S.T.A.L.K.E.R. История правды и лжи (СИ)

Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me

====== Часть 11. Ложь. Лучший подарок. ======

Глава 11.

Лучший подарок

В связи с событиями на Чернобыльской АЭС, группировка «Монолит» была уничтожена вольными сталкерами, объединившимися против общего врага. На окраинах Зоны Отчуждения возникли новые аномалии и мутации, спровоцированные испытаниями по запуску реактора номер четыре, который был остановлен лидерами военизированной группы под командованием А.А. Дегтярёва.

При участии в боевой операции погибли сто семьдесят два человека, восемьдесят один – остались живы и получили ранения. Со стороны террористической группировки «Монолит» было убито двести три человека, сто сорок четыре приняли мирное соглашение и сейчас находятся под следствием.

На данный момент, в г.Припять приостановленны переходы вольных сталкеров и мирных объединений, поскольку в последние два месяца радиационный фон превышает нормальные показатели в семьдесят три раза.

Под контроль взяты все четыре энергоблока ЧАЭС и близлежащие города. Добыты все образцы лабораторного эксперимента «Антидот-13», в том числе и тот, который считался утерянным , а именно «Синий Антидот».

Операция «Монолит» выполнена.

Майор СБУ, главнокомандующий операции «Монолит»

Дегтярёв А.А *

Из отчета майора СБУ А.А. Дегтярёва к генерал-майору Макарченко Д.Ю.

За успешное выполненное задание, Дегтярёв был награжден внеочередным званием полковника и орденом «За заслуги перед Отечеством». На этот раз Александр принял оба поощрения и остался в Зоне Отчуждения командиром отряда военной разведки. Информация о разработках биологического препарата, повышающего пси-способности человека, заинтересовали ученых за кордоном. Направив результаты исследований препаратов «Антидот» в лучшие лаборатории Украины и России, исследовательские центры пришли к выводу, что препарат необходимо запретить к применению, а информацию, добытую майором Дегтярёвым, засекретить и изъять из всех архивов. После того, как город Припять закрыли от посещения вольных сталкеров, все выжившие вернулись на Затон. «Скадовск», который остался единственным прибежищем вольных ходоков, стал активно развиваться, а в бизнесе Бороды, прибавились невиданные артефакты, которые появились во время последних выбросов. Проторенные дорожки сталкеров изменились за несколько месяцев и теперь там, где было безопасно, начали появляться неизвестные мутанты, как следствие мощного изменения природы Зоны после запуска реактора и его остановки. Группировки «Долг» и «Свобода» , воющие между собой со времени своего образования наконец-то заключили мир. Лидер группировки «Свобода» по кличке Локи, заключил шаткое перемирие с подполковником Шульгой, командующий отрядом «Долг». Поскольку станция «Янов» стала последним форпостом, перед бушующей радиацией Припятью, отряды согласились отклонить на неопределенное время военные конфликты. Рассказы об «Исполнителе Желаний» перестали быть легендами. Его видели порядка тридцати человек, которые стали для юных сталкеров – «Легендами Зоны». Рассказы о его существовании все еще тревожат умы современников, поскольку было доказано, что кристалл обладает сверхспособностями . В Зоне перестала существовать такая группировка, как «Наемники». Командиры отрядов были убиты группировкой «Монолит» , а оставшиеся в живых покинули мертвые города и продолжили свое дело за периметром Зоны. Личность Владимира Громова, владельца хранилищ радиоактивных отходов была выяснена у пленного наемника Терехова Алексея. Отряд СБУ взял под контроль нечестного на руку дельца и сейчас над ним ведется следствие, под которое попал и совладелец фирмы «Проатом» Алексей Громов. Всех выживших бойцов отряда Дегтярёва представили к высшим наградам «Серебряный щит» за выполнение спецзадания. Сталкеры по кличке Фрост и Винчестер также были представлены к этим наградам посмертно. Майор Светлов был награжден высшим орденом «Святого Андрея Первозванного» за выполнение задания от ФСБ России и внеочередным званием полковника. Мало кто знал о том, что наемник действовал по приказу Российской Федерации, расследуя не только инвестирование крупных предпринимателей наемников Зоны Отчуждения, но и приглядывая за сторонними наблюдателями со стороны СБУ. Вся информация добытая Светловым для России хранится под грифом «Совершенно секретно». Информация, добытая на ЧАЭС, во время запуска реактора попала на большую землю и на данный момент ведется изучение всех причин, по которым случились аварии в 1986 и в 2006 годах. Все выводы из этого дела направятся на рассмотрение в «Беллону» и, возможно, эти данные помогут избежать дальнейших аварий на Атомных Электростанциях. Территория Зоны Отчуждения стала охраняться службами КГБ Белоруссии, ФСБ России и СБУ Украины. Незаконные проникновения теперь пресекаются и жестко караются этими спецслужбами. Попасть на охраняемую территорию можно только по специальному разрешению.

Черная машина подъехала к КПП на котором стояли трое охранников в военной форме. На кирпичных стенах, ограждающих территорию Зоны от большого мира, бросались в глаза вывески: «Радиация», «Опасная Зона», « Не входить». – Доброго времени суток! – Уклончиво заявил постовой, приложив руку к виску. – Старший сержант Глушко. Ваши документы и ваш пропуск. Получив необходимые документы, сержант кивнул, сверил все печати и вернул владельцу.

- Хорошо, вас уже ждут! Счастливого пути!

Автомобиль проехал дальше, вглубь Зоны, где все очень изменилось, недалеко от кордона основалась большая военная база, где теперь стояли военные машины: БТРы и танки. Недалеко, огражденная сеткой санитарная зона, где обрабатывали всех посетителей от радиационной заразы. Рядом с зоной санобработки развернули лагерь, в котором находились военные. Он считался самым защищенным местом от радиации, поскольку он был развернут на большой каменной плите, не пропускающей радионуклеиды, а также там всегда велась обработка защитными составами. Наконец-то машина остановилась у этого лагеря и из него вышли два человека: молодая женщина, одетая в коротенькое бежевое пальто и высокие сапоги, а на шее намотан легкий красный шарфик, который очень хорошо сочетался с плащиком пятилетней девочки с выразительными карими глазами и светлыми кудряшками.

- Анечка, скорее заходи, – прошептала женщина, входя на безопасную территорию.

Девочка, затаила дыхание, надув щечки ровно до тех пор, как они зашли в лагерь военных. Оказавшись в большом светлом помещении, девочка выдохнула и спросила:

- Мам, а тут можно дышать?

Женщина улыбнулась и сказала:

- Конечно можно, глупышка. Давай, скорее, раздевайся и иди, присаживайся.

Девчушка сняла красный беретик со светлых волос, а затем и красный плащик, оставаясь в нарядном платьице.

- Анечка, постой, – женщина остановила свою дочку за ручку. – Погоди, я тебя причешу красиво.

Девочка подбежала к маме, которая достала из дамской сумочки расческу и провела ею по белокурым волосам дочери.

- Ну вот, теперь ты точно принцессочка! – прошептала женщина, а Анечка в ответ улыбнулась. – Беги скорее!

Девочка вприпрыжку побежала по белому залу, в котором сегодня никого не было, хотя обычно очень много людей в военной форме. Навстречу молодой женщине вышел молодой солдат, который подошел к ней и спросил:

- Вы – Дегтярёва Алиса?

Девушка кивнула и выжидающе глянула на бойца.

- Вас ждут.

Солдат развернулся и прошел вперед по коридору. Алиса развернулась и позвала дочку. Девочка тотчас же вернулась и, сжав руку матери, прошла с ней за неизвестным военным. В белом зале сидел полковник Дегтярёв, и как только его увидела Анечка, она тут же закричала:

- Папа! Папулечка!

Александр улыбнулся и подхватил девочку на руки, кружа ее под потолком. Анечка звонко смеялась. – Здравствуй, Анечка! – Дегтярёв обнял девочку и заглянул в ее большие карие глазенки, которые с упоением разглядывали отца. – Как дела?

- Папочка, все отлично! – взвизгнула девочка, обнимая Александра, крепко держась за военную форму.

Дегтярёв все еще прижимал к груди свою дочку, а затем достал из кармана небольшой стеклянный контейнер, внутри которого сиял ярко-красный огонек, крутясь вокруг своей оси.

- Держи, Анютка, как и обещал, – улыбнулся Саша, передавая огонек девочке, которая с открытым ртом глядела на подарок. – Аленький цветочек!

- Папуля! – взвизгнула в очередной раз девчушка, бросаясь на шею отцу. – Спасибо!

Анечка крепко сжала коробочку в руках и присела на скамейке в углу, смотря на свой презент.

Александр оглядел пустой бункер, в котором обычно людей не меньше, чем в московском метро в час пик: сталкеры, занимали каждый метр безопасного лагеря перед кордоном, где кто-то получал разрешение на въезд, другие ждали разрешения покинуть Зону Отчуждения, а некоторые проходили санобработку. Сейчас же здесь никого не было и стоило совсем немалых денег и больших усилий добиться разрешения начальства, чтобы все солдаты покинули на час бункер. Зато теперь никто не мешал семье Дегтярёвых – они были втроем. Александр, Алиса и маленькая Анюта.

Саша уже несколько минут глядел на свою жену, которую он не видел почти два года: она совсем не изменилась. Алиса, робкая девушка-журналистка, которую вихрем закрутила Зона Отчуждения шесть лет назад. Да, она стала старше, но, кажется, Алиса лишь хорошела, а теперь Анюта, их дочка, становилась так похожа на свою мать. Хотя, черт, немного соврал. Пару месяцев назад она заезжал домой всего на два дня, но это казалось было так давно. Алиса стояла в нерешительности, будто сравнивая и вспоминая те месяцы, которые она находилась в Припяти тогда, много лет назад. То, что пришлось пережить ей, не каждому военному далось преодолеть. А теперь еще она одна воспитывает дочку в Москве уже два года. Александр закусил губу: кажется, он возложил на ее хрупкие плечи слишком большую ответственность. Вероятнее всего, нужно было не давать ей надежд и сейчас, она бы уже точно жила спокойной семейной жизнью с каким-нибудь другим мужчиной. Дегтярёв вздохнул и отогнал от себя эти мысли, ведь главное, что они здесь. Рядом. А это самое главное. Ведь если постоянно ходить с оружием в руках, звонить по пять раз жене в Москву, спрашивая об их состоянии и все еще находиться в Зоне, решая вопросы жизни и смерти, постоянно изворачиваясь от нападений мутантов, можно стать законченным невротиком. Хотя, вероятнее всего, что за десять лет пребывания близ Чернобыля, это самое безопасное определение его состояния. Александр шагнул вперед, направляясь к Алисе, но та словно вышла из-под гипноза и, взметнув светлыми волосами, обняла его, крепко прижимаясь к нему всем телом. Она плакала. Еще бы, слишком долго была сильной. Дегтярёв крепко обхватил ее руками и почувствовал аромат ее любимых духов, которые он обычно дарил ей на рождество. В отличие от других сталкеров, которые в большинстве своем были заядлыми холостяками, Дегтярёв ни разу не пожалел о своем решении связать себя семейными узами. Алиса была не такой как все женщины, которых он знал: если все остальные девушки просили огромных вложений в пластические операции, одежду, косметику, автомобили, а чувства их были слишком неискренними. Алиса была абсолютно другой: она с головой погрузилась в журналистику и воспитание Анечки, хотя Александр, в те редкие дни, когда пребывал в их квартире в Москве, замечал, что Алисе надоело сидеть дома. Наверное. Утверждать было тяжело, но он мог доказать, что огоньки в глазах его жены со временем стали угасать. Алиса подняла свое лицо, тщетно пытаясь сдержать слезы и шепотом произнесла:

- Саш, я так скучала.

– Милая, я тоже очень скучал, – Александр изо всех сил пытался, чтобы его голос не дрожал, ведь он действительно не знал, когда увидит свою семью в следующий раз и увидит ли вообще. Вообще, СБУ обещало через шесть месяцев выпустить его из Зоны, но перед этим у него намечается серьезная операция по борьбе с новой группировкой “Антихристы”, которые никогда не оставляют после себя живых. – Ты ведь сегодня тоже не уйдешь с нами? – Алиса понимающе улыбнулась, понимая, что вопрос риторический.

- Ты же знаешь, что у меня еще не вышел срок службы в СБУ, – выдохнул Дегтярёв, гладя свою жену по волосам. – Еще немного, дорогая, и я буду с вами в Москве.

На этот раз Алиса промолчала, но ее молчание говорило о многом. Вспомнилась квартира в центре Москвы, которую он купил сразу после того, как они с Алисой расписались. Ей до сих пор было тяжело свыкнуться с той мыслью, что она, Алиса Романова, снова может увидеть своих родных и друзей, ведь обвинения с нее и с Ваньки Самойлова были сняты. Квартира была очень большой и просторной, недалеко от центра. Александр долго настаивал на покупке квартиры в самом центре города, но Алиса отказалась, считая, что не стоит переплачивать два миллиона из-за месторасположения. Глупышка! Она до сих пор не понимает, что деньги для полковника СБУ и знаменитого сталкера не проблема. В целом, Дегтярёв мог считаться миллионером, если посчитать все счета, открытые, как в украинских банках, так и в российских. – Мама! Папа! Смотрите, какие огоньки! – Анечка спрыгнула со скамейки, и крепко сжимая прозрачный контейнер, подбежала к родителям. – Глядите! Глядите! Девочка протянула свои ручки и указала на маленькие красноватые огоньки, летающие в сияющей субстанции артефакта, которые завораживали не только пятилетнюю девочку, но и любого другого человека. Александр на миг присел, беря свою принцессу на руки, затем усадив Анюту на левую руку, снова обнял свободной рукой Алису, которая с интересом разглядывала неизвестный артефакт. Предугадав вопрос супруги, Саша сразу ответил:

- Не радиоактивный, доказано. Ну, что, малыш, нравится?

- Да! Да! – Анечка засияла, подпрыгивая от радости на руках у отца.

В мыслях у Дегтярёва немедленно мелькнула странная мысль, что нормальные отцы дарят своим пятилетним дочкам смартфоны, планшеты, щенков, котят, на худой конец, кукол, а он подарил Анечке артефакт, который является одним в своем роде, да и стоит около ста тысяч. Артефакт – продукт противостояния природы и радиационного заражения. Да, за «Аленький цветочек», могли подраться несколько опытных группировок, ведь он не только подлечивал своего владельца, но и давал ему немного удачи, если верить ученым. Хотя удача, не самое основное, что требовалось любому человеку, гораздо важнее вера в себя. Анюта, заметив, что отец задумался, завозилась на руках и обняла Александра за шею. Дегтярёв улыбнулся, прижимая дочку и жену. Вот они те два человека, которые важнее всех богатств Зоны, но нужно было сделать последнее задание, чтобы раз и навсегда покинуть территорию Чернобыльской аварии.

- Здравия желаю, товарищ полковник!

Грохот голоса рядового, зашедшего в бункер, эхом ударился в стены. Молодой солдат, смирно ожидал разрешения продолжить говорить дальше. Дегтярёв обернулся и, заметно нахмурившись, ответил:

- Вольно, Василевский! Что нужно?

Одним из замечательных качеств Дегтярёва было то, что он знал почти всех своих подчиненных в лицо и по фамилиям, а подчиненных у командира десантно-штурмового батальона было почти четыреста человек, не считая разведроты.

- Александр Александрович, – рядовой Василевский перешел с армейских обращений на деловой тон. – Алисе Сергеевне с Аней лучше покинуть Зону Отчуждения. Через полтора часа будет вентвыброс, пришло предупреждение из лаборатории.

Александр опустил взгляд, а затем согласно кивнул, добавляя:

- Спасибо за информацию. Можешь идти.

Рядовой Василевский покорно развернулся на пятках и вышел за дверь. Алиса громко вздохнула и ткнулась подбородком в плечо мужа.

- Значит, нам пора?

Александр на момент задержался с ответом, а затем согласился с очередным расставанием.

- Да, милая. Вам пора.

Анечка, уже привыкшая к коротким встречам с отцом, крепко обняла Александра, затем чмокнула его в щеку и прошептала:

- Папочка, ты скоро к нам приедешь?

- Скоро, крошка, скоро. И мы будем читать сказки по вечерам, ходить в зоопарк каждые выходные и есть мороженное, – улыбнулся Дегтярёв, предугадывая просьбы дочки, которые она просила каждый раз при встрече с ним. – Всего шесть месяцев и я буду с вами.

- Навсегда? – спросила Анюта, пытаясь получить подтверждение.

- На этот раз – навсегда, – твердо ответил Дегтярёв, подмигнув Алисе, которая накинула на плечи дочки красненький плащик.

Вся семья Дегтярёвых уверенно шагала к черной машине, припаркованной прямо у входа в бункер. Александр усадил в детское кресло Анечку, а Алису легко поцеловал и достал из кармана большой широкий нож в ножнах из черной кожи.

- Это тебе Светлый передал, – улыбнулся Саша, протягивая оружие девушке. – Ты выиграла пари, а цветы я подарю после того, как приеду.

Алиса взяла нож и улыбнулась, вспоминая пари с русским наемником, который пообещал ей в случае ее выигрыша подарить его пластунский наградной нож с гравировкой на латыни “Предпочитаю смерть бесчестью”, а также букет алых роз. Тогда Алисе казалось, что выжить в Чернобыльских забытых зонах практически нереально, а теперь, когда все позади, те проблемы кажутся такими нелепыми и несущественными. А теперь, спустя столько лет, русский ФСБшник еще и является крестным отцом Анечки.

- Я привезу подарок тебе позже, хорошо, малыш? – полковник заглянул в глаза жене, а она ухмыльнулась, задумываясь, что ее супруг неисправимый романтик и добавила:

- Лучший подарок – это если приедешь ты, Саш.

- Приеду обязательно.

Алиса не любящая долгих расставаний села в машину и запустила двигатель авто. Дегтярёв молча развернулся и пошел вперед, за высокий сетчатый забор с колючей проволокой наверху, где стояла охрана, где висели предупреждающие знаки о высокой радиации. Девушка опустила руки на руль, и устало глядела, как удаляется силуэт любимого человека, а затем, заглушила мотор и бегло сказала дочке:

- Анюточка, посиди здесь пару минут я сейчас.

Девочка кивнула и улыбнулась маме, сжимая в руках планшет, в котором шел ее любимый русский мультфильм ” Белка и Стрелка: Озорная семейка”, который она смотрела очень часто. Алиса выскочила из машины и помчалась к входу в Зону Отчуждения, где ей сразу преградили путь два солдата с автоматами со словами:

- Гражданским вход воспрещен!

- Саша! – закричала Алиса, пытаясь докричаться до мужа, который, к счастью, сразу услышал ее и быстрым шагом вернулся. Выйти из Зоны ему было уже запрещено. Каждый человек, который пересек границу, должен пересечь ее лишь через двое суток. Новые правила, новые законы, которые обещают сохранить безопасность распространения радиационной заразы.

Дегтярёв подбежал к сетке и произнес:

- Я не могу уже выйти обратно. Что стряслось, Алис?

Девушка положила руку на слабенькую преграду и попыталась отдышаться:

- Саш, я беременна...

Александр почувствовал, как внутри что-то перевернулось, но терять голову не хотелось. Он взял в себя в руки и решил задать вопрос, который набатом стучал в голове. Он всецело доверял Алисе, но... Когда его постоянно нет рядом, любая девушка могла. Он бы даже не осудил ее, но... Нет! Это все глупости.

Александр иронично изогнул бровь и тоже облокотился на сетку, наклоняясь к своей супруге поближе, улыбнувшись, уточнил:

- Надеюсь от меня?

Алиса у которой в глазах сверкали слезы, покраснела и легонько ударила по сетке кулаком:

- Конечно, дурачок! Слава Богу, на это ты нашел время.

Дегтярёв засиял, внутри будто бы что-то расцвело, хотелось смеяться и обнять Алису, но пресловутая трехметровая преграда мешала. Поэтому он просто коснулся Алисиной руки сквозь сетку и тихо заметил:

- Это же замечательно, милая. Я очень-очень рад. Какой срок?

- Два месяца.

Все стало на свои места, и Александр улыбнулся тепло жене, которая, действительно, очень похорошела за это время. Светлые волосы развевались на ветру, а щеки пылали здоровым румянцем. Она была прекрасна, особенно сейчас, когда она ждала ребенка от человека, который посвятил всю свою жизнь сталкерству. И кто сказал, что чудес не бывает?

- Тогда скорее беги в машину, Алис, – сделал вывод Александр.- Тебе не стоит находиться здесь.

Алиса улыбнулась и утерла слезы.

- Так, а чего ты плачешь? – удивился Дегтярёв.

- Не хочу, чтобы ты уходил.

- Я скоро приду, милая, – полковник СБУ улыбнулся и провел указательным пальцем по ладони своей жены линию. – Иди, дорогая, поцелуй Анечку. Я люблю тебя.

Алиса улыбнулась в ответ и прошептала:

- Я тоже тебя.

====== Часть 10. Ложь. Лицом к лицу. ======

Глава 9.

Лицом к лицу

Группировка «Монолит» продолжила агрессию на территории г.Припять.

Город Лиманск и территория ЧАЭС стали центрами объединения наемников, профессиональных боевиков, диверсионных групп на основе выходцев из России и бывших стран СНГ. Получая из близлежащих городов Украины через неохраняемые участки границы финансирование и вооружение, террористы группировки «Монолит» регулярно производят попытки произвести запуск разрушенного в 1986 году четвертого энергоблока Чернобыльской Атомной Электростанции им. Владимира Ильича Ленина, с целью захвата территории Зоны Отчуждения. По неподтверждённым данным, имеется информация о заключении договора в г. Минске 19 октября командиром наемной группировки «Тайфун» Светловым Д.М и главой российского телеканала «Россия-1 Дон» Громовым А.В. о передаче секретного лабораторного объекта «Антидот – 13» Громову В.К, отцу заказчика, который является владельцем крупнейшего хранилища радиоактивных отходов «Проатом». Однако, несмотря на достижение неких договоренностей, «Антидот- 13» доставлен заказчику не был, а был захвачен террористами «Монолит», которые, находятся в подчинении у г-на Громова В.К.

17 марта был замечен повышенный радиационный фон в г.Припять, как следствие успешной попытки запуска четвертого энергоблока ЧАЭС.

В связи с этим проводится массовая эвакуация мирных жителей близлежащих районов в радиусе трехсот километров. У границ на территории Украины, Российской Федерации, Белоруссии отмечается концентрация сотрудников СБУ, спецназа ГРУ Генштаба России и КГБ республики Беларусь.

Майор СБУ, главнокомандующий операцией «Монолит»

Дегтярёв А.А *

Из отчета майора СБУ А.А. Дегтярёва к генерал-майору Макарченко Д.Ю.

Пыль, боль... Дыхания не хватает. Ненависть разрывала изнутри. Непонимание всего происходящего. Вырваться нельзя, ничего не получается. Паника нарастала. Их лица, испуганные лица. Их голоса. Почему? Они буквально плавились. Горели. Заживо. Яркий свет не грел, нет, он сжигал заживо, наполняя их тела смертоносной дозой радиации. Радиация представлялась чем-то живым. Существом. Возможно, человеком, имеющим свой разум. Вот она бежит через преграды, проламывает стены, почти смеясь, сметая все на своем пути, поднимая столпы пыли. Она обнимает каждую свою жертву, а та, чувствует дрожь от ее прикосновений, невидимых и таких опасных. Радиация проникает в своих жертв, оставаясь в них навеки. Она меняет их, оставляя вместо здоровых, молодых и работоспособных людей, синеватые тела, которые медленно погибают от ионизирующего излучения, которое убивает медленно, возбуждая в теле человека необратимые процессы.

Крик Алисы снова разбудил ближайшие несколько комнат, в которых отдыхали после очередного боя солдаты «Монолита». Китана, как теперь ее называли здесь, резко открыла глаза. Состояние истерики. Дыхание сбилось. Черт, снова этот сон! Снова этот день, этот проклятый день! Девушка свесила ноги с койки и поставила ступни на холодный пол. Хорошо...

Хоть какое-то облегчение.

Дверь резко распахнулась: Ахилл, с пистолетом в руках, спешно оглядел комнату девушки и, убедившись, что опасности нет, убрал оружие. Его светлые волосы были растрепаны, а в серых глазах таилось беспокойство.

- Китана, – обеспокоенно спросил Ахилл. – Ты в порядке?

Девушка грустно кивнула, а затем все же заулыбалась:

- Спасибо тебе большое, Ахилл, – Алиса встала с койки и легким шагом приблизилась к «Монолитовцу». – Ахилл, прошу скажи, нам точно это нужно?

Ахилл устало улыбнулся в ответ:

- Я здесь ничего не решаю, сестра. На все великая воля Монолита.

- Брат, – Алиса сжала кулаки. – Все будет так, как сказал священный Монолит?

- Да, Китана. Все будет именно так.

Алиса подняла голову и улыбнулась. Затем похлопала парня по спине и тихонько отошла к окну, вглядываясь в новый пейзаж.

- Китана, – сказал Ахилл. – Будь готова ко всему. И побольше думай о Священном, он поможет тебе.

- Спасибо, брат, – улыбнулась девушка и прикрыла глаза, позволяя себе на мгновение погрузиться в блаженную и приятную темноту. Вот он, чертов сон!

Алиса услышала лишь как закрылась дверь. Она тяжело вздохнула и посмотрела в окно: чистая земля, на которой уже не было и намека на сугробы, которые были в январе. Первые весенние цветы вот-вот казалось, зацветут. Так странно, но в Зоне тоже приходила весна. Правда, вот на небе, она не увидела никаких изменений: серые, свинцовые тучи надежно ограждали весь периметр Зоны Отчуждения от теплых, апрельских лучей солнца, которых Алисе так не хватало.

Более пяти месяцев прошло с тех пор, когда Алиса впервые ступила на эту проклятую землю.

И пять месяцев боли, невыносимой боли, которую она испытывала после прихода ее в «Монолит». А также убийства Дегтярёва и Светлова. Она помнила все и эти воспоминания не отступали ни на минуту.

Сначала была боль, потом она превратилась в отчаяние, отчаяние перешло в ненависть, а вот ненависть помогла ей выжить. Это ужасное чувство помогло ей продолжить жизнь. Все это время она жила ненавидя себя, ненавидя всех тех, кто встал у нее на пути. Ненависть помогла ей стать одним из бойцов самой известной группировки, которая наводит страх на любого из ее обитателей – “Монолит”.

Первое время истерики не отступали ни на минуту, слезы постоянно лились из глаз, руки дрожали в бессильном отчаянии и ей каждые шесть часов вкалывали аминазин, лекарство, которое используют в сумасшедших домах для успокоения буйных. Ей читали проповеди о всесилии и могуществе кристалла Монолита или, как его еще называют, Исполнитель Желаний. На второй месяц она смирилась и поверила в то, что ей вбивали в голову сутками. Видения, которое она впервые увидела на заводе “Юпитер”, оказалось видениями, которые «Монолитовцы» назвали «Зовом Монолита», вызванную особенностями инъекцией «Антидота». Ей помогли развить и эту способность. Теперь она была, посредником между прошлым и настоящим. Заглядывая в прошлое, она передавала информацию о том, почему и отчего произошли аварии на ЧАЭС.

Третий месяц: ее наставником официально становится Ахилл, командир полевой группы, охраняющей подходы к Саркофагу. Он научил ее находить артефакты, проходить аномальные зоны и, конечно, он научил ее тому, что так страстно желала ее душа – мести. Точнее, он научил ее убивать. Убивать мутантов, сталкеров-одиночек, группировки... Всех.

На четвертый месяц ее допустили к военным заданиям. Несмотря на то, что она девушка, Алиса проявляла крайнюю жестокость и неотступность. Она стала хорошей машиной для убийства. Конечно, многие члены группировки не принимали ее, утверждая, что женщинам здесь не место, но Алисе было наплевать. Она слушала только тех, кому верила сама. Остальные – маловерные. Что тут сказать?

И вот, как каждый «Монолитовец», через пять месяцев она должна принести клятву священному Монолиту. Этот торжественный день должен состояться завтра. А сегодня, сегодня самая простая работа, которую она уже давно привыкла выполнять.

Алиса сонно потянулась и резко развернувшись, подошла к умывальнику. Вода, точно оказывала какое-то магическое действие. Ночные страхи смывались с лица и уходили в землю. Раз и навсегда. Девушка подняла голову и вгляделась в зеркало: горящие глаза, короткие, обрезанные походным ножом светло-русые волосы, собранные в маленький хвост, а самое главное – взгляд, смотрящий прямо в душу. Вот она – Китана, воин «Монолита».

Форма урбан, берцы и родная австрийская винтовка AUG A2, с которой Алиса почти не расставалась. Когда вокруг непрекращающаяся война, то с автоматом не то, что спать, а даже в туалет нужно ходить. Нынче время не тихое: заставу «Монолита» постоянно пытались прорвать неверные, но какие у них шансы против великой армии адептов кристалла?

Китана усмехнулась и, заправив нож в ремень на берце и, перекинув через плечо автомат, вышла в коридор здания расположенного на, так называемом, заднем дворе ЧАЭС, в котором располагалась база «Монолита».

- Здравствуй, сестра, – послышался голос Лютого, мужчины, лет двадцати семи, с яркими голубыми глазами и каштановыми волосами.

Удивительно, но Лютый был одним из тех редких людей – «Монолитовцев», которые общались с Алисой на равных. Он почти стал ей другом.

- Здравствуй, Лютый, – улыбнулась Алиса. – Ты на проповедь?

- Ага, – кивнул Лютый. – Ну, что ты готова?

- Да, – усмехнулась девушка. – А ты сомневаешься?

- В тебе, Китана, я не сомневаюсь никогда, – улыбнулся парень. – Пошли скорее, а то опоздаем.

Они быстро прошагали в полутемную комнату, в центре которой была расположена антенна, проводник для связи с “Исполнителем желаний”, в центре которой горел огонь. Китана и Лютый сели рядом в круг, в котором уже сидели человек тридцать «Монолитовцев». Пришел проповедник.

Сектант встал в круг к антенне и начал речь:

- Братья! – закричал он, взмахивая руками. – Сегодня великий день. Я видел великий Монолит сегодня во сне, свет наполнил меня силой. Он сказал мне, что победить зло способна лишь твёрдая вера. Он сказал, что его сила наполнит только верных. Ещё он открыл мне, что наша победа уже близка! Завтра к нам присоединятся наши братья. Они помогут победить неверных, ибо грядет война! Война совсем близка. Близится, братья! Близится победа над неверными, и тогда Монолит выполнит наше сокровенное желание! Истинно преданных он приблизит к себе, к славе своей, величию своему! Мы вечно пребудем в сиянии его!

Все воины «Монолита», словно в едином порыве, поднялись и крикнули: – Слава Монолиту!

Потом все опустились сели и, закрыв глаза, начали мысленно обращаться к “Исполнителю желаний”. Алиса думала и просила об одном: чтобы все, что задумано – сбылось. Постепенно все мысли, которые забивали ее голову о чем-то другом, кроме службы в «Монолите» перестало отходить на второй план, а потом и вовсе исчезло. Война и вера. Больше ничего!

Через полчаса все встали, взялись за руки и снова повторили:

- Слава Монолиту!

Огонь под антенной погас и все воины, выстроившись в шеренги, покинули комнату.

КПК Алисы запикал, сообщая о новом входящем сообщении. Это был Ахилл:

“ Китана, сестра! Сегодня тебе выпала великая честь предстать перед нашим лидером Хароном. Зайди в комнату на втором этаже. Сейчас же”.

Китана выключила аппарат и бегом поднялась на второй этаж пристанища «Монолита».

Кабинет на втором этаже был один, но Алиса никогда не была там. Она помялась около старой железной двери, затем постучала и вошла внутрь.

Большой старый, советский стол, покрытый темным лаком, стоящий посреди комнаты, как музейный экспонат. Зеленый, кожаный старый диван, с просиженными сидениями. Напольная лампа с зеленым абажуром. И еще карта Зоны Отчуждения – и все, больше ничего и никого, кроме мрачной и давящей атмосферы. Алиса поежилась, никто точно не знал Харона, но среди «Монолитовцев» ходили слухи, что он уже сросся с экзоскелетом. Ожидание напрягало. Она села на диван и осмотрела стол: какие-то папки, бумаги, шариковые ручки. Один документ лежал на краю, из него был виден кусочек фотографии. Прежняя Алиса, навряд ли бы решилась открыть ее и посмотреть фото, но нынешней Китане это ничего не стоило. Поддавшись любопытству, Китана подалась вперед, предварительно огляделась и протянула руку к черной папке.

Она открыла ее.

«Личное дело: Романова Алиса Сергеевна». Поверх биографии ее фотография. Китана недоумевающе взглянула на изображение, затем, не вчитываясь в первую страницу, перевернула лист. Там также были такие же файлы с личными делами, а к ним прикреплены фотоснимки. Алиса судорожно листала файлы и с фотографий на нее глядели лица знакомых «Монолитовцев», некоторых других группировок. Одни фотографии были зачеркнуты красным маркером, что видимо, означало смерть сталкера. Пролистав далее, Китана наткнулась на фотографию Светлого в парадном мундире Российского офицера. Фото было перечеркнуто.

Алиса оглянулась и принялась читать текст под фото:

«Командир полевого отряда наемников, сотрудник ФСБ России, майор Светлов Дмитрий Михайлович (носитель «Черного Антидота») и сотрудник СБУ, командир военной разведки при г. Припять, майор Дегтярёв Александр Александрович (носитель «Зеленого Антидота»), были уничтожены спецотрядом при предводительстве командира отряда наемников “Бесы” Антонова Г.Р. (известного по кличке Хог) и командира отряда наемников “Война” Терехова Б.В. ( известного по кличке Тесак). Романова Алиса Сергеевна (носитель «Синего Антидота») была передана в руки ее поручителю, военному психологу, командиру Константинову А.Н. ( известного по кличке Ахилл) для проведения психологического внушения и проверки способностей индивида к инъекции «Антидот-13».

Алиса ошарашенно перечитала эти строки, пытаясь до конца осознать, все, что здесь написано. Затем она рывком перевернула страницу, и тут же нее взглянул с перечеркнутой фотографии Дегтярёв. Девушка отодвинула фото и начала читать поверх личного дела, прикрепленную степлером свежую информацию, датированную прошлым месяцем:

« Военный спецотряд под командованием майора Дегтярёва не был уничтожен. На данный момент ведется розыск всех участников. Все участники могут обладать нежелательной информацией и представляют опасность для группировки «Монолит». К уничтожению подлежат..»

Китана быстро прочитала список, в который входили около тридцати человек, и наткнулась в самом конце текста заметку, написанную уже синими чернилами: Романова А.С. Что бы это могло значить? Она в списке тех, кого нужно уничтожить? Получается, что так? Китана быстро свернула папку, потому что за дверью послышались шаги. Только она вернула документ на прежнее место, как дверь распахнулась, и в комнату вошел высокий человек в черном экзоскелете, за ним следом вошел Ахилл. Китана опустилась на одно колено и прислонила правую руку к сердцу, покорно опустив голову.

- Встань с колен, – громогласно ответил Харон.

Китана поклонилась и села на диван, рядом сел ее друг и наставник Ахилл. Харон сел за свой стол и постучал пальцами по доске лакированного стола, из-за того что руки были в перчатках, звук получился глухой, но четкий.

Алиса смотрела в пол, не решаясь поднять взгляд на легендарного лидера «Монолита». Ахилл рядом сидел и почти не дышал, видимо, боясь вызвать нарекания у начальника. Девушка видела Харона и раньше, но в его кабинете не была никогда.

- Так значит, это ты, – спросил гулкий голос Харона. – Китана. Ты слышишь зов великого Монолита?

- Так точно, – Алиса встала и вытянулась, словно струна.

- Ты знаешь, что ждет нас через три дня? – снова спросил Харон.

- Да, знаю, – Китана снова ответила беспрекословно.

- И что ты думаешь насчет этого?

- Я думаю, что давно пора избавить Зону от неверных, – отрапортовала Алиса то, что заучили все участники группировки, но теперь ее мысли были загружены той информацией, которую она прочитала несколько минут назад. – Во имя светлого Монолита, мы выиграем эту войну!

Харон усмехнулся и теперь обратился к Ахиллу:

- Хорошая воспитанница, – похвалил лидер «Монолитовцев» своего офицера. – Молодец, Ахилл. Теперь выйди на минуту.

Ахилл вскочил, поклонился и вышел за дверь.

- Итак,- протянул Харон, встав из-за стола.- Завтра важный день для всех нас. В особенности, для тебя. Ты будешь должна, как и другие солдаты, принести клятву великому Монолиту...

- Так точно, – подтвердила Алиса.

Харон начал ходить около окна, явно о чем-то раздумывая:

- Но сегодня, ты должна будешь доказать свою храбрость и веру в бою. Сражаться нужно в Припяти, Речной порт. Ты помнишь кто тебя едва не убил, тогда в лесу?

Алиса чуть-ли не заскрежетала зубами:

- Наемники! Я ...

Харон хмыкнул и перебил девушку:

- Сегодня ты докажешь, что ты можешь отомстить. Во имя светлейшего Монолита! Не забудь, ты отвечаешь своей головой за все свои действия. В общем, ты все узнаешь завтра. А теперь иди и докажи свою веру, Китана!

- Слава великому Монолиту! – ответила Алиса и, поклонившись, вышла в коридор.

Харон вздохнул и снял шлем, затем сел и просмотрел личное дело Алисы.

- Если все получится, то это будет великая победа, – сказал он сам себе и откинул папку.

Алиса чистила свой родной автомат AUG A2: новенькая австрийская винтовка с отличными качествами штурмового оружия и снайперского.

Шлем на голову и пару гранат, на всякий случай, в карман.

Китана быстро прошагала за дверь, где отряд Харона уже был в сборе. Отрядом руководил «Монолитовец» по кличке Цербер. Суровый мужчина, лет сорока с русыми волосами и небольшой бородой. Замкнутый, известно о нем очень мало, но все знают, что это убийца первого класса. Из каких только случаев не выкручивался Цербер, однажды, как рассказал ей Лютый, Цербер едва не потерял руку в воронке, хорошо, что он успел зацепиться за дерево, растущее рядом. Но был и минус, Цербер был одним из тех «Монолитовцев», которые не признавали Алису, как воина «Монолита». Поэтому он с брезгливостью оглядел прибывшую на место сбора группы девушку и продолжил инструктировать бойцов:

- ... Итак, после этого Лютый и Тэм поднимаются наверх и добивают оставшихся с РПГ-7у. Все понятно? Всем все ясно? И потому что, кто-то сильно долго шнуровал платье , я повторять всю операцию не буду.

«Монолитовцы» засмеялись, Цербер развернулся и с издевкой взглянул на Алису. Та хмыкнула и решила не сдавать своих позиций:

- Конечно, – усмехнулась девушка. – Я лучше платье зашнурую и проверю, чем, как некоторые забудут ширинку застегнуть, – девушка прошла мимо Цербера.

Тот же, забыв, что он одет в комбинезон “Сева”, на котором данного атрибута нет и в помине, судорожно проверил состояние несуществующей застежки-молнии. Цербер, поняв, что его провели, подкатил глаза и тяжело вздохнул. Отряд снова засмеялся от той неловкой ситуации, в которую попал их командир. Кто-то похлопал Алису по плечу, а Лютый, улыбнулся и опустил глаза. Он знал, на что способна его подруга.

- Считай отомстила, – улыбнулся строго Цербер. – Нужно было не Китаной называть, а Язвой.

- Язва, не маразм, – усмехнулась Китана. – Вылечим! Может к делу?

- Итак, – снова повторил Цербер. – Не отворачивать, кого ранят в спину – расстрел. Кто отступит – расстрел. Кто оставит противника в живых – расстрел. Китана идет с основной штурмовой группой, – нехотя повторил командир отряда. – Всех наемников уничтожить, так как они зашли на священную землю, принадлежащую Монолиту. Итак, вперед! Во славу светлейшего Монолита! Да пребудем мы в сиянии его!

Все снова вскинули руки и закричали:

-Слава Монолиту!

Затем все развернулись и пошли выходу. Короткими перебежками группа приблизилась к недалеко стоящему полуразрушенному ангару, около которого не могло быть ничего приметного для обыкновенного сталкера, но группировка «Монолит» знала все тайные тропы Зоны.

Цербер рукой остановил отряд и приказал всем снять оружие с предохранителей и надеть защитные шлемы на голову. Алиса опустила шлем “Заслон” и щелкнула предохранителем автомата.

- Вперед, воины Монолита!- закричал Цербер в микрофон, встроенный в комбинезон, и шагнул в невидимую аномалию, под названием телепорт.

Остальные солдаты последовали его примеру и прыгнули в невидимый портал.

Алиса глубоко вздохнула, прижала к себе автомат и шагнула в неизвестность. Рывок, словно толчок в районе желудка, секунда или две сознание словно поплыло, и Алиса снова стояла на земле Припяти, метрах в тридцати высилась башня Речного порта. Неожиданный удар в спину:

- Какого черта ты стоишь? – закричал воин, который прыгнул в телепорт следом за Алисой. – Сказано – баба!

Алиса гневно взглянула на воина и все же побежала вперед. Сама виновата, терять бдительность нельзя. Именно так говорил ей Светлый... Китана нахмурилась, она снова вспомнила этого проклятого наемника. Черт! Не время, соберись!

Она встрепенулась и побежала к штурмовой группе, которая уже засела за речным вокзалом. Снайперы поднялись на верхнюю часть, и глядели в прицелы. Осталось лишь несколько минут...

Несколько тревожных минут до боя.

Прошло около трех минут и возле речного вокзала появились фигуры в серо-голубой форме. В крови появился адреналин. Девушка чувствовала себя как тигр, увидевший безмятежно идущую ему в лапы добычу. Наемники шли явно ни о чем, не догадываясь, но местные сталкеры знали, что эта местность под контролем «Монолита», поэтому лишних здесь не было. Вот в чем прелесть этой группировки: они безжалостны, всегда выполняют свою цель, задачу, но вот они, наемники, попадаются там, где зеленый новичок учует опасность.

Алиса прижала к плечу ствол винтовки и приготовилась к атаке, как видение пришло абсолютно нежданно: кабинет с заколоченными окнами, где за ноутбуком сидел Светлов, а перед ним вытянувшись стоял наемник Тесак.

- Вы уверены, командир? – спросил несмело капитан.

- Уверен, Терехов, уверен, – кивнул Светлый, что-то ища в интернете. – Я доставлю их к ЧАЭС, но ты должен обеспечить мне спокойный выход из территории прачечной, чтобы они ни о чем не догадались. Все будет выглядеть, будто я помогаю им бежать.

Тесак нахмурился:

- Да, конечно, товарищ майор. Я обеспечу, чтобы все прошло успешно.

- Часовых отпусти на отдых, мне будет нужен всего час. Давай, друг, – Светлый встал с места и хлопнул по плечу своего подчиненного. – Мне нужна твоя помощь.

Затем картинка сменилась.

Темные коридоры здания прачечной в Припяти. Молодой наемник стоял у дверей камеры, за которой сидела Алиса. Услышав шаги в коридоре, наемник приосанился, скинул с плеча оружие и спросил:

- Стой! Кто идет?

- Вольно, солдат, – ответил Светлов. – Можешь идти со своего поста. Мне необходимо будет очистить все коридоры от патруля. Пойди и передай это капитану Терехову. Все часовые сегодня могут отдыхать до пяти утра.

- Так точно, товарищ майор! – почти радостно закричал солдат, на что Светлов ответил:

- Ты еще громче заори, тебя и в ЧАЭС услышат.

- Виноват, товарищ майор, – смутился наемник. – Что передать товарищу капитану?

- Он все знает, – отмахнулся Светлый. – Пусть проверит, чтобы в коридорах никого не было.

Свободен!

Наемник быстро откозырял начальнику и побежал вперед. Через пару минут он достиг кабинета майора Терехова. Постучавшись в старую металлическую дверь, он открыл ее и спросил:

- Товарищ капитан, разрешите доложить!

- Докладывай!

- Майор Светлов просил очистить коридоры от патруля.

Тесак ухмыльнулся и, подойдя к наемнику ближе, сказал:

- Пошел он на хрен, ваш майор Светлов.

Удар ножом в живот и молодой часовой сложился пополам, ошалело глядя на Терехова, который хладнокровно отвернулся и достал КПК из кармана.

- Хог, друг, я боюсь, что Светлов задумал сбежать. Да. И хорошо, если все наши солдаты останутся целы. Ты же его знаешь, он убьет любого, ради своей цели.

Боже! Алиса закрыла глаза и почувствовала смятение. Она потерла глаза рукой. Выходит, что Тесак подставил Светлова. Алиса была готова простить все, кроме предательства. Светлый, значит вел их с Дегтярёвым на убой. Но его, великий Монолит уже покарал, а значит… Ну что же, наемники, готовьтесь.

Настало время мести.

По договоренности, как только цель зашла в здание вокзала, все «Монолитовцы» подбежали под стены здания, очень тихо, почти незаметно.

Наемники огляделись и, словно, почувствовали неладное. Они тоже вскинули оружие. Их было человек двадцать. Командиры те же, Хог и Тесак, а нет, еще один добавился, его кажется, зовут Волкодав. Редкая мразь.

Говорят, он стреляет сначала в руки, потом в ноги жертве, а потом в упор добивает в голову. Попадись такой дряни – и замечтаешь о скорой и почти безболезненной смерти от мины. Дыхание стало учащенным, пульс зашкаливал. В микрофоне прозвучал тихий шепот Цербера:

- Три, два, один.

Огонь! Шквал пуль сразу поразили насмерть троих наемников. Те закричали и открыли огонь по «Монолитовцам», пару человек ранили.

- Это засада! «Монолит»!! Прикончим чертовых фанатиков! – заорал Хог, отстреливаясь и спрыгивая вниз по лестнице.

Тесак вскинул второй автомат и начал стрелять по окнам, за которыми сидела еще одна штурмовая группа «Монолита». Воинов-«Монолитовцев» было всего десять, но это никак не мешало им одерживать преимущество. Алиса выскочила в оконную раму и немедленно побежала к центру зала ожидания речного вокзала Припяти. Вместе с ней отстреливались еще четверо ее соратников: лидер отряда Цербер, а также адепты Шах, Бес и Стронг. Они ловко уложили около четырех человек за пару минут. Алиса краем глаза увидела одного из противников, который судорожно менял магазин патронов. Выстрел – и минус один наемник. Безжалостно, но такова судьба. На втором этаже мелькнула тень.

- Ах, ты чертов ублюдок, – Алиса ушла из-под открытого огня, села за сейф, оставленный еще бухгалтерией порта и присмотрелась в прицел. Спина наемника словно маячила перед ней. Она плавно нажала курок. Легкая отдача потянула правое плечо девушки на несколько сантиметров назад. Пуля пробила комбинезон и со спины солдата брызнула кровь. Минус два. Алиса вскочила и единым прыжком достигла лестницы, под которой сидел ее товарищ по кличке Шах.

- Ну как? – прохрипел, улыбаясь, он. – «Монолит» будет доволен?

- Конечно! – ответила Алиса, доставая гранату из подсумка и, бросая ее в центр зала в котором глупо метались загнанные в засаду наемники.

Четыре секунды и взрыв сотряс здание. Алиса выпрыгнула из укрытия, за ней последовал и Шах. В завесе пыли они увидели еще несколько теней.

- Китана! – прокричал Бес, откуда-то справа. – Берегись!

Девушка обернулась рука с ножом, неожиданно вынырнувшая из завесы пыли резанула ей по плечу. Больно и неприятно. Алиса не растерялась и выпустила автоматную очередь туда же. Пыль потихоньку начала рассеиваться. Рукав был пропитан кровью и стал неприятно липнуть к коже. Вот мразь. Кто?

Алиса посмотрела по сторонам: на полу лежал командир наемников по кличке Хог, и держался за раненный бок, пробитый пулями автомата Алисы. Он хрипел, и у него изо рта потекла кровь вместе с густой слюной.

Видимо, пуля пробила легкие. Но наемник рассмеялся, увидев Алису, хотя девушку нельзя было отличить по форме от других мужчин-«Монолитовцев». Девушка одевала такой же комбинезон, как и все мужчины, такой же шлем. Единственное отличие – это глаза, которые яростно смотрели на наемника, но он не мог ее узнать, а жаль...

Хог нагло улыбался и хрипло просипел:

- Что, «Монолитовцы», нападать так это в вашем стиле? – из его горла начали доноситься ужасные хрипящие звуки.- Что мужик? Отвечай за поступок, – прохрипел Хог, смотря прямо в глаза Алисе.

Девушка не растерялась, она присела на корточки перед наемником, и подняла забрало шлема “Заслон”:

- А ты будешь отвечать за свои поступки, неверный? – спросила она с открытым лицом.

Удивление на мгновение промелькнуло на лице наемника, но тут же сменилось на выражение глумления. Лужа крови под ним становилась все больше и больше. Снаружи, вне здания порта продолжался бой. «Монолитовцы» оттеснили отряд наемников на открытую территорию, и в зале ожидания Речного порта остались лишь десяток трупов, разбитые пулями стены и Алиса с умирающим Хогом.

- Ах, это ты, – сипло выдохнул наемник. – Мстишь за своих ублюдков, что ли? Знаешь, я ничуть не сожалею, о том, что сделал. Надо было в одной яме вас всех троих закапать… – он закашлялся и из его рта все сильнее пошла алая кровь.

Алиса вздохнула и ответила:

- Печально, – с чувством глубокой скорби произнесла девушка. – Но я тебя не прощаю, и не верю ни единому твоему слову, неверный. Поэтому, я ускорю твою смерть. Во славу великого Монолита!

Китана встала в полный рост и, вынув из-за пояса пистолет Макарова, сделала контрольный выстрел в голову. Наемник дернулся и затих, кажется теперь навсегда.

Алиса убрала пистолет и, перезарядив автомат, двинулась на помощь своим соратникам. Смерть и убийства давно перестали ее пугать, поэтому психологические страдания она оставила на потом. Сейчас, единственное, что ее волновало, это порезанное ножом плечо. Ничего, пройдет.

Бой длился еще около пяти минут, сбежали двое. Ну, ничего, земля круглая, сойдемся.

«Монолит» не потерял ни одного человека. Никто не пострадал, ну не считая порезов и ранений у адептов «Монолита».

Отряд стремительным шагом приблизился к телепорту и тем же способом вернулся на базу.

- Итак, – забасил Цербер, после того как все воины вошли в здание-базу, в котором все были в безопасности. – Все отлично справились с поставленной задачей. Священный Монолит будет вами доволен! Неверные убиты, а тех, кто сбежал, покарает сила великого Монолита. Теперь, братья мы должны восстановить силы к более серьезному событию. Усиливайте свою веру и убивайте в себе страх! Да пребудет с вами сила Монолита!

Воины подняли руки вверх и закричали в едином порыве:

- Слава Монолиту!

Цербер улыбнулся и произнес:

- Теперь вы можете идти отдыхать. Разойдись!

Алиса тяжело вздохнула и, схватив себя за раненное плечо, поплелась к медпункту, но бас Цербера ее остановил:

- Китана, нам нужно пройти к Харону. Сейчас же.

Алиса обернулась и четко ответила:

- Так точно!

Она старалась идти как можно бодрее, не замечая раны и не показывая страх, оказавшись один на один с суровым командиром Цербером и загадочным, но не менее устрашающим лидером «Монолита».

Цербер толкнул дверь кабинета Харона, и Алиса прошла в комнату, в которой царил полумрак.

Лидер «Монолита» сидел за своим столом и молча взирал на вошедших.

- Мой командир, – преклонил колено Цербер. – Вы вызывали?

- Да, – произнес Харон, щелкнув напольной лампой. – Садитесь, Цербер. Докладывайте!

Цербер встал и, приосанившись, вкратце все пересказал:

- Отряд неверующих, зашедших на священную территорию Припяти, был уничтожен в количестве двадцати трех человек. Сбежали: трое человек, предположительно, ранены двое из них. Потерь среди отряда «Монолита»: нет. Ранены: три человека из семи. Серьезных повреждений нет. Особо храбро защищали честь Монолита: офицер Шах, младший офицер Лютый и рекрут Китана.

Цербер поклонился, едва закончив свой доклад. Харон усмехнулся:

- Молодцы! Монолит вознаградит Вас непременно. Так значит, рекрут Китана сегодня отличилась?

Цербер неохотно признал:

- Так точно. Убито шесть человек неверующих. В том числе и командир наемников Хог.

Харон хмыкнул:

- Ну вот, – проговорил тихо он. – А ты говорил, что она не справится...

Цербер вздохнул и высокомерно взглянул на Алису, которая стояла чуть позади него, и у которой рукав комбинезона стал алый от крови.

- Так значит, Китана сможет пройти инициацию завтра? – спросил командира отряда Харон.

- Так точно!- ответил Цербер, преклонив колено перед лидером Монолита. – Сможет.

Алиса злорадно улыбнулась и тоже опустилась на одно колено. Все-таки признал...

Харон снисходительно махнул рукой, приказывая подняться своим подчиненным:

- Да пребудете вы в сиянии священного Монолита! – сказал он. – А теперь, идите, отдыхайте. Копите силы к предстоящим событиям. Идите.

Алиса и Цербер поклонились и вышли из кабинета. Цербер рассмеялся, шагая бок о бок с девушкой. Она вопросительно подняла брови, удивляясь странному поведению мужчины.

- Добилась все-таки, – смеясь, ответил командир отряда. – Значит, будешь первой «Монолитовкой»?

- Значит, буду, – ответила Алиса и прибавила шаг, чтобы скорее добраться до медпункта.

- Ну, давай, рекрут Китана, – прокричал вдогонку Цербер. – Не задирай слишком высоко нос!

- Всенепременно! – прошипела Алиса, рука которой начинала потихоньку неметь.

Следующее утро не отличалось ничем от предыдущего. Снова видение о взрыве четвертого энергоблока. Снова проповедь. Снова молитва. Потом свободное время, которое Алиса посвятила себе любимой, а точнее тренировкам. После пяти часов успешных тренировок, пора было готовиться к обряду инициации. Наконец-то она пришла к себе в комнату и села на свою койку. Девушка вздохнула и взглянула на потолок: А правильно ли она поступает? Ведь, все что она видит, возможно, это предостережения? Опять вспомнился тот яркий свет, который убивает всех людей. Первая авария в 1986.

Снова на глаза навернулись слезы: Черт! Хватит реветь, дура! Прошлого уже не вернешь, правда, вот если бы попробовать тот способ, который ей рассказал Лютый, то, что он мельком подслушал из разговора в кабинете Харона. Правда, парень лишь едва успел услышать конец их беседы, и насколько точной была эта информация – неизвестно. Кровь врага Монолита, принесенного в жертву кристаллу, сможет исполнить любое желание. Вот только, как именно принести эту жертву и именно там убить? «Монолитовцы» же не допустят. Ладно, нужно думать о другом . Например, о том, что нужно принять душ.

Волосы быстро высохли и Алиса оставила их не затянутыми в хвост. Теперь волосы не доходили и до плеч, зато как удобно. Специальной формы для инициации не было, но сегодня Ахилл ей выдал черный костюм, состоящий из плотного свитера с рукавами три четверти, видимо сшитый специально для нее, поскольку любая одежда, пошитая для мужчин, болталась на ней, как мешок, также были черные брюки свободного пошива, ну и конечно, военные ботинки. Ахилл достал ей новые, высокие почти до колена берцы со шнуровкой и парой карманов на щиколотке. Уникальная вещичка! Хотя, чему удивляться: «Монолитовцы умудрялись доставать лучшее оружие, лучшую форму. Отличное питание. Откуда они это брали – это осталось загадкой.

Алиса надела приготовленную форму и, когда солнце покатилось к горизонту она вышла и прошла сквозь пустынный коридор.

Девушка вошла в главный зал, в котором уже находились все «Монолитовцы». Солдаты восседали на бетонном полу, над которыми высился Проповедник, который читал что-то из неизвестной Алисе книги. Когда девушка вошла, откуда-то сбоку к ней подошел ее поручитель Ахилл:

- Готова? – улыбнулся мужчина.

- Готова, – твердо ответила Алиса, глядя на еще десятерых адептов, готовящихся к инициации. Все воины «Монолита» должны пройти несколько испытаний, для того, чтобы потом попасть в группировку. Все достойные адепты, после многочисленных боев должны были пройти инициацию.

Ахилл подтолкнул Китану вперед, к проповеднику, который был одет в черный экзоскелет. Алиса вздрогнула, но подчинилась, видя, что ее поручитель рядом.

- Преклонись, – прошептал Ахилл и склонил голову перед проповедником, а Алиса тотчас же опустилась на правое колено.

Она взглянула направо, где каждый из десяти адептов, вместе со своими поручителями также внимательно слушали своих наставников. Проповедник начал что-то читать на неизвестном Алисе языке, потом он извлек из книги кусочек святящегося предмета, создающего вокруг себя голубоватый ореол. Видимо, это и был осколок Исполнителя Желаний. Ахилл крепко сжимал руку девушки, сердце которой, казалось, выскочит из груди. Наконец-то проповедник заговорил:

- Сегодня великий день! Светлейший Монолит прислал нам новых соратников!

«Монолитовцы» встали и закричали:

- Слава Монолиту!

Алиса закрыла глаза, затем глубоко вдохнула. Неужели она сейчас в этом участвует? Может сейчас взять и уйти? Она взглянула на Ахилла: он улыбнулся и крепче сжал ее руку. Значит, все нормально.

Проповедник приблизился к Алисе и воздел руки к небу:

- Да пребудет свет Великого Монолита, в тебе, о новоявленный воин! Да пребудет твоя вера в сиянии Великого! Да будет вера и храбрость, и бесстрашие твое вместе с твоими союзниками. Да пребудет в тебе, знание и мудрость его! Да принесешь ты его волю в наши уши. Слава Монолиту, – закричал проповедник и за ним вновь хором повторил весь зал:

- Слава Монолиту!

Проповедник вознес над головами Алисы и Ахилла осколок Исполнителя Желаний и снова вскрикнул:

- Воля и судьба неисповедимы! Да будешь ты, поручитель Китаны – Ахилл, клясться о том, что если твоя подопечная нарушит клятву и предаст нас и священный Монолит, то ты ручаешься убить Китану.

Алиса зажмурилась: да, она, конечно, знала об этом, но думать о том, что Ахилл может ее убить, совсем не хотелось.

Ахилл поднял голову и спокойно ответил:

- Клянусь!

Проповедник продолжил:

- Да клянешься ли ты, Китана, не предать и не отступиться от веры своей?

Алиса задумалась и на миг замолчала. Ахилл тревожно взглянул на нее:

- Клянусь, – твердо ответила Алиса.

Проповедник направился к адепту по кличке «Фреон» и повторил слова про клятву. Один за другим воины «Монолита» соглашались с каждым словом предводителя, а лишь после всех проповедник вновь вернулся к Алисе и Ахиллу.

Проповедник стал говорить громче и Китана, как и все адепты «Монолита», повторяла за ним, хотя полностью наизусть знала весь текст:

-Мои почтенные собратья! Объединимся. Станем как один, против тех, кто проклят. Не будет пощады ни для кого. Наши враги падут, как только мы восстанем, чтобы исполнить наше предназначенье. Отныне и во веки веков. Мы будем вместе. В любви и ненависти. В жизни и смерти. Во имя священного Монолита!

Слова заученные наизусть вырывались помимо ее воли. Дальше проповедник замолчал и продолжил Ахилл, а также все поручители:

-Пусть они увидят, что мы сражаемся до последнего. Пойдём со мной. Встанем рядом и будем сражаться вместе. Своими силами. Сделаем лучше завтрашний день. Мы никогда не сдадимся!

-Мы никогда не сдадимся, – повторила Алиса и все вторили своим наставникам.

Проповедник поднял Алису с колен и подвел к центру зала, затем он привел всех десятерых адептов, которые стали лицами к воинам «Монолита», взирающим на них. Сердце затрепетало, ведь сейчас на них смотрят все бойцы группировки. Проповедник аккуратно взял Алисину руку и осколком кристалла, который был у него в руке, он оцарапал указательный палец правой руки девушки, до крови. Алиса скривилась, почему-то это было больно. Кристалл Исполнителя Желаний засветился голубым светом очень ярко, освещая лицо девушки. Все вновь прибывшие бойцы «Монолита» прошли ту же процедуру, а затем, проповедник громогласно заявил:

- Да здравствует сила Монолита с вами, наши братья! Да будете вы в сиянии его! Слава Монолиту!

Все радостно повторили последнюю фразу проповедника и встали с мест, вскинув в руки вверх. А Алиса, как-то грустно улыбнулась, глядя на то, как с ее пальца капает кровь на темный каменный пол.

Алиса быстро дошла к своей комнате и крепко закрыла за собой дверь. Она легла на кровать и уткнулась лицом в подушку. Проклятое смятение! Она ведь все уже решила! Монолит – она останется здесь, что бы ни случилось. Вдруг Алиса почувствовала, как заболела голова: темная комната, в которой находились семь человек, одетых в военную форму.

- Мы должны попытаться остановить запуск, – проговорил знакомый голос, который принадлежал Зулусу. Он чиркнул спичкой и на миг, комнату озарило слабое сияние от пламени. Зулус поднес спичку к сигарете, зажатой в зубах, и тут же затянулся дымом.

- Значит, мы должны будем пройти к Саркофагу? – ухмыльнулся Бродяга, сидящий на небольшом табурете. – Мы столкнемся со всеми «Монолитовцами». Вы же знаете, что будет?

- Нам необходимо это сделать, – произнес еще один неизвестный сталкер средних лет. – Иначе Зона сгинет в радиационной бездне, прихватив с собой еще несколько тысяч мирных жителей.

Алиса вздохнула и открыла глаза. Она быстро села и спустя пару минут, полностью обдумав, свое решение, побежала к Харону.

Война должна была начаться на закате. Все нервно готовили оружие, проверяли готовность своего холодного оружия, комбинезоны, на наличие дыр или пробитий. Алиса вздыхала: было уже около четырех часов дня. Скоро закат. Желание убивать стало единственным спасением в этом томительном ожидании.

Как только она попала в группировку ей сразу пришло видение, как «Монолит» сражается со всеми сталкерами, которые остались в Зоне Отчуждения. Она видела и одиночек, и «Долговцев», и «Свободовцев», и военных. Она увидела, как «Монолит» одерживает победу и остается одной группировкой в Зоне.

Сталкеры больше никогда не вернутся. Больше не будет здесь неверных. Только «Монолит» будет гореть, в гордом одиночестве доживая здесь свои дни. Алиса была готова пойти на эту войну, войну ради защиты территории своей группировки.

***....

Кабинет Харона. 23.40. Накануне.

В 10-ти километрах от четвертого энергоблока ЧАЭС.

- Значит, она верит, что эти видения реальны? – рассмеялся Харон, интересуясь у Ахилла.

- Так точно, командир, – отрапортовал светловолосый мужчина. – Пока устройство сбоев не дает. Стоило лишь перенастроить “Выжигатель” и уменьшить силу волны – и все. Солдаты нам верят, что девчонка слышит Зов Монолита. А инъекция «Антидота» дает ей ловкость и силу, которой владеют не все воины.

- Мне очень повезло, что ты оказался толковым психологом. Она ни о чем не подозревает?

- Нет, командир. Мне, действительно, было очень тяжело работать с ней. Хотя, каждый адепт приносит много проблем. Очень помогает наш старый проверенный препарат для промывки мозгов.

- Ты уверен, что ее кровь поможет? – поинтересовался Харон. – Она уже в Зоне пять месяцев.

- До полугода радионуклиды не проникают в ДНК, – уверил Ахилл. – Поэтому она нам подойдет.

Жаль, что ее дружок-оператор остался в Прачечной. С ним бы проблем было бы меньше. Мужик, ведь все-таки. А тут ее едва не убили до боя. Главное не упустить момент.

- Тогда ты пойдешь вместе с отрядом Цербера, – кивнул Харон. – После запуска реактора и убийства сталкеров, можешь перерезать ей глотку.

- Так точно, Астат, – улыбнулся Ахилл. – Я уверен, что все сработает.

- Никогда не называй меня Астат! – рявкнул Харон и Ахилл замолчал. – Мое истинное лицо никто не должен видеть. Вот, что со мной сделал этот проклятый «Нулевой Антидот».

- Простите, командир. Осталось немного, если даже первый план не сработает, то мы перельем кровь девчонки вам.

- Мне жаль, что вы убили двух других носителей «Антидотов», которые могли бы вернуть мне мой былой облик. Если бы я знал раньше…

- Мы сделаем все, командир.

- Я очень ценю Ваши жертвы, Ахилл, – Харон пожал руку старшему офицеру. – Помни, что ты и твой отряд падет во имя этой Великой Идеи!

Ахилл поклонился и произнес:

- Слава Монолиту!

Плац близ расположения части отряда Монолита.

15.54

Алиса закинула на спину автомат AUG A2 и вышла во двор перед ЧАЭС. Народу было много. Около трехсот человек «Монолитовцев». Не все конечно, но большинство были здесь. Алиса нашла в толпе свой отряд и подошла к ним.

- Итак, насколько мы знаем, что неверующие подойдут через десять минут, – сказал Цербер. – Мы охраняем сам великий Монолит. Самое важное. Стоять до конца. До последней капли крови! Во славу Монолита!

- Ну, что ты готова? – весело спросил Лютый, которому видимо, нравилась суматоха вокруг. – Значит, будем биться?

- Будем, – ответила бодро Алиса, настраиваясь на боевой дух. – Смерть неверным!

Все промолчали. Слишком напряженной была обстановка.

- Ну ладно, – хмыкнул Цербер. – Уходим на позиции.

Отряд Цербера, состоящий из тридцати человек пошел под мрачно висящий над головой Саркофаг. Они пробрались на сам четвертый энергоблок.

- Всем одеть шлемы!- скомандовал Цербер и отовсюду послышались щелчки. Шлем закрывал все лицо, кроме глаз. Дышать стало тяжело. Алиса осмотрелась: за их спинами стоял тот самый легендарный кристалл “Исполнитель Желаний”. Он ярко светился голубым светом. Зрелище было великолепное и завораживающее.

- Ну, что сестра? – спросил Ахилл, стоящий рядом. – Готова?

- Готова! – ответила Алиса.

Ахилл решил охранять подступы к Исполнителю Желаний, а не остался, как другие старшие офицеры в пределах безопасной базы.

« Герой», – подумала Алиса о своем наставнике. – «Не отсиживается в безопасном месте. Такой всегда поддержит».

Внезапно Ахилл, достал из кармана шприц с такой же голубоватой жидкостью, как и сам священный «Монолит» и вколол ей в шею.

Девушка дернулась, но Ахилл зажал ее голову двумя руками:

- Тихо-тихо, – прошептал он, улыбаясь. – Это, так называемый, «Усилитель веры». Он вытащил иглу из шеи девушки, как она сразу же почувствовала непонятное чувство ярости и ненависти.

Ахилл поднял ее шлем, а затем аккуратно прикоснулся ладонями к ее лицу, проверил ее зрачки, оттягивая нижнее веко, и, смотря ей в глаза, отчетливо произнес:

- Ты будешь бороться до конца. Тебя ничто не остановит. Ты – машина для убийств. Ты веришь в «Монолит»!

Руки разжались, и Алиса поняла, что неизвестным способом лекарство заставило поверить в ее в эти слова. Теперь нужно идти до конца. Во славу Монолита!

Алиса знала, что это за препарат. Его вкалывали перед боем бойцам, чтобы те не ведали ни страха, ни боли. Наркотик, своего рода, но не ожидала, что Ахилл вколет его прямо здесь и сейчас.

Минут через десять, со стороны внешней стены ЧАЭС, начали доноситься звуки стрельбы. Отряд Цербера встал в клин, готовясь к встрече врагов. Время тянулось слишком медленно, а Алисе не терпелось вступить в бой. Стрельба становилась все сильнее. Через пятнадцать минут воины «Монолита» увидели, как несколько десятков человек группы, стоящей у стен Саркофага, шли спиной назад к кристаллу, не на миг, не прекращая автоматную очередь. Выстрел из ручного гранатомета пришелся именно в этих оставшихся воинов. Взрыв и тишина. Когда пыль разошлась, в провале стены стояли человек пятьдесят сталкеров – одиночек. Трупы «Монолитовцев», только что взорванных вражеским оружием лежали у их ног. Лиц сталкеров было не видно. Но они превосходили количеством отряд Цербера у Саркофага. Хотя Алиса была уверена, что это лишь небольшая часть, которая прорвалась к самому центру четвертого энергоблока. Цербер не приказывал стрелять, поэтому все молчали.

Немая тишина повисла над четвертым энергоблоком ЧАЭС. Алиса часто и тяжело дышала, она чувствовала, как переступает с ноги на ногу от азарта Лютый, как мерно нащупывает перчаткой Ахилл спусковой курок автомата. Она слышала каждого из тридцати человек, состоящих в отряде.

Наконец, Цербер нарушил тишину:

- Значит, неверные решили достигнуть самого великого Монолита? – глумливо спросил он.

Действительно, отряд Цербера был единственным препятствием перед “Исполнителем Желаний”, который светился у них за спинами. Вдруг, под ногами, где находился четвертый реактор, раздался гул, жутко давящий на уши. Все. Обратного пути нет. Реактор запущен. В последние несколько суток ученые в группировке день и ночь трудились над его восстановлением. Им удалось, сегодня ночью должен будет произойти величайший по своей силе выброс. После него эра сталкеров будет закрыта. Никто больше не умрет из-за своей жадности и алчности. Над головой людей было видно небо, все такое же неприступное, серое.

- Мы требуем остановить реактор, – крикнул человек стоящий по центру группы сталкеров.

- Мы не допустим, чтобы вы осуществили свои планы, – крикнул другой, но их голоса тонули в этом подземном гуле. – Мы не допустим, чтобы вы запустили реактор и сделали такие же Зоны по всей Украине, Белоруссии и России. Вы понимаете, что вы сделаете?

Алиса не поняла: что? Что они говорят? Ведь это будет спасительный выброс. Он очистит мир от скверного и сохранит жизнь другим людям. Никто больше не пересечет границ Чернобыльской Зоны Отчуждения. Но что они говорят? Она повернулась к Ахиллу и дернула его за руку.

- Они врут, – ответил он. – Не верь им!

Действительно, неверующие хитры. Они будут сбивать ее с толку. Монолит – единственная вера здесь.

- Вы подкупили наемников, «Долг», «Свободу», – продолжил тот сталкер, который стоял по центру. – Вы убивали всех тех, кто знал об этом. По крайней мере, вы надеялись, что уничтожили всех, кто знал. Янов, Скадовск, Прачечная – вот ваши цели! Верно?

Цербер поднял автомат, теряя терпение:

- Неверующие! Вы не знаете, что творите, – ответил командир. – Нашу веру не сломить!

Попробуйте вкус безграничной храбрости и веры Монолита. В атаку!!!

«Монолитовцы» и сталкеры единовременно открыли огонь: силы были равны. Несколько человек упали, как с той, так и с другой стороны. Остальные, спрятались в укрытиях. Алиса потеряла терпение: она прижала Ахилла к стене, подняла забрало “Заслона” и требовательно спросила:

- Это что? Правда?

Звонкая пощечина привела Алису в чувство.

- Ты ничего не понимаешь, – ответил Ахилл спокойно, он снова взял ее за голову и снова четко произнес. – Ты должна убить противника. Это будет во благо. А это – предатели! Их нужно уничтожить.

- Да, – закачала головой Алиса, словно находясь под гипнозом. – Ты прав. Они врут! Нужно их уничтожить.

Ахилл провел рукой по ее спине и закричал:

- Докажи свою веру! Ради святого Монолита!

Алиса закричала от бессилия, гнева и страха, и, схватив автомат, перебежала к другому укрытию. Стрельба не прекращалась. Она выглянула и увидела, что людей стало гораздо меньше: со стороны «Монолита» осталось человек двенадцать, а со стороны сталкеров – около восьми, но они сражались великолепно. Их нужно убить – приказал голос в голове, и не подчиниться было нереально. Китана выскочила из укрытия и открыла огонь, на ее глазах, убили еще трое «Монолитовцев». Внутренний голос говорил, что нужно оберегать кристалл Монолит. Она вновь нажала на курок, одна из пуль попала неизвестному сталкеру в плечо. Рана была не смертельной. Другая пуля угодила второму сталкеру в ногу, а точнее в икроножную мышцу. Да что же это такое! Но добивать их она будет потом. Зато сталкеры убили еще двух соратников Китаны. Взрыв. Граната взорвалась в метрах трех от Алисы, слегка оглушив девушку на пару секунд. Удар – и автомат выпал из рук. Выбили пулей из рук. Повезло, что пальцы целы. Обычно отрывает вместе с пальцами. Пыль, грязь, пот, кровь – вот, что такое настоящая война, а не то красивое действо по телевизору. Останавливаться здесь нельзя, минута – и убьют! Поэтому, чтобы выжить, Алиса выхватила один нож из-за пояса, а второй из-за ремня на правой ноге. Она перепрыгнула через чей-то труп, даже непонятно врага или друга, и едва не вонзила один из ножей в спину сталкера. Тот отреагировал быстро и оттолкнул ее автоматом. Еще удар и еще. Алиса ловко перекидывала ножи из руки в руку и делала опасные выпады. Сталкер, словно ради шутки, откинул автомат СА “Лавина” и тоже достал нож.

- Ах ты сволочь, – прошипела разъяренная Алиса. – Поиграть решил?

Алиса увидела автомат: точно такой же был у нее, у неловкой и милой девчонки Алисы Романовой, неуклюжей журналистки. А потом? Во что ее превратили? В кровожадное животное? Слезы мешали смотреть, шлем “Заслон” начал запотевать, зато ненависть и злость от этих воспоминаний придала сил. Она гораздо быстрее начала делать атаки ножами. Удар оскользью прошел по экзосклету сталкера, и на его предплечье проступила кровь.

Удивительно, как никто не вмешивался в эту дуэль. Вдруг, краем глаза она увидела приближающуюся фигуру сталкера.

«Значит помощник?»

Алиса резко присела и сделала подкат этому самому помощнику. Тот, неловко упал на землю, а Китана снова вскочила и продолжила дуэль. Лезвие ножа противника прошло в миллиметрах от горла девушки. Она едва увернулась. Да кто же ты? Не убьешь! Предатели! Вас покарает священный Монолит! Гул реактора становился тише. Голова перестала болеть. Но борьба не прекращалась. Один удар сталкера Алиса пропустила, но шлем защитил ее. А вот стекло, которое защищало ее глаза, треснуло и теперь искажало реальность, стало бесполезным, и наоборот, даже стало мешать. Она одним движением подняла забрало шлема, продолжая борьбу.

Что случилось дальше, ее словно перевернуло. Взорвало и уничтожило одновременно.

Она услышала знакомый голос:

- Алиса?

Она, не успев остановиться, так и осталась отчаянно давить своим ножом на нож сталкера, пытаясь убить человека, во что бы то ни стало, даже когда тот, тоже опустил шлем “Заслон”.

- Нет! – воскликнула девушка, и вдруг она почувствовала, как те мысли, которые задал ей Ахилл, словно отступили и покинули голову навсегда. В отчаянии она продолжила давить на ножи противника. Слезы страха и непонимания покатились из глаз:

- Нет, вы неверные! – заревела Алиса, чувствуя слабость в руках. – Не может быть! Вы должны умереть!

Дегтярёв, как-то ловко выбил из левой руки девушки нож, и перехватил ее правую руку, опустив второе лезвие. Он молча смотрел на нее. Тогда Алиса выхватила из рукава потайной нож и в очередной раз попыталась нанести удар. Ее разрывало желание отомстить за свою поломанную жизнь, и она понимала, что она не могла убить человека, который столько раз спасал ее. Но он же враг!

- Не может быть, – всхлипнула Алиса. Слезы противно стекали по щекам и по шее, впитываясь в воротник рубашки под комбинезоном “Урбан”.

Наконец, она на миг опустила ножи и, смотря на майора СБУ, как на призрака, попросила:

- Уходи, я убью тебя. Уходи…

Дегтярёв улыбнулся:

- Ты меня не убьешь. Сдавайтесь, «Монолитовцы».

– Будь ты проклят! – Алиса завизжала и начала бить агента Госбезопасности по груди. Ее пронзило чувство предательства: – Вы! Вы бросили! Ненавижу!

Майор быстрым движением перехватил ее за руки и швырнул в сторону:

- Уйди, ты не понимаешь, о чем говоришь. За тебя говорит сыворотка «Веры Монолита».

Алиса действительно понимала, что то, что вколол ей Ахилл, заставляло зажигать желание убивать и разрывать все, что попадется на пути.

«Да что же это такое?!» – девушка закрыла глаза руками и села на пол.

Здесь шла война. Внутри нее тоже шла ожесточенная борьба. Вокруг пролетали пули и взрывались гранаты. А что делать ей? Она закрыла глаза и поняла: ничего больше ее не волновало. Значит, все, во что она верила лишь действие очередного препарата? А смятение, которое не покидало ее, противодействие сыворотке «Веры Монолита» другого препарата «Антидота»?

- Ты должна убивать «Монолитовцев», – отрапортавал Дегтярёв. – Они хотят взорвать энергоблок, а тогда погибнут тысячи мирных жителей.

Алиса подняла лицо и взглянула на Дегтярёва, который сидел напротив, прижавшись спиной к бетонной стене. Он прижимал к груди автомат. Он шел убивать ради мира. Как глупо! Но убивать ради войны еще глупее.

Вдруг на лице Дегтярёва возникло чувство тревоги:

- Черт! – только крикнул он и сорвался с места к Исполнителю Желаний.

Алиса обернулась: около кристалла собрались трое «Монолитовцев» – проповедник, Ахилл и молитвенник. Они производили какой-то неизвестный Алисе обряд, но явно хорошего ждать не приходилось, потому что привычный голубой свет Монолита стал ослепительно – белым. Дегтярёв одним ударом, откинул назад Ахилла, но тот, оказался не слабее и ответил тем же. Майор СБУ упал на землю и снова поднялся. Ахилл не соблюдал никакие морали и бил исподтишка. Дегтярёв тяжело дышал и снова рвался в бой. К ним бежал Лютый.

- Саша! – собственный крик вывел Алису из этого транса. Она определилась. Она будет сражаться против «Монолита». Плевать на клятвы! На все плевать.

Девушка выбежала под огонь, выхватила лежащий на полу автомат одного из убитых «Монолитовцев» и выстрелила в ближайшего адепта. Алиса оглянулась, рядом возникла фигура в военной форме, заслон у которой был поднят. Это был Светлый. Он нажал на курок автомата, пробил спину проповеднику, зато молитвенник не отошел от кристалла и продолжил читать молитву. Алиса уже бежала на помощь, стрельба. Кто стреляет – не понятно. Или свои или чужие? Хотя уже не ясно за кого она воюет. Пока она бежала к кристаллу, Светлов развернулся и едва не выстрелил в нее.

- Стой, Светлый! Я с вами! – застыла на месте Алиса, а Светлов отвел прицел. Его лицо не выражало никаких эмоций.

Откуда ни возьмись, подбежал Цербер и между ним и Дмитрием также завязалась драка. Они сражались чуть поодаль. Но в своих спутниках она была уверенна. Ее цель сейчас – кристалл. Она подбежала и вонзила в спину молитвеннику нож. Тот захрипел и глухо упал на землю. Алиса бегло оглядела кристалл, который все еще светился белым. Он был в сантиметрах пятидесяти от нее. Завораживающий, большой. Она резко развернулась, чтобы помочь Светлому и Дегтярёву победить «Монолитовцев», но резкая боль пронзила ее живот. Совсем рядом она увидела глаза Ахилла, его спокойные глаза. Она опустила взгляд: в ее животе торчала рукоятка ножа Ахилла, от которой он отпустил руку. Девушка пошатнулась и услышала, как «Монолитовец» сказал:

- Мы принесли клятву, Китана. Ты же помнишь? Ты ее нарушила, сестра.

Действительно, как оказалось все прозаично. Донельзя просто. Алиса рассмеялась, а внутри послышались устрашающие булькающие звуки. Видимо, нож задел жизненоважные органы. Девушка ошалело взглянула на «Монолитовца», который улыбнулся ей в ответ и, проведя по ее животу, испачкал руки в кровь и прикоснулся к кристаллу. Тот вспыхнул белым светом, принимая жертву.

- Спасибо, сестра, – развернулся мужчина к ней, с торжествующей улыбкой заметил. – Теперь желание точно сбудется. Время твоей смерти было назначено давно.

Он резко развернулся и быстро побежал к своим оставшимся бойцам.

Их осталось немного, но их дух не сломать.

Алиса коснулась рукоятки и вздрогнула. Провела рукой по животу и осмотрела ладонь: алая кровь, невозможно красная и теплая. Дышать было невыносимо больно. Хотелось закричать, но она знала, что это быстрее ее убьет. Девушка пошатнулась и оперлась рукой на что-то холодное. Это был сам великий Монолит, безжалостный камень, ради которого погибли столько людей. Сознание стало покидать Алису. Стало холодно, изо рта потекла кровь. Из-за того, что рука девушки была в крови, она медленно опустилась на пол ЧАЭС, опираясь на кристалл и оставляя на нем кровавые линии. Внезапно, Алиса вспомнила, что Монолит сможет выполнить желание человека, который принесет в жертву врага Монолита. Значит, она была нужна им в качестве жертвы. И все. Значит, теперь она виновата в гибели людей, которые умрут от выброса.

Неужели?

Стоп! А если, что говорил Лютый правда? Может ее кровь поможет исполнить желание, не только Ахилла, но и ее собственное? Она-то теперь враг, и значит, пора попробовать этот способ. Девушка опустилась на колени перед “Исполнителем Желаний” и загадала, чтобы Зона не распространилась дальше, чтобы все ограничилось лишь этими тридцатью километрами. Кристалл вспыхнул белым светом и снова стал источать легкое голубоватое свечение. Алиса улыбнулась и, теряя силы, упала на пол.

Она взглянула вверх: сквозь дыру в крыше, которая была здесь с 1986 года, наконец-то показалось чистое небо. Такое красивое небо в закатных лучах, где еще просматривалась и голубизна и алые полосы. Ах, как же красиво! Крики солдат доносились, словно откуда-то издалека. Словно из другого пространства. Боли почти не было слышно. Холод окутывал и начало тянуть в сон. Стало страшно. Очень страшно, но думать о смерти не хотелось. Наконец, через несколько минут стрельба прекратилась. Замаячили перед глазами лица неизвестных сталкеров. Значит, победили сталкеры? «Монолита» больше нет? Один из мужчин вскинул пистолет и навел дуло оружия ей в голову. Да, конечно, она ведь в форме «Монолита». Враг навсегда остается врагом. Нужно добивать и раненых. Она сама всегда придерживалась этого правила. Но его за руку остановил Дегтярёв, появившийся в который раз из ниоткуда. Слов Алиса уже почти не слышала, вероятнее всего, контузия. Но видела, как сталкер, убрал пистолет в кобуру, а агент Госбезопасности достал из кармана капсулу с нашатырем и натер Алисе виски. На миг она пришла в себя.

- Терпи, журналистка, терпи, – проговорил скороговоркой военный, присаживаясь на колени перед раненной. – Светлый! Бродяга!

– Вы победили? – попыталась спросить Алиса, как изо рта полилась кровь все сильнее и сильнее.

- Да-да, победили, – кивнул Александр. – Светлый, черт тебя подери! Сюда!

Через мгновение Романова увидела Светлова с оцарапанным и разбитым лицом, который взглянул на нее и быстро вытащил из кармана шприцы с лекарствами. Дегтярёв вздохнул, ввел в вену на кисти Алисы препарат для остановки кровотечений, затем трясущимися руками вытащил нож и постарался остановить кровотечение уже бинтом. Светлый стоял рядом и молча глядел на происходящее. Кто-то еще звал наемника, но тот махнул рукой и остался.

- Как же вы выжили? – исчезающим голосом поинтересовалась девушка, сплевывая кровь.

- Комбинезон «Сева», – усмехнулся Светлов. – У него замкнутая система дыхания и автоматическое поднятие шлема «Заслон».

Журналистка улыбнулась: точно! Значит, даже если тебя закапывают с головой, то можно открыть шлем «Заслон», который снабдит тебя воздухом и под водой и под землей. А им осталось лишь выбраться из могилы незамеченными. Здорово придумано! Плохо, что она не такая ловкая.

- Нет, ничего, – ответил, кусая губы Александр. – Светлый, зажми здесь…

Светлов наклонился, закидывая автомат за спину, и зажал рану. Резкая боль пронзила все нутро. Алиса взвыла от неистовой боли.

- Черт, нужна операция, – прошипел Дегтярёв. – Нужно зашивать… Звони Костоправу!

Алиса вдруг почувствовала, что рана перестала болеть. Девушка улыбнулась, стало совсем спокойно, ничего не болело:

- Не надо, уже не болит, – обрадованно заметила она.

Голос словно надломился, и страшно захотелось спать. Алиса прикрыла глаза. А сейчас спать. Только спать.

====== Часть 9. Ложь. Кровавая жертва. ======

Глава 9

Кровавая жертва

Очередной укол аминазина снова принес сковывающую боль в мышцах и заставил Алису успокоиться. Инъекция с лекарством, которое используют в сумасшедших домах для успокоения буйных, была уже обыденностью. Теперь, каждое движение приносило невыносимую боль. Даже дышать тяжело было. Ей меняли эти препараты: каждые шесть часов в вену вводили аминазин. Каждые сутки ее кровь брали на анализ, пытаясь синтезировать «Антидот». Прошло более получаса, после введения аминазина, полевой врач группировки “Монолит” вышел за железную дверь в полутемной комнате, которая освещалась одной лампой дневного света. Лампа замигала, разливая неравномерный цвет по серым стенам комнаты, в которой лежала привязанная ремнями к кушетке Алиса. Она всегда, в глубине души, знала, что может загреметь в психиатрическую больницу от бессонных ночей, проведенных за работой, но она не думала, что загремит в самодельную психушку в Зоне Отчуждения. Горячие слезы заставили исказить пространство, скапливаясь у нижнего века. Моргнуть тоже было больно, но рефлексы все-таки брали свое. Слезы покатились по щекам, и упали на медицинскую кушетку, обмотанную прозрачной пленкой, которая источала удушающий запах, какой-то вонючей, антибактериальной жидкости. Уже несколько недель Алиса пробыла в этой камере-психушке. Как ее притащили сюда, она не помнила. Наверное, потому что была без сознания. Последнее воспоминание в ее памяти, как убили Светлова и Дегтярёва, а вместе с ними и ее последний шанс вернуться в нормальную жизнь. Нахлынувшие эмоции, снова вызвали истерику. Захотелось закричать и вырваться отсюда. Алиса глубоко вздохнула и почувствовала невыносимую, тянущую боль в мышцах живота, от того же проклятого аминазина. Ни говорить, ни дышать, ни кричать – ничего нельзя. Алиса снова открыла глаза и уставилась в темный потолок, каждая трещинка которого уже давно была изучена за это время.

Че-е-ерт! Она больше не может лежать вот так, спокойно! Она попробовала пошевелить рукой, но боль от аминазина сразу пронзила мышцы. Крик вырвался невольно.

В комнату вошел человек в темном экзоскелете, сел на стул и достал какие-то книги в черных обложках. Следом за ним вошел Ахилл с очередными дозами успокоительных препаратов.

Человек, в темном экзосклете, был проповедником в группировке «Монолит» и уже вторую неделю промывал Алисе мозги своей сектанской агитлитературой. Он снова раскрыл книжку и начал читать ей проповедь. Что он говорил, Алиса старалась не слушать, она просто закрыла глаза и постаралась заснуть. Монотонное чтение о священном кристалле ее даже убаюкивало. Но тут к ней подошел Ахилл:

- Китана, как ты? Почему ты не слушаешь?

- Пошли вы черту, ублюдки, – Алиса открыла глаза и буквально выплюнула эти слова.

Ахилл поднял руку вверх и попросил, тем самым, проповедника окончить читать и выйти за дверь. Тот покорно захлопнул книгу и прошагал в коридор.

- Значит, ты отказываешься принимать нашу веру? – спокойно спросил Ахилл, набирая в шприц из ампулы успокоительное. – Отчего же?

- Вы убийцы! Почему вы меня здесь держите? – закричала Алиса.

- Мы убийцы? – удивленно спросил мужчина и стремительно воткнув в вену девушки иглу, уже и без того с множеством проколов от ежедневных инъекций. – Ты ведь даже не знаешь ничего?

Он заклеил пластырем вену, на которой уже было неисчислимое количество проколов, и, выбросив шприц в дальний угол, сел рядом:

- Ты хочешь знать правду?

- Неужели она у вас есть? И вы знаете, что это такое?

Ахилл смотрел на ее лицо и через несколько минут продолжил:

- Ты ведь ничего, абсолютно ничего не знаешь, о нас, о Зоне, – он вздохнул и, смотря в потолок продолжил. – Поверь, ты не имеешь представление об этом мире. Ты даже ничего не знала о людях, с которыми ты была последние несколько недель.

Согласиться было тяжело, но это было правдой. Каждый, кто здесь находился, считал своим долгом, ничего, абсолютно ничего не рассказать о себе и о своих планах.

«Монолитовец» подошел к окну и достал какие-то папки, через несколько минут послышался его голос:

- Светлов Дмитрий Михайлович. Одна тысяча девятьсот восемьдесят шестого года рождения. Воинское звание: майор. Личный номер: 978 566 17. Офицер наемной службы, командир полевого отряда наемников “Тайфун”. Участие в военных компаниях в 2010 году Эль-Амара, Ирак, 2011-2012 в Афганистане, 2012 года в Ираке, 2013 года в Сирии. После этого с 2013 года назначен командиром отряда на зачистке в Зоне Отчуждения. Боюсь, всего этого ты не знала? Так же как и то, что майор Светлов подписал договор о передаче препарата под названием «Седьмой Антидот» господину Алексею Громову? – с издевкой спросил Ахилл.

Алиса молчала: неужели это правда? Она сглотнула и, повернув голову, все еще прикованная к кушетке, спросила:

- Допустим, чем доказать можешь?

- Доказать? – переспросил Ахилл, – А мне не зачем доказывать ничего. Ты ведь сама это знаешь и сама все видела. Просто сделай выводы из того, что сама знаешь, – «Монолитовец» усмехнулся.

Алиса закрыла глаза, чтобы удержать слезы. Она знала, что Ахилл прав. Все сходилось.

- А Дегтярёв? – дрожащим голосом спросила она вновь. Хотелось узнать всю правду, несмотря на ее жестокость. – Что вам известно о нем?

- Дегтярёв, – повторил Ахилл, попутно подыскивая информацию об этом человеке. – Дегтярёв Александр Александрович. Одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения. Воинское звание: майор. Личный номер: 122 789 99. Сотрудник Службы Безопасности Украины, прибывший в Зону Отчуждения после провала операции “Фарватер”. Руководитель военной разведки в городе Припять. Раскрытый агент российской разведки, действовавший в США под легендой предпринимателя русского происхождения. Был выслан за пределы Российской Федерации. С 2009 года работает на Украинскую разведку.

Алиса закусила нижнюю губу. Да, биографии отличные, ничего не скажешь. Двое приятелей – убийц. Один из них еще и бывший шпион. Какая к этим людям может быть жалость? Никакой.

Только холодный расчет.

Хорошо, что они чудом сохранили ей жизнь. Хотя, сохранили потому, что Дегтярёв точно хотел вернуть утраченную репутацию и сдать ее на опыты, как человека с «Седьмым Антидотом». Светлов почти выполнил свое задание и если бы еще немного, то он бы прикончил ее еще на базе наемников. Видимо, что-то пошло не так и тогда он решил сыграть в героя, чтобы довести сосуд с инъекцией прямо лично заказчику. Громов. Как же хитра судьба! Неужели Громов знал, что «Антидот» окажется у нее? Нет, точно нет. Но зачем «Антидот» Алексею? Навряд ли кто-то расскажет ей об этом.

Ахилл молча наблюдал за реакцией девушки, затем встал и подошел к двери:

- Теперь ты мне веришь? – спросил он. – Понимаешь, что это были за люди? Мы же примем тебя такой, какая ты есть. Великий Монолит поможет тебе обрести истинный путь...

Внезапно, Алиса поняла, что злость перекрывает ей доступ кислорода и начала сжигать изнутри. Он ведь прав, но...

- Не-е-е-ет!!! – закричала она, пытаясь вырвать руки из кожаных ремней, приковывающих ее к кровати. Эти движения заставили подействовать аминазин, который принес новую волну боли.

Теперь физической.

Такую боль примерно чувствуют наркоманы при ломке. Когда все мышцы сводит судорогой, прожигает изнутри, наполняя все внутренности раскаленным свинцом, заставляя сердце стучать невыносимо быстро, стараясь нагнать барабанный стук в голове.

Крик вырвался не нарочно, просто боль была настолько сильной, что заполнила собой все пространство, все мысли. Боль была везде. Она окутывала разум и тело. Выхода не было.

Алиса выгнулась дугой и крепко сжала руки в кулаки. Дикий крик заставил сбежаться медработников, которые следили за ее состоянием.

Три человека в белых халатах вбежали в комнату и постарались ее успокоить. Загорелся свет, который ослепил, привыкшие глаза Алисы к темноте. Двое давили ей на руки и на ноги девушки, заставляя ее принять нормальное положение, третий быстро набирал какой-то препарат. Крик осушил горло и теперь приносил мучительную боль.

Игла вошла в вену на левой руке. Мышца сократилась и через несколько секунд игла сломалась. Мужчина, делающий инъекцию, слега спешился, потом взял себя в руки и вынул остаток иглы из руки. Кровь ударила небольшой, но достаточно темной струйкой крови и под кроватью Алисы быстро налилась лужица этой жидкости.

Трясущимися руками другой медик заклеил вену пластырем и, вырвав из рук своего коллеги шприц, сам удачно ввел препарат.

Боль стала утихать. Алиса тяжело дышала и медленно опустилась на кровать. Захотелось спать. Просто спать. Момент пика боли и мук, кажется, прошел. От крика пекло горло, но это такая мелочь... Последняя мысль, которая посетила Алису перед сном, была такой: если бы так и можно было сделать с моими мыслями и моей памятью. Все забыть. Заставьте меня это забыть.

Руки опустились. Делать больше нечего. Все потеряно. Жизни нет.

Из беспамятства Алиса вышла, на этот раз, через два дня после всего, что случилось . У нее опять мелькали перед лицом белые халаты, руки в резиновых перчатках, долбанные шприцы, запах спирта и эти ужасные ампулы с проклятым аминазином и не менее ненавистным анабиотиком, который пробовали ей вводить, чтобы провоцировать видения. Те самые чокнутые и пресловутые видения, которые давал этот проклятый «Антидот». Видимо синтезировать тот самый ген, который им был необходим, никак не удавалось, поскольку «Монолит» решил взять в оборот Алису, чтобы она была проводником между миром нынешним и картинками прошлого, которые им помогут запустить реактор. Но однажды, в дверь вошел Ахилл, но вместе с ним был еще один человек в черном экзоскелете, который скрывал все тело и лицо его обладателя. Тихим шагом они приблизились к ее койке. Что-то в фигуре незнакомца было одновременно и пугающим, и притягивающим. Ахилл выглядел с ним как-то, гораздо меньше, что ли... Нет, не по росту, а по манере поведения. У неизвестного были широкие шаги, развернутые жесты, думаю, что и мимика была довольно артистичной.

- Руку, – приказал незнакомец, подойдя к привязанной Алисе. Не зная зачем, девушка разжала кулак и, как смогла, попыталась протянуть руку, прикованную к кровати ремнем.

Холодная перчатка сжала ладонь Алисы крепко и настойчиво. Она удивленно смотрела на человека в экзоскелете, но тот молчал.

Ахилл внимательно смотрел на это все и, словно, продумывал, что он будет делать дальше.

Через несколько минут незнакомец отпустил ладонь, которая также похолодела, словно ее погрузили в ледяную воду.

- Ахилл, отпусти ее, – произнес человек, голос которого был глубоким и таким же загадочным. – Я с ней поговорю. Выйди.

Ахилл резко развернулся, махнул рукой и в комнату спешно вбежали люди в белых халатах. Они быстро расстегнули ремни на руках и ногах Алисы и срочно удалились за дверь. Ахилл преклонил колено и, прижав правую руку к сердцу, произнес:

- Как Вам угодно, великий Харон!- и встав с колена, «Монолитовец» ушел за дверь, оставив Алису наедине с человеком в темном экзоскелете.

Алиса попыталась сесть.

Несмотря на то, что голова сильно кружилась, и тошнило, девушка все же приняла вертикальное положение. Она свесила ноги с койки и внимательно осмотрела того, кого Ахилл назвал Хароном.

- Значит, ты отказываешься принимать нашу веру? – спросил Харон. – Ты не хочешь присоединиться к нашему братству? Почему?

Алиса, хоть и чувствовала жуткую слабость, но решила держаться до конца:

- Потому что вы лжецы и убийцы, – ответила она. – Вам нужен «Антидот». Забирайте! Я не хочу здесь находиться!

Харон усмехнулся:

- Мы лжецы? Право слово, мы не лжем, – Харон всплеснул руками и подошел ближе к ней.- Мы никого не убивали. Твоих, так называемых спутников, убили наемники. Мы едва договорились, чтобы они оставили тебе жизнь. Ты права, нам нужен «Антидот», но мы не можем его получить. Поэтому, мы должны воспользоваться твоими способностями.

Алиса молча смотрела. Слова предводителя «Монолитовцев» звучали гипнотически, поэтому она не стала спорить:

- И что я должна делать?

- Ты ничего и никому не должна. Ты можешь использовать свою силу во благо. Мы должны избавить Зону от сталкеров, ибо они калечат ее, так же, как и свои жизни. Ты понимаешь, о чем я? – спросил «Монолитовец».

Алиса закивала. Конечно, что тут непонятного – только за полмесяца пребывания в Зоне, она увидела столько смертей, сколько не видела ни разу в жизни. Молодые люди, гибли из-за жажды легкой наживы. Ведь те, кто приходят в Зону первым делом, лезут в смертельные аномалии за дорогостоящими артефактами. Вот там и находят они там свой последний приют.

- Мы должны услышать, что говорит нам великий Монолит. А помочь в этом нам сможешь ты!

- Я? – переспросила девушка. – Но я не смогу. Я слышу лишь какую-то ерунду, какие-то обрывки фраз. У меня не получится вам помочь.

Харон сделал пару шагов влево и глянул за темное окно:

- Если ты будешь слушать советы наших братьев, то у тебя все получится. Ты сможешь услышать многое о прошлом, о будущем, о настоящем. Сможешь отомстить за тех, кого не смогла уберечь. Сможешь помочь своей семье. Сможешь уберечь жизни тех, кто не попадет в этот ад.

Алиса опустила голову: спасать мир? Нет, это точно не про нее. Но вот помочь семье. Боже, сколько она их не видела! Ведь только у «Монолита» она уже, наверное, недели три. Она всегда считала себя эгоисткой. Помогать кому-то? Спасать? А смысл спасать кому-то жизнь, если могут убить ее? Зачем рисковать собой?

- Ты ведь догадываешься, что мы тебя не отпустим, – произнес Харон, будто читая мысли Романовой. – А если ты поможешь нам, то мы щедро вознаградим тебя.

- Хорошо, – закивала Романова. Разыгрывать эту драму дальше не имело смысла. Пора сдаться и согласиться со всем. – Я буду делать то, что вы прикажете.

Харон хмыкнул и зааплодировал. Звук ударов отражался от стен, словно стереозвук, он расходился по пространству комнаты.

- Молодец. Ты сделала правильный выбор. Теперь ты будешь обучаться владеть собой, своими способностями, Китана. В этом тебе поможет твой поручитель Ахилл. Он научит тебя всему. А теперь, встань и скажи это ему.

Харон развернулся и вышел за дверь. Через несколько секунд в дверях появился ее наставник, мужчина с серыми глазами и русыми короткими волосами.

Алиса встала и, слегка пошатываясь и сделав пару шагов вперед, произнесла:

- Ахилл, я присоединяюсь к вам.

«Монолитовец» засиял и ответил:

- Китана, ты сделала первый шаг навстречу правильной жизни.

Неделю Алиса слушала наставления проповедника и старалась вникнуть в смысл прослушанного учения. Что-то казалось, фантастикой, что-то суровой реальностью.

Но все это нужно было обдумать и принять к сведению.

К счастью, скоро чтения закончились и ее начали обучать практике. Вкалывали тетрадотоксин и медики – «монолитовцы» помогали ей преодолеть барьер “зова Монолита”, как они это говорили, и выйти на уровень получения информации. Однажды, ей повезло: синий, манящий свет закончился, и она будто бы провалилась в другое время. Перед ней возникли неясные силуэты людей в белом с респираторами на лицах. Они находились в большом помещении, где на стены были увешаны приборами с горящими зелеными и красными лампочками. Картинка стала ясной. Человек, одетый, как врач, с большими увеличительными очками в черной оправе, подошел к столу и сделал запись, затем он подошел к другому такому же, вероятнее, ученому, и произнес:

- Я боюсь, что режим выбега ротора турбогенератора не выдержит четвертый энергоблок. Первая попытка в 1982 году показала, что напряжение при выбеге падает быстрее, чем планировалось, остальные тоже были неудачными.

Второй ученый отвел коллегу в сторону и шепотом добавил:

- Это приказ самого Михаила Сергеевича. Его нужно выполнить.

- Мощность реактора уже снижена примерно до 50 % и составляет всего 1600 мегаватт. Диспетчер Киевэнерго мне запретил…

- Поверь, к двенадцати часам ночи запрет будет снят.

- Но…

- Зови операторов и снижай мощность .

- Мне нужно будет отключить систему охлаждения.

- Делай все, главное, чтобы утром Горбачев был рад показателям работы Атомной станции имени Владимира Ильича Ленина.

Эти слова эхом прокатились в голове у Алисы. Она резко открыла глаза и пусто посмотрела на Ахилла. Тот, обескураженный, присел перед ней на корточках и спросил:

- Китана, что ты слышала?

Алиса дернулась от его голоса и безумным взглядом, буравя стену, ответила:

- Я видела, как останавливали реактор.

- Реактор? – переспросил удивленно Ахилл. – Ты точно все верно поняла?

Алиса закивала головой.

Тогда Ахилл встал, отряхнулся и шепотом произнес:

- Получилось! Итак, – приказал он медикам. – Отведите Китану в ее комнату, а я поговорю с Хароном насчет полученной информации, – Ахилл резким движением открыл дверь и спешно удалился.

Алису подхватили на руки четыре медработника и почти что волоком, дотащили ее до койки.

Девушка только сейчас поняла, что едва может поднять руку. Пользование своими способностями отняло у нее много сил и поэтому сейчас лучше просто лежать и наслаждаться тем, что ее, как в детстве, укрывают теплым одеялом и дают пить горячую воду, а лучше горячее молоко.

- Великий Харон! Она так и сказала. Клянусь, священным кристаллом!

- Так значит, Ахилл, нам нужно восстанавливать работу станции, – задумчиво произнес Харон, сидя в своем кресле и обдумывая все, что рассказал ему его подчиненный. – Значит так: на восстановление четвертого энергоблока уйдет около двух месяцев, а пока ты должен воспитать в нашей “находке” великолепную боевую машину. Необходимо уничтожить оставшихся сталкеров, которые могли хоть как-то контактировать с Дегтярёвым. Любой человек, который мог знать о наших планах, должен быть уничтожен.

- Мы убили главную помеху в нашем деле, – улыбнулся Ахилл. – И теперь, когда «Антидот» в наших руках, большого сопротивления не будет. Все знали, что девчонка была последней, кто мог узнать лишнюю информацию от Дегтярёва. Вероятно, что Светлова он тоже посвятил, но он нам уже не помешает. Скоро Зона увеличит свою территорию.

- Но до запуска реактора ни одна живая душа не должна узнать, о том, что будет произведено заражение Белоруссии, Украины и России. По моим расчетам, Зона – раскинется от Киева и до Урала. Тогда, мы получим безграничную власть, а наш партнер Владимир Громов получит огромный могильник радиоактивных отходов. Да пребудет с тобой свет великого Монолита, Ахилл. И сбудутся наши предсказания. А пока, Ахилл, береги эту девчонку. Скоро она нам понадобится, – шепотом добавил Харон. – Потом расправься с ней, как можно скорее.

- Слава Монолиту! – Ахилл вскинул руки к небу и, поклонившись, покинул кабинет главы Монолита.

Практиковать общение с Монолитом, как говорил Ахилл, становилось с каждым днем все легче и легче. Выход в этот, так называемый, астрал, теперь не предполагал употребления анабиотика, а требовал лишь жесткой концентрации на кристалле. Алиса видела всю правду, повторяя слово за словом, чтобы они буквально впечатались ей в память, а она покорно запоминала свои видения и передавала их Харону.

Вскоре, ей выделили отдельную комнату, с удобной койкой, зеркалом и отдельным душем, что не могло не порадовать, потому что другие «Монолитовцы» принимать ее наотрез отказывались. Никто с ней не разговаривал, и тем более, ни в чем не помогал. Шепот за ее спиной стал привычным явлением. Подколы, смешки, недвусмысленные намеки – все это сводило девушку с ума. Единственный человек, с которым она общалась – Ахилл. Но видеть его приходилось редко, он всегда уходил защищать подступы к ЧАЭС со своей боевой группой, а сейчас попыток прорваться на их базу было очень много. Неверные все намеривались сбить оборону станции и попасть к самому сердцу Зоны. Поэтому, Алиса большую часть времени проводила в своей комнате или в молитвенном зале, где ее никто не тревожил.

Очередная ночь выдалась на удивление тихой. Не было слышно стрекотание пулеметов, взрывов гранат и очередей из автоматов. Значит, поумерили свой пыл, неверные.

Как только первые лучи рассвета коснулись проклятой чернобыльской земли, дверь комнаты, в которой жила Алиса, открылась. Это был Ахилл.

Романова спешно вскочила с кровати и широко открыла глаза, требующие добавки ко сну, в размере двух-трех часов.

“Хорошо, хоть одеваться не надо” – мелькнула мысль у девушки. Она давно спала полностью одетая: защитной расцветки штаны, белая майка-борцовка и родные берцы, замена которым стояла под кроватью. Еще пять пар, собственно, как и остальной одежды. Всего было по пять: пять маек, пять кепок, пять пар брюк, пять защитных комбинезонов “Сева”, пять рюкзаков. Вот только неизвестно, зачем они ей, ведь она вообще никуда не выходит за пределы территории базы.

Ахилл прошел к Алисе и улыбнулся:

- Ну как? Обживаешься? – спросил он, хлопая по плечу девушки.

- Так точно, товарищ... – начала отвечать Романова, но Ахилл ее перебил:

- Китана, ну зачем так официально? – рассмеялся он. – Мы же не при Великом Хароне, да пребудет свет Монолита с ним. Можешь просто называть меня Ахилл. А вообще, мы называем здесь друг друга братьями, – он снова усмехнулся. – А ты, значит, будешь сестра.

- Спасибо, Ахилл, – улыбнулась в ответ Алиса. Ей было приятно, что хоть кто-то общался с ней как с человеком. – Ахилл, я хотела спросить: а можно ли мне как-нибудь пойти с вами, за периметр?

Алиса не надеялась на разрешение. Все не считали ее вообще противником, а солдаты так вообще посмеивались , а иногда просто били.

Но Ахилл поразил своим ответом:

- Я как раз за этим и пришел. Одевайся, сегодня мы пойдем на тренировку.

- На тренировку? – переспросила Алиса. В голове всплыли уроки физкультуры: бег, бег и еще раз бег. Потом бессчетное количество отжиманий, подтягиваний, челночный бег. Прокачивание мышц пресса. Скакалка. И вот только когда дело доходит до футбола, девчонок отправляли переодеваться и сидеть в раздевалке, потому что футбол – мужская игра. Долбанная дискриминация! Но ее это же не останавливало.

- Да, – ответил мужчина. – Через пять минут, жду у выхода. Без опозданий!

Ахилл вышел за дверь, и Алиса заметалась по комнате: быстро чистила зубы, умыла лицо. Затянула хвост на голове. Зашнуровала берцы. Влезла в комбинезон “Сева”. Через три минуты она была у двери и слегка обомлела от увиденного: боевая группа при полной экипировке, стояла у ворот базы и получала оружие. Оружие? А как же тренировка?

Алиса осторожно приблизилась к группе мужчин, которых было пятнадцать, и подошла к Ахиллу:

- А как же тренировка? – спросила она.

Воины громко захохотали. Стало ощутимо то, что ее щеки залились краской.

- Отставить! – гаркнул на бойцов Ахилл и те мгновенно затихли. – Это Китана. Наш новый воин Монолита. Кто будет нарушать устав, тот будет убит!

Бойцы приосанились и поняли, что командир говорит серьезно.

- Итак, – продолжил Ахилл. – Получаем оружие и выходим на территорию. В двух километрах отсюда были замечены перемещения врагов. Точнее, группировка «Свобод»а. Враг должен быть уничтожен. Пленных доставляем на базу. Трое берут холм, – он указал на трех бойцов. – И поддерживают штурмовиков. Остальные автоматчики просто идут на захват. Количество врагов: двадцать человек. Это будет не просто, но и не тяжело. Вперед, во славу священного Монолита! – закричал он, и толпа хором подхватила последние слова и быстрым шагом вышла за ворота.

- Алиса, получи оружие, – крикнул Ахилл и передал в руки мощный штурмовой автомат. Ахилл быстро развернулся к ней и произнес:

- Стрелять умеешь?

Алиса закивала.

- Тогда вперед, – приказал Ахилл и надел шлем “Заслон” на лицо.

Дорога показалась Алисе очень короткой. Хотя и приходилось перемещаться легким бегом, но было почему-то тяжело. Что-там будет? Страх застрял в горле. Спросить было как-то неловко. Вскоре, девушка заметила, что трое бойцов отделились от основной группы и побежали вверх по холму. Значит пришли!

Алиса прижала к себе автомат, словно это была та единственная соломинка, за которую можно держаться на этом поле боя. Ахилл, как-то величаво вышел вперед, указал на что-то рукой и, пригнувшись, побежал вперед. Романова последовала прямо за ним. Через мгновение перед ее взором появился заброшенный дом, в котором, видимо, и держали осаду бойцы группировки “Свобода”.

«Монолитовцы» спокойно обошли дом, пригнувшись, чтобы противникам не было видно их силуэтов и теней и одним ударом ноги, выбили дверь.

Грянули первые автоматные очереди – и трое «Свободовцев» сразу упали сраженные смертельным огнем. Другие же открыли ответный огонь, но бойцы «Монолита» закружили около них смертельный вальс и те, кто не пал от пули, верующих в кристалл, те свалились в вечный сон от ударов холодным оружием.

В голове у девушки рисовалась совсем другая картина боя: все казалось таким легким и простым. Вроде бы схватил автомат и жми на курок, пока все не упадут замертво. Ан нет! При первом взгляде на бой, Алисе сразу захотелось спрятаться куда-нибудь под землю или убежать. Да-да! Убежать. Все получалось не так, как ей хотелось. Она никого не убила, не ранила, но и сама осталась цела. Это уже неплохо. Несколько минут относительной тишины дали понять, что бой окончен. Медленно встав из-за укрытия, Алиса оглядела панораму. Тихим шагом прошла в здание.

Она все еще стояла в дверях, осматривая трупы людей: остекленевшие лица в противогазах, руки, сжатые в кулаки, от напряжения и страха. Боль, грязь, кровь и пот – вот она война. Ничего примечательного и , тем более, привлекательного в ней нет.

Бойцы Монолита отряхнулись, поставили на предохранитель автоматы и удалились на улицу, для того, чтобы поговорить об этом легком бое с товарищами.

Алису била дрожь, такая же, как тогда, в Затоне. Когда она первый раз увидела снорка. Тогда с ней был ее друг – Ванька, он мог ее поддержать. А теперь?

Она даже не заметила, как сзади к ней подошел Ахилл.

- Ну что? – спросил он. – Это же было легко? Ведь так?

- Почему? – немного помолчав, ответила Алиса. – Зачем вы их убили?

Ахилл усмехнулся и, прошагал в дом, в котором несколько минут были живые люди, а теперь – лишь трупы. Он вглядывался в лица тех, кто были его противниками.

- Мы, Китана. Теперь есть только “мы”, – поправил он Алису. – Мы убиваем, для того чтобы жить. Если не мы, то они убьют нас. Понимаешь? – он прошагал и остановился у одного из тел. – Иди сюда. Скорей!

Алиса не задумываясь, прошла к наставнику, кривясь от ужасных ощущений, которые посетили ее в этом мертвом доме. Она посмотрела в глаза Ахиллу: в них горел какой-то пугающий огонек.

«Монолитовец» достал из кобуры пистолет ТТ и протянул оружие ей. Алиса взяла в руки пистолет и холодный металл, словно обжег ей ладони. Несколько мгновений она простояла, держа в руках этот убийственный предмет и лишь потом, поняла, зачем ей дали в руки оружие. Но она не могла этого сделать.

Парень, лет двадцати семи, лежал без сознания на холодном и грязном полу. Из раны на виске текла кровь, но его грудь мерно поднималась и опускалась, что говорило о том, что он жив. Миловидное лицо. Даже, какое-то немного усталое выражение лица, кажется. Темные локоны были запачканы кровью, а на щеке красовался недавно зарубцевавшийся шрам.

Глаза Ахилла говорили “Давай”, а рука не могла подняться.

- Я не могу... – прошептала Алиса. – Я не буду этого делать.

- Если ты не убьешь его, то потом он обязательно убьет тебя или кого-то еще их тех, кто тебе дорог. Ты ведь этого не хочешь?

- Но, а если он не...

- Тебе нельзя оставлять противника, в каком бы он состоянии не был, – шепотом заметил Ахилл. – Он может тебя умолять, просить, клясться, но он не пощадит тебя. Враг навсегда остается врагом.

- Я не буду убийцей! – Алиса опустила руку с пистолетом. – Это не в моих правилах.

- Здесь нет правил, – ответил Ахилл, подходя ближе.

Алиса всхлипнула. В горле образовался ком, не дающий ровно вздохнуть или что-то сказать.

Ахилл обхватил ее руку с пистолетом и медленно поднял, наводя дуло пистолета прямо между глаз противника. Алиса не сопротивлялась, ее слишком поглотили воспоминания о былом и ненависть. Белая ненависть ко всему живому.

- Алиса, – повторил «Монолитовец». – Пора преступить через свои морали и воспоминания. Пора начинать новую жизнь...

Палец мужчины ловко прижал курок пистолета. Оружие в руках Романовой дрогнуло, и пуля проделала отверстие точно во лбу, теперь навсегда затихшего солдата.

- Вот и все, – проговорил Ахилл. – Молодец, Китана. Молодец. Времена меняются, решение проблем – всегда одно.

Алиса ошалело посмотрела на труп человека, которого убила... она.

Говорить было не о чем. В этот раз слезы не покатились.

Произошла перезагрузка.

- Па-а-а-ад-й-о-о-ом! – заголосил один из старших офицеров “Монолита” и все бойцы вскочили с упражнения “отжимания” и подтянулись в единую шеренгу. Алиса замешкалась и поднялась на несколько секунд позже. Да и отжималась она медленнее всех.

Удар ногой в грудь выбил весь воздух из легких. Алиса сипло выдохнула и почувствовала пульсирующую боль в районе солнечного сплетения. Удар был настолько сильным, что девушка по инерции не устояла на ногах и упала на спину.

- Вста-а-ать! Вста-а-а-ать! – закричал офицер Прибой и добавил еще пару мощных пинков по ребрам тяжелыми солдатскими сапогами. – Сука, поднимайся!

Ребра загудели, Алиса попыталась подняться, но не смогла из-за того, что Прибой щадил ее ногами. Она сильнее сгруппировалась, подставив руки под живот.

- Что, тварь, не нравится!? – Прибой схватил Алису за волосы и резко дернул вверх. – Встать! Почему не выполнила приказ?

- Не успела...

- Не успела? НЕ УСПЕЛА??? – снова забасил мужчина. – А когда неверные к Монолиту подходить будут, ты тоже не успеешь?

- Извините...

Удар под дых – и Алиса захрипела от боли. Дыхание перехватило. Уже привычно, но в этот раз ее били сильно. При каждой возможности показать кто сильнее, «Монолитовцы» это успешно делали. Каждую тренировку кто-то был показателем для устрашения бойцов. Пока кого-то били все стояли по стойке “смирно”. Но все чаще и чаще этим показателем становилась Алиса: самая малоподготовленная и слабая, которая не могла выполнить все приказы. Постоять за нее было некому. Безопасности не было.

- Извините? – переспросил Прибой, здоровый мужик, лет тридцати с короткой стрижкой “ежик” и тяжелым ударом. – Дура! Мразь! Извините!? Сука! На..

Удар в лицо пришелся около правого глаза и сразу вызвал гематому. Алиса снова не устояла на ногах и упала. Ноги не держали. Бетонный пол принес новое повреждение: не без того не зажившая верхняя губа, снова закровоточила. Еще удар ногой.

Прибой присел и сказал тихо:

- Только попробуй пожалиться Ахиллу, – пригрозил он. – Я с тебя шкуру спущу. Усекла?

Алиса приподнялась на локти и кивнула. Молчать приходилось постоянно. Ведь избиения не прекращались уже несколько дней. Все тело было в синяках. Те, что старее, были желтоватыми, а нанесенные недавно – сине-красные с кровоподтеками. На руках, на ногах, на бедрах, собственно, везде. Все болело. Терпеть!

- Кто еще не понял суть данного упражнения? – закричал на строй Прибой. – Есть еще тупые? Ублюдки, я из Вас бойцов сделаю. Запомните: вы тут мразь, из которой я постараюсь слепить бойца Монолита. Великого и бесстрашного. Теперь засуньте свои амбиции в задницу и валите на отдых. Мрази! Кто-то чего-то не понял?

Все молчали и смотрели в одну точку. Значит поняли.

- Нале-е-е-ево! – отрапортовал Прибой. – Шагом марш!

Строй в ногу развернулся и вышел на “плац” для того, чтобы получить указания на завтрашний день.

Алиса, шатаясь, встала и поплелась к себе в комнату. В груди что-то серьёзно болело. А что теперь? Пойти в медпункт? Узнает Ахилл, изобьют еще больше. «Монолитовцы» явно держали на нее злость, но ее наставник их сдерживал. Если бы не Ахилл, наверное, убили бы.

Холодная вода смыла застывшую кровь с губ и принесла минутное облегчение для синяка под глазом. Эх, ночка будет долгая.

Все тело болело и гудело, спать пришлось на левом боку, ибо правый нещадно саднил.

- Подъем! – крик как сигнал. Минута-другая и Алиса, прихрамывая, встала в строй во второй шеренге, чтобы хоть как-то скрыть побои.

Офицер Прибой встал рядом во главе строя. Что-то не так... Ах, блин, проверка!

В расположение вошел Ахилл и быстро оглядел строй будущих бойцов «Монолита». Прибой приосанился и вышел вперед:

- Слава Монолиту! Старший офицер Прибой роту адептов «Монолита» построил.

- Вольно, Прибой, – ответил спокойно Ахилл и вгляделся в лица солдат. – Адепты «Монолита», готовы Вы ли отдать жизнь за священный кристалл?

Все единым хором закричали:

- Так точно! Слава Монолиту!

Алиса тихо переступила с ноги на ногу, пытаясь спрятаться за парнем, который стоял впереди нее, но это не сработало.

- Адепт Китана! Выйти из строя, – приказал Ахилл, увидев разбитое лицо Алисы.

Алиса про себя выругалась и строевым шагом вышла вперед, не пытаясь скрывать синяк, который покрыл смуглую кожу под правым глазом и разбитые губы.

Ахилл подошел и, взяв Алису за подбородок, осмотрел характер повреждений. Девушка нечаянно вздрогнула от прикосновения ледяных пальцев командира. Его серые глаза внимательно вглядывались в побои.

- Что это? – тихо спросил он и отошел на несколько шагов назад.

Алиса краем глаза видела, как замерли все бойцы «Монолита» и, как нервно заводил желваками Прибой.

- При прохождении учебно-тренировочного комплекса упражнений на плаце, непредумышленно нанесла себе повреждения, споткнувшись о кусок арматуры, – соврала девушка, четко и ровно отрапортовав ложь.

Ахилл нахмурился:

- Значит кусок арматуры? – переспросил он. – Хорошо, – он тихо подошел к Прибою и продолжил. – Надеюсь, офицер, у тебя больше никто не споткнется?

Прибой гневно взглянул на Алису и ответил:

- Так точно, старший офицер Ахилл, никто!

Ахилл презрительно глянул на офицера и прошипел:

- После построения ко мне!

День подходил к своему логическому завершению. Казалось, этот месяц, который Алиса провела в строевой подготовке «Монолита», был самым тяжелым за всю ее жизнь. Бесконечные избиения и крики от офицеров, насмешки других адептов – жизнь стала невыносимой. Абсолютно невыносимой. И когда это все закончится? – Неизвестно.

Алиса тяжело тянула ноги к своей комнате по темному и мрачному коридора расположения части “Монолита”. Все солдаты почти уже разошлись по своим койкам, чтобы завтра в шесть утра встать на зарядку. Все почти как в армии, только еще молитвы Монолиту и походы в бой. «Монолитовцы» были каменными изваяниями, без эмоций на лице и без всяких моралей и принципов. Кратки и неразговорчивы. А вот молодняк, или, так называемые адепты, сумасшедшие. Безумцы. Хохот и истерики, горящие взгляды. Безжалостные убийцы, маньяки. Когда их выпускали в бой, бедные были противники. Ну и ладно.

Зато о прошлом Алиса почти забыла: просто было некогда, физическая боль затмила психическую.

До комнаты еще метров десять. Ну и тьма. Ай! Еще и ребра болят сильно.

Шорох впереди заставил насторожиться: кто там? Только не неверные! Для драки сейчас не время.

Алиса остановилась и прислушалась, затем повернулась и направилась обратно, чтобы не искушать судьбу. Удар – другой и кто-то прижал ее к стене.

- Почему главный за тебя так переживает?

Голос незнакомый, но глаза, привыкшие к темноте, смогли увидеть, что это были адепты: их было трое. Некоторые хищно усмехались, один держал ее за руки, сильно вжимая в кирпичную стену.

- Я не знаю, – растерянно пробормотала Алиса, пытаясь вырваться из крепкой хватки молодого «Монолитовца». – Пустите меня, пожалуйста.

Удар в живот от другого адепта пришелся внезапно. Алиса согнулась пополам, но ее подняли снова:

- Ты не поняла? Кто ты Ахиллу? – спросил «Монолитовец», прижав ее за горло к стене.

- Никто! – занервничала Алиса. Рассказывать об «Антидоте» нельзя. Точка!

- Лжешь! – закричал парень и поднял Алису за горло по стене вверх.

Дыхание перехватило, а позвоночник захрустел под весом тела. Стало по-настоящему страшно. Ноги оторвались от земли, и теперь она, едва дыша, смотрит на них сверху вниз.

- Я... – голос не получается выпустить из груди, как вдруг ее резко отпустили. Она рухнула на пол и постаралась отдышаться. Удар. Во рту появился привкус крови. Кто-то схватил ее за воротник рубашки и снова кинул к стене.

- Попытка номер два.

- Я не знаю, – снова ответила Алиса.

Парень, который держал ее за горло, провел другой рукой по ее щеке:

- Раз ты правду говорить не хочешь... – он улыбнулся.

- Пошел к черту, мразь! – девушка рванулась из крепкой хватки, но стало понятно, что как бы искусно не владела ударом женщина, она все – равно проиграет в бою даже самому слабому мужчине. Максимум, что она смогла сделать, так это увернуться от еще одного удара и зарядить правой ногой по его колену.

Мужчина не ожидал такой прыти и на момент выпустил пленницу, но другие его товарищи не теряли времени даром.

Удар ножом в бедро. Алиса буквально заскулила от боли.

Рев злобы и ненависти разыгрался внутри адептов «Монолита» и они швырнули ее на пол и снова посыпались удары ногами. Внезапно по темному коридору пронесся крик: Тревога!

Стало слышно, как за дверями комнат, в которых спали бойцы, стало шумно.

Молодые адепты, до того момента, так чудно избивающие Алису, огляделись и бросились к своим комнатам, чтобы никоим образом не попасть под подозрение. В коридоре загорелся свет. Кто-то выбежал из комнат, кто-то просто переступил через нее. Сознание терялось в тенях бегущих солдат. Кто-то подхватил ее и оттащил к себе в комнату. Боль заполонила разум. Слишком больно.

Сквозь веки пробивался слабый свет от сороковаттной лампочки и снова боль. Алиса захрипела, кто-то сунул ей вафельное полотенце в рот, пахнущее антибактериальным препаратом. Бедро зашивали. Каждый прокол от раскаленной иголки сводил с ума.

- Черт, она вся избитая! – сказал кто-то.

- Скотина, из Прибоя всю правду вытрушу! На Затон отправлю. Ахилл приказал ее оберегать, – заметил другой неизвестный.

- Блин, пресвятой Монолит, нож почти до кости достал. Давай артефакт! И эти неверные снова лезут. Если бы не тревога, то прибили бы ее.

- Вот точно молодняк взбесился! Сволота! – ответил другой медик. – Держи.

- Ой-йо, тут гноя полно, промывать нужно.

Следующая волна боли, казалась, разорвала все ткани на ноге и снова утащила Алису в жаркое полутемное, красноватое пространство болезни.

День ото дня в руке все больше приживался автомат ФТ-200М, выданный Ахиллом. Казалось, что он почти сросся с ладонью, стал ее вторым “я”. Сзади послышалось едва заметное шуршание, которое неопытный сталкер не услышал, но теперь не она...

Удар ножом от плеча – и условный противник был сражен. Подготовка «Монолитовцев» была более чем серьезной. Полоса препятствий с неожиданными “сюрпризами”. Ну, на этот раз даже очень легко. Алиса злорадно усмехнулась, глядя на мертвую псевдоплоть, чье мерзкое мертвое тело лежало посередине зала тренировок “Монолита”.

Этих мутантов использовали сектанты для улучшения боевых навыков своих бойцов, просто разводили для убоя, если вкратце. После того случая, с адептами, Ахилл заставил Алису докладывать о любой выходке со стороны и провел краткий, но безумно полезный разговор с Прибоем, после которого ее перестали регулярно избивать. Некоторые стали относится к ней почти, как с равной. Что уж он им сказал? Нож с хрустом был вынут из черепа твари. Алиса обтерла его о свою черную борцовку, на которой теперь остался багровый след с ужасающим запахом крови.

- Китана! – раздался голос с коридора, нависающего над залом, прямо под потолком. – Зачем ты тратишь силы на этих бедных животных, когда тебя через час ждет настоящая битва?

Алиса резко развернулась и, улыбнувшись, ответила:

- Любой бой полезен для воина.

Ахилл рассмеялся и спустился по лестнице на пролет ниже. Сегодня его серые глаза источали радость, так редко являющуюся к командиру отряда.

- Сестра, ты должна беречь силы.

- Теперь все изменилось, брат, – серьезно произнесла Алиса, подбирая автомат с земли и, быстрым шагом поднимаясь по крутой лестнице. – Я стала жить новой жизнью, которой, кажется, должна была жить всегда.

Вся та боль, причинённая ей от рук офицеров и сослуживцев, сыграла неплохую роль в ее жизни. Появилось ощущение реальности происходящего, которого раньше не было. Жить за спинами у других, безусловно, приятно и легко, но выживать приходится ей одной. Зона дала ей ложное представление о легкости жизни в этих местах, предоставив Алисе пройти ее опасные места вместе с опытными сталкерами. Алиса все чаще задумывалась о том, почему им так везло? Ведь теперь ей приходится несладко. Однажды, даже чуть в аномалии «Ведьмин студень» не осталась, если бы не случайно выпавшее в него ружье, которое помогло его обнаружить. Теперь каждый шаг ей давался с трудом. А сколько у нее уже ранений – не сосчитать. Шрамы украшали ее руки и ноги, напоминая о тяжелой жизни любого, кто придет в ряды сталкеров. Лишь месяцы постоянных тренировок развили в ней ту небольшую силу, с которой она училась справляться. Десять часов в сутки, бесконечные тренировки. Шесть дней в неделю. Лишь день был отведен для того, чтобы хоть немного выспаться и отдохнуть. Пять месяцев на попытки перекроить себя. Кажется, ей это немного удалось. Убивать стало легко. Не нужно заморачиваться на лишних мыслях. Появилась жестокость, которая нужна для того, чтобы отомстить за свою жизнь. За то, что она не увидит свой город, свою семью, не выйдет замуж, не услышит смех своих детей, не будет ничего этого. Никогда. Жизнь пошла под откос. Поздно что-либо менять.

Ахилл улыбался. Легкие морщинки около глаз, светлые волосы, слегка взъерошенные, собственно, как и всегда, и хитрая улыбка – вот он, наставник юной убийцы, по прозвищу Китана.

- Да пребудет с тобой сила и свет великого Монолита, – произнес он.

Алиса встала на одно колено и, приложив руки к груди, там, где находится сердце, сказала четко и громко:

- Слава Монолиту!

Ахилл аккуратно подал ей руку и помог подняться. Алиса встала и, закинув на плечо автомат, спросила наставника:

- А что будет после того, как мы запустим реактор? Ведь произойдет выброс, так?

Ахилл обнял девушку за плечи и легким шагом пошел вдоль стен коридора:

- Несомненно, но все изменится к лучшему. Наша сила будет расти, следовательно, будет расти и сила Священного.

Алиса глупо кивнула, все думая о своем и продолжила:

- Так значит, мне можно будет после клятвы отправиться домой?

- Естественно. Но пока тебе нужно думать о бое, понимаешь?

- Понимаю. Спасибо, брат, – Алиса улыбнулась, и пошла в свою комнату готовиться к бою с неверными. Времени было мало.

- Вера! Вот в чем наша сила, братья! В вере! – голосил Цербер, командир отряда, выходящего на сегодняшнюю борьбу.

Алиса громко вздохнула: нет, вера, конечно, верой, но пока Цербер будет так кричать, то все неверные разбегутся.

Буравящие взгляды жутко бесили. Ее все еще делали изгоем, несмотря на ее неплохие успехи в военном деле.

Чей-то удар плечом в спину. Ах, кто бы это ни был, тебе кранты! Алиса резко развернулась и увидела мужчину. Да нет, скорее парня, старше ее на пару лет, с каштановыми волосами и ярко-голубыми глазами. Он слегка молча осматривал взбешенную Алису, которая сейчас была похожа на воинственную валькирию. Новичок, точно. Любой другой бы ответил ударом, а не молчанием. А глаза даже немного испуганные.

- Чего? – все-таки произнес парень.

Алиса хотела было что-то резкое сказать, да только увидев, эти испуганные глаза, которые не найдешь ни у кого в этой группировке, самодовольно улыбнулась и сказала:

- Ничего, идиот, главное в бою так не толкни под пулю.

- Какого черта!!! – взревел голос Цербера прямо над ухом у девушки. – Ты что? Трындеть сюда пришла?!

Алиса развернулась и увидела в шаге от себя, злого, как собаку, командира, яро плюющегося слюной.

- Приношу свои извинения, товарищ офицер, – отрапортовала, приосанившись, Алиса.

- Засунь себе свои извинения, знаешь куда? – снова громко заметил Цербер, явно невзлюбивший с первого взгляда курсанта-девушку. – Мне решительно насрать, что у тебя там за видения, и какого черта ты здесь делаешь! Все – равно ты ...

- Воин Монолита, – произнес голос Ахилла, бесшумно подошедшего сзади. – Офицер, отойдемте на минуту.

Ахилл спокойно что-то объяснял Церберу, а тот все указывал на Алису, видимо, обвиняя ее во всех смертных грехах, но потом все же прислушался и покорно кивнул.

Алиса зло оглядывала офицеров и думала, что везде разные люди: видимо, «Монолитовцы» не все такие отморозки, как те, которые порезали ее тогда. Пару месяцев назад.

Командиры пожали руки и разошлись. Цербер вернулся к строю:

- Итак,- продолжил он,- Не отворачивать, кого ранят в спину – расстрел. Кто отступит – расстрел. Кто оставит противника в живых – расстрел. Всем все ясно? Тогда вперед!

За то время, которое она находилась в расположении Монолита, она постоянно тренировалась и стала неплохим бойцом.

Отряд достиг места боя за пятнадцать минут. Схема, проработанная на лекциях, оставалась ярким пятном перед глазами Алисы, которая должна напасть на противника на верхних этажах, заброшенного девятиэтажного дома в Припяти. Еще десять человек страхуют внизу. Пятеро вместе с ней. Четверо с крыши.

Удивительно, но лифт работал, хотя от него сильно фонило радиацией. AUG A2 – новое оружие, приобретенное Алисой у местного продавца, вселяло надежду на успешное выполнение задания.

Этажи неспешно мелькали в щели, между дверей лифта. Семь, восемь, девять. Пора.

Группа вышла из лифта и сразу окружила дверь у квартиры, в которой должны были находиться неверные.

Цербер показал на пальцах, как и когда, начать захват. Три, два, один.

Удар ногой в старую деревянную дверь – и стрельба, но ответа нет. В комнате никого не было.

- Какого? – удивился «Монолитовец», другой тоже подхватил:

- Ведь радиосигнал шел отсюда.

Цербер заскользил руками по шпаклеванным стенам и через мгновение нашел источник сигнала.

- Черт! – ругнулся командир. – Они ушли. Узнали, что мы придем.

Алиса подошла к окну и увидела среди зданий несколько фигур в экзоскелетах военной расцветки.

- Они внизу! – закричала она, чувствуя прилив адреналина. – Скорей!

Команда в единый миг сорвалась в бег, лифтом не пользовались, по ступенькам быстрее.

Цербер кричал что-то в рацию, видимо тем, кто остался на Земле.

Через минуту началась атака.

Выстрел, взрыв!

Граната. Значит, успели установить растяжки. Все закружилось и завертелось. Противников было гораздо больше, чем они рассчитывали. Но это были другие сталкеры, случайно, попавшие под бой, небольшой отряд “Свободы”. Удар ножом – и по руке заструилась горячая, свежая кровь. Выстрел раздался откуда-то справа и вскользь прошел по плечу Алисы. Боль была заглушена адреналином, сумасшедшим взрывом адреналина, стучавшего в висках. Чего скрывать: ей нравилось убивать. Мстить людям за их грехи, уничтожать их безо всякой жалости, отправляя их в мир иной.

Еще выстрел. Три человека пали от ее руки сегодня. Ничего еще не вечер.

Вдруг из-за здания показалась спина в экзоскелете “Сева». Вот оно! Вот их клиенты!

Объяснять было некогда. Алиса сорвалась в бег, чудом уклоняясь от пуль свистящих над ее головой. Кого сегодня должны были они встретить в квартире – неизвестно. Солдатам это не говорили. А вот отличительные черты – это да. Вот и сегодня, было сказано: враг в экзосклете “Сева”. Точка. Приказ уничтожить.

Вот Алиса и бежала за своим “приказом”. Быстрые ноги, все-таки у этого “приказа”!

Через полминуты расстояние значительно сократилось, но стрелять из автомата не нужно: велик был процент промазать. Поэтому Алиса на ходу выдернула чеку зубами и забросила вперед, прямо перед преследуемым. Она видела, как противник в последнюю секунду отпрыгнул в сторону и упал в небольшой ров с водой. Взрыв.

Теперь дело за малым. Алиса в мгновение достигла цели и сняла автомат с предохранителя.

Человек был жив. Его просто отбросило взрывом и, пожалуй, слегка контузило. Мужчина лежал, тяжело дыша, и пытаясь открыть маску “Заслон”. Алиса усмехнулась и наставила прицел в область сердца жертвы. Но, когда “Заслон” открылся, Алиса не знала, что делать. Ее внутренний голос требовал крови, но разум… Разум просил сохранить жизнь.

Это был Винчестер. Да-да, тот самый из группы Дегтярёва, когда они шли на “Янов”. Он закусил губу и внимательно смотрел на своего убийцу.

- Давай же! – прокричал он. – Чего ты ждешь?!

Алиса вскинула автомат в сторону и выстрелила очередью в землю. Единственный выход, чтобы выпустить пар. Она видела, как Винчестер закрыл глаза от неожиданности, а потом с непониманием оглядел фигуру Алисы.

- Кто ты? – спросил он.

Алиса боролась с жаждой показать свое лицо или же уйти инкогнито. Но лишь выдавила из себя одну фразу:

- Собирайте всех своих и уводите из Зоны. Вам здесь уже не выжить. Покидайте пределы Зоны. Скорее. Реактор уже запущен.

Затем она развернулась и скорым шагом удалилась прочь от этого места. Нужно было скорее присоединиться к своим.

Фрост и Бродяга волоком втянули ослабевшего Винчестера на койку. Точнее, если пара матрасов могли называться кроватью.

- Какого лешего тебя потянуло туда? – заявил Бродяга, снимая с друга шлем. – Хорошо хоть башка цела.

- Ей – Богу, ты бы еще на кровососе покатался, – подхватил Фрост. – Кто же тебя так?

Винчестер терял сознание, но сумел сказать:

- Журналистка.Сказала, что нужно уходить. Реактор...

- Дружище, – похлопал по плечу Фрост, вкалывая противорадиационный препарат ему в руку.- У тебя уже глюки приключились. Хорошенько тебя, видать, приложило.

- Реактор работает,- прошептал Винчестер. – Она. Журналистка та сказала. Скажите ему, он не знает...

- Работает? – удивился Бродяга и стал усиленно трясти друга за плечо, чтобы тот не потерял сознание. – Винчестер! Как работает? Какая журналистка? Та, что с нами на “Янов” ходила?

Винчестер потерял сознание.

- Вот черт! – ругнулся Бродяга. – Фрост, шуруй в медпункт, приведи кого-нибудь. Ты слышал? Сектанты реактор зарядили снова. Черт! Все сходится. Девчонка-то у «Монолита» должна была оказаться, блин, неужели ее оставили?

- Так значит, то, что говорил тогда Дегтярёв, подтвердилось?

- Да, похоже, что так, – констатировал Бродяга. – Эх, Дегтярёв! Как ты был прав. Ядрены пассатижи! Это же что теперь будет. Все Фрост, давай в медпункт, а я наших обрадую. Не знаю, что мы будем теперь делать...

Бродяга быстро побежал вверх по лестнице, спотыкаясь на каждом пролете. Он спешно постучал в дверь и сразу же вошел:

- Разрешите?

- Что случилось? Входи.

В кабинете царил полумрак.

- Винчестера ранили. Журналистка. В “Монолите”. Сказала, что реактор запущен и, что нужно эвакуироваться.

Человек, сидящий в кабинете в темноте, резко встал со стула и спросил:

- Когда?

- Сегодня, – ответил Бродяга и потупил голову. – Неужели придется уходить?

- Нет, подожди. Дай все обдумать.

Бродяга кивнул и вышел за дверь.

Зулус, курящий сигарету, выдохнул клуб дыма и спросил:

- Думаешь, что получится? Ведь только людей потеряем.

- Мы три страны потеряем! Три, – сорвался человек, который остался во мраке. – Дорогая цена, не правда ли?

- Тогда нужно начинать готовиться, – произнес Зулус. – Собирать тех, кто уцелел после этих массовых убийств. Эх, сколько ребят полегло зазря... Такие бойцы, такие люди.

В темноте мелькнуло на мгновение, пламя спички и через несколько секунд загорелась сигарета.

- Да-а, – протянул человек во мраке. – Жаль тех ребят. Пусть земля им будет пухом, – и выдохнул сизый дым в темноту.

Алиса вернулась абсолютно раздавленная морально. Она чуть было не убила Винчестера. Кошмар. Это был первый раз, когда у нее дрогнула рука, и в свидетелях остался человек.

Она села на окно и вгляделась вдаль. Снег потихоньку начинал таять. Весна идет, весне дорогу.

Стук в дверь прервал ее поэтические воспоминания. Это был тот самый паренек, из-за которого на нее утром накричал Цербер.

- Можно? – спросил он.

- Входи, – ответила Алиса. – Чего пришел?

- Да извиниться, – протянул он. – Меня, кстати, Лютый зовут. Простите еще раз.

- Ну, блин, молодняк пошел! – рассмеялась Алиса. –« Монолитовец» еще называешься. Лютый, – произнесла Алиса, словно пробуя слово на вкус. – Какой же ты Лютый? Ты же три раза уже извинился.

- Да перед красивой девушкой можно и поизвиняться, – Лютый шкодливо отвел глаза к потолку. Вот же собака! Нашел прием.

- Я тебе по голове дам! – произнесла Алиса. – Жених, блин, недобитый. Сколько же ты сегодня положил в бою?

- Семерых, – ответил парень, Алиса же округлила глаза. И вправду Лютый. А парень продолжил. – А ты и вправду слышишь его?

- Кого? – удивилась Алиса. – А-а-а, Монолит? Ну, бывает иногда.

- А как тебя зовут, ну, по-настоящему?

- Ты не слишком ли настойчивый? – рявкнула Китана. – Я сказала, что в женихи набор окончен.

- Правда говорят, что ты до «Монолита» ходила вместе с … – наивно спросил Лютый.

Дальше продолжать не надо. Алиса сжала зубы и ответила:

- Мне плевать, что говорят вокруг! – она замолчала, закрывая глаза от нежданного гостя, которые предательски заблестели от слез. – Теперь я Китана. Меня никак по – другому не зовут.

На последнем слове мир проломился и его залил уже знакомый привычный голубоватый свет.

– Мощность увеличивается!

- Из-за снижения оборотов насосов, подключённых к «выбегающему» генератору реактор испытывает тенденцию к увеличению мощности, – закричал мужчина в очках с черной оправой.

Его напарник схватился за голову:

- Что говорить операторам?

- Пока ничего не говори!

Загорелась красная лампочка расположенная под потолком и загудела аварийная система. Стало очень жарко. Казалось, что температура подскочила до пятидесяти градусов. В комнату вбежал один из операторов, за ним последовали другие. Они выглядели ошарашенными:

- Что происходит?

- Отставить панику! Все в норме. Опустить поглощающие стержни!

- Но, профессор…

- Выполнять!

Но ответить уже никто не сумел. Пол в помещении буквально задрожал. Удар. Взрыв. Пыль. Свет. Тишина.

Алиса вынырнула из этого момента прошлого и ошалело, глядя на Лютого, произнесла:

- Я видела, как реактор взорвался.

Тот округлил глаза и спросил:

- Что?

- Я боюсь, что нам нужно остановить запуск, – ответила Алиса, думая о том, что нужно это скорее передать Ахиллу и Харону.

– Уже...

====== Часть 8. Ложь. Заживо погребенные. ======

Глава 8.

Заживо погребенные

Время стало невыносимой, темной и давящей субстанцией, которая заполняла все вокруг. Казалось, минута превратилась в вечность, а час вообще во что-то невообразимое. Мысли Алисы больно жалили свою хозяйку, не давая ей спокойно сидеть и минуту. Она запрокидывала голову, терла ладони сильно связанных рук, дергала ногами. Как? Как можно было быть такой беспечной? Никому доверять нельзя. Прекрасное прошлое: семья, родители, друзья – все это осталось, где-то далеко в прошлом, таком далеком и непостижимом. Лица мелькали перед глазами. Тепло. Счастье, радость, а большего и не надо. Алиса открыла глаза, и настоящее встретило ее весьма не дружелюбно: холод и мрак, ненависть и крики полупьяных наемников, которые шумно праздновали наверху то, как они провернули такую аферу. Она снова вспомнила о предательстве Светлова: Боже, как он мог? Ладно, она, она обыкновенная пешка, ничего не значащая для него. А Дегтярёв? Что с ним? Что теперь будет с ними? Неужели «Легенда Зоны» не найдет выход из этой ситуации? Хотя... Будущее казалось вообще невозможным. Оно покрыто туманом, который сможет рассеять лишь истинное чудо. Но, вот беда, Алиса давно не верит в чудеса. Под окном завыли пседособаки, и по коже пронесся холод. Никогда Алиса не была в таком отчаянии, как сейчас. Один на один с этой болью. Мышцы затекли. Девушка томилась в темном подвале уже несколько часов, так же, как и в соседней комнате, ее напарник по несчастью – Дегтярёв. Глаза начали привыкать к темноте и стали различимы очертания объектов, находящихся в этом подвале: кажется, здесь был стул, какой-то стеллаж с детекторами, пара больших деревянных ящиков, а с потолка свисала какая-то святящаяся паутина, отсвечивающая синеватым светом. Видимо новая аномалия. Да, что толку от всего этого? Путы так и остались покорно стягивать руки и ноги хозяйки. Подвал был похож на старинную камеру для заключенных, которую можно было увидеть в фильмах про позднее средневековье Англии: сверху, почти под потолком было малюсенькое окошко, с выбитым стеклом, через которое неумело проползал в камеру лунный свет, теряясь в густой темноте. На дверном проеме покоилась массивная железная дверь с таким же небольшим просветом, как и окошко в камере, вырубленным наспех сталкерами окном, в котором изредка появлялись лица наемников-охранников. Хотелось спать, но еще больше хотелось отсюда удрать. Вот только как? Ближе к полуночи Алиса выудила случай провальной попытки побега. Голоса пьяных наемников вверху, жутко мешали сосредоточиться, но попытка-не пытка.

Как только она услышала приближающийся топот наемника-охранника, Алиса закричала, стараясь, чтобы ее услышали:

- Эй, милостивый сударь, – нарочито вежливо произнесла Романова, пытаясь сдвинуться в сторону стены. – Вам никак не получиться сподобиться как-нибудь, нейтрализовать аномалию «Ведьмин студень», которая кипит в нескольких сантиметрах от меня?

Наемник присел и вгляделся в окошко двери, за которой простиралась тьма. Ему естественно ничего не было видно, но заходить охраннику тоже не хотелось.

- Молчи, дура, – загромыхал голос его голос. – Расстреляю к чертям псевдособачьим!

- За языком следи! – не растерялась Алиса, понимая, что выбираться как-то нужно, она вздохнула и с ноткой самоиронии продолжила. – Димочка Светлов тебя по голове не погладит за то, что я в студне искупаюсь. У него, насколько я знаю, немного другие планы.

Девушка знала, что идет ва-банк. Но не оставляла надежды на то, что если ей оставили жизнь, значит либо ее убьют позже, либо она им для чего-то нужна. Если бы не была нужна, то укокошили бы сразу наверху. Ведь так? Тем более, в голове все еще звучали слова Светлова, про какую-то операцию. Да, пожалуй, его знание об «Антидоте» плохо для нее может закончиться.

Наемник хмыкнул, огляделся и полез в карман за ключами.

«Ага! Значит план пока работает». – Радостно подумала Романова.

Естественно, никакой аномалии в камере не было, даже та светящаяся паутина, оказалась бликом от света луны, но главное, что дверь будет открыта, а наемник будет внутри. Так-так...

Ключи зазвенели в замочной скважине и дверь приоткрылась. Щелчок – и в комнате загорелся неяркий свет лампочки накаливания. Несмотря на свою неяркость, он заставил Алису зажмуриться на некоторый момент.

Через несколько секунд глаза привыкли к свету, и Алиса взглянула на обстановку, которая ее никак не порадовала: видимо за дверьми дежурило два воина, поэтому, один вошел внутрь ее камеры, а другой стоял на дверях. Значит, убежать, точно не получится.

Охранник огляделся и, не найдя обещанной аномалии, закричал:

- Ты что, сука, играть со мной решила?

Наемник выхватил нож и присел на корточки перед Алисой, которая поняла, что действительно играет с огнем. Да, как бы даже не со смертью.

Острый клинок блестел под лампочкой, был виден кровосток , а значит нож вполне мог легко и быстро нанести смертельный удар.

Наемник, по кличке Зверь, крепко сжимал рукоять своего ножа и тяжело дышал. Видимо, он ждал, что Алиса будет молить о пощаде или что-то в этом роде, но девушка с вызовом глядела в карие глаза. Она еще раз опустила взгляд на нож и тихо произнесла:

- Нервишки сдают? – она кивнула на клинок. – А-яй-яй! Но меня же ты не убьешь? Так ведь, дорогой?

Зверь рассвирепел и с грозным рыком ударил рукоятью ножа наотмашь девушку по лицу. Щека зазвенела от удара, а деревянная рукоятка ударила именно в ту часть челюсти, которую защищают боксеры, чтобы не уйти в нокаут. Теперь ей стало понятно почему... Голова потяжелела, и она по инерции упала на левый бок, не успев выставить перед собой связанные руки. Тело словно онемело, осталось лишь помутненное сознание. Она отчетливо видела, как Зверь заносит нож над ней, но его за руку хватает его напарник, русоволосый мужчина, и заставляет убрать нож в ножны. Слов их, разобрать Алиса не смогла, все стало происходить, как в замедленной сьемке. Через минуту ощущения стали реальнее, боль в челюсти сильнее, а звуки резче.

Напарник Зверя говорил, что если он ее убьёт, то Светлому это не понравится.

- Да плевать мне на это! – Психанул Зверь и одёрнул руку от крепкой хватки наемника. – Светлый нам ни копейки не даст! А эту, – он ткнул пальцем в лежащую на полу Алису. – Ее я лично приговорю! Вот посмотришь!

Он рывком засунул нож за пояс и, резко развернувшись на пятках, вышел вдоль по коридору.

Его напарник посмотрел ему вслед и через несколько минут, тихо развернулся и присел перед Алисой. Он дернул ее за рукав, заставляя ее, тем самым, сесть. В голове у Романовой все пошло кругом от столь резкого поднятия. Наемник вгляделся в ее лицо и проговорил:

- Я не знаю, кто ты, – голос его был с легкой хрипотой и заставил слух неприятно напрячься. – Но я бы на твоем месте сидел тихо и не рыпался.

Неизвестно почему, но у Алисы прошел по коже неприятный холодок от слов наемника. Стало страшно. Он не кричал, как Зверь. Он говорил шепотом, но от этого шел мороз по коже.

- Поверь, Светлый не сможет покрывать тебя всегда. Пока ты ему нужна, пока ты жива. Что будет завтра – неизвестно. И если надобность в тебе у Светлова пропадет, то тогда – не жди пощады.

Алиса судорожно сглотнула и посмотрела на наемника: казалось, он не врал. Его личность внушала страх. Он был из разряда тех людей, которые молча могут убить взглядом. Алиса стыдливо уткнула взгляд в пол. Хотелось провалиться сквозь землю, убежать, улететь, главное не быть здесь.

Она услышала как поднялся наемник и прошел за дверь. Зазвенели трелью ключи и через минуту свет погас.

Настроение рухнуло, ведь этот наемник говорил правду. Алиса знала об этом, но тешила себя тем, что ее обязательно кто-нибудь спасет и защитит. Но легенды рассыпаются, сны стираются, жизнь вносит свои изменения. Она не первый раз так промахивалась в жизни. Вообще она ожидала совсем другого от нее: хотела поступить в один институт, но пришлось закончить другой, работать приходилось не по профессии, друзья предавали и забывали, а о настоящей любви приходилось лишь мечтать. Жизни, как в кино не бывает. Пожалуй, пора с этим смириться...

Алиса прислонилась к стене. Челюсть болела, в голове что-то звенело, поэтому прохлада кирпичной кладки принесла небольшое облегчение и девушку начало клонить в сон.

Часа в три ночи, Алиса услышала за дверью грубый, незнакомый голос. Полусонная Романова попыталась соориентироваться в пространстве и заерзала на месте, пытаясь отогнать от себя остатки сна.

- Стой, кто идет? – щелчок предохранителя отразился от каменных стен подземного коридора. – Ой, извините, товарищ майор, не разглядел в темноте. Проходите, – голос нового часового, дежурившего под дверью Алисы, изменился и стал тошнотворно-прислужливым.

Старый засов заскользил по каменной стене, тем самым отворяя дверь камеры. На потолке, нехотя загорелась тусклая лампочка, едва освещая подвал прачечной. Алиса была готова увидеть кого-угодно, но только не его. В дверях появился Светлый. На этот раз, его внешний вид Алису удивил. Вместо привычного комбинезона наемника, серо-голубого цвета он был одет в черную форму. Видимо, это была парадная, официальная форма наемников. Черный китель, скорее смахивал на форму эсэсовцев: кожаный ремень, черные ровные брюки, аккуратно заправленные в сапоги, на манер американских военных ботинок. Единственным привычным объектом были нашивки на его правой руке с голубым орлом. Форма удивительно была хороша и подчеркивала фигуру наемника самым выгодным образом. Красиво, ничего не скажешь, но ненависть была сильнее. За ним следом вошел автоматчик. Он передернул с предохранителя автомат “Гром” и занял позицию около стены. Светлый смотрел на Алису с любопытством, словно чего-то ожидая. Он наклонил голову набок, как мальчишка, с нетерпением ждущий, как же поведет себя мышка увидев кошку. Алиса молча отвернулась.

“Вишь, какая шишка! Телохранители за ним ходят”. – Зло подумала Романова.

Дмитрий прошел в центр комнаты, поставил стул, сел напротив Алисы и достал из сумки какие-то бумаги. На минуту – другую в комнате повисло молчание, был слышен лишь шелест документов в руках. Алиса мельком глянула на Светлова: отдохнувший, явно хмельной, с довольной улыбкой, а на плече красовалась большая звезда майора.

Алиса снова отвернулась, ненависть зашкаливала, здесь лучше промолчать.

- Удивительно, – улыбнулся Светлый. – Я думал, что ты, как минимум, попытаешься снять мне скальп, как какая-нибудь Покахонтас.

Алиса не выдержала и яростно взглянула на наемника, прошипев:

- Я думала, что у тебя хватит совести заявиться сюда!

- Я здесь по работе, – Светлов откинулся на спинку стула и принялся бегло осматривать текст на документах. – Так, что не напрягайся, крошка.

Алиса закатила глаза, крепко сжав губы.

Светлый взглянул на нее поверх бумаг и снова заулыбался. Его явно веселила ее реакция на происходящее: ее злость, презрение и отчаяние.

- Ладушки, детка, – начал наемник. – Слушай и кивай, если не хочешь со мной разговаривать. В общем, начнем: Романова Алиса Сергеевна. Одна тысяча девятьсот восемьдесят девятого года рождения. Родилась в Ростове-на-Дону двадцать восьмого октября. Прописана на улице Большая Садовая 223. Окончила сто восемнадцатую школу. Ты хоть кивай, если что, – отвлекся от досье Дмитрий и вопросительно посмотрел на Алису.

Девушка кивнула в ответ и Светлый улыбнулся: – Поняла? Умничка! – он оглянулся на автоматчика и сказал ему. – Видишь? Какие тут умные люди сидят. Не то, что ты, бестолочь, которая не знает свое начальство. Охранник, стоящий у стены с автоматом, опустил взгляд.

- Хорошо, продолжим, – Светлый поднял одну бровь и продолжил досье. – Окончила Южный Федеральный Университет, факультет журналистики. Последняя запись в трудовой книжке: Телеканал “Россия-1 Дон”, штатный журналист, специальный корреспондент. На данный момент находится в международном розыске. Обвинение вынесено Верховным судом России от пятнадцатого ноября этого года: преступное хищение в особо крупном размере, статья 158 УК РФ. Незаконное проникновение на охраняемый объект, статья 20.17 кодекс РФ об административных правонарушениях. Хранение и использование огнестрельного оружия, повлекшее смерть двух или более лиц, статья 224 УК РФ пункт 2. Приговорена к двадцати пяти годам строгого режима. Четыре дня назад получила доступ к инъекции номер шесть “Синий Антидот”. На данный момент, является единственным носителем данного препарата. Все верно? – Светлый поднял глаза и посмотрел на Алису.

- Вкратце, но довольно емко, – дерзко ответила девушка. – Долго еще будешь мою биографию мне рассказывать?

- Да, пожалуй, этим ограничусь, – бросил Светлов. – Есть ко мне какие-нибудь вопросы?

- Конечно, – Алиса улыбнулась. – Ты в наемники зачем записался? Ради того, чтобы людей убивать или ради эсэсовской формы?

Светлый засмеялся в голос. Даже как-то неловко захихикал автоматчик, у него за спиной, которому явно такое не дозволено.

- Да, – все еще смеясь, ответил Светлов. – И то и другое. Так-с, – затем он развернулся к своему телохранителю и приказал ему выйти. Тот кивнул и закрыл за собой дверь.

Светлый отставил стул в сторону, приблизился к Алисе и присел перед ней, так, чтобы быть с ней на одном уровне. Стал слышен запах алкоголя. Наемник был пьян, хотя держался молодцом.

- Праздновал? – не удержалась девушка от интересующего вопроса. – Дружки оценили твои благородные порывы? Сначала спас, потом пристрелишь сам, собственноручно...

- Тебя не пристрелят, успокойся, – прервал ее Светлый. Он стал серьезным. – Ты обладаешь слишком ценным материалом, который мы должны синтезировать.

- “Антидот”? Синтезировать? Ей-Богу, Светлый, ты в ученые записался что ли?

- Я бы на твоем месте, лучше бы помолчал и послушал, что тебе говорят.

- Ты не на моем месте!

Наемник снова сел на стул и начал перебирать документы в папке. Он вел себя так непринужденно, будто ничего особенного не происходило, впрочем, он ведь был среди своих подчиненных и для него действительно ничего особенного не происходило.

- Да я бы и не хотел оказаться на твоем месте, – признался Светлый, читая расписанную мелким почерком бумагу. – Тем не менее, мы должны взять у тебя часть твоей крови.

Алисе стало дурно и она вспомнила о том, что предупреждал ее Дегтярёв: кто знает об “Антидоте”, тот точно захочет тебя убить.

- И сколько вам нужно крови? – уточнила девушка.

- Около двух с половиной литров, – спокойно ответил Светлов, опуская документы и переводя взгляд на пленницу.

В голове появились нехорошие мысли, но мозг все же искал выход из безвыходной ситуации. Сдаваться так просто никак не хотелось, а хотелось унести поскорее отсюда свои ноги и “Антидот”, желательно, в своем теле.

- Это... Чего это... – Романова пролепетала неразборчивые слова, припоминая о том, что для жизни человеку нужно потерять не более литра из положенных четырех с половиной литров. – Это значит, что я не выживу.

- Выходит, что нет, – Дмитрий развел руками. – Человеку, который приобрел этот “Антидот”, нужно вернуть его способности, как можно скорее.

- Его способности? – комок в горле разрастался. – Ваш “Антидот” начинает действовать в крови других людей даже с одной капли!

- Он действует на недостаточное количество времени, а для транспортировки крови, необходимо два с половиной литра. Ты это понимаешь?

Чокнутый наемник! Понимаю, но как тебя переубедить?

- Я понимаю, что ты мерзкий предатель, – презрительно бросила Алиса, плюнув на правила приличия. – И то, что для тебя нет ничего святого...

- Значит, ничего ты не понимаешь, – протянул Светлый и осмотрел подвал. – В общем, так: тебе двадцать пять лет строгого режима выставила Россия, если узнать, что на тебя повесят еще и в Украине, то не выйти тебе из мест столь отдаленных еще очень и очень долго...

- Спасибо за заботу!

- Рот закрой! – перебил ее Дмитрий. – Через два часа тебя ждет операционный стол, поэтому рекомендую сказать “спасибо” за быструю смерть.

- Спасибо, козел!

- Не за что, дорогая! – самодовольно усмехнулся Светлов. – Ладно, надеюсь ты осмыслишь и мои предположения, – он встал и подошел к двери. – У тебя еще есть пару часиков на философствование. Думаю ты сделаешь правильные выводы. Буддисты говорят, чтобы достичь нирваны, нужно постигнуть смысл смерти, как неизбежного и очистить разум от скверны...

- Пошел ты, сволочь! – огрызнулась Алиса.

- Я предупредил, – хмыкнул Светлый. – Удачного очищения!

Дверь захлопнулась, противно скрежеща ржавым металлом, но свет не погас.

Тут и думать нечего. Придется смириться со своей смертью, которая придет через несколько часов.

Девушка пыталась развязать руки, развязать путы на ногах – все тщетно. Крепко все завязано.

Сон все-таки взял свое и, перестав ему сопротивляться, Алиса закрыла усталые веки.

Сны были тревожные и смутные. Стук железной двери от резкого открытия разбудил девушку: кто-то быстро вошел внутрь и рывком, удерживая за ремни на руках, поднял ее с пола. Кожаные ремни полоснули от рывка кожу и та, неприятно защипала. Получился ожог. Обычно такого рода травмы долго проходят. Эх, сейчас бы подорожник и как в детстве приложить его к ране.

Какой-то наемник вытащил ее из камеры и поволок наверх по ступеням. От полузакрытых окон стало видно, что уже стало светать. Было непривычно светло для раннего утра поздней осени. Тени от досок, которыми были забиты окна прачечной, создавали причудливые узоры на бетонном полу. Несколько метров неизвестный наемник тащил волоком девушку. Она отчаянно перебирала ногами по полу, стараясь не получить больше увечий. Через несколько минут наемник толкнул рукой дверь в неизвестной Алисе комнаты и, резко дернув за ремни на руках, он заставил ее сесть на старый и грязный деревянный стул. Затем наемник развернулся и вышел за дверь. Алиса огляделась: подсобное помещение прачечной с синей облезлой краской, желтыми потеками от дождя на потолке, огромными стеллажами на которых раньше хранились вещи, еще пара железных сейфов. Посередине стояла большая больничная кушетка советской эпохи, накрытая клеенкой и белой тканью пропитанной антибактериальным раствором. В комнате светила синяя лампа, которая подсвечивала все ультрафиолетовым цветом. В импровизированной операционной суетились несколько мужчин в белых халатах,чьи лица закрывали медицинские маски. Они раскладывали какие-то приборы, бутыли и шприцы. Вот и все за что мог зацепиться взгляд. Алиса глубоко вздохнула. Воздух в комнате был тяжелый и влажный.

- Вперед иди! – толкнул ее один из медиков, направляя к одному из углов комнаты, где стояла ширма. – Переодевайся.

- Вы совсем охамели? – вырвалась из крепкой хватки мужчины Романова и рванула к выходу, но тут же получила крепкую пощечину.

В дверях стоял наемник по имени Тесак, который, видимо, и вытащил ее из подвала. Он схватил беглянку за шиворот и швырнул к ширме, где ее уже ждали те самые двое сталкеров-медиков.

- Быстрее!

Четыре руки дотащили ее к заранее приготовленному синему операционному халату и стали снимать с нее комбинезон “Сева”.

- Сама справлюсь! – рявкнула Алиса и нехотя рассталась с защитным костюмом, скоро накидывая на себя голубоватый халатик из легкой ткани. Думать вообще не хотелось. Ни о чем. Даже о том, как все это будет: будет ли это быстро, как обещал Светлый или же будет мучительно больно и долго.

Анестезия? Или просто по голове ударят? Может на живую? С каждым шагом ей становилось понятнее, как чувствуют себя животные попавшие на скотобойню. Или как чувствовали себя еретики, перед виселицей или гильотиной. Абсолютная безысходность. Абсолютное равнодушие.

-Вперед! – послышался грубый голос одного из медиков и Алиса послушно шагнула к операционному столу, глядя на приборы, который светились синеватыми лампочками.

Девушка послушно села на край холодной и твердой пленки, покрывающую поверхность жесткой кушетки. Руки другого медика взяли ее за плечи и заставили принять лежачее положение. В глаза начала светить яркая лампа, нависающая над Алисиной головой. Медики стали пристегивать руки и ноги жесткими ремнями. Пошевелиться уже не было возможности. Шум воды, а значит руки моют.

- Раствор аспекарда внутривенно!

Алиса вздрогнула от неожиданно вошедшей в вену на локтевом сгибе иглу. Какой-то холодный раствор. Неприятное ощущение. Стало слышно как холодеют кончики пальцев на руках.

- Подготовиться к забору крови.

Романова сглотнула и один из медиков ввел иглы в вены на шее, на кисти правой руки и на локтевом сгибе. К иглам в венах быстро подвели прозрачные трубочки прикрепленные к какому-то аппарату с синей лампочкой. Алиса закрыла глаза: абсолютное равнодушие, даже появилось желание разделаться со всем этим поскорее.

- Включайте аппарат!

Девушка услышала как зажжужала эта небольшая соковыжималка. Черт! А ведь смерть оказалась грязной и мерзкой, не такой как она себе ее представляла. Похолодели ноги, а значит Алисина любимая кровь стала покидать ее, вместе с жизненными силами, оставляя после себя иссушенный труп. Просто труп. А ведь раньше, в детстве, сколько раз разбивала коленки и даже не задумывалась, что можно погибнуть если в организме крови не станет. Вспомнилась соседская собака, серая большая дворняга, по кличке Бим, которая тяпнула Алису за ногу, когда девочке едва исполнилось семь лет. Как сильно бежала кровь из места укуса, как друзья помогли ей дойти до своей квартиры и как сильно ругалась мама с соседкой Клавой. А потом бесконечные уколы против бешенства и перевязки раны. Лампа светящая в глаза убаюкивала. Глаза начали слипаться. Может это конец?

- Что это?

- Не знаю…

- Перезапусти!

- Не выходит.

- Что стряслось?

- Мы… Мы не знаем.

- Черт! Вы идиоты?

- Оно само.

- Само-само! Вырубайте, живо! Светлову ни слова, идиоты!

- Так он ведь…

- Я сказал ни слова! Я сам скажу, все как надо!

Алиса слышала все эти слова будто бы издалека, поскольку очень и очень хотелось закрыть глаза и спать. Удар по щеке, затем по другой.

- Она живая?

Рука в перчатке прижала сонную артерию на шее Алисы.

- Живая. Давай нашатырь.

Спустя несколько секунд журналистка почувствовала резкий запах нашатырного спирта от которого можно было задохнуться. Девушка закашлялась и открыла глаза. Перед ней метались те самые двое медиков, которые несколько минут назад едва не выкачали из нее всю кровь. Люди в белых халатах быстро выдернули иглы из вен и туго заклеили пластырями.

- Перенесите ее обратно в карцер, – приказал наемник Тесак.

- А Светлову что сказать? – уточнил один из медиков.

- Сам разберусь!

Дверь захлопнулась, а Алиса все-таки уступила желанию погрузиться в глубокий сон.

– Товарищ майор! – Тесак без стука зашел в кабинет Светлого и быстро откозыряв старшему по званию продолжил говорить. – У нас проблемы… Светловолосый наемник поднял голубые глаза от экрана ноутбука и спросил:

- У нас или у тебя, Терехов?

То, что командир группы назвал его по фамилии не сулило ничего хорошего. Тесак это прекрасно знал и сжав кулаки ответил:

- Кровь с препаратом «Антидот» не была взята.

- Почему же? – искренне удивился Светлый, закрывая экран компьютера и отодвигая его в сторону.

- Гидровакуумный аппарат был выведен из строя электрическим разрядом.

Дмитрий рассмеялся:

- Хочешь сказать, что девчонка у нас обладает способностями покемона Пикачу? Может у твоих ученых в башке дыра и они просто не умеют обращаться с техникой?

Терехов молча глядел на Светлова, а затем прошипел:

- Мне кажется, что вы знали об этом. Вы же тоже носитель «Антидота».

Светлов вскочил с места так быстро, что стул опрокинулся и стремительно подошел к подчиненному.

- На твоем месте я бы молчал, если хочешь жить.

- Нам нужно передать ее кровь заказчику…

Светлый сжал зубы: идиотские ученые! Ничего нельзя доверить. Значит, снова придется решать все самому. Деньги уже переданы, заказчик ждет «Антидот». Срок уже почти истек, а результата нет.

- Я знаю. Я все решу.

Терехов нахмурил брови и взглянул на командира отряда, который был для него неоспоримым авторитетом всегда. Во всех вопросах он был сведущ, несмотря на свой возраст. Все решения он принимал единолично и всегда отвечал за них и за результат.

- Но ведь мы не сможем предоставить кровь для переливания, – снова повторил Тесак, на что Светлов резко ответил:

- Если мы не сможем предоставить кровь, то мы перельем ее сразу клиенту.

- А если он тоже погибнет? – поинтересовался наемник. Сейчас они уже говорили, будто двое ученых, обсуждающие очень важную проблему для человечества. – Если прибор не выдержал, то почему должен выдержать человеческий организм.

Дмитрий сел в свое кресло и закрыл глаза рукой:

- Мы не несем за это ответственности. Мы предоставляем услуги, а если клиент не может ими воспользоваться, то это уже его проблемы…

Терехов усмехнулся , поскольку такой расклад ему очень приходился по душе. Без лишних заморочек, без всякой ответственности. Но очередной вопрос остался висеть в воздухе, не найдя решения.

- Так как можно передать девчонку клиенту?

Светлов достал из кармана свой КПК, набрал телефонный номер и перед тем, как нажать на вызов, добавил:

- Капитан Терехов, это уже не твоего ума дела. Я найду способ, а теперь проваливай.

Тесак послушно кивнул, приложил кончики пальцев правой руки к виску и развернувшись тотчас вышел за дверь. Светлый поджал губы и нажал на кнопку вызова абонента и как только гудки прекратились, Дмитрий ответил абоненту:

- Добрый день, Алексей. Это Дмитрий, вы можете сейчас говорить? У меня к вам пару вопросов….

За решетчатым, маленьким окошком начинала расступаться ночь. Сумерки разбивали темное небо, окрашивая его в яркие синие цвета. Романова любила это время. Любила просыпаться в это время и смотреть в окно. Обычно комната, становилась такого же цвета: ярко-синие шкафы, диван, телевизор, обои, люстры. А воздух в эти сумерки становился необычайно чистым. Боже, как она скучает по дому. Вероятнее всего теперь это ее последняя заря... Тело болело. Естественно, после-то ночных происшествий. Но пытаться выкрутиться нужно. Попытки развязать ремни на руках, так и не увенчались успехом. Черт! А жить с каждой минутой, хочется все сильнее и сильнее... Особенно после той дороги к соковыжималке. Голова кружилась и, казалось, что вот-вот девушка упадет в обморок, хотя сесть все-таки удалось. Шум в коридоре. Алиса затаилась и вслушалась: тихий, едва различимый хрип за стеной и что-то тяжелое упало на пол. Сердце бешено колотилось о грудную клетку. Казалось, его стук был слышен по всей прачечной.

Скрип двери и в полумраке стала видна тень. Тень проскочила к девушке и, словно предугадав желание Алисы, громко закричать, зажала ей рот.

- Тише – тише, не глупи, – шепот почему-то успокоил девушку, хотя она не знала, верить ли Светлому.

От парня теперь пахло не алкоголем. В свете луны стали видны его черты лица: спокойствие и хладнокровие.

- Итак, я спрашиваю, а ты отвечаешь. Все коротко и ясно. Поняла? – спросил Светлов весьма сухо.

- Что тебе на этот раз нужно? – ответила Алиса вопросом на вопрос.

- Я сказал: отвечай только на вопросы. Времени мало, – повторил Дмитрий, оглядываясь назад. – Ты помнишь, что вчера было?

- Еще бы, – снова начала агрессивно огрызаться Алиса, но увидев, как Светлов подкатил глаза, попыталась исправиться. – Помню.

- И попала ты в Зону по поручению Алексея Громова?

- Да, нам сказали снять репортаж о ЧАЭС, – прошептала Алиса и почувствовала как затрепетало сердце.

Светлов нахмурился и потом тихо спросил еще один вопрос:

- Ты сможешь бежать? – он опустил глаза. – Силы есть?

- Ты сумасшедший? – вполне серьезно спросила Алиса, глядя на наемника. Похоже, что враг совсем тронулся. Сначала привести сюда, попытаться убить, а теперь помочь бежать? Нет, что-то здесь не так.

- Наверное, да, – улыбнулся он. – Я выполнил свою работу, но я не подписывал договор убивать невинных.

- А если я тебе не верю? Ты же говорил, что ...

Светлый разрезал ремни на руках и ногах Алисы и похлопал ее по плечу.

- То, что я говорил – это было ложью. Громов – предатель, он предоставил ложную информацию. Я не участвую в кровопролитиях, Алиса. Наемники тоже следуют правилам и кодексам.

Романова размотала веревки на ногах и села на колени. Что-то не сходилось:

- Почему? Почему ты меня отпускаешь?

Светлый оглянулся в который раз назад и шепотом добавил:

- Нам нужно уходить, если об этом узнают, то наемники убьют нас.

- Нас?

- Алиса, прошу, поверь мне! Понимай все это как хочешь: как слабость хладнокровного убийцы, как нежелание проливать кровь, – словно между делом, ответил Светлов. Он снова улыбнулся, – Надеюсь, мы выживем. Пошли, времени мало. Еще сейчас Дегтярёв будет пытаться мне в сотый раз сломать челюсть.

Алиса улыбнулась как-то нервно и напряженно.

« Он уходит с нами? Светлый покидает свой отряд? Стоп! Это точно все подстроено! Но зачем Светлому уходить? Ведь вчера каким-то чудом ей удалось спастись. Может в этом помог Дмитрий? Он не желает ей погибели, а значит, ему можно доверять.»

Эти мысли буквально оглушили девушку и на несколько секунд ввели ее в стопор и только лишь очередной оклик Светлого помог ей прийти в себя:

- Алиса, быстрее же!

- Светлов... – серьезно сказала девушка и опустила глаза.

Светлый посмотрел на нее и быстро ответил:

- Ты можешь мне не верить, – Светлов усмехнулся. – Но ты не выживешь, если останешься здесь. Поэтому давай быстрее поднимайся!

А как бы поступили вы? Если выбирать между смертью и попыткой сбежать от смерти? Думаю, что каждый бы попытался хоть что-то предпринять, чтобы спасти свою шкуру, даже если придется поверить самому лютому врагу. От нерешительности и страха захотелось заплакать, но Алиса лишь вскочила на ноги, несмотря на головокружение и выжидающе глянула на наемника.

Дмитрий старался выглядеть, как ни в чем не бывало. Он ловко поднялся , встал в полный рост, огляделся. Достал нож, оглядел лезвие и снова его заправил в ножны, а потом спросил:

- Готова? Надеюсь, что ты мне все-таки поверишь.

- Если тебе удастся нас отсюда вытащить, то – да, – по-деловому заключила девушка.

Светлый быстрым шагом пошел к соседней комнате, предварительно достав из кобуры пистолет. Звон ключей предательски громко отражался от пустых стен подвала прачечной. Светлов открыл ключами дверь, и они вошли внутрь. Дегтярёв сидел на полуприседе у противоположной стены, потирая видимо недавно развязанные руки. Появление наемника, майор СБУ ожидал, но никак не ожидал увидеть Алису живой.

- Какого черта? – прошептал он, вскакивая на ноги. – Что происходит?

- Без лишнего шума, СБУшник, – прошипел Светлов. – Выходи!

- Ах ты гад! – Дегтярёв неожиданно быстро оказался около Светлого и с размаха ударил его кулаком в челюсть. Наемник, не ожидавший такого поворота событий , упал на пол. Агент Госбезопасности наносил своему знакомому удары ногами, а затем сел на грудь врага и продолжил бить лицо Светлова, который не сопротивлялся.

- Товарищ майор, перестаньте! – Романова понимала, что если даже наемник блефует, то присутствие рядом Дегтярёва обещало ей прибавку шансов выжить. Но убивать Светлова – тоже плохая идея. Девушка схватила за плечо СБУшника и попыталась стащить его с наемника, но Дегтярёв, похоже, вошел в азарт.

- Хватит! – подставляя свои руки под удар, Алиса хоть как-то образумила Александра, который тяжело дыша поднялся на ноги и ненавидящим взглядом прожигал теперь журналистку.

- Можешь оставаться, майор, – развел руками Дмитрий, лежащий на полу. Он сплюнул кровь и попытался потрогать разбитую бровь, но от боли одернул руку. – Но что ты будешь делать дальше?

Дегтярев несколько секунд внимательно вглядывался в Светлого, затем кивнул и сказал Алисе:

- Он врет, – он сделал несколько шагов вперед и взглянул Светлому в глаза. – Вот только зачем? И почему девчонка еще жива?

- Значит, я приказал сохранить вам жизнь, – перебил Светлов, поднимаясь с пола. – Я сделал свой выбор, Саша. Поверишь своему университетскому другу?

Журналистка оглядела Александра и поняла, что если он не согласится идти, то долго она не протянет. Ведь именно благодаря ему, она еще стоит здесь. Ну, и благодаря удаче, которая была до этого момента к ней благосклонна. Дегтярев громко вздохнул, подтолкнув Алису в спину, и вышел в коридор. Девушка улыбнулась и закрыла глаза: казалось, что все самое страшное позади. Шанс выжить есть!

- Стойте! Нужно двигаться без шума, а лучше бежать. Не оглядываясь, – прошептал Светлый. – Я узнал, что твоя группа, – Светлов обратился к Дегтярёву. – Теперь обосновалась в кинотеатре “Прометей”. Нам нужно будет дойти туда до заката. Нужно будет хорошо спрятаться, так как ночью будет выброс. – Светлый замолчал, но Дегтярёв закивал, видимо они знали, о чем идет речь.

Алиса только хотела спросить, перед чем, но Светлов дернул ее за руку.

- Скорее! Нам нужно бежать.

Трое сталкеров сорвались бежать. Они ловко поднялись с подвала и пробежали через главную залу прачечной, в которой никого не было.

Только при освещении, Алиса увидела, что рука Дмитрия держала нож. Теперь наемник был одет в свою обычную, сине-серую форму, на сей раз свежую и выглаженную. Значит он готовился к побегу.Но сейчас это совсем не важно. Совсем.

Они успешно миновали двор прачечной и здесь сорвались в бег. Быстрый бег.

Хог встал с койки и потер голову, которая после трех бутылок водки, отказывалась мыслить. Он быстро подошел к умывальнику и намочил свои темные волосы под холодной струей воды. Гудение в голове стало утихать, и тошнота прошла.

- Че-е-ерт, – протянул Хог, протирая мокрой рукой шею и лицо.

С него капала вода, принося немалое облечение на похмелье. Вся верхушка командования наемниками вчера весело встретили выходные, справив выполнение одного из очень важных заданий. Праздник удался... Хог толкнул деревянную дверь, чтобы пройти на улицу покурить. В полумраке прачечной не было ни одной живой души.

- Вот суки, – выругался Хог. – Спят все что-ли...

Делая шаг, он обо что-то споткнулся...

- Какого... – Хог присел и оглядел предмет, о который он споткнулся. Это был один из рядовых наемников, который охранял базу, пока все отдыхали. Хог повернул его лицом вверх, на шее был очень маленький вертикальный надрез, через который на пол вылилась почти вся кровь солдата. Убить так искусно мог только...

- Светлый... – прорычал Хог. – Вот мразь, говорил я ему, что добром все это не кончится. Ну что же, я предупреждал. Значит, он всех десятерых убил часовых. Видимо Тесак был прав... Тесак!

Спустя несколько секунд в коридоре показался капитан Терехов, который быстро спросил:

- Что произошло?

- Что-что, – переспросил Хог. – Смотри, все часовые убиты. Я тебе поручил следить за Светловым?

- Так точно! – ответил Тесак.

- Где он?

- Его нет в кабинете.

- Значит, браток, мы с тобой попали….

Хог поднялся, провел ладонью по волосам, закурил, потом собрав все силы, закричал:

- Всё! Отдохнули! Трево-о-о-га!

Дыхание стало прерывистым, горло обжигал холодный, утренний воздух. Лучи рассвета прорвали утренние сумерки и раскрасили в алые цвета полотно синевы. Через госпиталь, они не побежали, потому что это самый короткий путь и наверняка будет охраняться наемниками и солдатами монолита.

- Будем идти вдоль жилых домов, а потом посмотрим, – решил Дегтярёв.

- Давайте...да..давайте пройдем пе..пешком, – задыхаясь заметила Алиса.

- Конечно, – Дегтярёв кивнул и достал из рюкзака бутыль с водой и передал ее Алисе. – Пей, только по чуть-чуть. Чтобы сердцу лишнюю нагрузку не давать.

- Спасибо, – Алиса улыбнулась. Для таких перебежек она была еще слаба. – Все отлично.

Сталкеры перешли на шаг. Журналистка держалась за горло. От быстрого бега приходилось дышать ртом, а холодный воздух для глубоких вдохов не очень подходит. Ну вот, теперь ангина обеспечена. Еще в правом боку невыносимо что-то болело. Зато мужчины шли спокойно, видимо марш-броски в армии выбили из них всю слабость и выработали стойкость в любых ситуациях.

- Журналистка, – поинтересовался Светлый. – Ты если хочешь жить, то лучше перемещаться быстрее, чем аномалии в болоте. Не для этого сбегали, крошка.

Алиса попыталась наладить дыхание и показала сжатый кулак за фривольное обращение “крошка”.

- Так, как ты пришел к такому великодушному решению? – спросил Дегтярёв Светлова.

- Я получил деньги и приключения закончились, – усмехнулся Дмитрий. – А если бы вас убили, то так бы весело уже не было.

Алиса засмеялась, улыбнулся даже Александр, который начал разговаривать со Светлым. Хотя каждый понимал, что наемник скрывает очень многое о своем решении.

Но девушку насторожил один звук. Ей показалось, будто кто-то засмеялся вместе с ней.

- Вы слышали? – остановила Алиса своих спутников. Те мгновенно схватили оружие и огляделись.

- Пошлите отсюда, – сказал Дегтярёв. – Нечего судьбу искушать...

Они быстро засеменили по мокрой земле к ближайшей пятиэтажке. Сталкеры встали в воротах хрущевки, оглядывая местность.

- Кажется, все тихо, – прошептал Светлов. – Пойдемте.

Пара шагов по грязи и раздался крик откуда-то сверху:

- Стоять! Огонь на поражение!

- Черт!- прошипел Дегтярёв и внезапно закричал в ответ. – Полковник Черепанов! Что, своих не признал?

Из-за ближайшего здания вышли человек десять в красно-черной форме. Никто из них не был в экзоскелетах, что было весьма странным. Обычно “Долговцы” не пренебрегали мерами безопасности. Дегтярёв развернулся и развел руки в стороны:

- Череп, брат, – закричал он. – Давай попозже поговорим, не время. Скажи своим солдатам, что мы не будем вам мешать.

Из окна квартиры на втором этаже спрыгнул человек высокого роста с карими глазами и достаточно длинными волосами. Аккуратная бородка довершала эффектный образ. Предводитель отряда военизированной группировки “Долг” чертовски смахивал на лидера какой-нибудь рок-группы, но в его лице было что-то не так...

- Дмитрий, – потянула за рукав рядом стоящего Светлова. – На глаза посмотри.

Светлый прищурился и удивленно взглянул на Алису. Его губы беззвучно описали эмоции: Ого!

Действительно, глаза Черепа были не такие как у всех, они словно подсвечивались неизвестным огнем, изнутри. Стало страшно.

- Товарищ майор, – окликнула Алиса Дегтярёва, который шел навстречу «Долговцу». – Нам пора. Нам некогда.

Дегтярёв, видимо, сам заметил перемену в друге и теперь осторожно спросил:

- Череп, мы, наверное, пойдем. Некогда нам... Хорошо?

Полковник Черепанов, как-то по-звериному усмехнулся, и прошептал:

- Неверным пути назад нет! – Череп перешел на крик.- В атаку! Убить неверных!!!

«Долговцы» сразу открыли огонь. Светлов резко дернул за руку Алису, оттащив ее за угол пятиэтажки, уводя ее, тем самым, во внутренний двор. Дегтярёв вскинул автомат, очередь которого скосила двух человек, воспитанников группировки «Монолит».

Затем он улучшил момент и быстро догнал Алису и Светлого.

- Зашибись, – заметил Александр. –« Монолит» к рукам уже и группировки прибрал. «Долг» уже вместе с ними.

- Что делать будем? – спросила Романова, растерявшись от неожиданности.

Дегтярёв без вопросов и лишних слов поднял кирпич с земли и закинул его в окно первого этажа, которое со звоном разлетелось на тысячи осколков. СБУшник сделал реверанс, приглашая пролезть даму в окно.

- Вопрос снят, – улыбнулась журналистка и резво запрыгнула в оконный проем, не без помощи сталкеров. В голове у Алисы пронеслась мысль:

«Дробовик, пятнадцать трупов, безумные мутанты со всех сторон – кажется, жизнь начинает приходить в нормальное русло.» Перелезть через подоконник с кучей мелких осколков оказалось не простой задачей, но как только она преодолела окно, Алиса оказалась в просторной кухне. Зацепившись за занавеску, она рухнула около холодильника “Бирюса”.

- Зараза, – ругнулась девушка и, поднявшись с пола, осмотрелась. В комнате было тихо, значит можно идти.

- Поберегись! – закричал Светлов и с наскока запрыгнул в окно и приземлился рядом с Алисой. – Детка, ты чего тут стоишь? «Долг» не здесь свидание нам назначил.

Корреспондентка замахнулась для удара, услышав, что Светлый снова нарушил их завет для общения, но их оборвал Александр.

- Быстрее, шутник, – сказал Дегтярёв, который ловко влез вслед за Светлым и помог сориентироваться Романовой. – Алиса, наверх беги. Мы сейчас поднимемся.

Девушка кивнула и побежала на второй этаж. Она открыла дверь квартиры и выбежала на лестничную клетку. Раздался взрыв. За ней следом выскочили из квартиры и Дегтярёв со Светловым.

- Вы там, что делали? – спросила Алиса.

- Сюрприз для наших друзей, – бегло ответил Александр. – Один они уже нашли.

Девушка снова кивнула и помчалась вверх. В окна подъезда хлынул град пуль.

- Голову бережем, – Дегтярёв оказался рядом, и пригнул ей голову. – А то отстрелят и не заметят!

Они забежали на третий этаж и выглянули вниз: бывшие бойцы «Долга» стремительно поднимались вверх на второй этаж.

- Сейчас будет фейерверк, – прошептал на ухо Алисе Светлый. – Не пугайся.

Растяжки с гранатами сработали на славу, второй пролет рухнул, подняв бетонную пыль. Несколько секунд не было ничего видно.

- Ну что? – спросила Романова у Дегтярёва. – Все? Им крышка?

- Не уверен... – протянул Александр.

Когда пыль рассеялась, сталкеры увидели, что бойцы «Долга» все еще живы и почти невредимы, но зато теперь между ними был провал, который отделял их от второго этажа.

- Черт!- выругался Светлый. – Не вышло. Нужно думать, что теперь.

- Наверх, – приказал Дегтярёв.

Сталкеры снова сорвались с места и побежали на этаж выше. Светлый подошел к квартире на четвертом этаже и дернул за ручку. Замок был закрыт. Один удар ногой – и дверь упала на пол.

- Заходим и наслаждаемся минутным спокойствием, журналистка, – улыбнулся Светлов, взяв за руку Алису, помогая ей перейти через препятствие.

Трое людей вошли в комнату, удивительно, но старинные часы в квартире еще работали и показывали десять часов утра. Они гулко прозвенели и снова затикали.

- Вот это мы с ними возимся долго, – заметил Дегтярёв. – Нужно быстрее отсюда уходить.

Алиса подошла к окну: стандартный заброшенный двор Припяти, старые качели для детей, остатки лавочек, песочница. И что-то сияло под окном...

- Куда дальше? – спросил Светлый Дегтярёва. – Они и внизу и через пару минут будут здесь. Опять на крышу?

- Что это за аномалия? – спросила Алиса мужчин и подвела их к окну.

- Трамплин, – быстро ответил Александр. – Алиса! Ты молодец!

- Что? – удивилась Алиса, смотря как агент Госбезопасности начал обыскивать свой рюкзак.

Светлый тоже не понимал, что делал СБУшник. Он вопросительно посмотрел на Алису, но она лишь пожала плечами.

- Ты, часом не прыгать надумал? – осторожно спросил Светлов.

- Конечно! Да! – ответил Дегтярёв, вручая и Алисе и Дмитрию, по комплекту болтов.

- Ты рехнулся? – спокойно спросил Светлый. – Я не буду прыгать.

- Я рехнулся, тогда когда пришел в Зону, – усмехнулся Дегтярёв, – А это так – баловство!

Романова была в панике, она слышала жутковатый сталкерский анекдот про Васю-летчика, который всю жизнь хотел стать пилотом, а потом он попал в трамплин и полетел. Правда, потом его нашли по частям в соседнем болоте...

Шутка приобрела мрачноватый оттенок. Журналистка осторожно обратилась к Александру:

- Может не надо?

- Не бойся, – ответил тот, отмахиваясь. – Я слышал, что после разрядки он подкидывает метра на два, главное успеть в период разряда.

Страх сковывал тело, но Алиса доверяла этим двум чокнутым сталкерам, пожалуй, больше чем себе.

- Слышали? – переспросил Светлый, проводя рукой по голове. – Зашибись! Нас либо безумные фанатики «Долго- Монолитовцы» прибьют, либо размажет по земле.

- Я смотрю, наемник, ты высоты боишься? Не бойся, трамплин вполне безопаснее твоего отряда идиотов, – успокоил друга Дегтярёв и получил в ответ громкую ругань. – Я как-то с учеными исследовал эту аномалию, вот оттуда и знаю. Вперед!

Он открыл окно и встал на подоконник. Светлый вздохнул и последовал его примеру. Алиса оглянулась на дверь, голоса «Долговцев» становились громче.

- Была – не была, – перекрестилась девушка и встала в распахнутое окно. Тут даже атеист перекрестился бы.

- Кто-нибудь хотел стать пилотом? – улыбнувшись, спросил Светлый, в котором проснулся дух авантюризма. – Или самоубийцей? Журналистка, тебе не страшно?

Алиса сжала мешок с болтами крепче и на счет три сталкеры сбросили в аномалию поклажу. Трамплин взорвался и снова засеребрился туманом, начав кружить вокруг серебристой сферы листву.

- Вперед! – закричал Александр, шагая вперед.

Алиса только и успела схватить руку Дегтярёва и Светлова. Они словно сумасшедшие шагнули из окна. Страх, который испытывала Алиса, трудно описать словами. Высота тянула к себе, точнее земля приближалась со страшной скоростью. Сердце, казалось, выскочит из груди. Оно отбивало те удары, которые могли стать последними в ее жизни. Оно старалось нагнать все то, что не успело за оставшуюся жизнь. Ветер свистел в ушах и развивал волосы. Но чувство свободного полета щекотало нервы и сводило с ума. Алиса закричала, не то от страха, не то от восторга. Теперь она знала, что чувствуют те люди, которые шагнули из окна, но надеялась, что смерть не возьмет их в свои цепкие лапы.

Земля оказалась совсем близко, вот и сейчас все решится. Либо пан, либо пропал.

Алиса крепко сжала руки своих путников. Толчок, точно такой же, когда лифт в высотке останавливается. Трамплин сработал так, как говорил Дегтярёв, не сильно. Их подбросило метра на два вверх и метров на семь вперед.

Алиса слышала, как что-то кричит Светлов. Это мгновение казалось, длилось вечность, а прошло в действительности несколько секунд. Ветер, холодный ветер в лицо и ничего более.

Приземление оказалось жестким, колени не выдержали удара и подогнулись, кожу на руках свез асфальт, теперь обе ладони горели, словно от ожога.

Мужчины тоже упали, но быстро поднялись на ноги и помогли подняться Алисе.

- Ну, – улыбнулся Дегтярёв. – А вы не верили!

- Здорово, – кивнула Алиса. – Нужно будет повторить. А где «Долговцы»?

Сталкеры обернулись, оказалось, трамплин их отбросил гораздо дальше, чем планировалось и теперь из окон выглядывали недоумевающие солдаты «Долга». Несколько человек последовали их примеру, но трамплин, который накопил хорошую дозу энергии, разбрасывал людей на несколько километров, в неизвестность.

- Да, – протянул Светлый, глядя за очередным запущенным «Долговцем». – Трамплин сработал на славу! А теперь бежать, мы и так времени много потеряли...

Сталкеры решили преодолеть территорию через полесье. Ветки цеплялись за ноги, разрывали уязвимые места одежды, но остановиться было нельзя.

“Сколько же прошло времени, кажется уже полдень” – подумала Алиса, взглянув на небо. Сквозь тучи был виден образ солнечного диска, ровно над головой, а они только добежали до большого здания КБО “Юбилейный”, который был в километрах трех от прачечной.

- Слушайте, а что будет, когда мы доберемся до “Прометея”? – запыхавшись, спросила Алиса.

- По крайней мере, мы будем в безопасности, – ответил Дегтярёв.

Трудно не согласиться. Утверждение заманчивое, ничего не скажешь! Отдохнуть хочется – аж зубы сводит... Но бег никто не останавливал. Около КБО сталкеры остановились попить воды. Рев со стороны соседней пятиэтажки отбил аппетит.

- Вот же блин, – сорвался Светлый, который, не донеся до рта бутылку с водой, услышал рев кровососов. – Уже и попить не дают.

Сталкеры быстро отошли от “Юбилейного” и скорым шагом пошли вдоль дороги. Бежать уже никто не хотел. Прошло еще немного времени, и солнце стало катиться к закату.

- Успеем, – улыбнулся Дегтярёв.

За аномалией “Лоза” уже был виден темный гигант, статуя мифического героя Прометея, хранящего на сей день живой огонь мертвого города. Увидев, этот памятник на душе стало легко и свободно. Вот она – долгожданная безопасность! Алиса сняла с плеча рюкзак, достала фотокамеру и сделала снимки кинотеатра, статуи Прометея (хотя бы издалека). Дегтярёв, который кажется оттаял от того времени, как сидел в карцере, теперь рассказывал о том, как выводил группу из Припяти, несколько лет назад, после провала операции “Фарватер”. Щелчок – и фото готово! Нужно будет распечатать, когда они отправятся в ... А куда они пойдут? И пойдут ли? Вопросы повисли в мыслях Алисы, как паутина, которая видна лишь на просвет. А о том, что будет дальше, она никогда не задумывалась. Будущее казалось ей настолько призрачным и далеким, что она о нем не думала. А вот теперь...

Девушка убрала фотоаппарат и закинула рюкзак за плечи. До кинотеатра “Прометей” оставалось не более чем полкилометра, как вдруг раздался крик:

- Журналистка, беги!

Девушка обернулась и увидела, как ее спутники со всех ног бегут к ней, а за ними целая орда наемников с оружием. Автоматные очереди резали воздух, подобно ножу. Мысль, как вспышка – и Алиса побежала к статуе Прометея. Некоторые пули били совсем рядом, удивительно, как в них еще не попали. Алиса бежала впереди, поэтому не видела, что происходит сзади. Хотя бы все было в порядке!

Ноги подгибались, но желание жить превыше всего.

Триста метров. Топот бегущих наемников стал ближе. Черт!

Двести метров. Пули прошли над головой. Как там Дегтярёв со Светловым? Они еще живы? Но обернуться просто некогда.

Сто метров. Черный гигант словно приближался и двигался навстречу Алисе, держа в руках огонь.

Стали видны обветшалые, выцветшие буквы на здании кинотеатра. Пламя на вытянутых руках героя было, как флаг свободы и безопасности. Для нее, для них, для всех сталкеров. Флаг надежды и веры. Метров десять до того момента, как она может спрятаться за небольшой стеночкой у основания памятника. Алиса, запыхавшись, даже улыбнулась: “Добежала! Еще чуть-чуть!” Удар между лопаток. Нет-нет, не пуля. Электрод американского пистолета-электрошока “Тэйзер” полностью отключила систему движения током. Разряд, который сильно ударил в спину – и ноги девушки подогнулись. Крик вырвался не от боли, хотя удар током был довольно сильный, а скорее от неожиданности. Алису выгнуло назад, и она потеряла сознание. Последнее, что она помнила – удар лицом в пыль и, перевернувшись от боли электрошока на спину, она увидела над собой распростертые руки Прометея, гневно взирающего на серое, предзакатное небо Припяти.

Темнота и тишина.

- Значит, это она? – мрачно проговорил командир отряда Монолита, по кличке Ахилл. – Это точно?

- Да, – ответил Тесак, пересматривая конверт с деньгами. – Наш бывший друг, Светлый сказал, что при выбросе она слышала зов. Я сам видел, что у нее «Антидот».

- Уверен? – переспросил Ахилл.

Тесак кивнул.

- Если это не так, – пригрозил «Монолитовец». – Ты знаешь, что будет. Мы вас не известим о начале войны и о последнем выбросе. Даже в зарубежье убежать не успеете. А у тебя ведь родственники в Киеве, насколько я знаю...

- Я похож на человека, который может соврать? – развел руки наемник, а затем протянул ладонь для рукопожатия.

Ахилл взглянул на протянутую руку и лишь произнес:

- Встречу нам назначил Светлов, но отдаешь «Антидот» нам ты. Тебе можно доверять?

Тесак помрачнел:

- Светлов мог не выполнить обещаний. Мы обязаны были подстраховать себя.

- Поэтому вы решили убрать посредника? – поднял брови Ахилл. – Возможно, это просто личная зависть?

- Вас это не касается, офицер.

- Вот поэтому я доверяю лишь себе и светлому Монолиту. Людям верить вообще нельзя, особенно предателям, подобным тебе, – «Монолитовец» развернулся и пошел прочь от их места встречи. Деревья угрюмо качали ветвями, на небе появились красные полосы заката.

Наемник ухмыльнулся: разговор зашел не туда. Но теперь он командир отряда наемных солдат «Тайфун». Светлов отныне ему не помеха. Теперь он, капитан Терехов, лихо обвел вокруг пальца всех и стал единым главой отряда наемников. Деньгами делиться теперь ни с кем не нужно, также, как не нужно знать его другу Хогу, что сегодня ночью не Светлов убил десятерых солдат, а он. План Дмитрия был беспроигрышным: привести девчонку и Дегтярёва к «Монолиту» под предлогом побега, а дальше передать фанатикам «Антидоты», получить деньги. Никакой спешки, даже жертвы сами пойдут за своей смертью. Своими шагами. Только Светлов не предусмотрел одного, что пока он занимается своим делом, кто-то не захочет делиться с ним деньгами и властью. И этим «кто-то» станет он, Тесак.

- Ну и психи эти фанатики, – Тесак заложил конверт с деньгами во внутренний карман комбинезона и для себя озвучил свои же мысли. – Так, а теперь разберемся с нашими героями.

Алиса очнулась в неизвестной комнате. Мрачные серые стены, бетонный пол. Никакой мебели. Одно маленькое окно. Но очень большая квадратура, края комнаты даже не было видно. Первая мысль: Где Светлый и Дегтярёв? Она вскочила и оглянулась. Спина болела именно в том месте, где пришелся разряд тока. Мышцы словно свело судорогой, но медлить некогда, нужно узнать, что это за...

- Успокойся, – раздался голос где-то справа.

- Кто здесь? – крикнула Алиса и полезла за ножом, которого в ножнах не было. Она бестолково ощупала ремень и сжала кулаки. Теперь она знала, что в любой ситуации она должна быть максимально готова к возможной схватке с неприятелем. К ней навстречу шел мужчина лет сорока, со светлыми волосами, спокойными серыми глазами, и развязной походкой.

- Меня зовут Ахилл, а ты теперь Китана, – проговорил сталкер, осматривая нож Алисы. – Теперь ты состоишь в группировке “Монолит”.

- Что? – опешила девушка. – Вы с ума сошли? Где Светлый и Дегтярёв? – она яростно закричала на «Монолитовца».

- Китана, – спокойно ответил Ахилл. – Эти неверные тебя предали и ...

- Ты лжешь! – закричала Романова, чувствуя полное отчаяние. – Где они?

Неужели они ее предали? Как так? Они живы? Что будет дальше?

- Для неверных нет ничего, чтобы они не смогли предать, людям вообще нельзя верить.

- Ты лжешь! – снова закричала девушка.

- Этим людям нельзя верить, – Ахилл отвечал совершенно будничным тоном. Хотя Алису очень удивляло то, что «Монолитовец» так много говорит, обычно они малообщительны. – Они подставили тебя, себя и свои группировки. Если ты мне не веришь, я могу тебе показать, что они заслуживают наказания.

- Покажи! – потребовала Алиса, чувствуя, как подступил комок к горлу, а к глазам подступили слезы.

Ахилл открыл дверь, приглашая пройти девушку на улицу. Романова слегка опешила, если такое доверие, значит на крыше минимум два снайпера группировки «Монолит». Но она все же вышла из здания. Место, где они находились, она не знала. Везде были лишь деревья, желтые деревья. Пожалуй, это Рыжий лес. Здесь она никогда не бывала, но слышала, как о нем говорили бывалые сталкеры. Алиса была права. Когда Ахилл вышел вслед за ней, по сторонам она заметила около дюжины автоматчиков в экзосклетах “Монолита”. Шесть человек присоединились к ним. Ахилл шел плечом к плечу с Алисой, они прошли около трехсот метров, а потом «Монолитовец» сказал:

- Веди себя разумно, и обдумывай все свои действия.

Девушка гневно взглянула на мужчину, но промолчала. Ахилл же остановил ее за руку, когда они достигли верха холма. В нескольких сотнях метров стояли наемники с автоматами. Они кого-то окружали. Пятеро наемников копали огромную яму, около двух метров глубиной. Вот только зачем? Ответ появился сам, когда эти пятеро солдат удачи, выскочили из образовавшегося окопа, и панорама открылась полностью. Человек двадцать наемников, два главаря: Хог и Тесак, подкидывая в руках ножи, смеясь что-то кричали. У других были автоматы в руках. Ветер доносил слова: – Время платить по счетам... Алиса пригляделась. Боже! Нет... Перед этой ямой, лицом к Хогу и Тесаку стояли Дегтярёв и Светлый. Единственные спасители, которые помогли бы ей выбраться из рук группировки «Монолит». Естественно, сталкеры были без оружия. Светлый стоял в полный рост и улыбался, презрительно оглядывая всех присутствующих на расстреле. Его, кажется, не смущали его крепко связанные руки, он был готов отразить нападение в любой момент. Дегтярёв спокойно всматривался в синь неба. Казалось, ему абсолютно не интересно, что говорят ему перед тем, как открыть огонь на поражение. Алиса, ни о чем не думая, сорвалась с места и побежала к своим спутникам. Что делать, она не знала, но ноги думали за нее. Хотелось закричать и, казалось, что они обязательно ей помогут. Да, конечно, ведь всегда так было! Она видела, как некоторые наемники, увидев ее, сняли с предохранителя автоматы. Пули впивались в землю, прямо под ее ногами. Алиса закрыла голову руками и продолжала бежать. Она услышала, как Тесак закричал:

- Не стрелять!

И автоматные очереди стихли, Алиса сбавила скорость и прямиком помчалась к первому же автоматчику. Откуда только силы взялись, но крепкий удар в челюсть и автомат был почти в руках у девушки. Вдруг кто-то схватил ее за волосы и, намотал их на руку.

- Стой, дура! С ума сошла! – Заорал Тесак.

Затем послышались удары и хрип. Возможно, это затеяли драку ее спутники. Алиса уловила момент и со всего маху ударила ногой по голени, державшего ее Тесака. Мгновение – и хватка наемника ослабла. Девушка времени не теряла и рванулась вперед. Звук перезаряжаемого пистолета и холодный метал Макарова почувствовался прямо на затылке. Девушка вздохнула и остановилась.

- Геройствовать решила? – прошипел Хог, держа на курке палец. – Пришла посмотреть? Смотри!

Алису схватил наемник за горло и прижал к себе, перенаправив пистолет ей в висок.

- Видите, какая героиня пришла вас спасти? – глумился Хог. – Светлый, твое воспитание? Наглость и внезапность.

- Пошел к черту!- сказал Светлов, поднимаясь с колен.

- Сейчас, пусть посмотрит в глаза человека, который ее продал, – рассмеялся наемник, указывая на Светлова.

Светлый гневно буравил взглядом своих взбунтовавшихся подчиненных:

- Тесак, тварь, ты давно задумал меня прикончить? Ведь так?

Терехов отвел взгляд в другую сторону, пытаясь не слышать этих слов. От уважения до зависти – один шаг, поэтому вчера у него возник план, как легко и просто избавиться от удачливого начальника и стать на его место. Списать на Светлова десятерых убитых солдат – раз плюнуть, тем более о планах Светлого знали не многие.

- Вы шоу решили устроить? – спокойно заметил Дегтярёв.

- Товарищ майор, – обратился Хог к Дегтярёву. – Когда это Вас начали интересовать проблемы “человека”? А? Вы же у нас специализируетесь на спасении мира.

Дыхание перехватывало от того, что Хог сильно давил на горло. Она попыталась ослабить хватку:

- Пожалуйста, – взмолилась Алиса. – Отпустите нас. Я заплачу.

- Слышали? – рассмеялся наемник. – Заплатит. Хорошо, раз ты так просишь, мы не будем их расстреливать.

Алиса посмотрела на Светлого на Дегтярёва. Казалось, что вот сейчас они уйдут отсюда. Хог ведь согласился...

- Хорошо, девочка, расстреливать не будем, – повторил Хог и подал какой-то знак рукой.

Наемники начали заталкивать сталкеров в эту самую яму, но сталкеры не поддались сразу. Стал ясен замысел наемников. Завязалась драка. Дегтярёв двумя ударами вывел из строя двух солдат, кровь хлынула изо рта первого, а второй закричал от сломанной кости в руке. Светлов оттолкнул одного и ногой, с поворота выбил зубы второму наемнику. Выстрел в воздух заставил всех замереть.

- Живо! – закричал Хог, вскидывая автомат.

Светлый и Дегтярев переглянулись и спокойно спрыгнули в яму. Они встали в полный рост и оглядывали командира наемников снизу.

- Молодцы, мальчики, – похвалил их Хог. – Ребята, – приказал он своим подчиненным. – Начинайте!

Наемники схватили лопаты и начали заживо закапывать своих пленных.

- Нет, – завизжала Алиса, понимая, что грядет что-то страшное. – Ты же сказал, что ...

- Я сказал, что не расстреляю их, – ответил наемник. – Но если бы я сказал, что здесь никто не умрет, то я бы соврал. Ты права, расстрелять их было бы слишком гуманно. Тем более, так их убить куда надежнее: они ведь носители «Антидотов», а такие просто так не сдыхают.

Слезы ярости покатились по щекам. Уйти из крепкой хватки наемника было невозможным. Но раз он знает об «Антидотах», то настало время попытаться выкинуть последний туз, спрятанный в рукаве:

- А почему вы не забрали кровь с «Антидотом»? – спросила Алиса, надеясь, что Светлову и Дегтярёву сохранят жизнь сейчас, а потом.… Потом они смогут выбраться. Смогут ведь?

- Все в порядке, девочка, – хмыкнул Хог. – Мы уже взяли то, что нам нужно.

Один из наемников похлопал себя по карману, где лежали два наполненных кровью шприца.

- Но ведь нужно же два с половиной литра, – отчаянно пыталась найти выход из этой ситуации девушка.

- Нужно твоей крови два с половиной литра, – громыхнул наемник, которому надоели эти постоянные препирания. – А их крови хватит. «Антидот» можно синтезировать и из капли крови. Завязывайте с этими!

Главарь махнул рукой, и наемники тотчас же схватились за лопаты. Светлый и Дегтярёв попытались вырваться, но автоматные очереди отрезали путь к отступлению. Ком в горле больно разросся, слезы полились рекой. Хотелось закричать, так закричать, но никакого голоса не хватит передать ту боль, которую чувствовала Алиса. Она понимала, что сейчас идет абсолютное беззаконие, и она никак не может это исправить. И теперь никто не спасет ее.

- «Монолит»! – закричал Хог. – Забирай. Это кажется твое!

Ахилл подошел сзади и выдернул из железной хватки наемника девушку. Она рванулась назад, увидела, что земля была у плеч Дегтярева и Светлого, но Ахилл воткнул ей в шею шприц, с каким-то лекарством и реальность подернулась дымкой. Алиса через секунду обмякла и упала на руки Ахилла.

Вот так легко...

====== Часть 7. Ложь. Солдат удачи. ======

Глава 7

Солдат удачи

Ночной Ростов сиял огнями, озаряя вокруг пространство, оранжево-желтоватыми фонарями. Гордый профиль города был воссоздан, в основном при коммунизме, но уникальных памятников культуры других эпох в нем множество. Самолеты устало гудели над аэропортом, с трудом претерпев долгую дорогу от Турции, Египта и других городов и стран. Жизнь в этом городе не останавливалась никогда. Ночная жизнь Ростова была такой же бурной, как и днем. Радость и горе, праздники и будни, дни оккупации и День Победы – многое помнили улицы южной столицы России. Иллюминация и подсветка каждого здания на центральных улицах, украшенные лентами фонариков дороги, в общем, каждый день и каждая ночь в Ростове это, своего рода, праздник. Черный “Майбах” стремительно летел по оживленной трассе «М4 – Дон», игнорируя все дорожные знаки и правила, обгоняя по встречной полосе все машины, следующие в одном потоке. На лакированном черном кузове авто четко отражались как фонари, так и световая реклама, расставленная по периметру дороги. Взмах черно-белого жезла – и шикарная машина нехотя сбросила скорость, прижимаясь к обочине. Темное тонированное стекло медленно опустилось вниз.

- Здравствуйте. Старший инспектор Ростовского ГАИ Шевченко, – представился полный сотрудник ГИБДД, откозыряв неизвестному водителю. – Ваши документы.

- Борзые вы, ребята, стали, – проговорил тихо водитель «Майбаха». – За что, хотя бы потрудись ответить, ты меня остановил?

Инспектор ГАИ сразу понял, что совершил ошибку, но все-таки осмелился заметить:

- Вы превысили максимальную скорость на данном участке дороги. По данным радара, вы превысили скорость на восемьдесят километров из разрешенных восьмидесяти. Вы ехали со скоростью сто шестьдесят километров в час.

Водитель явно не слушал, что говорит ему инспектор ДПС. Парень оглядывал салон своего дорогого авто и нежно водил указательным пальцем по значку с двумя буквами «М» на руле. Черный «Айфон» самой последней модели осветил салон автомобиля, сообщая о входящем вызове. Дорогая игрушка, прихоть моды и стиля любого уважающего себя бизнесмена.

- Подожди, – ответил водитель сотруднику ДПС, и нажал на сенсорный экран телефона, который высветил фотографию смазливого парня, с ухоженной прической и модными очками, сумма которых переваливала за сотню тысяч рублей.

- Да, Макс, – ответил Алексей Громов, который находился за рулем того самого авто. – Куда подъехать? Сейчас буду.

Директор ростовского телеканала отбросил телефон на соседнее кресло и обратился к сотруднику ДПС: – Так, слушай, мне некогда с тобой тут болтать. Раз у тебя память плохая и ты не вспомнил кто я, то на тебе на лекарства для памяти и запиши номер машины в блокнот, дебил. – Громов извлек из кошелька пять сто долларовые купюры и вложил в свои водительские права.

Гаишник открыл права и, прочитав фамилию владельца “Майбаха”, побледнел:

- Алексей Владимирович! Извините, ради Бога, не узнал! Простите, – инспектор Шевченко трясущимися руками вернул документы вместе с деньгами. – Удачной дороги!

Громов вырвал из рук свои права, и театрально выкинув на проезжую часть доллары, максимально вдавил педаль газа в пол и немецкий автомобиль, подняв завесу дыма из горящих шин, полетел в центр Ростова.

К сотруднику Шевченко подошел его товарищ по службе:

- Ты больной что ли? Работать надоело? Ты еще Путина останови, придурок! Радуйся, что все так прошло...

Инспектор Шевченко, все еще бледный, наклонился и подобрал зеленые деньги, на которые в Ростове можно жить на широкую ногу целую неделю.

Авто подъехало к входу дорогого ночного клуба, расположенного в центре города. Охрана – два дюжих молодца в черных деловых костюмах, без лишних разговоров пропустила Алексея Громова внутрь. Дым сигарет, удушающий запах спиртного, грохочущая музыка и жар от танцующих, уже пьяных тел, сковывал дыхание и замутнял разум. Все органы, казалось, содрогались внутри от невыносимо громких басов, исходящих от колонок.

Европейский ди-джей ставил самые свежие треки, чтобы угодить золотой молодежи Ростова.

Алексей поднялся на второй этаж, где в VIP- баре сидел лишь один человек, лучший друг Громова, владелец этого клуба – Максим Теплов. Теплов нервно затягивался тонкими сигаретами и выпускал клубы дыма чуть в сторону от перевесившийся через барную стойку барменши модельной внешности. Увидев вошедшего Громова, девушка резко поправила локоны волос и отринула от стойки, начиная судорожно перетирать бокалы для шампанского, при этом, не забывая томно улыбаться. Теплов, увидев перемену поведения подружки, развернулся на барном стуле, и на его лице тоже возникло чувство смущенности или какой-то напряженности. Мужчины пожали друг другу руки и Алексей сел за барную стойку.

- Наташенька, – щелкнул пальцами Максим работнице бара. – Алексею налей виски, за счет заведения.

Его симпатичная светловолосая подружка кивнула и налила “Black Label” в изящную рюмку.

Поставив на стол и бутылку, и рюмку она вышла из-за стойки и прошла, виляя бедрами, через VIP-зону, оставив мужчин одних.

- Макс, – начал Громов, выпив рюмку обжигающего напитка. – Что произошло?

Теплов замялся, постукал пальцами по дубовой поверхности барной стойки, провел ладонью по скулам и лишь потом, решился ответить.

- Леш, тут такое дело. В общем, та твоя журналистка, которую ты в Чернобыль отправил …. Как ее?

- Романова, – ответил Громов, заметно насторожившись.

- Ну да – да, она. В общем, так как ты просил, не получилось... – ответил Максим, опустив взгляд в пол.

- Как не получилось? – в голосе Алексея прорезались стальные нотки.

- В общем, они живы еще, – ответил Теплов, между тем разглядывая обстановку в своем клубе. – Ну оператора отходили хорошенько, кажется, пару ребер сломали, а вот девка бегает по Зоне хоть бы что! Я боюсь, что они могут вернуться.

Громов закрыл глаза и потер переносицу указательным пальцем. Обстановка накалялась. Как? Страшно начала раздражать громыхающая музыка, да и чересчур спокойный Теплов.

- А как же твои хваленые наемники? – так же холодно спросил Алексей у друга, едва сдерживая себя в руках. – Мне что деньги отдавать в кассу обратно? Интерпол уже в розыск подал их фотографии.

Теплов вздохнул и опустил взгляд:

- Наемники требуют большей суммы. «Антидот» они нашли.

- Какой?

- «Синий».

- Отлично. В чем же тогда проблема?

- Он у твоей журналистки.

- Так убейте ее.

- Он у нее в крови, Леша.

Громов задумался: все, что приказал его отец, владелец крупнейшего пункта хранения радиоактивных отходов в России, он сделал. Он нанял наемников, которые помогут ему добыть «Антидот», с помощью которого можно будет повторить аварию на ЧАЭС и его отец, сможет продать землю, зараженную ЧАЭС под захоронение радиоактивных отходов Евросоюза и США. Конечно, правительство Украины, России и Белоруссии ни в коем случае не согласились бы жить рядом с бомбой замедленного действия, но после повторного взрыва одного из энергоблоков, испуганные президенты и глупые депутаты с радостью отдадут зараженные земли, особенно при обещании контроля Чернобыльской АЭС, ее состояния и сохранения ее стабильного состояния. Многомиллиардная сделка рушилась прямо на глазах из-за того, что он, Алексей Громов, решил воспользоваться случаем отмыть украденные несколько миллионов, а поэтому он отправил двух журналистов в эти пресловутые земли Отчуждения или как там они называются? Два человека потерянные или убитые на территории чужой страны? Тем более, сбежавшие с огромной суммой денег за границу – кому они нужны? Либо посадят, а скорее убьют. Но нет! Даже такое пустяковое задание шло под откос! Экологическое объединение «Беллона», занимающаяся охраной и слежкой за переработкой ядерного топлива и радиоактивных отходов сразу же начнет копать это дело. И тогда…

- Макс, ты понимаешь, что если «Антидот» не добудут, то мой отец убьет и меня и тебя?

Максим Теплов закивал, уставившись в барную стойку и нервно теребя золотую сережку с бриллиантом в левом ухе.

- Нет, Макс, ты не понимаешь, – отрезал Громов. – Если они выживут, то Романова наделала столько снимков из этой долбанной Припяти, что ей простят те три миллиона, которые я на нее списал. Мне впаяют срок за кражу этих денег, а если еще покопаются в моей бухгалтерии, то вообще меня из тюрьмы не вытащат никогда. И отца тоже. И его договор насчет этой сранной повторной аварией на этой чертовой ЧАЭС. Все будет! Понимаешь? Всех посадят и мою семью и тебя! И клубы твои заберут и машины. Понимаешь, идиот?

Громов в ярости разбил бутылку виски о пол и закинул руки за голову.

- Та-а-ак, – протянул он. – Надеюсь, ты своей шалаве, – Алексей кивнул на дверь, за которой недавно скрылась барменша-модель. – Ты ей не раскрыл наш маленький секрет?

Теплов снял очки, взглянул на друга и провел языком по зубам, глядя в потолок:

- Макс, – гневно прошипел Громов. – Из-за того, что ты трепишься, как баба, меня скоро посадят. Зови ее!

Теплов надел очки и встал с барного стула:

- Наташенька, детка, – закричал он. – Иди сюда!

Дверь распахнулась, и блондинка с испуганными глазами зашла в комнату. Она явно подслушивала. За дверью мерцал стробоскоп, и вваливались клубы дыма.

- Дверь закрой! – приказал шепотом Громов, развернувшись на стуле к девушке.

Та раболепно улыбнулась и захлопнула дверь. Пока она стояла спиной к мужчинам, Алексей быстро достал из кармана пистолет ТТ и навел на светловолосую красавицу. Та развернулась и, глупо похлопав ресничками, замерла на месте. Раздался выстрел, который из-за грохочущей музыки никто не услышал.

Макс Теплов с легкой ноткой грусти взглянул на мертвое тело своей подружки:

- Жаль, неплохая баба была. Но растрепать могла все.

Громов презрительно взглянул на труп и усмехнулся:

- Сам-то ты хорош, нашел с кем делиться! Другую шалаву найдешь. Так, – Алексей убрал пистолет в карман. – Я добавляю еще столько же денег наемникам, и пусть я больше никогда не услышу ни о журналистах, ни о «Антидоте».

День подходил к концу. Серые тучи привычно затянули небо над Припятью. Алиса наконец-то закончила чинить порванные комбинезоны и отложила нитку с иголкой в сторону. Глаза устали от долгого напряжения, да и света в комнатах не было. Девушка потерла лоб ладонью и откинулась на спинку кресла, потягиваясь и сонно закрывая глаза. Мышцы спины приятно растянулись, принося облегчения от долгого сидячего положения. Внезапно, комбинезоны с колен кто-то сорвал.

- Ну вот! Отличная работа. А ты упрямилась, крошка.

Алиса резко открыла глаза и посмотрела на источник шума: Светлов разглядывал швы на своем костюме и улыбался.

- Видал, Сашка. Твоя журналистка еще штопает славно. Золото, а не сталкерша!

Дегтярёв прошагал в зал, не обращая внимания на болтливого наемника. Он собирал рюкзак и доставал нужные вещи из ящиков.

- Мы уходим? – спросила Романова.

- Через полчаса выходим, – ответил сотрудник СБУ, закидывая в рюкзак запасной фонарик.

- Круто, – обрадовалась Алиса, вспоминая слова Дегтярёва, про возможность встречи с отрядом Дегтярёва у прачечной. – Значит, снова в путь?

Вопрос Романовой остался висеть в воздухе, поскольку где-то внизу пятиэтажного здания, в котором они находились, раздались выстрелы. Светлов и Дегтярёв не сговариваясь в одно мгновение достали из кобуры пистолеты и навели оружие друг на друга.

- Твои бойцы, Сашка? – держа на курке палец, спросил Дмитрий. – Бестолково их воспитываешь. Слышно за километр.

- А мне кажется это наемники, – предположил Александр, вытянув руку с пистолетом к голове Светлого. – Громче псевдогиганта ходят твои солдаты. Позор!

Алиса, которая стояла рядом с окном оглянулась и увидела входящих в подъезд бойцов в пятнистых бронекостюма «Монолит», одни из которых достреливали стаю псевдособак, напавших на отряд.

- Это «Монолит», – почему-то шепотом ответила Романова и увидела, как мужчины опустили оружие, и подошли к окну, глядя на врага.

- Черт! Фанатики – это паршиво! – сплюнул Светлый, направляясь в коридор.

Дегтярёв молча взял свой автомат и крикнул:

- Через подъезд уже не выйдем. Это я тебе обещаю.

Алисе, если честно, было страшно дышать, не то чтобы шевелиться. Захотелось оказаться в любом другом, безопасном месте, где нет безжалостных «Монолитовцев», охотящихся на меченых «Антидотом». Хотелось спрятаться в шкаф или за дверь.

Светлый снова вошел в зал и схватил ИЛ86, заряжая его, наемник спросил:

- Есть предложения? Поскольку эти твари будут здесь минуты через три.

- В окно, – сказал Дегтярев, доставая из рюкзака веревку.

- В окно? – переспросила испуганно Алиса. – А что им здесь надо? – Алиса начала задавать совершенно глупые вопросы, из-за страха. Так всегда бывает, когда страх затуманивает голову. Человек начинает болтать без умолку, начинается, так называемый “словестный насморк”. Стыдно, страшно, но поделать ничего нельзя.

- «Монолит» приходит всегда за кем-то, – ответил Светлый, прерывая ее вопросы и открывая в зале окно. – Думаю, они пришли за твоей меткой, крошка. Она им, как кость в горле.

Дегтярёв поднял брови, услышав слова наемника, и взглянул на Алису, которая лишь пожала плечами, мол «Он сам узнал, я не виновата», а затем майор прошел туда же, куда и Светлов, выглянув за край, ответил:

- Двадцать один. По двое солдат еще на дверях стоят. На землю – никак.

Алиса побледнела, а Светлов ухмыльнулся.

- Если бы в карты играли, они бы выиграли! Двадцать одно – очко. Ну, теперь на крышу только.

Он деловито осмотрелся в комнате и сгреб в кучу пару гранат, ножи и несколько банок консервов. Только сейчас девушка заметила, что мужчины были одеты в защитные комбинезоны “Сева”, а вот она, как дура, ходит в легкой черной майке с коротким рукавом,, легких брюках и берцах, сорокового размера на босу ногу.

- А как на крышу? – спросила Алиса, забирая свою СА “Лавину” и быстро влезая в свой комбинезон.

- Да, как-нибудь! – улыбнулся Светлый и, отобрав у нее из рук автомат, и закинул оружие себе на плечо. – Хоть по стене, как Питер Паркер. Ты первая, кстати.

Дегтярёв, в то время, как-то умудрился приладить веревку на крыше пятиэтажки.

- Алиса, – прошипел майор. – Давай быстрее и без лишнего шума. Если «Монолитовцы» заметят тебя, то у нас шанса уже не будет.

Романова подошла к окну, неловко на него залезла, пощупала веревку, а потом оглянулась и спросила:

- И как мне это делать?

- Крошка, тупее вопроса ты не смогла придумать, – возмутился Светлый. – Как это делать? Руками!

Шум в подъезде стал громче, значит «Монолитовцы» уже начали обыскивать соседние квартиры.

- Как можешь, держись главное, журналистка, – ответил нервно Дегтярёв, чувствуя опасность. Он вручил ей веревку в руки, а один конец, обмотал вокруг левой ноги. – Вперед!

Алиса вздохнула и, ухватившись руками за веревку, попыталась подтянуться на руках – ничего. Потом она уперлась ногами в белый кирпич и потихоньку начала продвигаться вверх. Она чувствовала себя так же ужасно, как и тогда в “Припять-1”: ничего не получалось, руки болели, а пространство, которое нужно преодолеть, казалось вечностью, только здесь еще если упасть, то лететь придется семнадцать метров. Высота страшно тянула вниз, а голова кружилась.

Алиса в очередной раз тяжело вздохнула, но как-то уцепилась за кирпичный край и, шкрябая ногами по стене, она ввалилась на крышу хрущевки. Мышцы гудели, в голове стучала кровь.

На миг в голове возник образ или, точнее, видение, как Алиса убегает от невидимого врага, которого каждый сталкер знает, как кровосос. Девушка чувствует его присутствие и слышит чьи-то крики. Оборачивается и видит «Монолитовцев», которые стреляют по беглецам. Алиса видит, как падают Светлов и Дегтярёв, а ее шею обвивают щупальца мутанта. Последнее что она видит, это выцветшие красноватые буквы на фронтоне высокого здания «Готель Полiccя».

“ Черт!” – подумала девушка. – “То ли галлюцинация, то ли видение, но очень не приятное. Что это могло означать?”

Девушка едва успела подняться на ноги, как позади послышался шум. Алиса обернулась: веревка, по которой сталкеры взбирались на крышу, почти перетерлась о неровный край кирпичной кладки. Она рванула к краю дома и помогла подняться, только что поднявшемуся Дегтяреву, и они вдвоем вытянули Светлого, который еще умудрился и закрыть окно. Все трое встали на крыше.

- Спасибо, – ответил Дегтярёв. – Так теперь вниз, – майор подошел к противоположному краю крыши и взглянул вниз.

Романова тоже подошла к краю пятиэтажки и увидела то самое здание с буквами на крышке «Готель Полiсся». Неприятный холодок пробежал по коже.

- Нет! – категорично ответила Алиса, но поняла, что аргументы она представить к своему запрету не может. Сказать, что она слушает свои видения, как минимум глупо.

- Почему? – спросил Светлов. – «Монолитовцы» могут подняться…

- Нельзя, – отринула снова девушка. – Мне… Мне плохо…

Единственное, что могло бы удержать сталкеров, то это, попытка совершить вынужденную остановку по причине отвратительного самочувствия. Алиса попыталась сделать более правдоподобную мину сильной боли и схватилась за живот, решая, что именно там и разыгралась ее неожиданная болезнь.

- Хватит прикидываться! – прошипел Светлов, приседая рядом. – Актриса из тебя никакая.

Дегтярёв добавил:

- Мы уйдем без тебя, журналистка. Подъем!

Алиса понимала, что выглядит это совершенно глупо, но она упала на крыше и снова пожаловалась на боль в районе желудка. Благо, валять дурака пришлось не долго: внизу послышался шум. Романова вздрогнула и тут же вскочила на ноги и подошла к краю крыши. Именно с той стороны, с которой несколько минут назад предлагал спуститься Светлый, раздались крики и выстрелы. «Монолитовцы» вспугнули целое логово кровососов, которые теперь мстили им тем, что открыли на них чудную охоту. Автоматные очереди тревожили тишину здешних мест. Несколько воинов уже стали добычей невидимого врага.

- Кровососы? – с удивлением произнес Светлый, глядя на бойню, которая проходила внизу. – Какого черта, девчонка? Откуда ты знала?

Дегтярев, ничего не говорил, но по его выражению лица было видно, что он был удивлен. Знать об этом не мог никто, но пояснять о причинах нежелания Алисиного спуска, тоже уточнять никто не спешил.

- Я там видела кровососов, поэтому и решила вас остановить, – соврала журналистка. – Боюсь, придется остаться. Так ведь?

- Романова, – сурово заметил майор СБУ. – Еще один сюрприз – и нам придется с тобой попрощаться. Все, что тебе становится известно, ты обязана докладывать. Ясно?

- Ясно, – мрачно согласилась Алиса.

Мужчины едва заметно переглянулись и пошли осматривать крышу на наличие нужных предметов. Они бросили оружие около какого-то ящика, который уже почти стал частью кровли пятиэтажки. На крыше было множество чердачных помещений, в которых валялся всякий хлам, а также за все года, которые Припять существует без своих жителей, здесь уже собрался целый лес ломаных веток.

Алиса вздохнула с облегчением, хорошо что, по поводу спуска, расспросов не было.

Светлый взял ИЛ86 и внимательно осматривал ситуацию, происходящую внизу, через прицел винтовки.

Алиса было больно слышать крики погибающих людей, хоть и были они «Монолитовцами», но все равно они люди. Она поднялась и подошла к своему рюкзаку, из которого ее поцарапанные и, сбитые на костяшках пальцев, руки извлекли пару банок консервов и свою верную фотокамеру, на которую она сделала пару кадров близлежащих пейзажей.

- Ты сильно камерой не свети, – посоветовал наемник, разглядывая фотоаппарат. – Знаешь, папарацци – опасная профессия, а особенно в Зоне Отчуждения.

- Думаю, что если ты меня не сдашь, то многие об этом не узнают, – усмехнулась Алиса, пряча камеру в рюкзак. – А снимки, оставлю себе на память.

- Память? – хмыкнул Светлый, поджигая костер под ломанными сухими ветками. – А если не выберешься?

- Тогда мне будет фиолетово на то, что я делала при жизни, а особенно я не буду думать о фотоснимках, – ответила честно журналистка.

- Как мило, – скорчил мину умиления наемник. – Наша железная леди признала, что она смертна.

Алиса вздохнула и злобно оглядела Светлова, будто желая сжечь его взглядом:

- Может лучше костер разведешь? Холодно же.

- Я похож на бойскаута? – усмехнулся Дмитрий, сложив руки на груди, как вдруг к нему подошел Дегтярёв и запустил в него коробком спичек, добавляя:

- Похож, Светлов. Разводи костер. Это единственная хорошая идея.

Наемник попытался изобразить улыбку, но все-таки поднял с поверхности крыши спички и прошел вперед.

Спустя несколько минут костер уже разгорелся и от него приятно тянуло жаром. Ночь обещала быть долгой и холодной. Спуск с пятиэтажки пришлось отложить до утра. Языки пламени сияли в стремительно опускающейся темноте, костер приятно потрескивал, напоминая о детских походах и о далеких школьных годах со своими маленькими шутками и проказами.

Напротив Алисы присел на старый деревянный ящик Дегтярёв, который протянул руки к оранжевому пламени и, почувствовав тепло, потер ладони друг о друга и улыбнулся.

- Сейчас бы еще чего-нибудь перекусить, – жалобно произнесла Романова, понимая, что все припасы остались внизу в квартире, а следующий привал будет неизвестно когда. Майор СБУ подтащил к коленям свой рюкзак и, покопавшись в нем, кинул в руки журналистке банку с тушеным мясом.

- Трескаешь? – крикнул Светлый, выходя из одного из чердаков, наблюдая за тем, как Алиса открывает банку с едой. – Ну, трескай! Глядите-ка, что я нашел.

Старая лакированная гитара, поблескивала, отражая свет языков пламени. Наемник сел рядом с Алисой на импровизированный табурет, который оказался старой советской радиолой “Сакта”, пафосно перекинул из руки в руку инструмент и ударил по струнам. Раздался жесткий металлический гул.

- Расстроенная, – хмыкнул Дмитрий, пытаясь настроить гитару, зажимая пальцами левой руки то один, то другой аккорды.

Дегтярёв приподнял бровь и саркастично спросил:

- Ты решил концерт начать? Тут все псевдособаки сбегутся, не только “Монолитовцы”.

- Очень смешно! – Усмехнулся Светлый, наигрывая знакомую мелодию. – А в универе ведь сам просил научить играть. Неужели в СБУ отбили желание тянуться к искусству?

- Сейчас я тебе что-нибудь отобью посерьезнее, нежели тяга к искусству, -пригрозил военный, сжав кулаки.

- Ладненько, Сашок, – улыбнулся Светлов. – Ты же умный мальчик, знаешь, что со мной тебе не справиться. Насчет “Антидота” тебе уже известно, поэтому давай просто дождемся утра и пойдем к ЧАЭС, во избежание несчастных случаев?

- Играй, – согласилась Романова, откидывая пустую консервную банку назад, чувствуя, как захотелось спать.

- Вот! – засиял болтливый наемник,перебирая струны на гитаре. – Сразу видно, что человек творческий. Саня, давай водочки выпьем, чего ты как не родной?

Дегтярёву не нравилось все, что делал Светлов, но, надеясь на скорую расправу, он извлек из рюкзака бутылку водки “Казаки” и разлил по пятьдесят грамм в рюмки. Светлов сжал в руках шлюмку с алкоголем и произнес:

- За везение, поскольку за жизнь здесь пить глупо.

Стук стеклянных стопок отразился по крыше и затерялся в кронах деревьев, а Алиса полусидя, опираясь на свой рюкзак, уснула.

Рассвет щекотал ресницы, спина затекла и сильно болела. Захотелось размяться. Алиса открыла глаза и огляделась: парни уже были собраны для спуска и марш-броска к прачечной.

- С добрым утром, спящая красавица, – помахал рукой Светлый, привязывая к выступу на крыше веревку. – А мы уже подумали, что без поцелуя прекрасного принца не проснешься!

- Проснусь, Светлов, – ответила Алиса, быстро поднимаясь на ноги. – Сама справлюсь

- Вот такие принцессы пошли, – продолжил наемник, приобнимая девушку за талию . – Феминистка!

- Руки убрал, наемник! – Романова скинула руку Дмитрия и резко ударила его по щеке.

Светлый промолчал и лишь улыбнулся, прожигая холодным взглядом журналистку.

- Светлов, – предупреждающе заговорил Дегтярёв. – Давай без шуток. Сейчас спускаемся.

- Да с удовольствием, – сверкнул глазами Дмитрий. – Я первый, ребятки!

Все трое надели на спину рюкзаки, взяли автоматы и начали спуск. Алиса спускалась последней. Хорошо.

Когда мужчины уже коснулись земли, девушка подошла к краю и взглянула вниз. Семнадцать метров! Кошмар!

- Мама, – боязливо передернуло Романову, но делать нечего, пришлось спускаться.

В целом, спускаться было легче, чем подниматься. До третьего этажа все было ничего, а вот потом рука оскользнулась и девушка едва не упала вниз. Благо, что успела захватить веревку и продолжить спуск.

- Я так с вами скалолазкой стану, – не могла отдышаться Алиса, потирая горящие руки, коснувшись ногами земли.

- Пошли скорее, альпинистка-скалолазка, – ответил Дегтярёв, вручая ей в руки автомат СА “Лавину”.

Алиса зло посмотрела на оружие в руках, а затем все же поспешила пойти за сталкерами. Встреча с химерой доказала, что лучше плестись поскорее за мужчинами, во избежание проблем. Шагая по периметру госпиталя все думала, о том, как же им с Ванькой повезло: они не встречали почти никаких мутантов, ни вляпались, ни в одну аномалию, ни встретили, ни “Монолит”, ни наемников. Нет, ну наемников все-таки они встретили, но как им повезло, что там оказался Димка Светлый. По крайней мере, этот гад их не убил в первые двадцать минут пребывания в Зоне.

Видимо Зона любит вводить в заблуждение новичков и испытывать на прочность более опытных сталкеров.

Сталкеры шли впереди Алисы, все время, всматриваясь то в прицел автоматов, то оглядывая окрестности, но на удивление, во дворе госпиталя царила тишина. Лишь где-то вдали лаяли псевдособаки, рычали снорки, но на горизонте не было видно ни одного мутанта, а значит, что пока фортуна повернулась к ним лицом.

- Пока везет, – словно прочитал мысли Алисы Дегтярёв, оценивая ситуацию. – Но не расслабляемся! Дойдем до прачечной, а там – прямо до ЧАЭС. Вернемся живые, вот тогда и расслабимся.

- Расслабимся, Сашок, дома. – Светлый нахмурился и добавил. – На гражданке, а тут всегда война.

- На гражданке тоже не всегда мирно, – отозвалась журналистка. – Абсолютного мира нет нигде.

По пути, когда уже до прачечной осталось не более полукилометра, им встретились пятерка зомбированных.

- Так, просили веселье? – крикнул Светлый, вскидывая автомат. – Получайте!

Огонь из трех автоматов, быстро скосил бывших сталкеров, хотя пару ходячих мертвецов пришлось добивать в упор, чем и занялся Светлов.

Алиса закрыла глаза и отвернулась, она не могла свыкнуться с мыслью, о столь легком убийстве “бывших” людей.

Она вздохнула и спросила:

- Ну что? Пойдемте дальше?

Мужчины кивнули и двинулись в путь. Они молчали, видимо каждый из них думал о чем-то своем. Алиса думала о том, что скоро будет спасение. Так обещал Дегтярёв. Нужно было пройти сквозь заброшенное здание старого магазина “Березка” и за ним начиналась уже почти безопасная территория, где в здании прачечной их уже ждут бойцы Дегтярёва. Мысли вились в голове, а сердце радостно заходилось в предчувствии скорой свободы. Старый магазин был с выбитыми стеклами витрин, и стоял напоминанием того, что в этих землях не было ни мародерства, ни краж при уходе из города жителей. Холодильники, стеллажи остались в том же состоянии, в каком они и были 26 апреля 1986 года. Нет, ну сталкеры, естественно, там кое-чем поживились, но основа осталась прежней. Три человека прошли сквозь зал магазина и спустились в полуподвальное, подсобное помещение. Темно и холодно...

А еще почему-то страшно.

Алиса поежилась, как вдруг, у нее в ушах появился звон в ушах.

“Недосып и стресс дают о себе знать”, – подумала Алиса, потирая виски кончиками пальцев. – “Обычное проявление усталости”. Но девушка обратила внимание, что мужчины тоже начали озираться по сторонам. А видимо странное состояние не чудилось ей одной. Вдруг, пространство магазина словно вытянулось, а сознание, словно наоборот сжалось. В голове вспомнились самые ужасные события ее жизни: ссоры, ругань, драки, кровь, боль. Девушка схватилась за голову, которая казалось, сейчас взорвется. Снова сознание притянуло к неизвестному телепату, страх, высота, раны, удары, и через минуту девушку резко отбросило назад. Алиса потеряла равновесие. Она подняла голову и увидела гуманоида с гипертрофированной, огромной головой с печальными глазами. Он поднял одну руку перед собой, направив ее в сторону Светлого и Дегтярёва, а другую руку, которая была направлена в сторону, где стояла Алиса, он медленно опустил вниз. Спутники Романовой упали и схватились за головы, крича, видимо от невыносимой боли. Журналистка растерялась: взглянула на контроллера и вновь опустила глаза на его жертв.

“Если он телепат, то может читать мысли?” – не успела подумать Алиса, как у нее в голове раздался тяжелый хриплый голос:

“ Зачем вы пришли? Убирайтесь пока целы”, – ответил телепатически контроллер.

- Так отпусти их! – Крикнула Алиса и ее слова зазвенели в здании.

Проигрывать интеллектуальную дуэль никак не хотелось, поэтому девушка решила идти напролом. Она с вызовом смотрела мутанту прямо в глаза: получеловеческое лицо с выпученными чёрными глазами, гипертрофированный лоб, пульсирующие язвы-волдыри в районе висков. Тварь выглядела, как минимум, зловеще.

“ Ты считаешь, что ты можешь победить меня?” – прохрипел телепат.

“ Да”, – дерзко ответила Алиса.- ” Отпусти их”.

“Возможно, ты права”, – заметил мысленно телепат. – «Но сможешь ли ты победить своих друзей?”

Алиса сначала не поняла, о чем сказал мутант, но потом обернулась и ахнула: контроллер поднял руку и вместе с ней встали Светлый и Дегтярёв.

- Ах ты сволочь, – вслух сказала контроллеру Алиса и сделала пару шагов назад. Натравить на нее военных? Хорошенькая идея. Мужчины достали ножи из-за ремней и начали вертеть их в руках. Дело плохо, драться – это значит проиграть. С двумя мужчинами, которые сотрудники спецслужб и имеют такой боевой опыт, что ей и не снилось. А вот убежать....

Алиса развернулась и прочь помчалась от сталкеров. Снова сознание исказилось... Оказалось, что она не сдвинулась с места ни на шаг. Вот дрянь!

“Тебе не уйти” – послышался голос контроллера.

Алиса почувствовала, что может двигаться и сразу же прижалась спиной к стене. Какое-то резкое движение слева и девушка по инерции отклонилась в сторону. Светлый воткнул нож прямо около головы Романовой, если бы она не увернулась в последний миг, то все бы закончилось печально и очень быстро. Журналистка в отчаянии схватилась за нож, но вытянуть из дерева она его не смогла. А жаль, ведь хоть какое-никакое оружие в руках необходимо.

- Черт, – прошипела Алиса в ярости и отчаянии.

Позади вновь появилось движение. Убежать! Рванув от стены к выходу, Алиса почувствовала, как в очередной раз контроллер сыграл с ней в нечестную игру: ее ноги словно притянул к земле невидимый магнит, из-за которого она не может сделать и шага. Зато руки шевелились. Девушка потянулась к противоположной стене, на которой кроме большого осколка зеркала и старинной вешалки ничего не было.

«Убить»

Приказ прозвучал в голове у всех троих сталкеров, правда, для Алисы этот приказ оказался роковым. Вдруг руки Дегтярёва сомкнулись на ее шее. Дышать стало слишком тяжело. Романова перехватила руки майора, но разжать мертвую хватку парня не представлялось возможным. Особенно, когда ими управлял контроллер. Алиса в панике пыталась ухватиться за все, что можно, ее рука дотянулась до зеркала на стене, и чудом осколок оказался в ладони у девушки. Она сжала зеркало и что есть сил, ударила острием осколка по запястью Дегтярёва. Кажется, она перебила вену на руке майора Госбезопасности, но кровь быстро начала сворачиваться и за несколько секунд вовсе прекратилась.

« Прощай, неизвестный сталкер», – гулом отозвалось в голове Алисы то, что говорил ей телепат.

В глазах потемнело, а сознание стало покидать ее. Воздуха не хватало катастрофически. Еще удар по запястьям Дегтярёва. Кровь снова быстро сворачивалась.

«Чертов Антидот!» – подумала Алиса, вспоминая о возможности «Первого Антидота» быстро прекращать кровотечения, как тут ее осенило: антидот! Ее «Антидот» обладает свойствами пси-защиты! Вот почему контроллер не мог взять ее под контроль. А у Дегтярёва и Светлова «Антидоты» уязвимые для атак телепата, а если…

Романова прижала к своему запястью осколок зеркала, именно там где под кожей синела введенная иньекция и резанула острием по коже. Темная кровь закапала на пол и стекала по руке тонкими струйками.

«Что ты делаешь?»

Алиса не слушала контроллера и ударила по запястью Дегтярёва , сразу же подставляя над раной свою порезанную руку. Несколько капель ее крови успели попасть на порез руки военного, а девушка почувствовала, как слабеет хватка майора СБУ, его глаза становятся более осмысленными. Романова ударила его по рукам и жадно вдохнула воздух ртом, заходясь в кашле. Дегтярёв замотал головой и резко развернулся, глядя ошалело на мутанта, который, казалось, растерялся от неожиданной потери контроля в этой ситуации. Майор СБУ выхватил нож из-за ремня и бросился к контроллеру, который воздел руки к потолку и вновь попытался взять под контроль сталкера. Перед мутантом возник Светлов, который все еще был под гипнозом телепата, но СБУшник ловко вывернулся из-под ударов наемника, проскользнул ближе к контроллеру и резким движением снес гипертрофированную голову мутанта. Обезглавленное тело глухо свалилось на пол. Светлов на миг застыл на месте, а затем схватился за голову и присел на пол. Александр оглядел труп мутанта, взглянул на сидящего, на полу наемника и лишь затем, развернувшись, спросил:

- Что произошло?

- Вы умудрились попасть под контроль нашего умного друга, – отдышалась девушка, чувствуя, что поврежденное запястье начало неметь. – И чуть не прибили меня...

Агент Госбезопасности на миг закрыл глаза, а затем посмотрел на ее окровавленную руку. Без лишних вопросов он присел перед ней и достал из кармана бинт. Как только порез был забинтован, сталкер решился узнать:

- Как ты меня вывела из гипноза?

- Ну... – замялась Алиса. – Был способ…

- Что за дрянь тут происходит? – прорычал Светлов, поднимаясь на ноги, но все еще держась за голову.

Дегтярёв задернул свой рукав и, увидев белесые шрамы на своих запястьях, удивленно взглянул на журналистку, которая лишь вяло улыбнувшись, добавила:

- У меня же есть пси-защита?

- Черт подери, – рявкнул Дмитрий, переступая обезглавленное тело контроллера. – Это вот эта хрень нас под контроль взяла?

Алиса пошатываясь поднялась, опираясь на стену и произнесла:

- Давайте все-таки пойдем отсюда?

Девушка молча вышла на улицу из полуподвального помещения магазина. Ее спутники последовали за ней.

Вскоре, на горизонте появились очертания уже знакомой Алисе прачечной.

Рядом со зданием никого не было. Странно это. Обычно, здесь сталкеры курят. Но, Алиса не придала этому особое значение. Сейчас все-таки время не спокойное, черт его знает, что может случиться. Действительно, зачем рисковать? А как же отряд Дегтярёва?

- Постой, – произнес Светлый, вскидывая автомат. – Зачем нам заходить в прачечную?

- Нам нужно взять боеприпасы, – ответил Дегтярёв, останавливаясь перед дверьми. – Если их не взять, то к ЧАЭС мы точно не дойдем.

- Если тут будет засада, то я расстреляю и тебя и девчонку, – предупредил наемник, указывая на дверь. – Вперед!

Алиса, несмотря на свою невероятную слабость, очень радовалась тому, что они стоят перед этим зданием. Да, сейчас им помогут!

Ржавые двери скрипнули, и странники вошли внутрь. Вместо привычной военной формы, в которую были одеты рядовые спецотряда Ковальского и Дегтярёва, глаза резануло обилие серо-голубого.

Мысль, как вспышка: бежать!

Алиса рванулась, но было поздно. Автоматная очередь по кирпичной стене, подняла пыль в сантиметрах десяти от ее тела и отбила желание пытаться устроить побег. Дегтярёв тоже вскинул автомат ФТ-200М, но против наемников это бы не подействовало.

- Заходим, – скомандовал один из наемников, который судя по всему, был главным. – Не стесняемся.

Алиса оглянулась на Дегтярёва и Светлого: Александр явно не ждал этой встречи, но был настроен на бой, а вот Светлый молча стоял и глядел на потолок.

- Вперед! Живо! – рявкнул руководитель наемников.

Алиса шокировано оглядывала окружающих наемников: их было девятнадцать. Она молча опустила оружие и прошла за лидером наемников в главную залу прачечной. Она слышала как Дегтярёв, едва заметно задел ее рукой. Она подняла глаза и посмотрела на майора. Возможно, у него есть какой-то план?

- Оружие на пол, – приказал наемник, одетый в черный экзоскелет. Видно было лишь лицо неизвестного убийцы: лет тридцати пяти, с темными, короткими волосами и хищными, как у птицы глазами, которые вселяли Алисе страх.

- Может еще и паспорт отдать тебе, Хог? – Дерзко заметил Дегтярёв, выходя вперед .

Наемники напряглись и стали слышны щелчки, которые говорили о том, что автоматы сняты с предохранителей. Отступать было некуда. Где же отряд освободителей?

- На вашем месте, майор Дегтярёв, – расплылся в улыбке Хог, подходя к СБУшнику. – Я не стал бы надеяться, что мы не оттеснили ваш отряд, который пытался сюда попасть, – Хог ткнул пальцем в грудь Дегтярёва.

Алиса поняла, что спасения не будет. Это уже точно. Никто не придет и не поможет. На сей раз, наемники оказались куда сильнее, чем фортуна, которая единственная до этого момента помогала журналистке. Хог оттолкнул майора, подошел впритык к Алисе и заглянул в ее глаза, которые она отчаянно прятала:

- Носительница «Антидота». За тебя будут получены хорошие деньги.

- Деньги? – переспросила Алиса, подняв взгляд.

- Майор Светлов! – из полумрака прачечной вышел еще один командир наемников по имени Тесак. Коротко стриженый мужчина, с черными, как смоль, волосами, с голубыми глазами и, едва заметным шрамом на правой щеке. – Майор Светлов, каков будет приказ?

Алиса взглянула на Дмитрия, тот молча, расправив плечи, подошел к Тесаку и снисходительно глянув на подчиненного, приказал:

- Так, девчонку на операцию, а Дегтярёва оставьте в карцере….

- Светлый! – Алиса потеряла дар речи, и едва понимала, что тут происходит. – Что ты делаешь?

Раздался смех наемников. Все предельно ясно: он оказался у наемников главным. Майор Светлов, значит? Неплохо. Светлый улыбнулся и подошел к девушке, в который раз, легонько хлопнув ее по щеке:

- Свою работу, крошка.

Алиса растерянно взглянула на агента Госбезопасности, стоящего рядом.

В глазах у Дегтярева заиграли недобрые огоньки, а мощные руки сжались в кулаки. Скулы напряглись, и он нервно постукивал себя кулаком правой руки по бедру.

- Увести! – приказал Светлов. В тот же момент Дегтярёв рванул вперед, нокаутировав двоих наемников за пару мгновений, но сражаться с двадцатью опытными бойцами задание не из легких, поэтому весь пыл военного выбили несколькими ударами прикладов автоматов, а Алису потащили куда-то вниз-вниз.

Все дальше и дальше от света.

====== Часть 6. Ложь. Житель Припяти. ======

Глава 6.

Житель Припяти

Небеса стремительно окутывали сумерки. Вдали все еще краснел закат, отступая и прячась за деревья, навечно уснувшей Припяти. Последние блики – и над головами путников сомкнулась беспросветная тьма.

- Черт! – Выругался Дегтярёв, который выглядел довольно бодрым, для человека, который прошагал несколько десятков километров и пережил столько приключений. Хотя под его карими глазами залегли тени, голос стал тише, но движения все же были быстры и точны. Вот что значит, военная подготовка. По его виду можно было сказать, что он не нуждался в отдыхе.

Чудеса?

Или обычная привычка к такому ритму жизни?

Алиса взглянула в небеса: черные, как смоль и, кажется, видна каждая звезда. Да-да! Я не шучу. В городе не видно и половины этих мириад созвездий. А здесь, вдали от цивилизации, где нет ни фонарей, ни прожекторов видно все небо.

Божественно!

Если бы не целые своры ужасающих мутантов, готовых напасть в любой моменты, толпы зомбированных, жаждущих расстрелять любого, кто попадется им под руку или группу сталкеров, вышедших за хабаром и не побрезговавших застрелить случайно засмотревшуюся на звезды девчонку, то можно было бы устроиться на крыше. Плевать семечки или еще лучше есть черешню, и пулять косточки, наслаждаясь этой красотой. Вот это жизнь была бы! Алиса даже как-то неловко засмотрелась и остановилась напротив одной из пятиэтажек, расположенной около госпиталя. Припятская больница была одной из тех сотен клонов-зданий, которые строили в середине шестидесятых в промышленных городах. В одном Ростове их штук семь! Строение с полукруглым заездом для скорой помощи, стеклянный коридор, соединяющий приемный покой и сам госпиталь. Стандартное четырехэтажное здание с маленькими окнами и крошечными палатами. В общем, кто лежал – тот знает, насколько скупа и убога советская постройка для больных, но если тебе нужно спастись от неожиданной напавшей хвори, то и такое помещение вполне подойдет для того, чтобы поваляться в нем недельку-другую.

- Крошка, – неожиданно прошептал на ухо Светлый, так что Алиса невольно вздрогнула и схватилась за нож. – Мечтать дома нужно. Здесь нельзя никогда упускать из вида ситуацию. Ни на минуту. И ножик убери, – Дмитрий взял руку девушки и вместе с ней аккуратно вложил оружие в ножны. – Ведь все-равно не знаешь куда бить, чтобы нейтрализовать противника. Так ведь?

«Вот же гад!» – подумала девушка. – « Постоянно подтрунивает над ней. Еще эта вечная насмешливая улыбка .»

- Откуда ты знаешь? – вскипела Алиса от испуга и рывком выдернула свою руку из ладони наемника. – Что я дура? К слову, я еще живая, а значит, пари ты не выиграл!

- Нет, конечно, не дура, – рассмеялся Дмитрий, хлопнув по щеке журналистку. – Просто ты девушка, у тебя силы нужной нет. Кстати, я уже выиграл: кто повис на проводах в путепроводе, как колбаса на крючке? Если бы не я, то ты бы уже поджарилась на электре, причем по моим подсчетам, раза два или три. Так что рассчитаемся по счетам, как только я придумаю, что загадать в качестве своего подарка.

Голубые глаза засверкали и наемник, подернув плечами, зашагал вперед за Дегтярёвым.

Девушка стояла одна в спускающейся темноте города-призрака, открыв рот от недоумения и негодования: он выиграл? Но, как не прокрути эту ситуацию, получалось, что наемник был прав. Переправа по проводам, действительно, стала бы для нее роковой, если бы не этот болтливый солдат группировки «Наемники». Но смириться с этим поражением было очень тяжело, тем более, она даже не предполагала, что потребует взамен Светлый. Хотя знала, что ничего приятного в этом призе для нее не будет. Плюс ко всему этому, в голове звенели слова «Монолитовцев»: «найдите и воздайте тела тех, кто имеет на челах своих отметки! Ведите их и воздайте кровь неверных священному Монолиту!» Что за отметки? Может какие-то печати или татуировки? Но кто в трезвом уме и доброй памяти будет оставлять у себя на теле отличительные знаки здесь в Зоне? Бред какой-то!

- Журналистка! – Крикнул развернувшийся Александр. – Тебя там кровососы еще не сьели? Давай скорее догоняй, если жить хочешь.

- Да ну вас! – кинула Алиса и стремительно пошла вперед, не обращая внимания на своих спутников.

Вот так разозлилась на себя, что на другие ни за что пострадали. Идиотский характер! Хотя, как ему не быть идиотским, если ее два раза по имени назвали. Это глупая привычка давать всем клички в этом месте? Или просто считают за «глупую бабу», которой ни за что не выжить в этих землях. Хотя, по-хорошему, тут особого ума не нужно: необходимо безграничное везение и постоянная улыбка фортуны, а по-другому – никак.

Дегтярёв лишь вопросительно поднял брови и включил детектор “Сварог”. На темном экране светились две точки, аномалии, жарки, которые находились в одном из подъездов хрущевок. Ничего страшного, в общем, если уметь обходить данные препятствия, а если такового навыка нет, то тебе крышка, капут и конец, причем самый болезненный и мучительный, который смогла придумать матушка-природа. – Я смотрю, ты так и хочешь покончить жизнь самоубийством? – рассмеялся Светлов, глядя на быстрый шаг Романовой. – Тогда расскажешь, больно это или нет, хорошо? Алиса понимала, что поступает глупо и, отойдя на несколько десятков метров, она остановилась. Если бы не парни, то ее бы схрумали мутанты еще три дня назад, как только они пришли на территорию Зоны Отчуждения ЧАЭС. Иногда приходится смириться с тем, что кто-то сильнее тебя и точно повторять то, что он говорит. Такова жизнь и ничего не поделать. Чтобы выжить в этих экстремальных условиях, нужно было выполнять все требования украинца-спецагента и болтливого наемника. Та еще компания! Особенно, если учесть тот фактор, что каждый из них потенциальная жертва друг друга. К слову, Алиса до сих пор не знала, о чем договорились Александр и Дмитрий и на каких условиях они терпят друг друга и не выстрелили в спину неприятелю, разорвав договор? А еще было неизвестно, зачем они тянут за собой огромную обузу, которую представляла не подготовленная для переходов и жизни в военных условиях журналистка? Несмотря на все, Романова, развернулась и решила подождать сталкеров именно на этом месте, но неожиданный звук, точнее звон заставил ее обернуться: ничего, но навязчивый звон все еще донимал ее. Снова показалось или что-то зашевелилось в кустах, у нее за спиной. Алиса обернулась вновь – тишина. Наверное, это нервный тик уже, вперемешку с манией преследования. Но на всякий случай, девушка достала небольшой ножик, который она нашла у себя в кармане-невидимке на предплечье. Комбинезон «Сева» все-таки очень продуманная вещь! Алиса развернулась, решив не искушать свою судьбу, и быстро зашагала к своим попутчикам. Всего на метров двадцать отошла. Сейчас она подойдет к ним и … Громогласный рык – и что-то сбило девушку с ног, прежде чем она успела полностью развернуться на странный шум позади себя. Удар мощными лапами в грудь вышиб весь воздух из легких, и Алиса упала навзничь на холодную землю. Сейчас девушка даже не помнила, о чем подумала моментом ранее, теперь ее мысли занимал образ мутанта, который напал на нее из-за спины: четвероногого существа с двумя головами, одна из которых недоразвита, но обе морды скалили зубы, оглядывая своих жертв. Мощная тварь давила всем своим весом на плечи девушки, рычание и жуткое дыхание. Алиса взмахнула рукой и всадила мутанту в голову нож по самую рукоятку. Тварь даже не взревела, а лишь повернулась к журналистке другой головой.

“Химера!” – вспомнилось описание самого опасного мутанта Зоны, которого описывал у себя в дневнике сталкер Гонта, и вот тут у Романовой вырвался крик полный страха и отчаяния, звон которого отразился от пустых стен домов улиц Припяти.

Все сталкеры остерегались встречи с этим хищником: у химеры дублирована система внутренних органов (в том числе и мозг, но один, как и голова, недоразвит), что позволяет ей легче переносить травмы — если ей повредить одно сердце, другое продолжит функционировать. Клетки химеры способны к быстрой регенерации, как небольших царапин, так и повреждённых конечностей. Чрезвычайно умная, сильная и хитрая тварь; считается одним из опаснейших хищников Зоны. По слухам некоторых может разговаривать и читать мысли, но подтвердить это было некому, поскольку обычно, встречи с этим ночным охотником становились для ее жертвы последними в жизни. Мутант видимо ждал именно этого момента, когда Алиса закричит, признавая превосходство врага: химера оскалилась, услышав крик, и занесла огромную когтистую лапу над шеей девушки. Выстрелы. Мутант зарычал и замотал головой, точнее головами. Капли крови упали на лицо Алисе, сердце, казалось, выпрыгнет наружу. Несмотря на то, что в Припяти было уже темно, но Романова смогла разглядеть, как затянулись раны от выстрелов на шкуре химеры. Мутант крепко стоял над своей жертвой. Каждый сталкер знал, чтобы убить химеру нужно, как минимум, стрелять в нее из пулемета, а самое действенное, это ручной гранатомет или просто гранаты. Алиса это понимала и знала, что ее попутчики думали именно об этом способе уничтожения, но что они решили делать, чтобы спасти свои жизни и наверняка прикончить мутанта? Пожертвовать Алисой и сразу кинуть гранату, или подождать пока химера сама расправится с жертвой, а потом выдернуть чеку? Химера, видимо, тоже знала это, недаром это один из самых опаснейших хищников Зоны, и потому она вновь выпустила когти и взмахнула лапой. Алиса зажмурилась: как это будет? Она убьет ее с одного удара? Или же нет? Смерть будет быстрой? По-крайней мере, девушка надеялась, что долгой предсмертной агонии не будет. Когда приходится выбирать между смертью и быстрой смертью – соглашайтесь на второе, поскольку конец одинаковый, а мучиться не очень хочется. Алиса зажмурилась и приготовилась принять последний удар, как в голове послышался хрипловатый женский голос, будто бы он был очень прокурен и скрипел, словно старая дверь: ” Я расправлюсь с тобой быстро, вот только этот человек.… Но он не успеет меня опередить». Внезапно тяжесть с плеч, в буквальном смысле, исчезла. Романова открыла глаза: Светлый с разбега сбил химеру с Алисы и присел перед ней, смотря мутанту в глаза, на одном уровне. Алиса приподнялась на локтях: она не верила своим глазам. Как химера еще не разорвала Дмитрия? Почему она не нападает? Светлов сидел перед ней и словно разговаривал с тварью, только без помощи слов. Химера скалила морды и мотала головой, а парень, спустя минуту незаметно вытащил нож из кармана и, вскакивая на ноги, крикнул: – Если не хочешь – получай! Химера взревела и подогнула задние лапы, готовясь к молниеносному броску. Светлый уловил моменты прыжка мутанта и перекатился вперед, подкатываясь прямо под брюхо неуловимой твари. Удар ножом – в брюхе химеры появилась большая рана. Девушка следила за тем, как быстро двигается наемник, ведь раньше она этого не замечала. К ней подбежал Дегтярёв и помог подняться и отбежать не безопасное расстояние, но словно лишь Светлов и химера двигались в ускоренном режиме, в то время, как весь мир снова застыл.

- Ты как? – спешно спросил Дегтярёв, осматривая Романову. – Цела?

- Цела-цела, – выдохнула Алиса. Она не смогла отвести взгляда от смертоносного боя человека и хищника Зоны, который были равны по силам и кружились в смертельной схватке. – Как он может сражаться с ней? – спросила Алиса, хватая за рукав агента Госбезопасности.

Дегтярёв достал гранату из кармана брюк и пожал плечами, рванув вперед:

- Не знаю. Стой здесь!

Химера в очередной раз прыгнула, покрывая сразу с десяток метров , взмахнув острыми, как ножи, когтями, которые рассекли воздух в паре сантиметров от головы наемника. Светлый улыбался и перебрасывал из руки в руку тот самый «Пластунский нож», который он обещал в подарок Алисе, если она выберется живой из Припяти. Взгляд мужчины горел, а щеки пылали. Хищник развернулся и застыл напротив своего противника, буравя его взглядом.

- Сложно сражаться против равного противника? – усмехнулся Дмитрий, зажимая в зубах окровавленный нож, одновременно доставая из кобуры пистолет.

Химера угрожающе зарычала: видимо ей надоел бой с человеком, который длился непривычно долго для мутанта. Обычно этот монстр убивал людей за пару минут и лакомился свежей человечиной, но в этот раз было все не так просто, даже несмотря на то, что у людей не было ни гранатометов, дающих видимое преимущество, ни мощных бронебойных зарядов для автоматов. Именно с этими боеприпасами ходили охотиться все охотники, которые выжили при встрече с подобными особями. Мутант снова прыгнул и Алиса, опиравшись спиной на дерево, заметила с какой скоростью, и на какую длину прыгает тварь и даже невольно восхитилась тем, что Зона сделала такое сильное и ловкое животное, правда, которое приносит человечеству одни беды и смерти. Светлый сделал пару выстрелов из крупнокалиберного пистолета «Черный ястреб», но как только все пули из магазина были выстреляны в хищника, наемник выхватил из зажатых зубов нож и рванул наперерез мутанту, который решил, напасть на двух спутников Дмитрия. Химера хищно взглянула на Алису и в голове снова послышались ее мысли:

« Он силен, но я сильнее и сделаю ему больно не физически, а морально»

Девушка увидела, как химера приготовилась к прыжку, затем журналистка взглянула на поливающего свинцом тело мутанта Дегтярёва, а затем ей ничего не оставалось, как закричать и попытаться убежать, но химера уже взмыла в воздух в высоком прыжке. Убежать от такого убийцы просто не представлялось возможным. Теперь прыгнул Светлов: он оставил глубокую отметину ножом на незащищенном животе твари. Химера взревела из-за глубоких ран на брюхе и приземлилась куда ближе, чтобы расквитаться с обидчиком. Один – другой удар лапой, а наемник, увернувшись от смертоносных когтей, упал под химеру и, вонзив нож ей в щеку, рванул его к противоположной части пасти. Земля залилась темной кровью. Самый опасный хищник взвыл от невыносимой боли, когда наемник рванул на себя почти отрезанную от черепа челюсть мутанта, химера прыгнула в сторону. Светлов нанес еще несколько ударов, один из которых пришелся по одному из сердец мутанта с дублированными органами. Тварь ревела и пыталась увернуться от очередных ран, но все же ей удалось отскочить и нанести удар по своему противнику, когда Светлый лишь на миг отвлекся, глядя за дерево.

- Пси-собака! – успел прокричать Светлов, как химера, улучив момент, одним ударом мощной лапы сбила наемника с ног.

Дмитрий отлетел на несколько метров и, ударившись о дерево, упал на землю. Химера явно ослабла, Светлов поработал на славу, он все же как-то умудрился сломать ей нижнюю челюсть, которая теперь безвольно болталась на остатках мышц и кожи на ее морде. Дегтярёв оглядывался вокруг себя, но не мог найти источник пси-излучения, про которое сказал Светлый. Напротив, звон, свидетельствующий о наличии мутанта, обладающего телепатическими способностями, исчез, и теперь необходимо было попытаться уничтожить более реального врага. Прихрамывая, израненная химера развернулась в ту сторону, где стояли Алиса и Александр.

- Отвлеки ее! – приказал Дегтярёв скидывая с плеча рюкзак.

- Как? – растерялась девушка.

- Беги! – прокричал СБУшник и Алиса, словно пораженная силой его слов, сорвалась в бег.

Оборачиваться было страшно, поскольку за спиной четко слышались тяжелые шаги мутанта, бросившегося вдогонку. Видимо прыгать химера уже не могла, поэтому решила бежать за жертвой. Но любопытство страшная вещь: Романова оглянулась на мутанта, который был от нее примерно в тридцати метрах, и не заметив ветки, девушка споткнулась и очутилась на земле, проклиная себя за невнимательность. Химера быстро сокращала расстояние: двадцать метров, десять метров, пять…. Алиса вскочила на ноги, пытаясь увернуться от быстрого и, вероятно, смертельного удара массивной лапой, но перед ней, в подкате, подняв пыль с земли, появился Дегтярёв. Он рванул зубами чеку и, воспользовавшись, случаем, что химера была увлечена охотой на другую жертву, поднырнул под брюхо зверя и заткнул гранату прямо в глотку хищнику. Из-за сломанной челюсти, химера никак не могла избавиться от опасного предмета, грозящего разнести голову животного за считанные секунды. Зверь попятился назад и начал трясти головой и бить себя лапами по глотке. Она разрезала своими же когтями свою плоть. Дегтярёв быстро поднялся с земли и рванул прочь от мутанта. Алиса решила последовать примеру военного и побежала вперед.

- Вниз! – рука майора службы безопасности Украины рванула за руку девушки и Романова подчинилась, прильнув к земле, и тотчас закрыла голову руками.

Жухлая листва, пыль и запах земли. Плохая идея валяться на земле в одном из самых зараженных радиацией городов в мире, но если выбирать между тем, чтобы взорваться на гранате или полежать на радиоактивной земле, то радиация становится не такой страшной. Послышался гулкий взрыв и земля содрогнулась. Алиса, спустя пару минут, уперлась руками в землю и поднялась, оглядываясь и надеясь, что граната сработала надежно и теперь самый страшный мутант Зоны не страшен. Залитая кровью земля и остатки плоти зверя. Журналистка почувствовала стремительно нарастающий приступ тошноты. Александр тоже вскочил на ноги и тут же снял с предохранителя автомат, чтобы быть готовым к встрече с неприятелем. Оценив ситуацию, майор быстро сказал:

- Пошли. Нам нужно срочно попасть в безопасное место.

Алиса оглянулась и снова согласно кивнула. Подчиняться приказам СБУшника уже вошло в привычку. Дегтярёв оглядывал с опаской темные улочки Припяти, где везде могла притаиться очередная неведомая зверушка, решившая перекусить ночью парой аппетитных сталкеров.

- Он выживет? – спросила Алиса у Александра, едва завидев лежащее бездыханное тело наемника.

- Посмотрим, – уклончиво ответил Дегтярёв, присев на корточки и пробуя пульс у Светлого. – Живой. Сейчас возьмешь наши автоматы и поможешь мне дверь в подъезде открыть.

- Хорошо, – согласилась девушка и закинула на спину автомат ИЛ86, принадлежащий Светлому и бельгийский автоматно-гранатометный комплекс ФТ-200М Дегтярёва. Алиса взглянула на раненного наемника: рана, оставленная химерой на груди у парня, была пугающе большой: четыре ровных пореза, сантиметров двадцать каждый. Синяя форма наемника была пропитана кровью.

Она отвернулась, пытаясь отогнать глупые мысли. Светлый выживет. Несмотря на то, что он убийца, подлец и каналья, но смерти ему девушка не желала. Алиса встала и огляделась снова, ища потерянные предметы в бою с химерой: в радиусе десяти метров земля была забрызгана кровью мутанта, где-то висели клочки плоти химеры. Под ногами девушки лежало что-то темное, похожее на …. Романова брезгливо шагнула назад: это было одно из сердец химеры, которое до сих пор продолжало сокращаться, не осознавая, что его хозяйка уже давно мертва. Очередная дурная мысль: если бы не Дегтярёв со Светловым, то здесь бы валялись останки не химеры, а Алисы, поскольку самой спастись от этого опасного хищника, журналистке бы точно не удалось. Стало по-настоящему жутко. Ночная Припять уже не казалась такой дружелюбной и романтичной. Напротив, казалось, что из-за каждого куста, дерева, окна ей в затылок всматривается еще более страшный монстр. Думать и смотреть на звезды расхотелось раз и навсегда.

- Все взяла? – спросил Дегтярёв, который поднял Светлова и закинул наемника на плечо.

- Третий подъезд, пятый этаж, – Александр кивнул на близлежащий многоквартирный дом, слепо смотрящий на них выбитыми окнами или разбитыми стеклами.

- Хорошо, – промямлила журналистка, оценивая, с какой легкостью военный поднял на плечи совсем не легкого Светлого.

«Они тут все на стероидах сидят что ли?» – подумала Алиса, снимая с предохранителя автомат и достав, на всякий случай, из кармана нож.

Путь был бессовестно прост: пройти несколько десятков метров, прикрывая спину Дегтярёву, потом подняться на пятый этаж. Все просто. Кажется... Кажется, в кустах кто-то есть.

Любой шелест листвы воспринимался, как сигнал тревоги. Особенно, если учесть, что именно оттуда исходил источник пси-излучения, когда химера была еще жива.

- Дегтярёв, скорее, – прошептала Романова, замечая за собой, что тоже начала называть своих спутников по фамилиям. – Там кто-то есть еще, – девушка указала в противоположную сторону пятиэтажки.

Алиса едва успела договорить и увидела, как из темноты на нее летит автомобильный капот старенького “Москвича “, стоящего неподалеку. Корреспондентка быстро присела вниз, и часть кузова автомобиля пронеслась над головой. Романова могла поклясться, что видела, как этот чертов капот, сам взмыл в воздух! Без чьей-либо помощи! Что за чертовщина?

- Автоматы держи, – заорал Дегтярёв, стоящий в дверях подъезда хрущёвской пятиэтажки. – Вырвет из рук, смотри!

Алиса наконец-то догадалась, что за мутант притаился в припятском мраке. Бюрер, чертов ублюдок! Уродливый толстый карлик, ростом около метра с сильно морщинистой кожей, который не любит честных боев и нападает, как правило, издалека. Гравитация – главное оружие этих ходячих патологий. Бюреры любят метать издали в сталкеров предметы, близлежащие рядом, а подходя ближе, вырывают предметы из рук. Особенно любят вытащить из рук оружие, а потом запустить его своей жертве в голову. Именно это и планировал сделать карлик-мутант: Алиса почувствовала, как автомат, зажатый в руках, буквально вылетает из рук. Действие было похожим на магнетизм: будто бы на другой конце Припяти, кто-то включил огромный и очень сильный магнит, который притягивает к себе все металлические предметы.

- Свет! Он его боится! – послышался голос Дегтярёва. – Фонарик включи!

С каждым шагом приближения бюрера к Алисе, гравитация становилась сильнее. Романова прижала к себе двумя руками автомат и достала из кармана фонарик. Сверху уже начали сыпаться небольшие куски кузовов автомобилей, части окон, ветки деревьев. Бюрер не хотел проигрывать этот бой. Но Алиса тоже надеялась на победу.

- Держи, тварь, – прошипела Алиса, включая фонарик и, направляя луч света на мутанта. – Всем выйти из сумрака!

Бюрер завыл, в прямом смысле этого слова, и снял защитное гравитационное поле вокруг себя. И тут Алиса уже не растерялась. Автомат, надежно зажатый в руках девушки, выдал очередь свинцовых пуль, которые повалили бюрера за несколько секунд. Победа! Она сама справилась с этим мутантом! Но радость была не долгой, поскольку здравый смысл говорил, что из-за стрельбы, сюда сбегутся еще более страшные хищники. Нужно ждать рассвет, чтобы пройти хоть метр Чернобыльской территории без таких приключений. Ночью Зона начинала жить по абсолютно другим правилам. Алиса развернулась и стремглав понеслась в подъезд дома. Она нагнала Дегтярёва на третьем этаже.

- Ты в порядке? – осведомился майор, таща на себе раненного Светлова. – Это бюрер был? Да?

- То есть ты был не уверен, что это бюрер? – охнула девушка, думая, что если бы Дегтярёв ошибся насчет совета, то ей бы несдобровать.

- Ты думаешь, что тут можно быть уверенным на сто процентов? – хмыкнул СБУшник. – Я понадеялся, что это бюрер.

- В смысле? – переспросила девушка. – А если бы…

Майор СБУ улыбнулся и добавил:

- Если бы это был не бюрер, а, например, контроллер, то тебе была бы крышка.

Алиса долго пыталась понять, что она больше сейчас хотела: убить Дегтярёва или все-таки сказать ему «Спасибо», но не найдя верного пункта, решила просто промолчать. Впереди на лестничной площадке маячила широкая спина агента Госбезопасности, на которой лежал раненный Светлов. Несмотря на то, что нести на себе взрослого мужчину было не легкой задачей, Дегтярёв быстро поднимался вверх по лестнице. Алиса еле поспевала за ним.

Точнее, совсем не поспевала.

Кто придумал, что нужно подниматься на пятый этаж? Конца и края не было этим бесконечным ступенькам, а так хотелось очутиться в безопасности. Зато Алиса заметила, что как-то она стала легче выносить долгие переходы и бега. Если бы раньше ее заставили пройти с десяток километров, а потом подняться на пятый этаж без лифта, то журналистка бы упала замертво на втором километре. Ну, есть же машины, мотоциклы, лифты, эскалаторы, на худой конец, велосипеды. В общем, не сказать, что девушка была развалиной, но и первой спортсменкой не была тоже. После перехода по путепроводу, она стала куда выносливее, чем была раньше. С чем это связано? Может радиация? Да ну, навряд ли.

- Идешь? – спросил Дегтярёв. – Давай, немного осталось.

Девушку искренне удивлял Александр, он в любой ситуации мог помочь каждому и выслушать каждого. Но иногда его хотелось убить за бесконечные приказы и подколы. Одни знают его, как «Легенда Зоны», другие хотят расстрелять при первой встрече. Что не говори, а уникальный человек! Хоть и достает Алису частенько, но он не раз приходил на помощь бестолковой Ростовской девчонке, которая за три дня пребывания в Зоне смогла бы умереть раз двадцать пять, не меньше.

- Иду, – отозвалась Алиса, игнорируя свои мысли.

- Давай быстрее, – поторопил ее мужчина. – Иначе яд химеры слишком сильно в крови распространится.

- Яд? – уточнила Романова.

- Яд-яд, – хмыкнул военный, поднимаясь на еще один пролет. – Ты думала, что химера убивает своим адским обаянием?

Девушка замолчала и попыталась подниматься быстрее. В подъезде пахло пылью и сыростью, собственно, как и в остальных подъездах нашей великой страны. Минусом было то, что путь освещался еле живым фонариком, и ничего почти не было видно. Стандартные серые бетонные ступени, местами из которых уже виднелись куски арматурной сетки. Алиса подняла фонарик вверх: паутина окутала потолочные своды и старинный плафон, который раньше освещал лестничную клетку припятской хрущевки.

Грохот слева.

Алиса вздрогнула и схватилась за автомат, готовясь отразить нападение неведомой твари.

- Черт! – выругался майор. – Это я почтовый ящик зацепил плечом. Не обращай внимания.

Алиса молча кивнула и посветила на стену: действительно, ящик с номером «36» рухнул на лестницу, обнажая истинно голубой цвет подъездной покраски. А еще буквы под свет фонарика попала надпись, нацарапанная на стене или ножом, или дверным ключом:

“Прости меня, мой дом родной”.

Стало тоскливо на душе. Тяжело ли было покидать свои дома в тот самый день, двадцать седьмого апреля одна тысяча девятьсот восемьдесят шестого года? Временная эвакуация. Вспомнилось видение или сон, которое явилось Алисе, когда был выброс, и она выпила капсулу с тетрадотоксином.

- Открывай дверь, журналистка, – произнес Дегтярёв, пытаясь не шевелить раненого Светлова.

- Ой, сейчас, – пролепетала девушка и толкнула рукой деревянную дверь, с номером «43».

То, что она увидела, ее поразило: словно эту квартиру покинули только вчера. Все было на месте, везде чисто, это было видно даже в полумраке комнат, поскольку за окнами была уже глубокая ночь. Александр втащил Светлого в небольшой, но уютный зал, уложил его на застеленную софу и сразу начал доставать из своего рюкзака необходимые медикаменты.

- Режь комбинезон, – приказал майор Алисе, вручив ей острый нож. – Если ткань попала в рану, то не трогай.

Романова без лишних слов взяла нож и начала разрезать тяжелый усовершенствованный комбинезон «Сева», выполненный в цветах группировки «Наемники». Отрывая металлические пластины, защищающие грудь наемника, Алиса увидела, что металл, шириною в сантиметр, был разрезан когтями химеры.

« А что же с человеком ее когти сделают?» – мелькнули мысли у девушки, представляя свою руку, вместо металла. Алиса невольно поежилась.

- Журналистка, скорее, – поторопил ее майор Дегтярёв, отдавая ей в руки целый ворох бинтов и шприцев. – Подержи бинты, а я руки помою. И тебе советую.

- Тут вода есть? – удивилась Алиса. – А она не зараженная?

- Нет, здесь все в норме, – натяжно улыбнулся Александр и прошел в ванную, где стало слышно, как бежит вода из крана. – Припять – самое безрадиационное место в мире. Ты же знаешь.

Девушка хмыкнула и откинула кусок комбинезона «Сева» с груди наемника, а затем разрезала насквозь промокшую кровью нательную майку Дмитрия. Взгляду открылись четыре глубоких и рваных пореза, которые сильно кровоточили. Алиса разорвала одну упаковку бинта и прижала к ране, пытаясь остановить кровотечение. Светлый издал тихий стон. Видимо боль сильная.

- Терпи, наемник, – проговорила Романова. – А то проиграешь наш спор.

Внезапно веки Светлова задрожали, и он на миг открыл глаза:

- Черт, мы где? – прошептал он, кривясь от боли. – Крошка, ты как?

- Молчи, наемник, – Алиса вздрогнула, когда увидела, что после каждого слова Дмитрия, кровотечение из ран на груди становилось сильнее. – Мы в безопасности.

Светлый даже попытался улыбнуться, как его лицо исказила страшная гримаса боли, и он потерял сознание. Бинт промок насквозь, а струйки крови потекли по ребрам наемника.

- Дегтярёв, скорее! – прокричала Алиса в панике.

В дверях появился майор, с его рук капала вода. Он тут же встал на колени перед раненным и быстро сказал:

- Скорее! Достань аптечки, – он стремительно развернул свежие бинты и начал промокать их водкой “Казаки”. Длинные и жесткие рукава комбинезона “Сева” жутко мешали оказывать медицинскую помощь.

- Черт! Скорей расстегни комбинезон!

Алиса бросила аптечки рядом с софой на пол и принялась расстегивать комбинезон “Сева” с которым она не подружилась с самой станции «Янов».

- Где кнопка для расстёгивания? – спросила девушка, ища пальцами небольшую зеленую кнопку на спине майора СБУ.

- Ничего сама сделать не можешь! – укорил ее Дегтярёв и сам нажал на клавишу расстегивания, расположенную под воротником. – Стащи рукава, живо!

Алиса стянула с рук военного комбинезон и опустила тяжелую прорезиненную ткань верха экипировки на пол. Через несколько секунд Дегтярев остался в черной борцовке, а его руки были в крови Светлова.

- Мой руки беги, – закричал Александр, оценив серьезность раны. – Шить придется! Сама сними комбинезон, мешать только будет.

Алиса помчалась в ванную, судорожно нащупав мыло, включила холодную воду. Найдя заветную клавишу на своем комбинезоне, девушка выпрыгнула из тяжелой экипировки, оставаясь в легкой маечке с коротким рукавом и защитных брюках. Затем, Романова вбежала в зал: Дегтярёв уже обработал раны и прокаливал огромную кривую медицинскую иглу над огнем спички.

- Держи, – кинул в руки Алисе пузырек с перекисью водорода. – Лей, когда я буду зашивать?

Романова кивнула и раскрутила крышечку пузырька. Майор вздохнул и начал сшивать рваные края раны. Все получалось ловко и быстро. Алиса заливала проколы перекисью, которая шипела и пенилась, капая на старый паркет на полу. Всего наложили двадцать швов на четыре пореза, а затем поверх ран наложили бинты с дезинфицирующей мазью.

Часы на стене, говорили о том, что уже полвторого ночи. Дегтярёв обмотал нить вокруг иглы и убрал все медикаменты в свой рюкзак. Алиса молча глядела на гору окровавленных бинтов, лежащих на полу, затем ее взгляд привлекла одна особенность.

- Смотри, – дернула девушка за рукав военного. – Что это?

Дегтярёв тоже взглянул на правое плечо наемника, где всего пару мгновений назад была глубокая царапина, а сейчас она начала затягиваться прямо на глазах. Ткань стала светло-алой и очень плотной, будто бы она уже начала рубцеваться, как после недели хорошего лечения.

- Что это? – повторила Алиса.

Дегтярёв нахмурил брови и осмотрел запястья Светлова, затем шею, а после, наклонился и осмотрев его правый бок, шумно выдохнул и сказал:

- Черт! У него «Антидот Химеры»!

Военный вышел из зала, а Алиса тоже попыталась увидеть этот «Антидот Химеры». Заглянув с другой стороны софы, она увидела, что у Светлова по всему правому боку была наколота татуировка в стиле «Трайбл»: черные массивные узоры, переплетались между собой и заходили на руку наемника, а в самом центре рисунка, точно под кожей, была черная точка, введенная не тату-машинкой, а шпирцем. Алиса взглянула на отметку Светлого и на свое запястье, где находилась точно такая же, только синяя точка.

« Это и есть «Антидот»?» – подумала девушка. – «Значит, он есть не только у меня?»

Романова решила разузнать, что это вообще такое и, накрыв одеялом, спящего наемника, вышла на кухню. Комнату окутывал дым сигарет, на табурете за небольшим кухонным столом сидел Дегтярёв. Красный огонек сигареты тлел в полумраке, освещая лицо мужчины, при затяжке. Даже в темноте было видно, что вся мебель, все предметы сохранились еще с советских времен. Даже радио, которое она видела только у бабушки в деревне, было такое и, кажется, оно ловило какую-то волну.

- Садись, – проговорил Александр, гася сигарету о пепельницу, открывая форточку. – Уже десять лет не курил, а тут сорвался...

В окно ударил свежий, холодный ночной воздух, принося с собой звуки ночной Зоны: вой псевдособак и крики неизвестных птиц.

«А летающие мутанты бывают?» – подумала девушка, но тут же отогнала глупую мысль, наводящую страх.

Алиса села напротив военного. Столик был очень маленьким: на нем едва умещались чайник, пара кружек и тарелки. За спиной Романовой грохотал холодильник «Бирюса». Печка, пара шкафов на стенах и газовая колонка – все предметы, уместившиеся на маленькой территории. Из-за облаков вышла луна, яркая и такая круглая, освещая лица сталкеров.

- Ты это... Можешь курить, если хочешь,- проговорила Алиса, пытаясь не выболтать сразу все, что необходимо было спросить.

- Да, нет. Спасибо, – улыбнулся Дегтярёв, впервые поблагодарив девушку, которая смирилась с «солдафонским нравом» военного. – Надо беречь здоровье, тем более что убивающих факторов в Зоне предостаточно.

Алиса кивнула и улыбнулась. Наконец-то она почувствовала себя в безопасности. Стресс начал потихоньку спадать.

- А что это за квартира?

Дегтярев снова вздохнул и взглянул в окно на небо и, затянув с ответом, рассказал:

- Это квартира моих родителей. Мы жили здесь до первой аварии в 1986 году. Правда, я тут прожил всего год, – Дегтярёв улыбнулся и отхлебнул из кружки чай. – Я плохо помню это место, но говорят, что здесь был очень хороший город.

- А куда же вы потом переехали? – спросила Алиса, засмотревшись на ночные пейзажи, раскинувшиеся за окном.

- Мы с матерью переехали к бабушке, она жила в Донецке, – продолжил рассказ майор, размешивая сахар в кружке. – А потом, моему отцу, как ликвидатору, выдали квартиру в Москве. Плохо, что посмертно.

- Ой, – замялась девушка, узнавая нелегкую судьбу СБУшника. – Я соболезную...

Майор усмехнулся, и перевел взгляд на журналистку:

- Советская власть знаешь, скольких тут положила? Брось, жалеть надо не мертвых, надо жалеть живых.

Алиса замолчала, не найдя, что ответить. Дегтярёв, встал из-за стола, достал из буфета кружку, всполоснул ее кипятком, затем налил чай и поставил перед девушкой.

- Сахар будешь?

- Буду. – Кивнула корреспондентка.

Военный поставил перед ней хрустальную чашу с сахаром и снова сел напротив нее, глядя, как девушка жадно насыпает в чай четвертую ложку сахарного песка.

- После 1986 года я вернулся сюда, когда мне было двадцать шесть, – продолжил сталкер. – Мне пришлось соврать многим и прибавить себе семь лет возраста, чтобы отправиться расследовать причины провала операции «Фарватер», хотя нелегально я уже бывал здесь и был знаком с азами сталкерства.

- То есть, ты был направлен от украинской службы безопасности, расследовать причины провала какой-то операции? – уточнила Алиса.

Дегтярёв кивнул и снова отпил горячего чая:

- Теперь название этой операции совсем не секрет, а если тебе на уши будут лапшу вешать про «Фарватер», будет куда хуже. Тем более, что я смотрю, вопросов у тебя накопилось много. Сразу предупреждаю, что я не смогу дать ответы на секретную правительственную информацию.

Романова улыбнулась: наконец-то какой-то свет в конце туннеля, а не сплошные загадки. Вопросов, действительно, очень много. Девушка с удовольствием выпила глоток теплого и сладкого чая и спросила:

- Хорошо, а ты сможешь рассказать об этой штуке, – Алиса указала себе за запястье, где под кожей синело пятно, после инъекции. – «Антидот», верно?

- Ты начала с самого неудачного вопроса, – откровенно заметил майор, но, тем не менее добавил:

- Поскольку тебя эта тема касается непосредственно, то по требованию о неразглашении я смогу тебе рассказать.

- Чего?

- Не будешь кричать об этом на всех углах, журналистка?

-А-а-а, ну, нет, конечно, – растерянно согласилась Романова, понимая, что самое важное и тайное, агент СБУ и так не расскажет, а значит, просто запугивает, чтобы не трепала языком.

– Три года назад, – начал рассказывать военный, крутя в руках ложку. – В Зоне Отчуждения появилась новая группа ученых…

- Новая?

- Ученые всегда были в Зоне. Они приходили вместе с военными и изучали природу аномалий, артефактов, мутаций и выбросов.

- А выбросы…

- Ты будешь перебивать? – поднял брови Дегтярёв, постукивая ложкой по столу.

- Прости, – покраснела Алиса. – Много вопросов накопилось. Я слушаю. Продолжай.

- Так вот: ученые, которые прибыли сюда три года назад привезли с собой много нового оборудования. Они работали в тайном бункере, расположенным между затоном и станцией «Янов», но никого из посторонних туда не пускали. В охране бункера были одни наемники, а они, как ты знаешь, не разговорчивые и тем более, не сговорчивые ребята.

- Все кроме Светлова, – вставила ремарку Романова.

- Светлов – это отдельный разговор, – отмахнулся Дегтярёв и снова продолжил рассказ:

- Спустя полгода в Зоне начали расходиться слухи, что эти ученые разработали уникальный препарат, который поможет любому сталкеру стать более выносливым, живучим и обладать иммунитетом к выбросам.

- Такое возможно? – раскрыла рот от удивления журналистка.

- В Зоне много легенд и мы подумали, что это одна из новых баек. – Развел руками майор. – Спустя некоторое время, ученые, несмотря на свою консервативность, не смогли удержать все в тайне и раскрыли секрет своего супер-лекарства, проверенного лишь на лабораторных мышках. Данный препарат обещал безбедную старость своему создателю, который, к слову, оказался одним из бизнесменов-миллиардеров в Европе, решившему создать свою группу ученых, ради того, чтобы найти эликсир бессмертия здесь, близ ЧАЭС. Ведь такой препарат с удовольствием приобретет не только сталкер, но и любой человек, который хочет обладать такими суперспособностями.

- Это было опробовано на человеке? – удивилась Алиса.

- Да, – кивнул Дегтярёв. – Более того, из этого сделали целое реалити-шоу. Изменения в поведении подопытного сталкера – одиночку, по кличке Астат, транслировали в эфире, доступного только лишь на территории Зоны Отчуждения.

Романова хмыкнула:

- Свой эфир?

- Ты думаешь, что сталкеры письмами переписываются? – настойчиво спросил Дегтярёв.

- Нет, конечно, – Алиса подняла брови и кивнула. – Прости, я люблю задавать дурацкие вопросы.

- После инъекции, которую ввели Астату, осталось лишь небольшое белое пятно на том месте, где игла проткнула кожу…

Романова почувствовала, как гулко застучало ее сердце. Значит, есть еще такие, с этими инъекциями? Что же было дальше?

- Первые три дня с Астатом ничего не происходило. За ним следили медики и военные. Ученые следили за пульсом, дыханием и постоянно проверяли его физические показатели. Успех был ошеломительным: показатели выносливости, жизнеспособности были на высоте. Парень мог с успехом выпить раскаленного железа и его организм с этим бы справился.

- Значит, опыт удался?

- Да, ученые праздновали победу и начали рекламировать другие пять инъекции, каждая из которых обладала своими действиями, делающими своего обладателя суперчеловеком, но после трех дней радости, Астат начал мутировать на глазах всех сталкеров.

- Что? – Алиса округлила глаза.

- Нулевой или Белый « Антидот» был сделан на основе стволовых клеток кровососа.

- Они сделали препарат из мутанта? – ужаснулась девушка.

Дегтярёв отхлебнул чай и кивнул:

- Организм Астата не справился с более сильными генами кровососа и начал мутировать: Астат почувствовал невероятное желание выпить человеческой крови, кожа стала темнеть, а позже сталкер стал на мгновение пропадать из вида камер, поскольку, одной из особенностей кровососов является их…

- Невидимость? – догадалась журналистка.

- Точно, – кивнул СБУшник. – Проект спешно закрыли, как и бункер. Астата оставили погибать в закрытой лаборатории. Ученые бросили разработки и скрылись за кордоном. Но сталкеры не будут сталкерами, если бы они не вскрыли бункер спустя полгода.

Когда бункер открыли, группа сталкеров-одиночек, стащили оттуда чудом оставшийся комплект из семи инъекций, кучу артефактов, с помощью которых учёные создавали препараты, но и открыли лабораторию, в которой сидел Астат. Но никто не подозревал, что мутант остался жив. Алиса шумно вздохнула и попыталась осмыслить все вышесказанное:

- Значит, он выжил?

Дегтярёв снова утвердительно кивнул, затем достал сигарету и закурил:

- Выжил и прикончил всех, кто потревожил его, а затем скрылся где-то под Саркофагом четвертого энергоблока. Выжил лишь один сталкер, который и унес с собой все инъекции.

- Стой, а почему ты уверен, что это все не выдумка? – Алисе не верилось, что это могло происходить на самом деле. Ведь такого быть не может. Наверное.

- Вот почему.

Дегтярёв усмехнулся, зажал в зубах, сигарету и положил на стол левую руку, развернув ее ладонью вверх: на локтевом сгибе, там, где обычно делают укол в вену, под кожей у военного зеленело небольшое, размером с рублевую монету, зеленое пятно, которое в темноте, словно подсвечивалось изумрудным светом.

- Черт, – прошептала журналистка. – Это «Антидот»? Значит, ты был в лаборатории?

Дегтярёв улыбнулся и убрал руку со стола:

- Да, это был мой отряд. СБУ снова направило меня и еще десять военных на расследование этого дела, но когда мы встретили Астата, то ребята запаниковали, хотя не испугаться этого мутанта было нельзя: человеческого в нем осталось крайне мало, не считая того, что он мог говорить и думать. Зато силы у него было за троих. Он как-то неудачно рукой махнул, что меня сильно приложило о пол. Когда очнулся, Астата уже не было, а от моего отряда остались иссушенные трупы.

Неприятное ощущение расползлось по всему телу, и это чувство можно было безошибочно идентифицировать как страх. Это было то самое, чего Алиса и боялась.

Подтверждение.

Еще не стопроцентное, но уже достаточное, чтобы почувствовать себя причастной к чему-то опасному, противозаконному и безысходному.

- И что же этот препарат дает? Как ты выжил? Постой, как ты вообще согласился опробовать его на себе?

- Хороший вопрос, – Дегтярёв задумался, выпуская клубы дыма изо рта. – Знаешь, когда ты каждый день рискуешь своей жизнью, то повторить судьбу Астата представляется уже не таким ужасом и кошмаром. Тем более, я знал, что Первый или Зеленый «Антидот», сделан на основе артефакта «Сердце Оазиса», а значит, в кровососа я не превратился бы точно…

- «Сердце Оазиса»? Это тот артефакт, которым лечил меня Костоправ?

- Я же сказал, что из лаборатории мы забрали и артефакты, – улыбнулся военный, доставая из пояса контейнер, в котором светился тот самый артефакт, опутанный ветками. – Не переживай, его нашел я, поэтому его дал ученым, так сказать, во временное пользование.

« Одни герои вокруг!» – подумала Алиса и уточнила:

- Так, а что он дает этот «Антидот»?

- Мой «Первый», – пояснил Александр. – Обладает свойствами артефакта, только усиленными в несколько раз: повышает физическую подготовку, у меня нет надобности в естественных потребностях, во сне, еде, питье и отдыхе, а также “Антидот” повышает выносливость и останавливает кровотечения, залечивая раны.

Все что рассказал Дегтярёв, показалось Алисе, по –крайней мере: а) бредом, б) шизофренией, но все слова СБУшника, служили доказательством того, что она, действительно, не видела его усталым, да и физическую подготовку списать на рядовую армейскую муштру, тоже тяжело. Он был на уровень способнее любого другого человека, ведь недаром его прозвали «Легендой Зоны».

- А остальные «Антидоты»? – выпалила Алиса, ища доказательства существования других владельцев способностей. – Куда делись другие «Антидоты»?

- После того, как я вколол себе “Первый”, – проговорил военный, рассматривая узор скатерти на столе и, водя по поверхности, указательным пальцем. – Кто-то слил информацию о том, что наш отряд уже побывал в лаборатории. Полковник Ковальский, которого ты прекрасно знаешь, направил своих солдат за инъекциями, чтобы увезти «Антидоты» за кордон. Но на солдат Ковальского было совершено нападение и инъекции были украдены.

- Что?

- Так бывает, – рассмеялся майор. – Когда информация расходится крайне быстро. “Второй” или “Красный Антидот» , дающий термозащиту своему носителю и помогающий чувствовать присутствие аномалий и артефактов, был сделан из артефакта «Огненный шар». Эту инъекцию, поговаривают, продали за океан. Хотя я до сих пор не понимаю, зачем он нужен обыкновенному жителю Штатов? Даже если это миллионер или бизнесмен.

- А их всего шесть? – поинтересовалась девушка.

- Да, если считать “Нулевой”. “Третий” или “Желтый Антидот» получил заслуженный сталкер по кличке Стрелок. Желтая инъекция дает своему владельцу защиту от пси-атак и доступ к любой информации, своеобразный доступ интернет прямо в мозгу. Золотая вещь, по-хорошему, один из лучших «Антидотов».

- А как Стрелок его получил?

- Говорят, что “Желтый Антидот», украл один из бандитов, да не знал, что с ним делать. Вот и валялся у этого безграмотного дурака в кармане, пока не рискнул на Стрелка напасть. Меченный, естественно, бандита убил и совершенно случайно нашел «Антидот». Кстати, Желтый один из опасных препаратов, поскольку до последнего его боялись использовать: сделан он на основе головного мозга мутанта Контроллера.

- И как Стрелок? – ошеломленно уточнила Алиса.

- Хорошо, – усмехнулся Дегтярев. – “Желтый Антидот» сделали с умом, не то, что “Белый”: ученые удалили из головного мозга мутанта радионуклеиды, а потому Меченный остался собой.

Остальные два «Антидота» были утеряны, и почти год о них никто не слышал, но если “Черный Антидот» был потерян бесследно, то “Синий” или “Шестой” был найден у «Монолитовца» в Затоне сталкером по имени Гонта у погибшего сталкера-одиночки. Он хотел передать его мне, чтобы мы могли его надежно спрятать, но информация попала в руки к группировке «Монолит», которая в свою очередь заплатила огромные деньги наемникам, чтобы те нашли “Последний Антидот», который помог бы им запустить реактор.

- Чего? – сердце снова заколотилось. Алиса не понимала, как это маленькое пятнышко поможет запустить реактор, да и зачем? Зато в голове сложилась мозаика: наемники искали на «Скадовске» инъекцию, потом решили убить всех свидетелей, кто мог разболтать лишнее про их поиски.

- Гонта спрятал «Антидот» от наемников, а когда понял, что доставить его в Припять не сможет, то он вколол его тебе. “Последний Антидот» сделан из вещества, которое обнаружили ученые на месте образования аномалии «Электра». По сути, “Шестая инъекция” одна из всех, которая обладает свойствами аномалии и артефакта «Снежинка»: пси-защита, выносливость, способность видеть прошлое.

- Стоп! – остановила майора девушка, выставив перед собой руки. – Видеть прошлое?

- Я же сказал, что «Антидот» сделан из вещества, образовавшегося на месте «Электры»? «Электра» состоит из статического электричества, а по эксперименту Миллера – Юри…

- Кого?

- Физику плохо учила?

- Да, – призналась Алиса.

- В общем, электричество играет большую роль не только в природе, но и в организме человека. Нервные импульсы стимулируют работу мозга, а как следствие, улучшают работу участка среднего мозга, который отвечает за пси-защиту и пси-атаки, обладатель «Антидота» сможет увидеть, при желании, прошлое, а может и будущее.

- И как это поможет запустить реактор? – как-то расстроившись про свои способности, спросила Алиса. Остальные могут в огне выжить, у других физическая сила, а у нее совсем какая-то дурацкая способность.

- Если увидеть из-за чего произошли взрывы в 1986, в 2006 году, то вполне можно устранить причины и снова запустить четвертый энергоблок.

- А что “Монолитовцы” хотят сделать, когда запустят реактор? – все-равно не понимала девушка.

- “Монолит” – это секта, которая подчиняется своим правилам. Нам это неизвестно.

Алиса вздохнула и задумалась. Вот ты живешь своей обычной жизнью, которая тебе довольно надоела и претила, никаких опасностей, сумасшедших приключений и тут в твою жизнь вплетается неожиданная цепочка событий, переворачивающая все вверх дном. Как это получилось? Почему? А главное, зачем? Может, это специальное испытание, которое проверяет тебя на прочность? Ведь тебе дается сила, которая может изменить твою жизнь, жизнь близких или жизнь целого государства. Любой технический процесс, влечет за собой не только движение вперед, но и смертельную опасность, если попадает не в те руки. А она? Как в этот список попала она? Дегтярёв – “Легенда Зоны”. Человек, который родился в Припяти, отец был ликвидатором, а сам майор СБУ уже не первый год находится в Зоне. Он сможет справиться с этими способностями. Стрелок – тоже. Да, в целом, любой сталкер, знает, зачем все это ему надо и найдет применение своим способностям...

- Чего задумалась? – улыбнулся военный.

- А? – отвлеклась Романова. – Не, ничего. Постой, а еще два “Антидота”?

- “Четвертый” или “Черный Антидот”, был утерян, до сегодняшнего дня я так и думал, но теперь он у нас, – улыбнулся Дегтярёв. – Он у Светлова.

- А что эта инъекция дает?

- Высокая живучесть, большая сила и скорость атаки, ловкость и регенерация организма, все те свойства, которыми обладает Химера.

- Химера?

- Да, клетки химеры способны к быстрой регенерации как небольших царапин, так и повреждённых конечностей. Вот поэтому и заживают раны на Светлом, как на собаке. “Черный Антидот” сделан на основе клеток головного мозга химеры.

“Круто, вот это способность” – позавидовала девушка.

- “Пятый Антидот” или “Фиолетовый” был потерян, хотя он представляет собой самую большую опасность: он похож на “Желтый”, поскольку сделан из головного мозга контроллера, но сила направлена на пси-атаки, поэтому, при желании его владелец может взять под контроль человека и заставить его выполнять все, что захочет. Но самое плохое, что теперь за носителями “Антидотов” началась охота.

- Охота?

- Есть теория, что если перелить кровь с “Антидотом” другому человеку, то все способности передаются новому хозяину.

- Чего? – потеряла суть разговора девушка.

- Если кто-то узнает, что у тебя “Антидот”, – доходчиво пояснил Дегтярёв. – То он пожелает перелить твою кровь себе.

- А мне чью перельют? – гипотетически спросила Алиса.

Мужчина рассмеялся и Романова поняла, что вопрос был действительно глупым. Кровь с препаратом заберут, а остатки – выкинут. Так вот почему Дегтярёв и его отряд берегли ее жизнь. Вот почему старались вытащить из всех передряг. Значит, сама она не представляет никакой ценности, ведь.... Точно! Гонта собирался передать шприц-ручку с препаратом в Припять, вот только пришлось сменить сосуд. Теперь вместо шприца Алиса! Внутри начала вскипать ярость.

- Так вот зачем вы со мной возитесь? – тон девушки стал агрессивным. – Вам нужно сохранить ваш чертов препарат?

Военный вздохнул и закрыл лицо руками, затем, опустил ладони и спросил:

- Ты думаешь, я тебе все это рассказал, чтобы кровь из тебя выкачать? Журналистка, я сам сказал, что тоже носитель “Антидота”. Делай правильные выводы.

Девушка смутилась и почувствовала, как разгорелись щеки.

- Я рассказал тебе это потому, что ты должна не распространяться насчет своей особенности и уметь их применять, – пояснил спокойно мужчина. – Пожалуй, слишком много для тебя информации. Иди и отдохни. Можешь принять душ, если хочешь.

Наконец-то настроение улучшилось и, услышав слова про душ, Алиса заулыбалась и заметила:

- Еще как хочу!

Дегтярёв кивнул в ответ и достал очередную сигарету.

- А почему ты не идешь отдыхать? – поинтересовалась девушка.

- Я могу не спать очень долго, – напомнил Александр, указав на пятно “Антидота”.

- А-а-а, – протянула Романова, шагая в ванную. – Ну, тогда... Эм, доброго бодрствования!

Дегтярёв рассмеялся.

- Иди уже, журналистка.

Алиса улыбнулась и закрыла за собой дверь, включила воду. О Боже, сколько времени она мечтала о этой встрече! С пеной, водой и ванной! Она скинула тяжелые, берцы, военную форму, белье, затем размотала тугой пучок на голове. Глянула в маленькое зеркало: на нее глядела грязное и израненное лицо с впавшими щеками и тенями под глазами. Да, видок еще тот! Алиса хмыкнула и заскочила под теплые струи воды. Какая прелесть, это ощущение чистоты и воды. Наверное, она могла бы остаться тут навсегда. Вода падала сверху смывая не только грязь, но и злость, обиду, страх и все это убегает, сворачивается и навсегда уходит в водосток. Ни о чем не хотелось думать, а просто стоять и наслаждаться этим волшебством, которое называется вода, которое снимает, словно пелену, все плохие эмоции. Хотелось набрать полную ванну воды и уснуть. Да, проспать в ней до утра, забыв о мутантах, “Антидотах” и убийцах. Все же прекрасную процедуру пришлось закончить и Алиса завернулась в большое банное полотенце и замотала на голове тюрбан. Как только полотенца впитали лишнюю влагу, Романова снова переоделась в свою обычную одежду. Едва добравшись к дивану в гостиной, Алиса легла на мягкий поручень и тут же провалилась в сон. Свет проникал в комнату и светил прямо в глаза, которые все-таки пришлось открыть, хоть и совсем не хотелось. Алиса открыла глаза и потянулась. “Вот это поспала!” – подумала Романова, оценивая, что за окном, вероятнее всего день, а не утро. Желудок недовольно заурчал, требуя еды. Хоть какой-нибудь еды. Еда, было бы логично предположить, должна находиться на кухне. Поэтому Алиса вскочила с дивана и пошла на кухню в поисках провизии. Дверь с ванной резко открылась и если бы девушка шагнула вперед, то угол двери точно бы стукнул ее по лбу.

- Черт! – прошипел Дегтярёв, который и открыл дверь, протирая голову полотенцем. – Журналистка, ты чего? Проснулась уже?

- Ага, – кивнула Алиса и спросила самый насущный вопрос. – Где можно еду найти?

- Следовательно, в холодильнике, – подсказал майор. – Вещи в шкафу. По-моему, все логично.

Еда в холодильнике все же нашлась: две банки тушенки, мороженные овощи, глубоко замороженные три палки колбасы, хлеб. Скромно, но со вкусом. Вскрывав старой открывалкой банку тушенки, девушка высыпала содержимое в фарфоровую тарелку и начала уплетать холодное мясо, завтракая, обедая, ужиная одновременно. Дегтярёв вошел на кухню и поставил на плиту чайник, зажигая горелку, засветившуюся синим пламенем. В кухне повис запах жженых спичек.

- Ты будешь есть? – спросила Алиса, потянувшись к кружке со сладким чаем.

- Я же не ем, – усмехнулся Александр. – Приятного аппетита, кстати.

- Спасибо, – кивнула журналистка, чувствуя блаженное спокойствие в животе, которое назвали “сытостью”. – А чай почему пьешь?

- Привычка.

- Как тебе многие девушки, сидящие на диетах позавидовали бы, – рассмеялась Алиса.

Военный улыбнулся и снял горячий чайник с плиты, наливая парящую воду в кружку и высыпая туда несколько ложек кофе.

- Как спалось?

- Вроде бы ничего, – пожала плечами девушка, запивая чаем найденное на кухне галетные печенье. – А ты что делал?

- Читал Ницше, – майор отшутился, не желая рассказывать лишнего, выпивая чай.

- Как Светлый?

- Пока без сознания, но раны очень быстро затягиваются. Скорее всего, он просто спит.

Алиса вздохнула и решилась спросить:

- А если мы. … Уйдем?

Дегтярёв улыбнулся:

- Я ждал этого вопроса. Значит, ты серьёзно думаешь, что за нами не следят?

- А что? Следят?

Военный взял с подоконника бинокль и передал его девушке.

- Смотри на третий этаж в здании напротив…

Журналистка взглянула в бинокль, увеличивая изображение и увидела, что в квартире, напротив на третьем этаже едва заметен ствол снайперской винтовки. Так значит, они все время находятся под контролем!

- Теперь на пятый этаж …

Алиса перевела взгляд на пару этажей выше и увидела, что в окне гостиной открыто окно и там маячат фигуры людей.

- Обалдеть! – выдохнула Романова, возвращая бинокль на место. – Так это значит, что …

- Они следят за каждым нашим шагом. – Подтвердил майор СБУ. – Если Светлов провалит задание – то его друзья завершат начатое.

- И как же нам быть? – потеряла всякую надежду девушка, чувствуя полнейшую безысходность.

- Есть план, только нужно будет еще подождать. Я нашел вариант наладить связь со своим отрядом, – признался Александр. – И как только мы приблизимся к прачечной, то там нас будут ждать наши солдаты.

Алиса улыбнулась и почувствовала прилив сил, как будто ее зарядили положительными эмоциями, и теперь можно было и горы свернуть.

- Главное теперь дожить до этого перехода, – добавил военный. – А для этого надо экипироваться правильно. Пойди, переоденься, там, в шкафу есть обмундирование новое, хотя комбинезонов нет, конечно, поэтому подлатай свой старый.

Романова кивнула и прошла в коридор, где и стоял старый лакированный шкаф, в котором Алиса и нашла новые армейские ботинки, правда, на три размера больше. Затем девушка нашла себе новую черную майку и крутые черные военные брюки, с множеством карманов, лямок, заклепок. После переодевания, пришлось устроиться в кресле, стоящее в зале, рядом с кроватью, на которой крепко спал Светлый. Алиса взяла в руки иголку с ниткой, и начала зашивать дыры в комбинезоне «Сева», вспоминая далекие уроки труда в школе, где ее пытались научить шить и штопать. Правда из этой затеи ничего не вышло путного, поскольку швы ложились неровно и ткань стягивали плотные стежки неумелой швеи.

- Что делаешь, крошка? – послышался голос Светлова, который приоткрыл глаза и наблюдал за стараниями журналистки.

Наемник выглядел уже куда лучше, нежели вчера. Хотя и все еще был бледен. Алиса вздрогнула от неожиданного пробуждения врага и уколола палец иголкой. Выступила капелька крови, которая упала на защитную ткань комбинезона. Корреспондентка, честно, не знала, как общаться со Светловым, поэтому решила промолчать и продолжить свое нелегкое швейное дело.

- Чего? Обиделась что ли? – хмыкнул Дмитрий, медленно поднимаясь и принимая сидячее положение. – Ну, обижайся. Молчание, как умные люди говорят, золото.

Наемник сел на край дивана и снял промокшие от крови бинты с груди: кожа полностью восстановилась, и даже не осталось шрама. Светлов смял алый перевязочный материал, затем снял верх комбинезона, который был неровно разрезан Алисой вчера. Оценив повреждения брони, Светлый развернулся и спросил:

- Твоя работа? И чего мне теперь с этим делать?

Девушка подняла глаза: наемник показывал разодранный серо-голубой костюм «Сева», который он свернул и кинул ей в руки.

- Зашивай теперь.

Алиса хмыкнула и вскочила на ноги:

- Действительно, нужно было сохранить костюм и оставить тебя умирать. Проблем было бы меньше.

Дмитрий, подошел к зеркалу и еще раз оглядел свою кожу – нет ли никаких изменений? Нет, изменений не было. Даже шрамов не осталось. Затем он повернулся к зеркалу спиной и, кажется, посмотрел, видно ли в татуировке на боку и руке, вписанный в орнамент «Антидот». Затем наемник перевел взгляд со своего отражения и взглянул на разгневанную Алису:

- Умирать мне никак нельзя, малыш. Точнее, умереть не получится. Ты-то уж точно знаешь.

Светлый взял запястье Романовой, взглянул на синее пятно и добавил:

- Теперь мы все всё знаем, так ведь?

Алиса одернула руку. Как можно было забыть заклеить дурацкий «Антидот» пластырем? Или замотать чем-нибудь. Поскольку то, что Светлов знает, что «Седьмой Антидот» у нее не сулило ничего хорошего. Наемник улыбнулся и добавил:

- Так что давай шей комбинезон. Я в душ, а как вернусь, думаю, что все будет готово.

Дмитрий вышел из зала, а Алиса уже проклинала себя за беспечность, которая принесет ей множество проблем. Так как сорвать зло было не на ком, девушка подняла с кресла костюм наемника, швырнула его на пол и прошипела:

- Не буду я ничего шить!

– Тогда можешь составить мне компанию в душе, – прокричал с другой комнаты Светлов, неизвестно каким образом услышавший слова Алисы, которая покраснела и села штопать броню Дмитрия.

====== Часть 5. Ложь. Проклятие выброса. ======

Глава 5

Проклятие выброса

Холодный дождь уже несколько часов падал с неба: ударялся о щеки, противно стекал с волос, разбивался о землю, покрывая ее поверхность бесконечными лужами. Мерзкая погода, ничего не скажешь. Щелчок – и шлем от “Севы” навис над головой Алисы. Спасибо тебе, Светлый. Очень мило. Алису сжигала ярость и ненависть к себе. Как она могла, так опрометчиво поступить? Какого черта ее понесло за пределы станции? Ведь, могла бы сейчас сидеть на “Янове”, в тепле, в безопасности, а может, вообще сейчас была бы уже за кордоном на полпути домой.

“Вот же дура!” – укоряла себя журналистка.- “Еще и Дегтярёва втянула в это. Здорово!”

Алиса нервно вздохнула. Эти мысли никак не выходили из головы. Вдали виднелись вспышки от аномалии жарка – столпов огня, вырывающихся прямо из-под земли.

“Значит скоро знаменитый завод “Юпитер”. – Подумала Алиса, вспоминая примерно расположение объектов в Зоне Отчуждения. Руки, растертые грубой веревкой, пекли, а еще дуло автомата, прижатого к ее спине и замечания Светлого, который не хотел допускать возможности побега пленницы. Шли очень долго, наверное, уже часа три.

Девушка закатывала глаза к небу и кусала губы до крови. Совесть не давала ей подумать о чем-либо другом, кроме ее глупости, благодаря которой сейчас они шли неизвестно куда.

- Светлый, – начал торговаться, идущий впереди, Дегтярев. – А что тебе нужно на ЧАЭС?

- Дегтярёв, – ответил Светлый. – Много болтаешь. Рот закрой, иначе девчонке не поможет даже комбинезон “Сева” от автоматной очереди.

- Ты будешь пугать меня ее смертью? – усмехнулся Александр. – Ради экономии времени лучше отпусти ее и без посредников мы придем к Саркофагу.

- Думаешь, что я тебя плохо знаю? Пока рядом со мной эта крошка, пока у меня есть гарантии о твоей помощи. Кстати, почему ты ее сам не пристрелил еще? Зачем она тебе нужна?

- Ты хоть раз по “Припяти-1″ проходил? – отвел разговор в другую сторону Дегтярёв.

- Нет, не проходил. – Отрицательно покачал головой парень.- Гляди,- наемник улыбнулся и взглянул в лицо девушке. – Не хочет наш герой сознаваться, ради чего он тебя еще не прикончил. Поверь, у него есть какие-то планы на тебя.

- Я рада, – прорычала Романова, ненависть, которой перехлестывала все разумные пределы. В какой-то мере, Светлов был прав: Дегтярёву легче было избавиться от обузы и не рисковать своей жизнью, нежели попасть в засаду и идти под дулом пистолета в самое опасное место Зоны. Что же задумал майор? Алиса уж точно ничем не могла отличаться от любого другого человека на планете Земля, только был талант попадать в дурацкие ситуации, но чтобы он приносил какую-либо пользу? Нет, точно нет. Возможно, она была жива благодаря уколу Гонты? Быть может, но это ей сейчас никак не поможет. Жаль, что теперь отряд их не сможет найти, ведь радиомаячки остались лежать на столе в здании штаба ЗРК “Волохов”. Эх, вот бы кто-нибудь все-таки узнал об их местонахождении и спас, но в Зоне Отчуждения чудес не бывает.

Доказано.

Тем временем, трое сталкеров приблизились к заводу “Юпитер”, который высился огромной, серой скалой, на этой безжизненной равнине, навевая, весьма не радостные мысли. Холодные серые плиты, брошенные в спешке, вместе с оборудованием и надеждами, хоть еще раз сюда вернуться. Ничего более. Лай слепых псов нещадно резал уши, не освоившейся здесь Алисе, да и последняя встреча с мутантами была не радостной: укушенная щиколотка неприятно болела, видимо там появился синяк. Светлый не допускал мутантов ближе, чем на триста метров и убивал их с прицела верного автомата ИЛ86.

Ноги ныли от долгого путешествия, руки затекли.

“Боже, когда же все это закончится!” – подумала девушка, оглядывая мрачную заброшенную территорию, окутанную колючей проволокой. Путники приблизились к серым стенам административного корпуса, из которого, можно было попасть в шлюзы путепровода.

Алиса, ослабшая от долгого перехода, падала, поднимаясь по ступенькам завода, поскольку ноги уже не слушались.

- Крошка, аккуратнее, – поднял наемник, в очередной раз, девушку. – Будешь так часто падать – застрелим, чтобы не мучилась.

- Спасибо за заботу, – вместо улыбки получилась озлобленная гримаса, но Алиса все же попыталась следить за шагами.

- Всегда, пожалуйста, детка, – добавил Светлов, крепко хлопнув девушку, чуть ниже спины. Девушка подскочила, но получив ощутимый толчок в спину дулом автомата, решила промолчать об этом произволе и зашагала вперед.

Внутри административного корпуса осталась лишь облупленная краска на стенах, поломанные шкафы и разбросанные ветром бумаги, которые хранят верность заводу с 1986 года. Ветер, гуляющий по коридорам, меж выбитых окон, раздувал мокрые волосы по лицу. Стало совсем неприятно, а гнетущее молчание навевало невыносимую тоску, такую, от которой хотелось завыть. Со стороны стеклянного перехода подул ветер, принося с собой листки бумаг, пожелтевшей листвы, невесть откуда взявшейся и обрывки фраз неизвестных солдат. Наемник Светлов занервничал, чувствуя не радостную встречу. Наемники – самая загадочная группировка Зоны, а потому любой ее участник, который готов продать родную бабулю за десяток артефактов, естественно хочет остаться инкогнито. Любой сталкер, который видит серо-голубую форму, старается стрелять на поражение, ведь если убьют не они, то прикончат их, причем быстро и профессионально. Нежданными гостями оказались четыре “Свободовца”, которые забрели сюда, судя по всему, случайно, спасаясь от стаи слепых псов, которые очень облюбовали заводской двор.

- Шевельнешься, пристрелю! – Светлый толкнул Алису за шкаф и пригрозил пленнице пистолетом.

Девушка послушно кивнула и молча наблюдала, как наемник спешно осматривается в поисках невидимых зон, где можно притаиться и куда можно запихнуть своих спутников.

- Живо! – прошипел Дмитрий Дегтяреву, указывая на заваленный мусором и бумагами книжный стенд. – Я буду верить, что ты не выкинешь никаких сюрпризов.

Майор промолчал и покорно прошел туда, куда указывал наемник, который встал за выступ стены и, словно зверь, жадно взирал за каждым шагом солдат “Свободы”, готовясь в любой момент отразить нападение. Бойцы – «Свободовцы”, одетые в свою зеленую форму с нашивками, на которых изображен волк, были серьезными противниками, ведь в ряды “Свободы” вступали анархисты и сорвиголовы, не ведающие страха, и которые считают, что Зону нельзя скрывать от человечества и всеми силами защищают ее от захвата военными и солдатами противоборствующей группировки “Долг”. В руках у “Свободовцев” были новенькие автоматы АК-74 с полным боезапасом и подствольными гранатометами, хотя, кажется, молодцы пользоваться ими не собирались, по крайней мере, на территории административного здания завода “Юпитер”, поскольку ребята были увлечены изучением и поиском артефактом, сверяясь с детектором “Велес”.

- Хэй, – пробасил один из воинов “Свободы”, глядя на экран детектора, который замигал красным. – Походу внизу че-то есть. Зашибись, если “Золотая рыбка” – норм так хабара сдадим.

- Стопэ, Павло, – остановил друга второй “Свободовец”. – А че если это аномалия? Помнишь, че на затоне было? Брешет, собака, твой детектор.

Алисе было слегка страшно слышать приближающиеся шаги четырех людей, которые возможно, могут помочь ей выбраться из этой Зоны или хотя бы помогут избавиться от плена наемника, но с другой стороны, она не была уверенна насчет того, что “Свободовцы” не убьют и ее, приняв за врага.

- Капец тут хлама накопилось, – хмыкнул третий сталкер, проводя рукой по запыленному столу, поднимая в воздух облако пыли. – А может че есть интересное тут?

- Гонишь, Флай, – отозвался четвертый “Свободовец”. – Какая польза может быть в этом хламе.

Облако пыли повисло в воздухе, и Алиса почувствовала, что вдохнув, зачесался нос. Сердце заколотилось, ведь как отреагирует Светлый на обнаружение и сами воины “Свободы” – неизвестно, поэтому Романовой пришлось прижать связанные руки ко рту, но сама не подозревая, девушка громко чихнула. Ответ был мгновенный: несколько выстрелов пробили шкаф, за которым стояла Алиса, всего в паре сантиметров от нее. Романова вскрикнула от неожиданности и отпрыгнула к стене, надеясь избежать ранения.

- Руки вверх! – крикнул один из бойцов “Свободы”, которого звали Павло. – Оружие на пол!

Девушка вышла из-за своего убежища и подняла замотанные веревкой руки к потолку, раскрывая ладони, доказывая, что они пусты и никакого оружия у нее нет.

- Офигеть! Баба что ли?

Сказать, что “Свободовцы” были удивлены появлением девушки-сталкера, это не сказать ничего: бойцы округлили глаза и переглянулись между собой. Один из сталкеров шагнул вперед, не опуская автомата, и спросил:

- Кто такая? Что здесь делаешь?

Журналистка отметила про себя, что участики группировки “Свобода” не очень-то и вежливые, да и не сильно экипированы: даже шлемы не были одеты. Видимо лица скрывать они не думали, но куда больше ее интересовал, это то, как себя ей вести и что думает Светлов, когда сейчас наблюдает за всем этим. Даже взглянуть в ту сторону, где находились Дегтярёв и Дмитрий, не представлялось возможным, ведь “Свободовцы” сразу догадаются о чьем-то присутствии и тогда живым не выбраться никому. К слову, возможно отряд Дегтярёва уже сообщил об их пропаже, и ее имя может послужить либо ключом к спасению, либо быстрым путем к легкой смерти.

- Я – Елизавета Никитина, – девушка отрапортовала имя и фамилию своей коллеги, которая всплыла в голове первой. – Я за артефактами пришла.

Бойцы “Свободы” расхохотались, а сердце у корреспондентки сжалось: неужели она сказала не то, что нужно? Может они ее знают? В голове сразу пронеслись мысли о том, что за пределами Зоны ее разыскивает Интерпол.

- Сама что ли? – спросил мужчина, который судя по всему, звался Флай.

- Сама. А что?

- А пришла, откуда?

Что за тупая привычка отвечать вопросом на вопрос?

- Янов. – Алисе уже надоел этот допрос, поэтому она одним словом дала понять, что вся ситуация ее сильно достала и если беседу долго не поддерживать, то ее не будет. – Что еще?

- А руки кто связал? Тоже сама?

Девушка поняла, что это прокол во всей ее славной лживой истории и его нужно срочно исправлять, но вот только как? Корреспондентка понимала, что всего пару секунд отделяют ее от полного провала: с одной стороны “Свободовцы”, готовые убить незнакомку, совравшую на три короба, а с другой стороны Светлов, который тоже явно держит ее на мушке. И вот тогда пришлось сыграть на идеологии бойцов.

- На первом этаже “Долговцев” встретила. Оружие забрали, руки связали, но я от них убежала и спряталась здесь. Я думала, что это они пришли. Я... Я так рада, что вы оказались здесь!

Алиса попыталась, как можно искреннее, изобразить радость встречи со “спасителями” и принялась искать в лицах “Свободовцев” изменения настроения и, похоже, ей это удалось. Услышав о противоборствующей группировке, бойцы “Свободы” нахмурились и спросили:

- Когда ты их встретила?

Бинго! Поверили! Видимо, чувство ненависти, куда сильнее, чем логика.

- Минут двадцать назад, – снова соврала журналистка.

- Сколько их было? – уточнил третий “Свободовец”.

- Пятеро.

- Понятно, – прервал всех главарь Павло. – В любом случае, ты пойдешь с нами и покажешь, где именно ты их встретила.

Алиса кивнула. Стало радостно, хотя видимых причин для веселья не было. Были лишь подозрения, что можно убежать отсюда, скрыться и забыть все это, как страшный сон. А Дегтярёв? Черт, ведь его нужно вытащить из этой передряги, хотя он тоже сволочь порядочная, но угодил сюда майор ведь по ее вине. Радость пропала.

- Вперед! – приказал Павло. – Обыскать!

Девушку выдернули из завалов и толкнули к стене. Две руки бесцеремонно ощупали журналистку и вывернули карманы комбинезона “Сева”. В сторону полетели нож, фонарик, пара бинтов, спички, в общем-то, основную работу по разгрузке карманов Алисы взял на себя пару часов назад Светлый, поэтому обыск быстро окончился, и грубо толкнув девушку в спину “Свободовец” приказал:

- Давай вперед. Где ты этих козлов видела?

Романова пошла вперед, как и приказали. Куда идти? – Непонятно, поэтому Алиса решила идти вперед по коридору, туда, откуда они пришли вместе со Светлым. Вниз по лестнице, снова в тот мрак первого этажа завода “Юпитер”. Не разбирая пути, девушка сворачивала по заброшенным темным коридорам, молясь про себя, чтобы не наткнуться на реального противника. Спустя десять минут, Романова поняла, что уже второй раз проходит мимо одного и того же плаката, а значит, она заблудилась, да и обещанных врагов, естественно, не было.

- Какого черта? – раздалось позади. Видимо “Свободовцы” не оценили ее исполнения “Ивана Суссанина”. – Ты чего кругами ходишь?

Алиса остановилась у разбитого окна, за которым было видно, как быстро темнеет небо, затягиваемое серыми тучами. “Что отвечать?» – набатом било в голове, хотя ответ никак не находился.

- Я... – протянула девушка, ища оправдание, но ее прервал знакомый голос:

- Что происходит?

Щелкнули затворы автоматов бойцов “Свободы”, а их предводитель громко спросил:

- Кто здесь?

Загорелся свет фонариков, встроенных в комбинезон “Ветер Свободы” и человек, стоящий на лестнице слева от “Свободовцев” стал узнаваем.

- Майор Дегтярёв? – удивленно произнес Павло. – Документ!

Дегтярёв вполне спокойно достал из нагрудного кармана документ в красной обложке и раскрыл его, удостоверяя личность.

- Опустить оружие, – приказал главарь анархистов и подошел к майору, пожимая руку. – Хэй, мен! Какими судьбами? Помню-помню, как ты меня тогда на аномалии выручил, а то бы сгорел я к чертям псевдособачьим!

- Здравствуй, Павло, – улыбнулся в ответ СБУшник, хлопая по плечу знакомого. – Я-то по приказу начальства пропавшего сталкера ищу. Говорят, тут опять чертовщина творится: народ заходит, а потом только трупы находят.

- Да ты че? – хмыкнул сталкер. – А вот мы за артефактами пришли и вот эту девку нашли. Не ее рук дело?

Дегтярёв взглянул из-за спины приятеля на Алису, абсолютно равнодушно, как ей показалось, и добавил:

- Она? Навряд ли, а где вы ее нашли?

- На втором этаже, за завалами шкафов и фигни всякой.

Алиса окончательно запуталась и не понимала, что происходит. Почему Дегтярёв на свободе? Где Светлый? Почему он делает вид, что ее не знает? Двое “Свободовцев” разошлись по крылу здания, оглядывая коридоры в отсутствии обещанных Алисой “Долговцев”, а один держал ее на мушке.

- И больше никого не видели? – уточнил Дегтярёв.

- Неа, мэн, – протянул Павло, пожимая плечами.

Майор улыбнулся и резко вывел из-за спины руку с пистолетом, уткнув ее в лоб приятелю:

- Вот и хорошо.

Выстрел слегка осветил пространство коридора, а Алиса охнула услышав громкий хлопок. Рядом стоящий “Свободовец” выхватил автомат, но не сделал ни единого выстрела, поскольку неизвестно откуда взявшийся Светлов, который одним движением перерезал ему горло. Двое оставшихся сталкеров рванули к противникам, но их встретила автоматная очередь, выдаваемая автоматом их погибшего предводителя, который присвоил себе Дегтярёв. “Свободовцы” упали, будто скошенные, а Светлов быстро дострелял раненных. Алиса молча попятилась назад к лестнице. Что произошло? Объяснений не было, но она знала одно – нужно бежать! Бежать срочно! Девушка рванула вперед к выходу, где кажется, было единственное спасение от двух ублюдков, которые равнодушно убили невинных. Абсолютно хладнокровно расквитались со свидетелями, а что тогда будет с ней?

- Стой, блин! – послышался голос Светлова, в то время, как Алиса уже бежала по земле завода “Юпитер”, пытаясь даже не оглядываться назад. Ноги работали, словно отдельный механизм, пытаясь унести хозяйку как можно дальше от убийц, а сердце наоборот пыталось выскочить из груди. Сапоги вязли в грязи, брюки начали пропускать влагу от ливня, но все это такие мелочи по сравнению...

- Стой!

Корреспондентка почувствовала, как чья-то рука схватила ее за комбинезон сзади и она не рассчитав сил со всего маху упала на землю. Воздух из груди был вышиблен резким ударом спиной о какой-то камень и Алиса, словно рыба, открывая и закрывая рот в безуспешных попытках, пыталась вдохнуть отравленный воздух Припяти, увидела над собой Светлого: наемник улыбнулся, хлопнул ее по щеке и сказал:

- Чего лежишь? Вставай, давай, нам еще идти далеко.

Затем Дмитрий схватил ее за грудки, помогая подняться, в то время как Алиса поняла, что сзади на спине, от того что она упала на камень, будет огромный синяк, а голову не мешало срочно бы помыть, поскольку пару секунд назад ее волосы окунулись в самую, что ни на есть полезную Припятскую грязевую ванну, сотворенную дождем и пылью.

Светлый рассмеялся и толкнул журналистку в спину:

- Красивая, но дурная. Умных в Зону не заносит. Шагай, давай!

Алиса спустя пару мгновений поняла, что дыхание нормализовалось. Она часто дышала, не от усталости, а от страха. Романова, с детства, неплохо разбиралась в людях. Судила по первому впечатлению, оно обычно не подводило. А вот с этим наемником, все было не просто. Он играл ей, как куклой: то отпускал, то вновь обратно притягивал за невидимую веревочку. Именно неизвестность пугала ее больше всего. От него она чувствовала опасность, и это заставляло подчиняться.

- Зачем?

- Что зачем? – не понял наемник.

- Зачем вы их убили? – объяснила Алиса.

- А ты про “Свободовцев”? Ну, они наркоманы, плохие ребята, всем бы растрепали о нашей встрече. Довольна, крошка? Ответ понятен? – ухмыльнулся парень, перезаряжая автомат.

Алиса лишь вздохнула и подняла взгляд: у дверей административного корпуса стоял Дегтярёв. Предатель! С автоматом. Вот же гад!

- Ну что ж, Санёк, – обратился наемник к майору СБУ. – Теперь “Припять-1”?

- Если не сдержишь слово, – ответил Александр. – То я сделаю так, что ты выхода из путепровода не найдешь.

Алиса удивленно взглянула на СБУшника: о чем можно было договариваться с этим наемником?

- Без проблем, майор, – хмыкнул Светлов. – По рукам, – он протянул руку, и враги скрепили обещание рукопожатием.

- Мое оружие верни, – сказал Александр. – Я снорков руками душить не буду. И девчонке руки развяжи.

Дмитрий молча передал автоматы владельцам и сделав саркастичный реверанс пригласил своих спутников пройти в здание администрации. Алиса молча следовала за убийцами и пыталась не смотреть на стены, забрызганные кровью, а также на пол, где покоились тела убитых бойцов группировки “Свобода”.

“ Что будет дальше?” – думала журналистка. – “Куда они идут? Что такое “Припять-1”?”

Вопросов накопилось больше, чем ответов.

Внезапно, прервав размышления Алисы, по коридорам здания пронесся утробный гул, выходящий, казалось, из-под земли. Толчок – и сталкеры упали на бетонный пол завода “Юпитер”.

- Выброс, – уверенно сказал Дегтярёв. – Нужно попасть в Гараж, а там, в шлюзы “Припять-1”!

- Быстрее, – скомандовал Светлый и ухватил за шиворот Алису, которая едва устояла на земле от очередного удара. – Показывай путь!

- Руки убрал! – крикнула девушка, теряя самообладание. – Я никуда не пойду!

Наемник улыбнулся и спокойно заметил:

- Если ты не хочешь умереть самой страшной смертью, то ты непременно пойдешь с нами.

Романова вспомнила о выбросе, который застал их с Ванькой, когда они были на “Скадовске”, но, несмотря на эти воспоминания, Алиса еще раз повторила:

- С вами я никуда не пойду...

Светлый вздохнул и произнес:

- Вот же бабы-дуры! Шагай вперед, если хочешь жить. Мне лично пофиг, что будет с тобой потом, но сейчас я сдохнуть тебе не дам, – наемник рванул Алису за руку, таща за собой.

Словно демонстрацией к выбросу, послужило разбитое окно завода “Юпитер”, за которым было видно, как небо налилось красными разводами, а лужи начали испаряться, струйками пара поднимаясь к алеющим облакам. Желание остаться одной с бушующей стихией поубавилось, поэтому девушка поспешила не отставать от наемника и майора Госбезопасности. Пробежав десяток метров по административному комплексу, раздался еще один удар. Устоять на ногах было невозможно. Сталкеры вновь рухнули на пол и снова сорвались в бег. Алиса увидела из окна завода, как тучи стали багряно-красными и, как небо разразилось невиданной грозой. Это было хуже, чем в прошлый раз, когда они с Ванькой пробирались на “Скадовск”. Напряжение нарастало.

- Черт! Через улицу придется бежать, тут проход обрушился! – крикнул Дегтярёв, укорачивающийся от обрушений кровли.

Переходы между зданиями завода начали обрушиваться, не выдерживая колебаний, и сквозь трещины стало видно землю. Сердце Алисы, казалось, выпрыгнет из груди. За другую руку ее схватил Дегтярёв, заметивший, что континенты движутся быстрее, чем Алиса. Шкафы падали, преграждая путь, бумаги разлетались в разные стороны, а еще жгучий пух, раскачивался со стороны в сторону, грозясь обжечь любого, кто попадет под его действие. Романовой, совсем некстати, вспомнились уроки физкультуры в институте, на которых она откашивала от бега, как могла. О чем только не думаешь, когда смерть бежит за тобой по пятам. Жутко мешали растрепанные волосы, которые попадали в рот и глаза. При этом было тяжело бежать: тянул назад рюкзак с камерой и запасными аккумуляторами, сбивал дыхание, постоянно бьющий по спине автомат СА “Лавина”, но больше всего раздражал, не по размеру подобранный комбинезон “Сева”, который колыхался на теле Алисы, словно картонный ящик. Видимо, только на картинках в книгах и в фильмах, девушки легко спасают мир в мини-юбках и на каблуках. Трое сталкеров пронеслись по улице мимо брошенной техники, от которой сильно фонило радиацией. Ливень бил по обезображенному лику Зоны с неимоверной силой, почва в Зоне Отчуждения была невероятно горячей, и жар от нее поднимался вверх, нагревая воздух. Путники заскочили в гаражи и заперли огромные железные двери. Девушка почувствовала, что во рту, все также оставался привкус металла и начало клонить в сон – первые признаки действия радиации.

- Радиация все-равно проходит, – заметил Светлый, видимо тоже почувствовав, эти симптомы.

- Обычно, не проходила, – спокойно ответил Дегтярев, и провел рукой по голове, обдумывая дальнейшие действия. – Так...

Толчок – гаражи заскрипели, и краска на стенах начала плавиться. Дегтярев снял рюкзак и достал из него три красные капсулы.

- Нет, чувак, – замотал головой Светлый. – Без этой дряни надо.

- Без анабиотика, – сорвался Дегтярев. – Мы и пары минут не выдержим! Пейте!

Алиса была лишь немым свидетелем всего происходящего. Ну а что тут скажешь? Творится все слишком страшное и слишком непонятное.

- Черт! Принимаем на счет “три”, – сказал Светлый, и дал одну капсулу анабиотика Алисе. – Поняла? Один, два, три!

И три человека разом глотнули капсулы с тетрадотоксином. Даже опытные сталкеры, остерегались применения этого препарата, на основе печально известного “порошка зомби”. Конечно, одна капсула заставляла почти отключить нервную систему человека и, на время выброса, он был в безопасности, но использовать его необходимо только в крайней ситуации. Боль, жгучая боль в горле, словно расплавленное железо залили в рот. Алиса видела, как мужчины тоже схватились за горло и упали на землю бездыханные. А почему она не упала? Что-то пошло не так? Страх разрывал внутренности, сердце застучало невыносимо быстро. Еще толчок. Алиса упала на четвереньки. А она все чувствует! Что делать? Выброс вот-вот должен начаться! Почему? Даже спросить не у кого! Внезапно, Алиса увидела, как ее спутники молча поднялись на ноги и застыли в этом положении. На их лицах не отражались чувства, а глаза смотрели вперед, без единой мысли. Они стали, словно... Словно зомби! Удар и напряжение в воздухе достигло своего пика, земля задрожала под ногами, а сотрудники спецслужб подняли головы вверх и закричали, словно они чувствовали невыносимую боль. Горло Алисы еще раз обожгло неизвестным жаром, и дышать стало невозможно! Она схватилась за горло и, от недостатка воздуха, упала на землю. Секунды паники и сознание ее покинуло. Последнее, что она видела это красное небо и двое мужчин, кричащих на этот безмолвный и безответный небосвод. Последняя мысль:

“Черт возьми! Куда я попала?”

Сознание затерялось в разуме, а ему на смену пришла темнота. Тихий весенний день. Суббота. Тепло, как летом. Люди одеты совсем легко: женщины в модные ситцевые платья, мужчины в светлые рубашки и клешеные брюки со стрелками. Дети радостно бегут на детскую площадку, а в руках у них мороженое. Вкусное. Советское. Гудок 24-ой Волги, украшенной белыми лентами и игрушками, возвещает, что у кого-то сегодня свадьба. Люди радостно машут молодоженам и, с нетерпением, ждут 1 мая. Никто не обращает внимания на напряженные лица милиционеров и, летающие с ночи вертолеты.

Да мало ли что!

Молодую листву на деревьях, нежно качает весенний ветер. Мимо проезжает поливочная машина, после которой, приятно веет свежестью.

Жизнь идет своим чередом, единственное, что, все-таки заставляет задуматься, так это милиционеры, идущие навстречу в защитных комбинезонах и респираторах.

Ходят слухи, что на Станции произошел пожар, другой информации нет. Власти успокаивают, говорят, что все в порядке. Лишь на другой день, по радио и громкоговорителям в городе прозвучало сообщение :

“Внимание, внимание! В связи с аварией на Чернобыльской атомной электростанции в городе Припяти, складывается неблагоприятная радиационная обстановка. С целью обеспечения полной безопасности людей, и, в первую очередь, детей, возникает необходимость провести временную эвакуацию жителей города в населенные пункты Киевской области. Для этого к каждому жилому дому сегодня, двадцать седьмого апреля, начиная с четырнадцати ноль ноль часов, будут поданы автобусы в сопровождении работников милиции и представителей горисполкома. Рекомендуется с собой взять документы, крайне необходимые вещи, а также, на первый случай, продукты питания. Товарищи, временно оставляя свое жилье, не забудьте, пожалуйста, закрыть окна, выключить электрические и газовые приборы, перекрыть водопроводные краны. Просим соблюдать спокойствие, организованность и порядок при проведении временной эвакуации.”

Тогда многие рванули на своих машинах через лес и получили страшную дозу радиации. Потом этот лес станет печально известным “Рыжим”. А город погибал три дня.

Ликвидаторы и пожарные, в прямом смысле, сжигали себя, убирая жар радиации под Саркофаг.

Все сжигает радиация, не щадя никого.

Время вперед.

Зов, тихий, но отчетливый зов:

... Приди. Вперед иди. Ко мне иди...

Свет, голубоватый свет. Тепло. Хорошо.

На заднем плане слышен крик:

- Смотри! Держи ее. Прыгнет же.

... Приди. Вперед. Ко мне...

- За ноги держи, он вырывается!

... Приди. Иди ко мне. Не останавливайся...

- Затягивай ее, скорее! Затягивай!

Внезапно свет начинает угасать, и зов становится тише. Холод и тишина окутали Алису. В голове осталась лишь звенящая боль и ничего более. Хриплый стон, прорвавшийся из груди девушки, говорил о том, что состояние ее, оставляло желать лучшего.

« Все уже без разницы» – подумала Алиса, чувствуя невероятную слабость. – « Абсолютно все…»

Удар по щекам. Сознание начинало возвращаться.

- Алиса, – послышался голос Дегтярева, и на лбу почувствовалась холодная ладонь. – Алиса, очнись!

Девушка приоткрыла глаза: рядом с ней сидели ее спутники. Светлый вводил ей внутривенно противорадиационный препарат. Романова удивилась подобной заботе, но было очень плохо, будто бы ее сбил грузовик: все кости болели, а голова будто наполнена раскаленным свинцом.

- Что? – спросил наемник, улыбаясь своей фирменной улыбкой. – Прыгать больше не пойдешь?

- Куда прыгать? – удивилась Алиса и заметила, не меньшее удивление на лицах мужчин.

- Ты что, не помнишь ничего? – спросил Дегтярёв.

- Нет, ну помню, капсулы выпили, – настороженно ответила Романова. Она все еще не хотела говорить с убийцами, но судя по всему, им было не выгодно, чтобы она погибла, поэтому разговор все-таки поддерживать надо. – А что?

- Ну, ты даешь, мать! – рассмеялся Светлый, откидывая в сторону использованный шприц.

- Мы ее еле с крыши сняли, а она не помнит! Дегтярёв, я уже говорил, что ее легче пристрелить, чем за собой тащить?

- С крыши? – еще больше удивилась Алиса, не слушая разговора наемника.

- Молчи, наемник, – приказал Дегтярёв Дмитрию, нахмурив лоб. – С тобой мы поговорим позже, а пока нам нужно идти. Журналистка, – обратился СБУшник к Алисе. – Если еще раз выкинешь какие-нибудь сюрпризы, то нам, действительно, придется тебя пристрелить.

- Как «Свободовцев»? – уточнила Романова. – Так, а почему же еще не пристрелили? У вас это неплохо выходит, майор Дегтярёв.

Алиса даже не знала, что так разозлило ее, но ненависть к СБУшнику зашкаливала, хотя, убийство четырех невинных солдат, один из которых был его другом, подойдет за причину ненависти? Светлов – гад, но, по крайней мере, не прикидывается «хорошим парнем».

- Рот закрой, девчонка! – рявкнул агент Госбезопасности. – Знай свое место!

- Мое место – не в Зоне Отчуждения, а за Кордоном, куда вы меня обещали доставить, – ответила девушка.

- У меня сейчас есть время заниматься твоими проблемами? – сквозь зубы спросил Александр. – Пару минут назад ты с крыши прыгала, а теперь дико хочешь за Кордон?

- Кто бы мне объяснил, из-за чего я не помню, как с крыши прыгала, – ярость застилала глаза. – Может из-за ваших супер-таблеточек?

- Анабиотик помог тебе выжить, а если у тебя с головой проблемы, то не нужно винить в этом других, – Дегтярёв пошел вперед, перезаряжая автомат.

Алиса вспыхнула и вдогонку добавила:

- Я хотя бы не помогаю врагу убивать других невиновных сталкеров!

Светлый молча наблюдающий за их разговором, улыбнулся и добавил:

- Вы славно ладите между собой! Я в восторге!

Дегтярёв остановился и подошел к журналистке:

- Мои приказы – не обсуждаются, особенно с какой-то журналисткой. Вперед иди и советую: помалкивай, если хочешь жить.

- Спасибо за совет, – прошипела Алиса.

- Шевелимся, друзья, пока вы побеседуете, другой выброс начнется, – поднялся Светлый и закинул свой верный автомат ИЛ86 на спину.

Дегтярёв гневно взглянул на наемника, затем на журналистку и, забросив за плечо автомат, зашагал вперед. Пришлось идти дальше, причем совершенно непонятно, что будет дальше. Романова снова задумалась о Светлом, какого черта он ведет себя, как давний приятель. Актер-то, он хороший, по-видимому, но зачем ему весь этот спектакль? И что ей делать? Вынести ему мозги и все? Ну, по крайней мере, он ей жизнь спас, тогда в лесу и Ваньке тоже. Значит, будем выжидать. Как говорится: шило в мешке не утаишь. А еще она жалела, что наговорила майору СБУ, ведь она просто сорвала злость на человеке, который единственный в Зоне помогает ей выжить здесь. Путники перезарядили оружие, и подошли к путепроводу “Припять-1”. Обыкновенное железное полотно на полу гаражей, укрепленное сеткой. Алиса топнула ногой, и послышался глухой гул. Значит пустота. Так это и есть проход.

- Итак, – начал инструктаж Дегтярев. – Я быстро открываю двери и спускаюсь к вам. Там, неисчислимое количество снорков и тушканов. Еще зомби. Не расходимся и прикрываем спины, если хотите выжить. Я проходил здесь с четырьмя опытными воинами, и было очень тяжело, а если выживем сегодня – считайте это чудом. Готовы? – спросил майор и поднялся в кабину управления путепроводом.

Замигали аварийные фонари и тяжелый, железный пол пришел в движение. Алиса заглянула туда: темно и ничего не видно.

- Ты удивительно четко умеешь налаживать отношения с людьми, – прошептал на ухо Алисе Светлый. – Я в восторге. С таким умением и твоим везением, думаю, ты не протянешь и пяти дней в Зоне.

- Я подумаю, о том, что могу пропустить пару снорков, двигающихся в твоем направлении, – улыбнулась Романова и перезарядила автомат. – Поспорим, что я и тебя переживу.

- А что будет наградой? – в глазах Светлова заиграли азартные огоньки.

- Все что захочешь, – заметила Алиса, думая, что если она проиграет, то платить Светлому уже ей не придется.

- Хорошо, крошка, – рассмеялся Светлов. – Посмотрим!

- А что получу я, если выиграю? – уточнила корреспондентка и, думая о награде, взгляд остановился на стальном клинке ножа с черной ручкой, где на кровостоке было что-то написано. – Может твой нож? И букет алых роз. – Романова откровенно издевалась, зная навыки выживания наемника в Зоне Отчуждения. Приза ей не видать, конечно, но посмотреть на реакцию мужчины – бесценно.

- Маловероятно, но я клянусь, что если ты выживешь, то он будет твой, – наемник достал из-за пояса нож, который назывался “Казачий” или “Пластунский” – удлиненный клинок, сантиметров семнадцать с травлением клинка для лучшего нанесения гравировки, которая гласила: “Malo mori ,quam foedari”. Светлый предугадал вопрос и сразу ответил:

- “Предпочитаю смерть Бесчестью” – мой наградной нож, я тебе подарю его, если ты покинешь Зону Отчуждения и букет роз? Хорошо, я согласен.

- Заметано! – бросила Алиса.

- Что в тебе такого, отчего Дегтярёв тебя еще не пристрелил? – наемник склонил голову набок, оценивая журналистку. – Поверь, он убивал более достойных сталкеров.

Алиса примерно догадывалась о том, почему она еще жива, но не могла понять, как инъекция антидота влияет на нее и почему майор СБУ тащит ее за собой? Чем это может быть ему полезно?

- У меня есть чудесная способность, – улыбнулась Романова Светлому, который был заинтригован ее ответом. – Я могу послать одного мерзкого наемного убийцу, который грузит меня своими тупыми вопросами.

Дмитрий саркастично усмехнулся и добавил:

- Не будь между нами с СБУшником договора, я бы давно перерезал тебе глотку.

- И проиграл пари? – удивленно спросила девушка.

- Ни в коем случае, крошка, – Светлый хмыкнул и смерил ее гневным взглядом.

Через несколько секунд к ним присоединился майор. Сталкеры щелкнули шлемами, потому что весь путепровод был заполнен углекислым газом с примесями, который убьет любого человека, вошедшего в тоннель, и втроем шагнули в темную “Припять-1”.

Тишина и мрак давно окутали эти места. Советский Союз, явно не жалел денег на строительство этого шлюза. Хотя, Алиса уже видела подобные строения, ну только, конечно, тот не был полон мутированных тварей и обезумевшими зомби.

- Стрелять без предупреждения, – прошептал голос Дегтярева в динамике. – Идем, еще минут десять пути. Все двери остались, открыты после нашего прохода.

- Ты тут что, – раздался голос Светлого. – Всех мутантов в прошлый раз поубивал? Нам не оставил?

Стали слышны крики и рычание.

- Ну вот, – вздохнула Алиса. – Сглазили! Наемник, молчи лучше.

- Давай, журналистка, – ответил Светлый. – Вот и посмотрим, кто выживет.

Около пяти снорков выпрыгнули из-за, навечно оставленных здесь “Уралов”, и начали атаковать незваных гостей.

Снорки не медлили, они перелетали в прыжке огромные расстояния, рассекая лапами воздух. Дегтярев достаточно быстро убил одного из мутантов, Светлов также расстрелял в грудь одну из тварей. Алиса вскинула “Лавину” и прицелилась на мутанта, сидящего на крыше “Урала”, внезапно Романова, поняла, что убить его она, навряд ли, сможет. Нет, не потому, что он слишком силен или ловок, а потому что, она не может нажать на курок и совершить убийство. Оно же разумно. Боже, нет! Не может! Руки задрожали в бессилии и отчаянии. Мутант, словно, уловив сомнения девушки, зарычал и бросился на нее. Романова не успела сообразить отбежать, а палец рефлекторно нажал на курок. Выстрел – и тварь, окатив журналистку своей кровью, упала рядом. Видимо, пуля попала в артерию. Алиса подняла свою руку и оглядела перчатки: кровь стекала с ее рук. Хоть и кровь мутанта, но все же...

«Руки в крови, значит я такая же убийца, как и все...» – подумала Алиса, у которой скатилась по щеке обжигающая слеза.

- Я... убила...- прошептала Алиса.

Светлый с Дегятревым добили оставшихся двух снорков и перезаряжали оружие.

- Что стряслось? – спросил Александр, через встроенный в “Севу” радиоприемник.

- Я убила... – повторила Алиса и по ее щекам покатились слезы.

- Молодец, девчонка, недооценил тебя, – хлопнул ее по плечу Светлый, который вышел из-за подбитого “Урала”. – Быстро учишься! – он заглянул ей в лицо и, увидев слезы, удивился. – Что такое? Укусил что ли?

Дегтярев тоже подошел и осмотрел корреспондентку.

- Что такое? – удивился майор.

- Я убила, – сорвалась Алиса. – Убила живое существо!

Девушка облокотилась на бампер «Урала» и заплакала, как вдруг почувствовала руку на плече.

- Прекрати. Отставить слезы! Это уже не люди. Либо ты их, либо они тебя. Не жалей никого. Здесь важна только твоя жизнь и жизнь твоих друзей. Успокойся. Ты молодец. Пошли… – сказал Дегтярёв и зашагал вперед.

Алиса всхлипнула, удивившись, что майор имеет хоть какие-то чувства, которые есть у человека, и спустя пару мгновений, кивнула головой, но все же обтерла испачканные перчатки костюма о кузов “Урала”.

Еще несколько минут, сталкеры шли в полной тишине.

Алиса несколько лет яростно сетовала на свою серую жизнь. Ей хотелось приключений, интересных и захватывающих, но ничего не происходило. Совсем ничего. Учеба, работа, дом – и в обратном порядке. Все круг замыкался. И вот теперь, когда срок годности ее заветной мечты истек, судьба неожиданно подкинула это путешествие. Зона Отчуждения – что может быть лучше, для отчаявшегося и разочарованного в жизни человека? Но времени для размышлений не было. Бессвязная речь, неадекватное поведение. Зомби здорово смахивали на пару знакомых Алисы, после празднования Нового года. Правда, знакомые не ходили в обнимку с автоматами, но это мелочи. Светлый и Дегтярев прицелились, переглянулись между собой и открыли огонь по жертвам “Выжигателя мозгов” – огромной антенны, превращающей в кисель мозги любого, кто приблизится к центру Зоны. Алису заставлять пользоваться автоматом ее спутники не стали. Зомби упали на землю и через несколько секунд агонии, затихли.

- Вперед, – раздался голос Дегтярева в динамике. – Нам еще полпути осталось.

Сталкеры снова двинулись вперед. Открытые пространства сменялись узкими коридорами и вновь расширялись в огромные туннели.

Алиса, проходя мимо трупов зомби, не удержалась и взглянула в лицо “живым трупам”. Они были обычными людьми. Такими, как все.

- Почему они стали такие? – спросила Алиса у идущего рядом Светлого.

- Раньше была такая штуковина “Выжигатель мозгов”, – ответил мужчина. – Вот, те, кто попал под его излучение и стали зомби.

- Кошмар, – ужаснулась Романова. – А сейчас он не работает?

- Нет,- вмешался Дегтярев. – Его отключил один сталкер, его зовут Стрелок, – внезапно, майор остановился и добавил. – Тише! Ни шагу!

Голубоватый туман перемешивался с вспышками жарок и круговоротом, который оказался воронкой.

- Жесть! – сказал Светлый, оценив окружающий пейзаж. – Такой термоядерной смеси давненько не видел: Электры, Жарки, Воронки.

- Тут не только это, – тихо ответил Дегтярев, и достал детектор “Сварог”. – Где-то есть пространственный пузырь!

Действительно, если прислушаться, можно было услышать голоса:

- Ответьте: база “три – один”, вызываю: база “три – один”!

- Прием! Нас кто-нибудь слышит?

- Там что, люди? – спросила Алиса, не представляя, что это за пузырь.

Внезапно, под светом фонариков, встроенных в костюм, показался серебристый шар, который словно прорвался, когда Дегтярев навел на него “Сварог”. Оттуда выпали три трупа военных, угодивших в пузырь. Но выпали они неудачно: тела попали прямо в огромную электру, которая быстро разрядилась.

- Ложись! – закричал майор СБУ и Алиса со Светлым приникли к земле “Припять-1”.

Яркая вспышка и раскат грома. Электра была одной из самых мерзких аномалий, существующих в Зоне. Она реагировала на любое движение в пространстве, и, разряжаясь, быстро копила новый, более сильный заряд. Сильный ветер говорил о том, что воронка тоже сработала. Зато из-за повышенного напряжения в воздухе заработали два уличных фонаря, которые освещали путепровод.

«Интересно, а камеру можно зарядить от электры?» – мелькнула идиотская мысль в голове у Алисы, но озвучивать ее она не стала. Зато про себя отметила, что после спуска в «Припять-1», мужчины стали более отзывчивыми и общительными.

- Так, – спросил Светлый. – Что поворачивать назад?

- Нет, сейчас найдем выход, – оптимистично заявил Дегтярев и проверил территорию детектором. – Значит, две жарки около стены, две воронки, вот там, и четыре электры по периметру, все загородили. Здоровые, заразы!

- Здорово. Зовите Рембо! А лучше, Человека- Паука! На паутине полетим, – усмехнулась Алиса, понимая, что здесь они точно не пройдут.

- А это идея, – сказал майор. – Пойдем по верху! Хоть какая-то польза от тебя нашлась, Романова.

Журналистка попыталась изобразить улыбку, но все же больше ей хотелось перекусить шею военному.

- Что ты задумал, украинец? – воскликнул Светлый. – Это как?

- Смотрите, по стене идет кабель для освещения путепровода, по нему и полезем, – майор указал именно на только что загоревшиеся фонари.

- Не-е-е-е, – протянула Алиса, смеясь, думая, что это шутка, но увидев, как Дегтярёв взбирается на «Урал», воскликнула. – Это суицид! Там же еще ток!

- По-моему, будет весело, – кивнул Светлый и поднялся на ноги. – Крошка, не дрейфь! А ток от электры набирается, надеюсь, он не убьет... Наверное... – наемник улыбнулся.

- Да уж, – Алиса поежилась от одной мысли об этом переправлении. – Перед смертью повеселимся! А судя по всему, на электре, от тока еще и попляшем!

Она еще раз посмотрела на сталкеров: нет! Ну, точно с ума сошли! Проводка была довольно не хитрая: толстый кабель, изолированный, перехваченный пятью строительными скрепками: две в начале и в конце, еще две ближе к середине, и одна по центру.

Дегтярев уже забрался на “Урал” и подергал проводку.

- Вроде держится, – крикнул он.

- Главное слово – “вроде”, – сказала Алиса, залезая на крышу грузовика.

- Так, я пойду первый, – ответил Дегтярев. – Следующая идешь ты, Алиса. Светлый ты замыкаешь. Следующий идет, только при полном прохождении предыдущего. Надеюсь, все поняли?

Полковник СБУ вздохнул и прыгнул на проводку. Та заскрипела, но удерживалась заклепками в стене. Алиса затаила дыхание. Это было истинным безумством. Электра внизу, накапливала новый заряд и в двух метрах ниже шипели Жарки. А если руки не выдержат? А вдруг заклепки оторвутся? А если электра разрядится?

Но Дегтярев, ловко перебирая руками и, упираясь ногами в бетонную стену, проходил сантиметр за сантиметром опасного пути. Через две минуты, он ловко спрыгнул на землю.

- Порядок, – крикнул он. – Давай, журналистка! Главное не бойся. Иди спокойно, не дергайся. Держись крепко. И прыгай аккуратнее, тут высоко.

- Отлично! – с сарказмом ответила Алиса. – Не поджарюсь, так ноги поломаю или шею…

От земли до проводки, действительно, было четыре метра, поэтому, если не упасть в электру, была высока вероятность, переломать ноги. Алиса вздохнула и ухватилась за провода, вниз она не смотрела вообще. Руки резало, и они начали болеть, ноги соскальзывали, а расстояние казалось, не сокращалось. Провода было метра три, но казалось, что лезть нужно километра два. Казалось, заклепки вот-вот выдернутся из кирпичной стенки и, что тогда будет, лучше не думать.

- А-лис-ка, да-вай! – Крикнул Светлый, имитируя голосом группу поддержки американских футболистов. – Уже полпути прошла или проиграешь пари.

Руки устали и начали неметь. А нога оскользнулась и Алиса, вскрикнув, повисла на проводе.

- Подтягивайся, журналистка, подтягивайся! – приказал Дегтярёв в рации встроенной в комбинезон «Сева».

Легко сказать! Руки вот-вот соскользнут с проводов. Боже, что делать? Алиса перехватила хват и попыталась подтянуться – не вышло. Она уперлась ногами в стену и понемногу начала подниматься по стене. Неприятный треск. Центральная заклепка все-таки не выдержала напряжения и вылетела из бетона. Алиса вскрикнула и вновь повисла над электрой, уже значительно ниже.

- Алиса, – прошептал в динамике голос Светлого. – Не двигайся!

- Почему? – шепотом ответила девушка.

- Потому что, скрепка упадет прямо в аномалию... – ответил Светлов.

Алиса подняла голову: на кабеле, зацепившись, висела эта проклятая строительная скрепка. Здоровая, железная, около десяти сантиметров, скоба. Везет, ничего не скажешь!

- И что теперь? – спросила у мужчин Алиса. – Я не спортсменка. Полтора часа висеть тут не буду...

Руки жгли, и казалось, что еще секунду и Алиса упадет прямо в объятия Электры. Девушка затаила дыхание, что делать – она не знала, поэтому она закрыла глаза. Кожа на ладонях почти, что лопалась от напряжения.

- Возьми себя в руки, дочь самурая, возьми себя в руки... – Алиса начала петь песню группы “Сплин”, она всегда так делала от отчаяния и страха.

- Ты чего поешь что ли? – хмыкнул Светлый в рации.

- Есть предложения получше? – прошипела корреспондентка.

Алиса посмотрела влево: метрах в трех метался Дегтярев, но он был беспомощен. Допрыгнуть до кабеля в четырех метрах от пола, было невозможным.

- Вообще-то есть, крошка…

Алиса моргнула и взглянула вправо: Светлый вздохнул, потоптался на крыше ржавого “Урала”, потом закинул на плечо автомат и, с изящностью атлета, прыгнул сразу на середину кабеля. Провода затрещали, едва выдерживая вес двух человек.

- Светлый, не надо! – крикнула Алиса, увидев, что делает наемник.

- Молчи, детка, – прошипел Светлов, подтягиваясь на руках. – Помирать так с музыкой!

- Помирать что-то совсем не хочется, – прохрипела Алиса, которая висела на кабеле на кончиках пальцев.

Наемник быстро приблизился к девушке, скатился по оборванному проводу и снял скрепку.

- Вот и все, – улыбнулся он, демонстрируя трофей. – А ты боялась!

Висеть было тяжело, так же, как и дышать в шлеме “Заслон”. Стекло почти запотело. Но Алиса ясно разглядела, улыбающееся лицо Светлого, и то, как он покрутил перед ней этой проклятой заклепкой.

- Димка, смотри! – раздался голос Дегтярева в динамике.

Алиса взглянула за спину Светлову: вторая скрепка тоже начала отрываться.

- Твою ж мать! – крикнул Светлый, и помог перехватить руки Алисе. – Скорее! А то сейчас тут будут куры-гриль по-Чернобыльски!

Алиса из последних сил перебирала руками и ногами по стене и кабелю. Еще сантиметров двадцать и все!

С криками, и дрожью в руках, сталкеры приблизились к концу кабеля, как услышали треск и почувствовали ощущение падения: вторая скрепка тоже не выдержала и полетела прямиком в электру. Алиса со Светлым чудом не слетели в жарку, которая шипела в нескольких сантиметрах от ботинок сталкеров.

- Прыгай вперед, – заорал Светлый и толкнул Алису в спину.

Романова отпустила кабель из рук и закрыла глаза.

Гром. Значит, скрепка упала в электру и та разрядилась все-таки. Яркая вспышка. Удар о Землю не произошел, ее поймал Дегтярёв и сразу же прижал к земле. Светлый приземлился секундой позже в полуметре от них. Все трое сразу упали и приникли к полу путепровода. Стало слышно, как задрожала земля от разряда аномалии.

Алиса подняла голову: все живы! Ничего себе! Все живы! Сталкеры были рядом на земле, прикрывая головы руками.

- Офигеть можно, – прохрипел Светлый. – Блин, я чуть Богу душу не отдал!

- Все целы? – спросил Дегтярев, помогая подняться безумным скалолазам.

- Да, – хором ответили двое и взглянули на электру: та хищно сверкала молниями и копила новый убийственный заряд. От тел военных, остались лишь скелеты. Значит, вот что будет, если перенести два разряда аномалии на своей шкуре.

- Тогда вперед, – прохрипел Дегтярев, подхватив автомат. – Повезло.

Удивительно, но дальше в путепроводе никого не было, видимо никто не пересек страшные аномалии. Ну и теперь никто не пересечет.

Сталкеры шли в тишине, единственное, что было слышно, это тяжелое дыхание трех человек, едва выживших в этих подземельях.

« А что если дальше будет еще хуже? А что вообще будет дальше?» – задумалась Романова.

Сотрудников Спецслужб, видимо, тоже интересовали эти вопросы, но нарушать тишину никто не решался.

Тишину нарушил некто, кто возвышался над десятью людьми, сидящими перед костром. Алиса услышала громкий бас говорящего:

- Братья! Воздадим же хвалу, совершенному Монолиту! Признайте, братья, признайте! Признайте силу священного Монолита и воздайте ему души неверных! Да прибудем же мы в вечном сиянии его!

Один из проповедников группировки “Монолит” яростно прочищал мозги новичкам. “Монолит” — группировка, аналогичная, по сути, религиозной секте. Одна из сильнейших группировок Зоны, защищает подходы к центру Зоны, отлично оснащена и организованна, бойцы группировки очень фанатичны, не отступают даже перед превосходящим противником. Атакуют без предупреждения любого, кто зайдет на контролируемую ими территорию. В общем, не очень общительные ребята. По форме можно было узнать, что новоприбывшие слуги кристалла, были из “Долга” и несколько человек военных. Возможно, те, кому повезло не увязнуть в Адском Пространственном пузыре.

Алиса почувствовала, как Светлый потянул ее за руку, оттаскивая ее из поля зрения фанатиков, а Дегтярёв приложил указательный палец к губам и жестом показал, что нужно слушать.

Алиса тихонько раскрыла свой рюкзак и достала фотоаппарат. Достала аккумулятор – пустой, выброс сжег. Черт! Она покопалась в карманах и достала запасные. Аккумуляторы были в целости и сохранности.

“Значит, выброс сжигает только те батареи, которые непосредственно находятся в рабочем состоянии” – поняла Алиса и, щелкнув объективом, перевела камеру в режим видеосъемки.

- Братья! Неверные обосновались на священной земле Припяти. Мы выбили их с оскверненных ими мест в Затоне, но они держат оборону в землях более ближних. Никто! Вы слышите, никто не сможет противостоять Великому Монолиту! Вы выбрали истинный путь, братья! Путь к Светлому Монолиту! Грядет великая война с неверными, и Монолит говорит нам, что мы победим! Идите, братья, идите и воздайте жертвы Совершенному! Готовьтесь, братья, к войне! Найдите и воздайте тела тех, кто имеет на челах своих отметки! Ведите их и воздайте кровь неверных священному Монолиту! Слава Монолиту!

“Монолитовцы” встали и, выстроившись в шеренги, строем пошли к выходу в Припять. Костер, в центре которого возвышалась антенна, сделанная из мусора, догорал и освещал лица спутников Алисы: Дегтярёв был сосредоточен, а Светлый удивлен. Просидев минуту, Дегтярёв подал знак, чтобы они двигались к выходу. Подниматься по туннелю наверх, казалось очень легко. Майор СБУ вылез первым, огляделся и помог подняться Алисе, за ней последовал Светлый. Романова упала навзничь и открыла “Заслон”. Светлый тоже снял шлем и огляделся, потом проверил оружие.

Яркий, красный закат резал глаза, а свежий воздух наоборот, приносил немалое облегчение.

Майор первым делом проверил работу раций: они не работали. Выброс снова сжег аппаратуру, как и сжег телефоны журналистов пару дней назад.

- Теперь идем к ЧАЭС, приятель? – спросил Светлый, проверяя, на месте ли ножи на поясе. – Ты не забыл наш договор, дорогуша?

- Ты слишком болтлив для наемника, – заметил Дегтярёв, оглядывая давнего знакомого. – И как только они тебя приняли?

- Это все из-за моего обаяния, чувак, – усмехнулся Светлов. – Разговоры-разговорами, но мы идем дальше.

- Нет, сначала придется идти к Прачечной, но так как мы к ночи не успеем дойти, то нужно переночевать где-то ...- сказал Александр, откидывая ненужные рации на землю.

- И что теперь будет? – спросила Алиса, вглядываясь майору в лицо, пытаясь уловить какой-то знак, который поможет им избавиться от постоянного конвоя Дмитрия. Может у “Легенды Зоны” есть план? Вполне возможно...

Девушка заметила, что после прохождения «Припять-1», отношения стали гораздо лучше: Светлов не хочет их убить, по крайней мере, так рьяно, как раньше и, даже, кхм, спас ей жизнь. Дегтярёв перестал язвить Алисе и начал ей помогать, да и нашел общий язык с наемником, да и она, начала прислушиваться к их советам.

- Похоже, что веселье только начинается, крошка – заметил Светлый, подмигнув девушке. – “Монолитовцы” будут, после такой чистки мозгов, убивать всех подряд. У тебя же нет никакой отметки на теле, которая поможет выжить?

- А что за отметки? – нахмурилась Романова, обращаясь к агенту Госбезопасности.

- Если бы я знал, – хмыкнул майор и ответил Светлому. – Теперь ЧАЭС будет ждать нас с немалым сюрпризом. Ты все еще хочешь пойти туда?

- Обязательно, приятель, – хлопнул наемник по плечу сталкера. – Наденем бумажные мешки на головы, чтобы никто не увидел наших рож, так ненавистных сталкерам и причем, всюду разыскиваемых, благодаря твоему отряду. В руках по автомату, а из кобуры гордо торчит по пистолету Макарова. А поутру – в путь, совершенно секретно, как ты это умеешь делать, расспрашивать каждую псевдособаку о том, что задумал “Монолит”. Как тебе начало для рассказа? По-моему, весьма и весьма мило.

Дегтярёв вздохнул и спросил:

- Ты закончил свою тираду?

- Сейчас, да. Расскажу позже, как только высплюсь и поем.

- Тогда идем вперед, пока совсем не стемнело, – СБУшник зашагал вперед, а Светлый обратился к Алисе:

- Скучный он, так ведь? Слушай, а ты ведь рассказ можешь написать. Ты же журналистка?

- Всенепременно! – изогнула бровь девушка, догоняя Дегтярёва.

====== Часть 4. Ложь. Ад для героев. ======

Глава 4.

Ад для героев

Вы замечаете, как обесценилась наша жизнь? Мы не обращаем внимание на важные события, на людей, не замечаем, как проходят минуты, дни, года. Дни тянутся невыносимо долго, а года пролетают в одно мгновение. Мы ждем чуда, ждем приключений, а ведь жизнь проходит мимо. Наша жизнь проходит мимо. Темнота. Беспросветная темнота. Мысль одна: я живая? Алиса боялась открыть глаза, но боль в горле заставляла думать о том, что она все же жива. Потолок, стандартный серый потолок с облупленной побелкой и паутиной в углах. Это уже хорошо, значит живая. Из груди вырвался кашель. Ай, как горло болит! Как в детстве, при ангине. И еще что-то вроде насморка. Зашибись, заболеть, еще не хватало. А может она дома? Да, дома на больничном.

Алиса опустила глаза – неизвестная комната. Все-таки не дома...

Значит, этот кошмар был не страшным сном? Алиса осмотрела себя: она лежала на старой кушетке, укрытая старым одеялом, а на груди, рядом с нательным крестиком покоился странный объект: изумрудно – зеленая субстанция, словно кристалл, со светящимся центром, опутанный ветками дерева. Вид этого объекта завораживал, и Алиса не удержалась и опустила палец в светящийся центр предмета. Девушка ожидала что-то почувствовать: влажность, мягкость, упругость, твердость предмета, но такие ощущения так и не пришли. Будто бы предмет был сгустком света или какой-либо энергии. Стало светло и легко, словно ничего не было. Не болело горло и насморка тоже не стало. Скрип двери заставил вздрогнуть и быстро убрать руку от странного предмета.

- Зачем ты артефакт трогала? – спросил только что вошедший в эту комнату мужчина, невысокого роста, среднего телосложения и со светлой короткой стрижкой. – Теперь тебе еще нужно противорадиационный препарат вкалывать.

В сумраке ничего не было видно, так как в комнате горели лишь парафиновые свечи. Видимо электричества не было. Было непонятно, что сейчас за время суток: то ли было утро, то ли вечер, но за несколько часов пребывания в Зоне, Алиса уже научилась ждать ото всех зла и боли, а потому в единый миг она схватила скальпель с прикроватного столика и, выставив его вперед, спросила:

- Кто вы?

- Думаю, если бы мы хотели тебя убить, то не мешали тогда кровососам, – просветил журналистку, вышедший на свет человек, который, судя по форме, тоже был сталкером.

- Извините, – смутилась Алиса и быстро опустила скальпель, вспоминая о этих жутких мутантах. – Спасибо, за то, что спасли меня.

- Не за что, – рассмеялся мужчина, доставая из ящика стола ампулы с препаратом. – Я вчера, если честно, не был при твоем спасении. Я медик, моя задача – лечить раненных, а вот штурмовики сейчас наверху сидят, что-то банкуют. А вот артефакт руками лучше не трогать, какой бы он хороший не был, но все же он радиоактивный.

- В любом случае, спасибо, – кивнула Романова. – Простите, но можете мне хоть объяснить, что здесь вообще происходит.

- В плане? – не понял медик, отстукивая пальцем по шприцу, выгоняя, тем самым лишний воздух из цилиндра.

- Честно, я вообще не понимаю, что здесь происходит и почему об этом неизвестно за пределами Зоны, – призналась девушка.

Мужчина протер руки спиртом и подошел к Алисе, протер кожу на локтевом сгибе и ловко ввел препарат в вену.

- Так, чего ты говоришь? – переспросил медик, прижимая вату к месту прокола. – Зажимай руку.

- Что вы тут делаете? – повторила журналистка. – И почему об этих мутантах ничего не известно?

Мужчина улыбнулся, искренне не понимая этих вопросов:

- Только не говори, что вы в Зону шли не за тем, чтобы хорошие деньги срубить за хабар и артефакты…

Алиса не поняла смысл слова «хабар», но, тем не менее, ответила:

- Мы журналисты из Ростова-на-Дону. Мы вообще ничего не знали о том, что здесь творится, просто приехали узнать, можно ли здесь развернуть съемочную площадку для работы. Вся информация о ЧАЭС за периметром Зоны запрещена...

– Так вы не сталкеры? – удивился медик, заметно заинтересовавшись. Он поставил табурет перед кроватью и сел напротив Алисы. – Серьезно, что ли? Девушка извлекла левой рукой из кармана удостоверение журналиста и показала его сталкеру. Мужчина внимательно осмотрел и протянул:

- Удивительно, что вы до Припяти добрались. Вот это да, занесла вас нелегкая! А как же вы кордон прошли?

- Все солдаты, которые охраняли въезд, куда-то уезжали, собирая все боеприпасы.

- Уезжали? – переспросил медик. – Елки-палки, а «Скадовск»? Вы на барже не были, она недалеко от кордона стоит.

Алиса тяжело вздохнула и рассказала правду о том, что она видела: о том, как видела убитых, о выбросе, о Гонте и его дневнике, о инъекции, в то время, как мужчина сидел молча, слушая рассказ и делая выводы. После долгого молчания, медик, заметно помрачнев, сказал:

- Значит все хуже, чем мы думали… Тебе нужно поговорить с майором Дегтяревым.

- С Дегтяревым? – Романова оживилась, услышав знакомую фамилию. – Да-да, Гонта мне говорил.

- Ты говорила, что Гонта сделал тебе инъекцию. Можешь показать?

Девушка протянула левую ладонь, где между запястьем и ладонью было синее пятно. Медик осмотрел его внимательно и спросил:

- Гонта что-то тебе говорил?

- Сказал, чтобы я шла в Припять и то ... – Алиса задумалась впервые о словах умирающего сталкера и сама сделала вывод. – Он сказал, что антидот у меня.

- Черт! Жди здесь! – приказал мужчина, поднимаясь с табурета, и быстро вышел за дверь.

Девушка снова осталась одна в темной комнате. Вопросов стало больше чем ответов и это стало раздражать. Медик не ответил ни на один вопрос, зато напугал еще больше. Боль в горле прекратилась, зато разболелась голова. Алиса устало опрокинулась на жесткую подушку и вновь стала смотреть на потолок, наблюдая за тем, как паук плел паутину в углу. Значит то, что искали наемники и за что они убили людей в “Скадовске”, то что ищут “Монолитовцы” и о чем знает Дегтярёв, именно этот проклятый антидот у нее в руке. Скрип двери заставил девушку резко подняться. Голова закружилась и в глазах потемнело.

- Не поднимайся резко, лежи, – приказал мужской голос, которому Алиса беспрекословно подчинилась и легла на кровать. Спустя несколько секунд, самочувствие нормализовалось, и Романова увидела высокого, темноволосого мужчину, лет тридцати- тридцати пяти, с правильными чертами лица, глубоким, даже пронзающим взглядом.

- Майор СБУ Александр Дегтярев, – лаконично представился офицер. – Уполномоченный по расследованию провала операции «Фарватер» в Зоне Отчуждения.

При слове «СБУ» сердце Алисы заколотилось быстрее: встретить сотрудника спецслужб – паршивая история для журналиста России, попавшего на закрытую украинскую территорию с поддельными документами. Хотя, казалось, майор специально сразу запугал своим званием, надеясь получить, как можно больше правдивой информации. Романова попыталась взять страх перед военным в свои руки и доказать, что она тоже имеет свою корочку.

- Алиса Романова. Специальный корреспондент Ростовского канала «Россия-2 Дон», – представилась журналистка.

Дегтярев едва заметно улыбнулся, заметив попытку Алисы, представится так же эффектно, но спустя миг он вновь стал серьёзным и сел перед журналисткой.

- Итак, Алиса. Прошу рассказать подробнее о том, что происходит на территории кордона, «Скадовска» и о том, как вы попали в Припять.

Романова все же села, разговаривать лежа, было не очень удобно, но первым делом она спросила у майора то, что больше всего волновало:

- Простите, но можете сказать, Ванька выжил?

Дегтярев кивнул и ответил:

- Ваш друг выжил. Вы вовремя достигли безопасной территории, поскольку при переломе трех ребер и повреждении левого легкого, без оказания медицинской помощи, исход мог быть летальным. Напрашивается вопрос: кто же это вас так избил?

- Когда мы только пересекли кордон, – Алиса решила рассказать всю правду. – На нас напали какие-то люди в серо-голубой форме. Мы видели, что эти люди убили троих неизвестных на поляне, недалеко от «Скадовска»…

- Сколько человек было в серо-голубой форме? – спросил Александр.

- Около десяти. Они нас заметили и едва не убили, но один из них, кажется, его звали Светлый, он не расстрелял нас…

- Светлый? – переспросил майор. – Вы помните, как он выглядел?

Алиса замотала головой и ответила:

- Все люди были в масках. Увидеть лицо было невозможным.

Александр нахмурился и продолжил расспрос:

- Допустим. Как вы выжили при выбросе?

Романовой вдруг стало неприятно вспоминать все то, что произошло на «Скадовске», поэтому, она нахмурила брови и весьма кратко отрапортовала о произошедшем. Дегтярев выслушал и приказал:

- Покажите антидот.

Сердце Алисы снова заколотилось в груди. Она протянула руку и спросила:

- Что это? Я не уверенна, что это то, что вы ищете.

Майор оглядел руку и, проигнорировав вопрос девушки, сказал:

- Кто-то знает о антидоте еще?

- Только ваш медик...

Дегтярёв перевел тему, видимо, понимая, что опасности о разглашении информации нет.

- У вас есть что-то еще? Вы говорили о какой-то карте, вчера при нападении на вас кровососов…

Алиса поняла, что именно бойцы Дегтярева вчера спасли их от неминуемой смерти, поэтому она молча отдала карту майору, который быстро оглядел ее, затем встал со стула и, подойдя к двери, сказал:

- Спасибо за информацию! Как только ваше самочувствие улучшится, вы можете получить обмундирование и оружие. Прошу не распространяться о вашей инъекции.

Дверь захлопнулась, а Романова, посчитав, что она чувствует себя уже вполне нормально, встала с кушетки, оглядела себя, поняла, что вчера ее одежда выдержала очень большие испытания, поэтому нужно было идти за «обмундированием». Внизу был слышен смех: кто-то рассказывал анекдоты. Сталкеры хохотали и пили водку. Удивительные существа – люди, мы продолжаем радоваться жизни, даже когда смерть стоит у нас за спиной, но можем грустить, когда за окном мир и весна. Алиса спустилась вниз по лестнице и тут же заметила, что все внимание было приковано к ней: байки о вчерашнем нападении расходились быстрее, чем горячие пирожки.

- О, охотница на кровососов очнулась, – воскликнул молодой человек, сидящий на старой стиральной машине, в бежевой кепке.

- Обожди шутить, Фрост, – защитил девушку другой мужчина, и хлопнул парня по плечу. – Ты как, дочка, сюда попала? Еще и парнишку на себе принесла.

- Где ты кровососов столько нашла? – крикнул третий и, в очередной раз, выпил водки, прямо из бутылки.

Вопросы стали сыпаться с невероятной скоростью, и стало ясно, что путешествие корреспондентов уже обросло легендами.

- Да никого я не искала, – обиженно заметила Алиса. – Сами нашлись эти ваши кровососы…

Мужчины на пару секунд замолчали, переглянулись и рассмеялись.

- Ну, хорошо, юмористка, – пробасил один из сталкеров. – Обживешься еще тут, иди я тебе сухпай выдам.

- Где у вас больничное крыло? – поинтересовалась Алиса, рассматривая только что полученные колбасу, батоны, энергетики.

- Прямо по коридору и направо, – ответил мужчина, выдавший сухпай. – У Костоправа и лейтенанта Роговца твой друг лежит. Там они с ним постоянно возятся, но ты скажи, что Борода тебя прислал, они пропустят.

Алиса кивнула и пошла, искать медиков.

Медики-сталкеры курили, о чем-то оживленно разговаривая, поэтому пропустили к больному, предупредив Алису о том, что оператор еще в коме. Ванька был мертвенно бледный, под его глазами залегли тени, а еще он сильно похудел.

- Эх, Ванька, давай выкарабкивайся! – прошептала Алиса, сдерживая слезы, которые предательски катились по щекам.

- Успокойся, – Костоправ подошел незаметно, именно так звали того медика, который сегодня утром делал ей укол. – Мы сделаем все возможное. Через недельку – две, он уже хабар таскать будет.

Алиса снова печально взглянула на коллегу и вышла осматривать достопримечательности прачечной: облупленная синяя краска, потеки на побеленных потолках, ржавые стиральные машины, самые простые койки для отдыха сталкеров. Все гениальное – просто!

Алиса спустилась в основной зал, где гудели голоса и переливались анекдоты с байками и местным фольклором.

- Нет, ну, правда, – все еще не мог успокоиться Фрост. – Вы с затона пришли? Как там? «Скадовск» небось, процветает.

- На затоне никого нет, кроме людей в серо-голубой форме с орлами, – ответила Алиса.

- Как никого? – воскликнул Борода. – А на “Скадовске”?

Все присутствующие замолчали. Тут Романова стала понимать, что об этом никто не знал, но и врать было бы бесполезно.

- И на “Скадовске” тоже, – тихо сказала Алиса. – Никого. Я осмотрела трюмы, я никого не видела. А там кто-то должен быть? Вы с ними не связываетесь?

Сталкеры зашумели. Кто-то кричал, кто-то матерился.

- Никого? Только наемники? – обеспокоенно спросил Борода.

- Мы потеряли с ними связь после второго выброса, вся техника, вся электрика вышла из строя! – добавил Фрост.

- Это чудо, что вы добрались до нас, – произнес, с грузинским акцентом, мужчина, которого звали Вано. – Наемники никогда не отпускают свидетелей. А “Скадовск” на месте?

- Так как ты убежала от кровососов? – сталкеры снова вернулись к привычным расспросам, видимо они уже привыкли к потерям.

Алиса начала объяснять, все что произошло. Кто-то уже налил ей стопку водки.

- Не, не, – отринула Алиса, – Я не пью. Совсем.

Не то чтобы Алиса была убежденной трезвеницей, она увлекалась виски по пятницам, но пить водку с мужчинами – это уже моветон”

- За наше здоровье, за здоровье наших друзей. За наших близких, – проговорил Вано. – Грех не выпить!

Алиса сжала стопку в руке. Представила, как переживает ее, семья, а она даже позвонить им не может. Господи, как она хочет вернуться домой! В свой родной Ростов и снова прогуляться по Большой Садовой! Комок в горле разрастался и слезы подступали. Девушке действительно первый раз в жизни захотелось выпить этого мерзкого напитка, чтобы забыться, но она все же отставила стопку на стол.

- Спасибо, но пить не буду.

- Вы чего новичков спаиваете? – громко спросил Дегтярев, только что вошедший в зал, вместе с полковником Ковальским. – Сами пьете по –черному и другим наливаете?

- Не пьем, а лечимся! – закричал кто-то с другой части зала.

- Ладно, лечитесь, – сказал Ковальский. – Только не до “поросячьего визга”.

Алиса отошла от стола и направилась к лестнице, как вдруг услышала позади голос:

- Никогда не поддавайтесь на уговоры сталкеров, – начал говорить Дегтярев. – Даже если они относятся к вам дружелюбно.

- Я поняла, офицер, – согласилась девушка. – Спасибо за совет.

Алиса пришла к своей койке и решила выспаться: единственное полезное дело, которое она сейчас могла сделать. Сон был тяжелым и путанным, спать пришлось в жестком военном комбинезоне, поскольку в здании было холодно, поэтому к утру, девушка уже почти не спала, а просто прислушивалась, что происходит в прачечной.

- Проснись и пой, проснись и пой, попробуй в жизни хоть раз, – распевал Фрост, тот самый молодой парень, в бежевой кепке, который решил проявить верх вежливости и принес Алисе ее сухпай. – Как ты, журналистка?

- Как будто танк переехал, – честно призналась девушка, благодаря сталкера. – Спасибо вам большое.

- «Вам»? – парень заливисто засмеялся и, открыв одну из банок, удобно устроившись на одной из пустующих коек, начал наяривать “Завтрак туриста”. – Какая же ты вежливая! Так ты откуда?

Алиса улыбнулась в ответ: сталкер вызывал доверие и поднимал настроение. Наверное, они были примерно одного возраста, вот только, что могло заставить Фроста прийти в Зону?

- Из Ростова, – ответила Романова, открыв банку с тушенкой.

- Великого? – спросил неугомонный Фрост.

- Нет, из Ростова-на-Дону.

- Значит ты русская?

- А что не похожа?

- Похожа – не похожа, – улыбнулся Фрост. – Украинцы не сильно от русских отличаются.

- А ты украинец?

Фрост кивнул и отломал большой ломоть от батона, который он ел вприкуску с копченой колбасой.

- Агам, из Харькова. Так вы реально сюда случайно попали?

- Как сказать, – запуталась Алиса. – Мы приехали сюда снять … Репортаж. Не знали, что тут такое происходит. Слушай, Фрост, а почему вы зоветесь сталкерами?

Парень задумался и даже отложил батон, а потом все же нашел ответ:

- Кто-то мне говорил, что сталкер от английского stalk — «преследовать крадучись».

- И кого преследуете?

- Кого понадобится, – пожал плечами Фрост. -Мутантов, сталкеров, за артефактами охотимся. Наемники, например, охотятся на людей, за это им хорошие деньги платят.

Алиса замолчала, а потом, осмыслив фразу, спросила:

- То есть, вы этим зарабатываете на жизнь?

- Ну да, – усмехнулся парень. – В основном, да. Многие здесь по приказу правительства, как Ковальский со своими людьми, а Дегтярев, вообще СБУшник. При провале “Фарватера”, он тут разруливал все вопросы с “Монолитом”.

- А что за “Монолит”? – спросила девушка.

Фрост рассмеялся и заметил:

- Ты вообще ничего о Зоне не знаешь? – и получив утвердительный ответ, парень продолжил. – “Монолит” – это фанатики, которые охраняют подходы к ЧАЭС. Что-то типа секты. Убить их почти невозможно,узнать ничего нельзя, уж сильно не разговорчивые они, а на допросах вены перегрызут, но ничего не скажут, к тому же вооружены они до зубов...

- Серьезные ребята, – сделала вывод Романова. – Слушай, а выбраться отсюда есть хоть какой-то шанс?

- Это тебе нужно с нашими военными поговорить, – ответил Фрост, а потом, хлопнул себя по лбу рукой и добавил:

- Черт! Заболтался и забыл! Там, это, тебя наши кэпы вызывают, – вылавливая кусочки тушенки из гречневой каши, поведал парень. – Ты иди умойся – и к ним скоренько, а то вою будет – жесть!

- Спасибо, – Алиса резко встала и едва не упала, голова все еще невыносимо кружилась.

- Сбавь обороты, крошка, – Фрост откинул консерву и помог Алисе устояться на земле. – Ты чего? Может помочь?

- После ваших кровососов, – сказала Алиса. – Сложно выздороветь. Ты мне лучше скажи, куда идти, а то и так мне все пытаются помочь.

- Женщин у нас в Зоне мало, поэтому грех не помочь! – улыбнулся Фрост. – Смотри, умывальники сразу слева, а потом на второй этаж и направо, первая дверь.

Алиса кивнула, пошла умылась и поднялась по названному Фростом месту. Подойдя к двери, девушка на миг задумалась, что ее ждет, но спустя минуту все же постучала в металлическую дверь.

- Войдите, – раздался низкий бас.

Романова вошла внутрь комнаты, похожей на штаб: рации, датчики, карты, стол.

В комнате было трое: полковник Ковальский, мужчина лет сорока со строгим лицом, одетый в военный бронекостюм, сидел за столом и читал документы; майор Дегтярев, который был отвернут к окну и вглядывался вдаль. Он обернулся, когда Алиса вошла в комнату, а затем подошел к Ковальскому и что-то сказал, правда из-за потока мыслей, которые буквально жужжали в голове. Еще в этом импровизированном штабе находился полноватый мужчина, с горящим взглядом и приметной родинкой на виске. Этот сталкер, сидел на застеленной кровати, сложа по-турецки ноги и курил сигарету.

- Алиса Романова, значит вы журналистка, – начал расспрашивать Ковальский, отвлекаясь от изучения документов. – Что же привело вас в Зону Отчуждения?

- Пришел приказ, снять репортаж о Припяти, – открыто сказала Алиса.

- Ваш начальник Громов Алексей Владимирович? – спросил полковник.

- Да, – снова согласилась девушка.

Мужчины едва заметно переглянулись и Ковальский снова начал допрос:

- Напоминаю, что вы несете ответственность за вашу информацию.

- Я журналист и знаю это.

- Вы знаете, что вы находитесь в международном розыске? Вы и Самойлов Иван Витальевич.

- Что? – у Алисы был шок. – Как в розыске?

- От Громова поступило заявление, о том, что вы вместе с гражданином Самойловым украли около трех миллионов рублей из его сейфа, которые были предназначены для развития телеканала, нанесли вред его здоровью и скрылись в неизвестном направлении, – начал рассказывать Ковальский. – И теперь вас разыскивает Интерпол.

- Что? – вновь спросила девушка. – Ложь! Какая гнусная ложь! Громов сказал мне сделать репортаж и собрать информацию. Тут Ванька даже и не причем. Он сказал снять репортаж, дал мне сто тысяч рублей, причем отдал мне только четверть и все! Я даже не знаю, где у него сейф!

- Прошу предоставить ваше разрешение на въезд в Зону Отчуждения, – потребовал майор.

Алиса поняла, что ее обыскивали, когда она была без сознания. Сталкеры знали про липовый документ.

- Я ее потеряла, – соврала девушка.

- Алиса Сергеевна, – официально заметил Ковальский. – Документ у вас, мы знаем это.

Романова опустила взгляд и почувствовала, как еще щеки запылали. Она извлекла свое удостоверение и поддельное разрешение и положила документы на стол. К столу подошел Дегтярёв и внимательно осмотрел документы. Алиса знала, что СБУшник сразу понял, что разрешение сделано на фотошопе, хоть и с реальной печатью из бухгалтерии канала. Мужчина взглянул еще раз на корреспондентку и вынес вердикт:

- Удостоверение журналиста настоящее. Разрешение тоже...

Сердце заколотило в груди и она неповерила своим ушам.

- ... Если бы оно существовало в природе, – добавил Александр и разорвал бумажку. – Такого документа не выдают, Алиса Сергеевна.

Мужчины снова переглянулись. Они явно обсуждали это. Дегтярев посмотрел на Алису и заглянул ей в глаза, но от этого взгляда у Романовой похолодело внутри. Зулус закурил очередную сигарету и дым окутал помещение. Они ей не верили. А как доказать ей, что она не мошенница? Неизвестным людям из другой страны. У Алисы по щекам покатились слезы. Безысходность стала поглощать ее надежды.

- Несмотря ни на что, -продолжил Дегтярев. – Мы разрешим вам пребывать в Зоне и забудем эту ошибку.

Алиса недоуменно оглядела всех присутствующих. Такое предательство было сложно перенести. Надеюсь, они и в правду верят, что она этого не делала. Хотя эта дурацкая бумажка и подпортила ей репутацию.

- Мы не верим вам, – признался Ковальский. – Но знаем, что Громов не чист на руку. Скорее всего, вы стали просто орудием для отмывания денег, но подделку документов и проникновение на закрытые объекты нельзя объяснить тем же. Нам необходимо получить от вас полную информацию, так как вы последние кто совершили переход по Зоне, встретили наших людей на “Скадовске” и встретились с наемниками.

Алиса кивнула. Сейчас она была совсем не в том положении, чтобы что-то отрицать и скрывать. Она в который раз рассказала все, что с ними произошло в последние несколько дней. Военные слушали внимательно и делали записи.

- Как вы перешли от станции переработки отходов в Припять? – спросил Зулус. – Ведь там километров пять перехода и там такие твари водятся, что опытные сталкеры туда не суются.

- Мы бежали вдоль забора, – начала оправдываться Алиса. – А потом нас... Нас... Словно телепортировало к речному порту. Это звучит глупо, но так и было.

Реакция была неожиданной. Военные понятливо взглянули на нее, и Зулус поставил на карте красную точку.

- Значит, там есть телепорт? – спросил Ковальский. – Это хорошо. Так, а на “Скадовске” вы никого не нашли?

Алиса кивнула головой:

- Там было много погибших, но я успела поговорить со сталкером Гонта и он ...

Дегтярёв кинул молниеносный взгляд на девушку и снова опустил глаза.

- Хорошо, – прервал Зулус допрос, выручая приятеля. – Можете идти!

Алиса вышла за дверь: кошмар! Вот это подстава! Закинул Громов на съедение мутантов и деньги себе забрал! Вот это деловой подход. Лишь щелкнув пальцами, Громов сломал и Ванькину и ее жизни. Романова пришла к себе в комнату и села на кровать. Обхватив голову руками, она просидела несколько часов, обдумывая, как ей жить дальше.

Заскрипела дверь. Девушка не стала смотреть, кто вошел.

- Алиса, – послышался голос Дегтярева. – Вы в порядке?

- Да, – соврала Романова и подняла глаза. – Простите, майор Дегтярев, я забыла вам отдать, – Алиса закопошилась в рюкзаке и достала блокнот Гонты и записку. – Я, правда, ничего не знала о розыске и об этой краже.

Александр строго взглянул на Алису, внимательно осмотрел полученные вещи, прочел записку и нахмурился.

- Почему вы не отдали это мне раньше? – Александр свернул записку и положил в нагрудный карман комбинезона. – Я просил вас не распространяться насчет Гонты? Это ради вашего же блага.

Алиса решила промолчать. Она уже окончательно запуталась, кому нужно доверять. Дегтярев развернулся и стремительно вышел за дверь. Алиса же присела на кровать и начала копаться в рюкзаке. Удивительно, но камера уцелела и продолжала работать. Романова решила, что если жизнь катится в тартарары, то нужно хотя бы заниматься тем, что нравится, а потому она сфотографировала комнату, затем вышла и начала фотографировать достопримечательности прачечной. Сталкеры охотно принялись фотографироваться и делать снимки сами. Около получаса заняла эта фотосессия, потом же Алиса вернулась к себе и начала рассматривать снимки.

- Алиса, собирайся, – отрапортовал, вбежавший в комнату Фрост.

- Куда? – удивленно спросила Романова, сделав снимок сталкера.

- Собирайся. Приказ начальства. А зачем фото? – поинтересовался парень.

- Себе на память, – проговорила Алиса. – Сталкеры – удивительные люди! Увидеть ужасных мутантов, артефакты и аномалии – для них это в порядке вещей, зато увидев фотоаппарат, они радовались как пятилетние мальчишки, увидевшие в небе самолет! А еще они рискуют беззаветно своей жизнью, – восхитилась корреспондентка.

Фрост улыбнулся:

- Знаешь, здесь все не так, как в обычном мире, – он усмехнулся и кинул ей пару банок с тушенкой. – Зона меняет всех, и ты скоро изменишься.

- Все так серьезно?

- Ага, особенно если учитывать то, что к тебе такое повышенное внимание проявляет наша верхушка, – Фрост подмигнул. – Дегтярев с Ковальским о тебе постоянно трещат.

- Знал бы ты, о чем они трещат, – прошипела Алиса, но парень все же это услышал.

- Опа! А чего такое?

- Нет, Фрост...

- Да ну! – не унимался сталкер. – Рассказывай!

- Нет, приятель...

- Капец!

- Ладно, только никому, – разозлилась Алиса. – Я в розыске. Международном...

- Да ну нафиг? – глаза Фроста прожигали в девушке дыру. – Реально?

- Ты же хотел узнать, – развела руками Романова.

- Вот это круто! А я думал, что ты секретный агент под прикрытием, как Дегтярев, – слегка разочарованно произнес сталкер.

- Как Джеймс Бонд, – раздался голос майора Дегтярева, который вошел в комнату почти не слышно. Офицер был явно не доволен лишними разговорами. – Сталкер Алексей Морозов, прошу покинуть помещение и заняться подготовкой обмундирование к переходу.

- Так точно, – по-армейски отрапортовал Фрост и быстро закрыл за собой дверь.

Алиса молча глядела вслед ушедшему парню, пытаясь обварить в голове слова про секретного агента и понять, почему так разозлился Дегтярев. Видимо, офицер был реально засланным украинскими спецслужбами.

- Алиса Романова, – обратился на повышенных тонах военный. – Прошу заняться подготовкой к переходу, а не слушать сплетни, которые придумывают вольные сталкеры. Вы не сможете отразить атаки врага, мы это знаем, но держитесь ближе к группе, чтобы у вас был шанс на выживание. – Майор покинул комнату, так же быстро, как и появился в ней.

Алиса осталась стоять там же. Она закрыла глаза, потом часто-часто поморгала и начала собирать вещи.

«Здорово, – подумала девушка. – Чтобы у вас был шанс на выживание? Считает вообще никем. Вот же сволочь!»

Холодность общения со здешними военными начинала жутко напрягать. Дегтярёв, про которого все говорили «Легенда Зоны», вообще казался холодным мерзавцем, который по-армейски муштрует всех и даже ее. Единственными адекватными людьми Алисе казались Фрост и здешний торговец Борода, которые хоть немного проявляли нисхождения к ее слабой персоне. Остальные казались обыкновенными солдафонами с плоским юмором и грубыми манерами. Хотя, Зона Отчуждения учит не аристократическим манерам, а искусству выживания. Через десять минут девушка пошла в больничное крыло, чтобы проведать Ваньку, который все еще был слишком слаб, чтобы подниматься с кровати, зато пришел в себя. Когда Романова пришла в его палату, он спал. Будить его она не стала, лишь написала записку, вложила ее в руку Ваньки и сказала Костоправу, чтобы передал, что она приходила.

- Не переживай, – заверил ее военный врач.- И не таких поднимали. Все будет хорошо. Сейчас у тебя другая задача, сосредоточится и осторожно пройти к станции Янов.

- Станция Янов? – ухватилась за информацию девушка, которая не знала, куда нужно идти и главное зачем. – Где это? А зачем туда идти?

- Тебе все расскажут, – Костоправ делиться информацией не стал. – Удачи, журналистка.

- Спасибо, спасибо вам большое, – Алиса расстроенно улыбнулась и ушла к команде.

Ее уже ждали. К станции Янов шли 10 человек: из них она знала только Фроста, Вано, которого встречала на прачечной, Зулуса, устроившего ей день назад допрос с пристрастием и, естественно, Дегтярева, который рассказывал своим бойцам о переходе. Как только Алиса стала рядом, майор гневно взглянул на нее и холодно добавил:

- С нами гражданские, поэтому нужно будет думать об их защите. Жертвовать собой крайне необязательно, если что-то пойдет не так.

«Скотина», – подумала Романова, сложив руки на груди, пытаясь прожечь дыру взглядом в спине СБУшника.

- На подготовку семь минут, – отрапортовал Дегтярёв. – Разойдись!

Некоторые сталкеры сели заполнять автоматные магазины боеприпасами, другие стали раскладывать по карманам подствольные гранаты, третьи же просто сели курить.

- Прошу надеть комбинезон «Сева», – майор СБУ подошел к Алисе и глядя сверху вниз, заметил. – Вас крайне повезло дойти в Припять живыми. Зона любит дураков и отчаянных, но проверять это на себе не советую.

- Спасибо, пробовать не буду, – огрызнулась Алиса, поднимая невероятно тяжелое обмундирование и пытаясь найти в нем кнопку, которая поможет открыть костюм, который был похож больше на скафандр, нежели на обычную одежду.

- Я не сомневаюсь, – кивнул, улыбаясь, Дегтярёв, нажимая зеленую кнопку на плече «Севы», где сразу показались швы и застежки, с помощью которых костюм можно было открыть и, следовательно, надеть на себя.

Хотелось провалиться сквозь землю за свою несообразительность, но умереть в Зоне Отчуждения можно было куда более интересными способами. СБУшник молча поднялся по лестнице, а Алиса попыталась влезть в тяжеленный костюм и еще попытаться застегнуть его.

- «Сева» – для новичка, хуже кровососа, – рассмеялся Фрост, видя страдания журналистки. – Все силы вытянет. Давай помогу?

Девушка облегченно вздохнула и сказала, видя то, как сталкер ловко справляется со сложными механизмами, обеспечивающих безопасность сталкера в этой экипировке:

- Спасибо. Мне кажется, что хуже кровососа ваш Дегтярёв.

Слова девушки не остались незамеченными другими сталкерами. Зулус, заряжающий ленту в ручной пулемет, резко заметил:

- Дегтярёв, к слову, по праву считается «Легендой Зоны». Каждый, кто здесь находится, обязан ему многим. Кому не нравится, может проваливать из Зоны самостоятельно.

- Эй, – отозвался Вано, улыбаясь. – Зачем ругаетесь? Нам такой долгий дорога идти, нужно наоборот боевой дух поддержать!

- Действительно, – парень в пятнистой форме, который проверял прицел автомата «Лавина», оторвался от своего занятия и спросил:- Как зовут нашу спутницу-то хоть?

- Алиса Романова, – выдохнула девушка, которая была благодарна за разряжение накаленной обстановки. – А Вас? Я не всех знаю.

- Меня зовут Бродяга, – улыбнулся тот же парень. – Я снайпер, бывший монолитовец. Сейчас , правда, завязал уже с этим, – молодой человек рассмеялся. – Вот это, – Бродяга указал на человека с кислым выражением лица в зеленом защитном костюме. – Это лейтенант Соколов, военный пилот вертолета «Скат -4».

Человек, которого Бродяга представил, попытался изобразить улыбку и приветственно поднял руку вверх.

- А это, – продолжил бывший монолитовец, который показался Алисе славным малым. – Живой, он присоединился к нам из группировки “Свобода” пару лет назад, отличный снайпер.

Романова кивнула худенькому пареньку, которому было года двадцать два от силы.

- Винчестер – это любитель дробовиков, из группировки “Долг”, отличный малый, – продолжал Бродяга, показывая на мужчину, которому было уже за тридцать, с надменным взглядом и тяжёлым дробовиком в руках, а затем снайпер укзал на сталкера с нашивкой на рукаве в виде флага Украины. – Саня Шторм, военный штурмовик, всегда прикроет. Вот, кажется, всех назвал. Никого не забыл?

- Куда мы идем? – спросила девушка.

- Мы идем сначала на Янов, – неожиданно начал отвечать Зулус. – Там наберем боеприпасов, возьмем с собой еще наших людей и двинемся на Затон, чтобы разобраться с наемниками, которые наших людей на «Скадовске» убили. Тебя высадим около кордона, а там сама до вокзала доберешься.

- На кордон? – с улыбкой спросила Алиса, радуясь тому, что скоро все это станет кошмарным воспоминанием, но тут же поняла, что ее останавливает. – Но я не уйду отсюда без Ваньки, то есть без оператора.

- Мы отправим его с первым конвоем, который отправится к кордону, – заметил Бродяга. – Не переживай за него.

- Нет, – заартачилась девушка. – Мы пришли сюда вместе и уйдем…

- Это приказ начальства! – рявкнул Зулус. – Если вы уйдете вдвоем, то вас сразу сцапают менты, прямо на выходе из Зоны. Либо идешь сейчас, либо будешь сидеть со своим дружком еще года два за фальшивые документы.

Романова кивнула, соглашаясь с такими фактами. В то время, Фрост помог застегнуть Алисе экипировку, а она разбиралась со шлемом «Заслон» и ремнем, который умещал на себе два артефакта и четыре гранаты. Но вопрос, который крутился у нее в голове, словно сам вырвался, помимо ее воли:

- Туда, куда мы идем, будет что-то страшное?

- Легко, к сожалению, не будет, – сказал Дегтярев, который перезарядив автомат «ТРс», вручил его журналистке в руки. – Так, отряд, – обратился он к команде. – Выдвигаемся по моему сигналу.

Все путники надели шлемы и сняли с предохранителей оружие.

- Общаемся исключительно по делу, – добавил Дегтярев, и тоже защелкнул шлем “Заслон”. – Сначала идем до Автовокзала, потом на “Янов”. Сверяемся всегда с детекторами. Ну, вперед!

- Вперед! – загалдели в динамике десять голосов.

Бойцы вышли из прачечной и скорым шагом пошли к улице Энтузиастов. Все вроде бы тихо, в шлеме был встроен микрофон и динамик. Алиса сразу же почувствовала тяжесть комбинезона, рюкзака и автомата, который норовил выскользнуть из рук. Быть сталкером – крайне нелегкая задача. Кроме того, ей необходимо было быть в центре кольца, которое образовали сталкеры и тем самым подстраиваться под их скорость бега. После пяти минут путешествия, когда сталкеры приблизились к автовокзалу, послышался голос Дегтярева:

- До вокзала дошли, до “Янова” – полтора километра. Двадцать минут ходьбы, а до затона – три километра. Значит, часа через два будем уже перед кордоном.

- ЭЙ, друг, – послышался голос Вано. – Давай лучше что-нибудь споем! А то, меня эти расписания в тоску вгоняют!

Из динамика полился смех сталкеров. Стало слышно, как спадает напряжение.

- Хорошо Вано, не напрягаю! – рассмеялся в ответ Дегтярев на удивление Алисы, которая уже подумала, что СБУшник вообще ничего кроме приказов не может говорить.

- Как наша журналистка себя чувствует? – послышался в динамике голос Бродяги, который шел впереди. – Нравится наш чудо-город?

- Славное местечко, – поддержала веселую волну Романова, оглядывая развалины Припяти. – Думаю, он был очень красивым раньше до взрыва.

- Он был, действительно, очень красивым, – послышался голос Дегтярёва.

- Ты видел его? – спросил Зулус, бегущий справа от Алисы.

- Я родился в Припяти, – ответил майор, остановившись на месте и вглядываясь в прицел автомата. – Жил здесь, а потом ЧАЭС взорвалась.

- Слушай, ты мне никогда об этом не рассказывал, – сквозь шипение рации послышался грубый голос Зулуса.

Сталкеры остановились на пустынной дороге улицы Леси Украинки и заняли свои позиции.

- Как-то не приходилось об этом говорить, – ответил Александр. – В километре отсюда два псевдогиганта, отходим к сторожке Зулуса.

Группа военных двинулись в сторону высокого здания, попутно наблюдая в прицелы за мутантами. Вскоре сталкеры прижались спинами к холодной кладке кирпича, некоторые заняли позиции, полностью готовые к атаке. Алиса щелкнула предохранителем автомата и присмотрелась: уже в полукилометре от них двигались две огромные, обезображенные туши, около двух с половиной метра ростом. Несмотря на свою медлительность и неповоротливость, можно было сказать смело, что твари представляли серьезную опасность.

- Та-а-к, – протянул Бродяга. – Сейчас псевдогиганты протопают, и тогда пойдем. С ними связываться – себе дороже. Странно, они обычно ходят в одиночку и обитают в подземельях. Что их заставило выйти на свет?

Гиганты шли в район Карьера, угрюмо рыча, и не заметили группу Дегтярёва.

- Фух, – выдохнул Фрост. – А то кучу патронов пришлось бы потратить.

Едва закончив радоваться, тому, что беда миновала, сталкеры услышали выстрелы и рев со стороны псевдогигантов: какие-то новички, идущие со стороны цементного завода, который находился в паре километров отсюда, на радостях, что нагребли хабара тысяч по двадцать, решили, что псевдогиганты им по плечу. Мутанты зарычали и понеслись на двух незадачливых ходоков. Алиса почувствовала, как тяжело заухала земля под толстенными лапами тварей. Новички, у которых, к слову, в наличии были лишь автоматы АК-74, похоже, поняли, что сотворили большую глупость, затронув одного из самых грозных мутантов Зоны, и бросились наутек.

- Майор, – послышался голос Шторма. – Что прикажешь?

- Стрелять без предупреждения, – ответил Дегтярёв, рванув вперед. – Заходим слева. Вперед! – и сталкеры в единый миг помчались на помощь к незадачливым новичкам.

- Зашибись, – гаркнул Бродяга, срываясь в бег. – Теперь их спасай!

В эти минуты Алиса поняла, насколько Зона сильнее человека. Пули не пробивали толстенную кожу мутантов, и их неповоротливость в единый миг сменилась стремительностью движений.

- Заряжаем дробь и с ближнего расстояния! – командовал Дегтярев и одним из первых нанес удар по этим тварям. – Зулус – справа зайди, Шторм и Живой – подствольные гранаты! Бейте по лапам!

Взрыв трех гранат, оглушил Алису, а в голове появился неприятный звон. Мутанты стали слабее, значительно слабее, на их шкурах показались глубокие рваные раны.

- Отходим! – вновь раздался голос майора. – Ударными волнами будут атаковать!

- Ударными волнами? – спросила Алиса, которая держалась в парах десятков метров позади боя, она попятилась назад и вдруг услышала сзади себя рычание. Обернувшись, девушка увидела трех снорков, которые, услышали звуки боя и решили полакомиться трупами.

Алиса едва успела вскинуть автомат, как одна из тварей сбила ее с ног, ударив лапой по голове. На шлеме «Заслона» появились трещины, а от сильного удара, Романова неловко упала на спину. Спустя пару секунд, Алиса увидела, сквозь трещины стекла, морду твари, которая скалясь, заносила лапу для очередного удара. Выстрелы и кто-то рванул ее за руку, помогая очень быстро подняться на ноги.

- Ты можешь хоть пару минут не создавать проблем? – спросил разъярённый Дегтярёв, отстреливаясь еще от одного снорка. – Да какого черта?

Снорк был не таким, как его сородичи: его шкура была опалена, а вокруг его тела было электрическое поле, которое раздавалось небольшими разрядами.

- Электроснорк! – послышался в наушнике голос Фроста. – Майор, не убивай его! Разряд будет!

- За спину! – приказал Дегтярёв, толкая Алису. – Как только я выстрелю – прыгай как можно выше!

Та беспрекословно подчинилась и встала за широкую спину агента Госбезопасности. Попутно, Романова увидела, как Зулус зашвырнул одному из псевдогигантов гранату и после взрыва, мутант свалился на бок. Бродяга двумя выстрелами из «Лавины» убил второго снорка, а остальные сталкеры были заняты вторым псевдогигантом. Электроснорк высоко прыгнул в воздух, а Дегтярёв прижал автомат ФТ-200 к плечу и, прицелившись, сделал лишь один выстрел, который угодил в пасть твари, как только та приземлилась на землю, прострелив насквозь ее череп. Романова увидела, как майор за секунду после этого отбрасывает автомат и хватает ее за руку. Видимо, нужно прыгать. Девушка, почувствовала, как СБУшник тоже приготовился к прыжку. Синеватая вспышка и Алиса, ощутила, как по рукам будто бы прошел разряд тока. Ощущения были похожи на то, что чувствует человек, проходящий процедуру электрофорез: легкое пощипывание. Удар о землю. Алиса взглянула на обугленный труп электроснорка, который лежал в нескольких метрах от места их приземления. Александр сделал пару шагов туда, где лежал его автомат и, толкнув его сапогом, оружие затрещало, держа в металлическом корпусе электрический заряд.

- Александр, – осмелилась обратиться Алиса к командиру отряда. – Что это было?

- Позже, – отрезал майор, хватая автомат, который, кажется, уже не был полон тока. Агент Госбезопасности рванул туда, где ревел раненный псевдогигант.

Выживший мутант стал почти что подпрыгивать, ударяя своими руконогами по земле, создавая микроземлетрясения. Новички отчаянно старались устоять на земле, что получалось у них плохо.

- Дробь! – приказал Дегтярёв и участники отряда, тут же подчинились. – Остальные гранатами!

Еще дробь. Еще залп. Группа из Припяти закружили вокруг мутантов, осыпая их свинцом и минут через пять, такого вальса, второй мутант лежал на земле бездыханный.

- Идиоты! – воскликнул Живой, обращаясь к новичкам. – Вы бы еще к кровососам целоваться полезли!

“Зеленые” сталкеры были живы, хотя один из них был ранен отлетевшей пулей от десятисантиметровой толщины черепа.

- Спасибо, – проорал один из них, поскольку раций в их простеньких костюмах не было. – Думали, завалим их. Вы на “Янов”? Там с вами хабаром поделимся.

- Вот за это респект, – открыв шлем “Заслон”, ответил Фрост. – Ну, вперед.

Сталкеры двинулись к заброшенному железнодорожному вокзалу «Янов», который уже был виден, на фоне серых и тяжелых туч.

- Сашка, – в общем эфире стал слышен голос Зулуса. – Как ты электроснорка завалил?

- Из автомата, – честно признался майор.

- А как же разряд? – поинтересовался Фрост. – Мне рассказывали, что встречали электрохимеру близ ЧАЭС и она пятерых завалила разрядом, когда ее застрелили. Что он не разрядился?

- Разрядился, – согласился Дегтярёв. – Просто ток идет, как от Электры, по поверхности земли или стены. Главное, в тот момент, когда ты его убиваешь, тебя на земле не было.

- Елки-палки, – засмеялся Вано. – Вот же мастер! Кто бы такое придумал?

Алисе стало понятно, зачем они прыгали и почему автомат майора еще долго держал в себе заряд тока: металл – отличный проводник заряда. Девушка улыбнулась, понимая, что все же не зря, сталкеры между собой зовут СБУшника «Легендой Зоны». Двенадцать человек вошли на заброшенную ж/д станцию. Алиса удивилась, но в ней жили люди. И неплохо жили. Здесь были торговцы оружием, провиантом, медики и техники. Прямо свой мини-сталкерский городок.

- Разойдись, – громогласно приказал Дегтярев. – Сбор отряда через два часа.

В это же время Фрост уже выменивал, у только что спасенных новичков, артефакт “Душа”. Все сталкеры разбрелись кто куда: кто-то решил дернуть водки, перед выходом, кто-то отправился к друзьям поболтать, другие пошли запасаться патронами и гранатами.

- Эй, журналистка, – окликнул Алису Винчестер, опустивший шлем «Заслон». – Будь осторожнее. В противоположных крыльях здания, находятся враждующие между собой группировки – “Долг” – славные военные ребята, которые защищают мир от распространения Зоны и “Свобода” – идиоты-наркоманы, которые требуют сохранить мутантов и аномалии. Рассказывать обо всем, что знаешь, свободовцам ни к чему. Ты согласна?

- Хорошо, – кивнула Алиса, взглянув на противоположную сторону «Свободы», где ходили люди в зеленых комбинезонах и экзоскелетах. Винчестер, увидев положительный ответ, сразу отправился к приятелям долговцам.

Девушка оглянулась: вокруг ходили неизвестные сталкеры, которые с сарказмом оглядывали девчонку, которая не знала, куда ей пойти, если все так сложно. Вокруг ходили люди в разной форме: «Долг» был с красно-черным обмундированием, а «Свобода» в зеленом. Единственные, кто был не по душе Алисе, это два бандита – представители группировки, в которой были исключительно заключенные с мест, не столь отдаленных. Они следили за всеми и явно что-то замышляли. Один из людей, который был одет в кожаный плащ , лицо которого скрывала маска, сначала качнул головой в сторону Романовой, а потом указал на спину майора СБУ Дегтярева, который в то время отправился обсуждать закупку оружия и боеприпасов с местным торговцем по кличке Гаваец. Торговец, увидев давнего приятеля, засиял и сразу же начал предлагать самые новые образцы оружия, добытые в Зоне.

Алиса покрутилась и, не найдя себе занятия, прошагала к дверям, в которые они зашли. Она решила подышать свежим воздухом, поскольку была полностью уверенна, что выйдя за дверь, никакая опасность ей не будет грозить.

Свежим воздух в Зоне назвать было трудно, но, по крайней мере, свежий ветерок успокаивал разволновавшуюся журналистку. Вдали был виден какой-то бункер, рядом с которым крутились военные, которым, казалось, было решительно неважно, что происходит на станции «Янов». Недалеко от странного бункера был виден автомобильный мост, который возвышался над железнодорожными путями, а дальше… Дальше ничего не было видно, кроме заброшенных поездов, тихо ржавевших от дождя и снега. Алиса оперлась на прохладную стену вокзала и молча взирала на эту мертвую землю, мысли посещали разные, но радовало лишь одно, что скоро она покинет эти места, а позже встретит в России и Ваньку, который вот-вот поправится и покинет Зону Отчуждения. Вот только, что теперь делать с Громовым? Возвращаться на работу никак не хотелось, а как быть дальше? Они же в международном розыске, это значит, что нужно будет скрываться? Да, пожалуй, так. Это никак не радовало и никак не вписывалось… Мысли прервал неожиданный оклик, донесшийся, как раз, со стороны двери из которой Алиса и вышла:

- Опа-на! Гля, Шаман, бикса стоит!

Девушка вздрогнула, услышав мерзкий жаргон заключенных, обернулась на голоса: двое бандитов, именно те, который что-то обсуждали перед баром, одетые в длинные кожаные плащи, выходили из дверей станции «Янов» и двигались в ее сторону. За спинами урок висели автоматы, а рюкзаки были набиты хабаром, отнятым у других сталкеров. Не зря ведь девизом этой группировки являются такие слова: Ваш хабар – наш хабар. Алиса попыталась пропустить мимо ушей эти слова и попыталась избежать любого общения с представителями группировки «Бандиты», которые хорошими манерами, видно, не отличались. Девушка сделала пару шагов вперед и попыталась прошмыгнуть мимо бывших заключенных, но те явно не захотели упускать возможность дать ей уйти: один из бандитов, переградил ей путь ко входу , а другой достал нож из кармана.

- Стопэ, брюлик, не букскуй, – засмеялся один из мужчин. – Ты ж центровая бикса, не накосорезь и будет все в рже. Кенты твои нам косарь торчат, потому нам зачурать тебя надо.

- Я не понимаю вас, – Романова опустила лицо и потянулась за автоматом, висящим у нее за спиной.- Пустите меня на вокзал, пожалуйста!

- Волыну не тронь! – заорал один из бандитов. – Не то маслину в бок схватишь!

- Вон пошли! – потеряла самообладание Алиса, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она резко рванула вправо, пытаясь оббежать здание вокзала, надеясь найти еще какую-нибудь дверь.

- Дурканулась шаболда! – послышался крик сзади, а затем Алиса почувствовала, как крепкая рука хватает ее за волосы, наматывая их на кулак. Журналистке ничего больше не оставалось, как завизжать так громко, как это умеет только Алиса Романова.

- Пробивай, прохаваем мазу военных насадить на навар!

Удар рукояткой ножа по затылку принес ощутимый вариант: ноги подогнулись, а сознание помутилось. Один из бандитов ловко перекинул ее через плечо и крикнул своему другу:

- Ништяк, надо когти рвать!

- Султан быстро наезд замутит на урода этого, который кинул его на навар. Братки разрулят живо все.

Алиса почувствовала, как проваливается в пустоту, ничего не получалось с этим делать. Ей быстро замотали руки , а в рот запихнули кляп. Но полностью потерять сознание нельзя… Нельзя… Нельзя…. Дымка окутала разум, но тело продолжало чувствовать, как ее, как мешок, несут по шпалам. Бандиты о чем-то переговаривались, но разобрать слова не получалось. Все попытки пошевелиться карались ударом по ребрам. Весело… Спустя несколько минут – удар о землю, точнее о траву заставил прийти в себя.

- Шухер! – голосил один из бандитов. – Вовремя надо палево кинуть! Слева херачь тварей!

Раздался грохот автоматной очереди, замелькали тени. Алиса выплюнула кляп изо рта, благо это получилось. Сердце застучало: неужели это за ней? Отряд пришел ее выручить? Мимо! На бандитов напала целая свора слепых псов, а потому спасаясь бегством, урки бросили свою жертву и пытались отстрелять нападающих мутантов, которых было шесть или семь. Псы кидались на бандитов, разрывая им плоть, а заключенные стреляли в ослепших, облысевших собак, которые жаждали попробовать вкусной и питательной человечины. Романова оглянулась, понимая, что ей очень повезло, что бандиты отбросили ее в сторону: псов привлекал именно шум стрельбы и крики людей. Выстрел – один пес завизжал и, упал в траву, дергаясь в судорогах. Девушка, попыталась развязать путы на руках зубами, но ничего не получилось. Алиса снова оглянулась и увидела, что в парах метров забор из сетки рабицы, который ограждал какие-то здания, похожие на штабы, а выше стояла огромная антенна. Но главное, в заборе не было прорех, а значит, мутанты не смогут перелезть забор, который, возможно, сможет перелезть Алиса. «Благо не стреножили», – оптимистично подумала девушка, пытаясь подняться на ноги и как только это получилось, Романова рванула к забору, что есть сил.

- Мля, Крэк! Бикса!

Журналистка услышала, что еще одна собака завизжала, видимо получив пулю от бандитов.

- Хер с ней, вали тварей! Потом эту шваль защемим!

Но просто так пленнице сбежать не дали, несколько пуль пролетели прямо близ нее, поднимая пыль перед ногами, а рычание за спиной стало угрожающе близким. Псы явно начали преследовать безоружную жертву, у которой, к слову, были связаны руки, но автомат бандиты снять забыли, а это давало надежду на выживание еще на пару часов. Разбежавшись, как можно быстрее, Алиса с разгона прыгнула на сетку, цепляясь связанными руками за ячейки. Ура! Зацепилась, но два пса, которые преследовали ее, тоже попытались ухватить свой обед. У одной это даже удалось. Правую ногу в районе щиколотки сжали железной хваткой челюсти слепой собаки, которая пыталась разорвать плоть жертвы, но крепкие сапоги комбинезона «Севы» не давали твари прокусить прорезиненный материал. Девушка закричала от боли и что есть сил лягнула противника, повисшего на ноге: пес зарычал, но получив удар по морде, разжала железную хватку, а корреспондентка, улучив момент, подтянулась на руках и не удержав равновесия, упала через сетку на территорию Зенитно-Ракетного комплекса «Волхов», который оградил ее от нападения собак. Псы рычали и тыкались уродливыми мордами в сетку, пытаясь преодолеть преграду. Стрельба все еще доносилась с места боя бандитов и мутантов. Алиса сильно ушиблась при падении с полутораметрового забора, но боясь того, что как только бандиты разберутся с мутантами, то они, абсолютно точно, вернуться, чтобы добить свою беглую жертву, а потому, преодолевая боль, журналистка поднялась с земли и полубегом помчалась вперед.

Бывшее укрытие зенитно-ракетного комплекса СССР встретило Алису открытыми ржавыми воротами, с намотанной колючей проволокой. Подземный склад, ангары и штаб, а еще пара брошенных военных УАЗиков и БТР – ничего больше.

Укрыться от нападения было необходимо в большом здании, выкрашенном голубой краской, которая с годами облупилась, но не потеряла былой окраски. В бывшем штабе царило запустение: старое здание с квадратными колоннами и серо-голубой краской на стенах. Алиса тихо зашла и осмотрелась, заглянула за решетку – пусто, в другую комнату – тоже. Необходимо было отдышаться и развязать руки. На глаза попалось разбитое стекло в оконной раме, которое и смогло помочь разрезать веревку. Девушка устало села на пол и попыталась связаться с отрядом, но кнопка рации не работала. Выйти на волну не получилось, а это плохо, несказанно плохо. Укорив себя в своей беспечности, Алиса стянула со спины автомат «ТРс» и сняв его с предохранителя решила еще раз проверить здание на наличие противников, а лишь после этого попытаться переждать здесь ночь, которая стремительно наступала на землю Зоны Отчуждения. На стене одной из комнат штаба висел старинный плакат с советским лозунгом, похожим на один из тех, который она видела, в школе, в учебнике по ОБЖ за пятый класс. На нем был изображен солдат с винтовкой в руке и написано большими белыми буквами:

“Чтоб меткость и сноровку иметь в бою.

Храни, боец, винтовку, как жизнь свою”.

Алиса крепче сжала свой автомат, который она уже для себя нежно начала называть «Терезкой» и прошла в комнату, окрашенную в белый цвет, и где были разбросаны пожелтевшие бумаги и документы.

Корреспондентка осторожно шагнула вперед: на перевернутых столах и шкафах покоилась пыль, которая лежала здесь еще со времен взрыва в восемьдесят шестом. Алиса прошла дальше, просмотрела документы с пожелтевшими краями и жесткой бумагой для печатной машинки, на страницах были начерчены карты с переходами и важными военными объектами. Затем, она подошла к столу, на котором были разложены какие-то документы с чертежами и схемами. Девушку заинтересовали бумаги, поскольку на заголовке было написано «Путепровод Припять-1». Она взяла документы в руки, чтобы прочитать их подробнее, положив на стол «Терезку», но подняв чертежи, она увидела, что бумага, на которой распечатан документ, была свежей, предназначенной для принтерной печати. Текст! Текст напечатан на компьютере….

- Какого черта? – прошептала сама себе Алиса и потянулась за автоматом, но кто-то, внезапно, зажал Алисе рот рукой и приставил к горлу нож. Бархатный, холодный до дрожи, голос тихо сказал на ухо:

- Не дергайся! Кто ты? – неизвестный немного отвел руку ото рта.

Девушка поняла, что ее злоключения не заканчиваются: это были не бандиты, точно. Но человек, который поймал ее, здесь явно знал толк в убийстве человека, поскольку нож был прижат именно к тому месту, где билась сонная артерия, и малейшее нарушение поведения могло бы принести быструю смерть.

- Алиса, – испуганно прошептала журналистка, – Алиса Романова.

Корреспондентка понимала, что по собственной дурости, угодила в очередную западню и помочь теперь ей некому.

Единственный спаситель – Дегтярев со своим отрядом, ни сном, ни духом, что она не на “Янове”. Связаться со станцией тоже не получалось, а теперь еще кто-то хочет прикончить из-за документов, которые она здесь нашла. Алиса, все же решила попытать судьбу и медленно нащупала охотничий нож, заткнутый за ремнем.

- Простите, я ничего не хотела украсть. Я здесь совершенно случайно, – начала разводить полемику Романова.

- Совершенно случайно читаешь военные тайны, оставленные на столе? – прошептал неизвестный.

Дыхание сбилось, когда пальцы нащупали нож, но рисковать было страшно: хватка незнакомца была настолько крепкой, что девушка не могла даже опустить взгляд, чтобы увидеть цвет формы нападающего.

- Будешь вести себя тихо, и мы поладим, – неизвестный начал пятиться назад, вместе со своей пленницей, в другую комнату штаба. Невидимый охотник убрал от горла жертвы нож и сильнее прижал руку к ее шее. – Никаких глупостей и, возможно, ты выживешь…

В этот момент Алиса поняла, что нужно попробовать нанести удар: она выкрутилась из его объятий и сделала выпад ножом. Сталкер ловко увернулся и теперь скрутил девушке руки за спиной и прижал к себе лицом. Увидев неизвестного, Алиса охнула, узнав его по глазам: это был тот самый наемник – Светлый, который отпустил их с Ванькой в лесу. Парню было около тридцати лет. Русые короткие волосы, красивые голубые глаза, ростом он был выше среднего, спортивного телосложения, видимо он был бывшим спортсменом или военным. Резкие черты лица и высокие скулы, в целом, Алиса отметила, что у наемника была какая-то точеная, модельная внешность и мужчина это знал, подчеркивая это живой мимикой и манерным поведением.

- Вот это сюрприз! – Светлый улыбнулся, глядя на испуганную жертву. – А где дружка потеряла?

- Это тебя не касается, – сжав волю в кулак, ответила журналистка, но дрожащим от страха голосом.

- Смелая значит? – усмехнулся наемник. – Бывает. Это быстро лечится. Могу отправить тебя туда, откуда ты пришла: слепые псы и бандиты будут рады.

Алиса промолчала, понимая, что все ее действия были отслежены.

- Молчишь? Значит смелость прошла? Ладно…

Он снова ловко перехватил свою пленницу, завалил ее на стол и за минуту связал ей руки и ноги.

- Слушай, второй раз тебя таскаю, – заметил Светлый и закинул Романову себе на плечо. Наемник прошел в другую комнату. – Никому так больше не везло! Радуйся, ты – первая. Ну, не считая пары-тройки трупов со “Скадовска”.

Алису обуял страх: пары-тройки трупов со «Скадовска»? Так вот кто убил тех сталкеров на барже! Крик вырвался помимо ее воли. Наемник в один момент скинул ее на остатки книжных шкафов и пары письменных столов. Тело отозвалось гудящей болью от столкновения с твердыми остатками мебели.

- Мне казалось, что мы с тобой договорились, – Светлый поставил руки на пояс, а затем он достал из кобуры пистолет и направил его в район сердца журналистки. – Я сегодня не хочу больше убивать. Заткнешься и будешь наслаждаться своей никчемной жизнью еще часов десять – двенадцать.

Алиса кивнула, почувствовав удушающий жар от страха перед убийцей.

- Вот и молодец, – улыбнулся Светлый, убирая пистолет обратно. – Надеюсь, ты не будешь меня злить.

Наемник быстро прошел в соседний кабинет, забрал документы и оставленный Алисой автомат «ТРс», закинул бумаги в рюкзак, а «Терезку» за спину, где уже висел знакомый ИЛ86 – штурмовое оружие британского происхождения с системой булл-пап. Алиса молча следила за тем, как перезаряжал наемник свой автомат, а затем, отложив оружие, он быстро начал обыскивать ее карманы.

- Я думаю, ты не будешь против? – риторично спросил Светлый, выгребая из ее костюма гранаты, нож, патроны и два артефакта, хранящихся в специальных контейнерах. Тем самым, наемник не оставил ей ни единого шанса выжить или убежать из этого здания. – Если выживешь, то никогда не нападай на сильного противника с ножом. Пустая трата времени, поверь.

Девушка злобно взглянула на нахала, который в тот же момент извлек из ее кармана странный предмет, похожий на небольшой сенсорный телефон, на экране которого мигали зеленые точки. Алиса даже не видела ни разу этот предмет и совершенно не понимала, зачем он ей.

- Так-так-так, – расплылся в улыбке наемник, глядя на экран. – Значит, пострелять сегодня все-таки придется .

Сталкер стукнул пальцем по экрану, и карта приблизилась: точками были отмечены люди, которые проходили мимо. Девять зеленых точек двигались к ЗРК «Волохов».

- Так ты не одна? – удивленно спросил Светлый и еще раз стукнул по экрану, где показались позывные сталкеров. – Да еще и с кем!

Парень быстро извлек из кармана свой КПК, раскрыл электронную клавиатуру и быстро набрал цифры с экрана гаджета, который он нашел у Алисы в кармане. Послышались гудки, как при вызове телефона.

- Скажешь, чтобы он пришел один, – быстро отрапортовал наемник. – Всех дружков пусть оставит за забором.

Алиса почувствовала, что добром это не кончится, хоть и не знала, что задумал Светлый.

- Я ничего не буду говорить, – отрезала девушка.

Наемник скривился и быстро достал из кармана нож, лезвие которого сразу уперлось ей в район солнечного сплетения.

- Я уже сказал, что ты будешь делать так, как я скажу. Третий раз я повторять не буду!

Гудки прервались, и послышался голос Дегтярёва:

- Майор Дегтярёв, слушаю…

Романова нервно сглотнула и снова отрицательно замотала головой, понимая, что не сможет подставить человека, спасшего ей несколько раз жизнь. Светлый перехватил рукоятку ножа и крепко нажал на нее: бронепластина «Севы», у которой именно в этом месте стоял самый слабый металл, хрустнула и девушка почувствовала острие ножа уже на коже.

- Александр… – прошептала Алиса, слыша, как по щекам льются слезы. – Это Алиса Романова.

Наемник довольно улыбнулся, но не снижал нажима на нож.

- Да, Алиса. Мы идем. Вы целы?

- Да, цела, – сердце лихорадочно заходилось не то от радости за то, что отряд все же не забыл про нее, не то от того, что она сейчас подвергает их смертельной опасности.

- Никуда не уходите, – привычно вежливо добавил Дегтярёв.- Сейчас мы поможем.

- Александр, – почувствовав, как в том месте, где лезвие касалось кожи, намокла ткань комбинезона от крови: Светлый лишь немного сильнее нажал на рукоять, как на том же месте образовался порез. – Придите один, пожалуйста.

- Что? – переспросил агент Госбезопасности. – Алиса, с кем вы?

- Никого нет, – соврала девушка, глядя в голубые глаза наемника, который подмигнул ей. – Так нужно, прошу…

- Хорошо, я все сделаю, – согласился майор СБУ. – Ждите.

Короткие гудки. Светлый положил в карман КПК и, сверился с электронной картой: восемь точек, остались за территорией ЗРК «Волохов», а одна мигающая зеленая точка двигалась к штабу.

- Послушный, – отметил сталкер, закидывая за плечо оружие. – Слушай, я вас на свиданочку оставляю, про меня сильно не болтай, иначе наш герой долго жить не будет. Бывай!

– Тварь! – прошипела Алиса, а Светлый лишь похлопал ее по щеке и скрылся за дверью, добавив:

- Будь умничкой!

Девушка осталась одна в штабе ЗРК “Волхов”, безоружная и связанная. Что ждать от этого наемника – неизвестно. Алиса попыталась освободить руки или ноги, но веревка была завязана на совесть. Как предупредить Дегтярёва о том, что это ловушка? Мысли путались.

Через несколько минут послышались шаги. Алиса затаила дыхание. Майор, словно чувствовал опасность, а потому не спешил подходить к ней, и остановился в дверях. За столько лет, которые он находился в Зоне, он знал, что где-то подвох. Журналистка огляделась и прошептала:

- Прошу уходите.

Сталкер не спешил уходить, даже несмотря на предупреждение.

- Алиса, – спросил военный, сняв с предохранителя ФТ-200М и оглядевшись. – Кто здесь?

- Я, – сказал Светлый, который появился неизвестно откуда. Наемник зашел из-за спины Александра и уткнул ему в затылок автомат. – Здравствуй, майор. Я слышал, что тебя повысили, дорогой СБУшник.

- Я отказался от внеочередного звания, Дмитрий, – спокойно заметил Дегтярев, отбросив на пол уже ненужный автомат. – У тебя всегда устаревшая информация. А ты как в ФСБ? Теперь решил на наемников поработать?

Мужчины разговаривали, как старые приятели. Все хорошо, если бы не оружие, мешающие их “приятному воссоединению”.

- Ты прав, – улыбаясь ответил Светлый, толкая в спину Дегтярёва, проходя внутрь комнаты. – ФСБ живет и процветает, особенно без таких уродов, как ты. Чертов ублюдок, как ты мог нас сдать Украине? – наемник сорвался и его лицо исказила гримаса злобы.

- Никого я не сдавал, идиот, – равнодушно добавил Дегтярев. – Меня свои же сдали, когда я работал в Америке, СБУ меня почти из Алькатраса вытащили.

- Врешь, сука! – прошипел Светлый, который скинул палец с предохранителя на курок. – Но, я забуду твое предательство и не пристрелю тебя, как паршивую собаку прямо здесь, если ты выполнишь мои условия: ты ведешь меня к ЧАЭС, а потом проваливаешь из Зоны раз и навсегда.

- Ты не много себе возомнил? – рассмеялся Александр, в то время, как Дмитрий обошел Дегтярева, посмотрел в лицо и, не спуская с него прицел, поднял Алису и перевел ствол автомата ей в голову.

- Согласишься – и девчонка будет жить, – добавил наемник.

- Стреляй, – развел руками СБУшник. – Ты же знаешь, что ради цели мне самому пришлось многих порешить.

Девушка не верила своим глазам: Дегтярёв предал ее? Он же обещал! Дмитрий положил палец на курок и внимательно следил за реакцией своего бывшего друга:

- Ты никогда не умел блефовать, – рассмеялся наемник. – Ты бы просто не пришел сюда, если бы она тебе была не нужна. Поэтому ты обязательно примешь мои условия. Звони своим ребятам, хвост нам будет ни к чему.

Майор, без лишних слов, достал из кармана КПК и набрал Зулуса:

- Да, Сань, что прикажешь? – послышался грубый голос “Долговца”.

- Ждите, без моего приказа не нападать, – ответил Дегтярёв, прожигая взглядом Светлова. – Алиса здесь, сейчас мы выберемся.

- Хорошо. Ждем. – Ответил Зулус и прервал связь.

Наемник улыбнулся и отдал новый приказ:

- Маячок давай. Карта вам теперь тоже ни к чему.

Александр достал из кармана такой же гаджет, какой был у Алисы и кинул его на стол.

- Нравитесь вы мне, ребята, сговорчивые вы, – Светлый подтолкнул Алису вперед и обратился к агенту СБУ. – Теперь веди меня к ЧАЭС.

- А если не соглашусь? – спросил Дегтярев, сжав кулаки.

- Тебе лучше согласиться, – победно улыбнулся Светлый и плотнее прижал к голове Алисы пистолет. – Я советую!

====== Часть 3. Ложь. Первый шаг. ======

Глава 3. Первый шаг Неизвестный гул прорезал тишину Зоны, и стало совсем тихо. Землетрясение прекратилось, и небо разразилось проливным дождем, выплеснув накопившееся напряжение после выброса – именно так называлось то, что происходило сейчас на территории Зоны Отчуждения. Алиса это узнала полчаса назад, найдя под металлической сеткой пола баржи «Скадовск» тетрадь с записями Гонты. Эта записная книжка принадлежала сталкеру, который умер почти у нее на руках там, на втором пролете, в трюме номер пять, примерно час назад. Журналистка, дрожащими руками, держала эту маленькую, кожаную книжицу, удивлялась и ужасалась одновременно. Какое-то странное чувство, когда понимаешь, что читаешь сейчас именно о том, что не успел тебе рассказать человек. В этой записной книжке были фотографии людей, большинство из них мужчины, которые зовутся сталкерами, только вот что означает это слово, Алиса так и не узнала, зато она прочитала, что в Зоне Отчуждения полно мутантов. Гонта писал, что эти твари убивают без всякой жалости и каждая имеет свои особенности. Кажется, погибший сталкер, был охотником на мутантов, потому что все страницы были исчерканы неровных почерком, рассказывая о поведении и слабостях монстров. Алиса посмотрела на рисунки сталкера, которые иллюстрировали этих зверей и Романовой показалось, что самыми страшными являются кровососы: высокие гуманоиды с щупальцами вместо рта, с помощью которых мутант выпивает всю жидкость из своей жертвы. Журналистка еще раз посмотрела на рисунок кровососа, а затем перелистнула на страницы, посвященные каким-то аномалиям, разрывающих за несколько секунд, все живое, что в них попадает, дальше шел раздел о мистических артефактах, за которые многие сталкеры отдали жизни в этих зловещих местах. Корреспондентка на миг отвлеклась от чтения и, прикрыв книгу, она глянула на ржавый потолок « Скадовска», пытаясь увидеть за ним алеющие небеса, нависшие над проклятой землей. Что же это за место такое? Почему об этом никто не знает за границей Зоны? Можно ли выбраться отсюда живыми? Еще Алиса посмотрела на свою ладонь, где под кожей, словно синяя пуговица, синела та самая жидкость вколотая умирающим Гонтой. Сначала девушка испугалась, но вроде бы никаких последствий после укола не было, даже наоборот, самочувствие улучшилось, а раны... Ладно, раны остались прежними, но уже не кровоточили. Гонта сказал, что “Антидот у тебя”. Возможно, это и есть тот самый антидот, но только от чего? Громко вздохнув, Алиса снова начала листать страницы записей Гонты, как вдруг среди пожелтевших листков нашлась отдельная записка, написанная неизвестным сталкером: ” В Зоне грядут перемены. Мои бойцы узнали, что правительство Украины хочет быстро закрыть четвертый энергоблок новым саркофагом. Они думают, что это поможет. Но, кто здесь уже больше пяти лет знают, что это не спасет. Сталкеры стали все чаще пропадать. На “Скадовске” уже не безопасно. Говорят “Монолит” подкупил наемников, и теперь они что-то ищут вместе. Выбросы теперь невозможно пережить, не спрятавшись достаточно надежно, они спалят все живое на территории. Реактор набирает обороты. Нужно что-то делать, нужно что-то решать... На территории “Скадовска” работали ученые, которые разработали “Антидот”. Теперь нужно его передать и распространить. Надеюсь, что я успею добраться к Припяти. Хотя, я уже никому и ничему не верю. Держись, Гонта. Ждите подкрепления”. Пролистав записную книгу дальше, Алиса не нашла никаких записей, далее были лишь белые, пустые листы. Романова потерла виски, надеясь хоть как-то осмыслить прочитанное и увиденное в эти последние несколько часов. Голова мыслить отказывалась и, теряя последнюю надежду, на то, что сейчас выскочат люди с цветами и закричат ” Это розыгрыш!”. Она пролистала блокнот Гонты еще раз и наткнулась на знакомое слово, точнее фамилию: Дегтярев. В мыслях всплыли крики наемников и Алиса начала тщательно вычитывать неразборчивый почерк Гонты, около фотографии этого самого Дегтярева. Там было написано: “После провала “Фарватера” Зона стала, открыта для многих, но Сашка говорит, что нам нужно бояться не Монолита, а ….” Далее страница была вырвана, и чего бояться, Алиса так и не узнала.

- Какого? – Романова осмотрела книжку со всех сторон, в поисках продолжения.- Одни загадки, блин, и еще куча всякой ерунды.

Алиса сняла черную обложку и еще раз потрусила блокнот – ничего, хотя... Стоп! На изнанке переплета, в самом незаметном месте, что-то было прикреплено. Это была записка Гонты к Дегтяреву: “Монолит” начинает войну. Они нашли способ запустить реактор. Скоро выбросы превратят всю Украину, Белоруссию и часть России в “Зону Отчуждения”. На “Скадовск” будет нападение, мы будем отбиваться до конца, но наемников мы долго не удержим. Иди на четвертый реактор. Я попытаюсь передать “Антидот””. Знаете, многие скажут, что человек в таких условиях сядет тихо в уголок и будет плакать, но любой, поверьте, самый последний трус (к категории, которых Алиса очень подходила) будет стараться спасти свою любимую и драгоценную шкурку. Когда попадаешь в подобную ситуацию, приходится делать невозможное.

Обойдя все трюмы “Скадовска”, журналистка не нашла ничего, кроме этого блокнота Гонты и зловещих, красных потеков на стенах корабля.

- Алиска, ты как? – тихо протянул только что проснувшийся ото сна Ванька. – Мы где?

- Ой, сказала бы я, где мы. У тебя не болит ребро? – вздохнула девушка.

- Нет,- оператор быстро поднялся на ноги и, не поверив своему самочувствию, даже попрыгал на месте, для полной уверенности. – Вообще не болит! Ты меня тут прооперировала что ли?

- Правда не болит? – переспросила Романова, тоже не веря тому, что обезболивающее может настолько хорошо снять боль от сломанного ребра.

- Ага, – протянул пострадавший. – Ни грамма! А куда теперь? Надо отсюда выбираться, но только скажи, все-таки, где мы?

Девушка отвечать не стала, лишь спешно достала свой смартфон и набрала номер начальника канала, ведь пока Ванька на ногах, нужно было отсюда драпать. Но телефон не включался. Совсем. Словно стал обычной черной пластмассой.

- Ванька, быстро дай мне свой “Самсунг”! – крикнула Алиса, и репортер извлек из кармана новенький гаджет, который он купил на прошлой неделе.

Ошибки не было, устройство Ваньки тоже не работало. Алиса ловко сняла задние панели и извлекла батареи, которые оказались пустыми, словно выеденными неизвестным зверьком.

- Вот те на! – ахнула Романова и показала оператору пустые пластиковые оболочки аккумуляторов.

- Черт, – ругнулся Ванька. – И что теперь?

Алиса почувствовала, как на нее снова начала давить невероятным грузом ответственность, и терпеть это было невозможным.

- Все! Накрылось наше легкое спасение медным тазом. Теперь вариантов всего два: либо к тем ублюдкам в лес. Если выживем – то к Кордону убегаем, а позже будем мы сидеть за «Проникновение на закрытую территорию», – Алиса с отчаянной улыбкой начала рассказывать ближайшие планы на будущее. – А второй вариант: взять пушки у убитых в трюме, и, как учил нами любимый Джон Рембо, стреляем всех чертей, встретившихся по пути в эту пресловутую Припять! А что будет дальше вообще не понятно, – у журналистки глаза наполнились горячими слезами, которые обжигали лицо и мерзко попадали на губы и в рот. – Так вот, Ванюша, выбирай. Сдохнуть там или на Кордоне?

Усталость и страхи дали о себе знать. Алиса никогда не отличалась хорошим характером, была не сдержанной, а здесь уже просто накопились страхи и выплеснулись через край. Зато Ванька удивил своим поведением, обычно веселый и общительный парень, внезапно, стал серьезным, достал сигарету и закурил. Потом подошел с серьезным лицом к своей подруге, вытер рукавом слезы с ее лица и сказал:

- Мы выживем, я клянусь тебе, мы будем дома. Ты уж точно, я обещаю. А теперь, скажи, что это за блокнот и карта? И какое у нас есть оружие, и про каких убитых ты говорила?

Алиса все еще не могла отдышаться от истерики, но рассказала, все вкратце. Все, кроме записки Гонты. Показаться сумасшедшей ей не хотелось.

Ванька прочитал и просмотрел карту, затем поднялся в трюм, где Алиса разговаривала с Гонтой и нашла всех погибших, а потом , вернувшись с двумя автоматами, подобранными у убитых, спросил:

- Сколько будет действовать обезболивающее?

- Если сделаем еще укол, то еще два часа.

- Бери АКС, – сказал спешно оператор и закинул рюкзак со всем тем, что корреспонденты нашли на «Скадовке». – Да и блокнот не забудь.

Ванька переломил ампулу, набрал в шприц обезболивающего и ввел себе внутривенно. Алиса не предлагала свою помощь, поскольку знала, что первые несколько лет, Самойлов учился на медицинском факультете и справится с простой инъекцией гораздо лучше сам.

- Куда мы? – спросила Алиса, наблюдая за оператором.

- В Припять, – сухо ответил Ванька. – Нужно узнать, что там и, все-таки, мне кажется, нужно идти туда, куда тебе указал тот сталкер.

- Вань, ты себя слышишь? – отчаянно спросила Романова своего давнего друга. – Я не хочу играть в героев, я просто хочу жить!

- Поверь мне, я думаю, что это правильно! – Иван полностью взял инициативу на себя и, потянувшись, взял за руку свою коллегу, а другой рукой открыл ржавую дверь «Скадовска».

Мир изменился после Выброса. Трава была будто обожжённой, зато стало понятно, почему оплавилась краска на корабле. Молодцы “Монолит”, хорошо работают, если это они устраивают такое. Алиса следила за самочувствием Ваньки, а в руке крепко сжимала АКС.

- Вань! – тихо окликнула парня Романова, когда они отошли метров на пятьсот от «Скадовска». – Я стрелять не умею.

Ванька повернулся и улыбнулся:

- Смотри: магазин вот так отсоединять, – он достал пару патронов из рюкзака и заполнил магазин автомата полностью. – На предохранитель здесь ставишь. Вот эту ручку. Если щелкнул, значит сняла. Все остальное — как в пейнтболе. Поняла?

- Ага, – Алиса закивала головой и начала вспоминать пострелушки в парке Революции, на которые они ездили пару раз в выходные.

А ведь больно было, когда кто-то из команды противников близко выстреливал шариком с краской, а потом синяки на теле оставались. Зато здесь, из автомата, почти не больно и без синяков. Да-а-а, несомненный плюс! Было удивительно тихо: лишь капал дождь и где-то вдалеке лаяли слепые псы, так назывались мутированные собаки, которых в Зоне было очень много. Как и всякий мутант, обитающий в этих краях, псы желали разорвать любого вкусного и очень питательного человека, который попадется им на обед. Конечно для опытного сталкера они не представляли никакой опасности , но для новичков были страшным испытанием. Теперь же корреспонденты знали, какую угрозу жизни представляют мутанты особенно для случайно зашедших сюда журналистов. Но эта зловещая тишина была не долгой.

Едва они дошли до аномалии «Рубец», отмеченный на карте, появился какой-то лишний шум.

Рев – и журналисты вскинули оружие с плеч. Говорить теперь нельзя — здесь так не принято. Рычание стало ближе. Страх сковал тело, хотелось расплакаться и выйти из этой страшной игры. Алиса глянула на Ваньку, а он лишь сосредоточенно вглядывался назад, туда, где стояли старые портовые краны. Послышалось устрашающее рычание в камышах, и мелькнула тень. Словно кошка, снорк , та самая тварь, которую Алиса видела в лесу, когда они попали в засаду, прыгнул на журналистов, но те успели увернуться. Ванька толкнул Алису дальше от мутанта. Первые выстрелы прошлись по безбожно «оголенной» спине прыгуна, не причинив ему никакого вреда. Алиса тоже попыталась убить тварь, но привыкнуть к оружию оказалось гораздо труднее, чем к маркеру на пейнтболе. Только в фильмах, все так легко. Снорк неистово взревел и сбил Ваньку с ног, но оператор уже всадил в него автоматную очередь. К сожалению, желаемого результата не последовало. Ванька держал руками дергающуюся морду мутанта над собой, в то время как тот, пытался укусить оператора. Нужно было действовать. Причем срочно. Алиса схватила «Калашников», но стрелять было страшно — велика вероятность выстрелить в Ваньку. И тут в голове всплыла пометка, сделанная красным карандашом в блокноте Гонты: « Снорки разумны, поэтому лицо всегда скрывает противогаз.» Дальше тело действовало само: Алиса подбежала и со всего маха ударила ногой, по оскаленной морде мутанта. Нога неприятно загудела, будто девушка пнула камень, зато противогаз на морде мутанта сухо звякнул и слетел. Не рассчитав силы, Алиса настолько сильно ударила тварь, что голова снорка подалась назад и позвоночник, находящийся на поверхности спины хрустнул, и что-то мутное брызнуло меж позвонков мутанта, и он мгновенно обмяк в руках оператора. Ванька откинул мертвую тварь и, задыхаясь, сказал:

- Спасибо.

- Ты как? – подняла Романова друга с земли.

- Нормально. Ты откуда узнала, как эту хрень убить? – удивленно спросил Иван?

- Вычитала, пока ты спал. Эта хрень, кажется, снорк называется. Похоже на человека, только очень обезображенного. У него еще есть разум, и поэтому он свою рожу не может открыть...

Корреспонденты приблизились к мутанту, чтобы его рассмотреть: позвоночник был снаружи. От напряжения, которое мутант направлял на схватку с Ванькой, а еще и от удара берцем по голове, позвоночник треснул и теперь спинной мозг стекал по оголенной плоти. Морда твари была также обезображена: рваная кожа, сквозь которую просвечивали мышцы и сухожилия, глаза красные, наполовину выгнившие. Видеть это было тяжело, потому что, явно, это существо было человеком. Но, что могло довести к этому печальному результату “радиационной эволюции”, оставалось загадкой. От этой картины у Алисы закружилась голова, и внезапно поплыло сознание. Рвота. Тело трясла крупная дрожь. Ванька брезгливо пнул мертвую тварь, но потом достал фотокамеру и сделал пару снимков.

- Пошли, пошли, скорее, – утирая рот рукавом, сказала Алиса. – Скорее, пока я держу себя в руках.

Ванька кивнул и, придерживая за локоть, Алису поднял с земли свой автомат.

Дальше корреспонденты шли более быстро и аккуратно, постоянно придерживая палец на спуске автомата. Пришлось пару раз спрятаться в камышах, чтобы уберечься от нападения стаи псевдособак и кабанов. Позже, журналисты достигли заветной «Станции переработки отходов», которая на карте была отмечена как «Переход в Припять».

- Смотри, вот тут проход? – спросила Алиса Ваньку, изучавшего карту местности.

- Ну, похоже, что да, – Ванька замялся. – Тут какие-то еще пометки есть, вот бы еще знать, что это за …. Тихо!- Ванька потянул Алису за плечи к земле. – Там кто-то есть.

Романова спорить не стала и сразу опустилась на землю, прислушиваясь к шуму. Там явно были люди, но и не только: шипение и бульканье дополняли букет звуков на станции.

- Черт!- прошипела Алиса. – Это аномалии. У Гонты про них написано.

Романова достала блокнот и начала перелистывать его.

- Ванька, смотри, – девушка показала записную книжку. – Это газировки – кислота в чистом виде! А вот то марево над землей, наверное, жарка. Сжигает все под температурой полторы тысячи градусов по Кельвину.

- А по бокам, похоже, это, – Ванька сравнил зарисовки сталкера с изображением аномалии “Воронка”. – Оно?

- Да. И как нам пройти? Если даже не учитывать тех ребят, что стоят на дверях, в военных костюмах. Где карта?

- Смотри, – указал вперед Ванька. – Вдоль забора аномалий нет.

Алиса вытащила карту из кармана, но как-то это получилось неловко, и Романова зацепила рукой забор из сетки-рабицы, который предательски звонко задрожал и привлек внимание охранников станции.

Предупреждений не было – сразу открыли огонь. Паника! В голове застучала кровь. Куда бежать? Слава Богу, думать не пришлось. Ванька дернул за руку Алису, и они упали за бетонную стену.

- Скорей, смотри, где проход!- крикнул оператор.

Алиса развернула карту и еще раз просмотрела на точку, указывающую на забор. Точка была такого же цвета, как одна из точек в Припяти. Может какой-то подземный коридор? Романова колебалась: как объяснить Ваньке, что нужно бежать «в забор», а еще, то, что нужно все это делать под пулями военных и мимо аномалий. Но слова Гонты о том, что нужно идти строго по карте, били набатом. Алиса решила сделать самый безответственный поступок в своей жизни и идти туда, где находилась, эта чертова точка. Терять было нечего, поскольку охранники станции убьют их через несколько минут.

- Ванька! Давай без расспросов, бери автомат и бежишь за мной, только за мной! Шаг в шаг! – протараторила Алиса.

- Хорошо,- спешно сказал Ванька.

Послышались шаги, в метрах двадцати, от того места, где они сидели. Военные решили не церемониться и не подставлять себя под опасность. Они решили убить незваных гостей без шума и криков.

- Давай на счет три, хотя бы...- прошептал Ванька.

- Три!- закричала Алиса и с низкого старта сорвалась бежать вдоль бетонного забора.

Раздалась автоматная очередь, военные явно не ожидали, такого сюрприза. Аномалии, действительно, не доходили до забора, зато изменяли траектории пуль, но и еще разряжались от того, что туда попадали бегущие наперерез солдаты. Алиса только краем глаза видела, как шипели и втягивали в себя газировки, кислотные лужи с убивающим испарением, людей, воронки, представляющие собой воздушные водовороты, разрывали тела и разбрасывали по округе останки. Алиса опустила голову и сильнее вжалась в стену, от которой то и дело отлетали осколки от пуль. Романова вздрогнула от разряда воронки, которая разнесла военного на мелкие куски, и на щеку журналистки брызнула кровь, только что разорванного в адской аномалии. Казалось, этот безумный марш-бросок не закончится никогда. Плечо пронзила резкая боль от того, что одна из пуль достигла цели. Казалось, что тело обожгли огнем, но как-то точечно. Алиса вскрикнула и зажала рану, но не остановилась: она знала, что будет ей стоить секундное промедление. Говорят, что дуракам везет. Правы, видимо. Ведь корреспонденты почти добежали до забора, отмеченного на карте.

До этой точки оставалось метров пять, но на этой бетонной стене ничего не было. Даже трещинки не было.

- Ванька!- закричала Алиса от страха и безнадежности. Боже, да чем она вообще думала, когда решилась сюда бежать. Их пристрелят, как загнанных лошадей, раздавят, как тараканов в углу.

Разворачиваться? Застрелят. А впереди – бетонная стена. Но вдруг, какая-то неведомая сила преобразила воздух перед ними, и он стал отливать серебром. Остановиться они бы уже никак не успели. Корреспонденты влетели в эту дымку и, ожидая удара о бетонный забор, сгруппировались, но его так и не последовало.

- Как? – Ванька встал на ноги и огляделся.

Все было верно. Журналисты были в Припяти. Это был перекресток у Речного Порта, отмеченного на карте тем же цветом. Громадина порта высилась серой стеной над пришельцами, а на стене стояли обветшалые и выцветшие буквы «Прiпять».

- Знаешь, – заскрипела Алиса, держась за раненное плечо. – Тут, я смотрю, каких только чудес не бывает.

- Ты ранена? – Ванька присел и осмотрел рану. – Порядок, Алиска, пуля прошла на вылет. Нужно только обработать, сейчас,- и парень потянулся за рюкзаком, в котором были бинты.

- На вылет? – спросила девушка, чувствуя, что сможет дойти без обработки раны. – Не надо обрабатывать. Пошли скорее отсюда. Мне кажется, что за нами следят.

Что могло помочь ей не чувствовать боли? Может тот укол от Гонты. Девушка снова взглянула на синеву под кожей, но Ваньке ничего говорить не стала.

- До прачечной полчаса ходу, – объявил оператор, сверяясь с картой. – Вытерпишь?

Алиса молча кивнула и подобрала свой автомат.

На улицах Припяти не было никого, как говорится: ” Тихо на улицах, чисто в квартире. Спасибо реактору номер четыре”.

- Ты ничего не чувствуешь? – спросила Алиса, когда они пересекали периметр бывшего Припятского госпиталя.

- Нет, только холоднее становится, – поежился Ванька.

- Холоднее?- переспросила девушка и глянула на друга, который стремительно бледнел.- Что-то ты мне не нравишься...

Тут стало понятно, что шагать нужно быстрее, потому что обезболивающее переставало действовать.

- Вань, прибавь шагу.

- Хорошо. Ай! Блин, ребро болеть начинает...

Тут раздался рев, похожий на крик. Только этого не хватало! Алиса зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение, которое засело в голове. Она не знала точно, но догадывалась, что это те самые ужасные кровососы, которых она оценила, как самого «страшного мутанта Зоны». В дневнике, Гонта подробно описывал поведение мутанта и писал:

«Что сильных сторон у кровопийцы много: живучесть, регенерация, невидимость, сила, но при приближении громко хрипит, вследствие чего можно предположить приблизительное местоположение монстра, а когда начинает охоту, издает громкий рев».

Кровососы почуяли “живую кровь”, стекающую по плечу журналистки и решили побаловать себя свежими жертвами.

- Ванька, это мутанты! Они выпивают человека, в прямом смысле, нападают со спины,- сказала спешно Алиса, но оператор уже был не в состоянии бороться. Время вышло.

Не успели. Ванька боролся со своей невыносимой болью, так что, так же ловко справляться с кровососами, как со снорком, он уже не мог.

- Что теперь делать,- растерянно промямлила Алиса.

Она знала, кровососы скоро нападут, просто выберут момент, а потом...

Лучше не думать, что будет потом. Она отчаянно подхватила падающего коллегу и снова попыталась его протащить. Не вышло. Рюкзак бросить тоже нельзя, если они вернутся в “свой мир”, то, как минимум, повышение им обеспечено. Черт! Рюкзаком Ваньки все же пришлось пожертвовать. Алиса отбросила его за дерево, может все еще вернется. До прачечной уже рукой подать, но рыки свирепых убийц становились громче. Устрашало их ужасное свойство: становиться почти невидимыми.

Ванька вскрикнул, видимо совсем все плохо. А если в прачечной никого? И если она привела друга и себя на погибель? Алиса толкнула дверь здания и посадила полуобморочного Ваньку на пол.

- Сюда не доберутся! Если что – стреляй! – приказала Алиса, оглядевшись в прачечной, в которой никого не было.

Ясно всё.

Кинули. Нужно, во что бы то ни стало, вернуться за рюкзаком, в котором еще есть обезболивающее. Хоть что-то... Тем более, кровососы чуяли именно её кровь, так что, пока она жива, что Ванька в безопасности. Романова чувствовала, что рука, там где была рана от пули, онемела, а потому девушка перезарядила автомат и медленно пошла навстречу своим неуловимым врагам. В кустах, что-то шевелится – один. Около стены Госпиталя тоже не спокойно – два. У забора что-то мелькнуло – три. Сзади послышался шум – четыре. С перекрестка дорожек донеслось сопение – пять! Пятеро на одну! Бой, явно, намечался не честный. Ну, отступать некуда – только вперед. Алиса перезарядила магазин АКС и неспешно продолжила свой путь. Она знала: эти твари нападут, когда она возьмет рюкзак. Они же, блин, разумные все. Им так будет легче.

Дрожь в теле не могла дать возможность сосредоточиться...

Чтобы успокоиться, Алиса начала отсчитывать в обратном порядке от десяти.

Десять, девять: и красные глаза начали светиться на почти невидимых телах. Восемь, семь: до рюкзака еще шага три, бой близок. Шесть, пять: щелкнул предохранитель ” Калашникова”. Четыре, три: Алиса протянула руку и ухватила рюкзак за лямку. Два, один: рев возвестил о начале охоты. Яростно загрохотал 74-ый Калашников, но кровососы отступать не собирались. Бежать! Хотя, далеко тут и не убежишь... Рюкзак бил по спине, ” Калаш ” норовил ускользнуть, но ничто не могло остановить этот марш-бросок от смерти. Давало о себе знать и ранение, но журналистку это не останавливало. Чудом, ей удалось добежать до периметра прачечной, она скинула рюкзак к стене здания, как вдруг, что-то ухватило ее за плечи и Алиса, пытаясь вырваться, развернулась, увидев красные глаза, щупальца с присосками, острые, как сабли клыки, серая, мертвая кожа. Догнали, падлы, все-таки. Алиса невольно завизжала и сама же услышала, как отразился от стен ее визг. Щупальца опутали шею Алисы и ежесекундная боль, внезапно отступила, и ей на смену, пришло спокойствие и умиротворение. Тварь уже проколола кожу и начала свою трапезу. Было лишь слышно, как похолодели ноги, потом руки. А еще этот страшный звук, звук как пьют ее кровь.

- Вот так, как стакан чая выпьют, – подумала Алиса, и ее глаза невольно начали закатываться к небу. Такому стальному, серому небу, которое девушка уже никогда не увидит.

Выстрел из ФТ-200М сделал аккуратное отверстие в голове кровососа, прямо промеж глаз. Тварь захрипела и упала на землю. Алиса еще несколько секунд, продержалась на ногах, но количество выпитой крови было почти критическим, поэтому сознание начало покидать жертву “вампира”.

- Скорее! Девушка ранена! Уничтожьте других и о парне позаботьтесь! – прокричал чей-то голос.

У Алисы мелькнула мысль:

- Ванька все еще жив. Слава Богу!

Раздались чьи-то голоса:

- Кто они?

- Понятия не имею!

- Гражданские?

- Вылечите их!

Чьи-то крепкие руки подхватили журналистку. Кто-то нес ее на руках. Раны от проколов кровососа, все еще продолжали кровоточить.

- Слева, Леха! Стреляй!

Выстрелы.

- Убил еще одного. Двое остались.

Алиса уже не понимала, что происходит, враги это или нет, и вытащив карту, выпалила перед потерей сознания все, что знала:

- Монолит, Гонта предал, карту, Дегтярев или Ковальский, четвертый энергоблок…. – прошептала Романова и вот тут сознание ее покинуло.

====== Часть 2. Ложь. Закрытый город. ======

Глава 2.

Закрытый город Дорога была долгой и нудной. Рок Ванька не включил, а слушать попсу по радио было сверх сил. За окном мелькали деревья и дома, а дорогу размывало проливным дождем. Алиса молча наблюдала за тем, как стекают по стеклу капли дождя, которые тут же подхватывал и уносил встречный ветер. Вскоре, машина журналистов приблизилась к границе с Украиной.

- Держи, Ванес, – девушка протянула другу поддельное разрешение на въезд и съемку, которое вчера сваяла на фотошопе.

Оператор послушно взял бумагу и достал из бардачка Волги техосмотр и свои права.

К машине подошел сотрудник пограничного поста и, приложив руку к голове, представился:

- Старший лейтенант Шевченко, прошу права и машину к досмотру.

Ванька послушно отдал документы, открыл багажник, показал пустой салон, поднял капот. После осмотра, пограничник выдал зеленый талон и приказал им пройти к окошку для удостоверения личности. Алиса взяла свой паспорт и протянула его девушке, сидящей в униформе к кабинке пропуска.

- Фамилия, имя? – уточнила работница пограничного контроля.

- Романова Алиса, – ответила девушка, заметно нервничая.

Всегда при прохождении контроля сердце колотилось, словно сумасшедшее.

- Паспорт, где был выдан? – допрос продолжался, а Романова нахмурилась:

- В Ростове-на-Дону.

Девушка на посте еще раз оглядела паспорт, затем вписала данные и вернула документ владелице. Ванька прошел ту же самую процедуру и через пару минут они вдвоем выехали из территории поста и наконец, въехали на территорию Украины.

- Алиса, – наконец-то заговорил Ваня.- А почему Громов решил отправить именно тебя?

Девушка пожала плечами и честно призналась:

- Не знаю, Вань. Вчера вообще проходило что-то странное.

- Что именно? Неужели этот козел зарплату поднял? – усмехнулся Ванька Самойлов, отвлекаясь от дороги, глядя на Алису.

- Не-е-ет! – хихикнула Романова. – Куда уж там? Было менее странное...

Девушка рассказала о вчерашнем разговоре своему другу, который был удивлен не менее ее, а за этим разговором прошла вся оставшаяся дорога и к десяти часам утра машина журналистов подъехала к кордону. Окруженная территория Зоны Отчуждения мрачно виднелась через дыры в высоченном заборе.

- Ладно, Ванька, бери камеру и что тебе там еще нужно, – легонько похлопала по плечу друга Алиса. – Быстрее сходим – быстрее вернемся.

Оператор хмуро улыбнулся и начал собирать оборудование: фильтры, объективы, камеры. Романова оглядела заставу и решила позвонить родителям, пока есть время. Она открыла дверь Волги, вышла на улицу и набрала знакомый номер на экране смартфоне, но телефон отвечал лишь долгими гудками, оповещая о том, что разговора не получится.

- Ну, что пошли? – кивнул оператор, нагрузивший себя парой сумок с оборудованием. – Можно я закурю?

- Да-да, – ответила рассеяно Алиса, погружаясь в свои мысли. Она молча глядела на Ваньку: ее друга, с черными, как уголь, волосами, серыми глазами и очень теплой улыбкой. За таким красавчиком ведь все девчонки бегали, если бы этот сумасшедший хоть иногда отвлекался не на работу, а на свою личную жизнь.

Самойлов докурил сигарету, выбросил окурок в ближайшую лужу и хлопнул по плечу боевую подругу, мол «Пошли». Алиса тяжело вздохнула и, проверив шнуровку на берцах, поплелась за оператором. Как бы ни было, репортаж снимать надо. Конечно, до Кордона пришлось идти пешком, чтобы не засветиться перед военной охраной, которая явно заметила бы огромную «Волгу». Журналисты ожидали увидеть большую базу, где спокойно ходили пограничники, охраняющие запретную зону, но по привычно спокойному КПП носились солдаты, загружая “КАМАЗы” и “УРАЛы”, какими-то ящиками.

- Это чего это они? – прошептала Алиса, прижавшись к бетонной стене спиной и настраивая фотокамеру на загружаемые грузовики. – Веселье уже тут начинается. Как-то я не ожидала подобного увидеть. Они уходят?

Ванька оценил происходящее и закивал, не отвлекаясь на лишние разговоры, прижав к себе камеру, снял пару минут на видео.

- Думаю, пока они там все это грузят, охрану с того края, – Ваня указал на дальнюю сторону забора, где кажется, было пусто. – Нужно будет перелезть и быстро бежать к тем кораблям. Не боишься?

Девушка выслушала план, а затем нахмурила лоб и обиженно сказала:

- Я? Боюсь? Спрашиваешь! Кто быстрее перелезет забор – тот выиграл!

Берцы вязли в грязи при беге, но зато сильно помогли перелезть пресловутую скользкую стену из бетона, окаймлявшую Зону Отчуждения. Подтянуться было очень нелегко, но найдя нужный выступ, Алиса все-таки покорила высоту. Удар об землю и девушка уже стояла на запретной, зараженной земле.

- Ванес, давай скорее! – бросила Алиса оператору, который все еще возился с аппаратурой, сидя на стене. – Кидай, а то пользоваться занятостью военных бесконечно тоже не получится.

- Лови, – Ванька скинул в руки журналистки сумку с объективами и прыгнул вниз.

- Так значит, я победила? – уточнила с ноткой уверенности девушка.

- Всенепременно, госпожа, – Ванька приложил руку к сердцу, подражая шекспировским героям. – Особенно если считать, что на мне вся аппаратура была.

- Это отмазки, – хмыкнула Алиса. – Не хочешь признавать моей победы?

- Неа, чувак, – улыбнулся оператор. – Никак не хочу. Зависть!

- То-то же! – рассмеялась Алиса, хлопнув друга по плечу. – Пошли, Ванес. Еще работы много.

Военные были слишком заняты погрузкой ящиков, поэтому упустили двух наглых журналюг, которые самым бесстыдным образом шли вдоль забора, размахивая рюкзаками и сумками. Прятаться даже не нужно. Красота! Разговор за разговором, шаг за шагом и, скоро впереди показались почти высохшие озерца речки Припять, среди которых возвышались мрачные, ржавые корабли.

- Славненький вид, – заметил Ванька и сфотографировал Романову на фоне какой-то забытой баржи. – Думаешь, что именно это ждет от нас Громов? Решил в постапокалипсис удариться наш модник?

- Без понятия, – развела руками Алиса, отвлекаясь на новые панорамы. – Раз отправил, значит, знал, что тут не пятизвездочный отель.

Самойлов ловко снял панорамное фото, а Романова выбирала лучшие места для видеосъёмки.

Романтика заброшенных мест была одновременно и прекрасной, и пугающей: казалось, никого кроме военных, которые остались в паре километрах отсюда, в этих местах не было. Совершенная тишина и лишь одичавший ветер, шевелил голые ветви деревьев.

- Пошли вот в то полесье, – указал Ванька, но его слова будто подтвердили извне: со стороны лесополосы донеслись выстрелы и крики. Нерушимая тишина Зоны была нарушена неизвестными людьми. Или не людьми?

Не скрывая, сердце у Алисы будто бы замерло, руки похолодели от страха, а внутрь закралась дрожь, сотрясая свою жертву изнутри.

- Что за фигня? – слегка растерянно спросил Ванька.

- Не знаю, – призналась девушка, но вдруг она вспомнила слова Громова, который говорил, что второй канал снимает здесь сериал и от этого ей стало гораздо легче. – Слушай, это же наши прямые соперники уже съемку проводят. Пошли скорее!

Ваня без лишних вопросов последовал за корреспонденткой. Перебежками и ползком журналисты добрались до источника шума: на небольшой поляне находились люди в серо-голубой камуфляжной форме, на рукавах, которых были нашивки в виде черного квадрата с синим орлом. Военные были явно не дружелюбно настроены, особенно к тем людям, которые стояли у них под прицелом на коленях, загнув руки за головы.

- Слушай, больше на сериал про ментов на НТВ смахивает,- признался Ванька, прижавшись животом к остывшей земле Зоны и едва-едва выглядывая из-за оврага, за которым они с Алисой спрятались.

- Да ладно, – тихо прошептала Романова.- НТВшники вообще из Москвы не выезжают. Бюджет экономят. Ну, сделаем спойлер к фильму?

Ванька улыбнулся и начал снимать.

- А как этот фильм называется?

- Громов сказал, что “Чернобыль. Зона Отчуждения”, короче, без фантазии ребята к названию подошли.

- Оригинально, – усмехнулся парень. – Вообще люди в курсе, что авария произошла в Припяти, а не в Чернобыле? Чернобыль от ЧАЭС в восемнадцати километрах. Знаешь, я не очень люблю вот эти слежки... – признался оператор, на что Алиса сразу же ответила:

- Я тоже, Ванес. Зато мы неплохой гонорар за это получим. Давай слушать, чего они там говорят.

Военные кричали, поэтому можно было легко расслышать каждое слово:

- Говорите, скоты, кто?

После каждого слова слышался глухой удар: мужчины нещадно били своих пленников прикладами штурмовых винтовок, добавляя пару ушибов ногами.

Заложники геройски молчали, не проронив ни слова, они только с болью смотрели в серое небо, бездушное к чужим просьбам.

- Вы не поняли, уроды? – переспросил главный.- У нас время поджимает, будете молчать – вымрите все, к чертям собачьим! Мы вас быстро перережем!

Один из людей, стоящих на коленях, на котором был одет белый медицинский халат, поднял глаза и тихо сказал:

- Мы не знаем. Его выкрали. Говорят, что это…

Очередная серия ударов. Человек в белом закашлялся и упал на бок:

- Он был на «Скадовске»! Вы же сами его обыскивали! Там ничего нет.

- Врешь, сука, все вы знаете, – главный вновь потерял над собой самообладание, и начал жестоко избивать ногами своих пленников.

- Дегтярёв должен знать! – прокричал другой человек в униформе. – Возможно «Антидот» забрали военные.

- Нулевой где? – закричал главный в серо-голубой одежде. – Отвечайте!

- На ЧАЭС, говорят, он на ЧАЭС, – заскулил другой мужчина, сгибаясь пополам. – Его можно синтезировать из крови носителя. Нужно оборудование!

Через пару минут раздались автоматные очереди, и стало тихо. Пугающе тихо.

- Ванес, снимай, только аккуратно!- прошептала Алиса. И сделала в параллель пару фотографий. В целом, актеры играли очень хорошо, достоверно, но Алису вдруг осенило: они, черт подери, очень хорошо играют, но... Но камер нет! Где же режиссеры, костюмеры, съемочная бригада? Девушка снова ощутила, как по коже прошелся электрический заряд страха и отчаяния, она сразу решила убегать. И как Ваня не заметил, что спектакль разыгран слишком натурально и без съемки?

- Ванька? – потянулась Алиса к другу, надеясь предупредить его о своих догадках, но обернувшись, не увидела никого. В голове судорожно замелькали мысли: ” Где он? Что делать? Не кричать? Убегать?”

Тишина.

Может он убежал? Ушел. И бросил ее?

Да ну нет, на Ваньку это совершенно не похоже.

Алиса отползла в сторону и встала, осмотрелась – никого.

- Ваня! – стараясь шепотом найти друга, Алиса буквально потеряла контроль над собой: тело била крупная дрожь, а в животе, словно все связалось узлом. Она подошла к ближайшему дереву и прижалась к нему спиной.

Дальше все произошло очень быстро. Какой – то мешок на голову, даже крик застрял в горле от неожиданности. Удар о землю, Алиса почувствовала, как ей ловко связали руки и ноги и куда-то несли. Еще удар, на плечо закинули. Могли бы и помягче, гады, хотя, хорошо, что еще не пристрелили. Неужели никто не видит, как человека с мешком на голове тянут? Ага, куда там... Только Зона видит. Рядом никого быть не может, не считая тех, кто был на поляне, но с ними лучше не связываться.

Уронили на землю. Мешок мешал дышать, кричать было бессмысленно, а спасать некому.

Наконец-то тряпку с головы резко сорвали – свет хлынул в глаза. А в голову уперся ствол автомата.

“Вот и приехали” – мелькнуло в голове у Алисы.

Зато рядом валялся связанный Ванька, а главное живой. Облегчение, но небольшое.

Когда глаза привыкли к свету, стало понятно, что на месте тех бедолаг, которые получили хорошую долю свинца в голову, оказались Алиса с Ванькой. Люди в серо-голубой форме стояли напротив журналистов, на их головах были, одеты шлемы, в которых были видны только глаза.

- Кто вы? – пробасил тот, кто стоял в центре. – Что вы слышали?

- Журналисты мы, из Ростова,- тихо сказала Романова. – Прошу, не убивайте...

Ответ был, видимо, неверным, потому что корреспонденты получили пару смачных пинков ногами. Удары были очень сильными, так что у Ваньки как-то неприятно громко хрустнуло ребро, а Алиса тихо сжалась, обхватив себя за живот и почувствовала, как во рту появился привкус крови.

- Хрен с вами, кто бы вы ни были, ребятишки, вы тут не выживете, – продолжил главный. – Светлый, кончай их. Так Чалый – вперед, связывайся с Душманом, скажи, что одиночки со “Скадовска” нам уже не мешают, теперь будем щемить “Янов” и Дегтерева с Припятскими.

Главарь, что-то говорил дальше и уходил с остальными наемниками вглубь леса. Рядом с корреспондентами остался один мужчина, которого звали Светлый. Он не торопясь перезарядил автомат ИЛ86 и наставил дуло штурмовой винтовки на пленников. Алиса испуганно озиралась по сторонам: Ванька даже не смотрел, что происходит вокруг, он лежал, свернувшись на боку, прижимая к груди ноги. Лицо было почти белым, кажется, ему было невероятно больно и даже дышать трудно. Романова не верила, что все так закончится. Страх отошел, зато на замену ему пришла паника. Слезы покатились по щекам, а глядя на вооруженного человека, который стоял перед ними, готовясь выстрелить, Алиса прошептала:

- Прошу, прошу вас, не убивайте. Мы ничего не расскажем, умоляю вас...

Убийца молчал, но и с выстрелами тоже медлил. Сквозь прозрачное окошко маски сверкали красивые, светло-голубые глаза. “Так вот, почему ты Светлый” – мелькнула дурная мысль у журналистки.

- Прошу, не делайте этого...

Светлый снял с предохранителя автомат и зажмурил один глаз, прицеливаясь. Алиса, поняла, что это конец. Она закрыла глаза, надеясь, что будет не так страшно. Автоматная очередь.

“ Боль не пришла, удивительно странно, значит умирать не больно.”

Сквозь веки прорывался белый свет.

“Значит не в аду”- подумала Алиса и резко открыла глаза.

Пейзаж остался тем же. Светлый выстрелил рядом, около руки Романовой лежали стреляные гильзы. Алиса ошалело глядела на неизвестного военного, не в силах произнести ни слова. Наемник высокомерно оглядел пленников, а затем развернулся и стремительным шагом ушел вслед за другими наемниками. Алиса поднялась, и ее тело пронзила резкая боль в районе желудка: что-то повредили, скоты. А Светлый не вернется, добить? Никого не было слышно. Видимо, нет, не вернется. Стон сбоку напомнил о Ваньке, который побледнел и держался руками за правый бок.

- Ваня, Ванечка!- прошептала Алиса, кинувшись к другу.- Как ты? Идти можешь?

Оператор молча кивнул головой. Его стремительно бледнеющее лицо, начинало пугать.

Алиса судорожно заворошила руками по листве, нужно было найти телефон, который выпал из кармана.

Руки дрожали, и набрать телефон не получалось. В скорую звонить было глупо, так как вместе с врачами приехали бы и украинские милиционеры, за что российским журналистам припаяли бы не малый срок. На глаза попался номер телефона Громова. Алиса решила, что нужно звонить ему и как только гудки в трубке прекратились, девушка затараторила:

- Алло, Алексей Владимирович, тут мы попали, Ваня ранен, перелом, скорее всего. Нужно скорую, а как ее вызвать? Куда идти?

- Алиса, успокойся!- рыкнул начальник.- Кто ранил?

- Военные, в какой-то синей форме!

- Менты что-ли?

- Нет, с орлами, с нашивками, с пушками зарубежными. И ...

Страшный рев, нечеловеческий оглушил Алису. В телефоне было слышно, как кричит “Алло” Громов. Романова опустила смартфон и прислушалась, где-то был слышен шорох. Стало очень страшно.

- Ванечка, ты полежи чуть-чуть, только тихо, я сейчас,- голос Алисы дрожал.

Она тихо перебралась к месту недавнего расстрела неизвестных людей наемниками и увидела, то чего она явно не ожидала увидеть: мерзкие существа, отдаленно напоминающие человека, которые двигались на четвереньках. На головах этих тварей болтались разорванные противогазы, а спина этих существ, казалось, была разодрана невидимым зверем так, что был виден позвоночник. Уроды двигались прыжками к трупам неизвестных мужчин, которых застрелили люди в серо-голубой форме. Алиса затаила дыхание, наблюдая, как твари, начали разрывать человеческую плоть и с ревом ее пожирать.

- Господи, что это? – прошептала Алиса, увидев мутантов. – Значит, не врут блоггеры...

Романова явно растерялась, ей хотелось закричать, и может, прилетит вертолет, как в фильмах, и заберет их с Ванькой домой, в Ростов, или она сейчас проснется у себя дома, и никуда они не поедут? Алиса зажмурила глаза, но это был не сон, да и вертолета тоже не было. Нужно было действовать. Нужно было идти. А куда? На КПП? Нет, слишком далеко. Звонить? Громову? И что он сделает? Нужно идти, хотя куда – неизвестно. Алиса поднялась, взяла камеру, рюкзак и попыталась взвалить на себя Ваньку. Не вышло. Рюкзак полетел в сторону. Ванька кряхтел и почти не стоял на ногах, хорошо, что он худенький, но было очень тяжело, да и свои травмы давали знать.

- Ванечка, помоги, как можешь. Держись,- прошептала Алиса, закинув руку оператора себе на плечо, помогая ему опираться.

- Что там? – Ванька прохрипел, пытаясь указать в сторону, там, где были мутанты.

- Хрень какая-то, я даже не поняла...- Алиса выглядела растерянной, не зная, как это описать, но она твердо решила идти к барже, на которой было написано “Скадовск”.

Ноги гнулись под тяжестью веса парня, колени дрожали от страха, хотя до цели было метров пятьсот, но идти было невероятно тяжело.

- Дошли, Ванечка, сейчас! – прокряхтела Романова, останавливаясь рядом с поваленным деревом. -Сейчас тебя полечим. Вот на корабль придем, все сделаем.

Непонятный удар, который казалось, шел откуда-то из-под земли, которая содрогнулась, как при землетрясении. “Скадовск” устало заскрипел, а ржавые металлические листы эхом откликнулись на изменение окружающей среды. Еще толчок – и журналисты свалились на землю. Ванька закричал от боли так, что Алиса серьезно испугалась за его состояние.

- Сейчас, – закричала Алиса, поднимая коллегу и смотря на стремительно темнеющее небо.

В небе творилось, что-то странное: в облаках начались переливы желтого, зеленого, а потом небо залила красная краска. Вороны кричали и кружились над кораблем. Еще удар, и стало понятно, что это действительно землетрясение, о котором говорили вчера утром по новостям. Но с небом-то что? Алиса собрала все силы и потянула на себя быстро слабеющего оператора. До двери в моторное отделение “Скадовска” оставалось метра два, но воли уже не хватало. Воздух наполнился каким-то напряжением и будто бы тоже стал алым.

- Сейчас, минуту!- закричала себе Алиса и открыла дверь баржи. Ванька потерял сознание, втаскивать в корабль Романовой пришлось одной. Еще толчок и журналисты ввалились внутрь “Скадовска”, где никого не было.

Алиса знала, что здесь были люди: столы, стулья, пустые бутылки водки, консервы. Но куда делись те, кто были здесь? Времени рассуждать не было. Алиса усадила на самодельный стул Ваньку и кинулась искать хоть какие-то материалы, которые смогут спасти жизнь другу. Она промчалась в другой камбуз, хотя даже не знала, что ищет.

- Где-то здесь что-то должно быть, – говорила сама себе Алиса.

Девушка нашла ящики, похожие на сейфы и резко открыла их металлические дверцы: пусто. Алиса почувствовала, как горлу подкатил комок, а глаза наполнились слезами. Очередной ящик принес облегчение: внутри него лежали какие-то свертки. Романова вытащила все, что там было и размотала темно-зеленую ткань, в которой лежали шприцы, ампулы с обезболивающим и

два мотка бинтов.

- Ничего себе, – ошарашенно произнесла девушка, надеясь в лучшем случае найти палку, для того чтобы наложить шину и какой-нибудь отрез ткани или попросту тряпку, чтобы шину закрепить.

Удар, корабль затрещал, и удивило то, что остатки краски на стенах начали пузыриться. Что-то заставило ее оплавиться.

- Что за…? – спросила Алиса и услышала скрежет по корпусу “Скадовска”. Но теряться было некогда.

- Терпи, Ванечка, – прошептала Алиса и трясущимися руками вскрыла ампулу обезболивающего и начала набирать в шприц мутноватый раствор.

Ванька тихо закряхтел, когда иголка шприца проткнула кожу, на которой образовался синеватый кровоподтек.

- Терпи, пожалуйста, – со слезами на глазах сказала корреспондентка. – Это поможет, полегчает на несколько часов.

Оператор хрипло вздохнул, улыбнулся, плачущей девушке и заснул. После длительной и сильной боли всегда больной засыпает. Алиса вспомнила, как в детстве падала с велосипеда и то, как гудели разбитые коленки, и как сорванный подорожник приматывался к ушибам веточкой вишни, сорванной у соседей, и дорога домой, а потом бинтование мамой этих самых разбитых коленей. Слезы потекли по щекам, такие горячие и такие нежданные. Страх начал сковывать, а толчки землетрясений не утихали. Скрежет по корпусу “Скадовску” усилился, казалось, что на улице происходит, как минимум, атомная война, но из-за того, что все трюмы были заварены, то узнать, что происходит в небе Зоны, не представлялось возможным. Алиса решила оглядеть корабль, чтобы не напороться на “неприятных соседей”, поэтому вооружившись найденным на столе ножом, она пошла осматривать ” Скадовск”. Девушка поднялась по ржавой лестнице и заглянула внутрь одной из кают: пусто, поэтому пришлось идти дальше. В отсеках баржи было темно и, достаточно, жутко. Корабль скрипел и выл от землетрясений, которые все еще трясли проклятую четвертым энергоблоком землю. Света не было, и страх начал сковывать корреспондентку: дрожали руки, трепетали ноги, зубы громко стучали, как от холода. Того, что она увидела за свое пребывание в Зоне, хватило бы для того, чтобы сойти с ума и надолго заселиться в психушку, но что-то нужно было делать, потому что действие обезболивающего прекратит свое действие через пару часов. Но что делать – Алиса не знала. Она поднялась по лестнице и осторожно открыла дверь. В трюме никого не было, а по стенам была размазана расплавленная краска смешанная вместе с ржавчиной и кровью. Девушка оглядела багряные подтеки на стенах и почувствовала волну ужаса, которая тут же захлестнула ее. Пройдя дальше по коридору, она нашла приоткрытую дверь, за которой слышались какие-то звуки, похожие на стоны и хрип. Алиса толкнула железную дверь и вошла внутрь: внутри лежали тела убитых людей в защитной одежде, у некоторых на лицах были надеты противогазы. Их было много, наверное, около двадцати или двадцати пяти человек. Все трупы были сброшены в одну кучу, не заботясь о захоронении погибших. Алиса зажала себе рот рукой, чтобы не закричать, увидев все это. Она ошарашенно, даже ничего не понимая, глядела на мертвые тела, как вдруг один из них, захрипел, и лицо его исказила гримаса невероятной боли.

- Подойди... – прошипел умирающий.

Девушка замерла на месте, не решаясь, что делать. Было видно, что людей убили недавно, максимум, час назад, значит, этот мужчина уже давно лежит с ранением. В голове, словно что-то щелкнуло, и она сорвалась с места, падая на колени перед раненным незнакомцем.

- Что с вами? Чем вам помочь? – дрожащим голосом спросила Романова и сама же увидела на комбинезоне мужчины два пулевых ранения на груди. Как он еще говорит неизвестно, ведь при таких ранах не живут долго. В руке он сжимал шприц-ручку с синеватой жидкостью.

Алиса разорвала упаковку с бинтами и приложила к ране, руки тряслись невероятно. Она взглянула на мужчину: он был еще совсем молодым, скорее всего около тридцати лет. Его зеленые глаза были прикрыты, а короткие волосы измазаны в крови. Скорее всего, всех, кто здесь находился, сначала серьезно избили, а возможно даже и пытали, о чем говорили отсутствующие на некоторых трупах пальцы рук, а у других вовсе были выколоты глаза.

- Ничем, – прохрипел оставшийся в живых. – Расстегни карман, – мужчина указал на нагрудный карман и Алиса тут же, аккуратно, пытаясь не причинить боли, расстегнула застежку-молнию и извлекла карту, сложенную в несколько раз.

- Что это? – удивилась журналистка.

- Я не знаю, кто ты, – казалось, парню давалось с невероятной сложностью каждое слово.

– Но ты должна передать это другим сталкерам... Мужчина закашлялся, и Алиса увидела, как изо рта у него потекла кровь.

- Боже, как вам помочь?

- Тише, – зажмурился неизвестный . – Скажешь, что это Дегтяреву, пусть передадут или Ковальскому. Скажешь, что антидот у тебя. Найди во втором трюме под полом мою тетрадь, там найдешь...

Лицо мужчины исказила страшная гримаса, и он лишь сжал кулаки, в то время, как кровь изо рта пошла еще сильнее. Но сталкер схватил девушку за руку и в одно мгновение ввел ей неизвестный препарат под кожу. Алиса вскрикнула и одернула руку, но под кожей уже синела странная жидкость.

- Что это? Зачем?

- Иди в Припять, – шепотом добавил умирающий, за миг перед тем, как его тело вытянулось и затихло.

Алиса всхлипнула и сжала крепче карту, чувствуя, как начинается истерика. Девушка выскочила за дверь и разразилась рыданиями, упав на пол абсолютно без сил и надежды выбраться отсюда живой.

====== Часть 1. Ложь. Ничего. ======

“Третий ангел вострубил, и упала с неба

большая звезда, горящая подобно светильнику,

и пала на третью часть рек на источники вод.

Имя сей звезде “полынь”; и третья часть вод

сделалась полынью, и многие из людей умерли

от вод, потому что они стали горьки”

Иоанн Богослов . «Апокалипсис»

Глава 1

Ничего Могу ли я все это рассказать? Есть ли у меня такое право? Даже сейчас, когда вроде бы все уже позади, давно все забыто. Даже сейчас я боюсь. Я боюсь того, что кажется смерть ошиблась и уж я-то точно должна была погибнуть, но словно дама с косой (не путайте с Тимошенко) меня пропустила и решила поиграть со мной подольше. Черт! Но мне кажется, что она вернется. За мной. Никто, поверьте, никто не мог предположить насколько все далеко зайдет. Вероятно, человек сам выбирает свою судьбу и даже я могла бы не попасть в этот ад, но я согласилась и прошла через все испытания. И даже сейчас я помню все события этого “путешествия” и хочу искренне рассказать вам, но переживаю, что не все меня верно поймут. Или не рассказать? Ну, что же, пожалуй, позволю себе “Двадцать секунд на храбрость”. Возьму монетку, разрешу положиться на случай. Орел – расскажу всю правду. Решка – расскажу, что могло быть. Хм, пятирублевая монетка упала на пол и закрутилась на ребре. Ладно, расскажу все. Здесь я напишу вам ложь...

Вы верите в вещие сны? Одни утверждают, что они существуют, и верят, что их нам посылают высшие силы, как предупреждение или предзнаменование. Другие считают этот феномен вздором, объясняют его шизофренией, усталостью, да и вообще чем угодно, но с пеной у рта доказывают, что наше будущее не подвластно предсказаниям. Как бы то ни было, но каждый из нас с вещими снами сталкивался. Они приходят в самый тихий предрассветный час, когда только начинает светать. Они настолько тесно переливаются с реальностью, что ввергают спящего в удушающий ужас от своей реалистичности и безысходности. И вот, когда ты вырываешься из этих крепких объятий Морфея, сны внезапно растворяются с последними бликами ушедшей ночи, оставляя тебя один на один с неизвестностью и бесшумно наступающим рассветом... Алиса Романова резко открыла глаза. Дыхание все еще было сбитым, словно после быстрого бега. От этого ужасного чувства всегда трудно избавиться. Уже вторую неделю Алису доставали эти сновидения, которые могли посоревноваться лишь с фильмом-катастрофой. Она вздохнула, свесила ноги с кровати и посмотрела на часы:

«Отлично, 6.35. Уже и спать поздно и на работу еще рано... Но самое время для горячего кофе!»

Алиса буквально заставила себя откинуть теплое одеяло и прошлепать в ванную, чтобы умыться. Подойдя к зеркалу ее, встретило привычное отражение: молоденькая кареглазая девушка, с копной русых волос, едва достигающих плеч. В прочем, ничего особенного, если не брать в расчет того, что под глазами темнели синяки, как следствие того, что пора завязывать с чтением по ночам и злоупотреблением виски в пятницу и кофе по утрам. Чтобы поднять настроение и проснуться, необходим только зерновой вариант напитка. Одно его приготовление чего стоит! Алиса достала ручную кофемолку, у которой красовалась смачная вмятина на алюминиевом боку, как напоминание о неудачливости хозяйки предмета. Превратив зерна, в одно мгновение, в кофейный порошок девушка высыпала их в стремительно закипающую воду. Великолепный аромат в момент распространился по квартире. Немного корицы – и осень перестала быть мерзкой, а вновь предстала теплым и уютным сезоном с яблочным пирогом, горячим шоколадом и золотыми листьями. В комнатах было тихо и прохладно. Конечно, ТЭЦ еще никто не думает включать. Романова посмотрела в окно: редкие и сонные пешеходы прятались в воротники и кутались в шарфы. Над их головами, сквозь тучи, пробивались редкие лучики солнца, едва выглянувшего из-за горизонта. Эх, не видят прохожие этого свежего и чистого неба. И сколько впечатлений от этого они потеряли! “Живительный нектар” быстро вскипел и едва не удрал из медной турки, все еще распространяя по квартире дурманящий аромат. Все движения давались тяжело, первый признак недосыпа и переутомления. Еле-еле перебирая ногами, Алиса налила себе чашечку кофейка и мирно устроилась на кресле перед компьютером. На окне браузера сразу всплыли часто используемые ссылки: новостной портал, «Наше Радио», “ВКонтакте”. Эту социальную сеть Алиса, как большинство людей, использовала не для общения, а для прослушивания музыки. Трек-лист, скорее смахивал на сборник “Классики русского и американского рока”. Иногда никто из людей не может успокоить так, как это делает твоя любимая музыка. Парой движений Алиса включила «Наше» и принялась читать статьи в колонке новостей. Профессия журналиста обязывала быть с информацией на «ты» двадцать четыре часа в сутки. В колонках мелодично запели “Агата Кристи” про черную луну:

“Я же своей рукою, сердце твое прикрою .

Можешь лететь и не бояться больше ничего...”

Землю лихорадили землетрясения и ураганы; в США вновь были торнадо, а на Украине этой ночью наблюдались землетрясения магнитудой 5,7. Про эти же новости говорили и радиоведущие:

“В связи с тем, что Киевская область не является сейсмоактивной зоной, жители страны не испытывают опасения насчет повторения ночного кошмара. Ученые подтверждают это и ссылаются на смену магнитных полюсов ” – продиктовала женщина – ди-джей с приятным голосом.

Ее напарник подхватил эту тему :

« Хорошо, что про 2012 еще помнят. Но многие все еще уповают на старый и добрый конец света. Часть жителей близлежащих городов к очагу землетрясения потребовала эвакуации, но власти им в этом желании отказали. Некоторые люди опять начали уходить под землю. В общем, архитекторы, которые строят бункеры снова получать очень много прибыли».

« Мы же, все ди-джеи «Нашего радио» поддерживаем вас песней «Путь к закрытым городам» «Пилота». Чтобы не случилось – продолжаем жить и радоваться жизни. Слушайте «Наше Радио».

Алиса быстро набрала в поисковике темы насчет разгула стихии, в соседской стране. В блогах, естественно поднялся невиданный шум из-за происшествия.

« Я в шоке от происходящего! Капец! Чего теперь делать? Дома все ходуном ходили» – писала в комментариях жительница Киева Ирина Полищук.

« Короче, наверное, че-то ночью испытывали” – предполагал Игорь Шевченко, подписываясь ниже. – “СБУшники с утра мечутся в центре. Перебьют нас, млян. ИМХО».

Алиса погрузилась в чтение комментариев, которые выражали шок и неподготовленность жителей, и не заметила, как пролетело время. Девушка подняла голову, взглянула на часы: стрелки показывали половину восьмого утра.

- Черт! – ругнулась журналистка, вскакивая из-за стола, задев рукавом свитера кружку, которая мигом полетела на пол, разливая оставшийся кофе и рассыпаясь острыми осколками.

Замечательный денек предстоит… Здание телеканала находилось в центре города, в большом, красивом здании девятнадцатого века, в котором раньше находилась Главная городская библиотека. Потом ее перенесли в новостройку, а директор канала выкупил ее за бесценок в начале девяностых. Работа была, конечно, не по специальности Алисы, но она ей нравилась. Устраиваться Романова сюда пришла пять лет назад, просто подработать, ну вот так и осталась. Сначала была редактором, а потом уже стала одним из главных репортеров. Конечно, поступив в институт культуры, Алиса рассчитывала через пару лет выступать на концертах, или поступить в Московскую «Гнесинку», но сейчас жизнь нелегкая, всем тяжело, тут юристы, экономисты не могут место найти, а вокалистам тем более.

Да и вообще, куда бы Алиса ни пыталась устроиться – везде уже были места зарезервированы. В творческих домах, домах культуры, консерваториях – везде сотрудники устраивали либо своих знакомых, либо детей или еще каких-нибудь родственников. Вот так и получайте, дети, образование по призванию!

Работники канала скучали, коротая свои рабочие часы за играми или социальными сетями, а также активно опустошая кружки с чаем и баночки с покупными салатами.

Алисе очень не хотелось присоединяться к этой армии «офисных зомби», но делать было нечего. Зато сегодня намечалось получение зарплаты, которую Романова забыла получить вчера. Стук в дверь разбудил сонных клерков из отдела кадров, ответственных за выдачу заработной платы работникам, поэтому встретили Алису не радостной улыбкой, а, скорее, злобной гримасой. Хотя, здесь никогда и не царило радушие...

- Романова, когда ты получать зарплату вовремя будешь?- кинула кадровичка, которой пришлось ради Алисы бросить “Одноклассники” и наконец-то заняться своей работой.

- И вам, девчонки, добрый день. Скучаем? – Алиса кивнула на открытый сайт.

Кадровичка быстро свернула свою страничку и занялась непосредственно зарплатой. За эти годы в журналистике, Алиса добилась многого, дорасти до специального корреспондента, считалось большим достижением.

Несмотря на все, Алиса на работе, всегда придерживалась золотого армейского правила: «Подальше от начальства, поближе к кухне», поэтому получив наличные, она спешно сказала «Спасибо» и быстро зашагала назад к двери, и только ее захлопнув, вновь услышала оклик:

- Алиса! Романова! Вернись на минуточку…

Алиса снова заглянула в отдел кадров. Женщина, которая только отдала ей зарплату, сказала:

- Алиса, тебя директор вызывал, еще вчера, но ты тогда быстро ушла.

- Чего? – рассеяно спросила Романова.

- Не знаю «чего», вот у Алексея Владимировича и спросишь, – рявкнула женщина, снова уткнувшись взглядом в монитор.

В сегодняшнем везении Алиса уже серьезно засомневалась, поскольку директор не вызывал никого из подчиненных к себе на личный разговор за неимением очень больших проступков, за которыми обычно шло увольнение. Дурацкие мысли пришлось отогнать и пройти к своему столу. Рабочее место Романовой находилось напротив большого окна, с чем, собственно очень повезло. На улице тихо падали желтые листья, в лужах отражалось серое небо, которое забыло свет солнца. Ну, ноябрь же, а значит все нормально. В этом году осень немного запоздала. Лишь в начале ноября начали осыпаться листья, а привычные осенние дожди все еще не пришли. Холодный воздух проникал до самых альвеол легких и заставлял их судорожно выталкивать такой приятный теплый воздух Алиса включила компьютер и устало упала на стул, оттолкнувшись каблуком от стола, девушка уперлась спиной в холодную стену, раздумывая о том, как провести сегодняшний день, что называется «без жертв». Сегодня даже рабочий телефон решил сохранять тишину, а в любой другой день он обычно трещит без умолку: очевидцы все сообщают о происшествиях и требуют приехать съемочную группу. Хотя семьдесят процентов этих звонков составляют бдительные бабули, которых то не устраивает работа ЖЭКа, то соседка, которая украла килограмм яблок и прочая-прочая бытовуха. Настоящих репортажей уже давно не было. Ничего интересного не происходило.

Вот это самое “ничего” и тревожило. Бывает период в жизни, когда в жизни ничего не происходит. Душа чувствует, что-то ищет...

А ничего не происходит. Все дни сливаются в одну серую массу, жизнь становится одноликой, одинаковой. Все это жутко раздражает. Если все очень плохо, то скоро все наладится, если все хорошо- отлично, а тут – ни-че-го! Алиса вздохнула и все же принялась разбирать электронную почту, прикидывая попутно, свои планы на вечер, но отвлечься все-таки пришлось: напротив окна быстро припарковался новый черный Мазерати. От таких машин всегда захватывает дух, а для некоторых это просто средство передвижения.

- Зашибись, – прошипела Алиса, сжав губы, и пожалела о том, что у нее нет своего кабинета с большой дверью и огромным замком, который можно закрыть, чтобы никто не мешал работать. А вот теперь это будет весьма и весьма проблематично.

Из черного автомобиля вышел симпатичный молодой человек, одетый в дорогой костюм. Мужчина стремительно зашел в офис, сверяясь с наручными часами. В офисе быстро нарастало напряжение: все начали работать, печатать бумаги, договоры. Хм, ну естественно, кому хочется получить выговор? Некоторые девушки-редакторы утренних эфиров новостей, спешно приводили себя в порядок, подкрашивая губы и подпудривая носик. Многие незамужние девушки все еще не теряли надежды стать женой молодого директора телевизионного канала, а так же владелицей целого состояния. Алиса пригнулась как можно ниже, чтобы из-за монитора ее не было видно. Если Громов забудет про нее и закроется в своем кабинете, то можно выдохнуть спокойно и ждать окончания рабочего дня.

- Здравствуйте, Алексей Владимирович! – пролепетала рыжеволосая красавица, которая значилась в этом офисе, как секретарь главного редактора новостного блока, которая взметнув волосами, принесла только что вошедшему в офис начальнику, пачку договоров для подписи. – Вы сегодня отлично выглядите.

Мужчина улыбнулся такой неумелой лести и ответил:

- Спасибо, Леночка. Я подпишу все договора, а пока займитесь своей работой и позовите через пару минут Алису Романову. Я буду ждать ее у себя.

Рыжая открыла рот от такой наглости и, скривив губы, прошипела:

- Всенепременно, Алексей Владимирович.

Алиса, услышав эти слова, почувствовала, как ее сердце рухнуло куда-то в пятки, а руки предательски похолодели. Секретарша ловко проманеврировав среди рабочих столов вмиг подошла к Романовой и приказала:

- Сама слышала, давай иди…

Алиса поднялась и смерила гневным взглядом хамку, которая поправляла белую рубашку, делая вид, что находиться рядом с Алисой ей крайне неприятно. Женский дружный коллектив – штука сложная, а главное, что мешок с кобрами – куда безопаснее. В офисе, где сидели редакторы, в основном были женщины, а вот на съемках уже работали мужчины, которые, к слову, и разбавляли эту напряженную атмосферу. Романова вздохнула и прямиком направилась к двери с табличкой « Генеральный директор ООО « Россия-2 Дон» Громов Алексей Владимирович» и постучала, ожидая ответа.

- Войдите!

В этом кабинете Алиса никогда не была. Даже когда она устраивалась на работу, ее принимала Светлана Сергеевна, главный бухгалтер, которая очень хорошо к ней относится. Сразу было видно, отказывать себе в чем-либо глава телеканала не любил: кожаные кресла, дорогой паркет, евроремонт, компьютер, который своей ценой мог потягаться с годовым доходом любого начинающего журналиста газеты или молодого репортера.

- Доброе утро, – улыбнулся Алексей Владимирович, тридцатитрехлетний мужчина с голубыми глазами. Именно такие люди ходят по подиумам, если бы не богатый отец Громова, то ему можно было бы смело идти в модели: стрижка, щетина, костюм, обувь, парфюм – все на высшем уровне. Все в тренде. Рядом с этим модником Алиса уже раз пять пожалела, что поленилась сегодня накраситься, не сходила в парикмахерскую, да и одеться было получше, а то джинсы и кофточка, как-то слишком примитивно.

- Присаживайся, – указал на кресло директор и достал из ящика шкафа вино и два бокала. – Как жизнь, Алиса?

- Жизнь? – переспросила Алиса, пытаясь уловить суть происходящего. – Кажется ничего, Алексей Владимирович.

- Давай, просто Леша,- заметил Громов, улыбаясь. – Разница в возрасте, вроде у нас небольшая. Тебе ведь….

- Двадцать пять, – остановила раздумья директора Романова.

- Восемь лет всего, – засиял мужчина, протягивая девушке бокал вина.

- Спасибо, не пью,- отринула Романова. – Скажите, а зачем вы меня вызвали?

- Это нужно попробовать: «Мутон Ротшильд» урожая 1945 года. Одно из самых дорогих вин в мире,- улыбнулся, проигнорировав вопрос, Громов, все-таки вручая бокал с багряной жидкостью.

Когда ты пять лет работаешь в фирме, и тебя не спрашивают про жизнь, то это нормально, а вот такое повышенное внимание к отдельной персоне, заставляло Алису задуматься. Она конечно не офисный планктон, а все же специальный корреспондент, но все равно, непонятно зачем она здесь. Тем более, что директор никогда не был добрым раздатчиком дорого вина и своего не менее дорогого внимания. Алексей –бизнесмен, который не мог предложить ничего хорошего и полезного для любого человека. Ради своей цели он всегда шел до конца, а иногда даже шел по головам. Поэтому, Алисе сейчас очень хотелось уйти отсюда как можно скорее, ведь ничем хорошим это закончится, не могло.

- Как ты думаешь, – произнес задумчиво Громов. – “Второй канал”, сейчас открыл новый сезон с мощным проектом – сериалом, плюс ко всему они закупили фильмы, премьеры на которые едва прошли. Они нам составили очень серьёзную конкуренцию.

- Алексей Владимирович, – привычно отрапортовала Алиса, игнорируя предложение директора перейти на «ты». – «Второй» – достаточно мощный канал, но до нас ему еще далеко…. А почему вы это у меня спрашиваете? Есть же аналитики?

Громов улыбнулся и кивнул, садясь в кресло напротив Романовой:

- Конечно, Алиса, аналитики есть, но верить словам людей, которые в этом бизнесе не варятся, а ведут сухую статистику – тяжело, поэтому ты здесь, ведь ты показываешь очень качественные репортажи и можешь открыть свое шоу, а возможно мы сможем и начать новый проект.

Алиса вздохнула: все-таки ей не верилось в то, что директор предлагает сделать ей свой телепроект, но было очень приятно, где-то в глубине души. Алексей закинул ногу на ногу и начал рассказывать свою идею:

- Те, кто корпят над новостными сводками, не смогут сейчас предложить, что-то новое и свежее. А я хочу привлечь молодежь к экранам телевизора, ведь интернет теперь составляет нам очень большую конкуренцию. А что любит молодежь?

- В КС играть, – честно заметила Алиса. – И в социальных сетях сидеть.

Громов рассмеялся и встал из кресла, достал папку с документами из ящика рабочего стола, передал Романовой.

- Алиса, ты что-нибудь знаешь о “закрытых городах”?-спросил директор, сев напротив девушки в кресло.

- Города военного значения, обычно закрытые и охраняемые зоны, – предположила Алиса.- Верно?

- Молодец, – улыбнулся Громов. – Я знаю, что ты отличный сотрудник ,- директор явно медлил и обдумывал свои слова. – В общем, я планирую снять очень серьезный проект, точнее сериал о Зоне Отчуждения. Мой друг, очень хороший режиссер уже подкинул пару идей, ну а пока нужно разведать обстановку и оглядеть, как там вообще обстоят дела. Поедешь?

- И куда же?- ответила Алиса, начиная понимать, почему именно она сидит в этом кресле. Она часто такое проворачивала у него под носом, что НТВ и не снилось.

- В Чернобыльскую Зону Отчуждения,- сказал он и дал лист с картой Зоны.

- А там не опасно?- настороженно спросила Алиса, просматривая карту Зоны Отчуждения”. – Радиация же…

- Алисочка, за один раз ничего не случится. Там уже радиации и не осталось. Просто посмотрите, что там и как, а потом пару фотографий. Что может случиться?- тихо сказал директор канала.

- Там же военные на Кордоне, патруль, слухи в сети ходят, что там происходят странные вещи происходят, -продолжила Алиса, но ее мягко оборвал Громов.

- Алиса, тебе деньги не нужны? Хорошие же деньги. Только тебе предлагаю! Тихо съездить к ЧАЭС с Ванькой, сниметесь быстро и домой. Ты же давно хотела машину купить? Вот купишь. Если нет – семье поможешь... Главное, не афишируй, а я тебя прикрою. Хорошо? Тем более, если слухи не врут, то там много чего интересного. Вроде бы «Второй» тоже решил туда наведаться. Я заплачу тебе за первую поездку и фотографии четыреста тысяч, для начала сто дам, а там дальше расплатимся. Ты согласна?

Предложение директора казалось и заманчивым, и одновременно ужасающим. Хотя ей и не такие дела приходилось проворачивать под носом у начальства и коллег, но сейчас это путешествие ее начинало пугать. Конечно, все его слова были ложью, и военные не стали охранять бы пустую, безрадиационную зону. Что-то там было, но точно утверждать никто не решался. В интернете ходили слухи, об ужасных монстрах, мутировавших после взрывов в двухтысячных, но это все было бредом, конечно. В интернете даже скачать реферат спокойно нельзя, то живых актеров хоронят, то четыре знака умрут в этом году. Сами знаете, сколько спама в интернете.

- Ради такой суммы, конечно, это легко, – натужно улыбнулась Романова.

- Вот и молодец, – Алексей улыбнулся и передал девушке в руки большой конверт. – Фотоаппарат не забудь. Ванька будет ждать тебя завтра у редакции в пять утра. Дерзай.

Он поднес бокал к бокалу Алисы, и тихо стукнув, их друг о друга улыбнулся

- Что ж, выпьем за успех? – Громов улыбнулся.

Девушка вздохнула, но все же попыталась сделать подобие улыбки и кивнуть в ответ, отхлебнув немного вина, которое было очень вкусным. Алиса поставила бокал, взяла конверт с деньгами и поднялась со своего кресла. Громов улыбнулся и тоже поднялся. Начальник выглядел крайне довольным.

- Не переживай, если будут какие-то проблемы, сразу позвони мне, я все решу,- заверил Алексей, протянув ей свою визитку.

Романова молча взяла темный прямоугольник, на котором был указан телефон шефа, а затем быстро вышла из кабинета. Да, чудеса, человек, которого она вообще не знала, за пять минут стал «лучшим другом». На душе было очень тяжело, но отказываться от такого предложения могла только полная дурочка, звание которой Алисе получить никак не хотелось, но ощущение было такое, будто она не на работу “под черным флагом” согласилась, а на сделку с дьяволом. Несмотря ни на что, Романова вышла на улицу, вдохнула холодный осенний воздух и быстро набрала телефон своего друга, который был по совместительству оператором, с которым они завтра должны были провернуть эту аферу.

- Приветик, Ванюш, – поприветствовала друга Алиса, но Самойлов тут же перебил ее:

- Лис, погоди, тут вторая линия…. Елки-палки! Громов! Я перезвоню.

Алиса услышала короткие гудки и подумала, что поездки все-таки не миновать. Комментарий к Часть 1. Ложь. Ничего. Если вы хотите прочитать версию “Ложь”, жмите “Часть 2. Ложь”. Все левые стрелки солгут, но поведают историю с хорошим концом.

====== Часть 1. Правда. Ничего. ======

“Третий ангел вострубил, и упала с неба

большая звезда, горящая подобно светильнику,

и пала на третью часть рек на источники вод.

Имя сей звезде “полынь”; и третья часть вод

сделалась полынью, и многие из людей умерли

от вод, потому что они стали горьки”

Иоанн Богослов . «Апокалипсис»

Глава 1

Ничего Могу ли я все это рассказать? Есть ли у меня такое право? Даже сейчас, когда вроде бы все уже позади, давно все забыто. Даже сейчас я боюсь. Я боюсь того, что кажется смерть ошиблась и уж я-то точно должна была погибнуть, но словно дама с косой (не путайте с Тимошенко) меня пропустила и решила поиграть со мной подольше. Черт! Но мне кажется, что она вернется. За мной. Никто, поверьте, никто не мог предположить насколько все далеко зайдет. Вероятно, человек сам выбирает свою судьбу и даже я могла бы не попасть в этот ад, но я согласилась и прошла через все испытания. И даже сейчас я помню все события этого “путешествия” и хочу искренне рассказать вам, но переживаю, что не все меня верно поймут. Или не рассказать? Ну, что же, пожалуй, позволю себе “Двадцать секунд на храбрость”. Возьму монетку, разрешу положиться на случай. Орел – расскажу всю правду. Решка – расскажу, что могло быть. Хм, пятирублевая монетка упала на пол и закрутилась на ребре. Ладно, расскажу все. Здесь я напишу вам всю правду...

Вы верите в вещие сны? Одни утверждают, что они существуют, и верят, что их нам посылают высшие силы, как предупреждение или предзнаменование. Другие считают этот феномен вздором, объясняют его шизофренией, усталостью, да и вообще чем угодно, но с пеной у рта доказывают, что наше будущее не подвластно предсказаниям. Как бы то ни было, но каждый из нас с вещими снами сталкивался. Они приходят в самый тихий предрассветный час, когда только начинает светать. Они настолько тесно переливаются с реальностью, что ввергают спящего в удушающий ужас от своей реалистичности и безысходности. И вот, когда ты вырываешься из этих крепких объятий Морфея, сны внезапно растворяются с последними бликами ушедшей ночи, оставляя тебя один на один с неизвестностью и бесшумно наступающим рассветом... Алиса Романова резко открыла глаза. Дыхание все еще было сбитым, словно после быстрого бега. От этого ужасного чувства всегда трудно избавиться. Уже вторую неделю Алису доставали эти сновидения, которые могли посоревноваться лишь с фильмом-катастрофой. Она вздохнула, свесила ноги с кровати и посмотрела на часы:

«Отлично, 6.35. Уже и спать поздно и на работу еще рано... Но самое время для горячего кофе!»

Алиса буквально заставила себя откинуть теплое одеяло и прошлепать в ванную, чтобы умыться. Подойдя к зеркалу ее, встретило привычное отражение: молоденькая кареглазая девушка, с копной русых волос, едва достигающих плеч. В прочем, ничего особенного, если не брать в расчет того, что под глазами темнели синяки, как следствие того, что пора завязывать с чтением по ночам и злоупотреблением виски в пятницу и кофе по утрам. Чтобы поднять настроение и проснуться, необходим только зерновой вариант напитка. Одно его приготовление чего стоит! Алиса достала ручную кофемолку, у которой красовалась смачная вмятина на алюминиевом боку, как напоминание о неудачливости хозяйки предмета. Превратив зерна, в одно мгновение, в кофейный порошок девушка высыпала их в стремительно закипающую воду. Великолепный аромат в момент распространился по квартире. Немного корицы – и осень перестала быть мерзкой, а вновь предстала теплым и уютным сезоном с яблочным пирогом, горячим шоколадом и золотыми листьями. В комнатах было тихо и прохладно. Конечно, ТЭЦ еще никто не думает включать. Романова посмотрела в окно: редкие и сонные пешеходы прятались в воротники и кутались в шарфы. Над их головами, сквозь тучи, пробивались редкие лучики солнца, едва выглянувшего из-за горизонта. Эх, не видят прохожие этого свежего и чистого неба. И сколько впечатлений от этого они потеряли! “Живительный нектар” быстро вскипел и едва не удрал из медной турки, все еще распространяя по квартире дурманящий аромат. Все движения давались тяжело, первый признак недосыпа и переутомления. Еле-еле перебирая ногами, Алиса налила себе чашечку кофейка и мирно устроилась на кресле перед компьютером. На окне браузера сразу всплыли часто используемые ссылки: новостной портал, «Наше Радио», “ВКонтакте”. Эту социальную сеть Алиса, как большинство людей, использовала не для общения, а для прослушивания музыки. Трек-лист, скорее смахивал на сборник “Классики русского и американского рока”. Иногда никто из людей не может успокоить так, как это делает твоя любимая музыка. Парой движений Алиса включила «Наше» и принялась читать статьи в колонке новостей. Профессия журналиста обязывала быть с информацией на «ты» двадцать четыре часа в сутки. В колонках мелодично запели “Агата Кристи” про черную луну:

“Я же своей рукою, сердце твое прикрою .

Можешь лететь и не бояться больше ничего...”

Землю лихорадили землетрясения и ураганы; в США вновь были торнадо, а на Украине этой ночью наблюдались землетрясения магнитудой 5,7. Про эти же новости говорили и радиоведущие:

“В связи с тем, что Киевская область не является сейсмоактивной зоной, жители страны не испытывают опасения насчет повторения ночного кошмара. Ученые подтверждают это и ссылаются на смену магнитных полюсов ” – продиктовала женщина – ди-джей с приятным голосом.

Ее напарник подхватил эту тему :

« Хорошо, что про 2012 еще помнят. Но многие все еще уповают на старый и добрый конец света. Часть жителей близлежащих городов к очагу землетрясения потребовала эвакуации, но власти им в этом желании отказали. Некоторые люди опять начали уходить под землю. В общем, архитекторы, которые строят бункеры снова получать очень много прибыли».

« Мы же, все ди-джеи «Нашего радио» поддерживаем вас песней «Путь к закрытым городам» «Пилота». Чтобы не случилось – продолжаем жить и радоваться жизни. Слушайте «Наше Радио».

Алиса быстро набрала в поисковике темы насчет разгула стихии, в соседской стране. В блогах, естественно поднялся невиданный шум из-за происшествия.

« Я в шоке от происходящего! Капец! Чего теперь делать? Дома все ходуном ходили» – писала в комментариях жительница Киева Ирина Полищук.

« Короче, наверное, че-то ночью испытывали” – предполагал Игорь Шевченко, подписываясь ниже. – “СБУшники с утра мечутся в центре. Перебьют нас, млян. ИМХО».

Алиса погрузилась в чтение комментариев, которые выражали шок и неподготовленность жителей, и не заметила, как пролетело время. Девушка подняла голову, взглянула на часы: стрелки показывали половину восьмого утра.

- Черт! – ругнулась журналистка, вскакивая из-за стола, задев рукавом свитера кружку, которая мигом полетела на пол, разливая оставшийся кофе и рассыпаясь острыми осколками.

Замечательный денек предстоит… Здание телеканала находилось в центре города, в большом, красивом здании девятнадцатого века, в котором раньше находилась Главная городская библиотека. Потом ее перенесли в новостройку, а директор канала выкупил ее за бесценок в начале девяностых. Работа была, конечно, не по специальности Алисы, но она ей нравилась. Устраиваться Романова сюда пришла пять лет назад, просто подработать, ну вот так и осталась. Сначала была редактором, а потом уже стала одним из главных репортеров. Конечно, поступив в институт культуры, Алиса рассчитывала через пару лет выступать на концертах, или поступить в Московскую «Гнесинку», но сейчас жизнь нелегкая, всем тяжело, тут юристы, экономисты не могут место найти, а вокалистам тем более.

Да и вообще, куда бы Алиса ни пыталась устроиться – везде уже были места зарезервированы. В творческих домах, домах культуры, консерваториях – везде сотрудники устраивали либо своих знакомых, либо детей или еще каких-нибудь родственников. Вот так и получайте, дети, образование по призванию!

Работники канала скучали, коротая свои рабочие часы за играми или социальными сетями, а также активно опустошая кружки с чаем и баночки с покупными салатами.

Алисе очень не хотелось присоединяться к этой армии «офисных зомби», но делать было нечего. Зато сегодня намечалось получение зарплаты, которую Романова забыла получить вчера. Стук в дверь разбудил сонных клерков из отдела кадров, ответственных за выдачу заработной платы работникам, поэтому встретили Алису не радостной улыбкой, а, скорее, злобной гримасой. Хотя, здесь никогда и не царило радушие...

- Романова, когда ты получать зарплату вовремя будешь?- кинула кадровичка, которой пришлось ради Алисы бросить “Одноклассники” и наконец-то заняться своей работой.

- И вам, девчонки, добрый день. Скучаем? – Алиса кивнула на открытый сайт.

Кадровичка быстро свернула свою страничку и занялась непосредственно зарплатой. За эти годы в журналистике, Алиса добилась многого, дорасти до специального корреспондента, считалось большим достижением.

Несмотря на все, Алиса на работе, всегда придерживалась золотого армейского правила: «Подальше от начальства, поближе к кухне», поэтому получив наличные, она спешно сказала «Спасибо» и быстро зашагала назад к двери, и только ее захлопнув, вновь услышала оклик:

- Алиса! Романова! Вернись на минуточку…

Алиса снова заглянула в отдел кадров. Женщина, которая только отдала ей зарплату, сказала:

- Алиса, тебя директор вызывал, еще вчера, но ты тогда быстро ушла.

- Чего? – рассеяно спросила Романова.

- Не знаю «чего», вот у Алексея Владимировича и спросишь, – рявкнула женщина, снова уткнувшись взглядом в монитор.

В сегодняшнем везении Алиса уже серьезно засомневалась, поскольку директор не вызывал никого из подчиненных к себе на личный разговор за неимением очень больших проступков, за которыми обычно шло увольнение. Дурацкие мысли пришлось отогнать и пройти к своему столу. Рабочее место Романовой находилось напротив большого окна, с чем, собственно очень повезло. На улице тихо падали желтые листья, в лужах отражалось серое небо, которое забыло свет солнца. Ну, ноябрь же, а значит все нормально. В этом году осень немного запоздала. Лишь в начале ноября начали осыпаться листья, а привычные осенние дожди все еще не пришли. Холодный воздух проникал до самых альвеол легких и заставлял их судорожно выталкивать такой приятный теплый воздух Алиса включила компьютер и устало упала на стул, оттолкнувшись каблуком от стола, девушка уперлась спиной в холодную стену, раздумывая о том, как провести сегодняшний день, что называется «без жертв». Сегодня даже рабочий телефон решил сохранять тишину, а в любой другой день он обычно трещит без умолку: очевидцы все сообщают о происшествиях и требуют приехать съемочную группу. Хотя семьдесят процентов этих звонков составляют бдительные бабули, которых то не устраивает работа ЖЭКа, то соседка, которая украла килограмм яблок и прочая-прочая бытовуха. Настоящих репортажей уже давно не было. Ничего интересного не происходило.

Вот это самое “ничего” и тревожило. Бывает период в жизни, когда в жизни ничего не происходит. Душа чувствует, что-то ищет...

А ничего не происходит. Все дни сливаются в одну серую массу, жизнь становится одноликой, одинаковой. Все это жутко раздражает. Если все очень плохо, то скоро все наладится, если все хорошо- отлично, а тут – ни-че-го! Алиса вздохнула и все же принялась разбирать электронную почту, прикидывая попутно, свои планы на вечер, но отвлечься все-таки пришлось: напротив окна быстро припарковался новый черный Мазерати. От таких машин всегда захватывает дух, а для некоторых это просто средство передвижения.

- Зашибись, – прошипела Алиса, сжав губы, и пожалела о том, что у нее нет своего кабинета с большой дверью и огромным замком, который можно закрыть, чтобы никто не мешал работать. А вот теперь это будет весьма и весьма проблематично.

Из черного автомобиля вышел симпатичный молодой человек, одетый в дорогой костюм. Мужчина стремительно зашел в офис, сверяясь с наручными часами. В офисе быстро нарастало напряжение: все начали работать, печатать бумаги, договоры. Хм, ну естественно, кому хочется получить выговор? Некоторые девушки-редакторы утренних эфиров новостей, спешно приводили себя в порядок, подкрашивая губы и подпудривая носик. Многие незамужние девушки все еще не теряли надежды стать женой молодого директора телевизионного канала, а так же владелицей целого состояния. Алиса пригнулась как можно ниже, чтобы из-за монитора ее не было видно. Если Громов забудет про нее и закроется в своем кабинете, то можно выдохнуть спокойно и ждать окончания рабочего дня.

- Здравствуйте, Алексей Владимирович! – пролепетала рыжеволосая красавица, которая значилась в этом офисе, как секретарь главного редактора новостного блока, которая взметнув волосами, принесла только что вошедшему в офис начальнику, пачку договоров для подписи. – Вы сегодня отлично выглядите.

Мужчина улыбнулся такой неумелой лести и ответил:

- Спасибо, Леночка. Я подпишу все договора, а пока займитесь своей работой и позовите через пару минут Алису Романову. Я буду ждать ее у себя.

Рыжая открыла рот от такой наглости и, скривив губы, прошипела:

- Всенепременно, Алексей Владимирович.

Алиса, услышав эти слова, почувствовала, как ее сердце рухнуло куда-то в пятки, а руки предательски похолодели. Секретарша ловко проманеврировав среди рабочих столов вмиг подошла к Романовой и приказала:

- Сама слышала, давай иди…

Алиса поднялась и смерила гневным взглядом хамку, которая поправляла белую рубашку, делая вид, что находиться рядом с Алисой ей крайне неприятно. Женский дружный коллектив – штука сложная, а главное, что мешок с кобрами – куда безопаснее. В офисе, где сидели редакторы, в основном были женщины, а вот на съемках уже работали мужчины, которые, к слову, и разбавляли эту напряженную атмосферу. Романова вздохнула и прямиком направилась к двери с табличкой « Генеральный директор ООО « Россия-2 Дон» Громов Алексей Владимирович» и постучала, ожидая ответа.

- Войдите!

В этом кабинете Алиса никогда не была. Даже когда она устраивалась на работу, ее принимала Светлана Сергеевна, главный бухгалтер, которая очень хорошо к ней относится. Сразу было видно, отказывать себе в чем-либо глава телеканала не любил: кожаные кресла, дорогой паркет, евроремонт, компьютер, который своей ценой мог потягаться с годовым доходом любого начинающего журналиста газеты или молодого репортера.

- Доброе утро, – улыбнулся Алексей Владимирович, тридцатитрехлетний мужчина с голубыми глазами. Именно такие люди ходят по подиумам, если бы не богатый отец Громова, то ему можно было бы смело идти в модели: стрижка, щетина, костюм, обувь, парфюм – все на высшем уровне. Все в тренде. Рядом с этим модником Алиса уже раз пять пожалела, что поленилась сегодня накраситься, не сходила в парикмахерскую, да и одеться было получше, а то джинсы и кофточка, как-то слишком примитивно.

- Присаживайся, – указал на кресло директор и достал из ящика шкафа вино и два бокала. – Как жизнь, Алиса?

- Жизнь? – переспросила Алиса, пытаясь уловить суть происходящего. – Кажется ничего, Алексей Владимирович.

- Давай, просто Леша,- заметил Громов, улыбаясь. – Разница в возрасте, вроде у нас небольшая. Тебе ведь….

- Двадцать пять, – остановила раздумья директора Романова.

- Восемь лет всего, – засиял мужчина, протягивая девушке бокал вина.

- Спасибо, не пью,- отринула Романова. – Скажите, а зачем вы меня вызвали?

- Это нужно попробовать: «Мутон Ротшильд» урожая 1945 года. Одно из самых дорогих вин в мире,- улыбнулся, проигнорировав вопрос, Громов, все-таки вручая бокал с багряной жидкостью.

Когда ты пять лет работаешь в фирме, и тебя не спрашивают про жизнь, то это нормально, а вот такое повышенное внимание к отдельной персоне, заставляло Алису задуматься. Она конечно не офисный планктон, а все же специальный корреспондент, но все равно, непонятно зачем она здесь. Тем более, что директор никогда не был добрым раздатчиком дорого вина и своего не менее дорогого внимания. Алексей –бизнесмен, который не мог предложить ничего хорошего и полезного для любого человека. Ради своей цели он всегда шел до конца, а иногда даже шел по головам. Поэтому, Алисе сейчас очень хотелось уйти отсюда как можно скорее, ведь ничем хорошим это закончится, не могло.

- Как ты думаешь, – произнес задумчиво Громов. – “Второй канал”, сейчас открыл новый сезон с мощным проектом – сериалом, плюс ко всему они закупили фильмы, премьеры на которые едва прошли. Они нам составили очень серьёзную конкуренцию.

- Алексей Владимирович, – привычно отрапортовала Алиса, игнорируя предложение директора перейти на «ты». – «Второй» – достаточно мощный канал, но до нас ему еще далеко…. А почему вы это у меня спрашиваете? Есть же аналитики?

Громов улыбнулся и кивнул, садясь в кресло напротив Романовой:

- Конечно, Алиса, аналитики есть, но верить словам людей, которые в этом бизнесе не варятся, а ведут сухую статистику – тяжело, поэтому ты здесь, ведь ты показываешь очень качественные репортажи и можешь открыть свое шоу, а возможно мы сможем и начать новый проект.

Алиса вздохнула: все-таки ей не верилось в то, что директор предлагает сделать ей свой телепроект, но было очень приятно, где-то в глубине души. Алексей закинул ногу на ногу и начал рассказывать свою идею:

- Те, кто корпят над новостными сводками, не смогут сейчас предложить, что-то новое и свежее. А я хочу привлечь молодежь к экранам телевизора, ведь интернет теперь составляет нам очень большую конкуренцию. А что любит молодежь?

- В КС играть, – честно заметила Алиса. – И в социальных сетях сидеть.

Громов рассмеялся и встал из кресла, достал папку с документами из ящика рабочего стола, передал Романовой.

- Алиса, ты что-нибудь знаешь о “закрытых городах”?-спросил директор, сев напротив девушки в кресло.

- Города военного значения, обычно закрытые и охраняемые зоны, – предположила Алиса.- Верно?

- Молодец, – улыбнулся Громов. – Я знаю, что ты отличный сотрудник ,- директор явно медлил и обдумывал свои слова. – В общем, я планирую снять очень серьезный проект, точнее сериал о Зоне Отчуждения. Мой друг, очень хороший режиссер уже подкинул пару идей, ну а пока нужно разведать обстановку и оглядеть, как там вообще обстоят дела. Поедешь?

- И куда же?- ответила Алиса, начиная понимать, почему именно она сидит в этом кресле. Она часто такое проворачивала у него под носом, что НТВ и не снилось.

- В Чернобыльскую Зону Отчуждения,- сказал он и дал лист с картой Зоны.

- А там не опасно?- настороженно спросила Алиса, просматривая карту Зоны Отчуждения”. – Радиация же…

- Алисочка, за один раз ничего не случится. Там уже радиации и не осталось. Просто посмотрите, что там и как, а потом пару фотографий. Что может случиться?- тихо сказал директор канала.

- Там же военные на Кордоне, патруль, слухи в сети ходят, что там происходят странные вещи происходят, -продолжила Алиса, но ее мягко оборвал Громов.

- Алиса, тебе деньги не нужны? Хорошие же деньги. Только тебе предлагаю! Тихо съездить к ЧАЭС с Ванькой, сниметесь быстро и домой. Ты же давно хотела машину купить? Вот купишь. Если нет – семье поможешь... Главное, не афишируй, а я тебя прикрою. Хорошо? Тем более, если слухи не врут, то там много чего интересного. Вроде бы «Второй» тоже решил туда наведаться. Я заплачу тебе за первую поездку и фотографии четыреста тысяч, для начала сто дам, а там дальше расплатимся. Ты согласна?

Предложение директора казалось и заманчивым, и одновременно ужасающим. Хотя ей и не такие дела приходилось проворачивать под носом у начальства и коллег, но сейчас это путешествие ее начинало пугать. Конечно, все его слова были ложью, и военные не стали охранять бы пустую, безрадиационную зону. Что-то там было, но точно утверждать никто не решался. В интернете ходили слухи, об ужасных монстрах, мутировавших после взрывов в двухтысячных, но это все было бредом, конечно. В интернете даже скачать реферат спокойно нельзя, то живых актеров хоронят, то четыре знака умрут в этом году. Сами знаете, сколько спама в интернете.

- Ради такой суммы, конечно, это легко, – натужно улыбнулась Романова.

- Вот и молодец, – Алексей улыбнулся и передал девушке в руки большой конверт. – Фотоаппарат не забудь. Ванька будет ждать тебя завтра у редакции в пять утра. Дерзай.

Он поднес бокал к бокалу Алисы, и тихо стукнув, их друг о друга улыбнулся

- Что ж, выпьем за успех? – Громов улыбнулся.

Девушка вздохнула, но все же попыталась сделать подобие улыбки и кивнуть в ответ, отхлебнув немного вина, которое было очень вкусным. Алиса поставила бокал, взяла конверт с деньгами и поднялась со своего кресла. Громов улыбнулся и тоже поднялся. Начальник выглядел крайне довольным.

- Не переживай, если будут какие-то проблемы, сразу позвони мне, я все решу,- заверил Алексей, протянув ей свою визитку.

Романова молча взяла темный прямоугольник, на котором был указан телефон шефа, а затем быстро вышла из кабинета. Да, чудеса, человек, которого она вообще не знала, за пять минут стал «лучшим другом». На душе было очень тяжело, но отказываться от такого предложения могла только полная дурочка, звание которой Алисе получить никак не хотелось, но ощущение было такое, будто она не на работу “под черным флагом” согласилась, а на сделку с дьяволом. Несмотря ни на что, Романова вышла на улицу, вдохнула холодный осенний воздух и быстро набрала телефон своего друга, который был по совместительству оператором, с которым они завтра должны были провернуть эту аферу.

- Приветик, Ванюш, – поприветствовала друга Алиса, но Самойлов тут же перебил ее:

- Лис, погоди, тут вторая линия…. Елки-палки! Громов! Я перезвоню.

Алиса услышала короткие гудки и подумала, что поездки все-таки не миновать. Комментарий к Часть 1. Правда. Ничего. Если вы хотите прочитать версию “Правда”, жмите “Часть 2. Правда”. Все правые стрелки расскажут вам правду.

====== Часть 2. Правда. Путь к закрытым городам. ======

Глава 2.

Путь к закрытым городам

Дорога была долгой и нудной. Рок Ванька не включил, а слушать попсу по радио было сверх сил. За окном мелькали деревья и дома, а дорогу размывало проливным дождем. Алиса молча наблюдала за тем, как стекают по стеклу капли дождя, которые тут же подхватывал и уносил встречный ветер. Вскоре, машина журналистов приблизилась к границе с Украиной.

- Держи, Ванес, – девушка протянула другу поддельное разрешение на въезд и съемку, которое вчера сваяла на фотошопе.

Оператор послушно взял бумагу и достал из бардачка Волги техосмотр и свои права.

К машине подошел сотрудник пограничного поста и, приложив руку к голове, представился:

- Старший лейтенант Шевченко, прошу права и машину к досмотру.

Ванька послушно отдал документы, открыл багажник, показал пустой салон, поднял капот. После осмотра, пограничник выдал зеленый талон и приказал им пройти к окошку для удостоверения личности. Алиса взяла свой паспорт и протянула его девушке, сидящей в униформе к кабинке пропуска.

- Фамилия, имя? – уточнила работница пограничного контроля.

- Романова Алиса, – ответила девушка, заметно нервничая.

Всегда при прохождении контроля сердце колотилось, словно сумасшедшее.

- Паспорт, где был выдан? – допрос продолжался, а Романова нахмурилась:

- В Ростове-на-Дону.

Девушка на посте еще раз оглядела паспорт, затем вписала данные и вернула документ владелице. Ванька прошел ту же самую процедуру и через пару минут они вдвоем выехали из территории поста и наконец, въехали на территорию Украины.

- Алиса, – наконец-то заговорил Ваня.- А почему Громов решил отправить именно тебя?

Девушка пожала плечами и честно призналась:

- Не знаю, Вань. Вчера вообще проходило что-то странное.

- Что именно? Неужели этот козел зарплату поднял? – усмехнулся Ванька Самойлов, отвлекаясь от дороги, глядя на Алису.

- Не-е-ет! – хихикнула Романова. – Куда уж там? Было менее странное...

Девушка рассказала о вчерашнем разговоре своему другу, который был удивлен не менее ее, а за этим разговором прошла вся оставшаяся дорога и к десяти часам утра машина журналистов подъехала к кордону. Окруженная территория Зоны Отчуждения мрачно виднелась через дыры в высоченном заборе.

- Ладно, Ванька, бери камеру и что тебе там еще нужно, – легонько похлопала по плечу друга Алиса. – Быстрее сходим – быстрее вернемся.

Оператор хмуро улыбнулся и начал собирать оборудование: фильтры, объективы, камеры. Романова оглядела заставу и решила позвонить родителям, пока есть время. Она открыла дверь Волги, вышла на улицу и набрала знакомый номер на экране смартфоне, но телефон отвечал лишь долгими гудками, оповещая о том, что разговора не получится.

- Ну, что пошли? – кивнул оператор, нагрузивший себя парой сумок с оборудованием. – Можно я закурю?

- Да-да, – ответила рассеяно Алиса, погружаясь в свои мысли. Она молча глядела на Ваньку: ее друга, с черными, как уголь, волосами, серыми глазами и очень теплой улыбкой. За таким красавчиком ведь все девчонки бегали, если бы этот сумасшедший хоть иногда отвлекался не на работу, а на свою личную жизнь.

Самойлов докурил сигарету, выбросил окурок в ближайшую лужу и хлопнул по плечу боевую подругу, мол «Пошли». Алиса тяжело вздохнула и, проверив шнуровку на берцах, поплелась за оператором. Как бы ни было, репортаж снимать надо. Конечно, до Кордона пришлось идти пешком, чтобы не засветиться перед военной охраной, которая явно заметила бы огромную «Волгу». Журналисты ожидали увидеть большую базу, где спокойно ходили пограничники, охраняющие запретную зону, но по привычно спокойному КПП носились солдаты, загружая “КАМАЗы” и “УРАЛы”, какими-то ящиками.

- Это чего это они? – прошептала Алиса, прижавшись к бетонной стене спиной и настраивая фотокамеру на загружаемые грузовики. – Веселье уже тут начинается. Как-то я не ожидала подобного увидеть. Они уходят?

Ванька оценил происходящее и закивал, не отвлекаясь на лишние разговоры, прижав к себе камеру, снял пару минут на видео.

- Думаю, пока они там все это грузят, охрану с того края, – Ваня указал на дальнюю сторону забора, где кажется, было пусто. – Нужно будет перелезть и быстро бежать к тем кораблям. Не боишься?

Девушка выслушала план, а затем нахмурила лоб и обиженно сказала:

- Я? Боюсь? Спрашиваешь! Кто быстрее перелезет забор – тот выиграл!

Берцы вязли в грязи при беге, но зато сильно помогли перелезть пресловутую скользкую стену из бетона, окаймлявшую Зону Отчуждения. Подтянуться было очень нелегко, но найдя нужный выступ, Алиса все-таки покорила высоту. Удар об землю и девушка уже стояла на запретной, зараженной земле.

- Ванес, давай скорее! – бросила Алиса оператору, который все еще возился с аппаратурой, сидя на стене. – Кидай, а то пользоваться занятостью военных бесконечно тоже не получится.

- Лови, – Ванька скинул в руки журналистки сумку с объективами и прыгнул вниз.

- Так значит, я победила? – уточнила с ноткой уверенности девушка.

- Всенепременно, госпожа, – Ванька приложил руку к сердцу, подражая шекспировским героям. – Особенно если считать, что на мне вся аппаратура была.

- Это отмазки, – хмыкнула Алиса. – Не хочешь признавать моей победы?

- Неа, чувак, – улыбнулся оператор. – Никак не хочу. Зависть!

- То-то же! – рассмеялась Алиса, хлопнув друга по плечу. – Пошли, Ванес. Еще работы много.

Военные были слишком заняты погрузкой ящиков, поэтому упустили двух наглых журналюг, которые самым бесстыдным образом шли вдоль забора, размахивая рюкзаками и сумками. Прятаться даже не нужно. Красота! Разговор за разговором, шаг за шагом и, скоро впереди показались почти высохшие озерца речки Припять, среди которых возвышались мрачные, ржавые корабли.

- Славненький вид, – заметил Ванька и сфотографировал Романову на фоне какой-то забытой баржи. – Думаешь, что именно это ждет от нас Громов? Решил в постапокалипсис удариться наш модник?

- Без понятия, – развела руками Алиса, отвлекаясь на новые панорамы. – Раз отправил, значит, знал, что тут не пятизвездочный отель.

Самойлов ловко снял панорамное фото, а Романова выбирала лучшие места для видеосъёмки.

Романтика заброшенных мест была одновременно и прекрасной, и пугающей: казалось, никого кроме военных, которые остались в паре километрах отсюда, в этих местах не было. Совершенная тишина и лишь одичавший ветер, шевелил голые ветви деревьев.

- Пошли вот в то полесье, – указал Ванька, но его слова будто подтвердили извне: со стороны лесополосы донеслись выстрелы и крики. Нерушимая тишина Зоны была нарушена неизвестными людьми. Или не людьми?

Не скрывая, сердце у Алисы будто бы замерло, руки похолодели от страха, а внутрь закралась дрожь, сотрясая свою жертву изнутри.

- Что за фигня? – слегка растерянно спросил Ванька.

- Не знаю, – призналась девушка, но вдруг она вспомнила слова Громова, который говорил, что второй канал снимает здесь сериал и от этого ей стало гораздо легче. – Слушай, это же наши прямые соперники уже съемку проводят. Пошли скорее!

Ваня без лишних вопросов последовал за корреспонденткой. Перебежками и ползком журналисты добрались до источника шума: на небольшой поляне находились люди в серо-голубой камуфляжной форме, на рукавах, которых были нашивки в виде черного квадрата с синим орлом. Военные были явно не дружелюбно настроены, особенно к тем людям, которые стояли у них под прицелом на коленях, загнув руки за головы.

- Слушай, больше на сериал про ментов на НТВ смахивает,- признался Ванька, прижавшись животом к остывшей земле Зоны и едва-едва выглядывая из-за оврага, за которым они с Алисой спрятались.

- Да ладно, – тихо прошептала Романова.- НТВшники вообще из Москвы не выезжают. Бюджет экономят. Ну, сделаем спойлер к фильму?

Ванька улыбнулся и начал снимать.

- А как этот фильм называется?

- Громов сказал, что “Чернобыль. Зона Отчуждения”, короче, без фантазии ребята к названию подошли.

- Оригинально, – усмехнулся парень. – Вообще люди в курсе, что авария произошла в Припяти, а не в Чернобыле? Чернобыль от ЧАЭС в восемнадцати километрах. Знаешь, я не очень люблю вот эти слежки... – признался оператор, на что Алиса сразу же ответила:

- Я тоже, Ванес. Зато мы неплохой гонорар за это получим. Давай слушать, чего они там говорят.

Военные кричали, поэтому можно было легко расслышать каждое слово:

- Говорите, скоты, кто?

После каждого слова слышался глухой удар: мужчины нещадно били своих пленников прикладами штурмовых винтовок, добавляя пару ушибов ногами.

Заложники геройски молчали, не проронив ни слова, они только с болью смотрели в серое небо, бездушное к чужим просьбам.

- Вы не поняли, уроды? – переспросил главный.- У нас время поджимает, будете молчать – вымрите все, к чертям собачьим! Мы вас быстро перережем!

Один из людей, стоящих на коленях, на котором был одет белый медицинский халат, поднял глаза и тихо сказал:

- Мы не знаем. Его выкрали. Говорят, что это…

Очередная серия ударов. Человек в белом закашлялся и упал на бок:

- Он был на «Скадовске»! Вы же сами его обыскивали! Там ничего нет.

- Врешь, сука, все вы знаете, – главный вновь потерял над собой самообладание, и начал жестоко избивать ногами своих пленников.

- Дегтярёв должен знать! – прокричал другой человек в униформе. – Возможно «Антидот» забрали военные.

- Нулевой где? – закричал главный в серо-голубой одежде. – Отвечайте!

- На ЧАЭС, говорят, он на ЧАЭС, – заскулил другой мужчина, сгибаясь пополам. – Его можно синтезировать из крови носителя. Нужно оборудование!

Через пару минут раздались автоматные очереди, и стало тихо. Пугающе тихо.

- Ванес, снимай, только аккуратно!- прошептала Алиса. И сделала в параллель пару фотографий. В целом, актеры играли очень хорошо, достоверно, но Алису вдруг осенило: они, черт подери, очень хорошо играют, но... Но камер нет! Где же режиссеры, костюмеры, съемочная бригада? Девушка снова ощутила, как по коже прошелся электрический заряд страха и отчаяния, она сразу решила убегать. И как Ваня не заметил, что спектакль разыгран слишком натурально и без съемки?

- Ванька? – потянулась Алиса к другу, надеясь предупредить его о своих догадках, но обернувшись, не увидела никого. В голове судорожно замелькали мысли: ” Где он? Что делать? Не кричать? Убегать?”

Тишина.

Может он убежал? Ушел. И бросил ее?

Да ну нет, на Ваньку это совершенно не похоже.

Алиса отползла в сторону и встала, осмотрелась – никого.

- Ваня! – стараясь шепотом найти друга, Алиса буквально потеряла контроль над собой: тело била крупная дрожь, а в животе, словно все связалось узлом. Она подошла к ближайшему дереву и прижалась к нему спиной.

Дальше все произошло очень быстро. Какой – то мешок на голову, даже крик застрял в горле от неожиданности. Удар о землю, Алиса почувствовала, как ей ловко связали руки и ноги и куда-то несли. Еще удар, на плечо закинули. Могли бы и помягче, гады, хотя, хорошо, что еще не пристрелили. Неужели никто не видит, как человека с мешком на голове тянут? Ага, куда там... Только Зона видит. Рядом никого быть не может, не считая тех, кто был на поляне, но с ними лучше не связываться.

Уронили на землю. Мешок мешал дышать, кричать было бессмысленно, а спасать некому.

Наконец-то тряпку с головы резко сорвали – свет хлынул в глаза. А в голову уперся ствол автомата.

“Вот и приехали” – мелькнуло в голове у Алисы.

Зато рядом валялся связанный Ванька, а главное живой. Облегчение, но небольшое.

Когда глаза привыкли к свету, стало понятно, что на месте тех бедолаг, которые получили хорошую долю свинца в голову, оказались Алиса с Ванькой. Люди в серо-голубой форме стояли напротив журналистов, на их головах были, одеты шлемы, в которых были видны только глаза.

- Кто вы? – пробасил тот, кто стоял в центре. – Что вы слышали?

- Журналисты мы, из Ростова,- тихо сказала Романова. – Прошу, не убивайте...

Ответ был, видимо, неверным, потому что корреспонденты получили пару смачных пинков ногами. Удары были очень сильными, так что у Ваньки как-то неприятно громко хрустнуло ребро, а Алиса тихо сжалась, обхватив себя за живот и почувствовала, как во рту появился привкус крови.

- Хрен с вами, кто бы вы ни были, ребятишки, вы тут не выживете, – продолжил главный. – Светлый, кончай их. Так Чалый – вперед, связывайся с Душманом, скажи, что одиночки со “Скадовска” нам уже не мешают, теперь будем щемить “Янов” и Дегтерева с Припятскими.

Главарь, что-то говорил дальше и уходил с остальными наемниками вглубь леса. Рядом с корреспондентами остался один мужчина, которого звали Светлый. Он не торопясь перезарядил автомат ИЛ86 и наставил дуло штурмовой винтовки на пленников. Алиса испуганно озиралась по сторонам: Ванька даже не смотрел, что происходит вокруг, он лежал, свернувшись на боку, прижимая к груди ноги. Лицо было почти белым, кажется, ему было невероятно больно и даже дышать трудно. Романова не верила, что все так закончится. Страх отошел, зато на замену ему пришла паника. Слезы покатились по щекам, а глядя на вооруженного человека, который стоял перед ними, готовясь выстрелить, Алиса прошептала:

- Прошу, прошу вас, не убивайте. Мы ничего не расскажем, умоляю вас...

Убийца молчал, но и с выстрелами тоже медлил. Сквозь прозрачное окошко маски сверкали красивые, светло-голубые глаза. “Так вот, почему ты Светлый” – мелькнула дурная мысль у журналистки.

- Прошу, не делайте этого...

Светлый снял с предохранителя автомат и зажмурил один глаз, прицеливаясь. Алиса, поняла, что это конец. Она закрыла глаза, надеясь, что будет не так страшно. Автоматная очередь.

“ Боль не пришла, удивительно странно, значит умирать не больно.”

Сквозь веки прорывался белый свет.

“Значит не в аду”- подумала Алиса и резко открыла глаза.

Пейзаж остался тем же. Светлый выстрелил рядом, около руки Романовой лежали стреляные гильзы. Алиса ошалело глядела на неизвестного военного, не в силах произнести ни слова. Наемник высокомерно оглядел пленников, а затем развернулся и стремительным шагом ушел вслед за другими наемниками. Алиса поднялась, и ее тело пронзила резкая боль в районе желудка: что-то повредили, скоты. А Светлый не вернется, добить? Никого не было слышно. Видимо, нет, не вернется. Стон сбоку напомнил о Ваньке, который побледнел и держался руками за правый бок.

- Ваня, Ванечка!- прошептала Алиса, кинувшись к другу.- Как ты? Идти можешь?

Оператор молча кивнул головой. Его стремительно бледнеющее лицо, начинало пугать.

Алиса судорожно заворошила руками по листве, нужно было найти телефон, который выпал из кармана.

Руки дрожали, и набрать телефон не получалось. В скорую звонить было глупо, так как вместе с врачами приехали бы и украинские милиционеры, за что российским журналистам припаяли бы не малый срок. На глаза попался номер телефона Громова. Алиса решила, что нужно звонить ему и как только гудки в трубке прекратились, девушка затараторила:

- Алло, Алексей Владимирович, тут мы попали, Ваня ранен, перелом, скорее всего. Нужно скорую, а как ее вызвать? Куда идти?

- Алиса, успокойся!- рыкнул начальник.- Кто ранил?

- Военные, в какой-то синей форме!

- Менты что-ли?

- Нет, с орлами, с нашивками, с пушками зарубежными. И ...

Страшный рев, нечеловеческий оглушил Алису. В телефоне было слышно, как кричит “Алло” Громов. Романова опустила смартфон и прислушалась, где-то был слышен шорох. Стало очень страшно.

- Ванечка, ты полежи чуть-чуть, только тихо, я сейчас,- голос Алисы дрожал.

Она тихо перебралась к месту недавнего расстрела неизвестных людей наемниками и увидела, то чего она явно не ожидала увидеть: мерзкие существа, отдаленно напоминающие человека, которые двигались на четвереньках. На головах этих тварей болтались разорванные противогазы, а спина этих существ, казалось, была разодрана невидимым зверем так, что был виден позвоночник. Уроды двигались прыжками к трупам неизвестных мужчин, которых застрелили люди в серо-голубой форме. Алиса затаила дыхание, наблюдая, как твари, начали разрывать человеческую плоть и с ревом ее пожирать.

- Господи, что это? – прошептала Алиса, увидев мутантов. – Значит, не врут блоггеры...

Романова явно растерялась, ей хотелось закричать, и может, прилетит вертолет, как в фильмах, и заберет их с Ванькой домой, в Ростов, или она сейчас проснется у себя дома, и никуда они не поедут? Алиса зажмурила глаза, но это был не сон, да и вертолета тоже не было. Нужно было действовать. Нужно было идти. А куда? На КПП? Нет, слишком далеко. Звонить? Громову? И что он сделает? Нужно идти, хотя куда – неизвестно. Алиса поднялась, взяла камеру, рюкзак и попыталась взвалить на себя Ваньку. Не вышло. Рюкзак полетел в сторону. Ванька кряхтел и почти не стоял на ногах, хорошо, что он худенький, но было очень тяжело, да и свои травмы давали знать.

- Ванечка, помоги, как можешь. Держись,- прошептала Алиса, закинув руку оператора себе на плечо, помогая ему опираться.

- Что там? – Ванька прохрипел, пытаясь указать в сторону, там, где были мутанты.

- Хрень какая-то, я даже не поняла...- Алиса выглядела растерянной, не зная, как это описать, но она твердо решила идти к барже, на которой было написано “Скадовск”.

Ноги гнулись под тяжестью веса парня, колени дрожали от страха, хотя до цели было метров пятьсот, но идти было невероятно тяжело.

- Дошли, Ванечка, сейчас! – прокряхтела Романова, останавливаясь рядом с поваленным деревом. -Сейчас тебя полечим. Вот на корабль придем, все сделаем.

Непонятный удар, который казалось, шел откуда-то из-под земли, которая содрогнулась, как при землетрясении. “Скадовск” устало заскрипел, а ржавые металлические листы эхом откликнулись на изменение окружающей среды. Еще толчок – и журналисты свалились на землю. Ванька закричал от боли так, что Алиса серьезно испугалась за его состояние.

- Сейчас, – закричала Алиса, поднимая коллегу и смотря на стремительно темнеющее небо.

В небе творилось, что-то странное: в облаках начались переливы желтого, зеленого, а потом небо залила красная краска. Вороны кричали и кружились над кораблем. Еще удар, и стало понятно, что это действительно землетрясение, о котором говорили вчера утром по новостям. Но с небом-то что? Алиса собрала все силы и потянула на себя быстро слабеющего оператора. До двери в моторное отделение “Скадовска” оставалось метра два, но воли уже не хватало. Воздух наполнился каким-то напряжением и будто бы тоже стал алым.

- Сейчас, минуту!- закричала себе Алиса и открыла дверь баржи. Ванька потерял сознание, втаскивать в корабль Романовой пришлось одной. Еще толчок и журналисты ввалились внутрь “Скадовска”, где никого не было.

Алиса знала, что здесь были люди: столы, стулья, пустые бутылки водки, консервы. Но куда делись те, кто были здесь? Времени рассуждать не было. Алиса усадила на самодельный стул Ваньку и кинулась искать хоть какие-то материалы, которые смогут спасти жизнь другу. Она промчалась в другой камбуз, хотя даже не знала, что ищет.

- Где-то здесь что-то должно быть, – говорила сама себе Алиса.

Девушка нашла ящики, похожие на сейфы и резко открыла их металлические дверцы: пусто. Алиса почувствовала, как горлу подкатил комок, а глаза наполнились слезами. Очередной ящик принес облегчение: внутри него лежали какие-то свертки. Романова вытащила все, что там было и размотала темно-зеленую ткань, в которой лежали шприцы, ампулы с обезболивающим и

два мотка бинтов.

- Ничего себе, – ошарашенно произнесла девушка, надеясь в лучшем случае найти палку, для того чтобы наложить шину и какой-нибудь отрез ткани или попросту тряпку, чтобы шину закрепить.

Удар, корабль затрещал, и удивило то, что остатки краски на стенах начали пузыриться. Что-то заставило ее оплавиться.

- Что за…? – спросила Алиса и услышала скрежет по корпусу “Скадовска”. Но теряться было некогда.

- Терпи, Ванечка, – прошептала Алиса и трясущимися руками вскрыла ампулу обезболивающего и начала набирать в шприц мутноватый раствор.

Ванька тихо закряхтел, когда иголка шприца проткнула кожу, на которой образовался синеватый кровоподтек.

- Терпи, пожалуйста, – со слезами на глазах сказала корреспондентка. – Это поможет, полегчает на несколько часов.

Оператор хрипло вздохнул, улыбнулся, плачущей девушке и заснул. После длительной и сильной боли всегда больной засыпает. Алиса вспомнила, как в детстве падала с велосипеда и то, как гудели разбитые коленки, и как сорванный подорожник приматывался к ушибам веточкой вишни, сорванной у соседей, и дорога домой, а потом бинтование мамой этих самых разбитых коленей. Слезы потекли по щекам, такие горячие и такие нежданные. Страх начал сковывать, а толчки землетрясений не утихали. Скрежет по корпусу “Скадовску” усилился, казалось, что на улице происходит, как минимум, атомная война, но из-за того, что все трюмы были заварены, то узнать, что происходит в небе Зоны, не представлялось возможным. Алиса решила оглядеть корабль, чтобы не напороться на “неприятных соседей”, поэтому вооружившись найденным на столе ножом, она пошла осматривать ” Скадовск”. Девушка поднялась по ржавой лестнице и заглянула внутрь одной из кают: пусто, поэтому пришлось идти дальше. В отсеках баржи было темно и, достаточно, жутко. Корабль скрипел и выл от землетрясений, которые все еще трясли проклятую четвертым энергоблоком землю. Света не было, и страх начал сковывать корреспондентку: дрожали руки, трепетали ноги, зубы громко стучали, как от холода. Того, что она увидела за свое пребывание в Зоне, хватило бы для того, чтобы сойти с ума и надолго заселиться в психушку, но что-то нужно было делать, потому что действие обезболивающего прекратит свое действие через пару часов. Но что делать – Алиса не знала. Она поднялась по лестнице и осторожно открыла дверь. В трюме никого не было, а по стенам была размазана расплавленная краска смешанная вместе с ржавчиной и кровью. Девушка оглядела багряные подтеки на стенах и почувствовала волну ужаса, которая тут же захлестнула ее. Пройдя дальше по коридору, она нашла приоткрытую дверь, за которой слышались какие-то звуки, похожие на стоны и хрип. Алиса толкнула железную дверь и вошла внутрь: внутри лежали тела убитых людей в защитной одежде, у некоторых на лицах были надеты противогазы. Их было много, наверное, около двадцати или двадцати пяти человек. Все трупы были сброшены в одну кучу, не заботясь о захоронении погибших. Алиса зажала себе рот рукой, чтобы не закричать, увидев все это. Она ошарашенно, даже ничего не понимая, глядела на мертвые тела, как вдруг один из них, захрипел, и лицо его исказила гримаса невероятной боли.

- Подойди... – прошипел умирающий.

Девушка замерла на месте, не решаясь, что делать. Было видно, что людей убили недавно, максимум, час назад, значит, этот мужчина уже давно лежит с ранением. В голове, словно что-то щелкнуло, и она сорвалась с места, падая на колени перед раненным незнакомцем.

- Что с вами? Чем вам помочь? – дрожащим голосом спросила Романова и сама же увидела на комбинезоне мужчины два пулевых ранения на груди. Как он еще говорит неизвестно, ведь при таких ранах не живут долго. В руке он сжимал шприц-ручку с синеватой жидкостью.

Алиса разорвала упаковку с бинтами и приложила к ране, руки трусились невероятно. Она взглянула на мужчину: он был еще совсем молодым, скорее всего около тридцати лет. Его зеленые глаза были прикрыты, а короткие волосы измазаны в крови. Скорее всего, всех, кто здесь находился, сначала серьезно избили, а возможно даже и пытали, о чем говорили отсутствующие на некоторых трупах пальцы рук, а у других вовсе были выколоты глаза.

- Ничем, – прохрипел оставшийся в живых. – Расстегни карман, – мужчина указал на нагрудный карман и Алиса тут же, аккуратно, пытаясь не причинить боли, расстегнула застежку-молнию и извлекла карту, сложенную в несколько раз.

- Что это? – удивилась журналистка.

- Я не знаю, кто ты, – казалось, парню давалось с невероятной сложностью каждое слово.

– Но ты должна передать это другим сталкерам... Мужчина закашлялся, и Алиса увидела, как изо рта у него потекла кровь.

- Боже, как вам помочь?

- Тише, – зажмурился неизвестный . – Скажешь, что это Дегтяреву, пусть передадут или Ковальскому. Скажешь, что антидот у тебя. Найди во втором трюме под полом мою тетрадь, там найдешь...

Лицо мужчины исказила страшная гримаса, и он лишь сжал кулаки, в то время, как кровь изо рта пошла еще сильнее. Но сталкер схватил девушку за руку и в одно мгновение ввел ей неизвестный препарат под кожу. Алиса вскрикнула и одернула руку, но под кожей уже синела странная жидкость.

- Что это? Зачем?

- Иди в Припять, – шепотом добавил умирающий, за миг перед тем, как его тело вытянулось и затихло.

Алиса всхлипнула и сжала крепче карту, чувствуя, как начинается истерика. Девушка выскочила за дверь и разразилась рыданиями, упав на пол абсолютно без сил и надежды выбраться отсюда живой.

====== Часть 3. Правда. Держаться за воздух. ======

Глава 3.

Держаться за воздух

Неизвестный гул прорезал тишину Зоны, и стало совсем тихо. Землетрясение прекратилось, и небо разразилось проливным дождем, выплеснув накопившееся напряжение после выброса – именно так называлось то, что происходило сейчас на территории Зоны Отчуждения. Алиса это узнала полчаса назад, найдя под металлической сеткой пола баржи «Скадовск» тетрадь с записями Гонты. Эта записная книжка принадлежала сталкеру, который умер почти у нее на руках там, на втором пролете, в трюме номер пять, примерно час назад. Журналистка, дрожащими руками, держала эту маленькую, кожаную книжицу, удивлялась и ужасалась одновременно. Какое-то странное чувство, когда понимаешь, что читаешь сейчас именно о том, что не успел тебе рассказать человек. В этой записной книжке были фотографии людей, большинство из них мужчины, которые зовутся сталкерами, только вот что означает это слово, Алиса так и не узнала, зато она прочитала, что в Зоне Отчуждения полно мутантов. Гонта писал, что эти твари убивают без всякой жалости и каждая имеет свои особенности. Кажется, погибший сталкер, был охотником на мутантов, потому что все страницы были исчерканы неровных почерком, рассказывая о поведении и слабостях монстров. Алиса посмотрела на рисунки сталкера, которые иллюстрировали этих зверей и Романовой показалось, что самыми страшными являются кровососы: высокие гуманоиды с щупальцами вместо рта, с помощью которых мутант выпивает всю жидкость из своей жертвы. Журналистка еще раз посмотрела на рисунок кровососа, а затем перелистнула на страницы, посвященные каким-то аномалиям, разрывающих за несколько секунд, все живое, что в них попадает, дальше шел раздел о мистических артефактах, за которые многие сталкеры отдали жизни в этих зловещих местах. Корреспондентка на миг отвлеклась от чтения и, прикрыв книгу, она глянула на ржавый потолок « Скадовска», пытаясь увидеть за ним алеющие небеса, нависшие над проклятой землей. Что же это за место такое? Почему об этом никто не знает за границей Зоны? Можно ли выбраться отсюда живыми? Еще Алиса посмотрела на свою ладонь, где под кожей, словно синяя пуговица, синела та самая жидкость вколотая умирающим Гонтой. Сначала девушка испугалась, но вроде бы никаких последствий после укола не было, даже наоборот, самочувствие улучшилось, а раны... Ладно, раны остались прежними, но уже не кровоточили. Гонта сказал, что “Антидот у тебя”. Возможно, это и есть тот самый антидот, но только от чего? Громко вздохнув, Алиса снова начала листать страницы записей Гонты, как вдруг среди пожелтевших листков нашлась отдельная записка, написанная неизвестным сталкером: ” В Зоне грядут перемены. Мои бойцы узнали, что правительство Украины хочет быстро закрыть четвертый энергоблок новым саркофагом. Они думают, что это поможет. Но, кто здесь уже больше пяти лет знают, что это не спасет. Сталкеры стали все чаще пропадать. На “Скадовске” уже не безопасно. Говорят “Монолит” подкупил наемников, и теперь они что-то ищут вместе. Выбросы теперь невозможно пережить, не спрятавшись достаточно надежно, они спалят все живое на территории. Реактор набирает обороты. Нужно что-то делать, нужно что-то решать... На территории “Скадовска” работали ученые, которые разработали “Антидот”. Теперь нужно его передать и распространить. Надеюсь, что я успею добраться к Припяти. Хотя, я уже никому и ничему не верю. Держись, Гонта. Ждите подкрепления”. Пролистав записную книгу дальше, Алиса не нашла никаких записей, далее были лишь белые, пустые листы. Романова потерла виски, надеясь хоть как-то осмыслить прочитанное и увиденное в эти последние несколько часов. Голова мыслить отказывалась и, теряя последнюю надежду, на то, что сейчас выскочат люди с цветами и закричат ” Это розыгрыш!”. Она пролистала блокнот Гонты еще раз и наткнулась на знакомое слово, точнее фамилию: Дегтярев. В мыслях всплыли крики наемников и Алиса начала тщательно вычитывать неразборчивый почерк Гонты, около фотографии этого самого Дегтярева. Там было написано: “После провала “Фарватера” Зона стала, открыта для многих, но Сашка говорит, что нам нужно бояться не Монолита, а ….” Далее страница была вырвана, и чего бояться, Алиса так и не узнала.

- Какого? – Романова осмотрела книжку со всех сторон, в поисках продолжения.- Одни загадки, блин, и еще куча всякой ерунды.

Алиса сняла черную обложку и еще раз потрусила блокнот – ничего, хотя... Стоп! На изнанке переплета, в самом незаметном месте, что-то было прикреплено. Это была записка Гонты к Дегтяреву: “Монолит” начинает войну. Они нашли способ запустить реактор. Скоро выбросы превратят всю Украину, Белоруссию и часть России в “Зону Отчуждения”. На “Скадовск” будет нападение, мы будем отбиваться до конца, но наемников мы долго не удержим. Иди на четвертый реактор. Я попытаюсь передать “Антидот””. Знаете, многие скажут, что человек в таких условиях сядет тихо в уголок и будет плакать, но любой, поверьте, самый последний трус (к категории, которых Алиса очень подходила) будет стараться спасти свою любимую и драгоценную шкурку. Когда попадаешь в подобную ситуацию, приходится делать невозможное.

Обойдя все трюмы “Скадовска”, журналистка не нашла ничего, кроме этого блокнота Гонты и зловещих, красных потеков на стенах корабля.

- Алиска, ты как? – тихо протянул только что проснувшийся ото сна Ванька. – Мы где?

- Ой, сказала бы я, где мы. У тебя не болит ребро? – вздохнула девушка.

- Нет,- оператор быстро поднялся на ноги и, не поверив своему самочувствию, даже попрыгал на месте, для полной уверенности. – Вообще не болит! Ты меня тут прооперировала что ли?

- Правда не болит? – переспросила Романова, тоже не веря тому, что обезболивающее может настолько хорошо снять боль от сломанного ребра.

- Ага, – протянул пострадавший. – Ни грамма! А куда теперь? Надо отсюда выбираться, но только скажи, все-таки, где мы?

Девушка отвечать не стала, лишь спешно достала свой смартфон и набрала номер начальника канала, ведь пока Ванька на ногах, нужно было отсюда драпать. Но телефон не включался. Совсем. Словно стал обычной черной пластмассой.

- Ванька, быстро дай мне свой “Самсунг”! – крикнула Алиса, и репортер извлек из кармана новенький гаджет, который он купил на прошлой неделе.

Ошибки не было, устройство Ваньки тоже не работало. Алиса ловко сняла задние панели и извлекла батареи, которые оказались пустыми, словно выеденными неизвестным зверьком.

- Вот те на! – ахнула Романова и показала оператору пустые пластиковые оболочки аккумуляторов.

- Черт, – ругнулся Ванька. – И что теперь?

Алиса почувствовала, как на нее снова начала давить невероятным грузом ответственность, и терпеть это было невозможным.

- Все! Накрылось наше легкое спасение медным тазом. Теперь вариантов всего два: либо к тем ублюдкам в лес. Если выживем – то к Кордону убегаем, а позже будем мы сидеть за «Проникновение на закрытую территорию», – Алиса с отчаянной улыбкой начала рассказывать ближайшие планы на будущее. – А второй вариант: взять пушки у убитых в трюме, и, как учил нами любимый Джон Рембо, стреляем всех чертей, встретившихся по пути в эту пресловутую Припять! А что будет дальше вообще не понятно, – у журналистки глаза наполнились горячими слезами, которые обжигали лицо и мерзко попадали на губы и в рот. – Так вот, Ванюша, выбирай. Сдохнуть там или на Кордоне?

Усталость и страхи дали о себе знать. Алиса никогда не отличалась хорошим характером, была не сдержанной, а здесь уже просто накопились страхи и выплеснулись через край. Зато Ванька удивил своим поведением, обычно веселый и общительный парень, внезапно, стал серьезным, достал сигарету и закурил. Потом подошел с серьезным лицом к своей подруге, вытер рукавом слезы с ее лица и сказал:

- Мы выживем, я клянусь тебе, мы будем дома. Ты уж точно, я обещаю. А теперь, скажи, что это за блокнот и карта? И какое у нас есть оружие, и про каких убитых ты говорила?

Алиса все еще не могла отдышаться от истерики, но рассказала, все вкратце. Все, кроме записки Гонты. Показаться сумасшедшей ей не хотелось.

Ванька прочитал и просмотрел карту, затем поднялся в трюм, где Алиса разговаривала с Гонтой и нашла всех погибших, а потом , вернувшись с двумя автоматами, подобранными у убитых, спросил:

- Сколько будет действовать обезболивающее?

- Если сделаем еще укол, то еще два часа.

- Бери АКС, – сказал спешно оператор и закинул рюкзак со всем тем, что корреспонденты нашли на «Скадовке». – Да и блокнот не забудь.

Ванька переломил ампулу, набрал в шприц обезболивающего и ввел себе внутривенно. Алиса не предлагала свою помощь, поскольку знала, что первые несколько лет, Самойлов учился на медицинском факультете и справится с простой инъекцией гораздо лучше сам.

- Куда мы? – спросила Алиса, наблюдая за оператором.

- В Припять, – сухо ответил Ванька. – Нужно узнать, что там и, все-таки, мне кажется, нужно идти туда, куда тебе указал тот сталкер.

- Вань, ты себя слышишь? – отчаянно спросила Романова своего давнего друга. – Я не хочу играть в героев, я просто хочу жить!

- Поверь мне, я думаю, что это правильно! – Иван полностью взял инициативу на себя и, потянувшись, взял за руку свою коллегу, а другой рукой открыл ржавую дверь «Скадовска».

Мир изменился после Выброса. Трава была будто обожжённой, зато стало понятно, почему оплавилась краска на корабле. Молодцы “Монолит”, хорошо работают, если это они устраивают такое. Алиса следила за самочувствием Ваньки, а в руке крепко сжимала АКС.

- Вань! – тихо окликнула парня Романова, когда они отошли метров на пятьсот от «Скадовска». – Я стрелять не умею.

Ванька повернулся и улыбнулся:

- Смотри: магазин вот так отсоединять, – он достал пару патронов из рюкзака и заполнил магазин автомата полностью. – На предохранитель здесь ставишь. Вот эту ручку. Если щелкнул, значит сняла. Все остальное — как в пейнтболе. Поняла?

- Ага, – Алиса закивала головой и начала вспоминать пострелушки в парке Революции, на которые они ездили пару раз в выходные.

А ведь больно было, когда кто-то из команды противников близко выстреливал шариком с краской, а потом синяки на теле оставались. Зато здесь, из автомата, почти не больно и без синяков. Да-а-а, несомненный плюс! Было удивительно тихо: лишь капал дождь и где-то вдалеке лаяли слепые псы, так назывались мутированные собаки, которых в Зоне было очень много. Как и всякий мутант, обитающий в этих краях, псы желали разорвать любого вкусного и очень питательного человека, который попадется им на обед. Конечно для опытного сталкера они не представляли никакой опасности , но для новичков были страшным испытанием. Теперь же корреспонденты знали, какую угрозу жизни представляют мутанты особенно для случайно зашедших сюда журналистов. Но эта зловещая тишина была не долгой.

Едва они дошли до аномалии «Рубец», отмеченный на карте, появился какой-то лишний шум.

Рев – и журналисты вскинули оружие с плеч. Говорить теперь нельзя — здесь так не принято. Рычание стало ближе. Страх сковал тело, хотелось расплакаться и выйти из этой страшной игры. Алиса глянула на Ваньку, а он лишь сосредоточенно вглядывался назад, туда, где стояли старые портовые краны. Послышалось устрашающее рычание в камышах, и мелькнула тень. Словно кошка, снорк , та самая тварь, которую Алиса видела в лесу, когда они попали в засаду, прыгнул на журналистов, но те успели увернуться. Ванька толкнул Алису дальше от мутанта. Первые выстрелы прошлись по безбожно «оголенной» спине прыгуна, не причинив ему никакого вреда. Алиса тоже попыталась убить тварь, но привыкнуть к оружию оказалось гораздо труднее, чем к маркеру на пейнтболе. Только в фильмах, все так легко. Снорк неистово взревел и сбил Ваньку с ног, но оператор уже всадил в него автоматную очередь. К сожалению, желаемого результата не последовало. Ванька держал руками дергающуюся морду мутанта над собой, в то время как тот, пытался укусить оператора. Нужно было действовать. Причем срочно. Алиса схватила «Калашников», но стрелять было страшно — велика вероятность выстрелить в Ваньку. И тут в голове всплыла пометка, сделанная красным карандашом в блокноте Гонты: « Снорки разумны, поэтому лицо всегда скрывает противогаз.» Дальше тело действовало само: Алиса подбежала и со всего маха ударила ногой, по оскаленной морде мутанта. Нога неприятно загудела, будто девушка пнула камень, зато противогаз на морде мутанта сухо звякнул и слетел. Не рассчитав силы, Алиса настолько сильно ударила тварь, что голова снорка подалась назад и позвоночник, находящийся на поверхности спины хрустнул, и что-то мутное брызнуло меж позвонков мутанта, и он мгновенно обмяк в руках оператора. Ванька откинул мертвую тварь и, задыхаясь, сказал:

- Спасибо.

- Ты как? – подняла Романова друга с земли.

- Нормально. Ты откуда узнала, как эту хрень убить? – удивленно спросил Иван?

- Вычитала, пока ты спал. Эта хрень, кажется, снорк называется. Похоже на человека, только очень обезображенного. У него еще есть разум, и поэтому он свою рожу не может открыть...

Корреспонденты приблизились к мутанту, чтобы его рассмотреть: позвоночник был снаружи. От напряжения, которое мутант направлял на схватку с Ванькой, а еще и от удара берцем по голове, позвоночник треснул и теперь спинной мозг стекал по оголенной плоти. Морда твари была также обезображена: рваная кожа, сквозь которую просвечивали мышцы и сухожилия, глаза красные, наполовину выгнившие. Видеть это было тяжело, потому что, явно, это существо было человеком. Но, что могло довести к этому печальному результату “радиационной эволюции”, оставалось загадкой. От этой картины у Алисы закружилась голова, и внезапно поплыло сознание. Рвота. Тело трясла крупная дрожь. Ванька брезгливо пнул мертвую тварь, но потом достал фотокамеру и сделал пару снимков.

- Пошли, пошли, скорее, – утирая рот рукавом, сказала Алиса. – Скорее, пока я держу себя в руках.

Ванька кивнул и, придерживая за локоть, Алису поднял с земли свой автомат.

Дальше корреспонденты шли более быстро и аккуратно, постоянно придерживая палец на спуске автомата. Пришлось пару раз спрятаться в камышах, чтобы уберечься от нападения стаи псевдособак и кабанов. Позже, журналисты достигли заветной «Станции переработки отходов», которая на карте была отмечена как «Переход в Припять».

- Смотри, вот тут проход? – спросила Алиса Ваньку, изучавшего карту местности.

- Ну, похоже, что да, – Ванька замялся. – Тут какие-то еще пометки есть, вот бы еще знать, что это за …. Тихо!- Ванька потянул Алису за плечи к земле. – Там кто-то есть.

Романова спорить не стала и сразу опустилась на землю, прислушиваясь к шуму. Там явно были люди, но и не только: шипение и бульканье дополняли букет звуков на станции.

- Черт!- прошипела Алиса. – Это аномалии. У Гонты про них написано.

Романова достала блокнот и начала перелистывать его.

- Ванька, смотри, – девушка показала записную книжку. – Это газировки – кислота в чистом виде! А вот то марево над землей, наверное, жарка. Сжигает все под температурой полторы тысячи градусов по Кельвину.

- А по бокам, похоже, это, – Ванька сравнил зарисовки сталкера с изображением аномалии “Воронка”. – Оно?

- Да. И как нам пройти? Если даже не учитывать тех ребят, что стоят на дверях, в военных костюмах. Где карта?

- Смотри, – указал вперед Ванька. – Вдоль забора аномалий нет.

Алиса вытащила карту из кармана, но как-то это получилось неловко, и Романова зацепила рукой забор из сетки-рабицы, который предательски звонко задрожал и привлек внимание охранников станции.

Предупреждений не было – сразу открыли огонь. Паника! В голове застучала кровь. Куда бежать? Слава Богу, думать не пришлось. Ванька дернул за руку Алису, и они упали за бетонную стену.

- Скорей, смотри, где проход!- крикнул оператор.

Алиса развернула карту и еще раз просмотрела на точку, указывающую на забор. Точка была такого же цвета, как одна из точек в Припяти. Может какой-то подземный коридор? Романова колебалась: как объяснить Ваньке, что нужно бежать «в забор», а еще, то, что нужно все это делать под пулями военных и мимо аномалий. Но слова Гонты о том, что нужно идти строго по карте, били набатом. Алиса решила сделать самый безответственный поступок в своей жизни и идти туда, где находилась, эта чертова точка. Терять было нечего, поскольку охранники станции убьют их через несколько минут.

- Ванька! Давай без расспросов, бери автомат и бежишь за мной, только за мной! Шаг в шаг! – протараторила Алиса.

- Хорошо,- спешно сказал Ванька.

Послышались шаги, в метрах двадцати, от того места, где они сидели. Военные решили не церемониться и не подставлять себя под опасность. Они решили убить незваных гостей без шума и криков.

- Давай на счет три, хотя бы...- прошептал Ванька.

- Три!- закричала Алиса и с низкого старта сорвалась бежать вдоль бетонного забора.

Раздалась автоматная очередь, военные явно не ожидали, такого сюрприза. Аномалии, действительно, не доходили до забора, зато изменяли траектории пуль, но и еще разряжались от того, что туда попадали бегущие наперерез солдаты. Алиса только краем глаза видела, как шипели и втягивали в себя газировки, кислотные лужи с убивающим испарением, людей, воронки, представляющие собой воздушные водовороты, разрывали тела и разбрасывали по округе останки. Алиса опустила голову и сильнее вжалась в стену, от которой то и дело отлетали осколки от пуль. Романова вздрогнула от разряда воронки, которая разнесла военного на мелкие куски, и на щеку журналистки брызнула кровь, только что разорванного в адской аномалии. Казалось, этот безумный марш-бросок не закончится никогда. Плечо пронзила резкая боль от того, что одна из пуль достигла цели. Казалось, что тело обожгли огнем, но как-то точечно. Алиса вскрикнула и зажала рану, но не остановилась: она знала, что будет ей стоить секундное промедление. Говорят, что дуракам везет. Правы, видимо. Ведь корреспонденты почти добежали до забора, отмеченного на карте.

До этой точки оставалось метров пять, но на этой бетонной стене ничего не было. Даже трещинки не было.

- Ванька!- закричала Алиса от страха и безнадежности. Боже, да чем она вообще думала, когда решилась сюда бежать. Их пристрелят, как загнанных лошадей, раздавят, как тараканов в углу.

Разворачиваться? Застрелят. А впереди – бетонная стена. Но вдруг, какая-то неведомая сила преобразила воздух перед ними, и он стал отливать серебром. Остановиться они бы уже никак не успели. Корреспонденты влетели в эту дымку и, ожидая удара о бетонный забор, сгруппировались, но его так и не последовало.

- Как? – Ванька встал на ноги и огляделся.

Все было верно. Журналисты были в Припяти. Это был перекресток у Речного Порта, отмеченного на карте тем же цветом. Громадина порта высилась серой стеной над пришельцами, а на стене стояли обветшалые и выцветшие буквы «Прiпять».

- Знаешь, – заскрипела Алиса, держась за раненное плечо. – Тут, я смотрю, каких только чудес не бывает.

- Ты ранена? – Ванька присел и осмотрел рану. – Порядок, Алиска, пуля прошла на вылет. Нужно только обработать, сейчас,- и парень потянулся за рюкзаком, в котором были бинты.

- На вылет? – спросила девушка, чувствуя, что сможет дойти без обработки раны. – Не надо обрабатывать. Пошли скорее отсюда. Мне кажется, что за нами следят.

Что могло помочь ей не чувствовать боли? Может тот укол от Гонты. Девушка снова взглянула на синеву под кожей, но Ваньке ничего говорить не стала.

- До прачечной полчаса ходу, – объявил оператор, сверяясь с картой. – Вытерпишь?

Алиса молча кивнула и подобрала свой автомат.

На улицах Припяти не было никого, как говорится: ” Тихо на улицах, чисто в квартире. Спасибо реактору номер четыре”.

- Ты ничего не чувствуешь? – спросила Алиса, когда они пересекали периметр бывшего Припятского госпиталя.

- Нет, только холоднее становится, – поежился Ванька.

- Холоднее?- переспросила девушка и глянула на друга, который стремительно бледнел.- Что-то ты мне не нравишься...

Тут стало понятно, что шагать нужно быстрее, потому что обезболивающее переставало действовать.

- Вань, прибавь шагу.

- Хорошо. Ай! Блин, ребро болеть начинает...

Тут раздался рев, похожий на крик. Только этого не хватало! Алиса зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение, которое засело в голове. Она не знала точно, но догадывалась, что это те самые ужасные кровососы, которых она оценила, как самого «страшного мутанта Зоны». В дневнике, Гонта подробно описывал поведение мутанта и писал:

«Что сильных сторон у кровопийцы много: живучесть, регенерация, невидимость, сила, но при приближении громко хрипит, вследствие чего можно предположить приблизительное местоположение монстра, а когда начинает охоту, издает громкий рев».

Кровососы почуяли “живую кровь”, стекающую по плечу журналистки и решили побаловать себя свежими жертвами.

- Ванька, это мутанты! Они выпивают человека, в прямом смысле, нападают со спины,- сказала спешно Алиса, но оператор уже был не в состоянии бороться. Время вышло.

Не успели. Ванька боролся со своей невыносимой болью, так что, так же ловко справляться с кровососами, как со снорком, он уже не мог.

- Что теперь делать,- растерянно промямлила Алиса.

Она знала, кровососы скоро нападут, просто выберут момент, а потом...

Лучше не думать, что будет потом. Она отчаянно подхватила падающего коллегу и снова попыталась его протащить. Не вышло. Рюкзак бросить тоже нельзя, если они вернутся в “свой мир”, то, как минимум, повышение им обеспечено. Черт! Рюкзаком Ваньки все же пришлось пожертвовать. Алиса отбросила его за дерево, может все еще вернется. До прачечной уже рукой подать, но рыки свирепых убийц становились громче. Устрашало их ужасное свойство: становиться почти невидимыми.

Ванька вскрикнул, видимо совсем все плохо. А если в прачечной никого? И если она привела друга и себя на погибель? Алиса толкнула дверь здания и посадила полуобморочного Ваньку на пол.

- Сюда не доберутся! Если что – стреляй! – приказала Алиса, оглядевшись в прачечной, в которой никого не было.

Ясно всё.

Кинули. Нужно, во что бы то ни стало, вернуться за рюкзаком, в котором еще есть обезболивающее. Хоть что-то... Тем более, кровососы чуяли именно её кровь, так что, пока она жива, что Ванька в безопасности. Романова чувствовала, что рука, там где была рана от пули, онемела, а потому девушка перезарядила автомат и медленно пошла навстречу своим неуловимым врагам. В кустах, что-то шевелится – один. Около стены Госпиталя тоже не спокойно – два. У забора что-то мелькнуло – три. Сзади послышался шум – четыре. С перекрестка дорожек донеслось сопение – пять! Пятеро на одну! Бой, явно, намечался не честный. Ну, отступать некуда – только вперед. Алиса перезарядила магазин АКС и неспешно продолжила свой путь. Она знала: эти твари нападут, когда она возьмет рюкзак. Они же, блин, разумные все. Им так будет легче.

Дрожь в теле не могла дать возможность сосредоточиться...

Чтобы успокоиться, Алиса начала отсчитывать в обратном порядке от десяти.

Десять, девять: и красные глаза начали светиться на почти невидимых телах. Восемь, семь: до рюкзака еще шага три, бой близок. Шесть, пять: щелкнул предохранитель ” Калашникова”. Четыре, три: Алиса протянула руку и ухватила рюкзак за лямку. Два, один: рев возвестил о начале охоты. Яростно загрохотал 74-ый Калашников, но кровососы отступать не собирались. Бежать! Хотя, далеко тут и не убежишь... Рюкзак бил по спине, ” Калаш ” норовил ускользнуть, но ничто не могло остановить этот марш-бросок от смерти. Давало о себе знать и ранение, но журналистку это не останавливало. Чудом, ей удалось добежать до периметра прачечной, она скинула рюкзак к стене здания, как вдруг, что-то ухватило ее за плечи и Алиса, пытаясь вырваться, развернулась, увидев красные глаза, щупальца с присосками, острые, как сабли клыки, серая, мертвая кожа. Догнали, падлы, все-таки. Алиса невольно завизжала и сама же услышала, как отразился от стен ее визг. Щупальца опутали шею Алисы и ежесекундная боль, внезапно отступила, и ей на смену, пришло спокойствие и умиротворение. Тварь уже проколола кожу и начала свою трапезу. Было лишь слышно, как похолодели ноги, потом руки. А еще этот страшный звук, звук как пьют ее кровь.

- Вот так, как стакан чая выпьют, – подумала Алиса, и ее глаза невольно начали закатываться к небу. Такому стальному, серому небу, которое девушка уже никогда не увидит.

Выстрел из ФТ-200М сделал аккуратное отверстие в голове кровососа, прямо промеж глаз. Тварь захрипела и упала на землю. Алиса еще несколько секунд, продержалась на ногах, но количество выпитой крови было почти критическим, поэтому сознание начало покидать жертву “вампира”.

- Скорее! Девушка ранена! Уничтожьте других и о парне позаботьтесь! – прокричал чей-то голос.

У Алисы мелькнула мысль:

- Ванька все еще жив. Слава Богу!

Раздались чьи-то голоса:

- Кто они?

- Понятия не имею!

- Гражданские?

- Вылечите их!

Чьи-то крепкие руки подхватили журналистку. Кто-то нес ее на руках. Раны от проколов кровососа, все еще продолжали кровоточить.

- Слева, Леха! Стреляй!

Выстрелы.

- Убил еще одного. Двое остались.

Алиса уже не понимала, что происходит, враги это или нет, и вытащив карту, выпалила перед потерей сознания все, что знала:

- Монолит, Гонта предал, карту, Дегтярев или Ковальский, четвертый энергоблок…. – прошептала Романова и вот тут сознание ее покинуло.

====== Часть 4. Правда. Новая жизнь. ======

Глава 4.

Новая жизнь

Вы замечаете, как обесценилась наша жизнь? Мы не обращаем внимание на важные события, на людей, не замечаем, как проходят минуты, дни, года. Дни тянутся невыносимо долго, а года пролетают в одно мгновение. Мы ждем чуда, ждем приключений, а ведь жизнь проходит мимо. Наша жизнь проходит мимо. Темнота. Беспросветная темнота. Мысль одна: я живая? Алиса боялась открыть глаза, но боль в горле заставляла думать о том, что она все же жива. Потолок, стандартный серый потолок с облупленной побелкой и паутиной в углах. Это уже хорошо, значит живая. Из груди вырвался кашель. Ай, как горло болит! Как в детстве, при ангине. И еще что-то вроде насморка. Зашибись, заболеть, еще не хватало. А может она дома? Да, дома на больничном.

Алиса опустила глаза – неизвестная комната. Все-таки не дома...

Значит, этот кошмар был не страшным сном? Алиса осмотрела себя: она лежала на старой кушетке, укрытая старым одеялом, а на груди, рядом с нательным крестиком покоился странный объект: изумрудно – зеленая субстанция, словно кристалл, со светящимся центром, опутанный ветками дерева. Вид этого объекта завораживал, и Алиса не удержалась и опустила палец в светящийся центр предмета. Девушка ожидала что-то почувствовать: влажность, мягкость, упругость, твердость предмета, но такие ощущения так и не пришли. Будто бы предмет был сгустком света или какой-либо энергии. Стало светло и легко, словно ничего не было. Не болело горло и насморка тоже не стало. Скрип двери заставил вздрогнуть и быстро убрать руку от странного предмета.

- Зачем ты артефакт трогала? – спросил только что вошедший в эту комнату мужчина, невысокого роста, среднего телосложения и со светлой короткой стрижкой. – Теперь тебе еще нужно противорадиационный препарат вкалывать.

В сумраке ничего не было видно, так как в комнате горели лишь парафиновые свечи. Видимо электричества не было. Было непонятно, что сейчас за время суток: то ли было утро, то ли вечер, но за несколько часов пребывания в Зоне, Алиса уже научилась ждать ото всех зла и боли, а потому в единый миг она схватила скальпель с прикроватного столика и, выставив его вперед, спросила:

- Кто вы?

- Думаю, если бы мы хотели тебя убить, то не мешали тогда кровососам, – просветил журналистку, вышедший на свет человек, который, судя по форме, тоже был сталкером.

- Извините, – смутилась Алиса и быстро опустила скальпель, вспоминая о этих жутких мутантах. – Спасибо, за то, что спасли меня.

- Не за что, – рассмеялся мужчина, доставая из ящика стола ампулы с препаратом. – Я вчера, если честно, не был при твоем спасении. Я медик, моя задача – лечить раненных, а вот штурмовики сейчас наверху сидят, что-то банкуют. А вот артефакт руками лучше не трогать, какой бы он хороший не был, но все же он радиоактивный.

- В любом случае, спасибо, – кивнула Романова. – Простите, но можете мне хоть объяснить, что здесь вообще происходит.

- В плане? – не понял медик, отстукивая пальцем по шприцу, выгоняя, тем самым лишний воздух из цилиндра.

- Честно, я вообще не понимаю, что здесь происходит и почему об этом неизвестно за пределами Зоны, – призналась девушка.

Мужчина протер руки спиртом и подошел к Алисе, протер кожу на локтевом сгибе и ловко ввел препарат в вену.

- Так, чего ты говоришь? – переспросил медик, прижимая вату к месту прокола. – Зажимай руку.

- Что вы тут делаете? – повторила журналистка. – И почему об этих мутантах ничего не известно?

Мужчина улыбнулся, искренне не понимая этих вопросов:

- Только не говори, что вы в Зону шли не за тем, чтобы хорошие деньги срубить за хабар и артефакты…

Алиса не поняла смысл слова «хабар», но, тем не менее, ответила:

- Мы журналисты из Ростова-на-Дону. Мы вообще ничего не знали о том, что здесь творится, просто приехали узнать, можно ли здесь развернуть съемочную площадку для работы. Вся информация о ЧАЭС за периметром Зоны запрещена...

– Так вы не сталкеры? – удивился медик, заметно заинтересовавшись. Он поставил табурет перед кроватью и сел напротив Алисы. – Серьезно, что ли? Девушка извлекла левой рукой из кармана удостоверение журналиста и показала его сталкеру. Мужчина внимательно осмотрел и протянул:

- Удивительно, что вы до Припяти добрались. Вот это да, занесла вас нелегкая! А как же вы кордон прошли?

- Все солдаты, которые охраняли въезд, куда-то уезжали, собирая все боеприпасы.

- Уезжали? – переспросил медик. – Елки-палки, а «Скадовск»? Вы на барже не были, она недалеко от кордона стоит.

Алиса тяжело вздохнула и рассказала правду о том, что она видела: о том, как видела убитых, о выбросе, о Гонте и его дневнике, о инъекции, в то время, как мужчина сидел молча, слушая рассказ и делая выводы. После долгого молчания, медик, заметно помрачнев, сказал:

- Значит все хуже, чем мы думали… Тебе нужно поговорить с майором Дегтяревым.

- С Дегтяревым? – Романова оживилась, услышав знакомую фамилию. – Да-да, Гонта мне говорил.

- Ты говорила, что Гонта сделал тебе инъекцию. Можешь показать?

Девушка протянула левую ладонь, где между запястьем и ладонью было синее пятно. Медик осмотрел его внимательно и спросил:

- Гонта что-то тебе говорил?

- Сказал, чтобы я шла в Припять и то ... – Алиса задумалась впервые о словах умирающего сталкера и сама сделала вывод. – Он сказал, что антидот у меня.

- Черт! Жди здесь! – приказал мужчина, поднимаясь с табурета, и быстро вышел за дверь.

Девушка снова осталась одна в темной комнате. Вопросов стало больше чем ответов и это стало раздражать. Медик не ответил ни на один вопрос, зато напугал еще больше. Боль в горле прекратилась, зато разболелась голова. Алиса устало опрокинулась на жесткую подушку и вновь стала смотреть на потолок, наблюдая за тем, как паук плел паутину в углу. Значит то, что искали наемники и за что они убили людей в “Скадовске”, то что ищут “Монолитовцы” и о чем знает Дегтярёв, именно этот проклятый антидот у нее в руке. Скрип двери заставил девушку резко подняться. Голова закружилась и в глазах потемнело.

- Не поднимайся резко, лежи, – приказал мужской голос, которому Алиса беспрекословно подчинилась и легла на кровать. Спустя несколько секунд, самочувствие нормализовалось, и Романова увидела высокого, темноволосого мужчину, лет тридцати- тридцати пяти, с правильными чертами лица, глубоким, даже пронзающим взглядом.

- Майор СБУ Александр Дегтярев, – лаконично представился офицер. – Уполномоченный по расследованию провала операции «Фарватер» в Зоне Отчуждения.

При слове «СБУ» сердце Алисы заколотилось быстрее: встретить сотрудника спецслужб – паршивая история для журналиста России, попавшего на закрытую украинскую территорию с поддельными документами. Хотя, казалось, майор специально сразу запугал своим званием, надеясь получить, как можно больше правдивой информации. Романова попыталась взять страх перед военным в свои руки и доказать, что она тоже имеет свою корочку.

- Алиса Романова. Специальный корреспондент Ростовского канала «Россия-2 Дон», – представилась журналистка.

Дегтярев едва заметно улыбнулся, заметив попытку Алисы, представится так же эффектно, но спустя миг он вновь стал серьёзным и сел перед журналисткой.

- Итак, Алиса. Прошу рассказать подробнее о том, что происходит на территории кордона, «Скадовска» и о том, как вы попали в Припять.

Романова все же села, разговаривать лежа, было не очень удобно, но первым делом она спросила у майора то, что больше всего волновало:

- Простите, но можете сказать, Ванька выжил?

Дегтярев кивнул и ответил:

- Ваш друг выжил. Вы вовремя достигли безопасной территории, поскольку при переломе трех ребер и повреждении левого легкого, без оказания медицинской помощи, исход мог быть летальным. Напрашивается вопрос: кто же это вас так избил?

- Когда мы только пересекли кордон, – Алиса решила рассказать всю правду. – На нас напали какие-то люди в серо-голубой форме. Мы видели, что эти люди убили троих неизвестных на поляне, недалеко от «Скадовска»…

- Сколько человек было в серо-голубой форме? – спросил Александр.

- Около десяти. Они нас заметили и едва не убили, но один из них, кажется, его звали Светлый, он не расстрелял нас…

- Светлый? – переспросил майор. – Вы помните, как он выглядел?

Алиса замотала головой и ответила:

- Все люди были в масках. Увидеть лицо было невозможным.

Александр нахмурился и продолжил расспрос:

- Допустим. Как вы выжили при выбросе?

Романовой вдруг стало неприятно вспоминать все то, что произошло на «Скадовске», поэтому, она нахмурила брови и весьма кратко отрапортовала о произошедшем. Дегтярев выслушал и приказал:

- Покажите антидот.

Сердце Алисы снова заколотилось в груди. Она протянула руку и спросила:

- Что это? Я не уверенна, что это то, что вы ищете.

Майор оглядел руку и, проигнорировав вопрос девушки, сказал:

- Кто-то знает о антидоте еще?

- Только ваш медик...

Дегтярёв перевел тему, видимо, понимая, что опасности о разглашении информации нет.

- У вас есть что-то еще? Вы говорили о какой-то карте, вчера при нападении на вас кровососов…

Алиса поняла, что именно бойцы Дегтярева вчера спасли их от неминуемой смерти, поэтому она молча отдала карту майору, который быстро оглядел ее, затем встал со стула и, подойдя к двери, сказал:

- Спасибо за информацию! Как только ваше самочувствие улучшится, вы можете получить обмундирование и оружие. Прошу не распространяться о вашей инъекции.

Дверь захлопнулась, а Романова, посчитав, что она чувствует себя уже вполне нормально, встала с кушетки, оглядела себя, поняла, что вчера ее одежда выдержала очень большие испытания, поэтому нужно было идти за «обмундированием». Внизу был слышен смех: кто-то рассказывал анекдоты. Сталкеры хохотали и пили водку. Удивительные существа – люди, мы продолжаем радоваться жизни, даже когда смерть стоит у нас за спиной, но можем грустить, когда за окном мир и весна. Алиса спустилась вниз по лестнице и тут же заметила, что все внимание было приковано к ней: байки о вчерашнем нападении расходились быстрее, чем горячие пирожки.

- О, охотница на кровососов очнулась, – воскликнул молодой человек, сидящий на старой стиральной машине, в бежевой кепке.

- Обожди шутить, Фрост, – защитил девушку другой мужчина, и хлопнул парня по плечу. – Ты как, дочка, сюда попала? Еще и парнишку на себе принесла.

- Где ты кровососов столько нашла? – крикнул третий и, в очередной раз, выпил водки, прямо из бутылки.

Вопросы стали сыпаться с невероятной скоростью, и стало ясно, что путешествие корреспондентов уже обросло легендами.

- Да никого я не искала, – обиженно заметила Алиса. – Сами нашлись эти ваши кровососы…

Мужчины на пару секунд замолчали, переглянулись и рассмеялись.

- Ну, хорошо, юмористка, – пробасил один из сталкеров. – Обживешься еще тут, иди я тебе сухпай выдам.

- Где у вас больничное крыло? – поинтересовалась Алиса, рассматривая только что полученные колбасу, батоны, энергетики.

- Прямо по коридору и направо, – ответил мужчина, выдавший сухпай. – У Костоправа и лейтенанта Роговца твой друг лежит. Там они с ним постоянно возятся, но ты скажи, что Борода тебя прислал, они пропустят.

Алиса кивнула и пошла, искать медиков.

Медики-сталкеры курили, о чем-то оживленно разговаривая, поэтому пропустили к больному, предупредив Алису о том, что оператор еще в коме. Ванька был мертвенно бледный, под его глазами залегли тени, а еще он сильно похудел.

- Эх, Ванька, давай выкарабкивайся! – прошептала Алиса, сдерживая слезы, которые предательски катились по щекам.

- Успокойся, – Костоправ подошел незаметно, именно так звали того медика, который сегодня утром делал ей укол. – Мы сделаем все возможное. Через недельку – две, он уже хабар таскать будет.

Алиса снова печально взглянула на коллегу и вышла осматривать достопримечательности прачечной: облупленная синяя краска, потеки на побеленных потолках, ржавые стиральные машины, самые простые койки для отдыха сталкеров. Все гениальное – просто!

Алиса спустилась в основной зал, где гудели голоса и переливались анекдоты с байками и местным фольклором.

- Нет, ну, правда, – все еще не мог успокоиться Фрост. – Вы с затона пришли? Как там? «Скадовск» небось, процветает.

- На затоне никого нет, кроме людей в серо-голубой форме с орлами, – ответила Алиса.

- Как никого? – воскликнул Борода. – А на “Скадовске”?

Все присутствующие замолчали. Тут Романова стала понимать, что об этом никто не знал, но и врать было бы бесполезно.

- И на “Скадовске” тоже, – тихо сказала Алиса. – Никого. Я осмотрела трюмы, я никого не видела. А там кто-то должен быть? Вы с ними не связываетесь?

Сталкеры зашумели. Кто-то кричал, кто-то матерился.

- Никого? Только наемники? – обеспокоенно спросил Борода.

- Мы потеряли с ними связь после второго выброса, вся техника, вся электрика вышла из строя! – добавил Фрост.

- Это чудо, что вы добрались до нас, – произнес, с грузинским акцентом, мужчина, которого звали Вано. – Наемники никогда не отпускают свидетелей. А “Скадовск” на месте?

- Так как ты убежала от кровососов? – сталкеры снова вернулись к привычным расспросам, видимо они уже привыкли к потерям.

Алиса начала объяснять, все что произошло. Кто-то уже налил ей стопку водки.

- Не, не, – отринула Алиса, – Я не пью. Совсем.

Не то чтобы Алиса была убежденной трезвеницей, она увлекалась виски по пятницам, но пить водку с мужчинами – это уже моветон”

- За наше здоровье, за здоровье наших друзей. За наших близких, – проговорил Вано. – Грех не выпить!

Алиса сжала стопку в руке. Представила, как переживает ее, семья, а она даже позвонить им не может. Господи, как она хочет вернуться домой! В свой родной Ростов и снова прогуляться по Большой Садовой! Комок в горле разрастался и слезы подступали. Девушке действительно первый раз в жизни захотелось выпить этого мерзкого напитка, чтобы забыться, но она все же отставила стопку на стол.

- Спасибо, но пить не буду.

- Вы чего новичков спаиваете? – громко спросил Дегтярев, только что вошедший в зал, вместе с полковником Ковальским. – Сами пьете по –черному и другим наливаете?

- Не пьем, а лечимся! – закричал кто-то с другой части зала.

- Ладно, лечитесь, – сказал Ковальский. – Только не до “поросячьего визга”.

Алиса отошла от стола и направилась к лестнице, как вдруг услышала позади голос:

- Никогда не поддавайтесь на уговоры сталкеров, – начал говорить Дегтярев. – Даже если они относятся к вам дружелюбно.

- Я поняла, офицер, – согласилась девушка. – Спасибо за совет.

Алиса пришла к своей койке и решила выспаться: единственное полезное дело, которое она сейчас могла сделать. Сон был тяжелым и путанным, спать пришлось в жестком военном комбинезоне, поскольку в здании было холодно, поэтому к утру, девушка уже почти не спала, а просто прислушивалась, что происходит в прачечной.

- Проснись и пой, проснись и пой, попробуй в жизни хоть раз, – распевал Фрост, тот самый молодой парень, в бежевой кепке, который решил проявить верх вежливости и принес Алисе ее сухпай. – Как ты, журналистка?

- Как будто танк переехал, – честно призналась девушка, благодаря сталкера. – Спасибо вам большое.

- «Вам»? – парень заливисто засмеялся и, открыв одну из банок, удобно устроившись на одной из пустующих коек, начал наяривать “Завтрак туриста”. – Какая же ты вежливая! Так ты откуда?

Алиса улыбнулась в ответ: сталкер вызывал доверие и поднимал настроение. Наверное, они были примерно одного возраста, вот только, что могло заставить Фроста прийти в Зону?

- Из Ростова, – ответила Романова, открыв банку с тушенкой.

- Великого? – спросил неугомонный Фрост.

- Нет, из Ростова-на-Дону.

- Значит ты русская?

- А что не похожа?

- Похожа – не похожа, – улыбнулся Фрост. – Украинцы не сильно от русских отличаются.

- А ты украинец?

Фрост кивнул и отломал большой ломоть от батона, который он ел вприкуску с копченой колбасой.

- Агам, из Харькова. Так вы реально сюда случайно попали?

- Как сказать, – запуталась Алиса. – Мы приехали сюда снять … Репортаж. Не знали, что тут такое происходит. Слушай, Фрост, а почему вы зоветесь сталкерами?

Парень задумался и даже отложил батон, а потом все же нашел ответ:

- Кто-то мне говорил, что сталкер от английского stalk — «преследовать крадучись».

- И кого преследуете?

- Кого понадобится, – пожал плечами Фрост. -Мутантов, сталкеров, за артефактами охотимся. Наемники, например, охотятся на людей, за это им хорошие деньги платят.

Алиса замолчала, а потом, осмыслив фразу, спросила:

- То есть, вы этим зарабатываете на жизнь?

- Ну да, – усмехнулся парень. – В основном, да. Многие здесь по приказу правительства, как Ковальский со своими людьми, а Дегтярев, вообще СБУшник. При провале “Фарватера”, он тут разруливал все вопросы с “Монолитом”.

- А что за “Монолит”? – спросила девушка.

Фрост рассмеялся и заметил:

- Ты вообще ничего о Зоне не знаешь? – и получив утвердительный ответ, парень продолжил. – “Монолит” – это фанатики, которые охраняют подходы к ЧАЭС. Что-то типа секты. Убить их почти невозможно,узнать ничего нельзя, уж сильно не разговорчивые они, а на допросах вены перегрызут, но ничего не скажут, к тому же вооружены они до зубов...

- Серьезные ребята, – сделала вывод Романова. – Слушай, а выбраться отсюда есть хоть какой-то шанс?

- Это тебе нужно с нашими военными поговорить, – ответил Фрост, а потом, хлопнул себя по лбу рукой и добавил:

- Черт! Заболтался и забыл! Там, это, тебя наши кэпы вызывают, – вылавливая кусочки тушенки из гречневой каши, поведал парень. – Ты иди умойся – и к ним скоренько, а то вою будет – жесть!

- Спасибо, – Алиса резко встала и едва не упала, голова все еще невыносимо кружилась.

- Сбавь обороты, крошка, – Фрост откинул консерву и помог Алисе устояться на земле. – Ты чего? Может помочь?

- После ваших кровососов, – сказала Алиса. – Сложно выздороветь. Ты мне лучше скажи, куда идти, а то и так мне все пытаются помочь.

- Женщин у нас в Зоне мало, поэтому грех не помочь! – улыбнулся Фрост. – Смотри, умывальники сразу слева, а потом на второй этаж и направо, первая дверь.

Алиса кивнула, пошла умылась и поднялась по названному Фростом месту. Подойдя к двери, девушка на миг задумалась, что ее ждет, но спустя минуту все же постучала в металлическую дверь.

- Войдите, – раздался низкий бас.

Романова вошла внутрь комнаты, похожей на штаб: рации, датчики, карты, стол.

В комнате было трое: полковник Ковальский, мужчина лет сорока со строгим лицом, одетый в военный бронекостюм, сидел за столом и читал документы; майор Дегтярев, который был отвернут к окну и вглядывался вдаль. Он обернулся, когда Алиса вошла в комнату, а затем подошел к Ковальскому и что-то сказал, правда из-за потока мыслей, которые буквально жужжали в голове. Еще в этом импровизированном штабе находился полноватый мужчина, с горящим взглядом и приметной родинкой на виске. Этот сталкер, сидел на застеленной кровати, сложа по-турецки ноги и курил сигарету.

- Алиса Романова, значит вы журналистка, – начал расспрашивать Ковальский, отвлекаясь от изучения документов. – Что же привело вас в Зону Отчуждения?

- Пришел приказ, снять репортаж о Припяти, – открыто сказала Алиса.

- Ваш начальник Громов Алексей Владимирович? – спросил полковник.

- Да, – снова согласилась девушка.

Мужчины едва заметно переглянулись и Ковальский снова начал допрос:

- Напоминаю, что вы несете ответственность за вашу информацию.

- Я журналист и знаю это.

- Вы знаете, что вы находитесь в международном розыске? Вы и Самойлов Иван Витальевич.

- Что? – у Алисы был шок. – Как в розыске?

- От Громова поступило заявление, о том, что вы вместе с гражданином Самойловым украли около трех миллионов рублей из его сейфа, которые были предназначены для развития телеканала, нанесли вред его здоровью и скрылись в неизвестном направлении, – начал рассказывать Ковальский. – И теперь вас разыскивает Интерпол.

- Что? – вновь спросила девушка. – Ложь! Какая гнусная ложь! Громов сказал мне сделать репортаж и собрать информацию. Тут Ванька даже и не причем. Он сказал снять репортаж, дал мне сто тысяч рублей, причем отдал мне только четверть и все! Я даже не знаю, где у него сейф!

- Прошу предоставить ваше разрешение на въезд в Зону Отчуждения, – потребовал майор.

Алиса поняла, что ее обыскивали, когда она была без сознания. Сталкеры знали про липовый документ.

- Я ее потеряла, – соврала девушка.

- Алиса Сергеевна, – официально заметил Ковальский. – Документ у вас, мы знаем это.

Романова опустила взгляд и почувствовала, как еще щеки запылали. Она извлекла свое удостоверение и поддельное разрешение и положила документы на стол. К столу подошел Дегтярёв и внимательно осмотрел документы. Алиса знала, что СБУшник сразу понял, что разрешение сделано на фотошопе, хоть и с реальной печатью из бухгалтерии канала. Мужчина взглянул еще раз на корреспондентку и вынес вердикт:

- Удостоверение журналиста настоящее. Разрешение тоже...

Сердце заколотило в груди и она неповерила своим ушам.

- ... Если бы оно существовало в природе, – добавил Александр и разорвал бумажку. – Такого документа не выдают, Алиса Сергеевна.

Мужчины снова переглянулись. Они явно обсуждали это. Дегтярев посмотрел на Алису и заглянул ей в глаза, но от этого взгляда у Романовой похолодело внутри. Зулус закурил очередную сигарету и дым окутал помещение. Они ей не верили. А как доказать ей, что она не мошенница? Неизвестным людям из другой страны. У Алисы по щекам покатились слезы. Безысходность стала поглощать ее надежды.

- Несмотря ни на что, -продолжил Дегтярев. – Мы разрешим вам пребывать в Зоне и забудем эту ошибку.

Алиса недоуменно оглядела всех присутствующих. Такое предательство было сложно перенести. Надеюсь, они и в правду верят, что она этого не делала. Хотя эта дурацкая бумажка и подпортила ей репутацию.

- Мы не верим вам, – признался Ковальский. – Но знаем, что Громов не чист на руку. Скорее всего, вы стали просто орудием для отмывания денег, но подделку документов и проникновение на закрытые объекты нельзя объяснить тем же. Нам необходимо получить от вас полную информацию, так как вы последние кто совершили переход по Зоне, встретили наших людей на “Скадовске” и встретились с наемниками.

Алиса кивнула. Сейчас она была совсем не в том положении, чтобы что-то отрицать и скрывать. Она в который раз рассказала все, что с ними произошло в последние несколько дней. Военные слушали внимательно и делали записи.

- Как вы перешли от станции переработки отходов в Припять? – спросил Зулус. – Ведь там километров пять перехода и там такие твари водятся, что опытные сталкеры туда не суются.

- Мы бежали вдоль забора, – начала оправдываться Алиса. – А потом нас... Нас... Словно телепортировало к речному порту. Это звучит глупо, но так и было.

Реакция была неожиданной. Военные понятливо взглянули на нее, и Зулус поставил на карте красную точку.

- Значит, там есть телепорт? – спросил Ковальский. – Это хорошо. Так, а на “Скадовске” вы никого не нашли?

Алиса кивнула головой:

- Там было много погибших, но я успела поговорить со сталкером Гонта и он ...

Дегтярёв кинул молниеносный взгляд на девушку и снова опустил глаза.

- Хорошо, – прервал Зулус допрос, выручая приятеля. – Можете идти!

Алиса вышла за дверь: кошмар! Вот это подстава! Закинул Громов на съедение мутантов и деньги себе забрал! Вот это деловой подход. Лишь щелкнув пальцами, Громов сломал и Ванькину и ее жизни. Романова пришла к себе в комнату и села на кровать. Обхватив голову руками, она просидела несколько часов, обдумывая, как ей жить дальше.

Заскрипела дверь. Девушка не стала смотреть, кто вошел.

- Алиса, – послышался голос Дегтярева. – Вы в порядке?

- Да, – соврала Романова и подняла глаза. – Простите, майор Дегтярев, я забыла вам отдать, – Алиса закопошилась в рюкзаке и достала блокнот Гонты и записку. – Я, правда, ничего не знала о розыске и об этой краже.

Александр строго взглянул на Алису, внимательно осмотрел полученные вещи, прочел записку и нахмурился.

- Почему вы не отдали это мне раньше? – Александр свернул записку и положил в нагрудный карман комбинезона. – Я просил вас не распространяться насчет Гонты? Это ради вашего же блага.

Алиса решила промолчать. Она уже окончательно запуталась, кому нужно доверять. Дегтярев развернулся и стремительно вышел за дверь. Алиса же присела на кровать и начала копаться в рюкзаке. Удивительно, но камера уцелела и продолжала работать. Романова решила, что если жизнь катится в тартарары, то нужно хотя бы заниматься тем, что нравится, а потому она сфотографировала комнату, затем вышла и начала фотографировать достопримечательности прачечной. Сталкеры охотно принялись фотографироваться и делать снимки сами. Около получаса заняла эта фотосессия, потом же Алиса вернулась к себе и начала рассматривать снимки.

- Алиса, собирайся, – отрапортовал, вбежавший в комнату Фрост.

- Куда? – удивленно спросила Романова, сделав снимок сталкера.

- Собирайся. Приказ начальства. А зачем фото? – поинтересовался парень.

- Себе на память, – проговорила Алиса. – Сталкеры – удивительные люди! Увидеть ужасных мутантов, артефакты и аномалии – для них это в порядке вещей, зато увидев фотоаппарат, они радовались как пятилетние мальчишки, увидевшие в небе самолет! А еще они рискуют беззаветно своей жизнью, – восхитилась корреспондентка.

Фрост улыбнулся:

- Знаешь, здесь все не так, как в обычном мире, – он усмехнулся и кинул ей пару банок с тушенкой. – Зона меняет всех, и ты скоро изменишься.

- Все так серьезно?

- Ага, особенно если учитывать то, что к тебе такое повышенное внимание проявляет наша верхушка, – Фрост подмигнул. – Дегтярев с Ковальским о тебе постоянно трещат.

- Знал бы ты, о чем они трещат, – прошипела Алиса, но парень все же это услышал.

- Опа! А чего такое?

- Нет, Фрост...

- Да ну! – не унимался сталкер. – Рассказывай!

- Нет, приятель...

- Капец!

- Ладно, только никому, – разозлилась Алиса. – Я в розыске. Международном...

- Да ну нафиг? – глаза Фроста прожигали в девушке дыру. – Реально?

- Ты же хотел узнать, – развела руками Романова.

- Вот это круто! А я думал, что ты секретный агент под прикрытием, как Дегтярев, – слегка разочарованно произнес сталкер.

- Как Джеймс Бонд, – раздался голос майора Дегтярева, который вошел в комнату почти не слышно. Офицер был явно не доволен лишними разговорами. – Сталкер Алексей Морозов, прошу покинуть помещение и заняться подготовкой обмундирование к переходу.

- Так точно, – по-армейски отрапортовал Фрост и быстро закрыл за собой дверь.

Алиса молча глядела вслед ушедшему парню, пытаясь обварить в голове слова про секретного агента и понять, почему так разозлился Дегтярев. Видимо, офицер был реально засланным украинскими спецслужбами.

- Алиса Романова, – обратился на повышенных тонах военный. – Прошу заняться подготовкой к переходу, а не слушать сплетни, которые придумывают вольные сталкеры. Вы не сможете отразить атаки врага, мы это знаем, но держитесь ближе к группе, чтобы у вас был шанс на выживание. – Майор покинул комнату, так же быстро, как и появился в ней.

Алиса осталась стоять там же. Она закрыла глаза, потом часто-часто поморгала и начала собирать вещи.

«Здорово, – подумала девушка. – Чтобы у вас был шанс на выживание? Считает вообще никем. Вот же сволочь!»

Холодность общения со здешними военными начинала жутко напрягать. Дегтярёв, про которого все говорили «Легенда Зоны», вообще казался холодным мерзавцем, который по-армейски муштрует всех и даже ее. Единственными адекватными людьми Алисе казались Фрост и здешний торговец Борода, которые хоть немного проявляли нисхождения к ее слабой персоне. Остальные казались обыкновенными солдафонами с плоским юмором и грубыми манерами. Хотя, Зона Отчуждения учит не аристократическим манерам, а искусству выживания. Через десять минут девушка пошла в больничное крыло, чтобы проведать Ваньку, который все еще был слишком слаб, чтобы подниматься с кровати, зато пришел в себя. Когда Романова пришла в его палату, он спал. Будить его она не стала, лишь написала записку, вложила ее в руку Ваньки и сказала Костоправу, чтобы передал, что она приходила.

- Не переживай, – заверил ее военный врач.- И не таких поднимали. Все будет хорошо. Сейчас у тебя другая задача, сосредоточится и осторожно пройти к станции Янов.

- Станция Янов? – ухватилась за информацию девушка, которая не знала, куда нужно идти и главное зачем. – Где это? А зачем туда идти?

- Тебе все расскажут, – Костоправ делиться информацией не стал. – Удачи, журналистка.

- Спасибо, спасибо вам большое, – Алиса расстроенно улыбнулась и ушла к команде.

Ее уже ждали. К станции Янов шли 10 человек: из них она знала только Фроста, Вано, которого встречала на прачечной, Зулуса, устроившего ей день назад допрос с пристрастием и, естественно, Дегтярева, который рассказывал своим бойцам о переходе. Как только Алиса стала рядом, майор гневно взглянул на нее и холодно добавил:

- С нами гражданские, поэтому нужно будет думать об их защите. Жертвовать собой крайне необязательно, если что-то пойдет не так.

«Скотина», – подумала Романова, сложив руки на груди, пытаясь прожечь дыру взглядом в спине СБУшника.

- На подготовку семь минут, – отрапортовал Дегтярёв. – Разойдись!

Некоторые сталкеры сели заполнять автоматные магазины боеприпасами, другие стали раскладывать по карманам подствольные гранаты, третьи же просто сели курить.

- Прошу надеть комбинезон «Сева», – майор СБУ подошел к Алисе и глядя сверху вниз, заметил. – Вас крайне повезло дойти в Припять живыми. Зона любит дураков и отчаянных, но проверять это на себе не советую.

- Спасибо, пробовать не буду, – огрызнулась Алиса, поднимая невероятно тяжелое обмундирование и пытаясь найти в нем кнопку, которая поможет открыть костюм, который был похож больше на скафандр, нежели на обычную одежду.

- Я не сомневаюсь, – кивнул, улыбаясь, Дегтярёв, нажимая зеленую кнопку на плече «Севы», где сразу показались швы и застежки, с помощью которых костюм можно было открыть и, следовательно, надеть на себя.

Хотелось провалиться сквозь землю за свою несообразительность, но умереть в Зоне Отчуждения можно было куда более интересными способами. СБУшник молча поднялся по лестнице, а Алиса попыталась влезть в тяжеленный костюм и еще попытаться застегнуть его.

- «Сева» – для новичка, хуже кровососа, – рассмеялся Фрост, видя страдания журналистки. – Все силы вытянет. Давай помогу?

Девушка облегченно вздохнула и сказала, видя то, как сталкер ловко справляется со сложными механизмами, обеспечивающих безопасность сталкера в этой экипировке:

- Спасибо. Мне кажется, что хуже кровососа ваш Дегтярёв.

Слова девушки не остались незамеченными другими сталкерами. Зулус, заряжающий ленту в ручной пулемет, резко заметил:

- Дегтярёв, к слову, по праву считается «Легендой Зоны». Каждый, кто здесь находится, обязан ему многим. Кому не нравится, может проваливать из Зоны самостоятельно.

- Эй, – отозвался Вано, улыбаясь. – Зачем ругаетесь? Нам такой долгий дорога идти, нужно наоборот боевой дух поддержать!

- Действительно, – парень в пятнистой форме, который проверял прицел автомата «Лавина», оторвался от своего занятия и спросил:- Как зовут нашу спутницу-то хоть?

- Алиса Романова, – выдохнула девушка, которая была благодарна за разряжение накаленной обстановки. – А Вас? Я не всех знаю.

- Меня зовут Бродяга, – улыбнулся тот же парень. – Я снайпер, бывший монолитовец. Сейчас , правда, завязал уже с этим, – молодой человек рассмеялся. – Вот это, – Бродяга указал на человека с кислым выражением лица в зеленом защитном костюме. – Это лейтенант Соколов, военный пилот вертолета «Скат -4».

Человек, которого Бродяга представил, попытался изобразить улыбку и приветственно поднял руку вверх.

- А это, – продолжил бывший монолитовец, который показался Алисе славным малым. – Живой, он присоединился к нам из группировки “Свобода” пару лет назад, отличный снайпер.

Романова кивнула худенькому пареньку, которому было года двадцать два от силы.

- Винчестер – это любитель дробовиков, из группировки “Долг”, отличный малый, – продолжал Бродяга, показывая на мужчину, которому было уже за тридцать, с надменным взглядом и тяжёлым дробовиком в руках, а затем снайпер укзал на сталкера с нашивкой на рукаве в виде флага Украины. – Саня Шторм, военный штурмовик, всегда прикроет. Вот, кажется, всех назвал. Никого не забыл?

- Куда мы идем? – спросила девушка.

- Мы идем сначала на Янов, – неожиданно начал отвечать Зулус. – Там наберем боеприпасов, возьмем с собой еще наших людей и двинемся на Затон, чтобы разобраться с наемниками, которые наших людей на «Скадовске» убили. Тебя высадим около кордона, а там сама до вокзала доберешься.

- На кордон? – с улыбкой спросила Алиса, радуясь тому, что скоро все это станет кошмарным воспоминанием, но тут же поняла, что ее останавливает. – Но я не уйду отсюда без Ваньки, то есть без оператора.

- Мы отправим его с первым конвоем, который отправится к кордону, – заметил Бродяга. – Не переживай за него.

- Нет, – заартачилась девушка. – Мы пришли сюда вместе и уйдем…

- Это приказ начальства! – рявкнул Зулус. – Если вы уйдете вдвоем, то вас сразу сцапают менты, прямо на выходе из Зоны. Либо идешь сейчас, либо будешь сидеть со своим дружком еще года два за фальшивые документы.

Романова кивнула, соглашаясь с такими фактами. В то время, Фрост помог застегнуть Алисе экипировку, а она разбиралась со шлемом «Заслон» и ремнем, который умещал на себе два артефакта и четыре гранаты. Но вопрос, который крутился у нее в голове, словно сам вырвался, помимо ее воли:

- Туда, куда мы идем, будет что-то страшное?

- Легко, к сожалению, не будет, – сказал Дегтярев, который перезарядив автомат «ТРс», вручил его журналистке в руки. – Так, отряд, – обратился он к команде. – Выдвигаемся по моему сигналу.

Все путники надели шлемы и сняли с предохранителей оружие.

- Общаемся исключительно по делу, – добавил Дегтярев, и тоже защелкнул шлем “Заслон”. – Сначала идем до Автовокзала, потом на “Янов”. Сверяемся всегда с детекторами. Ну, вперед!

- Вперед! – загалдели в динамике десять голосов.

Бойцы вышли из прачечной и скорым шагом пошли к улице Энтузиастов. Все вроде бы тихо, в шлеме был встроен микрофон и динамик. Алиса сразу же почувствовала тяжесть комбинезона, рюкзака и автомата, который норовил выскользнуть из рук. Быть сталкером – крайне нелегкая задача. Кроме того, ей необходимо было быть в центре кольца, которое образовали сталкеры и тем самым подстраиваться под их скорость бега. После пяти минут путешествия, когда сталкеры приблизились к автовокзалу, послышался голос Дегтярева:

- До вокзала дошли, до “Янова” – полтора километра. Двадцать минут ходьбы, а до затона – три километра. Значит, часа через два будем уже перед кордоном.

- ЭЙ, друг, – послышался голос Вано. – Давай лучше что-нибудь споем! А то, меня эти расписания в тоску вгоняют!

Из динамика полился смех сталкеров. Стало слышно, как спадает напряжение.

- Хорошо Вано, не напрягаю! – рассмеялся в ответ Дегтярев на удивление Алисы, которая уже подумала, что СБУшник вообще ничего кроме приказов не может говорить.

- Как наша журналистка себя чувствует? – послышался в динамике голос Бродяги, который шел впереди. – Нравится наш чудо-город?

- Славное местечко, – поддержала веселую волну Романова, оглядывая развалины Припяти. – Думаю, он был очень красивым раньше до взрыва.

- Он был, действительно, очень красивым, – послышался голос Дегтярёва.

- Ты видел его? – спросил Зулус, бегущий справа от Алисы.

- Я родился в Припяти, – ответил майор, остановившись на месте и вглядываясь в прицел автомата. – Жил здесь, а потом ЧАЭС взорвалась.

- Слушай, ты мне никогда об этом не рассказывал, – сквозь шипение рации послышался грубый голос Зулуса.

Сталкеры остановились на пустынной дороге улицы Леси Украинки и заняли свои позиции.

- Как-то не приходилось об этом говорить, – ответил Александр. – В километре отсюда два псевдогиганта, отходим к сторожке Зулуса.

Группа военных двинулись в сторону высокого здания, попутно наблюдая в прицелы за мутантами. Вскоре сталкеры прижались спинами к холодной кладке кирпича, некоторые заняли позиции, полностью готовые к атаке. Алиса щелкнула предохранителем автомата и присмотрелась: уже в полукилометре от них двигались две огромные, обезображенные туши, около двух с половиной метра ростом. Несмотря на свою медлительность и неповоротливость, можно было сказать смело, что твари представляли серьезную опасность.

- Та-а-к, – протянул Бродяга. – Сейчас псевдогиганты протопают, и тогда пойдем. С ними связываться – себе дороже. Странно, они обычно ходят в одиночку и обитают в подземельях. Что их заставило выйти на свет?

Гиганты шли в район Карьера, угрюмо рыча, и не заметили группу Дегтярёва.

- Фух, – выдохнул Фрост. – А то кучу патронов пришлось бы потратить.

Едва закончив радоваться, тому, что беда миновала, сталкеры услышали выстрелы и рев со стороны псевдогигантов: какие-то новички, идущие со стороны цементного завода, который находился в паре километров отсюда, на радостях, что нагребли хабара тысяч по двадцать, решили, что псевдогиганты им по плечу. Мутанты зарычали и понеслись на двух незадачливых ходоков. Алиса почувствовала, как тяжело заухала земля под толстенными лапами тварей. Новички, у которых, к слову, в наличии были лишь автоматы АК-74, похоже, поняли, что сотворили большую глупость, затронув одного из самых грозных мутантов Зоны, и бросились наутек.

- Майор, – послышался голос Шторма. – Что прикажешь?

- Стрелять без предупреждения, – ответил Дегтярёв, рванув вперед. – Заходим слева. Вперед! – и сталкеры в единый миг помчались на помощь к незадачливым новичкам.

- Зашибись, – гаркнул Бродяга, срываясь в бег. – Теперь их спасай!

В эти минуты Алиса поняла, насколько Зона сильнее человека. Пули не пробивали толстенную кожу мутантов, и их неповоротливость в единый миг сменилась стремительностью движений.

- Заряжаем дробь и с ближнего расстояния! – командовал Дегтярев и одним из первых нанес удар по этим тварям. – Зулус – справа зайди, Шторм и Живой – подствольные гранаты! Бейте по лапам!

Взрыв трех гранат, оглушил Алису, а в голове появился неприятный звон. Мутанты стали слабее, значительно слабее, на их шкурах показались глубокие рваные раны.

- Отходим! – вновь раздался голос майора. – Ударными волнами будут атаковать!

- Ударными волнами? – спросила Алиса, которая держалась в парах десятков метров позади боя, она попятилась назад и вдруг услышала сзади себя рычание. Обернувшись, девушка увидела трех снорков, которые, услышали звуки боя и решили полакомиться трупами.

Алиса едва успела вскинуть автомат, как одна из тварей сбила ее с ног, ударив лапой по голове. На шлеме «Заслона» появились трещины, а от сильного удара, Романова неловко упала на спину. Спустя пару секунд, Алиса увидела, сквозь трещины стекла, морду твари, которая скалясь, заносила лапу для очередного удара. Выстрелы и кто-то рванул ее за руку, помогая очень быстро подняться на ноги.

- Ты можешь хоть пару минут не создавать проблем? – спросил разъярённый Дегтярёв, отстреливаясь еще от одного снорка. – Да какого черта?

Снорк был не таким, как его сородичи: его шкура была опалена, а вокруг его тела было электрическое поле, которое раздавалось небольшими разрядами.

- Электроснорк! – послышался в наушнике голос Фроста. – Майор, не убивай его! Разряд будет!

- За спину! – приказал Дегтярёв, толкая Алису. – Как только я выстрелю – прыгай как можно выше!

Та беспрекословно подчинилась и встала за широкую спину агента Госбезопасности. Попутно, Романова увидела, как Зулус зашвырнул одному из псевдогигантов гранату и после взрыва, мутант свалился на бок. Бродяга двумя выстрелами из «Лавины» убил второго снорка, а остальные сталкеры были заняты вторым псевдогигантом. Электроснорк высоко прыгнул в воздух, а Дегтярёв прижал автомат ФТ-200 к плечу и, прицелившись, сделал лишь один выстрел, который угодил в пасть твари, как только та приземлилась на землю, прострелив насквозь ее череп. Романова увидела, как майор за секунду после этого отбрасывает автомат и хватает ее за руку. Видимо, нужно прыгать. Девушка, почувствовала, как СБУшник тоже приготовился к прыжку. Синеватая вспышка и Алиса, ощутила, как по рукам будто бы прошел разряд тока. Ощущения были похожи на то, что чувствует человек, проходящий процедуру электрофорез: легкое пощипывание. Удар о землю. Алиса взглянула на обугленный труп электроснорка, который лежал в нескольких метрах от места их приземления. Александр сделал пару шагов туда, где лежал его автомат и, толкнув его сапогом, оружие затрещало, держа в металлическом корпусе электрический заряд.

- Александр, – осмелилась обратиться Алиса к командиру отряда. – Что это было?

- Позже, – отрезал майор, хватая автомат, который, кажется, уже не был полон тока. Агент Госбезопасности рванул туда, где ревел раненный псевдогигант.

Выживший мутант стал почти что подпрыгивать, ударяя своими руконогами по земле, создавая микроземлетрясения. Новички отчаянно старались устоять на земле, что получалось у них плохо.

- Дробь! – приказал Дегтярёв и участники отряда, тут же подчинились. – Остальные гранатами!

Еще дробь. Еще залп. Группа из Припяти закружили вокруг мутантов, осыпая их свинцом и минут через пять, такого вальса, второй мутант лежал на земле бездыханный.

- Идиоты! – воскликнул Живой, обращаясь к новичкам. – Вы бы еще к кровососам целоваться полезли!

“Зеленые” сталкеры были живы, хотя один из них был ранен отлетевшей пулей от десятисантиметровой толщины черепа.

- Спасибо, – проорал один из них, поскольку раций в их простеньких костюмах не было. – Думали, завалим их. Вы на “Янов”? Там с вами хабаром поделимся.

- Вот за это респект, – открыв шлем “Заслон”, ответил Фрост. – Ну, вперед.

Сталкеры двинулись к заброшенному железнодорожному вокзалу «Янов», который уже был виден, на фоне серых и тяжелых туч.

- Сашка, – в общем эфире стал слышен голос Зулуса. – Как ты электроснорка завалил?

- Из автомата, – честно признался майор.

- А как же разряд? – поинтересовался Фрост. – Мне рассказывали, что встречали электрохимеру близ ЧАЭС и она пятерых завалила разрядом, когда ее застрелили. Что он не разрядился?

- Разрядился, – согласился Дегтярёв. – Просто ток идет, как от Электры, по поверхности земли или стены. Главное, в тот момент, когда ты его убиваешь, тебя на земле не было.

- Елки-палки, – засмеялся Вано. – Вот же мастер! Кто бы такое придумал?

Алисе стало понятно, зачем они прыгали и почему автомат майора еще долго держал в себе заряд тока: металл – отличный проводник заряда. Девушка улыбнулась, понимая, что все же не зря, сталкеры между собой зовут СБУшника «Легендой Зоны». Двенадцать человек вошли на заброшенную ж/д станцию. Алиса удивилась, но в ней жили люди. И неплохо жили. Здесь были торговцы оружием, провиантом, медики и техники. Прямо свой мини-сталкерский городок.

- Разойдись, – громогласно приказал Дегтярев. – Сбор отряда через два часа.

В это же время Фрост уже выменивал, у только что спасенных новичков, артефакт “Душа”. Все сталкеры разбрелись кто куда: кто-то решил дернуть водки, перед выходом, кто-то отправился к друзьям поболтать, другие пошли запасаться патронами и гранатами.

- Эй, журналистка, – окликнул Алису Винчестер, опустивший шлем «Заслон». – Будь осторожнее. В противоположных крыльях здания, находятся враждующие между собой группировки – “Долг” – славные военные ребята, которые защищают мир от распространения Зоны и “Свобода” – идиоты-наркоманы, которые требуют сохранить мутантов и аномалии. Рассказывать обо всем, что знаешь, свободовцам ни к чему. Ты согласна?

- Хорошо, – кивнула Алиса, взглянув на противоположную сторону «Свободы», где ходили люди в зеленых комбинезонах и экзоскелетах. Винчестер, увидев положительный ответ, сразу отправился к приятелям долговцам.

Девушка оглянулась: вокруг ходили неизвестные сталкеры, которые с сарказмом оглядывали девчонку, которая не знала, куда ей пойти, если все так сложно. Вокруг ходили люди в разной форме: «Долг» был с красно-черным обмундированием, а «Свобода» в зеленом. Единственные, кто был не по душе Алисе, это два бандита – представители группировки, в которой были исключительно заключенные с мест, не столь отдаленных. Они следили за всеми и явно что-то замышляли. Один из людей, который был одет в кожаный плащ , лицо которого скрывала маска, сначала качнул головой в сторону Романовой, а потом указал на спину майора СБУ Дегтярева, который в то время отправился обсуждать закупку оружия и боеприпасов с местным торговцем по кличке Гаваец. Торговец, увидев давнего приятеля, засиял и сразу же начал предлагать самые новые образцы оружия, добытые в Зоне.

Алиса покрутилась и, не найдя себе занятия, прошагала к дверям, в которые они зашли. Она решила подышать свежим воздухом, поскольку была полностью уверенна, что выйдя за дверь, никакая опасность ей не будет грозить.

Свежим воздух в Зоне назвать было трудно, но, по крайней мере, свежий ветерок успокаивал разволновавшуюся журналистку. Вдали был виден какой-то бункер, рядом с которым крутились военные, которым, казалось, было решительно неважно, что происходит на станции «Янов». Недалеко от странного бункера был виден автомобильный мост, который возвышался над железнодорожными путями, а дальше… Дальше ничего не было видно, кроме заброшенных поездов, тихо ржавевших от дождя и снега. Алиса оперлась на прохладную стену вокзала и молча взирала на эту мертвую землю, мысли посещали разные, но радовало лишь одно, что скоро она покинет эти места, а позже встретит в России и Ваньку, который вот-вот поправится и покинет Зону Отчуждения. Вот только, что теперь делать с Громовым? Возвращаться на работу никак не хотелось, а как быть дальше? Они же в международном розыске, это значит, что нужно будет скрываться? Да, пожалуй, так. Это никак не радовало и никак не вписывалось… Мысли прервал неожиданный оклик, донесшийся, как раз, со стороны двери из которой Алиса и вышла:

- Опа-на! Гля, Шаман, бикса стоит!

Девушка вздрогнула, услышав мерзкий жаргон заключенных, обернулась на голоса: двое бандитов, именно те, который что-то обсуждали перед баром, одетые в длинные кожаные плащи, выходили из дверей станции «Янов» и двигались в ее сторону. За спинами урок висели автоматы, а рюкзаки были набиты хабаром, отнятым у других сталкеров. Не зря ведь девизом этой группировки являются такие слова: Ваш хабар – наш хабар. Алиса попыталась пропустить мимо ушей эти слова и попыталась избежать любого общения с представителями группировки «Бандиты», которые хорошими манерами, видно, не отличались. Девушка сделала пару шагов вперед и попыталась прошмыгнуть мимо бывших заключенных, но те явно не захотели упускать возможность дать ей уйти: один из бандитов, переградил ей путь ко входу , а другой достал нож из кармана.

- Стопэ, брюлик, не букскуй, – засмеялся один из мужчин. – Ты ж центровая бикса, не накосорезь и будет все в рже. Кенты твои нам косарь торчат, потому нам зачурать тебя надо.

- Я не понимаю вас, – Романова опустила лицо и потянулась за автоматом, висящим у нее за спиной.- Пустите меня на вокзал, пожалуйста!

- Волыну не тронь! – заорал один из бандитов. – Не то маслину в бок схватишь!

- Вон пошли! – потеряла самообладание Алиса, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она резко рванула вправо, пытаясь оббежать здание вокзала, надеясь найти еще какую-нибудь дверь.

- Дурканулась шаболда! – послышался крик сзади, а затем Алиса почувствовала, как крепкая рука хватает ее за волосы, наматывая их на кулак. Журналистке ничего больше не оставалось, как завизжать так громко, как это умеет только Алиса Романова.

- Пробивай, прохаваем мазу военных насадить на навар!

Удар рукояткой ножа по затылку принес ощутимый вариант: ноги подогнулись, а сознание помутилось. Один из бандитов ловко перекинул ее через плечо и крикнул своему другу:

- Ништяк, надо когти рвать!

- Султан быстро наезд замутит на урода этого, который кинул его на навар. Братки разрулят живо все.

Алиса почувствовала, как проваливается в пустоту, ничего не получалось с этим делать. Ей быстро замотали руки , а в рот запихнули кляп. Но полностью потерять сознание нельзя… Нельзя… Нельзя…. Дымка окутала разум, но тело продолжало чувствовать, как ее, как мешок, несут по шпалам. Бандиты о чем-то переговаривались, но разобрать слова не получалось. Все попытки пошевелиться карались ударом по ребрам. Весело… Спустя несколько минут – удар о землю, точнее о траву заставил прийти в себя.

- Шухер! – голосил один из бандитов. – Вовремя надо палево кинуть! Слева херачь тварей!

Раздался грохот автоматной очереди, замелькали тени. Алиса выплюнула кляп изо рта, благо это получилось. Сердце застучало: неужели это за ней? Отряд пришел ее выручить? Мимо! На бандитов напала целая свора слепых псов, а потому спасаясь бегством, урки бросили свою жертву и пытались отстрелять нападающих мутантов, которых было шесть или семь. Псы кидались на бандитов, разрывая им плоть, а заключенные стреляли в ослепших, облысевших собак, которые жаждали попробовать вкусной и питательной человечины. Романова оглянулась, понимая, что ей очень повезло, что бандиты отбросили ее в сторону: псов привлекал именно шум стрельбы и крики людей. Выстрел – один пес завизжал и, упал в траву, дергаясь в судорогах. Девушка, попыталась развязать путы на руках зубами, но ничего не получилось. Алиса снова оглянулась и увидела, что в парах метров забор из сетки рабицы, который ограждал какие-то здания, похожие на штабы, а выше стояла огромная антенна. Но главное, в заборе не было прорех, а значит, мутанты не смогут перелезть забор, который, возможно, сможет перелезть Алиса. «Благо не стреножили», – оптимистично подумала девушка, пытаясь подняться на ноги и как только это получилось, Романова рванула к забору, что есть сил.

- Мля, Крэк! Бикса!

Журналистка услышала, что еще одна собака завизжала, видимо получив пулю от бандитов.

- Хер с ней, вали тварей! Потом эту шваль защемим!

Но просто так пленнице сбежать не дали, несколько пуль пролетели прямо близ нее, поднимая пыль перед ногами, а рычание за спиной стало угрожающе близким. Псы явно начали преследовать безоружную жертву, у которой, к слову, были связаны руки, но автомат бандиты снять забыли, а это давало надежду на выживание еще на пару часов. Разбежавшись, как можно быстрее, Алиса с разгона прыгнула на сетку, цепляясь связанными руками за ячейки. Ура! Зацепилась, но два пса, которые преследовали ее, тоже попытались ухватить свой обед. У одной это даже удалось. Правую ногу в районе щиколотки сжали железной хваткой челюсти слепой собаки, которая пыталась разорвать плоть жертвы, но крепкие сапоги комбинезона «Севы» не давали твари прокусить прорезиненный материал. Девушка закричала от боли и что есть сил лягнула противника, повисшего на ноге: пес зарычал, но получив удар по морде, разжала железную хватку, а корреспондентка, улучив момент, подтянулась на руках и не удержав равновесия, упала через сетку на территорию Зенитно-Ракетного комплекса «Волхов», который оградил ее от нападения собак. Псы рычали и тыкались уродливыми мордами в сетку, пытаясь преодолеть преграду. Стрельба все еще доносилась с места боя бандитов и мутантов. Алиса сильно ушиблась при падении с полутораметрового забора, но боясь того, что как только бандиты разберутся с мутантами, то они, абсолютно точно, вернуться, чтобы добить свою беглую жертву, а потому, преодолевая боль, журналистка поднялась с земли и полубегом помчалась вперед.

Бывшее укрытие зенитно-ракетного комплекса СССР встретило Алису открытыми ржавыми воротами, с намотанной колючей проволокой. Подземный склад, ангары и штаб, а еще пара брошенных военных УАЗиков и БТР – ничего больше.

Укрыться от нападения было необходимо в большом здании, выкрашенном голубой краской, которая с годами облупилась, но не потеряла былой окраски. В бывшем штабе царило запустение: старое здание с квадратными колоннами и серо-голубой краской на стенах. Алиса тихо зашла и осмотрелась, заглянула за решетку – пусто, в другую комнату – тоже. Необходимо было отдышаться и развязать руки. На глаза попалось разбитое стекло в оконной раме, которое и смогло помочь разрезать веревку. Девушка устало села на пол и попыталась связаться с отрядом, но кнопка рации не работала. Выйти на волну не получилось, а это плохо, несказанно плохо. Укорив себя в своей беспечности, Алиса стянула со спины автомат «ТРс» и сняв его с предохранителя решила еще раз проверить здание на наличие противников, а лишь после этого попытаться переждать здесь ночь, которая стремительно наступала на землю Зоны Отчуждения. На стене одной из комнат штаба висел старинный плакат с советским лозунгом, похожим на один из тех, который она видела, в школе, в учебнике по ОБЖ за пятый класс. На нем был изображен солдат с винтовкой в руке и написано большими белыми буквами:

“Чтоб меткость и сноровку иметь в бою.

Храни, боец, винтовку, как жизнь свою”.

Алиса крепче сжала свой автомат, который она уже для себя нежно начала называть «Терезкой» и прошла в комнату, окрашенную в белый цвет, и где были разбросаны пожелтевшие бумаги и документы.

Корреспондентка осторожно шагнула вперед: на перевернутых столах и шкафах покоилась пыль, которая лежала здесь еще со времен взрыва в восемьдесят шестом. Алиса прошла дальше, просмотрела документы с пожелтевшими краями и жесткой бумагой для печатной машинки, на страницах были начерчены карты с переходами и важными военными объектами. Затем, она подошла к столу, на котором были разложены какие-то документы с чертежами и схемами. Девушку заинтересовали бумаги, поскольку на заголовке было написано «Путепровод Припять-1». Она взяла документы в руки, чтобы прочитать их подробнее, положив на стол «Терезку», но подняв чертежи, она увидела, что бумага, на которой распечатан документ, была свежей, предназначенной для принтерной печати. Текст! Текст напечатан на компьютере….

- Какого черта? – прошептала сама себе Алиса и потянулась за автоматом, но кто-то, внезапно, зажал Алисе рот рукой и приставил к горлу нож. Бархатный, холодный до дрожи, голос тихо сказал на ухо:

- Не дергайся! Кто ты? – неизвестный немного отвел руку ото рта.

Девушка поняла, что ее злоключения не заканчиваются: это были не бандиты, точно. Но человек, который поймал ее, здесь явно знал толк в убийстве человека, поскольку нож был прижат именно к тому месту, где билась сонная артерия, и малейшее нарушение поведения могло бы принести быструю смерть.

- Алиса, – испуганно прошептала журналистка, – Алиса Романова.

Корреспондентка понимала, что по собственной дурости, угодила в очередную западню и помочь теперь ей некому.

Единственный спаситель – Дегтярев со своим отрядом, ни сном, ни духом, что она не на “Янове”. Связаться со станцией тоже не получалось, а теперь еще кто-то хочет прикончить из-за документов, которые она здесь нашла. Алиса, все же решила попытать судьбу и медленно нащупала охотничий нож, заткнутый за ремнем.

- Простите, я ничего не хотела украсть. Я здесь совершенно случайно, – начала разводить полемику Романова.

- Совершенно случайно читаешь военные тайны, оставленные на столе? – прошептал неизвестный.

Дыхание сбилось, когда пальцы нащупали нож, но рисковать было страшно: хватка незнакомца была настолько крепкой, что девушка не могла даже опустить взгляд, чтобы увидеть цвет формы нападающего.

- Будешь вести себя тихо, и мы поладим, – неизвестный начал пятиться назад, вместе со своей пленницей, в другую комнату штаба. Невидимый охотник убрал от горла жертвы нож и сильнее прижал руку к ее шее. – Никаких глупостей и, возможно, ты выживешь…

В этот момент Алиса поняла, что нужно попробовать нанести удар: она выкрутилась из его объятий и сделала выпад ножом. Сталкер ловко увернулся и теперь скрутил девушке руки за спиной и прижал к себе лицом. Увидев неизвестного, Алиса охнула, узнав его по глазам: это был тот самый наемник – Светлый, который отпустил их с Ванькой в лесу. Парню было около тридцати лет. Русые короткие волосы, красивые голубые глаза, ростом он был выше среднего, спортивного телосложения, видимо он был бывшим спортсменом или военным. Резкие черты лица и высокие скулы, в целом, Алиса отметила, что у наемника была какая-то точеная, модельная внешность и мужчина это знал, подчеркивая это живой мимикой и манерным поведением.

- Вот это сюрприз! – Светлый улыбнулся, глядя на испуганную жертву. – А где дружка потеряла?

- Это тебя не касается, – сжав волю в кулак, ответила журналистка, но дрожащим от страха голосом.

- Смелая значит? – усмехнулся наемник. – Бывает. Это быстро лечится. Могу отправить тебя туда, откуда ты пришла: слепые псы и бандиты будут рады.

Алиса промолчала, понимая, что все ее действия были отслежены.

- Молчишь? Значит смелость прошла? Ладно…

Он снова ловко перехватил свою пленницу, завалил ее на стол и за минуту связал ей руки и ноги.

- Слушай, второй раз тебя таскаю, – заметил Светлый и закинул Романову себе на плечо. Наемник прошел в другую комнату. – Никому так больше не везло! Радуйся, ты – первая. Ну, не считая пары-тройки трупов со “Скадовска”.

Алису обуял страх: пары-тройки трупов со «Скадовска»? Так вот кто убил тех сталкеров на барже! Крик вырвался помимо ее воли. Наемник в один момент скинул ее на остатки книжных шкафов и пары письменных столов. Тело отозвалось гудящей болью от столкновения с твердыми остатками мебели.

- Мне казалось, что мы с тобой договорились, – Светлый поставил руки на пояс, а затем он достал из кобуры пистолет и направил его в район сердца журналистки. – Я сегодня не хочу больше убивать. Заткнешься и будешь наслаждаться своей никчемной жизнью еще часов десять – двенадцать.

Алиса кивнула, почувствовав удушающий жар от страха перед убийцей.

- Вот и молодец, – улыбнулся Светлый, убирая пистолет обратно. – Надеюсь, ты не будешь меня злить.

Наемник быстро прошел в соседний кабинет, забрал документы и оставленный Алисой автомат «ТРс», закинул бумаги в рюкзак, а «Терезку» за спину, где уже висел знакомый ИЛ86 – штурмовое оружие британского происхождения с системой булл-пап. Алиса молча следила за тем, как перезаряжал наемник свой автомат, а затем, отложив оружие, он быстро начал обыскивать ее карманы.

- Я думаю, ты не будешь против? – риторично спросил Светлый, выгребая из ее костюма гранаты, нож, патроны и два артефакта, хранящихся в специальных контейнерах. Тем самым, наемник не оставил ей ни единого шанса выжить или убежать из этого здания. – Если выживешь, то никогда не нападай на сильного противника с ножом. Пустая трата времени, поверь.

Девушка злобно взглянула на нахала, который в тот же момент извлек из ее кармана странный предмет, похожий на небольшой сенсорный телефон, на экране которого мигали зеленые точки. Алиса даже не видела ни разу этот предмет и совершенно не понимала, зачем он ей.

- Так-так-так, – расплылся в улыбке наемник, глядя на экран. – Значит, пострелять сегодня все-таки придется .

Сталкер стукнул пальцем по экрану, и карта приблизилась: точками были отмечены люди, которые проходили мимо. Девять зеленых точек двигались к ЗРК «Волохов».

- Так ты не одна? – удивленно спросил Светлый и еще раз стукнул по экрану, где показались позывные сталкеров. – Да еще и с кем!

Парень быстро извлек из кармана свой КПК, раскрыл электронную клавиатуру и быстро набрал цифры с экрана гаджета, который он нашел у Алисы в кармане. Послышались гудки, как при вызове телефона.

- Скажешь, чтобы он пришел один, – быстро отрапортовал наемник. – Всех дружков пусть оставит за забором.

Алиса почувствовала, что добром это не кончится, хоть и не знала, что задумал Светлый.

- Я ничего не буду говорить, – отрезала девушка.

Наемник скривился и быстро достал из кармана нож, лезвие которого сразу уперлось ей в район солнечного сплетения.

- Я уже сказал, что ты будешь делать так, как я скажу. Третий раз я повторять не буду!

Гудки прервались, и послышался голос Дегтярёва:

- Майор Дегтярёв, слушаю…

Романова нервно сглотнула и снова отрицательно замотала головой, понимая, что не сможет подставить человека, спасшего ей несколько раз жизнь. Светлый перехватил рукоятку ножа и крепко нажал на нее: бронепластина «Севы», у которой именно в этом месте стоял самый слабый металл, хрустнула и девушка почувствовала острие ножа уже на коже.

- Александр… – прошептала Алиса, слыша, как по щекам льются слезы. – Это Алиса Романова.

Наемник довольно улыбнулся, но не снижал нажима на нож.

- Да, Алиса. Мы идем. Вы целы?

- Да, цела, – сердце лихорадочно заходилось не то от радости за то, что отряд все же не забыл про нее, не то от того, что она сейчас подвергает их смертельной опасности.

- Никуда не уходите, – привычно вежливо добавил Дегтярёв.- Сейчас мы поможем.

- Александр, – почувствовав, как в том месте, где лезвие касалось кожи, намокла ткань комбинезона от крови: Светлый лишь немного сильнее нажал на рукоять, как на том же месте образовался порез. – Придите один, пожалуйста.

- Что? – переспросил агент Госбезопасности. – Алиса, с кем вы?

- Никого нет, – соврала девушка, глядя в голубые глаза наемника, который подмигнул ей. – Так нужно, прошу…

- Хорошо, я все сделаю, – согласился майор СБУ. – Ждите.

Короткие гудки. Светлый положил в карман КПК и, сверился с электронной картой: восемь точек, остались за территорией ЗРК «Волохов», а одна мигающая зеленая точка двигалась к штабу.

- Послушный, – отметил сталкер, закидывая за плечо оружие. – Слушай, я вас на свиданочку оставляю, про меня сильно не болтай, иначе наш герой долго жить не будет. Бывай!

– Тварь! – прошипела Алиса, а Светлый лишь похлопал ее по щеке и скрылся за дверью, добавив:

- Будь умничкой!

Девушка осталась одна в штабе ЗРК “Волхов”, безоружная и связанная. Что ждать от этого наемника – неизвестно. Алиса попыталась освободить руки или ноги, но веревка была завязана на совесть. Как предупредить Дегтярёва о том, что это ловушка? Мысли путались.

Через несколько минут послышались шаги. Алиса затаила дыхание. Майор, словно чувствовал опасность, а потому не спешил подходить к ней, и остановился в дверях. За столько лет, которые он находился в Зоне, он знал, что где-то подвох. Журналистка огляделась и прошептала:

- Прошу уходите.

Сталкер не спешил уходить, даже несмотря на предупреждение.

- Алиса, – спросил военный, сняв с предохранителя ФТ-200М и оглядевшись. – Кто здесь?

- Я, – сказал Светлый, который появился неизвестно откуда. Наемник зашел из-за спины Александра и уткнул ему в затылок автомат. – Здравствуй, майор. Я слышал, что тебя повысили, дорогой СБУшник.

- Я отказался от внеочередного звания, Дмитрий, – спокойно заметил Дегтярев, отбросив на пол уже ненужный автомат. – У тебя всегда устаревшая информация. А ты как в ФСБ? Теперь решил на наемников поработать?

Мужчины разговаривали, как старые приятели. Все хорошо, если бы не оружие, мешающие их “приятному воссоединению”.

- Ты прав, – улыбаясь ответил Светлый, толкая в спину Дегтярёва, проходя внутрь комнаты. – ФСБ живет и процветает, особенно без таких уродов, как ты. Чертов ублюдок, как ты мог нас сдать Украине? – наемник сорвался и его лицо исказила гримаса злобы.

- Никого я не сдавал, идиот, – равнодушно добавил Дегтярев. – Меня свои же сдали, когда я работал в Америке, СБУ меня почти из Алькатраса вытащили.

- Врешь, сука! – прошипел Светлый, который скинул палец с предохранителя на курок. – Но, я забуду твое предательство и не пристрелю тебя, как паршивую собаку прямо здесь, если ты выполнишь мои условия: ты ведешь меня к ЧАЭС, а потом проваливаешь из Зоны раз и навсегда.

- Ты не много себе возомнил? – рассмеялся Александр, в то время, как Дмитрий обошел Дегтярева, посмотрел в лицо и, не спуская с него прицел, поднял Алису и перевел ствол автомата ей в голову.

- Согласишься – и девчонка будет жить, – добавил наемник.

- Стреляй, – развел руками СБУшник. – Ты же знаешь, что ради цели мне самому пришлось многих порешить.

Девушка не верила своим глазам: Дегтярёв предал ее? Он же обещал! Дмитрий положил палец на курок и внимательно следил за реакцией своего бывшего друга:

- Ты никогда не умел блефовать, – рассмеялся наемник. – Ты бы просто не пришел сюда, если бы она тебе была не нужна. Поэтому ты обязательно примешь мои условия. Звони своим ребятам, хвост нам будет ни к чему.

Майор, без лишних слов, достал из кармана КПК и набрал Зулуса:

- Да, Сань, что прикажешь? – послышался грубый голос “Долговца”.

- Ждите, без моего приказа не нападать, – ответил Дегтярёв, прожигая взглядом Светлова. – Алиса здесь, сейчас мы выберемся.

- Хорошо. Ждем. – Ответил Зулус и прервал связь.

Наемник улыбнулся и отдал новый приказ:

- Маячок давай. Карта вам теперь тоже ни к чему.

Александр достал из кармана такой же гаджет, какой был у Алисы и кинул его на стол.

- Нравитесь вы мне, ребята, сговорчивые вы, – Светлый подтолкнул Алису вперед и обратился к агенту СБУ. – Теперь веди меня к ЧАЭС.

- А если не соглашусь? – спросил Дегтярев, сжав кулаки.

- Тебе лучше согласиться, – победно улыбнулся Светлый и плотнее прижал к голове Алисы пистолет. – Я советую!

====== Часть 5. Правда. Кому веришь ты? ======

Глава 5

Кому веришь ты? Холодный дождь уже несколько часов падал с неба: ударялся о щеки, противно стекал с волос, разбивался о землю, покрывая ее поверхность бесконечными лужами. Мерзкая погода, ничего не скажешь. Щелчок – и шлем от “Севы” навис над головой Алисы. Спасибо тебе, Светлый. Очень мило. Алису сжигала ярость и ненависть к себе. Как она могла, так опрометчиво поступить? Какого черта ее понесло за пределы станции? Ведь, могла бы сейчас сидеть на “Янове”, в тепле, в безопасности, а может, вообще сейчас была бы уже за кордоном на полпути домой.

“Вот же дура!” – укоряла себя журналистка.- “Еще и Дегтярёва втянула в это. Здорово!”

Алиса нервно вздохнула. Эти мысли никак не выходили из головы. Вдали виднелись вспышки от аномалии жарка – столпов огня, вырывающихся прямо из-под земли.

“Значит скоро знаменитый завод “Юпитер”. – Подумала Алиса, вспоминая примерно расположение объектов в Зоне Отчуждения. Руки, растертые грубой веревкой, пекли, а еще дуло автомата, прижатого к ее спине и замечания Светлого, который не хотел допускать возможности побега пленницы. Шли очень долго, наверное, уже часа три.

Девушка закатывала глаза к небу и кусала губы до крови. Совесть не давала ей подумать о чем-либо другом, кроме ее глупости, благодаря которой сейчас они шли неизвестно куда.

- Светлый, – начал торговаться, идущий впереди, Дегтярев. – А что тебе нужно на ЧАЭС?

- Дегтярёв, – ответил Светлый. – Много болтаешь. Рот закрой, иначе девчонке не поможет даже комбинезон “Сева” от автоматной очереди.

- Ты будешь пугать меня ее смертью? – усмехнулся Александр. – Ради экономии времени лучше отпусти ее и без посредников мы придем к Саркофагу.

- Думаешь, что я тебя плохо знаю? Пока рядом со мной эта крошка, пока у меня есть гарантии о твоей помощи. Кстати, почему ты ее сам не пристрелил еще? Зачем она тебе нужна?

- Ты хоть раз по “Припяти-1″ проходил? – отвел разговор в другую сторону Дегтярёв.

- Нет, не проходил. – Отрицательно покачал головой парень.- Гляди,- наемник улыбнулся и взглянул в лицо девушке. – Не хочет наш герой сознаваться, ради чего он тебя еще не прикончил. Поверь, у него есть какие-то планы на тебя.

- Я рада, – прорычала Романова, ненависть, которой перехлестывала все разумные пределы. В какой-то мере, Светлов был прав: Дегтярёву легче было избавиться от обузы и не рисковать своей жизнью, нежели попасть в засаду и идти под дулом пистолета в самое опасное место Зоны. Что же задумал майор? Алиса уж точно ничем не могла отличаться от любого другого человека на планете Земля, только был талант попадать в дурацкие ситуации, но чтобы он приносил какую-либо пользу? Нет, точно нет. Возможно, она была жива благодаря уколу Гонты? Быть может, но это ей сейчас никак не поможет. Жаль, что теперь отряд их не сможет найти, ведь радиомаячки остались лежать на столе в здании штаба ЗРК “Волохов”. Эх, вот бы кто-нибудь все-таки узнал об их местонахождении и спас, но в Зоне Отчуждения чудес не бывает.

Доказано.

Тем временем, трое сталкеров приблизились к заводу “Юпитер”, который высился огромной, серой скалой, на этой безжизненной равнине, навевая, весьма не радостные мысли. Холодные серые плиты, брошенные в спешке, вместе с оборудованием и надеждами, хоть еще раз сюда вернуться. Ничего более. Лай слепых псов нещадно резал уши, не освоившейся здесь Алисе, да и последняя встреча с мутантами была не радостной: укушенная щиколотка неприятно болела, видимо там появился синяк. Светлый не допускал мутантов ближе, чем на триста метров и убивал их с прицела верного автомата ИЛ86.

Ноги ныли от долгого путешествия, руки затекли.

“Боже, когда же все это закончится!” – подумала девушка, оглядывая мрачную заброшенную территорию, окутанную колючей проволокой. Путники приблизились к серым стенам административного корпуса, из которого, можно было попасть в шлюзы путепровода.

Алиса, ослабшая от долгого перехода, падала, поднимаясь по ступенькам завода, поскольку ноги уже не слушались.

- Крошка, аккуратнее, – поднял наемник, в очередной раз, девушку. – Будешь так часто падать – застрелим, чтобы не мучилась.

- Спасибо за заботу, – вместо улыбки получилась озлобленная гримаса, но Алиса все же попыталась следить за шагами.

- Всегда, пожалуйста, детка, – добавил Светлов, крепко хлопнув девушку, чуть ниже спины. Девушка подскочила, но получив ощутимый толчок в спину дулом автомата, решила промолчать об этом произволе и зашагала вперед.

Внутри административного корпуса осталась лишь облупленная краска на стенах, поломанные шкафы и разбросанные ветром бумаги, которые хранят верность заводу с 1986 года. Ветер, гуляющий по коридорам, меж выбитых окон, раздувал мокрые волосы по лицу. Стало совсем неприятно, а гнетущее молчание навевало невыносимую тоску, такую, от которой хотелось завыть. Со стороны стеклянного перехода подул ветер, принося с собой листки бумаг, пожелтевшей листвы, невесть откуда взявшейся и обрывки фраз неизвестных солдат. Наемник Светлов занервничал, чувствуя не радостную встречу. Наемники – самая загадочная группировка Зоны, а потому любой ее участник, который готов продать родную бабулю за десяток артефактов, естественно хочет остаться инкогнито. Любой сталкер, который видит серо-голубую форму, старается стрелять на поражение, ведь если убьют не они, то прикончат их, причем быстро и профессионально. Нежданными гостями оказались четыре “Свободовца”, которые забрели сюда, судя по всему, случайно, спасаясь от стаи слепых псов, которые очень облюбовали заводской двор.

- Шевельнешься, пристрелю! – Светлый толкнул Алису за шкаф и пригрозил пленнице пистолетом.

Девушка послушно кивнула и молча наблюдала, как наемник спешно осматривается в поисках невидимых зон, где можно притаиться и куда можно запихнуть своих спутников.

- Живо! – прошипел Дмитрий Дегтяреву, указывая на заваленный мусором и бумагами книжный стенд. – Я буду верить, что ты не выкинешь никаких сюрпризов.

Майор промолчал и покорно прошел туда, куда указывал наемник, который встал за выступ стены и, словно зверь, жадно взирал за каждым шагом солдат “Свободы”, готовясь в любой момент отразить нападение. Бойцы – «Свободовцы”, одетые в свою зеленую форму с нашивками, на которых изображен волк, были серьезными противниками, ведь в ряды “Свободы” вступали анархисты и сорвиголовы, не ведающие страха, и которые считают, что Зону нельзя скрывать от человечества и всеми силами защищают ее от захвата военными и солдатами противоборствующей группировки “Долг”. В руках у “Свободовцев” были новенькие автоматы АК-74 с полным боезапасом и подствольными гранатометами, хотя, кажется, молодцы пользоваться ими не собирались, по крайней мере, на территории административного здания завода “Юпитер”, поскольку ребята были увлечены изучением и поиском артефактом, сверяясь с детектором “Велес”.

- Хэй, – пробасил один из воинов “Свободы”, глядя на экран детектора, который замигал красным. – Походу внизу че-то есть. Зашибись, если “Золотая рыбка” – норм так хабара сдадим.

- Стопэ, Павло, – остановил друга второй “Свободовец”. – А че если это аномалия? Помнишь, че на затоне было? Брешет, собака, твой детектор.

Алисе было слегка страшно слышать приближающиеся шаги четырех людей, которые возможно, могут помочь ей выбраться из этой Зоны или хотя бы помогут избавиться от плена наемника, но с другой стороны, она не была уверенна насчет того, что “Свободовцы” не убьют и ее, приняв за врага.

- Капец тут хлама накопилось, – хмыкнул третий сталкер, проводя рукой по запыленному столу, поднимая в воздух облако пыли. – А может че есть интересное тут?

- Гонишь, Флай, – отозвался четвертый “Свободовец”. – Какая польза может быть в этом хламе.

Облако пыли повисло в воздухе, и Алиса почувствовала, что вдохнув, зачесался нос. Сердце заколотилось, ведь как отреагирует Светлый на обнаружение и сами воины “Свободы” – неизвестно, поэтому Романовой пришлось прижать связанные руки ко рту, но сама не подозревая, девушка громко чихнула. Ответ был мгновенный: несколько выстрелов пробили шкаф, за которым стояла Алиса, всего в паре сантиметров от нее. Романова вскрикнула от неожиданности и отпрыгнула к стене, надеясь избежать ранения.

- Руки вверх! – крикнул один из бойцов “Свободы”, которого звали Павло. – Оружие на пол!

Девушка вышла из-за своего убежища и подняла замотанные веревкой руки к потолку, раскрывая ладони, доказывая, что они пусты и никакого оружия у нее нет.

- Офигеть! Баба что ли?

Сказать, что “Свободовцы” были удивлены появлением девушки-сталкера, это не сказать ничего: бойцы округлили глаза и переглянулись между собой. Один из сталкеров шагнул вперед, не опуская автомата, и спросил:

- Кто такая? Что здесь делаешь?

Журналистка отметила про себя, что участики группировки “Свобода” не очень-то и вежливые, да и не сильно экипированы: даже шлемы не были одеты. Видимо лица скрывать они не думали, но куда больше ее интересовал, это то, как себя ей вести и что думает Светлов, когда сейчас наблюдает за всем этим. Даже взглянуть в ту сторону, где находились Дегтярёв и Дмитрий, не представлялось возможным, ведь “Свободовцы” сразу догадаются о чьем-то присутствии и тогда живым не выбраться никому. К слову, возможно отряд Дегтярёва уже сообщил об их пропаже, и ее имя может послужить либо ключом к спасению, либо быстрым путем к легкой смерти.

- Я – Елизавета Никитина, – девушка отрапортовала имя и фамилию своей коллеги, которая всплыла в голове первой. – Я за артефактами пришла.

Бойцы “Свободы” расхохотались, а сердце у корреспондентки сжалось: неужели она сказала не то, что нужно? Может они ее знают? В голове сразу пронеслись мысли о том, что за пределами Зоны ее разыскивает Интерпол.

- Сама что ли? – спросил мужчина, который судя по всему, звался Флай.

- Сама. А что?

- А пришла, откуда?

Что за тупая привычка отвечать вопросом на вопрос?

- Янов. – Алисе уже надоел этот допрос, поэтому она одним словом дала понять, что вся ситуация ее сильно достала и если беседу долго не поддерживать, то ее не будет. – Что еще?

- А руки кто связал? Тоже сама?

Девушка поняла, что это прокол во всей ее славной лживой истории и его нужно срочно исправлять, но вот только как? Корреспондентка понимала, что всего пару секунд отделяют ее от полного провала: с одной стороны “Свободовцы”, готовые убить незнакомку, совравшую на три короба, а с другой стороны Светлов, который тоже явно держит ее на мушке. И вот тогда пришлось сыграть на идеологии бойцов.

- На первом этаже “Долговцев” встретила. Оружие забрали, руки связали, но я от них убежала и спряталась здесь. Я думала, что это они пришли. Я... Я так рада, что вы оказались здесь!

Алиса попыталась, как можно искреннее, изобразить радость встречи со “спасителями” и принялась искать в лицах “Свободовцев” изменения настроения и, похоже, ей это удалось. Услышав о противоборствующей группировке, бойцы “Свободы” нахмурились и спросили:

- Когда ты их встретила?

Бинго! Поверили! Видимо, чувство ненависти, куда сильнее, чем логика.

- Минут двадцать назад, – снова соврала журналистка.

- Сколько их было? – уточнил третий “Свободовец”.

- Пятеро.

- Понятно, – прервал всех главарь Павло. – В любом случае, ты пойдешь с нами и покажешь, где именно ты их встретила.

Алиса кивнула. Стало радостно, хотя видимых причин для веселья не было. Были лишь подозрения, что можно убежать отсюда, скрыться и забыть все это, как страшный сон. А Дегтярёв? Черт, ведь его нужно вытащить из этой передряги, хотя он тоже сволочь порядочная, но угодил сюда майор ведь по ее вине. Радость пропала.

- Вперед! – приказал Павло. – Обыскать!

Девушку выдернули из завалов и толкнули к стене. Две руки бесцеремонно ощупали журналистку и вывернули карманы комбинезона “Сева”. В сторону полетели нож, фонарик, пара бинтов, спички, в общем-то, основную работу по разгрузке карманов Алисы взял на себя пару часов назад Светлый, поэтому обыск быстро окончился, и грубо толкнув девушку в спину “Свободовец” приказал:

- Давай вперед. Где ты этих козлов видела?

Романова пошла вперед, как и приказали. Куда идти? – Непонятно, поэтому Алиса решила идти вперед по коридору, туда, откуда они пришли вместе со Светлым. Вниз по лестнице, снова в тот мрак первого этажа завода “Юпитер”. Не разбирая пути, девушка сворачивала по заброшенным темным коридорам, молясь про себя, чтобы не наткнуться на реального противника. Спустя десять минут, Романова поняла, что уже второй раз проходит мимо одного и того же плаката, а значит, она заблудилась, да и обещанных врагов, естественно, не было.

- Какого черта? – раздалось позади. Видимо “Свободовцы” не оценили ее исполнения “Ивана Суссанина”. – Ты чего кругами ходишь?

Алиса остановилась у разбитого окна, за которым было видно, как быстро темнеет небо, затягиваемое серыми тучами. “Что отвечать?» – набатом било в голове, хотя ответ никак не находился.

- Я... – протянула девушка, ища оправдание, но ее прервал знакомый голос:

- Что происходит?

Щелкнули затворы автоматов бойцов “Свободы”, а их предводитель громко спросил:

- Кто здесь?

Загорелся свет фонариков, встроенных в комбинезон “Ветер Свободы” и человек, стоящий на лестнице слева от “Свободовцев” стал узнаваем.

- Майор Дегтярёв? – удивленно произнес Павло. – Документ!

Дегтярёв вполне спокойно достал из нагрудного кармана документ в красной обложке и раскрыл его, удостоверяя личность.

- Опустить оружие, – приказал главарь анархистов и подошел к майору, пожимая руку. – Хэй, мен! Какими судьбами? Помню-помню, как ты меня тогда на аномалии выручил, а то бы сгорел я к чертям псевдособачьим!

- Здравствуй, Павло, – улыбнулся в ответ СБУшник, хлопая по плечу знакомого. – Я-то по приказу начальства пропавшего сталкера ищу. Говорят, тут опять чертовщина творится: народ заходит, а потом только трупы находят.

- Да ты че? – хмыкнул сталкер. – А вот мы за артефактами пришли и вот эту девку нашли. Не ее рук дело?

Дегтярёв взглянул из-за спины приятеля на Алису, абсолютно равнодушно, как ей показалось, и добавил:

- Она? Навряд ли, а где вы ее нашли?

- На втором этаже, за завалами шкафов и фигни всякой.

Алиса окончательно запуталась и не понимала, что происходит. Почему Дегтярёв на свободе? Где Светлый? Почему он делает вид, что ее не знает? Двое “Свободовцев” разошлись по крылу здания, оглядывая коридоры в отсутствии обещанных Алисой “Долговцев”, а один держал ее на мушке.

- И больше никого не видели? – уточнил Дегтярёв.

- Неа, мэн, – протянул Павло, пожимая плечами.

Майор улыбнулся и резко вывел из-за спины руку с пистолетом, уткнув ее в лоб приятелю:

- Вот и хорошо.

Выстрел слегка осветил пространство коридора, а Алиса охнула услышав громкий хлопок. Рядом стоящий “Свободовец” выхватил автомат, но не сделал ни единого выстрела, поскольку неизвестно откуда взявшийся Светлов, который одним движением перерезал ему горло. Двое оставшихся сталкеров рванули к противникам, но их встретила автоматная очередь, выдаваемая автоматом их погибшего предводителя, который присвоил себе Дегтярёв. “Свободовцы” упали, будто скошенные, а Светлов быстро дострелял раненных. Алиса молча попятилась назад к лестнице. Что произошло? Объяснений не было, но она знала одно – нужно бежать! Бежать срочно! Девушка рванула вперед к выходу, где кажется, было единственное спасение от двух ублюдков, которые равнодушно убили невинных. Абсолютно хладнокровно расквитались со свидетелями, а что тогда будет с ней?

- Стой, блин! – послышался голос Светлова, в то время, как Алиса уже бежала по земле завода “Юпитер”, пытаясь даже не оглядываться назад. Ноги работали, словно отдельный механизм, пытаясь унести хозяйку как можно дальше от убийц, а сердце наоборот пыталось выскочить из груди. Сапоги вязли в грязи, брюки начали пропускать влагу от ливня, но все это такие мелочи по сравнению...

- Стой!

Корреспондентка почувствовала, как чья-то рука схватила ее за комбинезон сзади и она не рассчитав сил со всего маху упала на землю. Воздух из груди был вышиблен резким ударом спиной о какой-то камень и Алиса, словно рыба, открывая и закрывая рот в безуспешных попытках, пыталась вдохнуть отравленный воздух Припяти, увидела над собой Светлого: наемник улыбнулся, хлопнул ее по щеке и сказал:

- Чего лежишь? Вставай, давай, нам еще идти далеко.

Затем Дмитрий схватил ее за грудки, помогая подняться, в то время как Алиса поняла, что сзади на спине, от того что она упала на камень, будет огромный синяк, а голову не мешало срочно бы помыть, поскольку пару секунд назад ее волосы окунулись в самую, что ни на есть полезную Припятскую грязевую ванну, сотворенную дождем и пылью.

Светлый рассмеялся и толкнул журналистку в спину:

- Красивая, но дурная. Умных в Зону не заносит. Шагай, давай!

Алиса спустя пару мгновений поняла, что дыхание нормализовалось. Она часто дышала, не от усталости, а от страха. Романова, с детства, неплохо разбиралась в людях. Судила по первому впечатлению, оно обычно не подводило. А вот с этим наемником, все было не просто. Он играл ей, как куклой: то отпускал, то вновь обратно притягивал за невидимую веревочку. Именно неизвестность пугала ее больше всего. От него она чувствовала опасность, и это заставляло подчиняться.

- Зачем?

- Что зачем? – не понял наемник.

- Зачем вы их убили? – объяснила Алиса.

- А ты про “Свободовцев”? Ну, они наркоманы, плохие ребята, всем бы растрепали о нашей встрече. Довольна, крошка? Ответ понятен? – ухмыльнулся парень, перезаряжая автомат.

Алиса лишь вздохнула и подняла взгляд: у дверей административного корпуса стоял Дегтярёв. Предатель! С автоматом. Вот же гад!

- Ну что ж, Санёк, – обратился наемник к майору СБУ. – Теперь “Припять-1”?

- Если не сдержишь слово, – ответил Александр. – То я сделаю так, что ты выхода из путепровода не найдешь.

Алиса удивленно взглянула на СБУшника: о чем можно было договариваться с этим наемником?

- Без проблем, майор, – хмыкнул Светлов. – По рукам, – он протянул руку, и враги скрепили обещание рукопожатием.

- Мое оружие верни, – сказал Александр. – Я снорков руками душить не буду. И девчонке руки развяжи.

Дмитрий молча передал автоматы владельцам и сделав саркастичный реверанс пригласил своих спутников пройти в здание администрации. Алиса молча следовала за убийцами и пыталась не смотреть на стены, забрызганные кровью, а также на пол, где покоились тела убитых бойцов группировки “Свобода”.

“ Что будет дальше?” – думала журналистка. – “Куда они идут? Что такое “Припять-1”?”

Вопросов накопилось больше, чем ответов.

Внезапно, прервав размышления Алисы, по коридорам здания пронесся утробный гул, выходящий, казалось, из-под земли. Толчок – и сталкеры упали на бетонный пол завода “Юпитер”.

- Выброс, – уверенно сказал Дегтярёв. – Нужно попасть в Гараж, а там, в шлюзы “Припять-1”!

- Быстрее, – скомандовал Светлый и ухватил за шиворот Алису, которая едва устояла на земле от очередного удара. – Показывай путь!

- Руки убрал! – крикнула девушка, теряя самообладание. – Я никуда не пойду!

Наемник улыбнулся и спокойно заметил:

- Если ты не хочешь умереть самой страшной смертью, то ты непременно пойдешь с нами.

Романова вспомнила о выбросе, который застал их с Ванькой, когда они были на “Скадовске”, но, несмотря на эти воспоминания, Алиса еще раз повторила:

- С вами я никуда не пойду...

Светлый вздохнул и произнес:

- Вот же бабы-дуры! Шагай вперед, если хочешь жить. Мне лично пофиг, что будет с тобой потом, но сейчас я сдохнуть тебе не дам, – наемник рванул Алису за руку, таща за собой.

Словно демонстрацией к выбросу, послужило разбитое окно завода “Юпитер”, за которым было видно, как небо налилось красными разводами, а лужи начали испаряться, струйками пара поднимаясь к алеющим облакам. Желание остаться одной с бушующей стихией поубавилось, поэтому девушка поспешила не отставать от наемника и майора Госбезопасности. Пробежав десяток метров по административному комплексу, раздался еще один удар. Устоять на ногах было невозможно. Сталкеры вновь рухнули на пол и снова сорвались в бег. Алиса увидела из окна завода, как тучи стали багряно-красными и, как небо разразилось невиданной грозой. Это было хуже, чем в прошлый раз, когда они с Ванькой пробирались на “Скадовск”. Напряжение нарастало.

- Черт! Через улицу придется бежать, тут проход обрушился! – крикнул Дегтярёв, укорачивающийся от обрушений кровли.

Переходы между зданиями завода начали обрушиваться, не выдерживая колебаний, и сквозь трещины стало видно землю. Сердце Алисы, казалось, выпрыгнет из груди. За другую руку ее схватил Дегтярёв, заметивший, что континенты движутся быстрее, чем Алиса. Шкафы падали, преграждая путь, бумаги разлетались в разные стороны, а еще жгучий пух, раскачивался со стороны в сторону, грозясь обжечь любого, кто попадет под его действие. Романовой, совсем некстати, вспомнились уроки физкультуры в институте, на которых она откашивала от бега, как могла. О чем только не думаешь, когда смерть бежит за тобой по пятам. Жутко мешали растрепанные волосы, которые попадали в рот и глаза. При этом было тяжело бежать: тянул назад рюкзак с камерой и запасными аккумуляторами, сбивал дыхание, постоянно бьющий по спине автомат СА “Лавина”, но больше всего раздражал, не по размеру подобранный комбинезон “Сева”, который колыхался на теле Алисы, словно картонный ящик. Видимо, только на картинках в книгах и в фильмах, девушки легко спасают мир в мини-юбках и на каблуках. Трое сталкеров пронеслись по улице мимо брошенной техники, от которой сильно фонило радиацией. Ливень бил по обезображенному лику Зоны с неимоверной силой, почва в Зоне Отчуждения была невероятно горячей, и жар от нее поднимался вверх, нагревая воздух. Путники заскочили в гаражи и заперли огромные железные двери. Девушка почувствовала, что во рту, все также оставался привкус металла и начало клонить в сон – первые признаки действия радиации.

- Радиация все-равно проходит, – заметил Светлый, видимо тоже почувствовав, эти симптомы.

- Обычно, не проходила, – спокойно ответил Дегтярев, и провел рукой по голове, обдумывая дальнейшие действия. – Так...

Толчок – гаражи заскрипели, и краска на стенах начала плавиться. Дегтярев снял рюкзак и достал из него три красные капсулы.

- Нет, чувак, – замотал головой Светлый. – Без этой дряни надо.

- Без анабиотика, – сорвался Дегтярев. – Мы и пары минут не выдержим! Пейте!

Алиса была лишь немым свидетелем всего происходящего. Ну а что тут скажешь? Творится все слишком страшное и слишком непонятное.

- Черт! Принимаем на счет “три”, – сказал Светлый, и дал одну капсулу анабиотика Алисе. – Поняла? Один, два, три!

И три человека разом глотнули капсулы с тетрадотоксином. Даже опытные сталкеры, остерегались применения этого препарата, на основе печально известного “порошка зомби”. Конечно, одна капсула заставляла почти отключить нервную систему человека и, на время выброса, он был в безопасности, но использовать его необходимо только в крайней ситуации. Боль, жгучая боль в горле, словно расплавленное железо залили в рот. Алиса видела, как мужчины тоже схватились за горло и упали на землю бездыханные. А почему она не упала? Что-то пошло не так? Страх разрывал внутренности, сердце застучало невыносимо быстро. Еще толчок. Алиса упала на четвереньки. А она все чувствует! Что делать? Выброс вот-вот должен начаться! Почему? Даже спросить не у кого! Внезапно, Алиса увидела, как ее спутники молча поднялись на ноги и застыли в этом положении. На их лицах не отражались чувства, а глаза смотрели вперед, без единой мысли. Они стали, словно... Словно зомби! Удар и напряжение в воздухе достигло своего пика, земля задрожала под ногами, а сотрудники спецслужб подняли головы вверх и закричали, словно они чувствовали невыносимую боль. Горло Алисы еще раз обожгло неизвестным жаром, и дышать стало невозможно! Она схватилась за горло и, от недостатка воздуха, упала на землю. Секунды паники и сознание ее покинуло. Последнее, что она видела это красное небо и двое мужчин, кричащих на этот безмолвный и безответный небосвод. Последняя мысль:

“Черт возьми! Куда я попала?”

Сознание затерялось в разуме, а ему на смену пришла темнота. Тихий весенний день. Суббота. Тепло, как летом. Люди одеты совсем легко: женщины в модные ситцевые платья, мужчины в светлые рубашки и клешеные брюки со стрелками. Дети радостно бегут на детскую площадку, а в руках у них мороженое. Вкусное. Советское. Гудок 24-ой Волги, украшенной белыми лентами и игрушками, возвещает, что у кого-то сегодня свадьба. Люди радостно машут молодоженам и, с нетерпением, ждут 1 мая. Никто не обращает внимания на напряженные лица милиционеров и, летающие с ночи вертолеты.

Да мало ли что!

Молодую листву на деревьях, нежно качает весенний ветер. Мимо проезжает поливочная машина, после которой, приятно веет свежестью.

Жизнь идет своим чередом, единственное, что, все-таки заставляет задуматься, так это милиционеры, идущие навстречу в защитных комбинезонах и респираторах.

Ходят слухи, что на Станции произошел пожар, другой информации нет. Власти успокаивают, говорят, что все в порядке. Лишь на другой день, по радио и громкоговорителям в городе прозвучало сообщение :

“Внимание, внимание! В связи с аварией на Чернобыльской атомной электростанции в городе Припяти, складывается неблагоприятная радиационная обстановка. С целью обеспечения полной безопасности людей, и, в первую очередь, детей, возникает необходимость провести временную эвакуацию жителей города в населенные пункты Киевской области. Для этого к каждому жилому дому сегодня, двадцать седьмого апреля, начиная с четырнадцати ноль ноль часов, будут поданы автобусы в сопровождении работников милиции и представителей горисполкома. Рекомендуется с собой взять документы, крайне необходимые вещи, а также, на первый случай, продукты питания. Товарищи, временно оставляя свое жилье, не забудьте, пожалуйста, закрыть окна, выключить электрические и газовые приборы, перекрыть водопроводные краны. Просим соблюдать спокойствие, организованность и порядок при проведении временной эвакуации.”

Тогда многие рванули на своих машинах через лес и получили страшную дозу радиации. Потом этот лес станет печально известным “Рыжим”. А город погибал три дня.

Ликвидаторы и пожарные, в прямом смысле, сжигали себя, убирая жар радиации под Саркофаг.

Все сжигает радиация, не щадя никого.

Время вперед.

Зов, тихий, но отчетливый зов:

... Приди. Вперед иди. Ко мне иди...

Свет, голубоватый свет. Тепло. Хорошо.

На заднем плане слышен крик:

- Смотри! Держи ее. Прыгнет же.

... Приди. Вперед. Ко мне...

- За ноги держи, он вырывается!

... Приди. Иди ко мне. Не останавливайся...

- Затягивай ее, скорее! Затягивай!

Внезапно свет начинает угасать, и зов становится тише. Холод и тишина окутали Алису. В голове осталась лишь звенящая боль и ничего более. Хриплый стон, прорвавшийся из груди девушки, говорил о том, что состояние ее, оставляло желать лучшего.

« Все уже без разницы» – подумала Алиса, чувствуя невероятную слабость. – « Абсолютно все…»

Удар по щекам. Сознание начинало возвращаться.

- Алиса, – послышался голос Дегтярева, и на лбу почувствовалась холодная ладонь. – Алиса, очнись!

Девушка приоткрыла глаза: рядом с ней сидели ее спутники. Светлый вводил ей внутривенно противорадиационный препарат. Романова удивилась подобной заботе, но было очень плохо, будто бы ее сбил грузовик: все кости болели, а голова будто наполнена раскаленным свинцом.

- Что? – спросил наемник, улыбаясь своей фирменной улыбкой. – Прыгать больше не пойдешь?

- Куда прыгать? – удивилась Алиса и заметила, не меньшее удивление на лицах мужчин.

- Ты что, не помнишь ничего? – спросил Дегтярёв.

- Нет, ну помню, капсулы выпили, – настороженно ответила Романова. Она все еще не хотела говорить с убийцами, но судя по всему, им было не выгодно, чтобы она погибла, поэтому разговор все-таки поддерживать надо. – А что?

- Ну, ты даешь, мать! – рассмеялся Светлый, откидывая в сторону использованный шприц.

- Мы ее еле с крыши сняли, а она не помнит! Дегтярёв, я уже говорил, что ее легче пристрелить, чем за собой тащить?

- С крыши? – еще больше удивилась Алиса, не слушая разговора наемника.

- Молчи, наемник, – приказал Дегтярёв Дмитрию, нахмурив лоб. – С тобой мы поговорим позже, а пока нам нужно идти. Журналистка, – обратился СБУшник к Алисе. – Если еще раз выкинешь какие-нибудь сюрпризы, то нам, действительно, придется тебя пристрелить.

- Как «Свободовцев»? – уточнила Романова. – Так, а почему же еще не пристрелили? У вас это неплохо выходит, майор Дегтярёв.

Алиса даже не знала, что так разозлило ее, но ненависть к СБУшнику зашкаливала, хотя, убийство четырех невинных солдат, один из которых был его другом, подойдет за причину ненависти? Светлов – гад, но, по крайней мере, не прикидывается «хорошим парнем».

- Рот закрой, девчонка! – рявкнул агент Госбезопасности. – Знай свое место!

- Мое место – не в Зоне Отчуждения, а за Кордоном, куда вы меня обещали доставить, – ответила девушка.

- У меня сейчас есть время заниматься твоими проблемами? – сквозь зубы спросил Александр. – Пару минут назад ты с крыши прыгала, а теперь дико хочешь за Кордон?

- Кто бы мне объяснил, из-за чего я не помню, как с крыши прыгала, – ярость застилала глаза. – Может из-за ваших супер-таблеточек?

- Анабиотик помог тебе выжить, а если у тебя с головой проблемы, то не нужно винить в этом других, – Дегтярёв пошел вперед, перезаряжая автомат.

Алиса вспыхнула и вдогонку добавила:

- Я хотя бы не помогаю врагу убивать других невиновных сталкеров!

Светлый молча наблюдающий за их разговором, улыбнулся и добавил:

- Вы славно ладите между собой! Я в восторге!

Дегтярёв остановился и подошел к журналистке:

- Мои приказы – не обсуждаются, особенно с какой-то журналисткой. Вперед иди и советую: помалкивай, если хочешь жить.

- Спасибо за совет, – прошипела Алиса.

- Шевелимся, друзья, пока вы побеседуете, другой выброс начнется, – поднялся Светлый и закинул свой верный автомат ИЛ86 на спину.

Дегтярёв гневно взглянул на наемника, затем на журналистку и, забросив за плечо автомат, зашагал вперед. Пришлось идти дальше, причем совершенно непонятно, что будет дальше. Романова снова задумалась о Светлом, какого черта он ведет себя, как давний приятель. Актер-то, он хороший, по-видимому, но зачем ему весь этот спектакль? И что ей делать? Вынести ему мозги и все? Ну, по крайней мере, он ей жизнь спас, тогда в лесу и Ваньке тоже. Значит, будем выжидать. Как говорится: шило в мешке не утаишь. А еще она жалела, что наговорила майору СБУ, ведь она просто сорвала злость на человеке, который единственный в Зоне помогает ей выжить здесь. Путники перезарядили оружие, и подошли к путепроводу “Припять-1”. Обыкновенное железное полотно на полу гаражей, укрепленное сеткой. Алиса топнула ногой, и послышался глухой гул. Значит пустота. Так это и есть проход.

- Итак, – начал инструктаж Дегтярев. – Я быстро открываю двери и спускаюсь к вам. Там, неисчислимое количество снорков и тушканов. Еще зомби. Не расходимся и прикрываем спины, если хотите выжить. Я проходил здесь с четырьмя опытными воинами, и было очень тяжело, а если выживем сегодня – считайте это чудом. Готовы? – спросил майор и поднялся в кабину управления путепроводом.

Замигали аварийные фонари и тяжелый, железный пол пришел в движение. Алиса заглянула туда: темно и ничего не видно.

- Ты удивительно четко умеешь налаживать отношения с людьми, – прошептал на ухо Алисе Светлый. – Я в восторге. С таким умением и твоим везением, думаю, ты не протянешь и пяти дней в Зоне.

- Я подумаю, о том, что могу пропустить пару снорков, двигающихся в твоем направлении, – улыбнулась Романова и перезарядила автомат. – Поспорим, что я и тебя переживу.

- А что будет наградой? – в глазах Светлова заиграли азартные огоньки.

- Все что захочешь, – заметила Алиса, думая, что если она проиграет, то платить Светлому уже ей не придется.

- Хорошо, крошка, – рассмеялся Светлов. – Посмотрим!

- А что получу я, если выиграю? – уточнила корреспондентка и, думая о награде, взгляд остановился на стальном клинке ножа с черной ручкой, где на кровостоке было что-то написано. – Может твой нож? И букет алых роз. – Романова откровенно издевалась, зная навыки выживания наемника в Зоне Отчуждения. Приза ей не видать, конечно, но посмотреть на реакцию мужчины – бесценно.

- Маловероятно, но я клянусь, что если ты выживешь, то он будет твой, – наемник достал из-за пояса нож, который назывался “Казачий” или “Пластунский” – удлиненный клинок, сантиметров семнадцать с травлением клинка для лучшего нанесения гравировки, которая гласила: “Malo mori ,quam foedari”. Светлый предугадал вопрос и сразу ответил:

- “Предпочитаю смерть Бесчестью” – мой наградной нож, я тебе подарю его, если ты покинешь Зону Отчуждения и букет роз? Хорошо, я согласен.

- Заметано! – бросила Алиса.

- Что в тебе такого, отчего Дегтярёв тебя еще не пристрелил? – наемник склонил голову набок, оценивая журналистку. – Поверь, он убивал более достойных сталкеров.

Алиса примерно догадывалась о том, почему она еще жива, но не могла понять, как инъекция антидота влияет на нее и почему майор СБУ тащит ее за собой? Чем это может быть ему полезно?

- У меня есть чудесная способность, – улыбнулась Романова Светлому, который был заинтригован ее ответом. – Я могу послать одного мерзкого наемного убийцу, который грузит меня своими тупыми вопросами.

Дмитрий саркастично усмехнулся и добавил:

- Не будь между нами с СБУшником договора, я бы давно перерезал тебе глотку.

- И проиграл пари? – удивленно спросила девушка.

- Ни в коем случае, крошка, – Светлый хмыкнул и смерил ее гневным взглядом.

Через несколько секунд к ним присоединился майор. Сталкеры щелкнули шлемами, потому что весь путепровод был заполнен углекислым газом с примесями, который убьет любого человека, вошедшего в тоннель, и втроем шагнули в темную “Припять-1”.

Тишина и мрак давно окутали эти места. Советский Союз, явно не жалел денег на строительство этого шлюза. Хотя, Алиса уже видела подобные строения, ну только, конечно, тот не был полон мутированных тварей и обезумевшими зомби.

- Стрелять без предупреждения, – прошептал голос Дегтярева в динамике. – Идем, еще минут десять пути. Все двери остались, открыты после нашего прохода.

- Ты тут что, – раздался голос Светлого. – Всех мутантов в прошлый раз поубивал? Нам не оставил?

Стали слышны крики и рычание.

- Ну вот, – вздохнула Алиса. – Сглазили! Наемник, молчи лучше.

- Давай, журналистка, – ответил Светлый. – Вот и посмотрим, кто выживет.

Около пяти снорков выпрыгнули из-за, навечно оставленных здесь “Уралов”, и начали атаковать незваных гостей.

Снорки не медлили, они перелетали в прыжке огромные расстояния, рассекая лапами воздух. Дегтярев достаточно быстро убил одного из мутантов, Светлов также расстрелял в грудь одну из тварей. Алиса вскинула “Лавину” и прицелилась на мутанта, сидящего на крыше “Урала”, внезапно Романова, поняла, что убить его она, навряд ли, сможет. Нет, не потому, что он слишком силен или ловок, а потому что, она не может нажать на курок и совершить убийство. Оно же разумно. Боже, нет! Не может! Руки задрожали в бессилии и отчаянии. Мутант, словно, уловив сомнения девушки, зарычал и бросился на нее. Романова не успела сообразить отбежать, а палец рефлекторно нажал на курок. Выстрел – и тварь, окатив журналистку своей кровью, упала рядом. Видимо, пуля попала в артерию. Алиса подняла свою руку и оглядела перчатки: кровь стекала с ее рук. Хоть и кровь мутанта, но все же...

«Руки в крови, значит я такая же убийца, как и все...» – подумала Алиса, у которой скатилась по щеке обжигающая слеза.

- Я... убила...- прошептала Алиса.

Светлый с Дегятревым добили оставшихся двух снорков и перезаряжали оружие.

- Что стряслось? – спросил Александр, через встроенный в “Севу” радиоприемник.

- Я убила... – повторила Алиса и по ее щекам покатились слезы.

- Молодец, девчонка, недооценил тебя, – хлопнул ее по плечу Светлый, который вышел из-за подбитого “Урала”. – Быстро учишься! – он заглянул ей в лицо и, увидев слезы, удивился. – Что такое? Укусил что ли?

Дегтярев тоже подошел и осмотрел корреспондентку.

- Что такое? – удивился майор.

- Я убила, – сорвалась Алиса. – Убила живое существо!

Девушка облокотилась на бампер «Урала» и заплакала, как вдруг почувствовала руку на плече.

- Прекрати. Отставить слезы! Это уже не люди. Либо ты их, либо они тебя. Не жалей никого. Здесь важна только твоя жизнь и жизнь твоих друзей. Успокойся. Ты молодец. Пошли… – сказал Дегтярёв и зашагал вперед.

Алиса всхлипнула, удивившись, что майор имеет хоть какие-то чувства, которые есть у человека, и спустя пару мгновений, кивнула головой, но все же обтерла испачканные перчатки костюма о кузов “Урала”.

Еще несколько минут, сталкеры шли в полной тишине.

Алиса несколько лет яростно сетовала на свою серую жизнь. Ей хотелось приключений, интересных и захватывающих, но ничего не происходило. Совсем ничего. Учеба, работа, дом – и в обратном порядке. Все круг замыкался. И вот теперь, когда срок годности ее заветной мечты истек, судьба неожиданно подкинула это путешествие. Зона Отчуждения – что может быть лучше, для отчаявшегося и разочарованного в жизни человека? Но времени для размышлений не было. Бессвязная речь, неадекватное поведение. Зомби здорово смахивали на пару знакомых Алисы, после празднования Нового года. Правда, знакомые не ходили в обнимку с автоматами, но это мелочи. Светлый и Дегтярев прицелились, переглянулись между собой и открыли огонь по жертвам “Выжигателя мозгов” – огромной антенны, превращающей в кисель мозги любого, кто приблизится к центру Зоны. Алису заставлять пользоваться автоматом ее спутники не стали. Зомби упали на землю и через несколько секунд агонии, затихли.

- Вперед, – раздался голос Дегтярева в динамике. – Нам еще полпути осталось.

Сталкеры снова двинулись вперед. Открытые пространства сменялись узкими коридорами и вновь расширялись в огромные туннели.

Алиса, проходя мимо трупов зомби, не удержалась и взглянула в лицо “живым трупам”. Они были обычными людьми. Такими, как все.

- Почему они стали такие? – спросила Алиса у идущего рядом Светлого.

- Раньше была такая штуковина “Выжигатель мозгов”, – ответил мужчина. – Вот, те, кто попал под его излучение и стали зомби.

- Кошмар, – ужаснулась Романова. – А сейчас он не работает?

- Нет,- вмешался Дегтярев. – Его отключил один сталкер, его зовут Стрелок, – внезапно, майор остановился и добавил. – Тише! Ни шагу!

Голубоватый туман перемешивался с вспышками жарок и круговоротом, который оказался воронкой.

- Жесть! – сказал Светлый, оценив окружающий пейзаж. – Такой термоядерной смеси давненько не видел: Электры, Жарки, Воронки.

- Тут не только это, – тихо ответил Дегтярев, и достал детектор “Сварог”. – Где-то есть пространственный пузырь!

Действительно, если прислушаться, можно было услышать голоса:

- Ответьте: база “три – один”, вызываю: база “три – один”!

- Прием! Нас кто-нибудь слышит?

- Там что, люди? – спросила Алиса, не представляя, что это за пузырь.

Внезапно, под светом фонариков, встроенных в костюм, показался серебристый шар, который словно прорвался, когда Дегтярев навел на него “Сварог”. Оттуда выпали три трупа военных, угодивших в пузырь. Но выпали они неудачно: тела попали прямо в огромную электру, которая быстро разрядилась.

- Ложись! – закричал майор СБУ и Алиса со Светлым приникли к земле “Припять-1”.

Яркая вспышка и раскат грома. Электра была одной из самых мерзких аномалий, существующих в Зоне. Она реагировала на любое движение в пространстве, и, разряжаясь, быстро копила новый, более сильный заряд. Сильный ветер говорил о том, что воронка тоже сработала. Зато из-за повышенного напряжения в воздухе заработали два уличных фонаря, которые освещали путепровод.

«Интересно, а камеру можно зарядить от электры?» – мелькнула идиотская мысль в голове у Алисы, но озвучивать ее она не стала. Зато про себя отметила, что после спуска в «Припять-1», мужчины стали более отзывчивыми и общительными.

- Так, – спросил Светлый. – Что поворачивать назад?

- Нет, сейчас найдем выход, – оптимистично заявил Дегтярев и проверил территорию детектором. – Значит, две жарки около стены, две воронки, вот там, и четыре электры по периметру, все загородили. Здоровые, заразы!

- Здорово. Зовите Рембо! А лучше, Человека- Паука! На паутине полетим, – усмехнулась Алиса, понимая, что здесь они точно не пройдут.

- А это идея, – сказал майор. – Пойдем по верху! Хоть какая-то польза от тебя нашлась, Романова.

Журналистка попыталась изобразить улыбку, но все же больше ей хотелось перекусить шею военному.

- Что ты задумал, украинец? – воскликнул Светлый. – Это как?

- Смотрите, по стене идет кабель для освещения путепровода, по нему и полезем, – майор указал именно на только что загоревшиеся фонари.

- Не-е-е-е, – протянула Алиса, смеясь, думая, что это шутка, но увидев, как Дегтярёв взбирается на «Урал», воскликнула. – Это суицид! Там же еще ток!

- По-моему, будет весело, – кивнул Светлый и поднялся на ноги. – Крошка, не дрейфь! А ток от электры набирается, надеюсь, он не убьет... Наверное... – наемник улыбнулся.

- Да уж, – Алиса поежилась от одной мысли об этом переправлении. – Перед смертью повеселимся! А судя по всему, на электре, от тока еще и попляшем!

Она еще раз посмотрела на сталкеров: нет! Ну, точно с ума сошли! Проводка была довольно не хитрая: толстый кабель, изолированный, перехваченный пятью строительными скрепками: две в начале и в конце, еще две ближе к середине, и одна по центру.

Дегтярев уже забрался на “Урал” и подергал проводку.

- Вроде держится, – крикнул он.

- Главное слово – “вроде”, – сказала Алиса, залезая на крышу грузовика.

- Так, я пойду первый, – ответил Дегтярев. – Следующая идешь ты, Алиса. Светлый ты замыкаешь. Следующий идет, только при полном прохождении предыдущего. Надеюсь, все поняли?

Полковник СБУ вздохнул и прыгнул на проводку. Та заскрипела, но удерживалась заклепками в стене. Алиса затаила дыхание. Это было истинным безумством. Электра внизу, накапливала новый заряд и в двух метрах ниже шипели Жарки. А если руки не выдержат? А вдруг заклепки оторвутся? А если электра разрядится?

Но Дегтярев, ловко перебирая руками и, упираясь ногами в бетонную стену, проходил сантиметр за сантиметром опасного пути. Через две минуты, он ловко спрыгнул на землю.

- Порядок, – крикнул он. – Давай, журналистка! Главное не бойся. Иди спокойно, не дергайся. Держись крепко. И прыгай аккуратнее, тут высоко.

- Отлично! – с сарказмом ответила Алиса. – Не поджарюсь, так ноги поломаю или шею…

От земли до проводки, действительно, было четыре метра, поэтому, если не упасть в электру, была высока вероятность, переломать ноги. Алиса вздохнула и ухватилась за провода, вниз она не смотрела вообще. Руки резало, и они начали болеть, ноги соскальзывали, а расстояние казалось, не сокращалось. Провода было метра три, но казалось, что лезть нужно километра два. Казалось, заклепки вот-вот выдернутся из кирпичной стенки и, что тогда будет, лучше не думать.

- А-лис-ка, да-вай! – Крикнул Светлый, имитируя голосом группу поддержки американских футболистов. – Уже полпути прошла или проиграешь пари.

Руки устали и начали неметь. А нога оскользнулась и Алиса, вскрикнув, повисла на проводе.

- Подтягивайся, журналистка, подтягивайся! – приказал Дегтярёв в рации встроенной в комбинезон «Сева».

Легко сказать! Руки вот-вот соскользнут с проводов. Боже, что делать? Алиса перехватила хват и попыталась подтянуться – не вышло. Она уперлась ногами в стену и понемногу начала подниматься по стене. Неприятный треск. Центральная заклепка все-таки не выдержала напряжения и вылетела из бетона. Алиса вскрикнула и вновь повисла над электрой, уже значительно ниже.

- Алиса, – прошептал в динамике голос Светлого. – Не двигайся!

- Почему? – шепотом ответила девушка.

- Потому что, скрепка упадет прямо в аномалию... – ответил Светлов.

Алиса подняла голову: на кабеле, зацепившись, висела эта проклятая строительная скрепка. Здоровая, железная, около десяти сантиметров, скоба. Везет, ничего не скажешь!

- И что теперь? – спросила у мужчин Алиса. – Я не спортсменка. Полтора часа висеть тут не буду...

Руки жгли, и казалось, что еще секунду и Алиса упадет прямо в объятия Электры. Девушка затаила дыхание, что делать – она не знала, поэтому она закрыла глаза. Кожа на ладонях почти, что лопалась от напряжения.

- Возьми себя в руки, дочь самурая, возьми себя в руки... – Алиса начала петь песню группы “Сплин”, она всегда так делала от отчаяния и страха.

- Ты чего поешь что ли? – хмыкнул Светлый в рации.

- Есть предложения получше? – прошипела корреспондентка.

Алиса посмотрела влево: метрах в трех метался Дегтярев, но он был беспомощен. Допрыгнуть до кабеля в четырех метрах от пола, было невозможным.

- Вообще-то есть, крошка…

Алиса моргнула и взглянула вправо: Светлый вздохнул, потоптался на крыше ржавого “Урала”, потом закинул на плечо автомат и, с изящностью атлета, прыгнул сразу на середину кабеля. Провода затрещали, едва выдерживая вес двух человек.

- Светлый, не надо! – крикнула Алиса, увидев, что делает наемник.

- Молчи, детка, – прошипел Светлов, подтягиваясь на руках. – Помирать так с музыкой!

- Помирать что-то совсем не хочется, – прохрипела Алиса, которая висела на кабеле на кончиках пальцев.

Наемник быстро приблизился к девушке, скатился по оборванному проводу и снял скрепку.

- Вот и все, – улыбнулся он, демонстрируя трофей. – А ты боялась!

Висеть было тяжело, так же, как и дышать в шлеме “Заслон”. Стекло почти запотело. Но Алиса ясно разглядела, улыбающееся лицо Светлого, и то, как он покрутил перед ней этой проклятой заклепкой.

- Димка, смотри! – раздался голос Дегтярева в динамике.

Алиса взглянула за спину Светлову: вторая скрепка тоже начала отрываться.

- Твою ж мать! – крикнул Светлый, и помог перехватить руки Алисе. – Скорее! А то сейчас тут будут куры-гриль по-Чернобыльски!

Алиса из последних сил перебирала руками и ногами по стене и кабелю. Еще сантиметров двадцать и все!

С криками, и дрожью в руках, сталкеры приблизились к концу кабеля, как услышали треск и почувствовали ощущение падения: вторая скрепка тоже не выдержала и полетела прямиком в электру. Алиса со Светлым чудом не слетели в жарку, которая шипела в нескольких сантиметрах от ботинок сталкеров.

- Прыгай вперед, – заорал Светлый и толкнул Алису в спину.

Романова отпустила кабель из рук и закрыла глаза.

Гром. Значит, скрепка упала в электру и та разрядилась все-таки. Яркая вспышка. Удар о Землю не произошел, ее поймал Дегтярёв и сразу же прижал к земле. Светлый приземлился секундой позже в полуметре от них. Все трое сразу упали и приникли к полу путепровода. Стало слышно, как задрожала земля от разряда аномалии.

Алиса подняла голову: все живы! Ничего себе! Все живы! Сталкеры были рядом на земле, прикрывая головы руками.

- Офигеть можно, – прохрипел Светлый. – Блин, я чуть Богу душу не отдал!

- Все целы? – спросил Дегтярев, помогая подняться безумным скалолазам.

- Да, – хором ответили двое и взглянули на электру: та хищно сверкала молниями и копила новый убийственный заряд. От тел военных, остались лишь скелеты. Значит, вот что будет, если перенести два разряда аномалии на своей шкуре.

- Тогда вперед, – прохрипел Дегтярев, подхватив автомат. – Повезло.

Удивительно, но дальше в путепроводе никого не было, видимо никто не пересек страшные аномалии. Ну и теперь никто не пересечет.

Сталкеры шли в тишине, единственное, что было слышно, это тяжелое дыхание трех человек, едва выживших в этих подземельях.

« А что если дальше будет еще хуже? А что вообще будет дальше?» – задумалась Романова.

Сотрудников Спецслужб, видимо, тоже интересовали эти вопросы, но нарушать тишину никто не решался.

Тишину нарушил некто, кто возвышался над десятью людьми, сидящими перед костром. Алиса услышала громкий бас говорящего:

- Братья! Воздадим же хвалу, совершенному Монолиту! Признайте, братья, признайте! Признайте силу священного Монолита и воздайте ему души неверных! Да прибудем же мы в вечном сиянии его!

Один из проповедников группировки “Монолит” яростно прочищал мозги новичкам. “Монолит” — группировка, аналогичная, по сути, религиозной секте. Одна из сильнейших группировок Зоны, защищает подходы к центру Зоны, отлично оснащена и организованна, бойцы группировки очень фанатичны, не отступают даже перед превосходящим противником. Атакуют без предупреждения любого, кто зайдет на контролируемую ими территорию. В общем, не очень общительные ребята. По форме можно было узнать, что новоприбывшие слуги кристалла, были из “Долга” и несколько человек военных. Возможно, те, кому повезло не увязнуть в Адском Пространственном пузыре.

Алиса почувствовала, как Светлый потянул ее за руку, оттаскивая ее из поля зрения фанатиков, а Дегтярёв приложил указательный палец к губам и жестом показал, что нужно слушать.

Алиса тихонько раскрыла свой рюкзак и достала фотоаппарат. Достала аккумулятор – пустой, выброс сжег. Черт! Она покопалась в карманах и достала запасные. Аккумуляторы были в целости и сохранности.

“Значит, выброс сжигает только те батареи, которые непосредственно находятся в рабочем состоянии” – поняла Алиса и, щелкнув объективом, перевела камеру в режим видеосъемки.

- Братья! Неверные обосновались на священной земле Припяти. Мы выбили их с оскверненных ими мест в Затоне, но они держат оборону в землях более ближних. Никто! Вы слышите, никто не сможет противостоять Великому Монолиту! Вы выбрали истинный путь, братья! Путь к Светлому Монолиту! Грядет великая война с неверными, и Монолит говорит нам, что мы победим! Идите, братья, идите и воздайте жертвы Совершенному! Готовьтесь, братья, к войне! Найдите и воздайте тела тех, кто имеет на челах своих отметки! Ведите их и воздайте кровь неверных священному Монолиту! Слава Монолиту!

“Монолитовцы” встали и, выстроившись в шеренги, строем пошли к выходу в Припять. Костер, в центре которого возвышалась антенна, сделанная из мусора, догорал и освещал лица спутников Алисы: Дегтярёв был сосредоточен, а Светлый удивлен. Просидев минуту, Дегтярёв подал знак, чтобы они двигались к выходу. Подниматься по туннелю наверх, казалось очень легко. Майор СБУ вылез первым, огляделся и помог подняться Алисе, за ней последовал Светлый. Романова упала навзничь и открыла “Заслон”. Светлый тоже снял шлем и огляделся, потом проверил оружие.

Яркий, красный закат резал глаза, а свежий воздух наоборот, приносил немалое облегчение.

Майор первым делом проверил работу раций: они не работали. Выброс снова сжег аппаратуру, как и сжег телефоны журналистов пару дней назад.

- Теперь идем к ЧАЭС, приятель? – спросил Светлый, проверяя, на месте ли ножи на поясе. – Ты не забыл наш договор, дорогуша?

- Ты слишком болтлив для наемника, – заметил Дегтярёв, оглядывая давнего знакомого. – И как только они тебя приняли?

- Это все из-за моего обаяния, чувак, – усмехнулся Светлов. – Разговоры-разговорами, но мы идем дальше.

- Нет, сначала придется идти к Прачечной, но так как мы к ночи не успеем дойти, то нужно переночевать где-то ...- сказал Александр, откидывая ненужные рации на землю.

- И что теперь будет? – спросила Алиса, вглядываясь майору в лицо, пытаясь уловить какой-то знак, который поможет им избавиться от постоянного конвоя Дмитрия. Может у “Легенды Зоны” есть план? Вполне возможно...

Девушка заметила, что после прохождения «Припять-1», отношения стали гораздо лучше: Светлов не хочет их убить, по крайней мере, так рьяно, как раньше и, даже, кхм, спас ей жизнь. Дегтярёв перестал язвить Алисе и начал ей помогать, да и нашел общий язык с наемником, да и она, начала прислушиваться к их советам.

- Похоже, что веселье только начинается, крошка – заметил Светлый, подмигнув девушке. – “Монолитовцы” будут, после такой чистки мозгов, убивать всех подряд. У тебя же нет никакой отметки на теле, которая поможет выжить?

- А что за отметки? – нахмурилась Романова, обращаясь к агенту Госбезопасности.

- Если бы я знал, – хмыкнул майор и ответил Светлому. – Теперь ЧАЭС будет ждать нас с немалым сюрпризом. Ты все еще хочешь пойти туда?

- Обязательно, приятель, – хлопнул наемник по плечу сталкера. – Наденем бумажные мешки на головы, чтобы никто не увидел наших рож, так ненавистных сталкерам и причем, всюду разыскиваемых, благодаря твоему отряду. В руках по автомату, а из кобуры гордо торчит по пистолету Макарова. А поутру – в путь, совершенно секретно, как ты это умеешь делать, расспрашивать каждую псевдособаку о том, что задумал “Монолит”. Как тебе начало для рассказа? По-моему, весьма и весьма мило.

Дегтярёв вздохнул и спросил:

- Ты закончил свою тираду?

- Сейчас, да. Расскажу позже, как только высплюсь и поем.

- Тогда идем вперед, пока совсем не стемнело, – СБУшник зашагал вперед, а Светлый обратился к Алисе:

- Скучный он, так ведь? Слушай, а ты ведь рассказ можешь написать. Ты же журналистка?

- Всенепременно! – изогнула бровь девушка, догоняя Дегтярёва.

====== Часть 6. Правда. История Астата. ======

Глава 6.

История Астата Небеса стремительно окутывали сумерки. Вдали все еще краснел закат, отступая и прячась за деревья, навечно уснувшей Припяти. Последние блики – и над головами путников сомкнулась беспросветная тьма.

- Черт! – Выругался Дегтярев, который выглядел довольно бодрым, для человека, который прошагал несколько десятков километров и пережил столько приключений. Хотя под его карими глазами залегли тени, голос стал тише, но движения все же были быстры и точны. Вот что значит, военная подготовка. По его виду можно было сказать, что он не нуждался в отдыхе.

Чудеса?

Или обычная привычка к такому ритму жизни?

Алиса взглянула в небеса: черные, как смоль и, кажется, видна каждая звезда. Да-да! Я не шучу. В городе не видно и половины этих мириад созвездий. А здесь, вдали от цивилизации, где нет ни фонарей, ни прожекторов видно все небо.

Божественно!

Если бы не целые своры ужасающих мутантов, готовых напасть в любой моменты, толпы зомбированных, жаждущих расстрелять любого, кто попадется им под руку или группу сталкеров, вышедших за хабаром и не побрезговавших застрелить случайно засмотревшуюся на звезды девчонку, то можно было бы устроиться на крыше. Плевать семечки или еще лучше есть черешню, и пулять косточки, наслаждаясь этой красотой. Вот это жизнь была бы! Алиса даже как-то неловко засмотрелась и остановилась напротив одной из пятиэтажек, расположенной около госпиталя. Припятская больница была одной из тех сотен клонов-зданий, которые строили в середине шестидесятых в промышленных городах. В одном Ростове их штук семь! Строение с полукруглым заездом для скорой помощи, стеклянный коридор, соединяющий приемный покой и сам госпиталь. Стандартное четырехэтажное здание с маленькими окнами и крошечными палатами. В общем, кто лежал – тот знает, насколько скупа и убога советская постройка для больных, но если тебе нужно спастись от неожиданной напавшей хвори, то и такое помещение вполне подойдет для того, чтобы поваляться в нем недельку-другую.

- Крошка, – неожиданно прошептал на ухо Светлый, так что Алиса невольно вздрогнула и схватилась за нож. – Мечтать дома нужно. Здесь нельзя никогда упускать из вида ситуацию. Ни на минуту. И ножик убери, – Дмитрий взял руку девушки и вместе с ней аккуратно вложил оружие в ножны. – Ведь все-равно не знаешь куда бить, чтобы нейтрализовать противника. Так ведь?

«Вот же гад!» – подумала девушка. – « Постоянно подтрунивает над ней. Еще эта вечная насмешливая улыбка .»

- Откуда ты знаешь? – вскипела Алиса от испуга и рывком выдернула свою руку из ладони наемника. – Что я дура? К слову, я еще живая, а значит, пари ты не выиграл!

- Нет, конечно, не дура, – рассмеялся Дмитрий, хлопнув по щеке журналистку. – Просто ты девушка, у тебя силы нужной нет. Кстати, я уже выиграл: кто повис на проводах в путепроводе, как колбаса на крючке? Если бы не я, то ты бы уже поджарилась на электре, причем по моим подсчетам, раза два или три. Так что рассчитаемся по счетам, как только я придумаю, что загадать в качестве своего подарка.

Голубые глаза засверкали и наемник, подернув плечами, зашагал вперед за Дегтярёвым.

Девушка стояла одна в спускающейся темноте города-призрака, открыв рот от недоумения и негодования: он выиграл? Но, как не прокрути эту ситуацию, получалось, что наемник был прав. Переправа по проводам, действительно, стала бы для нее роковой, если бы не этот болтливый солдат группировки «Наемники». Но смириться с этим поражением было очень тяжело, тем более, она даже не предполагала, что потребует взамен Светлый. Хотя знала, что ничего приятного в этом призе для нее не будет. Плюс ко всему этому, в голове звенели слова «Монолитовцев»: «найдите и воздайте тела тех, кто имеет на челах своих отметки! Ведите их и воздайте кровь неверных священному Монолиту!» Что за отметки? Может какие-то печати или татуировки? Но кто в трезвом уме и доброй памяти будет оставлять у себя на теле отличительные знаки здесь в Зоне? Бред какой-то!

- Журналистка! – Крикнул развернувшийся Александр. – Тебя там кровососы еще не сьели? Давай скорее догоняй, если жить хочешь.

- Да ну вас! – кинула Алиса и стремительно пошла вперед, не обращая внимания на своих спутников.

Вот так разозлилась на себя, что на другие ни за что пострадали. Идиотский характер! Хотя, как ему не быть идиотским, если ее два раза по имени назвали. Это глупая привычка давать всем клички в этом месте? Или просто считают за «глупую бабу», которой ни за что не выжить в этих землях. Хотя, по-хорошему, тут особого ума не нужно: необходимо безграничное везение и постоянная улыбка фортуны, а по-другому – никак.

Дегтярёв лишь вопросительно поднял брови и включил детектор “Сварог”. На темном экране светились две точки, аномалии, жарки, которые находились в одном из подъездов хрущевок. Ничего страшного, в общем, если уметь обходить данные препятствия, а если такового навыка нет, то тебе крышка, капут и конец, причем самый болезненный и мучительный, который смогла придумать матушка-природа. – Я смотрю, ты так и хочешь покончить жизнь самоубийством? – рассмеялся Светлов, глядя на быстрый шаг Романовой. – Тогда расскажешь, больно это или нет, хорошо? Алиса понимала, что поступает глупо и, отойдя на несколько десятков метров, она остановилась. Если бы не парни, то ее бы схрумали мутанты еще три дня назад, как только они пришли на территорию Зоны Отчуждения ЧАЭС. Иногда приходится смириться с тем, что кто-то сильнее тебя и точно повторять то, что он говорит. Такова жизнь и ничего не поделать. Чтобы выжить в этих экстремальных условиях, нужно было выполнять все требования украинца-спецагента и болтливого наемника. Та еще компания! Особенно, если учесть тот фактор, что каждый из них потенциальная жертва друг друга. К слову, Алиса до сих пор не знала, о чем договорились Александр и Дмитрий и на каких условиях они терпят друг друга и не выстрелили в спину неприятелю, разорвав договор? А еще было неизвестно, зачем они тянут за собой огромную обузу, которую представляла не подготовленная для переходов и жизни в военных условиях журналистка? Несмотря на все, Романова, развернулась и решила подождать сталкеров именно на этом месте, но неожиданный звук, точнее звон заставил ее обернуться: ничего, но навязчивый звон все еще донимал ее. Снова показалось или что-то зашевелилось в кустах, у нее за спиной. Алиса обернулась вновь – тишина. Наверное, это нервный тик уже, вперемешку с манией преследования. Но на всякий случай, девушка достала небольшой ножик, который она нашла у себя в кармане-невидимке на предплечье. Комбинезон «Сева» все-таки очень продуманная вещь! Алиса развернулась, решив не искушать свою судьбу, и быстро зашагала к своим попутчикам. Всего на метров двадцать отошла. Сейчас она подойдет к ним и … Громогласный рык – и что-то сбило девушку с ног, прежде чем она успела полностью развернуться на странный шум позади себя. Удар мощными лапами в грудь вышиб весь воздух из легких, и Алиса упала навзничь на холодную землю. Сейчас девушка даже не помнила, о чем подумала моментом ранее, теперь ее мысли занимал образ мутанта, который напал на нее из-за спины: четвероногого существа с двумя головами, одна из которых недоразвита, но обе морды скалили зубы, оглядывая своих жертв. Мощная тварь давила всем своим весом на плечи девушки, рычание и жуткое дыхание. Алиса взмахнула рукой и всадила мутанту в голову нож по самую рукоятку. Тварь даже не взревела, а лишь повернулась к журналистке другой головой.

“Химера!” – вспомнилось описание самого опасного мутанта Зоны, которого описывал у себя в дневнике сталкер Гонта, и вот тут у Романовой вырвался крик полный страха и отчаяния, звон которого отразился от пустых стен домов улиц Припяти.

Все сталкеры остерегались встречи с этим хищником: у химеры дублирована система внутренних органов (в том числе и мозг, но один, как и голова, недоразвит), что позволяет ей легче переносить травмы — если ей повредить одно сердце, другое продолжит функционировать. Клетки химеры способны к быстрой регенерации, как небольших царапин, так и повреждённых конечностей. Чрезвычайно умная, сильная и хитрая тварь; считается одним из опаснейших хищников Зоны. По слухам некоторых может разговаривать и читать мысли, но подтвердить это было некому, поскольку обычно, встречи с этим ночным охотником становились для ее жертвы последними в жизни. Мутант видимо ждал именно этого момента, когда Алиса закричит, признавая превосходство врага: химера оскалилась, услышав крик, и занесла огромную когтистую лапу над шеей девушки. Выстрелы. Мутант зарычал и замотал головой, точнее головами. Капли крови упали на лицо Алисе, сердце, казалось, выпрыгнет наружу. Несмотря на то, что в Припяти было уже темно, но Романова смогла разглядеть, как затянулись раны от выстрелов на шкуре химеры. Мутант крепко стоял над своей жертвой. Каждый сталкер знал, чтобы убить химеру нужно, как минимум, стрелять в нее из пулемета, а самое действенное, это ручной гранатомет или просто гранаты. Алиса это понимала и знала, что ее попутчики думали именно об этом способе уничтожения, но что они решили делать, чтобы спасти свои жизни и наверняка прикончить мутанта? Пожертвовать Алисой и сразу кинуть гранату, или подождать пока химера сама расправится с жертвой, а потом выдернуть чеку? Химера, видимо, тоже знала это, недаром это один из самых опаснейших хищников Зоны, и потому она вновь выпустила когти и взмахнула лапой. Алиса зажмурилась: как это будет? Она убьет ее с одного удара? Или же нет? Смерть будет быстрой? По-крайней мере, девушка надеялась, что долгой предсмертной агонии не будет. Когда приходится выбирать между смертью и быстрой смертью – соглашайтесь на второе, поскольку конец одинаковый, а мучиться не очень хочется. Алиса зажмурилась и приготовилась принять последний удар, как в голове послышался хрипловатый женский голос, будто бы он был очень прокурен и скрипел, словно старая дверь: ” Я расправлюсь с тобой быстро, вот только этот человек.… Но он не успеет меня опередить». Внезапно тяжесть с плеч, в буквальном смысле, исчезла. Романова открыла глаза: Светлый с разбега сбил химеру с Алисы и присел перед ней, смотря мутанту в глаза, на одном уровне. Алиса приподнялась на локтях: она не верила своим глазам. Как химера еще не разорвала Дмитрия? Почему она не нападает? Светлов сидел перед ней и словно разговаривал с тварью, только без помощи слов. Химера скалила морды и мотала головой, а парень, спустя минуту незаметно вытащил нож из кармана и, вскакивая на ноги, крикнул: – Если не хочешь – получай! Химера взревела и подогнула задние лапы, готовясь к молниеносному броску. Светлый уловил моменты прыжка мутанта и перекатился вперед, подкатываясь прямо под брюхо неуловимой твари. Удар ножом – в брюхе химеры появилась большая рана. Девушка следила за тем, как быстро двигается наемник, ведь раньше она этого не замечала. К ней подбежал Дегтярёв и помог подняться и отбежать не безопасное расстояние, но словно лишь Светлов и химера двигались в ускоренном режиме, в то время, как весь мир снова застыл.

- Ты как? – спешно спросил Дегтярёв, осматривая Романову. – Цела?

- Цела-цела, – выдохнула Алиса. Она не смогла отвести взгляда от смертоносного боя человека и хищника Зоны, который были равны по силам и кружились в смертельной схватке. – Как он может сражаться с ней? – спросила Алиса, хватая за рукав агента Госбезопасности.

Дегтярёв достал гранату из кармана брюк и пожал плечами, рванув вперед:

- Не знаю. Стой здесь!

Химера в очередной раз прыгнула, покрывая сразу с десяток метров , взмахнув острыми, как ножи, когтями, которые рассекли воздух в паре сантиметров от головы наемника. Светлый улыбался и перебрасывал из руки в руку тот самый «Пластунский нож», который он обещал в подарок Алисе, если она выберется живой из Припяти. Взгляд мужчины горел, а щеки пылали. Хищник развернулся и застыл напротив своего противника, буравя его взглядом.

- Сложно сражаться против равного противника? – усмехнулся Дмитрий, зажимая в зубах окровавленный нож, одновременно доставая из кобуры пистолет.

Химера угрожающе зарычала: видимо ей надоел бой с человеком, который длился непривычно долго для мутанта. Обычно этот монстр убивал людей за пару минут и лакомился свежей человечиной, но в этот раз было все не так просто, даже несмотря на то, что у людей не было ни гранатометов, дающих видимое преимущество, ни мощных бронебойных зарядов для автоматов. Именно с этими боеприпасами ходили охотиться все охотники, которые выжили при встрече с подобными особями. Мутант снова прыгнул и Алиса, опиравшись спиной на дерево, заметила с какой скоростью, и на какую длину прыгает тварь и даже невольно восхитилась тем, что Зона сделала такое сильное и ловкое животное, правда, которое приносит человечеству одни беды и смерти. Светлый сделал пару выстрелов из крупнокалиберного пистолета «Черный ястреб», но как только все пули из магазина были выстреляны в хищника, наемник выхватил из зажатых зубов нож и рванул наперерез мутанту, которая решила, напасть на двух спутников Дмитрия. Химера хищно взглянула на Алису и в голове снова послышались ее мысли:

« Он силен, но я сильнее и сделаю ему больно не физически, а морально»

Девушка увидела, как химера приготовилась к прыжку, затем журналистка взглянула на поливающего свинцом тело мутанта Дегтярёва, а затем ей ничего не оставалось, как закричать и попытаться убежать, но химера уже взмыла в воздух в высоком прыжке. Убежать от такого убийцы просто не представлялось возможным. Теперь прыгнул Светлов: он оставил глубокую отметину ножом на незащищенном животе твари. Химера взревела из-за глубоких ран на брюхе и приземлилась куда ближе, чтобы расквитаться с обидчиком. Один – другой удар лапой, а наемник, увернувшись от смертоносных когтей, упал под химеру и, вонзив нож ей в щеку, рванул его к противоположной части пасти. Земля залилась темной кровью. Самый опасный хищник взвыл от невыносимой боли, когда наемник рванул на себя почти отрезанную от черепа челюсть мутанта, химера прыгнула в сторону. Светлов нанес еще несколько ударов, один из которых пришелся по одному из сердец мутанта с дублированными органами. Тварь ревела и пыталась увернуться от очередных ран, но все же ей удалось отскочить и нанести удар по своему противнику, когда Светлый лишь на миг отвлекся, глядя за дерево.

- Пси-собака! – успел прокричать Светлов, как химера, улучив момент, одним ударом мощной лапы сбила наемника с ног.

Дмитрий отлетел на несколько метров и, ударившись о дерево, упал на землю. Химера явно ослабла, Светлов поработал на славу, он все же как-то умудрился сломать ей нижнюю челюсть, которая теперь безвольно болталась на остатках мышц и кожи на ее морде. Дегтярёв оглядывался вокруг себя, но не мог найти источник пси-излучения, про которое сказал Светлый. Напротив, звон, свидетельствующий о наличии мутанта, обладающего телепатическими способностями, исчез, и теперь необходимо было попытаться уничтожить более реального врага. Прихрамывая, израненная химера развернулась в ту сторону, где стояли Алиса и Александр.

- Отвлеки ее! – приказал Дегтярёв скидывая с плеча рюкзак.

- Как? – растерялась девушка.

- Беги! – прокричал СБУшник и Алиса, словно пораженная силой его слов, сорвалась в бег.

Оборачиваться было страшно, поскольку за спиной четко слышались тяжелые шаги мутанта, бросившегося вдогонку. Видимо прыгать химера уже не могла, поэтому решила бежать за жертвой. Но любопытство страшная вещь: Романова оглянулась на мутанта, который был от нее примерно в тридцати метрах, и не заметив ветки, девушка споткнулась и очутилась на земле, проклиная себя за невнимательность. Химера быстро сокращала расстояние: двадцать метров, десять метров, пять…. Алиса вскочила на ноги, пытаясь увернуться от быстрого и, вероятно, смертельного удара массивной лапой, но перед ней, в подкате, подняв пыль с земли, появился Дегтярёв. Он рванул зубами чеку и, воспользовавшись, случаем, что химера была увлечена охотой на другую жертву, поднырнул под брюхо зверя и заткнул гранату прямо в глотку хищнику. Из-за сломанной челюсти, химера никак не могла избавиться от опасного предмета, грозящего разнести голову животного за считанные секунды. Зверь попятился назад и начал трясти головой и бить себя лапами по глотке. Она разрезала своими же когтями свою плоть. Дегтярёв быстро поднялся с земли и рванул прочь от мутанта. Алиса решила последовать примеру военного и побежала вперед.

- Вниз! – рука майора службы безопасности Украины рванула за руку девушки и Романова подчинилась, прильнув к земле, и тотчас закрыла голову руками.

Жухлая листва, пыль и запах земли. Плохая идея валяться на земле в одном из самых зараженных радиацией городов в мире, но если выбирать между тем, чтобы взорваться на гранате или полежать на радиоактивной земле, то радиация становится не такой страшной. Послышался гулкий взрыв и земля содрогнулась. Алиса, спустя пару минут, уперлась руками в землю и поднялась, оглядываясь и надеясь, что граната сработала надежно и теперь самый страшный мутант Зоны не страшен. Залитая кровью земля и остатки плоти зверя. Журналистка почувствовала стремительно нарастающий приступ тошноты. Александр тоже вскочил на ноги и тут же снял с предохранителя автомат, чтобы быть готовым к встрече с неприятелем. Оценив ситуацию, майор быстро сказал:

- Пошли. Нам нужно срочно попасть в безопасное место.

Алиса оглянулась и снова согласно кивнула. Подчиняться приказам СБУшника уже вошло в привычку. Дегтярёв оглядывал с опаской темные улочки Припяти, где везде могла притаиться очередная неведомая зверушка, решившая перекусить ночью парой аппетитных сталкеров.

- Он выживет? – спросила Алиса у Александра, едва завидев лежащее бездыханное тело наемника.

- Посмотрим, – уклончиво ответил Дегтярёв, присев на корточки и пробуя пульс у Светлого. – Живой. Сейчас возьмешь наши автоматы и поможешь мне дверь в подъезде открыть.

- Хорошо, – согласилась девушка и закинула на спину автомат ИЛ86, принадлежащий Светлому и бельгийский автоматно-гранатометный комплекс ФТ-200М Дегтярёва. Алиса взглянула на раненного наемника: рана, оставленная химерой на груди у парня, была пугающе большой: четыре ровных пореза, сантиметров двадцать каждый. Синяя форма наемника была пропитана кровью.

Она отвернулась, пытаясь отогнать глупые мысли. Светлый выживет. Несмотря на то, что он убийца, подлец и каналья, но смерти ему девушка не желала. Алиса встала и огляделась снова, ища потерянные предметы в бою с химерой: в радиусе десяти метров земля была забрызгана кровью мутанта, где-то висели клочки плоти химеры. Под ногами девушки лежало что-то темное, похожее на …. Романова брезгливо шагнула назад: это было одно из сердец химеры, которое до сих пор продолжало сокращаться, не осознавая, что его хозяйка уже давно мертва. Очередная дурная мысль: если бы не Дегтярёв со Светловым, то здесь бы валялись останки не химеры, а Алисы, поскольку самой спастись от этого опасного хищника, журналистке бы точно не удалось. Стало по-настоящему жутко. Ночная Припять уже не казалась такой дружелюбной и романтичной. Напротив, казалось, что из-за каждого куста, дерева, окна ей в затылок всматривается еще более страшный монстр. Думать и смотреть на звезды расхотелось раз и навсегда.

- Все взяла? – спросил Дегтярёв, который поднял Светлова и закинул наемника на плечо.

- Третий подъезд, пятый этаж, – Александр кивнул на близлежащий многоквартирный дом, слепо смотрящий на них выбитыми окнами или разбитыми стеклами.

- Хорошо, – промямлила журналистка, оценивая, с какой легкостью военный поднял на плечи совсем не легкого Светлого.

«Они тут все на стероидах сидят что ли?» – подумала Алиса, снимая с предохранителя автомат и достав, на всякий случай, из кармана нож.

Путь был бессовестно прост: пройти несколько десятков метров, прикрывая спину Дегтярёву, потом подняться на пятый этаж. Все просто. Кажется... Кажется, в кустах кто-то есть.

Любой шелест листвы воспринимался, как сигнал тревоги. Особенно, если учесть, что именно оттуда исходил источник пси-излучения, когда химера была еще жива.

- Дегтярёв, скорее, – прошептала Романова, замечая за собой, что тоже начала называть своих спутников по фамилиям. – Там кто-то есть еще, – девушка указала в противоположную сторону пятиэтажки.

Алиса едва успела договорить и увидела, как из темноты на нее летит автомобильный капот старенького “Москвича “, стоящего неподалеку. Корреспондентка быстро присела вниз, и часть кузова автомобиля пронеслась над головой. Романова могла поклясться, что видела, как этот чертов капот, сам взмыл в воздух! Без чьей-либо помощи! Что за чертовщина?

- Автоматы держи, – заорал Дегтярёв, стоящий в дверях подъезда хрущёвской пятиэтажки. – Вырвет из рук, смотри!

Алиса наконец-то догадалась, что за мутант притаился в припятском мраке. Бюрер, чертов ублюдок! Уродливый толстый карлик, ростом около метра с сильно морщинистой кожей, который не любит честных боев и нападает, как правило, издалека. Гравитация – главное оружие этих ходячих патологий. Бюреры любят метать издали в сталкеров предметы, близлежащие рядом, а подходя ближе, вырывают предметы из рук. Особенно любят вытащить из рук оружие, а потом запустить его своей жертве в голову. Именно это и планировал сделать карлик-мутант: Алиса почувствовала, как автомат, зажатый в руках, буквально вылетает из рук. Действие было похожим на магнетизм: будто бы на другой конце Припяти, кто-то включил огромный и очень сильный магнит, который притягивает к себе все металлические предметы.

- Свет! Он его боится! – послышался голос Дегтярёва. – Фонарик включи!

С каждым шагом приближения бюрера к Алисе, гравитация становилась сильнее. Романова прижала к себе двумя руками автомат и достала из кармана фонарик. Сверху уже начали сыпаться небольшие куски кузовов автомобилей, части окон, ветки деревьев. Бюрер не хотел проигрывать этот бой. Но Алиса тоже надеялась на победу.

- Держи, тварь, – прошипела Алиса, включая фонарик и, направляя луч света на мутанта. – Всем выйти из сумрака!

Бюрер завыл, в прямом смысле этого слова, и снял защитное гравитационное поле вокруг себя. И тут Алиса уже не растерялась. Автомат, надежно зажатый в руках девушки, выдал очередь свинцовых пуль, которые повалили бюрера за несколько секунд. Победа! Она сама справилась с этим мутантом! Но радость была не долгой, поскольку здравый смысл говорил, что из-за стрельбы, сюда сбегутся еще более страшные хищники. Нужно ждать рассвет, чтобы пройти хоть метр Чернобыльской территории без таких приключений. Ночью Зона начинала жить по абсолютно другим правилам. Алиса развернулась и стремглав понеслась в подъезд дома. Она нагнала Дегтярёва на третьем этаже.

- Ты в порядке? – осведомился майор, таща на себе раненного Светлова. – Это бюрер был? Да?

- То есть ты был не уверен, что это бюрер? – охнула девушка, думая, что если бы Дегтярёв ошибся насчет совета, то ей бы несдобровать.

- Ты думаешь, что тут можно быть уверенным на сто процентов? – хмыкнул СБУшник. – Я понадеялся, что это бюрер.

- В смысле? – переспросила девушка. – А если бы…

Майор СБУ улыбнулся и добавил:

- Если бы это был не бюрер, а, например, контроллер, то тебе была бы крышка.

Алиса долго пыталась понять, что она больше сейчас хотела: убить Дегтярёва или все-таки сказать ему «Спасибо», но не найдя верного пункта, решила просто промолчать. Впереди на лестничной площадке маячила широкая спина агента Госбезопасности, на которой лежал раненный Светлов. Несмотря на то, что нести на себе взрослого мужчину было не легкой задачей, Дегтярёв быстро поднимался вверх по лестнице. Алиса еле поспевала за ним.

Точнее, совсем не поспевала.

Кто придумал, что нужно подниматься на пятый этаж? Конца и края не было этим бесконечным ступенькам, а так хотелось очутиться в безопасности. Зато Алиса заметила, что как-то она стала легче выносить долгие переходы и бега. Если бы раньше ее заставили пройти с десяток километров, а потом подняться на пятый этаж без лифта, то журналистка бы упала замертво на втором километре. Ну, есть же машины, мотоциклы, лифты, эскалаторы, на худой конец, велосипеды. В общем, не сказать, что девушка была развалиной, но и первой спортсменкой не была тоже. После перехода по путепроводу, она стала куда выносливее, чем была раньше. С чем это связано? Может радиация? Да ну, навряд ли.

- Идешь? – спросил Дегтярёв. – Давай, немного осталось.

Девушку искренне удивлял Александр, он в любой ситуации мог помочь каждому и выслушать каждого. Но иногда его хотелось убить за бесконечные приказы и подколы. Одни знают его, как «Легенда Зоны», другие хотят расстрелять при первой встрече. Что не говори, а уникальный человек! Хоть и достает Алису частенько, но он не раз приходил на помощь бестолковой Ростовской девчонке, которая за три дня пребывания в Зоне смогла бы умереть раз двадцать пять, не меньше.

- Иду, – отозвалась Алиса, игнорируя свои мысли.

- Давай быстрее, – поторопил ее мужчина. – Иначе яд химеры слишком сильно в крови распространится.

- Яд? – уточнила Романова.

- Яд-яд, – хмыкнул военный, поднимаясь на еще один пролет. – Ты думала, что химера убивает своим адским обаянием?

Девушка замолчала и попыталась подниматься быстрее. В подъезде пахло пылью и сыростью, собственно, как и в остальных подъездах нашей великой страны. Минусом было то, что путь освещался еле живым фонариком, и ничего почти не было видно. Стандартные серые бетонные ступени, местами из которых уже виднелись куски арматурной сетки. Алиса подняла фонарик вверх: паутина окутала потолочные своды и старинный плафон, который раньше освещал лестничную клетку припятской хрущевки.

Грохот слева.

Алиса вздрогнула и схватилась за автомат, готовясь отразить нападение неведомой твари.

- Черт! – выругался майор. – Это я почтовый ящик зацепил плечом. Не обращай внимания.

Алиса молча кивнула и посветила на стену: действительно, ящик с номером «36» рухнул на лестницу, обнажая истинно голубой цвет подъездной покраски. А еще буквы под свет фонарика попала надпись, нацарапанная на стене или ножом, или дверным ключом:

“Прости меня, мой дом родной”.

Стало тоскливо на душе. Тяжело ли было покидать свои дома в тот самый день, двадцать седьмого апреля одна тысяча девятьсот восемьдесят шестого года? Временная эвакуация. Вспомнилось видение или сон, которое явилось Алисе, когда был выброс, и она выпила капсулу с тетрадотоксином.

- Открывай дверь, журналистка, – произнес Дегтярёв, пытаясь не шевелить раненого Светлова.

- Ой, сейчас, – пролепетала девушка и толкнула рукой деревянную дверь, с номером «43».

То, что она увидела, ее поразило: словно эту квартиру покинули только вчера. Все было на месте, везде чисто, это было видно даже в полумраке комнат, поскольку за окнами была уже глубокая ночь. Александр втащил Светлого в небольшой, но уютный зал, уложил его на застеленную софу и сразу начал доставать из своего рюкзака необходимые медикаменты.

- Режь комбинезон, – приказал майор Алисе, вручив ей острый нож. – Если ткань попала в рану, то не трогай.

Романова без лишних слов взяла нож и начала разрезать тяжелый усовершенствованный комбинезон «Сева», выполненный в цветах группировки «Наемники». Отрывая металлические пластины, защищающие грудь наемника, Алиса увидела, что металл, шириною в сантиметр, был разрезан когтями химеры.

« А что же с человеком ее когти сделают?» – мелькнули мысли у девушки, представляя свою руку, вместо металла. Алиса невольно поежилась.

- Журналистка, скорее, – поторопил ее майор Дегтярёв, отдавая ей в руки целый ворох бинтов и шприцев. – Подержи бинты, а я руки помою. И тебе советую.

- Тут вода есть? – удивилась Алиса. – А она не зараженная?

- Нет, здесь все в норме, – натяжно улыбнулся Александр и прошел в ванную, где стало слышно, как бежит вода из крана. – Припять – самое безрадиационное место в мире. Ты же знаешь.

Девушка хмыкнула и откинула кусок комбинезона «Сева» с груди наемника, а затем разрезала насквозь промокшую кровью нательную майку Дмитрия. Взгляду открылись четыре глубоких и рваных пореза, которые сильно кровоточили. Алиса разорвала одну упаковку бинта и прижала к ране, пытаясь остановить кровотечение. Светлый издал тихий стон. Видимо боль сильная.

- Терпи, наемник, – проговорила Романова. – А то проиграешь наш спор.

Внезапно веки Светлова задрожали, и он на миг открыл глаза:

- Черт, мы где? – прошептал он, кривясь от боли. – Крошка, ты как?

- Молчи, наемник, – Алиса вздрогнула, когда увидела, что после каждого слова Дмитрия, кровотечение из ран на груди становилось сильнее. – Мы в безопасности.

Светлый даже попытался улыбнуться, как его лицо исказила страшная гримаса боли, и он потерял сознание. Бинт промок насквозь, а струйки крови потекли по ребрам наемника.

- Дегтярёв, скорее! – прокричала Алиса в панике.

В дверях появился майор, с его рук капала вода. Он тут же встал на колени перед раненным и быстро сказал:

- Скорее! Достань аптечки, – он стремительно развернул свежие бинты и начал промокать их водкой “Казаки”. Длинные и жесткие рукава комбинезона “Сева” жутко мешали оказывать медицинскую помощь.

- Черт! Скорей расстегни комбинезон!

Алиса бросила аптечки рядом с софой на пол и принялась расстегивать комбинезон “Сева” с которым она не подружилась с самой станции «Янов».

- Где кнопка для расстёгивания? – спросила девушка, ища пальцами небольшую зеленую кнопку на спине майора СБУ.

- Ничего сама сделать не можешь! – укорил ее Дегтярёв и сам нажал на клавишу расстегивания, расположенную под воротником. – Стащи рукава, живо!

Алиса стянула с рук военного комбинезон и опустила тяжелую прорезиненную ткань верха экипировки на пол. Через несколько секунд Дегтярев остался в черной борцовке, а его руки были в крови Светлова.

- Мой руки беги, – закричал Александр, оценив серьезность раны. – Шить придется! Сама сними комбинезон, мешать только будет.

Алиса помчалась в ванную, судорожно нащупав мыло, включила холодную воду. Найдя заветную клавишу на своем комбинезоне, девушка выпрыгнула из тяжелой экипировки, оставаясь в легкой маечке с коротким рукавом и защитных брюках. Затем, Романова вбежала в зал: Дегтярёв уже обработал раны и прокаливал огромную кривую медицинскую иглу над огнем спички.

- Держи, – кинул в руки Алисе пузырек с перекисью водорода. – Лей, когда я буду зашивать?

Романова кивнула и раскрутила крышечку пузырька. Майор вздохнул и начал сшивать рваные края раны. Все получалось ловко и быстро. Алиса заливала проколы перекисью, которая шипела и пенилась, капая на старый паркет на полу. Всего наложили двадцать швов на четыре пореза, а затем поверх ран наложили бинты с дезинфицирующей мазью.

Часы на стене, говорили о том, что уже полвторого ночи. Дегтярёв обмотал нить вокруг иглы и убрал все медикаменты в свой рюкзак. Алиса молча глядела на гору окровавленных бинтов, лежащих на полу, затем ее взгляд привлекла одна особенность.

- Смотри, – дернула девушка за рукав военного. – Что это?

Дегтярёв тоже взглянул на правое плечо наемника, где всего пару мгновений назад была глубокая царапина, а сейчас она начала затягиваться прямо на глазах. Ткань стала светло-алой и очень плотной, будто бы она уже начала рубцеваться, как после недели хорошего лечения.

- Что это? – повторила Алиса.

Дегтярёв нахмурил брови и осмотрел запястья Светлова, затем шею, а после, наклонился и осмотрев его правый бок, шумно выдохнул и сказал:

- Черт! У него «Антидот Химеры»!

Военный вышел из зала, а Алиса тоже попыталась увидеть этот «Антидот Химеры». Заглянув с другой стороны софы, она увидела, что у Светлова по всему правому боку была наколота татуировка в стиле «Трайбл»: черные массивные узоры, переплетались между собой и заходили на руку наемника, а в самом центре рисунка, точно под кожей, была черная точка, введенная не тату-машинкой, а шпирцем. Алиса взглянула на отметку Светлого и на свое запястье, где находилась точно такая же, только синяя точка.

« Это и есть «Антидот»?» – подумала девушка. – «Значит, он есть не только у меня?»

Романова решила разузнать, что это вообще такое и, накрыв одеялом, спящего наемника, вышла на кухню. Комнату окутывал дым сигарет, на табурете за небольшим кухонным столом сидел Дегтярёв. Красный огонек сигареты тлел в полумраке, освещая лицо мужчины, при затяжке. Даже в темноте было видно, что вся мебель, все предметы сохранились еще с советских времен. Даже радио, которое она видела только у бабушки в деревне, было такое и, кажется, оно ловило какую-то волну.

- Садись, – проговорил Александр, гася сигарету о пепельницу, открывая форточку. – Уже десять лет не курил, а тут сорвался...

В окно ударил свежий, холодный ночной воздух, принося с собой звуки ночной Зоны: вой псевдособак и крики неизвестных птиц.

«А летающие мутанты бывают?» – подумала девушка, но тут же отогнала глупую мысль, наводящую страх.

Алиса села напротив военного. Столик был очень маленьким: на нем едва умещались чайник, пара кружек и тарелки. За спиной Романовой грохотал холодильник «Бирюса». Печка, пара шкафов на стенах и газовая колонка – все предметы, уместившиеся на маленькой территории. Из-за облаков вышла луна, яркая и такая круглая, освещая лица сталкеров.

- Ты это... Можешь курить, если хочешь,- проговорила Алиса, пытаясь не выболтать сразу все, что необходимо было спросить.

- Да, нет. Спасибо, – улыбнулся Дегтярёв, впервые поблагодарив девушку, которая смирилась с «солдафонским нравом» военного. – Надо беречь здоровье, тем более что убивающих факторов в Зоне предостаточно.

Алиса кивнула и улыбнулась. Наконец-то она почувствовала себя в безопасности. Стресс начал потихоньку спадать.

- А что это за квартира?

Дегтярев снова вздохнул и взглянул в окно на небо и, затянув с ответом, рассказал:

- Это квартира моих родителей. Мы жили здесь до первой аварии в 1986 году. Правда, я тут прожил всего год, – Дегтярёв улыбнулся и отхлебнул из кружки чай. – Я плохо помню это место, но говорят, что здесь был очень хороший город.

- А куда же вы потом переехали? – спросила Алиса, засмотревшись на ночные пейзажи, раскинувшиеся за окном.

- Мы с матерью переехали к бабушке, она жила в Донецке, – продолжил рассказ майор, размешивая сахар в кружке. – А потом, моему отцу, как ликвидатору, выдали квартиру в Москве. Плохо, что посмертно.

- Ой, – замялась девушка, узнавая нелегкую судьбу СБУшника. – Я соболезную...

Майор усмехнулся, и перевел взгляд на журналистку:

- Советская власть знаешь, скольких тут положила? Брось, жалеть надо не мертвых, надо жалеть живых.

Алиса замолчала, не найдя, что ответить. Дегтярёв, встал из-за стола, достал из буфета кружку, всполоснул ее кипятком, затем налил чай и поставил перед девушкой.

- Сахар будешь?

- Буду. – Кивнула корреспондентка.

Военный поставил перед ней хрустальную чашу с сахаром и снова сел напротив нее, глядя, как девушка жадно насыпает в чай четвертую ложку сахарного песка.

- После 1986 года я вернулся сюда, когда мне было двадцать шесть, – продолжил сталкер. – Мне пришлось соврать многим и прибавить себе семь лет возраста, чтобы отправиться расследовать причины провала операции «Фарватер», хотя нелегально я уже бывал здесь и был знаком с азами сталкерства.

- То есть, ты был направлен от украинской службы безопасности, расследовать причины провала какой-то операции? – уточнила Алиса.

Дегтярёв кивнул и снова отпил горячего чая:

- Теперь название этой операции совсем не секрет, а если тебе на уши будут лапшу вешать про «Фарватер», будет куда хуже. Тем более, что я смотрю, вопросов у тебя накопилось много. Сразу предупреждаю, что я не смогу дать ответы на секретную правительственную информацию.

Романова улыбнулась: наконец-то какой-то свет в конце туннеля, а не сплошные загадки. Вопросов, действительно, очень много. Девушка с удовольствием выпила глоток теплого и сладкого чая и спросила:

- Хорошо, а ты сможешь рассказать об этой штуке, – Алиса указала себе за запястье, где под кожей синело пятно, после инъекции. – «Антидот», верно?

- Ты начала с самого неудачного вопроса, – откровенно заметил майор, но, тем не менее добавил:

- Поскольку тебя эта тема касается непосредственно, то по требованию о неразглашении я смогу тебе рассказать.

- Чего?

- Не будешь кричать об этом на всех углах, журналистка?

-А-а-а, ну, нет, конечно, – растерянно согласилась Романова, понимая, что самое важное и тайное, агент СБУ и так не расскажет, а значит, просто запугивает, чтобы не трепала языком.

– Три года назад, – начал рассказывать военный, крутя в руках ложку. – В Зоне Отчуждения появилась новая группа ученых…

- Новая?

- Ученые всегда были в Зоне. Они приходили вместе с военными и изучали природу аномалий, артефактов, мутаций и выбросов.

- А выбросы…

- Ты будешь перебивать? – поднял брови Дегтярёв, постукивая ложкой по столу.

- Прости, – покраснела Алиса. – Много вопросов накопилось. Я слушаю. Продолжай.

- Так вот: ученые, которые прибыли сюда три года назад привезли с собой много нового оборудования. Они работали в тайном бункере, расположенным между затоном и станцией «Янов», но никого из посторонних туда не пускали. В охране бункера были одни наемники, а они, как ты знаешь, не разговорчивые и тем более, не сговорчивые ребята.

- Все кроме Светлова, – вставила ремарку Романова.

- Светлов – это отдельный разговор, – отмахнулся Дегтярёв и снова продолжил рассказ:

- Спустя полгода в Зоне начали расходиться слухи, что эти ученые разработали уникальный препарат, который поможет любому сталкеру стать более выносливым, живучим и обладать иммунитетом к выбросам.

- Такое возможно? – раскрыла рот от удивления журналистка.

- В Зоне много легенд и мы подумали, что это одна из новых баек. – Развел руками майор. – Спустя некоторое время, ученые, несмотря на свою консервативность, не смогли удержать все в тайне и раскрыли секрет своего супер-лекарства, проверенного лишь на лабораторных мышках. Данный препарат обещал безбедную старость своему создателю, который, к слову, оказался одним из бизнесменов-миллиардеров в Европе, решившему создать свою группу ученых, ради того, чтобы найти эликсир бессмертия здесь, близ ЧАЭС. Ведь такой препарат с удовольствием приобретет не только сталкер, но и любой человек, который хочет обладать такими суперспособностями.

- Это было опробовано на человеке? – удивилась Алиса.

- Да, – кивнул Дегтярёв. – Более того, из этого сделали целое реалити-шоу. Изменения в поведении подопытного сталкера – одиночку, по кличке Астат, транслировали в эфире, доступного только лишь на территории Зоны Отчуждения.

Романова хмыкнула:

- Свой эфир?

- Ты думаешь, что сталкеры письмами переписываются? – настойчиво спросил Дегтярёв.

- Нет, конечно, – Алиса подняла брови и кивнула. – Прости, я люблю задавать дурацкие вопросы.

- После инъекции, которую ввели Астату, осталось лишь небольшое белое пятно на том месте, где игла проткнула кожу…

Романова почувствовала, как гулко застучало ее сердце. Значит, есть еще такие, с этими инъекциями? Что же было дальше?

- Первые три дня с Астатом ничего не происходило. За ним следили медики и военные. Ученые следили за пульсом, дыханием и постоянно проверяли его физические показатели. Успех был ошеломительным: показатели выносливости, жизнеспособности были на высоте. Парень мог с успехом выпить раскаленного железа и его организм с этим бы справился.

- Значит, опыт удался?

- Да, ученые праздновали победу и начали рекламировать другие пять инъекции, каждая из которых обладала своими действиями, делающими своего обладателя суперчеловеком, но после трех дней радости, Астат начал мутировать на глазах всех сталкеров.

- Что? – Алиса округлила глаза.

- Нулевой или Белый « Антидот» был сделан на основе стволовых клеток кровососа.

- Они сделали препарат из мутанта? – ужаснулась девушка.

Дегтярёв отхлебнул чай и кивнул:

- Организм Астата не справился с более сильными генами кровососа и начал мутировать: Астат почувствовал невероятное желание выпить человеческой крови, кожа стала темнеть, а позже сталкер стал на мгновение пропадать из вида камер, поскольку, одной из особенностей кровососов является их…

- Невидимость? – догадалась журналистка.

- Точно, – кивнул СБУшник. – Проект спешно закрыли, как и бункер. Астата оставили погибать в закрытой лаборатории. Ученые бросили разработки и скрылись за кордоном. Но сталкеры не будут сталкерами, если бы они не вскрыли бункер спустя полгода.

Когда бункер открыли, группа сталкеров-одиночек, стащили оттуда чудом оставшийся комплект из семи инъекций, кучу артефактов, с помощью которых учёные создавали препараты, но и открыли лабораторию, в которой сидел Астат. Но никто не подозревал, что мутант остался жив. Алиса шумно вздохнула и попыталась осмыслить все вышесказанное:

- Значит, он выжил?

Дегтярёв снова утвердительно кивнул, затем достал сигарету и закурил:

- Выжил и прикончил всех, кто потревожил его, а затем скрылся где-то под Саркофагом четвертого энергоблока. Выжил лишь один сталкер, который и унес с собой все инъекции.

- Стой, а почему ты уверен, что это все не выдумка? – Алисе не верилось, что это могло происходить на самом деле. Ведь такого быть не может. Наверное.

- Вот почему.

Дегтярёв усмехнулся, зажал в зубах, сигарету и положил на стол левую руку, развернув ее ладонью вверх: на локтевом сгибе, там, где обычно делают укол в вену, под кожей у военного зеленело небольшое, размером с рублевую монету, зеленое пятно, которое в темноте, словно подсвечивалось изумрудным светом.

- Черт, – прошептала журналистка. – Это «Антидот»? Значит, ты был в лаборатории?

Дегтярёв улыбнулся и убрал руку со стола:

- Да, это был мой отряд. СБУ снова направило меня и еще десять военных на расследование этого дела, но когда мы встретили Астата, то ребята запаниковали, хотя не испугаться этого мутанта было нельзя: человеческого в нем осталось крайне мало, не считая того, что он мог говорить и думать. Зато силы у него было за троих. Он как-то неудачно рукой махнул, что меня сильно приложило о пол. Когда очнулся, Астата уже не было, а от моего отряда остались иссушенные трупы.

Неприятное ощущение расползлось по всему телу, и это чувство можно было безошибочно идентифицировать как страх. Это было то самое, чего Алиса и боялась.

Подтверждение.

Еще не стопроцентное, но уже достаточное, чтобы почувствовать себя причастной к чему-то опасному, противозаконному и безысходному.

- И что же этот препарат дает? Как ты выжил? Постой, как ты вообще согласился опробовать его на себе?

- Хороший вопрос, – Дегтярёв задумался, выпуская клубы дыма изо рта. – Знаешь, когда ты каждый день рискуешь своей жизнью, то повторить судьбу Астата представляется уже не таким ужасом и кошмаром. Тем более, я знал, что Первый или Зеленый «Антидот», сделан на основе артефакта «Сердце Оазиса», а значит, в кровососа я не превратился бы точно…

- «Сердце Оазиса»? Это тот артефакт, которым лечил меня Костоправ?

- Я же сказал, что из лаборатории мы забрали и артефакты, – улыбнулся военный, доставая из пояса контейнер, в котором светился тот самый артефакт, опутанный ветками. – Не переживай, его нашел я, поэтому его дал ученым, так сказать, во временное пользование.

« Одни герои вокруг!» – подумала Алиса и уточнила:

- Так, а что он дает этот «Антидот»?

- Мой «Первый», – пояснил Александр. – Обладает свойствами артефакта, только усиленными в несколько раз: повышает физическую подготовку, у меня нет надобности в естественных потребностях, во сне, еде, питье и отдыхе, а также “Антидот” повышает выносливость и останавливает кровотечения, залечивая раны.

Все что рассказал Дегтярёв, показалось Алисе, по –крайней мере: а) бредом, б) шизофренией, но все слова СБУшника, служили доказательством того, что она, действительно, не видела его усталым, да и физическую подготовку списать на рядовую армейскую муштру, тоже тяжело. Он был на уровень способнее любого другого человека, ведь недаром его прозвали «Легендой Зоны».

- А остальные «Антидоты»? – выпалила Алиса, ища доказательства существования других владельцев способностей. – Куда делись другие «Антидоты»?

- После того, как я вколол себе “Первый”, – проговорил военный, рассматривая узор скатерти на столе и, водя по поверхности, указательным пальцем. – Кто-то слил информацию о том, что наш отряд уже побывал в лаборатории. Полковник Ковальский, которого ты прекрасно знаешь, направил своих солдат за инъекциями, чтобы увезти «Антидоты» за кордон. Но на солдат Ковальского было совершено нападение и инъекции были украдены.

- Что?

- Так бывает, – рассмеялся майор. – Когда информация расходится крайне быстро. “Второй” или “Красный Антидот» , дающий термозащиту своему носителю и помогающий чувствовать присутствие аномалий и артефактов, был сделан из артефакта «Огненный шар». Эту инъекцию, поговаривают, продали за океан. Хотя я до сих пор не понимаю, зачем он нужен обыкновенному жителю Штатов? Даже если это миллионер или бизнесмен.

- А их всего шесть? – поинтересовалась девушка.

- Да, если считать “Нулевой”. “Третий” или “Желтый Антидот» получил заслуженный сталкер по кличке Стрелок. Желтая инъекция дает своему владельцу защиту от пси-атак и доступ к любой информации, своеобразный доступ интернет прямо в мозгу. Золотая вещь, по-хорошему, один из лучших «Антидотов».

- А как Стрелок его получил?

- Говорят, что “Желтый Антидот», украл один из бандитов, да не знал, что с ним делать. Вот и валялся у этого безграмотного дурака в кармане, пока не рискнул на Стрелка напасть. Меченный, естественно, бандита убил и совершенно случайно нашел «Антидот». Кстати, Желтый один из опасных препаратов, поскольку до последнего его боялись использовать: сделан он на основе головного мозга мутанта Контроллера.

- И как Стрелок? – ошеломленно уточнила Алиса.

- Хорошо, – усмехнулся Дегтярев. – “Желтый Антидот» сделали с умом, не то, что “Белый”: ученые удалили из головного мозга мутанта радионуклеиды, а потому Меченный остался собой.

Остальные два «Антидота» были утеряны, и почти год о них никто не слышал, но если “Черный Антидот» был потерян бесследно, то “Синий” или “Шестой” был найден у «Монолитовца» в Затоне сталкером по имени Гонта у погибшего сталкера-одиночки. Он хотел передать его мне, чтобы мы могли его надежно спрятать, но информация попала в руки к группировке «Монолит», которая в свою очередь заплатила огромные деньги наемникам, чтобы те нашли “Последний Антидот», который помог бы им запустить реактор.

- Чего? – сердце снова заколотилось. Алиса не понимала, как это маленькое пятнышко поможет запустить реактор, да и зачем? Зато в голове сложилась мозаика: наемники искали на «Скадовске» инъекцию, потом решили убить всех свидетелей, кто мог разболтать лишнее про их поиски.

- Гонта спрятал «Антидот» от наемников, а когда понял, что доставить его в Припять не сможет, то он вколол его тебе. “Последний Антидот» сделан из вещества, которое обнаружили ученые на месте образования аномалии «Электра». По сути, “Шестая инъекция” одна из всех, которая обладает свойствами аномалии и артефакта «Снежинка»: пси-защита, выносливость, способность видеть прошлое.

- Стоп! – остановила майора девушка, выставив перед собой руки. – Видеть прошлое?

- Я же сказал, что «Антидот» сделан из вещества, образовавшегося на месте «Электры»? «Электра» состоит из статического электричества, а по эксперименту Миллера – Юри…

- Кого?

- Физику плохо учила?

- Да, – призналась Алиса.

- В общем, электричество играет большую роль не только в природе, но и в организме человека. Нервные импульсы стимулируют работу мозга, а как следствие, улучшают работу участка среднего мозга, который отвечает за пси-защиту и пси-атаки, обладатель «Антидота» сможет увидеть, при желании, прошлое, а может и будущее.

- И как это поможет запустить реактор? – как-то расстроившись про свои способности, спросила Алиса. Остальные могут в огне выжить, у других физическая сила, а у нее совсем какая-то дурацкая способность.

- Если увидеть из-за чего произошли взрывы в 1986, в 2006 году, то вполне можно устранить причины и снова запустить четвертый энергоблок.

- А что “Монолитовцы” хотят сделать, когда запустят реактор? – все-равно не понимала девушка.

- “Монолит” – это секта, которая подчиняется своим правилам. Нам это неизвестно.

Алиса вздохнула и задумалась. Вот ты живешь своей обычной жизнью, которая тебе довольно надоела и претила, никаких опасностей, сумасшедших приключений и тут в твою жизнь вплетается неожиданная цепочка событий, переворачивающая все вверх дном. Как это получилось? Почему? А главное, зачем? Может, это специальное испытание, которое проверяет тебя на прочность? Ведь тебе дается сила, которая может изменить твою жизнь, жизнь близких или жизнь целого государства. Любой технический процесс, влечет за собой не только движение вперед, но и смертельную опасность, если попадает не в те руки. А она? Как в этот список попала она? Дегтярёв – “Легенда Зоны”. Человек, который родился в Припяти, отец был ликвидатором, а сам майор СБУ уже не первый год находится в Зоне. Он сможет справиться с этими способностями. Стрелок – тоже. Да, в целом, любой сталкер, знает, зачем все это ему надо и найдет применение своим способностям...

- Чего задумалась? – улыбнулся военный.

- А? – отвлеклась Романова. – Не, ничего. Постой, а еще два “Антидота”?

- “Четвертый” или “Черный Антидот”, был утерян, до сегодняшнего дня я так и думал, но теперь он у нас, – улыбнулся Дегтярёв. – Он у Светлова.

- А что эта инъекция дает?

- Высокая живучесть, большая сила и скорость атаки, ловкость и регенерация организма, все те свойства, которыми обладает Химера.

- Химера?

- Да, клетки химеры способны к быстрой регенерации как небольших царапин, так и повреждённых конечностей. Вот поэтому и заживают раны на Светлом, как на собаке. “Черный Антидот” сделан на основе клеток головного мозга химеры.

“Круто, вот это способность” – позавидовала девушка.

- “Пятый Антидот” или “Фиолетовый” был потерян, хотя он представляет собой самую большую опасность: он похож на “Желтый”, поскольку сделан из головного мозга контроллера, но сила направлена на пси-атаки, поэтому, при желании его владелец может взять под контроль человека и заставить его выполнять все, что захочет. Но самое плохое, что теперь за носителями “Антидотов” началась охота.

- Охота?

- Есть теория, что если перелить кровь с “Антидотом” другому человеку, то все способности передаются новому хозяину.

- Чего? – потеряла суть разговора девушка.

- Если кто-то узнает, что у тебя “Антидот”, – доходчиво пояснил Дегтярёв. – То он пожелает перелить твою кровь себе.

- А мне чью перельют? – гипотетически спросила Алиса.

Мужчина рассмеялся и Романова поняла, что вопрос был действительно глупым. Кровь с препаратом заберут, а остатки – выкинут. Так вот почему Дегтярёв и его отряд берегли ее жизнь. Вот почему старались вытащить из всех передряг. Значит, сама она не представляет никакой ценности, ведь.... Точно! Гонта собирался передать шприц-ручку с препаратом в Припять, вот только пришлось сменить сосуд. Теперь вместо шприца Алиса! Внутри начала вскипать ярость.

- Так вот зачем вы со мной возитесь? – тон девушки стал агрессивным. – Вам нужно сохранить ваш чертов препарат?

Военный вздохнул и закрыл лицо руками, затем, опустил ладони и спросил:

- Ты думаешь, я тебе все это рассказал, чтобы кровь из тебя выкачать? Журналистка, я сам сказал, что тоже носитель “Антидота”. Делай правильные выводы.

Девушка смутилась и почувствовала, как разгорелись щеки.

- Я рассказал тебе это потому, что ты должна не распространяться насчет своей особенности и уметь их применять, – пояснил спокойно мужчина. – Пожалуй, слишком много для тебя информации. Иди и отдохни. Можешь принять душ, если хочешь.

Наконец-то настроение улучшилось и, услышав слова про душ, Алиса заулыбалась и заметила:

- Еще как хочу!

Дегтярёв кивнул в ответ и достал очередную сигарету.

- А почему ты не идешь отдыхать? – поинтересовалась девушка.

- Я могу не спать очень долго, – напомнил Александр, указав на пятно “Антидота”.

- А-а-а, – протянула Романова, шагая в ванную. – Ну, тогда... Эм, доброго бодрствования!

Дегтярёв рассмеялся.

- Иди уже, журналистка.

Алиса улыбнулась и закрыла за собой дверь, включила воду. О Боже, сколько времени она мечтала о этой встрече! С пеной, водой и ванной! Она скинула тяжелые, берцы, военную форму, белье, затем размотала тугой пучок на голове. Глянула в маленькое зеркало: на нее глядела грязное и израненное лицо с впавшими щеками и тенями под глазами. Да, видок еще тот! Алиса хмыкнула и заскочила под теплые струи воды. Какая прелесть, это ощущение чистоты и воды. Наверное, она могла бы остаться тут навсегда. Вода падала сверху смывая не только грязь, но и злость, обиду, страх и все это убегает, сворачивается и навсегда уходит в водосток. Ни о чем не хотелось думать, а просто стоять и наслаждаться этим волшебством, которое называется вода, которое снимает, словно пелену, все плохие эмоции. Хотелось набрать полную ванну воды и уснуть. Да, проспать в ней до утра, забыв о мутантах, “Антидотах” и убийцах. Все же прекрасную процедуру пришлось закончить и Алиса завернулась в большое банное полотенце и замотала на голове тюрбан. Как только полотенца впитали лишнюю влагу, Романова снова переоделась в свою обычную одежду. Едва добравшись к дивану в гостиной, Алиса легла на мягкий поручень и тут же провалилась в сон. Свет проникал в комнату и светил прямо в глаза, которые все-таки пришлось открыть, хоть и совсем не хотелось. Алиса открыла глаза и потянулась. “Вот это поспала!” – подумала Романова, оценивая, что за окном, вероятнее всего день, а не утро. Желудок недовольно заурчал, требуя еды. Хоть какой-нибудь еды. Еда, было бы логично предположить, должна находиться на кухне. Поэтому Алиса вскочила с дивана и пошла на кухню в поисках провизии. Дверь с ванной резко открылась и если бы девушка шагнула вперед, то угол двери точно бы стукнул ее по лбу.

- Черт! – прошипел Дегтярёв, который и открыл дверь, протирая голову полотенцем. – Журналистка, ты чего? Проснулась уже?

- Ага, – кивнула Алиса и спросила самый насущный вопрос. – Где можно еду найти?

- Следовательно, в холодильнике, – подсказал майор. – Вещи в шкафу. По-моему, все логично.

Еда в холодильнике все же нашлась: две банки тушенки, мороженные овощи, глубоко замороженные три палки колбасы, хлеб. Скромно, но со вкусом. Вскрывав старой открывалкой банку тушенки, девушка высыпала содержимое в фарфоровую тарелку и начала уплетать холодное мясо, завтракая, обедая, ужиная одновременно. Дегтярёв вошел на кухню и поставил на плиту чайник, зажигая горелку, засветившуюся синим пламенем. В кухне повис запах жженых спичек.

- Ты будешь есть? – спросила Алиса, потянувшись к кружке со сладким чаем.

- Я же не ем, – усмехнулся Александр. – Приятного аппетита, кстати.

- Спасибо, – кивнула журналистка, чувствуя блаженное спокойствие в животе, которое назвали “сытостью”. – А чай почему пьешь?

- Привычка.

- Как тебе многие девушки, сидящие на диетах позавидовали бы, – рассмеялась Алиса.

Военный улыбнулся и снял горячий чайник с плиты, наливая парящую воду в кружку и высыпая туда несколько ложек кофе.

- Как спалось?

- Вроде бы ничего, – пожала плечами девушка, запивая чаем найденное на кухне галетные печенье. – А ты что делал?

- Читал Ницше, – майор отшутился, не желая рассказывать лишнего, выпивая чай.

- Как Светлый?

- Пока без сознания, но раны очень быстро затягиваются. Скорее всего, он просто спит.

Алиса вздохнула и решилась спросить:

- А если мы. … Уйдем?

Дегтярёв улыбнулся:

- Я ждал этого вопроса. Значит, ты серьёзно думаешь, что за нами не следят?

- А что? Следят?

Военный взял с подоконника бинокль и передал его девушке.

- Смотри на третий этаж в здании напротив…

Журналистка взглянула в бинокль, увеличивая изображение и увидела, что в квартире, напротив на третьем этаже едва заметен ствол снайперской винтовки. Так значит, они все время находятся под контролем!

- Теперь на пятый этаж …

Алиса перевела взгляд на пару этажей выше и увидела, что в окне гостиной открыто окно и там маячат фигуры людей.

- Обалдеть! – выдохнула Романова, возвращая бинокль на место. – Так это значит, что …

- Они следят за каждым нашим шагом. – Подтвердил майор СБУ. – Если Светлов провалит задание – то его друзья завершат начатое.

- И как же нам быть? – потеряла всякую надежду девушка, чувствуя полнейшую безысходность.

- Есть план, только нужно будет еще подождать. Я нашел вариант наладить связь со своим отрядом, – признался Александр. – И как только мы приблизимся к прачечной, то там нас будут ждать наши солдаты.

Алиса улыбнулась и почувствовала прилив сил, как будто ее зарядили положительными эмоциями, и теперь можно было и горы свернуть.

- Главное теперь дожить до этого перехода, – добавил военный. – А для этого надо экипироваться правильно. Пойди, переоденься, там, в шкафу есть обмундирование новое, хотя комбинезонов нет, конечно, поэтому подлатай свой старый.

Романова кивнула и прошла в коридор, где и стоял старый лакированный шкаф, в котором Алиса и нашла новые армейские ботинки, правда, на три размера больше. Затем девушка нашла себе новую черную майку и крутые черные военные брюки, с множеством карманов, лямок, заклепок. После переодевания, пришлось устроиться в кресле, стоящее в зале, рядом с кроватью, на которой крепко спал Светлый. Алиса взяла в руки иголку с ниткой, и начала зашивать дыры в комбинезоне «Сева», вспоминая далекие уроки труда в школе, где ее пытались научить шить и штопать. Правда из этой затеи ничего не вышло путного, поскольку швы ложились неровно и ткань стягивали плотные стежки неумелой швеи.

- Что делаешь, крошка? – послышался голос Светлова, который приоткрыл глаза и наблюдал за стараниями журналистки.

Наемник выглядел уже куда лучше, нежели вчера. Хотя и все еще был бледен. Алиса вздрогнула от неожиданного пробуждения врага и уколола палец иголкой. Выступила капелька крови, которая упала на защитную ткань комбинезона. Корреспондентка, честно, не знала, как общаться со Светловым, поэтому решила промолчать и продолжить свое нелегкое швейное дело.

- Чего? Обиделась что ли? – хмыкнул Дмитрий, медленно поднимаясь и принимая сидячее положение. – Ну, обижайся. Молчание, как умные люди говорят, золото.

Наемник сел на край дивана и снял промокшие от крови бинты с груди: кожа полностью восстановилась, и даже не осталось шрама. Светлов смял алый перевязочный материал, затем снял верх комбинезона, который был неровно разрезан Алисой вчера. Оценив повреждения брони, Светлый развернулся и спросил:

- Твоя работа? И чего мне теперь с этим делать?

Девушка подняла глаза: наемник показывал разодранный серо-голубой костюм «Сева», который он свернул и кинул ей в руки.

- Зашивай теперь.

Алиса хмыкнула и вскочила на ноги:

- Действительно, нужно было сохранить костюм и оставить тебя умирать. Проблем было бы меньше.

Дмитрий, подошел к зеркалу и еще раз оглядел свою кожу – нет ли никаких изменений? Нет, изменений не было. Даже шрамов не осталось. Затем он повернулся к зеркалу спиной и, кажется, посмотрел, видно ли в татуировке на боку и руке, вписанный в орнамент «Антидот». Затем наемник перевел взгляд со своего отражения и взглянул на разгневанную Алису:

- Умирать мне никак нельзя, малыш. Точнее, умереть не получится. Ты-то уж точно знаешь.

Светлый взял запястье Романовой, взглянул на синее пятно и добавил:

- Теперь мы все всё знаем, так ведь?

Алиса одернула руку. Как можно было забыть заклеить дурацкий «Антидот» пластырем? Или замотать чем-нибудь. Поскольку то, что Светлов знает, что «Шестой Антидот» у нее не сулило ничего хорошего. Наемник улыбнулся и добавил:

- Так что давай шей комбинезон. Я в душ, а как вернусь, думаю, что все будет готово.

Дмитрий вышел из зала, а Алиса уже проклинала себя за беспечность, которая принесет ей множество проблем. Так как сорвать зло было не на ком, девушка подняла с кресла костюм наемника, швырнула его на пол и прошипела:

- Не буду я ничего шить!

– Тогда можешь составить мне компанию в душе, – прокричал с другой комнаты Светлов, неизвестно каким образом услышавший слова Алисы, которая покраснела и села штопать броню Дмитрия.

Ночной Ростов сиял огнями, озаряя вокруг пространство, оранжево-желтоватыми фонарями. Гордый профиль города был воссоздан, в основном при коммунизме, но уникальных памятников культуры других эпох в нем множество. Самолеты устало гудели над аэропортом, с трудом претерпев долгую дорогу от Турции, Египта и других городов и стран. Жизнь в этом городе не останавливалась никогда. Ночная жизнь Ростова была такой же бурной, как и днем. Радость и горе, праздники и будни, дни оккупации и День Победы – многое помнили улицы южной столицы России. Иллюминация и подсветка каждого здания на центральных улицах, украшенные лентами фонариков дороги, в общем, каждый день и каждая ночь в Ростове это, своего рода, праздник. Черный “Майбах” стремительно летел по оживленной трассе «М4 – Дон», игнорируя все дорожные знаки и правила, обгоняя по встречной полосе все машины, следующие в одном потоке. На лакированном черном кузове авто четко отражались как фонари, так и световая реклама, расставленная по периметру дороги. Взмах черно-белого жезла – и шикарная машина нехотя сбросила скорость, прижимаясь к обочине. Темное тонированное стекло медленно опустилось вниз.

- Здравствуйте. Старший инспектор Ростовского ГАИ Шевченко, – представился полный сотрудник ГИБДД, откозыряв неизвестному водителю. – Ваши документы.

- Борзые вы, ребята, стали, – проговорил тихо водитель «Майбаха». – За что, хотя бы потрудись ответить, ты меня остановил?

Инспектор ГАИ сразу понял, что совершил ошибку, но все-таки осмелился заметить:

- Вы превысили максимальную скорость на данном участке дороги. По данным радара, вы превысили скорость на восемьдесят километров из разрешенных восьмидесяти. Вы ехали со скоростью сто шестьдесят километров в час.

Водитель явно не слушал, что говорит ему инспектор ДПС. Парень оглядывал салон своего дорогого авто и нежно водил указательным пальцем по значку с двумя буквами «М» на руле. Черный «Айфон» самой последней модели осветил салон автомобиля, сообщая о входящем вызове. Дорогая игрушка, прихоть моды и стиля любого уважающего себя бизнесмена.

- Подожди, – ответил водитель сотруднику ДПС, и нажал на сенсорный экран телефона, который высветил фотографию смазливого парня, с ухоженной прической и модными очками, сумма которых переваливала за сотню тысяч рублей.

- Да, Макс, – ответил Алексей Громов, который находился за рулем того самого авто. – Куда подъехать? Сейчас буду.

Директор ростовского телеканала отбросил телефон на соседнее кресло и обратился к сотруднику ДПС: – Так, слушай, мне некогда с тобой тут болтать. Раз у тебя память плохая и ты не вспомнил кто я, то на тебе на лекарства для памяти и запиши номер машины в блокнот, дебил. – Громов извлек из кошелька пять сто долларовые купюры и вложил в свои водительские права.

Гаишник открыл права и, прочитав фамилию владельца “Майбаха”, побледнел:

- Алексей Владимирович! Извините, ради Бога, не узнал! Простите, – инспектор Шевченко трясущимися руками вернул документы вместе с деньгами. – Удачной дороги!

Громов вырвал из рук свои права, и театрально выкинув на проезжую часть доллары, максимально вдавил педаль газа в пол и немецкий автомобиль, подняв завесу дыма из горящих шин, полетел в центр Ростова.

К сотруднику Шевченко подошел его товарищ по службе:

- Ты больной что ли? Работать надоело? Ты еще Путина останови, придурок! Радуйся, что все так прошло...

Инспектор Шевченко, все еще бледный, наклонился и подобрал зеленые деньги, на которые в Ростове можно жить на широкую ногу целую неделю.

Авто подъехало к входу дорогого ночного клуба, расположенного в центре города. Охрана – два дюжих молодца в черных деловых костюмах, без лишних разговоров пропустила Алексея Громова внутрь. Дым сигарет, удушающий запах спиртного, грохочущая музыка и жар от танцующих, уже пьяных тел, сковывал дыхание и замутнял разум. Все органы, казалось, содрогались внутри от невыносимо громких басов, исходящих от колонок.

Европейский ди-джей ставил самые свежие треки, чтобы угодить золотой молодежи Ростова.

Алексей поднялся на второй этаж, где в VIP- баре сидел лишь один человек, лучший друг Громова, владелец этого клуба – Максим Теплов. Теплов нервно затягивался тонкими сигаретами и выпускал клубы дыма чуть в сторону от перевесившийся через барную стойку барменши модельной внешности. Увидев вошедшего Громова, девушка резко поправила локоны волос и отринула от стойки, начиная судорожно перетирать бокалы для шампанского, при этом, не забывая томно улыбаться. Теплов, увидев перемену поведения подружки, развернулся на барном стуле, и на его лице тоже возникло чувство смущенности или какой-то напряженности. Мужчины пожали друг другу руки и Алексей сел за барную стойку.

- Наташенька, – щелкнул пальцами Максим работнице бара. – Алексею налей виски, за счет заведения.

Его симпатичная светловолосая подружка кивнула и налила “Black Label” в изящную рюмку.

Поставив на стол и бутылку, и рюмку она вышла из-за стойки и прошла, виляя бедрами, через VIP-зону, оставив мужчин одних.

- Макс, – начал Громов, выпив рюмку обжигающего напитка. – Что произошло?

Теплов замялся, постукал пальцами по дубовой поверхности барной стойки, провел ладонью по скулам и лишь потом, решился ответить.

- Леш, тут такое дело. В общем, та твоя журналистка, которую ты в Чернобыль отправил …. Как ее?

- Романова, – ответил Громов, заметно насторожившись.

- Ну да – да, она. В общем, так как ты просил, не получилось... – ответил Максим, опустив взгляд в пол.

- Как не получилось? – в голосе Алексея прорезались стальные нотки.

- В общем, они живы еще, – ответил Теплов, между тем разглядывая обстановку в своем клубе. – Ну оператора отходили хорошенько, кажется, пару ребер сломали, а вот девка бегает по Зоне хоть бы что! Я боюсь, что они могут вернуться.

Громов закрыл глаза и потер переносицу указательным пальцем. Обстановка накалялась. Как? Страшно начала раздражать громыхающая музыка, да и чересчур спокойный Теплов.

- А как же твои хваленые наемники? – так же холодно спросил Алексей у друга, едва сдерживая себя в руках. – Мне что деньги отдавать в кассу обратно? Интерпол уже в розыск подал их фотографии.

Теплов вздохнул и опустил взгляд:

- Наемники требуют большей суммы. «Антидот» они нашли.

- Какой?

- «Синий».

- Отлично. В чем же тогда проблема?

- Он у твоей журналистки.

- Так убейте ее.

- Он у нее в крови, Леша.

Громов задумался: все, что приказал его отец, владелец крупнейшего пункта хранения радиоактивных отходов в России, он сделал. Он нанял наемников, которые помогут ему добыть «Антидот», с помощью которого можно будет повторить аварию на ЧАЭС и его отец, сможет продать землю, зараженную ЧАЭС под захоронение радиоактивных отходов Евросоюза и США. Конечно, правительство Украины, России и Белоруссии ни в коем случае не согласились бы жить рядом с бомбой замедленного действия, но после повторного взрыва одного из энергоблоков, испуганные президенты и глупые депутаты с радостью отдадут зараженные земли, особенно при обещании контроля Чернобыльской АЭС, ее состояния и сохранения ее стабильного состояния. Многомиллиардная сделка рушилась прямо на глазах из-за того, что он, Алексей Громов, решил воспользоваться случаем отмыть украденные несколько миллионов, а поэтому он отправил двух журналистов в эти пресловутые земли Отчуждения или как там они называются? Два человека потерянные или убитые на территории чужой страны? Тем более, сбежавшие с огромной суммой денег за границу – кому они нужны? Либо посадят, а скорее убьют. Но нет! Даже такое пустяковое задание шло под откос! Экологическое объединение «Беллона», занимающаяся охраной и слежкой за переработкой ядерного топлива и радиоактивных отходов сразу же начнет копать это дело. И тогда…

- Макс, ты понимаешь, что если «Антидот» не добудут, то мой отец убьет и меня и тебя?

Максим Теплов закивал, уставившись в барную стойку и нервно теребя золотую сережку с бриллиантом в левом ухе.

- Нет, Макс, ты не понимаешь, – отрезал Громов. – Если они выживут, то Романова наделала столько снимков из этой долбанной Припяти, что ей простят те три миллиона, которые я на нее списал. Мне впаяют срок за кражу этих денег, а если еще покопаются в моей бухгалтерии, то вообще меня из тюрьмы не вытащат никогда. И отца тоже. И его договор насчет этой сранной повторной аварией на этой чертовой ЧАЭС. Все будет! Понимаешь? Всех посадят и мою семью и тебя! И клубы твои заберут и машины. Понимаешь, идиот?

Громов в ярости разбил бутылку виски о пол и закинул руки за голову.

- Та-а-ак, – протянул он. – Надеюсь, ты своей шалаве, – Алексей кивнул на дверь, за которой недавно скрылась барменша-модель. – Ты ей не раскрыл наш маленький секрет?

Теплов снял очки, взглянул на друга и провел языком по зубам, глядя в потолок:

- Макс, – гневно прошипел Громов. – Из-за того, что ты трепишься, как баба, меня скоро посадят. Зови ее!

Теплов надел очки и встал с барного стула:

- Наташенька, детка, – закричал он. – Иди сюда!

Дверь распахнулась, и блондинка с испуганными глазами зашла в комнату. Она явно подслушивала. За дверью мерцал стробоскоп, и вваливались клубы дыма.

- Дверь закрой! – приказал шепотом Громов, развернувшись на стуле к девушке.

Та раболепно улыбнулась и захлопнула дверь. Пока она стояла спиной к мужчинам, Алексей быстро достал из кармана пистолет ТТ и навел на светловолосую красавицу. Та развернулась и, глупо похлопав ресничками, замерла на месте. Раздался выстрел, который из-за грохочущей музыки никто не услышал.

Макс Теплов с легкой ноткой грусти взглянул на мертвое тело своей подружки:

- Жаль, неплохая баба была. Но растрепать могла все.

Громов презрительно взглянул на труп и усмехнулся:

- Сам-то ты хорош, нашел с кем делиться! Другую шалаву найдешь. Так, – Алексей убрал пистолет в карман. – Я добавляю еще столько же денег наемникам, и пусть я больше никогда не услышу ни о журналистах, ни о «Антидоте».

====== Часть 7. Правда. Новая жертва. ======

Глава 7.

Новая жертва

День подходил к концу. Серые тучи привычно затянули небо над Припятью. Алиса наконец-то закончила чинить порванные комбинезоны и отложила нитку с иголкой в сторону. Глаза устали от долгого напряжения, да и света в комнатах не было. Девушка потерла лоб ладонью и откинулась на спинку кресла, потягиваясь и сонно закрывая глаза. Мышцы спины приятно растянулись, принося облегчения от долгого сидячего положения. Внезапно, комбинезоны с колен кто-то сорвал.

- Ну вот! Отличная работа. А ты упрямилась, крошка.

Алиса резко открыла глаза и посмотрела на источник шума: Светлов разглядывал швы на своем костюме и улыбался.

- Видал, Сашка. Твоя журналистка еще штопает славно. Золото, а не сталкерша!

Дегтярёв прошагал в зал, не обращая внимания на болтливого наемника. Он собирал рюкзак и доставал нужные вещи из ящиков.

- Мы уходим? – спросила Романова.

- Через полчаса выходим, – ответил сотрудник СБУ, закидывая в рюкзак запасной фонарик.

- Круто, – обрадовалась Алиса, вспоминая слова Дегтярёва, про возможность встречи с отрядом Дегтярёва у прачечной. – Значит, снова в путь?

Вопрос Романовой остался висеть в воздухе, поскольку где-то внизу пятиэтажного здания, в котором они находились, раздались выстрелы. Светлов и Дегтярёв не сговариваясь в одно мгновение достали из кобуры пистолеты и навели оружие друг на друга.

- Твои бойцы, Сашка? – держа на курке палец, спросил Дмитрий. – Бестолково их воспитываешь. Слышно за километр.

- А мне кажется это наемники, – предположил Александр, вытянув руку с пистолетом к голове Светлого. – Громче псевдогиганта ходят твои солдаты. Позор!

Алиса, которая стояла рядом с окном оглянулась и увидела входящих в подъезд бойцов в пятнистых бронекостюма «Монолит», одни из которых достреливали стаю псевдособак, напавших на отряд.

- Это «Монолит», – почему-то шепотом ответила Романова и увидела, как мужчины опустили оружие, и подошли к окну, глядя на врага.

- Черт! Фанатики – это паршиво! – сплюнул Светлый, направляясь в коридор.

Дегтярёв молча взял свой автомат и крикнул:

- Через подъезд уже не выйдем. Это я тебе обещаю.

Алисе, если честно, было страшно дышать, не то чтобы шевелиться. Захотелось оказаться в любом другом, безопасном месте, где нет безжалостных «Монолитовцев», охотящихся на меченых «Антидотом». Хотелось спрятаться в шкаф или за дверь.

Светлый снова вошел в зал и схватил ИЛ86, заряжая его, наемник спросил:

- Есть предложения? Поскольку эти твари будут здесь минуты через три.

- В окно, – сказал Дегтярев, доставая из рюкзака веревку.

- В окно? – переспросила испуганно Алиса. – А что им здесь надо? – Алиса начала задавать совершенно глупые вопросы, из-за страха. Так всегда бывает, когда страх затуманивает голову. Человек начинает болтать без умолку, начинается, так называемый “словестный насморк”. Стыдно, страшно, но поделать ничего нельзя.

- «Монолит» приходит всегда за кем-то, – ответил Светлый, прерывая ее вопросы и открывая в зале окно. – Думаю, они пришли за твоей меткой, крошка. Она им, как кость в горле.

Дегтярёв поднял брови, услышав слова наемника, и взглянул на Алису, которая лишь пожала плечами, мол «Он сам узнал, я не виновата», а затем майор прошел туда же, куда и Светлов, выглянув за край, ответил:

- Двадцать один. По двое солдат еще на дверях стоят. На землю – никак.

Алиса побледнела, а Светлов ухмыльнулся.

- Если бы в карты играли, они бы выиграли! Двадцать одно – очко. Ну, теперь на крышу только.

Он деловито осмотрелся в комнате и сгреб в кучу пару гранат, ножи и несколько банок консервов. Только сейчас девушка заметила, что мужчины были одеты в защитные комбинезоны “Сева”, а вот она, как дура, ходит в легкой черной майке с коротким рукавом,, легких брюках и берцах, сорокового размера на босу ногу.

- А как на крышу? – спросила Алиса, забирая свою СА “Лавину” и быстро влезая в свой комбинезон.

- Да, как-нибудь! – улыбнулся Светлый и, отобрав у нее из рук автомат, и закинул оружие себе на плечо. – Хоть по стене, как Питер Паркер. Ты первая, кстати.

Дегтярёв, в то время, как-то умудрился приладить веревку на крыше пятиэтажки.

- Алиса, – прошипел майор. – Давай быстрее и без лишнего шума. Если «Монолитовцы» заметят тебя, то у нас шанса уже не будет.

Романова подошла к окну, неловко на него залезла, пощупала веревку, а потом оглянулась и спросила:

- И как мне это делать?

- Крошка, тупее вопроса ты не смогла придумать, – возмутился Светлый. – Как это делать? Руками!

Шум в подъезде стал громче, значит «Монолитовцы» уже начали обыскивать соседние квартиры.

- Как можешь, держись главное, журналистка, – ответил нервно Дегтярёв, чувствуя опасность. Он вручил ей веревку в руки, а один конец, обмотал вокруг левой ноги. – Вперед!

Алиса вздохнула и, ухватившись руками за веревку, попыталась подтянуться на руках – ничего. Потом она уперлась ногами в белый кирпич и потихоньку начала продвигаться вверх. Она чувствовала себя так же ужасно, как и тогда в “Припять-1”: ничего не получалось, руки болели, а пространство, которое нужно преодолеть, казалось вечностью, только здесь еще если упасть, то лететь придется семнадцать метров. Высота страшно тянула вниз, а голова кружилась.

Алиса в очередной раз тяжело вздохнула, но как-то уцепилась за кирпичный край и, шкрябая ногами по стене, она ввалилась на крышу хрущевки. Мышцы гудели, в голове стучала кровь.

На миг в голове возник образ или, точнее, видение, как Алиса убегает от невидимого врага, которого каждый сталкер знает, как кровосос. Девушка чувствует его присутствие и слышит чьи-то крики. Оборачивается и видит «Монолитовцев», которые стреляют по беглецам. Алиса видит, как падают Светлов и Дегтярёв, а ее шею обвивают щупальца мутанта. Последнее что она видит, это выцветшие красноватые буквы на фронтоне высокого здания «Готель Полiccя».

“ Черт!” – подумала девушка. – “То ли галлюцинация, то ли видение, но очень не приятное. Что это могло означать?”

Девушка едва успела подняться на ноги, как позади послышался шум. Алиса обернулась: веревка, по которой сталкеры взбирались на крышу, почти перетерлась о неровный край кирпичной кладки. Она рванула к краю дома и помогла подняться, только что поднявшемуся Дегтяреву, и они вдвоем вытянули Светлого, который еще умудрился и закрыть окно. Все трое встали на крыше.

- Спасибо, – ответил Дегтярёв. – Так теперь вниз, – майор подошел к противоположному краю крыши и взглянул вниз.

Романова тоже подошла к краю пятиэтажки и увидела то самое здание с буквами на крышке «Готель Полiсся». Неприятный холодок пробежал по коже.

- Нет! – категорично ответила Алиса, но поняла, что аргументы она представить к своему запрету не может. Сказать, что она слушает свои видения, как минимум глупо.

- Почему? – спросил Светлов. – «Монолитовцы» могут подняться…

- Нельзя, – отринула снова девушка. – Мне… Мне плохо…

Единственное, что могло бы удержать сталкеров, то это, попытка совершить вынужденную остановку по причине отвратительного самочувствия. Алиса попыталась сделать более правдоподобную мину сильной боли и схватилась за живот, решая, что именно там и разыгралась ее неожиданная болезнь.

- Хватит прикидываться! – прошипел Светлов, приседая рядом. – Актриса из тебя никакая.

Дегтярёв добавил:

- Мы уйдем без тебя, журналистка. Подъем!

Алиса понимала, что выглядит это совершенно глупо, но она упала на крыше и снова пожаловалась на боль в районе желудка. Благо, валять дурака пришлось не долго: внизу послышался шум. Романова вздрогнула и тут же вскочила на ноги и подошла к краю крыши. Именно с той стороны, с которой несколько минут назад предлагал спуститься Светлый, раздались крики и выстрелы. «Монолитовцы» вспугнули целое логово кровососов, которые теперь мстили им тем, что открыли на них чудную охоту. Автоматные очереди тревожили тишину здешних мест. Несколько воинов уже стали добычей невидимого врага.

- Кровососы? – с удивлением произнес Светлый, глядя на бойню, которая проходила внизу. – Какого черта, девчонка? Откуда ты знала?

Дегтярев, ничего не говорил, но по его выражению лица было видно, что он был удивлен. Знать об этом не мог никто, но пояснять о причинах нежелания Алисиного спуска, тоже уточнять никто не спешил.

- Я там видела кровососов, поэтому и решила вас остановить, – соврала журналистка. – Боюсь, придется остаться. Так ведь?

- Романова, – сурово заметил майор СБУ. – Еще один сюрприз – и нам придется с тобой попрощаться. Все, что тебе становится известно, ты обязана докладывать. Ясно?

- Ясно, – мрачно согласилась Алиса.

Мужчины едва заметно переглянулись и пошли осматривать крышу на наличие нужных предметов. Они бросили оружие около какого-то ящика, который уже почти стал частью кровли пятиэтажки. На крыше было множество чердачных помещений, в которых валялся всякий хлам, а также за все года, которые Припять существует без своих жителей, здесь уже собрался целый лес ломаных веток.

Алиса вздохнула с облегчением, хорошо что, по поводу спуска, расспросов не было.

Светлый взял ИЛ86 и внимательно осматривал ситуацию, происходящую внизу, через прицел винтовки.

Алиса было больно слышать крики погибающих людей, хоть и были они «Монолитовцами», но все равно они люди. Она поднялась и подошла к своему рюкзаку, из которого ее поцарапанные и, сбитые на костяшках пальцев, руки извлекли пару банок консервов и свою верную фотокамеру, на которую она сделала пару кадров близлежащих пейзажей.

- Ты сильно камерой не свети, – посоветовал наемник, разглядывая фотоаппарат. – Знаешь, папарацци – опасная профессия, а особенно в Зоне Отчуждения.

- Думаю, что если ты меня не сдашь, то многие об этом не узнают, – усмехнулась Алиса, пряча камеру в рюкзак. – А снимки, оставлю себе на память.

- Память? – хмыкнул Светлый, поджигая костер под ломанными сухими ветками. – А если не выберешься?

- Тогда мне будет фиолетово на то, что я делала при жизни, а особенно я не буду думать о фотоснимках, – ответила честно журналистка.

- Как мило, – скорчил мину умиления наемник. – Наша железная леди признала, что она смертна.

Алиса вздохнула и злобно оглядела Светлова, будто желая сжечь его взглядом:

- Может лучше костер разведешь? Холодно же.

- Я похож на бойскаута? – усмехнулся Дмитрий, сложив руки на груди, как вдруг к нему подошел Дегтярёв и запустил в него коробком спичек, добавляя:

- Похож, Светлов. Разводи костер. Это единственная хорошая идея.

Наемник попытался изобразить улыбку, но все-таки поднял с поверхности крыши спички и прошел вперед.

Спустя несколько минут костер уже разгорелся и от него приятно тянуло жаром. Ночь обещала быть долгой и холодной. Спуск с пятиэтажки пришлось отложить до утра. Языки пламени сияли в стремительно опускающейся темноте, костер приятно потрескивал, напоминая о детских походах и о далеких школьных годах со своими маленькими шутками и проказами.

Напротив Алисы присел на старый деревянный ящик Дегтярёв, который протянул руки к оранжевому пламени и, почувствовав тепло, потер ладони друг о друга и улыбнулся.

- Сейчас бы еще чего-нибудь перекусить, – жалобно произнесла Романова, понимая, что все припасы остались внизу в квартире, а следующий привал будет неизвестно когда. Майор СБУ подтащил к коленям свой рюкзак и, покопавшись в нем, кинул в руки журналистке банку с тушеным мясом.

- Трескаешь? – крикнул Светлый, выходя из одного из чердаков, наблюдая за тем, как Алиса открывает банку с едой. – Ну, трескай! Глядите-ка, что я нашел.

Старая лакированная гитара, поблескивала, отражая свет языков пламени. Наемник сел рядом с Алисой на импровизированный табурет, который оказался старой советской радиолой “Сакта”, пафосно перекинул из руки в руку инструмент и ударил по струнам. Раздался жесткий металлический гул.

- Расстроенная, – хмыкнул Дмитрий, пытаясь настроить гитару, зажимая пальцами левой руки то один, то другой аккорды.

Дегтярёв приподнял бровь и саркастично спросил:

- Ты решил концерт начать? Тут все псевдособаки сбегутся, не только “Монолитовцы”.

- Очень смешно! – Усмехнулся Светлый, наигрывая знакомую мелодию. – А в универе ведь сам просил научить играть. Неужели в СБУ отбили желание тянуться к искусству?

- Сейчас я тебе что-нибудь отобью посерьезнее, нежели тяга к искусству, -пригрозил военный, сжав кулаки.

- Ладненько, Сашок, – улыбнулся Светлов. – Ты же умный мальчик, знаешь, что со мной тебе не справиться. Насчет “Антидота” тебе уже известно, поэтому давай просто дождемся утра и пойдем к ЧАЭС, во избежание несчастных случаев?

- Играй, – согласилась Романова, откидывая пустую консервную банку назад, чувствуя, как захотелось спать.

- Вот! – засиял болтливый наемник,перебирая струны на гитаре. – Сразу видно, что человек творческий. Саня, давай водочки выпьем, чего ты как не родной?

Дегтярёву не нравилось все, что делал Светлов, но, надеясь на скорую расправу, он извлек из рюкзака бутылку водки “Казаки” и разлил по пятьдесят грамм в рюмки. Светлов сжал в руках шлюмку с алкоголем и произнес:

- За везение, поскольку за жизнь здесь пить глупо.

Стук стеклянных стопок отразился по крыше и затерялся в кронах деревьев, а Алиса полусидя, опираясь на свой рюкзак, уснула.

Рассвет щекотал ресницы, спина затекла и сильно болела. Захотелось размяться. Алиса открыла глаза и огляделась: парни уже были собраны для спуска и марш-броска к прачечной.

- С добрым утром, спящая красавица, – помахал рукой Светлый, привязывая к выступу на крыше веревку. – А мы уже подумали, что без поцелуя прекрасного принца не проснешься!

- Проснусь, Светлов, – ответила Алиса, быстро поднимаясь на ноги. – Сама справлюсь

- Вот такие принцессы пошли, – продолжил наемник, приобнимая девушку за талию . – Феминистка!

- Руки убрал, наемник! – Романова скинула руку Дмитрия и резко ударила его по щеке.

Светлый промолчал и лишь улыбнулся, прожигая холодным взглядом журналистку.

- Светлов, – предупреждающе заговорил Дегтярёв. – Давай без шуток. Сейчас спускаемся.

- Да с удовольствием, – сверкнул глазами Дмитрий. – Я первый, ребятки!

Все трое надели на спину рюкзаки, взяли автоматы и начали спуск. Алиса спускалась последней. Хорошо.

Когда мужчины уже коснулись земли, девушка подошла к краю и взглянула вниз. Семнадцать метров! Кошмар!

- Мама, – боязливо передернуло Романову, но делать нечего, пришлось спускаться.

В целом, спускаться было легче, чем подниматься. До третьего этажа все было ничего, а вот потом рука оскользнулась и девушка едва не упала вниз. Благо, что успела захватить веревку и продолжить спуск.

- Я так с вами скалолазкой стану, – не могла отдышаться Алиса, потирая горящие руки, коснувшись ногами земли.

- Пошли скорее, альпинистка-скалолазка, – ответил Дегтярёв, вручая ей в руки автомат СА “Лавину”.

Алиса зло посмотрела на оружие в руках, а затем все же поспешила пойти за сталкерами. Встреча с химерой доказала, что лучше плестись поскорее за мужчинами, во избежание проблем. Шагая по периметру госпиталя все думала, о том, как же им с Ванькой повезло: они не встречали почти никаких мутантов, ни вляпались, ни в одну аномалию, ни встретили, ни “Монолит”, ни наемников. Нет, ну наемников все-таки они встретили, но как им повезло, что там оказался Димка Светлый. По крайней мере, этот гад их не убил в первые двадцать минут пребывания в Зоне.

Видимо Зона любит вводить в заблуждение новичков и испытывать на прочность более опытных сталкеров.

Сталкеры шли впереди Алисы, все время, всматриваясь то в прицел автоматов, то оглядывая окрестности, но на удивление, во дворе госпиталя царила тишина. Лишь где-то вдали лаяли псевдособаки, рычали снорки, но на горизонте не было видно ни одного мутанта, а значит, что пока фортуна повернулась к ним лицом.

- Пока везет, – словно прочитал мысли Алисы Дегтярёв, оценивая ситуацию. – Но не расслабляемся! Дойдем до прачечной, а там – прямо до ЧАЭС. Вернемся живые, вот тогда и расслабимся.

- Расслабимся, Сашок, дома. – Светлый нахмурился и добавил. – На гражданке, а тут всегда война.

- На гражданке тоже не всегда мирно, – отозвалась журналистка. – Абсолютного мира нет нигде.

По пути, когда уже до прачечной осталось не более полукилометра, им встретились пятерка зомбированных.

- Так, просили веселье? – крикнул Светлый, вскидывая автомат. – Получайте!

Огонь из трех автоматов, быстро скосил бывших сталкеров, хотя пару ходячих мертвецов пришлось добивать в упор, чем и занялся Светлов.

Алиса закрыла глаза и отвернулась, она не могла свыкнуться с мыслью, о столь легком убийстве “бывших” людей.

Она вздохнула и спросила:

- Ну что? Пойдемте дальше?

Мужчины кивнули и двинулись в путь. Они молчали, видимо каждый из них думал о чем-то своем. Алиса думала о том, что скоро будет спасение. Так обещал Дегтярёв. Нужно было пройти сквозь заброшенное здание старого магазина “Березка” и за ним начиналась уже почти безопасная территория, где в здании прачечной их уже ждут бойцы Дегтярёва. Мысли вились в голове, а сердце радостно заходилось в предчувствии скорой свободы. Старый магазин был с выбитыми стеклами витрин, и стоял напоминанием того, что в этих землях не было ни мародерства, ни краж при уходе из города жителей. Холодильники, стеллажи остались в том же состоянии, в каком они и были 26 апреля 1986 года. Нет, ну сталкеры, естественно, там кое-чем поживились, но основа осталась прежней. Три человека прошли сквозь зал магазина и спустились в полуподвальное, подсобное помещение. Темно и холодно...

А еще почему-то страшно.

Алиса поежилась, как вдруг, у нее в ушах появился звон в ушах.

“Недосып и стресс дают о себе знать”, – подумала Алиса, потирая виски кончиками пальцев. – “Обычное проявление усталости”. Но девушка обратила внимание, что мужчины тоже начали озираться по сторонам. А видимо странное состояние не чудилось ей одной. Вдруг, пространство магазина словно вытянулось, а сознание, словно наоборот сжалось. В голове вспомнились самые ужасные события ее жизни: ссоры, ругань, драки, кровь, боль. Девушка схватилась за голову, которая казалось, сейчас взорвется. Снова сознание притянуло к неизвестному телепату, страх, высота, раны, удары, и через минуту девушку резко отбросило назад. Алиса потеряла равновесие. Она подняла голову и увидела гуманоида с гипертрофированной, огромной головой с печальными глазами. Он поднял одну руку перед собой, направив ее в сторону Светлого и Дегтярёва, а другую руку, которая была направлена в сторону, где стояла Алиса, он медленно опустил вниз. Спутники Романовой упали и схватились за головы, крича, видимо от невыносимой боли. Журналистка растерялась: взглянула на контроллера и вновь опустила глаза на его жертв.

“Если он телепат, то может читать мысли?” – не успела подумать Алиса, как у нее в голове раздался тяжелый хриплый голос:

“ Зачем вы пришли? Убирайтесь пока целы”, – ответил телепатически контроллер.

- Так отпусти их! – Крикнула Алиса и ее слова зазвенели в здании.

Проигрывать интеллектуальную дуэль никак не хотелось, поэтому девушка решила идти напролом. Она с вызовом смотрела мутанту прямо в глаза: получеловеческое лицо с выпученными чёрными глазами, гипертрофированный лоб, пульсирующие язвы-волдыри в районе висков. Тварь выглядела, как минимум, зловеще.

“ Ты считаешь, что ты можешь победить меня?” – прохрипел телепат.

“ Да”, – дерзко ответила Алиса.- ” Отпусти их”.

“Возможно, ты права”, – заметил мысленно телепат. – «Но сможешь ли ты победить своих друзей?”

Алиса сначала не поняла, о чем сказал мутант, но потом обернулась и ахнула: контроллер поднял руку и вместе с ней встали Светлый и Дегтярёв.

- Ах ты сволочь, – вслух сказала контроллеру Алиса и сделала пару шагов назад. Натравить на нее военных? Хорошенькая идея. Мужчины достали ножи из-за ремней и начали вертеть их в руках. Дело плохо, драться – это значит проиграть. С двумя мужчинами, которые сотрудники спецслужб и имеют такой боевой опыт, что ей и не снилось. А вот убежать....

Алиса развернулась и прочь помчалась от сталкеров. Снова сознание исказилось... Оказалось, что она не сдвинулась с места ни на шаг. Вот дрянь!

“Тебе не уйти” – послышался голос контроллера.

Алиса почувствовала, что может двигаться и сразу же прижалась спиной к стене. Какое-то резкое движение слева и девушка по инерции отклонилась в сторону. Светлый воткнул нож прямо около головы Романовой, если бы она не увернулась в последний миг, то все бы закончилось печально и очень быстро. Журналистка в отчаянии схватилась за нож, но вытянуть из дерева она его не смогла. А жаль, ведь хоть какое-никакое оружие в руках необходимо.

- Черт, – прошипела Алиса в ярости и отчаянии.

Позади вновь появилось движение. Убежать! Рванув от стены к выходу, Алиса почувствовала, как в очередной раз контроллер сыграл с ней в нечестную игру: ее ноги словно притянул к земле невидимый магнит, из-за которого она не может сделать и шага. Зато руки шевелились. Девушка потянулась к противоположной стене, на которой кроме большого осколка зеркала и старинной вешалки ничего не было.

«Убить»

Приказ прозвучал в голове у всех троих сталкеров, правда, для Алисы этот приказ оказался роковым. Вдруг руки Дегтярёва сомкнулись на ее шее. Дышать стало слишком тяжело. Романова перехватила руки майора, но разжать мертвую хватку парня не представлялось возможным. Особенно, когда ими управлял контроллер. Алиса в панике пыталась ухватиться за все, что можно, ее рука дотянулась до зеркала на стене, и чудом осколок оказался в ладони у девушки. Она сжала зеркало и что есть сил, ударила острием осколка по запястью Дегтярёва. Кажется, она перебила вену на руке майора Госбезопасности, но кровь быстро начала сворачиваться и за несколько секунд вовсе прекратилась.

« Прощай, неизвестный сталкер», – гулом отозвалось в голове Алисы то, что говорил ей телепат.

В глазах потемнело, а сознание стало покидать ее. Воздуха не хватало катастрофически. Еще удар по запястьям Дегтярёва. Кровь снова быстро сворачивалась.

«Чертов Антидот!» – подумала Алиса, вспоминая о возможности «Первого Антидота» быстро прекращать кровотечения, как тут ее осенило: антидот! Ее «Антидот» обладает свойствами пси-защиты! Вот почему контроллер не мог взять ее под контроль. А у Дегтярёва и Светлова «Антидоты» уязвимые для атак телепата, а если…

Романова прижала к своему запястью осколок зеркала, именно там где под кожей синела введенная иньекция и резанула острием по коже. Темная кровь закапала на пол и стекала по руке тонкими струйками.

«Что ты делаешь?»

Алиса не слушала контроллера и ударила по запястью Дегтярёва , сразу же подставляя над раной свою порезанную руку. Несколько капель ее крови успели попасть на порез руки военного, а девушка почувствовала, как слабеет хватка майора СБУ, его глаза становятся более осмысленными. Романова ударила его по рукам и жадно вдохнула воздух ртом, заходясь в кашле. Дегтярёв замотал головой и резко развернулся, глядя ошалело на мутанта, который, казалось, растерялся от неожиданной потери контроля в этой ситуации. Майор СБУ выхватил нож из-за ремня и бросился к контроллеру, который воздел руки к потолку и вновь попытался взять под контроль сталкера. Перед мутантом возник Светлов, который все еще был под гипнозом телепата, но СБУшник ловко вывернулся из-под ударов наемника, проскользнул ближе к контроллеру и резким движением снес гипертрофированную голову мутанта. Обезглавленное тело глухо свалилось на пол. Светлов на миг застыл на месте, а затем схватился за голову и присел на пол. Александр оглядел труп мутанта, взглянул на сидящего, на полу наемника и лишь затем, развернувшись, спросил:

- Что произошло?

- Вы умудрились попасть под контроль нашего умного друга, – отдышалась девушка, чувствуя, что поврежденное запястье начало неметь. – И чуть не прибили меня...

Агент Госбезопасности на миг закрыл глаза, а затем посмотрел на ее окровавленную руку. Без лишних вопросов он присел перед ней и достал из кармана бинт. Как только порез был забинтован, сталкер решился узнать:

- Как ты меня вывела из гипноза?

- Ну... – замялась Алиса. – Был способ…

- Что за дрянь тут происходит? – прорычал Светлов, поднимаясь на ноги, но все еще держась за голову.

Дегтярёв задернул свой рукав и, увидев белесые шрамы на своих запястьях, удивленно взглянул на журналистку, которая лишь вяло улыбнувшись, добавила:

- У меня же есть пси-защита?

- Черт подери, – рявкнул Дмитрий, переступая обезглавленное тело контроллера. – Это вот эта хрень нас под контроль взяла?

Алиса пошатываясь поднялась, опираясь на стену и произнесла:

- Давайте все-таки пойдем отсюда?

Девушка молча вышла на улицу из полуподвального помещения магазина. Ее спутники последовали за ней.

Вскоре, на горизонте появились очертания уже знакомой Алисе прачечной.

Рядом со зданием никого не было. Странно это. Обычно, здесь сталкеры курят. Но, Алиса не придала этому особое значение. Сейчас все-таки время не спокойное, черт его знает, что может случиться. Действительно, зачем рисковать? А как же отряд Дегтярёва?

- Постой, – произнес Светлый, вскидывая автомат. – Зачем нам заходить в прачечную?

- Нам нужно взять боеприпасы, – ответил Дегтярёв, останавливаясь перед дверьми. – Если их не взять, то к ЧАЭС мы точно не дойдем.

- Если тут будет засада, то я расстреляю и тебя и девчонку, – предупредил наемник, указывая на дверь. – Вперед!

Алиса, несмотря на свою невероятную слабость, очень радовалась тому, что они стоят перед этим зданием. Да, сейчас им помогут!

Ржавые двери скрипнули, и странники вошли внутрь. Вместо привычной военной формы, в которую были одеты рядовые спецотряда Ковальского и Дегтярёва, глаза резануло обилие серо-голубого.

Мысль, как вспышка: бежать!

Алиса рванулась, но было поздно. Автоматная очередь по кирпичной стене, подняла пыль в сантиметрах десяти от ее тела и отбила желание пытаться устроить побег. Дегтярёв тоже вскинул автомат ФТ-200М, но против наемников это бы не подействовало.

- Заходим, – скомандовал один из наемников, который судя по всему, был главным. – Не стесняемся.

Алиса оглянулась на Дегтярёва и Светлого: Александр явно не ждал этой встречи, но был настроен на бой, а вот Светлый молча стоял и глядел на потолок.

- Вперед! Живо! – рявкнул руководитель наемников.

Алиса шокировано оглядывала окружающих наемников: их было девятнадцать. Она молча опустила оружие и прошла за лидером наемников в главную залу прачечной. Она слышала как Дегтярёв, едва заметно задел ее рукой. Она подняла глаза и посмотрела на майора. Возможно, у него есть какой-то план?

- Оружие на пол, – приказал наемник, одетый в черный экзоскелет. Видно было лишь лицо неизвестного убийцы: лет тридцати пяти, с темными, короткими волосами и хищными, как у птицы глазами, которые вселяли Алисе страх.

- Может еще и паспорт отдать тебе, Хог? – Дерзко заметил Дегтярёв, выходя вперед .

Наемники напряглись и стали слышны щелчки, которые говорили о том, что автоматы сняты с предохранителей. Отступать было некуда. Где же отряд освободителей?

- На вашем месте, майор Дегтярёв, – расплылся в улыбке Хог, подходя к СБУшнику. – Я не стал бы надеяться, что мы не оттеснили ваш отряд, который пытался сюда попасть, – Хог ткнул пальцем в грудь Дегтярёва.

Алиса поняла, что спасения не будет. Это уже точно. Никто не придет и не поможет. На сей раз, наемники оказались куда сильнее, чем фортуна, которая единственная до этого момента помогала журналистке. Хог оттолкнул майора, подошел впритык к Алисе и заглянул в ее глаза, которые она отчаянно прятала:

- Носительница «Антидота». За тебя будут получены хорошие деньги.

- Деньги? – переспросила Алиса, подняв взгляд.

- Майор Светлов! – из полумрака прачечной вышел еще один командир наемников по имени Тесак. Коротко стриженый мужчина, с черными, как смоль, волосами, с голубыми глазами и, едва заметным шрамом на правой щеке. – Майор Светлов, каков будет приказ?

Алиса взглянула на Дмитрия, тот молча, расправив плечи, подошел к Тесаку и снисходительно глянув на подчиненного, приказал:

- Так, девчонку на продажу, а Дегтярёва оставьте в карцере….

- Светлый! – Алиса потеряла дар речи, и едва понимала, что тут происходит. – Что ты делаешь?

Раздался смех наемников. Все предельно ясно: он оказался у наемников главным. Майор Светлов, значит? Неплохо. Светлый улыбнулся и подошел к девушке, в который раз, легонько хлопнув ее по щеке:

- Свою работу, крошка.

Алиса растерянно взглянула на агента Госбезопасности, стоящего рядом.

В глазах у Дегтярева заиграли недобрые огоньки, а мощные руки сжались в кулаки. Скулы напряглись, и он нервно постукивал себя кулаком правой руки по бедру.

- Увести! – приказал Светлов. В тот же момент Дегтярёв рванул вперед, нокаутировав двоих наемников за пару мгновений, но сражаться с двадцатью опытными бойцами задание не из легких, поэтому весь пыл военного выбили несколькими ударами прикладов автоматов, а Алису потащили куда-то вниз-вниз.

Все дальше и дальше от света.

Белая дорожка кокаина была отчетливо видна на столе из темного дерева. Беспомощная вещь в Зоне – карта оплаты “Master Card” – пришлась очень кстати: она провела вертикальную линию и подровняла края белого порошка. Утренний ветер развевал старые кухонные занавески и теребила светлые волосы командира отряда наемников Дмитрия Светлова, который неспешно скручивал стодолларовую купюру в ровную трубочку. На кухне была тишина, весь отряд спал в ожидании нового задания. Пленники вели себя тихо, слишком тихо. Светлова это начинало раздражать. Его руки давно не пробовали свежей крови, желание убивать овладело разумом. Он закусил нижнюю губу – привычка из детства, когда чувствуешь обиду или злость. А поводов для ярости сейчас было предостаточно: нужно было связаться с бандитами, которых Дмитрий очень не любил и вообще не уважал. Чтобы сдать девчонку, необходимо связаться с Исаем, который в прошлый раз за пустяковый проступок, а именно за то, что прихватил за жертву лишние триста баксов, которые предназначались наемникам, схлопотал от Светлого пулю в задницу и теперь вряд ли будет рад встрече со “старым другом”. Но выхода не было: лишние пару тысяч зеленых никому еще не помешали, а продать журналистку в бордель можно было только через бандитов. Светлов гневно выдохнул, раскрутил купюру и посмотрел на изображение Бенджамина Франклина: дебильная прическа, надменный взгляд. За что его американцы уважают? Бред. По банкноте и там, и тут были разбросаны какие-то надписи на английском, знаки, росписи и цифры. Но сейчас Светлому это было не важно: важно принять метадон, а остальное подождет. Глубокий вдох. Белая дорожка исчезла, а Дмитрий почувствовал, как в его венах разгоняется кровь. Пульс участился, а в руках появляется сила. Сила, с которой можно сделать все что угодно и убить всех. Теперь он сильнее всех в Зоне. Наемник потер крылья носа и закивал головой: как же хорошо. Эйфория, наступившая через несколько секунд, заставляла улыбаться и почувствовать себя абсолютно счастливым, но в наркотике Дмитрию нравилось не это, а ощущение собственной свободы и уверенности. Сил действительно становилось куда больше.

- Дмитрий Михайлович, – послышалось позади.

Светлов почувствовал раздражение и ярость, выжигающие душу. Кто посмел его тревожить?

- Что?! – он резко развернулся и в мгновение достал из кобуры пистолет ТТ и направил его на подчиненного.

Наемник Мекнес отошел на шаг назад и понял, что начальника сейчас лучше не злить, а потому просто замер на месте и тихо, но четко сказал:

- Исай в эфир вышел. Ему написать?

- Значит, сам объявился, когда нужен, – усмехнулся Светлов и положил пистолет на стол, рядом с деньгами с наркотической пылью. – Да, Мекнес, напиши. Пусть приедут через два часа. Втроем: Исай, Сява и Бекрев.

- Сколько просить?

- Десять тысяч зеленых. Половину от их прибыли, в общем.

- Они согласятся?

Светлов разъяренно взглянул на подопечного, который явно позволил себе лишнее:

- Мекнес, тебя это как-то волнует? Приказ понял – выполняй, козел!

Лейтенант кивнул и поспешил удалиться, потому что знал, чем чревата проверка на добросердечность их командира. Не зря их отряд называли “Бесы”. Они – группа зачистки, нет, не в том плане, что они исправляют чьи-то огрехи, а просто когда приходят они – идет полная зачистка, никто не остается в живых. Просто каратели, не задающие лишних вопросов, которые очень хорошо делают свое дело. Если кто-то из наемников нарушает устав, то по распоряжению Светлова – расстрел, от руки командира. Это не кровожадность, это бизнес, который Дмитрий строит на костях. Осудите? Попробуйте выжить в этом мире на честности, заработать свой первый миллион и тогда, мы с вами поговорим о честности. Дмитрий Светлов – протеже самого известного наемника в Зоне Отчуждения – Душмана. Ходят слухи, что лишь убив несколько сотен человек, можно встретиться с лидером наемников, но это, скорее всего слухи. Также существует легенда, что Дмитрий один из самых успешных сотрудников русской разведки, но то, что сейчас делает наемник, доказывает обратное. Узнать правду о Светлове, пожалуй, не удастся никому. Вся информация, которую давал сам наемник, была ложью, а иных путей узнать что-либо о нем просто не было. Светлый выдохнул и достал из внутреннего ящика кухонного стола, который уже заплели пауки, начатую бутылку текилы. Что может быть лучше такого утра? – Лишь быстрое и безболезненное признания друга – майора СБУ о некоторых делах спецслужб в Зоне, а также о этих проклятых “Антидотах”. Пожалуй, этим и нужно заняться. Хотя с самого утра в нём тонкой невидимой нитью, протянулось неприятное чувство, которое Дмитрий слышал исключительно перед какими-то неприятностями. Но не сегодня и не сейчас. Пора идти и делать свою работу. Наемник встал из-за стола и прошел в одну из комнат прачечной и закурил. Сознание агента Госбезопасности было возвращено затушенной сигаретой о внешнюю часть руки. Дегтярёв отдернул ладонь и с непониманием посмотрел на Светлова, который улыбнулся, взглянул на ожог и произнес:

- Доброе утро, Санёк!

- Ты рехнулся?

- Что ты, дорогой, – издевался Светлов, поигрывая ножом в руке. Он то подкидывал стальную игрушку вверх, то осматривал лезвие. – Прости, просто пепельницу я где-то потерял. А тут ты спишь, думаю, дай разбужу.

Дегтярев скептически осмотрел наемника и снова задал вопрос:

- Где Алиса? Где мы?

Светлый рассмеялся и сел у стены квартиры, подкидывая нож вверх-вниз:

- Только не говори, что ты привязался к девчонке. Ну, могу сказать, что она теперь будет радовать других сталкеров. Тебя мама в детстве не учила, что игрушками надо делиться, вот и поделись Алисой с другими.

Потом наемник подставил слова в детскую песенку и слегка пропел:

- Поделись Алисою своей, и она к тебе не раз еще вернется...

- Ах ты, урод! – прошипел сквозь зубы Дегтярев и попытался дотянуться до друга, но руки, прикованные наручниками к массивной чугунной батарее, не позволяли сделать этого. – Я думал, что ты изменился.

- Наемники не меняются, – вполне серьезно заявил Дмитрий. – А то, что говорят люди – вздор!

- Ты же говорил...

- Мало ли что я говорил? Я хозяин своего слова: сам дал, сам взял.

Дегтярёв сжал зубы, понимая, что ни к чему хорошему все это не приведет:

- Что тебе нужно?

- Лишь немного информации.

Майор СБУ вздохнул. Стало понятно, что разговор будет тяжелый и, возможно, с кровью и потом. Светлова интересовали явно совсем не “почему небо голубое?” и ” почему появляется радуга?”. Находится на допросах дело совсем нелегкое, а у такого ублюдка, как Светлов – совсем беда.

- Какие вопросы?

Губы Светлого растянулись в довольной улыбке. Он зажал нож в руке и ответил:

- Это деловой подход, Саня. Давай не будем усложнять, всего пару вопросов.

- А если я не стану отвечать? – вскинул голову Дегтярёв и сурово взглянул на бывшего товарища.

- Тогда мне придется прибегнуть к плохим методам, – признался парень и немного смутился, словно признавшийся подросток, который курил за углом. – Итак, давай начнем с легких вопросов: где база военных? Где база “Свободы” и “Долга”?

Александр усмехнулся и опустил голову:

- Ты понимаешь, что я тебе ничего не скажу?

Дмитрий печально вздохнул, но потом улыбнулся и поднял серебристый нож с черной рукоятью, его подарок от наемников в назначении его командиром. Сколько этот нож видел крови, разной: темной и ярко-алой, тягучей и жидкой, артериальной и венозной, случайной и кровь, которая пролилась под пытками. Разных групп и резусов. Мужской и женской. Стариковой и детской.

- Жаль, я думал, что ты будешь сговорчивее. – Честно признался Светлый, глядя на своего пленника, перекидывая в руке острый нож. – Тогда приступим.

- Ты уверен в этом? – спросил еще раз наемник своего друга, медленно вскрывая вену на запястье. Темная кровь медленно вытекала наружу и капала на пол. Дегтярёв сидел молча: бледный и измученный, но все-таки он молчал.

- Майор, – начинал нервничать Светлов, который отбросил нож назад и вскочил на ноги. В глазах горели адские огоньки, его образ стал поистине пугающим. – На вашем бы месте я все-таки ответил. Хватит играть в героя, Дегтярёв! – сорвался в крик наемник. – Ответь и я оставлю тебе жизнь!

Два часа безуспешных кровопролитий и пыток не принесли никаких результатов: Александр кривился, сжимал челюсти, зажмуривал глаза, но ничего не говорил. Светлый нервничал и начинал терять самообладание, ведь никто еще не уходил из жизни после пыток Светлова без выданной информации. Его друг не зря назывался “Легендой Зоны”. Необходимо было решать, что делать:

- Ладно, я дам тебе еще полчаса на обдумывание. Но потом я вернусь и тогда... – Дмитрий пригрозил пальцем и позвал своего сержанта-медика.

- Баста! Скорее!

Молодой паренек с сединой в волосах – результатом путешествий по Зоне, вбежал в комнату.

- Да, Дмитрий Михайлович.

- Подлатай нашего мальчиша-кибальчиша немного, чтоб не сдох сразу, – приказал наемник и, развернувшись, добавил. – А я пойду решать судьбу Алисы. Посмотрим кто кого, СБУшник.

Романова уже начала свыкаться с мыслью о скорой смерти. Вероятно, что это даже будет не больно. И была надежда, что смерть – это не страшно. Хотя нет, все-таки было очень страшно. Алиса закрыла глаза: будущее казалось вообще невозможным. Оно покрыто туманом, который сможет рассеять лишь истинное чудо. Но, вот беда, Алиса давно не верит в чудеса.

Под окном завыли псевдособаки, и по коже пронесся холод. Никогда Алиса не была в таком отчаянии, как сейчас. Один на один с этой болью.

В коридоре мелькали тени: мимо прошагал один из наемников и взглянул на пленницу.

- Пожалуйста, – взмолилась в страхе девушка. – Отпустите меня!

Наемник выхватил нож и присел на корточки перед Алисой, которая поняла, что играет с огнем. Да, как бы даже не со смертью. Нужно было молчать. Острый клинок блестел под лампочкой, был виден кровосток и гравировка ” Зверь Т.К”. Наемник по кличке Зверь крепко сжимал рукоять своего ножа и тяжело дышал. Видимо, он ждал, что Алиса будет молить о пощаде или что-то в этом роде, но девушка сначала решила промолчать, а затем ей пришла неплохая мысль: если Светлов ее еще не убил, значит он задумал, что-то другое и, вероятно, отдал приказ своим бойцам, чтобы пленники были живы. И тогда Алиса почувствовала, как в ней разгорелся азарт, который заставлял ее пойти на одну из самых больших глупостей. Она еще раз опустила взгляд на нож и тихо произнесла:

- Что не знаешь, как пользоваться? – она кивнула на клинок. – Давай научу!

Зверь рассвирепел и с грозным рыком ударил рукоятью ножа наотмашь девушку по лицу. Щека зазвенела от удара, а деревянная рукоятка ударила именно в ту часть челюсти,которую защищают боксеры, чтобы не уйти в нокаут. Теперь ей стало понятно почему. Голова потяжелела, и она по инерции упала на левый бок, не успев выставить руки. Тело словно онемело, осталось лишь помутненное сознание. Она отчетливо видела, как Зверь заносит нож над ней, но его за руку хватает его напарник, русоволосый мужчина лет тридцати пяти, и заставляет убрать нож в ножны. Звука слышно не было, все стало происходить, как в замедленной съемке. Через минуту ощущения стали реальнее, боль в челюсти сильнее, а звуки резче. Наемники о чем-то спорили, потом Зверь плюнул и быстро вышел вон из комнаты, его товарищ взглянул на Алису. Видимо что-то хотел сказать, но передумал и лишь жестко ударил ее ногой в живот. Удар сбил дыхание и ребра загудели от боли. Дышать было легче и менее больно ртом, поэтому девушка согнулась и жадно втягивала воздух. Пол был холодный, но он хотя бы немного облегчал страдания. Хотелось уснуть, забыться и не вспоминать.

“Зато точно не убьют” – мелькнула безумная мысль в голове у Романовой.

Следующие несколько часов было тихо, и Алиса в тайне надеялась, что про нее забыли или пришла подмога? Хотя, это исключено. Но в комнате вновь стали слышны шаги. Алиса приоткрыла уставшие глаза и увидела Светлова: он был одет в полевую форму наемников черного цвета, черные берцы, черная борцовка удачно контрастировали с его голубыми глазами и русыми волосами. Его руки были в крови, а за поясом был заткнут нож. Он быстро прошел к письменному столу и что-то высыпал на стол. Алиса вновь закрыла глаза:

“ Не хочу его видеть”, – подумала она. – “Предатель”.

Дмитрий на этот раз окунул мизинец в белый порошок и втер его в десну. Не вкусно, но зато какой эффект. Очередная волна бодрости захлестнула наемника. Снова непередаваемое ощущение силы! Сил было слишком много, потому Светлов закричал и ударил со злости ногой стену. Он резко развернулся и одним движением, взяв за шиворот, поднял Алису за шиворот и спросил:

- Почему ты не просишь о пощаде и не сопротивляешься моей воле?

Девушка лишь прикрыла глаза. Воздуха в легких на ответ просто физически не хватало, пришлось молчать. Усталость, а еще сильная зараженность радионуклидами явно сказывалась в плохую сторону ее состояния. Наемник снова потянул ее за ворот и прижал к стене сильнее.

- Тебе не страшно? – спросил он.

Романова отрицательно замотала головой, казалось, что ей уже ничего не было страшно. Тогда Светлый достал пистолет и приставил его ко лбу своей жертвы:

- А так?

Алиса сглотнула и со слезами на глазах закивала. Теперь ей было жутко. Она смотрела в его глаза и видела в них чистую квинтэссенцию безумия, злости и ненависти ко всему живому. Расширенные зрачки, сумасшедшая улыбка и частое дыхание. Наркотики делали его безумцем и маньяком, безжалостным убийцей. Быстрым движением наискосок наемник на секунду отвел ствол пистолета и выстрелил в пол. Алиса вздрогнула и закрыла глаза: выстрел оцарапал воздух, стоило пальцу нажать на курок. Пуля пробила в полу дыру. Слезы скатились по щекам девчонки, неосознанно и стыдно. Здесь Светлов был посредником Бога: он решал ее судьбу и ее жизнь. Говорят, что существует два вида испуга: страх помогал человеку принять быстрое решение, а ужас сковывал и парализовал. Вот сейчас Алисой владел ужас.

- Вот так! – прошипел Дмитрий и толкнул девушку обратно на пол, та безвольно упала. Он наклонился над ней и заглянул в лицо:

- Ну что, журналистка, какую будем писать статью?

Алиса молча плакала. Она не ожидала такого поведения, а неожиданности пугают больше всего.

- О жизни, – ответила Романова, путаясь в словах.

Светлый улыбнулся, внимательно смотря за губами Алисы, словно читая слова, которые она произносила. Его взгляд приковывал девушку к месту, она просто не могла пошевелиться.

- А может, о красивой смерти, предательстве и силе? – он жестко взял лицо журналистки за скулы и заставил ее посмотреть себе в глаза.

Алиса подтянула к себе связанные ноги, согнув в коленях и упершись ими в живот наемника, чтобы хоть как-то дистанцироваться от сумасшедшего. Она не скрывая, жутко боялась. От пронзающего насквозь взгляда Светлова ее бросало в дрожь. Он был мужчиной, который добивался всего, чего хотел. Казалось его уверенность передавалась и другим его подчиненным, а вот жертвам – передавался животный страх.

- Дмитрий, пожалуйста, не надо...

Удар по щеке крепкой рукой:

- Молчать, дрянь! Я решаю здесь, кому жить, а кому умирать.

Он резко встал, прошел к письменному столу и достал три шприца. Затем он извлек из стола жгут и быстрым шагом приблизился к Алисе, накидывая жгут на ее руку, чуть повыше локтевого сгиба.

- Что ты делаешь? – спросила Романова, глядя на то, как один из шприцов проколол ей вену, и в цилиндре появилась ее темная кровь.

Светлов сосредоточено проводил забор крови, а затем, как третий цилиндр был наполнен и убран на стол, наемник наконец-то ответил:

- Я взял твою кровь, из которой синтезируют “Синий Антидот”. Теперь ты мне не нужна, крошка, – он развел руками и засмеялся своим хрипловатым смехом.

Он смеялся, а Алиса дрожала всем телом, она понимала, что теперь он может делать все, что угодно.

- И что теперь? – рискнула спросить девушка.- Вы меня отпустите?

Светлов, решивший не отвечать на этот вопрос, подошел к заложнице и толкнул ее снова на пол, наклонившись над нею. Удар наотмашь, еще один. Затем он рванул на ней комбинезон и тот, треснув, порвался до плеча. Девушка ухватила парня за руки, пытаясь остановить его, но справится с мужчиной – наемником было почти невозможно. Еще один крепкий удар по левой щеке. Сопротивляться сил не было, тем более со связанными руками и ногами, но тут случилось непредвиденное:

- Дмитрий Михайлович! Ой... – Мекнес замялся и быстро попятился назад, чувствуя большую опасность и, как видимо, не зря. Командир отвлекся и с ярым криком достал из кобуры пистолет и выстрелил в неудачно зашедшего подчиненного. Пуля прошла мимо мужчины и пробила отверстие в белой стене.

- Чертов ублюдок! Что?!!! – закричал капитан, приказывая подчиненному вернуться на место.

Мекнес опасливо приблизился к командиру отряда “Бесы”, крепко сжимая в руке КПК.

- Исай приехал. Ждет внизу.

Светлов хищно улыбнулся и за грудки поднял Алису с пола, прижав к себе:

- Жаль, твой хозяин приехал не вовремя. Пошли, девочка, тогда зайду к тебе позже. Так, сказать, что все по Фрейду.

Девушка всхлипнула и не знала: радоваться ей или нет.

Ствол пистолета упирался в висок, накаляя обстановку до предела.

- Ну че, братан, – протянул Исай, держа в одной руке автомат Калашникова, а в другой черный пакет с деньгами. – Подходи, не обидим.

- Ты рот закрой, бандит! – мило посоветовал Светлый, и наемники все, как один, сбросили ручки предохранителей с оружия, направив их на толпу представителей криминального мира. – Мы здесь по делу.

В рядах рецидивистов прокатилось волнение, но Исай быстро гаркнул:

- А ну тихо, пацаны! Не мандражируем, – теперь он обратился к командиру наемников.- Че, браток, я в курсе, что ты типа пальцы гнуть решил насчет бабла. Но, я тебе отвечаю, что ни копья лишнего не отдам.

- Что, сегодня хабара с трупов мало сняли? – рассмеялся Дмитрий, и смех его подчиненных вторил ему. – Десять тысяч, Исай. Хочешь аукцион устроить? Ты же знаешь, что мои хлопцы твоих шакалов на ремни порежут за две минуты.

- Ты тише будь! Мы шмонать вас не будем. Пахан, приказал пять кусков отвесить, – оправдался бандит, чувствуя напряженность ситуации.

Алиса молча стояла и смотрела, какие торги начали устраивать два командира группировок за ее душу. Словно на дворе восемнадцатый век и крепостное право еще не отменили. Ее продавали, как вещь и не спросили разрешения.

- Десять штук! На меньшее не согласен, Исай! Не хочешь? – Светлов вскинул пистолет к голове Романовой и положил палец на курок. – Мы можем решить проблему за три секунды. То ты половину получишь, а то ничего. Время пошло: один, два....

- Лады, пацантрэ. Платим. – Согласился рецидивист и бросил черный полиэтиленовый пакет к ногам наемников. – Товар на родину и по-тихому расходимся.

Светлый улыбнулся: сделка удалась. В очередной раз. Он кивнул своему самому молодому бойцу подойти и отвести Алису к бандитам. Девушка дернулась и оголтело глянула на Светлова, который шлепнул ее ниже поясницы и сказал:

- Ничего личного, крошка. Просто бизнес.

Если бы не заклеенный скотчем рот, то Алиса, как минимум, прокляла бы наемника, который улыбаясь отдавал ее на растерзание бандитам. Что будет с ней дальше – одному Богу известно.

Расстояние в несколько десятков метров казалось непреодолимой дистанцией. Наемник, чьего имени она не знала, шел быстро и ровно, упирая автоматный ствол ей между лопаток. Когда они дошли к стороне противника и стали видны лица в черных масках, боец Светлова толкнул ее вперед, а сам бегом вернулся к своей группировке.

- Все, шабаш! – закричал Исай солдатам удачи в синих комбинезонах, – Но помни: ваш хабар – наш хабар!

- Пошел к черту, урод! – Односложно ответил Дмитрий и хладнокровно посмотрел, как Алису кидают в багажник старого и грязного УАЗика.

- Так, Мекнес, – отдал приказ Светлый, высыпая из своего пистолета ТТ все пули, кроме одной. – Моему другу киньте пушку, чтоб не мучился, и подожгите квартиру. А теперь, бесы, мы выходим на охоту. Дело сделано, у нас еще заказы. Вперед, черти!

И группа наемников в едином порыве двинулась вперед. Синие костюмы быстро затерялись среди разрушенных зданий старой Припяти.

Пора начать гнать новую жертву в лапы беспощадной смерти.

====== Часть 8. Правда. Жестокий урок. ======

Глава 8.

Жестокий урок Удар, еще один. Старый разбитый УАЗик трясло и кидало на ухабах. Алиса ничего не могла с этим поделать, пришлось просто тихо лежать и ждать своей жалкой участи. Вариантов было много, но все они были не очень радостными. Бандиты о чем-то громко переговаривались, смеялись и курили прямо в салоне машины.

- Отхватит этот Светлов, сука! – прорычал один из них, который был, видимо, главный. – Падла, расценки все дороже и дороже. Совсем рехнулся, урод.

- Надо натравить на него “Свободовцев”, – предложил второй, с хриплым голосом.

- Сява, ты гонишь! – заткнул друга главарь, по кличке Исай. – Банду Светлова? “Свобода”? Гонишь, брат! Этих уродов нужно лишь такими дегенератами убивать. Смекаешь?

Сява угукнул и посмотрел назад, туда где лежала Алиса:

- А с бабой чего? Кому сдавать? А если мы ее того?

В салоне УАЗика послышался мерзкий смешок, который Алисе совсем не понравился. По коже словно прошел электрический разряд, который заставил сократиться мышцы. Проще говоря, стало очень страшно.

- Пока не доедем до базы, бабу не трогать. А там, посмотрим.

- А чего же ждать? – не понял Сява. – Я ж мешать не буду.

Тут в разговор вмешался третий бандит, который был за рулем:

- Сява! Хабальник закрой, я, кажись, кого-то видел.

Исай подскочил со своего сидения и весь обратился во взгляд. Остальные бандиты достали автоматы и ножи.

- Ты главное, Бекрев, не тормози, – приказал Исай и сжал в руках автомат. -Не мандражируем, пацаны.

Мотор старого УАЗика взревел и помчал еще на большей скорости. Где они находились, Алиса понять не могла. Ей ничего не было видно, только серое небо из забитых грязью стекол.

- Ах ты ж сука! – раздался крик Исая и за ним последовала автоматная очередь.

Машина резко вильнула влево, ревя, словно раненный зверь. На Алису посыпались все предметы, которые лежали в багажнике русского внедорожника: запаска, наборы ключей и отверток, старые одеяла, контейнеры для хранения артефактов. Запасное колесо ударило по предплечью, едва не сломав кость. Романова захрипела от боли, свернувшись на промасленном полу машины. Поворот вправо был не менее резким, чем предыдущий. Взрыв слева оглушил девушку на какой-то миг. Все закружилось и завертелось, теперь Алиса даже не понимала, что происходит и что будет дальше. Бандиты пытались от кого-то удрать, а вот от кого? Они ожесточенно стреляли из окон авто и иногда даже бросали гранаты. Взрыв. Посыпались грязные осколки запыленного стекла заднего вида. Журналистка попыталась прикрыть голову связанными руками, но резкое торможение не позволило этого сделать. Она по инерции заскользила вперед и почувствовала жгучую боль в правом боку: в кожу впились эти самые пресловутые осколки стекла, один даже, кажется вошел в кожу полностью. Удар головой о переднее сидение.

- Бл**ь, езжай! Сука, скорее!

- Там граната!

- Левее, левее! Стой!

Резкий поворот и машина не устояла от этого маневра: она подпрыгнула на яме, завалилась на правый бок и с большой скоростью перевернулась, угодив в мелкую речку. Сильный удар. Земля задрожала. Неведомая сила подбросила Алису вверх и сразу вправо. Салон машины закрутился вокруг. Чертова запаска все-таки ударила ее по затылку, сознание затуманилось. Еще один удар. Машина остановилась, перевернувшись на крышу. Теперь сидения были вверху. Бандиты хрипели где-то спереди. Алиса во всем этом кавардаке увидела, как одного из них выбросило через разбитое лобовое стекло. Запахло бензином, который, видимо, вытекал из-под капота. Голова загудела, страх прошел. Алиса закрыла глаза и от боли потеряла сознание.

Группировка “Долг” медленно обступала перевернувшуюся машину со всех сторон. Настроение у капитана Павловского было на высоте: наконец-то они нашли Исаева у которого хранился один крайне важный артефакт. Командующий отрядом “Долга” жестом указал на окружение машины противника и через пару минут сам приблизился к перевернутой груде железа. Сняв с предохранителя автомат, Павловский направил его на неподвижное тело Исаева, которое выпало из салона тогда, когда машина перекинулась. Одного из бандитов они нашли сразу. Его выбросило из лобового стекла и, при падении, он сразу сломал шею. Труп бандита так и лежал посередине поля, словно поломанная кукла, с неестественно вывернутой головой. А вот оставшиеся двое... Солдаты “Долга” заглянули внутрь: водителя зажало между рулем и сидением, он был жив, но, кажется, без сознания. Исаев лежал на земле рядом с УАЗиком, но внутри было еще бездыханное тело девушки, посеченное осколками, но сейчас дело идет об Исае. Павловский потянул за кожаный ворот плаща тело Исаева, мысленно готовясь к допросу о артефакте, который они стащили у трупа одного из ученых. Высшее командование группировки приказало Павловскому во что бы то ни стало вернуть утерянный предмет, который сможет помешать распространению аномалий на территории Чернобыльской АЭС. Приказ получен – нужно выполнять! Капитан толкнул ногой Исая и, осмотрев его, грязно выругался и добавил:

- Достукались.

В груди у бандита торчала рукоятка ножа, причем своего же. Видимо, при падении машины Исаев сам на него и напоролся. Павловский не мог скрыть досады, а потому гневно рявкнул подчиненным:

- Обыскать машину! Вскрыть все контейнеры, пока она не взорвалась.

Действительно, бензин довольно быстро вытекал наружу, по горячему мотору, подвергая риску возгорания всего корпуса автомобиля, потому, действовать “Долговцам” пришлось быстро. Через десять минут, капитану Павловскому доложили, что найденный артефакт найден не был. Капитан тяжело вздохнул и приказал отходить. Сегодня явно не его день.

Перевернутая машина так и осталась лежать в мутной воде одной из припятских речушек. К вечеру все больше и больше местной фауны заинтересовывались новинкой в здешних краях и вот к закату, несколько псевдоплотей все-таки решились отведать свежей человечины. Пролезть внутрь машины им не позволяли габариты, а вот выпавшие тела были успешно растерзаны. Клешненогие создания, разорвали плоть Сявы и уже принялись за вторую жертву – Исая, как их спугнули выстрелы. Один, другой – и одна мутированная свинья захрипела и упала на спину, безраздумно вращая обезображенными глазами. Другая поспешила удалиться восвояси.

- Всего одну прихлопнул! – раздосадованно произнес мужчина в зеленой форме группировки “Свобода”, которого звали Трофим.- Теряю хватку.

- Локи бы тебя за это не похвалил, стрелок наш, блин, – рассмеялся Илья Лихой и похлопал своего товарищ по спине. – Плоть легче с ножа вынести, нежели со снайперки.

- Да ну тебя! – отмахнулся Трофим, закидывая на спину винтовку и вставая в полный рост. -Кажется, никого. Можно идти смотреть добычу.

- Добычу-добычу, – повторил Илья, передразнивая своего товарища. – Смотри, берем только артефакты, а то уже колбасу с батонами – девать некуда.

“Свободовцы” осторожно приблизились к покореженному металлу машины и осмотрелись, кажется, кроме этих двух псевдоплотей, мутантов здесь не было, а потому можно было без страха лезть в рейд по карманам погибшим. Трофим ловко засучил рукава и начал с осмотра трупа Исаева, в глубине души радуясь, что псевдоплоти оторвали бандиту только ноги и не растрепали кожаную куртку. Несмотря на то, что Трофиму было уже тридцать пять лет, но он все-равно старался не смотреть на окровавленные культи с кусками мышц и сухожилий трупа. Илья Лихой занялся обыском машины, он ловко пролез внутрь и осмотрелся: да-а, после такой аварии тут трудно что-либо найти, все было вверх дном. Лихой подобрал пачку патронов на пистолет Макаров, выпавшую, видимо откуда-то из багажника.

“Видать там хорошая заначка”, – мелькнула мысль у мужчины и он по-пластунски двинулся дальше.

Продвигаться было тяжело: пришлось откинуть кипу старых, вонючих одеял, пропитанных потом и кровью. В эти одеяла, видимо, бандиты заворачивали трупы, поскольку вместе с кровью можно было увидеть и серую застывшую слизь, видимо чьи-то мозги. Лихой откинул запаску и пролез дальше.

- Есть там чего? – раздался голос Трофима, ждущего Илью снаружи.

- Погоди, тут хрен пролезешь... – прокряхтел второй “Свободовец” и нашел хороший нож, который он тоже честно прикарманил.

Через пару секунд он увидел еще один труп: молоденькой девушки с порезами на теле, синяками на лице и растрепанными волосами. Неизвестно почему, но Илье стало жаль ее, ведь она была точно не сталкером, поскольку одежда на ней была легкая, гражданская.

“Чего там у нее искать? Артефактов с собой точно нет”, – подумал Лихой и, покопавшись еще несколько минут в машине, начал выбираться обратно.

Улов был не велик: нож, две пачки патронов, пара аптечек, десяток бинтов. Вот и все. Нести сдавать нечего. Хабар такой никому не нужен. Оставшийся предмет, который Илья еще не обыскал оставался бандитом, который висел между рулем и водительским сидением. В его карманах Лихому лишь оставалось поживиться пачкой сигарет и неплохим металлическим кастетом.

- Ну чего ты там? – снова заголосил Трофим, которому надоело ждать своего друга.

- Сейчас, иду, – ответил Илья и направился к выходу, как вдруг услышал стон. Свободовец развернулся и посмотрел на бандита, зажатого в водительском сидении: никаких признаков жизни. Тогда Лихой вернулся назад к багажному отделению машины. Девушка, которая до этого момента находилась без сознания, скривила губы и нахмурила лоб, но все еще не открывала глаза.

- Черт, – прошипел Илья, досадуя на то, что он не выполз не раньше.

Логичнее было ее пристрелить, но долбанная жалость брала верх над жестокостью. Лихой вздохнул, достал аптечку, запихнул в рот женщины пару таблеток обезболивающего и начал разгребать завалы.

Резкий приступ боли, невыносимой, огненной боли заставил Алису неистово закричать и очнуться. Она в панике схватилась за правое предплечье и почувствовала, как кто-то перехватил ее руки раньше, чем она дотянулась до источника боли.

- Руки держи, а я сейчас наложу шину!

Алиса выла и визжала от неописуемой боли, хотелось убить себя и чем раньше, тем лучше. Дыхание было затрудненное, словно ей сдавили грудь железными оковами. Романова, словно рыба, открывала и закрывала рот, хватая воздух, но его все равно не хватало. Кто-то удерживал ее за плечи и держал за левую руку. От боли по щекам катились слезы.

- Подожди, сейчас еще...

Резкий рывок и хруст костей – Алиса втянула воздух вместе с криком и от боли снова потеряла сознание. Илья без жалости вставлял кости на положенное им место. Перелом со смещением – результат удара тяжелой запаски. Еще немного – и девчонка никогда бы не пошевелила пальцами правой руки, а дальше гангрена, ампутация. Трофим придерживал бесчувственное тело на весу, пока Лихой приматывал бинтами доску, найденную неподалеку от их бункера. “Свободовцы” кряхтя и проклиная все, на чем свет стоит, дотащили тело девушки к ближайшему знакомому убежищу, которое раньше служило им местом отсидки при выбросах. Нашли его товарищи давно, почти сразу по прибытию в Зону. Когда молодые и зеленые сталкеры бродили по рыжему лесу и наткнулись на замаскированный подземный ход, ведущий в безопасное подземелье, в котором было все необходимое: старая железная кровать с матрасом, шкаф с антирадиационными препаратами и лампа дневного света. Что еще нужно для счастья? Вот и сейчас, завозившись с обыском перевернутой машины, друзья направлялись туда. Идти пришлось сквозь туман, поглотивший все предметы и искажающий все пространство. Сухая листва выдала присутствие псевдоплотей, псевдособак неподалеку. В нескольких сотнях метров отсюда, потому Лихой и Трофим решили переночевать здесь, а утром вернуться на базу. Пока Лихой мотал белый бинт на руке неизвестной пострадавшей он вспоминал былые годы, когда он с Лешкой Трофимовым сидели здесь и мечтали о блестящей сталкерской карьере. Эх, молодые, глупые... Трофимов закурил и раскинул два матраса на каменном полу. Усевшись поудобнее, он наблюдал, как его друг протер руки спиртом, затем отхлебнул из этой же бутыли, крякнул и протянул ее и поставил на стол.

- Алконавт, долбанный! – заметил Трофим, выдыхая клубы дыма через нос. – Нафиг ты ее притащил?

- Знаешь, Леха, – заметно опьянев, ответил Лихой, усаживаясь на свободный матрас напротив. – В Зоне весь прикол состоит в том, что если ты помог человеку, то он тебе должен. А если человек тебе должен – то счастье тебе, везунчик.

Трофим нахмурил брови и, затянувшись, спросил:

- А баба тебе чем поможет?

- Да есть у меня одна идейка, – протянул Лихой, глядя на свои руки.

- Знаю я твои идейки, Казанова, – рассмеялся Трофим, косясь на бесчувственное тело Алисы.

- Придурок! Не то о чем ты подумал, – отмахнулся Илья, а потом, немного погодя, добавил. – Хотя и такое возможно, но я не об этом.

- А о чем же?

- Потом расскажу, – зевнув ответил Лихой и лег на мягкий матрас. – Может я клятву Гиппократа выполнял?

- Ага, – кивнул Трофим выкинув окурок в угол. – Авиценна хренов!

Лихой рассмеялся и закрыл глаза, думая о своем высшем медицинском образовании, которое он бросил ради походов в Припять.

Предплечье гудело и ныло. Алиса подняла тяжелые веки и осмотрелась: кирпичные стены, старинный шкаф, два матраса, мигающая лампа дневного света и кровать на которой она лежит. Встать сил не нашлось. Романова закряхтела и попыталась привстать на руке, поскольку вторая не слушалась совсем. Попытка встать успехом не увенчалась.

- Еще раз руку переломаешь, я тебя пристрелю. И так визжала, что чуть не оглох, – резко осудил ее неизвестный мужчина с темными волосами зачесанными назад, серо-зелеными глазами, со шрамом на щеке. На незнакомце был одет зеленый костюм, а значит не наемник. Он курил какие-то дешевые сигареты и оглядывал Алису с пренебрежением.

Появление новых людей не на шутку встревожило Романову, потому она закусила нижнюю губу и вжалась спиной в холодную стену.

- Че ты боишься, – ответил мужчина, увидев реакцию девушки. – Живая и радуйся, а могла бы там и подохнуть. Радуйся, что не я в машину полез. Я б тебя не взял, это наш доктор – Айболит, добрая душа.

Алиса судорожно вспоминала, что произошло в последнее время: Светлов, бандиты, стрельба, машина, перевернулись, что-то по голове ударилось, отключка, боль. Дальше не помнит ничего. В голове возник вопрос, который она задала шепотом:

- А вы не бандит?

Мужчина сухо засмеялся и затянулся:

- Смотрю на тебя и думаю: либо дура, либо головой сильно ударилась. Наверное, первое. Нашивку не видишь что-ли?

Сталкер указал себе на плечо, где виднелась зеленая вышитая картинка волка. Алиса нахмурилась и поняла, что нашивка указывала на группировку “Свобода”. Отвечать на вопрос незнакомца, все-равно не хотелось, поэтому она решила промолчать.

- Дура видимо, – ответил мужчина, заметив реакцию Алисы. – Как тебя хоть зовут, дура?

- Алиса, – выболтнула девушка и сразу же пожалела об этом: кто это и что за человек – неизвестно, а ты сразу имя ляпнула. Нужно было соврать.

- Так вот, дура, которая Алиса, – начал лекцию сталкер. – Группировка “Свобода” – одна из самых старейших в истории Зоны, где служат самые лучшие и бесстрашные воины за свободу и волю. Слыхала о такой?

Алиса согласно покачала головой.

- Все плохо, очень плохо, – не стал скрывать человек в зеленой форме и достал новую сигарету. – Вот теперь будешь знать, а еще знать будешь, что нечего по Рыжему лесу с бандитами кататься.

На потолке что-то громко хлопнуло и сверху посыпалась каменная крошка, хлынул дневной свет. Через пару секунд по железной лестнице спустился человек в такой же униформе, как и рядом сидящий сталкер из “Свободы”. Мужчина тридцатилетного возраста, с серыми глазами, нахальной улыбкой и русыми, взлохмаченными волосами. Весьма атлетичного сложения. Он держал в руках охапку бинтов и еще каких-то таблеток.

- Трофим, ты с ума сошел? – рассмеялся парень, гордо вышагивающий вперед к шкафу. – Сам с собой уже говоришь?

- Да пошел ты! Это твой трофей проснулся и сидит тупит.

Мужчина с нахальной улыбкой развернулся и посмотрел на Алису каким-то холодным и оценивающим взглядом:

- Вот оно что! Очнулась? И как трофей зовут?

- Алисой, ее зовут,- ответил Трофим и спешно спросил. – Ну что? Мы идем?

- Да-да, идем. Сейчас посмотрю перелом и пойдем.

Его холодные пальцы прикоснулись к больному предплечью Алисы. Та вздрогнула и сглотнула комок в горле, который появился от боли.

- Нормально, кость срастается правильно, – констатировал мужчина и перевел взгляд на девушку. – И кой хрен тебя потянуло с бандитами связаться?

Алиса испуганно взглянула на сталкеров и тихо ответила:

- Я не связывалась, меня э-э-э... Продали.

Трофим усмехнулся, а другой сталкер, имени которого Романова не знала, спросил:

- Кто же у нас бордели пополняет, интересно знать?

Алиса снова сглотнула и сжала зубы: ей стало просто страшно от одной мысли о Светлове.

- Лихой, пошли! – терял терпение Трофим. – Локи нас убьет за опоздание!

- Тише ты, – отрезал мужчина и снова обратился к Алисе. – Так кто же? Кто с бандитами у нас людьми торгует?

- Светлов, – выдохнула девушка, вспоминая о командире наемников с ужасом.

Трофимов с Ильей переглянулись:

- Где он? Где ты его видела? – спросил Лихой.

- Припять. В прачечной на улице Леси Украинки, – выдала девушка.

- Точно, черт! – подтвердил ее слова Лешка Трофимов. – Помнишь, наши сказали, что там дом сгорел. Кто же знал, что это был Светлов!

Лихой кивнул и сказал:

- Надо идти к Локи, возможно, мы успеем его нагнать.

- А с девчонкой что делать?

Илья развернулся, расстегнул свой рюкзак, достал две полторашки, наполненные чистой водой и три банки тушенки.

- Через пять дней вернемся. Никуда не выходить, никого не впускать, ни с кем не говорить! Поняла? – приказал мужчина и получив утвердительный ответ, оба отправились наверх.

Алиса выдохнула и мрачно подумала, как разделить три банки тушенки на пять дней, а еще то, что вновь ее занесло в очередную круговерть.

Блуждания по бункеру приносили свои плоды. Под матрасом Алиса нашла препарат ускоряющий процесс восстановления костной ткани. Через четыре дня рука начала чесаться. “Значит срастается”, – подумала девушка. Пять дней самой, без людей, в подземном бункере, заставляли лезть на стены. Время тянулось невыносимо долго. Прошло несколько выбросов, часто от воя псевдособак Алиса просто садилась на пол и ревела: было страшно, одиноко и противно. Наконец-то через пять дней люк открылся и в бункер спустился один Лихой. Словами не передать, как этому появлению была рада Алиса. Но сталкер прошагал в бункер оставил очередную порцию еды и воды, сел напротив девушки и начал расспрос:

- Где ты впервые увидела Светлова?

Лицо Лихого стало жестким, мрачным и серьезным.

- Эм, на ВНЗ “Круг”, ой нет, в полесье близ “Скадовска”.

- Почему он не убил тебя?

- Не знаю...

- Где ты его встретила потом? С кем ты была?

- ВНЗ “Круг”, с майором Дегтярёвым.

Лихой покачал головой и нахмурился:

- Что было дальше?

- Зачем вы меня спрашиваете об этом? – осмелилась спросить Романова.

- Что было дальше?

- Зачем это?

- Что было дальше?! – угрожающе спросил Лихой.

Девушка опешила и ответила:

- Прошли в Припять через “Припять-1”.

- Дегтярев провел вас?

- Да.

Блиц-опрос, кажется, был окончен. Скорость разговора резко упала.

- Потом что?

- Простите, но ответьте зачем это?

- Я спрашиваю, ты отвечаешь. Пояснения все – потом. Что было дальше?

- Мы пошли в прачечную, а потом...

- Потом на вас напали. Ясно, – продолжил Лихой и перевел разговор в другое русло. – Как твоя рука?

- Нормально, заживает. – Ответила Алиса. – Скажите, зачем вы это спрашиваете?

- Надо, – отмахнулся Лихой и добавил. – Не называй меня на “вы”. Не люблю официозов.

Романова смутилась и тихо села на кровать. Сталкер высыпал гору таблеток из карманов и, развернувшись, направился к выходу.

- Куда ты? – спросила журналистка.

- Не твое дело. Вернусь через три дня. Будешь пить таблетки – рука заживет за это время.

- А ... – Алиса хотела еще что-то спросить, но люк сверху захлопнулся, оставив девушку в кромешной темноте.

Удивительно, но “Свободовец” и на сей раз не соврал. Кость срослась за эти три дня почти полностью и сам Лихой вернулся на четвертый день. На этот раз он был веселее, чем в предыдущий. Он улыбался и принес Алисе автомат Калашникова, старый, потрепанный, но все-таки автомат. Он снова расспрашивал девушку о Светлове, но потом начал интересоваться и ее жизнью. Многое пришлось соврать, но что-то Алиса не изменила в своей биографии.

- Ладно, слушай, – ответил Лихой. – Тут такое дело: ты будешь должна помочь своими знаниями “Свободе”. Совсем недавно в Зоне произошло много убийств и пропаж. Убит один из лучших сталкеров в Зоне, командир отряда “Свободы” Щукин, командир отряда «Свободы» на дальней укрепточке Военных складов Ворон, много отличных сталкеров-одиночек и сотрудник СБУ майор Дегтярёв.

Алиса ошалело взглянула на Лихого и спрятала лицо в ладони. Внутри, позади сердца что-то задрожало и порвалось. Хотелось сжаться в комок и исчезнуть.

- Алиса, – спросил Илья. – Что случилось? Ах, блин, Дегтярёв...

- Ничего, прости, продолжай.

- В общем, всех этих людей убили “Бесы”, командиром у которых является Светлов. Ты можешь рассказать о нем еще что-то?

Алиса подняла глаза и выболтала все, что знала. Лихой внимательно все запоминал.

- Когда он Дегтярёва убил? – прохрипела Романова.

- Тогда, когда тебя бандитам продал. Алиса, “Свобода” всегда имела хорошие отношения с наемниками, но с этим ренегатом – необходимо свести счеты. Поскольку, ты не известна в Зоне, ты можешь нам помочь. Просто расспросить местных сталкеров о его местонахождении или уйти из Зоны. Правда, обеспечить охрану я тебе не могу. Проходить к периметру тебе придется самой, а вот посильно помочь в расспросах.

- Я боюсь, – честно призналась Романова. – Вы выбрали самого невезучего человека в Зоне.

- Значит, я могу тебя застрелить, чтобы облегчить твои страдания? – спросил серьезно Лихой и достал из кобуры пистолет.

Сердце екнуло и ушло в пятки. В руках появилась дрожь.

- Или ты будешь учиться быть везучей? Я не могу тебя отпустить, потому что нам нужна помощь, или я могу тебя доставить туда, куда тебя везли бандиты? Хочешь быть ...

- Нет, – отрезала Алиса. – Я попытаюсь, но не обещаю, что все получится.

- Нужно постараться, – хладнокровно ответил Лихой и передал в руки автомат. – Стрелять-то хоть умеешь?

Алиса лишь вздохнула.

Прошло уже две недели с момента этого разговора. Романовой не очень везло, общаться с мужчинами было не легко, но часто все вопросы решал автомат. Какой бы дурой баба не была, но автомат за спиной останавливал любого урода на ее пути. Часто приставали, иногда пытались пырнуть ножом, не считая того, что Алиса ужасно передвигалась по Зоне. Словно чувствуя ее страх и неловкость, за ней всегда умудрялись увиваться псевдособаки и псевдоплоти с кабанами. Стрелять девушка умела, мягко говоря, посредственно, потому, зачастую ей приходилось отсиживаться на деревьях пока ходячие патологии не теряли к ней всякий интерес. Зачастую сидеть приходилось несколько часов: десять – двенадцать. Но и кое-что узнать все-таки удалось: пару сталкеров проболтались, что совершенные убийства, действительно, совершил Светлов. Не сильно помогает, но все-таки хоть что-то. Приходилось молчать и о своей тайне про “Антидот”, иначе совсем неизвестно, как отнесутся к этой информации ее новые знакомые. Алиса вышла в очередной рейд, в бар “1ОО рентген”, который находился неподалеку от завода “Росток”. Темнота покрывала черным одеялом проклятую землю, на небе загорались звезды. Деревья шумели от порывов ветра, а Алиса твердо шагала на территорию “Долга”, где и находился бар. Впереди замаячили пьяные фигуры здоровенных “Долговцев” и чтобы не привлекать лишнего внимания, Романова набросила на голову капюшон.

- Сталкер, кто ты? Имя? – охранник по имени Жорик перекрыл рукой вход в “1ОО рентген”.

Алиса нехотя скинула капюшон и, улыбнувшись, заметила:

- Что не пропустишь даму опрокинуть пару рюмок?

Жорик премерзко улыбнулся и опустил руку. Романова вздохнула и прошла внутрь: как обычно здесь было много народа, кто-то просто пил литрами водку, кто-то делился успехами о недавней ходке, кто-то просто разговаривал. Девушка подошла к барной стойке, за которой сидели пару мужчин, нещадно глотающих огонь-воду.

- Что тебе? – обратился бармен к новоприбывшей.

- “Казаки”. Пятьдесят миллилитров.

Бармен пожал плечами, достал шкалик и наполнил его до краев. Алиса не любила пить, тем более водку, потому она сжала рюмку и спросила у бармена:

- Скажите, а к кому можно обратиться ну... Чтобы припугнуть кое-кого?

Девушка сказала это шепотом, так, чтобы услышал только бармен. Тот перевесился через стойку и так же тихо ответил:

- Насколько сильно?

Алиса не ожидала такого интереса, поэтому не стала упускать волну везения и продолжила:

- Чем больше, тем лучше. Есть такой человек в Зоне, беспринципный, так сказать?

Бармен протер пару граненных стаканов не очень чистой тряпкой, огляделся и снова ответил:

- Есть. Но если только бывают у тебя хорошие деньги.

- Простите, а кто это?

Романова затаила дыхание в надежде, что сегодня ей улыбнется удача.

- Да есть один хороший знакомый из бандитов.

Алиса закусила губу и поняла, что в очередной раз промахнулась.

- Эм, да спасибо. Я подумаю.

Бармен пожал плечами и снова начал перетирать стаканы, отвлекаясь от бестолкового разговора.

- Привет, красотуля, – рявкнул неожиданно подошедший справа сталкер-одиночка. – Пошли к нашему столику, мы тебе пинту пивасика поставим.

Девушка отшатнулась от пьяницы и взглянула на него с глубочайшим омерзением. Сталкер схватил ее за правую руку, но Алиса выдернула руку и быстрым шагом направилась к выходу. Пьяница рычал, кричал матом и шаткой походкой пытался нагнать свою жертву, но Романова быстро вылила ему в лицо стопку водки и что есть сил помчалась на улицу. Резко толкнула двери и понеслась в сторону бункера, но чтобы туда добежать еще нужно минут десять идти вдоль завода “Росток”. Над Зоной повисла беспросветная темнота, страх стучал в горле. Алиса выбежала во двор завода, как кто-то схватил ее за руку. Девушка взвизгнула и попыталась вырвать руку:

- Стой, стой, дурная! – послышался голос знакомого. – Ты действительно дура, раз ходишь в бар ночью.

Романова осмотрела фигуру в полумраке: Трофимов, друг Ильи. Что он здесь делает?

- Ой, а ты же “Свобо....

Толчок в плечо оказался довольно сильным и болезненным:

- Вот же дура! Давай, разболтай на территории “Долга” кто я.

Девушка вздохнула и подумала, что на сей раз получила по заслугам. Действительно,нужно было подумать об этом. Трофим взял ее под руку и повел в сторону бункера. Сталкеры шли осторожно, перешагивая через препятствия, чтобы не вызвать лишнего шума. Алисе стало немного спокойнее идти назад со “Свободовцем”, ведь ночью можно легко вляпаться в неприятности не только в Зоне, но и в обычной жизни. Над землей серебрилась дымка ночного тумана. Красиво, но смертельно опасно. Значит, там развернулась аномалия. Резкий поворот и удар в дерево спиной. Дыхание сбилось.

Трофимов зажал Алису между собой и деревом:

- Говори, стерва, на кого ты работаешь?

- Трофим...

Удар под дых.

- Я.. я...На вас.

- Как ты оказалась у Светлова? Ты с ним, сука, работаешь?

- Нет, я с ...

Еще один удар. Алиса сползла вниз на землю.

- Да, нет же.

Трофим притянул ее обратно. За шиворот.

- Если врешь, я тебе устрою сладкую жизнь. Никто не поможет.

Лезвие ножа Трофимова пробило левую ладонь насквозь. Девушка задохнулась от боли, чувствуя холодный металл внутри своей плоти.

- Поняла, дура? – прохрипел Трофим. – Попробуй нас надуть.

Алиса сильно закивала головой. Нож вышел наружу. Потекла кровь.

Трофимов развернулся и ушел во мрак. Оставляя раненую журналистку в полной темноте. Романова прижала больную руку к телу и завывая побрела к бункеру, с надеждой, что сухожилия целы.

В очередной раз Илья нехотя одолжил ей артефакт, залечивающий раны. Алиса пошевелила рукой и посмотрела на розовую, молодую кожу, которой затянулась рана. Рассказывать она о этой встрече с Трофимом не стала: боялась. Лихой копался в отчетах и записках Романовой, которые она писала, если узнавала, хоть какую-нибудь информацию о наемниках. Алиса сидела и молча глядела на изучающего ее каракули сталкера, думая о чем-то своем. Размеренно мигала лампа белого света, плохо прикрепленная к потолку. Лихой вздохнул и закрыл папку с документами. Ничего не прояснилось. Ровно ничего.

- Чего с рукой-то? – спросил мужчина, между прочим, поинтересовавшись состоянием подопечной.

- Протупила, сама руку проткнула. Упала на арматуру, – соврала Алиса, убирая от раны артефакт и возвращая его сталкеру.

Илья забрал “Золотую рыбку”, положил ее в контейнер и пристально посмотрел на Романову, словно чувствуя подвох.

- Точно? Слишком чистая рана для арматуры.

- А мне есть смысл врать?

- Не знаю, может и есть.

Девушка пожала плечами и встала. Рассказывать о стычке с Трофимовым она не желала, хотя бы ради собственной безопасности. Алиса обхватила себя руками за плечи и уткнулась взглядом в темный потолок.

- На твоем месте я бы не стал таить что-либо... – посоветовал Илья, оглядывая мрачную фигуру у стены бункера. – Ведь я могу подумать, что ты ведешь двойную игру и тогда. Тогда нам придется попрощаться.

Алиса почувствовала холодный метал ножа не шее и бешеный стук собственного сердца. Лихой на этот раз не пугал, просто предупреждал. Мужчина держал холодное оружие уверенно и властно.

- Пора действовать, Алиса. Хватит держаться в тени. Ты не сталкер, но пользу от тебя мы тоже попробуем получить.

====== Часть 9. Правда. Очередной выстрел. ======

Глава 9.

Очередной выстрел

Легкой поступью Алиса обошла очередной капкан, расставленные воинами “Свободы”, которые предназначались для псевдоплотей, очередной раз проклиная тот день, когда она согласилась помогать в поисках наемных убийц. Солнце едва пробивало туманную завесу, нависшую над землей Припяти, бросая редкие блики на сырую землю. Очередной порыв ветра выбил прядь волос из-под капюшона, поднимая с почвы, невесть откуда взявшуюся пыль, больно ударившую в лицо.

- Черт! – гаркнула Романова, отчаянно протирая глаза, которые слезились от попавшей заразы несколько секундами ранее.

- Что такое? – напомнил о себе, шедший позади сталкер Лихой, не спуская прицела с затылка своей пленницы.

Грубый удар прикладом в спину напомнил, что тут нет времени задумываться о мелочах. Чай не Турция, не Египет. Не отдых, одним словом. Церемониться не будут. Выстрел – и вспоминай как звали.

- Что зависли, дорогая?

В ответ послышалось лишь тихое и злобное рычание, причем исходящее от Алисы, а не от какого-нибудь мутанта, блуждающего рядом.

- Что ты говоришь? – прикинулся совершенно глухим Илья, дразня своим радушием и счастьем свою жертву, которую он лично вел в один из самых странных и страшных баров в округе Зоны Отчуждения под названием “Шти”, где можно было пропустить пару стаканчиков огненной водицы, получить работу на свободные часы своей сталкерской жизни или найти себе чудесную дозу неприятностей на свою....Кхм...голову, конечно.

- Ничего, – прошипела, словно кошка, Романова и снова спросила базовые вопросы, которые крутились в голове весь день. – И куда мне идти потом? А вдруг там будет он?

- Много будешь знать – скоро состаришься, – отмахнулся Лихой и скинул на предохранитель свою винтовку. – Будешь выкаблучиваться – из бара живой не выйдешь. Смекаешь?

- Смекаю!

- Что, дерзкая что ли?

Удар сапогом под колени, заставил упасть на землю. Простая дрессировка, чтобы стало понятно, кто здесь главный. Алиса дернула головой вверх, и увидела улыбку Лихого. Радуется, сволочь. Ну, радуйся, радуйся... Добраться в бар пришлось без особых трудностей. Почему “пришлось”? Да потому что, нет опасности – значит все не так. Это плохо. Поверьте. Оставшиеся несколько метров прошли в тишине, накинув капюшоны на головы, сталкеры двинулись в сторону бара.

Массивные стальные ворота, грубо врезанные в кирпичную кладку, словно по волшебству проявились из густого тумана. Лихой припустил вперед, таща за собой Алису, ни на один момент не выпуская ее ладонь из руки, исключая возможность побега Романовой.

Здоровый-бугай, которого звали Гоблин, стоял на входе на территорию, гневно осматривая поврежденный ствол АК-74, пострадавший, видимо, от боя с каким-то мощным мутантом. Сталкер-охранник пытался собственноручно выпрямить прицел, безуспешно согнутый до конца своей автоматной службы. Заметив две фигуры, вышедших из сумрака, Гоблин подал хриплый голос:

- Стоять! Документы давайте.

Лихой быстро скинул походный рюкзак с плеча и извлек из внешнего кармана поддельные документы, поскольку знать слишком многое здешним обитателям абсолютно не желательно.

Гоблин недоверчиво оглядел бумаги и оценивающе взглянул на путников, явно чувствуя подвох.

- Цель прибытия, Владимир? – вышибала обратился к Илье, пытаясь почувствовать ложь.

- Цель? Пропустить пару стаканов “Казаки”, да работу подыскать своей боевой подруге, – соврал Лихой, оскалив зубы, в подобии улыбки.

- Ладно, проваливайте, – отмахнулся Гоблин, предпочтя разборкам с сомнительными сталкерами, изучение своего боевого оружия.

Илья улыбнулся и толкнул тяжелую дверь вперед, пропуская Алису первой в бар “Шти”. Тяжелый запах сырости, алкоголя и сигаретного дыма ударил в нос. Грохотала музыка, заставляя чувствовать себя неловко. По углам бара расставлены импровизированные танцполы, где подобно змеям, извивались танцовщицы, вытворяя почти акробатические номера у хромированных шестов. Алиса стыдливо опустила взгляд в пол, а Лихой приоткрыв рот, тихо восхитился:

- Каждый раз все лучше и лучше здесь...

- Мы надолго здесь? – поинтересовалась Алиса, пытаясь не задеть пьяных донельзя “Долговцев”, сидящих за соседним столом.

Илья подошел к бару, где бармен лениво протирал бокалы, словно теряя интерес с каждой минутой, ко всему происходящему.

- Что вы хотели?

- Водочки, мне и моей знакомой.

Бармен пожал плечами и извлек из стойки бутылку с горячительным напитком.

- Ил... – Алиса хотела оборвать своего спутника, поскольку водку пить в восемь вечера в ее планы точно не входило, но Лихой напомнил ей, что обращение должно быть несколько иным. – Ой, Вова, я не буду пить.

- Будешь, Лена, будешь, – отрезал Илья.

Романова тяжело вздохнула и осмотрела бар: дальний его конец тонул в табачном и конопляном дыме, со всех сторон доносились крики, смех, мат. Официантки сновали туда-сюда, разнося подносы с выпивкой и едой, при этом успевая отмахиваться от пахабных предложений местных супергероев.

- Иль... Вова, прости, – прошептала на ухо Лихому Алиса, подавшись вперед. – Можно я выйду?

- Ты помнишь наш договор? Пока не узнаешь – никуда не уйдешь.

- Но...

- Никаких но! – сказал, как отрезал Илья. – Договор!

Алиса не нашлась, что ответить. Она лишь прокручивала в голове несказанные слова и снова ругала все то, на чем свет стоит. Лихой опрокинул рюмку и направился к одному из танцполов, где крутилась симпотичная блондинка, заставляя терять головы, всех присутствующих здесь мужчин. Вокруг стриптизерши собралась стайка сталкеров, которые приоткрыв рот следили за ее движениями. Алиса закрыла лицо рукой, протерла глаза, пытаясь не видеть всю здешнюю грязь, которой было предостаточно, как вдруг, она почувствовала крепкую и тяжелую руку у себя на плече: какой-то пьяный сталкер-одиночка, средних лет, решил привлечь к себе внимание.

- Эй, цыпа, – прогремел его голос в мешанине звуков музыки, ругани и смеха. – Чего сидишь? Пошли со мной.

Алиса вскочила на ноги и отошла назад:

- Руки уберите!

Но одиночка так быстро сдаваться не собирался. Он схватил ее за запястье и потянул к себе:

- Пошли, чё ты выпендриваешься?

Девушка одернула руку и толкнула мужчину в грудь:

- Никуда я не пойду. Вон пошел!

В руке неизвестного сталкера, под тяжелым желтым светом бара “Шти”, блеснул острый нож. Выпад был резкий, Алиса едва успела отскочить в сторону. Сердце лихорадочно забилось в груди.

- Ш-што с-сука, – взревел сталкер, пытающийся забрать с собой Романову. – Жить наадоело!?

В баре заметно нарастало напряжение: остальные посетители что-то выкрикивали, кто-то едко засмеялся, некоторые достали ножи и двинулись в сторону ее обидчика.

- Брат, ты чего? – начал один из молодых сталкеров в комбинезоне “Долга”, пытаясь остудить пыл нападавшего.

- Да пошел ты, сука, – крикнул одиночка, отталкивая “Долговца” и в очередной раз рассекая воздух ножом в паре сантиметров от Алисы.

Романова закричала, увернулась от оружия и рванула в ту сторону, где должен был находиться Илья.

Резкий рывок влево, кто-то схватил ее за руку.

- Давай сюда!

Журналистка постаралась оглядеть фигуру, вытащившую ее из этой передряги: это была невысокого роста девушка, с русыми волосами, одетая в защитный костюм сталкера-одиночки.

- Скорей! – прокричала сталкерша и затянула Алису за самый дальний столик, подальше от конфликта, где разрослась драка.

Романова запыхалась и все еще не могла отвести взгляда от дерущихся мужчин в центре бара.

- Это же чего тебя сюда принесло? – отвлекла ее девушка, слегка толкнув в плечо. – Эй, ты как?

Алиса перевела взгляд на свою спасительницу, снова оглядела ее: волосы затянуты в пучок на макушке, зелено-серые большие глаза и открытая, хоть немного и смущенная улыбка.

- Спасибо тебе, если бы не ты, то меня бы уже ...

- Да ладно, тебе, – отмахнулась девушка и протянула руку для рукопожатия. – Меня Стрелка зовут. Я частенько тут таких новичков вижу, но ты побила все рекорды, чтобы вляпаться в историю.

Сталкерша хмыкнула и похлопала Алису по плечу, предлагая сесть за столик. Та послушно подчинилась. Стрелка скинула рюкзак с плеча и достала пару банок тушенки и одну погнутую вилку, вручая это все Алисе. Та нервно огляделась и спросила:

- А ты. Давно здесь?

Стрелка умело открыла консервным ножом банку и умело загнула железную крышку с острыми рваными краями. Она подняла голову и внимательно посмотрела на Алису:

- Где здесь? Здесь в баре или в Зоне?

- В Зоне, да и в баре, тоже в принципе.

- А-а, ну в Зоне уже год, – призналась сталкерша и принялась листать тетрадные листы, а потом найдя маленький карандаш, принялась что-то черкать на потрепанных клетчатых листочках. – А в баре – пару часов, придется пересидеть здесь выброс. А ты-то как здесь очутилась?

Алиса боязливо поглядывала в ту сторону, откуда только что ее вытащила Стрелка: там все еще была тяжелая атмосфера, драка уже прекратилась, но сталкеры закурили и недобро поглядывали друг на друга. Сизый дым перемешался с алкогольным угаром и дышать стало крайне тяжело.

- Прости, – робко произнесла вполголоса Романова. – А что ты пишешь?

Сталкерша отвлеклась от процесса поедания холодной консервы и улыбнулась:

- Ты про это? – она указала на свою тетрадь, исписанную мелким почерком. – Да, это, так сказать, увлечение юности. С детства мечтала стать писателем, много писала рассказов о ... – Стрелка задумалась, словно вспоминая давние события. – Ой, да о чем я только не писала, в общем, жизнь стала другой, а от мечты остались лишь осколки. Вот теперь истории, которые мне рассказывают местные искатели приключений, я записываю, разумеется, с их разрешения. Получаются хорошие жизненные истории. Жаль, что некоторых уже и в живых нет, те кто рассказывал мне это.

Алиса вздрогнула: осознавать что люди умирают здесь очень быстро, было не приятно. По коже пробежал неприятный холодок. Романова тихо спросила:

- А ты из какой-то группировки?

- Нет, – ответила сталкерша. – В группировки женщин не берут. Я, например, одиночка. Вообще девчонкам в Зоне делать нечего, те кто не стал самостоятельным ходоком, теперь танцуют здесь, зарабатывая грязные деньги. А ты с кем-то или как?

- Стрелка, мне... – голос задрожал. Алиса оглянулась назад, осматривая зал. Она знала, что от Ильи нужно бежать, поэтому и решилась. – Меня взяли в оборот местные “Свободовцы”. Им нужно найти одного из наемников, а я выступаю в роли приманки. – На глаза навернулись слезы. – Можно мне уйти с тобой, пожалуйста?

Сталкерша сосредоточено посмотрела на Романову и затем, ее взгляд ушел куда-то за спину журналистки. Через секунду стало понятно куда.

- Алиса, вот ты где, – рядом с девушкой сел Илья, нахально обнимая ее за плечи. Романова сбросила его руку и отшатнулась в сторону. Лихой улыбался, как ни в чем не бывало и теперь обратился к Стрелке, которая смотрела на него с непониманием. – Здравствуй, это ты мою Алису забрала, а то я уже переживать стал.

- Здравствуй, -кивнула девушка и тут же спросила. – А кто же она тебе? Из какой вы группировки?

- Алиска – девушка моя, – соврал Илья и снова улыбнулся. Он догадывался, что Алиса уже могла сказать лишнее, поэтому вполне уверенно ответил. – Одиночки мы, какие же группировки?

- Что ты врешь! – Потеряла самообладание Романова. – Я тебя две недели знаю, “Свободовец”.

Лихой с яростью, взглянул на Алису, но так чтобы этого не заметила сталкерша:

- Дорогая, ты снова прикалываешься? – протянул он и обратился к Стрелке. – Что тут она тебе понарассказывала? Что-то новенькое или снова про “Свободу” и что ее в подвале держат? Милая, ты уже едва не угодила в беду из-за своих шуточек.

Алиса потеряла самообладание и со слезами на глазах прошептала:

- Прошу, не верь он все врет! Пожалуйста, не верь. Я уже не могу...

- Алисочка, хватит, уже не смешно, – обнял ее Илья и тут уже сил не хватило. Романова вскочила из-за стола и выбежала на улицу.

За столом остались только двое. Во всеобщем галдеже никто не услышал этого разговора. Всем было далеко наплевать, что творилось с людьми, куда важнее было деление хабара за последнюю ходку.

- Ты не врешь? – недоверчиво спросила Стрелка, порываясь пойти вслед за Алисой. Она внимательно смотрела на Илью, тот вздохнул и достал из внутреннего кармана плаща потертый портмоне.

- Вот, держи, – протянул он сталкерше помятое фото, где улыбаясь сидели молодые и счастливые Илья и Алиса, демонстрируя свои блестящие кольца на безымянных пальцах. – К сожалению, после того, как мы почти угодили под один из выбросов, у моей супруги началась шизофрения. Прости, если мы тебя потревожили.

Девушка отрицательно закачала головой:

- Ничего страшного, я все понимаю. Удачи, береги ее.

Илья улыбнулся, помахал сталкерше и выбежал на улицу, искать свою пропажу. Гул от бара “Шти” остался в стороне. Алиса сломя голову бежала вперед, оглядываясь назад. Дороги не было видно, слишком темно. Страха не было, главное убежать. Жесткий удар кулаком в челюсть и Алиса упала на влажную почву и увидела перед собой лицо Ильи:

- Свалить решила? Зря ты так...

По подбородку медленно стекала кровь. Побег не удался.

====== Часть 10. Правда. Жить всегда. ======

Глава 1О.

Жить всегда.

- Видит Бог, я не хотел, но ты сама напросилась, – заметил холодно Илья, с аппетитом уплетая холодную тушенку с перловой кашей.

Алиса решила отмолчаться и еще раз ощупала разбитую нижнюю губу. Челюсть саднила от вчерашнего удара. Холодный рассвет наступил очень рано, около четырех часов утра. Сначала ночное небо задрожало под натиском первых солнечных лучшей, но потом все-таки решило сдаться и отступить. На жухлой траве появились холодные капельки росы, чистой незагрязненной воды, наверное, единственной в округе. Всю ночь Припять героически выстаивала под пылающими небесами выброса. Те, кому не посчастливилось не найти укрытия, теперь навсегда примкнули к зараженной земле. Мародеры в это время выходили на охоту: в рейде по карманам трупов можно было найти немало ценного. Аптечки, бинты, ножи, патроны – все годилось для выживания. Эти вещи всегда были переходящей наградой для тех, кто не побрезгует поковыряться в обмундировании обгоревших в радиации тел. Вот и сейчас, на рассвете нового дня происходил обыск. Трое сталкеров-одиночек, совсем еще зеленых обыскивали труп неизвестного бандита.

- О-па, пацаны, – крикнул один из них и показал почти новенький “Винторез” – мечту любого мальчишки, который видел фильмы про спецназ. – Видали, что я нашел?

Двое других поспешили посмотреть новинку. Нашедший радовался, как ребенок, он то и дело вскидывал оружие на плечо, прицеливался и даже осмелился выстрелить. Гулкий звон пролетел по полупустой окрестности близ рыжего леса.

- Дурак что-ли? – вырвал из рук владельца “Винторез” один из его друзей, при этом покрутив указательным пальцем у виска. – А если сейчас... Эм... Плоть прибежит?

- Плоть? – рассмеялся третий и вынул из кармана нож. – Да я ее с ножа выношу. Плоть... То же мне мутант. Вот кто-то, а снорк-тварь паршивая. Мне друг рассказывал, что сожрет за три минуты и опытного вояку.

У его друзей округлились глаза и они опасливо озирались по сторонам: кроме ворон, живых существ поблизости не было. Но рыжий лес нагонял на новичков сильный испуг. Да и потрескивающие детекторы не давали расслабиться. Со времен взрыва на Чернобыльской АЭС в 86 году, радиационный фон здесь не падает. Вот и стараются обходить его сталкеры стороной, поскольку аномалий и мутантов там более, чем предостаточно. Молчание прервал один из новичков:

- Снорк! – теперь он говорил почему-то шепотом. – Тоже мне, я вот недавно кровососа видел!

- Что? – в один голос спросили друзья.

- Да-да, – подтвердил третий и выпятил грудь вперед, словно колесо. – В бинокль, в парах сотен... метров! Страшный такой, по-моему он дожирал кого-то... Кажется, это был Башка. Помните, который позже нас пришел?

Ребята нахмурились, вспоминая погибшего. Их лица еще должным образом сохранили свежесть от пребывания на обычной земле. Двадцатилетние мальчишки, которые наигравшись в видеоигры решили поиграть в героев. Один из них пришел ради денег на мотоцикл, другой – просто ради приключений на свою голову, третий – выгнали из мединститута, а в армию идти не хотелось. Вот он и улизнул на Зону Отчуждения.

- Эм, кажется помню, – ответил один из них. – Так что с ним случилось?

- В аномалию попал, – соврал другой, решая приукрасить свою историю страшными подробностями. – В карусель птичью! В куски разнесло. Затянуло, смяло и разорвало.

- Хватит врать, – оборвал третий, состыковывая все подробности. – Кровосос трупов не жрет! Мне еще Гонта говорил. А уж после карусели – и подавно.

- Ты думаешь я фигню тебе рассказываю, ты...

Мат ему сказать было не суждено. Страшный вой из стороны леса заставил обратиться в бегство всех троих. Сильный вихрь поднял с земли комья земли и опавшую листву. Та самая пресловутая птичья карусель, в которую ребята записали одного из своих знакомых обхватила их в свои крепкие объятия. Один из них чудом успел отпрыгнуть в сторону. Удар над головой. Разряд аномалии был подобен хлопку фейерверка, правда вместо разноцветных искр по территории разлетелись куски плоти. Сталкер, которому посчастливилось выжить открыл рот в беззвучном крике и попятился назад.

- Стоять! – приказал Илья, который поднялся из бункера и сейчас стоял, направляя на новичка свой автомат. – Еще шаг, чертов ублюдок, и ты вляпаешься в “Ведьмин студень” и отправишься к своим дружкам.

Алиса стояла немного позади и была свидетелем того, как молодой и неопытный сталкер почти стоял в луже светящегося желеобразного вещества, которое начало разъедать край его прорезиненного сапога.

- Шаг вперед правой ногой, – посоветовал Лихой. – Хоть под ноги смотрели, когда здесь шаболдались?

Молодой отрицательно помахал головой и словно балерина сделал шаг. На небе разливалась краснота. Восход уже совсем близок. Скоро рассветет, а выйти в рыжий лес желательно до полного рассвета.

- Разворачивайся.

- Что? – не понял сталкер приказа Лихого.

- Разворачивайся!!! – рявкнул Илья и выпустил в воздух несколько патронов. Алиса вздрогнула и попыталась подойти ближе к Лихому, у которого на поясе висел серебристый нож. Разрезать путы на руках очень хотелось, тем более что “Свободовец” сейчас занят. Необходимо было сбежать от полоумного захватчика, который тоже хотел отправить ее на тот свет раньше положенного срока.

Мелкими и бесшумными шагами Романова приблизилась к Илье и почти достала до ножа, который бы подарил ей желанную свободу, но дуло автомата уперлось в живот и все надежды разом рухнули в тартарары.

- Только попробуй, – угроза от Лихого была не беспочвенная. Алиса почувствовала, как внутри все перевернулось. – От тебя другого ожидать и не приходилось.

- Шаг назад, – посоветовал Алисе Илья, как вдруг раздался душераздирающий крик: сталкер-новичок посчитал, что Лихой сказал это ему и влип прямо в соседнюю аномалию, которая зашипела, растворяя сначала кожу, затем мышцы и кость несчастного.

- Сука! – ругнулся Лихой и кинулся вытаскивать неудачливого сталкера, но тот от испуга и нечеловеческой боли шагнул и, спотыкаясь, угодил руками в тот же самый ведьмин студень. Еще более устрашающий крик пронзил весь рыжий лес. Это уже был крик умирающего.

Алиса буквально задохнулась от ужаса. Только что по ее вине погиб человек, а она ничего сделать не может. Она стала, как вкопанная, даже пытаясь не дышать поскольку в воздухе появился запах горелой плоти. Кислота сжигала сталкера буквально за секунды.

- Черт, – выругался Илья, увидев обугленный труп. – Что, добилась?

- Я...я, – заикалась Алиса в слезах, не найдя что ответить.

Лихой аккуратно прошел меж аномалий и поднял “Винторез” погибшего:

- Что “я”? Молодец ты, а то без оружия тяжело бы было. Устранила, так сказать, посредника.

- Что? – ужаснулась Романова.

- То, – ответил Илья и толкнул Алису в спину, заставляя идти вперед. – То мне бы мальчишку пришлось застрелить, а то ты его сожгла. Он ведь теперь о бункере знал бы. Плюс – еще посмотрела, что происходит при попадании человека в аномалию “Ведьмин студень”, значит будешь осторожнее.

Не согласиться с этим было нельзя.

- Дмитрий Михайлович! – расплылся в улыбке человек в дорогом пиджаке со стильной бородкой и залакированными кашатновыми волосами. – Добрый день! Мы уже давно вас ждем.

Светлов вышел из своего черного внедорожника и подошел к клиентам, пожимая руки бизнесменам. Пятеро человек заискивающе улыбались Дмитрию, а позади их стояли трое амбалов-телохранителей, который прятали за спинами пистолеты. Светлый вдохнул полной грудью свежий воздух. Встреча проходила в подмосковном городке, недалеко от дома Светлова, который он приобрел несколько лет назад. Шикарные апартаменты всего в десяти километрах от Москвы – самая малость, что мог себе позволить наемник. Перелет от Киева прошел успешно, даже очень быстро, а вот в кармане уже лежал обратный билет снова в Киев. Вечером снова идти на дело. Чертовы европейцы, не могли сразу прилететь в Украину?

- Дмитрий Михайлович, – сухо повторил британец, в черном деловом костюме. – Мы извиняемся за причиненные неудобства, но нам необходимо услышать результаты.

Светлов был мрачен: он не любил отвлекаться от дел, хотя уже порядком устал от событий в Зоне Отчуждения. Встреча была назначена в одном из дорогих ресторанов в Подмосковье и это тоже нервировало Дмитрия, который не хотел сейчас светиться в людных местах. Но делегация из Европы настоятельно попросила встретиться именно сегодня и именно здесь.

Все люди прошли в большой и светлый зал, где сновали туда-сюда официанты, обслуживая очень дорогих клиентов. Один из переговорщиков кивнул на круглый стол у стола с кратким “Прошу”. Светлый чувствовал себя куда уютнее в костюме наемника, нежели в костюме, хотя, судя по всему, ему очень шла эта одежда, поскольку блондика за столиком напротив буквально пожирала его глазами. Он улыбнулся незнакомке и та засмеялась, кокетливо прикрывая лицо ладошкой, а ее спутник сидящий за столом, ревниво развернулся и гневно оглядел Светлого, который, к слову, уже перевел внимание на бумаги, которые ему предоставили коллеги.

- Дмитрий Михайлович, – в который раз повторил на ломанном русском Генрих, исполнительный директор экологического объединения “Беллона”, занимающегося захоронением радиоактивных отходов в Европе. – Расскажите, пожалуйста, о предоставлении необходимых нам территорий.

Все просто: в каждой организации есть человек, который делает свою работу честно и не приносит ощутимой прибыли, а есть такие, как Генрих, которые плевать хотели на справедливость, но с такими работниками можно делать многомиллиардный оборот даже самой непримечательной фабрике. Генрих Миллер – немец, по своему происхождению, был самым последним педантом, который считал, что Зона Отчуждения является самым подходящим вариантом для захоронения тонн радиоактивного мусора и отходов, которые постоянно производят Штаты и страны Европы. По хорошему, ему было наплевать на людей, живущих поблизости, главное – уничтожить несогласных.

- Генрих, – наконец заговорил Светлов, понижая голос. – Ты считаешь, что здесь безопасно об этом говорить?

Делегаты между собой переглянулись и рассмеялись. Миллер спросил:

- Вам есть, что скрывать от людей? Или вам есть кого бояться?

Дмитрий улыбнулся в ответ, понимая, что немец блефует:

- Что вы, Генрих! Мне действительно нечего скрывать. Итак, “Синий Антидот” был передан для синтезирования в лабораторию группировки “Монолит”. Главнокомандующий операцией по запуску четвертого энергоблока старший офицер Ахилл уже работает над ремонтом и готовит своих людей.

- А как же сталкеры? – поинтересовался немец, подчиненный Миллера, с фамилией Кёстер.

- Сталкеры будут уничтожены сильнейшим выбросом, – спокойно заверил Светлый, делая глоток вина из бокала. – Личные составы некоторых военных групп были уведомлены заранее и уже покинули территории Зоны Отчуждения. Те, кто останутся, погибнут от ионизирующего действия радиации в течение одних суток. То же произойдет и с жителями окрестных городов в радиусе сорока пяти километров.

Светлый оглядел присутствующих: слишком спокойно вели себя и посетители и гости ресторана, которые точно слышали его слова, но наемник не подал вида и выслушал вопрос другого работника “Беллоны”:

- В какие сроки будет выполнен наш заказ?

- Как только я встречусь с вашими коллегами из Соединенных Штатов и Великобритании, – сухо заметил Светлов, закидывая ногу на ногу. – Надеюсь, вы им сейчас наберете и сообщите, что я буду ждать их уже завтра на территории города Припять.

Переговорщики в очередной раз переглянулись между собой и один из немцев ответил:

- Вы понимаете, что это очень тяжело устроить.

- Прошу, вам это ничего не будет стоить, а мне не хочется отвлекаться от вашего задания, – по-деловому продолжил наемник.

Миллер молча достал смартфон и набрал телефон своего коллеги из американской “Беллоны” и быстро передал всю информацию на английском. Затем Генрих отложил телефон и, постучав по белоснежной скатерти, задал вопрос:

- Вы уверены, что “Антидот” синтезируют?

- Конечно, – согласно кивнул Светлов. – Все будет сделано в лучшем виде. Единственное, что меня беспокоит, так это оплата моих услуг.

Миллер затаил дыхание, затем приставив стул ближе к столу, произнес:

- Оплата будет только после выполнения задания, Дмитрий. Это мое личное решение, поскольку я считаю, что будет лучше и честнее расчитаться после взятия нами “Антидота” и Зоны Отчуждения.

Светлов заметно нахмурился: ему никак не нравилось это предложение. Договор он подписывал с американским представителем “Беллоны” Люком Эвансом, который гарантировал оплату при личной встрече. Проклятый немец портил всю картину. Бизнесмен чертов!

- Я могу взять задание и у Владимира Громова, который даст мне не меньшую сумму и не будет выдавать мне по одной купюре в день, – пригрозил Дмитрий, но Миллер, засмеялся и замотал указательным пальцем перед собой:

- Нет-нет, господин Светлов! Вы уже подписали договор на наших условиях, а я решил, что так будет надежнее. Тем более, что Владимир Громов заплатит вам лишь от представительства России, а мы представим вам сумму превышающую данную в двенадцать раз, поэтому, в ваших же планах поскорее закончить со взрывом реактора.

Сценарий, построенный продажными специалистами “Беллоны”, которые не хотели осознавать, что увязли в долгах и экологических проблемах, был безупречен: наемники очищали территорию и договаривались с группировкой “Монолит”, имеющей доступ к саркофагу ЧАЭС, о повторном мощнейшем по своей силе взрыве четвертого и третьего энергоблоков Атомной Станции. Далее все развивалось куда все прозаичнее: люди, находящиеся в сорокапяти километрах от Зоны Отчуждения подвергнутся мощному излучению и покинут свои дома. Зараженная территория будет брошена и оставленна государством, как тут появятся лидеры “Беллоны”, отвечающей за экологическую безопасность, которые бесплатно заберут радиоактивную землю и будут использовать ее под захоронения отходов за бесценок. Сэкономлены многомиллиардные затраты на покупку и оборудование необходимой территории для хранилищ, да и плюс ко всему этому – захоронения расположены вдалеке от развитых стран, переживающих за свое экологическое состояние. Кому есть дело до маленькой Украины? Пережитка советского прошлого. Светлый улыбнулся и заметил, как за спиной у Миллера оживились телохранители, доставая из кобуры пистолеты.

- Я думаю, что вы редкий урод, Миллер, – четко произнес Дмитрий, отрывая от грозди большую зеленоватую виноградину и отправляя ее в рот. Прекрасный терпкий вкус!

Немец открыл рот от негодования, а амбалы зашагали к столу за которым сидели переговорщики, но тут началось то, что никто из “Беллоны” не мог предположить. Большие оконные рамы разбили люди в черных костюмах, которые тут же открыли огонь на поражение. Белоснежные шторы развевались от порывов ветра, проникающего в здание. Официанты и гости ресторана оказались помощниками немцев, которые попытались выхватить из карманов оружие, но наемники не оставили никому никаких шансов. Спустя несколько минут Светлов встал из-за стола и прошагал в центр зала ресторана, где покоились трупы его клиентов. Он прошел к соседнему столику и увидел тело убитой блондинки, которая строила ему глазки: точно во лбу у красотки засела пуля, проделав ровное отверстие.

- Мекнес, – громко крикнул Светлый, вытаскивая из портсигара сигарету. – Ну, а эту вы чего убили? Симпотичная баба была.

Один из воинов в черной униформе рванул к начальнику:

- Враг, товарищ майор, должен быть уничтожен. Смартфон Миллера найден.

Мекнес передал Светлову большой и увесистый аппарат, а тот в свою очередь набрал с него на своем КПК нужный номер. Короткие гудки, а затем послышалось приветствие на английском.

- Мистер Эванс, это Дмитрий Светлов, – быстро подхватил Светлый беседу бегло говоря на английском. – Люк, у меня плохие новости: наш партнер Генрих Миллер был убит неизвестными. Да. Да, Люк, я сам недавно узнал об этом и был шокирован потерей нашего близкого друга. Я вынужден встретиться с вами завтра, мистер Эванс. Мне тяжело пережить эту утрату, но у нас с Генрихом было общее дело, которое я обязан выполнить.

Выслушав согласие, Светлый убрал смартфон и сжал крепче в руке свой нож, наклонившись над скрюченным от боли, но еще живым Миллером, который захлебывался от собственной крови, вытекающей изо рта.

- Вот так, Генрих, – засмеялся Светлов, перекидывая нож в руке. – Теперь ты не в деле, но хочу сказать спасибо за виноград, – наемник оторвал от кисточки очередную виноградину и съев ее, прошептал. – Очень вкусно!

Один взмах ножом и немец навеки затих, почти расставшись со своей головой.

Светлов, обтер нож об белоснежную скатерть, затем, взял с собой еще несколько виноградин, крикнул своим бойцам:

- Бесы, теперь на родину! Надо найти тех бойцов за справедливость, которые взломали нашу сеть переговоров.

Шаг за шагом сталкеры пробивались сквозь рыжий лес. Удивительно, но после выброса мутантов стало меньше. Шли в полной тишине, которую нарушать совсем не хотелось, но вопросов накопилось больше, чем ответов.

- Куда мы идем? – спросила Алиса, шедшая немного позади Ильи, который в некоторых местах останавливался и сверялся с детектором.

- Это для тебя важно? – удивился Илья, развернувшись на триста шестьдесят градусов и попутно оценивая местность.

- Как бы да.

Илья обернулся и взглянул на Алису:

- Хорошо, давай так: мы идем в Припять...

- В Припять?! – воскликнула Романова, вспомнившая ужасы города-призрака, но Лихой ее оборвал:

- Помолчи, мы идем в Припять по обходному пути. Нам нужно будет встретиться с отрядом “Свободы” для выполнения одного важного задания. Поскольку, после выброса ты уже заметила, что аномалий стало в два раза больше, поэтому закрываем рот и смотрим во все глаза. Если вляпаешься в аномалию, то это будет твоя вина. Поняла?

Девушка молча кивнула и опустила взгляд в землю.

- А если прозеваешь мутанта – убью лично, – добавил Илья.

Настроение упало до отметки “Ниже плинтуса”. Пройдя около километра по пересеченной местности, сталкерам встретилась лишь одинокая тройка псевдособак, которые, взвизгнув, упали на влажную землю, едва пули достигли их избитых радиацией шкур. Впереди открылась дивная панорама: затянутое серыми, свинцовыми тучами небо, сквозь которое не пробивалось ни единого луча солнца, высокий камыш и бескрайнее поле-болото, которое делилось пополам серо-зеленоватой речкой над которой ржавой громадой нависал разрушенный подвесной мост. За этой всей постапокалиптической красотой начиналась Припять. Илья подошел к Алисе и разрезал веревку, связывающую руки.

- Запоминай, берешь детектор и если я замечу хоть какую-нибудь попытку бегства или подставы с твоей стороны – пеняй на себя, – сталкер впихнул в руки Романовой простенький детектор и достал из кобуры пистолет. – Проходить мост будешь под контролем. Один шаг в сторону – и ты труп. Ступай.

Берцы заскользили по мокрой глинистой почве, которой был покрыт склон, ведущий к мосту. Грязь, которая налипла на военную обувь утяжеляет каждый шаг. Мышцы все сильнее начинают болеть. Дыхание сбивается. Наконец-то сталкеры достигли моста Илья присел к земле и прислушался, сверяясь с детектором, который лихорадочно заходился в неистовом крике.

- Да, здесь пройдем – значит чудеса есть! – оптимистично заявил Лихой и шагнул вперед.

Весь подвесной мост светился. Да-да, именно светился, как новогодняя елка, поскольку на нем было невероятно много аномалий “Электра”. Они обвили металлическую конструкцию со всех сторон и хищно сверкали, в ожидании новых жертв.

- А ты тут проходил? – с надеждой поинтересовалась Романова, поглядывая в сторону странного светящегося объекта на одном из лопнувших тросов моста.

- Нет, конечно, – ответил парень и медленно продвинулся вперед. Аномалии зашипели и заискрились, пытаясь поймать в свои цепкие лапы новую жертву. Под ногами Ильи скрипели проржавевшие листы металла и ломались покрытые серым налетом и зеленоватой гнилью доски. Алиса жадно вдыхала воздух, пытаясь унять страх, который несколько мгновений назад поселился в груди.

Лихой оглянулся вокруг, со знанием дела провел рукой по зараженному металлу и сделал вывод:

- Будет весело, – оптимистично заявил парень и вскинул крышку с потрепанного детектора, в поисках первого препятствия.

Шаг влево-правая нога, шаг вправо – левой ногой. Сверился с детектором. Достал болт и быстро бросил в паре метров справа от себя. Вспышка. Алиса закрыла глаза от яркого света, а когда снова сфокусировала свой взгляд на напарнику по несчастьям, то тот находился уже посередине моста, прямо аккурат перед большой дырой выеденной химикатами в металле.

- На твоем месте я бы не медлил,- с укором произнес Лихой. – Или жить надоело?

- С чего это вдруг? – попыталась огрызнуться Алиса.

- Дура, – закричал Илья и нервно дернулся назад. – Сзади псевдогигант!

Романова оглянулась и увидела, как в паре сотен метров от нее, в сторону сталкеров несется огромная обезображенная туша. Каплеобразное тело бежало с огромной скоростью, сотрясая под собой влажную почву. Мутанта явно дразнил запах свежей плоти, которая, видимо, в этих местах была редкостью. Из близлежащих кустов донеслось рычание и похрюкивание – наперерез гиганту неслись пара кабанов. Глупый двухметровый мутант лишь на мгновение завозил огромными руколапами по грязи, а затем двумя ударами переломал хребты своим нежданным противникам. Неприятный хруст костей заставил Алису опомниться и трясущимися руками достать из кармана детектор.

- Скорее! – в голосе Лихого слышался страх.

Крышка детектора заела: металл словно не хотел показать электронный экран. Романова судорожно задергала застежку, оглядываясь на приближающегося мутанта. Расстояние сократилось до 200 метров. Под ногами заухала земля.

Слишком близко.

Алиса на память прыгнула на мост, надеясь, что не погибнет от первого же прикосновения с металлической конструкцией.

- Куда! – заорал Илья и закусил нижнюю губу.

Сталкерше повезло – аномалии рядом не было, поэтому она осталась жива. В пяти метрах от нее стоял на хлипкой доске Лихой, который пытался объяснить ей где нужно пройти.

- Левее давай! Стой! Там жарка!

Горячий поток воздуха расплавил часть подошвы правого берца и обжег ступню. Алиса завизжала и ухватилась за ногу, зашатавшись от боли и страха. Жарка вспыхнула и на миг ослепила Романову.

Ориентироваться она не могла. Внезапно она почувствовала, как ее за руку схватил Лихой. Она слепо вцепилась ему в плечо, пытаясь проморгаться и отогнать яркий блик, который оставила вспышка аномалии на сетчатке ее глаз. Лихой бежал и тянул за собой журналистку, которая спотыкалась обо все предметы, которые захламляли поверхность моста. Лишь подойдя к той самой дыре, прожженной неизвестным реагентом , он почувствовал как прогнулась металлическая конструкция подвесного моста. Илья взглянул назад и увидел, что двухтонная туша псевдогиганта стала на железные пластины, соединяющие два берега зараженной реки.

– Черт! – выдохнул парень и рванул к концу переправы, таща за руку Алису.

Следующий шаг огромного мутанта мост уже не выдержал: несущие металлические тросы лопнули и словно лассо ударило по воздуху, рассекая плоть, как масло. Псевдогигант взревел, получив столь серьезный удар и шагнул вперед: глупая тварь, тем самым, подписала себе смертный приговор. Тросы лопнули окончательно и полотно висячего моста буквально сложилось пополам.

Лихой услышал рев падающего гиганта и почувствовал, как опора ушла из-под ног. Несколько секунд свободного падения и жесткий удар о воду. Мост рухнул, утаскивая на глубину все аномалии и зараженный металл, а также своих пленников. При попадании в воду электры разом вспыхнули и по воде прошел электрический разряд. Разошедшаяся плоть псевдогиганта разливала по мутной воде кровавые разводы. Тело мутанта подрагивало в судорогах, завалившись в ил на глубине двух с лишним метров. Рядом расходились круги от упавшей в воду Алисы, которая не могла подняться наверх. Вода при падении ударила в нос, попала в рот, выбила воздух из легких, а живот гудел словно от падения из окна двухэтажного здания. Журналистка попыталась открыть глаза – резкая боль полоснула веки, от неожиданности Алиса вдохнула – во рту и в легких булькнула вода, она попыталась выдохнуть, но тут же появился рефлекс закашляться,следом последовал второй непроизвольный вдох. Руки и ноги сводила судорога от бесконечного и безуспешного барахтания в ледяной воде. В ушах стояла мертвая тишина, изредка нарушаемая гулкими ударами остатками металла о камни на дне реки. Легкие обожгло не то от попадания в них воды, не то от недостатка кислорода и лишь тогда пришло слепое отчаяние и желание, чтобы все закончилось как можно скорее.

“Интересно, а долго мне еще умирать?” – мелькнула мысль у Романовой. – “И больно ли это будет?”

Вода в легких потянула на мрачное, затянутое илом и зелеными водорослями дно. Еще один вдох – и сознание затерялось в темной воде. Удар по щекам не принес ожидаемого результата. Крепкие руки сильно вдавили грудную клетку, да так, что казалось, что тело на сантиметр ушло в почву. Изо рта и из носа ручьями потекла вода, вперемешку со слизью и рвотой. Теперь Алиса примерно представляла, что чувствуют новорожденные дети, у которых едва раскрылись легкие. Девушка увидела свет и измазанное в иле лицо Лихого, а затем почувствовала одновременно тошноту и желание вдохнуть, откашляться, выплюнуть лишнюю воду. Желудок сжался в комок, руки задрожали. Илья сел на землю и наблюдал за журналисткой, которую он только что вынул из мутной воды. Ее тело трясло и извергало целые потоки воды. Она то и дело заходилась в кашле, который постоянно доводил ее до рвоты. Лихой скривился и достал из кармана рацию.

- Стрела-1, стрела-1! Прием! Лихой вызывает! Прием!

Через шипение стали слышны слова:

- Стрела-1 на месте! Как слышно? Прием!

- Слышу хорошо! Квадрат 46-Л! Доложить дату прибытия!

Тишина. Затем шипение и вновь послышался голос:

- Пятнадцать минут.

- Жду!

Лихой отключил рацию, встал и, опираясь на правую руку, встал и побрел снова в воду. Он вздрогнул, когда холодная вода вновь коснулась щиколотки, наполнив песком и илом берцы.

- Т-ты ... к-куда? – прохрипела Алиса, утирая рот рукавом комбинезона и сплевывая слюну на землю.

- Автоматы искать, – буркнул Илья и вошел в воду по пояс. – Поднимай задницу – и вперед на поиски тоже! Без них и дня не протянем.

Романова не знала: можно ли использовать оружие, которое пролежало в воде около получаса или нет, но послушно поднялась и последовала его примеру. Намокший комбинезон тянул вниз, а дно реки стремительно расползалось под ногами, подобно тесту. Ступать по слизкому дну было неприятно даже в обуви. Раздвигая воду руками, Алиса пробралась к тому месту, где нырял Илья. Вода доходила ей почти до подбородка, с учетом того, что она стояла на носочках.

Лихой в очередной раз появился из воды: мокрые волосы, покрасневшие глаза, по коже ручейками сбегала мутная вода. “Свободовец” шумно выдохнул и достал откуда-то из правого рукава фонарик, который, по-видимому, был водонепроницаемым и сказал:

- Ныряй и свети мне.

- А ты нашел? – спросила девушка.

- Нашел “Винторез”, – подтвердил сталкер и провел по мокрым волосам рукой, закидывая темные пряди назад. – Он под куском арматуры от моста. Чертов псевдогигант... – ругнулся Илья и глубоко вдохнул, перед погружением.

Романова щелкнула кнопку включения и, зажав нос, поджала ноги. Под водой ничего не было видно, а луч света бил не больше чем на метр. Через несколько секунд Алиса отыскала тот самый осколок металла, под которым и находился автомат. Лихой пытался отодвинуть монолитную преграду, но безуспешно. Через минуту им пришлось подняться, чтобы вдохнуть воздуха.

- Крепко прижало?

- Еще как, – кивнул Илья. – Но достать надо, – и снова затаил дыхание, уходя под воду.

На этот раз он попытался раскопать ил и песок под “Винторезом”, но муть, которая поднялась со дна реки, затмила взор полностью. Вдох.

- Ты плавать умеешь? – спросила Алиса, пытаясь разрядить обстановку.

- Да. А ты? – улыбнулся Илья.

- Нет, ты же видел, как я здорово тону.

- А-а-а, понятно, – кивнул сталкер и добавил: – Свети и помоги мне дернуть “Винтарь”.

- Погоди!

- Что еще?

- А ты кого вызывал?

Илья задумался, провел ладонью по поверхности мутной воды и ответил:

- Отряд “Свободы”, – и нехотя добавил, предвидя следующие вопросы, которые уже хотела спросить Алиса. – Сегодня ночью я настроил рацию на сеть наемников и, кажется, узнал где они и с кем они договорились взорвать ЧАЭС.

- Что? – у девушки округлились глаза и сдавило дыхание.

- Да, – кивнул Лихой. – Я услышал о встрече наемников с сотрудниками внешней разведки одной из европейских стран. Они говорили, что хотят повторить взрыв, чтобы сравнять Украину, Белоруссию и западную часть России с землей.

- Так это правда?

- Я не знаю... Но должен проверить! Ныряй!

Вода снова резанула по глазам. Вся муть осела и давала обзор ныряльщикам. Лихой гарцевал в илу, пытаясь хоть на сантиметр приподнять кусок моста, а Романова, зажав между плечом и головой фонарик, попыталась вытянуть автомат. Затем она заметила, что ее напарник бросил попытки поднять металл и подплыл к самой размытому и слабому участку дна, находящемуся рядом, а затем указал на верх. Алиса кивнула и всплыла наверх.

- Чего?

- Нож есть? – спросил Илья.

- Да, а что?

- Копай! – крикнул сталкер и снова ушел под воду.

Полторы минуты – и с помощью подкопа “Винторез” вышел на волю. Лихой резко выдернул его на себя, и автомат, зачерпнув песка, выскользнул из плена. Алиса поднялась, глубоко вдохнула и улыбнулась, увидев оружие в руках у Лихого. Илья тоже засиял от успеха. Со стороны берега раздались мерные хлопки, похожие на аплодисменты. Сталкеры развернулись в сторону источника звука и здесь Романова почувствовала, как что-то внутри неприятно ухнуло. Семь человек в серо-голубой форме наперевес с автоматами, стояли на берегу реки и следили за тем, как Лихой с Алисой доставали со дна свое оружие. В центре стоял и аплодировал сам Дмитрий Светлов.

- Славное шоу вы тут устроили, – крикнул Светлый. – Особенно с мостом здорово получилось. Но вы знаете насчет нашего маленького плана, поэтому мы обязаны предпринять меры против разглашения. А теперь, как говорится “Хэнде Хох”, герои!

Алиса с Ильей, не сговариваясь, рванули прочь, переходя на плавание.

Наемники следом попрыгали в воду и сразу же схватили беглецов. Удар в затылок прикладом автомата- уже знакомая темнота бессознания.

На сей раз очнуться Алисе пришлось в полутемной разрушенной комнате, стены которой были покрыты темной смолой и копотью. Руки и ноги были связаны – ничего хорошего это не могло означать. Девушка попыталась высвободить руки – тщетно. Где Лихой – она не знала, но знала точно, что без его помощи ей не выбраться. Девушка огляделась, как только глаза привыкли к темноте – здание явно побывало в огне, либо пожар, либо взрыв. В стенах были вывалены куски бетона и кирпича. По полу тянул холод. В комнате остались лишь койка, покрытая матрасом, да колючим одеялом и деревянный стол, которые появились здесь уже позже, чем здесь произошел пожар. Зубы стучали от страха и неизвестности. Тонкая полоска света протянулась от двери к противоположной стене. Фигура в темном прошагала к Романовой и взяла ее за подбородок.

- Ты бьешь все рекорды по выживанию в Зоне, – голос с легкой хрипотой прошел по нервным окончаниям и вошел острым ножом страха прямо в сердце.

- Прошу, не надо, – просипела Алиса и взглянула ему в глаза. Звериные голубые глаза.

Его губ коснулась улыбка. Полумрак и единение со Светловым сводили с ума.

- Знаешь, я удивлен, что увидел тебя с Лихим, – честно признался Светлый, садясь напротив своей пленницы. – Как тебе удалось удрать от бандитов?

Алиса снова отвернулась, ненависть зашкаливала, здесь лучше промолчать.

Светлый перекинул небольшую сумку – планшет из-за спины и достал оттуда документы.

- Не знаю, что с тобой не так, но ты очень интересная девочка, – рассмеялся наемник, изучая бумаги. – На вид такая чистая и не порочная, а на деле те документы, которые я нашел про тебя, говорят совсем другое.

- И что же? – робко спросила Алиса.

Он взглянул на нее поверх бумаг и снова заулыбался. Его явно веселила ее реакция на происходящее: ее злость, презрение и отчаяние.

- Ну ладно, детка, – начал наемник. – Слушай и кивай, если не хочешь со мной разговаривать. В общем, начнем: Романова Алиса Сергеевна. Одна тысяча девятьсот восемьдесят девятого года рождения. Родилась в Ростове-на-Дону двадцать восьмого октября. Прописана на улице Большая Садовая 223. Окончила сто восемнадцатую школу. Ты хоть кивай, если что. Так хочется узнать, правда это или нет, – отвлекся от досье Дмитрий и вопросительно посмотрел на Алису.

Девушка кивнула в ответ и Светлый улыбнулся: – Поняла? Умничка!

- Окончила Южный Федеральный Университет, факультет журналистики. Последняя запись в трудовой книжке: Телеканал “Россия-1 Дон”, штатный журналист, специальный корреспондент. На данный момент находится в международном розыске. Обвинение вынесено Верховным судом России от пятнадцатого ноября этого года: преступное хищение в особо крупном размере, статья 158 УК РФ. Незаконное проникновение на охраняемый объект, статья 20.17 кодекс РФ об административных правонарушениях. Хранение и использование огнестрельного оружия, повлекшее смерть двух или более лиц, статья 224 УК РФ пункт 2. Приговорена к двадцати пяти годам строгого режима. Четыре дня назад получила доступ к инъекции номер шесть “Синий Антидот”. На данный момент, является единственным носителем данного препарата. Все верно? – Светлый поднял глаза и посмотрел на Алису.

- Вкратце, но довольно емко, – дерзко ответила девушка. – Долго еще будешь мою биографию мне рассказывать?

- Да, пожалуй, этим ограничусь, – бросил Светлов, поднимаясь на ноги.

В светлых прядях волос был виден пепел: пожалуй, дом они спалили недавно. Тонкий вязаный черный свитер с закатанными рукавами, обтягивающий мощный торс командира наемников, черные брюки, заправленные в высокие берцы и множество нашивок, напоминающих о братстве “наемных убийц”.

По бедру Светлова бил мощный пистолет в кобуре, на который Алиса с опасением поглядывала, пока Дмитрий ходил кругами по комнате. Наконец, она решилась нарушить молчание: – Где Лихой?

- Что? – нерешительно спросил Светлый, словно не понимая речи пленницы.

- Ты ведь его не убьешь? – добавила Романова и вновь замолчала, услышав неудержимый смех, которым разразился наемник. Он сел на каменный пол на колени и заглянул ей в лицо, заплаканное и измазанное копотью.

- Боже, – театрально воскликнул парень и рассмеялся вновь. – Как можно думать о других, когда ты сама находишься на грани смерти?

Алиса не нашлась, что ответить, а Светлов внимательно осмотрел ее лицо:

- Знаешь, ведь ты мне понравилась, – он снова улыбался и плавно коснулся щеки девушки. – Ты совсем не такая как все.

Алиса отшатнулась, заметив в глазах наемника недобрые огоньки.

- Не бойся, -выдохнул Дмитрий и запустил ладонь в ее волосы. – Ты же сама этого хочешь.

- Дмитрий, не надо, – слезы покатились по щекам Романовой, чувствуя безысходность ситуации. – Пожалуйста!

Его рука заскользила вниз по ее спине, отчего Алиса почувствовала как по коже побежали мурашки.

- Не переживай, – продолжил наемник, изучая пальцами шею заложницы. – Все будет хорошо.

Резкий рывок – и Светлый поднял Алису на руки и закинул на нары, нависая над ней.

- Дима! Нет! – завизжала Романова, колотя связанными руками по крепкой груди. – Помогите!!!

Звон от ее крика отразился от пустых стен, а Светлов лишь рассмеялся, ударил ее по щеке и опрокинул ее навзничь, рванул на ней рубашку. Его забавляло ее искреннее желание отбиться от заведомо сильного противника, поэтому он прижал ее руки за головой и поцеловал за ухо. Алиса завизжала вновь и почувствовала, как горло жжет от крика.

- Ублюдок! Тварь! Мразь! – закричала она, изо всех сил отталкивая противника.

Светлов лишь улыбнулся наслаждаясь своим превосходством и крепче сжал ее связанные руки. Он разорвал бюстгалтер на ее груди и улыбнулся, оглядывая ее голое тело. Затем насильник наклонился ниже, к ее лицу и прошептал:

- Расслабься и получай удовольствие.

- Будь ты проклят! – в сердцах бросила Алиса, в то время, как Дмитрий умело загнул ей руки так, что она полностью не могла ими двигать. Связанные кисти оказались между прутьев изголовья кровати, а ногами ударить наемника, сидящего на ней она никак не могла. Проиграла. Теперь журналистке приходилось лишь надеяться на то, что все это скорее кончится.

Алиса не могла унять дрожь, которая проникла в ее сердце, а также ее слезы, которые катились по щекам и впитывались в жесткую подушку. Она отвернулась к стене и закрыла глаза, пытаясь представить, что это все ей кажется, но спиной она чувствовала его. Светлый лежал рядом и смотрел в потолок, закинув правую руку себе под голову. Внезапно раздался телефонный звонок. Дмитрий сел на край кровати и извлек из правого кармана брюк, которые лежали на полу, свой КПК, а из другого кармана – пачку сигарет и зажигалку.

- Да, – сказал он своему абоненту, зажав губами сигарету, край которой уже пылал в синеватом пламени огня.

В комнате повис тяжелый запах сигаретного дыма. Алиса свернулась калачиком под одеялом, пытаясь укрыться под ним с головой. Это самое одеяло должно было скрыть ее стыд и унижение. Все тело болело и ныло, а на запястьях появилилсь синяки, которые были следствием безуспешной борьбы.

- Да, я понял, – кивнул Дмитрий невидимому собеседнику. – Подойди к карцеру, я тебе передам.

Телефонный разговор был прерван. КПК было убрано в правый карман военных брюк, а сам Светлов встал, натянул штаны и надел незашнурованные берцы, затем взглянул на отвернувшуюся к стене Алису, усмехнулся и накрыл ее своим свитером. Сжав что-то в руке, наемник подошел к двери. За дверью стоял командир наемного отряда “Стрела” и близкий друг Светлова, капитан Поздняков. Мужчина лет тридцати, с серыми глазами, подтянутый и с развитой мускулатурой. Скорее всего до этого был военным или спортсменом. Светлый открыл дверь и пожал руку своему товарищу, который непонимающе оглядел по пояс раздетого Светлова и,заглянув ему за спину, улыбнулся:

- Совмещаешь приятное с полезным? – спросил Поздняков и улыбнулся.

Светлов изогнул бровь и вышел за порог, закрывая дверь снаружи. Послышались голоса за дверью. Теперь у Романовой появилось несколько минут на создание плана побега.

Алиса спешно попыталась подняться и найти оружие в комнате, но сделать это быстро, увы, не удалось.

Тело болело, словно она попала под машину. Закружилась голова, поэтому пришлось довольствоваться лишь наброшенным поверх одеяла свитером, в карманах которого явно что-то было.

Романова проверила карманы на рукавах, на животе – пусто. Черт! Остался совсем маленький карманчик на груди. Девушка расстегнула застежку – молнию и извлекла оттуда маленький контейнер, где лежал светящийся артефакт, похожий на каплю воды, только в невесомости. Влажное вещество подчинялось прикосновению своей новой хозяйки, приобретая совсем причудливые формы. Алиса даже засмотрелась на голубоватый цвет, который издавало неизвестное вещество, но поняла, что нужно бежать. Она захлопнула крышечку конейнера и убрала его в обратно в карман своих брюк. Девушка вскочила и быстро натянула на себя свои брюки, подобрала берцы.... Блин! Рубашка и верх комбинезона были порваны, пуговицы оторваны. Алиса попыталась починить комбинезон, но ничего не получилось. Тогда она надела свитер Светлова. Осталось лишь найти оружие. Артефакт спокойно лежал в кармане ее брюк, излучая тепло. Стало приятно и спокойно. Ручка двери зашевелилась и Алиса почувствовала, как сердце ее упало в пятки. Что-то нужно делать.

Срочно! Сейчас!Нужно было действовать внезапно, так, чтобы он не ожидал.

Светлов вернулся в комнату и увидел, как на краю кровати, свесив ноги, сидит Алиса, в его свитере.

Девушка выглядела измученной и бледной, но она словно из последних сил улыбнулась и поманила его к себе.

Дмитрий усмехнулся и подошел к ней. Девушка закинула голову и снизу вверх смотрела ему в глаза.

- Понравилось? – дерзко спросила Романова, с вызовом взирая на наемника.

- Ты уже оделась? – улыбнулся наемник. – Рановато, хотя могу сказать, что ты очень даже хороша была сегодняшней ночью.

- Можем повторить, – Алиса пыталась заговорить Светлова, оттянуть время. Она провела пальцем по его татуировке на руке. – Кто бы знал, чем окончится наше путешествие.

Он в ответ лишь усмехнулся, тогда Алиса встала и обняла его за шею, вставая на носочки, чтобы дотянуться до его лица. Сейчас она четко увидела, что в кобуре у него был пистолет – заманчивое оружие, которое, если она его добудет, подарит ей свободу.

- Зачем тебе эта война? – промурлыкала Романова, опуская руки ему на бедра. – Давай уедем и будем жить нормальной, человеческой жизнью?

Светлов поцеловал ее губы и провел по шее пальцами, а Алиса пробежала рукой по его бедру и остановилась на кобуре. Дыхания стало не хватать, но Светлый не прерывал требовательного поцелуя, а Романова почти вытащила пистолет, но услышала, как рука наемника перехватила пистолет раньше. Дмитрий слегка прикусил ее нижнюю губу и, отстранившись, произнес:

- Глупая девчонка! Решила так просто стащить пистолет? Думала, что я тебе поверю?

На лице Романовой мелькнул ужас. Она неловко улыбнулась и подтвердила:

- Думала, что поверишь.

Он держал ее руку, которая сжимала оружие, а другой рукой прижимал к себе. Глаза наемника недобро сверкали. Дмитрий знал, что его нельзя победить. Он не раз сталкивался с людьми, которые пытались его переиграть. В бизнесе ли или просто по жизни. Ему нравилось демонстрировать выносливость, принуждать самодовольных уродов унижаться и выпрашивать передышку. То же самое было и с женщинами, которых у Светлова было очень много. Все девушки, которые встречались на его пути, не могли отказать ему ни в чем. Большинству из них его доминирование откровенно нравилось, и это заставляло Светлого относиться к ним с еще большим презрением.

- Очень мило, моя дорогая, – улыбнулся Дмитрий, прожигая ее взглядом. – Но это было очень большой глупостью с твоей стороны.

- Попытка не пытка, – обронила Алиса.

Что случилось бы дальше – можно было лишь гадать, но сама судьба вмешалась в этот разговор. Взрыв и автоматная очередь – стены, рядом с которой стояли сталкеры за секунду не стало. Гранаты, брошенные связкой к стене, разнесли ее буквально по кирпичам. Взрывной волной Алису и Светлова откинуло назад. Романовой ударило осколками по спине и через минуту, черный свитер наемника был насквозь пропитан кровью. Девушка закричала от боли, закрыв голову руками и сильнее вжалась в холодный пол. Сквозь серую завесу пыли решительно ничего не было видно. Через несколько мгновений шум в голове стал все тише, а голоса все четче и яснее. Алиса перекатилась на колени и увидела рядом лежащего в бессознании Светлого, у которого по виску стекал ярко-алый ручеек крови. Скорее всего, удар чем-то тяжелым пришелся именно в голову. Романова рванула его пистолет, заправила за свой пояс и, кряхтя, уже решила бежать, но что-то остановило ее и девушка вернулась к наемнику, проверила наличие пульса. Сердце билось, несмотря на ранение. Ах да, “Антидот Химеры”, он поможет своему хозяину выкарабкаться.

- Черт! – прошипела Романова, изменив свое решение и стремительно доставая из-за пояса пистолет. Она прицелилась и палец лежал на курке, ожидая подтверждения решения.

- Жми! – говорило униженное “самомнение”, “ярость” и “злость”. Палец решительнее уперся в холодный металлический курок. Он должен умереть, чтобы не причинил никому зла. Он – зло. Убийца. Садист. Он убил столько человек. Нужно отомстить за свою честь. За себя и других. Она прицелилась, но нажать на курок не решалась.

- Нет! – ответило “прощение”, “нерешительность” и что-то еще, что- то едва заметное внутри. Что-то теплое и доброе. Возможно, душа. А может... Нет, она не могла убить человека. Не могла.

Как бы ни было, Алиса вздрогнула и, прижав пистолет к груди, рванула не оглядываясь прямо через дыру в стене. Пыль, грохот, неудержимая боль в спине, слабость. Голова кружилась. Куда бежать – Алиса не знала. Автоматная очередь загрохотала где-то рядом. Крики.

- Стоять! Руки вверх! – пророкотал чей-то голос.

Романова всхлипнула и отшатнулась назад. Взрыв где-то слева. Снова застрекотал автомат. Все было разрушено, пламя играло на руинах дома.

- Не убивайте, – просипела Алиса, падая на колени, моля неизвестного о пощаде. Ей было уже все-равно, что будет дальше.

- Журналистка? Ты что-ли? – спешился неизвестный и подошел ближе, но не опускал оружия.

Девушка взглянула штурмовику в лицо: это был Фрост. “Свободовец”, которого она однажды встречала в команде Дегтярёва при переходе из Припяти на “Янов”. Светловолосый парень, в бежевой кепке, который способствовал ее освоению в химчистке.

- Фрост! – воскликнула Алиса и окончательно расплакалась. – Помоги...

- Мы думали, что ты с Дегтярёвым тогда пропали. А ты живая! – пояснил Фрост и, достав рацию, передал. – Я с гражданским! Не стрелять!

Фрост толкнул вперед Алису, прикрывая ее спину собой. Через мгновение, пыль и дым разошлись и в глаза ударил яркий утренний свет. Романова увидела около трех десятков вооруженных воинов “Свободы” и военных, которые прицельно обстреливали дом снаружи, а остальные зачищали его изнутри. Девушка лишь помнит, что ее внимание привлекла черная машина “Мерседес”, припаркованная неподалеку, несколько убитых гражданских, одетых в пиджаки и джинсы. Трое в гражданской одежде стояли на коленях, под прицелами у военных. Наемники все еще отстреливались из своего здания, но их силы были не равны и даже иностранные покупатели не могли помочь. Алиса взглянула в лица иностранцев и узнала: многие из них мелькали в выпусках “Новостей”. Это были политики из Штатов и их приспешники. Еще один взрыв. Штурм прервал встречу, которую так тщательно планировал Светлый. Группа “Свободы” пришла на помощь Лихому поздно, но как раз успела предотвратить передачу баснословных денег наемникам, которые отважились взорвать ЧАЭС. Значит, все было не зря. Выходит, что и “Монолит” не сумеет взорвать реакторы. Светлов не успел лишь немного. Но Америке не видать падения бывших республик СССР. Алиса почувствовала, как подогнулись ноги и как она теряет сознание. Удар о мягкую почву.

- Приближается выброс! Всем срочно найти укрытие!

- Вот черт! – выругался пилот вертолета Ми-8, услышав приказ и кивнул своему другу и коллеге, то есть, второму пилоту. – Глуши двигатель. Через час вылетаем.

Лопасти вертолета, стали вращаться все медленнее и вскоре совсем остановились. Пилоты выпрыгнули из кабины и забежали в здание Речного порта Припяти, недовольно оглядывая краснеющее небо. Алиса лежала на носилках и слушала гулкие удары выброса, она слышала как радиация царапает снаружи стены бункера. Пятиминутный ужас Зоны ушел так же стремительно, как и налетел на проклятую землю. Она услышала, как по рации отрапортовали:

- Фух, выброс закончился. Надеюсь все целы? Если кого-то зацепило радиацией – всем подлечиться у Костоправа.

Девушка закрыла глаза: с каждым часом ей становилось все хуже. Местные доктора заверили ее в том, что ее организм получил слишком много радиации и поэтому ей нужно покинуть Зону, как можно скорее. Сейчас к ней подошел один из медбратьев и вколол препарат, который поможет при перелете избежать большой потери крови. Сзади медика подошел Фрост, он улыбнулся и подмигнул. Когда инъекция была проведена, парень присел у носилок и спросил у бледной Алисы:

- Готова?

- Готова, – прохрипела девушка и постаралась улыбнуться в ответ. – Фрост...

- Что?

- А что со мной в действительности?

“Свободовец” замялся, почесал затылок и ответил:

- Да я даже и не знаю.

- Фрост, -отрезала Алиса. – Ты один из тех немногих кто знает. Прошу, ответь. Ты ведь помнишь меня еще такой, какой я только прибыла в Зону. Пожалуйста, скажи.

Парень присел поближе и честно ответил:

- Костоправ сказал, что у тебя пошло заражение крови, поэтому тебя необходимо срочно отправить в Москву, – Фрост что-то еще хотел сказать, но потом передумал.

- Пожалуйста, Леш, – Алиса впервые назвала знакомого по имени, а не по кличке. – Скажи.

Алексей вздохнул и сказал:

- Это ж врачебная тайна, дурочка. Мне нельзя разглашать ее.

Алиса засмеялась:

- Ты же не врач, Фрост.

- Ну и что? – замотал руками Леша и улыбнулся. – Тебе нужно обследоваться. Поняла? А вообще тебе тут не место, Алис.

Девушка улыбалась.

- Спасибо, Фрост. Ты настоящий друг.

- Отправляемся! – отрапортовал один из пилотов и дал приказ поднять пострадавших, которые покидали Зону. – Радиационный фон в норме.

Фрост похлопал Алису по руке и сказал:

- Надеюсь, когда-нибудь встретимся. И надеюсь, что не в Зоне.

- Хорошо, Леша. Непременно встретимся! – пообещала Романова и почувствовала, как два солдата подняли носилки и понесли ее в направлении вертолета.

Алиса закрыла глаза и вздохнула: остался лишь путь домой. Ей выдали новые паспортные данные, на имя Ирины Беликовой, рабочей атомной станции под Петербургом, которая получила травмы и облучение при аварии на АЭС. Теперь ей предстоит новая жизнь. Захлопали по воздуху лопасти вертолета и кабина едва заметно качнулась. Вместе с ней перевозили еще четверых пострадавших сталкеров. Романова вновь закрыла глаза: Монолит остался неприступно стоять в неразрушенном новыми взрывами четвертом энергоблоке. Позже ей рассказали, что истинной причиной плана захвата ЧАЭС европейскими военными разведчиками, насчет которой и договаривались политики с наемниками, был Монолит – кристалл в центре Зоны. Но планы были сорваны. Разведчики, наемники и дипломаты – убиты.

Что же касалось Светлова – при обстреле здания живых не было найдено. Здание в котором обосновалась база наемников было сожжено.

Алиса снова вздохнула. Наконец-то он нашел покой. Этот изверг, который причинил столько боли ей, теперь навеки исчез из ее воспоминаний. Как и Дегтярёв, как и другие ребята, которые погибли от ужасов Зоны. Значит, теперь это не ее борьба. Все что было осталось позади. Оплакивать былое – глупо, нужно жить настоящим. По щеке скатилась слеза, которую девушка не смогла удержать. Она в последний раз увидела Землю Зоны, перед тем, как солдаты захлопнули дверь вертолета.

- Прощай, Зона, – прошептала Алиса, сжав в руке артефакт, который она стащила у Светлова той ночью, и попыталась наладить дыхание. Ведь впереди вновь простиралась неизвестность.

====== Часть 11. Правда. Лицом к лицу. ======

Глава 11.

Лицом к лицу

Задание порученное майору Дегтярёву осталось незавершенным. Но вся информация, которую передавал сотрудник СБУ была принята на вооружение. К сожалению, отряд военной разведки, которым командовал майор СБУ не мог продолжить поиск “Антидотов” и был вынужден покинуть Зону Отчуждения. Сам Александр Дегтярёв был признан пропавшим без вести. Информация о разработках биологического препарата, повышающего пси-способности человека, заинтересовали ученых за кордоном. Направив результаты исследований препаратов «Антидот» в лучшие лаборатории Украины и России, исследовательские центры пришли к выводу, что препарат необходимо запретить к применению, а информацию, добытую майором Дегтярёвым, засекретить и изъять из всех архивов. Несмотря на то, что выброс, который планировали провести наемники, так и не произошло, город Припять стал контролироваться силами наемников и бандитов, а Чернобыльская АЭС полностью была окружена силами бойцов “Монолита”. Знаменитый город-призрак Припять стал закрыт для посещения сталкеров и все бойцы, нарушившие границы были расстреляны. После того, как город Припять закрыли от посещения вольных сталкеров, все выжившие вернулись на Затон. «Скадовск», который остался единственным прибежищем вольных ходоков, стал активно развиваться, а в бизнесе Бороды, прибавились невиданные артефакты, которые появились во время последних выбросов. Проторенные дорожки сталкеров изменились за несколько месяцев и теперь там, где было безопасно, начали появляться неизвестные мутанты, как следствие мощного изменения природы Зоны после попытки запуска реактора и его остановки. Группировки «Долг» и «Свобода» , воющие между собой со времени своего образования наконец-то заключили мир. Лидер группировки «Свобода» по кличке Локи, заключил шаткое перемирие с подполковником Шульгой, командующий отрядом «Долг». Поскольку станция «Янов» стала последним форпостом, перед бушующей радиацией Припятью и постоянными атаками наемников, отряды согласились отклонить на неопределенное время военные конфликты. “Свободовцы” Лихой и Трофим были предоставлены к высшим наградам группировки “Орден Воли” за исполнение воинского долга. Посмертно. Тело майора Светлова так и не было найдено, хотя многие сталкеры, лично знавшие наемника, уверены, что он выжил и будет продолжать завоевание территорий Зоны Отчуждения. Информация, добытая на ЧАЭС, во время попытки запуска реактора попала на большую землю и на данный момент ведется изучение всех причин, по которым случились аварии в 1986 и в 2006 годах. Все выводы из этого дела направятся на рассмотрение в «Беллону» и, возможно, эти данные помогут избежать дальнейших аварий на Атомных Электростанциях. Территория Зоны Отчуждения стала охраняться службами КГБ Белоруссии, ФСБ России и СБУ Украины. Незаконные проникновения теперь пресекаются и жестко караются этими спецслужбами. Попасть на охраняемую территорию можно только по специальному разрешению.

Путанный и неприятный сон, из которого, кажется, нет выхода. В котором не хватает дыхания, и в котором захлебывается от переизбытка ударов сердце. Необоснованный страх начинает трясти парализованные мышцы, пронзая все тело ноющей болью. Алиса чувствовала опасность, но из сна выбраться не могла. Это было очень похоже на аквариум – словно бъешь в стекло руками, разбивая их в кровь, а стекло остается таким же крепким и прочным, хотя ты все через него видишь и понимаешь. Резкий рывок – Алиса подскочила и судорожно обвела глазами потолочный свод своей квартиры, спрятанный в темных бликах предновогодней ночи. Руки потянулись вправо, по привычке, в поисках руки Алексея, ее мужа, который всегда успокоит и поймет. По телевизору шел какой-то позабытый всеми фильм. Свет, бьющий прямо в глаза, слепил, но Алиса смогла различить силуэт человека, сидящего на самом краю кровати.

- Андрей, – сонно протянула Романова, пытаясь унять дрожь в теле.

- Успокойся, дорогая, – сказал теплый, слегка хрипловатый голос, от которого Алисе стало не по себе...

Несколькими часами ранее.

Босые ноги коснулись теплого пола. Несмотря на то, что за окном было около двадцати градусов мороза, в квартире Андрея Калугина было всегда тепло. Тепло не только по температуре в доме, но и атмосфера была такая же уютная и домашняя. Супруга Андрея, Алиса Калугина, которая от безысходности сменила свою фамилию Романова, изящно вышла из белой ванны, заказанной в одной итальянской фирме. Андрей никогда не скупился на качественные покупки: привычка, видимо. Теплый махровый халат белого цвета впитал остатки влаги на коже и стало совсем комфортно.

Вот только...

Только...

Алиса скинула халат до пояса и окинула взглядом свою спину: ужасающие шрамы, в напоминании о прошлом, рассекали гладкую кожу до поясницы. Остался лишь еще один белесый шрам, который проявлялся ярче, когда женщина сжимала крепко кулак левой руки. Каждая эта отметина далась ее хозяйке в наказание за ее доверчивость, хотя Алиса до сих пор считала это все подарками за свою сохраненную жизнь.

- Аль, – стук в дверь ванной и приятный голос, заставил Алису улыбнуться.- Ты там долго? Я пошел.

Калугина распахнула дверь и из ванной комнаты приятно запахло ее любимым яблочным шампунем, и теплый влажный воздух теперь витал в прихожей. Приятный темноволосый мужчина, лет тридцати пяти, улыбнулся в ответ, и как-то по-школьному, чмокнул в щеку Алису.

“Снова одел эту белую рубашку, вот же глупый. Она же не глаженная.” – мелькнула мысль у Романовой, но она не стала портить настроение мужу.

– Надеюсь, ты сегодня не допоздна? Я уже устала так жить. Ночь, все-таки, предновогодняя. Тридцать первого твои японцы не будут эти проекты рассматривать? – с надеждой взглянула в глаза женщина и поправила черный галстук, который Алексей наспех завязал немного криво. Калугин засмеялся и взглянул на часы:

- Нет, что ты. У них тоже Новый год первого января, даже немного раньше. Я же тебе говорил, что у них сдвиг из-за часовых поясов, поэтому приходится конференции проводить так поздно. – Андрей снова отвлекся на часы и спешно добавил: – Ладно, дорогая, я уже опаздываю. Ложись спать, Лис, сама. Буду поздно. Санечка уже спит. Ой, чуть не забыл, мне нужно будет макет обсудить с партнерами, а ночью, ну как понимаешь, негде. Не против, мы сегодня заскочим?

- Сколько?

- Человек пять.

- Только ни звука, – улыбнулась Алиса, постепенно привыкая к постоянным заседаниям в их квартире.

Зазвонил телефон и Калугин привычно коснулся правой рукой блютуз-гарнитуры, с которой он не расставался ни на мгновение.

- Да-да-да, Слава, я уже выезжаю, – разговор снова ушел в никуда, теперь Калугин был полностью увлечен работой. – Да, через полчаса буду. Надеюсь, если пробок не будет.

Алиса помахала рукой, спешно выходящему из двери мужу, и услышав, как хлопнул замок входной двери, громко вздохнула и поплелась на кухню за чашкой кофе с корицей. Жаловаться, вроде было и не на что, но... Кофеварка быстро наполнила черную кружку приятно пахнущим напитком с приторно-сладким ароматом. Алиса запустила руку в волосы, пытаясь их как можно больше взворушить, чтобы высохли быстрее. Итак, о чем это я... Да. Жаловаться было не на что. Хорошая квартира, заботливый муж, чудесный ребенок, но страхи, которые были посеяны в ее душу в те полгода пребывания на Зоне Отчуждения, не пройдут никогда. Алиса тихо присела на краешек дивана, включила плазменную панель, рядом с которой стояла большая живая ель. Не искусственная, а именно живая. Которую они вместе с Сашенькой наряжали вчера вместе. Вместе, потому что Андрея практически дома не было. За три года совместного проживания она никогда не могла представить его хотя бы день дома. Его закрутила работа. Конечно, она благодарна ему за этот уют и красоту, но крепкого плеча Алисе очень не хватало. Поженились они три года назад. Романова уже была беременная Сашенькой. Алиса не могла сказать, что любила Андрея. Да, вообще, к тому моменту она не могла сказать, что такое “любовь” в принципе. За окном комьями валил белый снег, засыпая Московские улицы и причиняя неимоверные хлопоты дорожным рабочим, которые в спешке расчищали проезжую часть во избежание еще больших пробок и аварий. Глоток горячего кофе разжег чувства, распаляя внутри огонек самоуверености и спокойствия. Романова прикрыла глаза от удовольствия, затем пролистала каналы спутникового телевидения: новости, в которых не было ни грамма правды, ток-шоу с извечными проблемами, нескончаемый поток второсортного ситкомовсого юмора, который сможет развеселить лишь второклассника. Да, еще все это приправлено долей новогоднего настроения. Смесь получилась острая. Алиса выключила свет в квартире и начала смотреть совершенно глупую передачу про мистику Нового года и про то, какие чудеса могут случиться с человеком в ночь с тридцать первого на первое.

- Только на нашем канале и только у нас. Вы сможете увидеть, как накануне Нового года приходят люди из прошлого. Как и случилось это у нашей героини Екатерины. Все это сразу после рекламы, не переключайтесь! – настойчиво потребовал известный телеведущий, поднимающий рейтинг своего канала уже несколько лет. Заученные фразы, замусоленные проблемы, лишь новый имидж заставки и самого шоу-мена – в этом все ток-шоу и заключалось.

Реклама праздничных вечеров, голубых огоньков – все это заставляло Алису провалиться в самый теплый и глубокий сон.

За окном все так же шел снег. Укутывая промерзлую землю в белые покрывала.

Алиса не увидела лица, но голос... Пожалуй, это ей показалось. Или нет?

Черной громадой казалась и ель, стоявшая около телевизора. От этого голоса показалось: по всей квартире разлилась опасность. В каждом углу комнаты притаилась смерть.

“Это глупо. Это из-за сна. Видимо, показалось”, – успокоила себя Алиса и повторила вслух:

– Андрей, ты... Ты чего телевизор не выключил? Но глаза медленно привыкли к свету и очертания фигуры стали более ясными. Яркая вспышка от рекламного ролика пролила свет на все. Алиса с ужасом выдохнула и попятилась назад.

- Привет, милая. Я пришел с войны.

Прошлое вернулось самым страшным кошмаром, который Романова похоронила раз и навсегда. Светлые волосы, голубые глаза, в которых танцевали бесы из самых глубин ада, и резкая улыбка. Одним рывком Алиса достигла края кровати и, вскочив с нее, рванула к двери, которая вела в спальню дочери, но он догнал ее раньше. Крепкая рука прижала Алису к стене, а другой он направил ей в лоб дуло пистолета. Он не изменился. Никак не изменился. С этой своей звериной ухмылкой, с привычкой улыбаться даже тогда, когда это было неуместным, со взглядом, раздевавшим ее. Он выглядел в тысячу раз привлекательнее, чем ей помнилось. А вот она... Сотни уколов от радиационной заразы, бесконечные инъекции, проколы рук и тонны таблеток – лишь все это помогло ей выжить в нашем мире.

- Неужели ты не рада? – прошипел он на ухо. – Мы так давно не виделись.

- Зачем? – дрожа, как осиновый лист, спросила Алиса. – Я думала, что ты погиб. Почему?

Светлов хищно улыбнулся:

- Ты же знаешь, что меня непросто убить. Представь себе, мне снова понадобился твой “Антидот”.

Алиса нервно сглотнула, вспоминая синее пятно на запястье, из-за которого ее чуть было не убили.

- Как ты ушел из Зоны? Как ты нашел меня?

- Это было довольно просто, крошка. А найти тебя вообще не составило проблем, – ответил Дмитрий и провел рукой по ее щеке. – Я смотрю ты неплохо устроилась, у тебя талант. Не пропадешь нигде.

- Пошел ты! – Алиса попыталась оттолкнуть Светлова, но лишь зацепила торшер на стене, который со звоном разлетелся на мелкие кусочки, ударившись о паркет.

- Тихо-тихо, крошка, – порекомендовал Дмитрий, сильнее упирая пистолет в висок Романовой. – Ты, видимо, забыла, что я не люблю излишний шум.

Алиса втянула в себя воздух, чтобы ответить что-то резкое, но тут из детской донеслось тихое, но довольно звонкое:

- Ма-а-ам! Что такое?

Романова поймала на мгновение растерянный взгляд Светлова, который услышал эти слова и на миг, лишь на миг, ослабил хватку, чем девушка и воспользовалась. Удар по кисти заставил вылететь из его правой руки пистолет, который заскользил по гладкому деревянному паркету к дивану и работающему телевизору. Светлов потерял власть над ситуацией, что давало шанс на спасение. Алиса с ловкостью кошки, изогнувшись, выбралась из-под его руки и проскользнула в коридор, ведущий к детской и кухне. На автомате она закрыла дверь, через пару секунд в которую послышался удар кулаком. Романова в страхе попятилась назад, в поисках элемента самозащиты. У Андрея никогда не было оружия, он считал это варварством. Глупец. Еще стук в дверь. Романова знала, что этим долго не удержать главу отряда наемников, через несколько секунд он просто выбьет преграду, поэтому нужно было закрыть проход к Сашеньке любым способом.

Дмитрий бил кулаком в красивую, аккуратно исполненную в сосновом дереве дверь, но знал, что она не откроет. Точно не сбежит. Слишком хорошо ее знает. Мысль набатом билась в его голове. Стрелять он точно не будет. На миг, Светлов задумался, но все-таки решил идти до конца. Удар ногой в дверь – и та вылетела, словно пробка из бутылки шампанского. Светлов сразу поднял пистолет, пытаясь отразить нападение, но Алиса держала лишь на вытянутых руках, крепко сжатый кухонный нож. Руки ее побледнели и задрожали, оружие плясало в руках, а в глазах был нескончаемый страх в купе с отчаянием. Дмитрий опустил пистолет: так даже не интересно.

- Уходи, – взмолилась Алиса и сделала пару шагов ближе к двери, за которой начиналась детская.

Светлов взглянул на эту дверь и снова перевел взгляд на Романову, которую он не видел три с половиной года. Она ничуть не изменилась, стала серьезнее что ли, стала гораздо худее, но с тем самым она стала выглядеть более угрожающе. Молодая, красивая баба, с крепким аппетитным телом. Зато ее глаза сейчас напоминали глаза зверя, который охраняет свой выводок. Кошку, которая расцарапывает лица всем тем, кто приближается к ее котятам. Но один вопрос был еще не понятен.

- Вон! – зашипела, рассвирипевшая Романова и сделала выпад ножом. Светлову ничего не стоило увернуться, он все так же продолжал играть с ней. Он поднял обе руки вверх и улыбнулся, видя ее тщетные попытки самообороны.

Она сделала пару шагов вперед и перед лицом Дмитрия замаячило лезвие ножа, которое девушка направила на него. Руки лихорадочно трусились, убить его Алиса не сможет в любом случае.

- Мама... – прорезал полумрак кухни детский голосок. Сашенька стояла в дверях своей комнаты и смотрела на то, как ее мама и какой-то неизвестный дядя не то спорили, не то....

Светлов шокировано взглянул на трехгодовалую девочку: светлые волосы, голубые большие глаза, как у Алисы, а личико было просто ангельским с такими знакомыми чертами. Он вглядывался в дочку Романовой, переводя взгляд с Саши Калугиной на ее мать и искал правду, которая была очевидной.

- Мама... – снова протянула белокурая девочка и подбежала к матери, обнимая ее за колени. Алиса спешно убрала за спину нож и погладила дочку по голове, пытаясь изобразить на лице улыбку. – Мама, что это за дядя?

Романова посмотрела на Светлого, потом присела на корточки и, поцеловав дочку в лоб, ответила:

- Солнышко, это мамин давний друг. Почему ты не спишь? Пойдем спать. Пойдем?

Девочка недоверчиво взглянула на незнакомца и кивнула.

Светлов стоял молча. Он не знал что сказать.

Картина была интересная: полутемная кухня, на которой уже все украшено к новогоднему празднику, маленькая девочка, которая была один в один похожа на своего отца; ее мама, прижавшая свою дочку к груди, растрепанные русые волосы, горящий взгляд и белый халат, в кармане которого лежал кухонный нож а напротив нее человек в военных берцах, черной толстовке и защитного цвета брюках, на бедре покоился пистолет в кобуре, который он сегодня не хотел применять. Внезапно Светлов присел на корточки и посмотрел в глаза Саши Калугиной, которые были очень похожи на глаза Алисы и его.

- Сашенька, привет, – прошептал он и, улыбнувшись, протянул руку. – Меня Дима зовут. Тебе мама обо мне не рассказывала?

Девочка внимательно изучала лицо незнакомца и отрицательно закивала головой. Алиса прижала дочку сильнее к себе и гневно посмотрела на Дмитрия.

- Пойдем, солнышко, спать. Дядя Дима шутит, – погладила по щечке Алиса свою девочку и подняла ее на руки.

Она быстро и ловко прошла в детскую и уложила свою принцессу спать, поцеловала ее в лоб и спешно закрыла дверь.

- Пусть тебе снятся только красивые и светлые сны, которые будет охранять твой ангел-хранитель, – с этими словами Алиса закрыла дверь, увидев улыбку на лице Сашеньки.

Облокотившись на кухонный стол стоял Светлов, который с вызовом бросил вернувшейся из спальни Алисе:

- И долго ты своего богатенького муженька дурила?

- Что? – не поняла Романова, пытаясь выхватить нож из кармана, но Светлов ее опередил:

- Выкинь эту хрень, – приказал он снова направив на девушку пистолет. – Вперед, без глупостей. Шагай в зал.

Алиса податливо выбросила свое единственное оружие и послушно прошла в соседнюю комнату и села на диван. Светлов присел перед ней, окинул взглядом дом, и спросил:

- Неужели это моя дочь?

Романова молча залилась слезами и отрицательно замотала головой. Дмитрий схватил ее за плечи.

- Ты врешь? Врешь?

Хлесткая пощечина отрезвила девушку.

- Она никогда не будет твоей! Ублюдок, почему ты вернулся!

- Молчи, – грубо толкнул Алису Светлов и направил дуло пистолета ей в лоб. – Успокойся, живо! Пойди переоденься.

- Зачем? – прохныкала Романова и получив угрожающий в ответ взгляд, смирно поднялась и подошла к гардеробу.

- Одень что-то красивое, – приказал Светлый и почувствовал, как внутри разгорается жар, такой как от героина. – Ты ведь уже приготовилась встречать праздник?

- Ты больной, – ответила Алиса.

- Живее, дорогая, – поторопил ее Светлов.

Девушка утерла тыльной стороной ладони мокрые дорожки слез на щеках и достала из гардероба вечернее шелковое платье черного цвета в пол.

- Отвернись! – рявкнула Алиса, прижав к себе струящуюся темную ткань.

- Ты хочешь сказать, что я тебя не видел? – усмехнулся Дмитрий, удобно расположившись на диване и нагло оглядывая свою давнюю знакомую. – Я могу тебе сказать, что у нас даже ребенок есть. Думаешь, есть смысл отворачиваться?

Романова прошипела что-то оскорбительное и скинула белый махровый халат, которым со злости запустила в наглого наемника. Дмитрий увернулся и рассмеялся, а затем принялся рассматривать рваные шрамы на бархатной спине сталкерши. Она быстро проскользнула в платье, отвернувшись лицом к стене, но самостоятельно застегнуть молнию никак не могла. Светлов подошел и застегнул застежку. Его жесткие ладони коснулись теплых плеч Алисы. Она вздрогнула.

- Ты ненавидишь меня? – спросил наемник, проведя пальцами по шрамам на спине.

Алиса проигнорировала вопрос:

- Зачем ты весь этот цирк устроил?

- Люблю чтобы все было красиво, – его голос прошелестел над самим правым ухом и девушка почувствовала, как по коже пробежал холодок. Он обхватил ее рукой за шею и отвел к кровати, заставляя сесть.

Снегопад за окном набирал силу, тихо засыпая снежинками город больших возможностей.

Светлый устроился напротив Алисы в кресле, закинув ногу на ногу и внимательно изучая лицо своей жертвы, а она буравила его взглядом в ответ. Наемник ничуть не изменился, пожалуй, лишь взгляд стал более дерзким.

- Как ты выжил? – выпалила Романова, но Светлов сразу же прервал ее вопрос:

- Отвечать будешь ты! – пара секунд полной тишины. – Девчонка от меня? – произнес Дмитрий и, увидев реакцию девушки, добавил: – Отвечай!

- А от кого же, скотина! – прошипела Романова.

Для наемника это было шоком и несколько минут он просто молча сидел и смотрел в пол, сжав руки в кулаки.

- Почему ты не сделала аборт? – задумчиво спросил Дмитрий, а Алису это вывело из себя:

- Если у ребенка отец последняя тварь, то это не значит, что нужно было делать аборт! – вспылила девушка и резко поднялась с дивана, рванув к Светлову с кулаками.

Но ему ничего не стоило заломать безоружную знакомую. Он схватил ее за руки и опрокинул на диван, перевернув ее вниз лицом и придавил Алису сверху спросил:

- Как ребенок выжил? Ведь у нее должно все это отразиться. Мы слишком заражены радионуклидами. Мы оба носители “Антидотов”.

Романова вновь заплакала:

- Что такое? – спросил Светлый. – Говори!

- Сашенька больна, – просипела Алиса. – У нее рак крови. С рождения. С этой болезнью дольше пяти-шести лет не живут.

Светлов закрыл глаза и вздохнул. Он отпустил руки девушки, позволяя ей встать. Романова вскочила и, растирая по щекам слезы, подошла к окну за которым шел снег. Смотря за причудливым танцем снежинок из-за дорогих штор, Алиса почувствовала, как Дмитрий подошел к ней сзади и он, видимо, тоже смотрел на ночной снегопад.

- Ты думаешь я по любви замуж вышла? – прошептала Романова и утерла слезы. – Из-за того, что Сашеньке нужны дорогостоящие препараты. Ты думаешь мне было легко забыть своих родных? Ты думаешь я хотела так жить?

Светлый молчал и стоял у нее за спиной.

- Ты мне судьбу сломал, Дмитрий, – проговорила девушка, поворачиваясь к наемнику лицом. – Я сейчас только ради Сашеньки живу. Понимаешь?

Он равнодушно смотрел на Романову, затем опустил глаза и сел на край дивана. Алиса обхватила себя за плечи и снова смотрела в окно.

- Знаешь, ведь я пришел сюда лишь за тем, чтобы тебя убить, а перед этим забрать твою кровь, – спокойно поведал наемник. – Но теперь, я понимаю, что должен поступить иначе.

Алиса почувствовала, как быстро застучало ее сердце. Светлый сидел неподвижно несколько минут, а затем встал с дивана и резко вколол ей в шею пустой шприц.

- Тише-тише, – успокоил дернувшуюся девушку, в то же время набирая кровь в цилиндр. – Это не больно.

Игла вышла из вены и кровь капельками стала стекать по шее Романовой. Дмитрий убрал шприц в карман и приобнял Алису сзади, сильно стиснув в объятиях, провел рукой по ее спине, ощутив неровности нижнего белья под тонким шелковым платьем.

- Уходи, Дмитрий, – прошептала Алиса, пытаясь унять плач. Она не готова снова бороться она сдается. – Прошу уйди.

- Давай сыграем в нашу последнюю партию, – сказал на ухо Романовой наемник и усадил девушку на диван перед журнальным столом. Сам же подтянул напротив черное кожаное кресло и сел в него.

Он понимал, что сейчас она согласна на все и теперь прилагать усилия для убийства, когда твой клиент может застрелить себя сам не имело никакого смысла. Да и ко всему этому, ему действительно было интересно понаблюдать за всем этим. Алиса непонимающим и усталым взглядом взирала на безумца, который извлек из кобуры револьвер и достал из барабана оружия все патроны, кроме одного.

- Поиграем в русскую рулетку? – в его глазах мелькнуло безумие. Он уже продумал ответ на ее отказ, но девушка лишь устало кивнула. Казалось в ней не осталось сил для сопротивления.

- Уступаю даме, – прошипел Дмитрий и внимательно просмотрел, как Романова подносит к виску оружие и взводит курок. Руки задрожали, одно движение пальца – осечка.

Стало слышно, как колотится в груди сердце. Светлов усмехнулся, прокрутил барабан и приставил револьвер к голове.

- Выстрелит или нет? Угадай! – засмеялся, как ребенок, наемник и прижал курок. Осечка. Романова вздрогнула. Ее черед.

В коридоре раздался шум. Звон ключей в замочной скважине. Двое, сидящих людей в темноте, ни шелохнулись, буравя взглядом дверь, ведущую из того самого коридора.

- Муженек вернулся? – спросил полушепотом Светлый и неслышно достал из кармана пистолет.

Девушка вспомнила просьбу мужа насчет заседания. Он вернулся в самый неподходящий момент и теперь станет жертвой ее ужасающего прошлого.

- Только попробуй, мразь! – вновь обозлилась Алиса, подрываясь к Андрею и чувствуя, как появился маленький шанс на спасение.

- Сидеть!

Дверь распахнулась, щелкнул свет. Калугин шокированно осмотрел сидящих в его доме. Он выглядел утомленным и недоуменным одновременно. Помятый пиджак, послабленный галстук, взъерошенные волосы. Многочасовые переговоры с японскими компаниями давали знать. Муж Романовой переводил взгляд со своей жены, одетой в вечернее черное платье, на неизвестного мужчину с пистолетом в руке. Сзади топтались вешающие свои пальто в гардеробе коллеги Андрея. Пять человек мужчин, одетых к офисный дресс-код. Тут Алиса не выдержала:

- Андрей, беги! – вскрикнула она и ударила по руке Светлова у которого лишь на мгновение выпало из рук оружие. Алиса рванулась к двери спальни дочери. Глухой выстрел из пистолета с глушителем – и красное пятно растеклось на груди Андрея. Очередь из автомата, тоже едва слышимая, тоже из глушителя и все люди рухнули на паркетный пол.

Наемники Светлова все время дежурили этажом выше на случай возникновения внезапной проблемы. Трое людей с автоматами, одетыми во все черное явились на порог их дома и устроили кровавую бойню. Смерти были тихие, как тот самый снегопад, который шел за окном. Алиса отчетливо чувствовала в себе пулю, которая застряла в левом подреберье и мешала нормально дышать. Черный шелк намок от крови.

- Трупы оттащить в ванную, – отдал приказ Светлый своим воинам и приблизился к дрожащему телу Романовой. Он снял со стола тот самый револьвер, перекрутил барабан:

- Знаешь, я всегда считал, что люди не умирают... – поэтично ответил наемник, стирая носовым платком с рукояти револьвера свои отпечатки.

- Ублюдок, тварь, сдохни! – прохрипела Алиса, у которой стекла алая струйка крови из уголка рта.

- Я всегда представлял, что они просто засыпают, – он буквально ворковал над умирающим телом, не замечая ее проклятий. Его глаза, как прежде были голубые, а улыбка сияющей. Он прошел в коридор и вложил в руку Андрея револьвер. Вернувшись наемник добавил:

- Теперь у меня есть дочь, наследница моего состояния.

- Садист проклятый. Не тронь Сашеньку!

- Знаешь, если бы ты была посговорчивей, то мы бы поладили.

- Чтоб ты... – кашель с кровью прервал ее тираду.

- Я до сих пор вспоминаю ту сказку, которую мне рассказала мать, за три часа, перед тем, как ее убили, – продолжал наемник.

- Зачем ты вернулся?

- Моя мать была красивой и молодой, как ты. Ее убил киллер, поскольку она была разработчиком вакцины от рака. Но кому нужны здоровые люди, которые будут наполнять весь мир и вскоре истощат все запасы земли? Никому. Так вот, моя мама рассказывала, что к каждому человеку в жизни приплывает корабль с кроваво-алыми парусами, ровно в полночь его земного пути, и капитан этого корабля сходит со своего мостика, завязывает человеку глаза куском алой ткани, и забирает его с собой в дальнее и долгое путешествие.

Алиса молчала и дрожала. Шепот Дмитрия отражался от стен квартиры, пронзая ее насквозь.

- Она сказала, что этот корабль скоро заберет и ее, – прошептал Светлов и провел ладонью по ее волосам, по ее лицу, затем наклонился и сказал. – Абсолютного счастья не бывает в принципе. Помнишь нашу первую встречу? Я тогда дал тебе жизнь, настало время ее забрать.

- Сашу не тронь, – прохрипела Алиса, сплевывая кровь.

Светлый заправил выбившуюся прядку темных волос Романовой за ухо и прошептал:

- Нет-нет, что ты! Она будет жить в роскоши и достатке. Ты кстати выиграла мой нож, – наемник вытащил из-за ремня большой “пластунский” нож с гравировкой “Предпочитаю смерть Бесчестью” на латыни и положил рядом с Алисой.

- Ты маньяк, – тихо заметила девушка, чувствуя невероятную боль.

- Возможно. Зато вот как странно получается, – рассмеялся наемник. – Выходит, что у меня, подлеца и маньяка, будут дети, а у тебя нет. Странно ведь, моя дорогая?.

- Не вздумай к ней прикоснуться!

За спиной Светлова замаячили тени трех человек, которые ждали приказа своего босса.

- Ты не бойся. Все будет мгновенно и даже не больно. А теперь ответь: ты меня любила?

Алиса вздрогнула и еле заметно кивнула. На лице Дмитрия мелькнула улыбка.

- Конечно, нет! – прошипела Алиса. – Я тебя проклинаю!

Светлый усмехнулся, заметив, что характер Романовой остался прежним. Но признавать свою слабость она никогда не станет.

- Саша вырастет великолепным бойцом, даже не сомневайся. Только вот фамилия у нее будет моя.

Он поцеловал ее в губы: легко и нежно, затем взвел курок и прошептал в последний раз:

- Спи, моя Алиса. Встретимся позже.

Романова посмотрела ему в глаза и сжала руку в кулак.

- В аду сочтемся.

Грянул выстрел. Единственный выстрел, который был слышен маленькой Саше Калугиной, которая боялась выйти из своей спальни.

Светло-розовая дверь в ее комнате не спеша приоткрылась, и в нее вошел человек, которого она видела ночью у них на кухне: красивый светловолосый мужчина с ярко-голубыми глазами, высокий и сильный. Саша почему-то его не боялась, хотя мама всегда запрещала разговаривать с незнакомыми людьми. Но именно от этого дяди шло тепло и защита. Казалось, его сильные руки и спина защитят ее от тех монстров, которые, как ей казалось, сидят по ночам у нее под кроватью. Сашенька вздрогнула и все-таки спряталась под свое теплое одеяло, прижавшись спиной к розовой стене. Ее спальню освещал небольшой светильник, в виде куклы Барби, придавая всему, что находилось в комнате розоватый оттенок. Дядя прошел в комнату и, поддернув черные брюки с карманами и нашивками, присел на корточки перед ней, улыбаясь, как своей давней знакомой.

- Привет, Сашенька! – сказал ей незнакомец. – Ты меня боишься что ли?

Саша Калугина всегда считала себя храброй девочкой, поэтому опустила от личика одело и прошептала робко:

- Нет.

Незнакомец улыбнулся и протянул ей конфетку в белом шоколаде, ее любимую. От такого подарка девочка не смогла удержаться, поэтому протянула ручку и сжала в кулачке сладость.

- Где мама? – отважилась спросить девочка и снова вжалась в стенку.

Дядя снова улыбнулся, но уже как-то грустно и натянуто:

- Мамочка устала, Сашенька. Она спит. Мы увидимся с ней чуточку позже.

- А вы кто?

- Я мамин давний знакомый, зайка, – ответил незнакомец и, слегка задумавшись, ответил: – Сашенька, я твой папа.

Саша нахмурила бровки и прижала к себе конфету. Девочка пыталась понять, почему врет взрослый дядя.

- Мой папа – Андрей Калугин! – строго заметила девочка.

- Нет, крошка. Твой папа – я. Просто тебе этого не говорили.

Девочка растерянно посмотрела на мужчину и начала хныкать. Светлов не растерялся и подал ей свою руки, сказав: – Давай проверим! Саша испуганно кивнула и несмело потянулась за большой ладонью человека, который привел ее к большому зеркалу в ее комнате и сказал:

- Видишь, мы похожи.

Сашенька внимательно переводила взгляд со своего отражения на отражение неизвестного, который очень-очень сильно был похож на нее.

- Но мой папа...- решила убедить дядю девочка.

- Зайка, это не твой папа, я тебе позже все объясню, – улыбнулся незнакомец и добавил. – Я тебе все точно расскажу.

Сашенька недоверчиво нахмурила бровки, но все же кивнула.

- Меня Дима зовут. Дмитрий Михайлович Светлов. Вот тебе сколько лет?

- Мне 2 с половиной годика.

Для своего возраста Саша была очень развитым ребенком, даже опережала своих сверстников: она отлично говорила. А в целом, была худенькой и маленькой.

- Да? Вот какая ты у нас взрослая! Выходит, что я старше тебя на двадцать восемь лет. А ты в садик ходишь?

- Нет.

- Почему?

- Мама не разрешает...

- А хотела бы ходить?

- Ну-у-у... Да, наверное.

- Значит пойдешь! Обязательно пойдешь в садик, а пока нам нужно встретится с мамой.

- Она же спит? – нахмурилась вновь Саша.

- Она у меня дома, – соврал незнакомец. – Пойдем?

- А где ты живешь?

- Я живу на Украине. В городке под названием Припять.

- Припять? – девочка никогда не слышала о таком городе, но и о некоторых других тоже не слышала, поэтому лишь кивнула.

Светлов улыбнулся, стянул с кроватки девочки ее одеяло, замотал ребенка в него и поднял на руки:

- Удобно?

- Ага, – кивнула девочка и прижалась к новому папе.

Наемники стерли все следы их присутствия, подождали своего босса и, увидев его в дверях, убрали оружие и открыли дверь. Светлый прошагал на лестничную клетку, обнимая Сашеньку, и спустился вниз к черной Ауди Q7 Quattro. Наемники прикрыли дверь и проверили площадку. За одной из соседских дверей, любопытный сосед средних лет внимательно следил за людьми в черной униформе, наблюдая в дверной глазок. Когда все трое спустились вниз он быстро набрал в телефоне 02 и спешно отрапортавал:

- Полиция! Тут вот только что, – скороговоркой заговорил сосед, все еще наблюдая в глазок, – Тут только что люди в униформе из квартиры вышли...

Внезапно сосед заметил, что один из людей в униформе вернулся и закрутился на лестничной площадке.

- Погодите, тут один вернулся... – прокомментировал полиции сосед.

Старший сержант из наемной группы Светлова, стремительным выпадом вынул пистолет из кобуры и выстрелил точно в тот глазок, в который за ним смотрел сосед Романовой. Пуля пробила дверь и голову. Когда на лестницу вышли другие, Ауди уже выехала за пределы Москвы.

Content

S.T.A.L.K.E.R. История правды и лжи (СИ)