Magic Dome Books

Лабиринт Страха. LitRPG роман Алексея Осадчука

***

Примечания автора:

Автор © Алексей Осадчук 2020

Художник © Валерия Осадчук 2020

Издательство Magic Dome Books, 2020

Все права защищены

Страница книги

Глава 1

― Заманчивое приглашение, но я пас.

Тролля мой ответ заставил нахмуриться.

― Ты, видимо, прослушал, когда я говорил, что просто так уйти не выйдет.

― И все-таки мне придется покинуть это несомненно прекрасное место.

Пока говорил, я демонстративно обвел взглядом мрачный каменный парапет и потрескавшийся пол смотровой площадки.

Привратник с тяжелым вздохом закатил глаза и сказал:

― Не получится.

― Я думал, между нами нет вражды.

― Все верно, ― кивнул тролль. ― Именно поэтому ты все еще жив. Для других претендентов… таких как ты, все заканчивалось не так удачно.

― Таких как я? ― оговорка привратника меня заинтересовала.

Тролль поморщился. Видимо, сказал больше, чем собирался. Но все-таки ответил, кивая на пол под моими ногами:

― Этот портал приводит к нам убийц хаоситов. А я их встречаю.

Я по-новому оглядел каменные плиты, на которых стоял. Тут и там на истертых временем камнях просматривались какие-то письмена. До меня наконец дошло. Вся смотровая площадка ― это и есть портал. Только вот почему он никак не реагирует на мое присутствие?

― Дошло? ― оскалился привратник.

― Ты блокируешь работу портала? ― ошарашенно спросил я.

Тролль хмыкнул.

― Не я.

― Тогда кто же? Хотя постой… Это ― Великая Система!

― Ну наконец-то.

― Хочешь сказать, что, дав согласие на участие в этом вашем испытании, я лишил себя возможности покинуть это место? ― И, не дожидаясь очевидного ответа, я задал следующий вопрос: ― Это можно как-то исправить?

― Можно, ― кивнул тролль. ― Но зачем?

― Я спешу.

Здоровяк озадаченно хмыкнул.

― Странное дело, многие отдали бы пол жизни ради того, чтобы оказаться здесь и попытаться стать сильнее. Ты же всячески пытаешься сбежать отсюда. Не понимаю.

― Я спешу, ― настойчиво повторил я, хотя фраза «стать сильнее» не прошла мимо моих ушей.

Тролль лениво пожал плечами. Мол, не его проблема. И встал боком ко мне, приглашая проследовать в сторону входа.

― Ты сказал, что это можно исправить, ― продолжил настаивать я.

Видя, что я не собираюсь двигаться с места, привратник тяжело вздохнул. Зная нравы троллей, я понимал, что ему стоило труда держать себя в руках. Любопытно, как долго амулет будет защищать меня от гнева этого верзилы?

Частично поборов свое раздражение, привратник снова совершенно по-человечески провел своей широкой ладонью по глазам и медленно произнес:

― Способы есть. Например, магистр нашей фракции может изгнать нерадивого претендента. Откровенно говоря, будь я магистром, поступил бы именно так.

Похоже мое нежелание приобщаться к тайнам хаоса раздражало его еще больше, чем мое упрямство.

― В любом случае, ты скоро сам все узнаешь. По прибытии магистр беседует с каждым претендентом лично. Идём.

Сказав это, тролль развернулся и двинулся в сторону темного прохода. Сделав несколько шагов, он слегка повернул голову и мрачно произнес:

― Думаю, тебе будет полезно узнать, что за последние две сотни лет ты первый, кому удастся пройти в эти двери.

Гнев и ярость уже отступили. И пока апатия полностью не парализовала способность соображать, мой мозг лихорадочно анализировал сложившуюся ситуацию.

Я сверлил взглядом широкую спину, удаляющегося тролля. Ни уровня, ни показателей. Лишь лаконичная надпись «Привратник» над головой. Любопытно, на что способен этот тролль? Наверняка за две сотни лет убийц хаоситов, пожелавших воспользоваться приглашением, было немало. Прибавить к этому тот факт, что за убийство простого хаосита манускрипт вряд ли дают. Выходило, что я только что избежал схватки с существом, способным померяться силами с первородными.

Тяжело вздохнув, я двинулся следом за привратником. Если для того, чтобы покинуть это место, я должен встретиться с местным магистром, что ж ― так тому и быть.

***

Спустившись по каменной лестнице и преодолев несколько темных коридоров, мы остановились напротив широкой двери.

― Тебе придется какое-то время побыть здесь, ― сообщил мне тролль, открывая дверь и предлагая войти в довольно просторную комнату. ― Я должен доложить о твоем прибытии магистру.

Не торопясь переступать порог, я быстро осмотрелся. Каменные стены, широкий лежак, грубо сколоченный массивный табурет и стол. Общую угрюмую картину довершало узкое окно, забранное решеткой, сквозь которое проникали всполохи молний добравшейся до цитадели бури.

― Очень похоже на тюремную камеру, ― со скепсисом в голосе произнес я.

Привратник обвел оценивающим взглядом внутренности комнаты и неопределенно пожал плечами.

― Никогда не думал об этом, ― смущенно пробурчал он.

Реакция тролля меня озадачила. Мои слова как будто обидели его. А потом до меня неожиданно дошло.

― Погоди, ― хмурясь, начал я. ― Это твое жилище?

Тролль кивнул и произнес:

― Ты друг моего народа. Я должен проявить гостеприимство.

Я почувствовал, как вспыхнуло мое лицо. Неудобно получилось.

― Я не…

― Все нормально, ― перебил меня привратник. ― У меня уже давно не было гостей. Проходи. Располагайся. Здесь тебе ничего не угрожает. Даю слово.

Переступив порог, я сделал несколько шагов внутрь и обернулся.

Перед тем, как прикрыть за собой дверь, тролль тихо добавил:

― Ты прав ― это место действительно похоже на тюрьму. Какое-то время я тоже так считал.

Я не знал, как реагировать на его слова. Значило ли это, что тролль когда-то оказался здесь не по своей воле или это было просто некой фигурой речи, мне на самом деле было плевать. Главное ― покинуть это место, как можно быстрее, перед этим узнав мое точное местоположение. Я ведь до сих пор не знаю, в какой части моего мира нахожусь. Стоило взять себя в руки, спрятав свое горе в самые дальние закоулки подсознания, как мозг начал подкидывать мне вопросы, о которых следовало подумать с самого начала.

Взобравшись на громоздкий табурет, первым делом я призвал харна. Появление Обжоры встретил со вздохом облегчения. Друг, чувствуя мое состояние, пытаясь подбодрить, ткнулся плоским лбом в мое плечо и лизнул горячим языком щеку.

― Я больше никогда не увижу ее, ― прошептал я, крепко сжимая в ладони маленькую фигурку ласки, и сам ужаснулся этим словам.

― Хрн…

― Ты прав, братишка. Не время раскисать. Давай используем эту передышку с пользой. Что-то подсказывает мне ― у нас еще не скоро появится такая возможность.

Я хотел было заняться подсчетом трофеев, но Обжора неожиданно предупреждающе рыкнул, а спустя секунду дверь начала открываться. Вернулся привратник.

Быстро он. Как-то слишком быстро.

Все, что я успел сделать, прежде чем дверь открылась ― отозвать Обжору. Светить питомца пока не собирался. Но когда увидел, кто стоял на пороге, пожалел о сделанном.

Хозяйка Аномалии! Дзёре-гумо! Паучиха собственной персоной! Она стояла в проходе и задумчиво улыбалась, обнажив свои белоснежные клыки.

Я уже был готов активировать щиты, но голос тролля из-за спины Паучихи меня остановил.

― Вот, магистр, ― пробубнил он. ― Это и есть новый претендент. Он…

― Убийца моей сестры, ― закончила за него женщина и переступила порог.

Я попытался сглотнуть, но понял, что во рту пересохло.

Спустя мгновение, в проеме показалась массивная фигура тролля. Весь его вид говорил о том, что он чувствует себя не в своей тарелке. Очень скоро я понял причину.

― И ты посчитал его достойным? ― слегка насмешливо спросила магистр, при этом не отводя от меня сверлящего взгляда.

― Да, магистр! ― твердо ответил привратник. При этом он выпрямился и расправил плечи.

― Любопытно, ― хмыкнула магистр.

Неизвестно, что именно ей показалось любопытным. Ответ тролля или то, что она не смогла прощупать меня ментальной магией. Система исправно сообщала, что она уже трижды пыталась воздействовать на меня разными заклинаниями.

― Ну, а ты что скажешь? ― наконец обратилась она ко мне.

Неудача магистра воодушевила меня. Значит, все-таки моя «воля» справилась, а это не может не воодушевлять.

― Я бы хотел покинуть это место, ― как можно спокойней и вежливей ответил я. ― При этом я понимаю, что мне не следовало активировать манускрипт, но в тот момент обстоятельства складывались так, что…

Магистр, не дослушав, перебила меня.

― А он неплохо держится, правда? ― продолжая сверлить меня взглядом, обратилась она к троллю. И затем продолжила уже мне: ― Как тебе удалось справиться с моей сестрой?

― Мне ― никак, ― односложно ответил я. Мне не понравилось то, как она со мной разговаривала.

― Но она мертва, ― нахмурилась магистр.

― Да, ― кивнул я. ― Сердце Леса прямо на моих глазах разорвало ее на мелкие клочки.

При упоминании Сердца Леса магистр слегка вздрогнула, но мгновенно взяла себя в руки. Должен заметить, мне понравилось, как мои слова подействовали на нее. А еще я внутренне поражался самому себе. Стою вот сейчас в двух шагах от сестры той, в убийстве которой принимал участие, и наглею. Другой бы уже забился под табуретку от ужаса, а мне все ни по чем. Откуда во мне эта безрассудная отвага? Может, это оттого, что я не чувствую угрозы ни от магистра, ни от ее привратника? Их взгляды даже немного похожи. Они будто оценивают меня. Может быть, испытание уже началось, а мне об этом забыли объявить?

― Сердце Леса, говоришь? ― задумчиво произнесла магистр. Невооруженным взглядом было видно, что известие о смерти сестры-близнеца ее никак не тронуло. Скорее наоборот, в ее голосе слышались нотки радости и, кажется, облегчения.

― Она сама виновата, ― вдруг вырвалось у меня.

― Что ты имеешь в виду? ― заинтересовалась магистр.

― Она каким-то образом подчинила Сердце Леса и создала опасную аномалию. Которая начала увеличиваться и расти. Она изменила всех лесных жителей, превратив их в уродливых чудовищ. Леший…

― Ты сказал, Леший? ― встрепенулась магистр и сделала шаг вперед.

― Да, ― медленно кивнул я.

― Хм… Теперь понятно… Но ты продолжай, мне интересно.

― А продолжать, собственно, нечего, ― пожал печами я. ― Леший использовал меня, как отвлекающий маневр. И когда хм… ваша сестра потеряла контроль, Сердце Леса воспользовалось этим.

Магистр усмехнулась:

― Как это похоже на него…

И дураку понятно, о ком она. Старый лесовик еще тот манипулятор. Видимо, она знает его лично. А еще я понял, что она знала, где находилась ее сестра. Ведь старик мне ясно дал понять, что когда-то существовало несколько таких, как он.

― Так почему ты хочешь покинуть нас? ― неожиданно спросила магистр.

― Я спешу.

― Объяснись, ― коротко потребовала она. ― Дело в том, что я не понимаю, что может быть важнее, чем единение с одной из стихий. Такая возможность выпадает раз в жизни, да и то не каждому.

Я понимал, что мое освобождение от участия в испытании зависит сейчас от нее поэтому постарался быть убедительным.

― Мои близкие в плену. Я должен их спасти.

― И кто же их пленил? ― поинтересовалась магистр.

― Стальной король.

― Даже так? ― ее брови взметнулись вверх. ― Чем дольше я с тобой говорю, тем больше у меня вопросов. И как же ты собрался вызволять своих друзей? Я, конечно, ни коим образом не умаляю твои таланты и способности, но все-таки… Что может противопоставить пусть и необычная, но все же нулевка одному из самых могущественных существ этого мира? В услужении которого, по моим данным, находятся несколько первородных?

Меня словно пыльным мешком по голове приложили. Только что мир, который, как мне казалось, я знал, из маленькой точки превратился в необъятную вселенную.

― Вижу, ты не имел ни малейшего понятия, с кем свела тебя богиня Судьба? ― усмехнулась магистр. ― Кстати, зачем ты ему понадобился? Раз он держит у себя твоих близких в заложниках ― ты ценен для него. В чем твоя ценность? То, что ты потомок Древних ― это я вижу и без подсказки, но ведь есть еще что-то? Правда?

Мое настойчивое молчание вызвало улыбку на ее лице, которая, скорее, походила на оскал.

Магистр повернулась к троллю и произнесла:

― Ты правильно сделал, что не убил его. Хотя до сих пор не могу понять, в чем причина. Но об этом расскажешь потом. За последние несколько столетий нашей фракции, похоже, повезло. Очень перспективный претендент. Хаос ответил на мои молитвы.

― Я бы хотел уйти, ― настойчиво напомнил о себе я.

― Ах, да, ― беззаботно хмыкнула магистр. ― Чуть не забыла! Ты можешь идти. Да-да, не смотри на меня так. Ты свободен.

В подтверждение ее слов перед моими глазами появилась надпись.

― Желаете отказаться от участия в испытании «Единение с Хаосом»?

― Да/Нет?

Перечитав два раза системное сообщение, я хмуро взглянул на магистра.

― В чем подвох?

― Ни в чем, ― пожала плечами она. ― Нам здесь не нужны адепты, которых заставили стать частью Хаоса. Я не моя сестра. Я никогда не разделяла ее методы. Я считаю ― это должен быть осознанный выбор. Твое желание. А не случайный перенос.

Я взглянул на тролля, ища поддержки, но его физиономия ничего не выражала.

― Я не просто так оговорилась и назвала тебя адептом. Я больше чем уверена, что ты пройдешь испытание.

― Но зачем мне это? ― спросил я. ― Зачем мне становиться зависимым от вашего хаоса?

Магистр искренне расхохоталась. Даже на губах тролля появилось подобие улыбки.

― Так вот как ты видишь единение с Хаосом! О какой зависимости ты говоришь, глупец? Хаос даст тебе свободу, изменит твое тело, поделится своей силой. Твои заклинания станут более эффективными! Он поможет тебе на пути совершенства. У тебя могущественные враги, тебе понадобится такой союзник, как Хаос! Со временем, если докажешь, что достоин, тебе откроются наши тайны. Ты получишь допуск к оружейной нашей фракции. Наши алхимики будут рады снабдить тебя своими зельями. Ты выучишь новые заклинания. Обретешь способности, о которых простые смертные могут только мечтать!

Я слушал речь магистра и постепенно осознавал, что попал в место, которое своим устройством напоминало орден охотников на чудовищ. Лисолюд, восхваляя орден, говорил примерно также. Только вот фракция хаоса была все еще живой организацией. Перспективы добраться до действующих оружейной и алхимических лабораторий, и не нарваться при этом на горы пыли и праха, здорово вдохновляли. Если эликсиры хаоса хотя бы наполовину так же полезны, как те же «кляксы» или зелья насыщения ― задержаться в этом месте стоило того.

Кроме всего прочего, я вынужден признать ― мне нечего противопоставить Стальному королю. Особенно в свете открывшихся обстоятельств. Я должен стать сильнее. Если это будет хаос ― пусть так.

Я снова взглянул на системное сообщение, висевшее перед моими глазами, и без сожалений выбрал слово «Нет».

― Правильный выбор, будущий адепт! ― торжественно произнесла магистр и вышла из комнаты, на ходу обронив троллю: ― Отведи его к остальным и введи в курс дела.

Когда шум шагов магистра растворился среди коридоров, тролль обернулся ко мне и спросил:

― Пожрем?

Мой живот неожиданно ответил утробным урчанием, на что тролль хохотнул и понимающе кивнул:

― Идем на кухню. Там и поговорим.

***

В цитадели хаоса кормили просто, но вкусно и сытно. Правда, я, уже привыкший к разносолам Ласки, вынужден был снова переходить на «нулевые» харчи. Сегодня у них была в меню овощная похлебка.

― Магистр сказала отвести меня к остальным, ― облизывая ложку начал я. ― Есть еще такие, как я?

― Таких, как ты, нет, ― ответил тролль, жадно налегая на похлебку. Это уже его пятая или шестая тарелка.

В кухне никого не было. Мы сидели поближе к затухающему очагу за широким длинным столом, посреди которого стоял здоровенный котелок с недавно приготовленной похлебкой. От вопроса о поварах, привратник отмахнулся, как от мухи. Но объяснил. Оказалось, его тут все шибко боятся. Стараются на глаза особо не показываться. Готовят еду и ― врассыпную.

― Кто же тогда эти «остальные»? ― поинтересовался я.

― Получившие метку Хаоса, ― коротко ответил тролль, давая понять, что больше по этому поводу информации от него ждать бессмысленно. ― Но все-таки меня обнадежил: ― Завтра сам узнаешь.

― В чем состоит испытание? ― перешел я к сути.

― Наконец-то правильный вопрос. Ты должен добыть частицы хаоса и пройти посвящение у алтаря.

Хм… Знакомая процедура.

― Вижу тебя это не удивляет? ― тролль смотрел на меня из-под кустистых бровей. ― Ты уже проходил посвящение?

― А это проблема?

― Если это огонь или магия леса ― тогда да.

Я отрицательно покачал головой.

― Значит, порядок, ― кивнул тролль и продолжил есть.

― Где эти частицы хаоса можно добыть?

― В Лабиринте Страха, убивая тамошних обитателей.

― Что за место?

― Древнее. Живущее по своим законам. О нем можно говорить часами и ничего не рассказать. Это надо видеть.

― Но…

― Ты должен всегда быть готов к схватке — это все, что тебе надо знать, ― перебил меня тролль. ― Продержись положенное время, и все.

М-да… Так себе инструктаж. Либо ему лень говорить, либо не может рассказать всю правду.

― Как долго? ― спросил я.

― У всех по-разному: час, день, неделю, ― ответил привратник. ― Рекорд ― двадцать восемь дней. Меня, к примеру, лабиринт продержал шестнадцать суток.

Я озадаченно почесал затылок.

― Не беспокойся, ― отмахнулся тролль. ― Здесь твоего отсутствия почти не заметят. Время в нашем мире и в лабиринте течет по-разному.

― Я пойду один?

― Войдете все вместе. Но будешь ли ты там один или в группе ― это уже как договоришься.

Положив ложку, он поднял указательный палец вверх и серьезно произнес:

― Напоследок дам тебе бесплатный совет ― никому там не доверяй. Рассчитывай только на свои силы. Но, судя по твоей физиономии, тебе не привыкать. Прости, что не могу сказать больше. Всё. Тебе пора. Ты должен поспать. Завтра трудный день. Как по мне ― так самый важный в твоей жизни.

Поднимаясь из-за стола, я словил себя на мысли, что мне не страшно. Леший был прав ― я должен стать сильнее.

Глава 2

Тролль снова повел меня по полутемным коридорам и каменным закоулкам. Шли молча. Ни я, ни мой провожатый попыток заговорить не предпринимали. Поглощенный своими мыслями я не сразу заметил одну странность ― чем дольше мы шли, тем больше складывалось стойкое впечатление, что тролль уже давно мог доставить меня к предполагаемому месту назначения, но по какой-то, известной только ему причине, он этого не делал.

В местах пересечения коридоров он иногда останавливался и зачем-то вглядывался в стены, будто искал какие-то ориентиры. Со стороны могло показаться, что он умудрился заблудиться. Но я понимал, что здесь происходило что-то другое.

В очередной раз, когда привратник остановился и принялся внимательно изучать ничем непримечательный отрезок каменной стены, до меня наконец дошло и я активировал «чутье сколопендры».

Как только заклинание начало действовать, перед моим взором предстала совершенно иная картина. Стены, пол и потолок, куда ни брось взгляд, были испещрены магическими символами ярко-лилового цвета. После полумрака свет неизвестной магии буквально ослепил меня. Я даже прикрыл глаза рукой. Этот жест не укрылся от внимания моего провожатого. Тролль коротко кивнул на потолок и приставил указательный палец к губам, мол, молчи. Затем подозвал меня взмахом ладони к себе. Я сделал вид, что все понял, и подался вперед.

― Смотри, ― прошептал он и указал на еле видимый магический щуп, тянущийся от его источника и соединяющийся с письменами на стенах.

Я кивнул, мол, понял. Мне уже приходилось видеть такое. Подобная система магических каналов действовала в Камнеграде и в форте «Смелый». Подобно тому голему, что помог нам отбиться от иномирных тварей в Каменном лесу, тролль был соединен с Цитаделью Хаоса. Теперь понятно, откуда он черпал свои силы. Причем объем его собственного источника маны было сложно определить.

Жестами предложив следовать за ним, тролль сделал несколько шагов вглубь темного коридора и остановился, снова указывая пальцем на потолок. Я заинтригованно поднял голову. Вот оно что…

В том месте, на которое указывал тролль зияла небольшая брешь в магическом орнаменте. Привратник шагнул вперед и оказался прямо под этим разломом. Щуп, тянувшийся из его источника, истончился, а затем исчез.

― У нас мало времени, ― быстро заговорил тролль. ― Скоро разрыв исчезнет. Задавай свои вопросы. Только не трать время зря и не спрашивай, почему я раньше ничего не рассказал.

― Это правда? ― тут же нашелся я. ― Я действительно получу все то, о чем наговорила твоя хозяйка?

― Даже больше, ― утвердительно кивнул тролль. ― Все будет зависеть от тебя.

― Лабиринт…

― Самое древнее место в нашем, да и, пожалуй, во всех мирах, ― торопливо перебил тролль. ― Никто не знает, кто и когда его создал. Там свои законы. Никто не властен над Лабиринтом Страха.

― Что меня ждет там?

― У каждой фракции есть свой портал, ведущий в лабиринт.

― Им тоже нужны частицы хаоса? ― спросил я.

― Нет, ― ответил тролль и обеспокоенно посмотрел на постепенно затягивающуюся брешь в магической вязи. ― Для каждой фракции у лабиринта свои ресурсы.

― Ты так говоришь, будто он живое существо, ― хмыкнул я.

Тролль перевел взгляд на меня. В его черных глазах не было ни намека на юмор.

― Можешь смеяться, ― пробурчал он. ― Но я действительно считаю, что лабиринт не совсем бездушен. А все, что в нем происходит ― это его сны. Иногда короткие, иногда длинные.

― Что ты имеешь в виду?

― В лабиринте страха есть множество аномалий, ― терпеливо начал объяснять тролль. ― Они представляют собой временные отрезки давно минувших событий. Которые могут длиться как несколько часов, так и несколько месяцев. Шагая по тоннелям лабиринта, можно неожиданно попасть на поле боя древних армий, прямо в разгар сражения. Либо очутиться в центре какого-нибудь древнего, уже давно не существующего города. Аномалии могут быть большими и маленькими. Все участники аномалий подобно призракам исчезают вместе с аномалиями, когда приходит время. Кроме того, бывают и такие моменты, когда аномалиями могут стать и действующие лица в самом лабиринте без смены декораций. Кто-то зовет их призраками, хотя это в корне не верно. Ведь они из плоти и крови. А кто-то, как я, придумывает свои объяснения.

Я озадаченно потер затылок.

― Знаю, это сложно осознать, ― понимающе сказал тролль. ― Но, когда побываешь там несколько раз, начнешь относиться к этому, как к данности.

― Как это несколько раз? ― удивился я.

― А почему нет? ― хмыкнул тролль. ― Здесь, в цитадели, частицы хаоса ― самый ценный ресурс. Например, из тех, кто войдет с тобой завтра в лабиринт, будут только двое, кому нужно посвящение. Остальные идут далеко не в первый раз.

― Я должен их опасаться?

― Конечно, ― с готовностью кивнул привратник. ― Попав в лабиринт, ты станешь его частью. Убив тебя, они получат частицы хаоса.

― Их много?

― Две группы и несколько одиночек.

Я кивнул, давая понять, что внимательно слушаю.

― Первая группа ― стая перевертышей, ― начал перечислять тролль. ― По-вашему ― оборотней. Хаос любит таких. Каждый из них рождается с меткой хаоса. Вторая группа ― несколько змеелюдов из личной стражи Нурэ-онна.

― Кого?! ― ошарашенно переспросил я.

― Нурэ-онна, ― повторил спокойно тролль. ― Так зовут магистра нашей фракции.

Так вот кем оказалась сестрица Паучихи! Еще одна страшилка, которой пугают детишек на ночь. Женщина-змея, высасывающая кровь из своих жертв. Древнее чудовище, притворяющееся прекрасной девой и заманивающее простых смертных жалобными песнями.

― Смотрю тебе знакомо это имя, ― усмехнулся тролль.

― Еще бы, ― севшим голосом ответил я.

― Небось наслушался всяких небылиц, ― скептически заметил он, а потом задумчиво добавил: ― Хотя многие из них являются правдой.

Затем он встрепенулся и взглянул на потолок.

― Поторопись, брешь начала закрываться быстрее.

― Почему ты мне помогаешь?

Мой вопрос удивил тролля.

― Это все, что ты хочешь узнать? ― поморщившись, спросил он. ― Разве это так важно сейчас?

― Конечно, ― уверенно ответил я. ― Мне нужна уверенность в том, что в этом месте у меня есть союзник или хотя бы тот, кто не навредит мне. Так почему ты идешь на риск, помогая мне?

― Законы моего народа ― это все, что у меня осталось! ― гордо подняв массивный подбородок, ответил тролль. ― Амулет, который ты мне показал, просто так и кому попало не дается. Значит, ты заслужил право носить его. Ведь так?

Я правильно понял посыл тролля. Он хотел знать.

― Это было в Каменном лесу, ― ответил я, наблюдая как загорелись глаза привратника. ― Защищая племя троллей, мы сражались бок о бок с твоими сородичами против темных тварей, рвавшихся из иномирного портала. Мы остановили прорыв и закрыли портал. Ненадолго, но этого времени было достаточно, чтобы шаман смог увести женщин и детей вглубь леса. Надеюсь, им удалось спастись.

― Ты сказал «мы»…

― Кроме троллей, со мной были мои друзья, ― кивнул я. ― Один из них целитель. В тот день он спас многих. ― Вспомнив Ми, я улыбнулся и добавил: ― Поверь, на его шее намного больше подобных амулетов.

― Я так понимаю это его держит в плену Стальной король, ― догадался тролль.

― Именно, ― кивнул я.

— Значит ты правильно сделал, что остался, ― кивнул привратник и уже снова бесстрастным тоном добавил, взглянув на исчезнувшую брешь на потолке: ― Пойдем, я отведу тебя к остальным.

Широкий круглый зал с высокими каменными колоннами, торчащими вдоль стен, встретил нас молчанием. Но уже спустя мгновение в некоторых местах в тени началось шевеление, а за ним и приглушенные разговоры.

Благодаря «чутью» я прекрасно видел, с кем имею дело. Вон справа пульсирует магический источник на тысячу единиц. Вокруг него имеется отрывистое движение нескольких тел. Видимо, это первая группа, о которой упоминал тролль. Оборотни. Я насчитал пятерых громил. Нетрудно догадаться, что источник принадлежит вожаку стаи.

В противоположной стороне сразу три источника поменьше. Держатся особняком. Появление привратника встретили протяжным шепотом, больше напоминающим шипение. С ними тоже все ясно. Змеелюды. Гвардия местной хозяйки.

Судя по тому, что я наблюдаю еще одно скопление источников, за последнее время ситуация изменилась ― образовалась еще одна группа, о которой не мог знать тролль. Похоже, самая сильная и самая многочисленная. Семеро бойцов, двое из них маги.

Одиночки тоже есть. Вижу троих. Один из них маг с источником на две тысячи единиц маны. Он единственный, кто никак не отреагировал на наше появление. Он мирно храпел.

Кстати, о реакции. Привратника здесь явно опасались. Кто-то больше, кто-то меньше, но запах страха я уже научился распознавать. К слову, это Обжора меня научил пользоваться моими новыми способностями. Оказалось, у страха есть свой запах.

Реакция же на мое появление была вполне ожидаемой. Презрительно-насмешливая. Я думаю, пока тролль не удалился, меня вообще принимали за какого-нибудь слугу. Лишь когда его тяжелые шаги замерли в глубине коридоров, присутствовавшие в зале, наконец, поняли, что я тоже собираюсь посетить лабиринт.

Со стороны оборотней слышались презрительные смешки. Змеелюды демонстративно меня проигнорировали. Да и члены третьей группы, видимо, понимая, что от нулевки толку будет мало, очень скоро перестали меня замечать. Благодаря моему слуху, я уже был в курсе о том, что обо мне говорят.

― Они зря тебя недооценивают, верно? ― обратился ко мне насмешливый скрипучий голос из темноты.

Уже прошли те времена, когда ко мне можно было подкрасться незаметно. Движение справа в мою сторону я заметил уже давно. Но пока не дергался. Тролль загодя предупредил меня, что в цитадели бои запрещены.

― Надеюсь, ты не собираешься повторять ту же ошибку? ― спокойно спросил я, не оборачиваясь.

Говоривший обращался ко мне на общеимперском. Но, судя по интонации, я примерно понимал, с кем имею дело. У Жувеса, гоблина из дома Папаши Джино, был аналогичный акцент.

Откровенно говоря, мне стоило труда говорить без дрожи в голосе. Ведь самый низкий уровень из всех присутствующих был двадцать второй. Например, у гоблина за моей спиной был двадцать девятый. Плюс магический источник на девять сотен единиц. Не баг весть что, но в будущем могут быть сюрпризы.

― Нулевка, которого привел сам Привратник? ― хохотнул хриплый голос сзади. ― Нет. Мне бы не хотелось схлестнуться с убийцей хаосита. Мне скучно. Мы уже несколько дней ждем открытия портала. Не знаешь, когда магистр его откроет?

― Я так понимаю, вон та черная глыба в центре зала ― и есть портал? ― ответил я вопросом на вопрос.

― Правильно понимаешь, ― утвердительно ответил гоблин и, наконец, соизволил показаться из темноты.

Он присел на каменную ступень в шаге от меня и насмешливо произнес:

― Мое имя Добес.

― Горец, ― коротко представился я. Настоящее имя решил не называть.

― Ну так как, Горец, тебе известно, когда откроют портал?

― Я слышал, что завтра.

Гоблин неожиданно громко на весь зал выкрикнул:

― Завтра!

Его выкрик все встретили радостными возгласами.

― Ты ведь новичок? ― спросил гоблин.

― Да, ― ответил я.

― Тогда тебе стоит поискать союзников.

― Это предложение? ― спросил я.

― Н-е-ет, ― усмехнулся зеленый коротышка. ― Я иду туда, чтобы убить вон того ублюдка.

Сказав это, гоблин кивнул на спящего мага. Видя непонимание на моем лице, он охотно пустился в объяснения.

― Понимаешь, Горец, хаоситы не должны убивать друг друга. Таков негласный закон. Но есть выход.

― В лабиринте другие законы, ― догадался я.

― Верно, ― усмехнулся гоблин. ― Гред оскорбил меня и завтра ответит за свои слова.

Должен заметить, мне попался довольно разговорчивый собеседник. И любопытный.

― Так кого из наших ты прикончил, чтобы оказаться здесь? ― продолжая лыбиться, спросил Добес.

Я сперва хотел отмолчаться, но потом передумал. Захотелось взглянуть, что будет.

― Сестру вашего магистра, ― спокойно ответил я и пристально посмотрел на гоблина.

По мере того, как до него начал доходить смысл сказанного мной, улыбка медленно сползала с его лица.

― Я не ослышался? ― потихоньку отстраняясь, прохрипел он пересохшим горлом. ― Паучиха мертва?

― С твоим слухом все в порядке, ― не глядя больше на него, ответил я.

Я уже было подумал, что мой новый знакомец покинет меня, но тот продолжал сидеть. Я буквально кожей чувствовал его пристальный взгляд.

― И магистр не покарала тебя? ― наконец, вымолвил он.

― Как видишь, ― пожал плечами я.

Мы некоторое время сидели молча. Он, видимо, пытался справиться с новой информацией, а я исподлобья наблюдал за своими потенциальными противниками. В то, что в лабиринте меня просто так оставят в покое, мне слабо верилось. Наверняка кому-то покажется правильным прикончить и ограбить новичка.

Ну, баг вам всем в помощь.

Я первым решил нарушить затянувшееся молчание.

― У меня к тебе тоже есть вопрос, Добес. Ты не мог бы мне подсказать, где мы находимся? Нет, я знаю, что это Цитадель Хаоса. Меня интересует, в какой части мира я нахожусь.

― Ты серьезно? ― физиономия гоблина снова удивленно вытянулась.

― Абсолютно.

― Мы находимся на острове, ― ответил Добес. ― Мои соплеменники называют его Змеиным. Вы люди зовёте его Змеиным Зубом.

Я попытался вспомнить те скудные знания, что получил от нашего преподавателя по географии, но, увы, на ум ничего не приходило. Я впервые слышал о таком острове. Единственное, что мне было уже известно, это то, что остров был большой. Скалы, окружавшие со всех сторон цитадель, которые я увидел на смотровой площадке, тянулись далеко за горизонт.

― А сам остров в какой части мира расположен? ― попросил уточнений я.

Во взгляде гоблина появилось понимание.

― Змеиный ― самый крупный из группы островов, расположенных на севере Темного континента, ― терпеливо ответил он.

— Значит, я все еще на Темном континенте, ― задумчиво прошептал я.

― Можно и так сказать, ― подтвердил Довес.

Он было хотел еще что-то спросить или сказать, но из дальнего коридора послышался шум. В зал вползли еще пятеро змеелюдов и, демонстративно обдав меня презрительными взглядами, присоединились к своим сородичам.

― А вот это уже интересно, ― задумчиво пробурчал гоблин, поднимаясь со своего места.

Я тоже все понял. Магистр все-таки не простила мне гибель ее сестры. Послала убийц по мою душу. Или это такое изощренное испытание?

― Пусть богиня Удача подарит тебе свою улыбку, Горец, ― произнес гоблин на прощанье и исчез в темноте. Судя по интонации его голоса, он не верил, что я выживу завтра.

Пятерка новоприбывших вызвала переполох среди остальных присутствовавших. Я то и дело ловил на себе с разных сторон заинтересованные взгляды. В конечном итоге, все это нездоровое внимание мне надоело, и я последовал примеру гоблина ― переместился поближе к стене. Подальше от центра зала.

Прислонившись спиной к неожиданно теплой стене, я положил руки на колени и задумался. Только сейчас, когда получилось немного успокоиться, я, наконец, смог осознать все, что со мной произошло за последние несколько часов. Бой с Королевой драков, перенос в Цитадель Хаоса, согласие принять участие в испытании. Я словно маленький листик, оторванный мощным порывом ветра от ветви, летел навстречу неизвестности.

Я раз за разом вспоминал разговор с троллем, а потом и с магистром, и каждый раз приходил к одному и тому же выводу ― решение принято правильно. Довольно беготни. Пора остановиться. Ну а то, что меня завтра попытаются убить, так это уже не являлось для меня чем-то из ряда вон выходящим. В моем случае ― это уже скорее закономерность. Кроме того, у меня было, чем «обрадовать» моих будущих противников.

Постепенно, как-то само собой, мысли снова вернулись к Ласке. Сердце сжало будто тисками. В ладони появилась маленькая деревянная фигурка. Это все, что мне осталось от любимой.

Торопливо вытерев кулаком горячие слезы, я постарался взять себя в руки. Не время раскисать. Завтра сложный день. Надо как следует подготовиться.

Глава 3

Мои предположения, касаемо радужной скрижали, подтвердились.

— Внимание! Высшие Силы благоволят вам! Вы повторили легендарный подвиг Рамилии Сиятельной! Вы победили магическое существо с уровнем, превышающим ваш на 80!

— Поздравляем! Вы получаете:

– Эссенция опыта (16 000 шт)

― Серебряная скрижаль (50 шт)

― Алмазная скрижаль (3 шт)

— Радужная скрижаль «Королева Драков» (1 шт)

Я с опаской огляделся, не следит ли кто за мной. Но все было тихо. Все присутствующие в зале продолжали заниматься своими делами. Первоначальный интерес ко мне довольно быстро поутих. Единственный, кто продолжал поглядывать в мою сторону, был гоблин. Видимо, все никак не мог понять, каким таким волшебным образом мне удалось прикончить Паучиху. Судя по тому, что он сидел один, делиться новоприобретенными знаниями с «коллегами» не торопился. О причинах такой сдержанности я мог только догадываться. Ведь еще несколько минут назад Довес показал себя не самым сдержанным персонажем. Наверняка боится прослыть треплом. Будет проверять информацию.

На всякий случай, снова активировав «чутье», я углубился в чтение оповещений. По мере того, как я перечитывал оповещения о последнем бое, мои глаза округлялись от удивления. Несомненно, «Дрожь Земли» по своей разрушительности «переплюнула» все заклинания, активированные мной до этого. Вот что значит воспользоваться атакующей магией в правильном месте!

Правда, я не знаю, насколько сильно пострадала сама скала, в чреве которой находилось логово Королевы драков. Все-таки до появления диких гадов там был город охотников на чудовищ. Мои древние коллеги довольно скрупулёзно подходили к строительству. О масштабах разрушений я мог только догадываться, но то, что обитателям той скалы мой визит вышел боком, я могу судить по количеству погибших тварей.

В общей сложности я насчитал без малого триста оповещений о победе. Чуть больше двух сотен из них были низкоуровневые существа. Всякие насекомые, ящерицы и даже рыба. Видимо, нескольким подземным водоемам тоже досталось. «Гвардию» главной змеи тоже здорово проредил. Драки, поводыри, ядозубы ― почти полторы сотни голов. Были монстры и посерьезней. Двадцать восемь черных випер уровнями от сорокового до сорок пятого. А также шестнадцать пещерных варанов ― все за пятидесятый.

Когда добрался до общего количества полученных трофеев, пришлось даже протереть глаза. Только эсок упало без малого полтора миллиона. М-да… с ними у меня в ближайшие годы проблем не возникнет. В общей сложности в рюкзаке сейчас лежало чуть больше пяти с половиной миллионов эссенций опыта. Уж больно щедрыми были награды за добычу легендарных ресурсов в аномалии.

От вида полученных скрижалей, а именно их количества буквально захватывало дух. Без малого две тысячи четыреста серебрушек, четыреста восемьдесят каменных, по сто двадцать железных и бронзовых, почти пять десятков алмазных и словно вишенка на торте ― еще одна радужная.

Увидев вторую перламутровую пластинку, я, не сдержавшись, весело рассмеялся. Как я мог пропустить ее?!

В мою сторону тут же повернулось несколько заинтересованных физиономий. Смотрят как на дурачка. Оборотни мерзко захихикали. Я прекрасно слышал, как они весело обсуждали мое сумасшествие. Самый низкорослый из них предположил, что я, не выдержав напряжения этого места, лишился рассудка от страха. Спустя несколько мгновений, они, уже не стесняясь, делили мои пожитки. Шустрые ребята. Ну ничего, у меня для вас будет много сюрпризов.

Змеелюды на мою «истерику» отреагировали презрительными взглядами и шипением. Мне было бы любопытно, о чем они там шепчутся. Но, увы, система ясно дала понять, что их язык мне не подвластен по причине анатомического несоответствия. Жаль, конечно, но ничего не поделаешь. Правда, мне бы хватило и простого понимания. Без возможности разговаривать. Видимо, языковые закладки активируются только в полном объеме. Полумер Великая Система не признает.

Не обращая внимания на хихиканье оборотней и шипение змеелюдов, я продолжил изучение трофеев. Судя по времени, оповещение о получении мной второй радужной скрижали пришло с небольшой задержкой. Уже после перехода в Цитадель Хаоса. Видимо, я машинально отмахнулся от него, когда разговаривал с привратником.

Эту скрижаль мне выдали по-прежнему таинственные Высшие Силы, как всегда впечатленные моими подвигами, за мастерское использование мощного заклинания, вследствие чего, по сути, произошла массовая гибель трех сотен кровожадных существ. По поводу драков и их королевы спорить нет смысла, а вот ни в чем неповинную рыбешку или мелких ящериц откровенно было жаль. Одно дело охота или рыбалка ради пропитания, чтобы выжить, и совсем другое, когда они попадают под горячую руку какому-то малолетнему магу-недоучке. Хотя, кто знает, что за рыба там водилась и какой длинны были ее зубы.

Отогнав непрошенные мысли, я по очереди раскрыл описание обеих скрижалей. Итак, первая, выпавшая за победу над королевой драков, была стандартной навроде тех, которые я получил за угря или самку живоглота. Из всего содержимого я выбрал только одно подходящее мне заклинание.

Рассеивание урона.

― Уровень: 0+5. (0/20)

― Тип: Заклинание.

― Вид: Эпическое

― Описание:

― Используя магию, Королева Драков способна распределить 70% от получаемого ей урона между всеми существами, находящимися под ее контролем.

― Минимальные требования:

― Интеллект – 95.

― Расходует 4000 единиц маны.

― Примечание:

― Действует пока не погибнут все подконтрольные существа.

Закончив чтение, я задумчиво почесал подбородок. Теперь понятно, почему эта тварь так долго продержалась. Она «делилась» предназначенным ей уроном со своими слугами, буквально высасывая их жизни.

Создавая закладку, я не думал об Обжоре и Ми. Дураку понятно, что у меня даже в мыслях не было использовать это заклинание на моих друзьях. На самом деле я думал о маске Дзёре-гумо. Именно с ее помощью у меня появится возможность брать под контроль до пяти неразумных существ. Вот на них я и буду применять «рассеивание урона». Осталось дело за малым. Выполнить последнее требование для использования маски ― повысить «разум».

― Поздравляем! Вы повысили характеристику Разум на: 10 единиц.

― Текущее значение: 26.

Не откладывая испытание в долгий ящик, я достал маску Паучихи и тут же примерил ее. Внутренняя ее часть неожиданно оказалась теплой. Застежки или специальные крепления отсутствовали. Маска словно приросла к моему лицу. Она будто стала частью меня. Неприязни или дискомфорта я не ощущал. Снималась эта штуковина довольно просто. Стоило только дать указание системе, и все. Что я, собственно, несколько раз и проделал.

Наигравшись вдоволь, я решил пойти дальше в своих испытаниях. Когда маска снова оказалась на лице, я медленно обвел взглядом зал. Каково же было мое удивление, когда система сообщила мне, что моей воли достаточно для того, чтобы подчинить каждого из присутствующих здесь! Единственной преградой было наличие «разума» у моих потенциальных жертв. В это мгновение я осознал, какой властью обладал мастер Чи! Понимание одновременно и пугало, и наполняло уверенностью. Любопытно, на что способен этот артефакт в своем первозданном виде? Какие возможности он открывает для его носителя?

Помечтав немного, я убрал маску в рюкзак. Еще одна вещь, которую я не буду пока светить. Надеюсь, моим недругам понравятся сюрпризы, которые я им готовлю.

Зло улыбаясь, я приступил к изучению второй «радуги». В отличие от первой, эта была похожа на скрижали, полученные мной за сбор ресурсов. В ней содержалось одно из легендарных атакующих заклинаний из магии земли.

― Каменные шипы.

― Уровень: 0+5. (0/30)

― Тип: Заклинание.

― Вид: Легендарное

― Описание:

― Маг, используя магию земли, способен мгновенно вырастить под ногами противника острые каменные шипы.

― Эффект:

― Наносит 15 000 единиц урона

― Минимальные требования:

― Интеллект – 60.

― Расходует 1000 маны.

― Примечание:

― Время на перезарядку 9 часов.

― Радиус 40 метров.

Похоже, Высшие Силы в самом деле по достоинству оценили мои действия в змеином логове. Даже заклинанием снабдили из соответствующей стихии.

― Поздравляем! Вы повысили характеристику Воля на: 10 единиц.

― Текущее значение: 134.

В свете открывшихся обстоятельств, а именно ― информации о наличии нескольких Первородных в услужении Стального короля, повышение «воли» для меня сейчас на первом месте. Помнится, тот старый маг, что всегда присутствовал на наших с королем беседах, уверенно заявлял, что сможет «вскрыть» мою волю без проблем. Тогда у меня было меньше половины того, что есть сейчас, но кто знает, на что действительно способен тот старик?

После того, как разобрался с новыми заклинаниями, я решил, наконец, осмотреть бонусные кристалл и сферу, полученные мной во время сбора камней забвения и сердец стражей. Если не изменяет память, Леший говорил, что мне не хватало «разума» прочитать их. Увы, спустя несколько секунд, я понял, что двадцати шести единиц по-прежнему недостаточно. Описания этих таинственных камешков были скрыты от меня.

Но повышение «разума» не прошло даром. Кроме использования маски, у меня появилась еще одна полезная возможность. Теперь я мог повышать характеристики Обжоры, не призывая его. Наверняка, есть еще какие-то полезности, но я пока их не заметил. Со временем разберусь.

Когда приступил к распределению скрижалей, я понимал, что такое количество Обжоре за раз не «переварить», и это с учетом его показателей регенерации. Можно было бы попробовать применить все скрижали за один присест, используя зелья и заклинание регенерации. Но страх навредить другу останавливал меня. Лучше все сделать постепенно.

Я решил начать с каменных скрижалей, но каково было мое удивление, когда перед глазами появилось системное оповещение о невозможности этого действия!

Спустя минуту, до меня наконец дошло… Обжора уже перерос «глину» и «камень». Теперь только железные скрижали и выше.

Расправившись с «бронзой» и «железом», я решил повысить уровень Обжоры до двадцатого. Тянуть смысла не было. Кроме того, я решал два волнующих меня момента. Первый, я надеялся повысить «потолок» характеристики «разум» харна. И второй ― поднять уровень его заклинания до четвертого. Благо скрижалей у нас сейчас имелось хоть отбавляй.

– Внимание! Ваш питомец перешел на 19 уровень!

– Количество свободных характеристик: 3.

— Внимание! Ваш питомец перешел на 20 уровень!

— Количество свободных характеристик: 3.

Увы, но потолок «разума» харна остался на том же уровне. По-прежнему единица. Жаль… Надеюсь, на более высоких уровнях что-то изменится. Хотя у меня начали появляться сомнения. А вдруг Великая Система создала харна таким? И я уже ничего не смогу с этим поделать? Вообще-то на самом деле мне грех жаловаться. Мой Обжора уже сейчас разумнее некоторых моих бывших соседей и одноклассников.

Затем, как и планировал, я повысил уровень «Прыжка Шипохвоста» до четвертого уровня. Повышение обошлось мне в восемьдесят «серебрушек», но это стоило того. После перемещения Обжора теперь мог находиться в невидимости сорок секунд. Дальность прыжка возросла до двадцати пяти метров. Правда, возрос и расход маны. Теперь он составлял сотню единиц, но, повторюсь, это стоило того. Это заклинание уже не один раз спасало нам жизни.

Когда отвлекся от описания заклинания, меня ждал приятный сюрприз.

― Внимание! Ваш питомец получил новое боевое умение: «Удар хвостом».

Из описания я понял, что тот шип, который понемногу формировался последние несколько месяцев на кончике хвоста харна, наконец, превратился в грозное оружие. Я незамедлительно вложил сотню серебряных скрижалей в новое умение и повысил его до максимума. Подсчитав в уме примерный урон, который будет наносить харн своим новым оружием, я довольно улыбнулся. Я уже предвкушал увидеть реакцию Обжоры.

Единственное что меня смущало ― это расход энергии за каждый такой удар. Двести пятьдесят единиц при двух тысячах в источнике. Если Обжора будет злоупотреблять… А он будет, я его знаю… Так вот, если он будет злоупотреблять новым умением, он очень быстро будет выдыхаться. Эх! Здорово было бы разжиться чем-нибудь из вещей, подходящих питомцам. Я бы не отказался увеличить источники Обжоры как минимум в два раза.

Так размышляя над превратностями судьбы, я постепенно, не забывая поглядывать по сторонам, «разбросал» по характеристикам Обжоры четыреста пятьдесят серебрушек. В итоге ― двадцатый уровень обошелся нам в четыреста тысяч эсок и почти тысячу скрижалей разного достоинства. Чем выше уровень, тем больше расходов. Но расходы меня не особо волновали. Я, по сути, не потратил даже половины от того, что у меня лежало в рюкзаке. Важно другое ― Обжора постепенно превращался в опаснейшего монстра. И это не могло не радовать. Я понимал, что мы еще только в начале пути, но первые шаги, самые трудные и самые важные, уже сделаны.

Магистр фракции Хаоса появилась именно в тот момент, когда я решал, переводить Обжору на следующий уровень или нет. Она шла в сопровождении десятка змеелюдов ― каждый с уровнем за пятьдесят. Ее появление было встречено по-разному. Змеелюды подобострастно зашипели, оборотни отозвались довольным ворчанием, остальные, как и я, спокойно потянулись к центру зала. Похоже, сестра Паучихи решила не ждать завтрашнего утра и открыть портал в Лабиринт Страха прямо сейчас.

Единственный, кто никак не отреагировал на появление магистра ― это спящий маг. Он, кстати, продолжал храпеть, и, что забавно, хозяйка цитадели, как и все остальные, не обращали на него никакого внимания. Этот субъект настораживал меня все больше и больше.

Наконец, процессия остановилась в центре зала в нескольких шагах от портала, и магистр, не особо церемонясь, коротко приказала:

― Претенденты, ко мне!

Как и предупреждал привратник, нас было трое. Кроме меня, в центр, подбадриваемый резкими рыками и завываниями своих сородичей, вышел молодой оборотень. Обнаженный по пояс, он был сама ярость. Тугие узлы мышц, татуировки на груди, плечах и животе, слегка увеличенные клыки и ногти, почти сформировавшиеся в когти ― черноволосый парень был готов в любую минуту обратиться в зверя.

От группы прибывших ранее змеелюдов отделился стройный воин. Полная противоположность перевертышу. Гибкий, грациозный. Во взгляде его змеиных глаз было столько надменности, что мне даже показалось, будто он переигрывает. Я вообще склонен был думать, что за всей этой театральностью скрывается банальный страх.

К слову, похоже, гоблин ошибся. Нурэ-онна не собирается мне мстить. Змеелюды здесь для того, чтобы помочь своему сородичу пройти испытание. Хотя, кто ее знает. В любом случае, я готов.

Когда мы остановились в шаге от магистра, она медленно обвела нас бесстрастным взглядом. Затем коротко потребовала:

― Запястья!

Первым среагировал змеелюд, он сорвал кожаный наруч с правого запястья и протянул руку вперед. Мы с оборотнем последовали его примеру.

Несмотря на то, что змееподобный был первым, магистр почему-то начала именно с меня. Надо было видеть взгляд этого урода. Да и злое сопение оборотня говорило мне о том, что я только что нажил себе неприятности.

Ладонь Нурэ-онна, как и ожидалось, была холодной как лёд. Равно, как и взгляд ее темно-серых глаз. Прикосновение длилось несколько секунд и перед моими глазами появилась надпись:

― Внимание! Вами получена Печать Хаоса! Теперь вы сможете добывать Частицы Хаоса!

Понятно, значит, точно такие же манипуляции совершают магистры других фракций. Таким образом претенденты получают возможность добывать соответствующие их фракции частицы.

После того, как змеелюд и оборотень получили свои печати, магистр развернулась и шагнула в сторону портала.

― Тебе конец, падаль! ― прошипел мне почти на ухо проползавший мимо змеелюд.

Оборотень многозначительно покивал, соглашаясь со змееподобным, и двинулся в сторону портала, который, как я понял, вот-вот должен открыться.

К угрозам я отнесся спокойно. Еще полгода назад двадцатый и двадцать второй уровни этих уродов, скорее всего, напугали бы меня до икоты, но те времена канули в вечность.

Боковым зрением я заметил движение справа. Маг, наконец, соизволил проснуться. Черная косматая шевелюра. Борода похожа на ободранную метлу. Пивной живот. Мятая и засаленная одежда. Все говорило о том, что этот человек уже давно перестал следить за собой. Когда наши взгляды встретились, я понял, что все мои умозаключения ошибочны. Во взгляде его желтых звериных глаз я не увидел ничего человеческого.

А потом произошло то, чего я никак не ожидал. Маг со звериными глазами, презрительно игнорировавший всех присутствующих, неожиданно кивнул мне, как равному, и двинулся в сторону портала. А мгновение спустя, перед моим взором появилось оповещение:

― Внимание! Проход в Лабиринт Страха открыт!

Глава 4

Перед тем как дать согласие Системе на переход, я мысленно перепроверил себя. Источник маны полон. Из щитов «откатились» только «аура болотника» и «логово». Не густо. Зато есть невидимость и маска. Из оружия «Шип» и «Стрекоза». Лук и стрелы из иномирья, боюсь, пока бесполезны. Я планировал показать их мастерам моего мира, вдруг у них получится внести какие-то изменения. Но это потом, а сейчас ― заклинания.

Магистр на меня не смотрела, в отличие от ее свиты. Змеелюды испепеляли меня ненавидящими взглядами. Хитрая Нурэ-онна своей выходкой буквально объявила на меня охоту. Я ее понимаю: убийца, пусть и нелюбимой сестры должен понести наказание. Это дело чести. Чести Первородной.

Все это время я не мог избавиться от странного чувства. Будто кто-то еще наблюдает за мной. Кто-то невидимый. Я украдкой огляделся и понял, что был прав. В глубине коридора просматривались очертания гигантской фигуры в рогатом шлеме. Привратник. Сопровождал магистра? Или пришел проводить меня? Тролль понял, что я увидел его. Мгновение ― и мы обменялись короткими кивками. Странное дело, но этот кивок малознакомого мне существа вселил в мое сердце еще больше уверенности.

Глубокий вдох. Выдох. Вперед!

В портал шагнул в числе последних. За мной по пятам последовали змеелюды и оборотни. До последнего ждали меня. Ну-ну… давайте поиграем.

Короткий миг ― и темнота портального зала сменилась ярким рассветом. Я стоял в центре широкой городской площади, окруженной трех и четырехэтажными домами. Фасады некоторых пестрили разноцветными вывесками на незнакомом языке. Но и без языка было ясно, что вон там, справа ― это рыбная лавка, а вон там, в двадцати шагах от меня, булочная. Похоже, город только просыпался. Торговцы открывали свои магазинчики и лавочки. Раскладывали товар на прилавках и стеллажах.

Это место чем-то напомнило мне родной Орхус. Архитектура, лица и одежда людей ― будто я снова в Империи. Резкий металлический звон слева, а за ним веселый женский смех привели меня в чувство. Я быстро набросил на себя невидимость и огляделся. Из портала больше никто не вышел. А ведь за мной по пятам двигалась целая процессия из желающих посмотреть на цвет моей крови. Любопытно, где они? И кстати, где те, кто вошел в портал до меня? У меня имелось только одно объяснение: нас всех разбросало по разным точкам. Я усмехнулся своим мыслям. Было бы здорово, если бы всю ту шипяще-рычащую кодлу забросило, например, на заснеженную вершину вон той горы, что виднеется на горизонте.

На короткое мгновение я даже растерялся. А что делать дальше? Где добывать эти частицы хаоса? Не должен же я начать убивать мирных горожан и их детей? Если в этом и заключается суть испытания, тогда идите вы все к багу под хвост! Я в таком участвовать не собираюсь!

Меня начинали терзать смутные сомнения. Лабиринт ли это? Может боги снова подшутили надо мной и снова забросили баг знает куда?

Неизвестно, чем бы закончилось мое глупое стояние, если бы не оглушительный звон колокола на башне храма, которая высилась на противоположной стороне площади. Тревожный звон набатом пронесся над городом и перепугал всех местных голубей. Тотчас храмовому колоколу со всех сторон начали отвечать его «собратья». Что-то произошло. Видимо, на город напали. Неожиданно меня осенило. А не по моим ли «коллегам» звонят колокола?

Торговцы и хозяева таверн, а также ранние покупатели к сигнальному перезвону на удивление отнеслись без паники. Складывая наполовину разложенный товар и закрывая ставни своих лавочек, они еще успевали переговариваться. Кое-кто даже умудрялся шутить. Похоже, происходящее для них не в новинку.

Я уже думал подобраться поближе и послушать, о чем они там разговаривают, когда из дальнего проулка выпрыгнуло какое-то странное существо угольно-черного цвета. Сперва я подумал, что это чей-то бык, который испугался звона и сорвался с привязи. Но когда я увидел, как после каждого его прыжка крошатся на мелкие осколки крупные булыжники на мостовой, по моей спине пробежал холодок.

Я замер на месте. Черное нечто неслось прямо на неспешно копошащихся у своих прилавков торговцев. Правда, эта медлительность очень скоро сменилась паникой и душераздирающими криками. Люди, наконец, заметили бегущую в их сторону тварь.

Меня она, кстати, не почуяла, хоть я и стоял к ней ближе всех. Когда она пронеслась в десяти шагах от меня, я забыл, как дышать. Мне, наконец, удалось рассмотреть это чудовище.

― Некроморф (67).

О Боги! Как такое возможно?! Откуда здесь взялось чудовище времен Эпохи Мертвых Войн? Их ведь истребили больше тысячи лет назад. Равно, как и их хозяев ― некромантов. Или наши учебники по истории врали? Неужели древнее зло вернулось?

Протяжный орлиный крик, а за ним второй заставили меня поднять голову. С небес, прямо на бегущее чудовище, пикировала пара всадников на золотистых грифонах. Сияющие доспехи, украшения на шлемах в форме крыльев, развивающиеся на ветру алые плащи. Я даже протер глаза от неожиданности. Легендарные Стражи Ветра, личная гвардия не менее легендарного Царя Нидаса. О Боги! Они точно такие же, как на картинках, что я видел в учебнике!

Тем временем воины, не дожидаясь, пока их звери настигнут слегка сбавившего темп некроморфа, почти синхронно выпрыгнули из седел и приземлились в нескольких шагах от горожан. Те, кстати, прекратили паническое бегство и с радостными приветственными криками стали возвращаться на площадь. Еще бы! Золотые грифоны восьмидесятого уровня и их хозяева каждый за девяносто ― чего тут бояться? Это же бесплатное зрелище, о котором они потом еще долго будут рассказывать своим внукам!

Мгновение и на уродливое создание некромантов, широко расставив крылья, рухнули два грифона. Морф было попытался отбиваться, но куда там. Стражи явно не жалели скрижалей на своих питомцев. Не прошло и нескольких секунд, как черная тварь была разорвана на несколько кусков. У меня было возникла крамольная мысль набраться наглости и метнуть в некроморфа ледяную стрелу, но я не решился. Лишь обновил полог невидимости и медленно, пока меня не учуяли, попятился в противоположную сторону от места схватки. Кто знает, как отнесутся местные жители к пришлому магу. К слову, в том, что я нахожусь в Лабиринте Страха, сомнений больше не было.

Добравшись до узкого переулка, я остановился, чтобы перевести дух. Колокола продолжали трезвонить. С неба то и дело доносились крики грифонов. Похоже, в город каким-то образом проникли мертвяки.

Если оборотни хоть и отдаленно, но все-таки похожи на людей, то змеелюдам или тому же гоблину я сейчас не завидую. От Стражей Ветра нелюдям не скрыться. К слову, Обжору я пока тоже призывать не буду. Да и с пологом невидимости придется действовать осмотрительно. Если уж на то пошло, сейчас лучшая маскировка — это быть самим собой. А именно ― простым мальчишкой.

Шагая по переулку, я то и дело встречал хорошо вооруженные отряды городской стражи. Один раз решил рискнуть и, изображая местного торопящегося домой паренька, пробежать недалеко от стражников. Природная маскировка сработала как надо. Меня никто не остановил. Напротив, даже подсказали по какой улице передвигаться безопасней. Благо закладку с местным диалектом я уже активировал.

Не имея четкого плана и не совсем понимая, зачем это делаю, я следовал указаниям стражников и двигался в южную часть города. А ведь мне еще нужно каким-то образом добыть частицы хаоса.

Звон колоколов постепенно сходил на нет, лишь изредка в северной стороне города вспыхивали перезвоны. Видимо, таким образом звонари указывают всадникам на грифонах местонахождение чужаков.

Чем дальше я шел, тем оживлённей становилось на улицах. Уже никто никуда не бежал. Жизнь города постепенно возвращалась в обыденное русло. Похоже, горожане уже привыкли к таким вторжениям.

Пробегая мимо одного из трактиров, я остановился и вернулся на несколько шагов назад. Подойдя к входной двери, заглянул внутрь. За стойкой сидел никто иной, как тот самый маг со звериными глазами. Правда, сейчас его глаза были обычными. Человеческими. Он, кстати, вообще великолепно гармонировал со здешней обстановкой. Тут полтрактира таких как он: с пивными животами, нечесаными бородами и заспанными физиономиями. Где-то там по городу некроморфы скачут, а тут уже с утра пораньше эль разливают и кровяную колбасу трескают.

― А-а-а, ― узнал меня маг и дружелюбно помахал рукой, приглашая присесть рядом с ним у стойки.

Я, недолго думая, взобрался на табурет.

― Эля? ― буднично поинтересовался маг.

― Кваску бы холодного, ― ответил я.

Маг понимающе хмыкнул и поднял руку, подзывая седоволосого трактирщика:

― Кваса, моему другу. Холодного.

― Другого не держим, ― кивнул трактирщик и медленно направился в сторону пузатой бочки.

― Набегался? ― спокойно поинтересовался маг.

― Ага, ― коротко ответил я и присосался к покрывшейся холодной испариной кружке.

― Как тебе? ― маг неопределенно обвел рукой то ли трактир, то ли творящееся за его стенами.

― Сложно описать словами, ― буркнул я из кружки.

— Это уж точно, ― хмыкнул маг. ― Давай знакомиться что ли…

― Горец, ― сказал я, ставя полупустую кружку на стойку.

― Боровик, ― представился он.

― Любопытно, ― задумчиво сказал я. ― А Добес называл тебя Гредом.

― Это для него я Гред, ― неопределенно ответил маг и поднял руку, заказывая себе еще пива.

К слову, сорок третий уровень моего нового знакомого плохо вязался с куцым источником маны всего на две тысячи единиц.

― Частицы добыл? ― задал он вопрос.

― Не успел, ― покачал головой я.

― Не боись, еще не вечер, ― отмахнулся Боровик.

― В смысле?

― Несколько некроморфов-разведчиков – это только начало.

Он говорил таким тоном, будто успокаивал меня. С одной стороны, я действительно был слегка раздосадован тем, что не смог добыть эти частицы, но с другой ― меня насторожила его последняя фраза.

Я хотел уже спросить его, что, собственно, он имел в виду, но Боровик опередил меня:

― Кстати, а ты не видел гоблина?

― Нет, ― ответил я. ― С момента перехода я никого не видел.

― Еще увидишь, ― снова «успокоил» меня странный маг. ― Если, конечно, их Стражи не перебьют. Нам с тобой проще. Змеям и гоблину приходится постоянно тратить ману на личины.

Хм, а вот об этом я не подумал. И с опаской огляделся.

― Не волнуйся, ― успокоил меня маг. ― Их тут нет. Да и тебя их личины не обманут. Я так понял ― ты неплохо вложился в волю.

Я лишь неопределенно пожал плечами.

― Скромный, ― усмехнулся маг.

Откровенно говоря, его манера вести беседу начинала раздражать. Вроде как и делится информацией, но без важных подробностей.

― Так значит, все это реально? ― обвел я взглядом трактир.

― Абсолютно, ― кивнул маг. ― Столы ― дерево, вон тот щит ― железо, трактирщик ― плоть и кровь. Он реален, как мы с тобой.

― Как такое возможно?

― Никто не знает, ― пожал плечами маг.

― Это прошлое нашего мира?

― Не уверен, ― Боровик покачал головой. ― Скорее, фрагмент. Но это лишь догадка. Вернее, мне так проще думать.

Хм… Тролль также говорил.

― А эти вещи… Если я здесь что-нибудь куплю…

― Не стоит, ― предостерег Боровик. ― Лабиринт все равно все свое заберет. Ты сможешь вынести отсюда только то, что было на тебе во время перехода. Единственное, чему подчиняется Лабиринт, это печати фракций. Только поэтому у нас есть возможность добывать частицы.

― Значит, ты здесь не в первый раз?

― С чего взял? ― удивился Боровик-Гред.

― Ты сказал, что это только начало, ― решил уточнить я.

― Да, ― коротко ответил он.

― А что ты имел в виду? ― не сдавался я.

― Ну, что это только начало.

Мне стоило труда сдержаться.

― Начало чего?

― Начало конца, ― пожал плечами Боровик и, вставая с табурета, обратился к трактирщику: ― Мой друг за все заплатит. ― И снова обратился ко мне: ― Мы ведь теперь друзья? Верно? Ты мне ― я тебе?

Хм… Хорошо. Так даже лучше. Ты мне информацию, я тебе пиво. И никто никому ничего не должен.

― Верно, ― ответил я и положил на стол серебряную монету, которая в мгновения ока перекочевала в карман трактирщика.

Уже на выходе Боровик обернулся и сказал:

― Ты ведь учил историю в школе, верно?

― Да.

― Тогда тебе будет проще. Чтобы предугадать, что будет дальше, тебе всего лишь надо узнать название этого города. Если ты не прогуливал уроки истории, тебе не составит труда понять, о чем я говорю.

Сказав это, Боровик переступил порог трактира и растворился в потоке снующих туда-сюда горожан.

Я почесал затылок и посмотрел на трактирщика, который не меньше меня был удивлен словами Боровика. Затем мой взгляд упал на старый, слегка помятый щит, висевший на стене за спиной трактирщика. Видимо, в свое время старику пришлось повоевать. Как только я понял, что изображено на щите, моя спина покрылась холодным потом.

Ну конечно! Стражи Ветра! Царь Нидас! Мантикора на гербе! Лабиринт Страха забросил меня в древнюю столицу Дарты, Соленхольм…

― Парень, ты чего? ― настороженно спросил меня трактирщик.

Я молча поднялся с табурета, развернулся и медленно пошел на выход. Трактирщик пытался еще что-то сказать мне вдогонку, но я его не слушал. Я по-новому осматривал переулок, людей, шагающих по своим делам, мелких дворняг, заискивающе трущихся у дверей в кухню трактира. Всего этого очень скоро не станет. Если верить истории, некроманты разрушат этот город до основания. Собственно, именно с этого момента и начнутся исторические события, названные Эпохой Мертвых Войн.

Новый тревожный перезвон, который, словно морская волна, нахлынул с северной стороны города, не удивил меня. А вот для горожан он оказался сюрпризом. Видимо, такого еще не было, чтобы за одной атакой следовала другая. Для меня же все было предельно ясно.

Моя задача выбрать подходящее место для защиты, где я смогу продержаться до того момента, пока лабиринт не отпустит нас.

По привычке, приобретенной в иномирье, я уже в который раз перепроверил магический источник. Все в порядке ― Лабиринт щедро делился маной.

Звон колоколов теперь доносился со всех сторон. Откуда-то справа, с соседней улицы послышались истошные вопли. Люди, испуганно оглядываясь, побежали. Началась давка. Вопли и крики повторились, только уже отовсюду. Кто-то громко орал со стороны трактира, где я несколько минут назад мирно пил квас.

По небу то и дело проносились, стражи. Они ныряли между домами, атакуя только им видимого врага. Их появление встречали счастливыми возгласами.

Но спустя некоторое время все изменилось. В небе у грифонов появились конкуренты ― гигантские летучие мыши. Их уровни были ниже, но их было больше. Одного всадника атаковали сразу пять или шесть летучих тварей. Они словно гигантские черные кляксы облепливали воинов со всех сторон, не давая их грифонам даже расправить крылья, как следует.

Элитные гвардейцы гибли один за другим. А мышей становилось все больше и больше. Очень скоро в небе не осталось ни одного грифона, и летучие мерзкие твари обратили свои взоры на мечущихся внизу людишек. Город утонул в человеческих воплях.

Быстро свернув в узкий проулок, я огляделся и активировал полог невидимости. Затем надел маску Паучихи и набросил капюшон «мародера». Шип в правой руке, Стрекоза в левой. Буквально в пяти шагах от меня на мостовую рухнул сочащийся кровью бесформенный кусок мяса, бывший еще несколько минут назад прекрасным золотым грифоном. На его останки тут же накинулись три твари.

Меня по-прежнему никто не замечал.

― Пора, ― шепнул я и шарахнул по уродливым морфам молнией.

Система сообщила мне, что я обездвижил троих некроморфов сорок пятого уровня. Недолго думая, я рванул вперед. Шип легко пробивал виски и протыкал глаза нежити, а система исправно сообщала мне о победе и полученной добыче.

— Вы убили Некроморфа (45).

– Поздравляем! Вы получаете:

– Частица Хаоса (50 шт).

― Кристалл «Борец с нежитью» (5 шт)

― Внимание! Вы добыли достаточное количество Частиц Хаоса (100 шт). Доберитесь до ближайшей Цитадели Хаоса и сообщите о выполненном задании Магистру Фракции Хаоса!

Не успев в полной мере оценить юмор Великой Системы, я приготовился к новой схватке. Из-за угла показалась зубастая пасть некроморфа шестидесятого уровня…

Глава 5

Несмотря на изрядно искореженное магией некромантов тело, в появившемся чудовище легко узнавались очертания здоровенного варана. Правда, вместо хвоста был сочащийся мутно-зеленым гноем обрубок. Из раздутых боков выпирали осколки ребер. Вместо глаз — две дыры. В изогнутых зубах застряли куски свежей плоти. Тварь уже успела полакомиться кем-то из горожан.

Отсутствие вечно пробующего на вкус воздух языка, а также и глаз наводило на мысль, что мертвяк ориентируется на источники своих жертв. Меня он явно пока не чувствовал, но, похоже, «видел», как пали его «дружки». Вернее, не он, а тот, кто этой тварью управлял.

Пора призывать Обжору.

Харн появился в трех шагах справа от меня. Когда я его увидел, то сперва не поверил своим глазам. Мой ли это питомец?! Во-первых, он здорово подрос. Стал еще мощнее, но, несмотря на массивность, в его движениях чувствовалась гибкость и грация. Во-вторых, чешуя… С ней произошли странные изменения. На спине, вдоль позвоночника подрос костяной гребень. Броня на шее и животе потемнела и огрубела. Видимо, я наблюдаю очередную постепенную метаморфозу моего питомца, которая завершится на определенном уровне. Мой Обжора получит новую броню.

Когти и клыки харна тоже стали длиннее и крупнее, а пасть ― шире. Боюсь даже представить, сколько теперь в нее поместится жратвы.

Последним штрихом был удлинившийся хвост с костяным шипом на его конце.

― Хрн! ― счастливо прокомментировал новое оружие Обжора.

― Как насчет его испытать? ― спросил я, кивая на приближающегося некроморфа. К слову, несмотря на шестидесятый уровень, мертвый варан на фоне харна выглядел уже не так внушительно.

Обжора, грозно рыкнув, в одно мгновение растворился в воздухе. Сразу начал с «прыжка шипохвоста». И я его понимал ― хочет испытать все «обновки».

― Бей в голову! ― уже вдогонку крикнул я и метнул первую ледяную стрелу.

Спустя секунду башка мертвого варана дернулась несколько раз и раскололась, словно гнилая тыква. Тварь покачнулась и неуклюже завалилась набок.

— Вы убили Некроморфа (60).

– Поздравляем! Вы получаете:

— Частица Хаоса (70 шт).

― Кристалл «Борец с нежитью» (7 шт)

Появившийся из «невидимости» Обжора взглянул в мою сторону. На его клыкастой морде читался вопрос: «Ну, как?»

― Красавец! ― мысленно похвалил я и отвел большой палец вверх. В отличие от остальных харн прекрасно меня видел.

Брезгливо дернув хвостом, избавляясь от темно-зеленой слизи, некогда бывшей мозгами бедняги варана, Обжора поднял голову и принюхался.

― Они везде, ― поделился он информацией.

― Знаю, ― ответил я. ― Чтобы стать сильнее, мы должны убить как можно больше этих тварей.

Как и ожидалось, харну этот план пришелся по душе. Тем более, что после убийства мертвяка у него появилась новая характеристика ― Борец с нежитью. Разбираться, что это такое, времени не было ― в «нашем» проулке появились новые действующие лица.

Это были двое стражников. Изрядно помятые. С головы до ног в крови. Один, судя по отсутствию правой ноги, доживал последние минуты, но второй, несмотря на усталость и рваную рану на своем плече, упрямо тащил боевого товарища вперед.

Вид застывшего посреди проулка харна заставил воинов замереть на месте. Тот, что был целее, отреагировал молниеносно. Несмотря на серьезное ранение, он резким заученным движением правой руки выхватил из-за спины взведенный арбалет и направил его на чешуйчатого монстра. Тетива гулко бухнула и болт с хищным свистом устремился вперед. Стражник бил навскидку, без прицела, но с его сороковым уровнем такие фокусы ему явно не в новинку.

Я видел, как за короткий миг несколько раз изменилось выражение его лица. От холодной решимости и уверенности в своем мастерстве, до разочарования и удивления. Неизвестный зверь, всего лишь двадцатого уровня, легко уклонился от летящего снаряда и буквально растворился в воздухе.

Все произошло настолько быстро, что я только и успел сбросить «полог» и громко крикнуть:

― Обжора, нет!

Лицо арбалетчика после моего появления вытянулось еще больше. Он, проследив за моим взглядом, обернулся и застыл. Монстр, которого он только что пытался застрелить, находился в шаге от него. Чешуйчатый хвост с костяным шипом завис над головой. Помедли я еще секунду и было бы поздно.

― Мы не враги! ― крикнул я. ― И мы можем помочь!

Арбалетчик ошарашенно посмотрел на меня, затем его взгляд упал на тела морфов. Надо отдать ему должное, сориентировался он мгновенно.

― Простите, господин маг! ― морщась от боли, произнес он. ― Город полон тварей, вот и…

― Не извиняйтесь! ― взмахнул я рукой, быстро вживаясь в роль. ― Вы позволите вам помочь?

― Если это возможно, начните с Агвида, ― попросил арбалетчик, опуская раненого товарища на землю. Тот уже давно потерял сознание и был похож на тряпичную куклу с безвольно висящими конечностями.

Когда я подбежал и склонился над раненым, арбалетчик вдруг тихо произнес:

― Оставьте, господин маг… Бедняге Агвиду уже ничем не поможешь.

― Мне жаль, ― сказал я, глядя на бледное лицо мертвеца.

― Похоже, я все это время тащил его труп, ― тяжело вздохнул арбалетчик, устало садясь рядом с погибшим.

Я молча активировал «благодать леса». Воин вздрогнул и посмотрел на меня. В его взгляде я прочитал сожаление.

― Вам не в чем себя винить, ― попытался успокоить его я. ― Вы сделали все, что смогли ради спасения своего друга.

― Агвид не был моим другом, ― воин впервые усмехнулся. ― Я бы даже сказал, наоборот. Сложно называть другом человека, который когда-то увел твою невесту…

На вид обоим стражникам было где-то за тридцать. Видимо, речь идет о делах минувших дней. Я понимал, что излишняя разговорчивость – это последствия шока, поэтому решил сменить тему в более конструктивное русло.

― С кем имею честь?

Арбалетчик сперва не понял, о чем я, но потом в его глазах появилась осмысленность. Он огляделся, будто только что проснулся, и попытался встать.

― Сидите, ― приказал я. ― Дайте заклинанию спокойно «поработать».

― Лэйв Валлин, пятый десяток городской стражи, ― представился он и быстро окинул цепким взглядом мою экипировку и уровень.

― Эрик Бергман, ― я решил назвать настоящую имя и фамилию. Смысл выдумывать?

― Говорите на столичном без акцента, но, судя по одежде, не местный, ― легко определил во мне чужака Лэйв.

― Вы правы, ― я кивнул. ― Я – тариец. Прибыл в столицу по делам.

Называть страну не боялся. Из учебников истории точно помню, что Тария и Дарта никогда между собой не воевали. А если в мире возникали конфликты, наши страны всегда были союзниками.

Мой ответ, похоже, полностью удовлетворил Лэйва.

― Что происходит? ― спросил я. ― Откуда взялось столько этих тварей?

― Это все Удун, ― зло сжав зубы, ответил Лэйв. ― Вступил в сговор с некромантами.

― Погодите, ― нахмурился я. ― Удун, младший брат государя? Вы ничего не путаете?

― Нет, ― покачал головой Лэйв. В его серых глазах, почти белых, как у всех дартанцев, читалась уверенность. ― Удуна видели за крепостными стенами в лагере некромантов. Он ведет себя, как захватчик. Это он продал нашим врагам карты и планы, где обозначены все сильные и слабые места нашей обороны. А еще говорят, что наш царь отравлен…

Последнюю фразу Лэйв произнес так тихо, будто боялся, что сказанное окажется правдой.

М-да… Вот и еще один миф развенчан. Нас учили, что Удун Победитель Смерти ― легендарный маг, который всех спас. Что именно под его предводительством союзные армии трех королевств смогли разгромить армию мертвых. А легендарный царь Нидас пал смертью храбрых, сдерживая первую волну некроморфов. В действительности же вот оно как было…

― Кто же руководит обороной? ― спросил я, уже подозревая, каким будет примерный ответ.

― Генерал Гарди! ― гордо произнес Лэйв. ― Кто же еще?!

М-да… Действительно, кто же еще? Эх, знал бы ты, какую историю преподнесли потомкам. В моей истории генерал Гарди, правая рука царя Нидаса, был представлен предателем, переметнувшимся на сторону некромантов. Любопытно, зачем было перекручивать историю? Что от нас пытались скрыть? Кстати, а ведь тем, кто посещает лабиринт страха, наверняка известно больше о делах минувших дней.

Наш разговор занял чуть больше минуты. За это время рана на плече Лэйва немного затянулась, кровотечение остановилось. На его бледных щеках проступил легкий румянец. Жить будет. Хотя, судя по воплям, доносящимся со всех сторон, скорее всего, недолго.

― Ваши дальнейшие действия? ― спросил я.

― Прорываться к царскому дворцу, в центр столицы, ― уверенно ответил Лэйв. ― Туда сейчас стекаются все отряды выживших.

Понятно… Значит, туда некроманты нанесут основной удар. Из этого следует, что мне надо держаться подальше от центра.

― Но что-то мне подсказывает ― вы со мной не пойдете, верно?

― Увы, ― пожал плечами я.

Стражник понимающе хмыкнул.

― Тогда вам нужно пробиваться к северным воротам. И поторопитесь. Думаю, мертвые орды уже разрушили восточную стену.

***

– Вы убили Некроморфа (25).

– Поздравляем! Вы получаете:

— Частица Хаоса (30 шт).

― Кристалл «Борец с нежитью» (3 шт)

Идет седьмой час моего пребывания в лабиринте страха. И я все еще нахожусь на полпути к северным воротам. Оказалось, что не так-то просто пересечь весь город, кишащий нежитью.

В рюкзаке почти три тысячи частиц хаоса и около трех сотен кристаллов. Лэйв был прав, твари все прибывают и прибывают. С каждым разом противников все больше и больше. Мы пытались найти укромное местечко, чтобы перевести дух, но куда там. Морфы лезут буквально из всех щелей. Боюсь даже представить, сколько потребовалось некромантам потратить времени, чтобы собрать столько мертвых существ.

К слову, среди морфов встречались и те, кто раньше являлись представителями разумных. Люди, орки, эльфы, гномы. Я видел также троллей и огров.

Защитники города тоже не спали. На некоторых направлениях им даже удавалось сдерживать напор. Но мне кажется каждый из защищающихся понимал, что эту битву они проиграли. Иногда в небе появлялись всадники на грифонах, но очень скоро их настигали стаи летучих мышей и буквально разрывали на части еще в воздухе.

За все время мне так и не встретился ни один хаосит. Зато примерно час назад я чуть было не столкнулся нос к носу с группой из пяти магов, явно не из этой эпохи. Если бы не своевременное предупреждение Обжоры, неизвестно, чем бы закончилась эта встреча. Хотя, судя по огненным заклинаниям, которыми эти маги щедро испепеляли нежить, претенденту фракции хаоса они бы вряд ли обрадовались.

Некроморф двадцать пятого уровня, которого мы только что прикончили ― это скорее исключение из правила. В основном уровень большинства тварей переваливает за отметку в сорок. Но убивать их, как ни странно, не очень сложно. Защиты как таковой нет, скорость и ловкость тоже хромает. Их сила в количестве и в отсутствии инстинкта самосохранения. Они не чувствуют боли. Не отступают. Сражаются с отрубленными конечностями. Когда таких один или два — это выглядит не серьезно. Но когда таких тварей тысячи, десятки тысяч, а может и сотни тысяч, тогда возникает одно единственное желание ― убраться отсюда подальше.

Морфа мы прибили, когда перелезли через забор одного из столичных особняков. Добротный такой забор. Высокий. Толстый. Каменный.

Дом такой же. Узкие окна с массивными решетками. Двери, обитые толстыми бронзовыми листами. Тот, кто строил это жилище, как будто знал, что произойдет в будущем.

Увы, но хозяевам не повезло. Их растерзанные и полуобглоданные тела мы обнаружили на алее, ведущей вглубь внутреннего сада. Причем эти люди, похоже, умерли примерно семь или восемь часов назад. Чем дальше мы продвигались, тем больше трупов находили. Тут попадались и тела морфов, что было довольно странно. Потому что среди убитых людей я не увидел ни одного воина. Только гражданские. В основном старики и женщины. Дети тут тоже были. Выходило, что нежить к убийству всех этих несчастных не имеет отношения.

Уже спустя несколько мгновений я понял, кто был виновником произошедшего. Оборотни. Тело одного из их стаи я нашел прямо у входа в дом.

Это что же получается? Эти уроды с самого начала после перехода ринулись убивать ни в чем не повинных горожан вместо того, чтобы сосредоточить свои усилия на некроморфах. Для них не было разницы, кого лишать жизни, чтобы добыть частицы хаоса. Что ж, в одном я теперь уверен точно: если богиня Судьба сведет меня с ними снова, я приложу все старания, чтобы никто из этой стаи не покинул лабиринт.

Мог ли я предположить, когда давал себе это обещание, что выполнять его придется очень скоро.

О появлении перевертышей Обжора предупредил заблаговременно. Видимо, они тоже решили устроить здесь логово до окончания испытания.

Мы как раз несколько минут назад закончили осмотр дома. Его хозяин был явно не из простых горожан. Не дом, а настоящая крепость. Подвалы полные провизии. Много оружия. В дальнем крыле дома обнаружился большой склад со всякой всячиной. Ткани, ковры, много мешков и ящиков разного размера, заполненных разными товарами. Смею предположить ― мы в доме купца. Если поискать, можно найти тайник, а то и несколько. Только вот толку от него не будет никакого. Боровик ясно дал понять, что Лабиринт не позволит что-то унести с собой. В чем пришел, в том и ушел. Если выжил, конечно…

Но Боровик сказал только половину правды. О скрижалях или эсках он ничего не упомянул. Если мне удастся найти их в тайнике, мне ведь не обязательно выносить их из лабиринта.

Оборотни мой запах тоже учуяли. Запомнили еще до перехода. Я слышал, как они радовались моему визиту. Спешили по коридорам, предвкушая развлечение.

Я же встречал их в большом главном зале, деактивировав полог невидимости. Ловил, так сказать, на живца, чтобы, не дай боги, ни один не сбежал. Обжора тем временем, выпрыгнув в окно, затаился снаружи.

Четверка оборотней с веселым завыванием ввалилась в зал. Вожак впереди, остальные чуть приотстав. Тот, что был претендентом, радовался больше всех.

― Вот так сюрприз! ― громко прорычал он. ― А мы уж и не надеялись, что увидим тебя снова! Думали, тебя сожрали в самом начале! А ты, как крыса, нашел, где спрятаться!

Остальные мерзко захихикали. Не так, как орки, но тоже мерзко. К слову, вожак в веселье участия не принимал. Он напряжённо нюхал воздух. Видать, учуял Обжору. Вон как начал нервничать.

Надо тебя отвлечь.

― Ну, так и вы, как погляжу, тоже здесь прячетесь, ― с усмешкой возразил я.

― Ты крыс с волками не ровняй! ― зло выкрикнул черноволосый крепыш и оскалился. ― Мы воины! А ты ― крыса!

― Странные у вас понятия о воинах, ― продолжал усмехаться я. ― Вон народу сколько невинного положили. Женщин, детей, стариков. И все ради частиц хаоса? Я видел вашего пятого. Нарвался на настоящего противника и сдох как крыса?

Вывести из себя оборотней оказалось плевым занятием. Несколько обидных фраз ― и вот они уже в полном составе несутся в мою сторону. Хотя нет. Ошибся. Вожак стаи остался на месте. Полностью трансформировавшись, он сейчас мне очень напоминал моего заклятого врага ― Лютого. Все его внимание было обращено на то место, где сейчас затаился Обжора. Все-таки учуял засаду, сволочь лохматая.

Он было попытался остановить своих сородичей, но мы с Обжорой опередили его.

Обнажив клинки и набросив на себя «полог невидимости», я активировал молнию. Вожака, увы, зацепить не удалось. Но его на себя взял Обжора.

А вот остальные оборотни на скорости одновременно споткнулись и по инерции покатились вперед. Перед тем, как «лапы» молнии коснулись их тел, я запомнил удивленные выражения их вытянутых тупых рож. А в следующее мгновение мой меч проткнул глазницу первой твари. Бил под усилением «клинка возмездия», чтоб уж наверняка. Когда все было кончено, я отмахнулся от оповещений о победе и рванул на помощь Обжоре.

Вожак стаи оказался крепким орешком. Но только на первый взгляд. Когда я был готов активировать таран, на теле оборотня не было живого места. Шип Обжоры мелькал словно игла в швейной машинке моей матушки. Грудь волка была пробита в двух местах, на боку ― глубокая рваная рана от когтей, правое плечо деформировано, левая лапа висит, как плеть. Вожак уже мертвой стаи не успевал залечивать раны, наносимые ему харном. Оставались считаные мгновения до победы, но случилось непредвиденное. Оборотень, из последних сил сделав перекат вправо, оказался рядом с разбитым Обжорой окном. А в следующий миг вместо того, чтобы броситься на противника, он сиганул в проем и дал деру напрямик через клумбы и кусты.

Это было настолько неожиданно, что ни я, ни Обжора не успели среагировать. Харн было рванул следом, но скоро вернулся ни с чем. Оборотню удалось уйти.

Я как мог успокоил друга и предложил, пока есть возможность, воспользоваться передышкой. Восстановить силы и распределить еще несколько скрижалей.

А вожак… Я надеялся, что в таком состоянии он станет легкой добычей для нежити, но мой внутренний голос подсказывал, что просто так эта тварь не сдастся.

Глава 6

Пошли четвертые сутки нашего пребывания в древней столице Дарты. Лабиринт Страха не спешил нас отпускать. Первое время меня это нервировало, но потом втянулся. Правда, приходилось очень много бегать, но я понимал, на что соглашался, переступая порог портала.

В первый день нам все-таки удалось добраться до северных ворот, но нас ждал облом. Великая Система, будто издеваясь, оповестила меня, что покинуть город мы не можем. Причем столицу Дарты она обозвала аномалией. Видимо, это была какая-то подсказка, смысл, которой, увы, от меня ускользал.

Помню, как я стоял и наблюдал за огромным потоком беженцев, медленно, но уверенно исчезающим в открытых настежь воротах. Люди бежали в горы, надеясь спрятаться от орд нежити за Сизым перевалом. Я не знал, удастся ли им, мои учебники по истории умалчивали об этом факте, но мне искренне хотелось верить, что горожане все-таки спасутся.

За эти дни мы с Обжорой неплохо поохотились, истребляя морфов одиночек, рыскающих по городским улицам в поисках человечины. От центра столицы мы старались держаться подальше. Именно туда некроманты стянули все свои главные силы, пытаясь прорвать защиту королевского дворца.

Царь Мидас уже при жизни считался полулегендарной фигурой, не удивительно, что при его дворе всегда находилось много магов и доблестных воинов. Судя по разноцветным вспышкам и зловещему зареву, которые особенно хорошо были видны ночью в той стороне, некромантам довольно успешно противостояли.

Но это было в центре города, на окраинах же творился настоящий хаос. Твари охотились стаями. На горожан, не успевших пробраться к северным воротам, устраивались облавы.

Один раз нам с Обжорой повезло ― удалось спасти семью. Мужчину, женщину, троих детей и двоих стариков. Они каким-то фантастическим образом умудрились, не привлекая внимания нежити, пересидеть в подвале своего дома. А вот Обжора их сразу учуял. Благодаря его же чутью, мы довели бедняг до крепостной стены и там попрощались. Спасенные обещали молиться за нас всем светлым богам. Я их понимаю. Несколько раз по пути приходилось вступать в бой с морфами, с которыми мы с Обжорой очень быстро расправлялись. С каждой убитой тварью выражения лиц наших подопечных менялись. Сперва они панически боялись харна, который, если честно, после каждого нового уровня становился все страшнее и страшнее. Чешуя постепенно превращалась в костяную броню. Гребень на спине рос и видоизменялся. Про когти и клыки я вообще молчу. Но затем в их глазах появился огонек робкой радости и надежды. Старуха все это время благодарила богиню Милосердия за то, что послала им господина мага и его страшную зверушку.

Кстати, «страшная зверушка» уже тридцать второго уровня. Я слил в Обжору все серебряные скрижали и почти пять с половиной миллионов эсок. Уровни поднимали каждые несколько часов, дабы не перегружать энергосистему харна. Правда, с каждым повышением его звериная регенерация справлялась все лучше и лучше.

После каждой активации у Обжоры просыпался бешеный аппетит. И это, мягко говоря. На самом деле это был дикий жор. В такие моменты он даже на некроморфов смотрел голодными глазами, хотя ту гниль, которая покрывала мертвяков уже сложно было назвать мясом. Должен уточнить, раньше такого за Обжорой не замечалось. Думаю, всему виной быстро формирующаяся костяная броня на его теле. Это она высасывала из организма харна все соки. Благо с пропитанием в богатейшем городе нашего мира проблем не было. Брошенные мясные и рыбные лавки, булочные и рестораны, и это, не считая погребов с продовольствием. Мой Обжора всегда был сыт и доволен.

Когда харн поднялся на тридцатый, нас ждало несколько сюрпризов. Костяная броня, наконец, сформировалась и защита Обжоры приобрела существенный бонус в тридцать процентов. Сейчас это уже больше двух тысяч единиц. Я понимал, что это не так уж и много, но в харна с его ловкостью, скоростью и гибкостью в четыреста шестьдесят единиц в каждой характеристике еще нужно изловчиться попасть. Сила и показатели атакующих умений пугающе возросли. С момента нашей встречи еще даже года не прошло, а я умудрился слепить из милого пещерного кота настоящее чудовище. Но это ― мое чудовище, бесконечно мне преданное и готовое в любой момент разорвать каждого, кто попытается навредить мне. Собственно, аналогичные чувства испытывал и я. Наша связь крепла. Обжора делился со мной решительностью и отвагой, я отвечал ему опекой и останавливал от необдуманных шагов.

Еще одним сюрпризом после перехода харна на тридцатый было достижение им максимального уровня заклинания. Я бы не назвал этот сюрприз приятным. Максимальный шестой уровень «прыжка шипохвоста» меня, откровенно говоря, разочаровал. Я надеялся, что в этом направлении мы только в начале пути, но вышло как вышло. То ли это «редкость» заклинания подкачала, то ли это такие особенности самого харна, уже не важно.

Что же касается самого заклинания… Минутная невидимость после прыжка на тридцать метров при четырех секундах на перезарядку и расходе всего ста сорока единиц маны ― харн был призраком, несущим смерть! Попадись нам вожак оборотней сейчас, сбежать бы уже не вышло.

Победа над его сородичами принесла мне три десятка серебрушек, несколько тысяч эсок и девяносто частиц хаоса. Из одежды на перевертышах были только штаны и безрукавки. Ни оружия, ни личных вещей при них не было, хотя точно помню, в портал они шли с рюкзаками. Видимо, где-то устроили схрон.

Я сперва подумал, что их нычка где-то в особняке, но, обыскав все этажи и сад, ничего не нашел. Зато, благодаря «чутью», обнаружил тайник хозяина дома. Увы, ни скрижалей, ни эсок там не было. Деньги, ценные бумаги и украшения меня не интересовали ― все равно вынести из лабиринта не удастся.

Помнится, еще, кажется, Дэг, тот самый скаут, один из тех, кто бросил меня в подземельях Кривых гор, говорил, что все оборотни ― магические существа. Так вот, он ошибался. Только у вожака был магический источник, а у членов его своры ― нет. Видимо, именно поэтому они не могли трансформироваться полностью. Увеличенные клыки и когти да звериные глаза не в счет. Скорее всего, это их природная особенность.

С кристаллами «Борец с нежитью» тоже разобрались. Они активировали и повышали пассивный физический навык, увеличивающий шанс критического урона, но только в боях с нежитью. У Обжоры он уже был шестого уровня.

― Борец с нежитью.

— Уровень: 6. (0/140) (повышается только кристаллами «Борец с нежитью»)

— Тип: Пассивный физический навык.

– Вид: Эпический.

— Описание:

– В сражениях с нежитью шанс критического урона от физических атак заметно возрастает.

– Эффект:

― Шанс критического урона +50%

Мне повезло меньше. Вернее, совсем не повезло. Все выбитые мной кристаллы были первого уровня.

Но самым главным разочарованием было то, что максималка «разума» Обжоры так и оставалась на единичке. Признаться, я очень ждал, что на тридцатом уровне будет сдвиг, но у Великой Системы имелось свое мнение на этот счет. Прочное и непоколебимое. Единственный, кто мог противостоять Великой Системе ― это Баг. Но в данном случае я даже рад, что зловредный дух обошел моего питомца вниманием.

Тридцать второй уровень повышали в леднике мясной лавки. Здесь и относительно тихо и мяса для Обжоры завались. Вон сколько туш висит вдоль стен. А еще я заметил одну особенность ― морфы ищейки или, как их назвал Боровик ― разведчики, обходили эти мясные лавки и магазины стороной. Сперва я не понимал почему, но потом до меня дошло. Большое количество по сути мертвой плоти, каким-то образом сбивало их чутье. Если мое магическое «зрение», доставшееся мне от рыжей сколопендры, свиные и телячьи туши воспринимало, как серую субстанцию, то у мертвяков, видимо, восприятие функционировало в соответствии с иными категориями.

Благодаря моему магическому чутью, я тоже прекрасно мог «видеть» всех морфов, появлявшихся в радиусе сорока метров. Некроманты, создавая своих мертвых слуг, помещали магические источники им в головы. Небольшие пятна ядовито-зеленого цвета, пульсировавшие в том месте, где у живых был мозг. От этого пятна тянулись толстые жгуты вдоль хребта к конечностям. Эта структура чем-то напоминала энергосистему голема из форта «Смелый», который находился в Каменном лесу.

Я сидел на верхних ступенях деревянной лестницы, ведущей вниз в ледник, и уплетал моченое яблоко. Обжора лежал рядом, сыто прикрыв глаза. Его живот раздулся, словно гигантский бронированный барабан. Еще бы ― столько мяса сожрать. За один присест опустошил четверть запасов лавки. Был бы хозяин жив, то от вида разоренного ледника умер бы снова от сердечного приступа. Но, увы, местному мяснику не повезло. Его наполовину обглоданный труп лежал недалеко от двери, ведущей в подсобку.

Периодически в поле моего магического «чутья», которое я, не жалея маны, активировал при каждом удобном случае, попадали энергоструктуры некроморфов.

― Что-то они зачастили, ― поделился я своими наблюдениями с Обжорой.

Тот даже ухом не повел. В свете того, как он легко крошил мертвяков, для него они не были серьезными противниками.

― Может быть, дворец уже пал? ― продолжал рассуждать вслух я. ― Если так, нам придется попотеть. Кстати, я тебе не говорил, что этот город сметут с лица земли?

Обжора слегка приоткрыл правый глаз, затем фыркнул и снова погрузился в послеобеденную дрему.

― Ага, ― кивнул я. ― Посмотрим, что скажешь, когда по нам шарахнут чем-нибудь сверхубойным.

Сказал и сам не поверил. За последние дни я узнал уже столько всего о реальной истории гибели древней столицы Дарты, что в ее одномоментное разрушение верилось с трудом. Откуда такой скепсис? Все просто. Вот уже шестые сутки некроманты штурмуют королевский дворец и никак не могут пробиться внутрь. Сам собой напрашивается закономерный вопрос. Если у них есть мощное заклинание, способное разрушить целый город, почему они медлят?

В чем причина такой нерасторопности? Кто-то из защитников нужен живой? Боятся повредить трофеи? Наверняка дворец забит под завязку всякими артефактами и ценностями. А может все намного проще? Может нам просто все это время врали? Кормили всякими историями, навроде генерала-предателя и брата царя героя.

Конечно, я не исключаю возможности такого разрушения. Как я успел уже убедиться ― подходящие заклинания есть. Сам такими пользовался. Только вот, какой был смысл вообще собирать такую огромную армию нежити? Это ж какая трата маны! Бабахнули бы по городу заклинанием, и все!

Нет. Здесь что-то другое.

Мысли уже собирались двинуться на второй круг, как в поле моего «зрения» попали четыре магические структуры. А вот это уже явно не мертвяки.

Я взглянул на Обжору. Уже не спит. Весь встрепенулся.

― Удивлен, что не учуял гостей заранее? ― тихо хмыкнул я. ― Это маги. Сидим тихо.

Спустя несколько мгновений я понял, что отсидеться не получится. Еще несколько магических источников появилось справа и слева от здания, в котором мы засели. А еще через секунду загорелись еще две точки, но уже сзади. Мясную лавку окружили. Похоже, на нас открыли охоту.

Появление неизвестных магов мы восприняли спокойно. Судя по куцым объемам их источников ― двадцатые уровни. Ну, может, у того, что впереди, чуть выше тридцатки. Все-таки четыре тысячи единиц маны. Простых воинов ни я, ни Обжора не почувствовали. Итого, дюжина бойцов. Явно не мои «коллеги» из цитадели хаоса. Наверняка те огневики, которых мы видели пару дней назад.

― Готов? ― тихо спросил я Обжору.

― Хрн, ― уверенно ответил он. По его костяной броне пробегали волны вибрации. Я буквально кожей ощущал, как бурлит сила в его теле.

Единственное, чего я опасался сейчас, так это мага-ментата, если таковой будет присутствовать. В остальном, окружившие нас, Обжоре не противники.

― Эй! Там! В мясной лавке!

Снаружи со стороны входа послышался насмешливый баритон. Судя по уверенным и командным ноткам, говоривший был главным в этом отряде.

― Выходи, хаосит! Мы знаем, что ты там!

Интересно, откуда? Шли по следам? Есть умения наподобие моего? Каким образом определили мою принадлежность к фракции?

Потом до меня дошло. Печать хаоса! Я по-новому осмотрел энергоструктуры окруживших нас. Есть! И как сразу не заметил? У каждого мага на запястьях пульсировали еле заметные точки. Я взглянул на свою печать. В магическом зрении она выглядела, как темно-лиловая клякса, с которой сливались энергоканалы моей руки. Я огляделся и быстро пересчитал печати противников. Четыре огненно-красных, пять насыщенно-синих, две коричневые и одна светло-голубая. С красными понятно ― огневики. Синие и голубая ― видимо, вода и воздух соответственно, а коричневые ― земля. Хотя могу ошибаться.

Сразу не напали, значит, хотят поболтать. Интересно, а Обжору они засекли? Если да, тогда почему обращались только ко мне? Видимо, все-таки не засекли. Любопытно, почему?

На самом деле, у меня было несколько предположений. Первое и самое очевидное, высокий показатель «звериного инстинкта» Обжоры. С моим улучшенным «разумом» я теперь мог читать коротенькие системные справки и пояснения, касаемо характеристик как своих, так и харна.

Так вот, инстинкт Обжоры отвечал не только за его чутье, но и за маскировку зверя. К слову, показатели маскировки моего «мародера» оказались ниже показателей наблюдательности или чутья моих потенциальных противников. Потом поглядим, как они отреагируют на мою «невидимость».

Еще одна догадка заключалась в сопротивлениях моего Обжоры. Маг, который его не видел, либо огневик, либо ментат. Хех… В который раз уже благодарю богов за те легендарные ресурсы! Очень много полезных скрижалей удалось тогда добыть.

― Оставайся здесь, но будь готов, ― шепнул я Обжоре и двинулся на выход.

Харн нетерпеливо выдохнул и покорно припал к земле. Краем глаза я заметил, как его когти глубоко впились в доски пола. Я усмехнулся. Он всегда так делает, когда сгорает от нетерпения.

Прежде чем переступить порог, я активировал ауру болотника. Ыш и щит хаоса тоже готовы к использованию.

Выйдя наружу, я огляделся. Обычным зрением вижу только пятерых. Остальные прячутся. Но кольцо медленно начало сужаться.

― Я смотрю, у хаоса совсем дела плохи, Змея от безнадеги начала заморышей засылать?

Обладателем насмешливого баритона был седовласый мужчина тридцать восьмого уровня с аристократической внешностью. Высокий, статный, ухоженная седая бородка клинышком. На пальцах золотые перстни. Драгоценные камни искрятся на солнце. Одежда, обувь, оружие. Все явно очень дорогое, как и у остальных его спутников. На вид ему лет сорок-сорок пять. Хотя, кто знает, сколько ему на самом деле?

На его запястье пылала красная печать. По бокам застыли такие же ухоженные ребята. Явно дворяне. Правда, с уровнями пониже. Еще один огневик и трое с синими печатями.

Шутка седовласого всем понравилась. Я даже услышал женский смешок сзади, откуда-то с крыши. Там была отчетливо видна единственная голубая печать в отряде.

Кроме печатей я разглядел еще одну деталь ― эмблему на груди у каждого. На ней была изображена ладонь, объятая разноцветным магическим вихрем. Орден магов. У мастера Чи и у прибывших убивать его были такие же нашивки.

― Ну и чего надо? ― невежливо буркнул я. Делал это намеренно. Аристократы, да еще и маги, не привыкли к такому тону. Они явно определили во мне простолюдина. Вон как губы брезгливо поджимают. Пусть попсихуют. Люблю неуравновешенных противников. Больше нервов ― больше ошибок.

― Ты, смерд, видимо, забылся! ― обладатель баритона нахмурился. Весь его вид говорил о том, что я нахожусь на грани.

Интересно почему они до сих пор болтают со мной? Скучно стало? Я заметил, дворяне ― вообще народ подверженный хандре и скуке. Оттуда, кстати, и все эти войны, и кровавые развлечения. Скучно им, гадам.

Слева и справа начались шевеления. Лишь сверху, где засела «воздушница», я услышал новый смешок.

― Я так понял, у господина мага со слухом плохо? ― громко проговорил я. ― Спрашиваю еще раз. Чего надо?!

С такой же интонацией я, да и все наши соседи, обращались к мадам Риме, глухой семидесятилетней старухе, жившей на углу соседней улицы.

― Ты ответишь за свою дерзость, смерд! ― рыкнул главный огневик и направил в мою сторону руку.

― Погоди, Тройс, ― на плечо огневика легла ладонь стоявшего рядом черноволосого мага с синей меткой. ― Давай сперва вытрусим его карманы. А то будет, как в прошлый раз. Горстка пепла и ноль трофеев.

Видя, что огневик пытается возразить, черноволосый поспешил успокоить того:

― Заберем его частицы хаоса, и он полностью твой. Согласен?

― Он оскорбил меня, Ром! ― не унимался Тройс.

― Да, ― кивнул черноволосый Ром. ― И ты испепелишь его через несколько минут. Но сперва трофеи.

Последнюю фразу Ром произнес с нажимом и, похоже, слегка успокоил пылающего праведным гневом Тройса. Ментат? Очень скоро я узнаю это.

― Надеюсь, это стоит того, ― прошипел сквозь зубы главный огневик.

Пропустив последнюю фразу коллеги мимо ушей, Ром обернулся ко мне и улыбнулся:

― Ну, что, дерзкий, много набил частиц хаоса?

Я решил подыграть ему и сделал вид, что полез в котомку, висевшую у мня на плече.

― Сейчас посмотрим, ― буркнул я и, копаясь в котомке, зашевелил губами, изображая болвана, который только недавно научился считать.

― Ну как? ― хохотнул Ром через минуту. ― Подсчитал свои богатства? Хотя, вернее, уже наши.

Его последнюю фразу маги встретили смешками.

― Да, господин маг, ― продолжая изображать идиота, ответил я. ― Всего получилось собрать пятнадцать тысяч шестьсот семьдесят частиц хаоса.

Надо было видеть вытянувшиеся физиономии этих напыщенных индюков. Если остальные глупо и неверяще таращились на меня, то в глазах Рома я увидел понимание. Он, похоже, единственный осознал, кто здесь на самом деле охотник, а кто добыча.

Глава 7

― Готов? ― мысленно спросил я у Обжоры.

Ответом был эмоциональный сгусток, состоявший из нетерпения и охотничьего азарта.

― Тогда твои те, что сзади и слева. Мои те, что спереди и справа. Начали!

В следующую секунду я разом активировал все свои заготовки.

― Вы призвали магическую сущность Крушителя!

Появление гигантского призрачного жука, а за ним ― непроглядной магической пелены, поглотившей мясную лавку и все пространство вокруг нее в радиусе десяти метров, смеющиеся маги пропустили.

Единственный, кто успел среагировать, это Ром. Его тело окутал водяной кокон.

― Вы призвали магическую сущность Длиннохвостого Ыша!

Верный призрачный змей, много раз спасавший мне жизнь, снова готов к отражению вражеских атак.

― Вы активировали заклинание «Щит хаоса»!

Еще плюс восемьдесят тысяч единиц защиты. Пятью процентами делюсь с Обжорой, который уже успел проломить заднюю стену мясной лавки и обрушиться на двоих магов с «коричневыми» метками.

― Вы активировали магическое умение «Полог невидимости Матери чернокровов»!

― Тройс! ― ошеломленный вскрик слева. ― Я его не вижу!

Значит, ни Тройс, ни Ром меня не засекали. Это сделал вон тот «синий» маг двадцать седьмого уровня.

― Вы использовали Эликсир Аномалии «Сосредоточение»!

― Вы использовали Эликсир Аномалии «Стремительность»!

На сорок минут мои показатели скорости и ловкости выросли на двадцать единиц, а меткости и наблюдательности ― на пятнадцать.

Резко рванув с места, я вытянул правую руку вперед. Благодаря магическому зрению, я прекрасно видел всех соперников.

― Вы активировали заклинание «Цепная молния Искристого угря»!

Как и ожидалось на Тройса и Рома оцепенение не сработало, а вот трое их коллег медленно осели на землю.

― Вы активировали магическое умение «Дыхание Ледяного голема»!

Вокруг меня образовалось морозное облако, снижающее скорость моих противников на семьдесят процентов и отбирающее у них пятьдесят пять единиц маны каждые пять секунд.

Легко преодолев пятнадцать шагов, я оказался рядом с рухнувшими магами. Эти идиоты настолько уверились в своей непобедимости, что даже не удосужились обеспечить себя защитой.

В сторону попавших в дыхание ледяного голема Тройса и Рома полетели «Клещи». Попробуем опустошить их источники маны.

Мой улучшенный «разум» позволял спокойно контролировать всю картину боя.

Коричневые метки за мясной лавкой погасли. И не мудрено. Обжора молниеносен и неуловим. Спустя мгновение, система с запозданием сообщила мне, что отряд магов потерял двоих. А харн уже рванул в сторону «красного» и «синего» мага. Я успел метнуть в проулок таран, который, судя по грохоту и звону стекла, снёс угол мясной лавки и задел соседний дом.

― Вы атаковали мага (22)!

― Вы нанесли критический урон 1763!

― Противник обездвижен на 36 секунд!

― Вы атаковали мага (24)!

― Вы нанесли критический урон 1412!

― Противник обездвижен на 27 секунд!

Для Обжоры с его скоростью ― это целая вечность.

Больше не отвлекаясь на харна, я атаковал ближайшего ко мне огневика. Шип под «клинком возмездия» несколько раз пронзил грудь и голову лежащего в оцепенении мага. Два крита и система отрапортовала о победе.

Жалости к врагам не чувствовал. Действовал хладнокровно, как с любым другим противником. Эти уроды минуту назад собирались ограбить и прикончить меня.

Тело следующего мага лежало в трех шагах от меня.

― Вы активировали умение «Клинок возмездия»!

― Вы атаковали мага (23)!

― Вы нанесли критический урон 1739!

― Вы нанесли критический урон 1701!

Этому хватило трех ударов. Отмахнувшись от системного сообщения о победе, я рванул дальше. До третьего мага добежать не успел. Перед глазами появилась красная надпись.

― Внимание! Вы попали под воздействие легендарного заклинания «Рассеивание чар» (9).

Не успел я осознать, что произошло, как магический туман Крушителя, а вместе с ним мой полог невидимости и дыхание ледяного голема перестали существовать.

― Попался, гаденыш!

Разъяренный женский крик сверху заставил поднять голову. Метрах в двадцати от земли парила магиня тридцатого уровня. Значит, я все-таки не ошибся. Светло-голубой цвет метки ― это магия воздуха.

Черные как смоль волосы, гримаса ярости, в глазах ненависть. Любопытно, чем я ее так рассердил? Неужели она взбесилась только оттого, что «жалкий смерд» вздумал огрызнуться.

― Его тварь убила Тайлиэля! ― в голосе магини прорезались нотки отчаяния и горя.

Ах вот оно в чем дело. Наверное, кто-то из тех четверых убитых Обжорой был ее близким.

― Лиция! Сзади! ― крикнул слегка пришедший в себя Ром.

Гад заметил припавшего к черепице Обжору. Харн успел незаметно забраться на крышу и теперь готовился к прыжку.

Надо отдать должное магине, истерика мгновенно прекратилась. Женщина даже успела сформировать что-то наподобие воздушного копья в правой руке, но на ее беду я не жалел скрижалей на развитие моего питомца.

Обжора легко оттолкнулся от торчащей из прорехи в крыше деревянной балки и совершил длинный прыжок в сторону парившей в воздухе магички.

В отличие от своих коллег женщина защитой не пренебрегла. Сокрушительный удар передних лап зверя пришелся на прозрачную защитную сферу. А в следующее мгновение я наблюдал, как женщина словно воздушный шарик, в который запустили булыжником, улетела вперед и врезалась в стену дома, стоявшего на другом конце улицы.

Озадаченная морда Обжоры, приземлившегося на мостовую в нескольких шагах от Рома, вызвала на моем лице усмешку.

С момента рассеивания моих заклинаний и стремительного полета орущей проклятия магини прошло меньше минуты. За это время Трайс окончательно пришел в себя и вытянул обе руки в мою сторону. В его пылающих гневом глазах я увидел свою смерть.

Я на месте тоже не стоял. Добив третьего мага, обездвиженного молнией, я ушел в перекате вправо и активировал следующую мою заготовку. Успел еще подумать, что «клещи» не выдали ожидаемого эффекта. Ром и Трайс маны не лишились. Вот что значит сражаться с подготовленными магами.

― Вы активировали заклинание «Каменные шипы»!

― Вы атаковали мага (38)!

― Вы нанесли критический урон 58 371!

― Вы атаковали мага (29)!

― Вы нанесли критический урон 25 912!

Мы ударили одновременно. Меня накрыла огненная волна, почти полностью сожрав все мои щиты. В ауре болотника оставалось несколько десятков единиц защиты.

Силен, гад! Но я устоял.

А вот моим противникам повезло меньше. Трайс, так и не удосужившийся активировать защиту, а вместе с ним и Ром, щит которого лопнул, словно мыльный пузырь, висели в метре от земли, пронзенные здоровенными каменными шипами. Когда читал описание заклинания, если честно, представлял его действие несколько по-другому. Но таинственные высшие силы, подарившие мне «радугу» с этим заклинанием, видимо, предпочли более кровавый исход для моих врагов.

Трайс пронзенный сразу тремя шипами был без сознания. Его внутренности вывалились из распоротого живота, изо рта, ушей и глаз сочилась кровь. Его тело иногда вздрагивало в предсмертных конвульсиях, еще больше увеличивая рваные раны.

Я присмотрелся к его источнику. Пуст… Магу осталось жить считаные мгновения.

― Добей, ― кивнул я стоявшему рядом со мной Обжоре. С его уровнем сейчас каждый бой важен.

Спустя миг, система сообщила о победе. Но это было еще не все. Где-то за мясной лавкой прятались еще две метки. Красная и синяя. Что-то они не торопятся помогать своим товарищам. Да и о «воздушнице» забывать не следует.

Я взглянул на завал из кирпичей, досок и прочего хлама, образовавшийся в том месте, куда врезалась магиня. Видать, тоже отрубилась. Система о ее гибели помалкивала, значит, еще жива.

Быстро проверив все заклинания и оставшееся количество маны в источнике, я поморщился. Продолжать бой без щитов ― плохая идея. Вариант с пологом невидимости тоже отпадает. Мало того, что эта летающая ведьма рассеяла мои заклинания, так она еще умудрилась поставить на них блок использования. «Пологом» я смогу теперь воспользоваться только через час.

― Вот зараза! ― в сердцах буркнул я и огляделся. ― Придется уходить, пока эти голубчики не решились на атаку.

Обжору посылать в бой без прикрытия щита не хотелось. У этих двоих было время подготовиться.

― Кто ты? ― услышал я тихий хрип.

Я удивленно поднял голову. Ром. Я непонимающе взглянул на Обжору. Почему этот еще жив? А потом вспомнил, что дал приказ добить только Трайса. Кроме того, уровень Рома для харна уже бесполезен.

Маг воды не шевелился. Я видел, что его энергоканалы превратились в мешанину из разодранных нитей. Позвоночник, похоже, тоже перебит. Причем в нескольких местах. Шип пробил его наискось внизу живота. Каменный наконечник торчал из-за спины мага.

Я склонил голову набок и подошел поближе. Наши взгляды встретились. В его глазах я увидел боль. Много боли. А еще отчаяние и неверие.

― Я тот, кого вы недооценили, ― ответил я.

Ром попытался еще что-то сказать, но закашлялся. Из его рта хлынула кровь. Глаза закатились. Я достал стрекозу и резким ударом пронзил его висок.

Я огляделся. Копаться в развалинах, чтобы достать тело магички, да еще и на виду у двоих, хоть и трусливых, но готовых к бою магов, плохая идея. А вот собрать полагающиеся победителю трофеи ― это совершенно другое дело. Быстро обыскав тела поверженных магов, я повернулся к Обжоре:

― А вот теперь точно уходим.

***

― М-да, ― озадаченно буркнул я и почесал затылок.

После боя с «орденцами» мы с Обжорой, путая следы, пересекли весь город и спрятались внутри небольшого рыбного магазинчика. Тут нестерпимо воняло тухлой рыбой, но и морфы обходили это место стороной. Хорошее место, чтобы восстановиться и распределить трофеи.

Любопытно, хозяева мертвяков знают об этой особенности? Как долго я смогу пользоваться этой возможностью?

Не считая системной награды в виде семи десятков серебряных скрижалей, нескольких десятков тысяч эсок и семи золотых скрижалей интеллекта, с тел магов удалось собрать богатую жатву.

Помимо магических колец, браслетов, кинжалов, ножей и амулетов у каждого мага был сумеречный рюкзак воина, а у Трайса и Рома, кроме этого ― по одному сумеречному рюкзаку мага. Жаль я не смог добраться до двух «коричневых» магов, прибитых Обжорой, обирать их тела мне бы вряд ли позволили.

Но, несомненно, самыми ценными трофеями были кристаллы маны ― в общей сложности получилось собрать двадцать семь штук. Когда я их увидел, до меня постепенно начало доходить, в чем заключалась причина малого количества маны в источниках моих противников. Видимо, они знатно повоевали перед тем, как встретить меня. Подумали, что одного хаосита не составит труда прикончить. Недооценили. Впрочем, как и я их. Только вот я руководствовался тем, что видел. Действовал, исходя из ситуации, а они ― по своему высокомерию. Вот и огребли.

В карманах у магов я обнаружил еще кое-что. Помимо частиц соответствующих их фракциям стихий, там были еще и частицы хаоса. Всего чуть больше трех сотен. Это говорило только об одном. Десяток хаоситов они точно прикончили. Любопытно, зачем им наши частицы? Подумав «наши», я усмехнулся. Нет никаких «наших». Есть мы ― я и Обжора. А еще Ми и Мая… Хотел было добавить Ласку и Барсука, но запнулся…

Стоп! Эрик! Не раскисать! Не время!

Остервенело вытерев кулаком выступившие на глазах слезы, я тяжело выдохнул и прислонился спиной к стене. Сама собой в ладони появилась деревянная фигурка ласки.

Почувствовав мои эмоции, Обжора лизнул меня в щеку. Я брезгливо скривился. Из его пасти нестерпимо несло соленой треской. После распределения добытых скрижалей харн умудрился найти несколько бочек с этим слегка подтухшим «лакомством». Я думал, что он побрезгует. Куда там ― сожрал за милую душу и даже не поморщился. Справедливости ради надо заметить, что ему в свое время и не такое приходилось жрать.

В итоге, у меня появилось семьдесят дополнительных эфемерных ячеек, а также больше двух десятков кристаллических, в которые я тут же поместил самые объемные кристаллы маны. Объем моего магического источника вырос больше чем в два раза. «Мудрость» тут же принялась заполнять пустоту. Теперь в ближайшее время проблем с маной у меня точно не будет, как и с местом под трофеи.

― Хрн, ― тихо предупредил меня Обжора и повел носом в сторону выхода из магазинчика.

― Что там? ― насторожился я и аккуратно выглянул в окошко.

Блок, поставленный магичкой, уже давно «слетел», так что я вовсю использовал полог невидимости. Теперь я держал его постоянно активным во избежание неприятных случайностей.

Увидев то, о чем меня предупреждал Обжора, я тихо выругался. Порядки в городе начали меняться.

Рыбная лавка находилась на спуске, который вел в сторону широкой площади. Так что из окна было прекрасно видно, что происходит внизу. А внизу происходили очень странные вещи.

По широкой мостовой, насквозь пересекающей площадь, покорно тянулась длинная вереница пленников. Я насчитал четыре колонны. Мужчины, женщины, дети, охраняемые с двух сторон некроморфами понуро шагали в сторону центра города. Их вели к царскому дворцу. Я проследил обратное направление и ахнул. Это ведь беженцы, которые убегали через Северные ворота!

Все-таки боги отвернулись от людей…

Я стоял и мрачно наблюдал за несчастными, бессильно сжимая кулаки. В душе горел пожар. Хотелось броситься на помощь и принять пусть и последний, но праведный бой. Но разум охлаждал мой пыл, постоянно напоминая, что эти люди уже давно мертвы, и что это всего лишь странные выверты Лабиринта Страха.

Но потом я увидел кое-что еще. Вернее, кое-кого. Боровика, а рядом с ним и гоблина Девоса. Эти двое тоже умудрились попасть в плен и сейчас покорно шагали вперед, понурив головы. Цепей я не заметил, равно как и веревок. Я сперва удивился такой странности, пока не заметил их пленителей.

Их было трое. Сгорбленные. Невысокие. Я бы даже сказал ― корявые какие-то. Черные балахоны скрывающие лица. Пятидесятые уровни. Явно маги. Похоже я, наконец-то, увидел виновников всего этого кровавого бардака. Некроманты.

Видимо, подчинили волю хаоситов. Другого объяснения такой покорности я не находил. Присмотревшись, я заметил еще несколько «цветных» меток. Двое огневиков. Одна синяя и еще одна ярко-желтая. Смуглая кожа. Слегка вытянутые кончики ушей. Атрийка. Дитя пустынь. Выходит, у них тоже есть своя цитадель и своя фракция. Хотя почему бы и нет?

Судя по тому, как ее водит из стороны в сторону, истощена до предела. Либо ранена. Уровень невысокий. Двадцать четвертый. Вот-вот рухнет без сил.

Рядом с некромантами вертятся четыре твари. Я мысленно присвистнул. Восьмидесятые уровни. Система их обозначила, как «Умертвия». Смесь человекоподобного существа и зверя. Бугры мышц. Костяные панцири. Длинные когти. Похлеще, чем у Обжоры. Видимо, какой-то более продвинутый вид некроморфов.

Когда вереница пленников, где шагали мои новые знакомые, оказалась на середине площади, Боровик неожиданно вздрогнул и украдкой взглянул прямо в мою сторону.

― Баг тебя побери! ― прошептал я. ― Ты меня почувствовал?! Но как?

Я увидел его звериные глаза и вздрогнул. Точно так же смотрел на меня Обжора в тот день, когда я нашел его на берегу подземной реки. Боровик просил о помощи…

Взвесив все за и против и пообещав себе не совершать необдуманных поступков, я решил издалека проследить за колонной пленников. В случае, если будет возможность без особого риска помочь моим новым знакомым, я это сделаю.

― Вперед, ― шепнул я Обжоре и первым выскользнул из лавки.

Глава 8

Я как в воду глядел. Чем ближе мы подходили к центру города, тем сложнее было Обжоре находить места для маскировки. С каждым кварталом мертвяков было все больше и больше.

Я взглянул на небо. То, что я все это время принимал за тучу, нависшую над царским дворцом, оказалось ничем иным, как огромной стаей тех самых летучих мышей. По моей спине пробежал холодок. Еще несколько кварталов ― и Обжора будет у них, как на ладони.

― Братишка, придется тебя спрятать, ― мысленно обратился я к харну, который тут же одарил меня испытующим взглядом. ― Не беспокойся. Под пологом они меня все равно не видят и не чувствуют.

Глаза кота, полные скепсиса, подозрительно сузились.

― Обещаю на рожон не лезть, ― успокоил я его и активировал амулет призыва.

Некроманты меня действительно не видели и не чувствовали. Несколько раз я находился довольно близко от них, готовый в любой момент убежать, но полог пока справлялся на отлично.

Сперва я не знал, в чем причина такой слепоты. Думал, что их внимание сейчас слишком рассеяно. Все-таки держать под контролем такую ораву мертвяков ― то еще занятие. Либо чутье недостаточно развито. Правда, от последнего предположения я быстро отказался, посчитав его глупым. Маг, способный контролировать столько существ сразу, априори обязан обладать развитым чутьем.

А потом баг меня дернул перечитать описание «полога» ― и все встало на свои места. В небольшой справке, что появлялась, благодаря улучшенному разуму, объяснялась суть магического и физического чутья. Оказалось, что существует много видов чувствительности, которые завязаны на разные характеристики. Например, Королева драков чуяла меня благодаря своей природной особенности, которая была чем-то похожа на эхолокацию Самки Живоглота. Уровень этого природного «зрения» превышал уровень моего полога невидимости.

А вот что касается чувствительности магической, то здесь балом правила «воля». Причем уровень моего умения роли уже не играл. Подтверждение этой информации я получил, когда оказался в радиусе активации маски Паучихи. Система сообщила мне, что показатели «воли» некромантов, равно, как и их созданий, подпадают под требования для успешного использования артефакта. Другими словами, если бы некроманты были неразумными, я бы смог подчинить сразу двоих из них. Теперь понятно, почему они не видят и не чувствуют меня.

В отличие от Боровика… Похоже, маг обладал каким-то природным чутьем. Иначе, как с такими низкими показателями воли он умудрялся всегда знать, где я нахожусь? У меня уже было одно предположение на этот счет, но его оставалось проверить.

Следуя за вереницей пленников, я уже было подумал, что ничего у меня не получится, как неожиданно движение прекратилось. Забежав немного вперед и взобравшись на крышу трехэтажного особняка, я огляделся. А вот и причина остановки.

Дальше начинался затор. Главная улица, ведущая в центр, была похожа на реку из молчаливо бредущих людей. Маленькие улочки, подобные той, где сейчас находились Боровик и гоблин, словно притоки ждали своего часа, чтобы воссоединиться с главным «водотоком».

Молчаливая покорность жертв, слаженность действий мертвяков и их количество до жути пугали. Все мое естество требовало покинуть эту часть города. Но я не мог просто так уйти.

Спустившись вниз и проверив действие «покрова», я двинулся в хвост колонны, где находился Боровик. Каждый раз, когда проходил буквально в шаге от некроморфов, мое сердце замирало. Но мертвые твари меня не чуяли. Равно, как и их хозяева.

Проходя мимо одного из некромантов, я быстро заглянул под его капюшон. Хм… Обычный человек. Мужчина лет сорока. Только очень бледный и худой. Тридцать седьмой уровень. Растительность на лице отсутствовала. В темных глазах напряжение. Тонкие бескровные губы брезгливо поджаты. Черты лица явно аристократические. Я взглянул на его руки. Точно дворянин. На длинных пальцах дорогие перстни. Ногти ухоженные.

Как ни странно, мои наблюдения успокоили меня. Некроманты теперь не казались мне какими-то мистическими кровожадными существами. Такие же маги, как и я, только из мерзкой фракции смерти…

Добравшись до хвоста колонны, я приблизился к Боровику и замер за его спиной. Я увидел, как слегка вздрогнули его плечи. Он понял, что я рядом.

― Говорить можешь? ― тихо прошептал я ему на ухо.

Ответом мне было молчание.

― Ясно, ― все также шепотом буркнул я, оглядываясь по сторонам. ― Приготовься, с минуты на минуту вас поведут дальше.

В подтверждение моих слов колонна начала движение.

― Есть одна идея, ― продолжил я, уже шагая рядом с Боровиком.

Мне показалось, или его дыхание слегка участилось?

― Рано радуешься, ― буркнул я. ― Тебе придется еще немного побыть безмолвной куклой. В общем, слушай и запоминай. Когда окажешься на главной улице, будь готов действовать. Где-то на полпути ко дворцу, справа от таверны «Золотой карась», у обочины я видел спуск в канализацию. Как только начнется шум, прыгай под землю. Улицами уйти не выйдет ― они здесь повсюду. Чуть не забыл… Вход перекрывает решетка, но, думаю, для тебя это не преграда.

Помолчав немного, я сказал:

― Теперь осталось выяснить самое главное ― кто из этих пятерых уродов тебя контролирует.

Боровик слегка вздрогнул, а затем медленно, явно на пределе своих внутренних сил повернул голову в сторону того некроманта, которого я только что разглядывал. Поведение пленника не осталось незамеченным. Некромант резко обернулся и в упор посмотрел на Боровика. Мгновение ― и маг со звериными глазами снова превратился в бездушную куклу, шагающую на убой.

― Я тебя понял, ― тихо сказал я и нырнул в ближайший проулок. Краем глаза я заметил, как шевелились уши гоблина. Похоже, Добес не пропустил ни одного моего слова. Кстати, атрийка, несмотря на полуобморочное состояние, тоже все слышала. Будет Боровику компания.

В отношении жительницы пустынь у меня сложилось двоякое мнение. С одной стороны, мне было жаль ее, но с другой ― ее стойкость и сила воли не могли не восхищать. Я даже чуть было не активировал «благодать леса», чтобы хоть как-то облегчить ее страдания, но вовремя остановился. Любое магическое воздействие может спровоцировать агрессию ее кукловода. Не время и не место.

До таверны с широкой вывеской, на которой был изображен жирный карась с крупной золотой чешуей, я добрался довольно быстро. Место для наблюдательного пункта выбрал на противоположной стороне улицы на чердаке трехэтажного дома.

До меня здесь уже пытались прятаться. Несколько разорванных тел я обнаружил у дальней стены. Судя по останкам, беднягам было примерно столько же лет, как и мне.

Аккуратно выглянув в небольшое чердачное окошко, я уже было приготовился ждать появление Боровика, как вдруг в моих глазах потемнело. Дикое головокружение, судорожно бьющееся сердце, дрожащие руки и характерный гнилостно-горький привкус во рту ― где-то совсем рядом открылся иномирный портал!

Да что тут, бездна вас подери, происходит!

Ощущение словно я угодил под удар мощной морской волны. Которая, невзирая на отчаянное сопротивление, накрыла меня с головой, выбив весь воздух из легких. Еще чуть-чуть и придется сделать роковой вдох, с которым в глотку хлынет ледяная вода.

Первые несколько секунд я пытался понять, где нахожусь, такой силы был всплеск ненавистной мне магии. Я думал, что он расплющит меня словно мелкое насекомое. Каждый волосок на моем теле встал дыбом, мне было сложно представить, что за портал и в какой из проклятых миров он только что открылся. В сравнении с ним, по ощущениям, портал из Каменного леса был больше похож на мелкую дряхлую калитку, которую забыли прикрыть на ночь рассеянные хозяева.

Я буквально кожей ощущал его мерзость и зловоние. Тошнотворный привкус во рту тут же спровоцировал рвоту. Меня буквально выворачивало наизнанку. Острая боль в висках и затылке, страшная рвота, вялость во всем теле ― я думал, что еще немного, и моя душа отправится на встречу с богами бездны. Активация «благодати леса» словно глоток свежей родниковой воды привел в чувство.

Боль отступила. Ко мне вернулась способность соображать. Отвлекло жжение и легкое пощипывание на кончиках пальцев. Я взглянул на свои руки и на окровавленный деревянный пол. Оказывается, все это время я царапал руками серые доски, сдирая кожу и ногти.

Подув на пальцы, я поморщился. Несмотря на запущенную регенерацию, в ближайшие дни буду без ногтей на руках. Отхлебнув из фляги воды, я, наконец, пришел в себя. И как только это произошло, первым моим порывом было желание как можно дальше оказаться от этого места. Но потом, поборов панику и страх, я выглянул в окошко. Движение прекратилось. Пленники застыли, словно каменные статуи. А вот некроманты, похоже, знали, что происходит. Вон как оживились. Похоже, рады происходящему.

Волна темной мерзости пришла со стороны царского дворца. Значит, портал или, вернее сказать, Врата открылись именно там. В случайное стечение обстоятельств мало верилось. Значит, что-то или правильней сказать ― кто-то спровоцировал открытие. Неужели некроманты решились устроить грандиозный прорыв, если так, то ― это величайшая глупость с их стороны. То, что сейчас хлынет из Врат погребет под собой всех вокруг. Или они этого и добиваются?!

Мое сердце рвалось из груди, подталкивая меня на побег, но разум хладнокровно выдвигал один аргумент за другим в пользу разведки. Ведь я сейчас наблюдаю и невольно участвую в событиях тысячелетней давности! К слову, орден охотников на чудовищ появился много столетий позже. По сути, я стою сейчас на пороге какого-то очень важного открытия.

Решено! Я должен это увидеть.

Пересекая переулок за переулком, подворотню за подворотней я, наконец, добрался до центра города. Чем ближе был царский дворец, тем сильнее колотилось мое сердце. В какой-то момент дома и переулки закончились, хотя, судя по остаткам стен, еще несколько дней назад здесь были величественные особняки столичной знати. Сейчас же центр столицы превратился в жуткую пустыню.

Впереди, там, где должен был находиться дворец, повисла непроглядная магическая дымка темно-лилового цвета. Земля постоянно вздрагивала под моими ногами, словно живое существо кожу которого несколько дней жгли, морозили, отравляли и корежили. Обугленные огненные кратеры, ледяные наросты, ядовитые лужи и каменные шипы ― все говорило о том, что здесь сошлись сильнейшие маги этой эпохи.

Магическое зрение буквально ослепляло от количества вылитой и переработанной маны. Медленно шагая вперед, я ощущал себя мелкой букашкой. Много раз пытался повернуть назад и бежать отсюда без оглядки. Но всякий раз брал себя в руки и упрямо двигался вперед. Я должен узнать, что здесь происходит!

По мере того, как я приближался, магический туман рассеивался, и, когда от него не осталось и следа, я застыл как вкопанный. Зрелище, представшее моему взору, заставляло дышать через раз.

Царский дворец больше всего был похож на огромный кристалл молочно-белого цвета. Неизвестный архитектор создал поистине непревзойденный шедевр. Это строение не было похоже ни на одно из ранее виденных мной зданий. Словно к этому творению приложили руку сами боги!

Магическая защита дворца была соответствующей. Исполинских размеров прозрачный купол золотистого цвета накрывал царское жилище, отсекая его от орд нежити.

С трудом оторвав взгляд от дворца, я огляделся. Каких тут тварей только не было! Кстати, в осаде участвовали не только мертвяки. Я видел людей, орков, троллей, огров. Там даже были гремлины! Внимательно присмотревшись, я понял, что предки Ми мало напоминали своих потомков. Они ничем не уступали другим расам. Если переживу этот день, обязательно расскажу обо всем братишке. Ему будет полезно узнать, что его древние сородичи были грозными воинами и магами.

― А вот и оно, ― буркнул я, сплевывая горькую слюну.

В центре, прямо у стены защитного купола раскинулось огромное маслянисто-черное пятно размером с озеро. Оно слегка вибрировало и подрагивало и… Оно росло!

Зная, что произойдет дальше, я не понимал, почему все эти воины и маги не пытаются скрыться? Почему не бегут? Ведь, судя по омерзительным волнам, что корежат все мое нутро, сейчас в этот мир явится что-то или кто-то поистине ужасный!

Спустя несколько мгновений, я понял почему Врата продолжают расти. Я, наконец, увидел для чего некроманты вели сюда всех тех людей. Их приносили в жертву порталу!

Сложно передать, что я чувствовал в тот момент. Боль, отчаяние, омерзение, жалость. И бессилие.

А потом я увидел виновника всего этого ужаса, и мое сердце сжалось.

Он стоял ко мне вполоборота, но я узнал его. Напротив стремительно растущих врат в окружении сильнейших магов, широко разведя руки в стороны, замер Стальной король!

Его высокая фигура, облаченная в сверкающие доспехи, на две головы возвышалась над обычными смертными. Даже тролли и огры казались не такими гигантами рядом с ним.

Стальная корона на его челе пылала темно-лиловым огнем. Его голос словно раскаты грома прорезал пространство. Я прислушался, пытаясь понять, о чем он говорит, но система сообщила мне, что уровень моего разума слишком низок для изучения какого-то темного наречия. Но по его интонации мне показалось, что он как будто приказывал кому-то невидимому. Казалось, весь мир вертится вокруг этого человека… Да и человека ли?

Когда первый испуг прошел, и ко мне вернулась способность здраво мыслить, я, хоть и со скрипом, начал осознавать, что этот Стальной король является частью Лабиринта страха. Другими словами, я вижу сейчас события тысячелетней давности. Выходит, Стальному королю сейчас больше тысячи лет? Нет. Исключено. Я помню, как Эгберт Седьмой упоминал о своем прадеде в разговоре со мной. И тогда на меня снизошло озарение. Я же сейчас вижу предка Эгберта! Сходство просто поразительное. Правда, поняв, наконец, кто передо мной, в глаза начали бросаться некоторые различия. Например, возраст. Стальной король, которого я вижу сейчас примерно лет на десять старше своего потомка.

Новый подземный толчок, а за ним еще один заставили меня испуганно присесть. По поверхности угольно-черного озера пошли круги. Маслянистая субстанция забурлила и зашевелилась. Похоже, король все-таки добился своего.

Любопытно, он знает, что сейчас произойдет?

Несколько раз сплюнув горькую слюну, я подобрался поближе. Хотелось насладиться зрелищем в полной мере. Когда мне еще придется увидеть, как иномирная тварь крошит целую армию высокоуровневых магов?

Наконец, из Врат появилась гигантская конечность. То ли рука, то ли звериная лапа. Разобрать не удалось, настолько стремительными были движения призванной твари. То, что ее призвали, я уже не сомневался. Орки в каменном лесу, похоже, тоже пытались повторить этот ритуал. Да и драки не зря стаскивали со всей округи полуросликов к порталу. Или все эти события не взаимосвязаны?

Стальной король что-то крикнул, и некроманты возобновили жертвоприношения. Кровь несчастных горожан, похоже, все-таки привлекла иномирное чудовище.

Из черного озера одним рывком вынырнуло огромное существо. Волна мерзкой магии снова окатила меня, но в этот раз она не застала меня врасплох. Я отделался лишь сильной головной болью.

Уровень разглядеть не удалось, но и без этого ясно ― в наш мир, хоть и тысячелетней давности явилось настоящее зло. Оно было бросилось в сторону вереницы пленных, но неожиданно произошло то, от чего мое сердце забилось еще быстрее. Стальной король, подняв руку, что-то громко крикнул, и иномирный демон замер на месте, а затем, низко припав на все свои конечности, изобразил поклон.

Мое дыхание сбилось. Предок Эгберта Седьмого только что на моих глазах подчинил иномирную тварь! Как такое возможно? Неужели показатели воли короля настолько высоки? В следующее мгновение, повинуясь взмаху его руки, чудовище, совершив длинный прыжок, повисло на золотистом защитном куполе.

Когда из Врат появился новый монстр, еще крупнее и уродливее предыдущего, а громкий возглас Стального короля заставил его присоединиться к своему сородичу, я понял, что воля здесь играет второстепенную роль.

Прапрапрадед Эгберта Седьмого умел открывать иномирные порталы и легко подчинять высокоуровневых темных тварей ― как пить дать, у этой тайны есть еще несколько звеньев. Я даже знаю, с кем нужно поговорить об этом. Моя интуиция буквально вопила о том, что я каким-то, пока неведомым мне образом, связан со всем этим дерьмом. Более того, может быть это всего лишь моя паранойя, но еще мне показалось, будто Лабиринт намеренно поделился со мной своими «видениями».

Тем временем, до этого казавшийся нерушимым монолитом, магический купол пошел мелкой рябью. Похоже, защитники дворца обречены.

Справедливо рассудив, что увидел достаточно, я рванул обратно. В ту сторону, где меня ждал Боровик.

Выходит, исторические книги не врали. Столица Дарты все-таки была стерта с лица земли. Пока бежал, с замиранием сердца думал только об одном. Отпустит ли нас Лабиринт раньше, чем произойдет это знаменательное событие?

Глава 9

Пока добирался до таверны, меня еще несколько раз окатывало иномирной энергией. Некоторые всплески были особенно мерзкими. Стальной король вошел во вкус и, похоже, останавливаться не собирался. Судя по количеству волн, он призвал в этот мир уже больше десятка темных тварей. Любопытно, что произойдет после того, как они выполнят свою миссию? Что будет дальше? А вереницы безмолвных пленников продолжают шагать вперед. Кажется, они даже ускорились.

Когда добрался до здания, где был мой наблюдательный пункт, меня ждал неприятный сюрприз. На крыше, рядом с «моим» чердачным окошком, сидел здоровенный монстр. Умертвие восьмидесятого уровня. Мертвяк больше всего был похож на обезьяну, только без шерсти на теле. А вот уродливых костяных наростов хоть отбавляй. Пустые глазницы. Пасть полная зубов. Длинные когти. Да и по габаритам он не уступал Обжоре. Не хотелось бы мне сойтись с таким в ближнем бою.

Тварь явно появилась на крыше неспроста. Как пить дать по мою душу. Выходит, меня все-таки почувствовали? Тогда почему этого не происходило раньше? Ведь несколько минут назад я спокойно разгуливал прямо у них под носом. Или это какое-то другое умертвие с усиленным чутьем? Так или иначе, подниматься на крышу я передумал. Тем более, что в этом уже не было надобности ― нужная мне колонна пленников появилась из-за угла. Среди мерно покачивающихся голов мелькала лохматая макушка Боровика.

Несмотря на то, что нас разделяло шагов сто, не меньше, хаосит меня снова почуял. Вон как встрепенулся. М-да уж… Когда мы выберемся из этой передряги, ему придется о многом мне поведать.

Последняя мысль, кстати, меня позабавила. Я криво усмехнулся. Еще полгода назад вместо «когда» я бы обязательно подумал ― «если». Любопытно, что это, самоуверенность или же трезвая оценка ситуации? Я еще раз перепроверил свой план и решил, что, скорее всего, сработает.

Когда голова Боровика замаячила в метрах двадцати от таверны, я начал действовать. Первый шаг ― слиться с бредущей толпой. Краем глаза заметил, как встрепенулось умертвие, сидящее на крыше. Что-то с ним явно не так.

Оказавшись в окружении шагающих пленников, я удовлетворенно кивнул. Мертвяк тут же успокоился. Чувствительный гад, но не настолько, чтобы отличить меня от остальных. В мрачные лица людей старался не заглядывать. Как бы это жестоко не прозвучало ― они уже давно для меня мертвы. В отличие от реального Боровика, они часть «сновидений» Лабиринта. В любом случае, когда мой план начнет действовать, у этих бедняг появится возможность прожить еще несколько часов своей «ненастоящей» жизни.

Второй шаг ― оказаться рядом с некромантом, который контролирует Боровика. Для этого урода я приготовил «испепеление». Чтобы уж наверняка. Можно было бы и молнией шарахнуть, но, боюсь, у мага с таким уровнем, да еще и ментала, есть чем нейтрализовать эффект оцепенения.

Я хотел было приступить к исполнению задуманного, как в следующее мгновение произошло сразу несколько событий. На крышах домов, тянувшихся вдоль главной улицы, появились еще три умертвия. Иллюзий по поводу случайности происходящего я уже не питал. Похоже, меня окружали. Думать о том, кто именно меня учуял: твари или их хозяева ― времени не было. Надо было действовать. И тут случилось еще кое-что… Перед моими глазами появилась надпись:

― Внимание! Время вашего пребывания в Лабиринте Страха истекло!

― Вы можете вернуться в отправную точку!

― Желаете совершить переход?

― Да/Нет.

― Внимание! У вас 30 секунд на принятие решения!

Как раз вовремя! Мой рот растянулся до ушей. Перед тем, как подтвердить переход, я посмотрел на Боровика. Забыв, что нахожусь под «пологом», даже умудрился на радостях подмигнуть ему, но, спустя мгновение, улыбка начала сползать с моего лица…

Хаосит смотрел прямо на меня. В его звериных глазах было столько скорби и отчаяния, что меня даже прошиб озноб. Хотелось крикнуть ему на всю улицу, мол, какого бага он медлит?! Но потом я посмотрел на остальных пленных магов и все понял ― они все по какой-то причине не могут принять приглашение системы.

Мысли лихорадочно завертелись в голове. Тридцать секунд на то, чтобы добраться до некроманта и активировать испепеление. Хотя, какие тридцать? Уже меньше…

Не теряя более ни секунды, я бросился вперед. Самому себе врать не собирался ― я рисковал ради совершенно незнакомого мне человека. Хотя в то, что Боровик является человеком, мне мало верилось.

Что это? Глупый героизм? Юношеский порыв? Самоубийственная самоуверенность? Кто-то очень умный и расчетливый наверняка сказал бы, что это так. Я же, как ни странно, руководствовался своей интуицией. Как тогда в подземельях Кривых гор, заливая воду в зубастую пасть харна, отравленного ядом шестилапа. Или, как в случае с Ми, в степях орков. Я просто знал, что поступаю правильно.

Моя активность не осталась незамеченной. Умертвия, повинуясь команде невидимого кукловода, одновременно сиганули вниз.

Я хищно оскалился. Моя жертва уже в нескольких шагах. Я понимал, что твари не успеют до меня добраться. Думать о том, каким образом им удавалось чувствовать меня, буду потом. Сейчас все внимание на некроманта, контролирующего Боровика и остальных.

На последнем шаге, вытягивая правую руку с заготовленным заклинанием, я успел даже подумать, что все свершилось быстрее, чем предполагалось с самого начала. В запасе даже оставалось несколько секунд для перехода. Но в следующее мгновение я понял, что зря недооценил своего противника. Ядовитую ухмылку, которой он меня наградил перед тем как резко сместиться на несколько шагов вправо, я запомню на всю жизнь. Меня переиграли, словно деревенского простофилю, случайно попавшего в столичный игровой дом.

А затем последовал мощный магический удар слева, опрокинувший меня на мостовую и протащивший несколько шагов по булыжникам словно тряпичную куклу. В игру вступил второй некромант, до этого старательно изображавший слепоту. Вот гады!

Защитная аура болотника поглотила весь урон, но мир на мгновение померк. А когда я снова смог соображать, перед глазами висело оповещение:

― Время на принятие решения истекло!

Это значило только одно ― я только что упустил возможность вернуться в Цитадель Хаоса.

Узнай кто-нибудь, какие мысли пронеслись в моей голове в тот момент, наверняка этот кто-то посчитал бы, что я лишился рассудка. Должен заметить, я и сам удивился своей реакции на произошедшее. Казалось бы, как должен был реагировать человек, потерявший возможность покинуть это место? Что он должен был почувствовать? Наверняка отчаяние от того, что противники, как опытные шулера, разыграли свою партию как по нотам, оставив меня в дураках. Или, может быть, панический страх. Ведь увиденное мной кровавое зрелище в центре города оптимизма явно не добавляло. А может быть злость на самого себя из-за того, что поддался порыву жалости и встрял в неприятности, спасая незнакомого мне человека?

Должен заметить, ничего из выше перечисленного меня не коснулось. Была мимолетная легкая растерянность, которая очень быстро сменилась полным спокойствием и холодной уверенностью. А еще, как бы разбавляя этот ледяной коктейль, проснулся боевой азарт. Я криво усмехнулся. Все-таки тесное общение с Обжорой дало свои плоды.

После атаки некроманта, полог невидимости слетел, и умертвия, подстегиваемые чужой волей, рванули в мою сторону. Хозяином четырех тварей оказался третий некромант, который все это время находился в тени дальнего дома, на противоположной стороне улицы. О том, что именно он руководил продвинутыми морфами, легко было догадаться по характерным пассам руками, которыми он сопровождал атаку тварей.

За все время маги смерти не произнесли ни одного слова. Видимо, у них есть другой способ общения между собой, наподобие нашего с Обжорой.

В свете произошедшего, я теперь знал, кто в этой троице отвечал за контроль тварей, а кто руководил пленниками. Осталось только понять, кто меня учуял. Хотя это уже не важно.

Когда поднимался с земли, заметил обреченный взгляд Боровика, а еще в его глазах я прочитал вину. Любопытно, с какой это стати? Наверняка уже похоронил меня. Думает, что мальчишка из-за него погибнет. К слову, на лицах остальных пленников угадывались отголоски схожих эмоций.

Но, спустя секунду, мальчишка, которого уже успели похоронить сумел-таки удивить. Как пленников, так и их пленителей.

На появление из пустоты Обжоры отреагировали по-разному. Глаза пленников округлились, некроманты же на несколько секунд впали в ступор, чем харн не преминул воспользоваться.

Два прыжка «шипохвоста», и Обжора уже за спиной хозяина умертвий. Перемещения зверя были настолько стремительными, что никто даже не понял, что произошло, лишь когда харн принялся кромсать свою жертву, а та верещать от боли, только тогда некроманты ошарашенно повернули головы.

Морфы, забыв обо мне, тут же кинулись на помощь хозяину. Но магов смерти ждал еще один сюрприз, наверняка самый неприятный. Атака Обжоры сбила концентрацию кукловода, что позволило использовать мой главный козырь.

С помощью маски Паучихи мне удалось перехватить контроль сразу над четырьмя тварями. Артефакт и раньше постоянно сообщал, что у меня достаточно «воли» на то, чтобы подчинить этих уродцев, но загвоздка заключалась в том, что некромант делился со своими «питомцами» частичкой своего разума. В момент сбоя это преимущество было утеряно.

Управлять умертвиями было довольно необычно. Между нами не было того единения, как с Обжорой. Система просто сообщила мне, что у меня в подчинении появилось четыре существа, которые ждали моих приказов. Не знаю, как там было у некроманта, но мне этого было достаточно. Обозначив быстро остальных магов смерти, как врагов, я отдал приказ атаковать. Кроме того, на всякий случай, активировал «рассевание урона», полученное за победу над Королевой драков. Теперь семьдесят процентов получаемого мной урона будут принимать на себя умертвия.

Разбираться в их характеристиках не было ни желания, ни времени. Эффект подчинения действовал всего тридцать минут.

Когда умертвия замерли, а потом вместо того, чтобы броситься на чешуйчатого монстра, атаковали самих некромантов, те сперва даже не поняли, что сейчас произойдет. А подсказать было уже некому. Бывший хозяин умертвий, благодаря стараниям Обжоры, превратился в сочащуюся кровью отбивную.

За мгновение до смерти на лице одного из кукловодов появилась растерянность. Он вроде бы даже попытался как-то воздействовать на атаковавшего его морфа, но, на его беду, я слишком много вложил в «волю».

Некроманты умерли практически одновременно. И когда это произошло, улица в один миг ожила. До этого шагавшие молчаливыми истуканами люди получили свободу. Со всех сторон послышались крики, хрипы и стенания. Ровные вереницы распались. Начался настоящий хаос.

Боровик стоял, глубоко вдыхая полными легкими воздух свободы. На его бородатой физиономии играла счастливая улыбка. Реакция остальных освобожденных магов мало чем отличалась.

― Ты все-таки это сделал! ― радостно воскликнул Боровик. ― Отчаянней и безумней тебя я еще никого не встречал! За что и благодарю богиню Фортуну.

― Рано радуешься, ― хмыкнул я и, кивая в голову колонны, добавил: ― Сюда уже спешат друзья этих уродов.

В подтверждение моих слов откуда-то спереди донеслись крики боли. Видимо, обычные некроморфы набросились на освободившихся горожан. Я взглянул на небо. Темное облако, висевшее над дворцом, дернулось и начало увеличиваться.

― Летучие мыши! ― крикнул Добес. ― Они скоро будут здесь!

Гоблин было дернулся в сторону входа в канализацию, куда уже бежали некоторые освобожденные мной маги, но, заметив, что я не тороплюсь, остановился, вопросительно глядя на меня.

― Сперва надо помочь атрийке, ― сказал я и кивнул на лежавшую на мостовой жительницу пустынь.

― Погоди, ― остановил меня Боровик. ― На ней личина. Явно сильный маг постарался.

Я присел рядом с девушкой и присмотрелся. Странное дело, что-то знакомое промелькнуло в чертах ее лица. Я даже протер глаза от неожиданности. Посмотрел еще раз. Нет. Показалось.

― Думаешь, под личиной скрывается какой-то монстр? ― спросил я.

Боровик пожал плечами.

― За последний час ты уже совершил столько рискованных поступков, что одним больше, одним меньше, общей картины это не испортит.

Причем сказано это было таким тоном, что понять, шутил он или говорил серьезно, было сложно.

Я усмехнулся и активировал «благодать леса». Девушка, получив порцию из ста пятидесяти единиц регенерации, слегка вздрогнула и мерно задышала. Бледность на ее щеках сменилась легким румянцем.

Боровику и Добесу тоже досталось. Чего зря добру пропадать? У меня лимит в заклинании пять союзников.

Если гоблин лишь благодарно кивнул и в который раз посмотрел на меня с уважением, то в звериных глазах Боровика я увидел неверие и смятение. М-да… Странная у него реакция на исцеление.

― А теперь нам пора убираться отсюда, ― сказал я. ― Чем дальше от центра города мы окажемся, тем дольше проживем.

― Я понесу ее, ― предложил Боровик и легко подхватил атрийку на руки. ― Веди!

Я кивнул и, больше ни секунды не задерживаясь, побежал в сторону широкого люка на обочине главной улицы. Решетка уже была сорвана с петель и отброшена в сторону. Кто-то из освобожденных магов постарался. Кстати, межфракционная вражда была забыта. Никто ни на кого не собирался нападать. Но это пока…

― Ты знаешь дорогу? ― спросил гоблин, теперь не отстающий от меня ни на шаг. Наверняка со стороны это смотрелось странно. Маг двадцать девятого уровня семенит за мальчишкой нулёвкой, боясь при этом отстать.

― У меня есть проводник, ― ответил я, кивая на двигавшегося рядом Обжору.

Я обернулся. Боровик бежал следом, бережно неся на руках находящуюся в беспамятстве атрийку.

Гоблин хмыкнул и многозначительно взглянул на маску на моем лице.

― Да уж, парень… Ты полон сюрпризов. Теперь не сомневаюсь, что тебе удалось победить Паучиху.

Я неопределенно пожал плечами. Откровенно говоря, мне было плевать, что он там себе думает. Меня занимал другой вопрос. Что делать с умертвиями? Очень скоро твари освободятся, и тогда нам мало не покажется.

Голову ломать пришлось недолго. На главную улицу из переулков хлынули волны простых некроморфов, и я приказал умертвиям прикрывать наш отход и первым нырнул в темный зев столичных канализаций. У нас оставалось чуть меньше четверти часа до того, как мои временные питомцы придут в себя.

Бежали молча. Несколько раз обгоняли других беглецов из обычных горожан. Благо под канализации здесь были проложены широкие тоннели. В некоторых местах две повозки точно разминутся.

Горожане, не обладающие ночным зрением, двигались медленно, словно слепые котята. В нашей же группе отсутствие света никому не доставляло неудобств. А вот запах дерьма, которым мы буквально за полчаса пропитались насквозь, желания оставаться в этих тоннелях не добавлял.

Несколько раз на пути нам попадались некроморфы. Но были они какие-то вялые и в основном низкоуровневые. Боровик и Добес называли их потеряшками. Нетрудно было догадаться, что эти мертвяки отбились от общей стаи и остались без присмотра.

― Есть идеи, что делать дальше? ― спросил я у шагавшего рядом Боровика.

― Нужно искать переход между аномалиями, ― как-то не очень уверенно ответил он. ― И чем раньше мы это сделаем, тем лучше.

― Надо успеть до Разлома, ― поддакнул гоблин и поежился.

Кстати, они вроде как пришли в Лабиринт, чтобы устроить дуэль. На фоне происходящего сейчас это выглядело довольно глупо.

― Я так понимаю, вы еще в таких передрягах не бывали?

Боровик и Добес отрицательно покачали головами.

― А откуда тогда знаете об этих переходах и разломах? ― спросил я.

― От Привратника, ― ответил гоблин. ― Он единственный, кому удалось вырваться.

Хм… Снова Привратник.

― Зачем нам переходить в другую аномалию? ― задал я следующий вопрос.

― Там у нас будет шанс получить приглашение на выход из лабиринта, ― ответил Боровик.

― Одна аномалия ― одно приглашение, ― резюмировал гоблин.

― А что будет, если попадем под разлом? ― спросил я.

― Неизвестно, ― пожал плечами Боровик. ― После Разлома никто не возвращался.

По моей спине пробежал легкий холодок.

― Выходит, осталось понять, как найти этот переход, ― сказал я.

― Тролль говорил, что переходы выглядят по-разному, ― сказал гоблин. ― Обычная дверь старого сарая. Колодец. Полуобвалившаяся стена…

Я поморщился: чем больше они рассказывали, тем больше я мрачнел. Боюсь даже представить, сколько стен, дверей или колодцев в этом городе. Это как искать иголку в стоге сена. Только вот нам никто не собирается давать столько времени на поиски.

Заметив мое выражение лица, Боровик сказал:

― Мы поймем, когда окажемся рядом. Это необычное место. Привратник говорил, что рядом с переходом чувствуется много энергии.

Последние слова Боровика заставили задуматься. Много энергии… Много энергии… А что если…

Я остановился как вкопанный, чем привел моих спутников в замешательство. Молясь всем богам одновременно, я поспешил открыть описание амулета Гуннара Сокрушителя. С замиранием сердца проверил его активность. А спустя секунду с широкой улыбкой на лице подтвердил поиск ближайшего Места Силы.

― Слышь, Горец, ты чего? ― гоблин аккуратно дотронулся до моего плеча.

― Внимание! Поиск закончен.

― Место Силы найдено (количество 5). Желаете проложить маршрут?

Не обращая внимание на вопросы гоблина, я дал согласие системе. Краем глаза заметил, как на плечо Девоса легла ладонь Боровика, давая тому понять, чтобы он не мешал мне сейчас. Он первый понял, что мне удалось что-то нащупать.

Спустя несколько долгих секунд, перед моими глазами появилась схема, на которой были изображены пять маршрутов. Первый указывал в ту сторону откуда мы пришли. То есть в центр города. Судя по размерам конечной точки ― это место силы было самым большим в городе.

Я криво усмехнулся. Нет, туда мы не пойдем.

Еще три точки находились в другом конце столицы. Они почти сливались друг с дружкой. Я сперва не понял, что это могло быть, но потом вспомнил. Это были храмы богу Рандому, Фортуне и Великой Системе.

И последняя, пятая точка находилась на западе. Туда-то мы и пойдем.

Когда я объявил моим спутникам, что, кажется, знаю, где искать переход между аномалиями, к моим словам отнеслись с недоверием. Переубеждать и кому-то что-то доказывать я не собирался. Проложил маршрут и двинулся к цели. Я бы мог, конечно, показать им амулет, и тогда бы все вопросы были сняты. Но светить редкими артефактами я не собирался. Верят они мне или нет ― это уже их проблемы. Судя по тому, что и Девос и Боровик продолжали шагать рядом со мной ― мои слова их все-таки задели.

***

― Уверен? ― с сомнением в дрожащем голосе спросил меня Боровик.

― Абсолютно, ― твердо ответил я.

― Как-то мне все это… ― пробурчал гоблин. Но продолжать не стал.

Я их понимал. Стрелка нашла выход из канализационных тоннелей, затем заставила пересечь западную часть города, кишащую мертвяками и, наконец, вывела нас за городскую стену к конечному пункту назначения.

Мы стояли на краю обрыва и смотрели, как внизу на поверхности моря закручивалась гигантская воронка. Это и был искомый нами Переход между аномалиями.

Боровик хмыкнул.

― Это явно не колодец. Но маной от этой хрени разит будь здоров. Не знаю, как тебе это удалось, но, похоже, ты действительно нашел его, Горец!

Гоблин тоже проникся. На его тонких губах играла несмелая улыбка.

Кроме того, с каждой минутой аномалия, в которой мы находились, становилась более враждебной. Нас будто выталкивал кто-то невидимый, давая понять, что нам здесь больше не рады. Даже воздух стал каким-то тяжелым и вязким. Близился Разлом.

Надо прыгать.

Отозвав Обжору, я начал активировать все мои щиты. На появление призрачного змея, обернувшего меня своим телом, Боровик и Девос отреагировали по-разному. Боровик был сдержан, гоблин ― подозрителен. Но оба остались под впечатлением. А вот когда я активировал щит хаоса, да еще и поделился защитой с ними, не забыв и об атрийке, продолжавшей все это время находится без сознания ― их глаза в прямом смысле слова полезли на лоб.

― Готовы? ― спросил я. И, дождавшись утвердительных кивков, первым шагнул вниз. Наблюдая, как приближается гигантская воронка, я отстраненно подумал, что еще год назад даже помыслить не мог о том, что меня будет ждать в будущем. А спустя мгновение, меня накрыла темнота.

В сознание пришел рывком, словно вынырнув из-под воды. Открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света. Краем уха уловил шум падающей воды.

Вода… Точно! Обрыв! Воронка! Переход!

Снова открыл глаза. Надо мной нависла чья-то физиономия.

― Очухался? ― спросила мутная рожа голосом Девоса.

Моргнув несколько раз, добавил во взгляде резкости. Точно Девос.

― Все живы? ― я тихо спросил, вернее прохрипел.

― Все-все, ― это уже появилась косматая физиономия Боровика.

― А что с девушкой? ― морщась, спросил я. Срочно надо попить воды.

Боровик почесал затылок и смущенно ответил:

― Да все с ней нормально, Горец. Можешь сам убедиться.

Любопытно, что это с ним? Какой-то он странный.

Я приподнялся на локте. Повернул голову в указанную сторону и обомлел. В нескольких шагах от меня сидела спасенная нами атрийка. Правда, от ее личины песчаной воительницы не осталось и следа.

― Здравствуй, Эрик…

― Здравствуй, Мидори.

Глава 10

Первые несколько секунд мы разглядывали друг друга молча. Дриада почти не изменилась. Те же тонкие миниатюрные черты лица и огромные раскосые глаза цвета изумруда, в которых я увидел одновременно растерянность, страх и решимость.

Пока я валялся в отключке, у Мидори было время свыкнуться с ситуацией. И то, что я все еще жив, о многом говорит. Ведь я прекрасно помню, насколько опасной может быть лесная воительница. Прирезала бы, как цыпленка, и глазом не повела. Хотя тогда бы ей пришлось долго стараться ― сквозь мои щиты нужно еще пробиться. Да и Боровик с гоблином, похоже, не дремали. В то, что они спокойно наблюдали бы за тем, как меня убивают, мне мало верилось. Хотя тоже не факт. Цену чужой благодарности я уже знаю ― сидевшая напротив меня дриада тому яркий пример.

Любопытно, сколько времени я был без сознания? Мельком взглянул на показатели щитов и скривился. Оказывается, все это время я был без защиты. Выходит, урон от столкновения с воронкой был слишком высокий.

Проверив источник маны, я удивился. Полон под завязку. Быстро открыл заклинания и нахмурился. Всё перезарядилось. Даже сущности. А ведь там откат пять суток. Не мог же я столько проваляться?! С этим еще надо разобраться.

На проверку и на то, чтобы взять себя в руки, ушло несколько секунд, но я понял, что Мидори все-таки заметила мое состояние, но виду не подала.

― Атрийка мне больше нравилась, ― холодно произнес я, в упор глядя на дриаду. ― Выходит, слезливая история о маленькой дриаде, потерявшей свое древо, обычная выдумка? Ты, оказывается, все-таки владеешь магией.

Активировав магическое чутье, я уже знал, что у Мидори нет источника. Несколько содержащих ману артефактов не в счет. Кроме того, утратив личину, она снова стала двенадцатого уровня, но тема с древом явно была ее больным местом.

Продолжая давить, я кивнул на стоявшего поодаль и внимательно наблюдающего за нами Боровика и добавил:

― Со слов моего товарища, личину накладывал сильный маг. Хех… Я не удивлен. Притворяться ты мастерица.

Глаза Мидори опасно сузились. Похоже, я все-таки задел ее за живое. Это хорошо. Мне нужна информация. Отец говорил, если хочешь выведать что-то у собеседника, напои его или, в крайнем случае, разозли.

― Так вы знакомы?

Мне стоило труда не поморщиться ― Добес, как всегда, вовремя. Боровик уже привычно положил свою ладонь на плечо гоблину и что-то тихо шепнул тому на ухо.

Вступление гоблина привело дриаду в чувство. Она уже была готова наговорить мне всяких гадостей, но сдержалась. Я же, в свою очередь, не сдавался и продолжал давить.

― Скажу больше, друг мой, ― кивнул я Добесу. ― До определенного момента, мне казалось, что мы друзья.

Не обращая внимание на ладонь Боровика, гоблин спросил:

― И что же тебя заставило изменить мнение?

― Все просто, ― ответил я, наблюдая за мимикой Мидори. ― Меня и моих близких предали.

Помолчав мгновение, давая моим новым товарищам переварить сказанное, я спросил:

― Судя по личине, Папаша Джино придумал своим фамильярам новое задание?

Дриада слегка вздрогнула и, сжав зубы, ответила:

― Я больше не фамильяр. Джино мертв.

― Без Ми темная хворь все-таки его добила? ― спросил я.

Дриада промолчала, опустив глаза, но я понял, что оказался прав.

― Если тебе будет от этого легче ― Джино до последнего не хотел сообщать о тебе, ― не поднимая головы, тихо произнесла она.

― Но это все-таки не помешало ему слить меня одновременно и тайной канцелярии, и людям стального короля.

Мидори резко подняла голову. В ее глазах я увидел замешательство.

― Погоди, так ты не знала, что он шпионил и на тех, и на других?

― Нет, ― покачала головой она и тихо добавила: ― Я думала, он служит только королю.

Эмоции дриады были искренними. С моими «волей» и «разумом» мне уже было несложно распознавать такие вещи.

― На меня ему было плевать, ― отмахнулся я. ― Уверен, он даже был рад избавиться от меня.

― Не верю! ― твердо произнесла Мидори. ― Он не мог так поступить. Он думал целые сутки! Я видела его состояние… Ему тяжело далось то решение…

Я склонил голову набок и пристально с насмешкой посмотрел на дриаду. А ведь простачкой ее не назовешь. Но она, похоже, от чистого сердца верила своему хозяину. Удивительно. Выходит, история с маленькой дриадой, оставшейся без древа и попавшей в плен, а затем выкупленной добрым ланистой на рынке рабов ― это правда?

― Увы, ― мягче, чем хотел, произнес я. ― Но вынужден разочаровать тебя. Джино медлил не из благих намерений. Он ждал подтверждения о продаже самки полоза. Не хотел, чтобы сделка сорвалась из-за проволочек с канцелярскими шпиками.

Я усмехнулся.

― Держал меня под боком. Подстраховывался. Старый интриган не хотел рисковать. Вдруг твои зелья подведут, и тварь очнется, рядом ведь есть дурачок Эрик со своей молнией.

Мидори было попыталась возразить, но я ее опередил:

― Это не мои слова. Так говорили в канцелярии. Джино действительно было плевать на меня. ― Я медленно поднялся и с удовольствием потянулся, при этом продолжая говорить: ― Там, где я вырос, люди часто использовали одно выражение. Не пытайся одной задницей усидеть на нескольких стульях. В лучшем случае останешься без стула, а в худшем… Кхм… Ну, ты сама понимаешь…

Краем уха я уловил смешок гоблина.

― Думается мне, ― продолжил я. ― Папаша Джино никогда не слышал о такой присказке. Помимо жирного куска от продажи темной твари ему захотелось большего.

― О чем ты? ― напряглась Мидори.

― Ты знала о том, что во время нашего путешествия не проходило и дня, чтобы Джино не начинал уговаривать Ми предать меня? По глазам вижу ― знала. Меня, кстати, это нисколько не злило. Я отчасти понимал старика. Собственный целитель при такой хвори ― о таком раскладе можно только мечтать! Тебя я тоже понимаю. Жив хозяин ― тебе хорошо.

Пока говорил, краем глаза осматривал место, куда нас забросило. Мы у подножия небольшой скалы. По правую руку, шагах в двадцати от меня, небольшой водопад. Вокруг, на первый взгляд, обычный лес. Судя по яркому солнцу, теплой погоде и сочно-зеленой листве ― сейчас конец весны или начало лета. Обычный пейзаж, каких полно в округе моего родного Орхуса. Только вот не следует забывать, где мы на самом деле находимся. В любой момент лабиринт может осчастливить нас сюрпризом.

Я не обошел вниманием моих спутников. Боровик и Добес держатся бодрячком. На первый взгляд ― живы и здоровы. Оба развесили уши. Если гоблин понимающе улыбается каждому моему слову, то Боровик реагирует намного сдержанней. В его зверином взгляде читается сочувствие дриаде. А ведь еще несколько часов назад сам сомневался, помогать атрийке или нет. Чует мое сердце, нам еще предстоит о многом поговорить с этим странным магом.

― Хочешь сказать, что ты другой? ― с усмешкой в голосе спросила Мидори. ― Думаешь, я тебе поверю, что ты относишься к гремлину-фамильяру, как к члену семьи?

― Верить или нет ― решать только тебе, ― пожал плечами я. ― Кстати, ошибка Джино была именно в этом. Он не поверил. А зря. Ми предан мне не потому, что он мой фамильяр, а потому что мы семья. Кстати, Ми сам захотел присоединиться к нам. Мне пришлось согласиться.

― Еще бы! Это же фамильяр-целитель! ― съязвила Мидори.

― Я бы тоже не отказался от такого фамильяра, ― подал голос гоблин.

Я обернулся. Добес и Боровик ухмылялись, как и почуявшая их поддержку дриада.

― Только вот очередь из гремлинов-целителей, готовых стать моими фамильярами, я не наблюдаю, ― продолжил подшучивать надо мной Добес. ― Может, поделишься секретом?

Я хмыкнул и пожал плечами:

― Легко. Для начала нужно оказаться в Пустошах. Затем прибить несколько орков. Освободить из рабства гремлина. Далее, победив шамана орков, добыть радужную скрижаль с заклинанием целителя и отдать ее гремлину. Вот, собственно, и все.

По мере того, как я говорил, ухмылки сползали с их лиц.

― Хочешь сказать, что отдал радужную скрижаль кому-то другому? ― с подозрением в голосе спросил Боровик.

― Они разве существуют? ― ошарашенно произнес Добес.

― Оба ответа ― да, ― спокойно кивнул я и обернулся к Мидори.

В отличие от недоверчивых взглядов гоблина и мага, в глазах дриады читалось понимание. Все-таки за время совместного путешествия от приграничья до столицы Фрадии она имела возможность понаблюдать за нами.

― Папаша Джино рассчитывал, что бедняга гремлин, убитый горем после исчезновения хозяина, оставшись наедине с целой столицей, будет легкой добычей. Ничего не напоминает?

Мой неожиданный вопрос заставил Мидори вздрогнуть. Он ведь ее тоже не просто так из рабства выкупил. Помню, как огр жаловался, что была потрачена огромная сумма. Но, откровенно говоря, мне было плевать, что понадобилось старику от маленькой дриады. Меня интересовал только один вопрос, к которому я плавно подводил наш разговор.

― Твой хозяин не учел один важный момент. Меня не смогли подчинить. И единственным рычагом давления на мою волю стали мои близкие. В отличие от тебя Стальной король это сразу понял. Поэтому я сейчас задам тебе вопрос, от ответа на который будет зависеть твоя жизнь. Тебе известно, где держат Ми и Маю?

Появившийся из ниоткуда Обжора заставил вздрогнуть как Мидори, так и притихших Добеса и Боровика. Харн, оскалившись, буквально навис над съежившейся дриадой и угрожающе зарычал. На фоне монстра, каким стал Обжора, она казалась маленьким ребенком.

― Я не знаю, где Ми, ― дрожащим голосом ответила она. ― Его забрали, спустя несколько часов после того, как увели тебя.

― Канцелярские?

― Нет, ― покачала головой она. ― Стальные скауты.

― Изаму Такеда?

Мидори резко подняла испуганные глаза и прошептала:

― Да…Ты знаком с капитаном стальных скаутов?

Выходит, пока я прохлаждался в застенках тайной канцелярии, Ми уже давно был у Такеды.

― Не без участия твоего хозяина, ― хмыкнул я. ― И да, я был знаком с капитаном.

― Был? ― с надеждой в голосе прошептала Мидори. ― Он…

― Он мертв, ― коротко ответил я. ― А что с Маей?

― Ее не тронули, ― ответила Мидори. ― Она покинула дом Джино на следующий день после того, как вас забрали. Больше я ее не видела.

Я тяжело вздохнул и задумался. Пока я пытался сообразить, что делать дальше, Мидори продолжила говорить. Сперва тихо, но с каждым новым словом ее голос наливался силой. Ее прорвало словно застарелый нарыв. Чего я действительно не ожидал, так это того, что дриада начнет изливать мне свою душу.

― Джино отпустили через несколько дней, ― говорила она, глядя в одну точку. ― Когда он вернулся домой, мы сперва даже его не узнали. Без лечения темная хворь высосала всю его жизненную силу. Потом он слег и почти все время был в бреду. Мои зелья не помогали. Приглашенные нами лекари и целители бессильно разводили руками. Хворь убивала его.

Я нахмурился. Мне не было жаль предателя, но я словил себя на мысли, что мне близки чувства Мидори. А еще меня удивляла ее откровенность.

― Не дай вам боги ощутить то, что ощущают фамильяры, когда умирает хозяин! ― с горящим взором произнесла дриада. ― Когда Джино испустил дух, я думала, что сойду с ума!

От ее слов по моей спине пробежал холодок.

― Первое время мы с Клыком отказывались от еды, ― сказала она и, криво усмехнувшись, добавила: ― Но огру было проще. Он топил свое горе в эле.

Помолчав немного, она хмыкнула:

― Правильно у вас людей говорят. Беда не приходит одна. Тело Джино еще не успело остыть, как на пороге дома появился первый кредитор. Он явился в сопровождении стряпчего и парочки городских стражников с документами, подтверждающими его право на дом и гладиаторскую школу. За несколько дней он наложил лапу на все имущество и банковские счета Джино.

Она вдруг подняла голову и удивленно взглянула на меня, будто вспомнив о чем-то важном:

― К слову, твою долю от продажи самки полоза этот подонок не смог прикарманить. Появился какой-то ушлый гном с кипой бумаг и потребовал все твои деньги. Видел бы ты кислые рожи кредитора и его стряпчего в тот день. Как ты умудрился такое провернуть?

Я усмехнулся. Мади Белвокрут. Как же я вовремя заключил с ним договор.

― Мой поверенный, ― решил объяснить я. ― Такому палец в рот не клади ― без руки останешься.

― Пф… Гномы… ― не преминул вставить свои пять медяков все это время слушавший нас Добес.

По его интонации было не совсем ясно, то ли это презрение, то ли уважение. Я слышал о непростых отношениях гоблинов с гномами. Одно знаю точно, дружественными их вряд ли можно назвать.

Боровик на это уточнение лишь бессильно закатил глаза.

― Я уже примерно представляю, что было дальше, ― подбодрил я Мидори.

На лицо дриады легла тень.

― Нас всех вышвырнули на улицу. После смерти Джино оказалось, что мы не были семьей. Первым к своим сородичам ушел Жувес. Оказалось, что в Айронвиле есть сильная диаспора гоблинов.

Я неосознанно повернул голову в сторону Добеса. Тот, в подтверждение слов дриады, важно кивнул и состроил многозначительную рожу.

― Леония вернулась к семье, ― продолжала перечислять Мидори. ― Клык подался на юг. А за мной пришел Такеда и предложил служить Стальному королю.

Ее последние слова заставили меня нахмуриться. Моя интуиция буквально взвыла. Здесь что-то не так!

― И ты так просто об этом мне рассказываешь?

Дриада растерянно пожала плечами. Ее изумрудные глаза широко распахнулись. Похоже, неожиданные откровения ее удивляют не меньше.

― Я сама не понимаю, почему так происходит… А ведь на мне висит клятва о неразглашении, но я чувствую, что тебе можно доверять. В тебе есть что-то давно забытое… Что-то родное… Я нарушила клятву верности, данную королю, но Великая Система не наказывает меня за это!

Я озадаченно обернулся к Добесу и Боровику.

Судя по вытянутой физиономии, гоблин, как и я, ничего не понимал. Чего не скажешь о Боровике. Он, похоже, знал, что происходит.

― Она не чувствует в тебе врага, потому что в тебе есть частица Сердца Леса, ― произнес он и добавил: ― Я тоже ее чувствую.

Хм… Так вот в чем секрет такой чувствительности Боровика. Выходит… Некроманты смогли меня учуять по его вине. Любопытно, он знает об этом? А еще мне интересно знать, что делает один из лесовиков среди хаоситов. Тоже шпионит? Вряд ли. Змею так просто не проведешь. Здесь кроется что-то другое.

― Но как такое возможно! ― воскликнула дриада и с встревоженным выражением лица вскочила на ноги. ― Мое Древо давно погибло, как и мой родной лес! Такого просто не может быть!

― Может, ― безапелляционно ответил Боровик. ― Единожды посвященный Лесу навсегда хранит ему верность. Даже если это было очень давно.

― Тогда я тем более не понимаю, что общего у этого мальчишки с Великим Лесом? ― дриада перевела ошарашенный взгляд на меня.

― Думаешь, младшая, мне самому не интересно? ― ответил Боровик. ― С того момента, как он появился в цитадели, я постоянно чувствую Зов Леса.

На меня вопросительно уставились сразу три пары глаз.

Отвечать я не спешил. Уже ясно, что богиня Судьба свела меня с очень любопытными личностями. Этим подарком я должен воспользоваться по полной.

Боровик назвал дриаду младшей. С чего бы это? Неужели он тот, о котором говорил Леший, как о потенциальном хранителе. Первородный лесовик на службе хаоса? Странно.

Тем временем в моей голове сам собой рождался довольно смелый план.

― Во-первых, ― начал я. ― Раз уж вы посвящены Лесу, врага вы во мне не чувствуете по причине вот этого.

Я извлек из эфемерного кармана амулет «Друг Леса».

― Но такой амулет может дать только…

Боровик за все время впервые выглядел рассеянным.

― Сердце Леса, ― договорил я за него. ― Но это еще не все. Ты не зря чувствовал его Зов.

Следующим предметом, который я извлек из кармана была шишка, которую дал мне Леший.

Если Мидори совершенно с детским любопытством следила за происходящим, то Боровик, увидев амулет, как-то сразу подобрался. Он был похож сейчас на старика Кратона, жившего на соседней улице и прослужившего всю жизнь в городской страже. На старости лет он заметно погрузнел и обрюзг, но каждый раз, встречая на улице своих молодых коллег, старался вытянуться и, выпрямив спину, отсалютовать.

— Это — то, что я думаю? ― пробормотал Боровик.

― Вероятно ― да, ― спокойно кивнул я. ― Это амулет призыва. И прямо сейчас он, например, сообщает мне, что рядом со мной есть один потенциальный хранитель.

Мидори и Добес одновременно посмотрели на Боровика. Похоже, гоблин знает, с кем имеет дело.

― Этот амулет я получил от Лешего с наказом очень серьезно подойти к выбору претендента.

― В чем же будет заключатся его миссия? ― заикаясь, спросил Боровик.

Вынув руку из кармана, я медленно разжал кулак. На моей ладони лежало маленькое семечко, окутанное светло-зеленым магическим свечением.

― Он должен стать Хранителем Сердца Леса.

Я еще не успел договорить, как, к моему удивлению, Боровик и Мидори медленно опустились на колени. В глазах у обоих застыли слезы благоговения и радости. Только сейчас я по-настоящему осознал, чем одарило меня Великое Древо.

Глава 11

С момента перехода в аномалию прошло несколько часов. На лес, вернее на тот небольшой лоскуток леса, в котором мы оказались, опустилась ночь. Мои спутники мирно сопели. Сейчас моя очередь сторожить их сон. Сидя на мягкой траве, прислонившись к горячему боку Обжоры, я снова и снова анализировал сложившуюся ситуацию.

Кстати, мои опасения по поводу потери сознания на долгое время после перехода не оправдались ― я провалялся без памяти всего несколько минут. Перезарядка всех навыков и заклинаний, мгновенное заполнение источников, а также снятие всех положительных и отрицательных эффектов ― это очередной побочный выверт лабиринта.

Мое отношение к этой особенности двоякое. На одной чаше весов находится риск перехода в неизвестную аномалию без защиты и других положительных эффектов, на другой ― полное восстановление источников, доступ ко всем заклинаниям и обнуление всех отрицательных эффектов. Тут сразу и не поймешь, в какую сторону будет перевес. Одно дело ― оказаться в относительно безопасной локации, но совсем другое ― когда лабиринт тебя забрасывает, например, в жерло проснувшегося вулкана. Хотя, если вдруг такое произойдет, все мои щиты вряд ли помогут. А если еще и умудрюсь потерять сознание, как в этот раз, пиши пропало.

С Мидори, вон, этот выверт тоже сыграл злую шутку. Высокоуровневое заклинание личины тоже не устояло. Благо у нее есть амулет, с помощью которого можно восстановить заклинание. Что меня не могло не радовать. Там, куда она вернется, ответив на приглашение лабиринта, ждут атрийку, а не дриаду.

А возвращаться ей придется не абы куда, а в цитадель Ордена магов. Куда ее под личиной воительницы пустынь внедрил придворный маг Стального короля магистр Сато, чтобы та шпионила для него.

Дело в том, что даже несмотря на отсутствие магического источника, дриады обладают специфическими умениями в области маскировки и скрытности. У меня была возможность оценить некоторые из них во время нашего путешествия в столицу.

Вопрос, соглашаться ли служить королю, по сути, даже не стоял. Мидори просто поставили перед фактом, сперва прибывший за ней капитан Такеда, а затем уже в своем загородном особняке ― и сам магистр Сато. Догадываюсь, что старый козел Джино предал не только меня. Наверняка это он поведал об особенных талантах своей подопечной, которые сам же и развивал, как хозяин фамильяра. Иначе с чего бы таким личностям, как Сато и Такеда, интересоваться какой-то дриадой, да еще и двенадцатого уровня. Справедливости ради нужно заметить, что оставшаяся без хозяина и крыши над головой дриада-изгой ухватилась за предложение служить короне, как утопающая хватается за соломинку.

Новые хозяева оценили, как умения, так и рвение новой подопечной. Уже после внедрения в Орден магов, атрийка-дриада за короткий срок умудрилась, не будучи магом, пройти испытание и получить допуск посещения Лабиринта Страха. Все это время она исправно снабжала своих новых хозяев информацией о происходящем внутри Ордена, структура которого, к слову, за многие годы заметно прогнила и обросла плесенью крючкотворства, взяточничества и непотизма.

Когда Мидори, в буквальном смысле слова, изливала нам душу, в ее рассказе меня поразил тот факт, что большинство высокопоставленных членов Ордена магов, магами вовсе и не являлись. Вспомнился мастер Чи и его последующая ликвидация. Зная теперь некоторые подробности, я по-новому смотрел на моего пленителя, гори его черная душа в Бездне. Не помешай ему палачи Ордена, боюсь даже представить, кем бы он мог стать. Не без моей помощи…

Причина же моего волнения о дальнейшей судьбе дриады заключалась в том, что с сегодняшнего дня Мидори будет шпионить для меня. Причем совершенно добровольно. Тем более, что меня не интересовали ни Орден магов, ни Стальной король. Единственное, о чем я хотел знать, где содержат Ми.

Что же касается Боровика… Первородный, похоже, тоже не спал. Он лежал недалеко от меня. Его звериные глаза слегка светились в темноте.

― Не спится? ― тихо спросил я.

― Разве можно после такого уснуть?

― Завтра тяжелый день, ― напомнил я ему и мельком взглянул на водопад. Именно там, согласно указаниям амулета, находился переход в следующую аномалию. Если не последует приглашения на перемещение в цитадель, рано или поздно придется уходить в другую аномалию.

― Знаю… ― выдохнул Боровик. ― Но ничего не могу с собой поделать. Ты, похоже, еще не понял, чем обладаешь, потому-то так спокоен.

Он отчасти прав. Но не на все сто процентов. После того, как я увидел плачущих Боровика и Мидори, при этом стоящих на коленях, меня проняло. Я знал, во что может превратиться маленькое семечко, на которое они буквально молились. Но я не подозревал, что это может значить для лесных жителей.

Тем временем Боровик продолжал:

― Ты, кстати, в курсе, что это первое Сердца Леса, зов которого я ощутил на своем веку? Я даже не знаю, каким оно будет, когда вырастет. Последнее было уничтожено за несколько сотен лет до моего прихода в этот мир. Ты ведь видел его в другом мире? Какое оно?

Глаза лесовика азартно блеснули. Он даже немного подобрался. Он был похож сейчас на любопытного ребенка.

― Огромное, ― ответил я. ― Могущественное… ― Я немного помолчал, вспоминая свои ощущения, и затем добавил: ― Пугающее… Но в то же самое время ― доброе и справедливое.

На бородатой физиономии Боровика сияла счастливая улыбка.

― Откровенно говоря, ― задумчиво пробормотал я. ― До сих пор не понимаю, каким образом Паучихе удалось взять его под контроль.

Лицо первородного помрачнело.

― Есть способы, ― буркнул он. ― Хаос сильнее Леса. Вернее, некоторые его представители…

На некоторое время повисло молчание, которое первым нарушил Боровик.

― Наверняка хочешь узнать, что я делаю среди хаоситов?

― Откровенно говоря, не очень, ― пожал плечами я. — Это не мое дело.

Боровик пристально посмотрел на меня. Затем, видимо, решив что-то для себя, коротко кивнул.

― Слышал такое выражение: «Враг моего врага, мой друг»?

― Да, ― ответил я. ― У хаоса и леса есть общий враг?

― Да, ― ответил первородный. ― Тьма.

Я вздрогнул и нахмурился. А Боровик продолжил:

― Она слабее Леса и слабее Хаоса, но главным ее врагом был Свет.

― Почему был?

― Потому что последнего первородного мага Света уничтожили во времена Мертвых войн.

― Хочешь сказать…

― Да, ― кивнул Боровик. ― Царь Мидас был последним первородным магом Света.

Я почувствовал, как по моей спине поползли мурашки. Обжора вздрогнул и приподнял голову. В его обеспокоенном взгляде читался вопрос.

― Всё хорошо, ― мысленно успокоил я его и обратился к Боровику:

― Значит, Лабиринт уже показывал тебе ту аномалию?

― Нет, ― ответил Боровик. ― Каждый первородный знает, что случилось в тот день. Стальной король при поддержке некромантов впустил в наш мир Тьму и стал ее первым магистром. Братец Мидаса, кстати, тоже отличился.

― Да, ― мрачно кивнул я. ― Один из стражников рассказал мне.

― Это явно не то, что вам преподавали в школе, правда? ― горько усмехнулся Боровик.

― Да уж… ― хмыкнул я. ― А что было дальше?

― Дальше началась эпоха, которую люди назвали Мертвыми войнами. План темных и некромантов был прост. Уничтожить всех, кто представляет угрозу.

― Лес и Хаос, ― прошептал я.

― Именно, ― кивнул Боровик и горько усмехнулся. ― Увы, но ни мои предки лесовики, ни хаоситы не смогли трезво оценить угрозу. Об объединении против общего врага не могло быть и речи. Скажу больше, наверняка никто о таком даже подумать не мог. Итог: почти все цитадели хаоса уничтожены, как и все Великие Леса. Самые сильные старшие первородные бежали в другие миры, унося с собой осколки древнего величия. Младшие же первородные забились в самые дальние уголки мира. Так, например, сделали мои дед и бабка.

Я озадачено потер подбородок.

― Выходит, в летописях нет ни одного слова правды о Мертвых войнах?

― Ну почему же, ― возразил Боровик. ― Об уничтожении армии некромантов там все верно написано. Хе-хе… Вижу на твоем лице недоумение. Все так и было. Стальной король использовал некромантов в своих целях, а когда они выполнили свою задачу, он объявил против них Священную войну. Причем сделал это так, что тьму до сих пор отождествляют с магией смерти. Хотя это совершенно разные направления. Скажу больше, Стальной король настолько ушел в тень, что победу над некромантами приписывают Ордену магов. Хотя в те времена это было сборище средненьких по силе волшебников. Истинный же победитель занял трон императора. Его потомки правили бы империей долго и по сей день, если бы не еще один враг.

Я с замиранием сердца ловил каждое слово первородного, хотя уже знал, что услышу.

― Охотники на чудовищ, ― произнес Боровик. ― Орден, основанный простым рыбаком, который за короткий срок, сражаясь с Тьмой, набрал силу. Более того, эти охотники каким-то образом научились закрывать иномирные порталы, из которых черпали свою магию приспешники тьмы.

Слушая Боровика, я старался, чтобы ни одна мышца не дрогнула на моем лице.

― Стоит ли говорить, что среди простого люда, уставшего от набегов темных тварей, репутация охотников взлетела до небес. Еще бы! Сами из народа, да еще и тварей убивают. ― Боровик перевернулся на правый бок и продолжил рассказ. ― Предку нынешнего Стального короля было плевать на растущую популярность охотников. Его беспокоили порталы. А именно ― их закрытие. В итоге, он решил самолично разобраться с наглецами, но сперва подстраховался. Сотни императорских провокаторов начали обливать грязью охотников, представляя их в дурном свете и очерняя их репутацию. Должен заметить ― дискредитировать орден охотников удалось довольно в короткие сроки. Доходило до того, что единственных защитников от темных тварей перестали пускать в города и поселения. Хех… Человеческая память короткая. Именно в этот момент Стальной король и решил нанести удар по магистру ордена. Решил сделать это самолично.

На мгновение Боровик замолчал.

― И что было дальше? ― с трудом сохраняя спокойствие, спросил я.

― Доподлинно никто не знает, что там произошло, ― продолжил он, бросая на меня задумчивые взгляды. ― Известно только, что охотники проиграли ту битву, но каким-то образом им удалось ослабить Стального короля. Причем настолько, что его власть, как императора, пошатнулась.

― А власть Ордена магов наоборот укрепилась, ― задумчиво добавил я.

― Верно, ― кивнул Боровик. ― Постепенно магам удалось сбросить с императорского трона предка Эгберта Седьмого и уничтожить орден охотников.

― И как это все объясняет твое пребывание среди хаоситов? ― спросил я.

― Я помогаю укреплять единственную в этом мире Цитадель хаоса.

Я весь подобрался. Чем снова заставил Обжору обеспокоенно взглянуть на меня.

Заметив мое состояние, Боровик прочитал его по-своему.

― Я понимаю, что говорю странные вещи. Наверняка для других моих сородичей принятие мной хаоса равносильно святотатству, но времена вражды остались в прошлом. Как и былое величие, растоптанное тьмой. Пришло новое время. Время совместных действий с бывшими врагами. Если задуматься, эта Цитадель на сегодня ― единственный оплот против Тьмы.

Сказав это, Боровик осекся и улыбнулся.

― Хотя нет… Уже не единственный.

Разговор сам собой затих, а через несколько минут я услышал мерное сопение. Боровик все-таки уснул.

От его рассказов голова шла кругом. Великий лес, хаос, тьма, стальной король, орден магов. Я уже в который раз спрашивал себя, каким таким волшебным образом мне удалось вляпаться во все это дерьмо?

Я услышал многое. В том числе и ответы на некоторые вопросы, но в то же самое время вопросов только прибавилось. Одно я для себя понял точно. Пафосные речи Эгберта Седьмого о полчищах темных тварей и плохишах магах были ничем иным, как циничной ложью, рассчитанной на простого мальчишку, случайно получившего доступ к тайнам ордена охотников. Короля явно интересует какая-то конкретная из этих тайн, спрятанная настолько далеко, что без получения звания магистра добраться до нее невозможно. Ему плевать на возрождение ордена и защиту людей от иномирных тварей. Боровик, похоже, прав. Гуннар сумел каким-то образом ослабить предка Эгберта. Причем настолько, что это повлияло на всех его потомков. А ведь, раскрыв эту тайну, я смогу сделать ее предметом торга за жизнь Ми.

За всю ночь мне так и не удалось сомкнуть глаз. Мысли, одна другой заковыристей, неустанно штурмовали стены моего разума. Уже под утро я взглянул на спящего Боровика. Вчера первородный наотрез отказался брать семечко себе. И попросил пока не активировать амулет призыва хранителя. Объяснил тем, что пока оно хранится у меня под защитой моей «воли», так будет надежней. А еще Боровик мне дал понять, что мы с ним теперь связаны, как и с Мидори. И что таких союзников у меня будет появляться все больше и больше. Ни один посвященный Великому лесу не сможет устоять перед его Зовом. И это они увидели только одно семечко. Любопытно, что будет, когда я покажу им остальные?

Еще Боровик сказал, что Леший был прав. Призыв хранителя должен проходить в подходящем лесу. Желательно рядом с местом силы. Увы, пришлось его разочаровать. Амулет основателя искал места силы только в других мирах. В нашем мире эта функция амулета деактивировалась.

Правда, я поспешил его обнадежить. Дело в том, что я помню, какими темпами восстанавливалось Сердце Леса в иномирье, поглощая враждебную энергию аномалии хаоса. Об этом я и рассказал повеселевшему Боровику, да еще и упомянул, что у меня есть на примете один интересный лес, где сейчас наверняка разлито огромное количество дармовой враждебной энергии.

Солнце аномалии слегка приподнялось над горным хребтом, который виднелся далеко на горизонте. На нашей поляне стало светлее. Первым заворочался Добес. Кстати, гоблин все это время ни проронил ни слова. Старался вести себя тише воды, ниже травы. Он, похоже, понимал, что невольно стал участником важного события, в котором лишним свидетелям нет места. Я даже прямо спросил у Боровика, будет ли гоблин проблемой, на что тот неожиданно поручился за Добеса.

После гоблина, почти одновременно проснулись Боровик и Мидори. И как раз вовремя. Мы даже не успели обмолвится и парой фраз, как перед глазами каждого из нас появилось долгожданное сообщение:

― Внимание! Время вашего пребывания в Лабиринте Страха истекло!

― Вы можете вернуться в отправную точку!

― Желаете совершить переход?

― Да/Нет.

― Внимание! У вас 30 секунд на принятие решения!

Перед тем, как дать согласие, я отозвал Обжору и переглянулся с Мидори.

― Запомнила имя? ― спросил я у нее шепотом.

― Да, ― сосредоточенно кивнула она, постепенно превращаясь в атрийку. ― Мади Белвокрут.

― Хорошо, ― кивнул я и уже чуть громче произнес: ― Пусть хранит тебя Великий Лес!

Лицо дриады, вернее уже атрийки, осветила счастливая улыбка, и в следующий миг она растворилась в воздухе.

Секундой позже передо мной тоже появилась светящаяся арка портала, и я шагнул в нее.

Мгновенный переход ― и я снова в полутемном зале цитадели хаоса. Посмотрел по сторонам. Боровик и Добес тоже тут. Поочередно кивнули мне, мол, все в порядке.

― Я смотрю, вы не особо торопились! ― громкий слегка насмешливый голос магистра нарушил тишину зала. ― Остальные уже вернулись! Я начала думать, что Лабиринт забрал вас себе.

Хм… Значит те, о ком она говорит, смогли выйти из лабиринта, воспользовавшись первым приглашением. Интересно, вожак стаи оборотней выжил? Если да ― осмелится ли атаковать меня в цитадели, несмотря на запрет? В любом случае, я готов закончить начатое.

Помнится, тролль говорил о том, что время в лабиринте течет по-другому. Любопытно, как долго нас не было?

Похоже, я задал этот вопрос вслух, потому как получил неожиданный ответ от магистра.

― Несколько часов.

Почти седмица там ― здесь всего несколько часов. Отличное место для тренировок. Осталось понять, есть ли смысл рисковать ради этих частиц хаоса.

― Следуй за мной, новичок! ― произнесла магистр и, развернувшись, нырнула в ближайший коридор.

Перед тем, как последовать за ней, я взглянул на Боровика. Тот ободряюще кивнул, мол, все будет хорошо.

Ускорившись, я быстро нагнал магистра и, приноровившись к ее шагу, последовал за ней. В этот раз она была одна, без свиты. Любопытно почему?

― Обязательно было убивать всех оборотней? ― недовольно бросила она мне через плечо. ― Ульф в ярости. Просит твоей крови.

― Обязательно, ― коротко ответил я, оправдываться не собирался. ― Если просит моей крови, зачем тогда убегал?

Нурэ-онна резко остановилась и, прищурившись, посмотрела на меня в упор.

― Я ведь могу сделать исключение и разрешить ему бросить тебе вызов.

Я лишь пожал плечами, мол, дело твое. Понаблюдав за моей реакцией несколько секунд, она, видимо, пришла к какому-то выводу, развернулась и, молча, продолжила путь. Лишь когда мы сделали десяток шагов, я снова услышал ее голос:

― Решено! Будете драться завтра!

Я еще не успел осознать сказанное, как магистр остановилась перед большой каменной аркой и, молча, кивнула мне, приглашая пройти внутрь.

Я повиновался. Переступив порог, оказался в широком зале, здорово похожем на тот, где был портал.

Быстро оглядевшись, я обернулся. Нурэ-онна осталась снаружи. В ее змеиных глазах не было ни капли эмоций.

― До этого момента ты оправдывал все мои ожидания, ― сообщила она ровным слегка шипящим голосом. ― Постарайся не разочаровать меня и в этот раз.

После ее слов арка исчезла, а меня накрыла темнота.

― Внимание! Процесс «Единение с Хаосом» запущен!

Глава 12

Тьма постепенно отступила. Стало немного светлее, но недостаточно, чтобы увидеть пальцы на собственной руке. А затем меня окутал непроглядный лиловый туман. С туманом пришло и ощущение чужого присутствия.

Я поспешно активировал «чутье» и тут же прикрыл глаза ― туман сверкал и искрился миллионами ярко-лиловых протуберанцев.

― Кто здесь? ― спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Хотя до состояния спокойствия мне было, как пешком до Орхуса.

― Я, ― прошелестел ответ.

Определить местоположение говорившего не представлялось возможным. Колючий насмешливый голос звучал отовсюду. Будто сам туман разговаривал со мной.

Меня будто изучало несколько тысяч глаз. Я снова почувствовал себя мотыльком, пришпиленным к дощечке булавкой коллекционера бабочек.

От тихого созерцания таинственный обладатель колючего голоса перешел к действиям.

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

Любопытное единение с хаосом получается. Сжав зубы, я атаковал туман молнией.

― Зря тратишь ману, ― снова насмешливый голос.

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

Бездна! Шарахнув тараном перед собой и выпустив несколько сосулек в разные стороны, я замер, тяжело дыша. Мощные заклинания решил приберечь до того момента, как пойму, где именно находится мой противник. Набросив на себя ауру болотника и невидимость, я огляделся. Немного подумав, активировал еще и дыхание ледяного голема.

Мои действия лишь повеселили неизвестное существо. Я услышал издевательский смех.

– Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

Внезапно смех прекратился.

― Любопытно, ― обладатель голоса был явно удивлен. ― А вот так?

Перед моими глазами всплыло очередное оповещение об отраженной ментальной атаке.

― Не может быть! ― ошарашенно воскликнул неизвестный. Впервые за прошедшее время в его голосе прорезались новые эмоции.

Следующие несколько мгновений перед моими глазами мелькали десятки новых оповещений. Все они были идентичны самому первому. Таинственный лиловый туман не смог пробить мою волю. Надолго ли это? Складывалось впечатление, что мощь ментальных атак постепенно нарастала.

― Ты смог удивить меня, смертный! ― в интонациях неизвестного существа чувствовались возбуждение и раздражение. ― Кто ты?

― Я, ― настала моя очередь шутить.

― Грубишь? ― бесцветным голосом спросило существо.

― Понимай как хочешь, ― ответил я.

― Хорошо, ― как-то излишне мягко выдало существо. Его тон заставил меня подобраться. ― Видимо, мы не с того начали. Я ― Дух Хаоса, Хранитель этой Цитадели. А кто ты?

Моя интуиция подсказывала мне, что голос духа неспроста стал таким мягким и доброжелательным. Возникло ощущение, будто существо копит силы для новой атаки. Вон, туман даже как-то поблек. Любопытно, почему он не воздействует физически? Или весь смысл в ментальной схватке? Спросить было не у кого. Ни Боровик, ни Добес ничего не знали об обряде Единения. Похоже, такая возможность выпадает только либо убившим сильного хаосита, либо носителям крови древних. Не зря Привратник упомянул, что таких, как я, здесь нет.

― Один из претендентов, прибывших сюда, чтобы пройти испытание, ― обтекаемо ответил я.

― За долгое время ты ― первый, кого привели ко мне.

Голос стал мягче. Явно тянет время.

― Ты не простой претендент, ― как по мне ― излишне пафосно продолжил дух. ― Ты здесь, чтобы стать частью Хаоса!

― И что это значит? ― спросил я и буквально кожей почувствовал, как обрадовался дух моему вопросу. Думает, что усыпил мою бдительность.

― Это значит, что Хаос поделится с тобой своей силой и мощью! Взамен ты станешь Его верным служителем и помощником!

Последняя фраза меня насторожила. Хитрая Змея, наговорив о заоблачных перспективах и возможностях, забыла, хотя, какое там забыла, намеренно умолчала о самом главном. Из меня в очередной раз пытаются сделать раба! А вот Привратнику нужно отдать должное, там, в тоннеле, он все-таки успел предупредить меня, сказав, что все зависит от меня.

― А что будет, если я откажусь от этой чести? ― спросил я, готовясь активировать все, что у меня есть.

Лиловый туман снова замерцал, как и прежде. Кажется, протуберанцы увеличились в размерах. Мой вопрос явно не понравился моему собеседнику.

― Это уже не важно! ― мстительно произнес дух хаоса и снова атаковал.

Я почувствовал сильное головокружение, и перед глазами появилось системное сообщение, что духу все-таки удалось пробить мою волю.

― Да! ― радостно взвыл он. В его голосе было столько азарта и довольства.

Только вот его триумф оказался коротким. Великая Система сообщила мне, что активировалась одна из моих способностей, как охотника ― Щит Воли. Маны у меня было не в пример больше, чем когда-то, поэтому духу снова не удалось подчинить меня.

Сказать, что хранитель цитадели был взбешен, значит, ничего не сказать. Лиловый туман сгустился, грозя раздавить меня, словно мелкую букашку. Но я уже знал, что кроме ментальных атак мне ничего не грозит. Дело все в том, что в тот короткий момент, когда духу удалось продавить мою волю, на мгновение на меня нахлынули все его чувства, эмоции и даже короткие фрагменты его памяти.

Оказалось, что он тоже не свободен. И что по меркам мира духов хаоса он не такой уж и могущественный. Всего лишь младший дух, которого заточил в этой цитадели один из высших первородных много веков назад. Он подпитывает своей магией это место, а хаоситы подпитывают его, принося ему частицы из лабиринта. Только вот за многие века некогда свободный дух хаоса, привыкший к свободе и отсутствию порядка, в неволе превратился в скучающее и злобное существо.

Еще я понял, что он ненавидел это место и, затаившись, ждал возможности освободиться. И вот сегодня у него появился шанс сбежать. С моей помощью.

Чужие мысли и эмоции, в один миг мелькнувшие в моей голове, были объемными и яркими. Такое чувство, словно в мой мозг одновременно вонзились тысячи раскаленных игл. Одним богам известно, как мне удалось не лишиться рассудка.

Кое-как совладав с возникшей во всем теле слабостью, я торопливо взглянул на магический источник. Четверти запасов маны как ни бывало. Теперь я знал: если духу не помешать, у него получится пробиться сквозь мою защиту. Единственное, что меня отделяет от участи стать его послушной куклой ― мана в моем источнике, которая, к слову, вытекала будто из пробитого ведра.

Дух это понял, поэтому его атаки участились. Судя по тому, как поблек туман и обесцветились некогда лиловые протуберанцы, он тоже выкладывался из последних сил.

Сдаваться просто так я не собирался и рванул к выходу из зала. Вернее, туда, где думал, что должен быть выход. На мои потуги дух никак не отреагировал. Он был сосредоточен на моей защите.

Сделав несколько длинных прыжков, я надеялся оказаться рядом с аркой. Но, увы, повсюду был только туман. Еще несколько прыжков. Ничего. Ни стен, ни арки. Сплошной туман.

Но под ногами был пол! Я присел и опустил руку. Ладонь ощутила холодный шершавый камень. Есть! Буду прорываться вниз!

Лихорадочно соображая, каким из заклинаний шарахнуть себе под ноги, я неожиданно почувствовал еще кое-что. Вернее ― кое-кого. Когда понял, что происходит, мой рот растянулся в хищной улыбке.

Семена Великого Леса проснулись! Почуяв слишком близко от себя враждебную магию, они сразу же дали о себе знать. И это не было испугом или страхом. Нет. Они испытывали ненасытный голод и требовали сейчас же накормить их. Думать о том, почему они раньше не проявляли себя, времени не было. Мой источник терял последние капли маны. Дух хаоса, еще не подозревая о сюрпризе, давил изо всех сил.

Быстро запустив руку в рюкзак, я схватил все три семечка. Когда я раскрыл ладонь и взглянул на семена, мне стоило труда не отдернуть руку. Они были похожи на горящие искры. Как только магические волны изумрудного цвета, исходившие от них, соприкоснулись с лиловым туманом, а затем в мгновения ока поглотили сразу несколько десятков протуберанцев, я почувствовал, что мой источник прекратил терять ману. Более того, спустя мгновение мана начала восполняться в ускоренном режиме.

А потом я услышал испуганный крик духа, в течении нескольких секунд сменившийся визгом:

― Нет! Что ты наделал!

Несмотря на то, что хаос по своей сути сильнее магии леса, в данном случае это не имело никакого значения. Младшему духу не справиться с проснувшимся и голодным Сердцем Леса. А у меня на ладони их было сразу три. Кроме того, дух после схватки со мной находился не в самой лучшей форме.

Семена, поглощая кусками лиловый туман, росли прямо на глазах. Сейчас каждое из них было размером с куриное яйцо. Пришлось одно из них переложить в другую руку.

― Стой! ― заверещал дух.

― С чего бы это? ― усмехнулся я. ― Дети проголодались.

Хотя я сам понимал, что если так дальше пойдет, то очень скоро я тоже не смогу контролировать ситуацию.

― Молю, остановись! ― крикнул дух. ― Если убьешь меня, единственная цитадель хаоса в этом мире останется без защиты!

― Да? ― удивился я. ― А почему ты не думал об этом, когда замышлял свалить отсюда?

Судя по горестному вздоху, моя осведомленность оказалась для него сюрпризом.

― Чего ты хочешь?! ― прокричал он.

― А вот это уже другой разговор, ― произнес я. ― Для начала прекрати атаковать меня.

― Сделано, ― тут же отозвался дух.

― Хорошо, ― сказал я, пряча семена. Стоило труда сдержать облегченный вздох. Откровенно говоря, судя по тому, с какой скоростью они росли, я уже сомневался, удастся ли вернуть их в рюкзак. Но, как ни странно, все прошло нормально. Правда, я все-таки ощутил их недовольство. Словно сладкую конфету отобрал.

― Ничего, ― решил мысленно обратиться я к ним. ― Скоро у вас будет чем полакомиться.

Неожиданно пришел слитный вопрос сразу от троих, который чуть было не сделал меня заикой.

― Когда?!

― Скоро, ― поежившись ответил я. М-да… Боровику будет чем заняться.

― Мы будем ждать…

Я поперхнулся. Мелкие хищники. У Обжоры появились конкуренты.

― Чего ты хочешь? ― уже более спокойным голосом произнес дух. Лиловый туман сейчас был похож на старый изъеденный молью плед. Хм… Похоже, я сегодня здорово ослабил Цитадель. Хаоситам придется бегать в лабиринт за частицами в три смены.

― Я пришел сюда стать сильнее. Ты можешь это устроить?

― Ты ведь уже понял, что я, по сути, являюсь источником Цитадели? ― буркнул в ответ дух.

― Ну-ну, не прибедняйся, ― усмехнулся я. ― Что-то же ты можешь? Или мне все-таки скормить тебя этим проглотам?

Слитное «Да-а-а!!!» заставило меня вздрогнуть.

Бездна! Надо поскорее передавать их Боровику. Пусть у него голова болит. Я в няньки к этим обжорам не нанимался.

Быстро осознав свою ошибку, дух торопливо начал говорить:

― Есть у меня одна вещица. Древняя. Когда-то досталась от одного Привратника. Уверен, тебе она понравится. Вот. Забирай. Как у вас говорят: «От сердца отрываю».

Ага, только вот сердца у тебя нет. Любопытно, а что стало с тем Привратником? Как ни странно, дух, сам того не подозревая, натолкнул меня на одну мысль.

― Поздравляем! За особые заслуги перед Силами Хаоса Хранитель Цитадели вручает вам:

― Радужную скрижаль «Аватар Хаоса» (1 шт).

Быстро перечитав сообщение, я неосознанно задержал дыхание. Мое состояние не укрылось от внимания духа.

― Нравится? ― вкрадчиво спросил он.

― Нравится, ― честно ответил я. ― Но этого мало.

― Но у меня больше ничего нет, ― ошарашенно ответил дух.

Судя по эмоциям, похоже, не врет. А жаль…

― Тогда вот что, ― продолжил я. Откровенно говоря, мне начинала нравиться роль вымогателя. Духа мне не жалко. От слова совсем. Еще несколько минут назад он хотел превратить меня в послушную марионетку. Так что пусть терпит. Он еще легко отделался.

― Я слушаю, ― покорно ответил дух.

― Тролль Привратник, ― сказал я. ― Он мне нужен. В твоей власти освободить его? Или это решает магистр?

Несмотря на пафосные речи тролля о величии хаоса, я видел его глаза, когда рассказывал о его сородичах и Каменном лесе. Уверен, в те мгновения он многое отдал бы за возможность оказаться на родине.

Если бы у духа были зубы, я бы наверняка услышал их скрежет.

― Это в моей власти, ― бесцветным голосом ответил он. ― Можешь забрать его. Он твой.

― Э, нет, ― сказал я, чувствуя подвох. ― Все клятвы долой. Он мне нужен абсолютно свободным. А еще живым и здоровым.

― Как скажешь, ― холодно ответил дух и добавил: ― С этой минуты он абсолютно свободен. Ему ничего не угрожает.

Я усмехнулся. Представляю рожу тролля, когда он получит сообщения. Надеюсь, он меня не прибьет за самоуправство.

― А теперь о приятном, ― хмыкнул я, чувствуя, как напрягся туман вокруг меня. ― У меня тут накопилось немного частиц хаоса. Как насчет того, чтобы обменять их по выгодному курсу? На что ты их меняешь, кстати?

Туман оживился. Лиловый цвет стал более насыщенным.

― На жетоны хаоса, ― излишне поспешно ответил дух. ― Сколько у тебя есть частиц?

― Почти тридцать тысяч хаоса и по несколько тысяч огня и воды. Они, кстати, тебе нужны?

― Конечно! ― взвизгнул дух. Похоже, о таком куше он даже подумать не мог.

― А без посвящения и репутации я смогу посетить вашу оружейную?

― Ты получишь полный допуск! ― радостно и излишне нетерпеливо ответил он.

― Поздравляем! За особые заслуги перед Силами Хаоса Хранитель Цитадели вручает вам:

― Амулет «Друг Хаоса» (1 шт).

Следующие несколько минут мы торговались. В итоге, в моем кармане лежало без малого двадцать тысяч жетонов хаоса. К слову, за частицы огня дух дал больше всего жетонов. Если «хаос» он менял один к двум, то за «огонь» расплатился один к одному.

― И последнее, ― сказал я уже перед уходом. ― Что ты знаешь о династии Стальных королей?

Заметно восстановившийся после огромной порции частиц лиловый туман пошел мелкой рябью. Духу не понравился мой вопрос.

― Они древние враги хаоса!

― В чем их сила?

― Я не знаю, ― задумчиво ответил дух. ― Никто не знает. Лишь один человек мог дать ответ на этот вопрос, но эту тайну он унес с собой в могилу. Я говорю о Гуннаре Сокрушителе.

Я лишь молча кивнул и развернулся к открывшейся арке. Похоже, Эгберт не зря искал Гробницу Основателя.

На выходе из зала меня уже ждала магистр. Умей она замораживать взглядом, я бы давно превратился в ледяную статую.

― Ты разочаровал меня! ― прошипела она.

― А ты ― меня, ― пожал плечами я. ― Наобещала с три короба, а сама попыталась скормить спятившему духу. На что ты вообще рассчитывала, отправляя меня туда? Думала, я покорно опущу лапки?

― Ты… Ты… ― похоже, первородная не привыкла к такому тону.

― Лучше бы спасибо сказала, ― выдал я, видя, как та закипает.

― Это за что же тебя благодарить?! ― ее глаза опасно сощурились. От ее шипения по моей спине пробежал холодок. ― Ты чуть было не разрушил то, что мы так долго строили! Ты лишил Цитадель могущественного Привратника! Ты…

Я видел, что она была на грани. Еще мгновение ― и древнее чудовище из ночных кошмаров Нурэ-онна примет свой истинный облик. Змеелюды, сопровождавшие ее, в ужасе шарахнулись в стороны.

― Я сохранил твою цитадель, ― стараясь, чтобы мой голос не дрожал, произнес я. ― Сидя долгое время на цепи, этот младший дух решил сбежать. Он попытался подчинить меня. Что бы произошло дальше, думаю, тебе не надо говорить?

Мои слова подействовали. К Нурэ-онна постепенно возвращалось ее холодное спокойствие.

― А то, что я потребовал компенсацию за неудобства, это мое право победителя.

В змеиных глазах магистра я увидел злость, но, похоже, буря миновала. Пройдясь безразличным взглядом по амулету «Друг Хаоса» на моей шее, она громко объявила:

― Даю тебе сутки! Больше я твое присутствие в стенах цитадели терпеть не собираюсь. Задержишься ― пеняй на себя!

Глава 13

― Что там произошло? ― в голосе Боровика чувствовалось неподдельное беспокойство. О ком на самом деле печется лесовик, я особо не обманывался. Но, учитывая тот факт, что из каждой темной ниши на меня злобно таращились десятки змеиных глаз, даже такая поддержка была кстати.

Я взглянул на Боровика и стоявшего рядом Добеса. Гоблину явно не нравилось враждебное внимание змеиной гвардии. Он постоянно озирался, словно готовился в любой момент отразить атаку. На игру это не было похоже. Он действительно ассоциировал себя частью нашей команды. Хм… Нашей команды… А ведь у нас постепенно начал формироваться отряд. Пусть мне не до конца ясны цели каждого из моих союзников, но то, что в бою я не останусь один, не могло не радовать.

― Я провалил посвящение и единение, ― коротко ответил я, а потом все же решил дополнить: ― Дух-хранитель попытался подчинить меня, чтобы потом с моей помощью сбежать из цитадели.

― Неужели твоя «воля» устояла? ― восхищенно спросил гоблин.

― Не совсем, ― почти шепотом ответил я. ― Они проснулись и чуть было не сожрали духа-хранителя цитадели.

― Они?! ― почти одновременно спросили Боровик и Добес.

― Семена, ― потер я затылок. ― На самом деле их у меня больше. Великое Древо одарило меня сразу тремя. И сейчас они размером с куриные яйца.

Пока Боровик ловил ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, Добес ошарашенно произнес:

― Так вот почему цитадель лихорадило все эти дни!

― В каком смысле дни? ― теперь пришла моя очередь удивляться.

― Пока тебя не было, прошло трое суток, ― ответил гоблин и добавил: ― М-да, парень, такого переполоха я уже давно здесь не наблюдал. Думаю, как только закончится отведенный тебе срок, магистр спустит на нас всех собак. Причем о собаках я не выдумываю. Говорят, в цитадель должна прибыть еще одна стая перевертышей. И это не те молокососы, которых ты прикончил в лабиринте. Дюжина матерых оборотней. Лучшие бойцы клана Потрошителей. Ульф зол на тебя. О змеелюдах я вообще молчу.

― А как же вот это? ― спросил я, показывая амулет «Друг Хаоса».

― Взгляни на его срок годности, ― криво усмехнулся Добес. ― Ты разве не заметил, что тебе подсунули?

Я быстро открыл описание амулета и сжал зубы. Дух все-таки смог подгадить. А я еще удивлялся, почему магистр дала именно сутки.

Тем временем гоблин продолжал:

― Сейчас ты неприкасаемый, но как только истечет время ― начнется охота.

― А если я покину цитадель раньше времени?

― Потеряешь иммунитет, ― ответил гоблин.

― Магистр тоже будет участвовать в охоте? ― хмурясь, спросил я. Если она такая же сильная, как ее сестрица, у нас проблемы.

― Слава богам, нет! ― улыбаясь, произнес Добес. ― Хотя, уверен, она бы с удовольствием спустила с тебя шкуру.

Видя мое непонимание, он стал объяснять:

― На твое счастье Лабиринт не пускает внутрь магистров. Никто не знает, почему так устроено. Есть предположение, что таким образом он пытается поддерживать равновесие между фракциями. Хотя это только догадки…

― А причем здесь лабиринт? ― удивился я.

― А как ты собрался уходить? ― ответил мне вопросом на вопрос Добес. ― Морем не получится. Даже будь у нас корабль, здешние воды кишмя кишат высокоуровневыми морскими тварями.

― Через портал, который находится на смотровой площадке, ― ответил я. Именно так я изначально и хотел покинуть это место.

― Забудь, ― опустил меня на землю гоблин. ― Он часть энергоструктуры цитадели, которая находится во власти магистра.

― Но тогда…

― Лабиринт функционирует в двух режимах, ― наконец, подал голос Боровик. Он понял, о чем я пытался спросить, поэтому начал объяснять. ― Мы их называем Сном и Явью. Во Сне ты уже побывал. Есть еще Явь. Древнее подземелье, изрытое многочисленными запутанными тоннелями.

― И там нет аномалий?

― Есть, ― вставил свои пять медяков гоблин. ― Только эти аномалии ― не места, как во Снах, а существа, которые, подобно призракам, могут неожиданно появляться и исчезать.

― Сны используются фракциями чаще, ― сказал Боровик. ― Явь же только в крайних случаях.

Заметив вопрос в моих глазах, Боровик сказал:

― Внутри лабиринта есть несколько порталов, которыми мы иногда пользуемся.

― Я так понимаю, лабиринт сейчас находится в подходящем для нас режиме и войти мы в него можем без участия магистра?

― Именно так, ― подтвердил Боровик. ― И именно поэтому нам надо поторопиться, пока лабиринт не «уснул».

― Отлично, ― кивнул я. ― Только у меня осталось еще одно незаконченное дело. Несмотря на проваленное испытание, дух любезно предоставил мне полный доступ к содержимому местной оружейной, где я хотел бы потратить все мои жетоны хаоса.

― Ха! ― восхищенно воскликнул Добес. ― Чем больше я тебя узнаю, тем больше убеждаюсь, что сделал правильный выбор!

― Идём! ― произнес Боровик, кивая в сторону ближайшего коридора. ― Но слишком не обольщайся. Здешний Оружейник еще тот скупердяй.

Добес поддержал его сокрушенным вздохом.

― Уверен, когда этот орк научился говорить, его первой фразой была: «Не дам!»

― А что с троллем? ― спросил я, когда мы шагали по коридорам.

― Последние несколько часов Привратника никто не видел, ― ответил Боровик. ― Его отсутствие как-то связано с произошедшим?

― Думаю, да, ― пожал плечами я. ― И он больше не Привратник. Дух освободил его. По моей, кхм… просьбе.

Добес и Боровик многозначительно переглянулись. Судя по их довольным рожам, новость им пришлась по душе. Спрашивать у них, чем мне грозит это самоуправство, я не стал. Если когда-нибудь встречу тролля ― пойму. Хотя что-то мне подсказывает ― с бывшим привратником мы уже вряд ли встретимся. Наверняка этот здоровяк уже давно в пути на свою родину.

***

― Не дам! ― безапелляционно выдал старый орк на очередной мой вопрос.

― Но ведь у меня полный допуск! ― в очередной раз воскликнул я.

― Знаю! ― словно заводная механическая игрушка ответил оружейник. ― Но на стратегический запас цитадели твой допуск не распространяется. Не могу я отдать какому-то проходимцу последние кристаллы маны и энергии! Только представителям фракции и только с разрешения магистра!

Добес был прав. Старик оказался крепким орешком. Вот уже битый час я пытался купить что-нибудь стоящее в местной оружейке, но вместо этого все, что я приобрел, это нервный тик.

― Хорошо, ― выдохнул я, пытаясь успокоиться. ― Что тогда можешь мне продать?

― Все это, ― орк охотно развернулся вполоборота и указал на длинные стеллажи, заполненные всяким хламом.

Чего там только не было. Пузырьки, колбочки, бутылочки разных форм и разных размеров. Какие-то разноцветные камешки и кристаллики. Мешочки, коренья, сухая трава, когти, перья и тому подобный хлам. Там же лежало много режуще-колющего «инструмента» отвратительного качества и с минимальным уровнем пятеркой.

― Но ведь я уже смотрел все это! ― воскликнул я, теряя остатки самообладания. ― Мне все это не подходит!

Орк возмущенно всплеснул руками и начал монотонным голосом рассказывать обо всех своих «сокровищах». Об их полезности и значимости.

Умом я понимал, что такое отношение ― результат отсутствия репутации с фракцией хаоса. И что, по сути, амулет, врученный мне духом и переданный старому оружейнику, что примочка от ревматизма. Но я не сдавался:

― А сферы роста есть?

― Никогда о таких не слышал, ― сразу же ответил орк и издевательски добавил: ― Что-то еще?

Я понимал, что старик наверняка уже знает о моем конфликте с магистром. Он банально тянул время.

― Ну хорошо, ― зло сжав зубы, произнес я. ― Посмотрю еще раз. Может действительно найдется что-нибудь полезное.

― Обязательно, ― всплеснув сухими руками, с фальшивой доброжелательностью в голосе произнес орк. ― Там очень много ценных экземпляров!

― Ага, ― буркнул я, проходя мимо стеллажей с птичьими костями и перьями. Мало того, что они для меня бесполезны, так еще и уровни не ниже седьмого. Вот ведь гаденыш!

Стоп… А это что? Я остановился как вкопанный. Между стеллажами и полками проглядывала стена со странными очертаниями.

― А там что? ― спросил я.

― Где? ― снова начал валять дурака орк.

― За стеллажами, ― не сдавался я.

― А-а-а, ― протянул старик. ― Так ведь там стена.

― Не похоже, ― ответил я. ― Думаю, это не просто стена. Я хотел бы взглянуть.

― Но… ― хотел было возразить орк.

Но я его перебил:

― Напоминаю, у меня полный допуск. Ты в праве отказать мне в продаже, но обязан все показать. Так?

― Да… ― нехотя проскрипел хитрый оружейник.

― Тогда показывай, ― кивнул я на полки.

― Как знаешь, ― пожал плечами орк и неожиданно абсолютно адекватным тоном сообщил: ― За ту дверь нет доступа даже у магистра.

― Тогда тем более показывай, ― поторопил я его. При этом удивляясь, как он не завел свою старую песню о стратегическом запасе цитадели.

Несмотря на сухое и отчасти хрупкое телосложение, с массивными стеллажами старик справился довольно быстро и даже не вспотел.

― Ну смотри, ― сложив руки на груди, предложил орк, когда каменная дверь в стене была очищена от хлама. ― Предупреждаю заранее: ключей от этой двери у меня нет и никогда не было.

Я, не теряя времени, поспешил воспользоваться приглашением. Подойдя вплотную к стене, я приступил к осмотру. Недовольное бурчание и вздохи орка старался игнорировать. Не прошло и минуты, как я нашел то, что искал. Небольшое углубление на уровне моей груди. Отчистив его немного от пыли, присмотрелся. Внутри овального углубления просматривался любопытный символ в виде трех волнистых линий параллельных друг другу.

― Это древний знак хаоса, ― важно прокомментировал мою находку орк. ― Никто не…

Он хотел было еще что-то сказать, но осекся. Дело в том, что именно в этот момент мой палец совершил знакомую процедуру с пробой крови. Система сообщила мне, что моя кровь прошла проверку, и результат оказался положительным.

Контуры двери в стене замерцали светло-голубым сиянием, а я получил добро на вход.

― Ну вот, а ты бурчал, ― спокойно сказал я ошалевшему от происходящего орку и переступил порог.

За дверью была небольшая комнатка шесть на шесть метров, в центре которой располагалась шестигранная мраморная колонна. От пола до потолка она была разделена на несколько секций-углублений в виде пчелиных сот. Большинство углублений были пусты, но в некоторых лежали свитки, темно-лиловые кристаллы и огненно-рыжие жемчужины.

Чувствуя, как по спине прошагал отряд мурашей, я приступил к осмотру. Начать решил с жемчужин. Всего их было двенадцать штук.

Когда взял одну из них в руки, перед глазами тут же появилась надпись о том, что мне, как носителю амулета «Друг Хаоса», дарована возможность покупки этой жемчужины за пять сотен жетонов хаоса.

Жемчужина Хаоса

― Тип: Магическая трансформация

― Концентрация: Высокая

― Вид: Эпический

― Описание:

― Жемчужина Хаоса, добытая в глубинах Великого Океана Хаоса. Несколько сотен лет она накапливала магическую энергию, источаемую водами океана. Рискнувший использовать эту жемчужину повысит показатели одной из своих трансформаций сразу на 10 единиц.

― Предупреждение!

Важно помнить, что чрезмерное и бесконтрольное использование жемчужин Хаоса имеет последствия! Кроме трансформации внешнего облика, энергия Хаоса, заточенная в жемчужине, способна лишить разума!

― После срабатывания жемчужина исчезает.

― Вес: Не имеет веса. Не занимает места.

Первым порывом было купить сразу всю дюжину, но я вовремя взял себя в руки. Сперва надо взглянуть на свитки и кристаллы. Первых было всего пять, а вторых ― восемь.

Когда прочитал описание первого свитка, громко выдохнул. Как хорошо, что не потратил шесть тысяч жетонов на жемчужины. Каждый свиток стоил две тысячи жетонов.

Талант Хаоса «Быстрая реакция».

― Тип: Магический свиток.

― Вид: Эпический.

― Описание:

― Один из талантов Хаоса из ветки Разума «Быстрая реакция».

― Эффект:

― Сокращает время перезарядки заклинаний/магических умений хаоса в 3 раза.

― Сокращает время перезарядки заклинаний/магических умений других школ магии в 2 раза.

― Минимальные требования:

― Разум — 15.

― Примечание:

― После срабатывания свиток исчезает.

― Вес: Не имеет веса. Не занимает места

Другие четыре свитка тоже были талантами. Два из ветки разума и два ― из ветки силы. Читать и разбираться не было времени, поэтому я, не задумываясь, потратил на них сразу десять тысяч жетонов. Тем более, что кристаллами оказались те самые камни заточения, в которые можно было перенести одно из моих заклинаний хаоса. А именно Щит Хаоса. Стоимость «заточения» составляла две тысячи единиц маны, а использование потом ― еще четыре. Итого получалось, на одну тысячу дороже, чем если бы я его активировал без кристалла. Но вся соль заключалась в другом. Имея на руках восемь таких камней с запитанными в них щитами, я мог активировать их один за другим, не считаясь со временем на перезарядку между использованиями. Главное ― чтобы маны хватало.

Стоимость каждого такого кристалла составляла одну тысячу жетонов. Подумав немного, я все же решил купить их все в ущерб будущим трансформациям. В памяти еще было свежо воспоминание о давящих на меня со всех сторон огромных булыжниках в логове королевы драков. Восемь щитов хаоса, которые можно использовать без оглядки на время перезарядки, здорово повышали выживаемость. Осталось только понять, можно ли их активировать все одновременно и будут ли суммироваться все показатели.

На оставшиеся две тысячи жетонов я приобрел четыре жемчужины и двинулся на выход. Пора в путь.

Когда переступил через порог, то чуть было не столкнулся с орком. Тот, видимо, шарил руками по стене, пытаясь разобраться, как открывать странную дверь.

― Ну как? ― встретил он меня вопросом.

― Ничего интересного, ― отмахнулся я и двинулся на выход из оружейки.

― И что, тебе больше не нужны кристаллы маны? ― попытался надавить на меня орк.

― Уже нет, ― ответил я, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно.

― Тогда может обмен? ― предпринял последнюю попытку орк. ― Я тебе кристаллы ― ты мне то, что вынес из той комнаты? Обещаю, обмен будет в твою пользу! Что скажешь?!

Уже на выходе я обернулся и глянул в глаза старому прохиндею. О стратегическом запасе цитадели уже забыл?

Переступая через порог, я усмехнулся и крикнул через плечо:

― Не дам!

Снаружи меня встретили улыбающиеся Боровик и Добес.

― Не знаю, что это было, ― произнес смеющийся гоблин. ― Но мне жутко понравилось.

― Готов? ― спросил меня Боровик, поправляя лямки рюкзака.

Я взглянул на гоблина. У того за спиной тоже висела внушительных размеров кожаная котомка.

― А вы? ― спросил я. ― Вы готовы? И это вопрос не о сменном белье и припасах. Вы ведь понимаете, что как только вы шагнете со мной в портал, обратной дороги не будет?

Со стороны наша беседа наверняка выглядела комично. Паренек нулевка обращается к первородному и гоблину-магу словно они какие-то несмышленые подростки. А те, в свою очередь, даже не думая возмущаться наглости паренька, с серьезными минами на лице сопровождают важными кивками каждое его слово.

― С того момента, как мы увидели Сердце Леса, наш мир изменился, ― неожиданно ответил Добес и, гордо подняв голову, продолжил: ― Если меня спросят, что лучше: участвовать в созидании чего-то поистине великого или прозябать десятки лет на краю мира? Я выбираю путь созидания! Я вижу удивление на твоем лице, Горец. Хех… Тебе придется набраться терпения! Добес, Тень из клана Болотных Лисиц еще не раз удивит тебя!

Пока шагали к порталу нас провожали злобными взглядами, но нападать не спешили.

В зале, на удивление, было пусто, хотя я до последнего момента ожидал, что нас попытаются остановить. Когда переступал грань, больше всего переживал, что мои союзники перенесутся в другое место, как в прошлый раз. Но Лабиринт принял нас без сюрпризов.

Оказавшись в центре огромной пещеры, мы переглянулись. Добес, ухмыляясь, показал нам свое запястье. Метка Хаоса отсутствовала. Он сделал свой выбор. А вот метка Боровика сияла чистым изумрудным светом. Не то что в прошлый раз. Я мельком оглядел лесовика и неожиданно осознал, что он и сам здорово изменился за эти дни. Словно помолодел на несколько лет. Седин точно стало меньше.

Он хотел было что-то сказать, даже руку поднял, указывая на вход в один из тоннелей, но не успел. Из недр Лабиринта до нас донесся многоголосый волчий вой.

Глава 14

― Чего-то такого я и ожидал от магистра, ― скривился Добес. ― Ее псы все это время ждали нас здесь. Да и змеелюды вряд ли отказались поучаствовать в охоте.

Лесовик и гоблин испытующе взглянули на меня.

― Эрик, я понимаю, почему ты до последнего не говорил нам о месте, где лучше всего будет высадить Сердце Леса, ― произнес Боровик, заглядывая мне в глаза. ― Но сейчас, когда для нас с Добесом уже нет дороги назад, самое время узнать, куда ты намерен двигаться дальше.

― В зависимости от места назначения мы должны знать, какой портал выбрать, ― добавил Добес, поморщившись от нового далекого завывания. ― И чем раньше мы покинем лабиринт, тем целее будем.

― Каменный лес, ― коротко ответил я.

Скрывать больше не было смысла ― эти двое, пойдя против магистра, доказали, что мы в одной упряжке.

Лица моих спутником заметно погрустнели. Похоже, не такого ответа они ожидали.

― Не подумай, что я ставлю под сомнение твой выбор, ― с легким скепсисом в голосе начал говорить Боровик. ― Но почему именно Каменный лес? Может правильней было бы отправиться в Золотую рощу? К эльфам?

― Представляю счастливую рожу князя остроухих, когда мы заявимся к нему сразу с тремя семенами Великого Леса, ― хохотнул Добес и мечтательно улыбнулся.

Хм… Похоже, они все для себя уже решили. Не скажу, что отдать эльфам Сердце Леса, плохой вариант. Но проблема в том, что лично меня он не устраивает. У меня другие планы.

Кивнув на замечание гоблина, Боровик продолжил говорить:

― Эрик, ты должен понять нас правильно. На данный момент в нашем мире правитель западных эльфов ― единственный, кто сможет обеспечить нам защиту. И говоря «нам», в первую очередь я подразумеваю безопасность семян.

― Он дело говорит, ― поддержал лесовика гоблин.

Я слегка нахмурился. Моя воля позволяла мне иногда распознавать, когда собеседник говорит не то, что думает. Любопытно, что же на самом деле у тебя на уме?

― Хочешь сказать, что отказываешься стать хранителем Сердца Леса?

Боровик поморщился и потер затылок.

― Пойми, Эрик… Я всего лишь младший первородный, давно покинувший лес и запятнавший свою репутацию дружбой с хаоситами. А князь эльфов, он ― один из старших. Кому, как не ему принадлежит привилегия возродить Великий Лес.

Вот оно! Неуверенность в голосе, грусть и какое-то липкое смирение. Он, похоже, давно сам в себя не верит. Ну уж нет! Сейчас расшевелим тебя.

― Ты боишься? ― добавив каплю издевки в голос, спросил я.

Боровик сжал кулаки. Взгляд его звериных глаз стал жестче. Так-то лучше. Неожиданно словил себя на мыслях, что манипулирую чувствами первородного. Увидь эту картину моя мама, ее бы хватил удар. Это как сунуть руку в клетку к опасному хищнику. Только вот моя мама мертва, да и сам я с некоторых пор поопасней любого хищника буду.

― Все, кто называл меня трусом, уже давно мертвы! ― рыкнул Боровик.

― Тогда в чем дело? ― прямо спросил я.

Огонь в глазах лесовика погас. Он опустил голову.

― Я недостоин такой чести.

― Амулет ясно дал понять об обратном, ― возразил я и жестко добавил: ― И чего это вы оба вдруг решили, что я соглашусь отдать семена эльфам?

― Но ведь князь эльфов… ― попытался возразить гоблин. Его выражение лица явно говорило о том, что такой отповеди он не ожидал.

― А что князь эльфов? ― перебил я его. ― В сражении с Паучихой я его не видел! Эти семена Великое Древо отдало мне. Это моя награда. И я не собираюсь отдавать ее каким-то напыщенным индюкам из Золотой рощи. Я не помню, чтобы эльфы принимали участие в моей судьбе. Скажу больше ― они давно живут своим закрытым мирком, плюя на окружающих. И я их не виню. Это их право, равно, как и мое право распорядиться своей наградой, как мне заблагорассудится. В этих семенах заключена великая Сила! Объясните мне вы двое, решившие уже все за меня, почему я должен делиться этой силой с теми, кто даже палец о палец не ударили, чтобы добыть ее?

― Так будет лучше для молодых Сердец Леса, ― сказал Боровик, но твердой уверенности в его голосе я не услышал.

― Ой ли? ― продолжил я давить. ― Откуда тебе знать? Ты же не видел то, что видел я. Огромное Древо, перемалывающее порождения чужеродной магии. Поглощающее море разлитой энергии. Или три маленьких голодных семечка, чуть было не сожравших в один присест духа хаоса, словно ярмарочную сладкую вату. Я видел достаточно и твердо знаю, что нужно для зарождения нового Леса. Поверь, ползти на коленях к эльфийскому князю и, как побитая собачонка, тащить ему в зубах то, что может нас самих сделать могущественными, совершенно не обязательно. Не спорю, эльфы смогут позаботиться о семенах. Но кто сказал, что ты это сделаешь хуже? Скажу больше, после всего, что я увидел, в Каменном лесу им очень понравится. Там сейчас еды для них хоть отбавляй.

― О чем ты? ― удивленно спросил Боровик.

― О темном портале, который мне удалось закрыть, но который очень скоро откроется. Если уже не открылся.

― Но ведь закрыть их могли только… ― ошарашенно прошептал гоблин и тут же спросил: ― Ты ― охотник на чудовищ?!

― Да, ― кивнул я, наблюдая за вытянувшимися физиономиями моих спутников. Я посмотрел в глаза Боровику и произнес: ― Ты пожертвовал своей репутацией и отправился к хаоситам в надежде на заключение союза против Тьмы. Но из того, что я увидел, тебе это не очень удалось. Из года в год ты помогал добывать частицы, укрепляя цитадель Нурэ-онна, но так и не продвинулся ни на шаг вперед. Думаю, ты и сам уже знаешь, что это неспроста. Змея тебя просто использовала.

Боровик был хмур и зол.

― А ведь Тьма поднимает голову, ― продолжил говорить я. ― За этот год мне удалось побывать во многих местах нашего мира. И то, что я увидел, меня пугает. Орки целенаправленно приносили жертвы порталу в Каменном лесу, тем же занимались и драки здесь, на Темном континенте. И это всего лишь два портала, о которых мне известно. Уверен, таких мест намного больше.

― А мы все голову ломали, зачем ты понадобился Стальному королю! ― воскликнул гоблин. ― Через тебя он хочет добраться до тайн мертвого ордена!

― Он набирает силу, ― кивнул я. ― Причем стремительно. Очень скоро мир, который мы знаем, перестанет существовать. Уверен, что эльфы захотят помогать остальным? Я, например, нет. И раз уж ты все это время провел в Цитадели Хаоса ― тебе самому в это мало верилось. Думаешь, что-то изменится, когда они получат семена? Ты правда в это веришь?

Боровик хмуро покачал головой.

― Так значит, ты решил стать спасителем мира? ― усмехнулся гоблин.

― Нет, ― ответил я спокойно.

― Тогда зачем тебе все это?

― Я хочу, чтобы меня и моих близких оставили в покое. Но я понимаю, что влез в игру, из которой уже нет выхода. Первое время я убегал, словно какой-нибудь вор, но мне это надоело. Рано или поздно меня все-равно найдут. Поэтому для себя я решил, что должен стать сильнее. Чтобы к тому времени, когда за мной придут, я смог дать отпор. И не просто отбиться, а врезать так, чтобы навсегда запомнили. Теперь вы понимаете, что к эльфам я не пойду?

Боровик и Добес переглянулись.

― А что касается союза… ― обратился я к лесовику. ― С хаоситами у тебя ничего не вышло. Так почему бы не попробовать с охотниками на чудовищ? Я, к примеру, уже все давно решил. И дабы мои слова не были просто пустыми словами…

Я достал амулет призыва хранителя и произвел активацию.

***

Уже второй час мы плутали по закоулкам лабиринта. Впереди беззвучной тенью несся Обжора. За ним следом бежал Добес. Они неплохо спелись за это время. Гоблин указывал направление движения, а харн выступал в роли разведчика. Мы же с Боровиком защищали их спины.

Но даже со звериным чутьем Обжоре приходилось часто останавливаться, подолгу принюхиваться и прислушиваться к происходящему вокруг. Именно благодаря ему мы оставили наших преследователей далеко позади. Злой и раздосадованный волчий вой иногда доносился до наших ушей, но с каждым разом он становился все тише и тише.

Став хранителем Сердца Леса, Боровик здорово преобразился. Его магический источник вырос в разы. Лесовик раздался в плечах, почти исчез его пивной живот. И самое главное ― его взгляд. Я больше не видел в глазах Боровика сомнений.

После использования амулета я было попытался передать ему все семена, но ничего не получилось. Великая Система сообщила нам, что Боровик может стать хранителем только одного Сердца. Лесовика такой расклад не просто устроил, он в тот момент даже облегченно выдохнул. Семена оказались довольно своенравными, а у нового хранителя не было столько «воли», как у меня. Придется мне побыть нянькой еще некоторое время.

С покупками из оружейной цитадели пришлось разбираться на ходу. Но в первую очередь я решил начать с радужной скрижали. Когда прочитал описание и осознал, чем одарил меня дух, то, сбившись с шага, чуть было не пропахал носом каменный пол тоннеля. Судя по описанию, в скрижали содержалось легендарное заклинание, активировав которое, я на некоторое время мог превращаться в некий аватар хаоса. Превращение увеличивало показатели моей силы, ловкости, меткости и скорости в пять раз. Кроме того, все эффекты моих атакующих заклинаний усиливались хаосом.

Это первое заклинание, которое пугало меня до икоты. И не только потому, что я теперь мог трансформироваться в какое-то неизвестное мне существо, в описании имелось несколько предупреждений. Первое ― минимальные показатели воли должны быть выше пяти десятков, и второе ― аватар хаоса в буквальном смысле слова высасывал мою жизнь по пять единиц в секунду. В теории выходило, что с моим источником, в состоянии аватара я мог продержаться чуть больше восьми минут. Откровенно говоря, при всех плюсах, проверять действие этого странного заклинания особого желания не было. Хотя в глубине души я понимал, что это опасное колдовство может спасти мне жизнь и чем раньше приступить к его освоению, тем проще будет использовать его в бою.

Активировав скрижаль, я уже привычно забросил десять единичек в волю, увеличив ее тем самым до ста сорока четырех единиц. От соблазна вложить эту десятку в другую характеристику безжалостно отмахнулся. После нескольких попыток младший дух хаоса все-таки смог проломить мою волю и это пугало. Щит воли, зависящий от запасов маны, долго бы не продержался. По сути, меня спасли прожорливые семена.

После скрижали перешел к свиткам. Таланты «силы», на мой взгляд, по ценности уступали «разуму». Оба таланта больше подошли бы кулачным бойцам. Мой сосед, участвовавший в портовых поединках, от них бы точно был в восторге. Первый талант назывался «Пудовые кулаки». Он повышал урон физических атак без оружия на тридцать процентов. А второй ― «Неистовый удар», увеличивал шанс критического урона на двадцать пять процентов. Тоже от физических атак и тоже без оружия.

Оставшиеся два таланта из ветки разума были намного полезнее. Один на десять процентов снижал расход маны у всех заклинаний и на двадцать у заклинаний хаоса. А другой, увеличивал длительность всех заклинаний на тридцать процентов и сорок у хаоса соответственно.

Активировав все свитки и понаблюдав, как они растворяются в воздухе, я перешел к жемчужинам. Четыре огненно-рыжих шарика ― в сумме это сорок единиц для моих трансформаций. После недолгих раздумий я решил улучшить свою внимательность.

Жемчужины активировал постепенно, загодя накрыв себя благодатью леса и держа зелье насыщения наготове. Но все прошло как по маслу.

Вложил по десятке в глаз черной рыси, чутье огненной лисицы и земляной выдры, а также в ястребиный глаз.

Как только трансформации получили свои бонусы, мир вокруг меня изменился. Он стал ярче и объемней. Сотни запахов и звуков обрушились на меня, словно из ведра окатили.

Тьма отступила. На полу я увидел много звериных следов. Оказалось, что здесь кипит жизнь, хотя еще мгновением ранее я думал обратное.

От нахлынувших чувств и впечатлений закружилась голова. Мне стоило труда не рухнуть на пол. А еще, когда взял себя в руки, я понял, что в конце тоннеля будет огромная пещера, в которой нас ждет засада и что таких засад уже было несколько, но Обжора мастерски уводил нас от столкновения с неизвестными тварями. Когда осознал, насколько слеп был раньше, между лопаток пробежался холодок.

Вот и сейчас харн, нырнув в один из проходов, повел нас в обход опасного места. Затем, когда мы оказались в пещере довольно внушительных размеров, он замер как вкопанный. Подняв голову вверх, харн принюхался и затем посмотрел на меня.

― Что с ним? ― взволнованно спросил гоблин. Причем волнение Добеса было каким-то странным. Словно его раздражало поведение Обжоры.

― Нас окружают, ― коротко ответил я.

― Уверен? ― спросил Боровик.

― Да, ― кивнул я. ― Обжора учуял запах Ульфа.

― Но как им это удалось? ― удивился лесовик. ― Я думал, что мы оторвались от них!

― Мы не должны были отклоняться от маршрута! ― воскликнул гоблин. ― Твой зверь несколько раз вел нас другой дорогой! Из-за этого мы потеряли время!

Добес заметно нервничал. И это меня напрягало.

― Он уводил нас от опасности, ― спокойно ответил я, пристально глядя в глаза гоблину.

― Успокойся, друг мой, ― Боровик положил руку на плечо гоблина. ― Если бы не зверь Эрика, мы бы уже несколько раз могли угодить в ловушку. Кому, как не тебе знать, что это за место. Лучше скажи, куда нам идти дальше. До портала еще далеко?

― Нет, ― заметно успокоился Добес и, зыркнув в мою сторону, произнес: ― Прости меня, Эрик. Сам понимаешь ― нервишки шалят. Я не очень люблю подземелья.

Слова правильные, но этот тон… Либо мне это кажется, либо гоблин здорово изменился за последние несколько минут. А может, он всегда был таким, просто я не замечал этого до активации жемчужин?

― Нам туда, ― буркнул гоблин и кивнул в сторону входа в следующий тоннель.

Харн предупреждающе рыкнул.

― Туда нельзя, ― сказал я, не двигаясь с места.

― Они повсюду, ― мысленно сообщил мне Обжора. Его чешуя на загривке встала дыбом.

― Что происходит? ― нахмурился Боровик.

― Готовьтесь к бою! ― произнес я. ― Они уже здесь!

В подтверждение моих слов с глухим рычанием из всех проходов начали появляться здоровенные наполовину трансформировавшиеся оборотни. За их спинами маячили змеелюды.

Дюжина перевертышей и около трех десятков змеиных гвардейцев ― магистр послала за нами настоящую армию.

― Жаль, сюрприза не получилось! ― рыкнул появившийся в проходе Ульф. Затем он повернулся к гоблину и неожиданно произнес: ― Добес, гаденыш, ты заставил нас побегать! Если бы не твой амулет крови, мы бы вас потеряли!

Гоблин поморщился, словно съел кислую сливу и довольно резво переместился поближе к змеелюдам.

― Это все его зверь! ― выдал Добес, кивая на Обжору. ― Он постоянно обходил ваши засады! Мне стоило труда замедлять его, выбирая подходящие тоннели.

Мы с Боровиком переглянулись. На лесовика было больно смотреть.

Заметив его состояние, Добес успокаивающе произнес:

― Ты слишком доверчив, старина. Мне жаль тебя. Главное постарайся не делать глупостей. Она пообещала мне, что не причинит тебе вреда. Сейчас твоя жизнь ценна, как никогда! Поверь, союз, о котором мы так долго мечтали, теперь возможен!

Несмотря на то, что гоблин предал нас, последние слова он произнес довольно искренне.

В отличие от закипающего на глазах Боровика, я был относительно спокоен. Я даже облегченно выдохнул. Теперь по крайней мере я уже точно был уверен ― кто друг, а кто враг. А что касается осведомленности магистра, единственное, о чем я действительно сожалел, так это о том, что Добес наверняка рассказал Змее о Мидори. Все остальное уже не важно.

― А что насчет меня? ― ухмыляясь, спросил я. ― Есть какие-нибудь указания?

― Тебе она тоже предложила сдаться и вернуться в цитадель, ― кивнул гоблин. ― Ты не менее ценен для нее. Особенно в свете последних твоих откровений. Сдайся и она простит тебя!

Я усмехнулся. В отличие от Добеса я прекрасно видел, как за его спиной многозначительно переглядываются вожак оборотней и вон тот высокий змеелюд.

Гоблин хотел было еще что-то сказать, но змеелюд, стоявший за его спиной, резко взмахнул рукой, и голова Добеса, отделившись от туловища, с глухим стуком упала на каменный пол.

Это значило только одно ― Нурэ-онна мало интересуют союзы с кем бы то ни было.

Глава 15

Взглянув на отсеченную голову гоблина, я поморщился. На его лице все еще играла та снисходительная улыбка, с которой он нам рассказывал о благах, приготовленных для нас Змеей. Хотя сам он уже был мертв, а из обрубка его шеи толчками выливалась кровь, щедро орошая каменный пол.

― Смотрю, тебя расстроила смерть этого болвана?! ― трансформируясь, насмешливо прорычал Ульф.

Уже не в первый раз замечаю за оборотнями одну странность. Перед схваткой они любят почесать языком. То ли это часть какого-то воинского ритуала, то ли они таким образом банально выигрывают время для трансформации.

― Ошибаешься, трусливая ты псина! ― ответил я насмешкой. Решил подначить его, как когда-то это сделал Весельчак, перед боем с Лютым. ― Твой червеподобный дружок оставил нас без проводника!

Главному змеелюду тоже досталось. Сравнение с червяком ему явно не пришлось по душе.

― Мертвецам не нужны проводники! ― громко прошипел он и, изогнувшись, плюнул в меня темно-лиловым сгустком.

Время разговоров закончилось, началась схватка. Атака главного змеелюда послужила сигналом для остальных. Оборотни, бешено взвыв, рванули вперед, а со стороны змеелюдов в нашу сторону полетело еще несколько сгустков.

Уходя перекатом вправо и уворачиваясь от первого плевка, я шарахнул в ответ тараном, а в сторону ближайших оборотней ударила первая молния. Мое тело уже привычно накрыла невидимость и аура болотника. Торс, руки и ноги охватили тугие полупрозрачные змеиные кольца. Резкий толчок в спину отбросил меня вперед. Это Ыш принял на себя несколько сгустков сзади. Минус три тысячи единиц защиты. Пора активировать щит хаоса.

― Займись ими! ― отдал я мысленный приказ Обжоре, и уже через мгновение в рядах плюющихся змеелюдов началась кровавая мясорубка. Чтобы не упустить свою часть трофеев, метнул в ту сторону дюжину ледяных стрел. Яростный рык харна, визги боли и раздраженное шипение сообщили мне, что атак со спины более не предвидится.

Взмывшая под потолок сущность гигантского жука-крушителя выпустила магический туман, который в мгновение ока заволок все пространство пещеры.

За секунду до того, как пещера погрузилась во мрак, я мельком взглянул на подозрительно молчавшего все это время Боровика. То, что я увидел, заставило похолодеть.

Тело лесовика исчезло. На его месте, бешено пульсируя, разрастался ярко-зеленый магический кокон, состоящий из десятков тугих стеблей, которые, в свою очередь, отражали все магические атаки змеелюдов. Хотя нет… Я ошибся. Они их не отражали, а поглощали!

Судя по удивленным рожам некоторых атакующих, вряд ли это было что-то из обычного магического арсенала Боровика. Похоже, Сердце Леса, используя резервы Хранителя, готовилось шарахнуть по врагу чем-то убойным.

Судя по тому, что туман не спешили рассеивать, соответствующего умения у противников не было. Не удивлюсь, если узнаю, что та «воздушница» в лабиринте пользовалась легендаркой. Откровенно говоря, я бы не отказался пополнить свой арсенал подобным заклинанием.

Время, пока противник дезориентирован, я постарался использовать по полной. Тараны, молнии, ледяные стрелы щедро сыпались на врагов. Благодаря магическому чутью, я прекрасно видел все источники моих жертв.

Следующие несколько секунд я метался от одного оглушенного оборотня к другому и методично кромсал их тела Шипом и Стрекозой. В отличие от молодняка, который мы с Обжорой уничтожили в лабиринте, эти перевертыши оказались довольно живучими тварями. Без «клинка возмездия» мне пришлось бы туго.

Душераздирающие вопли боли и частые магические всплески слева оповестили меня, что Обжора принялся за свиту главаря змеелюдов. Щит хаоса, которым я поделился с харном, просел процентов на пять, не более. Гвардейцы Нурэ-онна оказались еще теми вояками, способными лишь строить страшные рожи и угрожающе шипеть. Закаленный в боях с супер-монстрами Обжора проходил сквозь их защиту, словно раскаленный до бела клинок сквозь нежное масло.

В итоге, за первую минуту боя отряд врага потерял больше половины бойцов. Добив последнего оглушенного змеелюда, я быстро огляделся. Три источника рядом с Боровиком. Это оборотни пытаются пробить защиту кокона. Ослепленные звериной яростью они не видят, что кокон постепенно увеличивается в размерах, равно как и его источник. Сердце Леса готовит сюрприз.

С другой стороны ― две группы змеелюдов. Одну из них, ту, что слева, терзает дорвавшийся до крови Обжора. После каждой его атаки гаснут один за другим магические источники.

Группа справа самая многочисленная. Дюжина змеелюдов сбилась вокруг своего предводителя, источник которого интенсивно мерцает. Урод тоже кастует что-то убойное.

Рядом со мной, в нескольких шагах, мечется последний оборотень. Я слышу его рычание. Это Ульф. Он взбешен. Ищет меня, но никак не может учуять. За последние дни его уровень заметно подрос. Видимо, учел прежний опыт. Готовился к нашей встрече. Ни молнии, ни тараны его не берут ― либо хороший щит, либо успел прокачать сопротивление эффектам оглушения и оцепенения. Видел, как мне удалось остановить его молодняк.

Я хищно усмехнулся. Нет, псина, сегодня все равно не твой день. Ты думал, что Обжора ― мой единственный козырь? В этом твоя ошибка. Ты в очередной раз недооценил меня.

Сущность черного панцирника, врезавшаяся в вожака оборотней, сбила того с ног и протащила по камням еще несколько метров. Характерная магическая вспышка вокруг тела Ульфа сообщила мне, что крит в шесть тысяч единиц снес остатки магического щита перевертыша. А выпущенные вдогонку ледяные стрелы уже добрались до его плоти. Благодаря прогрессу трансформации «ястребиный глаз», ни одна не прошла мимо. Правда, особого вреда ледышки не нанесли. Слишком объемистый у волчары источник жизни. Да и регенерация в боевой ипостаси наверняка функционирует в ускоренном режиме. Собственно, я и не рассчитывал прикончить эту гору мышц одними сосульками.

Оборотень неожиданно радостно взвыл и рванул прямо в мою сторону. Выпущенные сосульки раскрыли ему мою позицию. Но его ждал сюрприз в виде дыхания ледяного голема. Ульф потерял один из главных своих козырей ― скорость. Но даже замедлившись на семьдесят процентов, он все еще был слишком быстрым для меня.

Пока оборотень пытался добраться до меня, я успел выпустить еще два десятка ледяных стрел. Критовал через раз, но не это главное. Каждая стрела оставляла на теле оборотня обморожение, высасывавшее из его источника энергию. На последнем шаге он покачнулся и рухнул на землю.

Я было дернулся вперед, чтобы поставить точку в нашем противостоянии, но неожиданно пещеру тряхнуло. Толчок был такой силы, что я не удержался и плюхнулся на землю. Со всех сторон послышался уже знакомый мне каменный треск. За первым толчком последовали еще несколько, но слабее. Судя по характерному звуку, с потолка пещеры рухнуло несколько сталактитов. А в следующую секунду меня обдало плотной волной из пыли и мелкого песка.

Протирая глаза и отплевываясь, я поднял голову на шум. Когда понял, что увидел, ощутил, как предательски ёкнуло сердце. На потолке среди сталактитов зависло гигантское чудовище. Змеиное тело от головы до кончика хвоста мерцало магическим светом. Огромный лиловый глаз с вертикальным зрачком уставился прямо на меня.

― Теперь вам конец, ― услышал я насмешливый хрип Ульфа. В его источнике не осталось ни капли маны. Обморожение, дыхание ледяного голема и его собственная боевая ипостась «сожрали» все жизненные силы. Но умирать оборотень не торопился. ― Зря вы позволили Шхану призвать свой аватар!

Я снова взглянул на гигантского змея, который готовился к атаке, и громко сглотнул пересохшим горлом. Так вот какое заклинание кастовал главный змеелюд!

Все, что я успел сделать перед рывком магической твари, так это активировать каменные шипы на потолке пещеры. Судя по разъяренному шипению, крит почти в двадцать пять тысяч единиц змею не понравился. Плотная лиловая дымка вокруг змеиного тела заметно истончилась. Значит, магический щит у тебя не такой уж и «толстый».

Прицельного броска у змея не вышло. Здоровенная туша рухнула с потолка, словно огромный мешок с репой, подняв новую волну из пыли и мелких камешков.

Прохлаждаться змею не дали. Пульсирующий силой источник Обжоры уже был рядом с тварью. А мгновением позже пещеру заполонило оглушительное шипение боли. Харн несколькими ударами уничтожил щит чудовища и добрался до его плоти.

Я видел, как на помощь своему предводителю ринулись почти два десятка змеелюдов. С моей ладони уже были готовы сорваться новые заклинания, но меня опередили ― в бой наконец вступил Боровик.

Увеличившийся в два раза кокон взорвался несколькими десятками гибких отростков, которые жадно метнулись в сторону наших противников.

Первыми под раздачу попала троица оборотней, все это время безуспешно пытавшаяся пробить защиту Боровика. Их тела, пронзенные шипастыми стеблями, корчились в предсмертной агонии. Я видел, как опустошаются их источники и истончаются их энергетические каналы. Кокон в буквальном смысле слова высасывал из них жизнь. Здоровенной змее повезло еще меньше. Ее тело пронзили сразу два десятка отростков. Тварь дергалась и извивалась, пытаясь освободиться, но делала только хуже. Привлеченные отпором, в змеиное тело вонзились еще полтора десятка стеблей. Я, уже зная, что будет дальше, в стороне не остался ― запустил по несколько ледяных стрел в каждого противника.

Магический туман растворился, и я смог взглянуть на пещеру уже обычным зрением. Оглядевшись, я облегченно выдохнул ― мы победили.

Кровь, растерзанные тела, потроха ― раньше, от вида всего этого я бы точно выблевал содержимое своего желудка. Сейчас же воспринимал все как данность.

Обжора, весь перепачканный в крови, навис над принявшим человеческий облик Ульфом и угрожающе порыкивал. Оборотень был на последнем издыхании, но даже в таком состоянии он умудрился приподняться на дрожащих руках и зло уставиться на меня.

Обновлять невидимость уже не было смысла, поэтому Ульф прекрасно меня видел.

Краем глаза наблюдая за тем, как магические стебли поглощают своих жертв, я опустился на землю. Приближаться к кокону желания не было. Лучше понаблюдаю за происходящим со стороны. Вон, с Ульфом пообщаюсь.

― Я так понимаю, клану Потрошителей теперь придется несладко? ― усмехнувшись, спросил я.

Из глотки Ульфа вырвалось глухое рычание. Он попытался дернуться, но тяжелая лапа Обжоры легко прижала его к земле.

― Какие же вы оборотни все-таки предсказуемые, ― хмыкнул я. ― Зачем вы напали на нас? Или Нурэ-онна действительно отдала приказ убить нас? Неужели она почувствовала себя настолько оскорбленной? Мало верится. Уверен, она приказала доставить нас живыми.

Ульф глухо рычал, но не произнес ни слова.

― Думаю, это ты подговорил своего дружка Шхана напасть на нас. Что скажешь?

На мой вопрос оборотень отреагировал молчанием.

― Значит, все-таки это приказ Змеи, ― с тяжелым вздохом сказал я. ― Да и глупо было бы думать, что вы пойдете против воли магистра. Тогда зачем ей наша смерть? Зачем подсылать Добеса, а потом убивать?

Я пристально посмотрел на перевертыша, но тот словно в рот воды набрал. Как-то он подозрительно спокоен. Перейдя на магическое зрение, я взглянул на его источник и мои глаза полезли на лоб. Ничего себе регенерация! Живучий гад!

Пока я тут чесал языком, он ускоренными темпами начал восстановление. Оборотень, правильно интерпретировав мое молчание и мой взгляд, попытался было дернуться, но Обжора одним взмахом лапы поставил жирную точку в нашем затянувшемся противостоянии.

Отмахнувшись от сообщения о победе, я осмотрелся. На поле боя кое-что изменилось. Те стебли кокона, которые закончили высасывать ману из павших оборотней и змеелюдов, начали постепенно тускнеть и растворяться. Они оставляли после себя высохшие мумии. У меня мороз пошел по коже от этого зрелища.

Дольше всех продержалась туша гигантской змеи. Хотя ее ману Сердце Леса поглощал с особым аппетитом. Еще бы! Чистая энергия хаоса. Враждебная энергия.

Как ни странно, у меня легко получалось распознавать эмоции и желания растущего зерна. Видимо, во время противостояния с духом хаоса мне каким-то образом удалось активировать особую связь с семенами.

Приблизившись к кокону, сквозь полупрозрачные стенки я увидел стоящего с опущенной головой Боровика. Присмотревшись к его энергоканалам, я не увидел повреждений. Скорее, наоборот. Они заметно расширились. Сердце Леса в ускоренном темпе поглощало враждебную энергию, пропуская ее через тело своего хранителя и усиливая тем самым его энергоструктуру.

Спустя четверть часа, процесс поглощения прекратился, и кокон исчез, а вместе с ним ― и стебли-щупальца. Правда, Боровик так и не очнулся. Более того, судя по тому, что творилось сейчас с его энергоструктурой ― приходить в себя он еще долго не собирался.

― Придется тебе его тащить на себе, ― сообщил я Обжоре радостную новость.

Взвалив лесовика на спину харну, мы поспешили покинуть пещеру раньше, чем на запах крови сбегутся местные хищники.

Пока Сердце Леса переваривало чужую ману, у меня было время на то, чтобы собрать трофеи с тел. Должен заметить, в отличие от магов из ордена, хаоситы жили, скажем прямо, небогато. Дюжина малых кристаллов маны, шесть эфемерных поясов, несколько ювелирных изделий минимум на десятый уровень, несколько десятков разных колбочек из оружейки цитадели и еда. Вот, собственно, и все, что удалось собрать с тел поверженных. Либо они отправлялись в поход налегке, либо действительно хаоситы переживают не самый свой лучший период.

Другое дело ― системные награды. Несколько сотен тысяч эсок, пять сотен серебрушек и одна радужная скрижаль.

Великая Система сообщила мне, что Высшие Силы снова восхищены мной, потому как я смог повторить очередной легендарный подвиг. В этот раз я уподобился некоей Лиу Карающей.

То ли эта легендарная воительница была магом холода, то ли это я сегодня отличился, бросаясь направо и налево ледяными стрелами ― так или иначе радужная скрижаль содержала в себе заклинание из этой школы.

― Ледяное копье.

― Уровень: 0+5. (0/30)

― Тип: Заклинание.

― Вид: Легендарное

― Описание:

― Маг, используя магию холода, способен создать и метнуть в противника ледяное копье.

― Эффект:

― Наносит 45 000 единиц урона

― Минимальные требования:

― Интеллект — 60.

― Расходует 3000 маны.

― Примечание:

― Время на перезарядку 4 часа.

― Дальность 100 метров.

Показатели заклинания впечатлили. Возможность метнуть кусок магического льда на расстояние ста метров, при этом нанести сорок пять тысяч урона и это, не считая шанса критануть, ― такие перспективы не могли не радовать.

Расход маны уже не пугал. Эх, еще бы и время на перезарядку убрать ― вообще красота! Хотя мне грех жаловаться. Четыре часа, равно, как и расход маны три тысячи единиц ― это уже с учетом моих новых талантов.

С этой десяткой характеристик моя воля перешагнула барьер в полторы сотни единиц. Несмотря на все, моя интуиция подсказывала, что этого по-прежнему мало. Придворный маг Стального короля меня откровенно пугал. Надеюсь, клятва, принесенная Мидори Сердцу Леса, сохранит ее от влияния этого жуткого старикана.

С распределением серебряных скрижалей решили повременить. Пусть Обжора пока самостоятельно повышает характеристики. Ведь чем выше его уровень, тем сложнее ему искать соперников. Вон, после боя ему удалось в общей сложности заработать пятнадцать единиц, что, к слову, очень даже хорошие показатели для его уровня.

Пещеру я покидал с двоякими чувствами. С одной стороны, Боровик без сознания и неизвестно, когда очнется. Добес убит, а ведь он единственный из нас троих, кто знал дорогу к порталу. Но с другой стороны, мы с Обжорой снова выкарабкались из очередной передряги.

Мы живы. И это главное!

Глава 16

― Снова всплеск, ― буркнул я, сонно приоткрыв правый глаз. ― Ты тоже его почувствовал?

― Хрн, ― утвердительно ответил Обжора и лениво потянулся всем телом, выпуская когти. На широком плоском камне, на котором лежал харн, добавилось еще несколько глубоких царапин.

Пещера, в которой мы остановились на ночлег, была относительно широкая и теплая. Плюс здесь была вода ― небольшое озерцо в центре пещеры.

Я тяжело вздохнул. После боя с хаоситами прошло пять суток, а наши блуждания по лабиринту все еще продолжались. Портал мы так и не нашли. И это несмотря на ускоренный темп с четырехчасовыми перерывами на сон и еду.

Повернув голову, я уже привычно взглянул на Боровика. Без изменений… Тот все пять суток находился в беспамятстве. Более того, все его тело покрылось гибким, но довольно крепким слоем темно-зеленой коры. Сердце Леса защищало своего хранителя, пока с его организмом что-то происходило. Периодически я активировал «благодать леса», на что немедленно с благодарностью отзывалось растущее зерно. Теперь понимаю, почему Великая Система не разрешила отдать Боровику сразу все семена. Они бы его просто доконали.

Покойный Добес говорил, что Лабиринт Страха, а именно так называемая Явь, находится в нашем мире. Правда, в каком именно его уголке, он не знал. Справедливости ради нужно заметить, что об этом вообще никто не знал. Даже магистр. Хотя опять же это со слов предателя-гоблина. Как оно было на самом деле, я мог только догадываться.

Течение времени в Яви и в обычном мире совпадали до секунды. Да и местные обитатели здорово напоминали некоторых представителей фауны подземелий, в которых мне довелось побывать. Мы уже видели тварей чем-то похожих на хладунов, крысюков и випер. Только с более высокими уровнями.

Так что амулет Гуннара, увы, здесь был бесполезен. Однако во Снах лабиринта амулет функционировал отлично, что не могло не удивлять.

Еще Боровик и Добес говорили, что режимы для вошедших не пересекаются, но могут быть активными одновременно. Другими словами, если ты попал в Сон, переход в Явь, пока ты находишься внутри, невозможен.

― Как думаешь, Добес вел нас к порталу? ― спросил я у дремавшего Обжоры. Тот даже ухом не повел, привык уже к моим монологам. ― Конечно, нет. Он просто пытался сбить тебя с толку. Представляю, как он бесился, когда ты заранее распознавал очередную засаду. Любопытно, зачем его убили?

Живот харна мерно вздымался и опускался. Ему было плевать на покойного гоблина.

― Думаю, его использовали, как маяк, ― продолжил вслух рассуждать я. ― Тот амулет крови, о котором они упомянули. Я уже видел такой же у одного излишне самоуверенного прислужника вампиров. Насколько я понял, магия этого амулета позволяет отслеживать местонахождение носителя. Неужели Добеса использовали только для этого? Вот бы он удивился, останься он в живых. Хм… Вопрос о причине его убийства по-прежнему открыт.

Я задумчиво почесал затылок.

― Змея ведь не могла не понимать, что гоблин с момента перехода будет располагать свежей информацией. В самодеятельность оборотней и змеелюдов я не верю. Значит… Для Нурэ-онна эта информация не представляла ценности. Ей хватило того, что она уже узнала? Тогда…

Я нахмурился.

― Остается понять, зачем ей понадобилось уничтожать потенциальных союзников.

Ломать голову над вопросом о причинах, что сподвигли магистра дать приказ на наше уничтожение, я не стал. Может Боровик прояснит что-нибудь, когда очнется. Осталось только дождаться этого знаменательного события. Кроме того, я надеялся, что лесовик знал дорогу к порталу или хотя бы мог объяснить, как тут передвигаться.

Потому что мы с Обжорой уже сломали голову, пытаясь обнаружить хотя бы намек на правильное направление. Впервые чутье харна дало сбой. Хотя утверждать так было не совсем правильно. Это все Лабиринт. Он как будто играл с нами.

Сперва мы не замечали этого. Справедливо рассудив, что выход из подземного лабиринта должен находиться где-то над нами, мы, ориентируясь на звериное чутье Обжоры, старались двигаться вверх. Если не найдем портал, так хоть выберемся наружу ― так мы наивно полагали… Пока не почувствовали необычное магическое воздействие, которое длилось буквально несколько мгновений. Позднее такие воздействия повторялись с удручающим постоянством. Я даже назвал их всплесками.

Так как эти самые всплески никак не влияли на наше состояние, мы вскоре перестали обращать на них внимание, а зря… Оказалось, что эта странная магия воздействует не на нас, а на сам лабиринт. После каждого такого всплеска огромная сеть тоннелей искажалась чьей-то невидимой рукой и в одно мгновение заново перемешивалась. Мы заметили это, когда один из тоннелей вывел нас к нашему старому месту ночлега, хотя с чутьем харна такого просто не могло произойти. Когда эти фокусы повторились еще несколько раз, мы с Обжорой поняли, что попали. И что о выходе наружу можно забыть. Оставалось продолжать бродить из пещеры в пещеру в надежде обнаружить один из порталов, о которых говорил Добес. К слову, как только мы отказались искать выход, интервалы между всплесками стали длиннее. Лабиринт как будто намекал нам, что снаружи нам делать нечего.

― Смотри, ― позвал я Обжору. ― Сейчас снова пойдут.

Харн лениво приподнял массивную башку и взглянул в указанную сторону.

Дело в том, что после каждого магического всплеска в самых неожиданных местах лабиринта появлялись аномалии. Несмотря на то, что я уже был предупрежден Боровиком и Добесом об этих странных явлениях, первая увиденная мной аномалия заставила понервничать. Да и как иначе, когда вдруг буквально из воздуха на расстоянии вытянутой руки возникают две гигантские твари и, не издав ни звука, начинают остервенело рвать друг друга. Мы с Обжорой в тот раз очень долго и очень быстро улепетывали из той пещеры.

Уже потом, когда поняли, с чем столкнулись, появления других аномалий, другими словами ― призраков, воспринимали спокойней. Тем более, что самая первая была и самой страшной. Ну, и самое главное ― призракам не было никакого дела до живых.

Некоторые были призрачными воплощениями местных обитателей, заново проживавших коротенький отрезок своей жизни. В большинстве случаев это были последние моменты перед их гибелью. Кого-то сжирали, кто-то умирал без чьей-либо помощи, а кто-то и вовсе успевал сделать несколько шагов и растворялся в воздухе.

Аномалия, которую мы с Обжорой наблюдали в данную минуту, заметно отличалась от уже виденных. Первое различие ― это были призраки разумных. А точнее, гномы. Второе ― эта аномалия за последние несколько часов появилась уже пятый раз.

Шестеро кряжистых гномов, спеша и постоянно с опаской озираясь, тащили на своих плечах массивный саркофаг. Все это очень напоминало погоню. Правда, преследователей бородачей лабиринт нам не показал.

Бородачи со своей ношей уже пятый раз пересекали пещеру, в которой мы расположились на ночлег, и исчезали в дальнем тоннеле. Судя по экипировке, ребята были не из бедных. Кольчуги, щиты, боевые топоры и секиры ― вооружены до зубов.

― Любопытно, кто они и куда торопятся? ― пробормотал я.

― Хрн, ― лениво отозвался Обжора.

― Думаешь, стоит проследить? ― спросил я, удивленно взглянув на братишку.

Харн легко поднявшись, выгнулся дугой и, схватив Боровика зубами за плечо, одним движением забросил себе на спину. Затем взглянул на меня и нетерпеливо фыркнул, мол, чего сидим?

Я, слегка сбитый с толку самоуправством друга, торопливо вскочил на ноги. Обжора насмешливо рыкнул и рванул следом за бородатыми призраками.

Аномалию мы догнали в следующей пещере. Когда выскочили из тоннеля, здесь уже шел беззвучный бой. Гномы, обступив саркофаг с нескольких сторон, отражали яростные атаки каких-то низкорослых человекоподобных тварей с крысиными головами.

Гномы сражались отважно, но крысоголовых было слишком много. Аномалия перед исчезновением показала нам гибель лишь троих бородачей, но, судя по количеству нападавших, исход схватки был предрешен.

― Ну вот, ничего интересного, ― со вздохом произнес я, когда призраки начали растворяться в воздухе.

И уже хотел было развернуться, чтобы вернуться в «нашу» пещеру, но Обжора остановил меня коротким рыком.

― Что? ― озадаченно спросил я, глядя на харна.

Тот стоял, не шевелясь, и продолжал смотреть вперед. Я проследил за его взглядом и, когда понял, что увидел, сердце забилось чаще. Саркофаг, который тащили на своих плечах гномы, и который они так яростно защищали, остался на месте. Правда, теперь от сияющего золотом орнамента и мрамора цвета лазури остались лишь блеклые останки, полуразвалившиеся и присыпанные многовековой пылью. Если бы не увидел собственными глазами, где оставили этот ящик гномы, подумал бы, что это обычная горка камней и песка.

Обойдя саркофаг по широкому кругу, я рассудил и решил подойти к нему поближе. Проведя рукой по крышке, смел слой пыли. Оказалось, что золотой орнамент никуда не делся, равно, как и лазурный мрамор. Лишнее доказательство того, что гномы лучшие мастера в нашем мире.

Осматривая орнамент, я пришел к выводу, что это не простые рисунки. Скорее всего, я имею дело с какой-то древней письменностью. Очистив приличный отрезок надписи на выпуклой стороне саркофага, я получил неожиданное оповещение:

— Внимание! Уровня вашего Разума достаточно для активации вкладки «Язык западных гномов»!

— Желаете произвести активацию?

Конечно, да!

Как только закладка с новым языком была создана, я принялся за работу. Когда вязь из угловатых символов была полностью очищена от пыли и грязи, перед моими глазами возникла надпись:

― Здесь покоится великая воительница подземного народа ― Галлия Длиннокосая!

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Уж не та ли это Галлия, легендарная повелительница гномов, которая победила и изгнала на дно Бездны Черного Змея? Старик Эвид, живший на площади, рядом с харчевней Красный Лосось, часто рассказывал нам сказки о гномах и их героях. Поговаривали, что в крови самого Эвида было немного гномьей крови. В это все охотно верили. Эвид был низкорослым и широкоплечим стариканом с длиннющей седой бородой и сизым носом, похожим на брюкву. Сам старик разубеждать общественность не спешил. Продолжал травить байки о подгорных жителях и лакать кислый эль.

Так вот о Галлии, победительнице Черного Змея, старик рассказывал чаще, чем об остальных.

В магическом зрении саркофаг не подавал признаков жизни. Но это ничего не значило. Артефакты, которые наверняка там присутствуют, могут быть разряжены.

― Откроем? ― я вопросительно посмотрел на Обжору.

Того дважды спрашивать не пришлось. Он прекрасно знал, что я сейчас чувствовал. Не особо напрягаясь, харн отодвинул правой лапой массивную крышку саркофага, и мы дружно заглянули внутрь. И тут же испуганно отпрянули.

Я почувствовал, как зашевелились волосы на моей голове. В чреве гроба лежала женщина примерно моего роста, но шире в плечах. Ее длинные огненно-рыжие волосы были заплетены в две толстых тугих косы. На бледном лице застыла маска умиротворения. Вздернутый нос и бледные щеки были усеяны веснушками. Толстые губы слегка потрескались. Если бы не одежда, превратившаяся в лохмотья, и не засыпанный многовековой пылью саркофаг, можно было бы предположить, что эта женщина прилегла отдохнуть несколько минут назад. Хм… Я забыл о самой главной детали. В ее груди торчал кинжал. Клинок вошел по самую рукоять. Слегка изогнутая, она переливалась ядовито-зелеными бликами в мягком свете подземного мха. Но магии в кинжале не было.

Когда первый испуг прошел, я склонился над женщиной и прислушался к своему чутью. Внешне гнома казалась живой, но внутренне… Дыхание и биение сердца отсутствовали. Я рискнул коснутся ее руки и ощутил мертвенный холод.

Осмотр саркофага тоже ничего не дал. Единственный артефакт торчал сейчас в теле покойницы. Справедливо рассудив, что отказываться от такого подарка богини Судьбы будет с моей стороны сущей глупостью, я резким движением извлек кинжал из груди мертвой воительницы.

В следующее мгновение произошло сразу два события. Не успев как следует налюбоваться на новое приобретение, я разочарованно наблюдал, как клинок медленно, словно слепленный из песка, рассыпается у меня в руках. Следом перед моими глазами появилась надпись:

― Внимание! У тебя есть возможность вернуть к жизни Первородную!

― Тебе понадобится:

― Сердце Первородного (1шт).

― Капля крови Первородного (2 шт).

Я взглянул на Обжору, ища поддержки. Но на скучающей морде харна было написано, что он примет любое мое решение. Каким бы оно ни было, правильным или нет.

Моя интуиция тоже молчала. Дикое предположение о том, что эта находка ― плод намеренной активности Лабиринта, целых пять суток направлявшего нас в это место, я отмел. Хотя уже ничему не удивлюсь…

Оставалось понять: имеет ли смысл возвращать к жизни легендарную первородную? Вернее, в чем моя выгода? Кроме того, не окажется ли она опасной? Сказки сказками, но я уже знаю цену всем этим небылицам. Трое братьев-героев оказались идиотами, угробившими целый город. Добрый Леший использовал вслепую. Правда, Паучиха и ее сестрица Змея полностью оправдали ожидания.

Кроме того, воскресив древнюю героиню, я потрачу ценнейшие ресурсы. Раньше я знал только о крови первородных. Теперь понимаю, для чего нужно сердце.

Хотя, если зайти с другой стороны, в случае успеха, такой союзник как Галлия, мне очень пригодится. Кроме того, помнится, Такеда не очень жаловал гномов. Хотя Стальной король не был против их представительств в своей столице. Так или иначе, с гномами у меня сложились довольно конструктивные и деловые отношения. Надеюсь, Длиннокосая героиня не станет исключением. Правда, возникает единственный и по сути самый важный вопрос: зачем шестеро гномов затащили саркофаг с ее телом в сердце Лабиринта Страха? Не случится ли так, что я, сам того не желая, встряну в то, во что встревать не следовало бы? Но и бросать здесь эту женщину мне бы не хотелось. Особенно, зная, что мог ей помочь.

― Решено, ― прошептал я, доставая указанные ингредиенты и давая согласие Великой Системе. ― Надеюсь, она именно такая, какой ее описывают в легендах.

Когда сердце ярко-лиловой вспышкой растворилось в груди первородной, а две капли крови растаяли на ее бледных губах, Великая Система разродилась любопытным сообщением:

– Внимание! Высшие Силы благоволят вам! Вы повторили легендарный подвиг «Возвращающий к жизни»! Вам удалось оживить Первородное существо!

— Поздравляем! Вы получаете:

– Радужная скрижаль «Аура Жизни» (1 шт).

Заинтересованный необычной скрижалью, я открыл ее описание.

― Аура Жизни

― Уровень: 0+5. (0/20)

― Тип: Магическая Аура.

― Вид: Легендарный

― Описание:

― Активируя заклинание, маг способен создать вокруг себя магическую ауру, которая будет воздействовать, как на него, так и на всех его союзников.

― Эффект:

― Увеличивает Источник жизни носителя на 50%

― Увеличивает Источники жизни всех союзников на 40%

― Минимальные требования:

― Интеллект – 50.

― Расходует 1500 единиц маны.

― Примечание:

― Время действия 5 часов

― Радиус 50 метров

Я довольно усмехнулся. А вот и компенсация. Надеюсь, не последняя.

Закрыв описание заклинания, я увеличил волю до ста шестидесяти четырех единиц. Затем, продолжая улыбаться, я, наконец, соизволил взглянуть на спасенную мной гному и обомлел. Из саркофага на меня в упор смотрели два прищуренных голубых глаза.

― Смертный, у тебя ровно минута, чтобы объяснить, что здесь происходит! ― обжигающе ледяным тоном произнесла Галлия Длиннокосая.

Глава 17

― Эм… ― от неожиданности я замешкался.

― Это все, что ты можешь сказать, смертный? ― продолжая давить, произнесла гнома. Схватившись за края саркофага, она начала медленно подниматься. То, что некогда было одеждой, осыпалось, обнажив крепкое женское тело. Представительницы гномьего царства казались мне всегда слегка полноватыми и кряжистыми. Кхм… Похоже, всему виной одежда, которую они носили.

Я неожиданно для самого себя громко сглотнул. Щеки запылали от смущения. Но с секундным замешательством удалось быстро справиться. Видимо, высокие показатели воли способны победить даже юношеское смущение, возникающее при виде обнаженного женского тела.

Мгновенно перейдя на магическое зрение, я осмотрел тело Галлии и о ее наготе тут же забыл. Источник почти на пятнадцать тысяч единиц! И это собственный. Без кристаллов. Уровень скрыт. Как и у Стального короля, а также его придворного мага. Гнома явно из старших первородных.

Но паниковать было рано. Присмотревшись, я вдруг понял, что источник Галлии был пуст и восполняться не спешил. Что-то мешало ее «мудрости» черпать ману.

Мое молчаливое разглядывание гнома восприняла по-своему. Ее глаза опасно сузились. Мышцы на плечах напряглись.

― Ты, похоже, не совсем понимаешь кто я, смертный! ― угрожающе процедила она, при этом гордо подняв подбородок.

Я был готов в любой момент активировать щит. То, что у легендарной воительницы не было доступа к мане, еще ничего не значило. Уверен, такая и голыми руками кого хочешь пришибет. С ее-то наверняка высокими показателями в характеристиках. Но лебезить перед ней я не собирался. С чего бы это?

― Почему же? ― стараясь, чтобы голос был спокойным, ответил я. ― Ты та, кого я только что оживил. И, кстати, ты зря постоянно называешь меня смертным. Не я сейчас сижу в гробу, к слову, который притащили сюда твои же соплеменники. Наверняка они же и воткнули тебе в грудь кинжал.

Судя по вытянувшейся физиономии, гнома явно была сбита с толку моей отповедью.

― Я, между прочим, ценные ингредиенты потратил на твое воскрешение, ― продолжил я. ― Сердце и кровь первородных просто так на дороге не валяются.

На щеках гномы заиграли желваки. Края саркофага под ее пальцами хрустнули и пошли трещинами.

― Так значит, ты ― убийца первородных?! ― лед в голосе Галлии обжигал.

Похоже, конструктивного диалога у нас не получалось. Пришлось набросить на себя щит хаоса и приготовиться отражать атаку злой гномы. Обжора тоже подал голос. Его предупредительный рык эхом разлетелся по пещере. Только вот предупреждал он не приготовившуюся к бою Галлию, а меня.

Пещера начала наполняться новыми звуками, от которых по спине пробежали мурашки…

Я быстро огляделся и зло выругался. Как я мог о них забыть? Крысоголовые твари, убившие когда-то гномов, принесших сюда саркофаг. Вернее, уже их потомки. Похоже, их ареал обитания остался прежним. И они заметно расплодились с тех времен. Они стремительно вылезали из нор в стенах пещеры, словно пчелы из потревоженного улья. Навскидку я насчитал около пяти десятков особей. Уровни от двадцатого до тридцатого, было несколько сороковых. Они крупнее и сообразительней, держатся за спинами более слабых сородичей.

Великая Система назвала их крысолюдами. Не самое удачное название. От человеческого в них было мало. Пещера тут же заполнилась скрежетом, писком и шорохом.

Любопытно, почему Обжора их не почуял заранее? Или эти твари обладают какой-то специальной способностью?

Набрасывая на себя полог невидимости и делясь защитой с харном, я краем глаза взглянул на гному. Та появление крысолюдов встретила презрительной усмешкой. А потом произошло то, о чем я примерно догадывался. Тело Галлии Длиннокосой в одно мгновение покрылось камнем и увеличилось в два раза, отчего она стала похожа на скального голема. А ведь в ее магическом источнике по-прежнему ни капли маны. Похоже, я наблюдал сейчас призыв аватара соответствующей стихии.

Голем неожиданно легко для своих габаритов вскочил на ноги. Отчего саркофаг, жалобно хрустнув, окончательно развалился на несколько частей. Именно в этот момент крысолюды дружно атаковали.

Я оглянулся и посмотрел на Боровика. Тот по-прежнему неподвижно лежал на земле, изображая бревно. У его ног уже суетилось несколько крысоголовых, пытаясь пробить когтями толстый слой коры.

― Вы активировали заклинание «Сокрушительный таран Живоглота»!

Тугая лиловая волна, накрыв тварей, отбросила их на острые камни. Обжора уже был тут, как тут. Перед глазами замелькали первые оповещения о победе и наградах.

― Вы активировали магическое умение «Аура Жизни»!

Великая Система предложила мне выбрать союзников. Накрыв аурой Обжору и Боровика, я взглянул на каменную гному. Та времени даром не теряла. Давила крысолюдов, словно злой грибник, обнаруживший поляну с поганками. Подумав немного, я пометил гному и дал добро системе. Теперь источник жизни Галлии увеличился на сорок процентов.

Гнома, добив зазевавшуюся тварь, вздрогнула и повернула голову в мою сторону. Наши взгляды встретились. Похоже, мой полог для нее не помеха. На каменном лице голема появилось выражение удивления.

Визг и предсмертные хрипы у меня за спиной оповестили о том, что Обжора, запрыгнув на ближайший уступ, начал сеять смерть и панику в рядах противника на верхних уровнях. Я только и успевал швыряться ледяными стрелами направо и налево, не забывая при этом перемещаться с места на место. Бой с Ульфом наглядно показал, как легко вычислить мое местоположение по выпущенным заклинаниям.

Краем глаза наблюдая за гномой и успевая метнуть в убиваемых ей тварей ледышки, я понимал: крысолюды Галлии не противники от слова совсем. Но нужно отдать им должное ― крысоголовые уяснили это довольно быстро.

Очень скоро пещера опустела, а в тоннелях еще долго слышался удаляющийся визг и обиженное верещание улепетывающих тварей.

Все произошло настолько быстро, что я даже не успел как следует разогреться. Судя по обиженной морде Обжоры, он тоже был не против продолжить.

Добив последнего крысолюда, раздавив тому башку, голем двинулся в нашу сторону. Я как раз умостился на широком плоском булыжнике и заинтересованно перелистывал полученные сообщения. Бешено колотившееся сердце постепенно успокаиваясь, замедляло свой ритм.

Чуть больше трех десятков тварей на моем счету за считанные минуты. Отлично! Вот бы всегда так! Походить бы с гномой по лабиринту недельку другую, да скрижалек набить… Эх мечты, мечты!

― Неплохо размялась!

Голем остановился в трех шагах от меня. Его каменная голова трансформировалась в голову гномы. Странное зрелище. Галлия была похожа на улыбающегося рыцаря в огромной каменной броне.

Я лишь пожал плечами и пристально посмотрел ей в глаза.

― Предлагаю начать все заново, ― уже более дружелюбно сказала она и, кивнув на осколки саркофага с письменами, добавила: ― Я так понимаю, мое имя ты знаешь. Кто ты и откуда?

― Эрик Бергман, сын простого шахтера из Орхуса, ― решил назваться я, отметив при этом, что гнома уже не пытается называть меня смертным.

― Бергман… ― задумчиво повторила она. ― Нет… Не слышала… Так ты говоришь, меня притащили сюда мои соплеменники?

― Да, ― кивнул я. ― Скоро сможешь сама их увидеть.

Галлия нахмурилась. Ее глаза блеснули, не предвещая гномам ничего хорошего.

― Так они еще здесь?!

― Их призраки, ― уточнил я.

― Погоди, ― ошеломленно произнесла она. ― Уж не хочешь ли сказать, что мы находимся…

― В Лабиринте Страха, ― закончил за нее я и кивнул в сторону дальнего тоннеля. ― А вот и они.

Магический всплеск лабиринта я ощутил несколько минут назад.

Галлия повернула голову в указанную сторону, где, спустя несколько мгновений, из темного зева тоннеля вынырнула уже знакомая мне похоронная процессия.

Позволив гноме в тишине понаблюдать за собственными похоронами, я отправился посмотреть, как там Боровик. Заметив неглубокие царапины на толстой коре, покрывавшей тело лесовика, я удовлетворенно хмыкнул. Сердце Леса надежно охраняло своего хранителя.

― Это то, что я думаю? ― голос Галлии за моей спиной заставил обернуться. Призраки уже растворились в воздухе, и она снова была рядом. По моей спине пробежал холодок. Каменная броня не мешала ей передвигаться быстро и бесшумно. А еще я представил объем ее источника жизни. Ведь аватар подпитывается именно из него. Если она так долго удерживает боевую ипостась, боюсь даже представить, насколько его хватает.

― Да, ― кивнул я, непроизвольно заслоняя тело товарища. ― Это новый хранитель будущего Великого Леса.

― А разве нынешний хранитель плохо справляется с этой ролью? ― удивилась она и, кивнув на тело Боровика, сказала: ― Если я не ошибаюсь ― это же кто-то из младших? Великий Лес некому больше хранить?

― А нет никакого Великого Леса, ― ответил я. ― Равно, как и хранителей. Насколько я понял, все разбежались по иным мирам. Боровик будет начинать все заново.

― То есть как, нет Леса?! То есть как, разбежались?! ― ошарашенно произнесла гнома, но потом, похоже, до нее дошло. ― А какой сейчас год?

― Девятьсот пятый от Воцарения, ― ответил я.

Ответом мне было какое-то ругательство на каком-то недоступном моему разуму языке.

― Давно ты здесь лежишь? ― решился задать вопрос я.

― Выходит, старая тварь засунула меня сюда семь сотен лет назад, ― зло выдала мне гнома. Она меряла пещеру длинными шагами и постоянно что-то гневно бурчала себе под нос.

― Ты о ком?

― О Грамме, Матери Королей, ― рыкнула сквозь зубы Галлия. ― Моей свекрови.

Сопоставить факты не составило труда. Выходит…

Я быстро вскочил и изобразил почтительный поклон.

― Ваше величество, простите мне мое невежество!

― Хочешь сказать, что в девятьсот пятом году не знают, что я была королевой гномов? ― остановилась она.

― Увы, ― пожав плечами, ответил я. ― О вас ходят легенды, как о воительнице и полководце. Легенда о вашей победе над Черным Змеем моя любимая. Но о вас, как о королеве, я впервые слышу… Прошу простить еще раз…

― Говори.

― Судя по вашей реакции, после того, как вы очнулись, вас убили…

― Скорее всего во сне. Старая тварь подмешала мне что-то в еду. А потом пробила сердце, скорее всего, Зубом Дракона или чем-то похожим… Нас не так-то просто убить…

― Почему вы думаете, что это сделала ваша свекровь?

― Гномы, притащившие меня сюда, ― кивнула она в ту сторону, где еще недавно шестерка призрачных бородачей отбивалась от крысолюдов. ― На их одежде и щитах герб Матери Королей. Говоришь, отдал мне сердце и кровь первородного?

― Да, ― охотно кивнул я. ― Две капли.

― А чьи хоть?

В глазах гномы я снова увидел лед. Похоже, она все еще не в восторге от того, что беседует с убийцей первородного, хоть и оживившего ее.

― Дзере-гумо, ― ответил я, наблюдая, как на лице Галлии появляется улыбка облегчения. Похоже, я прошел по краю.

― Значит, тебе удалось прикончить Паучиху?

― Ее убило Сердце Леса, ― уточнил я. ― Но не без моего участия.

Гнома задумчиво склонила голову на плечо. Перевела взгляд на Боровика. Хмыкнула каким-то своим мыслям и, наконец, перешла к делу.

― Насколько я понимаю, ты не по доброте душевной решил поделиться со мной такими ценными ресурсами? Наверняка рассчитывал на награду?

― Ваше величество, ― ответил я и снова поклонился. ― Не хочу оскорблять вас враньем. Нам бы пригодилась любая помощь.

― А что ты здесь делаешь?

― Мы заблудились.

Гнома хмыкнула и снова взглянула на Боровика.

― Ты ведь понимаешь, что, пролежав здесь несколько сотен лет, я уже давно растеряла все свое могущество при дворе. Скажу больше, я даже не могу разблокировать свой источник. Побочный эффект проклятия, которое было в кинжале. Да ты и сам видел…

Я кивнул, соглашаясь. Нет смысла отпираться.

― Так что отдариться мне пока нечем.

Слово «пока» обнадеживало. Я понимал, что она подводила меня к главному вопросу, который должен был быть озвучен мной. Я решил ее не разочаровывать.

― Есть ли способы снять блокировку?

― Да, ― обрадовалась она моей прозорливости. ― Мне нужна кровь первородного.

Сказав это, она пристально посмотрела мне в глаза. А спустя мгновение, ее лицо просветлело. Она поняла, что у меня есть то, что ей нужно.

― Ваше величество, ― начал торг я. ― Вы ведь понимаете, что это очень редкий ингредиент, а мои запасы ограничены?

― Скажу вам как на духу, господин Бергман, ― перешла она на «вы». ― Я озадачена тем фактом, что у вас этого ресурса так много! Хотя, учитывая ваш уровень, щедрость Великой Системы объяснима.

Слушая свергнутую королеву гномов, мысленно я удивлялся тому, как изменился тон нашего общения. А ведь еще несколько минут назад мы были готовы к противостоянию друг с другом. Кроме того, меня радовал тот факт, что Галлия не пыталась отобрать мое добро силой. Что-то ее останавливало от этого шага. Вряд ли Обжора, как бы невзначай притаившийся за ее спиной. Я понимаю, что она знает о приготовившемся к прыжку харне, но держится свободно и уверенно. Видимо, понимает, что мы ей не противники.

― В данную минуту я не смогу расплатиться с вами за вашу помощь, ― продолжила она. ― Но, вернувшись домой, я могла бы приготовиться к нашей с вами встрече.

Я понимал, что разговор с простолюдином, да еще и в таком ключе ей вряд ли по душе. В других обстоятельствах она бы даже не взглянула в мою сторону, но сейчас… Я был ей нужен. Да и чего греха таить, она мне тоже. Обрести союзника в лице, хоть и опальной, но все-таки легендарной королевы гномов ― дорогого стоит. Кроме того, так вышло, что с гномами у меня сложились хорошие отношения. Взять того же Мади Белвокрута. Невзирая на мой арест, этот гном продолжал отстаивать мои интересы. А ведь он всего лишь стряпчий, хоть и не совсем обычный. Сейчас же передо мной стоит настоящая королева.

― Я к вашим услугам, ваше величество, ― сказал я и достал из рюкзака заветный пузырек. ― У меня еще осталось три капли.

На лице Галлии Длиннокосой играла счастливая улыбка.

Бережно приняв пузырек, она откупорила пробку и сделала один маленький глоток. Затем, закрыв глаза, ненадолго замерла. Через некоторое время она открыла глаза и виновато покачала головой. Все это время я наблюдал за ее энергоструктурой и видел, что первая капля лишь наполовину разрушила преграду в виде черной кляксы.

― Продолжайте, ваше величество, ― подбодрил я ее.

Еще один глоток, и черная клякса к нашему общему облегчению начала постепенно растворяться. Как только блок был снят, в магический источник гномы хлынула мана.

Открыв глаза, Галлия пристально взглянула на меня. Я понимал, что сейчас все решится.

― Господин Бергман, прошу, ― сказала она и протянула мне пузырек с последней каплей. ― Сегодня вы оказали неоценимую услугу, как мне, так и подгорному народу. Вы спасли мою жизнь! Вы показали себя надежным союзником на поле боя, а также бескорыстным другом. В знак вечной дружбы между нами прошу принять вот это.

В ее каменной ладони лежал небольшой камешек, сквозь который была пропущена тонкая цепочка. Я бережно принял подарок и почтительно поклонился.

― Благодарю вас, ваше величество.

― А сейчас я вынуждена покинуть вас, ― неожиданно произнесла она.

Я быстро поднял голову. Ее каменная броня осыпалась, обнажив сияющий магический доспех. Как покинуть?

― Увы, мой друг, но вам сейчас нельзя со мной, ― произнесла она и хищно улыбнулась. ― Там, куда я иду, будет очень жарко! Ради вашей же безопасности вам там лучше пока не появляться.

В ее ладони что-то хрустнуло и осыпалось пылью. И перед тем, как раствориться в воздухе, гнома произнесла:

― Храните мой подарок. В сложную минуту, покажите его любому гному, и вы увидите, что значит гостеприимство нашего народа! Что же касается выхода. Вам нужно спуститься на нижний уровень. Там вы найдете портал. Поторопитесь! Вам нужно успеть до следующей волны. До свидания, господин Бергман. Я буду ждать вашего визита в Изумрудных Чертогах!

Когда легендарная воительница подгорного народа исчезла, я, наконец, взглянул на маленький камешек, лежавший на моей ладони:

― Амулет «Личный друг Галлии Длиннокосой».

Глава 18

На нижний уровень спускались сломя голову. С минуты на минуту должен был случиться новый всплеск. Думать о том, что произойдет, если не успеем, не хотелось. Бродить по своенравному лабиринту месяцами или годами, постепенно превращаясь в еще одну жуткую аномалию? Нет уж!

О новой подруге думать плохо не хотелось, но злые мысли сами собой будоражили мой мозг. Неужели было сложно сообщить о портале заранее?! Сказать, что я не понимал гному, значило бы соврать. Абсолютно логичный и рациональный поступок. Вполне в духе гномов. Да еще и королевы. Если бы не амулет дружбы, можно подумать, что она облапошила мелкого простолюдина. Но я уже прекрасно знал цену подобным амулетам. Сама Нурэ-онна, даже находясь в собственной цитадели, не смогла навредить мне.

На бегу я ухмылялся. Если моя новая подруга думает, что так легко отделается от меня ― она сильно ошибается. Награда за столь редкие ингредиенты должна быть поистине царской. Тем более я в любом случае собирался посетить подгорное королевство. Задание Лешего надо выполнить.

Из мечтательных грез о баснословных наградах за спасение королевы гномов помог вынырнуть предупредительный рык Обжоры. Мы были на месте.

Вместительная пещера, в центре которой высился огромный обелиск пепельно-серого цвета, встретила нас неестественной и гнетущей тишиной. Тишина давила и пугала, заставляя вертеть головой во все стороны.

Обжоре здесь тоже не нравилось. Чешуя на его загривке встала дыбом. Он то и дело скалился и недовольно шипел. Опасность, казалось, исходила отовсюду.

Мы замерли на месте, не решаясь пошевелиться. Все мое естество трубило о том, что нам надо сломя голову бежать отсюда. Забиться в какой-нибудь дальней норе и даже носа не высовывать. Что со мной? Откуда эта паника?

Обжора припал к земле и, шипя, словно маленький котенок, увидевший здоровенного пса, начал пятиться назад. Я впервые видел своего друга в таком состоянии. Что-то не так. Что-то определенно не так…

На осмысление сложившейся ситуации ушло несколько секунд. А потом, действуя лишь на инстинктах, я активировал амулет призыва.

Обжора исчез. И как раз вовремя…

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

В голове что-то щелкнуло. Словно ключ провернулся в замочной скважине. Панический страх отступил, будто его и не было. Ему на смену пришла холодная уверенность.

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

Невидимый враг, словно распознав мое состояние, начал давить с удвоенной силой. Оповещения о ментальных атаках посыпались словно из рога изобилия.

Не теряя времени, я кое-как взвалил к себе на спину тело Боровика и, тяжело ступая, двинулся к обелиску. Загодя наброшенный полог невидимости не помогал. Меня прекрасно видели. А вот я был слеп. И это не могло не злить. Закрывшись щитом хаоса, я наугад в разные стороны начал метать ледяные стрелы. Те с треском разбивались о камни и осыпались серыми осколками на землю, но, увы, моего противника это не остановило.

– Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

― Зараза! ― пыхтя и кряхтя, прорычал я. ― Покажись, сволочь!

Ответом мне было сообщение, что невидимая тварь принялась за щит воли. Мана с пугающей быстротой начала покидать мой источник.

До портала оставалось несколько шагов, когда земля под ногами вздрогнула и пошла трещинами, из которых дохнуло холодом и гнилью.

Чудом удержавшись на ногах, я продолжил движение. Умудрившись перепрыгнуть через стремительно расширяющиеся провалы, я оказался на расстоянии вытянутой руки от портала.

Не обращая внимание на поднявшийся гул и каменный треск, я сделал последний шаг. Уже проваливаясь в вязкое марево портала, умудрился обернуться напоследок. Бездна! От увиденного стыла в жилах кровь. В пяти шагах от меня, тяжело ступая и неуклюже перепрыгивая через трещины, тащился…

Это же я! На спине не подающее признаков жизни тело Боровика. Руки и ноги дрожат от перенапряжения. На бледном от испуга лице капельки пота. Похоже, я понял, кто пытался остановить меня… Кхм… В Лабиринт Страха я больше не ходок.

Из портала вывалился словно мешок с брюквой, да еще и тело Боровика тяжелым бревном сверху прижало. Хорошо, что падение было безболезненным ― я упал на что-то мягкое и влажное. Быстро оглядевшись, понял ― вокруг ночной лес, а сам я лежу на толстом ковре из прелых листьев.

С телом лесовика помог призванный Обжора. Он же и успокоил меня, сообщая, что вокруг никого нет.

Лежа на мягком ковре из листьев и вдыхая прохладный влажный воздух, я прошептал склонившемуся надо мной харну:

― Мы снова прошли по краю, братишка. Эта тварь чуть было не отобрала тебя у меня.

Обжора ласково заурчал и тут же облизал все мое лицо.

― Надо осмотреться, ― вытираясь рукавом и мягко отстраняя усатую морду, сказал я.

Харн согласно фыркнул и, напоследок лизнув меня еще раз, растворился в ближайшем кустарнике.

Медленно поднявшись на ноги, я взглянул на портал. Это была каменная арка метра три в высоту и два в ширину, испещренная какими-то древними письменами, прочитать которые у меня не было ни возможности, ни особого желания. Она располагалась на массивном каменном постаменте с вырубленными в нем ступенями, по которым я и скатился на ковер из прелых листьев.

Проверив щит и источник маны, я облегченно выдохнул. Все в порядке. Мудрость исправно черпала ману, а щит практически не просел.

От осмотра отвлек хриплый голос справа.

― Где мы?

Я резко обернулся. Мой рот растянулся в довольной улыбке. Боровик пришел в себя. Он сидел, привалившись спиной к широкому стволу старого дуба, и неуклюжими рывками пытался избавиться от сухой коры, покрывавшей его тело.

― Мы выбрались, ― ответил я, склонившись над боевым товарищем. ― Как сам?

Хотя мог и не спрашивать. Вон как энергоканалы светятся. Да и внешне лесовик разительно изменился.

― Порядок, ― срывая кусок коры с плеча, ответил Боровик. ― А ты?

― Чудом выбрались, ― ответил я, садясь рядом на землю.

― Лабиринт не хотел отпускать? ― хмыкнул он.

― Да…

― А сколько мы там пробыли?

― Почти седмицу.

― Тогда понятно, ― кивнул он, оторвав кусок древесины от голени. ― Как я выгляжу?

― Лет на десять моложе, ― ответил я, взглянув на лесовика снова. ― Что помнишь?

― Смерть Добеса, ― хмуро ответил он. ― А потом словно во сне все… Как мы победили?

― Сердце Леса взяло под контроль твое тело, а потом всех убило.

Боровик лишь хмыкнул.

― Ты как? Справляешься? ― спросил я.

― Пока да, ― серьезно ответил он и добавил: ― Оно пока спит. Когда проснется, захочет есть. Сам понимаешь, очень скоро ему понадобится еда. Много еды.

― Как думаешь, зачем они его убили? ― спросил я, но Боровик понял, о ком речь и ответил вопросом на вопрос.

― А почему не спрашиваешь, почему он нас предал?

― Контроль, присяга хаосу, клятва магистру. Это имеет сейчас значение?

― Для меня ― да, ― посмотрел мне в глаза Боровик. ― Он был моим другом. Мы жили мечтой о союзе и общей борьбе против тьмы!

― И ты веришь в то, что он хотел того же?

Я понимал, задавать такие вопросы Боровику — это тоже самое, что сыпать соль на открытую рану. Но мне нужно было знать.

― Да, я верил, ― тихо ответил он. ― И сейчас верю ― он не хотел мне зла.

Я покачал головой.

― А как же дуэль?

Боровик отмахнулся.

― Он всем новичкам говорил о дуэли. Это он так проверял новоприбывших на лояльность ко мне. По мою душу много раз посылали убийц… Вот он и втирался в доверие.

― Похоже, это у него неплохо получалось, ― с намеком произнес я.

Боровик с укоризной взглянул на меня. Я спокойно выдержал его взгляд. Мне не было жаль предателя. И церемониться я не собирался. Тем более мне нужно было знать, где грань нашего с Боровиком союза.

Холодный сверлящий взгляд лесовика сменился грустью и сожалением.

― Почему Змея дала приказ убить его и нас? ― поинтересовался я. ― Ни за что не поверю, что змеелюды и оборотни пошли против ее воли.

― Ты прав, ― уверенно кивнул Боровик. ― Они никогда не ослушались бы приказа. Думаю, ее главной целью был ты. Как только она поняла, что не сможет сделать тебя частью хаоса, ты превратился в мишень. Тем более, когда поняла, кто ты на самом деле. Она ведь знала о Стальном короле?

― Да, ― мрачно кивнул я.

― Ее главному врагу зачем-то понадобился мальчишка, в жилах которого течет кровь древних. Нулевка? Плевать. Важна кровь, которая является ключом. Зачем Стальному королю возиться с таким, как ты? Держать в плену твоих близких? Все просто ― ты тот, кто способен открыть двери к тайнам. Тем самым сделать ее врага сильнее. Она не смогла тебя приручить. А раз так – значит, твоя жизнь ставит под угрозу существование Цитадели Хаоса.

― А твоя жизнь?

― И моя, ― согласился Боровик. ― Дух наверняка доложил Змее о семенах. И Добес не молчал. Наивно полагал, что она поддержит наш союз. Но она решила не рисковать. Уничтожить непокорных и присвоить уникальные ресурсы.

― Только вот с семенами у нее ничего бы не получилось, ― ухмыльнулся я и, увидев вопросительный взгляд Боровика, объяснил: ― Леший мне ясно дал понять, что семена я должен отдать добровольно. Иначе ничего не выйдет.

― А если все-таки отберут силой?

― Не знаю, ― пожал плечами я. ― Но отобравшим не завидую.

― Да уж, ― хмыкнул он, бережно собирая кору.

Я сперва не понял, зачем он это делает, но потом, когда пригляделся, до меня дошло.

Великая Система называла эти обрывки коры, «частицами древесной брони». Уровень у каждого куска ― сороковой. Редкость ― легендарка.

Заметив мой взгляд, Боровик хмыкнул и протянул мне один небольшой кусок.

― Держи. На память. Знающий оружейник, когда увидит, слюной подавится.

Аккуратно спрятав подарок в рюкзак, я хотел было поблагодарить лесовика, но тот остановил меня, приложив указательный палец к своим губам.

― Молчи, ― предупредил он меня и, схватившись левой рукой за выпирающий корень дерева-великана, закрыл глаза.

Спустя мгновение, он взглянул на меня и сообщил, быстро поднимаясь:

― Твой зверь скоро будет здесь. Он очень взволнован.

Обжора не заставил себя ждать. Вынырнул из кустов черной тенью и сходу выдал:

― Смерть. Кровь.

― Что там? ― спросил Боровик.

― Похоже, там, откуда он пришел, идет сражение, ― ответил я. ― Нам надо взглянуть на это, чтобы понять, где мы находимся.

***

― Лисолюды, ― шепотом произнес Боровик, наблюдая за резней на небольшой поляне.

― Выходит, мы на западе Темного континента, ― ответил я. ― А именно ― недалеко от Узкого озера. Здесь берет начало река Морта, которая впадает в…

― Мертвый океан, ― кивнул Боровик. ― Тебе не кажется, что они какие-то странные?

Я внимательно следил за сражающимися потомками Хитра Рыжехвоста и периодически сплевывал горькую слюну.

― Темные твари, ― пожал я плечами.

― Нет, ― упрямо мотнул головой Боровик. ― Не все. Присмотрись. Они разные.

Я сделал так, как меня просили и с удивлением тоже заметил разницу между сражающимися.

― Вижу два отряда, ― кивнул я.

― Верно, ― прошептал лесовик. ― Один защищается, второй нападает. Защитников явно в два раза меньше, но они все вооружены мечами и луками.

― Почему ты решил, что именно они защищаются?

― Норы, ― коротко ответил он.

Точно! Мечники и лучники защищают входы в землянки, которые я сразу не заметил. Вот почему они не отступили до сих пор под напором более многочисленного отряда соперника.

Кстати, нападавшие сражаются без оружия. Откровенно говоря, с такими когтями и зубами оружие не особо нужно. Складывается такое впечатление, будто дикари напали на своих более цивилизованных соседей.

А ведь они действительно отличаются. Причем разительно! Стоп… А это еще что?

― Ты тоже это видишь? ― спросил Боровик. ― Это оборотни?

― Только вот трансформируются они не в людей, ― сквозь зубы прошептал я. ― Это никакие не лисолюды. Это чернокровы.

― Бездна! ― выругался Боровик и начал озираться.

― Ищешь их мать? ― спросил я.

― Да…

Я почувствовал металл в его голосе.

― Обжора знает ее запах и предупредит заранее, ― успокоил я его.

Боровик задумчиво посмотрел на меня.

Тем временем на поляне многое изменилось. Нападавшие уже полностью трансформировались, явив своим противникам свои истинные обличия. Судя по сосредоточенным физиономиям защитников, изменения не были для них сюрпризом.

По крайней мере я теперь точно знал, что потомки Хитра не продались тьме.

Лисолюды сражались храбро, но они явно проигрывали это сражение. Чернокровов было больше, да и уровни у большинства выше. Защитники держались только потому, что был жив их маг. Но и он, судя по редким заклинаниям, очень скоро останется без маны. А ведь в землянках наверняка прячутся женщины и дети. Представлять, что произойдет, когда чернокровы прорвут защиту, не хотелось.

Мы с Боровиком переглянулись и одновременно кивнули.

― Я проберусь к магу, ― сказал я, набрасывая полог невидимости. ― Там их больше всего.

― А мы обойдем их с флангов, ― кивнул Боровик. ― Начали!

Обжора, радостно рыкнув, рванул вперед, огибая поляну по левому флангу.

Мне еще оставалось несколько шагов до первого противника, как со стороны харна послышались первые вопли боли. Огибая ограды и вбитые в землю столбы, я на бегу разбрасывал в стороны ледяные стрелы. Лисолюды, неожиданно получившие подмогу в виде острых кусков льда, торчавших из тел их противников, начали удивленно озираться.

Оказавшись в середине поселка, я активировал ауру жизни, пометив при этом не только воинов, но и их семьи. На лисьих мордах защитников читалась легкая растерянность и надежда. Многие, радостно скалясь, начал озираться на своего мага, думая, что это у него открылось второе дыхание. Вот бы они сейчас удивились узнав, что их маг, находясь на последнем издыхании, сам пребывал в некотором замешательстве.

Первый таран, разбросавший, словно соломенные чучела, теснивших его чернокровов, заставил мага лисолюдов испуганно вздрогнуть и оглядеться. За тараном последовала молния и несколько десятков ледяных стрел. Лисолюд стоял, широко раскрыв глаза. Его противники внезапно закончились.

Визги боли и грозный рык слева. Здоровенное многорукое чудовище, разрывавшее своими щупальцами тела чернокровов справа. Так вышло, что все оставшиеся в живых воины лисолюдов подтянулись к своему магу в надежде, что тот сможет защитить их от новой напасти.

Добивая обездвиженного чернокрова, я заметил, как один из люсолюдов натянул лук. Он прицелился в сеявшего смерть в рядах бегущих чернокровов Обжору.

Короткий выпад и мой «Шип» перерезает тетиву.

― Не балуй, ― предупредил я его.

Плечи лука, освободившись от плена тетивы, мощным рывком выгнулись в обратную сторону. Оружие словно бешенная змея вырвалось из левой руки стрелка.

Чернокровы зря надеялись сбежать от Обжоры. Ни один не ушел.

Лес наполнился воплями боли и яростным рычанием харна. Каждый такой звук заставлял вздрагивать сгрудившихся вокруг своего мага лисолюдов.

А вон и чудовище с десятками щупалец пришло в движение. Очень скоро сюда заявится. Надеюсь, Боровик снова не превратится в бревно? Мы с Обжорой в носильщики не нанимались.

Наблюдая, как исчезают призрачные лианы, усеянные острыми шипами, и как на месте кокона появляется Боровик, я облегченно выдохнул. Похоже, освоение аватара леса проходит нормально.

Встав рядом с Боровиком, я деактивировал полог невидимости. Взглянув на лучника, так и стоявшего со стрелой в правой руке, виновато пожал плечами.

Из стены деревьев гибкой тенью вынырнул Обжора и с довольным видом двинулся в нашу сторону.

Первым, как ни странно, в себя пришел маг лисолюдов. Он, раздвинув плечами своих воинов, вышел вперед и, поклонившись, произнес на чистом имперском:

― Уважаемые мастера, благодарим вас за своевременное вмешательство! Клан Остроухих и я, Хитр Рыжехвост, в неоплатном долгу перед вами!

Услышав знакомое имя, я вздрогнул. Когда присмотрелся к говорившему, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Поразительное сходство! Неужели Лабиринт Страха напоследок подшутил надо мной?!

Глава 19

Да быть такого не может! Зарождающаяся волна паники была подавлена мной в зародыше. Явь и Сон лабиринта не соприкасаются. Это раз! Амулет Гуннара по-прежнему не активен — это два! Кроме того, Боровик мне ничего не сказал. И самое главное… Пока двойник Хитра Рыжехвоста проникновенно толкал благодарственную речь, я просмотрел последние сообщения системы, полученные сразу после перехода через портал.

― Вы покинули Лабиринт Страха!

Фух! Как гора с плеч. Значит, мы все-таки вырвались! А ведь на мгновение я было поверил, что попал в аномалию из прошлого Хитра.

Я уже спокойней присмотрелся к магу лисолюдов. И чем дольше я на него смотрел, тем больше отличий находил. Хотя, должен признать, сходство поразительное. Выходит, я сейчас наблюдаю потомка хитрого призрака, по сути, втравившего меня во всё это дерьмо. Забавно, насколько сильна порой в нас кровь предков. Лисолюд только что прищурился, точь-в-точь как его древний родич.

Только вот с уровнем у него слабовато ― всего лишь двадцать первый. У его воинов и того ниже. Самый высокий, вон, у того крепыша с черной шерстью и рванным ухом ― восемнадцатый. Рядом с ним, слегка подрагивая, стоят два тощих лучника, как две капли воды похожих друг на друга. Еще совсем подростки. Оба ― одиннадцатые уровни. Совсем еще лисята.

Я мысленно усмехнулся. А ведь эти двое ненамного старше меня. Да и уровни выше. Только вот, когда наши взгляды встречаются, молодые лисы начинают дрожать еще сильнее. Неужели я такой страшный?

Молодым лучникам нужно отдать должное. Наша троица пугала не только их. Старшие воины лисолюды по-прежнему держались поближе к магу и, судя по их напряженным взглядам, ничего хорошего от нас не ждали.

Тем временем маг закончил свою речь и предложил нам представиться.

Мы с Боровиком переглянулись, и по молчаливому согласию первородный взял на себя роль переговорщика.

― Мое имя Боровик, ― представился он, не особо таясь. ― Это мастер Эрик Бергман. Он ― хозяин вот этого милого зверя.

«Милый зверь», мирно сидевший в шаге от меня, лениво зевнул, обнажая ряд острых зубов и клыков.

Шерсть некоторых лисолюдов встала дыбом. И было отчего. Ширина пасти Обжоры впечатляла. Ему ничего не стоило оторвать башку любого из них. Собственно, что он уже и продемонстрировал несколько минут назад на чернокровах.

― Кстати, аура жизни, воздействие которой вы наверняка ощущаете до сих пор, это тоже дело рук мастера Эрика. Думаю, те, кого вы защищали, тоже ощутили на себе эту магию.

Боровик взглянул на меня. И я молчаливым кивком подтвердил его слова.

Лисолюды оживились и начали перешептываться. Самые старшие ждали, что скажет их маг. Видимо, все думали, что это его магия.

Все сомнения на этот счет развеял Хитр, изобразив почтительный поклон в мою сторону. Пришлось отвечать тем же.

― Как вы понимаете, ― продолжал Боровик. ― В наших действиях не было злых намерений. Зверь мастера Эрика, почуяв бой, привел нас к вам на помощь.

― И весьма своевременно, ― дружелюбно улыбнувшись, сказал Хитр. ― Но позвольте узнать, что вы делаете на наших землях?

Мы с Боровиком снова переглянулись. Врать нельзя.

― Все просто, ― сказал лесовик. ― Часом ранее мы вышли из Лабиринта Страха порталом, который находится там, на востоке.

Боровик, не глядя, кивнул в ту сторону, откуда мы пришли.

Его слова вызвали новое оживление среди лисолюдов. Из обрывков их фраз я понял, что тот портал считался всего лишь древней и уже давно не рабочей постройкой. В глазах Хитра загорелся огонь любопытства. Маг явно был наслышан о древнем лабиринте.

― И теперь мы хотели бы продолжить наше путешествие, но, увы, мы не знаем, где именно находимся.

Хитр Рыжехвост оглянулся и обвел своих воинов хмурым взглядом. Те враз притихли.

― Вы находитесь на землях клана Остроухих, что лежат на западе континента, прозванного Темным, ― произнес он, полностью подтверждая предположение, высказанное мной ранее.

Затем, обведя взглядом побоище, он добавил:

― Сегодня погибло много славных воинов клана. Если бы не ваша помощь, уверен, жертв было бы больше. И как я уже сказал, клан Остроухих в неоплатном долгу перед вами. Вы окажете нам честь, если согласитесь стать нашими почетными гостями.

Боровик степенно поклонился лисолюду и перевел взгляд на меня. Он молча спрашивал моего мнения. Я же, в свою очередь, молча, отвечал ему: «А ты хорошо подумал?»

Первородный на мгновение прикрыл глаза, давая мне понять, мол, «не спеши, это надо обсудить». Затем он снова обернулся к ждавшему нашего ответа магу и произнес:

― Мы сердечно благодарим за приглашение, но вынуждены сперва обговорить кое-что между собой. Мы ни в коем разе не хотим вас оскорбить отказом, но дело в том, что у нас много неотложных дел. Откровенно говоря, мы и так уже подзадержались.

Сказав это, Боровик небрежно кивнул в сторону мертвых чернокровов.

Судя по хмурым физиономиям лисолюдов, ответ лесовика им не понравился. А вот хладнокровию Хитра можно было позавидовать. Ни одна мышца на его лисьем лице не дрогнула.

― Как вам будет угодно, ― с легким кивком ответил он. ― Пока вы решаете, мы начнем готовиться к походу.

― К походу? ― удивился Боровик. ― Разве вы не останетесь в своем поселении?

Хитр слегка нахмурился, а потом до него дошло.

― Вы ошибаетесь, мастер Боровик, ― с улыбкой ответил он. ― Мы не живем здесь. Это временный поселок наших охотников, где они ночуют со своими семьями, когда уходят на промысел. Несколько дней назад мы получили известие, что этот поселок подвергся атаке чернокровов. Поэтому я и воины моего рода поспешили сюда, чтобы отбить набег тварей. Или же в худшем случае удостовериться в гибели наших соплеменников.

— Вот значит, как… ― пробормотал первородный.

― Когда я приглашал вас стать нашими почетными гостями, я имел ввиду Лесоград ― главное поселение нашего клана, которое находится в трех днях пути отсюда.

― Тогда нам тем более нужно обсудить это.

― Как вам будет угодно, ― ответил маг лисолюдов и начал раздавать короткие приказы своим воинам.

Боровик же, положив руку мне на плечо, молча предложил отойти на несколько шагов в сторону. Подальше от любопытных ушей.

― Придется согласиться, ― сходу начал он и принялся аргументировать: ― Это их земли. Они здесь хозяева. Отказом мы их оскорбим.

Я поморщился.

― Ты ведь понимаешь, что пир в честь почетных гостей в походной обстановке еще куда ни шло. Максимум ― распить чашу чего-нибудь горячительного возле костра и разойтись. Но он тянет нас в самое логово их лисолюского города.

― Не понял, ― удивился Боровик. ― Ты что-то имеешь против лисолюдов? Только не говори, что ты веришь во всю ту ересь, что рассказывают твои соплеменники об этих созданиях.

― Раньше верил, ― буркнул я и поспешил добавить: ― Просто предок пригласившего нас мага напрочь отбил у меня охоту иметь какие-либо дела с этим ушлым народцем.

Боровик, нахмурив брови, спросил:

― Что ты имеешь в виду?

Я тяжело вздохнул, а потом нехотя кивнул в сторону развившего бурную деятельность мага:

― Я был знаком с его предком. Вернее… кхм… с его призраком…

Первородный ошарашенно перевел взгляд на Хитра, а потом на меня:

― Почему так уверен?

― Они похожи как две капли воды, ― уверенно ответил я. ― У них даже имена одинаковые. Иногда даже мимика и знакомые жесты проскальзывают.

― Дела-а… ― ошеломленно протянул Боровик.

― Кстати, это его предок посвятил меня в охотники. Он был одним из магистров ордена.

― А откуда эта неприязнь к лисолюдам?

― Этот гад поставил меня в безвыходное положение. Запер нас с Обжорой в Камнеграде. Сказал, что пока не закроем иномирный портал ― никуда не выйдем. Нам пришлось каждый день сражаться с темными тварями, одна краше другой, чтобы выжить. Мало того, что он нас запер, так еще и сам потом исчез.

― И как? Удалось закрыть портал?

― Я бы не стоял тут рядом с тобой… ― буркнул я.

― М-да… Эрик… Чем больше тебя узнаю, тем больше сюрпризов преподносит это знание… Так значит, ты бывал в легендарном Камнеграде? Как он тебе?

На лице Боровика снова появилось то выражение детского любопытства, когда я рассказывал ему о Сердце Леса.

― Ничего особенного, ― ответил я, пожимая плечами. ― Пустой, заброшенный подземный город. Напичканный неработающими ловушками.

Пока говорил, отстраненно подумал, что с нынешними запасами маны мне бы уже не составило труда постепенно активировать всю сеть ловушек Камнеграда. Равно как и форта «Смелый».

Мы немного помолчали. Боровик переваривал сказанное мной, а я краем глаза следил за развившими бурную деятельность лисолюдами. Отряд разделился. Первая группа занялась ранеными, а вторая ― телами погибших. Раненых сносили поближе к магу, который извлек из своей сумы крупный камень темно-синего цвета, испещренный угловатыми письменами, и положил его на землю. На таком расстоянии мое магическое чутье не действовало, но, судя по тому, как стонущие воины постепенно успокаивались, не трудно было предположить, какой именно магией обладал этот булыжник.

Из нор-землянок начали выбираться семьи охотников. Как только женщины и дети сориентировались, над поляной пронесся многоголосый вой скорби. Многие семьи сегодня остались без кормильцев. Но были и те, кто радостно обнимались с выжившими отцами и братьями. Увы, таких было мало.

К слову, после недолгого наблюдения я пришел к выводу, что дюжина бойцов Хитра экипированы лучше и более дисциплинированные. Похоже, они занимают более высокое положение в клане.

Нас тоже заметили. Правда, спасенные предпочитали держать дистанцию, бросая в нашу сторону подозрительные взгляды. Как и ожидалось, особого внимания удостоился лениво развалившийся на земле Обжора. Самые маленькие лисята, как и любая другая детвора, быстро позабыв о горе, переключилась на гигантского чешуйчатого монстра, чей рык они наверняка слышали, сидя под землей. Особо любопытных тут же окрикивали матери.

― Послушай, Эрик, ― наконец обратился ко мне вынырнувший из задумчивости Боровик. ― Как я уже сказал, нам придется принять приглашение Хитра. Иначе это обида. Даже несмотря на то, что мы их только что по сути всех спасли. Собственно, именно поэтому маг и пригласил нас. Понимает, что был на волосок от гибели. Ты должен понимать, что это действительно великая честь. Лисолюды не любители приглашать в гости чужаков. Они всегда жили обособленно. Своим мирком. Кроме того, уже несколько сотен лет никто ничего не знает о них. Не удивлюсь, если портал перенес нас в самое сердце их земель. Неужели тебе не интересно узнать поближе наших потенциальных союзников?

Заметив скепсис на моем лице, Боровик продолжил давить:

― Да-да, Эрик. Союзники. Оглянись… Они, как и мы, сражаются с Тьмой.

― Скорее, от безысходности.

― С такими легче договариваться. Думаешь, Хитр пригласил нас только из чувства благодарности? Вижу, понимаешь ― не только. Два мага, легко уничтожившие почти пять десятков чернокровов, да еще и лояльно настроенные ― это желанные гости. О твоем звере я вообще молчу.

― Ага, ― хмыкнул я. ― А еще, помимо этого, за наш счет попытаются утереть нос соперникам в клане. Знаем, проходили уже.

― Ну и пусть, ― отмахнулся Боровик. ― Смотри на ситуацию шире.

Я, скривившись, тяжело выдохнул. Боровик прав. При всем моем нежелании обзаводиться знакомством с этим народцем, нам сейчас понадобится любая помощь. Только вот что-то мне подсказывает: лисы попытаются вытянуть из нас больше, чем отдать. Но даже на это я был готов закрыть глаза. Вот бы Боровик удивился, если бы узнал, что я уже давно решил согласиться на приглашение. Просто хотел услышать доводы товарища. Что же касается моего решения, притащивший меня на этот континент капитан Такеда явно намекал на то, что собирается посетить именно эти места. Похоже, лисолюды – это обрывок той ниточки, за которую при всем моем нежелании я все-таки должен потянуть.

― Итак, что вы решили? ― спросил подошедший к нам маг.

Боровик взглянул на меня и, дождавшись короткого кивка, ответил:

― Мы с радостью принимаем ваше приглашение, мастер. Это честь для нас!

Хитр, до этого напряженный, заметно расслабился и улыбнулся.

― Отлично, господа! Вы не пожалеете. О гостеприимстве лисолюдов ходят легенды!

Мне стоило труда сдержать язвительный смешок.

Маг хотел было еще что-то сказать, но Обжора предупреждающе рыкнул. Харн весь подобрался и был готов к новой схватке.

― У нас гости, ― объяснил я поведение харна. ― Ваши соплеменники. Они скоро будут здесь.

Реакция Хитра удивила. Он здорово напрягся. Несколько громких команд и все его воины, выхватив оружие рассредоточились по поляне. Женщины же с детьми снова нырнули в норы-землянки.

Спустя несколько минут ожидания, из стены деревьев появились первые лисьи морды. Они настороженно, один за другим выбирались на открытую местность. Когда из кустов показался снежно-белый лисолюд, по меркам этого народа ― настоящий гигант, Хитр зло выругался.

― Это враги? ― уточнил Боровик. Мы были готовы в любой момент атаковать. Обжоре я уже дал команду обойти новоприбывших со спины. В случае чего, будет им сюрприз.

― И да, и нет, ― поморщившись, неопределенно ответил Хитр. — Это воины конкурирующего рода. Но они тоже из клана Остроухих.

Белый лис коротко рыкнул, и из листвы появился еще один лисолюд. Я даже хмыкнул. Объемное брюхо, пухлые щеки, маленькие близко посаженные злые глазки ― появившийся толстяк своими габаритами резко контрастировал с остальными его сородичами.

Быстро осмотревшись, он остановил свой разочарованный взгляд на Хитре. А потом увидел нас, и его маленькие глазки полезли на лоб. Его воины, которых, к слову, было почти четыре десятка, среагировали на настроение хозяина мгновенно. Любое резкое движение ― и начнется бой.

― Мудр Белобрюх! ― с фальшивой радостью воскликнул Хитр. ― Какая неожиданная встреча! Неужели ты тоже получил вести о нападении чернокровов и бросился на выручку этим бедным охотникам?

― Хитр, кто это с тобой?! ― проигнорировав издевку, пискляво выкрикнул толстяк.

― Это мастер Боровик и мастер Эрик! ― почти торжественно представил нас хитрюга маг. ― Они помогли нам уничтожить стаю чернокровов. Они друзья и приглашены мной в Лесоград!

Мы переглянулись с Боровиком. Лесовик, увидев ухмылку на моем лице, покачал головой. Меня так и подмывало сказать ему: «Я же говорил!» Мы еще даже не успели покинуть эту поляну, а нас уже используют.

Толстяк поморщился. Весь его вид говорил о том, что мы, сам Хитр и остальные выжившие являемся для него неприятным сюрпризом. Слева от белобрюха появился еще один лисолюд. Мелкий, сухощавый, с шерстью мышастого цвета. Хм… Лис, который похож на крысу. Это что-то новенькое. Он быстро начал говорить на ухо толстяку, отчего тот скривился еще больше.

― Ты, как всегда, прав, дорогой Хитр! ― с фальшивым дружелюбием заговорил толстяк. ― Мы получили известие о нападении тварей на охотников и сразу же поспешили на помощь!

После его слов, возникшее на поляне напряжение спало и воины-лисолюды, как с одной стороны, так и с другой, начали опускать оружие.

Сам Мудр Белобрюх в сопровождении белого гиганта и мелкого лиса двинулся в нашу сторону. Хитр, кивнув нам, последовал его примеру.

Когда до троицы новоприбывших оставалось шагов пятнадцать, я неожиданно ощутил горечь во рту. Хотел было дернуться, но на мое плечо легла рука Боровика.

Мы переглянулись.

― Не торопись, ― прошептал он одними губами. ― Надо присмотреться. Может быть, просто артефакт.

Когда мы остановились в нескольких шагах от белобрюха и его сопровождающих, я уже точно знал, от кого из них несло тьмой.

Глава 20

Поход продлился не три дня, как до этого утверждал Хитр, а шесть суток. Правда, для нас это не было сюрпризом. Волокуши с ранеными, детвора, много привалов ― мы еще, на удивление, быстро передвигались.

К слову, Белобрюх со своим отрядом покинули нас еще в первый день. Толстяком были даны расплывчатые объяснения о каких-то безотлагательных делах, в силу которых он и его бойцы не могут сопровождать нас. Не удивлюсь, если узнаю, что жирдяй и вся его свора уже давно находятся в Лесограде. Любопытные у них отношения в клане. Я так прямо и сказал Боровику об этом.

― Противостояние родов, ― пожал плечами он. ― Такое происходит повсеместно. Не только у лисолюдов. Отчасти это правильно.

Я от такой новости чуть было не споткнулся.

― Бросать раненых и детей ― это правильно?

Боровик хмыкнул. Похоже, наши мнения в этом вопросе совпадали.

― Насколько я понял, эти охотники и их семьи служат роду Рыжехвостов, ― Боровик кивнул в сторону вереницы волокуш. — Это обязанность рода помогать им. Разве они брошены? Разве им не оказали помощь?

Я пожал плечами.

― Тогда какой смысл называть себя кланом? В моем понимании члены одного клана ― это одно целое. Независимо от рода или статуса.

― Может быть когда-то, еще во времена основателей они и были таким кланом, как ты говоришь… Сейчас же, судя по тому, как они вели себя там в поселке охотников, каждый род тянет одеяло власти на себя. Потому я и сказал, что соперничество отчасти ― это правильно. Сохраняется некое равновесие.

― Да они чуть было не вцепились друг другу в глотки, ― фыркнул я. ― Руку даю на отсечение, если бы не наше присутствие, тот толстяк отдал бы приказ ― убить всех. А еще тот мышастый сморчок…

― М-да уж, ― покачал головой Боровик. ― От него тьмой несет за версту. Наверняка таскает с собой какой-то темный артефакт.

― Не обязательно, ― возразил я. ― Доводилось встречать чернокрова, которому не стоило труда постоянно находиться в образе человека.

Вспомнив Шена, слугу и телохранителя мастера Чи, я невольно поежился. Любопытно, я бы сейчас его учуял?

― Может все-таки стоит предупредить Хитра? ― спросил я.

― Ты же сам не хотел вмешиваться в их внутренние дела, ― возразил Боровик.

― Ты прав, ― со вздохом согласился я. ― Не хватало еще влезть в их лисьи свары…

― Хитр ведь сам объявил, что мы гости клана, а не его рода, ― напомнил Боровик. ― Это разные вещи. Мудр Белобрюх с этим согласился. Это значит, что мы вне междоусобных войн. Мы помогли клану. Мы друзья всем родам. В таком статусе я бы и хотел остаться.

Я согласно кивнул. Обеими руками «за».

― Так что приготовься, ― предупредил Боровик. ― Там в поселении нам сделают много предложений. И подмигнув, добавил: ― А за тем странным лисом мы понаблюдаем. Пусть думает, что мы ничего не заметили. Если что ― никуда он от нас не денется.

За время похода я успел убедиться, что местный лес не такой уж и дикий, каким показался мне изначально. Мы шагали по довольно широкой тропе, за состоянием которой явно следили. Молодые деревца и кусты, которые пытались отхватить себе кусочек дороги вырывались с корнем. Ямы засыпались землей и камнями. И чем ближе к Лесограду мы были, тем шире и оживлённее становилась тропа.

На четвертый день пути мы вышли к первому нормальному поселку. Помимо нор-землянок там мы увидели несколько необычных хижин, построенных вокруг широченных стволов деревьев-исполинов. Увидев которые, Боровик впал в ступор.

― Желтые секвои! ― ошарашенно произнес он. ― Деревья-дома! Этот поселок строил… кхм… вернее вырастил кто-то из первородных!

Затем он с болью в голосе произнес, указывая на несколько холмов на прогалине, покрытых ковром из темно-зеленой растительности.

― Их было больше.

Для меня это были гигантские пни, засыпанные землей и заросшие мхом. Боровик же воспринимал их, как могилы…

Не обращая внимания на жителей поселка, Боровик, как завороженный, приблизился к одному из гигантов. Закрыв глаза, он прижался к нему всем телом.

Быстро нарастающее пламя недовольства местных жителей поведением чужака в зародыше погасил Хитр.

Остановившись рядом со мной, он, то ли утвердительно, то ли вопросительно произнес:

― Мастер Боровик ― первородный…

― Да, ― коротко ответил я. Не было смысла скрывать.

Спустя несколько минут, Боровик, нехотя, отлепился от секвои и двинулся в нашу сторону. Его лицо было мрачнее тучи.

― Этот лес очень болен, ― сообщил он нам. ― Уже много лет его отравляет Тьма. Она высасывает из него все соки.

Хитр промолчал, но в его пристальном взгляде я увидел многое. Чует мое сердце, нас ждет серьезный разговор в Лесограде.

― Что-то назревает, ― упавшим голосом произнес Боровик, отрешенно следя за удаляющейся спиной мага лисолюдов. Тот пошел объявлять своим, что привал закончен, пора идти дальше.

― Почему так решил? ― спросил я.

― Младшая сестра сказала, ― кивнув на гигантскую секвою, ответил он.

Я на это тихо хмыкнул.

Боровик резко поднял голову и испытующе посмотрел мне в глаза. Похоже, хотел удостовериться, не пытаюсь ли я насмехаться. Я спокойно выдержал его взгляд, давая тем самым понять, что отношусь с уважением к его словам.

— Значит, ты можешь говорить с деревьями? ― спросил я.

― Я понял это, когда вышли из портала.

― А раньше?

― А кем я был раньше? ― усмехнулся он и сам же ответил на свой вопрос: ― Никем. Мне когда-то казалось, что я умею чувствовать лес. Хех… Сердце Леса показало мне насколько я ошибался. Я был слепым, но теперь прозрел!

― И что еще тебе сказала твоя… кхм…сестра?

― Она жаловалась мне. Когда-то таких, как она, были тысячи. Сейчас осталось от силы несколько десятков. Самые старшие из них находятся в Лесограде.

Я озадаченно почесал затылок. Кто бы мог подумать, что одно маленькое семечко способно на такое?

А потом лесовик тихо добавил:

― Они ждут меня…

***

Следующие два дня Боровика словно подменили. Большую часть пути он пропадал где-то в лесу. Первое время это здорово нервировало лисолюдов. Особенно, когда лесовик спокойно появлялся словно из ниоткуда на марше или на стоянках. Один раз он даже ждал нас на поляне, опередив на несколько часов. Похоже, лес показывал ему какие-то тайные тропы, по которым он свободно передвигался. Пришлось поговорить с ним, чтобы больше так не делал. Не хватало еще нарваться на конфликт с хозяевами этих мест.

Если выходки Боровика откровенно настораживали лисолюдов, то Обжора, регулярно таскавший нам мясо из леса, очень скоро стал чуть ли не своим. Где бы он не появился, его тут же окружала стайка лисят, которым он благосклонно позволял взбираться к себе на спину.

Когда мелюзга «оседлала» харна первый раз, мне вспомнились дети освобожденных нами рабов, которых мы провели через Каменный лес, и которых не смогли уберечь лучшие королевские разведчики. Ми до сих пор сокрушается, что отвел их к родителям. Да, они остались бы сиротами, но они бы выжили.

Утром четвертого дня выдохся артефакт Хитра. Пару раз, на стоянках, когда маг активировал его, я как бы невзначай оказывался рядом. И, наконец, смог рассмотреть эту штуковину в магическом зрении. Это был амулет с заточенным в нем простеньким заклинанием лечения. Объем источника впечатлял. Двадцать тысяч единиц маны. Правда, одного взгляда было достаточно, чтобы понять ― артефакт неисправен и работает не в полную силу. Его энергоструктура была разорвана в нескольких местах.

Когда я понял, что раненые остались без магического лечения, тут же попытался предложить свои услуги. Но к моему удивлению Хитр наотрез отказался принимать помощь. Боровик потом объяснил, что они боятся воздействия чужого волшебства. Я и так уже со своей аурой перестарался. В горячке боя было простительно, но сейчас, когда нет явной угрозы смерти, никто не разрешит использовать на себе магию чужака.

Правда, уже к обеду ситуация кардинально изменилась. Сразу нескольким раненым стало хуже. Артефакт Хитра кое-как подлечивал их раны все это время, не давая умереть, но теперь без амулета, двое лисолюдов до вечера точно не доживут.

В итоге, не обращая внимание на Хитра, ко мне прибыла целая делегация просителей, состоявшая из жен, детей и соратников умирающих. Не медля ни секунды, я активировал благодать леса, и находившимся при смерти прямо на глазах становилось лучше. До полного выздоровления еще долго, но жить будут. И это самое главное.

Когда активировал заклинание, мельком заметил лицо Хитра. Он думал, что я не увижу его довольную улыбку. Складывалось такое впечатление, будто я участвую в каком-то спектакле и за неимением сценария вынужден импровизировать.

После первого лечения нам с магом удалось немного поговорить о том месте, куда мы направлялись, и о том, что, собственно, происходит в этих краях.

Выяснить удалось немного, но достаточно чтобы увидеть общую картину. Об охотниках на чудовищ я пока не спрашивал, а вот о некоторых странностях все же поинтересовался.

― Слушай, Хитр, ― несколько часов назад мы перешли с ним на «ты». ― Мы уже побывали в четырех поселениях, и ни в одном из них жители не удивились появлению человека.

― Твои соотечественники иногда гостят в этих местах, ― ответил он, помешивая длинной палкой угольки в костре.

― Даже так? ― сказать, что я был удивлен, значит ничего не сказать.

― Искатели, ― коротко объяснил лисолюд.

М-да… Кто же еще.

― Их поселение находится вниз по течению Морты, недалеко от соленой воды, ― продолжил Хитр. ― Только вот в этом году они что-то не спешат посетить нас.

Хм… Похоже, я знаю о каких искателях и каком поселении идет речь. Моя реакция не укрылась от внимательного взгляда мага. Я видел, что вопрос вертится у него на языке, но он по какой-то причине не спешил задавать его.

Искатели, значит… Что ж это многое объясняет. И терпимость к людям, и знание нашего языка. А еще мне стало ясно, что с искателями у лисолюдов сложились нормальные отношения. Любопытно, что именно здесь искали мои соотечественники? Нутром чую, Такеда не зря повел нас в тот поселок искателей.

Сложилась странная ситуация. Я видел, что у Хитра, как, собственно, и у меня, было много вопросов, но ни он, ни я не решаемся их задать. Например, мне было интересно узнать, почему чернокровы напали именно на тот поселок охотников, а не на какой-либо другой? И почему толстяк Белобрюх явно был удивлен, когда увидел Хитра живым и невредимым? И что, баг побери, с тем «темным» лисолюдом?

Но спросил я все-таки о другом.

― Послушай, Хитр, ― начал я. ― Скоро мы окажемся в твоем городе. Что я должен знать о вашем клане, чтобы не попасть впросак?

Хитр немного подумал, затем кивнул своим мыслям и начал говорить:

― Клан Остроухих ― один из древнейших на континенте. Когда-то состоял из девяти родов, по числу Основателей. За несколько веков количество родов уменьшилось до пяти.

Мои брови удивленно взметнулись вверх.

― Да-да, именно, ― скривившись, сказал Хитр. ― Четыре рода исчезли. Растворились в других. Более сильных. Междоусобные войны, противостояние с другими кланами.

― В этом мы очень похожи, ― хмыкнул я.

Хитр понимающе ухмыльнулся.

― Сейчас кланом управляет совет из пяти старейшин. Представителей пяти родов. Мой отец ― один из них. Равно, как и отец Мудра Белобрюха. И, как ты уже понял, дружбы между нам нет.

Сказать, что Хитр был краток, значит, ничего не сказать. Вот бы он удивился, узнав, что очень похож на своего предка.

***

― М-да-а, ― ошарашенно протянул я, глядя на открывшийся моему взору вид. ― Неожиданно.

― Добро пожаловать в Лесоград! ― торжественно провозгласил Хитр, откровенно наслаждаясь нашими вытянутыми физиономиями.

И было отчего удивляться. Когда Хитр говорил о поселении, я представлял себе большую деревню с множеством нор-землянок. Ну, на худой конец, несколько гигантских секвой с парочкой висящих домиков. И все это обнесенное невысоким частоколом. То, что увидел, на самом деле превысило все ожидания.

Это был город. Небольшой, странный и необычайно красивый. Этакое царство секвой исполинов.

― Этот город вырастили, ― тихо сообщил мне Боровик, когда Хитр ушел чуть вперед. ― Все, что ты видишь, это один живой организм. Крепостные стены, витые башни, ворота. Даже мостовая – это сложная корневая система.

― Ты серьезно? ― восхищенно спросил я.

― Абсолютно, ― кивнул побледневший от переизбытка эмоций Боровик. ― Только этот организм сейчас спит. И, судя по старой коре и сухим корням в некоторых местах, в этом состоянии он уже находится очень давно.

― Кто же создал такую красоту?

― Высшие первородные, используя магию Сердца Леса. Когда город бодрствует, внутри него всегда тепло, всегда лето. Взгляни на гигантские кроны секвой. Они защищали весь город от проливных дождей, снега и града. Стены этого города нельзя было сжечь и разрушить. Внутри всегда есть пища и вода для осажденных.

Боровик взмахнул рукой в сторону крепостной стены.

― Видишь вон те сухие стебли? Это лианы-убийцы. Посмотри, сколько их. Десятки. Сотни. Решивших перебраться через стены ждали неприятные сюрпризы.

― Они тоже спят?

― Некоторые, ― ответил Боровик. ― Остальные… Увы, большинство из них мертвы.

Я, наконец, смог выдохнуть. Пока глазел на это великолепие, забыл, что надо дышать.

― Это только малая часть того, что там есть, ― с гордостью в голосе произнес Боровик. ― Идем, мы должны увидеть все это вблизи.

Пока мы с открытыми ртами таращились на дивный город, лисолюды времени зря не теряли. Многие уже были рядом с воротами. Только Хитр, терпеливо ожидая, давал нам до конца насладиться этим великолепием.

За последние два дня, к всеобщему удивлению, я поднял на ноги всех раненых, и теперь они могли передвигаться на своих двоих без посторонней помощи.

Обжору по просьбе Хитра пришлось отозвать. Правда, мы это обставили, будто бы харн ушел в ближайший лес, где и будет ждать моего возвращения. Об амулете призыва я решил не распространяться. Пусть думают, что мой зверь далеко.

Пока шли по дороге, у ворот началось шевеление. Судя по обеспокоенной физиономии Хитра, происходящее для него тоже было сюрпризом. Вид двигающегося в нашу сторону отряда из сорока отлично экипированных бойцов от тридцатого и выше уровней нам не понравился.

― Не беспокойтесь, ― поспешил нас успокоить Рыжехвост, хотя у самого голос слегка подрагивал. ― Это почетный караул, который проводит нас в центр города, где вас уже ждут.

Любопытно, откуда они знают о нашем прибытии? Толстый лис все-таки прибыл раньше нас? Или Хитр умудрился каким-то образом отправить весточку папаше. А то, что слегка напуган, так это нормально. Вон какие рожи у этих караульных. Не ожидал, что папаша и его заклятые дружки так отреагируют.

Когда «почетный караул» окружил нас и недвусмысленно направил на нас несколько десятков копий, у Хитра на спине встала дыбом шерсть.

― Десятник! ― рыкнул он. ― Что вы себе позволяете?! Эти мастера ― почетные гости нашего клана! Благодаря им, я и мои воины все еще живы!

― Мастер Хитр! ― вперед выступил широкоплечий лисолюд. На физиономии ни одной эмоции. Вот это выдержка. ― По приказу совета старейшин клана чужаков велено доставить к Желтому древу.

― Но десятник! ― в голосе Хитра проступили нотки паники.

Он хотел было еще что-то сказать, но я его остановил, положа руку на плечо.

― Хитр, не беспокойся за нас, ― улыбнувшись, сказал я. ― С нами все будет в порядке. Уверен, это какое-то недоразумение.

Маг коротко кивнул и холодно обратился к командиру отряда:

― Десятник, я дал слово этим мастерам. Ты ведь понимаешь, если по твоей вине с ними что-то случится… Думаю, тебе не надо объяснять, что произойдет дальше?

Десятник спокойно пожал плечами и ответил:

― Я всего лишь выполняю приказы, мастер Хитр.

Я мысленно усмехнулся. Крепкий орешек. Именно таких отмороженных сюда и назначают. Правда, такие и погибают обычно в первых рядах.

Когда мы двинулись вперед, Боровик негромко спросил:

― Что это только что было? Мы ведь могли спокойно уйти.

― Нет, мой друг, ― ответил я, улыбнувшись во весь рот. ― Мне теперь позарез нужно попасть в этот город. Я, также как и ты, кое-что заметил. Взгляни вот туда...

Боровик повернул голову в указанную сторону. Там, на широких створках входных ворот тонкие лианы, причудливо переплетаясь, образовывали знакомый каждому охотнику на чудовищ рисунок.

Глава 21

Лесоград встретил нас шумом и суетой. Лисий народ жил своей жизнью. Где-то там, в трех днях пути, в лесу чернокровы вырезали охотничьи поселки, а здесь детвора носилась беззаботными стайками по переулкам. Дамы увлеченно болтали о каких-то своих, несомненно, важных мелочах. Зазывалы настоятельно рекомендовали заглянуть в лавки и таверны своих хозяев. Я увидел даже группу лисолюдов, которые были заняты уборкой мусора.

Любопытно, каково число здешних обитателей? Прямо сейчас я наблюдал несколько сотен, не меньше. И это те, кто вышел на рынок, на работу или по каким-то другим своим делам.

Процессия из двоих чужаков, ведомых отрядом стражи, горожан заинтересовала, но особого ажиотажа не вызвала. Бородатый мужик да нулевой паренек ― ничего интересного. Наверняка думают, что очередные искатели пожаловали.

― М-да, ― протянул я почти шепотом. ― Расскажи я своим одноклассникам, что видел лисолюда с веником, меня бы подняли на смех.

― Уверен, во времена бодрствования этого города, мусорщики были безработными, ― вполголоса произнес Боровик, кивая на лисов с метлами и широкими лопатами.

― Мне казалось, что эта профессия всегда востребована.

― Обрати внимание на эти плиты, ― Боровик на ходу топнул правой ногой по земле. ― Что видишь?

― То, что ты и сказал, ― пожал плечами я. ― Каменные плиты. Похоже на серый мрамор.

― На самом деле ― это дерево, ― на бородатой физиономии моего товарища расцвела победная улыбка. Он даже приосанился, будто самолично укладывал каждый фрагмент сложной мозаики.

Некоторое время я молча шагал, рассматривая замысловатые рисунки на мостовой. Несколько раз даже шаркнул подошвой сапога, надеясь поддеть уголок плитки. Мои потуги только веселили Боровика. Как и некоторых стражников, внимательно прислушивавшихся к нашей беседе.

― Не старайся, ― покачал головой Боровик. ― Все равно ничего не выйдет. По крайней мере, еще несколько лет, пока город жив, этой мостовой ничего не грозит.

Краем глаза я увидел, как наши конвоиры напряглись. Десятник даже нахмурился. Все ждали продолжения нашей беседы. Я их понимаю. Только что какой-то пришлый маг сообщил о том, что их родному городу осталось всего несколько лет жизни.

Реакция конвоиров от Боровика тоже не укрылась. Мы вскользь переглянулись. Сейчас хороший момент набить себе цену и сказать то, что обязательно передадут главам родов. И не только. Не удивлюсь, если узнаю, что слова Боровика очень скоро разлетятся по всему городу.

― Тебе виднее, первородный, ― невинно пожал плечами я и с удовольствием заметил, как некоторые из стражников сбились с шага. Такого поворота в нашем разговоре они явно не ожидали. А еще я увидел, как нервничает десятник, хотя до этого казался спокойным, как ледяная глыба. Руку даю на отсечение, он очень хотел приказать нам заткнуться, но по какой-то причине не решился этого сделать.

― Так что же не так с этими плитами? ― намеренно увел разговор в сторону я. Сзади кто-то еле слышно недовольно вздохнул. Правое ухо десятника дернулось. Чует мое сердце сегодня кому-то прилетит за нарушение дисциплины.

― О, друг мой, это не простые плиты, ― принял мою игру Боровик. ― Как уже говорил, этот город ― единый организм, выращенный с одной целью: защищать и оберегать местных жителей. А еще в него вложено очень много функций. Например, весь мусор, как то: опавшие листья, грязь, в том числе и дерьмо горожан за ночь впитывается этим самым покрытием. Если ты внимательно приглядишься, то увидишь, что все стены домов, их крыши, а также некоторые стекла окон ― это все один материал.

Я осмотрелся. На широченных стволах секвой, кора которых была похожа на камень, висели дома. Издали они напоминали огромные древесные грибы. Хотя, следуя логике создателей этого города, не удивлюсь, если узнаю, что это они и есть.

Грибные дома прилегали плотно друг к другу и бесконечной змейкой по спирали уходили ввысь под самые кроны секвой. Каждая крыша-шляпка дома была покрыта слоем темно-зеленого мха. Они же выполняли роль тропы, по которой поднимались жители верхних этажей.

Задрав голову вверх, я приложил козырьком ладонь ко лбу. Хех… Представляю, какой вид открывается живущим среди крон.

― Идеальный город для защиты, ― сказал Боровик. ― Здесь все продумано до мелочей. Подземные источники, колодцы и фонтаны, не оставят горожан без воды. Питательный сок, овощи, бобовые ― с голоду здесь очень сложно умереть.

Боровик кивнул вправо.

― По моим ощущениям там, за стеной вон тех деревьев, была когда-то оружейная роща.

― Оружейная роща?

― Да, ― подтвердил Боровик. ― Там были деревья, которые растили доспех и оружие. Стрелы, луки, дротики, щиты.

Я даже непроизвольно вытянул шею, пытаясь разглядеть диковинные деревья. Подумать только! Вот бы было здорово посадить себе хотя бы одно такое в саду. Хех… Вышел утром, а на ветвях уже висят лук и броня.

― Увы, но я не чувствую их, ― сокрушенно покачал головой Боровик. ― Они мертвы. Там остались лишь сухие пни.

Некоторые из наших конвоиров тоже повернули головы в ту сторону. Судя по их вытянутым рожам, информация о наличие какой-то оружейной рощи под боком была для них в новинку.

А теперь несколько главных вопросов. По сути, весь наш разговор я подводил именно к ним.

― Так значит, этот город спит? ― спросил я. ― Что случится, когда он проснется?

Боровик задумчиво на меня посмотрел. Откровенно говоря, этот взгляд немного смутил.

― Он начнет восстанавливать все то, что погибло за эти годы. Заберет лишнее. В фонтанах и источниках появится вода. Сады и огороды снова начнут плодоносить. Сюда вернутся мелкие зверьки, птицы и насекомые. Ему потребуется очень много энергии…

― Думаешь, это возможно? ― спросил я, хмуро глядя на товарища и понимая, что для этого понадобится.

― Да, ― уверенно кивнул Боровик. В его глазах, я прочитал просьбу и надежду.

Наша беседа, начавшаяся в полушутливом ключе, переросла во что-то более сложное и важное. Я понимал, о чем мне хочет сказать Боровик. Скажу больше, как только он попал в этот лес, он очень изменился. Он был похож на хозяина, вернувшегося в свой дом после долгого отсутствия и заставшего полную разруху.

Я тяжело вздохнул. Затем огляделся и, поморщившись, спросил:

― Ты уверен?

― Абсолютно, ― на лице Боровика появилась счастливая улыбка.

Я лишь хмыкнул и ворчливо произнес:

― Тогда придется тебе помочь…

Если конвоиры и заметили смену тона нашей беседы, то не придали этому особого значения. А зря. Только что те, кого они охраняли, решили дальнейшую судьбу всего клана Остроухих, равно как и судьбу этого леса.

На счастливое лицо Боровика невозможно было смотреть без улыбки умиления. А вот я загрустил. Передо мной неожиданно возникла проблема. Мне придется искать нового хранителя для Каменного леса.

При виде Желтого древа, куда нас препроводили и коим была высохшая гигантская секвойя, Боровик зло напыжился. Я уже понял, что к этим чудо-деревьям он питал особую слабость. Поэтому, на всякий случай, успокаивающе положил ладонь на его плечо. Чего бы мне сейчас не хотелось, так это усмирять взбешенный аватар леса.

― Ждите старейшин здесь, ― произнес десятник, указывая на приоткрытую дверь, вырезанную у основания ствола. ― Там, внутри вы сможете передохнуть и выпить воды.

― Мы пленники? ― решил уточнить я, перед тем как шагнуть через порог.

― Пока нет, ― коротко ответил командир стражников, а потом решил добавить: ― Это стандартная процедура. Все новоприбывшие проходят через это.

Я лишь хмыкнул и первым ступил внутрь этого странного помещения. За мной шагнул что-то раздраженно бурчащий себе под нос Боровик. Дверь за ним тут же закрылась, отсекая нас от внешнего мира. Если они думают, что этот кусок сухого дерева нас удержит, они глубоко ошибаются.

Не успели мы как следует оглядеться, как в противоположной стене послышался скрип. Я тут же напрягся, потому как мой рот наполнился горечью. Секунду спустя из полумрака тихо вынырнула сутулая фигура.

Хм… Мы с Боровиком переглянулись. Наш старый знакомый, лисолюд, похожий на крысу.

― Мастер Эрик, вы припозднились, ― скрипучим голосом произнес он. В его звериных глазах я увидел насмешку и ожидание.

Любопытно…

― Уважаемый, не знаю вашего имени, ― нахмурившись, произнес я. ― Но вы и ваш хозяин сами виноваты. Вы оставили нас в лесу с ранеными и детьми.

― Я не об этом, ― непринужденно отмахнулся он. ― И да, простите мне мою оплошность. Моё имя ― Шустр из рода Белобрюхов.

― Тогда о чем идет речь, господин Шустр из рода Белобрюхов?

― Извольте, ― слегка кивнул лисолюд. ― Я говорил о том, что вы, капитан Такеда и еще двое бойцов его величества должны были прибыть сюда еще несколько недель назад. Мне бы хотелось узнать, почему вы опоздали и где, собственно, капитан Такеда и его бойцы?

Я почувствовал, как по моей спине пробежали мурашки.

― Вероятно вы ошиблись, ― холодно произнес я. ― Впервые в жизни слышу это имя.

Лисолюд хмыкнул.

― Похвально, мастер Эрик. Дабы успокоить вас и, чтобы сэкономить нам время, которого, увы, у нас в обрез… Я клянусь, что являюсь верным слугой его величества Эгберта Седьмого, прозванного в народе Стальным королем! Теперь вы спокойны?

Великая Система тут же подтвердила правдивость его слов, заставив меня начать лихорадочно соображать. Времени у меня не было, поэтому я пришел к выводу, что говорить нужно только правду и вести себя соответственно.

Я тяжело выдохнул и, состроив скорбную мину, произнес:

― Увы, но капитан Такеда, равно как и его воины, пали в бою.

Серый лис прищурился.

― Любопытно… Кому это удалось победить одного из лучших воинов Стального короля?

― Его взяла под контроль Мать чернокровов, когда мы вошли в поселок искателей, которые уже были мертвы. А затем она приказала своим детям убить и нас.

Я отвечал честно, слегка запинаясь, изображая неопытного паренька, которого силой притащили на Темный континент. Пока говорил, следил за мимикой и взглядами лисолюда. Теперь, с показателями моей воли, я замечал многое. Например, то, что этот Шустр прекрасно знает ответы на все вопросы, которые мне задает.

― Тогда у меня возникает закономерный вопрос, ― продолжил лисолюд. ― По какой причине Мать чернокровов не смогла взять под контроль вас?

― По той же, по которой сам магистр Сато не смог этого сделать! ― с вызовом произнес я. Мне хотелось надеяться, что у меня получилось изобразить гордого и самоуверенного болвана.

― Чтобы наказать тварь, мне пришлось активировать одно из мощнейших заклинаний охотников на чудовищ, ― я сложил руки на груди и слегка выпятил челюсть вперед.

В тот момент, когда я говорил о магистре Сато, Шустр скептически усмехнулся. Пришлось сделать вид, что я этого не заметил. А когда я говорил о победе над Матерью чернокровов ― серый лис слегка кивнул. Он не просто мне поверил… Он точно знал, как все произошло! Он банально проверял меня.

― И что же было потом? ― отвлек меня от моих мыслей Шустр.

― Я вернулся в поселок. В надежде отыскать тела моих спутников, но, увы, заклинание было слишком разрушительным. Затем я отправился вдоль реки Морты в сторону Узкого озера. Хотя о конечной точке нашего путешествия мне так и не сообщили.

― Почему вы выбрали именно это направление?

― Хм… Дело в том, что капитан Такеда в одной нашей беседе намекнул мне о лисолюдах. Вот я и подумал… Выбора у меня все равно особого не было.

― Вы сделали правильный выбор, ― с улыбкой произнес Шустр.

Хех… Похоже, он мне все-таки поверил.

― Только вот… ― вдруг сказал он. ― Мне кое-что не понятно.

― Я вас слушаю.

― Как так получилось, что вместо того, чтобы идти вдоль реки, вы свернули вглубь континента? ― лисолюд слегка прищурился.

― Откуда вам это известно?! ― притворно возмутился я. А про себя подумал, что Шустр точно поверил мне, иначе зачем было выдавать свою осведомленность раньше времени? Сейчас будет пытаться изображать сожаление и набиваться в друзья.

― О простите мне, мастер Эрик! ― всплеснул руками он. ― Вы должны понять меня. На кон поставлено слишком многое. Мы ведь с вами делаем одно дело и служим одному королю.

Ну-ну… Продолжай.

― Дело в том, что мы были предупреждены о вашей миссии. Поэтому небольшой отряд, состоявший из воинов нашего рода, спустился вниз по реке к поселку искателей, чтобы встретить капитана Такеду. Там они обнаружили пепелище и обглоданные трупы. Командир отряда сперва не поверил, что великий воин, каковым, несомненно, являлся Изаму Такеда погиб. Но ему удалось найти его труп на чердаке уцелевшего дома.

Я искренне удивился. Живучий гад.

― Он смог выбраться? ― с участием в голосе спросил я. ― Тогда почему мой зверь не учуял его?

― И не удивительно, ― успокоил меня лисолюд. ― У капитана был с собой какой-то артефакт, который он успел активировать. Наши маги сказали, что он каким-то образом делает носителя невидимым для диких зверей.

Точно. Такеда прибрал к рукам амулет капитана корабля, на котором мы приплыли. Выходит, поэтому Обжора его не учуял. А я подумал, что это из-за количества трупов.

― Мне искренне жаль капитана, ― грустно сказал я, чем заслужил очередную скептическую усмешку лисолюда. Либо он не знает, что я легко читаю его мимику, либо он вообще не скрывает свои эмоции.

― Значит, вам заранее было известно о целях экспедиции и о моем участии в ней? ― спросил я в лоб.

― О лично вашем ― нет, ― охотно ответил лисолюд.

Любопытно, в чем причина такой откровенности? Хотя тут все ясно. Хочет побыстрее навести контакты, чтобы выполнить приказ короля. В это я охотно верю, особенно теперь, когда знаю кем на самом деле является Эгберт Седьмой. Шустр тоже это знает. Правда, я на всякий случай буду продолжать изображать простофилю, посланного Стальным королем для возрождения былого величия ордена для борьбы с Тьмой.

― Что же касается экспедиции капитана Такеды, ― продолжил Шустр. ― Мы знали о ней еще год назад. А о вашем имени я узнал из амулета-вестника на мое имя, найденного на теле Такеды. Он успел записать послание перед смертью и оставить подробные инструкции касаемо миссии и касаемо вас. А еще он просил передать вам, через меня, что я теперь руковожу миссией.

― Это отличные новости! ― искренне воскликнул я. Вот ведь жучара. ― Мне отрадно знать, что мы сможем возродить величие ордена охотников на чудовищ и выполним приказ его величества!

Шустр снова скривился. Хех… Похоже, он не подозревает о моих возможностях.

― Господин Шустр, ― изображая готовность, произнес я. ― Мы с моим другом полностью в вашем распоряжении! Как вы уже смогли убедиться в поселке ваших охотников ― мастер Боровик также, как и мы, люто ненавидит Тьму и ее созданий!

Боровик, до этого изображавший молчаливую тень, сделал шаг вперед и коротко кивнул.

― Я к вашим услугам, господин Шустр!

Мне стоило труда не усмехнуться. Такой актерище пропадает.

Похоже, мы своим праведным напором и рвением здорово смутили лисолюда.

― Итак, ― не давая ему опомниться, продолжил я. ― Когда начинаем охотиться?

― Охотиться? ― удивился лисолюд.

― Да, ― кивнул я. ― Мне нужны призрачные кристаллы. Без них я не смогу повысить репутацию. А без репутации, как вы понимаете у меня нет доступа к тайнам ордена.

― Ах, вы об этом! ― фыркнул лисолюд. ― О кристаллах можете не беспокоиться.

Заметив непонимание на моем лице, Шустр решил уточнить.

― Все уже давно готово.

― Отлично! ― восторженно улыбнулся я и, шагнув к двери, спросил: ― Когда можем приступать?

Шустр сокрушенно покачал головой и ответил:

― Не торопитесь. Вам придется встретиться со старейшинами родов. Но ни в коем случае не рассказывайте им, кто вы на самом деле. И главное ― молчите о миссии. Здесь есть много тех, кто не желает уничтожения Тьмы.

― Но…

― Не беспокойтесь, ― хищно усмехнулся Шустр, делая шаг назад и растворяясь в полумраке. ― Очень скоро все изменится.

В следующую секунду мы услышали знакомый скрип двери.

― Ушел, ― потирая горло сказал я и облегченно выдохнул. ― От этого гада нестерпимо разит тьмой.

Боровик, нахмурившись, кивнул.

― Меченый.

― В смысле?

― На нем темная метка, ― объяснил Боровик. ― Это что-то вроде клятвы верности. Только сильнее. У меня было время разглядеть ее хорошо. Думаю, не нужно объяснять, кто его пометил?

― Да уж, ― хмыкнул я. ― Как думаешь, старейшины знают об этом?

― Не думаю, ― покачал головой Боровик. ― У них нет такого чутья, как у нас. Иначе он бы уже давно кормил червей. Шпионов нигде не любят.

― Кстати, где один меченый, там и остальные. Нам будет легко их вычислить.

― Согласен, ― кивнул лесовик. ― И чем раньше мы это сделаем, тем лучше. Уверен, этот крысеныш со своими дружками задумали что-то недоброе.

Глава 22

Не прошло и четверти часа, как входная дверь открылась и на пороге появилась знакомая фигура.

― Вы можете выходить, господа! ― объявил нам Хитр Рыжехвост.

За те три четверти часа, в течении которых мы с ним не виделись, его лицо заметно осунулось. В глазах читалась многовековая усталость вперемежку с решимостью.

― А как же смотрины у ваших старейшин? ― спросил я, перешагнув через порог.

― О, мастер Эрик! ― отмахнулся Хитр. ― Всего лишь досадное недоразумение.

Мы с Боровиком украдкой переглянулись. Ну-ну… Боюсь даже представить, через что прошел наш новый знакомый, чтобы освободить нас из заточения. Небось уже и не рад, что решил пригласить нас.

― И все-таки? ― настоял я.

Хитр слегка поморщился, но быстро взял себя в руки.

― Мой отец объявил вас гостями нашего рода.

По негромкому сопению Боровика за моей спиной, я понял, что он не рад такому раскладу. Устроивший наше «пленение» заранее знал, как поступит сын главы рода Рыжехвостов. Дураку понятно, что это провернули его соперники. Видимо, слово чести для лисолюдов не пустой звук. Только что Белобрюхи показали, что оно может стать неплохим инструментом для манипуляций и провокаций. Все дело в том, что, поручившись за нас, по сути чужаков и незнакомцев, глава Рыжехвостов взял на себя ответственность за будущие наши проступки.

Что же касается моего отношения ко всему происходящему… Я был рад сложившейся ситуации. Как минимум нас уже поддержал один из родов. Вернее, временно поручился, но это уже что-то. Пока Шустр, явно задумавший какую-то пакость в отношении тех, кто хоть как-то способен противостоять тьме, не начал действовать, мы должны успеть расстроить его планы.

― Прошу следовать за мной, господа! ― пригласил нас Хитр и, гордым взглядом обведя наших тюремщиков, первым двинулся вперед.

Я тоже взглянул на десятника. Наши взгляды встретились. Не знаю почему, но мне вдруг вздумалось обратиться к нему:

― Господин десятник, я не держу на вас зла. Вы выполняли ваш долг. Надеюсь, вы не забудете о нем, когда придет время.

Хех… Мне удалось удивить его. Вон как рожа вытянулась. Да и слышавшие мои слова стражники начали переглядываться.

― Зачем? ― неслышно спросил меня Боровик, когда мы достаточно удалились от Желтого древа.

― Сам не знаю, ― пожал плечами я. ― Может потому, что мне, сыну простого шахтера, так часто доводилось слышать о воинской чести и доблести таких бравых воинов и рыцарей, как этот десятник, что невольно захотелось проверить, так ли обстоят дела на самом деле. Хочу воочию убедиться в силе такого явления, как «слово чести». У него и таких, как он, очень скоро появится шанс проявить себя.

***

― Вы должны покинуть Лесоград! Чем раньше, тем лучше!

Таким заявлением почти с порога нас встретила жена главы рода Рыжехвостов. Звериные глаза Хитра хищно сощурились. Любопытная у него реакция на родную мамашу.

Чуть поодаль, в тени древесной колонны, которых в главном зале жилища рода было несколько десятков, притаился еще один лисолюд. Явное сходство с Хитром говорило о том, что это скорее всего его брат. Судя по возрасту ― младший. Совсем еще подросток. Занимательный персонаж. Хотя бы тем, что от него также, как и от Шустра, разило тьмой. Боровик легким кивком подтвердил, что тоже его учуял. Интересная семейка.

― Хитр поступил необдуманно! ― продолжала свою пылкую речь мамаша. ― Своим поступком он подставил весь род!

Пока она говорила, я смог спокойно рассмотреть ее. Первое, что бросилось в глаза, возраст. Могу ошибаться, но вряд ли она является матерью Хитру. Слишком молода.

Тем временем наш новый знакомый начинал закипать. Его ноздри расширились, шерсть на загривке встала дыбом. Складывалось ощущение, что над ним вот-вот возобладают древние инстинкты, и он вцепиться в глотку вздорной лисолюдки. Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы в дверях не появился сам глава рода.

― Мара! ― негромко крикнул он. ― Замолчи!

Умей этот лисолюд замораживать голосом, его жена сейчас превратилась бы в ледяную статую. Но, похоже, супруга главы рода, если и боялась когда-то этого голоса, сейчас для нее он мало что значил. По правде говоря, я понимаю почему.

Отец Хитра явно был болен, причем, судя по тому, что его вывезли на инвалидном кресле, болезнь убивала его. Кресло толкал высокий широкоплечий лисолюд. Черная, как смоль, шерсть, желтые звериные глаза, длинные клыки и двадцать пятый уровень ― он мне чем-то напомнил альбиноса, сопровождавшего Белобрюха. Видимо, главный телохранитель патриарха.

А еще я заметил мимолетный взгляд жены главы рода, брошенный на черного лиса. Хм… Очень любопытный взгляд. Она будто любовалась вошедшим воином. Тот, кстати, отвечал ей взаимностью. А еще мне стоило труда не сплюнуть всю ту горечь, собравшуюся у меня во рту. Да тут целый рассадник темных прихвостней!

Перейдя на магическое зрение, я смог рассмотреть причину недуга старика. Его магический источник был поражен практически на сто процентов. Только благодаря жалким крохам чистой маны, что циркулировали по его организму, главный Рыжехвост был еще жив.

Кстати, старик внешне мало был похож на предка. А вот Хитр ― точная его копия.

Итак. Черный лис и младший сынок ― помечены тьмой. Мамаша, на удивление, чиста. Хотя думаю, она в курсе дела. Все фрагменты несложной мозаики встали на свои места сами собой. Мать Хитра, судя по возрасту его братца, уже давно умерла. Отец женился на другой, которая и родила ему еще одного сына. Новую жену статус родной кровинушки не устраивал. Папу начинают травить. Похоже, тому осталось недолго.Потом придет черед Хитра. А хотя… Кто мне даст гарантию, что Мудр Белобрюх не действовал в связке с женой главы семейства Рыжехвостых? Если бы не наше своевременное вмешательство, чернокровы победили бы. Мудр пришел туда, чтобы добить наследника ненавистного рода, а заодно и умертвить всех чернокровов. Отряд в пять десятков воинов с этой задачей справился бы без проблем. По сути, тот, кто принес весть о нападении на поселок охотников, и есть предатель. Слишком вовремя Хитр прибыл туда.

Старик тем временем легонько взмахнул сухой ладонью, и черный лис медленно повез его кресло в нашу сторону.

― Мастер Эрик! Мастер Боровик! ― торжественно произнес отец Хитра. Он даже попытался немного привстать с кресла, но, увы, хворь тут же дала о себе знать. ― Я ― Прок глава рода Рыжехвостов из клана Остроухих приветствую вас в моем доме! Спасители моего сына ― дорогие гости! Прошу вас, располагайтесь. Мара, распорядись о еде и напитках.

Шерстка на шее лисолюдки встала дыбом. Ей явно не понравился тон супруга, но она не решилась выказать неповиновение. Спустя секунду она, громко фыркнув, выскочила из главного зала.

― Прошу простить за такой прием, ― с легкой усмешкой произнес старик. ― Женщины склонны преувеличивать опасность.

Усаживаясь в предложенные стулья, мы с Боровиком, молча, кивнули. Мол, понимаем. Я краем глаза окинул внутреннее убранство главного зала дома, который был расположен в самом сердце кроны огромной секвойи. Вид из окон открывался умопомрачительный. Если бы не многоэтажные дома иномирного города, я бы сказал, что это самое высокое место, куда мне доводилось забираться.

― Черный Коготь, ты можешь идти, ― приказал Прок своему телохранителю.

― Но, господин, ― попытался было возразить тот. ― Мой долг…

― Твой долг ― повиноваться, ― резко оборвал его старик.

Я видел, что хозяина дома и главу рода здорово злит неповиновение его ближних. Сперва жена, затем телохранитель. Видимо, они уже давно крутят им, как хотят. Но вот пришли мы, и старик вдруг вспомнил, кем является.

Черный лис поклонился и пошел на выход. Правда, перед уходом успел окатить меня с Боровиком злым взглядом. Я лишь усмехнулся ему в лицо. Прошли те времена, когда меня можно было таким испугать. На фоне тех образин, что мне пришлось увидеть за последний год, черный телохранитель выглядел милым лисенком.

Младший сын было дернулся следом за телохранителем, но старик остановил его.

― Тим, останься.

― Но отец… ― возразил молодой лис. ― Мои занятия!

― Ах, да… ― поморщился старик и быстро сдался. ― Иди, иди…

Я заметил, с какой любовью смотрит Прок вслед пареньку. Эх, сразу вспомнились слова мадам Тикис, одинокой старухи, жившей в соседнем доме. Она часто повторяла одну фразу. «Родительская любовь слепа». В данную минуту, я осознал, насколько старуха была права. Я взглянул на Хитра. Он, похоже, единственный, кто не предал своего отца и главу рода.

Когда Прок снова повернулся к нам, выражение его лица изменилось. Болезнь будто отступила. На нас смотрел один из влиятельнейших лисолюдов Лесограда.

― Вы должны пообещать мне, что мой мальчик выживет, ― чеканя каждое слово, произнес он.

Мы с Боровиком понимающе переглянулись. Хитр, похоже, единственный, кто был сбит с толку.

― Отец… ― промямлил он. ― О чем ты?

― Мне нужен ответ прямо сейчас! ― все также холодно давил этот железный старик, при этом напрочь игнорируя растерянность старшего сына.

― А как же ваша супруга? ― приподняв бровь, задал вопрос Боровик.

Прок поморщился.

― Эта тварь уже давно предала меня. Думает, я не вижу, как она вертит хвостом перед моим верным телохранителем.

Слово «верным» старик словно выплюнул. Похоже, я его недооценил. Болезнь еще не до конца свалила его.

Пока мы разговаривали, Хитр ошарашенно переводил взгляд с одного лица на другое.

― Вы, наверное, не совсем понимаете, что происходит… ― вступил в разговор я, но старик, криво усмехнувшись, перебил:

― У меня под носом?

Я пожал плечами, мол, называй, как тебе удобно. Сути это не меняет.

― Его тени появились здесь несколько десятков лет назад, ― начал говорить Прок и по мере того, как он говорил, я начал понимать ― старик все знает. ― Уже никто не скажет, кто именно пометил первых из нас. Зря мы не убили первых искателей, прибывших к нашим границам. Это они сообщили ему о Лесограде. Помню, как радовались наши родители. Ведь они думали, что Тьма поглотила весь мир. Оказалось, что нет. Первые искатели! Первые вестники света! Так мы думали… Хех… Помню, как мы были возмущены тем, что о нашем народе в поселениях людей идет дурная слава. Будто мы продались тьме! А ведь лисолюды ― единственные, кто остался на страже… Мы продолжали сражаться с иномирными чудовищами и перерожденными тварями. Мы теряли друзей и близких. А нас, оказывается, записали в ренегаты!

Прок на мгновение замолчал. Помял подбородок и продолжил.

― Два десятка лет назад со стороны портала перестали приходить твари. Оказалось, в тех краях появились чернокровы. Мы сперва обрадовались передышке. Но потом поняли, что ошиблись. Матери чернокровов позволяли иномирным чудовищам перерождаться, а затем убивали их. Таким образом они становились сильнее. И когда они окрепли и расплодились, они обратили свои взоры на наши поселения. Мы потом узнали, что мы нужны были им не только для пропитания. Они приносили жертвы порталу. Таким образом они приманивали более сильных тварей. Несколько раз у них случались прорывы. И тогда орды монстров растекались по нашим землям, словно волны взбесившегося океана. Нас спасал Лесоград.

При упоминании живого города Боровик довольно кивнул, словно сам был участником всех тех событий.

― Последний прорыв случился одиннадцать лет назад, ― с остекленевшим взором продолжал Прок. ― Город помог нам отбиться в последний раз. Сила Леса иссякла, и он, как будто, уснул. В том бою я был ранен. Темная тварь поразила мой источник. За одиннадцать лет я превратился в гниющего заживо старика. Чем тут же воспользовались его тени.

― А как же другие старейшины? ― спросил Боровик.

Прок зло усмехнулся.

― Они считают, что я выжил из ума. Глупцы! Мои доводы никого не интересовали. Все были заняты междоусобными распрями и дележом власти в городе. Болваны! Они грызутся за лучшие места на тонущем корабле! Его теням это только на руку. С каждым годом их становилось все больше и больше. Мой малыш Тим…

Последнюю фразу старик произнес, качая головой. Затем поднял глаза и жестко произнес:

― Он всего лишь мальчишка, который попал под влияние своей матери.

― Но на ней нет его метки, ― покачал головой я.

Судя по тому, как вытянулась физиономия Прока, для него эта информация стала сюрпризом.

― Тогда кто?

― Мало ли, ― пожал плечами я. ― Например, ваш телохранитель.

В глазах старика загорелся огонек понимания.

― Щенок! ― сквозь зубы прошипел Прок. ― Он осмелился пойти против главы рода!

― И против вашего старшего сына тоже, ― добавил я. ― Кстати, Хитр, а кто сообщил тебе о нападении на поселок охотников?

― Черный Коготь, ― медленно произнес лисолюд.

― И тебе не показалось странным, что, спустя три дня, чернокровы все еще были там? Им ведь потребовалось бы меньше часа на то, чтобы уничтожить всех охотников. Понимаешь?

― Сволочь! ― прорычал старый лис. ― Пригрели на груди змею!

― И Белобрюх там оказался неожиданно вовремя, ― подлил я масла в огонь. ― Думаю, вам теперь ясно, что собирались сделать с вашим старшим сыном?

― Она обратилась к Белобрюху! Захотела избавиться от моего первенца! ― старик переволновался настолько, что из его глотки вырывалось надсадное сипение.

― Боюсь, ваш младший сын с ними заодно, ― произнес я, видя, как мрачнеет лицо старика. ― Он не мог не знать.

― Они запудрили ему мозги… Он всего лишь мальчишка…

― Его метке не один месяц, ― сообщил Боровик. ― Около года.

― Отец! ― наконец, подал голос Хитр. ― Объясни, что происходит! О каких тенях и метках вы говорите?! И кто этот Он?! Тим хочет моей смерти?!

― Мы говорим сейчас о шпионах Стального короля, ― пока Прок приходил в себя, я решил ответить. ― Их у вас неожиданно много.

― А метки ― это слепки его ауры, ― дополнил меня Боровик. ― Так он метит своих подданных.

Вопрос о брате и я, и Боровик проигнорировали. Пусть сами разбираются. Что же касается желания старика. Это можно устроить. Пообещать так точно. Эх… Наверняка Прок потребует поклясться.

Прок взглянул на нас и немного невпопад начал говорить:

― Когда мне доложили, что мой сын привел двоих странных искателей, я подумал, что к теням прибыло подкрепление. Но когда по городу поползли слухи о первородном, способном разбудить Лесоград ― для меня многое стало ясно… Я готов помочь вам. И поддержать во всех ваших начинаниях. До сих пор, несмотря на мою болезнь, у меня много сторонников. Если понадобится, я соберу для вас армию. Но только с одним условием ― Тим должен жить!

Мы переглянулись с Боровиком. Мой товарищ коротко кивнул, мол, это можно устроить.

― Кто вы? ― тихо спросил Хитр.

― Хм, это хороший вопрос, ― почесал затылок я. ― Перед тем, как мы продолжим наш разговор, вы должны кое-что знать. Дело в том, что тени думают, что мы одни из них. Вернее, я.

Прок нахмурился. Похоже, такого поворота событий, он не ожидал.

― И отчасти у них есть все основания так думать, ― добил я его новыми подробностями. ― Меня действительно послал на Темный континент Стальной король. И до недавнего времени я честно верил, что Эгберт Седьмой преследовал благородные цели. А именно ― искоренение Тьмы. Другими словами, этот подонок использовал меня в темную. Кроме того, он держит у себя в плену моего брата.

― Но что могло понадобиться Стальному королю от…

― Нулевки? ― усмехнулся я. ― Например, моя кровь. В моих жилах течет кровь Древних.

Хитр громко сглотнул, а его отец устало откинулся на спинку кресла. Похоже, он уже понял к чему я веду.

― Стальной король жаждет былого могущества, коим обладали его предки.

― Он ищет гробницу Основателя, ― негромко продолжил за меня старик. ― А ты…

― Охотник на чудовищ, ― кивком подтвердил его догадку я и криво усмехнулся. ― Только вы ни за что не догадаетесь, кто именно втравил меня во все это…

Глава 23

Наша беседа с главой рода Рыжехвостов продлилась до полуночи. Один раз пришлось прерваться на ужин, во время которого говорили о всякой, ничего незначащей ерунде. Дело в том, что жена Прока, в отличие от ее сына, решила поприсутствовать на трапезе. К слову, ее отношение к нам с Боровиком разительно изменилось. От той злобной лисы, что встретила нас на пороге не осталось и следа. Теперь она была само гостеприимство. Необычная перемена в поведении лисолюдки удивила не только меня. Старик Прок и Хитр то и дело бросали на счастливо улыбающуюся лису озадаченные взгляды.

О причине столь радушного приема я догадался чуть позднее, когда наши с Марой глаза встретились. Ее взгляд и многозначительный еле заметный кивок сказали мне о многом. Она уже знала, кто мы. Видимо, когда она организовывала ужин кто-то из помощников Шустра сообщил ей об «истинных» целях нашего прибытия в Лесоград. Отсюда и столько радости на ее лице. Еще бы! Наверняка уже видит, как очень скоро ее кровиночка станет главой рода! А ненавистный старик и его старший отпрыск сдохнут.

Пришлось многозначительно кивать в ответ. Мол, вы правы госпожа, мы те, кого вы так долго ждали. Уж теперь-то ваши дела пойдут в гору. Уверен, в тот вечер Мара была счастлива по-настоящему. Она даже пыталась смотреть на своих мужа и пасынка менее ненавидящим взглядом.

После ужина, когда мы снова остались вчетвером, пришлось по второму кругу отвечать на все вопросы Рыжехвостов об их великом предке. На удивление, в историю о призраке легко поверили. Потом уже выяснилось, что очень многое из сказанного мной совпало с древними летописями, которые хранились в архивах рода. Например, по какой причине Хитр Рыжехвост остался в Камнеграде знали единицы.

В течение всего вечера Проку несколько раз становилось плохо, но он доблестно держался. Увы, но мое заклинание лишь частично помогало старику. Тьму, поселившуюся в его теле не так-то просто было вытравить. Боровик сказал мне потом, что можно попытаться дать Сердцу Леса высосать заразу, но это слишком рискованная операция. Прок слишком слаб. Может умереть. Поэтому мы решили сейчас не рисковать. Потом, когда все утихнет, можно будет попробовать. Для это придется собрать всех целителей Лесограда, задачей которых будет поддерживать жизнь в теле старика, пока Сердце Леса будет уничтожать темную отраву.

После ужина, запершись в кабинете Прока, мы вчетвером обсудили примерный план дальнейших действий. Вся его суть сводилась к тому, что необходимо на опережение ударить по теням Стального короля, но сперва старик захотел поговорить с остальными главами рода. Послезавтра как раз был хороший повод ― ежегодное собрание родов. Мы с Боровиком к этой инициативе отнеслись скептически. Есть ли уверенность в том, что родами управляют все те же патриархи? Ни у меня, ни у Боровика такой уверенности не было. Но Прок был непреклонен. Он утверждал, что нам нужна поддержка всего клана. Ведь вычистить город от теней — это первый шаг. Нам предстоял поход к порталу, который находился за Узким озером на землях чернокровов. Дураку понятно ― Матери не будут спокойно наблюдать за тем, как я закрываю портал.

К слову, об этом… Когда я спросил, что имел в виду Шустр, говоря о готовности повысить мою репутацию с орденом, Прок заговорщицки усмехнулся и попросил Хитра открыть дверь в потайную комнату, что была замаскирована под книжный шкаф. Когда нас пригласили внутрь, и я увидел стеллажи с мешками под завязку забитыми призрачными кристаллами, мое сердце учащенно забилось. Да, там хватило бы не только на одного магистра! А если учесть, что у каждого рода имелся аналогичный запас, который собирался несколькими поколениями лисолюдов ― этих кристаллов хватит на несколько темных порталов! Оставалось решить, как избавиться от теней Стального короля. Решение пришло оттуда, откуда я его уж никак не ждал. Его мне подсказал сам Шустр.

После разговора нам с Боровиком выделили отдельные покои. Я толком даже не успел в них освоиться, как в дверь тихо постучали. На всякий случай приготовив амулет призыва и заклинание щита, я сказал:

― Войдите.

Створка тихо отворилась, и я увидел на пороге черного лиса. Он приложил к губам указательный палец и коротко кивнул в сторону лестницы. Взгляд продажного телохранителя тоже изменился. Черный Коготь, как и Мара, смотрел на меня по-другому, как на союзника.

Когда я подошёл к воину почти вплотную, он прошептал:

― С вами хотят встретиться, Мастер Эрик.

Объяснять дважды, кому я понадобился посреди ночи, не было необходимости. Кое-кто хочет узнать подробности нашего разговора со стариком.

Мои предположения оправдались. В одной из комнат нижнего этажа меня ждал Шустр. Должен заметить, крысеныш вел себя в чужом доме довольно нагло, чуть ли не по-хозяйски. Похоже, это далеко не первое его посещение обители чужого рода.

― О чем вы так долго говорили? ― требовательно спросил Шустр, как только я переступил порог комнаты. На столе, за которым сидел серый лис, я увидел кувшин с вином и несколько тарелок. Судя по остаткам, шпиона Стального короля потчевали теми же лакомствами, что и нас.

Тон гаденыша мне очень не понравился, похоже, он уже успел вжиться в роль главного. Смерть Такеды подняла продажного лиса на несколько ступеней карьерной лестницы.

С трудом подавив раздражение и желание одним махом прибить урода, я, нацепив на себя очередную маску простака, ответил:

― Господину Проку кажется, что против него зреет заговор.

Лицо Шустра изменилось. Рот расплылся в довольной улыбке, обнажив пару острых клыков. Похоже, у меня неплохо получается играть болванов.

― Вот как? ― усмехнулся Шустр, устраиваясь поудобней в кресле. ― И почему это он решил поделиться своими подозрениями именно с вами?

― Ну как же? ― добавив нотки негодования в голос, возмутился я. ― Мы ведь спасли его старшего сына! Теперь старик полностью нам доверяет. Теперь он наш союзник в борьбе с тьмой!

Парадоксально, но факт ― я не сказал ни единого слова неправды. Наверняка Шустр обладает какой-то способностью распознавания лжи, вон как его глаза забегали. Видать, получил системное сообщение. Только вот не с моей волей ему тягаться. Любое мое слово он примет за чистую монету. В который раз я похвалил себя за то, что уделил внимание именно этой характеристике.

― Он назвал имена?

― Нет, ― как болванчик покачал головой я. ― Он говорил в общем… О каких-то тенях.

Мои слова заставили Шустра вздрогнуть. Его глазки забегали, пальцы начали лихорадочно отбивать на подлокотнике какой-то ритм. Затем он судорожно вскочил с кресла и начал мерять быстрыми шагами комнату. Лис был хмур и задумчив.

― Что-то случилось? ― я был сама наивность.

― Он что-то еще говорил? ― проигнорировав мой вопрос, спросил Шустр.

― Да, ― кивнул я. ― Сказал, что на ежегодном сборе родов хочет говорить со старейшинами.

― Бездна! ― прошипел Шустр. ― Слишком рано… Можем не успеть… Хотя…

Наконец, главный шпион Стального короля прекратил метаться и, взглянув на меня, произнес:

― Мастер Эрик, благодарю вас за помощь! Ваш вклад в борьбу с Тьмой неоценим. Дело в том, что Прок Рыжехвост выжил из ума. Всему виной его болезнь. Целители разводят руками. Похоже, все намного хуже, чем мы думали. Видимо, после последнего прорыва в него вселилась какая-то темная сущность. Хуже всего то, что старик своими идеями забил голову своему старшему сыну. Теперь вся надежда на Тима. Он ― будущее рода Рыжехвостов. Но!.. ― Шустр многозначительно поднял указательный палец вверх и торжественно посмотрел на меня. ― Но хуже всего то, что у него есть много сторонников. Даже среди старейшин родов!

― И кто же это? ― невинно поинтересовался я, мысленно потирая руки. Ведь, прямо сейчас Шустр выдаст мне наших потенциальных союзников. В то, что крысеныш разгадал мои игру, мне мало верится.

― Храбр Желтоглаз и Хват Серогрив ― главы двух родов обязательно поддержат Прока. Этого мы никак не можем допустить! Благо, этих предателей могут сменить их достойные сыновья!

М-да… Здесь назревает настоящая гражданская война. Не думал, что все так запущено в обществе лисолюдов.

― Что же нам делать? Как остановить Тьму?

― Не беспокойтесь, мастер Эрик, ― улыбнулся Шустр. ― Благодаря вам, у нас теперь есть шанс все исправить! Вы сказали, что Прок хочет говорить на ежегодном сборе родов?

― Да.

― Что ж, лучшего момента и места нам не найти, ― сообщил Шустр. Судя по его горящему взгляду и счастливой ухмылке, план по уничтожению всех непокорных рождался прямо сейчас, в данную минуту. ― Там соберутся все уважаемые члены нашего клана. И мы нанесем один удар! Избавимся от непокорных одним махом.

Руки лисолюда сжались в кулаки. Шерсть на загривке встала дыбом. Нет, он не играл и не притворялся. Мои уловки действительно сработали. Вон, он даже начал заговариваться.

― Нам понадобится ваша помощь, ― сказал Шустр.

― Я, мой друг и мой зверь полностью в вашем распоряжении! ― с горящим взором объявил я.

Шустр степенно кивнул и произнес:

― Я знал, что могу на вас рассчитывать. А теперь вам нужно как следует выспаться. Завтра очень важный день.

― А…

― Завтра, всё завтра.

Завтра, так завтра. Ничего не поделаешь. Мне ничего не оставалось, как двинуться в сторону выхода. В тот момент, когда я уже взялся за ручку двери, Шустр задумчиво спросил:

― А ваш друг… Хм… Он действительно первородный?

― Кто вам такое сказал? ― оборачиваясь, спросил я.

― Так, ― неопределенно взмахнул он рукой. ― Ходят слухи…

― И вы верите слухам? ― удивился я.

― Кхм… ― Шустр на мгновение замялся, но спросил о другом: ― Вы ему доверяете?

― Как себе! ― выпятив грудь вперед, ответил я. ― Более достойного борца с тьмой вам не сыскать!

Шустр снова скривился, даже не подозревая о том, что я прекрасно «читаю» его мимику.

― Это хорошо, ― пробормотал он. ― Это очень хорошо…

Покидая комнату, я мысленно хмыкнул. Надо будет сказать Боровику, что он следующий в списке Шустра на выбывание.

***

― Чем порадуешь? ― спросил я у севшего рядом со мной Боровика.

― Порядок, ― кивнул тот. ― Малышка с нами.

― Малышка? ― удивился я.

― Ну да, ― кивнул он. ― Этой секвойе всего лишь несколько сотен лет.

Сказав это, лесовик ласково погладил выступ, выращенный прямо из внутренней стены дерева и служивший нам и всем собравшимся вместо скамьи. Таких выступов было семь рядов. Они росли по принципу амфитеатра, в центре которого находилось возвышение с пятью широкими креслами.

― М-да уж… ― буркнул я и снова осмотрел широкий зал, где с минуты на минуту должен был состояться ежегодный сбор родов. Стены, украшенные природным орнаментом, широкие полукруглые окна, высокий потолок ― м-да… отличное место чтобы устроить резню.

А резне быть. Мне стоило труда сдерживать себя ― от горечи во рту щипало язык. Зал был полон. Больше сотни лисолюдов, тридцать процентов из которых ― тени Стального короля. Особенно напрягала группа лисов, что расположились поближе к креслу Прока Рыжехвоста. От них буквально разило тьмой.

Шустр не обманул. Вчера после разговора, он прислал ко мне телохранителя Прока, и тот подробно рассказал, что произойдет на ежегодном сборе родов. Главе рода Рыжехвостов дадут высказаться. Если вкратце ― этот день станет последним для многих влиятельных лисолюдов. В том числе и для Хитра. Собственно, по плану Шустра, именно я и должен был прикончить старшего сына главы Рыжехвостов. Когда я сообщил об этом «жертве», та сперва даже поменялась в лице. Но потом Хитр справился с эмоциями, и мы даже немного пошутили на эту тему.

В тот же день мы с Боровиком, прогуливаясь по городу, как бы невзначай оказались около секвойи, где должен был пройти сбор. Огромное древо, росшее в самом центре Лесограда, обрадовалось Боровику, словно пес вернувшемуся после странствий хозяину. Все эти эмоции я тоже прочувствовал. Все, благодаря семенам в моем рюкзаке. На мгновение я даже ощутил незримую связь со всем городом. Правда, продлилось оно считаные секунды, после которых у меня жутко разболелась голова. А еще я обнаружил пропажу нескольких сотен единиц маны. Ничего себе поболтал с деревцами!

Но я не пожалел. Тот короткий миг принес мне знания. А еще уверенность в завтрашнем дне.

Вынырнув из воспоминаний, я снова осмотрел зал и сидящих вокруг нас лисолюдов. Гул стоял неимоверный. Всем было интересно, о чем именно вознамерился высказаться Прок Рыжехвост. Предположений было несколько, но почти все сходились в одном ― Прок объявит о передачи власти старшему сыну. Не зря же он сидит недалеко от постамента.

Мы с Боровиком были удостоены особого внимания. Союзники Прока, равно как и темные, считали нас своими. То и дело мне приходилось незаметно кивать в ответ, как тем, так и другим.

В ту ночь Шустр, сам того не подозревая, здорово облегчил нам задачу. Утром я пересказал наш разговор Проку, и уже к полудню в его кабинете мы встретились с главами Желтоглазов и Серогривов. А спустя несколько часов я уже докладывал о результатах этой встречи Шустру. Правда, в нужной для нас версии.

Я осмотрел секцию, где сидели представители Белобрюхих. Почти все помечены аурой Стального короля. Хотя ни сын главы рода ― Мудр, ни его телохранитель альбинос не имели меток. Любопытно, почему? Когда я перевел взгляд на сидящего рядом с Мудром лисолюда, я понял причину. Судя по сходству и возрасту ― это старший сын главы рода. А вот на нем метка таки и была.

Если с Белобрюхами было более или менее все ясно, то что касаемо пятого рода клана Остроухих у меня сложилось двоякое мнение. С одной стороны ― Краснолапы, а именно так назывался этот род, не поддержали Прока и его союзников. Но с другой ― в секции этого рода, к моему изумлению, я не увидел ни одного меченного. Хотя среди Серогривов и Желтоглазов шпионов хватало.

Интересно, каким образом главе рода Краснолапых удалось удержать сородичей от предательства. Прок об этом роде говорил неохотно. Сказал только, что краснолапые не участвуют в межродовых сварах. Они нейтральны ко всем. Их голос во всех спорах почти всегда решающий. Кстати, тот десятник и его бойцы были из краснолапых.

А еще я узнал, что этот род самый сильный. У них больше всего магов и воинов. Кстати, и Прок и Шустр были едины в одном ― захоти Хлад Краснолапый взять власть в городе в свои руки, у него бы это получилось. Но по какой-то причине этот самый Хлад этого не делал.

Наконец, широкая дверь в противоположной стене медленно открылась, и в зале стало тихо. Из дверей, один за другим степенно прошествовали пять патриархов. Причем Прок, хоть и здорово прихрамывая, шагал на своих двоих, что вызвало гул одобрения и уважения среди присутствующих.

Все благодаря нашим с Боровиком экспериментам. Мы все-таки решились на этот шаг. Вернее, нас уговорил сам подопытный. Как только он узнал, что есть возможность избавиться от темной заразы, тут же потребовал приступить к лечению.

Регенерация «благодати», плюс осторожное вмешательство магии Сердца Леса ― и результат налицо. Старик буквально за день встал на ноги. Правда, у меня было еще одно средство, которое обязательно бы помогло ― кровь первородного. Но внутренний голос подсказывал мне, что время использования этого бесценного эликсира еще не пришло.

Когда все главы родов разместились на своих местах, первым слово взял Хлад Краснолап. Высокий и жилистый он, несмотря на свой возраст, производил впечатление властного и сильного духом. Его тридцать второй уровень говорил сам за себя. Если этот маг правильно развивал свои параметры ― он будет для нас серьезным противником.

― Братья и сестры! ― проникновенным баритоном обратился он к присутствующим. ― Прежде, чем мы приступим к обсуждению ежегодных проблем нашего клана, слово хочет взять Прок Рыжехвост!

Я внимательно следил за эмоциями всех глав родов. Белобрюх, папаша Мудра, язвительно ухмылялся. Храбр Желтоглаз и Хват Серогрив мрачно следили за залом.

Я словил взгляд Шустра, примостившегося недалеко от входной двери. Мы коротко кивнули друг другу. На лице серого лиса сияла довольная улыбка.

Зал напряженно замер. Большинство собравшихся здесь лисолюдов знали, что будет дальше. Все ждали сигнала. Я обвел осмотрел зал еще раз. В десяти шагах от помоста увидел десятника, который конвоировал нас в первый день. Наши взгляды встретились. Я снова, как тогда, усмехнулся вояке. Мне даже стало любопытно, какую сторону он выберет.

― Братья и сестры! ― громко воскликнул Прок Рыжехвост и обвел хмурым взглядом зал. ― Несколько столетий наш клан сражался с древним злом. Мы были последним рубежом между тьмой и остальным миром. Тысячи наших родичей отдали свои жизни в этой борьбе. Только благодаря их жертвам наш клан все еще жив! Но, увы, пришли те времена, когда единство клана пошатнулось. И я говорю не о наших мелких распрях. Нет! Я говорю о древнем враге, который пробрался, к нам в дом, словно вор в безлунную ночь.

По залу пошел гул. Я буквально кожей ощущал напряжение. С каждым сказанным словом выражение лица Прока менялось. Будто он превозмогает сильную боль. Кажется, я даже заметил слезы на его глазах.

― Этот враг ударил по самому больному! ― хрипло выкрикнул старик. ― По нашим семьям!

Сказав это, Прок протянул руку, и один из воинов, сидящий в нескольких шагах от постамента подал ему небольшой мешок. Мой нос тут же уловил знакомый запах. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. На что решился этот безумный старик?!

Взгляды всех собравшихся скрестились на странной сумке.

― Он не убил их, нет! ― покачал головой Прок. ― Он заставил их предать свою семью в угоду новому господину. Но сегодня, пришел день, когда мы должны с корнем вырвать то, что посадил в нашем доме враг! Я сделал это! Теперь ваша очередь.

После эти слов Прок одним движением сорвал тесемки и опрокинул содержимое торбы под ноги сидящим напротив лисолюдам. С глухими стуками, одна за другой на пол упали три головы. В первых двух я узнал Мару и черного телохранителя, а третья… Это была голова Кима.

С трудом оторвав взгляд от мертвого лица младшего сына главы рода Рыжехвостых, я повернулся в сторону Шустра. Его крысиное лицо исказилось от страха и растерянности. За мгновение до того, как его грудь проткнуло мое ледяное копье, я заглянул в его широко раскрытые глаза. Он понял…

Глава 24

― Держи!

Голос Боровика вырвал меня из задумчивости. Я нехотя поднял голову. Товарищ протянул мне небольшую выпуклую флягу.

― Что там? ― пересохшим горлом, с надеждой в голосе спросил я.

― Вода. Пей.

Жадно присосавшись к узкому горлышку, я опрокинул в себя все содержимое фляги. Спустя несколько мгновений я смог снова соображать. Жизнь заиграла прежними красками.

― Полегчало? ― усмехнулся Боровик.

Я благодарно кивнул и спросил:

― Как прошло внизу?

― Быстро, ― коротко сообщил он и опустился на ступеньку рядом со мной.

Мы сейчас находились на широком балконе, сплетенном из толстых ветвей «малышки». Именно так Боровик продолжал называть главную секвойю Лесограда. Далеко внизу, у самых корней гигантского древа постепенно рассасывалась многотысячная толпа лисолюдов. Считай, все население города. До этого целый час торжественно и важно Хлад Краснолап объявлял всем собравшимся о том, что род Белобрюхов перестал существовать. И что все родичи, а также имущество опального рода предателей с этого дня разделены между четырьмя родами победителями. Никто из горожан не возмущался. По крайней мере, явно. Тем более, что Хлад, а также стоявшие рядом с ним главы союзных нам кланов периодически потрясали отрубленными головами чернокровов.

Да, да… Шустр додумался притащить на ежегодное собрание родов чернокровов в обличии лисолюдов. Чем, собственно, упростил нам задачу. После того, как была убита первая тварь, сомневающихся больше не было.

Там внизу, рядом с главами родов стоял и Хитр, словно пыльным мешком прибитый. Сегодня он стал сиротой, как и я. Его отец, Прок Рыжехвост, пал в бою одним из первых. Мне не зря показалась подозрительной та группа странных лисолюдов. Впоследствии все увидели, что это и были чернокровы. Быстро расправившись с больным стариком, они попытались проделать тоже самое с другими главами родов. Но у них ничего не вышло. Прикончив Шустра, я успел шарахнуть по ним молнией. К слову, это все, чем я успел помочь патриархам. Спустя секунду, нам стало не до спасения кого-либо. Мы сами подверглись атаке практически со всех сторон. Ведь, убив Шустра, я объявил темным, на чьей стороне теперь сражаюсь. Мои щиты кое-как, но все-таки сдержали натиск. Ни я, ни Хитр не пострадали. По сути, моей главной задачей в той резне, что устроили лисолюды, было оберегать будущего лидера Рыжехвостов.

Должен заметить, что мне за прошедший год довелось увидеть много крови, равно, как и пролить ее, но то, что устроили лисолюды, убивая друг друга ― такое я видел впервые. Они остервенело резали, кололи, жгли и отравляли заклинаниями, рвали зубами и когтями своих сородичей.

Отец когда-то рассказывал, что самая страшная война — это гражданская. Когда брат поднимает руку на брата, отец на сына, внук на деда. Сегодня я убедился в этом воочию.

Что же касается нас с Боровиком ― мы скорее защищались, чем нападали. Лишь изредка помогая союзникам. Я даже не призывал Обжору. Моя интуиция в тот момент подсказывала, что будет неправильно, если моего питомца будут ассоциировать с убийствами лисолюдов. Должен заметить, они прекрасно справились и без нас. В итоге, как оказалось, единственным лисолюдом, которого я убил, был Шустр.

Зря он притащил чернокровов. Я понимаю, что ему нужна была стопроцентная гарантия победы, но впоследствии этот ошибочный ход Шустра стал решающим.

Дело в том, что многие лисолюды поддерживали смену власти в городе, не являясь при этом мечеными. Не знаю, чем их купил крысеныш. Наверняка посулил хлебные места у кормушки. Глупцы! После победы их ждал печальный конец. Шустр вряд ли собирался делиться властью. В итоге, когда в пылу боя прозвучали выкрики о том, что меченные действуют заодно с чернокровами, чаша весов окончательно качнулась в нашу сторону.

К слову, чернокровы находились не только в общем зале, но и в смежных помещениях, а также на нижних этажах. Только вот «Малышка» Боровика, заблокировав все двери, не дала им присоединиться к резне. После боя победители, не без помощи лесовика, прошлись поочередно по всем комнатам, уничтожая воющих от бессилия тварей.

Когда все было кончено, я рванул на выход из зала. Почему-то в тот момент самой главной целью в моей жизни было отдышаться. Запахи крови, вывалившихся потрохов, паленой шерсти и экскрементов накрепко забили мне нос и горло. Вода, предложенная Боровиком, буквально вернула меня к жизни.

Когда смог снова адекватно мыслить, я осознал, что самым поразительным и неожиданным для меня стал поступок Прока Рыжехвоста. Я снова и снова мысленно возвращался к бледному лицу обезглавленного Тима, но так и не смог оправдать жестокость старика.

― Он ведь так просил нас не убивать мальчишку… ― тихо произнес я, но сидящий рядом Боровик меня услышал. Как ни странно, он понял, о ком я говорю. Наверняка и сам находился под впечатлением от случившегося.

― Да, и мы согласились пощадить его.

― Тогда зачем?! ― возмутился я.

― Парень предал не только род, но и клан, ― пожал плечами Боровик. ― Думаю, его в любом бы случае казнили. Особенно после того, как увидели, кого притащил сюда Шустр.

Сказав это, лесовик кивнул в сторону обезглавленных чернокровов, тела которых сейчас выносили лисолюды из зала.

― Кроме того, ― продолжил он. ― Старик своим поступком отрезал все пути назад остальным главам родов.

― Убив своего сына?

― Да, ― кивнул Боровик и со вздохом продолжил: ― Оглянись. Все ренегаты мертвы. Патриархи, следуя примеру Прока, тоже не пожалели своих ближайших родичей. Верность клану выше родства. Именно это и показал всем глава Рыжехвостов. Кроме того, как я уже сказал, парень, в случае нашей победы, был обречен. В вопросе верности клану полумеры неприемлемы.

Я почувствовал, как по моей спине пробежал холодок. Не дай Великая Система оказаться мне перед подобным выбором!

Я помню очумелый, не верящий и полный боли взгляд Хитра. Увидеть голову брата, а потом смерть отца ― великое потрясение. Парню предстоит взять всю свою волю в кулак. А ведь теперь, вдобавок ко всему, на него ложится ответственность за целый род. Я тут же дал себе слово, что постараюсь в меру своих возможностей поддержать Хитра. Тем более, что я уже знал, как помочь усилить позиции молодого лидера рода.

Сделав еще один глоток из фляги, я закрыл глаза. Но, как бы ни хотелось сейчас отрешиться от всего мира, прохлаждаться мне не дали.

― Мастер Эрик! ― знакомый голос заставил вынырнуть из полудремы.

― А, сержант, ― открывая глаза, хмыкнул я. ― Вы все-таки сделали правильный выбор.

Сказав это, я кивнул на повязку, пропитавшуюся кровью, на его голове.

― Мой долг ― служить клану! ― слегка поджав губы, отчеканил лисолюд.

Тебе сегодня было проще, чем другим. Не пришлось резать горло родному брату или отцу. Уверен, сегодняшний день — это триумф Хлада Краснолапа. Он единственный из всех патриархов, кто не допустил осквернение рода. А вслух я, усмехнувшись, сказал:

― Похвальное рвение, сержант! Я рад, что не ошибся в вас. Если хотите, я могу ускорить ваше исцеление.

Лисолюд отрицательно дернул головой. Обиделся. Мой тон явно задел его. Терпи, сержант. Я сейчас тоже не в настроении.

― Мастер Эрик, ― беря себя в руки, повторил сержант. ― Внизу срочно требуется ваше присутствие.

Я понимающе кивнул и начал подниматься. Все ясно. Пришло время предъявить доказательства моих слов о принадлежности к ордену охотников на чудовищ.

― Ну что, дружище, ― усмехнулся я Боровику. ― Народ сейчас будет требовать явить чудо.

Когда мы спустились вниз, нас уже ждали. Все главы родов и их ближайшие соратники. За их спинами бурлила разноголосая масса. Горожане, как мне сперва показалось, даже и не собирались расходиться. Народ лисолюдов требовательно ожидал продолжения.

Я пробежался взглядом по лицам патриархов. Во главе процессии стоял Хлад Краснолап. Он старался держаться спокойно и отчасти надменно. А вот Храбр Желтоглаз и Хват Серогрив заметно нервничали. Сейчас решится, сыграет ли козырь с охотником на чудовищ. Единственный, кто не проявлял никаких эмоций, был Хитр. Похоже, молодой маг перегорел ― слишком много потрясений.

― Господа! ― беря инициативу в свои руки, произнес я. ― Как вы уже знаете, я являюсь представителем ордена охотников на чудовищ!

Приходилось говорить громко, чтобы как можно больше народу меня услышало. Судя по возбужденным возгласам из толпы, мои слова стали сюрпризом для многих. Краем глаза я наблюдал за вытянувшейся физиономией сержанта, в привычку которого уже стало входить конвоирование моей тушки.

Хлад Краснолап, явно имевший намерение играть ведущую роль в происходящем, мою инициативу воспринял без особой радости. Вон как сморщился, будто кислой сливы отведал. Нет, старик. Ты мне приказывать не будешь.

― Народ Лесограда! ― произнес я еще громче. ― Этот город был построен… хм… ― Я коротко взглянул на стоявшего рядом со мной Боровика и поправился: ― Вернее, выращен первородными для охотников на чудовищ, чтобы сдерживать Тьму! Вы, как достойные продолжатели и преемники священного дела ваших предков, долгое время сражались с тварями, рвавшимися в наш мир. Сегодня вы снова доказали, что клан Остроухих все еще силен и един! Для меня огромная честь сегодня находиться среди вас!

Толпа встретила мои слова одобрительным гулом. Даже Хлад расщедрился на снисходительный кивок. Но мне было плевать на эмоции этого лисолюда. Меня больше волновало состояние Хитра. Взгляд молодого мага постепенно становился осмысленным.

― Сегодня многие из вас потеряли своих родичей! ― продолжил я. ― Поверьте, мне близка ваша боль. Жизни некоторых из моих близких забрали мои враги. Кого-то из них я уже покарал, а кому-то еще предстоит ответить за свои злодеяния!

Я обвел взглядом притихших лисолюдов. Похоже, моя воля действует в правильном направлении. Я не увидел ни одного безучастного взгляда. Хитр, кажется, тоже очнулся.

― Жители Лесограда! ― выкрикнул я. ― У нас есть общий Враг! Сильный и хитрый Враг! Он желает обрести прежнее могущество своего рода. И ради этой цели он готов уничтожать семьи, кланы, народы! С каждым часом он становится сильнее!

Гул возмущения поднялся над площадью.

― Сейчас, в разных уголках мира, его приспешники кормят кровью сотен и тысяч жертв темные порталы! Кому, как ни вам, знать, к чему это приведет. Там, на другом материке, на окраине Пустошей, в Каменном лесу очень скоро откроются Темные Врата, и в наш мир хлынут орды иномирных тварей! Тоже самое происходит и здесь, рядом с вами, на другом берегу Узкого озера. Тьма обретает прежнюю силу!

Мои последние слова прозвучали в гробовой тишине. Судя по расширившимся зрачкам и вставшей дыбом шерсти, даже Хлада проняла моя речь.

― Еще вчера многим из вас могло показаться, что война, о которой я сейчас говорю, идет где-то далеко. Но сегодня вы сами убедились, что эта война уже началась и она коснулась самого дорогого ― ваших семей!

На мрачных лицах лисолюдов читалась решимость и готовность принять новый бой.

― Наш Враг коварен и силен! ― продолжал я. ― Но, несмотря на это, сегодня впервые за многие годы мы смогли нанести ему ответный удар. И мы сделали это вместе!

Над центральной площадью Лесограда грянул дружный лисий рык.

― Этот день Враг запомнит на всю жизнь! ― провозгласил я и двинулся к гигантской секвойе, росшей в пятидесяти шагах от Малышки. Это дерево казалось необжитым и старым. Практически весь его ствол оброс мхом болотного цвета.

Лисолюды почтительно расступались, пропуская меня. Когда я остановился в шаге от древней секвойи и накрыл ладонью знакомый символ, меня снова окружили со всех сторон. Над нами повисла тягостная тишина.

Несмотря на то, что еще вчера Боровик сообщил мне о секретном помещении в стволе этой старушки секвойи, я заметно волновался.

Некоторое время ничего не происходило, отчего по моей спине промаршировал взвод мурашек. Вот смеху-то будет после такой речи попасть впросак. Пока мои пальцы судорожно пытались нащупать заветную выемку между жалами рыболовных крючков, мне стоило труда оставаться спокойным. Я чувствовал, как за спиной нарастало напряжение. Достаточно было одного скептического возгласа или шутки и торжественный момент будет испорчен.

В тот миг, когда я уже подумал, что ничего не получилось, и мое лицо постепенно начало наливаться краской, в подушечку моего указательного пальца впилось что-то острое.

– Внимание! Анализ крови: Положительный.

― Доступ в оружейную Лесограда получен!

С трудом сдержав вздох облегчения, я обернулся.

― Как я уже сказал. Наш Враг запомнит этот день на всю жизнь. Сегодня начинается возрождение Ордена Охотников на Чудовищ!

Пока я говорил, на меня уже никто не смотрел. Все внимание лисолюдов было приковано к тому, что происходило у меня за спиной. Выпуклый мшистый бок старой секвои несколько раз вздрогнул. Куски мха начали осыпаться. Послышался треск разрываемой древесины. Спустя мгновение толстый слой коры раздвинулся и обнажил широкие резные створки дверей.

― Добро пожаловать в оружейную ордена охотников на чудовищ, ― с улыбкой пригласил я патриархов и первым переступил порог.

Как только я оказался внутри, секвоя продолжила трансформацию. Спустя несколько минут темноту зала прорезали десятки солнечных лучей, прорвавшихся сквозь только что открывшиеся окна.

На удивление, внутри не было ни пыли, ни каких-либо посторонних запахов. О чем я негромко сообщил шагающему рядом Боровику.

Тот лишь неопределенно пожал плечами, мол, а чего ты хотел от волшебного дерева?

Оказавшись внутри, старейшины родов замерли, разинув рты. Всюду, где только падал взгляд, стояли стеллажи, столы и стенды с оружием и доспехами. Мое лицо расплылось в грустной улыбке. Очередной фокус от охотников. Второй раз я уже не поведусь на этот обман.

Приблизившись к стеллажу с мечами, я уверенно протянул руку вперед. Хотел было произнести речь об иллюзиях, которые накладывали маги, следившие за сохранностью оружейной, дабы всякие проходимцы особо не пускали слюни на сокровища ордена, но произошло непредвиденное. Когда мои пальцы сомкнулись на серебряной рукояти одного из мечей, мне стоило труда сохранить спокойствие.

До меня вдруг дошло. Этот меч, равно как и остальное вооружение, никакая не иллюзия.

Великая Система мне тут же сообщила, что меч, который я случайно выбрал, обойдется мне в пять сотен жетонов. Громко сглотнув пересохшим горлом, я с трудом отпустил серебряную рукоять и обернулся.

Сказать, что патриархи были ошарашены таким великолепием, которое, к слову, все эти годы находилось прямо у них под боком, значит, ничего не сказать. Первым, кто попытался пройти дальше внутрь зала, был Хлад, но, напоровшись на невидимую преграду, замер вчитываясь в системное сообщение. Тоже самое произошло и с остальными патриархами.

Как только они закончили чтение, все их разочарованные взоры остановились на мне. Я понимал, что должен был сейчас что-то сделать. Что-то правильное. А еще я понимал, что объяснений здесь будет мало. Решение пришло само собой.

Пробежавшись взглядом по показателям уровней и оружию патриархов, я нырнул между стеллажами. А спустя три минуты, я уже стоял напротив глав родов и протягивал им три меча и секиру. Последняя предназначалась для Хвата Серогрива. Этот здоровяк единственный из четверых патриархов использовал это оружие.

В общей сложности подарки мне обошлись в почти три тысячи жетонов. Но эти траты стоили того. Сказать, что оружие понравилось лисолюдам, значит, ничего не сказать. Даже вечная маска холодности главы рода Краснолапов дала трещину. Вон, как глаза горят.

― Мастер Эрик, ― обратился он ко мне. ― Смею предположить, что, показав нам все это, вы готовы поделиться с нами сокровищами вашего ордена?

― Совершенно верно, ― кивнул я. ― Хочу добавить к сказанному вами, что я ― единственный, кто может это сделать. Самые достойные, пройдя посвящение, получат соответствующий доступ ко всему, что вы видите. Скажу больше, таких оружейных по всему миру мой орден построил очень много. Надеюсь, вам не нужно объяснять, насколько усилится клан Остроухих?

Глаза лисолюдов загорелись. Восторженные возгласы сородичей взмахом руки прервал Хлад. Он слегка склонил голову набок и сказал:

― Насколько я разбираюсь в этой жизни у всего есть цена. Какова же ваша цена, мастер Эрик?

Я уже было открыл рот, но за меня спокойно ответил стоявший чуть в стороне и скрестивший на груди руки Боровик:

― Вы должны помочь мастеру Эрику стать магистром ордена охотников на чудовищ.

Глава 25

Хлад полуобернулся и многозначительно взглянул на остальных патриархов. Глава рода Желтоглазов, сухой низкорослый лис, слегка прищурился и еле заметно кивнул. В сложившейся ситуации он теперь второй по значимости лисолюд в городе. Еще вчера, когда Прок познакомил нас, я успел удостовериться в том, что Храбр Желтоглаз при распределении скрижалей не забывал о «разуме».

Что же касается Хвата Серогрива, этот здоровяк явно пренебрегал вышеуказанной характеристикой. Любитель хорошей драки и выпивки, он первым безоговорочно поддержал Прока. Поговаривают, что он всего лишь номинальный глава рода. На самом деле в его доме всем управляет его супруга. Прок потом сказал, что, если бы жена Хвата была против нашего плана, тот бы не осмелился так рьяно рваться в бой. Он и сейчас, когда на самом деле решался важный вопрос, словно мальчишка был полностью поглощен созерцанием подаренной секиры. По сути, тем самым он отдавал всю инициативу своим более «разумным» соплеменникам.

Хитр, стоявший чуть в стороне, в переглядываниях старших не участвовал. Видимо, старики еще не до конца осознали тот факт, что он теперь им ровня. Либо делают это намеренно. Во что я тоже охотно верил. Но по его взгляду я понял ― молодой глава Рыжехвостов в любом случае поддержит меня. Думаю, Хлад и Храбр это тоже понимали, потому и намеренно игнорировали молодого лиса.

Закончив играть в гляделки со своими соплеменниками, Хлад снова повернулся к нам с Боровиком и спросил:

― Если я не ошибаюсь, все дело в недостаточно высоком уровне репутации?

― Вы не ошибаетесь, ― ответил я.

― И вам известно, каким образом ее можно быстро повысить? ― судя по физиономии Хлада, ему тоже это известно. Только по какой-то непонятной мне причине, старик хотел это услышать именно от меня. Может, ему нужно очередное подтверждение?

Что ж не буду его разочаровывать.

― Мне понадобятся призрачные кристаллы, которые я должен буду «скормить» темному порталу.

Хлад, сложив руки на груди, качнулся на каблуках.

― Допустим, кристаллами мы вас можем снабдить. Но портал… Вы ведь говорили о портале, что находится за Узким озером?

― Вам известно местоположение другого темного портала? ― склонив голову на бок, спросил я.

― Увы, ― пожал плечами старый лис.

— Значит, мы говорим об одном и том же месте.

Хлад нахмурился.

― Молодой человек, видимо, вы не совсем понимаете, о чем просите.

― Тогда просветите меня.

Старик некоторое время испытующе вглядывался в мое лицо. Я, не мигая, выдержал его колючий взгляд.

― Что ж, если вы настаиваете… Как вы уже сами упомянули в вашей пламенной речи ― клан Остроухих много веков защищал эту землю от тьмы. Кровь лисолюдов лилась рекой. За каждую пядь этой земли мы заплатили жизнями наших близких. В прошлом году мой младший сын пал в бою с чернокровами. Сейчас уже не поймешь, было ли это предательство меченых или всего лишь случайная приграничная стычка… Сути это не меняет. Мой сын мертв! И уже никто не в силах воскресить его!

На некоторое время старик замолчал, собираясь с мыслями. Я видел в его глазах скорбь. Похоже, он до сих пор не может смириться с потерей…

― За прошедший год многое изменилось, ― хрипло продолжил Хлад. ― Граница снова сдвинулась. Чернокровы теснят нас, забирая наши места охоты. Они плодятся словно тараканы. Я уже не помню, когда наши разведчики добирались до «нашего» берега Узкого озера. А ведь еще недавно там было много рыбацких поселений. Матери со своим проклятым выводком очень быстро захватывают наши земли. Они обнаглели уже до того, что их воины участвуют в наших междоусобицах!

Я слушал молча, но уже примерно понимал, к чему ведет этот старик.

― От былого величия нашей армии не осталось и следа! ― горько продолжал Хлад. ― Дай боги, в случае опасности собрать нам хотя бы пять сотен бойцов. А ведь когда-то каждый род без проблем мог выставить по тысяче мечников!

Судя по скорбным выражениям на лицах патриархов, Хлад говорил правду.

― Об этом мало кто знает, ― слегка понизив голос, продолжил глава Краснолапов. ― Весь этот год мы планировали покинуть Лесоград ради будущего наших детей и клана.

Ошарашенный взгляд Хитра сообщил мне, что Рыжехвосты об этом не знали. По крайней мере, старший сын главы рода ― точно. А вот на лицах Храбра и Хвата удивления не было. Эти были в курсе. А ведь покойный Прок не мог не знать о плане исхода, да и Шустр наверняка был осведомлен. Но ни тот, ни другой мне об этом не сообщили.

― Вы ведь в курсе, как люди называют этот материк? ― спросил Боровик. ― Куда вы собрались бежать? С уверенностью могу вам сказать ― более защищенного места, чем этот город, не найти на всем материке!

― Значит, вам стоит взглянуть, во что превратился берег Узкого озера, ― парировал Хлад. ― Те места кишат чернокровами. Что уж говорить о землях за озером… А ведь именно туда вы и собрались. Да еще и хотите, чтобы наши воины пошли за вами.

Остальные патриархи поддержали своего старшего товарища глухим ворчанием. Чувствуя поддержку соплеменников, Хлад продолжил:

― Если вы вздумали покончить жизнь самоубийством ― дело ваше. Но причем здесь наши сородичи?

Мы с Боровиком переглянулись. Затем я посмотрел на Хитра. Тот коротко кивнул, мол, говори. В отличие от остальных патриархов молодой Рыжехвост уже знал о нашем плане.

― Господа, ― улыбнувшись, произнес я. ― Видимо, между нами возникло небольшое недоразумение.

Главы родов дружно нахмурились.

― Когда мой друг, мастер Боровик, сказал, что мне потребуется ваша помощь, он не имел ввиду бессмысленную смерть ваших воинов там, на другом берегу Узкого озера.

Заинтригованные патриархи начали возбужденно переглядываться.

― Но это не значит, что мне не понадобятся ваши мечники и лучники.

― Что вы задумали? ― прямо спросил Хлад.

― Я хочу сделать так, чтобы чернокровы сами пришли сюда. И чем больше их будет ― тем лучше. В идеале ― Матери лично должны прибыть на этот берег.

В зале повисла гнетущая тишина. Глаза Хлада превратились в две узкие щелки. Тощий Храбр был явно возмущен, а вот здоровяку Хвату мои слова явно пришлись по душе. Вон как сжал рукоять секиры.

― Вы предлагаете нам организовать осаду собственного города? ― глухо спросил Хлад.

― Верно, ― кивнул я. ― Но перед этим мы тщательно подготовимся. Чтобы вы с моим другом Боровиком смогли отбивать атаки тварей.

― Вы сказали «мы»? ― переспросил Хлад.

― Да, ― тяжело вздохнув ответил я. ― Пока вы будете отвлекать тварей, я переплыву Узкое озеро и закрою портал.

После моих слов Хлад хотел было еще что-то спросить, но осекся. Он развернулся и, сделав несколько шагов, замер напротив окна, что выходило на центральную площадь Лесограда. Там, снаружи возбужденная толпа даже не думала расходиться. Судя по беззлобным выкрикам, народ обсуждал последние происшествия. Все терпеливо ждали появления патриархов. После недолгих раздумий Хлад обернулся. Блеснув желтыми звериными глазами, старик произнес:

― Мастер Эрик, вы предлагаете рискованный план. Но я вынужден признать ― в сложившейся ситуации этот план не лишен смысла. Увы, но прямо сейчас мы не сможем дать вам окончательный ответ. Дальнейшую судьбу клана должен решать совет родов. А сейчас прошу простить нас. Сегодня нам предстоит решить еще одно дело.

Сказав это Хлад, а за ним и остальные лисолюды потянулись на выход. Хитр шел последним. Пришлось придержать его за локоть.

― О чем он? ― спросил я. ― О каком деле идет речь?

― Народ ждет казни ренегатов, ― ответил Хитр и поспешил на выход.

Когда молодой глава рода покинул арсенал, я хотел было приступить к тщательному осмотру доставшегося мне богатства, но Боровик, негромко кашлянув, привлек мое внимание.

На немой вопрос в моих глазах лесовик произнес:

― Знаю слишком много крови лисолюдов сегодня… Но…

― Только не говори, что мы должны присутствовать на этой казни, ― поморщился я.

Друг пожал плечами.

― Так будет правильно. Мы окажем уважение клану. Доживем этот день до конца вместе с ними.

Я обреченно выдохнул. Затем, тоскливо взглянув на стеллажи и полки оружейки, пробурчал:

― Идём…

Местом проведения казни стал широкий пустырь за городскими стенами. Как я понял, лисолюды, в отличие от людей, умерщвляли преступников вне города. Считалось неправильным осквернять город кровью предателей.

Боровик снова оказался прав. Наше присутствие в толпе не осталось незамеченным. Более того, нам уступили самые лучшие места у подножия широкой насыпи, в центре которой стояла плаха. Тут же, чуть поодаль, стоял широкоплечий лисолюд со здоровенной секирой в руках. Местный палач.

Суда, естественно, никакого не было. Преступников выводили по одному. Им объявляли приговор, и под одобрительный гул толпы палач с громким хеканьем рубил жертвам головы.

Предатели держались по-разному. Одни, молча покорившись судьбе, клали головы на плаху. Другие, размазывая сопли и слезы, умоляли их пощадить. Таких толпа высмеивала больше всего. Были и те, кто перед тем, как подставить шею под топор, сыпали проклятиями. Один из таких мне особенно запомнился.

Это был низкорослый лисолюд. Худой и щуплый. Но при этом двоим крепким стражникам стоило труда сдерживать его. По толпе прошел шепоток, мол, это один из ближайших соратников Шустра.

Я поморщился. Если этот лисолюд именно тот, за кого его принимают было бы правильным повременить с его казнью. Руку даю на отсечение, ему многое известно о делишках господина. Хотя, о чем это я? Наверняка на этом лисе висит целая связка всяких клятв. Да и Хлад не дурак, вряд ли бы отдал такого пленника палачу. Если он здесь — значит, допросы ничего не дали.

Лис, удерживаемый двумя стражниками, приблизился к плахе и вдруг, резко дернувшись, громко выкрикнул:

― Глупые черви! Ваши дни сочтены! Вы посмели пойти против воли нашего повелителя! ― Запрокинув голову, он зло расхохотался: ― Грязные черви! Он придет, чтобы отомстить за своих слуг! Бойтесь, трепещите! Он уже близко! Никто не спрячется от его взора! ― Лисолюд обвел горящим взором толпу и с надрывом воскликнул: ― Я вижу перед собой мертвецов! Вам кажется, что вы победили?! Глупые черви! Вы все умрете! Час расплаты уже близок!

Лис явно входил во вкус. Он хотел еще что-то сказать, но сперва опешившие от его напора стражники, наконец, взяли себя в руки и потащили крикуна к палачу. Несколько мгновений борьбы, длинный взмах топора и голова предателя упала в широкую корзину, стоявшую перед плахой.

Некоторое время над пустырем висела вязкая тишина. Народ явно находился под впечатлением.

Молчание нарушил зычный выкрик.

― Мерзкий предатель собственного народа! Туда тебе и дорога!

Толпа, словно очнувшись от тяжелого сна, поддержала крикнувшего громким одобрительным гулом. Отовсюду на голову темных ренегатов сыпались ответные проклятия.

Всего палач за время казни взмахнул топором двадцать семь раз. Когда, был казнен последний предатель, я с облегчением выдохнул и хотел было покинуть это отвратительное место, как вдруг гудевшая до этого толпа постепенно замолчала.

Над пустырем снова повисла напряженная тишина. Стражники вели новых приговоренных к смерти.

Я страдальчески взглянул на Боровика. Друг лишь пожал плечами, мол, раз пришел, значит, терпи до конца. На что я тяжело вздохнул. Придется.

Все это время по толпе ходили шепотки. Народ говорил о каких-то «клыках». Причем о приговоренных не отзывались плохо. Даже уважительно. По крайней мере, я не чувствовал враждебности к новоприбывшим. Мне и самому стало любопытно.

Тем временем процессия с новыми приговоренными приблизилась к насыпи, и я смог, наконец, разглядеть кого там привели. Хех… Мне хватило одного взгляда, чтобы узнать первого идущего. Это был лис-альбинос, телохранитель Мудра Белобрюха. Его некогда белоснежная шерсть сейчас превратилась в один сплошной красно-бурый колтун. Морда опухла до неузнаваемости. Левый глаз заплыл совсем, правый ― едва просматривался через узкую щелку. Половина правого уха отсутствовала. Следом за ним шагали еще полтора десятка лисов. Их состояние было не лучше.

Как и альбиноса, я узнал их всех. Все телохранители Белобрюхов. Правда, в зале совета их было больше. Похоже, выжили самые сильные. Все высокие, широкоплечие. Уровни за двадцать. Они здорово отличались от остальных лисолюдов.

Когда приговоренные взобрались на насыпь, вперед неожиданно выступил Хлад Краснолап и поднял над головой обе руки, призывая толпу замолчать. Разговоры и шепотки прекратились. Наступила гробовая тишина, лишь изредка нарушаемая шелестом листвы и пением лесных птиц.

― Братья и сестры! ― торжественно провозгласил Хлад. ― Мерзкие предатели казнены!

Народ одобрительно загалдел. Но ненадолго. По взмаху рук Хлада, пустырь снова накрыла тишина.

― Но мы не закончили! ― продолжил он и полуобернулся в сторону пленников. ― Эти воины тоже сражались против нас!

― Что с них взять, с подневольных, ― тихо буркнул себе под нос старый лисолюд, стоявший рядом со мной. ― Им приказали ― они выполняют.

Я нахмурился и уже по-новому посмотрел на бывших телохранителей Белобрюхов. Нужно ли говорить, что мое сердце забилось чаще.

― Кто они? ― тихо спросил я у старика.

― Северяне, ― коротко ответил дед, продолжая прислушиваться к словам Хлада. ― Клыки. В свое время давшие клятву верности старому Белобрюху.

― Клыки?

― Клан Ледяных Клыков, ― расщедрился на ответ старик и демонстративно отвернулся, показывая мне, что я не то время выбрал для расспросов.

Я озадаченно взглянул на Боровика. Но тот снова неопределённо пожал плечами и кивком предложил послушать Хлада.

― Как вы все знаете, эти воины сражались не по своей воле, но по велению клятвы верности, данной еще в юности! ― продолжал вещать Хлад. ― Смысл их жизни ― служить хозяину!

Мне сейчас одному показалось, что старик не хочет казнить этих воинов? Я огляделся. Хм, да и народ, как погляжу, относится с пониманием. Хотя я прекрасно помню, как тот же альбинос убил несколько родичей того же Хлада.

― Белобрюхи всегда отличались своим коварством и наплевательским отношением к свободе себе подобных! ― воскликнул Хлад. – Это единственный род из нашего клана, который использовал рабов! Когда-то много лет назад, старый глава Белобрюхов во время похода на север взял боем поселение наших дальних сородичей. Кроме добычи, они привезли много рабов. Я помню этих воинов еще мальчишками! Да, сегодня они сражались против нас! Но кто из нас может противостоять законам Великой Системы?!

Хороший ход. Старик перенаправил внимание толпы на белобрюхих плохишей. Любопытно, что он будет говорить родичам погибших от мечей этих самых Клыков?

― Но, несмотря на все то, что я сказал, все присутствующие здесь понимают, что эти воины должны умереть! ― заглядывая каждому в лицо, продолжал говорить Хлад. ― Они сражались против нас!

То ли в данный момент старик не был так убедителен, как минутой ранее, расписывая злодеяния Белобрюхов, то ли слушавшие его и сами понимали, что Ледяные Клыки ― всего лишь орудие в руках подлецов… так или иначе толпа явно не одобряла приговор северянам.

Слушая народный ропот, Хлад согласно кивал. И пока этот ропот не перерос во что-то большее, старик громко крикнул:

― Братья и сестры! Вы все знаете, что грядет великая война с тьмой! В связи с этим, у меня есть к вам вопрос! Правильно ли будет умерщвлять сильнейших воинов нашего клана, когда очень скоро нам понадобится каждый кто может держать оружие в руках?

― Нет! ― несмело ответила толпа.

― Взгляните на них! ― указал пальцем на приговоренных Хлад. ― Даже сейчас, перед смертью, они не изрыгают проклятия и не пускают сопли, как те мерзкие предатели! Каждый из этих воинов стоит десяти чернокровов! Почему бы не применить к ним наш древний закон об искуплении? Что скажете?!

― Да! ― послышался первый громкий выкрик из толпы. ― Пусть сражаются!

― Пусть искупят кровью свои преступления! ― вторил ему кто-то справа. Не удивлюсь, если узнаю, что все эти крикуны из одного рода.

Спустя мгновение, народ вынес вердикт. Северяне должны искупить кровью свои грехи перед кланом Остроухих.

Хлад снова поднял руки, призывая к тишине.

― И последнее! ― устало объявил он. ― Так получилось, что ни один из родов не может принять этих воинов. Но есть выход!

Сказав это, Хлад замолчал и неожиданно красноречиво посмотрел прямо на меня. Я сперва не сразу понял, что старик обращается ко мне, но потом, наконец, до меня дошло. По моей спине пробежал уже знакомый холодок.

― Мастер Эрик! ― громко и торжественно провозгласил хитрый интриган, а у самого в глазах играли смешинки. ― Клан Остроухих вверяет в ваши руки этих воинов! Отныне они подчиняются вашей воле! Верим, вы найдете достойное применение их талантам!

Глава 26

Следующие несколько дней, мы занимались подготовкой к войне. Совет клана Остроухих одобрил наш план. Собственно, а куда им деваться? Разве что покинуть эти земли, как изначально и планировал Хлад. По сути, наше с Боровиком появление дало всем лисолюдам надежду на будущее.

После того, как совет вынес решение, информация пошла в массы. Уже на следующий день только глухой не слышал о том, что клан Остроухих ступил на тропу войны. Специально подготовленные «харизматичные» болтливые лисы изо дня в день втолковывали простым горожанам о правильности выбранного советом пути. Не ошибусь, если предположу, что это их голоса из толпы я слышал во время казни. В итоге, не прошло и недели, как народ пылал праведным гневом и был готов хоть сейчас пойти войной на грязных чернокровов.

Весть разлетелась по дальним поселениям, и в Лесоград начали прибывать первые телеги с продовольствием и беженцами. Как минимум, население города пополнилось еще несколькими тысячами жителей. Если из них получится собрать хотя бы сотню лучников ― это будет настоящая удача. Хотя… кто знает? В основном в город прибыли семьи охотников. Не удивлюсь, если соберется отряд и более многочисленный. А ведь каждый лук у нас на счету, очень скоро земли вокруг города превратятся в одно огромное поле боя.

Мы тоже зря времени не теряли, Обжора обзавелся еще двумя уровнями. Увы, но выше поднять не получилось. Впервые у меня возникла нехватка эсок, хотя серебряных скрижалей после всех улучшений оставалось еще на два уровня минимум. Попытки приобрести эссенции опыта у местных не увенчались особым успехом. Лисолюды не охотно расставались с этим важным ресурсом. А если и продавали или меняли, то по грабительскому курсу. Так или иначе даже приобретенные эски были каплей в море. Ведь для перехода на тридцать пятый Обжоре нужно было ни много ни мало ― шестьсот тридцать тысяч эссенций опыта. А у меня на данный момент не было и четверти из требуемого количества.

Таким образом, харн все эти дни пропадал на охоте, пытаясь заполнять медленно ползущую шкалу опыта. Задача усложнялась еще и тем, что с достигнутым уровнем, Обжоре уже было сложно находить себе подходящих соперников. Но он не унывал. Скажу больше ― эта свобода ему пришлась по душе. В такие мгновения я часто думал, а не будет ли харну лучше без меня и моих проблем? Да, я спас его в свое время, но он уже давно отплатил мне тем же. Из пещерного кота пятого уровня мой братишка превратился в настоящего монстра. Где бы не поселился Обжора ― там он станет королем. За последнее время мне пришлось увидеть немало хищников. На мой взгляд, харн безоговорочно находится на самом верху пищевой цепочки. Конечно, в нашем мире существуют твари, для которых Обжора ― что тот маленький котенок. Но я уверен, моему братишке достанет ума не связываться с такими монстрами. Уже в который раз я поставил себе зарубку узнать, возможно ли в будущем освободить питомца.

Помимо охоты Обжора выполнял еще одно задание. Он занимался разведкой. Уже через два дня, я смог убедиться, что Хлад не врал, рассказывая о логовах чернокровов. Берег Узкого озера буквально кишел тварями. Обжора сперва хотел приступить к активному уменьшению поголовья темных «переселенцев», но я отговорил его это делать. Рано. Если сейчас взбаламутим это болото, то не успеем как следует подготовиться.

Боровик все это время тоже пропадал в лесу. Хранитель искал место, где можно высадить быстро набирающее силу Сердце Леса. Даже я чувствовал его нетерпение. Но каждый раз возвращаясь из леса, Боровик сокрушенно качал головой. Лесовик ждал активных действий темных. А еще он планировал, когда все закончится, перебраться через озеро, поближе к порталу. Там уж точно будет побольше подходящей энергии. Сперва он даже объявил мне, что пойдет со мной. Но пришлось отговорить его. Аргументируя тем, что лисолюды не справятся с осадой без него. В виду очевидности моих доводов, хранитель Сердца Леса был вынужден согласиться.

Пока мои друзья занимались своими делами, я разбирался с доставшимся мне богатством.

Однозначно сказать, что я был восхищен содержимым арсенала Лесограда, не могу. Несомненно, доспехов и оружия здесь было много, но какое мне, нулевке, дело до всего этого? Меня больше интересовали стеллажи с эликсирами, свитками и магическими зельями, которых, увы, здесь было меньше, чем ожидалось. Я бы даже добавил, сильно меньше…

Собственно, по содержимому оружейки можно было сказать, чем в основном сражались с темными тварями мои древние коллеги. Хех… Стоит ли говорить, что ни заветных камней с мощными заклинаниями, ни легендарных артефактов тут не обнаружилось. Все было когда-то сметено подчистую. Зато порадовало приличное количество «клякс», «клещей» и зелий насыщения. А вот свитков ярости, увы, не обнаружилось.

Но я не отчаивался, потому как понимал, что я всего лишь старший охотник. Не все тайны этого города мне открыты. Уверен, когда стану магистром, ситуация кардинально изменится.

Порадовала найденная карта-схема Лесограда. Боровик был прав ― город был буквально напичкан всякими магическими штуками. Начиная от лиан-убийц, заканчивая полуразумной канализацией. Мне оставалось только аплодировать стоя тому, кто все это вырастил и заставил функционировать.

Ни я, ни Боровик до конца так и не разобрались со всей этой конструкцией. Хотя не стану скрывать, я возлагал большие надежды на новоявленного хранителя сердца леса.

По сути, Боровик, понимая растущую вокруг флору, мог лишь интуитивно направлять меня и давать дельные советы и подсказки, как в случае с древом, в котором находился арсенал.

Лесовик объяснял, что эти ограничения правильны и логичны. Ведь город создавался специально для охотников, хоть и первородными из фракции леса. Здесь все сделано с умом. Допуск к управлению городом, только у высокопоставленных членов ордена. Иначе этак каждый лесной житель мог бы заявиться сюда и начать наводить свои порядки.

На мой вопрос о том, каким образом лисолюды все эти годы уживались с городом без участия охотников на чудовищ, Боровик высказал предположение. Видимо, последний магистр, перед тем как уйти, отдал приказ живому городу оберегать и защищать жителей до прихода следующего охотника с высокой репутацией.

Но имелся еще один момент, который я решил не обсуждать с Боровиком, а именно ― влияние на Лесоград, оказываемое Сердцем Леса. Моя интуиция подсказывала мне, что как только семечко наберет достаточно сил, ему будет плевать на всякие репутации. Ему ничего не будет стоить взять под контроль местные секвои. Они и так уже реагируют на Боровика, как на хозяина. У меня есть предположение, что один из магистров охотников был первородным представителем лесной братии. Вряд ли я ошибаюсь в этом вопросе. А это значило только одно ― Боровик должен стать охотником. Но, похоже, он и сам это понимал. И, судя по нескольким случайно оброненным фразам на эту тему, против не был. Ведь он прекрасно понимал, что, если все пройдет, как запланировали, я в Лесограде не останусь.

Помимо основных забот, благодаря Хладу Краснолапу, у меня появилась еще одна головная боль ― Ледяные клыки. Бывшие рабы-телохранители Белобрюхов. Я, кстати, до конца так и не понял поступка старейшин. Нет, я, конечно, видел, что этих воинов клан изначально не хотел убивать… Но зачем их поручили мне? Какой в этом смысл?

К слову, отряд «клыков» во главе с альбиносом появился у дверей арсенала только спустя пять дней. Где они пропадали до этого, я не знал, да и особо не хотел знать. Не было и не было…

Но теперь они стояли у входа и молча ждали моего слова. Кстати, сегодня их было в два раза больше. Еще один хитрый ход главы рода Краснолапов. В день казни он показал толпе всего полтора десятка бойцов: тех, кому больше всего досталось в бойне. Думаю, это было сделано для того, чтобы народ не увидел в «клыках» угрозу.

Я осматривал новоприбывших воинов и внутренне восхищался изворотливости Хлада. По сути, старик выполнил все условия нашего соглашения. Даже придраться не к чему. Кристаллы я получу перед походом к порталу, а мечники, о которых я просил… Так вот же они! Три десятка отборных головорезов. А то, что среди них нет ни одного бойца из четырех родов, так какая мне разница? Родам еще предстоит выдержать осаду. Это в том случае, если все пойдет по плану…

Вдоволь наигравшись в гляделки, я, наконец, обратился к альбиносу:

― Как твое имя, воин?

― Мраком кличут, ― хрипло ответил лисолюд.

Я внутренне усмехнулся. Подходящее имечко. Несмотря на то, что прошло уже несколько дней, физиономия Мрака была все еще опухшая. И, судя по плохо выговариваемым словам, говорить ему было трудно. Собственно, все его воины выглядели не лучше.

― Что же, ― хмыкнул я. ― Мое имя вы знаете.

Стараясь заглянуть в глаза каждому, я медленно обвел строй «клыков» и произнес:

― У меня к вам один вопрос. Зачем вы здесь?

Мрак нахмурился. Его воины начали удивленно переглядываться.

― Ты слышал старейшину Хлада, ― пожал плечами альбинос.

― Да, слышал. Но я буду честен с вами, мне не нравится, когда кто-то делает что-то против своей воли. Знаю это не понаслышке. Мне довелось побывать в вашей шкуре.

― Мы должны подчиняться тебе, ― глухо произнес Мрак.

Я пожал плечами.

― Ну, раз так… Тогда вы свободны. Можете идти. Например, можете вернуться туда, где ваш дом. На север материка.

По строю лисолюдов прошло шевеление. Мрак коротко рыкнул, и все тут же заткнулись. А дисциплина у них на высоте.

― Ты не понимаешь, ― хмурясь, сказал альбинос. ― Нет никаких ледяных клыков. Меня, равно как и нескольких из здесь присутствующих, привезли сюда еще ребенком. Остальные, кого ты видишь, родились уже здесь. Лесоград ― наш дом. Наши семьи… Жены, дети… Мы не собираемся никуда уходить!

― Хм… Вот, значит, как, ― удивился я. Откровенно говоря, эту ситуацию я рассматривал совершенно под другим углом. ― Теперь я примерно понимаю, почему вас отдали в мое распоряжение…

― Тебе нужны воины, ― сказал Мрак. ― Нам нужно доказать, что мы достойны стать частью клана.

Я покачал головой.

― Вы ведь понимаете, что задача будет не из легких?

Лисы ответили мне хищными оскалами.

― Говори, что мы должны сделать! ― рыкнул Мрак.

― Ну, раз так, тогда ладно, ― согласился я.

Затем, кивнув на двери арсенала, предложил следовать за мной.

― И раз уж мы будем действовать вместе, придется слегка вооружить вас.

***

― Думаешь, клюнут? ― спросил я, хмуро оглядывая берег озера, прозванного местными Узким.

― Можешь не сомневаться, ― блеснув клыками, ответил Мрак и, кивнув в сторону воды, добавил: ― Матери такое никому не простят.

Пять дней назад от нашего берега отправилась в плавание целая флотилия из нескольких десятков грубо сколоченных плотов. В центре каждого такого плавсредства воины Мрака соорудили кровавые композиции из обезглавленных тел чернокровов. Головы были сложены на отдельных плотах и тоже отправлены в плавание. По расчету лисолюдов, наше недвусмысленное послание должно было уже добраться до адресата. Внизу по течению, на противоположной стороне, у истока реки есть широкая затока. Именно туда и направлялось наше сообщение, которое и являлось объявлением войны.

На то, чтобы зачистить «наш» берег от чернокровов, ушло две седмицы. Работенка Мраку и его бойцам пришлась по душе. Арсенальное оружие и доспехи, а также зелья и сферы, которыми я их снабдил, значительно облегчили им задачу. Кстати, потраченные на отряд «клыков» жетоны охотников, мне возместили старейшины. Все верно. Если у них есть кристаллы, значит, есть и жетоны. Любопытно было бы узнать, сколько клану удалось накопить этих жетонов за несколько веков противостояния с темными. Наверняка сумма окажется, мягко говоря, немаленькой.

Две недели отряд Мрака и примкнувший к ним Обжора истребляли расплодившихся тварей. К слову, та часть земель клана была настолько запущена, что там водились монстры и поопасней чернокровов. Не каждая охота обходилась без потерь для нас. За эти дни Мраку пришлось похоронить одиннадцать бойцов.

К концу первой недели охоты чернокровы даже решились напасть на город. Около трех сотен тварей пришли под стены Лесограда. Еще месяц назад такая орда натворила бы бед, но не в этот раз. Проснувшийся город, которому ежедневно сливали свою ману все маги клана, довольно быстро начал восстанавливать свою защитную систему.

По сути, прибывшие под его стены чернокровы банально пошли на корм голодному городу. Выросшие за несколько дней лианы-убийцы жадно разрывали тела темных тварей. Ловушки с ядовитыми грибницами, хищные деревья, кажущиеся на первый взгляд мирными полянки с острой травой ― лес вокруг города превратился в настоящий ад для врагов. Думается мне, что та армия чернокровов, каким-то чудом добравшаяся до стен города, была уже изрядно ополовинена и потрепана.

Жестокая расправа над темными здорово впечатлила и вдохновила горожан. Воины, стоявшие на стенах, потом еще несколько дней рассказывали остальным о произошедшем. Судя по реакции старейшин, такой активности живого города они еще никогда не видели. Еще один плюс нам с Боровиком.

После непродолжительной осады и безоговорочной победы, мы закрыли первую часть нашего плана. Истребили оставшихся в живых чернокровов и, по сути, освободили от захватчиков все побережье. Должен заметить, если бы они сами не облегчили нам задачу, придя под стены Лесограда, наша охота растянулась бы на месяцы. Мы, конечно, представляли, что чернокровов будет много, но чтобы настолько… Боюсь даже представить, что творится там, на противоположном берегу Узкого озера.

― Вижу движение на воде! ― негромко объявил самый глазастый из отряда Мрака.

Альбинос весело оскалился. Я краем глаза взглянул на лисолюда. Как-то раз он поделился своим воспоминанием из детства. Все считали, что боги благословили его. Ведь трудно пожелать лучшей маскировки тем, кто живет среди вечных снегов. Но, попав в лес, благословение тут же превратилось в проклятие. Маленькому Мраку первое время пришлось несладко. Белая шерсть в зеленом лесу ― не лучшая маскировка. Пришлось пахать в два раза больше, тратя скрижали на соответствующие характеристики.

― Я же говорил, что Мамаши придут мстить за своих детишек, ― рыкнул Мрак.

Я посмотрел в указанную сторону и почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом.

― Сколько же их? ― прошептал я, мрачно наблюдая, как вся поверхность озера постепенно заполняется узкими суденышками, из которых торчали головы чернокровов.

― Тысячи две, не меньше, ― буркнул Мрак.

Но мы прекрасно понимали, что это только начало. Матери привели орду, чтобы покарать обидчиков.

― Вы готовы, Мастер Эрик? ― спросил меня Мрак.

Я еще раз быстро пробежался по содержимому моих рюкзаков. Зелья, сферы, эликсиры, восемь камней, которые я заполнил «щитами хаоса» и, конечно, кристаллы. Много кристаллов.

― Готов, ― кивнул я и начал заходить в воду. Когда воды стало по пояс, я обернулся и махнул Мраку. ― Надеюсь, еще увидимся!

Тот лишь кивнул в ответ, а затем, коротко рыкнув своим бойцам, первый растворился среди деревьев. Очень скоро город окажется в осаде. Надеюсь, лисолюды выстоят. Обнадеживал тот факт, что Боровик остался в Лесограде. Уверен, Сердце Леса получит много энергии.

Вдох-выдох. Прогнать воздух через трансформировавшиеся легкие. Короткий взгляд на приближающуюся орду. Активировать покров невидимости и водяную регенерацию болотника. Всё. Я готов.

Темные воды озера сомкнулись у меня над головой, и я оттолкнулся от берега. Там, на той стороне, меня ждет темный портал.

Глава 27

Добравшись до противоположного берега, я вынырнул среди густых зарослей тростника. Активировав «чутье», осмотрелся. И тут же заметил в метрах десяти от меня шевеление какой-то магической твари. Судя по удлиненными энергоканалам, скорее всего, змея.

В другой ситуации мы с Обжорой не упустили бы возможность добыть скрижалей, но сейчас был не тот момент.

Несмотря на ледяную воду в озере, я чувствовал себя отлично. Мрак еще перед заплывом советовал мне натереться гусиным жиром, чтобы не околеть где-нибудь на середине водоема. Но, когда я, поблагодарив за совет, отказался, он понимающе хмыкнул. Мол, у магов свои секреты. И, собственно, был прав. «Водяная регенерация болотника» обволакивала мое тело плотной слизью зеленоватого оттенка, которая отлично защищала организм от переохлаждения. Единственное неудобство ― слизь приходилось долго смывать.

Выждав, пока магическая змея уберется восвояси, я выбрался на берег и призвал Обжору. Следующие несколько минут я оттирал тело от слизи пучками сухой травы. Периодически замирая словно степной суслик, я прислушивался к происходящему вокруг.

Вряд ли я почувствую что-то, чего не учует Обжора, который после призыва тут же метнулся в ближайшие заросли на разведку, но такая предосторожность с моей стороны не будет излишней. Кроме того, я старался при каждом удобном моменте учиться использовать свои трансформации.

Обжора вернулся через несколько минут, как раз в тот момент, когда я привел себя в порядок и уже был готов двигаться дальше. Натягивая на себя сухую одежду, я благодарил всех богов за возможность использовать эфемерные ячейки.

― Что там? ― мысленно спросил я Обжору.

― Много нор, ― брезгливо фыркнул он в ответ. Это у него такая реакция на чернокровов. ― Молодые особи.

Наша уловка сработала. Все чернокровы, способные сражаться, сейчас высаживаются на берег лисолюдов. Что ж, обойти низкоуровневый молодняк не составит труда. На то и был расчет.

― Портал учуял? ― тихо спросил я и сплюнул горькую слюну.

Обжора коротко рыкнул в ответ. Еще бы не учуять! От врат несло мерзостью, как от гниющей туши исполинской рыбы. И это при том, что, судя по карте, нам еще дня три или четыре топать.

― Тогда вперед! ― скомандовал я, и мы двинулись в сторону леса.

***

Когда Хлад Краснолап высказывал свои предположения о численности чернокровов на этом берегу, он даже близко не представлял масштабов проблемы. Весь берег, равно как и земли в нескольких днях пути, был похож на один гигантский муравейник, состоящий из тысяч нор.

Я боюсь даже представить, что творится сейчас у стен Лесограда. Очень надеюсь, что защитники города выстоят. Кроме того, я очень рассчитывал на зверский аппетит живого города и Сердца Леса.

Я же, в свою очередь, как ни странно, благодарил богов за ту встречу с Матерью чернокровов, которая принесла мне радужную скрижаль с заклинанием «полога». Без специфических способностей и экипировки, навроде моей «невидимости» и «мародера», нечего и думать соваться на этот берег. Мне даже несколько раз приходилось отзывать Обжору, настолько густо заселены эти земли чернокровами.

Но в сложившейся ситуации были и положительные моменты. Например, там, где обитали чернокровы, отсутствовали другие хищники. Темные перевертыши попросту всех выжили. Оставалось только догадываться, как далеко уходили их охотники чтобы добыть себе пропитание.

Передвижение здорово облегчал тот факт, что между чернокровами в поселениях постоянно вспыхивали ссоры и драки, которые зачастую заканчивались смертоубийством и последующим поеданием останков поверженных. За последние три дня я понял, что взрослому голодному чернокрову ничего не стоит схватить первого попавшегося под руку детеныша и сожрать того на глазах у соплеменников. Причем зрители очень быстро присоединялись к пиру.

Наблюдая за происходящим, я пришел к выводу, что они уже давно готовились переправиться через Узкое озеро. Такое количество хищников без чьей-то сильной воли не смогло бы высидеть на одном месте. Эта прожорливая орда просто обязана кочевать, иначе оседлость грозит самоуничтожением. Из-за нехватки мяса они просто сожрут друг друга.

Чем ближе я подходил к порталу, тем меньше мне встречались норы чернокровов. А на четвертый день пути исчезли даже они.

К вратам шел по карте, приобретенной в арсенале Лесограда. Но, откровенно говоря, справился бы и без нее. Темные эманации, исходившие от портала и буквально впитавшиеся во все живое вокруг, выворачивали меня наизнанку.

Отсутствие матерей чернокровов с одной стороны радовало, ведь это значило, что мы все сделали правильно, но с другой ― меня не покидало странное липкое чувство, будто происходящее это некий спектакль.

Постоянное ощущение постороннего взгляда раздражало и нервировало, хотя тот же Обжора, например, ничего подобного не чувствовал.

Складывалось такое впечатление, будто мы что-то упустили. Уж больно все просто выходило. Хм… Хотя о какой простоте я сейчас говорю?! Почти месяц кровопролитных боев с чернокровами, уже второй набег на Лесоград… Нет. Простотой здесь и не пахнет. Но все-таки мелкий червячок сомнения постоянно точил мою уверенность. Собственно, благодаря этому состоянию, произошедшее далее не стало для меня сюрпризом.

Я стоял на небольшом холме и хмуро разглядывал окружающий меня пейзаж. Судя по карте, здесь когда-то был лес, но портал превратил это место в мрачную пепельно-серую пустыню. Всюду, куда ни брось взгляд, земля была усеяна, как пожелтевшими от старости, так и совсем еще свежими костяками. Привкус горечи и гнили во рту сводил с ума. Хотелось убраться отсюда, как можно дальше.

Особенно много костей валялось на берегу небольшого озера с угольно-темной водой, которое находилось прямо у подножия холма. Несмотря на отсутствие ветра, по черной поверхности водоема то и дело пробегала мелкая рябь. После каждой такой вибрации меня окатывало волной мерзости.

Сопоставить все факты не составило труда. Озеро ― и есть портал. Не увидь я что-то подобное в Лабиринте Страха, ни за что не поверил бы. Хотя должен отметить, это «озеро» будет даже шире того, что открыл Стальной король. Любопытно, что за твари появляются из этих врат. И самое главное ― куда они потом деваются? Хотя, судя по вон тем здоровенным костякам, некоторым из них не дают далеко уйти. Я почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом.

Нет, так дело не пойдет. Пора действовать! Глубокий вдох. Выдох. Стоило труда выйти из ступора и взять себя в руки. Оглянувшись через плечо, я поискал глазами Обжору. Харн на холм взбираться не пожелал. Решил порыскать вокруг, среди деревьев. Его, как и меня, от близости к порталу мутило. Но в случае опасности он был готов в любой момент оказаться рядом.

― Да, братишка, мне самому здесь не нравится, ― прошептал я, бросая взгляд на деревья. ― Последний рывок и уходим.

Откуда-то из леса послышался нетерпеливый рык. Мол, давай уже заканчивай и давай убираться отсюда. Я лишь усмехнулся и шагнул вперед.

Быстро спустившись с холма, аккуратно огибая кости невиданных тварей, я приблизился к берегу озера. Портал, будто чувствуя неладное на каждый мой шаг отвечал мерзкой энергетической волной. А уж когда в моей руке появился первый большой призрачный кристалл так и вовсе словно взбесился. По черной маслянистой поверхности пошли небольшие волны. Я хищно ухмыльнулся. То ли еще будет! Кристаллов для такого дела лисолюды не пожалели.

Когда я хотел было бросить первый кристалл в «озеро», за моей спиной кто-то громко и зло зашипел:

― Что это ты там задумал, червяк?

Я быстро обернулся. У подножия холма, в шагах двадцати от меня стояла женщина, как две капли воды похожая на ту, что я убил в поселке искателей. Только уровень повыше ― шестьдесят седьмой. А вот и Мамаша. Не зря я ощущал все это время посторонний взгляд. Остается только догадываться, почему раньше не дала о себе знать.

― Хочу прибраться здесь, ― стараясь, чтобы голос звучал ровно, ответил я. ― Развели здесь помойку. Дышать нечем.

― А ты наглый! ― блеснула острыми клыками тварь. ― Уверена, мне понравится твоя кровь!

Я краем глаза взглянул на дальнюю стену деревьев и послал мысленное предупреждение Обжоре. Надеюсь, ему хватит выдержки не лезть на рожон. Мамаша чернокровов, проследив за моим взглядом, кивнула.

― И зверь у тебя наглый, ― сообщила она. ― Слушаться не хочет.

Я внутренне выдохнул. Значит, сопротивление ментальной магии Обжоры работает. Либо тридцать четыре единицы это много, либо у этой Матери нет такого же мощного артефакта, как у ее покойной сестрицы. Хотя, кто сказал, что эта тварь пользуется именно артефактами?

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

― Я смотрю, ты подготовился! ― рыкнула она.

― Теперь моя очередь, сестра!

Новый громкий шипящий выкрик сзади заставил вздрогнуть и резко обернуться.

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Атака отражена!

Еще одна тварь! Выходит, Матери не пошли с ордой? Или некоторые решили остаться?

В следующие несколько секунд перед глазами запестрило от сообщений о попытках ментального воздействия. С каждой отраженной атакой Матери чернокровов все больше и больше распалялись.

Я тоже на месте не стоял. Набросив на себя все щиты и рванув к подножию холма, на ходу ответил тараном, молнией и десятком ледяных стрел.

Увы, ни молния, ни таран ожидаемого эффекта не принесли. А вот ледяные стрелы тварям не понравились. С каждым ударом невидимая магическая пелена, защищавшая тела Матерей, ярко вспыхивала, заставляя тех яростно шипеть. Каждая сосулька наносила внушительный критический урон. Похоже, темным не нравится магия льда.

Несмотря на мои атаки, матери отвечали лишь бесплодными попытками ментальной магии. Дураку понятно, не хотят испортить будущую игрушку.

Надо этим воспользоваться. Набросив на себя полог невидимости и обнажив клинки, я, отчаянно виляя из стороны в сторону, рванул вперед. Мое исчезновение темных не удивило.

Короткий взмах руки одной из матерей ― и мой полог рассеялся. Более того, на заклинании повис блок на два часа.

― Я смотрю, ты вовсю пользуешься заклинанием нашей сестрицы! ― зашипела первая тварь. ― Не соврал, значит, Крыса!

Руку даю на отсечение, это она о Шустре.

Полог слетел именно в тот момент, когда я уже почти взобрался на холм.

― Не торопись, червяк! ― весело выкрикнула вторая тварь. ― Мы еще с тобой не закончили!

Сообщения о ментальных атаках возобновились. Любопытно, на что они надеются? Хотя мне это только на руку. Каждая такая атака стоит маны. Пусть себе пытаются.

Взобравшись на холм, я обернулся. Твари, на удивление, за мной следом не спешили. На лицах противные улыбки, будто знали, что я никуда не денусь. Да, я собственно и не собирался. Я сюда не зря так долго шел, чтобы потом сбежать, сверкая пятками.

Отмахнувшись от очередного сообщения о ментальной атаке, я приготовился шарахнуть по чернокровам кое-чем более существенным. Именно в этот момент портал слегка вздрогнул, и маслянистая жидкость забурлила в самом центре озера. Ухмылки матерей стали еще более кровожадными.

Тем временем по поверхности портала прошла высокая волна, которая, добравшись до берега, тут же откатила назад, оставив на суше какое-то человекоподобное существо, вся кожа которого была покрыта черными костяными наростами. На слегка приплюснутой лысой башке монстра красовался острый костяной гребень, тянувшийся от лба до затылка. Широкие плечи, длинные когтистые лапы, безгубая пасть, усеянная острыми кривыми зубами и скрытый уровень над головой ― я уже в который раз клял себя за то, что помедлил и не бросил в портал сразу много кристаллов.

― Не тратьте на него силу! ― прошипел новоприбывший уродец. ― Вам не пробить его волю.

Я слышал мерзкий голос монстра, но не видел, чтобы он шевелил губами. Такое ощущение, словно его голос поселился у меня в голове. Матери почтительно склонили головы и сделали шаг назад.

Нападать вылезший из портала монстр не спешил. Его тело начало быстро трансформироваться. Сперва исчезли черные наросты, затем уродливый гребень. Зубы уменьшились, губы налились кровью. Спустя несколько мгновений на берегу озера стоял еще довольно молодой черноволосый мужчина. На вид ему было лет тридцать – тридцать пять. На его бледном аристократическом лице играла белозубая ироничная улыбка. Образ меланхоличного дворянина портили полностью черные раскосые глаза.

― Так значит, ты и есть посланник Стального короля? ― насмешливо спросил он. ― Охотник на таких как мы?

Матери звонко вполне по-человечески расхохотались. Я промолчал.

Мужчина громко по-звериному втянул носом воздух и резко выдохнул.

― Чую на тебе кровь одной из моих жен и сотен моих детей! Ты и вправду тот, о ком говорил Крыса.

Хочешь поговорить, давай поговорим. Как раз несколько заклинаний откатятся.

― Полагаю, ты сейчас о Шустре говоришь? Он мертв.

Мужчина усмехнулся.

— Значит, его грозный план провалился? Захотел захапать себе побольше власти, но надорвал пупок?

Если бы не отталкивающие глаза, можно было подумать, что я сейчас говорю с дворянином. Четкая речь. Осанка. А что, если это существо когда-то было каким-то бароном или графом, но Тьма изменила его, превратив в кровожадную тварь.

― Я так понимаю, он лишился жизни не без твоего участия, ― склонив голову набок, спросил мужчина. ― Любопытно, и что же вы не поделили. Вы ведь одному хозяину служите. Хотя погоди…

Я старался сохранять спокойствие, но повелителю чернокровов или правильней сказать ― патриарху не стоило труда прочитать интересующий его ответ на моем лице.

― Ты не служишь Стальному королю! ― догадался патриарх. Его брови взметнулись вверх. ― Ты ведешь свою игру! Шустр утверждал, что ты доверчивый болван, не подозревающий об истинной сущности короля. Но на самом деле ты все знаешь! Ха-ха! Крыса с самого начала недооценил тебя. Браво!

Мужчина несколько раз медленно хлопнул в ладоши.

― Твои дети тоже погибли! ― с вызовом произнес я. ― У твоего хозяина снова ничего не вышло!

― У моего хозяина? ― хохотнул патриарх. Матери тут же поддержали его мерзким хихиканьем. – Это ты о Стальном короле?

Патриарх покачал головой и гордо произнес:

― Ты заблуждаешься, червь! У меня нет хозяина и никогда не будет! ― Затем он злорадно усмехнулся и добавил: ― Ты удивишься, но мы с тобой преследуем одни и те же цели. Я также, как и ты, не хочу, чтобы Стальной король добрался до гробницы основателя вашего ордена. Увы, но прямо здесь наш неожиданный, хе-хе, союз прекращает существование. Ты сделал так, как я хотел. Ты пришел ко мне сам. Сегодня, убив тебя, я заберу у Стального короля последнюю надежду на обретение величия.

Ну, это мы еще посмотрим. Сжав кулаки, я приготовился действовать.

― Вижу скепсис в твоем взгляде, ― ехидно улыбнулся патриарх. ― Прежде, чем начнем, хочу преподнести тебе сюрприз.

Сказав это, патриарх коротко взмахнул рукой, и перед моими глазами появилась знакомая надпись, сообщающая, что мой щит воли отразил несколько тысяч единиц ментального урона. Это значило только одно ― у патриарха показатели воли выше моих.

Я бегло прочитал оповещение, и мой взгляд остановился на новом сообщении. Когда до меня дошел смысл написанного, мое сердце, казалось, остановилось.

Легкий шорох за спиной заставил меня резко обернуться.

В нескольких шагах от меня замер Обжора. Каждая чешуйка на его мощном теле встала дыбом. Из пасти капала тягучая пена, а в звериных глазах плескалась ярость и желание убивать.

― Братишка… ― прошептал я, отступая на шаг назад.

А спустя мгновение меня атаковал мой собственный питомец.

Глава 28

Первый удар Обжора нанес хвостом. Костяной шип с легким щелчком, рассекая воздух, метил прямо в сердце. Так вот, что слышат перед смертью жертвы харна. В грудь будто молотом саданули.

Крит харна снес «защитную ауру болотника». Ышу тоже досталось. Еще несколько таких ударов ― и Обжора доберется до щита хаоса. А там и до активации первого кристалла заточения недалеко.

От сильного толчка меня отбросило назад, и я словно тряпичная кукла сперва взлетел, а затем кубарем скатился по склону.

Мой бесславный полет был тут же удостоен едких комментариев со стороны чернокровов.

― Эй, охотник! ― язвительно выкрикнул патриарх. ― Каково это осознавать, что тебя втаптывает в грязь собственный питомец?! А ведь ты, должен заметить, очень неплохо потрудился. Вон какого монстра вырастил. Мне бы таких десятка два ― и этот континент стал бы моим!

Тем временем, я не успел еще остановиться, как сверху на меня приземлилась тяжеленная чешуйчатая туша. Второй по силе удар Обжоры выбил очередной крит, и призрачное змеиное тело Ыша несколько раз судорожно мигнуло.

― Ату его, ату! ― радостно хлопая в ладоши, кричали мерзкие женушки патриарха. Они стояли шагах в двадцати от меня и легонько подталкивали друг друга локтями, кивая на взбесившегося харна. ― Хороший котик. Разорви его на части!

А «хороший котик», тем временем, разошелся ни на шутку. Удары сыпались один за другим, будто я попал в гигантскую молотилку. Ыш уже давно исчез. Обжора принялся за щит хаоса. Единицы защиты таяли, как снежинки на солнце. Мои зубы несколько раз клацнули, перед глазами возникли радужные круги, кажется, треснули кости в нескольких местах. Правда, боли особой не чувствовал. Видимо, своим телом я разломал несколько костяков, что лежали на берегу.

Последним ударом Обжора отбросил меня на несколько шагов вперед. Почти к самому порталу. Подарив тем самым короткую передышку, которой я тут же и воспользовался.

Я уже знал, что сделает харн дальше. Поэтому быстро достал несколько больших «клякс», купленных в арсенале Лесограда. Эти капканы, в отличие от «усиленных», опустошали энергоисточник сразу на пятьдесят процентов.

Пот градом бежал по лбу, заливая глаза, руки тряслись от перенапряжения, кажется, каждая частичка моего организма пульсировала от боли, но я все-таки успел. Зашвырнув себе за спину несколько сфер, я удовлетворенно пронаблюдал, как растворился в воздухе харн, и как через мгновение он появился сзади, чтобы тут же увязнуть в пульсирующих магической энергией ловушках.

Обжора, как я и предполагал, сократил расстояние, активировав заклинание «прыжок шипохвоста». Попав сразу в несколько «клякс», он мгновенно лишился всей своей энергии. А также с его тела слетел эффект невидимости после «прыжка». В данную минуту харн только и мог, что беспомощно распластаться на земле и яростно сверкать звериными глазами.

― Прости, братишка, ― прошептал я и бросил ему под брюхо еще несколько «клякс», а также ― парочку «клещей», лишивших его маны. ― Потерпи. Скоро все закончится.

― Браво! ― справа послышались аплодисменты.

― И что теперь? ― с издевкой в голосе спросил патриарх.

― Отдай его нам! ― прошипела одна из Матерей.

― Я хочу попробовать его крови! ― вторила ей вторая и сделала шаг в мою сторону.

― Не время! ― спокойно остановил их патриарх. ― Мне любопытно посмотреть, на что способны нынешние охотники.

А вот это ты зря. Набросив на себя «благодать леса», я призвал сущность крушителя. Взмывший вверх гигантский призрачный жук на мгновение отвлек внимание чернокровов, давая мне время сделать следующий ход.

Использовав все доступные мне эликсиры, я рванул вперед. Перед тем, как магический непроглядный туман поглотил меня, я услышал насмешливый голос патриарха:

― Пф, балаган! Если ты подумал, что с помощью этого дешевого фокуса сможешь убежать от нас, ты глубоко заблуждаешься! Если честно, ожидал от тебя чего-то более интересного.

Я хищно усмехнулся. А кто тебе сказал, что я собрался убегать?

― Внимание! Вы попали под воздействие легендарного заклинания «Рассеивание чар» (12).

Магический туман, начал исчезать.

Плевать! Я добился своего. Я снова находился на достаточном расстоянии для активации следующего атакующего заклинания.

Мое появление в двадцати шагах от стоявших бок о бок матерей оказалось сюрпризом для патриарха. А когда он увидел горсть темных орбов у меня в руке, я прочитал в его глазах недоумение и в тоже самое время понимание того, что произойдет дальше.

― Не-е-ет! ― впервые в его голосе я услышал панические нотки.

Мы атаковали одновременно. С его бледной руки сорвались черные щупальца, мгновенно ополовинив мой щит и отбросив меня на несколько шагов назад. Я же в свою очередь активировал «каменные шипы». Памятуя о необычайной устойчивости темной магии по отношению к другой волшбе, я, как и в поселке искателей, использовал темные орбы, которых после охоты на чернокровов у меня было предостаточно.

Выросшие из-под земли жуткие каменные шипы, измененные двадцатью орбами в мгновения ока, проломив защиту матерей, пронзили тех, словно гигантские булавки беззащитных бабочек.

Первая мать умерла мгновенно, по-моему, даже не поняв, что произошло. Каменное жало пронзило ее спину, разорвав всю энергоструктуру вдоль хребта, и вышло из правого глаза, превратив череп в бесформенное кровавое нечто.

Второй матери «повезло» меньше. Она, захлебываясь от собственного крика, извивалась словно черная пиявка, распятая несколькими каменными копьями.

― Нет! ― снова взвыл патриарх и дернулся было к ней, но тут же замер. Мать чернокров затихла. Надеюсь, ее черная душа ухнула в бездну.

Патриарх, тяжело дыша, резко обернулся. Его черные глаза пылали ненавистью.

― Ты! ― прорычал он, начиная трансформироваться. ― Забудь о смерти, червь! Ты умрешь не скоро!

― Ну, это мы еще посмотрим! ― сплюнул я кровавую слюну. Видимо, когда падал, прикусил язык. ― Вон, твои женушки меня тоже стращали!

Сзади послышалось шевеление. Быстро обернувшись, я метнул молнию в приходящего в себя Обжору, выиграв себе еще минуту.

― Прости, братишка, ― прошептал я. ― Потом, когда все закончится, с меня гора сладостей.

Патриарх тем временем перешел от слов к действиям.

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Вам нанесен урон 2500 (блокировано «Щитом Воли»)!

― Скоро твоя мана закончится, червь! И тогда ты пожалеешь, что твоя мать привела тебя в этот мир! ― прорычал он.

Доставая из рюкзака еще десяток орбов, я отстраненно прикидывал, это ж сколько еще мне понадобится радужных скрижалей, чтобы обезопасить себя от ментальных атак.

― Внимание! Вы хотите усилить заклинание «Сокрушительный таран Живоглота»?

― Учитывая уровень вашего заклинания, максимальное количество Орбов Тьмы для усиления: 3 шт.

― Внимание! Использование максимально допустимого количества темных элементов повлечет за собой значительное снижение репутации с Орденом Охотников на чудовищ!

Давай уже! О последствиях буду думать потом. Раздраженно отмахнувшись от сообщения, я активировал заклинание.

Заметно увеличившийся в размерах патриарх мой таран даже не заметил. И это при том, что я напитал заклинание темной энергией. Выходит, только зря репутацию ордена понизил.

С ответом главный чернокров ждать не стал. Двойной удар темных щупалец практически сбил мой щит, а ментальный всплеск снял еще две с лишним тысячи маны.

Бездна! Откуда у него столько энергии?! Боясь опоздать, я судорожно сжал в кулаке кристалл заточения с новым «щитом хаоса». Перед глазами выскочило оповещение:

― Внимание! Вы пытаетесь активировать заклинание «Щит хаоса», не использовав до конца оставшиеся единицы защиты (853 единиц). После активации вы их потеряете.

― Продолжить действие?

Да! Быстрее!

Как только система сообщила, что я снова под защитой, я облегченно выдохнул. Узнай мой противник, что я только что был практически без защиты, и что еще один удар черных щупалец поставил бы точку в нашем противостоянии, наверняка бы удавился от злости. Хотя, судя по его заявлениям, я ему нужен живым.

Тем временем тело патриарха продолжало меняться. Сейчас он уже мало напоминал того молодого подтянутого мужчину с аристократическими чертами лица. Да и от первоначальной формы тоже ничего не осталось. Монстр обзавелся четырьмя лишними конечностями и длинным змеиным хвостом. Он вырос буквально на глазах в два раза и, похоже, на достигнутом останавливаться не собирался.

Чем больше он становился, тем стремительней были его движения. Видимо, я сейчас наблюдаю активацию аватара тьмы. В каждой лапе твари появилось по длинному, похожему на тела змей, хлысту.

Все это время я метался по берегу словно бешеная белка и забрасывал монстра темными ледяными стрелами и молниями. Сперва мои атаки с переменными успехом кое-как достигали своей цели, отрывая по кусочку от защиты монстра, но спустя несколько мгновений все изменилось. Аватар тьмы завершил трансформацию и перешел от защиты к атаке.

Четыре черных хлыста с громким свистом принялись за мой щит. В считанные секунды мне пришлось спешно активировать еще два кристалла, мысленно хваля самого себя за предусмотрительность. Не заполни я камешки вовремя, лежал бы сейчас на берегу этого мерзкого озера разорванным на клочки.

Пропустив еще несколько ударов, пресекающих мое продвижение вперед, я понял, что патриарх выбрал дистанционный бой ― хочет взять измором. Когда исчерпаю все запасы маны, вот тогда он и возьмет меня тепленьким.

Мои новые попытки пойти на сближение опять провалились. Ледяные стрелы, тараны, молнии, даже недавно приобретенное ледяное копье, усиленное орбами ― ничего не сработало. В моем рукаве оставались два последних козыря ― заклинания «Испепеление» и «Забвение». Но их я смогу активировать только касанием. К слову, семена Сердца Леса затихли и старались не отсвечивать. Да уж, это вам не слабый чокнутый дух хаоса. Тут противник посерьезней. Хотя, чего это я? Они же всего лишь дети. Да ― вечно голодные, но при этом не лишенные инстинкта самосохранения.

— Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Вам нанесен урон 2500 (блокировано «Щитом Воли»)!

Зараза! Да сколько же в тебе маны?! Увы, но мое «чутье» тоже было бессильно. Энергоструктура твари для моего магического зрения была словно в тумане. Патриарх был существом явно из высшей лиги.

На короткое время сложилась патовая ситуация. Я не мог ни добраться до противника, ни пробить его защиту. Он же, в свою очередь, безуспешно пытался прорвать мой щит воли, равно как и щит хаоса. Правда, мое положение с каждой секундой ухудшалось ― патриарх, в отличие от меня, наносил серьезный урон. Единственным положительным моментом в сложившейся ситуации было то, что на Обжору у него маны, по всей видимости, уже не хватало.

О том, что братишка свободен от чужой воли, я понял только что. Меня в буквальном смысле слова окатило волной его смешанных чувств. Там было все. И негодование, и ярость, а также сожаление и раскаяние.

Действие эффекта оцепенения закончилось, источники харна уже были полны, но с атакой он не спешил. Хитрюга, притаился! Делает вид, что все еще обездвижен. Голову не потерял, молодец! Хотя очень зол, и я его понимаю. Вот и еще один козырь. Главное ― правильно его использовать.

Осталось дело за малым ― стать сильнее и быстрее, затем подобраться вплотную к монстру и активировать свои самые убойные заклинания. Если с последним пунктом проблем нет, то с двумя первыми беда.

Хотя…

Кажется, я знаю, что должен сделать…

Приняв на щит хаоса очередной удар хлыста и отмахнувшись от оповещения о ментальной атаке, я рванул назад. Мой маневр не остался незамеченным. Патриарх поднял две лапы вверх, и за моей спиной из-под земли возникли угольно-черные маслянистые щупальца.

― Даже не думай сбежать, червь! ― грозно прозвучало у меня в голове.

Рубанув Шипом по тянувшимся в мою сторону мерзким отросткам, я увидел, как из глубоких порезов с отвратительным шипением начала сочиться черная тягучая жидкость. Наверняка что-то ядовитое.

Я поспешил отпрыгнуть от этой пакости подальше.

Пора!

― Внимание! Показателей вашей Воли достаточно для активации легендарного заклинания «Аватар Хаоса»!

― Внимание! Магическая трансформация увеличит в 5 раз показатели таких характеристик:

― Сила

― Ловкость

― Меткость

― Скорость

― Внимание! Магия Хаоса усилит все эффекты ваших атакующих заклинаний!

― Предупреждение! Аватар Хаоса зависит от вашего источника жизни! Помните, каждая секунда его существования обойдется вам в 5 единиц жизни!

― Время жизни Аватара Хаоса:

― 753 секунды.

― Желаете произвести активацию?

― Да! ― подтвердил действие я, и магия хаоса принялась за трансформацию моего тела.

Не знаю, чувствуют ли оборотни или чернокровы тоже самое, что прочувствовал за последние несколько мгновений я, могу сказать только одно – это заклинание буду использовать только в самых крайних случаях.

Трансформация продлилась четверть минуты. Все это время я должен был не только терпеть невыносимую боль в изменяющемся прямо на глазах теле, но и постоянно двигаться, уворачиваясь от участившихся атак почуявшего неладное патриарха.

С каждой секундой уклоняться от хлестких ударов становилось все проще и проще. Если раньше каждый удар черных хлыстов достигал цели и нещадно кромсал мою защиту, то теперь, когда система сообщила об удачной трансформации, большинство ударов проходили мимо. Меня даже удивляло, каким неуклюжим и слабым я был.

— Вот теперь повоюем! ― хищно улыбнувшись, произнес я и тут же вздрогнул от звука собственного голоса, больше похожего на звериный рык.

В кого же это я превратился?! Взглянув на свои руки, я на мгновение потерял дар речи. Эти лапы, бугрящиеся узлами мышц и руками-то назвать сложно. Шип и раньше не особо выделявшийся своими размерами, сейчас в моей когтистой пятерне казался совсем игрушечным.

Кроме рук-лап, я теперь мог похвастаться широкими плечами и мощной грудной клеткой. А еще… Я провел языком по зубам… ставшими звериными клыками. Могу себе только представить, во что превратилась моя физиономия.

На осмотр своих новых конечностей у меня ушло всего несколько секунд. Но в данном случае, в прямом смысле слова, драгоценных для меня секунд жизни.

– Внимание! Вы подверглись воздействию ментальной магии!

― Вам нанесен урон 200 (блокировано «Щитом Воли»)!

Новая ментальная атака патриарха заставила вздрогнуть. В этот раз он ограничился всего лишь двумястами единицами. С чего бы это? Я всмотрелся в безобразную фигуру твари и нахмурился. Патриарх создавал вокруг себя стену из черных щупалец.

Наращивает защиту, гад! Видать, догадался, что я буду стараться навязать ближний бой.

Хочешь повоевать на расстоянии? Давай повоюем!

Когда попытался активировать заклинание ледяной стрелы, мое тело окутала полупрозрачная светло-лиловая дымка. В левой руке в одно мгновение возник тугой призрачный лук, по изогнутым плечам которого пробегали фиолетовые сполохи. Стрела, возникшая в правой руке, напоминала длинное, пульсирующее энергией хаоса веретено.

Зло взглянув на стремительно обрастающего щупальцами патриарха, я коротко рыкнул и оскалился.

Первая измененная хаосом стрела с громким хлопком призрачной тетивы рванула вперед, оставляя за собой магический след светло-лилового цвета.

― Вы активировали усиленное заклинание «Ледяная стрела Хаоса»!

― Вы активировали физический навык «Стрела гнева»!

― Вы атаковали Патриарха чернокровов (уровень скрыт)!

― Вы нанесли критический урон 9 512!

Стрела попала в сгусток темных щупалец, оставив после себя широкое шипящее пятно. Сработало магическое обморожение.

Несмотря на увеличенный в несколько раз урон, патриарх на мою атаку отреагировал довольно сдержанно. Даже не вздрогнул. Продолжил оплетать себя маслянистыми отростками.

А вот так?! В моей руке появилась новая стрела хаоса, которую я напитал тьмой, потратив сразу пятнадцать орбов. Отчего моя репутация с орденом охотников уже в который раз за последние полчаса здорово просела.

Хлопок! Пульсирующее чернотой веретено, которое после моих манипуляций превратилось в нечто странное, и которое Великая Система назвала просто «Темная стрела», вонзилось в стену маслянистых отростков.

― Вы активировали усиленное заклинание «Темная стрела»!

― Вы активировали физический навык «Стрела гнева»!

― Вы атаковали Патриарха чернокровов (уровень скрыт)!

― Вы нанесли критический урон 15 380!

― В пораженном месте начался «Некроз»!

Времени разбираться, что это за «некроз» такой, не было. Судя по тому, как черное пятно, оставшееся в месте попадания стрелы, начало буквально на глазах разъедать судорожно шевелящиеся отростки, я, кажется, нащупал слабое место противника. Душераздирающий рев боли для моих ушей прозвучал, словно дивная музыка.

Ловко перемещаясь с места на место, я то и дело посылал темные стрелы в обезумевшего от боли противника. При этом я не забывал постепенно сокращать дистанцию.

Несмотря на плачевное состояние защиты, патриарх умудрялся огрызаться мощными заклинаниями, от которых, увы, я не успевал увернуться. Все-таки мои показатели даже в измененном состоянии значительно уступали его уровню. Пришлось использовать еще один кристалл со щитом.

Разговоры, равно, как и ментальные атаки, прекратились ― похоже, патриарху уже было не до них.

Выпустив еще несколько стрел, я призвал сущность черного панцирника. На его три тысячи единиц урона я не особо рассчитывал. Здоровенный таракан выступал отвлекающим маневром. Следом за ним я призвал сущность снежного упыря.

Как и ожидалось, панцирник, со всего маху врезавшись в гигантскую тушу чудовища, особого урона не нанес. А вот метнувшийся за ним следом упырь снес сразу тридцать пять процентов содержимого источника жизни твари, при этом заполнив мой собственный под завязку.

Патриарх взвыл от боли. Вблизи его тело напоминало одну сплошную рану. Щупальца под действием некроза разлагались прямо на глазах, одна из лап висела плетью, костяные наросты темнели покорежеными стрелами. Нестерпимая вонь разложения ударила в нос.

Тело монстра начало постепенно уменьшаться. Похоже, он слишком увлекся ментальными атаками и потратил всю ману. Не ожидал от меня сюрприза. Ну ничего ― не он первый, не он последний. Меня часто недооценивали.

Делая последний рывок, я заметил, что он то и дело косится на портал. Даже сделал шаг по направлению к озеру. Вздумал сбежать? Не выйдет. Поздно. Раньше надо было думать.

Последний длинный прыжок ― и я приблизился вплотную к чудовищу. Краем глаза заметил размытое движение справа. Это Обжора. На бегу я швырнул ему пузырек с зельем насыщения, в котором оставалось еще два глотка. Харн резко взмыл вверх и, громко клацнув зубами, проглотил маленькую бутылочку с эликсиром.

Мы атаковали одновременно. Харн ударил в спину патриарха костяным шипом, метя под левую лопатку, а я, впервые активировав заклинание «огненная лапа», принялся за грудной панцирь жертвы. Шип и Стрекоза, окутавшись ярко-лиловым пламенем, кромсали костяную броню монстра, словно та была сделана из тонкой бумаги.

Патриарх громко рычал и неуклюже отмахивался от нас, словно от надоедливых ос, жалящих его в самые открытые места. От его некогда громадной туши осталась чуть ли не половина. Рык, сменился воем. Из глубоких ран сочилась черная кровь.

― Стой, охотник, стой! ― наконец, закричал он. ― Пощади! Дай мне уйти! И я скажу тебе, что так упорно ищет Стальной король!

Но я его не слышал. Только удвоил усилия.

― Очень скоро я и сам раскрою этот секрет! ― рыкнул я ему в ответ. ― Осталось только добить тебя!

Патриарх из последних сил попытался дернуться в сторону портала, но я ему не позволил это сделать.

Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, поборов брезгливость и отвращение, я схватил тварь за плечо и активировал усиленное хаосом и тьмой «забвение», а затем вдогонку добавил на всякий случай «испепеление».

Патриарх вздрогнул, а потом рухнул на землю, как подкошенный. А спустя мгновение его туша вспыхнула магическим черным пламенем.

От него исходил такой мощный жар, что на короткий миг я даже задохнулся. Быстро уйдя перекатом вправо, подальше от разбушевавшегося пламени, я, по-звериному стоя на четвереньках, начал жадно ловить ртом воздух. Рядом тут же появился Обжора и ткнулся мокрым носом в щеку.

― Все, братишка, ― прохрипел я. ― Мы победили…

Перед глазами мелькали сообщения о победе и полученных трофеях. Но я обратил внимание на последнее из них.

― Внимание, охотник! Ты злоупотребил силой Тьмы! Твоя репутация с орденом охотников на чудовищ понижена до 0! Тебе присвоен временный статус «Ренегат». У тебя есть 24 часа на то, чтобы повысить репутацию с орденом охотников на чудовищ! В противном случае, по истечению вышеуказанного срока, каждый член ордена охотников на чудовищ получит задание на твою ликвидацию!

Глава 29

Зло рыкнув, я отмахнулся от сообщения. Надо срочно исправлять положение. Тяжело поднявшись во весь рост, я, доставая из рюкзака кристаллы, двинулся к порталу.

Каждый шаг отдавался резкой болью в теле. Перед глазами то появлялись, то исчезали разноцветные пятна. Хотелось найти укромное местечко. Желательно ― какую-нибудь темную и теплую нору, чтобы забиться в нее и, свернувшись калачиком, закрыть хотя бы ненадолго слезящиеся от перенапряжения глаза. Но отдых потом. Сперва дело!

Каждое движение давалось ценой невероятных усилий и обжигающей боли в висках и затылке. По какой-то причине я стремительно терял силы. Зрение и слух тоже шалили. С каждым вздохом саднило горло. Со мной явно происходило что-то странное.

Я быстро проверил все показатели. Аватар еще мог держаться минут семь без ущерба моему здоровью. Щит был на месте. Там еще оставалось процентов сорок защиты. Регенерация, разгоняемая «благодатью леса», исправно восстанавливала повреждения в моем организме. Я даже на всякий случай сделал сразу два глотка зелья насыщения.

Если все в порядке, почему я себя чувствую дряхлым стариком?

Шаг, еще один… Снова эта резь в глазах и горечь во рту… Горечь? Горечь! Ну конечно ― портал!

Я нахмурился, вглядываясь в угольно-черную поверхность озера, и ахнул: маслянистая жидкость пузырилась и пенилась, выбрасывая в воздух темно-серый пар. Он стелился над поверхностью вязким покрывалом, постепенно собираясь у берега в бесформенный темный как ночь сгусток.

Неожиданно этот сгусток качнулся в мою сторону, но опасности я не почувствовал. Даже улыбнулся, как старому другу. Захотелось рассказать об этом Обжоре, но тот лежал в десяти шагах от меня, закрыв глаза. Его грудь мерно вздымалась. Я цокнул языком и покачал головой. Такой важный момент, а он дрыхнет. Ну ладно, сам поздороваюсь со старым другом. Вон он, уже ждет меня!

Последние шаги к кромке берега дались очень легко. Я даже удивился своей недавней неуклюжести. Друг манил. Друг ждал. Он хотел поделиться со мной чем-то очень важным. Кстати, ему не очень понравились кристаллы в моей руке. Пришлось их быстро спрятать. Я ведь не хотел обидеть нового друга.

Когда до черного сгустка оставался всего шаг, я почувствовал, как меня кто-то окрикнул. Причем в голосе неизвестного слышалась неприкрытая паника. Стоп. Голос был не один. Их было два. Очень настойчивые. Злые и в тоже самое время очень испуганные.

Я остановился и оглянулся. Никого. Обжора продолжал дрыхнуть. Тело твари, с которой я только что сражался, уже почти догорело. Отстраненно подумалось, что не видать мне трофеев с патриарха. В том пламени вряд ли что уцелело. К слову, моему новому другу не нравилось, что я убивал чернокровов. Захотелось повиниться перед ним.

Голоса снова дали о себе знать. Их паника раздражала. Мало того, что они отвлекают меня от важного дела, так еще и не показываются на глаза. То ли дело мой новый друг ― вон как разволновался. Ему не понравилось, что я остановился. Я хотел было сделать последний шаг, как в голове прозвучал новый крик. От неожиданности я замер. Хм… А ведь мне знакомы эти голоса. Где-то я уже их слышал…

Крики становились отчетливей и громче.

― Замри!

― Не двигайся!

Понимание пришло мгновенно. Словно гигантский сигнальный горн протрубил в голове. Все это время нечто темное и злое пыталось утянуть меня в портал. Показатели воли этой твари многократно превышали мои. Причем настолько, что Великая Система даже не удосужилась сообщить мне о происходящем. И только маленькие Сердца Леса пытались достучаться до меня.

Испуг продлился недолго. Ему на смену пришел гнев. Я был в бешенстве! Причем злился в большей степени на самого себя. Я снова подставился. Легкомысленно подумал, что со смертью патриарха все закончилось.

Неизвестная тварь сразу почувствовала смену настроения жертвы. Мы начали действовать одновременно. Резко выхватив сразу несколько мешочков с самыми крупными кристаллами, я замахнулся и зашвырнул их на середину озера. Этого хватило бы на закрытие сразу двух порталов, как в Каменном лесу.

Мои подарки были еще в воздухе, когда меня окатила мощная ментальная волна. А спустя мгновение мое сознание погрузилось в темноту.

Дальнейшие события в моей памяти всплывали урывками. Вот меня кто-то обнюхал. Затем куда-то потащил. Я, кажется, попросил погрузить мое тело в воду. Мое желание вскоре исполнили. Сперва мне было очень холодно, но потом я активировал какое-то заклинание и мне стало тепло и уютно.

Через некоторое время я почувствовал, что мое тело извлекли из воды. При этом я слышал отдаленно знакомые голоса. Потом меня бережно куда-то отнесли. Мне стало тепло. Снова возник запах воды, но не такой затхлой, как прежде. Периодически я ощущал на своем лице чье-то горячее дыхание. Смутно знакомое. А потом тряска закончилась и настал долгожданный покой…

***

В себя пришел в одно мгновение, будто из-под воды вынырнул. Открыв глаза, сперва тут же зажмурился, но, спустя мгновение, снова открыл. Огляделся и сразу понял ― я внутри огромного древа.

― Значит, Лесоград, ― прохрипел я пересохшим горлом, разглядывая причудливые древесные плетения на стенах и потолке.

Прокашлявшись, завертел головой. Рядом с кроватью, на которой я лежал, прямо из пола рос круглый, похожий на гриб, стол.

Увидев кувшин на столешнице, я радостно захрипел.

― Вода-а-а!

На удивление легко поднявшись с ложа, я схватил двумя руками глиняную посудину и тут же принялся жадно пить.

― Смотрю, ты уже очухался!

Услышав знакомый голос, я оторвался от кувшина и обернулся в сторону входной двери.

На пороге стоял улыбающийся Боровик.

― Обжора? ― спросил я вместо приветствия.

Лесовика моя неучтивость нисколько не смутила, даже наоборот ― в его глазах я прочитал понимание и одобрение за беспокойство о друге.

― Да что ему станется? ― хохотнул он. ― Прошлогодней листвы мне под мышку, если этот проглот сейчас не на кухне!

Я облегченно выдохнул и откинулся на мягкую подушку. Слава богам ― жив!

Затем, спохватившись, я снова поднялся.

― Лежи, ― успокаивающе махнул рукой Боровик, садясь в широкое кресло напротив моей кровати. Судя по его движениям, к этому креслу он уже привык. Значит, часто здесь сидел. Я быстро огляделся. А вон там в углу ворох всякого тряпья ― это уже логово Обжоры. Это ж сколько я тут провалялся? Но об том потом. Сейчас о главном.

― Портал запечатан. Атака на город отбита.

Боровик сама проницательность.

Я снова с облегчением выдохнул.

― Потери?

― Есть, ― хмуро ответил Боровик. ― Слишком много тварей было. В какой-то момент мы уже думали, что они прорвутся внутрь, но потом в один миг всё изменилось.

― В каком смысле? ― спросил я.

― Несмотря на то, что мы не увидели ни одной Мамаши, чернокровы все равно действовали слаженно. А потом что-то произошло, и они вдруг начали разбегаться. Некоторые так вообще набрасывались на трупы своих сородичей и прямо там под стенами начинали их жрать. Да что трупы… Они там между собой такую бойню устроили. Хех… Видел бы ты наши рожи.

― Я так понимаю…

― Да, ― кивнул лесовик. ― Все сходится. Видимо, как только ты прибил мамаш, так чернокровы сразу и спятили. Кстати, я видел трупы двух из них и пепелище возле портала. Там было три Матери?

Я поморщился и начал говорить. Когда закончил, Боровик, все это время внимательно слушавший меня, задумчиво протянул:

― М-да-а… Вижу, винишь себя за многое.

Я опустил голову.

― Правильно, ― сказал лесовик. ― Но и унынию сердце не открывай. Жив остался ― радуйся. Главное ― об ошибках не забывай. У тебя впереди еще много битв. Будешь продолжать в том же духе ― и себя погубишь, и тех, кто тебе доверился, в могилу сведешь.

Он хотел еще что-то сказать, но в спальню разрушительным вихрем ворвался харн и тут же накинулся на меня. В одно мгновение я был вылизан и обнюхан.

Обняв друга за массивную шею, я мысленно произнес:

― Спасибо! Ты снова спас меня! И прости мне мою глупость и беспечность…

Ответом мне было громкое урчание.

Затем я мысленно поблагодарил моих маленьких защитников, пообещав найти им лучших хранителей и места, где будет полно вкусной энергии. Я тут же был завален нетерпеливыми вопросами. Пришлось спешно заканчивать этот разговор, грозивший перерасти в один сплошной монолог жалоб и требований.

― Не представляю, как ты умудряешься с ними справляться, ― почесал бороду Боровик. Он, похоже, прекрасно чувствовал нетерпение и голод моих подопечных.

Я лишь тяжело выдохнул.

― Очень скоро эта ноша станет непосильной. Но сейчас я как никогда рад, что они со мной. Если бы не их своевременное вмешательство, та тварь… Кстати, что это могло быть?

― Исходя из рассказанного тобой, могу предположить, что это был один из духов тьмы. Очень сильный. Не чета тому, которого ты усмирил в цитадели хаоса. Эта тварь успела отожраться за столько-то лет. Патриарх и его женушки, по-видимому, исправно кормили его.

― Зачем?

― Известно зачем. Они ему свежую кровь, а он им сильных тварей из другого мира приманивал. Папаше с мамашами ведь надо было как-то уровни поднимать. У патриарха, кстати, какой был?

Я быстро открыл закладку с оповещениями о победе и удивленно хмыкнул. Думал, будет выше.

― Восемьдесят седьмой, ― озвучил я уровень патриарха.

― Я же говорю ― отожрались. А у духа?

Я пролистал все сообщения и пожал плечами.

― Не знаю. Великая Система о нем ни слова не сказала.

― Видимо, успел сбежать в свой темный мир перед тем, как ты запечатал портал. А то, что система не распознала его, так это вполне логично. В том мире у нее пока еще нет власти.

Я кивнул, соглашаясь. Уже видел такое.

― Долго я тут валяюсь? ― сменил тему я.

― С того момента, как мы нашли тебя в грязной луже на дне старого оврага, прошло четыре дня. Плюс несколько дней на дорогу к порталу. Считай ― уже девятый день идет.

Я лишь присвистнул.

― Главное ― у нас все получилось! ― улыбнулся Боровик. ― Тебя ведь можно уже поздравить? Мертвый орден, наконец-таки, обзавелся новым магистром?

Я снова полез в закладки и, спустя несколько секунд, почувствовал, как мой рот растянулся в довольной улыбке.

― Тогда ― мои поздравления, господин магистр! ― повторил Боровик и, поднявшись, протянул мне руку.

Я рассеянно ответил на рукопожатие, продолжая вчитываться в текст перед глазами.

Боровик хмыкнул и произнес.

― Вижу, тебе надо собраться с мыслями. Оставлю тебя пока. Другим скажу, чтобы не беспокоили. Но ты не затягивай, у нас много дел накопилось.

Уже возле двери он остановился и, развернувшись, сказал:

― Чуть не забыл. Там под столом твоя сумка… Мы сложили в нее все твои трофеи, которые удалось снять с трупов мамаш. В пепелище поковырялись, конечно, но, сам понимаешь, ничего не нашли… Боюсь даже представить, чем ты шарахнул по патриарху.

Последнюю фразу он произнес, закрывая дверь. А я, рассеянно мазнув по кожаному боку моего походного рюкзака, продолжил чтение оповещений.

В первую очередь я зарылся в те оповещения, которые касались моего повышения. М-да… Получается, одним броском я перескочил через всю карьерную лестницу ордена. А это ни много ни мало еще пять ступеней, включая повторное получение старшего охотника.

Две последние ступени «старший приор» и «магистр» без посвящения советом магистров ордена перешагнуть было невозможно. Но не в моем случае ― Великая Система, как и в прошлые разы, сперва выдала ошибку, а потом, отмахнувшись сообщением о моей уникальности, все-таки посвятила меня сперва в «старшие приоры», а затем и в «магистры». С этого момента прерогатива посвящать в охотники, раздавать звания и еще много всего, была у меня.

За каждую из ступеней меня щедро премировали жетонами, скидками и артефактами. А еще до пятого уровня поднялся «истребитель тьмы», равно как и соответствующие способности. Теперь я мог добывать значительно большее количество искр и орбов. Шанс успешного изменения предметов без ущерба значительно возрос. У меня даже руки зачесались сразу же приступить к делу, но останавливала необходимость уделить внимание более важным делам.

Отныне в оружейной большинство предметов мне были доступны бесплатно. Только некоторые уникальные вещи я должен был покупать, да и то со скидкой в девяносто пять процентов. Практически даром.

Я получал доступ ко всем помещениям и тайникам ордена. Когда развернул карту, добытую в змеином логове, на которой были отмечены все орденские цитадели, крепости, города и сторожевые башни, у меня сперло дыхание. Я даже представить себе не мог с каким размахом развернулись в свое время охотники. Понятное дело, что большая часть из построенного уже давно разрушена, но сам факт поражал воображение.

Кроме того, у меня теперь был дистанционный доступ к каталогу главного хранилища ордена, которое, кстати, находилось здесь в Лесограде. В справке, маячившей над каждой постройкой, указывался год, месяц и день окончания постройки. И самое важное ― размер земельного надела и номер купчей или дарственной на нее. Особо в каждой справке упоминалось, что договора купли-продажи либо дарственные подписывались сторонами кровью. По спине пробежал холодок. Магия крови. Брр… Оставил хотя бы маленькую капельку на документе и подтвердил намерение ― сильнее подписи нет.

В горле снова пересохло. Допив оставшуюся воду в кувшине, я мельком взглянул на мирно спавшего у моих ног Обжору и снова окунулся в длинные тексты сообщений и значки на карте.

Оказалось, что все постройки ордена были соединены между собой общей сетью порталов, спрятанных от посторонних глаз в специальных залах. Даже в Камнеграде и в форте «Смелый» имелись такие, но из-за низких показателей репутации доступа к ним у меня не было.

На мгновение я закрыл глаза и тяжело выдохнул. Это же сколько опасностей можно было избежать, получи я доступ ранее. Теперь, являясь магистром, и при условии исправности портальных установок, я мог без проблем оказаться практически в любой точке нашего мира. И, что важно, провести с собой попутчиков. Все упиралось в наличие маны.

От потока нахлынувшей информации пухла голова. Я понимал, что уровня моего разума просто не хватало на то, чтобы разобраться со всем этим.

Закрыв карту, я хотел было приступить к разбору оповещений о победе над чернокровами, но в дверь настойчиво постучали.

― Войдите! ― недовольным голосом крикнул я.

Дверь открылась и на пороге появился мальчишка лисолюд.

― Господин магистр! ― пискнул он. ― Вас ждут главы родов в зале совета.

Сказав это, лисенок быстро выскользнул из комнаты, а я раздраженно рыкнул и начал одеваться. Моя одежда лежала на трехногом табурете, сухая и постиранная.

Быстро одевшись и с сожалением взглянув на сумку с трофеями, я пошел на выход. Проснувшийся Обжора последовал за мной. Отзывать его не стал. Раз уж все к нему привыкли, пусть гуляет.

Лисенок терпеливо ждал меня за дверью, и, как только я кивнул, мол, веди, рванул прямо по коридору к главной лестнице.

Шагая следом за пареньком, я мысленно усмехался. Дело в том, что я, покопавшись в каталоге, нашел информацию о Лесограде. А именно манифест об основании города, подписанный несколькими магистрами ордена. Согласно этому документу, Лесоград и обширные земли вокруг него принадлежали ордену охотников. А это значило, что на данный момент я являлся единоличным хозяином всего города. К слову, Боровик оказался прав. Последний магистр, перед смертью приказал живому городу охранять и беречь местных жителей. Фактически, я мог в любой момент этот приказ просто аннулировать. Перед моими глазами даже появилось соответствующее системное сообщение. Я прикусил губу. Представлять, каким образом живой город будет выполнять мой приказ в случае положительного ответа, не хотелось. Отмахнувшись отказом от опасного сообщения, я облегченно выдохнул. Новые возможности откровенно пугали. Только что я в полной мере осознал, как важно в будущем не ошибиться с выбором новых охотников. Ведь, повышая репутацию с орденом, они будут претендовать на руководящие должности. Соответственно будут требовать больше власти.

От тягостных дум об опасном бремени меня отвлек голос моего провожатого.

― Пришли! ― пискнул он.

Мельком взглянув на лисенка, я отстраненно подумал, что на самом деле в проводнике не было нужды. Мне, как магистру и хозяину этих мест, отныне будет сложно здесь заблудиться. Живой город находился в моем полном подчинении. Я вдруг понял, что прямо сейчас могу приказать этому поистине исполинскому и древнему существу сделать все, что угодно, и оно беспрекословно исполнит мой приказ.

Именно с такими чувствами, я переступил порог зала советов. Похоже, на моем лице кое-что из эмоций все-таки промелькнуло. Вон, как все присутствующие напряглись.

При моем появлении все четверо патриархов поднялись с мест, и, кто, хмурясь, а кто, открыто улыбаясь, посмотрели на меня. На осунувшейся физиономии Хлада Краснолапа я заметил сомнение и страх. Не надо быть провидцем, чтобы понять, о чем он сейчас думал. Наверняка жалеет уже, что помог, по сути, незнакомому мальчишке получить капельку власти в городе. Вот он удивится, когда узнает, что моя власть здесь абсолютна.

Все древесные узоры на стенах зала здесь не для красоты. В любой момент по моему слову они оживут и превратятся в кровожадные лианы. Судя по задумчивой улыбке Боровика, сидящего в дальнем углу зала, он об этом уже давно знает и, похоже, понимает, кто в данный момент хозяин положения.

Наши взгляды встретились. Я коротко ему кивнул, а лесовик облегченно выдохнул. Неужели до последнего ждал, что я выкину какую-нибудь гадость. Любопытно, если бы это было действительно так, как он собирался противостоять мне?

Обведя еще раз взглядом всех присутствующих, я открыто улыбнулся и громко произнес:

― Господа! Мы победили! С чем вас и поздравляю. Но не время расслабляться! У нас еще очень много дел…

***

― Уверен? ― с сомнением в голосе спросил Боровик.

― Абсолютно, ― ответил я, напряженно разглядывая деревянные стены вместительного зала, в центре которого располагалась полукруглая арка портала. Ее свод и опоры буквально вросли в стену.

― Хм… Иномирный портал прямо в сердце города, ― задумчиво пробурчал Боровик.

Я усмехнулся. На запрос «показать местонахождение гробницы Основателя» карта привела нас в подвал прямо под арсеналом. Хех… Лесовик думал, что ему уже доступны все секреты живого города. То-то он удивится, когда тоже пройдет посвящение. Правда, становиться охотником на чудовищ мой товарищ не спешил, равно как и остальные жители Лесограда. Желание изъявили только «клыки» во главе с Мраком. Этим терять нечего. Они даже были рады ухватиться за новую возможность.

Прямо сейчас на поверхности у входа в оружейку дюжина бойцов терпеливо ожидала обряда посвящения. Откровенно говоря, я рассчитывал на большее, но, как говорила моя мама: «лиха беда начало».

К слову, темный портал удалось только запечатать. Слишком долго его оскверняли. Печать продержится тридцать шесть дней. Я, как магистр, теперь мог определять точное открытие порталов. Помнится, призрак Хитра Рыжехвоста тоже так умел.

Я прикоснулся к знаку охотников на одной из стоек портала. Получив кровавую дань, система выдала положительный ответ, а вместе с ним и требования для претендентов, желающих совершить переход, их было всего два: иметь при себе амулет странника и быть магистром ордена охотников на чудовищ. Я подходил по всем параметрам.

Кровь древних, амулет странника, звание магистра и на закуску сама гробница находилась в иномирье ― похоронившие Гуннара оказались еще теми перестраховщиками. Но вынужден признать ― это сработало. Тайна могущества Стального короля была надежно спрятана все эти столетия.

― Готов? ― спросил Боровик.

― Да, ― кивнул я.

― Пусть хранит тебя Великий Лес! ― торжественно произнес он.

Отдав порталу десять тысяч единиц маны, я шагнул вперед и оказался в просторном помещении наподобие тех, что я видел в мире Ласки и Барсука.

Не успела моя нога коснуться пола, как я активировал все свои щиты и как раз вовремя. Великая Система буквально забросала меня сообщениями о полученном уроне. Аура болотника, принявшая на себя первый удар, начала стремительно исчезать. Я не сразу сообразил, кто именно атаковал меня. Но, когда понял, захотел развернуться и дать деру обратно.

Система назвала моего врага ядовитой пылью. Без уровня, без характеристик ― еще одно сходство с миром Ласки. Пыль была повсюду. Бесформенными сгустками она висела на каменных стенах и потолке. Лежала толстым ядовито-зеленым ковром на полу. И самое опасное ― сгустки парили в воздухе. Мои щиты словно мелкоячеистые сети сдерживали тысячи ядовитых пылинок, пропуская лишь спертый воздух, дышать которым было довольно тяжело. Соприкасаясь с моей защитой пыль исчезала, но при этом медленно и уверенно забирала с собой драгоценные единички прочности. Надо торопиться.

Оглядевшись, я увидел в шаге от узкого окна, сквозь которое в помещение просачивался мертвенно-тусклый лунный свет, саркофаг из полупрозрачного материала, частично покрытого слоем вездесущей пыли. Больше всего саркофаг напоминал здоровенную личинку пещерного червя. Именно на него указывала маленькая стрелка, приведшая меня в подвал арсенала.

Длинным прыжком я преодолел разделявшее портал и саркофаг расстояние. При этом отметил, что двигаться здесь было намного проще, чем в моем мире. Словно я стал легче.

На секунду я задержался у окна. Снаружи, судя по руинам, когда-то был небольшой городок. Вдалеке на горизонте были видны относительно целые прямоугольные трех и четырехэтажные дома с плоскими крышами, черные оконные проемы которых зияли пустотой.

М-да… Похоже, этому миру конец. Вездесущая пыль, словно грязный снег покрывавшая все вокруг, уничтожила живое. Ни травинки, ни кустика. Все сожрала. И если не потороплюсь ― сожрет и меня.

Я встрепенулся и шагнул к саркофагу. Оказавшись рядом с гигантской «личинкой», я аккуратно, стараясь не касаться пыльных комков, заглянул сквозь мутное стекло и нахмурился. Невероятно!.. От увиденного перехватило дыхание.

На то, чтобы осторожно откинуть крышку, внимательно изучить содержимое саркофага, а затем вернуть все как было, у меня ушло несколько минут. А спустя несколько мгновений я уже стоял напротив Боровика в своем мире.

― Ну, что там? ― глаза Боровика горели любопытством. ― Ты нашел его гробницу?

― Нашел, ― кивнул я, отряхиваясь от несуществующей пыли, оставшейся в другом мире. ― Но тела Гуннара там не было. То ли пыль сожрала, то ли…

― Пыль? ― бородатая физиономия друга вытянулась.

Я отмахнулся.

― Потом расскажу…

― А ответ на загадку?

― А вот с этим как раз все в порядке, ― хмыкнул я, устало опускаясь на деревянную ступень рядом с порталом.

― Ну?! ― нетерпеливо буркнул лесовик и плюхнулся рядом.

― Оказывается, все это время подсказка была у меня перед глазами, ― озадаченно ответил я, запустив пятерню в густую давно не стриженную шевелюру.

― В смысле? ― нахмурился Боровик.

― Представь, ― хмыкнул я, качая головой. ― Ее изображение есть на каждом гербе, на каждом штандарте, на каждом гобелене и картине…

― Чье изображение?

― Стальной Короны, ― ответил я и пристально посмотрел в глаза друга. ― Вся сила рода Стальных Королей заключена в этой проклятой Короне! Это уникальный артефакт, дающий власть над сильнейшими тварями темного иномирья!

Боровик громко сглотнул, переваривая сказанное мной, а потом, подняв голову, осторожно спросил:

― Что ты с ней сделал?

― Ничего, ― пожал плечами я и услышал облегченный выдох товарища. ― Пусть лежит, где лежит. Там для этой штуковины самое подходящее место. Не знаю, каким образом Гуннару удалось отнять ее у прежнего владельца, могу только догадываться. Наверняка в тот день, многие мои братья-охотники пожертвовали своими жизнями. Я не хочу все испортить, вернув такой мощный артефакт в наш мир. Кроме того, мы теперь знаем, что Стальной король не такой уж и всесильный. По крайней мере, магия его предков ему сейчас недоступна.

― А самому воспользоваться артефактом? ― не отставал Боровик.

Я покачал головой.

― Великая Система ясно дала понять, что она привязана магией крови.

― Понятно… ― задумчиво прошептал он.

― Кроме того, он темный, ― многозначительно добавил я. ― У меня и без Короны найдется еще парочка козырей.

― Что задумал? ― с надеждой в голосе спросил Боровик.

― Как закончу здесь, отправлюсь к гномам, ― улыбнулся я, поднимаясь во весь рост. ― Одна королевская особа задолжала мне ответную услугу.

Поднявшись на поверхность, я приложил ладонь ко лбу, закрываясь от яркого солнца. У дверей в арсенал меня ждали Ледяные клыки. При моем появлении Мрак предупреждающе рыкнул, и воины встрепенулись. Я оглядел каждого и удовлетворенно кивнул. Все матерые головорезы, прошедшие кровопролитные бои с темными тварями. Их уровни заметно подросли, как и, надеюсь, характеристики.

После посвящения они отправятся за Узкое озеро к запечатанному порталу и бросят в него свои первые кристаллы.

Эта дюжина воинов станет прочной основой возрожденного Ордена Охотников на Чудовищ!..

Конец книги.

Послесловие @books_fine

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Telegram каналу @books_fine.

У нас вы найдете другие книги (или продолжение этой).

А еще есть активный чат: @books_fine_com. (Обсуждение книг, и не только)

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора наградой, или активностью.

Страница книги: Лабиринт Страха. LitRPG роман Алексея Осадчука

Content

Magic Dome Books
Лабиринт Страха. LitRPG роман Алексея Осадчука

***

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Послесловие @books_fine