Роберт Говард

Купидон против Поллукса[1]

* * *

Поднимаясь по лестнице в доме братства, я встретил Тарантула Сунза, второкурсника с замкнутым характером и испуганным взглядом.

– Ищешь Спайка, да? – спросил он.

Получив утвердительный ответ, студент с любопытством посмотрел на меня и сказал, что Спайк в своей комнате.

Поднимаясь по лестнице, я все время слышал, как кто-то пел песню о любви голосом, побуждающим на убийство при смягчающих обстоятельствах. Как ни странно, но этот звериный вой доносился из комнаты Спайка, и, войдя, я увидел его самого, сидящего на диване и поющего о возлюбленных, их нежных красных губках и прогулках под луной. Глаза Спайка были мечтательно подняты к потолку, он вкладывал всю силу чувств в возмутительный рев, который, несомненно, считал самой прекрасной мелодией в мире. Сказать, что я был удивлен, значит ничего не сказать. Спайк прервал свою арию и спросил:

– Ну разве любовь не прекрасна, Стив?

Меня словно молотом ударило. Кроме того, что в Спайке было шесть футов и семь дюймов роста и более двухсот семидесяти фунтов веса, его сентиментальное, как у носорога, лицо могло запросто служить рекламой самого изысканного модника.

– Да неужели? И кто же она? – с нескрываемым сарказмом спросил я, но Спайк лишь томно вздохнул и... начал читать стихи.

– Так вот почему ты не пришел на тренировку! – возмутился я. – Большое толстое ничтожество! Завтра соревнования по боксу, а ты, старый морж, расчувствовался, словно трехлетний теленок!

– Ну хватит, – сказал он и с отсутствующим видом изо всей силы ударил меня в челюсть, – я и без тренировки уложу любого.

– Да уж, – усмехнулся я, поднимаясь на дрожащие ноги, – тебе не требуется тренировки, чтобы побить Монка Галлранана. Это вариант беспроигрышный.

– От бокса, – изрек этот влюбленный простофиля, – человек деградирует. Держу пари, она думает точно так же. Я вообще не уверен, стоит ли мне идти на эти соревнования.

– Ну ты даешь! – вскипел я. – И это после того, как я с таким трудом привел тебя в форму?! Тебе что, наплевать на честь колледжа?

– Ладно уж, разомнемся немного, – неохотно согласился Спайк, самым уродливым образом поджав губу.

– Ах ты, тупоголовый слон! – сказал я, всадив ему левую по самое запястье в солнечное сплетение, и поединок начался. Во всяком случае, когда мы закончили драться, я крикнул ему, стоя у подножья лестницы:

– Тебе только с грудными младенцами драться! В колледже для тебя еще рановато!

В ответ он лишь так сильно хлопнул дверью, что сотрясся весь дом, но на следующий день, когда я судорожно искал тяжеловеса ему на замену, этот громила явился ко мне собственной персоной, чопорный и самодовольный.

– Я решил драться, Стив, – величественно произнес он. – Она будет в первом ряду, а женщины обожают физическую силу и мощь в сочетании с мужской красотой.

– Ладно, – вздохнул я. – Переодевайся. Твой поединок станет последним и, конечно, главным событием дня.

Заправлять боксерскими поединками в колледже занятие обоюдоострое. Если дела идут неважно, вся вина возлагается на менеджера, а если все в порядке – вся слава достается боксерам. Помню, однажды я даже сам заменил боксера полусреднего веса, который не явился на поединок. Чтобы фанатики получили удовольствие за свои деньги, в третьем раунде я сделал вид, что ослабил бдительность, и спровоцировал своего соперника, чтобы он ударил – а он и ударил. Потом в течение четырех часов меня приводили в чувство. Тот факт, что у него в перчатке обнаружили подкову, ничуть не уменьшил мое уважение к этому виду спорта. Теперь эта подкова находится в музее, но, побывав в контакте с моей челюстью, она уже не очень похожа на подкову.

Но вернемся к поединку. Колледж, который представляли мы со Спайком, в первых схватках имел незначительное преимущество; наш боксер полулегкого веса одержал убедительную победу по очкам, а легковес закончил поединок вничью с парнем из колледжа Святого Джаниса. Тяжеловесов, как всегда, были мало, только Спайк да Монк Галлранан из Университета Беркли. Этот "горилла" Монк так же высок и тяжел, как Спайк. Он не стал капитаном футбольной команды только из-за того, что однажды во время тренировки переломал руки и ноги всем своим игрокам. Вид у него был даже более доисторический, чем у Спайка, так что можете себе представить, как выглядели эти два пещерных человека, когда встали в позицию. Спайк торжествовал, получив шанс продемонстрировать своей девушке атлетическую силу в коротком поединке – ведь он был слишком ленив, чтобы выйти на целых полтора часа на футбольное поле, его подвиг не мог длиться дольше пяти минут. Схватка шла недолго, так что лучше я опишу ее раунд за раундом. То, чего эти два дурачка не знали о тонкостях бокса, дополнят энциклопедии, но признаюсь, что я преподал Спайку лишь азы ближнего боя и надеялся, что именно в нем он и победит, так как ближний бой – недостижимое искусство для среднего любителя.

Раунд 1

Спайк пропустил удар левой в голову, и Монк врезал ему еще по корпусу. За это Спайк ударил противника в ухо правой, получив в ответ внезапный удар в нос левой. Они колотили друг друга по корпусу, и Монк заставил Спайка закачаться от свистящего удара левой. Спайк пропустил еще один правой, и они сцепились в клинче. Получив удобную возможность, Спайк пригвоздил Монка прямым ударом правой в челюсть. Монк ударил Спайка левой в голову и правой по корпусу, а Спайк в ответ заехал сопернику прямым ударом левой в лоб.

Раунд 2

Монк пропустил удар правой, но ударил Спайка левой в челюсть. Они сошлись в клинче, и Спайк перешел на ближний бой. Монк качнул Спайка сильным ударом правой в челюсть и погнал через весь ринг, молотя обеими руками по голове и по корпусу. Спайк старательно прикрывался, затем чуть не оторвал Монку голову апперкотом. Монк схватил Спайка в клинч, а тот наказал соперника короткими прямыми ударами правой по корпусу. Когда прозвучал гонг, Спайк угостил Монка левым хуком в челюсть.

Раунд 3

Монк заблокировал свинцовый хук Спайка и нанес ему три апперкота по зубам. Спайк заехал Монку бешеным свингом, а тот ответил прямым ударом правой в челюсть. Еще один прямой до крови рассек Спайку губу. Последовал быстрый обмен ударами, и вскоре в результате серии коротких левых хуков то в воздух, то в голову Монк оказался у канатов. Монк сам ринулся в атаку и загнал Спайка на середину ринга, где они остановились нос к носу, обмениваясь сильными ударами в голову и в корпус. Монк бешено ринулся вперед и хотел провести прямой удар левой в глаз. Спайк увернулся, кулак проскользнул над его плечом, и тут Спайк заехал Монку в челюсть. Монк свалился на ринг. Когда рефери досчитал до девяти, раздался гонг.

Секунданты Монка немало потрудились, но к началу четвертого раунда он еще нетвердо стоял на ногах. Я крикнул Спайку, чтобы тот поскорее кончал с противником, но он был осторожен.

Спайк медленно подошел к Монку; секунду они делали обменные выпады кулаками, затем Спайк шагнул вперед, вонзил левую руку по самое запястье в солнечное сплетение Монка, а потом нанес такой удар правой, что мог бы сокрушить дом. Монк шмякнулся на пол и затих.

Затем мой простодушный Спайк повернулся спиной к своему поверженному противнику и, улыбаясь и раскланиваясь, направился к канатам. Он раскрыл было рот, чтобы что-то сказать своей девушке, но в это время Монк, успевший к этому моменту очухаться, правой рукой почти от пола заехал Спайку прямо под оскалившуюся в улыбке челюсть. Рефери мог считать хоть до миллиона.

Позже, сидя на полу ринга, Спайк сказал мне:

– Знаешь, Стив, связываться с девушками – дохлый номер! Для меня они, пожалуй, больше не существуют.

– Ну, если ты это понял, тебя не зря проучили, – сказал я.

Примечания

1

Поллукс – бессмертный сын Зевса и Леды, прославился своим искусством кулачного боя.

Content

Роберт Говард
Купидон против Поллукса

Примечания