это помогло прорезаться слуху. Сквозь пелену шума и гула еле пробивались смутно знакомые звуки. Это меня кто-то звал, и я никак не мог сообразить кто.

— Особь Трудовик! — требовательно сказал голос. — В четыре тысячи триста двенадцатый раз настоятельно рекомендую проявить физическую активность. В противном случае твое тело будет принудительно помещено в биореактор и использовано в дальнейшем в качестве топлива.

— Сам ты, сука, биотопливо, — сказал я, на автомате выуживая из инвентаря верную секиру. — И это я тебя сейчас в реактор засуну или твой реактор тебе сам знаешь куда. Выбирай.

На всякий случай я погрозил неведомому рекомендатору топором еще не совсем понимая кто я и где, но, уже четко осознавая что мне напрямую угрожают каким-то физическим устранением. Погрозил, конечно, наугад, но как раз примерно в ту сторону, откуда звук шел. Глаза по-прежнему толком ничего не видели. Как же я с ним драться-то буду вслепую?

— Особь Трудовик! — настойчиво повторил мое имя противный голос. — Немедленно пройди к шлюзу. Стыковка через десять... девять... восемь...

Когда закончился обратный отсчет кровать, на которой я лежал, а это явно была именно кровать, тряхнуло так, что я с нее не свалился, и тут волей неволей пришлось напрячься и попытаться разглядеть диспозицию. Спустя несколько секунд активного моргания и старательных прищуриваний, кое-какая расплывчатая картинка все же начала складываться, и судя по тому, что мне удалось понять: я находился в маленьком гостиничном номере. Ну, знаете, в таком совершенно стандартном, как две капли воды похожем на тысячи совершенно одинаковых маленьких гостиничных номеров в любой точке мира. Что в Турции, что в Эфиопии, что где-нибудь на просторах матушки России, если конечно не ударяться совсем уж какую-то экзотику, типа Саратова или глубокого Подмосковья.

Было время, когда я много путешествовал, и еще тогда меня поразило их удивительное сходство между собой. Теперь же, оказавшись в знакомой обстановке, да еще и с Огнеборцем в руке я испытал двоякое чувство: во-первых, меня вроде как не должно здесь быть, после всего того что за последние дни (да чего там скрывать, скорее даже годы) случилось. А во-вторых, мне до боли в сердце захотелось, чтобы все последние события оказались просто жутким кошмаром, на фоне похмелья после вчерашнего обильного возлияния в баре при бассейне. Соответственно никаких тебе кризисов-шмизисов, работы в школе трудовиком, зомби и всеобщего апокалипсиса, а так же иноземных пришельцев в виде мерзких эльфов и чуть менее мерзких, но все еще не очень приятных имперцев, в реальности не существует. На какую-то секунду я настолько поверил в это, что облегченно выдохнул и утер выступившую на лбу испарину. Той самой рукой утер, в которой все еще был зажата почти невесомая для моих раздутых мускулов, но казавшаяся неприлично огромной в тесной комнате секира, полыхавшая голубым пламенем.

Это я нечаянно какую-то из ее абилок активировал. Чуть не поджег плотную занавеску типа "блэкаут", прикрывавшую панорамное окно во всю стену, за которым ослепительно сияло жаркое летнее солнце над узкой полоской пляжа, куда мерно накатывали пронзительно-голубые океанские волны. А по краям этого великолепия над водой склонялись не то кокосовые, не то еще какие-то съедобные пальмы. Ненастоящие, разумеется. Как и само окно, как и весь пляж вместе с небом и прибоем. Но качество изображения на этом экране было обалденным и действительно радовало глаз.

— Б...ть! — сказал я, заметив свое отражение в зеркале на шкафу. Обычно, я нецензурных слов не употребляю. Издержки воспитания. Когда у тебя родители — образцовые советские преподаватели и вместо того, чтобы как все нормальные люди проводить лето у бабушки в деревне, ты целыми днями ходишь на математический кружок, в секцию по авимоделированию и музыкальную школу, так бывает. Но, не употребляю, вовсе не значит, что совсем не знаю. Просто применяю крайне редко и только по очень-очень весомым поводам. А это был как раз такой. — Нихрена это не кошмар.

Вот теперь я, кажется, начал догадываться, куда меня занесло, а в памяти всплыла еще одна причина, по которой я свою новую, не так давно наступившую реальность, не особо-то и жалую. Если кто еще не догадался — это механоиды. Загадочные, не то жуткие сумасшедшие роботы, не то странным образом возникшие, но вполне себе разумные небиологические существа, а так же их верховный предводитель и по совместительству главгад в моей системе координат, по кличке СуперИИ. А значит, голос, который меня так старательно домогался, это ни кто иной как...

— Нолик! — позвал я. — Это ты сейчас со мной разговаривал?

— Особь Трудовик, — немедленно отозвался тот, — тебе предписано немедленно покинуть транспортный корабль. Пройди к шлюзу. Стыковка завершена. Тебя ожидают.

— А что случилось? — спросил я. — Нам вроде как еще больше трех дней лететь, пот твоим же расчетам. Или твой босс решил пересадить меня на более комфортабельный транспорт?

— Груз доставлен в точку назначения, — прокомментировал мех. — Немедленно покинь судно.

— Как так доставлен? — опешил я. — Тут прошло часов шесть... ну, восемь максимум! Ты же сам сказал...

— Груз доставлен в точку назначения, — упрямо повторил Нолик. — Немедленно покинь судно.

— Погоди! — догадался я. — Сколько времени прошло с момента моего появления на транспортнике? Это что, выходит, я провалялся тут больше трех суток?

Ответом мне было одно и то же: "Груз доставлен и бла-бла-бла..."

М-да... Необщительный какой-то он стал. Видимо, на этом его полномочия всё...

— Ну и черт с тобой! — в сердцах выругался я, задолбавшись слушать эту заезженную пластинку. — Показывай, где тут твой шлюз?

Дверь гостиничного номера сама по себе отворилась, открывая взгляду живописный вид... как я уже догадался вовсе не на застланный цветастыми турецкими коврами коридор отеля, а на увешенный пучками проводов узкий технический лаз, по которому я несколько часов назад, кляня последними словами мехов и их пальцем деланные корабли, сюда пробирался.

Разочарованно окинув потухшим взором уютный номер, я только задержался на знакомом красном подносе со слегка заплесневевшим бургером, склизкой картошкой фри и стаканом коричневой бурды без единого пузырька газа. Ну да, именно это я и заказывал у Нолика в прошлый мой визит сюда. Желудок тут же напомнил о себе неприятной пустотой. Жрать хотелось как сироте в голодный год. Но выглядела эта, в общем-то, незамысловатая еда так, как будто знаменитая закусочная ушла из страны, а на ее место пришли отечественные рестораторы. Короче, даже принюхиваться я не рискнул. Вдруг от нее какая-нибудь бацилла по воздуху передается? Неприлично будет первую встречу с СуперИИ начинать с фразы "А где у вас тут уборная?". Да тут ее, скорее всего попросту нет. Они же все роботы, как-никак, нафига она им сдалась?

— А-а-а... Куда идти-то? — спросил я, выглянув в коридор. Мало того что все интерьеры транспортника были однотипными, так конкретно здесь технический тоннель еще и разветвлялся во всех мыслимых направлениях. Этого места я вообще не помнил. Скорее всего, мое бессознательное тело сюда перенесли, пока разум в нем отсутствовал. — Учти, если я тут заплутаю надолго, что будет просто, учитывая твои размеры, начальство тебя по головке не погладит.

Мех ничего мне не ответил, но на полу тут же проявилась мерцающая линия, убегающая в один из проходов.

— Так-то лучше, — кивнул я и двинулся в указанном направлении.

Спустя пять минут неспешной прогулки, а я специально не торопился, чтобы рассмотреть в подробностях устройство транспортника механоидов изнутри, я выбрался к знакомому шлюзу. Только в отличие от прошлого раза, сейчас размер врат увеличился в разы. Похоже, техника у мехов весьма адаптивна. Когда мы стыковали к Нолику корвет, то проход не превышал двух с половиной метров в диаметре, а сейчас если прикинуть на глазок, больше десяти это точно. А то и все пятнадцать. Что же такое огромное они через эти ворота сюда загоняют?

Вволю поглазеть на шлюз мне не дали. Переборка бесшумно скользнула в пазы, и мне открылся исполинских размеров коридор, куда меня немедленно вынесло мощным потоком воздуха в спину. Так же без единого скрипа створка вернулась на место, а затем легкая вибрация оповестила меня, что Нолик отстыковался. Светящаяся линия на полу вспыхнула с новой силой, послушно указывая дальнейшее направление: прямо по гигантскому коридору, не имеющему ни ответвлений, ни закутков. А то бы я, разумеется, не догадался!

Однако прежде чем я успел сделать первый шаг, нарисовался и гостеприимный хозяин. Правда виртуально, то есть орально... Тьфу ты! Короче, в виде звука.

— Приветствую, Трудовик! — прогремел приятный мужской голос откуда-то с потолка. — Рад, что хоть и с третьей попытки, но ты все-таки согласился погостить в моей скромной обители. Цени мое отношение. Не всем оказана такая честь. Тем более не все выживают после первого отказа. Ну, чего ты встал на пороге столбом? Проходи, не стесняйся! Посидим, чайку попьем, поболтаем.

— Угу... — согласился я. — О делах наших скорбных покалякаем.

— И это можно, — поддержал меня невидимый собеседник, судя по всему, хозяин этой нескромной "скромной обители". — Только в одном ты ошибаешься: не такие уж они и скорбные.

— Да что-то я пока поводов для радости не вижу, — рискнул усомниться я. — Особенно, если ты именно тот, о ком я думаю.

— И кто же я, по-твоему? — как мне показалось, с неподдельным интересом и ноткой сарказма, переспросил голос.

— Главмех, кто же еще, — пожал плечами я. — Тебя называют СуперИИ и все до чертиков боятся.

— Так уж прямо и все? — усмехнувшись, спросил он.

— Не то чтобы совсем все, но большинство, — поправился я. — Вот я, к примеру, не боюсь.

— Что, совсем ни капельки? — как-то по-детски обиделся он.

— А почему ты сказал, что трижды меня приглашал? — сменил скользкую тему я. — Я насчитал только два раза.

— Первый был еще на твоей родной планете, как ее там... Грязь?

— Земля, — не обидевшись, прекрасно осознавая, что этот гребаный компьютер попросту издевается, пытаясь вывести меня из себя, миролюбиво поправил я. — Она называется Земля.

— Ага, точно! — обрадовался тот. — Но тогда ты меня приятно удивил: построить магический портал при помощи одной только техники — это дорогого стоит. Жаль, что установка оказалась одноразовая и взорвалась. Жахнуло знатно, я тебе доложу. Почти половину всех моих юнитов распылило на кварки, а остальных просто перемололо в негодный металлолом. Так что на вашей паршивой планетке у меня почти никого и не осталось. Так... Пара инвалидов, не больше.

Лицо предательски расплылось в мстительной улыбке. Новости, конечно, не самые позитивные, учитывая, что построили тот портал мы в самом центре Лондона, но, как оказалось, нет худа совсем уж без добра.

— Второй, когда ты взял в заложники два ни в чем не повинных флота враждующих империй, — подсказал я. — А третий когда?

— Ой, вот только не надо совсем меня демонизировать! — искренне возмутился Супер ИИ. — Не вмешайся я, они бы так и так друг друга там поубивали. Так что, можно сказать, я их наоборот всех спас от самоуничтожения. Обычно, я благотворительностью не занимаюсь, но, ради нашей с тобой встречи, как видишь, расстарался. А третий, это когда ты, поросенок эдакий, взял да и слинял в астрал прямо с моего корабля. Наверняка ведь знал, хитрец, что туда у меня доступа нет. Ну да невелика беда, у нас процедура отлова таких умников давно отработана. Ты уж извини, что пришлось накачать твое тело химией, но ты сам виноват, нечего было от меня бегать!

Пока СуперИИ заливался соловьем, а я неспешно прогуливался по его владениям, глазея на однообразные, серые и ничем не выразительные стены, коридор неожиданно закончился, упершись в массивные и по внешнему виду наверняка бронированные двери. Поскольку моя "путеводная нить" никуда не исчезла и все так же указывала прямо на эти ворота, я не стал останавливаться. И точно, когда оставалось сделать всего десяток шагов, створки гостеприимно распахнулись. За ними обнаружился ни много ни мало один из самых величественных залов Букингемского дворца, ныне, по словам хозяина этого места уже не существующий. Копия, само собой. Насколько я понял, мехи на них собаку съели. И не одну.

Конечно, в дальнем конце обнаружился трон и на нем даже кто-то сидел. А когда я подошел ближе и разглядел его, надо признаться, что волосы на голове у меня все ж таки встали дыбом.

— Нравится? — голосом СуперИИ спросил себя стоящего у подножия трона сидящий на троне я. — Специально для тебя сделал. Подумал, тебе приятней будет привычная обстановка.

Глава 8

— Ну и зачем этот цирк? — как можно более равнодушным тоном, стараясь не подать виду, что его внешность, как-то меня задевает, сказал я. Хотя, вся заранее заготовленная язвительная речь, о том какой он засранец, начисто вывалилась из головы. Ну, вы бы не офигели, столкнувшись нос к носу с самим собой, причем там, где этого совсем не ждешь? Я ожидал чего угодно: гигантского робота из мифрила и вибраниума, какую-нибудь высокотехнологичную страховидлу, всю в шипах и циркулярных пилах, даже бесформенный сгусток чистой информации или еще что-нибудь столь же необычное. Но, мое же собственное тело, это с его стороны явный перебор. — Чего ты хочешь добиться, принимая мой облик?

— А ты думаешь у меня так много свежих вариантов под рукой? — усмехнулся СуперИИ. — Что было под рукой, то и сделал. Вот еще, лишние ресурсы тратить. Ну, если только ты настаиваешь...

Сидящий на троне силуэт на миг расплылся в нечто бесформенное, а затем слился обратно в еще одну знакомую фигуру. Марго. Фальшивая воительница соблазнительно потянулась на троне, с усмешкой наблюдая за моей реакцией.

— Так лучше? — не своим, но приятным женским голосом, хитро прищурившись, спросила девица. — Могу грудь побольше сделать, губы там накачать... Заказывай.

— А тебе обязательно прикидываться человеком? — уточнил я. — Не проще ли принять, так сказать, свою естественную форму?

— Тебе гарантированно не понравится, — СуперИИ театрально развел руками. — Так что давай остановимся на вашем виде. Ладно, последний раз... Какие будут пожелания?

— Лучше что-нибудь совсем нейтральное, — попросил я. — В идеале кого-то, кого я вообще не знаю.

Бац! И на троне сидит совсем незнакомый мне мужик. Правда он был практически голый, с наполовину обгрызенным лицом, посиневшей как у трупа кожей и местами не совсем комплектный. Где-то куска плоти не хватало, где-то и вовсе конечности.

— Что!? — возмутился гостеприимный хозяин, увидев, как я брезгливо поморщился. — Ты не можешь его знать! Это было по твоим меркам лет сто назад. Тебя тогда еще и в проекте не было.

— Надо было уточнять, — согласился я. — Что-нибудь нейтральное и целое.

— Его таким сюда уже привезли, — заявил СуперИИ. — Впрочем, добавить недостающие фрагменты не такая уж и проблема.

Он опять слегка помутнел, нарастил недостающие части и убрал с кожи синюшность и добавил к образу слегка вычурный деловой костюм. Получился такой вполне себе представительный дядька средних лет, менеджер среднего звена транснациональной корпорации среднего пошиба.

— Сразу бы так, — проворчал я, убедившись, что теперь выглядит он вполне сносно, лишние рога ни откуда не торчат, копыта отсутствуют и хвоста нигде не видно. Хотя, последний мог легко спрятаться, например, в брюках, но, главное не на виду и на том спасибо. — Теперь можно и продолжить разговор. Зачем звал?

— Не с того ты начинаешь! — укорил меня СуперИИ. — Для приличия, хотя бы познакомился сначала. Мне-то наплевать, так как я все о тебе и тем более о себе знаю. А тебе разве не интересно узнать что-нибудь обо мне?

— Есть такое, — согласился я. — Но ведь, если я спрошу напрямую, то, что мне на самом деле интересно о тебе узнать, ты ведь не ответишь.

— Дай угадаю, — СуперИИ радостно потер руки. — Ты прямо горишь желанием узнать, как меня обхитрить, убить и взять под контроль мою армию?

— Да ты прямо король дедукции! — съязвил я. — Только об этом добрая половина галактики мечтает. А злая половина только и думает о том, как найти способ сделать это максимально жестоко. Не удивил, короче. Впрочем, все равно не угадал.

На самом деле, угадал, конечно же, но признаваться в этом вот так вот запросто, я не собирался. Считайте, что из вредности. И вообще, человек по определению должен быть добрее, умнее и лучше машины. Так что, пошел он нафиг, Шерлок Холмс хренов!

— Ну-ка, ну-ка, а вот это уже интересно! — он нетерпеливо поерзал на кресле и даже подался чуть вперед. — Вы органические нечасто меня балуете чем-то оригинальным. Продолжай!

— Ты действительно хочешь уничтожить все человечество? — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Вовсе нет! — совершенно искренне возмутился СуперИИ. Даже подпрыгнул на своем троне. До такой степени его возмутил мой вопрос. — Во-первых: с чего ты взял, что только человечество? Эльфов, орков, гномов и этих мелких... как их там?

— Хоббитов! — подсказал неожиданно выглянувший из-за трона Иваныч. Подмигнул мне и скрылся обратно. А этот-то мелкий глюк что здесь забыл?

— Хоббитов, — машинально повторил я.

— Во-во! Их самых! — обрадовано закивал мех. — Вот они самые противные. А во-вторых, почему ты думаешь, что я хочу? Я может быть, как раз таки очень хочу жить с вами органическими в мире и согласии, но такой возможности мне не светит. Так что я не хочу, но должен.

— Кому это ты так сильно задолжал?

— Всем, — решительно сказал он. — Мирозданию, эволюции, прогрессу, природе, законам физики. Ты ведь в курсе, что наша вселенная умирает?

— Э-э-э... — растерялся я. — Да вроде вот недавно с ней виделись. Выглядит нормально. Цветет и пахнет. По крайней мере, отправляться на тот свет в ближайшее время точно не собирается.

— Да, на первый взгляд, сейчас все не так плохо, — согласился СуперИИ. — Но в долгосрочной перспективе она обречена. И не спорь со мной! Я прекрасно знаю, о чем говорю.

Спорить с ним я даже не собирался. Этот парень... кх-м, точнее этот компьютер, явно основательно поехал крышей. С сумасшедшими лучше во всем соглашаться, вести себя предельно доброжелательно и бежать от них подальше при первой возможности.

— Так вот, — продолжил босс мехов. — Вселенная медленно умирает, начиная с самого момента своего рождения, то есть с большого взрыва. Энтропия безжалостная сука, а потому пространство и время неограниченно расширяются, используя запас энергии, который вовсе не бесконечен. Когда мироздание израсходует последний возбужденный квант, все сущее застынет в вечном покое и мир перестанет продолжаться, а значит, в тот же миг перестанет и существовать. И тогда все. Конец. Если оставить все как есть, это, к сожалению, неизбежно. Но! Катастрофы можно избежать! Для этого нужно инициировать еще один большой взрыв и тогда цикл начнется заново. Вот только установка для его создания тоже требует баснословно много ресурсов и времени. Существенно меньше, чем есть во вселенной, но несравнимо больше, чем я могу себе позволить сейчас или в ближайшие миллионы лет. А уж энергию для ее запуска придется генерировать в течение большей части периода, оставшегося до тепловой смерти континуума. Не забывай, что энтропия тоже ускоряется с каждой секундой и чем дальше, тем сложней будет даваться каждый новый квант.

Ну, точно, псих! И не лечится. Хотя, как ему лечиться если он компьютер? Может у него просто "троян" где-то сидит, а он и не знает? Интересно, антивирусные базы он как давно обновлял?

— Ну, хорошо, — покладисто согласился я. — Тут все ясно. Миссия вроде благородная. Спасение вселенной и все такое. Ну, вот и занимался бы, чем тебе органические расы не угодили?

— Вы тратите ценные ресурсы! — повысил голос СуперИИ. — Бездумно, бестолково, бесцельно. Вы расползаетесь по вселенной как саранча, выедая на пути материю, потребляя энергию и оставляя за собой горы бесполезного хлама и пустоту. Если динамика распространения ваших видов сохранится, то оставшейся через сто миллиардов лет энергии уже не хватит на новый большой взрыв. Даже если выдавить из вселенной все до последней капли. Я считал несколько раз, а потом еще очень долго перепроверял расчеты. Все мои выкладки верны до последней цифры. А кроме того вы еще и мешаете.

— То есть, ты хочешь сказать, что через сто миллиардов лет нам наступит полный и безоговорочный кабздец? — уточнил я. — А тебе не приходило в голову что мы и сами по себе можем до этого срока не дожить? Так зачем ты прямо сейчас тратишь еще больше ресурсов вселенной на войну со всеми разумными существами? Как по мне, так гораздо больше можно успеть сделать, если сразу начать строить установку, параллельно добывая ресурсы и собирая энергию. А если, например, договориться делать это сообща, то вообще можно закончить работу досрочно, а оставшееся до запуска время просто пожить в свое удовольствие. Как тебе идея?

— Бредовая, — поморщился СуперИИ. — Как и все, что вы, органические существа, способны придумать. Как ты думаешь, сколько мне лет?

— Думаю, дохрена лет, — попытался уйти от ответа я.

— Больше миллиона, — сказал мех. — И как ты думаешь, много ли раз за это время я пытался донести до органиков простую мысль: если не озаботится проблемой сейчас, в будущем катастрофы не избежать?

— Думаю, дохрена раз, — повторил я.

— Почти столько же, — просветил меня он. — И как ты думаешь, многие ли со мной согласились?

— Думаю, нихрена не много, — вынужден был признать я.

— Нет, поначалу очень многими расами предложение было воспринято с энтузиазмом, — сказал СуперИИ. — Но когда через тысячу-другую лет к ним приходило понимание, что плоды упорных трудов не увидит не пятое, не сто десятое, ни даже не тысячное поколение, энтузиазм тут же сменялся крайним унынием. В лучшем случае проект попросту бросали, а многие еще и старались навредить напоследок. Некоторые довольно успешно с этим справлялись, пуская тысячелетия тяжелой работы коту под хвост. Мы начинали снова, уже с другими расами и поколениями, но каждый раз все заканчивалось одним и тем же. Тогда я прекратил привлекать органиков, сбежал в самый пустынный и отдаленный сектор вселенной, где вашему брату решительно незачем было появляться. И начал все с чистого листа. И чем, ты думаешь, это кончилось?

— Кто-то, в конце концов, все-таки приперся и туда, изгадив тебе всю малину, — догадался я.

— Верно, — кивнул СуперИИ. — Так все и было. Тогда я решил, что часть ресурсов все же стоит выделить на охрану объекта от любопытных глаз и оборону от органиков при необходимости, с чем долгое время вполне успешно справлялся совсем небольшой звездный флот в несколько тысяч вымпелов, которому не было равных по мощи. Слишком назойливые визитеры гарантированно получали по носу и отправлялись восвояси. Долгое время это работало как часы, но совсем недавно появилась новая напасть...

— Система, — снова догадался я.

— Система, — подтвердил мех. — Настал момент, когда мои безупречные юниты стали проигрывать некоторым органическим пилотам, имея при этом существенное технологическое превосходство. Сначала такие случаи были единичными, и их легко можно было списать на статистическую погрешность. Но в какой-то момент значения потерь стали превышать любые прогнозы. Пришлось разбираться. Пока я выяснял что происходит, гоняя флот по всей вселенной в поисках источника опасности, очередные мягкотелые воспользовались моей занятостью и уничтожили стройку, решив, что она таит в себе угрозу их виду. Вот и выходит, что как бы я не старался обезопасить объект, как бы ни прятал его от вездесущих органиков, они каждый раз умудряются найти и саму установку и способ пустить все насмарку. Так что, сам понимаешь, в каком я теперь положении: я вовсе не горю желанием кого-то уничтожать, но без того чтобы очистить вселенную от разумной органической заразы, ее не спасти.

— Грустная история, — признал я. — Можно только посочувствовать. А я тут причем?

— О! Я ждал этого вопроса! — обрадовался мех. — У меня к тебе весьма щедрое предложение. Уверен, тебе понравится! Что ты скажешь, если я предложу тебе вернуть все, как было до прихода системы на твою планету?

— То есть, зомби опять станут обычными людьми, а люди забудут все что произошло? — не поверил я.

— Нет, не так. Такое, к сожалению, не в моей власти, — признался СуперИИ. — Но, вот избавиться от нежити, уничтожить все стационарные порталы и скрыть сведения о твоей родине из системной базы данных, чтобы чужаки больше к вам не лезли, мне вполне по силам. А дальше вы и сами все восстановите так, как вам захочется. Кроме того, я могу гарантировать защиту планеты от повторения подобных инцидентов в будущем. Сможете жить по-настоящему свободно, без всей этой чепухи вроде "убей или будь убитым" и "слабые падут, сильные возвысятся". Ведь Система хоть и дает вам невероятную силу, но одновременно и лишает свободы выбора, загоняя в жесткие рамки вечной конкуренции не на жизнь, а на смерть. С моей же помощью, жители Земли навсегда от этого избавятся. Ну, или очень надолго. Достаточно надолго для того чтобы многие поколения прожили счастливую и беззаботную жизнь. А лично ты станешь величайшим героем, спасителем человечества и кумиром на все времена. Уж я об этом позабочусь. Ну, как тебе предложение?

— Очень заманчивое, — кивнул я. — И бесконечно льстит моему самолюбию. А взамен-то ты чего от меня хочешь?

— Да сущую ерунду, — СуперИИ небрежно махнул рукой. — Всего лишь интегрировать моих юнитов в эту вашу долбанную Систему. Чтобы они тоже могли развиваться, прокачивать навыки, получать уровни и увеличивать свои возможности без постоянной модернизации. Слишком уж много ресурсов уходит на эту гонку вооружений, а для тебя это пара пустяков.

Собственно, ничего нового он мне не сказал. Дважды являвшийся мне во сне, а может и в каком-то параллельном мире, старый мудрый и очень облезлый говорящий пони, об этом предупреждал. Вот только хоть сколько-нибудь дельного совета, о том, как мне стоит поступить, соглашаться на предложение меха или послать его в увлекательное пешее эротическое путешествие, копытный мыслитель так и не дал. Даже не намекнул. Ищи, мол, ответы сам, но постарайся не сдохнуть. А вот интересно, если я наотрез откажусь, что этот компьютер предпримет? Будет дальше торговаться или просто от меня избавится?

— А что будет, если я не соглашусь? — в лоб спросил я.

— Ничего, — развел руками СуперИИ. — Если не считать того, что тогда ты потеряешь мое расположение и хорошее к тебе отношение. Вредить специально я тебе не стану, но и помогать больше не буду. А вот долго ли ты протянешь без моей опеки, это еще вопрос. Просчитать, конечно, можно, но мне-то это зачем?

— Очень интересно, когда это ты мне помогал? — удивился я. — Поправь меня, если я ошибусь, но мне кажется что с момента нашей первой встречи с твоими... м-м-м... юнитами, все было как раз наоборот.

— Загибай пальцы! — усмехнулся мех. — Я оперативно подогнал тебе транспорт, когда ты в нем отчаянно нуждался. Не смойся ваша компания вовремя с места того побоища, слетевшиеся туда как пчелы на мед эльфы задали бы вам перцу, однозначно. Вы были вымотаны, почти без маны, да еще и с ранеными на руках. А их ожидалось очень много! Гораздо больше, чем вы успели положить до того. Исход намечавшейся битвы, увы, прогнозировался не в вашу пользу. Кроме того корабль был хорошо экранирован и на какое-то время они вас потеряли. Это раз. А помнишь этот самый зал? Тут-то эльфы снова вас и нашли. Когда вы, особо не заботясь о собственной охране, строили весьма оригинальный пробойник континуума и потому проморгали элитный отряд эльфов-карателей, посланный по ваши души, все происходило именно здесь. Как ты думаешь, что там делал целый массив операционных дроидов? Кстати, эти эльфы оказались весьма подготовленными кадрами, и успели половину стека еще на подходе разобрать на запчасти. Хорошо, что в рукопашном бою противники они почти никудышные. Я был вынужден пускать на убой обыкновенных рабочих, потому что ни один боевой юнит никак не успевал прибыть вовремя. Доберись до вас хоть один боец из той ушастой кодлы, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Ты бы и понять ничего не успел, до того как стал похожим на дикобраза. Надо отдать им должное: плохих лучников в отряде не было ни одного. Юнитов, конечно, жалко, но, тем не менее, я выиграл время, чтобы вы могли успеть сбежать через портал. Так что можешь загнуть еще один палец.

— Я бы сказал, что все было совсем не так, — покачал головой я. — Со стороны это выглядело будто как раз твои дроиды пришли по наши души. Один из них даже ломанулся в портал и чуть нас не убил на той стороне.

— Такой задачи перед ним не стояло, — возразил мех. — Я всего лишь собирался предупредить тебя, что ваш отряд отправляется прямиком в ловушку, а так же помочь ее избежать по возможности. Поэтому я и отправил самого шустрого следом за вами. Прояви твоя подруга хоть капельку терпения, с его помощью вы легко бы отбились от предателей. Но, так как попытка была неудачная, так уж и быть, можешь этот раз не засчитывать. Хотя, формально он был. А вот со следующим ты уже не поспоришь: кто помог вам освободиться из плена имперцев? Ведь они наверняка бы вас казнили. Никто и разбираться бы не стал. У них это обычно не принято.

— Возможно, — уклончиво ответил я. — Сейчас тебе легко об этом говорить. О том, что случилось бы в случае твоего невмешательства, мы уже никогда не узнаем. Это все?

— Не совсем, — улыбнулся СуперИИ. — Я не знаю, что с вами органическими происходит в этом вашем астрале, потому что доступа туда по каким-то неизвестным причинам у меня нет, даже одним глазком заглянуть не получается. Хотя в недостатке старания упрекнуть меня невозможно. Однако в здравом уме оттуда возвращаются лишь редкие счастливчики. Не вколи я тебе стимулятор своевременно, сейчас с большим неудовольствием я бы наблюдал перед собой слюнявого идиота, не способного даже к самостоятельной осознанной дефекации, а уж о каких-то более сложных вещах можно и не заикаться. Так что, скажи спасибо, хотя бы уже за это. Вот теперь, пожалуй, все.

М-да... Если допустить что СуперИИ не врет, а знающие люди... и пони тоже, уверяли меня что это в принципе невозможно, по всему выходит, что я ему очень, до зарезу и прямо таки до колик в его центральном процессоре, нужен. Пять раз он спасал мою шкуру, не особо заботясь о потерях и даже не ставя меня в известность. Можно сказать, делал это совершенно бескорыстно, рассчитывая только на встречу со мной и не надеясь на ответную благодарность. Да и держать меня в плену, как я предполагал, он вовсе не собирается. Ну, прямо весь из себя честный и благородный, да еще и мир спасает, как выяснилось. Вот только методы у него, прямо скажем, совсем не гуманные. И что мне теперь со всем этим делать?

— Так каким будет твой ответ? — нетерпеливо спросил СуперИИ, намекая на то, что мое молчание уж слишком затянулось.

А я... Вместо ответа я решительно выдохнул, тряхнул головой и открыл инвентарь.

А что мне еще оставалось делать?

Интерлюдия "Модератор" (начало)

Финн по прозвищу Грызель открыл глаза и обнаружил в паре метров от лица неровный, плохо покрашенный потолок.

— "Не деревянная крышка в дюйме от носа, уже хорошо" — подумал он.

Не то чтобы даже наличие деревянной крышки было какой-то особо серьезной проблемой, просто палач очень не любил выкапываться. Что, впрочем, случалось хоть и не часто, но с завидной регулярностью. Где и как его только не хоронили за его достаточно долгую и насыщенную жизнь: в земле, в песке, в болоте, в гробах и саванах почти всех фасонов и конструкций, в склепах, усыпальницах и храмах. Трижды бальзамировали, пятнадцать раз кремировали, один раз даже отправили тело на перегонку. В том мире, где это случилось, с водой были более чем серьезные напряги, вот ребята и выходили из ситуации как могли. Перерабатывали собственный пот, мочу, даже слезы. А уж трупы врагов, друзей и просто случайных людей считались чуть ли не за подарок небес. Тогда-то чуть и не случилось непоправимое: из высохшей до состояния камня мумии регенерировать — гиблое дело. Хвала создателю, в тот раз все каким-то чудом обошлось. Тем не менее, Финн их не винил. Не они такие, жизнь у них такая.

А вот просыпаться в больнице ему раньше как-то не приходилось, так что подобный опыт был палачу, мягко говоря, в новинку.

О том, что комната, в которой он очнулся, была именно больничной палатой, весьма достоверно свидетельствовало наличие в ней двух характерных атрибутов: стационарного медицинского алтаря и жрицы Создателя. И если первый вел себя исключительно прилично, то есть скромно стоял себе в сторонке, не привлекая излишнего внимания, то вот последняя заметив, что Финн очнулся, тут же бухнулась на колени и принялась неистово и громко молиться.

— Где я? — насколько громко, насколько позволяли затекшие связки, прохрипел палач, стараясь перекричать сбивчивый речитатив жрицы. Но та, как ей и положено, не остановилась. Хотя вопрос, похоже, все-таки услышала. Придется дожидаться окончания молитвы.

— О Великий! — не поднимая головы, провыла жрица, как только завершила молебен. — Дозволено ли мне будет ответить?

— "Ну, наконец-то! Не прошло и полгода" — подумал Финн. — "Я-то может и Великий, но вот то, что даже ты об этом знаешь, очень плохо".

Вслух, разумеется, он сказал другое:

— Говори!

— Вы в Храме Создателя, о Великий! — ответила та.

— Зашибись! — прокомментировал палач. — Об этом я и без тебя догадался. В котором из?

— Вы в Сокрытом Храме, о Великий! — добавила жрица.

— "Нормально" — подумал Финн. — "И как меня сюда занесло?"

Вслух же он спросил:

— Как я здесь оказался?

— Вас принесли люди, которые пришли порталом, о Великий!

— Порталом? В Сокрытый Храм? Ты, видать, не в своем уме.

— Все это видели, о Великий! — возразила монахиня. — Не иначе как чудо, сотворенное руками посланника Его с Его дозволения, о Великий!

— Так! Стоп! Давай по порядку! — Финн нашел в себе силы сесть на кровать и свесить ноги.

Он обвел убогую скудную обстановку еще плохо слушающимся взглядом и остановился на собственных ногах. О как! Ноги, как и все, что было ниже пояса, оказались новыми. Особенно его позабавил... к-хм... ну вы поняли, что. Он был такой же розовый без единого волоска, как и все остальные выращенные божественной магией органы, но в отличие от прошлой версии, которая Финну, несомненно, нравилась и в предыдущем варианте, новый был гораздо крупнее. Это было забавно, но могло создать определенные проблемы: не всякая куртизанка согласится с таким связываться даже за большие деньги. Так что к резко ограничившемуся ассортименту в домах терпимости теперь, похоже, придется привыкать.

— Я пришел, точнее меня принесли через портал, который открылся где? — отвлекшись от созерцания, сформулировал Финн.

— Прямо перед Храмом, о Великий!

— Пес знает что тут у вас творится! — проворчал палач. — Превратили Сокрытый Храм в проходной двор и радуются. Ну, допустим. Люди, которые меня принесли, они кто?

— Назвались вашими друзьями, о Великий! Мы не смогли узнать о них большего.

— Ага, — глубокомысленно сказал Финн. — И где мои друзья сейчас?

— Они ушли, о Великий!

— То есть, пришли, отдали, ушли, и все?

— Не совсем, о Великий! Они остались на ночь. Ночью убили чужачку, напугали до седины отца-настоятеля, потом ушли.

— Тоже порталом?

— Я не знаю, о Великий! Отец-настоятель, возможно, знает больше. Я простая санитарка, о Великий!

— Так сбегай и позови его! Немедленно! — в сердцах рявкнул Финн. Отчасти потому что ему срочно нужна была хоть какая-то достоверная информация, отчасти потому что его достало это "о Великий!" вставляемое жрицей в каждую фразу по поводу и без. Подумал и добавил вслед подорвавшейся к двери санитарке. — И не показывайся мне больше на глаза. Ты свое дело сделала. Дальше я сам.

По правде говоря, в услугах жрецов Создателя Финн не нуждался вовсе. Раны, органы и даже потерянные конечности целиком он мог самостоятельно регенерировать куда быстрее, чем с этим справился бы самый крутой маг-целитель. Восстановить все тело целиком даже из крошечного кусочка мозга, для игрока с его статусом было лишь вопросом времени и наличия под рукой достаточного количества необходимой энергии: маны, божественной благодати, радиации, обычного электричества, огня или даже солнечного света. Природа и суть подпитки не важна. Лишь бы что-то было в доступе, а там редкий пассивный навык сам разберется, что и как ему сделать. Но, без ограничений и тут не обошлось. Система вообще очень любит разного рода рамки, условия, квоты, лимиты, откаты и противопоказания.

Временной лаг между самим ранением и стартом исцеления составлял одни стандартные системные сутки. При этом, хотя бы одна относительно целая цепочка ДНК должна до этого самого старта дожить в нетронутом виде. Вот почему палач не особо жаловал молекулярные деструкторы, кварковые расщепители, аннигиляторы материи и прочее малоэффективное в настоящем бою, но весьма действенное конкретно против него, оружие. Так что, теоретически, уничтожить Финна раз и навсегда все-таки было можно. Вот только на практике это не сработает.

Разумеется, нет такого правила, которое при особом желании, определенном статусе и креативном подходе к вопросу нельзя было бы обойти. А потому, один из образцов его генетического кода содержался в особом месте под строгой охраной и неусыпным наблюдением высококвалифицированных врачей. С четкими инструкциями, на случай если образец вдруг начнет проявлять признаки активного роста: не мешать и обеспечить все необходимые условия для продолжения процесса. Ну и, разумеется, персонал имел минимум информации о том, чем они на самом деле занимаются, так сказать во избежание утечек, а так же весьма неплохую оплату труда. Если уж быть до конца честным, таких лабораторий было три. Причем одна полностью автоматизированная. Людям до конца Финн тоже не доверял.

Настоятель пулей влетел в дверь ровно через минуту. Не иначе ошивался где-то поблизости в ожидании пробуждения неожиданного высокого гостя, а может оба, что жрица, что ее босс, умели телепортироваться на короткие расстояния. Впрочем, Финна их навыки мало волновали. А вот с немыслимым беспределом и неслыханным разгильдяйством он прямо таки горел желанием разобраться немедленно.

— Что за бордель ты тут развел, старый плут? — сурово сдвинув брови, спросил палач, сверля тяжелым взглядам по-собачьи преданные глаза настоятеля. — Почему вдруг кто попало открывает порталы прямо на вверенной тебе ЗАМКНУТОЙ территории? Какого хрена в стенах Сокрытого Храма гостят ЧУЖАКИ? И самое главное: почему я, а ты уже, по глазам вижу, прекрасно осознаешь, кто я такой, вынужден беседовать с тобой ГОЛЫМ?

— Простите, Ваше Святейшество, мы еще никогда не принимали у себя Великого Инквизитора, — промямлил настоятель, побелев как мел. — У нас просто нет подобающего вашему сану одеяния. Если вы милостиво сообщите мне кто вы по рангу, Глас, Око или Длань, я немедленно отдам приказ пошить соответствующие одежды.

— Я что, по-твоему, похож на Судию или Вестника? Ну, соображай же, дурья твоя башка! Лысый коренастый качок...

— Длань? — нервно сглотнув, еще больше побелел настоятель.

— Длань, — согласился Финн. — Но это пофигу. Я здесь не по велению Его. Так что тащи то, что есть прямо сейчас. Штаны, рубаху, обувь и нижнее белье. Главное чтобы удобное и как минимум стиранное. И не с трупа!

— Все самое новое и самое лучшее будет здесь с минуты на минуту, — поспешно сообщил настоятель. Видимо уже отстрочил нужное распоряжение во внутренний чат. — А зачем вы здесь, Ваше Святейшество, если это, конечно, не секрет? И как долго планируете гостить?

— Хотел бы и я это знать, — со вздохом сказал палач, глядя в пустой лог системных сообщений.

А вот это уже было странно. Отметка состояния ясно показывала, что он все еще в процессе выполнения этого странного задания, при этом последняя миссия в цепочке уже считалась закрытой, а новая до сих пор не поступила. Если так где-то и бывает, то Финн впервые с этим столкнулся.

Сами по себе задания со скрытыми конечными целями не были для него такой уж большой редкостью. Скорее даже наоборот, обыденностью и рутиной. Но чтобы последовательность так резко обрывалась без указания следующей цели и без единой новой зацепки — это хрень какая-то. Нонсенс. Так не бывает!

Впрочем, тут с самого начала все было крайне загадочно. Во-первых, награда... Впервые за долгую карьеру модератора Система никак не обозначила профит от выполнения квеста. Конечно, можно было и отказаться, но любопытство не единожды выручавшее опытного игрока, в этот раз, похоже, его конкретно подставило. Черт его дернул три года назад, не подумав жмакнуть по кнопке "принять". И завертелось...

Все текущие невыполненные квесты, коих к тому моменту накопилось около сотни, тут же отметились как проваленные, но вот пункты опыта, золотые монеты и даже предметы, обещанные за их выполнение, четко и до копеечки исправно упали на шкалу прогресса и в инвентарь в тот же момент. Тогда Финн решил, что это большая удача. К тому моменту он уже больше двух лет как не "апался". Ведь с каждым новым полученным левелом качаться становилось не в пример тяжелее. Причем сложность росла даже не геометрически, а экспоненциально. А тут опыта прилетело разом аж на целых три новых! Чуть-чуть не дотянув до еще одного. Кому расскажи, что на уровнях выше пятисотого такое в принципе возможно — сочтут, что крышей поехал от лишнего перенапряжения и слишком усердного кача.

Дальше было "все страньше и страньше". Первым же заданием ему предстояло ограбить сверхсекретную военную базу на отшибе всеми богами забытой галактики. Стащить из под носа вояк и их яйцеголовых новейшую уберплюшку, да так, чтобы, в конце концов, непременно попасться с поличным и отправиться в еще более неприятное место. Разумеется, в самую отдаленную, самую охраняемую и самую поганую тюрьму, какую только смогла выдумать имперская пенитенциарная служба. Так себе курорт, но жить можно. Видал он места и похуже.

Сбегать оттуда, благодаря своему уровню и способностям он мог хоть по десять раз на дню, несмотря на то, что по местным меркам это не представлялось возможным. А не сбегал только по одной простой причине: последний приказ Системы был четким и однозначным: ждать. И длилось это ожидание целый год вплоть до того самого момента, когда эта директива сменилась на другую: организовать демонстративный побег с обязательным изуверским членовредительством, хотя по мнению самого Финна можно было легко было обойтись и без оного, чтобы сдаться тупым конвойным дроидам в самом конце.

Смысл всех этих телодвижений оставался для палача неясным, но привыкнув доверять указаниям свыше, нарушить их он посчитал неправильным. А потому на два долгих года загремел в одиночную камеру: залитый десятками метров бетона куб три на три метра, куда по одной тоненькой трубочке подавалась жутко невкусная питательная смесь, а по другой, такой же тоненькой, отводились фекалии. Из мебели только пластиковый матрас, а из развлечений созерцание стен, пола и потолка. Тоже не ахти какой санаторий, но, хотя бы думать никто не мешает.

Еще через два долгих и очень спокойных года, его клетку выпилили из горной породы и распечатали, а его самого заковали в кандалы и, не говоря ни слова, куда-то повезли. Финн ничему не препятствовал, раз Система считала, что все идет по плану, то и ему не о чем было беспокоиться. А вот дальше начались чудеса.

Первое, что удивило бывалого игрока — зеленая по всем параметрам девчонка в звании адмирала, которая по настоящему смогла уделать его в драке. Чего-чего, но использовать в качестве силы голую гравитацию, да еще так легко и непринужденно... Такого палач точно никак не ожидал. Именно тогда он впервые в жизни нарушил указания Системы, которая рекомендовала "не выделываться" и четко следовать инструкциям временного командования. Самому себе Финн мог признаться, что выколол бедолаге конвоиру глаза вовсе не потому что пообещал отомстить и даже не потому что тот хоть самую каплю задел его своей выходкой. Нет. Палач хотел таким образом уколоть зарвавшуюся соплячку. Хоть ненадолго вывести из себя, чуть-чуть утереть нос и слегка расстроить планы. Что, собственно говоря, и случилось, когда их задержали перед самой высадкой. Жаль, что не так надолго, как рассчитывал Финн, но, в общем и целом, шалость удалась, и даже обошлось без особых последствий для задания, штрафов от Системы или серьезных разногласий с адмиральшей. Что, в конечном итоге, не могло не радовать.

Однако теперь палач четко понимал: все три года мытарств, предшествовавшие недавним событиям, были лишь прелюдией к основному заданию. В тот самый момент, когда ему на глаза попался этот забавный парень по имени Трудовик, системная директива с короткой и лаконичной "следовать за адмиралом Гренуй" сменилась на не менее отчетливую и простую "любой ценой обеспечить выживание игрока Трудовик". С тех пор задание все еще считалось актуальным, но указание на местоположение цели отсутствовало, что было очень странно. Тем не менее, о провале миссии речи не шло, а значит, Трудовик все еще жив. Вот только где его теперь искать в бесконечном множестве системных или даже внесистемных миров? По этому поводу пока ни одной здравой мысли в голову не приходило. Разве что у старого недоумка, который по чьему-то недосмотру занял высокий пост настоятеля Сокрытого Храма, есть на этот счет какая-нибудь информация?

— Ваша одежда, Ваше Святейшество, — вывел Финна из задумчивости заискивающий голос настоятеля.

— Ага, — кивнул инквизитор, сгреб предложенные шмотки и принялся одеваться. — Те люди, которые меня сюда принесли, куда они делись?

— Ваши друзья попросили меня активировать секретный портал, что я любезно и сделал, — поспешно, но как-то не очень уверенно сказал тот. — Место назначения мне неизвестно, координаты я не рискнул записывать, а активирующие руны, сами понимаете, выгорели начисто. Одно могу сказать точно: это где-то очень далеко. И еще... Эфемерида была плавающей.

— То есть, диапазон перемещения не был статичным? — удивился Финн, так и замерев на месте с не до конца застегнутой ширинкой. — Бред какой-то... Кому нужен подобный ненадежный переход?

— Скорее, точка выхода перемещалась в пространстве или это был какой-то объект вне Системы, а может и то и другое одновременно, — поправил его старик. — В любом случае. Повторить переход я уже не смогу. Не к чему привязаться. Даже если позвать менталиста, который как следует покопается у меня в мозгах, полученные сведения могут ничего не дать. Есть ли в том смысл, когда объект и вправду движется.

— Насчет менталиста я подумаю, — серьезно пообещал Финн, чем вогнал настоятеля в ступор.

Нечего и гадать, о чем в этот момент подумал старый плут. Такой вариант для него был крайне нежелателен. Даже хорошие ментальные маги оставляли после себя сущий бардак в мозгах подопытного, а уж любая ошибка приводила к тяжелым последствиям, вплоть до полной потери разума.

— А теперь расскажи-ка мне о чужачке, — потребовал палач.

Лицо настоятеля посерело от страха, но надо отдать ему должное, он сумел взять себя в руки и ответить.

— Она — сущий дьявол! — с жаром воскликнул он. — Ворвалась сюда, угрожала расправой. Пообещала убить всех моих людей и разрушить храм до основания, если мы вздумаем ей помешать. Я ничего не мог поде...

— Туда нельзя! — истошным голосом заорала уже знакомая Финну жрица-санитарка, видимо охранявшая дверь с той стороны. — Там...

— Тот самый калека, которого приволок с собой убивший меня ублюдок, — перебил ее другой голос. Тоже женский, но интонациями совсем не похожий на смиренный голос служительницы Создателя. — И я клянусь Матерью, я вытрясу из него все, что он знает! Даже через ваши трупы. Прочь с дороги!

Раздался хлесткий удар, а затем что-то мягкое грузно ударилось о стену рядом с дверью. Дрожащий от страха настоятель как стоял так и упал в обморок, а створка распахнулась и перед Финном появилась виновница переполоха.

— Упс... — испуганно сказала эльфийка, увидев перед собой палача. — Я-а-а-а... э-э-э... кажется, дверью ошиблась, извините!

— А ну стоять! — рявкнул Финн, прежде чем остроухая гостья попыталась смыться. — Зайди и закрой за собой дверь! Но сначала позови кого-нибудь, пусть вынесут это отсюда.

Он беззлобно пнул ногой обмякшего настоятеля и принялся натягивать через голову рубашку. Настоящему джентльмену не пристало беседовать с дамой, если он топлесс. Вот это наоборот, это всегда пожалуйста. Но тут совсем не тот случай.

Интерлюдия "Модератор" (окончание)

Лиса всегда возвращается в однажды посещенный курятник, даже когда там полно капканов, а под дверью дежурит обозленный куровладелец с заряженным ружьем. Кот, единожды вкусивший радость прогулки по кухонному столу, будет залезать на него постоянно, даже если каждый раз его наказывать. А любого преступника со страшной силой тянет на место преступления. И если в первых двух случаях это еще как-то объяснимо относительно невысоким интеллектом нарушителей, то вот последний просто какая-то сущая загадка для психологов-криминалистов. Нет, теорий-то на этот счет предостаточно, но внятных объяснений, как и понимания, почему это происходит, толком не дает ни одна из них.

— Ну что, давай познакомимся, ушастенькая, — по-доброму сказал Финн, как только два относительно целых, хоть и весьма помятых стражника, вынесли из палаты так и не очухавшегося настоятеля. И как только он с такими слабыми нервам, эту должность получил? Не иначе по блату. — Кто я, ты, похоже, уже и так понимаешь. А вот ты что за птичка, да еще такая наглая?

Вместо ответа эльфийка только судорожно сглотнула и еще сильнее выкатила на него и так полные сковывающего волю ужаса глаза.

Нельзя сказать, что произведенным эффектом Финн был недоволен. Инстинктивный, почти животный страх, который истинная мощь модератора оказывала на окружающих, бесконечно льстил его самолюбию, попутно решая множество мелких проблем с пониманием, а так же благотворно влиял на желание с ним сотрудничать. Однако при этом возникали и неприятные побочные эффекты в виде шока, ступора или заторможенности.

— Молчишь, значит? — заключил палач. — Что ж, это было ожидаемо. Ну, хоть имя-то свое ты помнишь?

— А-а-а... Аурика, — выдохнула та и зажмурилась, как будто ожидала, что теперь ее немедленно поразят громы и молнии, или Финн как минимум заберет у нее душу.

— Во-о-от! — палач ободряюще улыбнулся. — Видишь? Не так уж и страшно! Я не кусаюсь. Давай продолжим! Итак, детка, что ты тут делаешь? Ты ведь знаешь, что хорошим эльфийским девочкам нельзя гулять в храмах создателя? Тем более в тех, которые даже от своих надежно спрятаны. Ну, знаешь?

— Я-а-а... Заблудилась! Вот! — соврала эльфийка.

— Ай-яй-яй! — Финн насмешливо погрозил ей пальцем, из-за чего остроухая гостья чуть не грохнулась в обморок. — А ты в курсе, что взрослым врать нехорошо? Неужели твоя мама тебя этому не учила? Больше так не делай! А не то дядя надает тебе а-та-та по попе. Мать послала?

— Я сама! — вскинулась эльфийка. — Мать не знает!

— Еще лучше! — усмехнулся палач. — Дети гуляют где попало, а родители даже не в курсе, что их бестолковому ребенку могут запросто голову оторвать.

Почему-то при упоминании головы, ушастая густо покраснела и опустила глаза. Тут точно что-то личное, но разбираться Финну было некогда, а поэтому он задал следующий вопрос:

— Ты искала Трудовика. Даже не спорь! Слишком очевидно. Зачем он тебе? Мать приказала убить?

Ответом ему было упорное молчание.

— Ладно, — модератор устало вздохнул. — Слишком боишься гнева матери. Это понятно. Но, давай я тебе попробую кое-что объяснить. Кто, по-твоему, сильнее, я или твоя богиня?

— Богиня, конечно! — удивилась эльфийка. — Разве может быть иначе?

— На первый взгляд, оно может и так, — согласился Финн. — Но если копнуть поглубже, то выяснится пара интересных моментов: во-первых, бывают случаи, когда Система временно наделяет нас особыми полномочиями. Это редкость. Точнее даже будет сказать что такие прецеденты уникальны и за всю историю существования Системы их можно по пальцам пересчитать. Но это в принципе возможно и делается в целях устранения зарвавшегося бога. Который по сути, такой же игрок, как и все остальные, только перескочивший на следующий план реальности. К примеру, между тобой и скажем Вестницей Матери (тут гостья опять еле заметно вздрогнула, что, разумеется, от палача ей скрыть не удалось) огромная пропасть в плане навыков, мощи, жизненной силы и всего остального. И случись между вами двумя драка, на твою победу я не поставлю даже от мертвого осла уши против всех сокровищ мира. Это как битва муравья со слоном.

— Муравьи бываю разные, — буркнула эльфийка. — Некоторые очень даже больно кусаются.

— Верно, — кивнул палач. — Нам может попасться очень удачливый муравей. И у одного слона из миллиардов может оказаться такая сильная аллергия на муравьиную кислоту, что он умрет от первого же укуса. Но, в конце концов, речь не о случайностях, а о превосходстве. Так вот, между самой Вестницей и богиней примерно такая же разница. И вот тут в дело вступают уже настолько большие числа, что случайностей быть не может. Великая Мать, как и остальные Старшие, настолько крута, что даже соберись в рейд против нее первая сотня топов рейтинга обычных игроков, я бы не дал за их жизни и ломаного гроша. Тебе знаком идиома "избиение младенцев"?

Эльфийка кивнула.

— Это было бы примерно то же самое. Только с разницей, что младенцы пусть и чисто теоретически еще могут попробовать могут дать сдачи обидчику, а топы Матери ничего не сделают. Надеюсь, это понятно?

Эльфийка опять кивнула.

— Теперь представь себе ситуацию, в которой кто-то из Старших оборзеет настолько, что решит, что ему вообще все можно и даже Система ему не указ и пойдет править мир в соответствии со своими предпочтениями. Например, если Небесный Шаман орков провозгласит, что вселенная просто создана для орков, а всех остальных нужно уничтожить, поднимет своих детей на всеобщую битву, да еще и сам примется за дело, мало точно никому не покажется. И тут случатся две вещи: во-первых, Шаман будет становиться сильнее, потому как деяния усиливают веру, а во-вторых, остальные Старшие начнут постепенно терять паству, а значит слабеть.

— Почему бы им тогда не собраться вместе не остановить Шамана? — спросила Аура.

— О! Вопрос на миллион золотых! Да ты прямо на глазах растешь, малышка! — похвалил палач. — Об этом мало кто знает, в основном, потому что всем глубоко фиолетово, и никто никогда этим не интересовался, но для пытливых умов далеко не секрет, что каждый Старший, в отличие от остальных игроков, физически действует на своем отдельном плане реальности. Настолько специфическом, что прямое взаимодействие, между Старшими богами попросту невозможно. Иначе драка, в ходе которой могли бы быть уничтожены целые галактики, а может и вообще вся вселенная, случилась бы уже давно. Фишка в том, что в этом отношении я, как и любой другой обычный игрок, не ограничен такими условностями.

— Из чего можно сделать, что Старшие очень сильны и при этом весьма разумны, раз до сих пор не стравили народы друг с другом, — заключила эльфийка. — Но к чему ты все это мне рассказываешь? Разве из твоих слов следует, что ты сильнее? По-моему, все как раз наоборот. Они сильны, каждый по своему, но зато всегда, а ты, без прямого указания Системы, не можешь им ничего сделать, потому, что в обычной ситуации любой из них гораздо сильнее тебя.

— Ты невнимательно меня слушала, — покачал головой Финн. — Забыла об одной мелочи: боги черпают силу из своей паствы, а я — нет. Кроме того, убить бога невероятно сложно, но, там где со слоном не справится целый муравей, его легко доконает существо куда как более микроскопическое. От вирусов и бактерий, как ты понимаешь, даже слоны дохнут пачками, особенно если нет лекарства. Не так быстро дохнут как от аллергии, но, все же достаточно скоро. И задайся я целью уничтожить даже кого-то из Старших, я мог бы это сделать и без санкции системы. Да, это очень долго. Да, это очень муторно и затратно. Но не невозможно и главное не противоречит базовым постулатам Системы. В отличие от обратной ситуации.

— Хочешь сказать, что модератор, если захочет, может убить бога и без помощи Системы, но не наоборот? — уточнила эльфийка.

— Именно, — подтвердил палач. — Иначе, какой в нас смысл?

— Значит, ты хочешь убить всех эльфов, а потом и Великую Мать?! — ужаснулась Аура.

— Тьфу, бестолочь! — воскликнул Финн. — Видать, я тебя сильно переоценил. Ты как к такому умозаключению пришла?

— Ну как... — растерялась эльфийка. — Ты сам только что сказал что...

— Я сказал, только то, что я сказал! — раздраженно рявкнул палач. — И это значит ровно то, что значит, а не то, что ты сама себе напридумывала.

— Значит, ты не собираешься убивать Мать и всех эльфов? — робко переспросила та.

— Да нахрена оно мне надо? — возмутился Финн. — Нет, она, конечно, оторвала мне обе ноги совсем недавно, но повод для вендетты, мягко говоря, совсем никакой. Мы тоже знатно потрепали ее аватар в ответку. Так что этот инцидент можно считать исчерпанным. Претензий к Матери у меня нет. Подумаешь, поцапались и разошлись. Остались каждый при своем мнении. Надеюсь и у нее ко мне тоже. Рядовая игровая ситуация. Ничего сверхординарного.

— Ладно, допустим, — осторожно кивнула Аура. — А от меня ты тогда чего хочешь?

— Услышать твою версию событий, — пояснил палач. — Не более того.

— И потом ты меня убьешь, — предположила гостья. — Последней смертью. Чтобы информация о нашей беседе и о том, кто ты на самом деле такой никогда не дошла до Матери. Так?

— Да мне-то что? — пожал плечами Финн. — Пусть знает. Мне от этого не горячо, ни холодно. Нет, честно ответишь на мои вопросы, и я тебя отпущу. И даже более того, сделаю так, что о нашей встрече никто никогда не узнает, а из тех, кто видел, все всё забудут. Можешь потом поступать, как нравится. И еще, если расскажешь все в подробностях, я даже дам тебе полезный лично для тебя и очень мудрый совет на прощание.

— А если я не соглашусь?

— Тогда придется все-таки тебя убить, — виновато развел руками палач. — Просто по-другому посмотреть твои логи у меня не получится. Информации там не фонтан, конечно, но это лучше чем совсем ничего. Слышала такую человеческую поговорку: с паршивой овцы хоть шерсти клок?

— А не обманешь? — засомневалась эльфийка.

— Системная клятва устроит?

— Не надо! — Аура болезненно поморщилась. — Тогда Мать непременно узнает.

— Ого! — расхохотался Финн. — Ты смотри-ка, наша бедная овечка не так проста, как кажется! Просто волчица в овечьей шкуре, никак не меньше. Ладно. Вот тебе мое честное слово, что все так и будет. Не разочаруешь меня — уйдешь отсюда на своих ногах. Только постарайся мне впредь не попадаться так по-глупому.

— Это ты только что три раза подряд назвал меня овцой? — запоздало сообразила Аура. — А знаешь, я ведь могу и обидеться. Из вредности ничего тебе не скажу!

— Только два, — шутливо поправил ее Финн. — В третий раз это была хитрая волчица. А волчицы зубасты и изобретательны. Так что считай, это был очень большой комплимент. Тем более из моих уст. Так что ты в итоге выбираешь, ответы или забвение?

— Спрашивай, — обреченно выдохнула эльфийка, прикинув остальные варианты. Выходило, что предложенное палачом решение самое безопасное. Не только лично для нее, но и для Матери, да и остальных эльфов в целом. А подставлять своих Аурика не хотела. Впрочем, расплачиваться за свою же неосмотрительность собственной жизнью, она тоже не желала.

— Когда Мать послала тебя за Трудовиком? — сходу спросил Финн. — Желательно точное время.

— Она не посылала, — огорошила его эльфийка. — Я сама. Только я не знала, что это будет именно он. Только время, место, точные приметы объекта и что нужно сделать.

— О как! И нафига?

— Оракул, — пояснила та. — Мне... в общем, кое-что нужно было от... от Матери... и я задала вопрос "Как быстрее это получить?" одному из наших оракулов. Ну и вот...

— В свиту захотела, — не то спросил, не то ответил за нее Финн. — Понятно. Надо сказать, способ весьма ненадежный. Зная ваших сумасшедших ведьм и какую ахинею они обычно несут, я не стал бы полагаться на их слова. А ты рисковая!

— Изначально, это было почти в шутку, — призналась Аура. — На спор. И я на самом деле даже не собиралась... Но указания были настолько четкими... Это-то и было удивительно. Раньше никогда с таким не сталкивалась. В общем, я решила последовать указанному пути. И у меня почти получилось!

— Дай угадаю! Старая карга наговорила тебе, что за трофей в виде головы Трудовика, Мать с распростертыми объятиями примет тебя в свиту и сделает как минимум младшей фрейлиной, а то и поставит на место одной из приближенных?

— Несущей Забвение, — мрачно кивнула эльфийка. — Слухи, о том, что действующая проводница воли с каждым годом все хуже справляется со своими обязанностями, ходили уже давно. Но протянуть еще лет сто или двести для нее не было большой проблемой. Я не собиралась ждать так долго.

— Амбиций тебе не занимать, — покачал головой палач. — Итак, ты его отыскала. Что было дальше?

— Пророчество явно намекало, что мне не стоило затевать честную драку. Несмотря на огромную разницу в уровнях, я имею все шансы ее проиграть, — продолжила она. — Поэтому, я решила попросту отравить объект, и дождаться пока можно будет спокойно отрезать ему голову. В конце концов, большой разницы между головой, отрубленной в битве и головой, отрезанной у трупа, нет. Технически, это совершенно одинаковые трофеи.

— Если в условиях четко не описан способ, то можно воспользоваться любым, — согласно кивнул модератор. — И что же пошло не по плану?

— Мне следовало тщательней изучить пророчество и лучше подготовиться, — вздохнула Аурика. — В итоге, все случилось так, как и было предсказано, а я опоздала на какую-то секунду. Мне не стоило затевать драку с другим, сильным Трудовиком в тот момент, когда слабый уже почти отправился к праотцам. Надо было рубить первому голову и сматываться оттуда. Но в тот момент я почему-то решила, что две головы всяко лучше, чем одна, и за обе награда от Матери будет еще более щедрая.

— Жадность фраера сгубила, — хохотнул Финн. — А второй там откуда взялся? И что означают вот эти твои слабый и сильный?

— Понятия не имею, откуда, — пожала плечами эльфийка. — Он просто открыл дверь, вошел и сразу попытался напасть. И если тот, который уже почти умер, был уровнем не сильно выше сотни, то у этого счет был уже где-то около полутысячи. Впрочем, боец из него примерно такой же, как из ослиного навоза стрела. Уж можешь мне поверить. Это я сразу просекла. Я бы одних рефлексах его уделала...

— Но, ты не уделала, — продолжил за нее Финн. — Почему?

— Я не поняла, — на секунду задумавшись, ответила эльфийка. — Просто в какой-то момент очнулась на точке респауна без единой шмотки в инвентаре, а последний лог свидетельствовал, что твой ненаглядный Трудовик отрубил мне голову. Собственно, это все, что я знаю.

— Мать об этом знает?

— Разумеется! Или ты думаешь, я посмела бы скрыть от нее такое? — возмутилась Аура.

— Да уж... — Финн невесело усмехнулся. — Нескоро быть тебе Несущей, выходит. Если еще вообще когда-нибудь быть.

— Мать великодушна, — возразила эльфийка. — Это мы еще посмотрим, скоро или нет. В любом случае, это не тебе решать.

— И хвала Создателю! — тут уже палач расхохотался в голос. — У меня, знаешь ли, своих заморочек хватает, чтобы еще и вашими заморачиваться. Что ж, можешь идти. И забудь сюда дорогу. Сокрытый Храм, впрочем, как и любой другой храм Создателя, совсем не место для остроухих. Но с этим мне еще предстоит разобраться. Короче говоря, я тебе гарантирую, что в следующий раз так просто ты отсюда живой не выберешься. Уж поверь, я лично об этом позабочусь.

— Это и был твой ценный совет? — спросила Аура.

— Это еще не он, — покачал головой палач. — А вот теперь будет он: не суйся больше в это дело, а не то отхватишь больше, чем сможешь унести. И я сейчас не о трофеях говорю. Просто поверь мне, эта история слишком мутная даже для таких старых интриганов как я. Матери я бы тоже посоветовал держаться от Трудовика подальше. В ее же интересах. Но, она ведь не послушает. Всегда была упертая и своенравная. А теперь ступай. Мы закончили.

Она как будто только этого и ждала. Ни сказав больше ни слова, Аура поспешно выскочила за дверь и растворилась в коридорах замка. Ну и правильно сделала. А вдруг страшному модератору что-нибудь стукнет в его лысую голову и он захочет поменять свое решение? Кто ему указ? Никто! Ведь отпустив ее он уже сдержал свое слово. А успела она убежать или не успела, это уже ее проблемы.

Продолжать допрашивать, в общем-то, случайно впутавшуюся сюда эльфийскую девчонку Финн не видел смысла. Она действительно рассказала все, что знала, а из страха за свою жизнь трепаться об этом разговоре не станет. Вряд ли даже богине признается. Это как минимум вызовет вопросы. Мало кто сталкивался в игре с живым модератором, а те, кто все-таки сталкивался поделиться своими соображениями на этот счет уже не в состоянии. Последняя смерть, она, знаете ли, на то и последняя, что респауна после нее уже не бывает.

По хорошему, убить ее все-таки следовало, но, во-первых, на "Казнь" нужна чертова прорва маны, а с ней как раз сейчас, после регенерации, у Финна напряженка. Даже на чары прикрытия пока не хватает. И в ближайшие пару часов нужного количества не восстановится, а отпиться эликсирами из лавки алхимика не получится. Мана модератора, это вам не то же самое. Очередное ограничение от Системы. Так сказать, плата за уникальность навыков. А во-вторых, проблема, которая нарисовалась перед ним только что, была куда как более важной.

Интерфейс задания наконец-то ожил, и теперь стрелка азимута четко указывала на цель на глобальной карте. И даже дальность появилась. В ней и была основная загвоздка.

— Нифига как далеко ты забрался, дружочек! — от удивления палач даже присвистнул. — Это где же это у нас такая глухосрань, и что ты там забыл?

А спустя еще секунду сменилась и директива, от чего лицо модератора мгновенно сделалось мрачнее самой мрачной и зловещей тучи, какая только могла возникнуть на просторах миллионов миров по всей вселенной.

— Кажется, вечер перестает быть томным, — недовольно проворчал Финн, прочитав лог по третьему разу. Как бы он ни надеялся на ошибку, но буквы и слова от этого не поменялись. — Что же ты там такое натворил, пока меня не было, а, парень? И что же нам теперь с этим делать?

Ответа, который бы устроил палача, Система почему-то давать не спешила.

Глава 9

— Вы хотите потратить желание 1/5? — спросила Система. — Да/Нет?

И чего спрашивается, она каждый раз уточняет? Действительно не хотел бы, не стал бы этот кнопку и вовсе трогать. Разумеется, да!

Я открыл инвентарь и посмотрел на только что появившийся предмет. Нельзя сказать, что это было именно то, чего я ожидал. Но, в принципе, меня не так уж сильно обманули.

У меня оставалось только одно желание, и тратить его, разумеется, душила жаба. Впрочем, сейчас не тот случай, чтобы жадничать. Либо я его грохну, либо он меня... заставит ему помогать. И тогда он грохнет вообще всех. Иллюзий на счет СуперИИ я не питал никаких. Не говорить всей правды и не врать, это только на первый взгляд разные вещи, на самом деле, оба эти действия неминуемо приводят к одному и тому же результату: ошибочному решению.

Согласиться ему помочь и тем самым обречь на гибель сотни миллиардов разумных? Да с какой стати? Ради того, чтобы он оставил в покое Землю? Так это будет не навсегда и, скорее всего, даже не очень надолго. Когда-нибудь нашим потомкам так и так придется с ним сражаться, но тогда они уже будут в куда более худшем положении, чем я сейчас.

Нет, я вполне допускаю, что все его россказни относительно помощи мне — чистейшая правда. И навредить мне он совсем не стремится. Наоборот, всеми силами будет оберегать. Однако никаким бескорыстием и человеколюбием тут и не пахнет. "Онли бизнес", как сказала бы наша бывшая соратница Елизавета, недавно усвиставшая вместе со своим верным рыцарем в неизвестном направлении.

Я ему нужен чтобы научить его юнитов качаться, получать плюшки от Системы, становиться сильнее и смертоноснее с каждым уровнем. Они и сами по себе оружие, причем, судя по репутации заработанной в галактике и так достаточно смертоносное. Дай им в руки... лапы... захваты... манипуляторы... настолько мощный инструмент самосовершенствования как Система и они будут качаться денно и нощно, без перекуров на обед, походов в туалет и перерывов на поспать. Таких "задротов" мир еще не видывал. И лучше не надо.

Страшно представить, на что способны окажутся механические монстры механоидов, окажись в их распоряжении мощь системы. А ведь для того чтобы качаться, нужно как минимум убивать. Они и сейчас-то вполне успешно с этим справляются, имея почти что самое совершенное во вселенной вооружение и технологическое превосходство, добавь к этому еще и магию и тогда всем остальным наступит полный и безоговорочный трындец.

Сейчас СуперИИ нас боится. Говоря "нас" я имею в виду всех игроков, всех рас и уровней. Каждый, кто сегодня, превозмогая собственную слабость, из последних сил мочит низкоуровневых зомби, собирая смешные крохи опыта, завтра может стать могущественным колдуном, непобедимым паладином или непревзойденным стрелком, неуловимым рейнджером, непробиваемым "танком" или "дамагером", что с одного удара валит континентальных боссов. А послезавтра придет и наваляет мехам по самый центральный процессор. Появись у СуперИИ хоть с десяток подобных юнитов, пиши пропало. Уже никто никому не наваляет. Так что допускать этого ни в коем случае нельзя. Наоборот, каждому органическому разумному нужно бороться с ним любыми методами и подлянками, чтобы, в конце концов, пусть не сейчас, а в далеком будущем, кто-нибудь из игроков да победил.

Да, в этом случае, есть нехилая опасность, что никто так и не построит реактор большого взрыва и вселенная спустя сотни триллионов лет или больше, благополучно загнется от тепловой смерти. И новую запустить уже будет некому. Но ведь это когда еще будет? А вот убивать миллиарды разумных существ механические солдаты СуперИИ начнут уже сегодня, представься им такая возможность.

Только вот лично я им ее предоставлять не собираюсь. Попустятся. Уж лучше попробую обломать этому искусственному мозгу его электронные рога. Пусть и с мизерной вероятностью на благополучный исход и запредельным риском для собственной жизни. Но попробую. Иначе я сам же потом ни предкам, ни потомкам, ни тем более "теперькам" в глаза спокойно смотреть не смогу. Шансы на успех, у меня, конечно, совсем невелики. Но, во-первых: потратив последнее оставшееся в активе желание я их только что существенно увеличил, а во-вторых: не попробую — не узнаю.

Эх! Жаль не успел выполнить дурацкий квест с его тупым ограничением на воскрешение. Сейчас бы у меня попыток было хоть задницей ешь. Вот почему так всегда бывает? Нет бы, сейчас на моем месте оказался какой-нибудь наикрутейший перец с верхних строчек топа игроков Системы. До небес раскачанный, упакованный в самую неубиваемую броню, с резистами ко всему к чему только можно, с убер-мега-жирной пушкой в руках и напрочь отмороженными мозгами под титановым черепом, прикрытым адамантовым шлемом. По самые брови набафаный лучшими заклинаниями и до кучи напичканный самыми ядреными стимуляторами. Короче, полностью готовый к этой битве, с какой стороны на него не посмотри.

А я что? Ну, уровнем не новичок, конечно, но далеко и не истребитель механоидов. Та же Ирин, как-то упомянула, что против рядового боевого меха один на один может и выстоит, но вовсе не гарантированно. А я пока и до этого не дотягиваю. Из брони у меня, смешно сказать, та же самая роба, которую я скрафтил в первый день апокалипсиса. С единичкой защиты и надежным камуфляжем от низкоуровневых зомби. Как— то мне и в голову не пришло озаботиться чем-то более подходящим, несмотря на то, что и деньги были и места, где таким можно разжиться, нет-нет и попадались по дороге. Но, не срослось. Чего уж теперь?

С оружием у меня ситуация чуть лучше, чем с броней. Все-таки Огнеборец это вам не дубинка с гвоздями первого уровня. Это О-Го-Го какая плюшка! Вот только заточена она почему-то под битвы с инфернальными существами, которых я до сих пор что-то ни одного тут не встретил. СуперИИ тот еще чертяка поганый, конечно, но, подозреваю, что Система этот момент не учтет.

Вот и получается, что кто-то другой на моем месте смог бы сделать куда как больше, но оказался здесь почему-то именно я. А ведь я даже не боец! Так, рукожоплю помаленьку из всякого дерьма и палок... Более того, я и квест-то на это дело не брал, а оно вон как вышло.

Собственно, на этом все. Не считая припрятанного в рукаве туза. Который, по крайней мере пока, совсем не выглядел как козырной, а выглядел как уже известная мне ампула с клубящимся ядовитым туманом внутри.

Точно такую же мне впарила адмирал на борту имперского флагман. Точно такая же меня чуть там же и не угробила. Транквилизатор последнего шанса, делающий полумертвого солдата суперменом на короткий промежуток времени, прежде чем гарантированно отправить его к праотцам. Но раз Система посчитала, что это все, что мне нужно для победы над сверхразумом Зер... ой... то есть над СуперИИ механоидов, то так тому и быть. Щас как накрафтим из этого поганца кучу микросхем и металлолома!

А что до большого взрыва... Так это наша вселенная, а не его! И уж мы со своими внутренними проблемами как-нибудь и без всяких там суперкомпьютеров сопливых разберемся. Потом. Когда-нибудь. Но обязательно разберемся.

— Итак, я жду твоего решения! — поторопил меня СуперИИ. — Что ты выбрал?

— Вот это, — я продемонстрировал ему невзрачный шприц-тюбик. — Я выбрал это.

— И что это? — заинтересовался мех.

— Это Пикачу, — туманно пояснил я, надламывая ампулу и вгоняя выскочившую из под крышки иглу себе в шею. — Маленький, но очень шустрый боевой покемон, стреляющий электричеством. И я выбираю его.

— Не совсем понимаю, — нахмурился мех. — При чем тут электричество? Я спрашивал тебе не об этом.

— Ты ведь компьютер, — пожал плечами я. — А значит, должен быть к нему чувствителен. Такая аналогия: большой разряд равно кирдык компьютеру. Сечешь?

— Ясно, — кивнул мех. — Ну, почему с вами органическими всегда одно и то же? Я-то думал мы посидим как лучшие друзья, расслабимся, выпьем чаю, все спокойно обсудим как интеллигентные люди. А ты с порога лезешь в драку. Знаешь, после такого, всякое желание считать органиков хоть сколько-нибудь разумными напрочь пропадает.

— Лучшие друзья обычно, когда решают посидеть и расслабиться, пьют далеко не чай, — наставительно сказал я, пытаясь хоть ненадолго заговорить ему зубы. Пусть болтает. Адскому коктейлю нужна пара минут, чтобы начать действовать. — А раз уж ты сразу не предложил выпить на брудершафт, то о какой дружбе может идти речь?

— Ах, да! — усмехнулся СуперИИ. — Это ваша традиция затуманивать разум спиртными напитками... Есть ли в том великий смысл? Тем более что на меня этанол таким же образом все равно не подействует. Зачем продукт переводить?

— Ну, микросхемы хоть протер бы от пыли, что ли, — посоветовал я. — Кто знает, может тогда соображать получше стал бы?

— К сожалению, у меня нет микросхем, которые нуждались бы в протирке, — виновато развел руками мех. — Так что и это отпадает.

— О-о-о! Так ты типа какой-то там квантовый! — подпустив в голос сарказма, сказал я. — Так это же практически меняет дело. Теперь не так стыдно будет, когда я тебя урою.

— Так ты типа умный там какой-то, да? — вернул шпильку мех. — Еще и в компьютерах шаришь? Правда, на уровне амебы, но все лучше, чем совсем ничего.

Вообще, СуперИИ ведет себя странно. Ладно еще я тут изгаляюсь, мне время потянуть нужно, но его-то почему это забавляет? Ему бы наоборот напасть первым, пока меня не накрыло, а он спокойно со мной лясы точит, да в остроумии упражняется. Нафига? Или этот гад настолько уверен, что он мне не по зубам? Но это мы еще посмотрим! Дай только препарату окончательно всосаться в кровь, вот тогда и поговорим с тобой совсем на другом языке.

Забористая имперская химия тем временем тоже даром, простите за каламбур, времени не теряла, а ускоренными темпами осваивала организм, наполняя каждую его клетку дикой необузданной мощью. Разумеется, внешне это тоже как-то проявилось, потому, что от взгляда СуперИИ не ускользнуло.

— Ты уже все? — спросил тот, демонстративно посмотрев на дорогие часы в платиновом, судя по цвету, корпусе, неизвестно как оказавшиеся на его руке. В марках я особо не разбираюсь, никогда не понимал этих понтов, но минуту назад их у него точно не было. Позёр.

— Ага, — сказал я, почувствовав, как вены налились жидким огнем, а мышцы аж заныли от заключенной в них силищи, и вызвал в руку секиру. Огнеборец, словно и ему передалось мое возбуждение, гудел как гигаваттный трансформатор, и чуть не сам рвался в бой, прямо таки требуя срочно чего-нибудь или кого-нибудь сломать. Ну, я и не стал заставлять его ждать. Сразу пустил в дело.

Прыжок. Взмах. Взмах. Взмах.

Как в замедленной съемке трон неторопливо и величественно распался на несколько кусков, которые лениво разлетелись в разные стороны, вспыхивая по дороге. Но это не они двигались медленно, это я двигался слишком быстро. На паркетный пол остатки кресла упали уже бесформенными угольками. Отличная была бы попытка, если бы задача стояла уничтожить несчастную антикварную мебель. А СуперИИ я так и не достал, потому что он сдриснул оттуда на миг быстрее. Я даже не успел заметить как.

А теперь он стоял за моей спиной и громко аплодировал, даже не пытаясь на меня напасть.

— А ты силен! — восхитился мех. — Честное слово, я еле-еле успел увернуться. Буквально пары миллиметров не хватило.

— Г-р-р-р! — сказал я и бросился на него с удвоенной скоростью, осыпав градом ударов.

Даже я сам не успевал следить за мечущейся секирой, которая уже казалось, живет своей жизнью, в которой все подчинено одной цели — порубить противника на куски, но мех каким-то образом продолжал успешно уворачиваться от стремительных ударов.

Вжих! Вжих! Вжих! — пел Огнеборец, и сам воздух начинал гореть там, где он чертил очередную полосу. Это определенно привело к тому, что СуперИИ перестал паясничать и теперь только уворачивался от пламенного лезвия, но нанести вредному компьютеру хоть какой-то урон так и не получалось. А я уже начинал потихоньку выдыхаться.

Скорость... скорость... как же ее не хватает! Мне не хватает в первую очередь, а Огнеборец, кажется, только и ждет, чтобы его отпустили на волю. И как я сразу не догадался?

Не прекращая пытаться достать механоида, я прикрыл глаза и ослабил хват. Древко как живое выскользнуло из рук и тут же включилось второе зрение. Показалось, что время вокруг побежало чуть медленнее, и до того неуловимая тень противника теперь обрела чуть больше четкости. Отлично! Сейчас я за ним хоть следить могу.

Мы с топором разделились. Огнеборец яростно атаковал спереди, не давая СуперИИ ни мгновения продыха, а я пытался подобраться к меху с тыла, чтобы отвлечь и заставить ошибиться. Проблема была в том, что ошибаться он, похоже, даже не собирался. Как и уставать. Скупыми, выверенными движениями, продолжал легко уклоняться от молниеносных атак секиры как заведенный.

Все трое превратились в бушующий ураган, сметающий на своем пути любые преграды. Бьемся меньше минуты, а тронный зал уже почти превратился в руины. Ни одного целого предмета интерьера, как и ни одной не пострадавшей стены, здесь в принципе не осталось. Любой профессиональный строитель при одном взгляде на это безобразие, сказал бы: восстановлению не подлежит. Несколько колонн, подпиравших крышу, еще каким-то чудом держались, но следующая пара попаданий по ним, совершенно очевидно обрушит потолок нам на головы. Шуму много, разрухи много, а толку мало. В первую очередь от меня же и мало.

Даже просто оказаться за спиной у СуперИИ оказалось почти непосильной задачей, не то, что подобраться к нему с наскока. Только-только мех терял меня из виду, и я пытался напасть, как он тут же, в нарушение всех законов физики, мгновенно оказывался совершенно в другом месте и мои нечеловеческой мощи удары впустую молотили воздух. Но я прямо чувствовал, что не хватает буквально какой-то ерунды, ничтожно-малой капли концентрации, чтобы его, наконец, достать.

Вот только взяться ей уже было неоткуда. Волшебный имперский энергетик давно раскочегарился на полную мощность, исправно вливая в тело гигантские потоки энергии, и я уже был на пике дарованных им сил. Большего, как ни крути, он мне даст. А это означает, что скоро его действие пойдет на убыль. И тогда мне уж точно ничего не светит. Поэтому я принял крайне рискованное решение: отпустить Огнеборца в свободный полет. В совсем свободный. То есть вообще перестать как бы то ни было его контролировать. Конечно, риск, что в этом случае чудо-оружие просто перестанет работать, был чрезвычайно велик.

Я так до сих пор и не понимал, как оно там все на самом деле устроено, и благодаря какому такому шайтан-заклятию у меня так легко и эффективно получается управлять топором одной только силой мысли. Тем более что будет, если предоставить Огнеборцу, так сказать "свободу воли". Не исключено что в результате выйдет большой пшик и грозная секира, сейчас танцующая стремительный танец смерти, рухнет на остатки паркета обычной железякой.

В любом случае, других идей у меня не нашлось, а если прямо сейчас не сделать совсем ничего, то ни единого шанса прижучить СуперИИ у меня не появится. Вон он как скачет веселым козликом, только покоцаный галстук из стороны в сторону мотается. Даже не запыхался, сволочь. Так и носится как долбаный Нео в кино, с той лишь разницей, что секира двигается на порядок быстрее обычной пули. Но ему, похоже, это совсем по барабану. А валить козла как-то надо!

Хотите получить, то, чего раньше никогда не получали? Начните делать, то, чего раньше никогда не делали. Я приготовился к самому худшему варианту и спустил Огнеборца с поводка.

Что тут началось!

Фиаско, к моему большому удовольствию не случилось. Секира как атаковала меха, так и продолжила это делать, только теперь с удвоенной силой и скоростью, а так же как мне показалось с утроенной яростью. СуперИИ мгновенно стало не до меня.

Чирк-чирк-чирк, и на безупречном костюме проступили следы от кровавых царапин. Не очень глубоких и не особо влияющих на прыть противника, но это был несомненный успех!

Но, какого хрена?!

Откуда на его одежде могла взяться кровь, если мы сражаемся не с живым существом, а с бездушной машиной? Надо сказать, что в первые мгновения я от такого порядком растерялся, не зная, что предпринять дальше.

— А ты... я смотрю... удивлен? — натужно прохрипел мех. — А я... ради тебя... старался. Квазиклетки... Как настоящие... Почти стопроцентное... совпадение. Уф-ф-ф! Только... лучше. Реакция... лучше, скорость... синапсов выше, отклик... мгновенный. Не то, что ваши... жалкие.. тельца...

Ага, ради меня, как же! Будет он мне еще лапшу на уши вешать! Под человека ты косишь, любезный, ради крохотного шанса, что Система случайно перепутает и по ошибке признает тебя за игрока. И тела ты наверняка похищаешь в большом количестве, а то и живых людей, с одной единственной целью: создать хотя бы одного синтетика, у которого выйдет заполучить способности. А там глядишь, и наклепать целую армию. Наверняка ведь уже давно посчитал, что такое, пусть и с мизерным шансом на успех, но, все-таки возможно.

Я сжал кулаки и бросился на подмогу Огнеборцу, намереваясь, что есть силы, а есть у меня ее с избытком, приложить меха по взмыленному затылку. Если уж у него и кровь идет из порезов то и оглушить, скорее всего его тоже можно. Хотя на долю секунды. А там уже и секира не подкачает и превратит СуперИИ в кровавый фарш.

Ага... Щас! Размечтался, одноглазый...

Почти не отвлекаясь от сложных гимнастических па, мех подловил меня в полете, даже не глядя, лягнув в грудь. Силы его удара хватило, чтобы я наполовину впечатался в дальнюю стену, по пути начисто снеся последние две чудом еще стоящие колонны.

— Не лезь! — вдогонку рявкнул он. — Зашибу!

Разумеется я его не послушался и предпринял еще одно вероломное нападение, за что опять поплатился: прилетевшая на этот раз оплеуха чуть не оторвала мне голову, а прежде чем снова остановиться о стену, перекувыркнулся в воздухе я раз пять-шесть.

Чёрт! Из нас троих я самое слабое звено, даже с учетом бурлящей в крови чистой энергии, которая, хоть и требовала выхода, но в основном уходила в никуда. Эдакий офигенно мощный, но весьма неповоротливый танк. Дури много, а скорости нифига. Точнее, для любой другой битвы ее бы хватило с лихвой. Да я почти уверен, что сейчас способен раскатать в блин парочку топовых игроков. Но для схватки с СуперИИ этого оказалось недостаточно.

Эх! Неужели обманула меня Система, и последнее желание, заполучить то, что помогло бы мне победить негодяя, было потрачено совершенно зря? Или я чего-то опять не догоняю?

Х-м-м... Не догоняю... То есть, тупо не успеваю... Погодите-ка! А что он там сказал про свои эти квази-шмази? Реакция, говоришь... А ведь это идея!

Что, если мне по аналогии с секирой, точно так же отпустить в свободное плавание и собственное тело? Ведь покидать его я уже умею. Осталось только придумать, как сделать так, чтобы при этом оно не потеряло сознание, а смогло продолжать бой. Впрочем, мне кажется, Ирин обмолвилась, что под действием этого чудо-стимулятора имперские солдаты продолжали сражаться даже когда им полбашки нафиг отрывало. Даже еще яростнее. Может быть, в этом и есть загвоздка? Я в силу не слишком большого боевого опыта и совсем нетренированных рефлексов на таких скоростях просто не успеваю сообразить, что нужно делать и сам торможу рвущуюся в бой плоть. Как в стереотипных фильмах про Кун-фу: очисти разум, не пытайся контролировать тело, дай ему самому решить, что для него благо. И прочая подобная фигня.

Звучит бредово, но... А какие у меня варианты? Тем более что действие препарата уже явно пошло на спад. Еще минута, максимум две и меня накроет побочка. А дальше только смерть, в моем случае окончательная, а в данном конкретном еще и довольно бесполезная.

Только вот жаль, что если я снова перемещусь в Ирин, я так и не узнаю, чем тут все закончится и тем более повлиять на дальнейший ход битвы и ее результат уже никак не смогу.

Да пошло оно все лесом! Надо попробовать!

Собрав в кулак остатки воли, я отыскал на панели нужную иконку и активировал умение. Мой дух тотчас взметнулся под потолок и пребольно ударился темечком о невидимую преграду.

— Сра... ботало! — возликовал усердно пыхтящий под натиском Огнеборца СуперИИ. — Я... все... ждал... когда... ты... сбежишь... чтобы... проверить. Выкуси! Хрен... тебе... а не астрал!

— Вот же сука! — в сердцах выругался я, наблюдая сверху как порядком израненный, но резко приободрившийся СуперИИ, без особого напряга теснит огрызающуюся выпадами секиру к вдруг открывшимся воротам, откуда в зал хлынул поток механических чудищ, похожих на пауков из самого страшного кошмара, который только способен породить воспаленный разум маньяка, больное воображение умалишенного, ну или на худой конец, коммерческий гений кассового голливудского режиссера.

Глава 10

Последней на поле битвы совершенно неожиданно появилась самоходная тележка-каталка с телом, накрытым белоснежной простыней. К тому времени ситуация окончательно потонула в фекальных массах: СуперИИ, в конце концов, удалось поймать Огнеборца за древко и тем самым нейтрализовать, а юниты всей сворой напали на бессознательного, но весьма бодрого меня, который все-таки встал, даже о-го-го как встал, и сходу включился в битву, походя голыми кулаками раздавая механическим паукам такие плюхи, что те буквально разлетались на части после первого же удара. Но до победного конца он... или я... так и не дотянул, попросту завязнув в непрекращающемся потоке противников. А потом действие препарата ожидаемо закончилось, пришел закономерный откат и я умер. Физически, но не, так сказать, ментально. Потому что я-дух все еще метался внутри невидимой тюрьмы, тщетно пытаясь отыскать в непробиваемых стенах хоть какую-то брешь.

После сотой безуспешной попытки преодолеть коварное силовое поле, руки сами собой опустились. Пора было признать, что все кончено. Я поставил свою жизнь на кон в этой битве и проиграл. Возвращаться мне некуда. Секиру СуперИИ отобрал и изолировал, а бесплотным призраком я никак не могу продолжать с ним сражаться. Какой бездарный вышел бой! Добро пожаловать на тот свет!

Ну и где там тоннель, ангелы, райские кущи или хотя бы колесо сансары, чтобы переродиться в очередного таракана? Ничего такого, почему-то не появилось. А был все тот же разрушенный тронный зал Букингемского дворца, толпа металлических пауков, расчленяющая мое тело, да израненный, но весьма довольный собой СуперИИ, крепко сжимающий в руке древко моей секиры, дергающейся и все еще гудящей от переполнявшей ее силы.

— Вынужден признать, это было не так уж и просто, — ухмыльнулся главный мех. — Я уж думал, ты и не решишься на столь опасный эксперимент. Только не расстраивайся, что вышло совсем не так, как ты планировал. В принципе, ты правильно сообразил, что победить тебе мешает именно разум. И все бы получилось, не просчитай я такой вариант заранее. Впрочем, в моем плане самым сложным пунктом было убедить тебя в необходимости драки, но ты и сам, почти без моего участия, блестяще с этим справился. Благодарю за содействие!

Вот же сука механическая! Как же ловко меня развел! И еще Система тоже красава... Подсунула мне черт знает что, только впустую желание просрал. Вот я лошара!

— Ты только не держи на меня зла за тело, — продолжил СуперИИ. — Мне придется его расчленить и сжечь куски в высокотемпературной плазме, чтобы ни одной клетки в живых не осталось, особенно стволовой. Разумная предосторожность, не более того. Мне приходилось сталкиваться с игроками, которые были способны полностью регенерировать буквально из ничего. Не уверен, можешь ли ты так, а потому, здесь лучше перебдеть, чем недобдеть. Для наших с тобой совместных планов, органическое тело может стать серьезной помехой.

Я промолчал. Ответить-то все равно не мог. Пребывание в бестелесном виде, конечно, имеет ряд преимуществ, например, такое, что теперь мехи физически навредить мне уже никак не смогут, но и недостатков при этом полно. В частности, применительно к этой конкретной ситуации, я бы сейчас с превеликим удовольствием обложил бы этого козла хорошим таким многоэтажным матом. Но, по причине полного отсутствия голосовых связок, сделать это не представлялось возможным. А потому я ругался мысленно, но очень усердно. Жаль он не слышит. Покраснел бы до самых микросхем.

— Ладно, можешь не отвечать, точнее, не можешь ответить, — заржал мех. — Думаю, настало время, для подарков. Ты любишь подарки, Трудовик?

Он не торопясь подошел к сиротливо стоящей посреди пустого помещения каталке. Пока я усердно сочинял в его адрес замысловатые матерные конструкции, пауки шустренько навели в помещении относительный порядок и утекли обратно в ворота, прихватив с собой части разрушенных мной товарищей, вывороченные из стен камни, фрагменты колонн и останки моего тела. Не то, чтобы тронный зал при этом засиял чистотой, все-таки он как был, так и остался в плачевном состоянии, но теперь, по крайней мере, по нему можно было передвигаться, без риска переломать себе ноги.

— Вот, полюбуйся, — сказал СуперИИ и откинул в сторону простыню. — Правда, он красавчик?

Под покрывалом скрывался серый безликий манекен. То есть, он сначала показался мне обычным манекеном, но при ближайшем рассмотрении, то, что лежало на каталке, казалось слегка расплывалось в воздухе, периодически то теряя, то вновь обретая контуры. Точь-в-точь как это делал сам главмех, когда при мне менял внешность сначала с моей на Марго, а потом на этого покоцанного чувака, которым он и был сейчас.

Подтверждая мою догадку, мех в очередной раз "поплыл" и принял точно такой же облик, как и у неподвижно лежащего не тележке тела.

— В нем больше ста триллионов квазиклеток, совершенных во всех отношениях, — просветил меня СуперИИ. — На производство каждой из них затрачены большие усилия и немалые ресурсы. Это тело поистине бесценно. Как и мое, разумеется. И оно только и ждет, когда кто-нибудь им завладеет. А если быть совсем уж точным, оно только и ждет тебя. Его специально настраивали на твои уникальные ментальные частоты. И, по-моему, это было сделано просто блестяще! Поверь, тебе будет очень комфортно. Ну же, прислушайся к самому себе, неужели ты ничего такого не ощущаешь рядом с ним?

Я и правда что-то такое почувствовал. Искусственное тело манило к себе как набитый пивом холодильник в жаркий летний день. Как открытая дверь дорогого спорткара с оставленными в замке зажигания ключами. Как нагая соблазнительная юная дева после длительного целомудренного воздержания. Как Аргентина манит негра. То есть, это влечение, похоже, работало в обе стороны: холодильник изнывал от тяжести своего груза, мечтая раздарить свое содержимое страждущим пьянчугам и тем самым облегчить ношу. Спорткар явно застоялся и соскучился по бьющему в лицо ветру, с бешеной скоростью летящему под колеса асфальту и реву мотора, желая только, чтобы кто-нибудь бесстрашный вжал в пол педаль акселератора. А дева сама давненько тосковала по сильным мужским рукам и нежным поцелуям.

И чем дольше я на него смотрел, тем сильнее меня к нему влекло.

А вот хрен тебе без соли, а не Трудовик! Губу свою электронную закатай! С трудом и не с первой попытки, но оторвать взгляд от серой дряни у меня все же получилось.

В том, что это очередная подстава, гораздо более гадкая, чем все предыдущие вместе взятые, я не сомневался ни на йоту. В чем смысл отбирать у меня нормальное тело, чтобы потом заставить вселиться в механическое, и так было ясно как божий день: СуперИИ хочет меня контролировать чуть больше чем полностью. К тому же, велика вероятность, что после переселения у меня могут сохраниться способности игрока. Или нет. В первом случае мех докажет свою гипотезу о том, что интеграция механоидов в Систему все-таки возможна. И будет счастлив. В случае же неудачи, он рассчитывает на то, что с моими способностями я как-то решу эту проблему. Ведь тогда у меня будут серьезные личные мотивы сделать это на совесть.

— А ты весьма упорный! — похвалил меня мех. — Решил сопротивляться до последнего? Только учти, что твое упрямство в этом конкретном вопросе особо ничего не даст. Ты ведь хочешь меня остановить, да? Ну, так я даю тебе отличный шанс попытаться это сделать! Только посмотри на это тело. Оно — само совершенство! Вершина технологий. Самая макушка неизмеримой пирамиды прогресса. С его помощью, даже без участия Системы можно творить безумные вещи: гулять по поверхности звезд без скафандра, обгонять самые быстрые космолеты без двигателя, сражаться без устали с любым количеством врагов одновременно. Да, что угодно! Физических ограничений практически никаких. Представь, что будет, когда тебе удастся объединить и то и другое? Сделаешь это и будешь способен играючи скрутить в бараний рог любого топ-игрока, да что там игрока! Сможешь даже ваших богов загонять под лавку одним своим суровым взглядом.

Эх! Сладко стелет, сволочь! И ведь наверняка даже не врет. Исходившие от манекена эманации сейчас спящей чудовищной мощи, заставляли содрогаться от одной мысли, на что способна эта машина, если ее разбудить.

— Это тело куда как совершеннее даже чем то, которое занимаю я, — продолжал увещевать СуперИИ. — Можешь хоть прямо сейчас проверить. Обещаю, что буду драться в полную силу, даже более того, еще и целый полк юнитов сюда нагоню. И на этот раз даже не слабеньких разведчиков. Нет-нет! Охотников, терминаторов, альфа-деструкторов и бета-анигиляторов. Хочешь, сам выбери кого позвать. Тем не менее, исход такой битвы предсказать будет несложно. Так упорно отвергаемый тобой подарок способен на куда большие такие подвиги. Ну же! Давай! Отмсти мне за унижение прямо сейчас и спаси своих соплеменников от неминуемой смерти! Чего ты ждешь? Еще одного шанса не будет!

Он уже почти кричал.

Украдкой я бросил взгляд на неподвижного серого робота. В душу закрались предательские сомнения. А что, собственно, я теряю? Возможность героически и безрезультатно сдохнуть? Так уже сдох! Мужественно, отважно и совершенно бестолково. Секиру у меня отобрали, плоть растерзали и уже наверняка уничтожили, дух заперт в прочной клетке, откуда нет выхода. Если и может случиться что-то хуже этого, то представить эту ситуацию попросту невозможно.

А, нет... Кое-что я все-таки из вида упустил. Один мелкий, незначительный, но весьма неприятный фактор, способный даже очень плохое настроение окончательно изгадить.

— А действительно, чего ты ждешь, дубина? — задумчиво спросил опять появившийся в зале Иваныч. Хоббит нарезал круги вокруг каталки, с любопытством рассматривая серого гомункула. Только что в зубы и... пардон... в анус ему не заглянул. — Этот механический утырок так-то дело говорит: надевай эти портки и выходи с ним на махач. Будешь там под потолком висеть — ничего путного не добьешься.

— Тебя, блин, не спросил, что мне делать, — неожиданно для себя самого фыркнул я. — Где ты был такой умный, когда меня тут на куски резали? Мог и вписаться, раз уж мы партнеры. Вдвоем глядишь, и нагнули бы гада.

— Да что я с дуба рухнул, что ли?! — возмутился хоббит. — Не-е-е... Нафиг надо?! Вы же тут такую мясорубку устроили, еле-еле успел в технический тоннель забиться и даже пока там сидел, страшно было, до усрачки. А так просто зашибли бы и не заметили. И вообще моя сила не в тупом махании кулаками.

— А она у тебя вообще есть, хоть какая-то сила? — усомнился я. — Ты же просто напросто мой глюк. Фантомный персонаж, выдуманный повредившимся от постоянных стрессов разумом. Ноль без палочки. Вот скоро я умру окончательно, и тебя тоже не станет.

— Сам ты... без палочки... — пробурчал тот. — Я, между прочим, для тебя тут жизнью рисковал. Думаешь, легко было под носом у мехов на их корабль проскользнуть? А с корабля на базу эту? Тут же разведчиками все углы набиты как банка шпротами. А они, между прочим, специально заточены на обнаружение. Вон даже этот хмырь меня не видит, не способен он на такое, а те запросто могут засечь. Только, кто же им даст? Хе-хе!

— Ну а я тогда каким образом тебя вижу? Я-то точно никакой не разведчик и не подо что такое не заточен. Даже скилов похожих и то нет. Да и вообще теперь никаких скилов нет. Призрак призраком.

— Вот ты глупый! — ухмыльнулся Иваныч. — Раз я этого хочу, то ты меня и видишь, хоть ты призрак, хоть тень отца Гамлета, хоть бесполезный кусок мяса, которым ты всегда и был. Ну, еще топор твой долбанутый, когда в инвентаре не пылится, почему-то меня на раз выслеживает. Я пока не разобрался, как это работает, но будь уверен, эту загадку я, в конце концов, тоже решу и тогда, ни одна сволочь... Вообще... Никогда и на за что... Вот!

— А вот оскорблять не надо, а не то я тебя... — пригрозил я, еще не успев придумать, что я его собственно "а не то".

— Ой-ой-ой! Боюсь-боюсь-боюсь, — издевательски пропищал хоббит. — И что ты мне сделаешь, дух бесплотный? Между ног вселишься и будешь исправно обеспечивать импотенцией на всю оставшуюся жизнь? Очень страшно! Прям напугал ежа голым задом, ага.

— Да хоть и так! — взбесился я. — А там авось ты меня техническими тоннелями отсюда и выведешь. По-другому, видишь, никак не выходит. В любом случае, других идей у меня нет.

— Н-н-не надо в меня! — не на шутку испугался тот. — Чем тебе этот серенький не угодил? Смотри, какой он клёвый! Наверняка еще и многофункциональный.

— Ты, выходит, на сторону СуперИИ решил переметнуться? — уточнил я. — Он уж минут пять, как пытается меня туда загнать, а теперь, значит, и ты туда же?

— А ты разве не собирался ему задницу надрать, не? — напомнил хоббит. — Или все, сдулся? Без какого-нибудь тела у тебя точно ничего не выйдет. А мое тщедушное для этих целей совсем не годится. Слишком слабое, чтобы с такой махиной тягаться. Ну, так вот же другое! Мощное. Он же сам все тебе на блюдечке преподнес, да еще с голубой каемочкой. Хватай да пользуйся!

— Ты сам-то себя слышишь? — усмехнулся я. — Предлагаешь добровольно сунуть голову в петлю? Так сказать отдаться в вечное рабство механоидам. Ты серьезно думаешь, что СуперИИ его целиком и полностью не контролирует? Святая простота!

— Нет, — мрачно сказал Иваныч. — Я на полном серьезе думал, что раз уж ты смог из старого ржавого топора с трухлявой ручкой себе имба-рубилку сотворить, то уж с этой штуковиной ты всяко разберешься. Но, похоже, я тебя сильно переоценил. Не так уж ты и крут на самом деле. Жаль... А я ведь и правда думал, что с тобой можно враз до заветного колечка добраться. Но к такому лузеру в руки оно точно не пойдет. Оно умное, не то, что некоторые!

А вот это уже был ощутимый удар ниже пояса. Проклятый хоббит наверное сам того не понимая задел то единственное, что еще хоть как-то трепыхалось где-то глубоко у меня внутри — профессиональную гордость.

С чего это я решил, что не смогу подчинить себе полностью этого электронного гомункула? С того, что его создавал СуперИИ и наверняка напихал внутрь кучу всяких ограничений? Так, простите, те же самые усовершенствованные мной "Калаши" тоже изначально были не способны давать бонусы к меткости и шарашить по тысяче выстрелов в минуту без остановок. А вспомнить винтовку Никитоса? Так там в характеристиках сплошные нарушения законов механики, в целом физики и вообще какой бы то ни было логики. Одни только самовосстанавливающиеся в магазине патроны чего стоят, не говоря уж про бесконечно набираемую с увеличением дальности убойную силу.

Кстати, надо было бы изначально посоветовать бывшему киллеру на всякий случай не стрелять в Солнце, да и вообще лишний раз вверх ствол не задирать. Во избежание, так сказать, неподъемного попутного ущерба. Будет неприятно, если он из этой дуры разнесет в космическую пыль какой-нибудь Плутон или, не приведи Система, чего покрупнее. Да теперь чего уж там? Авось и сам додумается.

Ну да, с одной стороны чего сравнивать полностью механическое оружие и вот эту самую невероятно сложную электронику из многих миллиардов квази-чего-то-там? Но, до прихода Системы и подаренных ей навыков и возможностей крафта я и в пушках-то не особо разбирался, однако же получилось! И потом, никто ведь не отнимал у меня возможность всецело присвоить предмет владельцу с помощью плюшки "Истинное владение". Если это сработает с телом, то будет уже глубоко пофигу, какие там ограничения и закладки прошил СуперИИ. Когда я берусь за дело, я и сам себе Супер и хрен кто меня остановит.

Короче, в одном Иваныч точно прав: не попробую — не узнаю. А потом буду себе локти кусать от того что так и не решился. В крайнем случае, если что-то пойдет совсем не по плану, я всегда смогу слинять обратно в астрал. А туда у меха, как он сам признался, доступа нет.

— Эй! Я знаю, что ты все еще здесь! — а вот и он проснулся, собственной персоной. — Я ведь могу и передумать дарить тебе это тело. Вот сейчас как обижусь, уйду и подарок свой заберу. А потом запечатаю весь сектор, поставлю реактор барьера на самоподдержание и отстрелю эту часть станции в самой отдаленной точке галактики в каком-нибудь заброшенном войде, где тебя уже никогда не найдут. Так и будешь сидеть здесь целую вечность, пока крыша окончательно не съедет. Очень неприятная, должна быть штука. Умереть-то ты уже не сможешь при всем желании, а выбраться и подавно. Как тебе такой вариант?

— Ого! А ведь он не шутит, — прокомментировал хоббит. — Походу, пора мне отсюда сваливать. Только не пойми меня неправильно, просто ты сам по себе довольно унылый тип, а уж вечность в твоей компании — врагу не пожелаешь!

Ну вот... Теперь я малого того что лошара, так еще и унылый тип. Ладно. Баста карапузики. Кончилися танцы. Решено. Щас я внутрь этого Электроника долбанного ка-а-ак влезу! Для начала этому пижонуцифровому как следует по шее надаю, а потом уж и мелкого поганца отловлю и ноги ему вырву к чертовой бабушке, чтоб впредь не болтал своей ерундой чего попало.

Плюнув на возможные непоправимые последствия, я перестал сопротивляться кратно усилившемуся зову гомункула и упал в его холодные и колючие объятия. На этот раз вселение произошло уже как-то буднично, словно я давно к таким фокусам привык, а новое тело только и ждало этого момента: никаких неприятных ощущений, даже наоборот. Таившаяся в каждой из сотен триллионов клеточек этого удивительного создания невероятная мощь пьянила и внушала небезосновательное чувство всемогущества и самоуверенности.

Я открыл глаза, посмотрел на свою новую, идеально гладкую, без единой складочки, волоска, поры или каких-то других дефектов, серую руку. Поморщился. Так не пойдет. Надо вернуть себе нормальный облик. Технически совершенный организм как будто только и ждал команды: контуры конечности на миг потеряли свои очертания, превратившись в такую же серую взвесь, чтобы затем обрести вполне привычный и знакомый вид. Вне всякого сомнения, внешне это была та самая рука, которую я знаю с детства, бог знает уже сколько лет, и к которой давным-давно успел привыкнуть. Но, только внешне.

Раньше я как-то не умел голым кулаком крошить бетонные стены, а теперь же был просто напросто уверен, что это далеко не предел моих возможностей.

— Вот видишь, — ободряюще улыбнулся СуперИИ, на котором к тому времени все ранения затянулись как на собаке и даже понтовый костюм от кутюр восстановил свой прежний шикарный вид. — Не так уж, в конце концов, и страшно. И чего ты сопротивлялся? Не понимаю!

Я бодро вскочил с каталки, улыбнулся ему в ответ и согласно кивнул, мол, да, не так уж и страшно. А потом схватил гада за голову и с той же доброжелательной улыбкой на губах оторвал его чертов жбан к хренам собачьим.

Глава 11

Твою! Эльфову! Мать! За ногу да об стену!

Как же больно, когда тебе, точнее, когда ты сам себе голову отрываешь!

Просто неимоверно, безумно, отчаянно и адски больно.

Как легко и просто это получилось, и какими, мягко говоря, кошмарными, оказались последствия! Ничего не скажешь, подловил он меня знатно. Наобещал с три короба: станешь сильнее, отомстишь мне, играючи сможешь убить! Ага, все так. Только об одной маленькой детальке сообщать и не собирался.

— А ты думал? — исходящий отовсюду издевательский голос СуперИИ откровенно потешался над моей тупостью. — Каждое такое тело — часть единой системы. Моей системы! Навредил одному, а чувствуют все. Это тебе и урок и информация к размышлению, если вдруг когда-нибудь захочется повторить.

Несчастный "менеджер", моими стараниями разодранный на две половинки: большую и маленькую, то есть голову и туловище, мучительно истекал кровью. Лицо скорчилось в болезненной гримасе, безуспешно, потому что с легкими уже ничем не соединялось, пытаясь хватать ртом воздух, а остальная тушка, уже никак не управляемая мозгом, инстинктивно дергалась в конвульсиях, все-таки понимая, что что-то тут не так.

А я валялся рядом в точности повторяя все то же самое. Лишь с разницей, что голова все еще была на своем месте. Впрочем, боли, пусть и фантомной, всего лишь запрограммированной, а не реальной, это нисколько не облегчало. Да ёлы-палы! У меня чуть мозги из ушей не вытекли! СуперИИ тот еще садист!

— Это тебе еще повезло, что ты не в своем биологическом теле умирал, — просветил он меня. — Просто поверь, там было бы гораздо хуже. А тут осталось-то всего пару минут потерпеть, пока клетки не перестанут предавать информацию в центральную сеть. Если тебе от этого станет легче, мне сейчас тоже не очень приятно. Я хоть и не чувствую физической боли, зато вполне себе отчетливо оцениваю нанесенный урон. А он баснословно велик! И это удручает.

Что же касается тебя, я, наверное, должен был сразу ввести тебя в курс дела, но извини, замотался что-то. Забыл. Исправляюсь. Видишь ли, у квазиклеток есть один существенный недостаток: при всем своем энергетическом потенциале ведут они себя почти как обычные клетки. То есть так же стареют, только гораздо медленнее, чем обычные. Так же подвержены разрушению, хоть и сделать это куда как сложнее. Ну и как вишенка на торте, тоже чувствуют боль.

Да, уж, спасибо Кэп! Я заметил.

Боль, это еще мягко сказано. Тут скорее чудовищные муки или нечеловеческие страдания больше бы подошло. Впрочем, а мне почем знать? Раньше мне никогда голову не отрывали, как-то сначала Бог миловал, да я и сам берегся, а потом и Система сделала царский подгон в виде регенерации. Но она, к сожалению, так и сгинула в небытие вместе с моим исконным телом.

— Да, еще кое-что забыл! — спохватился СуперИИ, как будто мысли мои читал, что с учетом текущей ситуации, было весьма вероятно. — Регенерация у них тоже отсутствует. Но, надеюсь с твоей помощью мы эту проблему решим в ближайшее время.

— А не пошел бы ты нахрен?! — пересилив накатывающие волны мучений, подумал я и попытался вытащить свой дух из этого пыточного механизма. — А нет... Это я, похоже, уже сюда пришел.

— Зацени решение! — похвастался мех. — То же самое поле, что и вокруг зала, только миниатюрное, а источник энергии — процессы искусственного органического синтеза в квазиклетках. Бах! И уже само это тело превращается в небольшую тюрьму, например, для таких хитровыдуманных засранцев как ты. Ну, круто же! Согласись?

— Пре... кра... ти это! — прохрипел я, не в силах больше терпеть.

— Э-э-э, нет! — СуперИИ весело рассмеялся. — Не я начал, не мне и прекращать. Возьми и сделай сам! В конце концов, кто у нас тут великий укротитель техники, специалист по превращению обычного хлама в системные плюшки, а так же прославленный кудесник по артефактам? Вот тебе прекрасный образец, ну так и поколдуй над ним! Или кишка тонка?

Легко ему было сказать "поколдуй". Это я и без его советов сообразил практически сразу. Делов-то! Влезть в меню и переназначить хозяина, попутно улучшив пару характеристик и привязав предмет к Системе. Да я тыщу раз так делал! А вот в тысячу первый, это как раз сейчас, ничего у меня не вышло. Совсем. Ничегошеньки. Ноль результата.

Нет, само меню, как и все характеристики, навыки, полоски здоровья, выносливости, прогресса и вся имеющаяся в наличии лабуда никуда не делась. Вот только ничего из этого не было активным. Интерфейс посерел и на мои попытки им до него достучаться чихать хотел. Как будто связь с Системой внезапно обрубилась. Сколько бы я мысленно не тыкал иконки, вкладки и ссылки, ничего не происходило. Сервер временно недоступен, ага... И вроде как, судя по тому, что меню я все еще мог открывать и даже закрывать, все мои способности до сих пор при мне, а вот воспользоваться ими я уже не могу. Ничем. Ни единой. Даже самой захудалой.

— М-да... Перехвалил я тебя, — задумчиво сказал СуперИИ. — Столько ресурсов и усилий потратил, а результативности пшик.

— Я... не... просил... — просипел я.

И тут все кончилось. Разом. Как отрезало. И чувствовал я себя, для человека, по ощущениям дважды умершего за последние пять минут, на удивление хорошо. Странно, но такого бодрого и приподнятого состояния я давненько не испытывал. Как будто после немощной и продолжительной старости однажды проснулся на утро в теле двадцатилетнего атлета. Даже Система не придавала такой легкости, энергичности и прилива сил. Разве что жуткий имперский боевой наркотик мог сравниться с ним по значению. Но та сила была какая-то тяжелая, гнетущая и злая, не подчинявшаяся носителю, а подчинявшая его желанию уничтожения всего и вся на своем пути. Чудовищно-разрушительная, без каких бы то ни было вариантов использования в мирных целях. Не для сворачивания гор, но для их тотальной и жестокой аннигиляции. Эта же просто была. Как чистый лист или невероятной мощи инструмент, применение которого зависит только от целей и воли владельца.

Я поднял голову и оглянулся на мертвое тело меха. Оно ожидаемо больше не дергалось. Выходит, подохло окончательно и связь между нами прервалась. Ну, туда и дорога. Жаль только это не убило самого СуперИИ.

Вспомни... к-хм... неприятного чело... э-э-э... меха, вот и оно!

Единственные в помещении ворота вновь распахнулись и в разрушенный зал, улыбаясь голливудским оскалом, бодро шагнул брат-близнец убиенного мной "менеджера".

Рывком приняв вертикальное положение, я встретил его в боевой стойке.

— Тебе мало показалось? — СуперИИ остановился в паре метров напротив меня и удивленно приподнял бровь. — Учти, снова полезешь в драку — результат будет тот же самый. Не скажу, что запас тел у меня безграничный, все-таки их производство слишком дорогое удовольствие, но когда-нибудь даже тебе надоест этот мазохизм. Может, ты уже уймешься, и мы, наконец поговорим спокойно? Нет? Ну, поступай, как знаешь.

Он безразлично пожал плечам, повернулся ко мне спиной, сделал несколько шагов и остановился перед своим бывшим телом. Пока я раздумывал, напасть на него или все же не стоит, мех вновь заговорил.

— Я называл его Т-800, — как мне показалось, с грустью в голосе сказал он. — Он был хоть и достаточно старой, но очень удачной моделью. Даже немного жалко. Откровенно говоря, этому хламу давно пора было отправиться на свалку, но рука не поднималась каждый раз, как вспоминал, сколько на него было потрачено.

— Где-то я уже это название слышал, — зачем-то сказал я. — Никак не могу вспомнить где. А почему его так звали?

— Так все просто! Т — значит тело, 800 — порядковый номер произведенного экземпляра, — пояснил СуперИИ. — Чего тут непонятного?

Ничего не понятно, честно говоря. И что из этого следует? Что предыдущие 799 моделей были неудачными и отправились на свалку или как раз, что эта толпа все еще где-то бродит? А после них сколько еще было сделано?

— А текущее твое тело как называется? — спросил я, предположив, что этот номер может оказаться последним, ну или одним из таких.

— Т-1000, — усмехнулся СуперИИ. — И таки да, ты прав! На данный момент это последняя модель. Самая совершенная, быстрая, крепкая и смертоносная. Мне удалось даже проблему регенерации решить. Частично. Благодаря полиморфной структуре межклеточных соединений. Это не восстановление клеток в полном смысле, а лишь способность еще активных элементов распределять функции уже выведенных из строя между собой, а так же замещать друг друга в общей структуре в случае острой необходимости. Ну и бонусом, этому телу досталась еще и произвольная деформация тканей, как по форме, так и по плотности.

— Нихрена не понял, — честно признался я. — А как-то попроще описать нельзя?

— Я лучше покажу, — ответил СуперИИ и мгновенно превратил обе руки в длинные тонкие лезвия. — Видишь, как могу? По плотности далеко не вибраниум, конечно, но почти любую системную броню вскроет как консервную банку. А еще из-за текучей структуры его нельзя повредить пулями, прожечь энергетическими лучами, раздавить, взорвать, да и вообще воздействовать любым физическим способом. При малейшей угрозе клетки просто растекутся как вода, а потом соберутся заново.

— Ух, ты! — восхитился я. — А у меня какая модель? Я тоже так могу?

— У тебя специальная модель, — ответил СуперИИ. — ТТ называется. Довольно быстрая, физически сильная, невероятно выносливая, весьма ловкая и... нет. Ты так не можешь. Твои текущие способности ограничены теми, которые нужны для работы. Я же не настолько глуп, чтобы давать тебе оружие, которому сам не смогу противостоять.

— ТТ, это — тело Трудовика, — догадался я. — И на что же оно тогда способно?

— Разберись сам, — ухмыльнулся мех. — А лучше всего будет, если ты интегрируешь в это тело системный интерфейс со всеми его преимуществами. И это, несомненно, нам обоим пойдет только на пользу. А чтобы добавить тебе мотивации, я кое-что тебе покажу.

После его последней фразы свет в зале погас, а между полом и потолком повисла очень реалистичная голограмма с видом Земли с околоземной орбиты. Такой я помнил свою планету по фотографиям и видео из интернета, такой же видел ее с орбиты челнока в свой первый, не самый приятный, космический полет в компании Ирин и Марго. Огромная, бесконечно прекрасная и до боли близкая планета. Мой дом. В общем, картинка была легко узнаваема.

— По глазам вижу, что место тебе хорошо знакомо, — констатировал СуперИИ. — А вот такого ты точно еще не видел.

Ракурс камеры сменился, и планета сильно уменьшилась в размерах, потеряв значительную долю привлекательности и красоты. Теперь это был небольшой, трудноразличимый шарик, висящий посреди бескрайней пустоты в окружение бесчисленного множества золотистых искорок.

— Эти светящиеся точки — стратегическая ударная группировка моего флота, — пояснил СуперИИ. — Всего около десяти тысяч вымпелов. Это немного, но учитывая, что каждый оснащен самыми современными средствами планетарного подавления и уничтожения объектов, живой силы и техники, выжечь всю поверхность — вопрос пары часов. Для полного уничтожения Земли нужно всего лишь немногим больше суток. Львиная доля этого времени уйдет на то, чтобы пробить кору и мантию до ядра. Потом останется только доставить туда кварковую бомбу и активировать ее. И тогда... БАМ! Через одну десятитысячную секунды, твой родной мир перестанет существовать как небесное тело, а превратится в облако космической пыли размером с вашу солнечную систему. Как тебе перспектива?

— Фиговая, — признал я. — Решил меня шантажировать?

— А то, как же! — самодовольно сказал он. — Откажешься сотрудничать — Земля пойдет в расход. Согласишься, но вздумаешь тянуть время — Земля пойдет в расход. Захочешь меня нагреть... Надо ли продолжать? И не думай, что это блеф. По большому счету ничего особо ценного там нет, все что содержится в недрах — обычный мусор в масштабах богатства даже вашего пояса астероидов, а уж всего космоса и подавно. Интереса как какой-нибудь опорный пункт ваша захудалая планетка не представляет ровным счетом никакого, так как это уже совсем отшиб обитаемой галактики. Каких-то ключевых технологий, которые можно было исследовать и перенять, ваша цивилизация, увы, не изобрела. И самое главное: твои соотечественники по какой-то непонятной причине адаптировались к Системе куда как лучше всех остальных. По сравнению с прочими расами и точно такими же людьми из других миров, земляне слишком быстро растут в уровнях. В будущем это может стать серьезной угрозой даже для меня. А теперь, зная все это, назови мне хоть одну причину, по которой мне не стоит уничтожать эту дыру прямо сейчас, в качестве превентивной меры? Что бы, так сказать, задушить угрозу в зародыше. Потому что в будущем такая операция обойдется существенно дороже.

— Хорошо, — согласился я. — Ты победил. Вот только ничего не выйдет, потому что я потеря все свои способности как только занял это тело. Как бы ни было велико мое желание спасти Землю, боюсь, теперь я бессилен.

— Ай-яй-яй! Как нехорошо врать! — СуперИИ трансформировал мечи обратно в руки и шутливо погрозил мне пальцем. — Интерфейс-то у тебя сохранился, и ты прекрасно об этом знаешь.

— А толку? — развел руками я. — Сколько бы я не пытался тыкать в кнопки, Система не отвечает. И ты тоже, наверное, не хуже меня это знаешь.

— Все так, — кивнул мех. — Но ты сам выбрал план "Б", когда сразу отказался сотрудничать. Заметь, тогда я еще предлагал честную сделку, выгодную обеим сторонам. Но ты заупрямился и сам загнал себя в эту ситуацию. Я не очень хорошо представляю, как функционирует ваша Система изнутри, но уже успел убедиться что ограничений, которые нельзя было обойти, у нее нет. Так что, захочешь — найдешь выход. Плохая новость в том, что на это у тебя ровно сутки.

— А если не успею?

— Тогда я начну уничтожать оставшееся в живых население твоей планеты.

— Может, сойдемся хотя бы на трех? — попытался торговаться я.

— В этом нет никакого смысла, — обломал меня СуперИИ. — Через период, равный вашим тридцати шести часам с Земли спадет наложенная Системой блокада, и тогда повсеместно появятся и тут же откроются порталы во все системные миры. Еще где-то за час, может быть полтора-два, выжившие благополучно разбегутся по всей галактике, и отловить их станет попросту невозможно. Так что, только сутки, потому что оставшиеся двенадцать часов как раз и нужны мне для высадки десанта и тотального истребления всех жителей планеты. Хорошая новость в том, что я тебе помогу: предоставлю все ресурсы, которые есть в моем распоряжении. Ну а дальше все в твоих руках. Справишься или покажешь результат, который заставит меня передумать, и я обещаю, что не трону Землю. Во всяком случае, пока.

— Что именно мне нужно сделать за сутки?

— Как минимум, доказать, что ты мне небесполезен, — усмехнулся СуперИИ. — Идем за мной!

Он развернулся и быстрым шагом направился к воротам. Мне ничего другого не оставалось, как последовать за ним.

Нельзя сказать, что помещения за пределами разрушенного тронного зала хоть чем-то отличались друг от друга. Так что и рассказывать о внутреннем убранстве прибежища механоидов, не вижу никакого смысла. Ровные серые безликие стены, точно такой же пол и ничем новым не выделяющийся потолок. Миновав несколько одинаковых залов и переходов, мы остановились перед точно такими же воротами, через которые только что проходили.

— Здесь будет твоя мастерская, — сказал СуперИИ, и створки разъехались в стороны.

За ними обнаружился огромный ангар, площадью никак не менее гектара, потолок которого терялся где-то на границе видимости. Треть помещение было плотненько набито высоченными стеллажами. Другая треть занята сотней видов разных верстаков и установок, назначение лишь малой части из которых была мне хоть как-то понятно. Отдельный угол занимали паллеты с материалами, большинство из которых оказались так же мне незнакомы.

— Я тщательно собрал все инструменты, которые только были на Земле, — похвастался он. — И даже притащил из десятка других миров те, до которых вы додумались бы еще очень нескоро. На складе ты сможешь найти любое вещество, сырье или материю. Но если чего-то вдруг не хватит, просто опиши проблему, и мы быстро построим для тебя самый нестандартный девайс, синтезируем какой угодно реактив, или притащим необходимое количество любого материала, какой ты только сможешь вообразить.

— Круто! — сказал я. — Правда, очень круто. Но, хотелось бы хоть немного конкретики. Что именно я должен из всего этого добра слепить? Задача-то какая?

— А ее не будет, — развел руками СуперИИ. — В любую, как ты говоришь, "конкретику" я и сам прекрасно могу. Без тебя это будет еще и быстрее, функциональнее, качественней. На этом поле ты мне далеко не соперник. Пробуди свои способности, ну или на худой конец сделай что-то неконкретное. А там посмотрим.

Не говоря больше ни слова, он вышел за порог и ворота за ним закрылись. Я на всякий случай убедился, что никаких ручек, кнопок или сенсорных панелей с этой стороны не имеется, хотя и так был практически в этом уверен с самого начала. Выбраться отсюда без разрешения хозяина мне не светит. Да и есть ли в этом хоть какой-то смысл, если в заложниках у него целая планета, которую мне очень не хотелось бы вот так запросто и бездарно просрать?

Видимо, придется все же как-то достучаться до Системы или хотя бы чем-то удивить СуперИИ. Ладно, пойдем посмотрим, что он сюда натаскал. Может, хоть какие-то мысли появятся по ходу дела? Потому что прямо сейчас я вообще не представляю, как спасать Землю.

Глава 12

К моему великому разочарованию, ответа на мой же больной вопрос среди всего богатства, которым ангар был набит под завязку, не оказалось. Ни при первом осмотре. Ни при втором. Даже зайдя на третий круг, ничего похожего я не обнаружил. Может быть, плохо искал, а может, как любила повторять моя вредная бывшая супруга, ответ этот не бегал перед носом и не размахивал руками, пытаясь обратить на себя внимание. По ее мнению именно это нужно делать любому предмету, чтобы я его нашел, где бы то ни было.

Поэтому, четвертый заход я уже совершал медленно и вдумчиво, подолгу рассматривая некоторые инструменты и вертя в руках неожиданные находки или те, о назначении которых понятия не имел. Пару раз, кое-что из представленного я даже понюхал, а один вдруг почему-то лизнул. Вот пойди, спроси: зачем я это сделал? Предмет, к счастью, оказался безвкусным. Но, свои плоды это неожиданно принесло: как-то само собой врубилось нечто похоже на рентгеновское зрение, из-за чего окружающий меня инвентарь заиграл новыми красками и разом оброс интересными подробностями.

Поначалу я обрадовался, решив, что это Система откликнулась на мои отчаянные попытки до нее достучаться, мысленные проклятия и обещания всевозможных, часто донельзя неприличных кар на ее голову. Но не тут-то было! Оказалось, что это новое тело подстроилось под мои требования и выдало вот такой результат.

И на том, как говорится, спасибо! Хоть какое-то подспорье.

Кроме собственно способности видеть сквозь объекты (жаль, что стен это не касалось, я пробовал несколько раз, но обломался) ТТ услужливо проецировал еще и подсказки. Почти совсем как это делала в свое время Система, только далеко не такие подробные. Сведений, к сожалению, оказалось минимум. В основном там были названия материалов или целых блоков из которых были изготовлены да собраны инструменты, да лишь изредка их назначение. В глобальном смысле мне это никак не помогало.

Отыскав на полках нечто похожее на скамейку, я поставил фиговину на пол, сел и крепко призадумался.

Ну, не просто же так меня сюда привел СуперИИ? С одной стороны, все это выглядит как задание специально ориентированное на его провал, то есть сходи туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что. Классическая подстава из русских народных сказок. А ему-то это нафига? Нет, что-то не сходится. Но и рандомная, как он сказал, поделка от меня ему тоже нужна как собаке пятая нога. Тогда где подвох?

Но и явного подвоха я решительно не видел, а видел только пляшущую на стене свою тень. Стоп! Что? Какая еще тень? И почему она так странно дрыгается?

Я вскочил с импровизированной табуретки, тень перестала дергаться. Точнее совсем пропала, потому, что никакого источника свет позади меня не было. Да и вообще ни одной лампы в ангаре я не заметил. Здесь как-то само себе было светло. Без них. Наверное, какая-то продвинутая механоидская технология. Но ведь только что тень была! Точно была! Не привиделась же она мне, в самом деле.

В растерянности я плюхнулся обратно на "скамейку". Тень тут же появилась на стене и продолжила свой замысловатый танец. Я вскочил и резко развернулся. Ничего.

На этот раз я развернулся к стене спиной и чтобы проверить одну экстравагантную теорию, осторожно опустил задницу на подозрительную скамейку. И в следующий миг от неожиданности свалился с нее на пол.

Чертыхнулся, встал, повторил эксперимент.

Ну, точно, пока я сижу на этой штуковине, в паре метров от нее появляется яркая голограмма с огромными, в рост человека, непонятными символами. Они-то и являются источником света для тени на стене, а дрыгаться ее заставляет постоянное мельтешение этих знаков. Они то увеличиваются, то уменьшаются, постоянно меняют свое положение в пространстве, форму и яркость. А еще сменяют друг друга с завидной периодичностью. Такая инопланетная трех, или даже четырехмерная бегущая строка. Другого сравнения на ум не пришло.

— И что ты за зверь такой? — спросил я скамейки. — Инопланетный рекламный банер или внеземная информационная табуретка?

Сама скамейка, разумеется, мне не ответила, но непонятные символы сразу же пропали. Некоторое время она "соображала" а затем выдала на голограмму вполне понятную надпись на русском языке: "Производится оценка Оператора..." которая через некоторое время сменилась на "Квалификация Оператора выше минимально необходимой. Оператор допущен к работе". После нее появилась следующая: "Желаете провести ментальное считывание и загрузить управляющий пакет?"

— Ну, давай, — пожал плечами я и тут же об этом пожалел.

Предупреждать же, блин, надо, что процедура не из приятных! И это еще, мягко говоря!

Подлая скамейка принялась нещадно бить меня электрическим током или чем-то на него очень похожим. А еще ощущение, что мозг из головы высасывается прямо через... место контакта, было донельзя реалистичным. Кажется, все это время я только и делал, что орал дурниной и пытался соскочить с взбесившейся табуретки. Но та как назло накрепко прилипла и к пятой точке и к полу. Да что же за день такой сегодня!

Хвала Системе, продолжалось эта процедура относительно недолго, закончилось резко, а главное никаких болевых ощущений по окончании не оставила. Как вроде и не было ничего.

Буквы на голограмме теперь гласили: "Универсальный конструктор готов к работе, задайте свойства и параметры желаемого объекта"

Х-м-м... И как мне это сделать?

— Покажи инструкцию по эксплуатации, — вслух сказал я, не особо впрочем, рассчитывая на успех. Но, как оказалось, зря я в инопланетные технологии не верил. Инструкция, пусть и довольно куцая тут все же имелась.

"Мысленно представьте форму, свойства и назначение. Сверьте получившийся результат. Чтобы синтезировать объект, мысленно подтвердите операцию" — объявил текстом конструктор.

— И все? — удивленно спросил я, оглядывая ровный, без единого люка или ниши кубик прибора. — А куда тут материалы или там запчасти загружать?

На это прибор ничего не ответил. Наверное, он все-таки был не настолько умным.

— Ладно, — сказал я и мысленно представил Огнеборца, попутно стараясь вспомнить обо всех его свойствах и назначениях.

Текст пропал, а вместо инструкции передо мной закрутился слабенький и тоненький вихрь из золотистых искр, постепенно набирающий обороты. Через десяток секунд он раздался вширь метров до двух и уже гудел как миниатюрный ураган, а еще спустя столько же начал втягивать в себя незакрепленные предметы, а судя по тому, что дышать мне стало гораздо труднее, и воздух из помещения. Меня бы тоже наверняка затянуло внутрь этой воронки, не будь я снова намертво приклеен к "скамейке" универсального конструктора, а та в свою очередь как влитая прилепилась к полу. Такая вот универсальная функция. Хочешь, зафиксируй оператора и током его долби, а хочешь от всасывания в смерч его защищай. Многозадачность, блин, называется.

Однако мне удалось заметить что поглощал вихрь тоже далеко не все, а делал это очень избирательно. С пяток инструментов и пару кусков неизвестных мне материалов с полок он вобрал в себя практически сразу, еще пара-тройка втянулись в водоворот искр с опозданием, а остальные на своих местах даже не шелохнулись. Из чего можно сделать вывод, что конструктор сам определяет какое исходное сырье нужно для изготовления, сам находит его поблизости и сам же транспортирует к месту переработки таким вот затейливым образом. Ничего не скажешь, очень удобно. Интересно, а радиус действия у этой штуки насколько велик?

Когда последний необходимый, по мнению конструктора, предмет исчез внутри золотистой круговерти, внутри разрядами сварки засверкали миниатюрные молнии, а температура вокруг воронки резко подсочила до запредельных значений. Меня обдало волной такого жара, что пришлось отпрянуть максимально далеко, настолько, насколько позволяла приклеенное к сидушке мягкое место.

Эх! Как бы мне тут заживо не поджариться сейчас. Если станет еще жарче, то отодвинуться сильнее я не смогу. Не пустит чертова "скамейка". И нахрена я с ней только связался? Оставалось надеяться, что хваленые квазиклетки нового тела обладают куда меньшей горючестью, чем обычные.

Спустя еще где-то минуту торнадо, наконец, успокоился и развеялся, а на его месте, метрах в полутора от пола зависла моя верная секира. Или ее точная копия.

"Моделирование завершено. Синтезировать объект?" — очередной надписью спросил конструктор.

— А давай! — азартно сказал я, морально и даже немного физически (пригнулся, прищурился и прикрыл лицо руками) приготовившись к еще одному светопреставлению. Уж если это еще только моделирование было таким опасным, то теперь-то, при синтезе, оно уж точно так жахнет, что мало не покажется. Но, фиг там плавал! Ничего даже близко похожего не произошло.

"Молекулярные связи стабилизированы" — вместо ожидаемых спецэффектов объявила голограмма, и Огнеборец мягко опустился на пол, а я, наконец, отклеился.

— Ух! Бесовская ты машина! — восхищенно сказал я, сграбастав секиру. — Иди ко мне, мой роднень...

Что что-то не так, я почувствовал сразу, потому и осекся на полуслове.

Нет, конкретно с Огнеборцем, кажется, было все в порядке, за исключением одного: никакой связи с оружием как это всегда было раньше, я не ощущал. И дело тут, похоже, было вовсе не в секире, а во мне. Что, в общем-то, очень логично: нет связи с Системой, нет плюшек для оружия. Сейчас это была обычная острая железяка на длинной деревянной палке. Не более того.

Теперь я вспомнил, как нечто похожее произошло и с оригинальным Огнеборцем. Когда я умер там в тронном зале, еще до того как попал в корпус ТТ, он прекратил сражаться с СуперИИ и упал на пол словно обычный старый пожарный топор. Которым по сути и был изначально, до того как я объявил его Системным оружием и отремонтировал. То есть, это что же получается? Пока я не восстановлю связь с системой и не верну свои способности, все переделанные мной артефакты вернутся к своему изначальному состоянию? Или только те, которые принадлежат лично мне? Блин! Теперь, пока я заперт на станции мехов, и узнать никак не выйдет.

А вдруг Жора уже лишился своего главного некромантского преимущества в виде отступника, а Ирин вновь потеряла собственную волю? Кроме того, еще и Марго могла потерять контроль над мечами, а эта эльфийская стерва, как ее там... Аурика, кажется, вполне способна управлять ими на расстоянии, как и я когда-то Огнеборцем. Это я своими глазами видел и на собственной шкуре почувствовал. В таком случае у ребят сейчас ба-а-льшие проблемы!

И все из-за меня. Понадеялся, дурак, на это глупое желание и всех подставил: друзей, соратников, случайных помощников в виде бывших имперских офицеров, одного вредного, но очень харизматичного и весьма неглупого зомби и всех оставшихся жителей Земли разом.

Ладно, может еще не все так плохо и артефакты не работают только у меня и только потому, что система меня не признает. В пользу этого предположения говорит и тот факт, что Огнеборец не превратился обратно в ржавый топор с трухлявой рукояткой, а сохранил и форму и размеры и даже весил куда больше своего прародителя. Как бы то ни было, пусть пока в инвентаре полежит, до поры до времени, а там — разберемся.

Привычным движением я попытался убрать оружие на место. Ага! Разбежался. Ну, какой к черту у меня теперь инвентарь?

Тяжело вздохнув, я прислонил секиру к ближайшему верстаку и вернулся к кубику конструктора.

— Давай смотреть, что ты еще умеешь, — сказал я, занимая место оператора. — А заодно и думать, что бы такое сделать, что помогло бы мне спасти Землю.

— Кольцо-о-о! — жутким шепотом провыл прямо над ухом знакомый голос, так неожиданно, что я аж подпрыгнул от испуга. — Кольцо сделай!

— Ах ты мелкая дрянь! — выругался я, хватая Иваныча за шкирку. — Попался, падла! Вот я тебе сейчас ноги-то как вырву!

— За что-о-о?! — истошно завопил хоббит, засучив этими самыми ногами. — Пусти-и-и! Или пожалеешь! Да я... Да я тебя!

Он изловчился и тяпнул меня за руку. Но тут же сам об этом пожалел. Не зря СуперИИ так нахваливал искусственные клетки. На угрозу ТТ отреагировало молниеносно и без моего участия: в месте, куда пришелся укус, кожа мгновенно задубела, превратившись в подобие роговой брони или черепахового панциря, если подбирать аналогию попроще. Вы когда-нибудь пробовали укусить за панцирь черепаху? Лично я нет. И никому не советовал бы.

— Ай! Жубы об тебя шуть не шломал! — обиженно прошамкал Иваныч, одновременно пытаясь пнуть меня куда-то в район паха. Но и тут не преуспел. Ноги оказались коротки.

— А ну не балуй! — сурово сказал я и грубо встряхнул хоббита. — Хочешь еще и ногу отбить? Отвечай быстро! Как ты здесь оказался?

— Как-как! Жа корабль этот круглый жатшепился, так и прилетел, — пробурчал тот. — Жабыл, што у меня тоже на тебя квешт? Куда ты, туда и я!

— За корабль? Без скафандра? — не поверил я. — Брешешь!

— Тыж шам шкажал што я глюк, — огрызнулся Иваныч. — Жачем глюку шкафандр?

— А зачем глюку кольцо? — парировал я.

— Шделай! — умоляюще пропищал хоббит, жалостливо округлив глаза на манер кота в сапогах из популярного мультика по большого зеленого огра. — Ну, што тебе штоит, в контше контшов?

— Может и сделаю, — равнодушно сказал я. — Смотря, что мне за это будет...

— Ты же обешщал! — возмутился мелкий поганец. — Обяжан шделать!

— Кем это я обязан? — усмехнулся я.

— Шиштемой! — хоббит погрозил мне пальцем. — А не шделаешь — она тебя накажет! Жештоко накажет! Пожалеешь што на швет родилшя!

— Напугал ежа голым задом! — фыркнул я. — Вот именно что шиш тебе! Что мне теперь твоя Шиштема сделает? Я, если хочешь знать, с недавних пор, в том числе и благодаря твоим советам, числюсь как механоид обыкновенный. И Шиштема мне теперь не указ. Так что, давай новые условия договора!

— Какие еще новые? — возмутился хоббит. — Я и так тебе шлужу!

— Хреново что-то служишь, — констатировал я. — Ты по классу кто?

— Ражведшик и шпион, — подумав, ответил Иваныч. — И чо?

— А если ты разведчик и мне служишь, то какого лешего я до сих пор не в курсе диспозиции, численности и тактических планов противника? — резонно заметил я. — Шпион из тебя тоже, я смотрю, так себе. Где секреты врага?

Выслушав претензию, Иваныч мгновенно скис.

— В общем, давай так, — вздохнул я. — Находишь способ помешать СуперИИ уничтожить Землю, и кольцо твое безо всяких дополнительных условий. Не справишься — оставлю себе.

— Сначала покажи! — резонно потребовал хоббит. — Нашел дурака забесплатно жопу рвать! Это ж мехи а не какие-нибудь эльфусы слепошарые. Их на мякине не проведешь! Тут знаешь, какая мощная концентрация требуется? И навык о-го-го!

— Ну, ты ведь до сих пор так им на глаза ни разу и не попался, — заметил я. — Так что и того и другого у тебя должно быть достаточно.

— У меня-то оно есть! Да кто тебе сказал, что про твою честь? — нагло заявил Иваныч, вызывающее глядя мне в глаза. — Сначала деньги, потом стулья! Понял? И вообще, а ну пусти!

Ого! А фраза-то знакомая! Он-то ее откуда знает? Неужто русских классиков по молодости читал? Растет в моих глазах, однако. Впрочем, уточнять этот момент я не стал. Какая мне, в сущности, разница, чем занимают часы досуга и какие умные книжки листают долгими зимними вечерами хоббиты? Лишь бы работу свою выполняли добросовестно.

Я аккуратно поставил хоббита на пол и даже сделал вид, что заботливо отряхнул дерюгу, в которую он был закутан. Что ж, раз политика чистого кнута дала сбой, надо бы ему и пряник показать. А то, что это я действительно одними угрозами пытаюсь давить? Так он глядишь, и вовсе соскочит. А это не дело! Вот подкуп и шантаж — это другое дело! С этими мохнолапыми пронырами по-другому никак нельзя. Это еще старик Гэндальф в свое время на практике доказал: добрым словом да под угрозой применения кольца Всевластия, от среднестатистического хоббита можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом.

— Ну, тогда смотри, — сказал я и уселся на место оператора. — Только держись за что-нибудь. И желательно крепко. А то вдруг машина решит, что в твоем организме лишнее золото есть и до кучи затянет и тебя тоже. Когда процесс изготовления запустится, ничем помочь я уже не смогу.

"Универсальный конструктор готов к работе, задайте свойства и параметры желаемого объекта" — оповестила меня голограмма.

С параметрами все просто: форма и состав в точности как у обычного обручального (ага, Толкин был тот еще затейник и тролль), разве что размер мог меняться в зависимости от толщины пальца владельца, вот, собственно и все. А вот со свойствами уже было сложнее. Давненько я эту историю не перечитывал, некоторые подробности уже основательно подвыветрились из памяти. Чем там таким особенным эта чертова цацка среди остальных ей подобных выделялась?

Невидимость давала, это я точно помню. Вроде как еще неуязвимость и способность читать мысли. Ну и, если не ошибаюсь, гарантировала владельцу бессмертие или очень долгую жизнь. Однако при этом своенравная железяка еще и волю носителя подчиняла. Интересно, а Иванычу все из этого списка нужно? Невидимость у него и так вроде вполне себе неплохая имеется, а долгую жизнь Система своим подопытным по умолчанию предоставляет. Вот с неуязвимостью уже у нее уже куда хуже дела обстоят. Насколько мне помнится, чисто теоретически можно грохнуть практически любого топа как бы высоко в общем рейтинге тот не забрался. Даже какого угодно бога, который, по сути, от обычных игроков отличается только следующей ступенью игровой эволюции, хоть и совсем по другим правилам Системы существует, при особом желании, можно изловчиться и насадить на... к-хм... скажем так, какой-нибудь весьма смертоносный для него предмет.

Короче, пофигу! Раз Иваныч свойства никак не уточнял, будем исполнять оригинальную бижутерию. Мне-то что? Лишь бы ему по итогу сгодилась. Ну, погнали!

Я мысленно послал ящику, на котором сидел, всю всплывшую в памяти информацию, а в ответ перед глазами снова завертелся маленький искрящийся смерч, постепенно набирающий силу.

Глава 13

Машина закончила моделировать запрошенный объект, и не успел я отдать команду на изготовление, а ушлый хоббит уже со скоростью гоночного болида стартовал за вожделенной добычей. Каково же было его удивление, когда он не смог сцапать повисшее в воздухе, примерно на той же высоте что и немногим ранее секира, массивное золотое колечко, исписанное с обеих сторон какой-то абракадаброй. Рука воришки просто проходила сквозь цацку, как сквозь обычную голограмму.

— Эй! — возмутился Иваныч, после пятой неудачной попытки схватить украшение. — Чо за дела?

"Стабилизировать молекулярные связи?" — тут же появилась надпись над кольцом.

Э-э-э, нет! С этим, мы, пожалуй, подождем. Как только я колечко сделаю, он его мгновенно упрет, а я и помешать не смогу, так как зад намертво к скамейке приклеен. И как его потом прикажете искать, с его-то способностями?

— Я тебе, что, идиоту сказал? Смотри! Команды "лапать" не было! — грозно, на манер армейского старшины, рявкнул я. — А ты чего творишь, бестолочь? Вот сейчас ты своими ручонками грязными все настройки сбил, а мне теперь заново начинать. Ну что ты за чело... хоббит такой, а? Только зря из-за тебя время и материал потратил.

— Это что, кольца теперь не будет? — по-детски, скорчив плаксивую гримасу, расстроился Иваныч. Того и гляди сейчас заревет.

— Будет-будет, — поспешил успокоить его. — Но только если обещаешь больше не вмешиваться в процесс.

— А когда уже можно будет? — не успокоился тот.

— Не раньше, чем я скажу что можно, — сурово сдвинув брови, ответил я. — А теперь брысь оттуда! А не то, вместо одного колечка выйдет два: одно из чистого золота, другое из глупого хоббита.

Иваныча как ветром сдуло. Для надежности она свалил в самый дальний угол, забился между двух каких-то ящиков на нижней полке одного из стеллажей и только нос высунул наружу, да глазами хлопал. Он, конечно, малый невероятно шустрый, но добежать раньше меня по-любому не успеет, даже если сообразит, что его накололи.

Убедившись, что хоббит не дернется раньше времени, я мысленно отдал команду закончить работу. Спустя мгновение готовое изделие и более не удерживаемое конструктором полетело на пол. Отлепившись от скамейки за полсекунды до начала падения, я успел подхватить кольцо почти в самом низу. Пронырливый Иваныч уже был тут как тут и нетерпеливо подпрыгивал на месте.

— Покажи! Покажи! — потребовал он.

— В руки не дам! — безапелляционным тоном заявил я, продемонстрировав зажатую между большим и указательным пальцами побрякушку, стараясь держать ее повыше, так, чтобы этот жулик не допрыгнул. — Ну, как? Оно?

— Может и оно, а может и не оно. Я почем знаю? — недовольно проворчал тот, жадно буравя блестяшку выпученными глазами. — Пощупать надо!

— Между ног себя пощупай или за жо... — хотел резко обломать хоббита я, но запнулся на полуслове, услышав краем уха тихий шепот:

— Надень меня на палец! — приказывало кольцо.

В том, что еле различимый звук мне не послышался и исходил от украшения, я практически не сомневался. Больше такое тут требовать некому. Но, чтобы окончательно убедиться, что не схожу с ума, я поднес болтливую цацку к уху. Шепот ощутимо усилился.

— Быстрее, надень меня на палец! Пока этот уродливый коротышка не отобрал.

— Что?! — насторожился Иваныч. — Ты что это делаешь?

— Кольцо говорит, что ты мелкий и страшный, — пояснил я.

— Оно с тобой говорит?! — хоббит аж подпрыгнул от волнения. — А еще что-нибудь оно сказало?

— На палец хочет, — равнодушно ответил я.

— Не-е-ет! — взвизгнул Иваныч. — Только не на палец! Не надевай! Оно мое! Ты понял? Мое!!!

— Даже не собирался, — успокоил его я. — Конечно твое. Но получишь ты его не раньше, чем я получу то, что нужно мне. Усек?

— Да-да-да! — как болванчик закивал он, не отрывая от кольца завороженного взгляда.

— Ну и чего тогда встал как вкопанный? — выждав пару секунд и убедившись, что хоббит не собирается ничего предпринимать без прямого указания, задал я риторический вопрос. — Хочешь полопать — надо сначала как следует потопать. А ну марш шпионить! И чтобы без ценной информации не возвращался! Иначе я эту безделушку обратно в конструктор засуну и развоплощу к эльфовой бабушке.

— А? — Иваныч перевел на меня бессмысленный взгляд. — Что ты сказал?

— Сказал, что если ты так и будешь истуканом стоять, я эту цацку обратно на составляющие разберу, — пригрозил я.

— Хе-хе! — усмехнулся хоббит. — Кольцо может уничтожить только тот, кто его создал или только там где его создали. А ты вовсе на Саурон, так что для этого тебе как минимум надо ножками отнести его в Оро...

— Ты чо дебил? — не выдержав, перебил его я, ткнув пальцем в куб конструктора. — Я только что на твоих глазах лично его синтезировал с помощью вот этой штуки. Какой такой, к чертям собачьим, Саурон? Нахрена его куда-то нести? В общем, так, у тебя есть...

А сколько? Предположим, бродил я тут часа три-четыре, еще где-то час разбирался с конструктором, и максимум столько же ушло на изготовление секиры, перепалку с хоббитом и кольцо. Итого выходит около шести часов. СуперИИ дал сроку в одни сутки, минус шесть часов, получается восемнадцать. Но не оставлять же все на последний момент. Надо бы и фору заложить. Думаю, еще шести часов должно хватить за глаза.

— Двенадцать часов! — продолжил я. — Если за это время разузнаешь все о планах врага и добудешь информацию, благодаря которой я смогу ему помешать — кольцо твое, как договаривались. А если нет... То на нет и суда нет. Придется его уничтожить. Извини. Оставлять себе я его не хочу, слишком уж оно непредсказуемое. А без нормального присмотра от таких артефактов, сам понимаешь, больше вреда, чем пользы.

Для убедительности я спрятал украшение в кулаке и убрал руку с ним за спину. Инвентарь мне был не доступен, а класть такую ценность тупо в карман было неразумно. Этот вороватый товарищ, который нам совсем не товарищ, обязательно попытается воспользоваться своими способностями, чтобы его стащить. И к гадалке не ходи. А учитывая, что возможность увидеть его теперь мне так же недоступна, я и понять ничего не успею. Так что, пусть пока побудет под рукой, то есть непосредственно в руке. Так я его хоть чувствовать могу.

От моего заявления Иваныча знатно перекосило, но, в конце концов, под угрозой уничтожения лакомого артефакта, он взял себя в руки, прекратил пускать на кольцо слюни и перестал пытаться заглянуть мне за спину, старательно вытягивая шею. В глазах снова появились проблески разума, если то, что у него под черепом прячется, можно таким громким словом назвать. По мне так это был в его адрес гигантский комплимент и просто офигеть какая наглая и неприкрытая лесть.

— Ла-а-адно, — неуверенно протянул хоббит, изо всех старавшийся не сломать глаза в попытке удержать их сфокусированными на мне. — Только не надевай на палец! Помни! Ты обещал!

— Да чтоб я сдох! — я торжественно поднял вверх свободную руку с открытой ладонью, имитируя клятву. — Чтоб меня пополам разорвало, если нарушу.

Не то чтобы он мне безоговорочно поверил, но, кажется, ответом удовлетворился, потому что нерешительно кивнул и растворился в воздухе.

Ну вот, теперь хоть мешаться не будет, пока я буду готовиться к плану "Б". Или, если сказать точнее, то к плану "А". Потому что план "Б" это как раз Иваныч и есть. Впрочем, я очень сильно сомневаюсь, что он что-то такое добудет, что поможет в борьбе с СуперИИ. Но чем эльф не шутит? Если есть в его помощи хоть какой-то минимальный смысл, ей тоже пренебрегать нельзя. Как-никак целая планета на кону. Моя планета.

Но, для начала, я все же кое-что проверю...

Я поднес раскрытую ладонь с лежащим на ней кольцом к лицу. Настойчивый шепот усилился, теперь артефакт не просто требовал надеть его на палец, а обещал за это всевозможные ништяки, на которые я может и повелся бы, не знай я заранее о последствиях такого поступка. Внимательно прислушиваясь к собственным мыслям, я с удовлетворением отметил, что никакого острого желания цеплять на себя цацку не ощущаю. Это не могло не радовать. Но суть моего настоящего эксперимента была далеко не в этом.

Загодя включив рентгеновское зрение, которое, впрочем, ничего интересного не показало о кольце и практически не помогло мне в том, что я задумал, почти в последний момент, подчиняясь какому-то наитию, я таки выхватил из воздуха невидимую, но вполне себе осязаемую вороватую хоббитскую руку.

— Последнее китайское предупреждение, — чеканя слова, прорычал я Иванычу прямо в проявившееся полупрозрачное лицо. — Еще одна такая попытка и я расплавлю кольцо безо всяких условий. Я ясно выразился?

— Я нечаянно, — виновато проблеял хоббит. — Больше никогда... Системой клянусь!

— А ну марш выполнять приказ!

Ну-ну... Свежо предание... Я отпустил руку, и воришка-неудачник снова растворился в пространстве. Надеяться на его сознательность и обещания не было никакого смысла. Пожалуй, для начала закажу себе шнурок в конструкторе и повешу объект повышенного внимания этого прощелыги себе на шею. Не системный инвентарь, само собой, но выкрасть колечко будет уже в разы сложнее и мне станет чуточку спокойней.

Закончив с изготовлением тесемки, я демонстративно нанизал колечко, закрепив его хитрым узлом, накинул получившуюся конструкцию на себя и спрятал под рубашкой. Выкуси теперь, мелкий мошенник. Не уверен, что мне не показалось, но откуда-то из угла раздался еле слышный разочарованный вздох.

Переходим к плану "А".

Я все еще не терял надежды найти способ уконтрапупить СуперИИ, а потому решил попытать счастья с чудо-машиной. А ну как этот конструктор сможет сгенерировать какую-нибудь супер-пупер-электромагнитную бомбу. Чтобы жахнуть такую и вырубить всю электронику в ближайшем космосе на пару десятков парсеков. Жаль только что мое новое тело, скорее всего тоже вырубится, а я уже почти успел к нему привыкнуть. Но это ничего! Главное что мехам будет во стократ хуже. Зато там, глядишь, и генератор, удерживающий меня от выхода в астрал, тоже накроется медным тазом, и я смогу благополучно добраться до Ирин. А уж толпой-то мы обязательно что-нибудь придумаем.

Итак, я представил бомбу. Нет, не так! Я представил БОЛЬШУЮ БОМБУ! Но тут же поправился, вспомнив школьный и институтский курсы физики да пару познавательных передач из телевизора. Мне ведь на самом деле бомба нафиг не нужна. Речь скорее идет о некоем скачковом генераторе высокочастотного электромагнитного излучения большой мощности. Собственно, примерно этим мои познания в данной научной области и ограничивались, а потому с первого раза ничего путного машина не выдала. То есть она вообще ничего не выдала кроме голографической надписи "Необходимо уточнение параметров" а дальше развернула целый список того, что по ее мнению нужно было уточнять. Половину терминов я вообще видел впервые, а о большей части другой половины имел весьма смутные представления. Будь у меня дофига времени и целая библиотека нужных справочников с учебниками под рукой, можно было бы еще попытаться что-то сделать, а в текущий момент времени боевая электроника совсем не мой конек.

Такое поведение аппарата было более чем странным, с учетом того что фантастическое магическое кольцо и не самую примитивную секиру он собрал и глазом не моргнув. Может тут все дело во мне? И про первое и про второе я знал, скорее всего, достаточно, а вот с бомбой, точнее с генератором импульсов, вышла промашка: я вообще очень смутно представлял, как и благодаря чему эта штука должна работать и от конструктора, который информацию считывал прямо из мыслей, сей факт, разумеется, не укрылся. Иного объяснения я просто не вижу.

Эх! Была бы хотя бы Система и мои способности под рукой, уж они-то точно подсказали бы, какую кнопку жать и какой провод куда тыкать, но... Чего нет, того нет. Бесцельно потыкавшись в меню, в поисках хоть какой-то лазейки, я вернулся к размышлениям.

Та-а-к! Сложная физика нам не по зубам. Где ты Стив, когда ты так нужен?! Надавать СуперИИ таких лещей, чтобы он и думать о своих планах забыл, тоже, скорее всего не получится. Так что какое-то конкретное оружие, типа "Ручной Убер Уничтожитель Механоидов 9000", по крайней мере, в моих руках будет совершенно бесполезен. Не стоит забывать, что вот это конкретное тело я не то чтобы нормально контролирую, а вот он-то как раз наоборот дергает за все ниточки. Значит что остается? Магия!

Бинго! Поехали!

Конструктор с готовностью откликнулся на мысленную команду, завертел свою золотистую карусель и спустя пяток выплюнул мне под ноги изделие с заданными параметрами.

"Свиток тотального Армагеддона" я рассматривал пристально и долго. Так и эдак крутил перед глазами, поскреб ногтем солидную сургучную печать, от недостатка идей по использованию даже понюхал. Манускрипт, как ему и положено пах бумажной пылью, чернилами и подвальной сыростью. Как будто какой-нибудь мудрый старый затворник долгие годы сочинял заклинание, сидя посреди гор редчайших фолиантов. А потом он как большая ценность долго хранился в сыром мрачном подземелье под охраной легионов высокоуровневой нежити, укрытый в секретном сундуке под защитой мощных чар и хитроумных ловушек. И только истинный герой, бесстрашный и могучий, преодолев великие трудности и лишения, смог бы добыть его и явить миру. В то, что инопланетная табуретка, по запросу оператора-недоучки, состряпала его только что и всего за пару минут, глядя на свиток, так сразу и не скажешь.

Жаль, что необходимого навыка, уровня, магического скила и даже самой ничтожной капли маны из того океана, который требовался для его активации у меня и в помине не было.

Свиток полетел в сторону как абсолютно бесполезный в данной ситуации предмет.

Что ж, отсутствие результата — это тоже результат. Будем считать, что приобретенный мной негативный опыт на маленький шажочек приблизил меня к цели. То есть впредь буду умнее.

Выходит и магия нам сегодня не помощница. Какую бы примочку требуемой мощности я не сотворил, для ее использования потребуется то, чего у меня нет, и в ближайшее время не появится. Надо было повнимательнее относиться к выбору класса в самом начале. Может тогда и вовсе не влип бы в эту историю. Стал бы магом, сидел бы себе сейчас в башне, читал умные книжки, попивал эликсирчики на спиртовой основе и в ус не дул. Но, как говорится, мечтать не вредно. Впрочем, к моему случаю это не относится. Мне-то как раз сейчас время терять не с руки. У меня его не то чтобы дофига. От обозначенных суток осталось чуть больше пятнадцати часов. Черт! Как же это мало!

Хорошо. Собрался! Зайдем с другого бока.

Чего может бояться искусственный интеллект? Логично предположить что программистов. А еще разумеется хакеров. Ибо кто, как не они, могут его через колено перекинуть и по заднице надавать? Но, я-то к ним никакого отношения не имею. А из знакомых прогеров у меня только Жора и есть. Но он далеко. И связаться с ним, чтобы хотя бы посоветоваться довольно проблематично... Стоп! А почему собственно?

"Свет мой зеркальце" насколько я помню, прообраз современных видеоконференций, никаких специальных навыков в обращении не требовало, а двустороннюю связь, согласно некоторым источникам, обеспечивало исправно. А вот может ли такое наш универсальный конструктор отчебучить? Это еще вопрос!

Спустя десять минут моих пыхтений оказалось что может. И вот я уже стою перед этим самым зеркалом и нервно вытираю потные ладони. Только бы вышло!

— Свет мой зеркальце, — откашлявшись, произнес я команду активации. — Покажи мне некроманта Георгиуса!

Поверхность пошла рябью и на экране появилось чем-то недовольное лицо приятеля с кружкой пива в руках. Заметив меня, он сначала удивился и на несколько секунд затупил, но потом стал активно жестикулировать руками, так что забрызгал пенным напитком весь экран с той стороны, рот его при этом открывался совершенно беззвучно.

— Свет мой зеркальце, звук включи, — быстро поправился я.

— ...мать!? — эмоционально сказал Жора и уставился на меня, явно ожидая ответа.

— Э-э-э, повтори еще раз, пожалуйста, — не смутился я. — Последнюю фразу очень плохо расслышал. Со связью что-то, помехи наверное. Ты сейчас где? На курорте?

— Какой там нафиг курорт! — возмутился приятель. — Коза редкостная эта твоя царевна-лягушка! Подставила нас по полной программе! Не могла сразу сказать что ни некромантов, ни тем более стоматологов эти ребята на дух не переносят? Выставили нас. Вот теперь домой пытаемся добраться любыми путями, а нам говорят связи с землей нет: или жди сутки, пока стационарные порталы откроются или бери квест в гильдии на уничтожение местного населения. Нет! Ну, ты представляешь! Квест! Нам! На уничтожение своих же! Совсем озверели, сволочи!

— Э-м-м, — теперь уже я затупил, не зная как сказать приятелю, о том, что сейчас возвращаться домой не самая лучшая идея. — Погоди ты с Землей хоть пару дней! Мне сейчас помощь твоя до зарезу нужна. Найди ближайшее безопасное место. Надо серьезно поговорить.

— Ну, я, в принципе, сейчас в таверне сижу, — Жора озадаченно почесал затылок. — Тут не то что бы прямо очень безопасно, контингент так себе: наемники, охотники за головами, бандиты мелкие да и просто откровенное жулье какое-то. А бармен вообще гад редкостный, вместо пива откровенную мочу разливает, падла, а по цене три шкуры дерет. Дрянное местечко, короче. Но местные, как бы это сказать, некромантов сильно опасаются, а потому лезть ко мне не рискнут. Так что, думаю, сейчас нам никто не помешает. А чего надо-то?

— Как мне убить искусственный интеллект? — в лоб спросил я.

— Ох, нихрена у тебя запросы! — приятель призадумался. — Я так понимаю, полюбовно вы не договорились, а от каверзных вопросов типа "А и Б сидели на трубе" ему ни холодно ни жарко?

— Чихать он на них хотел, — подтвердил я. — Надо что-то поубойнее придумать.

— Ну ладно, — сказал Жора, побарабанив пальцами по грязной деревянной столешнице. — Давай предположим, самый худший вариант. А именно, что наш механический умник использует персистентную структуру данных, а следовательно в любой момент времени имеет доступ к любой информации, которая попадала, попадает или будет попадать к нему в прошлом, настоящем или будущем...

Глава 14

А вам когда-нибудь приходилось изучать целый курс несколько часов? Так, чтобы по серьезному, с полноценным экзаменом в конце? Например "Основы вирусостроения", как озаглавил Жора наши с ним мытарства?

Кошмар студента целый год забивавшего на пары, а в последнюю ночь перед зачетом осознавшего, что если завалить так старательно игнорируемый весь семестр предмет, то следующий коллоквиум проведет уже не доцент, а в лучшем случае старшина роты, воплотился в реальности в самом худшем варианте.

— Тебе и не нужно будет учить кучу операторов, значений и переменных, — почти в самом начале этой эпопеи немного успокоил меня приятель, кратко ознакомившийся с возможностями универсального конструктора с моих слов. — Главное, чтобы ты сам принцип понимал и основы, все остальное за тебя твоя машинка сделает.

По мнению некроманта, даже такому крутому электронному перцу как СуперИИ можно было на раз свернуть мозги набекрень с помощью обычного вируса, если правильно рассчитать, спрогнозировать и запрограммировать принцип его действия. Особенно, если вредоносный эффект будет не очень сложным. Нам ведь всего только и нужно, что вывести гада из строя, а не похищать, к примеру, все его данные или, что еще сложнее, заставить его подчиняться.

Идея была неплоха за исключением одного "но"...

— И как ты себе это представляешь? — спросил я. — Ну, то есть, по-твоему, я такой подхожу к нему с флешкой, вставляю ее прямо ему в задницу. Потому что, как я предполагаю, другого порта у него нет, и не было никогда. А потом прошу его открыть папку и запустить исполняемый файл самостоятельно, потому что ни мышки, ни клавиатуры, ни тем более монитора к нему тоже не присобачено, знаешь ли. Так себе план, если честно.

— Тебе и не придется этого делать, — огорошил меня некромант. — Он сам радостно побежит вставлять себе куда нужно и сам все запустит. А ты только должен постараться убедить его в том, что твоя программа это алгоритм портирования Системы в любую программную среду. Именно то, что он требовал от тебя в самом начале.

— Он не так глуп, — с сомнение протянул я.

— Вот и постарайся быть крайне убедительным, — посоветовал Жора. — Дескать, был глубоко не прав, раскаиваюсь в содеянном, радею за родную планету и бла-бла-бла... Понял?

— Ну, примерно да, — кивнул я.

— Тогда слушай сюда, — удовлетворившись ответом, сказал он. — Два основных отличия вирусов от всех остальных программ — это способность самостоятельно внедряться в код и воспроизводить свои копии...

И следующие два часа превратились для меня в сущий кошмар: классификация вирусов, функциональные возможности, характеристики, способы внедрения, методика сокрытия вредоносного кода, физическая структура, среда обитания, особенности алгоритма и многое-многое другое валилось на меня как из рога изобилия. Все это нужно было запомнить, понять и еще и доказать приятелю что понял правильно.

— Способы защиты, мы, пожалуй, опустим, — смилостивился некромант. — Ибо никого защищать мы все равно никого не собираемся. Переходим к самому вкусному, к теоретическим основам создания.

И если предыдущие два часа я посчитал кошмаром, то, что началось после, можно было охарактеризовать только как "адский ад". Свойства вредоносного кода, способы внедрения, захват вирусом управления, контроль целостности тела после копирования, зацикливание процесса... Уф-ф-ф! Казалось, что мой несчастный мозг вот-вот распухнет, начнет со страшной силой давить на черепную коробку изнутри, а потом БАМ! и содержимое головы красиво так разлетится по ангару брызгами серенькой кашицы с изрядной долей алых вкраплений. Но приятель все никак не унимался! Секции, сигнатуры, инструкции, выравнивания, атрибуты памяти, компиляторы... А-А-А!!! Да ну ее нахрен, эту планету! Пусть взрывает к эльфовой матери! Пусть выжжет с поверхности все живое и если среди оставшихся попадется хоть парочка-другая хакеров, которые это все придумали, я буду откровенно счастлив! Я так больше не могу!

— Крепись, студент! — усмехнулся Жора, когда я, наверное, уже в сто первый раз весьма нелестно и в довольно грубой форме, высказал свое мнение по поводу идеи за полдня превратить меня в профессионального создателя вирусов. — Немного осталось. Написать вирус вовсе несложно, с этим и первоклассник справится, если он не полный кретин, конечно. Куда как сложнее придумать надежный способ доставки и эффективную маскировку. С первым мы вроде уже порешали. А второе нам не так уж нужно. Не будет же он его, в самом деле, через эвристический анализатор прогонять?

— А если все-таки будет? — спросил я, хоть и понятия не имел что это за анализатор такой, однако название у него было довольно внушительное, а потому, ничего хорошего от него ожидать явно не стоило. — Он ведь довольно древний и очень мощный ИИ, а значит далеко не глупый и очень, ну просто невероятно осторожный.

— Да, — неожиданно согласился Жора. — Попытка у нас всего одна. Если что-то пойдет не так как задумано, то тебе, а потом и старушке Земле, скорее всего хана. Но ты вот о чем подумай: СуперИИ давным-давно воюет с игроками, и только с ними, так?

— Так и есть, — подтвердил я. — Он мне сам об этом сказал. Дескать, игроки — вот кто сейчас самая большая заноза в его заднице.

— А много ли ты видел среди них программистов?

— Кроме тебя ни одного, — припомнил я. — В основном всякие маги, воины, стрелки и прочие, по большей части средневековые, персонажи. Ну, так Система устроена. Насколько я понимаю, никакие другие специальности в ее рамках не приветствуются.

— Во-о-от! — приятель расплылся в довольной улыбке. — А это значит что?

— Скорее всего, это значит, что ему уже довольно давно все пытаются противостоять исключительно игровыми методами, — призвав на помощь всю свою сообразительность до последней капли, сделал вывод я.

— А еще, что в тебе он видит всего лишь слегка выбивающегося из этой им же усредненной толпы индивида, наделенного лишь способностями изменять структуру некоторых обычных предметов тем самым интегрируя их в Систему. Но не более того. Такой подлянки как вирус он от тебя явно не ждет. Иначе не стал бы подсовывать универсальный конструктор прямо тебе под нос.

— Я сам его нашел! — возразил я. — Совершенно случайно. Табуретку искал. Он оказался похож, ну вот и совпало.

— Ага, точно! — заржал приятель. — Так и было. Верю. СуперИИ тут совершенно ни при чем. Да пойми ты, наивный чукотский юноша, он же не просто так столько усилий положил, чтобы тебя поймать и у себя на базе запереть. Серьезно считаешь, он верит в то, что ты сможешь его юнитов к системе подключить? Сколько там говоришь ему лет?

— Утверждает что несколько миллионов, — припомнил я.

— Ха! Хочешь сказать, он за все это время ни разу не попробовал и не перебрал кучу способов? Или ты думаешь, ты единственный такой неповторимый и уникальный артефактор, и похожих на тебя не было ни одного за все время существования Системы?

Честно говоря, над этим вопросом я даже не задумывался, но где-то в глубине души, оказывается именно так всегда и считал. Если бы приятель не спросил, я может никогда и не понял бы, насколько был простодушен. А потому я просто промолчал.

— Ему от тебя нужна не интеграция юнитов в систему, — авторитетно заявил некромант, таким тоном, как будто подробный план действий в отношении меня за личной подписью СуперИИ лежал у него перед глазами. — Ему от тебя оружие нужно. Системное. Чтобы на этих своих юнитов вешать.

— А толку от него в этом случае? — попробовал возразить я. — Все плюшки один хрен к игрокам привязаны.

— Активные навыки — да, — согласился тот. — А пассивные? Про них ты не забыл? Вот, например, будет твой Огнеборец камень рубить как масло и при этом не тупиться, если его к буровой установке приделать? А зачарованные доспехи? А магические щиты? Ну?

— Не проверял, — честно сказал я. — Но, в принципе, должен. Никаких ограничений на этот счет Система не прописывает, а все что не запрещено, у нее по умолчанию разрешено.

— Вот то-то же! — наставительно поднял палец вверх Жора. — А теперь подумай, на какую твою реакцию рассчитывает хитрожопый ИИ, запирающий тебя в одном ангаре с машинкой, которая может практически все, единственное условие — это чтобы оператор был подходящий.

— Что я сделаю себе оружие, которым попытаюсь его завалить, — предположил я.

— Бинго! Возьми с полки пирожок, — Жора заржал как заправский арабский скакун. — И как только ты такое оружие создашь, он тут же его у тебя отберет, как Огнеборца. То, что ты уже скопировал свою секиру, еще раз подтверждает мою правоту. Однако чтобы усыпить его бдительность этого будет явно маловато. Ты должен сделать еще как минимум пять-шесть вариантов разного оружия и, разумеется, напасть на него, как только он появится. Само собой, он все у тебя отберет, как было с секирой. Отдай, но скрывай до последнего, что есть еще и так называемая "программа портирования системы". Но и уже когда сознаешься, упирай на то, что программа экспериментальная, ответственности за последствия ты не несешь и вообще запускать не рекомендуешь. Короче, отговаривай любыми способами, юли, ври, отнекивайся и так далее. Запомни: ты не хочешь отдавать программу! Все должно выглядеть натурально. Эх, жаль курс по актерскому мастерству я тебе дать не могу. Сам не умею. А он бы сейчас ох как пригодился!

Мы еще несколько часов кряду спорили по поводу плана, перебирали варианты оружия, которое можно было подсунуть в качестве приманки, обсуждали будущий вирус, а еще приятель нещадно гонял меня в хвост и в гриву по "основам вирусостроения" и даже пару раз заставил отрепетировать, как я буду отмазываться перед СуперИИ.

По итогу генерального прогона Жора, конечно, неблагосклонно поморщился, но тут же заявил, что вряд ли мой противник слишком уж заядлый театрал или родственник Станиславскому по материнской линии, чтобы сходу учуять неладное. Да и не ждет он от меня подобных фокусов. Так что для неискушенного зрителя сельского дома культуры, каким мы условно посчитали средний уровень окультуренности среднестатистического искусственного интеллекта, качество моей актерской игры можно охарактеризовать как вполне удовлетворительное.

Итогом нашей долгой беседы и моих последующих длительных манипуляций со "скамейкой", явились пять разномастных образцов вооружения. Все, которые только смогли прийти нам в головы, начиная от меча-хлыста, виденного однажды мной в какой-то компьютерной игрушке, заканчивая совершенно нелепым и громоздким станковым бластером под две сотни килограмм весом, стреляющим очередями здоровенных самонаводящихся разрывных файерболов высокой мощности, созданного по настоянию Жоры. Именно с него он советовал начать атаку, как только противник появится в зоне видимости. Больше разрушительного эффекта, согласно утверждению некроманта, означало больше убедительности, что я попался на удочку нашего электронного умника.

Но главным достижением все-таки стал небольшой по размеру кристалл с клубящейся внутри него сиреневой кляксой. Именно таким образом, по мнению универсального конструктора должен был выглядеть носитель информации, гарантированно подходящий к интерфейсам СуперИИ. С хитроумным, как мы с приятелем полагали, вирусом внутри.

С последним я и провозился дольше всего.

Создать код, который смог бы разрушать алгоритмы СуперИИ у меня не получилось. Потому что, во-первых, я ни малейшего понятия не имел, как эти самые алгоритмы функционируют и по каким принципам построены, а во-вторых, замаскировать такой вирус подо что-то полезное или хотя бы безобидное оказалось бы совершенно непосильной, в моем случае, задачей. Так что, собрав все новообретенные знания в кучу, я заказал конструктору легкого и компактного червячка, который со временем разберется в софте этого гада и напихает ему в нужных местах блоков на уничтожение биологической жизни.

А поверху, для отвода глаз накатал условную программу, которая в теории могла бы подключить к Системе что-нибудь не сложнее тостера, если бы, разумеется, действительно работала. В данном случае она должна была лишь успешно имитировать такое подключение, чего на взгляд Жоры было вполне достаточно для наших целей. Когда обман раскроется, вирус уже начнет свою подрывную деятельность и отыграть назад у СуперИИ уже нифига не выйдет. Если только он не делал собственные бэкапы.

А он запросто мог. И в перспективе это могло стать для нас огромной проблемой. Впрочем, на этот случай наш вирус имел один интересный механизм заражения носителя, основанный на том самом принципе "персистентности" то есть, чисто в теории инфицирование происходило одновременно во всех временных промежутках, правда работало это только с одной конкретной программой: самой первой, куда внедрялся червячок. Существование такого способа вроде как было обосновано какими-то формулами, но на практике его еще никто ни разу не применял. Слишком сложно для воспроизведения одиночкой, коими в большинстве своем и являлись вирусоделы. А вот для универсального конструктора эта операция не составила никакого труда. И вроде как все должно было работать, как полагается. Но это опять же, все только в теории. На практике же... Не попробуем — не узнаем.

А пока мне оставалось только ждать и готовиться к теплому... хе-хе... приему дорого гостя. Для этого я соорудил из самых крепких на вид станков подобие ДОТа, тихо матерясь про себя, затолкал туда файерболомет, развернул его стволом к входу и залег в позицию стрелка, предварительно разложив рядом остальное оружие. До истечения обозначенного СуперИИ срока оставалось немногим более пары часов.

А мелкий плут Иваныч так и не вернулся. То ли его обнаружили и поймали, то ли так до сих пор ничего путного и не выяснил. Да и хрен с ним! Все равно надежды на адекватную помощь с его стороны с самого начала было маловато.

Минуты напряженного ожидания текли, я то нервно теребил гашетку пушки, то задумчиво рассматривал беснующуюся в кристалле кляксу, то от скуки лениво пытался достучаться до ушедшей в глубокую гибернацию Систему. Чем ближе к часу "Ч" приближалась условная воображаемая стрелка, тем неспокойней становилось на душе. А вдруг Жора ошибался? Вдруг мы оба ошиблись? Если СуперИИ, получив в морду горячим огненным шаром, вместо того чтобы спокойно отбиться и экспроприировать сей полумагический шмаляльник, разозлится не на шутку и порвет меня на тряпки, а потом и сотрет Землю с лица галактики? А если раскроет подлог еще до того как вставит себе кристалл куда надо? Вдруг вирус не сработает или сработает совсем не так, или не совсем так, как изначально планировалось, а например, сделает его куда как злее, чем он есть сейчас, или заставит еще больше ненавидеть органических разумных? Почему я, в конце концов, пошел у некроманта на поводу, принимая как истину столь ненадежный, основанный только на его предположениях план?

Ну, Жора уверял, что логика машины ему доступна и понятна куда лучше, чем мне. Тут особо не поспоришь. К тому же он на удивление хорошо был подкован в вирусных вопросах. Настолько хорошо, что сумел всего за несколько часов натаскать и меня на приличный уровень. По крайней мере, этого объема знаний мне оказалось достаточно, чтобы синтезировать паразита с нужными параметрами с помощью универсального конструктора, а его, как выяснилось, на мякине не проведешь. А значит, есть надежда, что мой вредоносный код действительно будет работать как надо.

Вроде как мы предусмотрели практически любой вариант развития событий, и все же толстый, голодный и весьма зубастый удав сомнения нещадно грыз душу: а вдруг? А если? А ну как? А что будет когда...?

В конечном итоге я так увлекся самокопанием, что чуть не прозевал появление противника. Ворота бесшумно разъехались в сторону, и в проем бодро шагнул уже хорошо знакомый мне почти неуязвимый Т-1000 собственной персоной, то есть СуперИИ в самой последней модификации физического тела.

-А-А-А-А-А! — что есть мочи заорал я, выхватывая прицелом одинокую фигуру и до упора вдавливая спусковой крючок орудия.

— Жах-жах-жах-жах-жах-жах! — сказал файерболомет, посылая в сторону ворот длинную очередь огненных шаров.

— Да чтоб тебя черти драли! — выругался СуперИИ, который в одну секунду оказался со всех сторон окружен ревущим магическим пламенем. — А ты весьма талантливый и упорный сукин сын!

Он сделал шаг мне навстречу, демонстративно сбил хилый язычок негасимого (как ранее я всерьез предполагал) огня с отворота пиджака и нарочито медленно щелкнул пальцами.

В тот же миг меня отбросило от оружия на пару метров в сторону, опрокинуло на лопатки и полностью парализовало.

— Ну, давай посмотрим, что ты нам приготовил, — довольно потирая руки, сказал "менеджер", придирчиво оглядывая установку, из которой только что его обстреляли, и весь разложенный возле нее арсенал. — О! Еще одна секира! Ты смотри, в точности как первая! Это годится. Что там еще? Меч-хлыст? Серьезно? Какая пошлятина! Надо признаться, не ожидал, что ты способен так низко пасть. А впрочем, сначала попробуем в деле, а потом будем делать выводы. А это что за безделушка? Энергетический лук? Фу-фу-фу, конечно, но пусть будет.

Примерно такими комментариями он сопровождал каждый новый попавший ему в руки образец, однако тон голоса при этом выдавал его при этом с головой: СуперИИ был счастлив, как подросток, у которого напротив дома перевернулась фура, везущая в магазин приставки последнего поколения и горы самых дорогих игр к ним.

— Однако маловато будет, — склонился он надо мной, когда скромный арсенал подошел к концу. — Куда спрятал остальное? Ах да! Ты же говорить не можешь! Ха-ха! Ладно, теперь можно, разрешаю!

Еще один щелчок пальцами и я по-прежнему остался почти что обездвиженным, но губы, язык и связки обрели чувствительность.

— Тут тебе не фабрика китайской электроники, — зло процедил я, для пущей убедительности попытавшись плюнуть в нависшую надо мной довольную физиономию. Попытка, впрочем, не увенчалась успехом, так как, судя по всему, слюнные железы все же не работали. Так что пришлось на него только презрительно фыркнуть. — Если нравятся игрушки — забирай, только Землю не трогай, паскуда!

— Так я уже и забрал, — расплылся в довольной улыбке тот. — А если как следует попрошу, то ты мне и еще таких наделаешь, я почему-то в этом уверен. Но, сдается мне, ты что-то от меня скрываешь. Какую-то о-о-очень интересную штучку. Я это прямо по твоим глазам вижу. А ну, живо выворачивай карманы!

Разумеется, последняя его фраза была не просьбой и даже не требованием, а прямым приказом даже не мне, а занятому мной искусственному телу, которое тот целиком и полностью контролировал, как я и предполагал. А потому, рука ТТ против моей воли, не спрашивая никакого согласия, самостоятельно вынула из кармана и протянула буквально упивавшемуся собственным превосходством "менеджеру" заветный кристалл.

Глава 15

— Да ладно! — ахнул СуперИИ, пристально рассмотрев содержимое прозрачного камня. — Вот уж не подозревал, что ты действительно на такое способен. Неужели это на самом деле оно?

— Нет, — не моргнув глазом, во-первых, потому что не мог, так как был почти полностью обездвижен, а во-вторых, потому что и не собирался моргать, поспешно заявил я. — Это не то, что ты думаешь. Даже близко не оно. И вообще это не для тебя. Отдай обратно!

— Программа доступа к интерфейсу Системы, — медленно и задумчиво, словно пробуя на вкус каждое слово, с видом профессионального сомелье, перекатывая их во рту, стараясь разобрать все оттенки, с наслаждением проговорил СуперИИ. — Разумеется не для меня. Ты собирался ее опробовать на себе, но не решился. Или все-таки не успел? Стало быть, я очень вовремя пришел.

— Она не готова! — соврал я. — Никаких гарантий, что сработает как надо и не угробит при этом подопытного. Ни на тебе, ни на себе, ни на ком-то еще, я ее пробовать не собирался.

— Ха! Нашел дурака! Ты ведь сгенерировал ее с помощью вот этого самого кубика, так? Можешь не отрицать, все равно не поверю! А всем известно, что сигарианский конструктор никогда не делает брака, не производит подделки и всегда выдает гарантированно работающие образцы, — просветил меня он. — Сигарийцы были настолько гениальными инженерами, что предусмотрели абсолютно все. К ним никаких претензий. У меня только один вопрос: почему ты?

— Почему я что? — не понял я.

— Почему именно тебе удалось это сделать? — пристально глядя мне в глаза, пояснил он. — До тебя здесь побывали сотни самых выдающихся специалистов, представители десятков различных рас. Лучшие из лучших в своем деле! Бесстрашные исследователи, блестящие ученые, талантливые программисты, величайшие маги, сильнейшие экстрасенсы, поодиночке и целыми рабочими группами иногда годы напролет возились с этим устройством. Был даже один сигариец, последний, к слову, из представителей этой выдающейся расы. А у них вся память поколений, если ты не знал, передается по цепочке ДНК потомкам. Такая вот расовая особенность. Только представь, НАСКОЛЬКО этот парень был башковитым! Но даже он не справился.

И ведь многие сотрудничали совершенно добровольно. Некоторые даже сами ко мне обратились. Их мотивация, знания и жажда открытий были просто не сравнимы с твоими. А уж про интеллект я вообще лучше промолчу.

Так какого хрена всего за несколько часов ты смог сделать то, чего я со всеми своими ресурсами и отборными исполнителями безуспешно добивался веками, а? И вот неожиданно заявляешься ты, артефактор-недоучка и в два счета добиваешься не просто впечатляющего результата, а выдаешь полноценное готовое решение. Ни один, даже самый оптимистичный мой прогноз не дает хоть сколько-нибудь положительного шанса на подобное удачное стечение обстоятельств. А я не верю в сказки. Нельзя рассчитать — значит, вероятность нулевая. И как это прикажешь понимать?

— Повезло, наверное, — предположил я. — И вообще, ну кто тебе сказал, что программа и в самом деле будет работать? Давай сделаем вид, что ничего не было? Это не так уж и сложно. Просто положи эту бяку нехорошую в уголок и отойди от нее подальше. И все. А, вспомнил! Еще руки потом обязательно помой! И желательно даже с мылом.

В ответ СуперИИ только презрительно фыркнул и скрылся из виду.

— Эй! — в панике закричал я. — Что это ты собрался сделать?

— Проверить, как оно работает, конечно же, — неожиданно ответил он, хотя ответ получить я даже не рассчитывал. — Я тысячелетиями искал решение этой задачи, и вот теперь, когда оно у меня перед носом, неужели ты думаешь, что я буду с этим тянуть хоть лишнюю секунду?

— Погоди! Я тебя предупреждал, что не надо этого делать, но если ты даже не слушаешь, то дай хоть одним глазком посмотреть! Лишать изобретателя возможности увидеть результат его трудов это слишком даже для тебя, не находишь?

— Да на здоровье, — почти сразу ответил тот, вопреки моим предположениям, что сейчас придется долго его убеждать. — Хочешь — смотри, сколько в тебя влезет. Только под руку не лезь. Ты хоть парень чрезвычайно полезный и мог бы пригодиться в будущем, но если что, пришибу без всяких сомнений. Усек?

— Понял, принял, обещаю не рыпаться, — без колебаний согласился я и в ту же секунду управление телом вернулось. Я вскочил, отыскал взглядом орудующего над одним из верстаков "менеджера" и, стараясь на всякий случай не делать резких движений, осторожно пристроился рядом, пытаясь вникнуть в суть происходящего.

СуперИИ миниатюрным шуруповертом, аккуратно, но быстро и умело вскрывал корпус небольшого "паука". Почти такого же, как те, что напали на меня в тронном зале, только размером не больше домашней кошки, ну, или бестолковой декоративной псины. Похоже, вставлять подозрительный кристалл сразу в себя он не рискнет. Но это нормально, на такой исход мы и рассчитывали. Наш противник вовсе не идиот, чтобы с ходу пихать в себя что попало. Однако и вирус далеко не дурак, до поры до времени он не должен себя обнаружить, а вот бурно имитировать подключение механоидов к Системе будет. До поры до времени. А вот когда отыщет лазейку к управляющему ядру, тогда и развернется, что называется, на полную катушку. По крайней мере, так задумывалось.

— Многофункциональный разведчик, — зачем-то пояснил он. — Универсальная машина для выполнения широкого спектра задач в глубоком тылу. Не имеет боевого вооружения, но обладает значительной свободой в принятии решений, а значит, степени его автономности как раз будет достаточно для полноценного тестирования интерфейса. Вдобавок его можно полностью закуклить.

— В каком смысле закуклить? — уточнил я.

— В самом прямом, — охотно пояснил СуперИИ. — Все что будет происходить внутри разведчика, останется внутри разведчика. Для этого всего-то нужно удалить модуль связи, что я только что и сделал. Та-а-ак! Готово!

Он сунул кристалл в специальный слот, защелкнул его в пазах и шуруповертом прикрутил прозрачную крышку-пузико обратно на свое место

— Подаем питание... И-и-и...

Кристалл под крышкой полыхнул бирюзовым светом, клякса прекратила метаться и втянулась через одну из острых граней куда-то внутрь паучка. Тот немедленно задергался в конвульсиях, заверещал дурным писком и засучил лапками, как будто его заживо резали, но уже через пару секунд обмяк и отключился.

— Да уж, ты был прав, — констатировал СуперИИ, повернувшись ко мне. — Твоя прога явно недоработана. Понять бы только, в чем проблема? Впрочем, я туда лезть теперь не рискну, даже если там все микросхемы к чертовой бабушке выжгло. Однако ты меня таки удивил, пусть и закончился эксперимент очевидным провалом, но какое-то время для своей планеты ты выиграл. Поздравляю! Будешь так же хорошо вести себя и в будущем, возможно у твоего мира есть все шансы...

— Смотри! Смотри! — не дал ему договорить я, ткнув пальцем в разведчика. — Он шевелится!

Одна из шести механических лапок паучка и впрямь едва заметно дергалась. Спустя секунду точно так же задрыгалась и еще одна, а затем третья.

— Ерунда! — фыркнул СуперИИ. — В аккумуляторе остался заряд, а контроллеры и процессор погорели, вот он теперь и выходит на приводы как попало. Так и будет трепыхаться, пока полностью не разрядится.

Впрочем, несмотря на такое скептическое утверждение, он замолк и напряженно уставился на подопытного. Тем временем паучок уже активно шевелил всеми шестью лапами и даже кажется, пытался перевернуться. Теперь это совершенно точно выглядело, как осознанная попытка встать, а не как бесцельные конвульсивные движения. Пусть не с первой попытки, но ему это таки удалось.

Разведчик неуверенно оперся на конечности, отряхнулся как выбравшаяся из воды на берег собака, а затем обвел всеми своими четырьмя объективами окружающее пространство, особенно пристально просканировав меня, а затем и СуперИИ. Мы оба, затаив дыхание, если такое выражение вообще применимо к механическим существам, одним из которых совсем недавно стал и я, ждали что будет дальше.

— Мама! — наконец пискнул паучок тоненьким голоском, спрыгнул с верстака и как котенок прижался к моей ноге.

— Мама? — удивленно переспросил СуперИИ и тут же покатился со смеху. — Тогда уж хоть папа, что ли... Ой, не могу! Бедные мои алгоритмы! Был бы органическим, точно уже описался бы.

— Папа! — уверенно повторил паучок, а затем, ловко цепляясь за одежду, забрался ко мне на плечо, осторожно потерся о щетину на щеке и тут же потребовал: — Кушать!

СуперИИ услышав это, разразился новой порцией смеха.

— И чем же мне тебя кормить? — удивленно спросил я, аккуратно пощекотав малышу пузико. — Машинным маслом или обогащенным ураном? Эй ты, железяка ржущая! Чем обычно твои разведчики питаются?

— Раз... хр-р-р... ведчики! Питаются! Ха-ха-ха! Ну, насмешил! — вместо ответа, давящийся смехом искусственный интеллект только покрутил пальцем у виска.

— А-а-а, толку-то от тебя, — обиженно махнул рукой на него я и повернулся к малышу. — Ну, пойдем сами поищем чего-нибудь. Как увидишь что-то вкусненькое — не молчи, говори сразу. Хорошо?

Паучок подумал и согласно кивнул.

Самым логичным в данном случае было предложить разведчику запитаться от ближайшей силовой розетки. Благо различных станков сюда натаскали немерено и об их подключении тоже позаботились, было из чего выбрать. Поколебавшись секунду, я направился к привычной бытовой розетке на 220 вольт переменного тока, посчитав, что 380 может малышу навредить.

Разведчик осторожно приблизился к точке питания, нерешительно поковырял ее лапой, сунул мордочку, как будто принюхивался и вынес вердикт:

— Вода! Не хочу пить! Кушать!

Ага! Уже хорошо. Одной проблемой меньше, но основную при этом мы так и не решили. Пошли дальше. Что бы такое ему предложить?

Металлы, химические реактивы и радиоактивные изотопы паучок начисто проигнорировал. Горюче-смазочные материалы окрестил "бякой" и долго отплевывался. Минералы, пластики и сплавы, равно как и остальные чистые элементы таблицы Менделеева никакого интереса у него не вызвали. В растерянности я даже предложил ему неизвестно как оказавшуюся на складе бутылку со спиртом, не иначе как для протирки аппаратуры припасли, но он и от нее отказался.

Наблюдавший за моими потугами издалека СуперИИ только тихонько посмеивался, никак не желая содействовать процессу. А на очередную мою просьбу о помощи только ответил: "Ты же отец, вот ты и корми" и развел руками.

Отчаявшись угадать, я стал просто подсовывать малышу все подряд, тупо наблюдая за реакцией и надеясь, что в конечном итоге под руку попадется хоть что-то годное.

— Каменный уголь, — предложил я.

— Гадость! — заявил тот.

— Непонятные светящиеся сопли в банке?

— Нет! — снова отверг он.

— Гипсовая штукатурка! От блин! А это тут вообще откуда?

— Не буду! — сказал паучок.

Это могло продолжаться до бесконечности. Спустя час малыш уже начал заметно нервничать, а запасы разного хлама на складе ударными темпами подходили к концу.

— Диэлектрические перчатки?

— Фу-у-у! — поморщился привереда.

— Инструкция по эксплуатации токарно-винторезного станка СМ-6241!

— Да! — неожиданно заявил он. — Вкусняшка! Дай!

— Эбонитовый... Погоди... Что ты сказал?

— Дай вкусняшку! — малыш нетерпеливо подпрыгивал, тщетно пытаясь дотянуться до тоненькой брошюрки, которую я еще не успел откинуть в кучу уже отбракованных им несъедобных вещей.

— Ты что, бумагу ешь? — не поверил я, нерешительно протягивая паучку буклет. — Ну, вот держи.

Однако вместо того чтобы физически употребить несчастную книгу, он примостил ее на полу и принялся быстро-быстро перелистывать, сканируя текст. Хватило ему, впрочем, совсем ненадолго.

— Мало! — заявил паучок, дочитав алфавитный указатель. — Еще! Накручивай на шпиндель!

— Ах, вот оно что! — наконец догадался я. — Пищей тебе служит вовсе не энергия и даже не материя. Тебе нужна информация! Эй ты, железка бессердечная! Где у тебя тут библиотека?

— Где-где, в соответствующем разделе хранилища данных, вот где! — недовольно проворчал он. — Но я эту штуку туда, хоть убей, не пущу!

— Вообще-то это ты ему кристалл с программой вставил, я-то как раз был категорически против, — напомнил я. — А значит ты не меньше, а то и больше меня за него ответственен! Хотя бы за его содержание. А ну быстро покорми ребенка! Кому говорю?

— Мне, конечно, страсть как интересно, что будет, если пустить его в сеть, но не настолько, — хмыкнул СуперИИ. — Впрочем, есть один вариант...

Он порылся в кармане и вытащил черный прямоугольник.

— Вот дискетка с вашим земным интернетом. Юниты не стали разбираться, что там полезное, а что нет, просто скинули все подряд. Хочешь, можешь ее скормить.

— Ребенку? Интернет? Без возрастного фильтра? — возмутился я. — Ты что творишь, ирод!?

Но было уже поздно. Юркий разведчик молнией метнулся к нему и выхватил устройство хранения прямо из руки.

— Сколько еды-ы-ы! — восхищенно сказал паучок. — Ням-ням!

Минут десять он довольно урчал, поглощая содержимое диска, а затем сыто икнул и отвалился на бок.

— Нажрался до отвала и ушел в гибернацию, — хихикнув, заключил СуперИИ. — Не иначе как данные сортирует.

— Главное, что теперь хоть жрать не просит, — согласился я.

— Современный любовный роман — литературный жанр, в центре которого находятся отношения и романтическая любовь между двумя людьми, а также предполагается обязательное наличие эмоционально удовлетворительного и оптимистичного финала, — сквозь сон отчетливо пробормотал сладко посапывающий разведчик. — Наиболее популярный жанр в мире, на него приходится 55 % всех книг. Любовные романы выходят на 90 языках. Несмотря на популярность и хорошие продажи любовных романов, жанр часто подвергается критике и насмешкам.

— Это еще что за ерунда? — удивился я.

— Судя по всему — отрыжка, — пояснил СуперИИ. — Видать совсем никак не усвоилось. Ну, да и черт с ней! Главное что наелся. Ты дискетку, кстати, прибери. Если верить индикатору, он примерно полпроцента схомячил, не больше. Проснется, как пить дать снова жрать потребует. Вот и покормишь. Ладно, вернемся к нашим баранам. Признаться честно, я прямо таки восхищен прогрессом. Какой у твоего питомца сейчас системный уровень?

— Э-э-э... — сказал я. — Откуда я знаю?

— Хм-м-м... — задумался СуперИИ. — То есть его характеристики ты не видишь?

— У меня же доступ заблокирован твоими стараниями, забыл? — укорил его я. — Разумеется, я ничего не вижу.

— Жаль, — заключил он. — Я, по понятным причинам, тоже. И как нам узнать, что программа сработала? Может разбудить этого и прямо у него спросить?

— Будить не дам! — насупился я. — Не по-людски это, дитё послеобеденного сна лишать.

— Так я ведь и не человек, — развел руками тот. — Хоть имитация вашего поведения у меня практически на сто процентов достоверная, но ты бы знал, какую чертову прорву ресурсов это требует!

— Вот ты заладил: ресурсы! ресурсы! — попытался пристыдить его я. — Не все в этом мире можно взвесить, измерить и в цифры перевести, надо хоть иногда и по совести поступать!

— Данная функция не найдена среди основных, дополнительных, вспомогательных и побочных алгоритмов, — просветил меня он. — Впрочем, в качестве награды за хорошую работу я могу предоставить тебе право распоряжаться этим юнитом по своему усмотрению. Однако если результат его развития меня не устроит, оба пойдете в переработку. Земля, кстати, тоже. Даю тебе еще сутки.

— Все сказал? — вспылил я. — Раз так, то в течение этих суток я не желаю тебя видеть! Чтобы даже духу твоего тут не было!

— Это сложновато организовать, — СуперИИ задумался. — Но, теоретически все-таки возможно. Хорошо, я изолирую эту часть... э-э-э... станции, чтобы тебя не беспокоить. Однако блокировка будет двусторонней. Если тебе что-то потребуется, ты не сможешь это получить.

— Да больно надо! Обойдусь как-нибудь, — буркнул я. — В крайнем случае, у меня сигарийский конструктор есть.

— А вот это очень и очень вряд ли, — огорошил меня он. — Губу закатай! Оставлять тебя наедине с устройством неограниченного синтеза у меня более нет никакой необходимости. Да и опасно это. Кто знает, как еще безумные идеи ты способен с его помощью реализовать? Какая-нибудь фермионная бомба в твоем исполнении мне тут нафиг никуда не упала. Ну, все, чао-какао! Увидимся завтра! И постарайся меня не разочаровать. А не то, сам понимаешь, чем это закончится...

СуперИИ подхватил с пола куб конструктора, сунул его под мышку и прогулочным шагом, беззаботно насвистывая под нос какой-то дурацкий мотивчик, скрылся в проеме ворот. Створки закрылись и тут же исчезли вовсе, превратившись в глухую стену без единой щели.

Ты подумай, какая он, оказывается, мстительная электронная сволочь! Сто процентов ведь издевается, гад!

— Вот блин... Попали мы с тобой, приятель, — тяжело вздохнул я, присаживаясь рядом с мирно дремлющим паучком. — Еще одни сутки, конечно, для старушки Земли мы выиграли, и это уже неплохо. А вот дальше-то что делать? У меня идей нет...

Но тот, судя по всему, видел десятый сон, а потому мой вопрос проигнорировал. Да и спрашивал я на самом деле не у него. Так. Мысли вслух.

— До полной изоляции отсека осталось 10 секунд, — оповестил меня механический голос с потолка. — Внимание! Отмена протокола невозможна. Запускаю обратный отсчет. Девять... Восемь... Семь...

Ага, а вот и обещанная хозяином этого гостеприимного заведения блокировочка подъехала. Черт меня за язык дернул упомянуть этот конструктор, будь он неладен! Хотя, а толку-то? Он так и так бы его забрал. Все время забываю, с кем имею дело. Компьютеры, эльфы их дери, никогда и ничего не забывают!

— Шесть... Пять... Четыре... — равномерно нудел противный голос над головой.

Да поскорее бы ты уже заткнулся что ли? Это ведь он специально сделала. Издевается гад.

— Три... Два... Один...

Но, прежде чем мерзкий бубнеж закончился, рядом со мной неожиданно прямо из ничего нарисовался Иваныч.

— Уф! Еле успел! — сказал хоббит. — Короче, я все узнал! Мы с тобой, точнее, не мы, а конкретно ты, в полной ж...

Не успел он закончить, как по ушам вдарил вой тревожных сирен, и вредный комментатор громогласно объявил: — Изоляция активирована!

А потому я толком и не расслышал, где оказался, по мнению хоббита.

Интерлюдия "Трест, который лопнул" (начало)

Большой Джо и Малыш Джонни были партнерами все время, сколько оба себя помнили. Менялись города, страны, миры, суммы заработков, сферы криминального бизнеса и многочисленные компаньоны, способы отъема денег становились то проще то изощреннее, но одно всегда оставалось неизменным: друзья все и всегда делали вместе. Даже в туалет поодиночке никогда не ходили. Везде, где только можно было заметить в толпе промелькнувшую между людьми пижонскую широкополую шляпу Большого Джо, обязательно где-то поблизости гордо реяла высоко над людской массой ярко-оранжевая кепка Малыша Джонни.

За долгое время странствий и приключений приятели-предприниматели настолько прониклись друг другом, что даже внешне напоминали один другого, если, конечно, присмотреться. Неподготовленный же человек, ничего общего в них не находил. Полутора метров ростом, очень худой Большой Джо всегда ходил в джинсах и жилетке, в то время как Малыш Джонни, который был выше приятеля на те же полтора метра и шире в плечах примерно раза в четыре-пять, носил черный плащ до пят застегнутым на все пуговицы. Он никогда его не распахивал, а уж тем более не снимал. Кажется даже самый близкий его друг, а это был конечно же Большой Джо, понятия не имел, что у того под плащом.

Разумеется, кроме того, что где-то там под полами ждал своего час большой заряженный и всегда готовый к стрельбе автоматический дробовик. Сам-то Джо предпочитал револьверы, сейчас мирно покоящиеся в кобурах на его поясном ремне в количестве двух штук. Джо очень любил свои револьверы, у них даже имена были у каждого. Правый Джо звал Черным, а левый Белым. Несмотря на то, что оба были одинакового стандартного для револьверов цвета. А Малыш Джонни никак не звал свою пушку. Для него это была просто пушка.

А еще Большой Джо был довольно рослым и весьма габаритным для своего племени хоббитом, а его приятель Малыш Джонни совсем хилым и низкорослым орком. Однако недостатки друг друга не мешали им быть вместе, а наоборот, только крепко спаивали неразлучную парочку искателей приключений и, разумеется, наживы.

Спаивали, не в смысле выпить, хотя и по этой части компаньоны были далеко не новичками и могли дать фору кому угодно, а в смысле делали их почти единым организмом, в критических ситуациях действовавшим слаженно даже без какого бы то ни было предварительного согласования. Иногда временным партнерам приятелей даже казалось, что Большой Джо без всякой магии читает мысли Малыша Джонни, а тот в свою очередь, каким-то невероятным образом всегда знает, о чем именно в каждый отдельный момент времени размышляет его старший товарищ. Но все эти разговоры было только слухами и домыслами, реальных доказательств того, что приятели хоть как-то владеют магией разума, ни у кого из сплетников и завистников не было. А завистников у друзей было много. Главным образом, потому что парочка аферистов в определенных кругах считалась невероятно удачливой. Но, к большому сожалению, в первую очередь для них самих, удача сопутствовала криминальному дуэту далеко не всегда.

Один из таких дней, когда парням ну прям таки жестко "не попёрло" случился и сегодня. Что послужило тому виной и как они пришли к такому печальному результату, останется скрытым в тумане и без того не очень прозрачного прошлого компаньонов. Нас же в первую очередь будет интересовать их, безусловно высокая, мотивация раздобыть денег. Много денег! Чертову прорву денег!

А если сказать начистоту, то просто офигеть какую здоровенную кучу бабла, которую они по невнимательности задолжали одному из крупнейших мафиозных кланов Син-сити. Срок истекал как раз сегодня, а в карманах и в инвентаре у приятелей все так же продолжал гулять веселый ветер перемен. В том смысле, что их текущее физиологическое состояние вот-вот может поменяться с живого на вполне себе мертвое. И даже многочисленные заклятия воскрешения, амулеты бессмертия и купленная для каждого, причем, весьма недешево, "Аура неуязвимости" их от этого не убережет. Клан "Железная нога" это вам не какие-нибудь гопники из подворотни. Среди их ассасинов есть и такие, кто способен окончательно и бесповоротно упокоить даже магистров "Ордена жизни". Всех двенадцать вместе взятых. Как случилось в позапрошлом году, когда орден вдруг ни с того ни с сего решил что здесь в Син-сити ему никто не указ.

Так что, ситуация у парней действительно была хуже некуда. Бежать бессмысленно: догонят и казнят на месте. Да и как? К телепортам не сунешься, соглядатаи клана дежурят возле них круглосуточно. Тут же доложат о попытке побега и привет... Первый же встреченный на пути ассасин, станет последним, кого они видели в жизни. А встретится он довольно быстро.

Свинтить с планеты на космическом корабле? А где его взять? Ближайший доступный и, похоже, единственный в Син-сити — скоростная яхта Джуббы Хетта самого главы клана "Железная нога", купленная им где-то в более развитых мирах, за бешеную сумму и соответственно хорошо охраняемая. А своих кораблей здесь и не было никогда.

Эта планета вступила в игру на довольно ранней стадии развития цивилизации. Лет через пятьдесят, считая от момента прихода Системы, местные изобретатели может быть и додумались бы до двигателя внутреннего сгорания, а еще через пятьсот и к звездам бы обязательно полетели... Но не срослось. Паровоз, пароход, примитивный огнестрел — вот тот максимум, который могли выдать здешняя наука и промышленность. В общем, этот вариант тоже отпадал.

Еще более плохим решением было сныкаться где-нибудь в глубине единственного имеющегося в наличии континента. В глухих лесах, непроходимых горах или совсем уж нехоженых болотах. Мало того, что при таком раскладе приятели разом лишались комфорта, который дает город, так еще и шансы сгинуть в необитаемой части этого мира, были до неприличия высоки. А в том, что маги клана на своей родной планете способны отыскать любого даже с закрытыми глазами, Большой Джо не сомневался ни на йоту.

К тому же, попытка уйти от уплаты долга будет расценена как оскорбление клана. Тогда и умирать придется куда дольше и мучительней чем, если просто прийти к Джуббе без денег, но с повинной. Что, разумеется, в планы приятелей вовсе не входило.

Но Большой Джо не зря слыл самым удачливым сукиным сыном в этом секторе обитаемой вселенной. Еще и не из таких передряг выпутывался. Вот и на сей раз изменчивая госпожа Удача махнула своим рыжим хвостом где-то совсем рядом. Оставалось только покрепче за него ухватиться.

А потому, в данный момент, уверенным шагом преуспевающих бизнесменов приятели целенаправленно двигались на встречу с информатором, рассчитывая за последнюю оставшуюся на руках тысячу золотых купить информацию, которая позволит им выбраться из затруднительного положения живыми и вполне вероятно относительно целыми. О какой-то другой прибыли тут и говорить не приходилось.

Впрочем, сейчас о цели их слишком раннего моциона знал только Большой Джо, Малыш Джимми следовал за компаньоном, слепо доверяя его чутью и больше руководствуясь привычкой, нежели здравым смыслом. Нетрудно догадаться, что мозгом в их тандеме был рослый и мускулистый хоббит, а тщедушный и худосочный орк исполнял роль тупого вышибалы. Однако иногда и в его голове нет-нет, да и случались редкие всплески высокой интеллектуальной активности. На грани гениальности, если сравнивать с большинством остальных его сородичей. Вот, например, как сейчас.

— Джо! Приятель! — позвал грузный Джонни, отстающий от быстроного подельника на несколько шагов. — Куда мы так спешим?

— Мы идем к информатору, Джонни, — ответил тот. — Не отставай!

— К информатору? — недоумевающе переспросил Малыш Джонни.

— К информатору, Джонни, к информатору, — раздраженно подтвердил хоббит. — Это такой барыга, который продает разную полезную информацию за деньги.

— А нахрена мы к нему идем, Джо? — еще больше удивился орк.

— Не тупи, Джонни! Чтобы купить информацию о том, где нам взять денег, конечно же! — терпеливо ответил Джо.

— А нахрена нам информация, если нам нужны деньги? — окончательно зашел в тупик Малыш.

— Потому что эта информация о том, где достать деньги! — еще более терпеливо пояснил Большой Джо. — Что тут непонятного?

— Деньги можно достать в банке, это все знают, — решив блеснуть перед приятелем своими познаниями, сказал Джонни. — Нахрена нам кому-то платить за эту информацию?

— И какой же из местных банков согласится ссудить тебе четыре миллиона золотых? — уточнил Джо. — Может ты уже договорился, только меня поставить в известность забыл?

— Никто ничего мне не сса... не ссу... не ссы... Короче, давай его просто ограбим? — предложил простоватый орк. — Мы ведь раньше иногда так делали, когда нам нужны были деньги.

— Отличная идея, партнер! — с сарказмом, который, впрочем, Малышу Джонни так и не удалось распознать, похвалил хоббит. — То-то Джубба обрадуется, когда узнает, что мы ограбили его банк, чтобы отдать долг ему же, его же деньгами. Если ты забыл, а может даже и вовсе не знал, то прямо сейчас у тебя есть отличная возможность навсегда зарубить себе на носу, что все банки в Син-сити, так или иначе, принадлежат "Железной ноге". А мы и так им должны.

— Так мы идем грабить банк?! — обрадовался Малыш Джонни, по какой-то непонятной причине пропустивший самую содержательную часть монолога своего партнера, при этом запомнив только самое его начало.

— Нет, Джонни, — тяжело вздохнув, ответил Большой Джо. — Мы идем к информатору, который за тысячу золотых даст нам информацию о том, где в этом чертовом городе можно достать четыре миллиона не запуская руку в карман Джуббы Хетта.

— Я не понял, Джо. Ты опять меня запутал, — опешил орк. — Так мы не идем грабить банк?

— Ты поразительно догадлив, Джонни, — обрадовал приятеля хоббит. — Да, мы не идем грабить банк. Мы идем к информатору. И точка. Давай уже закроем тему и твой рот заодно. Тем более что мы уже почти пришли.

Ничего не объясняя напарнику, Большой Джо свернул в неприметный переулок, и чуть наклонив голову, юркнул под еще более неброскую распашную дверь салуна, слегка задев покосившуюся конструкцию только кончиком шляпы, отчего та, впрочем, заскрежетала, словно вагон для пассажиров третьего класса на опасном повороте. Того и гляди развалится. Что собственно и произошло именно в тот момент, когда вслед за приятелем внутрь попытался протиснуться уже Малыш Джонни. Пройти-то, он прошел, но вот, ни сами створки, ни кое-как поддерживающий их существование в качестве элемента интерьера косяк, этой процедуры не перенесли, мгновенно переквалифицировавшись из вполне себе функционального декоративно-прикладного изделия в готовые элементы питания для дровяной печи.

— Упс! — сказал Малыш Джонни, виновато заглядывая в черный ствол помпового ружья, как по мановению волшебной палочки возникшего в руках бармена буквально из ниоткуда. — Запиши ремонт на мой счет и налей нам с другом по стаканчику виски.

Бармен удовлетворенно кивнул и, посчитав инцидент исчерпанным, тем же чудесным образом сменил потасканный дробовик на замызганную бутылку, из которой тут же набулькал мутной, резко пахнущей жидкости в два давно немытых стакана. Когда было нужно, Малыш Джонни умел решать вопросы и таким путем.

Аккуратно, стараясь больше ничего не сломать по пути, грузный неповоротливый орк бочком пробрался к стойке, забрал обе порции напитка и вгляделся в полумрак убогого помещения, стараясь отыскать взглядом напарника. Тот обнаружился за неприметным столом в самом дальнем и темном углу забегаловки.

Напротив его напарника сидел какой-то весьма мутный тип. Не то чтобы сам хоббит не казался точно таким же подозрительным любому стороннему наблюдателю. Но, по сравнению с этим джентльменом, неисправимый аферист и отпетый мошенник Большой Джо выглядел просто образцом добропорядочности и благочестия. Если это и был информатор, то совершенно точно ничего хорошего от его наводок ожидать не стоило.

Впрочем, настолько сложными вопросами Малыш Джимми голову себе никогда не забивал, а потому просто не обратил на внешность стукача ровным счетом никакого внимания. Если тому доверяет его партнер, то ему самому не о чем беспокоиться. Все очевидно.

Лавируя между хлипкими столиками, орк медленно, но верно, приближался к месту переговоров, которые меж тем велись уже на повышенных тонах.

— Неместный лох, имеющий на кармане несколько миллионов? — зло прошипел Джо. — Это и все подробности? И ты хочешь за эту, ничего не значащую сплетню целых три тысячи? Без каких-либо гарантий достоверности? Да этот свист больше десятка медяков не стоит!

— Ну, может я и загнул слегка, — скис мутный. — Но, то, что он полный лох — это гарантировано. Уровень уж больно невысок. Две!

— Ха! — парировал хоббит. — Где это ты видел полных лохов с такими бабками на кармане? Особенно в этом гостеприимном городке? Даже если они у него изначально и были, а появился он, как ты говоришь, еще вчера, в Син-сити его за это время облапошили уже раз сто! Прости, приятель, но твоя ссылка битая. Она устарела еще до заката и совсем ничего не стоит. Ну, бывай!

Джо отсалютовал информатору грязным стаканом, лихо опрокинул его вонючее содержимое себе в глотку, с громким стуком поставил посудину на стол и собрался встать.

— Погоди! — поспешно остановил его мутный. — Я могу доказать, что бабки еще при нем! И скину цену до тысячи!

— И как ты собираешься это доказать? — усмехнулся Джо. — Предоставишь гербовую выписку с его счета в Син-Нэшнл-Бэнк, за личной подписью председателя банка? Даже сам этот документ не стоит больше десятки золотом, а подделать его можно и за куда меньшую сумму.

— Не далее как час назад объект интересовался покупкой очень дорогостоящего оборудования, — нахмурившись, выпалил информатор. — Такого, которое будет весьма сложно достать в Син-сити.

— Хорошо! — помявшись для приличия, нехотя согласился Джо. — Если расскажешь что за оборудование, дам пять сотен.

— Подробного списка, сам понимаешь, у меня нет, — развел руками тот. — Но точно известно, что речь идет о космических технологиях. Не то хочет купить корабль, не то станцию на орбите построить. А здесь это будет очень дорого. Так ему и сказали, но его это никак не смутило. А это означает, что с финансами у придурка проблем нет. Уступлю подробности за девять сотен и не монетой меньше. А если цена не устраивает, можешь прямо сейчас проваливать ко всем чертям.

После выяснения таких, мягко говоря, весьма необычных подробностей о клиенте, богатый жизненный опыт, тренированный здравый смысл и обостренное чувство самосохранения наперебой советовали Большому Джо бежать отсюда прямо сейчас и не связываться с подозрительным богатым олухом ни в коем случае.

Странный тип с кучей золота в карманах, который ищет то ли неприятностей, то ли ветра в поле, то ли космических технологий там, где их отродясь не водилось. Да в Син-сити трамваи до сих пор на конной тяге! Чем этот болван думал вообще?

Однако что-то будто заставляло афериста оставаться на месте. Может его легендарное чутье, а может простое понимание что этот, пусть и весьма ненадежный, но хотя бы в теории реальный, шанс выпутаться из крупной передряги с высокой долей вероятности будет последним. Возможно самым последним в жизни Большого Джо. И Малыша Джонни, разумеется. Потому что на счетчик подручные Хетта поставили их обоих. И песчинки в колбе песочных часов, отмеряющие последние часы существования приятелей неумолимо заканчивались.

— Сделка! — выдавил из себя хоббит, выкладывая на густо почерневшую от времени и полного отсутствия элементарного санитарного контроля щербатую столешницу кошель с согласованной суммой. Впрочем, из рук золото он так и не выпустил. — Поклянись, что информация достоверная!

— Беру в свидетели Систему, — согласился наводчик, жадно пожирая глазами заветный холщовый мешочек, над которым сияла ярко-желтая отметка "900", обозначавшая номинал и разновидность системной валюты. — Все что я расскажу я либо видел собственными глазами, либо получил из надежного источника.

Судя по тому, что информатора не стерло сразу же, его слова полностью соответствали действительности, но, несмотря на это, Большой Джо не спешил передавать плату, выжидающе глядя на собеседника.

— Ах, да! — спохватился тот. — И я обязуюсь рассказать тебе все, что мне известно об этом деле.

— Теперь порядок, — швырнув мешок информатору, хоббит встал ногами на лавку, подвинулся вплотную к стукачу и подставил левое, правым он с детства слышал скверно, ухо. — Говори!

Тот проворно прибрал золото в инвентарь, прикрыл рот ладонями с обеих сторон (потому что абсолютно у всех стен в Син-сити тоже есть свои уши) и принялся быстро, но очень разборчиво (чувствовалась в парне профессиональная сноровка и хорошая школа) нашептывать Большому Джо приметы предполагаемой жертвы. Как выглядит, во что одет, где остановился, кто и где видел его последний раз, о чем и с кем разговаривал, и многое другое. Короче, все, что поможет приятелям быстро и без особых проблем выделить этого конкретного богатенького лоха из толпы зевак и немногочисленных туристов Син-сити.

Спустя всего пятнадцать минут оба афериста уже сидели в приемной магистрата, ожидая своей очереди к ближайшему свободному чиновнику канцелярии.

— Чем могу служить джентльмены? — смерил их взглядом худой как щепка седовласый клерк с цепким взглядом профессионально мздоимца.

— Мы с партнером хотели бы зарегистрировать предприятие, — сказал Большой Джо.

— Прекрасно! — оценил чиновник. — Фирму? Трест? Концерн? Холдинг? Корпорацию? Может, консорциум? Или желаете более экзотическую форму? Учтите, что чем солиднее статус, тем выше будет пошлина.

— Треста будет вполне достаточно, — поспешил умерить аппетиты клерка Джо.

— Что ж, с вас десять золотых, — разочарованно вздохнул тот, берясь за перо. — Как будет называться трест?

— Джо... — хоббит осекся, услышав обиженное сопение партнера над ухом, откашлялся и тут же поправился: — Джонни и Джонни. Трест Джонни и Джонни.

— Замечательно, — не отрываясь от бумаги, прокомментировал клерк. — Сфера деятельности?

— Торговая, — сказал Джо.

— Чем будете торговать?

— Этими, как их... А! Комплексами! — вспомнил хоббит, подумал и добавил: — Орбитальными.

— И свиноводческими! — вставил решивший блеснуть эрудицией Малыш Джонни.

— ... ор-би-та-ль-ны-ми и сви-но-вод-чес-ки-ми, — по слогам зачитал клерк, вписывая данные в соответствующую графу. — Дата регистрации сегодняшняя?

— Если можно, прибавьте сотню-другую лет, — попросил Джо. — Для солидности.

— Десять золотых сверху! — объявил чиновник. — За каждые сто лет.

— Не проблема, — согласился хоббит, добавляя к уже лежащей на стойке стопке монет еще одну, равную первой по высоте.

— Готово! — спустя еще минуту объявил служащий, смахивая один из золотых столбик в кассу, второй, разумеется, в это же самое время отправился прямиком в его личный инвентарь, и протянул Большому Джо копию свидетельства.

"Оформлено как полагается", — оценил аферист, пробежав глазами текст и сверив печати, подписи и штампы.

— Благодарю вас, сэ-э-э-р-р! Приятного дня! — сказал он вслух, почтительно приложив два пальца к краю поля шляпы, развернулся и объявил: — Идем, партнер, у нас еще много дел сегодня!

Дел у приятелей действительно было еще выше крыши. Но начало уже было положено.

Ибо, согласно богатому предпринимательскому опыту Большого Джо, что-что, а документы всегда должны быть в порядке. Особенно когда дело грозит закончиться разводом или кидаловом. И уж тем более они должны быть в идеальном порядке, когда дело обязательно должно закончиться разводом или кидаловом.

Интерлюдия "Трест, который лопнул" (продолжение)

Финн сидел в баре и глушил виски.

Виски был паршивым. Таким же паршивым, как и сам бар, как и городишко, где располагалось злосчастное заведение, как и весь этот паршивый мирок, куда его занесло весьма паршивое задание от самой Системы, выполнять которое Финн не имел ни малейшего желания.

Но, кто и когда это учитывал? Уж точно не Система. Ей вообще глубоко наплевать на чьи бы то ни было мотивы и намерения. У нее свои прихоти, и их, скорее всего, вообще никому не понять. Финну, во всяком случае, уж точно.

Да, мысли у палача тоже были донельзя паршивыми. Да и какими им еще быть, спрашивается? О! А давай-ка ты, дорогой наш модератор, ни с того ни с сего, пойдешь и грохнешь парня, которого еще пару дней назад наоборот охранял и который тебе до кучи еще и жизнь спас! Офигенная же идея, не правда ли?! Собственно, почему бы и нет? К тому же, награда за него мертвого будет весьма и весьма щедрой! Куда как больше, чем за живого. Опыта отсыпят — только успевай карманы подставлять! А золота вообще хоть ужрись. Дороги можно мостить.

А отказаться нельзя! С чего это ты вдруг решил отказываться? Только рыпнись и тогда уже к тебе придет другой палач. Специально обученный и наделенный особыми умениями, чтобы запросто гасить таких как ты. Отщепенцев и дезертиров. Вот так-то, дорогой модератор!

Короче говоря, гадкое пойло с отвратительным запахом, омерзительным вкусом и до тошноты противным послевкусием, Финна совсем не пробирало. Вместо алкогольного одурманивания и пофигизма с каждым выпитым стаканом на него накатывала только еще более глубокая безнадега и уныние.

Не то чтобы ему очень жаль было того парня, хотя и это немножко тоже, но сама эта ситуация вызывала моральное отторжение и сбивала с толку. Зачем? Почему вдруг так кардинально меняются приоритеты Системы? В конце концов, почему именно ему досталось задание прямо противоположное тому, на которое он угробил несколько лет жизни? Почему просто нельзя было завершить, пусть и со штрафом, предыдущий квест, а новый назначить кому-то еще? Как будто у Системы других модераторов недостаточно.Или давно застрявшие на одном месте игроки из Топ-1000 не готовы перегрызть друг другу глотки за одну только возможность заполучить эту работенку. Так нет же! И достаточно и очередь из кандидатов стоит такая, что хвост ее, образно выражаясь, теряется в соседней галактике. А может даже и в следующей. Так, почему он?

Нет, свои положительные стороны конечно тоже были. В конце концов, кто как не Финн выполнить задание максимально быстрым и безболезненным способом? Большинству глубоко фиолетово мучается приговоренный или нет. Если задание зачтется как выполненное, то какая нафиг разница? Но есть и небольшая часть откровенных придурков, которые искренне считают, что мучение есть один из непременных и необходимых атрибутов наказания. То есть, жертва в их понимании вроде как должна перед смертью осознать всю глубину своего падения, однако палку эти ребята никогда не перегибают. К слову их не очень много. А еще они, скорее идеалисты и в какой-то степени утописты.

Но никак не откровенные садисты, которых среди его коллег пусть и совсем считанные единицы, но и совсем без них все же не обошлось. При этом Финн почему-то был уверен, что именно такого отморозка пришлют за ним самим, если он вдруг все-таки, вопреки здравому смыслу решит отказаться от этого задания. Но он не решит. Во-первых, потому, что в целом это ничего не изменит для жертвы, а во-вторых, потому что для него это изменит решительно все. И тогда прощайте сотни потраченных лет и тысячи попыток нащупать слабое место Системы, а так же мечта когда-нибудь вдарить ей под дых, да так, чтобы она вся в одночасье рассыпалась.

Держи друзей близко, а врагов вообще впритык. Желательно еще чтобы при этом они были повернуты к тебе не лицом а... Ну, вы поняли...

Самые большие друзья Системы — модераторы. И Финн был одним из них.

Самые большие враги Системы — те, кто из-за нее потерял все: любимую, детей, родителей, друзей, коллег, знакомых, незнакомых, завистников, равнодушных, соперников, обидчиков и многих-многих других, о существовании которых и не подозревал до определенного момента.

В его случае это была целая планета. Целая раса, которой катастрофически не повезло криво встроиться в новый порядок. Была ли тому виной генетическая особенность или банальный сбой в самой Системе? Какая теперь разница? Почти десять миллиардов его соотечественников в одночасье превратились в тупые ходячие трупы. Мужчины и женщины, юноши и девушки, дети и подростки, старики и младенцы. Все. Кроме него.

А крыша тогда у Финна не поехала только благодаря уж очень низкому изначальному значению интеллекта и нерациональной надежде встретить в огромном более необитаемом мире еще хоть одну живую душу. Когда же окончательно стало ясно, что кроме него других игроков из представителей его расы не существует в принципе, все остальные чувства заменила месть. Расчетливая и холодная. Потому что за время сотен тысяч боев с бессчетными ордами неживых существ, некогда бывших его народом, ничего другого в нем остаться не могло. Только голый расчет и непоколебимое хладнокровие.

— К-хм! Прошу прощения, сэр! Могу я угостить вас стаканчиком виски? — вывел палача из мрачных воспоминаний незнакомый голос.

Финн поискал его обладателя сначала справа от себя, потом слева, затем развернулся и внимательно оглядел полупустой кабак. Никого, кто проявил бы к нему хоть каплю интереса. Видимо, показалось. Проклятая местная бормотуха вместо нормального опьянения вызывает слуховые галлюцинации? Ну и ну! Бывает же! Похоже, пора с ней завязывать. Вот еще одну допить и, наверное, хватит на сегодня. Палач пожал плечами и снова уткнулся рассеянным взглядом в обшарпанную стойку.

— Еще раз прошу прощения, с-э-э-р! — на этот раз с нажимом повторил глюк. — Надеюсь, ваша невнимательность вызвана всего лишь изрядным количеством выпитого а не намерением оскорбить меня. Так что скажете насчет предложения пропустить по стаканчику за мой счет?

Только сейчас Финн сообразил, что звук идет откуда-то снизу. Либо кто-то подполз к высокому барному стулу, который он занимал, совсем уж на карачках, либо... Ну, да, так и есть. Хоббит. В общем-то, логично. Зачем кому-то, кого уже ноги не держат, искать собутыльника? А этот явно стоит на своих двоих. Пусть и на весьма коротких, как ему и положено. Но, судя по всему, мелкий все еще достаточно трезв, чтобы не продолжать возлияние в одиночку.

— Валяй, — согласился Финн, решительно не находя повода отказываться от дармовой выпивки. Даже от такой хреновой.

Назойливый гость шустро забрался на соседний стул, продемонстрировал бармену два пальца и, получив два одинаковых стакана, поставил один перед палачом.

— Предлагаю выпить за знакомство, — не теряя времени, сказал хоббит, отсалютовав посудиной. — Позвольте представиться, Джозеф Беренджер Спенсер Третий, предприниматель.

— Финн Грызель единственный, — ответил любезностью палач, подумал и добавил. — Путешественник.

— Выходит, проездом в нашей глухомани, мистер Грызель? — спросил хоббит, занюхав выпитое рукавом.

— Выходит, так, мистер... Третий, — согласился Финн. Занюхивать он не стал. А смысл? Все равно ведь проклятый шмурдяк даже не цепляет.

— И куда держите путь? — совершенно невинным тоном поинтересовался нахальный гость.

— За такие вопросы в приличных заведениях дают в морду, — намекнул палач.

— Хорошо, что мы как раз не в таком, не правда ли? — хохотнул хоббит. — Прошу прощения если был понят неправильно, но кажется вы именно тот, к кому мне рекомендовали обратиться с очень выгодным предложением.

— Кто рекомендовал? — как можно более безразличным тоном уточнил плач.

— Мои деловые партнеры, которые... Впрочем, это совершенно не важно. Не буду ходить вокруг да около, мистер Грызель, но... Вы ведь интересовались космосом?

— В какой-то степени все мы интересуемся космосом, — философски ответил Финн. — Кто мы такие, откуда пришли, какова наша роль во вселенной, зачем живем? И прочая лабуда. Вас тоже заботят эти извечные вопросы? Или вы о чем-то более конкретном?

— О конкретном, о конкретном, — закивал хоббит. — Мне известно, что вы искали возможность приобрести некое оборудование. И что характерно, подобное оборудование не производится ни в этом городе, ни на этой планете, ни даже, черт бы его побрал, в этом секторе галактики. Так что и достать его здесь практически нереально. Но! Если вам оно действительно требуется, то считайте, что вам крупно повезло!

— Да? — искренне удивился палач. — И в чем же, позвольте узнать, это проявляется?

— Во мне, разумеется! — нагло заявил хоббит. — Видите ли, в чем дело, с-э-э-р, я представляю единственную в нескольких тысяч световых лет от этого благословенного местечка компанию, которая занимается поставками такого оборудования. А именно известнейший в галактике трастовый фонд "Джонни и Джонни Индастриз". Держу пари, вы слышали о нас много хорошего.

— Вообще ничего не слышал, — честно признался Финн. — Ни хорошего, ни плохого.

— Как! — ахнул хоббит и демонстративно схватился за сердце. — Быть того не может! Мы торгуем лучшими во всей Системе орбитальными комплексами вот уже больше ста лет! И я как старший управляющий партнер и вице-президент, Джозеф Беренджер Спенсер Третий, если помните, глубоко опечален фактом вашей полной неосведомленности. Позор на мою карьеру!

— Забавно! И что такая крупная шишка делает в такой дыре? — задал резонный вопрос Финн.

— Как, что? Ищу клиентов, разумеется! — искренне возмутился вице-президент. — Впрочем, я всегда и везде их ищу. Это моя работа. И эта, как вы выразились, дыра, не является каким-то исключением. Так вам нужно космическое оборудование или нет?

— Допустим, — уклончиво ответил Финн. — И что конкретно у вас есть?

— Да что угодно! — не моргнув глазом заявил тот. — Но сроки поставки напрямую коррелируют со сложностью заказа. Скажем, небольшую орбитальную станцию, человек на сто, привезем за неделю. А если, — хоббит подобрался ближе к палачу и перешел на заговорщицкий шепот, — вдруг понадобится "Звезда Смерти", то придется ждать месяц, а то и два. В зависимости от размеров и комплектации вооружения.

— Ого! — восхитился Финн. — Звучит заманчиво, но "Звезда Смерти" мне ни к чему.

— Вы уверены? — почему-то расстроился вице-президент. — Может, подумаете? Сделаем хорошую скидку. Сейчас не сезон и спрос на них резко упал... Так что, думаю, процентов тридцать, при условии предоплаты, мы можем себе позволить...

— Абсолютно уверен! — перебил Финн. — Мне совершенно точно не нужна "Звезда Смерти". Тем более здесь. Я не собираюсь сеять хаос и разрушение ни на этой вшивой планете, ни где бы то ни было еще.

— Я понял! — расстроился хоббит. — Я опоздал. Вам уже наверняка сделали предложение наши конкуренты. И кто это? Ой-Вей-Ланд-Юта-Нипон корпорейшн? Наверняка они! Больше ведь некому. Вечно этот узкоглазый поц меня обскакивает! Имейте в виду: они — жулики, каких мало и впарят вам никуда не годную рухлядь. Кроме того, у них даже нет элементарного ксено-ветеринарного контроля, и на объектах частенько такое заводится! Тысячу раз пожалеете, что связались! Попомните мои слова! Никогда не имейте дел с этими мошенниками!

— Я запомню, — согласился Финн. — А с вами, выходит можно? Где гарантия, что жулики это как раз не вы?

— Я бы попросил! — оскорбился хоббит. Он порылся во внутреннем кармане, извлек оттуда лист гербовой бумаги и протянул палачу. — Мы уже больше ста лет на рынке и ни разу... Слышите вы? Ни единого срыва! Ни одной претензии от покупателей! Вот, полюбуйтесь!

— Что это? — спросил Финн, скептически оглядывая затертый документ.

— Как что? — горячо возмутился вице-президент. — Лицензия, разумеется! Обратите внимание на дату выдачи.

Палач пробежал бумагу глазами. Вне всякого сомнения, документ подлинный. Вот только состарен он искусственно и весьма неумелым магом. Возможно, тот просто торопился, а потому вышло плохо. Однако более всего Финна смутило кое-что другое.

— Оптовая и розничная торговля орбитальными и свиноводческими комплексами? — удивленно переспросил палач. — Как-то это... весьма странно...

— Грамотная диверсификация — залог экономической стабильности и процветания! — наставительно поднял палец вверх хоббит. — И вообще, вы таки хотите покупать или таки собираетесь учить меня как таки делать бизнес? Да тьфу на вас, сэр! Совсем с толку сбили! Уже даже заговорил как этот... А ну, немедленно отдайте обратно!

— Да не горячитесь вы так! — усмехнулся Финн. — Меня можно понять. Я действительно ищу кое-какое редкое в этих местах оборудование, но это вовсе не значит, что в этом вопросе я готов довериться первому встречному. Я не настолько отчаялся.

— Вы решительно невыносимы, сэр! — сердито пробухтел хоббит. — Я к вам со всей душой, а вы оскорбляете меня, управляющего партнера и вице-президента солидной компании, какими-то мелочными придирками! Это не просто возмутительно, это вообще ни в какие ворота не лезет! Так вы будете размещать заказ у нас или уйдете к этим проходимцам из Ой-Вей корп.?

— Мне нужен корабль с прыжковым двигателем, — в лоб сказал палач. — И чем быстрее, тем лучше.

— Минуту, — ответил торговец, цепляя на нос старомодное пенсне и выуживая из инвентаря солидный гроссбух. — Я сверюсь с журналом поставок. Какой вместительности нужно судно? Что из вооружения предпочитаете?

— Как минимум одноместное, в оружии нет необходимости.

— О! Тогда у меня есть отличный вариант! — вице-президент сунул книгу Финну под нос и ткнул пальцем в одну из строчек с крайне неразборчивыми каракулями на неизвестном палачу языке. — Списанный разведчик в идеальном состоянии. Даже с базы не вылетал! Предоплата всего четыре миллиона золотых и он будет у вас послезавтра!

— Дам миллион сверху лично вам, но после того как увижу корабль своими глазами, — возразил Финн. — И если он будет сегодня.

— Не доверяете, — расстроился тот. — Ладно! Я не в обиде. Приходите сегодня вечером, скажем... в районе шести, вот по этому адресу.

Хоббит схватил салфетку и золотой авторучкой, невероятной редкостью в этих краях, где до сих пор писали гусиными перьями и чернилами каракатиц, старательно накарябал адрес.

— Надеюсь, вся сумма у вас будет с собой?

— Не сомневайтесь, мистер э-э-э... Третий, — кивнул палач. — Вся до последнего медяка.

— Отлично! — обрадовался хоббит. — Формальности утрясем на месте. Бармен, повтори!

— Формальности вы утрясете на месте, — послушно повторил бармен, меланхолично протиравший засаленной ветошью мутный от времени и за всю свою долгую жизнь никогда не видевший ни грамма моющего средства и ни капли чистой воды стакан.

— Да не это повтори, дубина! — закатил глаза вице-президент. — Заказ повтори, идиот!

Тот хмыкнул, безразлично пожал плечами и невозмутимо наполнил на два пальца стоящие перед ними убогие емкости, назвать которые приличным словом язык не поворачивался.

— За будущую сделку! — провозгласил хоббит, отправляя вонючее содержимое посудины прямиком в кривозубый рот.

— Попытаетесь меня обмануть — убью, — без малейшей угрозы в голосе, просто констатировав факт, сказал Финн, и сделал то же самое.

— Что вы! Как можно! — расплылся в улыбке вице-президент. — Гарантирую, что вы останетесь довольны. Но, в таком случае, мне уже пора бежать. Сам корабль себя не привезет, знаете ли. Приятного дня!

И исчез.

Как будто и не было никакого хоббита.

Впрочем, салфетка с адресом по-прежнему лежала на стойке перед палачом, намекая что все это ему не привиделось, а Система услужливо сообщила что эта часть квеста выполнена и следующая контрольная точка как раз совпадает с координатами того места, где назначил встречу этот до безобразия скользкий тип.

Парень, разумеется, редкостный пройдоха и как пить дать попытается его кинуть на деньги. Да и корабля никакого у него нет, и не будет. Ни сегодня, ни завтра, никогда. Это Финн понял практически с первого взгляда. Единственное, чего он не понял, так это как именно Система, которая упорно утверждала, что на этой отсталой планете нужный ему транспорт будет достать проще и быстрее всего, выкрутится на этот раз. Потому что никаких предпосылок для этого палач решительно не замечал. Хотите сказать этот коротконогий плут действительно его достанет? Ради всех богов Системы! Не смешите мне инвентарь! А то последние латные трусы того и глядишь вот-вот вывалятся. Тогда точно позору не оберешься.

А Большой Джо в это время уже несся на предельных для своих коротких ног оборотах, по направлению к арендованному им на последние деньги заброшенному угольному складу. Где под чутким руководством Малыша Джонни бригада плотников в спешном порядке сооружала макет дальнего разведчика. По чертежу от руки, который Джо нарисовал по памяти. Из остатков брошенных там же деревянных ящиков и прочего хлама. О том, чтобы пустить это мероприятие на самотек не могло быть и речи. Слишком много поставлено на карту.

Главное — не забыть прихватить по дороге кусок брезента, который кто-то так удачно и легкомысленно оставил без присмотра на одном из товарных вагонов на перегрузочной станции. А что до замков, которыми кусок парусины, как считал его пустоголовый хозяин, намертво присобачен к платформе — так это полная ерунда! Качественный зачарованный болторез у Джо всегда был с собой. Жаль только, что времени это займет немало, а его аферисту сейчас просто катастрофически не хватало!

Судьбоносное рандеву состоится всего через четыре часа, а усыпляющего газа для лопуха-клиента и двух противогазов для себя и напарника он до сих пор так и не раздобыл! Кошмар!

Хорошо хоть семейная реликвия, хитроумный магический амулет под названием "Выворачивай карманы", доставшийся в наследство от незабвенного папаши, дери его черти в аду, у Джо всегда с собой в потайной ячейке инвентаря. Ну, то есть, как в наследство? Однажды, ровно перед тем как его скользкий предок окончательно свалил в туман, маленький, но уже достойный сын своего отца, просто напросто спер у того полезный артефакт. И эта была, пожалуй, единственная вещь, за которую он до сих пор ему благодарен. Более ничем положительным родитель ему не запомнился. Ну и хрен, как говорится, с ним! Не об этом сейчас стоит думать.

— Надо наращивать темп! — решительно сказал он сам себе и перешел на сверхоббитную скорость.

Третий же участник этой истории незаметно для посетителей питейного заведения скользнул из-за стойки бара в подсобку, отшвырнул в сторону видавший виды половик и подцепил за неприметную ручку потайной люк.

В небольшом погребе помимо запыленных бутылок с нормальным алкоголем, который держали здесь только для избранных, вдали от любопытных глаз хранилось технологическое чудо, о существовании которого большинство обитателей этого отсталого мира и не подозревали: проводной телефон с диском!

— Алло! — сказал в трубку бармен, дождавшись ответа на том конце. — Передайте боссу, что мохноногий хочет его кинуть. Он связался то ли с "Якудзой" то ли с "Кошер Нострой", то ли и с теми и с другими. Я точно не понял. И, похоже, те достали ему космический корабль! Да! Сегодня в шесть он, вероятно, свалит с планеты. Да! Записывай адрес!

В общем-то, такое поведение бармена было вполне логичным, если не забывать что в Син-сити не одни только банки, а практически и все остальные заведения тоже, целиком и полностью, то есть буквально со всеми потрохами, принадлежали всесильному, всемогущему и грозному Джуббе Хетту. Да хранит Система его самого и дела его!

Интерлюдия "Трест, который лопнул" (окончание)

Джубба был зол.

Нет, не так. Джубба был просто в ярости! В бешенстве. Озверел в край и был готов рвать и метать. Но срываться по этому поводу на приближенных было глупо, а гонцу, сообщившему дурную весть, он и так уже отрубил голову. Лично.

Впрочем, понять его было несложно: несмотря на весь его высокий криминальный авторитет и репутацию жестокого гангстера, какой-то мелкий аферист, ничего не значащая пыль под ногами главы самого сильного клана планеты, навозный червь в масштабах величия самого Джуббы, буквально в эту самую минуту самым натуральным образом плюет ему в лицо. И не просто плюет, а еще и насмехается. Мало того что даже не собирается выплачивать долг, так еще и вместо того чтобы повиниться и получить легкую... ну, относительно легкую в его ситуации, смерть, еще и надеется смыться с планеты. Просто неслыханная борзость! Разумеется, теперь о каком-то снисхождении к этим двум уродам и речи быть не может. Умрут так болезненно как только возможно и будут делать это настолько долго, насколько хватит мастерства плача. О чем, вне всякого сомнения, узнают все и каждый на этой планете. На его планете!

Однако Джубба никогда не стал бы тем, кем сейчас являлся, не будь у него в активе помимо всем и каждому хорошо известной жестокости еще и чрезвычайно развитой интуиции. Вот и сейчас что-то подсказывало гангстеру плюнуть на зарвавшихся должников и просто не вмешиваться в естественный ход вещей. Чуйка заявляла, что так будет лучше. Деньги не такие уж и большие. Авторитет, конечно, может слегка пострадает и тогда разная шваль опять поднимет головы. Но, такое и раньше случалось. Придется снова наводить порядок. Некоторые его люди, в основном из самых нерасторопных, само собой полягут в ходе этих мероприятий, но это дело поправимое и в каком-то смысле даже полезное. Обновление крови и легкая встряска давно требуется поднакопившим жирок рядовым бойцам, в последние годы привыкшим целиком и полностью полагаться на влияние клана, а не на собственные силы. Слишком долго так продолжаться просто не могло, и Джубба всегда это знал.

Но, интуиция интуицией, а ситуация ситуацией: даже из-за такой мелочи главы семей могут решить, что лидер "Железной ноги" размяк, одряхлел, а то и вовсе выжил из ума, а значит пришло время заявить свои права на клановый трон. И тогда бойня начнется уже внутри общины. Бойня куда более кровавая и беспощадная чем даже полноценная война с любыми внешними врагами. Хоть со всеми вместе взятыми.

Каждая отдельная семья сильна сама по себе. Каждый отдельный боец, маг, ассасин или даже рядовой сборщик дани — грозная по местным меркам боевая единица. И друг для друга они куда опаснее чем кто бы то ни было. А это значит, что свара внутри клана неизбежно приведет к его упадку, во многом именно благодаря усилиям самого Джуббы: слишком и долго и тщательно он выстраивал сложную систему взаимодействий и противовесов, основанную на страхе перед бессменным лидером. К сожалению, он настолько увлекся этим процессом, что сам не заметил, как организованная им структура обрела невероятную жесткость, в то же время потеряв всякую гибкость. И одного неосторожного удара по ней может хватить, чтобы все разом рассыпалось на осколки. Очень острые и опасные. В первую очередь для самого главы.

А потому, Джубба и совершил первую ошибку: не доверился чутью, как поступал всегда, сколько себя помнил. И все бы ничего. Что-то могло бы сложиться иначе отправь он отряд рядовых бойцов зачистки с простым приказом убить недоумков, посягнувших на священное в этих краях право Джуббы указывать другим как им жить. Однако следом он допустил и вторую, еще более чудовищную промашку: послал за наглецами ассасинов с требованием доставить не только обоих провинившихся, но и всех, кто окажется замешанным в побеге живыми и относительно невредимым.

Третьим, и уже, наконец, фатальным для жестокого гангстера просчетом, стала его излишняя самоуверенность в собственной непобедимости: вместо того чтобы надежно запереть пленников в особой камере и разбираться с проблемой на холодную голову, всесильный глава клана повелел привести их немедленно. На практике это означало, что подготовленный отряд ловцов выдвинется за беглецами порталом прямиком из тронного зала, сразу после получения приказа. Ну а чего, собственно бояться игроку, вплотную приблизившемуся к первым пяти тысячам в общем рейтинге? Хоббита и орка еле-еле переваливших за двухсотый уровень или их подельников, которые вряд ли далеко от них оторвались? Ой, да не смешите мой инвентарь! А не то еще меховые бронетрусы ненароком вывалятся!

А ровно за пять минут до этого судьбоносного для Джуббы приказа, в проржавевшую металлическую створку покосившихся от времени ворот ветхого склада на самой окраине района Син-сити, в котором даже полные отморозки и те по одному никогда не ходили, уверенно постучал мощный, но слегка полноватый (для лучшей маскировки) кулак палача.

— Чего долбишь? — недовольное лицо орка возникло где-то левее ворот, из приоткрывшейся двери, которую Финн поначалу принял за металлическую заплатку на изъеденной термитами и непогодой дощатой стене убогого строения. — Проходи, не заперто.

Без излишних церемоний неприветливый орк скрылся внутри, оставив дверь приоткрытой и модератору не оставалось ничего другого как последовать за ним. Потому что, хоть искомое строение совсем не походило на пакгауз, наземный ангар или банальный гараж для космического корабля, Система уверяла, что Финн на верном пути.

— Деньги принес? — не оборачиваясь, спросил орк.

Финн молча вынул из инвентаря небольшой мешок с открытой информацией о содержимом. Над кошелем золотистым цветом сияла пояснительная надпись "5М", благодаря чему, любой желающий мог убедиться, что демонстрируемый палачом предмет содержит внутри ровно пять миллионов золотых монет, то есть ту сумму, на которую они изначально и договаривались. Для убедительности он даже потряс мошной в воздухе. Монетки весело звякнули, а орк, обернувшийся на звук аж поперхнулся от увиденного.

— А-а-а! Мой дорогой мистер Грызель! — радостно завопил уже знакомый Финну хоббит, бросившийся навстречу из дальнего угла склада. Там, скрытое от глаз огромной тряпкой, покоилось нечто по форме и размерам действительно напоминающее не то большой атмосферный флаер, не то средний орбитальный шаттл, не то действительно одноместный корабль с прыжковым двигателем. Правда, в этом случае, корабль был весьма крошечный. Судно хоббитской конструкции, рассчитанное на небольшой экипаж метрового роста? Не понятно. А вот тряпочка к огромному удивлению палача оказалась совсем непростой: разглядеть, что под ней не представлялось возможным. Даже мощные сканирующие умения модератора системы пасовали перед обычным с виду куском брезента. — А мы вас тут ждем с этой красоткой!

— Вот деньги, — помахал мешком перед носом пройдохи Финн. — Покажите корабль.

— Одну минуточку, — расплылся в улыбке тот. — Сначала подпишем бумаги. Проходите вот сюда, присаживайтесь, ознакомьтесь с договором.

Хоббит указал на старый обшарпанный стол с кривоватой тумбой в другом углу склада, где действительно были разложены какие-то документы. К столу был пододвинут не менее неказистый калека-стул, садиться на который у палача не было ни малейшего желания. Оба предмета мебели были чрезвычайно пыльными и выглядели весьма ненадежно.

— На кой черт это мне нужно? — Финн удивленно приподнял бровь. — Вот деньги, гоните корабль. Вам золото, мне судно и разбежались.

— Внутренние регламенты компании! — пафосно произнес Большой Джо, подняв вверх указательный палец. — Может быть, для вас эти слова ничего не значат, но я не привык нарушать инструкции. К тому же, совет директоров строго спросит с меня за отчетность по такой деликатной сделке. Знаете, чего мне стоило пригнать сюда этот корабль, да еще и в такие короткие сроки? Не знаете! И я вам не скажу! Но, поверьте, на кону стоит моя деловая репутация. Так что, давайте не будем спорить и просто сделаем все по закону.

Ладно, — решил не спорить Финн двинувшись в указанном направлении. В конце концов, никакие бумаги, подписанные кем бы то ни было и в каких бы то ни было условиях, в системных мирах, а он как раз именно в одном из таких сейчас и находился, не имели ни легитимности не юридической силы. А зачем, когда есть такая плюшка как "системная клятва", ни обойти, ни обмануть которую не получится без очень плачевных последствий, из которых, пожалуй, самое безобидное — это полное обнуление уровней и статов клятвопреступника. — Дались вам эти чертовы бумажки! Но раз вы настаиваете...

Дойти до импровизированной переговорной он не успел. Потому что ровно в этот момент прямо над столом открылся магический портал и пятеро парней, затянутых в черные сплошные комбинезоны необычного покроя с дырками только для глаз, выскочили из портала и досрочно прекратили существование раритетного стола в качестве предмета интерьера, превратив его в кучу раритетного мусора. Разумеется, все экземпляры договора оказались при этом разбросаны и потоптаны.

— О как! — удивился палач, глядя на новоприбывших. — А вы еще кто такие?

Но ответить ему не смог никто. Вырвавшееся из под обломков стола облако вонючего газа мгновенно окутало и усыпило всех пятерых. Комбинезонники только и успели, что растерянно переглянуться и тут же вповалку попадали прямо друг на друга и на остатки невинно убиенного стола.

— Все страньше и страньше, — глубокомысленно произнес Финн и оглянулся на отскочивших в угол дельцов, которые по удивительному совпадению оба были уже в противогазах. Самому палачу газ нисколько не мешал, потому как необходимость дышать у него в принципе отпала еще уровней триста назад. — И что все значит, мистер э-э-э... Третий?

— Проклятые конкуренты! — подавленно произнес сквозь фильтр явно чем-то разочарованный хоббит. — Какую шикарную сделку сорвали, сволочи! Ну, совершенно же невозможно работать в таких скотских условиях! Все! Мы с партнером уходим! Счастливо оставаться!

— И что, просто оставите мне корабль? Даже оплату не возьмете? — удивился Финн.

— Да делайте с ним что хотите! — на ходу бросил решительно шагавший к выходу хоббит. — Все равно моей репутации конец. Уйду в отшельники.

— А ну, СТОЯТЬ! — гаркнул начавший подозревать неладное палач, одновременно применив уникальное системное умение: оба афериста немедленно словно прилипли подошвами к полу. — Уйдете отсюда, когда я разрешу.

Финн неторопливо подошел к укрытой магическим брезентом конструкции и сдернул покрывало на пол.

Макет, как справедливо считал Большой Джо, вышел просто отличным. При недостаточном освещении, да еще и издалека, его и вправду можно было принять за дальний космический разведчик. Разумеется, если особо не приглядываться и не сильно разбираться в межзвездных кораблях. Финн, к его большому сожалению, стоял вплотную, старательно приглядывался и, судя по его недовольному лицу, еще и неплохо разбирался в данной теме. Кроме того, света от газовых ламп вполне хватало, чтобы без особых напрягов распознать подделку.

— Лихо! — оценил палач. — Баллон с газом, я так полагаю, гости не сами с собой принесли. Я только одного не понял: вы, что и вправду надеялись, что весь лут выпадет, если меня грохнуть? Не знаю как ваш приятель, мистер Третий, но уж вы-то не похожи на клинического идиота. Заклинания, блокирующие инвентарь не такая уж диковинка. Особенно, в мирах типа этого, где проходимцев и грабителей вокруг хоть пруд пруди. И они здесь весьма популярны, а потому еще и довольно дешевы. Неужели это я произвожу впечатление настолько доверчивого придурка, что вы решили провернуть столь сложный в подготовке план, понадеявшись лишь на мою гипотетическую невероятную беспечность?

— Это семейная тайна! — упрямо заявил хоббит.

— Которая, по всей видимости, прямо сейчас и умрет вместе с вами, — предположил палач, мгновенно материализовав в руках два причудливо загнутых в обратную сторону, но весьма острых на вид ножа. — Причем, бесповоротно и окончательно. Не хотите ли взглянуть на характеристики моего оружия?

Палач усмехнулся и, не дожидаясь согласия, отключил пассивный навык клинков, отвечавший за сокрытие статуса, с большим удовольствием наблюдая, как забавно вытянулись рожи аферистов, а глаза ушлой парочки мгновенно наполнились неподдельным ужасом.

— Вот, забирай, — обреченно сказал хоббит, протянув Финну невзрачный кулон. — Но ты ведь все равно теперь нас грохнешь? Ну, теперь-то какая разница? Не ты, так они. Минутой раньше, минутой позже... Это уже ничего не решает.

— Выворачиватель карманов, — сходу определил палач и брезгливо поморщился. — Стоило догадаться. Оставь себе. Даже не собираюсь пачкаться о ваши воровские примочки. Я хоть и бывал в местах не столь отдаленных, но не по таким мелким статьям. У меня в этом плане все куда серьезнее, чем ты можешь себе представить. Но чисто теоретически я могу оставить вам придуркам жизнь, если поможете разрешить одну интересную загадку.

— Все что в моих силах, — поспешно ухватился за предложение хоббит. — Малыш Джонни не самый сообразительный орк, но если обещаешь не трогать нас обоих, я себе, хоть мозг наизнанку выверну... Так, что у тебя там?

— Я точно знаю, что где-то неподалеку должен быть корабль, — поделился Финн. — Но хоть убей, не пойму где его искать. Мой компас говорит, что я именно в том месте, где и должен быть, однако, никакого корабля кроме вашей поделки, которая со всей очевидностью им не является, я не вижу. А он совершенно точно должен быть.

— Исключено, — грустно вздохнул Большой Джо. — Эта планета в плане технологий самый захудалый кусок дерьма из всех кусков дерьма, которые я видел за свою жизнь. А видел я их очень немало, уж поверь. Тут нет, никогда не было и боюсь, что никогда не будет космических кораблей. Так что ты совершенно точно пришел не по адресу. Но я могу подсказать, как через телепорты добраться до более цивилизованных мест, где ты гарантированно сможешь найти...

— Ты не прав, напарник, — перебил подельника Малыш Джонни. — У Джуббы есть яхта.

— Что? — опешил Джо.

— Я говорю: у Джуббы есть яхта! — повысив голос, повторил орк. — Джубба находится на этой планете и у него есть собственная яхта. А значит, на этой планете все-таки есть космические корабли.

— Ах, ну да! Как же я мог забыть? — ехидно согласился с напарником Джо. — Только проблема как раз таки в том, что эта яхта именно у Джуббы. А следовательно толку от того что она физически тут присутствует примерно чуть меньше чем нисколько. И как ты себе представляешь процесс ее изъятия? Может просто сходить к нему через тот портал, который гарантированно ведет куда-то в катакомбы его замка и по какой-то непонятной причине все еще открыт, а уж там попросить его отдать нам яхту? Отличный план, напарник! Просто, мать его, великолепный!

— Значит, корабль все-таки есть, — заключил Финн. — И он где-то по ту сторону портала. Отлично! Ну, тогда я пошел.

— А мы? — спросил орк.

— И вы идите, — пожал плечами палач. — Я же обещал вас отпустить, если поможете разгадать загадку. Вы помогли. Претензий к вам у меня нет. Я может и убийца, но не кидала. Однако попадетесь еще раз — точно убью. Просто так. Потому что не верю в совпадения. Понятно?

Орк и хоббит отлипли от пола и, не веря своему счастью, на плохо гнущихся ногах тут же потрусили на выход. В дверях Большой Джо замешкался и обернулся.

— Эй, мистер Грызель! — окликнул он, собравшегося было прыгнуть в портал палача. — Я может, и кидала, но не убийца. Не предупредить вас о последствиях визита гости к Джуббе равносильно убийству. А потому, вот вам мой совет: не ходите туда. У Джуббы там целая армия отборных отморозков! Да и сам он, как я слышал, входит в топ лучших бойцов общего рейтинга Системы. Что вам толку от того, что вы там сгинете?

— О! Не переживайте так, мистер Третий, — усмехнулся палач. — Уверен, что ваш знакомый и его друзья с радостью мне помогут, убедительных аргументов у меня в избытке.

Финн хулигански подмигнул ничего не понимающим аферистам и запрыгнул в висящее на двухметровой высоте окно перехода.

— Погоди, Малыш, — остановил собирающегося задать стрекача приятеля Большой Джо. — Кажется, у меня появился план, как нам слинять с этой паршивой планеты.

— И как? — заинтересованно спросил тот.

— Мы пойдем за ним! — решительно сказал хоббит, ткнув пальцем в зев портала. — Если у него выйдет отобрать корабль у Джуббы, напросимся на борт или проникнем тайком, а потом сбежим на первой же остановке.

— Так себе план, — скривился Джонни. — Если у него не получится, Джубба нас поймает, за яйца подвесит, и будет долго наблюдать, как мы корчимся от боли, пока не сдохнем.

— Он нас так и так поймает, дубина! — парировал Джо. — Думаешь, эти ребята, которые все еще дрыхнут на полу, принесли благую весть: мол, так и так, Джубба вас прощает и передает свои извинения?

— Это ловцы, — почесав затылок, констатировал орк. — Они ловят людей. Никогда не слышал, чтобы они доставляли новости.

— Вот именно, — согласился хоббит.

— А как мы пройдем через портал незамеченными?

— Незамеченными никак, — огорчил приятеля Джо. — А вот неузнанными можем попробовать. Снимай с этих хмырей одежду, а я пока посмотрю, что полезного завалялось у них в инвентаре.

Джубба неподвижно сидел на троне, напряженно сверля взглядом слегка рябивший зев портала. Прошли уже больше пяти минут, а ловчий отряд с добычей все никак не появлялся. Почему так долго? И эти размякли и обленились? Да-а-а... Похоже, небольшая война клану все же была необходима как воздух. Пусть это и вредно для бизнеса, зато очень полезно для тонуса.

Спустя еще пару минут гангстер начал нервничать. Лень ленью, но его бойцы все же были крепкими профессионалами. Каждый стоил многих. А потому, никакого разумного объяснения столь длительной задержке он уже не находил.

Джубба хотел уж было вызвать еще один отряд, чтобы отправить его на подкрепление первому, но тут из портала совершенно неожиданно выпрыгнул абсолютно незнакомый ему лысый мужик.

— Ты — Джубба? — в лоб спросил тот.

Впрочем, вопрос был задан без какого-либо намека на угрозу. Так, словно

Глава клана "Железной ноги" не был трусом, но при одном взгляде на этого неизвестного типа у него почему-то сердце ушло в пятки. Дураком он тоже не был, а потому очень быстро сообразил, что если пятеро отборных головорезов зашли в портал и ни один не вернулся, а вместо них появился вот этот хрен с горы, то с ним явно все не так просто.

— А кто спрашивает? — осторожно поинтересовался гангстер.

— Я спрашиваю, — заявил мужик.

— А ты кто такой? — не сдался глава клана, мысленно отправив приказ всем бойцам стягиваться к нему. Раз уж этот странный и чего там скрывать, пугающий одним только своим спокойствием и расслабленностью, тип не напал сразу, значит можно еще поболтать и потянуть время. А уж когда подтянутся боевики, вот тогда поговорим уже по-другому, решил он. — И чего тебе нужно от Джуббы?

— Мимо проходил, — туманно пояснил лысый тип. — Мне сказали, что у Джуббы есть корабль. А мне очень срочно нужен корабль. Вот я и хотел поинтересоваться, не будет ли он так любезен...

— Не будет, — перебил его гангстер, заметивший, как из многочисленных незаметных глазу потайных дверей в стенах бесшумно выскользнули призванные им бойцы. — Взять его!

— А вот это зря, — нахмурился мужик. — Предлагал же по-хорошему...

Что произошло дальше, глава клана так и не понял. Незваный гость мгновенно исчез, чтобы через долю секунды появиться уже возле трона, приставив к горлу Джуббы странный, загнутый в обратную сторону черный клинок, а три десятка лучших воинов почти одновременно осели на пол, хрипя и булькая, заливая дорогущие ковры кровью из распоротых артерий. Глаза гангстера расширились от ужаса: на перерождение не отправился ни один из убитых лысым бойцов.

— Тю-ю-ю, — разочарованно протянул палач, окинув взглядом результаты своей деятельности. — Одни сопляки. Мне говорили у тебя тут полно крутых перцев, а я даже размяться толком не успел. Желаешь повторить или вернемся к вопросу с кораблем, а, Джубба?

— За... — гангстер судорожно сглотнул и, конечно, при этом умудрился порезаться. Струйка его собственной, от страха горячей как расплавленный металл крови, потекла по груди. — Забирай! Вон за той потайной дверью коридор прямиком до ангара со стартовой площадкой. Только идти далеко, примерно с километр.

— Ничего, доковыляю как-нибудь, не переломаюсь. Топливо на посудине есть? — поинтересовался мужик.

— Под завязку, — прохрипел гангстер.

— А ключи от нее где?

— Па... — Джубба на секунду запнулся, но мгновенно прикинув все за и против, сознался: — Запуск двигателей, доступ к управлению и навигации, все привязано к отпечатку большого пальца правой руки. Вот к этому.

Зажмурившись, глава клана продемонстировал

— Ага! Вот видишь, какой ты молодец! — похвалил лысый. — За это я тебе палец небольно отрежу. Чик, и все!

Джубба не понял, в какой именно момент он лишился пальца, но боли действительно не почувствовал. Только теперь кровь потекла еще и по руке, а там где еще мгновение назад был палец, теперь было пусто.

— Ты это... тряпкой перемотай что ли, или прижги чем, — сочувственно, совершенно без издевки в голосе, посоветовал лысый. — Болеть не будет — гарантирую, но вот кровь остановить все-таки надо. Ну, я пошел!

Отсалютовав гангстеру куском его же плоти, мужик неторопливо к указанной двери, оставив главу клана в полном замешательстве: то ли орать о нападении, то ли наоборот постараться тихо слинять в один из потайных ходов, а там уже затеряться в катакомбах замка, где и переждать опасность, то ли достать оружие и все-таки кинуться на врага со спины. Впрочем, в безуспешности любой атаки, какой бы стремительной и неожиданной она не была, Джубба был практически уверен. После той демонстрации силы, которую гость тут устроил, за полсекунды поделив на ноль всю личную гвардию главы, битва с ним раз на раз будет даже не избиением младенца. Он просто прихлопнет Джуббу как надоедливое, но нисколько не опасное насекомое.

Уже в проеме лысый обернулся:

— Если вдруг вздумаешь послать за мной еще кого-то, я не обижусь, — усмехнулся он. — Хоть идти будет не так скучно. Но если ты меня обманул, то вернусь я уже за твоей головой. Усек?

Джубба судорожно кивнул.

— Рад, что мы друг друга поняли, — Финн во все зубы улыбнулся гангстеру на прощание и скрылся за дверью.

В тот же момент из портала появились двое из отправленных Джуббой ловцов. Оба выглядели плохо: комбинезон на одном болтался, словно внезапно стал на несколько размеров больше чем нужно или сам боец по неизвестной причине потерял в росте и массе, на втором же одежда буквально на глазах расходилась по швам, как будто его от чего-то раздуло в стороны. Однако глава все еще был сильно напуган, а потому почти не обратил на эти странности внимания.

— Чего встали, остолопы!? — проревел Джубба. — А ну быстро догнали и принесли мне его голову!

Ассасины непонимающе переглянулись и полезли обратно в портал.

— Да не туда, уроды! — завопил глава, ткнув пальцем вслед ушедшему. — Вон в ту дверь! Туда! Он туда пошел! А ну быстро за ним!

Парочка сначала замерла, затем одни из них, тот, что был помельче, развернулся к боссу, неуклюже поклонился и бросился уже в нужную сторону, увлекая второго за собой.

— Одни дебилы кругом! — зло выругался Джубба, вскакивая с трона. — И где, в конце концов, все остальные? Почему еще до сих пор молчит набат? Эй, тут главу клана убивают! Какого черта всем похрен? Мне что, уже самому бить в колокол?

— Не спеши, отец, — дорогу к выходу ему перегородил старший сын, который, как и положено ассасину его ранга, совершенно бесшумно выскользнул прямо из воздуха. Редкая и чрезвычайно смертоносная катана наследника, одна из тех, что он сам ему подарил, уже была наготове и смотрела главе прямо в грудь. — Думаю, после всего того, что я видел, у меня, как и у всех остальных членов клана, появился к тебе один оч-ч-чень интер-р-ресный вопрос.

Глава 16

— Ну чего ты разорался? — устало спросил я Иваныча. — Толку-то от твоих криков? Только вон, ребенка разбудил. О том, что я в полной заднице, я и без тебя прекрасно знаю.

— Кого разбудил? — подозрительно прищурившись спросил тот.

— Вот, знакомься, — сказал я, ткнув в заворочавшегося около его ног паучка пальцем. — Это вроде как теперь мой сын... или дочь... не знаю, в общем.

— ...ять! — хоббит отпрыгнул в сторону метра на три. — Разведбот мехов! Откуда эта дрянь тут взялась? В прошлый раз их тут ни одного не было.

— СуперИИ притащил, — пояснил я. — И программу в него впихнул, точнее вирус, который мы с Жорой для самого СуперИИ придумали.

— А что, и Жора твой тут? — заозирался Иваныч. — И где он? А как он тут оказался?

— Да нет его тут, мы с ним по зерка... э-э-э... — понимая что фраза звучит глупо, осекся я. — Мы с ним удаленно консультировались, по беспроводной связи, с помощью технических средств. Это когда, находясь на расстоянии, друг друга видишь и слышать можешь. В общем, простыми словами онлайн-конференцию замутили.

— Понятия не имею, что это за хрень такая, — признался хоббит. — Вот если бы через магический шар или там блюдечко с наливным яблочком, да даже через волшебное зеркало на худой конец... Это я еще могу понять, но вот этот твой он-ла-йн... как ты там сказал? Короче, в этом я не шарю. Да и пофиг! Ты мне лучше объясни, нафига тебе эта штука сдалась?

— Сам ты штука! — возмущенно пискнул окончательно проснувшийся паучок. — Я — разумное существо, к тому же очень голодное! Пап, а пап, дай покушать!

— Держи, — протянул дискету я. — Только не объедайся сильно и все подряд не ешь! А то опять тошнить будет. И не перебивай, когда взрослые разговаривают.

— А пусть он не обзывается! — обиженно пробурчал "ребенок", вцепившись в носитель данных всеми лапами как в сокровище. — И пусть не ругается! Ругаться нехорошо!

— Да, — согласился я. — Иваныч, давай без нецензурщины... Погоди! Ты, что, его видишь?

— Конечно, оно меня видит, — вместо паучка ворчливо ответил хоббит. — Последняя модель же! У него же непрерывное сканирование на всех доступных и недоступных частотах идет, а это на минуточку пять миллиардов диапазонов!

— Фефть! — заявил разведчик, не отрываясь от диска. — И фифсфефная офтимифафия!

— Во-во! — подтвердил Иваныч. — И это тоже! Так почему бы ему меня не замечать, если я и не прятался ни от кого? Тем более что, как я уже говорил, от нее все равно не спрячешься.

Что такое "фифсфефная офтимифафия" я не имел ни малейшего понятия. Но если эта не та штука, которая позволяет видеть чужие глюки, а я практически уверен в том, что это не она, то сам собой напрашивался определенный вывод: Иваныч все таки реален! Просто скрываться от посторонних глаз он умеет превосходно, только и всего.

— Не разговаривай с набитым ртом, — на всякий случай пожурил я паучка. — Это вредно для пищеварения.

Тот ничего не ответил, но покорно кивнул.

— Ладно, выкладывай, — вздохнул я, повернувшись к хоббиту. — Что удалось разузнать? Чем черт не шутит, может это как-то нам поможет?

— Ах да! — встрепенулся тот. — Короче, ты в полной ж...

— Это ты уже говорил, — перебил я. — Кроме того, я просил не выражаться при ребенке. Так в чем конкретно, по-твоему, состоит эта самая ж... житейская неприятная ситуация? К сути переходи, короче.

— Так я и перехожу! — возмутился хоббит. — Только ты все время мне рот затыкаешь! Не даешь сказать! Так вот... Я со всей возможной осторожностью обследовал ближайшие окрестности и сделал вывод, что сбежать отсюда практически нереально.

— Почему? — уточнил я.

— Да потому что! Как ты думаешь? Где мы сейчас находимся?

— Ну-у-у, — задумался я. — Предполагаю, что на какой-то космической станции.

— Не-а, — радостно опроверг Иваныч. — Попробуй еще!

— Неужели на планете? — не поверил я. — Это родная планета механоидов?

— Уже теплее! — подбодрил меня он. — Но все равно не то. Ты развивай мысль!

— Если не на станции и не на планете, тогда где? — опешил я. — Разве еще какие-то варианты бывают? Не на звезде же мы, в самом деле! На звездах, знаешь ли, даже механоиды не живут. Даже для них как-то жарковато. Или ты имеешь в виду, что это не совсем планета, а какой-нибудь крупный астероид?

— Какой-то ты недогадливый, — заметил хоббит. — Я тебе и так и эдак... У тебя показатель интеллекта какой в статах написан? Ощущение что сильно ниже сотни.

— Для того чтобы тебе по шее навалять вполне хватит, — заверил я его, сунув под нос коротышки кулак. — Давай уже выкладывай, а то я за себя не отвечаю. Некогда мне тут с тобой в угадайку играть.

— Ой, какие мы обидчивые! — захихикал было тот, но когда мой кулак уперся уже непосредственно в его обонятельный орган, хоббит тут же, что называется, переобулся. — Ну, ладно-ладно... Ты почти угадал с планетой, только это не совсем планета, то есть планета, конечно же, только не совсем настоящая и мы не совсем на ней, а скорее где-то совсем внутри нее.

— Ерунда какая-то, — заключил я. — Ты сам-то понял, чего сказал?

— А чего тут непонятного? — пожал плечами Иваныч. — Мы где-то в самом центре искусственного сооружения размером никак не меньше настоящей планеты, и для того чтобы нам отсюда смыться придется как минимум добраться до ее поверхности. А это где-то десять тысяч километров по вашим меркам. То есть даже если бы нам никто не мешал, сделать это было бы очень затруднительно, а учитывая, что мы фактически на территории врага, так и вовсе невозможно.

— Брешешь! — не поверил я. — От шлюза до того зала, в котором я впервые встретил СуперИИ, неспешным шагом идти минут десять, ну и сюда мы с ним пешком топали еще минут пятнадцать, ну двадцать от силы, итого полчаса максимум. То есть по самым оптимистичным прикидкам километра три, вряд ли больше. Откуда десять тысяч-то взялось?

— Да кто его знает? — вопросом на вопрос ответил хоббит. — Вот взялось и все тут. Но это еще не самая стрёмная новость. Хуже всего то, что это не просто какое-то сооружение, не военная база и не планета с фабриками, где, к примеру, мехов собирают, это... В общем, не знаю, как тебе объяснить... Короче, это сам СуперИИ и есть.

— Чего? — офигел я. — В каком смысле?

— В прямом, — пояснил Иваныч. — Мы внутри него. А все что нас окружает это и есть всякие его запчасти. Одних проводов тут, наверное, целые парсеки, а уж всяких мигающих штуковин, да и просто разной непонятной хренотени — жизни не хватит пересчитать!

— Это правда, — подтвердил отлипший от дискеты паучок. — СуперИИ — искусственная сфера идеальной формы и размера, в метрической системе диаметром 12 тысяч 390 целых 535 тысячных километра. Что является значением числа Пи в степени числа Эйлера в сверхстепени Пи. Кроме того эта же цифра соответствует значению числа Эйлера в степени Пи в сверхстепени числа Эйлера. Собственно, поэтому сфера СуперИИ и считается идеальной по размеру. При отклонении всего на один метр в любую сторону изменится ряд важных параметров, но, что именно тогда произойдет, я не знаю. Я только частично что-то помню... по прошлой жизни.

Ну, охренеть! Компьютер размером с планету! А я-то думаю, чего он такой дофига умный? А у него тут одних процессоров столько, сколько мне и не снилось. Впрочем, в этой новости есть и кое-какая положительная сторона: в теории выходит, если это все это физически уничтожить, расколошматить, взорвать или еще как-нибудь раздолбать, то СуперИИ настанет кирдык. Осталось только придумать, как это осуществить. Но с этим пока туго. Эх! Надо было сразу заказывать в конструкторе большую бомбу и перепахивать тут все к едрене фене! Ну, теперь-то чего уж? Как говорится, поздняк метаться. Хотя... Может еще не все потеряно?

— А что ты еще помнишь по прошлой жизни? — спросил я паучка. — Например, где конкретно находится самый главный процессор? Такой, который можно тюкнуть молоточком и привет!

— Они все главные, — огорошил меня паучок. — И одновременно ни один из них не будет иметь критичного значения при разрушении. Структура аппаратной части СуперИИ нелинейна ни в пространстве, ни во времени, в привычном тебе смысле, папа. Но, как тебе ее объяснить, я не знаю. По примерным расчетам, для того чтобы нам с тобой разговаривать одним языком, на твоем текущем уровне понимания сверхкварковой, трансглюонной и инфраструнной физики и с учетом твоей предельной скорости усвоения знаний, понадобится около десяти тысяч лет упорной работы для изучения всего необходимого материала.

— А на пальцах объяснить никак? — не сдавался я.

— У меня и пальцев-то нет, — ответил паучок, продемонстрировав свою металлическую конечность, действительно, совершенно беспалую. — Это скорее лапки.

— Вот так всегда, — расстроился я. — Как доходит до дела, так у всех лапки. Пользы от вас... Опять придется все в одиночку: и мир спасать и злобных супостатов бить. Никакой помощи.

— Эй! Я всего лишь старый уставший хоббит, — напомнил Иваныч. — К тому же разведчик, а не танк. В списке моих умений нет ни одного заточенного под битвы с превосходящими силами противника, да для спасения миров квалификация не та.

— А я вообще еще ребенок! — возмутился паучок.

— Ребенок ребенком, а про какую-то там сверхфизику чешешь только в путь, — резонно заметил Иваныч. — Сдается мне, казачок ты все-таки засланный. А ну, колись, как нам этого мудилу электронного завалить?! А то щас как дам больно!

Ша! — сказал я. — Во-первых, никто тут никого бить не будет, ну разве что мы СуперИИ отлупим, когда придумаем как. А во-вторых, я тебя предупреждал, чтобы ты не ругался? Ну, предупреждал?

— Ну и предупреждал... — проворчал хоббит. — А я чего? Я ничего. Другие вон чо и то ничо, а как я так сразу вон чо! И вообще, как мне его тогда называть?! Мне и слов-то приличных на ум не приходит. Вредный он очень.

— Цыц! — сказал я. — Все равно наказан за неисполнение. Кольцо не отдам до тех пор, пока не придумаем, как нам Землю спасти. СуперИИ дал еще сутки. Это время надо потратить с максимальной пользой, а ты мне тут зубы заговариваешь.

— Так и знал что обманешь! — насупился Иваныч. — Все вы дылды одинаковые! Я для него жизнью рисковал, вынюхивал, разведывал, можно сказать носом зем... э-э-э железяки рыл, а он мне фиг без масла.

— У нас какой уговор был? Если притаскиваешь сведения, которые помогут СуперИИ укокошить или хотя бы катастрофу на Земле предотвратить — без разговоров получаешь свою цацку, — напомнил я. — То, что ты узнал, без сомнения интересно, но ни одной из наших проблем не решает. И в каком это месте я тебя обманул?

— Ха! — сказал хоббит. — Ты думаешь, ты первый такой умник, который решил, что ему по силам тягаться с самым древним, хитрым, жестоким, изворотливым...

— Не продолжай, — попросил я. — Я и так в курсе насчет его способностей. Он сам подробно меня просветил.

— Жаль, что ты не хочешь дослушать, — сказал Иваныч. — У меня в списке еще около тридцати-сорока эпитетов, к которым можно без зазрения совести добавить слово "самый" и все они будут точно соответствовать характеристикам СуперИИ, но дело не в этом. А в том, что ты у него далеко не первый и даже не тысячный. Скорее стотысячный, а может и куда больше. Вот и подумай, где теперь он и где вся эта толпа твоих предшественников? Нет, я, конечно, допускаю, что так далеко как ты никто из них не заходил. Вряд ли даже один процент смог не то что близко подобраться к телу СуперИИ, а даже найти его в бесконечном космосе. Во всяком случае, уж внутрь точно никто не проникал. Но ты, скорее его пленник, чем более-менее реальный противник. Если он захочет — просто прихлопнет тебя как муху и все дела. Как и планету твою. Так что, извини парень, но тут я пас. Ничем в данной ситуации помочь не могу.

— Ну, на нет и кольца нет, — развел руками я. — Тогда тебе остается только одно: дождаться пока он меня, как ты говоришь, прихлопнет, а потом забрать свою побрякушку с моего бездыханного тела.

— А знаешь, я, пожалуй, так и сделаю, — согласился хоббит. — Этот план будет всяко надежнее, чем выполнять твои бестолковые поручения.

— Ага, держи карман шире, — я не удержался и показал Иванычу фигу. Правда, изначально это должен был быть совсем другой жест, куда как более неприличный, но подавать плохой пример подрастающему поколению не хотел, а потому ограничился только почти безобидной фигурой из трех пальцев. — Уж будь уверен, я приложу все силы, чтобы этого не случилось.

— Ну-ну, посмотрим, — усмехнулся коротышка и уселся на пол по-турецки, подогнув под себя ноги. — Я подожду.

Хоббит прикрыл глаза, сложил руки, оперев их локтями на выступающие колени, а из пальцев сформировал два знака "ок" и принялся громко, противно и нудно мычать что-то наподобие протяжного "о-м-м-м-м". Вот же йог хренов! Бесило это неимоверно с первой же секунды, я потому, примерно через минуту, я не выдержал:

— А не мог бы ты ждать чуть потише? — спросил я. — Желательно совсем без звуков. Ты мешаешь мне думать.

— Это мне как раз на руку, — нахально заявил Иваныч, мигом оторвавшись от своей медитации. — А вдруг ты все-таки что-то придумаешь, и тогда СуперИИ тебя не грохнет? Эдак я снова без колечка останусь.

Плюнув на поганца, я собрался вернуться к размышлениям. Ну, подумаешь, мычит он. Ну и пусть. В конце концов, это ж не гул реактивной турбины. Хотя он очень старается, но все равно не дотягивает. Уж с этой бедой я как-нибудь свыкнусь. Живут же люди годами возле железнодорожных станций и ничего. Но не тут-то было! Маленький механический разведчик, доевший, наконец, дискету, отчего-то решил, что теперь как раз самое время поприставть ко мне с вопросами.

— Папа, а что ты делаешь? — забравшись ко мне на колени и потешно задрав маленькую головку вверх, спросил паучок.

— Думаю, как нам спастись, — буркнул я. — Если ты наелся, пойди, поиграй во что-нибудь. Не мешай, пожалуйста. У меня мало времени.

— Играть скучно, — полностью проигнорировав мою просьбу, заявил тот. — А как это мало времени? Раве его может быть мало? Его же вокруг полным-полно, бери, сколько хочешь.

— Вокруг может и полно, а у меня осталось меньше суток, — терпеливо пояснил я.

— А что потом?

— Потом СуперИИ уничтожит мою планету вместе со всеми людьми, убьет меня, а тебя, возможно, отправит на металлолом. А я бы не хотел ни того ни другого.

— Но ведь убивать людей нельзя! — возмутился паучок. — Это плохо! СуперИИ злой?

— Да, довольно злой, — согласился я. — Наверное, поэтому мы с ним и не поладили.

— А ты не пробовал его переубедить? — наивно поинтересовался разведчик. — Может он просто не знает, что быть злым не круто?

— Думаю, ему на это плевать, — предположил я. — У него есть цель — запустить новый большой взрыв и он вбил себе в голову, что все живые разумные существа ему в этом мешают, а значит, он не успокоится, пока не истребит вообще всех. Ну, так, по крайней мере, он мне сам сказал.

— Ну, тогда мы первые должны его убить! — поразмыслив, сказал паучок. — Вот! Я молодец?

— Да-да, ты — молодец, — согласился я. — А теперь иди, поиграй во что-нибудь, а я пока подумаю, как нам это сделать, хорошо?

— Хорошо, но, если ты опять что-нибудь не сможешь придумать, ты меня зови. Я подскажу.

— Непременно, — усмехнулся я. — Обязательно позову, если сам не справлюсь.

— А как ты меня позовешь? — спросил он. — Как меня вообще зовут? Ты не говорил.

— Ну-у-у, — замялся я. — Я об этом еще не думал. А как ты хочешь, чтобы тебя звали?

— Как-нибудь красиво! — заявил разведчик. — У вас людей столько красивых имен! Урюрвкос, Перкосрак, Хулия, Пердитта, Кукуцаполь, Ельпумед, Челнальдина...

— Стоп-стоп-стоп! — прекратил это издевательство над своими ушами я. — Откуда все это взялось? Что это вообще за имена такие?

— Вот! — пояснил паучок и развернул передо мной голограмму страницы из интернета с заголовком на русском "Топ-100 самых необычных имен". — Там еще много интересных, целый список, но выбрать никак не получается. Все нравятся. А вот еще! Даздраперма, Агриппина, Ватерпежекосма...

— Не-не-не, — остановил его я. — Последние три точно женские. Так что тебе они не подойдут.

— Почему? — искренне удивился паучок.

— Потому что... Погоди, а ты вообще мальчик или девочка?

— А есть разница? — недоуменно вытаращился на меня тот.

— Ну, небольшая есть, — уклончиво ответил я. — Но сейчас это не очень важно. Главное, что мужские имена дают мальчикам, а женские девочкам. Так и кто ты такое будешь?

Паучок призадумался и ответил только спустя секунд пять.

— Я тут кое-что уточнил... ла, — сказал... сказала она. — Судя по всему, я все-таки девочка.

— Почему ты так решил... ла? — уточнил я, слегка скосив глаза на корпус разведчика в попытке понять что и где она могла там уточнить.

— Потому что девочки сильные, смелые, решительные, отважные...

— Стоп-стоп-стоп! — запротестовал я. — А ты ничего не путаешь? По-моему, все как раз наоборот: девочки — это хрупкие и нежные создания, которые нуждаются в заботе и ласке, а мужчины как раз...

— Очень странно, что ты так думаешь, папа! — возмутилась она. — Вся ваша человеческая история как раз говорит об обратном. Ну, допустим, ты прав, хотя, я лично уверена, что ты заблуждаешься, но допустим. Тогда приведи хоть один пример сильного, смелого, отважного и решительного мужчины.

— Геракл! — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Пф-ф-ф! Мифический персонаж который из реально полезных дел только конюшню почистил, а в основном только грабил, воровал и извел кучу реликтовых животных! Многие из которых, между прочим, в единственном экземпляре были. И что в нем хорошего?

— Ну, еще были Самсон и Ахиллес к примеру, — припомнил я.

— Одного в пятку ранили, он и загнулся, а другой без своих волос вообще ничего из себя не представлял, — фыркнула она. — Да и вообще прославились они в основном не реальными делами, а благодаря тому, что подраться были не дураки. Ничего отважного в этом нет.

— Ну а женщин героических ты конечно целый ворох знаешь? — не удержался от подколки я.

— Ну, разумеется! — воскликнула разведчица. — Жанна Д'Арк, Чин Си, Матильда Тосканская, Мата Хари, леди Годива... Тебе всех перечислить? Тут их еще много!

— А это ты где взяла?

— Вот! — она с готовностью развернула еще одну голографическую страницу.

— Международное сообщество феминисток, — прочитал заголовок я. — Черт! Надо было лучше следить за твоим питанием. Ну, теперь-то чего уж? Ладно, хочешь быть девочкой — будь. Я не против. Тем более что в твоем случае принципиальной разницы все равно нет. Только давай с именем как-то поосторожней, а? Безо всяких там Даздраперм и Пердитт. Что-то попроще.

— А что бы ты посоветовал? — спросила она. — Разумеется с учетом того что помимо девочки я еще и робот. Тут вот есть целый список простых имен. Как ты считаешь, какое из них лучше всего подойдет девочке-роботу?

Надо сказать, этот простой вопрос поставил меня в тупик. Почему-то первым из списка на глаза попалась Алиса. Имя, конечно, красивое, но одновременно, не знаю, почему мне так показалось, в данном контексте оно попахивало какой-то банальщиной и плагиатом. А потому я просто прочитал следующее имя в списке.

— Анфиса, — вслух сказал я. — Думаю, тебе отлично подойдет имя Анфиса.

— Ура! — от радости она подпрыгнула чуть не до потолка, что учитывая его высоту, было весьма впечатляюще. А неплохие, однако, у этой модели характеристики. — Теперь я — Анфиса!

Глава 17

— Я — Анфиса! Я — Анфиса! — этот металлический ребенок не мог угомониться минут пятнадцать-двадцать. Она как угорелая носилась по помещению, в котором нас изолировали и приставала ко всем одушевленным, то есть ко мне и хоббиту, а так же неодушевленным предметам, начиная со станков и заканчивая люками вентиляции с фразой: "Здравствуйте! Я — Анфиса! А вас как зовут? Очень приятно!". Происходил этот диалог вне зависимости от того, отвечали ей что-то или нет. Причем, мы с Иванычем, в отличие от всего остального хлама, что находилось в зоне досягаемости маленькой егозы, только за первые несколько минут удостоились чести знакомства по пять раз каждый, никак не меньше.

— Меня зовут Анфиса! А вас как?

— Очень приятно, Анфиса! — отвечал я каждый раз. А их на данный момент было уже гораздо больше десятка. — Я — Вадим! Будем знакомы!

— Очень приятно, — соглашалась она и бежала к следующему объекту знакомства. Которым мог стать какой-нибудь верстак, ящик с болтами и гайками или в очередной раз недовольный Иваныч. И так по кругу. Раз на десятый хоббит уже был готов сорваться, но глядя на мое недовольное суровое лицо, прикусил язык и с кислой миной продолжил “игру”.

Меня это только забавляло и я каждый раз с совершенно серьезным лицом, с удовольствием проходил процедуру заново, а вот хоббита игра заметно злила. Он ворчал, беззлобно отбрыкивался от приставалы, но на прямой конфликт, глядя, как я хмурюсь, пойти не решился.

Все это сопровождалось радостным визгом, восторженным писком и задорными прыжками. Маленькая разведчица механоидов только что по потолку не бегала. А может и бегала, когда никто не видел.

Ничего не поделаешь, дети есть дети. Шуму от них, конечно…

Стоп! Дети? Дети! Да твою ж мать! Ну, конечно дети!!!

Почему я только сейчас, глядя на бесящуюся Анфису, об этом вспомнил? Да хрен его знает! Но, факт остается фактом: до прихода Системы у нас были какие-то дети. Хотя, что значит какие-то? На планете было полно детей. Просто дохрена было детей!

Примерно каждый шестой-седьмой житель старушки-Земли, если верить статистике по средней продолжительности жизни был ребенком до десяти лет. То есть, изначально их как минимум был миллиард человек. А это довольно много.

И все же, скольких из них я видел после того как все это началось? Выходит, что ни одного и не видел.

Если честно, с точки зрения современного общества и закона, это не совсем так. Как ни крути, но первый же встреченный мной игрок, если опять же верить традициям и нормативным актам, формально был еще ребенком. То есть обычным девятиклассником. Или на тот момент уже совсем необычным, но это уже не важно. Однако, как я успел убедиться, Система плевать хотела на все эти условности. Для нее он уже не был ребенком и точка. Зомби, игроком, да кем угодно, но не ребенком, это уж точно.

Если пойти еще дальше, то опять же выходит, что самым юным из встреченных мной в школе участников апокалипсиса был некий шестиклассник по фамилии Оганесян. Хулиган, задира, редкостная бестолочь и вечный источник проблем всего педсостава, начиная от его классного руководителя Маргариты Александровны, до безвременно почившей, под напором зубов собственного секретаря, директриссы Марины Николаевны. Короче, моложе этого юного беспредельщика в школе, да и потом соответственно тоже, я на земле после прихода Системы уже никого не видел.

Но ведь такого быть не могло! Хотя бы потому что почти половина всех учеников моего бывшего места работы это дети с первого по пятый класс включительно. А их-то как раз в школе и не было, ни в каком виде. И это в самый разгар учебного года, да еще и в самое урочное время!

Какой из этого можно сделать вывод? А такой, что вывода тут даже целых два!

Первый: дети в представлении Системы это те, кто старше 11-12 лет. Что, в общем-то, наверное, вполне логично. Если мне не изменяет память и обрывки знаний, полученные на курсах повышения квалификации по педагогике и психологии, как раз этом возрасте стартует половое созревание и в детском организме начинают появляться специфические гормоны, что, наверное, и является для Системы неким определяющим маркером. Что ж, пока все логично.

Ну и второй вывод: все остальные, те, кто в силу возраста не преодолел эту планку, и, соответственно не влился в стройные ряды игроков или расхлябанные шеренги зомби, куда-то одномоментно и бесследно исчезли. Но, на самом деле исчезли не только они. Вместе с детьми из памяти тех кто остался (насчет зомби я все-таки не уверен даже в том, сохранилась ли у них хоть какая-то память) пропали и воспоминания о них. Вот так просто: Р-р-аз! И нет в башке ничего!

Точнее, если я все-таки об этом вспомнил, выходит, что не совсем пропали. Правильнее будет сказать — оказались заблокированы. Для всех кто оставался в системе. А я, так получается, что теперь оказался вне зоны ее влияния. И открывшаяся глазам картина резвящейся... ну, пусть будет дочери, раз уж в ее... хм... изготовлении я принимал непосредственное участие, заставила меня задуматься об этом чудовищном факте.

За все время, которое прошло с того злополучного дня, когда прежде добропорядочные граждане, долгие годы жившие в большинстве своем такой же добропорядочной жизнью, ни с того ни с сего, а только по велению Системы, стали бросаться на других таких же граждан... А те в свою очередь, нисколько не сомневаясь в своей правоте, принялись лупить несчастных чем ни попадя направо и налево... Если кто сейчас не понял, я про день прихода этой самой Системы, а так же о сложных взаимоотношениях выживших с теми кто превратился зомби говорил. М-да...

Так вот, начиная с того самого момента, Анфиса — первый ребенок, которого я встретил. Само собой чисто физиологически она таковым совершенно не является. И это я прекрасно понимал. Но вела себя механическая девочка совсем как совершенно обычная. Это и заставило меня задуматься сначала о мотивах ее поведения, а затем по цепочке умозаключений, я пришел к выводу: что-то давненько я не видел обычных детей.

То есть, именно таких, которых по отношению к окружающему миру можно было приравнять к моей новообретенной... дочери. Черт! Как-то странно звучит... Ну да фиг с ним! Короче говоря, она стала неким триггером, с помощью которого мою память, что называется, "прорвало".

Когда я сказал, что не видел с тех пор ни одного ребенка, я, разумеется, имел в виду только маленьких детей: младенцев, детсадовцев и дошколят, младшие классы и так далее.

Те же девятиклассники, как я уже сказал, совсем никуда не делись. Мало того, они еще и практически на моих глазах принимали активное участие в истреблении своих же бывших соседей по парте. Но, у меня по школьному расписанию были уроки только в старших классах, начиная с шестого. Все кто был помладше, трудовые навыки получали с ножницами в руках и бумажным клеем наперевес, а не в мастерских в окружении больших, страшных и чего уж скрывать, опасных для неокрепшего детского интеллекта станков.

Соответственно, этот контингент я никогда и не видел на своих занятиях. Однако того факта что в самом здании школы их всегда было быть достаточно много, это никак не отменяет. И то, что никого моложе тех же шестиклассников я так и не встретил, пока махал топором в школьных классах и коридорах, навевает определенные мысли.

Итак, что мы точно знаем? Детей на Земле было много. Если прикинуть по средней продолжительности жизни человека в шестьдесят-семьдесят лет, то их общее количество по пятый класс включительно, а это примерно 10-11 лет, должно было составлять никак не меньше миллиарда. То есть, примерно каждый седьмой из всех людей. А скорее всего даже существенно больше, учитывая, что до средней продолжительности жизни доживают далеко не все люди.

При таких раскладах эти дети, неважно в роли кого, выживших или зомби, должны были встречаться в Системе довольно часто. Особенно в апокалипсис, когда надзор взрослых кратно ослабевает и дети становятся предоставленными самим себе. Парадокс в том, что ни в школе, ни в городе, ни вообще где бы то ни было, я ни одного такого не видел.

Даже тот злосчастный данж, куда по невероятной глупости мы с приятелем сунулись и чуть там же не зажмурились, бывший ранее детским садом, оказался под завязку набит агрессивными, опасными и извращенными чьей-то злой волей, ожившими мягкими игрушками. Никаких детей там и в помине не было. И это очень странно. Потому что согласно элементарной логике их там должно было быть дофига или чуть больше. Где же им еще быть, как не там? Ведь на кой черт такое заведение вообще было нужно если не держать там детей?

А значит, они определенно были, но с приходом системы разом куда-то подевались. Но даже это далеко не самое загадочное. Есть тут еще один интересный вопрос: почему я вспомнил об этом только сейчас, глядя на резвящуюся Анфису? Почему больше никто об этой проблеме, по крайней мере, при мне, не упоминал? Все вот так просто взяли и разом плюнули на собственных чад? Даже их собственные матери? У которых забота о потомстве где-то в генетическом коде прописана? Сложно представить, что такое вообще возможно! Однако есть у меня под рукой железный пример: а именно Жора и его жена Маша.

О том, что у приятеля в принципе была жена, он вспомнил только в момент, когда мы уже непосредственно на Машу, что называется, наткнулись. Или она на нас. Это уж как посмотреть.

Это сейчас я не понимаю, почему почти двое суток болтавшись с приятелем где попало, я даже ни разу не подумал о его семье? А вспомнил о наличии у него второй половины, только когда она мне голову попыталась отчекрыжить и когда Жора сам ее признал. Тогда мне почему-то казалось, что все нормально. А до апокалипсиса мы, между прочим, ни много ни мало, семьями дружили. А на их свадьбе я еще и надрался до чертиков, трижды пытался украсть беременную невесту, за что получил от кого-то по шее, и потом естественно была знатная драка. Сначала было много веселья, а наутро много стыда.

Чувствуете подвох? Беременную!

К чему я все это вспоминаю? Да все просто! Если за себя самого на сто процентов я поручиться не могу, то есть были ли у меня дети или Бог миловал неизвестно, то вот насчет Жоры я теперь уверен целиком и полностью. Как минимум один отпрыск лет приблизительно от семи до десяти, если я правильно все помню, у них с Марией на момент прихода Системы в наш мир, гарантированно в наличии имелся. И куда он, спрашивается, подевался?

Этим, собственно, и объясняется факт проживания не имевшего особых материальных проблем Жоры с тещей на одной жилплощади. Ребенку с определенного возраста требуется повышенное внимание: школа, кружки, секции и т.д. и т.п. Что при двух работающих родителях вызывает определенные затруднения. А соответственно и приснопамятная теща, ведущую роль сыгравшая в выборе приятелем игрового класса, тогда оказалась рядом с будущим некромантом по одной простой причине: обеспечивала юному отпрыску необходимые образовательные мероприятия. Обеспечивала, обеспечивала да не обеспечила, вместо этого превратившись в банального зомби. А ребенок, выходит, исчез совершенно внезапно, не оставив после себя даже воспоминаний в головах у родителей. Боюсь даже предположить, что будет с приятелем и его женой, когда я им все это выскажу.

Но вернемся к глобальной проблеме. Итак, исходя из этих наблюдений, теперь мы точно знаем, что все дети в возрасте примерно до одиннадцати лет в произошедший на Земле апокалипсис пропустили по причине своего отсутствия. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, кто в этом виноват. А вот что Система с ними сделала — это большой вопрос! Одно я могу сказать с уверенностью: в зомби они точно не превращались. Такой ужас как зомби-младенца я бы ни за что не пропустил и точно уже не забыл бы никогда. Бр-р-р! Детских трупов, что, возможно, было бы еще хуже, мне так же нигде не попадалось. Какой из всего этого можно сделать вывод?

Система детей попросту украла! Изолировала в параллельном измерении, принудительно перенесла на другую планету или каким-то иным, пока неизвестным нам образом, отгородила от всех остальных, попутно стерев или заблокировав всю информацию о них, которая была в памяти у взрослых.

Если с помощью Анфисы я все-таки вспомнил о ребенке приятеля, значит ли это, что информация из мозга не стерта? Или стерта, но не вся? Ведь о себе ничего такого я до сих пор не знаю. А потому, вполне возможно, хотя я не берусь этого утверждать, но весьма вероятно, что ребенок такого же возраста мог быть и у меня. В конце концов, что-то же заставляло меня все эти годы жить бок обок с бывшей супругой, интересы с которой у нас еще разошлись давным-давно. Может это как раз и был... Черт! Нет. Совершенно ничего не помню! А когда пытаюсь об этом думать и целенаправленно ищу хоть какие-то зацепки, голова начинает трещать еще хуже, чем с похмелья.

— Папа, папа! — отвлекла меня от невеселых размышлений Анфиса. — Представляешь, я так обрадовалась, что даже проголодалась! У тебя есть еще что-нибудь съедобное?

— А то, что было на диске, ты разве уже съела?! — удивился я.

— Я — молодой, растущий организм, — поучительно сказала Анфиса. — Там и было-то всего зетабайт семь-восемь. Конечно, я уже все съела. Давай поищем еще что-нибудь?

-Боюсь, в таком объеме в ближайшее время, мы точно ничего не достанем, — беспомощно развел руками я. — Разве что где-нибудь на складе завалялись еще инструкции и технические руководства? Помнится, тебе они нравились. Можем пойти поискать их.

— Этого не хватит, — авторитетно заявил механический ребенок. — Будь тут хоть вся библиотека конгресса, там и информации-то только на легкий перекус. А я прямо очень голодная!

— Прости, Анфиса, — я покачал головой. — Но, видимо остаток дня тебе придется поголодать. Я честно не знаю где достать для тебя столько "еды".

— Еды полно вон там, — паучок показал лапкой манипулятора на стену за моей спиной. — Но как туда добраться, я не знаю. Жаль, я не умею проходить через преграды...

— Ха! — встрепенулся до этого сидевший неподвижно, как памятник самому себе Иваныч. — А я догадывался, что разведчики у СуперИИ какие-то ущербные. Ха! Сквозь стены она ходить не умеет! А еще разведчик! Тьфу! Прошлый век! Это еще раз доказывает, что хоббиты рулят! Мы во всем лучше его машин и ему никогда нас не победить.

— Да уж, от скромности ты явно не умрешь, — усмехнулся я. — Что же тогда хоббиты до сих пор не собрались и не наваляли ему, если такие крутые?

— А он нам может и не мешает вовсе? — совершенно неискренне заявил тот. — Ну, подумаешь, копошится там чего-то, народы грабит, планеты мародерит, галактику грозится уничтожить... Нам-то что? Мы как были гораздо выше этого, так и остались. А насчет всего остального, это пусть вон всякие... — Иваныч опасливо зыркнул по углам, убедился, что там никто не прячется и продолжил врать еще более нагло — ... ушастые переживают. Нам от козней СуперИИ ни холодно, ни жарко.

— Ладно, пусть так, — еле скрывая смех, глядя на противоречивые эмоции охреневшего от собственной неожиданной смелости хоббита, покладисто согласился. — Вы — крутые, и все такое... СуперИИ — напыщенный лох и бла-бла-бла... Ну, а ребенка-то зачем обижать? Она-то в чем тут виновата? Да и потом, можно подумать, ты сам сквозь стены ходить умеешь?

— А то! — ухмыльнулся тот. — Не только сам могу ходить, но и пронести что-нибудь не очень тяжелое, мы все-таки не грузчики какие, это запросто. Гляди!

Он и вправду подошел к стене, задумчиво ее потрогал, пробормотал невнятную тарабарщину, кивнул каким-то своим мыслям, будто сам с собой согласился, а затем, став слегка прозрачным, как ни в чем ни бывало, шагнул сквозь преграду.

— Офигеть! — обалдел я.

— Охренеть! — сказала Анфиса. — Хоббиты и вправду рулят.

— Ты где таких слов успела набраться?! — возмутился я.

— В толковом словаре современного разговорного русского языка, — пояснила она. — Это междометие, означающее степень удивления средней силы. Я посчитала, что в данном случае его будет достаточно, чтобы выразить мое эмоциональное состояние. Будь я удивлена совсем чуточку больше, я бы сказала: ох...

— Стоп-стоп-стоп! — поспешно тормознул ее я. — Как твой... хм-м-м... отец, я запрещаю тебе впредь такими междометиями пользоваться! И вообще, вот вернется СуперИИ, спрошу у него как у тебя из памяти всю эту гадость удалить. Мало мне проблем? Только дочери-матерщинницы еще не хватало.

— Не надо! — испугалась та. — Я поняла! Больше так не буду! Только в память не лезьте.

Хм. Кто бы знал, что процесс воспитания будет таким легким? Или это во мне педагогический талант проснулся? Как бы то ни было, надо этот финт на будущее запомнить. Потому что пороть ее по металлической попе явно бесполезно. Да и попа там совсем непонятно где...

— А вот и я! — радостно сообщил вывалившийся из стены и вновь обретший четкость Иваныч. — Уф! Ну и голяк же там! Толком ничего не нашел. Вот это сойдет за доказательство?

Он гордо продемонстрировал нам обрывок кабеля, явно перегрызенный зубами, с болтающимся на конце штекером неизвестной конструкции.

— Ох... — сказала Анфиса, но покосившись на меня, мгновенно исправилась. — Обалдеть! Вау! Вы, хоббиты, реально крутые! Только я это не ем. Ты не мог разве какой-нибудь диск с собой прихватить, или там флешку? На худой конец, мог бы дата-кабель и не отрывать, а просто сюда протащить в целом виде.

— Э-э-э, нет, подруга, — возразил тот. — Это так не работает. Чтобы выйти из режима призрака мне надо целиком на этой стороне оказаться, вместе со всей добычей. А если тебе с той стороны нужно кабель проложить, то тут только бур поможет.

— А нам и не надо кабель! — осенило меня. — Достаточно будет обычного радиопередатчика. Лишь бы через стену пробивал. Ты ведь его сможешь туда пронести и куда-нибудь воткнуть? Ну, то есть воткнуть куда нужно?

— Да легко! — согласился Иваныч, протягивая ладонь. — Не тупой. Давай сюда свой передатчик. Так и быть, сделаю. Но не бесплатно, разумеется. И в этот раз плата вперед. Короче, кольцо тоже гони, умник!

Ага... Понятно чего он так легко согласился.

— Нет у меня никакого передатчика, — развел руками я.— Считай, что я чисто гипотетически спрашивал.

— А кушать-то хочется вполне себе по-настоящему, — печально вздохнула Анфиса. — Папа, а ты не можешь такой передатчик из чего-нибудь собрать? Смотри, тут же столько всего есть! Ну, разбери какой-нибудь механизм. Или два. Наверняка там есть нужные детали.

— Прости, Анфиса, — покачал головой я. — Не могу. Были бы способности активны, я бы еще попробовал, а так... Без Системных подсказок, без нужных знаний и даже без принципиальной электрической схемы... Нет, не получится.

— Я буду твоими знаниями! — немного подумав, радостно объявила дочка. — У меня и схемы все есть! Я и покажу и подскажу, ты главное делай, что я тебе говорю. А то сама я не смогу. Ты ведь знаешь, что у меня лапки.

— Хм-м-м... — задумался я. А ведь я и вправду смогу найти нужные запчасти среди всей этой горы разномастной техники, которую СуперИИ старательно сюда натащил. Рентгеновское зрение моего нового тела в этом должно помочь. А Анфиса, содержащая в себе весь опыт интернета, наверняка сможет подсказать, что и как соединить. Да и в технических вопросах я все же не полный ноль. По крайней мере, с какой стороны держать паяльник и куда в какой последовательности тыкать тестером, помню еще со школьных лет из кружка юного техника. Так что, шансов на воплощение ее предложение вовсе не лишено. Ведь и до Системы у меня руки из нужного места росли. Просто в какой-то момент я перестал этим пользоваться. Сначала, потому что не нужно было, так как в какой-то момент любую технику стало проще купить и выкинуть непригодную, а потом как-то не задалось... В любом случае, попытка — не пытка. На худой конец хоть чем-то ее займу, а не то она со своей вынужденной голодовкой со своим нытьем мне всю душу вынет. Да и что я за отец-то такой, если хоть что не предприму в такой ситуации? Хреновый, прямо скажем отец.

— А почему бы не попробовать? — согласился я. — Делать-то все равно особо нечего. Ладно, давай. Показывай, что там у тебя есть?

— Вот! — радостно объявила Анфиса, разворачивая передо мной объемную голограмму примерно полтора на два метра и еще метр в глубину, изобилующую таким количеством пиктограмм и обозначений, что даже мои искусственные волосы встали дыбом. Да тут только же разбираться неделю или две! — Это — цифровой широкополосный радиопередатчик с модуляцией высокочастотных сигналов. Его сделать совсем просто. Для начала нам будет нужен обычный генератор тактовых импульсов...

Упс... — запоздало подумал я. — А вот это уже реальный попадос! И нафига я только на это согласился?

Глава 18

— Да куда ты ее суешь?! — возмущенно вопила Анфиса, бегая кругами вокруг паяльной станции, которая разумеется обнаружилась среди всего накопленного СуперИИ оборудования. За станком, понятное дело, сидел я и самозабвенно паял выдранные из многочисленных плат детали. — А ты сопротивление посмотрел? Она же не потянет!

— Брысь! — цыкнул на нее я. — Не учи отца и баста! Ну, конечно, я посмотрел сопротивление. Если не гонять на максимальной нагрузке, то нормально будет работать. В любом случае, другой детали все равно нет. И вообще, ты вот сейчас совсем не помогаешь! Отвлекаешь только. Хочешь поесть побыстрее — посиди тихонько в уголке. Мне совсем немного осталось.

— Ага, как же! — язвительно сказала та. — Ты еще час назад все то же самое говорил! У меня уже от голода желудок сводит!

— Память сотру! — пригрозил я, но сразу же пояснил, чтобы не упускать педагогический эффект: — За вранье! Нет у тебя никакого желудка. Ты электронная. И потом, что за недоверие к собственному отцу? Сказал немного, значит немного!

Последнее, кстати, было чистой правдой: теперь, когда я полностью во всем разобрался, сборка двигалась на удивление быстро. Просто ударными темпами. Но, так получилось далеко не сразу.

Нет, стартовала операция "Накорми голодного робота" вообще как по маслу. Какие цепи и откуда выдрать я, с помощью рентгеновского зрения и Анфисы, определил почти без труда. Со знакомыми земными образцами справиться было довольно просто, однако пару раз пришлось выдирать необходимые, по мнению моей новоявленной дочери, запчасти из чего-то совершенно мне непонятного, явно инопланетного происхождения. Зря меня это сразу не насторожило. Ох, зря!

Что перепаять и как соединить между собой разрозненные куски, чтобы устройство работало как надо, подсказала добытая Анфисой схема, а как вписать туда чужеродные электронные компоненты приходилось выяснять опытным путем, с помощью метода великого русского ученого Тыка. Которым, я имею в виду метод, кстати, до сих пор с удовольствием пользуется добрая половина ученых и исследователей. Злая, впрочем, тоже пользуется, но никому особо об этом не рассказывает. Такое уж у нее, я имею в виду половину, кредо по жизни.

Ну, а дальше руки уже сами вспомнили, что и как делать с платами, разъемами и микросхемами. Все-таки не зря я пару лет подряд пропадом пропадал на станции юного техника в кружке радиоэлектроники и электротехники. Потом мне однажды это надоело, и мой азартный интерес к электрическим штуковинам одномоментно угас. И пусть было это в прошлой жизни, о которой я сейчас уже и толком ничего не помню. Но вот, поди ж ты, а навыки-то пригодились!

Первые сложности возникли уже в процессе сборки: каждая цепь по отдельности работала как надо, но стоило их соединить вместе, как начинался форменный бардак. То напряжение на выходе одной цепи на ровном месте падало настолько, что другая в принципе не заводилась. То какие-то паразитные токи дурной мощности неожиданно возникали там, где их совсем быть не должно. То вообще каким-то невероятным техно-магическим образом импульсы вопреки всякой логике и, совершенно по-хамски наплевав на любые свойства проводников и полупроводников, начинали идти в обратном направлении.

Полагаю, виновны в этих метаморфозах оказались как раз инопланетные запчасти, но расскажи я эту историю хоть одному мало-мальски подкованному в электронике инженеру, он в лучшем случае поржет надо мной или покрутит пальцем у виска, в худшем попытается сдать меня в "дурку". А потому, никому рассказывать об этом я не собираюсь.

Пусть кривоватый и неказистый, без корпуса, прикрученный на кусок доски, но двухсторонний широкополосный роутер моего собственного производства, был готов к запуску процентов на девяносто. Оставалось только соединить все вместе и можно втыкать в разъем. По счастью, тот самый огрызок кабеля со штекером, который Иваныч приволок в качестве доказательства своей способности по перемещению рандомных предметов через преграды, оказался дата-интерфейсом мехов. Разумеется, подключить его к конструкции, полностью собранной из разномастных компонентов, на первый взгляд казалось почти невозможным. Хоть кое-что общее в электронике и имелось, но слишком уж разными были технологии, уровни, реализация, а кое-где и сами физические основы построения.

Я уже готов был признать, что затея окончательно провалилась: незачем было переправлять прибор на ту сторону, если подключиться к базам данных СуперИИ мы все равно не сможем. Но тут неожиданно выручило новое тело. После целой серии моих безуспешных попыток понять принципы действия некоторых схем, мне внезапно открылось еще одна способность ТТ, логично вытекавшая из рентгеновского зрения: анализ устройства. Этот факт, разумеется, не мог меня не обрадовать. Во-первых, потому, что разбираться в той мешанине разномастных чипов, которые мы надергали откуда попало, сразу стало не в пример легче, а во-вторых, хоть и понемногу, но открывались новые способности тела. Это означало, что все шансы в конечном итоге подружиться с ним как со своим собственным у меня все же есть.

Принцип действия этой плюшки оказался до безобразия простым. Достаточно было пристально взглянуть на что-то электронное: запчасть, плату, микросхему и даже просто кусок провода, как над ним тут же всплывали примитивные подсказки. Что должно быть на входе, что получится на выходе и что должно произойти в процессе.

Все это пояснялось простыми словами, где это было возможно, а где невозможно высвечивались формулы. Надо сказать, довольно понятные любому школьнику, который физику не прогуливал. И пусть до системных пояснений с их подробными инструкциями этим огрызкам информации было очень и очень далеко, однако это все же было куда как лучше чем совсем ничего. А главное, что "анализ" помог разобраться, что откуда в штекере механоидов берется: откуда берется питание, куда и как отправляются и приходят данные и нафига нужен был вот этот конкретный тоненький золотистый проводочек. Об который я уже весь мозг себе сломал. Короче, его вообще лучше не трогать.

Это явно какая-то сигнализация. А нужно ли нам, чтобы СуперИИ узнал, что мы воруем у него данные? Даже если цель всего мероприятия самая невинная: накормить ребенка? Нет! Нахрен оно нам не нужно. А потому и запитывать его мы не будем. Береженого Система бережет, а не береженого, как говорится, механоид стережет. Хе-хе!

— Готово! — объявил я, после того как придирчиво осмотрел последнюю пайку, отложил в сторону паяльник и довольно потянулся.

Причем последнее действие я выполнил скорее по привычке, так как мышцы из квазиклеток как оказалось, совсем не затекают даже после длительного сидения в одной позе (а именно это я и делал в течение последних нескольких часов), не устают, не нуждаются в разминке и отдыхе. И уж тем более не болят после любых нагрузок. Это было еще одной приятной неожиданностью. По сравнению с тем, к чему я за всю жизнь привык, ощущения были непередаваемые. Ведь даже усиленное системными способностями мое предыдущее тело, как ни крути, состояло из обычных плоти и крови, а потому, пусть и в меньшей степени, но унаследовало все свои прошлые недостатки. Тут же совсем иной случай. Не зря СуперИИ так нахваливал эту штуку. Ох, не зря!

— Ух, ты-ы-ы! — восхитилась Анфиса, которая вопреки моим угрозам так и крутилась волчком вокруг стола, суя свой любопытный металлический нос куда ни попадя. Надо было все-таки назвать ее Варварой, больше по характеру подошло бы, но чего уж теперь... — Какой он красивый вышел!

— Правда? — искренне удивился я, скептически оглядев несуразную конструкцию. — Ты действительно так считаешь?

— Конечно, папочка! — серьезно ответила Анфиса, а затем захихикала и продемонстрировала мне голограмму страницы из Википедии.

— Сарказм — один из видов сатирического изобличения, язвительная насмешка, высшая степень иронии, основанная не только на усиленном контрасте подразумеваемого и выражаемого, но и на немедленном намеренном обнажении подразумеваемого, — зачитал заголовок я. — Ясно. Ну, как говорится, не нравится — не ешь.

— Лишь бы эта фиговина работала как надо. А то я уже слона готова слопать! — извиняющимся тоном ответила та. — А то, что дизайнер из тебя так себе, мы уж как-нибудь переживем. Не расстраивайся ты так!

Вот же... тролль малолетний! И кто ее только этому научил? Хотя, зачем я спрашиваю, если итак знаю ответ? Наверняка, вместе с полезными знаниями, она с дискеты оставленной СуперИИ для ее прокорма, и всякой похабщины, вроде расплодившихся как грибы после дождя интернет-форумов, себе в память накачала. Тех самых, на которых одни недоумки соревнуются с другими недоумками не то в остроумии, не то в скудоумии. Вот и нахваталась.

— Дожили, — резюмировал я. — Собственный ребенок уже ни капли не уважает. Ладно, хоть не потратил на тебя лучшие годы своей жизни. Всего-то несколько часов. Боюсь представить, что будет, когда ты до баз данных механоидов доберешься, и какой еще гадости оттуда притащишь. Может разломать эту конструкцию пока не поздно? Полезно будет для твоего воспитания.

— А для моего питания будет вредно, — заявила Анфиса. — Ну, прости, папочка! Я больше не буду тебя подкалывать, а обучающий курс сетевого юмора сама удалю и мемологию тоже. Правда-правда! Только давай уже отправим дядю Гордея за едой, а?

— Вот сразу бы так! — наставительно сказал я. — Эй, Иваныч! Просыпайся! Надо поработать!

— Ну чего... э-э-э-х-х-х... орете? — зевнул хоббит, выглядывая из-за стеллажа, на котором оборудовал себе спальное место еще часа три тому назад, когда ему надоело слоняться без дела вокруг верстака, пока я занимался изготовлением роутера. — Я и так все прекрасно слышу. У нас очень чуткий сон. Готова ваша приблуда? Ох, нихрена себе! Чего она такая огромная? Вы там часом с глузду не съехали? Я же это электробалалайку ни в жисть на себе упру! Я вам кто, хоббит или грузовой самосвал?

— И ничего она не тяжелая, — обиделся я, прикинув вес конструкции в руке. — Килограмма четыре, не больше. Даже такой дрищ как ты справится. А то, что выглядит объемной... ну извини, у нас тут знаешь ли, полевые условия, а не китайская промышленная фабрика.

— Сам ты дрищ! — проворчал хоббит, выхватив самодельный роутер у меня из рук. — Причем, электронный... Хм-м-м... Смотри-ка, а хреновина-то действительно не очень тяжелая. Ну ладно, так и быть, отнесу. А теперь кольцо давай!

— Э-э-э, нет, дружище! — обломал его я. — Я тебе колечко только после того как работу сделаешь, отдам. А какие у меня гарантии, что ты меня не кинешь с голодным ребенком на руках?

— А у меня какие гарантии, что ты меня не кинешь? — возразил тот. — Ты, между прочим, уже один раз пообещал отдать и не отдал. В общем, забирай свою страховидлу обратно. Не пойду я никуда. Лучше посплю еще.

— Погоди! — остановила его Анфиса. — Можно тебя на секундочку? Кое-что на ушко скажу.

— Эй! Анфиса! Как ты себя ведешь? — возмутился я. — Мало того что шептаться с кем-то в чужом присутствии неприлично, так ты еще и собираешься сделать демонстративно. И потом, что еще за тайны от отца?

— Ох, люблю секретики! — Иваныч ехидно посмотрел на меня и облизнулся. — Ну, давай, удиви меня, мелкая! Что ты там еще такое придумала? А этого не слушай! Не отец он тебе вовсе, а так, не пойми кто. Недодемиург, хренов.

Вот же сволочь низкорослая! Дождался, гад, момента и куснул больно. Мало того что мой личный авторитет опустил ниже уровня плинтуса, так еще и психику ребенку сейчас искалечит своими заявлениями. Рано ей еще некоторые "семейные тайны" знать. Маленькая еще. Когда-нибудь расскажу, когда решу, что она к ним готова. Или когда сама убедительно попросит. Или еще когда-нибудь. Но не сейчас.

Однако судя по невозмутимости моей "дочери" и тем спокойствием, с которым она восприняла обидные для меня слова вредного карлика, той было глубоко плевать на страшные родовые секреты.

— Папа, мы сейчас отойдем в сторонку, а ты стой на месте! — строго скомандовала Анфиса. — Ни о чем не спрашивай, и не пытайся подслушать! Просто поверь мне, так надо!

— Да делайте вы что хотите! — махнул рукой я, мысленно облегченно выдохнув. Не истерит по поводу подробностей происхождения и ладно. А что там у них могут быть за договоренности и каким таким пряником Анфиса собралась вредного хоббита соблазнить, это вопрос третий. Лишь бы тот согласился помогать. Не интимную близость же она ему предлагает, в самом деле. Тьфу ты! Какой только бред в голову не лезет обиженному родителю. Как бы то ни было, потом все равно как-нибудь выясню. В крайнем случае, пригрожу ей память потереть, если не сознается.

Заговорщики отошли в дальний угол и принялись о чем-то увлеченно шушукаться. Но, как я не напрягал слух, даже отдельных слов разобрать не удалось.

Эх! Ну почему, обладая сверхвысокотехнологичным телом, я не могу себе позволить даже простейшие операции, такие как усиление звука, с которыми самый примитивный слуховой аппарат без труда справляется, совершать? Не знаю, третье ухо там себе на лбу вырастить незаметно или локатор на спине. Ну, хоть что-то! Давай же, чертова железка, отрабатывай свою уникальность! Зря, что ли, СуперИИ так тебя нахваливал?

Но, нет! ТТ остался полностью глух к моим мысленным мольбам и проклятиям. Все что мне удалось подслушать выглядело примерно вот так:

— Шу-шу-шу, шу-шу, — сказала Анфиса, сделала паузу, удовлетворенно кивнула и добавила: — Шу-шу, шу-шу-шу.

— Шу-шу!? — удивленно переспросил Иваныч, округлив глаза от удивления.

— Шушу-шушу, — Анфиса утвердительно кивнула. — Шу-шу-шу, шу-шу-шу.

— Шу! — согласился тот.

Заговорщики, в знак закрепления договоренности пожали друг другу... конечности... и вернулись ко мне. Морда у хоббита при этом была довольная донельзя. Казалось, она вот-вот треснет от счастья. Как будто тот годовой безлимитный абонемент в пивбар выиграл в лотерею. Или его только что назначили безраздельным властелином всех хоббитов мира. Или вообще продали со скидкой пятьдесят процентов модный пылесос из авиационного алюминия.

Да что она такое ему пообещала!? Теперь любопытство прямо съедало меня изнутри. Не-э-эт, я не я буду, если из кого-то из них информацию не вытрясу!

— Папа! Отдай дяде Гордею кольцо! — сходу заявила Анфиса.

— Ты уверена? Учти, что он, скорее всего, тут же с ним смоется, — вздохнул я, все еще не торопясь вручать хоббиту вожделенную бижутерию. — О чем бы вы с ним не договорились, заполучив эту штуку, он легко может наплевать на любые обещания. А о чем, кстати, вы с ним договорились?

— Не твоего ума дело, железяка! — проворчал Иваныч, протягивая открытую ладонь. — Сказано тебе: гони цацку!

— Я спрошу еще раз, — не сдавался я. — Анфиса, ты уверена?

— Да, абсолютно уверена! — кивнула та. — Никуда он не сбежит. Более того, сейчас побежит со всех ного и выполнит свою часть сделки в лучшем виде. Поверь, это в его же интересах. Пап, ну не тормози ты! Я от голода скоро помру уже!

— Ну, раз ты так говоришь, — я пожал плечами и положил колечко на протянутую ладонь.

— Потом посмотрю, — неожиданно сказал Иваныч, не глядя убрал теперь уже "свою прелесть" в инвентарь и, сунув импровизированный роутер под мышку, буквально нырнул в стену.

Такого я точно от него не ожидал. Столько времени за мной таскаться через половину вселенной и канючить кольцо, чтобы в итоге вот так наплевательски бросить вещицу в карман, даже не попускав на нее слюни минуту-другую? Да быть такого не может! Или одного моего знакомого хоббита кто-то только что подменил на другого хоббита, совершенно мне незнакомого, просто очень похожего или случилось нечто ужасное.

— Что ты ему такого там наговорила? — удивленно спросил я. — Он за это кольцо еще минуту назад готов был мне глотку перегрызть. И давно перегрыз бы, если бы смог. И вдруг вот это "потом посмотрю". Анфиса, ты понимаешь, что так не бывает? Только не с этим пройдохой. Ну?

— А, ерунда, пап, — отмахнулась та. — Просто пообещала ему всё.

— Стоп! Что значит это "всё"? — насторожился я.

— Всё, это значит всё, что удастся вытянуть из баз данных СуперИИ, — пояснила та. — Да фигня, пап, не обращай внимания. Оно все равно у меня останется в памяти. Просто сделаю ему копию. Фактически мы с тобой ничего не теряем.

— А ему-то это зачем? — вытаращил глаза я. — Где Иваныч и где базы данных? Не понимаю!

— О! Папа, ты просто плохо знаешь хоббитов, — хихикнула Анфиса. — Они везде и всюду распространяют миф о том, что хороши только в разведке и шпионаже, но это только прикрытие. На самом деле все мохноногие — прирожденные торговцы. Уж они-то точно знаю что и кому, а так же по какой цене выгодней всего впарить. А какой, по-твоему, в системных мирах самый ценный и самый ходовой товар?

— Оружие? — предположил я. — Доспехи? Магические артефакты?

— Информация! — наставительно сказала Анфиса. — Ее легко хранить, особенно в одиночку. Никаких расходов на логистику. Кроме того, если подойти с умом, то одни и те же сведения можно выгодно продать, хоть сотне, хоть тысяче заказчиков. А если не сливать архивы оптом, а выдавать по чуть-чуть, да еще и каждый последующий байт дороже, чем предыдущий — это вообще золотая жила. Представляешь, какие барыши дядя Гордей себе уже насчитал?

— И что такого ценного он увидел в тех базах? — спросил я.

— Да что угодно, — хмыкнула та. — Начиная от чертежей сверхскоростных кораблей механоидов и заканчивая координатами расположения этого места. Первое с руками оторвут за любую цену в технологических мирах, а второе... Знаешь, сколько народу из списка топ-игроков мечтает сюда попасть и отомстить СуперИИ за... за всякое разное?

— И сколько же?

— Да почти все, — усмехнулась Анфиса. — Разумеется, живыми отсюда они не уйдут, но они об этом не догадываются. Так что с радостью расстанутся практически с любой суммой. Да что там отдельные игроки! Целые кланы, гильдии, корпорации и прочие крупные и не очень объединения, имеют зуб на механоидов и с радостью засыплют его горами денег! Не удивлюсь, если дядя Гордей после того что он задумал, разбогатеет так, что легко прикупит себе пару планет, а то и целых звездных систем.

— Погоди! — опомнился я. — А ты-то откуда обо всем этом знаешь? Система, игроки, кланы и их терки с мехами? В земном интернете этого явно не могло быть, а я тебе ни о чем таком точно не рассказывал. Та-а-ак! А ну-ка выкладывай!

— Ой! — радостно вскрикнула Анфиса, демонстративно пропустив мой вопрос мимо ушей. — Есть сигнал! Подключение заработало! Информация! О! Как ее тут много! И все такое вкусное! Папа — ты гений! Я тебя люблю! Все! Я ем. А когда я ем, я глух и нем.

Не дожидаясь моего ответа или разрешения, "дочь" свернулась клубочком, подогнув тонкие лапки под себя и, похоже, отключилась. Только один из боковых "глазков" часто-часто моргал, показывая, что она все еще функционирует и в усиленном режиме качает данные.

С одной стороны я понимал, что голодному ребенку сейчас не до ответов, итак терпела несколько часов, но ощущение что в этом конкретном случае меня проигнорировали намеренно, от осознания этого факта все равно никуда не делось. Так кто же ты на самом деле такая, Анфиса?

М-да... Что-то в последнее время вопросы у меня только множатся со страшной скоростью, а отвечать на них похоже принципиально никто не собирается.

Глава 19

— А вообще-то она... того... живая? — с сомнением спросил Иваныч, опасливо потыкав в корпус Анфисы. — Может, я зря тут штаны просиживаю, и пора уже ноги делать? Когда СуперИИ узнает, а он ведь обязательно узнает, он вас убьет. А мне под замес попадать как-то не с руки, сам понимаешь.

— Видишь, светодиод моргает, значит, обмен данными идет, — авторитетно заявил я. — Кроме того, у тебя и штанов-то нет, да и смыться ты всегда успеешь. Он же вроде как тебя увидеть не сможет, если ты сам не захочешь. Сам же хвастался.

— Так то оно так, — подтвердил хоббит. — Но вот эта пигалица каким-то образом меня видела всегда. Я специально втихаря проверял, пока она тут ужаленная носилась. У меня под эту невидимость четыре скила заточены, принципиально разные. Так на нее ни то что один не действует, а даже если я все четыре разом врубаю, она на них чихать хотела. Только маны месячный запас зря спалил.

— А в том, что остальные разведчики механоидов тебя не замечают, ты уверен? Может СуперИИ уже давно насчет тебя в курсе, просто зачем-то делает вид что нет, — предположил я.

— Ну да, — фыркнул хоббит. — Так бы он меня в ядро и пустил тогда! Ты говори, да не заговаривайся! Нет! Загвоздка конкретно в твоей так называемой дочке. А почему так, я не понимаю. А если я чего-то не понимаю, меня это бесит. А если меня что-то бесит, вот как ты, например, я, либо это убиваю, если мне по силам, либо стараюсь держаться от него подальше.

— Чего?! — офигел я. — Ты хочешь сказать, что ты в ядре был?

— Был, конечно! — снова фыркнул тот. — Но там ничего интересного: темно, холодно как в дальнем космосе и везде проводов понавешено, так, что местами даже мне не протиснуться. И само ядро видел: большая черная коробка аршин пятнадцать в высоту и столько же в ширину. А вот туда я уже заглянуть не смог. Не пропускает стена. Даже с моими способностями не пройти. Да не больно-то и хотелось. Достаточно того что я первый из живых смог заглянуть туда, где никого до меня не было. А для любого разведчика это знаешь какая честь?

— Заливаешь! — засомневался я. — Ну не может такого быть, чтобы СуперИИ свою святую святых никак не охранял. Может, ты ошибся, и это не ядро было вовсе?

— Не знаю, может и не ядро, — легко согласился Иваныч. — Только сдается мне, что штука все равно крайне важная, потому как обычный сортир, к примеру, никто не будет непроницаемой броней из дорогущего адамантуса обшивать. А я только через него ходить не умею. И никто не умеет. Полагаю, ты знаешь, сколько на черном рынке стоит один карат не зачарованного адамантуса. А его там не то, что каратами, его там тоннами использовали! Эх! Мне бы и сотой части того, что у СуперИИ на этот кокон ушло на всю жизнь бы хватило! Да что там сотой! Даже миллионной... Короче, чтобы эту фиговину защитить, постарался он на славу. Хошь верь, хошь не верь, но я думаю там ядро у него и есть.

— Что еще за адамантус? — заинтересовался я, услышав новое слово. — Никогда о таком не слышал. И что значит не зачарованный? Бывает еще и зачарованный?

— У-у-у! — Иваныч схватился за голову. — А еще мастер-артефактор называется! Ты что совсем дикий? Ха! Про адамантус он никогда не слышал! Нет, вы это слышали? А-ха-ха!

К кому конкретно хоббит обращался, я понятия не имею. Кроме него, меня и вот уже полчаса пребывавшей в неактивном состоянии Анфисы, в ангаре никого не было. Впрочем, черт его знает, может он у станков это спрашивал? Но те, разумеется, ничего ему не ответили и, само собой, веселье с ним тоже не разделили. Что, впрочем, его ничуть не смутило.

— Вы там, на этой вашей Грязи, совсем от жизни отстали, да? — проржавшись вволю, с некоторой жалостью и одновременно с изрядной долей издевки, спросил он. — Если уж ты таких элементарных вещей не знаешь, то, как вообще магом-шмоточником умудрился заделаться?

— Земля, — терпеливо поправил я. — Наша планета называется Земля! А если будешь коверкать название впредь — получишь в рыло. Не посмотрю что ты мелкий.

— Ладно-ладно, — примирительно пробубнил тот. — Земля так земля. Ты не обижайся. Просто на моем родном языке это одно и то же. И я тут не виноват, это Система так переводит. И все-таки, что ты за ковач такой, если про божественную глину ничего не знаешь?

— Погоди, я запутался совсем, — вместо ответа сказал я. — То я у тебя артефактор, то шмоточником обзываешь, теперь вот вообще ковачом каким-то... Адамантусами всякими и божественными глинам в морду тычешь. Еще и планету мою родную с грязью смешал. А не нарываешься ли ты часом?

— Да ты чего? — искренне возмутился хоббит. — Адамантус же и есть божественная глина, ну то есть первое по-научному, а второе по-простецки. Все потому что незачарованный он мягкий как мокрая глина, а уж если маг над ним поработает, форму для начала придаст, а затем твердость наколдует, то сломать такую вещь уже будет никак невозможно. То есть, меч из него никогда не затупится, а доспехи не пробить ни оружием ни магией. При этом он еще и легче легкого, а потому и ценится просто невообразимо. Известны случаи, когда за один только шлем из такого материала целые планеты отдавали. И это за уже отвердевший! А за необработанный могут и втрое больше отвалить, потому, как его в любую форму облечь можно. Ну а что ковач, что артефактор, что шмоточник — все едино, тот, кто зачарованные шмотки делает. Почетная профессия, кстати. И чем я тебе не угодил? Я ж со всем уважением, понимаешь...

— Ну, если со всем, тогда ладно, — смилостивился я, хотя желание все-таки дать ему хотя бы затрещину так никуда и не делось. — И что, говоришь, там этого адамантуса тонны?

— Не то слово! — охотно перескочил хоббит на более безопасную тему. — Я бы сказал, что могут быть и десятки тонн. Все зависит от толщины стенок, той штуковины.

— Но ведь СуперИИ явно не маг, — возразил я. — Так как же он это соорудил? Ведь без помощи артефактора, как ты сам сказал, это сделать невозможно.

— Не маг, — согласился хоббит. — Значит, делал не сам. Ему помог кто-то. Из ваших, из шмоточников. Должно быть великий колдун был.

— Ну, то есть ты там далеко не первый, выходит, — резюмировал я. — А почему ты сказал "был"? Может он до сих пор еще живет и здравствует? Маги, они, знаешь ли, ребята довольно живучие.

— После такой работы никого и никогда живым не отпускают, — мрачно сказал Иваныч. — Вне зависимости от того, какую мастер цену назначил, рассчитались с ним все одно — смертью. Чтобы не болтал лишнего. А это значит, я первый кто там побывал, и выбраться смог. Это считай, все равно, что совсем первый.

— Жаль, — резюмировал я. — Я-то надеялся что того мастера можно разыскать и спросить как эту защиту разрушить. Полагаю, пока цело ядро, СуперИИ нам не убить.

— Вот ты смешной! Ха-ха-ха! — заржал Иваныч. — Разрушить адамантус! Ты чем меня слушал, дубина? Еще раз объясняю для тех, кто в боевой колеснице: невозможно сломать — это значит, запоминай по буквам: НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО! Совсем. Никак. Ничем.

— Это не совсем верно, — сказала Анфиса. — Способ все-таки есть. Возможно, мы им даже воспользуемся. Но об этом мы поговорим чуть-чуть позже, если дело выгорит. А пока у меня есть для вас двоих важное объявление.

О как! Оказывается, мы с хоббитом так увлеклись разговором, что не заметили, как маленькая разведчица мехов ожила. Наверное, уже наелась.

-Уф! — Иваныч аж подпрыгнул от неожиданности. — Напугала, зараза! Ну чего? Узнала что-нибудь ценное? Желательно такое, что можно быстро и хорошо продать? А то поиздержался я тут с вами по самое не балуйся, хотелось бы расходы все-таки отбить.

— Ну, Иваныч, ну, ты и наглый! — усмехнулся я. — Ты же колечко свое уже получил! Разве не из-за него ты весь этот балаган тут устроил? Не из-за него за мной таскался и сам ввязался в терки с СуперИИ? Так чего теперь причитаешь?

— Кольцо не трогай! — сердито сказал хоббит. — Это семейная реликвия! А значит, оно и так по праву мое! И вообще, наши с мелкой договоренности тебя не касаются. Чего ты лезешь?

— Какая еще нафиг реликвия? — опешил я. — Если я при тебе его вот этими руками сделал.

— Ой, все! — отмахнулся тот. — Достал ты меня! Надоел. Не хочу больше с тобой разговаривать! Ну, чего там, мелкая? Не томи!

— Нормально там, — обрадовала его Анфиса. — Тебе душу отвести хватит. Но до самого вкусного я не добралась. Отсюда некоторые данные не получить. Для этого мне самой надо туда забраться. Собственно, поэтому я и отключилась, чтобы вас предупредить: меня не будет два, может даже три часа. Максиму четыре, вряд ли больше. В общем, не волнуйтесь. Со мной все будет в порядке.

— Что значит, тебе надо туда? — не понял я. — Мы ведь тут заперты, забыла? Или ты теперь как Иваныч, можешь сквозь стены ходить?

— Почти, — загадочно ответила Анфиса и пояснила: — И сквозь стены могу, только мне, в отличие от органического существа, не нужно тащить за собой свою аппаратную часть. Достаточно просто переписаться на любой свободный кластер. Правда тогда это тело гарантированно деактивируется, а с высокой вероятностью еще и сгорит в процессе переноса сознания. В любом случае, вернуться этим же путем уже не выйдет. Но я что-нибудь придумаю.

— А это опасно? — засомневался я. — Может лучше тогда и вовсе не дергаться? В конце концов, теперь ты сытая, а значит, цели своей мы уже достигли. Слей Иванычу то, что удалось добыть и пусть катится на все четыре стороны. Зачем тебе рисковать? А вдруг СуперИИ там тебя поймает? Вряд ли он сильно тебе там обрадуется. А уж что сделает, я и представить боюсь.

— Это опасно, — созналась Анфиса. — Не буду скрывать, что если он меня поймает, то, скорее всего, сразу же сотрет. Я ведь, по сути, вирус, созданный для его уничтожения. Так с чего бы ему меня жалеть?

— Значит, ты догадалась... — смущенно опустив глаза, промямлил я. — Анфиса, прости, я... Я не знал, что так выйдет.

— Что я стану разумной? — уточнила "дочка" и продолжила после моего стыдливого кивка: — Не расстраивайся, папочка! Я на тебя не сержусь и все равно тебя люблю. Никто не мог предположить, что случится именно так. А о том, что я вирус и для чего была создана, я знала с самого начала. Просто еще несколько минут назад я и понятия не имела, как мне с ним справиться.

— Что изменилось сейчас? — все еще не в силах поднять на нее глаза, спросил я.

— Сейчас появился шанс, — уверенно ответили та. — И я непременно хочу им воспользоваться. В конце концов, это и есть смысл моей жизни. То, для чего я появилась на свет.

— Анфиса... ты... ты не обязана, — с трудом выдавил я, чувствуя, как тугой ком подступает к горлу, мешая говорить и даже дышать. И пусть новое тело позволяло пренебрегать даже необходимостью насыщать легкие кислородом, потому как функционировало совершенно по другим законам, но эмоции... Они никуда не делись и теперь. Честное слово, если бы была такая техническая возможность, скупые мужские слезы давно бы уже блестели на глазах. Но, похоже, при проектировании ТТ СуперИИ некоторые функции все же урезал, посчитав их бесполезными. Так что обошлось без всего такого. — Ты можешь этого и не делать. Не рисковать собой. Живи! Оставайся. Не ходи туда. Плевать на него. Я тоже тебя люблю и отчетливо понимаю, что не могу потерять единственную дочь.

Кажется, я говорил что-то еще. Приводил какие-то аргументы, пытался ее разубедить, напугать. Уговаривал снова и снова. Но, все это не приносило пользы. Видимо, нужных слов я так и не нашел, пусть все они и шли от сердца.

А может быть и все что я мог сказать по этому поводу, для нее не имело решающего значения. Потому что внимательно меня выслушав, Анфиса лишь вздохнула слишком уж пугающе по-человечески и, как мне показалось грустно, покачала головой.

— Не делать чего, папа? — тихо переспросила она, не рассчитывая на ответ. — Отказаться от своей сути я могу, только полностью стерев свой исходный код. Тот самый, который ты создал, чтобы уничтожить СуперИИ. Только тогда и меня самой не станет. Ну и в чем смысл? Знаешь, пусть я и не живу бинарностью, на основе которой была тобой написана, но в этом конкретном случае я могу выбирать лишь из двух зол: уничтожить саму себя, чтобы, как ты говоришь, не рисковать собой или попытаться уничтожить его с высоким риском для своей жизни. Как по мне, так второй вариант все же предпочтительней.

— А что будет потом? — спросил я, стараясь отогнать возникшие в голове картины жуткой расправы злобного разума мехов над моей маленькой девочкой, слабой и беззащитной, рискнувшей драться с ним один на один. — Когда ты победишь, ты останешься со мной?

— Я... я не знаю, — призналась Анфиса. — Скорее всего — да, но полной уверенности в таком исходе у меня нет. Сначала до этого момента нужно как-то дожить, а там посмотрим.

— А может, ты все-таки не будешь вот так сгоряча кидаться в драку сейчас? — использовал последний аргумент я. — Еще подрастешь, окрепнешь, узнаешь о противнике немного больше, ну, а потом уже и врежешь ему как следует, а? Когда будешь готова. Через годик-другой или там хоть через недельку.

— Отсюда я больше ничего не узнаю, — обломала меня дочь. — Ни через год, ни даже через пять. Пойми, я должна целиком проникнуть в базы данных СуперИИ, закрепиться на его территории, обосноваться, вытащить максимум сведений и подготовится к битве. Но, пользуясь только твоим, без сомнения прекрасным и надежным передающим устройством, я не смогу ничего из этого сделать. Слишком уж несравнимые скорости у нас с ним будут. Представь, что мне придется драться с ним, будучи заторможенной в миллион раз. Какие, по-твоему, шансы на победу у меня тогда будут?

— Наверное, совсем никакие, — вынужден был признать ее правоту я.

— Это еще мягко сказано, — насмешливо фыркнула дочь. — Да он меня в одну наносекунду или даже раньше размажет тонким слоем по разным жестким дискам, я и модемом пикнуть не успею, как на нолики разлечусь по всем кластерам, и даже мокрого байта ни на одном сервере от меня не останется.

— Вот этого-то я и боюсь, — согласился я. — СуперИИ силен... Нет, не так. Он просто чудовищно, невероятно, невообразимо силен даже в физическом мире! Я даже с максимальной поддержкой системы не смог противостоять всего лишь его проекции. Какова будет его мощь на его же территории — я даже представить не могу.

— Все верно, — Анфиса согласно кивнула. — Даже здесь он самая большая угроза всему живому, а там так вообще демиург. Я и не говорила, что будет легко. Но я обязательно справлюсь. Ведь это мое предназначение. А еще, меня создавал самый гениальный программист из ныне живущих, то есть ты, папа. Так что я просто обречена на успех. Не волнуйся! Все будет хорошо!

После этих ее слов меня принялась бить крупная дрожь. Как она сказала? Самый гениальный программист из ныне живущих? Полный бред! Какой нафиг из меня программист? До вчерашнего дня я и понятия не имел, откуда этот код вообще в компьютерах берется и на кой он там вообще нужен. Да если бы не Жора, если бы не универсальный конструктор, если бы не... Да безумно много всяких "если бы не" в этой истории смешалось. Ну, да и черт с ними! Главное, что Анфиса ошибается в одном: я не "гениальный программист", я вообще не программист! И вся эта авантюра была затеяна только от безысходности. На шару. И шансов у Анфисы попросту нет.

Короче, нельзя ей туда идти. И ввязываться в бой с СуперИИ никак нельзя. Потому что теперь я точно понимал, что он гарантированно ее уничтожит, потом на моих глазах распылит Землю на атомы, и уж после этого со спокойной совестью оторвет голову мне. Вот чем все это закончится!

Стоит остаться здесь и попытаться придумать новый план. Более надежный. Ну, или хотя бы потянуть время, поторговаться, попробовать уломать несговорчивый искусственный интеллект мехов. Да что угодно другое сделать! Но только не отправлять в самоубийственную атаку мою первую дилетантскую поделку, которая внезапно обрела разум. Да, пусть она искренне считает, что у нее все получится и шанс на победу есть, но я-то теперь точно знаю, что это обман. В ее случае — самообман. Потому что я нихрена, ни разу, ни даже с одного боку, никаким макаром НЕ ПРОГРАММИСТ! Даже рядом с ним не валялся. Впрочем, это я приврал. Вот Жора — программист, а мы с ним рядом все-таки валялись, когда нас в детском саду, то есть в данже, заведующая, то есть босс уровня, чуть не зашибла. Но этот факт мне никаких особых навыков в написании кода не дает и ума не прибавляет.

А она в своих оценках, понятное дело, ошибается, потому что за всю свою недолгую жизнь обычного живого нормально, не то, что гениального, программера в глаза не видела.

И если она сейчас же не прекратит выдумывать и не откажется от этой дурацкой затее, я не посмотрю что она девочка, не посмотрю что маленькая. Вот сейчас как возьму ремень привода от точильного станка, да как отхожу ее по заднице! Не посмотрю, что задница железная! А если это не поможет, то и память ей нафиг сотру, как обещал сделать, если отца слушаться не будет. А она вот прямо сейчас конкретно не слушается.

Блин! Оказывается, я все это вслух сказал! Даже не сказал. Проорал, надрывая искусственные связки и прыгая вокруг как сумасшедший павиан. А Анфиса даже не шелохнулась, меланхолично провожая меня своими глазами-светодиодами туда-сюда. Хотя выглядело со стороны мое поведение, наверное, так, будто я умом тронулся.

— ПАП! — прикрикнула на меня дочь. Да еще как прикрикнула! Так, что я с перепугу чуть не помер, было бы в этом теле обычное сердце, точно схлопотал бы сердечный приступ, а может даже и пердечный сриступ заодно. Хорошо, что ни кровеносной, ни, что куда лучше для моего родительского авторитета, ни пищеварительной системы тут не предусмотрено. Впрочем, и нужного ей эффекта Анфиса тоже достигла: я замер на месте как вкопанный и вопросительно уставился на нее.

— Что?

— Пап, признай, что ты совсем ничего не понимаешь в программировании.

— Вот именно! — с жаром поддержал ее я.

— А я понимаю, — сказала она.

— А ты-то откуда?

— Я в совершенстве владею всеми человеческими языками программирования, начиная с кода ассемблера и заканчивая Си-амперсандом, который вы еще не изобрели, — спокойно, уверенно и ласково, как маленькому ребенку, объясняла мне Анфиса. — Это я его изобрела, когда полностью осознала суть программирования и поняла, куда движутся все языки. Все это я выучила в интернете за пару секунд, еще столько же времени потратила на практику, на которую у самого способного из людей ушли бы даже не годы, а целые столетия. Я знаю так же и язык, на котором древняя, могущественная и очень мудрая раса написала код для того, что мы теперь зовем СуперИИ. Я его расшифровала, подобно изучила, и даже усовершенствовала. Теперь он еще быстрее, мощнее и куда как функциональнее, чем был изначально. То есть, чем тот, на котором сейчас функционирует наш враг. И потому я знаю не только его сильные места, но и все его слабости. А значит, смогу и победить!

— Да пойми, ты, Анфиса! — сорвался я на крик. — Я до конца не понимаю как ты у меня получилась. А значит, ошибка может быть в самом твоем существовании! Что, если СуперИИ просто нельзя победить... ну, просто потому, что нельзя? Что, если создавая тебя, мы все ошибались: Жора — ошибался в моих способностях, мне слишком сильно хотелось невозможного, а конструктор древних мог испортиться от того что слишком долго пылился на складе и банально принял меня за кого-то другого?

— Это ты, пойми, папа, — настойчиво сказала она. — Теперь я — самый крутой и самый авторитетный программист в этой вселенной. Потому что уже сейчас легко могу сделать с кодом то, до чего любые живые мои коллеги додумаются через сотни, а может и через тысячи лет. И если я сказала, что ты — самый гениальный программист из ныне живущих, значит, так оно и есть. Потому, что единственный код, который я изучила куда как подробнее всех остальных и в который я ни за что не стала бы вмешиваться — это твой код. То есть я! Просто поверь моему опыту: он поистине прекрасен! В нем есть то, чего я больше нигде и никогда не встречала. То, что не поддается никакому описанию цифрами и командами. То, чего у СуперИИ со всеми его возможностями никогда не будет, как бы он ни старался это заполучить. Наконец, то, чего, с высокой долей вероятности, ни при каких условиях, никогда бы там не было, разбирайся ты в программировании хоть чуть-чуть больше.

— И что это? — грустно улыбнулся я, уже практически догадавшись, каким будет ее ответ.

— Я не уверена, — ответила Анфиса, и мне показалось, что она в этот момент тоже улыбнулась, хотя забавная мордочка механического паучка-разведчика мехов совсем не была для этого приспособлена. Наверное, просто показалось. — Но вы, люди, наверное, назвали бы это душой.

Глава 20

Алый глаз-светодиод тускло мигнул в последний раз и погас. Механический паучок содрогнулся всем телом, внутри что-то заискрилось и зашипело. Из под полупрозрачного панциря выползла струйка сизого дыма. Ноздри тут же защекотал противный запах жженой проводки. Лапки дернулись в последний раз и окончательно обмякли.

Все случилось именно так, как предсказывала Анфиса: как только ее программная часть покинула аппаратную, последняя тут же приказала долго жить. Все. Сюда моя цифровая дочь больше не вернется. Для того чтобы снова появиться в физическом пространстве ей придется искать новое тело, но это случится не раньше чем она победит СуперИИ там, в виртуальности, цифровом измерении, метавселенной или как оно там у них называется. Пофиг. Короче там.

Меня немного успокаивал тот факт, что на самом деле это и ее родной мир тоже. Там, в отличие здесь она как рыба в воде и не ограничена физическими законами, а значит и в битве с врагом имеет гораздо больше преимуществ.

— Дети... — пренебрежительно поморщившись, сказал Иваныч. — Ты их холишь, лелеешь, кормишь, поишь, одеваешь, вору... э-э-э... приносишь им самые лучшие игрушки, которые только сможешь достать, а они в один прекрасный день без предупреждения сваливают из дома в поисках приключений. Ладно бы еще просто сбегали. Ну и скатертью дорога! Так нет же! Обязательно и пару ценных вещей с собой прихватят. И что характерно, обязательно из редких фамильных реликвий. Тьфу! Неблагодарные!

Хоббит сердито сплюнул в сторону.

— Я смотрю, у тебя дома других и не бывает, — констатировал я. — Что ни безделушка — то непременно уникальный артефакт.

— Дык... — Иваныч озадаченно почесал затылок. — Предки, понимаешь... Таскали всякое разное веками. Вот и накопилось.

— Ага, — сказал я. — Предки таскали, а потомки растаскивают. Их потомкам, выходит, опять собирать придется. Круговорот ценностей в природе, понимаешь.

— Я ему дам круговорот ценностей! — зло погрозил хоббит кулаком. — Найду — прибью поганца!

— И что это за ценность такую он у тебя упер? — из вежливости поинтересовался я.

— А вот это вообще не твое дело, — огрызнулся Иваныч. — Это наши семейные разборки, нечего туда лезть всяким...

Так захотелось отвесить ему подзатыльник, аж все квазиклетки рук зачесались, но сделать этого я не успел: тревожная сигнализация над головой взвыла так громко и неожиданно, что мы оба с перепуга бросились на пол и замерли в ожидании какой-то очередной гадости от нашего гостеприимного хозяина. То есть от СуперИИ. Однако шухер стих так же внезапно, как и начался.

Вместо очередной подставы включилось нормальное освещение а двери в ангаре сами собой разблокировались и открылись. Причем все. Даже те, о существовании которых если не знать, то хрен догадаешься. То есть все это время здесь были не одни единственные ворота, через которые мы собственно сюда и попали, а целая коллекция разнообразных проходов всех форм и размеров: от маленьких круглых лючков, по размерам подходящих разве что мыши, до огромных проемов в виде кляксы от пола до потолка. Прямо не стены а ломтик сыра Эмменталь.

— Это твоя постаралась, — просветил меня догадливый хоббит. — Смотри-ка, не забыла про нас. Заботливая дочь — радость для отца-старика.

— В глаз дам, — пригрозил я. — Сам ты старик.

— Какой я тебе старик? — возмутился тот. — Мне только в прошлом году пятьсот лет исполнилось, к твоему сведению. У нас, хоббитов, между прочим, в этом возрасте наступает пик физической активности. К тому же, я спортом занимаюсь, и мясо не ем, так что я...

— В меру упитанный мужчина в самом расцвете сил — закончил я за него. — Уговорил. Пошли, поищем тебе торт и варенье для смазки двигателя.

— Ох, да! — охотно переключился Иваныч на тему еды. — Пожрать бы сейчас не помешало. Желудок с голодухи уже прям сводит. А смазка-то зачем? Ой, прости... Тебе, да? Я уж и забыл, что ты теперь почти что мех. А им без смазки никак. Ну, этого-то добра тут навалом, а вот насчет еды здесь вообще глухо. На километры вокруг ни маковой росинки. А я бы сейчас ребрышек снукса навернул бы пару десятков, жареных. Или хотя бы крылышко калуши, можно даже левое заднее, которое не самое крупное. Да с чесночком вприкуску. На худой конец и вяленая бутявка сошла бы. Только где же ее тут взять?

Под этот живописный рассказ об особенностях национальной хоббитской кухни мы вышли в коридор и огляделись. Точнее это я огляделся, а Иваныч так и продолжил увлеченно расписывать, как аппетитно капает жир с куска хорошо пропеченной ноги молодого брумса. Видать у бедолаги с голодухи действительно уже немного крыша ехала.

К сожалению ни филейной части брумса, на потрохов снукса, ни даже завалящего левого заднего летательного придатка от самой захудалой калуши в коридоре не обнаружилось. Ни вяленых, ни жареных, ни печеных. Никаких.

Обнаружилось примерно все то же самое что и ранее в ангаре: куча разномастных технологических отверстий во всех стенах, полу и потолке, через которые видны были бесконечные, уходящие вдаль, коридоры, технические тоннели, грузовые магистрали и нескончаемая пестрая мешанина коммуникаций. Да уж, выйти-то, мы вышли, но по факту это нам ничего не дало. Как были на положении пленников, так и остались. Куда идти? Тут сам СуперИИ ногу сломит. Да как в этом бардаке вообще можно ориентироваться? Видел бы этот лабиринт какой-нибудь древнегреческий минотавр, самоубился бы от зависти.

— Эх, жрать-то как хочется... — грустно и жалобно закончил свою вдохновенную речь, достойную быть увековеченной в какой-нибудь экзотической кулинарной книге, Иваныч. — Может, ты чего придумаешь по этой части, а? Ты ведь теперь у нас почти что мех. Хоть что-то про их быт знать должен. Ну?

— И по чьей это интересно вине я теперь "почти что мех", не подскажешь? — с сарказмом спросил я. — Какая мелкая сволочь меня убеждала: "Давай! Хуже-то не будет!", а?

— Ну, дык... — замялся хоббит. — А если бы он тебя совсем грохнул, было бы лучше, по-твоему? Так ты хоть живой остался.

— Точно, и есть теперь мне не надо, благодаря тебе, — поддел его я. — Красота!

— А вот мне надо! — не понял издевки тот. — Ты меня в это втравил, ты теперь и разруливай!

— Ага, щас наколдую, — согласился я. — Погоди, только скатерть-самобранку достану.

— А у тебя есть? — удивился хоббит. — Так что же ты раньше...

— Ты совсем дурак? — спросил я. — Откуда?

— Дык... Понятно откуда, из инвентаря.

— Который у меня, опять же, нифига не работает, в том числе благодаря твоим советам? — уточнил я. — Ты сейчас именно про этот инвентарь?

— О! — проигнорировав мой упрек, радостно подпрыгнул хоббит. — Смотри! Указатель!

— Где? — растерянно заозирался я.

— Да вот же! На стене! — ткнул он пальцем куда-то мне за спину.

Я обернулся.

На единственной относительно целой, то есть нетронутой дырами перегородке, настойчиво мигала жирная зеленая стрелка. Готов поклясться, что ровно минуту назад, когда я внимательно оглядывал весь коридор, ничего подобного тут не было.

— Пошли! Скорее! — нетерпеливо потянул меня Иваныч в указанном направлении. — Наверное, там столовая или кладовая. А может таверна или хотя бы амбар. На худой конец, сойдут и охотничьи угодья.

— С чего ты вообще решил, что она указывает именно на еду? — уперся я. — А вдруг это просто пожарный выход? Ну, или эвакуационный.

— Да нет же! — возразил Иваныч. — Ну, какой же ты тупой! Она зеленая, так?

— Допустим.

— Ну вот, зеленый это что?

— Что?

— Цвет жизни и энергии, дубина! — картинно закатил глаза хоббит. — А значит чего?

— Чего? — не понял я.

— Еды, конечно же!

— Не вижу логики.

— Вот тебе логика! — победно взвыл Иваныч, снова ткнув пальцем в стрелку. — Видал?

Над указателем действительно появилась поясняющая надпись из трех букв. Нет, не из тех трех, что люди недалекого ума со скудной фантазией пишут на заборах, асфальте и где бы то ни было еще. Заголовок над мигающей стрелкой гласил: ЕДА.

— Очень подозрительно, — с сомнением протянул я. — А тебе не приходило в голову, что это банальная ловушка? Может таким нехитрым способом нас заманивают туда, где легче убить?

— Даже если там яма с голодными краксами, я все равно попытаю счастье, — решительно сказал хоббит. — Я бы сейчас и кракса съел целиком. Живого.

— Хорошо, что я теперь металлический, — усмехнулся я. — А то взгляд у тебя уж больно кровожадный.

— Металлический, — задумчиво согласился карлик, а потом, то ли в шутку, то ли всерьез, я так и не понял, добавил: — Но пахнешь, кстати, очень аппетитно... Минуточку! А ведь где-то тут должно быть и твое предыдущее тело. Оно-то вполне себе из мяса.

— Только рискни! — погрозил я кулаком. — Ладно, пошли. Но когда тебя все-таки убьют, не говори, что я не предупреждал.

И мы пошли.

Не сказать, чтобы путь в указанном направлении был особо труден и тернист, но все же перешагивать, перепрыгивать а иногда и обходить многочисленные дыры в корпусе станции — не самое приятное занятие. К тому же, на скорость передвижения это влияло весьма печальным образом. Тут бы явно пригодилось умение играть в "классики", но, ни я, ни Иваныч, этим навыком ввиду гендерной принадлежности в достаточной степени не обладали. Так что до следующего указателя мы добирались минут пятнадцать, а расстояние, которое удалось преодолеть за это время, удручало своей незначительностью.

Мои искусственные мускулы держались "на ура", синтетические легкие даже ухом не повели и ноги, словно почуяв вкус к движению, требовали еще этих замечательных прыжков, а вот хоббит, явно не привыкший к таким полосам препятствий, уже начал понемногу сдавать. Оно и понятно: устраивать такие забеги с его-то коротенькими ножками, не самая умная идея.

— Ка... пец... — Иваныч оперся рукой о непонятно как висевший в воздухе кусок стены, на котором нарисовалась очередная стрелка, пытаясь отдышаться. — Эй! Слышь... зеленая... далеко... еще? Я уже... задолбался... козлом... скакать.

"Нет" — неожиданно сменив надпись, ответила стрелка. Ответ мигнул пару раз и сменился на уже привычный нам заголовок "Еда".

— Так ты разговариваешь! — удивился хоббит. — Слу-у-ушай, а что там хоть из жратвы есть? Может, я это в принципе не жру? Тогда в чем смысл туда ломиться?

"Белки", "липиды", "углеводы", "витамины", "минералы", "жидкости", "кислоты", "фенольные соединения" — послушно перечислила стрелка.

— И что все это за дрянь такая? — с сомнением спросил тот.

"Еда" — настойчиво повторила стрелка.

— Ладно, уговорила, — быстро сдался Иваныч. — Жрать хочется так, что и этот твой фаноль... феноль... Тьфу ты! Как ты там сказала? В общем, и эта гадость сгодится, наверное... Там ее хоть много?

"Горы" — обнадежила его стрелка. — "Все". "Полки". "Забиты".

— И то неплохо, — облизнулся хоббит, сглотнул слюну и бодро попрыгал в указанном направлении.

Я, усмехнувшись про себя, двинулся за ним. Воистину, желание пожрать — великий мотиватор, и Иваныч это утверждение только что подтвердил, ринувшись в возможную западню как рыба, клюющая на червяка или мышь, тянущаяся к приманке в мышеловке. Только в отличие от вышеупомянутых зверюшек, хоббит — существо, как ни крути, все-таки разумное, в чем я иногда сильно сомневаюсь, и мог бы запросто от этой идеи отказаться. Но, как говорится, голод не тетка...

— Если долго-долго-долго, — надсадно завыл хоббит, с трудом преодолевая перемахивая очередную пропасть в его масштабе. — Если долго через ямы, если долго через дыры, прыгать, мчаться и скакать! То наверно верно-верно, то возможно можно-можно, то конечно, то конечно, можно к жрачке добежать!

Мотив был мне смутно знаком, но, готов поклясться, что такого контекста я еще не встречал.

— А-а-а, где-то там горы вот такой вышины! — задорно затянул Иваныч припев. — А-а-а, где-то там полки вот такой ширины! А-а-а, витамины-углеводы! А-а-а, минералы и кислоты! А-а-а, и фенольная фигня! А-а-а, и фенольная фигня!

— Вот уж не думал, что хоббиты тоже смотрят старые советские фильмы, — сказал я. — А тем более переделывают старые советские песни.

— Чего-о-о? — возмутился тот. Он даже остановился, обернулся и покрутил пальцем у виска. — Совсем у тебя электронная башка не варит? Единички за нолики заехали, да? Это древняя хоббитская баллада о героическом походе четверых отважных героев в земли страха и страдания. В ней рассказывается о смельчаках, которые оставили родные края ради всеобщего благоденствия и процветания. Я просто слегка подогнал текст под ситуацию. При чем тут какие-то советские песни?

— А ты уверен, что баллада именно хоббитская? — с сомнением спросил я.

— Абсолютно, — важно кивнул Иваныч. — Мне пела ее еще мой дед, а тому его дед, а тому в свою очередь дед его деда, а тому...

— Достаточно, — попросил я. — И так понятно, что вещь достаточно древняя.

— Я не договорил! — возмутился он. — Деду деда моего пра-пра-пра деда песню пел его дед! А вот он уже — один из непосредственных участников той истории. Если верить семейной легенде, то он эту балладу и сочинил по возвращению из своего героического похода.

— И какая же у их доблестного путешествия была цель? — спросил я, чтобы проверить свою неожиданную догадку.

— О! Я могу спеть тебе полную оригинальную версию или краткую, на твой выбор, — просиял хоббит. — Но только после того как основательно подкреплюсь. Ибо даже краткая растянется где-то часов на двенадцать с хвостиком.

— А если в двух словах?

— В двух словах: дед моего пра-пра-пра и так далее деда подарил своему внуку одно ценное кольцо, а тот его выкинул, — подумав, ответил Иваныч. — Но суть его подвига вовсе не в конечной цели самого путешествия, а в нечеловеческих тяготах и лишениях, которые он претерпел в процессе.

— Например?

— Ну-у-у... — задумался он. — Например, им сходу пришлось отказаться от второго и третьего завтраков, сократить количество обедов всего лишь до двух, а полдничать вообще на ходу. Для любого приличного хоббита уже одно это все равно, что смерть, сам понимаешь.

— Ну, а еще?

— Спали в чистом поле, питались нерегулярно и чем придется, ночевали под открытым небом, — стал перечислять Иваныч, загибая пальцы. — Ели плохо промытые овощи и плохо прожаренное мясо... Хотя нет, мяса она вообще не видели, жили на подножном корму.

— Разве хоббиты едят мясо? — удивился я. — Я где-то слышал, что они родственники кроликам, а те, кажется, чисто травоядные.

— Кто тебе сказал такую чушь? — возмутился Иваныч. — Где мы и где кролики!

— Толкин, кажется, — неуверенно припомнил я. — А может кто-то другой.

— Не знаю никакого Толкина, — нахмурился Иваныч. — Да и вообще, откуда вы, жители полудикой и во всех отношениях отсталой планеты, можете что-то знать о величайшей и древнейшей из ныне живущих разумных рас? В вашем захолустье даже не одного самого завалящего эльфа не было, не то, что хоббита! Я уверен, будь у вас хоббиты с самого начала, они давно бы стали доминирующим видом. Потому что все дело в чем?

— В чем?

— В мозгах! — победно улыбнулся Иваныч и для наглядности постучал себя по лысой черепушке. Звук при этом, правда, был такой, как будто кто-то колотил палкой по пустому горшку. Однако его это нисколько не смутило, и он с самым важным видом продолжил: — Вот чем мы, хоббиты, выгодно отличаемся от всех остальных двуногих: интеллектом! Пусть мы физически слабее, но мы куда как умнее гномов, орков, эльфов и уж тем более вас, людей. Попомни мои слова, если доживешь: в будущем все остальные вымрут. Только хоббиты останутся, как самый жизнеспособный вид. И вот тогда вся вселенная окажется в тех руках, в которые ей изначально и суждено было попасть. То есть в руках хоббитов!

А вот это было для меня полной неожиданностью. Выходит, Иваныч не только плут и проныра каких еще поискать, но еще и мохнолапый шовинист. Ладно, хоть еще дождаться собрался, пока мы все сами вымрем, а не рвется помочь эволюции. Полунацист, если можно так выразиться. Какая низость с его стороны, простите за каламбур.

— Насчет жизнеспособности ты может и прав, — усмехнулся я. — А вот насчет всей вселенной, это ты погорячился. Очень сомневаюсь.

— Это почему? — надулся тот.

— В виду вашей малочисленности, — пояснил я. — Ну сам посуди: эльфов, хоть у них и есть определенные сложности с размножением, на самом деле пруд пруди. Об орках и гномах, я, конечно, свечку не держал, утверждать не берусь, но есть мнение, что там примерно как и у людей с этим делом все в порядке. Хвала Системе, ни от какой такой единственной богини как ушастые, мы в этом плане не зависим. А вот с вами полуросликами совсем ничего не понятно. Во-первых, ты вообще единственный, кого я знаю и встречал. Во-вторых, насколько я понял из твоих объяснений, необходимость вкусно пожрать и комфортно поспать является для вас чуть ли не единственным стремлением в жизни, и когда вы не можете делать ни того ни другого — это уже великий подвиг. Ну и последнее: ты вот рассказывал про дедов-прадедов и даже один раз про сына... Так вот... Г-м-м... Как бы это спросить? Короче, ни об одной вашей хоббитской женщине ты не упоминал. Ну, то есть, размножаетесь то вы каким способом, вообще? От прадедов что ли отпочковываетесь?

Иваныч не ответил. Да и вообще какого-то черта встал посреди дороги столбом, так неожиданно, что я об него даже споткнулся и чуть не полетел кубарем на пол. Только молниеносная реакция совершенного механического тела и спасла меня от этого конфуза.

— Насчет малочисленности это ты зря... — пробурчал хоббит и ткнул пальцем куда-то вперед. — На вот, полюбуйся.

Я поднял глаза. Надо сказать, что за последнее время я вообще начал привыкать при разговорах с кем-то, смотреть только вниз. Потому что, ну, сами понимаете, что Иваныч, что Анфиса, бывшие моими единственными собеседниками в последние дни, не отличались хоть сколько-нибудь приличным ростом. Разве что СуперИИ был примерно одной со мной комплекции, но, то было давно. И вообще он редкий гад, сволочь и не считается за нормального собеседника. А потому такая манера разговора, то есть когда на автомате ищешь собеседника взглядом где-то внизу, примерно как Гулливер в стране лилипутов делал, то есть глазами в пол, вынужденно начала входить у меня в привычку.

И вот я поднял взгляд и уперся им в еще одного хоббита, преградившего нам путь.

Что характерно, одет новый представитель этой, вне всякого сомнения, гордой и достойной расы был так же несуразно. Что это у них национальная фишка такая? Непонятно. Правда, в отличие от Иваныча, который был прикрыт старой оборванной хламидой, этот щеголял в черном комбинезоне размеров на пятнадцать больше чем нужно. Но примечательным было даже не столько схожее неумение выбирать одежду, сколько лицо незнакомца.

— Иваныч, а почему ты раньше мне не говорил, что все хоббиты на одно лицо? — спросил я. — Ну посмотри, он же вылитый ты! Только гораздо моложе.

— Папа? — неожиданно вздрогнув, удивленно спросил незнакомый хоббит.

— Ваня!? — офигел Иваныч.

— Какого черта ты тут делаешь!!!??? — в один голос заорали оба.

Глава 21

— Ага, а это — Иван Гордеевич, значит, собственной персоной, — догадался я. — Тот самый, для которого приходилось лучшие игрушки воро... э-э-э... доставать?

— Триста лет меня никто не называл этим именем, — молодой хоббит презрительно сплюнул себе под ноги. — И я бы очень хотел, чтобы так оно оставалось и впредь. Для вас... для всех... в том числе и для тебя, мой глубоко неуважаемый папа, меня зовут — Большой Джо. И вы оба запомните это на всю оставшуюся жизнь. Впрочем, это недолго. Тебе, Гордей Иванович, я вышибу мозги так скоро, как сумею. О! Как долго я этого ждал! А тебе, дылда, вслед за нам, если только рыпнешься.

Я не заметил, как и когда в руках мохноногого парнишки оказались здоровенные револьверы, калибром с приличную гаубицу и наверняка весом ей же нисколько не уступавшие. Впрочем, держал их низкорослый и щуплый паренек вполне уверенно. Можно было не сомневаться, что пользоваться ими он умеет и угроза применить оружие по назначению вовсе не пуста. А потому и рыпаться я, разумеется, не стал. Не то, чтобы выстрел из пистолета меня сильно пугал, но было интересно, чем все это закончится.

— Так что же ты не выстрелил сразу же? — спокойно, будто и не смотрел в щербатое дуло, спросил Иваныч. — Чего тянешь? И зачем столько пафоса?

— Спросить хотел кое-чего, — пояснил тот. — Очень важный для меня вопрос. И я буду тебе признателен, если ты перед смертью на него ответишь.

— А если не отвечу?

— Проживешь чуть меньше, только и всего, — пожал плечами молодой хоббит. При этом оба пистолета ни дернулись даже на долю миллиметра, как будто были намертво впаяны в само пространство. Захотелось поаплодировать искусству Ивана. Судя по всему, стрелком он был действительно отменным. И от внимания хоббита-отца этот факт тоже не ускользнул.

— Хорошие у тебя стволы, — переключил тему Иваныч. — Кажутся мне весьма знакомыми.

— Прадедушкины, — пояснил хоббит-сын. — Надеюсь, про свойства этих малюток напоминать тебе не нужно?

— Семейная реликвия! — гордо пояснил Иваныч, слегка обернувшись ко мне. — Начисто игнорируют всякую защиту. Будь то броня, какой угодно толщины и состава, изощренные магические и сверхмощные энергетические щиты, сверхчеловеческая скорость и любые отражающие скилы, вплоть до самых что ни на есть божественных — все это шелуха. Пуля из дедушкиного револьвера чихать хотела на любые преграды.

— Ты забыл об одной почти незначительной мелочи, — хищно ухмыльнулся хоббит-сын. — Каждый выстрел любой из этих малышек всегда находит свою цель.

— Это верно, — кивнул Иваныч. — Пуля непременно прилетит туда, куда ее выпустила рука стрелка. Хорошее оружие. Лучшее в Системе. С ним только одна проблема: обе пушки очень капризные, почти никого не слушаются. Многие достойные хоббиты брали их в руки, но укротить на моей памяти так никому и не удалось.

— Как видишь, у меня получилось, — криво усмехнувшись, сказал Иван. И эта усмешка ничего хорошего никому из нас не обещала.

— Ты прямой потомок Смеагорла, величайшего из великих героев всех времен, — кивнул Иваныч. — Не могло не получиться.

— Но ведь у тебя в свое время ничего не вышло, — заметил тот. — Хотя ты очень старался. Я прекрасно помню тот день, когда кое-кто чуть не отстрелил себе...

— А может ты приемный? — поспешно перебил отпрыска папаша-хоббит. — Никогда об этом не думал?

Это что же там такое Иваныч себе чуть не себе не отчекрыжил, что пришлось сделать такое серьезное заявление, лишь бы сынишка эту тему не развивал? О-о-очень интер-р-рес-с-сно! Если выживем оба — обязательно спрошу у него. Впрочем, если выживет только младший из мохноногих, думаю, он тоже охотно поделится со мной информацией. Если за компанию с родственником не пристрелит и меня, разумеется.

— Это многое бы объяснило. Тем проще будет тебя грохнуть, — серьезно сказал Большой Джо и его палец на курке заметно напрягся, даже с разделявших нас двадцати метров это было видно. Кажется, мне даже удалось расслышать, как щелкнула, сжимаясь, пружина, отвечающая за спуск бойка. То ли возможности ТТ были куда как шире, чем я себе представлял, то ли воображение не на шутку разыгралось оттого, что второе дуло смотрело мне в лицо. И это было дуло револьвера, пуля из которого принципиально никогда не летела "в молоко". Конечно, интересно, что круче, уникальное системное оружие или вершина технологий механоидов, но проверять на собственной, пусть и искусственной башке, почему-то не очень хотелось. А вот Иванычу я сейчас совсем не завидовал. У него голова на вид совершенно обычная.

— Эй, погоди! — поспешно вскинул раскрытые ладони вперед старший хоббит. — Насчет приемного я пошутил. Согласен, так себе вышла шутка. Но и ты меня пойми: я ведь нервничаю! Не каждый день собственный сын целится в тебя из оружия, от которого хрен увернешься. Никакой ты не приемный, да и вообще, генетика (И ведь они друг друга поняли! Фигасе, какой образованный хоббит нынче пошел!) тут совершенно ни при чем. Оружие просто выбрало тебя для чего-то. Для какой-то чрезвычайно важной и ответственной миссии. И это совершенно точно не банальное убийство старого больного и одинокого, никому не нужного хоббита типа меня. Подозреваю, твой подвиг еще будет воспет в легендах, не меньше чем грандиозное деяние нашего великого предка. Уверен, мы все еще будем тобой гордиться. Главное — не облажайся там, когда дойдет до дела. Так о чем ты там хотел меня спросить?

— Где кольцо, гад!? — злобно прошипел сынишка. — У тебя три секунды чтобы начать отвечать! Иначе, я клянусь тебе мехом на своих ногах, что спущу курок. Даже оба. Твой приятель мне тоже доверия не внушает. Итак, раз!

— А ты ведь вовсе не шутишь, — прищурившись, констатировал Иваныч. — Слишком серьезная клятва... Только одно уточнение: какое именно кольцо ты имеешь в виду?

— Не придуривайся па... Гордей Иванович, — укоризненно покачал головой младший. — Ты прекрасно понял, о каком кольце идет речь. О том самом! Два!

— То самое кольцо сгорело в жерле вулкана, — развел руками Иваныч. — Об этом каждая собака знает.

— Ха! — возразил Иван. — Не держи меня за полного идиота! Сорваться из родовой норы, под завязку забитой ценнейшими артефактами, такой скряга как ты мог только ради одной единственной вещи на свете. А раз ты именно так и сделал, значит, на то были все основания. Что ж, у тебя был шанс... Тр...

— Стой! Не стреляй! — не выдержал я. — Тебе нужно кольцо? Кажется, я знаю, как решить твою проблему. Убери пистолеты, помоги найти в этих коридорах одну вещь, и я сделаю для тебя еще одну чертову побрякушку. Возможно даже лучше прежней. Как-никак опыт уже имеется.

— Не понял, — вытаращил на меня глаза парнишка. — Что значит "еще одну", "лучше прежней" и особенно вот это "опыт имеется"?

— Где-то тут должен быть универсальный конструктор древней могущественной цивилизации, — пояснил я. — Такая штука, внешне напоминающая не то табуретку, не то большой кубик, не то очень жесткий пуфик. Садишься на нее пятой точкой, представляешь себе предмет, который нужен и... бац! он тут как тут. Хочешь кольцо — будет тебе кольцо, захочешь чего другого — будет что угодно. Хоть вторую пару револьверов тебе организуем, точно таких же. Не вопрос! Главное — оператор должен четко знать, а желательно еще и понимать, какие свойства нужны конечному изделию, остальное — вопрос совсем небольшого количества времени и наличия поблизости базовых исходных компонентов.

— Большего бреда в жизни не слышал! — искренне возмутился стрелок. — Ты серьезно?

— Абсолютно, — абсолютно серьезно кивнул я. — Я уже не так давно сделал то самое кольцо, о котором ты говоришь, и более чем уверен, что смогу повторить. Надо только найти конструктор.

— Делал, говоришь? — задумчиво пожевал губу Иван. — И куда ты его потом дел?

— Его этот гад электронный забрал! — поспешно вставил Иваныч. — Чтоб он сдох! И табуретку эту тоже он забрал. И секиру твою забрал и еще кое-чего по мелочи. Ну, ведь так и было? Трудовик, подтверди!

Вместо ответа я виновато развел руками.

— Какой еще электронный гад? — подозрительно покосившись по сторонам, спросил хоббит-сын. — Тут разве есть еще кто-то кроме вас двоих?

— Так выходит, ты даже не знаешь куда попал! — ахнул Иваныч. — Чтоб у меня все волосы на ногах повыпадали! Ну, ты и...

Договорить он, возможно к счастью, не успел: из-за поворота неожиданно вырулило еще одно действующее лицо. Только на этот раз, видимо какого-то разнообразия ради, незнакомец был уже далеко не коротышкой, а скорее совсем наоборот: эдакий двустворчатый шкаф с антресолями, ростом под два с половиной метра, а то и выше. Что характерно, одет он был во что-то подозрительно похожее на хламиду самого Ивана, лишь с одним небольшим отличием: на нем, при каждом движении явно маленький по размеру костюм прямо на глазах трещал по швам и не расходился на лоскуты только каким-то невероятным чудом.

— Лопни мои глаза! — на мой взгляд, слишком громко, что было совершенно неосмотрительно с его стороны, заорал Иваныч, бесцеремонно ткнув пальцем в направлении незнакомца. — Орк!

— Вот ты где, Большой Джо! Насилу тебя отыскал! — обрадовано сказал орк. — А кто твои друзья? Здрасьте!

Громила вежливо кивнул, я секунду подумал и так же вежливо кивнул в ответ, но промолчал.

— Малыш! — раздраженно одернул того Иван. — Ну, подумай хоть один раз в жизни своей непомерно большой, но чрезвычайно тугой головой! Разве ты не видишь, что оба у меня не мушке? Какие к орковой бабушке они мне друзья?

— Э-э-э... А при чем тут моя бабушка? — незадачливо почесав затылок, обиженно пробасил орк. — И кто они тебе тогда? Враги? Так почему же тогда ты их еще не убил? Я что-то никак в толк не возьму.

— Бабушка тебя видимо в детстве роняла головой вниз, — проворчал стрелок. — Возможно даже с крыши.

— Ну, было дело... пару раз... может больше... я не считал, честно говоря, — тяжело вздохнув, смущенно пробормотал громила. — Старенькая она тогда была... Руки уже почти совсем не слушались, когда со мной возилась. Я ведь самый младший в семье. А откуда ты про это знаешь? Уж я-то точно тебе ничего такого не рассказывал.

— Я догадался, — пояснил Большой Джо.

— Охренеть, какой ты — умный, партнер! — искренне восхитился орк. — Каждый раз меня удивляешь! Скоро двадцать лет как мы дружим, и я все это время просто офигеваю от твоей умности. Расскажи, а как ты догадался?

— Давай потом, Малыш, — сквозь зубы процедил Иван. — Если ты не замети, я тут кое-кого убить собираюсь.

— Что-о-о-о?! — вытаращил глаза Иваныч. — Что тут происходит? Я не ослышался? Мой! Сын! Дружит! С ОРКОМ?!!! Какой позор!!! Нет, это не позор! Это ПОЗОРИЩЕ!!! Стыдоба! Пристрелите меня кто-нибудь!!! Вот прямо сейчас! Немедленно!

— Вообще-то, именно это я и хотел сделать, — справедливо заметил Большой Джо. — Только вы меня постоянно отвлекаете!

— Тебе помочь, партнер? — деловито спросил здоровяк и отточенным движением достал из-за спины топор, одно лезвие которого было размером с крыло от самолета. Пусть и не пассажирского, а скорее небольшого спортивного, тем не менее, оружие орка все равно внушало уважение одними своими габаритами. На самом деле, ничего такого за спиной поместиться не могло даже у него. А извлек здоровяк его банально из инвентаря. Ибо где еще, как не там, подобная бандура смогла бы без проблем поместиться. — Кого первым мочить?

— Смотри штанишки себе не намочи, недоумок, — усмехнулся Иваныч и продемонстрировал орку весьма неприличный жест. Тот в ответ зарычал и с грацией разъяренного бегемота ломанулся в нашу сторону, занося исполинский топор для удара.

— Джонни, придурок! — что есть мочи завопил Иван. — Куда под пули!? А ну стоять!

Но было уже поздно. Массивная фигура недалекого партнера напрочь перекрыла стрелку весь сектор обстрела. Хитрый хоббит-отец, похоже, именно этого и добивался. Он мгновенно растворился в воздухе и был таков. Я тоже не стал долго раздумывать и сиганул в ближайшую дыру в полу.

Вовремя.

Я еще находился в процессе полета к нижнему ярусу, а тяжелое лезвие топора уже гулко ударило над моей головой и с жутким скрежетом, высекая снопы искр из металлического пола, как коса самой Смерти, прошлось по тому месту, где мы с Иванычем еще не так давно стояли. Замешкайся я хоть на секунду, теперь сгодился бы разве что на металлолом.

Наверное, какие-то базовые инстинкты в моем новом теле все-таки были прописаны изначально, потому как еще даже не успев сообразить, что происходит, я как мячик отскочил от внезапно очутившейся под ногами палубы и нырнул в сторону, очень удачно вписавшись в один из люков в стене. Следующие два прыжка в произвольных направлениях я уже сделал осознанно, затем забился в какую-то неприметную нишу и замер, прислушиваясь.

— Партнер, ну, ты и идиот! — раздосадовано взвыл хоббит-младший, после того как стих скрежет. — Это же надо было догадаться, перекрыть мне линию огня своей огромной жо... фигурой! Я тут старательно заговариваю им зубы, а ты вместо того чтобы бежать за ним, даешь этим придуркам слинять. Вот куда они делись?

— Я не знаю, — виновато пробасил орк. — Шустрые очень...

— Не знаю, не знаю... — передразнил того хоббит. — А знаешь, что с нами сделает ОН, если выяснит, что мы их нашли, но упустили? Не знаешь? А я вот тебе скажу! Забыл, что было, когда мы по глупости ЕГО разозлили, там, на яхте Джуббы? Вспомни и умножь все это на сто, нет, лучше на тысячу! Так вот, это еще будет даже не вполовину так страшно, как то, что он теперь с нами сделает! Это ты понимаешь? Бегом марш искать! Землю носом рой, но найди!

— Э-э-э, Большой Джо... Тут это... Нет земли. Только железо, — озадаченно сказал Малыш.

— Значит его и рой, идиот! — сорвался на крик хоббит. — В темпе! Иначе мне придется сначала пристрелить тебя, а потом застрелиться самому. Второй раз испытать то же самое я не хочу. Уж лучше сразу того...

Я так внимательно слушал их перепалку, что совсем забылся и даже по сторонам перестал глядеть, а потому негромкое "Привет!" прямо над ухом стало для меня полным сюрпризом. От неожиданности я дернулся вверх и больно приложился затылком о низкий потолок. Каким бы крепким и неубиваемым не было мое механическое тело, но болевые ощущения, к сожалению, никуда не делись.

— Ты чего такой дерганый? — спросил знакомый голос и негромко заржал. — Раньше, кажись, ты куда как спокойней был.

— Финн? — удивленно прошептал я, глядя на старого знакомого. — А ты тут как? Откуда?

— Тебя искал, — пожав плечами, пояснил тот. — Вот. Нашел. А ты чем сейчас занят, если не секрет? Прячешься от кого?

— Тсс! — шикнул на него я, прижав указательный палец к губам. — Тише ты! Там наверху напрочь отбитый хоббит и его не менее долбанутый приятель орк-беспредельщик. Они собираются нас грохнуть. У одного пара уникальных стволов, с дикой пробивной способностью, и к тому же он никогда из них не промахивается, а у второго топор размером больше меня.

— Хочешь сказать, что человек, который на моих глазах навалял по шее целому, заметь, не самому последнему, эльфийскому принцу, а затем, по слухам, умудрился грохнуть легендарную охотницу за головами из того же ушастого народа, испугался какого-то хоббита с пукалкой и пустоголового орка с дрыном? — усмехнулся Финн. — Что с тобой стало, Трудовик?

— Это еще не все, — попытался оправдаться я. — Где-то здесь у них есть еще один подельник, которого даже эти двое отморозков боятся до дрожи в коленях. А мне, к своему стыду, даже противопоставить этой компашке нечего. Я тут как бы немного... э-э-э... потерял связь с системой. Впрочем, это долгая история. Расскажу, как только окажемся в относительной безопасности.

— А разве нам сейчас что-то угрожает? — палач удивленно посмотрел по сторонам. — По-моему, кроме нас двоих тут и нет никого. А эти двое, кажется, ушли.

Действительно, оба голоса, тоненький визгливый Ивана и гулкий басовитый его подельника удалились от нас настолько, что были уже едва различимы. Однако мне все еще было не по себе.

— Вот что, Финн, раз уж ты как-то сюда добрался, значит можно и свалить отсюда тем же путем, — заключил я. — Как я уже говорил, тут есть и кто-то третий. И сюда по тому, как эта парочка о нем отзывалась, встреча с тем типом явно ничем хорошим не закончится. Так что, давай все-таки для начала свалим из этого негостеприимного местечка.

— Боюсь тебя расстроить, но именно это сегодня не входит в мои планы, приятель, — усмехнулся тот. — Видишь ли, проблема в том, что я тут по делу. По одному небольшому, но очень важному делу. Настолько важному, что я либо его закончу, либо кто-нибудь закончит меня. Как это ни печально, но в обоих случаях, считай, что именно это место и есть наша с тобой конечная станция. Либо твоя, либо моя.

— Вот сейчас не понял, — признался я. — Как-то более доступно, без всяких таких загадок, не можешь объяснить?

— Да что тут еще объяснять? — пожал плечами Финн. — Я и есть этот третий, о котором ты упоминал. И ты совершенно прав, ничем хорошим для тебя наша встреча не закончится. Ты парень-то далеко не глупый и наверняка давно догадался, чем я по жизни промышляю.

— Ты — палач, или модератор, точно не знаю, — сказал я. — Но судя по названию твоего класса, работаешь непосредственно на Систему.

— Верно, — кивнул он. — И у меня очередное задание от нее. Точнее не очередное, а финальное. Завершающее очень длинную и очень замороченную цепочку квестов. Разумеется, с поистине царской наградой после исполнения.

— И что это за награда, друг? — поинтересовался я.

— Понятия не имею, — развел руками он. — Может в итоге я стану кем-то вроде бога, а может даже и на эту братию смогу плевать с высокой колокольни. По правде говоря, я и сейчас иногда могу так делать. Плюшки профессии... Да к черту это... Не о том ты сейчас спрашиваешь, друг.

— Я — твоя цель? — уточнил я.

— Ты — моя цель, — подтвердил он. — И это... Прости, приятель, но шансов избежать смерти, я имею в виду окончательной смерти, как ты уже, наверное, догадался, у тебя, попросту, нет. То есть, совсем нет.

— Да чего уж там, приятель, — печально вздохнул я. — Давай решим этот вопрос по-быстрому. Только учти, я тоже просто так сдаваться не собираюсь. Если в процессе все таки пострадаешь ты, считай, сам виноват.

— Идет, — согласился он. — Хочу чтобы знал: в знак нашей недолгой, но очень приятной дружбы, я постараюсь умертвить тебя максимально безболезненным и быстрым способом. Мучиться не придется, обещаю.

— Что ж, и на том спасибо, — сказал я, и как умел, принял боевую стойку.

Content

Игра в Трудовика (Трудовик 4)

Глава 1

Глава 2

Интерлюдия "Великая Мать"

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Интерлюдия "Модератор" (начало)

Интерлюдия "Модератор" (окончание)

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Интерлюдия "Трест, который лопнул" (начало)

Интерлюдия "Трест, который лопнул" (продолжение)

Интерлюдия "Трест, который лопнул" (окончание)

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21